Сандра Хьятт

Непослушная ученица

Глава 1

Низкий голос нарушил спокойствие раннего утра:

— Ты все делаешь совершенно неправильно.

Делая вид, что не услышала, Ребекка Маркони сжала кружку и осторожно оглянулась. Темноволосый мужчина устроился за столиком пляжного кафе, положил газету и снял солнцезащитные очки. Искорка смеха промелькнула в карих глазах Логана Бучанана.

Меньше всего она ожидала увидеть его. Меньше всего она хотела увидеть его. Ребекка тряхнула головой:

— Куда я должна уехать, чтобы не встретить тебя?

— На край земли, принцесса.

— Мне казалось, я уже там.

Последние две недели Ребекка путешествовала по Европе и Северной Америке. В конце концов после двенадцатичасового перелета и четырех часов, проведенных за рулем, она остановилась в самой отдаленной части самого далекого острова Новой Зеландии. Здесь отдыхали всего несколько человек.

— Как ты нашел меня?

Прямые темные брови поднялись.

— Поверь, ты не осторожничала.

Вообще-то Ребекка пыталась. Она всего лишь встретилась с друзьями — один раз в Нью-Йорке и один — в Сан-Франциско. Трудно было предположить, что эти встречи будут обсуждаться в Интернете. Ее друзья не из тех, чьей жизнью интересуется общественность. Но, к сожалению, Ребекка не могла сказать то же самое о друзьях своих друзей. Нельзя угадать, чего они на самом деле хотят, и не важно, насколько невинно и открыто они выглядят. Это был урок, который предстояло запомнить.

— Вечеринка в честь помолвки Софи? — поинтересовалась девушка.

— Не только.

Ребекка планировала пробыть на острове, пока не решит, что делать дальше. И что подойдет и ей, и ее отцу, главе небольшого европейского княжества Сан-Филиппе. Здесь она могла рассчитывать на анонимность и уединенность.

— Я собираюсь вернуться домой, — заявила девушка.

Ребекка уже отвергла два предложения Логана встретиться до отъезда. Она занята и к тому же не собирается общаться с человеком, чье мнение о королевских традициях и старомодных манерах известно всем.

С человеком, который всегда выбивает ее из колеи и заставляет чувствовать себя не в своей тарелке.

— Значит, у меня не так много времени, — вздохнул Логан.

— У меня новость: это не из-за тебя. Дело во мне.

— Как всегда.

Он пристально посмотрел на Ребекку, и девушка ответила ему решительным взглядом. Она долго училась скрывать эмоции и теперь продемонстрировала свое умение Логану.

— Это жестоко. Даже для тебя, — бросил он.

Ребекку его мнение не интересовало.

Логан Бучанан приехал в Сан-Филиппе несколько месяцев назад, и ее брат, Раф, представил его высшему обществу. Логан моментально очаровал и мужчин, и женщин. Дамы были покорены его внешностью, искренностью и чикагским шармом, который, надо сказать, резко отличался от сдержанной утонченности их обычного круга общения. Мужчины пришли в восторг от его феноменальных успехов в бизнесе и умения играть в поло, что помогло команде княжества победить в трех последних играх.

Какое-то время Ребекка тоже была им очарована. Было в нем что-то необыкновенное…

Девушка посмотрела на кружку с горячим шоколадом. То время прошло. Она так решила.

Краем глаза Ребекка увидела, что Логан встает. Если он уйдет хотя бы ненадолго, она откажется от завтрака, соберет вещи и уедет. На сей раз она будет гораздо осмотрительнее.

Но ее надеждам не суждено было сбыться. Логан поставил чашку с эспрессо на ее столик, придвинул стул и сел рядом. Он был чересчур широкоплеч и длинноног для декоративного кованого стульчика. Когда он вытянул ноги, они задели Ребекку. Она спрятала свои ноги под стул и схватила кружку обеими руками, словно это был своеобразный щит. Что бы произошло, если бы она высказала ему все? Оставила бы ноги на месте, прикасаясь к Логану? Трудно сказать. Даже здесь Ребекка оставалась членом королевской семьи и не могла позволить себе вольности.

Но вот ее мысли и мечты — совсем другое дело. К счастью, никто не знает, о чем она думает. К несчастью, она не всегда способна контролировать свои фантазии.

Однако сейчас Ребекка мечтала только об одном: пусть Логан оставит ее в покое.

— Не думаю, что, если я попрошу тебя уйти, ты уйдешь, — заметила она.

— Нет. Но ты можешь потребовать, чтобы я ушел. Прикажи мне. — В его взгляде читался вызов.

Логану нравились ситуации, когда можно было посмеяться над попытками кого-либо заставить его сделать что-нибудь.

— Я знаю, что ты думаешь о королевском достоинстве и обо мне, — бросила Ребекка.

Логан Бучанан никогда не скрывал своего мнения об устаревших королевских нормах поведения. Наверняка многие разделяли его взгляды, но скрывали это от нее. Однако радоваться искренности Логана Ребекка не могла: его высказывания ставили под сомнение ее саму, ее будущее и будущее ее родины…

— Итак, зачем ты приехал сюда?

— У меня здесь бизнес. То, что я встретил тебя, — всего лишь счастливое совпадение.

— Ты же не веришь в совпадения. А я не верю, что у тебя здесь дела.

— Не веришь? Тем не менее совпадения случаются, и я веду дела во многих странах.

— Только не в Новой Зеландии.

Его глаза потемнели.

— Я не думал, что ты внимательно следишь за моей жизнью.

— Вовсе нет. — Ребекка поняла, что угодила в ловушку. — Люди говорят, я слушаю, вот и все. Было бы невежливо не слушать.

— Конечно. — Он усмехнулся.

Логану легко удавалось поддеть ее. Она возмутилась:

— Не делай вид, что соглашаешься со мной. Последнее, чего я от тебя жду, — это смирение. Обычно ты жесток.

— Но кто жесток сейчас?

— Прости. Я задела твои нежные чувства?

Логан откинул голову назад и засмеялся. Ребекка не могла вспомнить, слышала ли она когда-нибудь его смех. Решила, что нет. Ссориться с заботящимся только о своих интересах бизнесменом она не хотела. Его смех невольно вызвал у нее ответную улыбку. На мгновение между ними возникла неуловимая связь, которая согрела девушку. Она почувствовала, что больше не одинока.

Однако Ребекка подавила улыбку. Ей пришлось. Логан расценит это как слабость. Он умел распознать слабости противников и использовать их, именно поэтому всегда добивался успеха в бизнесе и спорте.

— Просто скажи, чего ты хочешь, Логан. Я постараюсь помочь тебе.

Он пристально посмотрел на нее:

— Я хочу тебя.

Ребекка задержала дыхание. Еще ни один мужчина не говорил ей ничего подобного, и она предпочла бы услышать эти слова не при таких обстоятельствах и не от такого человека. Как может грубиян, открыто не признающий правила этикета, хотеть такую, как она?

— Чего ты на самом деле хочешь? — Ребекка попыталась взглянуть на него с королевским презрением, но добилась в ответ лишь широкой улыбки, которая свидетельствовала, как мало ее так называемое презрение значит для Логана.

— Я уже сказал тебе.

— Что ты хочешь меня? Неправда. Ты наверняка хочешь, чтобы я что-то сделала для тебя. — Ребекка пользовалась влиянием в Сан-Филиппе.

— А если я на самом деле хочу тебя?

Она должна положить конец этому. Слова, низкий хрипловатый голос — все это увеличивало вероятность попасть в глупое положение.

— Хватит тратить мое время, Логан!

— Время, которое ты явно проводишь эффективно. — Он бросил взгляд на кружку с горячим шоколадом и журнал, посвященный кулинарии, лежавший на столе.

Пусть думает что хочет. Она не собирается долго бездельничать. Ребекка Маркони умеет ценить время. Она встала:

— Если ты не желаешь уходить, уйду я.

Ребекка побрела по пляжу. Она направлялась к гористому мысу в конце залива. Тихий океан — с одной стороны, линия дорогих особняков — с другой. За домами высился очень крутой, поросший лесом склон холма.

Логан догнал Ребекку. Он пошел рядом, держа в руках ее кружку:

— Ты едва прикоснулась к напитку.

— Спасибо. — Что еще она могла сказать?

— Горячий шоколад… Я думал, ты из тех девушек, которые предпочитают капучино.

— Я не пью кофе в это время.

— У тебя проблемы?

— Логан, я не собираюсь обсуждать с тобой не только мои проблемы, но вообще ничего. Так что ты можешь идти.

— Прикажи мне.

Ей было нечего терять.

— Я приказываю тебе: именем моего отца, уходи.

Ребекка успела сделать несколько шагов, пока Логан корчился от смеха. Она не могла не улыбнуться про себя, понимая всю тщетность своей попытки.

Он поравнялся с ней:

— Именно твой отец и то, чего он ждет от тебя, и есть причина моего появления здесь.

Желание смеяться мгновенно испарилось. Ребекка боялась этого с тех самых пор, как Логан впервые предложил ей встретиться.

— Я займусь этим. Сама.

— Я уже говорил, что ты все делаешь совершенно неправильно. Но у меня появилась одна идея, которая может сработать.

— У меня нет ни малейшего желания выслушивать, что ты думаешь о моей личной жизни.

Хотя личная жизнь Ребекки — благодаря ее отцу — стремительно становилась предметом обсуждения.

Они прошли мимо гостиницы, которая предоставляла номера с завтраком и была спрятана на покрытом деревьями холме. Виднелись только крыша с крутым скатом и миленький балкон. Это была тихая и привлекательная своей старомодностью гостиница. Обычно Ребекка в таких не останавливалась, но сейчас ей было необходимо безопасное место. Здесь никто не мог побеспокоить девушку. Кроме того, в таких отелях не останавливаются бизнесмены уровня Логана Бучанана.

— Ты не хочешь выслушать мой план? — поинтересовался он дружелюбно и любезно.

— Готова поспорить, что волк рассказывал Красной Шапочке про короткий путь точно таким же голосом, — она взглянула на него, — и наверняка с такой же улыбкой.

Улыбка Логана стала шире. Красная Шапочка, наивная и невинная, не устояла бы перед таким заманчивым предложением.

Они отправились дальше. Солнце светило им в спину, прибой накатывал на берег. Это было приятное время. О такой прогулке Ребекка мечтала. Хотя в ее мечтах мужчина действительно хотел ее, а не что-то от нее. Через пятнадцать минут они подошли к концу залива. Далее тропинка поворачивала в лес. Выцветший указатель гласил, что обзорная площадка находится в двадцати минутах ходьбы. Ребекка начала подниматься вверх, Логан не отставал. Несмотря на то что, пока Ребекка добиралась до вершины, солнце спряталось за облака, пот тек по ее спине и по груди. Далеко внизу виднелся покрытый белой пеной залив. Ребекка присела на скамью.

Логан, широкоплечий и узкобедрый, стоял у перил. Он совсем не вспотел, как будто не было этой утомительной дороги вверх. Затем он отошел от ограждения и сел рядом с Ребеккой, скрестив ноги. Сел слишком близко. Она отодвинулась на самый край.

— Красивый вид, — заметил Логан.

— Тебя не интересует вид.

— Нет, но у меня есть право оценить его, раз уж я тут.

Он сдвинул солнцезащитные очки на лоб, повернулся и посмотрел на девушку. Она знала, что он считает ее привлекательной. Логан говорил ей это много раз, впрочем, как и то, что он считает ее роль в Сан-Филиппе совершенно бесполезной. Итак, она, по его мнению, бесполезна, однако красота в некоторой степени компенсирует бесполезность.

Ребекка тоже считала его красивым. Логан Бучанан был высок. Его глаза замечали все. Глубина всепроникающего взгляда поначалу привлекала ее. Но теперь все изменилось. Причем изменилось навсегда.

И Логан знает об этом.

Однако насмешка в его глазах, резкая манера выражаться, осуждение того общества, представителем которого являлась Ребекка, — все это дразнило ее чувства. Дразнило ее.

Ребекка достаточно хорошо знала мужчин типа Логана, а потому понимала, что лучший, а возможно, и единственный выход — выслушать его и притвориться, что она готова принять во внимание его слова.

— Хорошо. Я согласна. Если у тебя есть что сказать, говори. Очевидно, это единственный способ избавиться от тебя.

— Признаюсь, я несколько разочарован. Я ожидал большего сопротивления, принцесса.

— Я не собираюсь спорить с тобой, Логан, но это не означает, что я намерена последовать твоему совету.

— Конечно.

— Итак?

— Пообедаем?

Ребекка уставилась на него.

— Я объясню тебе все во время обеда. Недалеко отсюда есть неплохой ресторан.

— Почему не сейчас?

— Потому что это… несколько необычный план, и, если я начну излагать его сейчас, ты, скорее всего, попытаешься удрать, не обдумав все как следует. А за обедом, когда мы приступим к основным блюдам, у меня будет больше шансов, что ты выслушаешь план до конца.

— Через желудок проходит путь к сердцу мужчины, но не женщины, — напомнила она.

— Мне не нужно твое сердце. Только уши. И твое время.

— Поведав мне план, ты оставишь меня в покое?

— Если ты все еще будешь хотеть этого.

— Ты настолько уверен в своей способности убеждать?

— Да.

— Но ты не знаешь меня. — Ничто не может поколебать ее решимость.

— Я знаю тебя достаточно хорошо. — Логан встал. — Я заеду за тобой в семь.

— Назови ресторан. Я доберусь сама.

Ребекка не желала зависеть от него. Выслушав его так называемый план, она уйдет. Сама.

Логан одарил ее такой знакомой улыбкой.

— Как пожелаете, принцесса. — Он произнес это с вежливой насмешкой.

Затем он предложил ей руку, не задумываясь о том, соблаговолит ли она принять его помощь. Прикосновение к его ладони, твердой и сильной, вызвало дрожь и напомнило Ребекке, что этот мужчина не похож на других.

Логан смотрел на женщину, сидящую напротив него. Сегодня на пляже он не сразу узнал ее. В приталенном желтом платье и легком кардигане, со свободно падающими на плечи светлыми волосами, Ребекка выглядела моложе и… спокойнее. Логану было известно, что, к сожалению, именно он разбудил в ней подозрительность. Сейчас пышные волосы принцессы были заколоты сзади, и она была одета в очень элегантное черное платье с длинными рукавами. Этот наряд выгодно подчеркивал ее формы. Однако руки Ребекки были скрещены на груди. Не надо быть экспертом, чтобы понять язык жестов.

Логан хотел, чтобы она расслабилась, чтобы приняла его сторону. Но это труднее, чем утвердиться на европейском рынке.

— Еще бокал «совиньон блан», моя дорогая?

— Я ничья дорогая, Логан, и уж тем более не твоя.

Ребекка действительно не была «ничьей дорогой», и этот факт бесконечно удивлял Логана. Ее честность нравилась поклонникам, но, несмотря на многочисленные предположения, которые появлялись в прессе, ни одно из них не было подтверждено.

— Итак, ты согласна выпить еще вина. — Он начал наливать вино в ее бокал.

Ребекка слишком напряжена и недоверчива. Предстоит рискованное дело, и ему необходимо, чтобы она хоть немного расслабилась. Интересно, она когда-нибудь напивалась? Трудно представить всегда собранную и царственную Ребекку хихикающей, несдержанной и экспансивной. Логан на мгновение закрыл глаза и тут же увидел ее запрокинутую голову и лилейную шейку, ждущую прикосновения его губ.

— Итак, что за план?

Логан заморгал, отгоняя соблазнительную картинку:

— Но главные блюда еще не принесли, а сделка есть сделка. Итак, скажи мне, — попросил он, надеясь отвлечь ее, да и себя тоже, — чего ты хотела добиться, убегая из Сан-Филиппе?

Ребекка отвела глаза.

— Я не убежала. Просто решила отдохнуть. Я это заслужила, — заявила она с вызовом.

Логану нравилось нарушать спокойствие невозмутимой принцессы.

— Называй вещи своими именами: ты сбежала.

— Я не собираюсь ничего тебе объяснять.

— Есть ли хоть доля правды в тех слухах, которые дошли до меня?

Ребекка сидела прямо, но каким-то образом умудрилась сесть еще прямее. Словно подтвердила, что его информация точна. Кроме того, она была получена из надежных источников.

— Тебе не следует слушать сплетни, — бросила девушка.

Официант поставил перед ними тарелки с лангустами, а сомелье принес новую бутылку вина к этому блюду. Логан отпил немного; сомелье ждал его одобрения.

— Превосходно, — сказал Логан.

Хотя, если быть честным, он бы с большим удовольствием выпил пива.

Когда бокалы были наполнены, Логан поднял свой и молча поприветствовал Ребекку. Она смотрела на него пристально, но в глубине ее глаз он уловил неуверенность. Неуверенность человека, не знающего, что делать.

Он поможет ей.

Логан поставил бокал на стол.

— Если слухи, которые я слышал, правда, — он взглянул на нее, — скоро ты станешь чьей-то дорогой, даже если не хочешь этого. Поэтому я предлагаю тебе… быть моей.

Глава 2

Хорошенький ротик принцессы приоткрылся, а ее мягкие губы округлились. Она изумленно уставилась на Логана, затем быстро закрыла рот и с неодобрением нахмурила брови:

— Ты сказал?.. Ты предложил?..

Он кивнул:

— Это идеальное решение.

Ребекка отодвинула стул и встала:

— Я думаю, мне лучше уйти. Спасибо за обед.

Логан тоже встал. Он ожидал подобной реакции, но Ребекка все делала с таким спокойствием и невозмутимостью, что ему захотелось встряхнуть эту Мисс Совершенство, взъерошить ее идеально приглаженные перышки.

— Останься. Выслушай меня.

— Полагаю, я слышала достаточно.

Она направилась к выходу. Он успел схватить ее за запястье, и кожа Ребекки покрылась мурашками от его прикосновения.

— Подожди.

Едва различимый разряд пронзил тело Логана. Такое же чувство он испытал, когда на обзорной площадке она вложила свою руку в его.

Девушка замерла и мельком взглянула на его руку, но не попыталась высвободиться.

— Логан, мы оба попусту тратим время. — Она говорила совершенно серьезно, однако ее пульс бился довольно сильно, и легкий румянец показался на щеках.

— Останься. Что ты теряешь? — предложил он.

Ребекка помолчала немного.

— Чудесный вечер? — неуверенно проговорила она.

Логан смеялся до тех пор, пока она и сама не начала улыбаться.

— Останься. — Он отпустил ее руку. — Еда отличная и вид красивый. — Логан показал на океан, и Ребекка взглянула с задумчивым лицом на покрытые белой пеной гребни волн. — В противном случае я пойду за тобой и не отстану, пока ты меня не выслушаешь.

— Не думаю, что твой план имеет хоть какой-то смысл.

— Он будет иметь смысл. Позволь мне объяснить все как следует.

— Ты не пытаешься разыграть меня?

— Нет. — Логан был удивлен. Ребекку явно охватило ощущение беспомощности и незащищенности, чего он никак не мог предположить.

Они молча смотрели друг на друга. Он чувствовал, что больше всего на свете Ребекка желает оказаться как можно дальше от него. И еще ей нужна помощь. Поэтому принцессе придется выслушать его.

Наконец она согласилась.

— Я слушаю, — сказала Ребекка со вздохом.

Она скрестила руки на груди, явно не понимая, как это движение изящно приподнимает ее грудь, привлекая внимание к кремовой коже, видневшейся в скромном декольте.

Логан постарался не смотреть на ее грудь.

Румянец окрасил щеки Ребекки, когда она взяла свою вилку. Как Логан и предполагал, ее было легко привести в замешательство.

— Твой отец ждет, что ты… выйдешь замуж, да?

Она ничего не ответила, лишь кивнула. Младший брат Ребекки недавно женился — на девушке, которую ее отец планировал выдать за своего старшего сына. Но отец в конечном итоге был удовлетворен результатом. Правитель Сан-Филиппе все решал сам. Несомненно, он предполагал, что в скором времени все его дети женятся или выйдут замуж.

Когда принц Генри ожидал чего-либо от ближайших родственников, он это получал. Значит, Ребекка и ее старший брат, Адам, в скором времени должны обзавестись семьями.

Отец не скрывал, что достойные, с его точки зрения, браки детей внесут свою лепту в экономику страны, а также укрепят репутацию правящей династии. И он был готов ради этого на многое.

Ребекка поднесла маленький кусочек лангуста ко рту. Вкус был изумительный. Она взяла еще кусочек, и Логан, сам того не желая, наблюдал, как она наслаждается лангустом.

— Признай, — сказал он, — я был прав насчет выбора основного блюда.

— Да, — кивнула она.

Отлично! Это была проверенная тактика: добиваешься согласия в чем-нибудь незначительном, а затем двигаешься дальше.

Некоторое время оба ели, но внимание Логана было приковано к Ребекке. Она, заметив, что он наблюдает за ней, положила вилку на стол:

— Ты начал говорить о моем отце.

— Я уверен, что он уже набросал список подходящих кандидатов. — Раф, брат Ребекки, поделился с ним этой информацией однажды вечером после довольно жесткой игры в поло. — И мое имя в этом списке есть.

— На последнем месте, — уточнила Ребекка.

— Конечно. Меня опередили европейские аристократы и разношерстные молодые политиканы.

— Трудно поверить, что ты вообще оказался в списке. Хотя… Думаю, отец вспомнил о тебе, чтобы на твоем фоне другие выглядели лучше. — Озорство мелькнуло в глазах девушки.

Логан засмеялся. Все ее попытки подколоть его очень милы. Прежде принцесса была сдержанно-холодна с ним.

Намерение ее отца стало для Логана шоком, но, вероятно, в Сан-Филиппе это в порядке вещей. Кто он такой, чтобы критиковать? Эта страна в ближайшем будущем станет плацдармом для прорыва его бизнеса на европейские рынки.

— Ты не хочешь замуж? — поинтересовался он.

Глаза Ребекки потухли.

— Не сейчас.

— А твой отец хочет выдать тебя замуж.

Она наклонила голову.

— Знаешь, мне кажется, я слышу скрежет твоих зубов.

Неохотная улыбка тронула ее губы.

— Общаясь с такими людьми, как ты и мой отец, я, как это ни удивительно, еще сохранила какие-то моральные устои. — Она перестала улыбаться и посмотрела на золотые часы. — Одна минута, Логан. Всего одна.

Пора было переходить к главному. Логан наклонился к ней:

— Ты любишь своего отца и хочешь порадовать его. В прямом и переносном смысле ты — его принцесса. Более того, он не совсем здоров. — Слухи об ухудшающемся здоровье принца Генри тоже дошли до Логана. — Он хочет, чтобы ты вышла замуж. Твои подданные хотят того же. Итак, в ближайшее время на тебя будет давить не только отец, но и народ Сан-Филиппе. Тебе придется доставить ему удовольствие и попытаться порадовать соотечественников. Наверняка большинство кандидатов из списка твоего отца пускают слюнки при мысли о женитьбе на принцессе Ребекке. Я же, напротив, жениться не хочу. И меньше всего — на такой, как ты. — Логан помедлил. Может, это и не идеальный план. Но обычно честность помогала ему. Он подался вперед, глядя на нее в упор. — Я предлагаю нам быть вместе. Мы повстречаемся какое-то время. Думаю, недели четыре. Одну проведем здесь и три — в Сан-Филиппе. Мы будем появляться вместе на публике, а также сделаем несколько фотографий, которые потом попадут в прессу. Всем станет ясно, что перед ними — безумно счастливая пара. В конце второй недели на твоей левой руке появится кольцо с бриллиантом.

— Неужели кто-то поверит, что я влюбилась в тебя всего за пару недель? — Недоумение Ребекки возрастало.

— Всякое бывает. Люди видят то, что хотят видеть. К тому же никто точно не знает, когда мы впервые увидели друг друга. Наши отношения могли начаться раньше. Возможно, с тех пор, как я впервые увидел тебя на вечере у посла, окруженную людьми, но при этом такую одинокую и отстраненную. Я попросил представить меня.

Ее глаза расширились от удивления.

— Ты попросил?..

Логан кивнул. Он увидел Ребекку и захотел познакомиться с ней. Все просто.

— Итак, через две недели мы будем помолвлены, — продолжал он. — Но кольцо недолго будет сверкать на твоем пальце. Наше расставание произойдет по взаимному соглашению, но твое сердце будет разбито.

Ребекка поднесла руку ко рту, чтобы сдержать смех. Логану еще не приходилось видеть, чтобы в ее глазах плясали чертики. Это преобразило лицо принцессы; вся ее серьезность куда-то улетучилась. Перед ним был совсем другой человек. К сожалению, сейчас такая реакция Логана не устраивала.

— Поверь, — сказал он, — вся страна проникнется к тебе сочувствием и любовью, а твой отец поймет, что толкать тебя к браку, когда ты не готова к нему, — это ошибка, и тебе понадобится по меньшей мере год, чтобы прийти в себя.

В ее глазах вспыхнул интерес. Однако он быстро сменился цинизмом.

— А что получишь ты? — с подозрением поинтересовалась Ребекка.

— Это выгодно для моего бизнеса. Я собираюсь приобрести дочернюю компанию «Ле Бланк индастриз». Заполучив ее, я сделаю первый шаг на европейском рынке. Некоторые члены совета директоров пекутся о традициях, и в их глазах я новичок, у которого нет прошлого и, как следствие, нет будущего в Сан-Филиппе. Роман с принцессой, несомненно, склонит чашу весов в мою пользу.

— Что произойдет после нашего расставания?

— Мы будем вместе до тех пор, пока я не получу одобрение совета директоров и не подпишу необходимые контракты. Все, что мне сейчас нужно, — это подталкивать руководство компании в нужном направлении. Если после всего мы с тобой останемся друзьями — это отличная реклама. Люди будут смотреть на тебя и вести себя так же. Ты не будешь злиться на меня, значит, никто не будет.

— И спектакль будет продолжаться?

— Время от времени. Никаких обязательств. И если мы случайно встретимся на каком-нибудь приеме, ты должна будешь улыбнуться и помахать мне.

— И это все? Это и есть твой план? — По ее голосу не было понятно, убедил он ее или нет.

Но Логан не тревожился. Все еще впереди.

— Просто, но эффективно, — заметила Ребекка.

Принцесса взглянула на часы и встала. Логан тоже встал. Наконец она сказала:

— Спасибо за обед и за честность. Это был действительно… поучительный вечер.

Он опустился на стул и смотрел, как она уходит. Ребекка двигалась плавно. Королевская осанка не мешала женственному покачиванию бедер.

Солнце стояло в зените, заливая золотым светом океан, когда Ребекка села за маленький, покрытый льняной скатертью стол на балконе гостиницы. Вчера пение птиц и водная гладь, простирающаяся до горизонта, очаровали ее. Сегодня она была слишком расстроена, чтобы оценить эту красоту. Девушка ужасно спала ночью. И в этом она винила Логана Бучанана и его возмутительное предложение.

Логан претендует на ее внимание только ради успеха своего бизнеса. Лучше уж оставить все как есть, чем обдумывать предложение такого рода.

Неужели она способна обмануть отца? Неужели кто-то поверит, что она влюбилась в такого человека, как Логан, причем за очень короткое время? Ее кузен, например, встречался со своей будущей женой пять лет, прежде чем они объявили о помолвке.

Правда, имел место бурный роман ее брата Рафа с Лекси, женщиной, в которую он влюбился по уши. Но его поступки всегда были необычными…

Ребекка понимала, что Логан в свое время глубоко заинтересовал ее и все еще интересует. Она слегка стукнула ладонью по столу. Пора забыть о нем. Все кончено. Все прошло.

В номере послышался мелодичный голосок Колин, хозяйки гостиницы, и тихий мужской голос…

Она задрожала и медленно повернула голову. Логан развалился в кресле у двери. Он был в джинсах и темно-синей майке. В руках мужчина держал две кружки с кофе. Солнцезащитные очки скрывали его глаза; на губах играла усмешка. Такой мужественный, такой привлекательный, такой… противоречивый.

Ребекка поинтересовалась:

— Что ты делаешь здесь?

Он неторопливо вышел на балкон, поставил кружки на столик и затем присел на перила:

— Я здесь остановился. Согласись, в этой гостинице очень спокойно.

