Атамашкин Валерий

Магистраль смерти

Глава 1

- Хм… я, если честно, ожидал большего, – Палыч перекинул руку через сиденье и уперся животом в потрепанную, а местами и вовсе затертую до дыр с торчащими из них кусками поролона обивку водительского кресла и осмотрел тонкую заасфальтированную полосу на земле, служащую выездом из автостоянки. Убедившись, что выезд пуст, он включил поворотник и, плавно выжав сцепление, вдавил в пол педаль газа. УАЗик дернулся, выстрелил из выхлопной трубы дымными клубами и выехал на дорогу. Позади осталась полоса пыли вперемешку с мелкой щебенкой, выплюнутой из-под колес.

Палыч выровнял руль:

- Я не буду с тобой спорить, заработок, может, и никудышный, но постоянный. Выплачивается премия. А там что? – спросил он.

Сергей промолчал.

УАЗ, поравнявшись с параллелью дороги, плавно набирал ход. Майор поерзал на сиденье и включил фары, свет которых тут же разрезал тонкой блеклой полосой освещения дорожную гладь.

- Вот и я про то же – продолжил Палыч. – Там ничего. Или я не прав?

Молодой лейтенант пожал плечами. На лице Сергея легко читалось негодование.

- Прав, не прав! – скривился он – А что ты предлагаешь? Умыть руки?

- Тебе решать, – майоп бросил на напарника взгляд – Или ты хочешь услышать мое мнение? Если нет, я промолчу.

- Не думаю, что услышу хоть что-то новое, – буркнул Сергей – Но скажи.

- Скажу, скажу, – Палыч вздохнул – Хотя по мне, так все и без этого предельно ясно. Я считаю, что овчинка выделки не стоит. Лучше, чем ты будешь прыгать с места на место, как ужаленный, займись делом: дослужись до очередной звездочки… Хотя, знаешь, Сережа, это мое личное мнение, и я не собираюсь его тебе навязывать.

Он сделал паузу. Впереди автомобиль поджидал перекресток, и майор, бросив взгляд на указатель, один из знаков которого повествовал о выезде из-за городской черты, повернул руль налево, оставив позади выцветшую надпись «Ростов-на-Дону - 75». Чуть ниже белыми буквами было выведено: «Удачного пути». Что ж, пожелание вполне достойное.

«Спасибо» - подумал майор.

- Думаешь, мало таких молодцов, как ты? – продолжил Палыч – Только вот что я тебе скажу: свято место пусто не бывает.

- Но я же не буду уходить из органов! – возразил Сергей – Я не дурак и не хочу им становиться. Речь идет только о совмещении.

Сергей пожал плечами:

- Время сходится, не будет никаких заминок, а я смогу заработать, – заверил он.

Возникла пауза.

На дороге, в радиусе, что мог охватить блеклый свет фар, не было видно ни одной машины. Дорога была пуста, и Палыч, не задумываясь, давил на педаль газа. Стрелка на шкале спидометра уверено подобралась к отметке 80 км/ч и продолжала ползти вверх. Духота, пронизывающая, казалось бы, свежий летний воздух, заставила раскрыть нараспашку боковые стекла как на правой, так и на левой двери, и в салон врывался прохладный ветерок свежести, охлаждая напарников после напряженного рабочего дня.

Ветерок, со свистом проникая в салон, играл с густыми каштановыми волосами Сергея и облизывал лысую голову Палыча, которая, впрочем, была лысой лишь наполовину: майор самолично сбривал волосы на затылке и за ушами, чтобы не выглядеть (как он представлял себе сам) глупо. Несмотря на поздний час – электронное табло в салоне показывало начало одиннадцатого – минувший день, запомнившийся отметкой на термометре в 40 градусов, давал о себе знать. Магистраль, за день выжженная солнечными лучами, остывала, напоминая собой некий гигантский противень, и, казалось, еще чуть-чуть – и из неровных трещин на асфальте заструятся тонкие, чуть заметные глазу полоски пара. А, возможно, целые клубы, как из какой-нибудь катакомбы посреди зимнего дня. Портила настроение и выволочка, устроенная диспетчером по полудню в купе с задержанием, точнее, незадержанием опытного медвежатника ближе к вечеру. А виноват в этом был только Сергей. Ведь именно его угораздило ляпнуть на ментовской волне о готовящейся операции, что и дало возможность преступнику не появиться на вечернем «деле». А сколько времени потратили опера, чтобы выманить этого живчика!

Если говорить прямо, то такого за Сергеем раньше не замечалось. Но тут такое дело…

А буквально пару часов назад они взяли эту машину у ППСников в отделении, чтобы добраться сюда. Благо в парке нашелся свободный автомобиль. Уже давно закончилась их смена…

Палыч смахнул жирную каплю пота, назойливо пытающуюся разрезать ровно пополам покрытый морщинами лоб и посмотрел на Сергея.

- Сколько тебе там обещают? – спросил он.

- Десять. Работа через сутки, – ответил Сергей – Ты не забывай, что у меня семья: девочке год, растет сынишка… - он вздохнул – Я боюсь, что если ситуация не изменится, семья может распасться.

Он потянулся к бардачку, нащупал там полупустую пачку «Pall Mall» и вытащил сигарету. Чиркнула зажигалка, он подкурил, и вверх поплыла тонкая струйка табачного дыма. Палыч понимал, что лейтенант хочет высказаться, и молча ждал. Пусть сам того не осознавая, но хочет. Невероятно сложно держать такое в себе.

Так и произошло: Сергей некоторое время молча смаковал сигарету, иногда сбрасывая нависший на кончике кропаль в окно, но затем, громко прокашлявшись, повернулся к Палычу.

- Я этого не выдержу, – выдавил он – Как ты не понимаешь, что казино это что-то сродни последней соломинки для утопающего. Пока она есть, за нее нужно хвататься, иначе потом ее просто может и не быть. А я этого не могу допустить, не могу потерять шанс для меня… и для Леры!

Палыч почувствовал, как нога напарника задрожала.

Сергей был совсем молод: только месяц назад, в мае, ему исполнилось 25 лет. Лере было 24. Молодая семья, двое детишек-карапузов. Будет глупо, если такая семья распадется, находясь только в самом начале своего пути. Деньги… А что деньги? Чего-чего, а их всегда не хватает.

- Ты, конечно, не обижайся, но за двумя зайцами погонишься… - Палыч сделал паузу – Я думаю, ты понимаешь о чем я: здесь смена, там смена, дорога до казино тоже не самая короткая. Да и на чем ты будешь сюда ездить? Не всегда же брать у ППС их УАЗ? И когда ты, мой милый, собираешься отдыхать? А когда семье будешь уделять время?

Сергей задумался и хотел было возразить, но все же промолчал.

- Видишь, Сережа, а как раз об этом и нужно думать в первую очередь. Если ты сдуешься, что тогда будет?

- Ты думаешь я сам этого не понимаю?

Палыч сделал глубокий вдох и бросил на напарника секундный взгляд.

- А ты думаешь, я далек от житейских бед? – спросил Палыч.

Пара ламп накаливания обдавали Сергея бледно-желтым светом и, возможно, поэтому из-за какого-нибудь стробоскопического эффекта лицо молодого лейтенанта казалось осунувшимся и нездоровым. Возможно так только казалось, но Палыч видел в нем некоторый отпечаток разочарования, даже обиды.

-  Я так не думаю, – наконец ответил Сергей, после некоторой паузы.

- Или ты думаешь, что в Союзе у всех на все хватало? Хер! Я тоже был молод, у меня были дети. Но знаешь, в чем разница между нами?

- Нет.

- Так я тебе скажу: мне в отличии от тебя никто не дал даже шанса!

- Ты это к чему?

- Да к тому, что ты сейчас ищешь вторую работу и как-никак, но кормишь свою семью, а я ушел воевать, оставив детей на шее Маши!..

Палыч осекся и замолчал.

«Может не стоило так резко?» - подумал майор.

Он достал из кармана форменных брюк носовой платок. Лоб майора покрылся испариной, и он тщательно вытер лицо.

- Куда ты торопишься? Через год подходит твоя очередь на квартиру. Президент обещает повысить зарплату почти вдвое. Ты же сам слышал, что расходы из бюджета увеличатся чуть ли не на триллион. Или это не так?

Сергей кивнул.

- Так.

Он вновь потянулся за сигаретой и, открыв полупустую пачку, взял сигарету себе и протянул открытую пачку Палычу.

- Благодарю. – сказал майор.

Сергей небрежно бросил пачку на переднюю панель, нащупал зажигалку и подкурил. Огонек, осветивший его лицо, еще раз доказал, что напарник чувствует себя отвратительно: под обычно выразительными, а ныне бледными голубыми глазами лейтенанта появились внушительные блекло-синие мешки. В глазах читалась грусть и даже некоторая отвлеченность, как будто сам господь Бог щелкнул какой-то выключатель, погасив в глазах Сергея обычный блеск и хорошее настроение. Сергей сделал несколько глубоких затяжек и заиграл фильтром «Pall Mall», расположившимся между средним и указательным пальцами.

- Я думаю, ты со мной согласишься, – сказал Сергей – Десять тысяч на дороге тоже не валяются.

Палыч задумался. Беседа получалась несколько обрывчатой… да и весь этот разговор, который, впрочем, он затеял сам, чертовски ему не нравился, если не сказать, что он был ему противен.

«Но он нужен Сергею,» – подумал майор.

И это было, действительно, так: пареньку было необходимо отвести душу, и Палыч, несмотря на свой обычный пессимизм, все же хотел поддержать напарника. Добрым словом, советом или хотя бы тем, что он его выслушает – по большому счету это было и неважно.

Сергей просто хотел высказаться, Палыч не хотел, но слушал, а весь груз проблемы, как и ответственности, ложился на плечи лейтенанта. Хотя, если бы это было возможно, Палыч, не задумываясь, перетянул одеяло на свою сторону, перехватив тяжелый груз.

«Но кто сказал что будет легко?» - подумал Палыч.

Тогда, когда он заводил ребятишек и строил собственную семью. Но это и неважно – нелегко сейчас, не будет и не было никогда. Ему, Палычу тоже было нелегко.

Майор вздохнул и отчего-то вспомнил кружку племянника. На полированной поверхности глины был нарисован толстый мышонок с двумя большими кусками сыра, ниже можно было прочитать надпись: «А кому сейчас легко?!» Работа  за городом, с этим же не шутят.

«Зато он не испугался этого дерьма,» - пронеслось в голове.

- А ты разве не можешь устроиться на подработку в другое место?

Сергей скривился и смачно сплюнул в открытое окно.

- Юра, ты меня, конечно, извини, но, при всем моем уважении к тебе, ты сейчас говоришь ерунду. Неужели ты думаешь, что мне в кайф мотаться в Таганрог и я бы не устроился куда-нибудь в Ростове, если бы была такая возможность?

Палыч промолчал. Разговор принимал несколько другой оттенок. Можно было поспорить с лейтенантом, обналичить факты. Хотя бы то, что в Таганроге немного другая милиция, немного другой семейный круг, где не нужны ростовские подкидыши. В первый же рабочий день Сергея о его второй работе будет знать Миронов – и тогда пиши пропало. Но зачем, для чего? Сергей все прекрасно понимал сам.

- Я бы с радостью устроился в какой-нибудь гипермаркет охранником. Но…

- Но что? – перебил Палыч – Москвичи меньше платят?

Сергей покачал головой.

- Не в этом дело.

- А в чем?

- Там есть свои заморочки – сказал Сергей.

- Например? – спросил Палыч.

Лейтенант устало закатил глаза.

- Например, там не нужны люди, которые ищут дополнительный заработок. Либо ты работаешь у них, либо от ворот поворот – и до свидания.

Палыч сдвинул брови. Наверное, если кого-нибудь попросили бы в этот момент высказать первую пришедшую на память ассоциацию с видом майора, то половина назвала бы Амбала – персонажа из мультика про человека-паука. Сходство было поразительным.

- А кого волнует, чем ты занимаешься в свободное от работы время? – спросил Палыч.

- Их и волнует – огрызнулся Сергей – Меня это точно не волнует.

- А, возможно, и Миронова, – добавил Палыч.

- Вот и его в первую очередь, – согласился Сергей.

В который уже раз в кабине автомобиля повисла тишина. Палыч, получив от напарника новую пищу для размышлений, задумался. Если все было именно так, как сказал Сергей, то здесь было над чем подумать. Педаль газа уперлась до самого предела в пол. Внутренняя сторона педали коснулась днища салона, однако машина, с трудом приблизившись к отметке 140 км/ч, застыла на этой цифре, не в силах взять барьер выше ни с первой, ни с второй попытки. Но и это было быстро, даже весьма: УАЗик, рассекая тусклым светом фар гладь ночной дороги, мчался вперед, оставляя за собой метры асфальта, местами треснувшего и лопнувшего. Потоки свежего ночного воздуха, врываясь в кабину автомобиля, заглядывали в самые потайные уголки салона, помогая остыть. А именно это и требовалось сейчас: остудить разгорячившееся головы напарников.

- Ну ладно, я согласен, с москвичами может не получиться. Ну и не беда, получится с кем-нибудь другим в другом месте. Принцип «не здесь, так там» еще никто не отменял. – сказал Палыч

- Возможно, – сказал Сергей.

- Скажем, продуктовый магазинчик?

Майор вспомнил, что вчера вечером по пути с работы он, решив разобраться с накопившейся за неделю макулатурой в почтовом ящике, обнаружил там целую кипу газет. Окидывая взглядом кучу бумаги, он наткнулся на несколько объявлений из цикла «Нужен работник».

- Я могу принести тебе прессу на этот счет: «Ва-банк», «Юг России» и прочее. Не знаю, по мне так тоже дело, те же деньги,  - сказал он.

Он оторвал взгляд от дороги и посмотрел на Сергея. Хотелось вырвать паренька из потока грустных мыслей, который, похоже, накрыл лейтенанта с головой. И к черту принцип «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

- Тут-то явно никого не будет интересовать твоя вторая работа, будь то дополнительна, будь основная – продолжил Палыч – И наш уважаемый Миронов будет спать спокойно. А?

Сергей промолчал, и Палыч вернул взгляд на дорогу. Примерно в километре от мчавшегося на предельных скоростях УАЗика  возникли ярко-желтые габариты огней автомобиля, и Палыч невнятно скользнул ногой по тормозам, чуть сбросив скорость.

- Разве можно сравнить тебя, молодого и сильного, с каким-нибудь трухлявым пенсионером, ушедшим в запас в 80-х,  - сказал Палыч, – Господи, Сереженька, да тебя там оторвут с руками, солнце ты мое. Разве я не прав?

- Прав, – согласился Сергей.

Палыч довольно хмыкнул и улыбнулся, обнажив ровный ряд зубов, половина из которых были вставными – некоторые премудрости отнюдь не легкой службы во внутренних органах.

- Так что, не рано ли еще бросаться в Дон с Ворошиловского моста с мешком цемента на шее?

- А никто и не собирается пока бросаться! – буркнул Сергей.

Он вздохнул. Палыч задумывал последние сказанные им слова как шутку, но получилось так, что лейтенант воспринял сказанное всерьез.

- Знаешь, Палыч, что… - он, не закончив свою мысль, замолчал, уткнулся лицом в ладони и принялся яростно массировать глаза. На секунду Палычу показалось, что лейтенант готов сорваться. Плюнуть на все, закричать, переступить через своеобразную невидимую черту, отделяющую здравомыслие от грани срыва. Но, к счастью, майор ошибся: Сергей еще несколько секунд просидев в такой позе, затем все же выпрямился.

- Знаешь, что Лера сказала мне вчера? – спросил он.

- Нет, - майор покачал головой.

- Она сказала, что так больше не может продолжаться. Либо я приношу деньги в дом, либо мы расходимся в разные стороны. Одно из двух.

Сергей пожал плечами и сдавленно улыбнулся. Даже не улыбнулся, а выдавил улыбку из себя.

- Ультиматум, – на его лице вновь отразилось некое подобие улыбки – на этот раз еще более вымученной и не смелой. – А ты говоришь, что я тороплюсь с казино, – мрачно заключил он.

Глаза Палыча искали глаза Сергея, однако лейтенант отвел свой взгляд. Он поерзал на сиденье и смотрел на дорогу. Да, несколько неожиданный поворот. Майор отметил, что расстояние между УАЗиком и едущим впереди автомобилем сокращается и решил сбросить скорость до сотни. Нога, обутая в туфли, скользнула по педали тормоза чуть заметным движением, но этого хватило, и стрелка на спидометре медленно поползла вниз. Теперь между двумя автомобилями было от силы метров пятьсот, если не меньше. Света фар бобика не хватало для того, чтобы осветить автомобиль, и едущая впереди машина казалась несколько размытой, как будто погрязнув в ночной мгле.

Палыч бросил на напарника мимолетный взгляд.

- Шесть тысяч рублей на дороге не валяются, – сказал он.

- Не спорю, – согласился Сергей – Только вот хватит ли этих денег?

- Если хватало десяти тысяч, пускай и с натягом, то в купе этого заработка должно хватить вполне. Тем более, Лера, как мне кажется, тоже ищет себе работу. Ведь дети пойдут в детский сад?

Палыч поймал взгляд Сергея в зеркале заднего обзора.

- Не знаю, – Сергей отвел взгляд.

- А кто знает?

Лейтенант промолчал. Палычу на секунду показалось, что лицо Сергея залила краска смущения.

«Дурит тебя твоя Лера, Сережа, - подумал Палыч. – Да и куда она уйдет с двумя детьми? Не иначе, как нашла кого-нибудь на стороне».

Палыч нажала на педаль тормоза и сбросил скорость до 80 км/ч.

УЛЬТИМАТУМ! Легко говорить «хочу и БАСТА», мило расположив свои булки на диване.

«Впрочем, не мое это дело раскрывать глаза пареньку».

Краем глаза, майор заметил, как Сергей, вцепившись пятерней в брюки, нервно пощипывал себя за ляжку. Вдоволь помяв штанину, лейтенант повернулся к Палычу.

- Как ты думаешь, Лера уйдет от меня? – спросил он.

Вопрос был задан ясно и четко, но все же Палыч заметил в голосе Сергея некие нервные нотки – голос дрожал. Нога лейтенанта предательски тряслась.

«Нервничает. Не знаю, правильно ли будет это, но я скажу пареньку то, что он хочет от меня услышать».

- Я думаю, если ты найдешь вторую работу, все будет хорошо – сказал Палыч.

Майор по-отечески потрепал напарника по плечу.

- Завтра я заскочу к тебе и принесу те самые объявления, – Палыч улыбнулся – А послезавтра ты уже будешь работать.

Сергей прикусил губу. Его правая рука скользнула по левой и нащупала обручальное кольцо, которое он носил не снимая. Рот расплылся в улыбке.

- Ты думаешь, получится? – спросил он.

- Я уверен.

***

- Вот карта. Вот этот поворот...

- У меня есть точно такая же карта, - перебил диспетчера Александр – Но поворота не было и в помине.

Возникла неловкая пауза.

Саша в который раз проводил взглядом рисованную на карте дорогу и остановился на повороте. Оттуда 500 км по скоростному и прямой выезд к границе с Украиной. Еще пару часов в пути – и тягач добрался бы до пункта.

- Да не может такого быть, – Саша протер ладонями покрасневшие глаза. Страшно хотелось спать.

- Давай не будем спорить, а ты повернешь назад и посмотришь еще раз, – послышался голос диспетчера.

- Давай, но я уже сделал это. И как ты понял, от перемены мест слагаемых сумма не меняется.

Александр посмотрел на трассу. Все так: ночь и ни одной машины. Только тонкая полоса асфальта, даже без разделительных линий, напрямую уходящая вдаль, и никакого поворота, как и указателя, здесь не было.

- Ты уверен?

- Конечно. Давай не будем спорить, а ты...

- Ерунда. Передо мной лежит карта 2008 года, – перебил его диспетчер – И на ней четко и ясно указан поворот!

- А передо мной карта 2009 года, – заметил Саша, – и на ней, как ты понял, нарисован тот же самый поворот. Но его-то нет на самом деле.

Было слышно, как на другом конце линии диспетчер расхохотался.

- Что ты, вот это, занимаешься какой-то хиромантией, или тебе там скучно одному на трассе? Так я дам тебе совет. Хочешь?

- Ну попробуй.

- Остановись у обочины и достань из штанов своего малыша... – диспетчер, не договорив, расхохотался.

Александр не обратил на шутку товарища внимания.

- Ладно. Все это пустые разговоры. Подумай лучше, как можно выехать в объездную. График хромает, а я по прежнему застрял в Ростовской области. Смотри на карту, – Саша остановил палец на карте в той точке, где сейчас предположительно должен был находиться грузовик – Если добить эту дорогу, то можно выехать на федеральное... Хотя... сколько на это уйдет времени?

В ответ из рации послушался шум и треск.

- Гриша?

Динамик оглушил Александра писком ВЧ и связь прервалась.

- Ну просто замечательно!

Саша выключил телефон и попытался связаться с диспетчером вновь, но приема не было. Он вздохнул.

- Только этого нам и не хватало.

Некоторое время он внимательно рассматривал лежащую на коленях карту, а затем, не отрывая от карты палец, проследил объездной путь и завел мотор. Из огромных выхлопных труб «Man»а вырвались черно-серые клубы дыма, и грузовик, взревев, как слон, тронулся. Восемь огромных колес, взметнув пыль дороги, сцепились с асфальтом, и мотор принялся набирать обороты. Саша плавно поддал газку.

Впереди предстояла трудная ночь. Груз – полный прицеп соли – необходимо было доставить в Львов к девяти утра следующего дня. Или сегодняшнего. Саша посмотрел на часы: они показывали начало первого. Он вздохнул. И возможно все получилось бы именно так, если не одно «но». Все это было бы возможным, если около получаса назад на месте оказался бы тот самый поворот, который был обозначен на карте. А это условие не было выполнено, значит, и все остальное тоже. Поворот оказался лишь муляжом, а до Львова оставалась та же тысяча километров, которая, правда, могла превратиться в заманчивую цифру «шестьсот» и обернуться вовремя доставленным грузом. НО...

- Не получилось, - прошептал он.

По обе стороны дороги от мчащегося по трассе тягача мелькали бесчисленные поля, засеянные пшеном и кукурузой. Ни одной заправки, ни городка, ни, на худой конец, задрыпанной забегаловки у обочины дороги. Саша вздохнул и зажмурил на мгновение готовые вот-вот сомкнуться глаза. Дорога расстилалась вдаль и вперед, поэтому можно было немного расслабиться и прийти в себя. Например, глотнуть из термоса теплого кофейку. Отпустив руль, Саша взял с соседнего сиденья термос и, открыв его, налил кофе в кружку, стоявшую на передней панели салона. Запах сваренных кофейных зерен приятно защекотал нос. Сделав несколько глотков, Саша поставил кружку на место. Так лучше. Крепкий кофе приятно взбудоражил дух, и Александр, наполнившись энергией, крепко обхватил руль руками.

- Эх, не надо было и вовсе соглашаться на это дело.

Чертовски сложная неделя. Чертовски сложный заказ. Саша мысленно освежил в памяти события минувших дней. Болезнь напарника... Затем эта пробка под Ростовом. Все перемешалось в одну кучу. Проблема за проблемой, и вот он пик: он оказался один одинешенек среди необъятного края полей с посевами, полным кузовом соли и к тому же НОЧЬЮ. Еще бы куда ни шло, можно было закрыть все это на издержки профессии, но тут исчезла связь. Это уже было чересчур: ведь диспетчер в этом деле не больше и не меньше чем правая рука.

ПОЧЕМУ?

Потому что график летит ко всем чертям, потому что даже не знаешь, куда ехать и где ты вообще находишься. Карта? К черту.

«Я бы с радость отрезал уши этому гению ландшафта за такую достоверную информацию. А что, если бы на моем месте оказался бы иностранец? Ума не приложу,» - подумал Саша.

А эта пробка в три часа дня? Александр скривился и с отвращением выплюнул в окно замусленную жвачку. Если бы не пробка и не два водителя дебила, создавшие ее глупейшей аварией, трасса была бы пуста и тогда до Львова можно было бы добраться ближе к вечеру. Выспаться и ехать обратно в Ростов, а уже там Юдин отмусолил бы на карман несколько тысяч рублей и поздравил с хорошо выполненной работой.

А тут такое дело... Как бы самому вдруг не пришлось платить неустойку – и тогда прощай Лазаревка и побережье Черного моря. Александр зевнул и двумя большими глотками осушил полупустую кружку с кофе, который из просто теплого превратился в самые настоящие помои..

К тому же еще этот кризис. Какого черта происходит там с этой экономикой? Охренеть можно.

Он посмотрел на телефон, небрежно брошенный им в бардачок. На светящемся дисплее по прежнему можно было разглядеть надпись «СЕТЬ НЕ НАЙДЕНА». Видимо сигнал затерялся где-то среди полей и лесов, которых тут было предостаточно. Конечно, классно: антенна не может уловить сигнал. И не мешало бы заправиться: Александр заметил как стрелка прибора, отвечающая за количество бензина в баке медленно, но верно близилась к нулевой отметке. Бак на ; был пуст. «Empty», черт возьми.

«Чем ты думал раньше, Саша», - пронеслось в голове.

- Вот в том то и дело, что ничем, – прошептал он.

А о чем можно было думать, проводя в дороге, да еще и за рулем, почти двадцать часов, при этом ни на секунду не смыкая глаз? По крайней мере, явно не об этом, ведь еще два часа назад заправки встречались чуть ли не каждые пятьсот метров. Двадцать часов, а сколько еще предстояло провести в дороге, если попытаться не сорвать план уже совсем вдрызг... или что, хрен с ним с этим планом? Остановиться на обочине, вылезти из кабины грузовика, не спеша,  вразвалочку и ...

«А вокруг поле, приятель. Или ты собираешься провести ночь на сырой земле? А может, вместо этого совьешь себе гнездо в кабине и наутро встанешь скрюченным в три погибели, с больной поясницей а-ля горбун Нотр-Дам де Пари?».

Нет уж, увольте, это сомнительное удовольствие. Во-первых, за задержку времени пришлось бы все равно заплатить. И немало. Юдин вычтет так, что любая пилюля после этого покажется сладкой. Сорвать перевозку на опережение означало упустить тройную, а то и четверную прибыль. Зная Юдина, можно было смело предположить, что он скорее повесится или же решит, что во всем виноват водитель, отвечавший за рейд и за груз в том числе. А что в ответ? Извините, но у меня были на это веские основания?

Саша со злостью ударил руками по рулю.

- Потому что... да потому что я в свои двадцать четыре полный неудачник!

Он уселся поудобней и невольно поймал себя на том, что смотрит на бардачок. Он резко вернул свой взгляд на дорогу.

«Ну уж нет, мне и без этого хватает неприятностей, - прошептал он. – Без этого».

Во-вторых, это было бы просто глупо с его стороны.

«Я же забросил это дело. Ведь правда? Надеюсь, что так».

Саша улыбнулся.

А во всем виновата эта чертова пробка.

«Может, все же стоило постоять в заторе час – другой. Приехали бы менты. Все рассосалось, и ты бы ехал дальше без проблем...»

«А может не будем ворошить прошлое, ОК?»

«ОК! А как тогда?»

«Не знаю, но я думаю, что все же доберусь до Львова за эту ночь. Все будет хорошо, даже отлично. Я сдам товар и рвану в Лазаревку. А уж оттуда, устроившись поудобней на теплом песочке на берегу, буду вспоминать это все как мелкое недоразумение, которых в жизни каждого хоть отбавляй. Ну а сейчас стоит попробовать пережить все это как большой, мерзкий, кошмарный сон... ТАМ будут девочки, море и все, все, все и даже больше»

«Пусть так, но сейчас ты здесь и будь добр исправно исполнять свои обязанности. Крути баранку, да знай жать на газ, пока стрелка прибора не зашкалит за обрамление!»

Саша растянул рот в довольной ухмылке и уставился на бардачок.

«Даже и не думай,» - пронеслось в голове.

Чтобы отвлечься, он что было сил вдавил в пол педаль газа и вгляделся в гладь дороги. Поля давно остались позади, и их сменила редкая лесополоса, тянущаяся вдоль дороги. Саше даже показалось, что между деревьями мелькнули, резко сворачивая на восток, ж/д пути. Видимо, дорога все же вела в правильном направлении. Это мысль немного успокоила Александра.

«Наверное, скоро будет граница...»

«А там пограничники... »

Саша впился зубами в губу и, видимо не рассчитав силу, с которой зубная кость коснулась губ, почувствовал привкус крови. Губа, словно бифштекс была искусана и усыпана мелкими ранками.

«Ты хочешь на море?»

«Да»

«Ты бросил эту хрень?»

«Да»

Он вновь посмотрел на бардачок.

«Будь уверен, они найдут это, - пронеслось в голове. – А если не найдут они, то найдут их собаки. Тут без вариантов: либо ты скидываешь это, либо прощаешься с мечтой о новой жизни. Неправда ли, дрянно?.. А вообще, если ты бросил, то зачем брал пакет с собой?»

Саша нервно зажевал губу.

- За стенкой! - по лбу скатилась жирная капля пота – Я выброшу эту дрянь!

Он открыл бардачок и, выхватив оттуда бумажный сверток, открыл боковое окно кабины. Рука метнулась в образовавшийся проем, готовая разжаться и выпустить сверток на пыльный асфальт, но остановилась в самый последний миг. Саша медленно вернул руку в кабину.

«Один раз не пидераст... Тем более, последний раз».

Дрожащие руки развернули сверток, сжатая в комок бумага полетела на дорогу. На передней панели лежала упаковка таблеток. Саша открыл термос и наполнил кружку кофем.

- Я обещаю, что этот раз – последний, – прошептал он.

Одну за одной Александр проглотил половину крупных капсул и запил их кофейным напитком.

***

Все таки насколько же она была красива! Ее губы, волосы, кожа, каждая частица, каждая ее молекула дышала прекрасным, напоминая божественную Венеру. Она была такой же, какой он увидел ее в 2005 году, а может быть, даже лучше… Игорь неохотно перевел взгляд на дорогу, лениво стелющуюся вдаль, и уверено воткнул четвертую передачу, воспользовавшись услугой коробки-автомата новенького «Hyundai Acient». Мотор взревел и прибавил обороты. Улыбнувшись, он скользнул глазами по зеркалу заднего обзора.

- Ну и куда же ты так гонишь? – Игорь почувствовал на своем колене теплую руку жены, он нежно накрыл своей ладонью ее руку.

- А ты не хочешь побыстрее оказаться дома? – он улыбнулся – Знаешь, у меня большие планы на эту ночь.

- Да неужели? – Инна игриво толкнула свободной рукой в плечо мужа – Можно с этого момента поподробней?

Игорь хмыкнул.

- Мамочка хочет поиграть в Шерлока Холмса? Ну что же, я готов – он плавно развернул руль налево и автомобиль нырнул в поворот. Сзади осталась старая, успевшая поржаветь табличка с надписью «Ростов-на-Дону» - Что же именно вам будет интересно узнать?

- Все. С самого начала и до самого конца.

Игорь выровнял руль и на секунду оторвав глаза от дороги, окинул жену взглядом.

- Сначала, естественно, мы покормим Ваську.

Инна засмеялась.

- Ну а затем… - он запнулся.

Две недели отпуска, проведенные в Дагомысе на берегу моря, пролетели как один день. Весьма повезло с погодой: ртуть на шкале термометра стабильно до отметки тридцати градусов днем, и вода в море до ходила до кондиции все четырнадцать дней их с Инной отпуска на лазурном берегу в самый разгар сезона. О том, что Игорь проведет отпуск в Дагомысе, он знал еще в январе, сразу после новогодних праздников, которые в этом году по инициативе президента вновь длились десять дней, как знал он и сроки этого мини-путешествия, что позволило им подготовится основательно. Что, впрочем, не исключало весьма предсказуемых треволнений со стороны супруги в день отъезда. Игорь вспомнил, как, когда он уже был готов вставить ключ в зажигание, провернуть его и пусть всего на две недели, но забыть все «прелести» повседневной жизни, Инна вспомнила, что забыла на столе свою косметичку. Игорь покосился на супругу и улыбнулся кончиками губ. Возвращаться домой, когда уже закрыл за собой дверь – плохая примета, но это был не тот случай. Да и как она могла стать плохой, когда в руки попадается такая птичка.

Целыми днями напролет они плескались в теплой морской воде, а вечером лежали в гамаках и мечтали о счастливой и пресыщенной радости жизни, надеясь, что бывает и так в Ростове… Ну а потом настал черед уезжать. Парень вздохнул.

- Ну, милый, я слушаю, – улыбнулась Инна.

Игорь подмигнул девушке.

- Тебе будет так хорошо, как не было никогда.

- Лучше, чем было в пятницу?

- Лучше, гораздо лучше. Как неба и земля, ведь пятница – это была только репетиция. Так что, я заслуживаю «зачет», моя очаровательная миссис Холмс?

- Ну, – протянула Инна, – на словах…

Молодые супруги в один голос расхохотались. Игорь смахнул выступившую от смеха слезу и откинул голову на сиденье.

- Тебе понравились эти две недели, которые мы провели вместе?

Инна кивнула.

- Мне понравилась каждая минута, каждый миг проведенный с тобой, – ответила она.

- Прям уж каждый?

- Каждый, каждый… - она сделала паузу, – я тебя люблю, дорогой.

Девушка потянулась к Игорю и чмокнула его в щеку, положив голову ему на плечо. Он нежно прикоснулся щекой к ее черным бархатным волосам.

- Я тебя тоже люблю.

Дорога, километр за километром, уносила серебряный «Hyundai» на север и, как заметил Игорь, чем ближе было расстояние до Ростова, тем лучше становилось качество дорожного покрытия. По крайней мере, сейчас на дороге уже не было тех довольно глубоких впадин в старом потрескавшимся со временем асфальте, которые были на трассе еще какой-то час назад. Тем лучше: не хотелось убивать автомобиль, купленный в прошлом декабре. Пусть даже он мог позволить купить себе новый, зарабатывая четыреста тысяч в год. Не много, но и грех жаловаться.

- Может, включим радио?

Игорь пожал плечами. Идея Инны была совсем даже ничего. Приятно было бы послушать, например, Эроса Рамазоти.

- Я не против. Динамит FM?

Инна пожала плечами.

- Мне все равно, главное, чтобы слушать было приятно.

- Я только подумал об Эросе Рамазоти.

- О! Дуэт с Шер, согласна, хорошая вещь.

- Или Мерлина Менсона, скажем, «Some of them»? – подмигнул Игорь.

Инна недовольно надула губы.

- Если ты включишь эту гадость, я в тот же миг выпрыгну из машины, знай!

Игорь хмыкнул.

- Ты же знаешь, что я шучу. Хотя, – протянул он – по-моему вещь очень даже ничего.

Он расхохотался и протянул руку к приемнику, но не включил радио.

- Нет, – он убрал руку, – включай лучше ты, а то вдруг попаду на старого доброго Мэнсона, и ты выпрыгнешь из машины.

- Старого доброго, – передразнила Игоря Инна. Она каким-то совершенно непостижимым образом нажала на кнопку на приемнике, при этом не задев маникюр, и из колонок, спрятанных за задним сиденьем донеслись первые звуки знакомой мелодии. Играла группа «Звери» на «Русском Радио», – что-то про блондинок и брюнеток.

- Хорошая песня.

- Кто бы спорил, – Игорь потянулся к небрежно брошенной на панели пачке «Kent»а восьмерки и вытащил из нее сигарету.

- А тебе нравится этот парень? – спросил он.

- Кто, Рома Зверь?

- Наверное. Я имею ввиду солиста, – Игорь подкурил и, чтобы не напускать дыма в салон опустил стекло боковой двери. – А уж Зверь или не Зверь…

Он затянулся:

- Знаю только, что парень – наш земляк.

- Ты прав, – согласилась Инна. – Рома из Таганрога.

- Ты мне скажи: нравится он тебе или нет?

Инна нежно погладила руку мужа.

- Мне нравишься только ты. Ты это хотел услышать?

Игорь довольно закивал.

- Так и только так.

Он перевел взгляд на панель электроники: стрелка, показывающая количество бензина в бензобаке, медленно, но верно приближалась к нулю. Выехав из Дагомыса, им удалось подзаправится только днем. Игорь залил тогда полный бак, но сейчас эти запасы кончались, а за последние три часа на их пути не попадалось еще ни одной заправки. Конечно, и того, что осталось, должно было хватить до Ростова. Но если на пути попадется заправка, можно будет и подзаправится – с прицелом на завтра, чтобы не создавать себе лишних проблем. На волнах радио «Звери» сменились новым хитом Димы Билана на английском языке. Игорь нащупал левой рукой валявшуюся под сиденьем бутылку минералки и, открутив крышку, сделал несколько глотков, почувствовав, как газировка приятно заурчала в желудке.

- Странно, что нам до сих пор не попадалось ни одной заправки на пути, – протянул он.

Инна закивала и зевнула.

- Странно, – она бросила взгляд на панель – А что, у нас кончается бензин?

Игорь покачал головой.

- Нет, до Ростова хватит. Просто я рассчитывал заправится с прицелом на завтрашний день. Ты не забыла, что мне завтра на работу?

- Я тебе не завидую. Мне выходить только в понедельник – протянула она – Разве ты не можешь заправится в Ростове?

Игорь пожал плечами.

- Могу. Мне в принципе все равно. В Ростове – так в Ростове. Просто мне нужно справить нужду.

Инна улыбнулась.

- И для этого тебе нужна заправка?

- Нет, заправка мне нужна в первую очередь для того, чтобы заправить машину, а уже затем для того, чтобы справить нужду по-маленькому.

Девушка игриво толкнула мужа в бок.

- И с каких это пор ты у меня стал таким правильным?

- При чем здесь это?

Инна вздохнула и, откинувшись на сиденье, принялась рассматривать свой маникюр.

- Да при том. Давай остановимся на обочине, мне тоже нужно пи-пи.

- Пи-пи?

- Пи-пи.

Супруги звонко расхохотались, и Игорь, на автомате включив поворотник сбросил скорость и свернул к обочине.

- А ты не боишься, что нас может встретить дорожный инспектор? Как они там говорят: «Инспектор такой-то…» - Игорь скорчил строгую гримасу на лице и, качая головой из стороны в сторону, изобразил речь гаишника. Инна, не в силах сдержать смех обхватила живот руками.

Машина взметнула целый слой пыли, который впору можно было назвать археологической культурой века так девятого, остановилась у обочины, и супруги вылезли из машины.

- Так что, дорогая, не боишься ДПС?

Инна лишь усмехнулась.

- Боюсь, но ты посмотри по сторонам, – она развернулась и полутрусцой двинулась за обочину. – Я первая.

- Кто бы спорил.

Игорь вздохнул и, опершись о кузов автомобиля, устало потянулся. Дорога, несмотря на довольно «спелый» внешний вид, сильно утомляла. Шутка ли – просидеть за рулем практически целый день и только сейчас остановиться. Игорь открыл дверцу «Hyundai» и достал из салона начатую пачку сигарет. Закурив, он скрестил руки на груди и осмотрелся по сторонам. Вот тебе, черт подери, необъятная Россия. На секунду он мысленно представил себе карту. При том, что Россия это уже не СССР. Он затянулся и медленно выпустил изо рта несколько дымных колечек. Вокруг, по обе стороны горизонта, в тех пределах, в которых позволяло видеть ему зрение в темноте, тянулась широким фронтом лесополоса. Вот так и думай: могучая, богатая страна, с великими традициями, с таким народом, а всегда что-то да не получалось. Он затянулся и отогнал от себя непонятно откуда появившиеся мысли. Правильно кто-то сказал однажды: «Правда глаза режет». Не сдержавшись, он ухмыльнулся, выкинул окурок на асфальт и сделал несколько круговых движений туловищем, почувствовав как внутри захрустели кости и начало печь в затекших мышцах. Из-за обочины неспешно возвращалась Инна.

- С облегчением.

Инна скорчила недовольную гримасу и передразнила мужа.

- Тебе желаю того же.

- Ну я уж постараюсь – Игорь перемахнул через обочину и, не желая углубляться куда-то вдаль, в гущу раскинувшейся зеленой лесополосы, среди растительности которой, к его большому удивлению, мелькали даже ивы, пройдя всего пару метров от дороги, остановился под массивным дубом и расстегнул ширинку.

И все же не каждому посчастливится встретить на своем пути такую женщину. А он встретил, и мало того, он еще и женился на ней. Закрыв глаза он облегченно «придушил одноглазую змею».

- Игорь, – послышался сзади голос супруги.

- Да, кися – он застегнул ширинку и обернулся, тут же почувствовав очередное подтверждение правила «Как ни труси, а последняя капля в трусы». – Что, не видишь, папочка занят?

- Игорь, у нас кажется сломался преемник, – сказала она.

Игорь беззвучно выругался и, поправив сползшие джинсы, вернулся к машине. Вот тебе и сущность женщин. Неужели из-за такой малой мелочи стоило отрывать его? Подойдя чуть ближе к автомобилю, он услышал неприятный писк доносящийся из радиоприемника.

- Видишь? – Инна указала на приемник – Ужасный звук, как гвоздем по стеклу.

- Не вижу, а слышу, – поправил Игорь.

- Может, все же выключим его? Этот звук действует мне на нервы.

Игорь покачал головой.

- Подожди, я попробую поправить антенну, неудивительно, что сигнала нет в такой глуши, – пробурчал он, – наверное, ближайший ретранслятор в Ростове.

- Что-что?

- Ретранслятор.

- Что это такое?

- Ну, – Игорь почесал макушку – скажем, так: эта такая штука, на которую поступает сигнал из Москвы и оттуда уже идет к нам на приемники. По крайней мере, я думаю, дело в этом, – добавил он.

Он подошел к антенне и, взявшись за нее, повернул сначала вбок, а затем выдвинул антенну чуть повыше.

- Инна, попробуй поймать волну.

Девушка кивнула и, упершись коленом в сиденье автомобиля, несколько раз нажала на маленькую кнопочку «Search» на магнитоле.

- Не получается, я выключаю.

- Давай.

Через секунду писк, противно режущий ухо, стих. Возникшую тишину нарушали лишь щелчки работающего поворотника, который Игорь почему-то забыл выключить. Ну вот, теперь они остались без музыки. Вообще. Магнитола сломалась на прошлой неделе еще в Дагомысе, а новую он планировал поставить только по возвращению в Ростов. Игорь вздохнул.

- Ладно, что стоять, поехали.

- Я не против, поехали.

Парень, открыв дверцу автомобиля для супруги, галантным жестом пригласил ее присесть.

- Ты джентельмен, спасибо.

- Это я то? – Игорь улыбнулся. – Ты просто не знаешь, откуда пошла такая манера пропускать везде девушку вперед.

- Ну и откуда?

Игорь залез в машину и, захлопнув за собой дверь, включил фары и завел мотор, не забыв при этом выключить работающий все это время поворотник.

- Наши предки, первобытные люди, я имею ввиду, конечно, мужиков – пояснил он, – пропускали своих дам вперед в любое неизведанное место, будь то пещера или еще чего. Понимаешь, о чем я?

- Не совсем. Может быть честь такая была?

- Высоко ты нас мужиков ценишь, – улыбнулся Игорь.

- А зачем же тогда?

- Да чтобы проверить, нет ли в той же пещере какого-нибудь медведя или тигра, который в случае чего и получил бы на обед прекрасную даму, – парень подмигнул супруге.

- Ты… ты… - Инна возмущенно пихнула мужа в бок.

Игорь расхохотался и, несмотря на то, что на трассе, кроме их «Hyundai», не было ни одного автомобиля, он скорее по привычке бросил взгляд в зеркало заднего вида, вывернул руль направо и дал газу. Получилось довольно эффектно. Шины взметнули вверх две полосы дорожной пыли. Он собирался поддать еще газку, но тут неожиданно для самого себя, как похоже и для Инны, девушка хлопнула Игоря по ноге.

- Тормози быстрее! Тормози!

Голос прозвучал громко и чуть не сорвался на визг. Игорю даже показалось, что он слышит в этих словах истерических нотки. Он вжал в пол педаль тормоза и шины «Hyundai», сцепившись с асфальтом, издали продолжительный визг. Скорость на спидометре резко упала вниз, сойдя с отметки 80 км/ч к нулю. Но было поздно: на лобовом стекле отпечаталась тушка какого-то зверька.

Глава 2

Неприятный для Палыча, как впрочем как и для самого Сергея, разговор закончился и – что было особенно приятно – на хорошей, мажорной, даже прекрасной ноте. Сергей постепенно приходил в себя, отдаляясь от скопища проблем, как губка или какой-нибудь тампон впитывая уверенность в будущем. Его лицо наконец приобрело столь обычный, привычный глазу и радующий Палыча вид: оно излучало спокойствие, искрилось им, а по маленьким ямочкам в самых уголках рта лейтенанта Палыч мог судить о том, что к Сергею вернулось хорошее настроение. А что еще было нужно человеку, переживающему острый семейный кризис в отношениях с собственной супругой?

Сейчас Сергей напоминал некого безумно довольного собой чебурашку, который расположившись у зеркала, проверял достоверность того факта, что у него не такие уж и большие уши, как может показаться на первый взгляд. Лейтенант откинул голову на мягкую обшивку сиденья, закрыл глаза и с наслаждением, тяга за тягой, смаковал сигарету, наполняя густым табачным дымом легкие. Время от времени он сжимал губы в трубочку, выпуская изо рта маленькие кольца никотинового дыма, которые тут же подхватывал ветер и уносил уже рассеянный дым из салона вон. Но это ничуть не смущало лейтенанта, видимо, не замечавшего, что его труд растрачивается вхолостую, и он как не в чем не бывало продолжал выпускать изо рта кольца табачного дыма: а-ля паровозик из диснеевского мультфильма или, на худой конец, барахливший автомобиль из гаража пенсионера. Однажды Палычу показалось на миг, что Сергей вот-вот начнет воссоздавать звуки мчавшегося паравоза: «Тууу-тууу». Рейс «Таганрог – Ростов».

Майор с трудом подавил готовый было сорваться с губ смешок, тут же заверив себя в том, что тут нет ничего смешного. Но, несмотря на хорошее настроение, Палыч чувствовал, как в сознание начинает подкрадываться головная боль, готовая в любой момент сжать разум мерзкими тисками. Правда, это можно было предугадать: ночная прогулка после смены и этот напряженный разговор по пути должны были дать знать о себе. Несмотря на обещание не обращать на головную боль внимание (или по крайней мере попытаться сделать это, а получится или нет это уже дело десятое), данное себе Палычем, сделать это все же не получалось: тиски медленно, но верно сжимались, а в аптечке как назло не осталось ни одной пачки аспирина.

Чтобы хоть немного отвлечься, майор на мгновение закрыл глаза, с наслаждением представив себе, как через какой-нибудь час он завалится на мягкий, местами прожженный старостью диван, включит телевизор, выбрав один из сорока каналов, так любезно предоставленных абонентам кабельного ТВ всего за 150 рублей в месяц, и откроет банку пива. Что же, неплохо, совсем неплохо. Он на секунду представил себе, как холодная алюминиевая банка плотно ляжет в вспотевшую ладонь. Звук открывающейся крышки и приятный вкус крепкого восьмиградусного пива во рту. Весьма неплохо, черт подери.

А где пиво, там и рыбка, такая, например, как речной лещ.

Рот майора расплылся в улыбке.

Единственным, впрочем, что отделяло его от такого неземного блаженства, была трасса и те километры, что разделяли два города, точнее расстояние, отсюда до его любимого дивана в углу комнаты. Он задумался, осталось ли еще в холодильнике пара бутылок «Дона» - «пятерочки», или же придется утруждать себя никому не нужным походом в магазин, но к своей радости вспомнил, что пиво в холодильнике все же есть. Палыч покупал его еще в пятницу, правда, никто не отменял того, что до него еще следует добраться. Через несколько секунд майор почувствовал, как предательски урчит в его животе – хотелось есть. Шел двенадцатый час ночи, а он по-прежнему не ужинал, если, конечно, не считать за ужин проглоченный впопыхах пирожок с капустой (причем несвежий) в дополнении к кофе со сливками. Эх, как бы неплохо сейчас вошла огромная пицца с ветчиной и грибами. Как домой. Но это потом, а сейчас майору оставалось пялиться на дорогу, где впереди плелся какой-то автомобиль, явно заблудившийся на просторах области.

Расстояние между патрульным бобиком и движущейся впереди машиной постоянно сокращалось и теперь бампер УАЗика отделяли от капота «десятки» (а это была именно ЛАДА 110, майор мог сказать это совершенно точно) метров семьдесят или восемьдесят асфальтированной дороги. И Палыч мог поручиться, что «десятка» постоянно сбрасывает скорость. Конечно, это было бы совсем неважно – эта «десятка» и ее похоже немного тронутый водитель, если бы дорога была самую малость шире. Однако, на трассе была только одна полоса, при этом очень и очень узкая, что напрочь лишало маневра, а водитель «десятки» будто на въезде у своего собственного дома расположился ровно посередине дороги, не оставив ни единого шанса для обгона. Хотя, касаемо самой трассы, то на ее знаках Палыч так и не обнаружил плаката, объясняющего такое поведение, если, конечно, такой плакат вообще был. Ни плаката, ни знака ограничения скорости, по крайней мере на тех столбах, что попадались по пути Палычу видно не было. Поэтому майор, которого целиком поглощали мысли о предстоящем ужине и холодном пиве, устав ждать, пока водитель «десятки» наконец вразумит здравому смыслу и повернет руль налево или направо, что впрочем было не столь важно (на дороге, кроме «десятки» и УАЗика напарников больше не было не одного автомобиля), чтобы пропустить бобик вперед, несколько раз нажал на клаксон.

Душный ночной воздух разрезал громкий сигнал «БИП», который сразу же отразился в сознании забытой было головной болью. Палыч мысленно выругался: теперь уже думал он об этом или нет, но голова начинала раскалываться, а «десятка» продолжала сбрасывать скорость. Сейчас на спидометре автомобиля было около 40, а, возможно, и 30 км/ч и, майор вновь нажал на педаль тормоза. УАЗик, ревя, плелся на хвосте «десятки».

Палыч повернулся к напарнику.

- Чувствую я, что если все так и будет продолжаться, то мы прибудем в Ростов как раз к началу нашей следующей смены, черт возьми! – сказал Палыч.

Сергей многозначительно кивнул.

- Явно какой-то идиот.

Палыч ничего не ответил и вместо этого надавил на клаксон.

- Эх, его бы подрезать… - мечтательно протянул майор.

- И что, неужто дашь ему на карамельки, когда остановимся?

- Не знаю, как насчет карамелек, но вот пару оплеух точно дал бы. – Палыч нахохлился, сам того не осознавая пытаясь придать своему и без того грозному виду серьезности. – А там уже и карамельки жевать будет нечем.

- Ну-ну.

- Что «ну-ну»? Не веришь, что я ему врежу, если понадобится?

- Напротив, верю.

- То-то! – хмыкнул Палыч и вновь надавил на клаксон.

Однако водитель «десятки» не замечал или просто делал вид, что не замечает автомобиля, присевшего ему на хвост. Машина как ни в чем не бывало медленно катилась по склону.

- Кстати, если уж разговор коснулся мордобоя, ты бокс в воскресенье смотрел? – спросил Палыч.

- Кличко?

Майор кивнул.

- Смотрел. Ничего особенного: очередная бездарная защита титула. Я еще удивился, почему он не повалялся на полу.

Палыч хмыкнул.

- Бездарная – небездарная, а титул отстоял, бьет, как копытом – майор в очередной раз зажал гудок – Мать его женщина! Он что, не слышит сигнала!

Он нажал еще, но тщетно: гудок тут же растаял в ночи. Картина не изменилась.

- Еще чуть, и я действительно ему навешаю. Только в репертуаре молодого Тайсона!

Напарники расхохотались, но уже через какое-то мгновение замолкли: водитель «десятки» не думал пропускать их вперед, и это было не смешно.

- Может, он глухой?

Палыч посмотрел на Сергея, но тот покачал головой.

- Он бы тогда не получил прав!

Майор расхохотался

- Я шучу, хотя ты знаешь не мне тебе рассказывать как получают права в нашей стране.

- Что правда то правда… Давай жми на клаксон, это начинает мне надоедать.

Палыч, отыграв некое подобие барабанной дроби, ударил двумя руками по рулю и прищурившись окинул взглядом дорожную гладь. Страшно хотелось подрезать этого му… индюка и надавать тумаков или подзатыльников по его глупой башке, пусть даже если ради этого придется свернуть с дороги на тротуар и еще дальше на землю. Оно того стоило, а по другому его не обогнать. Однако тут майора поджидало разочарование. Трасса по которой они ехали была не только узкой и однополосной, напоминая швейную нить, она была ограждена от окружающего леса толстой бетонной полосой на железных штырях. Это объяснялось тем, что дорога располагалась на возвышенности и в случае какого-нибудь ДТП неаккуратный водитель мог запросто сорваться вниз и разбиться насмерть. Еще одно недоразумение, от которых уже хотелось тошнить. Чего-чего, а этого добра выпало на сегодняшний вечер хоть отбавляй.

Палыч выругался и бросил взгляд на напарника. Сергей, сделав несколько затяжек и выбросив окурок, поймал взгляд майора.

- Включай сирену. – сказал Сергей

Действительно, самое время было показать водителю «десятки» какая птица сидит на его хвосте. Мало ли что – он мог не видеть в такой тьме милицейского автомобиля.

Через мгновение дорога и окружающий ее лес озарились яркими красно-синими вспышками.

- Если сейчас он не захочет нас пропускать, то я за себя не ручаюсь. – сказал Палыч

- Я тоже, если что помогу в твоих начинаниях. – сказал Сергей

Палыч вздохнул и не отрывая глаз от дороги нащупал мегафон и поднес его к губам.

- Поравняйтесь с обочиной!

Теперь то этому парню за рулем никуда не деться – либо он пропустит их, либо… Ему не светит ничего хорошего. Напарники замерли, ожидая что «десятка» вот-вот повернет, освободив часть дороги и позволит УАЗику вырваться вперед.

Но этого не случилось. Прошло несколько минут, а «десятка» не остановилась, как и не прибавила скорости, не пропуская милицейский бобик вперед. Когда молчание затянулось, а ожидание стало нетерпимым, Палыч повторил свое требование, но и этот призыв остался без внимания.

Палыч покачал головой.

- Что-то тут не ладно.

- Согласен – кивнул Сергей – Что-то тут не так.

Майор поерзал на сиденье и попытался всмотреться в сгустившуюся за пределами света фар темноту, пояснив при этом:

- Нужно посмотреть его номера, интересно знать, из какого региона этот клоун. А когда запишем цифры, пробьем через базу, есть ли что на нем. Мне кажется, этот парень под наркотиком.

Палычу исполнилось 52 минувшей весной и некогда сто процентное зрение, теперь притупилось, хотя майор по-прежнему наотрез отказывался носить очки или контактные линзы, так как вблизи он видел так же замечательно как и раньше (в том числе экран телевизора и кричащие заголовки газет, а на остальное ему было плевать), к тому же свет фар не создавал нужной освещенности и капот «десятки» выглядел размыто. В темноту всмотрелся и Сергей.

- Кажется, он без номеров.

- Интересно… Ты уверен в этом?

Сергей покачал головой.

- Не знаю, давай лучше подъедем чуть ближе.

Палыч кивнул и прибавил газу. Через минуту расстояние между автомобилями значительно сократилось и фары УАЗика выхватили из темноты капот «десятки» красного цвета. Там, где обычно располагался номерной знак было пусто. Палыч выругался, а Сергей задумчиво покивал головой.

- Без номеров, я был прав. – заметил Сергей.

Рука Палыча невольно скользнула по автомату и остановилась у курка. Похоже, водитель «десятки» искал крупные неприятности. Чтобы такое поведение могло сойти ему с рук, за рулем автомобиля должен был сидеть сам Господь Бог или на худой конец президент РФ. Сергей, заметивший это движение напарника, уставился на майора.

- Что будем делать? – спросил Сергей.

Вопрос завис в воздухе. Его можно было и не задавать. Вся зацепка заключалась в том, что это вроде как был не их участок, не их УАЗ. Не их работа. А они вроде бы не являлись ни ППС, ни ДПС. Напарники работали в городе, в северном жилом массиве, криминалистика…

«А это область, и в принципе мы тут не при чем», - подумал Палыч.

Но форма… Майор прекрасно понимал, что они не на показе мод. Пиво, ужин и телевизор. Если сейчас произвести задержание, то с этим можно попрощаться. Но с другой стороны, черт возьми, перед ними находился преступник!

«А Миронов любит инициативу», - пронеслось в голове.

- Сергей, проверь автоматы. – сказал Палыч.

Лейтенант оживился.

- Берем? – спросил он.

На лице Сергея скользнула улыбка и Палычу даже показалось, что у молодого лейтенанта сверкнули глаза.

- Это наш клиент, действуй. – бросил майор.

Сергей кивнул и схвативл сначала свой, затем Палыча автоматы, снял оружие с предохранителя и передернул затвор. Палыч поднес мегафон к губам.

- Красная Лада 110, поравняйтесь с правым бортом и остановитесь у обочины.

Огромный рупор, нашедший себе место на крыше УАЗа, лишь внешне казался надежным, а на самом деле работал с некоторой задержкой, поэтому Палыч слышал практически каждое свое слово. Приказ был четок, ясен и понятен, но, несмотря на это, майору показалось, что он звучал по крайней мере глупо. Чем-то это ситуация напоминала ту, что происходит в магазине, когда ты просишь продавца продать рублевую жвачку и при этом тянешь в кассу зеленую бумажку достоинством в тысячу. Тогда тебе говорят: «У меня не будет сдачи!». А ты улыбаешься и говоришь: «Тогда дайте две».

Так и сейчас.

Палыч знал, что если у водителя хватило смелости ослушаться сигнала милицейской сирены и у него на это были свои причины, как эти самые причины были и на то, чтобы нарушить элементарные правила дорожного движения, которые преподают еще в школе, то почему он, собственно, должен останавливаться у обочины сейчас? Зная, что его задерживают явно не для того, чтобы пожать руку и похлопать по плечу! Ведь, если подумать, то в этом случае уже вряд ли нарушитель отделается банальным штрафом. Кто его знает что лежит в багажнике этого автомобиля?

Размышления майора оказались не лишены оснований. Водитель «десятки» не торопился включить поворотник и свернуть к обочине. Напротив, он с выключенными фарами ехал дальше. УАЗик под управлением Палыча осторожно «присел» ему на хвост.

- Это сколько надо принять, чтобы вести себя так? – Палыч плавно повернул руль налево, нырнув следом за «десяткой» в очередной поворот.

- Я не думаю, что он пьяный – заметил Сергей.

- Я тоже, – согласился Палыч. – Я думаю он либо на игле, либо под порошком.

Сергей покачал головой, не отводя с «десятки» глаз. Машина, будучи окрашена в ярко-красный цвет, все же сливалась в ночной мгле с окружающим пространством.

- Нет, я не про то. Машина без номеров… - Сергей сделал паузу – Мне все это не нравится. Я имею в виду его поведение. Вчера только смотрел телевизор: два взрыва в Багдаде. Смертники на автомобилях. Понимаешь, о чем я?

Палыч улыбнулся. Однако, похоже, напарник не шутил. У Сергея был такой вид, будто он на миг перенесся на несколько лет назад, заново пережив ощущения двенадцатилетнего подростка, который проснулся утром и заметил на своих плавках белое засохшее пятно. Вид удивленный и немного растерянный. Но каким бы смешным ни казалось, на первый взгляд, такое предположение, оно все же могло быть весьма обоснованным.

- Понимаю, но даже если это так, то нам никуда не деться. Надо брать его, будь там сам Усама Бен Ладен!

- А я что, против?

Сергей, не отрывая взгляд от дороги, нащупал хорошо спрятанные под сиденьем бронежилеты и, достав их оттуда, принялся судорожно разглаживать грубый материал, будто это помогло бы в случае чего остановить пулю. С лица Палыча не сходило тонкое подобие улыбки. Вот они, молодые годы: смелость, порой необдуманные шаги, но в то же время лихорадка за благополучие своей прыщавой задницы. Он вспомнил, как когда-то сам, будучи в двадцати трехлетнем возрасте точно так же трясся на проспекте Ленина, когда вместе с дядь Сашей они получили приказ взять какого-то мафиозного командира. Это еще был ППС, чин сержанта, кажется. Группа захвата, все как положено: автоматы, шлемы и бронежилеты. Палыч прекрасно помнил свое первое «боевое» задание и дрожь в коленях перед самым захватом. Тогда дядь Саша потрепал его по плечу и сказал только одно слово: «расслабься». И оно подействовало. А потом был Афганистан…

АФГАНИСТАН.

Восьмой десантный полк.

Похоже, та самая дрожь присутствовала сейчас и у Сергея в преддверии возможных крупных неприятностей. Почему нет? В машине мог находиться кто угодно, хотя Палыч и склонялся к мнению, что водитель «десятки» – обычный наркоман. Майор, обхватил скользкий руль вспотевшими кистями рук и тщательно обдумывал ситуацию. Он еще несколько раз повторил с помощью рупора требование остановиться, однако слова, преобразованные в электрический ток и подкрашенные тембром электроники, как и прежде, лишь разбились о красный кузов «десятки». Было ясно, что машина не остановится. Тогда Палыч вывернул руль, развернул бобик налево и попытался проскочить между «десяткой» и ограждением, но затея провалилась: расстояние было черес чур мало. Майор резко выровнял автомобиль и с размаху врезал сжатыми кулаками по рулю.

- Сука… - прошипел он.

Все это было странным, даже чертовски странным.

Впереди показался поворот, и «десятка» мягко скользнула в ночную тьму, укрывшись от света фар в тоннеле. Через несколько секунд за ней последовал УАЗ, сохраняя несколько метров дистанции.

- Что ты предлагаешь? – Сергей озадаченно наблюдал за «десяткой», не сводя с автомобиля глаз.

Палыч несколько секунд молчал, обдумывая кризис, и только потом ответил.

- Я думаю, мы его немного подтолкнем, – протянул он.

Майор прибавил газу, и УАЗ, рыча, приблизился к капоту «десятки».

- Сейчас я поддену, если не подействует, то стреляй по колесам.

Сергей в ответ выразительно покивал головой. Свет внутри тоннеля не горел, а за толстыми бетонными стенами царила тьма. Единственное, что помогало напарникам – свет фар, который освещал белые полосы на асфальте и часть бетонных стен. Но как ехал водитель «десятки» – на ощупь? Если он делал это именно так, то он делал это мастерски.

«Почему в тоннеле нет освещения?» - пронеслось в голове у Палыча.

Сергей, впившись в приклад автомата, подал Палычу знак, готовый в любой момент открыть огонь и пустить пулю. Лицо лейтенанта выражало спокойствие, однако руки предательски тряслись. Сергей нервничал. Не боялся, нет. Он предвкушал. И майор прекрасно чувствовал это. Хотя, конечно, был и страх, которого нет только у глупых и безрассудных. Чтобы хоть как-то снять сложившуюся гнетущую атмосферу, Палыч вновь включил мигалки. В таких моментах, как этот, в первую очередь нельзя было оголять нерв, чтобы не совершить необдуманных поступков.

- Расслабься, – вой сирен многократно отражаясь от поверхности тоннеля проникал в салон, поэтому майору пришлось прокричать это слово, чтобы напарник его услышал.

Но это было неважно, он сказал это и Сергей его услышал!

Несколько секунд прошло в замешательстве, перед тем как Палыч наконец нажал на педаль газа. Двигатель УАЗа взревел, на секунду заглушив вой мигалок. Колеса, вспахали асфальт и метнулись вперед получив ускорение, оставляя за бобиком тонкий шлейф поднявшийся дорожной пыли, которая тут же смешалась с выхлопными газами, напоминая серое мутное облако грязного коктейля. Мгновение спустя бампер УАЗа ударил по капоту ЛАДЫ. Фары автомобиля разлетелись вдребезги, брызнув в разные стороны мелкой россыпью битого стекла.

ЛАДУ развернуло и Палыч ударил по тормозам. Однако водитель «десятки» выровнял руль, чудом избежав столкновения с холодной бетонной стеной.

- Я стреляю! – крикнул Сергей.

- Рано Сережа…

Палыч выжал сцепление и нажал на газ. Бобик с включенной четвертой передачей дернулся, но не заглох и рванулся вперед.

- Красная ЛАДА 110 к правому борту!

Впереди Палыч увидел тусклый лунный свет – конец тоннеля и поворот. На лбу проступили первые бисеринки холодного пота. Руки плотно держали руль. До выхода из тоннеля оставались считанные метры.

«Еще чуть-чуть, еще… действуй» - пронеслось в голове.

Майор резко крутанул руль направо и вдавил педаль газа до самого коврика на днище. Через долю секунды левое крыло УАЗа поравнялось с правой частью капота «десятки» и Палыч, что было сил вывернул руль налево. Противно заскрипел металл, выдав фейерверк брызг и ЛАДА поддетая бампером УАЗа врезалась в бетонную стену тоннеля. Палыч вцепился в руль и ударил по тормозам, но было поздно – УАЗ врезался в стену тоннеля всего в нескольких метрах от «десятки». Напарников передернуло. УАЗ заглох, благодаря малой скорости отделавшись лишь помятым бампером. С «десяткой» было намного хуже – ее водитель не успел вовремя нажать на тормоза и машина лишилась значительной части бампера. В нескольких метрах валялся оторванный диск. Из радиаторных решеток целыми клубами валил дым.

Палыч не глядя выключил сирену. Напарники схватили автоматы и выскочили из машины, прижавшись к УАЗику спиной.

- Действуй, я прикрою – сказал Палыч.

Сергей кивнул.

- Покиньте машину. Не делайте резких движений. Руки за голову или я буду стрелять.

Дуло автомата остановилось на правой передней боковой двери автомобиля и майор затаив дыхание замер, готовый в любой момент спустить курок…

…Все это страшно напоминало сон. В воздухе повис спертый запах бензина вперемешку с запахом гари из решеток радиатора и Палыч мог поклясться, что слышит звуки падающих капель из пробитого бензобака.

ПЛЮМ – ПЛЮМ.

Бампер ЛАДЫ стал рельефным после удара о бетонное ограждение, а на асфальте были разбросаны осколки фар.

Секундная стрелка на часах Палыча медленно обогнула циферблат, но это была не минута, это были пять, а то и десять чертовски долгих минут. Майор был в этом уверен. Его лицо покрылось испариной, и крупные капли пота норовили залить глаза. Он весь взмок, будто мгновение назад вылез из ванны и еще не успел вытереться полотенцем. И он нервничал: что-то во всем этом было не так, но пока он не знал, что именно. Палыч боялся этой мысли, но она настойчиво стучалась в двери его сознания: он не хотел этого знать.

Из кабины в стоящей в нескольких метрах от УАЗика машины по-прежнему не доносилось ни одного звука. За тонированным стеклом, в ночной мгле тоннеля, в салоне ЛАДЫ невозможно было разглядеть малейшего движения. Ни звука, ни шороха.

«А на что, собственно, надеется этот парень?»

Все ходы к отступлению были перекрыты. Либо он вылезал из машины с высоко поднятыми руками, либо в случае попытки к бегству получал пулю в лоб, а то и целую автоматную очередь. Однако у этого парня был похоже совсем другой план: он вообще не собирался покидать своего автомобиля. Возможно, зря, но, возможно, и нет? Палыч не отводил с автомобиля глаз.

«А что, если у него есть ствол?» - подумал он.

А почему бы и нет? Это могло быть вполне вероятным. Даже очень вероятным. Если у него, действительно, был пистолет, то это объясняло его поведение.

Эй ребята почему я должен лезть под ваши автоматы? В конце концов, это вы меня хотите поймать меня, а не я вас. Вот и ловите, только первый, кто откроет дверцу моего автомобиля, получит пулю в лоб!

Возможно, водитель думал именно так, а может, и нет. Возможно он просто обделался? Или стукнулся своей башкой о руль, так как забыл пристегнуть ремень безопасности. Это тоже возможный вариант! Но это все были предположения. О чем бы ни думал преступник, Палыч понимал, что самое время действовать.

Майор почувствовал на себе вопрошающий взгляд напарника: Сергей искоса наблюдал за Палычем, ожидая распоряжений. Однако, торопиться было нельзя. Не хотелось подставлять под возможный риск ни напарника, ни самого себя. А никто: ни Палыч, ни лейтенант – не могли знать, какой жизненный поворот приготовила им судьба. Зато майор твердо усвоил одну вещь: рисковать, когда есть возможность сделать все выверенно, крайне глупо. Палыч незаметным движением смахнул с лица капли пота и кивнул.

- Аккуратно, Сережа, я прикрою.

Палец Палыча вжался в курок автомата, и майор приготовился открыть огонь при малейшем шорохе. Огонь на поражение.

- Аккуратно, – повторил он.

Сергей улыбнулся, но, несмотря на внешне спокойный вид лейтенанта и хорошее настроение, Палыч чувствовал, как внутренности напарника сжались в комок.

- Если он будет сопротивляться или еще что, то я его положу не задумываясь, – сказал Сергей.

- Валяй…

Пригнувшись, лейтенант обогнул УАЗик и мелким гусиным шагом, стараясь не шуметь, двинулся к автомобилю красного цвета, выдвинув впереди себя дуло грозного АК-47. Палыч проводил напарника взглядом.

«Я его положу не задумываясь», - слова Сергея, как старая высохшая печать, оставили свой след в сознании майора. А почему они были так уверены, что это ОН? Мужчина? Нет ничего невозможного – за рулем автомобиля могла сидеть и женщина… Палыч на секунду представил себе такую возможность и закусил губу. Тогда тут совсем другая психология, другие причины, которые вытекают из совершенно других проблем. Женщина… Ведь женщина могла пойти на такое, имея за собой гораздо более широкий спектр проблем, нежели мужчина. Если мужчина имел проблемную дугу красно-желтого цвета, то у женщины она была абсолютно белой. Белой, как задница европейца и облако в ясном летнем небе. Для этого бы хватило… скандала с любимым человеком. Ведь это тоже могло быть!

Майора несколько смутили нахлынувшие мысли. Ведь если этот злосчастный водитель был вовсе не мужчиной, а напротив, женщиной, ищущей ощущений на свою задницу, кого они опасались? Женщину?

«Да, да, да и еще раз ДА».

Это не было страхом, это было чем-то вроде… волнения. Совсем не такого волнения, которое обычно испытывал Палыч при задержании. А за его службу чего только не бывало: двенадцать огнестрельных и одна колотая раны. Нет, это нечто другое. Волнение на подсознательном уровне, а не страх. Какое-то необъяснимое волнение, даже удивляющее…

«Как например в окопе…» - скользнула мысль.

Возможно, и так. Как в окопе. Но опытный майор чувствовал, что прямая событий постепенно закручивается в спираль. Что-то во всем этом было не так.

Палыч усилием воли вернул себя в настоящее и, укрывшись за стальным кузовом УАЗа, затаил дыхание. Ритмично, удар за ударом, как барабанная дробь в ушах звучал пульс.

Тем временем Сергей приблизился  к «десятке» и, спрятавшись у стены за правой задней дверцей автомобиля, бросил на Палыча откровенный взгляд. В глазах читался вопрос. Майор кивнул и нащупал в кабине микрофон громкоговорителя.

- Руки за голову! Без лишних движений покиньте автомобиль. В случае сопротивления при задержании мы будем вынуждены открыть огонь на поражение.

«Еще какое поражение!», - подумал Палыч. Он перехватил автомат покрепче. По телу, начиная с самых кончиков пальцев ног, прошла дрожь.

«Возможно, пока Сережа не преступил к захвату, стоит вызвать подкрепление? - Майор задумался – Но как тогда объяснить диспетчеру наше месторасположение? И какого черта мы тут вообще забыли на УАЗе патрульных? Как объяснить им, что они взяли машины, чтобы доехать до Таганрога?»

Прошло несколько минут. Ничего не изменилось. Сергей облокотился плечом о дверцу «десятки» и ждал. Палыч не двигался. Майор почувствовал легкий скользящий ветерок, неожиданно подувший со стороны разбитого автомобиля. Ноздри уверенней, чем прежде, уловили запах паров бензина и гари сгоревшего двигателя, но сейчас эти запахи смешались с еще одним, тонким и непонятным, запахом. Вонь… Палыч почувствовал, как что-то забурлило в животе. Новый запах был отвратителен, немного слащавен и в то же время кисел. Его невозможно было ни с чем сравнить. Первой ассоциацией, возникшей у Палыча, когда он почувствовал этот запах, было пюре из сгнивших фруктов, залитое кислым молоком.

Сергей ждал от майора распоряжений, но, похоже, лейтенант тоже почувствовал запах. Создавалось впечатление, что вонь усиливалась с каждой секундой, готовая вот-вот материализоваться во что-нибудь отвратительное. Вонь сдавила горло, стало трудно дышать. Палыч краем глаза заметил, как лейтенант спустил рукав своего камзола и прикрыл тканью нос. Запах там был очень сильным. Видимо, источником его было то, что находилось за красными дверьми с тонированными стеклами.

Пора было заканчивать с этим. У каждого рассказа, хороший он или откровенное дерьмо, была своя кульминация, а здесь она не торопилась наступать. В голове майора пронеслись мысли о холодном пиве и телевизоре. Через минуту-другую начнется его любимая передача про деньги, секс и машины. А возможно, она уже началась, и ведущий, голос которого напоминал Палычу голос педика во время свершения акта в туалете одного из баров на окраине города, представлял пришедших на передачу гостей. Палыч нащупал микрофон.

- Руки за спину! («или за голову, да хоть засунь их себе в задницу, только выметайся из машины!»)Выйти из машины, лицом вниз… - он запнулся на полуслове.

Сергей, который еще несколько секунд назад был полностью сосредоточен на автомобиле, готовый в любой момент к действию, сейчас зажмурился и выронил из рук автомат.

«ЧТО ЗА…».

- Сергей, что с тобой! – слова словно сами по себе вырвались из гортани.

Лейтенант не ответил, он склонился к земле и закашлялся.

- Сережа!

Палыч растерялся и опустил автомат. Где-то в самом отдаленном уголке сознания зарождался страх. Что с Сергеем? На секунду перед глазами Палыча возникла картина из прошлого…

Тогда ему было шесть. День выдался чрезвычайно пасмурным и целые сутки напролет лил дождь, тарабаня по черепичной крыше  домика их семьи. Примерно неделю назад он подхватил грипп и теперь лежал с температурой под сорок. Рядом на небольшом деревянном столике лежала целая кипа самых разнообразных лекарств, которые выписал ему врач. Все это ему требовалась пить три раза в день, а сейчас как раз подходило время последнего, третьего приема лекарств. Был вечер, и мама, ласково поцеловав сына в лоб, протянула ему горстку таблеток и стакан с водой. Он должен был лечь спать, поэтому мама выключила свет, и он закрыл глаза. Мама ушла. Дождь продолжал тарабанить по крыше, и он, словно под колыбельную от матушки-природы, засыпал.

Но неожиданно грянул гром. Небо за окном разрезала тонкая и стремительная молния, как раз в тот момент, когда он перестал слышать звуки дождя. Гром скорее напоминал взрыв и показался для маленького мальчика очень… страшным. Раскат разбудил его, заставил съежиться тело под одеялом. Он почувствовал, как по ногам заструилось что-то теплое.

Палыч прикусил губу. Тогда он наделал в штаны, испугавшись раскатов грома и поклялся себе, что больше никогда, НИКОГДА не будет бояться…

Воспоминания растворились в бесчисленном потоке мыслей и сгинули. Времени было в обрез, если оно вообще было. Майор пригнулся и бросился в обход УАЗика к «десятке». Промедление, любой бездарно потерянный миг, мгновение могли стоить очень дорого, и не по карману Палыча было бы расплатиться за это потом. Майор вскинул автомат и для пущей уверенности передернул затвор, выпустив в тонированное стекло «десятки» автоматную очередь. Пространство наполнил мерзкий звук разлетающегося вдребезги стекла, и на асфальт упало несколько гильз от выпущенных патронов, одна из которых покатилась в сторону «десятки». В нос ударил запах пороха.

- Из машины, – проорал майор.

Теперь от злополучного водителя «десятки» его отделяла лишь зияющая дыра пустоты оконного проема дверцы автомобиля, украшенного по всему периметру кусками торчащих из резиновой прокладки осколков. Этот пустой черный проем на месте разбитого стекла притягивал, как магнит, и не позволял отвести от себя взгляд. Боковым зрением Палыч видел Сергея. Напарник скрутился в комок и задыхался. Руки лейтенанта уперлись в асфальт, и он сипел, пытаясь прокашляться. Наверное так чувствовал себя курильщик 85 лет, с 80 летним никотиновым стажем.

Глаза Палыча скользнули по рулю автомобиля и остановились на зеркале заднего обзора. В кабине не горел свет, и рассмотреть что-либо с помощью зеркала не представлялось возможным. Вновь подул легкий северный ветерок и Палыч уже в который раз уловил едкий запах дыма и бензина. ЧИСТЫЙ запах. Больше не чувствовалось той противной, тошнотворной примеси, которая не давала дышать раньше.

Приставным шагом, чуть согнув ноги в коленях, майор подошел ближе и остановился всего в нескольких шагах от дверцы «десятки». Дуло автомата внимательно всматривалось в темноту, готовое в любой момент поймать движение в салоне автомобиля. Дыхание после совершенного рейда сбилось: сказывались бесчисленные сигареты, которые он курил одну за одной, и автомат предательски трясся в вытянутых руках, будто войдя в резонанс с отдышкой. Вскользь майор заметил, что Сергею стало лучше. Он прекратил сипеть, исчез ужасный хрип, и лейтенант облокотился спиной об кузов машины и закрыл глаза.

«Что, черт возьми, происходит?» - эта мысль тут же затерялась в бессмысленном потоке догадок и предположений, оставшись без ответа.

Палыч одним прыжком оказался возле красного автомобиля и, не медля, нащупал вспотевшими ладонями ручку, распахнул дверцу «десятки». Что-то, что сжалось внутри Палыча, ослабило свой хват: дверца оказалась открытой. Хотя еще секунду назад он мог поставить на кон тысячу баксов, так как был уверен, что дверь окажется заперта. Но этого не случилось.

- Не двигаться! – он хотел добавить еще что-то, но замолчал и опустил автомат. Из горла, сжатого мерзкой рукой липкого страха, вырвался нервный смешок.

***

Очень, очень хорошо... И почему он боялся сделать это... Мимолетная шалость... Да и кто об этом узнает? Саша улыбнулся. Фары “Man”a, рассекая густую ночную мглу, кусками выхватывали из пространства полосы пыльной дороги, которая казалась теперь всепоглощающей полосой. Очень хорошо. Он вдавил в пол педаль газа и двигатель трейлера, зарычав, набрал обороты, но Александру казалось, что грузовик едет очень медленно. Когда-то, буквально краем уха он слышал о каком-то новшестве: двигатель, при подъеме в гору не сбрасывал обороты, а только набирал их. Да это и не важно.

- Еще чуть-чуть.

Стрелка спидометра ползла вверх. Он хихикнул. Битком набитый солью тягач рассекал горячий, удушливый воздух. Александр, улыбаясь, откинул голову на сиденье и закрыл глаза. На секунду ему показалось, что он взлетает, и Саша отпустил руль, сложив руки на коленях. Хотелось отстегнуть ремень безопасности, который неприятно давил на ребра, словно руками некого силача охватывая торс. Но он не мог: не было никаких сил. Пелена, накрывшая Александра, пленила взгляд. Где-то далеко, будто бы в другом мире, он почувствовал как нога до этого неистово жавшая на газ, соскочила с педали. Сознание неторопливо погружалось в бессознательное. Он засыпал....

...Яркая вспышка. Мгновенная боль... Александр моргнул. Что-то неприятно хрустнуло в боку. Звук напоминал щелчок пьезоэлемента. В глазах вместо четкой и ясной картинки застыл туман. Но постепенно все прояснялось, и он смог различить маячивший перед глазами руль, местами обшитый мехом. Еще несколько секунд понадобилось на осознание того, что грузовик остановился. Через лобовое стекло можно было различить тонкую струю дыма. Александр нащупал защелку и отстегнул ремень безопасности, ремни ослабили хват, и дышать стало легче. Страшно болела голова. Он огляделся.

«Что произошло?»

Кабина слилась с ночной тьмой, образовав единый фон почти непроглядного мрака. Погас свет фар, а звезды и луна спрятались за затянувшими небо облаками. На соседнем сиденье валялась перевернутая кружка с кофе, рядом лежал и упавший с бардачка термос. Обшивка сиденья взмокла, впитав в себя давно остывший кофе. Досталось и мобильному телефону: экран аппарата погас. Саша несколько раз нажал на кнопки клавиатуры, но тщетно.

- Дерьмо! – выругался он – Какого черта здесь происходит.

Он с отвращением смел с колен лежавшие там таблетки, которые упали между сиденьями, и, сморщившись от боли, вскружившей голову, выпрыгнул из кабины грузовика на асфальт. Прыжок, как эхо в горах, неприятно отразился в висках. Саша бросил взгляд на дымную струю, похоже не собиравшуюся иссякать: все верно, сгорел мотор или еще что, но дым валил именно из решетки радиатора. Он перевел взгляд на кузов – остальное чисто – и посмотрел на колеса.

- Матерь Божья! – он простонал.

Шины огромных “Man”овских колес были разорваны на тысячу мелких лоскутков, напоминая длинные итальянские макароны – спагетти. Александр с минуту молча смотрел на них, а затем вздохнув, облокотился об грузовик  и сполз на колени, закрыв лицо руками.

- Что происходит? – голос Александра растаял в темноте.

«Доигрался, парниша?».

- Мой план! – он застонал.

Захотелось заплакать, как маленький ребенок, у которого не получается заполучить от мамы любимую игрушку.

«Благодари Бога за то, что ты вообще остался жив».

Но что произошло? Это только предстояло выяснить. Саша достал из кармана рубашки фонарик и включив его посветил на проколотые колеса. Причина случившегося нашлась за третьей разорванной в клочья парой колес – дальше резина была целой. Пошатываясь от легкого головокружения, Александр подошел ближе и нагнувшись внимательно осмотрел резину.

Это были порезы.

«Похоже, это конец: плану, выручке, Лазаревке, Черному морю и вообще глупо отпираться, ты сам поставил крест на своей жизни. Чертовски черный и чертовски жирный, такой что аж хочется блевать. Пятиминутный кайф, а плата за это – твоя судьба».

- Я знаю, – проорал Александр.

«Чем ты будешь платить за срыв плана? Откуда ты возьмешь деньги чтобы заплатить за грузовик?».

Александр что было сил сжал губы.

«Заткнись!».

Яркое пятно фонаря скользнуло по искореженному от контакта с асфальтом диску и остановилось на каком-то стальном, свернувшимся в комок куске. Саша аккуратно поддел стальной кусок, но тут же одернул руку, уколов палец. Из ранки скатилась капля крови и на секунду повиснув на кончике пальца капнула на асфальт. Это был шип. Острый как бритва. Он направил на него фонарик и внимательно осмотрел стальной кусок.

«Капкан?»

Саша подошел к обочине и найдя среди зарослей сорняков крепкую засохшую ветку, вернулся к грузовику. Палка уперлась в стальной комок и сдвинула его в сторону. На асфальт упал кусок ленты.

- Лежачий полицейский... – он с отвращением откинул сучок в сторону.

Лежачий полицейский? Возможно; это было предположение. Такое он видел впервые.

«Но откуда здесь лежачий полицейский?» - Александр застонал.

- Где же тогда ДПС? – закричал он.

Но этих слов никто не услышал. Саша яростно ударил ногой по диску лишившемуся покрова, но тут же скривился от боли.

«Что делать?»

- Я не знаю, что делать – прошептал он.

В голове не было ни единой мысли на этот счет. Все плыло, объединившись в какой-то несвязный, глупый бред. Он не знал что делать. НЕ ЗНАЛ... С неба срывались первые крупные дождевые капли, рассекая жерлами пыльную дорогу.

«Я схожу с ума,» - пронеслось в голове.

Прошло несколько минут.

- Мне надо успокоиться и прийти в себя.

Саша ущипнул себя за ляжку. Холодные капли дождя, словно слезы стекали ручейками по лицу, постепенно возвращая Александра к реальности.

«Это проблема... это... неважно что это. Что ты будешь делать, Саша, мой мальчик?».

- Я не знаю.

«ЧТО? Или ты рассчитываешь на чью-то помощь?»

- Нет, – незаметно для себя Саша начал разговаривать вслух.

«Ты думаешь, что прямо сейчас с неба к тебе спустятся ангелы и скажут: «Надо помочь этому придурку»

- Нет!

«Ты думаешь, что каким-то непостижимым образом восстановится двигатель, появятся новые шины?».

- НЕТ... Я так не думаю, – Саша вздохнул. – Я просто не могу понять, что происходит, – прошептал он.

«А разве это что-нибудь изменит? Предположим, это бандиты, милиция, американские спецслужбы. Помогло? Нет! Ты обязательно должен узнать это, но ПОТОМ. А сейчас это важно настолько же, насколько тебе сможет помочь теорема Пифагора! Это правда, попытайся сосредоточиться, прийти в себя».

- Я смогу, – Саша закрыл глаза – Сейчас я досчитаю до пяти и открою глаза. Я должен сосредоточиться.

Он прикрыл лицо руками.

- Раз, два, три, четыре... пять.

«Помогло?»

Некая психологическая установка действительно помогла. Психотренинг. Возможно, остудить пыль и расставить все по своим местам помог неожиданно грянувший ливень. Чтобы не промокнуть, Александр забрался в кабину, захлопнул за собой дверь и расположился на мягком водительском кресле. По лицу текли мелкие капли: волосы за те несколько минут, во время которых он побывал под дождем, взмокли, и с их кончиков, как и с подбородка и носа, капли воды срывались вниз, впитываясь в рубашку и джинсы.

«А если посмотреть на это с другой стороны – чтобы здесь не происходило, это спасло мне жизнь, я мог разбиться» - подумал Александр.

Он перекрестился и достав из под рубашки крест поцеловал распятие. Ливень, который постепенно слабел, рисовал на лобовом стекле трейлера разводы, смывая осевшую гарь. Звуки от лупивших по кузову капель дождя были слышны даже в кабине. БАМ – БАМ – БАМ. Саша нащупав ключ попытался завести двигатель, но зажигание не сработало. Он знал, что будет так, знал, что даже если заведет двигатель никуда не уедет, но он чувствовал необходимость проверить этот и без того очевидный факт. Затем он еще раз попробовал включить телефон – не вышло.

- Отлично – Саша смахнул с лица назойливые капли пота перемешанного с дождевой водой и внимательно осмотрел кабину. Рюкзак с запасным бельем и провиантом – бутербродами, которых осталось совсем чуть-чуть, висел на вешалке за водительским сиденьем.

Здесь нельзя было оставаться. Саша поднял опрокинутый термос и найдя пробку под педалью сцепления вернул ее на место, термос был практически пуст. Часы показывали три. Ночи. Последней же отметкой в залитом кофе дневнике показывала четыре часа дня. Александр покачал головой.

- Я не смогу добраться до Львова.

А стоило ли? Бросить трейлер? Ведь тогда он мог потерять свой груз.

- Я уже и так его потерял, – прошептал Александр.

Он достал из бардачка карту и расстелил ее на коленях. Жирная точка поставленная чернилами в том месте, где трейлер находился вчера вечером, базировалась под Ростовом – Саша сделал эту отметку, когда стоял в пробке вчера днем. Мысленно он попытался спроектировать свой дальнейший путь, но ничего не получилось – палец так и не сдвинулся с черной кляксы на карте.

«Если идти, то куда?» - пронеслось в голове – «Ты понимаешь для чего? Не легче ли остаться здесь, дождаться рассвета, помощи в конце концов?».

- Это невозможно – выдавил Александр.

«Почему?».

- Потому что мне нельзя появляться на глазах у Владимир Александровича.

Александр перекинул рюкзак за плечо и выпрыгнув из машины захлопнул за собой дверь. Это было правдой: частная организация, потеря груза. Владимир Александрович. Саша неуверенно огляделся по сторонам. Там не осталось ничего, что было бы дорого. У него не было собственной квартиры, не было родителей и любимой девушки. Но там осталась опасность – потеря груза и трейлера, того за что пришлось бы заплатить. Александр посмотрел на тонкую полосу дороги и двинулся в сторону севера от своего грузовика. Дышать стало легче – дождь намочил дорогу и ноги Саши обутые в кеды то и дело проскальзывали по мокрому асфальту.

***

- Ты его убил? Скажи мне, что это не так! – завизжала Инна.

Игорь глубоко вздохнул.

- Скажи мне, что это не так!

- Господи, Инна, ты можешь замолчать?

- Ты его убил, Игорь?

- Я никого не убивал.

- Господи! – Инна, уткнувшись лицом в ладони, заплакала.

- Сейчас я посмотрю, что там с ним. Возможно мы его просто, ранили.

Игорь прекрасно понимал, что зверек, чья туша постепенно начала сползать со стекла на бампер, был мертв. Этими словами он лишь хотел успокоить жену. Черт бы побрал, этого гребаного зверька. Почему он полез под колеса именно этого автомобиля? Игорь сжал руками руль.

«Будто здесь есть другие машины,» - пронеслось в голове.

Парень выскочил из машины и оглядел зверька. Кажется, это был барсук, еще молодой, о чем можно было судить по его размерам, и, похоже, глупый.

- Он живой?

Игорь не ответил.

- Дай мне какой-нибудь кулек.

Девушка повернувшись к заднему сиденью открыла лежащую там сумку и вытащив первый попавшийся кулек вытряхнула оттуда вещи и протянула его Игорю.

- Мне так жалко его, – сказала она.

Игорь нагнулся к супруге, взял кулек и поцеловал ее в мокрую от слез щеку.

- Не расстраивайся, мы не виноваты, дорогая, он сам полез под колеса, а я его даже не видел, не могу понять откуда он вообще взялся тут.

Инна кивнула.

- Все равно. Это же живое существо.

- Не расстраивайся, – повторил Игорь. – Я думаю тебе стоит выйти из машины и подышать свежим воздухом.

Инна согласно кивнула и, всхлипывая, вылезла из машины, утирая появившимся носовым платком слезы, а Игорь, встряхнув кулек, расправил его и подошел к лобовому стеклу, которое к счастью осталось целым, как и не было никаких вмятин после удара на кузове автомобиля. Он вздохнул и, затаив дыхание, обернул барсука кульком, стараясь при этом смотреть в сторону. К горлу подкатила тошнота и Игорь, с трудом сдерживаясь, убрал тушку мертвого зверька с бампера и на вытянутых руках отнес ее за обочину. Несколько глубоких вздохов позволили восстановить сбившееся было дыхание.

- Ты в порядке, дорогая?

В ответ Инна лишь кивнула головой. Надо было срочно покурить. Игорь вернулся к машине и достал оттуда сигареты. Несколько глотков минералки помогли убрать подкативший к горлу ком, и он полез в карман за зажигалкой. Покурив, Игорь еще раз внимательно осмотрел лобовое стекло и бампер: все было в порядке. Только вот надо побыстрее вытереть кровь пока она не запеклась, превратившись в противные неотмываемые красные пятна. Порывшись под водительским сиденьем, он достал оттуда тряпку, которой приходилось порой смахивать с лобового стекла птичий помет, и, скомкав ее, тщательно вытер бампер, а затем и само стекло. Теперь на машине не осталось ничего, что бы напоминало о случившемся. Он с облегчением вздохнул и перевел взгляд на дорогу. Надо было узнать, как чувствует себя Инна. Девушка сидела на корточках метрах в десяти от автомобиля и рассматривала что-то на земле.

- С тобой все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

Инна не ответила, и Игорь подошел ближе. Молчание супруги не предвещало ничего хорошего, по крайней мере, когда ситуации по напряженности, подобной этой, возникали раньше, это было именно так. Игорь знал, что его супруге может запросто прийти в голову мысль такая, как, например, похоронить зверька, но не здесь и не сейчас, а немного позже. В городе, на кладбище домашних животных…От этой мысли его передернуло. Ведь тогда придется вести тушку с собой, перепачкав при этом багажник кровью, а возможно, и весь салон.

- Инна?

- Игорь, ты должен это видеть, – она указала на асфальт у себя под ногами.

Игорь нахмурился и подойдя ближе нагнулся чтобы рассмотреть то, на что указывала супруга.

- Черт возьми!

Они переглянулись.

- Что это может быть?

На асфальте, постеленная поперек дороги, лежала длинная металлическая лента с крупными, размером с мизинец, острыми шипами. Игорь аккуратно поддел ее носком своих макасин и почувствовал, что лента была достаточно тяжелой. Он покачал головой.

- Откуда это?

- Я не знаю.

- Инна, я спрашиваю у тебя: откуда ты взяла эту штуку? – проорал он.

- Почему ты кричишь? Я не знаю, откуда это. Когда я пришла, она уже была здесь, – она всплеснула руками.

Игорь раздраженно плюнул на асфальт. Голова неприятно закружилась.

- Ты хоть знаешь, что это такое? – спросил он.

- Откуда мне знать, я вижу это впервые, – ответила Инна.

Игорь заметил, что голос жены начал срываться. Не хватало только слез в этот вечер. Господи, за что такое наказание в конце так замечательно прошедшего отпуска на море!

- Игорь, ты меня пугаешь, что это?

- Я точно не знаю, но по моему, это «лежачий полицейский».

- И что это означает?

Игорь покачал головой.

- Я не знаю. Звони в милицию.

***

Алексей с трудом откинул тяжелый ржавый канализационный люк и, издав звук, похожий на рык, выкинул на землю огромную десятилитровую пластиковую бутыль, полную воды, и, отдышавшись после подъема по лестнице, ступил на землю, громко выругавшись. Ботинки, впитавшие в себя сток канализационных отходов, неприятно хлюпнули, и на земле образовалась маленькая лужица, напоминавшая несмытую жидкость из унитаза, но он не обратил на это внимание. Вокруг не было ничего: ни воя сирен, ни лая собак, ни огней мчавшихся на всех порах милицейских автомобилей... Вот так. Он обманул их. Захотел – и сделал это.

- Ну что, каково вам? А, шакалы? Каково? – он усмехнулся и покачал головой. – Кто тут папочка?

Возможно, эти суки еще даже ни о чем не подозревают. Федеральный розыск? И что? Неужели розыск мог напугать его? Конечно, нет. Пятьдесят, еще какие-нибудь двадцать лет, и что тогда? Не все равно ли будет? Есть тюремный суп беззубым ртом и не уметь самостоятельно добраться до туалета, чтобы там вытащить свой член из штанов и отлить?

- Вот вам, – Алексей развернувшись к зиявшему на земле проходу к канализации вытянул вперед руку с выпрямленным средним пальцем.

Он, улыбнувшись представил выражение лица этого невозмутимого начальника тюрьмы, которому плевать на все и вся, обычно беззаботное и отвлеченное, как у Микки Рурка в «Рестлере», когда тот узнает о том, что случилось. Что в его тюрьме был совершен побег. Начнутся проверки и прочая дрянь, в ходе которой начальник с треском вылетит с занимаемой должности. Алексей довольно начал массажировать затекшую шею. Так ему и надо. Пускай катиться ко всем чертям и наконец поймет, что он не господь Бог и не ему решать судьбы людей, пусть даже таких скотов, которые в большинстве своем сидят по ту сторону решетки.

- Только вот не все такие, – вздохнул Алексей – Не все…

Он плавно потянулся и принялся разминать затекшие мышцы.

Узкая камера и решетка – за что? Он украл, убил невиновного? Нет. Но как было по-другому жить, поступаться собственными принципами? Так уж лучше сдохнуть в камере, чем так. Чем предать себя.

Он стиснул зубы.

Дерьмо все это: правосудие, закон, мнимое равенство. Бред! Если бы в стране был закон, то не было бы такой жуткой несправедливости. Не было! Почему кто-то спивается, а кто-то ездит на дорогих иномарках? Почему старухи, которым даже тяжело ходить, стоят на коленях, склонив к земле голову и просят милостыню, почему? И дело не только в стремлении, удачи или еще в чем то там.

«А в чем тогда?» - мелькнула мысль.

Он не знал, и от этого хотелось блевать. А что сердце? Сердце уже давно не болит от той мысли, когда в тот вечер он заступился за женщину. А мог ведь пройти мимо, мог свернуть на другую сторону улицы, но он этого не сделал. И не сделал бы этого сейчас, если даже ситуация повторилась вновь...

Алексей сплюнул: неприятный привкус, который появился после нескольких часов пребывания во рту, заложил и нос, и он высморкался.

Он много думал об этом. Думал когда лежал на шконке в камере, уставившись в потрескавшийся потолок, когда, задыхаясь от слез, молился, умаливая грехи, когда полз по дну канализации, когда сломя голову отбрасывал все для получения свободы... и когда слушал звук спущенного курка в тот вечер.

Алексей прикусил губу и, прочистив заложенный нос, вдохнул полной грудью свежий ночной воздух. Дышать стало чуть легче: запах свободы, которую он так ценил, к которой он так стремился, после спертого запаха канализации казался чем-то невероятным. Глотком амброзии, эликсиром счастья и бессмертия. Мысль, терзавшая сознание, – «свобода» – не могла уложиться в голове. Но было одно НО – внешний вид, который никуда не годился. Проблема – да. Не решаемая – нет. За долгие годы, проведенные за решеткой, все было продумано до мелочей. Вся одежда оказалась насквозь пропитанной жидкостью из канализационных труб, не говоря уже о ботинках, которые больше напоминали протухшую запеканку. Алексей с отвращением снял с себя промокшую куртку с номером «43» и, выкинув ее обратно в люк, движением ноги вернул крышку на место. Одежда – футболка, завернутая в целый слой из целлофановых пакетов, один на другой замотанный вокруг тела скотчем, была суха, защитив и спрятанное под футболкой нижнее белье. Также были в порядке и джинсы, обернутые целлофаном и спрятанные за толстыми форменными брезентовыми штанами зека. Из-за пояса появилась пара кед, и Алексей с предвкушением представил, как они сменят изношенные ботинки на его ногах. Чтобы учесть возможность непредвиденных случайностей и для реализации одного из пунктов плана, Алексей захватил с собой этакую мини-аптечку: бинт, зеленка, мазь от ожогов, дезодорант и шампунь составляли все ее содержимое. Он мысленно, пункт за пунктом, перебрал все позиции своего плана – все сходилось от начала и до конца. Алексей перекрестился и, поцеловав изрезанные татуировками скрещенные пальцы, послал благодарный жест небу...

- Что же…

Алексей беглым взглядом оглядел получившуюся кучку вещей, обернутых целлофаном и лежащих у его ног. Естественно, дальше в таком виде идти было нельзя, и он, нащупав застежку штанов расстегнул их и поспешно стянул вниз, сняв по ходу и ботинки. Приподняв крышку люка, он выбросил ботинки, а вслед за ними и штаны в канализацию и, захватив из аптечки шампунь, подошел к бутыли с водой.

- Баня, русская баня – усмехнулся Алексей – Представляю, как от меня сейчас несет.

Напевая первую пришедшую на ум мелодию, он открутил крышку бутыли и перевернул ее вверх дном над своей головой. Прохладная вода приятно охладила вспотевшее тело.

- Бррр.

«Это был поздний вечер. Уже выключили освещение на пустых улицах. По одиноким переулкам бегали бродячие собаки, прижимая хвосты при каждом шорохе. Не горел свет в окнах домов. В тот вечер ему захотелось прогуляться по пустым улицам. Голову с непривычки кружило ощущение свободы, полноты вольности. И на душе было хорошо. Пожизненное заключение… Если бы кто сказал ему тогда… Нет, все это казалось смутным заоблачным сном. Кошмаром, тем, что могло коснуться кого угодно, но не его – человека, отдавшего свою душу и сердце родине в Афганистане. Он убивал, да, но ведь он ДОЛЖЕН БЫЛ ЭТО ДЕЛАТЬ… Мало ли кому не случалось... УБИТЬ. Но он знал, что Бог простит ему все – все то, что делалось ради благого дела, ради родины. Наверное, поэтому, по привычке, он на ВСЯКИЙ случай и взял с собой пистолет.

Алексей вспомнил, как вывернув из-за угла пятиэтажки, увидел напротив стоящей рядом семнадцатиэтажной свечи, чуть вглубь под карнизом одного из подъездов, три темных силуэта. До слуха донеслись сдавленные рыдания женщины и неразборчивая речь мужчины. Скользкая и мерзкая. Алексей замер и нащупал вспотевшими ладонями неожиданно тяжелый пистолет. Через секунду рука одного из мужчин взметнулась и со всего маху опустилась вниз. Хлопок. Женщина, расставив в стороны руки, упала на холодный асфальт. Второй мужчина расстегнул штаны. Бивший нагнулся и выдернул из рук обессиленной женщину сумку, вытряхнул ее содержимое на асфальт. Взгляд Алексея поймал покатившеюся по тротуару губную помаду... Он понял, что рука достала пистолет. Ноги, словно сами по себе понесли его вперед, шаг за шагом приближая Алексея к месту происходящих событий... Вся обойма. Одна за другой, пули вырвались из ствола «ТТ». Отчетливые ПЛУХ – ПЛУХ – ПЛУХ – звуки разрывающейся плоти»

- Вот, другое дело. Самому разве не приятно, когда чист и свеж? – Алексей расплылся в улыбке и спрятал пузырек с шампунем в аптечке. – Другое дело, – повторил он.

Через несколько минут, учитывая стоявшую духоту, Алексей уже был сух и, разорвав целлофановые пакеты, достал из них свой новый гардероб. Он быстро переоделся и окинул себя взглядом.

- Женя, – протянул он, – когда я тебя увижу, я поцелую твою старую задницу! Ты ставишь меня в неловкое положение, ведь такие, как ты, не могут быть причислены к лику святых! - Алексей расхохотался: Если бы не ты, гнить бы мне на зоне до конца своих дней, друг.

Алексей огляделся по сторонам. Что делать дальше? Впереди трасса, на трассе машины, впереди граница, и там свобода, о которой он даже не мечтал. Пусть штамп ООР, пусть федеральный розыск и прочая чушь. Они просто не смогут его поймать если он не захочет этого сам. Все очень просто.

Несколько минут ушло на то, чтобы собрать пучок сухих веток. Чиркнула зажигалка, и Алексей развел небольшой костер. Языки пламени приятно облизали жаром лицо. Он поднес к огню длинную сухую ветку и, перемешав угли, вытащил ее обратно. На кончике ветки тлели жирные красные угли, и он отбросил ее в сторону. Костер, пламя которого, как обжора за обеденным столом, поглотило сухие щепки, потух.

- Свобода, я делаю это ради свободы, – прошептал Алексей. – Решайся же!

Глубоко вздохнув несколько раз, Алексей закрыл глаза и, вытянув вперед кулаки, разжал пальцы.

«Если ты сделаешь это, то победишь».

Он с силой вдавил кончики пальцев в тлеющие угли. Боль, охватившая сознание, могла свести с ума.

«Это не больно, не больно, не больно».

Но было больно, очень больно. Он медленно убрал руки и посмотрел на подушечки пальцев. Ожег. Он облегченно выдохнул. Обожженные пальцы скрывали свои отпечатки, при этом сохранив свою функциональность. Алексей понимал, что ему повезло – ожоги охватывали лишь самые кончики пальцев рук.

«Ну вот, не так уж это было и страшно».

Алексей попытался улыбнуться, но улыбка вышла скомканной. Он тщательно осмотрел подушечки пальцев рук: чистая работа. Все шло по плану, который пункт за пунктом подлежал исполнению. Невзирая на боль, Алексей достали из приготовленной на этот случай аптечки мазь, обработал ожог и перевязал пальцы рук бинтом. Несколько минут он сидел на холодной земле, тупо уставившись на дымившиеся, тлеющие остатки костра. Затем поднялся на ноги, отряхнул тыльной стороной ладони джинсы и двинулся к трассе, до которой на глаз было пару минут ходьбы. Неторопливо он миновал небольшой холмик и, пробравшись сквозь кусты к автостраде, затаился, не доходя у обочины, и осмотрелся по сторонам. Все то, что он увидел там, было замечательно, прелестно, чудесно, волшебно. Ночь. Пустая трасса, ни единой души вокру. Было здесь одно «но» - почти пустая трасса и почти никого. Удача. Эта толстая застенчивая тетка мило улыбнулась ему на этот раз. В тот момент, когда это и было нужно. И именно так, как он мечтал, погружаясь в сон в своей камере...

Неподалеку, метрах в ста от того места, на котором он остановился, стоял автомобиль – «Hyundai Acient». А возле него два человека, совсем молодых – парень и девушка. Возможно, молодожены, а может быть брат, с сестрой, что, впрочем, было не так важно. Лицо Алексея расплылось в улыбке. Теперь до свободы было рукой подать. Правда что делать с этими молокососами? Это была зацепка... Хотя это не так уж и важно. Неужели какой-то мелкий барьер может помешать осуществлению его мечты? Нет, конечно.

Алексей, притаившись на обочине, внимательно наблюдал за сценой развернувшейся на дороге, чувствуя себя зрителем созерцающем театральное действо. Паренек, которому на вид было чуть больше двадцати, что-то говоря девушке, оттаскивал от автомобиля какое-то животное, которое видимо им посчастливилось сбить. Стоявшая рядом девушка казалась еще младше. На ней была одета мини-юбка, и тряпочка, которая, видимо, имитировала блузку. Она время от времени разводила руками и что-то недовольно причитала.

Это был шанс, и грех им было не воспользоваться. Алексей внимательно осмотрел дорогу. Пусто. Пора было действовать. Он раздвинул кусты и, чуть извернувшись, чтобы колючки крыжовника не впились в одежду и тело, вышел на дорогу. Немного болела нога и руки, но это было ерундой. Свобода требовала жертв. Он сделал несколько шагов и почувствовал себя уверенней. Теперь все было позади: и сточные решетки канализации, спертый запах крыс, камера, тошнотворная пища тюремного рациона. Алексей поправил футболку, немного перекошенную набок и, одернув штаны, зашагал по дороге, чуть прихрамывая на одну ногу, которая немного затекла.

Глава 3

- Ты меня испугал!

Палыч небрежно выкинул на асфальт пропитанную в нашатырном спирте тряпку. Рядом стояла открытая дорожная аптечка, которую майор принес из УАЗика. Йод, зеленка, пузырек с нашатырем, парочка бинтов и внушительных размеров кусок ваты. Больше в коробочке с красным крестом – международным знаком медицины и врачевания – не было ничего. Палыч мысленно поблагодарил Бога за то, что аптечка вообще оказалась на месте.

Сергей приходил в себя. После того злополучного приступа он потерял сознание, и Палычу пришлось перетащить лейтенанта из тоннеля на обочину дороги. Именно здесь и пришлось приводить напарника в чувства. Лицо Сергея постепенно приобретало здоровый оттенок, пришедший на смену бледности. На щеках появился  легкий румянец.

- Голова болит?

- Нет.

- Честно?

- Нет, знаешь, пошутил. Конечно же, честно!

Сергей пожал плечами. Несмотря на выступивший румянец, на лице лейтенанта все же можно было заметить бледные пятна.

- Ты уверен? – спросил Палыч.

- Я ни в чем не уверен, – ответил Сергей.

Он протянул руку к напарнику и взял у него бутылку минералки.

- Я даже не понимаю, что происходит, – добавил лейтенант.

«Если бы я что-то понимал,» - подумал майор.

Сергей открутил с пластмассовой бутылки крышку, сделал несколько глотков и выплеснул прохладную воду себе на лицо. Казалось, что он вовсе не сидел посреди ночи на дороге, в десятке метров от двух врезавшихся в бетонном тоннеле машин, а всего-навсего располагался на своей уютной пуховой постели у себя дома, проснувшись с бодуна после бурного вчерашнего вечера, во время которого он угощался напитками покрепче сока или чая, и пытался придти в себя. Палыч понимал, что сравнение хромает, но ничего другого просто не приходило в голову. Тем более Сергей выглядел именно так, удивленно и растерянно, будто подсчитал свой вчерашний литраж. Похоже лейтенант не до конца понимал, что происходит, если вообще понимал что-либо. Можно было предположить, что Сергей не в себе. Лейтенант еще раз плеснул себе в лицо водой и вытер стекающие капли рукавом камзола.

- Палыч, дай прикурить, – сказал он.

- Может не надо, Сережа?

Неизвестно, что произошло тогда с парнем, но это было явно НЕХОРОШО. Какой-то приступ. Астма, щетовидки или еще чего. Палыч не знал, но понимал, что если лейтенант начнет сразу же курить, то это может плохо кончиться. По мнению Палыча, лучше было проявить осторожность, однако Сергей повторил просьбу.

- Дай мне закурить, – сказал он.

- Приступ может повториться, Сергей, – ответил майор.

В ответ на это лейтенант скорчил недовольную гримасу.

- Дай мне сигарету, Палыч, – повторил он.

Палыч покачал головой.

- Нет Сергей.

