Неизвестно

index

Орлов Дмитрий Павлович

ЕГЕРЬ

“Задача егеря выслеживать и уничтожать хищников вредящих жителям королевства, а сопровождающий его хронист должен подробно описывать убитых монстров и ежегодно отправлять отчет в егерскую службу его Величества”.

Выдержка из королевского указа “О сокращении поголовья хищников”.

Хронист Перси: Запись первая.

Через несколько часов солнце скроется за кронами деревьев, погрузив небольшую деревеньку во тьму ночи. Волкер находился в нескольких десятках метров от забора деревни в густом подлеске и, слившись с растительностью, наблюдал за десятком инквизиторов пытающихся защитить деревню от суррогатов.

— Зачем мы здесь? — спросил хронист Перси присаживаясь на корточки рядом с ним. — Мы практически дошли до места. Или ты хочешь присоединится к тем несчастным кто расстался с разумом и пошел против двенадцати? Позволю себе напомнить, что их трупы еще долго раскачивались под дуновением ветров, давая обильную пищу воронам. Чего ты молчишь? Егерская служба упрощена, как впрочем и служба хронистов. Орден конечно остался, но это другая история. Прошу, одумайся, не хочу смотреть как тебя допрашивают носители золотых крестов на петлицах.

— Ты прав, друг Перси, — тяжело вздохнул Волкер. — Мы практически дошли до того места где я официально сдам оружие и прекращу существование как егерь его Величества.

— Но зато у тебя останется голова на плечах, — здраво подметил Перси. — Пусть ты не будешь егерем его величества, зато станешь полноправным подданным его святейшества.

— Ты как всегда прав Перси, только для меня он, скорее, его темнейшество, нежели святейшество.

— Ну это как посмотреть.

— Я смотрю только с точки зрения егеря. Меня слишком долго этому учили, чтобы вот так запросто отказаться от нее.

— Думаю, твоя жизнь - это весомая причина сменить точку зрения, — не согласился Перси.

— Жители тех четырех деревень, что мы прошли ранее, боюсь, на смену моей точки зрения не согласятся.

— Это так Волкер, и мне тоже это не нравиться, но что мы можем сделать? — развел руками хронист.

— Ты ведь знаешь, что произойдет дальше, когда солнце зайдет?

— Догадываюсь, — опустил голову Перси.

— Я расскажу что произойдет, — сказал Волкер не отрывая взгляд от покидавших деревню инквизиторов. — Они начертали заградительные заклинания, прибили несколько крестов и поставили на центральной улице чан со святой водой. И если ты думаешь, что инквизиторы ушли навсегда, то ты сильно ошибаешься - утром они вернутся. Инквизиторы должны зафиксировать насколько жители деревни преданы их вере. Спасутся лишь те, кто истово верит - такова их точка зрения. Но в этой деревне не будет верующих, таково будет написано в заключении. После захода солнца появятся суррогаты, скорее всего, они даже не обратят внимания на начертанные на земле знаки. Беспрепятственно войдя в деревню, у них будет примерно шесть часов на неспешную трапезу. Истово молящиеся люди не будут даже сопротивляться, полностью отдав себя в руки всевышнего. После кровавой трапезы суррогаты утолят жажду из чана со святой водой и волоча по земле раздутые от человеческого мяса животы, никуда не торопясь, скроются в темной чаще леса. Потом будут карательные рейды в попытке обнаружить чудовищ, и, я думаю, что парочку им удастся даже поймать, но это все на что они будут способны.

— В любом случае, Волкер, тебе не спасти всех на свете.

— Я и не собираюсь этого делать, — искренне заверил егерь хрониста.

— Вот и отлично, а теперь уходим отсюда.

Перси поднялся и встряхнул затекшие ноги.

— Нет.

— Что значит нет? — удивился хронист.

— Я думал ты знаешь значение этого слова.

— Черт тебя дери Волкер, конечно я знаю значение этого слова! Но скажи какого лешего мы не уходим? — прошипел Перси.

— Я не собираюсь спасать всех, я собираюсь спасти ее, — указал Волкер рукой на девочку выбежавшую за ограду и смотрящую вслед удалявшимся инквизиторам.

— Нет, нет, нет! — едва сдерживаясь, чтобы не закричать запротестовал Перси. — Мы не можем сейчас сорваться когда практически уже у цели. Я уже закончил книгу и мне ее нужно сдать вместе с твоим оружием.

— Вот и сдай, я тебя не держу, — посоветовал егерь.

— Я твой хронист и не могу бросить тебя.

— Перси, — усмехнулся он. — Кто-то мне говорил что времена изменились и пора сменить точку зрения.

— Ты скотина Волкер, убиваешь меня моим же оружием. Я давал клятву королю что буду находиться рядом с егерем пока он жив и на службе. И только король может изменить это, но он умер, как говорят инквизиторы. Хотя, я думаю, что без их вмешательства не обошлось. Одним словом, снять с меня клятву никто не может, но, как я говорил ранее, я уже закончил книгу.

— Тогда советую начать новую, потому что материала в скором времени будет предостаточно, — посоветовал Волкер, поднимаясь в полный рост и направляясь к деревне.

— Вот ведь знал, что нужно идти другой дорогой, — пробурчал Перси скорее для проформы нежели всерьез.

Перекинув сумку через голову, он тенью последовал за ним. Хронисты в долгих путешествиях с егерями научились передвигаться так же тихо как и они, а иногда и тише. Выбежавшую девочку давно уже забрали родители и вместе заперлись в доме, но это вряд ли им поможет. Как егерь и предполагал охранные письмена начертанные на земле проходили по периметру деревни. Внутри был еще один круг святых писаний и в центре стояла чаша с освещенной водой. Она была наполнена наполовину, вторая ушла на окропление земли. Хрониста нигде не было видно, он как им и положено затаился там, где его меньше всего можно заметить, зато он видел все прекрасно.

До захода солнца осталось совсем мало времени, но для приготовлений его было достаточно. Сняв плащ, чтобы он не мешал во время боя, Волкер повесил его на край калитки. Оставшись в кожаной жилетке, служившей ножнами для десятка метательных ножей, он покрутил плечами разгоняя в них кровь. Волкер не знал состав зелья, которым его поили во время обучения, но на вкус оно было отвратительно и ему приходилось использовать воистину чудовищную силу воли, чтобы удержать его в желудке. Зато теперь он после непродолжительных приготовлений мог двигаться довольно быстро, по крайней мере, чтобы биться с суррогатами на равных.

Голова мгновенно прояснилась и Волкер увидел сидящего за поленицей Перси. Багровое солнце быстро скрылось за деревьями, егерь почувствовал приближение десятка суррогатов. Накрывшая деревню тьма его совершенно не смущала - его глаза хорошо видели в темноте. Гонимые голодом пожиравшим их тела изнутри, безволосые монстры с такой же скоростью пожирали расстояние оставшееся до деревни. Услышав как в доме справа от него затрещали ставни, раздираемые крепкими когтями, егерь легко перемахнул через невысокий забор и столкнулся лицом к лицу с суррогатом.

Боевые ножи покоившиеся до этого в ножнах мгновенно оказались у него в руках. Когтистые лапы суррогата повисли плетьми вдоль тела, острые короткие лезвия легко справились с его сухожильями, а молниеносный удар сзади в основание черепа лишил жизни голодное существо. Еще один перемахнувший через забор суррогат прежде чем коснуться земли проглотил метательный нож. К этому моменту до деревни добрались и остальные. Они чувствовали запах пролитой крови, но не собирались претендовать на добычу своих собратьев. Домов в деревне достаточно, чтобы не затевать ссору из-за одного. Волкер хорошо изучил их повадки, поэтому за этот дом был спокоен. Остальные монстры сюда не сунуться, по-крайней мере, до тех пор пока не обнаружат трупы тех, кто первыми претендовал на здание.

Распахнув калитку, егерь вышел на центральную улицу деревни. Ему нужно было как-то отвлечь суррогатов от их замыслов по поводу вскрытия домов. Ничего лучшего он не придумал как перевернуть железную чашу со святой водой и использовать ее в качестве колокола. Ударив по нему рукоятью ножа егерь извлек гулкий звук. Он привлек внимание хищников и треск дерева разрываемого когтями прекратился. Над заборами появились удивленные морды суррогатов, они явно не верили своим ушам и решили убедиться воочию. Увидев в центе деревни сумасшедшего человека они обрадовались легкой добыче и, опережая друг друга, бросились к нему. Боевые ножи с легким шелестом вошли в ножны, а вот метательные быстро стали покидать насиженные места, устремляясь навстречу хищникам.

Из-под лап бежавших к нему монстров вырывались клочки земли и взмывали в воздух. Первые двое успели клацнуть зубами друг на друга прежде чем метательные ножи остановили их легкую ссору — кому первому укусить егеря. Лезвия пробили их гортани навылет, безволосые тела сделали пару шагов, повинуясь инерции, а затем обмякшие тела покатились по земле, чтобы остановиться в паре шагов от Волкера. Оставшиеся порождения тьмы попытались избежать смертоносных лезвий, прыгая из стороны в сторону, но это им мало помогло.

Первое чему учат егеря, это метанию ножей и он не знал кто бы мог превзойти их в подобном искусстве. Последний суррогат как-то умудрился не отдать концы и добрался до Волкера с торчащим из груди лезвием, пришлось закончить дело ударом ножа под нижнюю челюсть.

— Ну теперь мы точно сожгли мосты, — произнес подошедший сзади Перси.

— Это моя работа, правда теперь она вне закона, — ответил егерь вырывая метательный нож из груди суррогата. — Приступай к описанию, а мне нужно еще кое-что закончить.

Перси пожал плечами и достав из сумки книгу принялся описывать суррогата при этом произнося вслух все что записывал.

— Суррогат отчасти внешне похож на человека. Ростом выше примерно на голову и шире в плечах. Существо полностью лишено шерстного покрова, не имеет зрачков, только бельмо. Зубы тонкие и острые, открыты, едва заметные губы не в состоянии их скрыть. Питание преимущественно человечина, но при нехватке такового могут загрызть и оленя.

Пока Перси занимался художественной литературой, Волкер возвращал свое оружие и стаскивал трупы суррогатов в центр деревни.

— Что ты задумал? — поинтересовался Перси удивленно глядя на его приготовления.

— Хочу, чтобы нас начали искать как можно позже. Я хочу выдать свою работу за деяния инквизиторов. Пусть считают, что их иероглифы и вода подействовали.

— Задумка неплохая, хотя не думаю что это сработает, там тоже не дураки служат, — заметил Перси. — Они прекрасно знают как справляться с монстрами, но думаю эти деревни просто принесли в жертву, в качестве назидания другим.

— Наверное ты прав хронист, но я на всякий случай перестрахуюсь.

У суррогатов после смерти появляется некая особенность о которой в большинстве случаев известно только егерям. После смерти у уродцев начинается выделяться зеленоватая слизь, она быстро испаряется, но если на нее брызнуть водой с частичками серебра, слизь воспламениться. Зная эту особенность Волкер поджег тела и подождал пока они полностью сгорят. Теперь это было похоже на действие охранных заклятий инквизиторов.

— Будем надеяться что в такую глушь они не притащат апостола, иначе весь наш маскарад не продержится и пары минут, — обрисовал не веселую картину Перси, глядя на дело рук егеря.

Задерживаться в деревне дольше, чем этого требовала необходимость, они не стали и, бросив последний взгляд на имитацию, созданную Волкером, покинули деревню. Помимо апостола оставался еще один вариант вычислить их и он егеря тоже беспокоил. В попытке выслужиться перед новой властью жители сами могут рассказать об нем и хронисте. Хотя егерь и не видел, чтобы кто-то выглядывал из запертых домов, но такой поворот событий он бы не исключал. Перси с ним был согласен и даже поведал в качестве примера несколько нашумевших в прошлом случаев.

Отойдя от деревни на достаточное расстояние они разбили лагерь. Суррогатов опасаться не стоило: стая что напала на людей мертва, а другие только через несколько дней обнаружат что метки не обновлялись, но к этому времени их в лесу уже не будет. Волкер закрыл глаза и забылся чутким сном, любое движение зверей поблизости от него он слышал, но не просыпался если опасности не было.

Волкеру снился сон где он лежал на берегу лесного озера и любовался зеркальной гладью воды. Кто-то ему пытался внушить, что все хорошо и он может ни о чем не волноваться. Но егерь не слышал ни птиц, ни животных, даже комары, которых у воды всегда полным полно, куда-то подевались. Волкер попытался подняться, но голос опять начал его успокаивать. Когда перед ним встаёт вопрос - кому верить, человеку или животным? - егерь всегда выбирал последних. Как только он попытался подняться водная гладь пошла рябью и Волкер вырвался из сновидений. В каких-то десяти метрах он увидел крадущихся во тьме инквизиторов. Егерь не поверил своим глазам, как они смогли подкрасться к нему так близко? Оставив этот вопрос на более подходящее для раздумий время, он быстро вскочил на ноги и толкнул сопящего Перси.

— А? Что?

Хронист задавал подобные вопросы скорее для того чтобы проснуться нежели получить на них ответ. Инквизиторы, поняв что их замыслы раскрыты, больше не таились и пошли на них в открытую атаку. Скинув плащ, которым он укрывался от непогоды, егерь метнул пару ножей в ближайших врагов. Каждый из них, позабыв об атаке, схватился за горло в попытке вынуть причиняющее боль лезвие, но жизнь быстро покидала их тела вместе с вытекающей кровью. Напирающие сзади инквизиторы уже списали со счетов своих товарищей и, просто растолкав в стороны умирающих, ринулись на Волкера. Бросать метательные ножи смысла не было - слишком близко находились обладатели красных петлиц. Настало время показать себя в деле боевым ножам.

Короткие лезвия против длинных мечей сражаются не совсем на равных, но они находились в лесу и здесь мечами не особо помашешь. Ножи высекли искры из мечей инквизиторов и еще двое отправились прямиком на тот свет. Но похоже потери не смущали их и они продолжали напирать на егеря, как матросы на двери борделя. Подобно вышибале из упомянутого заведения он свернул кулаками несколько челюстей, а одного приложил головой о ствол дерева. Как егерь ни старался, силы были не равны и по идее его давно должны были убить, но Волкер был жив и пока сопротивлялся. Попытки ускорить организм ни к чему не привели, егеря словно что-то сдерживало. Поднырнув под руку инквизитора он собрался всадить ему в затылок нож, но его предплечье опутала тонкая и крепкая цепь. Она спасла жизнь одному инквизитору, но тому кто набросил на Волкера цепь точно не позавидуешь. Рванув ее на себя егерь свалил инквизитора и собрался пригвоздить его к земле, но и второе предплечье опутала цепь. Потащив его путы в разные стороны инквизиторы распяли егеря между деревьев. Потом он получил несколько ломающих ребра ударов и прежде чем потерять сознание увидел приближающегося к нему апостола.

Хронист Перси: Запись вторая.

Боль - это первое, что ты чувствуешь перед тем как очнуться. Сначала в голове, а затем и в глазах при попытке их открыть. После того, как Волкера очередной раз подбросило на деревянном полу, он понял, что везут его не по королевскому тракту. Солнце словно инквизитор во время допроса жгло тело нещадно. Он даже с некоторой грустью вспомнил голос во сне, который его так самоотверженно призывал к умиротворению. Где он сейчас, когда так нужен? Подумав об этом егерь вспомнил последние мгновения перед тем, как потерял сознание. И практически сразу он пожалел о сказанном, во сне с ним шутил голос апостола, поэтому егерь и не смог почувствовать инквизиторов. В конечном счете солнце сделало свое дело и Волкер потерял сознание от теплового удара.

Очередное его явление в мир произошло после ведра холодной воды вылитого Волкеру на голову. Еще не полностью придя в себя, он лихорадочно пытался смочить горло остатками влаги, льющимися по его лицу.

— Ну что, егерь, напился? — оскалился двумя гнилыми зубами тюремщик. — Скоро тобой займутся их светлости, они уж из тебя все секреты твоего поганого ремесла выпытают.

— Да я сам все расскажу, зачем таится? Хотя умей они читать, то сами бы все узнали из книг хронистов.пзаключении.е не будет верующих, таково будет написанно м и их вере., утром они вернутся.льной улице чан со святой водой.

— Ах ты погань! — взвизгнул тюремщик и пнул Волкера в грудь. — Вздумал издеваться над святой инквизицией?!

Егерь решил оставить его вопрос без ответа, ему не хотелось этого признавать, но вскоре он подвергнется весьма болезненной процедуре допроса. Смотритель царства боли и стонов еще некоторое время словесно над ним поиздевался, но, видя отсутствие реакции со стороны егеря, решил ретироваться вглубь клоаки. Пока егерь находился в бессознательном состоянии его перенесли из повозки в камеру и сковали цепями. На всякий случай Волкер подергал кандалы, вдруг они проржавели, но видимо это был не его день, цепи оказались новехонькими. Сев возле стены, он закрыл глаза и попытался отрешиться от всего происходящего. Ушедший тюремщик забрал с собой факел и камера погрузилась в темноту. Но глаза быстро адаптировались к новым условиям и наличие света ему уже было не нужно.

Вскоре он опять услышал шаркающие шаги тюремщика, но на этот раз с ним шел еще кто-то с довольно легкой поступью. Похоже попав в лапы инквизиции об уединении егерю придется только мечтать. Легкая походка принадлежала женщине и судя по медальону, висящему у нее на поясе, она имела звание капитан-инквизитор. Час от часу не легче, подумал Волкер. По королевству ходили слухи, что женщины-инквизиторы в издевательствах над мужчинами проявляют большую изобретательность. Честно говоря егерь надеялся, что ему никогда не придется с ними встречаться, но похоже реалии жизни на всякие там надежды плевали с высокой колокольни.

— Вот ваше святейшество этот гнусный еретик осмелившийся бросить вызов инквизиции, — прошепелявил тюремщик, со скрипом открывая плохо смазанный замок.

— Оставь нас, — приказала капитан.

— Как пожелаете ваше святейшество, — с подобострастностью в голосе ответил тюремщик отвешивая низкий поклон, и в таком положении попятился вдоль коридора пока не скрылся из глаз.

Капитан вошла в камеру только тогда, когда стихли шаги смотрителя. Ее светлые волосы были заплетены в короткую косу переброшенную через левое плечо. Да уж, красивые женщины часто причиняют боль мужчинам, в основном конечно сердечную, но в его случае похоже будет телесная.

— Вот уже много лет я прихожу сюда каждый раз когда слышу о поимке очередного егеря, — тихо произнесла капитан-инквизитор. — И прежде чем спускаться в подземелье я молюсь, чтобы среди них не оказался тот единственный егерь, которого я узнаю. До этого момента Бог меня слышал, но похоже я слишком часто его донимала просьбами и он проигнорировал мое последнее обращение.

— Я не понимаю к чему ты клонишь, капитан? — искренне поинтересовался Волкер.

— Семь лет назад, сразу после войны “семи королевств”, в которой погибли мои родители я решила постричься в монахини, — продолжила она рассказ. — Пятнадцатилетнюю девочку определили в монастырь “Коготь орла”. Там меня должны были остричь и провести ритуал посвящения. В труднодоступный монастырь вела единственная узкая тропа, ее не сложно было защищать в случае опасности. За всю историю обители ни одному врагу не удавалось проникнуть за ее стены, но оголодавшие суррогаты до нее добрались. Они напали в тот момент, когда практически все монахини собрались на ритуал посвящения. Сестра Аглая успела лишь меня остричь прежде чем упала разорванная когтями чудовища. Затем начался кромешный ад. Попав в обитель я меньше всего ожидала оказаться в подобных обстоятельствах. Озверевший от голода суррогат принялся пожирать тело Аглаи совершенно не обращая на меня внимания, они уже поняли, что в монастыре находятся только овцы, которые не окажут сопротивления. Я убила клыкастую тварь, размозжив ритуальным крестом затылок. После этого жить мне оставалось считанные мгновения, но не знаю откуда в этом монастыре появился егерь. Он выполнил свою работу и покинул монастырь, сопровождавший его хронист перед уходом назвал его имя — Волкер.

— Сестра Аглая попросила меня присутствовать при ритуале их новой сестры Селесты, — произнес егерь. — Я опоздал. Она хотела приобщить меня к религии, к той что была ранее, когда не было инквизиторов, говорящих устами Бога.

— Ты меня спас, а инквизиция дала возможность отомстить за сестер. Но почему ты продолжил заниматься своей работой, зная, что в случае поимки, тебя казнят.

— Я егерь, больше мне нечего сказать.

— Егери не справились в свое время с работой и их заменила инквизиция, — с нотками металла произнесла она.

— После войны нас осталось слишком мало, а благодаря инквизиции мы практически перестали существовать.

Возможно она хотела ответить на его выпад, но в коридоре послышались шаги и вскоре появился тюремщик. Он освещал путь недавнему знакомому егеря с которым как он предполагал, ему предстоит очень близкое общение, другого исхода в казематах не бывает.

— Апостол Кресс, — склонила голову в приветствии Селеста.

— Дитя мое, я знал что встречу тебя здесь, — с сочувствием в голосе произнес апостол кладя ладони ей на плечи. — Ты все надеешься встретить того егеря? Должно быть он нанес глубокую рану раз ты так истово его ищешь. Это не он?

Апостол бросил на Волкера взгляд палача, соскучившегося по работе.

— Нет, святой отец, этот не похож на него, — удивила она егеря ответом.

— Дочь моя, мне очень жаль, но скорее всего егерь которого ты ищешь, давно убит. Насколько мне известно, этот последний в Горлэнде, я два года за ним охотился.

— Поздравляю апостол, теперь никого не осталось кто бы взялся за защиту людей от порождений чудовищной войны, — подал голос егерь.

— Не переживай это уже наша забота и будь уверен с ней мы справимся намного эффективней, чем ты, — заверил его апостол.

— Вашу эффективность я видел, ни святая вода, ни магические письмена на земле на чудовищ никак не действуют.

— Магия - это ересь, мы пользуемся святой силой, дарованной нам Богом, и не надо путать эти вещи. А те деревни, что подверглись очищению монстрами, послужили лишь для того, чтобы выманить тебя, и, в конечном счете, у них это получилось. Никакой святой воды там не было, я использовал обычную воду из колодца, а на земле была начертана бессмыслица.

— Ради того, чтобы поймать меня вы убили стольких людей?

— Иногда, чтобы избавиться от сорняка приходиться перепахать все поле и мои поступки продиктованы желанием защитить Бога.

— Вот в этом наше отличие, я защищаю людей, а Богу не требуется защита, иначе он не был бы Богом.

— Зря ты пытаешься отравить меня ядом ереси, — усмехнулся апостол. — Бог Горлэнда един, рано или поздно это примут и другие, когда мы сотрем с лица земли все остальные святилища и храмы. Но тебе об этом не стоит беспокоится, тебя ожидает камера допроса. Брат Иохим, большой специалист по дознанию, уже приготовил все необходимые инструменты и механизмы. Интересно будет посмотреть на тебя, когда он начнет задавать вопросы.

— Не думаю, что я буду как-то отличаться от остальных, когда ваш брат приступит к пыткам, я буду кричать и плакать как ребенок.

Судя по удивленным лицам апостола и Селесты егерь понял, что произнес совершенно не то, что они ожидали.

— Я два года гонялся за тобой, а ты говоришь, что не будешь геройствовать на допросе? Ты удивительный человек и довольно неглупый, возможно поэтому тебя никто так и не смог поймать, пока за это дело не взялся я. У тебя есть примерно полчаса до того момента, когда за тобой придет конвой, советую не терять времени зря и помолиться. Хотя, твои боги тебе не помогут. Король не принял единого бога и как видишь долго не прожил.

— Думаю мне здесь больше делать нечего, — произнесла Селеста.

— Мне жаль дитя мое, что это не он, — повернулся Кресс к Селесте. — Иди, у тебя много дел, а его оставь апостолам.

Селеста бросила на Волкера взгляд и скрылась в коридоре, апостол тоже решил не задерживаться и последовал за ней. И только тюремщик прежде, чем запереть дверь, грязно ругнулся и плюнул Волкеру под ноги.

Егерь знал, что инквизиторы патологические лгуны, но чтобы до такой степени. Обещал, что у него есть полчаса, а Волкер уже слышал шаги тюремщика, у них однозначно разное чувство времени. Но, когда егерь увидел кто пришел с тюремщиком он неподдельно удивился, это мог быть кто угодно, но за спиной тюремщика стояла Селеста.

— Неужели тебя апостол уговорил понаблюдать за пытками? — предположил Волкер.

— Умолкни еретик! — взвизгнул тюремщик, торопливо открывая замок. — Перед тобой стоит капитан-инквизитор! Ты должен молчать и с благоговением слушать ее слова.

Наконец он справился с замком и засовом, все это время Селеста молча стояла позади него, а когда дверь открылась она молниеносно свернула шею тюремщику.

— А он оказался прав, пожалуй мне стоит вначале выслушать тебя, — кивнул егерь в сторону мертвого тела.

— Мы в расчете, дальше ты сам, — спокойно произнесла она и бросила ему сверток.

Это оказался его плащ с завернутой внутри жилеткой с ножами. Волкер не стал терять времени даром и когда Селеста освободила его из кандалов он быстро облачился в привычную для него одежду.

— У тебя десять минут, потом я подам сигнал тревоги, — предупредила она егеря.

Он кивнул и выскочил из камеры, Селеста последовала за ним, чтобы поднять тревогу в тот момент, когда тот покинет казематы. План по большому счету оказался отличным, вот только они забыли туда вписать двух апостолов и четырех гвардейцев инквизиторов присланных для конвоирования егеря в камеру для допросов. Гвардейцы завидев Волкера схватились было за мечи, но увидев позади появившуюся капитан-инквизитора мгновенно вытянулись по стойке смирно. Жаль, что с помощниками Кресса такой фокус не прошел, они быстро сложили в голове дважды два и в их голове никак не укладывалось появление арестованного егеря в полном вооружении.

— Взять их! — крикнул ближайший к Волкеру апостол метнув в него молнию.

Волкер отклонился от смертоносного жала и два метательных ножа глубоко засели в глотках гвардейцев, пытавшихся вынуть оружие. Хорошо оттолкнувшись от земли егерь пробежался по стене и оказался за спинами атакующих. Вся инквизиция страдала манией величия, поэтому коридоры в казематах строились широкими и высокими, в противном случае ему бы не удался подобный прием. Апостолы сосредоточили внимание на егере за что жестоко поплатились. Селеста врезалась в нестройные ряды атакующих и двумя молниеносными ударами покончила с апостолами. Двое оставшихся в живых гвардейца с наполовину вынутыми из ножен мечами, недоуменно взирали на Селесту. Их можно было понять, инквизиторы для них были непререкаемым авторитетом и поверить в то, что капитан-инквизитор могла поднять оружие на апостолов, просто не укладывалось в их головах. Своим неожиданным замешательством стражники спасли себе жизни, пара ударов в челюсть и их обмякшие тела прилегли отдыхать возле казематных стен.

— Это неправильно, совсем неправильно, — произнесла Селеста. — Так не должно было случиться.

— Но это случилось, — возразил егерь. — И если мы здесь задержимся, то боюсь у брата Иохима появиться сверхурочная работа.

— Черт тебя дери Волкер, из-за тебя у меня вся карьера коту под хвост.

— Но ты ведь этим занималась не ради карьеры.

— Нет конечно! — резко ответила Селеста, словно он попытался бросить тень на ее мотивы.

— Тогда у тебя в любом случае остается шанс продолжить, правда не в таком красивом одеянии, — добавил Волкер.

Взглянув в ту часть коридора куда им нужно было двигаться на выход, Волкер заметил дергающийся свет факелов и услышал топот приближающейся стражи. Судя по всему запуск апостолами молний не остался незамеченным, теперь сюда спешила толпа пропустивших фейерверк зрителей. Вот только наличие трупов факиров, скорее всего, разозлит их и они решат на ком-нибудь отыграться.

— Иди за мной и без надобности не высовывайся, — бросила Селеста направляясь на встречу спешащим к ним стражам.

Охрана казематов инквизиции, рассчитывала увидеть пытавшихся сбежать оборванцев, но вместо этого они встретили капитан-инквизитора. Им повезло, среди подоспевшей дружины не оказалось апостолов, поэтому увидев старшего по званию они выстроились вдоль стен.

— Внизу была предпринята попытка побега, но апостолы быстро ее ликвидировали, — строго произнесла Селеста. — Советую привести себя в подобающий вид и не бежать сломя голову по лестнице. Не думаю что святые отцы обрадуются, если их затопчет на ступенях десяток стражников.

— Мы аккуратно, — заверил Селесту старший отряда.

После того как они прошли мимо них, стражники поправив обмундирование с достоинством начали спускаться, стараясь не налететь на апостолов. В отличие от них, беглецов гнев святых отцов заставлял двигаться куда быстрее нежели стражу. Стоило страже скрыться за поворотом, Селеста рванула что есть сил к выходу из темницы. Раздавшийся позади звон доспех и лязг оружия подтвердил правильность их действий. Охрана увидев что ее провели жаждала отыграться, хотя думал Волкер на их рвение больше влияет страх держать ответ перед Крессом. Упустив егеря и потеряв Селесту он обязательно будет искать на ком бы отвести душу. Что-то егерь больно размечтался, пока что его сапоги топчут ступени каземата и света в конце туннеля не наблюдается.

Перед самым выходом путь им преградила стальная решетка, глупо было рассчитывать что им вот так просто позволят выбраться наружу. Двое сидевших на скамье тюремщиков признали Селесту и поторопились открыть ей ворота, но ключ как назло зацепился за карман и не хотел появляться под свет факелов. В конечном счете тюремщику удалось совладать с маленьким куском металла и он вставил его в замок.

— Запереть двери! — послышался крик за спинами беглецов.

Стражник почти на половину провернувший ключ в замке вдруг замер и попытался заглянуть Селесте за спину, это оказалось его роковой ошибкой. Селеста просунула руку сквозь решетку и схватив тюремщика сзади за шею хорошо приложила его головой о разделявшую их преграду. Его напарник вскочил хватаясь за меч, но тут же плюхнулся обратно пытаясь вынуть засевший в глазу нож. Смерть решила не дожидаться пока он избавится от ножа егеря и в таком виде забрала его к себе. Селеста тем временем отперла замок и они проскочили на другую сторону кованной решетки. Пропустив егеря она обратно заперла замок а Волкер ударом рукояти ножа сломал ключ, оставив половинку в недрах замка. Теперь запасный ключ им не поможет, порадовался Волкер в душе. Он успел вовремя убрать руки прежде чем ему бы их отрубили просунутые сквозь прутья мечи стражников.

— Надеюсь им понадобиться много времени чтобы справиться с замком! — крикнул Волкер, стараясь не отставать от бегущей впереди Селесты.

— Я бы на это сильно не рассчитывала, — парировала она.

Его спасительница оказалась права, хотя егерь бы предпочел обратное. Сразу же после ее замечания, сзади послышался грохот падающей решетки и воздух запах как во время грозы.

— Кресс, — только и сказала Селеста еще больше прибавив шаг.

Встречаться с апостолом, уничтожившим несколько деревень только ради поимки единственного егеря, Волкеру не сильно хотелось. Поэтому желание удрать как можно дальше подстегнуло организм и они быстро оторвались от преследователей.

На улице был разгар выходного дня и куча народа спешила на ярмарку чтобы купить или продать небольшой скарб. Шумная толпа не обратила на появление еще двоих людей никакого внимания и они благополучно влились в единый гудящий поток.

Хронист Перси: Запись третья.

Пройдя вместе с толпой Волкер оглянулся и увидел разъяренного Кресса, между его пальцев пробегали паутинки молний. Егерю показалось что он готов метать молнии в толпу, но апостол все же сдержал порыв испепелить не в чем не повинных людей и что-то приказал стоящему возле него стражнику. Выслушав распоряжение апостола страж кивнул и помчался по крепостной стене в сторону главных ворот, еще трое побежали в противоположную сторону предупредить охрану на остальных выходах из города.

— Надо спешить, — шепнула Селеста. — Когда мы доберемся до выхода инквизиторы уже предупредят стражу ворот и мое звание нам уже не поможет.

— Согласен, оно скорее всего помешает, — отвернулся егерь от просеивающего толпу взгляда Кресса. — Тебе срочно нужно сменить одежду.

— Я с этим согласна, только мой дом отпадает, туда инквизиторы заявятся в первую очередь. У нас времени слишком мало, пока Кресс не поднял на ноги всех апостолов у нас есть маленький шанс вырваться.

Волкеру нечего было возразить Селесте. Инквизиторов хоть и с трудом, но провести можно, а вот апостолов использующих магию или как они говорят: “Святую силу”, обмануть не удастся. Они говорили очень тихо стараясь, чтобы их никто не услышал, но как оказалось те, кто хотел слышать, услышали.

Проезжавшая мимо них крытая повозка вдруг сбавила ход и в тенте открылась небольшая щель в которой Волкер увидел физиономию Перси.

— Запрыгивайте, — шепнул он и скрылся в недрах повозки.

Селеста оглянувшись по сторонам быстро запрыгнула в повозку, егерь последовал следом.

— Перси, откуда ты взялся? — искренне удивился Волкер.

— Я хронист, не умей я прятаться, не было бы у нас и библиотеки. Давайте быстрей переодевайтесь, теперь вы акробаты, прибывшие на ярмарку. По закону мы должны были оповестить городской совет заранее, но я этого не сделал поэтому места нам не досталось и мы отправляемся искать удачи в другой город.

Перси достал из мешка пару костюмов и протянул их им.

— Откуда ты знал что Волкер будет не один? — спросила Селеста. — И с чего ты решил что он вообще сбежит?

Селеста с большим сомнением в глазах принялась разворачивать костюм акробата и то, что она увидела не провоцировало желание одевать подобное.

— Волкер не тот человек чтобы дать себя пытать в казематах и не попытаться выбраться. А что касается тебя Селеста, то те рассказы, что до меня доходили, дали мне повод думать что ты поступишь правильно.

Перси еще поковырялся в мешке и вынув красный пояс протянул его Селесте.

— Правильно?! Я нарушила закон и предала инквизицию, о каком “правильно” ты говоришь?

— Селеста, иногда решения в жизни принимаются не разумом, а сердцем, поверь, история расставит все по местам, это я говорю как хронист. И благодаря нам библиотеку хронистов апостолы так и не нашли.

Оставив их наедине с костюмами, Перси перебрался к возничему и что-то ему сказал после чего повозка развернулась на девяносто градусов и свернула на боковую улочку.

— Скоро мы будем у торговых ворот, приготовьтесь изобразить акробатов, если конечно придется, — предупредил он вернувшись обратно.

— А если не получиться? — здраво спросила Селеста.

— Тогда все будет зависеть от вашего умения убивать, — бросил Перси и опять перебрался к возничему.

— Позорище, капитан-инквизитор переодевается в шута горохового, — возмутилась Селеста натягивая на себя цветастый костюм, плотно облегающий ее тело.

— Если тебе станет легче то и я не привык одеваться в подобные наряды, — поделился егерь сокровенным, водрузив себе на голову колпак с тремя бубенчиками.

Селеста взглянула на него и едва заметно улыбнулась.

— От твоих слов мне легче не стало, но твой вид определенно позабавил — акробат.

Двигались они довольно быстро но некоторая нервозность среди стражников начинала ощущаться, как только они узнавали о побеге и убийстве апостолов. Подобные преступления карались трехдневными пытками на центральной площади, а финалом была медленная и мучительная смерть. За убийство членов королевской семьи наказание было куда менее суровым, тебе просто отрубят прилюдно голову и все. По мере приближения к выезду из города стражи прибавилось. Волкер внимательно смотрел в щель в пологе, но апостолов пока не замечал, это вселяло надежду что может быть обойдемся без лишней крови. Как ни крути, а его обучали истреблять хищников непотребного вида и со своеобразной диетой основным ингредиентом которой являлась человечина. Правда довольно часто встречаются и люди, подходящие под это описание. Не в том смысле, что они выглядят ужасно или являются людоедами. Часто бывает они привлекательны внешне, но их мысли уродливы, а поступки чудовищны. Беда стражников в том, что они лишь выполняют приказы и не все из них подлецы. Хотя большинство из них заслуживает веревки, а если что пойдет не так, разбираться ему будет некогда. Излишнего убийства стражников Волкеру хотелось бы избежать, но если не получится, то рвать на себе волосы он не будет.

Возле самых ворот оказалось малолюдно, все спешили на ярмарку и лишь немногие шли обратно, среди них оказались и они.

— А ну стоять! — прорычал стражник преграждая лошади путь. — Куда это вы собрались? Ярмарка на другой стороне.

К вопрошающему стражнику подтянулись еще несколько воинов.

— Господин, да я бы рад попасть на ярмарку, и даже акробатов нанял, — принялся объяснять ситуацию Перси, спрыгивая с повозки. — Думал начать свое дело, а тут оказывается нужно оповещать городской совет заранее, кто же знал. Теперь придется искать другой город.

Хронист тяжело вздохнул и развел руками.

— А ведь мне их нужно чем-то кормить, они ведь святым духом питаться отказываются окаянные, — махнул рукой в их сторону Перси.

— Ну тогда дурень показывай чего они могут, — приказал стражник.

— Вот у вас-то голова господин служивый как хорошо-то работает, — подлизался Перси. — А я-то дурак и не сообразил проверить на что они способны, — стукнул он себя по лбу.

— А ты ведь действительно дурень! — расхохотался стражник и его поддержали подчиненные. — Небось еще и аванс заплатил, — утерев выступившие от смеха слезы произнес стражник.

— Вы как в воду глядите, — закивал Перси.

— Ну ладно, давай поглядим чего они умеют, — уже перестав смеяться сказал стражник.

— Эй акробаты, вылезайте, господин хочет посмотреть за что я вам заплатил, дармоеды.

— Похоже придется показывать на что мы способны, — буркнул Волкер, поднимаясь на ноги.

Селеста спрыгнула первой, егерь практически сразу за ней.

— На стене двое лучников и один внизу возле рычага, опускающего решетку, — шепнула она, когда он приземлился возле нее.

— Мои лучники, а твои юмористы внизу, — прошептал Волкер, поправляя на голове колпак и излучая лучезарную улыбку.

Правда на наглые рожи служивых это не произвело большого впечатления. Все их внимание было поглощено фигурой Селесты. Облегающий костюм хоть и был вульгарно цветастым, но впечатления о ее фигуре совершенно не портил.

— Послушай дурень, — обратился стражник к Перси. — Даже если они ничего делать не умеют я знаю, где можно использовать ее таланты, а они у нее не сомневаюсь, имеются.

Довольно не двойственный намек был воспринят Селестой как смертельное оскорбление, ее глаза еле заметно сузились и Волкер понял, без мордобития им вряд ли удастся уйти. Его активные физиономические попытки изобразить что она уже не инквизитор и ей нужно сдерживать гнев, ни к чему не привели.

— А подруга-то с норовом, мне такие нравятся, — оскалился стражник под мерзкое хихиканье коллег.

Взгляд стражника немного сместился за наши спины и наглая ухмылка мгновенно покинула его лицо. Волкер проследил за его взглядом и увидел идущего к ним твердой походкой апостола в сопровождении двух инквизиторов. Стражники как выяснилось Селесту не знают, а вот инквизиторов вряд ли введет в заблуждение костюм акробатов и если они из ее отряда то весь их маскарад не имеет смысла.

— Вот и повод, — произнесла Селеста поворачиваясь к стражнику.

— Какой еще повод? — удивился он глядя на нее.

— Не расходится миром, — честно ответила она прежде чем страж упал на колени с раздробленным горлом.

Во время падения Селеста позаимствовала у него из ножен меч и тут же обагрила его кровью стоящих по близости стражников.

— Уезжайте! — крикнул егерь, ринувшись к лучнику вскочившему с места и собравшемуся опустить решетку.

Управлявший повозкой возничий увидев такой поворот событий куда-то испарился, а на его место запрыгнул Перси. Лучники на башне встрепенулись и натянули тетивы. На Волкера они не обратили внимание и рассекающие воздух стрелы полетели в Перси и Селесту. Лошадь, получившая хлыстом по крупу, рванула с места в галоп и смертоносные жала вонзились в землю, где ранее находилась повозка. Лучнику, пытавшемуся схватиться за рычаг ворот, егерь не позволил реализовать его гнусный план. Увидев, что не успевает, лучник схватился за меч.

Основанием стопы Волкер раздробил пальцы на рукояти меча, а сорвавшийся с губ лучника крик оборвал ударом локтя в челюсть. Бесчувственное тело упало на спину возле рычага в тот момент когда мимо него пронеслась телега с Перси и Селестой. Проскочив под аркой ворот они вырвались из городской ловушки, а к Волкеру уже во всю спешили инквизиторы во главе с апостолом. Егерь ударил ногой по рычагу и решетка рухнула вниз отсекая беглецов от преследований. Волкер прыгнул и успел ухватиться за цепь служившую для подъема решетки, в мгновение ока его подбросило на вершину ворот. Разозленный апостол запустил в беглеца молнию, но промахнулся и угодил в цепь, которая мгновенно расплавилась. Волкеру сильно повезло что он уже не держался за металл, а запрыгнул к лучникам готовым изрешетить беглецов.

Они явно не ожидали, что егерь сможет так быстро к ним подняться и даже не подумали о защите от него. Один упал со свернутой шеей, а другой, оглашая округу криком, совершил полет со стены. По стенам к егерю уже бежали стражники и он не питал иллюзий кто выйдет победителем из этой схватки. Нескольких человек он отправит к праотцам, возможно даже больше, но в любом случае он безоружен, а закованных в металл воинов слишком много. Насколько Волкер мог судить по действиям стражников приказа взять его живым у них не было.

Взгляд егеря лихорадочно обшаривал место, где несли службу лучники, в поисках выхода из сложившегося положения, и желательно без его безвременной кончины. Наконец ему удалось обнаружить толстый канат, укрытый ветошью, наверное его использовали для дополнительной страховки во время подъема решетки или ее ремонта. В любом случае для Волкера это был шанс на спасение. Закрепив один конец за столб поддерживающий навес, он быстро перекинул остальную часть через зубцы крепостной стены. Стражники, увидев его наглые попытки смыться, заорали словно резанные и еще быстрей побежали к нему.

Пытаться съехать по канату, ухватившись за него голыми руками, мысль скажем так, не очень здравая. Поэтому он схватил ветошь которой ранее был укрыт канат и только после того, как обмотал ею руки, егерь сиганул с крепостной стены. Перси с Селестой остановились за стеной и смотрели за его попытками убежать, они лишь могли наблюдать. Метра за полтора до земли благодаря стражникам веревка оборвалась и егерь приземлился мягким местом в небольшой куст малины. Перси похоже не собирался ждать пока он вынет из филейной части занозы и схватился за вожжи. Запрыгивать в телегу Волкеру пришлось на ходу. Сразу же в борт телеги вонзилось пара стрел и Перси пришлось более активно заработать вожжами.

— Все целы?! — крикнул он нахлестывая лошадь.

— Да, — Ответил егерь за всех, осматривая разодранный на предплечьях костюм.

Через пару часов они свернули с главного тракта на проселочную дорогу и в первой попавшейся деревне купили одежду Селесте. В форме инквизитора она уже не могла свободно передвигаться по стране. Неделю Селеста находилась в подавленном состоянии, Волкер и Перси ее прекрасно понимали, она в один миг потеряла все. Вопрос заключался в другом: сможет ли она найти для себя новую цель в жизни? Ни егерь, ни хронист ее не торопили и не пытались как-то повлиять на Селесту. Это решение она должна принять сама.

Хронист Перси: Запись четвертая.

Их пока не преследовали, но деньги катастрофически заканчивались и в любом случае им нужно искать где-то работу. Солнце клонилось к закату и на покосившемся столбе у дороги Волкер прочитал надпись на указателе: деревня “Топь”.

— Название не особо привлекательное, — поделилась соображением Селеста.

— Привыкай, егери в основном по таким местам и ходят, — пояснил Перси. — Профессия так сказать обязывает.

— Сколько у нас денег? — спросил Волкер запрыгивая в повозку после того как прочитал надпись на указателе.

— Три медяка, — сообщил хронист, демонстрируя на ладони общее состояние.

— Не густо.

— И я о том же, — вздохнул он бросая монеты на дно огромного для такого богатства кошелька. — Этого хватит разве что на миску жидкого супа, да и то не до краев наполненную.

— Выходит путь у нас только один, — озвучил егерь неприятный факт. — Поворачивай в “Топь”, возможно там нам удастся продать повозку и лошадь. В любом случае нам нужно попасть в портовый город, там инквизиции пока не позволяют распускать щупальца.

— Значит решено? — повернулся к ним Перси.

Селеста кивнула и хронист направил повозку на дорогу, ведущую в деревню. Селеста перебралась напротив егеря и посмотрела ему в глаза.

— Волкер, скажи, что мне делать дальше? Я хотела стать монахиней после гибели родителей, не вышло. Я единственная кто остался жив в этом аду благодаря твоему появлению. Решила стать инквизитором и изводить всякую погонь, даже добилась высокого статуса. Но инквизиция решила сосредоточить свое внимание в основном на людях, мне эта ситуация не очень нравилась. И вот опять появился ты и моя жизнь перевернулась с ног на голову. Что мне делать Волкер, скажи?

— Я егерь, чтобы не происходило я им и останусь, и по мере сил буду защищать людей от хищников, желающих ими перекусить. По большому счету ты делала то же самое, и не твоя вина, что инквизиция из хороших по большому счету побуждений превратилась в чудовище. Ты можешь стать егерем, другого я предложить не могу.

— Шутишь, — усмехнулась она. — Капитан-инквизитор стала егерем, это немыслимо.

— Вообще-то он не шутит, — встрял Перси. — Я как хронист могу привести несколько случаев из истории, когда егерем становились куда более странные персонажи.

— Я по-твоему странный персонаж? — повернулась она к хронисту.

— Ну уж обычным человеком тебя точно не назовешь.

— Даже если это и так, то в любом случае храмов где обучали егерей более не существует. Все они разрушены, а у тех, что сохранили стены находят приют лишь студеные ветры.

— Так-то оно так, — потер ладони Перси. — Но тебе известно далеко не все. По большому счету ты уже егерь, и я не шучу. Инквизитора обучает тот же преподаватель что и егеря.

— Значит нас инквизиция уничтожила как ненужных конкурентов, — сделал вывод Волкер из услышанного. — Чего еще ты нам расскажешь интересного?

— Если задавать правильные вопросы, то многое, а в библиотеке хронистов можно найти ответы практически на все вопросы. По сравнению с ней я всего лишь малое дитя, думающее что мир состоит только из материнской груди и люльки, в которой я нахожусь. Егери друг о друге практически ничего не знают, они обучались индивидуально, только хронисты знают обо всех. Мы ведем подробные записи о каждом из них, и с одним из гранд егерей вы знакомы.

— Что-то я не припоминаю такого, — усомнился Волкер.

— А вот Селеста прекрасно его должна помнить, — продолжал говорить загадками Перси.

— Мне известен только Волкер, остальные казнены, возможно среди них и был гранд-егерь.

— Это не так, — возразил хронист. — Вам он знаком под именем апостол Кресс.

Это был удар ниже пояса, по-крайней мере, для Волкера. По выражению лица Селесты нетрудно было догадаться что она тоже получила удар по болевой точке.

— Кресс, гранд-егерь, — прошептала она глядя куда-то сквозь хрониста.

— Именно так и по этой причине он так легко вылавливает бывших собратьев по оружию.

— Но почему он так поступил, это же предательство? — недоумевала Селеста.

— Власть, — ответил Волкер за Перси.

— Волкер прав, власть чудовищно меняет людей, — подтвердил его догадку хронист.

— Выходит нам нужно как можно быстрей убраться из этих земель, — сказал егерь.

— Я уже послал сообщение в орден хронистов и мне пришел ответ что спрос на наши услуги в одном из регионов, весьма внушительный.

— И где эти земли?

— Нам придется переплыть море.

— Морское путешествие и неизвестный мир, где можно начать новую жизнь, звучит неплохо, — произнесла Селеста довольно бодрым голосом.

Похоже она нашла новую цель в жизни и приняла решение.

— Осталось дело за малым, не умереть с голоду и добраться до корабля, — добавил Перси.

— С голоду не умрем, в лесу полно дичи, а с капитаном как-нибудь договоримся, — заверил Волкер своих спутников.

— Легко это не будет, — произнес хронист глядя куда-то в сторону. — Я ведь не сказал откуда мне пришел ответ.

— Перси, я хоть и бывшая, но капитан-инквизитор не искушай меня желанием допросить тебя с пристрастием.

— Хорошо-хорошо, я больше не буду говорить полунамеками, — поднял руки в примирительном жесте хронист. — Орден, откуда пришел ответ находиться в землях хортов.

— Да это же самоубийство! — воскликнула Селеста.

— Зато там хорошо платят, таким как вы, и таким как я, — парировал Перси.

— Быть изгнанником здесь, где твой труд невостребован и даже находиться вне закона, или там где он необходим? Думаю, ответ очевиден, — высказал Волкер свое отношение к предложению хрониста, поглаживая подбородок. — Если инквизиторов смущает мое присутствие, я уйду. Мне без разницы кто будет истреблять местную живность, егерь или инквизитор, главное, чтобы обычные люди знали к кому обратится, и получали от них помощь.

Пока они болтали языками впереди показались дома. “Топь” встречала гостей трактиром расположившимся прямо перед входом в деревню. Покосившиеся дома покрытые зеленым мхом, подтверждали название деревни. В таких местах у жителей обычно и мозги похожи на болото. Изо дня в день одна и та же топь, и одни и те же лица. Случайные путники если и забредают, то лишь потому, что заблудились, да и то на одну ночь, а следующие гости, если повезет, заплутают примерно через год. По идее, с таким раскладом их должны встречать с хлебом и солью, да еще и бесплатно.

Протирающий грязным полотенцем не менее грязную миску, мужик на крыльце трактира, особой радости от их появления не демонстрировал.

— Не уверена, что у нас здесь вообще кто-то что-то купит, — сказала Селеста, глядя на хозяина трактира.

Как оказалось народ, лишенный общения с цивилизацией, замкнулся в себе и чужаков не очень жаловал. Тем ни менее к их большому удивлению коня и повозку у них купили и в два раза дороже, чем они рассчитывали. На вопросы хрониста: “Откуда такая щедрость?”, трактирщик отвечал, что людей он видит насквозь, и они являются хорошими людьми, а хорошему человеку нужно помогать. Накормили путников вдоволь и денег за это не взяли и это их тоже удивило, но спорить они не стали, мало ли что в жизни бывает. Трактирщик сдал им три комнаты наверху и обещал утром показать короткую дорогу, которая выведет постояльцев на тракт, ведущий в порт. Честно говоря такая щедрость егеря немного напрягала, но он пока решил не делиться своими соображениями и посмотреть что будет дальше. Вдруг, они и в правду неплохие люди, хотя и живут в таком месте.

Комнаты оказались без засовов, это объяснил трактирщик связанно с тем что посетителей нет вот и надобность в запорах отпала сама собой.

— Не нравиться мне это, — сказала Селеста и Волкер с ней был полностью согласен.

— Лучше нам ночевать в одной комнате, — предложил он.

Селеста и Перси со ним согласились и они расположились в самой большой из трех комнат. Хозяину трактира это не очень понравилось, но настаивать на своем он не стал. Подперев тяжелым столом дверь егерь с Перси разместились на полу отдав Селесте единственную кровать. Вынув из ножен меч инквизитора она положила его рядом с собой. Селеста не раздеваясь лежала на кровати, а они с Перси сидели на полу и где-то через полчаса начали храпеть притворяясь что глубоко уснули.

Кроме них и хозяина заведения в таверне больше никого не было. Жители сидели по домам и носы высовывать на улицу не собирались. Единственное на что они отважились, это смотреть сквозь щели в ставнях и дверях. В подобном месте с наступлением темноты такое поведение оправданно, неизвестно каких лиходеев может занести вечером в деревню. Подождав еще некоторое время, Волкер услышал осторожные шаги по лестнице и кто-то пытался пробраться к ним через крышу. С таким подходом егерь сильно засомневался что жители бояться темноты, а соответственно и их.

Селеста, не меняя спокойного дыхания спящего человека, осторожно взяла меч в руки. Волкер шепнул Перси чтобы он приготовился к нападению, но ответом ему было мирное похрапывание хрониста. Взглянув на Перси он увидел что тот с чистой совестью отошел ко сну. Пришлось его тихонько толкнуть. Хронист мгновенно проснулся и вдруг замер, словно человек что-то увидевший или услышавший.

— Слышите? — шепнул Перси.

После его слов егерь прислушался и начал различать едва заметный комариный писк.

— Кроме комаров я ничего не слышу, — пожал он плечами.

— Вот именно, комариный писк, — поднял он указательный палец вверх.

— Мы на болоте и здесь полно кровососущей мошкары, — произнес Волкер, удивляясь что эта мелочь его так сильно настораживает.

Те кто к ним крался поняли что постояльцы не спят и не стали скрывать своих шагов по лестнице.

— Вы слышали комариный писк или вообще комаров пока мы были внизу или на улице? — продолжал задавать вопросы Перси.

— Нет, я ничего не слышала, да и может быть мошкаре здесь просто не нравиться, — предположила Селеста, вставая с кровати.

— Как же я сразу-то не догадался, — хлопнул себя ладонью по лбу Перси.

— Да говори ты толком кто там за дверью крадется, — прошипела сквозь зубы Селеста.

— Москиты.

— Ты что решил запугать нас комарами? — взглянула она на Перси, как на идиота.

— Если бы, москиты живут на болотах, но они не строят себе жилищ, а забирают их у людей. Они довольно уродливые существа, хозяин таверны один из них.

— Мне он например уродливым не показался, обычный мужлан, но ни клыков ни щупалец я не заметила.

— Это потому что мы находились под действием пыльцы, а сейчас она перестала на нас влиять. В этой деревне кроме нас нет не единого человека, а сколько здесь живет москитов я даже предположить боюсь.

— Ладно, продержимся до утра а там они сами разбегутся, — выдвинула идею Селеста.

— Это не сработает, они хотя и являются стопроцентными кровососами но все же это не вампиры, — возразил Перси.

— А как они выглядят-то?

— Шестилапая тварь с шипом на морде через который они и высасывают кровь. Передвигаться могут по любой поверхности но все же предпочитают ходить как человек, на двух ногах, а остальные конечности прячут под одежду.

— Есть какие-нибудь средство с ними справиться?

— Конечно есть, оно в твоих руках, — показал он на меч у Селесты в руках. — Они так же смертны как и люди, пара хороших ударов гарантированно отправит их на тот свет.

— Ну с этим жить можно, — облегченно выдохнул Волкер вынимая боевые ножи.

Путники в подобные места заглядывают нечасто, а те что забредали давно уже сгнили на болоте в виде обескровленных тел. Голод не тетка, и на такое пиршество похоже собралось все семейство. На улице раздалось безумное ржание лошади, но вскоре оно затихло. Быстрая потеря крови лишило сознания бедную животину, а вскоре и жизни.

— Пока они заняты лошадью у них есть немного времени, — объяснил поведение москитов Перси. — Для них, как и для большинства им подобных, кровь человека самая вкусная, а животных обескровливают самые низшие члены роя.

— Выходит вся москитная знать сейчас облепила трактир в ожидании главного блюда, — произнес Волкер прислушиваясь к шороху за дверью.

— Именно так и есть, — подтвердил хронист.

Москитам похоже надоело ждать когда официант соизволит принести долгожданный обед, и они решили сами заявиться на кухню. Ставни слетели с петель и в оконном проеме появилась уродливая морда москита. Подвижный хоботок на его морде задергался почуяв теплую кровь.

Селеста не теряла времени даром и ударом меча снизу вверх рассекла его морду на две половины. По бокам пытались пролезть еще двое длинноносых, но Селеста пинком в грудь отправила в полет бескрылое тело с изуродованным лицом. Москит был мертв, но его лапы конвульсивно хватались за все подряд и когда Селеста вышвырнула его из окна, он прихватил с собой и двух родственников пытавшихся пролезть мимо него. Мощный отпор со стороны бывшего инквизитора совершенно не охладил пыл голодных монстров. Решив что оставшимся достанется больше красного напитка они ринулись в не очень большое окно, за что и поплатились застряв в проеме.

Селеста только этого и ждала, три молниеносных удара мечем и москиты обмякли закрыв своими телами окно. Те кто пытался протискиваться сверху проглатывали стальное жало меча Селесты и не в силах переварить специфический продукт вываливались из окна остывающими трупами. Капитан-инквизитор отлично справлялась с обороной тыла, а москиты, будучи не очень сообразительными от природы пока позволяли ей это проделывать.

Судя по комариному писку москитов, набившихся в трактир, их было огромное количество. Волкер не питал иллюзий по поводу того, что они все будут дожидаться своей очереди чтобы пролезть к ним в окно и напороться на меч Селесты. В конечном счете после потери двенадцати особей москиты решились на штурм двери. Перехватив ножи обратным хватом он приготовился к встречи незваных гостей. Хлипкая дверь продержалась чуть дольше чем ставни, для ее вскрытия москитам понадобилось на два удара больше. Издающие писк уродцы опрокинули стол и ворвались к ним. Пнув в живот лидера ворвавшейся к ним группы Волкер устроил маленькую сумятицу в рядах противника. Дальше в дело вступили ножи, без особых усилий рассекая сухожилия и вскрывая вены ему удалось за короткое время сократить поголовье болотной мошкары и немного охладить их пыл.

Перегруппировка вражеских сил произошла довольно быстро и их накрыла вторая волна кровососущей пакости. В отличие от оголтелой толпы упырей их силы были небесконечны. Через час практически непрерывной рубки, Селеста начала понемногу сдавать. На похабные предложения попить ее кровушки она отвечала уже не так агрессивно, и в конечном счете один из москитов улучив момент свалил ее с ног. Вонзить хоботок в пульсирующую в бешеном темпе вену на шее Селесты не позволил хронист. Перси поднял выпавший из ее руки меч и отсек голову москиту. Это лишь отсрочило их смерть, а в ее скором наступлении Волкер не сомневался если конечно они застрянут в этой комнате.

— Нужно выбираться! — крикнул он Перси. — Мне не удержать их с двух сторон!

— Я в норме, — бросила Селеста быстро поднимаясь на ноги и мощным ударом кулака, смяла морду лезущего к ней москита. Удар отбросил его к окну и позволил Селесте взять у хрониста меч.

— Приготовьтесь, будем прорываться через дверь! — крикнул егерь, опускаясь на одно колено и втыкая ножи в пол.

Боевые ножи получили короткий отдых, а в дело вступили их братья. Метательные лезвия легко покидали насиженные места в жилетке и вонзались подобно упырям в глотки москитов. Десять монстров упали истекая кровью и освободили людям проход.

— За мной! — отдал Волкер команду, выдергивая из пола ножи и выскакивая из комнаты.

Перси последовал за ним, а следом прикрывая им спины выскочила Селеста. Пол в таверне был усеян трупами москитов, они сообразили, что из дверного проема нужно вытаскивать погибших товарищей иначе они собственными телами перекроют доступ к жертвам. У них практически все получилось, если бы они не разинули пасть на добычу которую они не смогут проглотить. Открывшаяся людям картина представляла печальное зрелище с точки зрения москитов.

Десяток упырей что пали под дождем метательных ножей, оказался последним подкреплением москитов. Двое оставшихся в живых монстра среди мертвых собратьев решили покончить жизнь самоубийством, бросившись на них. Хотя егерь и был весьма измотан, но отказать в такой просьбе не смог и спустя мгновение они присоединились к лежащим на полу собратьям. Селеста оборвала жизнь последнему москиту протиснувшемуся сквозь окно и лишь затем взглянула на открывшуюся картину. Когда с москитами было покончено силы покинули и их.

Они упали на пол и некоторое время в трактире был слышен только звук тяжелого дыхания Волкера и Селесты. Пока они восстанавливали силы валяясь на полу, Перси обошел москитов и собрал ножи егеря.

— Надо выбираться на свежий воздух, — произнес хронист, положив перед ним собранные трофеи. — Скоро трупы начнут разлагаться и источать яд. Если мы не хотим присоединиться к ним, то нужно торопиться.

Волкер приподнялся на локте и взглянул на Селесту, ее руки дрожали, видно что в подобных переделках она давно не была, или же в такой ситуации она в первый раз. Инквизиторы обычно действуют сплоченным отрядом, сил разумеется на это тратиться гораздо меньше.

— Я в норме, — заверила она поймав его взгляд.

Перси помог ей подняться и они превозмогая усталость покинули негостеприимное заведение. Шагах в тридцати от входа в трактир стояла их повозка. Перси настоял чтобы они поспали, сил на сопротивление не осталось и перевалившись через борт телеги Волкер закрыл глаза. Он почувствовал как Селеста упала рядом и его сознание провалилось в глубокое забвение сна.

Хронист Перси: Запись пятая.

Щебетание птиц вернуло блуждавшее по снам сознание в бренное тело. Открыв глаза Волкер хотел было встать, но на его груди что-то лежало, опустив взор он увидел руку Селесты. Осторожно повернув голову взглянул на ее лицо, Селеста тихо посапывала уткнувшись в его плечо. Честно говоря егерь не знал что делать, но тут в повозку заглянул Перси. Волкер взглядом попросил совета, но этот гад лишь улыбнулся и пожав плечами скрылся из вида.

Как ни крути, а егерь все же узкий специалист и его обучали только тому как половчее всадить нож между клыков, а тут такое дело. Пока он мучил не особо гибкий в таких вопросах мозг на предмет дальнейших действий, Селеста уже проснулась. Насколько он мог судить по ее расширенным глазам, она явно не рассчитывала увидеть утром подобную картину маслом. Они одновременно вскочили и между ними образовалась неловкая пауза. Когда она грозила перерасти в неприличную, отодвинув полог в повозке появилась ухмыляющаяся голова хрониста.

— Вижу вы проснулись, теперь моя очередь спать, — произнес он забираясь к ним. — Я тут, пока вы спали, покопался в кое-каких вещах и нашел карту. Думаю дня через три мы должны выйти к тракту ведущему в порт. Жаль упыри лошадь сожрали, теперь придется идти пешком.

— Похоже их щедрость обуславливалась тем, что мы никуда не денемся и денежки останутся у них, — предположил Волкер.

Селеста согласно кивнула. Перси выпросил пару часов на сон, а Волкер с Селестой по молчаливому согласию решили не поднимать разговор об утреннем недоразумении. Выбравшись из повозки Волкер взглянул на деревню в свете дня, и тут стало понятно что дома заброшены и в них никто не живет, по-крайней мере, из людского рода. Заедь они сюда днем, москитам и пыльца бы не помогла. Но, скорее всего, они бы просто не появились.

Судя по карте, обнаруженной Перси, на их пути больше не будет людских поселений. Одно появиться только на третий день пути, но им уже до порта будет рукой подать. По дороге Перси пытался оправдаться, что он не обнаружил москитов заранее, хотя как хронист должен был это знать. Москиты практически истребленные существа. Если они на кого-то и нападают, то до полной победы или пока не погибнет весь рой. Один москит никогда не бросит рой и не убежит спасая свою жизнь, как это делают многие другие существа. Поэтому они и выживают а москиты практически истреблены.

— Они так редко встречаются, что я практически о них забыл, — продолжал сетовать Перси.

— Да успокойся ты, мы истребили рой, возможно он был последним в этих местах, так что хватит переживать, — осадила его Селеста. — А то от твоих стонов у меня голова начинает раскалываться. Расскажи лучше о тех землях куда мы направляемся.