— Ты следил за мной.

— Заглянув в книгу регистрации, ты обнаружишь, что я зарегистрировался здесь за час или два до тебя.

— Как ты узнал, что я приеду сюда?

— Ты весьма неосторожна. — Логан покачал головой. — Если решишь снова пуститься в бега, советую найти кого-нибудь, кто будет давать тебе дельные советы.

Ребекка закрыла глаза и сосчитала про себя до десяти:

— Никто, кроме дворцовой службы безопасности и, возможно, моего отца, не знает, что я здесь. Едва ли они доложили тебе, где меня искать.

— Раф тоже в курсе. Он останавливался на острове пару лет назад.

Раф! Почему же она не подумала о нем? Они друзья с Логаном.

— Я навещал его в этой гостинице. — Он отпил кофе. — Колин готовит замечательный кофе. Я запомню это.

— Что ты сейчас делаешь здесь? — Она стукнула кулачком по столу.

— Я решил проверить, было ли у тебя время, чтобы обдумать мое предложение.

— Это все равно что разговаривать с кирпичной стеной! — Только кирпичные стены не смотрят с такой элегантной небрежностью. Небрежностью, которая тем не менее не скрывает неутолимого желания. — Я ответила тебе прошлым вечером.

— Ты поблагодарила меня за обед и ушла.

— Ушла от тебя. — Ребекка с трудом говорила спокойно, сражаясь с совсем не королевским стремлением закричать. Пять минут с этим человеком — и все ее воспитание сошло на нет.

— Тебе требовалось время на обдумывание, — мягко произнес Логан.

— К тому моменту, когда ты закончил свои объяснения, я уже знала, что отвечу.

— Возможно, ты не продумала все как следует. Это идеальное решение. Ты достаточно умна, чтобы в конце концов понять это.

— Ты меня поражаешь!

Он ухмыльнулся:

— Спасибо.

— Это не комплимент.

— Оскорбления, комплименты — все это только слова. Вернемся к моему предложению.

— Неужели ты думаешь, что я смогу терпеть твою компанию?

— «Терпеть» — грубое слово. Я думаю, мы могли бы развлечься, особенно если будем делать то, что не требует от нас разговоров друг с другом. Можно посетить, скажем, соревнования по гребле, где мы будем сидеть бок о бок. Ты изредка будешь наклоняться и шептать что-нибудь мне на ухо.

Ребекка пыталась понять, когда он серьезен, а когда нет, но не могла. Логан и раньше так поступал: нарочно провоцировал ее.

Она в такие игры не играла.

— Ты продолжаешь обманывать себя, Логан. Поверь, вчера вечером я тщательно выбирала слова и сказала именно то, что хотела. Проводить время в твоей компании, учитывая, что я должна изображать восторг, — это великое испытание.

— Извини. — Он сел рядом с ней. — Продолжай.

Логан внимательно смотрел на нее, его взгляд стал сосредоточенным и… примирительным.

— Я не собираюсь терпеть твое общество для того, чтобы обмануть отца. — Ребекка обхватила ладонями свою кружку. Оказалось, что Логан принес ей горячий шоколад. — Спасибо.

— Учти, твой отец попытается силой выдать тебя замуж за кого-нибудь по его выбору.

— Вообще-то он никогда не заставлял меня.

— Нет? — ухмыльнулся Логан.

— Он может настоятельно советовать.

— Разве это не то же, что заставлять?

Честно говоря, отец иногда деликатно давил на нее. Но Логану об этом знать не обязательно.

— Нет, — отрезала Ребекка. — Я знаю, как говорить с ним. И с любым другим человеком, который пытается заставить меня, деликатно или нет, — она многозначительно посмотрела на Логана, — делать то, что он хочет.

— Иначе сбежишь?

Она помолчала.

— Я считаю, отъезд из Сан-Филиппе был наилучшим вариантом. Это дало мне и моему отцу время подумать.

Достаточно времени, как она надеялась, чтобы отец отказался от своих планов.

— Любопытно, — протянул он.

— Что в этом любопытного?

— Просто это не соответствует одному сообщению из Интернета, которое я прочитал сегодня утром.

— Какому сообщению?

— Принц Генри устраивает бал в твою честь.

Перед ее отъездом о бале и речи не было. Отец обожал все решать сам, но, когда дело касалось Ребекки, он всегда советовался с ней… Почти всегда. Сомнение закралось в ее душу. Он, должно быть, уговорил себя, что это для ее блага, что это ей понравится.

— Не беда, — весело сказала Ребекка, хотя не испытывала никакой радости. — Так уже было, когда мне исполнилось восемнадцать.

Восемь лет назад.

— Да, но тогда он не приглашал самых достойных холостяков Сан-Филиппе и Европы, не так ли? — улыбнулся Логан. — Марсия — как там ее зовут — ведущая рубрики сплетен в «Сан-Филиппе таймс», сравнивает бал с историей Золушки. Возможно, сейчас где-то сидит бедный холостяк, чистит обувь сводного брата и мечтает поехать на бал, чтобы покорить сердце прекрасной принцессы. Если только он найдет, в чем ему поехать на бал.

— Не будь смешным, — возразила она. — Я уверена, ты ошибаешься. Отец ничего мне не сказал про бал. И приглашать подходящих холостяков довольно глупо.

Ребекка обещала отцу, что начнет рассматривать потенциальных женихов, когда вернется. Она сказала это, чтобы выиграть время, а не для того, чтобы отец организовывал балы со сватовством.

— Полагаю, ты права. — Логан вынул телефон из кармана, несколько секунд смотрел на экран. — Эта самая Марсия, должно быть, ошиблась. Но пока здесь все написано черным по белому. Извини, в цвете.

— Покажи мне.

Он спрятал телефон в карман:

— Ты расстроишься. Без сомнения, она завтра же напечатает опровержение.

Но Ребекка знала, что Марсия Роундел использует первоклассные источники. Кроме того, она очень осторожна и ни разу не прогневала королевскую семью.

Вошла Колин с завтраком.

Ребекка не заказывала завтрак, и уж тем более она не заказала бы огромную стопку оладий.

— Выглядит замечательно, — похвалил Логан, прежде чем она успела что-то сказать.

Колин лучилась от радости, и Ребекке не хватило смелости отказаться от завтрака. Обычно она по утрам съедает круассан, какие-нибудь фрукты и йогурт. Что ж, придется поесть, чтобы не обижать хозяйку.

— Она печет потрясающие оладьи, — не унимался Логан.

— Почему у тебя все в превосходной степени: лангусты и вино прошлым вечером, кофе, который приготовила Колин, а теперь и оладьи?

На секунду его лицо помрачнело, однако самоуверенность быстро вернулась к нему.

— Попробуй, а потом можешь соглашаться со мной или нет. Давай же.

Ребекка посмотрела на стопку оладий:

— Ты легко победишь — я никогда не ем оладьи.

Логан открыл рот от удивления:

— Ты попытаешься сделать так, чтобы я почувствовал себя виноватым? Несчастная маленькая богатая девочка! Бедная избалованная принцесса! Нет, правда? Никаких оладий?

— Блины — да. Оладьи — нет.

— Блины, — презрительно пробормотал Логан, а затем подвинул свой стул так, что они практически сидели плечо к плечу. От него приятно пахло. Даже лучше, чем от оладий. Чем-то свежим и мужским. Сама того не желая, Ребекка залюбовалась его руками, когда он потянулся за банкой с кленовым сиропом. Ловко захватив ее, он передал банку девушке:

— Лучше полить все это сиропом. И лей побольше.

Впервые со вчерашнего утра Логан сосредоточился на чем-то другом, а не на ней.

Он повернулся и посмотрел на Ребекку; его лицо было предельно серьезным. А затем он внезапно улыбнулся, сверкнув ослепительно-белыми зубами. Она непроизвольно улыбнулась в ответ.

Неожиданно они стали очень близки: оба улыбались, пристально глядя друг на друга. Это был ни с чем не сравнимый миг, касающийся только их двоих.

Что-то непривычное промелькнуло в глазах Логана, но потом он моргнул, и все исчезло. Логан откинулся на спинку стула, немного отдаляясь от нее. Ребекка почувствовала себя одинокой.

— Я примусь за оладьи, — заявил он.

— Я так и поняла.

Логан целиком сосредоточился на завтраке.

— Попробуешь оладьи или нет, мне все равно, — бросил мужчина, словно испугался, что улыбка продемонстрировала его слабость. Он отодвинул стул и развернул газету, которую Колин принесла вместе с завтраком.

Ребекка решила не обращать на него внимания и попробовала кусочек пропитанной сиропом оладьи. Очень вкусно, как она и ожидала, но Логану знать об этом не обязательно. Девушка не удержалась и съела еще несколько оладий.

— Что скажешь? — лениво поинтересовался он.

— Неплохо.

Он улыбнулся. Не той озорной улыбкой, которую она видела совсем недавно. Эта улыбка была хорошо знакома Ребекке: самодовольная и… волнующая.

— Оладьи намного лучше, чем «неплохо». Но я не об этом спрашивал.

— Неужели ты имеешь в виду твое предложение?

Что нужно сделать, чтобы достучаться до него?!

— Именно об этом я и говорю.

— Я не изменила свое мнение.

Он покачал головой:

— Ты не подумала как следует.

— Логан, ты мне даже не нравишься. — Ей не было до него никакого дела. Он слишком противоречивый, слишком непредсказуемый, слишком красивый.

— Поэтому я считаю это идеальным решением проблемы. Я не нравлюсь тебе, ты не нравишься мне. У меня есть причины предложить тебе помощь, и я их не скрываю. Бизнес прежде всего. Я не испытываю к тебе никаких чувств, так что ранить меня невозможно. Позвони, — он встал и положил на стол визитку, — когда передумаешь.

У Ребекки не было времени, чтобы по-королевски унизить Логана. Он ушел слишком быстро. Но вздохнуть с облегчением она смогла только через пять минут, когда увидела его на пляже.

Затем, не прикасаясь к визитке, Ребекка покинула не только балкон, но и свой номер.

И, выходя, она приказала себе выкинуть все мысли о Логане Бучанане.

Глава 3

— Папа, думаю, это серьезно. — Ребекка скрестила пальцы. — Алло! Связь пропадает. Я тебе позже все расскажу.

Водное такси направилось к берегу. Девушка выключила телефон и уронила голову на руки.

Один день. Всего один день она считала, что опять все держит под контролем. Правда, этот день она провела, постоянно оглядываясь и мечтая увидеть Логана Бучанана, прогуливающегося за ближайшим деревом.

Логан был абсолютно прав. Отец устраивает бал в ее честь. Под различными предлогами приглашены холостяки со всей Европы. Правда, отец отрицает свою причастность к происходящему, но это опровергает список гостей. И каждого мужчину из этого списка принц Генри рассматривает как подходящего мужа для дочери и подходящего зятя для себя.

Этим утром Ребекка получила письмо. Услужливая Колин переслала ей визитку Логана и ее записную книжку, которую она забыла в номере. Ребекка выкинула визитку, однако после звонка Эдуардо выудила ее из корзины для мусора. Сын сенатора, Эдуардо, предлагал сопровождать Ребекку на балет. Несколько лет назад она пару раз выходила в свет с Эдуардо. Повторять этот опыт ей не хотелось. Девушка отказала ему дипломатично, но твердо. А спустя несколько минут позвонил ее отец и сообщил, что Симон Делакорте приглашает Ребекку на открытие его нового ювелирного магазина в Венеции. Принцесса смогла придумать только один выход из положения: она призналась отцу, что уже кое с кем встречается. И назвала Логана.

Теперь необходимо сказать об этом Логану.

Медленно-медленно она набрала номер, указанный на визитке:

— Это Ребекка.

— Какая Ребекка?

Девушка повесила трубку. Он знает, кто она такая. Должен знать. Она посмотрела на телефон. Конечно, Логан — меньшее из всех зол, но все же зло.

Десять минут спустя ее телефон зазвонил.

— Это Логан.

— Какой Логан?

Он засмеялся:

— Логан Бучанан, мужчина, с которым ты встречаешься.

Ребекка посмотрела на вспененный след, который оставляла лодка:

— Я не встречаюсь с тобой.

— Забавно… Видишь ли, только что у меня состоялся странный разговор с твоим отцом. Он хочет поговорить со мной, как только я вернусь в Сан-Филиппе. Он проводит такие беседы со всеми мужчинами, которые собираются встречаться с его дочерью.

Ребекка простонала.

— Принц позвонил через минуту или две после того, как ты бросила трубку, не дав мне договорить.

— О-о… — У нее не было слов.

— Хотела проинформировать меня, любимая?

— Не называй меня так.

— Дорогая? Невеста? Моя сладкая?

Может, позвонить отцу и сказать, что она рассталась с Логаном?

— Похоже, я слышу, как стучат твои зубы? — продолжал издеваться он.

Ребекка с трудом произнесла:

— Прости, Логан. Я совершила ошибку.

— Я был уверен, что ты поймешь, насколько ошибаешься, поступая по-своему.

— Я разговаривала сегодня утром с отцом и необдуманно сказала ему…

— Где ты?

— Рассел, в заливе Островов. — Она там будет через несколько минут, когда водное такси причалит.

— Ты собираешься провести там весь день?

Она поколебалась:

— Да.

— Хорошо. Я появлюсь через пару часов. Нам надо обсудить это лично. Оставайся там. Почитай журнал или книгу. Я позвоню, когда приеду.

— Нет. Не надо… — попыталась возразить Ребекка, однако Логан уже отключил связь.

Она не должна оставаться здесь… Нужно позвонить ему и отказаться от встречи… Но тут поступило сообщение от Эдуардо. Он предлагал встретиться и обсудить работу благотворительной организации, членами правления которой они оба являлись. Прозрачный предлог. Ребекка не сбежала и не перезвонила Логану. Вместо этого она стала бродить по Расселу.

Два часа спустя девушка стояла на пристани, наблюдая, как яхты, шлюпки и рыболовецкие лодки причаливают и выходят из порта. Неподалеку двое мальчишек забрасывали в воду удочки. Ее телефон зазвонил.

— Я на пристани, — сказала Ребекка.

— Я знаю. — Голос раздался сразу и из телефона, и позади нее.

Она стояла неподвижно, всматриваясь в воду. Логан подошел и встал рядом, его тень накрыла ее.

— Итак, какие у нас отношения? — спросил он.

Какая у него самодовольная усмешка!

— Я сказала отцу, что встречаюсь с тобой, в надежде, что он отменит бал, но было уже поздно. Я не знала, что он позвонит тебе.

Старый парусник приближался к причалу. Моряки сновали по палубе и карабкались по мачтам. Корабль не выглядел новеньким и блестящим, как другие суда, но обладал неким очарованием. Если она сосредоточит все свое внимание на нем, то ей почти удастся забыть о мужчине, стоящем рядом.

— Так не пойдет, принцесса. Делая подобное заявление, ты получаешь то, что хочешь, я же — ничего. Вдобавок это временная мера. Не показываясь вместе со мной на публике, ты в лучшем случае выиграешь пару недель.

— Ты думаешь, я не знаю этого? Я была в отчаянии.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

— Скорее всего.

Корабль — «Шанхай», согласно выцветшим зеленым буквам на его борту, — пришвартовался с такой грацией и точностью, какой она не ожидала от старого корабля.

— Поверь, тебе ничто не угрожает. — Голос Логана был низким и задумчивым. — После тонких и проведенных в тайне политических маневров я добьюсь своей цели. Ты также получишь выгоду. У нас интригующий контракт. Моя суровая внешность и твоя деликатность…

— Я в отчаянии. — Ребекка повернулась к нему.

Суровая внешность? Не совсем, но в нем, несомненно, есть мужское начало. Он не похож на тех изысканных молодых людей, с которыми она встречалась. Логан — загорелый, худощавый, но сильный. Он всем своим видом как будто говорит: «У меня свой путь в этом мире».

— Тебе идет, — бросил он. — Отчаяние очень хорошо послужит моим целям.

Матрос с «Шанхая» бросил веревку подростку, стоящему на пристани. Логан, испугавшись, что веревка заденет Ребекку, притянул ее к себе. Всего на секунду его рука сжала запястье девушки, ее голова прикоснулась к его плечу, а спина прижалась к его груди. Всего на секунду все вокруг смолкло. Затем они отшатнулись друг от друга и посмотрели, как подросток привязывает тяжелый конец к швартовной тумбе. Ребекка воспользовалась этим, чтобы прийти в себя после непреднамеренной близости. Вокруг них начали собираться люди. Прикоснувшись ладонью к спине Ребекки, Логан увел ее прочь.

Отойдя подальше, они остановились и стали наблюдать, как далеко в заливе быстроходный катер буксирует парашютиста. Какие чувства испытываешь, паря высоко в небе? На ее вкус, это занятие слишком рискованное. Тем не менее сейчас принцесса готовилась совершить нечто пугающее.

— У меня есть список мероприятий, на которых я должен появиться вместе с тобой, — по-деловому сказал Логан. — Ты можешь добавить к нему свои. В определенных рамках.

— В определенных рамках? — Ох, как изменилось соотношение сил!

— Да. Не требуй и не ожидай слишком многого. Я не пойду с тобой в оперу или по магазинам. И не собираюсь дружить с твоими льстивыми друзьями.

Может, столкнуть его в воду? Разумеется, она не так сильна, как он, но на ее стороне элемент неожиданности. Логан может оскорблять ее, сколько ему вздумается, но она не позволит ему оскорблять ее друзей.

— Мои друзья не льстивые.

— Рад это слышать. Но все-таки я не хочу общаться с ними. Одной испорченной женщины мне достаточно.

— Испорченной?!

— Согласись с этим. Ты же принцесса. По-другому и быть не может.

Кто знает? Наверное, он прав. Но это не добавляет ему очков.

— Ты все еще считаешь, что это сработает? — засомневалась Ребекка.

— Конечно, — заявил Логан со свойственной ему уверенностью.

Интересно, он когда-нибудь сомневается в себе?

— Но мы настолько разные, — вздохнула девушка.

— В этом-то и прелесть. Нет ничего более приятного, чем проводить время с не похожим на тебя человеком. Не нужно притворяться, кроме как на публике. Такой человек будет честен с тобой. Ты можешь говорить то, что думаешь на самом деле. Ничто не обидит меня. Ничто из сказанного не уйдет дальше меня. Это не разрушит политическое согласие и не вызовет народные волнения. Попробуй.

Это было заманчиво. Но Ребекка привыкла скрывать свои мысли.

Он слегка подтолкнул ее локтем:

— Давай. Ты сможешь. Спорим, у тебя имеется длиннющий список всяких слов, которыми ты хотела бы назвать меня. Скажи, что я несносен и достоин сожаления. Меня еще никогда не оскорбляли принцессы.

— В этом и состоит разница между нами. Хорошие манеры… Воспитание…

Логан посмотрел на нее, а затем отодвинул в сторону, освобождая дорогу какому-то карапузу, едущему на велосипеде.

— Что ты знаешь обо мне?

Они неторопливо шли по причалу.

— Я знаю, что ты успешный бизнесмен, — начала Ребекка. — Ты дружишь с Рафом, что, поверь, само по себе не является рекомендацией. Также я знаю, что ты считаешь монархию старомодной. Это все. Кроме одного: ты очень высокого мнения о себе. В общем, я знаю очень мало. Все это делает твое предложение и то, что я его рассматриваю, нелепым.

— Ты уже миновала стадию рассматривания и сообщила отцу, что встречаешься со мной.

— Не совсем так. На самом деле я сейчас нахожусь на стадии «возможно, я совершила ошибку, и мне следует отказаться от этой затеи». Что еще мне следует знать, прежде чем мы продолжим?

— Неужели ты думаешь, что я помогу тебе найти какую-нибудь причину или отговорку? Нет. Я определенно не принадлежу к тому типу мужчин, с которыми ты раньше встречалась. Мое прошлое далеко не радужное. Очень простое, очень бедное, но, по правде говоря, в нем нет ничего предосудительного. Ничего, что могло бы плохо сказаться на тебе.

— Приятно это слышать.

— Давай осуществим намеченное. Нам нужно уединиться, чтобы обсудить условия нашего соглашения.

— Условия? Будут условия?

— Конечно. Думай об этом как о начале нашего взаимовыгодного сотрудничества.

— Это абсурд. Мы собирались только делать вид, что встречаемся.

— Но нам обоим нужна ясность в том, чего мы ожидаем. Потому что это не ухаживание. Я хочу сразу все расставить по местам. Это гарантия нашей общей безопасности.

Женщина средних лет, идущая впереди, тронула за локоть своего спутника с фотокамерой и указала на Ребекку. Логан ловко развернул девушку, взял ее за руку и увел с причала.

— Ты не хочешь, чтобы нас сфотографировали? — удивилась она.

Ребекке казалось, что Логан немедленно окажется рядом с ней, завидев фотографов.

— Хочу. Но только когда ты твердо скажешь «да». Когда ты признаешься себе, что именно это тебе нужно. И только потом, несомненно, появятся фото. Много фото.

— То есть ты не собираешься силой заставить меня?

Логан все еще держал ее за руку. Ее пальчики утонули в его большой загрубелой ладони. Бесспорно, он привык все контролировать, и ей придется быть бдительной, чтобы отстоять свои интересы.

— Это не просто единственный возможный вариант для тебя, — продолжал он. — Это лучший вариант. Поверь, я рассмотрел ситуацию с обеих точек зрения. Чем раньше мы начнем, тем раньше закончим. Где ты остановилась?

Ребекка вздохнула. Он прав. Чем дольше откладывать начало, тем дольше не наступит конец. Однажды они расстанутся, и она получит свободу, уединение и — что более важно — время.

— Мои друзья отдыхают на одном из островов, — призналась Ребекка.

— Джордж и Тереза? Я думал, они в Южной Америке.

Он знает их? Хотя Джордж — друг Рафа.

— Они приехали сюда недавно, — объяснила она.

— Я пойду вместе с тобой. Нам необходимо все урегулировать. Я хочу, чтобы наше появление на публике было тщательно спланировано.

— Настолько, насколько это необходимо.

— Ты читаешь мои мысли. Видишь, мы уже понимаем друг друга. У нас все получится.

Впервые отчаяние в душе Ребекки сменилось лучиком надежды. Может, и правда у них все получится.

Час спустя, укрывшись в тени огромного зонтика, они сидели у бассейна. Хотя лето закончилось, все еще было жарко. Ребекка, в шортах и свободной блузке, сидела с блокнотом на коленях. У Логана тоже был блокнот — она дала ему. Разница состояла в том, что блокнот лежал у него на лице, защищая от солнца.

Для человека, заявляющего, что он напряженно работает семь дней в неделю, Логан был чересчур расслаблен.

— Я хочу, чтобы ты пошел со мной на бал, — заявила Ребекка, стараясь не замечать его широкого мускулистого торса и парочки небольших интригующих шрамов — на бицепсе и на суставе пальца. Девушка сцепила руки, пытаясь отогнать видение того, как она будет исследовать кончиками пальцев эти шрамы или рельеф его груди…

Логан поднял блокнот и посмотрел на нее, тряхнув головой:

— Бал будет нескоро. К тому времени я уже вернусь в Штаты.

— Я хочу, чтобы ты пошел со мной на бал. Ты сможешь приехать? Это мое условие. Помнишь, Логан? — Она улыбнулась.

— Хорошо, — медленно проговорил он, а затем опять прикрыл блокнотом лицо, — я приеду. Посмотри-ка список мероприятий.

Список включал не только обеды в элитных ресторанах и многочисленные встречи, но и рафтинг (она понятия не имела, что это такое), и матч в поло.

— Я обычно таким не занимаюсь, — попыталась возразить она. — Я живу спокойной жизнью в рамках королевских обязанностей.

— Если мы будем делать только то, что ты обычно делаешь, никто не поверит, что я на самом деле встречаюсь с тобой, — заметил Логан. — Ты можешь добавить к списку свои дела, но только учти, что я не выдержу огромного количества бессмысленных коктейльных вечеринок и оркестров. — Внезапно он разозлился. — Мы собираемся сделать это или нет? Если нет, то давай оставим эту затею. Поверь, мне есть чем заняться. А ты, вероятно, придумала другой план, как отделаться от своего отца? Если только, конечно, ты не решила пойти у него на поводу.

Ребекка сглотнула:

— Я согласна.

И этими двумя словами она обрекла себя на неизвестность.

Глава 4

Логану порой приходили в голову и не совсем удачные идеи. До сих пор он был уверен, что идея, предложенная Ребекке, к таковым не относится.

Логан смотрел во все глаза, как Ребекка протянула руку к молнии на спине костюма для подводного плавания. Он и прежде не сомневался, что под элегантной, сшитой на заказ одеждой скрывается красивое тело.

Но этот костюм не был выполнен на заказ.

Он облегал девушку, как вторая кожа.

Надо признать, Логан был сбит с толку. Хотя, пожалуй, это совсем не подходящее слово.

Неожиданно ему захотелось, чтобы Ребекка была одета во что-нибудь прячущее ее силуэт, грудь, изгиб талии и бедер, длинные стройные ноги. Поскольку в данной ситуации это было исключено, он пожелал, чтобы проводники, стоявшие в заставленной мебелью комнате для инструктажа, оказались далеко отсюда, поскольку видел оценивающие взгляды молодых людей, хотя они всего лишь объясняли принцессе технику безопасности.

А Ребекка выглядела так, словно ничего не понимала. Она думала, они видят в ней только принцессу — не женщину.

Рафтинг — сплав на надувных плотах по рекам, протекающим в подводных пещерах, — был его идеей. Он не сомневался, что это будет чем-то совершенно непривычным для нее, чем-то выходящим за рамки ее понятий о приличиях. Пусть принцесса не думает, что она единственная, кто все контролирует.

Правда, сейчас она заставила его чувствовать себя неловко.

Ребекка повернулась к нему спиной:

— Пожалуйста, помоги мне застегнуть молнию до конца.

Ее голос звучал раздраженно. Застежка располагалась между лопатками, открывая нежную кожу девушки.

Логан закрыл глаза и вдохнул. Затем, открыв глаза, он положил руку на талию Ребекки, чтобы было удобнее тянуть замок молнии вверх, и застегнул ее с чувством облегчения и сожаления одновременно.

— Спасибо. — Она отошла, и он позволил себе выдохнуть.

Логан сконцентрировал все свое внимание на проводниках, так как они объясняли, чего можно ожидать во время сплава.

Десять минут спустя все стояли у короткого отвесного тоннеля, ведущего в темную, заполненную водой пещеру. Первый проводник прыгнул вниз. Ребекка, которая должна прыгать второй, сняла защитный шлем с закрепленным на нем фонарем, отрегулировала ремешки под подбородком и снова надела его.

Ему показалось или она выглядит немного бледнее, чем обычно? Логан встал рядом с ней, отодвинул ее холодные неуклюжие руки и сам закрепил ремни. Его пальцы легко коснулись ее шеи и подбородка.

— Ты в порядке? — тихо спросил он. — Если ты не хочешь, не спускайся.

Логан не собирался пугать девушку. Именно страх, по его мнению, плескался в ее больших серых глазах. Нельзя забывать, что до сего времени изнеженная принцесса вела совсем другую жизнь.

Не глядя на него, Ребекка отступила и улыбнулась. Но то была королевская улыбка. Сдержанная и отстраненная.

— Я в порядке, — проговорила она.

И прежде чем Логан успел сказать что-либо еще, она схватила свой плотик, глубоко вздохнула и шагнула с выступа.

Как же она красива!

Ребекка вынырнула, села на плотик и поплыла. Логан прыгнул в ледяную воду, второй проводник последовал за ним.

В заполненной водой темноте они плыли по течению из одной пещеры в другую, держась друг за другом, а свет от их фонариков скользил по древним сталагмитам и сталактитам. Единственным нарушающим тишину звуком был плеск падающих с потолка капель.

Через узкий проход они проникли в довольно большую пещеру и, следуя совету гида, выключили фонарики. Ребекка удивленно вскрикнула. Логан мысленно согласился с ней. Через тысячи крошечных, незаметных глазу отверстий, проделанных в известняке личинками светлячков, свет попадал в пещеру и отражался в черной как чернила воде. При этом было так темно, что Логан не видел свою руку, которую держал всего в паре дюймов от лица.