Со стороны эта сцена напоминала скорее разговор между строгой мамой и малолетним сыном, нежели беседу двух взрослых мужиков. Сергей в роли мальчишки пяти – шести лет и Палыч а-ля строгая мамочка. Ребенок со слезами на глазах кричит: «Хочу!». А мама отвечает: « Я сказала, на сегодня хватит». Впрочем, Палычу было плевать на что это похоже. Его волновало лишь самочувствие Сергея и сам разговор, который приобрел несколько дурной вкус и цвет.

- Палыч, ты конечно, извини, но кто ты такой, чтобы мне указывать?! – сказал Сергей. – И мне плевать, что со мной будет если я выкурю сигарету. Я не понимаю, что со мной происходит, почему я сижу на асфальте и почему ты твердишь, что если я выкурю сигарету, то это плохо кончится. Поэтому мне плевать! Дай мне сигарету.

Конечно же, желание ответить было, но Палыч сдержался и достав пачку сигарет из кармана, бросил ее лейтенанту. У парня на лицо были признаки шока, а спорить, тем более ругаться с ним… Это могло только ухудшить самочувствие Сергея. Лейтенант закурил и бездумно уставился на самый кончик сигареты. Глаза Сергея помутило, и, казалось, он смотрит сквозь сигарету, если он вообще куда-то смотрел.

- Что стряслось? – спросил он.

ЧТО СТРЯСЛОСЬ? Хотел бы Палыч сам знать, что стряслось! Стряслось дерьмо, вот собственно и все, что стряслось. Эти слова за малым не сорвались с губ, но майор сдержался.

- Стряслось… Похоже, ты отравился запахом дыма вперемешку с бензином. Или угарным газом… - Палыч запнулся, вдруг вспомнив тяжелый и едкий фруктово-кисломолочный запах. По жилам пробежала мелкая дрожь, но Сергей этого не заметил. Наверное точно такой же запах был у дерьма, забродившего в унитазе. Майор нехотя вытянул руку. – Видишь, как дрожит. Ты упал в обморок, когда происходила развязка задержания.

Сергей нахмурился и медленно перевел свой невидящий взгляд на Палыча.

- Что?

- В каком смысле «что»?

- Какого задержания, Палыч?

Наверное, если бы Сергей спросил: «Ты не знаешь, как зовут мою жену?», это произвело бы меньшее впечатление, чем этот вопрос. Вопрос поставил майора в тупик.

- Сергей, ты уверен, что с тобой все в порядке? – спросил Палыч.

- Со мной все в порядке, – ответил Сергей. – Только о каком задержании идет речь?

Лейтенант огляделся по сторонам и увидел тоннель, в котором стояли их УАЗ и красная ЛАДА с открытой водительской дверцей. В голове царила бездумная тишина. Он не помнил никакого задержания… Он ничего не помнил. Полоска с пробелами, как не пропечатавшиеся слова на листе из-под сломанного печатного станка, тянулись с самого начала ГЛАВЫ. Последним воспоминанием был разговор с Палычем.

- У тебя провал в памяти, Сережа, – слова майора, как ведро с холодной водой, вернули Сергея к реальности, отвергнув попытку вернуть воспоминания. – Я думаю после хорошего крепкого сна ты все вспомнишь.

Сергей пожал плечами.

- Надеюсь, но со мной такое впервые.

- А я впервые сегодня производил задержание и наложил полные от страха за тебя штаны, – улыбнулся Палыч.

Майор хотел добавить, что так уж устроена эта штука под названием человеческая жизнь, где все рано или поздно происходит впервые. Впервые ты писаешь стоя в унитаз, ты читаешь свою первую книжку и наконец в тебе рождается первая любовь. Но сдержался, добавив лишь, что приступ случившийся с Сергеем не на шутку его перепугал.

- Бывает… - Сергей хотел рассмеяться, но смех тут же прервал приступ жуткого кашля, и он выплюнул на асфальт комок коричневой слизи – Что за дерьмо!

- Похоже, это отравление, – протянул Палыч.

Через минуту приступ кашля, которому не позавидовал бы человек больной туберкулезом, кончился, и Сергей повернулся к тоннелю.

- Ты можешь мне рассказать, ЧТО произошло?

Палыч кивнул.

- Попробую. Ты надышался угарным газом и потерял сознание, а мне пришлось действовать в одиночку. Какой-то паренек без номерных знаков. По приказу не остановился. Вот, собственно, и все.

- Ясно, – Сергей провел руками по лицу, коснувшись двухдневной щетины – Менты едут?

- Нет, я еще ни с кем не связывался, – Палыч похлопал лейтенанта  по плечу – За тебя трясся, Сережа.

- С меня поляна, – Сергей улыбнулся.

Его глаза более или менее прояснились.

- По рукам.

- По рукам.

Майор вздохнул: появилась уверенность, что с парнем будет все в порядке. Он почти полностью пришел в себя и выглядел сейчас достаточно бодро. Пронеслась секундная мысль, что напарнику помогла выкуренная сигарета. Вот и хорошо.

- Ладно, пойду связываться с ребятами. Пора подключить Проксину, – сказал Палыч.

- Я с тобой

Что же, если так хочется, то пожалуйста. Палыч протянул Сергею руку, и тот опершись о нее поднялся. Сперва Сергея немного повело в сторону, как иногда бывает после двенадцати часового сна, но сделав несколько шагов, он пошел ровно и уверенно, как и добрался до машины.

Палыч, подойдя к УАЗику, залез в кабину и, взяв рацию, поднес ее к губам. На линии зашипело.

- Прием.

В ответ из приемника донесся треск.

- Прием… – Палыч скинул на сиденье автомат и провел свободной рукой по бритой голове, липкой от пота, будто обильно намазанная клеем для обоев. Бог его знает, что случилось полчаса назад, но из-за всего этого он сильно перенервничал. – Прием!

На другом конце линии никто не ответил. Диспетчер молчал: из рации доносился противный шум вперемежку с писком, извещая о наличии обратной связи… И больше ничего. Сделав еще несколько попыток соединиться с диспетчерской и повторив «ПРИЕМ», Палыч оборвал связь. Похоже, было необходимо чуть-чуть подождать. Рядом возникла фигура Сергея, который, облокотившись о кузов, заглянул в салон.

- И где же наш арестант? – спросил он.

- В машине, – ответил Палыч.

Сергей нахмурился.

- Ты его оставил одного?

- Можно сказать, что да.

- Не понял. Ты пристегнул его наручниками?

- Ему это уже незачем.

Лейтенант удивленно сузил глаза.

- В каком смысле?

Палыч бросил на «десятку» взгляд. Ну что же, пора было рассказать все пареньку. Майор вздохнул.

- Там труп, Сергей, – сказал он.

Лейтенант присвистнул.

- Труп? Палыч, я смотрю, ты перестарался.

Майор покачал головой.

- Я его и пальцем не тронул, Сережа.

- Ты говоришь тайнами, – лейтенант потянулся за сигаретой, – можно немного поподробней?

Он закурил:

- У меня еще все плывет в голове. Ты его подрезал?

- Да, – согласился Палыч. – Было дело.

- Тогда, видимо, мы немного переусердствовали?

Палыч развел руками.

- Ты прав.

Майор, последовал примеру Сергея и закурил, принявшись нервно перебирать в пальцах фильтр.

- Но у него не был пристегнут ремень безопасности, – добавил он. - Это радует.

- Бесспорно… - Сергей покосился на «десятку» – Только вот проблем все равно не оберешься. Я пойду посмотрю на него.

- Иди, – согласился Палыч – Правда, меня беспокоит еще кое-что. Первый раз вижу эту дорогу…

- Ерунда.

Сергей засеменил к «десятке» и остановился возле открытой двери. Он осторожно нагнулся и заглянул в салон. Палыч проводил напарника взглядом и, докурив сигарету, вновь попытался связаться с диспетчером. Связи не было. Что-то сломалось или же возможное неизмеримое количество Герц и Лямбд связи… Возможно, еще что-то, например, те самые магнитные ямы, о которых Палыч слышал от мастеров связи, а не далее как в понедельник по телевизору в блоке новостей на Первом канале.

- Прием, – Палыч подождал. – Ну и хер с вами.

Он откинул в сторону рацию и вылез из машины, бросив взгляд на напарника, рассматривающего труп.

«Вот так: первое серьезное дело – и сразу же первый серьезный для Сергея провал,» - подумал майор.

Но была ли сложившаяся ситуация провалом? Они не стреляли…

Вопрос казался сложным и думать о нем сейчас не хотелось. Они попросили его остановиться? Попросили, но он этого не сделал. Они попросили настойчивее, несколько раз, но и это тоже оказалось бесполезным. Тогда пришлось подрезать автомобиль. Палыч, размышляя таким образом, приблизился к напарнику. Сергей, заметив Палыча, вопросительно кивнул головой.

- У нас проблемы – сказал Палыч.

Он неторопливо приблизился к красной «десятке» и указал в сторону УАЗа

- Нет связи.

- Что там? – спросил Сергей.

- Без понятия. Просто не соединяет.

Сергей в ответ задумался и посмотрел на труп. Майору показалось, что лицо напарника вновь побледнело.

- Звони 02.

Он не ошибся, Сергей выглядел подавленным.

Палыч ничего не ответил, а вытащил из кармана брюк мобильный и набрал несложный двухзначный номер. Удостоверившись в том, что номер набран верно, он поднес телефон к уху.

- Где мы сейчас?

Сергей лишь пожал плечами. Майор не знал этого тоже…

«Но черт возьми, милиция это или что, пусть сами разберутся!».

Несколько секунд майор вслушивался, ожидая сигнала гудка, но процессор телефона совершив несколько затяжных попыток соединения запищал и отключился. Отбой.

- Вот и приехали, – Сергей покачал головой и, нервно осмотревшись по сторонам, вернул взгляд на труп.

- Ты его осмотрел?

- А у меня было на это время?

- Надо осмотреть.

Сергей отошел к УАЗику и вскоре вернулся с фонариком, тут же направив его луч внутрь салона «десятки», осветив труп. Зрелище было не из приятных… И что-то в виде этого человека было не так. На вид водителю «десятки» было около 35-40 лет. Он был одет в легкий пиджак летнего покроя, явно из дорогих, брюки, серая рубашка с черно-белыми вставками, зачесанные по прорези на бок волосы, обильно смазанные гелем и тонкая бородка на лице… которое выглядело просто отвратительно. Сергей, надев захваченные с собой перчатки, аккуратно взял труп за подбородок и повернул его лицом к себе. Щеки мужчины впали внутрь, будто прилипли внутренней стороной к зубам. Глаза со слипшимися веками и ресницами, которых впрочем практически не было, набухли и казалось еще чуть-чуть, готовы были вывалиться из своих орбит. Сергей скривился и затянулся.

- Дерьмо какое-то.

На шее мужчины красовался длинный глубокий разрез. Кровь на ране запеклась, а по краям, по обеим сторонам пореза, выступили тонкие полоски гноя. Сергей одернул руку – гной жирной каплей стек вниз впитавшись в воротник рубашки. Все это выглядело весьма дрянно, если не сказать паршиво. Сделав несколько последних затяжек, Сергей выкинул окурок. То ли желтый лунный свет, отсвечивающий по коже мужчине, то ли еще что, но кожа водителя выглядела бледной. Очень бледной и холодной.

- Странно, – он покачал головой и посмотрел на Палыча – Чует моя жопа, что у нас будут крупные неприятности. Труп не свежий.

Палыч, который также внимательно изучил труп, нахмурился и неохотно покивал головой.

- Ты думаешь о том же, о чем и я? – спросил Сергей.

- Я думаю, мужик умер около недели назад.

***

Дождь давно прошел, но взмокшая рубашка неприятно прилипла к телу. Впрочем, это было и к лучшему – духота, ослабив свою крепкую хватку, позволила наконец дышать полной грудью, отступив под грозным видом туч, которые теперь не спеша удалялись на восток, постепенно расчищая ночное небо усыпанное звездами. Прошло около получаса с того момента, как Александр покинул грузовик, оставив в нескольких километрах позади свое прошлое и частичку настоящего, а впереди его ждало будущее. Пока неясное, немного размытое, но от этого не менее привлекательное, тянущее, как магнит. Так он считал или хотел чтобы все было именно так, а не иначе. Хотя в этом и не было особой, какой-то уж совсем принципиальной разницы. Трасса, рюкзак и ожидание попутки. На ту же Украину, например. Александр замедлил шаг и обернулся назад. Все так же: пустая трасса, не слышно шума колес и рева двигателей автомобилей. Он вздохнул и, развернувшись, продолжил свой путь. Дорога, жадно впитывавшая в себя неожиданную, но приятную влагу, тянулась на север, немного, как горка, клонясь вниз и ноги, словно сами по себе несли его вперед, оставляя грузовик далеко позади. В голову настойчиво лезли неприятные мысли и всякая чушь, но он старался не обращать на это никакого внимания и, чтобы отвлечься от всего этого, считал свои шаги. Счетчик, встроенный в голову, показывал 2400. И с каждым шагом все дальше, дальше и дальше от былой жизни. 2411, 2412. Чем-то это напоминало далекое детство – чтобы заснуть приходилось считать овечек, закрыв глаза. Они были такие белые и пушистые, что просто не оторвать глаз...

«Может ты прекратишь это?»

2416, 2417.

«Глупо, очень глупо избегать этого».

Александр старался не слушать. 2423, 2424. Но это было действительно глупо, бессмысленно. Он понимал, что все равно придется вернуться к этой проблеме. А проблема существовала. Но он все равно считал, что лучше обдумать планы на свою дальнейшую жизнь позже, когда немного уляжется буря в голове, прояснятся мысли... тогда и стоит подумать хорошенько над этим. А пока...

«Куда ты идешь?» - внутренний голос не отступтал.

24...

- Черт возьми! – Александр досадно плюнул на асфальт. – Я сбился с счету.

«Это и к лучшему, что ты собираешься делать?»

Саша закрыл глаза и ускорил шаг.

«Что?»

- Отстань от меня – прошептал Александр.

«ЧТО?»

- Не знаю, не знал и не буду знать.

«А кто знает?»

Саша зажмурил глаза и поправил сползший рюкзак. Аффект наркотика постепенно сходил на нет и с каждой минутой мысли в голове становились все четче, на смену «кайфу» приходила усталость. Куда он шел? Зачем? Он действительно не знал, как и не знал того, что случилось с ним этой ночью. В сознании на секунду возник образ, который, как некий диафильм из старого бабушкиного чулана, заполонил взгляд: крупные капли дождя тарабанят по кузову трейлера, он едет, закрыв глаза и погрузившись в небытие, в глубины подсознательного, а впереди, на дороге, чьей-то заботливой рукой расстелена стальная лента, вроссыпь покрытая острыми шипами...

Александр скривился: кто мог сделать это?

Этот вопрос звучал все настойчивее и, слившись с мерзким циничным тоном внутреннего голоса, заполнил сознание. Почему-то захотелось плакать. Он вспомнил, как много лет назад, когда он, будучи одним из бесчисленных воспитанников детского дома, разбил за обедом фужер с компотом и последовавший за этим строгий взгляд воспитательницы, тети Алены со словами: «Ты наказан, Саша». В тот миг он заплакал. Возможно, поэтому плакать хотелось и сейчас.

«Что, черт возьми, происходит с моей жизнью?»

«Ты сам виноват»

- Это неправда. ЭТО НЕПРАВДА.

«Ты сам сломал себе жизнь»

- Она уже была сломана заранее! – он нащупал на груди медальон и, потянув за серебряную цепочку, вытащил его наружу. Маленький серебряный медальон в форме сердечка. Он бережно открыл его и посмотрел на фотографию. На черно-белой, изъеденной временем фотографии, были трое: он, мама и отец. Саша бережно поцеловал его и, на секунду задержав взгляд на фотопортрете, закрыл медальон и спрятал его обратно. Туда, где было его место, – у сердца. По щеке скатилась слеза. Ему было шесть. Папа, поцеловав его в щеку, сел за руль, а мама пристегнула маленького Александра ремнем безопасности. Это и спасло мальчику жизнь впоследствии. Он сидел на заднем сиденье, родители расположились спереди. Отец включил радио, на волнах которого была всего-навсего одна станция, да и та не годилась для обычного обывателя. Диктор все время твердил  что-то об очередном съезде КПСС. Мама копалась в косметичке. Неожиданно на встречную полосу вылетел грузовик...

- Хватит, – простонал Александр.

С того момента началась его новая жизнь – в детдоме, именно с того момента все пошло наперекосяк. Он сдался, даже не попытавшись бороться. Это был нокаут, после которого он так и не смог отойти и вернуться к нормальной жизни.

- Хватит, – повторил Александр.

Глухие шлепки подошвы об асфальт заставили вернуться его к реальности: это был именно тот мир, в который он попал несколько лет назад и где каждый день, даже час, из огромного инкубатора появлялись цыплята под названием «проблемы». Две плоскости, два параллельных мира: действительность, в которую он не спешно возвращался сейчас, со всем дерьмом реального мира – и другой мир. Саша нащупал в кармане джинсов сверток с таблетками.

«Нет, нет и тысячу раз нет,» - пронеслось в голове.

Внутренний голос был прав: пора решать скопившиеся проблемы, пора строить новую жизнь. Но как? Александр огляделся по сторонам. Лесополоса, за которой он несколько часов назад видел железнодорожные пути, превращалась в рощу, а роща в лес. Только становившаяся с каждой минутой все уже дорога по-прежнему неуклонно вела вперед. Александр заметил, что еще недавно цельный асфальт теперь был покрыт трещинами. Местами на дороге сквозь расщелины пробивались растения. Попадавшиеся на пути дорожные знаки были стерты, будто зачищенные наждачной бумагой, и даже самый хороший глаз не смог бы различить предписаний представленных на указателях.

«Что это было?»

Несмотря на то, что ответа на этот вопрос не было, слова вопроса вышколенного сознанием не отступали. Милиция? Но для чего? И если бы это были действительно менты, то была бы и засада. Но ее не было. Преступники... Но какой смысл резать шины и бросать добычу. Тогда кто? А-ля детки шалунишки? Нет...

«А что если...» - Александр задумался.

«ТЫ хочешь сказать, поворот судьбы?»

Несмотря на то, что рядом, кроме него самого, больше никого не было, он покраснел от этой мысли, неожиданно ворвавшейся в голову.

«Поворот не поворот, но все же кто-то расстелил этот капкан.»

- Все это ерунда, – прошептал Александр. – Факт остается фактом, и будь это хоть сам Элвис Пресли, это не изменит ситуацию: грузовик сломан и брошен, а это мозоль на одном месте.

«Причем крупная мозоль. Ты уже определился?»

- Я определился только с тем, что у меня начинается новая жизнь.

«Высокопарные фразы»

- Я клянусь!

«А можно с этого момента поподробнее?»

Александр бросил взгляд через плечо на дорогу: попутки или вообще хоть какого-нибудь автомобиля по-прежнему не было.

- Я куплю себе квартиру, женюсь, заведу детей и буду жить долго и счастливо.

«Интересно знать как: где твой паспорт?».

Саша резко остановился и замер. Это был удар ниже пояса. Он вспомнил, что перед поездкой в Львов оставил паспорт у Юдина.

- О нет!

«Новая жизнь, мать твою?! Желаю тебе удачи!».

Несколько секунд Александр не мог пошевелиться, рассматривая тонкую ветвь автобана, уходящую вдаль, а затем сделав первый неуверенный шаг, двинулся дальше. Снова разболелась голова. Пульс с каждым новым ударом отдавал головной болью в висках, заставляя Сашу кривиться. Вот он: инкубатор проблем не преминул заявить о себе, вынянчив еще одного цыпленка. Можно сказать, что это был полный провал. Там, где остался грузовик, где остался паспорт, где остался Владимир Александрович Юдин... Там его ждал провал. А что его ждало впереди? Теперь он уже не знал этого, но все же судорожно пытался восстановить в себе растаявшую, как мартовский снег, уверенность. Но если та уверенность, как колосс на глиняных ножках, готовый рухнуть в любой момент вниз, была построена на самообмане, то сейчас трещину дал сам фундамент самовнушения. Прочная постройка – основание идеи – разлетелась ко всем чертям, стерлась в порошок как сахарная пудра.

«А ведь за Юдиным не постоит положить кого-нибудь на мой след. Преступный мир, – думал Александр. – И тогда меня найдут. Везде... или мне придется явиться к Юдину самому… за паспортом. Нет!».

Александр, уныло перебирая ногами, шел дальше, тупо уставившись на дорогу. Он не знал, куда идет, но шел, не замедляя шаг. В голове теперь ютился только один вопрос: «Что делать?». Что делать без паспорта и без денег в этом мире. Чем теперь он, Александр, отличался от бродяги, у которого сгорел дом, от спившегося алкоголика, продавшего из-за бутылки квартиру? Ничем.

«Разве что ты не алкаш, ты наркоман,» - подлил масла в огонь внутренний голос.

Александр чувствовал, что стоит на пороге отчаяния и срыва.

- Это так, – шептал он. – Я наркоман.

В голову лезли самые отвратительные мысли:

«Вот он этот мир, - подумал Александр. – В полной красе и без грима».

Рука Александра вновь потянулась к карману в котором лежали таблетки, но на этот раз он не выдержал и извлек пачку из кармана и, остановившись, достал из рюкзака бутылку с водой. Выдохнув, Александр прополоскал себе горло минералкой и открыл упаковку.

- Это судьба, – крикнул он в темноту. – Эгей! Я готов принять твой вызов!

Трясущимися руками он поглотал таблетки и улыбнулся, похлопал себя по карману, в котором лежали еще несколько упаковок с таблетками. В голове приятно запекло и в глазах зарябило. Саша огляделся по сторонам: окружающее пространство начало приобретать несколько смытые очертания. Чувство было такое, будто ты смотришь вокруг, находясь под водой, причем очень мутной и грязной. Это был его мир, его второй, созданный собственноручно мир, в котором он был один. Где он, не задумываясь, мог выключить внутренний подогрев индикатора и забыться в своей мечте. Разве не был этот мир сказкой, разве не уносил он своего гостя ввысь? Мир, созданный для себя и собой. Александр сдавленно рассмеялся.

«Ты вновь принимаешься за старое, а как же новая жизнь?» - внутренний голос звучал все тише и вскоре растаял в нахлынувшей темноте. Перед глазами возникла темная пелена. Чтобы не упасть, Саша присел на корточки. Толика за толикой к горлу подкатывал тошнотворный комок разочарования. Вопрос, от которого он бежал в этот мир, здесь звучал еще настойчивее и четче чем прежде.

Что делать? ЧТО ДЕЛАТЬ?

- За что? – Александр уткнулся лицом в рюкзак – За что? – повторил он, с трудом сдерживая слезы. Рука вновь полезла в карман, и он за какую-нибудь минуту проглотил все оставшиеся в кармане капсулы, жадно запив их водой.

- Я знаю, что делать.

Он хихикнул. Голова кружилась, и Саша осторожно сполз на дорогу, закрыв глаза.

- Бежать, бежать отсюда.

***

Откуда здесь взялся «лежачий полицейский»? Этот вопрос, как заноза, которую нельзя увидеть и поэтому удалить, вонзился в сознание. Игорь сидел в своем автомобиле на кресле водителя и, уставившись в кончик кропали, курил вот уже вторую сигарету подряд. Сидевшая рядом Инна несколько нервно отстукивала какой-то мотив пальцами по черной пластмассовой панели, рассматривая незамеченную Игорем каплю крови, превратившуюся в сгусток бордового цвета на лобовом стекле. Повисшее в салоне молчание давило, но ни Игорю, ни Инне нечего было сказать. Наконец, первая не выдержала Инна. Она потянулась к небрежно брошенному на панели телефону и включив его посмотрела на экран.

- Ну что? – спросил Игорь.

- Нет сигнала сети, – ответила она.

Игорь раздосадовано покачал головой. Все понятно: глушь, лес. Казалось бы, откуда здесь взяться сигналу сотового оператора, пусть даже МТС, и он охотно принял бы этот факт, если бы не одно «но»: буквально час назад еще в большей глуши телефон исправно работал и на полосе сигнала отчетливо прослеживались четыре деления из пяти. Антенна была в полном порядке. Сейчас же сигнала не было. И еще бы ничего, но эта лента с шипами на дороге? В этом и заключалась вся суть проблемы – как быть с ней? Убрать? Нет, об этом не хотелось даже думать. Ведь на то это и «лежачий полицейский», чтоб его расстилали на дороге милиционеры. Вот поэтому и надо было бы связаться с ними, чтобы получить консультации. Мало ли, вдруг это какая-нибудь улика и убирать ее означало ввязаться в какое-нибудь низкокачественное дерьмо. А что, если идет погоня?

«Да уж,» - подумал Игорь.

А может быть, и наоборот стоило, не задумываясь, вышвырнуть это с дороги. Выбор есть всегда, вот только правильный выбор один, и именно такой выбор могли подсказать по телефону «02». Могли, если бы звонил телефон.

- Что будем с этим делать? – Инна указала в сторону ленты.

- Я не знаю.

- Почему бы нам просто не убрать эту штуку с глаз долой и не поехать как ни в чем не бывало дальше? Тебе не приходила такая мысль в голову, а Игорь?

- Приходила, но вдруг проезд по этой трассе закрыт?

- Откуда у тебя такие мысли?

- А почему нет? Не просто же так он расстелен на дороге.

Инна всплеснула руками.

- Да какая разница? Что ты теперь предлагаешь? Сидеть и ждать непонятно чего?

Игорь пожал плечами.

- Я не знаю. Не думала разве, что это расстелили менты? Если не засада, не думала, что это может быть уликой, вещдоком? Ты не думала, что здесь в конце концов может планироваться задержание, план перехват?!

- Ты себя слышишь, Игорь? Раскрой глаза. Мы одни здесь, одни.

Игорь кивнул.

- Наверное, ты права, – он вздохнул.

Не хотелось говорить об этих мыслях вслух. Но ведь это могли быть и преступники… А почему нет? Рядом граница с Украиной, где можно в случае чего легко скрыться от преследования российских силовиков. Наверное, отсюда и было то состояние нервозности на душе.

- Ты права, – повторил он. – Сейчас я уберу эту штуку с дороги, и мы поедем дальше.

Игорь выбросил окурок в окно и открыл дверцу автомобиля, собираясь ступить на асфальт, но почувствовал руку Инны на своем плече.

- Будь осторожен.

Он молча кивнул. В душу забралось какое-то мерзкое, отвратительное предчувствие. Но какое, он не знал сам. Это было то чувство, которое говорило, даже кричало «осторожно», повторяя слова супруги, когда казалось, что нечего боятся. Дорога пуста. Но… Игорь вылез из машины и, не став закрывать за собой дверцу, подошел к «лежачему полицейскому» и, осторожно поддев его ногой с той стороны, где не было шипов, отбросил в сторону, освободив пространство, через которое мог проехать автомобиль.

- Всего и делов то, – прошептал он.

Захотелось бегом броситься к машине, сесть за руль и, вдавив до упора педаль газа, поскорее убраться отсюда. Но что, если через какие-нибудь сто метров на дороге лежит точно такой же? Он сглотнул. Чертовски неприятная мысль.

- Игорь, там все в порядке? – донесся до ушей парня голос супруги.

- Да, я убрал его дорогая.

Он подошел к «Hunday» и, на секунду обернувшись вперед, на дорогу, залез в машину и с силой захлопнув за собой дверцу посмотрел на супругу.

- Как ты?

Инна потянулась к мужу и обняла его.

- Мне страшно.

- Мне тоже не по себе, дорогая, – он провернул ключ и завел двигатель – Но теперь мы уезжаем отсюда.

***

- Молоденькие, – прошептал Алексей.

С такими, похоже, придется немного повозится. Горячность – да, зато ноль рассудительности. Да и парень не последнего десятка. Потянет килограммов на восемьдесят, если не девяносто, при росте под метр девяносто. Он прикусил губу. Все бы ничего, если не это. Он озадаченно посмотрел на свои перебинтованные руки.

«Надеюсь на него подобающе воздействует пуля,» - подумал Алексей.

Он знал, что если спрятанный за поясом пистолет не вызовет подобающего воздействия, то придется не просто припугнуть пушкой ребят, а… перестрелять их. Но об этом рано думать. Следовало отложить такой прием про запас, как последнее средство, если уж совсем ничего не получится.

«Если не захотят по-хорошему, будет по-плохому,» - подумал он.

Золотые слова. Но он никогда не убивал человека просто так…

До Алексея доходили мимолетные отрывки фраз, чаще со стороны девушки, нежели парня, который старался разговаривать спокойно и не кричать. Парень одну за одной курил сигареты и мерил широкими шагами дорогу, доходя до своей машины и тут же поворачивая назад, углублялся по трассе вниз, в темноту дороги, чуть прореженную светом фар, что-то рассматривая там на асфальте. Девушка, не отходя от машины, держала в руках телефон, то и дело набирая несложный номер и поднося динамик к уху.

«02?» - подумал Алексей.

- Он не работает, Игорь! – донеслось до Алексея.

Он улыбнулся. Это очень хорошо. В том, что может помешать осуществлению его задумки, пусть даже косвенно, Алексей видел угрозу, а чем меньше угроз, тем легче осуществить план. Укрывшись за кустами крыжовника, он внимательно наблюдал за развернувшейся перед его глазами сценкой. Видимо, у этих двоих возникли какие-то неприятности. Какие? Это только предстояло узнать. Неужели из-за сбитого зверька на дороге парочка позвонила бы в милицию? Конечно нет… А пока самым подходящим вариантом было просто наблюдать за ними и постараться не выдать своего присутствия. Пока. Он внимательно всмотрелся в темноту, в то место, где стоял паренек. Если все верно и девочка упомянула именно его в своих словах, то парня звали Игорь. Игорь что-то рассматривал на асфальте. Что, пока было не совсем ясно. Но это надо было выяснить. Алексей, стараясь не шуметь, продвинулся вдоль обочины и замер, чтобы проверить, не обнаружили ли его присутствие. Но это было излишним, ребята были полностью рассредоточены и ни разу не посмотрели по сторонам.

«Порой именно осторожность спасает жизнь,» - мелькнула мысль в голове Алексея.

Именно осторожность.

Он сделал еще несколько шагов, шум от которых слился с шелестом природных звуков и поравнялся с застывшим посреди дороги парнем. Чуть раздвинув закрывающий плотной завесой взгляд крыжовник, Алексей посмотрел на дорогу и удивленно наморщил лоб. Поперек трассы чьей-то заботливой рукой была постелена массивная металлическая лента, покрытая шипами.

«Откуда здесь, в области, может быть такое?».

Он пресек быстро сформировавшийся в голове вопрос, отбросив его в дальний угол своего сознания.

«Не отвлекайся».

Внутренний голос был прав. Вопрос интересен, но его содержание, как и содержание ответа на него на данный момент были лишь пустым звуком. Гораздо интереснее и предметнее было другое: эта лента показывала причину остановки автомобиля. Он посмотрел на шипы, а затем перевел взгляд на колеса «Hyundai» и с трудом удержался от вздоха облегчения. Шины были в полном порядке. Значит ребята сумели каким-то образом избежать встречи с лентой. Алексей на секунду представил себе возможные последствия такого «свидания вслепую» и покачал головой. Такого не пожелаешь даже врагу.

- Игорь, куда ты дел тряпку, которой ты вытирал кровь?

- Я ее выбросил, дорогая.

- А зверька?

- Тоже.

Алексей жадно проглотил эти слова. Кровь? Интересно… Он обвел взглядом трассу. Глаза остановились на неприметной лужице крови у бампера автомобиля. Значит они все же сбили кого-то, точнее что-то. Несмотря на ноющую боль в руках Алексей не смог удержать улыбки. Это уже лучше. Ситуация постепенно прояснялась. А значит напротив очередного пункта его плана можно будет скоро поставить галочку.

Глава 4

Не было оснований не верить в это… Он был мертв. Не просто МЕРТВ – он умер давно, возможно, около недели назад. Но… было бы глупо отпираться, это, действительно, было так. Гной, бледность и… разлагающаяся плоть. А ведь если бы он умер здесь и сейчас, то был бы еще теплым, как кофе в термосе. Но этого не было, он был окоченевшим, холодным и весь истекал какой-то слизью. Это был труп, которого будто бы достали из патологоанатомического сейфа, а вовсе не умерший час назад человек. Но что тогда произошло тут? Как мог ТРУП оказаться в машине, которая ехала по автобану.

Вперед? Пожалуйста, вперед. Немного сбросить скорость? О, без проблем. Вас устроит 40 км\ч или, может быть, 30? Вот и отлично. Да, чуть не забыл, выключу я, наверное, фары… в том месте, в котором я окажусь, когда миную тоннель, не нужно освещение…

Палыч почувствовал, как в душе мерзко кольнуло отвращение. Он попытался сосредоточиться и отбросить прочь такие мысли. И, несмотря на то, что они были весьма и весьма настойчивые, похоже не собираясь никуда отступать, у него все же получилось это. С большим трудом, расплачиваясь появившейся головной болью, но получилось. Однако внутри себя, не желая признавать такую возможность, он все же чувствовал, что никуда не денется и мысли вернутся вновь.

«Тебе что, пять лет? Может ты еще боишься монстра из шкафа? Бугимен, мать его. НЕТ! Откуда такие мысли у человека прошедшего Афган? Труп есть труп. Тогда какой, к огородному пугалу, труп недельной давности? » - подумал майор.

Однако тут же откуда-то появившейся второй голос, несколько суеверней, чем голос сознания, говоривший независимо от желания, добавил:

«Самый обыкновенный, тот, которого я вижу с запрокинутой головой на переднем сиденье. Заметь, его нога вовсе не на педали, а руки не держат руль. Потому что он мертв!».

Палыч вздохнул. Он с радостью заплатил бы кому-нибудь миллион долларов (если бы он конечно был у него), лишь бы этот голос замолчал. Его собственный голос. Не важно, говорил ли он правду или нет, но он не хотел его слушать, готовый запереть здравый смысл на ключ. По крайней мере, сейчас. В эту самую минуту. Он с силой захлопнул бампер.

- Я не знаю, что с машиной!

Сделав секундную паузу он выругался, облокотившись ладонями на бампер, и повернулся к Сергею.

- А что у тебя?

- Тоже ничего хорошего.

Сергей вздохнул. Он минуту назад спустился с возвышенности над тоннелем – одинокого, покрытого густой растительность холма, где решил проверить телефон. Но связи не было и там.

- Ты набирал код города?

- Да.

- Звонил 01 и 03?

- Конечно, я сделал все так, как ты и сказал.

Палыч нервно сплюнул на асфальт, растерев слюну ботинком. Все это напоминало дрянной сон, после которого ты просыпаешься в кровати мокрый и вонючий, а через долю секунды понимаешь, что это твой дом и рядом спит верная жена. Но ведь не могло все сразу свалиться на их головы?! Оказывается, еще как могло, со всей щедростью Абрамовича при покупке футбольных звезд. Сломанная машина, отсутствие связи и… ТРУП. Вот так.

- Я как знал, что не стоит связываться с этой «десяткой» - сказал Палыч – Но… не могли же мы его отпустить!

- Это наша работа, – согласился Сергей – Не помню, где я слышал такое выражение, но «плавать в дерьме и не испачкаться?»

Майор нервно хихикнул.

- У меня такое чувство, что мы не плывем, а идем вброд. Машина сломалась, нет связи и все просто откровенно хреново.

Палыч перехватил взгляд Сергея: лейтенант смотрел вглубь тоннеля, на красный разбившейся автомобиль.

- Не вини игроков, во всем виновата сама игра, – сказал Палыч.

Сергей покосился на напарника.

- Это где ты понабрался такого? По-моему, сейчас не до заумностей. По крайней мере, мне.

Майор выдержал взгляд напарника и не отвел глаза.

- Я только хотел сказать, что не стоит забивать себе голову тем парнем. Мы не виноваты в этом: это наш долг.

- Ты думаешь, меня мучают угрызения совести?

- По крайней мере, мне так показалось – сказал Палыч.

- Считай, что интуиция тебя подвела…

Палыч промолчал. Не хотелось говорить лишнего, а возможно он совсем не хотел вновь возвращаться к этим мыслям, от которых с таким трудом удалось избавиться совсем недавно. Сергей, видимо, посчитавший себя победителем в словесном споре, что могло убедить неуступчивого Палыча в его хладнокровии и спокойствии, залез в кабину УАЗа и вновь попытался связаться с диспетчером. Майор, считавший попытки соединения, мысленно отметил, что этот раз станет двенадцатым. Рация не работала и, похоже, не собиралась, будь еще тысяча таких попыток. Вскоре это понял и Сергей, который бросил все попытки соединиться и выглянул из салона.

- Слушай, а ты уверен, что мы не могли ошибиться? – спросил Сергей – Ведь каждый может ошибаться, человеку свойственно делать ошибки.

Палыч смаковавший очередную сигарету, услышав эти слова, замер.

- Не знаю.

- Я думаю, мы могли ошибиться, – сказал Сергей.

- Ты уверен в этом?

- Нет! – Сергей, на этот раз избежал прямого взгляда Палыча и решил вновь погрузиться в починку, как ему казалось, поломанной рации. Он продолжил дергать какой-то проводок красного цвета, надеясь что именно он является причиной неисправности.

Он врал. Врал самому себе. Палыч чувствовал, что ни он сам, ни Сергей не могли ошибиться, но, видимо, лейтенант боялся такой мысли. Боялся даже ее подпустить к себе. Боялся ее и Палыч, но он был уверен на 100, а возможно и 150 процентов, что тот человек за рулем автомобиля умер не сегодня и никак не час назад. Существовала возможность, что он плохо увидел что-то,  не видел кое-чего в темноте, пусть даже Сергей и воспользовался фонариком. Как мог нормальный человек начать гнить сразу же после смерти? Что у него были за раны? Что-то было не так. Палыч чувствовал это сейчас, чувствовал это и во время задержания и даже спустя мгновение после того, как увидел эту злополучную машину. Срочно необходимо вызывать экспертов, медиков, оперов, да даже Миронова! Но как?

Тем временем Сергей осознал всю несостоятельность своей затеи и отбросил рацию, снова потянувшись за телефоном.

- Сергей!

- Чего?

Перед тем, как начать говорить, Палыч сделал паузу и попытался сосредоточиться. Он внушительно прокашлялся, прочистив горло.

- И я, и ты прекрасно понимаем, что в машине труп… - Палыч на секунду запнулся.

«Умерший труп,» - мелькнуло в голове.

- Ты понимаешь что это означает?

- Палыч, я ничего не понимаю.

А что понимал майор? НИ-ЧЕ-ГО. Еще будучи возле машины, он ничего не понимал. Ничего не понимал Сергей… Они решили, что, возможно, это действие химикатов (Палыч был уверен, что водитель «десятки» принимал кокаин, либо кололся, что и ускорило процесс разложения…)

«Бред».

Точно так же думал и Сергей.

- Я не думаю, что в «десятке» перевозился труп. Такого просто не может быть. Кто бы перебросил его на переднее сиденье? Кто? Ты кого-нибудь видел?

- Ты прав, такого не может быть. Я никого не видел и не думаю, что в области появились какие-нибудь некрофилы.

- Да, ну а взять его в качестве донора?

- Ты сам себя слышишь? – Палыч сморщился. – Он слишком давний для этого.

- Ты прав… - Сергей поперхнулся и закашлялся.

Палыч выдержал паузу, давая этим придти напарнику в себя.

- А все другие мысли, что приходят в голову сейчас – полная чушь. Можно предположить, но посмотри на его автомобиль, – напарники повернулись к «десятке» – Видишь как он стоит?

Правая часть корпуса «десятки» была прижата к бетону.

- Даже если там и был кто-то еще, то он бы не выбрался, не наткнувшись на мой автомат. И он не мог там спрятаться. Обнаружив труп, я обыскал автомобиль.

- И он был пуст, – перебил Сергей, но тут же закашлялся и выплюнул на асфальт какой-то зелено-коричневый комочек.

- И он был пуст, – согласился Палыч. – А еще появились помехи, и мотор полетел ко всем чертям.

Майор развел руками

- Можно делать вид, что все хорошо, но на самом деле и ты, и я знаем, что это не так!

Интонация, которой были сказаны эти слова, слегка смутила лейтенанта. Сергей не знал, что на это можно было ответить. Палыч выложил все как есть. Не больше и не меньше. Майор же взял минутную паузу о чем-то размышляя, но вскоре продолжил.

- Вообще, Сергей, я не верю ни в Бога, ни в дьявола, хоть и ношу крестик на груди. Я не верю в приведения, домового и всю эту прочую ерунду. Если верить во все это, то нужно верить и в справедливость. Я прошел Афганистан и прекрасно понимаю, что никакой справедливости нет. А ты веришь в это?

- Нет, я верю только своим глазам, ушам и заднице.

- Я тоже, – протянул Палыч. – Я тоже. И сегодня я с радостью бы не поверил и им. Но… я увидел и услышал это, а ты почувствовал… Сергей, что здесь происходит?

Палыч яростно растер брошенный Сергеем окурок по асфальту. Кропали взметнулись вверх и подхваченные ветерком разлетелись в разные стороны. Самый крупный кропаль попал майору на штанину и тут же растворился в материи, оставив на форменных брюках прожог размером с копеечную монету. Палыч даже не повел головы. Теперь уже было плевать на шоу, пиво, рыбу, на все. Плевать на головную боль, которая тисками сдавила его голову.

- Что здесь происходит?

Сергей лишь пожал плечами.

- Я не знаю, что здесь происходит и не знаю, как нам поступить – ответил он.

«А ему и не положено знать. Кто же здесь старший: Я или 24 летний сыкун?»

Палыч задумался. Из всех этих неприятностей нужно было выделить основу и «бить наверняка», как любила говорить его мама. На секунду перед его глазами предстала картина далекого прошлого. Когда ему было около шести, он, мама, отец и тетя Света, которая приходилась сестрой его отцу, и ее муж, часто ездили отдыхать летом на дачу. Там был небольшой огород – несколько километров от города, минут 15 на электричке. Эти поездки никогда не вызывали особого восторга у его матери. Так было и в тот раз. Мама сидела на стуле под небольшим навесом, чтобы хоть как-то спрятаться от палящего солнца и не дай бог не получить солнечный удар и читала какую-то книжку, вроде бы «Унесенные ветром» Маргарет Теттчер. А маленький Палыч, нацепив на себя бейсболку, копался в огороде, где помимо огурцов, помидоров и целой плантации укропа, были сорняки. Увы, делать это ему пришлось в одиночку: мама сказала отцу, что у нее болит спина, а сам он вместе с тетей Светой и ее мужем находились в доме, где на тот момент вовсю шел ремонт. Тетя Света отдирала со стен старые обои, а отец вместе с мужем сестры приклеивал новые. Работа шла на «ура». Но вскоре Палыч наткнулся на чрезмерно здоровый сорняк, который несмотря на все усилия мальчика не собирался ни в какую покидать огород. Сорняк был крепок, и сколько бы Палыч не мучился над ним, тот никак не поддавался. В 6 лет просто-напросто не хватало сил, чтобы как следует его дернуть и, вырвав, отбросить в кучу к уже обработанным сорнякам. Вскоре его мучения заметила мать. Она крикнула ему, что стоит ухватиться покрепче и дергать сорняк постепенно.

«Когда почувствуешь, что он начинает поддаваться, тогда дергай изо всех сил, а пока расшатай его сынок. Запомни, всегда надо бить наверняка!». Он последовал совету матери и, к радости мальчика, все сразу получилось. Он взялся покрепче за толстый стебель растения и принялся его расшатывать. Почему-то в голову пришла мысль, даже не мысль, а фрагмент из сказки про репку, когда на помощь всей семье пришла маленькая мышка и это помогло вытащить огромный овощ из земли. Так же маленькому Палычу удалось когда-то вытащить сорняк, который казалось прочно обосновался в огороде.

Надо всего лишь «бить наверняка».

«Бей наверняка,» - пронеслось в голове.

А он бы и не отказался так ударить. Ударить наверняка, чтобы тут же заработал двигатель автомобиля, сломанный от удара о бетонный каркас тоннеля, чтобы рация вместо своего треска наконец-то соединила их с Проксиной. И чтобы, наконец, в красном автомобиле… было все хорошо. Увы это был не сорняк, а рядом не было родителей. Перед тем как «бить», надо было все обдумать.

Палыч осмотрелся по сторонам. Они торчат здесь два или два с половиной часа, что, впрочем, не столь важно. Важно было другое, и мысли майора неуклонно, совершая пробежку по кругу, возвращались в исходное положение.  Здесь было то, во что не хотелось верить, во что он не верил еще вчера. Но во что поверить после того, как они гнались за… живым ТРУПОМ. Палыч незаметным движением перекрестился. Что за бред? Как можно было верить в эти ГЛУПОСТИ!

Майор смахнул испарину с лица. Платок напоминал теперь мокрую тряпку.

- Сергей, ты понимаешь, что такого просто не может быть? – спросил Палыч, и тут же продолжил не дожидаясь ответа напарника – Скажи, ты бы поверил своим глазам, если бы увидел динозавра? Нет! И я тоже теперь не верю ни твоим, ни своим глазам. Я уверен, что тебе показалось. А мне… - Палыч запнулся. Он видел ЭТО, и что бы сейчас ни говорил, это была самая что ни на есть настоящая картина. – Мне кажется, что стоит пойти и удостовериться в том, что все это бред, – голос Палыча звучал не столь уверенно, как прежде. – Вот увидишь, что в машине самый обыкновенный труп, который помер от удара о какой-то предмет при аварии.

Палыч нервно улыбнулся.

- Мы идем?

Сергей кивнул.

- Идем, – он вылез из машины и закашлялся.

Кашель длился несколько секунд и был весьма хриплым, и затем вновь выплюнул на асфальт коричнево-зеленый комок слизи. Только на этот раз, как показалось Палычу он был намного больше, нежели предыдущие. Размером с перепелиное яйцо, если не больше. Нос майора чутко почувствовал тот самый запах, даже вонь, тот самый кислый привкус и тошнотворность.

«Значит от него отравился Сергей».

- С тобой все в порядке? – спросил Палыч

- Все хорошо, – ответил Сергей. – Идем.

Он взял из машины автоматы. Один повесил себе на плечо, а второй протянул Палычу. Майор также перекинул лямку ремня автомата через плечо и вытащил из кармана фонарик.

- Я думаю, сейчас мы во всем убедимся… - майор не успел договорить, его оборвал ужасный кашель Сергея. Лейтенант уперся ладонями в колени и закашлялся.

Когда очередной приступ кашля кончился, Сергей выпрямился.

- Похоже, хорошо траванулся, Палыч, – просипел он, вытирая рукавом рот.

Майор ничего не ответил, а только кивнул, и напарники подошли к автомобилю. Палыч включил приготовленный заранее фонарик и пригнувшись посветил внутрь салона. Сергей остановился возле капота.

- Что там?

Палыч не ответил. Так (изучая труп) он стоял около минуты, пока наконец не выпрямился. Фонарик предательски задрожал.

- Этого не может быть, – прошептал он.

- Что там, Палыч?

- Подойди сюда, – майор, не отрывая взгляд от трупа, поманил лейтенанта рукой – Подойди сюда.

Сергей подошел ближе.

- Что там? – повторил он.

Палыч указал пальцем внутрь салона.

- Смотри, – он протянул фонарик лейтенанту и отошел в сторону.

В тот момент, когда Сергей брал фонарь в руку, желтый луч скользнул по лицу майора. Это продолжалось не более доли секунды, но этого хватило чтобы прочитать в глазах Палыча… страх?

«Мне показалось, - пронеслось в голове у лейтенанта. – Палыч? У этого человека по определению не мог закрасться в глаза страх».

НЕ МОГ.

Но Сергей не ошибся. Палыч сделал несколько шагов назад и, вцепившись в автомат, нервно осматривался по сторонам. Лейтенант, проводив напарника взглядом, посмотрел на фонарик и поднял дрожащую руку. Блекло-желтый луч фонаря скользнул в салон и выхватил из темноты рукав пиджака мертвого водителя. Сергей осторожно поднял фонарик вверх и луч скользнув по костюму, осветил лицо мертвеца…

- Что за! – Сергей, с трудом удержав в руках фонарик, отступил – Ты это видел? – голос лейтенанта задрожал.

- Да, – только и выдавил из себя Палыч.

- Господи, БОЖЕ Мой… Что это? – Сергей перекрестился и, отвернувшись, закашлялся.

Луч света от фонарика в руках лейтенанта небрежно заскользил по стене тоннеля. Он выкашлялся и, вытерев рот дрожащей рукой, двинулся к УАЗику.

- Ты куда?

Лейтенант резко остановился и развернулся.

- Куда? Ты видел это? – проорал он.

В голосе можно было легко уловить истерические нотки

- Он разлагается, Сергей. Разлагается ко всем чертям! Это ненормально! – Палыч замолчал и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться – Сейчас мы огородим тоннель, и надо валить отсюда, пока ходят паравозы.

- Но тогда мы закроем трассу! – Сергею показалось, что он слышит свой голос откуда-то издалека.

Палыч скорчил недовольную гримасу.

- Мне плевать. Он гниет, ты понимаешь это? Гниет быстрее чем тает мороженное на пляже. Ты понимаешь это? – Палыч нервно сплюнул на асфальт – И кому ты собираешься загораживать путь, ты видел здесь хотя бы одну машину? Я – нет, зато я видел эту штуку в салоне «десятки». Что это, Сережа?

Лейтенант лишь досадливо развел руками.

- Я не знаю.

- Тогда к делу!

Сергей, не осмеливаясь осушаться приказа старшего, подскочил к «бобику» и залез в кузов, где принялся судорожно отыскивать ленты из желтого материала с поперечными черными полосами, которыми обычно заграждалось место преступления. Палыч смутно припомнил, что только в четверг, под конец смены, Васильев выдали их ребятам с этого УАЗа, и они, кажется, положили ленты в багажник, и если это так, то их должно было хватить, в багажнике должен был лежать целый рулон. Палыч, закусив губу, молча наблюдал за напарником.

Он разлагается.

Майор почувствовал, как горло медленно но уверенно сжимает холодная хватка страха. То, что когда-то было водителем «десятки», сейчас напоминало огромный, человеческого роста ошмоток навоза, над которым витали мухи и гигантские комары. Этот отвратительный звук, который издавали насекомые застыл в ушах майора. Звук, словно тампон, впитала слуховая память и, чтоб хоть как-то избавиться от него, Палыч изо всех сил потряс головой. Это почти удалось, но все же противный писк комаров и невыносимое жужжание мух все еще слышались четко и МЕРЗКО. Майор с огромным трудом подавлял внутри себя желание вывернуться наизнанку.

Наконец Сергей нашел в багажнике то, что искал, и, захватив рулон с лентой, двинулся в сторону напарника, попутно разматывая еще не разу не использованный рулон с лентой.

- Вот, у меня все готово.

Голос Сергея вырвал Палыча из оцепенения, и майор проследил за напарником взглядом. Лейтенант разматывал рулон, расположившись у выезда из тоннеля.

- Как опечатать, Палыч?

- По ту сторону, – буркнул майор.

Сергей кивнул.

- Считай, что все уже сделано.

….Лейтенант сделал несколько шагов и почувствовал, как вновь начинает кружиться голова. Виной этому служил распространившийся в тоннеле запах гнилой капусты, который, хоть там было и ветрено, становился с каждой минутой все сильнее.

«Мне нужен свежий воздух,» - подумал Сергей.

Он услышал звук отрывающейся ленты – сзади Палыч уже оклеивал оставшейся у него лентой выезд из тоннеля. «НЕ ВХОДИТЬ! ОПАСНАЯ ЗОНА!» Через какое-то мгновение работа майора была сделана, и Сергей услышал удаляющиеся шаги. Лейтенант нехотя проводил майора взглядом, уперся о бетонную стену тоннеля и вытащил из целлофанового пакета новый рулон. Рука Сергея обхватила рулон и уже готова была приступить к выполнению своей части работы, но вдруг замерла: лейтенант почувствовал, как на кисть что-то капнуло между средним и безымянным пальцами. Кровь. Сергей поднял дрожащую руку и ощупал лицо: кровь шла изо рта. Он вытащил платок и аккуратно промокнул губы. Что-то внутри него булькнуло, и наружу из самой глубины тела вырвался кашель. По прежнему кружилась голова. Сергей закрыл глаза и попытался сосредоточиться.

- Заклеить вход и уйти отсюда, - прошептал лейтенант.

Дрожащими руками Сергей приступил к своей части работы…

Палыч вытащил из салона бронежилеты, выдернул ключ зажигания и вылез из салона, захлопнув за собой дверцу.

Что произошло этой ночью?

Палыч чувствовал легкую дрожь в коленях. На берега души одна за другой накатывали волны беспокойства и волнения. Это не был страх, не был ужас. Он просто знал, что то что произошло в тоннеле, не поддается объяснению, а все попытки, которые он предпринимал в порыве объяснить, это терпели крах, не выдерживая даже внутренней, своей собственной критики.

Палыч надел бронежилет.

***

Висевший на ремне переброшенном через плечо АК-47 ритмично бился о бедро Палыча...

Ночь постепенно приближалась к своему экватору, но в воздухе по-прежнему ощущалась крепкая хватка духоты минувшего дня. Как Палыч, так и Сергей вдыхали пары раскаленного летнего воздуха, широко раскрыв рты. Испариной были покрыты лица напарников. Палыч то и дело протирал платком взмокшее лицо и сплевывал на пыльный асфальт пропитанную никотином слюну. Сергей порой оступался, и его уводило в сторону, но он тут же восстанавливал равновесие и шел дальше, рассматривая расстелившийся по экватору горизонт. В глаза бросалась и его чрезмерная бледность. Лицо лейтенанта, разрезанное в нескольких местах полосами (особо контрастирующими на фоне дорожной пыли, которой было покрыто его лицо), оставленными крупными каплями пота, стекающими вниз от самого лба, блестело, приняв какой-то непонятный блекло-серый оттенок. Майор несколько раз интересовался его самочувствием, но Сергей отвечал, что с ним все в порядке. Но предчувствие майора все же говорило об обратном: отравление, полученное в тоннеле, давало о себе знать, ведь не просто так Сергей выглядел так отвратительно, чтобы он ни говорил. Конечно, по-хорошему можно было бы надавить на напарника, заставить его взять больничный, возможно, подумать о своем ближайшем будущем. А возможно, и просто отдохнуть, повалявшись на диване перед телевизором с банкой пива в руках.

Такие размышления несколько отвлекали майора. Палыч постепенно приходил в себя, успокаиваясь и остывая. Майор по-прежнему не видел смысла возвращаться в тоннель, считая, что для этого нет никакого резона – место происшествия было опечатано, то есть оставалось вызвать коллег-криминалистов и следователей. А сделать этого так и не удалось. Так что единственный возможный вариант сейчас – это найти какой-нибудь холмик с которого можно было бы связаться с диспетчером и наконец сообщить о происшедшем. А если нет (об этом, конечно, совсем не хотелось думать), то придется идти пешком до ближайшей станицы или села, а если такового не предвидится, то и до самого Ростова, чтобы наконец связаться с начальством там. И только тогда, скорее всего днем, вместе с патологоанатомом и следователем, вернуться в этот чертовый тоннель к «десятке», а точнее к тому, что находилось внутри... Палыча передернуло, но он тут же взял себя в руки. И все равно, что скажет Миронов против того, что место происшествия было брошено.

«Ни связи, ничего, - подумал Палыч. – Да и не бросать же пацана, не дай Бог ему станет только хуже. Я думаю он все поймет».

Палычу вспомнились слова, сказанные им в тоннеле: «У меня такое чувство, что мы не плывем, а идем вброд». Сейчас это ощущение только усилилось. Конечно же он рисковал, когда покидал тоннель, но, увы, ничего другого тут не оставалось. Либо пан, либо пропал. Возможно, стоило остаться в тоннеле, но сколько бы они тогда просидели там? Час? Два? А, может быть, до самого утра? Да, отрицать такое было бы крайне глупо. Еще глупее было бы закрыть глаза на это злополучное отравление. Невольно майору вспомнилась передача, которая шла по кабельному в прошлое воскресенье: Чернобыль и жертвы глобальной катастрофы. У героя той передачи кажется не было рта... Это, конечно, не Чернобыль, но и здоровье – это не паралоновая губка, в которую можно впитать, скажем апельсиновый сок. Чем черт не шутит, а если этот парень на «десятке» перевозил ртуть и то, чем нанюхался Сергей – ее испарения?

Майор попытался отбросить в сторону такие мысли. Конечно, такого не могло быть (а почему бы, собственно, и нет?), но не мешало бы Сереже все-таки показаться к врачу, желательно этой же ночью.

Да и что мог сказать им Миронов?

«Ребята, а что такого в том, что лейтенант отравился? Это ваш служебный долг, и вы должны его выполнять. Кто это вам разрешил бросить место преступления?!»

Палыч вздохнул и в очередной раз огляделся. Вокруг не было ни единого холмика или возвышенности, куда можно было бы взобраться и поймать нужную частоту, на которой заработает связь, или хотя бы служба экстренных вызовов.

Сказал бы и уволил... И если Палыч мог податься в неведомственную охрану, чтобы заработать там прибавку к весьма неплохой пенсии, которую он получал как ветеран Афганистана, то Сергей... Глупости, такого Миронов сделать не мог, ведь он не знал что было там – в ТОННЕЛЕ.

Майор зажмурился.

«Как ни крути, а этих мыслей не избежать,» - подумал он.

Сергей, шедший рядом, наконец повернулся и посмотрел на напарника.

- Наверное, Миронов не одобрит наших действий? – спросил он.

Палыч пожал плечами.

- Не знаю, Сергей.

Это было все что мог сказать сейчас майор. НЕ ЗНАЮ.

- И  я не знаю, Палыч. А мне очень хотелось бы это знать, – он вздохнул и на секунду могло показаться, что где-то в глубине его легких что булькнуло. – Может, нам не стоило уходить оттуда?

- Я не думаю, что был смысл там оставаться. Что толку? Связи не было, а здесь есть шанс ее поймать.

Словно в подтверждение своих слов, Палыч вытащил мобильный телефон из кармана и нажал на кнопку джойстика. Темноту разрезало приятное зеленое свечение подсветки, растекшееся от экрана, на котором по прежнему не было знакомой эмблемы оператора. Через несколько секунд свечение подсветки погасло и майор раздосадовано вернул телефон обратно в карман своих форменных брюк.

- Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке? – спросил он.

Лейтенант кивнул.

- Со мной все хорошо.

Ложью от этих слов воняло за километр. Палыч вздохнул.

- Мне кажется, глупо не обращать на это внимания и делать вид будто бы ничего не произошло.

Несколько секунд Сергей молчал, но затем обернулся.

- Про что ты говоришь?

Палыч задумался.

- Сергей, ты понимаешь, что то, что было там...

- Ты хочешь сказать, что такого не может быть? – перебил его Сергей.

- Да.

Уже в который раз лейтенант не ответил сразу.

- Я не хочу вспоминать про это.

- Но... ты понимаешь, что машиной, которую остановили, управлял труп! Или что это было, Сережа?

- Я не знаю, Палыч, – Сергей развел руками, но получилось у него это крайне неубедительно, по рукам лейтенанта шла легкая дрожь, как после третьей рюмки водки за столом – Я не знаю. Я ничего не могу понять, – он посмотрел на напарника таким взглядом, что майор невольно отвел глаза – Что изменится, если я тебе скажу: «да, Палыч, в машине был мертвец»?

Палыч промолчал. Сергей был прав: это бы ничего не изменило. Это не было тем, что ты не знаешь, но хочешь увидеть. Пройдет удивление, улягутся эмоции.

«Но если я увидел это, то, значит, такое возможно?!» - подумал майор.

- И я тебе могу сказать: у меня на плече висит автомат, а дома меня ждут жена и дети, – сказал Сергей. – Если ты вольная птица, то у меня есть семейные заботы и мне некогда играться в ужастики.

Разговор был закончен.

А что если действительно попробовать об этом забыть? Как о страшном сне или неудачном дне, которых бывает масса в жизни. Мысль выглядела довольно заманчиво и грела майору душу. Пропади оно, как корабль в Бермудском треугольнике. Плевать! Это было непонятно, необъяснимо, даже дерьмово, но это БЫЛО.

«И прошло, - тут же поправил себя Палыч. – Забудем об этом».

Незаметно для самого себя Палыч ускорил шаг, и Сергей, которого по-прежнему шатало из стороны в стороны, попытался последовать его примеру. Но через несколько минут Сергей остановился и уперся ладонями в колени. Пальцы впились в брюки, скомкав материал и задрожали.

- Палыч, подожди, – выдавил он.

Несмотря на то, что майор был полностью погружен в свои мысли, он все же услышал эти слова и обернулся.

- Тебе плохо?

Сергей кивнул.

- Меня тошнит, – и словно в подтверждение своих слов он зажмурился и, обхватив живот руками, вырвал все его содержимое на трассу, с трудом устояв на ногах.

Месиво, вышедшее изнутри лейтенанта, напоминало острый мексиканский гарнир, которые можно было в изобилии увидеть в любом дешевом мексиканском ресторане, но зеленого цвета с какими-то непонятными красными прорезями. Палыч зажал нос рукой: запах исходивший от этой зелено-красной кучи, которую вырвал Сергей, напоминал тот самый кисломолочный запах из тоннеля и сильно прикусил губу. Возможно, все было намного серьезнее, чем показалось на первый раз. Стараясь не дышать через нос и не смотреть на растекающееся по асфальту месиво, Палыч подошел к напарнику и протянул Сергею руку.

- Соберись.

Сергей ничего не ответил, но, опершись об руку, поднялся и неторопливо двинулся дальше, даже не удостоив Палыча взглядом.

- Сергей?

- Со мной все в порядке!

***

Сначала Палычу показалось, что это обман зрения: примерно в двухстах метрах вверх по дороге постепенно вырисовывался какой-то внушительных размеров силуэт. Источившееся с годами зрение не позволяло подробно разглядеть его издалека, к тому же значительное расстояние, разделяющее напарников и эту штуку, делали ее достаточно расплывчатой, перемежающейся с легким фронтом испарения, шедшим от раскаленной трассы. Первое впечатление, более не менее внятное и вразумительное, сложилось, когда между ними оставалось метров сто – отсюда можно было предположить, что силуэт это огромный тягач, что-то наподобие американского «Man»а, каких полно на дорогах области, да еще и с прицепом. Как будто припаркованный посреди степи, как можно было понять, он не ехал, а стоял на месте (практически посередине трассы) с выключенными габаритами. И как мог заметить майор, грузовик немного кренился на передние колеса.

В кабине машины горел свет.

Вскоре грузовик заметил и Сергей, который все же решил поднять голову и посмотреть прямо, оторвавшись от своих печальных дум и вида покрытых дорожной пылью туфлей. Заметив тягач, он замер и уставился на брезжущий из кабины свет, как будто не поверил своим глазам. А затем двинулся дальше и через несколько секунд догнал Палыча.

Майор краем глаза заметил напарника.

- Похоже, нам повезло, – сказал Палыч.

Сергей ничего не ответил. Он молчал около получаса и, даже если Палыч что-то у него спрашивал, интересуясь его самочувствием, лейтенант лишь качал головой и говорил, что с ним все в порядке. Обычно он был несколько разговорчивей.

«Что же, если парень говорит, что он укомплектован, то значит так оно и есть» – думал Палыч.

Тем более, по самому себе он знал, что если человек отравился чем-то нехорошим, даже мерзким, его лучше не трогать в этот момент, а сделав вид, что ничего не происходит, не отвлекать его впустую по мелочам. Но тут... Майора не покидало чувство, что это ОТРАВЛЕНИЕ достаточно серьезно, ОЧЕНЬ серьезно и похоже требует вмешательства специалистов – медиков.

Палычу вспомнилось как он, будучи еще ребенком, отравился грибами в деревне у бабушки, куда они вместе со всей семьей выбирались на месяц (обычно это был июль – время отпуска матери и его летних каникул) посреди жаркого пекла лета и ходили по грибы на соседнюю опушку. Бабуля тогда часто учила Палыча отличать съедобные «грябочки» от ядовитых, как говорила бабушка, «гядости». Но, видимо, так до конца и не научила, хотя тут на первое место скорее выходило обычное ребяческое шалопайство. Пять лет! Тогда Палыч увидел перед собой красивый гриб сероватого цвета, который ну очень напоминал «грябочек», и пятилетнему мальчику обязательно захотелось его... попробовать! Ведь надо же было узнать, как он потом будет смотреться замаринованным в консервной банке. Вот Палыч и откусил кусочек... Уже потом у него закружилась голова и поднялась температура под сорок, а тогда грибочек был довольно милым и вкусным. И несмотря на то, что отравился он много лет назад, воспоминания от этих переживаний остались свежи и по сей день, почти сорок лет спустя.

«Не самые приятные воспоминания,» - подумал Палыч.

Он невольно скривился. Поэтому Сергея лучше не трогать, а оставить в покое: пусть паренек поразмышляет о своих проблемах в семье, об отношениях с женой... и об том дерьме, про которое не хотелось не то, чтобы вспоминать, а даже думать. Допускать такую мысль.

«Кажется, это тема закрыта,» - пресек себя Палыч.

Но если эта тема и была «закрыта», то другая, впрочем, и не такая уж далекая, была распахнута, как форточка. А ее уже нельзя было избежать. И как можно было раньше не думать об этом! Палыч сильно зажмурил глаза, пытаясь расслабиться. Миронову можно было объяснить все предыдущие поступки, кроме одного. Перегородив трассу, они перегородили движение.

«Похоже, у меня будет выговор» - подумал Палыч – «Или... уход на покой... за выслугой лет»

Майор глубоко вздохнул, наполнив тающим воздухом легкие. Если хорошо вдуматься в эту проблему, то она не так страшна, как кажется при ближайшем рассмотрении. Все же здесь ЧС, но движение перекрыто! Далее мысли возвращались на исходные позиции. В оправдание снова вставали самочувствие напарника, перегруженная линия связи, авария... Кроме того, на УАЗике были включены габариты, а тоннель был перекрыт лентой. Умный водитель всегда может дать заднюю и свернуть на другую дорогу, тем более на той трассе еще не было ни одного автомобиля.

«Чушь, черт подери! Ты сам себя слышишь? - Палыч вновь вздохнул. – Лучше об этом не думать, а ускорить шаг и добраться наконец до этого грузовика».

Палыч с легким раздражением заметил, что дорога стала расширятся…

«Пару километров и мы могли обогнать эту «десятку» не создавая себе проблем. Кто знал.»

Палыч ускорился, забыв о Сергее, которым теперь с трудом поспевал за ним.

«В грузовике водитель, а впереди город,» – вертелось в голове.

Конечно, в таком стремление было желание добраться до ближайшего телефона еще ночью, пока не начало светать и избежать затора на дороге, а вместе с тем и ненужных проблем с начальством.

Фонарик, батарейки которого постепенно разряжались, выхватил своим тусклым бледно-желтым лучом грузовик. Световое пятно расплылось по машине: так и есть, американский тягач «Man». В голове скользнула довольно глупая мысль: «Man» - один из штатов Америки или просто название «мужчина». Как можно скорее отбросив эту мысль, проходя мимо кузова, Палыч сильно и настойчиво постучал кулаком по грузовику.

- Водитель!

В кабине по-прежнему горел свет и, чтобы не тратить впустую батарейку в фонарике, Палыч передвинул переключатель на нем из положения «ON», в положение «OFF», краска на котором стерлась на половину. Читалось только «O...F» - без средней буквы, что впрочем, не мешало.

- Водитель!

Палыч поправил лямку ремня, на которой висел автомат, поудобней и, подойдя к кабине ближе, влез на одну ступеньку вверх.

- Милиция, черт подери!

Но эти слова никто не услышал, что через мгновение понял и сам майор: в кабине горел свет, но там никого не было. Все три обширные сиденья «Man»а из замши были пусты, а два из них, водительское и следующее посередине, были испачканы какой-то жидкостью, которая растеклась по ним огромными пятнами. Рядом валялась перевернутая кружка. Было видно что пятна «свежие». Видимо водитель облился и вылез, чтобы... переодеться. Майор протянул руку и нажал на клаксон. Развернувшись, он спрыгнул со ступеньки на асфальт.

- Водитель! – крикнул майор.

Никто не ответил.

Только Сергей, склонив голову вниз, подошел к Палычу и, не сказав ни слова, встал рядом. Палыч окинул его взглядом.

«Еще чуть-чуть, и я доставлю его в больницу. Хочет он этого или нет. Только где водитель?»

Майор огляделся по сторонам. Возможно, он вышел справить нужду, но раз сигнал собственного автомобиля не заставил его вернуться, то видимо дело важное, большое. Зов природы. Палыч потянулся в карман, где была припрятана сигарета и, закурив, выставил руку, собираясь облокотиться на одно из доброй дюжины колес «Man»а. Но рука, прорезав пустоту, уперлась в холодную покрышку. Майор нахмурил брови и бросил на колесо быстрый взгляд... Колеса не было.

- Сука! – звук слова, громкий, прорезанный истерической ноткой, вспахал темноту.

Сергей, стоявший с опущенной головой, вздрогнул и медленно поднял взгляд.

Колеса, действительно, не было. Точнее не колеса. Отсутствовала резина: шина была разорвана в клочья.

- Мать его женщина, и бес ему в ребро! Сука! – выругался Палыч – Я думал, это из-за наклона дороги. А тут... тут... – он запнулся и врезал ногой по остаткам колеса – Где водитель?!

По лбу Палыча заструились мелкие капли пота. Он сделал несколько  глубоких затяжек и выкинул окурок на асфальт. Пульс бешенным ритмом, разрывая темп, отдавал в голове ударами. ТУК – ТУК – ТУК – двести ударов в минуту. Так и не далеко до инфаркта.

- Надо успокоиться, – прошептал он.

«Спокойствие, только спокойствие,» - пронеслось в голове.

Фраза из старого советского мультика «Малыш и Карлсон».

«Жаль только нет пропеллера, чтобы поскорее улететь отсюда».

Палыч сплюнул на асфальт, пытаясь тем самым избавиться от скопившегося неприятного осадка, и, не обращая внимания на все более назойливо звучащий внутренний голос, запрыгнул на ступеньку и вдавил кнопку клаксона. «Man» протяжно взвыл, напомнив звук мчащегося локомотива.

- Хватит! – это был голос Сергея.

Палыч убрал с клаксона руку и обернулся.

- Хватит, у меня болит голова... – Сергей не договорив, словно в подтверждение своих слов, нагнулся и открыв рот вырвал. Его тошнило, но из раскрывшегося в рвотных порывах рта донесся только громкий звук продолжительной отрыжки, как будто лейтенант только что выпил целое ведро газировки. Изо рта, обогнув подбородок, на асфальт скользнул комок мокроты, растянувшись словно спагетти.

Сергей, глубоко вдохнув, закашлялся, а затем, обхватив руками грудь, часто задышал. Палыч сделал движение в его направлении, но лейтенант поднял руку.

- Не надо. Со мной все в порядке, – сказал он.

Секунду поколебавшись, Палыч решил, что будет лучше не беспокоить его сейчас, когда напарник в таком состоянии. Он сделал несколько глубоких вдохов, наполнив до отказа легкие все еще раскаленным воздухом летней ночи и попытался успокоиться, а заодно привести в порядок свои мысли. В губах появилась сигарета. Щелкнул пьезоэлемент, и с кончика начатой сигареты заструилась тонкая вуаль дыма. Палыч повернулся к кабине и еще раз, на этот раз более тщательно, окинул взглядом покинутый водителем салон. Внутри кабины было практически пусто. Но были и некоторые мелочи, которые майор не заметил с первого раза. За исключением перевернутой кружки, которая наверное прошла не через одно советское поколение и пережила самого Брежнева, в салоне «Man»а лежал диск. Надпись на нем, изображенная темно-лиловым оттенком, говорила: «Лучшие хиты МТV 2009».

«Видимо, водитель достаточно молод» - подумал Палыч.

Чуть дальше диска лежал выключенный мобильный телефон. Протянувшись через открытое окно, он поднял его и нажал на несколько клавиш. Телефон не работал.

«Возможно, водитель, проколов шины разлил чай или кофе и залил телефон» - пронеслось в голове.

- Возможно, – прошептал Палыч.

Но он вряд ли бы бросил грузовик с грузом.

«А что, если он все-таки ушел?» Палыч на несколько секунд замер, обдумывая ситуацию, а затем повернулся к напарнику.

- Сережа, если можешь, сходи посмотри кузов, что там за груз.

Сергей кивнул и с опущенной вниз головой поплелся выполнять поручение. Палыч проводил его взглядом.

Нет, водителя здесь не было. Он услышал бы (если бы был здесь) сигнал гудка, он услышал бы крики, но не вернулся. Значит, его здесь не было. Бросить груз и уйти? Палыч задумался. Возможно, грузовик пустой и, если это так или, наоборот, не так, то он скоро это узнает: Сергей уже проверяет кузов. Если кузов пустой, то все понятно: бессмысленно торчать на дороге посереди ночи, когда на ней нет ни одного автомобиля и сломан телефон. Вернее добраться до ближайшего населенного пункта и связаться с ГАИшниками, чтобы решить вопрос с эвакуацией грузовика, со страховкой, техническим обслуживанием, но не торчать здесь и ждать непонятно чего. Но почему тогда не заперта кабина? Невроз,? Поспешность?

А если все-таки груз на месте? Что тогда? Нельзя же быть настолько безалаберным, чтобы вот так запросто бросить груз, если только... Палыч покачал головой.

- Если только там не везется то, с чем можно попасться, – прошептал майор.

Тогда все проще. Водитель разбил грузовик и сбежал, чтобы не вляпаться по самые уши в дерьмо. Выглядит правдоподобно. Палыч спрыгнул со ступеньки кабины на асфальт и обогнув грузовик, нагнулся, чтобы посмотреть на номера. Благодаря яркому освещению кабины, государственные знаки было видно как на ладони – 61 регион. Ростовская область. Майор покачал головой.

В это время из-за кузова показался лейтенант.

- Что там? – спросил Палыч.

- Опечатано, – ответил Сергей.

- Ты не вскрывал?

- Нет.

Палыч кивнул.

- Правильно, нам не нужны лишние проблемы.

Вот значит как. Груз на месте, но на месте и номера. Поэтому теория с контрабандой сыпется в прах. В ПРАХ!

- Что ты думаешь на этот счет, Сережа?

Лейтенант пожал плечами.

- Не знаю Палыч.

Свет, падающий из кабины грузовика, освещал Сергея с ног до головы. И только сейчас Палыч заметил, как на самом деле плохо выглядел его напарник. Цвет его лица чем-то напоминал колор мела – бледно-белый.

- Машина заводится? – спросил Сергей.

- Я не пробовал.

- Так попробуй.

- Что?

- Завести, черт подери! – огрызнулся лейтенант.

Палыч нахмурился. УГНАТЬ грузовик?

Этого было нельзя делать. НИ ЗА ЧТО. Во-первых, за такие дела можно было лишиться погонов или, чего хуже, загреметь в красные кресты. Во-вторых, куда ехать на покрышках автомобиля?

«Это невозможно, это...»

- Мне плохо, – прервал размышления Палыча Сергей.

Его пошатнуло и чтобы не упасть, Сергей оперся о грузовик.

«Он может потерять сознание, - пронеслось в голове – К черту то, что будет дальше. Если эта колымага поедет, то надо ехать или парень сломается».

Не секунды не медля, Палыч взобрался на ступеньку и, открыв дверцу грузовика, залез в салон. В голове мелькнула мысль, что в распоряжении может не оказаться ключей. Но сколько было американских боевиков про то, как заводят двигатель, перемкнув парочку проводов, например, синего и красного цвета.... Палыч уселся на водительское кресло и кинул взгляд на коробку зажигания. Ключи оказались на месте. Он обхватил их вспотевшими руками и сделал попытку завести мотор, провернув несколько раз ключ.

ЧИК – ЧИК – ЧИК.

Откуда-то изнутри коробки зажигания послышались предательские щелчки. Машина не работала.

Майор закрыл глаза и глубоко вздохнул.

- Сергей, машина не поедет – сказал он.

В голове кружилась целая вереница мыслей, которые постепенно сформировались в вопрос, заданный внутренним голосом, который каким-то непостижимым образом умудрился не затонуть в болоте разрывающего виски пульса: «Бежать из автомобиля и бросить ключи?»

- Мне плевать, – прошептал Палыч.

Он с силой врезал торцевой стороной ладони по рулю и выпрыгнул из салона, яростно захлопнув за собой дверцу. Все, весь месячный заработок, выход на пенсию, все, лишь бы мысли, как рой ос кружащиеся в голове, оставили в покое. Но даже если это так, даже если он успокоится...

«Нет здесь что-то не так, майор,» - пронеслось в голове.

И это «что-то» началось еще со стоянки под казино. Что? Палыч зажмурился. Хотелось ущипнуть себя и доказать, что все это не более чем сон. Реальный, долгий, порядком надоевший, но сон – узор уставшего за смену подсознания, переплетенного с каким-нибудь из фильмов по ТВ, как голограмма, на которую смотришь, и тебе кажется, что вот стоит только протянуть руку, сжать пальцы или дотронуться и ты почувствуешь, что это РЕАЛЬНО. А на самом деле не более, чем плод разыгравшегося воображения и новых высоких интеллектуальных технологий.

Палыча посетила мысль, что сон на самом деле длится какое-то мгновение и лишь попадая в блок разверток в голове отражается в сознании тем самым сюжетом. СОН?

«Нет, и ты это знаешь».

Внутренний голос был прав. Палыч открыл глаза. Как бы это ни было, но проблема оставалась. Проблема, которую неплохо было бы решить, причем не абы как, а в лучшую для себя сторону. Майор поймал себя на мысли, что все это напоминает ринг и неудобного соперника в нем. Раз уж вышел за канаты, обратного хода нет, будь твой соперник хоть тысячу раз неудобный. Дерись и желательно выиграй, чтобы отстоять свою репутацию.

«Или погоны,» - подумал Палыч.

Так что, хоть здесь и не надо было ни с кем драться, но тут, как и в квадрате ринга, опоясанном канатами, надо было действовать. Чтобы, застоявшись, не пропустить удар. И думать, чтобы исключить возможность «lucky punch». А главное, как и в боксе, не проиграть чемпионские раунды.

Эти размышления заняли у майора несколько минут. Он улыбнулся: какими бы посредственными ни являлись эти ассоциации, в них присутствовала та самая доля истины, до которой так старательно пытался добраться внутренний голос. Либо ты бьешь обстоятельства, либо обстоятельства бьют тебя. Палыч поправил сползшую лямку ремня автомата.

«Что бы тут ни происходило и какие бы тут ни были обстоятельства, надо двигаться дальше. К городу, до рассвета,» - подумал он.

Сергей постепенно приходил в себя. Палыч легонько хлопнул напарника по плечу.

- Соберись, нам надо в город. Ты же понимаешь, что нельзя терять времени...

- Или у нас будут неприятности. Ты это хочешь сказать? – закончил за Палыча Сергей. – Мол, Сережа, если бы не твои проблемы, то ничего бы не произошло?

Сергей замолчал и впился в майора взглядом. Отчасти это было правдой. Он сказал то, о чем Палычу не хотелось думать, но мысль об этом вертелась в голове и до этого момента майору удавалось ее избегать. Палыч нахмурился.

- Ты к чему сказал эти слова?

- Да к тому, что все, абсолютно все люди, как ты, как Миронов, как... – Сергей запнулся – Да не важно как кто. Как все. Все вы поголовно печетесь только о себе. Я заставлял тебя ехать со мной?

Палыч промолчал.

- Нет, не заставлял, – продолжил Сергей – Ты мог поехать домой, но ты этого не сделал. ТЫ захотел помочь мне, а теперь, когда после всего того, что произошло и происходит сейчас, легче всего обвинить в этом меня. Разве ты не понимаешь, у меня проблемы в семье! Нет, тебе плевать на меня. Как же, я могу потерять погоны!

- Сергей, ты не прав. Я искренне хочу и хотел тебе помочь. А что касается всех этих событий сегодняшней ночи, то в этом никто не виноват. Ни ты, ни я. Наша работа – вот что это…

- Да пошел ты! – Сергей, не дослушав напарника, развернулся на пол-оборота и, пошатываясь, двинулся по пустой дороге вперед, расположившись ровно посередине трассы.

Палыч проводил его взглядом и отвернулся, устремив взгляд на тонкую ночную полосу горизонта. Кисть непроизвольно сжалась в кулак. Разжалась. Это было похоже на лихорадку и ее спутника – бред.

«А еще чуть-чуть, и я бы не выдержал,» - мелькнула мысль в голове.

Он встряхнул рукой, снимая с кистей напряжение и, достав сигарету подкурил и двинулся вслед за уже начавшим растворяться в ночной мгле лейтенантом.

С каждой минутой, после того как стрелка на часах описывала полный круг циферблата, с каждым шагом, грузовик оставался позади и вскоре вовсе скрылся из виду, слившись с пеленой ночного мрака. Палыч курил и задумчиво рассматривал свои башмаки, чуть слышно стучащие каблуком по асфальту.

Скрылся грузовик, скрылся бобик, но осталось куча вопросов, на которые не было ответов.

Глава 5

- О Господи! – Инна закрыла лицо руками и подалась назад, упершись в сиденье автомобиля.

- Что за… – Игорь недоуменно смотрел на неожиданно появившегося у бампера человека. На вид ему было чуть больше сорока, но говорить об этом с уверенностью было нельзя, рассмотреть человека в ночи и за тонированным стеклом не представлялось возможным.

- Господи, Игорь, кто это?

- Я не знаю.

Игорь почувствовал, как по лбу скатилась холодная и липкая капля пота. Человек уперся перебинтованными руками в бампер и что-то сказал. Что, Игорю не удалось расслышать. Человек улыбнулся и подняв руку вверх сделал жест, который можно было расценить как «опусти окно».

- Игорь, что он хочет?

- Откуда мне знать!

Мысли в голове, как будто попавший в шторм корабль, виляли одна за другой в голове. Вот только ничего, что могло бы помочь сейчас не приходило в голову.

«Соберись».

Инна, сидевшая рядом, дернулась к дверце и закрыла ее изнутри.

- Закрой свою дверь, – завизжала она.

Игорь протянул руку к двери и последовал совету супруги, заперев переднюю, а затем и заднюю дверцы, благо они закрывались автоматически.

- Инна, я тебя прошу, только не надо паниковать, – выдохнул он.

- Тогда сделай же что-нибудь? Почему ты ничего не делаешь?

- А что если человеку требуется помощь?

- А что, если это он расстелил ленту с шипами? – ее голос перешел на крик.

В точку. Игорь почувствовал, как к горлу вновь подкатил ком. Дать заднюю и уехать отсюда как можно быстрее? Он внимательно наблюдал за человеком, который тем временем обошел бампер с правой стороны и подойдя к дверце за которой сидел Игорь, вновь поднял руки и повторил жест, понимая, что его не слышат внутри салона. Как заметил Игорь, мужчина прихрамывал на одну ногу.

«Что если ему действительно требуется помощь? Не можем же мы вот так, взять и оставить человека в беде…»

Игорь медленно отпустил руль и потянулся к кнопке, чтобы открыть окошко.

- Что ты собираешься делать? Игорь, почему ты не едешь?

- Инна, доверься мне, я хочу узнать, что ему надо от нас?

Игорь дрожащей рукой нажал на кнопку и стекло рывками опустилось настолько, чтобы они могли видеть и слышать мужчину, а он в случае чего не мог просунуть в салон руку. Как только окошко открылось, человек сразу же заговорил.

- Извините, возможно я вас напугал, но я не хотел этого делать. Честное слово. Мне нужна помощь.

Инна молчала, незаметно для прижавшись всем телом к дверце с противоположенной стороны, а Игорь сглотнув накопившуюся во рту слюну вымолвил:

- Чем мы можем вам помочь?

Мужчина улыбнулся и указал перевязанным пальцем на лежавшую на панели пачку «Kent»а.

- Если можно, дадите мне закурить? Я страх как нервничаю, – пояснил он.

Игорь взял пачку и, достав оттуда сигарету, протянул ее мужчине.

- Вообще-то у нас нет времени. Говорите, что вы хотите, либо мы едем дальше, – он протянул человеку зажигалку.

Незнакомец закурил. Теперь, когда он подошел ближе, Игорь смог разглядеть его лицо. Как он и предполагал, мужчине на вид было около сорока. Он был одет в хорошие вещи. Но… эти руки, перебинтованные повязками. Отчего-то Игорю стало не по себе.

- Меня зовут Алексей, – сказал незнакомец.

Он протянул Игорю руку, но парень лишь сдавленно улыбнулся.

- Приятно познакомится.

Конечно, он врал. Ему было неприятно. Очень неприятно знакомится с этим типом. В голове мелькнула мысль надавить на газ и оставить этого типа торчать здесь одного. Но он все же не сделал этого.

- Я вижу вы чуть было не столкнулись с этой штуковиной? – Алексей указал на сдвинутого в сторону «лежачего полицеского» и затянулся – А я столкнулся. Моя «Лада»… - он покачал головой. – Шины разорваны в крошку. Я ехал по трассе не больше сотни и сперва не заметил этого дерьма на дороге. А когда заметил, то было уже поздно.

Игорь тщательно переваривал сказанное.

- А что с вашими руками?

- Это? – Алексей приподнял руку – Ожог. Я торчу здесь уже целые три часа и хотел развести костер, чтобы меня заметили, но, увы, вы первый, кто проехал здесь за это время. Костер давно сгорел. А увидев вас, даже скорее услышав шум работающего двигателя, я вскочил с земли как угорелый, но оступился и упал, угодив руками прямо в тлеющие угли, – он вздохнул. – Чертовски больно. Единственное, что мне удалось сделать, это обработать раны тем, что я нашел в своей аптечке. У вас есть телефон? Надо срочно связаться с милицией и сообщить о случившемся!

Игорь кивнул.

- Телефон то есть, но нет связи.

Незнакомец озадаченно покачал головой.

- Как же мне теперь быть?

Инна и Игорь переглянулись.

- А где ваша машина, Алексей? – это были первые слова Инны во время разговора.

- Там, – Алексей указал за расстелившуюся по горизонту лесополосу – Примерно в километре к югу отсюда есть трасса, вон там я и вляпался.

- А что вы делаете здесь, если ваша машина там?

- Сударыня, – вздохнул Алексей – а разве у меня есть выбор? На той дороге я прождал попутки больше двух часов. Но как видите безрезультатно. Тогда мне пришлось воспользоваться дорожной картой области, и я обнаружил неподалеку от той трассы еще одну и подумал, что мне удастся дождаться помощи скорее здесь, чем там. И, как видите, я не прогадал. Есть все-таки Господь Бог, – Алексей перекрестился и посмотрел на звездное небо.

Игорь заметил, что слова Алексея немного успокоили жену. Инна выпрямилась и в буквальном смысле слова «отклеилась» от дверцы автомобиля, усевшись как следует на кресле.

- Как хорошо, что я встретил здесь вас, – он засунул руку в карман и через мгновение достал оттуда несколько смятых пятисот рублевых купюр. – Здесь не так много, но если надо больше, я отдам вам остальное потом.

Игорь нервно зажевал губу. Не надо было быть дельфийским оракулом, чтобы понять, куда клонит этот человек. Он хотел, чтобы они подбросили его, взяли с собой как попутчика до Ростова. Предчувствие внутри кричало, надрываясь, что этого не стоит делать ни в коем случае. Но нельзя же было отказать этому мужчине. Разве можно вот так взять и бросить человека, нуждающегося в помощи, отказать ему! Игорь бросил секундный взгляд на супругу. Инна чуть заметно кивнула и, потянувшись к заднему сиденью, сдвинула лежащую там сумку, освободив место, куда бы мог сесть незнакомец. Игорь медленно перевел взгляд на Алексея.

- Уберите деньги. Такая ситуация может произойти с каждым из нас. Вы же знаете, что никто не застрахован, не знаю, каким чудом спаслись мы сами.

Алексей озадаченно улыбнулся и, поколебавшись несколько секунд, убрал деньги обратно в карман.

- Я… - только и смог выдавить он.

Игорь гулко выдохнув воздух из легких нащупал кнопку на панели и открыл заднюю дверь.

- Садитесь.

Мужчина сел в салон и закрыл за собой дверцу автомобиля. Игорь нажал на газ. Следовало ехать как можно осторожнее. Впереди могла оказаться еще не одна такая вот штуковина. Он решил держать скорость в пределах 50 – 60 км/ч, чтобы свет фар успевал освещать асфальт дороги, ну и, конечно, в случае чего показать «лежачего полицейского».

- Спасибо огромное, что вы не отказались мне помочь, – сказал Алексей.

- Что вы, я уверен, что вы точно так же помогли бы и нам, окажись мы в такой ситуации, – сказал Игорь.

- Мы ведь сами чуть было не оказались в вашем положении, – добавила Инна.

Она обернулась к незнакомцу и попыталась улыбнутся.

- Меня зовут Инна, а это мой муж Игорь.

- Очень приятно познакомится с такими добрыми людьми. Увы, в наше время нечасто встретишь хороших людей. Увы! – Алексей развел руками. По его лицу было заметно, что движение причинило ему боль. Но он все же улыбнулся и бросил взгляд на лежащую рядом с ним на заднем сиденье сумку.

- Наверное, вы едете с отдыха?

- Вы правы, мы только возвращаемся с моря. Игорю дали две недели отдыха, вот мы и решили немного развеяться – пояснила Инна – Вы живете в Ростове?

Алексей кивнул.

- Да. На Большой Садовой.

- Тогда вы знаете, что такое городская жизнь. Суета, как большой миллионный муравейник. Это конечно не Москва, но за год вдоволь успеваешь наесться этой суетой.

- Вы правы, – согласился мужчина.

Между Инной и Алексеем завязался довольно живой разговор. Игорь про себя отметил, что нервоз супруги постепенно сошел на нет. Этот Алексей казался неплохим мужиком. Но почему-то Игоря не покидало какое-то весьма странное впечатление. Где-то глубоко в душе чувство было такое, что он наступил в дерьмо. Почему? Наверное, потому что этот Алексей как-то совершенно забыл про «лежачих полицейских», разбросанных по дороге. Игорь на секунду отвлек свое внимание от дороги, чтобы проверить присутствует ли связь. Нет, связи по-прежнему не было. Он достал из пачки очередную сигарету и закурил. Хотелось как можно быстрее добраться до Ростова и попасть наконец домой, чтобы лечь спать и поставить жирную точку в приключениях, свалившихся на их голову этой ночью. А завтра вернуться на работу, по которой он успел соскучится за четырнадцать дней, заняться накопившимися там делами и еще, еще и еще раз забыть про события этого вечера. Про барсука, про «лежачего полицейского» и про этого человека, сидящего сзади. Игорь бросил секундный взгляд в зеркало заднего обзора. Все- таки этот мужчина был… несколько СТРАННЫМ.

- … Да порой бывает и так…

- Скажите, Алексей, что вы думаете по поводу этих штук на дороге? – перебил Алексея Игорь.

Он вновь посмотрел в зеркало заднего обзора и на секунду Игорю показалось, что на лице мужчины отразилось раздражение.

«Наверное, мне показалось».

Игорь хмыкнул.

«Ну, конечно же».

Алексей некоторое время молчал, но когда Игорь уже хотел заново повторить вопрос, все же ответил.

- Честно… Я не знаю, что и думать на этот счет. Я впервые, как наверное и вы, сталкиваюсь с подобной ситуацией. Но мне кажется странным, что тут сошлось так много случайностей одновременно. А что вы думаете на счет этого?

Умно. Игорь прикусил губу. Незнакомец так и не ответил на поставленный вопрос.

- Я думаю, вы правы насчет того, что здесь много случайностей, – согласился Игорь.

- Мне тоже кажется это странным, – согласилась Инна.

- Но откуда взялись «лежачие полицейские»? Они же не могли вырасти сами по себе, как грибы.

- Вы правы, только вы ошибаетесь, называя эту ленту «лежачим полицейским». Это…

- Это неважно, – оборвал Алексея Игорь.

- Вы правы, наверное, это неважно.

Игорь почувствовал на себе прожигающий взгляд жены. Возможно, действительно, получилось немного жестче, чем следовало. Но ничего уже не изменить.

- Я могу сказать только одно, – продолжил Алексей – Люди, сделавшие это, настоящие подонки.

- Но для чего им делать такие вещи? – возмутилась Инна.

- Откуда они взяли эти ленты? – спросил Игорь.

- Ребята, я знаю не больше вашего, – улыбнулся Алексей. – Что касается лент, то они скорее всего самодельные. Тут всего один вариант, по крайней мере второго я не вижу, – он сделал паузу.

- И что же это за вариант? – спросил Игорь.

- Какие-то чудаки решили напакостить. Знаете, бывают такие люди, никогда не понимал, зачем им это нужно, но они это делают.

***

- Просыпайся, друг, – Александр почувствовал на своем плече чью-то руку. – Давай, давай, – добавил голос.

Саша, потратив несколько секунд на то чтобы понять, что происходит, с трудом открыл глаза и сонными слипающимися глазами удивленно огляделся по сторонам. В голове, как после бурной попойки, не оставалось живого места, где могли бы приютится мысли, и он, моргая глазами, в которых застыла мутная пелена, попытался что-то сказать, но ничего не вышло. С губ сорвалось лишь непонятное чавканье. Видимо доза, которую он принял накануне, оказалась черес чур большой. Саша чувствовал легкое головокружение и тошноту.

- Он готовый, – послышался голос.

Александр действительно граничил на грани аффекта и не мог понять, что происходит. Через секунду он услышал еще несколько слов, но так и не смог их разобрать. Пока Саша пытался понять, что сказал человек, силуэт которого с каждым мгновением становился все отчетливее, мужчина размахнулся и со всего маху влепил ему пощечину. Сначала с правой, а потом и с левой руки. Удары был достаточно сильными, о чем можно было судить по размаху, но Саша их не почувствовал. Голову болтнуло из стороны в сторону, и лишь через несколько секунд обожгло щеки. Александр инстинктивно прикрыл лицо ладонями. Картинка в глазах стала несколько отчетливее. Он заморгал и вскоре смог разглядеть звездное небо над головой, с которого на него, сверху вниз, смотрела большая желтая луна. Щеки остыли.

- Придется еще раз врезать – сказал мужчина.

Александр скривился от мысли, что неприятное жжение придется вытерпеть вновь.

- Не надо.

Это были слова, сказанные Александром, но он с трудом смог узнать свой собственный голос.

- Тогда вставай, – сказал мужчина.

Саша приподнялся на локте и увидел мужчину, стоявшего перед ним. На вид ему было около сорока лет.

- Поднимайся, чего уставился! – сказал он.

Александр постепенно приходил в себя, но все же не сумел подняться сразу. При попытке встать на ноги, его повело в сторону, и Саша чуть было обратно не завалился на асфальт, рискуя сломать себе шею, но крепкая рука мужчины поймала его и рывком поставила на ноги. Тут же вслед за этим последовал замах и пощечина. На этот раз боль была намного сильнее, и Александр инстинктивно отшатнулся назад, прикрыв лицо руками. Но мужчина, видимо, знал, что делает. Секунду спустя туман и сплошная рана в голове исчезли, оставив после себя головную боль. Саша несколько раз моргнул и четко смог разглядеть асфальт дороги: зрение восстановилось.

- Посмотри на меня, – сказал мужчина.

Понимая, чем может обойтись непослушание, Саша поднял голову и встретился глазами с мужчиной. Синяя форма и погоны со звездочками. МИЛИЦИЯ. Мужчина поймал его взгляд, остановившийся на погонах. Когда их глаза встретились, он покачал головой.

- Э, друг, что же ты себя так?

- Я... я упал, – выдавил Александр.

Саша понимал, что эти слова звучат крайне глупо, но ничего лучше этого просто не пришло в голову. Ведь не говорить же ему, что никто тут не падал, а прилег отдохнуть, накачавшись таблетками, как алкоголик водкой.

«Во мне килограмм этого дерьма, - подумал он. – Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы этот человек ничего не заметил. Если я попаду в кутузку, то все пропало...».

- Ты не упал, а обдолбался, как свинья – пресек его размышления мужчина.

- Но... – попытался возразить Саша.

- Мне плевать на твое «но», - заорал милиционер, – и на то, под чем ты... – он хотел добавить что-то еще, но промолчал и смахнув рукой пот со лба, залез в карман. – Сейчас я дам тебе нашатыря, – милиционер вытащил из кармана пузырек и открыв его протянул Александру. – Держи.

Саша осторожно взял пузырек.

- Но я...

- Нюхай! – проорал мент – У тебя глаза стеклянные.

Александр послушно поднес пузырек к носу и вдохнул. Запах нашатыря, врезавшись в нос ворвался через в ноздри в мозг, окатив холодным душем сознание, и Саша одернул руку.

- Нюхай!

Он повторил вдох.

В голове будто сработал некий переключатель, включивший дерьмоотсосник, и мысли начали проясняться. Он еще несколько раз вдохнул пары нашатыря и закрыл пузырек крышкой.

- Мне лучше. Спасибо.

Мужчина забрал пузырек обратно и опустил его в карман. Саша огляделся по сторонам и заметил на противоположенной обочине еще одного милиционера. Он сидел на корточках и опершись лбом о ладони, рассматривал подобие бордюра, отделяющее степь от трассы. УАЗика по крайней мере здесь не было.

- Оружие, запрещенные вещества, наркотики имеются? – отвлек его милиционер.

- Майор Хомин. Расставь ноги, и руки за голову.

Саша повиновался, и Палыч бегло произвел осмотр его карманов.

- Паспорт?

- Нет.

На секунду майор задумался и окинул Александра взглядом.

- Ладно, паренек, как тебя зовут?

- Александр.

Палыч хмыкнул.

- И как ты тут оказался, Александр?

- Я... – Саша замялся.

Как он тут оказался? Александр закусил губу. КАК?

«Я сам себя завел в беду и попался. Точнее это сделали наркотики. Что теперь?»

- Я... Просто так получилось... – Саша не находил слов и с бешенной скоростью переводил взгляд то на Палыча, то на свои трясущиеся руки.

«Как я тут оказался? Как?»

На секунду ему показалось, что сейчас его глаза заволочет черным фоном, на котором высветится незатейливая надпись из двух слов: «GAME OVER» или... «Игра закончена».

- Как ты тут оказался? – повторил майор.

- Я не помню.

Палыч покачал головой и оглянулся на своего напарника.

- Видишь того парня, сынок? Так вот у него, отравление... Мне плевать на то, что ты наркоман, как и на все прочее, в том числе на тебя мне тоже плевать... Но мне надо доставить этого паренька в город. В больницу. Так что можешь смело говорить, но учти, если ты будешь лгать, я снесу твою никчемную башку к чертовой матери. Ты понял?

- Да, – выдавил Александр.

- У тебя есть машина?

- Нет.

- Тогда КАК ты тут оказался? – проорал майор – Это твой грузовик?

- Не...

Палыч схватил Сашу за воротник.

- Это твой грузовик, пидор?

- Да, – выдавил Александр.

«Вот и все. Теперь уже без вопросов. Последует контрибуция, да побольше той, что должны были выплатить Советы Германии после Брестского мира... Я погиб».

Саша закрыл глаза, а Палыч, отпустив его, достал сигарету. Несколько секунд майор рассматривал фильтр, вращая его меж пальцев, а затем подкурил.

- Сейчас я буду задавать вопросы, а ты будь добр на них ответить. Понял? – спросил майор.

Саша кивнул. Палыч осмотрелся по сторонам и вернул взгляд на Александра.

- Сейчас четко, по порядку, ты расскажешь мне, что случилось с твоим грузовиком, почему ты оставил груз и все остальное. Максимально честно. Договорились?

- Да.

- Ты куришь? – спросил майор.

Саша кивнул.

Через мгновение Палыч вытащил из кармана пачку и протянул ее Александру.

- Покури, соберись.

Саша вытащил сигарету и подкурил от зажигалки майора. Дым приятно защекотал горло и чуть вскружил голову. Саша мог бы поклясться, что почувствовал как вздулись легкие, с наслаждением впитывая кислородно-никотиновую смесь. Палыч нащупал наручники на ремне.

- Руки! – сказал он – Сейчас я навещу напарника, а ты будь добр стоять здесь.

Саша протянул майору руки, и Палыч защелкнул браслеты на его запястьях.

- Шаг в сторону равняется попытке к бегству, – сказал Палыч.

Саша кивнул.

- Я понял.

- Вот и хорошо, что ты понял, я думаю, у нас не будет неприятностей.

Палыч развернулся и собрался было идти, но замер и обернулся.

- Говори честно, это в наших с тобой интересах.

Александр промолчал и отвел от глаз майора свой взгляд. Палыч двинулся к напарнику, который с того момента, как Саша его заметил, ни разу не пошевелился. Саша поднял руки и медленно помассировал виски.

«Я пропал» - эта мысль, раз зародившись в подсознании, теперь не оставляла его в покое, словно каучуковый мячик, многократно ударяясь о стенки черепа, стуча в голове.

«Успокойся! - приказал он себе. – Успокойся, надо все тщательно обдумать»

Саша затянулся. Он посмотрел на Палыча, который подошел к своему напарнику и присел рядом, начав что-то говорить.

«Где их бобик? - пронеслось в голове. – Менты они или нет? И какого черта тут делает майор?»

Он огляделся по сторонам. Машины нигде не было: ни слева, ни справа и даже на поле за обочиной дороги.

«Впрочем, есть у них бобик или нет, это не столь важно. Важно то что они менты. Если бобика нет, то значит он будет. У них есть оружие и вот Это»

Саша бросил взгляд на наручники.

«Видимо, они заглохли... Ну и что? Если это так, то они уже вызвали помощь. Менту плохо, значит сюда уже едет скорая».

Саша закрыл глаза. Доза, которую он принял, все еще давала о себе знать: мысли путались и натыкаясь одна на другую в голове, спотыкались и рушили весь логический ряд, который Саша пытался выстроить. Он крепко затянулся. С трудом в сознание пришли слова майора о том, что им надо попасть в больницу.

«Ментам, - подумал Александр. – Но если они вызвали скорую, то зачем спрашивали у меня про машину... Что, получается, они не вызывали карету?».

«Мне плевать на то, что ты наркоман, как и на все прочее, в том числе на тебя мне тоже плевать. Мне надо доставить этого паренька в город. В больницу,» - слова майора звучали в неком стереофоническом воспроизведении, отразившись в голове Александра. Он выкинул окурок и размазал его по асфальту. В темноте вспыхнул фонтан брызг.

«Значит не вызывали, - подумал Саша. – Но у них же есть...».

Внезапно его мысли разрезала догадка.

- Ведь у меня тоже перестал работать телефон – прошептал он.

Несколько секунд Александр рассматривал двух напарников и пытался привести в порядок мысли, которые никак не хотели слушаться. А так хотелось, чтобы сейчас, как в старых мультиках компании «Warner Brothers», над головой появился шнурок, дернув за который можно было зажечь лампочку, внутри которой светилось бы «IDEA». Но увы... Он сделал несколько вращательных движений головой.

«Этот майор сказал, что ему плевать на меня... Но зачем тогда он меня лапал?»

- Глупый вопрос, – прошептал Александр.

«Итак, если он заботиться о своем напарнике, то я ему не особенно интересен... я надеюсь, у них проблемы».

Саша издал звук напоминающий нытье пятилетнего ребенка.

- Зачем я сказал ему, что это мой грузовик? Обо всем теперь узнает Юдин…

Нотку отчаяния сменил внутренний голос: «Расслабься, ты не знал, что у них тоже проблемы».

- Это правда, я не знал.

Саша задумался. Знал или нет, но на нем сейчас были надеты браслеты. Не убежать и не снять... А там, в городе, его ждут очень большие и до неприличия противные неприятности. Это он знал. В это время майор поднялся и, кинув своему напарнику напоследок несколько слов, зашагал к Александру.

«Но...» - мысли отказывались посещать его голову. Это был лабиринт, из которого предстояло выйти. НО КАК? Александр застонал.

Майор подошел ближе. Примерно посередине трассы он кинул секундный взгляд налево и направо вдоль дороги, чтобы по привычке убедиться в отсутствии машин, и, ускорив шаг, приблизился к обочине, на самой краю которой стоял Александр.

- Ты пришел в себя? – спросил Палыч.

Саша пожал плечами.

- Более или менее. Спасибо за нашатырь.

Палыч хмыкнул.

- Не спеши меня благодарить, сынок, – сказал он.

Эти слова заставили Александра вздрогнуть.

«А ты что, думал, наручники на тебя надели просто так, чтобы было?» - презрительно заметил внутренний голос.

С того момента, как он очнулся, внутренний голос все больше и больше давал о себе знать.

«Где же тот мир?» - пронеслось в голове.

«Там же, где и ты – в ДЕРЬМЕ.»

Видимо, майор понял, что Александр все еще не пришел в себя окончательно и тем более не хочет начинать разговор на обозначенную тему, вздохнул и протянув к нему свою огромную руку, потрепал Сашу за плечо.

- Начнем?

Эти слова вернули Александра в реальность.

- Да, конечно, – сказал он.

- Ты сам все расскажешь или мне придется задавать вопросы?

Саша сделал секундную паузу:

- Сам.

- Что ж, я слушаю.

- А откуда мне начинать?

- Оттуда, откуда считаешь нужным, если мне понадобиться что-то уточнить, я задам вопрос, – сказал Палыч. – Окей? Поехали.

- Поехали, – согласился Саша.

Он нервно зажевал губу, словно кусок жвачки, но немного переборщил и почувствовал во рту привкус собственной крови.

«Расскажи ему все как есть, - сказал внутренний голос. – Я не ШУЧУ».

Саша задумался.

«Может быть, действительно рассказать ему все как есть? Исключив наркотики разумеется. Я ведь мог не заметить эти гребанные шипы... А Сергей подтвердит обрыв связи. Тогда боссу придется поверить не мне, а ментам или Сергею, - Саша вздохнул. – Другого выхода нет... Была не была».

- Я везу груз на Украину, – начал Александр – Как вы понимаете, у меня есть график, который нельзя ломать... – Александр поперхнулся и закашлялся – Но днем  я попал в пробку под Ростовом и простоял там около двух часов, однако, ситуация не изменилась, и я, посоветовался с нашим диспетчером на этот счет. Мы решили, что надо сворачивать на другую дорогу...

Саша рассказал о том, как он с Сергеем рассчитывали, сделав объезд вывернуть на кратчайший путь и там компенсировать время, потерянное в пробке, и за ночь вновь войти в рамки графика.

Палыч кивнул.

- ...Но там, где я должен был повернуть согласно карте, никакого поворота не было и в помине. Я сказал об этом диспетчеру. Но не успели мы выработать новый маршрут, как оборвалась связь: телефон, точнее его антенна, перестала ловить сигнал.

Александр заметил, что эти слова заставили майора нахмуриться.

- Потом я случайно пролил на свой телефон кофе. Вы понимаете, что я не спал больше суток?

- Понимаю... Александр, ты сказал, что оборвалась связь? – спросил Палыч.

- Да, – ответил Саша.

- То есть антенна перестала ловить сигнал.

- Ну конечно, я так вам и сказал.

Майор закивал, что несколько обеспокоило Александра, не знающего причину такой реакции Палыча.

- Видимо, тут что-то с волнами. У нас тоже не работают телефоны.

В доказательство своих слов, он достал из кармана мобильник и, нажав на зеленую кнопку на дисплее, показал светящийся экран телефона Александру. Деления, обозначающие уровень приема сигнала антенной, отсутствовали, а посередине экрана, где обычно светился логотип оператора мобильной связи, была пустота.

- Видишь?

Александр кивнул. Это доказывало его предположение о том, что они не смогли вызвать скорую.

- Дальше?

- Рассказывай, я слушаю.

Майор нащупал пачку «Pall Mall» и, достав сигарету себе, протянул пачку Александру.

- Я внимательно изучил карту местности, – продолжил Саша. – и нашел новый маршрут. Этот был длиннее, нежели предыдущий, и поэтому я нажал на газ. Ведь здесь нигде не было ограничителя скорости.

- Это так, – согласился Палыч.

Саша подкурил, вновь воспользовавшись зажигалкой майора и глубоко затянулся, покатывая фильтр сигареты между пальцами и пытаясь подобрать слова.

- Я забыл вам сказать, что на этот раз ко мне не приставили сменщика, ввиду близкого расстояния пункта назначения. Я не спал и находился за рулем больше суток, а все из-за этой пробки, сломавшей график... – Саша замялся. – Не знаю как это получилось, но я заснул прямо за рулем.

Майор покачал головой. Выражение его лица показалось Саши несколько необычным, казалось он был чем-то озадачен.

«Он мне не верит? Или верит?» - подумал Саша.

- Я слышал, что вы назвали меня наркоманом, но Богом клянусь, я ничего не принимал.

Саша затаил дыхание, ожидая шквала негодования, который должен был вот-вот обрушиться на его голову, но этого не произошло. Майор лишь пожал плечами.

- Пусть будет так. Все равно я не смогу этого проверить, – сказал он.

Саша с трудом подавил улыбку и продолжил.

-  Я ударился головой в момент аварии. Вы видели, во что я вляпался?

Палыч нахмурился.