— Да по большому счету рассказывать-то не о чем. Хронисты там практически не работали. Я сам честно говоря удивился, узнав что там основали орден. Люди там конечно живут, но в основном больные на голову, другой причины пребывания там я не вижу. Количество тварей, предпочитающих всему остальному меню человечину, просто зашкаливает. Но, с другой стороны, там много алмазных шахт, этого наверное достаточно чтобы помутить человеку разум и заставить его отправиться в этот негостеприимный край. Помимо людей, живущих в единственном человеческом городе, расположенном на побережье, есть еще хорты. Они совершенно не в восторге от появления людей и при любой возможности вредят им.

— И твой друг предложил нам туда отправиться? — усмехнулась Селеста.

— Да, — кивнул хронист. — Скажу больше, по моему опыту, чудовища считавшиеся непобедимыми и бессмертными, очень даже смертны, если егерь попадется подготовленный. Так что и там может оказаться не все так катастрофично как рассказывают люди. Мы хронисты, записываем достоверные факты, а матросы часто привирают, чтобы получить лишнюю кружку вина за счет доверчивых слушателей. Запомните одно правило: “Никому нельзя верить пока ты сам это не увидишь”.

К началу третьего дня они вышли на тракт, ведущий в порт. За небольшую плату их согласился подбросить до города местный житель, везущий на продажу капусту. Как оказалось в порт можно попасть только минуя город, им это не очень хотелось, но другого пути у них не было.

С тем, чтобы оплатить городскую пошлину при входе в город проблем не возникло, москиты им хорошо заплатили за лошадь, но вот в самом городе их ожидал неприятный сюрприз. На столбе где вывешивают объявления о преступниках разыскиваемые инквизицией, красовались их имена, Перси тоже не избежал этой участи.

— Быстры они однако, — прошептал Волкер.

— Апостольская почта, сообщения доходят практически мгновенно, — объяснила Селеста такую скорость.

— Ладно уж, нечего возле столба торчать, — шепнул Перси. — Давайте скорей наймем корабль и отчалим в новый мир.

С этим доводом спорить было просто глупо, и дабы не привлекать излишнего внимания они ретировались подальше от позорного столба. Городские чины, оказавшись на хлебном месте, проявляли просто чудеса смекалки по изъятию монет из кошельков подданных королевства. Они взимали плату не только за проход в город, но и за вход в порт. И там и там плата была не очень высокой, но в сумме кошелек облегчался заметно. Торговый город всегда можно отличить от других по многолюдным улицам, не взирая, выходной день сейчас или нет. С точки зрения преступников коими они являлись, это хорошо. Найти их в такой толпе приезжих было так же легко, как и иголку в стоге сена. Разношерстная толпа скрывала их как никто другой. Кого здесь только не было, они даже увидели нескольких хортов. Даже в таком плотном потоке люди старались обходить их стороной. Красный цвет глаз не располагал к общению с ними. Но кроме цвета глаз они еще были и очень здоровыми людьми.

Активно работая локтями и плечами троица медленно но верно приближалась к огромным воротам открывающим проход в порт. Высыпав за троих на специальную чашу горсть монет, они подождали пока стражник бросит на них скучающий взгляд и даст разрешение на проход. Дабы не создавать толкотню, город здраво отделил гужевой транспорт от пеших торговцев. Благодаря этому пропускная способность возросла в два раза, а соответственно и денег собирали так же в два раза больше.

После всех этих перипетий Перси подсчитал общие финансы и пришел к выводу, если немного поторговаться, то возможно они смогут купить себе место на корабле. Ключевое слово, которое Волкеру не понравилось, было “возможно”. Когда в предполагаемых делах всплывают подобные выражения, это означает возможность остаться не с чем. Но где здесь можно раздобыть денег, если их окажется недостаточно для проезда он не имел ни малейшего представления. И его надежда на благополучный исход была связанна с Перси. Хронисты как никто другой могли вести переговоры, в подавляющем случае им помогали знания. Удачно оперируя ими, Перси поворачивал разговор в нужное ему русло, с Волкером правда подобные фокусы проходили не часто, но с теми кто его не знал почти всегда.

Запах порта ни с чем нельзя спутать, это смесь соленого воздуха, рыбы и дегтя. Пройдя на его территорию им открылась красочная панорама пришвартованных кораблей. Среди них были и торговые и военные, но торговых кораблей было конечно на порядок больше. Осталось дело за малым, найти корабль, отправляющийся в земли хортов.

Перси взял дело в свои руки и выловив из толпы подвыпившего моряка узнал у него где находиться трактир. Информацию о кораблях можно найти в одном месте только в трактире. Портовый кабак отличался от остальных разве что большим количеством пьяных тел устилающих его окрестности. У моряков всегда полно наличности, которая жжет им карманы и руки, а долгие морские походы стимулируют желание напиться.

Осторожно перешагивая через тела, источающие ароматы, далекие от запаха роз, они подошли к дверям трактира. Волкер остановил хрониста потянувшегося к ручке двери и попросил немного обождать в сторонке.

— В чем дело Волкер, боишься заходить?

— Нет, просто жду.

— Чего? — в свою очередь спросила Селеста.

— Этого, — показал он на дверь.

Они не поняли что егерь имел в виду, но все же посмотрели на нее. Через мгновение она распахнулась от удара головы вылетевшего на улицу пьяного тела.

— Теперь можно заходить, — разрешил егерь. — У нас несколько минут пока не выбросят следующую морскую душу.

Оказавшись внутри он посмотрел как два здоровых мордоворота освобождают для них стол. Законы портового кабака довольно жестоки. Трезвый платит, пьяный больше не в состоянии это делать, а значит и занимать сидячие места незачем. Увидев их вышибалы схватили в охапку двух ткнувшихся в стол посетителей и запустили ими в дверь.

— Господа, стол готов, чего изволите принести? — поинтересовался один из них.

— Немного поесть и легкого вина для нас и дамы, — произнес Волкер отправляясь к любезно освобожденному столу.

Через пару минут возле них материализовался официант с подносом на перевес. Отдав должное неплохой кухне, Перси поинтересовался у него о капитане отправляющемся в земли хортов. Им указали на одноглазого бородача сидевшего в окружении четырех таких же колоритных персонажей.

— Я сейчас узнаю о цене и договорюсь…

— Не надо, мы попробуем сами, — остановил Волкер хрониста взяв его за руку.

Селеста кивнула и встала из-за стола. Перси остался сидеть и налив себе вина приготовился наблюдать за тем, как им удастся договориться с капитаном о поездке. Их приближение не осталось незамеченным одноглазым и его, судя по всему командой.

— Чем могу? — усмехнулся одноглазый, когда они подошли к столу.

— Слышали что твой корабль идет в земли хортов? — произнес Волкер.

— Допустим, — ответил он потянувшись за кувшином с вином.

— Нам нужно три места на твоем корабле.

Прежде чем ответить одноглазый налил себе вина и никуда не торопясь опустошил кружку.

— Значит так, — сказал он вытерев ладонью усы и бороду. — Трех мест у меня нет, но для нее я могу найти теплое местечко. Путь в земли хортов довольно длинный и мою постель согреть некому, да и поговорить иногда хочется. Хотя боюсь говорить ей будет трудновато.

Одноглазый обвел взглядом товарищей и они все дружно заржали удачной шутке капитана.

— Похоже нам нужен другой капитан, а не это несчастное животное, которому с женщинами приходилось иметь дело только в мечтах, — не скрывая презрения в голосе произнесла Селеста.

Единственный глаз капитана налился кровью как у взбешенного быка.

— Ах ты су… одноглазый не успел закончить пламенную речь подавившись кувшином вина, разбившившегося о его лицо.

Пока капитан протирал залитый вином глаз, его бравая команда схватилась было за мечи, но встретив суровые взгляды вышибал они убрали их обратно в ножны. Выяснять отношение на кулаках не возбранялось, но вот лишать жизни потенциальных клиентов было запрещено. Убийством сразу займется стража и бизнес начнет нести убытки. Поэтому пускать кровь и кишки наружу разрешалось только за пределами заведения, дающего временный кров и выпивку жаждущим. Протерев глаз, капитан уставился на Селесту и вскочив с места указал на нее дрожащим от гнева пальцем.

— Да я тебя за это су… одноглазый опять не закончил монолог получив кружкой по морде.

Команда, в отличие от капитана, не привыкла к болтовне, да и Волкер сомневался что они вообще умеют говорить. Для того чтобы излагать свои мысли, нужен мозг, а его наличие у них у егеря вызывало большие вопросы.

Огромный волосатый кулак летевший в лицо Селесте норовил испортить ей взгляды на жизнь, но она чуть сместилась и подала тело на встречу моряку. Ее локоть оказался быстрее и владелец волосатой колотушки перелетел через стол с разбитым лицом и потерянным сознанием. Следующий “красавец” с одним передним зубом и убийственным для девиц дыханием, обхватил мозолистыми ручищами Селесту и прижал ее к груди. Не искушенному зрителю могло показаться, что морской волк осознал неправильность своего поведения и пустив скупую мужскую слезу, покорно прилег к ногам Селесты. Хотя егерь заметил, что на это в большей степени повлиял удар коленом в пах, нежели обаяние его спутницы, которого разуметься не отнять.

Красота Селесты имела ярко-выраженный притягательный эффект, в прямом смысле этого слова. Это относилось не только к людям, но и к предметам. Например от летящей ей в голову табуретки ей пришлось уклоняться. Подвыпивший матрос запустивший в нее колченогий снаряд и раздосадованный промахом схватился за лавку, но поднять ее не смог. Прыгнувшая на нее Селеста увеличила вес мебельного интерьера. Здоровяк находясь в полусогнутом состоянии поднял взор в попытке разгадать, почему скамья потяжелела. Единственное, что он смог запомнить, это элегантно сшитый сапог Селесты отправивший его в короткий, но весьма запоминающийся полет до следующего стола.

Последний из команды одноглазого решил подкрасться к Селесте со спины. Капитан-инквизитор заметила его бесхитростный маневр и выждав подходящий момент прыгнула на край лавки. Противоположный конец взметнулся навстречу к потолку, но, повстречав на полпути подбородок матроса, прихватил с собой и его хозяина.

Все произошло настолько быстро что одноглазый еще протирал глаз когда Селеста уже поправляла сбившуюся одежду. Наконец прозрев он увидел на противоположной стороне стола стоящего в одиночестве Волкера. В поисках пропажи он завертел головой и наткнулся взглядом на Селесту стоящую рядом с ним. Короткий удар и хозяин неприличных мыслей и предложений стек под стол.

— Потрясающий пример ведения переговоров, — похлопал в ладоши Перси когда они вернулись ни с чем. — Может в следующий раз, каждый будет заниматься своим, делом? Я, например, разговаривать с людьми, а вы проводить убийственное воспитание с монстрами.

— Извини, больше такого не повториться, — попросил прощения Волкер.

— Оказывается, допрашивать людей гораздо проще, нежели пытаться с ними договориться по-хорошему, — озвучила свой новый опыт Селеста.

— Значит мы поняли друг друга?

Перси переводил взгляд строгого учителя с одного нерадивого ученика на другого. Волкер виновато кивнул, Селеста тоже не заставила себя долго ждать.

— Вот и отлично, — подвел итог хронист, их попытке найти корабль. — Пока вы там разминали конечности, я в отличие от вас уже нашел корабль, идущий к хортам.

Заметив их удивленные лица он снисходительно улыбнулся.

— Чтобы вы делали без меня, — покачал он головой. — Не отвечайте, я знаю ответ, даже пять ответов, — кивнул он в сторону битвы Селесты.

Вышибалы, надо отдать им должное, отлично следили за чистотой заведения и вовремя выкидывали мусор. Пока хронист отсчитывал монеты за обед и поломанную мебель, вышибалы выкинули последнего из команды одноглазого. Покинув заведение беглецы с чистой совестью и ведомые Перси направились на поиски нужного им корабля. Это оказалось совсем не быстрым занятием. Пришвартованные корабли постоянно разгружались и загружались и им приходилось с риском для своих лбов лавировать между бревен, телег, лошадей, и лопавшихся иногда канатов. Наконец избежав все опасности, которые им предложил морской порт, троица добралась до нужного им корабля.

Хронист Перси: Запись шестая.

Судно по местным габаритам оказалось не таким большим по сравнению с торговыми и военными кораблями. Волкер терялся в догадках что же оно может перевозить, на военное явно не походило, а что касается товаров, имеющих спрос в городе, то по размерам корабль точно не вписывается в их категорию. Сидящего у трапа человека егерь не сразу определил как матроса этого корабля. На нем была дорогая одежда, но мощные плечи и руки выдавали в нем человека не первый год поднимающего паруса.

— Нам нужен капитан этого судна, — обратился Перси к сидящему у трапа матросу.

— Я вас провожу, — ответил прилично одетый громила.

Пока их вели по палубе в каюту капитана им навстречу попались еще четверо таких же здоровых членов команды, как и тот, что служил им проводником.

— Ваш капитан отлично заботиться о своей команде, — заметил Волкер, провожая взглядом четверку в одежде не соответствующей карману матроской зарплаты.

— Вы правы сударь, и я не буду лукавить, если скажу что наш капитан лучший из всех кого я знаю по обе стороны океана.

— И что же за груз вы перевозите, который приносит вам такой доход?

— Ценный, сударь, весьма ценный, — уклонился от прямого ответа матрос. — Спросите лучше у капитана, он ответит на все ваши вопросы, — посоветовал он, постучав в запертую дверь к которой они подошли.

— Кто? — раздалось с той стороны.

— Посетители к капитану, — ответил матрос.

— Минутку.

Через некоторое время дверь отварилась и на пороге появился очередной бугай так же хорошо одетый, но в отличие от их проводника он был вооружен двумя кинжалами и коротким широким мечем. Такая длинна оружия позволяла телохранителю без особых проблем орудовать им в узких коридорах и каютах корабля.

— Капитан вас примет, следуйте за мной, — хмуро произнес он.

Широкие плечи телохранителя почти полностью перекрывали собой узкий для них коридор. Волкер даже слегка испугался, а что если он застрянет в коридоре, то им будет и не выбраться. Его опасения оказались напрасны и окончание жизненного пути в коридоре, отодвинулось на неопределенный срок.

Проводив их до следующей двери, телохранитель потребовал сдать оружие, или разговора с капитаном не будет. Волкер вынул ножи и протянул ему, телохранитель их не взял, а показал на специально оборудованную для таких случаев полку, установленную слева от двери. Подождав пока гости освободятся от опасного для чужих жизней арсенала, он бросил на них внимательный взгляд и лишь после этого постучал в дверь. Не дожидаясь ответа, телохранитель встал спиной к полке с оружием отделив ее от них и уставился в коридор, словно посетители капитана его больше не интересовали. По большому счету так и было, его задачей является довести их до двери каюты и разоружить, а дальше они передавались следующему телохранителю.

Дверь отварилась и они вошли в хорошо освещенную капитанскую каюту. После того как гости оказались внутри она закрылась, прикрыл ее такой же громила что остался снаружи. В центре помещения за большим резным столом сидел капитан. По виду он не вписывался в образ сурового морского волка, как впрочем и судно, и вся его команда.

За столом сидел хорошо выбритый и довольно молодой человек. Склонив голову над каким-то документом он сосредоточенно его изучал. Наконец, закончив чтение, он поднял на вошедших взор. Капитаном оказался хорт, его красные глаза внимательно изучали нежданных посетителей.

— Я капитан Дэро, хозяин судна на котором вы имеете честь находиться, — произнес он тихим, приятным голосом. — Чем могу служить?

— Я и мои друзья хотим переправиться через океан в земли хортов, — сказал Перси.

— Там слишком опасно, а вы не похожи на глупцов, — откинулся капитан на спинку кресла.

— Дело в том, что у нас сложились некоторые жизненные обстоятельства, толкающие нас на этот шаг, но главное мы получили приглашение от моего друга что живет там, — прояснил ситуацию Перси.

— Понятно, — задумчиво произнес Дэро и постучал пальцами по столу. — Значит друг, говорите.

— Совершенно верно, буквально на днях я получил весточку от него, — подтвердил Перси.

— Хорошо, я могу взять вас на борт, — произнес капитан взяв со стола листок который он изучал во время нашего прихода. — Я пожалуй найду три каюты для егеря Волкера, хрониста Перси, и бывшего капитан-инквизитора Селесты, — прочитал он на документе их имена.

Телохранитель стоящий позади них схватился за меч и наполовину вынул его из ножен, когда Дэро остановил его слегка приподняв ладонь над столом.

— Убери меч, Стил, — спокойным голосом приказал капитан. — Если то, что мне рассказывали о егере правда хотя бы на четверть, он убьет тебя еще до того, как острие твоего меча полностью покинет ножны. А капитан-инквизитор Селеста немногим уступает ему. Оставь нас, мне нужно поговорить с моими гостями наедине.

— Но господин, — попытался возразить телохранитель.

— Не волнуйся они не бандиты и не причинят мне вреда, — едва заметно улыбнулся Дэро.

Телохранителю ничего другого не оставалось как подчиниться капитану.

— Если с господином что-либо случиться, вся команда во главе со мной жизнь положит, чтобы найти вас и убить, — предупредил он покидая каюту и осторожно прикрывая за собой дверь.

Дэро подождал пока телохранитель покинет каюту и лишь затем обратился к ним.

— Эту бумагу мне принесли буквально за пару минут до вашего прихода, — произнес капитан, поднимая за уголок документ инквизиции. — За каждого назначена награда в пять золотых. Проезд на моем корабле стоит пятьдесят монет золотом с каждого. Инквизиции сначала нужно пересмотреть свои расценки прежде чем рассылать подобные унизительные просьбы.

Дэро небрежным движением смял документ и выбросил этот комок в урну. При этом выражение лица у капитана было словно он держал в руках что-то мерзопакостное.

— Насколько я понял выдавать инквизиции вы нас не собираетесь, — на всякий случай уточнил Перси.

— Вы правы, у нас разные боги и мой говорит, что общих дел с ними иметь нельзя.

Произнося это он посмотрел на фигурку дракона стоящую справа от него на столе с расправленными крыльями и восседавшем на лезвии меча.

— Как я и говорил ранее у меня есть три каюты, они обставлены с королевским шиком, так как мой груз это состоятельные люди желающие попасть в нужное место с максимальным комфортом и личной безопасностью, которую мои люди гарантируют, — раскрыл секрет своего бизнеса Дэро.

— Мы благодарны за то, что вы приняли нас и выслушали, но боюсь нам придется воспользоваться услугами другого корабля, — сказал Перси, выходя чуть вперед. — Нам очень понравился и корабль и команда, но боюсь у нас нет достаточной суммы для путешествия на этом комфортабельном судне.

— В большинстве случаев на этом с неплатежеспособными клиентами разговор прекращается, вот только у меня есть к вам заманчивое предложение, — улыбнулся капитан.

— И в чем заманчивость? — осторожно поинтересовался Перси.

— О, об этом не волнуйтесь, условие вам должны понравиться, — пообещал Дэро. — Я перевезу вас, но за это вы должны достать для меня печать, украденную из храма Серебряного крыла, — взглянул капитан на фигурку дракона.

Волкер тоже взглянул на нее и поразился как мастеру удалось передать печальный взгляд рубиновых глаз. Ему даже показалось что если он дотронется до фигурки то дракон оживет и взлетит. Неожиданно егерь услышал женский голос: — Помоги мне Волкер.

Он встряхнул головой избавляясь от наваждения и навсякий случай посмотрел на Селесту, вдруг это она сказала. Как оказалось на него с удивлением взирали все в каюте включая и капитана.

— Чего вы на меня так смотрите? — удивился он. — Отлично сделанная фигурка, прямо как живая, — объяснил егерь свое секундное отвлечение.

— Волкер, ты четверть часа стоял не сводя глаз с дракона и ни на что не реагировал, — произнес Перси не скрывая своего волнения за психику друга.

— О чем ты говоришь, хронист, это было всего лишь мгновение, — отмахнулся он. — А дракон и вправду сделан как живой, — указал Волкер на статуэтку.

— Фигурка красивая, но не более того, — заметила Селеста.

— Как это не более того, — возмутился егерь опять взглянув на дракона, но это действительно была обычная фигурка, а не та, что он видел мгновением назад.

Волкеру нечего было на это ответить и он решил просто промолчать дабы не выставлять себя еще большим дураком.

— Ты видел Серебряное крыло, значит я не ошибся предлагая вам сделку, — произнес Дэро доставая из ящика в столе карту.

— Где находится печать и как она выглядит? — спросил Волкер стараясь показаться серьезным человеком не поддающимся на всякие там наваждения.

— Печать выполнена из черного камня, на вершине сидит Серебряное крыло, — объяснил Дэро. — Мои источники уверяют что она находиться в дне пути отсюда, где-то в проклятой церкви. Я не могу забрать печать сам, во-первых, там полно монстров с которыми не могли справиться инквизиторы. А во-вторых, положив там кучу народа апостолы опечатали церковь. И вскрыть печать инквизиции я не в состоянии, но капитан-инквизитор Селеста, должна с этим справиться. Устраивает вас сделка?

Капитан опять откинулся на спинку кресла в ожидании нашего ответа.

— Полностью, — дал Волкер согласие за всех.

— Тогда удачи, как только принесете печать, мы сразу же отчалим, — пообещал капитан.

Сойдя по трапу на твердую землю они отправились обратно в город. Терять целый день на то, чтобы добраться до церкви пешком они не собирались. Перси предложил нанять телегу чтобы добраться до места за полдня. Кресс не собирался ослаблять хватку, и задерживаться здесь дольше необходимого довольно глупо, если конечно в планы не входит быть повешенным или сожженным на костре. У них разуметься имелись перспективы на долгую и счастливую жизнь, а ради этого стоит поторопиться.

В городе нанимать телегу они не стали, а вот в ближайшей деревне без особого труда нашли человека, согласившегося подбросить их до места. Обошлось это в три раза дешевле, чем предлагали городские жители. Селянин оказался наредкость разговорчивым и любознательным. Он всю дорогу допытывался зачем им нужна эта церковь, ведь всем известно что там обитает нечистая сила. Под церковью прокопаны огромные катакомбы в которых заблудиться раз плюнуть. Печать инквизиции хотя и сдерживает пакость богопротивную, но все же лучше держаться от церкви подальше. Мало ли что может произойти, иногда и печати портятся, или монстры становятся настолько сильными, что ломают ее и вырываются из оков церкви. Отвечать на вопросы, да и вообще разбираться с разговорчивым селянином Волкер с Селестой единодушно передали в руки хронисту.

Инквизиция принесла с собой сильного и жестокого Бога, как они говорят, единственного в Горлэнде. Но и старые пока еще не собираются сдавать своих позиций. Правда у инквизиторов имелось огромное преимущество, они занялись истреблением монстров, для простого смертного это весомый фактор чтобы принять нового Бога. В конечном счете селянин сошелся с хронистом на том, что победа инквизиции в Горлэнде это лишь вопрос времени. Скорее всего через пару десятков лет никаких других религий здесь больше не будет.

Под их беспрерывное бормотание Волкер благополучно уснул в телеге. Трава хорошо скрадывала неровности и ухабы дороги, и егерь отлично выспался пока они добирались до нужного места. Селеста тоже не теряла времени даром и во сне набиралась сил. В конечном счете разбираться с тем, кто обосновался в церкви предстоит именно им. Конечно было бы лучше, если бы они зашли никого не потревожив и забрав печать по-тихому сделали ноги. Вот только опыт подобных операций подсказывал что такое практически невозможно. Что в любом случае им придется столкнуться с неизвестным, а Перси заполнит еще одну страницу своей книги, пополнив таким образом библиотеку знаний ордена хронистов.

Волкер почувствовал как телега остановилась и он проснулся.

— Ну вот и приехали господа хорошие, — произнес селянин. — Дальше я не поеду, плохое это место, гиблое. Я не знаю что вам понадобилось возле церкви, но на вашем месте я бы обходил это место за версту, а-то и того дальше. Ну бывайте.

Селянин развернул телегу и взбодрив лошадь вожжами скрылся в клубах поднявшейся пыли.

— Сюда он ехал с меньшей скоростью, — заметила Селеста наблюдая за удаляющейся телегой.

— Да нам вообще повезло что он нас довез, — заметил Волкер, одергивая под плащом жилетку с метательными ножами. — Если уж молва говорит, что здесь гиблое место, значит так оно и есть.

— Волкер прав, нам повезло что мы попали сюда не пешком, — поддержал его Перси. — Сельский люд довольно пугливые существа, их основная деятельность это пахать и сеять, а вечером рассказывать страшные истории. Если селянин с пьяной головы свалиться в овраг и свернет себе шею, обязательно это припишут какой-нибудь злобной твари. И их уже ничего не переубедит, даже если мужичок и вправду был пьян в стельку и по дурости свернул себе шею. Овраг признают гиблым местом и все его будут обходить стороной. Так что совершенно не удивительно что желающих везти нас сюда, да еще и к вечеру было не слишком много.

— Но для нас-то, Перси, это хорошо, — сказал Волкер осматриваясь по сторонам. — Лишних людей не будет, а то начинают любознательные лезть под руку не вовремя. Того и глядишь вместо клыкастой пасти всадишь нож в глазастую голову любознательного идиота.

— Что верно, то верно, — согласился Перси. — Надеюсь вы готовы предоставить мне материал для новой главы?

— Показывай дорогу, хронист, с остальным проблем не будет, — заверил его егерь.

— Нам туда, — махнул он в сторону деревьев растущих практически на дороге, если конечно верить рассказам селянина.

— Перси, насколько я помню ты говорил что ничему верить нельзя пока собственными глазами не увидишь это, — напомнила Селеста недавнее его высказывание.

— Поэтому я и предлагаю проверить это на месте. Это ведь наше правило, прошу следовать за мной.

Церковь они увидели довольно скоро, селянин довез их практически до нее. Каменное сооружение было местами разрушено, но в целом здание сохранило форму.

— Стойте! — остановила их Селеста когда они подошли ко входу. — Смотрите, — показала она на пол.

На каменной плите красовался выжженый знак в виде пятигранника с крестом в центре и двумя молниями по бокам.

— Печать инквизиции, — произнесла Селеста и вышла вперед. — Если не хотите быть сгоревшими заживо не пересекайте ее пока я не сниму заклятие.

Волкер с Перси отошли шагов на десять и укрылись за каменной плитой, предоставив ей свободу действий. Она сняла перчатку с левой руки и насколько Волкер помнил на тыльной стороне ладони у нее имелся такой же знак, что и на каменной плите. Опустившись на одно колено Селеста принялась что-то нашептывать, а потом прижала ладонь к знаку на плите. Изображение на камне засветилось красным светом и через мгновение погасло. Селеста тяжело выдохнула и встав на ноги повернулась к спрятавшимся за плитой хронисту и Волкеру.

— Возможно я совершила огромную ошибку в своей жизни и выпустила то, что должно было быть запертым здесь навеки, — произнесла она надевая перчатку. — Видите оплавленные камни по бокам от входа? — указала она рукой на странные отметины на стенах. Это действие святой силы апостолов, если с тем что внутри не смогли справиться даже они, почему ты уверен что это под силу нам?

— Я егерь, а здесь хищник опасный для людей, он должен быть уничтожен, хотя в первоначальный план это у меня не входило. Если что-то пойдет не так, я задержу его, а вы возьмете печать и уйдете заперев меня внутри.

— Я не для того тебя спасала от Кресса чтобы потом заживо запирать с монстрами.

— Я же сказал что если что-то пойдет не так, но это совершенно не означает что так и будет.

— Мне честно говоря не по себе от этого места, может заберем печать и уберемся из этого места, — встрял Перси.

— И то верно, — согласилась Селеста вынимая меч.

Волкер остановился и закрыл глаза настраивая тело на боевой режим. Чувства егеря резко обострились и он без труда обнаружил несколько старых трупов инквизиторов валявшихся между лавок для прихожан. Никого живого или опасного он не почувствовал.

— Идите за мной, — произнес он, переступая порог здания, покинутого всевышним.

Хронист Перси: Запись седьмая.

Егерь шел между скамьями прямо к алтарю на котором стояла печать с драконом на вершине. Неожиданно в его голове опять зазвучал женский голос.

— Волкер, я Серебряное крыло ты видишь мое изображение на печати. Слушай меня очень внимательно, от этого зависит будеш ты жить или нет. Коснись меня и тогда я помогу тебе справиться с получившим силу. Торопись, у тебя слишком мало времени, он уже идет.

Волкер на всякий случай взглянул на Селесту, но она похоже действительно ничего не слышала и внимательно озиралась по сторонам ожидая нападения. Серебряное крыло сказала что здесь должен находиться получивший силу, но егерь никого не видел, хотя все его чувства были обострены до крайности. Волкер видел перед собой печать, до нее оставалось максимум пятнадцать шагов и он коснется дракона.

А возможно у меня просто галлюцинации и никакие драконы со мной не разговаривают, подумал Волкер. Когда вернусь на корабль нужно будет хорошенько выспаться и проветрить голову, чтобы не мерещилось всякой ерунды.

— Стой здесь, — на всякий случай попросил он Селесту, хронист уже притаился за колонной откуда ему открывался отличный обзор.

Селеста остановилась, а егерь продолжил идти к алтарю. Когда до него осталось не более трех шагов в его грудь что-то ударило и он полетел собирать лавки. Селесте тоже досталось, но гораздо меньше чем Волкеру, она перелетела лишь через одну скамью. Быстро вскочив на ноги егерь увидел стоящего у алтаря монаха. На его голову был накинут капюшон полностью скрывавший лицо. Егерь терялся в догадках, как он смог появиться, что Волкер не смог его почувствовать.

— Неплохо у тебя получилось материализоваться, факиром подрабатываешь? — бросил Волкер потирая ушибленную грудь.

— Смертные! — раздался громоподобный голос монаха под сводами храма. — Зачем вы нарушили мой покой? За это вы заплатите жизнями.

— Ну кто бы сомневался.

Монах поднял руку и появившийся на его ладони маленький смерч помчался в сторону Волкера разрастаясь на глазах. Он не щадил ничего на своем пути и разламывал скамьи прихожан словно они были из соломы, проделывая в них небольшую просеку. Егерь отпрыгнул в сторону и вихрь промчался мимо него ударив в стену храма. Здание содрогнулось и с крыши посыпался всякий мусор и щепки. Монах не собирался останавливаться на достигнутом и Волкеру пришлось приложить довольно много сил чтобы не попасть под несущиеся в него смерчи. Сосредоточив все силы на егере монах упустил из вида Селесту, которая умудрилась подкрасться к нему на расстояние удара меча.

Егерь выскочил из-под груды скамеек собранных буйствующим монахом, как черт из табакерки и крикнув привлек к себе внимание. Селеста улучив момент когда монах приготовился запустить в Волкера очередной смертоносный вихрь, бросилась на него надеясь одним ударом покончить с надоедливой проблемой. Ей практически это удалось, но монах оказался начеку и Селесту отбросило к стене. Ударившись спиной о каменную кладку она выронила меч и осталась лежать на полу тяжело переводя дыхание. Монах собрался добить спутницу егеря, но он не собирался ему это позволять. Метнув в него несколько ножей Волкер опять заставил его сосредоточиться на нем.

Ножи не достигли цели, монах отбросил их мановением руки создав стену из ветра, но Волкер, обходя его по дуге, продолжил осыпать его смертоносными жалами. Вреда они ему не причиняли, зато заставили уйти вглухую оборону. Продолжаться долго это не могло, ножи быстро закончились и монах перешел в наступление. Пару смерчей егерь избежал, а вот третий отбросил его к алтарю. Поняв свою ошибку монах взревел как раненный зверь и запустил в Волкера чудовищный по мощности вихрь. Поступи он так ранее и все бы закончилось быстро, но он решил обойтись малой кровью и потерял преимущество.

Крутящийся смерч был такой ширины что практически шел от одной стены до другой. Всасывая в себя обломки скамеек и вырывая части пола он приближался к Волкеру. Селесте с хронистом повезло, они находились за колоннами и вихрь миновал их не причинив вреда. А вот егерь находился в самом центре и увернуться от него у него возможности уже не было. Терять Волкеру уже в принципе нечего и он коснулся фигурки дракона. Смерч который должен был смять его тело превратился в легкий ветерок и не причинил вреда, чего нельзя сказать о стене позади алтаря которая перестала существовать. Тело егеря переполняло чувство огромной силы, ему казалось что он может сдвигать горы. Разжав ладонь в которой сжимал печать, егерь почувствовал дуновение ветра, подняв взор он увидел в центре очищенного от мебели храма сидящего дракона.

— Дарую тебе свою силу, — произнесла Серебряное крыло. — Но пользоваться ей ты сможешь только, когда будешь находиться на гране смерти. Именно в этот момент сможешь призвать силу дракона. Печать что ты держишь в руках является хранилищем моей силы. Черный мрамор дает силу любому кто прикоснется к нему и назовет свое имя, а я только тем кого посчитала достойным. Используй ее с умом и не позволяй людям погибнуть во все возрастающей волне монстров. Я слишком долго отсутствовала и мир изменился не в лучшую сторону. Хорты стали забывать обо мне и их стали пожирать монстры, и не только те, кто бегает по земле, но и те кто внутри каждого из нас. Ты должен победить монаха и опять запечатать силу в черном мраморе. Дэро, хотя меня и не слышит, но все делает правильно, отдай ему печать он отвезет ее в мой храм и спрячет от посторонних глаз. Больше двух сотен лет я не могла найти достойного, мир заждался моего дара и теперь у него появился шанс. Прощай человек, остальное в твоих руках.

Серебряное крыло исчезла, а Волкера выбросило из храма через разбитую стену. Обычно он хорошо ощущал все предметы что ломаются о его спину, но в данном случае Волкер был несколько удивлен. Особенно когда спиной переломил приличного размера балку. Покончив с егерем монах принялся за поиски остальных.

— Спасибо что сняла печать и подарила мне свободу, — гремел голос монаха под сводами храма. — За это тебе положена награда, но так же ты пыталась меня убить, а вот за это ты умрешь первой.

Монах раскрыл ладони и на них начал зарождаться маленький смерч, пока он был забавным, но вскоре он превратиться в монстра пожирающего все на своем пути. Когда он собрался спустить его на Селесту, егерь перехватил его руку.

— Я оказывается тоже могу появляться неожиданно, — недобро произнес Волкер.

Монах явно удивился такому неожиданному появлению мнимого покойника, но еще больше он удивился, когда Волкер локтем выбил ему передние зубы. Громогласный голос после этого куда-то пропал, а вместо него появилось невнятное бормотание. Скорее всего это были угрозы о его мучительной смерти, другого как он догадывался просто не бывает. В любом случае о чем он хотел поговорить Волкер не разбирал, но когда монах сумел подняться на одно колено, сплевывая кровь и осколки зубов, егерь еще раз приложился ему по лицу, теперь уже коленом. Удар отбросил монаха на стену.

Волкер никого не знал кто бы смог после этого подняться, а получивший силу монах отлипнув от стены в которой осталась отчетливая вмятина и не подумал умирать или терять сознание. Во время падения капюшон с его головы слетел и егерь увидел горящие красным огнем глаза. Монах не был хортом, у них глаза красные, но о том чтобы светится речи не идет. А у этого религиозного фанатика они прямо пылали праведным огнем.

— Она ошиблась отдав силу первому встречному, — выплюнул он слова брызжа кровавой слюной из разбитых губ.

Два вихря сорвались с его ладоней и объединившись в один быстрорастущий смерч грозили разорвать егеря на части. Волкер скрестил руки прикрывая ими лицо и уперся ногами в изрядно потрепанный пол. Свист ветра сопровождался дьявольским хохотом монаха. Егерь принял чудовищную силу смерча на себя, но несмотря на то что он протащил его пару метров по полу Волкер все же устоял на ногах. Ему пришлось приложить усилие чтобы вынуть увязшие в земляном полу ноги. Напольное покрытие из мрамора осталось разве что по бокам стен, которые еще не разрушились.

Смех монаха прекратился сразу же, как только он увидел, что вся его хваленая сила обильно приправленная магией способна лишь вогнать человека по колено в землю, и не более того. В отличие от него егерь не владел магией, зато он много тренировался и отлично умел бить немагическим кулаком по магическим мордам. Не откладывая неплохую задумку в долгий ящик, егерь побежал навстречу к зарвавшемуся монаху. Недолгий путь до него не был усыпан розами, а жаль. Вместо этого ему пришлось лавировать между смерчами, стараясь не приближаться к ним слишком близко, чтобы его не затянуло в один из них. Особого вреда, как уже понял Волкер, они причинить ему не могли, но вот выкинуть куда-нибудь в сторону запросто. А начинать очередной забег между вихрями ему не очень хотелось.

Монах как заведенный сбрасывал с ладоней один смерч за другим, это ему помогало мало. Преодолев последнюю тройку свистящих вихрей Волкер оказался возле автора тайфунов. Боевые ножи оказались в руках егеря и это не оставило шансов для монаха с горящим взглядом.

— Убью! — крикнул монах в последней попытке лишить жизни Волкера.

Зародившемуся смерчу не суждено было сорваться с его рук. Правый нож пробил грудную клетку и остановил сердце, а левый проник через нижнюю челюсть навеки погасив сознание. Глаза монаха погасли превратившись в обычные человеческие, резким движением Волкер вырвал лезвия из тела и монах упал к его ногам. Из тела монаха появилось несколько светящихся лучей и они соединились сначала в замысловатый узор а затем слились образовав из света маленького дракона.

— Жаль не ты получил мою силу, — произнес он разочарованно. — Серебряное крыло всегда меня в этом обходила. Но ничего сестренка, когда-нибудь и я найду достойного моей силы, а пока твоему избраннику придется разбираться с тем что я натворил за эти века.

Дракон взмахнул крыльями и ярким росчерком осветил свой путь до алтаря где на полу лежала печать. Сев на черный мрамор он растворился в нем. Посмотрев по сторонам Волкер заметил две торчащие из-за руин головы с любопытством взирающие на него через разрушенную стену церкви. Волкер улыбнулся им и на него навалилась чудовищная усталость. Тьма накрыла егеря резко и неожиданно. Когда сознание вернулось к нему и он смог открыть глаза то первое что увидел егерь было лицо Селесты на фоне ярких звезд.

— Перси, он очнулся! — позвала она хрониста, ладонью пресекая попытку Волкера подняться. — Лежи давай, пока я не разрешу другого.

Егерю осталось лишь подчиниться приказу. Перси осторожно приближался, неся в руках кружку с какой-то очередной гадостью. По его мнению считавшимся лучшим средством по восстановлению сил. С первых же его слов Волкер понял что не ошибся и ему грозит экзекуция через желудок.

— На вот выпей, и тебе сразу полегчает, — произнес хронист, протягивая егерю горячий напиток.

Волкер сморщился и попытался отвернуться, но Селеста удержала его от этой спасительной попытки.

— Селеста, тебе приходилось заставлять людей делать то, что они отказывались выполнять? — ласково спросил Перси у нее, при этом мерзко улыбаясь смотрел в глаза Волкеру.

— Разуметься, я же капитан-инквизитор, — произнесла она одарив егеря обворожительной улыбкой.

— Думаю сейчас именно такой случай, — протянул ей хронист кружку с варевом.

— Милый, возможно это прозвучит странно, но не заставляй меня делать тебе больно, — прошептала она вкладывая в ладони Волкера теплую кружку с гадостью от Перси.

Пару раз быстро вздохнув и выдохнув как перед прыжком в ледяную воду Волкер залпом влил в себя чудо средство.

— Ну что, легче? — заботливо поинтересовался Перси.

У егеря перехватило дыхание и из глаз брызнули слезы.

— Определенно, — выдавил он когда организм смог хоть как-то восстановить дыхание.

— А я что говорил! — радостно хлопнул себя по колену Перси.

Волкера с чудовищной силой потянуло в сон и он расслабившись уплыл по волнам сновидений. Проснулся Волкер рано утром когда все еще спали. Перси дрых у костра, Селеста рядом сжимая его руку. В его сердце шевельнулось давно забытое чувство, он попытался его отогнать, но это оказалось не таким простым занятием. А когда Селеста открыла глаза Волкер растворился в них. Она едва заметно потянула его к себе и егерь послал к чертям собачьим все то, за что держался ранее. В самый последний момент он правда попытался противиться, закрыв глаза и повторяя про себя: Я кремень, у меня только два чувства, которым я подвластен, чувству голода, и чувству, когда нужно в сортир. Повторяя это без перерыва он открыл глаза и взглянул на Селесту, кремень растаял как масло под лучами полуденного солнца. Перси как человек воспитанный не мешал им, и лишь когда солнце начало стыдливо показывать свой край над кронами деревьев он поднялся.

Разведя костер хронист на скорую руку приготовил похлебку из вяленого мяса. Перед тем как снять котелок с огня он приправил ее сверху сухарями. Перси не только был хронистом, но и умел прекрасно готовить. Из минимального набора продуктов он умудрялся создавать шедевры. Иногда вид у них был далек от изыска, но что касалось вкуса, он был всегда божественен. Селесте еще не приходилось пробовать кулинарные эксперименты Перси, и сейчас затаив дыхание он ждал ее вердикта. Волкер тоже ничего не говорил и смотрел на Селесту. Она без особого энтузиазма зачерпнула содержимое тарелки и осторожно поднесла ко рту. По выражению ее лица нетрудно было догадаться, что ничего хорошего от подобной стряпни она не ожидает. Но после того как Селеста попробовала содержимое ложки на ее лице отобразилась смесь восторга и изумления.

— Перси, я поражена, как тебе удалось такое сотворить из воды и мяса? — спросила она в промежутке между тем как зачерпывала очередную ложку похлебки.

Перси расплылся в улыбки и Волкеру даже показалось, что он немного покраснел.

— Вот поэтому я и соглашаюсь на его лечебные зелья, — заметил Волкер не отставая от Селесты, в деле уничтожения похлебки. — Хотя я и не знаю почему он не может использовать свои поварские знания для того, чтобы готовить вкусные лечебные средства.

— Дело в том, — поднял хпронист палец. — Еда должна приносить удовольствие и восстанавливать силы, а лекарства удовольствие приносить не должны иначе ты их будешь глотать ведрами.

— Я обещаю что буду принимать их строго по рецепту и ни граммом меньше, — заверил его Волкер.

— Думаешь я поверю твоей наглой морде, что ты не заберешься в сумку за еще одной порцией? — прищурив глаз спросил он. — Нет, — резко ответил Перси не дождавшись ответа Волкера. Будешь глотать то, что даю, проверять я не хочу, лечебные травы стоят очень дорого, а кусок мяса найти можно где угодно. А ежели не хочешь глотать горькую настойку, будь добр не подставлять голову и остальные части тела под чужие кулаки и другие травмирующие предметы. Но теперь надеюсь Селеста проследит за тобой и проконтролирует чтобы ты не выбрасывал безумных выходок.

— Почему это я должна теперь его контролировать? — слегка покраснев удивилась она.

— Потому что теперь между вами не осталось недомолвок и секретов.

— Ты это к чему? — ляпнул Волкер и почувствовал как ему вдруг стало жарко в районе лица.

— Ну это уже несмешно, — хлопнул себя по бедру хронист. — После того случая в храме ты неоднократно вспоминал о той девушке по имени Селеста. Она в свою очередь каждый раз приходила в темницу, как только до нее доходили слухи о поимки егеря. И после этого вы хотите сказать что совершенно безразличны друг к другу?

Он пристально смотрел на них, а они словно нашкодившие дети уставились в свои тарелки и ковыряясь в них рассчитывали найти там что-то более важное чем суп.

— Я прослежу за ним, — наконец произнесла Селеста взяв Волкера за руку. — Я хотя и бывшая, но все же капитан-инквизитор и должна следить за егерем.

— Вот и отлично, теперь осталось разобраться с этим, — вынул Перси печать с драконом. — Ты теперь вроде как не просто егерь, а егерь с силой дракона.

— Хорошо что у меня глаза не светятся как у того монаха, а то с такими факелами и в город не сунешься. Враз объявят дьяволом и поднимут на вилы.

По серьезным выражениям лиц, Селесты и хрониста Волкер всерьез забеспокоился о своем виде. Вынув нож он взглянул на свое отражение в широком отполированном лезвии. После увиденного егерь с облегчением перевел дыхание. В его отражении не было ничего необычного и глаза не светились.

— Вы меня прямо напугали, нельзя же так смотреть на людей, — посетовал он.

— Когда ты бился с монахом, твои глаза горели бирюзовым светом, — произнесла Селеста. — Потом свет пропал и ты лишился сознания упав рядом с монахом. Мы тебя с трудом вытащили из здания до того как оно рухнуло. Перси сбегал обратно и принес печать пока я пыталась привести тебя в чувство. Ну а что случилось дальше ты и сам знаешь. Да и чуть не забыла, нам нужно как можно быстрее уходить от сюда.

— Почему? — посмотрел Волкер на ее взволнованное лицо.

Она показала на горизонт где появились всадники.

Хронист Перси: Запись восьмая.

Несколько часов они пытались оторваться от преследователей, но инквизиторы постоянно выходили на их след. В конечном счете егерю ничего другого в голову не пришло как избавиться от хвоста. Как оказалось вскрытие печати инквизиторов не проходит незамеченным и апостол отвечающий за сохранность оных в своем регионе мгновенно получает сигнал о разрушении печати. Селеста знала об этом, но она не рассчитывала что инквизиторы так быстро среагируют, да и Волкер был слишком слаб для побега.

— Нам нужно как можно скорее попасть на корабль, а без лошадей это будет весьма проблематично, — сказал Перси на очередном коротком привале.

— Это мы решим, но как они нас находят? — задал егерь давно мучавший его вопрос.

— Вскрывая печать я получила метку, она будет активна пару дней, — объяснила Селеста. — По ней они меня и находят.

— Значит среди них есть апостол, — предположил Волкер.

— Скорее всего нет, иначе они бы нашли нас, — задумчиво произнесла Селеста. — Они используют медальон, он работает по принципу, тепло-холодно. Поэтому они и кружат вокруг нас, но точного местоположения установить не могут.

— Тогда пора им помочь в этом, — бросил егерь поднимаясь на ноги. — Раз они могут отслеживать только тебя значит тебе и быть в качестве приманки. И еще, много у них медальонов которые могут тебя обнаружить?

— Только один, у каждого медальона связь с одной печатью, и когда апостол сам не может участвовать в преследовании или объект где была печать не настолько важен то он отдает медальон инквизиторам.

— Выходит нам нужны не только лошади но и тот инквизитор у которого медальон, — озвучил Волкер первоочередные задачи.

Инквизиторов, что преследовали их, было двенадцать человек, это те кого они успели сосчитать пока уходили от погони. Возможно за это время к ним присоединилась еще одна группа, или несколько, но егерь надеялся что этого пока не произошло. Они довольно скоро нашли подходящее место для засады и Селеста выйдя на лесную дорогу села у обочины. Преследователи не заставили себя долго ждать и вскоре раздался стук копыт, а затем появились всадники. Окружив Селесту двое спешились, а четверо остались в седлах. Остальных пока не было видно, наверное они разделились на две группы чтобы было легче искать. Один из спешившихся инквизиторов контролировал Селесту, приставив ей острие меча к горлу, а второй в это время разоружал ее. Когда она оказалась разоруженной на землю спрыгнули и остальные четверо.

— А ведь ты та самая Селеста, — произнес старший инквизитор. — Капитан-инквизитор предавшая всевышнего и вырвавшая из очищающего костра мерзкого еретика Волкера, этого поганого егеря. Я думал тебя будет сложно поймать, а ты оказалась не такой искусной воительницей, как о тебе говорят смерды. Очередной раз убеждаюсь что у страха глаза велики. Ты оказалась обычной девкой, даже не знаю за какие заслуги ты получила высокое звание. Хотя по твоему телосложению я кажется догадался как тебе удалось получить звание капитан-инквизитора.

Его сальный взгляд задержался на ее груди, но она никак не отреагировала на это.

— Свяжите ей руки, а длинной веревкой привяжите к седлу, посмотрим как ведьма умеет летать, если конечно не хочет быть изуродованной пока мы доберемся до суда инквизиции, — бросил он и собрался вскочить в седло.

Селеста слегка сместилась в сторону, а инквизитор державший у ее горла меч не успел на это среагировать. Его локоть хрустнул, а меч оказался у Селесты. Его напарник готовый связать руки Селесты упал с рассеченным горлом. Остальные схватились за мечи но двое тут же осели на землю поймав головами метательные ножи. Оставшиеся двое избежали убийства на расстоянии, их от Волкера заслонили тела лошадей. Избежав смерти от его руки они остались в полной власти Селесты, и она показала за что получила столь высокое звание. Инквизиторы правда попытались оказать сопротивление, но это выглядело как нападение щенков на матерого волка. Спустя мгновение оба лежали бездыханными на земле.

Селеста вернула свой меч, а егерь выдернув ножи тщательно отер их об одежду инквизиторов и вернул в ножны на жилете. Спокойно скрыться на оставленных лошадях они не успели, неожиданно из-за поворота выскочил второй отряд преследователей. У них медальона не было, но похоже они и без него прекрасно справлялись. Завидев беглецов они пришпорили коней и с гиканьем стали сокращать расстояние. Пешему, противостоять всаднику несущемуся во весь опор, дело глупое и определенно гиблое. Но с другой стороны хвост из шести инквизиторов егеря тоже не устраивал и ему пришлось поступить глупо с точки зрения практически всех.

Волкер вышел чуть вперед и встряхнув руками убрал в них небольшую скованность и раздвинув полы плаща открыл жилетку с двумя рядами метательных ножей. Атакующие уже набрали полный ход, когда лошади начали падать складывая из тел непреодолимую преграду. Его ножи били в коленные суставы бедных животин. Выбор у егеря был небольшим, или они или он, решение оказалось не в их пользу. Всадники пытались избежать падения, но этого сделать уже невозможно, когда конь под тобой несется во весь опор. Инквизиторы вылетали из седел как снаряды из катапульты, те, кому не повезло свернуть себе шею, лежали с переломанными конечностями и стонали от боли. Их жизненный песок в часах времени быстро заканчивался и они один за другим замолкали отходя к своим предкам. Селеста нашла медальон и бросив его на землю раздавила каблуком. Теперь его уже не восстановить и проследить за Селестой будет невозможно. Оседлав трех лошадей, беглецы дали им шпоры и помчались в город.

В ближайшей деревне от города они избавились от коней. Их с большим удовольствием приобрел тот же селянин что подвозил их до церкви, тем более что продали они их по бросовой цене. В городе пока было все спокойно и ничего не изменилось со времени их последнего посещения. На столбе все так же висело объявление о розыске, и все так же народ проходил мимо, озабоченный своими более насущными с их точки зрения делами. Заплатив очередную пошлину для прохода в порт они направились к нужному причалу.

Завидев их издали матрос у трапа куда-то умчался, а когда они подошли к причалу их уже встречал Дэро.

— Принесли? — с надеждой в голосе произнес капитан.

Волкер кивнул, а Перси вынул из сумки печать и передал ее капитану. Последний с огромной осторожностью принял ее из рук хрониста.

— Трап на борт, отчаливаем немедленно, — отдал он приказ, не сводя взор с печати.

Спящие до этого момента матросы забегали как проснувшийся муравейник. Со стороны их беготня казалась хаотичной, но внимательно понаблюдав за ними становилось понятно, что каждый из них четко знает свои обязанности и выполняет их без суеты. Ни одного лишнего движения команда не сделала, все было отлажено и четко. Благодаря отличной выучке команды, корабль отчалил менее чем через десять минут.

— Господа прошу в мою каюту, — пригласил их Дэро.

Теперь их признали за своих, и сдавать оружие не просили. В каюте, Дэро осторожно поместил печать в специально для этого изготовленную шкатулку и убрал ее в сейф.

— Честно говоря я сомневался в вашем успехе, — заперев сейф произнес капитан. — Вы выполнили свою часть договора, теперь я выполню свою. Скажите только, как вам удалось забрать печать?

— Ну, отдавать по-хорошему нам ее не хотели поэтому пришлось настаивать, — в общих чертах объяснил ситуацию егерь. — А вам капитан остается отвести ее в тайный храм и оставить на хранение.

— Откуда ты про это знаешь? — резко встав спросил капитан пристально глядя в глаза Волкера.

— Я не знал, пока мне не сказали, — спокойно объяснил он.

— Кто этот человек, — продолжил Дэро допрос.

— Это не был человек, об этом рассказала она, — указал Волкер рукой на фигурку Серебряного крыла.

— Она, она с тобой говорила, — прошептал капитан садясь на стул и похоже не веря самому себе. — Скажи, тебе не показалось что у того кто владел печатью глаза были необычные?

— Они светились, пока он был жив конечно.

— Серебряное крыло наконец выбрала достойного, иначе ты бы не смог победить избранного ее братом. Ты новый хранитель духа, наконец, за столько лет появился тот кто остановит засилье чудовищ, порожденных ее братом.

Дэро опустился в кресло словно его покинули силы. Вы даже не представляете с какими потрясающими новостями я возвращаюсь на родину. Он открыл ящик и вынул из него медальон с изображением Серебряного крыла.

— Одень его и никогда не снимай, покажешь его любому хорту и он обязательно тебе поможет, — протянул он егерю медальон. — А когда прибудем в порт я дам тебе сопроводительное письмо к моему брату, он должен о тебе знать. Идите, отдыхайте, каюты вам покажут я уже распорядился, а мне нужно о многом подумать.

Покинув каюту капитана они попали в руки матроса, что встречал их в первый приход.

— Капитан просил показать вам каюты, идите за мной, — сказал он показывая им путь.

Поднявшись на палубу егерь вздохнул свежий морской воздух. Корабль отошел от порта на достаточное расстояние, чтобы до них не доносился запах всех прелестей портовой жизни. Матрос терпеливо дожидался когда они надышаться и лишь после этого продолжил показывать дорогу в их каюты. Дэро не хвастал когда говорил что апартаменты обставлены не хуже королевских. Они были изысканны и великолепны, хотя на вкус Волкера можно было бы и попроще. Но видимо клиенты этого судна желают лицезреть именно этот интерьер.

Две недели они наслаждались круизом беспечно глядя на раскинувшийся пейзаж голубого океана. Кухня как и каюта была отменной, повар явно был докой в этом деле и Перси подолгу задерживался у него ведя кулинарные дискуссии. А вот третья неделя начала понемногу надоедать. Волкер привык много ходить по земле, а корабль ограничивал его в этом желании. Безделье это наверное хорошо, но, когда его становиться слишком много, то оно начинает раздражать. Как он заметил, Селеста в последнее время тоже была не в настроении.

— Хочется кому-нибудь разбить лицо, да ведь не за что, — жаловалась она, в очередной раз глядя в морскую даль.

— Согласен, жизнь моряка не мой конек.

— Что говорит Дэро, когда покажется берег? — задала она дежурный вопрос, повторяющийся изо дня в день.

— Говорит еще дней пять, если ничего не случиться, — облокотился егерь о борт.

— А что здесь может случиться, — подошла она к нему и уперла ладони в борт корабля.

Волкер пожал плечами, это было единственным ответом, он действительно не имел представления, что вообще кроме шторма может произойти на корабле. Неожиданно матрос, сидящий на мачте, о существовании которого они благополучно забыли, принялся что-то кричать. Команда до этого прозябавшая в неге за исключением тех кто нес вахту, встрепенулась и принялась смотреть в сторону куда указывал моряк на мачте. Вскоре на палубе показался Дэро.

— Что случилось? — спросил Волкер.

Дэро достал подзорную трубу и некоторое время что-то молча рассматривал на горизонте.

— Стервятники, — процедил он сквозь зубы. — Морские грабители, — добавил Дэро немного погодя. Право руля!

Команда забегала как сумасшедшая, а телохранители хмуро глядя на горизонт проверяли хорошо ли выходит из ножен оружие.

— Мы попробуем оторваться, раньше нам это удавалось, но сейчас ветер на их стороне, — произнес капитан. — Вам лучше спустится в каюты и оставаться там до окончания сложившейся ситуации, — повернулся он к ним.

— Капитан, мы не обычные ваши клиенты с туго набитыми кошельками, которых вы ради их же безопасности держите на нижней палубе, — произнесла Селеста глядя в глаза Дэро. — Если появиться возможность свернуть парочку челюстей, можете рассчитывать на нас.

— Извините, я забыл что вы за пассажиры, а если появиться возможность вступить в схватку вы ее сами увидите. А что касается оплаты, то вы заплатили больше чем все те кого я перевозил за все эти годы.

Дэро ушел на капитанский мостик а они остались внизу смотреть за идущим им на перерез судном разбойников. Несмотря на все умение команды, пираты неумолимо их настигали. Вначале их судно едва угадывалось на горизонте, но спустя пару часов можно было уже разглядеть маленькие фигурки на палубе. Прошло еще примерно около часа, но судно морских разбойников так и не смогло приблизиться. У капитана зародилась надежда, что возможно удастся избежать абордажа, но тут смотрящий на мачте опять закричал, указывая рукой в другую сторону. По правому борту к ним приближалось еще одно судно пиратов. Надежда выйти из неприятного положения без боя исчезла, как легкое облачко, разорванное штормовым ветром. Теперь абордажа не избежать, но самое неприятное то, что он будет двойным. Это кажется понимали даже крысы, вечно неучтенные члены экипажа. Команда уже и не пыталась использовать умение мореходов чтобы уйти от погони, все готовились к двойному абордажу. Матросы вынесли к бортам тяжелые топоры чтобы рубить абордажные крючья которыми флибустьеры будут пытаться сцепить корабли. Лучники занимали места повыше, но их оказалось не так много как хотелось бы.

Страха в глазах у матерых морских волков не было, только сосредоточенность как перед тяжелой и долгой работой. Перси разумеется тоже был здесь и присматривался где бы ему разместится, чтобы ничего не пропустить. Монстров правда на кораблях нет, но он все равно остался, если уж некого описывать, то, по-крайней мере, стоит посмотреть на морскую битву. Его желание понятно, когда еще представиться случай быть подвергнутым нападению морских разбойников.

Проведя несколько хитроумных маневров корабли пиратов взяли судно Дэро в клещи и с их бортов полетели абордажные крючья, прикрепленные к толстым веревкам. Крючья вгрызались в борта подобно зубам хищников в тело беззащитной жертвы. Руки лучников работали без остановки, кое-кого их стрелы доставали, но в большинстве случаев они застревали в бортах и огромном деревянном ящике, закрепленном на палубе одного из пиратских кораблей.

Матросы у бортов схватились за топоры и принялись рубить абордажные канаты. И в этот момент на вражеских кораблях появились свои лучники. Трое моряков с топорами в руках упали нашпигованные стрелами. А вот ответить душегубам оказалось нечем, колчаны лучников опустели уже давно. Изрешетив корабль Дэро и превратив его в ежа, пиратам удалось сцепить три корабля в единое целое, и их команды ринулись на абордаж.

Могучие телохранители обнажили мечи и закрыли телами немаленького Дэро. С гиканьем пираты бросились на палубу корабля. Волкер и Селеста находились рядом с Дэро на капитанском мостике и сверху отлично видели начавшуюся битву. Вначале разбойники оттеснили команду от бортов к центру судна, но постепенно матросы начали отвоевывать обратно родные рубежи корабля. Команды пиратских кораблей не отличались большими габаритами, а вот команда Дэро была как на подбор. Плотно встав на ноги они принялись теснить пиратов и вскоре выбили их с корабля. Матросы принялись праздновать победу, но егерь знал, что это неправильно и вскоре может наступить расплата. Она не заставила себя ждать, на вражеском корабле появились лучники и выкосили четверть празднующей команды. Вселив сумятицу в ряды команды Дэро пираты решились на второй абордаж. Левый борт не выдержал и начал прогибаться.

Волкер вынул ножи и перепрыгнув перила приземлился в самой гуще морских разбойников. Крутанувшись вокруг себя он поразил пятерых пиратов, кто-то из них хватался за распоротое горло, а кто-то сжимал перерезанные связки ног. Определив самого опасного из вражеской команды, джентельмены удачи сосредоточили внимание на егере. Часть из них перестала атаковать моряков и присоединилась к нападающим на Волкера. Как только егерь заметил плотную группу направлявшихся к нему пиратов, он увидел как позади них приземлилась Селеста. Опасность они почувствовали слишком поздно, ее меч инквизитора разил быстро и безжалостно, без особого труда находя бреши в обороне не слишком тренированных бойцов. Возможно, они были отличными мореходами, но, что касалось владения холодным оружием, то им было далеко даже до обычного инквизитора, не говоря уже о капитан-инквизиторе.

Селеста тем временем разошлась не на шутку. Вонзив острие клинка в горло стоящего на ее пути пирата, она резким движением вырвала оружие из раны и на противоходе рукоятью меча разбила лицо стоящему позади нее флебустьеру. Не теряя скорости Селеста пнула в пах следующего пирата. Пока он, кривясь от боли, падал на колени, меч Селесты достал стоящего позади него разбойника. Разя врагов с двух сторон они быстро покончили со второй абордажной командой и перешли в наступление.

Хронист Перси: Запись девятая.

Почувствовав вкус победы, когда тебе кажется что ты способен в этой безвыходной ситуации победить, команда воодушевилась и пятеро матросов присоединились к Волкеру. Вместе они перебрались на вражеский корабль. Лучники на пиратском корабле опять собрались творить непотребное в стане команды Дэро. Они явно настроились выкосить очередных бойцов. Правда они не знали, что, попав к ним на корабль, Волкер уже мог пользоваться метательными ножами. Двое лучников на капитанском мостике едва успели натянуть тетиву, когда упали хватаясь за вонзившиеся в горло лезвия. Еще один приказал долго жить сраженный мечем Селесты. Матросы сообразив что егерь с Селестой самое ценное их оружие принялись активно их защищать от тех, кто пытался подкрасться к ним со спины или с боков. Получив такую поддержку, Волкер с Селестой как нож сквозь теплое масло прошли сквозь оборону лихих разбойников. Слабое сопротивление остатков пиратской команды было раздавлено могучими матросами команды Дэро.

Пока они занимались зачисткой корабля, Волкер и Селеста вернулись обратно, чтобы поддержать оставшуюся команду сдерживавшую натиск пиратов с другого корабля. На втором судне, пиратов оказалось гораздо больше чем на том, что захватил егерь. Одна часть флибустьеров окружила тех кто на палубе, а вторая хлынула на капитанский мостик. В дело пришлось вступить телохранителям Дэро, да и ему самому дело тоже нашлось. Время от времени какому-нибудь разбойнику удавалось проскользнуть между столпов охраны и добраться до капитана. Жить правда после этого ему оставалось не долго. Могучий хорт не задумываясь разбирался со злодеем.

Телохранители работали как заведенные, но усталость и количество джентельменов удачи делали свое черное дело. Тела защитников каждый раз обзаводились, новыми, небольшими порезами. Количество кровоточащих ран неизменно росло, а сила покидала гигантов вместе с льющейся по их телам кровью. К тому моменту, когда подоспел егерь, один из телохранителей уже погиб. Оставшийся, встав спиной к спине с капитаном продолжил отражать наплывающие волны головорезов.

Пираты так самоотверженно атаковали капитанский мостик, что появление еще двоих человек они даже не заметили. Селеста шла первой, а Волкер прикрывал ей спину. Когда морские грабители обнаружили новую опасность, они мгновенно переключились на Селесту и вот тут в дело пришлось вступить егерю. В ограниченном пространстве биться с помощью коротких ножей можно было вполне комфортно, а Волкеру было еще комфортней его отлично обучили данному мастерству. Поднявшись на капитанский мостик егерь пнул лезущего следом флебустьера. Пират улетел вниз собрав в кучу и тех кто лез следом за ним.