Ощущение было такое, словно они плыли по ночному небу.

Ребекка постаралась придвинуться к Логану, чтобы быть в сцепке с ним, и задела его руку. Когда она хотела убрать руку, он удержал ее. Они видели лишь смутные очертания друг друга, но ощущали приятный контакт. Ребекка и Логан держались за руки на протяжении всего двадцатиминутного путешествия.

Лишь выплыв из темноты, он отпустил девушку. Логан выбрался на берег первым и протянул ей руку.

— Тебе понравилось? — спросил он.

— Это, несомненно, самое необыкновенное свидание, на котором я была.

— Но тебе понравилось? — настаивал Логан, не принимая во внимание уклончивый ответ. — Это не соревнование, принцесса, и ты ничего не потеряешь, если признаешься, что тебе было интересно.

Ребекка вздохнула:

— Это потрясающе. Спасибо. Сама я бы никогда на такое не решилась. — Благодарность светилась в ее глазах.

— Тебе было страшно? Поначалу? — допытывался Логан.

— Мне было… некомфортно.

И почему принцессы разговаривают столь ужасно?

— Прости. Я не знал.

Она одарила его своей лучшей королевской улыбкой:

— Ты не предполагал.

Восхищение — не то, чего он ожидал от Ребекки. Впрочем, восхищение не может причинить вред. Логана беспокоило другое: его тянуло к девушке. В голове роились крайне неприличные мысли об очень приличной принцессе. Страсть может доставить ему массу неприятностей.

Три дня спустя Ребекка сидела с Логаном в салоне его личного самолета. Они летели в Сан-Филиппе. В средства массовой информации просочились сведения о том, что принцесса встречается с неким загадочным человеком и что готовится вечеринка, на которую приглашены фотографы. На одном сайте даже написали, что она «развлекалась со своим новым кавалером на уединенном острове». Ребекка была достаточно закалена, и ее не расстраивали нападки желтой прессы, однако покоробило слово «развлекалась». Она ни с кем не развлекалась, а две ее прогулки с Логаном по берегу недалеко от коттеджа, в котором остановились Тереза и Джордж, едва ли можно считать развлечением. В следующий раз они напишут, что она нежничала с кем-то.

Ребекка закончила просматривать свое расписание на следующую неделю и посмотрела на мужчину, который, развалившись в кресле, работал на ноутбуке. Его огромные пальцы двигались удивительно ловко. Он сосредоточенно нахмурил брови, и на переносице появились две вертикальные складки.

Их отношения были, как они и договаривались, сугубо деловыми. Никакой нежности и развлечений наедине. Логан едва разговаривал с ней. Она порой случайно ловила его взгляд, но не могла понять, о чем он думает. Однажды Ребекка поймала себя на том, что внимательно смотрит на него.

Приземлившись, они разойдутся по своим делам, и она увидит его только завтра, в театре. Логан, кстати, предупредил, что не ждет этого с нетерпением. Самолет уже выруливал к месту стоянки, когда он выключил компьютер и взглянул на принцессу:

— Готова?

— Не совсем. — Она по-прежнему не была уверена, что поступает правильно. По многим причинам. — Я никогда раньше не пыталась одурачить людей.

Он убрал ноутбук в портфель и встал.

— Значит, ты никогда не притворялась, что счастлива, в то время как на самом деле кипела от злости? Или не притворялась, что заинтересована чем-то, а твои скулы сводило от скуки? Никогда не говорила, что ты в порядке, когда в действительности была напугана?

— Ну да, но это совсем другое дело. — Ребекка не торопилась расстегнуть ремни безопасности.

Логан кивнул на открытый роман, лежащий у нее на коленях:

— Как долго ты собираешься прятаться в самолете?

Скрепя сердце она закрыла книгу и убрала в свою сумку.

— Обычно я не интересую журналистов. По традиции это роль Рафа, так как он часто попадает в неприятности, или Адама, потому что он главный наследник престола.

Логан протянул ей руку:

— Пойдем, принцесса. Тебе и раньше приходилось видеть огромные толпы, приветствующие тебя.

Она посмотрела на его руку.

— Ты и к этому могла бы уже привыкнуть.

Тот факт, что его рука должна войти в привычку, был частью ее проблемы. Логан предложил ей свою руку с такой легкомысленной непринужденностью, будто это совершенно нормально. Еще одно отличие между ними. В ее мире ничего нельзя сделать или сказать, не подумав о том, как это выглядит со стороны, как это будут трактовать и какой в этом смысл.

Ребекка оперлась на предложенную ей руку. Ее немедленно охватила чувственная дрожь. Значит, она еще не привыкла. Логан помог ей встать. Они направились к выходу.

— Это будет легко, — говорил он. — Мы выходим из самолета, улыбаемся, машем. Быстрый поцелуй. Мы вместе садимся в поджидающую нас машину, которая отвезет тебя во дворец, а меня — в отель. Мы увидимся снова, только когда я приеду, чтобы отвезти тебя на балет.

Ребекка анализировала, какие чувства она испытывает, держась за его руку. Это было необычно, но приятно. Его твердая сухая ладонь была более приятна, чем липкая рука сенаторского сынка Эдуардо. Неожиданно до девушки дошли слова Логана.

— Остановись на секундочку. Что ты сказал? — спросила она.

— Ты поедешь во дворец, а я в отель, — повторил он. — Завтра вечером я заеду за тобой, и мы вместе отправимся в театр.

Они вышли из самолета и остановились на верхней ступеньке трапа. Толпа собралась за веревочным ограждением.

Логан улыбнулся и помахал встречающим, затем он обнял Ребекку за плечи и, притянув к себе, поцеловал. У нее перехватило дыхание, колени задрожали, а способность анализировать улетучилась.

Жар…

Логан обжег ее. Его губы были нежными и ищущими, и Ребекка забыла, что надо бы отступить назад. Вместо этого она дала ему поцеловать себя. Позволила себе испытать прикосновение его губ. Тепло мужчины окутало ее. Его рука, обнимавшая девушку, поддерживала ее. И прижимала все сильнее. Она решила насладиться…

Насладиться?! Нет!

Ребекка отшатнулась и услышала приветствия толпы. Что же она только что натворила?

Логан подмигнул ей:

— Не такая уж ты и ледяная, принцесса. Неплохо для первого поцелуя. Ты немного напряглась в конце, но мы над этим поработаем.

— Этот поцелуй — первый и последний. Мы не будем ни над чем работать. — Она добавила в голос льда.

Логан не заметил, что ее от возбуждения охватила внутренняя дрожь. Он взял Ребекку за руку, и они вместе спустились по трапу.

— Последний? — усмехнулся он. — Один поцелуй никого не убедит.

Ребекке стало легче оттого, что их тела больше не соприкасаются.

— Я должна заботиться о своей репутации, пока ты рядом, да и потом, когда все закончится. И я не думаю…

Он поцеловал ее опять. Быстро и жестко. Его улыбка стала шире.

— Хорошо. Не думай, — согласился Логан. — Иногда лучше все оставить как есть. Завтрашние газеты раструбят о нашем поцелуе. — И добавил шутя: — Мне тоже следует позаботиться о своей репутации.

Ребекка не могла оттолкнуть его. Это было недопустимо. И уж тем более она не могла прикоснуться пальцами к своим губам. Девушка вырвала у него свою руку, подняла подбородок повыше и двинулась вперед. Логан шагал рядом с ней.

Она была уверена, что он самодовольно улыбается.

В автомобиле принцесса устроилась на краешке сиденья — как можно дальше от Логана. Ее взгляд — немного раздраженный, немного задумчивый — был направлен вперед. Она сдвинула тонкие, в форме арки, брови в знак неодобрения и теребила ремешок сумочки.

Логан откинулся на спинку сиденья, скрестил ноги и сцепил пальцы на затылке.

Наконец Ребекка перестала теребить ремешок, нажала на кнопку, поднимающую перегородку между шофером и пассажирами, и повернулась к нему:

— Насчет поцелуя.

Он улыбнулся.

— Это было не смешно.

— Да. Это определенно было не смешно. Интригующе, я бы сказал. В тебе скрыт большой потенциал. — Хотя Логан пытался поддеть ее, он говорил правду. Поцелуй, ответная реакция Ребекки, вкус ее губ — все это поразило его сильнее, чем он мог себе представить. Ситуация искушала и волновала его. — Думаю, немного практики, и ты станешь…

— Мы с тобой договорились, что будем встречаться. Поцелуи не обсуждались.

Ее тон был холоден, будто она собиралась издать королевский указ о высылке Логана в Арктику или куда там полагается высылать людей по законам Сан-Филиппе.

— Ты хочешь, чтобы люди поверили, что мы встречаемся, не так ли? — поинтересовался он.

— Да, но… — Ребекка отвела взгляд.

— Но что?

— Мы можем добиться этого и без поцелуев.

— Нет, не можем. Я буду выглядеть как твой телохранитель или брат. А это не то, что мне нужно.

— Мы можем держаться за руки и нежно, с любовью смотреть друг на друга.

— Этим мы тоже займемся, — заверил он ее.

— Хотя смотреть с нежностью и любовью будет нелегко, — бросила она, пристально глядя на Логана.

— Мы обязательно сделаем это. Послушай, принцесса, мне это так же не нравится, как и тебе. — По крайней мере, он знал, что ему не следует увлекаться.

Недовольство Ребекки усилилось. Очевидно, она считает, что он должен наслаждаться происходящим и только она имеет право жаловаться.

— Мы справимся, — попытался убедить ее Логан.

Она немного подумала:

— Тогда следует оговорить некоторые границы.

— Какие? — Он повернулся к ней. — Это, должно быть, здорово: королевские правила для поцелуев.

— Только на людях.

Логан кивнул:

— Довольно справедливо.

— Еще следует добавить временные рамки.

— Разумно. Сорок пять секунд? Минута?

Она уставилась на него:

— Боже правый! Нет!

Его взгляд опустился на ее губы — предмет их разговора. Сегодня они были бледно-розовыми, что очень шло к цвету ее шелковой блузки. Шелк струился под его пальцами, когда он обнимал ее за плечи и целовал.

— Пожалуй, слишком мало, — продолжал Логан. — Не добавишь немного?

— Сейчас не до шуток. Я думаю, что пять секунд — это предел.

— И кто сейчас шутит? — ехидно спросил он.

— Я говорю совершенно серьезно.

Ее большие серые глаза были полны решимости.

— Кто целуется пять секунд? Мои бабушка с дедушкой целовались и того дольше, — не выдержал Логан. — Воспоминания о нашем поцелуе не отпускают меня возмутительно долгое время.

Ребекка молчала.

— Таким может быть первый поцелуй позади школьного навеса для велосипедов. — Хотя она, возможно, училась в школе для девочек, и там не было навеса для велосипедов, только парковка для лимузинов.

Ребекка смотрела в окно; ее пальцы снова принялись теребить ремешок сумочки.

— Кто был твой последний ухажер, принцесса? — Логан заговорил серьезно. — Какой-нибудь жеманный королевский прихлебатель?

— То, с кем я встречалась, не твое дело, и тебе незачем знать это. Ты меняешь тему. Я согласна максимум на десять секунд. Не больше.

— Я готов молить тебя о большем.

— Не льсти себе, Логан. Десять секунд — это все, что я смогу вытерпеть, и я буду считать каждую секунду.

— Ты бросаешь мне вызов? Мужчины в моей семье очень серьезно относятся к тому, что кто-то бросает им вызов.

— Я просто предупреждаю тебя.

— Десяти секунд не хватит даже на начало, — отрезал он.

— Ты, кажется, забыл, что мы будем целоваться, только чтобы поддержать миф. Это чистой воды притворство.

— А когда мы вместе будем обедать, мы будем притворяться, что едим? Притворяться, что наслаждаемся едой? — язвительно поинтересовался Логан.

— Нет. Конечно, если вкус замечательный…

— Об этом я и говорю.

— Но если нам не понравится еда, мы не покажем этого, — сказала Ребекка, безуспешно пытаясь настоять на своем.

Логан вытянул руку вдоль спинки сиденья; его ладонь скользнула по распущенным волосам Ребекки, а большим пальцем он прикоснулся к ее подбородку. Она напряглась:

— Я не пойму, кого ты пытаешься поставить в глупое положение: меня или себя?

Он снова погладил подбородок девушки. Интересно, отодвинется ли она? Ребекка не двигалась, но изо всех сил старалась игнорировать Логана. Ее кожа была мягкой и как будто ждала, чтобы к ней прикоснулись…

— А ты более чувствительна к прикосновениям, чем я предполагал. Ты любишь трогать вещи, текстуру и формы. Я заметил это еще в Новой Зеландии. Помнишь, мы заходили в художественную галерею, а затем в магазин подарков? Ты прикасалась к шелку, гладила кончиками пальцев керамику, прикрыла глаза, нюхая мыло. Мне кажется, под холодной внешностью — маской, которую ты носишь, — скрывается чувственная натура.

— Ты ошибаешься. Я по своей природе холодна и сдержанна, и меня это устраивает.

— Я бы сказал, что по своей природе ты страстная и чувственная, но ты научилась не показывать этого. Ты прячешь свои мысли и чувства, но это не значит, что у тебя их нет.

Лучше бы ему промолчать. Логан не хотел думать, что она страстная. Ему было легче — и даже необходимо — считать Ребекку холодной и сдержанной. Даже высокомерной. Именно так он решил, когда познакомился с ней: отстраненная, бесчувственная принцесса.

Но когда Ребекка держалась за его руку в пещере, в этом не было ничего высокомерного. И слово «высокомерная» не пришло ему в голову, когда он увидел девушку в гидрокостюме, увидел чувственные изгибы ее тела, которые обычно прятались под сшитыми на заказ юбками и блузками.

Да и в поцелуе не было ничего отстраненного и бесчувственного. Если бы не врожденная осторожность, Логан занялся бы организацией случайных встреч на людях, чтобы иметь возможность поцеловать Ребекку. И он использовал бы каждую из позволенных ему секунд. И даже больше. Хотя кому это послужит уроком, ему или ей, он не был уверен.

Логан убрал руку с чувственного изгиба ее шеи. Только бизнес — он должен помнить это. Все внимание сосредоточить на конечной цели — покупке компании, в которой он нуждается. Вот то, что действительно имеет значение.

Машина замедлила ход и остановилась под портиком отеля. Когда шофер открыл дверцу, Логан увидел группу фотографов, замерших в ожидании.

— Увидимся завтра, моя дорогая.

— Не…

Он прикоснулся к губам девушки пальцем, а потом губами, услышав сдавленный вздох удивления.

Не успев насладиться вкусом ее губ, Логан поднял голову:

— Пять секунд. — Или около того. Он сбился со счета после первой секунды, но определенно это длилось недолго. — Все как ты хотела? Я поработаю над техникой и заставлю тебя умолять о более длительных поцелуях.

Логан вышел из машины, помахал фотографам и неторопливо направился к отелю.

Глава 5

Часы на башне пробили час, когда Ребекка вошла в голубую комнату дворца и остановилась. Логан стоял у окна, выходящего на ухоженные сады.

У нее было время, чтобы прийти в себя после их… стычки на трапе самолета и потом в машине. Она понимала, Логан играет с ней. Да, он более опытен, чем она, но она не глупа.

Логан медленно повернулся, и они окинули взглядом друг друга. Он был одет в сшитый на заказ смокинг, подчеркивающий его мускулистую фигуру, хотя она в общем-то не нуждалась в этом. Такая перемена — после джинсов и футболки на прошлой неделе — интриговала, и от нее почти захватывало дух. Если бы только Ребекка относилась к тому типу людей, у которых захватывает дух.

Словно демонстрируя пренебрежение Логана к этикету, его галстук-бабочка не был завязан, а легкая щетина покрывала подбородок. Логан Бучанан разительно отличался от мужчин, с которыми встречалась Ребекка.

Он доминировал в комнате. Антикварная мебель казалась хрупкой и чересчур изысканной. Но дело было не только в габаритах Логана, но и в его личных качествах, в силе воли, в харизме. Он никогда не скрывал и не смягчал свое происхождение, как поступали многие.

И все же Ребекка не могла позволить Логану тренировать силу воли на ней. Иначе она почувствует себя растоптанной. Как правило, люди старались держаться от нее на расстоянии. Логан, похоже, хотел стереть эти границы. Хотя бы поцелуями. Это в его духе. Поцелуи усыпили ее бдительность. Это была единственная причина, почему она ответила на них. Его рука, сильная, но в то же время нежная, когда он обнял ее за плечи и притянул к себе, заставила ее почувствовать…

Но сейчас девушка хорошо подготовилась к встрече с Логаном.

— Принцесса, — кивнул он.

Ребекка приняла решение держаться от него подальше. Это покажет ему, что она контролирует по крайней мере себя. Однако, услышав его голос, она моментально поняла: ей не следует надеяться, что она сможет контролировать Логана.

— Ты всегда собираешься меня так называть? — Ребекка терпеть не могла этот формальный ярлык, который он навесил на нее и в котором сосредоточилось нелестное мнение Бучанана о правящей династии.

— Я думал, ты исключила «милашку» и «дорогушу».

Она увидела вызов в его темных глазах и заметила:

— Мне кажется, Ребекка подойдет.

— Или Бек, или Бекки?

— Или просто Ребекка, — терпеливо повторила девушка.

— Нет.

— Нет?!

— Не подходит. Я дам знать, когда подберу тебе имя.

— Кто ты такой, чтобы говорить подобное?

— Мои извинения, — он помолчал, — принцесса. Простите мою бесцеремонность. — Уголок его рта дернулся в усмешке. Логан чрезвычайно наслаждался собой, получая удовольствие оттого, что раздражал ее.

— Я дам тебе знать, когда тебя простят. — Ребекка не могла не ответить на усмешку. — Между тем нам пора идти.

Логан пересек комнату и протянул руку.

— Твой галстук. — Она показала на темную полоску ткани, висящую на его шее. — Хочешь, чтобы я позвала кого-нибудь, способного завязать его?

Глаза Логана сузились. Он застегнул верхнюю пуговицу рубашки и привычными движениями начал завязывать галстук.

— Здесь есть зеркало? — спросил он, закончив.

— Нет.

— Ровно?

— Почти. Тебе нужно эту сторону, — она показала на левый край, — подтянуть немного.

Логан поправил узел, но с другой стороны. Ребекка покачала головой.

— Поможешь? — предложил он. — Это сложно без зеркала.

По его глазам девушка поняла: он ожидает, что она откажется.

Ребекка поколебалась, а затем подошла ближе.

Логан помог ей справиться с ремешками шлема на рафтинге, а она помогает ему завязать галстук. Только тогда на нее так не действовал вид его широкой груди или его запах. Да и таким одеколоном он тогда не пользовался — цитрусовым с пряной ноткой.

Так же как и не целовал ее.

Тогда она не размышляла о его губах, об их аккуратной форме. И сейчас не будет. Ребекка расправила галстук, тыльной стороной ладони слегка задев его подбородок и ощутив легкую небритость. Она убрала руки и отступила назад, игнорируя усмешку Логана.

— Идеально, — произнесла она, глядя только на черный галстук-бабочку.

— Спасибо. Ты не так уж плоха.

— Я всего лишь завязала галстук.

— Я говорю о твоей внешности. Ты выглядишь… красивой.

Девушка открыла было рот, но все слова внезапно вылетели у нее из головы. Она поняла, что Логан говорит искренне. Ребекка потратила массу времени, решая, что надеть. Так как она была членом королевской семьи, ее платья публика внимательно изучала. Однако сегодня ей необходимо быть особенно осторожной, иначе Логан истолкует что-нибудь неправильно. Она не хотела, чтобы он думал, будто она оделась специально для него. Ребекка перемерила огромное количество костюмов и остановилась на простом голубом платье, украшенном крошечными кристаллами. У него был глубокий вырез спереди. Сзади же вырез был вызывающе глубок. Идеально сидящая юбка до пола имела длинный разрез сбоку.

— Спасибо, — тихо сказала она.

Ох, только бы не покраснеть! Только не это!

Он протянул руку:

— Идем?

Ребекка поколебалась, а затем взяла его под руку, почувствовав, как под тканью смокинга перекатываются мускулы.

— Ты говорил с моим отцом утром? — спросила она, чтобы отвлечь себя от близости с Логаном.

— Да. И он очень дипломатично предупредил меня, что если я как-нибудь тебя обижу, то испытаю на себе всю силу его гнева.

Девушка кивнула:

— Так он разговаривает с каждым, кто хочет встречаться со мной.

— Это очень действенно.

— Ты не?..

— Нет. Это не напугало меня.

Несколько человек, которые нравились Ребекке, отступились в свое время.

Логан проницательно заметил:

— Значит, они не были достойны тебя, если струсили.

— Спасибо. Но не забывай, что в соответствии с нашим планом после разрыва я должна выглядеть убитой горем. Отец может настроить людей против тебя.

— Я помню. Но наш разрыв будет взаимным. Ты убедишь его в этом. И я буду так же убит горем, как и ты, — сказал он. — Хотя, конечно, я буду скрывать это лучше.

Ребекка села на пассажирское сиденье «феррари»:

— Обычно на официальное мероприятие меня отвозит королевский лимузин.

— А я предпочитаю сам управлять машиной. Люблю контроль.

— Позер!

Вместо того чтобы сидеть на приличном расстоянии от Логана, Ребекка сидела рядом с ним, и их разделял только рычаг переключения передач. Это было плохо. Но поскольку он управлял машиной сам, то не мог закинуть руку и обнять ее, как сделал вчера. И, таким образом, не мог лишить ее самообладания. Это радовало.

Автомобиль остановился перед зданием театра. Парковщик открыл дверцу, и Ребекка вышла. Это было непросто — выбраться из низкой машины с королевским достоинством. Но она справилась.

Логан бросил ключи парковщику и приблизился к девушке. Он пристально посмотрел на нее, уделив большое внимание, как ей показалось, ее губам. Чертики запрыгали в его глазах.

— Даже не думай, — прошептала Ребекка.

— О чем?

— Ты собираешься поцеловать меня.

Темные брови приподнялись.

— Вообще-то нет, но если ты этого хочешь…

Он не собирался целовать ее? Ей только показалось?

— Это не то, чего я хочу, — настойчиво проговорила она. — Мы достаточно целовались.

— Разве в королевском протоколе указаны количество и продолжительность поцелуев? Что-то не припомню.

— Ты все помнишь.

Логан взял принцессу за руку и переплел свои пальцы с ее.

— Итак, если я правильно понимаю, — тем временем они начали подниматься по ступенькам театра, — в твоем мире любовники целуются не более чем пять секунд и не более чем один раз в день.

— Нет, но… мы не любовники.

— Мы хотим, чтобы люди думали именно так, верно?

— Нет, — сказала Ребекка резче, чем собиралась. Что-то похожее на страх заставляло ее буквально выпаливать слова.

Логан остановился и повернулся к ней:

— Нет?

— Люди могут… сомневаться. Они могут догадываться или предполагать, но…

Он придвинулся ближе.

— Они имеют право поинтересоваться, когда я привезу тебя домой. — Он понизил голос. — Когда я сниму это замечательное платье с твоего прелестного тела, обнажив бледную кожу, и прикоснусь к тебе руками, губами…

— Хватит!

Они стояли на середине лестницы и вели беседу, которая была совершенно недоступна пониманию Ребекки. За ограждением то и дело мелькали вспышки фотоаппаратов.

— Что так напугало тебя, моя дорогая? — И, словно видя ее желание убежать, Логан сжал руку девушки. — Нас никто не слышит.

— Ничто меня не напугало, — солгала Ребекка.

— Ничего? О, будь собой.

— Логан! — Она дернула его за руку. — Здесь не место и не время.

— Возможно, нет.

Логан медленно отвернулся, и у нее появилась возможность высвободить руку. Хотя, как только они дойдут до верхней ступеньки и приблизятся к двери, он может положить руку на ее спину. Немедленно в голове возникла картина: Логан, снимающий с нее платье и прикасающийся к ее коже. И, как удар молнии, неуместное желание пронзило тело Ребекки.

Балет был… Ребекка не знала, понравилась ли ей постановка. Она едва заметила, какой балет смотрит. Она почти ничего не видела. Логан, его слова, действия, близость мешали ясному пониманию. Все ее мысли были о нем, о том, как он лишает ее самообладания, как переиначивает обычный разговор, как заставляет ее думать о том, о чем ей думать вовсе не хочется. Простое переплетение пальцев заставило Ребекку мечтать о другой близости и других переплетениях.

Логан обрел власть над ней, не выходя за рамки допустимого. Он вязал из нее узлы, и она не знала, как с этим справиться, как привести мысли в порядок.

Рядом раздался негромкий звук. Ребекка повернулась. Логан вальяжно расположился в кресле, его голова была откинута назад, а глаза… закрыты! Он похрапывал. Это заметила ее невестка, Лекси, сидевшая с другой стороны от Логана. Она покосилась на него, затем взглянула на Ребекку, а потом, подавив усмешку, вновь стала смотреть на сцену. Лекси это кажется смешным. Но что подумает Адам, который пригласил на спектакль дочь шведского посла? Он относится к своим обязанностям очень серьезно. Даже слишком серьезно. Груз ответственности уже лег на его плечи. Очень давно Ребекка не слышала его смех, и, конечно, ей не хотелось навлечь на себя осуждение брата.

Ребекка толкнула Логана локтем. Он медленно открыл глаза и, прищурившись, посмотрел на нее:

— А это еще зачем?

— Как зачем? Ты спал, — прошипела Ребекка. Она шипела первый раз в жизни.

— Я не спал. Я оживлял в памяти один из тех прекрасных моментов, что был ранее.

— Ты храпел.

Даже в тусклом свете Ребекка заметила веселье в его глазах, когда он притворился заинтересованным и спросил:

— Итак, эта новая прима-балерина… Что ты думаешь о ней?

Ребекка отвернулась от него.

— Классные ножки, — заметил Логан.

— Ты вообще-то не должен смотреть на ее ноги.

— Я имел в виду твои.

Ребекка глянула вниз и увидела, что разрез на платье обнажил ее бедро, причем намного больше, чем она того желала. Девушка расправила платье.

Логан пододвинулся ближе:

— Я все еще представляю, как снимаю его с тебя.

Может, не следовало его будить?

Во время антракта Логан взял ее за руку и повел в комнату для отдыха. Он намеревался присоединиться к группе людей, в которой были ее брат и Эдуардо, однако Ребекка утащила его в тихий угол.

— Ты хочешь поговорить? — поинтересовался Логан. — Здесь? Думаешь, это уместно?

Он получал огромное удовольствие, поддевая ее.

— Более уместным было бы убить тебя. Здесь. — Ребекка попыталась вырвать свою руку, но ей это не удалось.

— Итак, ты хочешь поговорить. — Логан взглянул на ее губы, затем окинул взглядом декольте и в довершение посмотрел ей в глаза.

— Нет. Но я хочу убить тебя, — протянула девушка, сладко улыбаясь для публики.

— Почему? — Его большой палец мягко исследовал ее ладонь.

Ребекке пришлось собрать все свои силы, чтобы сосредоточиться на разговоре, а не на действиях Логана:

— Ты заснул. И ты заставил меня шипеть.

— Спорим, я также могу заставить тебя страстно желать мужчину.

— Будь серьезней. — Она не хотела обсуждать эту тему из страха, что Логан может оказаться прав. — Мы сейчас говорим о том, что ты уснул во время балета.

— А в Сан-Филиппе это преступление заслуживает смертной казни?

— Я официальная покровительница балета, — сказала она тихо.

— Прости.

На мгновение Ребекка почти поверила, что Логан действительно сожалеет. Он взял два бокала шампанского у находящегося рядом официанта и передал один ей.

— Это, должно быть, ужасно. Тебе часто приходится посещать театр?

— Я люблю балет.

— Правда? — Впервые за этот вечер она услышала проявление искреннего чувства — удивления.

Подошел Эдуардо. Ребекка настолько сосредоточилась на Логане, что не заметила его приближения.

— Ребекка. — Эдуардо кивнул и напряженно улыбнулся. — Логан.