- Во что?

- Я попался в капкан. Лежачий полицейский! – сказал Саша. – Не знаю отку...

- Во что? – Палыч прервал Александра на полуслове. – Какой лежачий полицейский? Что ты мелешь, сынок! Откуда там лежачий полицейский, я ничего подобного там не видел.

- Но, майор, вы видели что случилось с моими колесами? Это был лежачий полицейский.

- Э-э, друг, это как надо обдолбаться, чтобы померещилось такое? – протянул Палыч. – Я тебе сказал, что если ты будешь врать, то...

- Вы видели колеса грузовика, то, что от них осталось? – перебил Саша...

... Палыч прикусил губы и попытался сосредоточиться. Похоже, что этот чудак не врет. Колеса на том грузовике были разорваны в клочья... Но никакого лежачего полицейского там не было и в помине.

«Или я его не заметил?»

- Ты говоришь лежачий полицейский?

- Да.

Понятно, что парень, возможно, не в себе. Скорее всего, так оно и есть, но ведь и колеса трейлера были уничтожены. Значит, все же там было что-то. Не может же грузовик сам ни с того ни с сего разорвать свои шины на асфальте. В дрызг. Нет, конечно. Это говорит о том, что там что-то было. Но лежачий полицейский… Это ЛЕЖАЧИЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Он предназначен для того, чтобы дырявить шины, из которых затем постепенно будет выходить воздух, и они в конце концов сдуются. Тут же было что-то другое...

- Ты видел эту штуку? – спросил Палыч.

- Собственными глазами.

- Сможешь описать?

- Постараюсь, – Саша показал Палычу указательный палец – Шипы были примерно такого размера. Очень острые, об один из них я поранил себе палец.

Саша вытянул руку и Палыч заметил маленькую каплю засохшей крови на пальце паренька. Александр незатейливым движением смахнул спавшие на глаза волосы.

- Это... – протянул он подбирая слова – Это было похоже на расстеленную по дороге шкуру ежика, но увеличенную раз так в десять и железную – сказал он.

По описанию это был вовсе не лежачий полицейский. Это было что-то другое. Но откуда, черт возьми, на дороге простилающейся среди полей будет лежать так называемая «шкура ежа», да еще и железная? Если бы не растерзанная в клочья резина шин, Палыч не поверил бы ни единому слову этого парня, но тут...

«Я же сказал, что все это дерьмо, - подумал майор. – Сказал, но только мало толку от этих слов».

Он вздохнул.

- Скажи, ты не замечал на дороге никого... – Палыч хотел употребить слово «странного», но решил что это глупо.

«Глупое слово, когда на всей дороге лишь два мента и один наркоман».

- Нет.

Палыч огляделся по сторонам.

- Ты понимаешь, что тебя, похоже, хотели поймать?

Саша пожал плечами.

- Я не уверен, ведь я же некоторое время лежал без сознания. Но когда очнулся, все вещи вроде как были на местах, – сказал он.

«Изворотливый. Черт подери, он снова прав,» - подумал Палыч.

Действительно, груз был цел, но что же тогда там могло произойти? Майор смачно плюнул на асфальт.

- А зачем тебя понесло куда-то посереди ночи? Ты бросил груз, бросил грузовик с ключами.

Саша замолчал, но когда Палычу показалось, что ответа не будет, и он хотел задать новый вопрос, Александр ответил.

- Я был не в себе, и мне показалось, что раз грузовик сломан, мне стоит отправиться в ближайший городок и предупредить об этом начальство. На карте было несколько поселков и я двинулся в их направлении. Правда, в итоге, как оказалось, зря. Головокружение усилилось, и я потеряв сознание, упал, – он попытался развести руками, забыв, что на нем надеты наручники. – А потом меня нашли вы.

Палыч посмотрел в глаза паренька.

«Либо он черес чур хитрожопый, либо говорит правду,» - подумал он.

- Поэтому сперва я и не отвечал на ваши вопросы, потому что не понимал, что происходит и сам себя не слыша сказал, что это не мой грузовик, – добавил Александр. – А сейчас я окончательно пришел в себя и хотел бы пожать вам руку в знак благодарности, только вот, – он указал на наручники.

Парень был прав, пора было снимать браслеты. Палыч достал ключи и расстегнул наручники. Тот нервный порыв, который заставил действовать майора грубо, исчез, и теперь пора было вернуть железные погремушки на место. Он пристегнул наручники обратно к ремню.

- Ты понимаешь, что капкан не мог быть постелен на трассе просто так? По твоим описаниям это был вовсе не лежачий полицейский, что тогда там произошло?

Саша покачал головой.

- Я не знаю.

Палыч задумался и принялся медленно оббивать костяшками правой руки барабанный марш по висевшему на ремне автомату.

- Ты сказал, что едешь на Украину? – спросил он.

- Это так.

- Получается, ты едешь в обратную сторону. Я прав?

- Да, – согласился Саша. – Но я как раз должен был завернуть здесь.

- Понятно. Ладно, ты идешь в город? – спросил Палыч.

- В первый попавшийся жилой пункт, – ответил Саша. – Мне нужен телефон.

- А мне нужна больница, – Палыч обернулся на своего напарника. – Ему совсем дурно. Он сам с трудом идет. Похоже там температура под сорок. Жар, – Палыч вздохнул. – Нам по пути, пойдем вместе, если ты, конечно, не против.

Саша на секунду задумался.

- Я не против, пойдем вместе.

- Вот и отлично, – сказал Палыч. – Его зовут Сергей. Я тебя прошу, не спрашивай у него про самочувствие. У него жар, поэтому он не в себе и злится непонятно на что.

Майор вздохнул, вспомнив слова, сказанные лейтенантом у грузовика:

- Тем более я боюсь, что скоро мне придется его поддерживать, а сам бы я не справился. Видишь, как кстати я тебя встретил, – Палыч попытался улыбнуться. – Палыч.

Он протянул руку Александру и тот пожал ее.

- Саша.

- Что ж, будем знакомы.

Они развернулись и зашагали к противоположенной обочине, у которой по-прежнему, не двигаясь, сидел Сергей.

Глава 6

Игорь не знал почему, но отвращение к Алексею с его стороны только нарастало. Что-то в нем было… загадочное? Возможно, и так. Игорь не мог ответить на этот вопрос с уверенность. Периодически он смотрел в зеркало заднего обзора и каждый раз невольно уводил глаза в сторону, на дорогу. Зеркало отражало взгляд незнакомца. И что-то в его глазах было не так. Вот только что? Его взгляд… Игорь не мог подобрать нужные слова, венчающие свои предположения и мысли, но каждый раз, когда его глаза пересекались в зеркале заднего обзора с глазами Алексея, все тело схватывала непонятная дрожь. Чувство было такое, будто он попал под струю ледяной воды. В свою очередь Алексей мило улыбался и советовал Игорю повнимательней следить за дорогой, что, впрочем, тот делал и без напоминаний. Инна, напротив, оказалась расположенной к незнакомому мужчине и все это время сидела вполоборота, беседуя с Алексеем. На этот раз темой разговора стало побережье Черного моря. Алексей, с лица которого не сходила добродушная улыбка, рассказывал Инне о летних оздоровительных лагерях. За то время, которое они ехали вместе, он еще ни разу не вспомнил об оставленном позади автомобиле. Возможно, волноваться действительно было не о чем, ведь у машины, по его словам, были разорваны шины, но…

«Может быть, этой машины и нет?» - пронеслось в голове Игоря.

Мысль неприятно, как обух по голове, взорвала сознание. Об этом не хотелось думать. По крайней мере не здесь и не сейчас. Однако, мысль, виляя между другими, не менее острыми вопросами не хотела отступать и как идея фикс застыла в голове. Навязчиво и прочно. Чертовски прочно. К ней присоединились и другие вопросы, от которых во рту появился привкус ржавчины. Кто этот человек? Что с его руками? Как хотелось верить, что все сказанное этим человеком правда…

- Честно говоря, моя последняя информация, связанная с «Петушком» относится еще к шестидесятым, когда я сам отдыхал там, – сказал Алексей. – Поэтому не думаю, что ее можно назвать достоверной, все же прошло столько времени с тех пор! Но, смею вас заверить, Инна, я ни минуты не жалел, что мама с папой отправили меня именно в тот лагерь. А как вам «Петушок»? Вы были там?

Инна улыбнулась и закивала головой.

- Замечательное место, и могу сказать, что мне как вожатой, отработавшей там два сезона, хотелось бы поехать туда вновь. Но в этом году я устроилась на серьезную работу. Так что, можно сказать, моя карьера вожатой закончилась, – она расплылась в улыбке. – Но мне очень нравятся маленькие дети, кстати, Алексей, вам не разу не доводилось смотреть передачу на ТНТ (не помню правда как она называлась), где молодые семьи пробовали свои силы в воспитании ребенка, практикуясь на кукле-роботе?

Алексей покачал головой.

- Нет. Интересные вы говорите вещи, как это так, робота? – спросил он.

Инна, грезившая мыслями завести собственного малыша, начала живописно рассказывать Алексею о передаче. Вскоре разговор немного стих и тогда незнакомец обратился к Игорю.

- Игорь, а почему вы молчите? – спросил он.

Игорь пожал плечами и попытался улыбнутся, зная, что мужчина смотрит на него через зеркало заднего обзора.

- Я даже не знаю, что сказать, я никогда не был в детском лагере, – ответил он.

- А зря. Это замечательное место. За свою жизнь я еще не разу не был в лучшем местечке, чем лагерь для детей. А я, поверьте, видел многое.

Игорь почувствовал как нога, лежавшая на педали тормоза, нервно затряслась. Этот человек вызывал какой-то непонятный страх.

- А я, честно говоря, не был нигде кроме Ростова. Не скрою, мне было бы очень интересно узнать побольше о нашей стране, – он улыбнулся и посмотрел на Алексея – Расскажите немного о себе, раз уж нам пришлось познакомится.

- А что именно вас интересует?

- Исключительно все самое интересное, – заверил Игорь.

- Что же, тогда я проявлю немного наглости и вновь попрошу у вас сигарету, – Алексей подмигнул парню.

- Пожалуйста, – Игорь взял пачку и, открыв ее, вытащил сигарету и согнул руку в локте, чтобы мужчина мог дотянутся до сигареты. – Угощайтесь.

Алексей кивнул в знак благодарности и потянулся за любезно предоставленной Игорем сигаретой. Рукав на его руке немного сполз вниз, и Игорь поймал взглядом татуировку на его коже. На руке Алексея, прямо на плече, была выколота какая-то надпись, букв которой он не успел разобрать.

- Красивая у вас тату, – сказал Игорь.

Он протянул зажигалку и, чиркнув кремень, дал Алексею прикурить.

- Открой только окошко, – попросила мужа Инна.

Игорь кивнул и опустил окно на задней двери. Дым тонкой струйкой начало высасывать из салона сквозняком.

- Наверное, из армии? Я имею ввиду ваше тату.

Через зеркало Игорь заметил, как лицо Алексея на мгновение побледнело. Но уже через секунду на его лице появилась та самая милая улыбка.

- Какую вы имеете ввиду? Эту? – Алексей приподнял рукав майки на левой руке – Или эту? – он приподнял рукав на правой руке и вытянул обе руки вперед. На плечах красовались «Афганистан» на левой руке и «1980» на правой.

- Я ветеран Афгана, – пояснил он. – И не понаслышке знаю, что такое война и кровь.

На минуту в салоне повисло молчание. Алексей поправил рукава и продолжил курить, а Игорь вместе с супругой молча переглянулись. Игорь почувствовал, как нога, лежавшая на педали, вновь задрожала. Привкус ржавчины во рту усилился.

- Извините, если Игорь задел больную для вас тему, – слова, сказанные Инной, больше походили на шепот.

- Нет, что вы. Это мое прошлое, и от него никуда не деться. А эти наколки… – Алексей кивнул на свои руки, – мы делали их в день нашей первой боевой операции… - он вздохнул – Я пристрелил тогда первого. Вы понимаете, я убил живого человека.

Инна сдавленно улыбнулась, а Игорь с трудом сдержал желание надавить на газ.

- А затем я убил еще одного, еще и еще.

- Давайте сменим тему, – сказал Игорь.

- Отчего же? Вы же хотели знать что-то интересное обо мне? – улыбка не сходила с лица Алексея.

- Я не думаю, что мы хотели бы слышать именно это.

- Отнюдь? – мужчина изобразил на лице удивление.

- Совершенно точно, я уверен…

- Ну что же… – Алексей выкинул окурок на дорогу и указал Игорю жестом, что тот может закрыть окно. - Предлагайте тему, а я попробую ее поддержать. Естественно, по мере возможностей.

Игорь прикусил губу и старался выбросить нахлынувшие темные мысли из головы.

«Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы этот человек заткнулся и мы быстрее добрались до Ростова!»

- Ваша тема? Ну же? Я не кусаюсь.

Игорь замялся.

- Вы говорили про свою машину, кажется «Ладу»? Как вам отечественный автопром?

- Как? – улыбка Алексея расползлась, обнажив ряд зубов, часть которых была серебряными – Не знаю, я не сидел за рулем много лет и у меня даже нет машины.

Игорь вздрогнул. Эти слова, как электрический разряд, прошлись по телу.

- Но вы сказали…

- Я пошутил, – перебил Игоря Алексей.

Инна в недоумении захлопала ресницами, широко раскрыв рот.

- Вы нас обманули?

- Лучше сладкая ложь, чем горькая правда. Я по крайней мере думаю так. Я никого не обманывал, просто я вел себя по-человечески. Вы же, дорогие мои, не сказали мне о сбитом животном? Так почему я должен отсчитываться перед вами?

Игорь сглотнул. Весь этот разговор, вся эта ситуация начала складываться совсем по другому, делая резкий поворот в непонятное. Другой вопрос, что он чувствовал, что-то в этом мужчине не так. Его манера, поведение.

«Не знаю»

- Откуда вы знаете про барсука? – спросила Инна.

- Слава Богу, Всевышний даровал мне пару глаз, – Алексей перекрестился.

Игорь стиснул зубы. Пора было прекращать это дело, мало ли что у этого парня в голове. Он включил поворотник и остановился у обочины.

- Что вы делаете?

- Выходите из машины, ни мне, ни вам не нужны неприятности, – сказал Игорь.

- Как? Вы бросите человека в беде?

- Выходите, – повторил Игорь – Мне не нужны неприятности. Вы говорите одно, а потом оказывается, что это ложь. Откуда мне знать, что у вас на уме? Может быть, это вы расстелили на дороге эти капканы или что это там?

- Что вы, я никогда в жизни не занимался и не буду заниматься такими глупостями. – Алексей откинулся на сиденье, всем своим видом показывая, что он не собирается никуда выходить.

- Выходите из машины, Алексей, я не люблю повторять.

Незнакомец вздохнул.

- Если вы позволите, то дайте мне сделать хотя бы один звонок.

Инна схватила телефон с панели.

- Держите.

Алексей взял телефон и обведя супружескую пару взглядом, протянул руку к дверце и, открыв ее, выбросил мобильник на асфальт. Телефон разлетелся вдребезги.

- Что вы делаете?

- Я вас в последний раз прошу: нажмите на педаль газа, – он вздохнул, и его рука как бы невзначай скользнула вниз, ближе к ремню черных джинс.

Несколько секунд Игорь не мог прийти в себя после такой наглости. Что же, если он не хочет по хорошему, то будет по плохому. Он обернулся вполоборота.

- Алексей, если вы сейчас же не выйдете из машины, то я вышвырну вас отсюда! – последние слова он прокричал, почувствовав как руки непроизвольно сжались в кулаки.

- ВЫ УВЕРЕНЫ, ИГОРЬ?

- Вон! Еще одно слово и…

- Вы правы, я прострелю вам голову, – Алексей плавно вытащил из-под ремня пистолет и навел его дуло прямо в лицо Игоря.

***

Конечно, полностью исключить тот вариант, согласно которому Саша был обычным наркоманом, который обдолбался порошком или таблетками и безбожно наврал все то, что слышал майор, было бы со стороны Палыча просто глупо. Такое могло быть. Вполне. Но почему-то верить в это не хотелось ни сейчас, ни когда он только услышал эти слова. Палыч не хотел копать глубже, пробираться к корням и истоку этого желания и поэтому принял его слова не обдумывая, так как есть. Так, как они звучали, а возможно, так, как их хотел слышать сам майор. Парень не похож на наркомана, и это главное. А неадекватное поведение, стеклянные глаза по началу – это все чушь. Он ударился, причем крепко, и на его лбу можно было разглядеть синяк лилового цвета, что лишний раз успокаивало майора в своих суждениях на этот счет. Вот тебе и неадекватное поведение, а вследствие легкого сотрясения, даже нокдауна, – стеклянные глаза. Палыч помнил, что на ТВ, в частности, по телеканалу «Спорт», когда то шла программа «101 великий нокаут» или что-то подобное, так там он видел такие вот стеклянные, блестящие глаза не раз, как, впрочем, и не два.

Так почему же тогда не поверить парню?

«Но как тогда...»

Впрочем, это было не важно, и майор отбросил готовую вылиться в вопрос мысль в сторону. А если так, то этот Саша был даже весьма толковым пареньком, умным и рассудительным. А разговор между ними сложился сразу после того, как они двинулись дальше в путь, и плавно перетекал из одной темы в другую.

На повестке дня, а в этом случае уместнее было бы сказать ночи, стояли темы машин, выпивки (Саша рассказал майору о своеобразном способе приготовления джина с тоником), женщин и, конечно же, оружия. На данный момент разговор вилял от пистолетов до автоматов и наконец вылился в обсуждение бессмертного АК, тему которого затронул Александр, то и дело бросавший взгляды на бившийся о бедро Палыча автомат.

- Не зря же именно эту штуку предпочитали американцы во Вьетнаме, – Палыч ласково похлопал по автомату.

Саша кивнул.

- Я слышал, что во Вьетнаме американские солдаты бросали свои М-16 и подбирали у узкоглазых наши АК, – сказал он.

- «М»- ки часто давали осечку, – Палыч бросил на Сашу взгляд. – Ты понимаешь, что значит осечка на войне?

Саша покачал головой.

- Нет.

Майор вздохнул.

- Я воевал в Афгане, Саша. И знаю, что такое осечка... Осечка оружия в бою это на 99% смерть. Пусть АК не столь точен, как М-16, но он не дает осечки. Лучше выстрелить дважды, нежели не выстрелить раз.

- Это правда, – согласился Саша.

Палыч задумался и похлопал по автомату. Это был разговор живой, интересный, затрагивающий его любимые темы, но... Наверное, также выглядит улыбка плохого актера в хорошем фильме... Палыч вздохнул.

«Только вот плохой улыбкой не испортишь хороший фильм,» - подумал он.

Похоже, об этом думал и Саша, рассматривающий тонкую полосу лесной просечки метров в двухстах за обочиной. Разговор прекратился, и Палыч знал почему.

Майор задумался.

«И Саша тоже это знает, - подумал он. – Негоже закрывать на это глаза».

Он покосился на Александра: пора было возвращаться в реальность.

- Парень, ты понимаешь, что здесь происходит какое-то дерьмо? Ты собственными глазами видел эти колючки? Это так?

- Да.

- А я, хоть убей, ничего там не обнаружил.

Саша бросил на Палыча секундный взгляд.

- Ты к чему это клонишь? – спросил он.

- Я не знаю.

Оба замолчали. Была тема, была причина, но не было разговора. Палыч видел, что Александр нервничает. Он сам? Не хотелось сознаваться самому себе, но майор чувствовал, что находится на пределе. И дело было не только в каких-то колючках, расстеленных ночью посереди трассы.

- Послушай Саша, возможно, то что я тебе скажу сейчас, покажется странным... даже нелепым. Но я больше не могу держать это в себе.

Майор посмотрел на Сергея, желая увидеть его реакцию на начавшийся разговор, но лейтенанту похоже было все равно. Он по-прежнему равнодушно рассматривал свои ноги и дорожную пыль, не обращая никакого внимания на беседу, несколько изменившую свой сюжет. Тогда Палыч вернул взгляд на Алекснадра. Тот кивнул.

- Я слушаю.

«Стоит ли рассказывать то, в чем ты неуверен?» - пронеслось в голове.

Но была ли тут неуверенность? Палыч не знал. Он озадаченно почесал щетину.

- Я думаю, не стоит говорить, что у нас с напарником проблемы? – начал он.

- Думаю, да, – согласился Саша.

Палыч достал сигарету и закурил.

- Я не знаю, что происходит, Саша, – сказал он – Не знаю...

Саша лишь закивал, решив не перебивать Палыча, которому монолог, по крайней мере, его начало, дался с трудом. Майор вздохнул.

- Короче говоря, Саша все началось с «десятки», встретившейся нам на дороге к городу...

Палыч в двух словах набросал Саше то, как они с лейтенантом увидели «десятку» без номеров, ехавшую подозрительно медленно.

- Вообще, конечно, это не наш участок. Мы работаем в Ворошиловском районе на СЖМ. Ростов. Да мы и не патрульные. Но скажи мне, если ты увидишь на тротуаре крупную купюру, разве ты не остановишься и не поднимешь ее? – Не дожидаясь ответа, Палыч продолжил – Так и мы, милиция. И независимо от того, наш этот участок или нет, если мы видим нарушителя, то мы действуем – и баста. Ты понимаешь?

- Конечно, это естественно, – согласился Александр.

Палыч затянулся.

«Стоит ли говорить этому мальцу все что я думаю? - он выпустил дым – Бля, это театр одного актера... да и одного зрителя».

- Я приказал ему остановиться, – продолжил Палыч. – Но он не послушался. Я повторил свое требование еще несколько раз, но ему было плевать на мои приказы. Он даже сбавлял ход, но и не думал останавливаться.

Майор задумался.

- Вы его взяли? – спросил Саша.

- Конечно. Я был за рулем и хорошенько его зацепил, да так, что «десятка», как и наш бобик следом, влетели в бетонную стену тоннеля...

Он вкратце рассказал о том, как происходило задержание. Александр внимательно слушал.

- То есть ты понимаешь, что он траванулся тем дерьмом, которое чуть ли не клубами перло из «десятки»... – Палыч запнулся – Я не могу передать тебе этот запах и даже не буду пытаться делать это. Но чем бы это ни было, именно оно довело парня до такого состояния.

Майор обернулся на Сергея, который шел немного позади и даже если слышал этот разговор, то не подавал виду, не разу не вмешавшись и не прервав рассказ напарника. Саша с выражением задумчивости на лице слушал.

- Откуда появился этот запах?

- Не запах, вонь, – поправил Палыч.

Он задумался, стараясь подобрать каждое свое последующее слово.

«Как ему сказать это?»

Палыч обернулся к Александру.

- Саша, в машине был труп.

Саша нахмурился.

- Вы его пристрелили?

- Нет, – Палыч сделал паузу – В машине был труп. Именно труп. И больше никого.

На лице парня отразилось удивление.

- Гниющий труп, – добавил Палыч.

- То есть как? – глаза Саши расширились от удивления.

- То есть там был разлагающийся мертвец, Саша, – выдавил майор.

Александр, услышав эти слова остановился как вкопанный.

- Что?!

- Ты можешь мне не верить, но я клянусь, что это было именно так! Там был разлагающийся труп!

Парень промолчал. Он смотрел куда-то в сторону и моргал так часто, будто действительно собирался взлететь, как пели когда-то «Братья Гримм» в своей песне. Затем он двинулся дальше.

- Ты отдаешь себе отчет в своих словах?

- Я уверен в этом, – сказал Палыч.

Некоторое время они шли молча, не говоря друг другу ни слова. Палыч курил, а Александр пытался переварить все то, что услышал несколько минут назад. Так прошло около десяти минут. Наконец, Палыч сделал последние несколько затяжек, и «прочитав буквы», как любили говорить юные любители табака, выбросил окурок за обочину.

- Я не уверен, но мне кажется, что тот запах, от которого отравился Сергей, исходил из трупа, – сказал Палыч.

Саша ничего не ответил.

- Но почему тогда им не отравился Я? – это скорее были мысли вслух, которые Палыч устал держать в себе – Можно сказать, что у меня хороший иммунитет, но Сергей ведь начинал в ОМОНЕ!

- Возможно, ты находился далеко от трупа?

- Я трогал его руками!

Александр скривился, представив себе этот эпизод.

- Мне очень тяжело поверить в это, – протянул он. – Попробуй меня понять, но...

- Ты думаешь, что я сам верю в сказки? – перебил его Палыч. – К черту. Но если я говорю, что в машине сидел мертвец, то значит так оно и есть!

Александр расхохотался, хотя смех вышел несколько скомканным.

- Ты хочешь сказать, что труп управлял машиной? Жал на педали, поворачивал руль. – он запнулся – А он не махал тебе рукой и не кричал: «Эй, парень моя задница мертва вот уже целую неделю». Ты действительно веришь в то, что говоришь?!

- Я не знаю... – прошептал Палыч.

Он задумался.

«Я ничего не знаю,» - пронеслось в голове.

- Но что ты скажешь про лежачего полицейского? Это же не исчезающая татуировка «Booble Gum», и он не мог исчезнуть за пять минут. Кто, КТО постелил на дороге лежачего полицейского? Или он вырос из-под земли? – Палыч всплеснул руками – Знаешь, в это тоже верится с превеликим трудом.

Александр нервно оглядывался по сторонам, не в силах сосредоточить на чем-либо свой взгляд.

- Почему не работает связь? – продолжил майор.

Саша промолчал.

- Хорошо, что касается связи, то тут я могу понять, мы в области.  Но остальное? Ты чуешь, чем тут пахнет, Саша? Чуешь?

- Мне надо все это переварить, – сказал Саша – Я не знаю, чем тут пахнет, и поверь, не хочу знать. Все, что я хочу, – это поскорее добраться до ближайшего населенного пункта.

«Он не поверил, – подумал Палыч. – А если и поверил, то не может этого осознать. Я бы тоже не смог осознать такое».

- Послушай Палыч, после твоих слов я покрылся гусиной кожей.

В подтверждение этого Саша показал майору руку, на которой один в один дыбом поднялись волосы. Он вздрогнул и искоса посмотрел на автомат Палыча.

- Там есть патроны? – спросил он.

- Там есть все, – ответил Палыч – И если...

Палыч не успел закончить свою мысль, так как в разговор неожиданно вмешался Сергей.

- Ребята, мне плохо, нужно сделать привал, – сказал он – Привал, – повторил лейтенант.

Майор обернулся и увидел, что Сергей, опершись руками о колени, сипло дышал и мотал головой из стороны в сторону. Все трое остановились. Палыч подошел поближе к напарнику и положил ему на плечо руку.

- Держись, Сережа, скоро мы будем в городе, – сказал он. – Осталось чуть-чуть. Нужно только потерпеть.

Прописная истина. Но что еще можно было сказать Сергею?

Лейтенант тяжело дышал. Воздух со свистом входил легкие, как будто вместо них внутри Сергея была размещена самая настоящая турбина с советского истребителя времен Великой Отечественной, и выходил оттуда с жуткой хрипотой, создавая звук, напоминающий кипение воды в чайнике.

- Я задыхаюсь.

Палыч прикусил губу.

- Может, понюхаешь нашатыря?

- Нет.

Лейтенант глубоко вздохнул и на выдохе прокашлялся. На асфальт приземлились крупные темно-зеленые комочки. Сергей зажмурил глаза и попытался собраться.

- Палыч, у меня к тебе просьба, – сказал он – Я знаю тебя много лет. Ты мой первый и единственный напарник, ты учил меня...

Каждое слово отдавалось Сергею болью в грудной клетке, говорить было тяжело, и он сделал паузу. Автомат неуклюже, как маятник, болтался на натянутых ремнях. Чуть поодаль от развернувшейся сцены Александр, не говоря ни слова, медленно и аккуратно, стараясь сделать так, чтобы его движение никто не заметил, сделал шаг назад. Но как только над асфальтам поднялась вторая нога, Палыч бросил на него мимолетный взгляд. Александр замер. Тем временем Саша прокашлялся и продолжил.

- Палыч, ты можешь пообещать мне, что сделаешь это?

Майор кивнул.

- Да, я обещаю.

Сергей, приложив (как показалось Палычу) некоторые усилия, поднял голову и посмотрел на напарника слезящимися глазами.

- Обещай мне, что ты найдешь Леру и скажешь, что я ее любил, – по лицу лейтенанта, чуть заметно для постороннего наблюдателя скатилась слеза.

- Сергей, ты сам ей это скажешь...

- Обещай мне... – перебил майора Сергей.

- Я обещаю.

Палыч переглянулся с Сашей. На лицах обоих читалось одно и тоже: бред, вызванный высокой температурой.

- Я думаю, что Лере будет приятно узнать это, тем более, когда рядом будешь ты и сможешь подтвердить сказанные мной слова, – добавил майор.

Казалось, Сергей уже ничего не слышал. Он закрыл глаза. Медлить было нельзя, лейтенанту требовалась срочная госпитализация, пока не начались осложнения. Какие, Палыч не знал, и даже не хотел о них думать, но мысли одна мрачнее другой настойчиво лезли в голову. Майор поднес руку к лицу напарника и положил ладонь на покрытый испариной лоб Сергея. Он горел. Палыч выругался и посмотрел на Александра, который лишь покачал головой. Видимо на негласный вопрос Палыча: «Как нам быть?», он негласно ответил: «Я не знаю».

Палыч вздохнул. Он в очередной раз поменял ватные тампоны и протер давно промокшим от пота платком лоб Сергея.

- Я думаю стоит развести костер на дороге, чтобы привлечь к себе внимание. Я могу поручить тебе это? А сам присмотрю за лейтенантом, – спросил майор.

Саша кивнул.

- Без проблем.

- И еще одно, – Палыч залез в карман и вытащив оттуда мобильник, протянул его Саше – Проверь заодно связь.

Не говоря лишних слов, Александр поднялся на ноги и, взяв мобильник из рук майора, пошел искать щепки для костра. Благо рядом, всего в нескольких метрах от них, начиналась полоса лесопилки. Палыч молча проводил паренька взглядом и, сев рядом с Сергеем, пристально осмотрел напарника. Очередной тампон в носу лейтенанта постепенно набухал впитывая в себя кровь, норовя вывалиться в любой момент, и майор поспешно приступил к изготовлению нового тампона. Краем глаза он отметил, что ваты в недавно начатом рулоне заметно поубавилось. Оторвав очередной кусочек из редеющего рулона, Палыч положил его меж ладоней и скрутил тампон, который через мгновение оказался в ноздре лейтенанта. Однако кровь, несмотря на все усилия, не удавалось остановить. Нос Сергея, а отчасти и рот, кровь из которого шла пульсирующими толчками, напоминали некий разразившийся яростью вулкан.

***

- Я советую вам нажать все же на педаль газа, – Алексей снял пистолет с предохранителя и взвел курок.

Приходилось действовать жестко и напористо. Игорь послушно надавил на газ и вывернул обратно на трассу.

- Надеюсь, вы понимаете, что ехать следует так же осторожно, как прежде? От этого зависит ваша дальнейшая судьба, – Алексей обвел глазами супругов. – Я не шучу. У вас есть ко мне вопросы? Если есть, то задавайте, и я отвечу на них. По мере поступления, естественно.

Он облизал пересохшие губы. Не хотелось слишком уж перегибать палку. Это могло вызвать напряженность, которая, конечно, имела место быть и без этого, без каких либо дополнительных действий, но все же. Не хотелось усугублять нервоз –  по одной простой причине: напряженность может перерасти в панику, а паника обязательно повлечет за собой необдуманные действия со стороны этих молодых ребят.

«А я и не допущу этого,» - подумал Алексей.

- Вопросы? – повторил он.

Алексей видел, как оцепенела еще пять минут назад веселая Инна и как дрожали ее руки. Не ушло от его взгляда и напряжение Игоря. Поэтому он изначально и не хотел идти по такому пути. В таком состоянии у ребят отключался здравый смысл, а значит, повышался риск.

- Что вы от нас хотите? – выдавил Игорь.

Заметно было, что эти слова дались ему с большим трудом, голос парня дрожал и походил больше на блеяние козла на лужайке.

- Если вам нужна наша машина, то забирайте. Прошу вас, только не надо стрелять, мы выполним все, что вы захотите.

- Мы даже не станем писать заявление в милицию – добавила Инна.

- Мы можем прямо сейчас выйти из автомобиля.

Алексей улыбнулся. Определенно, как раз на это он и рассчитывал. Любой запоет такие песни, когда на него наставлено дуло.

«Если бы было все так просто, - подумал он. – Я был бы только за».

- Ребята, во-первых, я просил задавать вопросы по порядку, – сказал Алексей, – а во-вторых, я услышал здесь только один вопрос. Какой? – он указал стволом пистолета на Игоря. – Как вы думаете Игорь?

Игорь замялся.

- Что вы от нас хотите? – неуверенно уточнил он.

- Совершенно верно. Поймите, мне нужен конструктивный диалог, – Алексей поднял к верху палец, – Я подчеркиваю: именно диалог. И взаимопонимание. Вы задаете вопросы – я отвечаю. Я говорю – вы делаете. По-моему, схема проста, вы согласны?

Супруги закивали головой, и Алексей не смог сдержать улыбку. Еще бы они были не согласны. Психология – дело тонкое, но однообразное в конкретных ситуациях. Это как правила математики или русского языка. Оно написано, и ему надо следовать. Конечно же, как и везде, есть исключения. Поэтому нюансы, исключения из правил, тоже надо знать.

- Так вот, если вы не против, я продолжу. Что мне от вас надо? Здесь я попрошу от вас превратиться во внимание, – Алексей старался говорить как можно медленнее и четче. – В первую очередь мне следует рассказать вам о правилах хорошего тона. Первое правило Это касается вас Инна.

Он посмотрел на девушку:

- Я хочу, чтобы ваши руки лежали на коленях. По-моему, все просто и понятно. Правило второе. Вам Игорь: руки всегда лежат на руле. Третье правило, общее для всех. Вы не должны делать движений без моего ведома. Если вам надо поерзать, если у вас затекла рука и так далее, и тому подобное, то вы прежде, чем пошевелится, предупреждаете об этом меня. И запомните, еще одно: если кто-то не согласен, то пуля всегда права, – он оглядел супругов. – Пока все ясно?

Игорь и Инна дружно закивали.

- Тогда проверим, – Алексей указал на пачку «Kent»а. – Игорь, дайте мне сигарету.

Рука Игоря потянулась к пачке и он, взяв ее, протянул сигареты Алексею.

- В следующий раз вы, Игорь, будете уже мертвы, – Алексей взял сигареты из его рук и небрежно бросил пачку на сиденье.

Игорь вопросительно посмотрел в зеркало заднего обзора.

- Прежде чем делать что-то подобное в следующий раз, спросите у меня или предупредите меня об этом, – пояснил Алексей.

Алексей вздохнул. Не хотелось каких-либо недоразумений в будущем, потому что в следующий раз он бы действительно спустил курок. Алексей понимал, что он сделает это автоматически и поэтому стоило заранее предупредить любую случайность. Дав супругам время переварить полученную информацию, мужчина закурил, внимательно наблюдая за лицами молодой пары. Игорь, который был бледнее простыни, выдавил из себя:

- Но все же, что вам надо от нас?

Алексей задумался. Теперь, когда ему в общих чертах был понятен психологический портрет как Игоря, так и Инны, можно было начинать партию и, как опытный карточный шулер, завершить ее на мажорной для себя ноте.

«Начнем играть в открытую».

- Надеюсь, вы понимаете чем рискуете?

- Конечно, – Инна всхлипнула.

- Я позволю себе аллегорию. Сейчас вы – это карточный домик. Одна неверно вытащенная карта – и он рухнет. Естественно, мне бы не хотелось делать так, чтобы он рухнул. Я понял, что вы хорошие люди, а таких людей ой как мало, поверьте мне. Если все будет проходить по схеме «я говорю – вы исполняете», вы останетесь в живых. Я обещаю. Договорились?

- Да.

- Игорь, если хочешь, ты можешь закурить, – предложил ему Алексей и протянул сигарету.

- Можно мне взять ее?

- Можно.

Игорь взял сигарету и подкурил ее от любезно подставленной Алексеем зажигалки. Чтобы салон не превратился в дымовую завесу, Алексей указал Игорю, чтобы тот опустил окно.

- У вас есть карта? – спросил он.

Инна кивнула.

- Есть, в бардачке.

- Инна, будьте так добры достать ее оттуда и посмотреть, где ближайший поворот на федеральное шоссе ведущее к границе с Украиной.

- Можно?

- Я вас прошу.

Инна дрожащими руками открыла бардачок и, достав карту, развернула ее на коленях.

- Вы нашли ту трассу, по которой мы едем сейчас?

- Да вот она, – девушка остановила указательный палец на карте приблизительно в той точке, где находился автомобиль в данный момент.

- Хорошо, проведите немного вверх. До ближайшего поворота на федеральное.

Инна медленно выполнила указание.

- Вот он.

- Хорошо. Игорь, вы видите этот разворот, будьте любезны завернуть на него.

- Я понял.

- Вот и отлично. Инна, можете убирать карту.

Девушка послушно свернула карту и засунула ее обратно в бардачок.

- У меня следующий вопрос: у вас с собой есть паспорта?

- Да, – кивнул Игорь.

Алексей довольно закивал головой.

- Что же, мой паспорт тоже со мной, – он расплылся в улыбке и похлопал ладонью по карману своих штанов – Запомните, я ваш дядя, предположим двоюродный. Вы везете меня к родственникам. Скажем, бабе Наде и деду Жене. Как только мы пересечем границу, вы будете свободны. Вместе с машиной. И последний вопрос: Инна, вы имеете водительские права?

- Да.

- Ну вот и все. Вы мне помощь – я вам жизнь и машину. По рукам.

Алексей осторожно нащупал спрятанный в носке гвоздь. Конечно же, он открылся и, конечно же, не полностью. Иначе можно было просто проиграть партию и оказаться самым слабым звеном в цепи. Он сказал только то, что им следовало знать на данный момент. Дальше больше. Но он уже знал каждую мелочь, время каждого сказанного им слова и сделанного действия. План тщательно готовился несколько лет и не мог дать осечки. Ни в коем случае.

«Никак, - подумал Алексей. – Никак».

Эта мысль, как глоток свежего воздуха, растеклась по телу, дурманя только своим ароматом.

***

Как и предполагал Палыч, Сергею с каждой минутой становилось все хуже. Он с трудом шел самостоятельно, ноги, будто неожиданно ставшие протезами из дерева отказывались слушаться и то и дело норовили переплестись друг с другом либо споткнуться о, казалось бы, ровный и гладкий асфальт дороги.

А еще было жжение. Непонятное и пугающее. Сначала Сергею казалось, что это не что иное как последствия высокой температуры, отравления, но постепенно он понимал, что там, внутри, что-то не так. Это не было температурой (пусть даже очень высокой), это не было вызвано высоким или низким давлением, это не было... похоже ни на что. Чувство было такое, будто он разваливается на части, как плохо собранный ребенком «бионикл», из набора детского конструктора «Lego».

Внутренний жар, слабость и какой-то неприятный, но в то же время довольно знакомый, дотошно знакомый привкус во рту. Казалось бы, его и не было: язык, словно вымазанный клеем, прилипал к небу, во рту пересохло и совершенно не было слюны, но в то же время Сергей отчетливо чувствовал этот привкус и даже (хоть и совсем чуть-чуть) запах. Это напоминало вкус ржавчины. Сергей не представлял, какой должна быть ржавчина на вкус, но почему-то ему казалось, что, если у ржавчины и есть какой-то вкус, то он должен быть именно таким. Только таким и никаким больше.

А еще страшно кружилась голова. Чувство было подобно тому, как если бы Сергей, вытянув руки, кружился вокруг себя несколько минут, а затем резко остановился. Возможно, из-за этого, несмотря на окружающую тьму глубокой ночи, асфальт, от которого он не отводил взгляд, плыл куда-то в сторону, местами отражаясь в его глазах непонятными блекло-красными пятнами.

Сергей чувствовал, как начала шелушиться кожа на пальцах рук и как волосы на мокрой спине, руках и ногах поднялись и торчали дыбом. Иногда жар был настолько силен, что он не мог дышать, а тем более сказать что-либо: к горлу подкатывала какая-то слизь и он рвал, чем не раз пугал Палыча и какого-то паренька лет двадцати пяти. Кто он и откуда взялся, Сергей не знал. И не хотел знать.

Он хотел увидеть Леру и своих маленьких детей. Расцеловать их и, возможно, затем встать на колени и броситься в ноги, чтобы попросить у Леры прощения. За что, он не знал. Но это было и неважно. Ведь он ее любил. Возможно, даже больше чем себя.

На душе Сергея с каждой минутой, с каждым пройденным шагом нарастал какой-то комок тяжести, как будто штанга, которую он собрался выжать, оказалась неподъемной. Казалось когда он вернется домой, достанет ключ из кармана и откроет дверь, чтобы зайти в квартиру все рухнет: теть Клава, у которой они с Лерой снимали жилье, лишь разведет руками и скажет, что Лера ушла, забрав с собой вещи и детишек. И что будет тогда?

Эти мысли, как торфяное болото в лесу, поглощали Сергея. Вот они у щиколотки, по колено, по пояс... и вскоре вонючая черная жижа сомкнется над головой. Мысли нависали над ним, как тень, в то время как собственная тень предпочла куда-то скрыться. Он злился на себя за то, что не может удержать семью...

...И злился на ПАЛЫЧА, который почему-то не хотел понимать его ПРОБЛЕМУ, воспринимая ее как пустую, локальную неурядицу в семье. Но ведь это же было не так. Как Палыч, искушенный горьким опытом брака, не мог понимать эту проблему! ПРОБЛЕМУ семьи! А Палычу, как думал Сергей, казалось, что это ни что иное, как спор из-за разбитой кружки или съеденной шоколадки. Но это было НЕ ТАК. Совсем не так. Это был не заусенец вечернего спора между супругами, а вопрос дальнейшей судьбы семьи и брака. Их с Лерой брака.

Но в то же время Сергей искренне любил Палыча. Он был своего рода примером, и иногда в мыслях Сергея, бредущего по пустой трассе, проскальзывала мысль извиниться за свои слова, сказанные... возможно, впопыхах. Но каждый раз этот порыв что-то останавливало.

Возможно, даже внутренний жар.

Сергей иногда переводил взгляд из-под ног, с дороги, и смотрел на Палыча, который шел в нескольких метрах от его правой руки и о чем-то разговаривал с этим пареньком, но каждый раз он отводил взгляд.

ЖАР. Жар становился сильнее.

Когда Сергей в очередной раз почувствовал тошноту и, закашлявшись, вырвал, на асфальт, вместо той самой слизи, которая выходила изнутри уже тысячу раз, скатившись по подбородку, полилась тонкая струйка алой крови.

Лейтенант мысленно поблагодарил Бога за то, что этого не видел Палыч, нервничавший по поводу отравления, и поднес руку, собираясь  ладонью вытереть полоску крови, тут же начавшей засыхать на губах. Рука замерла в нескольких сантиметрах ото рта. На безымянном пальце левой руки, на котором было надето обручальное кольцо с выгравированным именем «Лера», стекала тонкая струйка крови: кожа между средним и указательным пальцем лопнула, и из раны сочился гной...

***

Игорь понимал, что человек, сидящий сзади, не шутит. И хотя ПОКА это были только слова, в глубине души мерзко и отвратно предчувствие шептало, что он выстрелит.  Тело покрылось мелкими, как бисеринки, каплями холодного пота. К горлу то и дело подкатывала тошнота, несмотря на то, что в гортани застрял липкий комок настоящего, инстинктивного звериного ужаса. Он чувствовал, как веко в результате напряжения, как пресс давившего на сознание, начало отбивать свой мотив: у Игоря начался нервный тик, постепенно перешедший в дрожь, охватившую все тело. Хотелось закрыть глаза, отпустить руль и закричать «на помощь!».

Сидевшая рядом Инна тихо всхлипывала, изо всех сил пытаясь скрыть это от Алексея. Тушь на ее лице потекла, превратившись в подобие рисунка на лице индейского шамана при выполнении какого-нибудь старинного магического ритуала. Руки Инны, которые, как указал Алексей, лежали на коленях, дрожали. Игорь понимал, что супруге гораздо сложнее переживать происходящее, нежели ему самому, но ничего не мог поделать. Он не мог обнять ее, успокоить, потому что знал, что это может привести к выстрелу.

«Странная логика, но выстрел может привести к смерти».

При мысли об этом он вздрогнул. Самое паршивое состояние, когда ты не можешь помочь не только своим близким, но и самому себе.

«Черт, черт, черт!».

Естественно, что Игорь никогда не мог подумать, что такая ситуации может случится с его семьей. Человек всегда живет в неведении. Он сжал зубы, почувствовав, как разболелся старый недолеченный зуб. Даже малая толика секунды, мириадная частичка хаоса – это уже то, что нельзя предугадать. Именно за это время, даже опираясь на теорию вероятности, может произойти все, что угодно.

«Все что угодно».

Игорь сглотнул. На секунду в голову пришла мысль ударить по тормозам, а там будь, что будет. Но он тут же выкинул идею из головы.

«Успокойся, успокойся… - пронеслось в голове. – Тебе надо успокоиться, соберись».

Он глубоко вздохнул, пытаясь сосредоточить свои мысли. Главное сейчас – не паниковать, не поддаться паническим настроениям и не отключить здравый смысл, блокировав его ненужными страхом и нервозностью.

«Внимательно, тщательно обдумывая каждое слово, нужно начать разговор с ним».

Игорь понимал, что только так можно отвлечь этого человека от возможных непредсказуемых действий. Страшно хотелось курить. Он сделал усилие и, попытавшись отбросить ненужные мысли в сторону, начал разговор.

- Алексей, можно вам сказать кое-что?

- Отчего нет.

Через зеркало заднего обзора Игорь заметил, что пистолет в руках Алексея спокойно, если это слово можно применить к оружию, смотрел вниз. Игорь с трудом сдержал порывавшийся выбраться наружу вздох облегчения.

- Я хочу заверить, что вы можете доверять нам… - это была игра с огнем, и Игорь знал на что идет, но поступи он иначе – и это могло дать простор человеку, у которого находилось оружие в руках, – не самый лучший помощник в сложившейся ситуации. Он облизал губы.

- Я знаю, – Алексей расплылся в улыбке. – Игорь, скажите мне, а разве может быть иначе? Или вы, Инна?

Игорь нервно зажевал губу, почувствовав во рту привкус крови. Главное сейчас не позволить себе ошибиться.

«Но если он до сих пор не убил нас, значит, мы нужны ему?».

Мысль, внезапно охладившая голову позволила немного успокоится.

- Нет.

- А вы Инна, вы, мне очень интересно ваше субъективное мнение, – спросил Алексей.

- Я… я не знаю, – девушка с трудом сдержала всхлип. – пожалуйста не убивайте нас.

- Значит, вы меня не слушали, дорогая.

Игорь прочувствовал в голосе Алексея стальную нотку.

Этот ублюдок… Игорь видел, как пальцы Алексея в зеркальном отражении начали поглаживать пистолет.

«Черт подери, что она делает?!».

Он аккуратно, стараясь не выдавать своего движения, наступил на ногу супруге.

- Алексей, я…

- Я не с вами разговариваю, – перебил Игоря мужчина.

Инна зажмурила глаза и вцепилась скрюченными пальцами в колени.

- Извините, просто…

- Просто у вас сгорела первая жизнь, – улыбка на лице Алексея стала еще шире – Всего у вас их три, а потом… – он изобразил звук выстрела и символически сдул дымок после выстрела, подняв пистолет вверх – Дело в том, что, конечно, сложно, но вовсе не выполнимо найти других людей, которые помогут мне пересечь границу. Вы согласны?

Игорь еще с большей силой нажал на ногу супруги, почувствовав, как она дрожит всем телом.

- Д…да

- Что? Извините, я не расслышал.

- Я согласна, – выдавила Инна.

- Игорь, вы, кажется, хотели что-то сказать?

Игорь яростно сжал руками руль. Эта сука действовал провокационно. Задумка выключить внутреннюю сосредоточенность Алексея с помощью диалога рушилась на глазах. По сути он своими разговорами отнял у Инны одну из трех жизней.

«Да кем он себя возомнил?!».

Игорь судорожно думал над тем, что ответить, если он скажет сейчас «да», спросит что-нибудь или начнет диалог с ним, то, как на это отреагирует Алексей. Что если он снова переключит внимание на Инну… но что будет, если он скажет «нет»?

«Ты заварил эту кашу, тебе и расхлебывать,» - пронеслось в голове.

- Алексей, поймите, мы полностью доверяем вам и, если вы сказали, что сохраните нам жизни в обмен на нашу помощь, оказанную вам, то так оно и будет. Инна считает точно так же, как и я.

- Я считаю, что так оно и будет, – поспешила заверить Инна.

- Отлично, ребята, – Алексей протянул руку и положил ее на плечо Игоря, который от неожиданности вздрогнул. Неприятно засосало под ложечкой. Незнакомец со вздохом убрал руку и откинулся назад, переложив пистолет из правой руки в левую, скрестив руки на груди.

Возможно, стоило все же перенять обет молчания, который предлагал Алексей. По крайней мере, на данный момент у Игоря отпало всякое желание вновь начинать прерванный разговор. Беседа, закончившаяся только что, не принесла никаких результатов. Так стоило ли играть в рулетку, опираясь не на расчет, невозможный сейчас, а на удачу? От этих размышлений хотелось блевать, но от них было никуда не деться. Паршивое состояние. Игорь чувствовал, как напряжение постепенно начало сковывать затекшие мышцы ног. Чтобы хоть как-то вернуть им тонус, он несколько раз напряг и тут же расслабил их, тут же почувстовав приятную теплоту. Естественно, этот человек намеревался с помощью них пересечь границу с Украиной. Он это сказал сам. Соврал ли он? Возможно… Но Игорь не хотел верить в такую возможность подсознательно понимая, что стабильность в виде очевидности может помочь психологической устойчивости. Как его самого, так и Инны. Точно так же дело обстояло и с обещаниями Алексея. Игорь не был уверен, что тот выполнит их, но в это хотелось верить как никогда.

«Жизнь стоит того, чтобы жить,» - мелькнуло в голове знакомое утверждение.

- Игорь, мне кажется, тебе стоит успокоится. Воды? Сигарету? – спросил Алексей.

Парень неуверенно кивнул.

- Если можно, я бы выпил пару глотков, – он сделал паузу. - я думаю моя супруга тоже не откажется от глотка.

- Конечно, пейте.

Алексей протянул Игорю бутылку минералки и парень сняв пробку сделал несколько глотков. Невольно взгляд Игоря остановился на часах на левой руке. Он всегда носил часы на левой, а с 2000 года это стало актуальным еще и потому, что точно так же часы носил Путин. Стрелки застыли на отметке 12.05.

***

Сергею с каждой минутой становилось все хуже. Все силы молодого лейтенанта ушли на состоявшийся с Палычем разговор, и теперь он слабел на глазах: его кожа стала напоминать по цвету слоновую кость, а под глазами надулись огромные лилового цвета мешки. Он сипло дышал и практически не шевелился, осев на землю, словно недвижимая кукла, набитая ватой, которая промокла под дождем. Из носа чуть заметной, но настойчивой струйкой текла кровь, огибая подбородок, она скатывалась вниз по шее и растекалась там в разные стороны, минуя вздутые, толщиной с палец вены. Кое-как, но тампоны все же сдерживали поток крови. Он слабел на глазах. Палыч, сидевший рядом, судорожно раз за разом перебирал содержимое аптечки. В руки попадались бинты, йод, зеленка, перекись водорода. Но что нужно было применить сейчас?

Вскользь всплывающие в сознании отрывки невнятных знаний мешались друг с другом, как качественный коктейль. Однако единственным верным шагом здесь была немедленная госпитализация. Отравление оказалось черес чур серьезным. Палыч, перебрал в очередной раз всю аптечку и отбросил ее в сторону.

«Так дело не пойдет, – пронеслось в голове. - Надо что-то придумывать или парень сгорит».

Он глубоко вздохнул и попытался успокоиться.

«Так, что делают врачи при осмотре... Скорая помощь... Думай, думай, Палыч, – майор яростно почесал лоб. – Наверное, стоит проверить его пульс, дать обезболивающее, сбить температуру...»

Он застонал: все названия лекарственных препаратов вылетели из головы. Да и какая разница, если в аптечке не было ничего, что могло бы помочь. Палыч взял руку лейтенанта и осторожно, стараясь не беспокоить Сергея, нащупал пульс на запястье и засек время по наручным часам. По мере того, как стрелка на часах огибала циферблат, лицо майора бледнело. Через тридцать секунд он опустил руку: всего пять ударов... Палыч сглотнул и, покачав головой, уставился на краснеющие от крови тампоны в носу Сергея, который при очередном сиплом выдохе закашлялся. По его лицу было видно, что кашель причиняет лейтенанту боль: он скривился, а из уголка рта засочилась кровь. Из ноздри вывалился тампон. Майор взял кусочек ватки и вытер кровь, сочащуюся изо рта...

...Дорога по прежнему была пуста. Палыч попытался всмотреться в ночную мглу и окинул взглядом расстелившуюся полосу горизонта. Но тьма, в сто крат усилившаяся из-за туч, не преминувших заполонить звезды на небе, щадила глаз лишь в радиусе сотни метров, далее захлопывая свою дверь от постороннего взгляда. На секунду Палычу пришла мысль включить фонарь, но он тут же отбросил ее в сторону, понимая всю абсурдность этой идеи. В нескольких метрах от него Сергей по прежнему не приходил в себя.

«Мой друг горит, а я ничего не могу противопоставить этому,» - мелькнула мысль.

Палыч что было сил въехал по валявшемуся на асфальте кусочку щебня. Нельзя было сидеть сложа руки! Нельзя! И он это понимал. В голове неприятно стучал пульс, и майор тщательно промассажировал виски. Боль постепенно спала. Зато во рту появился неприятный привкус. Он знал его еще по Афгану. Это было очень, очень давно. Палыч закрыл глаза.

Тогда он был просто рядовым. Первое боевое задание. Домик, в котором, по предположению штаба, прятались боевики был совсем мал, напоминая один из тех игрушечных домов, что продаются в детских магазинах на каждом шагу. Их было пятнадцать. Он, Саша, Витя, Олег и другие ребята, которых он едва знал и имена которых за двадцать лет напрочь стерлись из памяти. Штаб дал команду штурмовать дом, предполагая, что в нем было человек пять – шесть боевиков. Стояла задача: ликвидировать бандформирование, и лейтенант Андреев дал команду начинать штурм. В первых рядах, наряду с другими ребятами, шли Витька и Олег. Сам Палыч укрылся в кустах, чтобы прикрывать тыл. Другие двое ребят, к которым присоединились Санек и Андреев, должны были предугадать возможную засаду. Вскоре Андреев дал команду начинать. Первый ряд начал штурм... На самых подступах к дому ни с того ни с сего поскользнулся Витька. Его рука непроизвольно сжалась, и палец нажал на курок. Раздалась автоматная очередь, которая и оповестила боевиков. Тут же из окна дома вылетела граната, началась перестрелка... Тогда отряд Андреева потерял в бою семь человек, в том числе Витьку, из-за которого и случился провал: он подорвался на самой первой гранате. А Палыч не сумел засечь боевика метнувшего гранату и обезвредить его, пока тот еще не совершил безвозвратного. Не получилось: Витька погиб. И Палыч отчетливо помнил тот привкус, заполонивший ротовую полость, – привкус горечи за утраченную возможность спасения...

Майор открыл глаза. Картинка из далекого прошлого таяла. По щеке скользнула обжигающая слеза. Именно тогда он дал себе клятву, что больше никогда не позволит себе ошибиться. НИКОГДА. Палыч смахнул слезу и гулко выдохнул. Не позволил ни разу после того случая, не позволит и сейчас. Он всмотрелся в ночную мглу, а затем перевел взгляд на лежащего в полуобморочном состоянии Сергея. НИКОГДА. Не в силах смотреть на страдания Сергея, Палыч опустил глаза.

«Ты теряешь время,» - пронеслось в голове.

- Теряю, – прошептал Палыч. – Теряю.

Свежесть и прохлада, пришедшие на смену духоте после кратковременного ливня, остужала разгорячившуюся голову, а веющий прохладой ветерок упорядочивал мысли. Палыч постарался отцедить от лавины мыслей одну, ту, которая могла бы помочь сейчас. Когда же найдется первый рабочий телефон, когда они смогут добраться до первого населенного пункта, в котором будет больница с машинами скорой помощи? Когда? Этими вопросами лишь можно было пополнить полку с наклейкой «NO COMMENT» на стекле.

Палыч понимал, что если разобраться здраво, то сейчас они потеряли счет пройденным километрам. Ясно было только одно: позади остался Таганрог, а впереди ждал Ростов. Два города разделенные полосой леса и степи. Как добраться из пункта А в пункт Б – вот это и было главной задачей на данные момент. Неожиданно в голову пришла мысль оставить Сергея с Сашей здесь, а самому двинутся дальше, но Палыч быстро отбросил ее в сторону. Нельзя было бросать лейтенанта, пусть даже под присмотром этого паренька. Да и кто такой этот парень?..

... Нет, сигнала не было. Саша небрежно отбросил телефон в сторону, где лежала кучка собранных дров. Связи не было, как впрочем не было рядом и майора, открывшего для него путь самой желанной вещи на земле – свободы. Можно было развернутся и идти. Больше не было наручников, защелкнутых на запястьях, не было автомата с ужасным черным дулом и внушительной обоймой пуль, не было не одного сдерживающего фактора, сохранявшего разнос понятия свободы и обстоятельства.

Но сказать, что это было действительно так, означало в той или иной степени соврать самому себе. Потому что... Потому что Сергей был как раз тем сдерживающим обстоятельством, не назвав которого значило бы себя обмануть: живой человек, которому было плохо и который сейчас, как никогда, нуждался в помощи и заботе, пусть даже от того, кого он видел впервые. Сострадание, осознание той тяги ответственности, которую пришлось взять на себя, перевешивали на весах стремление сохранить собственную шкуру.

«А ты уверен, что это действительно так? Заметь, не я сказал, что этого человека ты видишь впервые. Кто он для тебя?»

Внутренний голос. Саша стиснул зубы.

«Как хорошо было, когда ты молчал»

«Ты не ответил»

«Заткнись»

«О, вот ты как. Тогда за тебя отвечу я. Он для тебя – пустое место, один из шести миллиардов других людей живущих на земле. И ты поменяешь его жизнь на свою?»

«Что ты несешь, я не собираюсь умирать!»

«Да неужели? А я-то думал, что ты потерял груз и тебе придется ответить за это...»

Саша промолчал, решив не обращать внимания на эти выпады и не пытаться возразить, что груз не потерян, и посветил вокруг фонарем. На земле за обочиной валялось достаточно много разных щепок, и он принялся складывать их в кучку, в которой уже было немного дров. Чтобы заставить внутренний голос замолчать, Саша принялся напевать вполголоса знакомый мотив из репертуара российской эстрады.

Конечно, не хотелось думать об этом, но ведь внутренний голос отчасти был прав. Если не уйти сейчас, то когда еще представится такой шанс? Но нельзя же бросить в беде человека! Саша остановился, прекратив собирать щепки для костра. Мелодия застряла где-то глубоко в горле.

«Бросай его и убегай отсюда»

«Нет, я не могу.»

«Не будь глупцом, от этого зависит твоя жизнь. Беги!»

Саша застонал.

- Я не могу, – прошептал он.

«Можешь, Саша, не мне говорить тебе что ты можешь, а что нет!»

- Поэтому заткнись. Оставь меня в покое. Я сам могу решать, что мне следует делать, а что нет! – проорал он, не беспокоясь, что этот крик может услышать Палыч.

Саша укрыл лицо в ладонях. Хотелось забыть про груз и про последствия. И еще хотелось забыть про то, что говорит этот мерзкий голос и баста! А все потому, что хоть все, о чем он говорил, дурно пахло, как желчь, и  до дрожи в коленках напоминало всего лишь ужасную, но правду. Попытавшись расслабиться, Саша закончил собирать щепки, добавив вновь собранную охапку в правой руке к остальной кучке дров.

«Из всего этого должен получиться неплохой огонек, – подумал он. – Я не позволю себе бежать, я...».

Саша вздохнул и посмотрел на полосу лесопилки. Несколько шагов и он был там. А там была свобода. Он постоял, всматриваясь в дышащий свежестью лес, а затем развернулся и, собрав в охапку собранные щепки и дрова, двинулся в сторону дороги...

Примерно через двадцать минут посереди дороги уже пылал костер, напоминавший издалека конструкцию вигвама, умело сооруженную руками Александра. Они, расположившись по обе стороны от пришедшего в чувства и начавшего бредить лейтенанта курили, время от времени перебрасываясь друг с другом пустыми фразами. Палыч, один за другим менял сдерживающие кровь тампоны и вытирал кровь Сергея, струящуюся изо рта. В очередной раз сменив тампон, Палыч посмотрел на Александра.

- Я думаю, минут через десять нам пора двигаться. Ты выдержишь?

- Я сделаю все возможное, – заверил Саша.

- Думаю надо взять его подмышки, если конечно он сможет идти.

- А если нет?

- Тогда нам придется его нести, – Палыч вздохнул. – Спасибо за помощь.

Саша несколько сдавленно улыбнулся.

- А разве я могу поступить иначе?

- И все равно спасибо.

Палыч затушил окурок и взял в руки насквозь промокшую, испачканную в крови тряпку и аккуратно принялся вытирать стекающую струйку крови. Но вдруг его рука замерла – Сергей вдруг прекратил бредить и вновь сипло задышал. Палычу на секунду показалось, что внутри лейтенанта, чуть ниже грудной клетки, забурлила какая-то дрянь. Майор и Александр переглянулись, но не успел ни один из них сказать и слова, как Сергей, судорожно затрясшись, приподнялся на руках, но тут же упал. Его легкие взорвались приступом кашля, лицо исказилось гримасой боли и только через несколько минут, когда приступ кашля уже закончился, он вновь задышал ровно и спокойно. Палыч тут же бросился катать новые тампоны из ваты, которую мигом протянул ему Саша. Когда дело было сделано, когда дело было сделано он нагнулся и приготовился вставить тампоны в ноздри Сергея, но рука остановилась на полпути. Палыч перекрестился.

На лице лейтенанта, чуть ниже губы, прямо на подбородке, лопнула кожа. Из раны сочился гной. А на шее, в районе кадыка на глазах расплывалась темно-синее пятно крови, лопнувшего под кожей сосуда.

- Саша, галопом, неси спирт и зеленку, – проорал Палыч.

Парень бросился к аптечке, а майор взяв фонарь осветил лицо Сергея, который даже не зажмурился. Теперь, под лучом фонаря, светившего намного ярче чем свет частично доходящий от костра, удалось разглядеть немного больше. Майор с ужасом отметил, что гнойные нарывы появились еще в нескольких местах.

- Нет, такого не может быть, – прошептал он.

Палыч отвернулся и с трудом сдержал подступившую к горлу тошноту.

- Саша скорей!

Александр, вернувшийся обратно с аптечкой, протянул ее Палычу. Майор вытащил оттуда флакон со спиртом и сорвав крышку, чуть ли не полностью вылил его на огромный флакон ваты, тут же принявшись протирать открывшиеся гнойники. Саша, стоявший рядом, пошатнулся.

- Иди к костру, ты сейчас упадешь в обморок, – заорал майор.

Александр лишь кивнул и не успев сделать и десяти шагов в сторону костра вырвал.

- Иди к костру!

Палыч оторвал еще один кусок ваты и обильно залив его зеленкой тут же поднес вату к ране на лице Сергея. Лейтенант лишь глухо застонал. Стараясь принести как можно меньше боли и страдания, Палыч обработал оставшиеся нарывы и выкинул вату в сторону.

Дыхание сбилось. Майор пошатываясь поднялся на ноги и отошел в сторону.

- Саша, ты как?

Паренек сидел возле костра, уставившись на острые язычки сине-красного пламени.

- Все нормально. Как там Сергей?

Палыч вздохнул. Как там Сергей? Хотел он бы знать как там Сергей и что с ним происходит. Неужели во всем виновато всего лишь отравление.

- Я не знаю Саша, не знаю.

Он отвернулся от Александра и посмотрел на своего напарника. Мысли, словно сговорившись, одна за другой возвращали Палыча к тому самому тоннелю, где сейчас стоял их УАЗ и эта злополучная «десятка».

«Нет, не позволяй себе думать об этом,» - пронеслось в голове.

Майор зажмурил глаза.

«Где же это шоу и гребаная банка пива?».

Однако эти мысли тут же отошли на задний план: Сергей постепенно приходивший в себя, вновь начал бредить.

- Палыч...

Майор аккуратно подсел к лежащему в полуобморочном состоянии напарнику.

- Да, Сережа, как ты себя чувствуешь?

- Палыч… – пробормотал Сергей.

- Да, Сергей, как ты? Ты меня слышишь?

- Палыч, передай Миронову, что я заболел.

Майор, гулко выдохнув сел на землю: нет Сергей бредил.

- Я не выйду завтра, – прошептал лейтенант.

Рука Сергея дотронулась до одной из ран на лице, и он принялся ее чесать.

- Понимаешь, не выйду.

Лейтенант судорожно чесал лицо. Кожа, словно обертка из целлофана местами лопалась, но он как будто не чувствовал боли:

- Все зудит. У меня все зудит!

Палыч схватил напарника за руку.

- Опомнись! - Однако Сергей не слушал. Он попытался высвободить руку, но майор сжал его запястья еще крепче. - Опомнись, Сергей!

Лицо лейтенанта напоминало теперь физиономию манекена, маску, какую можно было купить в любом магазине ужасов на Хэллоуин или увидеть в комнате страха. Наконец Сергей перестал сопротивляться: его рука, по-прежнему удерживаемая майором, бессильно повисла, и Палыч осторожно опустил ее вниз. Не в силах смотреть на лицо напарника, он перевел взгляд на дорогу, пытаясь найти глазами Александра. Костер, разведенный Сашей посереди дороги начал затухать, а сам паренек, стоявший рядом с ним, уныло пинал ногой небольшой камешек.

- Как ты? – спросил Палыч.

- Я в порядке, – ответил Саша.

Опершись о мокрую от дождя землю, Палыч поднялся и отряхнул форменные брюки.

- Сергею совсем плохо. Мне кажется... – он не успел договорить. Сквозь тишину летней ночи до них донесся звук, который нельзя было ни с чем перепутать – звук сработавшего клаксона автомобиля.

Майор и Александр переглянулись.

- Ты слышал это?

- Да.

Майор напряг слух и внимательно вслушался. Было слышно как трещат щепки, тлеющие в костре, где-то рядом пиликал кузнечик... вдруг откуда-то издалека до его ушей донесся звук работающего мотора. Сюда ехал автомобиль. Палыч почувствовал, как внутри него бешено заколотилось сердце.

- Ты слышишь, Палыч, слышишь?

Майор утвердительно закивал.

- Так, Саша, быстро ко мне, – скомандовал он. – Ты берешь Сергея и тащишь его к обочине. Тут всего пару метров, справишься. А я иду останавливать этот автомобиль. Все понятно?

- Да.

- Тогда приступаем.

Палыч схватил валявшийся на земле автомат и решительно двинулся к дороге. Рев мотора нарастал. Дорога с той стороны, с которой должен был ехать автомобиль, шла вверх и примерно через триста метров делала небольшой подъем, огибая холмик, а затем ползла вниз, поэтому свет фар или тем более силуэт автомобиля разглядеть пока не представлялось возможным. Шум постепенно приближался, и теперь Палыч отчетливо слышал звук работающего двигателя и выстрелов выхлопной трубы. Вскоре там, где дорога делала изгиб и шла вниз блеснул свет фар, а через несколько секунд майор уже смог разглядеть кузов машины. Это был «Hyundai Acient».

***

- Игорь, ты видишь тот свет? – Алексей указал на яркое пятно вдали на обочине дороги.

Машина находилась в нескольких километрах от указываемого Алексеем места и разглядеть его сейчас не представлялось возможным. Но можно было предположить: видимо, это был костер. Костер… Игорь бросил мимолетный взгляд на Алексея, поглаживающего пистолет тыльной стороной ладони. Надо было быть слепым или совсем идиотом, чтобы не понять: где костер – там и люди. Автомобиль показывал на спидометре 60 км/ч, скорости, которой просил придерживаться Игоря Алексей. Несмотря на это, светившееся вдали пятно достаточно быстро приближалось, трансформируясь и приобретая красно-синие блики в своем свечении.

- Вижу. Я думаю, кто-то развел костер, – Игорь, не выдержав, еще раз посмотрел в зеркало заднего обзора, но на этот раз холодное стекло отразило взгляд Алексея, и парень поспешно перевел взгляд на дорогу почувствовав, как комок встал где-то в груди.

«Этот Алексей как никто другой вписывается под определение РЕКС,» - мелькнуло в голове.

- Ты прав, Игорь, – человек сидевший сзади сделал ударение на его имени. – Ты прав, – повторил он.

Внутри салона повисла тишина. Инна молча перебирала в руках край своей юбки. Алексей, опершись спиной о мягкое кресло автомобиля бережно поглаживал пистолет. Казалось, ему было плевать, горит где-то там костер, есть ли там люди. Игорь то и дело отрывал взгляд от дороги, рассматривая приближающийся силуэт костра. Хотя… даже если там и есть люди, то это наверняка только кучка каких-нибудь затерявшихся бойскаутов, которые только и знают, что готовить пищу в котле, да распевать походные песни у костра, перед тем как отрубиться в своих брезентовых палатках, полностью измазавшись новомодными средствами от насекомых. Эти мысли немного остудили Игоря.

«НЕ ВЫЙДЕТ…».

Грустно, но это так. Они просто-напросто проедут мимо этого лагеря – и все. Игорь почувствовал, как пальцы задрожали, и, чтобы хоть немного снять дрожь он вцепился в руль. На секунду показалось, что еще чуть-чуть – и они, не выдержав, хруснут, поэтому парень заставил себя расслабиться.

«Что ты говорил себе: главное – не паниковать. Так в чем дело? Расслабься, не нагнетай обстановку».

Внутреннее самовнушение несколько помогло. Игорь понимал, что судьба сегодня вряд ли улыбнется им во весь рот, тем более наверняка этой улыбкой не будет костер впереди. Наверное, хотя бы потому, что Алексей даже не нервничал на этот счет. Напротив, эта сука была весьма довольна происходящим. Игорь подавил порыв вновь посмотреть в зеркало, с трудом подавив в себе такое желание. Попасться на такую уловку! Как же, милосердие превыше всего! Не зря же говорят, что самая отвратительная из положительных черт человека это доверчивость. Хотя какой смысл винить себя в созданных обществом стереотипах?! Игорь вздохнул. Однозначно, так же поступил бы любой уважающий себя человек, оказавшийся на его месте. И он не стал исключением из правил…

«Поэтому-то и влип,» - подумал Игорь.

Что стоило послать тогда этого парня ко всем чертям и надавить на газ? Наверняка именно он расстелил на шоссе эту дрянь, в которую они с Инной несомненно бы влетели, не будь супруга такой внимательной и не появись на дороге барсук, которому впору было поцеловать меховой зад. Отчего-то  Игорь был уверен, что если бы их «Hyundai» влетел сейчас в этого «лежачего полицейского» посреди ночной дороги, их разговор с Алексеем, или, как выражался этот ублюдок, «конструктивный диалог», шел бы сейчас в совсем другом ключе и… Поток сменяющихся мыслей, как шлакбаумом, был перегорожен одной. Игорь нахмурился.

«Но если бы мы попали в капкан, то на чем он бы ехал до Украины…».

Мысль больно резанула сознание.

Действительно, на чем?

Вопрос против воли рвался наружу, но он сдержался.

«Успокойся, это не так важно. Сейчас главное соблюдать все то, что говорит этот тип, если ты хочешь жить… Так что будем считать, что это его рук дело».

Нет, надо было отвлечься, переключить тему, Игорь невольно нашел взглядом зеркало заднего обзора.

- Алексей, можно мне закурить?

Краем глаза Игорь отметил, что при его словах рука Алексея еще какое-то мгновение назад ласкающая пистолет, сразу же сжала приклад, палец лег на курок, чуть вжавшись в него.

- Отчего нет, – Алексей улыбнулся. – Ради Бога, угощайся, – он протянул Игорю полупустую пачку, чиркнула зажигалка.

- Я открою окно?

- Конечно.

Стекло дверцы медленно поползло вниз.

- Твои мысли на этот счет?

Игорь вздрогнул – создавалось впечатление, что человек сидящий сзади читает мысли.

- В смысле? – Игорь сглотнул.

- В прямом. Что ты думаешь насчет этого костра? Думаешь, я не вижу, как ты все это время пялишься на это пламя?

- Но я… - Игорь запнулся и несколько секунд молча обдумывал ответ. Сказать, что он не пялиться вовсе никуда кроме дороги? Глупо, чертовски глупо.

- Поздравляю, у тебя сгорела первая жизнь, – Алексей вздохнул и развел руками – Ты должен понимать, что правила одинаковы для всех. Мне повторить вопрос?

Игорь с трудом сдержал зарождающиеся эмоции и, чтобы успокоиться, больно прикусил губу.

- Не надо.

- Тогда отвечай. Отвечай честно.

Больше всего пугало в этом человеке не то, что он держал в руках пистолет, не его внешний вид, нет. Больше всего пугала рассудительность и спокойствие – Алексей полностью контролировал себя, свои эмоции. Этот человек был полностью вменяем и попытка сыграть с ним в дурочка показала это. Осталось всего две жизни. Попробовать ложь? Игорь затянулся. А стоило ли? Алексей подчеркнул, что он ждет честного ответа, и это могло означать только одно: этот вопрос был важен для него… Игорь сделал несколько затяжек и приготовился отвечать.

- Игорь, я еще раз прошу, отвечай четно.

Парень кивнул.

- Я рассчитываю на помощь, – слова больше напоминали шепот нежели внятную речь. Он почувствовал пульс в висках. Алексей на заднем сиденье улыбнулся.

- Я не ослышался?

Игорь покачал головой.

- Нет.

Сидящая рядом Инна всхлипнула.

- Что же Игорь, сворачивай на обочину…

… Алексей молча наблюдал, как Игорь включил поворотник и повернув направо плавном нажал по тормозам, остановив «Hyundai» у самой обочины. Единственными звуками, которые можно было услышать в салоне, были звук работающего кондиционера, электронное табло которого показывало цифру 23 градуса по Цельсию и сдавленные всхлипы Инны, превратившей подол своей юбки в кусок помятой ткани. Освещение внутри салона обнажало бледность лица Игоря, так и не убравшего рук с руля и маску отчаяния на лице Инны, лицо которой напоминало последствия неудачного косметического эксперимента: оно было разрезано полосами потекшей от слез туши. Алексей, перебирая в руках пистолет, который, впрочем, он не снимал с предохранителя обдумывал ситуацию. Вот он: пик. Пик ненависти к нему со стороны молодой парочки. Он окинул их взглядом. Впрочем, не только ненависти: здесь был еще и страх, и еще одно чувство – чувство бесприкословного повиновения.

«Неплохо бы внести определенные коррективы,» - он какое-то мгновение опустил взгляд на перебинтованные руки, которые почти не доставляли неудобств, если не считать легкого жжения на кончиках пальцев и поднял взгляд на взмокшего от напряжения парня.

- Игорь, ты сказал мне правду?

После секундной паузы парень кивнул.

- Да

Алексей покрутил в руках пистолет, не отрывая от Игоря взгляд.

- Ты понимаешь, что это значит, как я должен расценивать твои слова?

Игорь закрыл глаза.

- Вы хотели услышать правду. Я не солгал.

Палец Алексея медленно скользнул по курку.

- Что бы ты сделал на моем месте, услышав такой ответ? А Игорь?

Парень покачал головой.

- Я не знаю.

- Инна?

Инна, с трудом сдерживающая слезы, покачала головой. Алексей обвел взглядом супругов и, поерзав на кресле автомобиля, уселся поудобнее.

- Так вот, я не буду ничего делать. Я скажу. Спасибо. Все, что мне нужно от вас, это правда. Запомните, мы доезжаем до границы, и вы едете обратно в Ростов.

Алексей почувствовал, как Игорь с большим трудом сумел сдержать было вырвавшийся наружу вздох облегчения, а Инна судорожно вцепилась в юбку, захлопав глазами. Ход конем. Он с трудом сдержал улыбку. Коррективы были внесены. Ненависть вперемешку со страхом стала обретать, даже скорее созидать, облик еще одного чувства – искорки доверия. Алексей осмотрел свои руки. Теперь можно было переключится на «житейские дела». Парочка была готова к обработке.

- Вы согласны?

Инна с Игорем в ответ закивали головой.

- И я думаю, вы хотите, чтобы все, несомненно, произошло именно так?

Супруги еще раз кивнули.

- Я тоже. Вы отличные ребята. Но чтобы все прошло именно так, а не иначе, вы должны усвоить некоторые простые вещи. Вы готовы слушать? Игорь? Инна?

- Да – ответил Игорь.

- Ну что же. Хорошо. Тогда я думаю, мне можно начинать.

Алексей откинулся на кресло автомобиля, откинув пистолет.

- Прежде всего расслабьтесь. Пока вы играете по правилам, я не причиню вам никакого вреда. Обещаю, – Алексей посмотрел на Игоря. – У вас еще есть вода? Эта кончилась, – он указал на пустую бутылку минералки.

- Конечно, под сиденьем, – Игорь указал головой на кресло Инны.

- Инна, если тебя не затруднит ,– Алексей улыбнулся.

Девушка смущенно закивала и, нащупав бутылку с водой под своим сиденьем, достала ее и протянула Алексею.

- О, нет-нет, – Алексей сделал отталкивающий жест рукой – Просто мне показалось, что тебе стоит умыться, – он указал на размазанную по лицу девушки тушь. – Поверь, тебе это не к лицу.

Инна сдавленно закивала.

- Я думаю, будет лучше, если ты сделаешь это там, – Алексей потянулся и открыл дверцу Инны.

- Конечно, – девушка вылезла из машины, закрыв за собой дверцу, а Алексей перевел взгляд на Игоря.

- Тебе ничего не надо?

- Нет.

- Вот и замечательно. А мне вот напротив придется попросить у тебя кое-что – Алексей поднял руку, кивком указав на посеревшие бинты – Никто не будет против, если я воспользуюсь вашей аптечкой? У вас ведь есть аптечка?

- Да, – Игорь, достав аптечку, смущенно посмотрел на мужчину. – У вас порез, ожог?

- Ожог, я же говорил.

Парень улыбнулся кончиками рта и принялся копошится, перебирая одну за одной упаковки с лекарственными препаратами.

- Думаю, это должно подойти, – он протянул Алексею небольшую упаковочку с лекарствами. – И вот, держите бинт, – поспешив передать все, что надо, Игорь вернул руки на руль.

Алексей молча прочитал название лекарства. Оно самое. Пойдет. Он умело разорвал зубами узлы на бинтах, тут же размотав их и отбросив в сторону. Открыв тюбик с мазью, он аккуратно обработал ожоги на подушечках и, вернув его на место, плавно перевязал руки.

- Теперь гораздо лучше, – Алексей осмотрел обе руки, поочередно перекладывая пистолет и бросил взгляд в окошко правой передней дверцы автомобиля, за которой Инна заканчивала свой туалет, вытирая лицо белым платком. Стоило подождать, пока супружеская пара воссоединится вновь, чтобы приступить к намеченной беседе. Наконец, через несколько минут, замок на правой передней дверце щелкнул, и Инна робко села в кресло, аккуратно закрыв за собой дверцу. Бутылка, наполовину потерявшая свое содержимое, скомканный в руках когда-то белый платок, теперь напоминал скорее тряпку автослесаря, которой тот вытирал руки. Зато лицо девушки приобрело человеческие черты.

- Вот, совершенно другое дело, ты прекрасно выглядишь, – заметил Алексей.

Инна ничего не ответила.

- Я всегда ратовал за то, чтобы девушки показывали свое истинное лицо, а не тонну косметики на нем. Вы готовы слушать? – не дожидаясь ответа, Алексей продолжил. – Я хочу обозначить для вас, можно сказать, некие манеры хорошего тона. Те манеры, которые вы должны будете придерживаться по ходу пути.

Алексей замолчал, концентрируясь, и посмотрел на пламя костра, по-прежнему горящее в нескольких метрах от обочины. До костра оставалось всего пару минут езды. И можно было утверждать, что Игорь ошибся, когда предположил, что Алексею было плевать на костер.

«Что-то здесь не так. Что-то не так,» - пронеслось в голове Алексея.

Казалось бы, в том, что ночью в области, пусть даже в такой глухомани, как здесь, горит костер, нет ничего сверхъестественного. Сам по себе напрашивался ответ на этот вопрос: туристы. Но…

«Нет, что-то здесь не так».

Именно поэтому, в первую очередь из-за этого гребаного костра, он и приказал остановиться. Алексей прекрасно понимал, что они могут просто проехать этот костер, даже прибавив при этом газу. Однако в душу незаметно для него самого пробралось беспокойство. Почему?

«Да потому, что где-то здесь на дороге может быть расстелена та же дрянь, на которую чуть не попались ребята».

Это было, действительно, так, и похоже, здесь не было совсем никаких гарантий: ведь ребята у костра могли быть…

«Это мелочи. Кто бы там ни был, хоть сам черт, я и ему снесу башку, если понадобится,» - подумал Алексей.

Он заставил себя перевести взгляд с горящего костра и посмотрел на пистолет в своих руках. Пальцы нащупали крючок предохранителя. Однозначно, неприятности еще впереди. Те же менты далеко не глупцы, и с ними придется еще помучится. Но здесь… Сейчас… Алексей плавно снял пистолет с предохранителя.

- Позволю напомнить: я – ваш дядя. Точнее, дядя твой, – он указал на Игоря, – Алексей Геннадьевич Федоренко. Запомнили? Повторите.

- Алексей Геннадьевич Федоренко.

- Отлично. Думаю, вторым вопросом будет о происхождении ожогов на моих руках. Так вот. Скажем, что я обжегся о двигатель, когда полез чинить машину. Он не успел остыть, а я полез сдуру. Понятно?

- Да.

Алексей кивнул.

- Цель нашего визита? Мы едем к моей матери. Мы едем к моей матери, скажем, в хутор Лесной. Понятно?

- Да.

- Вот и замечательно. Теперь для пущей уверенности я прошу вас пересказать мне все это.

Супруги слово в слово повторили сказанные Алексеем слова.

- Именно так, – согласился Алексей. – И последний вопрос, скорее формальный, но я думаю, все же стоит удостовериться. Понимаете, в таком деле важно все. Вы говорили, ваши документы при вас, это так?

- Да.

- Вот и отлично. Тогда, Игорь, можешь заводить двигатель.

Парень послушно повернул ключ зажигания и нажав на газ, вывернул на дорогу. За несколько секунд стрелка на спидометре достигла заветной отметки 60 км/ч, костер приближался и вскоре Алексей заметил слабо освещенные светом пламени человеческие силуэты.

«Выключить фары, чтобы они нас не заметили,» - мелькнула мысль в голове.

Алексей выкинул эту мысль прочь. Во-первых, тогда они могли бы не заметить этой чертовой ловушки, которая могла лежать на дороге. Во-вторых, не стоило исключать, что это могли быть всего лишь обычные люди, отдыхающие на природе, и машина с выключенными фарами могла вызвать ненужное внимание и возбудить подозрения, тоже никому ненужные. Так что не стоит. Алексей чуть заметным движением руки спрятал пистолет под лежащий рядом рюкзак.

- Игорь, я попрошу тебя быть внимательным, смотри под колеса.

Озвучив свои мысли вслух, он задумался. План, тщательно разработанный и тысячу раз продуманный в тюрьме предполагал полную переориентацию на обыденную жизнь, как в случае с ментами, так в случае и с обычными людьми, которым как раз ничего не стоило в случае чего набрать «02». Раз так, значит каков план, таков и действия. И как только появиться возможность, надо будет сразу избавляться от пистолета. А пока надо как следует… Его мысли прервал голос Игоря.

- Алексей, там, у обочины, – Игорь замялся. – Вам следует посмотреть.

Алексей перевел взгляд на дорогу. Костер, горевший уже не так ярко, находился всего в сотни метров от их автомобиля. Через мгновение взгляд Алексея поймал чью-то фигуру, стоящую посреди трассы. Человек стоял в полный рост и подняв руки размахивал ими из стороны в сторону.

- Что делать? – спросил Игорь.

Алексей пропустил вопрос мимо ушей, всматриваясь в приближающуюся фигуру. Вскоре свет фар полностью охватил стоящего посреди дороги человека. Взгляд Алексея уловил бронежилет, одетый поверх синей форменной рубашки и черные брюки. Через плечо была переброшена лямка, на которой висел автомат.

«Облава,» - мелькнула в голове шальная мысль.

Нет, такой вариант исключался. Там, откуда он сбежал, о побеге узнают только утром. Алексей сделал глубокий вздох.

- Останавливаемся. Тормози, Игорь.

Глава 7

Палыч чувствовал как бешено колотилось сердце в его груди. Автомобиль – серебристый «Hyundai» с зеркальными номерами, – включив поворотник, завернул к обочине и остановился всего в нескольких метрах от Палыча. За тонированными стеклами машины можно было разглядеть водителя – молодого парня, которому на вид было около двадцати пяти, и еще двух пассажиров: молоденькую девушку и мужчину, которому было сорок или сорок пять лет. Он сидел на заднем сиденье. Однако никто из названной троицы не собирался вылазить из машины. Палыч глубоко вздохнул и, поправив лямку ремня, на которой висел автомат, двинулся к автомобилю. Стекло водительской дверцы «Hyundai»  медленно поползло вниз. В проеме появилось лицо того самого двадцатипятилетнего водителя, улыбающегося во весь рот. На секунду Палычу показалась, что улыбка выглядела несколько натянутой, что особо ярко контрастировалось с бледной кожей паренька, но он тут же отбросил эти мысли в сторону. Сейчас ему было плевать: в нескольких метрах отсюда в траве лежал Сергей, вот об этом и надо было сейчас думать.

- Здравсвуйте, – Палыч по привычке отдал честь. – Майор Хомин, мне срочно нужна ваша помощь.

Водитель «Hyundai» в ответ лишь отвел взгляд и посмотрел в зеркало заднего обзора, видимо обращаясь к человеку, который сидел сзади.

- Я повторяю, мне нужна ваша помощь.

- Что случилось? – этот голос принадлежал человеку, сидевшему сзади.

Палычу на секунду показалось, что он уловил какие-то знакомые нотки в интонации этих слов, но он не предал этому значение.

- Моему напарнику плохо, и ему нужна срочная госпитализация. Связи нет. Я могу рассчитывать на вашу помощь?

Палыч обвел взглядом людей, сидящих в машине.

- Извините, но мы торопимся. Мы бы с радостью помогли, но увы, мне очень жаль – человек на заднем сиденье улыбнулся – Поверьте мы…

- У вас есть телефон? – перебил его Палыч.

- Нет, увы наш мобильный не работает. Мы ничем не можем вам помочь. Но я обещаю, что как только по пути нам встретиться телефон или медпункт… - мужчина с заднего сиденья не успел договорить.

- Вы понимаете, что человек… умирает, – Палыч почувствовал как последнее слово застряло в горле. Не хотелось говорить это вслух.

Внутри салона «Hyundai» на секунду повисло молчание.

- Увы, но мы не можем помочь.

Палыч почувствовал, как сердце больно сжалось в груди. В висках барабанной дробью больно стучал пульс. Краем глаза он увидел, как Саша, поднырнув под плечо Сергея подтащил его к обочине и опустил его рядом с собой на траву. Палыч всячески уходил от подобного сравнения, но сейчас лейтенант больше напоминал зомби, нежели человека.

- Вы видите, что происходит с ним? Нам нужна ваша помощь!

- Нет, – человек на заднем сиденье лишь покачал головой. – Извините.

- Я вас прошу, прошу по человечески, иначе он умрет.

- Увы нет, нам пора ехать.

Палыч закрыл глаза. В голове не укладывалась лишь одна мысль, затмившая все остальные. Как можно осознанно бросить человека умирать, когда ты можешь помочь, когда ты не жертвуешь ничем, КАК?!

- Палыч, мы едем? – это был вопрос Саши, который сидел с другой стороны дороги рядом с Сергеем.

Майор обернулся, но тут же перевел взгляд на водителя «Hyundai». Нужно было что-то придумывать. Что? Палыч задумался. Если они не хотят по-хорошему, значит придется поступать по-плохому. Нащупав удостоверение в кармане, он протянул его на вытянутой руке, показав водителю.

- Я хотел бы увидеть ваши права.

Водитель вновь переглянулся с мужчиной, сидевшим сзади. Мужчина лишь молча кивнул и парень, покопавшись в бардачке, протянул Палычу права.

- Запрещенные вещества? Оружие?

- Нет, откуда у нас это? – водитель «Hyundai» сдавленно улыбнулся.

По его лицу скатилась крупная капля пота.

- Хорошо, – Палыч вскинул автомат, направив дуло в салон автомобиля. – Пожалуйста, покиньте машину, руки за голову.

Двое мужчин снова переглянулись.

- Мне интересно было бы узнать ваши мотивы, майор Хомин. Мы ничего не нарушали. И вообще, какое отношение вы имеете к департаменту ГАИ? – говорил мужчина, сидящий сзади.

- Я не люблю повторять дважды! Из машины!

Палыч дернул за рукоятку дверцы, но та оказалась закрытой.

- Вы выходите из машины или я прострелю вам шины, к чертовой матери. Я считаю до трех.

- Но по какому праву вы…

- Раз. В добавок я припишу в рапорте заметку о сопротивлении при задержании.

Мужчины вновь переглянулись.

- Мы выходим.

- Вот и отлично.

Палыч нащупал пальцами свободной руки пачку аспирина в кармане. Что же меры вынуждают, придется действовать жестче.

Один за другим, все трое пассажиров вышли из «Hyundai», попав под дуло автомата Палыча.

- Лицом к машине. Ноги по ширине плеч.

В ночной мгле было достаточно сложно контролировать движения этих ребят, но плевать, главное сейчас припугнуть их.

- Майор, мы можем написать жалобу… - говорил тот самый мужчина, который сидел на заднем сиденье.

Палыч пропустил его слова мимо ушей. Этот парень говорил дело, но до этого ли было сейчас?

- Водитель, ключи, будьте любезны.

Парень залез в салон и передал связку ключей майору.

- Саша, подойди пожалуйста, мне нужен понятой.

- Я уже здесь, что прикажешь делать?

- Сейчас решим, – Палыч обернулся и посмотрел на лежащего сзади Сергея. – Вы не передумали?

- Майор, это нару…

- Заткнись! – проорал Палыч. – Вам знакома статья хранение и распространение наркотиков?

Никто из людей у машины не ответил.

- Хорошо, я хотел диалога. Ну что, тогда помолчим. Меньше слов, больше дела – Палыч подошел к «Hyundai» и, открыв дверцу, залез в салон. – Саша, видишь этот барбачок? – он указал на бардачок на передней панели внутри салона – При понятых я открываю его.

Он залез в карман брюк и достал оттуда пачку аспирина, после чего Палыч аккуратно открыл бардачок и положил туда пачку с таблетками.

- Понятой видит это? – майор достал из бардачка аспирин – Кокаин, фасованный, скорее всего так, нужно провести экспертизу, попались ребята.

Он вылез из салона захлопнув за собой дверь.

- Водитель, – Палыч подождал, пока парень обернется и бросил ему пачку аспирина. – Лови.

Парень скорее подчиняясь рефлексу, нежели повинуясь разуму, поймал брошенную майором пачку, но тут же бросил ее на землю.

- Это не мое – выдавил он.

Палыч покачал головой.

- А чье? Теперь там есть твои пальчики, парень. Десять лет тебе и по пять твоим компаньонам. Я думаю обвинение будет звучать так. Идет? – Палыч сделал паузу. – Или вы все же поможете мне? Вы –мне, я –вам. Тогда я просто закрою глаза на произошедшее. Будем считать, что это просто недоразумение. По рукам? – не дожидаясь ответа, Палыч, не опуская автомат, повернулся к Саше – Саня, давай тащи Сережу, мы едем.

Он сделал несколько шагов по направлению к Сергею и, подойдя к напарнику, обхватил его за талию, готовый двинуться к автомобилю, но последовавшие за этим слова заставили его остановиться.

- Мы да, а вы остаетесь здесь.

Палыч замер…

… Алексей плавно разогнул руку, в которой держал пистолет поймав на мушку майора. Такой поворот событий не впитывался ни в одну из возможных вариаций его плана, оставляя пространство для импровизации. Момент был наиболее удачный: мент опустил свой автомат, и его руки были заняты, поэтому он при всем желании не мог сейчас ответить агрессией, даже если бы сильно захотел.

- Стой где стоишь, иначе получишь пулю в лоб, – он опустил пистолет нацелившись в клочок травы в нескольких сантиметрах от ног Палыча и спустил курок. Маленький бугорок взорвался землей, как после удара клюшкой в гольфе. – Не дай Бог тебе переступить за эту линию. Теперь я буду диктовать правила. Ты меня понял, здоровяк?

- Да.

Однозначно этот голос… Алексея не покидало чувство того, что он уже слышал где-то эти нотки. – Вот только запомни, что это не сойдет тебе с рук.

- Постараюсь, – Алексей ехидно улыбнулся.

Что делать с этим ментом? Пристрелить? Возможно, он и поступил бы именно так, а не иначе, если не одно «но»: сейчас это было ненужной крайностью. Мент был совершенно беспомощным. У него не было связи, а значит, он ничего не смог бы сделать. Когда они уедут отсюда, мент будет просто стоять и моргать вслед уехавшему автомобилю. Так стоило ли убивать его? Зачем убивать человека?

«Невинного человека, - уточнил про себя Алексей. – Думаю нет».

Он внимательно рассматривал фигуру майора. Что-то в нем, помимо тех самых ноток в голосе, казалось удивительно знакомым. Вот только что, он никак не мог вспомнить.

«Не обращай на это внимание, тебе это только кажется» - заверил себя Алексей.

- Сбрось на землю автомат, майор.

Палыч послушно сбросил лямку ремня автомата с плеча, и АК упал на землю.

- Отбрось его, – добавил Алексей.

Майор, поддев автомат ногой, отбросил его в сторону. Оружие упало в нескольких метрах от Алексея.

«Не так он прост, этот мент,» - пронеслось в голове.

К тому же этот ублюдок сломал ко всем чертям, казалось бы, столь продуманный, обсосанный со всех сторон план. Не весь, конечно, но ту его часть, по которой Алексей предполагал пересечь границу на автомобиле. Теперь это исключено. На сто процентов. Мент запомнит номера, и пусть сейчас он ничем не сможет ему воспрепятствовать и они спокойно пересекут границу, но потом он сообщит пограничникам номера, в архиве пробьют имена лиц, пересекавших границу на таких номерах, и все канет в лету. Такой вариант пропадал. А вот так взять и убить мента и этим закрыть тему…

«Исключено».

Оставался другой вариант: пересечь границу на «одиннадцатом троллейбусе», пешком. Активизировать вариант номер три, по которому нужно было ловить новую машину не представлялось на данный момент возможным: машин вокруг просто не было. Да и не очень хотелось это делать.

Алексей, не опуская пистолет, медленно приблизился к лежащему уже на асфальте автомату.

- Движение – и я стреляю, – он нагнулся и поднял автомат, а когда выпрямился из его рта донеслось лишь неразборчивое шипение – Сука…

…- Брось пистолет, или я буду стрелять - Саша снял АК с предохранителя, уперся прикладом в плечо и прицелился в Алексея, который по-прежнему держал на мушке Палыча и заодно Сергея.

Игорь, замерший у автомобиля, сглотнул накопившуюся во рту слюну, чувствуя, как подкашиваются его колени. События с каждой минутой приобретали все более скверный характер. Точнее, он был уже по уши в дерьме.

- Эй, мальчик, не шути так с этим, – Алексей демонстративно перезарядил пистолет и на асфальт упала неиспользованная гильза, покатившаяся в сторону. – Брось автомат или я пристрелю мента.

- А я пристрелю тебя, – возразил Саша.

Алексей выдавил подобие улыбки.

- Сынок, я же вижу, что ты даже стрелять не умеешь.

- Не заговаривай мне зубы, брось пистолет.

Игорь медленно переводил взгляд с человека, держащего автомат, на Алексея и обратно. Одного он видел впервые, второй и стал автором того дерьма, в которое они сейчас влипли с супругой и из которого похоже предстояло долго и нудно выбираться.

«Все пошло наперекосяк,» - подумал Игорь.

Возможно, не встреть он этих непонятно откуда взявшихся тут ментов, один из которых был ранен, и еще одного придурка, держащего в руках автомат, все было бы по-другому. Они доехали бы до того места, куда хотел доехать Алексей, и вернулись бы обратно.

«Господи, Игорь ты сам себя слышишь, неужели ты поддерживаешь этого маньяка?» - пронеслось в голове.

А кого? Человека, из-за которого им теперь светит срок за выдуманные наркотики, которых хоть и нет, но ведь будет же следствие! И уж точно срок за вооруженное сопротивление! Попробуй тут доказать, что ты в этой ситуации всего лишь заложник, а не соучастник.

«Но кто тебя сделал и тем и другим? Опомнись!».

Игорь бросил полный ненависти взгляд на Алексея. Этот урод мог сломать всю его жизнь. Игорь почувствовал, как руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Пора было заканчивать с этим. Он огляделся по сторонам, остановив свой взгляд на лежащем у одного из колес камня. Если сейчас пустить все на самотек, то дальше будет только хуже. Это наверняка. А если сейчас попробовать изменить ситуацию, то можно еще что-то исправить.

«Что? Например, доказать правду,» - подумал Игорь.

Он обернулся к супруге, оттенок лица которой напоминал тоном цвет грязного постельного белья.

- Инна, как ты? – шепнул он.

Девушка впилась руками в юбку.

- Я боюсь.

- Все будет в порядке, я попробую исправить ситуацию.

Краем глаза Игорь заметил, что за ними наблюдает тот самый милиционер, в которого целился Алексей.

- Дорогой, они тебя убьют.

- Все будет хорошо, я обещаю.

Парень сделав несколько шагов нагнулся и поднял булыжник с земли.

- Игорь!

Парень бросил взгляд в сторону наблюдавшего за ними мента.

- Не забывай, что мы заложники, – слова были сказаны достаточно громко, чтобы их услышали все стоявшие сейчас у обочины.

Алексей, по-прежнему не спускавший с мушки майора, вздрогнул.

Его услышали. Пора было действовать. Игорь, плотно обхватив камень в руке, в несколько прыжков оказался сзади Алексея и, занеся руку, со всей силы опустил камень на голову Алексея, который только сумел смягчить удар, подняв руку… Тишину ночного неба разрезал звук выстрела и последовавший за этим крик Палыча:

- Сергей!

***

- Помогите, мы заложники! – крики Инны подхватил неожиданно подувший ветер.

Случайно пущенная Алексеем пуля угодила в голову Сергея. Молодой лейтенант, не издав ни звука, обмяк в руках Палыча.

- Сергей! – Палыч почувствовал, как глаза затмевает черная пелена. – Сережа!

Майор пошатнулся и с трудом устоял на ногах. Он опустил тело лейтенанта на асфальт. Рука метнулась к кобуре на ремне, и он, вытащив пистолет и сняв его с предохранителя, двинулся к отключившемуся от удара Алексею.

- Палыч, опомнись. Его уже не вернуть! – Саша, стоявший всего в нескольких метрах от майора, перегородил Палычу путь. – Опомнись! – он схватил руку Палыча, сжимающую пистолет, и опустил ее вниз, с трудом остановив майора.

Это было действительно так. Его уже не вернуть. Глаза Палыча пересеклись со взглядом Саши. Несколько секунд майор стоял в нерешительности, а затем гулко вздохнул.

- Спасибо, – пистолет нырнул обратно в кобуру.

Руки дрожали, и он почувствовал, как задрожала его щека. Смерть. Чертова смерть. Он оглянулся на тело Сергея. Только огромный опыт позволил ему не отвести от увиденного глаза. Пуля попала в лоб, прямо под левым глазом лейтенанта. Кровь тонкой струйкой сочилась на асфальт, пополняя ежесекундно уже образовавшеюся лужицу. Майор гулко вздохнул. За что? За что смерть пришла к такому молодому пареньку как Сережа? Он почувствовал, как на сердце неприятно скребут кошки. Ведь на его месте мог оказаться он.

«Эта сволочь целилась в меня,» - подумал Палыч.

Целилась, а попал он в Сергея.

Палыч отстегнул с ремня наручники и, подойдя к лежачему лицом вниз преступнику, сомкнул браслеты на его запястьях, заодно проверив его пульс. С некоторым удивлением Палыч отметил, что руки мужчины забинтованы. Живой, пидор. Проверив, как крепко сидят на преступнике наручники, Палыч подошел к обнявшимся парню и девушке.

- Руки на машину.

Девушка после этих слов еще крепче вцепилась в парня и заплакала.

- Но мы же заложники.

Палыч вздохнул.

- Мне нужно вас обыскать, я не могу верить вам на слово.

Инна продолжала всхлипывать, но Игорь, поцеловав супругу, положил руки на крышу автомобиля, повернувшись к Палычу спиной.

- Делай, что говорят, дорогая.

Девушка молча повиновалась, и майор, за несколько секунд ощупав их карманы, кивнул.

- Чистые.

В это время Саша, собрав разбросанные по земле автоматы и пистолет, подошел к Палычу.

- Майор, что с ними делать?

- Один – мне, – Палыч протянул руку и, получив от Саши автомат, перебросил лямку через плечо. – А второй пусть будет у тебя. У меня к тебе просьба, присматривай за этой тварью, – он указал на находящегося в бессознательном состоянии преступника.

Саша кивнул.

- Палыч, мои соболезнования.

Майор покачал головой.

- Ты сам сказал. Его уже не вернуть, – он оглянулся на труп Сергея. – Царство ему небесное. Отличный был парень.

С минуту они молчали, пока Палыч не развернулся и не зашагал в сторону трупа лейтенанта.

- Саш, присмотри еще и за теми, – он указал на прижавшихся к машине супругов. – Я сейчас подойду.

Стоило попрощаться с Сережей. Майор почувствовал, как начал отступать гнев, уступая место чувству потери. На душе четко чувствовался какой-то пробел, еще одно появившееся там белое пятно. Подойдя к трупу Сергея, он достал сигарету и опустился рядом с трупом на корточки. В голове не было ни одной мысли. Только пустота. Палыч курил, молча смотря на Сергея.

«Ведь я полюбил его как родного сына,» - мелькнуло в голове.

Опершись одной рукой о землю, другой Палыч взял еще теплую руку Сергея.

- Пусть земля тебе будет пухом, – он сжал руку лейтенанта и почувствовал как по щеке скатилась обжигающая слеза.

«Прощай, Сережа, ты навсегда будешь в моем сердце».

Последний раз сжав руку лейтенанта, майор выпрямился. Предстояло еще разобраться с этой парочкой, которую вроде как захватили. Он двинулся в сторону «Hyundai», рядом с которым сидели супруги, а вместе с ними и Саша не на секунду не опускавший автомат.

- Как ты? – Палыч подошел к Саше, по пути бросив взгляд на молодых людей.

- Честно? Бывало и лучше, – Саша указал на парочку, обнявшуюся у машины. – Это-то кто?

- Этот психопат захватил ребят. Оружия у них нет, машина, как ты понимаешь оформлена на имя парня. Так что они чисты.

- Ты разговаривал с ними?

- Нет, – Палыч покачал головой. – Только обыскал.

- Может, тогда стоит поговорить, узнать, что случилось, что с ними? – спросил Саша.

- Может и стоит, – Палыч кивнул. – Следи внимательно за этим психопатом, а я пока подойду к ним.

Саша развел руками.

- Без проблем.

Палыч, собравшийся было уходить, остановился.

- Где его пистолет?

Саша похлопал себя по карману джинс.

- Он здесь.

- Отлично, пусть будет у тебя.

Майор развернулся и двинулся к парочке у автомобиля. Девушка по-прежнему всхлипывала, а с лица парня не сходила бледность, пробивающаяся даже сквозь двухнедельный загар. Палыч понимал, что для молодой парочки события последнего получаса сыграли роль некого транквилизатора, который вызвал у них шок. Причем достаточно сильный, как мог судить майор, исходя их своего довольно большого опыта, и вряд ли ребята могли соображать сейчас здраво и вразумительно. Прежде всего, им нужно было успокоительное или хотя бы просто успокоиться. Подойдя к «Hyundai» Палыч залез в салон, без труда отыскав там аптечку и вытащив оттуда пузырек валерианки.

- Ребят, у вас есть вода?

Девушка пропустила вопрос мимо ушей, однако парень кивнул и указал под переднее пассажирское сиденье.

- Посмотрите под креслом, там должна быть бутылка с водой.

Палыч нагнулся и, достав из-под сиденья воду, высыпал несколько таблеток валерианы на ладонь, протянув их девушке.

- Выпей, тебе станет лучше.

Девушка дрожащей рукой взяла таблетки и, положив их в рот, запила теплой водой.

- Благодарю.

Палыч кивнул и протянул уже приготовленную горстку таблеток парню.

- Угощайся.

Подождав пока ребята выпьют таблетки, Палыч выдавил из себя улыбку.

- Меня зовут Палыч, – он протянул руку.

- Инна.

- Игорь.

Ребята по очереди пожали руку майора.

- Отлично, будем знакомы. Вы можете рассказать, что тут произошло?

Палыч бросил секундный взгляд на по-прежнему не приходящего в себя преступника и сидящего рядом Сашу.

- Да, – ответил Игорь. – Этого человека зовут Алексей, по крайней мере так он нам представился… - парень принялся рассказывать Палычу о их встрече с Алексеем. Рассказав о сбитом барсуке и о том, как он решил убрать его за обочину с дороги, в то время как супруга, тяжело переживая за гибель животного, отошла от машины, присев у обочины, Игорь вдруг запнулся.

- Инна наткнулась… - парень задумался, – Я понимаю, что это будет звучать несколько странно.

«После сегодняшней ночи мне уже ничто и никогда не будет казаться странным. Это уж точно,» - мелькнуло в голове Палыча.

- Игорь, говори как есть, я постараюсь понять.

Парень кивнул.

- Кто-то расстелил на дороге металлическую ленту с шипами, – выпалил он.

Палыч в ответ только выругался. Металлическая лента? Тот самый «лежачий полицейский»?

«Господи Боже мой» - Палыч с трудом подавил в себе желание перекреститься.

- Ты говоришь, ленту? Как она выглядела?

Игорь с Инной переглянулись.

- Я не могу дать точное описание. Было темно, я не рассматривал ее, а сразу отбросил в сторону, – сказал Игорь. – честно говоря, я испугался, и мне было не до этого.

Палыч задумчиво покачал головой.

- А почему вы так заинтересовались этой лентой? – Инна в упор смотрела на Палыча – Вам тоже пришлось столкнуться с этим?

Майор кивнул.

- Видите вон того парня, – он указал на Сашу. – Он дальнобойщик, и он влетел на своем грузовике в такую вон штуку, – Палыч повернулся к Александру. – Саша, подойди сюда.

Саша, то и дело оборачиваясь на преступника, подошел к машине и встал вполоборота, чтобы в случае чего видеть и контролировать каждое его движение.

- Да, Палыч.

- Познакомься, это Игорь и Инна, они супруги.

Парень улыбнулся.

- Приятно познакомится. Меня зовут Александр.

Инна с Игорем попытались ответить улыбкой, но она вышла несколько скомканной, немного испортив общее впечатление.

- Ребята чуть не влетели в того самого «лежачего полицейского» в сорока или пятидесяти километрах отсюда, – сказал майор.

Саша задумался.

- Я думаю, что нет смысла спрашивать, есть ли у вас связь?

- Это точно, – сказал Игорь.

- Связи нет, – согласился Палыч. – этот самый Алексей выкинул их мобильный.

- Кто? – переспросил Саша.

Палыч указал на преступника.

- Его имя Алексей.

- Я понял. Будем знать, с кем имеем дело.

- Ты давно проверял мобильник? – спросил Палыч.

- Минут пятнадцать назад.

- И?

- Думаешь я не сказал, если поймал бы сигнал?

Палыч вздохнул. Пора было от расспросов переходить к делу, обдумывать сложившуюся ситуацию и искать выход из нее. Хотя, конечно, для начала неплохо было бы задать еще парочку вопросов супругам.

- Ребят, а этот Алексей не обмолвился насчет металлических лент? – спросил он.

- Нет, он был весьма удивлен, так же, как и мы, хотя…

- Что?

- Он очень специфичен, и мог запросто разыграть небольшую роль.

На несколько минут повисло молчание. Присутствующие молча обдумывали сложившуюся ситуацию, пока наконец тишину, к удивлению Палыча не прервала Инна.

- Майор, скажите, Алексей мертв?

Палыч покачал головой.

- Нет. Он просто потерял сознание и скоро придет в себя, – сказал он.