Матросы, зачищавшие захваченный пиратский корабль, вернулись, и помогли соратникам заблокированным у мачты. Объединившись, они очистили подходы к капитанскому мостику, а егерь с Селестой и капитан с телохранителем освободили и сам мостик. Отбив свой корабль Дэро с телохранителем и командой, бросились на оставшийся пиратский корабль с большим ящиком на его палубе. Увидев бегущую на них абордажную команду с выбранного ими ранее в качестве жертвы корабля, пираты в страхе отступили и попрятались в каютах. Хорт, увидев это, издал боевой клич победителя и остановился, глядя, как его команда перебирается на палубу вражеского судна. Дэро выполнил свою задачу, он воодушевил собственным примером команду на бой и противник отступил. Теперь он должен вернуться на капитанский мостик и следить за происходящим, находясь над схваткой.

Команда противника разбежалась, но остались трое на капитанском мостике вражеского судна и они потянули за канат, переброшенный через мачту и закрепленный одним концом к ящику на палубе. На самом деле там оказался засов который и выдернули пираты. Металлический штырь на конце каната взлетел на мачту, а створка что он удерживал осталась на своем месте. Вдруг раздался мелодичный свист и деревянная стенка ящика вылетела словно пробка из бутылки. Двое моряков оказавшиеся на ее пути с диким криком улетели вместе с ней за борт. Теперь уже всем стало понятно почему стервятники попрятались. Они испугались не команду Дэро, а того кто находился в ящике. Существо выбившее створку не торопилось покидать своего убежища. Но опять раздался мелодичный свист и из ящика наружу вырвался холодящий кровь рык. Даже издалека можно было увидеть как матросы побледнели и замерли подобно статуям украшавшим королевские сады.

Завораживающе медленно чудовище вытаскивало свою тушу на свет. Первыми показались щупальца, затем акулья морда с капающей с зубов слизью. И в конечном счете бронированный панцирь улитки.

— Что это? — спросил Волкер у появившегося рядом Перси.

— Не знаю, — ответил он, вынимая дневник и быстро набрасывая эскиз монстра.

— Это не тот ответ, который я бы хотел услышать, — добавил егерь.

— Знаю, но могу только добавить что на него как-то влияет звук что мы слышали перед тем как чудовище пробудилось, — добавил хронист быстро орудуя пером и штрих за штрихом перенося монстра на бумагу. — Это морской хищник, судя по его акульей морде и щупальцам кракена, но панцирь улитки и то что чудовище не в воде говорит что его охотничьи угодия не ограничиваются морем, а скорее всего распространяются и на сушу. Но думаю дальше побережья оно не заходит, все-таки по большой части ему нужна влага.

Перси оказался прав, чудовищу действительно нужна была влага и оно знало где ее можно было взять. Щупальце молниеносно выстрелило и ближайший моряк оказался опутанным и покрыт присосками. Ни одной капли крови не упало на палубу все было высосано монстром и лишь после этого обескровленное тело было подтянуто к акульей пасти и перемолото тремя рядами зубов. Наконец оцепенение с людей спало подобно туману под порывами ветра и моряки бросились обратно на свой корабль. Чудовище не обладало скоростными качествами что касалось передвижения, но зато щупальца вылетали со скоростью молний и прежде чем палуба очистилась от команды в объятиях монстра корчились еще три моряка.

Закончив легкую трапезу улитка медленно развернулась и ее щупальце разнесло дверь ведущую в каюты корабля флебустьеров. Вереща как резанный поросенок пират пытался освободиться от смертельного захвата морского чудовища, которое вытаскивало его из коридора как кролика из норы. Со стервятником произошло тоже самое что и с остальными жертвами, обескровив тело за пирата принялась акулья пасть.

— Может оно пожрет всех пиратов и успокоится? — с дрожью в голосе произнес телохранитель капитана.

Воин скорее всего не боялся никого из людей, но что касалось монстров то его трясло как ребенка. Почти все люди таковы, за исключением единиц именно они могут стать егерем или в сложившейся ситуации инквизитором. Возможно телохранитель был прав и на это надеялась вся команда без исключения. Но они не учли один небольшой фактор, что стервятники с этим совершенно не были согласны. Опять раздался свист и щупальце сорвав с петель очередную дверь каюты замерло на месте. Затем оно выпустило из объятий ненужную деталь корабля и очень медленно чудовище повернулось в сторону корабля Дэро. Двигался монстр не быстро поэтому времени для испуга и пачканья штанов у моряков было достаточно.

— Если мы хотим выжить нужно достать свисток, — подал идею Перси.

— Я видела где сидит свистун, — добавила Селеста. — Отвлеки зубастую бестию пока я достану этого гада с дудкой, — посмотрела она в глаза Волкеру и слегка сжала его ладонь.

— Да я только этим и занимаюсь, как привлекаю внимания всяких чудищ, — ответил он вынимая ножи.

— Капитан, мне нужно двое крепких людей чтобы они перебросили меня по ближе к капитанскому мостику от туда я смогу добраться до свистуна, — попросила она Дэро.

— Найдем, — пообещал он и хлопнул по плечу своего телохранителя, а тот выбрал не уступающего ему по габаритам матроса.

К этому времени ночной кошмар моряка уже практически дополз до судна и Волкеру пришлось вступить в дело. Егерь появился в поле зрения улитки и она выкинула щупальце в надежде подкрепить силы еще одним телом, но он успел нагнуться и отросток обхватил не его, а мачту у которой стоял егерь. Идея пригвоздить щупальце отпало в связи с коротким лезвием ножей, перерубить его он тоже не мог по этим же причинам остался лишь один вариант, который пришел ему на ум. Егерь воткнув лезвия ножа в щупальце на всю его длину и побежал вдоль отростка нанося огромную рану чудовищу.

В этот момент Селеста, сделав короткий разбег, оперлась стопой на мозолистые ладони телохранителя и матроса. Подброшенная ими в высь она перелетела через улитку и приземлилась как раз на капитанском мостике пиратского корабля. Улитка с мордой акулы не заметила ее, так как была занята запугиванием егеря, рыком и своим раненым щупальцем. Но на этом разумеется чудовище не остановилось и разозлившись на человека причинившего ей такую боль оно принялось активно его вылавливать. Каждый раз когда щупальце готово было обхватить Волкера он молился чтобы Селеста поторопилась и она спешила в меру своих сил. В перерывах между ускользанием егерь видел как Селеста нанизывает на лезвие очередного флебустьера или разбивает кулаком чье-то лицо. Наконец ей удалось завладеть свистком и она что есть силы дунула в него. Звук вышел не такой мелодичный, но зато весьма громкий.

Улитка убрала от Волкера щупальца и развернувшись поползла в сторону Селесты. Видимо простого дудения было не достаточно для управления ею. Егерь испугался за Селесту, она все-таки не достаточно быстра по сравнению с ним. Разбежавшись он подпрыгнул и в полете метнул два ножа в глаз акульей морде. Зрачок лопнул и из него брызнула слизь, улитка зарычала от боли и выбросила щупальца в надежде поймать ненавистного врага. Приземлившись на палубу, егерь сбил с ног Селесту, как раз в тот момент когда в ее сторону метнулось щупальце улитки. Быстро поднявшись на ноги они забежали на капитанский мостик пиратского корабля.

У егеря остался единственный метательный нож, и улучив момент он поразил им оставшийся глаз чудовища. Окончательно ослепнув морская тварь принялась буйствовать на палубе. Щупальца разбивали в щепы все до чего могли дотянуться, даже борт получил несколько пробоин выше ватерлинии.

— Что будем делать? — спросила Селеста глядя на безумство монстра. Если эту тварь не остановить то она точно потопит корабль стервятников и наш вместе с ним.

— Да уж оказаться на дне в ее обществе совершенно не хочется, — подтвердил Волкер.

Щупальца разносили корабль с пугающей быстротой и егерь удивлялся как она сама-то не запуталась в своих отростках и ему в голову пришла довольно странная мысль. Возле них все еще висел канат при помощи которого пираты вытащили засов удерживавший створку ящика для монстра. Волкер схватился за него и принялся разматывать. Штырь привязанный к другому концу каната начал медленно опускаться с вершины мачты и вскоре попал в вихрь щупалец. Канат просто вырвало из рук егеря и он едва не улетел вслед за ним. Ему повезло, что его схватила за ногу Селеста, и он не лишился жизни а всего лишь повис на бортике вниз головой. Схватившись за перила он одним движением забросил тело обратно. Щупальцы чудовища били уже не так опасны как ранее. Канат делал свое дело, скручивая отростки улитки в единый неразрывный комок.

Команда корабля Дэро увидев что чудовище практически обездвижено похватали топоры которыми ранее рубили абордажные крючья и ринулись на связанного монстра. Как оказалось спутать щупальце у чудовища это еще не означает убить его. И когда матросы приблизились к ней она умудрилась схватить одного из них за ногу. Моряк закричал от боли и товарищи пришли ему на помощь. Пара топоров взметнулось в богатырском замахе и щупальце, обвившее ногу матроса, было отсечено. Оставшийся на ноге отросток продолжал высасывать из бедолаги кровь и она хлестала из отрубленной части щупальца. Матрос перестал кричать только после того как его окончательно освободили от убийственного придатка улитки. Остальная часть команды не стала терять время даром и принялась рубить акулью морду.

Чудовище пыталось огрызаться и клацало тройным рядом зубов, но лишенное зрения и щупалец оно было обречено. Острые топоры в бугрившихся мускулатурой руках матросов, легко рассекали плоть монстра и вскоре чудовище затихло, а на палубу хлынул поток крови, что успела насосать улитка. Моряки разбежались в стороны от расплывающегося по палубе красного пятна. Пираты, лишившись своего козыря, были морально раздавлены и ни о каком сопротивлении речи идти не могло. Стервятники под суровыми взглядами матросов Дэро выбрасывали на палубу оружие и лишь затем выходили сами. Каждому выходящему пирату связывали за спиной руки и усаживали на палубу у носа корабля.

Когда судно было полностью обыскано, Дэро приказал запереть пиратов в трюме своего корабля а их судно затопить. После того как на нем похозяйничало чудовище проку от него уже не было и оно держалось на плаву благодаря тому, что было скованно с другими судами. Прежде чем корабль пошел ко дну с него вынесли все ценное, которого, к слову сказать, оказалось не так много. Видимо жизнь джентельменов удачи медом уж точно не была. Днище судна пробили ниже ватерлинии и оно набирая воду пошло ко дну.

Перси с горящим взором опрашивал команду пиратского корабля о монстре, которого они держали в ящике. Как они признались идея использовать дьявольскую улитку оказалась не такой удачной как казалось ранее. Она конечно помогала захватывать корабли, но тварь оказалась настолько прожорливой, что практически полностью сжирала команду захваченного судна. А если судно было небольшим и членов экипажа оказывалось недостаточно для плотного обеда “Дьявольской улитки”, то ее приходилось подкармливать и провинившимися матросами со своего судна. По идее поиск больших кораблей мог бы решить эту проблему, но все оказалось не так просто. Мало того, что улитка лишала прибыли пиратов за продажу рабов, так она еще и начала расти. Чем больше флебустьеры захватывали корабли тем больше им приходилось отдавать прожорливой бестии живого товара. Так что выходит, Дэро избавил их от хлопотного балласта, но за это они заплатят своей свободой. Всех захваченных пиратов ожидает суд на берегу и пожизненная каторга на алмазных шахтах хортов.

Насчет пяти дней Дэро конечно погорячился и они потратили на путь все десять. Ноги Волкера соскучились по просторам материка и он одним из первых сбежал по трапу на пирс. Дэро как и обещал снабдил их сопроводительным письмом, а Перси получил сообщение от своего друга.

— Орден хронистов решил открыть здесь свое представительство, а мой друг получил звание главы ордена в землях хортов, — поделился содержимым письма Перси. — Для получение официального разрешения на нашу деятельность нам необходимо получить согласие короля, так что придется посетить столицу. Король должен лично дать нам разрешение, но думаю с этим проблем не должно возникнуть.

— Это хорошо, а-то быть вне закона мне не очень нравилось, — поделился соображением Волкер.

Дэро снабдил их еще и прибрежной картой, отметив там места где не рекомендуется проходить. Несмотря на регулярную борьбу с монстрами их меньше не становилось, а даже наоборот. Складывалось впечатление что чем больше их убивают, тем больше их становиться. Описание обстановки капитаном правдиво вписывалось в колоритный пейзаж открывшийся перед глазами егеря и его спутников. Каждый дом был похож на маленькую крепость. Окна в домах заменяли узкие бойницы. Тяжелые, окованные стальными пластинами двери содержали такие же щели для арбалетов и узких пик, которыми пытались поразить монстров пытавшихся пролезть через двери. Слева и справа от двери обязательно стояли две пики. Если кто не успевал заскочить в дом, у него должно было быть оружие для отражения атаки, пока домочадцы придут ему на помощь.

Корабль прибыл в порт рано утром поэтому они увидели на улицах кровавые следы бурной ночной жизни. Еще одно отличие хортов от остальных людей кроме глаз заключалось в их габаритах. Если Дэро нужно было постараться подбирать себе команду из людей мощного телосложения, то хортов можно было брать любого, они все отличались отличной мускулатурой, иначе здесь не выжить. Единственный их недостаток, хорты не очень любили корабли и морские путешествия. Егерь среди них смотрелся довольно стройным человеком. Правда жилистые мышцы егеря обладали не только чудовищной силой, но и высокой скоростью. Попрощавшись с капитаном они отправились покорять новые для них земли.

Хронист Перси: Запись десятая.

Для того, чтобы покинуть портовый город им нужен был паромщик. И хотя водных преград дальше не было их с лихвой заменяли опасные территории. За стенами города начинались охотничьи угодья. Специфика их заключалась в том, что охотились там не люди, а наоборот хорты были добычей обитавших там монстров. И именно для преодоления этой немаленькой территории нужен был паромщик. Где их найти подсказал Дэро, но как он сам собирался покинуть город он держал в тайне. Транспортировка печати предполагала наивысшую секретность.

Трое идущих по улице людей не вызывали особого интереса среди хортов, здесь люди не были редки, но вот за пределы порта они практически не забирались. Пройдя пару кварталов они свернули на боковую улочку и тут же встретились с реальностью земли хортов. Из-за бочек, складированных возле стены дома, на них набросился оборотень. Егерь среагировал молниеносно и в грудь зверя воткнулись два метательных лезвия. Оборотень взревел от боли, но скорость не сбросил и, вырывая клочья земли, продолжил нестись на людей. Волкер побежал ему навстречу и в тот момент, когда челюсти зверя должны были сомкнуться на шее человека, егерь подпрыгнул. Перелетая через оборотня Волкер вогнал ему в верхнюю челюсть лезвие боевого ножа. Удерживаясь за рукоять вонзившегося в челюсть оружия егерь оказался на спине оборотня.

Оседлавший его человек причинял моральные муки зверю, а торчащий из верхней челюсти нож за который держался человек добавлял телесные. Волкер потянул на себя рукоять заставляя зверя остановиться и задрать морду. Он собирался вторым ножом перерезать монстру горло, но его опередила Селеста, мощным ударом практически отделив голову зверя от тела. Поверженный хищник разбрызгивая кровь рухнул в пыльную землю. Волкер вынул нож и спрыгнул с мертвой туши. В этот момент с двух сторон улицы к ним выбежали вооруженные хорты. В их глазах отчетливо читалось удивление, они не рассчитывали что люди смогут справиться со зверем, но факт мертвого тела был неоспоримым доказательством их ошибочного суждения.

— Я начальник стражи Рифт, а кто вы? — строго спросил вышедший вперед хорт.

— Меня зовут Перси, я хронист, — поклонился он. — А это егерь Волкер и… егерь Селеста, — указал он на своих спутников. Мы свернули сюда чтобы найти паромщика, а вместо этого на нас напал оборотень.

— Не знаю кто такой оборотень, а того, что вам случайно удалось убить называется хлыст.

— Очень интересно, очень, — произнес Перси с любопытством разглядывая монстра. — Не откроете мне тайну, почему вы его называете хлыст?

— Хлыст он и есть хлыст, — удивленно пожал плечами Рифт, ему явно не задавали таких глупых вопросов.

— Не сочтите меня назойливым, но все же почему у него такое название, — и не думал отставать Перси.

Пока Рифт соображал как ответить хронист достал блокнот и быстро набросал в нем изображение монстра. Хорт подошел к нему и взглянул на рисунок.

— А похож, — одобрил Рифт набросок Перси. — Вот только на его спине пятиметровый отросток, им он хватает добычу и подтаскивает к пасти, — ткнул хорт пальцем в то место где должен был располагаться хлыст. А этому видно ночью его отсекли, но он как-то сумел убежать и спрятаться. Правда голод заставил его выйти на охоту в то время, когда они обычно спят и переваривают ночную добычу.

— Такой? — уточнил Перси показывая рисунок после того как добавил недостающую часть монстра.

— Ага, — подтвердил Рифт. — Так как ты сказал тебя зовут?

— Перси, хронист, занимаюсь описанием хищников что убьют егери, а затем отправляю это все в орден хронистов. Теперь он есть и в ваших землях, правда нужно попасть в столицу чтобы уладить кое-какие формальности с королем.

— Ты хочешь сказать что вы сами ищите монстров? — неподдельно удивился хорт.

— Ага, — кивнул Перси.

— Я слышал много странных вещей, но такое признаюсь слышу в первый раз, — произнес Рифт. — От монстров можно только обороняться, но лезть им в пасть по собственной воле, это форменное сумасшествие.

— Такова наша работа, — пожал плечами Перси. — Многих не устраивают хищники возле их домов и они готовы за это заплатить, ну а мы, те, кто готов взяться за это.

— Не думаю что здесь вы найдете таких же сумасшедших, кто решит расстаться с деньгами только ради того, чтобы посмотреть, как вы будете пытаться завалить раненого хлыста, — не скрывая сомнения в глоссе произнес Рифт.

— Нет-нет, деньги мы берем лишь после того как мы избавимся от хищника, — пояснил хронист.

— Я всегда считал людей из-за океана странными созданиями, и очередной раз в этом убеждаюсь, — произнес начальник стражи подавая сигнал подчиненным, чтобы они убрали труп монстра с улицы.

Хорты подогнали повозку и ловко закинули туда мертвого хлыста, а ножи вынутые из груди зверя вернули Волкеру.

— В следующий раз хлыст вам может попасться не раненый и я надеюсь вы больше никогда с ним не встретитесь, а сядите на корабль и отправитесь к себе домой, — посоветовал Рифт.

— Боюсь земли хортов теперь и наш дом, — подал голос Волкер.

— Людская самоуверенность обычно приводит к вашей быстрой кончине, — пожал плечами Рифт. — Паромщика найдете в конце этой улицы, желаю удачи.

Рифт махнул рукой и бравые хорты повезли труп хлыста в только им ведомое место.

— Мы теперь берем деньги за нашу работу? — поинтересовался Волкер когда хорты скрылись за поворотом.

— Другого варианта нет, — развел руками Перси. — Раньше нам платила королевская егерская служба, но если ты заметил ситуация немного изменилась. Ты никогда не задумывался о расходах и это было правильно, твоя задача монстры, а остальное обязанность твоего хрониста. Но теперь кошелек не пополняется из казны и его придется наполнять самим. Ну, а что касается материала для твоей работы, то с монстрами как я погляжу здесь проблем не возникает.

— В таком случае пора набивать карманы золотом, — предложила Селеста.

— Да я и не против, — согласился Волкер и троица направилась в сторону указанную Рифтом в надежде нанять паромщика и переправиться на другую сторону охотничьих угодий.

В конце улицы они нашли дом паромщиков, вот только их затея переправиться на другую сторону так и останется затеей. Оказалось, что с сегодняшнего дня начался сезон охоты и ни один паромщик не сунется туда пока он не закончиться. Длительность этого сезона примерно должна закончиться через месяц. Огромное количество хлыстов собирается в этих угодьях для того чтобы продолжить свой род и поохотится вдоволь.

Торчать здесь столько времени никого не устраивало, да и денег в кошельке осталось не так много, чтобы троим отдыхать целый месяц. Выход из сложившейся ситуации пока никто не видел и Перси предложил зайти в таверну и поинтересоваться стоимостью комнат на длительный срок. Цены там оказались не самыми дешевыми их денег хватит примерно на неделю и то, если они будут снимать одну комнату на троих. Да и работы по их специальности тоже не оказалось. Во-первых, никто не верил что они могут справиться с хлыстом. Во-вторых, монстров было так много что нанимать их ради одного двух хищников не имело смысла. Да и крепкие стены отлично справляются с ночными набегами монстров, тем более что большую их часть задерживают на стенах, а в город попадают единицы которых благополучно вылавливает стража.

— Ну и какие планы? — поинтересовалась Селеста, когда им принесли заказанный Перси обед.

— Хорошо поесть, — ответил Волкер. — Будем решать задачи по мере их поступления, сейчас первоочередная задача уничтожить все на что потратился Перси.

— Прекрасный план, — улыбнулась Селеста и пододвинула к себе тарелку.

Совершенно никуда не спеша они расправились со скромным заказом хрониста и продолжили сидеть за столом хмуро глядя в пустые тарелки. Когда молчание грозило перерасти в неприличное, к ним подсел хорт с изуродованным когтями лицом.

— Я слышал вам нужно перебраться на другую сторону, — произнес он, делая большой глоток из кружки что принес с собой.

— Допустим, — ответил Волкер.

— Я могу вам помочь в этом, и вы еще сможете неплохо заработать.

— Интересно как? — спросил Перси. — Все паромщики кого мы спрашивали отказались отправляться в сезон охоты.

— Все это громко сказано, — заметил хорт и опять отпил из кружки. — Вот например я, отправляюсь сегодня вечером. Богатый клиент хорошо платит, проблема лишь в охране. В последнее время настоящие хорты перевелись, остались лишь трусы, боящиеся высунуть свои задницы из теплых домов. Вот помню раньше, были воины, так их никакой сезон охоты не останавливал. А что сейчас?

Хорт с досады махнул рукой и допил содержимое кружки.

— Мы согласны, — ответил Волкер.

— Отлично, — улыбнулся хорт. — Идите к южным воротам, там спросите где крепость паромщика Зорга, это я. Ждите меня там, а я попробую еще кого-нибудь нанять, хотя сильно в этом сомневаюсь.

Из таверны друзья вышли в приподнятом настроении. Всего несколько минут назад они были полны отчаянья, а сейчас у них есть паромщик согласившийся их перевести да еще и заплатит им за охрану. Найти южные ворота не составило особого труда, надо было лишь следовать по указателям на домах. Волкер первый раз увидел на чем передвигаются паромщики. Это было не просто несколько крытых повозок, с наружи сооружение выглядело как передвижная крепость на восьми мощных колесах. Массивные лошади были облачены в броню и покалечить их было не так-то просто. Среди передвижных крепостей только у одной были запряжены кони а рядом сидели четыре хорта. Подойдя поближе к крепости они не увидели особого восторга в глазах хортов.

— Старик совсем голову потерял если нанимает в охрану людей из-за океана, — возмутился один из хортов после того как Перси объяснил им причину их появления. — Хотя возможно он и не так глуп, выбросим их в качестве кормежки для хлыстов, а сами проскочим.

Хорты предсказуемо засмеялись удачной шутке, но вот у Селесты похоже с юмором были проблемы и она шутку не оценила.

— Интересно, как ты собираешься меня выбросить, если на ногах-то стоишь с трудом? — подойдя к хорту спросила она.

— Я сейчас покажу кто тут плохо стоит, — не скрывая угрозы в голосе, произнес хорт и протянул руку к Селесте.

Она схватила его за протянутые пальцы и вывернув их в обратную сторону заставила хорта сначала упасть на колени, а после и вовсе растянуться перед ней на животе.

— Боюсь твоя наивная попытка доказать мне что ты главный петух в этом курятнике меня не впечатлила, — прошептала она отпустив его руку.

Троих сидевших у колеса хортов бесцеремонное обращение Селесты с их товарищем не обрадовало и они не стройным рядом двинулись на нее.

— Осторожней, они могут нам пригодиться, — предупредил Волкер Селесту.

— Хорошо, — не скрывая досады в голосе ответила она.

Хорты дураками не были и за оружие решили не хвататься, как ни крути, а людей нанимали не они, а Зорг. Поэтому сошлись на решении отпустить пару оплеух по симпатичной, но наглой физиономии Селесты. Нападать толпой не решились и пока их товарищ поднимался на ноги разгоняя кровь в побывавших в захвате пальцах, на Селесту надвигалась лишь одна гора мышц. Схватить за горло человека хорту не удалось. Селеста присела и выпрямив одну ногу крутанулась вокруг своей оси подсекая ноги хорта. Рухнув плашмя на спину красноглазый хрюкнул и остался лежать. Неприятное падение выбило весь воздух из легких и он пытался хоть как-то восстановить дыхание.

Оставшиеся двое хортов переглянулись и, видимо решив что шутки кончились, двинулись на Селесту с явным намерением проучить зарвавшегося человека. Один из хортов схватил ее за куртку на плече, но Селеста и не думала вырываться. Она напротив сама ухватилась за отворот жилетки хорта и используя его руку в качестве опоры подпрыгнула и двумя ногами разбила лицо стоящему рядом хорту. Державший Селесту за куртку здоровяк с удивлением наблюдал красочный полет своего коллеги, а потом с таким же удивлением обнаружил ее ноги вокруг своей шеи. Он разгадал замысел Селесты и не собирался позволять ей используя вес тела, бросить его на спину. Хорт напряг чудовищные мышцы спины и легко удержал ее на весу. Капитан-инквизитор не любила когда ей перечат и недолго думая она кулаком ударила хорта в пах. Бугрившаяся спинная мускулатура мгновенно расслабилась и хорт был подвергнут жесткому броску.

Когда побитые хорты поднимались на ноги они увидели стоящего рядом с Селестой Зорга. Он смотрел на них и печально покачивал головой.

— Да уж, нынешнее поколение не чета старым хортам, — не скрывая досады произнес он.

— Она не обычный человек, — оправдывался хорт сплевывая кровь с разбитых губ.

— Конечно не обычная, болван ты неотесанный, — ругнулся Зорг. — Будь они обычными, взял бы я их в охрану? Я видел как они хлыста на филейные части разделали за пару мгновений.

— Ну в таком случае она бы и старых хортов разделала под орех, — заметил еще один из побитых.

— Конечно, но только одного, — возразил Зорг.

— Почему одного-то?

— Да потому, что они не были такими дураками как вы. Ты разве не заметил, как легко она заставила первого из вас извиваться перед ней на брюхе? Ну а после того, как второй растянулся в полный рост даже тупица сообразит что не стоит с ней связываться.

— Ну мы это… — потупив взор хорт пытался подобрать слова оправдания.

— Ну мы это… не тупицы, да? — не скрывая в голосе издевки передразнил его Зорг. — И поэтому как два гения полезли с ней бороться?

Побитые хорты больше не пытались возражать, поняв, что совершив одну глупость не стоит совершать следующую. Зорг строго смотрел на них ожидая очередных оправданий, но они молчали.

— Слава серебрянокрылой, вы хоть чему-то учитесь, — произнес Зорг. — Правда не на чужих ошибках, но хоть что-то.

— Свои ошибки, пользы приносят больше чем чужие, — заметил Перси закончив рисунок и продемонстрировав его Зоргу.

На рисунке было изображено как Селеста сбивает с ног хорта.

— Хорошо у тебя получилось, — одобрил Зорг творение хрониста. — Ладно, утираем слюни и готовимся к поездке, — обратился он к хортам.

Они открыли бронированные двери и принялись загружать стрелы для арбалетов. Клиент Зорга хорошо оплачивал свою безопасность и проблем с боеприпасом не было.

— А это для чего? — спросил Волкер указывая на металлический короб с маленькими дырочками по кругу, стоящий внутри передвижной крепости.

— Это место для нашего клиента, — объяснил Зорг. — К сожалению до места назначения добираются не все крепости, и если охрана гибнет то у пассажира есть возможность выжить. Внутри есть запас воды и сушеного мяса, если не пировать то на неделю может хватить. Закрывается и открывается короб изнутри, так что хлыстам до пассажира никак не добраться. Правда, если помощь не поспеет вовремя то человек умрет от голода и это не такая уж и редкость. Бывали случаи когда короб находили но человек внутри был настолько слаб что открыть замок был не в состоянии и в конечном счете погибал до того как короб доставят кузнецу в город.

— Невеселая перспектива, — заметил Волкер.

— А что делать, клиенты идут на все, чтобы остаться живыми на пару недель дольше, чем охрана крепости, — развел руками Зорг. — Как по мне так уж лучше быть разорванным когтями хлыста чем умирать от голода в собственных экскрементах. Выход до ветра, как ты сам понимаешь здесь не предусмотрен.

Волкера даже передернуло, как только он представил подобную смерть.

— Вот и я об этом, — заметив реакцию егеря, хлопнул его по плечу Зорг. — А вот и наш пассажир, — кивнул он в сторону приближающейся кареты. — Видимо что-то важное у этого человека если он так хочет попасть в Слезу.

— Красивое название у вашей столицы, — заметила подошедшая к ним Селеста.

— Название это что, вот когда вы туда попадете, гарантирую, прослезитесь от ее красоты, — с гордостью в голосе заявил Зорг. — Легенды гласят, что когда в этом мире не было ни одного хорта сюда прилетели Серебряное крыло и ее брат Чернокрыл. И она сказала что здесь будут жить люди и зваться они будут хорты, а уже от них пойдут другие племена. Затем она уронила в землю слезу и так появилась в нашем мире жизнь. А на том самом месте возвели столицу и назвали ее в честь слезы Серебряного крыла. Ее брат принял вызов и сказал, что дает ей четыре сотни лет, а затем он дарует свою силу одному из людей и породит чудовищ, которые и истребят их всех, как это уже произошло во множестве миров до этого. Серебряное крыло тоже может передавать свою силу, но, в отличие от брата, ее силой может пользоваться только достойный с ее точки зрения хорт. Чернокрыл такими рамками не стеснен и наделяет силой любого кто ее попросит. Вот уже двадцать веков идет борьба за этот мир между сестрой и братом. До последнего времени война шла с переменным успехом, но сейчас все козыри у Чернокрыла. И монстры теснят людей по всем позициям. Но когда-нибудь Серебряное крыло обязательно найдет достойного и передаст ему силу, вот тогда мы и повоюем. Ну а пока богиня ищет себе приемника защита человечества лежит на широких плечах хортов. Ответственность слишком велика, но мы справляемся.

Пока Зорг рассказывал легенду своего рода карета подъехала вплотную к передвижной крепости и из нее вышел закутанный с ног до головы в плащ человек. Он даже не бросил взгляд по сторонам, а быстро забрался внутрь.

— Ну в путь, — хлопнул Зорг по плечу егеря и направился к крепости.

Хронист Перси: Запись одиннадцатая.

Люк на передвижной крепости был открыт и вся команда разместилась на смотровой площадке. Когда городские ворота открывались выпуская крепость в охотничьи угодья, стражники на стенах бросали им в след горсти песка.

— Что они делают? — спросил Перси не отрывая взгляд от стражников.

— Они прощаются с нами, — ответил Зорг. — Нас похоронили, никто не верит в то что мы преодолеем этот путь, а уж о том чтобы вернуться обратно даже и речи не идет.

Закончив бросать в след удаляющимся смертникам песок, стражники подняли мост и заперли ворота.

— Но ведь у нас есть шанс добраться до безопасного места? — не отставал Перси.

— Конечно есть, — хлопнул его по плечу Зорг. — Иначе я бы не согласился на подобную авантюру. Начало сезона охоты еще не является приговором, хлысты только подтягиваются к этим местам. Старые хорты об этом прекрасно помнят, а вот нынешнее поколение совсем забыло. Но через пару дней это будет действительно смертельным приговором. Ты пока не переживай на этот счет, я умирать не собираюсь, так что любуйся пока на закат.

Хорты каждые пару часов менялись за управлением передвижной крепости. Запряженная четверка лошадей отличалась не только мощью и выносливостью, но и потрясающей скоростью. Кони катили крепость словно она ничего не весила. Охотничьи угодья выглядели не особо страшно, огромная равнина покрытая кое-где высокой травой и разбросанные по ней пятна густого леса. По ходу дела Зорг объяснял что именно этих лесов и стоит опасаться, в них собираются хлысты в огромные стаи и ждут появления беспечных путников. Хотя по большому счету объяснять про опасности именно этих мест было лишним. Вокруг были разбросаны какие-то непонятные кучи, но подъехав поближе стало понятно что это не природные нагромождения, а останки крепостей которым не повезло. Их количество поражало воображение, видно хлысты здесь особо не голодают. Кое-где виднелись вскрытые коробы, значит спасательный ящик оказывается не таким уж и спасительным.

— Приготовиться! — подал команду Зорг. — Приближаемся к первому участку!

Егерь используя ночное зрение следил за надвигающимся на них по правой стороне темной гущи леса. Кони чувствовали опасность исходящую от деревьев и прибавляли скорость, которая и так была немаленькой. Дорога от края леса проходила метрах в тридцати и когда кони мчались около него на бешенной скорости лес превратился в единую темную массу проносящуюся мимо крепости. Они преодолели уже добрую половину опасного участка, а хлыстов все еще не было. Наконец, когда они практически проскочили лесистую часть, далеко позади егерь увидел выскочившего на дорогу хлыста. Монстры явно прозевали добычу, а бросаться за ней в погоню смысла уже не было. На такой скорости крепость быстро разрывала дистанцию между ней и опасностью. Хлысту осталось лишь проводить ее злобным взглядом и надеяться что больше такого не повториться.

Когда крепость отъехала на достаточное расстояние чтобы не опасаться преследования, Зорг распорядился сбавить ход и дать лошадям немного отдохнуть.

— Сколько таких участков? — спросил Волкер, махнув рукой в сторону удаляющегося леса.

— Пять, и в течение ночи мы должны пройти их все, — ответил Зорг.

Волкер взял на себя обязанность смотрящего, а остальные члены команды отдыхали, за исключением хорта что управлял крепостью. Через час егерь увидел следующий заросший лесом участок. Все были на своих местах и Селеста взвела три арбалета и положила их рядом с собой. Кони опять набрали ход и стремглав помчались мимо чащи. Здесь хищники оказались более бдительными, или более голодными нежели их собратья в прошлом лесу. Как только крепость промчалась первые двадцать метров под сенью леса позади на дорогу выскочило пятеро хлыстов и с рыком бросились в погоню.

— Защищайте коней! — крикнул Зорг вкладывая стрелу в арбалет. — Потеряем их, погибнем все!

Волкер взял арбалет и внимательно следил за мелькавшими с права деревьями. В отличие от первого участка здесь дорога шла по самому краю леса и егерь видел мелькающие тени хлыстов, бегущих с той же скоростью что и крепость. Наконец один из хлыстов решился на атаку, подгадав момент он прыгнул со ствола дерева на коней. Волкер оказался быстрее и арбалетный болт вошел в висок зубастого монстра. Получив порцию стали в голову хлыста отбросило обратно и он на полной скорости врезался в ствол дерева. Сосна содрогнулась от мощного удара но устояло, а тело хлыста с переломанными костями рухнуло к его основанию.

Смерть одного члена стаи разуметься не остановило остальных, на это даже никто не обратил внимания. Пятерка хлыстов бежавшая позади наконец сократила дистанцию до возможности нападения. Селеста просчитала этот вариант и быстро меняя арбалеты лишила троих преследователей жизни. Мертвые хлысты закувыркались подняв облако пыли из которого выскочил монстр и вонзил когти в борт крепости. Из его спины выскочил отросток и обвился вокруг ноги Зорга, на этом охота зверя закончилась.

Егерь отсек ножом отросток, а Селеста вогнала лезвие меча под нижнюю челюсть монстра. Последний из задних преследователей ошибся с расстоянием и промахнулся, но успел выстрелить хлыст и уцепиться за край крепости. Селеста одним ударом отсекла склизкий отросток и с дорожными преследователями было покончено. Вот только основная стая двигалась по стволам деревьев и отказываться от добычи они явно не собирались.

Попытка еще двух особей лишить их лошадей наткнулась на железный отказ арбалетов егеря и Зорга. Мертвые тела так же как и первый хлыст сотрясли стволы деревьев и превратились в свежий корм для собратьев. Последнюю попытку остановить мчащуюся крепость хищники предприняли гораздо большими силами нежели ранее.

Десяток теней отделились от стволов и сверкая клыками в лунном свете вцепились в крепость. Еще двоим кому досталось задание добраться до коней закувыркались поднимая дорожную пыль, а вот с остальными, облепившими крепость подобно слепням бедную скотину на водопое, пришлось разбираться в ближнем бою.

Оборотень с хлыстом на спине довольно неприятное усовершенствование. Хотя на оборотня они были похожи только внешне в остальном ничего общего. Луна на них никак не действовала и они так выглядели всегда, одним словом, стандартная, зубастая тварь желающая отведать человеченки. Неприятные для человека усовершенствования у монстров встречаются довольно часто и егерь должен быстро к ним адаптироваться иначе его карьера и жизнь быстро рухнут к надгробной плите. Волкер оказался хорошим учеником как преподавателей так и жизни.

Сжимая в руках ножи он молниеносно отсекал тянущиеся к нему отростки, а затем в дело вступали меч и топор Селесты с Зоргом. Хорты находящиеся внутри крепости тоже не сидели сложа руки и методично увеличивали вес хлыстам путем добавление в их тела железа. Последний оставшийся в живых хлыст выстрелил отростком в Волкера но промахнулся и угодил в борт крепости. Егерь ударом ножа пригвоздил склизкую часть к дереву, а подоспевшая Селеста отсекла монстру голову. В этот момент лес закончился и крепость вырвалась на свободные просторы полей. Несколько хлыстов выскочило из леса и Селеста вскинула арбалет.

— Не стоит, побереги стрелы, — произнес Зорг, кладя руку поверх арбалета. — Они не будут преследовать нас, у них теперь есть чем перекусить.

Коням вновь дали возможность отдохнуть перейдя на более медленный ход, а сами занялись очищением смотровой площадки от отрезанных голов и отсеченных отростков. Селеста очистив лезвие меча убрала его в ножны и попыталась заснуть. Сон самое лучшее средство от усталости, только он способен быстро восстанавливать потраченные силы. Волкер сел с ней рядом но спать не думал, он не устал и продолжал наблюдать за местностью несмотря на убеждения Зорга что здесь опасаться нечего. Возможно это и так, но егерь не изменял своим привычкам и поэтому был все еще жив.

До следующего участка по мнению Зорга было около двух часов, можно было конечно добраться и раньше, но он не хотел загонять лошадей. Именно в них заключалось, будут они жить или нет, и отношение к ним было соответствующее.

— Как думаешь, долго еще кони будут держать такой темп? — шепнула Селеста открыв глаза.

— Зорг в них уверен и я не вижу смысла сомневаться в его словах, — пожал плечами Волкер.

— Так-то оно так, но все же они живые существа и рано или поздно они обязательно сдадут.

— Будем надеяться что этого не произойдет, спи силы нам еще понадобятся.

Третий и четвертый участок им удалось пролететь не вступая в бой, а вот к пятому лошади начали сдавать. Несмотря на все ухищрения скорость заметно упала и надеяться что в последнем лесу им удастся избежать стычки уже не приходилось. По сравнению с тем что было раньше сейчас лошади просто плелись. С другой стороны солнце уже поднялось над горизонтом и видеть стало намного лучше. И это касалось не только людей, хлысты тоже получили возможность разглядеть крепость намного раньше. К тому моменту, когда лошади втащили крепость под деревья, их уже поджидала стая.

Те из них, кто решил перегородить коням дорогу полегли под ударами арбалетных болтов, остальные решили атаковать прикрываясь толстыми стволами деревьев. С той скоростью что передвигались кони хлыстам не составляло особого труда нагонять и обгонять крепость. Где-то на середине пути стая решила всей своей мощью остановить крепость Зорга. Мохнатая лавина вырвалась из леса и набросилась на небольшую горстку людей. Селеста орудовала мечом с поразительной скоростью отсекая конечности монстрам лезущим на площадку. Волкер оберегал ее и заодно отражал опасность грозящую Зоргу. Хорты сидящие внутри крепости посылали стрелу за стрелой в хищников пытавшихся загрызть лошадей. Бедные животины с налитыми кровью глазами, надрывая жилы пытались набрать прежнюю скорость. Страх за собственную жизнь придал им сил и крепость постепенно начала набирать прежний ход. Но в планы хлыстов это совершенно не вписывалось и они с еще большим рвением пытались перекусить лошадям вены.

Селеста начала сдавать, ее удары уже не отличались той скоростью что ранее и Волкеру пришлось схватить ее и затолкать внутрь крепости. Ее место сразу же занял хорт поднявшийся наверх, но он не успел ничего предпринять. Вокруг его горла обвился отросток хлыста и могучее тело хорта вылетело из крепости за борт, утонув в черной массе хлыстов. Затем последовала очередь Зорга, его сбили с ног и собрались лишить жизни.

Зубастая пасть нависла над горлом хорта, но нож егеря пробил темя монстра и тут же покинув его вспорол горло следующему хищнику. Зорг согнул ноги и отбросил мертвое тело навалившегося на него хлыста. На большее у него уже сил не осталось и он решил попрощаться с жизнью. Единственным, кто отражал нападение был егерь, но и он продержался недолго. Наметанный глаз Зорга уже отметил первые ласточки усталости в движениях егеря. Хотя он еще продолжал перерезать сухожилия и вены хлыстам, но его уже несколько раз доставали когти хищников. Одежда на егере быстро пропитывалась его собственной кровью. Наконец мощный удар лапы в грудь егеря сбил его на спину и на него бросились сразу три монстра.

У Зорга не осталось сил и он ничем не мог помочь егерю, он закрыл глаза, чтобы не видеть смерть отличного воина. Зорг слышал как клацали зубы хлыстов, но помимо этого он слышал рассекающий воздух свист лезвий. Хорт ждал когда же в него вцепятся зубы, но время шло, а никто его кусать так и не собрался и свист ножей все так же не прекращался. Зорг слышал что перед смертью время замедляется, но не до такой же степени. Он открыл глаза и увидел что егерь совершенно не собирался умирать, а наоборот уступал это место хлыстам. Но когда Зорг заметил горящие глаза егеря он понял что умер. Серебряное крыло прислала за ним хранителя духа чтобы он защитил его душу от темных сил и позволил ей подняться в ее обитель. Старый воин закрыл глаза и его лицо озарила улыбка облегчения.

Волкер уставал и удар лапой в грудь он не смог отразить. Тело пронзила страшная боль от сломанных ребер, а удар спиной о деревянный пол смотровой площадки выбил весь воздух из легких. Трое хищников обнажив клыки бросились на него. Вот и все, промелькнуло у него в голове, окончен бал погасли свечи. Но неожиданно клыкастая смерть начала двигаться слишком медленно, а он перестал чувствовать боль от сломанных ребер. Тело вдруг наполнилось неимоверной силой, как в тот раз когда он бился с монахом в храме. Волкер уже догадался что в нем проснулась сила Серебряного крыла и тратить время на то чтобы валяться дальше на спине он не собирался.

Вскочив на ноги он молниеносными ударами лишил жизни трех хлыстов и принялся за остальных хищников. Хлысты двигались слишком медленно и егерь без особого труда расправлялся с лезущими к нему монстрами. Сейчас он работал как на тренировке, только вместо деревянных ножей и манекенов у него в руках было настоящее оружие. Неожиданно Волкеру показалось что он и вправду находиться на сдаче выпускного экзамена и задачи экзаменаторов надо выполнять наиболее эффективно. Но тем ни менее каждое движение должно быть осмысленно.

— Когтистая лапа в голову, — произнес экзаменатор.

Претендент должен поднырнуть под нее одновременно перерезая локтевые сухожилия, а оказавшись за спиной монстра претендент заканчивает атаку ударом ножа в затылок.

— Клыки чудовища готовы сомкнуться на горле претендента.

Удар ножом под нижнюю челюсть, а вторым в паховую область и резко присев перебросить хищника через себя.

— Атака нескольких хищников в прыжке с большого расстояния.

Претендент убирает боевые ножи и использует метательные, цель — жизненно важные органы. В идеале хищники должны умереть еще в воздухе чтобы не тратить на них время.

— Атака хищника в голову сзади.

Нужно немного присесть и сместиться в сторону одновременно с этим лезвие вонзается под ребра монстра и, оказавшись за спиной чудовища, претендент заканчивает атаку ударом ножа в основание черепа.

Волкер сдал выпускной экзамен и опять на отлично, манекены закончились и он убрал ножи в ножны. Подняв взор на мастера он увидел как его заволокла дымка. Вместо манекенов вокруг него лежали мертвые хищники, а он стоял посередине смотровой площадки передвижной крепости, а в углу сидел улыбающийся Зорг.

Глаза хорта были закрыты но он не был мертв, грудь медленно вздымалась и опускалась, он дышал и похоже был счастлив. Волкер подумал что хорт как и он находился в плену своих грез. Справа от него открылся люк и показалось взволнованное лицо Селесты. Волкер улыбнулся и на него опять навалилась страшная усталость.

В себя он пришел от мерного покачивания спокойно едущей крепости и оттого, что кто-то его гладил по голове. Открыв глаза он увидел Селесту, она сидела на полу а его голова покоилась на ее коленях.

— И долго я валялся как бесчувственное бревно? — спросил Волкер ощутив страшную сухость в горле.

— Минут десять, — ответила она не переставая гладить его по волосам. — В сравнении с прошлым разом это уже большой прогресс.

— Да уж, — прошептал Волкер. — Есть что-нибудь попить?

— Конечно! — раздался рядом восторженный голос Перси. — Правда холодное, костер-то здесь не развести, — извинился он протягивая кружку Волкеру.

— Спасибо Перси, но мне уже как-то полегчало и не стоило тратить редкое и дорогое средство, — возразил егерь отодвигая от себя подальше средство хрониста.

— Да брось, ты спас нам жизни и это самое малое что я могу для тебя сделать, — и не думал отступать он опять пытаясь всучить целебное зелье, но егерь тоже не отступал и противился такой благодарности. — Ну что тебе сказать, зелье действительно дорогое и тебе придется его выпить, — строго произнес хронист, передав кружку Селесте.

— Милый, ты не представляешь что люди делали когда им ломали пальцы, — произнесла Селеста даря егерю божественную улыбку и вкладывая ему в ладони чудо-напиток.

— Вот когда меня ласково просят, я готов выпить что угодно, — едва сдерживая слезы произнес Волкер, зажмурившись и залпом осушая кружку.

Закрытые глаза не помогли, слезы все равно брызнули из-под век а в горло словно залили расплавленный свинец.

— Чувствуешь как по телу расплывается легкость? — преданно глядя в глаза Волкеру, спросил Перси. — Не буду тебя больше беспокоить, отдыхай, — не стал он ждать ответа и спустился в люк.

Егерь с трудом мог дышать не то что говорить, он лишь закивал когда Перси скрывался в люке. Селеста прижала голову Волкера к груди, лекарство начало действовать и егерь отключился.

Хронист Перси: Запись двенадцатая.

Волкер открыл глаза и увидел перед собой Зорга.

— Ты тот кого выбрала Серебряное крыло, — произнес он. — Я видел тебя и мне показалось что я умер, но это было наяву. Ты не представляешь что это значит для меня и для хортов. Она нас не забыла и теперь мы потесним порождения ее братца.

— Послушай, давай мы пока не будем об этом распространяться, — попросил Волкер. — Я всего лишь простой егерь, слежу за хищниками и периодически их прореживаю, не более того. Спасать мир и бороться со вселенским злом, это не ко мне, это к великим героям, они по этой части, но не я.

— Хорошо я на время сохраню твою тайну, — пообещал Зорг. — Но знай что слух о тебе все равно будет распространяться в наших землях, как бы ты не пытался его сохранить.

— Слухи это всего лишь слухи, мало ли кто чего говорит, — отмахнулся Волкер.

— Как скажешь, но в любом случае я благодарен тебе за спасение и оплачу твои услуги как договаривались.

Когда они благополучно добрались до заставы, Зорг расплатился с ними и набрав себе еще команду отправился немного правее столицы. Клиенту который его нанял нужно было попасть в соседний город, а до столицы здесь было уже рукой подать, да и в сравнении с охотничьими землями здесь было практически безопасно.

— Ну что теперь будем делать? — спросил Перси, когда передвижная крепость Зорга отправилась дальше оставив их в городе.

— Ты же у нас вроде как хронист значит и самый знающий, поэтому это у тебя нужно спросить, что мы будем делать дальше? — ответила Селеста.

— Ну в таком случае я предлагаю приобрести лошадей, деньги у нас есть а добираться до столицы пешком не очень хочется.

— Перси, с тобой как всегда не поспоришь, — хлопнул его по плечу Волкер. — Веди нас на рынок, но перед этим я бы немного поел. Помимо зверской силы что снабдила меня Серебряное крыло, я получил в нагрузку и зверский аппетит.

На здравое предложение Волкера все отреагировали крайне позитивно и приступили к опросу населения на предмет качественной таверны. Для них это оказалось весьма хорошим стечением обстоятельств и первый же хорт посоветовал им весьма приличное заведение. Несмотря на то, что это приграничный город здесь все казалось как-то менее опасно чем в порту. Дома не были похожи на мини-крепости хотя этот город от порта отделял лишь день пути. Окна в домах были обычными, а не бойницами для отражения неприятеля.

Идя вместе с толпой, бредущей к центру города, они вышли к рынку. У самого входа в него и расположилась таверна, которую им посоветовали. Хорты, нет-нет, да поглядывали на них, некрасноглазые люди встречались здесь довольно редко. Зайдя в таверну их ожидал небольшой сюрприз. Хозяином заведения оказался не хорт, а седовласый человек из Горлэнда. Пока Волкер с Селестой занимали свободный столик, Перси отправился поболтать и заодно заказать что-нибудь из меню.

Заведение было полупустым, все кто хотел поесть сделали это раньше, а те кто не успел, зайдут сюда позже. Ярмарка открылась и никто не собирался упускать товар. Несколько хортов обосновались в углу и периодически поглядывали на Селесту. Вскоре появился Перси, он разузнал у хозяина таверны, что хороших коней приведут немного позже. Так что у них достаточно времени для спокойной трапезы.

— Он уже здесь как двадцать лет хозяйничает, — сказал Перси усаживаясь за стол своих друзей. — Она досталась ему по наследству от хорта, которого он спас, да так и остался здесь.

Посетителей в таверне было мало и хозяин решил присоединиться к соплеменникам и немного поболтать. Болтал в основном он, егерь с Селестой ели и молча слушали владельца заведения. По большей части они сводились на сетование на жизнь, раньше и монстров было меньше и денег постояльцы платили больше. Подобные рассуждения можно было услышать в любых землях и неважно кто их населял. Жалующихся на собственную жизнь везде хватает. Похоже хозяин забегаловки нашел благодарных слушателей и принялся изливать на них свои проблемы.

— Спасибо за информацию, но нам уже пора, — встал из-за стола Волкер.

Егерь оборвал потоки проблем осознанно, чтобы не вступать в конфликт. Инквизиция не то место где учат хорошим манерам, и он видел как Селеста с трудом сдерживается чтобы не съездить по физиономии трактирщика после очередной жалобы на жизнь.

Рынок как и везде жил собственной жизнью. Кто-то продавал, кто-то покупал, и никого не интересовало какие у тебя проблемы, единственное что имело здесь интерес это деньги. Об остальном никто ничего слышать не хотел. Проходя мимо рядов со всевозможными нужными для кого-то вещами, они наконец добрались до того места где шла торговля лошадьми. Загон для коней находился несколько в стороне от основного рынка иначе запах конского навоза будет плохо влиять на торговлю другими товарами.

За выбор четвероногих друзей активно взялась Селеста, она довольно быстро отобрала нужные экземпляры указав на них Перси. Он оказался не в таком большом восторге от выбора Селесты. Деньги-то у них имелись но это совершенно не означает что нужно приобретать самых лучших скакунов и остаться без штанов. Селеста подумав согласилась с доводами хрониста и нашла подходящую тройку лошадей, не слишком хороших, но и не самых плохих. Инквизиция никогда не покупала коней, она просто изымала лучших для своих нужд. И теперь Селесте нужно было делать небольшую поправку на новые обстоятельства.

Перси договорился о сумме, не без легкой торговли конечно, но тем ни менее они стали счастливыми обладателями четвероногих друзей. До столицы конному добираться примерно три дня и они решили не тратить время на отдых и отправились в путь немедленно. После ночной битвы у них на сон было примерно четыре часа, да и что ни говори о вкусе настоек Перси, но на ноги они ставили отменно.

Трактирщик им напоследок рассказал что по пути в столицу им попадутся несколько деревень, там можно будет спокойно переночевать. Монстров здесь не так уж и много, вооруженные отряды регулярно их отпугивают. Чудовища они ведь тоже не дураки, зачем им грызть крепкие доспехи, можно ведь и зубы поломать. Поэтому они ищут тех кто победнее да и попроще одет. А таких хортов в избытке вдали от главных дорог королевства. С короткими перерывами они скакали остаток дня пока не добрались до первого места, обещающего хорошую еду и спокойный сон. Скотинки порядком подустали и требовали немедленного отдыха. Волкер с грустью вспоминал коней, которыми владел Зорг, а на Селесту вообще было больно смотреть когда ее взор падал на то, что они приобрели. В любом случае это лучшее на что был способен кошелек хрониста. Так что все свои негативные мысли они держали при себе, хотя их лица просто кричали об этом.

Свернув с основного тракта они подъехали к селу, в котором рассчитывали провести ночь. Сняв две комнаты они заказали ужин прямо туда, исключив тем самым ненужное общение и подозрительные взгляды. Со временем они скорее всего привыкнут что на них взирают с любопытством, как на диковинку, но пока они старались избегать излишнего внимания к их персонам.

— Я не хотела говорить раньше, но кажется я знаю кого мы перевозили в крепости Зорга, — произнесла Селеста, когда помощник трактирщика оставил поднос с едой и вышел за дверь.

— И кого? — без особого интереса спросил Волкер отрезая кусок мяса и перекладывая его себе в тарелку.

— Инквизитора, — спокойно произнесла Селеста, приступая к ужину.

Волкер замер с наколотым куском мяса на ноже.

— Инквизитора? — переспросил он.

Селеста кивнула и продолжила трапезу словно ничего необычного не произошло.

— Откуда ты знаешь, он ведь был закутан в плащ по уши?

— Обувь, — намекнула она, продолжая наслаждаться ужином.

— Обувь? И что с ней не так?

— С ней-то все так, а вот след она оставляет своеобразный. Мой каблук оставляет точно такой же отпечаток. У инквизиторов набойки в виде крестиков, считается, что там где ступила нога инквизитора земля очищается от скверны. Не думаю, что мы перевозили воришку стащившего сапоги у спящего представителя церкви. А это означает что это был инквизитор и надеюсь что он прибыл не по нашу душу.

— Я тоже, — согласился Волкер и наконец отправил в рот остывший на ноже кусок мяса.

— Она права, — в свою очередь добавил Перси. — Инквизиция не знает что мы направились именно сюда. Мы вполне могли выбрать и другую сторону и не пересекать океан.

— Так-то оно так, но спокойней мне от этого не стало, — задумчиво пережевывая мясо произнес Волкер. — Не думал что инквизиторы запустят свои щупальца и сюда.

— Через пару дней мы доберемся до столицы и получим официальное разрешение и тогда инквизиция будет нам не страшна, — попытался успокоить его Перси. — Да и знай он о наших планах, то, скорее всего, он бы отправился в столицу к королю, чтобы обвинить нас и потребовать нашей выдачи инквизиции. Насколько я знаю Кресса то он именно так бы и поступил, ну в крайнем случае дал бы такое распоряжение своему представителю.

Неожиданно в таверне раздались громкие голоса и началась сумасшедшая беготня. Ужин мгновенно был отставлен в сторону и Волкер тихо подойдя к двери осторожно приоткрыл ее, сквозь небольшую щель он пытался определить что же происходит внизу. Это оказалось не нападением монстров, а просто в таверне решил остановиться весьма знатный вельможа. По наличию огромной охраны и по тому как подобострастно раздавал поклоны всем подряд трактирщик, вельможа занимал весьма высокий пост. Убедившись что опасности нет, Волкер запер дверь и они вернулись к прерванной трапезе. Долго засиживаться они не стали, покончив с содержимым стола устроились на ночлег. Волкер с Селестой остались в одной комнате, а Перси был отправлен в другую.

Рано утром когда все постояльцы еще спали, они спустились в зал и сонный трактирщик приготовил им большую порцию яичницы с беконом. В их планы на утро входил быстрый завтрак и скорое отбытие из села. Но как назло вельможа тоже рассчитывал на раннее вставание. И только троица приступила к завтраку как появилась охрана вельможи. Телохранители государственного мужа как им и положено не особо заботясь о такте освобождали нужный для их господина стол. Разумеется самым удобным оказался стол занятый егерем.

Подошедший к ним хорт смахнул блюдо с яичницей на пол, а чтобы его господин ненароком не вляпался в нее он пнул тарелку в дальний угол заведения. Таким же образом он собирался поступить и с сидящими за столом людьми. Схватив Волкера за шкирку хорт ткнулся лицом в стол и тихо сполз на пол. Перси исчез как только началось мордобитие, егерь знал что он сейчас сидит где-нибудь в стороне и пачкает бумагу рисунками их неудачного завтрака.

Стражники вельможи не сразу заметили исчезновение товарища и только через некоторое время они увидели его лежащим под столом. Быстро сложив в головах дважды два они пришли к общему знаменателю в образе двух не местных.

— Только никого не убивай, — шепнул Волкер Селесте, когда на них надвигалась лавина бугрившихся мышц.

— Когда я была инквизитором, у меня не было столько ограничений, — огрызнулась она, отражая выпад хорта.

Неудачная попытка хорта поразить Селесту клинком, закончилась ответным ударом в пах, а затем и коленом в голову. Отлетев назад потерявший сознание хорт устроил небольшой затор в стане товарищей. Волкер пока решил не использовать ножи и обходился тем, что наносил легкие травмы гвардейцам. Ускользая от острых мечей хортов он бил им по суставам постепенно выводя их из строя, и через некоторое время на ногах остались лишь егерь и Селеста.

Триумф победители праздновали недолго, на шум битвы с улицы прибежал еще десяток вооруженных до зубов хортов, а на лестнице натягивали луки трое лучников. Волкер раздвинул полы плаща и три тетивы лопнули, перебитые метательными лезвиями. Разобравшись с лучниками он повернулся к подоспевшей дружине. Хорты на мгновение замерли. После такой демонстрации никто не сомневался, что худощавый человек, прибывший из-за океана, сможет поразить их шеи, которые явно превосходили по толщине тетиву. Появившийся на лестнице вельможа одним только своим видом придал смелости хортам и они двинулись на двоих людей, каким-то чудом сумевших уложить столько хортов.

— Остановитесь! — приказал своим воинам вельможа, слегка приподняв руку.

Хорты замерли в ожидании дальнейших указаний, а вельможа спокойно спустился по лестнице и подошел к егерю и Селесте.

— Откуда у тебя это? — показал он на медальон выскочивший из-под одежды на груди Волкера.

— Дал капитан корабля на котором мы прибыли, — ответил егерь.

— Имя у этого капитана случайно не Дэро?

— Да, он так назвался, — подтвердил Волкер.

— А кроме медальона он больше ничего не передавал? — не отставал вельможа.

— Только сопроводительное письмо, — пожал плечами Волкер. — Он просил показать его в столице, если возникнут какие-либо проблемы с посещением королевского дворца.

— Не позволите мне на него взглянуть? Я являюсь советником его величества.

Вельможа показал перстень с изображением дракона сидящего на свитке.

— Я в этих местах недавно, и ваш перстень мне ни о чем не говорит, — отказался показывать письмо егерь.

— Позвольте мне взглянуть, — раздалось из-за спин хортов и на свет вышел Перси. — Я член ордена хронистов и в некотором роде разбираюсь в геральдике и местных обычаях.

— А ты случаем не хронист Перси?

— Он самый, ваша светлость, — поклонился хронист заодно бросая взгляд на перстень. — Да это перстень советника, — подтвердил он, принимая вертикальное положение.

Волкер убрал выскочивший медальон под одежду и достав письмо передал его советнику. Последний внимательно изучал послание Дэро, и чем больше он читал тем выше поднимались у него брови.

— Король как можно быстрей должен об этом узнать, — произнес он возвращая письмо Волкеру. — Я советник его величества, Торл. Приглашаю вас присоединиться ко мне и проследовать в столицу нашего королевства.

— Сочтем за честь сопровождать вас, — ответил за всех Перси и еще раз поклонился.

Охрана советника поняв что стоящие перед ними люди больше не являются врагами, быстро помогла подняться на ноги побитым соратникам. Не все из них могли передвигаться самостоятельно и Перси вызвался быстро поставить их на ноги. Пока хозяин таверны готовил завтрак для советника и новых его гостей, Перси смазывал раны и ушибы пострадавшим.

Из разговора с советником Волкер выяснил, что король весьма заинтересован в открытии здесь ордена хронистов и Торл очень рад их встречи. Задерживаться за завтраком не стали и все вместе где-то через час покинули таверну. Путешествие в свите советника оказалось весьма комфортным занятием, а главное патрули, что периодически встречались на дороге, даже и не пытались их останавливать. Им достаточно было увидеть герб на карете чтобы, отдав честь, скакать по своим делам дальше. В таком сопровождении до столицы они добрались гораздо раньше, чем предполагали ранее.

Зорг оказался прав, столица действительно поражала воображение своей красотой. Над ее ликом трудилось наверное безумное количество талантливых скульпторов и художников. Чего только стоили входные ворота в город, изображенные на них драконы были словно живые и готовые вот-вот взмахнуть крыльями и взлететь.

Карета советника без лишних промедлений проследовала прямо к королевскому дворцу. Волкер, хронист и Селеста разинув рты крутили головами, разглядывая дома в городе. Каждый из них был украшен статуей потрясающей красоты. Ничего подобного Волкер в своей жизни не видел, и нигде не было видно оборванцев, неотъемлемой части любого без исключения города. Хотя они здесь были, только наверное подальше от центра города. Изображение Серебряного крыла располагалось практически повсюду, и вопрос какая религия здесь преобладает, отпадал сам собой.

Прибыв во дворец советник провел их в главный зал и попросил ждать аудиенции. Оказывается короля не было в столице, он отлучался по государственным делам и прибыл обратно буквально через двадцать минут после их приезда. Его величества ожидали недолго, и он появился в сопровождении человека, закутанного в плащ. Когда король занял трон сопровождавший его человек снял плащ и Волкер увидел кресты с молниями на петлицах. Выходит, в отличие от них, апостол знал где будет находиться король и не поехал как они в столицу, а направился сразу к нему. Ничего хорошего от встречи короля с апостолом Волкер не ждал. Кажется руки инквизиции все же дотянулись до них через океан.

Хронист Перси: Запись тринадцатая.

— Зачем ты привел ко мне преступников? — обратился король к советнику. — Рядом со мной стоит посланник совета двенадцати и эти двое обвиняются в убийстве высокопоставленных членов инквизиции. Хотя у нас и разные взгляды на появление человека, но убийство есть убийство и если инквизитор прибыл в мое королевство значит они совершили действительно страшное преступление.

— Возможно ваше величество вам рассказали правду об убийстве нескольких важных инквизиторов, — произнес советник. — Но позвольте предоставить вам доказательство того, что он имеет полное право находиться в землях хортов. И это право он получил от самой высшей власти.

— Советник, ты кажется совсем ополоумел, — возмутился король. — Кто может быть выше моей власти? А я ему покровительства не давал.

— Пожалуйста, мой король, прочтите письмо от человека, которому вы доверяете.

Советник повернулся к Волкеру и тот передал ему письмо от Дэро, а тот в свою очередь протянул его королю и принялся ждать вердикта. Прочитав письмо от Дэро, король о чем-то сильно задумался. Минут пятнадцать он сидел не проронив ни слова. В помещении наступила гробовая тишина нарушаемая лишь шелестом письма что вертел в руках король. Наконец он развернул листок и еще раз прочитал содержимое письма.

— Мой брат в последнее время несколько увлекся религией, — произнес король. — Я не ставлю под сомнение его веру, но в то что он пишет, поверить довольно сложно. Доказательство инквизиторов более весомые.

Король сложил письмо брата и внимательно посмотрел на Волкера и Селесту. Хорты телохранители, как бы невзначай положили руки на мечи готовые в любой момент арестовать чужаков, непонятно каким образом получивших протекцию брата короля.

— Хорошо, пусть докажет что он имеет право здесь находиться, — вынес вердикт король. Если ему это удастся то они оба получат полное оправдание и мою личную защиту от инквизиторов.

Жестом он остановил попытку апостола возразить ему.

— Не волнуйтесь, сомневаюсь что он сможет доказать то, что пишет мне брат, думаю его смерть вас вполне устроит, — взглянул король на апостола.

— Без сомнения, ваше величество, — слегка склонил голову инквизитор.

— Ну и отлично, но если это окажется правдой, то он получит полное мое покровительство, — подвел итог король. — Ведите его на арену, там мы и получим ответ.

Король встал с трона и покинул зал вместе с апостолом и телохранителями.

— Теперь все зависит от тебя, — произнес советник, кладя руку на плечо Волкера. — Иди за мной.

По дроге он рассказал что из себя представляет арена и почему король отправил его туда. Как не трудно было догадаться король хотел удостоверится, что Серебряное крыло выбрала достойного человека и передала ему силу. Но, чтобы это мог увидеть король, Волкеру нужно будет находиться на грани жизни и смерти, только в этом случае сила Серебряного крыла будет ему доступна. И по мнению короля лучшего средства чем арена просто не придумать.

— А можно узнать об арене более подробней, хочется ведь как-то морально подготовиться к тому что придется пройти Волкеру? — поинтересовался Перси.

— Если он владеет силой, то ему по большому счету волноваться не о чем, — ответил советник.

Когда они подошли к воротам ведущим из зала приемов двое стражников открыли перед ними створки, и когда Волкер прошел они пошли за ним следом. У егеря никто не собирался забирать оружие ведь он шел на арену.

— Дело в том, — продолжил объяснять советник. — Что арена это место казни преступников и тех, кто помешался разумом и заявляет что у него сила Серебряного крыла. Смертники выбирают оружие которое пожелают и пытаются выжить. После того как смертник вступает на арену туда выпускают монстров, проклятие наших земель. Если он выживет, то его отпускают и снимают все обвинения. Но со времени построения арены никому еще не удавалось покинуть ее живым. Мне очень жаль, но кажется инквизиция более расторопна, чем я ожидал. Я видел как вы бьетесь и у тебя наверное больше всех шансов продержаться дольше остальных, но для короля этого будет мало. Брат короля действительно верит во все эти легенды про Серебряное крыло, но она слишком долго не давала о себе знать и теперь она действительно осталась лишь легендой, которой поклоняются обычные хорты. Надеюсь ты заберешь как можно больше тварей прежде чем они тебя обглодают. Дальше тебе предстоит идти одному, Селеста будет наблюдать за тобой с высоты арены, вместе с нами подле короля.

Селеста подошла к Волкеру и крепко обняв прошептала ему на ухо: — Постарайся не умереть, не хочу чувствовать себя глупо. В конечном счете я спасла тебя не для того чтобы ты вскоре отправился а тот свет.

— Хорошо, я попытаюсь не умереть, — пообещал Волкер и шагнул в открытые ворота.

Земляной пол арены был присыпан песком. Егерь шел по нему внимательно осматривая территорию, хотя здесь нечего было разглядывать. Шестиметровые стены окружавшие место битвы не позволяли монстрам добраться до зрителей, но на всякий случай по периметру располагались арбалетчики. Они должны внимательно следить чтобы какому-нибудь из чудовищ не удалось добраться до края стен. Мест для зрителей оказалось не так много как ожидал Волкер от подобного рода сооружений. По большому счету зрителей здесь было не много, король с гостями да несколько десятков арбалетчиков по периметру.

Кроме ворот через которые вышел егерь на арену вели еще одни, расположенные на противоположной стороне. Затягивать с началом проверки не стали и как только Волкер дошел до середины арены, с противоположной стороны зазвенели цепи и распахнувшиеся створки выпустили на него два десятка суррогатов.

Волкер раздвинул полы плаща и встряхнув кисти рук сосредоточился на монстрах, попутно разгоняя кровь в жилах. Суррогаты до этого времени двигавшиеся очень быстро замедлились, но на самом деле это егерь поднял свою скорость. Увидев единственную жертву да и то не особо упитанную суррогаты затеяли небольшую стычку между собой. В перебранку ввязалось несколько особей, но основная масса двигалась не меняя курса на одиноко стоящего человека. Два лезвия покинули жилет и застряли в головах суррогатов. Их тела закувыркались поднимая тучу песка. Сумятицы в рядах сородичей упавшие члены стаи не произвели, их легко обошли стороной или просто перепрыгнули, ничто больше не останавливало монстров от долгожданного обеда.

Волкер сместился немного в сторону от вожака стаи и проскочил между двух суррогатов, им не удалось зацепить его когтями зато он распорол им бока. Следующий получил удар ножом под нижнюю челюсть, мозг чудовища был пробит, но тело еще продолжало стоять. И когда оно упало вокруг него уже истекали кровью десяток суррогатов. Наконец пятерка монстров затеявшая свару в самом начале из-за того кому первому вонзить клыки в человека, заметила, что вся еда досталась только им они бросилась на Волкера. Четверо присоединились к собратьям захлебываясь кровью, а пятый получил удар ногой в живот. Упав на спину монстр быстро вскочил на четыре лапы и злобно взглянул на егеря, но взгляд его тут же погас. В глазу суррогата торчала рукоять метательного ножа егеря, чудовище хрюкнуло и ткнулось мордой в песок.

Егерь знал что это всего лишь разминка перед основным действием и не теряя времени даром вернул себе метательные ножи. Волкер смотрел на запертые ворота из которых выпустили на него суррогатов и ждал следующую партию зубастых бестий. Но створки продолжали быть запертыми и никто не пытался их выломать изнутри, чтобы добраться до мягкой человечины. В поисках ответа Волкер взглянул наверх там где сидел король и встретил не менее удивленный взгляд его величества. Похоже никто не рассчитывал на такую быструю расправу с монстрами, точнее расправа была ожидаема, но только с другой стороны. Как оказалось страшные хищники не такие уж и опасные. Егерь рассчитывал, что это всего лишь начало, а оказалось что это и было главным блюдом. И теперь поварам приходиться в срочном порядке спускаться за новыми припасами. Гость оказался на редкость прожорливым субъектом.

Волкер подождав еще некоторое время нашел место не забрызганное кровью суррогатов и сел в ожидании когда ему предоставят новый материал для работы. Работники кухни оказались весьма проворными ребятами и на гостя выпустили толпу хлыстов. Егерь поднялся на ноги и прежде чем взяться за оружие стряхнул полы плаща от прилипшего песка.

Хлыст выбросил отросток и обвив руку егеря рванул добычу к себе. Волкер мог легко уклониться от атаки, но он специально позволил схватить себя хлысту. Когда монстр дернул его, егерь помог ему оттолкнувшись ногами. Вместо того, чтобы отправиться в пасть хлыста, Волкер перелетел через монстра и используя собственный вес уже сам рванул хищника за отросток. Хлыст неудачно воткнулся в стену головой и упал на песок со свернутой шеей. Подобная расправа над их собратом не остановила хищников и не заставила отказаться от трапезы. Пришлось егерю объяснять простые истины более доступным языком.

Волкер словно вихрь врезался в ряды лохматой братии. Но, в отличие от вихря, он не разбрасывал монстров по сторонам, а просто лавировал между ними. И там где проходил егерь хлысты тыкались мордами в песок и неподвижно замирали бездыханными тушами. Ножи егеря без особого труда пробивали барабанные перепонки монстров и проникали им в мозг. Хлысты гибли практически мгновенно. Хищник еще только занес лапу для смертельного удара, а два лезвия уже вошли ему в ухо и под нижнюю челюсть. Монстр умер еще до того, как его тело рухнуло на землю. Такими темпами егерь мог вполне разобраться и с оставшимися хлыстами, но неожиданно его ногу пробил арбалетный болт. Стрела прошла насквозь и глубоко зарылась в песок, от второй Волкер уклонился, но вот от лапы хлыста не успел. Удар отбросил его шагов на пятнадцать, левая штанина быстро пропитывалась кровью и егерь начал чувствовать слабость.

Быстрая циркуляция крови в организме позволяла егерям быстро двигаться, но в случае ранения она так же быстро покидала тело, оставляя воина без сил. Арбалетчиков стрелявших в Волкера тут же скрутили и доставили к королю. Его взгляд метал молнии но он сдержался и оставил допрос до того момента, когда егерь погибнет, а в том что это вскоре произойдет король не сомневался. Егерь был уже не так ловок и ему периодически доставались мощные удары лапами, заставляющие его летать по арене. И каждый раз добавляя ему еще несколько кровоточащих ран на теле. Хлыстов осталось около десятка, но даже в таком состоянии егерь умудрился сократить их наполовину. Развязка неотвратимо наступала, двое хлыстов удерживали Волкера опутав отростками ему руки и распяв подняли его над землей. Он попытался использовать ноги для освобождения, но еще пара монстров выбросили хлысты и полностью обездвижили егеря.

Пятый, самый здоровый хлыст, оскалив пасть, медленно приближался к парализованной жертве. В горле монстра клокотала злоба, вырываясь наружу утробным рычанием. С клыков стекала вязкая слюна и падая в песок обозначала путь голодного зверя. В двух шагах от егеря монстр остановился и закрыв глаза втянул ноздрями воздух. Он словно гурман перед тем как вкусить блюдо, определял каково оно на запах. Судя по всему оно его вполне устроило. Волкер увидел как глаза монстра открылись и длинные когти вонзились в грунт готовые бросить чудовище к жертве.

Неожиданно, готовый к последнему прыжку зверь с хрустом костей распластался перед Волкером. С поверженного монстра соскочила Селеста и несколькими взмахами меча освободила егеря из склизких пут. Хлысты взвыли от боли, кровь хлестала из отрубленных отростков и они быстро втягивались в спины чудовищ. Звери мгновенно потеряли интерес к егерю который от большой потери крови был практически мертв. Он не мог шевелиться и просто лежал с закрытыми глазами в том месте где упал освобожденный Селестой. Отсеченные отростки продолжали обвивать полумертвого человека, а вот хлысты обрушили свою злобу на Селесту, причинившую им мучительную боль.

Находящийся справа монстр без разбега прыгнул на нее и приземлился в том месте где Селесты уже не было, а вот из его распоротого брюха вывалились внутренности и он мгновенно умер закрыв жуткое зрелище своим телом. После того как Селеста избежала клыков первого хлыста, проскользнув у него под брюхом, она вскочила на ноги практически возле лап второго монстра и не задумываясь пробила ему горло. Кровавое острие меча показалось с другой стороны мускулистой шеи чудовища, а она уже слышала рык прыгнувшего на нее сзади хлыста. Резким движением Селеста вырвала меч и сместилась вправо уходя с линии атаки.

Прыгнувший монстр не мог изменить траекторию полета и воткнулся в своего истекающего кровью собрата. Селеста крутанулась вокруг своей оси и меч набравший чудовищную скорость практически отделил голову от тела незадачливого прыгуна. Последний хлыст оказался куда сообразительней своих собратьев и отказался от смертельных для себя прыжков на опасного противника. Он принялся кружить вокруг нее в поисках подходящего момента для атаки, и он вскоре представился.

Селеста знала чего ждет монстр и затягивать сражение не собиралась, она сама предоставила ему эту возможность повернувшись к нему спиной. Хлыст купился на этот прием и бросился на беспечного человека, но открытая пасть зверя вместо мягкого тела проглотила острие меча до самой рукояти. Селеста подошла к мертвому телу и наступив на массивную голову выдернула из его горла меч. Взглянув на Волкера она подбежала к нему и прижала к его груди ухо. Сердце у егеря едва прослушивалось. Осторожно приподняв его голову она аккуратно смахнула песок с его лба. Волкер с трудом открыл глаза и едва заметно улыбнувшись потерял сознание.

Селеста слышала лязг цепей и скрип открываемых ворот, она не оборачивалась, капитан-инквизитор знала, это выпускают новую партию монстров. Она склонилась над Волкером и подарила ему долгий прощальный поцелуй. По ее щекам текли слезы, но она не обращала на них внимание. Оторвавшись от губ егеря она осторожно опустила его голову на песок и подобрав лежащий рядом меч поднялась на ноги.

— Отдыхай, я позабочусь чтобы тебя не беспокоили, — прошептала она вставая между ним и очередной лавиной монстров. — Ничего-ничего, ты главное спи, я буду рядом, — шептала Селеста, едва заметно шевеля губами и поднимая меч в боевое положение.

Лавина хлыстов набирала скорость готовая разорвать и поглотить одиноко стоящую женщину вооруженную мечом. По мере приближения монстров Селеста все крепче сжимала меч. От напряжения ее костяшки пальцев побелели, а взгляд ничем не отличался от взгляда волчицы защищающей последнего оставшегося в живых волчонка.

Рвущейся первым хлыст, совершил мощный толчок лапами и взмыл над ареной. Выпустив когти он собрался вцепиться Селесте в горло, но столкнулся со стеной в виде егеря. Волкер ударом колена раздробил челюсти Хлысту, отбросив его далеко назад.

— Я в норме, — произнес Волкер поворачиваясь к Селесте, его глаза светились. — Дальше я сам.

К этому моменту лохматая лавина приблизилась на расстояние атаки. Десяток чудовищ сразу же ткнулись мордами в песок с торчащими из глаз метательными лезвиями егеря. Остальным повезло куда меньше. Быстрой смерти удостаивались далеко не все. Сила дарованная ему Серебряным крылом позволяла Волкеру ударами рук и ног дробить кости монстрам. Некоторые из них отлетали шагов на тридцать после пинка в грудь и умирали с проломанной грудной клеткой. Те же кто нарывался на встречу с ножами орошали грунт хлеставшей из вен кровью. Избиение хлыстов длилось недолго, и вскоре ни одного монстра способного дышать не осталось. Волкер взглянул на короля который смотрел на него стоя возле стены и с отвисшей челюстью. Наконец первый шок от увиденного у короля прошел и он приказал закончить проверку. Волкер посмотрел на Селесту и его глаза погасли, а она едва успела его подхватить, чтобы он не рухнул лицом в песок.

Хронист Перси: Запись четырнадцатая.

Волкер открыл глаза и увидел что он находиться в зале приемов. Кто-то позаботился чтобы он не лежал на полу и для него соорудили небольшой лежак из сдвинутых скамеек, а под голову положили подушку. Голова хотя и болела, но уже не так как раньше. Апостол тоже стоял здесь и явно он был не в восторге от происходившего.

— Как ты смела поднять оружие инквизитора на защиту еретика?! — возмутился апостол указывая дрожащим пальцем на меч Селесты.

Она молча вынула меч и опустившись на одно колено вогнала лезвие между каменных плит пола. Затем навалившись на рукоять, сломала оружие. Поднявшись на ноги она угрюмо взглянула на апостола.

— Больше такого не повториться, — пообещала Селеста бросая ему под ноги обломок меча.

— Если вы не выдадите мне этих еретиков то вас будут ожидать ужасные последствия, — повернулся апостол к королю.

— Как ты смеешь угрожать мне в моем же доме! — взревел король поднимаясь с трона. — По меркам инквизиции я и мои подданные все являемся еретиками!

У апостола побежали искры между пальцев и его шея мгновенно была заключена в тиски из мечей телохранителей короля. Искры в ладонях апостола пропали, но мечи никто не собирался убирать.

— Передай совету двенадцати, что Волкер и Селеста находятся под полной моей защитой, — произнес король. — И отныне пребывание инквизиторов на землях хортов полностью запрещено. Увидите его и проследите чтобы он покинул королевство как можно быстрей, пока я не передумал и не казнил его.

— Вы пожалеете об этом! — крикнул апостол и сразу же получил в зубы от телохранителя.

Сплюнув кровь и осколки зубов он хотел еще что-то сказать но хорт не собирался позволять оскорблять короля и пудовые кулаки еще несколько раз прошлись по апостолу. Мощные удары заставили тело и разум представителя инквизиции разойтись по разным углам. Когда официальная часть была завершена внимание наконец обратили и на Волкера.

— Прошу прощение за испытание, но я должен был убедиться что ты не самозванец несмотря на заверения моего брата.

— Да пустяки, — отмахнулся Волкер поднимаясь на лежаке. — У меня сейчас единственное желание, утолить безумный голод внутри.

— С этим проблем не будет, — рассмеялся король. — Я уже распорядился организовать грандиозный пир. Я и не надеялся увидеть хранителя духа Серебряного крыла. Думал, что все это сказки для не очень образованных, а оказалось что нет. Мой брат оказывается все это время был прав. Пожалуй, это первый случай когда я ошибся, и очень рад этому. А теперь прошу за мной, тебе нужно восстановить силы.

Селеста взяла Волкера под руку, чтобы ему было легче идти, а Перси встал по другую сторону.

— Надеюсь на этот раз обойдемся без твоих чудо зелий, — шепнул Волкер хронисту.

— На этот раз обойдемся, — согласился Перси. — За пару дней хорошего питания ты полностью восстановишься, а под защитой короля нам опасаться нечего.

Королевская кухня постаралась на славу, и когда они попали в зал с накрытыми столами у Волкера даже неприлично заурчало в животе. Блюда соревновались между собой не только во вкусе, но и в красоте оформления. Пока Волкер с Селестой насыщались прекрасными угощениями их никто не беспокоил. Король ел мало, он в основном дегустировал вина, которые ему регулярно предлагались. Наконец жажду голода Волкеру удалось погасить и он расслабленно откинулся на спинку высокого стула. Между тем к королю вернулся телохранитель, которого он перед этим куда-то отсылал. В руках хорта находилась большая шкатулка.

Его высочество приподнял руку привлекая к себе внимание. Вельможи до этого времени шептавшиеся о чем-то своем, притихли, и сосредоточили внимание на короле. Селеста с Волкером тоже посмотрели на короля. Скорее всего теперь настало время отвечать на возникшие вопросы короля. Селеста промокнула губы салфеткой и приготовилась слушать. Король, выдержав необходимую паузу, обратился не к егерю а к Селесте.

— Мне известно что ты не егерь, а бывшая капитан-инквизитор, — произнес король. — Сломав меч ты разорвала цепь удерживающую тебя в прошлом, и я надеюсь что ты вскоре станешь полноценным егерем в моем королевстве. А егерь без оружия не может существовать, и я хочу чтобы ты приняла мой подарок.

Селеста встала и подошла к королю. Он вынул из шкатулки два великолепно исполненных боевых ножа и протянул их Селесте. Она приняла дорогой подарок и опустившись на одно колено пообещала что не опозорит этого оружия.

— Не сомневаюсь, — ответил он. — Продолжайте веселиться, — обратился король к участникам пиршества. А мы с нашими новыми друзьями на время покинем вас.

Король встал и вышел из зала, следом последовал Волкер, Селеста и хронист. Они прошли в небольшой рабочий кабинет его величества. Оставив телохранителей за дверью король занял удобное кресло за столом. В кабинете остались только король, его советник, и виновники торжества.

— Я уже дал распоряжение об открытии у нас ордена хронистов, — произнес король. — Но лишь с одним условием. Все описания убитых хищников и их количество, должны копироваться и отсылаться в мою личную библиотеку.

— С этим не возникнет проблем, — заверил его Перси. — Мы так поступали и раньше пока власть не захватила инквизиция.

— Ну здесь она власть точно не захватит! — хлопнул ладонью о стол король. — Так что опасаться этого не стоит. Но у меня есть небольшая проблема.

— Какая? — подался вперед Перси.

— У меня всего два егеря, — указал он на Волкера и Селесту. — При всем вашем мастерстве и силе дарованной тебе Серебряным крылом, в моих владениях слишком много монстров, да и королевство у меня не маленькое. Мне нужны егери, много егерей. Но раздав всем желающим по паре ножей егерями они не станут. Их нужно этому обучить, и у меня лишь две кандидатуры которые могут с этим справиться.

Король не двусмысленно взглянул на Волкера с Селестой. Они удивленно переглянулись и даже не знали что и ответить на подобное предложение.

— Вот и договорились, — принял их молчание за согласие король. — Через пару дней у вас будет из кого отбирать первых претендентов для обучения егерской службе.

Волкеру ничего другого не осталось, как только кивнуть, соглашаясь на предложение короля.

— Торл объяснит детали, — указал король на советника. — Два дня можете отдыхать, и мой замок в полном вашем распоряжении.

Покинув кабинет они отправились в выделенные им покои. По дороге Торл объяснил что король отдал в их полное распоряжение арену и прилегающие к ней помещения. Лучшего места для обучения не придумать, а эти пару дней она будет занята. У короля остались несколько вопросов к арбалетчикам стрелявшим в Волкера, и советнику нужно найти на это ответы.

Доведя их до выделенных им комнат, советник попрощался с ними и удалился пожелав на прощание хорошо отдохнуть отпущенные им дни.

— Честно говоря я не рассчитывал заниматься преподавательской деятельностью, — произнес Волкер когда советник ушел.

— У нас ни у кого не было подобных желаний, — возразил Перси. — Но король прав, вам двоим с таким количеством монстров просто физически не справиться. Поэтому придется привыкать к новым реалиям жизни и готовить себе помощников. А вот Селесте эти пару дней будет очень трудно.

— Это еще почему? — удивилась она.

— У тебя довольно большая скорость, но ты все равно проигрываешь Волкеру, — пояснил Перси. — Хотя инквизиторов учили практически те же преподаватели, но зелье которое заставляет двигаться егерей очень быстро готовят только хронисты и для каждого егеря индивидуально. Инквизиция при всем ее желании так добраться до него и не смогла. Не буду скрывать, это довольно болезненная процедура, и ты можешь отказаться.

— Я слишком часто себе отказывала, думаю, настало время соглашаться, — ответила Селеста.

— Ну, в таком случае не будем терять времени даром.

Перси полез в сумку и достал из него небольшой флакончик.

— Погоди, у тебя что уже все готово? — удивилась Селеста. — Я думала ты пойдешь сначала собирать ингредиенты, затем долгие и мучительные составление правильных пропорций.

— Я позаботился об этом заранее, тебе ведь в любом случае придется пройти через это. Понимаю, вкус, как и последствия не слишком комфортные, но другого пути, чтобы стать егерем просто не существует.

— Ты лучше приляг, — посоветовал Волкер. — Поверь, так будет лучше для твоей головы.

Селеста последовала совету и легла на диван. Приготовившись к отвратительному вкусу она была приятно удивлена тому что настойка оказалась с легким малиновым вкусом. Вот только выражения лиц Волкера и хрониста ей определенно не добавляли оптимизма.

— Ну что связывать будем сейчас или немного подождем? — шепнул Волкер.

— Подожди, пусть она отключится.

Ждать долго не пришлось, Селеста закрыла глаза, и ее тело расслабилось.

— Сейчас! — крикнул Перси вынимая из сумки кожаные ремни, и бросая парочку Волкеру.

Егерь накинул петлю на руку Селесте и крепко примотал ее к ножке дивана. Тоже самое он проделал и с другой рукой. А вот Перси оказался не на столько ловок и успел справиться только с одной ногой. На вторую он набросил петлю и сразу же получил сапогом в грудь. Хрониста словно ветром сдуло и остановиться он смог только после того как поломал пару стульев и столкнулся со стеной. Доводить начатое хронистом пришлось Волкеру. И это оказалось не таким простым занятием как могло бы показаться со стороны.

Селеста и до этого не была слабой, а напиток добавил ей еще и скорости. Прежде чем Волкер сумел справиться с ногой, ему пару раз крепко досталось от любимой женщины. Когда все было закончено к нему подошел Перси, потирая ушибленную грудь. Селеста пыталась вырваться и скорее всего разнести все и вся, но крепкие ремни удерживали ее от подобных поступков. Зрачки у новоиспеченного егеря расширились до максимальных размеров, и Перси с Волкером бросились закрывать окна чтобы не повредить еще не сформировавшееся ночное зрение. Селеста пока не могла управлять организмом, да и в здравом уме она тоже сейчас не находилась. Примерно через полчаса она перестала плеваться пеной и скалиться на Волкера с хронистом.

— В следующий раз предупреждать надо, что она будет такой буйной, — смахивая пот со лба, произнес Волкер.

— Да я и сам не ожидал такой реакции. Нет, то что реакция должна быть это не секрет, но чтобы такая бурная.

— Кормить ее сам будешь, — предупредил Волкер. — Не хочу, чтобы она мне пол руки оттяпала.

— А мне значит можно? — ушел в оборону Перси.

— На комплимент нарываешься? — взглянул на него Волкер. — У тебя огромный опыт по подготовке егерей, не думаю, что с Селестой ты испытаешь трудности.

— Ну, она конечно не подарок, но думаю я вполне могу справиться с ней, — сдался Перси.

— Вот и отлично, а я пойду пока прилягу.

Волкер добрел до кровати и не раздеваясь грохнулся на нее. И практически сразу же засопел, оставив на хрониста заботу о двух егерях. Перси пожал плечами и приступил к подготовке своего рабочего места. Ему будут необходимы настойки и жидкая еда, о которой он уже предупредил кухню. Селеста около суток сама не сможет есть, и ему придется кормить ее насильно, по чуть-чуть вливая перетертую пищу. А вот оставить ее на сутки без еды нельзя, у организма в этот отрезок времени будут большие затраты и если их не пополнять, то возможен и летальный исход. Перси уже был свидетелем подобного случая. И самое печальное в том, что первого егеря, которого он пытался ускорить скончался у него на глазах.

Перси долгое время не мог оправиться оттого, что по его вине погиб егерь. Он даже подумал, что из него не получиться хронист и ордену будет лучше если он покинет его. Но когда наставник Перси прочитал прошение об уходе, он уговорил своего ученика еще один раз попробовать, а уж потом решать. Многие егери гибнут во время ускорения, но они к этому готовы и осознано идут на подобный шаг. В итоге Перси попробовал, и у него получилось. Волкер остался жив и из него вышел один из самых лучших егерей. А теперь от хрониста зависит Жизнь Селесты, и он не собирается повторять прошлых ошибок.

Два дня для Волкера пролетели как один, чего нельзя было сказать о Перси. Он за все это время так и не прилег, между приступами Селесты готовил очередное зелье, и от того, как она реагировала на него, давал то или иное средство. Наконец она очнулась и поинтересовалась — какие извращенцы примотали ее к дивану?

— Волкер, можешь ее отвязать, она стала полноправным егерем, — произнес Перси и упав на пол сразу же захрапел.

Волкер отвязал ремни и Селеста смогла размять затекшие мышцы. Первое что она сделала после того как встала на ноги это заперлась на три часа в ванне. Перси никто не трогал и он прекрасно выспался, советник пришел к ним лишь на следующее утро. Он сообщил что первые претенденты отобраны и по всему королевству разосланы курьеры с приказом короля об основании егерской службы. Желающие поступить на службу королю, должны пройти обучение и сдать экзамен. Первые три десятка уже отобраны и ждут на арене.

Слух об арене глубоко засел в подсознании хортов как место казни и когда тридцать могучих воинов загнали в самый ее центр они занервничали. И хотя им объяснили, что это всего- лишь проверка и если они ее пройдут то арена станет их местом обучения, внутренний страх все равно не позволял им расслабиться.

— Ну и как тебе контингент? — спросила Селеста, смотря со стены на озирающихся по сторонам хортов.

— Да ребята вроде крепкие.

— Все хорты ребята крепкие.

— Ну и чего ты тогда от меня хочешь? — пожал плечами Волкер. — Сейчас спущусь и проверю их в деле, а там уже видно будет. Я же в конце-то концов егерь и какой из меня к чертям собачим преподаватель.

— Это нелегко, но тебе ничего другого не остается, а изводить хищников на твой век хватит, — успокоил его Перси.

— Ну в таком случае чем раньше начнем тем раньше я смогу заняться делом, которому меня учили.

Спустившись на арену Волкер придирчиво осмотрел претендентов. Они честно говоря не испытывали большого восторга от вида егеря. Им рассказали что их обучать будет хранитель духа, но забыли упомянуть, что он не хорт, а человек из-за океана.

— Кажется ты их не сильно впечатлил, — поддела Волкера Селеста. — Они явно рассчитывали на кого-то покрепче тебя, красавчик.

Селеста слегка хлопнула его по заду и отошла к стене где на скамейке сидел Перси. Волкер остался один на один с тридцатью хмурыми хортами, которые не скрывали своего разочарования от вида хранителя духа.

— Ну, в общем давайте знакомится, — произнес Волкер, потому что ничего более лучшего придумать не смог. — Я Волкер, егерь, и по приказу короля буду обучать вас навыкам моего ремесла. Вы уже прошли предварительный отбор, но это всего лишь начало. Первое что вам нужно освоить это владение ножами. Как боевыми, так и метательными. Кувалды, двуручные мечи и другое убийственно-длинное оружие придется забыть. В большинстве случаев вы будете истреблять хищников в узких туннелях, или в буреломе. Одним словом, длинна меча будет играть огромную роль в вашей дальнейшей жизни. До этого времени вы вступали в бой с монстрами лишь там где было удобно вам, и где ничего не мешало помахать двуручным мечем. Но став егерем вам придется лезть в логово к чудовищам, а не сидеть в поле в надежде что кто-нибудь из хищников настолько проголодается, что решиться на отчаянный поступок и полезет на вас. Судя по количеству монстров в округе вы придерживались именно такой методики. Я вижу в ваших глазах не росток сомнений, а скорее целое дерево. И дабы найти с вами общий язык, я позволяю вам попытаться намять мне бока. Не переживайте, соломинку тащить не придется, бить меня можете начинать все сразу.

Волкер снял плащ, вынул ножи и положил их сверху, туда же последовали и метательные лезвия. Наконец он остался в одной жилетке и совершенно без оружия. Хортов это даже немного оскорбило, и поведя могучими плечами претенденты решили проучить субтильного с их точки зрения человека. С хмурыми лицами и бугрившейся мускулатурой они двинулись на Волкера.

Хронист Перси: Запись пятнадцатая.

Для хортов лучшим убеждением служил собственный опыт и отказываться от него они не собирались. Насколько мог судить Волкер эти тридцать действительно прошли жесткий отбор. Хорты были быстры и уверенны в собственных силах, и честно говоря не очень верили в то, что именно он является хранителем духа. Сложность у егеря заключалась в том, что ему не нужно было их калечить, а это накладывало некоторые ограничения на арсенал приемов, которые мог использовать Волкер.

Первый из хортов набросился на Волкера в надежде смять его тело в своих огромных ручищах, но лишь обнял воздух. Еще один заход у него не получился, удар в печень имеет небольшую отсрочку во времени. Когда хорт увидел что егерь повернулся к следующему противнику и не смотрит на него, он замахнулся кулаком рассчитывая вырубить чужака ударом в затылок, но тут его наконец достигла запоздалая реакция организма на удар в печень. Бедного хорта скрутило в бараний рог и он в позе эмбриона остался лежать на песке. Дальше все пошло куда быстрее, хорты по одному или по двое нападали на егеря, получали от него положенные удары и укладывались нестройными рядами отдыхать.

Когда первый хорт пришел в себя и смог подняться, он увидел что на ногах стоит только он и егерь. Остальные же лежат без сознания или корчатся от боли. Последних было подавляющее большинство. Волкер повернулся, а затем направился к нему идя спокойным шагом, хорт сжал кулаки и подняв их приготовился защищаться. Но егерь прошел мимо него бросив по пути, чтобы он следовал за ним. Хорт опустил кулаки и без возражений последовал за Волкером. Он в полной мере получил исчерпывающий ответ и рассеял мучившие его и остальных сомнения. Теперь ему предстояло научиться тому что умел егерь.

Волкер вернул оружие на привычные для него места и накинув плащ подозвал Перси. К этому моменту хорты уже пришли в себя, что ни говори, а они оказались крепкими бойцами. Правда некоторым все же потребовалась поддержка крепкого плеча товарища, но и они вскоре смогли стоять самостоятельно.

— Знакомьтесь, это мой хронист Перси, — показал Волкер на него. — У каждого из вас если он станет егерем будет свой хронист. Его задача фиксировать всю вашу работу, точнее описывать монстров, которых вы убьете и отсылать отчеты в орден хронистов и личную библиотеку короля. Морально готовьтесь что будете противостоять пяти и более хищникам.

Последнее замечание вызвало небольшое перешептывание в стане хортов.

— Господин егерь, — обратился к нему хорт, первым напавший на Волкера. — Человек не может справиться с пятью хлыстами одновременно.

— Человек не может, — согласился с ним Волкер. — Но для егеря это обычная ситуация и пятеро хлыстов должны означать для вас не очень сложное задание. На деле будет все гораздо сложней, поэтому радуйтесь когда вам выпадет шанс разобраться всего с пятью монстрами.

В помощь егерю советник выделил пожилого хорта, который до этого управлял ареной и он видел на что способен Волкер. Он тихо посмеивался про себя когда видел как хорты с высока смотрели на представшего перед ними ранее егеря. Теперь их взгляды были куда почтительней. Волкер подошел к нему и что-то тихо сказал, пожилой хорт кивнул и подал кому-то сигнал.

Селеста хлопнула себя по коленям и поднявшись со скамьи отправилась к дверям из которых на арену выпускали хищников. Ножи для нее не были новым оружием, как говорил ранее хронист, их обучали те же инструкторы что и егерей, правда инквизиторам хронисты так и не открыли секрет ускоряющего зелья. Но как теперь знала Селеста его состав был не главным составляющим скорости, а более важное было кто подбирает для тебя концентрацию напитка. Она вынула ножи и крутанула их в ладонях, подарок короля был идеально сбалансирован. Убрав оружие в ножны она продолжила приближаться к воротам. Хорты пока не понимали в чем дело, но когда створки открылись и на арену выскочило пять хлыстов они серьезно заволновались, оружия-то у них не было.

Селеста пока еще не полностью контролировала свою скорость и совершив рывок она проскочила мимо хлыстов, оказавшись за их спинами. Эту ошибку Селеста быстро исправила, оседлав ближайшего монстра она вогнала ему в шею два лезвия. Когда хищник ткнулся мордой в песок она уже покинула его спину и успела еще двух хлыстов накормить острым металлом. Вскоре и последнее чудовище затихло на песке. Вернув оружие в ножны Селеста молча прошла мимо хранящих гробовую тишину хортов и села обратно на скамью возле Перси.

— Неплохо, — шепнул он, чтобы его не слышали хорты. — Ты всего шесть раз промахнулась, но кроме меня и Волкера это вряд ли кто заметил.

— Немного практики и больше проблем с этим думаю у меня не возникнет, — ответила она.

— Определенно, — согласился хронист.

Пока внимание хортов было сосредоточенно на Селесте, помощники управляющего ареной быстро убирали тела поверженных монстров и меняли песок залитый кровью на новый.

— Надеюсь, это исчерпывающий ответ на звучащий ранее вопрос, — произнес Волкер обращаясь к находящимся под впечатлением хортам.

Могучие воины закивали и с горящим взглядом приготовились слушать все что готов был произнести егерь. Два последующих месяца превратились в сплошной кошмар. Волкеру казалось что в головы хортов просто невозможно вбить новые знания. Но постепенно, маленькими шажками они начинали впитывать новую для себя и местами чуждую науку. К окончанию обучения Волкер понял, у него не настолько крепкие нервы, чтобы заниматься преподавательской деятельностью. Помимо хортов обучение проходила и Селеста. Она полностью освоилась со способностью тела двигаться очень быстро, и отточила навык метания ножей.

К концу второго месяца к ним подтянулись хронисты. В отличие от егерей которых истребила инквизиция, хронисты просто растворились среди населения и ожидали тот момент когда опять понадобятся их навыки. Долго ждать не пришлось и орден опять призвал своих адептов, правда им нужно было для этого пересечь океан. Орден на новом месте разгибал спину и расправлял плечи.

Большинство из хронистов прибывших в столицу, потеряли своих егерей и жаждали восстановить потери. Надежды некоторых из них осуществились, по-крайней мере пятерых. Двадцать пять хортов из тридцати не прошли обучение и были отчислены, в основном по состоянию здоровья. Возможно в следующий раз им повезет больше, но уже точно не с Волкером. Пятеро оставшихся отлично метали лезвия и прекрасно освоили боевые ножи.

— Моя работа завершена, — обратился Волкер к пятерым хортам стоящим перед ним.

Несмотря на нервы которые он потратил на этих тупоголовых хортов, он что-то почувствовал где-то глубоко внутри себя, когда обвел взглядом мощную пятерку. Наверное это гордость за созданное им произведение воинского искусства. Пять покрытых шрамами лиц беспристрастно смотрели на него, не упуская ни единого слова пророненного им.

— Вы прошли девяносто процентов обучения и у каждого теперь есть хронист. Как я и говорил, моя работа завершена, теперь все в руках ваших хронистов. Они доведут реакцию вашего организма до совершенства, а затем вы будете сдавать королевский выпускной экзамен. Я не сомневаюсь, что вы его блестяще пройдете. Идите, через несколько дней мы встретимся, и начнем подготовку к экзамену.

Хорты склонили головы в поклоне и покинули арену в сопровождении хронистов.

— Король ждет, — произнесла Селеста подходя к нему. — Идем, не хорошо заставлять его величество ждать.

Волкер кивнул и они отправились на аудиенцию.

— Ты точно уверен что хочешь этого? — спросил Перси, когда они шли по коридору в зал приемов.

— Точно, — отрезал Волкер. — Сидеть на одном месте это не работа для егеря. Замену нам я уже подготовил и проблем с этим думаю возникнуть не должно.

Волкер оказался прав, король согласился его отпустить, хотя и без особого желания. Но взамен он попросил навестить его брата в храме Серебряного крыла куда тот отправился сразу же как доставил их в земли хортов. И передать ему письмо, которое Перси сразу убрал себе в сумку. По большому счету аудиенция на этом закончилась, им осталось дождаться экзамена, а затем с чистой совестью отправляться в путь. Судя по карте, которой их снабдил советник, путь туда далеко неблизкий и работы для них по пути в храм найдется немало. Тем более что те земли плохо контролировались хортами.

Через несколько дней, пятеро хортов благополучно выдержали методику ускорения и все остались живы. Арену уже подготовили для сдачи экзамена. Сдача должна была обойтись без хитроумных машин. Во-первых, изготовление их занимает слишком много времени, а во-вторых, мастеров что могли их изготовить не было. Зато настоящие монстры были в достатке и Волкер составил план экзамена и обговорил все детали с управляющим ареной.

Король в сопровождении телохранителей поднялся на стену и занял приготовленное для него место. Арбалетчиков по периметру решили не расставлять, наличие егерей делало их бессмысленной тратой времени. Волкер, Селеста и хронист находились рядом. Каждый из претендентов должен был справиться с двадцатью хлыстами. Их будут выпускать в определенной Волкером последовательности. Те, кто не сможет остаться в живых, не сдаст экзамен. Тоже самое делали и механизмы, вот только они не пожирали поломанных и поверженных людей. Король поднял руку и сдача экзамена началась. Стоящие на арене хорты покинули ее за исключением одного претендента.

Хорт вышел в центр и остановился, ожидая когда на него выпустят хищников. Волкер знал что он сейчас не просто ожидает открытия ворот, а обостряет все чувства и разгоняет кровь в жилах. Наконец зазвенели цепи и обитые железом двери распахнулись выпустив пару хлыстов. Хищники не особо задумываясь ринулись на одинокого хорта. Претендент сделал полшага вперед и два лезвия глубоко вошли в головы монстров. Мертвые звериные туши закувыркались по песку и остановились только у ног хорта. Он спокойно выдернул ножи и вытерев их о шерсть хлыстов вернул лезвия в ножны на жилете.

Опять зазвенели цепи и на арену выскочил десяток хлыстов. Огласив своды арены рыком они явно намеривались перекусить хортом, но он их вида не испугался и вместо того чтобы удирать сам ринулся к ним на встречу. Хлысты похоже не ожидали от хорта подобных действий. Заминка у хищников длилась недолго и вскоре инстинкты взяли верх. Хорты всегда шли напролом и техника боя у них строилась именно на этом. Претендент уперся ногами в землю и встретил первого хлыста ударом кулака в горло. Все что осталось от гортани монстра это месиво из хрящей и мышц. Выхватив боевые ножи хорт быстро истребил оставшихся хищников. Последняя партия монстров не добралась до него наглотавшись по пути метательных лезвий.

Король находился под впечатлением от увиденного. Оставшиеся четверо претендентов справились с экзаменом так же блестяще и Волкер остался доволен своими подопечными. Экзамен завершился и всех пригласили в зал приемов.

— Я очень рад что у меня теперь есть такие воины, — начал речь король. — Но вас слишком мало, а королевству необходимо иметь силу, которая займется разошедшимися чудовищами. Волкер и Селеста покидают столицу и отправляются выполнять работу которой их учили. А вы пятеро останетесь и будете обучать следующее поколение егерей.

Хорты переглянулись, но спорить не стали. Приказ короля для них закон, хотя по лицам можно было догадаться что они хотят испытать полученные на тренировках навыки в реальной жизни. Волкер с Селестой не стали задерживаться и покинули праздничное мероприятие как только выпала такая возможность. Их утомляла жизнь в столице хотя и здесь были свои плюсы. Например комфорт, но и он начинает со временем приедаться и доставлять тебе неудобство. Но самое главное во всем этом то, что когда ты расслабишься и наступит опасность ты уже не сможешь собраться обратно. И это гарантировало, что ты закончишь свой бренный путь в чьем-то голодном животе. Так было всегда, и так будет впредь.

Волкер не собирался доводить себя до подобного состояния, поэтому и отпросился у короля на свободную охоту. Замену он себе подготовил и задерживаться больше причин не было.

— Когда отправляемся? — спросила Селеста, когда они покинули королевский прием.

— Как только соберем провиант так можно будет и отправляться в путь, — ответил Волкер.

Перси тем временем отправился улаживать кое-какие административные вопросы, а егери приступили к сбору в дальний путь. Волкер собирался отправиться прямо сейчас, но Перси отговорил его от подобных необдуманных решений. Волкер сдался и согласился покинуть столицу с первыми лучами солнца. Хронист разложил карту на столе и принялся прокладывать маршрут, по-крайней мере тот, которого им нужно будет придерживаться первое время. Насколько помнил Волкер, у них еще ни одного раза не получалось следовать тем путем что намечал хронист. Но судя по высунутому на бок языку Перси, он вознамерился в этот раз строго придерживаться плана.

— Перси нам нужно знать всего лишь конечную цель, а все твои чертежи не так уж и необходимы, — произнес Волкер смотря на карту через плечо хрониста.

— Ну снова здорово! — возмутился Перси. — Я же не учу тебя умерщвлять хищников, вот и ты не советуй мне как правильно прокладывать маршрут.

— Вообще-то Перси прав, — вступилась за него Селеста. — Правильно проложенная дорога может сэкономить много времени и средств.

— Вот-вот о средствах-то я и говорю, — обрадовался хронист неожиданной поддержке.

Волкеру ничего другого не осталось как поднять руки и отойти в сторону. Селеста подсела к Перси и они принялись оживленно обсуждать предложение хрониста. Кое с чем Селеста не согласилась и у них из-за этого вышел отчаянный спор. Наверное хронист пожалел что ему на помощь пришла Селеста. Обычно он пару раз высказывался о познаниях Волкера в топографии и все поле деятельности доставалось ему. А теперь ему возражал человек, знающий о картах не меньше него. Волкер даже и не пытался встревать, он тихо отошел в сторону и лишь изредка бросал на них взгляд. Наконец спустя пару часов Селесте и хронисту удалось прийти к компромиссу и план маршрута был утвержден. Остаток дня посвятили поиску тех кто двигался в сторону “Белой балки”.

Это направление оказалось не самым востребованным, больно много там обитает голодной живности. Но несмотря на это им все же улыбнулась удача, они нашли того кто собирался проезжать мимо балки. Тех кто желал попасть в саму “Белую балку”, им найти так и не удалось. Договорившись с молодым хортом они вернулись домой. То что им достался молодой хорт никого не удивило. Людям ведь надо как-то становиться на ноги в жизни. Пытаться втиснуться в уже проложенный тракт довольно сложно, там все занято зрелыми мужами. Они потратили годы труда и горы здоровья, чтобы достичь того уровня что имеют сейчас и никто не хочет уступать место новичку. Поэтому для молодых и рьяных есть только один путь сколотить состояние, это проложить новую дорогу. Но в подобном плане иметься единственный изъян, только единицам удается выжить и заработать небольшой начальный капитал. В большинстве случаев их кости белеют на обочинах заросших травой дорог. Многих это останавливает, но всегда находятся те, кто идет против течения. Хорт с которым они договорились был именно из этой категории прущих против течения. Несмотря на молодость его лицо покрывали уже успевшие состариться шрамы.

Сарафанное радио всегда работает с опережением официальных источников, и он знал о создании егерской службы короля. В их пользу мало кто верил, но тем ни менее хорт уговорил Перси выдать ему бумагу что его компания является первым перевозчиком егерей в направлении “Белой балки”.

Хронист Перси: Запись шестнадцатая.

Едва показалось солнце, а Волкер был уже на ногах и собирался в дорогу. Селеста в последний раз проверила амуницию, Перси деньги и карту. Как они и договаривались с хортом он ждал их возле главных ворот. А к вечеру хорт обещал их доставить к повороту на “Белую балку”. Сам-то он разумеется отправится в другую сторону. Хотя он и был молод, но глупым себя тем ни менее не считал, и в подобные дикие места заводить обоз с товарами не собирался. Вот если в той стороне монстров будет не так много как сейчас то он определенно отправиться с товаром в том направлении, но не ранее.

День прошел довольно быстро, да и как иначе если они все это время проспали или просто смотрели на небо. Впереди их ожидала опасная территория и перед этим хотелось набрать как можно больше сил. Ближе к вечеру обоз остановился и выгрузив пассажиров отправился дальше.

Волкер осмотрелся по сторонам и почувствовал себя так же, как в первый раз, когда он отправился на первую самостоятельную охоту после сдачи экзамена. Более-менее укатанная дорога убегала в ту сторону куда отправился обоз молодого хорта. А вот дорога которая была нужна именно им скорее имела только очертания. Покосившийся столб с указателем на “Белую балку” похоже находился в вертикальном состоянии последние свои дни, если не часы. Дерево было источено жуками практически в труху.

— Кажется нам в ту сторону, — произнесла Селеста подходя к указателю чтобы по лучше его рассмотреть, но взгляд Селесты оказался последней каплей и столб с хрустом рухнул в траву.

— Если ты и дальше будешь так поступать с нужной нам информацией, то нам грозит шанс заблудиться, — заметил Перси, подходя к Селесте и бросая взгляд на рассыпавшийся в труху указатель.

— Я его не трогала, даже не дышала! — запротестовала она.

— Как скажешь, — не стал спорить хронист, переключив внимание на Волкера, стоящего у самого начала дороги и смотрящего вдаль.

Селеста с Перси подошли к нему и встали рядом.

— Думаю нам пора, а то стоим как три идиота и пялимся на заросшую дорогу, хорошо никто не видит, — предположил Перси.

— Сколько нам идти до балки? — ни к кому конкретно не обращаясь спросил Волкер.

— Через пару часов будем, если конечно не врут, — ответил хронист.

— Тогда не будем задерживаться, — произнес Волкер делая первый шаг навстречу новой главе своей жизни, как он надеялся без инквизиторов.

Перси не ошибся и в пару часов они уложились, хотя никуда и не спешили. “Белая балка” встретила их моросящим дождем, пустой улицей, и распятым обглоданным трупом подвешенным под крышей дома стоящего по правую руку от них. Оглашая округу нервным карканьем над ними пролетела стая ворон.

— Похоже это наши клиенты, — произнес Перси.

— Боюсь заключать договор здесь будет не с кем, — добавила Селеста.

— Опять работать бесплатно, — махнул рукой хронист.

— Не в первый раз, — заметил Волкер.

— Это меня и пугает.

— Пугаться будешь потом, а сейчас скажи кто это может быть? — внимательно осматривая улицу, спросил Волкер.

— Пока ничего сказать не могу, слишком мало информации, — пожал плечами хронист.

— Тогда давай найдем больше.

Волкер с Селестой расстегнули плащи и слегка раздвинули полы одежды обнажая жилеты с метательными ножами. Волкер взглянул в глаза Селесте, ее зрачки стали расширяться пока не достигли своего максимума. Он знал что она видит в его глазах такие же изменения. Кивнув друг другу они осторожно двинулись вдоль улицы. Хронист благоразумно следовал немного поодаль, выискивая взглядом место где можно спрятаться и иметь отличный вид для записи. Кроме каркающего воронья, город больше никак не подавал признаков жизни. Вскоре они увидели еще один висящий труп и возле него оказалась прибита табличка. “Город проклят, путник, если ты еще жив беги из него как можно дальше и быстрее”.

— Многообещающее приветствие, — заметила Селеста. — Кажется Перси прав и это действительно наши клиенты.

— Меня беспокоит другое, — произнес Волкер. — Кроме этих трупов я не вижу других останков. В городе судя по домам, проживало достаточно жителей, а следов быстрых сборов нигде нет. Выходит никто город не покидал, а жители просто исчезли. Но такого не бывает, значит хищники обедают не здесь, это будет немного сложней чем обычно.

— Почему? — спросила Селеста.

— Ну, это довольно просто, — принялся объяснять Перси. — Дело в том, что если бы город был завален трупами жителей, то значит хищник где-то рядом и обнаружить его не составит труда. Да и в большинстве случаев он бы уже стоял посередине улицы и скалился на нас, но здесь другая ситуация. Хищник, а скорее всего несколько, не едят добычу в городе, а утаскивают ее за пределы. Те кто сумел уничтожить целый город не дав людям скрыться, опасные противники и они вряд ли полезут в лобовую атаку. Эта категория хищников нападает из засады и в большинстве случаев в тот момент когда ты этого не ждешь.

— Так было раньше, но теперь им придется столкнуться с двумя егерями, и внезапной атаки у них не получиться, — пообещал Волкер вынимая боевые ножи и осторожно открывая дверь дома с табличкой у трупа.

Селеста поступила аналогично, а Перси вдруг замер к чему-то прислушиваясь.

— Ты что-то слышал? — удивился Волкер.

У хронистов отличный слух по сравнению с большинством людей, но он не идет ни в какое сравнение со слухом егерей, находящихся в режиме поиска хищника. А ни он, ни Селеста ничего кроме дождя барабанящего по крыше и криков воронья не слышали.

— Да нет, просто показалось, — отмахнулся хронист.

Но Волкер на всякий случай кивнул Селесте и она слегка отстала пропустив вперед Перси, а сама осталась у дверей следить за улицей. Войдя в дом Волкер не почувствовал никакого постороннего запаха говорящего о том, что здесь могут находиться трупы жителей. Дом в который вошел Волкер оказался таверной и здесь по идее наличие покойников должно было быть. Но все оказалось на удивление чисто, за исключением посуды на столах. В ней когда-то находилась еда, но судя по тому что она превратилась в сухари нападения здесь начались слишком давно. Возможно никаких хищников в городе и нет. Покончив с жителями они вполне могли отправиться на поиски новых охотничьих угодий. Любому зверю нужна еда, и бродить с голодным пузом по пустынному городу ни один хищник не будет. Если конечно здесь не осталось хотя бы единственного жителя.

Осмотрев помещение Волкер так никого и не обнаружил. Перси зажег пару факелов и в трактире стало как-то повеселей. Выглянув на улицу хронист позвал Селесту.

— Надо осмотреть еще несколько домов, вдруг кто-нибудь выжил, — предложил Волкер.

— Сомневаюсь что здесь мог кто-то остаться, но в любом случае сидеть в доме где над входом болтается скелет, приятного мало, — согласилась на осмотр Селеста.

— Есть новые идеи, кто это сделал? — повернулся Волкер к хронисту продолжавшему ползать под прилавком трактира в поисках ответа.

— Пока лишь догадки, но озвучивать их не буду, вдруг окажусь не прав, — ответил он. — Осмотрим еще пару домов тогда я наверняка скажу чьих это лап и зубов дело.

Перси понюхал содержимое тарелки и поморщившись поставил ее обратно.

— Повар у них еще и при жизни был отвратителен, — вынес он вердикт об кухне бывшего трактира.

— Как ты можешь судить о блюде когда оно давно уже пропало? — удивилась Селеста. — Любое отлично приготовленное блюдо после того как пропадет, пахнет отвратительно.

— Соглашусь с тобой в том, что пахнуть они будут оба дурно, но все же не одинаково, — объяснил Перси.

— Если вы закончили обсуждение плесени, то больше нам здесь делать нечего, — прервал их беседу Волкер, открывая дверь на улицу.

Дождь еще больше усилился превратившись в ливень. Выйдя из дома он краем глаза заметил едва уловимое движение в конце улицы, Селеста тоже что-то заметила. Перси растворился в темноте, а егери побежали по параллельным улицам к дому за которым мелькнуло какое-то существо. Кто бы это не оказался, но избежать клещей от двух егерей ему точно не удастся.

Волкер в конце улицы оказался первым, вскоре из-за угла выскочила Селеста. Увидев причину их забега она с досадой убрала оружие в ножны. То за чем они гнались оказался сухим кустом гонимый ветром по пустынным улицам. Дождь и грязь способствовали налипанию на ветки различного мусора.

— Да уж, такого монстра я боюсь не смогу описать, слов будет не подобрать, — произнес Перси подходя к двум егерям поймавшим творение дождя и грязи.

— Раз уж мы пробежались то давайте зайдем в этот дом, — показал Волкер на дверь дома довольно состоятельных в прошлом жильцов.

Дождь похоже не собирался прекращаться и его предложение было воспринято с энтузиазмом. Ничего нового они в доме не обнаружили, а вот хронист похоже убедился в своей догадке.

— Я кажется знаю кто здесь виновник всего произошедшего, — произнес Перси после беглого осмотра дома.

— И кто же способен на это? — спросила Селеста смахивая пыль со стула и усаживаясь на него.

— Думаю что здесь охотятся…

Договорить хронист не успел, он как-то странно склонил голову словно к чему-то прислушиваясь и не обращая ни на кого внимания быстро вышел на улицу. Селеста пыталась остановить его окликнув несколько раз по имени, но ее труды пропали зря. Перси склонив голову и прислушиваясь к только ему известному звуку, шел вдоль улицы на выход из города. Селеста еще раз хотела его окликнуть, но ее остановил Волкер и жестами показал чтобы она тихо двигалась шагах в двадцати от Перси. Егери превратились в тени и бесшумно следовали за зачарованным хронистом. Ни на минуту Перси не остановился и все шел манимый кем-то.

Вскоре они покинули пределы города, а хронист все продолжал идти. Наконец Волкеру удалось заметить хищника перебегавшего от одного укромного места к другому. Каждый раз когда хищник перемещался к следующему укрытию, хронист поворачивал в ту сторону и следовал прямо туда. И так повторялось раз за разом, пока они не пришли к небольшой поляне окруженной густыми кустами. В центре поляны сидело существо и что-то бормотало глядя на идущего к нему хрониста. Когда Перси оказался в трех шагах от хищника, тот перестал бормотать и хронист очнулся словно после долгого сна. Просыпаясь человек обычно видит знакомую обстановку а не уродливое рыло монстра. Но в данный момент, большое, горбатое существо не было плодом воображения хрониста, а вполне было осязаемо и вонюче. Перси попытался удрать, но хищник только этого и ждал. Монстр прыгнул на хрониста но вонзить клыки не успел, четыре лезвия мгновенно выросли у него на морде. Два принадлежали Волкеру и пара оказалась Селесты. Перси лежал на земле придавленный тушей мертвого хищника. И только после того как Волкер снял с него монстра хронист смог подняться на ноги.

— Это шептун, — произнес Перси стряхивая с себя налипшую траву.

— Что еще за чудо? — поинтересовалась Селеста присаживаясь возле морды существа и разглядывая его клыки.

Затем она ударом ноги перевернула монстра на спину. Лохматое чудовище обладало тремя глазами и короткими но широкими когтями. Их оно наверное использовало, когда вынимала внутренности своих жертв.

— Шептуны довольно редкие создания и у нас они практически не встречались, — объяснил хронист. — А здесь смотрю они никакая не редкость. Вообще они одиночки, но попав на хлебное место они слетаются как мухи на дерьмо и тогда могут образовать стаю.

— Значит оно может быть не единственным в этом месте? — высказала предположение Селеста, внимательно следя за деревьями росшими вокруг поляны.

— Скорее всего ты права, — не стал скрывать Перси. — Хотя по состоянию города большинство должно было покинуть эту местность. Здесь не осталось еды и смысла толпиться тоже нет. Правда несколько особей всегда остается на тот случай если кто забредет на огонек. И похоже это срабатывает, мы яркое тому подтверждение.

— Но ты вел себя как человек ходящий во сне, — произнес Волкер вынимая из тела монстра ножи и возвращая пару из них Селесте.

— Это потому что я действительно находился под его чарами. Наткнувшись на человеческое жилье шептун сидит в засаде возле того места где проходит больше всего людей и тихо шепчет. Людей которые откликнулись на его призыв он запоминает и с наступлением подходящего момента шепчет их имя. Жертва не способна сопротивляться и следует за голосом. Уведя человека в пустынное или заброшенное место он прекращает шептать. Человек приходит в сознание и пока соображает где находиться, шептун убивает его. В принципе это должно было произойти и со мной, но на его беду он не знал о моих друзьях. На егерей его чары не действуют.

— Теперь понятно почему мы ничего не заметили, — произнес Волкер.

— Именно, — кивнул Перси. — Хотя услышать шептуна это совершенно не означает быть съеденным. При большом количестве пищи шанс что вас съедят довольно мал, но когда шептуны собираются в стаю, то небольшие города вымирают практически за пару месяцев. Похоже это произошло и с “Белой балкой”. Если ты не егерь обнаружить присутствие этой твари довольно легко.

— Каким образом? — поинтересовалась Селеста.

— Представь что ты идешь по оживленной улице или в помещении с большим количеством людей. И вдруг слышишь знакомый голос зовущий тебя по имени, ты оборачиваешься, но разуметься никого из знакомых не видишь. Я руку даю на отсечение что где-то рядом сидит шептун. Если хочешь остаться живым никогда не иди за голосом. Шептун подобно рыбаку у которого все время клюет, но полностью заглатывает наживку с крючком не каждая рыба. Если в тот момент когда тебе показалось что тебя окликнули, кто-то недалеко резко остановится и с задумчивым видом пойдет в противоположную сторону от всеобщего потока, это означает, шептун нашел себе жертву.

— Со мной ранее пару раз подобное случалось, — задумчиво произнесла Селеста.

— Не переживай, шептуна слышат многие, но не все ему подвластны. У него должна быть голосовая связь именно с тобой. При большом количестве народа он не задумывается о таких вещах, как подбор наживки, один черт кто-нибудь да клюнет. А вот когда кормовая база уменьшается ему приходиться менять свой голос подстраиваясь под определенного человека. Кстати ко мне он ключ подобрал довольно быстро. Да и все что я говорил относиться только к одиночкам. Стая ведет себя немного по-другому, более нагло что ли. Нам нужно возвращаться в город, если здесь еще остались шептуны с помощью меня вы должны их выловить. И большая просьба убивать их до того как они решат прыгнуть на меня. Я от страха чуть исподнее раньше времени к стирке не подготовил.

— Обещаю, больше тебя ни один шептун к земле не придавит, — хлопнул Волкер хрониста по плечу.

Вернувшись в город они направились к дому откуда шептун увел Перси. Возле самого дома Волкер вдруг замер и вынул ножи. Селеста мгновенно последовала его примеру, смотря по сторонам в поисках того, что так взволновало Волкера и пропустила она.

— Ты кого-то заметил? — спросила она внимательно следя за пустынной улицей.

— Когда мы последовали за Перси я точно помню что дверь оставалась открытой, — шепнул Волкер.

— Но возможно ее прикрыл ветер, — выдвинула здравое предположение Селеста.

— Да это могло быть правдой если бы я при выходе не подпер ее камнем, чтобы она не хлопнула и не спугнула того кто вел хрониста. Но сейчас камень лежит совершенно не в том месте где по идее он должен находиться сдвинь его ветер. В доме кто-то есть и этот кто-то не ждет что мы вернемся.

Зрачки Волкера как и Селесты расширились и он осторожно приоткрыв дверь проскользнул внутрь. Следом последовала Селеста, а замыкающим выступил хронист. Перси здраво рассудил что внутри с двумя егерями будет гораздо безопасней нежели одному снаружи, даже если в доме будет шептун. Войдя в дом предположение Волкера оправдались. В доме явно кто-то находился, дверцы шкафов были распахнуты и рядом с ними лежал мешок наполовину набитый продуктами. Обладателя же сего припаса видно пока не было, но зато на втором этаже послышался шорох. Кто-то там обследовал содержимое интерьера и это точно не был шептун.

Волкер оставил внизу Селесту с хронистом, а сам бесшумно поднялся на встречу осторожному шороху. Вскоре послышался испуганный женский вскрик и звук падающего тела. Через мгновение на лестнице появился Волкер с перекинутым через плечо телом женщины. Судя по дорогому, но весьма истрепанному платью Селеста определила, что женщина принадлежит к весьма состоятельным жителям города. Усадив ее на стул Волкер передал женщину в руки хрониста который мгновенно извлек из сумки маленький флакончик с дурно пахнущей жидкостью. Проведя несколько раз им под носом женщины он привел ее в чувтсо. Увидев перед собой троих людей явно не принадлежащих к хортам она сжалась от страха на стуле.

— Не бойтесь, я и мои друзья пришли вам помочь, — произнес перси спокойным голосом чтобы еще больше не напугать бедную женщину.

Видя что его слова не вызвали у нее очередной приступ страха, хронист закрыл флакончик и убрал в сумку.

Хронист Перси: Запись семнадцатая.

Слова Перси, которыми он пытался разговорить женщину похоже никак не повлияли на ее сознание и она со страхом в глазах продолжала смотреть на хрониста. Он попытался еще сделать пару заходов объяснить ей что не стоит их бояться, но каждый раз терпел крушение от столкновения с ее каменным нежеланием перестать боятся. В конечном счете он сдался и опустив руки отошел от испуганной женщины.

— Она похоже помутилась разумом, — сделал логический вывод хронист.

— И это не удивительно, — согласилась Селеста. — Пережить всех жителей города и до сих пор не попасть на обед к шептунам, тут кто угодно сойдет с ума.

— Стала она сумасшедшей или нет, это уже не важно, — подал голос Волкер, смотря на женщину. — Мы в любом случае должны ее защитить и очистить город от хищников.

— У вас пряжки на ремнях с королевской печатью, откуда они? — первый раз за все это время подала голос женщина.

К ее испугу на лице добавилась еще одна эмоция — любопытство.

Волкер посмотрел на нее и подошел поближе.

— Егерь его Величества, — прочитала она надпись вокруг королевской печати.

— Король основал егерскую службу и наша задача уничтожать хищников ставших угрозой для жителей королевства, — объяснил Волкер значение печати и надписи.

— Я не одна, — произнесла женщина. — В моем доме еще есть люди, их немного, но это все кому удалось выжить. Не знаю почему, но на меня чары монстров не действуют. Я единственная кто может выходить на поиски продуктов, слава серебряннокрылой что их не интересует людская еда. Монстры появились несколько месяцев назад и теперь из всего города нас осталось всего двадцать человек. Мне приходится запирать их в подвале иначе они сами выйдут в зубы к чудовищам. Первое время они появлялись только по ночам. Затем… они осмелели и захватили вечер. Ну а потом и средь бело дня можно было заметить сидящего посередине улицы монстра. Жителей к тому времени практически не осталось, а те кто еще был жив тряслись в домах в ожидании когда и его призовет монстр.

— Нелегко вам пришлось, — посочувствовал ей Перси.

— Да, это было страшно, — согласилась она. — Первое время люди думали убежать из города, но это оказалось ошибкой. Монстры словно этого и ждали, никто кто попытался выбраться за пределы городских стен так и не добрались до других поселений. Единственное средство которое нас спасает, это запереться в доме и крепко себя привязывать к чему-нибудь очень тяжелому.

— Веди нас к остальным, посмотрим что можно будет сделать, — произнес Волкер.

Женщина подняла мешок с найденным ей провиантом и прислушавшись к звукам за дверью осторожно вышла на улицу. Дом в котором прятались оставшиеся в живых люди находился двумя кварталами дальше. Каменный дом скорее напоминал крепость отдаленно напоминавший дома в порту.

— Здесь я живу, — произнесла женщина указывая на крепость. — Монстры нападали на нас регулярно и мы без особого труда отражали их атаки. Но когда появились шептуны, оказалось что острые мечи и топоры против них совершенно бесполезны. Стража города полегла первой, воины бросали оружие и ни на кого не обращая внимание покидали пределы города, после этого их никто не видел.

То что этот дом приковывал внимание монстров Волкер понял по оставленным отметинам когтей на двери и стенах. Поняв что выманить людей из дома они не могут хищники сами пытались проникнуть за дверь. Но постройка оказалась надежной и шептунам оставалось лишь скрести когтями неприступную крепость. Отперев дверь женщина пропустила новых гостей в дом и заперев ее обратно повела через большой зал в угол, туда где виднелись резные перила ведущие в подвальное помещение.

— Пока нам везет и твари только скребутся снаружи мерзко шепча и непонятно почему они не пытаются проникнуть к нам через большие окна, — указала она под потолок. — Наверное они слишком высоко для них находятся, — в итоге сделала она вывод и ступила на лестницу убегающую вниз.

В подвале оказалось двадцать человек привязанных к железной решетке. Женщина против ожиданий Волкера не стала развязывать узников а напротив проверила крепко ли на них наложены путы и не ослабли ли за время ее отсутствия.

— Это все кто остался, — произнесла она ставя на стол мешок с провиантом.

Развязав его она брала немного еды и подходя к пленникам по очереди давала им поесть и немного воды.

— Пару недель назад нас было в два раза больше, — сказала она не скрывая грусти в голосе. — Мы не спускались в подвал, а находились в зале наверху. Я не успела всех привязать и они ушли. Теперь я не допускаю подобных ошибок и отвязываю их только по одному. Они могут размять затекшие конечности и сходить в уборную.

— Да уж, перспектива провести остаток жизни с веревкой на теле, не об этом я мечтал в юности, — произнес мужчина когда его отвязали от решетки. — Позвольте представиться, Бишоп, хозяин этого дома и муж Рианы.

Он крепко обнял приведшую егерей женщину и поцеловал ее в лоб.

— Волкер, Селеста, егери его Величества и наш хронист Перси, — представил всех Волкер.

— Егери его Величества? — удивился Бишоп. — Первый раз об этом слышу. И судя по тому что вы не хорты, позволю себе предположить, что это не наш король.

Волкер молча указал на пряжку сняв этим жестом все вопросы.

— Понятно, — почесал затылок Бишоп. — Не знаю чем вы занимаетесь, но кажется вы пришли не в то время и не в то место. Если вы еще не поняли по антуражу городских улиц и моему скромному жилищу, у нас тут хозяйничают монстры. Скажу больше, меня смущает длинна вашего оружия, но даже будь оно нормальных размеров вам оно точно не поможет.

Бишоп кивнул на жилеты с метательными ножами егерей и сел за скромно накрытый стол. Хозяин дома удостаивался чести есть за столом, а не распятым у решетки. Волкер посмотрел на Перси и тот кивнув ему занял свободный стул за столом рядом с Бишопом.

— Егери занимаются истреблением хищников, монстры из этой же категории, — произнес хронист извлекая из недр сумки лист бумаги. — Для начала нашей работы нужно заключить договор. Егери обязуются истребить хищников донимающих вас, а с вашей стороны оплата после завершения работы. За каждую голову согласно приказу короля — один серебряный. Шептуна что мы убили до заключения договора оплате не подлежит.

— Вы убили шептуна? — спросил Бишоп подозрительно прищурив глаз.

— Да, на них чары монстров не действуют, а я ничем не отличаюсь от вас и я был в качестве наживки, — объяснил Перси.

— Оплата после того как вы покончите с тварями? — на всякий случай спросил Бишоп.

Хронист кивнул протягивая ему договор. Бишоп внимательно прочитал документ и лишь после этого поставил подпись.

— Отлично, ваш заказ принят, — произнес хронист сворачивая документ и убирая его в сумку.

— Что-то давно нет хозяйки и ее знакомой, — шепнула Волкеру Селеста. — В отличии от вас мужчин, мы женщины не так быстры в оправлении естественных надобностей, но даже самая неторопливая должна была давно уже вернуться. Пойду, узнаю в чем там дело.

Волкер кивнул внимательно наблюдая за привязанными людьми, ему перестало нравиться их поведение. До этого момента они вели себя довольно активно, голод не тетка и в ожидании своей очереди поесть они пристально наблюдали за накрытым столом. И постоянно сглатывая слюни при виде жующего человека. А сейчас на них словно апатия напала. Когда Селеста скрылась за дверью, Перси и Бишоп вдруг потеряли интерес к беседе. Волкер сообразил в чем дело и мгновенно оказавшись возле них двумя короткими ударами выключил им сознание. Через мгновение дверь распахнулась и на пороге появилась Селеста с хозяйкой дома на руках. Голова Рианы была в крови, а второй девушки видимо он уже никогда не увидит. Опустив Риану на пол Селеста заперла дверь.

— Вторую я не нашла, наверное уже мертва, — поделилась очевидным соображением Селеста. — Думаю ее тоже нужно связать, неизвестно как на нее будут действовать чары шептунов после того как ей основательно встряхнули голову. Раньше она сопротивлялась воздействию находясь в здравом рассудке, а сейчас даже не знаю.

Волкер бросил Селесте кусок веревки, а сам приступил к связыванию хрониста с Бишопом. Когда с хозяином дома было покончено рядом с ним упала и Риана. Селеста решила не привязывать ее к решетке решив что опутанных рук и ног будет вполне достаточно.

— Шептун обычно контролирует одного человека, — произнес Волкер смотря на дело рук своих. — А они сейчас все под их действием.

— Выходит хищников не меньше двадцати особей, — быстро подсчитала она.

— Намекаешь что у нас есть возможность по легкому срубить двадцать серебряников?

— Ну что-то в этом духе, — улыбнулась Селеста.

— Влиять они на нас конечно не могут, но зубы и когти никто не отменял.

— Согласна, это единственный недостаток нашей профессии, хотя без него вполне можно заскучать.

За дверью послышался едва различимый шепот, а затем раздался чудовищный удар и крепкую на вид дверь внесло внутрь вместе с петлями. По пути она сбила с ног егерей.

— Твою жеш шептунскую мать, — ругнулся Волкер, сплевывая набившуюся в рот пыль и щепки от старой двери.

Селеста с Волкером были придавлены тяжелой дверью, но неожиданно она взмыла над ними и зависла в воздухе удерживаемая когтями шептуна. Далекое от привлекательности рыло ощерилось клыками внушающими уважение даже у видевшего виды Волкера. Шептун разинул пасть и зарычал обдав зловонным дыханием и забрызгав слюнями Волкера с Селестой. Егерь не сомневался что перед ними во всей своей отталкивающей красе предстал вожак стаи. Потеряв одного из своих он видимо решил отмстить им собственноручно или скорее собственнолапно.

Селеста не растерялась и кувырком ушла в сторону распоров по дороге подколенное сухожилие монстра. Шептун взвыл от боли и упал на одно колено, а затем рухнул на живот когда Волкер вскрыл ему горло. Непродолжительный но громкий рык вожака не остался незамеченным. Голосистые шептуны ответили на призыв сотрясая стены дома. Когда они не загоняют жертву то их рыки далеки от шепота. Перед егерем встала небольшая проблемка в виде привязанных людей и рвущихся к ним монстров.

— Защищай Перси и остальных, а я попробую отвлечь шептунов на себя, — бросил Волкер выскакивая в дверной проем.

Взбежав по лестнице Волкер оказался в большой зале через которую их ранее проводила Риана. Трое монстров водили мордами из стороны в сторону стараясь определить где же находиться вход в подвальное помещение. В том что они вскоре определят где проходит дорога, ведущая к добыче, егерь не сомневался. Волкер облегчил им задачу выйдя на центр. Хищники бросились на него опрокидывая по пути столы и стулья оказавшиеся на их дороге. Двое сразу же упали наглотавшись метательных лезвий, но одному удалось спрятаться за деревянную балку поддерживающую крышу. Пара лезвий угодила прямо в нее, а не в шептуна. Прежде чем повторить атаку зверь зарычал призывая стаю на помощь и услышав ответ он бросился на Волкера. Вооруженная острыми когтями лапа обрушилась на человека, но вместо него разнесла в щепы перила ведущие в подвал.

Волкер ударил монстра в бок, но изворотливая тварь отмахнувшись от него умудрилась зацепить плащ когтем. Зверь не растерялся и рванув лапу на себя отшвырнул егеря к стене. Волкера припечатало к каменной кладке одним ударом выбив из него всю пыль, но на беду монстра не дурь. С кровоточащей на боку раной зверь продолжил атаку на человека поднимавшегося с пола. Последнее что он увидел в своей жизни блеснувшие в лунном свете лезвия ножей егеря. Разобравшись с монстром Волкер прикрыл голову руками от обрушившегося на него дождя из разбитого стекла. Шептуны запрыгивали в дом через окна, каким-то чудом оставшиеся до этого не тронутыми. Эти хищники похоже не отличались большим интеллектом, что в принципе устраивало Волкера. Часть проникших в дом прямиком направилась к человеку, а вот несколько особей бросились в подвал.

Один из шептунов пробежавшись по стене приземлился на стол возле егеря. Но данный предмет не был рассчитан на такие нагрузки и под весом чудовища он прекратил свое существование. Зверь не ожидал что стол развалиться у него под ногами и заставит потерять концентрацию. Волкер использовал несовсем пришедшего в себя хищника в качестве трамплина и, пробежавшись по его спине, одним прыжком ушел от возможности быть зажатым в углу. В полете он расстался с шестью лезвиями но когда приземлился то увидел что трое шептунов лишь незначительно ранены. У одного рукоять метательного ножа торчала из загривка и по тому как он скалился оружие егеря причиняло ему невыносимую боль. У второго лезвие пробило верхнюю челюсть и он не мог спокойно закрыть пасть, торчащее лезвие каждый раз вонзалось в нижнюю челюсть превращая язык монстра в кровавые ошметки. Третьему повезло больше всех, правда он мог передвигаться только на трех конечностях. Левая передняя лапа висела плетью и волочилась за зверем по полу.

Раненый видел перед собой человека заставившего его страдать, но рывок к ненавистному врагу не получился его что-то держало. Резко развернув морду он попытался обрушить гнев на того кто его удерживал, но это оказалась его собственная лапа зацепившаяся за острый обломок стола. Лезвие егеря повредило нервные окончание лапы и зверь просто перестал ее чувствовать. Пару раз он рванул ее на себя но лишь для того чтобы встретиться лицом к лицу с егерем. Шептун попытался укусить человека, но не успел и почувствовал как что-то холодное входит ему в горло.

Разобравшись с зацепившимся хищником, Волкер принялся за тех, что все еще представляли опасность. Хотя монстры и теряли кровь, но не так быстро как хотелось бы Волкеру. Возле лица егеря клацнула клыками пасть раненного в верхнюю челюсть монстра. Зверь взвыл от боли сам себе причинив страдание лезвие прошло через нижнюю челюсть и показалось снизу. Волкер нанес удар локтем и шептуна закрутив вокруг своей оси отбросило метра на три. Пока монстр приходил в себя Волкер приступил к разговору по душам с последним шептуном.

Хищник прыгнул на человека, егерь поступил так же, удар ногой пришелся чудовищу в грудь. Монстр был отброшен и упал на спину. При падении лезвие торчавшее из загривка вошло в тело на всю длину и обрезало жизненную нить шептуна. Получивший локтем в голову хищник не совсем пришел в себя и стоя на четырех лапах нервно потряхивал массивной головой, при этом разбрызгивая кровь льющуюся из пасти. Откуда пришла смерть шептун так и не увидел. Еще раз встряхнув головой он ткнулся мордой в пол и мгновенно затих. Волкер выдернул лезвие из поверженного врага и бросился к лестнице ведущей в подвал куда спустились несколько монстров.

Волкер перепрыгивал через три четыре ступени к выбитой в подвал двери. Селеста не подвела, те шептуны что спустились в подвал там и остались. Первым в себя пришел хронист, затем начали шевелиться и остальные. Вид мертвых тел монстров возле них явно вывел из душевного равновесия скованных горожан. У всех в глазах читался единственный вопрос: Что здесь произошло?

— Не переживайте, просто считайте что пара подвыпивших гостей решили облокотиться на дверь и она выпала вместе с косяком, — ответила на их изумленные взгляды Селеста. — Но уже все в порядке, мы объяснили им что так поступать нехорошо и они обещали что такого больше не повториться. Перси сейчас подсчитает незваных гостей и наш контракт будет выполнен.

— Вы уверенны что это все? — на всякий случай спросил Бишоп.

— Думаю да, мы покончили со всей стаей.

Пока Селеста с Волкером помогали отвязывать людей, Перси отправился осматривать и делать описание хищников.

Освобожденные женщины неожиданно разревелись и Волкер надеялся что это слезы радости, а не наоборот. Вдоволь нарыдавшись они принялись благодарить егерей, за то что им не придется больше жить как пленникам в казематах. Волкеру в такие моменты становилось немного не по себе, обычно до начала подобных эпизодов он не задерживался. В прошлом он получал оплату из казны и ликвидировав хищника отправлялся дальше. Короткие же общения с людьми он оставлял Перси, но теперь похоже все будет немного по иному. Заключение контрактов и взимание за это оплаты похоже означает постоянное общение с людьми.

Селеста поняла ситуацию и отгородив собой Волкера от благодарных и изможденных хортов, объяснила им что Волкеру и ей необходимо срочно поговорить со своим хронистом. И желательно чтобы им не мешали, от этого зависит их знание, всех ли они хищников обезвредили или она ошиблась и кто-то из них продолжает бегать по дому. После ее слов женщины зажали ладонями рты, а на их лица вернулся исчезнувший было страх. Они испугались что им опять придется прятаться в подвале, а казавшиеся ранее крепкие двери на деле оказались не такими и прочными. Оказалось что если монстров хорошенько разозлить, то они способны добраться до людей несмотря на возведенные на их пути преграды. Сообразив это женщины активно закивали понимая всю необходимость егерей поговорить с хронистом.

— Спасибо, — шепнул Волкер когда они поднимались по лестнице.

— Всегда пожалуйста, — улыбнулась Селеста. — В отличие от диких егерей блуждающих по лесам и пещерам подобно монстрам инквизиторы в основном работали с людьми. Так что некоторый опыт общения с благодарными жителями у меня имеется.

— Надо будет поговорить с Перси чтобы он полностью взял на себя всю болтовню с работодателями, — заметил Волкер.

— Не переживай я помогу хронисту, а ты сможешь вдоволь наслаждаться одиночеством в своей воображаемой берлоге, — заверила Селеста.

— Не подумай что я сумасшедший, но просто я некомфортно себя чувствую в такие моменты.

— Да я поняла, — хлопнула она его по плечу и обогнав Волкера первая поднялась в зал.

Хронист Перси: Запись восемнадцатая.

Перси они обнаружили рядом с шептуном в дальнем углу зала. Он осматривал хищника и каждый раз сверялся с книгой что лежала на полу возле него. Волкер с хронистом прошли вместе долгий путь и он по выражению лица Перси мог определить, что их примерно ожидает. И судя по сосредоточенному выражению лица хрониста, ничего хорошего он ему не скажет.

Когда егери приблизились к Перси он даже не взглянул на них, словно они были бестелесными духами. Селеста хотела привлечь его внимание, но Волкер, коснувшись ее, остановил готовый сорваться с ее губ вопрос. Тем временем Перси измерял длину клыков и ширину когтей монстра, быстро записав что-то в дневник он поднял взор на Волкера с Селестой. Хотя хронист и смотрел на них, но его мысли блуждали где-то далеко от этого места. Наконец он сосредоточил внимание на взволнованном лице Волкера.

— Что, все так плохо? — спросил егерь.

Перси кивнул.

— О чем вы вообще говорите? — подала голос Селеста, переводя взгляд с одного на другого. — Мы вроде со всеми разобрались, или я чего-то не понимаю?

— Я осмотрел всех убитых хищников, среди них нет ни одной самки, — задумчиво произнес Перси.

— И что? — все так же ничего не понимая развела руками Селеста.

— Шептуны охотятся с самками, — тяжело выдохнул хронист. — И это для них закон, только в одном случае они его нарушают. Когда самка решает увеличить свою стаю. После принятия подобного решения она убивает всех самок пока не останется единственной в стае. Затем она находит укромную пещеру с достаточным количеством пищи возле нее, по-крайней мере, на первое время и приступает к откладыванию яиц.

— И сколько по-твоему она могла отложить? — поинтересовался Волкер.

— Ну точно я сказать не могу, — погладил подбородок Перси. — Но думаю пару сотен за месяц вполне могла.

— Пара сотен?! — прошептала Селеста.

Хронист кивнул.

— Блин, вот тут и задумаешься, а может я зря отказался от преподавательской деятельности, — поделился мыслями в слух Волкер. — Хотя если подумать, то пара сотен монет серебром еще никому не мешали.

— Что верно то верно, правда увесистый мешок получиться, — согласился хронист. — Есть только в этом плане небольшая проблемка, боюсь за эту работу нам платить никто не будет. Наш контракт только на тех монстров кто нападает на город, а не на тех кто в будущем соберется это сделать. Так что заберем двадцать серебряников, но что касается остального, то боюсь люди воспримут это как чистой воды вымогательство. Не будь вы егерями то можно было бы с чистой совестью пройти мимо, но в нашем варианте это не проходит. Если не найти ее логова, то вскоре в округе вообще никого не останется.

— Да хватит нас уже убеждать, — остановила хрониста Селеста. — Мы все поняли, если всех хортов сожрут то кто спрашивается будет нам платить за работу.

— Ну король понятное дело внесет свою лепту, но как происходит почти со всеми правителями, не очень большую.

— Хорошо, печальная перспектива нам теперь известна остается выяснить где искать гнездо? — перевел разговор в нужное русло Волкер.

— У меня на этот счет есть некоторые мысли, но в любом случае идти туда ночью довольно глупое занятие, — ответил Перси закрывая книгу и убирая ее в сумку. — Пойдем, разберемся с контрактом, а там решим что делать дальше.

К приходу егерей Бишоп уже достал деньги и отсчитав хронисту положенную сумму спрятал остальное в сундук обитый железом. Перси в общих чертах объяснил Бишопу что если они завтра к вечеру не вернуться, то ему нужно будет собрать оставшихся в живых и покинуть эти места как можно быстрее. По подсчетам хрониста кладка может созреть уже на этой недели. Бишоп в силу своих знаний местности помог определиться с местом предполагаемого гнезда. В округе он знал только одно место отвечающее запросам самки, которые озвучил Перси. Единственная пещера находится недалеко от того места где егери убили первого шептуна.

Поблагодарив хозяев за помощь они отправились ночевать в другой дом, тем более что проблем с пустующей жилплощадью в этом городе не наблюдалось, да и в ближайшее время вряд ли что измениться.

Рано утром они стояли на поляне где лежал труп первого шептуна. Это было довольно странно, но мертвое тело так никто и не тронул. Даже в пустыне труп достаточно быстро обглодают, чего уж говорить про лес. Но шептун все так же лежал на спине с того времени когда его ногой перевернула Селеста, чтобы получше рассмотреть хищника.

— Он не собирался меня есть, — поделился осенившей его мыслью Перси.

— С чего вдруг такая уверенность? — удивленно взглянул на него Волкер. — Только не говори что ты вдруг стал читать их мысли.

— Нет, мысли я пока читать не умею, но если логово рядом то я предназначался самке, а не ему. Вся стая занимается поиском добычи для самки, поэтому вокруг и нет животных кто бы смог обглодать мертвого шептуна. А то что они так активизировались прошлой ночью говорит о том что потомство готово вылупиться со дня на день.

— Чего тогда мы здесь стоим-то? — бросила Селеста направляясь в сторону пещеры, которая по заверениям Бишопа должна находиться по левую сторону от поляны.

Минут через десять они ее обнаружили, ничего зловещего в ней с виду не было. Это даже пещерой назвать язык не поворачивался. Небольшой вход в рост человека, а вокруг него росли красивые цветы, одним словом лепота.

— Мы точно ничего не перепутали? — поинтересовалась Селеста глядя на открывшуюся взору красоту.

Перси оказался удивлен не меньше остальных.

— Да вроде нет, — тихо ответил он.

— Стойте здесь, — приказал Волкер направляясь к цветнику с дырой в самом его сердце.

Шагов за двадцать он остановился и махнул друзьям рукой.

— Да это то самое место, — вынуждена была согласиться Селеста.

Вонь разлагающихся трупов ни с чем нельзя было спутать.

— Я вспомнил про эти цветы, это могильники, они растут только в землях хортов, — произнес Перси срывая один из них. — Вот, понюхайте, — протянул он сорванную красоту Селесте.

Она взяла его и спустя мгновение отбросила его подальше при этом сильно зажимая нос.

— Больше никогда не предлагай мне такой гадости, — произнесла она сквозь ладонь крепко сжимавшую нос.

— Это они распространяют эту вонь, — объяснил Перси. — Корни впитывают запах из подобных пещер где достаточное количество разлагающихся трупов, а когда цветок начинает цвести он выпускает его наружу.

— Вот ты лучше скажи, за каким лешим ты мне рассказываешь про эту флору от которой несет как от покойника? — спросила Селеста, немного придя в себя.

— Ну в принципе вам знать такие подробности наверное и не нужно, — пожал плечами Перси. — Кладка здесь, определенно здесь.

— Может есть какой-нибудь способ выманить ее из-под земли, не хочется мне лезть в эту вонищу, — поделилась соображением Селеста глядя на вход в пещеру.

— Если мне позволят закончить то я добавлю что цветы нейтрализуют запах внутри пещер.

Подойдя ближе Волкер увидел что вход не такой уж и маленький. Просто расщелина оказалась заросшей и снаружи казалось что вход в пещеру находиться внизу и весьма небольшого размера. Вот же свезло так свезло, подумал Волкер. Теперь придется лезть в расщелину, одна надежда что самка шептуна не такого большого размера. Хотя в природе монстров самки часто оказываются намного больше своих сородичей противоположного пола.

— Не волнуйтесь внутри пахнуть будет не так сильно, — успокоил их Перси.

Протиснувшись внизу расщелины они начали спуск в преисподнюю. В паре метров над ними была более широкое место и скорее всего шептуны забирались внутрь именно там, но людям вполне хватало место и внизу. Периодически под ногами попадались человеческие останки, Селеста аккуратно их переступала. Вход походил на извилистый лабиринт и чем дальше они углублялись, тем больше им попадалось человеческих костей. В самом конце они увидели скелет шептуна.

— Что это? — указал на него Волкер.

Перси протиснулся между ним и стеной и внимательно осмотрел обглоданные кости, затем кое-какие из них он измерил.

— Останки явно принадлежат самке, — вынес он вердикт после осмотра.

— Значит мы зря переживали и никакого гнезда с кучей яиц здесь нет, — предположила Селеста опускаясь на корточки рядом с Перси.

— Возможно ты и права, — не стал отрицать хронист. — Но в любом случае проверить пещеру стоит.

— Никто с этим и не спорит, но все же лучше знать что внутри нет большого количества уродов, хотя я часто с такими мыслями захожу в таверну, — поделилась Селеста.

— Ну и как, часто тебе везет? — поинтересовался хронист.

— Знаешь почему мечты называются мечтами? — ответила она вопросом на вопрос.

— Мир несовершенен, — печально вздохнул Перси.

— Вот именно хронист, вот именно, — поднялась Селеста на ноги.

Узкая расщелина наконец закончилась и пещера продемонстрировала воистину огромные размеры. Практически весь пол был утыкан светящимися кристаллами. Где-то их было больше, где-то меньше, но в любом случае их хватало чтобы осветить пещеру.

— Этого я и боялся, — прошептал Перси.

— Ты нас пугаешь, давай переставать говорить загадками, — обратился к нему Волкер, подходя к кристаллам поближе.

— Первая самка чьи останки мы встретили на входе основала гнездо, но другая присвоила его себе и думаю добавила…

— Что за черт?! — ругнулась Селеста перебив хрониста и разглядывая что-то внутри кристалла.

— Это не кристаллы, ну не в чистом виде, это кристаллические яйца шептуна, — объяснил Перси.

Селеста медленно поднялась и осмотрелась вокруг, везде куда дотягивался взгляд егеря были натыканы светящиеся яйца монстров.

— Это плохо, очень плохо, — прошептала она.

— Перси, — не поворачивая голову в сторону хрониста позвал его Волкер. — Пообещай мне что в следующий раз прежде чем заводить нас в подобные места ты будешь предупреждать нас о своих догадках за день до этого. В крайнем случае перед входом и уж не как в нашем случае, когда мы по самую шею в дерьме.

— Бери выше, — хмуро поправила она Волкера раздвигая полы плаща.

Возле входа через который они вошли появилась какая-то шевелящаяся масса из тел. Перси повесил голову и направился к ней. Селеста не долго думая отработала хук слева по уху хрониста. От удара он завалился на один из кристаллов и последний не выдержав нагрузки лопнул обдав Перси зеленой вонючей слизью светящейся в темноте. В наполовину разрушенном яйце осталось достаточно слизи в которой копошился неполностью сформировавшийся шептун. Отвратительная морда маленького монстра вынырнула из слизи и уставилась на Селесту. Открыв пасть маленькая тварь собралась завизжать, но захлебнувшись собственной кровью плюхнулась обратно в дурно пахнувшую жижу.

Селеста встряхнула ножом освобождая лезвие от крови шептуна. Неожиданно в себя пришел Перси. Поднявшись на ноги он отер лицо от слизи и сразу же закрылся руками, успев бросить просьбу, чтобы его не били. Волкер успел остановить Селесту готовую врезать хронисту и с другой руки.

— Слизь из яйца не даст попасть мне под их чары, — выпалил Перси. — Быстрей обмазывайтесь ею, — попросил он.

— И не подумаю, не буду я мазать эту мерзость на мою чувствительную кожу, — возмутилась Селеста.

Шевелящаяся масса из шептунов пришла в движение и направилась к нарушителям спокойствия в их кладке.

— Умоляю, быстрей, так мы сможем выиграть немного времени, — нервно оглядываясь на шептунов, Перси судорожно обмазывал себя слизью.

Волкер действовал молниеносно, подсекая Селесте ноги он одновременно с этим расколол рукоятью ножа ближайший кристалл. Вонючая слизь окатила с ног до головы Селесту, а эмбрион шептуна так и умер не успев родиться. Пока Селеста отплевывалась пытаясь избавиться от набившейся в рот мерзости, Волкер лег на землю и разбил кристалл рядом с собой. Когда они полностью вымазались в слизи, шептуны замерли в нерешительности, но немного подумав решили все же продолжить движение и проверить что же все-таки там происходит в центре кладки.

Хорошо что у этих шептунов глаз вообще не оказалось, это дало людям время очень медленно пятится подальше от разбитых кристаллов.

— Тихо, только тихо, — шептал Перси, осторожно ступая между кристаллов с шевелящимися внутри монстрами.

Детеныши шептунов уже готовились выйти в огромный мир для поисков пропитания и подплывая к стенкам кристаллического яйца они с голодной злобой провожали проходящих мимо них людей. Наконец первые шептуны подошли к разбитым кристаллам и начали принюхиваться.

— Хронист, как нам поубивать всех монстров и выбраться на солнечный свет, — прошипела Селеста.

— Я думаю… думаю, но ничего в голову не приходит.

— Не надо думать, просто вспомни, — в свою очередь прошипел Волкер, не сводя взгляд с обступивших разбитые кристаллы шептунов. — Ты же начитанный человек, скорее всего, что-то, где-то читал.

— Есть! — обрадовался Перси едва не крикнув, но вовремя сдержался. — Я вспомнил, в одном из свитков после того как я занял должность… вообщем неважно, одним словом вам нужно поранить себе ладони, сильно не нужно достаточно чтобы выступила кровь.

— Ты видно от удара совсем разумом тронулся, — произнесла Селеста. — Зачем нам самим пускать себе кровь когда желающих это сделать только свисни.

— Верьте мне, шептуны что находятся внутри кладки, охранники, — быстро принялся объяснять хронист, стараясь донести до егерей как можно больше информации пока на них не напали стражи кладки. — Они родились и ускоренно развились внутри пещеры. Стражи никогда не покидали эти пределы, и никогда не покинут. Это бесполые существа неспособные продлить свой род. Их задача охранять кладку, а когда появятся полноценные шептуны стража пойдет в качестве первой еды.

— Но зачем нам пускать себе кровь? — задал логический вопрос Волкер.

— Когда стража почувствует человеческую кровь она мгновенно атакует все на чем она будет находиться. Я точно в этом не уверен, но это лучшее что я смог вспомнить.

— Ладно, сейчас проверим, — шепнул Волкер вынимая ножи. — Идите к стене и не двигайтесь.

Как только хронист и Селеста отошли на достаточное расстояние, Волкер сделал небольшой разрез на ладони, кровь мгновенно привлекла слепую стражу и она бросилась на запах. Егерь коснулся ладонью кристалла с копошащимся внутри монстром и оставив на нем свой след посмотрел на бегущих к нему шептунов.

Слепые монстры мчались к нему широкой волной, но при этом они умудрялись не повредить кристаллам. Стоять на месте для Волкера стало слишком опасно и он помчался между яиц встряхивая рукой и разбрызгивая капли крови на всем протяжении своего пути.

Достигнув первых кристаллов со следами человеческой крови стража не задумываясь разнесла помеченные яйца. Смешавшийся запах человеческой крови, слизи и крови не родившихся шептунов помутил разум стражи и она приняла кристаллы за инородные тела в кладке. Слепые охранники принялись разносить коконы с будущим потомством, которому не суждено было родиться. Волкер, отбежав подальше от обезумевших охранников, достал из кармана флакон с темной вязкой жидкостью что дал ему ранее Перси и капнув на рану растер ее по порезу. Средство приготовленное хронистом быстро твердело превращаясь в смолу. Кровотечение прекратилось, пару раз он сжал и разжал ладонь. Убедившись что рана не откроется Волкер только после этого убрал флакон в карман.

Стража буйствовала в центре кладки быстро сокращая светящиеся кристаллы. Осколки и светящаяся слизь разлетались в разные стороны добавляя освещения тем местам где ранее был полумрак. Волкер сделав приличный круг чтобы не попасть под раздачу вернулся к Селесте с хронистом.

— Кажется твой план сработал, — шепнул он Перси.

— Похоже так и есть, хотя я не был в этом уверен, — не стал скрывать Перси.

Неожиданно своды пещеры сотряс жуткий рык и стража замерла в нерешительности.

— Мама вернулась, — прошептала Селеста.

Хронист Перси: Запись девятнадцатая.

— Перси, насколько я помню ты не упоминал про такой размер, — искренне поинтересовался Волкер прижимаясь спиной к стене.

— Я и сам не представлял что они настолько большие, — оправдался хронист. — Самки конечно больше самцов, но не до такой же степени. Как я и предполагал начало кладки было не у этой самки, а у той чьи кости мы обнаружили при входе. Ну и какой план у егерей насчет убийства этой громадины?

— Мой план подождать и посмотреть что будет дальше, — ответил Волкер.

— Я полностью с ним согласна, шикарный план, — кивнула Селеста.

Самке пришлось несколько раз рычать на стражу чтобы они подчинились но все равно полного повиновения она не добилась. Слепые шептуны были возбужденны человеческой кровью и на рык самки отвечали клацаньем зубов, но на более активные действия пока не переходили. Если она хотела сохранить потомство которое еще осталось ей нужно было как-то подчинить стажу, а для этого лучший способ направить их злобу в нужное русло. Осталось только дело за малым, найти это русло.

Самка втянула ноздрями воздух и ее огромная морда повернулась в сторону спрятавшихся возле стены людей.

Время играть в прятки похоже закончилось и настал момент переходить к плану “Б”. Сама по себе мысль достойна всяческих похвал если не брать во внимание что никакого плана не было придумано.

Самка чувствовала присутствие чужаков, но точного их места пока обнаружить не могла. Правда, для нее это было лишь вопросом времени. Она тихо рыкнула и стража тоже повернула слепые морды в ту часть пещеры где затаились люди.

— Надо что-то делать, — заволновался Перси. — Она почти подчинила стражу, а скоро возьмет их под контроль и отправит на наши поиски.

Самка повернула морду в другую сторону и еще раз втянула воздух и похоже она точно определила место где находиться враг. Морда монстра медленно поворачивалась в их сторону и Волкер решил поступить так же как и с яйцами шептунов. Он вынул метательный нож и сорвав наложенную на рану смолу измазал лезвие и рукоять собственной кровью. Запах крови распространялся слишком быстро но он все же надеялся что успеет до того как слепая стража почует его открытую рану. Хорошо извозив лезвие Волкер отошел от стены на достаточное для замаха расстояние и метнул оружие в самку.

Она все же успела почувствовать рану Волкера и открыла пасть для рыка направляющего стражу на врагов. Сама она тоже собиралась поучаствовать в убийстве людей погубивших большую часть ее кладки. Вот только вместо приказа об их поимки самка завизжала от боли. В ее глазу торчало кровавое лезвие Волкера. Он видел как стража почувствовала кровь человека на самке, они медленно повернули слепые морды в ее сторону и спустя мгновение атаковали, приняв ее за врага.

Ближайший к ней страж вцепился в ее лапу но его голова лопнула как перезрелый плод. Она просто сдавила когтями его голову и отбросила мертвого стража в сторону. Первая кровь была пролита и смерть одного охранника никак не могла повлиять на поведение слепой стражи. Они набросились на нее вырывая куски плоти, а она разрывала стражников на части когда ей удавалось кого-нибудь из них схватить. Один из стражников разбежался и прыгнул целясь в горло самке, но она отмахнулась от него как от назойливого комара и он улетел собирать спиной кристаллы.

Разметав около десятка кристаллов слепому стражу наконец удалось остановить скольжение на спине и подняться на лапы. Встряхнув массивной головой он неожиданно замер и резко втянув воздух повернул морду направо. В двух шагах от него у стены стояли люди. Он слишком поздно обнаружил врагов, а они оказались слишком быстры. Никто из стражи даже не заметил что один из них погиб не от лап самки.

Слепых охранников гнезда было довольно много, но они слишком быстро гибли. Самка хотя и истекала кровью, но все равно больше одного удара на стража не тратила. Около десятка слепцов набросились ей на спину, вонзив в плоть когти и зубы. Огромное чудовище не собиралось сдаваться, сошедшая с ума стража уничтожила ее потомство и самка собиралась поступить с изменниками так же. Резко поднявшись на задние лапы чудовище опрокинулось на спину давя огромной тушей тела стажи. Пещера на мгновение наполнилась мерзким чавкающим звуком раздавленных тел. Самка на этом не остановилась и продолжала истреблять предателей и количество охранников кокона медленно, но неотвратимо сокращалось.

Полностью здоровых особей практически не осталось. У кого-то волочилась оторванная конечность, у кого-то отсутствовала нижняя челюсть. Но даже в таком состоянии инстинкт охранника заставлял их нападать на самку. Бойня продолжалась еще примерно около получаса, когда наконец не осталось ни одного стража могущего подняться на лапы. Окровавленная самка обвела взглядом разрушенную кладку и издала полный тоски вой. Через мгновение она рухнула замертво.

— Нужно закончить дело, — сурово произнес Волкер вынимая ножи.

Селеста кивнула и обнажив оружие направилась следом за Волкером к еще живым стражам. Покончив с шептунами они еще примерно несколько часов занимались уничтожением кристаллических яиц. Полностью вымотанные и едва передвигающие ноги они выбрались из пещеры на свежий воздух. Правда им пришло пройти еще некоторое расстояние от входа чтобы не чувствовать дурно пахнущие цветы. Опустившись на мох, Волкер с Селестой прижались спинами к сосновому стволу, закрыв от усталости глаза.

Перси не замедлил с предложением действенного средства от усталости. Егери попытались отказаться, но хронист настоял на своем. Пообещав им что через пару часов они будут свежими и отдохнувшими словно огурчики. А он в свою очередь устроит им праздничный обед. Хронист был настойчивым типом и последним его аргументом оказалось утверждение что зелье не такое отвратительное на вкус.

— У вас нет ран, поэтому и заживлять ничего не требуется, — объяснил он. — Немного горьковатый вкус, вы даже не уснете, а я пока пойду, схожу за травой она придаст восхитительный аромат моему блюду. Когда мы сюда направлялись я заметил пару пучков шагах в пятидесяти от сюда.

Волкер знал, если что взбредет в голову Перси то он не слезет с тебя живого пока ты не выполнишь то что он просит.

— Хорошо я выпью твою гадость, — согласилась Селеста. — Но за это тебе придется действительно поразить меня своим поварским искусством.

— Верьте мне и вы не пожалеете, — пообещал он вынимая из сумки флакон со снадобьем. — Достаточно половину глотка, больше не стоит, — предупредил хронист протягивая настойку Селесте.

Она отпила и передала эстафету Волкеру. Выполнив свою часть договора егерь вернул флакон хронисту.

— Отлично, ждите меня здесь и никуда не уходите, — Предупредил Перси скрываясь за кустами.

Волкер лег на спину и закрыл глаза, небольшой сон еще никому не вредил и он не собирался упускать такой возможности. К тому же они вроде как заслужили небольшой отдых. Волкер не знал сколько он проспал, но его опять обволокла тяжесть сознания сквозь которое ему приходилось продираться словно через тину. С огромным трудом открыв глаза он увидел перед собой связанного Перси. Попытка вскочить на ноги ни к чему не привела, он даже пальцем был не в состоянии пошевелить. Чья-то воля сковывала его, возможно он смог бы противостоять внушению, но зелье хрониста обезоружило его перед подобными атаками. Залечив тело, Перси оставил разум егеря без защиты.

Такое же состояние он испытывал когда его схватил Кресс, но ведь его здесь нет. Затуманенный взор Волкера наконец сумел сфокусироваться на стоящей позади хрониста фигуре. Волкер даже не удивился разглядев апостола, по идее высланного за пределы королевства. Но похоже апостолов, так же как и тараканов, извести практически невозможно. Этот по виду, живет себе припеваючи и не очень-то обращает внимание на приказы короля.

— Ну, здравствуйте Волкер и, как я понимаю, Селеста, — произнес апостол присаживаясь на корточки возле Перси. — У нас получилось не очень хорошее начало знакомства. Я даже не успел представиться, это некрасиво и нехорошо поступать так с моей стороны. И я намерен исправить сей досадный факт. Я апостол Рокл, правая рука его святейшества Кресса, ставленника Бога на земле.

— По-моему, ты слегка поспешил, — встрял в разговор Перси. — Совет двенадцати никогда не даст согласие на единоличное правление.

— Не думаю что они будут возражать, — заметил апостол, вынимая из кармана небольшой предмет завернутый в красный бархат.

Осторожно развернув его он продемонстрировал содержимое, это была печать которую Дэро должен был спрятать в храме Серебряного крыла. Волкер заметил что черный мрамор словно переливается изнутри, значит братец все еще там и не перебрался в человека.

— Я понял твои мысли егерь, — заметил Рокл накрывая бархатом печать. — Нет этой чести удостоюсь не я.

— Кресс, — прошипел Волкер.

— Мне говорили что егери смышленые ребята, — усмехнулся апостол, убирая печать в карман. — Ты наверное теряешься в догадках, почему я тебя и твою подругу еще не убил? Боюсь тебя разочаровывать, но моя цель не ты, а он.

Апостол похлопал по плечу связанного хрониста.

— Да друг, готовься, нам предстоит долгий путь домой, — обратился он к Перси. — Что касается егерей, не переживай на их счет, их убьет Кресс. Они ведь не оставят в беде своего хрониста, иначе какие тогда из них егери. Они последуют следом за тобой, я например в этом нисколько не сомневаюсь. Кто-нибудь другой наверное пленил бы вас всех троих и думал как это все добро переправить через океан, да еще и когда ты в некотором роде здесь находишься вне закона. Но, как вы поняли, я не такой и оплату корабля вам придется выкладывать из собственного кармана. Ладно, хорошего помаленьку, в гостях как говориться… короче домой.

Апостол встал и подал кому-то знак. Из кустов вышли четыре хорта, двое подхватили связанного хрониста и поволокли следом за удаляющимся апостолом. Оставшиеся двое крепко связали Волкера и Селесту, егери пока еще находились под ментальным давлением служителя церкви и сопротивляться продажным хортам не могли. Селеста была без сознания, она еще не полностью привыкла к действию варева хрониста и все самое интересное пропустила. Придется ей потом все рассказывать, подумал Волкер.

Убедившись что егери не смогут в ближайшее время самостоятельно освободиться громилы еще раз проверили узлы и бросились догонять коллег. Голова у Волкера страшно раскалывалась и попытка освободиться причиняла еще большую боль. В конечном счете он плюнул на это и успокоившись попытался уснуть. Глубоко в душе он надеялся что небольшой отдых ему поможет избавиться от головной боли, а уже потом можно попробовать снять путы.

В сознание Волкер пришел от сильных ударов в плечо. Открыв глаза он увидел Селесту готовящуюся к очередному удару головой в его плечо.

— Я проснулся, — остановил он ее попытку сделать ему больно.

— Что с нами произошло? — услышал он ожидаемый вопрос. — Дай мне только добраться до этого писуна недоделанного, я его легкое зелье от которого не уснешь вместе с флаконом и перьями забью ему…

— Это не он, — прервал ее речитатив Волкер и тяжело вздохнув в общих чертах посвятил ее в произошедшее. — Я не мог пошевелиться, наверное действительно ты права и Перси перестарался с крепостью зелья.

— Нет, пожалуй хронист здесь действительно не причем, — возразила Селеста. — Это однозначно проделки апостола. Некоторые из них кроме метания молний отлично умеют обездвиживать человека. Возможно он в этом не так хорош как Кресс, но зелье хрониста помогло ему парализовать нас на некоторое время, а у меня вообще выключить сознание.

Селеста повернулась к Волкеру так чтобы он попытался зубами вытащить у нее из жилетки метательное лезвие.

— Не скажу что мне это неприятно, но лезвия находятся немного ниже, — заметила Селеста когда Волкер ткнулся лицом в ее грудь.

— Извини, тело занемело и я пока его плохо контролирую, — пробурчал егерь из недр бюста.

Со второй попытки Волкеру удалось вытащить лезвие и осторожно перерезать путы своей спутницы, а вот ему пришлось немного подождать пока она восстановить нормальное кровоснабжение в руках. Вскоре настала очередь и Волкеру передвигаться подобно гусенице.

— Что будем делать? — спросила она когда Волкер смог без посторонней помощи подняться на ноги.

— Возвращать Перси, другого варианта у нас нет. Правда я никак не ожидал что Кресс заинтересуется хронистом.

— Это действительно странно особенно если брать мои знания об апостоле, — согласилась Селеста. — Кресс никогда не поступал необдуманно, и если он взял Перси то хронист является важной фигурой в его планах.

— Ну что касается его планов то мне в общих чертах их раскрыли, он хочет стать во главе совета двенадцати. Точнее апостол вообще хочет заменить совет своей единоличной персоной и думаю с силой дракона у него это с легкостью получиться. Я-то наивный полагал, в Горлэнде сейчас паршивое время, но оказывается ему еще предстоит только наступить.

— Все это конечно хорошо, но у нас есть более насущные проблемы, — заметила Селеста.

— Какие?

— Деньги что мы заработали за шептунов, остались у Перси, точнее у его похитителей.

Волкер лишь усмехнулся глядя на нее.

— Ничего в этом смешного я не вижу, — серьезно произнесла Селеста.

— Ты просто еще плохо знаешь Перси. Он еще никогда не оставлял меня без средств к существованию. Ну разуметься когда я не находился в казематах инквизиции. Но как ты наверное и сама знаешь там я прибывал на полном гособеспечении.

— Ага и мечтаешь наверное туда вернуться.

— Нет, благодарю покорно, одного раза было вполне достаточно. Пойдем, посмотрим что нам оставил Перси.

Волкер оказался прав, Перси не оставил его без денег. Кошелек с двадцатью монетами егерь обнаружил в двадцати шагах от того места где были связаны егери.

— Как ему удалось выбросить кошелек если его контролировал апостол? — неподдельно удивилась Селеста.

— Понятия не имею, он же хронист, а эти ребята для меня вообще загадка, — пожал плечами Волкер.

Он разделил содержимое кошелька поровну и передал одну часть Селесте.

— Я не хронист, поэтому если со мной что-нибудь случиться я не хочу чтобы ты осталась без денег. Хотя не думаю что временное их отсутствие сильно попортит тебе жизнь.

— Я обещала Перси присматривать за тобой, так что даже и не думай смыться от меня, — пригрозила Селеста беря у него свою половину монет.

Смысла гнаться сломя голову за апостолом они не видели, ему помогают хорты значит он уже далеко. Волкер даже допускал что в порту их ожидает корабль, готовый в любой момент покинуть причал и выйти в открытое море. Егерям же еще нужно добраться до порта, сезон охоты у хлыстов давно закончился и проблем с наймом передвижной крепости скорее всего возникнуть не должно. Пять дней ушло на то чтобы добраться до пограничного города, все же когда ты не в свите советника путь по королевству странным образом удлиняется.

Все вышло так как и предполагали егери, за один серебряный им удалось купить два места в крепости, следующей в порт. Хлысты на время покинули эти земли и владельцы крепостей вынули железные коробы. Освободившееся место с большим желанием продавалось всем желающим с достаточным количеством монет в кошельке. Охрана сократилась, а вот людей желающих попасть в порт и обратно заметно прибавилось. Таким образом владельцы крепостей нивелировали снижение цен за проезд.

Сидеть внутри душной крепости желание у егерей не возникло и они перебрались на смотровую площадку. Правда за это им пришлось расстаться с половиной серебряника, но это того стоило. Наверху натянули тент спасающий клиентов от палящих лучей солнца, а прохладный ветерок делал поездку весьма комфортным предприятием. Те же кто парился внутри явно завидовали тем кто сидел под тентом. Краем уха Волкер услышал сплетни по поводу что в порту объявилась какая-то новая напасть и обычной передышки стражники после сезона охоты не получили. Выяснять что к чему Волкер не стал, это вполне может оказаться слухом коими полниться земли всех королевств.

Когда крепость приблизилась к первому лесистому участку, Волкер и Селеста невольно напряглись и приготовились отражать нападение хлыстов, чтобы не говорили об их отсутствии хорты. Монстры действительно покинули эти места и крепость не набирая огромной скорости спокойно проезжала мимо густой растительности. Правда в самом конце когда лес был практически оставлен позади, Волкер заметил какое-то движение между деревьев. Это скорее всего одинокий хлыст отбившийся от стаи и так и не нашедший себе пары. Они никуда не уходили и бродили по лесу в поисках скудного пропитания, но нападать на крепость они не отваживались. Одно дело напасть на нее стаей, а совсем другое дело лезть на нее в одиночку, зная что она под завязку набита крепкими хортами. Они лучше поймают лесную живность и на скудном пайке дождутся следующего сезона охоты. Глядишь и партнера повезет встретить да и с пропитанием проблем не возникнет. Хищники в землях хортов никогда не отказывали себе в слабости отведать собрата по клыкам. Впрочем, монстры везде не против полакомиться собратом.

День подходил к закату и впереди показались стены порта. Суровые стражники на воротах ни на минуту не теряли бдительность, ведь одиночки регулярно заглядывали на огонек. Да и не только хлысты, но и всякая пакость активизирующаяся по ночам выходила на охоту. Твари ведь не только за пределами города живут, но и немало тех кто обитает в подземных коммуникациях порта.

Они порой доставляют куда больше проблем чем те кто обитает за пределами городских стен. Поэтому в потру каждая ночь превращается в битву с монстрами. Это первое впечатление складывающееся у прибывшего в земли хортов человека. В основном благодаря этим сведениям и бытуют жуткие слухи об этих местах. Дальше порта торговцы практически не забираются и не знают, что внутри самой страны не все так страшно как могло показаться вначале.

Хронист Перси: Запись двадцатая.

Первым делом нужно было определиться с тем чтобы найти корабль идущий в Горлэнд.

— В ночь в любом случае ни один капитан выходить не будет, так что можно спокойно переночевать в гостинице, заодно и узнать кто отправляется за океан, — поделилась соображением Селеста после того как они покинули передвижную крепость.

В этот момент по улицам пронесся звук колокола, но так как никто не бросился на призыв, Волкер догадался что это не призыв о помощи. На всякий случай он все же решил поинтересоваться у стоящего рядом хорта что означает этот одиночный удар колокола.

— Ну так это понятно что он означает, — пожал плечами хорт. — Одиночный звон означает что у жителей остался час на то чтобы закончить свои дела на улице и уйти в дом. В это время подземные обитатели выбираются на свежий воздух для охоты на жителей города. Ну и усиленные отряды стражи тоже не остаются без работы вылавливая лезущих на улицу тварей. Так что мой вам совет не торчать здесь пеньками, а снять комнату в таверне, она за следующим поворотом.

Хорт не глядя махнул рукой в сторону где находился спасительный для туристов дом и отправился по своим делам.

— Час так час, пойдем, посмотрим что нам предоставит портовый сервис, — произнес Волкер направляясь в сторону указанную хортом.

— Боюсь после королевских апартаментов местный интерьер покажется не таким удобным, — заметила Селеста.

— С тобой не поспоришь, но все же под крышей проводить ночь лучше чем под открытым небом.

— Нифига ты не романтик, Волкер.

— Да уж, такого качества я за собой не замечал.

— Ты не задумывался о том, а что если нам не удастся спасти Перси? — подняла неприятную тему Селеста.

— Нет не задумывался, и тебе советую думать о чем-нибудь другом, — посоветовал Волкер. — Из практики могу сказать, что егерь практически никогда не теряет хрониста, а вот наоборот происходит довольно часто. Сама понимаешь наша работа немного отличается друг от друга, несмотря на то что мы работаем в паре, ну, или в нашем случае в тройке.

— Я не хотела тебя обидеть или задеть, просто инквизитора из меня выбить довольно сложно, да практически это и невозможно, — объяснила Селеста. — А зная не понаслышке методы их работы хэпи энда может и не случиться.

— Я не ставлю под сомнение твои знания о методах работы инквизиторов, но ты еще слишком мало знаешь о работе егерей и хронистов. При всем моем уважении но я все же привык рассчитывать на хэпи, не побоюсь этого слова энд. Верь мне, все будет хорошо с Перси. Ну может пару костей сломают, свернут челюсть и лишат нескольких зубов, но в остальном он будет в порядке.

— Не догадывалась что ты такой патологический оптимист, — улыбнулась Селеста.

Разговор их прервался неожиданным появлением десятка стражников во главе с их знакомым Рифтом.

— Кого я вижу! — улыбнулся Рифт. — А где же Перси, его вроде так звали?

— Поэтому-то мы и вернулись обратно, — невесело ответил Волкер.

— Что произошло? — взволнованно поинтересовался Рифт.

— Апостол пригласил его в гости против его воли, а нам приглашение на банкет забыли выписать, придется быть незваными гостями, — объяснила Селеста.

— Я могу помочь с кораблем, утром вроде один отправляется прямо в Горлэнд, — вспомнил Рифт и на всякий случай повернулся к своему заместителю.

— Так и есть, командир, — закивал стоящий возле него хорт. — “Счастливый кракен” идет в ту сторону.

— Я знаю капитана, пара мест на судне вам будет обеспечена, — заверил их Рифт. — Мы вроде как на отшибе живем, но даже до этих глухих мест дошли слухи о ваших подвигах да к тому же ты стал хранителем духа Серебряного крыла.

— Ну, некоторые слухи оказываются верными, главное не верить всему подряд, — заметил Волкер.

— Раз вы егери на службе короля, то думаю не откажите помочь нам с одним делом. Кто знает вдруг вам удастся обнаружить их клоаку. Вам ведь в любом случае придется ждать утра, а насколько мне известно во время морского путешествия кроме как спать больше делать нечего. Если согласитесь помочь времени на отдых у вас будет предостаточно. Ну что скажите, а?

— Ну если уж вспоминать какая это скука морские круизы то я обеими руками за то чтобы хорошенько поработать, — высказала свое мнение Селеста.

— Мы с тобой Рифт, — кивнул Волкер. — Показывай где гнездо пакости.

— Вот в этом-то и загвоздка, никто не знает где оно находиться, — с грустью в голосе произнес стражник. — Я уже который месяц пытаюсь его найти или хотя бы приблизительно определить его место, но все без толку. Единственное что могу сказать, оно находиться где-то под городом, но об этом известно любому голодранцу на улице. И вот ведь странно, примерно с неделю назад вся эта мразь словно с цепи сорвалась даже не знаю с чем это связано.

— Думаю без наших друзей здесь не обошлось, — заметила Селеста.

— Что ты имеешь в виду? — посмотрел на нее Рифт.

— Апостол похитил печать Серебряного крыла и думаю она как-то действует на монстров, — объяснил Волкер.

— Выходит Чернокрыл опять нашел для себя пакостника.

— Нет, пока еще нет, но апостол готовиться отдать печать Крессу.

— Это еще кто? — спросил Рифт.

— Апостол Кресс очень опасный человек, боюсь самый опасный из инквизиторов. Встреча Кресса и драконьей силы ничем хорошим для человечества не закончиться.

— Ну это мы еще посмотрим, хорты просто так не сдадутся, да и вообще не сдадутся, — заверил Волкера Рифт. — Итак парни, — повернулся он к подчиненным. Нам сегодня повезло, к нам согласились присоединиться двое егерей его Величества.

Десяток хортов дружно закивали, обрадовавшись такому подкреплению.

— Теперь осталось найти логово, — заметил один из них.

— Где последний раз были замечены скопления крыс? — спросил у заместителя Рифт.

— На четвертой портовой, командир. К тому моменту когда туда прибыли отряды стражи они уволокли с собой четырех человек и оставили с десяток покусанных.

— Нам придется гоняться за крысами? — удивилась Селеста. — А чего-нибудь покрупнее здесь не найдется? Ну я не знаю, хлысты в крайнем случае.

— Нет-нет, за обычными крысами гоняться не придется, — успокоил ее Рифт. — Мы говорим о крысолюдях, у них крысиные рожи и ядовитые клыки. Раньше они не давали о себе знать, а буквально пару недель назад совсем страх потеряли и лезут практически со всех щелей. В прошлом мы даже не подозревали об их существовании, а теперь они основная проблема в городе. Те, кого они кусают, пару дней лежат в лихорадке, но смертельных случаев пока не случалось. Это разумется не касается тех, кого они утащили под землю. Проблема в том что единой схемы подземных коммуникаций у нас нет. Во время основания города-порта они были короткие, но постепенно каждый достраивал их под свой дом, да и город тоже не стоял на месте и расширялся, пополняясь новыми жителями. Теперь они превратились в подземный лабиринт в который мало кто отваживается спускаться. Заделывание же проходов ни к чему не приводит. Если сегодня мы замуровали один туннель то завтра он уже опять прогрызен. Держать стражников возле входа вечно ведь не будешь. Вот и выходит что нам остается лишь стараться успевать туда где они выходят на поверхность. Но пока мы не найдем гнездо думаю ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Как я уже говорил раньше, радует то, что яд у них не смертельный для человека.

Из-за угла дома выбежал запыхавшийся стражник.

— Командир, — произнес он после того как немного отдышался. — Ставр обнаружил дом со свежим туннелем. Говорит что нутром чувствует что они должны появиться этой ночью.

— Отлично! — хлопнул по плечу посланника Рифт. — Надеюсь сегодня мы прищучим крыс бесхвостых.

Рифт махнул рукой и побежал следом за посыльным, егери пристроились в хвост дружине хортов. Как оказалось бежать далеко не пришлось, через три дома стоял еще один отряд хортов во главе с седовласым воином. Волкер нисколько не сомневался в то что это и есть тот самый Ставр с чувствительным нутром на нечисть. В данный момент весьма полезная черта.

— Вчера обнаружили нору, но решили не заделывать, посмотреть что будет дальше, а сегодня она расширилась в два раза, — объяснил Ставр подошедшему Рифту. — Думаю сегодня они выползут здесь, печенкой чувствую что именно так и будет.

— Отлично, расставляй арбалетчиков на лестнице и как только крыс выберется достаточно накрывай их сверху, а я с бойцами и егерями встречу их внизу. После залпа добьем тех кто выживет. Ставр кивнул и бросив пару коротких команд скрылся со своим отрядом в доме.

— Примерный план вы слышали так что сами решайте когда подключаться, — сказал Рифт егерям и махнув своим бойцам скрылся следом за Ставром.

— Крысолюди, дурно пахнущие сырые туннели, звучит заманчиво, — усмехнулась Селеста, направляясь к дому.

— Я знал что тебе понравиться, — не сдержал улыбки Волкер.

Крысы выбрали не маленький заброшенный дом, а большой, оставленный владельцами совсем недавно. Сюда еще не успели заселиться жильцы из числа хортов, но крысы его уже заняли. Ход их мыслей Волкеру был понятен. Старые дома стражники проверяют в первую очередь, а в те что освободились недавно по большому счету и не осматривают. Этим проколом крысы и воспользовались, вот только Ставр решил все же осмотреть беспокоящей его дом, и как оказалось не зря. По середине огромного зала для гостей в полу была прорыта дыра шагов десять в диаметре. Крысолюди явно не собираются выползать из нее поодиночке.

Волкер невольно задумался, а хватит ли пятнадцати стражников чтобы остановить готовящееся нашествие подземных тварей. Арбалетчики Ставра расположились на балконах второго этажа и взводили оружие. Зная куда идут они прихватили у товарищей еще по два арбалета. Пока монстры не показались они отошли к стенам и затаились, стараясь и дышать-то как можно тише.

Рифт со своими бойцами как и говорил, спрятались в комнатах второго этажа. Волкер с Селестой решили остаться возле входных дверей. Если все же кто-то из крыс решиться не возвращаться в подземную утробу а вырваться на улицу вот тогда они и встретятся с егерями. Звонарь еще раз ударил в колокол, подав сигнал что время вышло и на улице возможно появление чудовищ.

Время шло а из дыры никто не показывался. Воины начали немного волноваться, а не ошибся ли Ставр? Ведь как ни крути, но возраст дает не только опыт, но и берет за это плату в виде проблем с головой. На улице послышался топот тяжелых сапог стражников по брусчатке, они спешили кому-то на помощь. После этого воины еще больше заволновались, ведь пока они здесь протирают штаны, крысы возможно кого-то рвут на части. И скорее всего прийти жителям порта на помощь будет некому. Когда редкие фразы произнесенные шепотом начали множиться, Рифту и Ставру пришлось шикнуть на особо разговорчивых подчиненных. Для полного осознания их неправоты было обещано если они не заткнуться то отправятся патрулировать улицы в район сточных канав. Угроза возымела действие и воины недовольно побурчав притихли.

Волкер догадывался что если туннельные твари не появятся в ближайшее время, шепот недовольства возобновиться с новой силой, и командирам придется придумывать что-то более грозное чем дополнительный наряд в дурно пахнущий район. Но похоже командирам повезло и им не придется ломать голову по поводу наказания.

В туннеле послышался шорох и через некоторое время над проломом показалась крысиная морда. Немного подождав крысочеловек выбрался из норы полностью. Грубые грязные штаны и такая же куртка вот и все одеяние монстра, хотя Волкеру мало встречались хищники в одежде отличной от шерсти. Оглядевшись по сторонам и никого не заметив, хорты несмотря на габариты отлично могли прятаться, крыс накинул на голову капюшон и стал неотличим от бродяги коих бесчисленное множество ходит по землям любых королевств.

Наклонившись над дырой в полу монстр что-то пропищал и снизу ему вторил целый хор подобных голосов. Вскоре первому крысочеловеку составил компанию десяток выбравшихся на поверхность уродов. Набрасывая на крысиные морды капюшоны они маскировались под людей. Когда зал наполнился двумя десятками крысолюдей, Ставр рявкнул команду арбалетчикам.

Пока крысы соображали от кого исходит опасность, хорты успели разрядить первые пять арбалетов и бросив их на пол схватить следующие. Три залпа существенно проредили вражеский лагерь. Арбалетные болты пробивали сразу по несколько тел лезущих через отверстие в полу. Наконец обнаружив противника и увидев что у него все стрелковое оружие разряжено, крысы бросились к лестницам в надежде заколоть ножами стрелков, а после попробовать их на зуб. Но тут им планы нагло порушил Рифт со своим отрядом. Хорты выбегали из боковых комнат и не представившись принялись мечами и топорами сокращать поголовье крыс.

К тому моменту когда хорты начали праздновать победу, выяснилось что это был всего лишь арьергард подземных жителей, и основные силы еще только подтягивались. Тем временем крысолюди не собирались погибать просто так за здорово живешь. Выхватив из под грязных курток короткие ножи, они вступили в бой с хортами. Пятерым крысам все же удалось проскочить мимо стражи и направится к дверям.

— Ну наконец-то, а то я думала так и просижу за углом, накапливая целюлит на бедрах, — бросила Селеста Волкеру выходя на перерез пятерке крысолюдей.

Крысы рассчитывали увидеть кого угодно, но только не женщину. Возможно с этим и связан не очень быстрый выпад ножом первого крыса. Перехватив кисть с оружием, Селеста добавила крысе инерции и оборванец с не самой обаятельной физиономией воткнулся мордой в косяк. Дерево выдержало удар крысиной морды, чего не скажешь о последней. Оставив кровавый след на косяке крыс тихо сполз на пол. Ко второму судьба тоже повернулась задом и хотя его нож почти достал Селесту, но только почти. Зато ее кулак словно молот кузнеца врезался снизу в челюсть хищника, отбросив бесчувственное тело обратно в дыру. Третий оказался куда сообразительней и решил испытать судьбу на ком-нибудь менее опасном. Совершив обманный маневр он обошел Селесту стороной и ринулся к спасительной двери. Крыс собирался выскочить на улицу и загрызть там какого-нибудь пекари или еще кого, но вместо этого наткнулся на кулак Волкера смявшего морду крысочеловека практически до затылка.

Двое крыс переглянулись и атаковали Селесту с двух сторон. Точнее говоря собирались это сделать, но метательные лезвия поставили крест на их плане, как впрочем и на жизнях.

Арбалетчики быстро перезаряжали оружие, в дружине Рифта погибли двое бойцов, но отряд быстро перестроился, готовясь к новой атаке. Зарядив по третьему арбалету стрелки сразу же их разрядили в толпу крыс хлынувших из дыры. Бойцы Рифта поплевав на ладони принялись отделять конечности и головы от мерзких тел вражьей стаи. Поняв что простым мордобитием здесь дело не ограничиться Селеста и Волкер достали боевые ножи.

Пока хорты на пределе сил истребляли крыс, егери удачно сдерживали хищников ночи от возможности выбраться на просторы залитые лунным светом. К удивлению хортов вторжение крыс быстро закончилось, возможно они поняли свою ошибку и решили попробовать в другой раз и в другом месте, там где вооруженной стражи не будет. По большому счету потерь оказалось не так много как ожидали стражники. Рифт подобрал себе отличных воинов, да и Ставр не подкачал со своими бойцами. Те из крыс что оказались более сообразительными быстро скрылись в проломе.

Подойдя к краю подземного хода Волкер и Селеста взглянули вниз.

— Нам нужно найти гнездо? — задал риторический вопрос Волкер.

— Да, — все же ответил на него Рифт, смахивая со лба пот. — Хотя бы примерное его местоположении, а уж утром мы соберем несколько отрядов и вычистим это поганое отродье из-под города. Чтобы эта пакость больше никогда не показывала свои уродливые морды жителям порта.

— Я с вами, — подошел к ним седовласый Ставр.

— Хорошо, — согласился Рифт. — Малым числом у нас больший шанс пройти незамеченными.

Рифт подозвал к себе заместителя и объяснил ему в двух словах что нужно сделать к тому моменту когда они вернуться. Хорт кивнул и махнув нескольким бойцам вышел из дома.

— Не будем терять время, — произнес Волкер спрыгивая в дыру, за ним последовали и остальные.

Оглядевшись по сторонам Волкер пытался найти следующую нору ведущую из подвала дома в городские туннели. Найти его оказалось несложно, раненные Крысолюди обильно отметили кровью свой путь отступления. Хортам и егерям оставалось лишь следовать по этим меткам. Обогнув стену они увидели пролом который искали. Один крыс лежал прямо на входе в туннель. Он потерял слишком много крови и смерть его настигла в тот момент когда он рассчитывал на спасительную темноту подземного лабиринта.

Волкер подошел к проходу и осторожно взглянул в туннель. Яркий свет луны пробивающийся через пролом в полу худо-бедно освещал подвал но дальше его власть не распространялась. Зрачки егеря расширились до максимума и теперь темнота не являлась кромешной, чего нельзя сказать о хортах.

— Темно как у Чернокрыла в заднице, — резюмировал Ставр после того как заглянул в туннель.

— Нужно сходить за факелами, — выдвинул Рифт казавшуюся хортам здравую мысль.

— И главное не забыть с собой прихватить горн, будем дудеть в коллекторе на тот случай если крысы окажутся подслеповатыми и не увидят пылающих факелов, — съязвила Селеста.

— Но без них мы будем как слепые котята, и толку от того что мы спустимся в туннель никакого не будет, — возразил Ставр.

— Никто в этом и не сомневается, — положила она ладонь на плечо Ставра. — Вот поэтому егери мы, а не вы. Без обид, но дальше наша работа, а от вас будет толк когда мы найдем гнездо и сообщим об этом. Вот тогда факелы и понадобятся, в большом количестве должна заметить.

— Селеста права, вы будете нужны немного позже, — поддержал ее Волкер. — Для нас темнота не является таковой и мы достаточно хорошо в ней видим, чего нельзя сказать о вас. Готовьте отряды, утром, в крайнем случае днем мы скажем где находиться гнездо. И вот тогда вам придется показать все на что способны хорты.

— Да мы все понимаем, но какое-то нехорошее чувство остается, словно мы трусим, а всю работу сваливаем на вас, — провел тыльной стороной ладони по подбородку Рифт.

— Ничем не могу помочь, если вы так считаете то до утра вам придется с этим жить, — произнес Волкер. — Но я думаю что каждый должен заниматься своим делом, тогда и монстрам подземным будет сложнее вытаскивать задницы на поверхность.

Ставр и Рифт еще немного потоптались, но видя что другого выхода у них не осталось они пожали руки егерям и полезли наверх.

— Рифт! — окликнул его Волкер.

— Да? — появилась на потолке голова хорта.

— Задержи корабль в порту до нашего возвращения, не хочу злоупотреблять твоим гостеприимством и торчать здесь еще несколько недель.

— Без проблем, егерь, корабль не покинет порт, — пообещал Рифт и скрылся наверху.

После того как хорты скрылись, отправившись готовить людей к утреней битве, Волкер предложил Селесте прогуляться с ним по темным туннелям.

— По идее для нормальной девушки предложение от мужчины прогуляться с ним по катакомбам должно звучать пугающе.

— Думаешь?

— Даже не сомневаюсь.

— Зато банальным мое предложение не назовешь, — заметил Волкер.

— Тогда пожалуй пойдем, — согласилась Селеста и шагнула первой в туннель.

— Когда я в темноте нахожусь наедине с женщиной, меня начинают посещать романтические мысли, — пробубнил себе под нос егерь, но Селеста его услышала и к нему из темноты прилетел ее кулак, больно ударив Волкера в плечо.

Хронист Перси: Запись двадцать первая.

Апостол Кресс спускался по каменной лестнице ведущей в подземелье но только не в ту часть где находились заключенные ожидающие допроса, а в ту, где он изучал документы которые никто не должен был видеть. Узнай совет что он читает и какие его планы на ближайшее будущее, то у его дверей давно бы стоял “Цепной отряд”. Но о его планах известно только одному человеку, которому он полностью доверяет. И этот человек ожидает его сейчас в тайной комнате.

Кресс спустился на самый последний уровень остановившись, он замер стараясь не дышать и некоторое время пробыл в таком состоянии внимательно слушая. Кроме капающей со стены воды он так ничего и не услышал, значит совет еще не направил за ним “Цепной отряд”. Насколько знал Кресс, они специализируются на ликвидации инквизиторов. Информацию о них знают только несколько человек из совета двенадцати. Именно они и создали это небольшое подразделение в рядах инквизиции, для устранения нежелательных и высокопоставленных членов святой церкви.

Сдвинув несколько камней, Кресс подождал пока хитроумный механизм установленный внутри стены откроет ему дверь. Войдя в образовавшийся проход он так же передвинув пару камней закрыл за собой дверь. В небольшой комнате его ожидал Рокл.

— Приветствую вас мой господин, — обратился он к Крессу склонив в поклоне голову.

— Нашел?

— Да господин.

Рокл развернул бархат и протянул печать Крессу.

— Вы оказались правы, сила дракона действительно существует, я собственными глазами видел ее проявление, — произнес Рокл. — Ее получил егерь, я их не тронул как вы и приказали. Хронист сидит в камере и они за ним обязательно придут.

— Молодец, ты получишь свою награду, — пообещал Кресс, беря в руки печать Серебряного крыла.

Склонившись над ней он что-то тихо прошептал и его тело пронзил луч вылетевший из черного мрамора. Рокл испугался что Кресс мертв, но апостол медленно поднялся на ноги и повернул лицо к Роклу. Глаза Кресса светились красным огнем.

— Теперь меня никто не остановит, — произнес Кресс.

Через мгновение его глаза погасли и он стал выглядеть как обычно.

— Устрой мне встречу с командиром “Цепного отряда”, а я пока пойду, поговорю с хронистом, нам многое нужно обсудить, — сказал Кресс направляясь к выходу.

Перси был прикован цепями к стене и ожидал когда к нему придут. Кресс не заставил себя долго ждать и открывшаяся скрипучая дверь представила апостола во всей красе.

— Ну наконец мы встретились,— произнес он усаживаясь на стул стоявший напротив хрониста. — Скажу честно я рассчитывал тебя увидеть гораздо раньше, ты даже не повелся на амнистию которую придумал совет.

— Благодари Волкера, это он не стал сдавать оружие, — открыл тайну Перси.

— Вот как, — слегка удивился Кресс. — Ну к нему мы еще вернемся. Если бы не мерзкая девчонка, предавшая меня, я бы давно закончил с неприятным отрезком в моей жизни. Тебе удалось ускользнуть прямо из моих рук, и мне пришлось послать своего человека вслед за вами. У Рокла было два варианта действий. Первый, повлиять на короля хортов и под конвоем привести егеря и девку. Второй, каким-то образом захватить тебя, а уж егерь сам придет за тобой.

— Я не понимаю, зачем тебе Волкер? — спросил Перси. — Оставь его в покое, он не сунется сюда, ну, по-крайней мере, раньше не сунулся бы. Да и честно говоря не понимаю, зачем тебе такие сложности? Захватывать, везти через океан, гораздо проще было бы убить нас на месте и дело с концом.

— Ты не понимаешь хронист, ты должен испытать то же, что и я благодаря тебе.

— Кресс, почему ты изменился? Ведь ты был лучшим егерем, зачем стал инквизитором и нашим проклятьем?

Апостол смотрел на хрониста и молчал, его лицо словно превратилось в каменную маску. Наконец он справился с внутренней болью и поднялся со стула.

— Не я изменился, ты меня изменил и привел к инквизиторам, — тихо произнес Кресс.

— Ты сошел с ума, я с тобой даже не встречался.

— Со мной нет, но ты наверное помнишь первого егеря которого пытался ускорить?

— Да, — опустил голову Перси. — Я до сих пор не могу себе простить его смерть.

— Здесь мы с тобой солидарны, я тебя тоже не простил… ты убил моего сына. — Теперь я убью твоего.

— Но у меня нет детей, — возразил Перси.

— Вот тут ты не прав хронист, — произнес апостол подойдя к правой стене темницы и внимательно рассматривая мох на камне. — Знаешь чем отличаются хорошие родители от плохих? Это риторический вопрос можешь не отвечать, но я объясню как это понимаю я.

Кресс наконец перестал лицезреть мох и повернулся к хронисту.

— Хорошие родители имеют психологическую привязанность к своим детям, она настолько сильна, что они готовы идти на смерть ради них. У плохих родителей она тоже имеется, но их привязанность скорее обусловлена социальной необходимостью. Это наши дети и мы вроде как должны их любить. На самом же деле, они относятся к детям как к мебели, у соседей вон нормальная, а у нас какая-то не очень. Хотя чего проще-то, перестань завидовать чужим детям и посмотри на своих. Как часто ты обнимаешь ребенка не по необходимости, а просто так, потому что он стоит рядом и это твой ребенок. Дети это отлично чувствуют и когда они становятся подростками то общаются с родителями практически без изменений. Но со второй категорией они начинают общаться так же как и с ними, по необходимости. Плохие родители настолько глупы, что никогда не осознают своих ошибок и будут жаловаться друзьям, что им видишь ли не повезло с детьми, а вот другим понимаешь, подфартило. У тебя хронист нет собственных детей, но имеется сильная психологическая привязанность. Иначе я не знаю чем можно объяснить то, что глава ордена хронистов самолично сопровождает егеря вот уже много лет. Он придет спасать тебя и тогда ты окажешься на моем месте.

— Не делай этого, месть никому еще не приносила облегчения, — попробовал достучаться до его разума Перси.

— Облегчение? — вскинул бровь Кресс. — Кто говорит об облегчении? Я лишь хочу восстановить равновесие, нарушенное тобой.

— Месть равновесие не восстановит, ты слишком много забрал жизней, — устало произнес хронист.

— Разумом я это понимаю, друг мой, но сердце было против, — показал он себе на грудь. — Сейчас там ледяная пустота, вскоре ты узнаешь каково это на собственном опыте. Когда сердце продолжает биться, но это уже не горячие удары, а холодный стук мертвого камня. Но в ожидании душевных мук, брат Иохим познакомит тебя с телесными, а когда ты испытаешь оба варианта я отпущу тебя. Ты умрешь быстро и без мучений, мне же предстоит познакомить мир с новым порядком.

Кресс подошел к двери и отворив ее впустил брата Иохима с его небольшим чемоданчиком.

— Он полностью твой, брат, но помни, хронист должен жить как минимум неделю и быть в сознании, — напутствовал Иохима Кресс.

— Я буду аккуратен, — склонил голову инквизитор.

Когда Кресс поднялся на один пролет до него донесся крик боли хрониста, затем наступила тишина, а спустя пару минут раздался повторный крик. Брат Иохим знал свое дело и он всегда давал своим клиентам время на отдых, чтобы они не могли привыкнуть к боли.

Апостол поднимался в свой рабочий кабинет где должна была состояться встреча с командиром “Цепного отряда”. Если кто-то знал о них и желал с ними увидеться то они никогда не заставляли себя ждать. Теперь Кресс владел силой с которой даже они не могли справиться. Но для установления нового порядка ему нужны железные воины на чьи плечи будет опираться новый закон и чьими руками он будет доводить его до непонятливых граждан. Возле дверей кабинета он почувствовал чье-то присутствие и это не был Рокл. Открыв дверь Кресс увидел сидящего за его столом человека, рядом стоял Рокл.

— Это командир отряда Даймон, — представил сидящего Рокл. — А это апостол…

— Я знаю кто это, — перебил его Даймон. — Через несколько часов мне будет поручено ликвидация апостола Кресса. Думаю и ему это известно но он все же хотел меня увидеть. Интересно зачем?

— Хочу чтобы ты и твои люди служили мне, — ответил Кресс.

— Серьезное заявление, для покойника, — усмехнулся Даймон. — Ты повеселил меня, поэтому я наверное не буду тянуть несколько часов и ликвидирую тебя прямо сейчас.

Этого было достаточно, чтобы в Кресса полетели две стрелы, но до цели они добрались в виде пепла, он успел их спалить в полете. Бойцы Даймона на этом не остановились и совершенно не испугались подобной демонстрации, это они уже видели в прошлом но потом заканчивалось всегда одинаково. Заказанные инквизиторы были мертвы, и этого апостола ожидает тот же исход. Вот только Кресс играл по своим правилам, он мгновенно оказался возле одного из прятавшихся за шторой убийц и ударом в грудь проломил ее. Убийца воткнулся в стену, а когда отлип от нее и упал на пол, то был уже мертв, второму молния взорвала голову.

Глаза Кресса горели, а руки трансформировались в покрытые чешуей лапы. Подходя к Даймону он выпустил коготь и обходя мраморный стол оставлял глубокую царапину в камне. Как оказалось это были еще не все бойцы кто готовился к убийству апостола. Провалившаяся первая попытка обычно расслабляет жертву и она не ждет повторной. Так все и получилось, Кресс остановился напротив Даймона и тогда следующая команда нанесла удар. В отличии от прошлых жертв апостол уже не был просто человеком и затаившуюся троицу он прекрасно чувствовал. Их атака не была для него тайной, и он решил не дожидаться когда они первыми решаться напасть и сделал это первым.

Вонзив когти в стол он швырнул гранитную часть интерьера в ковер. Каменная плита раскололась а на ковре проступило большое красное пятно.

— Сколько мне еще раз предстоит объяснять простые истины? — спросил Кресс смотря на Даймона.

Командир “Цепного отряда” преклонил колено перед новым господином.

— Я и мои люди полностью в вашей власти, приказывайте мы исполним любое распоряжение.

— Отлично, через пол часа собери всех своих людей, Рокл проведет вас ко мне, приказал Кресс и вышел из кабинета.

Спускаясь обратно в подземелье Кресс уже не слышал криков хрониста, скорее всего брат Иохим закончил пытки на первое время и теперь ждал когда клиент наконец очнется и он сможет приступить к дальнейшей процедуре ознакомления с болью. Спустившись в секретную комнату апостол еще несколько раз превращал свои руки в лапы и обратно. Подойдя к зеркалу он взглянул на себя но вместо этого увидел морду дракона.

— Ну и как тебе моя сила? — спросил дракон.

— Гораздо выше моих ожиданий, — ответил Кресс, глядя как его руки еще раз превратились в чешуйчатые орудия убийства.

— Это еще только начало, — произнес дракон. — Теперь ты не человек а высшее существо. От тебя зависит, станут ли люди служить таким как ты, но конечная цель моей силы заменить слабых людишек существами такими как ты. Хотя это не совсем так, силу как у тебя не будет иметь никто, но тех кого ты обратишь, будут в два раза сильней обычного человека.

— Я могу обращать людей? — удивился Кресс.

— Именно, теперь прощай, но если ты меня подведешь, то лишишься силы и жизни, помни это.

Дракон в зеркале исчез и на его месте Кресс увидел собственное отражение. Потайной ход в стене отворился и в комнату вошел Даймон в сопровождении десяти бойцов “Цепного отряда”, Рокл протиснулся последним.

— Подойди, — обратился Кресс к Даймону.

Командир отряда сделал несколько шагов и опустился на колено. Глаза Кресса загорелись а между пальцев забегали молнии, но не голубые как было ранее, а кровавого цвета. Обхватив голову Даймона ладонями он поместил свои большие пальцы ему на глаза и командира “Цепного отряда” затрясло словно в лихорадке. Через мгновение Даймон обмяк и завалился на бок.

— Вставай, — обратился он к лежащему на полу.

Несколько мгновений Даймон не подавал признаков жизни но затем зашевелился и немного шатаясь поднялся во весь рост. Подняв голову он взглянул на Кресса. Апостол улыбнулся.

— Даймон, в этой комнате должен быть только один апостол, — произнес он.

Зверь мгновенно развернулся и вырвал кадык у Рокла. Бывший апостол умер с недоумением во взгляде.

— Прости друг, но ты связывал меня с прошлым и знал то, чего никто не должен узнать, — ответил Кресс на не прозвучавший вопрос. — А теперь прими человеческий образ, — приказал он зверю.

Даймон похрустел шейными позвонками и глаза перестали светиться, а клыки украшавшие морду, укоротились. Лицо Даймона приобрело знакомые человеческие черты, когти сменились ногтями.

— Следующий, — произнес Кресс и к нему шагнул боец из “Цепного отряда”.

Совет двенадцати был в самом разгаре когда в зал вошел Даймон в сопровождении десятка воинов. Черные кресты на краю воротника куртки красноречиво говорили кто перед ними стоит. Как бы не пытались скрывать от остальных членов совета это подразделение, слухи все равно распространялись. Карты были открыты поэтому дальше ломать комедию смысла не имело и председатель указав пальцем на Даймона возмутился: — Как ты смел явиться сюда в открытую?! Хочешь навсегда потерять свою должность?!

— Он ее уже потерял, — ответил за него Кресс входя в зал совета.

— Даймон, приказываю тебе немедленно убей апостола Кресса! — заорал председатель указывая дрожащим пальцем на вошедшего.

Командир “Цепного отряда” не шелохнулся, как и его подчиненные. Председатель довольно быстро сообразил что его жизнь висит на волоске. Крессу каким-то образом удалось переманить Даймона на свою сторону. Они вошли в зал совета через тайных вход возле которого охраны не выставлялось, так как им пользовались только Даймон и его отряд. Но теперь ситуация изменилась и если он хочет выжить, то придется вступить в открытое противостояние и открыть секрет этого отряда страже.

— Охрана! — закричал председатель и в зал ворвались несколько десятков инквизиторов из личной стражи совета.

Инквизиторы быстро взяли в кольцо, Даймона и его бойцов. Но как и прежде ни один воин не шелохнулся.

— Смотрю миленькая компания здесь собралась, — усмехнулся Кресс.

— Рано радуешься, еретик! — возмутился председатель. — Убить его!

Инквизитор стоящий ближе всего к апостолу выбросил руку с мечом целясь острием в горло Кресса, но на полпути его оружие остановилось. Стоявший до этого момента совершенно не подвижный Даймон, вдруг молнией сорвался с места и схватил лезвие меча направленного на Кресса. Его тело мгновенно изменилось и когтистая лапа снесла пол головы инквизитору.

— Демоны! Демоны в совете! — слышалось изо всех углов зала.

Стажа совета вступила в неравный бой с измененными. Стальные когти с легкостью отбивали оружие инквизиторов и рвали их тела. Бойня длилась недолго и вскоре в живых остался только председатель, которого за шкирку волочил Даймон. Подтащив его в центр зала он швырнул упитанное тело к ногам Кресса. Председатель запутавшийся в объемных одеяниях пытался как можно быстрей освободить голову, но это у него не очень получалось. Кресс взглянул на Даймона и тот, выпустив когти, разорвал одежду на председателе и освободил его голову. Получив свободу он несколько раз быстро вздохнул словно его держали под водой, а не в его красивом платье председателя совета.

— Ты не сделаешь этого, ты не можешь так поступить! — крикнул он пытаясь как можно дальше отползти от Кресса, но его спина уперлась в ноги Даймона. — Убив меня ты ввергнешь всю систему в хаос. Люди привыкли к совету, без него они не смогут существовать.

— Значит я буду советом, — произнес Кресс, обрывая жизнь председателя.

Хронист Перси: Запись двадцать вторая.

Затхлые городские коллекторы по большому счету ничем не отличались от пещер в которых приходилось бывать Волкеру, за исключением пожалуй запаха. В пещерах обычно столько народу не гадило. Первые пару минут запах представлял для егерей большие неудобства, но затем они понемногу адаптировались и уже практически не замечали его. Первые несколько поворотов они следовали по следам, оставленным крысами. Следы оказались весьма красноречивыми, в большинстве случаев они представляли из себя не добравшихся до гнезда крысолюдей. Видимо поголовье тварей было достаточным чтобы не останавливаться и помогать раненым собратьям, а идти дальше.

Вскоре явные следы закончились и егерям пришлось полагаться на свои чувства. Волкер помнил как лежал последний виденный ими мертвый крыс и он примерно предположил где должен быть нужный им поворот. Но его предположение завело их в тупик.

— Итак гений, ты хотел поразить меня прекрасной на вид стеной с потрясающими потеками? Про запах я даже и не упоминаю, он на долгие годы отпечатается у меня в мозгу.

— Да уж, слегка ошибся, — произнес Волкер смотря на глухую стену. — Надо вернуться обратно и посмотреть где мы промахнулись.

— Мы обязательно вернемся, но давай я попробую поискать убежище крыс, а то мне жутко не хочется блуждать по местным достопримечательностям до самого утра.

— Да как скажешь, — не стал спорить Волкер. — По большому счету я хотел тебе это предложить с самого начала.

— И почему не предложил?

— Искал подходящий случай, ну, и он кажется, настал.

— Да неужели? — съязвила Селеста.

— Ну, мы в тупике, так что думаю отдать тебе в руки бразды правления самое время.

Селеста ничего не ответила и развернувшись пошла обратно. Крысолюди оказались не такими глупыми как могло показаться ранее. Зная что умирают они ползли в тупик, совершенно не в том направлении где находиться гнездо. И судя по тому где оказались егери их задумка окупилась сполна, враги сбиты со следа и уведены в сторону. Селеста присела на корточки у последнего трупа по следам которого они шли. Если внимательно приглядеться то можно было заметить едва заметную тропу ведущую в левый туннель, а умирающая особь старательно оставляла следы в правый.

— Вот гаденыш, заставил нас лишние полчаса дышать дерьмом, — ругнулась Селеста. — Не протяни он ноги задушила бы крысу собственными руками. Нам туда, — кивнула она в сторону левого туннеля.

Для обычного здравомыслящего человека левый проход просто кричал: “не ходи сюда”! Но егери были созданы именно для того, чтобы наоборот, лезть во всякие дыры и искать себе приключений не только на голову, но и гораздо ниже. Что в принципе они с лихвой и продемонстрировали направляясь к тунелю. В некоторых местах на стенах были следы от человеческих рук, кто-то пытался сопротивляться насильственной попытке протащить его дальше в клоаку, но видимо в этом не преуспел. Крысы вряд ли позволили человеку попавшему сюда как-то вырваться из их цепких лап.

Впереди послышалось легкое шуршание и егери замерли, прислушиваясь к осторожным шагам. Дальше туннель расходился еще на два ответвления и по-видимому охранялся. Их осторожность вскоре вознаградилась, в проходе появился крыс. Волкер и Селеста распластались вдоль стен стараясь слиться с ними в одно целое. На некоторое время им удалось не попасться в поле зрение часового, но кажется он оказался слишком дотошным и, не доверяя своим глазам, крысочеловек решил использовать нос. Войдя на пару шагов вглубь туннеля, чтобы ему не мешали запахи из другого прохода, он втянул воздух ноздрями и кроме вони, крыс учуял запах людей. Больше сомнений у него не возникло и он реши поднять тревогу.

Волкер видел что дело пахнет паленым, быстро вынул лезвие и метнул в часового наполнившего грудь для крика. Крика не вышло, вместо него получилось лишь сипение умирающего хищника. Селеста сорвалась с места и подхватила падающее тело практически у земли, не дав ему с грохотом рухнуть и привлечь к ним внимание. Волкер так же быстро подбежал к поверженному врагу и, схватив его за ноги, помог Селесте оттащить тело в туннель. Прятать его было негде, но они рассчитывали что в ближайшее время по коллекторам никто из крысиных морд бродить не станет. У них ведь провалился план нападения и им по идее нужно было перегруппироваться и выработать следующий. По крайней мере Волкеру именно так казалось, хотя с хищниками ни в чем уверенным быть нельзя, у них еще те тараканы в голове бегают.

Подождав несколько минут они так никого и не услышали и решив что охранник был один решились на разведку в глубь стана противника. Теперь им приходилось куда медленнее и тише передвигаться, чем ближе они приближались к гнезду тем больше часовых им встречалось. Но пока их мастерство красться оберегало их от применения силы и кроме первого охранника больше никто не пострадал, пока не пострадал.

Волкер не собирался вдвоем с Селестой зачищать туннели, наверху куча жаждущих крови хортов и он не может их подвести, забрав всю расправу себе. Для него и Селесты это просто работа, а вот для хортов это уже совсем другой разговор. Почти у каждого кто-то из родственников или знакомых пострадал от крысиных зубов, или получил нож под ребра. Воины жаждали расплаты, но до этого момента такой возможности не представлялось, крысы нагадив мгновенно скрывались в туннелях и выкурить их из нор никак не получалось. А теперь они надеялись на егерей и им удастся обнаружить гнездо.

Еще несколько поворотов Волкер с Селестой проскакивали мимо охраны но вот наконец судьбе мило улыбающейся егерям вдруг что-то понадобилось в столе на нижней полке и люди увидели ту часть ее тела которую мало кто хочет лицезреть. Двое крысолюдей сидели на земле на пересечении туннелей и нагло резались в кости. Похоже они были настолько уверенны в том что сюда ни один человек не заберется, что совершенно не придавали внимания грохоту костяшек когда трясли его в кожаном стаканчике. Хотя по правде сказать звук был приглушенным но обостренный слух Волкера воспринимал его как существенный.

— Что будем делать? — шепнула на ухо Селеста. — Эти имбецилы до утра могут костяшки перекатывать.

— А что ты хотела, они думают что перед ними как минимум два уровня охраны. Какой смысл бдительно нести охрану, лучше потратить это время на более радостные занятия.

— Ну да, ирония состоит в том, что когда они забили на службу то для нас они стали куда большей проблемой нежели если бы просто патрулировали туннель, — произнесла Селеста.

Волкер понимал, торчать здесь вечно это прямая дорога в открытые двери бара под названием “Неприятности”. Можно конечно просто наплевать на предосторожности и всадить каждому по ножу в горло, но тогда шанс добраться до гнезда умчится в высь со скоростью арбалетного болта. Ждать тоже не вариант, надо срочно что-то придумывать. Волкеру неприятно было признавать, но в голову ничего умного да и не очень тоже не лезло. Он зачем-то полез в карман и нащупал там серебряный, идея появилась сама собой, возможно особой гениальностью она не отличалась но хоть такая, нежели полная тишина в мозговой коробке.

Идея с простым бросанием монеты к их ногам настолько глупая, что и рассматривать ее не стоит. Даже такая помесь человека с грызуном как эти двое, сообразит, что серебряные монеты просто так из воздуха не появляются и к ногам ее бросил явно не добрая душа. А скорее всего не очень умный человек с грязными мыслями, поссорить лучших друзей. Одним словом задача состояла в доставке серебряника в поле зрения крыс, но чтобы им казалось что это они сами его нашли.

Волкер посмотрел на потолок туннеля над крысами и увидел то что ему нужно. Коллекторы не отличались особой частотой да и вообще они очищались только в том случае если кого-нибудь мордой лица протащат вдоль стен. Но так как сие случалось не часто, то и всякая дрянь свисающая с потолка была обычным делом. Вот один из таких сгустков выбрал в качестве мишени Волкер.

— Если промахнусь, будь готова убрать игроков с доски жизни, — шепнул Волкер, поудобнее располагая монету в пальцах.

Селеста кивнула и вынула два метательных лезвия. Волкер на мгновение замер, а затем произвел аккуратный заброс денежных средств в смесь мха и грязи ну и чего-то еще о чем думать не хотелось. Серебряник хорошо вошел в цель не издав постороннего шума. Теперь оставалось только ждать когда металл под собственным весом упадет на играющих. Один из крысолюдей почувствовал что-то неладное, но это оказался всего лишь запах который начал распространяться из потревоженного монетой сгустка. Под весом монеты он потерял целостность и его часть упала на морду крыса поднявшего взор к потолку.

Грязно ругаясь крыс принялся стряхивать с носа гадость вместе с монетой. Их речь была довольно понятной, если не обращать внимание на сбивающие слух попискивания. Волкер довольно быстро приноровился отсекать лишнее и в общих чертах понял о чем шла речь. Крыс с грязной мордой доказывал что серебряная монета его потому что упала на него. Второй ему возражал что ничего подобного и это он нашел ее на земле и если даже верить первому, что монета свалилась ему на нос то он в любом случае этого не заметил и выкинул ее вместе с грязью. А тот кто поднял того и клад. У первого игрока весомые аргументы закончились, за исключением последнего, которым он и не преминул воспользоваться, съездив кулаком по морде счастливому обладателю егерской монеты. Разуметься такой подход к дискуссии не был проигнорирован и стороны приступили к активным дебатам. Пока они мутузили друг друга к ним подтянулись еще несколько охранников с других туннелей и попытались разнять буйных игроков, но по запарке получив на орехи, втянулись в рукоприкладство.

Улучив момент когда веселая куча на мгновение скрылась за поворотом, Селеста и Волкер выскочили из укрытия и скрылись в другом туннеле. Пробегая мимо того места где началась заварушка, Селеста подняла забытую всеми монету.

— Хрониста с нами нет, так что если будешь разбрасываться деньгами вскоре мы окажемся на паперти с протянутой рукой, — прошептала Селеста вкладывая в ладонь Волкера серебряник.

— Ты права, я не привык подбирать то что падает, надо скорее вернуть Перси, а то как-то скучно и для кошелька может оказаться накладно.

— И не говори, но пока его нет я прослежу за тобой. Но это не означает что тебе можно будет расслабиться и транжирить наше благосостояние на девок.

— А причем тут девки? — удивился Волкер.

— Пока не причем, и для всех будет лучше если все так и останется, — с угрозой в голосе произнесла она.

— Говорят ревность женщин не красит.

— Зато делает смертельно опасными, — парировала Селеста.

Волкер только руками развел, но про себя подумал что пожалуй тратить общие деньги на девок не стоит.

— Ты заметила что больше часовых мы не встречали? — спросил Волкер после того как они прошли шагов пятьсот по туннелю и ни одного крыса не встретили.

— Думаешь мы сбились и не туда идем?

— Возможно, — не стал отрицать Волкер.

— Давай дойдем до конца туннеля и если там никого не окажется то повернем обратно, хотя я уверенна что не промахнулась и направление у нас верное.

Селеста оказалась права, она вела их правильной дорогой. Туннель закончился, но другого не начиналось, он просто обрывался в бездну. Глубоко внизу происходило какое-то шевеление, присмотревшись Волкер понял что это множество крысолюдей соединились в огромную шевелящуюся массу. Это был единый организм. Перси как-то рассказывал, что подобным образом некоторые виды хищников объединяют разум каждого отдельно члена стаи в единый. И управляют им несколько самок, так они получает полную картину происходящего не выходя на поверхность.

— Кажется мы нашли то, что искали, — произнес Волкер осторожно выглядывая из туннеля в кишащую крысами пропасть.

— Похоже на то, теперь надо выбираться отсюда пока еще можем. Я не уверенна на сто процентов но кажется Рифту придется собирать всю стражу которую он сможет найти в городе.

— Что-то мне подсказывает что нам придется вернуться сюда еще раз, — предположил Волкер.

— Да я и не против, если меня сопровождать будут несколько отрядов крепких хортов. А теперь я хочу по быстрому исчезнуть, пока нас не унюхали красноглазые уродцы.

Егери осторожно ступая попятились от края пропасти. Отойдя на несколько шагов они развернулись и столкнулись практически нос к носу с тремя охранниками. Крысолюди похоже тоже не ожидали увидеть людей в своем гнезде и на мгновение замерли.

— Твою жеж мать, — ругнулась Селеста, пробежав по стене и оказавшись за спиной троих крысов.

Наблюдавший за акробатическим этюдом Селесты на стене, крыс собрался поднять тревогу, но удар в горло ребром ладони пресек на корню подобные замыслы. Крыс схватился за горло не в состоянии ни вздохнуть ни выдохнуть. Между двумя другими промчался Волкер не забыв выбросить в стороны локти. Крысолюди с проломанными черепами вскинув ноги распластались на земле.

Сообразив что дышать, как впрочем и жить ему больше не суждено крыс из последних сил совершил обманный маневр и проскочив между Волкером и стеной рванул к гнезду. У самого края он получил от Селесты метательное лезвие в затылок, но этого уже было недостаточно чтобы его остановить. Умирая, крысочеловек обернулся на егерей и рухнул в пропасть на кишащих внизу собратьев.

— Не подскажешь по какую часть тела мы сейчас провалились в задницу? — спросила Селеста вставая рядом с Волкером и глядя на обрыв куда свалился труп крыса.

— Боюсь по самые уши.

— И что будем делать?

— Бежать! — толкнул он ее к выходу когда над краем туннеля появились первые волосатые лапы.

Единый разум похоже работал отлично и преследователи практически наступали на пятки егерям. Волкер на бегу развернулся в пол оборота и подарил ярым поклонникам пару лезвий, но они не принесли существенного облегчения. Да чего уж лукавить, вообще никакого толку не было. Двое крыс упали, а остальные кажется вообще не заметили потери бойцов. Общий разум направлял их только к единственной цели и ничего не могло остановить живую лавину монстров.

Распрощавшись с двумя лезвиями Волкер обернулся и увидел что оказался на перекрестке и не знал куда дальше бежать, а Селесты нигде не было. Замешательство длилось мгновение, но живой лавине хватило времени чтобы сократить расстояние. Волкер уже было собрался геройски принять бой когда его неожиданно втащила в боковой туннель Селеста.

— А я уж было подумал что потерял тебя.

— И не надейся, — бросила она, мчась впереди Волкера по узкому туннелю.

Лавина монстров набрав бешенную скорость не могла резко остановиться и когда егерь исчез из ее поля видимости она продолжила двигаться по прямой. Но вскоре самки управляющие общим разумом засекли беглецов в одном из боковых туннелей и бросили живую волну в преследование.

— Ты знаешь куда мы бежим? — задал вопрос Волкер и, судя по упоминанию матери со стороны Селесты, вопрос оказался не своевременным.

Волкер пожал в душе плечами и продолжил бег за Селестой. Она похоже знала куда двигаться, по крайней мере Селеста со знанием дела несколько раз сворачивала в боковые туннели, которые не вели в тупик. А в таком темпе, да еще с кучей зараженных существ на хвосте это многое говорило о ней как о проводнике. Селеста отлично ориентировалась в туннелях, но она ни в какое сравнение не шла с крысами, выросшими здесь и живущими под землей по сию пору. Свернув в очередной туннель, егери столкнулись с охранниками что ранее не могли поделить их серебряный. Коллективный разум до них еще не добрался и они сидели на земле ощупывая у себя синяки и травмы полученные во время дискуссии. Они вскочили на лапы только после того как Волкер и Селеста промчались мимо них.

Охранники как им и положено подняли тревогу, надрывая глотки писком разносящимся по подземным коммуникациям. Вот только их сородичам преследующим егерей под землей их визг был уже не нужен и лавина несущаяся по пятам врагов просто затоптала возникших на ее пути нескольких часовых. Селесте бегущей впереди пока удавалось избегать захлопывающихся ловушек которые регулярно ставили подземные жители, но на очередном перекрестке они чуть не попались.

Монстры с двух сторон попытались блокировать людей, но егери в самый последний момент избежали опасности проскочив между двух волн соединившихся за их спиной.

— Я остановлю их на какое-то время, но тебе придется меня нести! — крикнула Селеста срывая с руки перчатку и обнажая пульсировавшую на тыльной стороне ладони печать инквизиции.

Хронист Перси: Запись двадцать третья.

— Готов?!

— Да! — ответил Волкер когда они забежали в следующий туннель.

Селеста резко развернулась и опустившись на одно колено приложила ладонь к земле. В том месте где рука коснулась земли на ней вспыхнул такой же рисунок как и на ладони Селесты. Волкер был на чеку и когда Селеста потеряла сознание и стала заваливаться на бок он подхватил ее на руки. Перебросив бесчувственное тело через плечо он рванул вдоль туннеля.

Монстры не останавливаясь мчались сквозь оставленную Селестой печать инквизиции и мгновенно вспыхивали. Волкер бежал на пределе своих возможностей, но его спина все равно начала ощущать приближение жара. Обезумевшие от боли монстры воспламенившись продолжали преследование врагов. Единый разум продолжал толкать их вперед несмотря на чудовищную боль. Но даже под таким контролем они не могли двигаться вечно и максимум через двадцать шагов Крысолюди падали замертво.

Жар, грозивший опалить спину Волкера, начал ослабевать и в конечном счете совсем пропал. Умирающие монстры своими телами закрыли проход в туннеле. Следовавшие за ними живые факелы уже никуда не могли деваться и останавливаясь просто умирали на месте, создавая из своих тел еще большую преграду. Наконец Волкер заметил впереди лучик света и направился к нему. Подбегая к выходу он услышал звук появившихся преследователей. Селеста смогла заблокировать один туннель, но их было великое множество и они не были запечатаны.

Свет исходивший из пролома не был лунным, а значит ночь сдала свои владения солнцу. Выходит что они всю ночь ползали по подземелью. Новый день еще только зарождался, а его свет осторожно и неотвратимо забирался во все темные уголки загоняя разнообразную пакость в самые глубокие норы.

Клацающие острыми зубами крысы вломились следом за Волкером в пролом стены и выскочив в зале, где им недавно начистили щетинистые морды попали под яркий солнечный свет. Рифт оказался сообразительным малым и заранее открыл ставни на окнах, чтобы не создавать преграду дневному свету. Попав под яркий свет крысы завизжали и сломя голову бросили обратно под землю. Ослепнув и обезумев они сталкивались с теми кто лез на поверхность и создали огромный клубок из тел в который полетели арбалетные болты. Несколько дружных залпов основательно подсократили их численность.

— Что с ней? — забеспокоился Рифт когда увидел бесчувственную Селесту.

— Она в порядке, только немножко перенапряглась, — успокоил его Волкер.

— Мои ребята займутся ей, — заявил Ставр протискиваясь к ней вместе с двумя хортами у которых были переброшены через плечо сумки похожие на сумку Перси.

Один из них присел возле Селесты, достал флакончик с чем-то вонючим и похожим на мочу содержимым и поднес его к ее носу. Едва вздохнув содержимое Селеста еще толком не придя в сознание послала Перси к чертям собачьим вместе с его рвотными настойками.

— Будет жить, — сделал вывод хорт, повернувшись к Волкеру.

Селеста еще была не в состоянии открыть глаза и во всю костерила хрониста, но спустя пару минут она совладала с потяжелевшими веками. Оглядев окружающие ее лица она окончательно вернула трезвый рассудок и вспомнила что они как раз и направляются за хронистом чтобы вытащить его из застенков инквизиции.

— Мне уже лучше, дайте пару минут и я буду в норме, — пообещала она закрывая глаза.

Хорт что осматривал ее посмотрел на Волкера и отрицательно покачал головой. Волкер кивнул и хорт достав другой флакон влил его содержимое в рот Селесте. Она была настолько вымотана, что даже не сопротивлялась, а покорно проглотила лекарство.

— Часов через шесть она придет в норму, — объяснил хорт убирая пустую склянку. — А пока ее лучше не тревожить.

— Хорошо, присмотри пока за ней, а нам нужно кое-что уладить с усатыми личностями внизу, — произнес Волкер.

Ставр провел ладонью по седеющим волосам и повел плечами разгоняя в массивных мышцах кровь.

— Я хоть и старею, но пару десятков рыл легко отправлю удобрять почву, — заявил он проверяя хорошо ли закреплены стальные наплечники.

Рифт похоже действительно собрал всех кто мог держать оружие. Хотя хорт который не может держать меч, скорее всего находиться в чреве матери или отошел к предкам. В любом случае хортов собралось около сотни или типа того.

— Сколько здесь воинов? — на всякий случай спросил он.

— Сто три человека, включая нас и Ставра, — ответил Рифт. — Могло быть сто четыре, — взглянул он на Селесту, которую переложили на носилки и понесли в более подходящее место для поправки здоровья.

Рифт махнул рукой и к нему подбежали три хорта с мешками на плечах. Вынув из мешка глиняный шар он продемонстрировал его егерю.

— Что это? — удивился Волкер.

— Светлячок, — коротко ответил Рифт, но увидев не двусмысленное выражение на лице егеря он решил более подробно объяснить суть предмета. — Маги немного покрутили мозгами и создали светлячков. Если их разбить то они вспыхнут ярким светом. Обжигать по их заверениям он не будет, но вот зрение крысам подпортит основательно. Видел что с ними случилось когда они выбрались следом за тобой под неяркий утренний свет? А маги утверждают что светлячок будет светить как солнце днем. Правда недолго, но этого достаточно чтобы лишить подземную пакость зрения.

— Смотрю ты все продумал, — похвалил его Волкер.

— А-то, я такой возможности не собираюсь упускать. Они нам много крови попортили, пока мы занимались хлыстами и другими чудовищами эти гады по-тихому утаскивали людей. На них никто и подумать не мог, все сваливали на хлыстов. По большому счету в то время когда по улицам носятся монстры, кто будет разбираться, который из них на самом деле загрыз раненого хорта. Но сегодня мы устроим им ответный визит вежливости и боюсь после него они долго еще не высунут свой поганый нос на поверхность.

— Уверен, так все и будет, — согласился Волкер. — До гнезда думаю за пару часов мы доберемся. Нам ведь не нужно будет красться и соблюдать тишину. Если мы хотим закончить засветло пора спускаться. Нельзя им дать перенести гнездо в новое место иначе вся наша ночная вылазка пойдет коту под хвост.

— Ставр! — позвал ветерана Рифт. — Мы с егерем пойдем первым отрядом, а ты со своими людьми прикрывай нам спину на тот случай если крысы решат напасть сзади.

Ставр кивнул и ушел отдавать распоряжение бойцам.

— Ну что, готов? — повернулся Волкер к Рифту.

— Уже давно, — ответил он и махнул воинам рукой.

У хортов в руках мгновенно появились кремни и ворох искр упал на заранее подготовленные факелы.

— Не волнуйся егерь, я договорился с капитаном корабля и он будет ждать нашего возвращения, — хлопнул по его плечу Рифт.

— Спасибо, — поблагодарил его Волкер и спрыгнул в дыру прорытую крысами, за ним сразу же последовали хорты.

Подземные хищники патологически бояться огня и света. Небольшая армия хортов как минимум внушала опасения. Дорога ведущая к гнезду была хорошо видна из-за отметин на стенах. Их оставили когти множества крыс что преследовали Волкера и Селесту. Теперь даже хорты могли обнаружить дорогу к гнезду. Сообразив куда нужно смотреть и что искать они принялись освещать стены и точно следовать по указанным меткам. Вскоре они вышли к тому месту где Селеста установила печать инквизиции. И дальше путь был закрыт.

Во-первых завалом из сгоревших заживо монстров, а во-вторых, Волкер понятия не имел как долго действует печать. Выяснять это на собственном опыте он разуметься не собирался и единственная здравая мысль напрашивалась, найти другой путь. Раз крысолюди обошли ее другим туннелем то и они проделают то же самое только в обратную сторону.

— Здесь должен быть другой проход ищите его в боковых туннелях, — обратился он к хортам.

Воины разделились и принялись осматривать стены и пол, наконец один из них подал голос.

— Господин, кажется это то, что мы ищем, — указал рукой воин когда к нему приблизились Рифт с Волкером.

— Держать строй и не растягиваться, — приказал Рифт.

Волкер был с ним полностью согласен, чем ближе они будут подбираться к гнезду тем будет опасней находиться в туннелях. Вряд ли крысы просто так сдадутся, да и таиться им тоже бесполезно учитывая тот факт что люди выяснили где их логово. Сомкнув ряды хорты плотным строем двинулись в глубь туннеля. Волкер шел первым внимательно следя за обстановкой и в случае опасности готов был вовремя предупредить остальных. Его опасения оказались не беспочвенными и за следующим поворотом крысолюди решились атаковать забравшихся на их территорию чужаков. Хорты ожидавшие чего-то подобного сомкнув щиты приняли зубастую братию на крепкий металл. Затем в ход пошли мечи и топоры быстро превращая в кровавое месиво бывших мгновение назад опасными врагов.

Сообразив что людей лобовой атакой не взять, они стали карабкаться на стены и потолок, рассчитывая напасть сверху и пробить брешь в обороне людей.

— Щиты вверх! — крикнул Рифт и стоящие в центре кольца хорты выполнили приказ создав непробиваемую крышу.

Крысы прыгая сверху старались прорваться между сомкнутых щитов, но им это никак не удавалось. Могучие хорты держали все возрастающий вес крысиных тел и не давали им проникнуть сквозь защиту. Волкер оказался заперт в непроницаемом коконе из щитов и терялся в догадках, долго ли еще смогут хорты выдерживать натиск крыс. Но воины похоже знали что делали и продолжали подобно Атланту держащему небо удерживать щиты вместе с сидящими на них крысами. Когда первый отряд оказался полностью погребен под лезущими со всех сторон тварями, Ставр дал команду арбалетчикам.

Туннель наполнился звуками щелкающих арбалетов и свистом летящих на встречу с монстрами болтов. Одного залпа оказалось достаточно чтобы освободить щиты от сидящей на них нечестии. Вот только место погибших мгновенно занималось следующей порцией тварей. Но повторный залп навсегда отбил охоту забираться на хортов. Почувствовав что больше никто на щиты не прыгает, хорты опустили щиты и покрошили всех кто по глупости не скрылся в туннеле, а остался в досягаемости острых мечей хортов.

Крысы скрылись так же быстро как и появились. Волкеру так и не удалось поучаствовать в битве, хорты сделали всю черную работу за него. Смахнув со лбов выступивший пот они, немного отдышавшись, готовы были снова продолжить путь. Пока выдалась спокойная минутка арбалетчики быстро перезаряжали оружие и цепляли по одному болту на пояс в специальный зажим. Таким образом они могли практически в одно движение перезарядить оружие и сделать повторный выстрел. В скоротечном бою подобные мгновения ценились очень высоко. Добив раненых крыс хорты во главе с Волкером и Рифтом двинулись дальше по туннелю.

Егерь чувствовал что они недалеко от гнезда и эта атака была организованна для их задержки. Но крысиные самки вряд ли рассчитывали на такую скорую победу хортов, по крайней мере, Волкеру хотелось на это рассчитывать. В любом случае, перенести гнездо за такое время они вряд ли смогут. Тогда они должны были наступать на людей лавина за лавиной, а не отступить так быстро. Эта нелогичность со стороны крыс и внушала волнение Волкеру.

Крысы больше не нападали словно их здесь и не было. Несмотря на отсутствие сопротивления хорты не торопились бежать по туннелю. Если врагов не видно это совершенно не означает что они не приготовили какую-то гадость где-нибудь впереди. Ноги отмеривали шаги, глаза цепко прощупывали освещенные места, но ничего подозрительного так и не обнаружили.

— Я печенкой чувствую, что не спроста их нет, — поделился волнением Рифт.

— Боюсь в этом ты не одинок, — согласился Волкер. — Честно говоря я не помню такого длинного туннеля, да еще и ни одного ответвление не встретили.

— Возможно это обходной путь, ведь короткий Селеста запечатала, — предположил Рифт.

— Возможно, но меня все равно это тревожит, хотя объяснить подобное чувство я не в силах.

— Да ничего и не нужно объяснять друг, у нас всех оно такое. Крысы получили по морде и в открытое столкновение они идти больше не желают. А насколько мне известно об этих мерзких душонках они хитрые бестии, и будь уверен придумают как нам напакостить. Но при этом не подставить свои задницы под удар тяжелого сапога хорта.

Пройдя еще несколько десятков шагов они наконец добрались до первого поворота. Волкер поднял руку призывая воинов остановиться, а сам осторожно заглянул за угол. Судя по тому как повел себя егерь хорты поняли что опасности за поворотом нет. Волкер стоял посередине туннеля и смотрел за угол. Рифт осторожно подошел к нему и понял почему егерь такой спокойный. Егерь смотрел на тупик.

— Вот же дряни, — ругнулся Рифт.

Вскоре шепот ругательств прокатился по рядам хортов.

— Эти шелудивые недоделки все же умудрились нам нагадить, — продолжал возмущаться Рифт.

— Придется возвращаться и внимательно смотреть где мы пропустили поворот, — произнес Волкер. — Не могли они просто так исчезнуть.

— Согласен, они ведь магией не владеют, значит и проходить сквозь стены не могут, — уверенно заявил Рифт.

Отряд хортов как единый организм поменял направление и двинулся в обратную сторону. Волкер как впрочем и все остальные внимательно смотрели за стенами, но так ничего и не смогли обнаружить. Первые факелы погасли и хортам пришлось доставать из специальных мешочков новые промасленные фитили. Опять послышалось чирканье кремня и новые огни осветили пространство туннеля. Вскоре показалось их последнее место встречи с крысами, дойдя до него хорты остановились.

Множество глаз взирали на Волкера с вопросом. Для них он был единственной надеждой кто сможет довести их до цели, а затем уцелевших вывести обратно на свежий воздух. Егерь прекрасно помнил что часть крыс и довольно большая убежала именно в тот туннель из которого они недавно вышли. Не могли же крысы раствориться в воздухе, выходит он не так хорош как думал Волкер о себе ранее.

— Ладно, идем искать другой путь, выход ведь должен где-то быть, второй раз им нас не провести, — пообещал Волкер направляясь в правый туннель.

С таким же успехом они могли пройти и обратно по левому туннелю, так как правый закончился таким же тупиком. Фитили тухли и менялись на новые уже несколько раз. По подсчетам Волкера под землей они находились уже примерно около шести или семи часов. Наконец Рифт объявил привал и дал бойцам подкрепить силы.

Вяленные куски мяса быстро запивались водой и через десять минут обед был окончен. Воины поднимались на ноги без особой надежды найти вход в гнездо и практически смирившись с тем что их переиграли и опять придется ловить крыс по одиночке. Подобная перспектива разуметься никого не привлекала и небольшая надежда на умение егеря еще теплилась в их сердцах.

Волкер сосредоточился и обострив слух начал прислушиваться к шороху за стенами. Ему повезло, он вскоре услышал уверенные шаги за одной из стен туннеля.

— Там кто-то есть, — прошептал он Рифту. — Стена в этом месте тонкая, думаю что смогу ее пробить.

— Не спеши, мои ребята справятся с ней а ты в случае чего разберешься с тем кто за ней. Стиг, Солмер, — позвал он.

Хорты не успели добежать когда стена взорвалась обдав их осколками. Волкер молниеносно выхватил ножи но они ему не понадобились.

— Смотрю мальчики вам понравилось тереться друг о друга в тесных коридорах, — произнесла Селеста выходя из проделанного ей пролома в стене.

— Э…, — только и смог выдавить из голосовых связок Волкер.

— И я рада тебя видеть. Не хотела вам мешать, но меня и следопыта что семь часов кряду водит вас по кругу, в гавани ожидает корабль.

— Не пойму как тебе так легко удается разбираться в этих лабиринтах, — наконец справившись с удивлением спросил ее Волкер.

— Я бывшая капитан-инквизитор, — коротко ответила она. — Я практику проходила в “Цитадели”, точнее под ней. И поверь, по сравнению с ними, местные туннели по размеру скорее напоминают детскую песочницу.

Селеста повернулась к Рифту.

— Идите за мной, побуду в роли ключа от тайны крысиной норы.

Хортам присутствие женщины явно пошло на пользу. Плечи как-то сами собой расправились и грудь у всех стала колесом. Покрепче схватив оружие и щиты они отправились вслед егерям в надежде на скорую битву. Селеста даже не смотрела на стены она твердой поступью шла посередине туннеля, она словно точно знала где должен быть проход. Наконец она резко остановилась, что шедшие за ней хорты от неожиданности даже столкнулись друг с другом.

— Здесь, — произнесла она указывая на стену.

— Уверенна? — уточнил Волкер.

Ее взгляда было достаточно чтобы не спрашивать повторно. Волкер резко выдохнув вломился плечом в стену. Сопротивление он практически не почувствовал и растянулся на полу.

— Крысы создали временную стену, но она еще не успела застыть, — объяснила Селеста входя за ним следом. — Достаточно было просто толкнуть ее, я удивленна что за все это время никто из вас на нее так и не облокотился.

Хронист Перси: Запись двадцать четвертая.

— Видимо у инквизиторов нюх на тайные ходы, — предположил Рифт.

— Да, так наверное звучит намного загадочней, но нас учили просто считать шаги, — развеяла Селеста туман таинственности вокруг своего чутья.

— Ну я примерно так и подумал, — заметил Волкер, поднимаясь с земли и отряхивая одежду.

— Никто и не сомневался в твоей способности подумать, вот только времени у нас практически не осталось. Крысы замуровывают подступы к гнезду, значит переносить его им некуда, по крайней мере сейчас. Постарайтесь теперь молча следовать за мной и не отвлекать меня.

Селеста бодрой поступью отправилась в темноту, но хорты тут же подсуетились и двое их них с факелами заняли места справа и слева от Селесты. Волкер шел в пяти шагах перед нею, пока она занята счетом он отвечает за ее безопасность. Она сейчас сосредоточенна на поиске хода, а значит не так бдительна как хотелось бы Волкеру. Через некоторое время Селеста остановилась и указала на стену ничем не отличающуюся от других.

Хорты передали факелы товарищам и навалившись на стену плечами открыли заваленный проход.

— Дальше будет не так скучно как теперь и некоторых из вас мы можем не досчитаться, — предупредила Селеста входя в открытый пролом сразу же после Волкера.

Хорты протиснулись следом и наконец увидели черный провал в гнездо крыс.

— Вот оно, — тихо произнес Волкер.

— Приготовиться, — шепнул Рифт и приказ побежал по колонне передаваемый из уст в уста.

Один из хортов подошел к краю обрыва и плюнув вниз бросил следом и факел. Долетев до дна он брызнул искрами и осветил на мгновение пещеру, она была девственно пуста.

— Ах ты зараза! — уже не осторожничая ругнулся Рифт. — Успели все же твари улизнуть.

— Спускаемся, — бросил Волкер, осматривая уступ в поисках более удобного места для спуска.

— Куда спускаться, ты же видишь что там никого нет? — удивился Рифт.

— Селеста говорит что у них нет времени переносить гнездо, я ей верю, — ответил егерь. — Выходит крысы что-то придумали, и я хочу выяснить что.

— Ты уверенна что они никуда не делись? — на всякий случай спросил у Селесты Рифт.

— Абсолютно, — ответила она и последовала за Волкером.

— Тащите веревки, — отдал приказ хорт.

Незамедлительно у его ног упало несколько крепких канатов.

— А сверху показалось что здесь гораздо выше чем оказалось на самом деле, — произнес Рифт отпуская веревку.

— Внизу все кажется не таким страшным как на верху, — согласился Волкер.

Спустя десять минут в пещеру спустился последний хорт.

— И где искать этих уродов? — спросил один из них и сделал пару шагов в сторону.

Его ноги неожиданно ушли в грунт и он по пояс увяз в земле. Когда оступившегося осветили факелом он лишь плевался кровью в попытке что-то сказать. Его друг склонился над ним чтобы разобрать предсмертный шепот товарища, но Волкер неожиданно оттолкнул его в сторону. На том месте где мгновением назад находилось горло хорта пытавшегося разобрать шепот теперь сверкало лезвие ножа удерживаемое крысиной лапой.

— Они в полу и стенах! — рявкнул Ставр, вонзая меч в начавшуюся трескаться у его ног землю.

Твердь изрыгнула кровь и больше не пыталась пучиться, прятавшийся под ней крысочеловек был мертв и теперь его участь стать частью этой самой земли. Теперь даже до самого последнего хорта дошло что крысы не переносили гнездо а просто замуровали себя превратив пещеру в смертельную ловушку из которой они не собирались никого выпускать. Вот теперь дело найдется не только хортам, но и егерям.

Земля на стенах трескалась и из нее выскакивали все новые и новые монстры. Хорты заняли круговую оборону ощетинившись мечами. Крысы уперлись в непреодолимую защиту, но продолжали напирать используя численное преимущество. Рифт немножко подождал когда вокруг них соберется по больше крыс и что есть мочи рявкнул: — На колено!

Первый ряд хортов сдерживающих натиск хищников резко опустился на одно колено и поднял себе на плечи щиты. Стоявшие за ними хорты были готовы к этому и используя присевших товарищей в качестве трамплина взбежали по щитам и обрушились на врага сверху. Кто в этот момент был более страшен крысы или хорты вряд ли кто смог бы ответить.

Ударяя щитами они разбивали головы крысам, а мечи лишали жизни тех кому посчастливилось избежать встречи со щитом хорта. Отбросив врага воины отступили к прежним позициям и сомкнули ряды оставив после себя поле из крысиных трупов. Хорты бились отчаянно, но превосходящие силы противника начали подтачивать оборону стражников подобно воде разрушающей крепостные стены. То один то другой хорт опускались на колено и заваливались на землю с глубокими ранами на теле. Рифт понимал что сейчас самое время пускать в ход подарки магов иначе можно дождаться момента когда и спасать-то будет некого.

Рифт отдал приказ и в крыс полетели глиняные шары. Воины закрылись щитами и зажмурились чего нельзя сказать о крысолюдях. Пещера наполнилась светом и диким визгом монстров испытывающих адскую боль в выжженных глазах. Гнездо было уничтожено, обезумевшие создания зла кидались на всех подряд, включая и своих собратьев. Хортам оставалось лишь наблюдать как крысы уничтожают друг друга и изредка убивать тех кто подходил к ним слишком близко.

— Дело сделано, — тяжело дыша произнес Рифт.

— Мне жаль что вам так и не удалось поучаствовать в битве, но благодаря вам мы все же избавились от этой пакости, что жила под ногами.

— Я бы с этим не торопилась, — перебила его Селеста указывая на пятерых приближающихся к ним существ.

Они словно тараны шли сквозь беснующихся крыс, рвущих и режущих друг дружку зубами и ножами.

— Это еще что за уроды? — спросил Рифт смотря на приближающуюся пятерку.

— Самки, — коротко ответил Волкер. — И пока они живы, гнездо не уничтожено.

Пять борозд что прорубались ими в живом море крыс стремились в одну точку, туда где держали оборону люди. Уродливые создания вдвое превосходили хортов по габаритам и им не составляло особого труда расшвыривать ослепшее потомство.

— Беру свои слова обратно, — заявил Рифт, смотря на приближающихся самок. — Без веселья кажется вы не останетесь.

— У тебя случаем от магов еще парочка глиняных яблок не завалялось? — на всякий случай спросил Волкер хотя прекрасно понимал что будь у него что-то в запасе то оно давно бы уже летело в самок.

— Нет, — медленно помотал головой Рифт. — Никто не знал что их самки такие уродливые и… такие большие.

— Что-то мне подсказывает что они расстроены, — подметила Селеста.

— Сейчас они еще больше расстроятся, — заверил Волкер раздвигая полы плаща.

Когда Самки приблизились на расстояние броска, егери мгновенно облегчили вес жилетов, освободив их от метательных лезвий. Пятерку монстров это слегка замедлило, хотя большого вреда и не причинило. Но вот настроение им было испорчено не по детски. Самки врубились в строй хортов словно горячий нож в теплое масло.

Расшвыривая воинов направо и налево, они внесли некоторую сумятицу в когда-то единый организм. Общего строя уже не было, и каждый бился сам за себя, правда “бился” это громко сказано, в основном били только их. Хорты пытались поразить противника, но самки оказались слишком быстрыми для них. Воины еще на замахе получали смертельные ранения и гибли слишком быстро. Как ни крути, а битва с самками на расстоянии не получалась, придется брать все в свои руки, точнее в кулаки.

Волкер разбежался и оттолкнувшись от стены высоко подпрыгнул, но получил оплеуху от самки и зарылся где-то среди поверженных крысолюдей. Селеста немного расстроилась и ударившая ее мужчину самка в одночасье превратилась в заклятого врага. Она оказалась возле самки несколько раз прошлась лезвиями по сухожилиям монстра. На самку потуги человека попортить ей походку не произвели должного впечатления. Она схватила Селесту и собиралась подобно плохому фокуснику разделить ее на две половины, но тут кто-то забрался ей на шею.

Волкер всегда знал, общение с дамами у него часто заканчиваются тем, что его отвергают, но не в такой же грубой форме. Скинув с себя пару трупов, которыми его присыпало, он увидел не ту картину, на которую рассчитывал. Выхватив ножи, он в два прыжка оказался на загривке самки собирающейся покончить с Селестой. Острые ножи не могли сразу справиться с толстой шкурой самки на ногах, но зато без проблем пробили глазные яблоки. Чудовище взревело и бросив Селесту принялось ловить Волкера словно блоху прыгающую по телу. Самка потеряла зрение но не чутье и неотрывно преследовала егеря куда бы он не направился. Про Селесту она разуметься забыла, а зря, пара мощных ударов и кожа на ноге поддалась. Сухожилия лопнули и самка осела на одну ногу, оставшиеся в живых хорты набросились на ставшего гораздо медленней монстра и потеряв нескольких человек они справились с чудовищем.

Краткосрочную радость омрачал тот факт, что еще четыре таких же твари продолжали истреблять немногочисленных воинов. Дело принимало нехороший оборот, но как назло в голову ничего путного не лезло, впрочем, как обычно в подобной ситуации. Единственное что могли сделать егери, это отвлечь самок на себя и дать возможность хортам перевести дух. Но ведь вечно бегать тоже не вариант и пока Селеста ловко избегала цепких лап монстров, Волкер подбежал к поверженной твари и собрал с ее тела несколько метательных лезвий. Его план был до банальности прост, лишить самок зрения, а что будет потом он подумает после.

Самка стояла к Волкеру спиной когда Селеста проскочила у нее между ног и хлопнув Волкера по плечу побежала дальше нервировать оставшихся чудовищ. Упустив Селесту она резко развернулась и опустилась на четыре лапы, оказавшись на одной высоте с Волкером. Егерь не задумываясь расстался с парой лезвий лишив монстра зрения. Получив серьезные раны, она воя от боли поднялась на задние лапы и привлекла к себе внимание оставшихся самок. Они на время прекратили преследование Селесты и повернули морды в сторону раненной подруги. Этого мгновения когда самки замерли, оказалось достаточно чтобы егери лишили зрения еще двух чудовищ. Поняв свою ошибку монстры больше не останавливались и сосредоточили нюх и зрение на двух людях.

Волкеру в голову пришла дикая мысль, как впрочем и всегда. Проскочив под носом у слепой самки, он дернул ее за ус. Такая вопиющая наглость мгновенно сосредоточило внимание монстра на единственном объекте. Единственное оставшееся с глазами чудовище видело как на него в лобовую атаку бежит егерь. Она оскалила пасть в ожидании этого идиота, но вместо человека она получила по морде от слепой самки, следовавшей за егерем по запаху. Последнее зрячее чудовище рухнуло замертво с развороченной страшными когтями мордой.

Селеста поняла замысел Волкера и принялась поступать по той же схеме что и он. Самки чувствовали запах врагов, но точное расстояние по нему определить не могли, поэтому, совершенно не беспокоясь о других, яростно размахивали когтями, нанося друг другу страшные на вид раны.

Хорты смотрели на это безобразие, благоразумно укрывшись у дальней стены. Они прекрасно понимали что толку от них не будет совершенно никакого, а вот помешать егерям они вполне могли. Наконец две из трех самок упали от потери крови, но та, которую Волкер дернул за ус, избежала смертельных ран и продолжила высекать когтями искры из каменных стен что попадались на ее пути.

Ставр решил, что ему уже пора вмешиваться и помочь егерям. Одну зверюгу они ведь завалили, пришла пора и последней объяснить кто такие хорты. Из сотни воинов, что спустились в туннели, осталось в живых едва ли пара десятков. А тех, кто был способен держать оружие и того меньше. Ставр и Рифт отобрали пятерку относительно непострадавших бойцов, прихватив с собой веревку, что помогла им спустится в этот ад, направились на помощь к пытавшимся справиться с самкой егерям.

Волкер заметил спешащую к ним на подмогу дружину и понял их задумку. Он окликнул Селесту и она бросив взгляд в ту сторону, куда указывал Волкер, кивнула, дав понять, что с предложенным планом она полностью согласна. Ставр раскрутил над головой веревку и как заправский ловец быков зацепил ее конец за заднюю лапу монстра. Самка дернула опутанной конечностью и Ставр, стрелой полетел к ней в пасть. В самый последний момент Селеста перехватила живой снаряд, прыгнув ему на перерез, и они вдвоем миновали смертоносные зубы готовые уже сомкнуться на их телах.

В связи с тем что земля была практически полностью устлана трупами крыс их приземление оказалось мягким, но отвратительным с точки зрения этики. Волкеру ничего другого не оставалось, как схватить за конец привязанной к ноге чудовища веревки и обмотать еще одну заднюю лапу. Крыса, учуяв гаденыша, рванулась к нему, веревка затрещала от напряжения но чудом выдержала. Потеряв равновесие чудовище плашмя рухнуло наземь.

Долго разлеживаться самка не собиралась и подобрав под себя передние лапы самка собралась вернуться в вертикальное положение. Вот только два топора вонзившиеся ей в шею на корню пресекли ее планы, как впрочем, и жизнь. Воины работали как сумасшедшие лесорубы до тех пор пока не отделили звериную голову от тела. Лишь после того как они убедились что самка больше не сможет им угрожать они опустили топоры и обессилившие упали на землю.

На поверхность выбрались только к ночи, труднее всего пришлось с ранеными. Их нужно было как-то поднять из гнезда и при этом не убить по дороге. С горем по полам с этой задачей удалось справиться и люди с огромным удовольствием вздохнули свежий воздух поверхности. Первое время никто не мог надышаться, но постепенно организм насытился и легкие не требовали так часто дышать. Волкер и Селеста больше не могли задерживаться и отправились на поиски обещанного корабля.

Рифт поблагодарил их и отправил с ними бойца чтобы они не тратили время на поиски, а сразу поднялись на борт. Капитан корабля обрадовался новости что с крысами покончено и предоставив им довольно большую каюту оставил егерей в покое. Они много сил потратили и вполне заслужили право на отдых.

Волкер проснулся от мерного покачивания, как оказалось было уже середина дня и они уже давно находятся в открытом море. Эти подробности ему поведала Селеста, вернувшись в каюту с верхней палубы.

— Ты дрых как сурок, — улыбнулась она закрывая за собой дверь. — Одевайся, сейчас подадут завтрак, хотя его уже вполне можно назвать обедом.

Сразу после ее слов в дверь постучали и получив одобрение с ее стороны в каюту вошел матрос с большим подносом в руках. Желудок у Волкера мгновенно проснулся и заурчал требуя скорее забросить в него чего-нибудь, да побольше. Утолив голод, Волкер и Селеста опять легли спать.

— А вот зелье Перси нас бы быстро поставило на ноги, — с грустью в голосе произнес Волкер.

— Не переживай, нам предстоит долгое морское путешествие и то, что нас клонит в сон в сложившихся обстоятельствах не так уж и плохо, — поделилась соображением Селеста. — А где держат Перси я знаю, так что мы его найдем без особого труда. Основная проблема будет как раз не в том чтобы его найти, а в том как его вытащить и не получить пару горячих молний пониже спины.

— Ты уверена, что знаешь где его содержат?

— Я слишком устала и мои глаза закрыты, но можешь представить себе что они излучают презрительное недоумение от подобных вопросов. А если у тебя проблемы с воображением то порадую тебя ответом, конечно уверенна. И мне кажется, что ты все ни как не можешь запомнить, кем я была ранее. Кресс быстро поднимается по служебной лестнице и если в его планы входит встать на верхнюю ступень, а я в этом, честно говоря, нисколько не сомневаюсь, то он обязательно будет в “Цитадели”.

Хронист Перси: Запись двадцать пятая.

В отличие от прошлого морского круиза этот Селесте как впрочем и Волкеру понравился куда больше. Они хорошо осознавали, встреча с инквизицией может оказаться куда опасней нежели со стаей хлыстов. Одно радовало они выросли в Горлэнде и среди местных им будет затеряться куда проще чем среди красноглазых хортов. Волкер с Селестой ели, спали, и чтобы держать мышцы в тонусе устраивали короткие разминки в те моменты когда верхняя палуба была свободна. Наконец на горизонте показалась земля, кораблю понадобилось еще несколько часов чтобы приблизиться к тихой бухте.

На входе в порт оказалось небольшое столпотворение, по словам капитана он не помнит такого за все то время что водит корабль, а это уже без малого три десятка лет.

— Не хочу каркать, но мне это не нравиться и чувствую что это неспроста, — произнесла Селеста приложив ладонь к глазам чтобы солнце не слепило.

— Боюсь ты права и нам нужно сойти на берег другим способом, нежели входить в порт вместе с кораблем.

— Пойду поговорю с капитаном, думаю он сможет нам в этом помочь.

Селеста ушла узнавать насчет лодки, а Волкер продолжил внимательно следить за кораблями готовящимися войти в порт. Селесту чутье не подвело и задерживали только те корабли, что прибыли со стороны земли хортов. Остальные суда проходили совершенно без задержек. Через некоторое мгновение вернулась Селеста.

— Идем, у нас есть лодка, — коснулась она его руки. — Нас высадят вон за той скалой, — показала она рукой на скалистый берег расположенный по левую сторону от входа в бухту.

На той стороне практически не было построек и шанс что их заметят был не велик, по крайней мере, меньше чем по правую сторону где дома подпирали друг дружку норовя оттеснить соседа. Волкер подошел к противоположному борту и взглянул вниз. На воде скрытая от посторонних глаз терлась бортом о корабль лодка с двумя хортами готовыми отвезти егерей как только они спустятся и займут свои места. Скалистый берег располагал к высадке только в одном месте. Песчаный берег шагов примерно двадцать от силы, туда и направили нос лодки хорты.

Высадив людей они незамедлительно отчалили, махнув им на прощание они налегли на весла.

— А может быть весь этот досмотр судов не связан с нашим появлением, — предположила Селеста, глядя на удаляющихся хортов.

— Возможно и так, но лучше перестраховаться. С другой стороны если нас схватят то мы однозначно сэкономим время и нас доставят прямиком к Крессу, а там думаю будет и Перси. Но если подумать хорошенько, то с тяжелыми гирями на руках и ногах будет весьма затруднительно вызволять хрониста из застенков инквизиции.

— Я конечно люблю металл, но по большей части все же драгоценный и не такой тяжелый.

— Сочувствую, но думаю, что инквизиция так и не расщедрилась ни на серебряные, ни на золотые кандалы, — улыбнулся Волкер.

— Вот это ее и погубит, — со знанием дела заявила Селеста.

— Не сомневаюсь, — поддержал ее Волкер.

Они едва успели подняться по склону и половину пути, как им дорогу преградил отряд инквизиторов. Справа и слева, Волкера и Селесту ограждали скальные стены, позади плещется море, а впереди двенадцать супостатов с дурными мыслями в головах. Ситуация складывалась не из самых приятных, правда и безвыходной ее назвать нельзя. В голову егерю пришла гениальная с его точки зрения идея, которой он не преминул поделиться с Селестой.

— Давай прикинемся дурочками и сделаем вид что мы просто здесь гуляем, — шепнул он ей не поворачивая головы.

— Дурацкий план, а учитывая что он пришел тебе в голову то и прикидываться не стоит, просто будь собой, — прошипела она сквозь зубы одновременно улыбаясь представителям церкви.

— У тебя есть другой вариант? — так же скалясь инквизиторам прошипел Волкер.

— Меня до сих пор мучает единственный вопрос, как столько лет инквизиция не могла тебя поймать? Были ведь и более умные егери, и более сильные, но их поймали, а тебя нет.

— Наверное я мыслю неординарно, да и по большому счету меня тоже поймали.

— Возможно ты и прав, инквизиторы не догадывались что ты мыслишь как стукнутый в детстве веслом. И твое предложение как отмазаться от инквизиторов прямое тому подтверждение.

— Говори что хочешь но ты ведь на меня запала.

— И разум мне подсказывает — я полная дура, наверное мы действительно подходим друг другу. Но мой план гораздо лучше, надо просто поубивать их всех к чертям собачьим и дело с концом.

— Потрясающий план, но ты теперь не на стороне инквизиции, а вроде как егерь, — возразил Волкер.

— Ах, ну да, извини, я сформулирую по-другому. Давай просто их убьем без чертей собачьих.

— Нет, убивать никого не будем, пока, — добавил он, немного подумав.

— Я это и имела в виду, пусть вначале подойдут поближе.

Инквизиторы заметив что идти к ним навстречу эта парочка не собирается, решили сами осчастливить ее своим подходом.

— Я встречала довольно много продажных женщин ублажающих мужчин за кусок хлеба, но такой развратной походки даже у них не было. Волкер скажи мне честно, когда я носила форму инквизиции я тоже так похабно переставляла ноги как эти представители святой церкви?

— На этот счет можешь не переживать, будь у тебя подобные телодвижения, тогда мой разум навсегда бы покинул тело.

— Ну хоть что-то радует в этой жизни.

Инквизиторы несмотря на всю свою самоуверенность старательно выражаемую походкой, дураками не были. Ну на первый взгляд по крайней мере. Старший из них все же оставил двух арбалетчиков на возвышенности шагах в двадцати от них. Хотя по скучающим физиономиям периодически зевающих стрелков, Волкер понял что ошибся, а он-то думал они умные ребята.

— Кто вы такие и как вам удалось пройти мимо кордона? — спросил старший группы.

— Господин инквизитор, — обратилась к нему с невинной улыбкой Селеста. — Я и мой жених решили прогуляться по берегу и не знаю как мы оказались здесь. Понимаете он рассказывал мне о своей семье и о том как любит меня, и пока я слушала у меня из головы совсем вылетело что инквизиция кого-то ловит. Он ведь у меня не из этих мест, вот и не знает местных законов и распоряжений.

Селеста любовно поправила прядь волос на голове Волкера.

— Не переживай любовь моя, это ведь не бандиты какие, а инквизиторы защищающие нас от монстров всяких и душегубов, — глядя на Селесту влюбленными глазами, произнес Волкер и крепко обнял ее за плечи.

— Ваш жених прав, инквизиция защищает законопослушных граждан от всякой нечисти и разбойников, — довольный собой закивал инквизитор.

Похвала хоть и не заслуженная приятна любому.

— Хорошо, вы можете проходить, но перед этим вам придется распахнуть плащи. Я должен убедиться, что вы не егери и ваши тела не обвешаны острыми ножами.

По тому, как у Селесты изменился взгляд, инквизитор заподозрил что-то неладное и собрался подать сигнал тревоги. Волкеру пришлось в срочном порядке что-то придумывать и вмешиваться в процесс.

— Господин инквизитор, не поймите меня неправильно, мы не против показать вам что у нас нет оружия, — поспешил Волкер объяснить их неуверенность. — Я с радостью расстегну пуговицы, но вот моя невеста…

Волкер загадочно замолчал и глазами показал старшему, чтобы они вдвоем немного отошли в сторону. Инквизитор махнул рукой и отряд взял оружие на изготовку внимательно следя за Селестой пока их командир поговорит с Волкером.

— Говори, что у тебя за оправдание так тянуть с одеждой, но предупреждаю в любом случае вы будете досмотрены и арестованы до тех пор, пока мы не выясним почему вы здесь находились.

— Полностью с вами согласен, господин инквизитор, но мы не просто так оказались в заброшенном и безлюдном месте…

— Ну и, — начал терять терпение инквизитор.

— Дело в том что женщине главное пообещать что ты ее любишь и обязательно женишься, ну после того… ну вы понимаете.

— Не совсем, — ответил инквизитор с нотками любопытства в голосе.

Волкер не предполагал, что недалекому инквизитору все придется объяснять на пальцах, но выхода не было и он показал чем занимаются мужчина и женщина когда остаются наедине в тихом месте. По появившемуся у представителя церкви сальному взгляду Волкер понял, что наконец-то до обладателя крестов на петлицах дошло о чем он так деликатно намекал. От Селесты тоже не укрылось красочная демонстрация пантомимы Волкера и она прожгла его взглядом не хуже чем молния апостола.

— Дело в том, что она оказалась в этом деле весьма страстная, — продолжил доводить свою мысль до инквизитора Волкер. — Одним словом под плащом у нее ничего нет, ну кроме сапог разуметься.

— Совсем? — уточнил инквизитор раздевая Селесту взглядом.

— Абсолютно, — кивнул Волкер.

— Ты же понимаешь, на слово я поверить не могу, вдруг она егерь и прячет под ним оружие.

— Вы правы господин инквизитор, у женщин там полно оружия, любой мужчина на многое пойдет чтобы подержаться за этот арсенал.

— Ага, точно, — усмехнулся старший отряда, но тут же стал серьезен. — Я ревностный служитель церкви, я ее оружие и смотреть на голых женщин великий грех, но долг обязывает.

— Вот и я об этом, зачем подвергать искусу рядовых инквизиторов, а вот вы совершенно другое дело, вы поставлены над ними и это не будет для вас считаться грехом. Вы как старший брат защитите неразумных детей и примете удар судьбы на себя. Я полностью уверен, что всевышний воспримет это как подвиг чистой веры.

— А ты прав, думаю меня одного будет достаточно, — сообщил он свое решение и повернулся к подчиненным. — На меня всевышний возложил огромную ответственность за ваши души, — обратился он к отряду. — И я собираюсь рьяно их защищать. Всем отвернуться от этой женщины, я единолично проведу осмотр этого греховного создания.

Инквизиторы подчинились старшему по званию, но особого восторга это у них не вызвало, каждому хотелось немного погрешить. Вот к примеру двое арбалетчиков сделали вид, что не расслышали приказ или не поняли его.

— А вас двоих дебилов это что ли не касается?! — рявкнул командир.

Арбалетчики гораздо быстрей своих коллег повернулись к Селесте задом а лицами просящими хорошего удара по морде к лесу.

— А теперь можешь снимать плащ дитя мое, не бойся, я заранее прощаю все твои грехи, — обратился инквизитор к Селесте.

— Хорошо, — смиренно произнесла она. — Если мне грехи прощены заранее, то смотрите.

Селеста начала медленно расстегивать пуговицы и с каждой новой у инквизитора все больше потели ладони, а на лбу выступили капельки пота. Он следил за руками Селесты как кролик за движениями удава, полностью поглощенный их действиями и совершенно позабыв об опасности. Когда последняя пуговица была освобождена из удерживающей ее петли, Селеста так же медленно взялась за отвороты плаща и резким движением распахнула его. Довольная улыбка извращенца не сразу, но все же сменилась разочарованием. Его воображение рисовавшее перед ним волшебные картинки, пыталось сопоставить их с открывшейся действительностью. И когда разум наконец совладал с собой и отбросил воображаемую действительность, инквизитор не на шутку испугался, а затем и разозлился. Сорваться с его губ сигналу тревоги помешало лезвие Селесты надавившее на горло инквизитору.

— И не думайте дергаться, святой отец, — прошептала ему на ухо Селеста.

— Ты пожалеешь об этом су…

Селесте пришлось еще немного надавить на горло представителю церкви заставив его на полуслове оборвать свои угрозы и унизительные оскорбления.

— Ты так хотел увидеть что у меня под плащом, а теперь не доволен, вас мужчин не поймешь, — с наигранной досадой произнесла Селеста. — А теперь слушай меня внимательно и насколько хороша будет твоя память, будет зависит жить тебе дальше или нет. Оставь своих людей здесь а сам придумай что сказать чтобы пойти с нами. Не волнуйся, прогулка будет недолгой. Надеюсь тебе все понятно в моей фразе?

Инквизитор кивнул.

— Вот и отлично, — произнесла Селеста, убирая лезвие ножа от горла инквизитора.

Нож был убран, но в память о себе он оставил небольшой порез на горле, какой можно получить во время утреннего бриться. Инквизитор пошел первым, а Волкер с Селестой в полутора шагах позади.

— Они чистые, — произнес он проходя мимо своих подчиненных. — Оставайтесь здесь и следите за берегом, а я провожу их чтобы они опять не заблудились, — отдал он приказ и начал подниматься по склону.

Похоже спонтанный план начал приносить свои плоды, но один из арбалетчиков кажется что-то заподозрил. Стрелкам приходиться очень внимательно следить за целью и их глаза привыкли выискивать едва заметные прорехи в доспехах противника, чтобы наверняка поразить врага. Свежая, едва заметная рана на шее командира не смогла укрыться от цепкого взгляда стрелка. Он вскинул арбалет и спустил тетиву, но за мгновение до этого твердая рука Селесты направила его оружие во второго стрелка, который совершенно не догадывался о произошедшем и держал арбалет у правой ноги.

Толстая, короткая стрела, вошла в грудь неподозревающему стрелку практически на всю длину. Вырвав оружие из рук удивленного инквизитора, явно не собиравшегося убивать своего коллегу, Селеста проломила ему затылок его же арбалетом.

— Взять их! — рявкнул командир отряда и тут же упал с раздробленной гортанью.

Волкер перешагнул через держащегося за горло инквизитора и взглянул на спешащих к ним головорезов святой церкви.

— Ты говорил что нас собираются схватить, но насколько я вижу эти парни с крестами, думают об этом в последнюю очередь, или же вообще не думают, — заметила Селеста, вставая рядом с Волкером и поджидая разозленных воинов.

— Я ошибся, иногда такое происходит и со мной.

Их беседу прервали девять человек жаждущих крови. Селеста отвела ножом лезвие меча направленного ей в горло, а локтем снесла нападавшему челюсть. Он выронил меч и плашмя рухнул на землю. Следующий получил ногой в пах и коленом в голову. Двое последних из тех кто решил выбрать для себя в роли противника Селесту, упали с глубокими ранами в сердцах. Волкер в отличие от своей спутницы, не очень любил близкое общение и расставшись с пятью лезвиями закончил короткий бой.

— Теперь мы точно знаем что такая пышная встреча готовилась именно для нас, — произнес Волкер смотря на дело их рук.

— Я уверенна, что если тебя с таким нетерпением ждут, то нехорошо опаздывать и не оправдывать надежды встречающих.

— В таком случае нам стоит поторопиться, думаю пара часов у нас в запасе должна быть.

Хронист Перси: Запись двадцать шестая.

Насчет пары часов они конечно погорячились, погоня началась менее чем через час. Но за это время им удалось покинуть порт и оказаться за пределами городских стен, где найти их будет гораздо сложней. Добраться до “Цитадели” не составило особого труда, но вот слухи что распространялись по стране с поразительной скоростью не вызывали приступов оптимизма. Похоже Кресс уничтожил весь совет и встал во главе инквизиции. Такой поворот говорит о том, что теперь его охраняют как зеницу ока, и добраться до Перси будет гораздо сложней чем они думали. Единственная надежда на которую рассчитывали егери, это неразбериха что следует за каждой сменой власти. Новому правителю необходимо наладить повиновение и это распыляет его внимание, возможно в таком варианте им удастся спасти хрониста.

— Как ты думаешь, где его содержат? — спросил Волкер, глядя на стены города.

— В центральной тюрьме инквизиции, сомневаюсь что где-то в другом месте. Там самая лучшая охрана, думаю проникнуть туда будет сложней чем выбраться.

— Но ведь мы любим сложности?

— Да уж, я в этом никогда не сомневалась.

— Вот и отлично, снимем комнату, послушаем чем дышит местный житель, возможно и решение придет само собой, — предложил Волкер.

Решение самое здравое на этот момент, лучше немного подождать и разведать обстановку нежели лезть на рожон и составить компанию хронисту. Селеста знала здесь несколько заведений, но соваться туда она благоразумно не решилась. Вероятность того что ее узнают как капитан-инквизитора хоть и не большая, но все же была. А им нужно избегать того, что ее могут узнать. Поэтому они двинулись в не очень презентабельный район, куда раньше она заглядывала только один раз да и то мельком.

— Ты уверенна в том, что тебя здесь никто не знает? — спросил Волкер, глядя на покосившиеся дома и вечный запах неочищенных сточных канав.

— Думаю да. Я здесь была всего один раз в составе охранного отряда апостола прибывшего из-за границы. Он не хотел светиться и поэтому выбрал маршрут где его точно никто искать не должен был.

— В таком месте довольно трудно избежать любопытных глаз, — заметил Волкер.

— Согласна, но здесь не те глаза которые стоит опасаться апостолу.

Подобные районы в городах живут своей отдельной жизнью. Здесь свои законы которые соблюдаются неукоснительно. Хотя по большей части каждый трактует их по-своему, но главное что здесь ничего не происходит незамеченным. Как только ты сюда заходишь то сразу попадаешь под пристальные взгляды местных жителей. Это жизненная необходимость, если ты представляешь на их взгляд опасность для района то, скорее всего, никогда и не покинешь его, ну разве что в качестве хладного трупа. Волкер надеялся что они не похожи на ищеек инквизиции и на них не устроят охоту. А вот грабители, душегубы, и всякий прочий с точки зрения местных приличный контингент, мог здесь чувствовать себя как дома. Хотя по большому счету он и был их домом. Куда еще возвращаться грабителю с большой дороги как не сюда, где всегда тебя спрячут и накормят.

Здесь тоже были свои заведения, вот только они располагались под землей, там где проходила практику Селеста. Но они сюда не совались, их интересовали монстры обитающие по другую сторону городских коллекторов. Инквизиция прекрасно понимала, с чудовищами справится гораздо легче чем с жителями этого района. И между официальной властью и неофициальной поддерживался некий баланс сил. Он конечно нарушался, как с одной стороны, так и с другой, но это были частные конфликты, а полномасштабного столкновения никто не хотел. Инквизиторы не трогали душегубов, а они в свою очередь регулярно сокращали поголовье подземных монстров.

Проходя по улице, егери передавались из одних цепких глаз другим. С виду могло показаться, что улицы пустынны, но это обманчивое впечатление могущее ввести в заблуждение разве что состоятельного горожанина по глупости забредшего в подобное место. Селеста остановилась возле нищего сидящего у покосившегося крыльца с несколькими поломанными ступенями. Не нужно быть особо наблюдательным чтобы понять, по ним давно уже никто не ходит.

— И что привело славных воинов в подобное место, где славы не сыщешь? — спросил нищий, не поднимая головы в грязном капюшоне.

— Мы хотим снять жилье на некоторое время, — ответила Селеста.

— Вы ошиблись, отличные комнаты сдают в верхнем городе, а здесь одни развалины.

— Это верно, но до меня доходили слухи о том, что в нижнем городе апартаменты не хуже, а стоят гораздо дешевле, — не сдавалась она.

— Низкая цена компенсируется опасностью проживания.

— Не думаю что у нас с этим возникнет какие-то проблемы, и даже самому глупому всегда есть способ объяснить более доходчиво если он не прав.

— Вы слишком самоуверенны или просто глупы, хотя второе вряд ли, но в любом случае проход платный. С каждого по серебряному.

Нищий протянул ладонь с золотым перстнем на пальце. Селеста отсчитала положенную сумму и вложила ее в ладонь стражу входа в подземный город.

— Приятно иметь дело с состоятельными людьми, а не со всякими там проходимцами, — произнес нищий и поднявшись на ноги отошел в сторону от крыльца. — Проходите в дом, только берегите ноги, ступени понимаете не самые новые.

Волкер с Селестой поднялись на крыльцо и прежде чем они скрылись за ветхой дверью, псевдо-нищий занял свое привычное место. Войдя в дом они не обнаружили обычного деревянного пола, а вместо него увидели широкие каменные ступени ведущие вниз. Убегая под землю лестница упиралась в железную дверь с узкой щелью для глаз. Подойдя к ней, Селеста постучала три раза, а затем с небольшим перерывом еще два раза.

— Откуда тебе известен пароль?

— Когда я расплачивалась нищий показал три пальца затем еще два, — ответила она. — Это на тот случай если бы мы его убили не заплатив, или еще как-то обойдя его.

Дверь никак не реагировала и оставалась крепко запертой.

— Возможно ты не достаточно громко постучала?

— Поверь мне, достаточно, — заверила Селеста.

Когда терпение у Волкера начало подходить к концу смотровая щель в двери открылась продемонстрировав егерям пару подозрительных глаз. Они довольно продолжительное время изучали гостей и наконец приняв решение впустили Волкера с Селестой. Владельцем глаз оказался громила явно занимавшийся грабежом, а в свободное от основной работы время подрабатывал дворецким в подземном царстве криминала. Он молча запер дверь, как только пропустил мимо себя гостей, и усевшись на свой любимый стул принялся ожидать следующих посетителей.

Селеста хотя и говорила, что проходила по этому району всего лишь один раз в качестве охранника, но шла она впереди Волкера с явным знанием дела. Туннель был не очень широким, судя по всему, это было сделано специально на случай обороны. Повернув пару раз для приличия он наконец вывел гостей в большое подземное помещение наполненное людьми. Оно оказалось довольно хорошо освещенным, через каждые двадцать шагов на стенах висели масляные лампы.

— Добро пожаловать в убежище, — произнесла Селеста.

— Ты же говорила что была в этом месте всего один раз? — спросил Волкер осматриваясь по сторонам, он явно не ожидал увидеть подобной картины.

— Я говорила про поверхность, но в убежище мне приходилось наведываться пару раз.

Больше Селеста не намерена была продолжать беседу здраво предположив что уже достаточно объяснила и направилась строго по прямой к одному из лавочников предлагавших стандартный набор товаров для убежища.

— Ну надо же кого к нам нелегкая занесла, — поприветствовал Селесту лавочник. — А я уже было подумал, что нога капитан-инквизитора больше в подобные места не сунется. Ой, или я чего-то не знаю?

Лавочник сделал вид что он пытается о чем-то вспомнить. Закатывание глаз и почесывание затылка видимо сильно помогало в подобных вопросах и он наконец вспомнил что хотел, хотя и так было понятно, что он придуривается и плохой памятью не страдает.

— Ну да, ну да, как же я мог забыть, — покачал он головой. — Капитан-инквизитор Селеста теперь вроде как в розыске и за ее голову назначена неплохая награда. Конечно не такая большая как на некоторых из местного населения, но все же достаточно большая чтобы чувствовать себя здесь как дома.

— Тук, мне сейчас не до болтовни с тобой, — прервала его речь Селеста.

— Понял-понял, значит сразу к делу, — потер он ладони и отошел в сторону, открывая перед егерями арсенал своей лавки. — Вот обратите внимание на прекрасный образец моего ремесла, — продемонстрировал он кривое лезвие в виде крючка. Такой вариант заточки прекрасно справиться с любым карманом. И какой бы не был крепкий шов, для моих инструментов не существует преград. Пара легких движений и содержимое кармана само выскользнет вам в руки.

Тук посмотрел в наполненные недоумением глаза Волкера и отложив в сторону нож для вскрытия карманов вытащил на свет ламп еще одно из своих изобретений.

— Тук, мне нужен ключ, — произнесла Селеста, строго глядя в глаза лавочника.

— Не переживай, в комнате осталось все, так же как и во время твоего ухода, — произнес тук протягивая ей ключ. — Ну и за пыль разуметься прости, я не убирался там, а жильцов как ты понимаешь в твою комнату, рвалось немного. Точнее говоря вообще никто не хотел туда вселяться, вдруг ты решишь вернуться. И как я вижу их опасения оказались верны, особенно после слухов о твоем изгнании из рядов доблестной инквизиции.

— Слухи как всегда не совсем точны, меня не изгоняли, я сама ушла.

— И если верить неточным слухам, то ушла ты громко хлопнув дверью.

— По-тихому у меня не получается.

— Никто и не сомневался, — заметил Тук. — Но если твоему приятелю вдруг понадобиться обчистить чей-нибудь карман, то моя лавка полностью к его услугам. Разуметься и десяти процентная скидка как другу знаменитой…

— Он понял, — резко оборвала она лавочника. — Пойдем, — бросила она Волкеру, отходя от торговца и его специфичного товара.

— Все будут рады узнать что ты вернулась! — крикнул им в след Тук.

— Сильно в этом сомневаюсь, — буркнула себе под нос Селеста.

— А я и не предполагал что у тебя столько поклонников, — заметил Волкер. — Не поделишься историей?

— Длинная история, — отмахнулась Селеста.

— Да мы вроде как не сильно спешим, — не отставал Волкер.

Селеста явно была не в восторге от того что ей придется рассказывать то что она не хотела вспоминать, но, видимо, другого варианта нет, по крайней мере она его не видела.

— Дело в том что ты знаешь обо мне две вещи, — без особого желания преступила она к рассказу. — Первое, я собиралась пройти обряд посвящения и стать монахиней, второе, я стала инквизитором. Но между первым и вторым было несколько лет, которые я посвятила этому месту. Оно не просто так называется убежищем. Здесь предоставляют кров таким как я. Когда ты спас меня в монастыре, инквизиторы пришедшие следом привезли меня в Цитадель. Немного подлечив они отпустили меня на все четыре стороны, как оказалось им совершенно не было дела до непосвященного человека. Стоило им узнать что обряд не был закончен и меня тут же спровадили за порог. В монастыре никого не осталось, а если бы я полностью прошла посвящение тогда бы меня назначили новым главой монастыря. Я не отчаивалась и попробовала вступить в их ряды, но слишком большая сумма за право пройти экзамен, который еще можно и провалить похоронили мои надежды. Но это совершенно не означало, что я забыла произошедшее в монастыре и простила монстров.

— Насколько мне известно, попавшие в твое положение люди, самостоятельно отправляются охотиться на хищников, — заметил Волкер.

— Ага, отправляются, чудовищам же нужно что-то есть, — парировала Селеста. — Я даже допускаю что они таким образом и спасли чью-то жизнь, сытый хищник не пойдет на охоту. Но в большинстве случаев они лишь отсрочили смерть на несколько часов, до тех пор пока монстры не проголодаются. Бес специальной подготовки, которую дают инквизиторы и в прошлом егери, полная глупость идти охотится на монстров. Мне нужны были деньги и жилье, здесь я нашла и то и другое. А когда достаточная сумма была накоплена я пошла сдавать экзамен, ну а дальше ты знаешь.

Селеста вела Волкера по запутанным туннелям, переходившим из одного обжитого места к другому. Как она объяснила, все территории подземного города поделены между кланами. Передвигаться по чужой территории никому не запрещено, если ты конечно не лезешь к ним в казну и не претендуешь на их территорию в верхнем городе. В противном случае твою жизнь сладкой уже никак не назовешь.

Волкер чувствовал на себе подозрительные взгляды, но другого от подобного места он и не ожидал, поэтому полностью полагался на Селесту. Она здесь не чужая и лучше нее это место мало кто знает, даже учитывая то, что она долго здесь не была. Но один человек не просто смотрел на них, а практически следовал за ними по пятам. Волкер на одном из поворотов туннеля поделился наблюдением с Селестой.

— Я этого ожидала, — шепнула она, не поворачивая головы. — Сейчас выйдем еще на одну торговую площадь, подойди к любой лавке и сделай вид что интересуешься товаром, а я пока поболтаю с чересчур любопытным типом, — сказала она и исчезла как только они вышли на площадь забитую торговыми лавками.

Волкер подошел к первой попавшейся торговавшей какой-то едой. Внутреннее чутье подсказывало егерю, что подобные деликатесы отправлять себе в желудок не стоит. Если конечно нет в планах пункта, отправиться на тот свет.

— Вижу вы человек разбирающийся в деликатесах, — обратился к Волкеру торговец.

— Боюсь вы меня не за того приняли, — буркнул Волкер.

— А вы еще и скромный, признаюсь честно, таких людей сейчас редко встретишь, — наклонившись к Волкеру, прошептал торговец. — Всем понимаешь подавай крысиное мясо, а вот вкус туннельной свиньи оценит не каждый. Но я вижу вы тот человек кто разбирается в подобных вещах. Исключительно для вас могу предложить кусочек из свежей поставки. Нежнейшее мясо а не это тошнотворное месиво у меня на прилавке для невежд.

— Интересно с чего вы взяли что я разбираюсь в подобных вопросах? — решил подыграть ему Волкер, все равно нужно ждать Селесту, и сколько ей понадобиться времени он не знал.

— Ну, во-первых, у меня на таких людей глаз наметан, — гордо вздернул подбородок торговец. — А во-вторых, вы не стали покупать то что у меня на прилавке, и по выражению вашего лица не трудно догадаться, что вы не в восторге от ассортимента и есть это явно не собираетесь. Ну так что, завернуть вам кусочек туннельной свинки? Могу вас заверить, даже при плохой готовке он вам точно придется по вкусу.

Торговец еще несколько минут распространялся на тему, как лучше готовить данный продукт, видимо тая надежду что Волкер проголодался и в конечном счете приобретет хваленый кусок мяса.

— Идем, — услышал Волкер голос Селесты подошедшей сзади.

— Я сделаю вам скидку! — выкинул последний козырь лавочник видя, что почти готовый клиент ускользает.

— Туннельных свиней не существует, а то что ты выдаешь за их мясо принадлежит обычным крысам питавшимся человечиной, — прошептала Селеста. — Поэтому вкус у мяса не такой как у диких крыс и если не хочешь, чтобы эта информация гуляла по убежищу, не приставай к нам с подобными предложениями.

Лавочник взволнованно посмотрел по сторонам, но увидев что ее никто не услышал, успокоился и злобно взглянул на Селесту.

— Тебе известна информация за которую многие поплатились головой, — не скрывая угрозы в голосе произнес торговец.

— Значит их головы были не особо светлыми, раз не сумели удержаться на плечах.

— Я не знаю кто ты, но настоятельно рекомендую держать язык за зубами, — прошипел лавочник. — Эти места довольно опасные для таких как вы.

— Благодарю за предупреждение, мы будем осторожны и очень внимательны, — ответила Селеста, закончив этим разговор.

Развернувшись к торговцу спиной егери отправились по своим делам а лавочник поманил кого-то из толпы и что-то прошептал на ухо подошедшему типу, указывая пальцем на спины удаляющихся егерей.

— Умеешь ты заводить друзей, — произнес Волкер, бросив взгляд назад.

— Здесь таких друзей через одного, если со всеми дружить, то загнешься от отравления или еще чего хуже, — ответила она, не поворачивая головы.

— Что может быть хуже? — поинтересовался Волкер с сомнением в голосе.

— Что может быть хуже? — повторила его вопрос Селеста, останавливаясь и поворачиваясь к Волкеру. — Тебе может понравиться это мясо, — очень серьезно произнесла она и продолжила путь.

Волкер остался на месте обдумывая ее ответ, а затем быстро нагнал ее. Затеряться в убежище ему не особо хотелось, а судя по кулинарии проголодаться в этом месте еще тот вариант.

— И что произойдет если человеку понравиться мясо? — Хотя звучит это конечно отвратительно.

— На людей он будет смотреть с точки зрения хищников которых мы истребляем. Они торгуют крысиным мясом откормленном на человечине, для того чтобы любители деликатесов сдерживали себя и не бросались на жителей убежища. Правда иногда они срываются и тогда за дело берутся “Тени”.

— Это еще кто?

— Скажем так, органы местного правопорядка, — объяснила Селеста. — В убежище довольно простые правила жизни. Ты можешь убить здесь любого, но главное чтобы не на торговых площадях. Разуметься и защищаться здесь можно любыми способами. Единственное что запрещено, это поедать живущих в убежище.

— Значит я могу вогнать нож любому кого увижу на улице, если это будет не на площади?

— В общих чертах да, но лучше тебе заранее уведомить об этом теней и получить у них разрешение. Обычно получить его можно если тот кого ты хочешь убить представляет опасность для спокойствия граждан убежища. Хотя я утрирую, ты можешь обойтись и без этого. Есть неофициальные льготы, один человек в месяц может быть убит жителем убежища без разрешения теней. Правда убийства здесь происходят не так часто как могло бы показаться попавшему сюда в первый раз. В большинстве случаев намнут друг другу бока и расходятся миром. Слабаков в убежище нет, поэтому получив разрешение на убийство тебе еще нужно постараться самому не отправиться на тот свет.

— Весело у вас здесь жить, — заметил Волкер.

— Да уж, скучать мне не приходилось, — согласилась она. — Ну вот мы и пришли, — произнесла Селеста, останавливаясь у двухэтажного здания, встроенного в скалу, как впрочем и все постройки вокруг.

Хронист Перси: Запись двадцать седьмая.

На первом этаже находилось что-то типа таверны и самые дешевые комнаты. Там где едят и пьют, тишиной обычно не пахнет, а вот на втором этаже все намного спокойней и тише, ну и цена разуметься ползет вверх. Чересчур выпившая клиентура обычно не в состоянии совладать с крутой лестницей и подвыпивший контингент спокойно лежит у ее основания. В данный момент до непотребного состояния был доведен всего один человек, через которого пришлось переступать егерям, чтобы добраться до ведущих наверх ступеней.

Селеста вставила ключ в покрытый пылью замок и отворила дверь. Комната Селесты оказалась не пустой как ожидал Волкер и в его руке мгновенно оказался нож. Селеста остановила егеря мягко коснувшись его руки.

— Ну здравствуй, Селеста, — произнесла сидящая за пыльным столом женщина. — Не думала тебя вновь увидеть в наших пенатах. Признаюсь честно, когда мне доложили что видели тебя на площади, я не поверила. Но вижу оказалась не права, ты действительно вернулась.

— И я тебя рада видеть, Джил, — произнесла Селеста, переступая порог комнаты.

— Я полагаю это Волкер, единственный оставшийся в живых егерь, — предположила Джил.

— Уже не единственный, — ответила Селеста за него.

— Я всегда знала, что ты добьешься успеха во всем за что берешься, — усмехнулась Джил. — Вот только в сложившихся обстоятельствах, боюсь ты не на той стороне стоишь.

— Я всегда стою не на той стороне, тебе это прекрасно известно, — парировала Селеста.

— Известно, никто не встал на мою сторону, когда я осталась одна, — с угрозой в голосе произнесла Джил и ее ладонь в перчатке сжалась в кулак.

Волкер нутром чувствовал что здесь не все в порядке и приготовился в случае опасности разделаться с незваной гостьей.

— Никто, — еще раз повторила Джил. — Но нашлась одна идиотка, что прикрыла мне спину.

Джил встала и крепко обняла Селесту. Волкер готовый вогнать лезвие в шею гостье, вовремя остановился от поспешных действий.

— Волкер знакомься, это Джил, глава теней, — представила ее Селеста. — Теперь ты знаешь кем я была до того как стала инквизитором.

— Не сомневайся, понял отлично, — буркнул Волкер, закрывая дверь и убирая нож в ножны на бедре. — Только будь добра в следующий раз предупреждать о тех кого ты знаешь, а то я как-то начинаю нервничать когда меня не представляют.

— Извини, постараюсь больше так не делать.

— Какими судьбами тебя занесло в нашу забытую богами местность? — спросила Джил усаживаясь обратно за стол где ее и застали егери.

— Инквизиторы похитили хрониста, мы должны его вернуть, — незамысловато ответила Селеста смахнув с табурета пыль, прежде чем на него сесть.

— Да уж, нестандартная ситуация, — поглаживая подбородок произнесла Джил. — А ты случаем не рассматривала возможность броситься со скалы, или более банальный способ, повеситься на первом попавшемся выступе? Есть правда еще пара вариантов, но и эти довольно неплохи. По крайней мере, покончить с жизнью перечисленными мной способами гораздо менее болезненно и главное быстрей, нежели использовать для этого инквизиторов. Слухи, что до меня доходят последние пару дней, не на шутку пугают. Совет низложен прямиком в гробы, а пара свидетелей присутствовавших при этом, двинулись рассудком. Они все твердили, что Кресс привел с собой демонов, да и самого апостола тоже обвиняли в этом. Понятное дело, у людей переживших расправу над священнослужителями и не такое еще может померещиться. Но в любом случае осиное гнездо растревожено и совать туда руку, или в вашем случае голову я бы не советовала.

— Поэтому я и не прошу у тебя помощи, — ответила Селеста. — Думаю у теней и так работы хватает. Торговцы человечиной смотрю уже не стесняются торговать в открытую на площади.

— Слишком много воды утекло с того времени когда ты покинула нас, — тяжело вздохнула Джил. — Несмотря на все мои старания эта чума поражает все больше и больше людей. А после событий произошедших на поверхности они похоже совсем страх потеряли. Боюсь придется им напомнить что не они являются законом в убежище. Я не могу тебе помочь с инквизицией, но в любом случае рада что ты заглянула к нам. Если возникнут какие-либо проблемы касающиеся местных, ты знаешь где меня найти, хотя думаю вам моя помощь не особо нужна.

Джил встала и на прощание кивнув Волкеру вышла за дверь.

— Что с тем типом который за нами следил? — спросил Волкер усаживаясь на освободившийся табурет, после того как знакомая Селесты оставила их наедине.

— Я перебросилась с ним парой слов и он обещал договориться о встрече с одним человеком, который поможет нам добраться до Перси.

— Этот человек тоже твой знакомый и наверное обязан тебе жизнью, — предположил Волкер.

— Ну мы определенно с ним знакомы, — не стала отрицать Селеста. — И он обещал меня убить.

— А я-то думал что это у нас с хронистом жизнь была нескучной, — заметил Волкер. — И с чего ты так уверенна, что он станет нам помогать вместо того, чтобы попытаться лишить тебя жизни?

— Я знаю этого человека и как у всех людей у него есть слабое место, думаю я смогу надавить на него и получить то что мне нужно.

— Ясно, — задумчиво произнес Волкер, рисуя пальцем на пыльном столе смешную рожицу. — И через какое время он обещал договориться о встрече?

В дверь тихонько постучали.

— Думаю уже договорился, — шепнула Селеста, подходя к двери.

Волкер узнал в стоящем на пороге типе, того оборванца, что следил за ними. Он что-то прошептал Селесте на ухо и быстро удалился.

— У нас около трех часов, — произнесла она, поворачиваясь к Волкеру.

— А что потом?

— Потом у нас встреча.

— Ну и чем займемся?

— Угощу тебя местной кухней, — ответила она, переступая порог.

— Судя по тому что я узнал, не думаю что она мне понравиться, — пробубнил себе под нос Волкер, поднимаясь с табурета.

— Не переживай, крыс тебе есть не придется, — успокоила его Селеста.

Селеста была права, в том месте куда она привела Волкера кухня оказалась на удивление вкусной. Выходит крысами здесь питаются не все, и, если знать места, то вполне возможно порадовать свои вкусовые рецепторы изысканными блюдами. Правда нахождение в подобном месте не слишком положительно сказывается на объемах кошелька, но это того стоит. И насколько мог заметить Волкер, толщина кошелька это единственное на что могут положительно смотреть женщины. Во всех других местах прибавка веса их вводит в некоторое беспокойство, а некоторых в жестокую депрессию. Хорошо что Селеста к ним не относилась. За обедом время пролетело довольно быстро.

— Нам пора, — произнесла она ставя на стол недопитый бокал слабого вина.

Хозяин заведения мгновенно появился возле их столика, получив причитающуюся сумму, он довольный жизнью удалился восвояси. На прощание он пожелал им удачи и почаще посещать его заведение.

— Может расскажешь к кому мы все же отправляемся? — поинтересовался Волкер когда они вышли на улицу.

— Мы идем на встречу к Чамингу, — ответила Селеста сворачивая к правому туннелю от заведения где они неплохо пообедали.

— И чем он знаменит? — не отставал Волкер.

— Скажем так, если где-нибудь, у кого-нибудь, что-то пропало, Чаминг обязательно об этом знает. Ни один воришка без его ведома на чужой карман даже мельком не взглянет.

— Он главарь воров, — догадался Волкер.

— Ну, он себя так не называет, — заметила Селеста.

— А как он себя завет? Правитель? Добрый король?

— Вообще-то следящим, он следит за всем что происходит в убежище, но старается ни во что не вмешиваться, по крайней мере, он так говорит. По большому счету все так и происходит, тени утихомирят особо буйных, а он в назидание облегчит провинившимся кошельки и шкафы в доме.

Постепенно из более-менее оживленных туннелей они вошли в те, где люди встречались не так часто, но все же иногда попадались. А вот уже через пару поворотов уже и одиноких прохожих не попадалось.

— Это границы отчуждения, — объяснила Селеста. — Своеобразные буферные зоны между кланами, где никто не может селиться.

У следующего пересечения четырех туннелей буферная зона по всей видимости закончилась.

— Мы уже на месте? — на всякий случай решил уточнить Волкер, смотря на группу оборванцев перегородивших им путь. — Или нет, — ответил он сам на свой вопрос, глядя как им перекрыли и оставшиеся туннели через которые они по идее могли скрыться.

— До территории Чаминга нам еще пару переходов, — подтвердила Селеста его подозрения.

Растолкав локтями бродяг на сцену вышел торговец деликатесами.

— Я предупреждал, что знание лишней информации плохо сказывается на здоровье, — с ухмылкой произнес он.

— Думаю на здоровье больше сказывается твое мясо, и не в лучшую сторону, — ответил Волкер раздвинув полы плаща.

— Ты смотри, мы еще и угрожаем? — усмехнулся лавочник. — Возомнил себя очередным рыцарем в сияющих доспехах, которые покроются ржавчиной сразу после того как ваши тела накормят моих домашних животных. Я допускаю мысль, что вам удастся убить одного или двух моих клиентов, но поверьте мне это максимум на что вы способны, вы даже мечи с собой не захватили. Каждый раз когда подобные вам спускаются с поверхности в наши пенаты, то почему-то решают что вас здесь кто-то ждет. Хотя не буду отрицать, именно мы вас с нетерпением ждем. Местных понимаете, все трудней заманивать в подобные места. Эти стервы из теней совсем нам последнее время жизни не дают. Пожалуй немного позже ими стоит заняться. Но что это я все о себе да о себе, вам наверное это уже совсем наскучило, да и мои друзья уже хотят отведать свежатины.

Торговец взглянул на стоящего рядом оборванца с налитыми кровью глазами, периодически рыкающего от нетерпения и пускающего от голода слюни.

— Господа, обед подан, — махнул он рукой в сторону егерей, а сам решил устроится поудобней на камне лежащим у стены.

Никуда не торопясь лавочник стряхнул пыль со штанин возле ботинок и лишь затем поднял взгляд, заранее расстраиваясь, что все закончилось слишком быстро и он не успел насладится тщетными попытками людей с поверхности оказать хоть какое-то сопротивление его подопечным. Но то что открылось его взору никак не могло уложиться в его голове. Эти двое должны были захлебываться собственной кровью и кормить своей плотью его клиентов давно не пробовавших свежей человечины. Но вместо этого люди с поверхности стояли на том же месте, а его зверушки корчились в предсмертных судорогах на земле. Единственное что изменилось в облике этих двоих, их жилеты с метательными ножами, что они демонстрировали ранее, были пусты.

От страха у лавочника свело судорогой ноги и он не смог сбежать, а лишь растянулся на пыльной земле, когда к нему приблизились чужаки с поверхности. Волкер брезгливо взглянул на торговца и отправился собирать лезвия застрявшие в телах бывших людей.

— Надеюсь ты слышал о тени по имени Селеста, — произнесла она, присев на корточки возле торговца. — Не отвечай, у тебя на лице огромными буквами написан ответ. Теперь я стала егерем, если конечно тебе это о чем-то говорит.

Лавочник истово закивал, что Селеста даже испугалась как бы у него голова от усердия не отвалилась.

— Отлично, значит ты понимаешь что законы убежища меня не сильно волнуют. Я тебя считаю хищником представляющим угрозу людям, и по идее я должна тебя уничтожить. Но в данный момент я несколько занята и у тебя появился шанс прожить немного доле чем сейчас. У тебя один день на то чтобы собрать всех своих зверушек и убраться из убежища в ту часть подземелья где вам самое место. У живущих там монстров мясо возможно не такое сочное и мягкое, но вам придется привыкать если конечно вы сами не пойдете им в качестве обеда. В убежище теперь вы вне закона, а это означает, что любой житель, увидев вас должен немедленно сообщить об этом теням или попытаться самостоятельно вас убить.

— Я понял, понял, мы сегодня же покинем убежище, — затараторил лавочник.

— Вот и отлично, — похлопала она его по плечу. — Сейчас на твоем месте я бы бежала со всех ног выполнять обещанное.

Сообразив что пока его убивать не собираются, оцепенение в ногах торговца пропало и он на четвереньках рванул по туннелю. Отползя на достаточное расстояние он вскочил на ноги и скрылся в темноте. Хотя здесь и была зона отчуждения с запретом на заселение, но масляные лампы здесь все равно вывешивали, хоть и не так часто.

— Смотрю он рванул от тебя словно ты предложила ему взять тебя в жены, — с острил Волкер протягивая ей ножи что собрал из тел монстров.

— Не будь я в тебя влюблена, за такие остроты, ты бы уже фальцетом разговаривал, — пригрозила она, рассовывая лезвия по ножнам в жилете.

— И это хорошо что между нами взаимные чувства, а то бы ты странно смотрелась рядом с мужем, который говорит детским голоском, — парировал Волкер. — Да и о продолжении рода можно было бы даже и не вспоминать, — добавить он.

— Я сказала что влюблена, но не говорила что хочу выйти за тебя, — отрезала она отправляясь в следующий туннель.

Волкер стоял в некотором замешательстве, он пытался сложить дважды два, но судя по последней фразе Селесты четыре у него никак не выходило. Но он все же решил прояснить ситуацию, и нагнал Селесту.

— Мне казалось что свадьба само собой разумеющееся действие, — попытался довести до нее свою мысль Волкер.

— Послушай, давай я тебе кое-что объясню, — повернулась к нему Селеста. — У тебя совершенно одинаковые шансы жениться на мне и начать говорить фальцетом.

— Шанс это какая-то не постоянная величина, — возразил Волкер.

— А мы девушки вообще создания непостоянные, — бросила она, поворачиваясь к нему спиной.

Волкер молча пошел за ней следом пометив у себя в голове что шутить на счет свадьбы и фигуры с женщинами не стоит, если конечно не собираешься с ними порвать отношение. Молчание сохранялось вплоть до окончания зоны отчуждения. Масляные лампы встречавшиеся довольно редко начали попадаться гораздо чаще, да и люди нет-нет да и промелькнут впереди. Неожиданно путь им преградила троица во главе с типом что следил за ними ранее.

— Следуйте за мной, — приказал он голосом, не терпящим возражений.

Егери молча подчинились и когда двое его приятелей замкнули процессию, они двинулись по улице. Воровская территория как заметил Волкер была неплохо обустроена. С первого взгляда можно понять что с финансами здесь проблем не наблюдается и вполне можно позволить себе новое строительство. Некоторые дома высеченные в скале имели даже что-то типа украшений в виде скульптур. Да и масляные лампы были украшены резьбой по камню. Не нужно быть особо умным чтобы понять что здесь живет элита приближенная к главарю, хотя в таком месте называть его этим прозвищем, даже как-то неприлично.

Охрана довольно долго водила их по улицам, довольно запутанным надо отметить. Но в конечном счете их вывели ко дворцу Чаминга. Перед воротами их передали в руки местной страже, состоящей из десятка закованных в броню воинов. Прежде чем допустить их за ворота у егерей забрали оружие и предупредили чтобы они не совершали резких движений, если не мечтают об мгновенной смерти.

Когда их ввели в большой зал, егерей мгновенно поприветствовал отряд арбалетчиков, направивший оружие на вновь прибывших гостей. Стража что привела их быстро отошла за спины стрелков, чтобы не препятствовать в случае чего их стрельбе.

— Ну здравствуй, Селеста, — произнес Чаминг расположившийся на троне в центре зала. — Хотя это звучит как-то издевательски. Желать здравия человеку которого я собираюсь казнить. Ты пока еще жива лишь потому, что явилась сама. Мне только не понятно, зачем ты притащила с собой еще и его? К нему у меня нет претензий, из-за него я не потерял столько денег сколько благодаря тебе. И, честно говоря, я никогда не понимал твоих поступков, ты всегда выделялась из толпы даже когда была тенью. Даже и не знаю, но я наверное буду скучать когда тебя пристрелят…

— Чаминг, ты меня своей болтовней просто убиваешь, может заткнешься и перейдем к делу, — перебила его Селеста.

Волкер видел как пальцы арбалетчиков напряглись готовые по первому приказу спустить тетиву в сторону наглецов.

— Вот теперь я узнаю Селесту, наглую и до сумасшествия смелую, — рассмеялся Чаминг. — Хорошо, я задам единственный вопрос, но не думаю что ты сможешь удивить меня ответом. Почему ты здесь?

— Хронист Перси находиться в казематах инквизиции и ты поможешь нам пробраться к нему.

— Смелая, наглая, — принялся загибать пальцы Чаминг. — А теперь можно добавить и тронувшаяся рассудком, — загнул он третий палец. — Теперь я даже и не знаю, имеет ли смысл тебя убивать? Говорят блаженных нельзя трогать, они уже и так наказаны. Твое предположение, что я тебе помогу можно объяснить только помутнением рассудка.

— Это не предположение, а утверждение, и ты мне поможешь, — спокойно произнесла Селеста. — Скажу больше, мы с тобой будем в расчете.

— Да неужели? — откинулся Чаминг на спинку трона. — Сильно в этом сомневаюсь, да и чего такого ты можешь мне предложить?

— Я знаю где находиться ковчег.

— Неплохая попытка, но неудачная, — усмехнулся Чаминг. — Всем известно, что он находиться в “Цитадели”, но где точно и главное, как его забрать, не знает никто.

— Я знаю, — произнесла Селеста и после ее слов в зале наступила гробовая тишина.

Хронист Перси: Запись двадцать восьмая.

— Что еще за ковчег? — шепотом спросил Волкер.

— Твой знакомый похоже не в курсе о чем ты говоришь, — наконец произнес Чаминг. — Дело в том друг мой, что в легендах рассказывается о ковчеге который хранится у инквизиторов. Говорят в нем заключена огромная сила, завладев которой можно добиться практически всего. Так гласят легенды, но если отбросить мистику и вранье скальдов, рассчитанное на глупые головы черни, то в сухом остатке мы получаем розовый алмаз размером с два моих кулака.

Чаминг не замедлил продемонстрировать два своих волосатых оковалка.

— Завладев алмазом действительно можно получить огромную силу, финансовую разуметься. С таким активом можно без зазрения совести брать любые кредиты, что собственно говоря инквизиция и делает. У каждого вора по эту сторону большой воды выкрасть ковчег является мечтой всей его жизни. Я разуметься не исключение и это мое слабое место, которым так ловко воспользовалась Селеста. Если все, что ты говоришь правда, то я охотно помогу проникнуть вам к вашему другу.

Чаминг слегка приподнял руку и что показал арбалетчикам, последние мгновенно убрали оружие направленное на егерей. Момент стрельбы по живым мишеням на время был отложен, но оружие ни Селесте ни Волкеру пока решили не возвращать. Тем не менее отношение к ним мгновенно поменялось. Их пригласили к столу а спустя некоторое время к ним присоединились еще трое человек. Они не были из охраны Чаминга, но судя по всему персонами они являлись значительными.

— Мои люди проводят вас к хронисту, затем ты скажешь где находиться ковчег и как его забрать, — произнес Чаминг. — Потом мои люди возвращаются и у нас с тобой больше нет никаких недоразумений, — подвел итог разговору Чаминг.

— Именно на это я и рассчитывала, — кивнула она соглашаясь.

— Вот и отлично, думаю терять время не стоит, оружие вам вернут, как только вы покинете зал.

Чаминг не обманул и оружие им действительно вернули сразу же за дверьми зала. Люди Чаминга не отличались особой разговорчивостью и махнув егерям чтобы они следовали за ними отправились по извилистым улочкам. Волкер догадывался что вход через который они попали сюда, в убежище не единственный. Другой ход привел их в подвал жилого дома на поверхности. Стены подвала были увешаны топорами, но это не были боевые топоры. Оружие что висело на стене больше подходило для одной цели — казни.

Волкер понял что не ошибся когда увидел что они вышли на улицу прямиком напротив плахи. Селеста сильно удивилась, как на самом деле легко попасть в казематы инквизиции. Несмотря на то, что у Чаминга были свои люди практически везде, добыть ковчег ему так и не удавалось.

У стальной решетки преграждающий путь дальше сидело два инквизитора, люди Чаминга жестами показали что нужно немного подождать. Вскоре по коридорам распространился аромат идущий из расположенной ниже кухни.

— Черт бы побрал этих поваров, — ругнулся один из охранников. — Сколько им можно говорить чтобы окна открывали, а не внутреннюю дверь, это же пытка какая-то.

— Смена придет только через час, а у меня уже желудок сводит от голода, — пожаловался второй.

— Погоди, кто-то идет.

Инквизиторы вынули мечи, но увидев идущего убрали оружие в ножны.

— Послушай хреновар недоделанный, сколько можно повторять, чтобы ты не открывал внутреннюю дверь, — набросился инквизитор на повара.

— Я дико извиняюсь, господа служивые, но мои безрукие подмастерья решили протащить через внутренние двери новый чан, — пожаловался кашевар.

— А за каким лешим это нужно нам рассказывать?

— В принципе конечно незачем, но чан большой и застрял. Помогите его протолкнуть, в долгу не останусь, я уже для вас стол накрыл. Или мне лучше подождать вашу смену?

Инквизиторы переглянулись, и у одного из них довольно громко заурчало в животе.

— Ладно, сами поможем, но учти что это в последний раз, — пригрозил он кашевару.

— да я бы собственноручно руки им повыдергивал, но тогда они вообще работать не смогут, а мне без помощников никак нельзя, — жаловался повар. — Если сварить похлебку узникам я еще могу их допустить, то вот готовить еду апостолам никак не могу. Если эти бездари напортачат с их блюдами, то ведь их святейшества меня вместо кабанчика зажарят.

— Что верно, то верно, — закивал инквизитор. — Апостолы мужчины суровые. Вначале хорошо тебя прожарят и лишь потом подумают спрашивать тебя или нет.

— Вот и я об этом, — согласился повар. — Ну и у меня к вам небольшая просьба, может вы слегка припугнете моих охламонов, чтобы они впредь не выкидывали подобных глупостей.

— Не переживай, скажем им пару ласковых, — пообещал инквизитор, спускаясь следом за поваром.

— Ага, пару раз исподнее поменяют и враз научаться котлы через двери проталкивать, — заверил второй, и опять его желудок заурчал.

Когда голоса инквизиторов затихли вдали, один из людей Чаминга вынул дубликат ключа и отпер замок на решетке. После того как весь отряд проскочил за нее, он обратно запер замок. Пройдя несколько поворотов и спустившись на два уровня, люди Чаминга остановились.

— Говори где ковчег и я скажу где держат хрониста, — произнес главный тройки.

— Кабинет главы совета, там на противоположных стенах висят золотые кресты, их нужно одновременно надавить и тогда в полу появиться ковчег, — произнесла Селеста.

— Ты ничего не путаешь?

— Не думаю, что они что-то изменили с того момента когда я его туда положила.

— Ты видела ковчег? — удивился вор.

— Конечно видела, тебе нужны подробности или мы все же займемся делом? Говори где держат хрониста и я позволю тебе забрать ковчег.

— Следующий поворот, третья камера слева, — бросил вор и растворился в полумраке коридора вместе с парой своих подручных.

— Инквизиция смотрю не особо заботится об охране казематов, — заметил Волкер.

— В тюрьме она не особо нужна, — объяснила Селеста. — Мало кто из заключенных протягивает больше двух недель, — поделилась горькой правдой она подходя к нужной им двери.

Волкер осторожно открыл глазок на двери и заглянул в камеру. Она оказалась хорошо освещенной, у Перси находился посетитель, а сам он был прикован к стене так что его ноги едва касались пола. Селеста отодвинула Волкера и сама заглянула в отверстие для глаза.

— С ним брат Иохим, специалист по боли, — произнесла она.

— Есть еще кто-нибудь?

— Больше никого не вижу.

Брат Иохим стоял напротив Перси и смотрел на него, но потом решил что отдыхать хватит и пора приступать к работе.

— Время просыпаться, — произнес он. — Я тебе дал около четырех часов на сон, по моим меркам этого более чем достаточно чтобы выспаться. Благодари брата Кресса у него к тебе большой интерес, в противном случае ты бы умер еще в тот день когда меня попросили заняться тобой.

— Ты слишком высокого о себе мнения, — ответил Перси и из его уголка рта потекла струйка крови.

— Боюсь специфика моей работы отрицательно сказывается на моем слухе, — усмехнулся Иохим. — Ты не поверишь, но все с кем я работаю, почему-то непременно кричат. Я расслышал тебя, но на всякий случай тебе придется повторить это более громко, вдруг я что-то пропустил. Не волнуйся, я помогу найти тебе силы на это.

Иохим поставил на деревянный стол, стоящий возле распятого Перси чемоданчик и принялся доставать из него пугающего вида инструмент. Они не были большого размера, но от этого Волкеру смотрящему сквозь приоткрытую дверь становилось еще страшней. Наконец он не выдержал и открыв дверь осторожно вошел в камеру. Селеста последовала следом. Волкер показал жестом Перси, чтобы тот не волновался и вскоре он его вызволит. Но вместо спокойного поведения Перси закричал: — Не-е-ет!

Волкер удивился подобной реакции со стороны хрониста, но списал это на помутнение от боли, которую ему пришлось испытывать за все то время, пока они с Селестой добирались сюда. Брат Иохим стоящий спиной к двери и сосредоточено раскладывающий жуткого вида инструмент, тоже удивился крику.

— Хорошая попытка, но в любом случае я заставлю тебя повторить то что ты сказал, — произнес Иохим не поднимая головы и не отрываясь от раскладывания инвентаря.

Волкер вынул ножи и собрался поставить жирную точку в жизни мучителя хрониста, но на его руки неожиданно намотались тонкие и крепкие цепи. Он попытался дернуться но его горло стянула такая же цепь. На шее егеря вздулись канаты мышц и не позволили холодным звеньям окончательно перекрыть кислород. Но это было максимум на что он оказался способен. Селеста тоже не успела ничего предпринять, ее опутала сеть, что сбросили на нее сверху подопечные Даймона.

— А ты не так хорош как о тебе рассказывали, — произнес вышедший в центр камеры молодой человек с красивыми чертами лица.

Волкер как-то не вовремя подумал что этот тип, наверное пользуется большим вниманием у женщин.

— С вами хочет поговорить один человек, хотя называть его человеком довольно оскорбительно для него конечно, — заметил Даймон.

— Не думала что “Цепной отряд” будет подчиняться апостолу, я была о вас более высокого мнения, — бросила Селеста, когда ее подняли на ноги словно мумию, укутанную в сеть. — Великий Даймон на побегушках у того, которого он должен был уничтожить.

— Кто бы говорил, — парировал Даймон. — Но если мне не изменяет память не та ли это Селеста упрекает меня в измене, которая сама была в недавнем прошлом капитан-инквизитором и легко предала святую инквизицию?

Даймон ударил по больному и крыть ей было нечем.

— Возразить как я понимаю тебе нечем, — произнес командир отряда. — В отличие от тебя я не подчиняюсь человеку, которого должен был убить. Дело в том что апостол Кресс уже не человек, а высшее существо. Этот вид займет место слабых и глупых людишек, не достойных права на жизнь.

— Потрясающе, твои знакомые меня просто пугают, — обратился Волкер к Селесте.

— Не тебя одного, сама удивляюсь, как я могла связаться с такой компанией.

Иохим наблюдал за происходящим держа в руке тонкое лезвие, заканчивающееся на конце крючком и тяжело вздохнув, положил его обратно в чемоданчик.

— У тебя есть еще некоторое время на отдых, — обратился он к Перси и отошел в сторону.

Явление Кресса народу не заставило себя долго ждать, и как только егери заняли свободные места на стене возле хрониста, апостол вошел в камеру.

— Ну наконец-то все в сборе и можно покончить с этим вопросом, — произнес он подходя к трем подвешенным узникам. — Как я и говорил ранее, я выполню свое обещание, теперь у меня в руках Волкер и предательница Селеста. Хотя говоря по правде я ее не виню, инквизиция изменилась, а она просто встала не на ту сторону.

— Я всегда стою не на той стороне, — огрызнулась она.

— И в этом твоя ошибка, но сейчас не о тебе речь. Пока вы совершенно не торопясь добирались сюда у меня был откровенный разговор с хронистом. Правда с тех пор произошли некоторые изменения внутри меня и открывшиеся моему взору горизонты требуют непосредственного моего участия. Поэтому я не могу посвящать много времени человеческим эмоциям, таким как месть и тому подобному.

В дверь тихонько постучали и когда Даймон открыл ее в камеру протиснулся палач с топором и кожаной маской на голове, в левой руке он держал мешок для отрубленных голов.

— Подожди немного, я скоро закончу, — попросил его Кресс. — Как я и говорил времени у меня мало, вас казнят через несколько минут после нашего ухода. Брат Иохим проследит за этим.

Кресс вытянул правую руку в сторону Волкера и она мгновенно трансформировалась в покрытую чешуей когтистую лапу рептилии.

— Видишь в чем наше отличие? — обратился он к егерю.

— Конечно, с таким маникюром трудно наверное держать ложку, — догадался Волкер.

— Смешно, — с каменным выражением лица ответил Кресс, и провел когтем по щеке Волкера. — Этой раны недостаточно, чтобы ты начал умирать. Твоя проблема в том что ты не можешь самостоятельно пробудить силу, в отличие от меня.

Кресс убрал коготь от лица егеря и лапа опять превратилась в обычную человеческую руку.

— В этом твоя погибель, — произнес он. — Если позволить тебе умирать медленно, она пробудится, но если убить быстро, ничего уже тебя не спасет. Отрубленную голову при всем желании не прирастить обратно. Вот для этого и необходима его профессия.

Кресс указал рукой на стоящего в стороне палача.

— Я конечно могу и сам, но боюсь мое одеяние будет безвозвратно испорченно.

В дверь опять постучали и судя по удивленному выражению на лице Кресса, он явно никого больше не ждал. На пороге стоял испуганный инквизитор, увидев Кресса, он мгновенно опустился на одно колено.

— Ваше святейшество, ковчег пропал, — выпалил посыльный.

— Как пропал?

— Думаю его выкрали.

— Думаешь? — у угрозой в голосе прошипел Кресс.

— Я уверен, его выкрали, — твердо заявил инквизитор.

— Как его могли выкрасть? Мы в центре “Цитадели”, здесь куда ни плюнь попадешь в инквизитора.

Посланник молчал и лишь еще больше склонил голову.

— Даймон, проверь его слова, — приказал Кресс. — Иохим, заканчивай с ними, егерь должен умереть мгновенно с остальными решай сам.

Раздав распоряжения Кресс вышел из камеры вслед за Даймоном и его отрядом.

— Палач, ты слышал приказ апостола, руби егерю голову, а остальными я займусь лично, — произнес Иохим, в предвкушении от удовольствия потирая руки.

— Мне нужно подготовить его к казни, иначе есть шанс что я не смогу отрубить ему голову в таком положении с одного раза, а как я слышал такого допускать нельзя, — возразил палач.

— Хорошо, делай что нужно, но только не затягивай с этим.

— Как прикажите господин, у меня тоже много работы на завтра, — произнес палач подходя к приговоренным. — Не сопротивляйтесь, и все будет быстро и практически безболезненно, — громко сказал палач, проверяя кандалы Волкера.

Убедившись что они крепки он вынул из кармана веревку.

— Вам привет от Чаминга, — прошептал палач. — И он просил поинтересоваться, почему ему никто не намекнул про печать стоящую на алмазе.

Палач сосредоточенно изображал вид человека полностью поглощенного своей работой.

— А чего он хотел, я девушка и память у меня девичья. Но если он нас отсюда вытащит, я в качестве благодарности решу проблему с печатью.

— Он не сомневался в твоем ответе, я выведу вас.

Палач отошел от приговоренных и взяв топор снял чехол с лезвия.

— Надеюсь теперь, ты все приготовил для казни? — с нетерпением в голосе спросил Иохим.

— Да господин, полностью, — ответил палач и одним ударом отделил голову Иохима от тела.

Сняв с пояса обезглавленного инквизитора ключи, он освободил от кандалов пленников. Как только цепи с рук Волкера были сняты он подхватил обессилевшего Перси.

— И угораздило же тебя так вляпаться, — пробурчал егерь, направляясь к дверям камеры.

— И не говори, обычно опасность это по твоей части, — ответил хронист.

— Вот давай все так и оставим и не будем больше экспериментировать.

— Не хочу вас отвлекать от милой болтовни, но мы все еще находимся в камере, — вернула их к действительности Селеста, подхватывая лежащую в углу сумку хрониста.

— К хронисту вы попали через подвал моего дома, выбираться будем тем же путем, — объяснил план действий палач. — Хорошая здесь была работа, не пыльная, — с печалью в голосе добавил он.

— Думаю, Чаминг подберет тебе что-нибудь по твоим способностям, — посочувствовала ему Селеста.

— Да я и не сомневаюсь, просто девять лет я здесь жил как ни как, — махнул он рукой и подхватил внушительных размеров орудие своего труда.

Забросив отрубленную голову брата Иохима в холщевый мешок, он открыл дверь камеры. Выглянув наружу и никого не заметив он махнул рукой беглецам. Возле последнего поворота где должна была находиться сменившаяся стража, он попросил Волкера дождаться его сигнала после того как он договориться с охраной, а сам спокойным шагом направился к решетке охраняемой двумя инквизиторами.

Охранники похоже еще не были оповещены о пропаже ковчега и прибывали в довольно скучающем состоянии духа. Ждать смены им предстояло еще довольно долго, ведь они только заступили на пост, а заняться здесь в принципе нечем. Они охраняли черный вход в темницу, которым пользовались только палач да работники кухни, что приносили еду для немногочисленных заключенных. На главном входе нести службу гораздо интересней. Иногда там можно встретить высокопоставленного члена инквизиции, который если в хорошем настроении то может и благословить тебя.

— Что несешь? — от нечего делать спросил инквизитор у палача.

— Отрубленную голову, — так же обыденно ответил он. — Смотреть будешь? — спросил он, поднимая холщевый мешок с которого упала на землю несколько капель свежей крови.

— Я тебе верю, проходи, — разрешил инквизитор, отпирая замок и распахивая перед палачом решетку. — Как ты этим можешь заниматься, меня от одной мысли об этом тошнит.

— Работа как работа, да и всегда можно использовать средство от тошноты, — произнес он.

— И что, работает? — заинтересовался инквизитор.

— Еще никто не жаловался.

— Врешь ты все, на меня например ничего не действует, — засомневался второй охранник. — Хотя если сработает, обещаю выполнить любую твою просьбу.

— Хорошо, — согласился палач, кладя мешок с головой на землю.

Спустя мгновение два инквизитора были обезглавлены.

— Теперь вас никогда не стошнит, — спокойно произнес палач беря со стола ключи от решетки. — А что касается обещания, то никому не рассказывай о моем средстве.

Палач тихонько свистнул, а когда увидел выглянувшего из-за угла Волкера, махнул ему рукой.

Хронист Перси: Запись двадцать девятая.

Путь в убежище, после того как они попали в дом палача, уже не представлял особой опасности.

— Не думал что когда-нибудь придется этим воспользоваться, но видимо пришло время, — произнес палач, разгребая всяких хлам сваленный у стены подвала.

На самом деле он не собирался заниматься уборкой в доме который должен был покинуть навсегда. Он кое что искал и не без труда, конечно, но ему это удалось. Откинув в сторону прогнившую корзину, он открыл спрятанный под ней рычаг. Уперев ногу в стену он что есть силы потянул его на себя. Давно неиспользуемый механизм начал было сопротивляться, но быстро спасовал перед грубой силой палача и со скрипом сдвинут те части, ради которых его и создали. По стенам подвала отчетливо пробежал хруст треснувшего дерева и стук друг о друга камней.

— Надеюсь ты не настолько расстроен потерей работы, чтобы похоронить себя заживо? — скромно поинтересовался Волкер.

— Нет, — ответил палач, хлопнув его по плечу. — Я родился и вырос в убежище, так что это в прямом смысле возвращение домой. Не стоит здесь задерживаться, механизм строился вместе с домом, еще задолго до того как появилась инквизиция. Хочется конечно надеяться на лучшее, но я совершенно не уверен, насколько его хватит держать такую нагрузку.

Из подвала палача они спустились в знакомый уже по недавнему путешествию туннель и прошли по нему еще около двухсот метров, прежде чем палач остановился. Сдвинув несколько камней, он освободил еще один рычаг, который как две капли воды походил на тот, что он активировал в подвале. Потянув и этот на себя, он некоторое время прислушивался, а когда в туннеле послышался звук падающих камней он крикнул: — Бежим!

Они едва успели свернуть за угол когда их нагнала волна из песка и пыли. Удар оказался достаточно сильным чтобы сбить беглецов с ног.

— Больше так не делай, — сплюнув набившуюся в рот пыль попросила Селеста.

— Не буду, — как всегда немногословно ответил палач.

— Теперь преследование нас с этой стороны уже точно не будет, — заметил Перси и полез в свою сумку, что висела на плече Селесты. — Мне нужно восстановить силы, — объяснил он заметив удивленный взгляд с ее стороны.

— Хочешь на несколько часов отключиться, чтобы мы тебя на собственном горбу таскали по туннелям? — спросила она в лоб.

— Мысль интересная, но потеря бдительности в последний раз мне стоила слишком многого, — успокоил ее хронист, вливая в себя содержимое какого-то флакона.

Перси улыбнулся Селесте, а потом его скрутило в бараний рог от боли. Она попыталась хоть как-то облегчить его страдания, но не знала как это сделать.

— Не трогай его, — произнес Волкер, удерживая ее за плечо и не давая броситься ей на помощь хронисту. — Он сейчас не контролирует свое тело. Нервы настолько обострены, что любое касание воспринимается слишком болезненно и вызывает оборонительную реакцию. Перси неосознанно может сделать тебе больно, через пару минут он будет в порядке.

Волкер оказался прав, и через короткий промежуток времени Перси действительно перестал корчиться в судорогах и сплюнув кровь из прикушенной в момент конвульсий губы, поднялся на ноги.

— Я в норме, можно идти, — произнес он беря у Селесты сумку.

Палач молча развернулся и пошел первым. После получасового блуждания по туннелям они вышли к границе владений Чаминга. Их уже там ждала троица что помогла проникнуть в казематы инквизиторов.

— Чаминг ждет, — сказал один из них и направился к замку.

Палач не пошел за ними, а свернул на первой же попавшейся улице и затерялся в толпе. Он свою часть работы выполнил и теперь у него другие заботы.

— За него не переживай, у него хорошая работа и отличная жизнь, — объяснил старший троицы, увидев как Волкер смотрит в след палачу. — Вы больше переживайте за свои судьбы, ковчег мы достали, но вот воспользоваться содержимым не можем. Чаминг как бы это помягче сказать, в расстроенных чувствах, а он не любит когда его обманывают.

— Ну вот только мне об этом рассказывать не надо, — попросила Селеста. — У него ко мне давнее неослабевающее чувство, которое так и норовит довести меня до гроба.

Вор лишь ухмыльнулся и больше не произнес ни единого слова до самого дворца. В том что Чаминг был расстроен они убедились довольно быстро. Он быстрыми шагами мерил зал от стены к стене, а в центре на столе стоял ковчег с нетронутым содержимым.

— Ну наконец-то ты явилась, — с наигранной радостью произнес Чаминг, правда серьезное выражение глаз в пух и в прах разбивало все его актерские потуги.

— И что тебе опять понадобилось? — спросила Селеста. — Я сказала где находиться ковчег, как его забрать, а ты опять чем-то не доволен.

— С чего ты взяла что я недоволен?

— Да ты по залу носился, как лось по кукурузе после того как он сел задом на муравейник.

— Ладно, я расстроен, — признался Чаминг. — Ты конечно выполнила все условия договора, но почему-то у меня такое чувство, что ты меня нагло надула.

— Даже и не представляю почему у тебя такие чувства, — продолжала изображать Селеста из себя дурочку.

— Может потому что кто-то забыл упомянуть про печать инквизиции стоящую на алмазе, — Буравил он ее хмурым взглядом.

— Ах, ты об этой мелочи, — отмахнулась она. — Наверное я забыла о ней сказать потому что в противном случае я бы с тобой сейчас не разговаривала. Сам понимаешь, нас ведь там ждали. Мне нужен был запасный план выхода, если наш героический поход за хронистом закончится фиаско.

— И ты была уверенна, что я тебя вытащу? — прищурил левый глаз Чаминг. — А тебе не приходила в голову мысль, что я могу найти другого инквизитора, который сможет снять печать?

— Даже не знаю что и сказать, — развела руками Селеста. — Действительно, мысль-то логичная, и как же она мне в голову-то не пришла? Неужели я на самом деле такая дура? Хотя погоди, я тут краем уха слышала что печать с ковчега может снять только тот кто ее ставил, а зовут этого человека, капитан-инквизитор Селеста. Ой, так это же я, ну надо же какое совпадение, скажи Чаминг, ты мог в это поверить? Но конечно ты прав и давай пожалуй остановимся на том варианте, где я настолько глупа, что не подумала о втором инквизиторе.

— Еще при первой встречи меня предупреждали, что не стоит с тобой связываться, — произнес Чаминг, усаживаясь на трон.

— Да брось, я обычная девушка которой просто везет, чего нельзя сказать об инквизиторе, что пытался снять печать и чей пепел под столом не до конца убрали, — указала она взглядом на ножку стола возле которой оставалось немного пепла и оплавленный золотой крестик.

— Хорошо, я действительно нашел другого инквизитора, уверявшего меня что легко справиться с печатью, — признался Чаминг.

— Вижу, легко у него получилось только сгореть.

— Ты права, полыхал он недолго, я толком и не понял что произошло, а его уже можно было в совочек собирать, — усмехнулся Чаминг. — Но кто-то и этого толком сделать не может, — строго взглянул он на стоящего рядом человека, вооруженного метлой и совком.

Провинившийся повесил голову и опустил плечи.

— Я вытащил тебя из лап инквизиции, и теперь ты вроде как у меня в долгу, сними печать и мы в расчете.

— Договорились, — согласилась Селеста, снимая перчатку.

Открыв ковчег, она приложила печать на ладони к той, что находилась на внутренней стенке ящика. Печать засветилась и вскоре погасла, после чего Селеста спокойно вынула алмаз. Чаминг сорвался с места и дрожащими руками взял у нее драгоценность. Как только алмаз оказался в его руках он подобно сороке таскающей к себе в гнездо все блестящее, забрался на трон и некоторое время крутил алмаз в ладонях ни на кого не обращая внимания.

— Ну, если это все, то мы пожалуй пойдем, — сообщила о своем решении Селеста и повернувшись спиной к Чамингу собралась покинуть зал.

— Нет, не все, — возразил Чаминг, щелкнув пальцами.

Зал мгновенно наполнился арбалетчиками, а направленные на егерей стрелы не двусмысленно намекали, что банкет в честь их прибытия еще не закончен.

— Да ты наверное шутишь? — повернулась Селеста к Чамингу сидящему на троне с алмазом в руках.

— Ничего подобного, шутки давно закончились! — рявкнул Чаминг вскакивая с трона. — Все это время ты была на один шаг впереди, оставляя меня в дураках. Знаешь как это унизительно для такого человека как я?

— Догадываюсь, но что мне было делать, ты ведь хотел меня убить еще с первой нашей встречи, — возразила Селеста. — Хотя как я поняла, умные люди предупреждали этого не делать, — добавила она.

— По мне так они трусливые, нежели умные, — отмахнулся Чаминг.

— А вот мне больше нравиться второй вариант, — не согласилась Селеста.

— Да кого вообще интересует твое мнение, вы уже практически покойники, — дал отмашку стрелкам Чаминг.

Волкер хмуро смотрел на арбалетчиков, его зрачки максимально расширились, а кровь ускорила движение по венам. Сорвавшиеся с оружия стрелы двигались слишком медленно чтобы его поразить. Поведение стрелков как всегда предсказуемо, никто не собирался стрелять по колену, все метят или в грудь или в голову. Егери присели и смертельный дождь прошел над ними. Единственным кто мог угодить под стрелу, был Перси, но Волкер вовремя подсек ему ноги и хронист распластался на полу.

Падение мягким не назовешь, но зато тело не обзавелось лишними отверстиями. Стрелкам Чаминга до хортов так же далеко как и ему до мозгов. Единственная стрела полетела не так как все, а пошла низом. Но Волкер успел ее перехватить и вернуть владельцу, воткнув ее ему в руку. Рядом в толпу врубилась Селеста и принялась к выяснению что крепче, деревянные части арбалета или зубы и кости стрелков. И похоже зубы в подобном противостоянии не были в фаворитах. Они практически без сопротивления покидали насиженные места в деснах после знакомства с древком арбалета.

Чаминг похоже упустил из вида тот момент, что забрав у егеря оружие он не становиться менее опасен. Волкер проделывал то же самое, что и Селеста, но обходился при этом голыми руками и совершенно не жаловался на отсутствие оружия. Численность лояльных Чамингу людей быстро сокращалось, но некоторым как оказалось все же удалось перезарядить арбалеты.

Трое стрелков оставшиеся в не поля зрения егерей, и пока они разбирались с их коллегами, эти то же самое решили проделать с хронистом. Селеста вовремя заметила троицу хитрецов и крикнула: — Подбрось!

Волкер кивнул и перехватив вооруженную мечем руку стрелка напавшего на него, насадил обладателя сего инструмента на колено. С неприятным хрустом ребер стрелок упал на спину рядом с поверженными братьями по оружию. Он забыл обо всем кроме собственной боли. Волкер опустился на одно колено и сцепил в замок ладони на которые тут же ступила нога Селесты. Ее разбег и помощь спинных мышц Волкера, отправили Селесту на встречу с задумавшими нехорошее стрелками.

Арбалеты были готовы спустить с поводков смертоносные жала, но обрушившаяся на них Селеста смешала убийцам все планы. Арбалеты выбитые из рук прихвостней Чаминга упали на пол и выстрелили, но их стрелы никому не нанесли вреда улетев под своды зала. Кроме арбалетов выбитыми оказались еще две коленные чашечки и одна челюсть. Когда Селеста закончила с троицей неудавшихся убийц, Волкер пинком в живот отправил последнего арбалетчика отдыхать возле стены.

— Со стрелками вы расправились, но что вы скажите против моей личной охраны.

Чаминга от егерей отгородил десяток закованных в броню воинов, а вскоре из потайных дверей подтянулись еще арбалетчики.

— Убейте их! — крикнул Чаминг, но стрелы остались в желобах арбалетов, а бронированные воины не сдвинулись с места ни на миллиметр. — Я приказываю убить их! — опять закричал Чаминг, глядя на застывших арбалетчиков.

Таким поворотом событий был удивлен не только Чаминг, но и егери прибывали в замешательстве, пока они наконец не взглянули себе за спину. У распахнутых настежь дверей в зал стоял палач. Хмурым взором он обвел побоище устроенное егерями, и твердым шагом направился через зал. Поверженные арбалетчики корчащиеся от боли на полу, при виде приближающегося палача отползали в сторону освобождая ему путь. Те же кто был без сознания оттаскивались в сторону менее пострадавшими в бою товарищами. В зале наступила гробовая тишина нарушаемая только тяжелыми шагами палача.

Даже те, кого терзала боль прикусывали одежду, но сохраняли молчание. В центре шеренги преграждавшей путь палачу, двое броненосцев сделали шаг вперед и в стороны, освободив проход идущему. После того как он прошел сквозь строй закованные в металл воины вернулись на место, вновь отгородив трон от егерей непреступной железной стеной.

Палач приблизился к трону и занял судя по всему свое законное место.

— Она сняла печать, значит получила метку по которой ее найдут инквизиторы, — произнес палач, глядя на стоящего на коленях Чаминга.

— Я не знал… я не думал, — запричитал Чаминг.

— Разуметься, да и слушать никого не хотел, — согласился с ним палач. — Я позволил тебе некоторые решения принимать самостоятельно, но ты и с этим не справился. Убив ее ты метку не погасишь, а ее тело как компас для корабля будет указывать на нас.

— Больше такого не повториться, мой король, я обещаю, — взмолился Чаминг.

— Знаю, увидите его, — приказал палач и двое закованных в металл воина уволокли упирающегося и кричащего Чаминга из зала.

— Я догадывалась что он слишком глуп для звания короля воров, — шепнула Волкеру Селеста.

— Его место займет другой, более сообразительный, — произнес настоящий король воров, который судя по всему обладал отличным слухом и слышал фразу брошенную Селестой. — Верните им оружие, — приказал он и мгновенно возле егерей оказались два человека протягивающие им их боевые арсеналы. Селеста, ты полностью расплатилась со мной, у моего клана нет к тебе претензий, но ты должна как можно быстрее покинуть убежище.

— Полностью с вами согласна, не задержи нас некоторые обстоятельства, мы бы уже были на полпути отсюда, — взглянула она на поверженных арбалетчиков.

Для ускорения процесса егерей проводили коротким путем до зоны отчуждения. Доведя их до границы сопровождавший их вор растворился во мраке.

— Я и не знал что там есть какая-то особая печать которую может снять только тот кто ее поставил? — задумчиво произнес Перси.

— Да нет там никакой особой печати, — отмахнулась Селеста. — Обычная печать которую может снять любой инквизитор обладающий на это правом.

— Но почему тогда с ней не справился тот, чей пепел так неумело старались убрать из-под стола? — удивился Волкер.

— Все просто, этот идиот не ту печать снимал. На алмазе стоит муляж печати, кроме внешнего страха он больше ни для чего не годиться. Красивый рисунок не более того, а вот на боковой стенке шкатулки находилась основная печать. Я об этом узнала случайно, а вот бедолага похоже оказался не в курсе. Из этого можно сделать вывод, что не за всеми большими деньгами стоит бросаться сломя голову. Все смотрят на алмаз и никто не обращает внимание на саму шкатулку.

— Выходит он реально думал что снял печать и с чувством выполненного долга схватился за алмаз, — усмехнулся Волкер.

— Ну да, а вместо этого его самого костлявая схватила за горло, — согласилась она.

Впереди послышался топот большого количества ног. Волкер и Селеста замерли, приготовившись не к самой радушной встрече с бегущими к ним на встречу людьми. В том что это были люди они не сомневались. Вскоре из-за поворота показались бегущие люди, но они не казались враждебно настроенными. В основной своей массе это были женщины и дети. Волкер и Селеста убрали оружие и отошли в сторону давая дорогу спешащим беженцам.

Хронист остановив одну из женщин спросил у нее от кого они бегут?

— Инквизиторы! — не скрывая ужаса в глазах ответила она и схватив ребенка помчалась дальше.

— Оперативненько они, — выдавила из себя Селеста.

— Нам нужно как можно быстрей покинуть убежище, — произнес хронист.

— Кто же против, — буркнула Селеста.

— Будем прорываться, — добавил Волкер и пошел первым по туннелю.

В том что он двигался в нужном направлении Волкер не сомневался, поток беженцев не прекращался и невольно корректировал его направление когда он сомневался в какой туннель нужно заходить. Вскоре они вышли к пенатам Селесты. Пещера была наполнена звуками битвы и треском молний пускаемых апостолами. Жители убежища не собирались сдаваться и среди оборонявшихся то и дело мелькали воительницы тени. В тех местах где инквизиторы норовили промять оборону защитников, появлялись тени и урезонивали зарвавшихся представителей церкви. Но в одном месте даже они не могли сдерживать оборону.

Трое из “Цепного отряда” легко расправлялись с тенями и теми кто пытался преградить им дорогу. По крикам: — Демоны! Их легко было вычислить.

— Почему их всего трое? — удивилась Селеста.

— Пойду их спрошу, — пообещал Волкер вынимая боевые ножи.

Хронист Перси: Запись тридцатая.

Заметив приближавшихся егерей, рептилии в одеянии инквизиторов оскалили пасти и направились прямиком к их цели. В отличие от первой их встречи в казематах инквизиции, теперь Волкер был готов к ней. Коготь норовивший вскрыть горло егерю прошел всего в паре сантиметров от цели, зато кулак Волкера раздробил нижнюю челюсть хладнокровного инквизитора и отбросил его на спину. Двух его товарищей это не смутило и они собрались закончить то что начал их коллега. Вот только напасть вдвоем на одного человека им не удалось.

Селеста добавила им немного металла в суставы, пожертвовав на это несколько лезвий из жилета. Подобное усовершенствование их тел заметно снизило скорость двойки из “Цепного отряда”. Волкер никогда не разбрасывался подобными подарками и боевые ножи молниями прошлись по телам рептилий, закончив небольшое путешествие в затылках врагов.

К большому удивлению Волкера третий что валялся с раздробленной челюстью поднялся на ноги с совершенно не поврежденной частью тела. Потрогав восстановившуюся челюсть, рептилия оскалилась и бросилась на егеря, заметно прибавив в скорости. Иногда подобное происходит с людьми, когда они получив по голове начинают двигаться намного быстрее чем до того как им вправили мозги. Вот похоже и с последним из отряда произошло тоже самое.

Волкеру пришлось использовать весь свой потенциал, чтобы не попасть под шквал обрушившихся на него ударов. Но ящеру тем не менее удалось его зацепить. Волкер упал на одно колено, после того как ящер пнул его в голень. Острая боль быстро прошла, но вот из равновесия егерь был выведен. Селеста хотела помочь, но он остановил ее жестом и показал на теснящих защитников убежища инквизиторов. Она кивнула и отправилась помогать теням, там она как раз заметила сражающуюся Джил.

— Ну уродец, ты меня расстроил, — произнес Волкер, уклоняясь от летящего ему в голову сапога.

Следующий удар он принял на жесткий блок рук и не поднимаясь с колена вогнал лезвие ножа в ногу ящера. Рептилия зашипела от боли и упала на колени. Когтистыми лапами довольно трудно зажимать распоротое горло и он трансформировал их в обычные человеческие руки, но это уже мало помогло ящеру. Волкер поднялся на ноги и не оборачиваясь на хрипящего зверя направился к Селесте. Он хорошо понимал что последний из “Цепного отряда” спустившийся в убежище протянет максимум пару минут, да и то вряд ли.

Селесте и Джил удалось оттеснить инквизиторов и дать немного вздохнуть защитникам, но это лишь до того момента пока не подоспели апостолы. Пускаемые ими молнии сжигали людей заживо, превращая их в беспорядочно бегающие живые факелы. Подобная атака надломила боевой дух защитников и чтобы они совсем не потеряли его, егерям нужно было что-то предпринимать.

Апостолов было всего двое и в основном это они вселяли ужас в сердца обороняющихся. Волкер отправил несколько метательных лезвий на встречу с любителями зажечь. Для матерых апостолов его поступок не оказался неожиданным. Уклонившись от смертельных жал, они метнули в него кое-что из своего арсенала. Волкер прыжком ушел в сторону, но почувствовал что один из апостолов все же его задел. Самое обидное оказалось, что рана не будет входить в категорию, а посмотри какой у меня геройский шрам.

Пока апостолы сосредоточили свое внимание на Волкере, Селеста улучила момент и ее лезвия достигли цели. Потеряв основную, боевую силу инквизиторы дрогнули. Они не побежали сломя голову, но для защитников убежища было достаточно того, что они увидели в глазах обладателей петлиц с крестами.

— Уходите, с этими мы разберемся сами, — произнесла Джил, останавливая за руку Селесту.

Она кивнула и схватив за рукав Волкера потащила его в сторону от сражавшихся.

— Идем пока нам задницы не поджарили следующие жонглеры молниями, хотя кто-то похоже уже нарвался, — взглянула она на опаленные ягодицы Волкера.

Хронист как всегда появился неожиданно и пообещав залечить ранение Волкера поторопил егерей. Пока они находятся в убежище, инквизиторы так и будут посылать сюда отряд за отрядом.

— Надо убираться обратно к хортам, там будет время на передышку, а уже после мы решим, что делать дальше, — предложил Перси.

Селесте в этих местах были знакомы все лазейки, какие могли быть и она ловко избегала опасные участки, где происходили сражения. По большому счету инквизиторы уже сдавали свои позиции и обороняющиеся начали их отсекать друг от друга. Разрозненные малочисленные группы быстро гибли под ударами защитников убежища.

Проскользнув в туннель через который Волкер с хронистом в первый раз попали сюда они увидели охранника погибшего ужасной смертью. Дверь совершенно не оказалось той преградой, на которую рассчитывал страж ворот. Прежде чем дверь сорвали с петель, ящер пробил ее на уровне живота охранника вместе с его телом. Зрелище было явно не для слабонервных.

У выхода на улицу дежурило на всякий случай еще трое инквизиторов. По их поведению нетрудно было понять что на проигрыш карательной операции они не рассчитывают. Молнии апостолов запугают кого угодно, а жителей подземелья и подавно. Волкер решил лично разобраться с преградой, но Селеста была немного другого мнения.

— Ну куда ты лезешь со своим красным задом? Не надо меня позорить перед бывшими коллегами. Вначале заштопай штаны, а потом будешь геройствовать.

— Я ее плащом прикрою, — парировал Волкер.

— Хочешь сказать, что твоя голова будет занята тем как бы не распугать охрану голым задом?

— Ладно уговорила, иди сама договаривайся, а мы пока здесь… постоим.

Пока Селеста занималась выяснением что такие симпатичные парни делают в таком нереспектабельном месте, хронист занимался опаленным задом Волкера. Через пару минут Селеста вернулась и бросила Волкеру новый плащ и штаны. Хотя он и говорил, что может закрыть неприличное ранение плащом, но на самом деле и на нем имелась основательная пробоина.

— Переоденься, вроде должны подойти, только петлицы срежь.

Перси мазью немного понизил болевые ощущения, но переодевание безболезненным Волкер бы не назвал.

— А вот когда во мне просыпается драконья сила, все повреждения в миг исчезают, — посетовал на тяжелую жизнь Волкер.

— Ну и в чем проблема? — удивилась Селеста. — Давай найдем Кресса, он даст тебе в лоб, чтобы искры из глаз брызнули, ты получишь силу, а твой зад исцеление.

— Пожалуй это слишком радикальный способ, лучше доберемся до корабля, а в море я подлечусь основательно, — выдвинул свое видение проблемы Волкер.

Выйдя на свет, они пошли по пустынным улицам в сторону главных ворот города. Когда бандитский, по мнению состоятельных горожан, квартал закончился егери смешались с толпой. Люди шушукались и возмущались, почему из города выпускают только после тщательного досмотра. О пропаже ковчега никто разумеется простым смертным докладывать не собирался. Но и без этого люди прекрасно понимали, что такие меры предпринятые инквизиторами, могли быть только в случае очень важной пропажи.

У них ничего запрещенного не было и они вполне спокойно встроились в длинную очередь на выход. Дотошно обыскивались те, кто имел при себе ящики и шкатулки. Перед ними следовал именно такой товарищ, у него вся телега была завалена ящиками различного размера. Инквизиторы похоже устали потрошить торговцев и когда дело дошло до егерей они выпустили их без досмотра. Единственное куда они сунули нос это сумка хрониста. Волкер был к этому готов и слегка приоткрыл крышку кошмарно-вонючего средства.

Когда инквизитор открыл сумку Перси то в нос ему ударил тошнотворный запах который он забудет еще очень не скоро.

— Ты что гадишь туда? — зажав нос и отскочив в сторону, спросил инквизитор.

— Она упала у меня в выгребную яму, а выкинуть ее у меня как-то рука не поднимается. Она ведь практически новая, господин инквизитор.

— Закрывай ее и выметайся из города пока меня не стошнило, — прогнал их страж, продолжая зажимать нос.

Два раза повторять им было не нужно и они благополучно выскользнули из ловушки. Радоваться правда они смогли не долго, метка Селесты была активна и медальоны инквизиторов без труда определили что они покинули город. Практически сразу за ними была организована погоня.

В ближайшей деревне беглецы приобрели лошадей, не ахти каких, но другого варианта все равно не было. Пока на Селесте была метка надеяться на то что им удастся сбить инквизиторов со следа, даже не обсуждалось. К неприятностям добавлялось еще то обстоятельство, что у инквизиторов проблем с хорошими лошадьми не возникало. Кони инквизиторов были все как на подбор, чего нельзя было сказать о средствах передвижения егерей. Даже с учетом того что они опережали представителей церкви, расстояние между беглецами и преследователями стремительно сокращалось.

— На следующем повороте сворачивай направо! — крикнул Перси.

— Там же только горные козлы могут пройти, — возразила Селеста.

— Выходит мы с Волкером козлы, потому что мы уже проходили по этому пути.

— В том что вы оба козлы, я не сомневаюсь, не уверенна только что горные.

— Другого варианта у нас в любом случае нет, — бросил Перси, поворачивая коня на узкую тропинку ведущую к горам.

— На этих с позволения сказать скакунах, что выбирались максимум до рынка и обратно, от преследователей не оторваться, — бурчала Селеста. — Это лишь вопрос времени когда нас настигнут.

— И времени на это потребуется не слишком много, — заметил Волкер, оборачиваясь назад.

Не так далеко как им бы хотелось за ними в клубах пыли следовали инквизиторы. Преследователи заметили беглецов, и им уже не нужен был медальон для поиска Селесты. Отряд инквизиторов заметно прибавил в скорости и максимум через пару часов они их должны настигнуть и придется принимать бой. Само по себе это не так страшно, но только в том случае, когда знаешь что отряд преследователей всего один. Но учитывая переполох что они устроили, на это рассчитывать не приходилось.

Егери нещадно стегали бедных животин, в попытке выжать из них еще немного скорости. Вот только затраты на это не шли ни в какое сравнение с получаемым результатом. Впереди показался подвесной мост, а вот позади лица преследователей. Возглавлял отряд Кресс, что в принципе не вызвало ни у кого удивления. Судя по всему он решил больше никому не доверять выполнение своей работы и сам решил покончить с егерями и хронистом.

Доскакав до моста, Перси первым спрыгнул с лошади и рванул по хлипким дощечкам, Волкер и Селеста поступили точно так же. Волкер бросил взгляд назад и увидел что в седле находиться только Кресс, остальные обратившись в ящеров бежали немного впереди него.

Когда егери были на середине моста первые ящеры из “Цепного отряда” запрыгнули на мост.

— Бегом! — крикнул Волкер.

Повторять два раза не потребовалось, Перси с Селестой рванули по мосту что было сил. Выскочив на другой стороне ущелья, Волкер выхватил ножи и полоснул по веревкам удерживающим мост над пропастью. Ящеры практически настигли их, когда подвесная переправа ушла у них из-под лап. Им пришлось срочно хвататься за обрезанные канаты если они хотели остаться в живых и не рухнуть на скалистое дно. Один из ящеров, правда думал немного иначе и в самый последний момент, перед тем как Волкер перерубил канаты, он прыгнул и зацепился за скалу.

Быстро перебирая лапами, ящер взлетел на скалу и оказался лицом к лицу с двумя егерями. Увидев противника он рванул к ближайшему из них, но почему-то его лапы начали его подводить, а в горле что-то мешало дышать. Перед тем как сознание ящера погасло навсегда, он заметил еще одно сверкнувшее лезвие, что засело у него во лбу.

— Одним меньше, — произнесла Селеста, глядя на вернувшего себе человеческий облик бойца “Цепного отряда”.

У него не было ни единого шанса, его тело лежало ощетинившееся десятком метательных лезвий. Пока Селеста вынимала смертоносные жала, Волкер смотрел, как оставшиеся ящеры поднимаются по отвесной сколе по другую сторону ущелья. И точно так же за ним наблюдал Кресс, а стоящая рядом фигура, скорее всего принадлежала Даймону. Волкеру удалось выиграть немного времени, но он так же и понимал что это всего лишь короткая передышка.

— На некоторое время о них можно забыть, — произнес Перси, подходя к Волкеру. — Их путь будет в три раза длиннее нашего.

— И это хорошо, — согласилась Селеста.

— Действительно хорошо, — не стал спорить Перси. — Но учитывая тот факт что у них есть лошади а у нас как вы заметили их нет, сильно радоваться я бы не торопился, — добавил хронист.

— Ну вот скажи мне честно, почему вы мужчины всегда норовите испортить настроение девушкам? — обратилась она к хронисту.

Перси не знал что ответить на обвинение и посмотрел на Волкера.

— А я тут причем? Ты ей глаза открыл, я в таких случаях обычно говорю про красивое небо, беспроигрышный вариант.

— Думаю о красоте небосклона говорить уже не стоит, — здраво рассудил хронист, глядя, как на него смотрит Селеста.

— Я в курсе, что у нас нет лошадей, но зачем же это озвучивать и ломать всю романтику? — объяснила она свое видение жизни хронисту. — Вроде умные книжки пишешь, а элементарных вещей не понимаешь.

Перси не знал что на это ответить и просто развел руками.

— Я спасу тебя, — пришел на помощь хронисту Волкер. — Любовь моя, нас ожидает незабываемый спуск в долину где мы приобретем великолепных по красоте скакунов и помчимся на встречу горизонту, — провел он рукой по воздуху для большей наглядности.

— Видишь о чем я говорила, — обратилась она к хронисту указывая рукой на Волкера. — Такие слова могут принадлежать только дебилу перебравшему с поганками, но зато присутствует романтика.

— Да ладно, хорошо ведь сказал, а жест показывающий бескрайний горизонт, вообще отлично вышел, — не согласился с ее диагнозом Волкер.

— Я тебя умоляю, — скривилась она словно проглотила лимон, причем тщательно его разжевав. — держи в следующий раз руки при себе и не надо показывать каким движением ты дробишь горло монстрам.

Волкер взглянул на перси ища у него дружеской поддержки, но тот кивал соглашаясь с Селестой.

— Извини, но жест в сторону горизонта действительно больше похож на удар в горло, — произнес он, смущенно пожимая плечами.

— Ладно, будем считать что вы вернули мне романтичное настроение, — повернулась спиной к ущелью Селеста. — Идемте, спустимся в долину и купим пару полудохлых кобыл, что помогут нам добраться до берега моря, если конечно не сдохнут в начале пути.

Когда они добрались до единственной деревни в округе, Селеста поняла что она глубоко ошибалась насчет деревенских лошадей, их просто не было. На пяток домов имелось пара волов, один осел, несколько свиней и стадо овец.

— Теперь даже я не знаю где искать романтику, — призналась Селеста.

— Ничего не поделать, придется идти пешком, — подвел итог безрадостной картине Перси.

Пополнив немного провианта они отправились в путь, правда староста деревни посоветовал им взять немного правее их маршрута. По его словам там места более обжитые и скорее всего лошади там найдутся. О необходимости транспорта они прекрасно понимали, это было жизненно необходимой частью их дальнейшего пути. И они поступили так как советовал староста.

К вечеру они добрались до реки, на берегу которой раскинулось небольшое поселение. Единственная проблема заключалась в том, что все дома оказались пусты.

— Ну, это уже ни в какие ворота, дать такой крюк чтобы набрести на заброшенную деревню, — произнесла Селеста, пнув с досады небольшой камень под ногами и выместив на нем свою злость.

— Ладно, давайте осмотрим дома, вдруг найдем что полезное, — предложил Волкер.

— Ага, например двух-трех лошадей, — съязвила Селеста.

— Было бы не плохо, — не обратил внимания на ее тон Волкер.

Селеста пожала плечами и отправилась в ту сторону, где по ее мнению должны были содержаться лошади. Она не сомневалась в том, что если там лошади и остались то только в виде побелевших костей, хотя и костей-то нет. Не все хищники привыкли разбрасываться тем, что можно погрызть на досуге.

Беглый осмотр брошенных домов и дворов не отнял у них много времени. Вскоре они встретились на широкой части улицы с выкопанным в центре колодцем. Скорее всего для местных жителей это место ассоциировалось с центральной площадью деревни.

— Странная какая-то деревенька, — произнесла Селеста, оглядываясь по сторонам. — Все аккуратно убрано и заперто, так не бывает когда ты покидаешь дом в спешке.

— Действительно, какой смысл наводить порядок и запирать все что можно запереть, если не собираешься возвращаться? — согласился с ней Волкер.

— Это потому, что дома покинули на время, вскоре жители должны вернуться, — предположил Перси.

— С чего ты взял? — недоверчиво спросила Селеста.

— Идемте, если я прав мы должны кое-что увидеть за пределами деревни, — позвал их хронист и направился по дороге ведущей из поселения.

Волкер с Селестой переглянулись и пожав плечами все же отправились за Перси быстро удаляющемуся от них. Дорога сворачивала за небольшой скалистый склон.

— Может раскроешь тайну что мы должны увидеть? — спросил Волкер нагоняя хрониста остановившегося у поворота и смотрящего в ту сторону что была закрыта от взглядов егерей скалой.

— Это, — указал он рукой дальше по дороге, когда Селеста с Волкером подошли к нему.

Проследив за тем куда указывала рука хрониста они увидели вкопанный в центре дороги столб с прикованной к нему девушкой. Короткая цепь прикованная к столбу другим концом крепко обхватывала лодыжку девушки.

Хронист Перси: Запись тридцать первая.

Перси пошел оказывать первую помощь девушке, а Волкер с Селестой взглядами прочесывали ближайшие кусты и возвышенности. Их руки были чуть согнуты и внутренне напряжены, готовые превратить в ежа любого монстра чья морда им не понравится. Время шло, но никого зубастого и когтистого так и не появлялось. Складывалось впечатление что это все же не ловушка, как могло показаться вначале.

— Она здесь уже несколько дней и у нее легкое обезвоживание, — описал состояние девушки Перси, когда к нему приблизился Волкер.

— За что ее так? — спросила Селеста, продолжая осматривать окрестности.

— Не знаю, но думаю вскоре эта тайна нам приоткроется, — ответил хронист открывая сумку.

Сунув под нос девушки один из множества вонючих флаконов, он привел ее в чувства. Открыв глаза шарахнулась от них словно от прокаженных. Будь ее воля она наверное далеко смогла бы убежать, но крепкая цепь отменно справлялась со своей задачей и не позволила узнице отползти дальше своей длинны. Обезумевший взгляд девушки метался с одного человека на другого.

— Не бойся, — попытался ее успокоить хронист. — Мы не причиним тебе вреда. Расскажи что с тобой произошло и почему ты прикована?

Доверие к хронисту у нее еще не появилось, но сжимавший ее тело страх немного ослабил хватку и во взгляде узницы появилось что-то больше напоминавшее любопытство.

— Ну с этим уже можно работать, — предположил Волкер заметив перемены во взгляде узницы.

Перси продолжал что-то ей тихо говорить и через некоторое время девушка решилась на ответ.

— Меня зовут Айлин, я спасаю деревню от монстра, — тихо произнесла она.

— Не буду скрывать, я много видела в своей жизни, но чтобы спасали деревню приковывая себя к столбу, довольно неординарный подход, — изумилась Селеста. — Выходит тебя не нужно освобождать от оков?

— Не нужно, — повесив голову согласилась Айлин.

— Нет, так дело не пойдет, — вмешался хронист. — Расскажи что происходит и каким образом ты собираешься спасать деревню, в которой кстати никого нет?

— Жители вернуться через неделю, когда он… он уйдет, — прошептала Айлин. — Меня тоже не будет, но на некоторое время деревню трогать не будут.

— Ты отдаешь свою жизнь в обмен на то чтобы больше никого не убивали?

— Да, именно в этом и заключается смысл моей жизни, — ответила она.

— Не хочу показаться невежливым, но мне кажется это не совсем правильная цель в жизни, — встрял Волкер.

— Если меня не заберут, то вся деревня погибнет, как вы это не можете понять?

— Да потому что это неправильно, — произнес Перси, снимая цепь с ноги девушки.

— Я не знаю кто вы, но прошу оставьте меня и уходите, он скоро придет и заберет вас вместе со мной.

— В вашей деревне есть лошади? — спросил Волкер.

— Конечно есть, а причем здесь лошади? Скотина его не интересует, мы уже пробовали.

— В таком случае мы можем договориться, мы избавляем деревню от того кто интересуется молоденькими девушками, а вы взамен и в качестве благодарности отдаете нам трех лошадей, — предложил Волкер.

— Я конечно не староста, но думаю, если вы и в правду избавите нас от этой твари, то никто против не будет.

— Вот и отлично, будем считать что договорились, — произнес Волкер помогая ей подняться на ноги.

Перси забрал Айлин и ушел вместе с ней в деревню, а Волкер с Селестой остались возле жертвенного столба. Изображать прикованную жертву досталось Селесте, а Волкеру выпала честь сидеть в кустах и ждать когда появиться монстр, более подробного описания Айлин так и не смогла дать. Единственное что смог вытащить из нее хронист, что он всегда разный и кто должен прийти именно за ней она не знает.

— Надеюсь ты не собираешься засыпать в кустах пока твою девушку будет обгладывать неизвестно кто, но с явно непривлекательной внешностью, — на всякий случай поинтересовалась она у Волкера.

— О чем ты говоришь? Как я могу заснуть, я сесть-то толком не в состоянии, а уж лечь тем более, хотя если на живот… Нет, в любом случае я этого делать не собираюсь. Средство хрониста хотя и помогло но я в любом случае со страхом ожидаю того момента когда нам предстоит садиться в седла.

— А ты представь как тебя хватает за задницу когтистая лапа Кресса и седло покажется не таким уж и страшным делом, — предложила Селеста.

— Ты права, седло действительно отличная альтернатива, — согласился Волкер, и отправился прятаться.

Селеста сидела у столба и ковыряла землю палочкой когда из-за поворота показалась Айлин. Селеста хотела спросить, что она здесь делает и где хронист, но что-то в облике Айлин ее насторожило.

— Ты не та кого я выбрал, — произнесла грубым голосом Айлин.

— Ну извини, бери что дают, другого у тебя не будет, — ответила Селеста поднимаясь на ноги.

— Люди, почему вы такие самоуверенные и до такой степени что находитесь на грани рассудка, — поинтересовался хищник в образе Айлин. — Это же глупо противопоставлять себя более сильным существам. В итоге у вас ничего не получается и вы вынуждены совершать глупость за глупостью.

— Это ты что ли высшее существо? — усмехнулась Селеста.

— Да, — совершенно серьезно ответил хищник. — Твое тело мне не нужно и я просто тебя убью, а себе заберу тело той кого я выбрал.

Из ладоней псевдо Айлин выскочили два щупальца с маленькими челюстями на концах. Селеста ожидала чего-то подобного и выхватив ножи отсекла щупальца монстра заставив его зашипеть от боли и злости одновременно.

— Ты будешь умирать медленно, — пообещало чудовище в образе Айлин.

Поняв что скрываться под личиной жертвы больше не стоит, хищник показал свое истинное лицо. Видение человеческой фигуры растворилось представив взору Селесты уродливое существо состоящее из множества змеиных тел. Они все время передвигались меняя форму хозяина и определить где у него голова, а где все остальное, не представлялось возможным. Селеста убрала боевые ножи и выбросила в сторону клубка змеиных тел два лезвия. Острый металл не причинил никакого вреда хищнику. В тех местах где они должны были поразить тело монстра, образовались сквозные дыры и метательные лезвия проскочили сквозь них не задев ни единого змееподобного тела.

Похоже монстр вдоволь наигрался с человеком и теперь решил исполнить обещанное Селесте. Несколько змей метнулись к ней но с гораздо большей скоростью нежели ранее. Хотя Селесте и удалось отсечь парочку склизких конечностей монстра, но все равно чудовище сумело опутать ей руки и ноги, а заодно и обездвижить примотав ее к столбу.

Хищник опять принял образ Айлин, но руки состоящие из десятка склизких канатов удерживающих Селесту менять не стал.

— Ты ведь понятия не имеешь с кем связалась? — произнес монстр.

— Конечно имею, ты уродец пытающийся натянуть на себя человеческое лицо, — ответила Селеста и плюнула в лицо монстру.

Плевок как и метательные ножи прошел мимо цели и лицо Айлин опять восстановило свои очертания.

— Вот поэтому я и не имею дел с взрослыми женщинами, они нагло себя ведут, — поделился секретом хищник. — А вот девственницы имеют более покладистый характер и в их образе гораздо проще заманить еду в тихое место.

— Извини, но кажется в этот раз тебе крупно не повезло, — огрызнулась Селеста

— Еще не вечер, и я в любом случае найду ту, которую я выбрал, ну а с тобой разговор окончен.

Хищник убрал облик Айлин и принял свою настоящую форму, а потом зашипел от боли. Щупальца удерживающие Селесту были перерублены метательными лезвиями брошенными Волкером. Монстр расслабился думая что она одна за что и поплатился.

— А ты не особо торопился, — буркнула Селеста сбрасывая с себя отрубленные щупальца.

— Я ждал подходящего момента, — развел руками Волкер.

— Ну почему когда меня пытаются убить все обязательно должны ждать подходящего момента?

— Вы умрете, — прошипел монстр, выбрасывая в их сторону очередные жгуты.

Волкер отсек несколько из них, Селеста тоже не осталась в стороне, укоротив парочку. Справиться с двумя егерями монстру оказалось куда сложнее нежели с одним и он терпел поражение, а егери продолжали давить его отсекая извивающиеся щупальца. Волкер уже было собрался праздновать победу, но все оказалось не так просто и хищник погибать совершенно не собирался. Отскочив от егерей в сторону, монстр сжался в плотный комок, а затем неожиданно для Волкера и Селесты разделился на два.

Биться с одним монстром было довольно трудно, а разделение на две части не добавило удобства людям. Делать было нечего и пришлось егерям ускоряться, хотя они и так были на пределе своих возможностей. Выходит есть хищники с которыми даже егерям трудно тягаться, эта здравая мысль не добавляла оптимизма Волкеру.

— Рубите щупальце что соединяет их вместе! — услышал он крик Перси.

Хронист показался из-за поворота, рядом с ним шла Айлин. Перси своим криком привлек внимание не только Волкера и Селесты, но и сгустки щупалец не оставили его возглас без внимания. Забыв про егерей которых обещал убить хищник с двумя телами бросился навстречу хронисту. Щупальца потянулись к Перси и Айлин, но в этот момент Селеста перерубила соединяющий тела монстров жгут и хищник распался. Чудовище превратилось в склизкий комок не представляющий более опасности. Волкер смахнул со лба пот и взглянул на Селесту, она продолжала следить за распавшимся комком готовая в любой момент продолжить атаку если какое-либо щупальце решит пошевелиться.

— Оно больше не поднимется, — заверил Перси.

— С чего ты так уверен? — недоверчиво поинтересовалась Селеста.

— Вы поразили жизненное щупальце змеевика. Теперь он не сможет собраться, а без этого остальные щупальца погибнут в считанные мгновения, как в прочем и произошло.

— А это чудо склизкое страдает одиночеством или нам стоит ожидать его милых друзей? — задалась вопросом Селеста.

— Нет, они одиночки, раз в год им нужно поглощать полностью кого-нибудь из людей, чтобы принимать их форму. Скорее всего, в его охотничьи угодья входила не только эта деревня, но и еще штук пять по близости. Ну, а в остальное время он просто сосет кровь, в течении года им этого питания вполне достаточно.

— Выходит мы избавили целую округу от страха, и волноваться теперь им не о чем, чего нельзя сказать о нас, — заметил Волкер. — Кресс как пиявка, пока вдоволь не напьется не отстанет.

— Деревня в безопасности, нам нужны лошади, — повернулась Селеста к Айлин.

— Я отведу вас к остальным, думаю староста будет не против поделиться с вами конями.

Как и предполагала Айлин, староста, узнав что с монстром третировавшим деревню, покончено, с радостью расстался с тройкой лошадей. Хотя по правде сказать он давал их лишь в займы, потому как в порту у него жил кум у которого он и просил оставить коней. На корабль-то они лошадей все равно брать не собирались, а кум должен был им помочь с тем чтобы попасть на корабль идущий в земли хортов. Вот только Волкер боялся что они уже проходили подобным маршрутом, и им опять приходиться повторять его, и нет никакой гарантии что им вновь и вновь не придется повторять его пока кто-нибудь из них или они все, не погибнут.

Никто из них не питал иллюзий насчет Кресса. Он будет продолжать пока не остановит их сердца. Несмотря на все его заявления о мировом господстве про них он не забудет, а им уже дважды удавалось избегать смерти и ускользать из его рук. И что-то подсказывало Волкеру, что в следующую встречу Кресс не будет переживать за свою одежду и постарается собственноручно отправить их к праотцам.

Путешествие на лошадях до порта у Волкера надолго отпечатался в мозгу. Не смотря на мази Перси, ожег не давал о себе забыть и каждый раз когда Волкер касался седла он напоминал о своем существовании. Сжав зубы егерь терпел боль и мучения его прекратились только когда они подъехали к воротам города. Староста не обманул, его родственник принял лошадей и помог им по одному пройти в порт.

Во всех городах есть местные жители, что знают короткие пути неконтролируемые властями. Поэтому егери беспрепятственно погрузились на отплывающий корабль. Капитан услышав какую сумму ему предлагают пассажиры, немедленно отдал команду готовиться к отплытию. Волкер не сомневался что у хортов проблем с деньгами не возникнет, но его беспокоила одна мысль с которой он собирался поделиться с Селестой и Перси. И пока она вместе с хронистом осматривала каюты выделенные им, Волкер сходил к капитану судна и позаимствовал бутылочку хорошего вина.

— Что-то я раньше не замечала в тебе особую тягу к горячительным напиткам, — удивилась Селеста.

— Да у меня и сейчас особой тяги не проснулось, но у меня есть повод и без этого не обойтись, — поставил он на стол бутылку и три кружки.

— А на разговоры тебя потянуло наверное после того, как ты приложился к бутылке, — предположила она намекая на открытый сосуд.

— Мне надо было убедиться в том, что капитан мне дал приличное вино, а не ту дрянь что пьют его матросы, — оправдался Волкер за открытую бутылку.

Разлив вино по кружкам он дождался пока его оценят Селеста с хронистом.

— Ну, что я могу тебе сказать, — решилась она поведать о своих ощущениях. — Дегустатор из тебя никакой, я удивляюсь как ты “это”, мог назвать вином. Думаю им можно с большим успехом морить клопов.

— Вино здесь нипричем, — очень серьезно произнес Перси ставя кружку на стол.

Сразу после его слов Селеста и он упали на пол.

— У меня не было другого выхода, — тихо произнес Волкер ставя на стол свою кружку из которой он так и не отведал вина.

Уложив их на постель, Волкер встретился со злобным взглядом Селесты, в глазах хрониста читались горечь и печаль. У егеря сжалось сердце, но он должен был сделать то, что задумал. Несмотря на то, что о нем подумает любимая женщина и человек который без преувеличения стал для Волкера отцом.

— Мы слишком долго путешествовали вместе с Перси и я невольно узнал о снадобьях хрониста немного больше, чем мне было положено, — опустив голову произнес Волкер, стоя напротив кровати где лежали Селеста с хронистом. — Я разбавил вино зельем, оно парализовало вас, но оставило в сознании. Перси боюсь уже догадался почему я так поступил, а перед тобой мне придется объясниться. Вы отправляетесь в земли хортов, я остаюсь. Кресс от нас не отстанет и я не хочу чтобы вы пострадали. Через пять часов оцепенение пройдет, но к этому времени вы уже будете далеко от берега. Не поступи я так, вы бы отправились со мной, а я этого не хочу. В тот момент когда я получил силу дракона, моя жизнь изменилась, хотя до этого момента я этого не осознавал. Мое предназначение остановить Кресса, но я так же понимаю и то, что его место займет другой с неменьшими амбициями. Да чего уж лукавить, в случае и моей гибели силу дракона получит следующий человек, более достойный. Это бесконечная игра, а я лишь фигура на доске мира, но пока я на доске, я постараюсь отыграть немного пространства для нас. Перси присматривай за ней пока меня не будет, я попробую не задерживаться, встретимся в землях хортов.

Волкер поцеловал Селесту в лоб и аккуратно вытер льющиеся из ее глаз слезы, но это мало помогло, горячие ручейки быстро проложили новые маршруты на щеках Селесты. Она не видела как он ушел, лишь слышала звук закрывающейся двери. Проклятые слезы лишили ее зрения, а парализованные зельем голосовые связки не позволили кричать. Боль рвалась из груди наружу, но была лишь тишина и вздутые на шее вены.

Волкер стоял на причале и смотрел как корабль отчаливает, капитан сдержал слово и ждал с отплытием до тех пор пока он не сойдет на берег. Когда егерь повернулся к судну спиной до него долетел крик боли. Волкер замер, но не стал оборачиваться.

— Прости, — прошептали его губы, прежде чем он двинулся навстречу судьбе.

Покинув город, Волкер некоторое время двигался вместе с разношерстной толпой торговцев, растекающихся со своими товарами по всей стране. Затем он свернул с основного тракта на менее загруженную дорогу по которой должны были следовать Кресс со товарищи. Поднявшись на склон у дороги, Волкер принялся ждать, это не заняло у него много времени и вскоре он увидел облако пыли поднятое конным отрядом. Когда они достаточно приблизились Волкер свистнул привлекая к себе внимание. Резко потянув на себя поводья всадники заставили коней резко остановиться присев на задние ноги.

Теперь спешить им было некуда и всадники спешившись направились к Волкеру стоявшему на вершине холма.

— Ну наконец-то, а то я уже начал думать что мне так и придется за тобой бегать по всей земле, — произнес Кресс, поднявшись на вершину.

— Извини что я один, но вас всего семеро и я подумал что это не так уж и много, — заметил Волкер.

— А ты весьма самоуверенный, хотя думаю это не совсем правильная оценка. Ты слишком глупый человек чтобы понять что это последние мгновения твоей жизни.

— Ты прав апостол, я действительно глупый, мне следовало встретится с тобой гораздо раньше и не бегать подвергая опасности дорогих мне людей, — ответил Волкер теряя равновесие и опускаясь на одно колено.

— Дурак, ты решился сразиться со мной а сам на ногах-то стоять не можешь, — усмехнулся Кресс.

— Да… я наверное… выгляжу забавно…, — сплюнул егерь выступившую на губах кровь. — Пробудить силу я могу лишь в одном случае, когда я умираю, — в свою очередь усмехнулся Волкер и раздвинув рукой полу плаща выдернул из тела окровавленный клинок, кровь хлынула из раны и егерь потерял сознание.

— Н-е-е-т! — крикнул Кресс и стоящий рядом Даймон сорвался с места на ходу трансформируя свое тело в ящера.

Даймон прекрасно понимал что у него очень мало времени и он должен как можно раньше отделить голову егеря от тела. Подскочив к лежащему при смерти человеку, Даймон нанес удар когтями в горло, но в самый последний момент его лапа попала в тиски. Волкер очнулся и смотрел на Даймона горящим взором. Через мгновение земля ушла из-под ног инквизитора и он почувствовал холодные руки егеря на своей голове. Мучавшая тело боль ушла и он превратившись обратно в человека потерял сознание.

Завершить задуманное Волкеру не дали еще пятеро ящеров набросившихся на него. Первый же из них получил ломающий кости удар в грудь и сбив с ног находящегося позади товарища отлетел вместе с ним к ногам Кресса. Апостол решил все взять в свои руки и выпустил молнию в Волкера.

Егерь не знал как его тело отреагирует на подобный выпад, но проверять это на себе у него желания не возникло. Отразив удар ящера напавшего на него сзади, Волкер перебросил его через себя поставив союзника Кресса на пути летящей молнии. Она без труда воспламенило чешуйчатое тело и пока оно не осыпалось пеплом Волкер бросил горящий снаряд в Кресса. Апостол не ожидал подобного поворота и едва успел уклониться от горящего трупа. Но этим дело не закончилось и ему пришлось еще несколько раз отбиваться от брошенных в него тел.

Использовать молнии апостол не решался, противника он не видел а поджигать летящие в тебя тела только усложнять себе задачу. Лучше всего подождать когда у егеря закончатся живые снаряды и тогда он его поджарит и больше не будет отвлекаться на подобные неприятные мелочи. Печать у него с собой, а это значит когда он повергнет егеря, то больше никто не получит силу Серебряного крыла, он проследит за этим. Ну а если вдруг это и произойдет, то, скорее всего, будет уже поздно и ничего изменить будет нельзя.

Как и предполагал апостол, убив последнего ящера егерь запустил им в него. Кресс поймав на лету последний труп, отбросил его в сторону, но превратить в факел егеря ему не удалось. Волкера нигде не было видно. Резко развернувшись апостол встретился с обладателем силы дракона и получив от него кулаком в челюсть, пропахал спиной приличной глубины борозду. Приложившись по физиономии Кресса Волкер понимал что разрывать с ним дистанцию не стоит. Молнии в руках апостолов страшная сила и позволять Крессу их использовать он не собирался. Кресс это тоже понимал и они схлестнулись в рукопашной.

Когти апостола безвозвратно испортили одежду егеря, превратив ее в хаотичный набор болтающихся лоскутов. Волкер тоже не остался в стороне и с завидным постоянством лишал Кресса зубов. Мощные когти срезающие молодые деревца, страшное оружие, но их недостаток в том, что их нельзя отпустить как ножи застрявшие в сочленении доспеха. Апостол попался на уловку егеря и вогнал когти в ствол векового дуба. Волкер только этого и ждал, перехватив вторую руку апостола он сломал ему локоть, а когда она повисла плетью вдоль тела, достал нож и освободил Кресса от бремени жизни.

Эпилог.

Волкер стоял на палубе корабля нагоняющего судно с Селестой и Перси. В руке он держал печать Серебряного крыла и о чем-то глубоко размышлял. Наконец он принял решение и что есть силы бросил статуэтку в глубокие воды океана. Теперь никто не сможет получить силу дракона и мир сможет избавиться от порождений брата Серебряного крыла. Возможно этот мир она отвоюет и он станет первой ласточкой в череде миров поглощенных монстрами, где будут доминировать люди.

Год спустя.

— Хозяин, смотри какую мы поймали рыбищу, это явный знак хорошего улова, — произнес рыбак, вытаскивая на палубу трофей.

— Согласен, боги к нам видимо благосклонны. Выпотроши ее и отведаем первый в этом году улов.

Рыбак довольный пойманным трофеем принялся выполнять распоряжение хозяина и выпустил внутренности рыбы вместе с которыми на палубу выпала красивая статуэтка в виде серебряного дракона сидящего на черном мраморе.

© Copyright Орлов Дмитрий Павлович (Dmitry.P.Orlov@gmail.com)

Взято из Самиздата, http://samlib.ru/o/orlow_d_p/12.shtml

Content

Неизвестно index