Она знала, что они знакомы. Ребекка смотрела на мужчин. Оба в смокингах и отлично выглядят, но во всем остальном диаметрально противоположны. Эдуардо — худой и светлый, Логан темноволосый и более крепкого телосложения.

— Как балет, Логан? Я не думал, что тебе это нравится.

Эдуардо и Ребекка принадлежали к одному кругу общения, привилегированному, образованному и бесконечно далекому от рабочего прошлого Логана. Он мало рассказывал о нем, но, несомненно, гордился им.

Эдуардо, честно говоря, был приличным парнем, если все шло так, как он хотел. Но порой с ним бывало трудно. Ребекка чувствовала, что сейчас может наступить как раз такой момент. Ведь она отказала Эдуардо, когда он предложил сопровождать ее на этот самый спектакль.

Логан бросил взгляд на Ребекку, в его глазах искрилось веселье. Ну почему он не может быть серьезным? Ее семья и друзья наблюдают за ними.

— Я наслаждался балетом так же сильно, как наслаждаюсь компанией Бек.

К счастью, только Ребекка знала, что это совсем не так.

— Бек? — повторил Эдуардо удивленно и с неодобрением.

Логан придвинулся к девушке. Он поднял руку и прикоснулся к ее обнаженной спине. Дрожь пронзила тело Ребекки. Она не имела возможности отодвинуться, иначе впечатление, которое они хотели создать, было бы разрушено. Кроме того, часть ее — маленькая непокорная часть — не хотела этого. Пальцы Логана были теплыми и нежными. Его прикосновение — собственническим. Ребекка отпила маленький глоток шампанского.

Эдуардо внимательно смотрел на Логана.

— Я слышал, что вы теперь пара, — сказал он, — но, признаться, не верил, пока не увидел вас вместе.

— Мы случайно встретились в Новой Зеландии. И с тех пор Бек не может от меня оторваться, — самоуверенно заявил Логан.

Его пальцы пробежали вверх и вниз по ее спине. Он не мог не понимать, какой эффект это движение оказывает на Ребекку, заставляя жар внутри нее закручиваться спиралью. Она попыталась чуть-чуть отодвинуться от него, но он прижал ее к себе. Она чувствовала обнаженной кожей его ладонь и каждый его палец. Ей показалось, что его пальцы скользнули под кромку платья. И снова картинка, которую он обрисовал ей на ступенях театра, вернулась: Логан срывает с нее платье. Ребекка видела, как он работает на ноутбуке и завязывает галстук, и не сомневалась, что его огромные руки могут быть ловкими и искусными.

Ребекка отпила еще шампанского и попыталась согнать краску с лица.

— Он конечно же шутит. Логан любит все переворачивать с ног на голову. Это он не может оторваться от меня. Я едва его знала, пока он не пригласил меня пообедать.

— Ах, а теперь ты меня знаешь, не так ли, моя дорогая? — Его большой палец чертил круги на ее спине.

Увы, слишком хорошо знает.

Взгляд Ребекки был прикован к расположенной вдали дамской комнате. Она не пряталась в туалете с подросткового возраста, однако сейчас ей нестерпимо хотелось укрыться там. Она вздохнула. Логан наблюдал за ней, явно испытывая ее. Ребекка не собиралась доставлять ему удовольствие, сбежав. Она покосилась на него:

— Без сомнения, тебя невозможно игнорировать.

Ее замечание можно было расценить как комплимент… Или нет?

Нарочито двусмысленный ответ, казалось, порадовал его, потому что он улыбнулся. От улыбки появились морщинки у глаз. Ребекка поймала себя на том, что улыбается в ответ. Она посмотрела ему в глаза и утонула в их глубине, привлекательной и греховной. В том, как Логан дразнил ее, в том, как он реагировал, когда она дразнила его, было нечто необычное, нечто… многообещающее.

Эдуардо прокашлялся:

— Как идут переговоры с «Ле Бланк»?

Улыбка Логана испарилась.

— Я никогда не обсуждаю дела, если у меня свидание с красивой женщиной.

— Конечно нет, — согласился Эдуардо, и что-то самодовольное и непривлекательное промелькнуло в его глазах. — Я помешал. — И с легким поклоном он отошел.

Логан убрал руку с ее спины.

Ребекка немного отступила; ей требовались воздух и пространство.

— Пойдем в ложу, — попросила она. — Видимо, я не готова к спектаклям подобного рода. — Она поставила бокал с шампанским на поднос проходящего мимо официанта.

— Ты была весьма естественной. Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что в твоем взгляде было тепло, почти жар.

Ребекка вздернула подбородок.

— Тогда хорошо, что ты знаешь мня.

Логан рассмеялся и предложил ей руку. Ладонью она ощущала крепкие мышцы его предплечья.

— Что за интерес у Эдуардо в «Ле Бланк»? — поинтересовался он.

Она приподняла плечико:

— Возможно, его новый отчим.

— Кто это?

Они подошли к своим местам, и Ребекка сообщила:

— Тео Саммерфилд.

— Проклятье! — негромко воскликнул Логан.

— Это проблема?

— Нет. Но мне следовало бы выяснить это раньше. — Он усадил Ребекку в бархатное красное кресло и сел рядом с ней.

— Тео — четвертый муж матери Эдуардо, — объяснила принцесса. — А Эдуардо — сын ее второго мужа. Непросто следить за всем этим.

— За подобными вещами я обычно слежу.

— Чтобы знать своего соперника?

— Вот именно. Кстати, мне не было известно, что ты и хорошенький мальчик…

— Эдуардо.

— Что ты и Эдуардо какое-то время были парой.

Его интересует, с кем она встречалась? Правда, это не требует большого расследования. Ее список поклонников был коротким — в отличие от донжуанского списка Логана Бучанана.

— Мы не были парой. Просто вместе вышли в свет. Дважды.

Ей следовало бы все понять после первого раза. Эдуардо жаждал встречаться с принцессой. И по-прежнему жаждет. У него большие политические амбиции. Его очередной отчим в настоящий момент хочет получить поддержку королевской семьи, поскольку запускает новую линию овсяных хлопьев. Значит, он тоже заинтересован в сближении Эдуардо с Ребеккой.

— Начинает проясняться, — задумчиво протянул Логан.

— Что именно?

— Один раз в день и только пять секунд, — напомнил он. — Твое правило.

Ребекка задумалась. Может быть, Логан прав. Правила, которые она пыталась установить, основывались на ее прежнем — ограниченном — опыте. Ребекка встречалась только с теми мужчинами, которые не нарушали установленные ею границы, которые уважали — пожалуй, слишком сильно — ее положение. Они не были способны увидеть, какая она на самом деле. Они не искушали и не поддразнивали.

Но мысль о том, что Логан интересовался ее жизнью, приводила девушку в замешательство по нескольким причинам.

— Интерес, который ты проявил к моей персоне, означает, что ты расцениваешь меня как соперника? — спросила она.

Он придвинулся ближе:

— Нет. Не соперника. Но я считаю обязательным для себя знать, что происходит с людьми, с которыми я… имею дело. Мы сейчас союзники, помнишь?

— Сейчас — да. Но несовместимые союзники, я бы добавила.

Он пожал плечами и обнял Ребекку за плечи; ткань его костюма слегка царапнула ее кожу.

— Но тем не менее союзники. Кстати, я начинаю думать, что на свете существуют вещи легкие и приятные.

— Это так. Например, когда не требуется, чтобы мы разговаривали, — язвительно заметила девушка.

— Существуют и другие вещи, которые не потребуют от нас разговоров. — Его большой палец медленно поглаживал ее плечо.

И жар, который, как казалось Ребекке, она заглушила, вспыхнул вновь.

— Ты во что-то играешь, не так ли? — спросила она. — Может, в шахматы? И ты видишь во мне пешку.

— Можно и так посмотреть на это. Но я вижу в тебе королеву, поверь. Ты играешь?

— Нет, если я могу избежать этого. Шахматы — любимая игра Адама. Я играла с ним, но далеко не продвинулась и попалась во все ловушки, которые он расставил. А ты играешь?

Неужели он готовит ловушки? Не попадет ли она случайно в одну из них?

— Иногда, — бросил Логан. — Мне шахматы тоже не нравятся. Отнимают слишком много времени.

Ребекка припомнила, что у него есть братья.

— Ты играл со своими братьями?

Логан кивнул, ничего больше не добавив. Отчего-то его прошлое, его семья интриговали ее. Возможно, потому, что все это резко отличалось от ее представлений о семейной жизни. Ведь Ребекка росла и воспитывалась во дворце, в окружении нянек, а затем училась в привилегированной школе.

Свет в зале погас, и занавес поднялся.

— Что насчет твоих родителей? — спросила она.

Логан никогда не говорил о матери или отце.

— Ш-ш-ш, — прошипел он. — Начинается.

— И ты не хочешь пропустить ни малейшей детали.

Его губы изогнулись в усмешке, и он вальяжно развалился в кресле.

— Что ты делаешь? — возмутилась Ребекка.

— Устраиваюсь поудобнее.

Послышались нежные трели флейты.

— Не смей заснуть, — тихо предупредила она.

— Даже не мечтаю.

— Ты, возможно, и не мечтаешь, но вполне способен сделать это.

Логан одарил ее белозубой улыбкой:

— Тогда помоги мне не заснуть.

— Что я должна сделать?

— Пока ты выглядишь слишком невинно. — Улыбка Логана стала шире, когда его взгляд опустился на ее бедро, не прикрытое платьем.

Ребекка одернула платье.

— Будь серьезней, — попросила она.

— Я и так серьезен. Все будет в порядке, просто держи меня за руку.

Логан вел машину в молчании. Залитый светом гравий затрещал под колесами, когда он остановился перед скромным входом в увенчанное башней западное крыло дворца. Вооруженные охранники у дверей олицетворяли собой папашу, ожидающего припозднившуюся парочку на крыльце в кресле-качалке с ружьем на коленях. Папуля, конечно, не присутствовал при встрече лично, но его глаза, уши и огневая мощь были представлены. Логан ухмыльнулся. У него уже были стычки с чересчур заботливыми папашами. Хотя и не с такими, как отец Ребекки. Но он никогда не отступал, если ему бросали вызов.

Убедившись, что дверцы машины заперты (Логан не хотел, чтобы слишком подозрительный охранник помешал им), он повернулся к Ребекке и с удовольствием увидел неуверенность в ее глазах. Не надо быть гением, чтобы понять: у чопорной принцессы нет такого опыта, как у него. Противоречивые желания охватили Логана. Желание защитить Ребекку боролось с желанием показать ей мир, о котором, как он подозревал, она знала очень мало. Показать девушке, какова она на самом деле. И конечно, желание продолжить то, что они начали на трапе самолета.

Ребекка отвела взгляд:

— Спасибо.

— Спасибо?

Так вежливо, так по-королевски, так вызывающе.

Логан обнял ее за шею. Блестящие волосы ласкали тыльную сторону его ладони, а пальцы ощущали шелковистую кожу. Если бы они ехали в королевском лимузине, как предлагала Ребекка, то весь обратный путь наслаждались бы друг другом на заднем сиденье «бентли»…

Она взглянула на Логана, но затем снова уставилась в лобовое стекло.

Логан знал, о чем он мечтал весь вечер — с тех самых пор, как увидел ее первый раз в этом платье. Мужчина очертил пальцем разрез, доходивший до середины бедра. Он прикоснулся к ее гладкой коже чуть выше колена, сдерживая стон и наслаждаясь ее затрудненным дыханием.

Она повернулась к нему, ее глаза были широко открыты от удивления. И было в них что-то еще. Любопытство? Искушение?

Ребекка открыла рот, но, прежде чем она успела что-то сказать, Логан поцеловал девушку. Поглотив ее слова, ее дыхание. Его язык начал дразнить ее язычок, и он немедленно почувствовал ответную реакцию. Ребекка обняла его за шею и притянула к себе, вцепившись ему в волосы.

Целовать ее было все равно что целовать мечту. Ребекка вздохнула, опьяняя Логана своим вкусом, своим ароматом. Она сильно на него действовала — сильнее, чем он предполагал.

И он, Логан Бучанан, любивший продумывать все возможные варианты развития событий, называл про себя Ребекку Снежной королевой?

Как же он ошибался!

Снежная королева в данный момент была обжигающе горячей. Она выгибалась дугой и прижималась к нему. Ее тело было мягким и податливым. Ее губы — нежными и ищущими. Еще один вздох вырвался у нее, когда он передвинул руку, лежавшую на бедре, чуть выше. Его восхитила ее страстность. Хотелось пробовать ее на вкус еще и еще.

Только когда Ребекка немного отодвинулась от Логана, чтобы поцеловать его в ответ, она поняла, что творит. Она быстро свела ноги, зажав его руку в бархатистом плену, как в изысканной ловушке.

Логан поднял голову и увидел шок и желание в ее широко распахнутых глазах.

Он не мог предположить такое.

Логан приподнял уголок рта в подобии улыбки. Это было все, на что он был способен, пока его сердце бешено колотилось и кровь пульсировала в жилах.

— Как ты мог? — прошептала Ребекка.

— Это не я, милая, это ты. — Он повернул ладонь, которая по-прежнему была зажата между ее бедрами. Затем убрал руку.

— Нет, — выдохнула потрясенная Ребекка. — Нет. — Она отказывалась верить. — Это ты. Только ты. Потому что если бы это сделала я, то было бы…

— Было бы что?

— Закончилось бы раньше, — сказала она смущенно. — Я должна идти. — Девушка потянулась к ручке дверцы.

— Подожди. Я открою дверцу.

Логан не мог признаться ей в том, что погружение в пламя, которое было вызвано простым прикосновением его губ к ее, было новым и отличным от всего, что происходило с ним раньше. Логана ошеломило их стремление друг к другу.

— Все в порядке. — Ребекка подняла руку, чтобы подозвать швейцара. — Один из…

— Я открою, — перебил ее Логан. — Так я всегда делаю, привезя женщину домой со свидания.

Хотя Ребекка не похожа на других женщин, и это не совсем обычное для него свидание. Логан быстро обошел машину, открыл дверцу и протянул ей руку. Она ее проигнорировала.

— Боишься меня, принцесса?

Ребекка выпрямилась. Даже на каблуках она доставала только до его носа. Но каким-то образом девушка ухитрилась посмотреть на него свысока:

— Да, Логан. Думаю, что боюсь.

Легкий ветерок разметал ее волосы. Она пригладила локоны, прежде чем он успел дотянуться и заправить их ей за ухо. Ребекка лишила его возможности еще раз прикоснуться к ней.

Ее прямота удивила Логана. Он ожидал, что она станет блефовать с королевским хладнокровием. Мужчина взял ее за руки:

— Не надо.

— Не знаю, как я смогла. Это… — Она кивком показала на машину. То было резкое движение, далекое от ее обычной элегантности. — Это… Ты… Я забыла обо всем.

— Так обычно бывает, когда целуешь кого-нибудь.

Честно говоря, не всегда. И почти никогда так быстро и так сильно.

Ее руки слегка дрожали. Что лучше: сделать так, чтобы дрожь прошла, или чтобы она задрожала всем телом? Из-за него.

— Не со мной, — возразила Ребекка.

— Всегда? — поинтересовался Логан.

Она тряхнула головой и прикрыла глаза. Пробили часы на башне.

— Я все контролирую. Уж такая я есть. — Она произнесла это страстно, стараясь убедить не только его, но и себя.

Логан поймал и удержал ее взгляд. Такой серьезный, такой настороженный.

— Я уважаю это, — сказал он. — Я тоже люблю все контролировать. Но порой контроль просто не нужен. — Он понизил голос. — Например, когда занимаешься любовью.

Ребекка отступила на шаг, слегка кивнула и — самое главное — не попыталась высвободить свои руки. Она смотрела на Логана, ища что-то. Подтверждение, утешение, обещание? Он не знал, что сможет дать ей. Ему было известно только одно: вопреки благоразумию и здравому смыслу он отчаянно хочет заняться с ней любовью.

Логан подвел ее к дверям.

— Спокойной ночи. — Ребекка изо всех сил старалась восстановить все барьеры, которые существовали до сегодняшней ночи.

А Логан был рад, что они рухнули. Некоторые ограждения невозможно починить. К счастью.

— Спокойной ночи? Ты не пригласишь меня войти? — Он продолжал говорить легким поддразнивающим тоном.

Логан не хотел пугать Ребекку внезапной глубиной его желания, не хотел, чтобы она поняла, что его влечет к ней. Он не забыл предупреждение принца Генри, его беспокойство за дочь.

Если они продолжат, то возможность причинить ей боль возрастет в геометрической прогрессии.

— Нет. — Ребекка посмотрела на шеренгу слуг, тактично стоявших в стороне, стараясь казаться невидимыми. — Это не принято.

Логан наклонился и вскользь коснулся ее губ, затем поцеловал в щеку, вдохнув ее аромат:

— Именно так и принято.

Глава 6

Ребекка беспокойно ворочалась ночью и думала о Логане и их… ситуации. О его поцелуях. Утром она, приняв душ, продолжала размышлять. Логан был совершенно не похож на мужчин, с которыми она была знакома, и это выбивало почву у нее из-под ног.

Ребекка посмотрела в зеркало, стараясь выглядеть убедительно и решительно. Это часто помогало ей поверить в свои силы. Однако сегодня испытанный прием не подействовал.

Ей следует держаться от него подальше. Это несложно — ведь он думает, что у нее нет эмоций.

Но он может научить ее… кое-чему, показать ей… что-то. Что-то, о чем принцесса никогда не думала и не осмеливалась спросить.

Как прошлой ночью.

Она могла бы попросить его… быть ее учителем.

Ребекка вспомнила прикосновения Логана к ее бедру. Его ладонь была слегка шершавой и неудержимо соблазнительной. Отогнав воспоминания, она снова посмотрела в зеркало.

Ребекка не была высокой, но у нее была стройная фигура, как у модели, с которой встречался ее брат, или у женщин, которые нравились Логану. С внешностью не было никаких проблем, ничего такого, чего не мог бы выправить макияж и хорошо сшитая одежда. Ребекка надеялась, что она сможет предложить Логану в ответ вполне достаточно.

Принцесса стянула волосы в хвост. Может быть, ей удастся на время преобразиться в обыкновенную женщину, с которой успешный бизнесмен, получающий при этом удовольствие от простых радостей жизни, захочет встречаться?

Ясно, что принцесса, руководствующаяся строгими правилами и протоколом, не является его типом женщин.

Ребекка пыталась представить себя в джинсах и футболке.

Ей всегда было любопытно, какова она — обычная жизнь. Логан — более чем кто-либо другой — может дать ей почувствовать вкус свободы. Если она заставит отца не заниматься сватовством и поможет Логану получить в Сан-Филиппе то, чего он добивается, это будет замечательно.

Ее телефон зазвонил. На экране высветился номер Логана. Как по волшебству. Он что, думает о ней?

— Мне нужно встретиться с тобой, — сказал он. — Срочно.

Ее сердечко подпрыгнуло, когда он сказал «нужно». Смешно! Она ведь не подросток. Ей полагается быть зрелой и полной достоинства. Всегда.

— Мы могли бы пообедать где-нибудь сегодня вечером, — предложила она.

— Желательно, чтобы присутствовал твой отец.

Призрачная иллюзия лопнула, как мыльный пузырь. Ребекка отвернулась от зеркала!

— Ах!

— У меня запланирована встреча с руководством «Ле Бланк индастриз» на следующей неделе. Один из членов совета директоров — ревностный роялист, свято верующий в традиции и узы. Если я появлюсь где-нибудь с тобой и твоим отцом, это здорово мне поможет.

Она для него — всего лишь средство достижения цели. Не следует забывать об этом.

— Отец осторожно относится к встречам с частными лицами, — заметила Ребекка.

— Но он сделает это для тебя?

— Возможно, да. — Если она попросит.

— Я не прошу аудиенции, — настаивал Логан. — Вполне достаточно появляться с тобой и иногда с ним на публике.

Пора выполнять соглашение. Ребекка отбросила разочарование и припомнила свое расписание, особенно мероприятия, в которых должен принять участие ее отец.

— Намечено не так уж много встреч, на которые ты можешь быть приглашен, Логан.

— Мне все равно. Главное — поскорее.

— Есть одно мероприятие в этот четверг. Там будут разные люди, так что отец не станет возражать против твоего присутствия, — сказала она, поколебавшись. — Но я не уверена, понравится ли тебе.

— Мне все равно, — повторил он. — Я иду.

— Спасибо, — процедил Логан сквозь зубы, и Ребекка улыбнулась.

Он сидел рядом с ней под белым шелковым навесом от солнца. Открытие розария «Новая роза» проходило в ботаническом саду Сан-Филиппе. Семь цветоводов, которые вывели новые улучшенные сорта, объясняли, как они выращивали розы и присваивали имя каждому цветку. Они были влюблены в свою работу и свои цветы. Каждый старался превзойти соперника. Но они говорили очень долго, это было слишком даже для Ребекки. Гости старались выглядеть заинтересованными, но многие из них не были в состоянии сосредоточиться. Без сомнения, кое-кто из сидевших сзади боролся со сном. Это напомнило ей поведение Логана в театре. Обеспокоенная Ребекка посмотрела на него. Словно почувствовав это, он придвинулся ближе, его плечи слегка коснулись ее. Она ощутила искушающий запах.

— О чем задумался? — спросила принцесса.

— Мне любопытно, как моя любимая бейсбольная команда будет играть в этом сезоне.

Другими словами, он не размышлял о тонкостях разведения роз. Но она не винила его. Ей очень хотелось посмотреть бейсбольный матч. Понять, почему все так много говорят об этом.

— Если это не даст тебе уснуть, хорошо.

— А о чем ты думаешь, принцесса, пытаясь выглядеть увлеченной, хотя розы тебя явно не интересуют?

О нем. Его плечо так близко…

— Я пытаюсь найти что-нибудь интересное в том, что обязана делать. Это вполне реально.

Логан посмотрел на подиум:

— Полагаю, здесь была бы бойня, если бы один из уважаемых цветоводов получил привилегию. Не вредна ли подобная политкорректность?

— Нет, — ответила она тихо. — Никто не получает чрезмерное одобрение без основания. За этим следят специальные люди.

Благоухание роз окутывало их. Третий выступающий — весьма уважаемый эксперт — не был оратором; его голос звучал жутко монотонно.

— Это тяжело, не так ли? — заметил Логан. — Вроде сказочной невыполнимой задачи, поставленной королем для того, чтобы никто не мог добиться руки его дочери. Если выбирать, я бы предпочел бросить вызов огнедышащему дракону.

— Достойный всегда справляется, — улыбнулась Ребекка. Будучи маленькой девочкой, она мечтала о рыцаре в сияющих доспехах, убивающем ради нее драконов.

Принцесса придвинулась ближе и уловила его легкий аромат, более искушающий, чем аромат роз. Логан надел солнцезащитные очки и немного сполз в кресле.

— Не вздумай заснуть, — предупредила она, — у всех на виду.

Он постучал пальцем по очкам:

— Никто не заметит.

Может, он поддразнивает ее? Она легонько толкнула его локтем, надеясь, что движение не заметит сторонний наблюдатель:

— Скоро все закончится.

— Не очень скоро. — Логан тряхнул головой. — Как ты научилась выглядеть на подобных мероприятиях такой невозмутимой, такой… бодрой? Сорок минут — и я готов сбежать отсюда.

— Кофе и тренировки. Не забывай, ты сам настоял на своем присутствии здесь. Кстати, если ты уснешь, то определенно попадешь на страницы газет, причем по причинам, нежелательным для тебя.

Логан сел прямее, но затем вздрогнул, поскольку выступающий забубнил опять.

— Как ты выносишь это? — спросил он.

— Это моя работа.

— И ты не можешь бросить ее.

Такая мысль даже не посещала ее.

— Мы обязательно должны сделать что-то, включенное в мой список, — пробормотал Логан. — Балет и розы слишком похожи на пытку.

— Ты сам хотел.

— Я знаю. От этого еще хуже, — сказал он с таким страданием, что Ребекка почти пожалела его.

— Следующим в программе стоит поло, — успокоила она Логана. — Тебе понравится.

— Это лучше. Лошади, соревнования, пот, шум.

— Цветоводы тоже соревнуются. В прошлом имели место обвинения в воровстве и вредительстве.

Выступающий наконец закончил под вежливые аплодисменты. Встал следующий.

— А этот надолго речь затянет? — поинтересовался Логан.

— Надеюсь, сейчас пойдет быстрее.

Он подавил зевок:

— Кто та женщина в первом ряду, в необъятной шляпе?

Ребекка поняла, кто заинтересовал Логана. Шляпа дамы, усыпанная шелковыми розами, была, возможно, самой большой в мире шляпой от солнца. Люди, сидящие справа и слева от нее, были вынуждены слегка наклониться в сторону.

— Это миссис Смит-Робинсон. Она обожает мероприятия с участием членов королевской семьи и знает о нас даже больше, чем мы сами. Ее вторая страсть — садоводство.

— Я подумал, может, она планирует сбежать отсюда, а ее шляпа — маскировка. Ну, знаешь, пригнувшись к земле, среди кустов, и на цыпочках — к выходу.

Ребекка подавила улыбку, представив дородную миссис Смит-Робинсон, ярую поклонницу протокола, крадущейся между растениями.

— Но если она не собирается сбежать, — продолжал неугомонный Логан, — то я устрою диверсию, а ты схватишь шляпу. Мы спрячемся под ней и бросимся со всех ног наутек.

Ребекка с трудом сдержала смех. Было необычно сидеть на скучном протокольном мероприятии с человеком, который даже не пытается воспринимать все это всерьез.

— Я думала, тебе необходимо показаться вместе с моим отцом.

— Фотографы сделали необходимые снимки, как только мы приехали.

На экране, установленном неподалеку, началась демонстрация слайд-шоу.

Ребекка сосредоточилась на своих обязанностях. Сейчас не время отвлекаться на Логана.

— Скоро предстоит разрезать ленточку, — сказала она.

— Разрезание ленточек — твоя работа? — спросил он.

Она кивнула:

— Это передаваемая по наследству обязанность. — Конечно, это бессмысленная обязанность для человека, владеющего международной корпорацией, которую он основал после того, как бросил учебу в колледже. — Я получила ее после смерти матери.

Матери, чью грацию и тепло Ребекка не забыла, хотя мама умерла, когда она была еще ребенком.

Логан слегка пожал ее руку.

— Надеюсь, ты довольно ловко обращаешься с ножницами и ножами, — заметил он полминуты спустя.

— Это один из моих талантов. Очень важно все проделать быстро и уверенно.

— Я знаю, что у тебя есть много других достоинств. Ты работаешь со школами и больницами. Местная индустрия моды и туризм считают свое развитие твоей заслугой. А Фонд принцессы собрал огромное количество денег для благотворительных учреждений.

— Я делаю свою работу.

— Так и есть. И ты делаешь ее хорошо. Я должен извиниться перед тобой.

— Извиниться? — Она улыбнулась. — Это слово, должно быть, не часто слетает с твоих губ.

Логан криво улыбнулся:

— Потому что я стараюсь не оказываться неправым. И в основном у меня это получается. Но я составил неправильное мнение о тебе, основанное на моем неприятии королевских нравов. Теперь я осознал, насколько был не прав. Так что — да, я извиняюсь.

— Спасибо. — Что еще она могла сказать?

— Опять твоя любезность. Она заставляет меня чувствовать себя еще хуже. Ты могла бы и позлорадствовать.

— Злорадство — не мой стиль.

— Я заметил. Кстати, это одно из твоих достоинств, которые восхищают меня.

— Ты что-то замышляешь? Есть какой-то список, который я не видела?

Логан засмеялся:

— Не совсем. Просто… ты совсем не похожа на женщин, которых я знаю. И, должен признать, мне это нравится. Что бы ни делала, ты остаешься безмятежной… Очень приятно быть рядом с тобой. Очень спокойно. У меня не так много спокойных моментов в жизни.

— Так спокойно, что ты уснул?

— Это не из-за тебя. Поверь, когда я с тобой, все как-то легко идет. Это приятное чувство.

— Я добавлю это к моему списку достоинств.