- А… - Инна хотела спросить еще что-то, но Палыч перебил ее.

- Это мой напарник. Его звали Сергей. Он мертв.

Несмотря на то, что было достаточно темно и весь свет давало лишь освещение из автомобиля, Палыч заметил, как побледнело лицо девушки. Эти вопросы, создавали гнетущую обстановку, но супруги должны были знать, что происходит вокруг, и Палыч понимал это. Чтобы хоть как-то сбросить негатив, он достал из кармана пачку сигарет и, открыв ее, протянул ребятам. Саша и Игорь взяли по сигарете. И хотя аспирин, выпитый Палычем, помог побороть головную боль, с каждой минутой проблема за проблемой поступавшие неприятности превращали голову в подобие котла, в котором варилась каша. И главной проблемой оставалось одно: выбраться отсюда как можно быстрее. Но как? Актуальный вопрос, который стал еще более актуальным ввиду последних событий. С одной стороны, у них появились колеса, но с другой… Палыч затянулся. С другой стороны появился труп и задержанный преступник. Майор провел взглядом по стоящей напротив него троице.

- Конечно, ребят, я все понимаю, но мы не добьемся ничего, если будем молчать и дальше.

Игорь, который уставился на собственный ноги смакуя сигарету, поднял голову.

- Скажите, майор, а вы и правду посадите нас?

- С чего ты взял?

Игорь задумался.

- Но… - протянул он.

- Я думаю, излишне будет объяснять, что это была инсценировка.

Игорь кивнул, и Палыч заметил как парень начал нервно перекатывать окурок сигареты меж пальцев.

- То есть у вас нет к нам никаких претензий? – спросил он.

- Нет, – согласился Палыч. – Вы будете нужны мне только в роли свидетелей.

Супруги переглянулись.

- Тогда мы можем ехать, майор?

Палыч сжал фильтр сигареты. Вот оно. Проблема начинает материализоваться. Майор задумался. Ведь если супруги уедут сейчас, то он с Сашей останутся в том же положении, что и до встречи с ними. Только стоит прибавить сюда труп и задержанного преступника, а так все в порядке. Он затянулся. Но с другой стороны можно ведь поехать с ними, только тогда придется оставить труп лежать здесь.

«Нет, я не могу поступить так».

Или все же остаться здесь и дождаться, пока супруги приедут в город, где смогут сообщить о случившемся?

«А где гарантии, что они не наткнутся на очередной «лежачий полицейский»? Или на тех, кто их расстилает?».

Размышления заводили в тупик, и Палыч решил озвучить свои мысли вслух.

- А вы не боитесь неприятностей? Не думаю, что вам стоит ехать сейчас куда-либо без должного сопровождения.

Супруги в очередной раз переглянулись, и Игорь уставился на кончик своей сигареты.

- Можно, мы поговорим наедине?

Палыч пожал плечами.

- Конечно. Саша, давай отойдем на минуточку.

***

Боль в голове после того, как он очнулся пошла по нарастающей. С каждом ударом сердца в сознание впивались тысячи мелких острых шипов, отдавая легкой судорогой в ногах и руках. Алексей открыл глаза, но взгляд тут же заполонила пелена мутных разводов. Больно запекло в районе затылка. Он попытался зашевелится, но движения лишь усилили боль от судороги, и Алексей издал сдавленный стон, впившись зубами в воротник футболки. Постепенно в сознании кусочек за кусочком стала складываться мозаика общей картины произошедших событий. Он чувствовал, что лежал на животе. Попытка расправить руки закончилась неудачно – Алексей почувствовал холодный металл браслетов на запястьях. Наручники. Чертов мент. Подождав, пока пелена, затмившая взгляд, рассеяться, Алексей попытался осмотреться. Рана, которую нанес ему этот малолетний ублюдок, на поверку оказалась лишь царапиной, и единственной неприятностью от нее были лишь боль в голове и легкое головокружение. А он-то думал, что хорошо обработал парочку психологически.

«Кто мало думает, тот много ошибается,» - мелькнуло в голове.

Конечно, Да Винчи. Хорошее суждение, но не здесь и не сейчас. Боковым зрением можно было увидеть тот самый автомобиль «Hyundai», с которого, как предполагал Алексей, начался его путь к свободе. Не тут то было. Рядом с машиной стояла та самая семейная парочка, Игорь и Инна. Как понял Алексей, они беседовали вполголоса. Он почувствовал как, непроизвольно скрипнув, сжались зубы. Но головная боль только усилилась, и Алексей зажмурился. Досчитав до трех, он успокоился и снова открыл глаза, медленно повернув голову в другую сторону. Предстояло найти мента с его служкой и тогда уже начать обдумывать план действий. Тот, казалось бы, совершенный план, который так безупречно работал еще полчаса назад, теперь безнадежно рухнул, превратившись в бессмысленный хлам. Сосед по камере наверняка будет долго смеятся, когда его, Алексея, приведут обратно в камеру.

Эта мысль заставила Алексея скривиться. Меньше всего хотелось именно этого. А еще очень не хотелось гнить до конца своих дней за тюремной решеткой, чего теперь было не избежать. Как, естественно, не избежать и возвращения к строгому режиму. Мент, представившийся майором Хоминым, вместе со своим сопляком, который, впрочем, и стал автором пролога, стояли в метрах десяти от самого Алексея, то и дело наблюдая за ним. Отлично. Алексей вспомнил, что здоровяк мент был не один. С ним был напарник. Тоже в бронежилете, в форме, все как положено. Ведь именно из-за него и начался весь этот сырбор.

«Где же он сейчас?» - Алексей приподнял голову и осмотрелся.

Тело того самого напарника, которого искал Алексей, лежало всего в нескольких метрах от него, за обочиной, точь-точь там, где его поддерживал майор. Алексей прикусил губу.

«Труп. Черт подери, почему?».

Он задумался и всмотрелся в темноту изо всех сил напрягая зрение, пытаясь рассмотреть тело внимательней. Алексей вспомнил о каком-то отравлении, о котором твердил майор. Возможно в этом причина…

Ход мысли оборвался на полуслове, и он беззвучно выругался – рядом с трупом удалось разглядеть растекшуюся лужу крови. Пахло жареным.

«Господь Бог видит, что я не нажимал курок».

Такое утверждение впрочем мало, что меняло в любом смысле. В любом случае Алексей знал, что будет теперь сидеть до конца своих дней…

«Не стоит замарачивать себе голову на этом».

Нужно было думать, как бы улизнуть от этих ментовских ищеек. Алексей с облегчением вспомнил о лежащем в кармане паспорте. Документ остался у него, а это значило, что полдела уже сделано и, если брать в учет тот факт, что форс-мажор настиг сейчас самих ментов…

«Точнее мента,» - поправил себя Алексей.

Тогда для побега сложилась сейчас наиболее приятные обстоятельства. Такие, о которых только можно мечтать. Тем более… - руки Алексея, закованные в наручники, нащупали спрятанный в заднем кармане джинс гвоздь. Алексей улыбнулся. Тем более, когда в руках есть такая вот игрушка.

Глава 8

- Мы решили ехать, – Игорь напоминал маленького ребенка, у которого никак не получалось выпросить у мамы любимую конфетку – Палыч, вы должны нас понять. Мы оказались здесь случайно и нам не нужны неприятности.

Майор молчал. Похоже на одну неприятность стало больше. Впрочем, что он мог ожидать от супругов. Героизма? К черту. Весь героизм канул в лету с падением СССР. Теперь каждый в этой стране был за себя. Так почему супруги должны были выделятся из общей массы и создавать себе неприятности на ровном месте, которых можно избежать. Когда-то, лет двадцать или двадцать пять назад он, возможно бы, удивился такому ответу, а сейчас…

- Майор, но это не означает, что мы отказываемся вам помочь, – добавил Игорь. – Мы…

- Естественно, в меру своих возможностей, – перебила супруга Инна.

Палыч внимательно наблюдал за супругами. Не хотелось перебивать их и задавать перекрестные вопросы, стоило дать супругам высказаться. Игорь посмотрел на лежащего лицом ниц преступника.

- Мы готовы подвести вас с Александром, – сказал он – Или кого-то из вас, но мы не повезем в своей машине преступника.

Палыч кивнул.

- Я понимаю.

Майор по большому счету знал, что именно такими буду пожелания ребят. Кому бы хотелось вести в машине такого выродка! Хотя в принципе такой ответ мог означать лишь одно: он, Палыч, никуда не поедет. Во-первых, из-за этого самого Алексея. Во-вторых, из-за трупа лейтенанта, который, как, естественно, и Алексея, он не мог бросить здесь. Видимо, ребята высказались. Ну что же. Майор посмотрел на Сашу.

- Саня, езжай, а я останусь здесь, – сказал он.

На какое-то мгновение Палычу показалось, что в глазах Александра мелькнула искра. Что, впрочем, было неудивительно.

«То, что произошло этой ночью, пожалуй, может свести с ума,» - подумал майор.

Где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что для него эта ночь еще совсем не закончена, а может быть, только начинается. В голову начали лезть мысли о тоннеле, где осталась «десятка» с их УАЗиком, но он тут же отбросил их в сторону.

«Плевать, это мой долг» - подумал Палыч.

- Что я должен делать? – спросил Саша.

- Вызвать милицию ,– Палыч улыбнулся.

- Я имею ввиду, что мне говорить в участке? – уточнил Александр.

- Твой долг указать им обратный путь. И сказать им о том, что произошло тут. Вот, собственно, и все. Я думаю, ты справишься.

Палыч похлопал парня по плечу.

- Саш, только не затягивай с этим, – он улыбнулся. – не хочется торчать здесь до утра.

- Обещаю.

Майор вздохнул.

- Я ваш прошу, не превышайте скорость, езжайте со скоростью сорок, максимум пятьдесят километров, – он покосился на Игоря. – ты же понимаешь, что на дороге может лежать металлическая лента?

Игорь побледнел.

- Я знаю, майор.

- Дело в том, что мне вовсе не кажется, что ленты стелил Алексей. Ты меня понимаешь? Я осматривал его, нет никакого намека на эти ленты.

Парень кивнул, и Палыч продолжил.

- Я не знаю, кто их стелил, но знаю, что у вас могут быть неприятности по пути. Поэтому, – Палыч замолчал и, вытащив пистолет из кобуры, протянул его Саше – Поэтому стоит быть готовым ко всему.

- У меня есть пистолет, – Саша указал пальцем на карман своих джинс.

Палыч махнул рукой.

- У меня голова идет кругом, уже забыл, – он развел руками и взял из рук Саши бережно протянутый ему АК. – Не забывай, что это пистолет того чудака. Спрячь его понадежней при въезде в город, это улика. Только смотри не показывай его в участке без меня и не забудь стереть с него свои пальчики, ты меня понял?

- Да.

- Хорошо. Что же, тогда в путь, ребята.

Палыч скользнул рукой по карману брюк, в который он положил ключи от автомобиля, но пальцы сжали лишь ткань.

- Игорь, ключи у тебя? – спросил он.

Парень пощупал карманы.

- Нет, майор, не у меня.

- Инна?

Девушка покачала головой. Палыч беззвучно выругавшись еще раз прощупал свои карманы. Нет. Пусто.

- Саш, я не отдавал их тебе?

- Нет, Палыч.

- Отлично, – протянул майор. – У меня их тоже нет.

Повисло молчание. Палыч еще несколько раз прошелся вдоль и поперек по своим карманам. Игорь заглянул в салон, в надежде, что ключи завалялись где-то между сиденьями, а Саша с Инной проверили свои карманы. Ключей не было.

- Что делать? – вопрос Игоря, смотревшего куда-то вдаль, предназначался Палычу, и майор пожал плечами.

- Что ты делаешь, если потерял что-то? Ищешь! Давайте искать, они не могли никуда отсюда деться. У тебя есть фонарик.

- Да, у нас должен быть в бардачке.

Инна залезла в салон и скоро вылезла оттуда держа в руках фонарь.

- Отлично, Саша, возьми мой фонарь, давайте разделим периметр, на котором мог затерятся ключ. Инна, Игорь, Саша, – указал он. – Мне надо осмотреть Алексея, а вы ищите.

Палыч протянул Саше свой фонарик и ребята, разделившись начали поиск. Игорь искал прямо напротив автомобиля, там где землю освещал свет фар, а Инна с Сашей, вооружившись фонариками искали в ночной темноте. Инна чуть ближе к машине, а Саша к трупу. Майор, с минуту понаблюдав за трудами ребят, подошел к лежащему рядом Алексею, присев на корточки напротив лежащего ниц преступника и нагнулся к его затылку, чтобы осмотреть нанесенную Игорем рану, которая и стала причинной того самого шального выстрела, стоившего жизни Сергея. Запекшаяся кровь, небольшая шишка на затылке. Жить будет. Палыч перевел взгляд на перебинтованные руки преступника. Вот это уже интересней. Где же можно было так вляпаться? Из-под края рукава майки Алексея выглядывала часть тату. Палыч нахмурился и, взяв его руку докоснулся до рукава, чтобы рассмотреть татуировку полностью.

- Эй, может обойдемся без рук, красавчик?

Майор хмыкнул.

- Никак запел птенчик? Как ты себя чувствуешь?

- Запел, не запел, а убери от меня свои руки, мент, проживу без твоей заботы.

- Пожалуйста, – Палыч отпустил его руку.

Завязавшийся разговор услышали ищущие ключи ребята и Палыч чтобы успокоить их поднял вверх сжатый кулак с выпрямленным большим пальцем.

- Ты готов дать мне показания?

- Здесь? Я знаю свои права майор, я буду давать показания в участке.

- Ты уверен?

- Да. И если хочешь, чтобы я продолжил разговор, усади меня на задницу или я буду молчать.

- Хорошо.

Палыч рывком поднял Алексея на ноги.

- Садись.

Алексей сел.

- Вот так лучше. Посмотрел бы я на тебя, если бы ты пролежал столько времени на земле.

«Тебе ли знать, сколько времени я лежал вот так вот в окопах,» - пронеслось в голове.

- Ну а теперь расскажи мне, что здесь происходит?

Алексей покачал головой.

- Я не буду ничего говорить, пока ты не скажешь мне, по какому поводу я задержан.

Палыч прикусил губу. Захотелось въехать этому молодцу по зубам прикладом Калашникова, но он сдержался. На сегодня хватит ВСЕГО и помимо этой мрази, убившей Сергея.

- Захват заложников и убийство сотрудника правоохранительных органов.

- Какое убийство? Что ты мелешь, мент?

Палыч стиснул зубы и схватил Алексея за футболку.

- Ты убил моего напарника, ты выстрелил в него.

Алексей сглотнул, и Палыч уже было думал, что он не ответит, однако мужчина выдохнул.

- Срок?

- Думаю пожизненное, – майор разжал руку, отпустив футболку Алексея – Как жаль, что в нашей стране больше нет смертной казни, – Палыч хотел добавить еще что-то, но вместо этого он оттолкнул преступника.

«Успокойся».

- Менты только так и могут, быковать пока у оппонента связаны руки, а так? А майор? Попробуй отстегнуть мне наручники.

Палыч пропустил этот вызов мимо ушей.

- Ты стрелял в моего напарника тварь, и поверь мне, я бы с радостью снял с тебя наручники и застрелил как последнюю шавку, но я не буду этого делать. Хотя бы потому, что я не животное. И уже этим я отличаюсь от тебя. Я спрашиваю тебя, что здесь происходит?

Алексей покачал головой.

- Ты не понимаешь одного мент? Думаешь все это, от хорошей жизни? Ты не знаешь, кто я. И вообще майор, я похож на дурака? Я вовсе не собирался убивать твоего напарника, мне не нужен срок. Тем более тот, кто убил раз не будет убивать еще, если он конечно человек…

- Ты не человек, ты мразь, – перебил майор. – И ты поплатишься за свои поступки, – Не здесь так там. – он указал на небо затянутое облаками.

Алексей кивнул и улыбнулся.

- Да, ты прав. Не здесь, так там майор, ты видел мои наколки на руках?..

…- Ты же так хотел рассмотреть их, – гвоздь в руках Алексея повернулся на полоборота. Если тогда, когда мент хотел посмотреть его наколки в первый раз, эта штука еще была не совсем готова, то теперь она была у него в руке. Вот он – единственный шанс. Это как на поле боя – ты в плену, но тебе нужна свобода. Ничего, кроме свободы.

«Еще чуть-чуть, самую малость… И я буду свободен,» - пронеслось в голове. Алексей осознавал всю сложность ситуации, но, в тоже время, понимал, что еще есть куда отступать. В сознании четко прослеживалась тропа, по которой можно было начать отступление.

- Суд на небе майор? Ты это хочешь сказать, – Алексей старался продолжать разговор, чтобы отвлечь от того, что происходит от его спиной майора. – Ты хоть сам веришь в это дерьмо?

Гвоздь, оказавшийся в руках Алексея отличным ключом, повернул замок наручников еще на полоборота.

«Вот так, осталось совсем чуть-чуть».

Мент один, он полностью рассредоточен его, Алексея, болтовней и при нем целый арсенал. Он затерялся посреди области и сюда не едет подкрепление. Алексей с трудом сдерживал эмоции предвкушения.

- Знаешь, майор, когда 28 лет назад, будучи в восьмом десантном полку, я убивал желтых, мне тоже казалось, что существует…

…Палыч хотел прервать лепет Алексея, но вопрос «Ты собираешься рассказать мне, что здесь происходит?» застрял где-то в районе кадыка после последних слов преступника.

«Восьмой десантный полк?».

Палыч сглотнул. И чертовски знакомый голос.

-… Представь майор. Афганистан, восьмидесятый год. Почему убийства людей разняться? Кто сделал из меня убийцу? Генсек? Нет, общество, но теперь как ты, так и все оно не хочет пожинать плоды.

Палыч, нащупав в кармане зажигалку, вытащил ее и поднес к лицу Алексея. Тусклый пучок пламени выхватил из ночной мглы бледное лицо преступника.

- Леша?

Монолог Алексея неожиданно иссяк на полуслове, и он, заморгав, уставился на Палыча. Сзади со звуком, чуть заметным для уха, упал спасительный гвоздь. Однако этот звук никто не услышал.

- Палыч? – его голос задрожал.

Огонек зажигалки погас, и Палыч достал из кармана сигарету.

- Господи, Леша, я не могу поверить…

- Палыч, я думал, я никогда больше не увижу тебя…

Майор подкурил.

- Леша, как ты оказался здесь? Что с тобой? Не думал, что мы встретимся при таких обстоятельствах.

Леша кивнул.

- Да, брат, я тоже представлял нашу с тобой встречу иначе.

- Но… - Палыч задумался и посмотрел на тлеющую сигарету. С самого кончика кропаля весело сбегали искорки и тянулась тонкая струйка табачного дыма. Майор поднял глаза: – Как такое могло произойти?

Алексей не отвел глаз.

- Это долгая история. Но поверь мне, если в этом и есть моя вина, то я ее признаю, но все остальное я делал по совести. Брат, я не хотел стрелять сегодня, поверь мне.

Палыч вздохнул.

- Я знаю и верю, – он поднялся. – Но… - он махнул рукой. – Голова идет кругом. Сейчас я принесу тебе лекарство, надо обработать рану.

Майор двинулся в сторону машины, где лежала аптечка.

- Палыч, он очнулся? – Саша, не отрывая взгляд от яркого пятна, созданного фонариком на земле, продолжал искать ключ.

- Да.

- Ты говорил с ним? Что он сказал?

- Саш, давай чуть позже, мне не до этого. Ему надо оказать медицинскую помощь.

Палыч миновал паренька и, не оборачиваясь на Инну с Игорем, подошел к «Hyundai» и, опершись о его кузов, уткнулся лицом в ладони. Голова действительно шла кругом. Хотелось встать посреди дороги и закричать. Сбросить негатив и разом забыть обо всем, что произошло тут этой ночью. Перед глазами то и дело мелькали картинки из далекого прошлого. Восьмидесятый год. Афганистан. Молодой Лешка во всем обмундировании, рядом сам Палыч. Вот командир, имя которого напрочь стерлось из его памяти, но фамилию Палыч помнил наверняка – Орлов, лейтенант Орлов. Вот они сидят у костра, уплетая за обе щеки консервированную тушенку. На следующей картинке они в штабе играют в карты под желание. Лешка выигрывает и желает, чтобы молодой Палыч прополз по периметру барака на четвереньках, гавкая, как собака. Он делает это, после чего проигрывает уже сам Лешка, и Палыч загадывает…

«Хватит,» - Палыч надавил себе пальцами на глаза, пытаясь стереть возникающие одна за одной картинки прошлых лет, и откинул голову назад, сделав ей несколько круговых движений. Хрустнуло в шее.

«Хватит, теперь это совсем другой человек, - пронеслось в голове - Это не Леша, это преступник».

Мысль неприятно давила на виски.

«И тебе придется в это поверить».

Палыч вздохнул. Даже зная, что он не убивал Сергея, точнее сделал, это непреднамеренно, Палыч понимал, что на Алексее висит преступление. Вот оно это дерьмо – совпадение личностных и служебных интересов. Линия «друг-преступник». Палыч несколько секунд молча постоял возле автомобиля, а затем залез в салон, чтобы достать оттуда аптечку.

***

Палыч аккуратно обработав края раны Алексея зеленкой, обернул рану боевого товарища бинтом и спрятал медикаменты обратно в аптечку.

- Не туго?

Алексей покачал головой.

- Ты не растерял навыков.

Палыч промолчал. Теперь о ране Алексея можно было не беспокоиться поэтому самое время было начать разговор. Майор, подтянув брюки, присел рядом.

- Я думаю, теперь мы можем поговорить?

- Конечно.

- Чувствуешь, чем здесь пахнет, Леша?

- Ты говорил уже… Это хороший срок.

- Я не про то.

Алексей сузил брови.

- А про что?

Палыч встретился с Алексеем прямым взглядом. На секунду в сознании мелькнула тень сомнения.

«А стоит ли знать ему это, если он действительно не понимает, о чем идет речь?».

Палыч задумался. На этот счет была хорошая поговорка: «предупрежден, значит вооружен». Предупредить Алексея? Майор вздохнул. Наверное, единственным правильным ходом здесь будет последовательность.

«Не стоит лезть наобум,» - подумал Палыч.

Он посмотрел на потрескивающие вдалеке тлеющие угли сгоревшего костра.

- Леша, расскажи мне все с самого начала.

Алексей согласно кивнул, но некоторое время молча смотрел на Палыча.

- Мне нужно доверие, – сказал он.

- Считай, что оно у тебя есть, – сказал Палыч.

- Палыч, ты мент, а то, что я сейчас скажу, не понравится ни одному менту, даже тебе.

- Пусть будет так, я попытаюсь закрыть глаза. Я верю только тому, что видел сам и не верю рассказам – Палыч улыбнулся – Я сейчас не на службе, и мне свойственно быстро забывать болтовню.

Алексей улыбнулся.

- Как друг другу? – спросил он.

- Как друг другу, – согласился Палыч…

…Постепенно на смену вновь было созданной конструктивности приходила безнадега. Саша, присев на присядки, тщательно осматривал каждый камушек на земле, освещая их тусклым светом карманного фонарика. Нет. Где-где, а здесь, в этом месте, ключа не было точно. Он осмотрел свой участок уже в десятый раз, каждый раз приходя все к одному и тому же результату. Точнее к его отсутствию. От почти получаса, проведенного в полускрюченном состоянии, начало ломить спину и, доведя свой очередной осмотр до конца, Саша выпрямился. Нет, уж что, а надежду стоило потерять в последнюю очередь, даже когда ее потеряют супруги, он продолжит поиск и обязательно найдет ключ и от машины. И от своей судьбы.

«А ведь это так. В этой железяке заключается моя судьба».

Саша вздохнул и, чтобы не тратить попусту заряд батарейки, выключил фонарик и, присев обратно на землю, похлопал себя по карманам в поисках сигарет. Хотелось прогнать все то, что так нещадно скопилось в голове за какие-нибудь два часа с того момента, как он пропустил тот самый злосчастный поворот. Парень закурил и, обведя взглядом супругов, усердно ищущих ключ на участке, расположенном ближе к обочине, перевел взгляд на Палыча, сидящего к нему спиной и разговаривающего с ним Алексея. Парень усмехнулся. Волей-неволей, а такому мужику, как Палыч, начнешь рассказывать даже то, о чем не спрашивают. Кроме того, всякие ментовские штучки. Конечно, здесь не было, скажем полуторалитровой пластмассовой бутылки, наполненной водой, зато здесь были другие доводы и некого было боятся. А поэтому все средства хороши…

«Не отвлекайся,» - пресек себя Саша.

Он затянулся. Сейчас нужно было думать о другом.

«Например, о себе,» - пронеслось в голове.

Во рту, перемешавшись с дымом сигареты, возник привкус разочарования, чем-то напоминающий по вкусу лимонную кислоту. Если бы не этот злополучный ключ, то он бы уже ехал в Ростов, скинул бы пистолет и никто его бы больше не увидел…

- Куда уж там, – прошептал Саша.

«Так, так, так, вы только посмотрите на него, что за сопли? А Саша?»

Саша изо всех сил сжал зажатый меж пальцами фильтр сигареты. Как раз этого и не хватало для полной идиллии. А чтобы он заткнулся, стоило помолчать.

«Нет уж, Саша, тебе лучше выслушать меня на этот раз. Если ты конечно хочешь, чтобы все закончилось благополучно».

Саша закрыл глаза и попытался выбросить все мысли, скопившиеся в голове. Тон, с которыми звучали эти слова, подчеркнутое безразличие давили, и почему-то Саше казалось, что он не уверен. Хотя бы в том, что он не хочет слушать это.

«Нет, я не хочу, у меня есть своя голова на плечах».

«Я и есть твоя голова, Саша».

«Заткнись».

Показалось, что голос, звучавший внутри лишь рассмеялся.

«Видимо ты до сих пор не понял банальной истины. Я – часть тебя, на твоем месте я бы уже давно свыкся с этим или принял как должное. Когда хорошо тебе, хорошо мне, поэтому, поверь, я не посоветую тебе ничего плохого».

«Заткнись!».

«И не мечтай, я и так слишком многое тебе позволил».

Саша, ничего не ответив, встряхнул головой и, приподнявшись с земли, включил фонарик, направив его тусклый свет на заросшую сорняками землю.

«Ты не найдешь ключ, если будешь искать, скажем, без энтузиазма».

Саша молча проглотил сказанные внутренним голосом слова. Без энтузиазма. Смешное словосочетание, когда ты обыскиваешь никчемный клочок земли уже в десятый раз.

«Тебе смешно? А я говорю правду. Я лгал тебе? Скажи, я хоть раз обманывал тебя Саша?»

«Ты отвлекаешь меня».

Саша тщательно обыскивал каждый сантиметр земли, освещая по пути каждую травинку. Сосредоточившись на этом деле, можно было хотя бы попытаться заглушить никчемный бред внутреннего голоса. А затем переключиться на проблемы, которых никак не станет меньше, если он не найдет ключ. Впрочем стоило не дать и разрастись этой злокачественной опухоли, умело удалив ее с линии жизни скальпелем, да поскорее. А для этого стоило разработать план. Ведь ключ, действительно, мог быть потерян, так что ни он, ни Игорь, ни Инна не смогут его найти. Конечно, не хотелось бы, но это могло быть так. Саша вздохнул.

«Трудная эта штука. Выбор, я имею ввиду, не правда ли?».

Саша незаметно для себя закивал. Правда.

«Кстати, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы просчитать ход твоего первого плана, - внутренний голос не унимался. – Ключ – машина – неожиданное исчезновение при въезде в город. Я не прав? Скажем, тебе приспичило отлить. Ты в городе, тебе уже ничего не угрожает, черт подери, какая красивая песня».

«Заткнись!».

«Твой черед заткнуться, Саша, а я вот что тебе скажу: твой план дерьмо. Почему? Я не думаю, что тебе стоит это объяснять или же я ошибаюсь?».

Саша промолчал.

«Ну, хорошо, я объясню. Допустим тебе удастся исчезнуть. Но ты же понимаешь, что тебе тогда придется исчезнуть навсегда или по крайней мере на несколько лет? Ты – часть того, от чего ты будешь скрываться, часть преступного мира. Ты – контробандист. Тебя будут искать. Ты бу…».

«Я знаю это без тебя,» - перебил Саша.

«Знаешь – и идешь на это сознательно. Сознательно ставишь крест на своей жизни. Ты будешь бомжем? Будешь копаться в помойке?».

«Заткнись, или я убью тебя!».

«Ладно. А что, если ты не найдешь ключ?».

«Смешно. Хорошая шутка, только вот на каком месте смеяться?».

«Я спросил, и будь добр ответить».

Саша промолчал и через минуту закончил обыскивать выделенный ему майором участок в одиннадцатый раз. Ключа тут не было.

- Инна, Игорь, как ваши поиски? – Саша выпрямился и бросил взгляд на буквально ползающих по земле поодаль супругов.

- Разве что вот эта гайка, – Игорь вытянул руку, в которой он держал ржавую железяку. – Ума не приложу откуда она взялась в этих краях.

- Я думаю ты нашел не больше нашего? – спросила Инна.

- В точку, – ответил Саша.

- Ладно, меньше слов и больше дела.

Как будто в унисон все трое вздохнули. Инна с Игорем, пригнувшись продолжили поиск ключа. Краем глаза Саша заметил, как прочесал землю рядом с Алексеем майор – видимо, там тоже безрезультатно.

«Они не найдут ключа, не надейся,» - несмотря на то, что Саша не хотел верить в эти слова, уверенность, с которой говорил внутренний голос заставила вздрогнуть.

«Посмотри по сторонам».

Саша обернулся. Вокруг, на многие километры вдаль, покуда могло освещать земное пространство затянутое тучами небо почти без звезд, тянулись поля. Совсем рядом, всего в нескольких метрах от того места где стоял Саша, простиралась дорога, чем-то напоминающая старый закоренелый шрам на земле. Еще ближе в поисках ключа копались Игорь с Инной, поодаль майор о чем-то вполголоса разговаривал с Алексеем.

«И что? Что ты хотел чтобы я увидел здесь?» - спросил Саша.

«Я просто пытаюсь понять суть твоего второго плана, - ответил внутренний голос. – Ты прав, на тебя никто не смотрит, все заняты своими собственными проблемами и, если ты сейчас убежишь, то пропажу заметят не скоро».

Саша молчал.

«Конечно же, если ты не найдешь ключ, то, как тебе кажется, единственным выходом останется бегство. Куда? Не важно. Гораздо важнее убежать. Но, похоже, ты забыл…».

«Где ключ, ты сказал, что я не найду его здесь. Хорошо, но тогда где он?».

«Не перебивай меня. Ты забыл, что мы посреди области – полей и переплетений дорог? И что уже утром здесь наверняка будут отряды ментов и, поверь мне, тебя они закроют в первую очередь».

Саша стиснул зубы. Все то, что осталось за кулисами в речи внутреннего голоса, как пазл-мини, формировалось в одну целую картину в голове Александра. Даже если допустить, что ему удастся скрыться, в тот же Ростов, то уже в городе при первой же задержке его патрулем, чего было не миновать, хотя бы потому, что одежда Саши была вся в пыли и грязи, он попадался. Ведь в розыске будут все данные о нем. В том числе и фото. Мило.

«Где ключ?»

«Поздравляю, ты начал думать здраво, я не знаю, где ключ, но могу предположить».

«И после этого ты говоришь, что всегда честен со мной?».

«Я не говорил, что знаю, где ключ, я лишь знаю, что его здесь нет – там, где его искал ты, Инна, Игорь, там где его искал Палыч. А о том, где он, я могу только догадываться».

«Так не молчи!».

«Все по очереди. Туговато у тебя, конечно, с воображением. Надо было меньше жрать всякую дрянь».

Саша проглотил оскорбление.

«Зачем тебе ключ?».

«А ты не догадываешься? Ты не помнишь о том дерьме? О чем говорил Палыч?».

«Допустим, ты бежишь от этого, но куда?».

- В Ростов, – буркнул Саша.

«О-о! - протянул внутренний голос. – В Ростов! Даже если учитывать все те минусы такого плана, все то, что я разжевал, преподнес тебе на ложечке? Ты дурак?».

«Пусть так, но я спасаю свою шкуру. Я не стратег и живу сегодняшним днем. Так что говори мне, где ты предполагаешь находится ключ?».

«То есть в лапы милиции? - парировал внутренний голос. – Можешь даже не отвечать. Все именно так. И в первом и во втором случае исполнения твоего варианта ты попадаешься к ментам или же просто напросто заканчиваешь свою жизнь на помойке. Ты этого хочешь?».

Саша еще крепче стиснул зубы.

«Я живу сегодняшним…».

«Живешь? Живи! - перебил внутренний голос. – На помойке, вздрагивая от каждого шороха».

«Ключ?!».

«А как насчет того, чтобы подумать своей гусятницей? Сейчас мы – дичь, которую гонят с двух сторон. С одной – менты, с другой – преступники. Ты не понимаешь, что выбор есть всегда? Пропустить удар в десятиунцовой перчатке или голым кулаком, справа или слева?!».

«Я не хочу слушать эту чушь!».

«Что лучше, потерпев ряд поражений по очкам выиграть или проиграть раз, но нокаутом, поставив крест на карьере?».

«К чему ты говоришь это?».

«К тому, что у тебя свой план, а у меня свой. Я не прошу тебя делать именно так, как я скажу, но прошу выслушать, задуматься, взвесив и сопоставив все за и против.».

«Если ты не против, то для начала я все же хочу найти ключ, а там я обещаю, что выслушаю тебя».

«Хорошо. Я конечно не Ванга, но могу, предположить, что ключ потерял Палыч. Вспомни, он был у майора еще до того, как Алексей выстрелил в Сергея. И вспомни, сколько времени Палыч провел рядом с телом друга…».

Саша сглотнул. Наконец от внутреннего голоса пошла нужная информация. Палыч, действительно, некоторое время провел рядом с трупом и вполне мог выронить там ключ. Но труп… Александр почувствовал, как засосало под ложечкой. В голове сиюминутно мелькнула картина раздавшегося выстрела. В сознании четко и ясно отразился образ падающего Сергея с разорванной вдрызг головой. К горлу подкатила тошнота. Он обернулся назад, к тому месту, где лежал уже начавший коченеть труп. Сделав несколько глубоких вдохов, Александр успокоился. На все сто процентов, ключ должен был быть там.

- Ключ, свобода… – прошептал он и двинулся к трупу лейтенанта.

На секунду в голове мелькнула мысль о том, что ключ может валяться в растекшейся на земле и отчасти уже впитавшейся луже крови, но он тут же отбросил такую мысль в сторону. Когда угодно и где угодно, но не сейчас.

«Соберись,» - мысленная установка взыграла.

«Ты готов слушать?».

«Говори».

Парень вздохнул, пусть говорит, возможно, именно это поможет сейчас хоть немного снять напряжение.

«Я не буду долго тянуть резину. Оба плана созревшие в твоей голове… ведь каждый из них, спасая тебя здесь и сейчас, ставит крест на твоей жизни в дальнейшем, и не надо говорить мне, что ты живешь сегодняшним днем!».

«Предложи что-то лучшее».

«Предложу. Слушай и не перебивай. Я знаю, что из двух зол лучше выбрать меньшее. Остановимся на грозящей тебе опасности. Это менты и преступники. Решетка и смерть. Любой здравомыслящий человек выберет решетку. Ты не исключение, иначе ты не парился бы сейчас, а сдался бы на волю обстоятельствам».

Саша остановился в нескольких шагах от трупа, почувствовав легкое головокружение и, придя в себя, включил фонарик, направив свет на землю рядом с трупом.

«Поэтому тут без вариантов – тюрьма, а тюрьма это срок. А вот здесь уже и стоит подумать. Залететь по полной или отделаться годом-другим в колонии общего режима? Либо явка с повинной, либо насильное задержание. Понимаешь, к чему я клоню?»

Саша кивнул.

«Понимаю».

«Тогда слушай дальше…».

Световое пятно фонарика скользнуло по земле и остановилось, осветив затерявшуюся в траве связку с ключами, лежащую рядом с вытянутой рукой трупа. Александр затаив дыхание нагнулся и медленно сжал в руке связку с ключами.

- Чертово дерьмо, – прошептал он.

Он выпрямился, подкинув ключи.

- Вот и все, – он развернулся и кинул на труп мимолетный взгляд, и то, что он увидел, заставило его остановиться. Дрожащей рукой парень перекрестился. Несмотря на то, что почти беззвездное ночное небо практически не освещало земли, заставляя всматриваться в ночную мглу, труп лейтенанта можно было рассмотреть во всех деталях. Саша выругался.

«Такого не может быть,» - пронеслось в голове.

«Как видишь может…».

Торопливо спрятав в карман ключи, Александр включил фонарик и направил пучок света на лежащий на земле труп.

- Мать его… – пучок света, освещавший труп задрожал. – по руке Александра прошла судорога. – Пресвятая донна Мария!

Александр почувствовал, как по телу вслед за легкой дрожью выступил липкий холодный пот.

***

- Вот так все и было. Ни добавить, ни убавить, – Алексей улыбнулся. – А потом меня угораздило встретится именно с этой молодой парочкой. Что было дальше, ты знаешь сам, – закончил он.

Палыч кивнул и перевел взгляд с блуждающей между пальцами зажигалки на Алексея. Он предполагал, что рассказ Алексея не сулит ничего хорошего, совсем ничего, собственно так и получилось. И даже хуже. Майор вздохнул.

- Видишь, Палыч, я говорил тебе, что история будет не из приятных. Говорил?

Алексей поймал взгляд Палыча, и майор отвел глаза.

- Я в форме, но не на дежурстве, – Палыч почувствовал, как от собственных же слов во рту появился привкус меди, и он, сморщившись сплюнул: – И если говорить честно, я рассчитывал услышать от тебя нечто другое, – добавил он.

Алексей вопросительно поднял брови.

- Меня мало интересует твое прошлое, Леша, куда больше мне интересно сейчас твое настоящее и будущее.

Алексей усмехнулся.

- Ты прав, впереди меня ждут нерадостные перспективы, и я прекрасно понимаю, что друг хочет услышать другой рассказ от своего друга спустя несколько лет во время их встречи, но ты уж извини. Не боги горшки лепят.

Палыч удрученно покачал головой в ответ. Внутри майора засело какое-то отвратительное чувство, мерзко облепившее сознание. Он вздохнул.

«Кто это сейчас сидит передо мной? Друг? Нет, это смешно».

Палыч понимал, что человек, который убил другого человека, человек, бегущий от правосудия, тем самым стремясь разложить социум, – уже не человек. Откуда майор мог знать, что все то, что рассказывал Алексей пару минут назад не вымысел. Эта история с заступничеством… Блеф? Почему он должен был верить в это? Палыч не знал, но ему очень хотелось, чтобы это было правдой.    Майор погладил щетину. Он убил Сережу… Конечно, легко сожалеть о содеянном, гораздо сложнее сделать так, чтобы ни о чем не сожалеть. Но искрении ли эти чувства или опять же блеф?

«И было бы сожаление, если бы вместо меня здесь оказался кто-то другой? Не знаю».

В голове мелькнула мысль о том, что Алексей мог запросто свалить отсюда, повернись все для него по-другому.

«И он бы сделал это».

И он бы сделал это. Или нет? Палыч закурил. Об этом не хотелось думать, но в голову настойчиво лезла мысль, что если бы Алексею выпал шанс, то он бы им воспользовался. Незамедлительно. Еще меньше хотелось верить в то, что Алексей мог спустить курок, окажись на его пути сам Палыч. Видя, что майор ушел в себя, Алексей прокашлялся.

- Палыч, ты в порядке? – спросил он.

- Да, – ответил майор.

Сделав несколько глубоких затяжек, он выкинул окурок, растоптал кропаль в земле и перевел взгляд на боевого товарища.

- Поклянись, что все сказанное тобой – правда.

Алексей выдержал взгляд.

- Ты мне не веришь?

- А должен? Почему я должен тебе верить, ты убил моего напарника.

- Я не хотел стре…

- Но выстрелил, – перебил Палыч.

- Эта была случайность. Я…

- Ты захватил ребят с машиной, ты выстрелил в Сергея и откуда я знаю, что ты не выстрелил бы в меня, если бы тебе представилась такая возможность. Не выстрелил бы в Сашу?

- Я никогда не выстрелил бы в тебя, Палыч, – Алексей не отводил взгляд.

- Откуда мне знать, что сейчас ты говоришь так только потому, что у тебя нет другого выхода? Не захотел надавить на нашу дружбу?

Алексей покачал головой.

- Я преступник, с этим я не буду спорить. Но при этом у меня осталась честь, и мне очень жаль, что ты не оценил моей откровенности, честности с тобой, и мне очень жаль, что у тебя появились такие мысли.

Палыч вздохнул, но не успел ответить на поставленный ему вопрос – из темноты «очерченного» ими периметра раздался голос Александра. Парень звал Палыча, прося его подойти.

- Уже иду, – крикнул майор.

Алексей, не отводя глаз, смотрел на Палыча.

- Ты ничего не хочешь мне сказать?

Палыч покачал головой.

- Увы.

- А я лишь могу сказать, что все сказанное мной – правда. Я клянусь.

Он отвел взгляд и опустил голову, упершись подбородком в грудь…

…Палыч покачал головой, выключил фонарик и бросил взгляд на молодую парочку, то и дело косившуюся в их с Сашей сторону. Несмотря на темноту, майор отчетливо видел бледные лица молодоженов, на которых, как на старом, потрепанном снимке, с трудом, но все же можно было прочитать испуг.

«Мне кажется, я бы и сам на их месте наложил в штаны,» - подумал он.

Палыч повернулся к Саше, по телу которого то и дело скользила мелкая дрожь.

- Ты им ничего не рассказывал?

- Нет. Честно? Я не верил, что такое может быть, – Саша нервно усмехнулся. – А надо было.

- Не знаю, не знаю. С одной стороны, ключи у тебя в кармане, с другой, мы все варимся в одном котле, глупо что-то утаивать друг от друга. Хотя… – Палыч пожал плечами – Мы не можем знать, что ждет нас впереди.

Саша согласно закивал.

- Понимаешь, Саш,  один раз – это случайность, второй – уже закономерность.

- Палыч, я думаю нам все же стоит поговорить с ними.

- Я тоже так думаю. Только не с ними, а с одним Игорем. У Инны сейчас шок, думаю если она узнает это, то может сорваться, причем запросто.

Саша посмотрел на девушку.

- Я согласен. Ты говорил что-нибудь тому выродку?

Вопрос поставил майора в тупик. Стоило ли знать пареньку, что этот самый выродок его боевой товарищ? Палыч прикусил губу. Стоило или нет? Мысли в голове Палыча сбились в кучу.

«Черт подери».

- Нет, он ничего не знает.

- О чем вы с ним разговаривали? Тебе удалось что-нибудь от него узнать?

- Нет. Он не имеет к происходящему никакого отношения. Я уверен в этом почти на сто процентов.

- Почти?

- Ни в чем нельзя быть уверенным до конца, – пояснил майор.

- Понимаю. Но кто он вообще такой?

Палыч бросил взгляд через плечо на стоящего на коленях Алексея.

«Говорить или нет?».

Парень ставил в тупик своими вопросами, но не отвечать на них, значило показать свое недоверие.

- Я думаю, он обычная шпана.

Саша в ответ многозначительно закивал.

- Ладно, хрен с ним, думаю, ты засадишь его куда подальше. Честно говоря, мне вообще плевать на него. Главное, что он не болен этой заразой, а на остальное мне плевать.

Палыч нахмурился.

- Чем? КАКОЙ ЗАРАЗОЙ?

Саша посмотрел на майора.

- А как ты думаешь, что это еще может быть? Отчего так плохо было твоему напарнику?

- Но… - Палыч запнулся.

- Вот и я думаю, что это был не просто угарный газ. От газа можно умереть, но… - Саша сделал секундную паузу, – но нельзя сгнить заживо и разложиться ко всем чертям за какие-нибудь полчаса!

Майор почувствовал легкую дрожь в коленях. То, о чем не хотелось не то что думать, но даже вспоминать, медленно просачивалось из самых глубин души наружу.

- Ты прав, это не отравление, но почему же тогда здоровы все остальные?

Саша всплеснул руками.

- Хотел бы я знать почему! А еще я хотел бы знать, что за ленты с шипами расстелены на дороге, почему не работает связь и что вообще здесь происходит!

- Саша, успокойся, сейчас не время паниковать.

Парень глубоко вздохнул и, скрестив руки на груди, откинул голову.

- Ты прав, Палыч, моя горячка не приведет ни к чему хорошему. Но что нам делать?

- Я думаю, что если ты не понимаешь правил игры, то лучше сразу выйти из нее, нежели гадать правильно ли ты играешь. Поэтому будем делать все так, как хотели до этого. Представь, что ты ничего не видел. Остаются лишь какие-то придурки на трассе, глушащие сигнал и стелящие ленты с шипами. Ты, Игорь и Инна уезжаете, я остаюсь здесь и жду подмоги. Договорились? Саша кивнул.

- То есть мы ничего не будем говорить Игорю?

- А ты как думаешь? Стоит ли ему знать про эту заразу? В принципе, почему мы должны скрывать это, кто мы такие в конце концов.

- Наверное, ты прав Палыч. Звать Игоря?

- Да, чем быстрее мы разберемся со всем этим, тем будет лучше для всех нас. Только сделай так, чтобы Инна ни о чем не заподозрила.

- В смысле?

- Предложи ему описать, как выглядят ключи от машины. Придумай что-нибудь. Инна сейчас в таком состоянии, что ей не до этого, она даже не задумается ни о чем, если ты не скажешь ей, что хочешь показать ее мужу труп, тогда она конечно занервничает и увяжется с вами. Давай, я жду.

- Сейчас я его приведу.

Проводив паренька взглядом, майор повернулся к трупу напарника и, присев на корточки, включил фонарик, направив свет на лицо трупа. Даже закаленные войной нервы Палыча предательски сжались. Ко рту подкатила тошнота. Зажмурившись, Палыч сосредоточился, после чего открыл глаза.

«Зараза…».

Он несколько раз мысленно прокрутил это слово в голове. Что бы это ни было и как бы оно ни называлось, дерьмом от этого веяло за версту. Палыч сглотнул. Все признаки разложения на лицо, как в прямом, так и в переносном смысле.

«Минута за час, - пронеслось в голове. – Он гниет как помидор, брошенный на солнце во дворе».

Что это могло быть? Какая-то зараза посреди области.

«А не сон ли это?».

Палыч больно ущипнул себя за ногу. Больно. Нет, все это было чертовски реально.

«А что, если…».

- Плевать, – прошептал майор. – Плевать, что это.

Он попытался пресечь поток мыслей, кружащихся в голове. Сейчас главное попытаться решить проблемы по мере их поступления, одна за другой, а поразмыслить над всем этим можно будет и позже в менее принужденной обстановке, чем сейчас. Он еще раз осветил труп лейтенанта и, не выдержав, отвернулся. Саша уже возвращался обратно с Игорем. Выключив фонарик, Палыч поднялся с присидок.

- Саша сказал, что вы хотите со мной поговорить? – Игорь вопросительно посмотрел на Палыча.

Майор кивнул.

- Да, Игорь, у нас есть к тебе разговор.

- Надеюсь, это не займет много времени? Нам надо искать ключи.

Саша, стоявший чуть поодаль от Игоря, похлопал себя по карману джинс.

- Я нашел ключи.

Услышав эти слова, Игорь тут же развернувшись в полоборота протянул Александру руку.

- Так чего мы стоим? Поехали! Дай мне ключи!

Палыч покачал головой.

- Не торопись, прежде чем вы поедете, ты должен нас выслушать. Иди сюда, – майор подозвал Игоря ближе к трупу и гулко вздохнул. Времени, чтобы подготовить какую-нибудь пламенную речь, не было, приходилось придумывать все на ходу. Палыч задумался.

- Все не так просто, как кажется на первый взгляд, – начал он – Видишь того парня? – он указал на расположившегося поодаль Алексея. – Так вот, я разговаривал с ним, осмотрел его и могу сказать, что он не имеет никакого отношения к тому, что происходит на дороге. Эти ленты, перебой связи…

- Связи нет, если б были хоть перебои – хмыкнул Игорь.

- Я не уверен, но мне кажется, что здесь стоит что-то, давящее сигнал, – заметил Саша.

- То есть, как можно понять, мы – потенциальные жертвы, потенциальная нажива, – продолжил Палыч. – Понимаешь?

Игорь кивнул.

- Но нажива? Если бы им нужны были наши авто, то они использовали немного другие способы для их заполучения. На покрышках далеко не уедешь.

- Возможно, у них есть эвакуаторы, – заметил Саша.

- А возможно, им вообще не нужны автомобили, – прервал Палыч – Могу заверить, что сейчас это не имеет никакого значения для нас. Я уже говорил, но повторюсь, я дал Саше пистолет на случай чего, но чтобы этого случая не было Вы поедете со скоростью пятидесяти – шестидесяти километров в час. Ты меня понял Игорь?

- Да. Мы можем ехать?

- Игорь, поспешишь – людей насмешишь, выслушай меня, пожалуйста.

Игорь кивнул.

- Конечно, говорите, я слушаю.

- Спасибо, – Палыч улыбнулся. – Знаешь парень, я не буду долго тянуть резину. Я мент, и если происхождение этих проклятых лент, отсутствие связи, я могу понять, а при желании вспомнить что-нибудь подобное из архива, объяснив это проделками какой-нибудь преступной группировки, то здесь я умолчу, ты должен все это видеть, – он протянул фонарик Игорю. – Ты кое-что не знаешь и я не уверен, что ты будешь в восторге от такой информации, но я считаю, что ты должен знать это.

Палыч сделал паузу и, пожав плечами, кратко рассказал Игорю о том, как они наткнулись на красную «десятку» по дороге в Ростов и о том, как проходило задержание.

- То, что я скажу тебе сейчас, может показаться тебе… - майор попытался подобрать слово – невероятным. Но ты сам убедишься в этом. Даже можешь не верить мне на слово, ты во всем убедишься сам. Как я уже сказал, первоначально я думал, что Сергей отравился угарным газом… - Палыч последовательно, тщательно подбирая слова, поведал Игорю свой рассказ, остановившись на моменте их встречи.

Глаза парня по мере того, как Палыч вел свой рассказ, расширялись, напоминая два юбилейных червонца к концу повествования.

- Вот так, – закончил майор.

Игорь сдавленно улыбнулся.

- Вы думаете, что я поверю в этот бред? Знаете что? Да не пошли ка вы все со своей заразой? Как же машиной управлял сгнивший парень! Вы хоть сами слышите, что говорите? Не знаю как вам, но мне сейчас не до шуток.

Палыч и Саша переглянулись, и майор пожал плечами.

- Я говорил тебе, что ты можешь не верить мне на слово. Это твое право, и я тебя понимаю, я тоже вряд ли бы поверил в такую чушь. Но я дал тебе фонарь, рядом труп. Пожалуйста.

Игорь вымученно улыбнулся и, не сказав ни слова, подошел к трупу лейтенанта и, включив фонарь, направил пятно света прямо на труп. Рука, в которой Игорь держал фонарик затряслась, и через мгновение парень выронил фонарь, отступив на несколько шагов назад.

- Такого не может быть.

Палыч заметил, как лицо Игоря приобрело мраморный оттенок.

- Такого не может быть, – повторил он. – Дайте мне ключи, и я немедленно убираюсь отсюда вместе со своей женой!

Палычу показалось, что в словах Игоря скользнула истерическая нотка.

- Для начала тебе стоит успокоится, а уже только потом садиться за руль, – заметил майор.

- А вот это уже не вам решать, что и когда мне надо делать!

Разговор переходил на повышенные тона, и Палыч краем глаза заметил как отвлеклась от поиска уже давно найденного ключа Инна.

- Что происходит?

Майор покачал головой.

- Все нормально.

- Инна, не слушай их, – перебил Палыча Игорь. – Мы немедленно уезжаем отсюда. Немедленно! – последнее слово паренек прокричал.

- Но как же ключ?

- Все в порядке, ключ у него – Игорь указал кивком на Сашу – Сейчас он отдаст его мне, и мы поедем!

- Игорь, успокойся – начал было майор, но парень не хотел даже слушать Палыча.

- Я сказал: мы едем сейчас.

Палыч вздохнул. В таком состоянии Игорю нельзя было садиться за руль.

«И навряд ли он пустит за руль Сашу».

- Успокойся. Ты… - Палыч замолк на полуслове и резко поднял левую руку вверх, приказывая заткнуться собиравшемуся было открыть рот Игорю.

В нос майора ударил неприятный и ужасно знакомый запах – та самая вонь из тоннеля в нескольких километрах отсюда.

- Что происходит? – запах почувствовал и стоявший в метре от Палыча Саша.

- Всем назад, – майор судорожно расстегнул верхние пуговицы форменной рубашки и, уткнувшись носом в грубую ткань, сделал несколько шагов назад. Инна, стоявшая в нескольких метрах от них, ближе к машине, попятилась.

- Не дышите этим! – проорал майор – Саша, Игорь!

Саша, оказавшийся ближе всего к трупу, незамедлительно последовал примеру майора, спрятав нос за тканью футболки. Парень недоуменно осматривался по сторонам. Лицо его скривилось от только еще усилившейся вони, и он, нагнувшись, обхватил руками живот. Через несколько секунд его вырвало. Палыч в недоумении сделал несколько шагов по направлению к корчащемуся от боли пареньку, но не успел он подойти ближе, как тот, хрипя, рухнул на землю, зажимая рукой рот.

- Игорь, аптечку!

Парень тут же рванул в сторону хладнокровно наблюдавшего за событиями Алексея, также спрятавшего ноздри в футболке.

- Быстрее, черт тебя дери…

- Что нести?

- Неси аптечку, я сам разберусь – рявкнул Палыч.

Игорь схватив лежащую на земле рядом с преступником коробочку с выцветшим красным крестом на крышке, метнулся назад, в несколько шагов сблизившись с Палычем, и протянул аптечку майору.

- Вот.

Вонь исчезла так же неожиданно, как и появилась, и майор несколько неуверенно опустил руку державшую подол форменной рубашки. Все так. Дышать стало гораздо легче. Палыч открыл аптечку и достал из нее пузырек с нашатырным спиртом и вату.

Стоящий рядом Игорь растерянно переминался с ноги на ногу.

- Откуда этот запах? – спросил он.

- Сейчас это неважно, – ответил майор. – Помоги, пожалуйста.

Парень кивнул.

- Что делать?

- Приподними его голову, проверь, не заглотил ли он язык. Проверь пульс.

Палыч откупорил пузырек с нашатырем и намочил ватку.

- Что с ним? – спросила Инна.

Голос девушки дрожал и, казалось бы, еще чуть-чуть – и она сорвется.

- С ним все будет в порядке, – ответил майор.

- Он оправится, да? Это все из-за запаха? Я тоже чувствовала этот запах…

- С ним все будет в порядке, – повторил Палыч.

Он аккуратно поднес к ноздрям Александра ватку, пропитанную нашатырным спиртом и, убрав ее, несколько раз ударил парня по щекам. После этого Игорь проверил его пульс.

- Все в порядке.

Саша постепенно приходил в себя. Он открыл глаза и, несколько раз моргнув, удивленно посмотрел на склонившегося над ним майора.

- Что случилось?

Палыч прикусил губу. Все повторялось: Сергей, когда пришел в себя после того злосчастного случая в тоннеле, так же не мог вспомнить о том, что с ним произошло до этого. Ну а потом…

«Ты знаешь, что было потом!» - прервал свои размышления майор.

- Ничего, теперь все хорошо, – заверил он Игоря.

Инна всхлипнула и, подойдя к парню, посмотрела на него глазами полными слез.

- Как ты себя чувствуешь? – спросила она.

- Немного кружиться голова – ответил Саша.

Парень попытался встать, но его тут же повело в сторону.

- Я думаю, не стоит, тебе надо прийти в себя, – Палыч протянул ему ватку с нашатырем. – Держи, поможет.

- Нет, спасибо.

- Как хочешь, – Палыч выбросил кусочек ватки и, спрятав все обратно в аптечку, закрыл ее и протянул Игорю – Отнеси пожалуйста в автомобиль.

Игорь взял аптечку, бросил несколько растерянный взгляд на Александра и двинулся к машине.

- Я не могу вот так вот сидеть сложа руки, зная, что нам угрожают неприятности – Саша зажмурился а потом открыл глаза – Нам пора ехать?

- Тебе надо придти в себя, – Палыч достал сигарету и, обернувшись в полоборота, встал таким образом, чтобы видеть Алексея, который с того момента, как они прекратили свой разговор, не сказал ни слова и, казалось, ему было совершенно плевать на то, что здесь происходило.

Несколько секунд Игорь молчал, видимо, обдумывая все сказанное майором.

- Хорошо, мне действительно не по себе, в глазах немного двоится. Но как только я смогу встать, мы поедем, нельзя задерживаться здесь больше ни на секунду. А придти в себя я смогу и в машине.

Палыч одобрительно закивал.

- Хорошо, что ты сам все понимаешь.

- Инна, ты не против? – Саша посмотрел на девушку. – То, что я поеду с вами?

Девушка сдавленно улыбнулась.

- Нет, ты мог бы и не спрашивать… - она вздохнула. – только вот не надо делать из меня дурочку, что-то утаивать. Я не маленькая девочка и должна все знать.

Палыч вздохнул.

- Увы, и я, и Саша, и твой муж вместе взятые знаем совсем не так много, как хотелось бы. Не больше твоего, – он бросил на Инну секундный взгляд. – Поверь мне как человеку, который годиться тебе в отцы: не обязательно все знать, потому что некоторые вещи становятся просто мусором в голове. Но ты с нами. И ты, конечно, вправе потребовать объяснений, – майор пожал плечами. – Дело твое. Я или Игорь можем тебе рассказать все, что знаем. Но, поверь мне, я гораздо лучше чувствовал бы себя сейчас, если бы не знал всего этого.

- Я вам верю, но я не могу не знать того, что напрямую касается нашей… - Инна не успела договорить. Слова, будто плохо проваренная каша застряли где-то в горле девушки, и она попятилась, выставив перед собой руку. – Саша! – девушка, пятясь назад, споткнулась о лежащую на земле ветку, но устояла на ногах. – С-саша… – слова дрожали, булькая, как кипящая вода в чайнике. Ее лицо скривилось в подобии маски из детского аттракциона ужасов: на нем было легко прочесть смесь испуга, растерянности, непонимания, но больше всего на ее лице читалась застывшая гримаса УЖАСА.

Майор, застывший, с дымящейся сигаретой в руке, непонимающе смотрел на пятившуюся назад Инну.

- Палыч, сзади! – это был голос вскочившего на ноги Алексея.

Слова старого боевого товарища заставили майора встрепенутся. Палыч, сделав шаг в сторону, резко обернулся, и он почувствовал, как больно кольнуло в груди, чуть ниже грудной клетки.

Ночной свежий воздух разрезал вопль сидящего в нескольких метрах от майора Александра. Палыч бросив взгляд на паренька замер, почувствовав, как невольно, минуя все тайные ходы сознания; подогнулись задрожавшие колени: Саша, перекатываясь по земле, боролся с… Сергеем.

***

- Сергей! СЕРГЕЙ! – слова Палыча, эхом несколько раз отразившись в голове, вырвались наружу. Это был Сергей. На месте, где лежал труп лейтенанта, осталась лишь примятая телом трава. Дрожащие руки майора отказывались слушаться, но Палыч, заставив себя преодолеть охватившее тело, оцепенение бросился к душащему Сашу Сергею. Преодолев разделяющее их пространство, Палыч обхватил лейтенанта за талию и рывком сбросил его с паренька, отбросив Сергея в сторону. – Сережа! Что ты творишь?!

В голове перемешалась целая гамма чувств: непонятная радость, переполнявшая сердце, сочеталась с безликим ужасом, зарождавшимся в сознании. В голове вертелась настойчивая мысль: «Такого не может быть!». Но сейчас было не до этого. Майор перегородил путь к лежавшему на земле парню и выставил перед собой руки.

- Сережа, все в порядке, он с нами.

Лейтенант после того, как Палыч отбросил его в сторону, присел на корточки и, упершись руками в землю, озирался по сторонам, переводя взгляд с Игоря на Инну, с Алексея на Сашу. Наконец, его взгляд остановился на Палыче. Майор невольно вздрогнул: лицо Сергея напоминало сплошное месиво. Из ран, словно из маленьких вулканов сочился гной вперемешку с темно-красной кровью. Та часть лица, в которую пришелся выстрел, чуть ниже левой скулы открывала еще более ужасную картину. От щеки на лице Сергея не осталось практически ничего, если не считать раздробленную в этом месте челюсть с вырванными на корню зубами. Голова неестественно свисала набок.

«Он не мог выжить,» - пронеслось в голове майора.

- Сережа, успокойся, это я, Палыч.

Лейтенант, точнее то существо, которое было сейчас в теле Сергея, медленно двинулось вперед. Одна нога, выпрямленная в колене, тянулась сзади, оставляя за собой кровяной след.

- Сережа…

Палыч не успел довести свою мысль до конца, как лейтенант, чуть пригнувшись, тут же выпрямился и прыгнул на майора. Схватив Палыча за рубашку, Сергей издал утробный вой и потянул майора к себе.

- Сергей, что ты делаешь?!

Палыч попытался высвободится, но тщетно. Пальцы лейтенанта сомкнулись на голубой материи, как тиски.

- Где оружие? Где пистолет? – Алексей со скованными за спиной руками метнулся к Палычу, с разбега ударив ногой лейтенанта. Рубашка, в которую он вцепился руками, треснула, и Сергей отлетел в сторону, держа в руках кусок материи – У кого пистолет? – Алексей бросил взгляд на стоящего в замешательстве Александра.

Дрожащими руками Саша впопыхах вытащил пистолет и протянул его Алексею.

- Стреляй, придурок! На мне наручники!

Алексей сделал несколько шагов назад: лейтенант уже поднимался. Шипя, существо вновь кинулось на замершего в растерянности майора.

- Стреляй!

Саша вытянул дуло и нажал на курок, но тщетно. Грозное дуло молчало.

- Сними с предохранителя, - крикнул Алексей.

Саша покачал гововой.

- Но как?!

- Видишь этот маленький рычажок сбоку? Нажимай на него!

Саша закивал и опустив пистолет начал искать этот маленький рычажок, на который указал Алексей. Тем временем Палыч, стоявший в оцепенении начал пятиться от то ли шедшего то ли ползшего навстречу ему Сергея. Гревшая душу надежда таяла, но не умерла до конца. В момент прыжка, когда существо готово было вцепится в тело майора, Палыч сделал шаг в сторону и, схватившись руками за спину лейтенанта, повалил его на землю, опустившись следом за ним вниз. Колени Палыча уперлись в руки Сергея, и майор уже был готов заломать лейтенанта, но не тут-то было. Извернувшись, существо как пушинку сбросило с себя Палыча, и, шипя, навалилось на майора.

- Стреляй! – голос Алексея задрожал.

Ночную мглу разрезали три гулких выстрела…

…Палыч, тяжело дыша, сидел на земле, непонимающе смотря на лежащий рядом труп Сергея. Два из трех выстрелов, сделанных Сашей попали в цель: один в плечо, другой чуть выше, в шею, взорвав сонную артерию вулканом кровяных брызг, заляпавших майора с ног до головы. Третий выстрел лишь оцарапал бедро лейтенанта. Существо билось в конвульсиях, по его телу шла легкая дрожь. Саша медленно опустил пистолет. Пальцы сжимавшие приклад посинели, но парень не ослаблял хватки. Игорь, обнявшись со своей супругой, стояли чуть в стороне. В нескольких шагах от них расположился Алексей, не сводивший взгляд с бившегося в конвульсиях Сергея. Опершись руками о землю, Палыч медленно поднялся на ноги и покачал головой.

- Этого не может быть, – сказал он.

На  лице майора скользнула улыбка с оттенком недоумения.

- Добейте его, – Алексей испытывающе посмотрел на майора. – Его надо добить.

Палыч в ответ покачал головой.

- Он мертв, этого не может быть…

- Ты мне сам говорил, что веришь только своим глазам, так поверь им, – Алексей посмотрел на Сашу. – Добей его.

Парень покачал головой.

- Он мертв.

- Палыч, ты что не понимаешь того, что я тебе говорю? – проорал Алексей.

- Он мертв, и я не собираюсь глумится над телом друга!

- Если не можешь ты, тогда давай это сделаю я!

- Нет!

Майор повернулся к трупу. Он сам понимал, что это нужно сделать, нужно его добить. Тело лейтенанта бившегося в конвульсиях еще жило. Возможно, в нем больше не было сознания, разума, но оно жило. Он вздохнул.

«Позволь ему сделать это».

- Ты должен сделать это, – повторил Алексей.

Существо, извиваясь, перевернулось на спину, и то, что Палыч увидел в следующий миг, заставило майора вздрогнуть. Глаза лейтенанта моргая смотрели на него. Кисти рук принялись судорожно хватать помятую траву – тело пыталось встать. Палыч почувствовал, как в висках, словно удары молота застучал пульс.

- Игорь, Инна – к машине.

Ребята, не заставляя себя просить дважды засеменили к автомобилю.

- Леша, он живой. Я не знаю, как это может быть, но он живой… Сережа?!

Последнее было лишним. Палыч прекрасно понимал, что перед ним сейчас вовсе не Сергей. Пальцы скользнули по пистолету в кобуре.

«А вдруг это он? Вдруг это болезнь? ЗАРАЗА?».

- Нет… – прошептал майор.

Это не мог быть Сергей. Сергей умер, умер еще час назад, когда в него выстрелили в упор. Это не мог быть он.

- Стреляй! – крикнул Алексей.

Труп, опершись о землю, приподнялся. Тело лейтенанта занесло в сторону, но через несколько секунд Сергей уже стоял на четвереньках.

- Дай мне пистолет, – Алексей двинулся к Саше.

Но майор, не дожидаясь, пока парень выстрелит или отдаст пистолет Алексею, выхватил свой «Макаров» из кобуры и вытянув вперед руку прицелился.

- Сергей, если это ты, если ты меня слышишь, стой.

Тело лейтенанта медленно поднялось на ноги: в его движениях появилась координация.

- Сергей, стой.

- Труп медленно двинулся в сторону майора, не сводя с него глаз. Палыч неуверенно отступил.

- Сергей!

- Он мертв Палыч! Это не он, это какое-то дерьмо!

- Это зараза, – буркнул Саша. – Зараза.

Палыч, отступая, качал головой.

- Сережа, не надо.

Дуло пистолета скользнуло вниз и когда прицел «Макарова» застыл на левой ноге лейтенанта, Палыч выстрелил. Но труп лишь отбросило назад. Пригнувшись, он зашипел.

- Стреляй же! – проорал Алексей.

Изнутри лейтенанта послышался непонятный чавкающий звук: по подбородку лейтенанта скатилась струйка перемешанного с кровью гноя и, застыв на несколько секунд, он выпрямился, продолжив движение.

- Все к машине! – крикнул Палыч.

Существо, казалось, только набирало ход. Сделав несколько шагов назад, майор, прицелившись в коленную чашечку спустил курок. В ушах неприятно хрустнуло: коленка трупа взорвалась. Пошатнувшись, лейтенант зашипел и, сделав несколько шагов, бросился на отступавшего Палыча. Майор поднял пистолет и прицелившись спустил курок. Пуля угодила прямо в голову Сергея, но тело, упав через какие-то мгновения вновь стало подниматься на ноги. Палыч, обхватив скользкими руками пистолет, одну за одной выпустил все оставшиеся в обойме пули: лейтенант рухнул на землю.

- В машину! Все в машину! – Палыч, опустив пистолет, открыл заднюю дверцу «Hyundai» и вслед за Игорем и Алексеем запрыгнул на заднее сиденье автомобиля.

- Дави на газ!

Глава 9

Откинувшись на заднее сиденье «Hyundai», Палыч молча всматривался в синее звездное небо. Часы показывали половину пятого. Мысли, судорожно метавшиеся в голове, не укладывались в сознании. Неприятно пульсировало в висках. Нет, все это было… ГЛУПО?

«Надо что-то с этим делать».

Майор вздохнул и помассировал указательными пальцами виски.

«Надо что-то делать. Вот только что?».

Автомобиль уже около двадцати минут ехал по старой изрезанной проймами дороге. Вокруг ни одного указателя, ни вывески, только перекресток, от которого шли две дороги – на Северо-Восток и на Восток. Они завернули на первую, вторая же, видимо, шла параллельно южной столице. А за обочиной только лес. Причем не лесополоса, как было раньше, а именно лес, густой лесной массив, километр за километром оставлявший позади их «Hyundai» то место.

Палыч зажмурился.

«Не думай об этом».

Он стиснул зубы. Легко сказать. Если не думать об этом, то о чем тогда? О футболе?

«К чертям!».

Майор потянулся за сигаретой и, зажав ее в зубах, обросил взглядом остальных.

- Я закурю?

Игорь бросил взгляд в зеркало заднего обзора, но тут же перевел его обратно на дорогу, лишь на секунду задержав взгляд на своей супруге. Инна опершись плечом о дверцу автомобиля молча смотрела за обочину.

- Да, конечно, только опустите стекло, я не переношу запах табачного дыма. Майор кивнул и, опустив стекло, закурил.

- Угостишь меня сигаретой? – Алексей указал на лежащую в коленях Палыча пачку.

- Бери, – он протянул Алексею пачку. – Тоже закурил?

- Думаешь, при нашем-то счастье можно по-другому?

- Ты прав.

Завязавшийся было разговор на этом иссяк. Майор затянулся и закрыл глаза.

«Еще раз по полочкам разберем то, что происходит. Еще раз».

Несколько затяжек помогли сосредоточиться, и Палыч задумался.

«Живой труп… Дерьмо какое-то, не забивай себе голову чепухой,» - майор попытался отбросить навязчиво лезшую в голову мысль, но вопрос не отступал: «Что происходит?».

Пальцы сжались, расплющив фильтр. Можно было гадать, рассуждать, выстраивать все логически, но ответа все равно не было. Какая-то инфекция?  Чернобыль. 1986? Сергей? Все это, как салат, перемешалось в голове. Догадки. Почувствовав, как никотин вперемешку со смолой накопился во рту, Палыч сплюнул. Язык неприятно прилипал к небу.

«А что если… - Палыч зажмурился. – Нет, такого просто не может быть…».

Он открыл глаза и посмотрел на сидящего рядом Алексея, повернулся к дверце с опущенным стеклом, выкинул окурок и плавно опустился на сидение, поправив взмокшую форменную рубашку на груди.

«Во всем этом разберутся. Ни я, так другие. Но я знаю точно лишь одно: виновные получат по заслугам».

Палыч прикусил губу. Нужно было выбираться отсюда. Как? Куда? Ситуация была таковой, что никто из пяти людей сидящих в машине  не знал, куда они едут. Шок только сейчас начал уходить на второй план. До этого ни Игорь, ни сам майор не то что не смотрели на карту, они даже не разговаривали, впрочем, как и все остальные.

- Игорь?

- Да.

- У тебя есть карта?

Парень кивнул.

- Да, мы с супругой как раз ехали с отдыха, и я недавно приобрел карту области. Она в бардачке, – голос Игоря звучал сдавленно.

- Я воспользуюсь ей?

- Конечно.

Парень открыл бардачок и, вытащив оттуда спрятанную в футляр карту, не оборачиваясь, протянул ее майору.

- Спасибо.

Достав карту из футляра, майор развернул ее и, найдя Ростов, остановил палец прямо напротив надписи. Уже через несколько секунд его взгляд остановился на том месте, откуда они с Сергеем выехали пару часов назад. Он медленно перенес палец в эту точку и скользнул им обратно – в сторону столицы южного округа. Практически по прямой, минуя поля, села, линия закончилась у Ростова.

Палыч покачал головой.

«А ты думал, что за те несколько месяцев, что ты не был в области, что-то изменится? Появятся новые дороги?» - он вернул взгляд к Таганрогу и еще раз, уже взглядом, измерил расстояние между городами: «Похоже этот злосчастный тоннель находился где-то здесь».

Палец майора остановился на карте.

- Игорь, вы же ехали с моря?

- Да.

- Откуда именно? По какой дороге вы ехали обратно?

Парень пожал плечами.

- Я точно не помню, как называлась наша трасса. Но она отмечена чернилами. Я ставил точки на каждом повороте. Последний должен обозначать ту трассу, по которой мы ехали до перекрестка.

Палыч кивнул и вернул взгляд к карте. Жирная точка стояла жирнее Таганрога на довольно крупном дорожном разветвлении.

- Дальше вы ехали без поворотов?

- Да, первый раз я завернул, только встретив вас.

Трасса, отмеченная Игорем тянулась по карте вверх, к северу, шла через Таганрог и сливалась с той трассой, по которой они ехали с Сережей, где затем пересеклись с трейлером Александра, а затем и с автомобилем супругов.

- Саша, как я понимаю ты ехал по этой же дороге?

- Конечно.

Палыч вернул взгляд в ту точку, где застыл его палец. Медленно он повел палец вверх, ища тот поворот, на который они завернули. Это должно было располагаться в нескольких километрах от того места. Здесь. Палыч остановил взгляд.

«Нет, вряд ли».

Рядом с главной трассой в той точке не было поворотов. Сплошная полоса. Ближайший поворот находился намного ниже – примерно в сорока километрах.

«Странно».

Майор поспешно проследил трассу еще выше. Нет. Там был только тот перекресток, который находился в сорока километрах севернее. К тому же на нем разветвлялись не две, а три дороги.

«Интересно».

- Юра, мы нашел, где мы едем сейчас? – Алексей все это время смотревший на карту поднял глаза.

- Нет, я не могу найти последнего разворота.

Палыч заметил, как напрягся Игорь, тут же уставившийся на Палыча через зеркало заднего обзора.

- То есть как? Вы не можете найти дорогу, по которой мы едем?

Палыч кивнул.

- Да, именно так. На карте не обозначено никакого поворота.

Все это время молчавший Саша повернулся к майору и внимательно посмотрел на лежащую на его коленях карту.

- Может быть, она старая?

Алексей покачал головой.

- Не уверен. Обозначена прошлым годом.

- Обозначить могут все, что угодно. Но, – Палыч указал пальцем на карту, – как видите здесь нет никакого поворота.

Боковым зрением майор заметил, как у Игоря задрожала нога.

- Получается, мы даже не знаем, куда едем? – спросил Игорь.

Палыч пожал плечами.

- Похоже, что так, ребята.

Игорь нервно улыбнулся.

- Я лишь хочу напомнить, что в моем бензобаке практически не осталось топлива…

- И как я могу понять, у тебя нет запаски, канистры в багажнике? – спросил Алексей.

- Именно так.

- Так какого ты не слил в канистры бензин, когда заправлялся? – в интонации Алексея сквозило раздражение.

Майор заметил, как сжались его кулаки. Игорь, ничего не ответив, вжался в кресло и уставился на дорогу.

- Леша, парень не мог предположить, что так получится! Кто мог знать, что здесь не будет ни одной заправки.

Алексей, медленно разжав кулаки, бросил на майора взгляд, но ничего не ответив, посмотрел на дорогу. Палыч, положив карту в футляр, протянул ее обратно Игорю. Все это напоминало какую-нибудь слоенку из дешевой кондитерской: одна проблема, слой за слоем, накладывалась на другую.

«Мы заблудились… Ночь, трасса, которая ведет непонятно куда и ни одной машины вокруг».

Если верить показателям панели, то бензин должен был кончиться через двадцать, может быть, тридцать минут.

«Что делать?».

- Саша, как ты себя чувствуешь? – Палыч обратился к пареньку.

Не хотелось верить, что та штука, тот запах, который они почувствовали все вместе, мог что-то сделать с Александром. Вроде бы парень держался молодцом. Первоначальный провал памяти, на который пенял майор, отсутствовал, пока никаких симптомов. Но все же… Сердце сжимало беспокойство.

- Все в порядке, – казалось, майор вырвал Сашу из какого-то своего мирка, в который парень погрузился сейчас.

- Дай Бог… Игорь притормози, давайте остановимся у обочины и все обсудим.

Парень не говоря ни слова по привычке включив поворотник, завернул на обочину. Через секунду он выключил мотор. Палыч, оторвал спину от сиденья.

- Ребята, я прошу секундочку внимания.

Игорь, сидевший на водительском сиденье развернулся в полоборота и посмотрел на Палыча, однако Инна, которая никак не могла прийти в себя, не шелохнулась, по-прежнему рассматривая раскрывшийся за обочиной пейзаж. Алексей улыбнулся.

- Если ты хочешь сказать, что мы в дерьме, то это мы и так знаем, – он подмигнул.

- Леша, сейчас мне не до шуток, послушай пожалуйста.

- Без проблем.

Палыч вздохнул.

- Так вот ребята, я думаю, глупо сидеть вот так вот, как мы сидим сейчас в духе: «мы ничего не знаем и наша хата так вообще с краю». Даже не буду у вас спрашивать, прав ли я, потому что сам знаю, что прав. А раз так, то давайте перестанем прикидываться. Мы чувствуем проблему, хотим разрешить, но никто не хочет рассмотреть проблему чуточку ближе – Палыч на секундочку замолчал – А ведь по другому ее не решить. Не так ли?

- Так, – согласился Алексей.

Остальные молча кивнули.

- Мы заблудились, у нас нет бензина, едем черт знает куда. Это проблема. Но она первородная.

- В смысле? – уточнил Алексей.

- В том смысле, что производной выступает отнюдь не она, все началось гораздо раньше. И я думаю, что большинству из вас совсем ничего не известно. Только пустые «что?», «почему?», да «как?». А ведь эта проблема. Я имею ввиду то, что есть сейчас, не что иное как результат всех предыдущих проблем. Того, что случилось со мной, Сергеем, Сашей. И когда как не сейчас нам всем вместе стоит задуматься над ее разрешением. Поэтому сейчас я расскажу вам все то, что происходило этой ночью с самого начала. Для некоторых я повторюсь, некоторым же, напротив, раскрою глаза – Палыч пожал плечами – Вы готовы слушать?

- Рассказывайте, – голос Игоря задрожал, и парень закашлялся.

Палыч медленно, вспоминая каждую деталь, пересказал все то, что происходило этой ночью до того момента, как они сели в «Hyundai».

- А ведь только первые выстрелы пришлись в колено и в ногу, – Палыч запнулся. Рассказ давался ему тяжело, и он почувствовал как намокли его глаза. Майор зажмурился и помассировал веки: – Затем я стрелял только и только в голову. Всю обойму, до конца, пули четыре точно, – он покачал головой. – Я не знаю, что это было.

На несколько секунд в салоне автомобиля повисло молчание. Тихо всхлипывала Инна, расплакавшаяся вновь, по мере того как Палыч вел рассказ. Алексей как ни в чем не бывало теребил пальцами обшивку переднего сиденья. Саша кивал головой. Игорь, не отрывая взгляд, смотрел в одну точку. Наконец, Алексей прервал молчание.

- Ты хочешь сказать, что это был оживший труп? Зомби, черт побери?

- Леша, ты сам все видел.

- Да, я видел, как от него отваливаются куски как от какой-нибудь инфицированной собаки, но ты сам сказал, что он надышался какого-то дерьма?!

- Да.

- Так, может быть, все это отсюда? Ты не думал, что он мог быть под каким-то наркотиком?

- Или последствия шока, прилив адреналина – прошептал молчавший до этого Игорь.

Алексей кивнул.

- Или что-то подобное.

Палыч пожал плечами и развел руки в стороны.

- Я думал над этим вопросом, но ничего не могу сказать. Я не знаю.

- Именно это самый правдоподобный вариант, – согласился Саша.

- Но если это так, если вы говорите о каком-то запахе, то откуда он взялся, почему он не затронул вас, а только вашего напарника? – спросил Игорь.

- Парень, мне интересно узнать это самому, – ответил Палыч.

- Но, скажите, как мы преподнесем все это представителям органов власти? Ведь наверняка будет заварушка, – похоже, что этот вопрос Игоря предназначался майору.

- Ты сначала вывези нас к этим представителям власти, – усмехнулся Алексей.

- Он прав, сначала нужно добраться до города. И только потом думать об остальном. А там, поверь мне, во всем разберуться. И кто прав, и кто виноват.

Игорь выдавил подобие улыбки. По его лбу медленно скатилась крупная холодная капля пота, которую парень даже не смахнул.

- Сейчас нам нужно в город. Ростов это будет или нет – уже без разницы. Повторюсь: у нас нет бензина, и мы заблудились. Не самое приятное сочетание проблем, – сказал Палыч.

- Да, выбора у нас немного, – Саша смахнул набок залезшие в глаза волосы.

- Поэтому нужно решать: либо мы едем дальше и понадеемся на авось, либо разворачиваемся и пусть по встречной, но едем обратно к перекрестку.

- И в принципе тоже надеемся на авось, – перебил Палыча Алексей.

- В принципе так, перекресток тоже не обозначен на нашей карте, и мы также поедем не зная куда. Решаем. Голосование, жребий?

- Палыч медленно перевел свой взгляд, скользя глазами по лицам окружающих. Когда глаза майора посмотрели на Инну, Палыч остановил свой взгляд на лице девушки. Инна перестала всхлипывать, теперь она размеренно качала головой из стороны в сторону.

- Я не поеду обратно, – сказала она, – Либо мы едем дальше, вперед, либо я никуда не поеду.

- Ты думаешь, что я буду слушать женщину? – Алексей подался вперед – Ты слышала, что сказал Юра? Либо жеребьевка, либо голосование.

- Я никуда не поеду. В этом случае можете оставить меня здесь.

Алексей стиснул зубы.

- Я…

- Леша, не дури – Палыч положил руку на плечо товарищу – Пожалуйста.

Майор посмотрел на Инну.

- Почему ты не поедешь? Мы даже еще ничего не решили.

Инна сдавленно улыбнулась.

- Поймите, туда нельзя возвращаться, – она всхлипнула, и Игорь, протянув руки к супруге, обнял ее.

- Почему ты так думаешь, дорогая?

Девушка прижалась к мужу и посмотрела своими красными, влажными от слез глазами на Палыча.

- А вы не заметили?

- Что? Что я должен был заметить?

- Вы говорили о тоннеле, в котором вы с напарником и врезались в «десятку».

- Да, говорил.

Инна вздохнула.

- Разве вы не заметили, что никакого тоннеля, когда мы ехали, не было и в помине…

В салоне вновь повисло молчание. Палыч машинально нащупал в кармане сигареты.

«А ведь это так… ни грузовика, ни тоннеля, который вообще, по идее, должен был быть перекрытым, они не видели» - майор задумался.

- Итак, голосуем, Игорь?

- Дальше. Я поддерживаю Инну.

- Саша?

- Тоже.

- Леша?

- Вперед – так вперед, я согласен.

Палыч кивнул.

- Хорошо, я тоже согласен, поехали.

Игорь потянулся к ключу в коробке зажигания, но не успел завести автомобиль, – его остановил Саша.

- Но мы не решили другую проблему.

Палыч обернулся.

- Что ты имеешь ввиду?

- У нас практически нет бензина, боюсь, что мы не успеем доехать до Ростова.

Майор покачал головой.

- Это не принципиально. Это не принципиально, мы заедем в любой другой город или село или населенный пункт. Сейчас главное связь, нам нужен телефон.

- Пацан правильно говорит. Бензин может закончиться еще до того как мы доберемся куда-либо, – заметил Алексей.

Палыч развел руками.

- Я не могу поспорить, но и не могу ничего предложить. Разве что идти пешком, когда кончиться бензин. Или есть другие варианты?

- Нет, едем.

Бензина оставалось совсем чуть-чуть. Стрелка приближалась к нулевой отметке, затерявшись где-то на самом краю шкалы. Палыч нервно перебирал зажигалку. Нет поворота не было. Не было даже вывески. Ни одной бензозаправки.

«Если в течении нескольких минут ничего не измениться, дальше придется идти пешком,» - пронеслось в голове.

***

«Ну что же, я могу подвести черту, поздравляю, ты молодец,» - исчезнувший было внутренний голос появился вновь, и Саша заерзал на сиденье. На заднем сиденье, где помимо его сидели еще два здоровых мужика, было весьма тесно, и его правое плечо за те двадцать минут, что они ехали в машине, успело затечь.

«Ты к чему клонишь?».

«Да все к тому же, мой милый. Ты вообще отдаешь себе отчет в том, что если бы не таблетки терпинкода, все сейчас было бы совершенно иначе».

Саша закрыл глаза.

«Знаешь, но мне кажется, я уже это слышал».

«Не лишним будет напомнить. Повторение – мать учения, - внутренний голос сделал паузу. – Хотя к чему я все это говорю, если я даже не закончил школу».

Эти слова, впрочем, как и все остальное, что говорил внутренний голос, звучали с упреком.

«Мне безразличны твои рассуждения, скажу больше: ты зря стараешься, я все равно не буду слушать твои заумные речи».

Внутренний голос усмехнулся.

«Пусть. Если ты не считаешь мои рассуждения заумными, не хочешь слушать их, это твое право. Но я позволю себе заметить, что мои рассуждения вовсе не заумны, нет. Они здравы. Кто, как ни я, указал тебе на то место, где лежали ключи».

Саша почувствовал, как заходили жевалы.

«Знаешь, спасибо тебе на этом, я мог догадаться бы и сам, не сразу, конечно, но сам и без чьей-то бы ни было помощи!».

«Кто бы сомневался. А вообще, парень, я появился для того, чтобы помочь тебе. Замечу, искренне, от всей души. Видел бы ты, какая каша сейчас у тебя в голове! Такое не придумает даже терпинкод».

Внутренний голос был прав, в голове сейчас действительно царил полный хаос. Кровь пульсировала в висках, отражаясь извечным «бум-бум-бум» в голове, а внутрь черепной коробки как будто накачали гелий. Но даже среди такого внутреннего бардака уже несколько раз всплывали мысли, тянущие сознание, и воспоминания недалекого прошлого – того, что произошло у обочины двадцать минут назад. И того, что невозможно было объяснить.

«Ты прав, все плывет, но мне совсем не хочется , по крайней мере сейчас, возвращаться даже мысленно к тому, что произошло на обочине. Ты ведь про это?».

«Да Саша, я про это. Сразу скажу тебе, что на сей раз я сам ушел не так далеко,  сам ничего не понимаю. Так что, желая помочь тебе, я одновременно хочу помочь и себе. Правда, вот такое сотрудничество далеко не равноправно…».

«Я уже было всерьез подумал, что ты решил мне помочь. А ты все за свое».

«Ну уж извини, но факт остается фактом».

Саша зажмурился и оперся затылком о верх сиденья.

«Я не хочу сейчас разговаривать. Ни о чем».

«Но…».

«Что «но»? - перебил внутренний голос Саша, – Или ты можешь объяснить мне, что произошло на обочине двадцать минут назад? Не можешь?! Нет! Тогда молчи в тряпочку, мне сейчас не до тебя!»

Саша поерзал на мягком сиденье «Hyundai». Все далеко не так просто, как хотелось бы. Увы. Жизнь? К черту такую жизнь. Он уставился в мелькавшие за окошком машины деревья. К черту такую жизнь, в которой от тебя не зависит ничего. Он окинул взглядом людей, сидящих в машине. Какой-то час назад Саша даже не то что не знал, он даже не видел ни одного из этих людей ранее. А теперь он сидит бок о бок в салоне автомобиля. И во многом от них теперь зависит его судьба.

«Дурная вещь, когда ты не знаешь, что ждет тебя впереди, не можешь объяснить себе что произошло раньше и при этом не можешь даже ничего сделать… Тут меня даже никто не будет слушать».

«Ты прав, никто. Скажу тебе честно, меня удивляет твоя рациональность и спокойствие в такую минуту».

«Знаешь, я бы лучше понервничал, снял стресс, но у меня это не получается. Это болото: один неверный шаг – и ты полностью в трясине».

К удивлению Александра, внутренний голос на этот раз промолчал, ничего не ответив. Возможно, и к лучшему, а с другой стороны – нет… Давящая, гнетущая тишина в его голове напрягала еще больше, чем диалог с внутренним голосом.

Александр чуть заметно улыбнулся.

«А раньше я только и мечтал, чтобы ты заткнулся. Ну вот и дождался, теперь ты молчишь сам».

«Я думаю».

«И о чем же, если не секрет?».

«Ты сам все прекрасно знаешь, это невозможно забыть, Саша-бой».

Он был прав, об этом невозможно было забыть. Об этом… Но о чем? О чем невозможно было забыть? Как можно было забыть о том, чего ты не знаешь, не понимаешь, о том, что не укладывается в рамки твоей логики и рассуждений? Саша почувствовал, как пульс в голове застучал еще сильнее.

«Я не хочу даже думать об этом?».

«Придется, Саша, невозможно вычеркнуть это из памяти. Невозможно».

«Да пошел ты! Я даже не вспоминал об этом, пока не появился ты!».

«Не вспомнил бы сейчас, так вспомнил бы потом».

Саша ничего не ответил.

«Мне нельзя забивать себе голову этим, - мелькнуло в голове. – Нельзя».

Он вновь обвел взглядом сидящих в салоне людей.

«Сейчас от меня ничего не зависит,» - мысль неустанно точила сознание, Саша понимал, что это действительно так и от него сейчас не зависело ровным счетом ничего НИ-ЧЕ-ГО. – «Господи, но что же мне делать со всем этим?».

Где-то далеко позади остался груз, где-то не так уж далеко впереди ждал следующий перекресток, указатели которого показывали несколько направлений: смерть, срок или подпольная жизнь. Одно из трех. Саша понимал, что ему не оправдаться перед боссом. Но были и два других варианта. Он мог получить срок и отсидеть, после чего о нем бы все забыли, либо же скрыться, изменить фамилию и уехать из области, скажем, в Краснодар или в Ставрополь…

«Как видишь, Саша, не все так плохо, как кажется на первый взгляд. За исключением самого первого варианта разумеется. По крайней мере, исходя из того положения, в котором ты оказался. Мне кажется, другого не дано, смирись с этим».

«Ты прав, – Саша задумался. – В том положении в котором я нахожусь сейчас, особо не разгуляешься».

«Либо так, либо ты сделаешь себе только хуже».

«Спасибо за одобряющие слова, но хуже, чем сейчас, уже не может быть по определению».

Неприятно болела голова…

***

Алексей молча всматривался в расстилающуюся впереди дорогу, ловя взглядом любые кочки, трещины на ней. Сейчас нельзя было пропускать даже самую мелочь. Эта штука, которую Юра ласково называл «лежачим полицейским», может сыграть злую шутку с их авто здесь и сейчас. А этого ни в коем случае нельзя было допускать. Ни в коем. И Алексей это прекрасно понимал. Ведь от этого зависело многое, если не ВСЕ. Впрочем его внутренняя сосредоточенность не мешала Алексею периодически перекидываться фразами со своим боевым товарищем Палычем. Но все же это было второстепенно. Как было второстепенно и то, что произошло получасом ранее. Глупо было бы обращаться к прошлому, если есть настоящее, то, что происходит сейчас, и это гораздо важнее того, что происходило. Прошлое, увы, нельзя изменить, чего не скажешь о настоящем. Поэтому вспоминать что-то из произошедших событий глупо.

«Можно сказать, бессмысленно,» - подумал Алексей.

Подмечать – да: из прошлого ведь можно вывести будущее и объяснить настоящее. Но нужно ли это? Алексей мысленно покачал головой. Нет. Нужно ориентироваться в том, что есть сейчас, и действовать, исходя из того, что происходит, а не из того, что происходило.

«И это правильно».

Автомобиль продолжал ехать со скоростью не больше шестидесяти километров в час, и Алексей мог внимательно наблюдать за тем, что происходило как на дороге, так и на ее обочине. Все тихо. Но к лучшему ли это? Он задумался. Ситуация, в которую он попал сейчас, совсем не была безоблачной, и сконструировать, рационально построить и продумать что-то было очень тяжело. Алексей стиснул зубы, почувствовав, как пошатнулся один из его вставных зубов. Нужно думать, но мысли никак не хотели давать ход воображению.

«Расслабься».

Нужно было расставить все по своим местам. А после этого сориентироваться в происходящем и подумать над тем, что делать дальше. Нужно было понять один он здесь или нет. Алексей покосился на Палыча. Друг это или все же нейтральный человек, а если друг, то поможет ли это? Станет ли Палыч прикрывать? Поможет? Мысли в голове продолжали менять одна другую.

«Я пристрелил его напарника, - пронеслось в голове. – Не специально, но пристрелил».

Алексей задумался. Нестандартная ситуация. Возможные нестандартные решения. Что? ЧТО? Мысли, лезшие в голову вытесняли друг друга и путались.

«Стоп, хватит! Тебе надо прийти в себя,» - попытался успокоить себя Алексей. Он закрыл глаза.

«Итак, что я имею сейчас?».

Он открыл глаза. Нужно исходить из минимума. А максимум, даже если он невозможен, может стать самой что ни на есть приятной неожиданностью.

«Но думать о чем-то сейчас… вернее всего вычеркнуть удачу,» - подумал Алексей.

А если так, то его положение было не самым радужным. И он это понимал.

«Я один».

Глава 10

- Мне кажется я вижу поворот, – Палыч приподнялся с сиденья, схватившись руками за передние кресла и всмотрелся в ночную мглу, местами разрезанную светом фар «Hyundai».

- Юра, ты уверен?

- Как никогда?

- Вы видите поворот? – Игорь прищурившись посмотрел вдаль трассы.

Палыч кивнул.

- По левую сторону. Саша, ты видишь?

- Вы уверены, что это поворот? – спросил Саша.

- Да. Игорь, останавливай машину.

Задумавшаяся было Инна выпрямилась и, схватив Игоря за руку, начала трясти супруга.

- Игорь, я вижу, останавливаемся.

Наконец, поворот увидели и остальные. С левой стороны обочины в нескольких десятках метрах от того места, где ехал автомобиль, от дороги сворачивала узкая утоптанная полоса земли.

- Вы правы, нужно остановиться, туда не въедешь, но если мы остановимся, то дальше пойдем пешком, – Игорь обернулся к сидящим сзади Палычу, Саше и Алексею. – Бензина нет.

Майор вздохнул.

- Ты же понимаешь, что если не здесь, то мы заглохнем через метров пятьсот?

Игорь кивнул.

- Так что, я останавливаюсь?

- Да.

Включив поворотник, Игорь остановил «Hyundai» у обочины и, выключив мотор автомобиля, повернулся вполоборота. Палыч обвел присутствующих взглядом. То, что происходило сейчас в голове майора, напоминало некий ураган: мысли и даже их обрывки не умещались в голове.

- Ребята, я предлагаю выйти из машины. Нужно осмотреться.

Майор повернулся к Саше.

- Открой дверь, выйдем с этой стороны.

Саша молча нащупал ручку на дверце, открыл ее и вылез из машины. Следом из машины вылез Палыч, тут же осмотревшись по сторонам и поправив соскользнувшие было вниз автоматы. Следом за ними из машины вылезли Алексей и Игорь. Чуть помедлив, из автомобиля вылезла и Инна. Игорь, протянув руку, обнял супругу и прижал ее к себе.

- Все будет хорошо, милая, – он нежно поцеловал девушку в лоб.

- Нужно обойти машину, – Алексей указал на фары «Hyundai», - отсюда засвечивает.

Палыч кивнул:

- Обходим.

На секунду остановившись, чтобы захлопнуть двери, Палыч обошел автомобиль. За ним двинулись остальные Небольшая полоска земли, которую сложно было назвать дорогою, тянулась от обочины в глубь леса, и примерно в пятидесяти – шестидесяти метрах от трассы можно было разглядеть силуэт какой-то одноэтажной конструкции.

- Ты видишь? – Алексей покосился на майора.

- Да.

- Мы пойдем туда? – спросил Игорь.

- А у тебя есть другие варианты? – ответил вопросом на вопрос Палыч.

Игорь покачал головой.

- Но мы не знаем что там, тем…

- Там может быть связь, парень, – перебил Игоря Алексей.

- Он прав, там может быть связь, – согласился Палыч.

- Но, майор, помимо связи там может быть еще кое-что, – в разговор вступил Саша: – Не стоит забывать об этом, – он запнулся. – Я думаю вы понимаете, о чем я?

- Я понимаю, поэтому у тебя для этого есть оружие, – сказал майор.

Саша погладил выступающую из-за ремня ручку Макарова. Палыч обернулся к Игорю.

- Держи, парень, – он, вытащив табельный пистолет Сергея, протянул его Игорю. – Ты знаешь, как с этим обращаться?

- Да, – подтвердил Игорь.

- Хорошо, тогда объясни и своей супруге, – Палыч протянул Инне свое табельное оружие, но девушка покачала головой.

- Я не возьму это, майор. Я не собираюсь ни в кого стрелять и даже не смогу сделать это.

Палыч кивнул.

- Что же, муж и жена – одна сатана, – он улыбнулся и, вздохнув залез в карман, повернулся к Алексею, достав из кармана ключи от наручников.

- Леша, держи. Сам сможешь открыть?

- Да, – Алексей поймал ключи и уже через секунду освободил руки от наручников и передал их обратно Палычу.

Спрятав их, майор поднял глаза и обвел взглядом застывших Сашу и супругов.

- Я прошу вас не удивляться. Я сам – ветеран Афганистана, а мы с Алексеем служили вместе. Я думаю, никто не будет против опытного бойца, – Палыч стряхнул с плеча один из двух АК и протянул его Алексею – Я верю тебе, брат.

- Спасибо, Юра.

Палыч, секунду помедлив, обернулся к Саше и супругам, которых неожиданные действия майора поставили в тупик.

- Этому человеку я доверяю как себе, – он развел руками. – Ну что, ребята, я думаю, пора идти. Или есть вопросы?

Палыч еще раз внимательно посмотрел сначала на Игоря с Инной, а потом на Александра. Супруги молча переглянулись. Игорь, перехватив пистолет из одной руки в другую, вставил его за пазуху.

- Мы готовы.

Палыч перевел взгляд на Александра.

- Саша?

Парень пожал плечами.

- Идем, я готов.

- Вот и хорошо, – протянул майор, – пойдем так же, как мы стоим сейчас. Впереди я с Лешей, сзади – ты, – он указал на Сашу, – и вы с Инной. Так и пойдем. Есть возражения или предложения другого рода?

Палыч несколько секунд помолчал, но никто не сказал не слова.

- Отлично, тогда идем, – майор перекинул через плечо сползший АК и медленно двинулся вглубь леса по отходящей по трассе тропинке. За ним последовали и все остальные. К удивлению, уже через несколько метров вглубь леса практически исчез свет фар автомобиля, которые Игорь оставил включенными, решив, что их освещение поможет гораздо быстрее добраться до одноэтажного домишки, затерявшегося в лесу. Тем не менее, дом все же был виден достаточно отчетливо. А всмотревшись в него, Палыч понял, что у входа в избушку висит масляная лампа, которая хоть и не горела ярко, освещая все вокруг, все же мерцала неким подобием света, пробивавшимся через испачканное маслом стекло. Кроме того, блики света можно было различить и в одной из комнат старого дома. Похоже дом, несмотря на ужасный внешний вид, имел своего хозяина. Палыч обернулся к идущему рядом Алексею.

- Мы не ошиблись, в доме кто-то есть.

- Егерь? – Алексей на мгновение поймал взгляд майора.

- Думаю, да. У него должна быть связь. Если не мобильный, то стационарный телефон, который нам и нужен.

Домик напоминал собой скорее барак, нежели какое-то жилое здание. И даже иддалека, толком не рассмотрев его, Палыч предположил, что хозяин строил его сам, используя подручные средства. Роль стен выполняли бревна деревьев, крыша была сделана из шифера.

- Жутковатое местечко, как здесь вообще можно жить? – Инна, вздрогнув, прижалась к мужу.

- Думаю, жутковато будет тем, кто встретит такой вот караван в ночном лесу, – Саша улыбнулся, но поняв, что шутка оказалась неудачной, замолчал.

Уже через несколько мгновений вся группа оказалась напротив входной двери, а точнее крыльца, которое метра на два выступала из дома. На крыльцо вели несколько обшарканных ступенек. Палыч медленно обвел взглядом сначала крыльцо, а потом и весь дом. На крыше красовалась дымоходная труба из начавшего разваливаться белого кирпича. К дому не вели никакие провода, на крыше не было никакой антенны, а рядом с домом Палыч не заметил никаких столбов, через которое могли бы подаваться провода электричества и связи. Только в нескольких метрах от дома стояла будка, видимо выполнявшая роль туалета.

«Интересно».

Майор похлопал себя по карманам. Удостоверение, которое могло пригодится здесь как никогда, лежало в левом кармане брюк.

- Вы думаете, здесь кто-то есть? – спросил Игорь.

- Сейчас проверим, – Палыч аккуратно взобрался на крыльцо. Под ногами противно скрипнули прогнившие доски. Краем глаза майор заметил, как в комнате в которой горел свет скользнула тень: – Сейчас проверим, – прошептал он.

Палыч, обернувшись, посмотрел на стоящих сзади ребят, подошел к входной двери и, не найдя звонка, постучал.

- Откройте, нам нужна помощь.

За дверью была тишина.

- Попробуйте еще раз, майор. Сейчас поздняя ночь, и хозяин может спать – Саша одним прыжком оказался рядом с Палычем и постучал в дверь.

- Откройте. Мы заблудились, а в нашей машине кончился бензин. Нам нужна помощь.

Палыч заметил, что движение за стеклом повторилось, и оттеснил рукой Сашу от двери.

- Там кто-то есть, – шепнул он.

В доме, действительно, кто-то был. За входной дверью послышался шорох, и через несколько секунд раздался шаркающий звук одеваемых тапочек. Хозяин услышал неожиданно явившихся гостей. Вслед за Сашей Палыч сделал несколько шагов назад от двери. Послышался скрипящий звук: хозяин дома отодвинул крышечку дверного глазка.

- Кто? – голос дрожал, и Палыч понял, что за дверью стоит старик. – Что вам надо от меня? Учтите, я вооружен.

Палыч медленно поднял руки вверх, кивком головы показав, чтобы стоящий рядом Саша сделал тоже самое. Парень медленно поднял руки.

- Мы заблудились. Мы заблудились, связь не работает, а у нас кончился бензин. Нам нужна помощь.

Похоже, что старик за дверью замялся.

- Как вы попали сюда? – спросил он.

- Мы не знаем, мы заблудились. Этой дороги нет ни на одной карте.

Старик за дверью хмыкнул.

- А с чего ей быть, если она не достроена, она ведет в тупик.

Ребята молча переглянулись.

- Ладно, чего вы хотите от меня? – в голосе старика можно было легко прочесть раздражение. – Почему я вообще должен вам верить? Если я старый, это не значит, что я слепой и я прекрасно вижу ваше оружие. Но предупреждаю, что у меня в руках отличная двустволка и двоих из вас я заберу на тот свет.

Палыч замялся, но на помощь ему пришел Алексей.

- Поймите, вооружиться нас вынудили обстоятельства, – сказал он.

- К тому же перед вами майор милиции, – добавил Игорь, – вы можете нам доверять.

Старик зацокал.

- Не слепой, дорогие мои, форму и звездочки я могу купить на любом рынке.

- Я могу показать вам удостоверение, - Палыч медленно опустил руку в карман брюк и достал оттуда служебное удостоверение. – Если хотите, я могу поднести его к глазку.

- Валяй, - майор протянул удостоверение к глазку. Несколько секунд за дверью висела тишина: - Вы говорите, что попали сюда случайным образом? – протянул старик.

- Да, мы ехали в город, – подтвердил майор.

- И у вас кончился бензин?

- Да.

Старик за дверью методично зацокал.

- Вот те на. От судьбы не уйдешь.

Палыч нахмурил брови и, поймав на себе вопросительный взгляд Саши, пожал плечами.

- А скажите мне, ребята, – продолжил старик, – Вы ехали в город, а в какой?

- В Ростов, – майор сложил удостоверение и спрятал его обратно в карман.

- В Ростов, значит, а откуда? С юга, севера? Откуда вы ехали в Ростов?

- С юга, но заблудились.

Старик за дверью что-то промямлил себе под нос.

- Хорошо, я пущу вас в дом. Но прежде сложите все свои игрушки у моей двери и отойдите. Я жду.

Палыч, переглянувшись с Алексеем, положил у двери свой автомат. Его примеру последовали все остальные, и ребята отошли на несколько метров от крыльца. Скрипнул дверной засов, и через мгновение дверь, висевшая на ржавых петлях, открылась. В проходе стоял старик, которому на вид было далеко за семьдесят. В руках у него находилась двустволка, о которой он напоминал несколько минут назад.

«Не соврал,» - мелькнуло в голове майора.

Старик был небольшого роста, жилистый, с торчащими во все стороны седыми волосами.

- Заходите. Сейчас только уберу ваши игрушки с крыльца. Негоже валяться добру.

Старик, схватив в охапку оружие, перенес его в дом, откуда послышалось:

- Заходите. Только я предупреждаю, я по-прежнему вооружен.

- И опасен, – съязвил Алексей.

Еще с секунду постояв у крыльца, Палыч поднялся по ступенькам и перешагнув порог зашел в дом. За ним последовали все остальные.

***

Как и предполагал майор, в доме не было электричества. В комнате, в которую пригласил зайти старик, горела свеча. Палыч мимолетным взглядом окинул коридор перед тем, как зайти в комнату вслед за стариком. Всего в доме было три комнаты, одна из которых была, видимо полностью отведена под камин. Палыч заметил небольшую связку дров, выглядывающую из комнаты. На полу лежал старый, потрепанный временем ковер серого цвета. Стены же, за исключением двух висевших на них керосиновых ламп, оставались голыми. Внутри дома было достаточно прохладно, а в нос бил застоявшийся запах плесени и сырости. Палыч, чуть пригнувшись, зашел в комнату вслед за стариком. Высота дверей в доме не превышала навскидку 180 сантиметров. Следом за ними зашли остальные. Посреди комнаты стоял небольшой прямоугольный стол, и старик, кряхтя пододвинул к нему несколько стульев, а нагнувшись, достал из-под стола два табурета.

- Вон, присаживайтесь, а я, если вы не против, понежусь в креслице, – он указал на стоящее в углу комнаты кресло. Палыч краем глаза заметил у противоположенной стены второе такое же кресло.

«Видимо, он здесь живет не один».

Опершись на свою двустволку, старик, крякнув, плюхнулся в кресло и, положив ружье на колени, нахохлился.

- Присаживайтесь, присаживайтесь, – протянул он. – В ногах правды нет.

Палыч кивнул.

- Благодарю, – пододвинув к себе ближайший табурет, майор присел.

Второй табурет занял Алексей, остальные расположились на стульях.

- Вот так, – сказал старик. – А теперь не торопясь, подробнее расскажите мне о том, что стряслось.

Ребята переглянулись, и Алексей поднял руку, чтобы старик обратил на него внимание.

- Уважаемый, у нас такая ситуация, что времени ровным счетом нет совсем.

Палыч утвердительно закивал.

- Скажите пожалуйста, есть ли у вас телефон? – спросил он.

- Бензин? – спросил Игорь.

- Можете ли вы указать нам верную дорогу? – спросил Саша.

Старик вздохнул.

- Давайте закончим базар. Чтобы я мог вам помочь, я сначала должен узнать, что произошло.

- Мы спешим, – Игорь, достав из заднего кармана кошелек, протянул его старику. – Скажите, сколько мы вам должны и я вам заплачу.

- Ребята, ребята, – промямлил старик. – Можешь убрать кошелек в карман. Мне деньги не нужны.

Игорь, еще несколько секунд продержав кошелек на вытянутой руке, убрал его в карман.

- Как же я могу вам помочь если не знаю, что вам надо? – спросил старик.

- Нам нужен телефон, – ответил Палыч.

Старик улыбнулся.

- Увы, телефона у меня нет, – сказал он. – Поэтому я и прошу рассказать вам мне, что стряслось, чтобы я мог предложить свою помощь.

Палыч вполголоса выругался.

«С этого сразу и надо было начинать!».

- Вкратце вы уже знаете, – заметил Алексей. – Мы хотели срезать путь, свернули на перекрестке, заблудились. Да к тому же кончился бензин, – он развел руками.

Старик нахмурился.

- Если будете мне брехать, я не буду помогать вам, – он обвел взглядом присутствующих – Дорога, по которой вы едете, не достроена. Ее забросили лет двадцать назад и забыли о ней. Поэтому она всегда перегорожена шлакбаумом и закрыта.

Ребята молча переглянулись. Палыч нахмурился.

- Если там и был какой-то шлакбаум, то он был открыт, – сказал майор.

- Никто из нас, включая водителя не видел никакого шлакбаума, – подтвердил Алексей.

- И смысл нам было ехать по закрытой дороге? – возмутился Игорь.

Старик почесал свою двухдневную щетину.

- Не знаю насчет смысла, но вижу, что вы не врете, – он задумался. – Да и смысла нет никакого, парень прав… По крайней мере для вас, – поправил себя старик и перевел взгляд обратно на Алексея. – Заглохли говоришь?

Алексей кивнул.

- Так и есть.

- То есть вот так вот гурьбой и ехали?