— Наверняка есть и другие достоинства, которые я хотел бы изучить в дальнейшем. — Его большой палец поглаживал ее руку.

Логан перестал строить фантастические планы побега с мероприятия и, судя по всему, переключился на другие фантазии, другие способы, чтобы смутить ее.

Его намек был очевиден. Но у нее нет тех талантов, которые он имеет в виду. Однако она могла бы научиться… Но хватит ли ей смелости сказать ему об этом?

Двадцать минут спустя Ребекка перерезала ленточку, и гостям наконец-то разрешили прогуляться по аллеям розария.

Логан и принцесса отстали от основной группы, окружившей принца Генри и цветоводов. Они добрели до небольшого холма и остановились. По озеру плыли несколько лодок.

— Выглядит умиротворяюще, — пробормотала Ребекка. — Я наблюдаю за лодками каждый раз, когда приезжаю сюда.

— Плаваешь на них?

— Нет. Это недопустимо.

— Но тебе нравится это?

— Может быть. Я никогда не каталась на лодке. Выглядит забавно.

Миссис Смит-Робинсон отделилась от основной группы и двинулась в их направлении.

— Огнедышащий дракон, — прошептал Логан.

Подойдя, пожилая женщина указала на куст, покрытый розами абрикосового цвета:

— Это сорт вывел Спригс.

— «Флорибунда», — сказал Логан с похвальным воодушевлением.

Ребекка удивилась. Он слушал?

— Нет, нет. Это «Грандифлора».

— Вы правы конечно же, — вежливо произнес он.

Миссис Смит-Робинсон улыбнулась и, нацелившись на кого-то еще, торопливо удалилась. Ребекка и Логан продолжили прогулку.

— Она была права? — поинтересовалась Ребекка.

— Нет, если верить тому, что сам Спригс сказал полчаса назад, — усмехнулся Логан.

— Очень дипломатично с твоей стороны.

— С подобными женщинами я не спорю. Ни единого шанса на победу.

— Похоже, ты знаешь, кто она такая.

— Вообще-то да, — признался Логан. — Ее муж руководит комиссией по иностранным инвестициям в Сан-Филиппе.

— Разве тебе не нужно одобрение этой комиссии?

— Я уже получил их одобрение. Но она все равно не относится к тому типу женщин, с которыми я хотел бы спорить.

Девушка отошла и понюхала роскошный цветок кремового цвета. На самом деле ей просто нужно было сохранить дистанцию, поскольку она могла и прильнуть к Логану.

Она посмотрела на него:

— Можно я буду расценивать это как комплимент, потому что ты не испытываешь затруднений, споря со мной?

Он предложил ей свою руку:

— Спор с тобой имеет свои плюсы. Мне нравится наблюдать, как ты закипаешь. Ты начинаешь потихоньку возмущенно пыхтеть. Сдержанно, даже мило, но все-таки пыхтишь.

— Неправда! — Она попыталась выдернуть руку, но Логан не отпустил ее.

— Именно так. И при этом твоя грудь обворожительно приподнимается.

— Я никогда не пыхтела. — Ребекка говорила спокойно, несмотря на желание скрежетать зубами. — Но даже если тебе показалось, что я это делаю, не следует глазеть на мою грудь.

— Я пытался, поверь мне, я пытался. Но она действительно обворожительна. И мне нравится видеть, как ты сдерживаешь страсть. Внешне ты спокойна, как сейчас, но твои глаза выдают тебя. В них сверкает огонь. Огонь, который становится всепоглощающим, когда ты занимаешься любовью.

Ребекка приложила все свои силы, чтобы скрыть реакцию, которую он подметил. Это далось ей с трудом. Наверное, занятие с ним любовью будет похоже на взрыв… Ну, это уже слишком!

— Достаточно. — Наконец-то она освободила свою руку.

Он явно развлекается. Она нисколько не сомневалась в этом.

Логан повел ее дальше.

Ребекка тихо заговорила:

— Тебе надо выучить одну вещь, касающуюся королевской…

Логан притянул ее к себе и поцеловал. Все, что она собиралась сказать, вылетело из головы. Осторожность была сметена внезапным вихрем чувств. Как приятно ощущать его мягкие теплые и ищущие губы на своих губах, его руки, прижимающие ее к крепкому мужскому телу. Образы, которые нарисовал Логан, быстро обрели форму, как только его язык начал поддразнивать ее. Затем поцелуй неуловимо изменился, жар усилился. И Ребекка поняла, что нет ничего недостойного в ее желании стать его ученицей.

Ее шляпа упала на землю. Через несколько секунд Логан прервал поцелуй и отступил назад. Его глаза потемнели, затем он моргнул и нагнулся, чтобы подобрать шляпу, давая Ребекке возможность прийти в себя.

— О чем ты говорила? — спросил он.

— Почему ты сделал это? — Она смотрела на его губы, полные чувственного обещания.

— Остановился так внезапно? Потому что прошли оговоренные пять секунд. — Он улыбнулся.

Она должна сосредоточиться. Не на губах Логана, а на его словах. Вместо этого Ребекка стала смотреть на его ухо:

— Я не о том. Ты начал целовать меня, когда я пыталась кое-что сказать тебе.

Проклятье, у него даже уши симпатичные! Так и хочется потрогать.

— Я решил, что это будет лекция и… — Он моргнул. — Потому что я захотел.

Дразнящего блеска в его глазах, к которому Ребекка привыкла, не было. Да и в поцелуе было что-то далекое от беззаботности.

— Это была лучшая часть дня, — добавил Логан.

— О-о, неужели?

Ребекка в душе согласилась с ним. Поцелуй, без сомнения, был лучшей частью дня. И он обещал намного больше. Логан стал для нее дверью в другой мир.

Логан мельком взглянул на фотографов, следивших за ними, стараясь остаться незамеченными:

— Кроме того, отличный кадр для прессы. Это будет работать на нас; в противном случае они сами найдут то, что не послужит нашим целям.

— Например, как ты зеваешь.

— Именно.

Это только его план, его цель, и ничего больше.

— Предупреди меня в следующий раз, — попросила она.

— Зачем?

— Чтобы я была готова. — Чтобы она не растаяла так легкомысленно в его руках.

Он поразмышлял над ее просьбой, а затем покачал головой:

— Я предпочитаю неожиданность. Мне нравится то, как ты целуешь меня в ответ, не понимая, что делаешь.

Он все еще стоял слишком близко. Ей следовало бы сделать шаг назад. Однако желание удерживало Ребекку на месте.

— Кроме того, — сказал Логан, — я соблюдаю правила. Менее пяти секунд. И сегодня это не повторится.

Он надел шляпу ей на голову. Посмотрев на Ребекку, он немного сдвинул шляпу — так ему нравилось больше. Затем Логан обхватил ладонями ее лицо, как бы отгораживаясь вместе с ней от остального мира. Ребекка собралась вежливо поблагодарить его, но он, внезапно наклонившись, поцеловал ее — быстро и нежно.

— В принципе один раз можно выйти за рамки правил. — Логан взял ее за руку, и они продолжили прогулку.

Всю жизнь Ребекку учили, как вести себя на публике. Но никогда не наставляли в личных вопросах.

Отец и два брата оказывали ей помощь во всем, что касалось традиций правящей династии. Но этим их помощь и ограничивалась. Дела сердечные и всплеск гормонов не обсуждались — по крайней мере, не при ней. Она и Лекси, жена Рафа, стали подругами. Но то была родственная дружба. Ничего похожего на искренние сестринские отношения.

Любой шаг в неизвестность Ребекка делала сама.

Может ли она попросить Логана о большем? Попросить о дополнении к их соглашению? Оговорить… особые условия? Логан был единственным, кто смог бы научить ее любви. У него определенно есть навыки, он не уроженец Сан-Филиппе и не собирается здесь жить.

— Ты… — робко начала она.

— Я что?

— Тебе… нравится… целовать меня? — Это был не совсем правильный вопрос, но, возможно, она получит нужный ответ.

Его глаза сузились, словно он заподозрил ловушку.

— Даже слишком.

— Не только для прессы?

Логан пожал плечами:

— Помнишь, мы говорили, что не надо притворяться, что нам нравится еда, если это не так?

Да, она помнила. Но ему нравится целовать ее? Так же сильно, как ей нравится целовать его? Правда, она не была уверена, что «нравится» — подходящее слово. Оно было слишком простым, слишком пассивным, что ли. Поцелуи Логана вызывали в ней трепет, смущали, заставляли желать… продолжения. Однако он тем не менее целовал ее только из-за их договоренности. Ему не нужно, или он не хочет чего-то большего. Его вполне устраивает видимость отношений. Это может сработать в ее пользу.

— Я целую тебя, и мне это нравится, — сказал он. — Беспроигрышная ситуация.

Почему-то в его словах чувствовалась горечь. Ребекка не могла до конца понять, что Логан имеет в виду. Все это стало для нее слишком важным. Теперь ей предстоит не только доказать отцу, что она способна принимать решения и управлять своей жизнью, но и убедить саму себя, что она — женщина. Не принцесса.

Логан подошел к темно-розовому цветку и дотронулся до него:

— Знаешь, о чем я думаю, глядя на эти бархатистые лепестки?

Все еще дразнит, все еще пытается лишить ее самообладания. Ему известно, что подобного рода разговоры, утонченное заигрывание не являются ее сильной стороной.

— Прекрати. Это просто цветок, ничего больше. — Цветоводы убили бы ее, если бы услышали такое.

— Я представляю тебя лежащей на кровати, усыпанной лепестками роз.

— Логан, не надо!

— Или что?

— Или я позову миссис Смит-Робинсон.

Пчела села на розу.

— Мы сможем поговорить с ней об опылении, — усмехнулся он. — Я уверен, у нее есть мнение на этот счет.

— Могу я спросить тебя кое о чем? — поинтересовалась Ребекка.

— Ты можешь спрашивать меня о чем угодно, и я отвечу, но только нужно ли тебе это, потому что я буду отвечать честно. Давай спрашивай. Я умоляю тебя.

Ах, Бучанан умоляет!

— Что, если я попрошу тебя…

Ребекка заколебалась. Не так-то легко сказать то, что было у нее в голове: «Научи меня наслаждению».

— Продолжай. — Он, конечно, не знал, о чем она собиралась попросить, но в его тоне появилась настороженность, словно Логан понял, что это не легкомысленная просьба.

— Научи меня…

Эти карие глаза молили ее продолжать.

— Ваше высочество, вот вы где! Мы потеряли вас! — Миссис Смит-Робинсон спешила к ним, размахивая программкой мероприятия; группка энтузиастов следовала за ней.

— Не могли бы вы прояснить кое-что для нас? Любимым цветом вашей матери был абрикосовый или лавандовый?

Ребекка испытала облегчение из-за того, что их прервали. Она страшилась ответа Логана. У него наверняка нет желания помогать ей. Десятки женщин готовы броситься ему на шею, и их не нужно учить чему-либо.

Один из помощников принца подошел к Ребекке:

— Нужно сделать фотографии, мадам.

— Мой вопрос может подождать, — обратилась она к Логану. — Затем я должна пойти на собрание Фонда принцессы. Встретимся завтра на игре в поло.

— Что ты хотела спросить?

— Это не важно сейчас. — Вряд ли она продолжила бы столь личный разговор в присутствии слуг и охранников, стоящих неподалеку.

Логан схватил Ребекку за запястье. Жар растекся по ее руке, а затем и по телу. Он пристально посмотрел на нее. Его взгляд был серьезен. Наклонив голову, он медленно произнес:

— Да. Я научу тебя.

Глава 7

Ребекка села в машину, которую ей на вечер дал начальник охраны. Никогда раньше она не чувствовала себя столь неуверенно.

В Сан-Филиппе было не так много высоких зданий, поэтому было достаточно легко найти фешенебельную квартиру Логана в пентхаусе с видом на реку.

Что означало его «да»? Логан ответил на ее невысказанный вопрос? А что, если это значит: «да, я научу тебя грести на лодке». Он не звонил и вообще не предпринимал не единой попытки связаться с ней. Прошло всего несколько часов, но если она промедлит еще немного, то испортит себе нервы. Ребекка взглянула на телефон, зажатый в руке.

Трусишка! Нужно или идти до конца, или отправляться домой.

Считается, что мужчины обожают охоту. Отчаянные женщины, которые бросают себя к ногам мужчин, становятся для них непривлекательными. Но ей не важно, нравится она Логану или нет. Главное — чтобы он… помог ей.

По старинному мосту, перекинутому через реку, прогуливались пары, держась за руки. Двое, выглядевшие как одно целое… А она сидит в одиночестве.

Отец хотел с глазу на глаз побеседовать с ней этим вечером. Но Ребекка соврала, заявив, что уже договорилась встретиться с Логаном. При этом девушка знала, что отец уезжает на пару дней в Швейцарию. Похоже, она становится специалистом по вранью…

Ребекка подняла телефон, затем закрыла глаза, и сомнения заполнили ее.

Она не сможет пройти через это. Что она вообще здесь делает? О чем только думает? Она не была и никогда не будет обычной женщиной. Она не может доверять ни Логану, ни любому другому мужчине.

Потому что доверие дает человеку власть над тобой.

И она совсем не знает Логана. Он слишком непредсказуем. Слишком неудержим.

Надо возвращаться домой, где безопасно и где она знает все правила. У них с Логаном есть план. Хороший план. Безопасный и благоразумный. Не следует выходить за его рамки.

Телефон, который Ребекка держала в ладони, завибрировал и зазвонил, заставив ее подпрыгнуть от испуга. Имя Логана высветилось на экране.

— Алло, — спокойно ответила она.

— Что ты делаешь? — В его голосе звучало любопытство и намек на то, что ему что-то известно.

Но, может, ей это только показалось?

— Перечитываю протокол собрания фонда, — произнесла она скучным тоном.

— В машине?

— Что? — Ребекка притворилась, что не поняла вопрос. Логан смутил ее. Он не может знать, что она находится около его дома. Девушка огляделась. Около машины никого не было, и никто не обращал на нее внимания. Окна были тонированы.

— Это ты, не так ли? — продолжал Логан. — Припарковалась у берега. Рядом с фонарем.

Ее щеки вспыхнули. Как он узнал?!

— Я… я… я должна идти. Поговорим позже.

— Ты уверена, что не хочешь увидеться?

— У меня звонок на второй линии. Кажется, это отец. Пока.

Ребекка отключила телефон и откинула голову на подголовник кресла, пытаясь успокоиться. Она — принцесса. Подразумевается, что она эксперт по улаживанию деликатных ситуаций. Пора взять себя в руки. Девушка повернула ключ зажигания, включила фары и увидела, как высокий, широкоплечий мужчина с взъерошенными волосами идет к ней, быстро сокращая дистанцию. Ребекка опустила голову на руль, сдаваясь. Она прошла курс экстремального вождения, но демонстрировать свои навыки сейчас неуместно. Это будет позорное бегство.

Логан подошел к машине и дернул ручку. Ребекка разблокировала дверцы и выключила мотор. Он открыл дверцу и протянул ей руку. Она вышла из машины, не глядя на него. Но в конце концов ей пришлось посмотреть ему в лицо. Его брови были нахмурены, но он был не раздражен, а… заинтересован. Логан окинул ее взглядом, оценивая и постепенно переставая хмуриться. Его дыхание было частым. Он что, бегом бежал? Логан двинулся вперед, Ребекке ничего не оставалось, кроме как пойти за ним.

Он ни о чем не спрашивал, а она не собиралась что-либо объяснять или извиняться.

Они пересекли реку. Благоухающий ночной воздух окутал их. Свет мерцал и отражался в чернильной воде и в лужах на мостовой. Впереди прогуливалась парочка, держась за руки; их смех был едва слышен. Где-то вдалеке раздавались гитарные аккорды.

Ребекка мысленно готовилась к просьбе Логана объяснить все. Или к его насмешкам. Следует вести себя по-королевски. Она не должна оправдываться. И она будет выше его насмешек.

Но ничего не происходило.

Они просто шли. Бок о бок. И она не чувствовала себя принцессой. Может быть, это и означает быть обычной?

Его плечо было так близко. Если бы она была храбрее, то могла бы взять его за руку, положить голову ему на плечо. Но вся ее храбрость испарилась.

— Джинсы? — неожиданно поинтересовался Логан.

Ребекка никак не ожидала, что он спросит об этом. Она забыла, что надела джинсы.

— Я пыталась стать обычной. Не принцессой. Хотя бы на один вечер.

Они шли дальше. Его молчание сбивало ее с толку.

— Что ты думаешь? Про джинсы? — робко спросила Ребекка.

Конечно, она может выглядеть как обычная девушка, но на самом деле ей никогда не стать таковой.

— Симпатично. — Он отвел руку и шлепнул ее по попке. — Очень мило.

Никто никогда не шлепал ее по попке.

Ребекка улыбнулась.

Логан обнял ее за плечи, притянув к себе. Ее голова уютно устроилась на его плече, которое словно было создано для этого. Ребекка разволновалась. Это было счастье в ее понимании. Она готова была идти так всю ночь, кружа по старой части города.

Аккорды гитары стали четче, когда они подошли к прибрежному району, где располагались кафе и рестораны.

— Ты ела? — спросил Логан.

— Нет. — Она уехала из дворца, не пообедав.

— Я тоже. — Он повел ее вниз и остановился перед дверью под небольшим зеленым навесом. — Вид не очень красивый, но здесь тихо, а еда…

— Божественная? — подхватила она с улыбкой.

Логан улыбнулся в ответ:

— Еда простая, но хорошая. Я думаю, тебе понравится.

Они спустились по узким ступенькам в маленький ресторанчик, пропитанный ароматами средиземноморской кухни: оливок, томата и чеснока. Невысокий лысеющий мужчина спешил к ним, широко раскинув руки. Он улыбнулся Логану, но, заметив Ребекку, замер.

— Стефан, — сказал Логан, — пожалуйста, столик в тихом месте.

— Конечно.

Стефан повел их через заполненный ресторан. Гул голосов сменился шепотом, когда люди узнали принцессу. Стефан показал им маленький столик в углу, частично отгороженный от основного зала:

— Надеюсь, этот вам подойдет.

Стефан помог Ребекке сесть. Логан сел напротив. Пламя свечи мерцало и танцевало между ними.

Ребекка смотрела на Логана и удивлялась: когда этот раздраженный человек превратился в такого милого?

Логан откинулся на стуле, глядя на нее. Ощущение, что все это не такая уж хорошая идея, вернулось к Ребекке. Теперь ей точно не избежать его вопросов. Стефан поставил на стол корзинку с хлебом. Ребекка намазала соус песто на маленький треугольный ломтик и ждала. Долго ждала. До тех пор, пока она не смогла больше выносить это.

— Думаю, тебе интересно, что я делала на улице рядом с твоим домом.

— Меня интересует другое: каково это, когда люди замолкают просто потому, что ты прошла мимо? Каково постоянно ощущать пристальные взгляды?

Никто никогда не спрашивал ее об этом.

— Так было всегда. Кстати, это поможет тебе в твоем деле. — Она старалась не обидеться.

— Значит, ты находишься здесь со мной ради моей выгоды?

— Нет. Честно говоря, я сама не очень понимаю, почему я здесь. Мне показалось хорошей идеей приехать к тебе. Отец следит за мной, и это убедит его в том, что у нас настоящие отношения. Судя по всему, у него появились сомнения.

— А он умен. И это единственная причина?

— И, — Ребекка глубоко вздохнула, — частично потому, что я хотела видеть тебя.

Он задумался:

— А другая часть?

Ребекка подождала, пока Стефан наполнит два бокала рубиново-красным вином. К тому времени, как он отошел от столика, ее решимость улетучилась.

— Другая часть не имеет значения.

— Это всегда имеет значение.

Ребекка отпила немного вина:

— Попробуй. Оно божественно.

Логан засмеялся. Она еще не встречала человека, чей смех был бы таким глубоким и таким теплым. Это ей нравилось в Логане больше всего. Его смех согревал ее, заставлял хотеть его. Каково это — просыпаться от этой улыбки, от этого смеха?

А еще ей нравилось терпение Логана. Он не форсировал события. Казалось, он наслаждается едой, которая действительно была очень хороша. Ребекка никогда не слышала о ресторанчике Стефана и никогда не обедала в местах, подобных этому. Похоже, она многого не знает о своей собственной маленькой стране.

Она смотрела на руки Логана, когда он разламывал хлеб. На его губы, когда он пил вино. В его глаза, когда он разговаривал. И думала о том, как эти глаза смотрят на нее. Мечтала, как эти руки прикоснутся к ней, эти губы поцелуют ее.

Запрещенные мысли для принцессы. Логан, с его равнодушием к королевскому этикету, заставил Ребекку задуматься: каково это — не быть членом королевской семьи. Но она не может, да и не хочет ничего менять.

Нет смысла желать анонимности, пусть и на несколько недель. Несколько недель, когда все ее слова и поступки не будут тщательно изучены или обдуманы. Несколько недель, когда она сможет сделать что-то настоящее. Работу принцессы в благотворительных учреждениях, школах и колледжах высоко ценили. Она, несомненно, приносила пользу. Но порой Ребекка мечтала стать садовником, или поваром, или маляром. Кем-то, кто в конце дня может отойти и посмотреть, чего он достиг. Это вам не аккуратное разрезание ленточки или посещение мероприятий.

Ребекка упрекнула себя за эти мысли. Ведь очень многие мечтают жить, как она.

— У тебя очень выразительное лицо, — заметил Логан. — Все твои мысли и эмоции отражаются в глазах.

— Я иногда задумываюсь.

— Это не очень-то лестно для меня.

— Я не сомневаюсь, что женщины тебе льстят.

— Не меньше, чем мужчины льстят тебе, — парировал он.

— Вообще-то они не льстят. Они, как правило, запуганы.

— Боятся, что им отрубят голову?

Ребекка улыбнулась:

— Никто в Сан-Филиппе не был обезглавлен на протяжении нескольких веков.

— А темницы?

— Они были переделаны. Освещены. Утеплены. В некоторых даже разместились гимназии.

Тем не менее Ребекка знала, что именно перспектива лишения свободы держала женихов в страхе. Так что очень благородно, со стороны Логана, продолжать встречаться с ней.

— Думаю, я отпугиваю мужчин, — призналась она.

Логан честен с ней, и она тоже постарается быть честной.

— Ты принцесса. Это легко может выбить человека из колеи.

— Но не тебя.

— Не меня.

— Но дело не только в том, что я принцесса. Я могу быть слишком сдержанной.

— Я заметил, — кивнул он. — И надменной.

— Нет. Только сдержанной.

— Я дразнил тебя, принцесса.

— Это другое дело. Я не очень разбираюсь, когда люди — а ты в особенности — шутят.

— Ты все усложняешь. Почему бы не рассмеяться, если тебе смешно?

Она покачала головой:

— Слишком рискованно.

Им подали десерт: большой разукрашенный шоколадный торт и две ложки. Шоколад таял во рту, казалось, торт пропитан им. Они смотрели друг на друга. И тепло, когда она думала о Логане, как и тающий шоколад, наполнило ее.

— Ты все анализируешь? — спросил он.

— Почти все.

— Должно быть, это ад для твоих любовников.

Ребекка чуть не подавилась:

— Я бы… я не… анализирую это.

— Рад слышать.

Он взглянул на нее поверх бокала. Его лицо было хмурым.

— Были и другие любовники, верно?

Облегчение оттого, что он правильно понял ее невысказанную просьбу, боролось со смущением. Почему они обсуждают это здесь и сейчас? Ребекка смотрела на вино в своем бокале, почти черное в свете свечи.

— Да, — согласилась она. — Но мой опыт ограничен, и я задумалась: может, бывает и лучше?

Юноша, почти мальчик… Это произошло во время ее первых летних каникул после года, проведенного в колледже. Они встретились всего несколько раз. Это время она с радостью забыла бы.

Она окинула взглядом ресторан:

— Я не уверена, что нам следует вести этот разговор здесь.

Логан кивнул:

— Я всего лишь хотел внести ясность.

Логан откинул голову назад и какое-то время смотрел на потолок. На извилистую кирпичную кладку бывшего подвала.

— Ты представляешь, как это сложно? — поинтересовался он.

— Сложно что? — поддела его Ребекка.

И была вознаграждена усмешкой Логана. Он наклонился к ней:

— Как тяжело сидеть и обсуждать с тобой это, если с того самого момента, когда ты попыталась задать мне этот вопрос в саду… Нет, если честно, то задолго до этого я представлял тебя обнаженной и лежащей в моей постели. Если бы мы не сидели в ресторане, я бы притянул тебя к себе и… — Он снова уставился в потолок, прерывисто дыша. Затем Логан встал. — Идем.

Он взял Ребекку за руку и вывел из ресторана. Они снова перешли через реку и направились к ее машине. То есть к его квартире. Голос разума предостерегал ее, уверяя, что она не ведает что творит. Что она совершает ошибку. Это был тот самый голос, который диктовал, как ей вести себя, изо дня в день, из года в год. Этот голос твердил, что нужно сесть в машину и уехать отсюда до того, как она запутается в том, в чем совершенно не разбирается.

Но этот голос заглушало невероятное желание, которое охватывало Ребекку всякий раз, когда она была с Логаном. Желание буквально кричало: «Только этот мужчина может воспламенить и удовлетворить меня!»

Ребекка взяла себя в руки. Они подошли к машине.

— Спасибо, — сказала она, — я не помню, когда так наслаждалась едой.

Это была правда. Ужин, который она разделила с Логаном, и при этом была самой собой, — это редкое удовольствие.

— Я могу сказать то же самое. И хотя еда была отменная, но твоя компания только улучшила ее. Ты интригующая женщина, Ребекка.

Они остановились перед широкими стеклянными дверями его дома, самого престижного в Сан-Филиппе. Логан повернулся и приподнял бровь, как будто хотел что-то спросить.

Ребекка знала, о чем он спросит.

Всю жизнь на нее давили, заставляли поступать так, как требовали правила этикета. Сейчас решение было за ней.

И, несмотря на страх, это было удивительно легкое решение. Ребекка хотела этого. Более того — она жаждала Логана.

Он пристально посмотрел на нее. Она кивнула. Швейцар открыл дверь и впустил их.

Глава 8

Оказавшись в квартире Логана, Ребекка подошла к сводчатым окнам. Логан встал рядом с ней. От него исходил тонкий и теплый аромат. Ее автомобиль был ясно виден на противоположной стороне дороги. Уличный фонарь смутно освещал салон машины через лобовое стекло, и Логану не составило никакого труда узнать ее. Как долго он наблюдал за ней, прежде чем позвонил?

— Дай мне ключи. Я припаркую твою машину на подземной стоянке, — сказал он.

— О, спасибо. — Она протянула ему ключи. Их пальцы соприкоснулись. Легкий ток желания прошел через нее. Логан тоже это почувствовал — она поняла это по его взгляду. Он взял ключи и направился к лифту.

Ребекка присела на диван, но затем вскочила, так как не могла сидеть. Она воспользовалась отсутствием Логана и осмотрела квартиру. Небольшое количество мебели не соответствовало роскошной отделке и говорило о том, что хозяин не живет здесь постоянно. Современной модели диван и единственное кресло контрастировали с лепными потолочными украшениями, кованой люстрой и красными бархатными шторами. Акустическая гитара была прислонена к дивану. Инструмент был единственной вещью, которая давала хоть какой-то ключ к разгадке характера Логана. Невысокий журнальный столик был придвинут к дивану. Ребекка представила Логана, сидящего на диване, положив ноги на столик, и с гитарой в руках.

Без него в квартире было тихо и спокойно, и у нее появилась возможность засомневаться относительно мудрости своего решения. Ребекка сжала кулаки. Это было правильное решение, и она доведет его до конца.

Логан уедет из Сан-Филиппе, как только получит то, что он хочет. Никаких обязательств. Никаких последствий.

Ребекка все еще смотрела на гитару, когда Логан вернулся.

— Какую музыку ты исполняешь? — спросила она.

— Все, что приходит мне на ум, когда я беру гитару.

— Я бы хотела послушать.

— Как-нибудь в другой раз, возможно.

Ничего личного, и ей не следует обижаться. Некоторые люди не любят играть для других. Ребекка отвернулась к окну и залюбовалась видом сверкающего города, который открывался из него.

Теплые пальцы прикоснулись к ее лицу, повернули голову. Она встретила его теплый глубокий взгляд. В глазах Логана был намек на вопрос и желание.

— Ребекка…

Она поднялась на цыпочки и прижалась губами к его губам, заставив мужчину замолчать. Да, она знала, что делает, она была уверена. И несомненно, хотела этого.

Ребекка почувствовала, как его губы изогнулись в усмешке. Логан обнял ее и притянул к себе. Она испытала удовольствие, на которое ее тело быстро откликнулось. Внезапно все перестало казаться запланированным. Остались только ощущения: его губы на ее губах, его тело прижато к ее телу, его ладони, обхватившие ее лицо.

Не было никакой нужды в словах или вопросах.

И снова никакого давления. Только удовольствие и восхищение.

И жар.

Логан дарил ей себя. Дарил наслаждение.

Возбуждение охватило Ребекку. Она жаждала его прикосновений. Она хотела увидеть, как он будет изучать ее тело и восхищаться своими открытиями.

Ее руки прикоснулись к его груди, пальцы блуждали по крепкому торсу, смакуя теплый шелк мускулов. Такой мужской. Такой интригующий. И под мускулами — стук его сердца. Такой родной. Рука Ребекки скользнула под его рубашку; мужская кожа почти обжигала ее ладонь. Казалось, сердце Логана бьется прямо под ладонью, казалось, если она сожмет пальцы, то сможет бережно взять его.

И все это время губы и язык Логана пробовали ее на вкус, соблазняли, умоляли, бросали вызов и приглашали.

Ребекка приняла приглашение, ответив на поцелуй. Эти губы, на которых так часто появлялась улыбка, теперь принадлежали ей. Она могла брать их, и они требовали взамен ее губы. Логан слегка повернул голову, сделав поцелуй более глубоким. Легкая щетина царапала ее кожу. Однако было что-то сдержанное в его поцелуе. Ребекка почувствовала это и сочла, что ей, вероятно, следует быть благодарной и за малость.

Ее руки продолжали исследовать его торс, скользя по жестким волоскам и маленьким соскам, а также по сильной спине.

Ребекка теснее прижалась к Логану, впилась в его губы. И почувствовала его естество.

Низкий мужской стон прозвучал где-то в его горле, и поцелуй немедленно стал более жестким и голодным.

Логан прервал поцелуй, подхватил Ребекку на руки, прошел в спальню и осторожно поставил ее на ноги рядом с огромной кроватью.

Серебристый свет, проникающий в окна, осветил его лицо, полное решимости. Он явно имел опыт в искусстве любви, о котором Ребекка знала так мало, но жаждала узнать больше. Логан сосредоточенно занимался маленькими пуговичками, которые были на ее блузке. Расстегнув достаточно, он обнажил плечо Ребекки и прильнул губами к горячей коже. Она содрогнулась от невероятного наслаждения.

Он резко поднял голову и отступил, и Ребекка испытала настоящую боль утраты, вызванной расстоянием между ними. Она сделала что-то не так?

— Я хочу тебя. — Логан повторил слова, которые произнес когда-то весьма равнодушно. На этот раз его голос походил на рычание. — Скажи мне, — взмолился он, — что это то, чего ты хочешь. Скажи. Мне нужно услышать это.

Его грубый голос взволновал ее, его учтивость исчезла — из-за нее. Ребекка подняла руки и прикоснулась к его лицу.

— Это то, чего я хочу, — сказала она тихо. — Ты — тот, кого я хочу.

Логан сглотнул. Но это было единственное движение, которое он сделал. Ее сердце билось так, будто она стояла на краю пропасти, не понимая, как заставить себя прыгнуть. Почему он сдержан? Ведь он хочет этого. Ребекка ощущала это в его поцелуях, в быстром биении его сердца, в порывистом дыхании. Она видела в Логане зеркальное отражение своего желания.

— Пусть это будет приказание принцессы, — произнес он.

Ребекка пристально смотрела на него. Она расстегнула оставшиеся пуговицы, затем бросила блузку на пол.

На губах Логана, что очаровывали ее, промелькнула быстрая улыбка.

— Я твой, командуй. — Он склонил голову и, спустив бретельку бюстгальтера с ее плеча, поцеловал то место, где она была, а затем слегка укусил.

Желание пронзило Ребекку. И с яростным удовлетворением она подумала, что наступил тот самый момент. Они одни. Он мужчина, а она женщина. Не принцесса. Обыкновенная женщина, обладающая женской властью и имеющая женские потребности, которые только он способен удовлетворить.

Ее бюстгальтер упал. Логан отступил назад и с восхищением взглянул на нее. Потом протянул руки к ее груди и потер большими пальцами соски. Ребекка напряглась, ноги почти не держали ее.

Дисбаланс в их одежде показался Ребекке несправедливым. Она потянулась, чтобы расстегнуть пуговицы на его рубашке и снять ее.

А затем она замерла.

Его тело, точнее, та часть, которую она видела, была… прекрасна. У Логана была широкая, как будто вылепленная скульптором грудь, покрытая волосами, и твердый плоский живот. Дорожка из волос скрывалась под застежкой джинсов.

Логан подошел, поднял Ребекку на руки и осторожно уложил на кровать. Нежно и быстро он снял с нее оставшуюся одежду, как будто открывал давно разыскиваемое сокровище. Он закинул руки Ребекки за голову и, едва касаясь кончиками пальцев, исследовал ее тело и покрывал поцелуями лицо, шею, грудь, руки. Он изучал ее тело, как будто хотел запомнить каждый его дюйм. Ребекка горела словно в огне от его прикосновений. Она извивалась и приподнималась навстречу ему.

И когда он принялся целовать ее бедра, она больше не могла держать руки за головой и погрузила пальцы в роскошный шелк его волос, а тело ее затрепетало от неизведанных прежде ощущений.

Наверное, неправильно испытывать столь сильные чувства. Неправильно и в то же время чудесно. Ребекка чувствовала невероятно острое удовольствие. Однако ей требовалось что-то, чего она никак не могла достигнуть.

А потом она достигла этого. Или это настигло ее, захлестнуло, сокрушило. Она пыталась подавить крик удивления и страсти, но не смогла. Логан, широкоплечий и сильный, приподнялся над ней. Он надел презерватив и проник в нее.

Они двигались вместе, прижавшись друг к другу, медленно, красиво, как единое целое. Постепенно темп ускорялся, и наконец они слились в едином мощном разрушительном ритме. Ребекка закричала, и ее крик смешался с низким стоном Логана.

Глава 9

Логан проснулся рядом с принцессой. Ну просто сказка для взрослых. Он рассматривал ее лицо, такое спокойное и беззащитное во сне. Прошлой ночью их охватила страсть. Возможно, ему следовало обращаться с ней с большим уважением, большим почтением, но ему показалось, что Ребекке это не требуется.

Кто знал, что такая элегантная и утонченная женщина способна воспламениться и так горячо ответить на страсть?

Когда Ребекка впервые намекнула на свое желание в розарии, он увидел бурю эмоций в ее душе. Признаться, это была палка о двух концах, с массой возможностей и ловушек.

Ребекка выбрала его. Логану хотелось ударить себя в грудь и издать победный крик.

Она шевельнулась; полные губы мягко изогнулись, как будто ей снилось что-то приятное.

Прошлым вечером Логан сидел один и играл на гитаре — он всегда так поступал, если ему нужно было подумать. Его интересовало, понимает ли Ребекка, что она творит, и действительно ли принцесса такая невинная и бесхитростная, какой выглядит. Или же она играет с ним?

Он почти надеялся, что ничего не произойдет. Это было бы слишком просто.

Логан прислонил гитару к дивану и подошел к окну. И увидел в машине Ребекку. Она сидела в ней довольно долго, а он наблюдал за ней, улыбался, представляя, как она разговаривает сама с собой. Ребекка зашла далеко, но сделает ли она последний шаг?

В конце концов ему пришло в голову, что могут быть и другие причины ее появления здесь. Какие-нибудь неприятности или проблемы. Предполагать можно было до бесконечности, поэтому он позвонил ей.

И вышел к машине.

Чувство вины, которое, несомненно, испытывала Ребекка, и неуверенное выражение ее лица объяснили все.

А потом они пошли прогуляться. Логан не хотел, чтобы она винила себя или ощущала неуверенность. Ведь то, что должно было произойти между ними, изменило бы и осложнило их отношения.

Насколько сильно он желал ее, настолько же сильно боялся терять то, что уже возникло между ними. Это было больше чем понимание. Почти дружба. Ребекка казалась Логану драгоценным камнем, и она сверкала для него. Она не была похожа ни на одну женщину…

Он смотрел на Ребекку и надеялся, что она проснется, сожалея о случившемся и клянясь, что это не повторится. Тогда они постараются, чтобы все стало как раньше.

У них не может быть будущего. Они из разных миров.

Ночью Ребекка заговорила о том, что ей нужно вернуться во дворец. Логан притянул ее к себе и убедил, что его кровать — лучшее место в мире.

Но то было ночью…

Он соскользнул с кровати, впервые за последние часы рассуждая здраво.

Может возникнуть неловкость — так всегда бывает утром после первой ночи. Особенно если это связь, у которой нет будущего.

Женская рука задела его живот. Губы Ребекки мягко изогнулись, ее глаза открылись. Что-то застенчивое и уязвимое светилось в них. Надежды и мечты. И ожидания. Ему придется причинить ей боль. Они обязаны повернуть время вспять.

Она всего лишь попросила, чтобы Логан кое-чему научил ее, и он согласился. Он не смог бы отказать ей, потому что, черт возьми, его измучило неудовлетворенное желание. Но Ребекка — принцесса. К тому же, несмотря на королевскую выдержку, в душе она очень уязвима. Она только хотела понять, что такое страсть. Кроме того, как подозревал Логан, ей было необходимо почувствовать себя желанной.

Рука Ребекки нерешительно скользнула ниже.

Он должен сказать ей. Прямо сейчас. Его горло пересохло.

Длинные ресницы дрогнули и опустились, когда ее рука обхватила его твердую плоть. Логан ощутил себя последним ублюдком, потому что он не смог остановиться.

Он был обречен.

Логан залюбовался обнаженной женщиной. Ее волосы разметались на подушке, в глазах светилась страсть. Он сжал ее бедра, когда она опустилась на него.

Он хотел удовлетворить Ребекку, подарить ей наслаждение.

Поэтому он не сказал ничего. А затем, когда она начала двигаться, под натиском ощущений говорить стало невозможно.

Но Логан мог подарить нежность этой неуверенной в себе красавице, которая заслуживает лучшего мужчину, чем он.

Ребекка лежала, прижавшись к нему, и он готов был поклясться, что их сердца бьются в унисон. Логан понятия не имел, о чем она думает, что, возможно, было к лучшему. Он прекрасно понимал, что попал в беду, из которой ему необходимо выпутаться. Но это была божественно прекрасная беда.

— Я бы хотела… — тихо сказала Ребекка и замолчала.

Он повернул голову и нежно поцеловал ее мягкие раскрытые губы, а затем отодвинулся.

— Чего бы ты хотела? — Прямо сейчас Логан готов был бросить к ее ногам весь мир.

Ребекка закусила нижнюю губу:

— Я бы хотела приготовить тебе завтрак.

Этого он не ожидал.

— Конечно.

— Но…

— Но что?

— Я редко этим занималась. Тебе придется помочь мне. Но только сегодня. В следующий раз я сделаю все сама.

«Как пару часов назад», — вздохнул он про себя.

Поняв, что она сказала, Ребекка снова закусила губу, отведя взгляд.

В его постели женщина, и не какая-то женщина, а принцесса, и не какая-то принцесса, а Ребекка, и она хочет приготовить ему завтрак — с его помощью. Возможно, прошлой ночью мир перевернулся.

— Конечно, — согласился Логан.

Они позавтракают, а потом он ей все скажет.

— Сначала душ, — произнесла Ребекка. — Ты подождешь меня?

Логан кивнул. Когда она выходила из спальни, его взгляд задержался на ее белоснежной спине, которая сладко округлялась снизу. Ребекка оглянулась, и милая улыбка заиграла на ее губах.

Он не станет ждать. Он присоединится к ней в душе. Сольется с ней.

Лучи утреннего солнца сияли в волосах Ребекки, когда она готовила завтрак, подпевая радио. Логан сидел за барной стойкой, наблюдая за ней. В машине у нее оказалась смена одежды, подтверждая, что принцесса была готова ко всему. Он только что принес ей сумку. На Ребекке были голубой шелковый топ без рукавов и джинсы, которые ей следовало бы носить чаще. Ее фигурка создана для того, чтобы носить джинсы.

Она стряпала сама, только попросила его объяснить, как и что делать.

Прошлой ночью она тоже спрашивала… инструкции. Спрашивала, что ему больше всего нравится. Понятливая и полная энтузиазма ученица.

Ребекка хотела приготовить оладьи, вспомнив их первый совместный завтрак. Логан отпил глоток кофе. Было что-то неправильное во всем этом, и ему понадобилось время, чтобы уяснить, почему он испытывает неловкость.

Домашний уют, память об их первом завтраке — все говорило о чем-то более постоянном, чем изначальная договоренность. Страх пронзил его. Он испугался, что это понравится ему слишком сильно и заполнит в его душе пустоту, о которой он даже не подозревал.

Но Ребекка выглядела такой счастливой, такой спокойной. К тому же и она сама захотела заняться с ним любовью утром.

Сосредоточившись и нахмурив лоб, Ребекка отмеряла ингредиенты.

— Кто учил тебя готовить? — На ее щеке красовалась мука.

— Я сам научился.

Она бросила озадаченный взгляд в его сторону:

— Твои родители живут в Чикаго?

— Как сказать. Они похоронены там.

— Ох! Мне жаль. — Она положила деревянную ложку, которой перемешивала тесто, и сделала шаг к нему. Выражение ее лица было удрученным.

— Ничего. — Логан поднял руку, останавливая ее. — Мне не требуется сочувствие. — Увидев, как она вздрогнула, он мягко добавил: — Это было давно.

Ребекка вновь начала перемешивать тесто:

— Как давно?

— Мне было девятнадцать лет. Братьям — семнадцать и пятнадцать.

— Мне казалось, у тебя три брата.

— Близнецам было по пятнадцать.

— Что вы делали? Что с вами случилось?

— Джек и я были достаточно взрослыми, чтобы позаботиться о близнецах. Да и дедушка с бабушкой жили поблизости.

Хотя, если честно, бабушка с дедушкой были скорее помехой, чем помощью — всегда критикующие, всегда негативно настроенные. Логан понимал, что таким образом они пытаются помочь, только это не приносило большой пользы.

— Моя мама всегда все готовила сама, — продолжал он. — Она любила кулинарию, видела в этом свое предназначение. Следовательно, нам пришлось учиться. Было множество неудач, и поначалу частенько приходилось заказывать еду в ближайшем кафе. Но мы справились.

— Ты близок со своими братьями?

— Да.

Они прошли через трудные времена вместе, не только разделили переживания, но и стали сильнее. Братья были всем друг для друга. Логан смотрел, как Ребекка наливает тесто на сковородку, и надеялся, что она покончила с личными темами. Если нет — нужно отвлечь ее.

— Когда пузырьки на оладьях лопнут, можешь переворачивать, — подсказал он.

— Ты хочешь детей? — поинтересовалась Ребекка.

Значит, не покончила. Никоим образом.

— Прости. Мне не следовало спрашивать об этом. Все потому, что мы… — Она помахала рукой. — Я забыла, где границы. — Нежный румянец покрыл ее щеки. — Поверь, я думаю об этом не потому, что мы… спали вместе, и я мечтаю стать матерью твоих детей или что-то в этом роде… Я делаю только хуже, не так ли?

Логан кивнул, поскольку опять испугался. Но перед этим он ощутил вспышку эмоции, практически противоположной страху.

— Пожалуйста, не волнуйся и перестань хмуриться, — улыбнулась Ребекка. — Однажды все закончится. Папа позволит мне жить собственной жизнью, я встречу своего единственного мужчину и займусь с ним тем же, чем мы… — Она прижала вымазанные в муке пальцы к губам. — Об этом не говорят вообще-то.

Ясно, она планирует, как жить с кем-то другим.

— Это не так уж важно, — сказал Логан, пытаясь вернуть разговор в нормальное русло, пытаясь спокойно отнестись к мысли о Ребекке и другом мужчине. — Да, я хотел бы иметь детей. Когда я не буду так занят бизнесом, когда встречу подходящую женщину и настанет время. А что ты думаешь о детях?

Она поставила на стойку тарелки.

— Раньше я считала, что это не для меня. Я не хотела воспитывать детей так, как воспитывали меня и братьев, — в окружении вышколенных нянек и прислуги, и не важно, насколько они добрые и образованные. Очень тяжело постоянно быть в центре внимания, но…

— Но?

— С тех пор как Раф женился, он находит способы держаться в стороне от публики. К тому же Лекси беременна. Это хорошая новость для них, но и для меня тоже, поскольку я скоро стану четвертой в очереди на трон. А если у них будут еще дети и Адам не останется бесплодным, я буду отодвигаться все дальше и дальше от трона.

— И ты не возражаешь?

— Возражаю? Да я с нетерпением ждала этого долгие годы. В этом случае интерес к тому, что я делаю, надеваю и говорю, на кого смотрю, ослабеет. Моя жизнь станет только моей. И теперь я иногда мечтаю быть мамой. Обычной мамой. Мечтаю создать для детей жизнь, хотя бы приближенную к обычной. Мы могли бы печь оладьи вместе. — Ребекка улыбнулась, но улыбка вышла тусклая. — Но я даже не уверена, что узнаю, каково это — быть матерью. Свою маму я почти не помню. Прости. Мне не следовало вываливать все это на тебя. Достаточно было ответить «да» или «может быть».

— Мне кажется, любой ребенок был бы счастлив иметь такую маму, как ты, — заметил Логан.

Еще более счастлив был бы мужчина, подаривший ей детей.

— Спасибо. — Ребекка, нахмурившись, смотрела на оладьи. — Мне не следовало говорить так много о себе.

— Почему?

— Это невоспитанно. Лучше расспрашивать тебя.

— Потому что это воспитанно? — спросил оскорбленный Логан.

— Да. Расскажи мне о…

— Не смей спрашивать меня только потому, что так принято. Мне приятнее поговорить о тебе, о женщине, испытывающей страх и неуверенность. Я не имею желания общаться с идеальной принцессой.

— Если тебя интересуют страхи и неуверенность, я могу преподнести тебе полное ведро их. — Она перевернула оладьи.

Логан хотел поцеловать Ребекку. Хотел подойти, подхватить ее на руки и отнести в спальню. И одновременно захотел пнуть себя. Они определенно перешли черту, и он чувствовал себя так, будто оказался на скользкой горке.

Логан уставился на экран ноутбука и открыл страничку «Сан-Филиппе таймс». Она целиком была заполнена их фотографиями, сделанными в розарии.

— Пресса заглотила приманку, — удовлетворенно заметил он.

— О! — Ребекка не отрывала глаз от сковородки. — Здорово!

Логан просматривал снимки. Вот они сидят рядышком. Вот идут и смотрят друг на друга. Вот они целуются, а в конце…

— Черт!

— Что такое?

— Фото твоего авто около моего дома. Они засекли машину до того, как я успел переставить ее.

Ребекка пожала плечами:

— Это было нетрудно. Она стояла там какое-то время.

— Я должен был сообразить сразу же. Прости.

— Это не твоя вина, — успокоила его она. — Кроме того, моя жизнь станет легче с небольшим пятнышком на репутации. Облику Идеальной Принцессы довольно трудно соответствовать. К тому же я получу обручальное кольцо. Фальшивое, — быстро добавила Ребекка. — Все будет в порядке.

Логан тем не менее был раздражен.

— Есть кое-какие вещи, о которых не нужно знать всей стране.

Их личная жизнь — одна из таких вещей. Все, что произошло вчера вечером и ночью, — личное. Это касается только их двоих.

— Так или иначе, но людей это интересует, — сказала она осторожно. — И это то, чего мы хотели, верно? У нас близкие отношения, мы помолвлены, потом расстаемся.

— Это так. Но я предпочитаю все планировать и контролировать. Ты понимаешь, что, однажды запятнав репутацию, очень трудно избавиться от дурной славы?

Ребекка закатила глаза:

— И ты тоже?!

— Ломлюсь в открытую дверь?

— Миллионная проповедь на эту тему.

— Извини, но я неловко себя чувствую. Ведь ты не можешь сделать ничего, о чем бы не узнали люди.

Она пожала плечами:

— Когда нет выбора, просто делаешь это. Возможно, когда тебе было девятнадцать, ты мог бы отказаться растить троих братьев, но ты взялся за это.

— Ты просто используешь меня? — спросил Логан.

Ребекка улыбнулась:

— Да. Я тебя использую.

— Если меня можно использовать, — сказал он, — я полностью за.

Логан повернулся к экрану ноутбука, иначе он не удержался бы и позволил ей использовать его еще раз.

— Знаешь, ты был хорош. Мне понравилось. Очень.

— Ребекка! Перестань анализировать.

Анализ тут не требовался, поскольку то, что произошло между ними, было намного лучше, чем просто хорошо.

Она улыбнулась. Так сладко. Так невероятно сладко.

— Если кто-то дарит подарок, — заметила Ребекка, — следует сказать спасибо. Так что…

— Не надо. Не смей.

Потому что если кто-то и должен поблагодарить, то уж точно не она.

Логан прочитал текст, сопровождающий фотографии, и заявил:

— Люди точно будут на твоей стороне. Судя по прессе, они счастливы, что их одинокая принцесса нашла любовь.

Он чуть не запнулся на последнем слове. Это именно то, чего они добивались, но видеть подтверждение в Интернете не очень-то приятно.

— Я не знаю, почему они считают, что я одинока.

— Это раздражает тебя?

— Быть самой по себе не значит быть одинокой.

Она стукнула кулачком по столу. Сердитая, прекрасная принцесса-повар на его кухне. Его братья хохотали бы как безумные.

Кстати, он должен сообщить им, что произошло. Они предпочитают узнавать новости непосредственно от Логана. Хотя трудно поверить в эту историю.

Его телефон зазвонил. Всего несколько человек знали этот номер, так что Логан поднял трубку, напомнив себе, что их с Ребеккой отношения — всего лишь фарс. Им не нужны уютные интимные утра на его кухне. Если они не занимаются любовью или не появляются вместе на публике, принцессе не следует быть здесь. Наверное, он — первосортный тупица, если позволил себе размечтаться.

— Логан, — рявкнул он в трубку.

— Какая муха тебя укусила? — поинтересовался глубокий голос.

— Джек? — Логан взял чашку с кофе и подошел к окну, готовясь к неизбежному. — Быстро, однако. Я думал, вы, ребята, не станете обращать внимание на газеты.

— Что быстро? Что в газетах? Я не читал их несколько дней.

Это было типично для Джека. Он жил в хижине, в предгорьях Сьерра-Невады, отгородив себя от мира. Значит, Логан получил отсрочку.

— Почему ты звонишь, если не интересуешься прессой?

— Впусти меня. Я внизу.

Понадобилось какое-то время, чтобы слова брата дошли до Логана.

Ребекка наблюдала за ним, когда он с силой нажимал на кнопки домофона.

— У нас гости, — предупредил Логан.

Она напряглась и сделала шаг назад, хотя куда ей бежать?

— Все дело в газетах. — Ребекка тряхнула головой. — Кто это?

— Мой брат.

Напряжение на ее лице сменилось любопытством. Логан направился в мраморный холл.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, как только двери лифта открылись.

Джек прошел мимо него в квартиру:

— Я тоже рад тебя видеть. У меня была встреча в Лондоне. Я решил заскочить к тебе, раз уж оказался поблизости. Не возражаешь, если я поживу здесь немного? — Он бросил куртку на диван. — Кстати, на улице полно фотографов, снимающих дом. — Джек повернулся к кухне и замер, увидев Ребекку. — Ты, надеюсь, в курсе, что на твоей кухне женщина?

Ребекка улыбнулась и подняла лопаточку в знак приветствия.

— Да. Я заметил, — сказал Логан и засмотрелся на Ребекку.

Намек на румянец покрыл ее лицо. Мило. Интересно, как ей удается продолжать удивлять его? Немногие женщины добивались этого.

— Ребекка, это мой брат Джек. Джек, это… — Логан не знал, как следует представлять членов королевской семьи, но он никогда не соблюдал протокол и не собирался делать это сейчас. — Ребекка.

Джек внимательно посмотрел на нее:

— Ваше лицо мне знакомо. Вы когда-нибудь жили в Чикаго?

— Нет.

Джек пожал плечами и спросил у брата:

— Мне следует уйти, так?

— Нет! — воскликнули они в унисон.

В ее голосе слышалось облегчение. Что было странно, поскольку именно она устроила всю эту «позволь-мне-приготовить-завтрак» возню.

— На самом деле, — сказала Ребекка, — уйти нужно мне.

Настала очередь Джека возражать; Логан поддержал его:

— Ребекка отличный повар.

Она удивленно подняла брови и бросила обеспокоенный взгляд на дымящуюся сковородку.

— Пахнет… интересно, — задумчиво проговорил Джек.

— Первый блин всегда комом, — заметил Логан, зайдя в кухню и перекрывая путь отступления, поскольку Ребекка была готова убежать. Он обнял ее за плечи. — Не обращай внимания на Джека. — Логан выбросил подгоревшую оладью, поставил сковородку на плиту и показал на миску с тестом. — Вторая попытка.

— Я приму душ, — сказал Джек, повернулся и вышел.

— Мне действительно нужно идти. — Ребекка не смотрела на Логана.

— Нет.

— Ты указываешь мне, что можно и чего нельзя делать?

— Ты очаровательна в гневе, но ты не уйдешь сейчас.

— Но…

Логан, откинув волосы Ребекки, поцеловал ее шею. Таким образом, даже не добравшись до губ, он лишил ее дара речи. Затем на всякий случай он прильнул к ее губам, позволив себе насладиться самым нежным из всех поцелуев. Кроме того, это был эффективный способ избавиться от собственных невеселых мыслей. Мягкие теплые губы Ребекки напомнили ему о том, чем занимались прошлой ночью, о том, что они могли бы повторить и чего еще не сделали. На это ему понадобится не вся жизнь, конечно, но оставшиеся недели — определенно.

Глава 10

Ребекка сидела за столом вместе с двумя крупными молчаливыми мужчинами, поглощенными едой. Если ее оладьи и были плохи, Логан и Джек искусно скрывали это. Ребекка была удовлетворена. Она редко готовила для себя. В этом нет необходимости, когда живешь во дворце. Было очень приятно наблюдать, как Логан и его брат завтракают.

Однако ее одолевали мрачные мысли. Ей следовало бы покинуть его квартиру вчера вечером. Она хотела, чтобы Логан поделился своим опытом с ней, и он был очень щедр. Настолько, что Ребекка не смогла уйти. Она была в восторге. Но утром ни слова не было сказано о продолжении. Она получила желаемое? Она должна быть довольна этим и уйти. Правда, Логан остановил ее. Хорошее воспитание? Трудно сказать.

— Логан не упоминал, что его брат приедет в Сан-Филиппе, — обратилась Ребекка к Джеку.

Тот положил вилку.

— Логан никогда не раскрывает карты до конца. Но о моем приезде он просто не знал. Однако более важно другое: он не говорил мне, да и нашим братьям тоже, что встречается с красавицей. Вот вам и подтверждение моих слов: он никогда не раскрывает карты. Логан невероятно скрытен.

— Не стесняйся, задавай вопросы и выкладывай свои умозаключения непосредственно мне, — пробормотал Логан.

— Спасибо. Как давно вы встречаетесь? — спросил Джек.

— О, мы на самом деле не…

— Несколько недель, — перебил ее Логан. — Я собирался сказать тебе.

Джек пожал плечами:

— Неудивительно, что не сказал. У вас двоих есть более важные занятия.