- Все гораздо сложнее, – поправил Палыч. – Ребята ехали с моря, – он указал на супругов, – и так случилось, что встретили нас. Меня с Алексеем и Сашу: он дальнобойшик. Так случилось, что у нас заглохли авто, а парень попал в аварию. Вот нас и подобрали супруги. Мы встретились с Сашей, когда голосовали на дороге. Так ведь ребята?

Инна с Игорем молча закивали.

- Хорошо, ну а для чего вы раздали оружие? – старик поднял с колен ружье и направил его дуло в сторону коридора, где лежало оружие.

Палыч задумался.

«Стоит ли говорить старику о том, что произошло?».

Майор скользнул взглядом по стене. На стене напротив висело огромное чучело головы кабана.

- Я думаю, задавая этот вопрос, вы уже знаете ответ. В лесу много животных, в том числе хищников, и мы вдвоем не смогли бы уследить за всеми ребятами. Поэтому мы дали каждому, за исключением, дамы пистолет…

Старик усмехнулся, но Палыч почувствовал на себе его сверлящий взгляд.

- Что же, будем считать, что я старый и глупый, раз вы так хотите. Не хотите ничего рассказывать – не надо, но… - он сделал паузу. – Ладно, что вы от меня хотите?

- Вы сказали, что у вас нет телефона? – спросил Палыч.

- Да, – ответил старик, – телефона у меня нет. Но у меня есть кое-что другое – старик улыбнулся. – Бензин. И я могу дать вам его.

Ребята переглянулись. Возникла пауза, которую через несколько секунд прервал Палыч.

- Мы будем очень вам благодарны, но как нам выбраться отсюда?

Старик хмыкнул.

- Видимо так же, как и добирались. Дорога двухполосная – разворачиваетесь и едете обратно, отсюда ехать-то минут сорок. Дело? Дело! А дальше уже поедете по карте. Проблем-то.

Майор почувствовал, как сидящая сзади Инна вздрогнула.

- А вы не знаете никакой другой дороги? - спросил он – Как можно выехать отсюда по-другому?

Старик пожал плечами.

- Ну разве что по лесу, увы, вы не на танке. А чем же вам так не нравится мое предложение?

Никто не ответил.

- Я же говорил, что что-то стряслось, – выдохнул старик – Иначе почему вы не хотите ехать?

Майор посмотрел на старика.

«Он роет под нас,» - мелькнула мысль в голове.

Палыч бросил взгляд на Алексея, который лишь молча кивнул в ответ.

- У нас беда, – Палыч стиснул зубы. – Погиб мой напарник. Труп остался там. Старик нахмурился и, погладив свое ружье, посмотрел на Палыча.

- Мои соболезнования. А что случилось?

- Он отравился… - Палыч запнулся, не успев договорить то, что хотел до конца, – старик, мило расположившийся в кресле вздрогнул.

- Отравился?

Алексей подался вперед, не вставая со стула, и положил руки на стол.

- Вы что-то знаете об этом?

Старик пропустил вопрос мимо ушей.

- С чего вы решили, что он отравился? Были какие-то симптомы?

Палыч прикоснулся языком к небу, которое было полностью сухим.

- Увы, среди нас нет врачей, поэтому я не могу сказать точно… А вы что-то об этом знаете?

- Симптомы, какие у него были симптомы?

Майор замялся.

- Он потерял память, но только на некоторое время. А потом… Я знаю, что в это трудно поверить, но он начал гнить…

Даже в том полумраке, в котором находилась комната, можно было заметить, как кисти рук старика, которыми он вцепился в приклад двустволки, задрожали.

- Вы что-то знаете об этом?

Несмотря на свой возраст, старик резво поднялся с кресла и подошел к окну, уставившись на тянущуюся к дому тропинку.

- Как он отравился?

Палыч покачал головой.

- Мы не знаем.

Старик, вздохнув и опустив руки с двустволкой, разжал пальцы. Ружье опустилось на подоконник и старик, сомкнув руки за спиной стал мерить шагами комнату. Палыч, как и все остальные ребята молча, наблюдали за ним.

«Он что-то знает, но не хочет говорить».

Наконец старик остановился и повернулся к столу, за которым сидели ребята.

- Откуда вы с напарником ехали? – спросил он.

- Из Таганрога, – ответил Палыч.

Старик кивнул и опустил голову. Несмотря на то, что он говорил тихо, сидящие за столом услышали его слова.

- Я, наверное, ошибся, такого не может быть.

- Чего не может быть, – спросил Алексей.

Старик обернулся.

- Ребята, извините, я вас обманул, никакого бензина у меня нет. Я хотел лишь выудить, что с вами стряслось. А у меня на это нюх.

Палыч стиснул зубы.

- Вы что-то знаете? Я спрашиваю у вас вы что-то знаете?

Старик покачал головой.

- Нет, клянусь, обычное любопытство и не более того.

- Но какая вам тогда разница, в чем вы ошиблись, чего не может быть? – вступил в разговор Саша.

Старик перевел взгляд на паренька, затем посмотрел на Палыча и вздохнул.

- На днях я похоронил брата. Он тоже отравился. Сейчас лес такой, что не каждый микроб убьешь в печке, увы… Но чтобы гнить… – он пожал плечами. – Нет, такого не было. Хотя кожа у него стала бледной и местами шелушилась. Так что я, похоже, ошибся, подумав, что речь идет об одном и том же в обоих случаях. Такого не может быть, – он сделал паузу. – Вы должны понимать, что мне тяжело. Сегодня семь дней…

По щеке старика скатилась слеза, которую он тут же смахнул рукавом, не дав затеряться среди морщин.

- Извините, тяжело сдержаться. Как-никак мы были почти восемьдесят лет вместе.

- Наши соболезнования вам.

Старик, помассировав глаза, вернулся к окну и подобрал с подоконника ружье.

- Так что еще раз извините, что обманул вас с бензином. Но почему все же вы не хотите возвращаться обратно?

- Дело в том, что мы заблудились, у нас нет бензина, а идти пешком на такое огромное расстояние не самая хорошая затея. Ведь мы можем просто напросто оказаться далеко не там, где рассчитываем… - Палыч запнулся.

«Но не говорить же ему о действительных причинах: о Сергее, точнее о том, что там осталось от него, о перегороженной дороге… К тому же там не ловит связь и НИКОГО нет. Да и кто знал, что на пути кончится бензин еще до того, как мы кого-то встретим? Кто вообще знал, что мы поедем не туда? К тому же эта дорога… Инна правильно подметила тогда, что никакого тоннеля, когда они ехали не было. Значит, мы заблудились. Кто знал, что теперь, даже если мы и захотим поехать обратно, то не поедем, а пойдем пешком?».

- Можете не продолжать, вы правы, сейчас вам нет никакого смысла возвращаться обратно. Да и я не настолько знаю дороги, – старик поднял указательный палец вверх. – Я знаю только лес и не берусь направлять вас куда-то, – он сделал паузу. – К тому же идти обратно пешком, учитывая, что у вас там труп… Может я и поддержал бы вас, если бы не это, и посоветовал бы идти в обратную пешком. Но раз так, то я могу посоветовать вам кое-что другое, что будет и быстрее, и вернее.

Он улыбнулся, но Палычу показалось, что улыбка вовсе не отразилась в его глазах. Старик поспешил отвести взгляд.

- Вы ведь так и не смогли связаться со своими ребятами? Вызвать скорую?

Майор покачал головой и запустив руку в карман брюк достал оттуда мобильник и нажав кнопку меню показал его старику.

- Как видите, связи нет.

- Но вы сказали, что можете, что-то посоветовать нам? – спросил Игорь.

- Могу, – согласился старик. – Вот только не знаю, понравится ли вам мое предложение.

- В нашем положение не выбирают, – сказал Алексей. – Если можете помочь, помогите.

- Да и то правда.

Старик, перехватив ружье двинулся к стоящему в самом углу комнаты небольшому комоду и, подойдя, поставил ружье и, открыв верхнюю полку, стал копошится в ее содержимом. Палыч молча проводив его глазами, окинул взглядом комнату. Скромно, без всяких излишеств.

«Если не сказать, что без ничего вовсе».

Несколько стульев, табуреток, комод, два кресла, чучело головы кабана на стене и стол. Палыч окинул взглядом стол.

«Необычный…».

Сидевший рядом с майором Саша поймал взгляд Палыча.

- Я тоже удивился, когда увидил здесь медицинский стол.

Палыч покосился на паренька.

- Думаешь, он медицинский?

- Я уверен, недавно только лежал в больнице.

Старик, видимо, найдя то, что искал, вернулся к столу, положив на него небольшую карту, как заметил Палыч, рисованную.

- Это карта моего участка, – пояснил он. – Я егерь, егерем был мой брат. Вот здесь, в отличие от ваших дорог, я чувствую себя как рыба в воде и помогу вам.

- Здесь есть станция поблизости, железнодорожные пути? – поинтересовался Игорь.

Старик покачал головой.

- Нет, что вы, откуда?

Саша, смотревший на карту, перевел взгляд на старика.

- Видимо, где-то поблизости есть больница?

Палыч заметил, как руки старика, лежащие поверх карты пробила легкая дрожь.

- Да, а откуда вы знаете?

Саша пожал плечами.

- Просто я увидел ваш стол.

- А, это… – старик махнул рукой, – я не знаю откуда он, брат как-то притащил его сюда… - он запнулся: – Но это не важно. А больница здесь, действительно, есть, вот она, – он указал на карту.

Палыч проследил взглядом за его рукой. На карте небольшим неровным кругом был обозначен домик самого лесничего, рядом простиралась та самая дорога, которая по словам егеря была недостроенной. Немного правее шла пунктирная линия, заканчивающаяся у двух таких же неровных кругов, каким был обозначен домик егеря.

- Это больница? – спросил Палыч.

- Да.

- Но откуда здесь больница?

Старик пожал плечами.

- Насколько известно мне, это что-то вроде Ковалевки. Психушка, – подытожил он. – И насколько я знаю там есть и бензин и связь и все остальное.

Ребята переглянулись.

- Как далеко до нее? – спросил Палыч.

- Через лес где-то двадцать минут ходьбы по тропинке, если идти до конца недостроенной дороги, немного дольше, минут сорок, наверное.

- Отсюда?

- Да.

Майор кивнул.

- Вы не проводите нас, если мы пойдем через лес? – поинтересовался Алексей.

Егерь развел руками и покачал головой.

- Я бы с радостью, но годы берут свое, – сказал он – К тому же, я бы не сказал, что отсюда трудно туда дойти. Даже через лес, – он сделал паузу и залез в карман, достав оттуда небольшой компас – Я могу дать вам его. Следуйте курсом северо-запад, и вы не собьетесь. Опять же, если решите идти лесом.

- Я не думаю, что идти через лес – хорошая идея, – заметил Саша.

Палыч переглянулся с Алексеем и вернул свой взгляд на старика.

- Спасибо за компас, но мы пойдем по дороге, – сказал майор.

- Как идти по такому пути? – спросил Игорь.

- Если идете через дорогу, то просто следуйте прямо. Как я уже вам говорил, через тридцать пять, ну, сорок минут вы выйдете к клинике.

- Можно вопрос? – Палыч указал на второй кружок, отмеченный на карте рядом с больницей – Что это?

- Это поселок при больнице, – протянул старик.

- Что же замечательно, – майор окинул взглядом ребят. – Спасибо за помощь, нам пора идти, – Палыч встал и выйдя в коридор поднял лежащий на коврике у входной двери автомат: – Вы нам очень помогли.

Через секунду за Палычем последовали супруги и Саша с Алексеем.

- Если мы можем вас чем-то отблагодарить, то скажите, – Алексей выходя из комнаты, благодарно потрепал егеря по плечу.

- Да что вы, что надо старику? Тем более ничего особенного я и не сделал, – егерь расплылся в улыбке – Приятно было пообщаться с вами. Не каждый день встретишь людей в такой глуши.

Уже через минуту компания растворилась в ночной мгле, и старик плотно закрыл входную дверь, задвинув засов.

- Простите, ребята, но об этом никто не должен знать.

Он медленно поставил в угол свое ружье и, повернувшись, отошел от входной двери.

Глава 11

- Ты прав, Игорь, странный он мужичок, этот егерь, – Палыч покачал головой и обернулся назад.

Дом старика-егеря остался далеко позади, скрывшись от посторонних глаз в лесной чаще. Вокруг, за исключением казавшейся тоненькой полоски асфальтированной дороги, стелился лес. Дорога от старости полопалась во многих местах, и порой из трещин выглядывали пробившиеся зеленые стручки каких-то сорняков. Со всех сторон до ушей доносились крики лесных животных и птиц. А дорогу, тянувшуюся вверх, уже через сотню метров закрывала полоска тумана.

- Лично мне кажется, что у него от одиночества поехала крыша, – заверил Игорь.

- Думаешь? – спросил майор.

- Уверен, – ответил Игорь.

Палыч покосился на паренька.

- А как же те слова, что он говорил про своего брата егеря? Считаешь, выдумал?

- Конечно, выдумал, – в разговор вступил Алексей. – Ты его видел, Юра? У него явно не все в порядке с головой. Не мне тебе говорить, что он вел себя по крайней мере странно.

Палыч кивнул. Такие мысли уже приходили ему в голову. Старик действительно вел себя крайне странно, его расспросы, шутка с бензином…

- А ведь мы доверились ему и идем по той дороге, которую он указал нам.

Алексей пожал плечами.

- Ну, а у нас разве были какие-то другие варианты? Ты сам прекрасно знаешь почему мы не пошли назад.

- Знаю.

- Да и не будь старика, мы пошли бы точно так же, как идем сейчас, – вмешался в разговор Саша.

- Ты прав, – согласился Алексей.

Игорь, идущий по правое плечо Палыча, оглянулся назад.

- Как бы этот чудак не натворил чего с моей машиной, – сказал он.

Алексей хмыкнул.

- Увы, парень, тут тоже особо без вариантов.

- Да и сдалась она ему, – заметил Саша.

- Тем более, что ты ясно дал понять, что это наш автомобиль. Думаю с ним все будет хорошо, – Палыч нащупал в штанах пачку сигарет, в которой оставалось всего две штуки, и, достав одну из них, закурил. – Честно говоря, меня сейчас больше волнует другой вопрос.

- Действительно, ли там, куда мы идет, есть больница? – спросил Алексей.

- Да меня волнует одно – туда ли мы идем? – согласился Палыч. – Ведь если старик чудной, то ему не долго придумать все.

- Но, майор, больница была обозначена на карте, – Игорь уставился на Палыча.

- А ты видел, что там за карта парень?

- Да, она нарисована от руки.

Палыч затянулся.

- Сам отвечаешь на свой вопрос. Я тоже могу нарисовать тебе что угодно… Там, если, конечно, там вообще что-то есть, вполне может быть свалка, какая-нибудь посадочная площадка, – Палыч выпустил изо рта несколько колец табачного дыма: Хотя есть и кое-что, говорящее «за» больницу, – он посмотрел на Сашу. – Ты помнишь стол, за которым мы сидели в доме этого егеря?

Саша кивнул.

- Да. Это был не кухонный стол, а больничный.

Алексей поднял указательный палец вверх.

- Точно, ребята, я тоже заметил, что с этим столом что-то не ладно. Вот только не понял сразу.

- Я тоже, честно говоря, ничего не понял сразу, – согласился Игорь. – А ты, Инна?

Девушка кивнула.

- Я тоже.

- Что, впрочем, не значит, что там, – Палыч указал вперед вдоль дороги, – больница. Он сказал, что там психушка.

- Он сказал, что не уверен, – возразил Саша.

- Да это и не важно. Главное, чтобы там что-то было, а что – не важно, – майор поправил сползшую лямку ремня автомата. – Сколько, он сказал нам предстоит туда добираться?

- Сорок минут, – Игорь посмотрел на часы. – Еще двадцать и мы должны быть на месте.

Палыч молча огляделся по сторонам.

«Да, странный этот старик, но никто не хочет подымать наружу, откуда взялось такое суждение,» - мелькнуло в голове.

Майор сделал последние несколько затяжек и выбросил окурок на асфальт.

«А ведь такое суждение всплыло не просто так».

И прежде всего из его поведения. Почему егерь так активно интересовался судьбой Сережи? Может, у него все таки был брат? К тому же дом был сделан под два жильца.

«Но это еще ни о чем не говорит,» - подумал майор.

Это, действительно, ни о чем не говорило. Обстановка – те два кресла, которые и дали таким мыслям ход. С другой стороны, что, если старик не врет, что, если у него действительно был брат?

«Да и зачем ему врать?».

Майор задумался. Логического объяснения этому не было. Если у старика был брат, то это кое-что проясняло.

«Ты уверен?».

Палыч вздохнул. В той ситуации, в которой они сейчас оказались, нельзя было быть уверенным ни в чем.

Вскоре, примерно в ста метрах вперед по дороге, показался небольшой поворот. Дорога уходила налево, скрываясь за густой лесной чащей.

«Он сказал, что его брат отравился,» - подумал Палыч.

Возможно, поэтому старик и интересовался симптомами отравления Сережи… Смерть родного человека нелегко пережить.

«Осадок, горечь на душе? Отсюда и интерес?»

Все было возможно.

«Но что, если брат старика заразился тем же, что и Сергей?! - пронеслось в голове. – Иначе почему…».

Палыч закусил губу и мысленно отогнал от себя нахлынувшие мысли. Саша, идущий впереди, вырвался на несколько метров вперед и осматривался по сторонам.

- Что случилось? – спросил майор.

- Мне нужно отлить, Палыч, – ответил Саша. – Или я могу намочить себе штаны. Я уединюсь на секундочку.

- Давай здесь, – покачал головой майор.

Парень хмыкнул.

- Еще чего, я человек культурный и при даме не буду справлять нужду.

Палыч пожал плечами.

- У тебя есть пять секунд, успеешь?

Парень улыбнулся.

- Да за пять секунд хоть на луну и обратно.

- Больше никому не надо? Инна, Игорь?

Супруги покачали головами.

- Юр, а у меня че не спрашиваешь? – Алексей шутя ударил боевого товарища в бок.

- Я как раз хотел спросить: может тебе еще и подержать?

Палыч с Алексеем расхохотались.

- Шутки шутками, а я не ел ничего, и в горле пересохло.

Алексей пожал плечами.

- Ничего, как выберемся из этого дерьма поедим как следует.

- Ну и по соточке за здоровье.

- После такого – святое, – улыбнулся майор.

Палыч вздохнул.

«Чувствуется мне, еще долго придется нам отсюда выбираться».

Мысли возвращались в домик старого егеря. Он вспомнил, как задрожали руки у старика, когда разговор зашел о его столе.

«Он испугался, черт подери, он обделался!»

Но почему? Палыч почесал лысину.

«ПО-ЧЕ-МУ?».

Вопрос, заданный подсознанием, остался без ответа. Майор поискал глазами Сашу. Паренек видимо все же решил углубиться в лес, по крайней мере у обочины его не было.

«Стеснительный малый,» - Палыч улыбнулся.

Но не успел он сказать и слова вслух, как из-за кустов, оттуда куда ушел несколько секунд назад Саша, раздался шорох, а потом крик:

- Фу! Фууу! – кричал Саша.

Вслед за криком раздались два выстрела, и через мгновение из кустов выбежал Александр. Парень споткнулся об остатки бордюра и покатился кубырем по дороге. Пистолет, зажатый в его руке выпал и отлетел в сторону.

- Что случилось? – Палыч в два прыжка оказался рядом с распростершимся на асфальте Сашей.

Из-за кустов раздался тяжелый утробный рык. Майор, сделав перекрестный шаг, загородил Александра и выставил перед собой дуло автомата.

- Игорь, подбери пистолет.

Игорь, секунду помедлив, бросился к лежащему на земле пистолету

- Саша, что случилось?

Парень, схватившись за ногу, штанина которой была разорвана в клочья и пропитана его кровью, сжался в комок. Рычание, доносившееся из-за кустов приближалось. Алексей, прицелившись по звуку, спустил курок, выпустив в кусты очередь.

- Похоже это волк.

Палыч кивнул.

- Игорь, Инна, стоять на месте!

Алексей бросил на майора выразительный взгляд.

- Юра, там может быть стая. Голодный волк не думает, он сначала делает.

- У меня достаточно патронов в обойме, – бросил Палыч.

Словно подтверждая слова Алексея, в нескольких метрах от Саши и стоявших рядом с ним Игорем и Инной на дорогу выскочил волк. Пригнув морду, животное зарычало и, осмотрев безумным взглядом окружающих, кинулось на Александра, почувствовав запах крови. Палыч с Алексеем, развернувшись вполоборота, открыли огонь. Пули, одна за другой, сорвавшись с дул автоматов пробили тело выскочившего на дорогу волка, и животное, на секунду замерев на ногах, рухнуло. Алексей молча осмотрелся по сторонам. Палыч закинул автомат на плечо и подбежал к лежащему на дороге Саше.

- Как ты?

Лицо парня побледнело, и Палыч, присев на корточки, осмотрел рану на ноге Александра. Волк схватил Сашу за лодыжку и, похоже, задел парню связки. Майор выругался. Ты чувствуешь ногу?

- Нет. Похоже у меня порваны связки!

- Игорь, Инна, кто-нибудь из вас может остановить кровь?

Инна закивала.

- Сделай это, пожалуйста, я посмотрю, что за гадость укусила его.

Палыч поднялся и, жестом указав Алексею «смотри в оба», двинулся к убитому волку. Подойдя ближе, майор окинул взглядом труп животного. И, похоже, это был не волк… На дороге лежало нечто гораздо более крупное, чем обычный волк. Труп животного напоминал кавказскую овчарку. Палыч выругался: на бочине пса, ближе к передним лапам, там, где у обычного пса должна была находится шерсть, у этой собаки не было ничего. Из тела животного был выдран клок шерсти, что открывало еще более ужасающую картину. Кожа животного, лопнув в нескольких местах, пропускала гной, а из-под задней лапы торчала кость. Палыч почувствовал, как к горлу подкатила тошнота и, чтобы не вырвать, глубоко вздохнул. В ноздри ударил едкий фруктово-кисломолочный запах. Майор попятился. Животное, словно в предсмертной конвульсии, несколько раз дернулось. Из раскрывшейся пасти потекла белая, как мел, слюна, а через какое-то мгновение голова пса приподнялась над асфальтом. На Палыча уставились мертвые, неморгающие глаза.

- Матерь божья…

Майор одним движением вернул в руки автомат и прицелившись в голову пса, спустил курок.

***

- Ты видел это Леша? – вполголоса сказал Палыч. – Это уже не случайность… Ты понимаешь прекрасно сам, что такого не может быть, но оно есть, что ты на это скажешь?

Алексей, разглядывающий труп кавказца, покачал головой.

- Ничего не скажу, нужно выбросить его с дороги.

- Зачем?

- Думаешь, пусть лежит здесь?

Майор кивнул.

- Я даже не хочу ЭТО трогать. Сейчас надо думать в первую очередь о Саше.

Палыч обернулся назад и посмотрел на лежащего на земле паренька. Инна с Игорем, оторвав кусок от рукава футболки Саши, плотно перевязали им его рану. Но, несмотря на то, что кровотечение удалось приостановить, на синем материале расплывались большие темно-красные пятна крови. Майор вздохнул.

- Ты видел, что там?

- У парня порваны связки, и я не уверен, что он сможет идти… Скажу даже, он не сможет идти.

Палыч вернул свой взгляд на собаку.

- Главное, чтобы он не заразился.

- Тут есть от чего, – согласился Алексей.

- Рану не пытались обработать?

- Чем? Если…

- Да хотя бы мочей, – перебил его Палыч.

Алексей пожал плечами.

- Мочей обработал Игорь, но я не думаю, что это поможет при заражении от этого вот, – Алексей указал на пса и сделал паузу: – Юр, – он сделал паузу, – ты и впрямь веришь… в ЭТО?

- Я верю, я видел это и поэтому верю.

Алексей несколько секунд молча рассматривал то, что осталось от собаки.

- Если не верить в то, что видишь, слышишь и ощущаешь, то во что тогда верить? Ты прав.

- Я знаю, – согласился Палыч. – Я выстрелил в эту суку целую очередь, – он указал на автомат. – Грубо говоря пол обоймы выстрелил когда он выскочил из кустов, в него стрелял ты… - Палыч покачал головой. – Он точно был мертв когда я подошел к нему. Ты понимаешь?

- Я понимаю, и тебе незачем мне это объяснять.

Палыч усмехнулся.

- А потом он поднял свою плешивую голову и вынудил меня заставить его с ней попрощаться.

- Есть голова – есть проблема, а нет головы – нет и проблем?

Майор хмыкнул.

- Ну что-то типа того.

Алексей улыбнулся и, сбросив с плеча лямку автомата, указал дулом АК-47 на торчащую в районе задней ноги пса кость.

- Ты мне не скажешь, как он мог с этим еще и бегать?

- А с этим? – Палыч указал на сгнившую плоть на боку пса. – Нет Леша, он был уже мертв или же гнил на ногах.

- Как твой напарник?

Они переглянулись, и Палыч кивнул.

- Да, как Сережа, и мне кажется, как и тот парень, что ехал в «десятке», с которого все началось.

- Знаешь… - Алексей не успел сказать все, что хотел, как сзади раздался голос Игоря.

- Майор, извините, что я отвлекаю вас, но мне кажется, что у Саши упало давление или понизилась температура: по крайней мере что-то из двух, он взмок.

Палыч с Алексеем переглянулись.

- Я тебе говорил, что у Сережи было что-то похожее?

Алексей покачал головой.

- Идем, нужно помочь пареньку, и чем быстрее – тем лучше.

Палыч развернулся и зашагал в сторону Саши и наклонившихся над ним Игоря и Инны. Алексей, перебросив лямку ремня автомата через плечо, последовал вслед за ним.

- Ты думаешь, здесь есть связь?

- Я уверен, поэтому чем быстрее мы доберемся до этой клиники, тем лучше будет для нас всех и прежде всего для него, – майор указал на Сашу.

Парень, зажмурив глаза, лежал скорчившись на боку. Инна, склонившись над ним аккуратно протирала куском футболки  периодически стекающую из-под повязки кровь. Нога Саши чуть выше и ниже раны, до самого края кеда отекла. Игорь, сидящий на присядках рядом с Инной, выпрямился.

- Ему больно, он даже не может говорить, – сказал он.

- На несколько секунд он потерял сознание, – добавила Инна. – Что нам делать?

Палыч покачал головой.

- Ребята, я не врач, я не знаю. Нужно срочно доставить его в больницу.

- Но он не сможет идти!

- Значит, мы понесем его, – Алексей окинул его взглядом. – Или не выдержишь?

- Я не уверен, но постараюсь. Сколько идти?

- Через несколько десятков метров кончается асфальт, – сказал Палыч. – А если по времени, то, вроде как, столько же.

Игорь кивнул.

- Может возможно сделать носилки? – спросила Инна.

Палыч осмотрелся.

- Не из чего.

- Да и времени на это нет, – добавил Алексей.

- Ты прав, – Палыч, поправив брюки, присел на корточки рядом с Сашей. – Саша, ты меня слышишь?

Парень, прищурившись закивал.

Майор, убрав спадающие со лба Саши волосы набок, коснулся его лба тыльной стороной ладони: лоб Саши напоминал кусок льда, такой же мокрый и холодный. Палыч покачал головой.

- Саша ты сможешь ступать на одну ногу?

- Да.

Майор окинул взглядом Алексея и Игоря.

- Возьмем под плечи, по ходу будем меняться. Или есть другие идеи?

Алексей и Игорь промолчали.

- Ладно, – Палыч аккуратно посадил Сашу. – Давайте. Игорь, бери его под другую руку… Медленно поднимаемся. На счет три. Раз, два… Три.

Они медленно выпрямились, подняв Сашу.

- Леша, прикроешь.

- Мог бы и не говорить.

- Ну, извини, ладно, пошли.

Игорь и Палыч, держа под руки Александра, медленно двинулись вдоль дороги. Алексей пошел следом, внимательно осматриваясь по сторонам. Секунду помедлив, за ними двинулась Инна, зажмурившая глаза, когда на левой обочине дороги мелькнула туша кавказца – Палыч, не пожалев пуль раздробил собаке голову, превратив ее в нечто, напоминающее фарш. Саша неуверенно наступавший на вторую здоровую ногу, при каждом шаге издавал приглушенный стон. Можно было идти быстрее, но тогда парню будет только хуже, но и если идти медленнее, то ни к чему хорошему это не приведет.

«Это заражение,» - мелькнуло в голове майора.

Палыч ускорил шаг.

- Игорь, идем быстрей.

Парень лишь молча кивнул и последовав примеру Палыча, ускорил.шаг Вскоре до конца дороги, который даже не был ничем огорожен, осталось несколько метров.

- Старик говорил, идти прямо? – спросил Алексей.

- Он сказал там будет тропинка, по ней и идти, – ответил майор.

- Вам не кажется странным, что к больнице даже нет въезда? – Игорь аккуратно поправил сползшую было вниз руку Саши.

Палыч пожал плечами.

- Знаешь, это психушка, это о многом говорит.

- Ты думаешь никому не нужны психи? – спросил Алексей.

- Уверен. Ты видел Ковалевку?

- Нет.

- А это многое бы тебе объяснило. Хотя, знаешь, въезд-выезд то у нее есть, я уверен. Просто нас понесло не с той стороны, только и всего.

- Только и всего, – согласился Алексей.

Асфальт кончился, и Игорь с Палычем медленно спустились на выглаженную земляную полосу, тянувшуюся далее вдоль леса. Интересно было то, что здесь все, похоже оставалось так, как и в тот момент, когда на этом участке были прекращены работы. Песок, перемешанный с землей, и щебень, в который врезались подошвы кирзовых ботинок Палыча, создавали достаточно громкий звук. Майор стиснул зубы. Это могло привлечь внимание.

- Тем более, что если бы больницы не было, то не было бы и пути, и не достроенной дороги, – заметила Инна.

Майор согласно покивал. Девушка все подметила верно. Не было бы больницы, то не было бы и дороги, только потому что ей некуда было бы тогда вести случайного спутника.

«Такого, как я и ребята,» - подумал Палыч.

- Майор? – Игорь посмотрел на Палыча.

- Да, парень.

- У нас с супругой есть вопрос, если вы не против?

Майор пожал плечами.

- Валяйте. Только Игорь, – Палыч поймал его взгляд. – Называй меня просто Юра или Палыч и мне будет приятней, если вы с Инной будете обращаться ко мне на «ты». Мне кажется я не такой старый.

Игорь закивал.

- Палыч, вы… то есть ты, – он поправился, – можешь сказать, что это было там?

Палыч несколько секунд молча смотрел на парня а потом отвел взгляд.

- То, что ты думаешь, – сказал он.

- Вы… то есть ты уверен?

- Да.

В разговор вмешался идущий вереди Алексей.

- Ребята, там что-то впереди, – он указал вперед вдоль дороги.

Майор поднял глаза: впереди, примерно в двухстах метрах от них расстилался бетонный шлейф высотой около двух метров – забор. Ребята переглянулись.

- Похоже, мы на правильном пути, – Алексей осмотрел слева на право выступающую гладь забора. – Честно говоря мне это напоминает что-то вроде соснового Бора. Какой-нибудь пансионат.

- Или санаторий, – протянул Палыч.

- Или санаторий, – согласился Алексей. – Лес, чаща, заборчик.

- А меня не покидает чувство, что нас там никто не ждет, – сказал Игорь.

Палыч заметил, как вздрогнула от этих слов Инна.

- А гостей никто никогда не ждет, тем более если они незванные. И в таком месте, – усмехнулся Алексей. – На самом деле меня волнует другое: почему там не горит свет? Юр, что ты думаешь?

Палыч покачал головой.

- Я не знаю, но не стоит забывать, что это не простая больница, а психушка. Кто-нибудь знает про распорядок там? – Никто не ответил, и он продолжил – Возможно, на ночь они выключают свет?

Алексей пожал плечами.

- Все возможно, главное, чтобы там были люди, которые смогли бы нам помочь.

- Куда же они от нас денутся, – хмыкнул Палыч.

- Вот и я про тоже, в этой глуши никуда, – согласился Алексей.

Забор приближался, и вскоре майор, как и все остальные, смогли разглядеть темный силуэт фасада какого-то здания. Видимо, это и была больница. Ни в одной из комнат там не горел свет.

- И все-таки странно, что там нигде не горит свет, – заметил Игорь. – Должна же быть какая-нибудь приемная, вахта или что-то вроде того.

- Какая приемная в психушке, да еще и ночью, – возразил Алексей.

- Ребята, споры нам ничего не дадут, – заметил Палыч. – Ни у кого нет идей лучше, поэтому мы идем туда.

Игорь с Алексеем ничего не ответили. Через несколько мгновений луна выцедила из легкого тумана, спутавшего забор, выездные ворота, которые перегорождал поднятый вверх шлакбаум. Палыч заметил небольшую дверь рядом. Чуть выше и левее въездных ворот располагалась небольшая будка, вахтер в которой, видимо, управлял шлакбаумом при въезде. Однако и там, как и везде, света не было.

«А ведь там должен распологаться охранник,» - мелькнуло в голове.

- Ребята, а никому не приходило в голову, что свет могли банально вырубить? – спросил Алексей.

Палыч покачал головой.

- В больнице? Нет, я сомневаюсь, у них должно быть аварийное питание.

Группа медленно приближалась к воротам. От взгляда Палыча не укрылась натянутая сверху забора колючая проволока. На каждом новом участке забора висела надпись: «Под напряжением».

«Психушка, одно слово. Только сейчас похоже никакого напряжения там нет».

Палыч заметил, как на заборе в нескольких местах образовались достаточно внушительного размера трещины, одна из которых разрезала забор сверху вниз по диагонали примерно в три метра. Как и на асфальте, из трещин росли различные растения. Здесь это был мох. В некоторых местах можно было заметить чьи-то попытки заделать образовавшиеся на заборе трещины цементом. Уже через минуту Алексей, а вслед за ним и остальные подошли к металлическим въездным воротам. Алексей окинул взглядом их контур. Звонка или чего-то наподобии здесь не было, не было этого и на двери, располагавшейся чуть левее.

- Похоже, это задний ход, – сказал Палыч.

- Ты думаешь? – спросил Игорь.

- Не знаю, но мне кажется, что скорее да, чем нет, – ответил майор.

- То есть нам придется обходить все это дело? – Игорь указал на тянувшийся вдоль него по обе стороны забор, концы которого не собирались делать круг и исчезали в тумане.

- Зачем? Здесь есть вахта. Леша, подержи паренька, – Палыч аккуратно снял с себя руку Саши, тут же переложив его на Алексея и, подойдя вплотную к забору, всмотрелся за стекло будки. В темноте за стеклом не было видно ровным счетом ничего. Майор, прильнув к щелке между забором и воротами посмотрел внутрь. – Нет, там никого нет, – он выпрямился и несколько раз ударил кулаком по металлу ворот – Помогите, нам нужна помощь! Человеку плохо! – крикнул он.

Никто за воротами не ответил. Палыч закусил губу и посмотрел на стоящую рядом с дверью девушку.

- Инна, посмотри дверь.

Девушка, взявшись за ручку, дернула, но дверь, как и ворота, была закрытой. Палыч еще несколько раз ударил по воротам кулаком.

- Помогите! Нам нужна помощь!

Похоже, что за воротами никого не было.

- ПО-МО-ГИ-ТЕ! – проорал майор.

- Юр, ты зря сотрясаешь воздух, бесполезно, они там все давно спят – выдохнул Алексей.

- Суки, – прошипел Палыч.

Он вздохнул и окинул взглядом ребят.

- Ну что будем делать?

Алексей кивком указал на дверь.

- По моему дверь здесь держится на добром слове.

- Ты хочешь выбить ее? – спросил майор.

- Парню плохо, что делать, если они там все позасыпали?!

Палыч кивнул и, подойдя к двери, взялся за ручку, подергав ее. Дверь открывалась от себя, по направлению удара, поэтому никаких проблем здесь не было. Несколько ударов – и она слетит с петель, по крайней мере, хиленький замочек, на котором держалась дверь, не вызывал особого доверия. Майор несколько раз толкнул дверь плечом, проверяя ее на упругость.

«Пойдет как милая,» - подумал он.

Можно было пройти и через поднятый вверх шлакбаум… Но кажется, это был въезд на стоянку.

- Ну что ребята, ломаем?

Алексей кивнул, но Игорь замялся.

- Вот так вот просто ломать государственно имущество?

- Видимо, вот так и, видимо, просто, – усмехнулся Алексей.

Парень что-то пробурчал себе под нос.

- А еще раз услышу что-то подобное, сынок, и быть тебе без башки. Ты меня понял? – глаза Алексея сверкнули.

Игорь замолчал.

Палыч, пропустивший мимо ушей этот эпизод, на секунду задумался.

- Ладно, не буду тянуть, ломаю, – сделав несколько шагов назад, он со всего маху врезался плечом в дверь, которая, треснув по диагонали, распахнулась, оставив перед взором ребят пустой дверной проем. По земле под ногами майора рассыпались щепки. Палыч, довольно обведя взглядом дверной косяк, повернулся к ребятам: – Заходим, – он переступил порог, оказавшись по ту сторону забора, – Леша, Игорь, осторожнее на пороге. Нам еще не хватало перелома.

- Не будет, – буркнул Алексей. – Игорь, я первый.

Они, медленно повернувшись боком к проему, переступили через порог. Следом зашла Инна, аккуратно закрывшая за собой то, что осталось от двери. Саша, который уже не мог идти и висел на руках Игоря и Алексея, застонал.

- Пацаны-пацанчики, похоже, ему совсем плохо, – протянул Алексей.

Палыч ничего не ответил. Он молча огляделся по сторонам. Вокруг не было ни одной души, а ведь если рассуждать логически, должна была сработать сигнализация, и сюда должна была сбежаться куча народу и охрана в первую очередь.

«Психушка это или что, черт его побери?» - подумал майор.

Но никого не было. Особо странным этот факт казался в отождествлении с протянутой над забором колючей проволокой, находившейся под напряжением. Ведь если здесь принимали такие меры безопасности, то стандартная сигнализация должна была быть наверняка. Ее не было. Или же она просто не работала.

«А если бы на нашем месте оказалась группа психов?».

Впрочем, сейчас это было неважно, а вообще это, конечно, крепкий выговор для руководства.

- Палыч, можешь передать привет, – Алексей указал свободной рукой вверх: на вахтерской будке была установлена камера видеонаблюдения: – Думаю, нас заметили.

- Вряд ли, – Игорь подняв руку вверх, указал на камеру, – она не работает.

- Ты уверен? – спросил Палыч.

Игорь кивнул.

- У этой модели есть встроенный индикатор состояния, – пояснил он. – Если камера была бы включена, то там сбоку мелькала бы лампочка зеленым светом. Раз этого нет, то камера либо не работает, либо выключена. Одно из двух.

- Ты уверен в этом? – спросил Алексей.

- Мой муж техник, – пояснила Инна.

Палыч вздохнул.

- Конечно, не хочу вас расстраивать, но не работает и сигнализация. Если она вообще тут есть.

- В психушке и нет сигнализации? – Алексей нахмурился. – Это что-то новое. Отсюда же запросто может сбежать любой психопат.

- Так и есть. Мы вломились сюда, а этого даже никто не заметил, – согласился Палыч.

- Ну тут что-то из двух: либо что-то с подачей электроэнергии, либо психушка дерьмовая, – вздохнул Игорь.

- Видимо, так, – Палыч посмотрел на вахтерскую будку. – Стойте здесь, а я проверю нет ли там никого.

- Думаешь, сторож заснул? Вряд ли, все таки был бы там кто, то внутри наверняка горел бы свет, – сказал Алексей.

- А ты видишь, чтобы он горел где-то? – возразил Палыч.

- Юр, честно?

- Валяй.

- У меня вообще такое чувство, что здесь, я имею ввиду там, там и там, – он обвел пальцем полукруг перед собой, – никого нет.

Палыч вздохнул.

- Всякое может быть… Но почему тогда там стоят эти автомобили?

- На стоянке?

- Да. Я лучше проверю.

Майор медленно взобрался по лестнице к двери, ведущей в будку, и осторожно потянул ручку. Дверь оказалась незапертой и, скрипнув, открылась. Майор, просунув в проем руку, нащупал выключатель на стене и плавно поднял его вверх, Лампочка, висевшая на потолке, щелкнула и заискрилась, но зажглась. Палыч зажмурил глаза.

- Беру свои слова обратно, ты меня убедил, – послышались снаружи слова Алексея.

- Что там? – спросил Игорь.

Майор с трудом разжал глаза, прикрыв лицо рукой от прямого света. Зрачки с непривычки резало.

- Дайте мне осмотреться.

Палыч медленно поднял глаза и… Посреди коморки стоял достаточно большой прямоугольный стол, на котором, скрестив руки, лежал человек. Палыч вздрогнул: по столу у его головы растеклась лужа крови.

- Леша, здесь труп, – выдавил майор.

До ушей Палыча донеслась тирада брани.

- Ты уверен?

- Нет, я шучу!

Майор, зайдя в кабинку, потрепал лежащего на столе мужчину по плечу. На вид ему было около шестидесяти лет. Седые волосы, лысина и формы охранника. Майор осмотрелся. Среди кипы бумаг на столе, среди папок и прочей канцелярии, в самом углу, стоял стационарный телефон. Палыч взял трубку и поднес ее к уху. Без гудков. Связи не было. Майор выругался и яростно откинул трубку в сторону.

- Что случилось? – спросил Алексей.

- Связи нет, – бросил Палыч.

- Там есть телефон? – Игорь оживился.

- Есть, но он не работает.

Палыч перевел взгляд со стола на пол. На полу были разбросаны канцелярские принадлежности, валялась кружка и разбитая тарелка, возле которой валялся кусочек надкушенного пироженого. В углу стоял небольшой шкафчик, заставленный книгами. На стене висел огнетушитель, небольшой портрет какой-то молодой девушки, загнанный в рамку, левее на подставке стоял радиоприемник. Палыч щелкнул выключатель, и из приемника зашипело, он покрутил регулятор частоты. Из динамика раздался противный писк, который, впрочем, сразу сменился шипением. Майор выключил приемник. Он еще раз обвел небольшое помещение взглядом. Больше здесь ничего не было. Майор, развернувшись, вышел из будки и спустился по лестнице вниз, поймав на себе взгляды ребят.

- Там труп, – повторил Палыч.

Инна, спрятав лицо в ладони, всхлипнула, Игорь молча понурил взгляд.

- Мужчина, на вид около шестидесяти лет, может, моложе, – протянул майор – Охранник.

Алексей, покачав головой, осмотрелся по сторонам.

- Умер или убит?

Палыч пожал плечами.

- Я не знаю. Я не осматривал его. Он сидит на стуле лицом вниз – к столу. На столе кровь.

- Чертовщина какая-то, – Игорь помассировал свободной рукой глаза.

- Аминь, – Алексей, скорчив недовольную гримасу, сплюнул.

- Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? Что вообще все это значит? – в голосе Инны прозвучали истерические нотки.

- Дорогая, я слышу этот вопрос уже сотый раз за эту ночь, – улыбнулся Алексей.

Палыч вздохнул.

- Успокойся, сейчас никому из нас нельзя нервничать, – майор, достав из-за ремня брюк пистолет, который он забрал себе после того, как его выронил Саша, вытащил из него обойму, проверив наличие патронов, и снял его с предохранителя. – Может быть, глупо, но я все еще верю, что все будет хорошо.

- Ты прав, это полный бред, – процедил Алексей.

- Тем не менее оставаться здесь нет никакого смысла, – сказал Палыч.

- Вы предлагаете уйти отсюда?

- Игорь, дай мне закончить свою мысль!

- Извините.

Палыч вздохнул.

- Никуда уходить не надо, нужно осмотреть все здесь. Я не знаю, что произошло с тем парнем, – Палыч указал на будку, – но я уверен, что здесь должен быть кто-то помимо него. Кто-то… ЖИВОЙ.

Алексей кивнул.

- Юра прав, нужно осмотреть территорию. Тем более, что здесь есть куда идти, – он указал на огромное здание самой больницы.

- И помимо этого тоже, – согласился Игорь.

То, что за забором открылось перед глазами ребят, напоминало собой целый исследовательский центр. Рядом с возвышающимся над всеми остальными постройками зданием больницы стояло еще несколько двух и трехэтажных зданий, разнесенных на достаточно большое расстояние друг от друга и отделенных друг от друга лужайками. Кое-где стояли фонтаны, из которых, к удивлению Палыча, била вода.

- Старик не соврал, сказав, что здесь помимо психушки есть еще и поселение, – заметил майор.

- Скорее это что-то вроде центра. Что-то комплексное, – возразил Игорь.

- Ребята, а по-моему сейчас это не важно, – Алексей бросил взгляд на Игоря. – Или я не прав?

Глава 12

Палыч шел впереди, молча озираясь по сторонам. Следом за ним шла Инна, а сзади Игорь с Алексеем, несущие Сашу. Парень совсем скис, и Палыч с ужасом подметил, что из носа паренька заструились две струйки алой крови. Александр закрыл глаза, и периодически с его губ срывались какие-то непонятные обрывки фраз. Парень бредил. Но, увы, сейчас ему некому было помочь. В голове майора эхом шипел звук из динамика радио – того, что он попытался включить на вахте. К этому добавлялся непрерывно стучащий пульс в висках. Все это напоминало сон, и он бы с радостью воспринял все происходящее как обычный ночной кошмар, приснившийся ночью после трудной смены… Если бы.

«Если бы все это не происходило наяву,» - пронеслось в голове.

Да, если бы все это происходило наяву… Ладонь правой руки, из которой Палыч с того момента, как он вышел из будки на входе, не выпускал пистолет, взмокла, но сталь оружия, впрочем, как и сама ладонь, оставались холодными. Тогда как лицо горело. Стоявшая вокруг тишина угнетала. Кроме тихих, приглушенных шагов их группы, периодических стонов Саши и плеска воды в фонтанах, вокруг больше не было ни единого звука.

- Юр, кажется у парня поднялась температура.

Палыч сжал зубы и зажмурил глаза, оставив полувопрос Алексея без ответа. Что он мог сделать сейчас? НИ-ЧЕ-ГО. Разве что поддержать добрым словом, но что толку, если его все равно никто не услышит?

«Господи, за что нам это?».

Вопрос остался без ответа.

- Знаешь, Палыч, но мне все больше кажется, что здесь, кроме нас, никого нет, – сказал Игорь.

Палыч кивнул.

- Мы пойдем туда, внутрь, в больницу? – спросил Игорь.

- Там может быть телефон. – ответил майор. – Но сначала надо осмотреть все снаружи, я не верю, что здесь никого нет.

- Юра, а ты не думал, что телефоны здесь могут не работать? Почему не работал телефон в той будке с мертвым охранником? – покосился на Палыча Алексей.

- Не нагнетай обстановку – бросил майор.

- Куда уж больше?

- Туда! – заорал Палыч.

Игорь покачал головой.

- Мне кажется, Алексей прав: я не думаю, что это хорошая идея шататься здесь, тем более, что у нас нет уверенности, в том, что здесь, действительно, кто-то есть. Парню с каждой минутой становится только хуже.

- Игорь, ты прекрасно знаешь, что не будь у меня уверенности, мы бы не делали этого.

Парень вопросительно поднял брови, и Палыч указал на стоящий неподалеку мусорный жбан.

- Я видел уже два таких здесь. И они оба полные. Понимаешь, о чем я?

- Нет.

- Я понимаю, – заверил Алексей. – Ты имеешь ввиду, что если жбаны наполнены, то здесь есть люди. Я прав?

- Железная логика, – согласился Палыч.

- Но ты не думал, что они могли быть наполнены еще неделю, месяц назад?

Палыч пожал плечами.

- Надо проверить.

Он подошел к жбану и ногой перевернул его, рассыпав содержимое на дорогу.

- Как видите, нет. И я оказался прав, – майор указал на валявшийся среди бумаги и целлофановых упаковок недоеденный кусок бутерброда.

- Свежий, – согласился Алексей.

- Но где тогда все? – спросила Инна.

- Вот когда найдем кого-то, тогда и спросим, – выдохнул Палыч. – Я в первую очередь спрошу: ГДЕ ВСЕ? – майор натянуто улыбнулся. – А пока ничего не могу сказать, увы.

- А я могу сказать, что все это порядком мне надоело, – Алексей со всей силы врезал ногой по валяющейся среди мусора пластиковой бутылке. – Ладно, идем.

- Идем.

Ребята двинулись дальше. Майор переложил автомат из правой в левую руку и встряхнул правой рукой, сняв напряжение. Незаметно они оказались у фасада главного корпуса. Дверь (видимо основной вход в больницу) была открыта, но, как и можно было предположить, света внутри, в регистратуре или приемной, не было. Палыч всмотрелся в дверной проход: пустые кресла у стены, пустые кабинки регистратуры, панель с расписанием или чем-то подобным на стене и… все. Больше там ничего не было, по крайней мере, ничего не было видно.

«Хотя…».

Майор прищурился.

Похоже, что внутри, напротив одного из кресел, на полу лежал человек.

- Ребята, там еще один, – протянул майор.

Игорь присмотрелся и, увидев труп, закатил глаза.

- Ну за что нам это?

- Где ты его увидел? – спросил Алексей.

- Рядом с креслами, – Палыч указал в дверной проход. – Видишь?

- Да, – кивнул Алексей.

- Ростовская резня бензопилой, – прошептал Палыч.

Алексей усмехнулся.

- Тоже, ляпнешь.

- А что если они здесь все мертвы? – Инна стоящая сзади нервно улыбнулась. – Что если они умерли? Никого не осталось…

- Инна, не говори глупости, кто все?

- Все, Игорь: врачи, медсестры, больные.

- Девочка, кому они сдались, чтобы их еще и убивать? – махнул рукой Алексей.

- Эх, Леша, я бы с радостью с тобой согласился, но, видимо, кому-то они все же понадобились, – Палыч покачал головой. – Вон еще один.

Труп лежал прямо под таблоидом с расписанием, лицом к стене.

- Господи… – Игорь перекрестился.

- Кто же это пошлепал их тут? – Алексей осмотрелся по сторонам. – Тишина, темнота и… мертвые с косами стоят. Я, конечно, хотел, чтобы в моей жизни было больше разнообразия, но не настолько.

Палыч, прислонившись к стене больницы, врезал кулаком по двери, оставив там большую трещину.

- Мы идем дальше или зайдем сюда?

- Ты еще спрашиваешь?

- Леша, я серьезно, это самое большое здание здесь. Именно здесь должен быть телефон.

- Возможно, – согласился Игорь. – Но лично я совсем не уверен, что он здесь работает.

- А я уверен, что если не здесь, то нигде, – отрезал майор, – хотя можно все же осмотреться. Так что?

Палыч задумался. Если и дальше ходить вот так, как сейчас, по периметру, можно сыскать только новые неприятности. Не больше не меньше. Он, достав из брюк мобильный телефон, посмотрел на его экран. Нет, сигнала не было.

«И не будет,» - подумал майор.

Закинув трубку обратно в карман, Палыч всмотрелся в дверной проем. Здесь регистратура. А где регистратура, там и телефон.

- Ребята, я проверю связь, телефоны там должны быть в будках, в регистратуре… Ну, а если связи не будет, пойдем дальше.

Палыч, подняв пистолет к груди, шагнул через дверной косяк, тут же осмотревшись по сторонам. Сердце бешено заколотилось в груди: у крайней будки, за стеклом, прямо в кресле у стола сидел еще один труп. Боковое зрение остановилось на валявшейся на полу с внешней стороны будки девушке в белом халате. Сердце неприятно сжалось в груди. Уже пятый. Охранник, врачи и медсестра. Палыч, подойдя к одному из трупов мужчин в белом халате, присел на корточки и всмотрелся в лицо мертвеца. Прямо по центру, начиная от лба и двигаясь вниз, через нос, губы и подбородок, на его лице расположилась огромная полоса, напоминающая трещину на сухой земле. Майор скривился.

«Чем же его так?» - подумал майор.

Поднявшись, он подошел к одной из будок, заметив рядом на стене выключатель.

«Не стоит этого делать,» - мелькнуло в голове.

Он аккуратно потянул за ручку дверцы, ведущую внутрь будки, и, открыв ее, зашел внутрь, увидев на столе телефон.

«Давай же, мой милый».

Палыч, протянув руку, медленно снял трубку и поднес ее к уху. СВЯЗИ НЕ БЫЛО.

- Черт возьми, – майор отбросил трубку в сторону. Он вздохнул. Главное сейчас – не отчаиваться. Еще пять таких будок здесь. И в какой-нибудь из них обязательно должна быть связь…

«Если они не подключены к одной линии».

Майор, выйдя из первой будки, зашел в следующую и, не секунды не медля, поднял трубку. Нет. В следующей будке и в последующих за ней двумя связи не было, как и в самой первой будке. Палыч окинул взглядом последнюю – оставалось проверить. Оставалось проверить телефон там. И именно там, в последней будке был труп. Палыч, сжав зубы, открыл разделяющую его от трупа дверцу. В нос ударил до боли знакомый фруктово-кисломолочный запах, накопившийся в закрытой и непроветриваемой будке. Палыч, стараясь не дышать, отодвинул кресло с трупом мужчины от стола. Мертвец сполз немного ниже, ударившись затылком о спинку кресла. Голова мертвеца, словно у тряпичной куклы, болтанувшись, упала на подбородок. Майору понадобилась вся его сила воли, чтобы не отвернуться: из глаз покойника заструилась кровь вперемешку с гноем. Палыч перекрестился.

- Упокой Господь твою душу, – прошептал он.

Стараясь никак не зацепить и не соприкоснуться с трупом, он потянулся к стоящему на столу телефону…

… - Что-то долго нет Палыча, – Игорь взволнованно заглянул в дверной проем.

- Пошли свою супругу, пусть вытащит его оттуда, – Алексей подмигнул. – Мужику как никогда нужна разрядка.

Инна похоже не услышала этих слов, а Игорь, вцепившись глазами в Алексея, прошептал:

- Моя супруга останется здесь. И я предупреждаю вас, что еще одно такое слово и…

- И что? – Алексей усмехнулся.

Игорь молча выдержал его взгляд, ничего не ответив.

- Тогда не ной, закрой свой рот и жди. С Палычем ничего не случиться, уж поверь моему опыту, сопляк.

- Я не буду терпеть ваши оскорбления.

- Так кто тебе мешает? Не…

Алексей не успел договорить, как его речь прервала Инна.

- Игорь, там кто-то есть, – девушка, подскочив к мужу, спряталась за его спиной и протянула вперед руку, указывая пальцем за спину Игоря…

… Палыч медленно поднес трубку к уху, но, закрыв глаза, разжал пальцы. Связи не было. Трубка, кувыркнувшись в воздухе, упала на пол, разлетевшись вдребезги. Последний оплот. По крайней мере здесь.

- Мой поезд опоздал, твой пароход отчалил, – прошептал майор.

Больших усилий стоило преодолеть желание расстрелять стоящий на столу телефон, высадив в него всю обойму. Но Палыч сдержался, крепко сжав рукоятку пистолета в руке. Единственное, что сейчас вертелось в голове майора была нецензурная брань. Палыч выпалил в воздух несколько крепких слов и досадно плюнул себе под ноги. Кто-то хорошо развлекся здесь, устроив настоящую резню в этом центре. Но чтобы так… Никаких следов от орудий, которыми совершалось убийство, никаких следов от преступников! Кто это был? Кому вообще все это надо? Мысли перемешались, напоминая пюре. Только вместо кастрюли почему-то была голова. Майор достал из кармана пачку, в которой затаилась последняя сигарета и закурил, выбросив пустую пачку в стоящее под столом ведро. Дым приятно обволок гортань. Палыч затянулся. Но не успел он насладиться сигаретой, как снаружи послышалась суета.

- Палыч, сюда, быстрее! – кричал Алексей.

Майор не докурив выбросил начатую сигарету на пол, выскочил из будки регистратуры и метнулся к двери на которой большими зелеными буквами было написано «ВЫХОД».

***

- Сюда Юра, там человек! – Алексей аккуратно опустился на одно колено.

- Игорь, удержишь паренька?

Игорь кивнул.

- Да.

Майор, выскочив из холла больницы, огляделся по сторонам.

- Вон он, – Инна указала в сторону небольшого одноэтажного здания.

- Эй, стойте, нам нужна ваша помощь! Не уходите же!

Майор проследил взглядом траекторию, указанную девушкой. По тротуару, вдоль грядки ровно выстриженных кустиков шел человек, через секунду он, не обращая внимания на крики девушки, скрылся за поворотом.

- Стойте! Стойте же, я вам говорю! – надрывалась Инна. Девушка, эмоционально всплеснув руками, застонала, готовая в любой момент зарыдать.

- Я пристрелю эту суку! куда его понесло? – прошипел Алексей.

Палыч, несколько секунд стоявший в растерянности, наконец вышел из оцепенения и посмотрел на выпрямившегося Алексея, который оставил Сашу на плечах Игоря.

- Леша, за мной! Нам надо его догнать!

- Но что делать нам? – всхлипнула Инна.

- Будьте здесь, – бросил Палыч.

- Майор, но это же может быть убийца.

- Тем хуже для него, Игорь, – Палыч бросил на парня взгляд. – Я могу оставить вас?

Игорь кивнул.

- Хорошо, – майор кивком головы указал в сторону той самой одноэтажки. – Леша, за мной. Нужно догнать его.

Алексей, ничего не говоря и не дожидаясь майора, двинулся вперед, по ходу проверяя свой автомат. Палыч двинулся следом.

- Игорь, Инна, будьте здесь, ни шагу в сторону.

Супруги в ответ закивали. Инна, с трудом сдерживая слезы, всхлипнула. Через несколько секунд Алексей с Палычем сравнялись с одноэтажкой, остановившись у того самого угла здания, где свернул человек. Майор, поравнявшись с поворотом, бросил взгляд вдоль дороги.

- Вон он! – человек, пройдя еще несколько метров вдоль здания, остановился у следующего поворота, стоя спиной к Палычу и Алексею.

Товарищи, остановившись, переглянулись.

- Мужчина, нам нужна помощь, вы можете нам помочь? – Палыч неуверенно сделал несколько шагов вперед.

Незнакомец, словно ничего не услышав, замер не двигаясь. Ноздри Палыча уловили легкий запах сгнивших фруктов. Майор нахмурился.

- Ты чувствуешь это? – спросил Алексей.

Палыч кивнул. По телу пробежала легкая дрожь.

- Вы можете нам помочь?

Человек ничего не ответил. Майор сделал несколько шагов навстречу незнакомцу и остановился буквально в метре от его спины.

- Мужчина? – Палыч протянул к нему руку и положил ладонь на его плечо – Нам…

Но слова «нам нужна ваша помощь» застряли в горле: человек подался вперед и, упав на одно колено, затем распластался по тротуару, ударившись лицом об асфальт. Палыч от неожиданности сделал несколько шагов назад. Мужчина, упав, сильно ударился головой, и из раны по тротуару сильно растеклась кровь. Майор преодолел ступор и метнулся к мужчине, но его остановила рука Алексея.

- Юра, не надо.

Палыч, извернувшись, скинул руку товарища.

- Ему надо помочь!

- Похоже помощь нужна нам, посмотри туда! – Алексей указал направление, и Палыч обернулся от неожиданности попятившись назад. До ушей майора донесся противный шипящий звук, идущий сразу со всех сторон. Из-за углов сразу нескольких зданий на улицу, на которой стояли товарищи, вышло несколько ЧЕЛОВЕК. Палыч огляделся: их число увеличивалось. Один из них, споткнувшись о бордюр, упал на асфальт, подвернув под себя ногу. Шипение, раздававшееся со всех сторон, на миг затмил громкий хруст ломающейся кости. Но человек ни на секунду не остановился и, не обратив на сломанную ногу внимания, поднялся и двинулся дальше. Нога, словно у куклы, сделанной руками ребенка из низкокачественного пластелина тянулась сзади за существом.

- Уходим! – Палыч вскинул пистолет и попятился, но, обернувшись назад, замер: сзади, с противоположенной стороны главного больничного корпуса, вышло еще несколько получеловеков.

Свободным оставался лишь тот проход, по которому они прошли сюда, но существа постепенно отрезали от товарищей и этот путь. Алексей прислонил приклад АК-47 к плечу и поворачивался по кругу. Кольцо, созданное МЕРТВЕЦАМИ, сужалось. Краем глаза Палыч заметил, как человека, лежащего всего в нескольких метрах от них начала пробивать конвульсивная дрожь.

- Отступаем, – прошипел Алексей. – Что с твоим автоматом?

- Разряжен, – бросил Палыч.

- Патроны?

- Запасная обойма, но пули в коробочке…

- Так какого ты не перезарядил его? – прошипел Алексей.

Палыч ничего не ответил. В этот миг воздух разрезали звуки сразу нескольких пистолетных выстрелов – стреляли откуда-то сзади, звук шел со стороны больницы. Палыч и Алексей переглянулись. Похоже, что стрелял кто-то из супругов.

- На позиции! – бросил Алексей.

- Вспомним боевую молодость, – согласился Палыч.

Товарищи встали друг к другу спиной и прицелились. Пальцы вжались в курки и через мгновение шипение затмили звуки автоматной очереди и одиночные выстрелы пистолета.

- Леша, в голову, стреляй им по мозгам!

Несколько существ, сраженные пулей, рухнули на асфальт, забившись в конвульсиях. Алексей краем глаза заметил, как начал подниматься тот мертвец, за которым они и пришли сюда, и, мгновенно прицелившись в голову существа, спустил курок. Голова существа взорвалась как спелый апельсин, и труп рухнул обратно на асфальт. Мозги вперемешку с кровью, осколками кости и извилинами брызнули в стороны.

- Меня сейчас стошнит, – проорал Алексей.

Но, к его удивлению, мертвец продолжал шевелиться даже лишившись головы…

- Отступаем, я расчистил дорогу, – крикнул Палыч. Майору удалось подстрелить несколько тварей точными попаданиями в голову: мертвецы рухнув ниц, тем не менее продолжали ползти на четвереньках. – Мы проскочим, они гораздо медленнее нас!

Алексей кивнул.

- Двинули.

Ребята по-прежнему, не отрываясь спинами друг от друга, приставными шагами, в припрыжку двинулись в сторону восьмиэтажного здания больницы, периодически отстреливаясь от неотступающих мертвецов. Вслед за раздавшимися некоторое время назад выстрелами у центрального входа в больницу последовали еще несколько выстрелов. Палыч с Алексеем, свернули за разделяющую их от супругов одноэтажку и увидели Игоря с Инной. Игорь, уложив Сашу, который так и не пришел в себя, на ступени, держал на вытянутых дрожащих руках пистолет. За супругом спряталась Инна. В нескольких метрах от них, прямо в дверном проеме главного больничного входа лежали три мертвеца, периодически вздрагивая и дергаясь в конвульсиях. Одно существо, несмотря на то, что его голова была похожа на сплошное месиво, ползло на животе к супругам. Игорь, прицелившись, спустил курок, окончательно лишив мертвеца головы двумя точными выстрелами. Труп, зашипев, бесчувственно распластался по бетону. Инна, закрыв лицо руками, рыдала. К ребятам с другой стороны шло еще несколько мертвецов. Игорь спустил курок, но выстрела не последовало: раздался лишь глухой щелчок. В обойме кончились патроны. Парень огляделся по сторонам и попятился, опустив пистолет.

- Закрой их, – Алексей указал Палычу на наступающих спереди мертвецов, а сам, развернувшись, спустил очередь в наступающих на супругов существ. Несколько мертвецов рухнули вниз.

Палыч осмотрелся по сторонам. Казалось, мертвецы были повсюду. Они целыми группами вываливались из-за углов зданий, вываливаясь из окон, они некоторое время лежали без чувств, но потом как ни в чем не бывало поднимались на ноги. Один мертвец, вывалился со второго этажа двухэтажного здания и угодил прямо на перила. Беднягу едва не вывернуло наизнанку, но труп несколько раз перевернулся и, оказавшись на земле, зашипел и, плюясь кровью из сломанной челюсти, свисавшей почти до груди, пополз по направлению к ребятам. Еще два мертвеца, пошатываясь, вышли из больницы.

- У нас не хватит пуль, экономь выстрелы! – крикнул Палыч.

Алексей молча кивнул.

- Игорь, Инна, отступаем, – майор обернулся к воротам…

«Мать его женщина!» - пронеслось в голове.

Со стороны входа – у будки, на алее, на тротуаре ведущем к больнице, и на дорогах, как паучья сеть, переплетавших между собой здания – к ним двигалась целая группа мертвецов. Палыч невольно почувствовал, как в душе начали бродить панические нотки. Он осмотрелся по сторонам. Чуть больше десятка мертвецов валялось на земле не шевелясь, примерно столько же уже не могло идти, но около сотни ЗОМБИ медленно, но неустанно перекрывали все пути к отступлению, сжимая кольцо живых мертвецов, до которого оставалось всего лишь несколько метров.

- Палыч, мы не уйдем! Они перекрыли дорогу к отступлению! – прокричал Алексей.

- Я вижу, – майор бросил взгляд на вход больницы. – Туда, давай туда, Леша, – он указал на больницу.

- Отходим.

Палыч, опустив пистолет, бросился к замершим на крыльце Игорю и Инне. Алексей последовал вслед за ними.

- Мы…мы… что нам делать? – выдавил Игорь.

- Видишь, что мы не можем уйти, – Алексей кивком указал на мертвецов, перегородивших дорогу к выходу. – Не прорвемся, тем более я не собираюсь бросать паренька. Вы поняли меня?! – последние слова адресовались мертвецам, и Алексей, вскинув автомат, сделал несколько прицельных выстрелов. Четыре мертвеца рухнули всего в метре от ступенек.

Палыч, подбежав к лежащему на крыльце Саше, посмотрел на Игоря.

- Помоги мне его занести.

Парень закивал и, секунду помедлив, подскочил к Палычу, который приподнял Сашу и взвалил его себе на плечо.

- Быстрее, у меня кончились патроны! – Алексей попятился от наступающих мертвецов.

- Лови! – Палыч бросил ему свой пистолет, в обойме которого еще осталось несколько патронов.

Алексей поймал брошенный пистолет и тут же выстрелил в одного из мертвецов, который уже начал взбираться по ступенькам.

- Освободите проход, – Палыч указал на трех трупов преграждающих вход в больницу – Иначе мы с Сашей туда не войдем. Инна? – он посмотрел на девушку – Ты сможешь сделать это?

Девушка, не отвечая, подскочила к входной двери, схватила один из трех трупов за ногу и с трудом оттащила его в сторону.

- Быстрее, черт же вас подери! – проорал Алексей.

Инна поспешно оттащила еще двух мертвецов.

- Готово.

Палыч, чтобы помочь Алексею, у которого кончились пули, вытянул из брюк пистолет Александра, так ему и не понадобившийся.

- Леша, Инна, внутрь! – майор, дождавшись пока девушка и Алексей скрылись в дверном проеме, несколько раз выстрелил в наступавших мертвецов, отступая одновременно назад.

- Быстрее, я закрываю дверь! – Алексей буквально втащил Игоря, а одновременно с ним и майора, державших Сашу внутрь, захлопнув за собой входную дверь, тут же задвинув засов и опустив вниз решетки. Схватившись за ручку дверцы одной из кабинок, Алексей вырвал ее, выдрав с корнями крепящие ее винты, и, подойдя к опущенной решетке, вставил ручку вместо замка, соединив кольцо на решетки с кольцом на полу.

- Это если и не сдержит их, то задержит на некоторое время, – заверил он.

Майор, тяжело дыша, огляделся. Лестница находилась сразу же за стеной с расписанием.

- Туда, ребята, нам нельзя оставаться здесь! Он прав, надолго это их не задержит. Нам нужно на крышу.

- Что там? – спросил Алексей.

- Там может работать связь, – пояснил Палыч. – И там они не смогут так просто добраться до нас.

- Понял, – Алексей указал на пистолет в руках майора, – если там есть патроны, дай его мне, я пойду впереди.

Палыч кивнул и протянул оставшийся ему от Саши пистолет. Алексей молча проверил обойму и, развернувшись, двинулся к лестнице, выставив пистолет перед собой. Майор оглянулся на входную дверь, всмотревшись сквозь мелкую решетку на улицу. Мертвецы, взобрались на ступени и уже вплотную подошли к двери. Один из них, словно таран, с размаху врезался головой в дверь. Петли скрипнули. Дерево выдержало… Не выдержала голова мертвеца: существо, зашипев, рухнуло вниз, угодив прямо под ноги другим тварям. Алексей остановился у лестницы и  махнул рукой.

- Здесь чисто, – он посмотрел вверх между перилами. – Там вроде как тоже ничего нет.

Майор, отвернувшись от входа, заметил на стене электропереключатель.

- Тут на стене рубильник, может быть, попробуем включить свет? Все лучше, чем не увидеть этих ребят в темноте.

Палыч щелкнул переключатель и висевшие на потолке несколько ламп зажглись ярким, слепящим светом. Ребята невольно зажмурились.

- Может, мы свалим отсюда, пока эти твари не сломали дверь и не сожрали живьем всех нас? – протянул Алексей.

- Уже идем, – ответил Палыч.

- Ребята! – стоящая рядом с Игорем Инна указала на входную дверь. – Они боятся свет!

Палыч обернулся.

- А ведь девочка говорит по делу, – присвистнул Алексей. – Ты видишь это? Видишь, а Юра?

Развернувшись, Алексей вытянул руку с пистолетом и спустил курок, выстрелив в столпившихся за опущенной решеткой мертвецов.

- Не надо тратить патроны по чем зря!

- Эмоции.

Палыч заметил, как мертвецы, перестав кидаться на начавшую трескаться дверь отступили и замерли в нескольких шагах от двери. На секунду майору показалось, что в глазах трупов, мутных от заполнявшего их «дыма», застыло удивление и, возможно, даже испуг. Существа по ту сторону явно боялись свет.

- Уходим, мы не знаем, чего можно ждать от них уже сейчас, – майор бросил на Игоря взгляд, – идем.

Парень кивнул, и они, осторожно приподняв Сашу, двинулись к лестнице. За ними двинулась Инна. Идущий впереди Алексей не рискнул опустить пистолет вниз. Он, внимательно осматриваясь по сторонам, поднялся на лестничный проем между этажами и, взявшись за поручень, взбежал на второй этаж. Железная дверь с небольшими окошками, ведущая на второй этаж была закрыта. Алексей, дернув за ручку, убедился, что дверь заперта. До слуха донеслось приглушенное шипение из-за двери. Алексей сделал несколько шагов назад и обернулся к поднимающимся по лестнице ребятам.

- Они за дверью.

-Дверь закрыта? – спросил майор.

- Да, – ответил Алексей.

- Господи, откуда они там? – Игорь перекрестился.

- Это не важно, – бросил Палыч.

Шипенье за дверью усилилось, и через несколько секунд в металл двери с противоположенной стороны последовал удар. Ребята вздрогнули. Инна приглушенно застонала, укрывшись за спиной мужа. На левой части двери образовался небольшой холмик. Из-под двери просочилась тонкая полоска крови.

- Выше! – Алексей торопливо поднялся по лестнице, осмотрелся и остановился в проеме, пока ребята, несущие Сашу, не поднялись туда вслед за ним. Из-за двери на третьем этаже донесся сдавленный стон.

- Леша, не останавливайся, – бросил Палыч.

Алексей кивнул и взбежал вверх еще по одному проему. Снизу, из-за двери второго этажа, раздался крик. Майор почувствовал, как по его коже пробежали мурашки.

- Мне страшно… - Инна вцепилась руками в мужа и всхлипнула. – Что это Игорь?

- Я не знаю.

Крик повторился.

- Похоже за дверью живой человек, – бросил Алексей. Из-за двери на третьем этаже раздались жалобные стоны, а через секунду стоны оборвал истерический смех: – У меня вся кожа в мурашках, – выдавил он.

- Там люди, – сказал Палыч.

- И похоже, они сошли с ума, – сказал Алексей.

- Еще чуть-чуть, и я тоже сойду с ума, – вздохнул майор.

Игорь покачал головой.

- Ребята, я боюсь, что они не сошли с ума, это и есть психи.

На несколько секунд повисло молчание

- Ладно, разберемся с этим позже. Сейчас мы ничем не можем им помочь, – Палыч, смахнув с лица капли пота, сделал Игорю знак двигаться.

Они миновали еще несколько лестничных проемов, и вскоре Алексей первым вступил на ступеньки последнего лестничного проема и, взбежав по ним вверх, замер, выругавшись.

- Ребята, у меня новость. Плохая, – подчеркнул он.

Палыч вопросительно посмотрел на товарища.

- Юра, не надо на меня так смотреть, а?

- Что там?

- Ничего, – Алексей развел руками: – В том то и дело, что НИ-ЧЕ-ГО, – произнес он по слогам последнее слово.

- В смысле?

- Тут нет лестницы. Тупик. Отсюда нам не выбраться на крышу!

Палыч яростно сплюнул. ТУПИК! Но кого было винить в этом? Некого. Разве что строителей этой гребаной больницы! Кто знал, что здесь не будет выхода на крышу или, если он здесь есть, на чердак. Преодолев последние несколько ступеней, Палыч с Игорем, несущие Сашу, и идущая за ними Инна вслед за Алексеем уперлись в металлическую дверь, открывшую вход на последний восьмой этаж больницы. Майор кивком указал Игорю на стоящую в углу скамейку.

- Положим Сашу.

Алексей осмотрелся, пытаясь найти в темноте выключатель. Небольшой тумблер располагался прямо напротив двери, и он, подойдя к нему, включил свет. Палыч с Игорем аккуратно опустили паренька на скамью. Майор заметил, насколько побледнело лицо Саши. Кровь из носа, словно из ключа, текла вниз, огибая подбородок и спускаясь по шее, впитывалась в футболку парня. С этим надо было что-то делать, как и с красными волдырями, покрывшими лицо Александра. Но что?! Палыч с досадой вспомнил о оставленной аптечке в машине Игоря.

«А ведь это надо было брать в первую очередь,» - пронеслось в голове.

Майор стиснул зубы.

- У кого есть какие мысли на этот счет? – Алексей обвел взглядом ребят. – Муж, жена, Палыч? – он улыбнулся, но майор заметил, что несмотря на внешнее спокойствие на руках Алексея высыпала гусиная кожа.

«Ему страшно… А кому сейчас не страшно?» - подумал Палыч.

- Ты сам знаешь, тут одно из двух: либо мы спускаемся вниз, либо идем туда, – Палыч указал на дверь.

- Ну, выбор все же есть, вот я и спрашиваю. По мне дерьмом веет с обоих сторон.

Игорь осторожно приподнял руку.

- Но у нас практически не осталось патронов, – сказал он. – А я не уверен, что там, за дверью… - он запнулся. – Я не уверен, что лезть туда – хорошая идея. Впрочем… – парень пожал плечами. – Впрочем, как и возвращаться туда, откуда мы пришли.

- Что же, переносим сюда вещи? Я тебя правильно понял, сопляк? Очко, небось…

- Леша! – перебил товарища майор. – Сейчас не время, – он повернулся к Игорю: – Патроны у нас есть, немного, но все же найдется. У меня есть запаски на автомат и две обоймы к пистолету. Ты знаком с «Макаровым»? Можешь перезарядить обойму?

Игорь кивнул.

- Конечно, я служил в армии, и там нас учили не только стрельбе. Могу даже разобрать его, почистить, если понадобиться.

- Он служил в армии, – передразнил Игоря Алексей.

- Может понадобится, но не сейчас, – вздохнул майор.

Палыч запустил руку в карман и достал оттуда две коробки с патронами от АК и еще две с патронами от «Макарова» и бросил одну из коробок с пистолетными пулями Игорю.

- Перезаряди.

Игорь поймав коробочку принялся перезаряжать свой пистолет. Палыч бросил другую коробочку, на этот раз с автоматными пулями, Алексею.

- Спасибо.

- Будь здоров. Пусть «Макаров» будет у тебя, проверь только, сколько там осталось выстрелов.

- Непременно, – Алексей, вытащив обойму, пересчитал количество оставшихся там пуль: – Четыре. Ой, как кому-то не поздоровиться, – добавил он.

Палыч усмехнулся.

- Ну-ну.

Через несколько минут все оружие было перезаряжено.

- Что же я скажу, когда придется отсчитываться за потраченные патроны? – улыбнулся майор.

- Так и скажешь: резвился! – Алексей расхохотался.

- Ну что, кто пойдет первым? – спросил Палыч.

- Как обычно, друг, тянем жребий.

Алексей достал из кармана спичечный коробок, а затем достал оттуда две спички и, надломив одну из них зажал, спички в кулаке у себя за спиной.

- Давай кто вытащит покороче, тот и идет.

- Поехали.

Игорь неуверенно поднял руку.

- Палыч, Алексей, я тоже хочу тянуть жребий.

Майор покачал головой.

- У тебя вся жизнь впереди.

Алексей удивленно окинул Игоря взглядом и, подойдя к парню положил руку, на его плечо.

- Палыч прав, доверься нам.

Майор заметил на себе признательный взгляд Инны и, вздохнув, перевел взгляд на Алексея.

- Ладно, не будем тянуть, – он протянул руку к зажатым в рукам товарища спичкам, закрыл глаза и вытащил одну из них. Спичка оказалась надломленной.

- Иду я, все по честному.

Алексей пожал плечами.

- Жребий, фортуна или как там это называется. Хотя хочу тебе сказать, что ты засранец, мне до смерти надоело тащить Сашу на своем горбу! – он подмигнул Игорю. – Ты, наверное, поэтому и захотел тянуть жребий, что сам устал работать ишаком?

Игорь замялся.

- Ладно, подымаем его, а то что-то ты расслабился.

Алексей, подойдя к скамейке, подождал Игоря, и ребята на счет три подняли с лавки Сашу, уже второй час находившегося без сознания. Палыч, стараясь не шуметь, на носочках, подошел к двери и поднял указательный палец вверх, прося тишины, прислонился ухом к двери. Алексей вопросительно кивнул. Майор выпрямился.

- Ничего не слышно, но это не означает, что там нет никакой такой гадости наподобие той, что там, внизу.

Инна сделала несколько шагов назад и остановилась у стенки. Палыч кивнул.

- Ты правильно поняла, – он посмотрел на ребят. – Леша, Игорь, отойдите подальше от двери. Я не хочу рисковать.

Дождавшись, пока ребята отойдут, Палыч приготовил автомат, медленно отошел от двери и, прицелившись в замок, плавно спустил курок. Через несколько секунд замок, сбитый пулей, лежал на полу, и Палыч, поддев его ногой, отбросил в сторону. Оставалось только поднять перегораживающую дверцы перекладину, и майор, поддев ее прикладом убрал с петель. Дверь скрипнула и начала открываться, уже ничем не сдерживаемая. Майор вскинул автомат и попятился. Алексей, а вслед за ним Игорь свободной рукой подняли свое оружие. Алексей автомат, а Игорь пистолет. Дверцы, набрав ходу, открылись ударившись о стенки коридора. Палыч сглотнул: внутри не горел свет и совсем ничего не было видно.

- Возможно, внутри будет свет, – заметил Игорь.

«Возможно, ты сам понесешь свой зад и включишь его,» - мелькнуло в голове майора.

Палыч прикусил губу. Свет там должен был быть. Это как пить дать… Но где? Подойдя к проему он пошарил по стенке внутри. Пальцы уперлись в переключатель.

«Хвала богам!».

Майор, не дожидаясь ничего, поднял переключатель вверх. Наверху что-то защелкало и через какие-то мгновения коридор четвертого этажа осветил свет люминесцентных ламп. Палыч обросил коридор взглядом.

- Пусто, – бросил он стоявшим сзади ребятам. – Заходим, как и раньше. Я, вы с Сашей и Инна сзади.

Майор перешагнул через разделяющую коридор от лестничной клетки ступень и покачал головой. На полу и стенах коридора – везде виднелись пятна крови, уже успевшей впитаться и высохнуть. Откуда это могло здесь взяться и где те, кто оставил все это здесь?

- Палыч, я видел много дерьма в своей дерьмовой жизни, но такое вижу впервые, – протянул Алексей. – Скажу больше, меня сейчас стошнит!

Майор оставил слова друга без комментариев. Кровью было залито все. Лежащий на полу ковер напоминал собой губку для мытья посуды. Палыч почувствовал легкий тошнотворный привкус пряности. Он скривился.

«Эта кровь, так пахнет паленое мясо».

Сладко, пряно и немножко дурманя голову. До ушей донесся звук напоминающий треск кипящего масла на раскаленной сковороде. Палыч поднял глаза. На лампе были прилеплены несколько маленьких красных кусочков мяса. Майор, зажмурив глаза отвернулся, громко выругавшись.

- Я согласен с тем, что ты сказал, – Алексей покачал головой.

Палыч сделал несколько глубоких вздохов.

- Нам надо идти.

- Но я не вижу лестницы здесь, – сказал Игорь.

Майор крепко стиснул зубы. Резонное замечание. Лестницы здесь действительно не было. Коридор упирался в другую дверь, по пути разветвляясь по сторонам. По обе стороны, и слева, и справа, чуть углубляясь в коридор врезались двери с небольшими окошками.

- Нет здесь, значит есть там, – майор указал на дверь.

- Похоже это палаты, – сказал Алексей. – Я имею ввиду по бокам.

- Возможно, – Палыч подошел к одной из дверей и заглянул в окошко.

Внутри было темно.

- Сбоку есть выключатель, – подсказала Инна.

Палыч кивнул и включил в палате свет. Из-за двери раздался приглушенный смешок, и через секунду в дверь что-то стукнуло. Послышался стон. Майор всмотрелся внутрь: за дверью, в смирительной рубашке, на полу лежал корчащийся от боли человек. Заметив Палыча, он как ни в чем ни бывало вскочил на ноги и закричал. Майор, отойдя от двери, нажал на выключатель.

- Там человек, похоже псих, – сказал он.

Ребята переглянулись: псих за дверью уже не кричал. Из палаты теперь не доносилось не звука.

- Есть мысли на этот счет? – спросил Алексей.

- Есть предположение.

Палыч подошел к следующей палате и включив свет посмотрел внутрь. На койке лежал человек спиной к двери и свернувшись словно калачик. Майор пригляделся: белую смирительную рубашку в нескольких местах перепачкали разводы алой крови. Отвернувшись, Палыч выключил свет:

- Похоже, они тут во всех палатах.

Неожиданно с лестницы до ушей ребят донесся звон разбитого стекла.

- Нам пора, – Палыч двинулся вперед по коридору, внимательно осматривая каждую дверь.

Вслед за ним двинулись все остальные. И уже через несколько секунд ребята были в другом конце коридора. Палыч вновь прислонился ухом к двери. Ни звука. Майор, бросив секундный взгляд на петли, определил, что дверь открывается во внутрь. Он плавно опустил ручку замка вниз и открыл дверь, одной рукой держа наготове автомат. Из дверного проема в коридор выскочил кот. Инна сзади заверещала, а Алексей, не долго думая, выпрямил руку с пистолетом и спустил курок. Кот, мяукнув, завалился на пол.

- Надо же было меня так испугать! – проорал Алексей.

Палыч поднес палец к губам.

- Нас могут слышать.

- Да срал я на них, – выругался Алексей.

Майор заглянул внутрь. Дверь вела в большой зал. Сквозь темноту Палыч с трудом смог рассмотреть расставленные внутри столы с придвинутыми стульями. Несколько окон. Краем глаза заметив выключатель, он включил свет и зашел внутрь.

- Чисто.

- Телефон, там есть телефон?

Палыч огляделся и заметил на самом дальнем столе телефон.

- Есть, – он подошел к столу и взял трубку. В ответ была только тишина. – Нет, связи нет.

Игорь, зажал пистолет под мышкой, проверил свой мобильный телефон и молча покачал головой. Ни одного деления.

Зал, в котором они оказались был довольно просторным. Наметанный взгляд майора насчитал тут одиннадцать столов, на каждом из которых стояла табличка с выгравированным на ней именем.

«Видимо, доктора,» - подумал Палыч.

Он внимательно осмотрел лежащие на столу бумаги, среди которых были анализы, листики с телефонными номерами, календарики. Майор протянул руку и взял один из листиков.

АНАЛИЗ МОЧИ ОБЩИЙ.

Палыч заметил в самом уголку листа дату – 27.06.09.

«Сегодня тридцатое» - майор задумался.

- Ребята, тут есть анализы от двадцать седьмого числа, – он поднял листик вверх.

- Интересно… И что же там пишут? – улыбнулся Алексей.

Палыч пожал плечами и протянул листик другу.

- Почитай, можешь вслух, мне тоже интересно.

Алексей, взяв листик, посмотрел на него и уже через секунду скомкал его и  выкинул в стоящее под столом мусорное ведро.

- Ну как? – спросил Палыч?

- Целюлит второй стадии, – усмехнулся Алексей.

На столе больше не было ничего интересного. Палыч заметил стоящий у противоположенной стены сейф и поспешил подойти к нему. Сейф был небольшого размера. Палыч неуверенно потянул за ручку. Закрыто.

- Интересно, что там? – поинтересовался Игорь.

- Мы это обязательно узнаем, – майор, взявшись за ручку, аккуратно опустил сейф на пол и, прицелившись в замок, выстрелил…: - Крепкий, – протянул он.

- Я не думаю, что он выдержит после нескольких пуль вдобавок.

Алексей и Палыч переглянулись.

- Ты думаешь?

- Конечно, попробуй.

Майор вздохнул.

- Эх, не хочется тратить пули, ой как не хочется. Они нам еще пригодятся.

- Но ведь там может быть и что-то полезное, верно? – заметил Игорь.

Палыч, нагнувшись, взял сейф и поднял его.

- Значит откроем его чуть позже, Игореша…

Алексей поднял указательный палец вверх.

- Там кто-то есть, – он указал в сторону двери, ведущей в коридор

- Ты думаешь, они прорвались сюда?

- Я думаю они никуда отсюда и не выходили, – Алексей взвел курок.

- Леша, без шуток, уходим отсюда.

- Ты нашел лестницу?

Палыч покосился на вторую дверь, уводящую из зала.

- Лестница должна быть там.

- Но что, если ее там не будет?

- Тогда примем бой, – Палыч развернулся к двери ведущей в коридор. – А сейчас незачем рисковать, - он подошел к одному из столов, выдвинул из-под него стул и  подошел к двери, где подпер ручку спинкой стула – Если они действительно прорвались сюда, то это сдержит их. Но я все же надеюсь, что это шумят больные.

- Я тоже надеюсь на это, – согласился Алексей.

- Ребята, – Инна, стоявшая у окна указала вниз на улицу. – Отсюда конечно не видно входа, но этих гадов полно и здесь.

Палыч подбежал к окну.

- Черт побери… – прошептал он.

Надо было уходить, причем срочно. Только на крыше мог работать мобильник.

«Но до крыши нужно сначала добраться».

Майор подошел к лежащему на полу сейфу и взял его в руки.

- Я могу понести его, – предложила Инна.

Палыч покачал головой.

- Спасибо, нет, – он подошел ко второй двери выводящей из этого зала, и обернулся к ребятам. – Уходим, там должна быть лестница.

Он, выдохнув, открыл дверь, но тут же отпрянул назад. Воздух разрезали звуки автоматной очереди.

- Я справлюсь, никому не стрелять!

В дверном проеме застыл мертвец, но после нескольких точных выстрелов он рухнул на пол.

- Юра, что я тебе говорил?

- Признаю ошибку, – бросил майор. – Но он здесь один, – Палыч посмотрел за дверь и включил свет в следующей комнате. Эта комната, видимо, служила чем-то вроде пожарки. Здесь находились огнетушители, щиты электричества и лестница. Майор, не веря своим глазам, улыбнулся.

- Кажется, мы нашли, что искали.

- Лестница? – спросил Алексей.

- Она самая.

- Черт побери, Палыч, а я уже думал, что ты растряс с годами свою сноровку в таких вещах, – Алексей расхохотался.

- Леша тише, – прервал его майор. – И быстрее! Я убил эту тварь! Сейчас из нее полезет эта зараза!

- Я закрыла дверь, – сказала Инна. – Запах останется за дверью.

Взявшись одной рукой за лестницу, Палыч посмотрел вверх. Ржавая лестница упиралась в люк, на котором майор не обнаружил замка. По состоянию конструкции можно было предположить, что никто достаточно давно не был здесь. Лестница была окутана паутиной и, казалось, держалась на добром слове. Кое-где можно было заметить попытки сварить металл, но даже в тех местах, где лестница еще держалась за счет сварки, можно было рассмотреть явные следы коррозии. Майор молча покачал головой. Пожалуй, единственным человеком, который мог бы забраться вверх без проблем и открыть люк, была Инна. Палыч почувствовал как пульс затарабанил в висках.

- Ребят, здесь тоже не так сладко… Лестница держится на добром слове, – пояснил он.

- Ты предлагаешь не лезть туда? – усмехнулся Игорь.

- Почему же, но не забывай, что во мне, к примеру, сто десять килограммов, Леша весит около ста, да и ты тоже на самый маленький. А Саша? Что делать с Сашей?

- Ну и что ты предлагаешь? – Игорь вопросительно посмотрел на Палыча.

Алексей недовольно сплюнул на пол.

- А что предлагаешь ты?

Палыч вздохнул и, скрестив руки на груди, еще раз осмотрел лестницу, ничего не ответив на вопрос Игоря и не обратив внимания на его препирательства с Алексеем.

- Надо подумать, – чуть слышно прошептал он.

Да, пожалуй взобраться вверх могла только Инна. Он мельком обросил взглядом мявшуюся в углу девушку.

«Не самый лучший вариант…» - подумал майор.

Но даже если отбросить в сторону все рассуждения… Майор окинул взглядом окинул пожарную комнату. Все равно остается вопрос. Как быть с остальными?  Взгляд Палыча остановился на пустом столе, стоящем в самом углу. Майор осмотрел стены. Над столом висел пожарный шланг и прикрепленная рядом кнопка сигнализации. Алексей перехватил взгляд товарища.

- Думаешь взобраться вверх по этому шлангу? – спросил он.

Майор качнул головой.

- Почему бы и нет, – он подошел к стене, на которой висел шланг, и, ударив прикладом Калашникова по стеклу-барьеру, отделявшему от майора шланг, рывком сорвал его с крепежа, тут же распустив шланг по полу.

Алексей окинув взглядом шланг уставился на лестницу.

- Я думаю, здесь метров пять, а в шланге минимум десять. Но как ты собираешься его крепить?

Палыч пожал плечами.

- Пока не знаю.

Игорь, которому все сложнее было удерживать Сашу на плече прокашлялся.

- Я могу полезть вверх, – заявил он.

Майор перевел на Игоря взгляд.

- Сколько ты весишь? – спросил он.

- Я думаю около восьмидесяти пяти килограммов.

Майор покачал головой.

- Это слишком много, хотя… - он замолчал и подошел к лестнице. – Леш, опустите Сашу, а ты, Игорек, подойди сюда.

Ребята аккуратно усадили Сашу спиной к стене. Алексей, выпрямившись, потянулся, выдав тираду ругательств, а Игорь несколько раз дернул затекшим плечом и засеменил к Палычу. Майор оценивающе окинул его взглядом.

- Что с плечом?

- Затекло немного без движения.

- Чувствуешь?

- Да, просто немного покалывает.

Алексей, усевшийся рядом с Сашей у стены, откинул голову и оперся затылком о бетон.

- Чувствуют хер в жопе, Игорек, – он расплылся в улыбке и подмигнул майору.

Палыч сдержал улыбку и, взяв Игоря за запястье, дернул руку.

- Лучше?

- Немного.

- Хорошо, теперь положи ладонь мне на плечо.

Игорь кивнул и, приподняв руку, опустил ладонь на плечо Палыча. Майор обхватил ладонями руку Игоря и тщательно растер ее.

- Теперь встряхни, – сказал он.

- Спасибо, мне намного лучше, – улыбнулся Игорь.

- Вот и хорошо, – Палыч обвел взглядом присутствующих. – Сигаретой никто не угостит?

Леша кивнул в сторону Саши.

- У малого в рубашки пачка. Думаю он был бы не против, – Алексей ловким движением вытащил из кармана рубашки Саши пачку и, достав сигарету себе, бросил пачку Палычу.

Майор благодарно кивнул.

- Не хочешь? – он протянул открытую пачку Игорю.

Парень покачал головой.

- Тогда пока твоя рука и ты вместе с ней не придешь в себя, мы сделаем небольшой перекур.

Игорь кивнул.

- Хотите взобраться по шлангу вверх? – спросил он.

- Да, – ответил Палыч. – Сейчас только вот подумаем как это сделать.

- Но вы же говорили, что лестница вряд ли выдержит мой вес?

- Говорил, – согласился Палыч. – Могу это повторить. Просто мне кажется, что можно попробовать. Мне не хотелось бы, чтобы наверх лезла Инна.

Девушка, услышав свое имя, вздрогнула. Замолчал Игорь. Алексей, сидевший на полу, с трудом подавил смешок. Палыч затянулся и еще раз окинул лестницу взглядом.

- Игорек, ты можешь пока попрыгать, поразмяться. Ты как вообще, со спортом дружишь?

- Делаю зарядку по утрам, – бросил Игорь уже начавший разминку с круговых вращений шеей.

Майор, кивнув, сосредоточился на лестнице.

Достаточно гнилые поручни, местами отставшие от основной конструкции вызывали серьезное опасение. Но если поручни могли просто напросто надломиться или, что еще хуже просто провалиться под весом Игоря, то сама конструкция была все же достаточно крепко соединена со стеной и выглядела довольно надежной. Майор почесал щетину. Вряд ли поручни выдержали бы даже вес миниатюрной Инны. Чтобы подтвердить свои догадки, майор подошел к лестнице и взявшись за нее, потянул на себя.

Крепко.

Тогда Палыч аккуратно поставил ногу на поручень и надавил на него, переместив на ржавое железо часть своего веса. Железо под ногой жалобно скрипнуло.

«Так и есть,» - пронеслось в голове.

Майор аккуратно убрал ногу и отошел в сторону.

- Я уже думал, ты сам собрался лезть, – усмехнулся Алексей.

Палыч улыбнулся.

- Нет, я сломаю ее к чертовой матери. А вот он, – он кивнул в сторону Игоря, – пожалуй, сможет туда вскарабкаться, если сделает все правильно.

- В смысле? – спросил Алексей.

- На ногах должно быть не больше сорока или пятидесяти кило веса, иначе пиши пропало – Палыч, взявшись руками за лестницу, обернулся, посмотрев на Игоря: – Смотри Игореша… В тебе восемьдесят пять?

- Да, – кивнул Игорь.

- Тогда тебе придется килограммов по пятьдесят постоянно держать на руках. Выдержишь?

- Я попробую.

- Куда же с твоими-то веточками, – съязвил Алексей.

- Леша! – пресек товарища Палыч.

- Хорошо, замолкаю.

Майор, дождавшись тишины, продолжил.

- Понимаешь, о чем я? – сказал он. – Тебе надо будет карабкаться вверх, считай, на руках, а ногами страховать себя.

- Ну я попробую.

- В принципе можно укоротить ему путь метра на два, – заметил Алексей.

- Каким образом? – поинтересовался майор.

- Мы можем подсадить его.

- Хорошая идея… - Палыч задумался: – Так и сделаем, – согласился он.

Алексей указал на стоящий возле стены стол.

- В принципе можно попробовать залезть на него и оттуда подсадить.

- Если он не развалиться под нами, – майор подошел к столу и, отодвинув его от стены вскарабкался на него сверху. Дерево держало достаточно прочно, и майор, опершись рукой об стену, чуть подпрыгнул. Стол выдержал.

- Леша, давай сюда.

Через секунду на поверхности стола рядом с Палычем уже стоял Алексей.

- Вот что значит крепкая советская мебель! – усмехнулся майор.

Товарищи спрыгнули со стола и, подтащив его к лестнице, залезли на него обратно.

- Готов, Игорек?

Парень кивнул и залез на стол. Алексей истерично захохотал.

- Я представляю, если мы тебя уроним, сынок.

- Если ты так будешь истерить, мы уроним не только его, но и сами попадаем, – буркнул Палыч. – Подумай лучше как будем его поднимать.

Алексей развел руками.

- Думаю, на плечах, как еще?

- Ты прав, никак, – согласился Палыч.

- Ну тогда поехали.

Майор, упершись одной рукой о стену вторую руку тыльной стороной ладони положил себе на плечо. Алексей, присев, сделал то же самое.

- Давай, Игореша, аккуратненько, держись за лестницу.

Парень, обхватив обеими руками лестницу, гулко вздохнул и медленно влез на своеобразную, выстроенную товарищами пирамиду.

- На три, – пояснил Палыч.

- На раз, два и третий подъем или раз, два, три, а потом уже подымаем? – улыбнулся Алексей.

- Второе.

Игорь выпрямился.

- Мужики, я готов.

- Чувствуешь? – улыбка не сходила с лица Алексея.

- Леша, не до шуток, – серьезно заметил Палыч.

- Тогда поехали. Давай. Раз, два, три. Подымаем.

Ребята медленно подняли Игоря вверх. Стол под ногами предательски заскрипел и пошатнулся, но выдержал. Палыч мысленно поблагодарил Бога. Игорь, вцепившись руками в лестницу, закивал.

- Отпускайте.

До крышки заветного люка оставалось не больше полутора метров и парень, выдохнув, подтянулся, тут же найдя ногами ступеньку лестницы.

- Аккуратней, – майор, пристально наблюдая за пареньком, слез со стола вслед за Алексеем и тут же отодвинул стол в сторону. Нужно было страховать Игоря. На случай, если он упадет. Тем временем Игорь миновал еще несколько ступенек, вплотную приблизившись к крышке люка.

- Ты сможешь ее открыть? – крикнуть Алексей.

- Сейчас постараюсь – ответил Игорь.

- Давай, мы в тебя верим.

Игорь сделал еще несколько рывков, подтянулся к люку и, потратив секунду, чтобы сосредоточиться, уперся двумя ногами в ступеньку. Освободив левую руку он с силой толкнул крышку люка вверх. Но крышка как ни в чем не бывало осталась на месте. Из-под ног паренька через мгновение сорвалась сложившаяся пополам ступенька, не выдержавшая веса Игоря, и он с трудом успел схватится за лестницу левой рукой и не упасть вниз.

- Ребята, я так долго не продержусь…

Друзья переглянулись. Майор поспешно придвинул обратно к лестнице стол и залез на него, протянув руку Алексею.

- Леша, становись ко мне на плечи, – кинул он.

Алексей, в ответ лишь кивнув, вскочил на плечи к присевшему на присядки майору, и Палыч, сжав зубы, выпрямился. Теперь между ногами Игоря и плечами Алексея оставались считанные сантиметры.

- Игорь, становись на меня. Юра, ты выдержишь нас двоих?

- Быстрее, черт вас дери, – прошипел Палыч. – Выдержу, конечно.

- Попробуй еще раз подтолкнуть люк.

Игорь кивнул и с силой нажал на крышку. Железо заскрипело и было поддалось, но крышка встала на место. Сверху до ушей майора донесся какой-то еле различимый звук.

- Вы слышали? -  он прислушался. – Там кто-то есть, я слышал звук, – сказал он.

- Я тоже слышал, – сказал Алексей.

- Ребята… - Игорь не успел договорить, как сверху, с другой стороны крышки люка раздался шум.

- Инна, возьми оружие, автомат рядом со столом, – бросил Палыч. – И если что стреляй не раздумывая, ты меня поняла?

Девушка кивнула и, подбежав к автомату, вцепилась в приклад руками. Пальцы Инны по цвету напоминали кость. Белые, они дрожали. Звук сверху повторился.

- Кто там?

Никто не ответил.

- Игорь, попробуй открыть люк еще раз, а ты, Инна, стреляй на поражение.

- Не забудь снять с предохранителя, – бросил Алексей.

Девушка в ответ молча закивала.

- Поехали.

Игорь на свой страх и риск уперся в крышку люка обеими руками, но не успел он надавить на нее, как крышка распахнулась сама по себе. Потеряв равновесие, Игоря качнуло назад. Рука, ищущая опору, сомкнула воздух, всего несколько сантиметров не дотянувшись до лестницы. Игорь, а вслед за ним и Палыч с Алексеем рухнули вниз, сложившись как карточный домик, а через мгновение штукатурку на стене, еще какую-то секунду назад находившуюся на одном уровне с головой Игоря взорвала дробь. Стреляли сверху. Стол из под их ног вылетел в сторону. Инна судорожно жала на курок автомата, который так и остался скован предохранителем. Палыч, перекувырнувшись во время падения, оказался у выхода и, вытащив пистолет, прицелился, за мгновение окинув комнату взглядом. Алексей, впрочем, как и Игорь, которому при падении досталось больше всего, так же сумел сгруппироваться. Старый боевой товарищ так же, как и сам майор, уже находился наготове и вытащил из за пазухи свой пистолет. Парень, который еще не успел прийти в себя после падения, сидел на корточках в углу комнаты. Майор плавным движением нашел пальцем предохранитель на своем пистолете и опустил его.

- Там кто-то есть, – бросил он.

- Юра, я это давно понял, – Алексей, спрятавшись за столом, рассматривал отверстие люка. – Этот кто-то чуть не прострелил Игорю голову.

- Эй, там есть кто живой? – крикнул Палыч.

Наверху послышался звук перезаряжающегося дробовика. Майор сглотнул.

- Кто там?

- Я бы посоветовал вам убраться отсюда подобру поздорову, – донеслось из открытого люка

Глава 13

Там, наверху, на крыше больницы, был живой человек. Спорить с этим было бы глупо, но почему тогда он встретил их в штыки? Палыч задумался. Наверное, у того парня были на то веские причины. Был ли он там один? Или с ним был еще кто-то? Не найдя на этот вопрос ответа, майор, не опуская пистолет, крикнул.

- Эй, мы пришли с миром.

Некоторое время ответом была лишь тишина, но затем незнакомец все же ответил.

- Мне плевать, с чем вы пришли, никто не зайдет на эту крышу,– помолчав, человек добавил, – А первый, кто попытается сделать это, останется без головы.

- Смотри как бы без головы не остался ты, – прошипел Алексей.

Палыч стиснул зубы и поднес указательный палец к губам, прося друга замолчать. Парень наверху явно нервничал и сейчас не стоило выводить его из себя. Это могло привести к последствиям. А это вовсе не было нужно сейчас.

- Но нам нужна помощь, – крикнул майор. – Мы думаем, вы сможете нам помочь.

- Единственное, чем я могу вам помочь, так это разможить вашу голову по паркету, чтобы облегчить ваши страдания. Вот этим я могу вам помочь, я уже сказал, что вам нужно сделать, чтобы все произошло именно так!

Майор выругался. Самое интересное, что в интонации этого паренька наверху не было ни капли сумашествия или нервоза. Он говорил уверенно и, видимо, понимал, что говорит, говорит всерьез.

- Кто вы такие? Откуда вы взялись? – крикнули сверху. – Сколько вас там?

Палычу показалось, что он услышал на крыше диалог.

«Похоже, он там не один,» - пронеслось в голове.

- Нас пятеро, мы заблудились и совершенно случайно вляпались во все то, что здесь происходит. Среди нас девушка и раненный парень. Нам нужна помощь.

- Я тебе говорю, что они не могли оказаться здесь вот так запросто, они инфекцированы!

Палыч прислушался.

- А если нет? – этот голос принадлежал другому человеку, девушке.

- Так может ты спустишься и проверишь это?

- Зачем, я и отсюда могу все узнать.

Через мгновение у края люка появился женский силуэт. Девушка держала в руках пистолет, наведя его дуло внутрь комнаты.

Алексей злорадно усмехнулся и майор увидел как дуло пистолета товарища остановилось на голове незнакомки.

- Одно движение – и я пристрелю эту сучку.

- Не вздумай, – бросил майор. – Только если она захочет выстрелить.

Алексей закивал и протер рукавом выступивший по лбу холодный пот, норовящий попасть в глаза.

- Покажитесь, – донеслось сверху. – Я хочу увидеть вас на свету.

Палыч прикусил губу и перебрал все знакомы ругательства. Он медленно поднялся на ноги и подошел к люку. Где-то далеко в мыслях майор представил себе, как он выглядит сейчас со стороны. Разорванная в клочья, измазанная кровью форма…

«Не стоит продолжать,» - подумал он.

- Меня зовут Юрий, майор милиции.

Наверху никто не ответил. Девушка лишь повернула голову к своему собесединку на крыше и перекинулась с ним парой слов. Наконец она вернула свой взгляд на Палыча.

- Положите, пожалуйста на землю свой пистолет и поднимите руки, – сказала он.

- Юра, не делай этого, – прошептал Алексей.

Майор в ответ лишь показал товарищу кулак с выпрямленным большим пальцем, положил пистолет на пол и поднял руки вверх. Девушка наверху, вновь развернувшись, взяла в руку фонарик, при этом не выпуская из другой руки пистолет.

- Юрий, нам надо кое-что проверить.

- Пожалуйста, – согласился Палыч.

В ответ девушка молча вытянула вперед руки, державшие фонарик и пистолет, и, включив фонарь, направила яркий световой поток прямо в лицо майору. Палыч зажмурился.

- Этот чист, – бросила она своему товарищу. – Кто еще?

На свет фонарика вышли прихрамывающие после падения Игорь и Инна, державшая супруга за руку.

- Чистые, – резюмировала незнакомка.

- Раненый. Этот здоровяк сказал, что с ними раненый, пусть покажут его, – раздался голос сверху.

Палыч жестом указал на сидящего у стены Сашу.

- Парень в отключке.

- Мне плевать, – фыркнул незнакомец.

Палыч покачав головой подошел к Саше аккуратно взял парня на руки. Нога парня вспухла и майор заметил выступивший из раны гной. Дело плохо. Он медленно поднес Сашу к люку.

- Парень без сознания, – повторил он.

- Что с ним случилось? – спросила девушка сверху.

- Его укусил пес в лесу, – пояснил майор.

- Инфецированный?

- Не уверена. Внешне он свеж, не боится света.

- Внешность бывает обманчивой, знаешь, как говорят. Он инфецированный, это точно.

- А запах?

Наверху замолчали, резко оборвав диалог на повышенных тонах, и девушка скрылась. Палыч чувствовал, как бешено бьется сердце в его груди.

- Значит так, ребята, – донеслось сверху, разговаривал мужчина. – Я предлагаю оставить этого инфецированного парня на месте, а самим подняться сюда. Так или никак.

- Мы не можем бросить человека, – Палыч покачал головой. – Ему нужна наша помощь.

- Какая еще помощь, он инфицированный! – на краю люка, с фонариком в одной руке и дробовиком в другой появился незнакомец – Поверьте мне, сейчас лучше пристрелить этого парня, чтобы он избавился от мук потом, нежели потом он сожрет вас. Выбирайте или катитесь к черту, – он потянулся к крышке люка.

Палыч сглотнул. Но не успел незнакомец поднять руки, как повисшую тишину разрезали два выстрела – Алексей вскочил на ноги и двумя точными попаданиями выбил из рук мужчины дробовик и фонарик, разлетевшийся на части.

- А следующий будет в голову, если ты шевельнешься, сука, – прошипел он.

Незнакомец, даже не успевший опустить руки вниз застыл на краю люка.

Игорь с супругой отскочили к стенке, а майор, медленно присев, опустил Сашу на пол и, не отводя взгляд от люка, нащупал рукоятку пистолета и, взяв его, выпрямился, бросив взгляд на Алексея. Возможно, действия боевого товарища были единственно правильными сейчас. Ведь этот мужик на крыше намеревался захлопнуть крышку люка и тем самым отрезать для них путь к спасению. Боковым зрением перехватив взгляд Палыча, Алексей кивком показал, что он контролирует ситуацию, и майор, подойдя к лежащему на полу пожарному шлангу, смотал его.

- Как тебя зовут? – обратился он к мужчине наверху.

- Евгений, – голос незнакомца явно дрожал.

- Так вот, Евгений, сейчас ты послушаешь меня. Договорились?

Мужчина кивнул.

- Медленно, так, чтобы у моего друга не возникло желания спустить курок, ты спускаешься к нам, понял?

- Да.

- Вместо тебя там останется твоя подруга. Так что не переживай. Тем более, что с тобой мы ничего делать не собираемся.

- Мой друг хочет сказать, что если ты не хочешь попрощаться с яйцами, ты спустишься вниз. – усмехнулся Алексей. – Верно Палыч?

- Верно.

Майор окинул взглядом пожарный шланг.

- Затем я кину эту штуку наверх, твоей подруге, и она привяжет ее к чему-нибудь, чтобы мы могли спокойно забраться вверх, а сама спуститься вниз.

- Но… – начал было незнакомец.

Однако Палыч тут же прервал его.

- Безо всяких «но»! Влезем сначала мы, а потом вы.

- Хотя лично я оставил бы этого дебила тут, научился бы, как надо вести себя в обществе приличных людей, – хмыкнул Алексей.

- Но мы не станем этого делать, обещаю, – сказал Палыч, – но, как вы понимаете, если вы сделаете все то, что сказал вам я. Вопросы?

Незнакомец покачал головой.

- Вот и отлично, начали.

К удивлению майора, мужчина наверху не сделал ни единой попытки убежать или отпрыгнуть в сторону. Видимо, точные выстрелы Алексея сделали свое дело, выступив в качестве весомых доводов за то, чтобы не шутить с пистолетом в руках опытного стрелка. Однако незнакомец не торопился, и Палыч нахмурил брови. Алексей для пущей убедительности взвел курок.

- Я считаю до трех. Раз, – начал он. – Два, – палец начал вжиматься в курок, однако не успел он произнести «три», как незнакомец, нагнувшись, схватился за лестницу. – Не сломай нам лестницу, – бросил Алексей.

- Прыгай, я тебя поймаю, – добавил Палыч.

Мужчина кивнул и повисши на лестнице спрыгнул. Палыч поймал его у земли, смягчив падение.

- А теперь – в сторону.

Майор, встряхнув перенесшие только что большую нагрузку мышцы, поднял пистолет, взял пожарный шланг и закинул его на крышу. Через секунду сверху послышались звуки возни. Через отверстие люка обратно в пожарную комнату свалился один из концов шланга. Палыч, подойдя к нему, дернул и, убедившись, что шланг прикреплен, отошел в сторону.

- Теперь слезай сюда, девочка.

Мгновение спустя рядом с мужчиной уже стояла и девчушка.

«Похоже, отец и дочь,» - подумал майор.

Девушке на вид было не больше двадцати лет, длинные русые волосы, собранные в хвост, стройная фигура. Рядом стоял мужчина, ровесник майора, невысокого роста, худой, с низко посаженными глазами. Майор, окинув их взглядом, поднял указательный палец вверх.

- Без фокусов, – предупредил он, а потом развернулся к супругам. – Игорь, ты лезешь первым.

***

Все ребята: сначала Игорь, затем Инна, привязанный к шлангу Саша, Алексей, а затем и Палыч взобрались наверх, после чего, как и было обещано людям, оставшимся в пожарной комнате, взобрались наверх, и они. Палыч подхватил карабкающегося последним мужчину, рывком поставил его на ноги и, вытащив шланг из комнаты вверх, на крышу, захлопнул крышку люка, задвинув оказавшийся на ней засов. Улыбнувшись, он посмотрел на стоящего в растерянности мужчину, а затем обвел взглядом и замявшуюся чуть поодаль девушку.

- Вам не кажется, что этого можно было избежать? – спросил он.

Мужчина, стоявший ближе к Палычу переступил с ноги на ногу и молча покачал головой, а затем добавил.

- Ты знаешь, что делаешь майор? – сказал он.

Палыч усмехнулся.

- Я спасаю свою шкуру и шкуру тех ребят, которые оказались рядом со мной…

Майор не успел закончить, как незнакомец прервал его.

- Но ты привел сюда инфицированного, – прошипел он.

- Поясни, – нахмурился Палыч.

- А что тут неясно, – возмутился незнакомец. – Парень заражен, ты разве не видишь в каком он состоянии сейчас.

- Он еще живой, янки, – перебил его Алексей.

- Живой, но он уже мутирует.

Майор вздохнул.

- Знаешь, а мне плевать, что там с ним происходит изнутри, – сказал он. – Парень доверился мне, пошел со мной, так что я, в свою очередь, буду поддерживать его до конца. Ну а если то, что ты говоришь, правда, то я или Алексей первыми отстрелим ему голову.

- Ты продлеваешь ему муки, только и всего, – пожал плечами незнакомец.

- Откуда такие глубокие познания? – Алексей, прогуливаясь по крыше, подобрал валявшийся в нескольких метрах от люка дробовик: повреждена на нем была только рукоять. А так из этой штуки еще можно было снести голову:другую.

- Хорошая вещь, – протянул он.

Незнакомец молча вернул взгляд на Палыча. Майор рассматривал лежавшего на полу паренька. Нога паренька заметно распухла и посинела, а из маленьких дырочек, четко выделявшихся на общем фоне, выступал желто-красный гной. Периодически парня пробивала дрожь. Кожа в некоторых местах зашелушилась, а под глазами появились огромные синяки. Возможно, в чем-то этот странный мужчина был прав. Парень так долго не протянет. Но был ли он заражен? Этот вопрос показался майору немного сложнее. Майор вспомнил события, развернувшиеся с Сашей на трассе, то, как подействовала на него эта вонь… Палыч почувствовал, как вспотела ладонь на руке, в которой он держал пистолет. По первому взгляду можно было отметить только кожу, которая теперь шелушилась на некоторых участках тела. Что касается опухоли, синяков, дрожи…

«Это все может быть,» - подумал он.

Но, с другой стороны, все это было у Сергея. У Саши нет разве что этого мерзкого запаха, бьющего в нос. Майор мысленно выругался.

- Откуда ты знаешь, инфицированный он или нет? – спросил Палыч.

Мужчина хмыкнул.

- Я работаю в этой больнице, я врач, – сказал он.

Палыч задумался.

- Ладно расскажешь об этом позже сейчас гораздо важнее помочь Саше. Как тебя зовут?

- Евгений.

- Так вот, Евгений, раз ты врач, этим займешься ты.

Мужчина покачал головой.

- Я не прикоснусь к нему.

Майор вздохнул.

- Значит, ты скажешь, что делать в такой ситуации мне.

- Боюсь, тут ничего не сделаешь, – вмешалась в разговор девушка. – У нас нет никаких средств, чтобы ему помочь, – она развела руками: – Боюсь, даже если бы они были у нас, ничего бы не изменилось.

- Почему,? – спросил Палыч.

- Хотя бы потому, что эта инфекция еще не изучена, – ответила девушка. – И ни я, ни отец не знаем как ее лечить.

- Да откуда вы знаете, что он инфицирован? – вмешался в разговор Игорь.

Девушка вздохнула.

- Вирус распространился и среди наших больных, в том числе, среди тех, кто находился на лечении у моего отца, – заключила она.

Палыч краем глаза заметил, как из носа Саши вновь полилась кровь.

- Но мы не можем бросить его вот так, – прошептал майор.

- Он гниет, гниет заживо, – Евгений посмотрел на паренька и покачал головой. – Вам не жалко его майор? Не жалко себя? Тех, кто рядом?

- Причем тут я и те, кто рядом? Не заговаривайся доктор! – Палыч переложил пистолет из одной руки в другую и переложил за пазуху.

- Он заразит кого-то из нас, как только откроются раны, – пояснил врач.

Через несколько секунд после этих слов, Саша, извернувшись, ударился лицом о бетон и забился в конвульсиях. Послышался хруст ломаемой носовой перегородки. Майор сглотнул и невольно сделал шаг назад.

- Дайте ему умереть… - Евгений, отступив, обнял дочь.

Из раны паренька, как из фонтана, напорам хлынула кровь, и майор, вздохнув, вытащил пистолет и дрожащей рукой прицелился рукой Саше в голову.

- Извини, друг, – Палыч задержал дыхание. Палец майора медленно скользнул по курку, и через секунду тишину разрезал звук выстрела. Саша, дернувшись последний раз, рухнул. По бетону из раны в голове растеклась кровь. Майор гулко вздохнул и, опустив пистолет, закрыл глаза. Голова кружилась, и Палыч медленно опустился на пол.

«Я все сделал правильно, - пронеслось в голове. – Я не мог поступить иначе».

В мыслях одно за одной начали всплывать картинки ночи, момент когда они нашли Сашу, лежавшего без сознания на дороге. Их разговор… Палыч сделал несколько глубоких вздохов.

«Я все сделал правильно,» - повторил про себя майор.

Он открыл глаза и, размяв шею, поднялся на ноги и подошел к трупу. Рука Палыча медленно коснулась кончика губ, и он дотронулся до лба Саши.

- Господь да упокой твою душу, – прошептал он и, вздохнув, выпрямился и отошел в сторону.

Повисшее молчание вскоре нарушил Алексей.

- Нам надо убрать тело с крыши, – сказал он.

- Сам справишься? – спросил Палыч.

Алексей кивнул.

- Нет проблем, друг, – он повернулся к Игорю. – Открой люк, мы с Евгением спустим тело.

Подойдя к пожарному шлангу, Алексей поднял его конец и кинул Евгению.

- Обвяжи, – пояснил он.

Доктор кивнул, и через минуту Алексей уже спустил труп в пожарную комнату, после чего он спустился туда сам и отвязав шланг от тела Саши вернулся из комнаты на крышу. Он в несколько двиений вытащил шланг и закрыл за собой крышку люка.

- Жалко парня, – вздохнул он.

- Майор спас его, – Евгений указал на крышку люка. – Хорошо, что мы успели.

- Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего, – майор осмотрелся. – Как я понимаю, здесь должен быть еще один вход на крышу? Или как бы вы оказались здесь? Этот люк ведь был заперт, я прав?

Евгений закивал.

- Прав, на другой стороне, мы закрыли его на замок, ключ у моей дочери.

- Как тебя зовут? – майор посмотрел на девушку.

- Даша, – ответила она.

- Отлично. Даша, Евгений, я понимаю, что мы с ребятами незваные гости на этой крыше. Но нужно держаться друг друга, пока не придет помощь. Поэтому знакомьтесь, – Палыч развернулся и указал на рассматривающего дробовик Алексея. – Это Леша.

Майор поочередно представил всех ребят.

- Меня зовут Юра, правда, я больше привык отзываться на «Палыча», но в принципе мне все равно, называйте меня как хотите, – он протянул руку Евгению, и доктор крепко пожал ее, а затем пожал руку Даше.

- Мне хотелось бы извиниться перед вами за не самый радушный прием, – вздохнул Евгений. – Наверное, вы и сами понимаете мои мотивы.

Палыч развел руками.

- Конечно, поэтому не стоит извиняться.

- Я должен защитить свою дочь, – Евгений кивком указал на Дашу. – Если я прожил свое, то она нет.

«Как не прожил свое и Саша,» - мелькнуло в голове Палыча.

- Я понимаю, – майор потрепал Евгения по плечу. – Скажи, из оружия, помимо двух пистолетов и дробовика, у вас есть что-то еще? Боеприпасы?

Глаза Евгения поползли вверх.

- А откуда ты знаешь про второй пистолет?

- Я увидел его под твоей рубашкой еще внизу.

- И не забрал?! Я ведь хотел выстрелить…

- Если бы ты сделал движение в сторону, то сейчас лежал бы внизу с простреленной головой, – майор указал на Алексея. – Леша держит свое слово.

- Опасный тип, – прошептал врач.

- Опасный, – согласился майор. – Но ближе к делу. Что есть в наличии?

- Упаковка патронов для пистолета. Я припрятал это добро за той будкой, – Евгений указал на противоположенный конец крыши.

Майор кивнул.

- Знаешь, что здесь происходит?

Евгений пожал плечами.

- Догадываюсь.

Палыч прикусил губу.

- Ладно, приди в себя, осмотри моих ребят, а потом поговорим, мне надо осмотреться.

Евгений в знак согласия закрыл глаза и засеменил к расположившимся неподалеку супругам, по пути оглянувшись на майора. Палыч, проводив его взглядом, отвернулся.

«Странный он,» - подумал майор.

Наверное, этот парень действительно знал что-то на этот счет… Возможно, эти знания действительно могли бы помочь им в дальнейшем. Но сейчас голова майора была занята мыслями несколько иного рода. Нужно было оценить обстановку. Палыч огляделся. Крыша была достаточно просторной. От одного ее конца до другого было около ста пятидесяти метров ходу. Видимо, в здании был лифт. Майор обратил внимание на возвышающуюся над крышей постройку метра четыре в длину и три в высоту, наверх ее вела лестница, оттуда же вело несколько проводов. Палыч, нащупав в кармане мобильник, достал его и, включив, посмотрел на экран. Нет. Связи не было. Возможно, удастся поймать сигнал с этой будки повыше. Он подошел ближе и залез по лестнице наверх, тут же достав телефон. Сигнала не было. Майор закрыл глаза и, сжав телефон в руке, опустил его обратно в карман. С губ сорвалось несколько скверных слов.

Присев на корточки, майор достал оставшуюся от Саши пачку сигарет, закурил и осмотрелся, окинув взглядом расстилающуюся перед его глазами панораму. Отсюда на многие километры вокруг можно было увидеть только лес. Даже та дорога, которой они приехали сюда, была скрыта за гущей деревьев. Центр, или больница, или что бы это ни было оказалось довольно внушительным комплексом построек. Помимо основного здания, в котором они оказались, отсюда можно было увидеть еще несколько однотипных зданий одного и двух этажей в высоту и выделяющееся из общей массы четырехэтажное массивное здание, где, видимо, жили сотрудники. Комплекс по периметру обнимал забор примерно двухметровой высоты с колючей проволокой наверху, которая, как помнил майор, находилась под напряжением. Сбежать отсюда если бы ты был психом, было бы наверняка трудно. Палыч окинул взглядом расположившихся ребят. Евгений о чем-то разговаривал с супругами, то и дело осматриваясь по сторонам. Даша обрабатывала ожоги на пальцах Алексею, который наконец расстался со своей новой игрушкой – дробовиком. Казалось, на миг все забыли о том, что происходит внизу. Палыч почувствовал как по его телу постепенно растеклась усталость. Адреналин, нервы.

«Пожалуй, хватило бы на целую жизнь».

Он молча бросил окурок под ноги и, затушив его ботинком, еще раз осмотрел крышу. Три входа и три выхода: будка лифтера, люк, по которому они забрались сюда и еще один люк, через который сюда попали Евгений и Даша, если он все правильно понял. Остальную поверхность крыши занимала лишь плоская поверхность. Ни дать ни взять. Палыч, поднявшись на ноги, слез с будки, достал пистолет и подошел к двери, ведущей внутрь. Она была закрыта на замок и открывалась на себя с внутренней стороны. Такую конструкцию было достаточно сложно сломать, если не применять специальных средств. Майор, несколько раз дернув дверь, отошел в сторону и подошел ко второй будке на противоположенном от люка конце крыши, также проверив ее. Дверь, как и говорил Евгений, была заперта. Палыч присвистнул и, подкинув пистолет, засунул его в кобуру, подойдя к краю крыши.

- Как тебе картина?

Палыч обернулся, – рядом с ним стоял Алексей, рассматривающий толпу мертвецов, бродивших внизу у дверей здания.

- Они и с той стороны, я только оттуда.

Палыч покачал головой.

- Не думал, что их так много.

Алексей усмехнулся.

- А еще несколько часов назад ты не думал, что такое дерьмо вообще есть.

Майор пожал плечами.

- Ошибался. Как там ребята?

- Как еще? Херово. Инна с трудом разговаривает, а Игорь подвернул ногу или сломал, – Алексей указал в сторону ребят. – Доктор колдует над ними, может, что-то и получится.

- Он ничего не говорил тебе?

Алексей покачал головой.

- Нет, а должен был?

Палыч пожал плечами.

- Похоже он что-то знает, – сказал он.

- Хочешь сказать догадывается? Я слышал ваш разговор, – сказал Алексей.

- Возможно, догадывается, возможно, знает, не знаю… - протянул Палыч. Он вытянул из кармана телефон – Связь не работает.

Алексей кивнул и, вздохнув, зажмурился, принявшись тереть ладонями глаза.

- Знаю, Игорь пытался поймать сигнал, – Алексей уселся на бетон крыши и упершись руками о дробовик уставился на снующих внизу мертвецов. – Дерьмо какое-то, брат, – выдохнул он.

- Дерьмо, – согласился Палыч.

- Есть какие мысли?

- Боюсь, что нет.

Товарищи переглянулись.

- Знаешь, Юра, похоже, в больнице много живых ребят, психов. Но много и мертвецов, которых от бедных психов отделяет лишь дверь палаты, – сказал Алексей. – Подумаешь об этом и блевать хочется.

Майор кивнул и зевнул.

- В некоторых палатах, когда мы шли, я видел трупов и инфицированных, – заметил он.

- Одно радует, что они не выберутся оттуда или же сломают себе башку о двери и стены, – Алексей сделал паузу. – Но я не об этом сейчас.

Палыч покосился на друга.

- Думаешь то, что думаю я? Они чуют нас?

Алексей кивнул.

- Похоже на то, и, если этих ребят внизу сдерживает что-то, что не позволяет им войти внутрь, то те, которые УЖЕ находятся внутри, чувствуют нас.

- Ты думаешь, что те, кто внизу не чувствуют? – перебил Алексея майор. – А чего бы они тогда толпились здесь?

- Дослушай до конца, – Леша поднял вверх указательный палец. – Те, что внизу, тоже чувствуют нас, но что-то им мешает войти, но те, кто внутри… - Алексей задумался.

- Скоро будут здесь? Ты это хочешь сказать? – закончил за друга Палыч.

- Да, – согласился Алексей.

- А сдерживает их, Леша, свет, они боятся свет…

- Майор прав, я это тоже давно приметил, – в разговор вмешался подошедший Евгений. – Извините, ребята, что я лезу в вашу беседу, но, как я понимаю, вы главные тут, поэтому я не могу оставаться в стороне, не знать, что вы задумали – он присел рядом с друзьями и развел руки в стороны – Тем более, мне кажется, что я могу быть полезным вам. Я тут уже третий день и знаю кое-что о том, что тут происходит.

- Куришь? – Палыч протянул доктору пачку сигарет.

Евгений благодарно кивнул и достал из пачки сигарету.

- Не курил двое суток, – заметил он.

- Ближе к делу, – улыбнулся Алексей.

Доктор поспешно закурил и глубоко затянулся, выпустив дым.

- Тогда слушайте.

***

Несмотря на то, что доктор перевязал ногу, боль не уменьшалась. Игорь чувствовал, как боль с каждым ударом сердца становилась все сильнее. Но можно было терпеть. Евгений дал ему обезболивающее, значит, скоро боль ослабнет. Он чувствовал, как по всему телу выступил леденящий душу холодный пот. Радовало одно: не было перелома. Он мог шевелить ногой и, несмотря на то, что нога опухла, чувствовал ее. Перелом можно было исключить. Оставался вывих или трещина в кости. Надо же было упасть так, чтобы повредить ногу! Игорь стиснул зубы. С другой стороны, падая с той высоты можно было сломать себе не только ногу, но и шею.

«Ничего, до свадьбы заживет,» - вспомнились слова бабушки.

Упершись руками в бетон крыши, Игорь откинул голову и зажмурился. Стояла довольно пасмурная погода, на некоторых местах на небе можно было увидеть лиловые тучи, укрывшие за собой звезды скоро рассвет. Возможно, скоро мог пойти дождь, ну а сейчас все же стояла достаточно приятная погода. Не жарко, но и не холодно. Прохлада. Хотя даже при двадцати пяти градусах Игорь чувствовал, как по мокрому телу проходит мелкая дрожь, чуть ветер набирал силу. Игорь вздохнул, и пытаясь не обращать внимания на боль покосился на супругу.

- Как ты, дорогая?

Девушка, обхватив руками колени, положила на них подбородок и, изредка моргая, смотрела в одну и ту же точку на крыше, поэтому услышала вопрос мужа только после того, как Игорь повторил его еще раз.

- Все хорошо. Как ты?

- Пустяки. Можно я обниму тебя?

Девушка покачала головой.

- Не стоит.

Игорь, окинув супругу взглядом и не долго думая, скинул с себя кофту, постелив ее на бетон, сам при этом оставшись в майке.

- Приляг, тебе надо отдохнуть.

Инна кивнула и, не вставая, тут же легла на расстеленную по бетону кофту мужа, уставившись в затянутое облаками небо. Игорь молча присел рядом, всмотревшись в лес, которому, казалось, не было конца. Где-то там, среди всех этих деревьев, стоял его автомобиль, взятый в кредит зимой прошлого года. За него осталось выплатить около двухсот тысяч…

«А я наверняка его больше не увижу,» - подумал он.

Парень закрыл глаза: и неизвестно, прекратятся ли выплаты.

«А я, дурак, отказался от страховки,» - вспомнил Игорь.

Он вздохнул, вспомнив с каким трудом достались ему эти выходные дни и чем они в итоге обернулись…

«Но не  в этом счастье».

Он нащупал рукой руку Инны и сжав ее поднес к губам. Однако в голову по прежнему лезла всякая чушь. Мысли, мешая друг другу лезли в голову одна за другой. Конец карьере, семье, счастью, конец ВСЕМУ. Игорь сглотнул накопившуюся слюнную

«Выбрось эти мысли из своей головы, - приказал он себе. – Все должно быть хорошо».

Ну а как же машина, например… По телу Игоря пробежали мурашки: он думал о машине, в то время как вовсе не думал о том положении, в котором он сам и его жена оказались сейчас. Игорь смахнул несколько капель пота со своего лица. Сейчас он жил, но уже через пять минут мог умереть. Страшная мысль заставила его содрогнуться.

- С тобой все в порядке?

Парень почувствовал на себе взгляд супруги.

- Да дорогая, все хорошо, не беспокойся.

И тогда наступит конец его мечте.

«Нерадужная перспектива,» - подумал он.

Тогда уже будет не до машины, не до квартиры, не до чего.

«Так тогда какого черта ты – здоровый, крепкий мужик – сидишь тут и плачешь как половая тряпка?» - пронеслось в голове.

Он нахмурил брови.

- Милый.

- Да, дорогая.

- Мне нужно кое-что сказать тебе, – Инна запнулась. – Хочешь?

- Что случилось, милая?

Девушка обняла Игоря, положила голову на его плечо и нежно поцеловала в шею.

- Я никогда не забуду нашу последнюю ночь…

Парень поцеловал девушку в лоб.

- А по-моему, бывало и лучше, – он выдавил из себя улыбку.

- Я не про то, Игореша.

«Она намекает на то, что это был наш последний секс перед смертью,» - пронеслось в голове.

Игорь почувствовал, как мышцы его невольно напряглись.

- А что ты имеешь ввиду?

Инна, окинув мужа взглядом, улыбнулась и прижалась к нему.

- Я беременна, дорогой.

Игорь от удивления разинул рот.

- Но… но как? – выдавил он.

- Я прошла тест, – пояснила Инна. – И он дал положительный результат.

Игорь от счастья, не вымолвив ни слова, прижал к себе супругу и принялся покрывать поцелуями ее лицо.

- Игорь!

- Что дорогая?

- Я устала.

- Хорошо, отстаю.

- Я люблю тебя, дорогой.

- А я тебя, дорогая.

Парень бережно уложил девушку обратно на кофту, расстеленную по бетону, и лег рядом, попутно посмотрев на ногу. Казалось опухоль начала спадать, а таблетка или счастье, которые он пережил в эти минуты, убрали боль. Он ласково приобнял Инну.

«Я не сдамся, дорогая, я ни за что не сдамся, - подумал он. – У нас будет девочка, я куплю нам новую машину. Квартира, конечно нам придется…».

Незаметно для самого себя Игорь закрыл глаза и погрузился в сон.

Глава 14

- Правда, не знаю даже, как начать свой рассказ, – начал Евгений. – В голове все перепуталось, не на своих местах. Поэтому хочу предложить вам что-то вроде альтернативы. Если хотите, я поведаю вам все так как есть, все, что знаю я, или же вы сами спросите у меня то, что посчитаете нужным и важным для себя? – спросил мужчина.

- Ты рассказывай, а что нужно – я или Леша уточним, – ответил Палыч.

- Что же, ваша воля, – согласился Евгений. – Тогда слушайте, и прошу по возможности не перебивать…

… Как сейчас помню все в мельчайших подробностях. Семьдесят шестой год, время моего выпуска из Ростовского Медицинского института. Я получил тогда «красный» диплом и естественно при распределении числился на хорошем счету. Помню, у меня даже спросили, где бы я хотел работать. Как где? Конечно же ближе к дому. Я встретился тогда с несколькими людьми, видимо оценившими по достоинству мой уровень знаний и профессионализм и я в итоге оказался в штате этой больницы – засекреченного объекта, о существовании которого никто и не знал, в том числе и я, пока не оказался в общежитии этого самого комплекса. Что, где, почему? Естественно, что эти вопросы я оставил при себе, и через месяц, пройдя стажировку, я приступил к работе. Я занимался исследованием анализа крови, мочи и кала наших больных, а вскоре стал начальником нашего отдела лабораторных исследований. Работал, получал неплохие деньги на книжку, нашел себе жену... Впрочем, что было важно тогда, не столь нужно слышать сейчас. Хотя все у меня складывалось отлично. Я жил в сказке, пока в один прекрасный момент  СССР не развязал войну в Афганистане… Сейчас я могу смело говорить обо всем этом. Хотя бы потому, что такого государства, как Советский Союз уже нет.

Палыч и Алексей внимательно слушали рассказ, но когда Евгений упоминул в нем Афганистан, оба молча уткнулись глазами в пол. Видя замешательство друзей, Евгений замолчал.

- Я сказал что-то не то? – спросил он.

Палыч покачал головой и достал сигарету.

- Все нормально, рассказывай, мы слушаем.

Евгений гулко вздохнул и продолжил.

- … Уже тогда здесь начало происходить что-то непонятное. Нет, глупо было бы утверждать, что я как сотрудник ничего не знал. Опять же, я знал, вернее, догадывался, ведь нам – рядовым сотрудникам – никто и ничего не объяснял о том, что тут происходит. Хотя я, наверное, тороплюсь, – поправил себя Евгений. – Если говорить обо всем этом вкратце, я могу с уверенностью сказать, что за те годы, которые я проработал здесь, ни к одному из наших пациентов не приехало ни одного родственника. Странно? Не правда ли? – он обвел Алексея и Палыча взглядом. – Кроме того, у нас даже не было такого дня, во время которого родственники могли бы приехать к своим родным. А диагноз везде звучал один – шизофрения. Можете себе представить? Около трехсот человек с одинаковым диагнозом? Лично я – нет, – развел руками Евгений. – Но тем не менее все было именно так… У меня в подчинении было около десяти человек специалистов, я подчеркну, специалистов в своем деле. Все анализы были расписаны по часам, причем полный отчет нужно было предоставлять за час или два. Представляете?

- Честно говоря, не представляю, – протянул Алексей.

- Ну а мы работали – и справлялись.

Палыч хмыкнул, а Евгений попросил закурить.

- Ну а если ближе к делу, – продолжил он, – у меня уже тогда начали подкрадываться сомнения по поводу этой богодельни, и я сильно сомневался, что работаю в психушке, а не черт знает где. Ведь зачем тогда такая секретность? Столько анализов? Однако в наших трудовых книжках числилось именно такое наименование: психушка, – Евгений улыбнулся. – Я же в свою очередь не совал свой нос не в свое дело. Как говорится, от добра добра не ищут. Но одну штуку я правда знал: моя жена, врач этого заведения, рассказывала как она лично осматривала больных которых то и дело подвергали различным испытаниям. Каким? Она не знала, но говорила, что их постоянно пичкали таблетками, делали уколы, а раз в неделю увозили куда-то. Порой некоторые из них не возвращались, а на их место привозили новых больных. Короче говоря, можно с уверенностью говорить об эксперементах, которые проводили здесь власти. И, как мне кажется, уже тогда они были направлены отнюдь не на то, чтобы помочь людям вылечиться.

- Думаешь что-то другое? – спросил майор. – Поясни, – попросил он.

- Не могу судить, но лично мне кажется, что на этих больных проводились эксперименты по выработке иммунитета. Возможно к радиации, химии, еще чему… Не знаю, – Евгений пожал плечами.

- И ты добровольно участвовал в этом? – изумился Палыч.

- А у меня был выбор? – Евгений улыбнулся – Но до Афганистана это были лишь предположения, не более того, так как анализы не могли говорить об этом всерьез. С другой стороны, как можно было объяснить исчезновения людей, которых списывали как покойников. Моя жена лично держала в руках такого рода бумажки. Еще днем человек жив, но днем приходят люди в халатах, забирают его, а вечером приходит уведомление о смерти парня, а на его место тут же заходит новый. Конечно, такое происходило не часто, но такая практика все же имела место быть. Повторюсь: все происходило так, пока не началась кампания в Афганистане. Сразу же после начала войны ситуация стала меняться. Некоторых больных по-прежнему вывозили, но при этом никто не регистрировал их смерть. Фамилии сменили номера, а к нам стали привозить парней с Афгана, которых вписывали в эти номера вместо исчезнувших или умерших. Понимаешь о чем я?

Палыч с негодованием покачал головой.

- И таких парней привезли человек пятьдесят. Всего, я думаю, из нашей больницы ногами вперед вышло человек сто. Повторюсь: хоть людей увозили не часто, но все же увозили.

- Да уж, неприятные ты нам истории рассказываешь, – покачал головой Алексей.

- Ребята из Афганистана, видимо, числились погибшими, – продолжил Евгений. – Однако анализы показали совсем чудную вещь… Ребята пострадали от химического оружия, мало говорили и совсем ничего не помнили, ну и, естественно, тронулись. Сами понимаете, какой скандал разразился бы, узнай об этом, к примеру, их родные или мировое сообщество. Вот их и спрятали куда подальше в наши места. Потом приходилось получать такие анализы, которые не могли присниться даже в страшном сне… - он перевел дыхание. – Я вообще удивлялся тому, как они еще живут на этом свете. Ну а затем началась перестройка, которая, видимо, и положила конец финансированию проекта. Вскоре центр научных исследований закрыли, осталась одна только больница и ее персонал. Ведь больных некуда было девать. Нам в разы сократили заработную плату, всех тех, кто трудился вне больницы, то есть тех, кто по сути занимался непосредственно опытами, уволили, а нам дали шанс лечить больных.

Евгений вздохнул.

- Совершенно забыл сказать, что ребят, над которыми ставили опыты, держали тогда на третьем этаже. Вы, наверное, подумали, что опыты ставили поголовно? Нет, я немного неправильно объяснил. Изучали только тех, кто находился на третьем, а запас их пополняли как раз с других этажей. Так вот, после перестройки и распада СССР тех ребят, которые остались на третьем (а было их всего человек шесть), перевели в общее отделение, то есть общим, как и все остальные этажи, стал третий этаж. Только шесть человек. Остальные сорок четыре за год после того как были приостановлены опыты, умерли. Несколько лет мы работали в полной нищете, порой доходило до того, что нам приходилось использовать дважды один и тот же шприц. Конечно, туговато пришлось всем… Однако в 2000-м к власти пришел новый президент, и вскоре о нас вспомнили власти. Ни о каких эксперементах речи уже не шло, но финансирование больницы увеличилось. Был воссоздан из пепла НИЦ, закуплено новое оборудование, расширился круг заболеваний, с которыми можно было бороться тут, однако, больница по-прежнему занималась исследованием шизофрении и – что самое интересное – впервые с момента существования центра были разработаны специальные курсы по стабилизации состояния людей, больных шизофренией, для больных и врачей были созданы отличные условия. К работе были привлечены новые специалисты, новая кровь, молодое поколение. И среди них был такой талантливый парень, как Михаил Шевченко.

Евгений окинул взглядом слушающих его Палыча и Алексея.

- Вот отсюда и начались неприятности – то, с чем мы все столкнулись сейчас. Он проработал здесь больше года и вскоре на очередной внутренней конференции врачей взял слово, заявив, что разработал средство, которое возможно облегчит людям страдающим шизофренией, жизнь, значительно сократит, а возможно, даже и уберет приступы. Вскоре он получил все крупные сертификаты и начал заниматься реализацией своей теории на практике. Признаюсь, результаты, которых он добился всего за несколько месяцев, были ошеломляющими: люди, болевшие шизофренией в самых жутчайших ее проявлениях, уже через три, а кто через четыре месяца были переведены из палаты интенсивного лечения в палату общей терапии. И уже в мае этого года он, выпустив первых больных, в июле взял себе на лечение вторую группу. Однажды, когда я брал анализы у одного из ребят, попавших в эту самую группу, я отметил про себя, что в ней оказалось три человека из числа тех, кто достался нам еще из советских времен, с третьего этажа, из числа людей привезенных их Афганистана…

Евгений запнулся.

- Сейчас я продолжу.

Он уткнувшись лицом в ладони, тяжело вздохнул и, несколько секунд просидев так, снова выпрямился.

- Как раз этим летом сюда – после окончания колледжа, после вступительного экзамена в медицинский институт – сюда, ко мне и Лене, приехала моя дочь Даша. Странная штука жизнь, судьба… - он закивал. – А ведь ей только девятнадцать лет.

- С твоей дочерью, как и со всеми нами все будет в порядке, – заверил Палыч.

- Надеюсь…

- Рассказывай дальше, мы слушаем.

- В общем, Шевченко взял себе в группу тех ребят, что пришли к нам когда-то из Афганистана. Первая неделя лечения прошла успешно. Был завершен первый цикл и я заметил значительное улучшение анализов больных. Второй цикл, уколы, начался на прошлой неделе, в четверг. Почти сразу же, в пятницу вечером, умер один из ребят афганцев. Лечение уколами решили приостановить, чтобы дождаться результатов анализов, но было слишком поздно. Было сделано то, что уже никогда не вернуть обратно. Через несколько часов умерло двое оставшихся ребят из Афганистана.

Евгений взялся двумя руками за голову.

- Несколько дней назад (а если быть точным, в субботу вечером), я допоздна задержался в лаборатории вместе со своей дочуркой: как раз проводил анализ крови умершего на содержимое лейкоцидов, когда из открытой форточки до наших ушей донесся чей-то дикий вопль. Я подбежал к окну, но ничего не увидел там и, велев дочери оставаться в лабаратории, сам спустился на первый этаж, где уже собрались врачи и медсестры, дежурившие в эту ночь. Среди них, кстати, был тот самый Шевченко о котором я уже рассказывал вам. Охранники, выбежавшие во двор, даже не успели достать оружие, как все они, словно оловянные солдатики, попадали вниз, кашляя и задыхаясь. Мы в свою очередь почувствовали какой-то странный, непонятный запах. А уже через секунду из дверей морга, вон там, – Евгений указал на небольшую одноэтажную постройку, – выскочили три непонятных существа, которые за считанные мгновения разорвали в клочья шеи нескольких человек, выбежавших наружу из общаги НИЦ. Вот так вот все и началось тут. Похоже, Бог решил наказать это проклятое местечко.

Палыч задумчиво почесал щетину.

«Так вот откуда пошло это дерьмо».

- Так ты думаешь, что виной всему стали эти уколы, которые прописал им врач?

- Я не думаю, я уверен в этом, - сказал Евгений.

- Интересно, какие сладости он напичкал в этот шприц? – спросил Алексей.

Евгений пожал плечами.

- Это секрет, кто же раскроет свою разработку, да и важно ли это сейчас?

- Ты прав, неважно, – вздохнул Палыч.

- Да и не могло там быть чего-то такого, что, например, запрещено, – отметил Евгений. – Он получил сертификат и действовал законно… Так, по крайней мере все было обставлено перед нами. Ведь какие результаты были достигнуты с первой группой!

- Но умерли афганцы? – поинтересовался Палыч.

- Да, – согласился Евгений.

- А у них в крови была какая-то дрянь, я правильно понял?

Врач кивнул.

- Сплошная химия, но последнее время результаты анализов этих парней ничем не отличались от результатов остальных, так что… - он развел руками – Тем более я не успел закончить последний анализ, поэтому не могу ничего сказать на этот счет.

- Да даже если бы и мог, не думаю, что это изменило бы что-то, – бросил Алексей.

- Не буду спорить.

Палыч улыбнулся кончиками губ.

- Не ожидал, что такое возможно.

Его слова повисли в воздухе. А кто ожидал? НИКТО. Майор машинально потянулся за очередной сигаретой.

«Черт бы побрал врача, что затеил все это,» - подумал он.

В то же время майор отдавал себе отчет, что Шевченко был виновен разве что только в том, что хотел облегчить жизнь многих людей…

«Вот так всегда и бывает,» - он уставился на кончик сигареты.

- Тяжело вам тут пришлось, меня удивляет, как вам вообще удалось выжить, – протянул он. – Двое из нескольких сот.

- Да, парень – Рэмбо, – усмехнулся Алексей. - Я бы, наверное, сошел с ума уже.

Палыч затянулся.

- Но почему вы сразу же не связались с кем нибудь?!

- Сначала шок, а потом, когда я опомнился и попытался связаться с городом, телефон уже не работал: где то была прорвана линия. А мобильный телефон здесь – просто игрушка. Тут не ловит не один из операторов.

- Но как, черт возьми, ты выжил? – удивленно спросил Алексей.

- Я, в отличие от других, не оставался на месте, а рванул оттуда обратно в лабораторию, где меня ждала дочь, по пути заглянув в будку охранника за дробовиком и пистолетом, – поведал Евгений. – Оттуда, из окна пятого этажа, я с ужасом наблюдал, как эти твари разрывают наших сотрудников, со многими из которых я общался… Все это видела моя дочь, стоявшая рядом, – Евгений перевел дыхание. – Потом я вытащил из сейфа в моем кабинете пистолет и попытался застрелить несколько тварей, один из них свалился на землю, но вновь поднялся, пока я вторым выстрелом не разможжил ему голову уже из дробовика. Но вскоре я понял тщетность своих попыток, – Евгений развел руками. – Помимо меня, оружие было еще у нескольких человек. Однако они, как и я, не сразу поняли, куда нужно стрелять. Но, в отличие от меня, у них уже не было второго шанса. Если я был наверху, то они были внизу, среди этих тварей… Их становилось все больше: охранники, упавшие около часа назад, пошатываясь, стали подыматься на ноги с земли.

- Хорошо ты устроился, друг.

- Правильно выбрал позицию, – хмыкнул Палыч. – И выжил. Один с дочерью. Ты молодец, что лукавить!

Евгений покачал головой.

- Эгей, не отчаивайся, – Алексей хлопнул его по плечу. – Что ты скис?

- Я не про то.

- А чего головой качаешь? – спросил Палыч.

- Я и дочь, мы здесь не одни, – сказал Евгений. – Точнее, помимо нас, выжил еще один человек, и сейчас он едет за помощью, а возможно помощь уже едет к нам, – он расплылся в довольной улыбке. – Я обо всем позаботился.

Алексей и Палыч переглянулись.

- Ты серьезно?

- Да, – кивнул врач. – Наш невролог побежал на стоянку и из окна своего кабинета я видел, как он выехал на своей красной «десятке» оттуда. Помощь скоро будет здесь.

Палыч вздрогнул и поймал на себе взгляд Алексея.

«Говорить ли ему, что случилось с водителем той «десятки»?».

Майор задумался. Возможно, стоило повременить с этим.

- А как вы оказались здесь, на крыше?

- Будка, через которую сюда попали мы, ведет на крышу через такую же пожарную комнату восьмого этажа, какая была и под вашим люком. Мы с дочерью, выйдя на балкон моего кабинета, добрались через пожарные лестницы до балкона восьмого этажа. Я подстрелил по дороге сюда пару этих гадов, но мы все же оказались здесь. Спасибо Господу.

- А где твоя жена? – поинтересовался Алексей.

- Она в Ростове, уехала решать проблемы с поступлением в ВУЗ дочери. Нужно снять квартиру, перевезти вещи. А я, дурак, не настоял на том, чтобы дочь поехала в город вместе с ней.

- Не вини себя, откуда ты мог знать, что так случиться! – сказал Палыч.

- Ты прав, майор, а как вы оказались здесь?

Палыч покосился на Алексея.

- Наверное, сейчас нет смысла рассказывать то, что не касается дела, но кое-какие вопросы у нас к тебе есть, – сказал он. – О том, как мы оказались здесь, я тебе рассказал вкратце еще там, внизу. Мы заблудились. Хотя дорога на карте была одна, мы все же умудрились свернуть и заехать сюда.

- Наверное, Виталик забыл опустить шлагбаум… Или невролог снес его, когда выезжал отсюда… Но обычно дорога сюда закрыта, якобы на ремонт.

- Виталик? – поинтересовался Алексей.

- Это наш сторож.

- Даже так! – Палыч улыбнулся. – А один из нас влип в расстеленный на трассе «лежачий полицейский», металлическую ленту с шипами.

- Вы серьезно? – от удивления Евгений заморгал.

- Серьезно, а потом мы встретили по пути сюда домик, где жил какой-то старик. Он и направил нас сюда.

- Седой, это Седой, – спохватился Евгений. – Раньше с братом они работали тут сторожами, но после развала союза места им не нашлось, и оба были вынуждены уйти на пенсию.

Майор почесал затылок.

- Он сказал нам, что его брат умер неделю назад.

- Умер? Нет, ей Богу, старик совсем выжил из ума. Я видел его пару дней назад, как раз в тот день, когда все это началось: вам надо было не обращать внимание на этих старых психов.

- Что-то уж больно мне кажется, что «лежачий полицейский»- это дело рук этого старой развалины или его брата, – Алексей, сжав приклад дробовика, врезал им по бетону крыши. – Старые суки, – выругался он.

- Впрочем ребята, мы слишком далеко зашли в прошлое от настоящего, – заметил майор. – Скажи, пробыв в кампании с этими тварями, ты не нашел ничего особенного в их поведении? Возможно какие-то повадки? А? Или стороны? Слабые? Сильные?

Евгений задумался, видимо раскладывая свои мысли в голове по местам.

- Во-первых, как я уже сказал, этих тварей можно убить только выстрелом в голову.

Палыч кивнул.

- Что еще?

- Похоже, они боятся свет. По крайней мере, мне так казалось еще вчера: весь день они прятались кто где, боясь высунуться. Они прятались по зданиям, ведь когда вы пришли, никого не было, потому что они чувствовали приближающийся рассвет. Сейчас же светается, а они никуда не собираются уходить... – врач развел руками.

- Ты прав, но отчасти. Прорвавшись в здание мы сразу же включили свет в холле, и ни одна гадость ни решилась сунуться вслед за нами.

- Но мы закрыли за собой дверь, – заметил Алексей.

- Тем не менее когда та уже начала трещать по швам, никто из этих тварей, завидев лампы, не рискнул идти дальше. Есть у меня догадка и насчет того, что происходит с ними сейчас.

- Именно? – Алексей посмотрел на майора.

- Возможно, сейчас они собрались там, внизу, только потому, что солнце затянуто облаками и не встало. Я имею ввиду, они боятся прямого солнечного света.

Евгений замотал головой.

- Но вчера погода была не лучше, и твари, тем не менее, прятались.

Майор вздохнул.

- Все же я надеюсь, что моя догадка будет верна. А сейчас, ребята, нам надо как следует выспаться и подумать над той ситуацией, в которую мы попали.

Евгений поднял руку.

- Я могу побыть на стороже. Я уже спал сегодня.

- Ты сам предложил, – улыбнулся Алексей.

Боевые товарищи молча улеглись на теплый бетон крыши, а Евгений, достав из-за пазухи пистолет, проверил его и присел рядом с будкой лифта в центре крыши, откуда можно было предельно контролировать сложившуюся ситуацию и, чтобы хоть как-то отвлечься, принялся насчитывать про себя цифры от ста и обратно.

***

«Да, давно не приходилось ложится вот так вот на бетон,» - подумал майор.

Расположившись как можно удобнее, Палыч закрыл глаза и глубоко вздохнул. Неприятный рассказ поведал этот доктор. Выворачивало наизнанку и от него, и от того, что происходило сейчас вокруг. И что дал этот рассказ? Ровным счетом ничего. Часть вопросов получили ответы, но возникли новые, которые, как и оставшаяся часть этих вопросов, ответов не получили вовсе.

«А надо бы,» - пронеслось в голове майора.

Снизу до ушей Палыча доносились неприятные чавкающие звуки, шипение, а в нос то и дело бил омерзительный фруктово-кисломолочный запах. Хотелось подняться на ноги и спустить в голову одной из этих тварей всю обойму, пока она не упадет замертво на асфальт. Но Палыч осознавал, что делать этого нельзя. Патронов было слишком мало. Да и если убьешь одного из них, останется еще целая куча этих подонков. Так что придется мирится и со звуками, которые издавали эти твари, и с запахом, редким, но настойчивым, бьющим в нос. Палыч мысленно пожалел, что в этот день у него не заложило нос. Тем не менее, несмотря на запах и все эти звуки, голову майора не покидали мысли о разговоре с Евгением. На душе скопился неприятный осадок, который необходимо было куда-то выплеснуть. Неужели те догадки, которые озвучил Евгений, правда? Такое не укладывалось в голове. Эксперименты, опыты и прочая чушь. Но кому все это было нужно? Государству? Чертовски легко все и всегда списывать на государственный аппарат. Хотя это никому и не надо сейчас.

«Ни мне, ни Леше, ни Евгению, никому».

Пусть за всем этим стояло бы государство, и что дальше? Палыч задумался. Зачем? В принципе сейчас предыдущий ответ можно отнести и к этому вопросу, потому что как вопрос, так и ответ по сути бессмысленны сейчас. Майор мысленно перебрал в голове весь рассказ Евгения, пытаясь вспомнить каждую деталь. По сути огромную часть этого рассказа можно было отбросить… Евгений провел здесь несколько дней.

«Это важно».

Он знал больше. Палыч попытался вспомнить то, о чем рассказывал врач. Зомби можно убить выстрелом в голову – это понятно.

«Мы поняли это довольно быстро сами,» - пронеслось в голове.

Это можно было отбросить в сторону.

«Свет?».

То, что они боятся его, – это факт, и с этим было бы глупо спорить. Ведь почему они не полезли дальше на первом этаже, когда ребята включили свет? Но почему они перестали боятся дневного света? Солнце почти взошло, а они по-прежнему там, внизу. Ведь Евгений рассказывал о том, как эти твари попрятались днем еще вчера?! Да и сегодня, они заранее попрятались по периметру… Ведь когда они пришли сюда с ребятами, ни одной твари вокруг не было… Не было, пока они не почувствовали их. А сейчас им плевать на это, или как объяснить то, что там, внизу, собралась целая куча этих тварей? Они уже не боятся дневного света или все это из-за туч? Но опять же, какого черта Евгений рассказывал, что еще вчера эти ребята прятались в точно такую же погоду?

«Почему?».

Майор мысленно замялся, пытаясь сосредоточить мысли в голове.

Мутация? Или что? Как можно назвать такие преобразования за один день? Ерунда какая-то, не хотелось верить.

«А во что хочется? - подумал Палыч. – Разве хочется верить хоть во что-то из того, что происходит здесь? Нет».

Верить ни во что это не хотелось, но приходилось. Майор сглотнул. Кроме того, теперь не так уж просто свалить их с ног… А как насчет того, что вирус теперь намного больше тратит времени на то, чтобы овладеть человеком? Палыч вспомнил, что на мутацию его напарника ушло несколько часов, а судя по рассказу Евгения, сторожи, которых покусали зомби, мутировали где-то в течение получаса. О чем это говорит?

«Странно».

Палыч мысленно отметил различия. А что если есть разница в самом процессе заражения. Между прямым контактом и заражением через запах?

«А ты уверен в том, что именно запах заражает? - спросил сам себя майор. – Скорее да, чем нет».

Заражение от этого запаха. Но от чего еще мог заразиться Сергей? Но почему тогда не заразился сам Палыч? Майор мысленно отметил, что этот вопрос до сих пор не укладывается в его голове. Возможно ли такое, что одна тварь может заразить только одного человека?

«Конечно, - пронеслось в голове. – Конечно может… То есть при укусе мутация происходит быстрее чем при вдыхании паров, так?».

Майор задумался.

«Пусть так, но ведь ни первого, ни второго не избежать если столкнешься».

Ответив мысленно на эти вопросы для самого себя, майор вздохнул.

Но оставался другой вопрос. Как тогда быть с тем, что он сейчас лежит на крыше, вдыхая это дерьмо уже как несколько часов, и при этом чувсвтует себя прекрасно. И не только он.

«С супругами, Евгением, его дочерью и Лешей тоже все хорошо».

Интересно… Иммунитет?

«Какой может быть иммунитет у той же Инны?!» - пресек свои размышления Палыч.

Нет, тут было что-то другое. Но что?

«Не знаю».

Вопрос оставался без ответа.

«Хотя…».

А что если для заражения нужна определенная концентрация? Или твари для того, чтобы стать опасно инфекционной нужно время? Последнее все же было сомнительным… Ведь Сережа заразился почти сразу же после смерти того парня в «десятке», который погиб после столкновения, и у него вряд ли было время на какую либо мутацию… Если, конечно, он не был мутирован до этого. Впрочем, что это меняет?

«Пожалуй, ничего,» - мысленно согласился сам с собой Палыч.

Постепенно мысли майора вернулись к их с Евгением разговору о том, что врач назвал старого егеря, которого они встретили по пути психом. Честно говоря, по манере поведения, по глазам, по голосу, нельзя было сказать, что старик лжет, что уж говорить о его помешательстве, откуда они могли знать, что егерь псих?

«Он запросто мог открыть пальбу по нам когда мы сдали оружие! - подумал майор. – Просчет, Палыч, просчет».

Но, может быть, ошибается Евгений… Он все же работает в психушке и знает, как определять, псих человек или же у него все в порядке с головой.

«Однако, это замыкает круг,» - Палыч поерзал на спине.

Если этот старик действительно псих, если он солгал про смерть брата, тогда можно было немного прояснить ситуацию. Что если это он или его брат расстелили этот «полицейского» на трассе после того, как здесь случилась вся эта чушь?

«Но для чего?».

Майор задумался.

Вряд ли практика с этим «лежачим полицейским» могла длиться долго тут, иначе рано или поздно на шипы попали бы колеса машины одного из сотрудников больницы, а тогда не избежать скандала. Поэтому, скорее всего, они только сейчас, только после того как развязалась вся эта дрянь, начали делать это. Не знали ли они о фуре Саши? Скорее нет, чем да. Точнее, стопроцентное нет… Но зачем они постелили эту ленту? Ведь по словам Саши ничего из фуры украдено не было.

«Не суди человека без мозгов по правилам логики,» - подумал Палыч.

Скорее всего, эти психи, если это, конечно, они, вовсе не преследовали какой-либо цели, делая все это, а хотели, к примеру, просто постебаться.

«Хотя…».

А что, если они хотели не выпустить «десятку» отсюда?! Палыч вздрогнул от этой мысли. В голове застучал пульс.

«Нет, тогда они должны были знать про вирус, а это невозможно,» - подумал он.

Но, с другой стороны, они могли хотя бы по привычке преследовать другую цель: не выпустить другую цель. Не выпустить никого из центра, оставить все в тайне, как в старые времена…

«Рассуждения…».

Но «десятка» не попалась, раньше дорогу пересекла фура паренька. Ну а если они действительно придерживались старого принципа «моя тайна умрет со мной», становилось понятным почему они направили всю компанию к больнице… на ВЕРНУЮ СМЕРТЬ.

«Старые уроды,» - мелькнула мысль в голове.

Впрочем, что было, то было, прошлого не вернуть. Раз фортуна распорядилась так, то на данный момент придется с этим мирится. С чем? Да хотя бы с тем, что они здесь, а шанс, на который так рассчитывает Евгений, потерян – дальше того тоннеля «десятке» уже никуда не добраться. Не хотелось огорчать Евгения, но не сказать ему об этом было бы наверное подло. Грет надежду, которой уже нет…

«Надо сказать ему об этом,» - подумал Палыч.

Но как, когда? На это уже сложнее ответить.

Другой вопрос единственен ли это шанс или есть еще какие-то другие варианты, если есть, то какие? На что можно полагаться сейчас? Знает ли о той ситуации, в которую они попали, кто-то, кто может помочь? Ждать ли помощи? В голове майора возникла целая вереница вопросов, на которые он мог ответить сейчас. Вздохнув, Палыч попытался выкинуть все это из головы и, перевернувшись на другой бок, попытался заснуть.

«Будет день – будет пища,» - подумал он.

А для того, чтобы эта самая пища была, нужно как следует отдохнуть. С такими мыслями майор заснул.

***

«Что ни говори, а трудный денек выдался сегодня на твои плечи, но ничего, бывало и похуже».

Алексей, печально вздохнув, лег на бетон крыши и всмотрелся в небо, затянутое тучами, оперевшись головой о ладони рук.

«В какое же дерьмо ты превратил свою жизнь, парень,» - подумал он.

Вот так вот заканчивать свои, похоже, последние деньки на крыше какого-то Богом забытого здания, лежа на бетоне, зная, что внизу, на земле, тебя ожидает верная смерть. Похоже, что именно так: верная. Вряд ли у них хватит если не духу, то сил и возможностей, чтобы прорвать то кольцо, оцепление из этих тварей, в которое они попали. Черт конечно, как известно, шутит всем и со всеми, но в данном случае Алексей сомневался, что поможет даже он. А что делать? Сдаваться? Нет уж, такого нет, не было и не будет.

«Судьба ставит препятствия, а моя задача их преодолевать».

По крайней мере не стоило заранее класть голову на плаху. Пока есть малейший шанс, нужно стремиться его использовать, несмотря на предрассудки. Живи Алексей по другому принципу, так давно уже сгнил бы в тюрьме прямо на шконке. Поэтому без этого никуда. Совсем. И плевать на все. Например, что это? Откуда? Какая в принципе разница? Что бы изменилось, если на месте этих тварей, жаждущих скорее тебя убить, оказались бы, например, талибы?! С такими же намерениями как никак. Найти и уничтожить. Есть цель, которую нужно убрать, и есть задача – убрать ее. Цель – они на крыши, а задачу нужно выполнить. И делали это и талибы, как делают сейчас эти уроды, пляшут там, внизу. Так что какая, собственно, разница? Да никакой разницы здесь не было и, похоже, не могло быть! А на то он сам, Палыч и другие ребята и находятся здесь, чтобы оставить тварей внизу в дураках, не дать шанса даже перехватить инициативу! Почему нет! Перестрелять этих тварей подобру-поздорову, пока кусочками от их мозгов не покроется тротуар!

«Жаль только пуль на эту задумку не хватит,» - подумал Алексей.

Впрочем, он твердо решил для себя, что если и умрет тут, то только высадив все за одной пули из своего оружия! Глупое завершение глупой жизни. Так это можно назвать? Почему нет? Можно и так. Что он сделал для того чтобы что-то в этой жизни изменить? Он пошел по пути, предначертанном ему судьбой, да и только, не пытаясь ее изменить, не пытаясь переломить ход событий в своей жизни в другую сторону.

«Это судьба,» - пронеслось в голове.

Ты не выиграешь, если у тебя в руках шестерка, а у твоего оппонента туз. Печальная, но истина. Или нет? Или можно как-то бороться за себя, за свое счастье? Что-то кому-то доказать, что-то переосмыслить? Но зачем, кому и что доказывать…

Алексей задумался.

«Да хотя бы самому себе,» - мелькнула одиночная мысль.

Если все в этой жизни пошло наперекосяк сначала, означает ли это, что оно пойдет так же и до конца? Факт. Или не факт? Смотря как оценивать ситуацию, под каким углом смотреть. А может, во всем виноват характер? Алексей зажмурил глаза и покачал головой. Почему именно его сорвали с учебы и отправили служить в Афганистан, где он понял, что такое СМЕРТЬ И ПОТЕРЯ? Но это была школа. Школа жизни, научившая доверять, но проверять, верить только единицам и в то же время не верить никому, а порой даже самому себе… Почему именно на его глазах тогда произошло то преступление, из-за которого и в которое он, вмешавшись, получил срок… Жизнь не остановить, это как машина, которая исправна и едет до тех пор, пока в бензобаке есть бензин. Но прямая ли это полоса и нет ли на этой дороге перекрестка, на котором можно завернуть, где можно сделать выбор?

Алексей закусил губу.

«Есть, конечно, есть, брат, и выбор, и шанс, которым можно воспользоваться и все остальное, ведь всем этим не воспользовался я сам,» - подумал он.

А кого еще винить? Наверное, жизнь устроена так, что легче всего покорить за содеянное и упущенное самого себя, чем кого-то рядом. Хотя бы потому, что сам ты все же можешь исправить то, что сам и сделал. Вот так. У каждого, кто оказался здесь сейчас, был, видимо, как и у него самого, тот же шанс, тот же выбор. Кто-то им воспользуется, а возможно, кто-то нет. Похоже, единственное, что нельзя изменить так это фортуну… Если он оказался здесь в свои пятьдесят один, будучи преступником, то тот же Игорь был вполне перспективным и талантливым парнем, у которого, казалось бы, вся жизнь еще впереди. Но нет… И он, и сам Алексей тут. Можно выбрать, как ты проживешь свою жизнь, кем, но вряд ли можно выбрать то, как ты ее закончишь. И, похоже, судьбе плевать на то, кто ты, кем ты был или есть. Он покосился на лежащего рядом майора. Разве он заслужил такую судьбу? Он защитил родину, отдав свой долг потом, кровью, нервами, после чего отдал свою жизнь службе не то что государству, нет, людям, обществу.

«А я ведь могу ручаться, что Палыч не взял ни копейки, которые не заработал сам,» - подумал Алексей.

Инна, Игорь… у этих ребят, наверное, все впереди.

«Было бы впереди, - поправил себя Алексей. – Или есть?».

Да все что угодно. Наверняка они создадут отличную семью, будут исправно платить налоги и не нарушать законов. Даша? Можно сказать, что девчонка расплачивается за работу своего отца. Но ведь это несправедливо! Евгений?

Алексей задумался.

Конечно, можно предположить, что в его случае во всем виновата система. Да, он не хотел работать и принимать участия в экспериментах, но он при этом мог встать и уйти. У него был выбор. Да, он мог сломать таким решением себе жизнь. Но если ты испугался, какого тогда жаловаться на судьбу, представляться обделенным и обиженным, что легче всего!

«Я тоже могу в конце концов свалить все свои проколы на общество».

Но ведь это не так. Человек делает общество, а не общество человека. Он вздохнул. Далековато он ушел в своих мыслях.

Вот и получалось, что только он сам и Евгений заслуживали такого конца…

«Не надо торопится с выводами,» - в очередной раз поправил себя Алексей.

Чертовски все это не справедливо. Нельзя судить всех одинаково, не разбираясь. Нельзя.

«Но, видимо, можно».

Он, скользнув по карманам своих штанов, уперся в уткнутый за пояс пистолет. И если у кого-то еще есть шанс, то у Саши и Сергея его уже нет… И после этого говорят, что нужно надеяться, верить, ждать? Чушь собачья. В кого, кому верить? В самого себя, самому себе. И зачем делать добро, если твоя душа все равно отправится прямиком прямо в ад! Как все это вообще понимать? Алексей стиснул зубы.

«Я прожил свое и даже если придется умирать, я хочу сделать это с честью».

Повернув голову, он увидел спавших в обнимку недалеко от них с Палычем Инну и Игоря. К горлу подкатил ком.

«Если я заслужил это, то они нет. Если они семья, то им нечего терять… И если уже так случиться, что я умру здесь, то я умру, спасая этих ребят. Палыча, Инну, Игоря, Дашу… да того же Евгения, - Алексей улыбнулся. – Может быть, на небесах потом и зачтется».

Глава 15

- Друг, да они, похоже, своих же и жрут! – Алексей расхохотался, схватившись руками за живот.

Палыч открыл глаза и, приподнявшись, уперся локтями о бетон крыши.

- Чего смеешься? – спросил он.

- Да они жрут сами себя, эти уроды! – воскликнул он. – И не давятся, – Леша снова зашелся приступом хохота. Чуть успокоившись, он вскинул перекинутый через плечо дробовик, и спустил курок: – Держи, – крикнул он и, скорчив мину, плюнул вниз, попав в одну из тварей, бившихся в припадке у стен здания.

Палыч, поднявшись на ноги, подошел к Алексею и, положив руку на дуло дробовика, опустил его вниз.

- Не стоит. Патронов и так мало, чтобы разбазаривать их впустую, – заметил он.

Алексей улыбнулся.

- Кто сказал тебе, что я расходую их впустую? – он указал на лежавший поодаль от стены труп без головы. – Моих рук дело!

- Но все же…

Палыч вздохнул и окинул взглядом площадку перед входом. То, что сказал Леша, было похоже на правду: твари действительно пожирали тех, кого удалось до этого пристрелить.

«Господи Боже,» - майор перекрестился и, бросив взгляд на часы, посмотрел на небо. Полдень, а солнце похоже не собиралось сегодня выглядывать из-за облаков. Кончиками губ он выругался. В животе что-то булькнуло и неприятно засосало. Хотелось есть. Все же последний раз они перекусили в закусочной еще вчера вечером.

«Я представляю, каково сейчас Евгению и его дочери,» - подумал майор.

Двое суток без пищи… Это серьезно.

- Ну что, Юр, что скажешь? – Алексей кивком указал на кучку тварей, с удовольствием пожиравших своего товарища.

Палыч пожал плечами.

- Не знаю, – он посмотрел на Евгения, который несколько мгновений назад присоединился к майору и Алексею, составив им компанию у края крыши. – Было такое? – спросил Палыч.

- Я не видел, – ответил Евгений.

- Может быть, что-то видела Даша?

Палыч покосился на девушку, сидевшую рядом со спящими Инной и Игорем.

- Нет, было бы что, она давно бы мне сказала об этом. Так что исключено.

Майор кивнул и инстинктивно проверил, на месте ли оружие.

- Есть догадки? – спросил он.

Евгений покачал головой.

- Никаких, я, как и вы, увидел это только сейчас.

Майор вздохнул и, чтобы проснутся окончательно, ответил самому себе несколько увесистых пощечин.

- Как я понимаю, пока мы с Алексеем спали, солнце ни разу не выглядывало из-за облаков.

- Правильно понимаешь, майор, – согласился с Палычем Евгений.

- А как там молодожены?

Врач покосившись на ребят, спокойно спавших в обнимку поодаль, перевел взгляд на Лешу.

- У парня вроде опала опухоль на ноге после того, как я наложил тугую повязку. Инна… - он сделал паузу – Со мной она говорить не хочет, но я видел, как она разговаривает о чем-то с мужем и с моей дочерью, – выдохнул он. – Так что, думаю, все с ней будет в порядке.

- Дай Бог, – кивнул Палыч. – А так все спокойно?

Врач улыбнулся.

- Ну, за исключением тех ребят внизу, да, все спокойно. Вы выспались?

Майор показал большой палец.

- На все сто. Ты, наверное, сходи осмотри ребят, а потом возвращайся сюда, нам надо обсудить, что делать дальше.

Евгений, не заставив просить себя дважды, засеменил к супругам, а Палыч перевел взгляд на Алексея.

- Все в порядке?

Леша пожал плечами.

- Как видишь. Сам как?

- Пойдет.

Майор молча почесал лысину и, опершись о барьер, принялся рассматривать тварей внизу. Больница, похоже, была окружена ими со всех сторон. Палыч мельком попытался сосчитать их количество у входа, но, дойдя до тридцати, сбился, бросив это занятие.

- Ты так рассматриваешь этих ребят, что со стороны может показаться, что ты очарован, – бросил подмигнув Алексей.

- А то, – улыбнулся Палыч.

Товарищи, словно в унисон, вздохнули.

- Дерьмо это все, Леша, дерьмо, – прошептал Палыч. – Мы загнаны в ловушку, не находишь?

Алексей приподнял бровь.

- Ты прав.

- Похоже, рано или поздно они будут здесь… - майор зевнул. – Думаешь, удастся выбраться отсюда?

- Шансов мало… – Алексей сделал паузу. – Не думал, почему они перестали боятся дневного света?

- Думал, – кивнул Палыч, он посмотрел на товарища. – Возможно, тебе покажется странным то, что я скажу на этот счет сейчас, но у других предложений у меня нет.

- Выкладывай.

- Мне кажется, эти твари мутируют. Наверное, я даже уверен в этом, – протянул майор.

- Мутируют, – Алексей нахмурился. – Что ты имеешь ввиду?

- Я думаю, чем больше времени они проводят в таком состоянии, тем больше набираются сил. Иначе, почему они уже не боятся солнечного света? – спросил Палыч.

- Но они же боятся прямых солнечных лучей, – возразил Алексей.

- А ты уверен в этом?

- Иначе они бы уже были внутри здания.

Палыч сделал паузу.

- Возможно. В этом ты прав. Но то, что они не боятся солнца, пусть и не прямых лучей, это факт.

- Факт, – согласился Алексей.

- И мы не знаем, будут ли они боятся прямого солнечного света!

Алексей замялся.

- Согласен… Но… Но не все ли равно, а Юра?

- Нет, брат, сам знаешь, что если мы не будем учитывать мелочей, любой план пустой звук!

- Так у тебя есть план?!

- Нет! Чтобы его построить, надо сначала все выяснить!

- Но ты уверен, что твои выводы и реальность – одно и то же? Для чего они жрут своих, например?

Палыч задумался. Леша говорил правду. Уверенности в том, что доводы, сделанные им из наблюдений, окажутся верны, нет. Но, с другой стороны, есть на этот счет одна мудрая поговорка древних: «Нет дыма без огня». Предполагать и располагать сейчас не одно и то же. Можно предположить причину, по которой эти твари пожирают своих, но при этом предположить, не имея за спиной фактов, не располагая ими.

«Немного разные вещи,» - подумал он.

Ну а если все-таки предположить?

«Для чего они поедают своих?» - мысленно повторил вопрос майор.

Что если так…

«Глупости,» - подумал Палыч, оборвав свою мысль на полуслове.

Но все же…

Что если таким образом они, к примеру набираются сил, мутируют! Но почему они тогда не делали этого раньше? Если бы не было Евгения и Даши, можно было бы предположить, что они делали это, но ведь Евгений сказал, что раньше такого не было… Правда, им, возможно, не нужно было делать этого раньше. Что если так? Что если есть причина, побудившая их делать это?

«Все возможно, нельзя исключать никакой из вариантов».

Это могло быть как мутация, так и…

- Я точно не знаю, Леш, но у меня все же есть определенные мысли на этот счет, – сказал майор.

- Я тебя слушаю, – Алексей перевел взгляд с кучки тварей внизу на Палыча.

- Мне кажется тут одно из двух. Почему они жрут своих? Первое, что лезет мне в голову – это мутация, это способствует процессу. Усилению иммунитета, например. Ведь мутация или, как назвать это, определенно есть. Хотя бы пример со светом… Возможно, то, что они делают сейчас, ускоряет этот процесс. А второе… – майор сделал паузу. – Мне кажется второе вытекает из первого, и, наверное, я скажу, что их нельзя разделить, потому что эти действия помогают им набраться сил…

- Ты имеешь ввиду, что эти твари внизу проголодались? – перебил Палыча Алексей – Но они ведь мертвы, Юра.

- Я не про то, – пресек Алексея Палыч. – Ощущаешь этот запах?

- Конечно, – кивнул Алексей. – еще не привык.

- А ведь этот запах исходит только из тех, кому удалось прострелить голову.

- Я знаю, что этот запах заразный.

- Не перебивай, – попросил Палыч.

- Не буду, – согласился Алексей.

- Он пропадает, ловишь мысль?

Алексей нахмурился.

- Честно говоря, не совсем, майор.

- Я имею ввиду, что он рассеивается. А ведь твари жрут только мертвых.

- Ты хочешь сказать… – начал было Алексей, но Палыч прервал его.

- Я хочу сказать, что они не дают умереть заразе, рассеяться. Ведь почему мы не заражены? Потому что недостаточно в воздухе того дерьма, чтобы заразить нас. Нет нужной концентрации. Понимаешь?

- Кажется, я начал улавливать твою мысль.

- Они заражают сами себя. Перезаражение, – выдохнул майор. – Думаю не стоит говорить о том, что это значит?

Алексей выругался.

- Это значит, что они повышают концентрацию!

- Именно!

- Черт подери, – Алексей покачал головой.

- Согласен, – хмыкнул Палыч. – Правда, вот ничего с этим не поделаешь.

Он вздохнул и, нащупав в кармане пачку сигарет, протянул ее Алексею.

- Будешь?

Алексей молча взял сигарету, и товарищи, присев, закурили.

- Иммунитет… – Алексей покачал головой. – Чушь какая-то, Юра.

Палыч кивнул.

- Хотелось бы мне верить, что мои рассуждения не более чем пустой звук.

- Мне так не кажется.

- Вот это и есть самое поганое тут. Мне тоже, – буркнул майор. – Если так, то мы не продержимся тут долго. А я не думаю, что кто-то знает о нас.

- Да, то чем грезит Евгений, красная «десятка», все это чепуха, – Алексей зажмурился. – Без воды, без еды, мы тут долго не протянем.

***

- Я задумывался над этим, – Евгений рассматривал тварей внизу, оббивая пальцами дробь по барьеру крыши.

Уже темнело, и твари внизу вели себя все более активно, при этом все же не рискуя подходить к освещению холла больницы и толпясь гурьбой у самых ступенек. Порой из самого здания доносились чьи-то вопли и стоны, грохот и стук.

- Задумывался, – повторил он. – Уже двое суток, а от него никаких вестей. Никакой помощи. Ничего. Но чтобы так… - Евгений запнулся. – Вы ошарашили меня, я даже не мог и подумать, что он заразился и теперь мертв. Я верил, что помощь идет. Ее только нужно дождаться. А раза так, – врач обвел взглядом Алексея и Палыча. – Раз так, то помощи ждать неоткуда. Я правильно понял?

Палыч молча кивнул, прочитав во взгляде Евгения холод.

«Я ожидал другого, - подумал майор. – Истерики, ругани, но не этого».

Евгений пристально, в упор смотрел на майора, но Палыч ни на секунду не отвел взгляд. Безразличие? Нет, пожалуй в глазах мужчины можно было прочесть кое-что другое… Непоколебимость, например.

- Почему вы не сказали об этом сразу? – спросил он.

- Не думаю, что ты был готов услышать это тогда, – ответил Алексей.

Евгений пожал плечами.

- Не знаю, но все равно, спасибо за это… Бедная Даша… - он вздохнул.

- Как раз ей не обязательно знать это, – заметил Палыч. – Пусть душу девочки греет надежда. От нее сейчас мало что зависит, но с надеждой она поможет тем же супругам, Инне. А так, узнав об этом, она может уйти в себя.

- Ты прав, – согласился Евгений.

Он тяжело вздохнул.

- А насчет мутации… что-то подобное мелькало в моей голове. Это становится все очевиднее и все более похоже на правду. Поэтому я считаю, что ты прав, майор.

Палыч промолчал.

- Но другое не укладывается у меня в голове. Неужели мы попали в ловушку?

Алексей кивнул.

- Похоже на то, друг. Мы попали в ловушку, – согласился он. – Из которой нам и придется выбираться.

- Но, судя по твоим словам, я могу предположить, что у вас есть идеи на этот счет?

- Нет, – улыбнулся Алексей.

- Пока нет, – поправил друга Палыч.

Евгений перевел взгляд с Алексея на майора.

- Они, то есть идеи, есть у тебя? – спросил он.

- К черту, – выдавил из себя Палыч. – Не надо все переваливать на меня! Я знаю не больше твоего, – он попытался успокоиться и сбавить тон: – Просто у меня есть только одна идея сейчас: не сидеть сложа руки, вот и все. Надо что-то думать, делать в конце концов! Сам то ты что думаешь?

Евгений покачал головой.

- Нет, не думал, пока я просто пытаюсь осознать все, что здесь происходит заново.

- И как успехи? – Алексей улыбнулся.

- Дрянь, – пожал плечами Евгений. – Мы с Дашей уже двое суток не брали ничего в рот, силы тают. У меня есть запасная обойма на один пистолет и… все.

- А на второй, на дробовик?

- Запаски нет, – вздохнул Евгений – Только то, чем они заряжены сейчас.

- Не густо, – сказал Алексей. – Но все равно, ты предусмотрительный.

- Я взял все, что смог, – пожал плечами врач.

Палыч прикусил губу, вспомнив о обойме Сергея, которую он не удосужился взять с собой. Не догадался?

К такому же просчету можно было отнести и запасную обойму на автомат. Ведь обойма Сергея осталась в машине. А УАЗик во многих милях отсюда.

- У нас три пистолета и два автомата, увы, без запасок, – майор задумался. – И ваши два пистолета, один с запасной обоймой и дробовик без запаски.

- По моему неплохо, – Евгений почесал плечо. – Целый арсенал получается.

- А по-моему, не очень, – перебил его Алексей. – Я не уверен, что кто-то, кроме меня и Палыча, тут стреляет точно.

Врач удрученно опустил голову.

- Насчет себя могу только подтвердить. Стреляю я неважно, я не служил в армии, а сразу после института попал сюда. Хотя, конечно, прошел военку и могу нажать на курок и прицелиться.

- Игорь, вроде бы, умеет стрелять, – заметил Палыч.

- Умеет, – согласился Алексей.

- Ладно, – майор вздохнул. – Мне надоело быть чем-то вроде бомбохранилища, поэтому, Леш, я считаю настало время распределить оружие, ты не против?

Алексей покачал головой.

- Нет, все свои, я только за.

Майор хлопнул Евгения по плечу.

- У тебя есть пистолет и, как я понял, ты сможешь нажать курок?

Евгений кивнул.

- Леш, за тобой дробовик и пистолет. Твой или Сережи?

- Возьму свой, в руке привычно сидит.

- Хорошо, я возьму себе АК, ну и свое табельное. Другой АК отдадим Игорю. Никто не против? – мужчины промолчали, и Палыч продолжил. – Даша умеет стрелять? – спросил он у Евгения?

- Да, она в детстве ходила в тир. А уже здесь я научил ее обращаться с настоящим оружием.

- Ты не будешь против, если я дам ей пистолет?

- Нет, иначе я отдал бы ей свой.

Палыч, достав пистолет, отобранный у девушки ранее, бросил его Евгению

- Инне я дам пистолет Сережи, – он развел руками. – Ну вот, теперь ни мышь не проскочит, ни птица не пролетит, – резюмировал он. – Правда не уверен, что у нас достаточно пуль.

- Достаточно для того, чтобы эти твари, напав на нас, прошлись по дорожке усеянной трупами своих товарищей, – усмехнулся Алексей.

«А потом и по нашим трупам,» - мелькнуло в голове майора.

Палыч сразу же отбросил такую мысль в сторону. Нельзя было думать об  этом. Думать так.

- Надеюсь, что будет именно так, – сказал он вслух. – Знаете, нужно позвать сюда Игоря, – Палыч бросил взгляд на паренька, который в отличии от своей супруги был уже на ногах и тайком бросал взгляды в их сторону. – Парень все-таки может и должен нам помочь.

- Я не против, – Алексей, посмотрев на Игоря, кивком подозвал его к уже сложившейся компании.

Игорь заметно прихрамывал, но шел довольно уверено, то и дело оборачиваясь к супруге, все еще спящей на любезно постеленной для нее мужем кофте.

- Как ты? – спросил Алексей, как только парень подошел ближе.

- Нормально, – ответил Игорь.

- Как нога? – поинтересовался Палыч.

- Чуть болит, но уже лучше, спасибо. Ходить могу.

- Вот и отлично, – вздохнул майор. – Ты не стесняйся, присаживайся.

Игорь, молча кивнув, присел рядом с мужчинами. Майор улыбнулся, чтобы немного расслабить паренька и, сбросив с плеча АК, протянул его Игорю.

- Помниться, ты говорил, что знаешь, как пользоваться этой штукой? – поинтересовался майор.

- Я могу собрать, разобрать, почистить его, вести прицельный огонь и перезаряжать эту модель, – сказал Игорь. – Если хотите могу показать.

Палыч улыбнулся.

- Не стоит, мы тебе и так верим. Так что бери, он твой, – Палыч подмигнул пареньку. – Только не стоит разбирать его и чистить, он и так отлично работает. А это, – он протянул ему пистолет. – Инне.

Игорь кивнул и, взяв автомат в руки, повесил его себе на плечо, а пистолет заткнул за пояс.

- Спасибо, – сказал он.

- Не за что, – сказал Палыч. – Теперь у тебя и у Инны будет возможность защититься и избавить меня или Лешу от этого.

- Я благодарен, – повторил он.

- Ну а теперь ближе к делу, – продолжил майор. – Думаю мне не стоит объяснять тебе ситуацию?

- Думаю, нет, – согласился Игорь. – Я понимаю все и так.

- Отлично, – Палыч потер рука об руку. – Есть какие предположения, может, какие предложения? Что ты вообще думаешь обо всем этом?

- Шевели мозгами, Игорь, ты в команде – добавил Алексей улыбаясь.

Игорь задумался.

- Боюсь, что я ничего не знаю.

Палыч окинул его взглядом.

- Ты готов нам помочь?

- Да.

- Я могу на тебя рассчитывать, сынок?

- Конечно, Палыч, можешь.

- Вот и хорошо. Леша, – майор посмотрел на Алексея, – расскажи ему, что да как. У меня, клянусь, вся эта дрянь уже поперек горла стоит, на языке мозоль скоро вскочит.

- Хорошо.

- Пожалуйста, а мы с Женей пока посмотрим обстановку, что где, как тут расположено. Ну а потом обсудим. Никто не против? – все промолчали, и майор, вздохнув, поднялся на ноги. – Отлично, как справитесь – маякнете.

Вслед за Палыч на ноги поднялся и Евгений, и они отошли в сторону, в то время как Алексей в своей манере начал рассказ.

- Я думаю, мне нет смысла спрашивать, знаешь ли ты этот комплекс?

- Думаю, нет, – согласился Евгений. – Я знаю тут абсолютно все. Как, куда, что, откуда, – перечислил он, загибая пальцы на левой руке. – А что?

Майор вздохнул.

- Это война, Женя, – протянул он. – И очень плохо, когда не знаешь, где и с кем воюешь. Если мы выяснили об этих тварях хоть что-то, что может пригодиться нам здесь и сейчас, то ни я, ни Леша, никто, кроме тебя, и, возможно, Даши, не знаем ровным счетом ничего о том месте, в котором оказались. Так что тебе придется выступить в роли некого гида по здешним местам. Справишься? – спросил майор.

- А у меня есть выбор? По моему, нет – ответил Евгений.

- Хорошо, – Палыч подошел к краю крыши и, дождавшись Евгения, продолжил: – Комплекс достаточно большой, и людей наверняка тут немало.

- Ты прав, – согласился Евгений. – Конечно, не столько, сколько в прежние времена, при советской власти, но, действительно, много. Около четырехсот человек. Из них ровно сто семьдесят человек больных. Остальные штат.

- Всего четыреста? – переспросил Палыч.

- Да.

- Ты не видел живых? Не замечал кого-нибудь живого, кроме вас с дочерью?

- Я же говорил, кроме больных, запертых в своих камерах в отделении интенсивной терапии, в живых, кроме меня и Даши, не осталось никого. А тех, о ком я говорю, всего человек десять или пятнадцать.Ведь вы говорите, что остальные больные в своих камерах заражены.

- Я понял… Скажи, Жень, как вы получаете сюда все необходимое? Я имею в виду медикаменты, провизию? Деньги?

- У нас есть отдел и люди, которые занимались этим.

- И все они были здесь, когда началась беда?

- Да.

Палыч выругался.

- А если надо привезти что-то, например, почту? – спросил он.

- Опять же, мы не существуем юридически. Здесь все запутано. И наши работники числятся совсем в других больницах и клиниках. Если к нам приходит почта, то следует звонок, и ребята едут туда, чтобы забрать все из отделения.

- Хорошо… - Палыч задумался. – А что если здесь случится какое-нибудь ЧП?

- Например?

- Тот же пожар?

- Могу заверить майор, что у нас тут отличная система безопасности, везде камеры наблюдения, всевозможные датчики и случись что, тот же пожар, как все будет потушено уже само по себе. Кроме того, на каждом этаже у нас есть специальные комнаты, где хранится современное противопожарное оборудование. То что ты видел в комнате, из которой поднялся на крышу, можно назвать пережитком прошлого, а все, что там находится было бы направлено в утиль.

- То есть нет смысла надеется, что кто-то может заехать сюда?

- Исключено.

- Но неужели все работники были тут в тот вечер?! – майор всплеснул руками.

- К сожалению…

- То есть у вас тут нет даже банальных выходных?! Так получается?!

- Нет, конечно. Раз в три месяца можно брать себе отгул на первые четыре дня недели. А так как это произошло в пятницу вечером, все те, кто взял отгул на прошлой неделе, уже вернулись, а те, кто взял себе отгул на следующую неделю, еще не успели уехать.

Палыч покачал головой.

- Да уж, не вовремя, ой как не вовремя все это упало на наши головы. Ну а что будет делать руководство этого центра, когда не сможет дозвониться сюда? Когда не получит вестей, отчетов, заказов? – поинтересовался Палыч.

Евгений задумался.

- У нас есть свой техник, поэтому всерьез об этом задумаются только в следующем месяце, когда будут ждать результатов если связь не будет работать и дальше. Отчеты, заказы… – он улыбнулся. – Это делается раз в месяц, и последний раз мы делали это на прошлой неделе. Поэтому, – Евгений пожал плечами, – я бы и рад сказать, что шанс есть, но ты сам понимаешь.

- Ну, ладно. Так – значит так, выбирать не из чего.

Даже если и обнаружится что-то, что может насторожить, все это произойдет, наверное, не раньше, чем через пару недель. Глупо было бы надеяться на что-то. Поэтому надо действовать самим.

Майор задумчиво обвел глазами комплекс.

- В этом здании восемь этажей?

- Да.

- Видеонаблюдение, ты говоришь, есть?

- Да, везде, в том числе, в каждой из палат установлены камеры слежения.

- И где пункт наблюдения?

- На первом этаже.

Майор стиснул зубы. Если им придется выбираться отсюда, то на ощупь.

- Двери на этажах закрыты?

- Не все, – пожал плечами Евгений. – Правда, не каждую дверь в этой больнице можно открыть ударом или выстрелом. Если некоторые можно с легкостью выбить, то в некоторых местах стоят серьезные металлические двери, например, на самих палатах.

- Они нам и не нужны, твои палаты, – бросил майор. – Ты говорил, что вниз можно спуститься и через балконы по пожарной лестнице?

- Да, с восьмого до второго этажа можно спуститься через балконы.

- Я понял, – Палыч задумался.

- Майор, ты собираешься спускаться? – спросил Евгений.

- Пока не знаю, – пожал плечами Палыч. – А сколько охранников включает ваш штат?

- Один сторож сидит в той будке, – Евгений указал на небольшое строение у ворот напротив поднятого шлакбаума. – И четыре охранника тут, в больнице. Сменяются сутками. Я кажется, рассказывал о них: оба погибли внизу.

- То есть можно не рассчитывать на их табельное оружие?

- Нет, – подтвердил Евгений. – Но внизу остался еще один дробовик, к тому же в их сейфе можно найти запасные пули для пистолета.

- Ты случайно не помнишь, какой марки у них оружие?

- «Макаров».

Палыч довольно кивнул.

- В здании есть столовая?

- Здесь?

- Да.

- Есть, на первом этаже. Возможно, там что-то и осталось после рабочего дня, а вообще там в холодильнике одни полуфабрикаты и прочая дрянь. Нормальная еда готовится в другом месте, – Евгений указал на небольшое двухэтажное здание. -  Видишь? Это наша кухня.

Майор закивал.

- Я тебя понял, – он посмотрел на здание в один этаж, расположенное в противоположенной от кухне стороне. – Это морг?

- Да. Вон то склад. Вот и все, собственно.

- А куда деваются тела после смерти? – поинтересовался майор.

- Когда есть спрос, мы посылаем их в институт, как научные экспонаты, когда нет, кремируем в печи в подвале морга.

- Думаю, не самое приятное зрелище? – спросил майор.

- Согласен. Но те, кто работает в морге давно, привыкли к этому. Для них это то же самое, что посмотреть фильм по ящику. Я как-то раз наблюдал как Георгич, во время кремации ел бутерброд как ни в чем не бывало!

- Да уж… Скажи мне, Женя, когда отключился свет?

Врач покачал головой.

- Точно сказать не могу, я был напуган, но, я думаю, это произошло через несколько часов после тех событий внизу, – он задумался. – Да, где-то так.

Палыч молча кивнул.

- Скажи, а как запитано здание? – спросил он.

- Две трансформаторные будки, насколько я знаю, – Евгений указал в сторону четырех будок, стоявших возле забора. – Кажется от этих. Две основные, две резервные.

- Похоже одна погорела, вся в копоти, – майор всмотрелся в площадь у одной из будок. На земле, недалеко от распахнутой дверцы, лежал обугленный труп. – Видимо кто-то хотел выключить свет и перестарался, – заметил он.

- Мне кажется, это Виктор.

- Кто-кто? – переспросил Палыч.

- Виктор, – повторил Евгений. – Наш электрик.

Майор покосился на собеседника.

- Поясни, зачем ему это?

- Но ведь они боятся света, ты сам говорил и сам видел это!

Палыч нахмурил лоб.

- Я немного не понимаю твоей логики. Зачем он сделал это?

- Затем, что была ночь, он был ЗАРАЖЕН, а свет… свет резал ему глаза или что он там делает с ними. Вот он или, может быть, кто-то другой попытался вырубить свет, пока еще мог сделать это, не превратился в эту тварь.

- И впопыхах немного запарился? – вздохнул майор, он сделал паузу. – Наверное, поэтому повыключали свет и остальные, хотя второй трансформатор был включен, а резервное питание тоже никто не выключал… Вот в чем дело… Ну а почему не работает связь, какие у тебя догадки по этому поводу?

- А чего тут гадать? Связь-то у нас спутниковая и питается от первого трансформатора, который сломан, а к резервному блоку тарелка не подключена. Ну а насчет света… Возможно, сработала защита-автомат, дело в том, что когда трансформатор выходит из строя, все выключается автоматически.

- Эй, хватит там пялится на этих уродов! Или хотите поближе познакомится? – донесся до ушей Палыча и Евгения голос Алексея – Мы все.

- Мы тоже, – майор переглянулся с врачом – Идем?

- Да.

Они засеменили к ребятам и медленно опустились рядом на пол. Лицо Алексея по прежнему сияло, выражая невозмутимость, в то время как Игорь выглядел несколько смущенным и напуганным. Парень крепился, но его выдавало белое как снег лицо. Впрочем, ставить ему в укор это было по крайней мере бы глупо. Как и глупо было бы ожидать от него улыбки. Палыч, усевшись поудобней, посмотрел на Игоря.

- Теперь тебе все ясно? – он перевел взгляд на Алексея. – Ты рассказал ему все как есть?

Алексей кивнул.

- Ну как положено: в тридевятом царстве тридевятом государстве. – он расплылся в широкой улыбке.

Палыч вернул взгляд к Игорю.

- Твои впечатления?

Парень пожал плечами.

- Смотря что вы хотите услышать.

- Что значит, смотря что вы хотите услышать? Я спрашиваю, что ты думаешь на этот счет?

- Я не знаю, – прошептал Игорь. – Но если придется, то я буду бороться до конца – заявил он.

Палыч лишь грустно улыбнулся в ответ. Пора было начинать другой разговор, и все сейчас ждали именно этого ответа на простой вопрос: «Что делать дальше?». Он медленно обвел взглядом присутствующих, посмотрел на сидевших поодаль Дашу и Инну, которая уже проснулась, и, вернув взгляд вздохнул. Повисшее молчание первым прервал Алексей.

- Мужики, нам не восемь лет, и это не пикник, где мы сидим друг напротив друга, рассказываем друг другу страшилки. Не хватает только печеной картошки и молока! Все это, конечно, же хорошо, но, – он сделал паузу, – но давайте не будем забывать о главном. О тех недружелюбных тварях внизу, которые как мне кажется, только и думают (если они конечно вообще умеют это делать), как бы поскорее откусить кусок от наших задниц. Ударьте меня, если я не прав!

- Ты прав, – согласился майор.

- Предлагаю решать проблемы по мере их поступления, – сказал Евгений.

- Какого такого поступления! – расхохотался Алексей. – По-моему, их так много, что боюсь даже браться их пересчитывать!

- Но можно же выделить основные, – заметил Палыч.

- Нужно, – подчеркнул Евгений.

- Не знаю, как вы, ребята, но я считаю, что нам нужно вырываться отсюда как можно быстрее, – заявил Алексей.

- Логично, вроде бы, – сказал Палыч. – Ты хочешь сказать, что нужно прямо сейчас почти ночью бросаться в толпу этих тварей. Пан или пропал?

- К черту, Юра, это самоубийство лезть туда без подготовки, и имел в виду другое. Сначала нужно подготовиться к этому.

- Конечно, нужно, – согласился Палыч. – Просто ты озвучил конечную цель, а сейчас всем надо подумать, как к ней прийти.

- Чтобы выносить предложения на суд, нужно еще раз взвесить все наши плюсы и минусы. Наши достоинства и недостатки, – заметил Игорь.

Палыч кивнул. Паренек говорил правду.

- Лично мне кажется, что прорываться следует при дневном свете, – вставил свое слово Евгений.

- Ты прав, они боятся свет, но где факт, что завтра погода будет лучше, чем сегодня, вчера? – спросил Палыч.

- По крайней мере, мы занесем себе в актив огромный плюс. Ведь днем, в отличие от ночи, мы будем видеть их как на блюдечке. Другой вопрос, что нет уверенности в погоде. Может, пойдет дождь и небо снова заволокут облака, – бросил Алексей. – В этом ты прав.

- Вопрос в том, сможем ли мы ждать пока выглянет солнце? Хватит ли сил? В конце концов, у нас нет ни еды, ни воды.

- И что, если предположение о мутации факт, а не миф? – спросил Игорь. – Ведь тогда неизвестно, как поведут себя эти твари, пусть даже солнце и выглянет из-за облаков.

- Ты прав, – вздохнул майор. – А прорываться на дурака с тем, что мы имеем сейчас просто глупо. Банально, но у нас не хватит припасов, чтобы перестрелять этих тварей.

- Мы загнаны, – Евгений изо всех сил ударил себя ладонью по колену.

Алексей, сидевший напротив врача, всадил ему оплеуху.

- Успокойся, если бы мы с этим парнем, – он указал на Палыча, – сдавались при первой же трудности – нас уже давно не было бы в живых.

- Ты говорил, что охранники хранят запаски в сейфе? Я правильно тебя понял? – майор посмотрел на Евгения. – Где ключ от сейфа? Ты знаешь, где они прячут этот ключ?

Евгений закивал.

- Вроде, как под монитором, но я не уверен, может быть, они перепрятали его уже тысячу раз, – ответил он. – Вообще, я часто видел ключи у них в руках.

- А на дробовик? На дробовик есть запаска? – спросил майор.

- Я не знаю, – развел руками Евгений. – Но я же говорил тебе, что там есть еще один дробовик!

- Замечательно, – Палыч переглянулся с Алексеем. – Думаю, нам стоит спустится туда и взять оружие и патроны, – сказал он.

Майор почувствовал, как вздрогнул при этих словах Евгений и еще больше побелел Игорь.

- Возражения?

Несмотря на шок, который испытали эти двое, никто из них не сказал ни слова в ответ.

- Хорошо, – Палыч вновь посмотрел на Евгения. – Ты говорил, что там есть столовая?

- Хороший вопрос, хочу жрать, – усмехнулся Алексей. – И если ты сейчас скажешь нет, я пожалуй оторву тебе башку быстрее чем ты испугаешься!

Евгений покосился на Алексея.

- Да, именно столовая, не больше, не меньше. Обычно повара оставляют там кое-какие продукты в холодильнике, недоеденные в течение дня пироженые, суп, борщ и остальное, в морозильных камерах должны быть полуфабрикаты.

- Туда реально пробраться сейчас? Через вход, через холл? – поинтересовался майор.

- Вполне. Кстати, я видел рядом с дробовиками бронежилет, может быть, пригодиться?

- Может быть… На мне надет, как ты заметил, – сказал Палыч. – Правда, это только в том случае, если тебе хочется нести на себе несколько лишних килограммов. Я не буду тебе чинить в этом препятствий.

- Вообщем, нам нужно спуститься вниз, я правильно понял, командир? – спросил Алексей?

- Правильно, – кивнул Палыч. – Нам нужны боеприпасы, да и не мешало бы подкрепится как следует.

Игорь медленно поднял руку.

- А потом? Что мы будем делать потом? После того, как подкрепимся, как достанем припасы? Вы хотите идти напролом? – спросил он.

- Я этого не говорил, мальчик, но не исключаю и такой вариант, – ответил Палыч.

- Как говорится, от сумы и от тюрьмы не зарекайся, – кинул Алексей.

- Смотря, что произойдет днем, Игорек. Если солнечные лучи не возымеют своего действия, то придется идти на пролом.

- А если на небе будут тучи? – спросил Игорь.

- Я еще не знаю. Возможно, придется ждать, а возможно, и нет.

- Но от чего это будет зависеть? – не отступал Игорь.

- От положения. Моего, твоего, всех нас. От нашего самочувствия и от многого другого. Или у тебя есть что-то более конкретное? – не получив ответа, Палыч продолжил: – Вниз пойдут трое, один останется тут, охранять девушек. Решим по жребию, – уточнил он. – Ну, а сейчас надо подумать о том, что будет дальше, если пфу-пфу, – майор сплюнул через плечо, – если все пойдет так, как надо. У кого есть идеи на этот счет? Леша, Женя, Игорь? Что-то подсказывает мне, что патронов все равно не хватит на всех их. Кто-то останется. Как быть тогда? Бежать? Так мы физически не сможем бежать.

- Но вдруг они все же боятся дневного света? – спросил Алексей.

- Сам понимаешь, свято верить в это глупо, – ответил Палыч.

- Понимаю, – согласился Алексей. – Но я помню наш юный друг, – он указал на Евгения, – рассказывал, что-то про стоянку, с которой уехала «десятка»? Ведь так?

- Я тоже думал об этом, – сказал Палыч. – Но туда нужно добраться. Это раз. А во вторых, завести авто, ведь у нас нет ключей, понимаешь?

- Ты не смотрел американских боевиков? – улыбнулся Алексей.

- Ты вправду веришь в это?

- А что делать, приходится. Не думаю, что хорошей была бы идея соревноваться с этими тварями в марафоне. Хотя не заведи мы машину, всегда успеем это сделать, – сказал Алексей.

- Наверное, ты прав, – сказал Палыч. – Но с чего ты взял, что мы побежим? Не думаю, что этот бег продлиться долго.

- Я тоже не думаю, просто не вижу другого выхода. Либо так, либо никак, останемся жить на этой крыше.

Палыч задумался.

- Пожалуй, ты прав.

- Кстати, не думаю, что стоит сразу говорить об этом скептически, мне кажется эта идея вовсе даже ничего, – заметил Игорь.

- Видишь Палыч, не я один так думаю.

- А я что против? Просто пытаюсь понять, – буркнул майор.

- Из этого в принципе можно что-то и придумать. Отвлечь этих тварей, например. Пока кто-то будет отвлекать тварей, стрелять по ним, кто-нибудь в это время может подкрасться к стоянке незамеченным и завести автомобиль.

Палыч улыбнулся.

- Откуда такие светлые мысли в твоей голове, а Леш? – он хлопнул друга по плечу.

- С кем поведешься, командир, – подмигнул Алексей.

Майор вздохнул.

- Чем тебе не план? Думаю, никто не будет против, если мы не будем исходить отсюда? – не услышав со стороны ребят возражений, майор хлопнул в ладоши, потерев рука об руку. – Обсудим это позже. А сейчас пора вспомнить первую часть нашего плана. Ну что, тянем жребий? – майор достав из кармана спичечный коробок, достал оттуда четыре спички и надломал одну из них: – Тот кому достанется короткая, останется тут. Поехали?

Ребята молча кивнули и Палыч сложил в кулак спички.

- Секундочку, – Евгений поднял руку вверх. – Так или иначе одним их этих троих должен быть я, – протянул он. – Я знаю это здание как свои пять пальцев.

Майор переглянулся с Алексеем и достал одну из спичек, спрятав ее обратно в коробок.

- Ты правильно говоришь.

Он протянул кулак с оставшимися спичками Алексею, и тот, не раздумывая, достал спичку, оказавшуюся целой.

- Отлично, – по лицу Леши скользнула улыбка. – Наверное еще час здесь и я бы сошел с ума.

Палыч, усмехнувшись, протянул кулак с двумя оставшимися там спичками Игорю.

- Давай, тяни, орел.

Парень несколько секунд всматривался в кончики спичек и наконец взял одну из них. Спичка оказалась надломленной, и майор улыбнулся.

- Тебе выпала честь оберегать девочек, Игорек.

Парень молча кивнул и, зажав спичку в кулаке, поднялся.

- Удачи, ребята, – он постоял так еще несколько секунд, видимо, желая сказать еще что-то, но в итоге, так и не сказав ничего, развернулся и двинулся к Инне, болтавшей о чем-то с Дашей, поправляя постоянно сползающую с плеча лямку ремня автомата.

Трое оставшихся лишь проводили его взглядом.

- Ну что, на этом и порешали? – Палыч поднялся на ноги и, инстинктивно отряхивая задницу, выбросил вторую спичку, которая тоже оказалась надломленной. – В бой?

Глава 16

Алексей и Палыч, уже готовые двинуться вниз, стояли возле того самого входа, через который на крышу попали Евгений и Даша, в то время как врач что-то объяснял своей дочери, обильно жестикулируя и указывая то на Палыча и Алексея, то вниз, туда, куда они собирались спускаться сейчас.

- Знаешь, Юр, если бы этот парень не знал так хорошо здание, я, наверное, оставил бы его загорать здесь. Тебе не кажется, что этот тип будет обузой?

- Кажется, – согласился Палыч. – Но ты сам ответил на свой вопрос. Он знает, что к чему в этом здании. А это лучше, чем идти наугад.

- В этом ты прав. Но следить за ним я не буду, – Алексей вздохнул. – Пусть платит за свои грехи так же, как это делаем мы, он мальчик взрослый.

Друзья переглянулись, и майор дернул плечо, затекшее под тяжестью автомата.

- Ему гораздо сложнее, чем ты думаешь, – сказал майор. – Ты правда думаешь, что он в чем-то виноват?

- Не могу сказать тебе ни да, ни нет, – пояснил Алексей. – Но мне кажется, что тот же Игорь, его жена, дочь этого парня, больше заслуживают жизни в дальнейшем. Они молоды, им есть к чему стремится, – он пожал плечами. – Ради них я могу рискнуть, а там, внизу, я не буду рисковать собой, ведь тогда я уже не смогу защитить их, – он кивнул в сторону ребят. – Да и самому хочется пожить, понимаешь, Юр?

- Понимаю, – майор, положив руку на затылок, помассировал шею. – Я присмотрю за ним. Нельзя бросать его одного там, внизу.

- Я не говорю о том, что брошу его, – возразил Алексей. – Но рисковать ради него я не буду. Он знает, на что идет. Поэтому я изначально против, чтобы он шел с нами, но я понимаю, что и без него никуда. Но, – Алексей покосился на Евгения. – Я не доверяю ему. И не хочу доверять, понимаешь?

Палыч развел руки.

- Прими это как должное. Я уже сказал, что присмотрю за ним, – он улыбнулся.

- Я готов, – послышался голос Евгения.

- Ну, дай Бог, – майор кивком указал на крышку люка. – Давай, открывай молодец. Посмотрим, что нас ждет внутри.

- Но как мы пойдем? – спросил Евгений.

- А это уже по пути разберемся, – бросил Алексей.

Палыч заметил, как Евгения пробрала дрожь.

- Леша шутит: я хочу добраться до балкона на восьмом этаже, по нему спуститься вниз, до второго, а оттуда уже и на первый. Мне кажется, что это самый безопасный путь, я прав?

- Да, – согласился Евгений.

- Вот и хорошо, тогда не будем медлить, открывай люк – и за дело.

Евгений, послушно подойдя к люку, рывком поднял железную крышку вверх. Скрипнули петли, и он небрежно вытер руки, испачкавшиеся в ржавчине о штаны. Из открытого люка завеяло сыростью. Палыч молча, сбросив автомат с плеча, опустил рычажок предохранителя и, передернув затвор, медленно подошел к краю люка. Внутри чуть различимо виднелись силуэты пожарной комнаты, точно такой же, как та, через которую они попали сюда несколько часов назад. Переглянувшись с Алексеем, майор, присев, нашел ногой лестницу и начал спускаться вниз. Леша, приготовив пистолет, наблюдал за спуском у кромки люка и, когда майор спрыгнул с лестницы и оказался на полу пожарки, спустился вслед за ним вниз. Палыч кивком призвал спуститься Евгения, и тот, весь дрожа, спустился вслед за боевыми товарищами в пожарку. Майор, не произнося ни звука, поднес к губам указательный палец и, вскинув автомат, огляделся. Тот же пожарный шланг на стене, огнетушитель. Палыч окинул взглядом противоположенные стены и потолок. Если бы он не знал, что Евгений забрался на крышу именно отсюда, можно было предположить, что входная дверь в комнату была заперта. Взгляд Палыча остановился на выключателе, и он, подойдя к стене, поднял маленький тумблер вверх. Через мгновение комнату осветил свет одинокой тусклой лампочки, уютно расположившийся на потолке. Майор вернулся взглядом к двери и по привычке отметил, что та открывается вовнутрь следующей комнаты, подошел к ней вплотную и прильнул глазом к замочной скважине. Ничего: только темнота и легкий сквознячок из отверстия для ключа.

- Что там? – спросил Алексей.

Палыч покачал головой.

- Я ничего не вижу, в следующей комнате темно. Свет не горит, – он повернулся к Евгению. – Ты не включал ламп?

- Нет.

- Почему?

- Когда мы бежали сюда, я еще не знал, что мертвяки боятся света, да и некогда мне было тогда.

Майор вздохнул и жестом указал Евгению и Алексею отойти от двери, а сам, сделав несколько шагов назад, вскинул на плечо автомат и вышиб ногой дверь… Чисто. За дверью из темноты не доносилось ни одного звука, и Палыч переступил через порог, кивком позвав за собой ребят.

- Где включить свет? – Палыч, проведя рукой по стене, не нашел выключателя и покосился на Евгения, стоящего за спиной Алексея.

- У входной двери. Выключатели на первой двери во всем здании, – ответил врач.

Майор выругался. Получалось, что для того чтобы включить свет нужно было пройти через всю комнату в темноте, и так везде. В комнате было совсем ничего не видно и приходилось идти наугад. Труп или УЖЕ тварь могли находится где угодно.

«И так везде,» - подумал майор.

Он сделал несколько шагов в темноте и нащупал в брюках ручку фонаря. Достав фонарик, он включил его. Яркое пятно света вырвало из темноты кусок белой стены. Это конечно хорошо, но света все же было мало.

- Ребята, не закрывайте свет.

Алексей молча сделал несколько шагов в сторону, ни на секунду не опуская пистолет. Оставшийся стоять на месте Евгений уже через мгновений был отдернут в сторону Лешей. До ушей Палыча донеслась брань его старого друга. Майор улыбнулся. Тусклый поток света из комнаты, оставшейся позади, подкрепленный ярким световым пятном фонарика, осветили входную дверь, и майор, предварительно осветив комнату фонариком, подошел к двери, и найдя выключатель, включил свет. Через несколько минут все трое оказались в коридоре. Палыч отметил про себя, что из палат с больными на этот раз не доносилось не звука.

«Странно,» - пронеслось в голове.

Он подошел к одной из палат и приподнял окошко через которое можно было наблюдать за больным. Палата пустовала. Но то, что майор увидел внутри, заставило сердце вздрогнуть. Внутри, на полу, были разбросаны испачканные кровью и гноем подушка и одеяло, разорванное на множество частей. На стенах по периметру виднелись огромные пятна крови. Блеклый свет лампы освещал разорванный в клочья материал, которым были оббиты стены, и вывел глаза Палыча к окну, пластиковое стекло которого было сорвано. Майор сглотнул.

- Посмотри, Леша.

Он отошел в сторону, уступив место у двери Алексею. Тот, несколько секунд стоявший у окошка и рассматривающий то, что уже видел Палыч, вскоре выпрямился и присвистнул.

- Дрянь! – выругался он.

К окошку на двери медленно подошел Евгений.

- И что, Юра, есть чем это объяснить? – спросил Алексей.

- А что объяснять, они заражены, – ответил майор.

Алексей покачал головой.

- Нет, я не про то. То, что они заражены, и так понятно. Ты не заметил, что нет человека… или точнее этой твари, – фыркнул он.

- У тебя есть предположения? – спросил майор.

- Знаешь, – Алексей задумался. – Мне почему-то кажется, что эта тварь просто спрыгнула вниз. Ты заметил, что окно выдавлено?

- С восьмого этажа? Это нереально.

- А что реально? Не удивлюсь, что она при этом выжила и бродит где-то внизу.

- Пожалуй, ты прав. Но как они заразились, находясь в палатах?!

- Ума не приложу, – пожал плечами Алексей.

Он подошел к соседней палате, приподнял окошко и заглянул внутрь.

- Здесь нечто похожее.

- Но здесь даже нет запаха! – вскинул руки Евгений.

Палыч покачал головой. Врач был прав. Он сам не чувствовал никакого запаха в коридоре. Но люди в палатах были заражены.

«Видимо, свет был выключен по всему зданию, но не в палатах,» - подумал майор.

Похоже, что свет в палатах с больными не был виден ни снаружи, ни изнутри, и именно свет ламп привел инфецированных больных в бешенство и заставил, выдавив окно, спрыгнуть вниз. Или же твари не смогли выдержать замкнутого пространства, если свет выключился автоматически и здесь Наверное, все происходило именно так.

- Скажи мне как специалист, реально ли, чтобы эти люди, больные, были более восприимчивы к заразе? – обратился Палыч к Евгению.

Врач кивнул.

- Вполне, иначе как бы они заразились, находясь в изоляции? Они принимали одинаковые препараты, так что вполне возможно. Почему нет? Видимо даже крупинки этого вируса было достаточно чтобы заразиться. Другого объяснения я не вижу, – сказал он.

- Я тоже, – вздохнул Палыч. – Идем дальше. Сейчас мне, если честно, плевать на это.

Майор подошел к расположенному на стене автомату с переключателями и, приподняв крышку, одна за одной поднял ручки тумблеров вверх. Свет, и до того горевший в коридоре, стал еще ярче. Кроме того, лампочки зажглись и в остальных местах, названия которых были подписаны под каждым тумблером. Пожарная комната, туалет и прочее. Откуда-то послышалось легкое шипение. Звук шел со стороны противоположенного конца коридора. Похоже, тварь, сидевшая там, все еще не смогла выбраться. Через мгновение, словно доказывая правоту мыслей майора, в одной из палат послышался шум. До ушей донесся мерзкий визг и звук глухих ударов. Майор невольно сделал несколько шагов к противоположенной стене. Удары повторились еще несколько раз, пока один из них не пришелся во входную дверь. Палыч мысленно попросил Бога не дать твари вырваться наружу. Пространство, сам коридор были настолько малы, что в случае убийства этой твари кто-то из них, сам Палыч или Леша с Евгением, могли заразится. Однако после того, как тварь несколько раз ударила в дверь, удары прекратились.

Палыч медленно подошел к палате и, приложив ухо к двери, прислушался. За дверью была тишина и, майор, подняв окошко, заглянул внутрь.

- Пусто, – бросил он.

- Снова спрыгнула вниз? – спросил Алексей.

Майор кивнул. Сказанное Лешей было похоже на правду. В комнате никого. Кровь, гной и выдавленное стекло. Куда еще могла тварь?

«Только спрыгнуть вниз, на головы своим товарищам,» - пронеслось в голове.

Палыч, опустив заслон на окошке наблюдения, отошел от двери. Внутри, из самой глубины души, рвались противоречия, мысли, вызываемые которыми кружили голову.

«Все, ты уже ничем не сможешь им помочь, они заражены».

Палыч зажмурился: или заражение, или голодная смерть…

«Не забивай себе голову этим!».

Он тяжело вздохнул и осмотрел коридор. Через несколько метров от них виднелась точно такая же дверь, через которую они поднялись на восьмой этаж во втором крыле. Прямо напротив майора на стене была нарисована стрелка. Номера палат были подписаны сверху, ниже можно было прочесть «ЛИФТ». Пользоваться им сейчас было по меньшей мере небезопасно.

- Ну что, показывай, где тут находится кабинет с балконом, – бросил майор.

- В конце коридора, последняя дверь слева, – Евгений неуверенно указал пальцем направление. – Мы с Дашей добирались так же.

Палыч кивнул.

- Я тебя понял.

- Пойдем, Юра, – Алексей помассировал шею и вышел вперед. – А ты не отставай, родной, – он подмигнул стоящему в замешательству Евгению.

Тот неуверенно закивал и двинулся вслед за боевыми товарищами. Через несколько секунд они оказались у той самой двери. Алексей указал на висевшую правее двери карту этажа.

- Так, там еще один коридор, какого черта ты промолчал?!

- Я… Я – Евгений замялся.

Друзья переглянулись.

- В следующий раз будь более внимательным, – бросил Палыч.

Он аккуратно вытащил карту из-за стекла и, вытянув ее, чтобы чертеж видел и Алексей, всмотрелся в нее.

- Помнится, ты говорил о том, что тебе пришлось отстреливаться от этих тварей по пути на крышу?

- Да, – Евгений кивнул.

- Покажи на карте, где ты встретил здесь этих ребят.

Евгений молча указал на тянущийся коридор.

- Ты хочешь сказать, что этот коридор, который ты мне показываешь, находится прямо за этой дверью? – прошипел Палыч – Какого черта ты молчал?!

Алексей, подняв пистолет, приставил дуло к виску Евгения.

- В следующий раз разговорчивее тебя заставит быть пуля.

- Не горячись, – майор опустил руку друга. – Просто будь внимательнее, Женя, если тебе дорога жизнь твоя и твоей дочери Даши. Договорились?

Евгений молча кивнул.

- А что там? В том коридоре? – спросил майор.

- Там палата общая, для стабильных больных. Они не закрыты в палатах, могут ходить до девяти вечера. Вот.

- Понятно, – кивнул майор. – И много там больных?

- Примерно тридцать пять.

Алексей присвистнул, покачав головой, а Палыч, пригнувшись, посмотрел в замочную скважину, отделявший их от коридора двери. Из-за темноты, в которую было погружено пространство за дверью, разглядеть коридор более или менее четко не представлялось возможным, и майор, отказавшись от этой идеи, прислонил к замочной скважине ухо. Тишина. Из-за двери не было слышно ни звука. Майор выпрямился и жестом подозвал к себе Евгения.

- Слушай меня внимательно. Ты сделаешь сейчас все так, как я тебе скажу, в точности, понял?

Врач кивнул.

- Вот и хорошо, – Палыч кивнул. – Суваться туда при всей видимой безопасности рискованно. А я не хочу рисковать, а хочу попасть внутрь максимально осторожно, без шероховатостей.

- Что требуется от меня? – спросил Евгений.

- Ты откроешь дверь, – ответил майор. – Мы с Лешей расположимся на позиции, а твоя задача открыть эту дверь, – он указал на дверь, ведущую в коридор.

- Плавно, без рывков, на себя. Ты меня понял?

Евгений промолчал.

- Хорошо, что мы понимаем друг друга с первого слова, – Палыч улыбнулся. – Только позволь мне дать тебе небольшой совет.

- Какой?

- Когда откроешь дверь, не издавай ни звука. Не шевелись, не вздумай суетится или куда-то бежать. Пусть пуля бегает быстрее этих тварей, но не уверен, что она понадобиться одна. Так что…

Палыч не успел закончить, как в разговор вмешался Алексей.

- И еще, одно друг. Игры закончились. Если ты будешь для нас обузой, если ты не будешь слушать того, что говорит Палыч или я, то я не могу дать гарантий, что ты выживешь. Тебя либо сожрут эти твари, либо я лично подстрелю тебя.

Лоб Евгения разрезала жирная капля холодного пота. Майор положил руку на плечо врачу.

- Он говорит так не потому что не любит тебя или хочет твоей смерти. Он говорит так потому, что еще хочет жить. Ты зависишь от нас, а мы от тебя. Понял? – майор похлопал Евгения по плечу и, отвернувшись от застывшего в замешательстве врача, указал Алексею на позицию у стены: – Я на противоположенной, – пояснил он.

Друзья молча направились к противоположенным стенам… Палыч, расположившись в нескольких метрах от двери коридора, присел на одно колено и уперся прикладом автомата в плечо, прицелившись в дверной проем и, дождавшись, пока Алексей займет свою позицию, поднял большой палец вверх. Все было готово.

Но не успели с губ майора сорваться слова: «открывай, мы готовы», как до слуха Палыча донеслось легкое шипение из-за двери, а ноздри почуяли мягкий знакомый запах сгнивших фруктов. Он неуверенно опустил автомат, поймав на себе вопросительный взгляд Алексея.

- Что случилось?

- Чувствуешь запах? – спросил майор.

- Да, – кивнул Алексей. – Он же сказал тебе, что там тридцать пять этих тварей!

Палыч пропустил слова друга мимо ушей.

- Сколько тварей ты пристрелил здесь по пути? – обратился он к Евгению.

Евгений, воспользовавшись возникшей паузой, поспешил отойти от двери и стоял всего в нескольких метрах от майора.

- Когда я шел, здесь еще не было этих тварей, но больные уже были заражены, – сказал он, – Я пристрелил двоих, они напали на меня.

Палыч задумался и, опершись спиной о стену опустился на пол, принявшись теребить в руках лямку ремня автомата.

- Да что случилось? – спросил Алексей.

Палыч кивком указал на дверь ведущую в следующий коридор.

- Ты понимаешь, кто за этой дверью?

- Ну уж явно не парад с транспарантами! – Алексей сплюнул.

- Ты можешь меня не перебивать?!

- Ты задал мне вопрос!

- Леша!

- Юра!

Друзья несколько секунд смотрели друг на друга, пока Алексей не отвесил Палычу воздушный поцелуй.

- Говори.

- Спасибо за одолжение.

- Я серьезно.

- А раз серьезно, тогда послушай. За этой дверью те самые трупы… Тридцать пять этих тварей…

- Тридцать три, – перебил Евгений. – Я стрелял в двух тварей, я же говорил.

Майор покачал головой.

- Похоже, ты не убил их.

Врач широко раскрыл глаза.

- Как это?

- Выстрелы не пришлись в голову, – предположил майор. – Поэтому, если ты убил их, то убил людей, но людей инфицированных, и сейчас за дверью мутированные твари… Судя по запаху.

- Будь иначе, будь там эти твари, ты был бы заражен, – сказал Алексей. – Хотя, возможно, и убил… Палыч, ты сам говорил на крыше, что от неинфецированных тварей нет никакого запаха. Возможно, эти твари уже сожрали тех двух, которых пристрелил наш доктор? А это остаток запаха.

Майор взял паузу. В голове одна мысль налаживалась на другую… Десятки вопросов и тысячи возможных ответов…

- Может и так, но это не важно. Проблема остается проблемой, – он выдохнул. – Их слишком много... Еще чуть и мы бы полезли на верную смерть!

- Уж что-что, а тридцать пять или тридцать три твари мы смогли бы перестрелять! – Алексей приподнял вверх свой дробовик.

- Смогли, – согласился Палыч. – Но при этом не избежав заражения! Понимаешь, о чем я? Мы не успеем проскочить. Когда мы шли сюда, мы нигде не встречали столько тварей.

- Почему? А как насчет улицы? Мы еле унесли ноги! – перебил Алексей. – Ты не забыл, командир?

- На улице, вот именно что на улице! Мы не стояли на месте, не дышали заразой, пойми! А если мы перебьем тридцать пять этих тварей за один раз, здесь и сейчас, заразимся, и уже ничто нас не спасет…

Палыч запнулся. Алексей задумчиво уставился на свой дробовик.

- Пусть так, но ни разу заражение не происходило сразу же, – сказал он. – Тварь дохла, проходило время, и только потом…

- Ты не чувствуешь запаха?! – перебил его майор. – По-моему, так за версту можно почуять. А представь, что будет, если мы откроем дверь? Я не думаю, что удастся перестрелять их всех за какие-нибудь пять минут… - Палыч перевел взгляд на Евгения – Ты уверен, что они были еще живыми, когда ты еще стрелял в них? Уверен?

Евгений закивал.

- Уверен.

- Да.

Палыч уперся затылком о стену. Пожалуй, если бы этому Евгению пришлось прорываться наверх через заслон их зомби, а не просто инфицированных психов, ему вряд ли бы удалось это сделать. Значит, там все же были обычные инфицированные люди, насколько к ним можно было применить это слово. ОБЫЧНЫЕ.

- Но откуда взялся этот запах? Если они сожрали бы друг друга, вряд ли бы он был таким сильным, – озвучил майор свои мысли вслух.

- Я не уверен, но у меня есть кое-какие мысли, – прошептал Евгений.

- Говори.

Врач прокашлялся, чистя горло.

- Естественно, тридцать пять человек больных не могут вот так вот свободно проводить время без присмотра… - он замялся. – К ним приставлено четыре медбрата. Это что-то вроде воспитателей, но редко когда они работают в смене сразу все вчетвером, одного двух человек всегда можно не найти на месте… Но остальные «воспитатели» до девяти вечера, пока не разведут больных по палатам, всегда там.

Палыч нахмурился.

- И где они сидят?

- В основном ходят среди больных, а так у них есть специальная комнатка, откуда они могут наблюдать за происходящим в зале.

- Ты видел их, когда бежал сюда? – поинтересовался Алексей.

- Нет, – покачал головой Евгений. – Но мне кажется, что причина запаха кроется тут…

- В смысле? – спросил Палыч.

- Я думаю, началась драка с инфецированными больными, медбраты заразились, но успели бежать в свою комнату, где, возможно, и умерли от полученных ран. Твари вряд ли могут выбить дверь в их комнату и разорвать ребят на куски, чтобы инфекция не рассеивалась…

Майор покачал головой. Это все объясняло. Прямой контакт, «full contact» живой плоти и зараженного. Вирус передавался через укусы и порезы, как инфекция по игле наркомана. Человек оказался мертв еще до заражения, не успев смутировать, но плоть оказалась инфицированной.

«Отсюда и вонь,» - подумал майор.

Он рывком заставил себя подняться на ноги, покосившись на дверь, из-за которой по прежнему доносилось шипение и легкий скрежет, порой сменяющийся непонятными взвизгами.

- Ты молодец, – Алексей, чуть скривившись от боли, поправил сползшие на руках бинты. – Быстро сообразил что к чему, – он окинул взглядом ребят. – Что, обделались? Возвращаемся на крышу?

- Не торопись, – майор покачал головой. – Вернуться мы успеем. Если я правильно понял ход твоих мыслей, – он посмотрел на Евгения, – запах исходит от убитых сотрудников?

- Да, – согласился врач,– скорее всего, они заражены, их плоть, – пояснил он. – Она гниет, и от нее исходит этот смард.

- Но при этом они не превратились в этих тварей? – спросил Алексей.

Евгений лишь молча развел руками.

- И? – Алексей посмотрел на Палыча.

- Ты понимаешь, что мы избежали верную смерть?

- Понимаю, – Леша положил ствол дробовика на плечо. – Нельзя разбрасываться шансами, которые дарит судьба, их не так много.

- Не так, – Палыч вздохнул. – Возможно, нам следует спуститься ниже и попробовать проникнуть вниз с седьмого этажа? – Палыч обернулся к врачу. – Как ты думаешь?

- Я не знаю, – Евгений пожал плечами. – Возможно, да, а быть может, и нет, ведь меня не было там, внизу.

Палыч вздохнул.

- Тоже верно. Неизвестно, что происходит на лестнице сейчас.

- По большому счету неизвестно, что происходит и тут, – возразил Алексей. - Давай уже решим, будем мы рисковать или нет?

- Будем или нет? Да мы уже рискуем, Леша. Этот единственный безопасный путь оказался опасным. Идти через седьмой тоже риск, мы не знаем, что там. Идти по тому маршруту, по которому мы попали сюда, то же самое. Мы не знаем, что нас будет ждать там, а вдруг твари прорвались в холл? Вдруг запах, который мы чувствуем на крыше есть в регистратуре, на первом этаже? Вот в чем дело! – Палыч всплеснул руками, поправив спавшую лямку ремня автомата. – Что если их уже не держит свет ламп?

- Не думаю, что тогда они стояли бы на улице, – возразил Алексей.

Майор задумался.

- Тоже верно.

- Но насчет вони в холле ты прав. Я думаю, вонь от их друзей, которым мы снесли башни внизу, уже давно прописалась внизу.

- Ребят, а что если нам, например, попробовать что-то другое? – вступил в разговор Евгений.

- Что, например? – спросил Палыч.

- Спустится на балкон с крыши.

- Майор почесал щетину.

- По шлангу?

- Да.

- Я думаю, что это даже более рискованно, чем то, что ты слышал сейчас, – покачал головой Палыч.

- Почему?

- А тебе не напоминает это наживку на крючке у рыбака? Предположим, я обвяжусь пожарным шлангом, вы спустите меня вниз. Но что если там будут эти твари? Мне некуда будет отступить, и меня сожрут, только и всего. Так что я не думаю, что идея хорошая.

- Правильно, – кивнул Алексей.

Все трое замолчали. Майор поймал на себе взгляд Евгения, который тут же отвел глаза в сторону. На лице врача выступала бледность.

- Говори, что хочешь сказать, – вздохнул майор.

- Я, – выдавил врач, он попытался сосредоточится и, глубоко вздохнув, продолжил, не обращая внимания на пробивавшую тело дрожь. – я считаю, что нам нет смысла спускаться вниз.

- Откуда такие мысли? – нахмурился Алексей.

Палыч молча слушал.

Евгений лишь покачал головой.

- Вы сами все сказали.

- Поясни.

- Нечего пояснять, ребята. Если этот запах ТАМ, то нам нет смысла туда идти… мы заразимся этой гадостью… МЫ ЗАПЕРТЫ.

Алексей сдавленно выругался, а Палыч устало закрыл глаза опустив руку с пистолетом вниз.

- Понимаете? Нам не спуститься с крыши, не выбраться из этого здания, убивая их, мы тем самым сами загоняем себя в ловушку…

- Но запаха может и не быть, – сказал Палыч.

- Может, – согласился Евгений. – Но я не хочу проверять это на своей шкуре.

- Секундочку! – в разговор вмешался Алексей. – Почему ты решил, что запах должен быть в холле? Мы закрыли дверь когда бежали сюда и перестреляли этих тварей на улице. Он развеивается, они дышат им, мы дышим им на крыше. В конце концов они жрут друг друга. Откуда там быть этому запаху, поясни?! – взорвался он.

Евгений выдержал взгляд.

- Я сказал, что не уверен, но рисковать и проверять это на себе не хочу. Я думаю ты тоже.

- Я думаю, ты тоже, – передразнил Алексей.

- Нет, Леш, он правильно говорит, эти твари выбили дверь. Она болталась на честном слове, когда мы были внизу. Представь, что с ней сейчас. Ее нет. А не заходят они опять же потому, что там свет. Поэтому весь этот смард на все сто уже стоит в холле. А если не стоит, то идти туда вот так и проверять я не хочу, и не позволю делать этого тебе.

- То есть, мы заперты, – усмехнулся Алексей.

- Ничего нового, – пожал плечами Палыч. – Но выходит, что так. Мы заперты.

- Если я сейчас не выкурю сигареты, у меня взорвется голова.

Майор достал из кармана брюк помятую пачку сигарет и открыл ее, заглянув внутрь.

- Считай, повезло, осталась парочка-другая, – он протянул Алексею и Евгению пачку. – Угощайтесь.

Ребята кивнули и, молча взяв по сигарете, закурили.

- Разведчики сраные! – усмехнулся Алексей.

- Ну, узнали же что-то, – пожал плечами Палыч.

Леша затянулся.

- От этого «что-то» только есть меньше не захотелось и патронов в обойме не прибавилось…

Монолог Алексея прервал гулкий удар по железной двери и последовавший за этим визг одной из тварей.

- Как я тебя понимаю! – улыбнулся Леша.

- Они нас чувствуют, – заметил Палыч.

***

ДЗИНЬ-ДЗИНЬ-ДЗИНЬ.

Пип-пип-ПИИИП.

Противный высокочастотный сигнал разрезал повисшую в комнате тишину.

- Что за?

Алексей, а вслед за ним и Палыч с Евгением подняли головы вверх, ища глазами источник звука, которым оказался маленький белый прибор на потолке. Поднявшись на ноги, ребята переглянулись.

- Это противопожарная…

Евгений не успел договорить, как комнату залило брызгами. Недокуренные сигареты вмиг потухли, а уже через несколько мгновений мужчины, как и все пространство вокруг от двери до двери, оказалось залита водой. Через несколько секунд противный высокочастотный визг исчез так же неожиданно, как и появился. Майор, выдохнув, сплюнул и выкинул окурок под ноги.

«Вот он тебе и холодный душ, чтобы остыть,» - пронеслось в голове.

- Ты мог предупредить, дебил недоделанный? – проорал Алексей.

Вопрос был без адресата, но стоявший в замешательстве Евгений понял, что он задан ему.

- Откуда я мог знать? – он пожал плечами.

Алексей, положив дробовик на пол, снял с себя футболку и тщательно выжал ее.

- Ты что, не разу не курил здесь?

- Курил, но я же курил один и в своем кабинете.

Алексей, покачав головой, стряхнул футболку и одел ее. Палыч тем временем вылил налившуюся в форменные туфли воду, одев их обратно. Один Евгений остался стоять на месте.

- Извините, не хотел, – сказал он.

- Хотел-не хотел… – фыркнул Алексей. – Забудь.

- Ты верно говорил про безопасность, – отметил майор.

- Что он говорил? – поинтересовался Алексей.

- Я разговаривал с ним по поводу того, что да как в этом здании, – вздохнул Палыч.

- Почему не сказал?

- Тебе же все равно, – Палыч улыбнулся.

- И все же, что он говорил? Это, кстати, локально или мы все затопили?

- Нет, не все, – сказал Евгений. – Безопасность здесь на высшем уровне.

- Совсем неплохо, – согласился Леша. – Если из-за дыма сигареты поливать нас с ног до головы как из шланга…

- Представляю, что было бы с твоими анализами, попади они под такую струю.

Палыч хлопнул Евгения по плечу.

Врач натянуто улыбнулся.

- Видимо, сигнализация в моем кабинете не работала. Кузнецов, наверное, отключал ее, потому что знал о моей вредной привычке. А может быть, дым выветривался в окно… Моя жена работает в одном из кабинетов на восьмом этаже, там тоже курят…

- Кто такой Кузнецов?

- Главный по ТБ. Он скорее и отключил в пожарке мою комнату и те места, где эта штука могла сработать.

- Здесь он явно забыл это сделать.

- Какой еще пожарки? – спросил Алексей.

- Я говорил майору, что те две комнатки наверху это пережитки прошлого. Сейчас на каждом этаже есть пожарная комната. Я там не разу не был, но, по рассказам, все, что находится там, сделано по последнему слову.

Алексей закончив со своим туалетом и, приведя себя в порядок после неожиданного душа, переглянулся с Палычем.

- И как это далеко? Просветите, раз начали такой разговор.

Майор пожал плечами.

- Все вопросы к Жене, я не углублялся. А зачем тебе?

- Зачем?

- Да.

- Можно туда заглянуть, если нам будет по пути. Ты же не собираешься и дальше сидеть тут ничего не делая? А там можно найти что-нибудь полезное.

- Например? – спросил майор.

- Например, аптечку, – ответил Алексей – Пригодится и мне, и Игорю, и девчонкам, я думаю, там найдется успокоительное для них?

- Все возможно, – вставил свое слово Евгений.

Палыч кивнул.

- Я только за. Можно сделать вылазку в пожарку. Лекарство пригодится всегда, – сказал он. – Покажи ее на карте.

Евгений указал маленькую комнатку на карте.

- Вот.

- Спасибо.

Майор обвел взглядом ребят. Комната, показанная врачом, располагалась через коридор от того места, где они находились сейчас.

«Не так уж далеко и не так уж сложно,» - подумал Палыч.

Тем более, что из того пространства, которое отделяло их от пожарки, коридор, в котором они находились сейчас, и следующие несколько комнат уже не несли никакой угрозы и были изучены.

- Давайте тогда сделаем так, – он провел пальцем по карте из точки, в которой они находились сейчас к пожарке. – Пройдем сюда, осмотримся, возьмем аптечку, если она будет там… И соберемся с мыслями по пути.

Он посмотрел на наручные часы.

- Тянуть нельзя, дело подходит к вечеру, поэтому ни о каком возвращении наверх речи не идет… На нас возложили надежду там, на крыше. Самое ценное, что есть – жизнь. Женя… - Палыч посмотрел на Евгения, – ты еще можешь вернуться, у нас теперь есть карта.

Он покачал головой.

- Моя дочь верит в меня.

Палыч кивнул и молча еще раз изучил маршрут к пожарной комнате, после чего, вздохнув, сложил карту и, чтобы та не промокла, заткнул ее за ремень брюк.

- Вперед

Глава 17

Похоже, что тот невольный душ, который они приняли, пошел им только на пользу. Несмотря на легкий дискомфорт и ощущение мокрой одежды, прилипшей к телу, влага только освежала, остудив голову и мысли, которые, как в каком-нибудь сундуке с плохо закрываемой крышкой, скопились в ней. Майор с удовольствием чувствовал легкую прохладу и пробивавшую тело легкую дрожь. Вода была ледяной, как из горного ключа, но оно того стоило. Все лучше, чем жар и противный липкий пот, от которого, казалось, еще чуть-чуть – и конечности прилипнут к друг другу. Ледяная вода скрутила готовые взорваться от напряжения и усталости мышцы, учитывая, что последним не совсем помог сон, и можно было сказать, что майор впервые за последние сутки почувствовал себя на все сто, как посреди второго выходного дня после напряженной смены. В голове кружилась до боли знакомая мелодия, и Палыч незаметно для самого себя барабанил указательным пальцем правой руки в такт мелодии по прикладу Калашникова. А чем черт не шутит, может быть, в голову забралась одна из бессмертных вещей творца свободы Боба Марли.

«Боб Марли и символ свободы, наш Калашников… Неплохое сочетание!» - майор мысленно усмехнулся.

Рядом с невозмутимым выражением лица шел Алексей, который, если убрать дробовик в одной руке и пистолет в другой, а также промокшую и измятую футболку и штаны с кедами и представить его в вечернем смокинге, весьма походил на какого-нибудь счастливчика, выигравшего миллион долларов и шедшего в банк, чтобы снять свой куш.

«Сама невозмутимость».

Палыч мысленно представил, как выглядит сейчас со стороны он сам.

«Ну… точно не самый счастливый вид,» - мелькнуло в голове.

Несколько иначе выглядел шедший последним Евгений. Палыч заметил, как тряслись его руки, держащие пистолет. Он был бледен.

Первый коридор остался позади. Наверху редко, но настойчиво мигала разбитая лампа. Майор мысленно представил карту. Теперь налево, в другой коридор, и до упора, в последнюю дверь… Там и находилась пожарка. В пожарке аптечка… Они возьмут ее. А дальше? Что делать дальше? Палыч задумался.

«Закономерный вопрос».

Наверное, в голове скоро произойдет извержение или на языке выскочит мазоль, размышляй он об этом вслух, но на крышу возвращаться было нельзя.

«И если надо, я могу повторить это еще раз,» - отметил про себя майор.

Вернувшись на крышу, они, выходит, зря потеряли время, которого сейчас и так было в обрез. Обсуждение причин возвращения с ребятами, все эти разговоры, сопли, все это отняло бы драгоценные минуты от того и так скудного запаса, что есть у них сейчас. Майор представил, сколько времени занял бы рассказ, какое действие возымели бы на ребят наверху их догадки и вздохнул. Нет, нет и еще раз нет. Начались бы дискуссии, обсуждения того, что делать дальше, как, с кем, кому и в каком случае поступать. Развернутая карта…

«Но если не туда, то куда?» - прервал свои размышления майор.

Вопрос стоял ребром. Если не на крышу, то от любого шага, от любого предприятия, которое они задумывали здесь, веяло риском. И вопрос стоял вовсе не в отваге. У того же Леши ее, и отваги, и смелости, да всего, что только пожелаешь, хоть отбавляй, но это вовсе не означало, что риск оправдывал что-то.

«Кто не рискует, тот не пьет шампанского, - пронеслось в голове майора. – Возможно».

А возможно, и нет. К чему риск, если он ничем не оправдан?

«Ты рискуешь знаешь чем, знаешь ради чего, с другой стороны,» - подумал он.

Ведь все их предположения насчет мутации могли быть не просто пустым звуком. Но что, если твари, действительно, мутировали, развивались… Так к чему тогда тянуть, если дальше, возможно, будет только хуже. Даже если судить по вариантам, от этого тоже далеко не уйдешь. Опасен каждый вариант. Выбирать наименее опасный, вычеркнув по максимуму опасности из возможных последствий риска. Так можно выбирать любой из предложенных. Все они одинаково рискованны и опасны, все они несут в себе одинаковую угрозу. Отказаться от них?

«Значит, сдаться,» - мелькнула мысль.

Значит, сдаться. Проще вернуться на крышу, выкинуть карту и сжечь ее, а оружие выбросить. Почему и нет? Не понадеется на авось, как это всегда бывает… Или чего лучше – выпустить себе пулю в голову, чтобы не мучится. Тоже вариант. Майор отогнал такие мысли прочь. Нет, нужно было бороться. Бороться до конца. Если жизнь играет грязно, то и в ответ получает блеф вместо чистой игры.

«Вы хотите войны, получайте,» - майор стиснул зубы.

Вот только назад дороги уже нет.

«А она была?» - спросил он у самого себя.

Скорее нет, чем да. Ее не было уже тогда, когда они увидели огни «десятки» прошлой ночью на трассе. Сейчас главное не дать слабину. Попросту дать себе шанс. Если не ты сам, то кто даст шанс тебе?

«Если не я, не Леша, да даже не Женя, на худой конец, кто даст шанс ребятам на крыше?».

Палыч зажмурился. Паршивое это чувство – ответственность.

«Справлюсь,» - отрезал он.

Он молча следовал за Алексеем, который тем временем исследовал коридор, в котором они оказались. Такой же длинный, как и предыдущий, полностью аналогичный ему. Алексей указал на дверь в конце коридора.

- Вон она, пожарка, – сказал он.

- Да, – кивнул Евгений.

- Она заперта?

- Скорее всего. Кто же бросит ее открытой после рабочего дня,? Кузнецов, хоть и расхлебанный парень, но не настолько, – ответил Евгений.

- Мало ли, – Алексей пожал плечами. – Значит выбьем.

Они двинулись дальше.

И что есть сейчас? Все то, что узналось только СЕЙЧАС, точнее то, что было осознано гораздо позже, чем следовало, все это основательно, как опытный шулер, перетасовало карты в их колоде, и на месте туза оказалась шестерка.

«Бывает и так,» - подумал майор.

Этот Евгений… Почему он молчал об этих тридцати пяти тварях там? Но, с другой стороны, врач четко дал понять, что отстреливался от зараженных по пути на крышу и убил двух, не уточнив лишь их общее число.

«Почему ты не сделал этого сам?» - Подумал Палыч.

Но с другой стороны… Что изменило бы это знание? Тридцать пять и тридцать пять. И что дальше? О чем могла заставить задуматься эта цифра на крыше? Пожалуй, ни о чем. Лишь о том, как перебить поскорей этих тварей…

«Просчет в другом,» - подумал майор.

Они с Лешей не знали, что там будет запах, не знал об этом и Евгений. Ведь не было бы запаха, и они смогли бы прорваться вниз, неважно, что было бы потом, как они выбирались бы назад. Возможно, был бы найден другой путь. А если нет…

«Это другой вопрос».

Просчет, ошибка, ляп (это можно было назвать как угодно) таилось в следующем: Евгений не взял в расчет то, что за той дверью находился живой, неинфицированный человек, источник запаха…

«Он не Ванга и не Нострадамус, как он мог сделать это!» - раздраженно пресек свои размышления Палыч.

А другие варианты? Они не были ничем не хуже и не лучше этого. Взять и спуститься, как по канату, по шлангу с крыши на балкон вниз? Вероятность того, что там могла находится тварь, была достаточно высока.

«Пятьдесят на пятьдесят,» - подумал майор.

Обвязаться шлангом, и не боясь никого и ничего, по очереди спуститься вниз, на балкон, а там дальше по пожарной лестнице вниз. Почему нет? Тоже очень рискованный, опрометчивый вариант. Поехать на лифте, который вообще может застрять на полпути – и пиши пропало, или, открыв двери на одном из этажей, встретить толпу этих тварей и оказаться зажатым в коробочке, как в консервной банке, или, чего лучше, приехав на первый этаж, сразу же слечь там или уехать обратно, надышавшись смардом этого кисломолочного перегара?! А может, и нет. Может быть, просто удастся спустится вниз, спокойно дойти до столовой, взять патроны.

«Вот и гадай, - подумал Палыч. – Что на вряд ли».

То же можно сказать и о той дороге, которой они шли сюда… Что ждет их там? РИСК.

Вот такие варианты. Майор сжал пальцами приклад АК.

Да и какая, по большому счету, разница. Все, все варианты, как губки, были пропитаны опасностью и безрассудством. Игра на грани фола. Пусть даже пройдя все это тут, наверху, спустившись вниз, можно было встретить смерть там. Ту самую инфекцию, запах от убитых ими трупов…

А может, и нет…

«Тут не угадаешь, рулетка».

Шесть делений в барабане и три пули. Три человека. Три жизни. Три смерти.

«Забавная аналогия».

Палыч попытался отогнать подобные мысли, настойчиво лезущие в голову прочь. Он вздохнул.

Но пока судьба еще играла с ними, пока она хотела играть, нужно было продолжать игру и принимать вызов. Либо игр – либо смерть. Небольшой выбор. Риск или смерть. Вопрос преодоления страха и самого себя в первую очередь. Палец Палыча плавно скользнул по курку автомата, и он чуть заметно улыбнулся самыми кончиками губ.

***

- Готова, родная, – Алексей встряхнув плечом, посмотрел на образовавшийся пустой дверной проем и, подойдя ближе, нащупал выключатель и включил свет – Заходи по одному, – он усмехнулся. – Дамы вперед.

Палыч оттолкнул в сторону собравшуюся было закрыться обратно дверь и, движением ноги убрав из под ног выбитый замок, зашел внутрь, оглядевшись по сторонам. За ним последовал Евгений. Последним зашел Алексей. Комната оказалась миниатюрной, представляя собой около 3,5 метров в длину и 2,5 метров в ширину, напоминая самый худший из возможных вариантов хрущевок в каком-нибудь Богом забытом районе Ростова. Однако то, что открылось глазам товарищей внутри пожарки, впечатляло. Евгений был прав, когда говорил о том, что инвесторы не жалели на безопасность предприятия средств. Алексей присвистнул. По левую сторону, у стены, располагался внушительных размеров пульт, который, видимо, и управлял системой противопожарной безопасности на этаже. Доступ к пульту посторонним был прегражден откидной крышкой , которая была прозрачной и сейчас была опущена вниз. Ручку, за которую крышку можно было поднять вверх, охраняла замочная скважина, рядом располагалась пломба.

- У-у, как все запущено, – протянул Алексей.

- А где ключи? – спросил у Евгения Палыч.

- Скорее всего, в сейфе, в ординаторской, – ответил тот.

Алексей и Палыч переглянулись.

- В сейфе? – переспросил майор.

- Да, – кивнул врач. – Здесь общий кабинет на этаже, что-то вроде ординаторской, там сейф и в нем ключи от пульта, от пожарки, от крыши, от подвала и от всего остального, целая связка, а что?

Палыч покачал головой.

- Да, так.

Алексей расхохотался.

- По пути на крышу он обнаружил что-то наподобие сейфа в одной из комнат и таскал его с собой до самого чердака, думал, там будет что-то важное.

- Для тебя ключи не важны? – огрызнулся майор.

- И зачем они нужны? Есть что-то, что мы не откроем так?

- Тем не менее, я буду знать, что там, внутри, если это тот сейф, о котором говорит Женя.

- Где вы его нашли?

Палыч нахмурился.

- Я точно не помню, но кажется в одной из комнат на восьмом этаже.

- В какой именно?

- Там стояла целая куча столов с кипой бумаг на них.

- Это ординаторская, однозначно… но почему вы его бросили?

- Честно? Я забыл про него, – вздохнул майор, – вспомнилось только сейчас, когда разговор зашел про ключи..

- Жень, ты меня, конечно, извини, но когда в тебя тычут пушкой, забудешь, как зовут родную мать, – улыбнулся Алексей. – А ты делал именно это. А потом как-то не до этого было, не находишь?

- Кроме ключей, там есть еще что-то? – поинтересовался Палыч.

Евгений развел руками.

- У меня свой сейф, я не знаю, что они там хранят, но ключи важнее любой другой вещи, которая могла лежать бы там. Я уже говорил вам, не каждую дверь в этой больнице можно открыть ударом или выстрелом.

- Будем считать, что удачно вспомнили, ребята, – сказал майор. – Хотя его тоже не откроешь просто выстрелом или ударом. Нужен ключ.

- Это не ко мне, – покачал головой Евгений.

- Разберемся, – бросил Алексей.

Палыч окинул взглядом пульт. На пульте в несколько рядов под пластиковыми пластинками были помещены надписи с номерами, как понял майор, совпадающие с числом комнат на этаже. Под каждой табличкой располагались три кнопочки – красная, зеленая и синяя – и рядом с каждой такой группой располагался тумблер-переключатель.

- Ты верно предполагал, что противопожарная система отключается по комнатам, – заметил майор.

Евгений кивнул.

- В принципе, я знал: интересно все это выглядит со стороны. Разве сравнить с тем, что было и есть сейчас?

- Ты имеешь в виду пожарку на чердаке? – спросил Алексей.

- Конечно, – согласился Евгений.

- Сравнивать нечего, мне это больше напоминает какой-то штаб, чем пожарку!

Палыч указал на горевшую красную кнопку среди всех остальных зеленых.

- Думаю, наших рук дело, не знаешь, как вернуть все обратно? – обратился он к Евгению – Я имею в виду, чтобы она снова зеленым загорелась?

- Нет, я тоже здесь в первый раз.

Алексей фыркнул.

- Оно тебе надо?

- Ну, – майор пожал плечами.

Рядом с пультом стоял небольшой ящичек, доходивший примерно до колена Палыча, от которого к розетке тянулся провод, а на самом ящике располагались кнопки – красная и зеленая, из которых сейчас горела только одна, зеленая.

«Блок питания,» - подумал он.

Выше, на той же стене, в рамке за стеклом висела карта восьмого этажа. Та же самая, что была у них. Ничего нового.

- Ребята, вот аптечка, – Евгений указал на противоположенную от входной двери стену.

Палыч молча подошел к висевшему на стене ящичку с эмблемой красного креста и открыл его. Взгляд обвел аккуратно сложенные на трех полочках лекарства, герметично упакованные в целлофановые пакетики.

- У меня такое чувство, что этим никто никогда не пользовался, – он покосился на Евгения.

Врач кивнул.

- Все завезено относительно недавно и у нас до этого момента не случалось никаких инцидентов с персоналом, поэтому я не думаю, что сюда кто-то заглядывал с того момента, кроме нас.

Алексей покачал головой.

- Не нравится мне быть первопроходцем, эх, не нравится.

Палыч усмехнулся.

- Ты не одинок, ладно, забираем, потом разберемся что к чему, – сказал он.

Майор сложил в карманы своих брюк две целлофановые упаковки с лекарствами и отошел в сторону, чтобы к аптечке смогли подойти ребята, а сам еще раз окинул взглядом комнату, в которой они находились. Напротив пульта и стоящего рядом блока питания, по противоположенной стене, были расположены в ряд восемь шкафчиков высотой в человеческий рост. Каждый из них был пронумерован и на каждом висел замок. Палыч приподнял брови.

«Интересно».

Чтобы это могло быть? Майор задумался. Внешне шкафчики весьма напоминали какую-нибудь раздевалку в спортзале для командной игры. Он подошел ближе и легонько ударил по одному из замков висевших на шкафчиков дулом автомата. Замок, скрипнув, пошатнулся.

- Жень, не знаешь, что это может быть? – спросил он.

Евгений, плотно набивший карманы лекарствами, оглянулся.

- Это? – он сделал паузу. – Нет.

- Раздевалка какая-то, – бросил Алексей. – Открой и узнаем, замок гнилой.

Палыч, с секунду постояв в замешательстве, скинул автомат с плеча и, прицелившись, ударил прикладом по замку на шкафчике. Металл с лязгом лопнул и замок отлетел в сторону. Майор, протянув руку к шкафчику, открыл его и присвистнул.

- Ничего себе, – протянул он.

- Что там? – спросил Алексей.

- Посмотри сам! – Палыч указал внутрь шкафчика на его содержимое, и Алексей, попутно запихнув последний целлофановый пакет с лекарствами в карман штанов, подошел ближе и заглянул внутрь и медленно перевел взгляд обратно на Палыча. – Брат, если наши мысли совпадают, тогда я самый счастливый человек на свете! – Алексей хлопнул майора по плечу.

Палыч улыбнулся.

Внутри шкафчика висела пожарная униформа. В самом низу стояли сапоги, чуть выше висел противопожарный комбинезон, перчатки и каска, а на верхней полке, рядом с аккуратно сложенным нательным костюмом, защищавшим от ожогов, лежал ПРОТИВОГАЗ.

- Женя, посмотри, что нашел командир! – Алексей расплылся в улыбке и, схватив с полки противогаз, подкинул его в воздухе.

Палыч, молча подойдя к соседнему шкафчику, с размаху врезал прикладом по замку на нем и, открыв шкафчик вытащил, из него второй противогаз.

- Держи, – он кинул его Евгению, который, несмотря на то, что пребывал в растерянности, все же поймал его.

- Спасибо.

Майор кивнул и, подойдя к следующему шкафчику, выбил замок на нем и, встряхнув рукой, тут же ударил прикладом по замку на четвертом шкафчике.

- Неплохая раздевалка, а? – бросил Алексей. Он внимательно осмотрел противогаз. - Он новый..

- У нас не было ЧП, – пояснил Евгений.

- Хорошая модель.

- В таких работает спецназ. Тип ПМГ, – пояснил Палыч. Майор, сбив последний замок с восьмого шкафчика, вытащил оттуда последний противогаз и сложил их все на пульте управления противопожарной сигнализацией. Он улыбнулся.

«Спасибо».

Майор перекрестился и, вздохнув, обернулся к ребятам.

- Ну что, Леша, Женя, дайте мне «пять»! – он вытянул ладонь и со всей силы отвесил «пять» сначала Алексею, а затем и сдавленно улыбающемуся сзади Евгению. – Вы понимаете, как нам повезло?!

Алексей расхохотался.

- Везет сильнейшим.

- И дуракам, – вставил Евгений.

- Да ладно, не скромничай, – Алексей отвесил врачу дружескую оплеуху. – Рядом с тобой я сам чувствую себя дураком!

- А мы ведь шли на риск, ребята. Все или ничего, – заметил Палыч. – Усилия не пропадают даром.

- Да пошел ты в задницу! – подмигнул Алексей. – Теперь я знаю, что мои пули точно не пропадут даром! Если, конечно, эти ПМГ сдержат запашок. Как ты думаешь?

Палыч пожал плечами.

- А что думать? Проверим. Я не знаю, что пропускает через себя эта штука, надеюсь, их вонь не будет исключением.

- Проверим, – согласился Алексей. – Все равно нечего терять, но ты не представляешь, как приятно будет наконец дышать чистым воздухом, а не этой угарной смесью!

- Я надеюсь, что будет так.

- А ты, что скажешь, профессор?

- Я не разбираюсь в этих штуках, но, если я все правильно понимаю то эта…

- ПМГ, – подсказал майор.

- Да, эта ПМГ поможет?

- Все правильно, – согласился Палыч.

- Тогда все отлично, – Евгений улыбнулся. – Но я и без нее в вашем распоряжении.

Все восемь противогазов оказались, действительно, новыми. Майор еще раз, чтобы удостовериться пересчитал их. Пять на пульте, один в руке и по одному у Алексея и Евгения. Всего восемь. Так и есть. Их было шесть. Палыч осмотрел противогазы и, взяв два, спрятал обратно в шкафчик. Нет смысла таскать с собой лишний груз. Тем более, противогаз был достаточно неудобен и тяжел, и таскать с собой лишние две штуки сейчас было бы просто неразумным, потому что использовать их потом было бы просто негде. А брать про запас – непозволительная роскошь. Они и так были забиты под завязку лекарствами, что уже в какой-то мере замедляло скорость передвижения. Однако, оставив их тут, можно не беспокоится, что они куда-то исчезнут.

«И если что, всегда можно вернутся и забрать их,» - подумал майор.

А пока пусть полежат здесь. Он окинул взглядом содержимое шкафчика. Все остальное сейчас представлялось лишним, ненужным хламом. Можно сказать, что не совсем убого прошла их вылазка. Почему вылазка? Палыч задумался.

«Потому что теперь придется вернутся на крышу».

От этой мысли стало не по себе.

Возвращение и упущенное время – одно и то же. Но с полными карманами лекарств и с противогазами за пазухой теперь особо не разбегаться. Придется либо оставить все это здесь. ПОКА. Либо возвращаться.

- Чего задумался? – прервал размышления майора Алексей.

- Думаю, как быть дальше, – ответил Палыч.

- Мне кажется, придется возвращаться, – сказал Алексей.

Палыч покачал головой.

- Нельзя терять время.

- Согласен, но как мы собираемся спускаться вниз со всем этим? – Алексей указал на забитые лекарствами карманы и второй противогаз. – Или оставим все это тут? Я не собираюсь бегать груженый, как контейнер, понимаешь почему.

- Понимаю, – согласился майор. – Но оставлять все это здесь было бы подло.

- Почему? – удивился Алексей.

- Потому что наверху люди, там моя дочь, они дышат всей этой гадостью, им так же, как и нам, нужны противогазы, нужны лекарства, – вступился в разговор Евгений.

Алексей, сжав зубы, перевел взгляд на врача, но понимая правоту его слов, промолчал.

- Поэтому и задумался, – вздохнул майор.

- Юра, я тебя не пойму, – всплеснул руками Алексей. – Ты говоришь, что, пойди мы туда, то потеряем время. А сейчас, что мы делаем?  Не то же самое? Пока стоим тут и ничего не делаем? Если ты говоришь, что будет подло не отнести противогазы и лекарства им туда, так в чем проблема? Давай я схожу, а ты стой и думай дальше!

- Не горячись.

- Я спокоен, – возразил Алексей. – Просто я бы уже отнес это туда, и мы бы двинулись дальше.

Евгений поднял руку.

- Я могу отнести это на крышу, а вы, пока я буду ходить, обдумаете то, как нам быть дальше.

Друзья переглянулись.

- Он дело говорит, – заметил Алексей.

Палыч кивнул и повернулся к висящей на стене карте. От пожарки до лестницы, по которой они спустились с крыши, их разделяло два коридора и две комнаты. Все изученные и во всех из них горел свет… Майор вздохнул.

- Ты уверен? Уверен, что справишься?

- Да, – кивнул Евгений.

- Что же, – майор пожал плечами: – Ты вызвался сам, никто тебя не заставлял и не принуждал делать этого. Поэтому, спасибо, – сказал он.

- Это мой долг.

- Долг не долг, но у тебя есть пятнадцать минут, если тебя не будет через пятнадцать минут, мы уходим сами, и шанса спасти дочь у тебя уже не будет. Ты меня понял? – майор приподнял бровь – Будешь полагаться только на нас в таком случае.

- Я понял, – кивнул Евгений.

- Хорошо, снимай майку, – указал Палыч.

Врач нахмурился, но, не задавая вопросов, снял майку и протянул ее майору.

- Мне она не нужна. Завяжи в узел рукава и горло, – пояснил Палыч.

Евгений молча завязал узлы.

- Отлично, – майор взял майку, превратившуюся в своеобразную сумку, и, встряхнув ее, побросал внутрь медикаменты из своих карманов, после чего вытянул растянувшуюся майку перед собой. – Сложи свои лекарства, Леша, три противогаза, и на себя не забудь надеть.

Когда все было сделано, майор указал Евгению на наручные часы.

- 17.15. В половину мы уходим отсюда. Удачи! – он хлопнул врача по плечу.

- Сними пистолет с предохранителя, – бросил Алексей.

Евгений, оставшийся в одних брюках, в противогазе на голове, держа пистолет в одной руке и майку-мешок в другой, вышел из пожарной комнаты, оставив боевых товарищей вдвоем.

- Жестко ты с ним. Пятнадцать минут – и мы уйдем, – ухмыльнулся Алексей.

Палыч в ответ улыбнулся и взял с крышки пульта свой противогаз. Может быть стоило прямо сейчас, не дожидаясь, пойти вниз самим?

«Это было бы жестоко».

Чтобы сделать так, нужно было не говорить о том, что это его шанс защитить дочь.

«Зря я это сказал,» - подумал майор.

- Не хочу, чтобы он застрял там надолго.

- Понятно. Я тут подумал о словах этого врача, о сейфе.

- И?

- Может, стоит сходить за ним, пока у нас есть пятнадцать минут?

- Уже четырнадцать, – улыбнулся майор. – У тебя есть ключ? Или как ты собираешься его открыть?

- Я думаю, он не выдержит выстрела из дробовика, – пояснил Алексей. – Да и из Калашникова не выдержал бы, если ты не жмотил бы пуль.

- А смысл? – спросил Палыч. – Ты сам говорил, что любую дверь можно открыть.

- Ну ты же слышал, что не любую, стоит прислушаться. Я не хочу по пути упереться лбом в закрытую дверь. А так будет ключ, подберем, откроем.

- Уже надумал, как будем идти? – поинтересовался майор.

Алексей покачал головой.

- Как поведешь – так и пойдем, мне плевать, просто не люблю останавливаться на полпути. Смотри, – он указал на карту этажа. – Вот это второй чердак, как я понимаю.

- Все правильно. Через который мы полезли на крышу.

- Сейф там? – покосился на Палыча Алексей.

- Или там, или в соседней комнате. Я не помню точно, где я его оставил, – сказал майор.

- Кажется, вот здесь ты подстрелил тварь по пути? – Леша ткнул в дверной проем на карте рядом с чердаком.

- Да.

- То есть в этом коридоре мы не были, а эти двенадцать комнат для нас – мрак. Верно?

- Это палаты, через них не надо идти.

- Тем лучше, тогда один единственный коридор отделяет нас от сейфа. Пойдем?

Палыч посмотрел на часы.

- Двенадцать минут осталось.

- Надевай противогаз.

Палыч, а вслед за ним и Алексей натянули ПМГ.

- Сын моего племянника слушает рок. Там есть такая американская группа «Slipknot» называется. В этой штуке ты напоминаешь мне Сида Уилсона оттуда, – Палыч расхохотался.

- Это что еще за дерьмо такое?

- Их плакат висит на двери туалета у него дома!

Майор похлопал друга по плечу.

- Да пошел ты!

- Ладно, ты готов?

- Всегда готов.

- Вперед.

- Я первый на этот раз.

- Поехали.

Алексей вскинул дробовик, вышел из пожарной комнаты и кивком позвал следовать за собой Палыча. Майор размял руки и приготовил автомат, проверив, легко ли достается из кобуры пистолет. Все в порядке. Можно было двигаться дальше. Первоначальное неудобство, ограниченный кругозор и полнота дыхания от ПМГ отошли на второй план, и майор уже через несколько секунд, сделав пару глубоких вздохов, почувствовал себя комфортно в противогазе, уже не чувствуя никаких неудобств на этот счет. Алексей, видимо, учитывая тот небольшой запас по времени, что был у них на данный момент, ни на секунду не останавливаясь и не замедляясь, подбежал к двери, ведущей к следующий коридор и, показав Палычу жестом «СТОП», прислонился ухом к замочной скважине. Майор, внимательно наблюдая за каждым движением товарища и ловя любой шорох вокруг, прицелившись в дверной проем, ждал. До ушей майора донеслось чуть различимая шипение.

«Там кто-то есть,» - пронеслось в голове.

- Мы здесь не одни, – бросил Алексей.

- Я понял.

Услышав голоса и, видимо, почуяв запах друзей, за дверью послышался скрежет и визг, и через секунду в дверь последовал тяжелый глухой удар. Палыч вздрогнул.

- Будь готов, – Алексей, выпрямившись, подался назад и въехал ногой в дверь, тут же отскочив в сторону. Палец майора вжался в курок, и из дула АК вырвалась очередь. В дверном проеме рухнула туша твари, начавшая биться в конвульсиях. Пена изо рта трупа залила пол. Стены забрызглали мозги твари, которые пули Калашникова превратили в филе. Из глубины коридора раздался визг и через мгновение в дверном проеме застыла еще одна тварь, которая увидев свет ламп, ослепивших ее глаза, издала булькающий звук и, качаясь, двинулась в сторону Алексея. Прицельный выстрел дробовика снес зомби голову, отбросив существо на пол. Белый халат, в который был когда-то одет человек, впитал в себя алую кровь. Палыч, вытащив из кобуры пистолет, прицелившись, добил бившуюся в конвульсиях тварь выстрелом в висок. Алексей, сделав несколько шагов назад, поравнялся с майором.

- Ты видел это?

Палыч в ответ лишь кивнул.

Здесь не нужно было никаких слов. Все было ясно и так. Твари МУТИРОВАЛИ. То, на что они рассчитывали больше всего, – свет – больше не было оружием в их руках. Они боялись его, но, повинуясь звериному, чудовищному инстинкту убивать, переступили черту. Но… не было запаха. Палыч дышал полной грудью и не чувствовал этого смарда в ноздрях.

«Пошли вы со своим смардом, инфекцией, инстинктом самосохранения! - усмехнулся он про себя. – Вы хотите сохранить себя, а мы себя, вы свой вирус, а мы свои задницы. Что же, вперед!» - мелькнуло в голове.

Палыч с ужасом отметил, что одним из убитых зомби была женщина.

Друзья молча переступили через трупы валявшихся на полу тварей, оставив за собой вереницу кровавых следов позади, и зашли в коридор. Алексей включил свет. Вдоль коридора располагались те самые двенадцать палат, о которых можно было судить по карте. По шесть с каждой стороны. Коридор ничем не отличался от предыдущих. Камера наблюдения наверху, белый паркет, такие же белые стены, обитые пластиком. И палаты. Сразу за дверью в конце коридора их ждала другая дверь, на тот самый чердак, где и лежал сейф. Цель похода. Палыч посмотрел на часы. Оставалось девять минут. За той дверью можно было встретить и нечто похуже безобидного сейфа… А как насчет тех тридцати пяти существ? Дверь закрыта. Не на замок, но закрыта, и, чтобы ее провернуть, тварям не хватит мозгов, если конечно… они не МУТИРОВАЛИ. Майор сглотнул и покосился на Алексея.

- Стоит быть осторожнее за дверью, – выдавил он.

Алексей вопросительно кивнул.

- Я думаю, что не стоит сбрасывать со счетов те несколько десятков психов в другом конце этажа.

- Они заперты, – сказал Алексей. – Думаешь смогли выбраться оттуда?

Палыч пожал плечами.

- Лучше быть осторожнее.

- Ты прав, – кивнул Алексей.

Он подошел к двери и снова прислонил ухо к замочной скважине, чтобы проверить, нет ли кого за ней.

- Тишина.

Удар выбил дверь в сторону. В следующей комнате уже горел свет. Лампочка продолжала гореть еще с того момента, как они проходили через комнату в прошлый раз. Чисто. Майор огляделся. Дверь на чердак была открыта, однако сейф стоял рядом со входом. Оставалось взять его и возвращаться обратно, пока Евгений, вернувшись обратно в пожарку, не схватил там инфаркт наедине с самим собой. Палыч, подойдя к сейфу, взял его в руку и, выпрямившись, поместил его под мышку. Глаза майора невольно пробежали по периметру чердака, остановившись на теле Саши. Палыч вздрогнул и закрыл глаза.

«Он не стал одной из этих тварей, и это главное,» - пронеслось в голове.

Майор вздохнул.

«Наверное, так. Я похороню тебя парень, как следует, как человека…» - мысль оборвалась, и он стиснул зубы.

Нужно было уходить. Есть этот долбанный ящик в руках, то, за чем они шли. Поэтому нужно сваливать, и как можно скорее.

- Идем? – спросил Алексей.

- Да, пошли, – согласился Палыч.

Они вернулись в коридор, и Алексей плотно закрыл за собой дверь. 17.24. Еще шесть минут.

«Уложились вровень,» - подумал майор.

Он оглянулся на захлопнутую Алексеем дверь позади. Тварей там не было, и, наверное, так проще всего будет спуститься вниз.

***

- Ты чего, Женя, свои! Опусти пистолет! – Палыч поднял вверх руку держащую автомат.

Евгений, отступив к стене, опустил дрожащие руки, сжимающие пистолет, вниз, покачав головой.

- Вы напугали меня! Я чуть не выстрелил, – его голос дрожал.

- Если прицелился, то нужно стрелять, – заметил Алексей. – Запомни это, однажды это может спасти тебе жизнь.

- Промедление смерти подобно, – согласился майор. – Будь осмотрительнее.

- Но вы вышли из-за поворота, я вас не видел.

- Ладно, всякое бывает, – бросил майор.

- Вы собрались уходить? Мое время истекло? – спросил Евгений.

- Нет, ты молодец, у тебя было еще две минуты. Мы отлучились вот за этим, – Палыч бросил сейф на пол перед ногами Евгения. – Ты говорил про него?

- Скорее всего. – кивнул врач. – Вы нашли ключ?

- Отлично. Нет, ключа мы не нашли, к сожалению, но думается, что мы сможем открыть его. Закрой уши.

Врач послушно зажал ладонями уши, и Палыч пинком подвинул сейф к Алексею. Леша молча перевернув его и, найдя замок, прицелился.

- Отойди подальше.

Майор сделал несколько шагов назад, и Алексей плавно спустил курок. Раздался выстрел.

- Уши заложило!

- Что там?

Палыч подошел ближе. Леша был прав, когда говорил о том, что дробь сможет открыть сейф. Замок деформировало дробью. Проход ко внутренностям был чист. Алексей, открыв дверцу сейфа, перевернул его и вытряхнул его содержимое на пол.

- Вот и твои драгоценные ключи, командир, держи, – он поднял лежавшую среди целой кипы бумаг связку ключей и бросил ее Палычу, который, поймав их на лету сжал связку в кулак. – Больше ничего. Одна писанина. Кто хочет, может почитать, у меня такого желания нет.

- Это отчеты, – сказал Евгений.

- Тогда тем более, – сказал Алексей.

- Бог с ней, с этой дрянью. Ты говоришь, в связке ключи от всего здания? – спросил Палыч.

- Может быть, от всего, я не могу говорить точно, – ответил Евгений. – Все, что я говорю вам сейчас, я узнал от Кузнецова в курилке и в столовой. Близко с этим человеком я никогда не общался, а на ТБ мне было честно говоря плевать. Есть и есть.

- А что он тебе говорил?

- Что у него, согласно новым правилам, есть про запас ключи почти от всех дверей на случай какого ЧП. Понятно, это не какие-нибудь двери по типу этой, – он указал на дверь, ведущую в коридор. – Это скорее всего те же пожарки, крыша, подвал и прочее. Он постоянно таскался с ними, а вечером клал в сейф. Значит, не врал.

- Не врал, – согласился майор. – у нас для тебя хорошие вести.

- Какие? – поинтересовался врач.

- Подойди сюда, – Алексей кивком пригласил Евгения следовать за собой: – Зрелище не из приятных, – предупредил он.

Врач молча последовал вслед за Алексеем, пока тот не подошел к концу коридора и плавно не открыл ведущую в следующий коридор дверь.

- Видишь этих тварей? – он указал на два трупа, расплостанные у следующего входа.

Евгений, не выдержав отвернулся.

- Я понимаю, картина не из приятных, – закивал Алексей. – Дело не в этом, – продолжил он: – Мы убили их минут десять назад. И они инфекцированы, – он хлопнул врача по плечу. – Понимаешь?

Видя, что Евгению сейчас станет дурно, Алексей закрыл дверь.

- Короче говоря, ПМГ держит заразу.

Ноги Евгения подкосились, но он выстоял.

- Не может быть, – выдавил он.

- Может, как видишь, иначе мы с Палычем, а теперь и ты были бы заражены.

- Но есть и плохая весть. Послушай внимательно, – попросил майор. – Твари привыкли к свету, они не боятся его так, как боялись раньше, – он сделал паузу: – Когда мы открыли дверь в том коридоре, эти существа накинулись на нас, не заметив ламп наверху. Свет спугнул их, но не заставил отступить. Так что теперь освещение перестает быть преимуществом для нас.

- Я бы сказал, что нам некуда торопиться, – заметил Алексей, – потому что мне и ему, – он указал на Палыча, – в принципе все равно, когда вести бой, но боюсь не угадать.

Евгений молча перевел взгляд на Алексея.

- Они мутируют, и кто знает, что будет с ними через несколько часов? Я не берусь ответить! – он посмотрел на Палыча: – Вспомни, Юра, еще вчера, на рассвете, они еле ползли за нами, когда солнце только вставало, они боялись его. Сейчас они посылают его на три буквы и прыгают, как сайгаки днем! Сейчас они одинаково активны и днем, и ночью! Но пусть сначала справятся с нами, – Алексей фыркнул.

- Пусть попробуют, – согласился Палыч.

Повисло молчание.

- Расскажи, как там наверху? – спросил майор. – Как себя чувствуют ребята?

- Моя дочь в полном порядке. Инна снова ушла в себя и замкнулась… а Игорь… Парню стало лучше. Нога уже почти не дает о себе знать. Если сначала она распухла и я думал, что есть основания полагать, что там трещина, потому что его морозило, была температура и он плохо соображал. Я думал это из-за боли в ноге… думал даже на защемление нерва. Не знаю. Но сейчас все в порядке.

Палыч покачал головой.

- Ты помог ему?

- А у меня было время?

Майор зажмурил глаза.

«За что же такое наказание!?».

- Но я передал лекарство, моя дочь знает что делать, тем более я же сказал вам, что он в порядке, – заверил Евгений.

- Они надели противогазы? – спросил Алексей.

- Я не знаю, но я сказал, чтобы они обязательно сделали это.

- Ладно, чем быстрее мы справимся здесь, тем быстрее мы будем там, – сказал Палыч. – Ты не передумал идти?

Евгений, не раздумывая, покачал головой.

- Нет.

- Ты подумал, как мы пойдем, Юр?

Палыч кивнул.

- Не вижу смысла лезть на рожон, поэтому первоначальный вариант отброшу в сторону. У нас не так много пуль, чтобы тратить их, а по пути за сейфом мы убедились, что на нашем пути, по которому мы шли СЕЙЧАС, препятствий нет. Глупо было бы создавать их себе. Поэтому предлагаю спуститься вниз не по балконам, к которым нужно еще добраться, положив по пути несколько десятков тварей, а по лестнице. Это мой вариант.

- Я согласен, – кивнул Алексей.

- Как скажете, – согласился Евгений.

- Правда, есть опасения о плане в целом, но их не избежать, – добавил майор. Поймав на себе вопрошающие взгляды ребят, он продолжил: – Твари могут ждать нас в холле. Если они не боятся свет, то они уже там.

- Не думаю, – возразил Алексей. – Без надобности они не полезут. Они боятся. Ты видел, как перевернуло эту тварь когда она увидела свет? Они боятся его, но инстинкт встал выше. А внизу, кроме них самих, никого нет. Зачем им лезть в холл?

Палыч задумался. Предположение было верным. Тварям незачем было лезть туда сейчас, они не видели то, ради чего могли рискнуть собой. Не видели ЖЕРТВЫ.

- Может быть, есть другой проход к арсеналу и в столовую? – поинтересовался Палыч.

- Только через холл. Даже если мы пошли бы по балконам, нам все равно пришлось бы идти через второй этаж к общей лестнице, а оттуда через холл в столовую и в пункт охраны.

Майор вздохнул.

- Ладно, ребята, меньше слов больше дела. Доберемся до второго этажа, а там все обсудим по ситуации.

Глава 18

Тишина. Майор пристально осмотрел лестничный проем восьмого этажа, освещенный блеклым светом ламп. Он, держа автомат наготове, приблизился к ступенькам, наставив дуло на противоположный лестничный ряд. Все чисто. На лестничном проеме восьмого этажа здания никого не было. Можно было спускаться вниз, и он бесшумно преодолел первые несколько ступенек, прижавшись спиной к стене. Следом по ступенькам сбежали Алексей с Евгением. Сигналом к дальнейшим действиям послужил рейд Алексея к дверям, ведущим из лестничной площадки на седьмой этаж. Майор, последовавший за боевым товарищем, осмотрел следующий лестничный проем и быстрым бесшумным движением проверил, заперта ли дверь ведущая на седьмой этаж.

«Закрыто».

Все трое, стараясь не шуметь, спустились еще ниже, попутно осматривая каждый следующий метр лестничной клетки. Палыч проверил двери, ведущие на шестой, а потом и на пятый этаж. И та, и другая была закрыты, и майор в очередной раз заглянул между перилами в проем. Ни звука, и ни шороха… Внизу было поразительно тихо и спокойно. Майор выпрямился.

«Такое чувство, что они ждут нас,» - закралась в голову неправдоподобная, но навязчивая мысль.

Палыч, стараясь не думать ни о чем в этот момент, пропустил вперед Алексея, который первым спустился вниз по ступенькам, ведущим на четвертый этаж.

«Расслабься!» - он попытался сосредоточится, но голова все равно шла кругом, и майор, чтобы хоть как то прийти в себя, больно прикусил себе язык. Во рту появился до боли знакомый привкус крови. Майор сглотнул и сделал несколько круговых движений головой.

- Здесь открыто, – донеслось до ушей Палыча.

Говорил Алексей.

- Что такое, Леш?

- Открыто, говорю.

Палыч окинул взглядом дверь, ведущую на четвертый этаж. Дверь не была раскрыта нараспашку и, видимо, была закрыта на замок, но засов, или перекладина, а если быть более точным, штука, которая выполняла роль некой задвижки и, видимо, блокировала дверь, была отодвинута в сторону. Майор убрал автомат и, аккуратно, поддев засов, опустил его на место.

- Не могу понять, зачем закрывать этажи снаружи, если там еще есть персонал? – спросил он.

- Хороший вопрос, но не ждите на него вразумительного ответа, – пожал плечами Евгений. – Пресловутая безопасность.

- А если человеку нужно скажем отлить? – поинтересовался Алексей.

- Ну, это как раз не проблема вообще-то, на каждом этаже санузлы, – пояснил врач.

- А сменятся? Или если произойдет что? – спросил Палыч.

- Ну на этот случай охранник поднимался наверх, проводил пересмену, а на случай каких происшествий здание напичкано видеокамерами.

- А лифт, получается, отключают?  - спросил майор.

- Да, – кивнул Евгений. – Я часто засиживаюсь допоздна в своем кабинете и ни разу не спускался на лифте после того как заканчивался рабочий день. Всегда приходил охранник и провожал меня вниз. Причем…

Алексей не дал Евгению договорить, положив ему руку на плечо, а сам внимательно вслушался.

- Кажется, нас учуяли, – пояснил он. – Юр, отойди от двери.

- Что случилось?

Ответа на вопрос майора не понадобилось. За дверью послышалось сначала шипение, а затем визг и топот, и через несколько секунд в дверь последовали один за другим несколько мощных ударов, сотрясших конструкцию. Со стен в нескольких местах осыпалась штукатурка. Существа за дверью завыли.

- Их там несколько, – заметил майор.

- Может быть, стоит открыть дверь и вышибить им мозги, чтобы они заткнулись?! – Алексей потянулся к задвижке, но Палыч остановил его.

- Не надо зря тратить патроны.

- Их вопли напоминают мне волчий вой, они как волки, как какая-нибудь стая, словно хотят привлечь внимание, – заметил Евгений.

- Поэтому и надо заставить их замолчать!

- Не надо, – повторил Палыч. – Они никого не привлекли, а если привлекут, то тогда и будем разговаривать по делу.

- Я до сих пор не могу поверить, что такое может случиться с людьми, – покачал головой Алексей.

Палыч и Евгений промолчали.

Твари за дверью, видимо, пришли в себя и начали биться о конструкцию.

- Идем отсюда.

Майор в несколько шагов оказался на лестничном проеме между четвертым и третьим этажами. Твари, видимо, почувствовав, что ребята уходят, завизжали. Алексей яростно ударил прикладом дробовика по створке двери и выругался.

- Заткнитесь!

Легкая дрожь, пробежавшая по телу Палыча, неприятно отразилась головной болью. Двери на нижних этажах могли быть открыты или выбиты, и твари уже могли почуять их. Он внимательно осмотрел дверь, ведущую на третий этаж. Затвор был опущен, но о том, что происходило за дверью, говорить не приходилось. Существа на четвертом этаже ни на секунду не замолкали, и вскоре металл деформировался под тяжестью новых ударов. Палыч боковым зрением заметил, как прогнулся засов. Создавалось впечатление, что твари выбивали дверь с помощью тарана…

- Они сейчас выломают ее! – крикнул Алексей.

Следом за словами Алексея гулкий удар оставил вмятину на двери третьего этажа. За ним сразу же последовал второй, более мощный удар, пришедшийся прямо по центру двери. Тварь по ту сторону двери взвыла. Но другое существо, издав противный визг, ударило следом. На двери образовалась вмятина, чуть выше места, где отодвигался засов. Тем временем наверху твари, запертые на четвертом этаже, замолчав, несколько раз ударили по двери. Засов отлетел в сторону на с трудом успевшего отскочить Евгения. Верхняя левая петля, на которой висела дверь, слетела, и в это место тут же последовал удар. Конструкция изогнулась, и в образовавшейся щели тут же появилась рука одного из существ.

Ребята отпрянули в сторону, но уже через секунду Алексей, схватив валявшийся на земле засов, изо всех сил въехал по руке мертвеца. Тварь взывала. Рука, словно кусок пластика, переломилась пополам, обвисши как тряпочка на куске коже, вылезли кости. Алексей сделал шаг назад, уперся ладонями в дверь и нажал на нее, поставив конструкцию обратно. Рука по локоть беспомощно упала вниз, и он небрежно отбросил ее ногой в сторону.

- Еще чуть – и они вырвутся, – бросил Алексей.

Палыч перевел взгляд на дверь третьего этажа. Непрекращающиеся удары превратили металл двери в нечто, напоминающее верхний слой пирога в духовке, такой же ненадежный и рельефный. Дверь держалась на добром слове. Минута, может быть, две – и твари вырвутся наружу.

«Думай, думай!» - пронеслось в голове.

Перестрелять этих тварей сейчас значило лишиться патронов, и тогда шансы внизу все более падали, приближаясь к нулю. Но…

«Мы промедлили,» - подумал Палыч.

Если бежать, не вступая в схватку, то это надо было делать сразу, а не выжидать непонятно чего и кого.

«Мы потеряли время».

Вполне возможно, что, вырвавшись, эти твари блокируют отход обратно.

«Из двух зол…».

Можно попробовать оторваться от них, сбить с толку, развеять запах.

- Уходим! – майор кивком указал Алексею и Евгению следовать за собой. – Ребят, быстрее.

Палыч сбежал вниз до лестничного проема второго этажа, через секунду рядом с ним оказались ребята.

- Прикройте меня! – бросил Палыч.

Алексей молча кивнул и, расположившись у перил, наставил дуло дробовика в дверной проем второго этаж. Евгений, забившись в угол прицелился в пространство ступенек, откуда могли в любой момент появится твари с третьего и четвертого этажей. Палыч, откинув засов с двери, достал из кармана связку ключей из сейфа.

- Тут есть ключи от этой двери?

- Да.

Он лихорадочно принялся перебирать в руках связку с ключами.

- Какой он?

- Я не знаю!

Палыч стиснул зубы и засунул в замочную скважину первый попавшийся ключ. Металл заскрипел, но не провернулся.

- Не подходит.

- Юра, нельзя быстрее?

- Я стараюсь.

- Давай снесем этот замок!

- Нельзя растрачивать пули, – прошептал майор. Он попробовал еще несколько ключей, но безрезультатно. Наконец очередной ключ плавно провернулся в замочной скважине, и майор, потянув дверь на себя, отскочил в сторону, тут же вскинув автомат. За дверью не оказалось никого, но где-то в глубине этажа раздался мерзкий визг: – Заходим.

Ребята забежали внутрь, тут же включив свет на рубильнике, расположившемся прямо у двери, и Палыч, впопыхах захлопнув дверь, запер ее изнутри. Обернувшись, он оглядел взглядом тянувшийся вперед коридор. Планировка этажа ничем не отличалась от того, что они видели на восьмом. Майор облегченно вздохнул: дверь, выход из коридора, была закрыта, но из одной из комнат или, возможно, откуда-то из-за этой двери до ушей ребят доносилось мерзкое шипение существа.

«Оно не чувствует нас,» - подумал Палыч.

- Ну вот, мы здесь, – сказал Алексей.

Все трое ребят стояли в растерянности. Визги тварей за дверью на лестничном проеме прекратились. Возможно, потеряв запах живого существа, они потеряли цель которую преследовали.

«Все возможно, - Палыч внимательно прислушался. – А возможно выломали эти двери и стоят там, в проемах».

- Кажется, обошлось, – заметил майор.

Товарищи переглянулись, и майор, достав карту восьмого этажа, развернул ее на полу.

- Как я понимаю, ею можно пользоваться и здесь? – обратился он к Евгению.

Врач кивнул.

- Да, нет только чердаков, а так все то же самое, что и на восьмом.

Майор почесал щетину.

- Отлично, теперь мне понадобиться твоя помощь, – он покосился на Евгения. – Готов?

Врач подошел ближе.

- Что нужно делать?

- Как я понимаю, это, – Палыч указал пальцем в точку на карте, – место, где мы сейчас стоим, значит, под нами начинается этот самый холл. Верно?

- Да.

- Хорошо. То есть лифт, как и на восьмом, прямо по выходу из коридора, – выдохнул он. Палыч сделал паузу и внимательно осмотрел карту: – Где могут находится эти твари здесь? – спросил он.

- Это лаборатории, – пожал плечами Евгений. – Здесь не должно никого быть по завершению рабочего дня, если кто-то из моих подчиненных не задержался на сверхурочные.

- И много таких бывает?

- Нет. Один, два, три, а на крайний случай четыре человека. Хотя… он замялся.

- Что «хотя»? – Алексей нахмурился.

- Была пятница. В этот день на сверхурочные остаются почти все, кто этим занимается среди недели, – пояснил Евгений.

- И сколько таких? – спросил Палыч.

- Человек десять, но это не точно.

Майор почувствовал, как застучал пульс в голове. Он закрыл глаза.

«Совсем чуть-чуть».

Глубоко вздохнув, Палыч вернул взгляд на карту.

- Хорошо, под какими комнатами находится столовая и комната охранников?

- Не совсем понял, – переспросил Евгений.

- Он имеет ввиду, где надо оказаться тут, чтобы под тобой расположились арсенал и столовая, – пояснил Алексей.

Врач кивнул и указал пальцем на карту.

- Под этой комнатой столовая, – он перевел палец. – А под этой – комната охраны.

- Я понял, – протянул майор. – То есть и то, и то – это крайние комнаты этажа, и они смежны?

- Да, – согласился Евгений.

- Отлично, не надо будет распылятся. Сэкономим время, – улыбнулся Алексей.

- Все отлично. Вот только как туда попасть в обход холла?

- Второй лестницы нет? – Алексей посмотрел на Евгения.

- Нет, – покачал головой тот.

Палыч озадаченно закивал осмысливая слова врача.

«Сложная ситуация».

Получалось так, что других путей, кроме того, что вел через лестницу и холл, не было. И, как выяснялось, не могло быть. Один-единственный путь – и путь при этом через парадную, в прямом смысле этого слова. Как-то все неприятно получалось. Расклеивалось, разваливалось… как всегда.

«Как всегда, все происходит в этом здании за эти сутки,» - мысленно согласился майор.

Захотелось разорвать карту на куски и выбросить куда подальше или вообще растоптать, но майор сдержался и еще раз осмотрел расположение комнат, под которыми находилась столовая и комната СБ. Обе комнаты на которые указал Евгений, находились в левом крыле здания, в самом углу. Одна – окнами выходя влево, другая – в центр, и располагались они на расстоянии промежуточной комнаты друг от друга.

- Какая по площади столовая? – спросил Палыч.

- Я думаю, где-то двести квадратов. Может быть, двести двадцать, если брать вместе с подсобкой, – ответил Евгений.

- А комната охраны?

- Метров пятнадцать.

- Многовато для будки, – заметил Алексей.

- Нет, это не будка, это именно комната, – возразил Евгений. – Будка напротив регистратуры. Она пуста. Там ничего нет. А я говорю про их общую комнату, там наблюдение, и там должны быть оружие и запаски.

- Она закрыта?

- Не знаю, но вряд ли. Охрана работает круглосуточно и наблюдение никогда не выключают, а вот столовая закрыта, но двери там стеклянные.

- Мы пойдем через холл, – Алексей покосился на Палыча.

- Хорошая шутка, – Палыч свернул карту. – Давайте осмотримся на этаже. Будь осторожнее, там тварь.

Алексей, уже подошедший к двери в конце коридора, кивнул.

- Я знаю.

Он рывком открыл дверь, и из темноты до ушей ребят донеслось шипение, тут же сменившееся визгом твари. Палыч напряженно поднял автомат и всмотрелся в дверной проем, однако существо, чей визг не прекращался ни на секунду, не появлялось. Майор, не отводя взгляд от двери, нащупал в кармане брюк ручку фонаря и, включив его, направил свет внутрь следующего коридора. Тварь лежала на полу всего в нескольких метрах от двери. Глаза существа, залитые кровью, остановились на Палыче, и она забилась в конвульсиях. Алексей просунул в проем руку и, осторожно нащупав выключатель, включил в коридоре свет. Через несколько секунд лампы загорелись, осветив то, что происходило внутри. Ноги твари были зажаты упавшим на нее шкафом, и существо не могло встать. Почуяв свет и присутствие ребят, существо взвыло. Из его рта, словно из коктейля, повалила пена, перемешанная с кровью и гноем, забрызгавшая пол. Палыч прицелился, но стоявший рядом Алексей опустил автомат майора.

- Не торопись, – он указал на стену. – Смотри сюда. Думаю не стоит тратить лишние пули, а?

В метре от майора висела небольшая полка, на которой стояли корзинки для анализов. Алексей, сбросив прикладом дробовика их на пол, отложил оружие в сторону и, приподняв полку, снял ее с петель. Он молча улыбнулся и, подойдя к извивающейся на полу твари, перехватил полку и резким ударом угла раскроил мертвецу череп. Тварь дернувшись в последний раз, замерла, и Алексей добил ее еще несколькими ударами. Голова твари лопнула, открыв перед ребятами нечто, напоминающее фарш. Евгений, не в силах смотреть на это, отвернулся. Алексей не без удовольствия подмигнул Палычу.

- Мы теряем время?

Майор кивнул.

- Кажется, я узнал его, – выдавил Евгений.

- Что-что? – переспросил Алексей.

- Я узнал этого человека, это мой работник.

Алексей развел руками.

- Ему не повезло.

- Не думай об этом, – сказал Палыч.

- Я не могу, – вздохнул врач.

- Должен.

- Вы можете помолчать? – Алексей, дождавшись пока ребята замолчат, прислушался и, подойдя к следующей двери, открыл ее и тут же включил свет.

- Рискованно ты, – заметил майор.

- Если там никого нет, – пожал плечами товарищ.

За дверью, действительно, никого не оказалось, но не успели ребята зайти внутрь, как дверь одной из комнат в коридоре распахнулась, и наружу с противным визгом выскочила тварь. Из-за следующего поворота послышался топот, и через несколько мгновений перед взором ребят возникли еще три твари, одна из которых опиралась руками о стену и, шипя, в упор смотрела на Алексея, расположившегося ближе всего к ней. Другие две, застыв ровно на ногах, смотрели куда-то вдаль. Еще через секунду в коридор из одной из комнат, вышибив дверь уже с другой стороны, выскочила тварь, приземлившись на пол всего в нескольких метрах от Евгения.

- Осторожней! – Палыч развернувшись в полоборота спустил курок. – К противоположной стене!

Тварь, сраженная наповал автоматной очередью, распласталась на полу, издав булькающий звук, который послужил чем-то вроде сигнала к наступлению остальных четверых существ. Зомби, выскочивший из двери поодаль, согнувшись выпрыгнул, но Алексей, отступив, разрядил дробовик. Голова твари, как дыня, разлетелась на куски, заляпав стены, пол и потолок, и тело на полпути рухнуло, как мешок. Евгений, прицелившись в одного из мертвецов, смазал выстрел, попав в плечо, тварь зашипела и, пригнувшись, словно гепард, начала набирать скорость. Рядом готовился к прыжку еще один мертвец. Третье существо, шипя, кралось сзади. Алексей отступал, опустив дробовик. Выхватив из-под ремня брюк пистолет, он прицелился и остановил бежавшую тварь. Но не успел он перевести пушку, как второе, а вслед за ним и третье существо выпрыгнули. Палыч, вжав палец в курок, выпустил по одной из них очередь и, отпрыгнув в сторону, увернулся от второй твари, которая, приземлившись, двинулась на майора. Шипение существа прервали несколько пистолетных выстрелов Евгения, угодивших существу в спину, но мертвец, извернувшись, продолжил движение и, присев на корточки, приготовился к прыжку. Палыч, сжав зубы, поднял автомат, но не успел он прицелится, как зомби отбросило в сторону выстрелом из дробовика подоспевшего на помощь Алексея. Леша, подскочив к твари, подпрыгнул и опустился на голову еще шевелящегося мертвеца двумя ногами, после чего перевернув тварь на спину выстрелил в голову существу из пистолета.

- Спасибо, – майор, оперевшись о стену поднялся.

- Не за что, – ответил Алексей. – Ты бы сделал то же самое и делал не раз.

- Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой.

- Ну да, так что забудем.

- Уже забыли, – майор посмотрел на стоявшего поодаль врача. – Ты держался молодцом.

Евгений молча кивнул.

- Репетиция удалась.

Майор мысленно прикинул в голове карту этажа. Вроде как этот коридор предпоследний, сейчас до упора, до конца. Там в левую дверь – и следующий коридор, последний. Они будут на месте. Ребята медленно, стараясь не шуметь, подошли к последнему коридору, и Палыч, не услышав за дверью ни единого звука, плавно потянул ручку двери на себя и сразу же включил свет. В коридоре никого не было. Товарищи переглянулись

- Мы на месте? – уточнил Палыч.

- Да, на месте, – подтвердил Евгений.

- И? – поинтересовался Алексей. – Дальше-то что?

Палыч не ответил. Нужно было обдумать ситуацию. Сейчас под их ногами располагалась столовая. Всего несколько десятков сантиметров бетона от подошв их обуви до люстр на ее потолке… но как туда добраться? В этом был вопрос. Никакого спуска, входа, ничего. Спускаться вниз и пробираться на место через холл…

«Нет,» - пресек себя Палыч.

Вариантов было не много. Точнее сказать, их не было совсем. Выходит, они зря спускались сюда вниз, чтобы упереться в тупик?

«Не торопись с выводами».

Майор попытался успокоится и обвел взглядом место, в котором они оказались. Ряд ламп по потолку, стены, обделанные пластиком. Паркет на полу, ряд дверей, какой-то стенд с информацией на стене рядом с пожарным щитом внутри которого располагался огнетушитель и шланг и два окна в самом конце коридора. Вот, собственно, и все, что было вокруг. Палыч подал знак Алексею, чтобы тот проверил комнаты в коридоре, а сам подошел к одному из двух окон, ведущих наружу. Внизу под окном, в метре-двух от здания, слонялась целая куча этих тварей. Существа, впрочем, не стояли на месте, а ходили из стороны в сторону. Их движения со стороны казались вялыми, и майор отметил про себя, что твари ничуть не переживают дискомфорт по поводу дневного света: солнце, которое хоть и садилось, светило ярко, и, если не считать этой самой вялости, оно не причиняло зомби вред. Одна из тварей сразу же после того, как Палыч открыл окно, почуяв запах живого тела, завизжала и с размаха врезалась в стену здания. За ним последовали другие несколько существ, ударившиеся головами о железобетон. Не обратив на это внимание, Палыч, чуть нагнувшись, глянул на окна первого этажа. Вровень под ними находилось какое-то окно нестандартных размеров с узором. Видимо, это и была столовая.

- Юра, что ты делаешь? – Алексей, закрыв последнюю дверь в комнате, остававшейся до этого «неизвестной», подошел к майору.

- Проверяю, не ошиблись ли мы, – ответил Палыч.

- Не ошиблись? – покосился Алексей.

- Нет, под нами столовая.

Алексей, выглянув в окно, скорчил недовольную гримасу.

- Эти твари так и хотят поживится нами, – он, не задумываясь, вытащил свой пистолет и, прицелившись, спустил курок. На землю рухнула самая настырная тварь, пытавшаяся вскарабкаться вверх по гладкой стене. Твари, стоявшие вокруг, замерли, но уже через мгновение кинулись пожирать своего брата, разрывая тело мертвеца на куски с мерзкими чавкающими звуками.

Палыч с отвращением закрыл окно. Эти твари напоминали шакалов или каких-нибудь гиен. Хотелось последовать примеру Леши и расстрелять там, внизу, парочку-другую этих тварей. Но этого нельзя было допустить. Сейчас нужно было думать о другом.

«Как попасть вниз… Как?».

- Ты ничего не надумал? – спросил Алексей.

Палыч покачал головой.

- Есть что-то?

- Если бы было, то я бы не спрашивал, а предлагал, ты же знаешь. Остается только возвращаться на лестницу и идти через холл.

- Нам нельзя идти так, – вздохнул майор.

- Ну а как?

- Пока не знаю, что за теми дверями?

- Обычные кабинеты.

- Может быть, кто-то сможет спуститься туда по шлангу? – вмешался в разговор Евгений. – Помните ту идею попасть на место сразу, спустившись по шлангу, как по тросу, вниз?

Палыч приподнял брови.

- Ты имеешь ввиду идею с крышей?

- Ну да, – кивнул врач.

- Интересные мысли приходят в твою голову, – усмехнулся Алексей.

- Почему нет? – Евгений указал на смотанный и висящий на стене шланг. – Это возможно?

- А как ты это видишь? – спросил майор.

Евгений посмотрел на шланг и, подойдя ближе к пожарному стенду, прочитал информацию.

- В нем десять метров, вполне реально спуститься вниз и залезть на первый этаж, – пояснил он свою задумку. – Через окно.

- А как же твари? Если ты не видел, то можешь подойти сейчас к окну и посмотреть, – сказал Алексей. – Внизу полно существ, и не успеешь ты спуститься, как они сожрут тебя и косточек не оставят.

- Но это тоже вариант, – заметил Палыч. – Всего второй, поэтому не будем торопиться отбрасывать его в сторону, а взвесим сначала все за и против. Первый вариант ничуть не лучше, – закончил он.

Алексей промолчал, а Палыч, подойдя к окну, не открывая его, посмотрел вниз. Расстояние между окнами двух этажей составляло около трех метров. Головы тварей на земле соприкасались вровень с подоконником окна столовой. Майор мысленно отметил, что запас был, но зная прыгучесть этих тварей… какой?

«Там точно нет решеток?».

- Как там обстоит с решетками? Стоит что?

- Нет, – покачал головой Евгений. – Это же столовая.

Спуститься вниз… На пожарном шланге…

«А чем черт не шутит?» - подумал майор.

Идея казалось привлекательной или, по крайней мере, более безопасной, чем первый вариант – идти в столовую и комнату охраны через холл.

«Все так… если не одно «но»…».

Какое НО? Палыч задумался. Все казалось черес чур простыми легким с первого взгляда. Но если углубиться в эту идею…

«Везде есть препятствия и пороги».

Они были и здесь. Например. Например…

***

Игорь аккуратно поправил сползшую вниз повязку на ноге, и чуть приспустив ее, затянул узел туже. Боль почти прошла, и на ногу теперь можно было наступать, не боясь усугубить повреждение. Конечно, не побегаешь и не повертишься как волчок на одной ноге, но все лучше, чем в с самом начале после ушиба, когда на ногу нельзя было даже наступить. Евгений знал свое дело, когда вызвался помочь. Поэтому теперь об этом маленьком недоразумении стоило забыть, хотя бы на время, до того момента, как они с Инной не выберутся отсюда.

Теперь, когда нога была перевязана натуго бинтами, Игорь, опершись на врученный ему автомат, выпрямился, бросив взгляд на уютно свернувшуюся в калачик задремавшую супругу. В противогазе – штуке, которую принес и сказал им надеть Евгений – девушка смотрелась забавно. Игорь улыбнулся. Где-то там внутри нее, в животе родилась еще одна жизнь… Еще одно существо, один человечек…

«Интересно, мальчик или девочка?» - подумал он.

Затекшие ноги неприятно запекли, и он, сглотнув, упершись носком кроссовка в поверхность крыши, сделал несколько круговых движений здоровой ногой. Что-то щелкнуло. Не рискнув повторить упражнение с второй ногой, он аккуратно согнул ее в колене, почувствовав, как приятно растекается кровь по мышцам, успевшим атрофироваться после нескольких часов пребывания в неподвижном состоянии.

Аккуратно, используя приклад автомата в качестве опоры, Игорь наступил ушибленной стопой на твердую поверхность крыши. Ногу от лодыжки до самого колена пронзила легкая боль.

«Все окей».

Да, все было окей. Он убрал автомат подмышку, перекинув лямку ремня через плечо, и выпрямился, сделав несколько шагов вперед. Ноги с каждым шагом все увереннее ступали по крыше. Вздохнув, Игорь огляделся. На огромной площади крыши больницы, помимо него самого, спящей рядом на его олимпийке Инны и стоящей чуть поодаль Даши, никого не было. Ребята отсутствовали около часа. Последняя весточка от них – визит Евгения с аптечкой и противогазами… Но какой визит? Врач, как ошпаренный, влетел на крышу, сказал, что у них все хорошо, побросал аптечку и противогазы, указав, что последние надо одеть и, не сказав ни слова, умчался обратно. Что там у них? Как там?

«Не знаю,» - Игорь вздохнул.

Но, видимо все не так уж и плохо. По крайней мере, хотелось на это надеется. Он тряхнул головой. Не хотелось держать все это в себе. Эта неопределенность… давила.

Игорь сделал несколько шагов к стоящей у самой границы крыши Даше и, чтобы не напугать о чем-то задумавшуюся девушку, прокашлялся.

- Даш?

Девушка вздрогнула, но, несмотря на это, тут же живо обернулась к Игорю. Можно было предположить, что ее лицо под противогазом расплылось в улыбке.

- Как ты?

Игорь пожал плечами.

- Как видишь, почти бегаю, – сказал он. – Наскучило, честно говоря, сидеть на одном месте. Ребята сказали защищать вас, девушек, вот и решил пройтись по территории. С тобой все в порядке?

Девушка закивала.

- Да, все хорошо. Просто мне не сидится, зная, что мой отец там, внизу, рискует своей жизнью, – она запнулась, и Игорь почувствовал на себе ее взгляд. – Как ты думаешь, с ними будет все в порядке?

- Я уверен, – заверил девушку Игорь. – Ты видела, кто там внизу с твоим отцом? Эти парни знают свое дело. Думаю, они проложат себе дорогу даже голыми руками.

Даша вздохнула.

- Себе да, но мой отец… он никогда не занимался спортом, никогда не умел стрелять. Я беспокоюсь за него.

- Я думаю, они защитят и его. Не бросят одного с этими монстрами…

- Но Алексей… - перебила Игоря Даша. – Этот человек думает только о себе. Я боюсь его и боюсь, что он сделает что-то с папой.

Парень покачал головой.

- Вряд ли. Я тоже сначала думал так. Просто он грубый. Это да, этого у него не отнять. И прямой. Он всегда говорит все, что думает. Но мне кажется, он не бросит человека в беде, – Игорь почесал макушку. – Видела, как этот Алексей стреляет? Я видел что-то подобное разве что в «Люди Икс: Росомаха», когда один китаец обстреливал Логана с такой же точностью, как Леша выбил тогда фонарик и дробовик из рук твоего отца. Смотрела этот фильм?

- Да уж, это точно, – согласилась Даша.

- Ну, а если что, там есть Палыч. В нем я уверен. Этот мужик всегда поможет и защитит.

- Ты думаешь? – Даша скрестила руки на груди.

- Я уверен, – кивнул Игорь.

Девушка сделала несколько шагов навстречу к Игорю и крепко обняла парня.

- Спасибо за поддержку.

Он замялся.

- Если бы не ты, то Инна, да и, наверное бы, я тоже уже сошли с ума. Если не ты, не я, не Палыч, не твой папа и остальные ребята, кто, кроме нас, будет помогать друг другу? Поддерживать?

- Ты прав.

Девушка оглянулась на спящую Инну.

- Как твоя жена? Успокоительное подействовало?

- Думаю, да, она заснула, ей нужно выспаться как следует.

- Я дала ей двойную порцию, так что несколько часов здорового сна ей обеспечены. Обезболивающее подействовало?

- Да, я спокойно хожу, как видишь.

- Тоже двойная порция. На сегодня, тем более на пустой желудок и при обезвоживании, мы этим ограничимся, поэтому особо не загружай ногу.

- Учту совет, – кивнул Игорь. – Но сидеть больше не могу, тем более я рассчитываю, что ребята все же не оставят нас голодать сегодня.

- Надеюсь, – согласилась Даша. Девушка вздохнула и, развернувшись, подошла к краю крыши, присев на корточки. Игорь стараясь не перегружать больную ногу, хромая, подошел к девушке и остановился рядом.

Внизу, на площадке перед зданием больницы, твари, словно толпа митингующих, слонялись где стройной толпой, где поодиночке из стороны в сторону, издавая противные чавкающие звуки, а порой наталкиваясь друг на друга. Игорь молча насчитал несколько десятков этих тварей, после чего бросил это занятие. Не хотелось признаваться в этом самому себе, но он чувствовал себя марионеткой в событиях, происходящих здесь, в этой игре, где играли в непривычных для него условиях, по непонятным для него правилам.

«А я, возможно, только мешаю им здесь,» - мелькнуло в голове.

Было неприятно это осознавать…

«Но ведь это именно так, - подумал Игорь. – Я абуза. Как веревка, сковывающая движения, которой тебя связали с ног до головы и от которой ты не можешь освободиться. Я и Инна… И НАШ РЕБЕНОК».

Игорь зажмурил глаза и почувствовал как тело пробрала дрожь.

- Странно, – Даша с едва заметным вздохом выпрямилась. – Не находишь, Игорь?

- Что именно? – парень прикусил себя за губу, чтобы освободится от лезущих в голову глупых мыслей. Помогло. – Что именно, Даш?

- Странно все это, я имею ввиду, – продолжила девушка. – Почему именно мы: я, ты, Инна, мой папа, Палыч, Алексей – оказались тут на крыше? Ты не думал об этом?

- Не совсем понимаю тебя.

- Просто как-то это все глупо, что ли, мы как будто разбились по парам, но превратились в одно целое тут. Я и папа, ты с Инной и Палыч с Алексеем. Ведь все мы до этого знали друг друга по двое. По парам. А те люди, которые были одни, умерли…

- Я не думал об этом, если честно.

- Просто я говорю про то, что судьба порой странно переплетает свои интересы… умер ваш спутник. А ведь у него никого не было тут… - Даша замолчала.

- Его укусил волк, это была случайность, не более, на его месте мог оказаться любой из нас.

- Мог, но не оказался. Правда, ведь? Умер именно он, а не ты и никто другой.

- Мы защищали его, если ты думаешь…

- Я не это имею в виду, – перебила Игоря Даша. – Просто может быть все это что-то значит?

- Я не знаю.

- Судьба крепко связала нас. Теперь мы будем вместе… всегда. Скажи, Игорь, я права? Мы будем вместе все, вшестером, после того как выберемся отсюда? – девушка хотела продолжить, но не договорив, всхлипнула и прижалась к плечу Игоря. Парень почувствовал, как в его рубашку впитались горячие слезы Даши. Он стиснул зубы и, закрыв глаза, нежно погладил девушку по голове.

- Все будет хорошо, я уверен в этом.

***

- Если я все правильно понял, ты хочешь спускаться вниз по шлангу? Так?

- Так, – кивнул Палыч.

Алексей пожал плечами и, не говоря ни слова, подошел к окну в конце коридора и выглянул, не открывая конструкцию, на улицу. Переложив дробовик из правой в левую руку, он с силой дернул стояк батареи и сделав несколько шагов назад посмотрел на майора.

- Хорошо, я не против, только как будем крепиться? Труба не вызывает доверия.

- Согласен, разберемся, – Палыч окинул взглядом стены и потолок.

Действительно, кроме как к стояку, крепится тут больше было не к чему. Голые стены и потолок… пол. Взгляд майора поймал две двери расположившиеся буквально в метре от окна. И все, больше вокруг ничего не было.

- Это что? – он кивнул на двери, обращаясь к Евгению. – Палаты, кабинеты? Я правильно понимаю?

- Правильно, – согласился Евгений. – Это кабинеты.

- Давай проверим, Леш, может там есть что?

- Мне не сложно.

Алексей подошел к левой двери и попробовал провернуть ручку. Дверь оказалась заперта. Алексей вскинул дробовик и ударом приклада снес ручку. Удар ноги вышиб дверь. Он выхватил из-за пояса пистолет для подстраховки.

- Пусто.

Палыч кивнул и предусмотрительно проводив товарища взглядом, повторил маневр с дверью по правую сторону коридора. Внутри также никого не оказалось. Майор нащупал выключатель и включил свет в кабинете. Комната оказалась миниатюрной. Казалось, если протянешь руку, стоя у двери, можно пальцами дотянутся до противоположной стены. Он окинул кабинет взглядом. Небольшой столик в углу, на нем монитор, какая-то куча бумаг и папок. Стул. Палыч заметил еще один стул в другом конце комнаты. Лежак, на котором осматривали пациентов, пару плакатов на стене. И все. Надежды рушились, как спичечный домик…

- У тебя есть что? – послышался голос Алексея.

- Пустая комната, – ответил Палыч. – Два стула, стол и лежак.

- То же самое. Ну, посидим хоть на дорожку. Прихвати стул.

Палыч вздохнул и подошел к стулу. Взявшись за него рукой, он попытался поднять его, но стул, словно приросший к полу, остался стоять на месте. Майор нахмурился и дернул стул еще раз. Тщетно. Стул оказался прикреплен к полу.

- Черт побери, они прибиты тут! – подтвердил мысли Палыча Алексей.

Майор двинул по стулу ногой. Да, стул был прикреплен к полу.

«Интересно».

- Это сделано для того, чтобы больные не смогли покалечить ни себя, ни персонал. Вот и прикрепляют всю мебель в кабинете, чтобы не было лишних недоразумений, – заметил Евгений.

Палыч несколько раз дернул стул, а потом сделал несколько шагов назад и ударил по спинке стула оббитой мягкой тканью ногой. Стул не сдвинулся с места.

«Крепко закрепили».

Он потянулся к столу и попытался сначала сдвинуть, а потом, когда тот не поддался, и расшатать его. Нет, то же самое.

- Вот и посидели… – на пороге кабинета показался Алексей, а следом зашел Евгений. – Хотя, Жень, ты же можешь посидеть и на том лежаке?

Евгений пожал плечами.

- Мне все равно.

- Что ты задумался, Юр? – майор молча рассматривал стол, заваленный документами. – Думаешь привязать сюда шланг?

- Думаю да, почему нет?

- Ты уверен, что выдержит? – поинтересовался врач?

- Проверим, – сказал Алексей.

- Проверим, – согласился Палыч. Он посмотрел на Евгения: – Неси шланг.

Мужчина кивнул и молча вышел из кабинета в коридор.

- Правда, не уверен, что дотянется. Сколько там, напомни? – поинтересовался Алексей.

- Десять метров. Не знаю, думаю, все получится, но сейчас проверим.

Палыч подошел к столу и очистил его от лишних бумаг. Скинул монитор, разлетевшийся на полу вдребезги. Присев на корточки, он осмотрел крепление. Сплошной крепеж, литые винты. Раз и навсегда. Как говорится, закрепил и забыл. Ножки стола представляли собой треугольную конструкцию, единую по ширине на всей своей длине в несколько миллиметров толщиной. Сталь. Палыч подергал за одну из ножек и убедившись, что она крепко держится на месте, поднялся на ноги. Если длины шланга хватит, можно будет постараться охватить все четыре ножки, а при желании и, естественно, при возможности, еще и стул. Это как вариант. Если нет, можно ограничиться одно-двумя ножками стола.

«Посмотрим,» - подумал он.

- Все изучил, следопыт? – усмехнулся Алексей.

- Да, конструкция должна выдержать, – сказал Палыч. – Я не вижу здесь проблемы, думаю, охватить весь стол.

- Длина?

- Ну посмотрим, Леша. Я не знаю.

- Тяжелая штука этот шланг, ребята, – послышался сзади голос Евгения. Врач аккуратно положил смотанный в кольцо шланг на пол.

- Ну-ну, – Алексей, подойдя к шлангу, подвинул его ногой к Палычу и майор, присев взял его конец.

- Возьмите, размотаем. Я держу, – он рывком отбросил свернутый шланг от себя, который подхватил Алексей, тут же начавший его разматывать.

Дождавшись, когда Алексей закончит, Палыч притянул к себе шланг и, продев его между ножками стула, завязал узел. Дернув несколько раз, чтобы проверить свое крепление, майор обернул шлангом ножки стула и закрепил узел еще раз. Теперь все было готово.

- Проверяем.

Он подтянул к себе другой конец шланга, обмотал его вокруг руки и со всей силы дернул на себя. Новоиспеченная система выдержала, и Палыч, распустив шланг, вышел в коридор и двинулся к окну. Длины шланга вполне хватило.

- Думаю, по длине должно хватить, пожалуй, с излишком, – протянул Алексей.

Палыч молча открыл окно и выкинул импровизированный канат на улицу. Конец его упал на землю, сделав еще несколько витков.

- Да, есть запас, метра два, – майор затянул шланг обратно и закрыл окно.

- Может быть стоит перестраховаться и перевязать о стояк батареи? – поинтересовался Алексе.

- Неплохая идея, – согласился Палыч. Он несколько раз обернул шланг вокруг стояка, закрепив его скользящим узлом, после чего еще раз скинул вниз шланг, чтобы окончательно убедится в том, что при спуске вниз у ребят не возникнет никаких проблем. Проблем не было. – Все готово, – майор обвел взглядом ребят и остановился на Евгении: – Женя, там точно нет никаких решеток?

- Нет, – ответил врач.

- Персонал? В то время, когда все началось, кто-то из поваров, уборщиков, сотрудников, кто-то мог быть там? Нам есть кого опасаться внутри столовой?

- Я не могу говорить со стопроцентной уверенностью, но там никого не должно быть, – пожал плечами Евгений.

- Это радует, – Палыч задумался. – И куда, в какую часть столовой мы попадем отсюда?

- Это будет общий зал, столы, стулья, – пояснил врач.

- Ну, окно, как я понимаю, широкое. Ты пролезешь, Юра, – усмехнулся Алексей.

- Не беспокойся, – Палыч поправил противогаз и, вздохнув, обвязал себя шлангом по поясу. – Я лезу первый, заодно проверим, насколько шланг сможет выдержать груз.

- Ты чокнутый, – Алексей покачал головой.

- Это лучше чем идти через холл. Я бы даже сказал, это даже лучше, чем ничего, ведь правда?

- Как будем спускаться?

- Пока не знаю.

Палыч выглянул в окно. Как он отметил раньше, твари упирались макушками голов в подоконник окна столовой. Просто так лезть, как альпинист, вниз, пожалуй, было бы рискованно. Твари запросто могли дотянуться до него или в прыжке схватить за ногу – и тогда все пропало. Чем-то эта затея напоминала игру кошки с мышкой. Тут нужно выдумать кое-что другое. Майор задумался. Что именно? Может быть, позаимствовать старый армейский трюк? Спецназ? Влететь в это окно, к чертовой матери, как при штурме? Вот только хватит ли сил на такие упражнения? Все же не тот возраст, да и не так это легко, как кажется, а мышцы отвыкли от серьезных нагрузок. Хватит ли реакции, если все пройдет успешно уже там, внизу, в самой столовой, если твари хлынут следом за ним? СЛЕДОМ ЗА НИМ.

«О господи,» - Палыч сжал зубы.

Эта мысль раньше не приходила в голову. Что если твари смогут залезть вслед за ним в окно? Что если произойдет так? Майор сделал глубокий вздох и покосился на Алексея, но промолчал.

«Нет, вряд ли, окно расположено слишком высоко».

Но если это случится…

«А есть другие варианты? Или ты боишься рисковать собой?!» - Палыч почувствовал, как пальцы вжались в приклад Калашникова.

Нет, нужно было оставить этот глупый страх, потому что другого выхода не было. Либо он прыгал вниз, либо они возвращались наверх ни с чем, что было с родни разве что тому, как остаться здесь навсегда.

«Я не могу рисковать кем-то, кроме себя самого».

Никто, кроме Палыча и Алексея не мог выполнить лучше ту затею, которую майор собирался воплотить теперь в жизнь. Риск… но риск был оправданный. Нельзя подставлять под удар Лешу, а тем более Евгения. И в такой ситуации нельзя говорить о посетившей его догадке товарищам. Результат был бы один: туда пошел бы Леша, либо опять тянуть жребий, если на таковой Палычу удалось бы убедить товарища… Поэтому риск был оправдан, и рисковать он мог только собой.

«Вопрос в другом,» - подумал майор.

Успеет ли он после приземления в столовой отвязаться от шланга достаточно быстро, ускользнуть от зубов одной из тварей на случай если та сумеет последовать вслед за ним или вообще окажется в столовой? Палыч, вскинув лямку автомата на плечо, потеребил узел. Материал легко скользнул на развязку, и майор, убедившись, что внизу не будет проблем, затянул его обратно.

«Дай Бог, дай Бог».

- Ты надумал? – Алексей похлопал товарища по плечу.

Палыч кивнул.

- Да, Леш, если что, подстрели особо настырных тварей. Я буду прыгать.

На секунду повисло молчание.

- Ты уверен, что справишься?

- Надеюсь на это.

- Хорошо, я понял.

Майор, оперся руками о подоконник и несколько раз присел, разминая ноги, после чего нагнулся и сделал упражнение «мельница», а в завершении несколько раз энергично встряхнул руками, разогревая мышцы.

- Значит, так. Сначала я, потом ты, – пояснил он. – Женя, ты остаешься здесь и страхуешь конструкцию и спуск Леши. А затем и наш подъем. Все понятно?

Ребята молча кивнули, и Палыч залез на окно, развернувшись лицом к ребятам.

- Ни пуха, ни пера.

- К черту.

Алексей, подойдя к окну, поднял дробовик и направил дуло в гущу почуявших Палыча тварей. Существа при приближении майора начали сходить с ума. Палыч медленно начал спускаться вниз, намотав вокруг руки около полутора метров шланга. Ладони предательски вспотели. Преодолев около метра, Палыч обернулся вниз. Визг тварей неприятно резал ножом по барабанным перепонкам. Существа, бившись о стену, тянулись вверх, но ни одна тварь не могла достать до майора. Расстояние между лапами тварей и ногами Палыча сокращалось. Майор двинулся дальше и, когда большая часть дистанции, отделявшая окно второго этажа от окна столовой, была преодолена, а пальцы тварей рассекали воздух в нескольких десятках сантиметров от ног Палыча, майор оперся ногами о стену, согнул их в колене и, оттолкнувшись от стены, одновременно отпустил шланг удерживаемый в руках. Качнувшись, он выписал дугу и, выставив вперед ноги, врезался в стекло столовой, влетев в окно. Сзади послышался звон разбитого стекла, и на землю упали разлетевшиеся в дребезги осколки. Не успевшие среагировать, твари завизжали, и Палыч услышал, как на втором этаже Алексей спустил курок дробовика. На несколько секунд визг прекратился. Видимо, твари приступили к пожиранию своего собрата.

Майор отбросил в сторону оказавшийся под ногами стул и ловким движением развязал узел, скинув с себя шланг, и осмотрелся. Догадки Евгения оказались верны. Столовая была пуста. В достаточно большом по меркам этой больницы помещении в несколько рядов стояли столы, за которыми, видимо, потчевали сотрудников, рядом располагались стулья, выстроенные в стройную нерушимую цепочку. У противоположной от Палыча стены находилось что-то наподобие витрины, на которой, однако, как отметил майор, ничего не было. Выставленные подносы пустовали. Впрочем, за стеклами контейнеров все же находился какой-то провиант. Палыч почувствовал, как заурчало в животе. Он перевел взгляд на другую стену. Раковины, чистая посуда – все как обычно. Входная дверь. Майор отметил, что дверь в столовую была двойной, со стеклянной основой. Та дверь, которую можно было открыть, не прилагая особых усилий голыми руками.

«Все чисто».

Обернувшись к лежащему на земле шлангу, он поднял его и, распутав, дернул несколько раз, после чего выбросил шланг обратно в окно. Через мгновение ребята затянули шланг на второй этаж. Хотелось бы не сглазить, но сейчас все получалось как нельзя лучше. Он подошел к окну и скинул с плеча автомат. Осмотрев осколки, Палыч аккуратно прикладом сбил с створки окна торчащие стекла, которые могли поранить Алексея.

- Спускайся, все чисто.

- Уже иду, – послышался сверху голос друга.

Глава 19

- Никогда раньше не сказал бы, что холодное пюре, вот эта вот дрянь, – Палыч указал на открытую кастрюлю, полную пюре, которую они с Алексеем достали из холодильника в столовой. – покажется мне таким вкусным. Больше скажу, оно вкусное!

- Если честно, да, вкусное, а вообще, если сравнивать с тем, к чему я привык в тюрьме, то обычное, даже подогретое наше пюре там ничем не хуже их холодного, – заметил Алексей. – Кстати, было бы электричество, могли бы подогреть это все вон в той печке, – он указал на микроволновку за контейнерами.

- Ну, а котлеты, конечно, бесподобные, – Палыч довольно закивал головой. – Я наелся… больше не лезет.

- Я тоже, давно так не ел, с барского плеча, – согласился Алексей. – А ты, видимо, каждый день так? – Алексей расхохотался – Смотри какой мамон! – он похлопал Палыча по животу.

- Да иди ты на хер, сидит тут ветка, умничает.

Друзья расхохатались.

- Ладно Леш, смех смехом, а дело делом, нужно приготовить запасы провианта для ребят.

Алексей поднялся со стула и, подойдя к холодильнику, еще раз заглянул внутрь.

- Сколько воды будем брать?

- Сколько там?

- Одна десятилитровая в холодильнике, еще четыре стоят там, – он указал на место у стены, где стояли четыре бутылки.

- Думаю, возьмем три.

- Я тебе что, ишак? Пусть сами спускаются и несут, – Алексей всплеснул руками.

- Я понесу, – перебил Алексея Палыч. – Что еще там?

- Пару палок колбасы, котлеты, оливки, пюре, суп, пирожное.

- Думаю ограничимся пюре, колбасой и котлетами, – протянул Палыч.

- А как ты собираешься это нести?

- В кастрюле, смотри.

Палыч подошел к кастрюле с пюре, открыл крышку и вывалил туда котлеты, после чего подошел к холодильнику и, достав оттуда колбасу, положил две палки поверх котлет и утрамбовал все это крышкой.

- А чтобы по пути ничего не потерять, – майор подошел к холодильнику и рывком вырвал шнур питания, – мы сделаем так, – он привязал крышку к кастрюли.

- Ты гений.

- А ты сомневался?

Палыч подошел к одному из столов и сорвал с него скатерть, постелив ее на полу. Вскоре там оказались все три бутылки с водой и кастрюля, и Палыч, как мешок завязав скатерть в узел, поднял ее вверх, поднеся к лежащему на полу шлангу. Обмотав получившийся продовольственный мешок шлангом, он несколько раз, как за веревочку, дернул шланг, пытаясь привлечь внимание Евгения наверху.

- Женя, поднимай, к тебе груз.

Повторять не пришлось. Медленно, но мешок, груженый кастрюлей и бутылками, двинулся вверх. Палыч аккуратно приподнял его и помог грузу, а вместе с ним Евгению  миновать подоконник.

- Вот и все, полдела сделано.

- И сами поели и других накормили, – Алексей проводил взглядом упавший на пол шланг, брошенный Евгением обратно со второго этажа. – Ближе к делу?

Майор поправил сползшую лямку автомата и закивал.

- Думаю нам туда, – он указал на стеклянную дверь. – Ты уверен, что карты нет?

- Нет, я осмотрел все. Пусто, – развел руками Алексей.

- Будем надеяться на память врача. Он сказал, что столовую от комнаты охраны по коридору отделяет одна комната.

Алексей, ничего не ответив, проверил свой дробовик и посмотрел, легко ли выскальзывает из-за пояса пистолет. Закончив, он вскинул дробовик и развернулся к входной двери.

- Пошли, посмотрим, что нас там ждет?

Палыч молча проверил свой арсенал и кивнул. Товарищи подошли к входной двери. Узоры, покрывавшие стекло по всему периметру, представляли гамму цветов из желтого, синего и зеленого оттенков, в совокупности составляя некую мозаику, разглядеть за которой что-то не представлялось возможным. Однако свет за дверью не горел. Палыч обвел взглядом тонкую полосу, разделяющую внизу дверь от пола. Темнота. Но не было никаких звуков. Ни визга, ни шороха, ничего.

«Похоже, там никого нет,» - подумал майор.

Возможно, за дверью, действительно, никого не было, что впрочем не позволяло рисковать. Палыч опустился на колено и, стараясь не шуметь, посмотрел в щель, разделяющую две створки двери. Блеклый свет люменецсентных ламп осветил три замочных штыка, прочно соединивших одну дверную створку с другой.

«Вот так вот».

Он выпрямился и окинул взглядом дверь. В глаза бросались сразу два варианта. Либо выбить дверь и вырваться в коридор, не думая, что это может привлечь ненужное внимание тварей.

«А оно наверняка привлечет,» - подумал майор.

Благо конструкция двери располагала к подобному развитию событий. Палыч отметил, что дверь открывалась от себя, вровень по направлению удара и, если бы он или Алексей врезали по ней плечом, она бы точно поддалась уговорам.

Второй вариант был несколько сложнее, но по своей сути не сильно отличался от первого. Майор, прищурившись, отметил, что стекла, вставленные в дверь, по своей ширине и высоте могли бы вполне пропустить через себя взрослого мужчину, в том числе и Лешу, и самого Палыча…

«Рискованно».

Майор отбил пальцами дробь по прикладу своего автомата. Монстры. Если эти твари окажутся рядом, то могут услышать шум. Могут возникнуть лишние неприятности. Палыч нащупал в кармане своих брюк связку ключей.

«Может, тут есть что?» - мелькнула мысль.

Он аккуратно достал связку из кармана и подбросил ключи в воздух.

- Не проще ли выбить дверь? – спросил Алексей.

- Я не хочу привлекать лишним шумом, неизвестно, сколько там может быть этих тварей. И если они не набегут, то просто могут блокировать нас в охранке, – пояснил Палыч. – Вспомни, она связана с холлом, а холл с улицей, поэтому дело рисковое.

- Возможно, – согласился Алексей.

Палыч посмотрел на замочную скважину в двери и примерно оценил размер и форму ключа, и, вытянув перед собой связку на ладони, принялся перебирать ключи. В сторону ушло несколько подобных, которыми можно было бы попробовать открыть дверь. Перебрав все ключи, Палыч остановился на пяти, присел на корточки и вставил первый из них в замочную скважину. Ключ вошел лишь наполовину, и майор, выдохнув, вытащил его из замка, попытавшись вставить второй, но ключ лишь коснулся поверхности замка, не пройдя дальше. Третья, четвертая и пятая попытки закончились неудачей, и Палыч, покачав головой, встал.

- Нет, ключи не подходят, – протянул он.

Алексей молча оглядел площадь столовой.

- Если не хочешь шуметь тут, можно попробовать выстрелить по замку от противоположной стены.

Палыч оценил взглядом предложение Алексея. В принципе твари были не настолько сообразительны и вряд ли пошли бы на шум…

- А просто взломать? Я знаю, ты умеешь это делать? – поинтересовался Палыч.

- Можно и просто взломать, но это подольше, – ответил Алексей.

- Насколько подольше?

Алексей подошел к замку и осмотрел замочную скважину.

- Думаю, десять минут максимум. Даже пять, – протянул он. – Замок никудышный. Только чем ты собираешься ломать?

- Кольцо от связки ключей подойдет? – Палыч протянул другу связку, и Алексей посмотрел на скрепляющее их кольцо.

- Думаю, да, – он аккуратно разогнул кольцо и высыпал ключи в ладони Палыча. – Сейчас попробуем.

Сделав несколько выверенных движений пальцами, Алексей выровнял железку, превратив когда-то кольцо в подобие штыря и, оглядевшись, взял стоявший неподалеку стул и поставил его рядом с дверью. Опершись о стул коленом, Алексей аккуратно просунул получившийся штырь в замочную скважину и прислонился к замку ухом, принявшись медленно проворачивать штырь в замке. Наконец через несколько минут что-то щелкнуло.

- Полдела сделано, – Алексей смахнул появившиеся на лбу капли пота. Через несколько секунд послышался еще один щелчок, и Палыч заметил, как дверцы плавно отошли друг от друга. – Готово.

Леша вытащил штырь из замки и протянул его Палычу. Майор, вернув штырю форму кольца, нанизал на него ключи и спрятал связку обратно в карман. Дверь была открыта. Алексей плавно, стараясь не шуметь, отодвинул в сторону стул. Дуло дробовика медленно поднялось, уставившись в дверной проем. За дверью попрежнему стояла пугающая тишина.

«Самое противное чувство, когда не знаешь, чего ждать от судьбы,» - подумал Палыч.

Майор кивнул боевому товарищу, и Леша, не задавая вопросов, сделал несколько шагов назад, не опуская дробовик, на мушке которого по прежнему располагался дверной проем. Палыч прижался к стене и плавно открыл одну из створок двери. В столовую из коридора подул сквознячок, охладивший разгоряченного майора. Пусто. В коридоре ничего не было. Свет из столовой, осветивший узкую полосу в коридоре, тонул в мгле остального пространства. Палыч сглотнул накопившуюся слюну и достал фонарик, указав Алексею кивком, что нужно двигаться дальше. Включив фонарик, Палыч направил тоненький луч света в коридор, приставным шагом, не опуская автомат, вышел из столовой. Алексей, тут же оказавшийся рядом, шел к майору спиной, контролируя коридор с другой стороны.

- Выключатель, – шепнул Палыч.

- Не вижу, – ответил Алексей.

Майор, сжав зубы, выругался. В каждой чертовой палате, на каждом чертовом этаже выключатель находился под самым носом! Чего не скажешь об этом коридоре. Палыч сквозь темноту разглядел проход в какую-то комнату. Он перевел луч фонарика на отделяющую их от нее дверь. На табличке большими синими буквами можно было прочесть «ОРДИНАТОРСКАЯ».

«Хорошее соседство,» - отметил он про себя.

Видимо, это и была та самая комната, отделяющая столовую от комнаты охраны. Ординаторская.

«Хорошо, если так».

Палыч вернул луч фонарика обратно, осветив коридор вдаль. В самом конце, на выходе, располагалась такая же двойная дверь со стеклянной основой, как было и в столовой. Единственным отличием двух дверей друг от друга были спущенные жалюзи на двери, выводящей из коридора видимо в холл. Палыч заметил тонкую полосу света под дверным проемом.

«Это холл».

Луч фонарика выхватил по левую сторону коридора силуэт двери. Вторая дверь от столовой. Видимо, это и есть та самая оружейная…

- Мы на месте? – прошептал Алексей.

- Думаю, да.

Алексей медленно развернулся к Палычу лицом и, увидев перед собой всего в нескольких метрах дверь – выход из коридора – вздрогнул.

- Я правильно понимаю, брат? Мы в холле?

- Если открыть эту дверь, то да. А ты хочешь там оказаться?

- Если честно, то не горю желанием. Интересно, что там происходит.

- Позже.

Палыч показал Алексею движение и бросил ему фонарик, а сам подошел к двери, за которой предположительно располагалась комната СБ.

- Посвети, посмотрим, закрыто или нет.

Алексей направил луч света фонарика на дверь.

- Открыто.

- Женя говорил, что они не запирают ее.

- Это хороший выговор.

- Согласен.

Палыч осторожно провернул ручку двери и потянул ее на себя. Дверь, плавно подавшись, открылась, и Алексей осветил комнату. Ребята по очереди зашли внутрь и майор закрыл за собой дверь, тут же нащупав на стене рядом с косяком выключатель. Щелкнули переключатели, и лампы на потолке, поискрив, загорелись, осветив по периметру комнату охраны. Алексей выключил фонарик и протянул его Алексею.

- Эй, совсем неплохо! – он огляделся по сторонам.

Комната, к удивлению ребят, оказалась довольно просторной и была заставлена несколькими столами вдоль стены, на которых располагались в ряд несколько мониторов. Под столами стояли системные блоки и один большой ИБП, запитанный к каждому системнику по отдельности. По противоположной стене комнаты стояли шкафчики метра по полтора в высоту, над которыми висела закрытая на замочек полка. Всего четыре. Палыч заметил аптечку, висевший на стене, огнетушитель и два стула со спинками. Совсем неплохо. Все это напоминало диспетчерскую в отделении. Мониторы, впрочем, как и системные блоки, были выключены. Видимо, второй трансформатор не успел сработать до того как перестал функционировать ИБП.

Палыч заметил на стене ряд переключателей, тумблеров, под каждым из которых в ряд были наклеены таблички – э.1, э.2 и так далее. Таблички кончались обозначение э.8 и д.1.

«Интересно,» - подумал майор.

Тумблеры были скрыты пластиковой прозрачной крышкой и закрыты на небольшой замочек по типу тех, что ставили на почтовых ящиках. Все девять тумблеров были опущены вниз. Возможно, после того как сгорел трансформатор, выключатели по всему зданию автоматически сработали и были переведены из состояния «вкл» в «выкл», чтобы система не перегорела…. Поэтому все здание и оказалось обесточенным, хотя второй трансформатор запитан, что, впрочем, неважно сейчас…

А эти тумблеры скорее всего от камер наблюдения.

«э.1 – первый этаж, э.2 – второй и так далее,» - подумал майор.

Алексей, подойдя к шкафчикам у стены, дернул ручку первого из них. Он оказался открытым.

- Что там?

- Одежда – он подошел ко второму шкафчику, который также оказался открытым – То же самое.

- Посмотри по карманам, может есть, что ценное внутри?

Алексей молча нырнул свободной рукой в карман висевших в шкафчике брюк. Палыч подошел с к столу с мониторами. На столе стояли две кружки, одна из которых с фирменным брендом «Nescafe» была наполнена уже давно остывшим кофе. Рядом лежала книга обложкой вверх, открытая почти по середине. «Одиночество в сети» гласило название.

«Вот так».

Майор дулом автомата отодвинул книгу в сторону. До ушей донесся лязг металла, и из-под потертых страниц показались ключи. Палыч, взяв связку, пнул Лешу и передал ключи другу. Видимо, они открывали те шкафчики у стены или же доступ к тумблерам от камер. Майор прошел дальше, за столом располагалась небольшая деревянная тумбочка и что-то наподобие мини шкафчика. Он открыл тумбочку: банка кофе, сахар, две запасные кружки, какие-то кульки, видимо, с обедом. Палыч вздохнул и задвинул полочку обратно. Ничего дельного. Конечно, можно было выпить кофе, посидеть на мягких стульях, расслабиться… но не сейчас. Он подошел к шкафчику и открыл дверцу. Лицо приятно расплылось в улыбке. На держателях с левой стороны стоял дробовик, точно такой же, как держал в своих руках Алексей. Евгений не ошибся. Рядом на держателях, где, по идее, располагалось место для второго дробовика, ничего не было. Пустовали и два зажима для пистолетов наверху. Снизу глаз майора отметил еще восемь позиций, каждая из которых была обозначена: наручники, электрошок, резиновая дубинка и газовый баллончик. Целый набор. Неплохо для охранника психушки. Впрочем, все позиции, кроме наручников, дубинок и пистолета были на месте.

- Здесь дробовик, пару газовых баллончиков и шокеры.

Алексей обернулся.

- Думаю, кроме дробовика, нам ничего не пригодится. Держи, – он кинул Палычу пачку сигарет. – Нашел на полке. Думаю, одна из тварей не будет против, если мы угостимся ее сигаретами.

- Думаю, нет, – Палыч достал сигарету и вернул пачку обратно Алексею. – Приятная находка, это все?

- Еще два бронежилета в шкафчиках.

- А где патроны?

- Видимо, там, – Алексей указал на полочку сверху. – Кстати, если хочешь, можешь переодеться, тут висит форменная рубашка твоих размеров: – он указал на один из шкафчиков. – Этот был закрыт, видимо, его хозяин достаточно крупный парень. Берешь?

Палыч осмотрел свою разорванную в клочья голубую рубашку и пожал плечами.

- Давай, не откажусь.

Алексей снял форму с вешалки, протянул ее майору и, пока Палыч переодевался, нашел нужный ключ от шкафчика наверху. Замок скрипнул, и дверца открылась перед друзьями, обнажив свое содержимое. Внутри в несколько полочек лежали упаковки с патронами, гильзы для газового баллончика и батарейки для шокера.

- Наверное, это то, что мы искали? – даже через противогаз Палыч заметил, что Алексей улыбается. Он, взял упаковки с патронами и выложил их наружу: – Здесь две запаски, – он указал на запасные обоймы.

- Неплохо, – Палыч взял одну из упаковок. Макаров. Фирма «Rem». Такие использует ФБР.

- Сколько их у нас получается? – поинтересовался Алексей.

- Двести Макарова и пятьдесят на дробовик, – ответил Палыч.

- Чертовски неплохо.

- Не мешай эти пули с теми, что у тебя заряжены в пистолете сейчас.

- Почему?

- Это «Rem», а то наши пули. Разный производитель.

- Лучше, хуже? Я никогда не слышал о таких.

- Ими можно снести голову ко всем чертям.

- Понял. Дробовик заряжен?

- Да, до отказа.

- Ну отлично, тебе дробовик, а я тогда понесу пули, надеюсь штаны с меня не спадут.

Алексей положил патроны Макарова в карманы своих штанов, а патроны для дробовика схватил подмышку. Палыч покосился на товарища.

- Может быть, тебе стоит надеть бронежилет?

- Зачем он мне нужен?

- А если тварь сблизиться? Какую никакую, но бронежилет даст защиту. Поэтому я тебя прошу, одень сам и дай один мне, нужно захватить бронь наверх, Игорю.

- А Игорю он зачем? Он согнется!

- Может быть, но выбирать не нам, – возразил Палыч.

Алексей покачал головой и, достав два бронежилета из шкафа, кинул их на стол, перевернув две кружки. Кофе из одной из них залила стол.

- Надевай, что тебя кроет?

Алексей цокнул, но, ничего не говоря, надел бронежилет и сложил в кармашки на нем упаковки с патронами.

- Разбираешься в этом? – он кивнул на стоявшие на столе компьютеры.

- Могу включить, выключить, но не больше. Хочешь посмотреть?

- Да, это наблюдение?

- Видимо, да.

Алексей подошел к ряду тумблеров с причудливыми обозначениями и, подобрав ключ, открыл щиток и один за другим поднял все тумблеры вверх. Мгновенно над каждым из них заработали индикаторы состояния. Зеленый свет. Все в норме.

- Ну и?

- Видимо, нужно включить компютеры? – Палыч развел руками.

- Включай, я не умею.

Майор подошел к первому от двери системному блоку и, нагнувшись, нажал на кнопку со значком, обычно означающим шаг «включить». Что-то щелкнуло, но системный блок, не загоревшись ни одной лампочкой, не издав характерного рычания, не сработал. Палыч нажал еще раз. Компьютер не работал.

- Не работает, – он подошел к соседнему блоку и попытался включить его. Компьютеры не работали.

- Это что? – Алексей указал на стоящий под столом ИБП.

- Скорее всего, бесперебойник.

Майор, подойдя к нему, нажал на кнопку включения. Аппаратура издала неприятный высокочастотный звук, и лампочка над кнопкой загорелась зеленым светом. Через мгновение один за другим сработали индикаторы на мониторах, лампочки на которых загорелись сначала зеленым, а затем желтым светом, а на экране появилась незатейливая надпись «NO SIGNAL INPUT», табличка с которой поплыла из одного конца монитора в другой. Палыч еще раз нажал на кнопку на системном блоке. Компьютер зарычал, и на мониторе замелькали белые цифры на черном фоне. Вскоре на экране монитора высветилась надпись «ВХОД В СИСТЕМУ, ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ». Майор выдвинул подставку с клавиатурой и мышкой уселся на стул, отложив в сторону дробовик и перекинув через плечо ремень автомата. Экран монитора, мелькнув, отобразил перед глазами друзей рабочий стол. На 21 дюймовом пространстве экрана отобразились сразу несколько ярлыков, почти сливающихся с белым фоном заставки рабочего стола. Какие-то папки, прочая непонятная чушь… взгляд майора остановился на папке с надписью «Камеры видеонаблюдения». Палыч навел мышкой на папку и открыл ее. В папке лежало два ярлыка. Один именовался «Этаж 1» и другой «Этаж 2».

- Эй, да мы сейчас сможем посмотреть, что сейчас делают эти твари за стенами? – Алексей пнул Палыча в бок.

- Может быть, – майор загрузил ярлык «Этаж 1» и откинулся на спинку стула. – Нам не помешает это сейчас.

Ребята, замолчав, уставились в экран монитора. Посредине появившегося окна застыли песочные часики, обозначающие загрузку. Майор пошевелил мышкой. Похоже, компьютер завис. Словно в подтверждении его слов на экран выскочила табличка: «Камеры наблюдения отключены, перезагрузите систему». Ребята в один голос выругались, и Палыч с силой задвинул подставку для клавиатуры в стол. Мышка, соскочив вниз, повисла на проводе.

- В мире животных сегодня отменяется, – съязвил Алексей.

- Да уж, – Палыч поднялся со стула и, взяв дробовик, гулко выдохнул. – А эта информация оказалась бы весьма кстати, – он задвинул стул и посмотрел на товарища: – Ладно, там ребята наверху наверняка заждались, – он посмотрел на часы. – Уже начало девятого, идем.

- Пошли.

Ребята подошли к двери, и Палыч аккуратно подтолкнул ее ногой. Без этих камер, без картинки, они теряли очень важную информацию. Впрочем, ничего с этим нельзя было поделать. Возможность проследить перемещения тварей, их концентрацию на различных участках больницы и прилегающей территории, вычислить лучшие пути отхода… все это кануло в лету.

«Паршивые мысли,» - подумал майор.

Усилием он заставил себя не думать об этом. Выключив свет в охранке, Алексей за спиной Палыча плотно закрыл дверь, ведущую в служебную комнату. Там их больше ничего не интересовало. Майор окинул взглядом дверь, ведущую в холл. Несмотря на то, что противный фруктово-кисломолочный запах исчез, поглащенный надетыми друзьями противогазами, Палыч чувствовал этот привкус во рту. Он ощущал присутствие этих тварей за дверью. Захотелось сплюнуть, но вместо этого накопившуюся во рту слюну пришлось сглотнуть. Палыч скривился и включил фонарик, появившийся в его руке. Пусть камеры и не работали, нужно было узнать, что происходит в холле… Аккуратно поставив дробовик у стены, он подошел к двери, медленно поднес руку к жалюзи и прислонил ухо к двери. По ту сторону коридора, в холле, слышалось противное шуршание тварей. До ушей Палыча донесся чуть различимый визг одного из существ. Он медленно раздвинул пальцами жалюзи и заглянул в получившуюся щель. Стекло, в отличие от похожей двери в столовой, оказалось прозрачным, и майор прищурился от ослепившего его света ламп, прорезавшегося из холла. Пространство за дверью, оказавшееся как на ладони, перед глазами майора пустовало: ни одной твари, ни одного существа. Он окинул взглядом регистратуру и остановился на выбитой решетке, валявшейся в центре приемной на полу. Это была та самая решетка, которую они закрывали, когда делали ноги отсюда… Значит, она не стала им преградой.

«Я так и думал».

Чуть правее решетки зиял тот самый дверной проем. Палыч заметил около десятка этих тварей, блокировавших выход. Существа, застыв на месте, словно статуи, подняли головы вверх и как будто пытались уловить какой-то запах в воздухе. Майор нахмурился.

- Идем отсюда, там полно этих тварей, и, по-моему, они чувствуют нас.

- Ты уверен?

- Они себя весьма странно ведут…

- Как? Что с… - он запнулся.

Сделав несколько шагов навстречу Палычу, Алексей споткнулся о поставленный майором у стены дробовик и потеряв равновесие подался вперед, выставив перед собой руки. Не успев сгруппироваться, он всем весом упал на Палыча, который подался вперед и, навалившись на дверь, вышиб ее, упав через образовавшийся проем в холл. Кувыркнувшись, Палыч приподнялся на одно колено, но не успел он выпрямиться, как воздух разрезал выстрел дробовика. Инстинктивно подавшись в сторону, майор подскочил на ноги, метнулся к лежащему у двери, ведущей в коридор, дробовику и взял его в руки. Воздух взорвали еще несколько выстрелов из дробовика Алексея. Боковым зрением майор заметил, как упало на пол несколько тварей.

- Бежим! – Алексей схватил друга за руку и затащил в коридор.

Твари, увидевшие и почувствовавшие ребят, рванули в холл. За спиной послышались визги и неприятный вой. Несколько тварей, будто стая шакалов накинулись на своих сверженных собратьев. Чавкающие звуки неприятно слились с шипением, растворяясь в потоке остальных звуков, которые издавали твари. Холл заполнило несколько десятков существ, и Алексей, выставив вперед руку с дробовиком, спустил курок, попав в голову твари, первой оказавшейся у дверного проема. Существо, издав булькающий звук, буквально стекло на пол, оставив на стене кровавый шлейф. Палыч, уже успевший прийти в себя, разрядил оставшиеся в обойме автомата пули в нескольких тварей. Пули «Калашникова» отбросили зомби обратно в холл, задержав наваливающихся из коридора существ.

- Быстрее, быстрее! – майор перебросил через плечо разряженный автомат и, перехватив дробовик, перезарядил его и тут же спустил курок.

Ребята развернулись и метнулись к двери столовой. Алексей первым заскочил внутрь и, развернувшись, последним выстрелом прикрыл отход товарища. Майор, заскочив следом, захлопнул за собой дверь перед самым носом тварей и навалился на нее всем весом. Леша, не теряя времени, подскочил к ближайшему стулу и выломав из него ножки, вставил две из них между ручками двери.

- Отпускай.

Палыч отошел от двери.

- Быстро, к шлангу, я загорожу дверь.

Алексей, не возражая, подбежал к шлангу и несколько раз дернул его на себя.

- Женя! Мы лезем, помогай! – умелым движением он обвязал узел вокруг талии.

- Я на месте, – послышался голос сверху.

Палыч, тяжело дыша, схватил стоящий рядом стол и, пододвинув его к двери, подпер ручки. Стекло, по сути отделяющее столовую от коридора, в следующий момент разлетелось вдребезги после удара головой твари. Майор, разрядив дробовик, схватил еще один стол и, перевернув его, поставил перпендикулярно на первый, двинув изо всех сил гладкой поверхностью стола по руке существа, наровившей схватить Палыча. Поверхность стола плотно встала к двери и закрыла образовавшуюся там пробоину. Майор пододвинул еще два стола и повторил маневр. Со стороны конструкция напоминала баррикаду времен Гражданской войны. В дверь один за другим следовали глухие удары тварей, и майор, закрыв глаза, невольно нащупал распятье на груди.

«Господи».

Палыч услышал как разлетелось вдрызг второе стекло на двери. Одно из существ омерзительно взвыло.

- Юра, как ты там? Держи!

Майор оглянулся. В окно секунду спустя влетел шланг.

***

Евгений, сжимая пистолет в руке, мокрой от холодного пота, зажавшись в углу, сидел на четвереньках около окна и осматривался по сторонам. Приятно урчало в животе после порции пюре с котлетами, так любезно и так вовремя предоставленных Палычем и Алексеем снизу, со столовой. Хотелось спать, лечь на бок, закрыть глаза и представить, что все это лишь ненужный страшный сон…

«Глупо, - подумал он. – Глупо надеяться на это».

Нет, это не сон. К сожалению, от всего, что происходило вокруг, веяло правдой: этот холодный пол, стояк, пистолет в руке и те твари, чье присутствие он ощущал даже ЗДЕСЬ. Евгений обхватил руками колени, упершись в них подбородком. А ведь неделю назад он не мог предположить, что когда-нибудь в его руках окажется эта дрянь. Он посмотрел на пистолет. Не мог предположить, что будет стрелять…

«Ты трус,» - пронеслось в голове.

Евгений покачал головой. Нет, это не правда. В это не хотелось верить. Так, чепуха. Он не трус, он сейчас тут защищает свою дочь. Не хотелось даже думать об этом, не то что говорить, но если бы не он, то что бы было сейчас с Дашей? Неизвестно, как поступили бы с девочкой эти двое громил, что слоняются сейчас там, на первом этаже. Вряд ли кто-то из низ побеспокоился бы о судьбе молоденькой девушки…

«Но если не они…» - мысли в голове перемешались.

Возможно, если не они, то не было бы сейчас того, что происходит. Кто раздобыл тогда продовольствие, пули? Никто. Да, могла остаться наверху одна. В таком случае, они могли бы умереть от голода. Может, тогда стоило сказать этим людям «спасибо»?

«Но ведь я тоже помогаю им, им нужна моя помощь» - подумал Евгений.

Может быть, и так, может быть, действительно, помощь Евгения была ощутима? Он вздохнул и покачал головой.

«В этом нет моей вины… я не виноват, что я не воевал, что учился, что стремился к науке… Я не виноват, что я не похож на Палыча, на Алексея…».

Он задумался и, сжав пистолет в руке, ударил прикладом по подоконнику.

«Я не виноват в том, что происходит здесь».

А что, если вина была? Что если виноват? От этих мыслей Евгения пробила легкая дрожь, и он поежился, шмыгнув носом. Неприятные мысли подло кружили голову. За ошибки всегда приходилось расплачиваться, и порой черес чур дорогой ценой.

- Даша, – прошептал он.

Но было ли это ошибкой…

«Хватит!».

Он попытался пресечь мысли, образовавшие уже бурный поток. Судьба все равно рассудит и расставит все по своим местам. Определив, кто прав, а кто виноват. А праведных найдет жизнь. Виновников… Смерть.

Евгений посмотрел на свой пистолет. Техника в руках дикаря становиться металлоломом. Пожалуй, что-то похожее. Он так и не убил еще ни одной из этих тварей, ни разу не попал в голову. Мимо, все мимо. Все выстрелы или вскользь или в туловище, или вообще идут мимо. На секунду Евгению вспомнился эпизод на крыше, когда Алексей двумя прицельными выстрелами лишил его разом дробовика и фонарика…

«Нам такого не видать».

Что поделаешь?

Из головы не выходили мысли о дочери.

«Я тут, а она там».

Он сжал зубы. Но ведь по другому ей нельзя помочь, дочурке. Как, как по другому? Оставаться там? Показать, что отец ни на что не способен, что он боится, когда реально может помочь, пусть и незначительно, но выступив в роли проводника.

Евгений переложил пистолет из одной руки в другую, попутно посмотрел снят ли пистолет с предохранителя и, повертев, словно игрушкой, Макаровым перед глазами, опершись о пол, поднялся на ноги.

Глава 20

- Это мы, ребята, встречайте гостей.

Дождавшись, пока на краю люка покажется кто-то из ребят, а это оказались Даша и Игорь, Палыч, а затем Евгений по очереди взобрались по пожарному шлангу, который скинули им ребята, вверх.

- Все нормально? – Игорь подошел к Палычу. – Где Леша?

- Он там, внизу. Встречайте груз, все в порядке.

- Папа! – Даша, с трудом сдерживая слезы, повисла на шее отца. – Как ты, с тобой все в порядке?

- Все в порядке дорогая. Папа не оставит тебя одну, – Евгений нежно обнял дочь. – Давай поможем Алексею поднять вверх то, что мы принесли.

- Хорошо, пап.

Девочка светилась от счастья, и Палыч почувствовал на своем лице улыбку. Он подошел к краю люка.

- Ты привязал кастрюлю?

Алексей поднял вверх большой палец.

- Поднимаю, готово.

Палыч аккуратно поднял привязанную к шлангу кастрюлю и поставил ее на крышу.

- Отвяжите ребят, тут еда. Леша, кидай оружие.

Из дырки люка через секунду вылетел дробовик, который Палыч перехватил и отбросил в сторону.

- Дальше.

Следующим заходом Палыч поймал второй дробовик и автомат. После этого Алексей поднял бутылки с водой.

- Поднимайся брат, я тебе помогу.

Палыч, взяв шланг, потянул его на себя и помог Алексею выбраться наверх. Компания собралась. Уже стемнело. Часы показывали половину одиннадцатого. Майор осмотрелся, ища взглядом Инну. Девушка мирно спала неподалеку на куртке мужа. Похоже, она даже не просыпалась. Что, впрочем, даже очень хорошо. Здоровый сон и отдых ей не помешают. Палыч взял за руку Игоря.

- Как она себя чувствует? – он указал на Инну.

- Все хорошо.

- Сам как? Нога не беспокоит?

- Все отлично, – заверил Игорь.

Палыч кивнул.

- Тебе не помешает промочить горло и подкрепиться, – он хлопнул паренька по плечу. – Давай, все там.

Игорь подошел к бутылкам с водой и кастрюле, шнур с которой уже снимал Евгений, спешивший накормить дочь. Палыч же, на секунду задержав свой взгляд на луне, подошел к Алексею и приобнял друга за плечи.

- Ну что, мы сделали это?

- Честно говоря, не вериться. У меня руки отваливаются после этих бутылей.

- Присядем? – Палыч указал Алексею на неплохую возвышенность на крыше, и друзья медленно двинулись к ней. – Есть о чем поговорить.

Ребята устало опустились на остывающую крышу. Алексей откинулся на спину, опершись локтями о смолу, а Палыч прилег рядом на бок, вытянув вперед перед собой ноги. Приятное покалывание заиграло где-то чуть выше колена, и майор помассировал мышцы, зевнув. Чувствовалось, как все тело сковала усталость. Игорь и Даша уселись неподалеку и на удивление спокойно ели картошку, котлеты и колбасу из кастрюли, принесенной ребятами. Евгений нежно обнимал дочь. Палычу на секунду захотелось снять с себя противогаз, пока они тут, на крыше, но он быстро переборол в себе такое желание. Вонь, противный фруктово-кисломолочный запах заразы мог прийти в любой момент, и майор решил, что стоит ограничиться теми редкими моментами перекура, когда он мог снять противогаз и подышать свежим воздухом. Он нащупал в кармане пачку «LM» и, достав оттуда пару сигарет, протянул одну Алексею.

- Перекур?

- Благодарю, – Алексей снял с себя противогаз и закурил.

Палыч последовал его примеру. Приятный свежий ночной воздух ударил в нос. Майор вдохнул воздух полной грудью и, затянувшись, выпустил несколько колечек из сигаретного дыма, приятно согревшего гортань.

- Ты хотел поговорить? – Алексей посмотрел на друга.

- Да, – ответил Палыч. Он затянулся и несколько секунд молча смотрел на кончик своей сигареты, а потом перевел взгляд на Алексея – Честно говоря, я немного растерян.

Алексей вопросительно приподнял бровь.

- Похоже мы в тупике, – пояснил майор.

- Думаешь?

- Ты видел, что там происходит внизу?

Алексей промолчал, отвернувшись в сторону ребят и затянулся.

- Думаю, тебе не стоит объяснять, – продолжил Палыч. – Мы не прорвем кольцо.

- Да уж, – протянул Леша.

- Если бы мы были вдвоем, можно было рискнуть, попробовать прорваться через какое-нибудь из окон на том же первом этаже… Но… - майор сделал паузу – Игорь повредил ногу, если он спрыгнет с окна, то там и останется.

- Не в этом дело, Юр. Туда уже не пройдешь, – перебил его Алексей. – Нам повезло, что мы пробрались обратно без приключений, что твари с третьего и четвертого этажа потянулись вниз, в холл, когда я упал там внизу. Что они почувствовали нас, оставили проход на лестнице пустым и собрались все внизу, на первом. Но… у этого есть обратная сторона. Теперь туда не пройдешь, ты понимаешь?

- Что ты имеешь ввиду?

- То, что твари уже в здании, по крайней мере на первом этаже.

Палыч задумался.

- Да, ты прав, я этого не учел.

- Впрочем, знаешь, все равно это не меняет ситуацию каким-то кардинальным образом. Мы были в дерьме, так мы в нем и остались.

- Доля правды в твоих словах есть, все равно нам надо выбираться отсюда.

- Надо, – Алексей затушил окурок о крышу и со вздохом одел противогаз.

- Думаю, мы поговорим об этом завтра, нужно отдохнуть, как следует, разрядиться.

- Честно, Палыч? Мне плевать. Как соберешься идти на штурм, так с тобой пойду и я. А насчет отдыха ты прав, вовсе не лишним будет вздремнуть, – согласился Алексей.

- Ладно, ложись, а я пойду посмотрю, как там дела у ребят, да сам лягу, завтра предстоит тяжелый день.

- Дерьмо все это.

- Согласен, – Палыч развернулся и двинулся к ребятам, а Алексей, повернувшись на спину, подвинул к себе дробовик и закрыл глаза…

- Приятного аппетита, ребят, – майор подошел к Игорю и Даше, продолжавшим свою несколько затянувшуюся трапезу, и стоящему рядом Евгению. – Всем всего хватает?

- Спасибо большое, - Игорь поднял вверх большой палец. – Здесь еще с добавкой хватит Инне.

- Спасибо, мы вам очень благодарны, – согласилась с парнем Даша.

- Жень, ты кушал?

- Да, я поел, когда ждал вас внизу.

- Отлично, – Палыч, посидев несколько секунд возле ребят на корточках, выпрямился. – Ладно, ребят, вы тут сами разбирайтесь дальше, а я пойду спать. Завтра мы будем выбираться отсюда… Поэтому советую отдохнуть и набраться сил, чтобы завтра на рассвете со свежей головой разобрать план.

- Ты придумал план? – поинтересовался Евгений.

- Нет, сейчас ничего дельного в голову не идет. Да и нужно действовать исходя из ситуации. Решим завтра все вместе, вшестером. Подъем в шесть утра. Поняли?

Ребята закивали.

- Икорек, – Палыч обратился к пареньку, – эту ночь Инна сможет подежурить до шести?

- Конечно, а сколько сейчас?

- Одиннадцать.

- Я разбужу ее в двенадцать.

- Выспись сам, я на тебя рассчитываю. Девчонка-то в порядке, а тебе не мешает отдохнуть.

- Обещаю.

- Ну тогда спокойной ночи, ребята. И напомни жене, чтобы разбудила меня в шесть.

- Спокойной ночи.

***

Тяжелый, насыщенный, полный событий день кончился. Был ли в нем результат или одна сплошная бессмыслица? Не хотелось ни о чем думать сейчас, хотелось просто закрыть глаза и отрубится. Забыть обо всем. Но мысли, как рой назойливых мух, витали в голове, залетая в сознание одна за другой. Еда, снаряды, этот непонятный рейд вниз на первые круги преисподней. Черт знает что. И самое обидное, что не было уверенности в том, принесет ли это нужный результат… Хотя, с другой стороны, жертв нет, зато теперь они сыты и довольны, уверены в своих силах, имеют в запаске целый арсенал. Палка о двух концах. Потому что в любом случае эти твари теперь есть и там, на первом этаже. Несмотря на усталость, сковавшую тело, майор открыл глаза и посмотрел на удивление чистый небосвод. Звезды, одинокая луна.

«Все же судьба берет свое,» - пронеслось в голове.

Может и берет, да, а может, это все сплошная глупая случайность, которая затем потеряется среди тысячи остальных случайностей. А быть может, эта случайность станет последней.

«Бог дал, Бог взял,» - подумал майор.

Глупо думать обо всем этом сейчас. Пожалуй, сейчас, в этот момент, как никогда, он мало зависит от самого себя. Не от своих поступков и действий. Размышлений или же каких-то устремлений, прорывавшихся изнутри наружу… нет… Сейчас он не зависит от себя по другой причине, потому что принадлежит коллективу, является его частью, связующим звеном, той частью цепочки, которая замыкает круг. Нельзя было быть неуверенным в себе, будучи вожаком, и при этом обернуть все так, чтобы другие ничего не заметили. А на это у него не было права.

«Никогда не было».

Майор снял противогаз и, достав из кармана брюк сигарету, закурил.

«А я не знаю, что делать дальше,» - мелькнула мысль.

Палыч оперся на локоть и заметил, как уже легли спать в обнимку Евгений с Дашей, как спит глубоким сном Алексей. Неподалеку ходили Инна с Игорем. Парень что-то шепотом объяснял супруге и, видимо, сам уже собирался ложится отдыхать. Майор перевел взгляд на полное звезд небо. Все они ждали чуда. Ждали какого-то решения, плана, спасения, готовы были возвести его в лик святых.

«Но это тупик. ТУПИК».

Он покачал головой. Инна с Игорем видели в нем спасителя. Даша с Евгением какого-то сверхчеловека, а Алексей видел старшего, который всегда и везде решит все проблемы… Палыч почувствовал, как неприятно подкралась мысль.

«Получается я подвожу ребят?».

Возможно, и так. А быть может, и нет. Может быть, стоило немного более рационально смотреть на ситуацию? Как быть тогда, когда от тебя действительно ничего не зависит? Это был сложный вопрос. Палычу вспомнилась поговорка: «старайся относиться к серьезным ситуациям со всей легкостью…» или что-то вроде того. Правда, что толку? Как ни относись к ней, проблема никуда не исчезнет, она была, есть и, похоже, останется, если ничего не предпринимать. Вопрос оставался в решении, в наличии вариантов, в их разборке. А ответ в действии.

Рассуждения кружили голову. Не было ясности. Палыч затянулся.

Нужно выбить из головы всю эту чушь и посмотреть на обстановку по трезвому… Он задумался.

«Что мы имеем?».

Ничего? Майор выкинул эту мысль. Нельзя было начинать с негатива. В конце концов, у них есть оружие, провиант и патроны. Они здоровы, что немаловажно. И, самое главное, у них есть защита от этой гадости внизу. ПМГ. Сигаретный дым, превратившись в колечко, был тут же подхвачен порывом ветра и унесен куда-то вдаль. По сути у них есть все, чтобы бороться с этими тварями. Проблема была в другом. Хватит ли этого? Того что есть? Чтобы противопоставить что-то существам? Будет ли возможность прорваться, бежать… И главное… Как это сделать?

«Пришли к тому же на чем остановились,» - подумал майор.

Сделав последние несколько затяжек, Палыч выкинул окурок и, одев противогаз, стараясь не шуметь, поднялся на ноги и двинулся к краю крыши, показав поднятый вверх большой палец проводившим его взглядом Игорю и Инне.

Приблизившись к краю, он посмотрел вниз. Твари, будто чувствуя их присутствие на крыше, сжимали кольцо вокруг здания. Палыч заметил, как несколько существ, ничуть не смущаясь света в холле, нырнули внутрь здания, издав мерзкий булькающий звук. В их движении появилось нечто вроде… Грации? Если раньше существа, словно пьяные шатались, то теперь каждое их движение было выверенным. Майор стиснул зубы и обвел взглядом фасадную стену.

«Их слишком много».

Штурм? Вот так вот просто взять и попробовать прорваться сквозь них, сквозь этот заслон зомби? Но получится ли? Твари стекутся со всего здания, блокируя отход. Хватит ли пуль? Что будет тогда? Нерадужные перспективы.

Он посмотрел на чуть различимый силуэт стоянки вдалеке. Стоянка представляла собой некий квадрат, с четырех сторон загороженный решеткой. Точнее, забором. Будка охранника, шлагбаум, несколько рядов машин.

«Бредовая идея».

Они просто не смогут до нее добраться. Можно, конечно, предположить, что кому-то из ребят удастся пробраться туда незамеченным. Но как открыть машину? Как завести? Ключей ни от одной из этих красавиц в наличии не было, и негде было их взять. Единственное, на что можно было рассчитывать – машина Евгения – сейчас была в Ростове вместе с его женой, решавшей вопросы по устройству Даши… Нет, ерунда. Да и вряд ли твари не заметят кого-то из ребят по пути на стоянку…. А все же? Все же эта идея соприкасалась с штурмом. Она была ничем не лучше тех мыслей, что целыми копнами лезли сейчас в голову майора. Он помассировал виски и попытался сосредоточиться.

«А ведь другого варианта улизнуть отсюда нет».

Кроме как на автомобиле.

Думать об этом сейчас было бесполезно. Голова не работала.

«Канализация,» - мелькнуло в голове.

Что если попробовать выбраться отсюда именно так? Но куда она заведет? Как здесь вообще обстоит дело с канализацией?

«Я не знаю».

На эти вопросы не нашлось ответов. Майор устало сделал несколько круговых движений головой, размяв шею и, развернувшись, двинулся обратно к тому месту, где он выбрал себе лежак на эту ночь. Часы показывали начало первого. Игорь уже лег спать. Инна, сидевшая рядом с мужем, молча проводила майора взглядом. Завтрашний день должен был дать ответы на все вопросы скопившиеся в голове.

Глава 21

- Палыч, вставайте, уже шесть.

Майор открыл глаза: над ним стояла Инна. Девушка по сравнению со вчерашним днем выглядела весьма неплохо, и, хотя лицо Инны скрывал противогаз, по ее голосу можно было понять, что сейчас с девушкой все в порядке.

«Дай Бог,» - подумал майор.

Он приподнялся на локтях.

- Уже шесть?

- Да, – кивнула девушка.

- Разбуди ребят, пожалуйста.

Палыч, опершись рукой о крышу, помассировал пальцами глаза и несколько раз хлопнул себя ладошкой по щекам. Нужно было просыпаться. Ночь прошла как один миг – ни одного сна, ничего, только тишина и покой.

Девушка, еще с секунду постояв возле майора, пошла послушно выполнять данное ей поручение, а сам Палыч, выдохнув последние остатки сна, поднялся на ноги. Необходимо было прийти в тонус и сосредоточиться. Спина местами покалывала после ночи, проведенной на холодной твердой смоле, и майор, сделав несколько движений, размялся, встряхнув затекшие мышцы. Рука привычно потянулась за сигаретой, и он, сняв ПМГ, закурил, уставившись на Инну, будившую своего мужа.

- Доброе утро, – послышался сзади голос Алексея.

Майор обернулся.

- Доброе.

Ребята пожали друг другу руки и обнялись.

- Сигаретой не угостишь?

- Конечно, – Палыч протянул Алексею пачку и тот, взяв сигарету, закурил, засунув противогаз подмышку.

- Сам проснулся?

- Да, – кивнул Леша. – Привык, – он пожал плечами.

- Как спалось? – поинтересовался Палыч.

- Проспал всю ночь как убитый. Жестковато, конечно, в таких условиях, но ко всему можно привыкнуть.

- У меня тоже спина затекла, правда, никак не могу проснуться, – Палыч выкинул окурок и кивком попросил Алексея следовать за собой. – Пойдем польешь водички из бутылки, я умоюсь и немного приду в себя.

Ребята подошли к бутылкам с водой и Алексей, взяв одну из них, открутил пробку и вылил воду на руки Палычу. Майор умылся и тщательно протер глаза, обдав водичкой шею и грудь, а потом нагнулся и Алексей, вылил оставшуюся воду в бутылке на голову Палычу.

- Хорошо.

Вода, не успевшая нагреться, на только начавшем появляться солнце, приятно освежила сознание, окончательно прогнав сон.

- Тебя полить?

- Давай, просто умоюсь.

Палыч отбросил пустую бутылку в сторону и открыл новую, плеснув Алексею водой в лицо, чтобы не мочить бинты на руках.

- Как, кстати, руки?

- Надо поменять повязку да обработать рану.

- Ты пил обезболивающее?

- Да, можно выпить еще.

- Не вижу проблемы.

Палыч краем глаза отметил, как уже поднялся на ноги Игорь, а Даша с Евгением сидели, проснувшись, неподалеку, зевая и протирая после сна глаза. Палыч подошел к кастрюле с продовольствием и поднял крышку: оттуда вылетело несколько мух, и в нос ударил неприятный гниющий запах продуктов.

- Я бы не советовал, – заметил Алексей.

- Да знаю.

Майор, взяв кастрюлю, замахнулся и со всей силы выкинул ее с крыши. Внизу послышался мерзкий визг одной из тварей, которой кастрюля видимо пробила голову. Ребята расхохотались.

- Рухнула нечисть.

- Пусть знает место, – Палыч ловким движением надел противогаз. – Надо собираться, завтрака теперь не получиться, поэтому сразу займемся делом.

Алексей молча надел противогаз и показал другу жест, обозначающий «Окей» у американцев. Супруги, обнявшись, уже стояли возле ночного «лежака», а Даша с Евгением, поднявшись на ноги, переминались с ноги на ногу чуть поодаль.

- Ребят, все сюда, – подозвал к себе всех четверых Палыч.

Он нервно зажевал губу. Вот она, наставала та минута, когда от него ждали теперь не просто лидерства, а чуда. Как от самого Иисуса Христа. Он поймал на себе взгляды всех четверых ребят.

«Господи…».

- Ребят, пора… – выдавил Палыч. – Нельзя сидеть сложа руки, – он посмотрел на Евгения: – Женя, перевяжи, пожалуйста, Игоря. Даша, ты помоги Леше. Я пока соберу наш арсенал, – майор перевел взгляд на Инну. – Дорогая, а ты чтобы за всем тут следила, пока меня нет.

Инна послушно закивала.

- Я постараюсь.

Палыч развернулся и отошел к месту, где он вчера оставил патроны и, подняв их, рассовал по карманам бронежилета пистолетные упаковки, и перехватил подмышку две упаковки с патронами от дробовика. Хлопнув по поясу и убедившись, что пистолет лежит в кобуре, майор подошел к месту своего ночного лежбища и поднял лежащий на крыше дробовик, а затем и автомат. Через несколько метров коллекцию пополнил автомат Игоря, брошенный парнем возле будки, и пистолет Инны, оказавшийся там же. Остальное оружие оказалось у своих хозяев. Майор, засунув за пояс пистолет Инны, взял в охапку дробовик и автоматы и двинулся обратно к ребятам, высыпав свой груз прямо по центру образовавшегося ребятами полукруга.

- Игорь, Инна, – Палыч окинул взглядом супругов. – Зачем я дал вам оружие?

Молодожены потупили взгляд.

- Это может спасти вам жизнь.

- Просто мы думали, раз вы на крыше…

- Просто знай на будущее, что оружие не стоит бросать, – перебил парня Алексей. – Здесь это твоя вторая жена. Если хочешь чтобы ни ты ей, ни она тебе не изменяла, отдай мне первую, – он подмигнул Игорю.

Парень, услышав эти слова вскочил с места, не обращая внимания на Евгения, который перевязывал ему ногу, но Алексей, чуть подавшись в сторону, схватил Игоря за запястье, вывернул ему руку и, выхватив пистолет, приставил его дуло к затылку паренька.

- Выбирай, или я сломаю тебе руку, или прострелю твою никчемную башку, – прошипел он.

Палыч, вовремя подскочивший к боевому товарищу, оттащил его от побледневшего паренька.

- Успокойтесь, нам надо выбираться отсюда! Мы сможем это сделать только вместе!

Алексей, встряхнув плечом, убрал пистолет за пояс и довольно посмотрел на свои новые повязки на руках.

- Понимаешь теперь, в чем разница? У меня вот есть пистолет, а у тебя нет, – хмыкнул он.

Инна, цвет лица которой побелел, словно мел, обняла мужа, и Евгений аккуратно закончил перевязку парня.

- Все, успокоились? – Палыч оглядел ребят.

Никто не ответил, и майор, указав ребятам вниз, попросил их присесть. Все последовали приглашению и примеру, поданному Палычем, и уселись на крышу.

- Разговор предстоит долгий, неприятный, да и силы нам еще понадобятся, – он указал на лежащие рядом оружие и патроны. – Все видели, что мы вчера принесли с вылазки? – он приподнял дробовик и поочередно положил руку на коробочки с патронами для Макарова и дробовика: – Пули и дробовик. Таким образом, чем мы располагаем? Два дробовика, пять пистолетов, два автомата, двести пуль запаски для пистолета и сто для дробовика.

- Автомат разряжен, – заметил Алексей.

- Да, – согласился майор. – Автомат разряжен. Минус один, – Палыч взял свой АК и отбросил его в сторону. – Возле бутылок с водой лежит еще один бронежилет. Вещь очень тяжелая, бежать в ней невероятно сложно и требует специально подготовки… - он посмотрел на Игоря. – Из всех присутствующих надеть сможешь только ты. Попробуешь?

- Он загнется со своей ногой, – вставил Алексей.

- Но это может спасти жизнь, – возразил Палыч

Игорь молча поднялся на ноги и отправился за бронежилетом. Палыч проводил его взглдяом.

- Он не сможет в нем ходить, – Алексей раздраженно приподнял ПМГ и сплюнул.

- Пусть попробует. Ладно, я продолжу. На второй автомат запаски тоже нет, – майор поднял Калашников и вытащил обойму. – Но тут почти полный заряд,

Он отбросил автомат в сторону, к Инне, в место, где должен был сидеть Игорь и, взяв в руки пистолет, оставленный Инной, вытащил из него обойму, в которой не хватало несколько пуль. Майор вытащил из кобуры свой пистолет и достал из него обойму, после чего вытащил оттуда три пули и переместил их в обойму пистолета Инны. Вернув, обойму, он протянул девушке пистолет.

- Женя, дай мне свой Макаров, пожалуйста, – врач молча протянул Палычу пистолет, предусмотрительно вытащив из него обойму, и майор, благодарно кивнув, зарядил пистолет Евгения оставшимися в своей обойме пулями, вернув Макаров обратно. – Леш, посмотри, что заряжено у Даши, – подняв коробочку с патронами «Rem», Палыч, взяв паузу, продолжил: – Мешать те патроны, которые заряжены у вас сейчас с этими патронами, нельзя, – пояснил он.

- «Rem», - Алексей, вытащив из обоймы Даши, патрон показал его другу.

Палыч кивнул.

- Забери их себе, а ей отдай свои.

- Хорошо.

- Так вот, только когда полностью расстреляете обойму, только тогда можно менять.

Майор обернулся к вернувшемуся обратно Игорю. На парне не было бронежилета.

- Он через чур тяжелый, я не смогу в нем ходить.

- Ничего, присаживайся и возьми свой автомат.

- Благодарю.

Майор открыл одну из упаковок с  патронами марки «Rem» и один за другим зарядил полную обойму своего Макарова, после чего подвинул коробочку с пулями Алексею.

- Теперь каждый возьмите себе штучек по тридцать. Смело открывайте вторую коробочку.

Ребята пустили коробку с патронами по кругу, набивая пулями карманы, а Палыч, взяв упаковку с патронами для дробовика, открыл ее и зарядил несколько патронов в свой дробовик, взамен тем, что он израсходовал внизу, после чего протянул коробочку Алексею, чей дробовик был почти пуст. Открыв вторую коробку, майор аккуратно сложил несколько десятков патронов в карманы бронежилета и отодвинул полупустую коробку боевому товарищу. Упаковка с патронами, пройдя полукруг от Алексея, вернулась к Палычу и майор высыпал оставшиеся патроны себе в карман. Все было готово. Оружие и патроны были распределены, и майор отбросил пустые упаковки в сторону.

- Отлично, ребята, мы вооружены до ушей, Игорь, как ты себя чувствуешь?

- Норма.

- Леша?

- А ты не видел?

- Я понял. Остальные? Инна, Женя, Даша? С вами все в порядке?

- Да, – ответ был единогласным.

- Что же, – он посмотрел на часы, – 6.30 утра, вы хотите выбраться сегодня отсюда?

В ответ майор услышал лишь дробь, которую отбивал Евгений пальцами по пистолету. Повисло молчание. Палыч обвел присутствующих ребят взглядом.

- Я хочу, чтобы мы все вместе обсудили то положение, в котором оказались, – пояснил он. – Чтобы понять, как действовать дальше.

- У вас нет плана? – спросила Инна.

- Нет, к сожалению, нет, поэтому я с радостью выслушаю любые догадки, предположения, предложения.

Девушка молча понурила голову, прислонившись плечом к мужу.

«Она ждала от тебя другого ответа,» - подумал Палыч.

Развернутого плана, выступления во главе, со знаменем в руках… чего угодно, только не этого. Майор мысленно выругался. Не всегда слышишь то, что хочешь слышать, и не всегда происходит так, как хочешь ты!

- Давай, раз уж мы выявили, чем располагаем мы сейчас, трезво оценим ситуацию, в которой оказались? – предложил Алексей. – Итак? Сколько всего этих тварей внизу? – он посмотрел на Евгения.

- Всего четыреста, – сказал врач.

- Учитываем, что мы с Палычем уже положили штук двадцать этих тварей, остается триста восемьдесят.

- У нас достаточно патронов, чтобы перебить их всех, я прав? – вставил свое слово Игорь.

Палыч покосился на парня.

- Не совсем. Патронов-то, может быть, и хватит. Только вот, кроме меня, и Леши рационально воспользоваться этим запасом никто не сумеет, – пояснил он. – Евгений внизу высадил полобоймы, но не убил ни одной твари.

- А я не уверен, что пистолетом, пусть и прицельным выстрелом в голову, можно так легко завалить тварь. Когда я стрелял внизу, то делал несколько выстрелов, – сказал Алексей.

- Он прав, – Палыч развел руки в стороны. – Есть еще одна неприятная новость. Женя, ты не рассказывал ребятам?

- Нет.

- Когда вчера мы спускались вниз, в комнату охранки, твари через холл прорвались на первый этаж.

- То есть, помимо того, что они окружили нас, они еще и блокировали отход?! – усмехнулся Игорь.

Его голос немного дрожал, и Палычу показалось, что он расслышал в нем истерическую нотку.

- И что делать теперь? – спросила Даша. – Почему не едет подмога?

- Придется выбираться самим, малышка, – улыбнулся Алексей.

- Но…

- Подмоги не будет, – перебил девушку Палыч. – Увы.

Евгений крепко обнял дочь и прижал Дашу к себе. Майор удивленно отметил, как спокойно, без лишних вопросов девушка приняла это известие.

- Твари совершенно перестали бояться свет, – отметил Евгений. – Я видел сегодня утром, как они свободно шныряют в здание и обратно.

- Да, этого союзника мы лишились… Меня беспокоит их мутация, – майор вздохнул. – Никто не заметил, как увеличилась их скорость? Как возросла ловкость, грация?

- А чего ждать дальше? – спросил Алексей. – Я понимаю, что процесс идет, и он необратим.

- Похоже на то.

- Тогда нельзя терять время может быть, а?! – взорвался Алексей.

- Успокойся. Я понимаю, что времени и так нет, но соваться в пекло, не обдумав, не хочу, потому что отвечаю вот за этих ребят, – Палыч обвел указательным пальцем супругов и Евгения с Дашей.

Алексей пожал плечами и поправил вылезший из-под пояса пистолет.

- Я спокоен, ты прав.

Повисло молчание. Игорь теребил лямку ремня Калашникова. Инна неподвижно застыла на плече мужа. Даша, взяв отца за руку, внимательно смотрела на Палыча, как и Евгений, неуверенно ерзавший на смоляном покрытии крыши.

- Такая ситуация, – протянул майор. – Кто что может предложить?

В ответ майор получил очередную порцию молчания и гулко выдохнув хлопнул в ладоши:

- Никаких идей? Нет?

- А у вас разве нет ничего, Палыч? Вы с Алексеем ничего не придумали? – спросила Даша.

Палыч промолчал.

- А как же наш план с автомобилем? – спросил Игорь.

- Я думал об этом. Тут несколько сторон вопроса. Во-первых, даже если мы доберемся к стоянке, как мы заведем автомобиль? У кого какое мнение на этот счет?

- Увы моя машина у жены, – сказал Евгений.

- Кто-нибудь сможет завести автомобиль без ключа? – ответа не последовало, и Палыч продолжил: – Это главная проблема. Но есть еще одна, как туда прорваться сквозь оцепление из этих тварей?

- Может быть, попробовать завести автомобиль, соединив проводки? Как в «Терминаторе»? Помните? – спросил Игорь.

Палыч хлопнул паренька по плечу.

- Сможешь, Джон Коннор? Я только за.

Игорь опустил взгляд. Алексей с трудом сдержал смешок.

- Но у вас ведь есть свой автомобиль с ключами? – поинтересовался Евгений.

- Есть «Hyundai Acient» Игоря. До него отсюда полчаса пути, и он без топлива – объяснил Алексей.

- А ведь это идея! Бензин-то тут не проблема, его можно запросто слить на стоянке, ребят, – спохватился Игорь.

Палыч почесал щетину и переглянулся с Алексеем. По крайней мере, эта идея была реальной, а главное и осуществимой. Можно было наполнить бензином одну из десятилитровых бутылок, слив его с одной из машин со стоянки. Единственной проблемой тут был шланг, через который можно было бы осуществить задуманное. Но опять же, стоило зайти в ближайший хозяйственный отсек – и проблема решалась сама по себе. Без лишних сложностей.

- Если не брать в расчет заслон тех тварей внизу, через который нам неизвестно как, но придется пробиваться, то идея неплохая, – заметил Палыч.

- Правда, есть тут одна загвоздка, – сказал Алексей. Ребята, включая самого майора, перевели на него взгляд. – Будет ли у нас на это время, учитывая сложившиеся обстоятельства? Только пять минут назад мы говорили, что твари мутируют, что повысилась их скорость, грация. Поэтому боюсь, что если мы и прорвемся, то не успеем убежать так, чтобы, добежав до стоянки, создать запас для слива. А это займет минут пять не меньше, мы не на бензозаправке. И если честно, я не уверен, что твари СЕЙЧАС  бегают, прыгают или что там они еще делают намного медленнее нашего.

В этом Алексей был прав. Палыч задумался. Эти слова оборачивались серьезной зацепкой в плане. Идея Игоря могла оказаться колосом на глиняных ножках.

«Что если…».

- Можно попробовать сдержать этих тварей, пока кто-то из нас будет сливать бензин? – сказал Палыч. – Отвлечь на себя?

- Они могут окружить нас, – сказал Алексей.

- А если обстреливаться из здания, пройти с той же лестницы, начать с ними перестрелку, а в это время кто-то из нас прорвется через пустое пространство, например, второго этажа, как мы спускались в столовую? Пока мы стянем на себя всех тварей в холле?

- Чертовски рискованно, – вздохнул Палыч.

- Но это вариант, – всплеснул руками Алексей.

- Хорошо, давайте обсудим, – согласился майор. – Девочки не годятся на эту роль. Игорь не сможет быстро бежать, Евгений тоже в силу своих физических кондиций, да и я слегка полноват для таких пробежек… - он посмотрел на Алексея – Леша, ты готов рискнуть?

- Если сказал А, говори и Б. Готов.

- Надо все тщательно обдумать, - Палыч перевел взгляд на Евгения. – Скажи, как тут обстоит дело с канализацией?

- Я думал об этом, – Евгений покачал головой. – Эту идею можно отбросить. Трубы слива слишком тонки, мы не пролезем там.

- Я думаю, в нашем плане стоит попробовать атаковать секторами, – обратился Алексей к Палычу.

- Что ты имеешь ввиду?

- Давай посмотрим расположение двора, – Алексей, поднявшись, подошел к краю крыши: – Подойдите сюда, ребята, – дождавшись, пока ребята подойдут к крыше, Алексей указал маршрут, ведущий от второго этажа к стоянке за периметром больницы: – Я могу срезать путь, а могу пробежать вдоль забора.

- Срезать рискованно, твари могут тебя заметить, – отбросил первое предложение друга Палыч.

- А что если попробовать перелезть через забор и обежать с внешней стороны?

Евгений указал на правую часть здания

- Забор высокий, но раз отключены камеры наблюдения, значит, не будет работать и колючая проволока, которая запитана током. А раз так, через забор можно перелезть по раскладной лестнице. На таких наши электрики меняют лампы.

- А где ее взять? – спросил майор.

- На втором этаже есть комната, где лежат швабры, веники, она будет там. Там же можно найти и шланг для слива.

- У тебя осталась карта этажа?

- Да, – Палыч достал из кармана сложенную вчетверо карту и, развернув ее, положил перед собой.

Евгений, обойдя чертеж быстрым взглядом, ткнул пальцем в одну из комнат.

- Вот здесь.

- Возьми карту.

Алексей взял протянутую майором карту и, сложив ее, спрятал за пазуху.

- Ты говорил про атаку по секторам? – напомнил майор.

Алексей кивнул.

- Да. Помнишь когда мы бежали сюда, внизу, в холле, была лестница? Это первая позиция. Узкая, не обойдешь, хороший сектор для двойной атаки.

- Сложная позиция. Туда стану я, а второго человека выберет жребий. Либо Евгений, либо Игорь.

- Этим ты стянешь кучу тварей к себе, весь центр. Посмотри туда, – Алексей указал на то ли крыльцо, то ли навес из камня, прикрывающий ступени, ведущие в холл: – Туда, как я понимаю, можно забраться со второго этажа, посадить девочек и свободного мужика. Они стянут на себя остальных, левый и правый сектор, а ты в холле блокируешь к ним подход.

Палыч закивал.

- У кого-нибудь есть вопросы?

Вопросов не оказалось. Казалось, совместными усилиями решение было найдено. Не блеск, оно вряд ли удостоилось бы номинации в категории «находка года», но какая есть… в данных условиях оно, возможно, было лучшим из всего, что можно было рассмотреть. А возможно, было единственным. Правильным и верным?

«Время покажет».

Но тут было о чем подумать. Решение давало ответ на первый вопрос, а второй оставляло без комментариев. КАКИМ ОБРАЗОМ МОЖНО ВЫБРАТЬСЯ ОТСЮДА? Вопрос оставался загадкой, которую предстояло решить и, похоже, такой же вопрос кружился в голове не только майора.

- А что дальше, Палыч? Что мы будем делать дальше? – майор поймал на себе взгляд Инны. – Как мы выберемся отсюда?

Палыч, не выдержав, отвел взгляд.

- Я не знаю.

- Придется прорываться ребята, по другому никак, – бросил Алексей.

Майор лишь развел руками.

- Мне нечего добавить.

- Господь, храни наши души, – выдохнул Игорь. Он дрожащей рукой перекрестился.

Палыч почувствовал на себе взгляд Евгения и повернулся к мужчине.

- Жень, ты что-то хочешь сказать?

Евгений замялся.

- Я все думаю про ваш автомобиль… не сделал бы с ним что Седой. Этот старый шизофреник запросто мог сотворить что-нибудь с машиной.

Палыч и Алексей переглянулись.

- Знаешь, врач, у нас нет другого выхода как пойти и проверить, – сказал Алексей. – И если твоя догадка окажется верной, тогда я сверну этому имбецилу голову, не успеет он пошевелить своими мослами на прощание.

Глава 22

Похоже, она. Алексей, последний раз сверившись с картой, запрятал ее за пазуху и окинул взглядом дверь, которая, если верить Евгению и карте, должна была привести в комнату с заветной лестницей и тем самым шлангом, с помощью которого предстояло выкачать бензин из бензобака автомобиля в десятилитровую бутылку из-под воды, которую Алексей предусмотрительно взял с собой с крыши. На двери не было никаких опознавательных знаков. Ни номера кабинета, как на всех остальных дверях по пути сюда, ни таблички с надписью. Он попробовал провернуть ручку в надежде, что дверь открыта, однако замок оказался провернут на два оборота, и Алексей, не задумываясь, вышиб ударом приклада дробовика ручку вон, толкнув ногой открывающуюся от себя дверь. Рука, скользнув по стене, нащупала выключатель, и через секунду в комнате загорелся свет. Перед глазами Алексея возникло что-то среднее между кладовкой советских времен с полочками, прибитыми по всему периметру и ненужным хламом на них, и современным супермаркетом. Вещи, как товар, стояли на каждой полке, словно по алфавиту.

«Так и есть, подсобка».

Не закрывая за собой дверь, Алексей зашел внутрь и огляделся. Какая-то краска, веник, швабры, ведра, сложенные одно в другое, и прочая чушь. В самом углу стояла прислоненная к стеночке раздвижная лестница., а чуть выше, на одной из полок, он заметил небольшой резиновый шланг черного цвета, из которого обычно поливают цветы в саду. Шланг был смотан в круг и прихвачен ниткой, и Алексей надел его через плечо. Абсолютно никаких неудобств. Он подошел к лестнице и оценивающе приподнял ее одной рукой над полом. Двадцать килограммов, не больше.

«То, что доктор прописал».

Он взял лестницу свободной левой рукой, и выйдя из подсобки, не спеша двинулся по коридору к тому самому окну в правом конце здания, из которого вчера вечером они спускались по шлангу в столовую. Подойдя к окну, Алексей выглянул на улицу и, подмигнув тут же отреагировавшим визгами и рычанием на его появление тварям, выбросил лестницу в окно, добросив почти до забора. Лестница несколько раз перекувыркнулась, но не разлетелась, и Алексей, вздохнув, закрыл за собой окно, вытащив шланг, свисавший до окна столовой, в коридор и спустился на пол, облокотившись спиной о стену. На часах, которые любезно предоставил ему Евгений, стрелки застыли на отметке 7.44 утра. Через шестнадцать минут все начнется. По крайней мере, именно так они все задумали. В восемь утра Палыч с ребятами должен был начать свою часть постановки и стянуть на себя всех тварей, что болтаются вокруг больницы почем зря. И как только место под окном немного расчиститься, в игру должен вступить Алексей.

Вот так, незамысловато, просто и рискованно.

Леша уставился на свой дробовик. А ведь, если бы не Палыч, можно было и кинуть этих людей на крыше. Они расчистят себе ход, а ты сбежишь, не попрощавшись и даже не сказав спасибо. Даже не по-английски… по-свински.

«Пусть так, с тобой часто поступали по-человечески?».

Алексей хихикнул. А ведь, наверное, он так бы и сделал, кинул бы их ко всем чертям, если не Юра. Забавно было бы понаблюдать за их лицами, когда вместо автомобиля перед глазами маячат силуэты только этих существ. Как исчезает и тает надежда, словно пломбир на летнем солнце. За разочарованием. За выражением лица. А потом послать их всех и уехать отсюда куда подальше.

«К новой жизни, например,» - подумал Алексей.

Этот Евгений. Нелепое существо, которое трясется только за себя. Глупо верить, что он переживает за свою дочь больше, чем за себя самого. Почему? Потому что случись что с девчонкой – и что тогда будет с ним? Бедный, как же так! Одинокий отец, что он скажет матери, как теперь он будет жить… Эгоист. Думает только о себе.

«Урод,» - подумал Алексей.

Может быть, Даша была ни в чем не виновата, но… судьбу, как и родителей не выбирают.

Алексей скривился, вспомнив о супружеской паре. Игорь…

«Не хочу думать об этом пареньке».

За стремление всегда и во все времена можно было похвалить, но когда есть стремление, а не намек его показать. Когда есть желание что-то сделать и действия, а не жизнь в выдуманном напополам мирке с Инной, которая боится каждого шороха. Которая, не уважая обстоятельства, не уважает себя, избегая проблем, не уважает коллектив. Можно ли это понять? Другое поколение? Нравы? Взглянуть по-другому на это все?

«Можно, - подумал Алексей. – Если ты этого хочешь».

А зачем? Если как раз такой социум сожрал тебя и поглотил, искалечил тебе жизнь. Страх Инны, половинчатость Игоря, неопределенность Даши, эгоизм Евгения. Зачем понимать то, что чуждо? Что не живет в тебе, что, если примешь, будет паразитировать? Так, может быть, это страх?

«Что за бред».

Алексей фыркнул и посмотрел на часы. Без пяти восемь. Еще пять минут – и операция начиналась. Он поднялся на ноги и попытался прислушаться к шуму за окном. Нет, видимо, окна больницы располагали встроенной шумоизоляцией. До ушей Алексея не донеслось ни одного шороха. Он не рискнул выглянуть, чтобы даже случайно не привлечь к себе внимания тварей, и отошел от окна на несколько метров. Тело пробивала неприятная дрожь. То, что он задумал сделать сейчас было действительно рискованно. Он посмотрел на часы. Еще три минуты. А тут еще это ожидание. Так недолго и поседеть на нервах. Почему-то вспомнилась старая скороговорка про греку и Алексей, чтобы отвлечься, несколько раз про себя повторил ее от начала и до конца, к своему удивлению, ни разу не запнувшись. Он улыбнулся.

Проблема состояла в том, что в этой ситуации нельзя было подвести Палыча. В любом случае, что бы там не было внизу, следовало пробраться к забору, к лестнице и к стоянке. Слить бензин и добраться до пункта назначения к автомобилю Игоря. А ведь могло получиться так, что Палыч не сможет стянуть на себя всех тварей, и они останутся тут. Как быть тогда?

«Лишние вопросы,» - подумал он.

В любом случае, несмотря на уровень сложности, цель оставалась одна – стоянка, и до нее нужна было добраться во чтобы то ни стоило, пусть даже за это придется заплатить. Не должно произойти так, что все это будет почем зря…

- Другого шанса не будет, – вздохнул Алексей.

Наручные часы издали противный писк. Ровно восемь. Алексей вскинул дробовик, осторожно пробрался к окну и, пригнувшись, выглянул вниз. На секунду ему показалось, что он слышит визг тварей. Откуда-то, с другого конца здания, послышались выстрелы. Твари внизу, пригнувшись, подняли морды вверх и ринулись всей толпой за угол здания. По лицу Алексея скользнула улыбка. Через несколько секунд площадка перед его окном была пуста. Лишь в нескольких метрах от здания лежала нетронутая лестница. Алексей, выпрямившись, открыл окно и лихорадочно выбросил на улицу пожарный шланг. Бросив на землю дробовик, он через мгновение уперся ногами в стену здания и, взявшись за пожарный шланг, как за канат, спустился на землю. Схватив лестницу, Алексей огляделся по сторонам и, подбежав к забору, он движением ноги раздвинул лестницу, взял лежавший на земле дробовик, вскарабкался по ней к вершине забора. Осторожно миновав барьер из колючей проволоки, он спрыгнул на землю и, перекувыркнувшись, встал на ноги.

- Что, сожрали? – проорал он.

Несколько глубоких вздохов помогли восстановить дыхание, и Алексей ринулся к стоянке, силуэт которой можно было разглядеть за первым поворотом налево.

***

Все были на позициях, оставалось подать сигнал. Палыч обернулся на стоящего рядом Игоря. Парню выпал жребий оказаться здесь, на лестнице, рядом с ним, и сдерживать натиск тварей, а его жена, Евгений и Даша сейчас находились в комнате на втором этаже, готовые с выстрелом Палыча выскочить на навес и начать обстрел существ оттуда. Майор молча всматривался в дверь второго этажа, возле которой они стояли. Эта дверь отделяла их от лестницы, ведущей в холл, набитый зомби. Стоило открыть ее – и твари оказывались лицом к лицу с тобой. Часы показывали 8.57. Еще минута – и нужно было начинать. Алексей на другом конце этажа стартовал по плану ровно в восемь и за две минуты надо было успеть стянуть всех тварей сюда… Палыч переглянулся с Игорем.

- Ты готов?

Игорь в ответ лишь кивнул. Парень крепко сжимал в руках автомат. По всему его телу шла легкая дрожь.

- Экономь пули, твоя задача прикрывать меня, – пояснил майор.

- Я понял, – выдавил Игорь.

Палыч посмотрел на часы. 7.58.

- Начали.

Он с размаху вышиб ногой дверь, ведущую на лестничный проем, и первым же выстрелом снес голову твари, оказавшейся всего в нескольких ступеньках от него. Существо отбросило на пару метров вниз. Сигнал был подан. Через несколько секунд майор услышал раздавшиеся через стенку выстрелы. Переступая сразу через несколько ступеней, Палыч остановился меж этажами. Твари, чувствуя их приближение, взвыли. Дальше спускаться было рискованно, и майор, перезарядив дробовик, спустил курок, положив еще одно существо на лестнице. Под правым ухом раздалась автоматная очередь, Игорь прицелился и спустил курок в одну из набегавших тварей. Пули изрешетили существо, и оно, как подкошенное, рухнуло на пол. Майор одной рукой перезаряжая дробовик, другой в это время выхватил из кобуры «Макаров» и сделал несколько прицельных выстрелов в голову зомби в центре холла. Расчет оправдал себя – несколько существ с рычанием накинулись на бьющуюся в конвульсиях тварь, начав разрывать ее на куски. Выстрел дробовика остановил монстра, попытавшегося в прыжке атаковать ребят. Палыч заметил, как в холл с улицы хлынула целая толпа тварей. Одна за другой пули Макарова взорвали головы нескольких тварей, подобравшихся вплотную к лестнице. Палец скользнул по курку вновь, но вместо выстрела майор услышал щелчок. Пистолет был разряжен.

- Стреляй!

Игорь, не целясь, изрешетил существо рухнувшее на ступеньки всего в двух метрах от ног Палыча. Майор спрятал пистолет в кобуру и несколькими выстрелами из дробовика отбросил наступавших тварей назад. Одно из существ издало дикий рык, выпрыгнуло на ступени прямо перед майором, и Палыч, не успев перезарядить дробовик, двинул со всей силы прикладом ей в голову. Тварь, шипя, упала на колени, и выстрелом из автомата с ней успел разобраться оказавшийся рядом в трудную минуту Игорь. Твари наступали. Еще несколько монстров, визжа, выпрыгнули на лестницу. Палыч, сделав несколько шагов назад, успел расстрелять их из дробовика. Постепенно лестничный проем между первым и вторым этажом отходил к тварям. Майор медленно отступал на второй этаж, разряжая дробовик. Зомби, переступая через трупы других тварей, наступали. Некоторые, теряя всякий интерес к майору и Игорю, принимались пожирать трупы сверженных существ. Один из выстрелов Палыча угодил твари в руку, оторвав плоть. Рука существа, как у тряпичной куклы, осталась висеть на сухожилии. Майор с трудом увернулся от очередной прыгнувшей прямо на ребят твари. Выстрелить не получилось. Дробовик, который оказался разряженным на тот момент, смотрел вверх. Тварь оказалась за спинами ребят и, шипя, сидела на корточках, упершись руками в ступени, готовая в любой момент броситься и атаковать Палыча и Игоря сзади.

- Игорь, на поражение!

Парень, не заставив майора повторять, вжал палец в курок автомата и, закричав, принялся расстреливать тварей, поджимавших ребят снизу, а Палыч сделал полоборота и разрядил дробовик в оказавшуюся сзади тварь. Дробь разнесла ногу существу и опрокинуло тварь на ступеньки. Следующим выстрелом Палыч снес твари голову. Кровь вперемешку с раздробленной костью и мозгами обдала майора с ног до головы, как холодный душ, и он впопыхах протер стекла ПМГ. Дробовик был почти разряжен. Сейчас главное успеть. Майор, развернувшись, не целясь, спустил курок, выстрелил в толпу тварей. Как раз вовремя: Игорь, разрядив свой автомат, выкинул оружие, попав им в одну из тварей.

- За дверь! – скомандовал Палыч.

От двери их отделяло всего чуть больше двух метров, и майор, сделав несколько выстрелов в общую толпу, приблизился к двери вплотную и, развернувшись, забежал внутрь, захлопнув за собой дверь и тут же засунув между ручками дробовик, достал связку ключей из сейфа. Найдя нужный, майор запер дверь и вытащил дробовик. Твари, воя и рыча, бились о металлическую дверь головой. Сверху на Палыча обсыпалась штукатурка. Кое-где на двери появились вмятины от ударов.

- Долго она не выдержит, бежим.

Словно в подтверждении слов майора, в дверь врезался ужасающей силы удар. Металл прогнувшись лопнул, образовав тонкую щель, через которую можно было разглядеть одну из тварей.

- Бежим!

Ребята развернулись и двинулись в сторону навеса, на котором держали позиции девушки и Евгений.

- Ты в порядке? – майор окинул взглядом Игоря.

- Да.

Они подбежали к комнате, окна которой вели к навесу и Палыч сделал предупредительный выстрел из дробовика перед тем как зайти внутрь.

- Ребята, уходим! – Евгений, Даша и Инна, треугольником расположившиеся на навесе, поспешно вернулись в комнату. Инна бросилась на шею мужа. Палыч, оглянувшись на дверь, по-прежнему сдерживающую монстров, принялся заряжать патроны в дробовик, после чего поспешил перезарядить обойму «Макарова».

- Держи, – он протянул пистолет Игорю и, достав из кармана оставшиеся патроны, высыпал их в руки парню.

- Спасибо.

- Благодарить будешь, когда мы выберемся отсюда, – он посмотрел на девушек и Евгения. – Как у вас с патронами?

- Мы стреляли экономно, как ты и говорил, – сказал Евгений. – У меня полная обойма и немного в кармане.

- У меня тоже, – сказала Даша.

- И у меня.

- Перезарядите оружие, быстрее! – Палыч оглянулся на дверь. Металл, почти изогнутый и деформированный, еще держался. Но сколько? Минута, две? Или один, два удара? – Дай мне свой пистолет, – он взял пистолет Даши. – Игорь перезаряди Инну! На ходу!

Майор, буквально за несколько секунд восполнив пистолет девушки недостающими патронами, вернул обойму и протянул Макаров Даше:

- Все за мной, – бросил он.

- Куда мы?

- Я хочу посмотреть на той площадке, через которую ушел Леша. Тут нам не прорваться.

Палыч, выбежав из комнаты, добежал до конца коридора и, оглядевшись, вспоминая расположение комнат на этаже, открыл правую дверь:

- За мной, за мной! Не отставать!

Они оказались в том самом коридоре откуда больницу покинул Алексей, в конце Палыч увидел открытое окно и спущенный вниз пожарный шланг.

- Нам туда.

Сейчас главное успеть сделать все вовремя. Майор услышал, как с грохотом рухнула дверь, отделяющая коридор от лестничного проема. Теперь твари были на втором этаже. Он бросил взгляд на часы. 8.27. Времени было предостаточно. По плану Алексей должен был появиться у въезда в девять.

«Главное, чтобы он успел,» - резанула сознание мысль.

Но, с другой стороны… еще важнее было вырваться отсюда. Как это сделать? Весь холл, весь первый этаж блокировали твари. Физически сделать это через главные ворота было просто невозможно. Чрезвычайная плотность тварей, да и не тот запас пуль, чтобы бросаться туда сломя голову и проложить себе дорогу по головам, по трупам существ… Единственным вариантом сейчас казалось спасительное окно в конце коридора, через которое удалось ускользнуть Алексею.

«А удалось ли? - мысль обожгла и Палыч вздрогнул, – Удалось! - он зажевал губу: – Удалось».

Если пространство внизу свободно, если твари все еще рассредоточены и находятся возле холла, есть вариант ускользнуть от них по этому пути. Возможно, перемахнуть через забор, если Леша нашел лестницу.

- Вы видели Лешу? – он обратился к Евгению.

Врач покачал головой.

Возможно, лестница была на месте. А почему нет? И если так, то все было отлично. Майор, подбежав к окну, выглянул на улицу. НИКОГО. Он облегченно вздохнул: у забора стояла лестница.

- Быстро, Инна, Даша, девочки, сюда, – Палыч подхватил подбежавшую Дашу за талию и посадил на подоконник. – Спускайся по шлангу!

Следом за Дашей вниз полезла Инна.

- Женя, подопри чем-нибудь дверь в коридор.

Евгений молча закивал и, забежав в ближайшую комнату, оказавшуюся кабинетом медсестры, схватил стул, которым, подбежав к двери, ведущей в другой коридор, подпер ручку.

- Игорь лезь, у нас нет времени.

Парень послушно вцепился в пожарный шланг и начал спуск.

- Женя!

- Да, да.

Но не успел врач сделать и нескольких шагов, как на подпертую стулом дверь обрушился сокрушительный удар. Дверь распахнулась, врезавшись в стену, а сдерживающий ее стул от удара разлетелся на несколько частей и, словно граната взорвался всеми четырьмя ножками. Одна из ножек, крутясь на ходу, со всего маху врезалась в затылок Евгения, и врач, потеряв от удара сознание, упал на пол, в нескольких шагах от двери. В коридор один за другим ворвались зомби и, шипя, с кровавыми мутными глазами, стали подкрадываться к лежащему на полу Евгению. Майор почувствовал, как сжалось сердце. Судьба распорядилась так и теперь он ничем не мог помочь… Кроме.

Палыч дрожащими руками поднял дробовик и прицелившись выстрелил в голову Евгению.

- А-а-а-а… - из самого сердца наружу вырвался крик.

Майор, сжав дробовик, с трудом сдержал порыв высадить весь патронник в этих тварей и, развернувшись, схватился за пожарный шланг, мгновение спустя уже очутившись внизу.

- Уходим!

- Где мой папа?

- Уходим, я сказал! – Палыч схватил Дашу за руку и потащил за собой.

Из-за угла здания послышался вой. Твари почувствовали ребят и шли на запах. Противное рычание донеслось со второго этажа. Майор заметил первую тварь, показавшуюся в окне.

- На лестницу!

Однако не успела Инна залезть на лестницу, как одна из тварей, выпрыгнув из окна второго этажа, ударилась о забор и, задев лестницу, перевернула ее на землю. Палыч точным выстрелом остановил начавшее было приходить в себя существо. Рядом упала еще одна тварь. Из-за угла здания появился силуэт существа, замершего на присядках, подготовившись к прыжку. Следом показалось еще несколько тварей.

- В столовую, через окно.

Майор выстрелил в тварь, спрыгнувшую со второго этажа, и подбежал к подоконнику.

- Женя, помоги девочкам. Я прикрою.

Перезарядив дробовик, он подстрелил на лету еще одну тварь. Отдача отбросила существо на забор, и оно повисло на колючей проволоке.

***

8.10. Алексей бросил мимолетный взгляд на часы. Все получилось достаточно быстро. Руку отягощала десятилитровая бутылка, до самого горлышка наполненная бензином, и он, опустив крышку, плотно закрутил ее, пролив несколько капель топлива на асфальт. Не страшно. 95 или 98?

«Какая разница?» - подумал он.

Бросив последний взгляд в сторону больницы, территорию которой с места, где он находился сейчас, скрывал забор, Алексей выскочил со стоянки и побежал по дороге, служащей выездом, вниз. Полдела сделано. Бензин в руках, твари позади, и полпути преодолено. В запасе оставалось пятьдесят минут. Он должен вернуться в девять. Бежать, держа в руках десятилитровую бутылку с бензином, единственным местом на которой, за что можно было ухватиться, была тонкая пластмассовая полоска на крышке, оказалось затруднительным. Сильно передавливало пальцы, но Алексей, сжав зубы, бежал дальше. В висках, словно удары отбойного молотка, стучало сердце. Лоб, несмотря на прохладный ветерок, покрыла испарина.

«Надо было снять бронежилет».

Алексей выругался, проклиная свою уверенность в том, что он с легкостью преодолеет расстояние в нем. От темпа затекла рука, и Алексей на секунду остановился и переложил дробовик в правую руку, а бутылку в левую и, переведя дух, побежал дальше. Через несколько минут впереди показался поворот. Алексей разглядел на земле сгустки запекшейся крови. Похоже, здесь Сашу укусила тогда та тварь. Однако, к удивлению Леши, трупа существа уже не было на том месте, где они бросили его, уходя отсюда. Не останавливаясь, он пробежал это место, чувствуя, как начинает затекать рука.

«Еще немного, терпи,» - приказал он себе.

Ноги, неприятно покалывая, стали какими-то ватными. Слева мелькнул тот самый домик лесничего, однако, понимая, что времени было в обрез, Алексей лишь вскользь прошелся по нему взглядом. Там никого не было. Домик располагался всего в нескольких сотнях метров от дороги. Он был почти у цели: впереди показалась дорога, и Алексей отчетливо различил на ней силуэт автомобиля.

«На месте».

Почувствовав, как закололо в боку, он присел на корточки и, опершись о дробовик, отдышался. Пульс в висках исчез.

«Вот и…».

Алексей замер и вскинул дробовик перед собой. Откуда-то из чащи леса послышался легкий шорох, он внимательно прислушался. Похоже, показалось. Видимо, это ветер играет с травой, деревьями и засохшими листьями. Алексей, пожав плечом, опустил дробовик и, выпрямившись, подхватил бутылку с бензином, двинув к автомобилю. В голове промелькнула знакомая мелодия Высоцкого.

«Эх раз , да еще раз, да еще много, много, много раз…»

Он, не раздумывая, начал насвистывать мотив. Подойдя к «Hyundai», Алексей осторожно, пытаясь не разлить, открутил крышку с бутылки и, сняв с себя шланг, выпрямил его, потянувшись к крышечке от  бензобака автомобиля. Открыв крышку, он поднес бутылку ближе, но не успел он выпрямиться, как его взгляд остановился на каком-то предмете, часть которого выглядывала из-за бампера «Hyundai». Аккуратно положив шланг на землю, Алексей подошел ближе. Это было колесо.

- Черт побери…

Он нахмурился. Рядом валялись открученные болты крепления и инструмент.

«Что это?» - пронеслось в голове.

Он машинально оглядел колеса по правой стороне от себя. Оба колеса были на месте. И повернулся налево. С  губ сорвалось несколько бранных слов: отсутствовало заднее колесо «Hyundai», но не успел Алексей подойти ближе, как почувствовал на своем затылке прикосновение холодного железа.

- Куда ты собрался, голубчик? Руки вверх, ружье брось.

«Допрыгался,» - мелькнула мысль.

Алексей медленно поднял руки и бросил дробовик на землю.

- Послушайте, мне не нужны неприятности.

Голос сзади хмыкнул.

- Не нужны. Это уже мне решать, нужны или не нужны. Чего ты тогда приперся сюда?

- У меня неприятности, мне нужна помощь.

- Здесь никого не будет, – сказал голос.

- Может быть, тогда вы сможете помочь?

Алексей почувствовал, как вспотели ладони на руках. В такой позе добраться до пистолета было нереально.

- Я могу пристрелить тебя, сынок. К машине! Руки на капот! – скомандовали сзади.

Алексей послушно подошел к автомобилю и положил руки на капот.

- Послушайте, вы не знаете, что здесь происходит!

- Я знаю, что все то, что здесь происходит, должно здесь и остаться. Нечего вам было лезть сюда.

Леша напрягся. Похоже, это был тот самый лесничий, указавший им путь в больницу. Он сжал зубы. Пистолет, заткнутый за пояс, и его руку, лежащую на капоте, отделяли считанные сантиметры.

- Но нашей вины здесь нет.

- Мне плевать, – отрезал старик. – Кто-то еще остался жив?

- Нет, я один.

- Что у тебя в карманах?

Алексей улыбнулся.

- Пистолет.

На секунду повисло молчание. Потом старик, прокашлявшись сказал:

- Отдай мне его, а лучше брось на землю.

- Я не могу, мои руки на капоте, не хочется получать свинцец в голову.

- Медленно… - протянул старик. – Если я посчитаю, что ты пытаешься меня убить, я выстрелю.

- Хорошо, может, тогда достанешь сам?

- Делай, что я говорю.

Алексей медленно поднял руку с капота и дотронулся до рукоятки пистолета и плавным движением засунул пистолет в штаны. Рука, плотно обхватила рукоять, а указательный палец нащупал курок. Все это происходило под штанами и старик не видел как Алексей взвел курок.

- Я достаю, – предупредил он.

- Давай.

Алексей медленно достал пистолет и, прижав его к своему животу, чуть нагнулся, показав старику намерение бросить оружие на землю. Дуло двустволки чуть скользнуло вверх, проскользнув по резине противогаза. Воспользовавшись этим, Алексей резко наклонился и подсечкой сбил старика с ног. Лесничий пошатнулся. Двустволка метнувшись вверх, разрядилась в воздух, и Алексей догнал падающего старика мощным ударом в челюсть. Голова лесничего, словно у тряпичной куклы метнулась назад. Старик как подкошенный рухнул на землю, потеряв сознание. Присев рядом на корточки, Алексей проверил пульс старика. Живой. Поднявшись на ноги, он взял лежащий неподалеку дробовик и, положив его на крышу «Hyundai», движением ноги отбросил двустволку лесничего с дороги. Удивительно, что старый выжил после такой оплеухи… Но теперь точно пролежит без сознания  как минимум до завтра.

Часы показывали 8.36. Нужно было поторопиться. Алексей, подбежав к бензобаку, засунул шланг в бутылку с бензином и, сделав мощный вдох во все легкие, засунул второй конец шланга в бензобак. Послышался звук сливающегося бензина. КАП-КАП-КАП. Бутылка пустела. Алексей бросил секундный взгляд на лежащего в отключке старика и посмотрел на пистолет со взведенным курком в своей руке… Может стоит пришить этого подонка? Чтобы раз и навсегда решить проблему? Он покачал головой. Не стоит брать на себя лишний грех, все равно он не скоро встанет.

Он нащупал ключи от «Hyundai» и, зажав их в руке, дождался, пока бензин из бутылке полностью перельется в бензобак, и, отбросив в сторону пустую бутылку, вытащил шланг и подошел к старику. Лицо лесничего, перемазанное в крови из сломанного носа и рта, напоминало Алексею лицо покойного Артуро Гатти после боя, за поединками которого они порой наблюдали в тюрьме, и он, не желая дальше смотреть на эту картину, перевернул старика на живот, перевязав шлангом его руки. Теперь ему точно никуда не вырваться. И обошлось без лишних жертв.

Алексей взял открученное колесо и, собрав болты, поднял инструмент. Нужно было вернуть все это на место как можно быстрее. Через минуту все было сделано.

Он подошел к автомобилю с другой стороны и, открыв переднюю дверцу, сел на водительское сиденье, вставив ключи в зажигание. Сорок четыре минуты девятого. Пора было отправляться в обратный путь. Провернув ключ в коробке зажигания, он переключил передачу и, выжав сцепление, плавно опустил ногу на педаль газа. Шины, сцепившись с дорогой, придали «Hyundai» ход, и Алексей завернул руль налево, прибавив газу, и въехал на дорогу, ведущую прямо к больнице.

***

Готово. Палыч отошел от окна, перегороженного столом и несколькими стульями. Получилась некая минибаррикада. Это не сдержит монстров, но задержит их. Сейчас другого выхода не было. В стол, закрывший окно, последовал первый удар. Твари не хотели отступать, и майор на этот раз не был уверен, что их сдержит высота подоконника… Черес чур быстро происходила мутация. Твари становились быстрее, сильнее и сообразительнее. Нельзя было терять ни секунды. 20.37. Успокаивало другое. Похоже, ни одной твари не было за другой дверью, ведущей из столовой в коридор. Баррикада, которую он построили, когда спускался сюда с Алексеем, была разрушена, но проход зиял пустотой. Твари, похоже, покинули помещение, когда они с Игорем развязали стрельбу на лестнице в холле.

- Где мой папа? Вы можете мне сказать, где мой папа? – голос девушка находился на грани срыва.

Палыч растерянно посмотрел на девушку. Что ответить ей на этот вопрос? Как сказать, что ее отца больше нет… В сознании помутнело.

- Не молчите же! Инна, Игорь!

Супруги, посмотрев на майора, понимающе опустили взгляд. Палыч подошел к девушке и попытался обнять ее за плечи, но Даша, вырвавшись, попятилась назад.

- Он умер? – ее голос дрожал.

- Извини, – Палыч хотел добавить еще что-то, сказать, что он умер, защищая дочь, умер гордо, что он попадет в рай, но слова застряли где-то в гортани и вместо этого он повторил: – Извини, я не смог защитить его.

Девушка с секунду стояла молча, смотря на майора, после чего опустила взгляд и, присев на корточки, заплакала. Палыч подошел к ней и, положив руку на плечо, присел рядом.

- Нам надо идти дорогая, – прошептал он. – Папа не хотел бы, чтобы ты осталась тут, он… умер спасая вас, защищая семью. Пойдем.

Он аккуратно, но решительно взял девушку под мышки и поставил ее на ноги.

- Пошли, дорогая.

Майор услышал, как треснул стол, защищающий окно, и, достав из кармана несколько патронов, восполнил запас патронов в дробовике. Пока твари не прервались в столовую через окно, нужно было уходить.

- Ребята, в коридор. Я следом.

Инна, Даша, а следом Игорь выбежали из столовой. Палыч приставным шагом последовал вслед за ребятами.

- Сюда, – майор боковым зрением заметил тварей в холле, которые при виде компании бросились к двери. Одна из тварей взвыла. Палыч мощным ударом плеча вышиб дверь ближайшей комнаты и запустив внутрь ребят, подбежал к висевшему на стене огнетушителю. Сняв его со стены, он кинул огнетушитель в тварей и выстрелил в него из дробовика, тут же укрывшись в комнате вслед за  ребятами. Раздался взрыв.

- Что это было? – спросил Игорь.

- Так, детские шалости. В окно, они рядом, – майор подбежал к окну и выглянул наружу. Несколько тварей стояло прямо под подоконником: – Дайте мне пистолет, – бросил он.

Даша протянула Палычу свой Макаров.

- На счет три я открываю окно, и вы выпрыгиваете и бежите. Игорь, ты поможешь мне их обстрелять. Раз, два, ТРИ! – Палыч дернул на себя окно и, сделав шаг влево, освободил девушкам проход – Бегите!

Инна и Даша, выпрыгнув с подоконника, упали на асфальт, но тут же, поднявшись на ноги, устремились к замаячившему перед глазами выходу.

- Быстрее! – Палыч выстрелом из дробовика снес уже в полете тварь, прыгнувшую на Инну, тут же переведя взгляд на существо, бежавшее рядом с Дашей, и расстрелял его из пистолета. Игорь сделал несколько выстрелов в тварь, застывшую прямо под подоконником, попав ей в голову, туловище, шею и руку.

- Игорь, побежал! – майор подал парню руку и помог спуститься, чтобы не усугубить травму ноги.

Следующие несколько выстрелов положили еще четверых тварей. Палыч услышал противное шипение за своей спиной. Сзади в комнату заползли несколько тварей, одна из которых прыгнула на майора. Палыч, не успев развернуться, выстрелом снес твари руку по плечо. Вторая тварь впилась зубами в бронежилет, и майор ударил ее прикладом дробовика, отбросил от себя, высадив следом несколько пуль в голову существу. В комнату рыча, вбежали еще несколько тварей. Майор разрядил оставшиеся в обойме Макарова пули, схватил ближайший стул, и как палкой для кеглей, запустил им в тварей.

На улице, за окном, слышались визг и шипение, и майор, не успев посмотреть на место прыжка, выпрыгнул из окна и, сделав кувырок, поднялся на ноги, чуть не выронив дробовик. Буквально в нескольких сантиметрах от Палыча приземлилась тварь, и Палыч, спустив курок, тут же выстрелил в другую приближающуюся тварь. Прижавшись спиной к стене, он оценил обстановку. С разных концов здания к нему, шипя, стекались около сорока тварей. Коридор, по которому можно было прорваться к выходу, был достаточно свободен… Если бы кто-то прикрыл отход со спины.

Он сжал зубы. Рука нащупала патроны от дробовика, и майор быстро перезарядился. Взгляд поймал приближающегося Игоря.

«Надеюсь, Макаров в твоих руках будет больше, чем игрушка».

Палыч символически перекрестился и, подняв дробовик, отошел от стены. Первые десять выстрелов как один пришлись в цель, и майор, добежав до середины своего оцепления, почувствовал, как твари окружают его и заходят за спину. Он сглотнул. Открыл огонь Игорь, не решавшийся сделать это раньше. В руках парня оказалось два пистолета, и он, не целясь, начал вести пальбу по тварям, пытающимся подобраться к майору сзади. Пули, хотя Игорь уже и выпустил по полобоймы из каждого пистолета, похоже шли впустую. Только одна тварь, сраженная его выстрелом, упала на землю. Палыча прошиб холодный пот. Кольцо сужалось. Из-за угла здания, из входа и из окна, шипя, появились новые твари. Майор чувствовал, как таят пули в дробовике.

«Похоже на конец,» - мысль обволокла сознание, превратившись в биение сердца.

Палыч почувствовал, как становятся ватными ноги. Игорь, разрядивший оба пистолета, сначала опустил руки, потом судорожно принялся перезаряжать один из них, засунув второй в карман. Твари, увидевшие паренька, двинулись в его сторону.

- У меня кончились патроны, мне надо перезарядить пистолет, – парень, казалось, разговаривал сам с собой.

- Убегай! У тебя есть шанс спастись! – крикнул Палыч. – Я…

Не успел майор договорить, как воздух разрезало громкое БИП клаксона автомобиля. Перелетев через бордюр, во внутренний двор больницы въехал «Hyundai» Игоря. Шины, сцепившись с песком клумбы, подняли столб пыли, и автомобиль, набирая скорость, доехал до общежития и, сделав резкий поворот, врезался в толпу тварей, набирая ход и сигналя. Существа, словно кегли в боулинге, разлетелись в сторону. Палыч разглядел за рулем Алексея. Леша, опустив стекло на правой дверце, высунул дробовик и, не целясь, выстрелил в кучу тварей. Выхватив пистолет, он, не глядя, разрядил всю обойму. «Hyundai», проехав до конца здания, дал задний ход. Тем временем Палыч, выбежав из поредевшего кольца, подстрелил еще несколько тварей. Алексей подъехал ближе и ударил по тормозам.

- Садитесь!

Растерянные Палыч и Игорь подскочили к автомобилю и запрыгнули внутрь. Майор занял место рядом с водителем, а Игорь разместился на заднем сиденье, где уже сидели девушки.

- А где спасибо за то, что я спас ваши задницы? – Алексей вывернув руль, нажал на газ и машина рванула к выезду из больницы.

- Дай хоть прийти в себя.

Твари, оставшиеся позади, взвыли и ребятам внутри салона стало не по себе. Палыч почувствовал, как тело покрылось гусиной кожей. Ни слов, ни мыслей, ничего не было. Он положил дробовик на колени, уткнулся лицом в ладони и, откинувшись на сиденье, закрыл глаза.

Глава 23

Периметр больницы остался позади. Визги, вопли, рычание тварей растаяли в утреннем, еще не успевшем нагреться воздухе. «Hyundai» набирал ход. Стрелка на спидометре, миновав отметку в шестьдесят километров в час, уверенно приближалась к новому рубежу с отметкой в семьдесят километров. В салоне висела тишина. Ветер прохладой приятно обдавал разгоряченные тела. Супруги, обнявшись на заднем сиденье, всматривались в дорожную гладь позади автомобиля. Твари, зараза и боль – все это осталось там, позади. Даша, облокотившись о дверцу «Hyundai», молча смотрела в одну точку. Алексей, сидевший за рулем, бросил на своего боевого товарища взгляд.

- Если бы не знал в чем дело, подумал, что ты мясник, – он усмехнулся.

Палыч осмотрел себя и развел руками.

- Да, немного испачкал свой костюмчик.

Вся одежда майора, с ног до головы была пропитана кровью. На бронижелете кусками, вперемешку с гноем, висело мясо тварей.

- Ты побывал в самом пекле.

- Если бы не ты, я не выбрался бы оттуда, – Палыч хлопнул Алексея по плечу. – Спасибо, брат.

Алексей пожал плечами. Впереди показался поворот, за которым следовал прямой путь к выезду на трассу. Вот так вот. Это все. Они вырвались отсюда… Мышцы болели от стрельбы, от постоянной отдачи, ноги сводило от усталости. Но сейчас это было не важно.

- Может отблагодаришь друга сигаретой, а?

Палыч хлопнул по карманам брюк. Сигареты были на месте. Он достал пачку и, взяв себе одну, протянул пачку Алексею. Салон заполнил сигаретный дым, тут же подхваченный ветерком из открытых окон и выветренный наружу. Слов не было. на душе витала пустота. Усталость вперемешку с разочарованием. Возможность где-то в глубине и таилась радость. Но, наверное, пока рано об этом думать. Майор, закурив, поерзал на кресле поудобнее и положил голову на сиденье, уставившись на дорогу впереди. Сейчас главное найти трассу, выбраться отсюда без неприятностей, с этой дороги ведущей в тупик, и жать газ… жать, жать, жать. А там…

«Черт знает, что там будет дальше и что придумают власти,» - подумал Палыч.

Он обернулся: слева показался домик лесничего. Где-то там сумасшедший старик.

- Я встретил этого больного старика по пути сюда, – сказал Алексей, кивнув головой в сторону домика лесничего. – Чуть не сорвал нам план. Хотел пристрелить меня, откручивал колесо у «Hyundai». Мне пришлось поставить его обратно, – пояснил он. – Вертелся как угорелый, думал не успею к вам.

- И где он? – спросил майор.

- Я вырубил его, связал руки и бросил на трассе, сейчас будем проезжать мимо увидишь.

- Нельзя бросать тут этого идиота, чтобы он не сделал, – вздохнул майор.

- А если он заражен?

- Убьем его…

«Hyundai» въехал на дорогу, ведущую в тупик, и Алексей, притормозив нахмурился.

- Похоже, старый очнулся.

Место, где он оставил лежать связанным старика, пустовало, рядом черный шланг, которым он перевязал старику руки.

- Ты уверен, что вырубил его?

- Ты смеешься? Я сначала подумал, что убил старца.

- Ладно, поехали. Хочет неприятности на старости лет – ради Бога.

- Я вообще не пойму, зачем ты хочешь помочь этому уроду? – буркнул Алексей.

- Поехали.

Алексей нажал на газ, и «Hyundai» покатился вниз по дороге, набирая скорость. Палыч оглянулся на дом лесничего, через секунду растаявший среди деревьев. Но не успел автомобиль набрать ход, как Алексей ударил по тормозам. Ребят, сидевших в машине, бросило вперед.

- Похоже нас не хотят выпускать отсюда, – прошипел он.

В нескольких метрах вперед по трассе лежала расстеленная металлическая лента с шипами.

- Надо убрать ее, – майор потянулся к ручке на дверце «Hyundai», но не успел он дотронуться до нее, как зеркало заднего вида с левой стороны разлетелось вдребезги. Это был выстрел. Инна на заднем сиденье заверещала, но не успела девушка даже всплеснуть руками, как следующий выстрел, разбив заднее окно автомобиля, попал ей в плечо. Инну отбросило на переднее сиденье, и девушка без сознания упала на колени мужу.

- Нагнитесь, – Палыч, не глядя, нащупал рукой Игоря и, схватив его за шиворот, потянул вниз. – Даша!

Майор отбросил взгляд в зеркало заднего обзора. Стреляли дробью.

- Леша, заднюю.

Алексей, не смотря назад, переключил передачу, выжал сцепление и нажал газ. Машина рванула назад и, проехав несколько десятков метров, Алексей остановился. Раздались несколько выстрелов, один из которых попал в лобовое стекло, не разбив его, но образовав трещину. Воспользовавшись паузой, Палыч и Алексей, открыв дверцы «Hyundai», выскочили наружу, спрятавшись за ними, как за щитами. Вытащив пистолеты, ребята, не рискуя, молча наблюдали за периметром через дверные щели, держа наготове пистолеты.

- Думаешь, это старик? – спросил Палыч.

- Я уверен, – ответил Алексей.

- Как там Инна?

- Я… Я не знаю, она бессознания! – донесся голос Игоря с заднего сиденья.

- Не бойся, от дроби в плече не умирают, – бросил Алексей.

- Все будет хорошо, – заверил Палыч. – Только не высовывайся.

Алексей, прокашлялся после того, как из леса донесся очередной выстрел, разбивший на этот раз фары «Hyundai», крикнул:

- Ты хочешь повторения, а старик? Или тебе понравился мой удар? Ты же знаешь, чем это кончиться для тебя.

Из леса сначала никто не ответил. Алексей даже успел выругаться, но вдруг откуда-то справа послышались слова.

- Вы убили моего брата… За что?

- Заслужил, – огрызнулся Алексей.

- Леша, – Палыч одернул друга. – Он напал на одного из нас, и ему пришлось защищаться, он не хотел убивать.

- Но убил, – послышался голос.

- Я прострелю ему голову, – прошипел Алексей.

- Мой брат исполнял свой долг, никто не должен знать об этой больнице и о том, что здесь происходит.

Майор искал взглядом среди деревьев.

- Мы ничего не знаем и так. Мы не представляем опасности, мы просто уедем, прошу, дайте нам это сделать.

Вместо ответа послышался выстрел. Дробь помяла капот. Пора было действовать. Старик перезаряжал ружье. Палыч и Алексей, вскочив на ноги, метнулись в ту сторону, откуда шел голос. Перескочив отделяющую дорогу от леса заграждение, друзья увидели среди деревьев в десятке метрах от них силуэт старика. Лесничий уже вставил один патрон в двустволку и, завидев ребят, попятился назад. Второй патрон в дрожащей руке через мгновенье оказался на месте. Ружье, щелкнув, сомкнулось, и старик выстрелил. Двустволка своей отдачей повела лесничего назад. Майор вскинул пистолет и спустил курок, но было поздно… Выстрелы один за другим попали в Алексея, и Леша упав на землю, перекатился по траве и ударился о дерево. Пистолет, зажатый в его руке, отлетел в сторону. Старик, выпустив ружье, рухнул ниц с пробитой несколькими выстрелами головой. Пабыч, подбежав к другу упал на колени.

- Леша…

Алексей медленно открыл глаза.

- Вот это да, – выдавил он.

Палыч почувствовал как что-то внутри его сжалось. Выстрелы принял на себя бронежилет. Он аккуратно приподнял голову другу.

- Как ты?

- Бывало и лучше… Помоги мне снять эту штуку. – Алексей начал отстегивать ремни бронежилета. – Я думал, все ребра переломает. Фух.

- Ты счастливчик.

- Везет сильнейшим.

Ребята общими усилиями сняли бронежилет, и Алексей, чуть покачиваясь, поднялся на ноги.

- Ты поведешь. У меня немного кружиться голова.

Они спустились к дороге, и Палыч убрал перегородившую путь металлическую ленту с шипами. В голове вертелась одна единственная мысль: поскорее убраться отсюда.

- Палыч, что делать с Инной? С ней все в порядке? Палыч, я боюсь за нее… - Игорь вылез из машины и расхаживал из стороны в сторону.

Майор подошел к «Hyundai» и, нагнувшись, заглянул в салон. Девушка пришла в себя. Игорь додумался снять с нее ПМГ. На лице Инны выступила испарина, девушку бросило в жар, она побледнела. Из раны тонкой струйкой сочилась кровь. Майор вздохнул. Сейчас главное остановить кровь, а достать кровь из плоти смогут только врачи.

- Юр? – позвал друга Алексей.

Майор обернулся, и боевой товарищ бросил ему упаковку обезболивающего.

- Думаю, пригодится.

- Даша, ты сможешь обработать рану?

Девушка смотрела на майора безучастными глазами.

- Я постараюсь, – сказала она.

- Я тебя прошу. Что угодно проси, обращайся, ты меня поняла?

- Да.

- Игорь убери стекла с сиденья.

Парень поспешно принялся расчищать салон и через несколько минут убрал с сидений все осколки стекол.

- Аптечки нет? – спросила Даша.

- Нет, к сожалению, – ответил Палыч. – Усаживайтесь.

Майор присел за водительское сиденье и, захлопнув за собой дверь, завел мотор.

***

Палыч вывернул руль и поравнял «Hyundai» с гладью новой трассы. Он не помнил такого поворота, когда они ехали сюда. Начало припекать утреннее солнце. Часы показывали ровно одиннадцать. Не было тоннеля, не было грузовика, не было ничего того, что могло напомнить об этих тварях, оставшихся где-то далеко позади. Казалось, что прошла целая вечность, а не какие-нибудь пару часов с  того момента, как они выехали за периметр больницы. Визг, рычание… Все это смешалось в сознании с рычанием мотора автомобиля. Руки, вспотевшие от напекавшей жары, крепко держали руль, и Палыч всматривался далеко в дорогу. Все кончилось? Для кого-то все кончилось раз и навсегда. Саша, Сергей, Женя… Они больше никогда не увидят солнце, не смогут насладиться свежим воздухом, осознать, что они живут… Майор почувствовал, как нога вжимает в пол педаль газа. Не хотелось говорить о справедливости, судить что-то и кого-то.

«Это глупо,» - подумал он.

Все случилось так как есть. Уже ничего не изменить. И вряд ли что-то возможно было изменить. Не более чем самоутешение, мольба, призывы к гордости. Все это осталось там, позади, кровью был отдан долг, мужеством подведена черта…

Палыч почувствовал, как пересохло в горле. Что об этом думать сейчас? Он сделал все, что в его силах, хотел делать это. Плевал на жизнь. Не уважал свою судьбу ради людей которые доверилисчь ему в беде…

«Получилось? Или нет?».

Глупо было судить об этом. Майор посмотрел на дремлющего рядом Алексея. Они успели переодеться в чистые вещи, которые оказались в сумке Игоря. Парень ехал с моря, и там у него была куча всякой всячины. Палыч снял бронежилет, они сняли свои ПМГ. Инна временами приходила в себя. Даше удалось остановить кровь у девчонки, и сейчас девушки, откинувшись на сиденье, спали. Игорь, сидевший рядом, теребил в руках ремень безопасности.

- Я хотел вам сказать спасибо за все, – прошептал парень. – Вам, Алексею. Вы спасли нам жизнь. Спасибо.

- Это мой долг, парень, – вздохнул майор. – Это мой долг.

- Вы ведь даже не знали нас… - он сделал паузу – Могли бросить, а вы рисковали собой, чуть не погибли. Я должен вам своей жизнь., всем, что у меня сейчас есть, что будет… Инна беременна, – выдохнул Игорь.

Палыч улыбнулся.

- Почему ты только сейчас говоришь об этом? Я рад за вас, ребята, поздравляю!

- Потому что сам узнал об этом только на крыше, – сказал Игорь. – Я обязан вам ребята всей своей жизнью.

- Ты мне ничего не должен, мне достаточно твоей признательности. Да и Леше тоже. Не обращай внимания на его поступки, – Палыч покосился на спящего друга. – Жизнь сломала его… Но он отличный человек…

Он запнулся:

- Поверь мне, он отдал бы и отдаст свою жизнь за вас, – Палыч посмотрел на паренька через зеркало заднего вида. – Поверь.

- Тогда, может быть, выпьем за ваше здоровье? – поинтересовался Игорь.

- Я не против, – улыбнулся Палыч. – И за вашу семью!

- И я, – сказал Алексей, не открывая глаз.

- Я думал ты спишь, – Палыч пнул друга в плечо.

- Ты бы побольше думал, начальник.

- Ребята, ребята! – Игорь, подавшись вперед, указал пальцем на дорогу. – Смотрите!

На дороге сквозь слепящие глаза солнечные лучи можно было разглядеть приближающийся навстречу «Hyundai» автомобиль. Это был «BMW». Через несколько минуты водитель иномарки зажал клаксон. Бип-БИИИП. Опустилось стекло дверцы водителя, и оттуда выглянули два молодых парня, показывающих большой палец, поднятый вверх.

- Наша машина им нравиться, – усмехнулся Алексей.

- Господи! Палыч, Алексей, это живые ЛЮДИ!

Content

Атамашкин Валерий Магистраль смерти

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23