Ребекка сосредоточилась на отрезании кусочка оладьи. Люди обычно не отпускают столь вопиющие замечания в ее присутствии. Единственным исключением до сего времени был Логан.

— Джек. — В голосе Логана отчетливо слышалось предупреждение.

Она удивилась. Намек на благородство? Причем второй. Не так давно он проявил заботу о ее репутации.

Джек усмехнулся:

— Женщина в твоей кухне готовит завтрак, вы оба выглядите так, словно провели чертовски приятную ночь. Что еще я мог подумать? И с каких пор ты стал поборником благонравия? — Он взял чашечку кофе.

— С тех пор, как я начал встречаться с принцессой!

Джек закашлялся и уставился на брата:

— Принцесса? Я знал, что ты вращаешься в высших сферах, но как это произошло?

Ребекка взглянула на Логана, ожидая объяснения. Интересно, какую версию он изложит брату. Пиар или правду?

Логан был не в восторге от сложившейся ситуации.

— Мы познакомились здесь, а затем я случайно встретился с Ребеккой в Новой Зеландии.

— Ты инспектировал свою недвижимость?

Здорово! У него действительно есть бизнес в Новой Зеландии. А она почти назвала его лжецом.

— Да. — Логан подмигнул Ребекке, наслаждаясь ее реакцией. — Оказалось, что у нас есть общие темы для разговора. — Он пожал плечами. — Одно цеплялось за другое. И вот к чему мы пришли.

Версия находилась между пиаром и правдой.

— Вот к чему вы пришли, — медленно произнес Джек. — Это может повредить твоим планам по расширению бизнеса в Европе.

— Нет.

— Не важно, какого успеха Логан достиг дома; он всегда хотел завоевать Европу, доказать правильность своей точки зрения старику, нашему деду, — добавил Джек, взглянув на Ребекку. — Что бы мы ни делали, дед, немец по происхождению, считал это недостаточным. Европа была для него вершиной успеха. Я думаю, ухаживание за принцессой впечатлило бы даже деда.

— Рада слышать, что могу быть чем-то полезна, — сказала Ребекка мягко.

— Немного поздновато, он умер, — бросил Джек.

— Я действительно должна идти. — Она встала.

Логан и Джек тоже встали.

— Рад нашему знакомству, Ребекка. — Джек улыбнулся и тряхнул головой. — Мой брат и принцесса. Никогда бы не поверил. Это значит, что мой племянник станет когда-нибудь королем Сан-Филиппе.

— Нет, — возразил Логан, — потому что Сан-Филиппе княжество, а не королевство.

— В чем разница? — поинтересовался его брат.

Логан молча покачал головой.

— Дело в том, — заметила Ребекка, — что твой брат пользуется моими связями, а я пользуюсь его телом. Все это временно.

— Я не уверен, что ты получила выгоду. — Джек засмеялся и выпятил грудь, такую же широкую, как у Логана. — Сейчас это прекрасное тело и тонкий ум, но после… — Он подмигнул.

Ребекка засмеялась, хотя Логан не нашел в его словах ничего забавного.

— Я вполне довольна тем, что получила.

— Я провожу тебя до машины, — сказал ей Логан. — Попрощайся, Джек.

Она попросила:

— Дай мне минутку. Мне нужно освежиться и собрать сумку.

В спальне Логана Ребекка едва взглянула на большую кровать, где она провела лучшую ночь в своей жизни. Она торопливо побросала вещи в сумку. В ванной она привела себя в порядок и наложила легкий макияж. Снаружи доносились тихие голоса. Братья обсуждали происходящее. Выйдя из ванной, Ребекка услышала голос Джека:

— Что ты пытаешься доказать старику? Он уже мертв.

— Не в этом дело.

— Да брось. Тебе всегда надо было быть самым лучшим. А что может быть лучше, чем княжеская семья?

— Не лезь в это, Джек. — Логан был серьезен. — Она не принцесса. Она женщина.

Ребекка была тронута этим признанием.

Джек помолчал, а потом поинтересовался:

— А ты предупредил ее, что не позволишь отношениям вмешиваться в бизнес?

— Нет. Это другое, — резко ответил Логан, явно желая прекратить разговор.

— Хорошо. Прости. Она, похоже, много значит для тебя.

— Нет! — Это было сказано быстро и решительно.

— Ты меня не обдуришь. Твоя гитара здесь. Ты никогда не играешь для кого-то.

— Я не играл для нее. Она абсолютно ничего не значит для меня.

Ребекка вошла в гостиную. Мужчины повернулись и посмотрели на нее.

— Прости. Я не имел в виду… — начал Логан.

Что он не имел в виду? Что он не хотел говорить это? Или не хотел, чтобы Ребекка услышала правду? Она никогда не узнает.

Но она — принцесса. Она умеет улыбаться, несмотря ни на что, выглядеть величественно, несмотря ни на что.

— Джек, было приятно познакомиться. Логан, я сама дойду до машины. Оставайся с братом.

Ребекка направилась к выходу царственной походкой, не позволяя себе выплеснуть эмоции. Она шла спокойно, хотя хотелось побежать, она улыбалась, не обращая внимания на боль, сжимавшую сердце.

Логан догнал ее и зашел в лифт вместе с ней.

— Ребекка. — Он произнес ее имя с раскаянием.

— Все в порядке, Логан. Мне и в голову не приходило что-нибудь значить для тебя. Хотя тебе следовало бы по крайней мере подождать, пока я уйду. Это отчасти разрушило то хорошее, что было ночью.

Это еще мягко сказано.

Логан развернул ее так, чтобы она смотрела на него.

— Я испугался, когда Джек сказал, что ты, должно быть, что-то значишь для меня. Я не хочу этого. Потому что обязательно наступит конец. Но хочу я или нет, ты много значишь для меня. Запомни.

— Придется поверить тебе на слово, — холодно произнесла она. — Ты наверняка заметил, что мой опыт не идет ни в какое сравнение с твоим. Спасибо. Ты очень добр.

— Черт, Ребекка, прекрати!

— Я пытаюсь быть любезной. Или ты предпочитаешь, чтобы я устраивала громкие сцены?

— Да.

Ребекка была выше этого:

— Ну, ты не получишь того, чего хочешь. Мы можем прекратить это?

— Нет. Пока нет. До тех пор пока ты не поверишь, что я соврал Джеку.

Лифт остановился на парковочном этаже, и Ребекка вышла, бросив на ходу:

— Не важно.

Логан не отставал от нее:

— Важно.

— В таком случае все в порядке. И я говорю это не для того, чтобы успокоить тебя. Прошлая ночь кое-что значит для меня, хотя ты относишься к тому, что произошло, судя по всему, безразлично. Не так ли?

Логан преградил ей путь.

— Не так. — Его взгляд был пристальным и глубоким. Мужчине ни к чему такие красивые глаза.

Она не верила ни одному его слову. Страшная печаль наполнила ее, грозя вырваться наружу.

Ребекка прильнула к губам Логана, затем отступила:

— Увидимся на поло.

Их соглашение остается в силе. Она будет встречаться с ним на людях, возможно, даже будет целоваться с ним. Но такой поцелуй — последний. Она запомнит его на всю жизнь.

Логан подошел к ней, обнял за плечи и, наклонив голову, подарил еще одно воспоминание, соблазняя и очаровывая Ребекку своим поцелуем. Ей пришлось напрячь все свои силы, чтобы не растаять в его объятиях.

Он обхватил ладонями лицо женщины и пристально всмотрелся в ее глаза:

— Ты значишь для меня больше чем просто много.

Наконец Логан отпустил ее и открыл дверцу машины.

Она села, вставила ключ зажигания и заставила себя рассуждать здраво, без эмоций. Они объявят о помолвке, а затем расстанутся. Если сегодняшнее утро ее чему-то научило, расставание не будет легким. По крайней мере, для нее.

Ребекка опустила стекло. Нужно что-нибудь сказать на прощание.

— Все же спасибо.

— Спасибо?! — Логан практически рычал. — Не смей!

— Хорошие манеры диктуют это.

— Ты считаешь, это конец?

— Иначе и быть не может.

Он отступил назад и скрестил руки на груди. Впервые с тех пор, как Ребекка подслушала разговор Логана с братом, она увидела насмешку в его глазах, к которой успела привыкнуть. Он покачал головой:

— Увидимся на поло. Но запомни: это не конец.

Глава 11

Ребекка стояла на королевской трибуне. Она любила поло. Логан был прирожденным наездником, обладал сверхъестественной способностью просчитывать игру и оказывался в нужном месте в нужное время. Он рассказывал ей, что научился ездить верхом во время каникул, проведенных на ранчо у родственника, но игрой в поло увлекся гораздо позже.

Сегодня Ребекке пришлось не только следить за матчем. Ей необходимо было выглядеть влюбленной, потому что толпа людей под навесом должна поверить, что Логан пленил ее. Главное — убедить в этом отца и холостяков из его списка, которые прибыли в Сан-Филиппе. Скоро должен был состояться бал.

Хотя Ребекка старалась сконцентрировать свое внимание на своих братьях, которые тоже участвовали в игре, Логан притягивал ее взгляд. «Я не буду восхищаться его спортивными талантами. Я не буду восхищаться тем, как он держится в седле. Никоим образом». — Ей пришлось повторять эти слова, как некую мантру.

Логан позвонил Ребекке прошлым вечером. Его голос был теплым и нежным. Он позвонил не для того, чтобы спросить что-то, и не для того, чтобы обсудить утренний инцидент. Ему просто хотелось услышать ее голос и проверить, все ли с ней в порядке.

Ребекка мечтала поехать к нему или пригласить его к себе. Она жаждала найти утешение в его объятиях. Но ей удалось сдержать порыв. Это, решила она, еще один талант Логана: умение говорить по телефону так, будто он только о ней и думает.

Команда соперников забила гол, выравнивая счет.

Многие гости на привилегированной трибуне, в основном мужчины, пытались привлечь ее внимание. Но Ребекке было не до них. Она встала рядом с Лекси, с азартом болеющей за команду, в которой играл Раф.

Рядом с Лекси стояла потрясающе красивая подружка Адама, молодая голливудская актриса, которая наблюдала за игрой без энтузиазма.

Логан быстро промчался мимо игрока противоположной команды, забил гол, повернулся и проехал легким галопом мимо Ребекки. Она не могла не смотреть на него, однако его подмигивание раздражало принцессу, поскольку грозило нарушить ее душевное равновесие. Она чувствовала, что с ней происходит нечто странное, и поклялась противиться этому.

Она не влюбится в Логана Бучанана. Безответная любовь — вопиющая глупость.

Лекси слегка подтолкнула ее локтем:

— Я не думала, что Логан сможет забить этот последний гол. Он почти все время смотрит на тебя и, несомненно, пытается произвести впечатление.

— Ему не надо производить на меня впечатление.

— Потому что ты уже впечатлена?

— Нет. Меня трудно впечатлить спортивным мастерством.

— А как насчет прекрасного тела? — Лекси опять толкнула ее локтем и улыбнулась.

— Может, немного.

Ребекка залюбовалась прекрасным телом Логана, когда он приподнялся на стременах, узкобедрый, в безупречно сидящих белых бриджах. Она вздохнула и отвела взгляд. В глазах Лекси танцевали чертики.

— Отличная попка, — бросила жена Рафа.

— Как протекает твоя беременность? — поинтересовалась Ребекка, страстно желая сменить тему.

Лекси немедленно откликнулась:

— Я чувствую себя потрясающе. — Она прижала руку к животу. — Мы собираемся вскоре объявить об этом.

Ураганный роман брата Ребекки и его брак с Лекси удивили всех, включая самого Рафа. Но тот факт, что оба они безумно счастливы, был совершенно очевиден. И Ребекка не могла не радоваться за них. Будет ли у нее когда-нибудь такая любовь, такое счастье? Она посмотрела на Логана — человека, для которого она ничего не значила, — и отвела взгляд.

К ней подошел Эдуардо:

— У тебя с Бучананом все хорошо?

— Отличная игра, ты не находишь? — Ребекка показала на поле. Эдуардо был последним человеком, с кем она хотела бы обсуждать свои отношения с Логаном.

— Я видел и лучше. На следующей неделе состоится собрание совета директоров, главная цель которого — обсуждение продажи филиала.

Зачем он говорит ей это?

— Я и не думала, что тебя интересует «Ле Бланк».

Эдуардо ответил со скучающим видом:

— Мой новый отчим, налаживая отношения, желает знать мое мнение о личности Бучанана. Вот так-то.

— О, смотри. Еще гол! — Ребекка захлопала в ладоши.

— Тебе известно, что он использует тебя в интересах своего бизнеса? — спросил Эдуардо. — Я считаю, ты должна быть в курсе.

Эдуардо тоже хотел бы использовать ее, чтобы продвинуться на политическом поприще.

— Спасибо, что подумал обо мне. Это очень мило с твоей стороны.

Эдуардо поджал губы.

— Он не подходит тебе.

Ребекка с трудом скрыла удивление. Обычно Эдуардо более осторожен. Мурашки побежали по ее коже.

— Бучанан никогда не вписывался в тот образ жизни, который мы ведем, — продолжал Эдуардо. — Он не понимает его и не одобряет. И он не следует правилам.

Ей пришлось приложить усилия, чтобы не вступиться за Логана.

— Ты, как всегда, прав. Теперь, если позволишь, я досмотрю матч.

Его глаза походили на льдинки.

— Извини, я не хотел мешать, только пытался помочь. Мне нужно поговорить с тобой. И ради твоего дружка лучше сделать это до собрания совета директоров.

Судя по всему, Ребекка совсем не знала Эдуардо, хотя была знакома с ним большую часть жизни. Он наклонился и прошептал:

— Мне нужно будет поговорить с тобой наедине. Скоро.

— Договорись о встрече с моим секретарем.

Эдуардо, недовольно скривив губы, кивнул и пошел прочь.

Пять минут спустя матч закончился. Логана окружили поклонники, желающие поздравить его с победным голом и разделить ликование команды. Ребекка держалась на расстоянии и болтала со зрителями и игроками. Она пару раз поймала взгляд Логана, и оба раза его улыбка гасла. Он ушел с поля, чтобы принять душ и переодеться. Ребекка тоже ушла бы, если бы не подразумевалось, что принцессе не следует торопиться. За ней наблюдали, анализировали. Она и Логан — пара. Значит, придется остаться. Преждевременный отъезд привлечет ненужное внимание.

Ребекка беседовала с одним из игроков, когда ощутила знакомое покалывание позвоночника и, обернувшись, увидела Логана. Он встал рядом с ней, улыбнувшись, извинился перед собеседником Ребекки и увел ее с собой.

Они прошли мимо большой палатки, забитой гостями, попивающими шампанское, и направились в сторону поля. Длинная шеренга грузовиков, перевозящих лошадей, была припаркована там; конюхи чистили щетками привязанных лошадей, снимали и ловко скручивали бандажи с их ног.

Они шли молча. Наконец Логан поймал ее руку.

— Я рад, что ты пришла, — произнес он.

— Я же сказала, что приду.

— Мне казалось, я все разрушил вчера. — В его голосе прозвучало сожаление.

— Нет. Но спасибо за предупреждение.

— Черт побери, Ребекка!

Она посмотрела на него и подняла брови. Прежде Логан не позволял себе ругаться в ее присутствии. Ребекка была удовлетворена: значит, он утратил часть самообладания.

— Черт побери? — передразнила она. — Неужели?

— Только не надо жеманничать со мной.

— Я не жеманничаю.

— Ты сводишь меня с ума.

— Взаимно.

Они неторопливо поднялись на невысокий холм и остановились под дубом.

— Мы можем прекратить все раньше, если это будет лучше для тебя, — сухо проинформировала его Ребекка.

Внезапно Логан обхватил ее за плечи, притянул ближе и поцеловал. И — черт возьми! — ей были необходимы его поцелуи. Необходимы, потому что они стирали все барьеры между ними. Они свидетельствовали о том, что Логан что-то испытывает к ней. Даже раздражение — лучше чем ничего. Ребекка потянулась к нему, позволив его рту найти ее губы, позволив его языку дразнить ее язык. В ответ она тоже требовала и дразнила. Ее глаза закрылись, и остались только ощущения — близости Логана, его рук, обнимающих ее, и его губ. Его вкуса и аромата. Его тепла и силы.

Ребекка тосковала по тому, что они потеряли. На мгновение ее охватила уверенность в том, что их единение существует на самом деле. Но как только поцелуй закончился, уверенность испарилась.

Вчера она приняла решение не целовать Логана наедине. Ребекка огляделась. Недалеко стояла группа людей. Значит, этот поцелуй определенно был допустим.

Логан отступил назад и тяжело вздохнул:

— Нет. Это не будет лучше для меня.

Ребекку настолько ошеломил поцелуй, что она с трудом вспомнила, какой вопрос задала.

— Я полагаю, тебе все еще нужно одобрение правления. Но возможно, после собрания совета директоров…

— Мне это не подойдет даже после собрания, — возразил Логан. — У нас соглашение. Наши отношения длятся до окончания бала. — Он прищурился и пристально посмотрел на нее: — Что тебе известно о собрании совета директоров?

Ребекка не знала, стоит ли рассказывать Логану про Эдуардо то, что тот говорил, и так известно. Она пожала плечами:

— Только то, что на этом собрании будут обсуждать твою кандидатуру. Значит, тебе нужно, чтобы тебя видели с отцом.

— Я заметил, ты разговаривала с Эдуардо.

— Да. — Она вздернула подбородок. — И не только с ним. Но, насколько я помню, в нашем соглашении не указано, с кем мы можем, а с кем не можем беседовать.

Логан придвинулся ближе и прошептал ей на ухо:

— Ханжа.

Ребекка засмеялась:

— Немного. Но мне можно. Моя работа это предусматривает.

Логан по-прежнему стоял близко. Так близко, что она могла посчитать темные ресницы, обрамляющие его глаза. Он держал ее руки в своих, касаясь лбом ее лба. Если бы только эти мгновения могли длиться вечно.

— Есть что-то волнующее и привлекательное в том, как ты исполняешь протокольные обязанности, — заявил он.

— Вот вы где, — послышался низкий голос. — Я вижу, вы достаточно долго болтали глупости.

Логан покосился на брата:

— Проваливай!

— Пока не могу. Я только что встретил очаровательную…

— Тогда уйдем мы. — Он взглянул на Ребекку. — Пошли?

Она кивнула. Принцесса готова была сделать все, что угодно, для этого мужчины.

Фотографы щелкали камерами, когда они целеустремленно шагали к машине, Логан держал Ребекку за руку. «Неужели это кому-нибудь интересно?» — удивлялась она про себя.

— Куда мы едем? — спросила Ребекка.

— Туда, где мы сможем побыть наедине, — процедил он сквозь зубы. — Я хочу сделать с тобой кое-что.

Она останется наедине с Логаном… Он кое-что хочет с ней сделать…

Ребекка вспомнила прошлый раз, когда они были наедине. Она посмотрела на линию его скул, на загорелую кожу в вырезе не застегнутой до конца рубашки, на руки, которые прикасались к ней так интимно, так ласково, так… волшебно.

— Мне не кажется, что твоя квартира — это хорошая идея, — заметила она.

Он поднял бровь, и его губы скривились в ухмылке.

— Я о ней и не думал.

— А куда? — спросила она небрежно.

— Увидишь.

— Ты и правда не любишь раскрывать карты.

Логан затормозил на светофоре и легонько коснулся косточкой пальца ее скулы:

— А ты не любишь, когда не можешь контролировать происходящее. Просто жди. Я думаю, тебе понравится.

Глава 12

Через полчаса Ребекка стояла, улыбаясь, на маленьком пирсе и смотрела на хорошенькую красно-белую лодку, которую Логан нанял для них. Она бросила взгляд на свое элегантное платье в кремовых и бежевых тонах и туфли с симпатичными каблучками, идеально подходящими для поло, но никак не для гребной шлюпки.

— Ты справишься, — заверил Логан, словно прочитав ее мысли. Он подошел и встал с ней рядом. — Все, что ты должна делать, — это сидеть.

Логан передал ей соломенную шляпу и помог залезть в лодку. Затем забрался в лодку сам и сел лицом к Ребекке. Он кивнул хозяину лодки, тот скрылся в небольшом, ярко раскрашенном сарае и вернулся через несколько секунд, неся… гитару. Логан собирается играть для нее! Сердце Ребекки подскочило. Владелец лодки оттолкнул суденышко от пирса.

Логан начал грести. Река с нависшими над водой ивами текла медленно. Они поплыли вверх по течению. Солнечный свет переливался на воде. Единственным звуком было тихое ритмичное постукивание весел в уключинах.

— Это лучший способ увести тебя от толпы, — сказал Логан. — Но тем не менее мы все еще на людях, и нас увидят вместе.

В отдалении посетители прогуливались по розарию.

— Очень романтично, — заметила Ребекка. — Это действительно будет хорошо выглядеть.

— Вот именно.

Для того чтобы сохранить равновесие, она села прямо напротив Логана, ее ноги в туфлях на непрактичных каблуках, сдвинутые вместе, были расположены между его широко расставленными ногами.

Ребекка перегнулась через борт и погрузила пальцы в воду, главным образом затем, чтобы не смотреть на него. Однако она не могла не бросить случайный взгляд. Несмотря на то, что речная прогулка должна была расслаблять, Логан не выглядел расслабленным, не наслаждался так же, как она.

— Могу я погрести? — спросила Ребекка.

Он прищурился с сомнением.

— Принцессы не так уж беспомощны, знаешь ли.

— Я никогда не считал их беспомощными. Особенно тебя. Как раз наоборот.

— О, спасибо!

— Развернись, чтобы сесть рядом со мной, тогда я передвинусь на твое место.

Они поменялись местами. Ребекка начала грести, радуясь, что может хоть чем-то заняться, хоть на чем-то сосредоточиться. Ее движения были поначалу неуклюжими, однако Логан положил свои руки на весла и помог ей почувствовать ритм гребли.

Он вынул из чехла гитару.

— Совсем не обязательно это делать, — сказала Ребекка.

— Я знаю, что не обязательно. Но я так хочу. Ты единственный человек, для которого я готов играть. И кроме того, так ты поймешь, что много значишь для меня. То, что ты услышала, далеко от правды.

Глубина его взгляда почти довела Ребекку до слез. Она отчаянно хотела что-то значить для этого мужчины. Логан начал играть, его пальцы двигались уверенно. Он поднял голову и посмотрел на Ребекку:

— Только не жди, что я буду петь.

Ребекка медленно гребла и слушала. Ветви прибрежных ив иногда касались бортов лодки.

Вскоре Логан прекратил играть и убрал гитару в чехол.

— Было бы неправильно позволить тебе грести все время, — пояснил он.

— Мне нравится. Твоя игра. И гребля.

— Кроме того, есть кое-что, о чем мы должны поговорить. — Он внезапно стал серьезным.

Ребекка сконцентрировалась на веслах, стараясь опускать их в воду одновременно и равномерно отводить назад.

— Я никогда не делал этого раньше, — пробормотал Логан.

— Сидел в лодке, пока женщина гребет?

— Нет. — Логан опустил руку в карман брюк, достал небольшой футляр для драгоценностей и наклонился к Ребекке. — Я думаю, нам следует обручиться.

Левое весло едва коснулось поверхности воды, лодка вильнула, Ребекка перестаралась, исправляя оплошность, и лодка закружилась на месте.

— Я так и думала.

Предложение о помолвке все испортило.

Логан держал бархатный футляр на ладони.

— Я не знал, следует ли мне брать тебя с собой в ювелирный магазин. Мне не известно, что ты любишь. Но это кольцо пришлось по душе. Я сразу представил, как ты его носишь.

Это не предложение руки и сердца. Логан не просит ее выйти за него замуж. Даже если он и представляет ее носящей кольцо, которое он выбрал. Это всего лишь временный символ временного соглашения.

— Честно говоря, это не имеет значения. — Ребекка старалась убедить в этом и себя, и его.

— Это имеет значение. Я хочу, чтобы кольцо тебе понравилось. Ты единственная, кто должен носить его.

— Ясно, — небрежно бросила она. — Но это дело всего лишь нескольких недель. Затем ты заберешь его у меня.

Ее горло сжалось.

— Я не заберу его, — сердито возразил Логан. — Что мне делать с обручальным кольцом?

Она оглянулась, чтобы убедиться, что направляет лодку в нужную сторону… И чтобы избежать взгляда Логана.

— Ты можешь отдать его кому-нибудь другому. Продать.

Было трудно не смотреть на Логана или на кольцо, но Ребекка справилась. Она глядела на свои руки, на воду, на берег реки. Она давно не плакала, не будет и сейчас. Тем не менее это было именно то, о чем они договаривались. Однако теперь Ребекка хотела большего.

Только этим утром, за завтраком, морщины на лбу ее отца разгладились. Он выразил свое удовлетворение по поводу ее отношений с Логаном.

Ребекка не могла не учитывать это.

И кроме того, она нужна Логану для успеха на переговорах. Она поможет его мечтам осуществиться. Вот почему он сидит сейчас напротив нее, держа маленькую коробочку.

— Ты собираешься взглянуть на него? — поинтересовался Логан.

— Конечно. Если ты так хочешь. — Она потянула весла к себе, чтобы их можно было положить на край лодки.

Исчерпав все возможности не смотреть на него, Ребекка подняла глаза и встретила его пристальный взгляд. Не так должны происходить помолвки.

— Конечно, нам нужно будет поговорить с моим отцом, — напомнила она. — Королевский протокол и все такое.

— Я разговаривал с ним. Испросил у него разрешения. Кажется, так нужно делать?

— Когда?

— Вчера после обеда.

— Что он сказал?

Хотя она представляла, что, должно быть, сказал отец, судя по его утреннему комментарию.

— Я здесь, с тобой, не так ли? — заметил Логан. — Хотя он не сказал много. Сначала я удостоился самой длительной паузы, какую только можно вынести.

Ребекка улыбнулась. Она знала, на что способен отец.

— В этом он силен.

— Очень. А затем он спросил, смогу ли я сделать тебя счастливой.

— О-о-о… — Ей был известен ответ на этот вопрос. Логан действительно сделал бы ее счастливой. Быть с ним — самое сокровенное ее желание.

— Какое-то время я сомневался, справлюсь ли. Врать твоему отцу — не самое приятное занятие. Но — самое забавное — то, что, когда я наконец сказал, что смогу, это не была ложь. Порой мне кажется, я действительно смогу сделать тебя счастливой, если не заставлю тебя грустить, говоря глупости Джеку. Когда я признался принцу Генри, что ты самая потрясающая женщина, которую я когда-либо встречал, это тоже не было ложью. После пары довольно страшных угроз по поводу того, что со мной случится, если я не сделаю тебя счастливой, он дал разрешение на помолвку. Таким образом, учитывая то, через что я уже прошел, ты могла бы положить конец пытке и по крайней мере посмотреть на кольцо, а не на дно лодки. Поверь, это зрелище поинтереснее.

Ребекка встретилась с ним взглядом. Было что-то дразнящее и — одновременно — серьезное в глубине его глаз. Она взяла футляр и открыла крышку. Изысканный сапфир в окружении бриллиантов сверкал и переливался, полный надежды и красоты. Ее сердце подпрыгнуло в груди и остановилось где-то в горле.

— Оно прекрасно, — прошептала Ребекка.

— Тебе действительно нравится? — Голос Логана был нежным и… неуверенным. — Я подумал о тебе, когда увидел его.

Ребекка кивнула.

— Можно я надену его?

Ребекка опять кивнула, все еще глядя на кольцо. Она не знала, что сказать, уверенная в том, что любые слова окажутся совершенно неподходящими или, что еще хуже, непонятными.

Логан забрал у нее футляр, вынул кольцо и надел его на палец левой руки Ребекки.

— Я могу поменять его, если тебе не нравится, — неожиданно встревожился он. — Мы вместе выберем другое.

— Нет. Оно прекрасно.

Лодка качалась на воде. Ребекка не доверяла себе и поэтому молчала. Каким-то образом она влюбилась в мужчину, сидящего напротив нее. Мужчину, чье кольцо она надела. Теперь их соглашение ужасало ее.

— Давай я буду грести, — предложил он.

Это была неплохая мысль. Ребекка кивнула, и они поменялись местами. Логан направил лодку вниз по течению.

— Если мы объявим о помолвке на официальном обеде завтра вечером, это повысит твои шансы на собрании совета директоров, — сказала она.

— Я не поэтому преподнес тебе кольцо сейчас. — Он погрузил весла в воду.

— Тогда почему?

— По другим причинам. Не все они эгоистичны.

— Я не обвиняю тебя в эгоизме. Просто пытаюсь найти позитивные стороны.

Логан вздохнул:

— Когда я в следующий раз буду делать предложение женщине, то справлюсь лучше.

— Надеюсь.

Ребекка выдавила улыбку, хотя мысль о Логане, делающем предложение руки и сердца другой женщине, которую он полюбит и с которой захочет провести жизнь, не была ей приятна. Она закусила губу.

Логан перестал грести и поднял весла, позволяя лодке медленно плыть по течению.

Они по-прежнему сидели напротив друг друга. Он наклонился и обхватил ладонями лицо Ребекки. Его большие пальцы гладили ее скулы, а она в течение долгих секунд просто смотрела в прекрасные карие глаза. А затем Логан притянул ее к себе и поцеловал. Поцелуй сделал то, что делал всегда, — прорвался через лабиринт барьеров к чему-то простому и прекрасному.

В глубине души Ребекка до боли хотела, чтобы помолвка не была фиктивной, чтобы Логан любил ее и хотел провести с ней жизнь.

Логан прервал поцелуй и, внимательно посмотрев на принцессу, взялся за весла. Ребекка решила, что сейчас ей лучше помолчать. Она не позволит своим чувствам — неуверенности и надеждам — вырваться наружу.

На пирсе собралась небольшая группа фотографов. Ребекка вздохнула, а Логан оглянулся и нахмурился, увидев папарацци.

— Или они за нами ехали, или владелец лодки сообщил им, — резюмировал он.

— Моя репутация, — догадалась Ребекка.

— Что насчет репутации?

— Вот почему ты сделал мне предложение сейчас. Ты хотел защитить мою репутацию после фотографии моей машины около твоего дома.

Логан снова посмотрел через плечо на журналистов. Его лицо потемнело.

— Очень мило. Спасибо, — бросила она.

— Это неплохо для нас обоих, — возразил он. — Совсем недавно казалось, что получаю пользу только я.

— Я не уверена в этом. У меня были… преимущества. — Ребекка намекнула на их занятия любовью. Она надеялась заставить Логана улыбнуться. Не получилось.

Они подплыли к пирсу.

— Когда новость опубликуют, появятся новые вопросы, — предупредила она.

— Что-то вроде — когда планируется свадьба?

Она кивнула.

— Через десять месяцев.

— Ты уверен?

— Твой отец говорил о полутора годах. Он настаивал, что по крайней мере столько времени нужно, чтобы подготовить достойную свадьбу. А после тайной свадьбы Рафа и Лекси, когда он и вся страна остались без торжественной церемонии, принц настаивает на надлежащей королевской свадьбе. Но если нам действительно придется пожениться, я хочу, чтобы это произошло как можно скорее. — Логан мельком глянул на пирс. — Обязательно возникнет вопрос, где мы поселимся. Почему бы нам не пожить полгода здесь и полгода в Штатах? Если твой отец и твой обожаемый народ позволят это. И если ты пожелаешь. Так. Теперь дети.

— С течением времени, — ответила Ребекка, позволяя фантазии увлечь ее. — Сначала мы хотим побыть какое-то время вдвоем.

— У нас будут длинные вечера, когда мы будем заниматься любовью, — подхватил Логан.

— А ты сможешь играть мне на гитаре.

— Конечно. А ты будешь готовить оладьи на завтрак.

— Конечно. — Ребекка посмотрела на свою руку. Кольцо, которое значило так много и так мало, искрилось на солнце.

Глава 13

Кольцо, вероятно, все так же сверкало, но все остальное круто изменилось. Вчера днем Ребекка — какое-то блаженное время — с готовностью предавалась фантазиям и позволила себе быть счастливой, забыв о том, что все это только притворство.

Теперь у нее не осталось даже этого.

Сейчас она была палачом и жертвой одновременно.

Одетая в ярко-красное платье, не соответствующее мрачному настроению, которое охватило ее, она сидела рядом с Логаном на официальном обеде. Голова кружилась. На сердце было тяжело.

По просьбе Эдуардо она выкроила время, чтобы поговорить с ним. Всего два часа назад.

И все изменилось.

Затем Ребекка встретилась с отцом. Принц Генри сообщил референтам об изменениях в плане проведения обеда. Обычно такие вечера еле тянулись. Но сегодня вечером и прием, и сам обед проходили очень быстро. У Ребекки не было шанса побыть наедине с Логаном, которому смокинг шел лучше, чем какому-либо другому мужчине. Она отчаянно нуждалась в этом шансе, но в то же самое время надеялась, что он никогда не появится. Ребекка надеялась отложить то, что должна была сделать.

«Это не причинит ему боль», — твердила она себе. Это не причинит боль и ей. Логан получит то, чего хочет, да и она тоже. Она всего лишь немного ускорит события. Тогда почему она чувствует себя несчастной?

Ее отец встал, чтобы произнести речь. Логан сжал руку Ребекки, его большой палец прошелся по ее пальцам. Он нахмурился, не обнаружив на руке Ребекки обручального кольца.

Красивое кольцо лежало в футляре, а футляр — в ее маленькой сумочке.

— Ты ждешь официального объявления? — Он взглянул на правителя Сан-Филиппе, начавшего говорить, затем посмотрел на нее.

Ребекка закусила губу и тряхнула головой:

— Планы изменились. О нашей помолвке сегодня не объявят.

В его глазах она увидела сомнение. Принц Генри объявил о беременности Лекси. Все восторженно зааплодировали. Однако Ребекка была не в силах присоединиться к всеобщему веселью и оживлению.

Пристальный взгляд Логана был прикован к ней.

— Куда мы можем отойти, чтобы поговорить?

— Я не могу покинуть обеденный зал. Протокол не допускает этого.

При желании Ребекка могла бы ненадолго выйти из-за стола. Но она боялась остаться наедине с Логаном. Ведь он начнет расспрашивать ее и потребует объяснений.

Музыканты заиграли вальс. Пары закружились по залу.

Логан сидел неподвижно рядом с Ребеккой.

— Это из-за того, что я сказал Джеку? — прошептал он тихо-тихо. — Что ты ничего не значишь для меня? Я думал, мы с этим разобрались. Ты же знаешь, что это не так.

— Нет, — сказала Ребекка, — это потому, что я не желаю продолжать этот фарс.

Она произнесла это с трудом, затем взяла сумочку и нащупала маленький бархатный футляр. Молодая женщина сжала его на секунду, прежде чем достать. Потом передала футляр Логану под столом. Он сжал кулаки. Ребекка глубоко вздохнула и воскресила в памяти ужасную, мучительную фразу, которую она репетировала, пока одевалась:

— Я не хочу притворяться, что помолвлена с тобой.

Когда Ребекка говорила с отцом, прося его не объявлять об их помолвке, она мечтала, чтобы ее отношения с Логаном перестали быть фиктивными.

Она полюбила Логана.

Его ладонь накрыла ее руку и маленький футляр.

— Убери. Я не возьму это назад.

Когда Ребекка положила кольцо в сумку, гость, сидящий справа от нее, наклонился, собираясь начать разговор. Но Логан опередил его:

— Прошу простить нас. Мы идем танцевать.

Он повел Ребекку к месту, отведенному для танцев, обнял ее за талию и притянул к себе.

С ним было легко танцевать. Он двигался уверенно и грациозно, в полной гармонии с партнершей.

— Что происходит? — Его тихий голос прозвучал около ее уха.

Ребекка сглотнула. Ей придется сделать это. Конечно, она знала, что все это когда-нибудь закончится. Но не по ее инициативе. И не так скоро. Она немного отступила и улыбнулась.

— Ничего не происходит. Я поняла, что не хочу проходить через это, — бросила она пренебрежительно. — Вот и все.

— Это?

— Фарс с помолвкой.

Логан наклонился и посмотрел ей в лицо:

— Что не так?

Беспокойство в его взгляде — беспокойство о ней — почти уничтожило Ребекку. Он не поверил в ее равнодушие. Логан обязательно докопается до истины. Если он узнает, что она поступает так ради него, то не допустит этого.

И Ребекка использовала единственный аргумент, который — она не сомневалась — заставит его отступить.

— У меня было время подумать, после того как мы вернулись с речной прогулки, и я поняла, что есть другие мужчины, с которыми я могла бы встречаться. Мужчины, принадлежащие к моему кругу. — Она убрала руку с плеча Логана и приветственно помахала воображаемому поклоннику. Затем холодно пожала плечами. — Список моего отца, возможно, не так уж плох.

— Может, тебя увлек игрок в поло, с которым ты кокетничала? — процедил он сквозь зубы.

Ребекка постаралась игриво улыбнуться, словно она не разбила свое сердце и не разрушила свои мечты.

— И он тоже. Он предложил сопровождать меня на оперу в следующие выходные. Я подумала, это было бы мило. Ведь ты не любишь оперу.

— Мило? — Логан остановился как вкопанный.

Его челюсти были крепко сжаты, желваки играли где-то около уха. Он смотрел на Ребекку так, будто никогда не знал ее. Оркестр все еще играл, танцоры кружились. На какой-то момент Ребекке показалось, что Логан готов уйти, бросив ее одну посреди зала. Но он взял себя в руки. Его глаза сузились и потемнели.

— Давай уйдем куда-нибудь, где мы сможем поговорить спокойно, — предложил он. — И ты объяснишь мне, что же все-таки происходит.

— Я не могу покинуть обед, — беспечно бросила Ребекка, глядя прямо на него. — Так не делается. И если честно, мне нечего добавить. — Ей пришлось свести ноги вместе, чтобы колени не дрожали.

— Это все?

— Так будет лучше. Никто всерьез не поверил, что мы пара. Я попросила отца не объявлять о помолвке, потому что между нами все кончено. Но это было… забавно. Спасибо.

Ребекка стояла и улыбалась, а Логан испытующе глядел на нее. Люди кружились вокруг, с любопытством посматривая на них. В конце концов он прильнул к ее руке в самом нежном поцелуе, затем отвел ее в сторону, поклонился и ушел.

Ребекка не стала окликать его, умолять вернуться. Она не бросилась за ним. Не поддалась принцесса и желанию сбежать и спрятаться в укромном уголке, где она сможет зализать свои раны, дать волю рыданиям, которые пытались вырваться из ее груди. Она не сделала ничего. Ребекка смотрела на спину Логана, когда он прокладывал себе путь через толпу гостей, смотрела на его темноволосую голову, пока он не исчез из ее поля зрения, а затем вернулась на свое место и завела вежливую беседу с гостями. Это было то, чему она была обучена.

Никогда прежде ей так не требовалась ее подготовка.

Два дня спустя Логан вошел в приемную «Ле Бланк индастриз». Это была его дверь в Европу.

Ребекка, оставившая глубокую рану в его сердце, стала средством достижения этой цели. Но не единственным средством. Она служила лишь прикрытием. Он способен добиться своего и без нее.

Логан все еще не понимал, как он мог недооценить Ребекку и все, что было между ними. Все еще не осознал до конца ее внезапный отказ. Да и свою реакцию тоже. Он потерял сон и тосковал от невозможности увидеть ее, услышать ее голос, прикоснуться к ней.

Логан разжал кулаки. Ребекка не нужна ему. Он покупал акции или поглощал многочисленные компании и без ее поддержки. Сегодняшняя ситуация ничем не отличается. В его будущем нет места для принцессы.

Пришел помощник, чтобы проводить его в зал заседаний. Дюжина членов совета директоров сидела за массивным столом из красного дерева. Они улыбались Логану и были готовы к переговорам.

Час спустя он вышел и сел на самолет до Чикаго.

Ему предложили все, чего он добивался.

Глава 14

Ребекка теребила тонкую золотую цепочку, висящую на шее, обходя переполненный танцевальный зал. Она жаждала сбежать с бала, устроенного в ее честь. Бал преследовал единственную цель — помочь ей выбрать достойного поклонника.

Сегодня вечером только Адам оправдал ожидания правителя Сан-Филиппе, покорно танцуя под сверкающими люстрами с каждой приглашенной дамой, правда не более чем один раз.

Ребекка не танцевала ни с кем.

Потому что она прогнала единственного мужчину, которого любила.

Она решила пробыть на балу до полуночи, но минуты и часы еле тянулись. Наконец полночь приблизилась, и вскоре она сможет уйти. Одна. Только сначала она должна кое-что сделать.

Эдуардо избегал ее со времени их последней встречи.

Дня, когда Логан ушел из ее жизни и вернулся в Чикаго.

Улыбка Эдуардо потускнела и стала осторожной, когда Ребекка подошла к нему и сквозь зубы попросила потанцевать с ней.

Это был единственный способ заставить его разговаривать с ней. Да и она сможет держать эмоции под контролем.

Когда Логан ушел, ей хотелось рвать и метать. И, уединившись в своей спальне, Ребекка дала волю своему горю и разбитому сердцу.

Однако Ребекка понимала, что надо продолжать жить. Принцесса по-прежнему активно занималась благотворительностью. Она постоянно твердила себе, что у нее нет времени на воспоминания о Логане, на разговоры о нем. Она старалась не думать о пустоте ее жизни, тогда как рядом с ним жизнь была насыщенной. Но как бы занята она ни была, Логан занимал ее мысли.

Ребекка думала только о нем.

Страдания и боль усиливались оттого, что, как подозревала Ребекка, Логан проклинает ее. Он наверняка поверил, что она хладнокровно нарушила соглашение и отказалась от отношений с ним, потому что хотела встречаться с другими мужчинами.

Как будто кто-нибудь может с ним сравниться.

Во всех своих бедах Ребекка обвиняла человека, с которым сейчас танцевала, с трудом перенося прикосновения его руки.

Решив наконец, что она справилась с бурей гнева и горя, бушующей в душе, она заговорила:

— Ты нарушил нашу сделку. — Ее порадовало, что голос звучит твердо. — Я никогда не могла представить себе, что ты так низко упадешь. Неужели ты действительно думал, что я соглашусь встречаться с тобой?

Эдуардо нахмурился:

— Я не нарушал сделку.

Ребекка насмешливо фыркнула, что совсем не подобало принцессе.

— Наша с тобой сделка заключалась в том, что Логан получит необходимое ему одобрение, если мы с ним расстанемся.

— Он получил одобрение членов совета директоров. Но он отказался.

— Он отказался? Я тебе не верю. Это было все, чего он хотел.

— Логан отказался от контракта и ушел. И не смотри на меня так. Я здесь ни при чем. Члены совета директоров были так же ошеломлены, как и ты.

— Но…

Эдуардо говорил натянуто:

— Что бы там ни случилось и по какой причине, я по-прежнему не сомневаюсь, что ничего хорошего — ни тебе, ни стране — не следовало ждать от отношений между тобой и Логаном Бучананом. Он не подходит тебе. Совершенно не подходит. Со временем ты поймешь это.

— Сомневаюсь.

— Тогда, придется признаться, я тебя совсем не знаю.

Ребекка выдернула свою руку и отступила:

— Ты никогда меня не знал.

Единственный мужчина, который сумел разглядеть ее душу, ушел.

Всего через несколько минут пробьет полночь. Тогда она сможет покинуть бал и спрятаться в своей тихой, темной, одинокой комнате.

Ребекка изо всех сил старалась быть внимательной к людям, сидящим с ней за одним столом, играть свою роль.

Пару раз она ловила на себе неодобрительный взгляд Адама, по-прежнему танцующего с приглашенными на бал красавицами. Он исполнял королевские обязанности за них двоих. Хотя со стороны это не казалось тяжелым бременем для него.

Наконец-то! Вдалеке послышался перезвон башенных часов. Ребекка с изысканной вежливостью извинилась перед гостями и медленно прошествовала через зал.

В коридоре молодая женщина побежала и остановилась только у подножия широкой лестницы. На глаза наворачивались слезы. Ребекка глубоко вздохнула в тот момент, когда прозвучал двенадцатый удар. Ее пальцы искали цепочку на шее. Несмотря на то что исправить ничего нельзя, она пожелала повернуть время вспять. Тогда у нее мог бы появиться еще один шанс.

Она никогда не говорила Логану, что любит его…

Послышались чьи-то шаги. Ребекка ждала, когда человек пройдет мимо.

— Ты все делаешь совершенно неправильно, — прозвучал около ее уха глубокий, низкий голос.

Ребекка попыталась погасить внезапную вспышку надежды. Она повернулась лицом к говорящему.

Все же надеясь.

И ее сердце затрепетало.

Логан внимательно рассматривал ее, а она не могла оторваться от лицезрения его красивого, но немного раздраженного лица. Казалось, прошла целая вечность, а не несколько дней с тех пор, как она видела Логана. Ребекка любовалась жесткой линией его скул и тлеющим огнем в глубине карих глаз. Он тяжело дышал, как будто только что пробежал десяток лестничных пролетов. Развязанный галстук-бабочка висел на шее. Его появление — такое неожиданное и такое желанное! Ребекка боялась, что он может исчезнуть.

Она хотела подойти к Логану, обнять его, прикоснуться к его лицу. Но что-то во взгляде мужчины заставило ее замереть на месте.

— Я думала, ты в Чикаго.

— Я там был. У меня были дела.

— Но ты вернулся…

— Потому что здесь у меня тоже есть дела. — Он протянул к ней руки, и Ребекка увидела в его глазах отражение собственной муки. Его пристальный взгляд опустился на цепочку. — Если ты хотела избавиться от меня, — сказал Логан, — не стоило говорить мне, что тебя интересуют другие мужчины. Это только заставило меня добиваться победы. — Он смотрел на Ребекку и ждал ответа, но его не было. — Ты пыталась избавиться от меня?

Логан обнял ее за талию и притянул к себе. Казалось, он жаждал этих прикосновений так же отчаянно, как и она.

Принцесса должна была бы отшатнуться.

Но Ребекка прильнула к Логану. Она наслаждалась его близостью и его прикосновением, его ароматом и его теплом. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Несмотря на то что цель возвращения Логана оставалась загадкой для нее, она жила надеждой.

Он вернулся!

Под музыку, которая доносилась из бального зала, Логан начал качаться и медленно двигаться вместе с Ребеккой подальше от широких дверей, подальше от многочисленных гостей.

Однако сомнение не покидало Ребекку. Нельзя делать поспешные выводы, основываясь на искорке надежды. Логан вернулся, но почему и надолго ли?

— Ты не приобрел дочернюю компанию?

— Нет. — Он сжал ее покрепче.

— Но это все, чего ты хотел. Все, к чему стремился.

Он остановился:

— Это не все, чего я хотел. Я не люблю, когда мной управляют. И мне не требуется твоя благотворительность.

Ребекка попыталась отодвинуться от него. Он немного ослабил объятия, чтобы она смогла посмотреть ему в лицо.

— Управлять? Благотворительность?

— Я получил согласие совета директоров на продажу дочерней компании после того, как сообщил им, что наши с тобой отношения остались в прошлом. Только потому, что ты и я больше не являлись парой, они были готовы подписать контракт. И за всем этим стоял новый отчим твоего старого приятеля.

Ребекка открыла рот от изумления:

— Ты отказался от сделки из гордости?

— Нет.

— Тогда почему? — Из ее горла вырывались рыдания. Так много боли — и ради чего?

— Потому что мне нужно было доказать кое-что.

— Я не понимаю.

— Ответь мне, почему ты выставила меня?

— Я хотела дать тебе то, чего ты добивался. Эдуардо обещал, что вопрос решится в твою пользу, если мы больше не будем вместе. Я сделала это для тебя.

— И ты настолько не доверяла мне, что не рассказала об ультиматуме твоего так называемого друга и не позволила мне самому найти выход?

— Я не сомневалась, что ты сочтешь необходимым выполнить свою сторону соглашения и объявишь о нашей помолвке, как мы и договорились. Только тебе это обошлось бы слишком дорого.

Логан замер:

— Так это была жертва?

Он обхватил ладонями лицо Ребекки, запрокинул ее голову, заставляя смотреть ему в глаза.

— Да. Я поступила правильно и готова повторить это еще раз. Мы все равно расстанемся.

— Мы? Расстанемся?

— Так мы договаривались.

— Да, — мягко согласился Логан. — Но когда конец настал, он оказался совсем не таким, как я ожидал.

— Но почему ты не купил акции «Ле Бланк»? Это бессмысленный поступок.

Его взгляд потеплел. Он обнял Ребекку и начал медленно кружиться вместе с ней.

— Возможно, внешне он и бессмысленный. Но здесь, — он прикоснулся к своему сердцу, а затем прижал руку к сердцу Ребекки, бьющемуся с надеждой, — здесь он имеет смысл.

Логан пальцем подцепил цепочку, висящую на ее шее и скрывающуюся в декольте платья. Он вытянул цепочку, а вместе с ней и сокровище — кольцо, которое висело, спрятавшись на груди Ребекки. Она не могла носить его на пальце, однако хотела, чтобы оно всегда было с ней.

— Ты носишь мое кольцо, — заметил Логан.

Ребекка решила признаться и прошептала:

— Всегда.

— Хочешь знать причину, по которой я не воспользовался твоим благородным порывом и отказался от приобретения «Ле Бланк индастриз»? — спросил он. — Мне было нужно, чтобы ты не сомневалась в моей искренности, когда я приду к тебе, скажу, что люблю тебя, и попрошу выйти за меня замуж. Все это я делаю только ради тебя. Ты — все, чего я хочу.

Логан протянул руки, расстегнул застежку на цепочке и, сняв ее, позволил кольцу соскользнуть в его раскрытую ладонь. Он взял Ребекку за руку и, пристально посмотрев ей в глаза, словно спрашивал разрешения, дождался кивка молодой женщины, а затем надел кольцо на ее палец.

— Я люблю тебя, Ребекка Маркони. Я хочу тебя во всех смыслах этого слова. Я мечтаю, чтобы ты разделила мою жизнь, а я разделил твою. Я готов пойти на любые жертвы и компромиссы — дело того стоит. Для меня нет ничего важнее, чем быть с тобой. — Логан сделал паузу и вздохнул. — Ты выйдешь за меня?

Ребекка кивнула, и слезы наполнили ее глаза.

— Да, — прошептала она. — Потому что я тоже люблю тебя.

И наконец он поцеловал ее.

Эпилог

Ребекка сидела на балконе и смотрела, как солнце встает над океаном, окрашивая его в золотой цвет. Иногда казалось, что он горит как в огне. Она услышала легкие шаги. На балкон вышел Логан, неся в руках две дымящиеся кружки. Он дал одну Ребекке и, подвинув стул поближе к ней, сел, положил руку на спинку ее кресла.

— Ты был прав, когда предложил приехать сюда.

— Я не сомневался, что ты признаешь это, — заметил он подмигнув.

Потому что Логан хорошо изучил ее. Когда он предложил отправиться в Новую Зеландию на отдых, Ребекка возражала против этого. Их свадьба должна состояться через два месяца. Все приготовления к ней шли в ускоренном темпе, почти лихорадочном. Вот именно поэтому, решил Логан, невеста нуждается в отдыхе. Несмотря на панику, время от времени охватывающую служебный персонал, во дворце все было под контролем. Расписание Ребекки переделали и освободили ее на целую неделю. Все основные вопросы были уже решены, а с мелкими проблемами могут справиться и без них или подождать их возвращения. Перелет из залитого дождем Сан-Филиппе в солнечную весну стал своеобразной наградой для молодой пары.

Ребекка вновь залюбовалась восходом солнца.

— Все такое красивое, — прошептала она с благоговением. — Такое идеальное.

— Особенно ты, — произнес Логан так же восторженно.

Она повернулась и увидела, что он смотрит на нее. Ей никогда не надоест его пристальное внимание, и ее тело не перестанет откликаться на его безмолвный призыв — и не важно, будут ли они одни, как сейчас, или на приеме во дворце. Ребекка вспыхнула под его взглядом, — точно так же, как вспыхнул океан на солнце. А Логан бесстыдно использовал влияние, которое оказывал на нее.

Но Ребекка тоже влияла на него. Она была в состоянии отвлечь Логана от неотложных дел и восхищалась своей властью.

Сегодня он был одет в выцветшие джинсы и темную футболку. Такой же костюм был на нем в то первое утро, когда они сидели за этим самым столиком в этой самой гостинице. Логан такой мужественный, такой привлекательный… Он нравился Ребекке и в смокинге, и в джинсах и футболке. Но больше всего она любила снимать с него футболку и джинсы.

— Подойди и сядь здесь. — Логан похлопал по коленям и усмехнулся.

Ребекка подошла — она всегда делала то, о чем он просил, — и села, наслаждаясь прикосновением к его широкой груди. Логан обнял ее и прижал к себе:

— Я сегодня уже говорил, что люблю тебя?

— Да. — И она тоже говорила.

Она прижалась к его груди:

— Ты уверен, что тебе не тяжело?

Логан покачал головой, а затем поцеловал ее в шею:

— Мне никогда не будет тяжело.

— Никогда?

— Никогда. — Он снова поцеловал ее.

— А что, если я беременна?

Логан развернул Ребекку лицом к себе:

— Это правда?

Она кивнула:

— Я была вчера у доктора.

Миллиарды эмоций охватили Логана. Впервые с момента знакомства Ребекка увидела слезы в уголках его прекрасных глаз.

Он снова положил руку на ее живот — нежно, но в то же время собственнически:

— Когда?

— Примерно через восемь месяцев. Пока слишком рано сообщать кому-нибудь. Особенно учитывая, что первый триместр очень непростой.

— А самолет? — спросил Логан с некоторой паникой в голосе.

— Беременные женщины постоянно летают. Все в порядке.

Ребекка обвила руками его шею, приходя в восторг оттого, что этот уверенный в себе мужчина вдруг растерялся. Но постепенно на смену растерянности пришли радость и гордость.

— Мы еще не женаты, — вздохнула Ребекка, — а люди могут подсчитать, когда малыш родится.

— Кому какое Дело?

— Ты не против, что так скоро?

— Против?! После слов «я люблю тебя» и твоего «да» в ответ на мое предложение это самое прекрасное, что я слышал. — Логан закрыл глаза и, по-прежнему держа руку на ее животе, попытался почувствовать растущую жизнь, которую они создали.

Он поинтересовался:

— Как твой отец воспримет это?

— Сначала, конечно, немного расстроится. Он любит, когда все делается «как следует». Но потом обрадуется еще одному внуку или внучке. Так же как Бонни, которая уже завоевала его сердце.

Крошечная дочка Рафа и Лекси стала самым главным человечком в жизни ее отца. Принц Генри превращался из правящего монарха в сентиментального любящего дедушку, когда он видел Бонни.

— Если Адам встретит женщину и полюбит ее, папа будет абсолютно счастлив, — заметила Ребекка.

— Как ты считаешь, ему удастся это сделать? — спросил Логан.

— Я не знаю. Адам считает, что он может планировать, а затем и управлять течением жизни. Я боюсь, что он выберет женщину, которая будет полностью соответствовать его критериям, но не ту, которая способна завоевать его сердце.

— Адам умный человек. Он разберется с этим.

— Он не очень-то проницателен.

— Он разберется, — повторил Логан. — Кроме того, Раф и Лекси, а теперь и мы покажем ему, как все должно быть.

— Может быть, ты прав.

— Ты знаешь, что я прав. Но я привез тебя сюда не для того, чтобы обсуждать твоего брата. — Его рука скользила по бедру Ребекки. — Ты помнишь, когда я в первый раз увидел тебя в джинсах?

Как она может забыть? В ту ночь они впервые занимались любовью.

— Да. — Ребекка легко прикоснулась губами к его губам.

Логан потянулся и вернул ей поцелуй.

Он откинулся назад, и Ребекка заглянула в его прекрасные глаза, увидела, как его губы изогнулись в улыбке, которую она любила больше всего на свете. Не сговариваясь они встали и, забыв о восходе солнца и оставив кофе на столике, вернулись в номер.

Content

Сандра Хьятт
Непослушная ученица

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог