Николай Заикин

Даша

Предисловие

Читатель, перед вами уникальная книжка – дневник отца, отражающий ход психического развития ребёнка, дочки Даши, за три года – период от одного года десяти месяцев до четырех лет десяти месяцев. Практически каждый сюжет вызывает радостное удивление, восхищение свежестью восприятия, поведения и мысли ребёнка. Вот один фрагмент записи. Ребёнку нет ещё двух лет. «Жарко. Сидим с Дашей на диване. Она держит на коленях блокнот и рисует. Фломастер соскальзывает и оставляет на её колене яркий след. – Папа, открой рот! – Открываю. Она сует туда указательный пальчик, слюнит и начинает тереть свою коленку».

Дневниковые записи – один из наиболее ценных источников понимания особенностей психики ребенка. В научной практике этот метод называется монографическим. Но перед нами наблюдения не профессионального психолога, методически отслеживающего возрастные изменения ребёнка, автор дневника – обычный папа девочки Дашеньки, фиксирующий в своём дневнике лишь то, что поразило его, обрадовало, а в ряде случаев вызвало непонимание причин конкретного поведения или высказывания ребёнка.

Жанр дневниковых записей не нов ни в научной психологии, ни тем более в жизни. Подборки «прикольных» высказываний детей можно найти на страницах современных журналов, газет, в Интернете. Известный психолог Н. А. Менчинская опубликовала ещё в 1948 году книгу «Развитие психики ребёнка (дневник матери)», охватывающий период от рождения дочери до десяти лет, где сделала обзор почти тридцати дневников родителей. Старшему поколению наверняка хорошо известна книга Корнея Чуковского «От двух до пяти», впервые увидевшая свет в 1928 году под названием «Маленькие дети» и позднее неоднократно переизданная. В аннотации этой книги написано, что она является художественным исследованием умственной и психической жизни ребёнка, его речевого развития, его влечения к стихосложению. Я бы сказал – влечения к творчеству вообще!

Творчество – вот, на мой взгляд, главная «координата» жизнедеятельности ребенка и понятие, характеризующее процесс его психического развития. Малыш не только познаёт, открывает для себя мир, но и творит его! Конечно, вместе с внимательными любящими родителями и всем окружением, которое они создают для ребёнка. Это очень чётко прослеживается в дневнике Дашиного папы и роднит его с классическими работами упомянутых выше авторов. О творчестве ребёнка свидетельствуют практически все опубликованные за период более ста лет дневниковые наблюдения за его развитием в разных социально-экономических условиях жизни семьи и страны. Именно это обстоятельство позволяет мне утверждать, что творчество – закон нормального психического развития ребёнка. Каждый ребёнок гениален, а ключ к развитию его гениальности – любовь, сотрудничество и понимание взрослых в диалоге с ним. Об этом говорит буквально каждая строчка дневника Дашиного отца.

И ещё один важный аспект чётко прослеживается в книжке. Процесс воспитания направлен не только от взрослого к ребёнку, он обоюдный. Ребёнок не в меньшей мере сам воспитывает взрослого. Это не морализаторство, а живое творчество ребёнка. Вот одна из записей в дневнике. Даше около четырёх лет. Папа пишет: «Случайно подслушанный разговор мамы с дочкой во время их нежного общения: “Ой, доченька, как приятно! Сделай ещё немножко так же! Сделаешь?” – “Конечно. Я и всегда могу так делать. Но ты же всё время воспитываешь меня, сердишься. А ты говори всегда ласковые слова – и будем хорошо жить!”». Чувствуете, как точно выразил ребёнок самую суть воспитания?!

Особо хочу отметить тонкие, умные, психологически точные комментарии автора книги, хотя он не профессиональный психолог и не претендует на психологический анализ развития своего ребёнка. Папа пишет: «В шутку предложил Даше, в случае готовности выполнить моё указание, брать под козырёк (прикладывать руку к голове) и отвечать: “Есть, товарищ командир!”. Дочке предложение понравилось, а я оценил, как она подловила меня на желании покомандовать – с первого раза охотно откозыряла и отрапортовала: “Нету, товарищ командир!”».

Как важно и ответственно не погасить огонёк свободы и творчества не только в «нежном» возрасте, но и потом – в детском саду, школе, вузе! Но это сюжет уже для другой книжки…

Убеждён, что чтение книжки Николая Заикина «Даша. Детские рассказики для взрослых» не только принесёт читателю радостное удивление и эстетическое удовольствие, но и будет полезной как своего рода пособие по воспитанию собственного ребёнка.

Вербицкий А. А., доктор психологических наук,

член-корреспондент Российской академии образования

Даша

Детские рассказики для взрослых

Даша, Дарья, выплеск, дар,

Огонёк в светлице,

Нескончаемая даль,

Стебелёк в теплице.

Нежный, хрупкий, дорогой

И родной до боли.

Родилась она такой

От Всевышней воли.

Теперь каждое утро мне улыбается дочка Даша.

Недавно ей исполнился год. И она пошла. Наверное, познавать мир. И это познание стало её менять. Вот что запомнилось.

* * *

Август. Во дворах московских домов торгуют овощами с машин. Мы гуляем. Проходим мимо грузовика-фургона. Вдруг вижу, что Даша отстала. Оглядываюсь: она стоит руки в боки и смотрит за машину. Зову – не обращает внимания. Подхожу к ней и вижу, что у заднего, открытого борта кузова точно в такой же позе стоит азербайджанец – продавец картошки. Стоят и смотрят друг на друга.

* * *

В марте-апреле Даша активно заговорила, смакуя слова. В том числе которые придумывала сама, но с известными ей одной значениями. Так, она не восприняла слово «хорошо». Вместо него с удовольствием произносила на японский лад только ей понятное: «Сандё!».

* * *

Даше год и десять месяцев. Смотрит глянцевый журнал «Атмосфера». На развороте – супермодель с обнажёнными плечами. Даша реагирует так:

– Тётя… А дяди нету.

* * *

Ложимся спать. Мы с Дашей – уже в кровати, а мама – ещё в ванной комнате. Даша хнычет, ждёт её.

– Дашенька, мама сейчас прибежит к тебе!

– А ты убежишь.

* * *

Телеканал «Спорт» транслирует финальный матч знаменитого теннисного турнира «Ролан Гаррос». Играют давние и принципиальные соперники – испанец Надаль и швейцарец Федерер. Нелёгкий матч. Даша ест орешки. Телевизор рядом с кухонным столом.

После одного из долгих розыгрышей она протягивает к экрану руку с орешками:

– Это тебе, Надаль! Это тебе, Федерер!

Неужели чувствует, как трудно обоим?

* * *

Жарко. Сидим с Дашей на диване. Она держит на коленях блокнот и рисует. Фломастер соскальзывает и оставляет на её колене яркий след.

– Папа, открой рот!

Открываю. Она суёт туда указательный пальчик, слюнит и начинает тереть свою коленку.

* * *

Даше скоро два года. Она продолжает удивлять. Пока, в основном, репликами. Например, так.

Балуясь на кухне, с грохотом опрокинула стул. Долго пытается поднять. Не получается. Стул для неё слишком тяжёлый, он предательски переворачивается с боку на бок.

Зовёт на помощь маму. Мама начинает объяснять ей, что так со стулом играть нельзя. А раз уж уронила его, надо самой и поднимать.

Опять не получается. На подходе слёзы. Тогда мама всё-таки ставит стул на место. Даша укоризненно вздыхает:

– Ну наконец-то!

* * *

Даша с мамой ложатся спать. Я говорю:

– Спокойной ночи! Ну, я пошёл?

Она машет мне ручкой:

– Иди. Пешком.

* * *

Даше два года и пять дней. Ей нравятся мои часы.

Переодеваемся ко сну:

– Папа, сними часики!

Снимаю, отдаю ей. Она довольно долго смотрит на циферблат и сообщает:

– Надо же, отстают.

* * *

Даше два года и полтора месяца. С 1 сентября она пошла в детский сад, для начала – на два часа в день. Сегодня выбирает наряды на завтра, примеряет и удовлетворённо оценивает:

– Я – моделя.

* * *

Играем на диване. Она прижалась ко мне, я глажу её по спинке.

– Папочка, зачем ты это делаешь?

– А ты сама как думаешь?

– Чтобы я ласковая была.

* * *

На полу разбросаны игрушки, а мы занимаемся пластилином. Он в пластмассовых баночках разной величины (по цветам) и немножко затвердел. Даше особое удовольствие доставляет разминать пластилин, после того как извлекаем каждый комок из-под крышки. Процесс требует усилий и сопровождается восторженным и даже чуть басовитым: «И-и-и-и…»

Подходит мама. Я говорю ей:

– Посмотри, какая экспрессия! Какой темперамент!

Даша поддерживает:

– Да, посмотри, какой тимпираминт!

Потом на мгновение задумывается, поворачивается ко мне и спрашивает:

– А где он?..

* * *

После игр устала, положила голову мне на колени и разговаривает как бы сама с собой о самом разном. И вдруг слышу:

– Вот папочка пойдёт завтра на работу… Такой красивый, медленный…

* * *

Были в гостях у Веры с Андреем. Даша играла с их детьми – Аней и Костей.

По дороге домой разговариваем. Мама спрашивает Дашу:

– У Ани и Кости кто родители?

– Тётя Вера и дядя Андрей.

– Правильно. А кто дядя Андрей тёте Вере?.. Муж?

– Да.

– А кто мой муж?

Даша не отвечает.

– Мой муж – твой папа!

– Нет! Он мой мусь и твой папа!

Вероятно, чувство собственничества путает все карты.

* * *

Ужинаем. Работает телевизор. На канале «Культура» передача о балете. Мама с Дашей обсуждают балетный номер, восторгаясь красотой движения танцоров. Я занят овощным рагу.

Наконец Даша не выдерживает:

– Ну папа! Не поленись, посмотри же!

* * *

Даша приболела. Мама целый день занимается с ней. Они долго валяются на кровати, играют, читают сказки. Идиллия. Иногда, в порыве нежности, когда мама читает вслух, Даша поворачивается к ней и гладит по щеке ручкой. Мама расчувствовалась и спрашивает:

– Ну, хорошо тебе с мамой?

– Конечно, хорошо! – отвечает Даша.

И без паузы уточняет:

– А с папой лучше!

С ребёнком расслабляться не стоит.

* * *

Даше не нравится, когда ей не уделяют внимания. Особенно если разговаривают без её участия. Даже по телефону. Она начинает требовать от кого-то из разговаривающих, чаще всего от мамы: «Не рассказывай!» Независимо от того, о чём разговор.

Иногда действительно возникает вопрос, а надо ли это рассказывать.

* * *

Нездоровится. Лежу на диване, укрывшись пледом и закрыв глаза.

Даша с мамой возвращаются с гулянья. Снимает куртку и бежит ко мне:

– Пошли играть!

Медленно освобождаю ноги из-под пледа. Даша видит это, обнимает за шею и тянет вверх, приговаривая:

– Быстрее надо! Поднимайся головой!

* * *

Примерно с двух лет Даша, когда чего-то хочет от меня, но не уверена, что я это сделаю, обращается ко мне так: «Можно тебя на одну минуточку?»

Когда я первый раз услышал от неё такое предложение, то не сразу и понял, от кого оно исходит.

* * *

Сама же она не часто сразу соглашается на наши предложения. Бывает, доходит и до слёз. Зато потом, когда всё-таки разногласия сняты, проникновенно повторяет:

– Не права я была, не права. Не надо было так делать, а надо было, как говорили папа и мама!

С повторами иногда перебарщивает, но следов конфликта не остаётся.

* * *

Вчера Даше исполнилось два года два месяца, а сегодня, в пятницу, я пришёл домой позже обычного (был в бане).

Даша ждёт меня. Сразу же сообщает, что вместе с мамой приготовила вкусный ужин.

– Пойдём на кухню, я тебя накормлю.

Идём. Я накладываю себе в тарелку кушанье, ставлю на стол и завариваю чай, повернувшись спиной к столу. И слышу, что кто-то…

– Это кто амкает из моей тарелки! Даша?

– Да. И с удовольствием!

* * *

Затем идём в спальню. Даша спрашивает:

– Видишь, какая чистота? Это мы с мамой убирались.

Наклоняется к ковру, садится на корточки.

– Ой, а здесь грязька! – и начинает тереть ковёр ладошкой.

Приобнимаю дочку, хвалю:

– Какая же ты хозяйка! Хорошо с тобой маме!

– И папе! – уточняет она.

* * *

Перед сном предлагает поиграть в мозаику. Сначала собирает цветочек.

– Смотри, какое сооружение я сделала! Теперь ты попробуй. Делай, как Даша. Может, у тебя получится… А может, и нет.

* * *

У Даши никакие буквы из суффиксов глаголов неопределенной формы не выпадают: «Сейчас я Илюшку поцеловаю», «Папа, пойдём маму поискаем».

* * *

– Завтра мы пойдём гулять всей семьёй: папа, мама и Даша. Все Заикины.

* * *

– Даша, идём спать!

– Не мешай мне, я делаю работу. Скоро закончу, – и продолжает стучать отвёрткой по металлической стойке торшера.я

* * *

Прошли по всем детским площадкам. Пора домой. Но Даша предлагает:

– Давай купим булочку!

– Да у нас нет с собой денег.

– Значит, придётся обращаться к маме?

* * *

На вопрос: «Как тебя зовут?» – чаще всего отвечает:

– Просто Даша.

Многие теряются.

* * *

В воскресенье вырабатываем привычку убирать игрушки после каждой игры.

Время готовиться к дневному сну. На ковре разбросаны картонки от пазла.

– Даша, посмотри, какой беспорядок! Собери их в коробочку.

– Нет, папа. Ты собери.

– Почему я? Ведь играла-то ты! Если хочешь, я помогу тебе… Ты же умная девочка!

Даша нехотя садится на пол и медленно, по одной, начинает складывать картонки, рассуждая при этом:

– Папа должен убирать. А я ему помогаю. Я же умная девочка.

* * *

Вечером побрился. Она залезает на колени, гладит ручкой по щекам:

– Папа, ты побрился! Теперь сюда можно целовать!

* * *

Даше понравилось слово «обратиться».

После трёх часов в детском саду она с мамой вышла на улицу. Мама предлагает идти домой, поскольку холодно и сыро, а Даша тянет на детскую площадку неподалёку. Начинаются убеждения:

– Там везде лужи, горки мокрые, играть невозможно…

Даша думает, потом заявляет:

– Надо обратиться к папе!

– Зачем? Он же на работе.

– Мы с ним ходили туда, и он качал меня на качелях.

Два дня назад, в такую же погоду мы действительно были в этом дворе, я счистил грязь с сиденья, посадил её на сырые дощечки и, на зависть другим детям, раскачивал над широкой лужей.

* * *

Пришёл вечером с работы. У Даши конфликт с мамой. Разбираемся. В итоге Женя говорит:

– Вот видишь, ты не права. И папа будет меня защищать.

– Нет, не будет!

– Будет. Он же мой муж.

– Ну и что, что он твой мусь! А мой – папа!

* * *

Вечером читаем книжку. Каждое стихотворение и песенку Даша выбирает сама, поскольку помнит каждое название и иллюстрацию. Заминка вышла с колыбельной «Спи, моя радость, усни». Не попадается на глаза, и всё тут!

Тогда дочка решила перейти к быстрому перелистыванию: при нём все страницы одновременно отгибаются двумя пальчиками, а потом как бы веером проносятся перед глазами. Но пока это ей плохо удаётся, из-под большого пальчика всё время вырывается по несколько страниц. Наконец, радостный возглас:

– Мигнуло!..

Я понял, о чём речь: нужная картинка промелькнула в этом веере и мгновенно исчезла из виду.

* * *

На спортивном телеканале бой боксёров-тяжеловесов. Даша посмотрела немножко и дала заключение:

– У них с головкой бо-бо.

* * *

– Папа, иди ко мне! Это значит – к Даше.

* * *

На столе вазочка с вареньем.

– А мне нельзя. Я худею. А то будет животик, как у тёти Иры.

* * *

Выражая нежность, Даша крепко обнимает меня за шею и шепчет:

– Мой Бозе!

Она ещё плохо выговаривает букву «ж».

* * *

Даша убрала за собой игрушки, к чему с трудом её приучаем, и бежит ко мне:

– Пойдём, посмотришь!

– Сейчас. Только переоденусь.

– Иди быстрее – ты обомлеешь!

* * *

Только пришёл, и сразу играть: из деревянных кубиков, пирамидок, панелей строим домики, скамейки, ворота. Подходит Женя, садится и начинает рассказывать мне о произошедшем сегодня. Новостей много. Даша терпит пару минут, поднимает голову и снисходительно командует:

– Успокойся. Бери и играй!

* * *

Телепередача о животных пустыни. Рассказывают о зебрах. Их малышей называют «зузу», что означает «ленивый». Предлагаю Даше, которая вряд ли слышит текст рассказа:

– Давай называть тебя Зузу.

– Не надо.

– А как надо? Персик?

– Да.

Наверно, чувствует звуковое отличие.

* * *

Наступают первые трудные моменты в общении с Дашей. Особенно у мамы, поскольку я меньше бываю дома.

Прихожу с работы и застаю очередной эпизод воспитательного процесса. Градус довольно высокий, но заканчивается всё пока безрезультатно.

Уединяемся с дочкой, беру её на колени. Небольшая пауза, и слышу:

– Можно погладить тебя по щёчке?

Гладит.

– А можно погладить ушко?

Гладит.

– А другое?

– А можно по ручке?

– А по другой?

Перечень объектов продолжается и дальше. Идёт вербовка союзника.

* * *

Суббота. Мы дома вдвоём с Дашей. Распорядок дня безнадёжно нарушается. Дочка чувствует, что со мной это проходит. Использую один из последних аргументов:

– Если мама узнает, она будет сердиться!

– Пока её дома нет, она сердиться не будет.

Парировано эффектно. Да и эффективно.

* * *

Даша с мамой регулярно читают детские книжки. В них много стихов, которые дочка охотно запоминает. По крайней мере, четверостишия или строки. Сегодня к ней прицепилась строчка: «А вот это дуб зелёный!» Она подходит то ко мне, то к маме, тычет пальчиком и громко произносит одно и то же.

Вечером купаемся в ванной. Даша плескается вместе с игрушками, а я, устроившись рядом на маленьком детском стульчике, прикрыл глаза. И вдруг слышу:

– Ты что, уснул, дуб зелёный!

Взбодрился тут же.

* * *

Наша берёзовая аллея. Даша едет на велосипеде. Вдруг останавливается, смотрит на газон, где гуляют собачники.

– Вот собака, залаза!

(С буквой «р» у дочки пока ещё не всё в порядке.) Поворачиваем к дому. И опять остановка. На этот раз Даша оглядывается назад и видит идущего за нами мужчину.

– Вот дядя идёт, залаза!

Он сделал вид, что не услышал, резко повернул и пошёл по газону, напрямую.

Маме придётся последить за своим лексиконом, чтобы дочка ненужное не заимствовала.

* * *

Ставлю сковородку в раковину, крышка остаётся на столе. Подходит Даша, берёт её, интересуется:

– А где сковородка от этой крышки?

* * *

Узнаю, что Даша опять провинилась и наказана: мама с ней не играет. Спрашиваю:

– И что мы теперь будем делать?

– Всё будем делать сами.

Налицо первое стремление к независимости.

* * *

Даша уже знает, что взрослые пьют вино.

Сегодня, в воскресенье, к Жене приехала Катя, подруга детства. Я возвращаюсь домой после обеда и спрашиваю у дочки:

– Ну, чем они тут занимаются? Тебя не обижают?

– Пьють!

* * *

Впервые я увидел море примерно тридцатилетним, поехав в командировку в Сухуми. И не считал, что это случилось поздно.

Вчера, встречая меня у двери, Даша спросила:

– А когда мы поедем на море?

Это было настолько неожиданно, что пришлось отвечать вопросом на вопрос:

– Зачем?

– Хочу, чтоб оно меня выкупало.

* * *

В день поминовения близкого человека пошли в церковь. Женя зашла первой, а мы поотстали. Тихо поднимаемся по ступенькам. И слышу, как Даша негромко выговаривает:

– Да святится имя Твоё…

Наверно, она слышала эту молитву. Но чтобы воспроизвести вот так к месту и ко времени…

* * *

После двух лет Даша потихоньку учится считать. Успехи есть.

Сегодня вечером собираемся рисовать. Альбом раскрыт, в руке у дочки цветные карандаши, пять штук.

– Папа, я с тобой поделюсь! – и даёт мне один карандаш.

– Вообще-то, если делиться, то лучше давать побольше, примерно половину.

Даша думает и протягивает ещё один карандаш.

– А сколько у тебя осталось?

Она смотрит на свой остаток и доверительно сообщает:

– Чуть-чуть.

* * *

Я на кухне. Подходит Даша, смотрит.

– Моешь посуду?

– Да.

Опять смотрит.

– Мама не моет. Даша не моет… Да!

Постояла, посмотрела и задумчиво ушла.

* * *

Когда Даше ещё не было года, мы с ней рассматривали картины: «Сирень», «Храм», «Свеча». Последняя висит в комнате, стены которой обшиты светлой доской. На картине изображена свеча в ореоле пламени на тёмно-красном, почти коричневом фоне.

Я спрашивал дочку, где, например, картина «Сирень», и она показывала пальчиком.

Когда Даша начала говорить, я стал показывать на картину и спрашивать, как она называется. И недавно на вопрос о «Свече» дочка ответила: «Огонь и дерево».

Таким стало её восприятие.

* * *

Даша принимает не все мои предложения. Говорю:

– Давай мы это сделаем, и папа будет доволен.

Она смотрит на меня хитро и отвечает:

– А он и так доволен!

* * *

– У нас в группе две Даши: одна и вторая.

* * *

Смотрит на любимую куклу:

– Она такая улыбчивенькая!

* * *

Обняла несколько кукол:

– Золотые вы мои девочки!

* * *

– Скоро к нам придёт доктор, такой симпатичный парень. И спереди симпатичный, и сзади.

* * *

Дочка неохотно убирает за собой игрушки.

– Даша, почему ты ленишься?

– Потому что я немножко лентяйка.

* * *

«Не надо на меня кричать!» – заявила Даша, когда ей было ровно два года пять месяцев одна неделя от роду, 20 декабря 2007 года.

* * *

Даша знакомится с алфавитом путём запоминания первых букв от знакомых слов: «м» – мама, «л» – Лена, «с» – стол.

– Коля – какая буква?

– П.

– Почему?

– Потому что Коля – это мой папа.

* * *

Принёс пластинку Олега Погудина с портретом певца на обложке. Показываю Даше.

– О, какой хороший мальчик!

Певец действительно выглядит очень юным.

* * *

Вечером Даша самостоятельно разыгралась, и я прилёг на диван.

Она, как и многие дети, любит выдвигать ящики и перебирать хранящиеся там вещи. На этот раз ей под руку попалась тумбочка с домашней аптечкой, где кроме разных коробочек и пакетиков было ещё несколько предметов (большой термометр для ванны, массажёр и т. п.). Всё это она перенесла ко мне на диван, а когда пришло время спать, не разрешала маме сложить вещи в тумбочку.

– Почему?

– Потому что это я папе подарков наваляла!

* * *

Рисуем. Линии надоели. Даша перешла к точкам. Ставит она их в изобилии по всему блокнотному листу с размаху и смачно. Я молча наблюдаю. Её это не устраивает, поскольку многое ей нравится делать вместе.

– Папа, не сиди! Хлопай точки!

* * *

– Когда ты это сделала?

– Перед на улицей.

То есть перед тем, как пойти гулять.

* * *

В последнее время мы с Дашей делаем акцент на нашу схожесть (пусть пока и воображаемую). Дело дошло до того, что она утвердительно спросила:

– Папа, правда же, что, когда ты был маленьким, ты тоже был девочкой?

* * *

В близком преддверии двухсполовинойлетнего юбилея зафиксированы пока необъяснимые дочкины желания. В смысле информационных поводов для них. Например, во время очередного сеанса примерки своих «нарядов», пройдясь перед зеркалом, она заявила маме:

– Вот так я пойду замуж!

– А когда и с кем?

– Вечером с папой, когда он вернётся с работы.

Это несколько успокоило.

Или, встречая меня у двери, сообщила:

– Я хочу, чтобы у меня был большой и высокий дом на улице.

Желания ранние, хотя, бесспорно, правильные.

* * *

Воскресенье. Вторую половину дня провёл с Дашей. В основном, за играми. Ни разу не поссорились. Перед сном решили отдохнуть, сели в кресло. Я её хвалю: и за то, что вовремя поужинали и хорошо играли, что игрушки сама убирала, и пролитую воду тряпочкой вытерла, и танцевала, и т. д. и т. п.

Она выслушала похвалы, посмотрела мне в глаза и медленно, разъясняющим тоном добавила:

– Главное, я тебя крепко люблю.

* * *

Утром говорили с Дашей о том, что лучше одеваться со вкусом.

Вечером прихожу домой, спрашиваю у неё, как дела, есть ли какие новости.

– У меня вкус есть. А у тебя?

* * *

Короткий вечерний, перед моим приходом с работы, диалог Даши с мамой:

– А твоего папы всё ещё нет…

– И твоего мужа всё ещё нет.

Видимо, по-женски уравняла положение.

* * *

Теперь Даша образовывает глаголы от существительных.

Мы собрались идти в парк, хоть и зима.

– Даша, а что мы будет делать в парке?

– Будем там париться.

Правда, слово «париться» ей знакомо давно, поскольку я регулярно хожу в баню.

* * *

Пора ложиться спать, а Даша упорно одевает кукол, собираясь с ними в бассейн. Уговоры не помогают.

– Но ведь все уже спят. И бассейн тоже.

Это её озадачивает, но дочка не сдаётся:

– А ты ставишь тапочки, и о них всегда спотыкаются!

Даша приступила к разработке новой тактики защиты своих планов.

* * *

– Даша, ты будешь кабачки?

– Нет. Ты же знаешь, я не люблю невкусности.

* * *

– Папа, хочу тебе на ушко что-то сказать…

Подставляю ушко.

– Покупай мне подарки.

– Почему это я должен покупать тебе подарки?

– Просто ты хороший.

Наверное, весомее аргумента из уст ребёнка, которому ровно два с половиной года, не бывает.

* * *

Привязалось к Даше «А ты чё-ё?!» Может быть, из детсада принесла. И чем больше боремся, тем охотней повторяет. Передразнил, повторив это следом за ней.

– Не надо так говорить, папа!

– Почему? Потому что некрасиво?

– Мне – красиво, а тебе – нет.

Обосновала не задумываясь, но с учётом психологии оппонента.

* * *

У Даши хорошее настроение. Она забирается ко мне на колени. Видно, хочет пообщаться. Я обнимаю её, прижимаю к себе.

– Папа, а ты меня любишь?

– Разве ты не знаешь?

– Нет.

– И не догадываешься?

– Тоже нет.

– А как ты думаешь: когда обнимают, гладят, целуют – это что?

– Это любовь.

Всё-то дети чувствуют…

* * *

Прививаем дочке спокойное отношение к боли. Она не противится. И уже есть признаки первых результатов.

Играли вчера с её зверями. Игрушечный электрический динозаврик укусил меня.

– Тебе больно, папа?

– Да, немножко больно.

– А ты будешь плакать?

– Конечно, не буду. Ты же не плачешь, когда тебе больно?

– Нет. Меня комарик укусил, а я радуюсь.

* * *

Даша встретила меня, помогла раздеться, отвела помыть руки и предложила:

– Теперь давай поиграем?

– Давай.

– Как хорошо, что мы с тобой во всём друг друга понимаем.

На самом же деле до понимания ещё ох как далеко!

* * *

Я ужинаю, мама моет посуду, а Даша поочерёдно предлагает каждому из нас поиграть с ней. Но согласия не получает. Тогда она останавливается посередине кухни и вопрошает:

– Как мне от вас отдохнуть?

* * *

Разложили с дочкой игрушки на ковре, и тут мама обращается к ней:

– Даша, передай мне, пожалуйста, пульт со стола.

– Не могу. Я только села.

* * *

Едем в автобусе. Даша в комбинезоне у меня на коленях. Вижу, что у неё чешется коленочка, но комбинезон мешает…

– Хочешь, помогу?

– Давай почешем на двоих!

* * *

Хороший воскресный вечер. Много играли, о многом рассуждали. Теперь несу доченьку в спальню готовиться ко сну. Она крепко обнимает за шею, прижимается ко мне и довольно громко говорит:

– Мы с мамой тебя очень любим! Ты наш самый лучший дружочек!

Отдаю себе отчёт, что со временем вероятность её подобных откровений будет уменьшаться, пока не сойдёт на нет. Через три дня ей будет два года и восемь месяцев. Прелестный возраст!

* * *

Сейчас ограничиваем дочку в конфетах. Она особо не настаивает, но, когда есть возможность схитрить, своего не упускает.

За ужином мы с Женей заговорились, отвлеклись, и у Даши в руке оказались две «Коровки». Когда мы это увидели, она быстро объяснила:

– Посмотрите-ка, они сами ко мне прикрепились!

* * *

У Даши уже есть отношение к кинофильмам с насилием, стрельбой, грубыми сценами или эпизодами ссор, когда персонажи, например, кричат друг на друга.

По телевизору регулярно показывают фильм Георгия Шенгелия «Классик», и я смотрел его несколько раз. Но, оказывается, ни разу не видел начала, завязки. А сегодня увидел. И как раз начинается всё с нападения на автомобиль, с убийства.

Даша видит, что я увлёкся, подходит и дёргает за руку:

– Что ты сидишь и смотришь! Пойдём лучше играть. Это же явно неудачное кино!

Пришлось согласиться.

* * *

Даша уже любит выкладывать из комода свою одежду и примерять кофточки, юбочки, платьица. А уж о примерке новых нарядов и говорить нечего!

Сегодня мама вернулась из магазина с покупками и объясняет Даше:

– Вот это ты примеряй сейчас, а маечку не надо, потому что она большая, я купила её на будущее.

Дочка замешкалась всего на секунду и тут же радостно сообщила:

– А будущее уже сейчас!

Так ей хотелось примерить всё сразу.

* * *

Купил новую пластинку. На ней, в частности, есть «Дом хрустальный», «Весна на Заречной улице», «Шумел камыш». Слушаем первую из этих песен.

– Даша, знаешь, кто поёт?

– Владимир Высоцкий.

– Тебе нравится?

– Да.

– А почему?

– Хороший голос.

* * *

Даше исполнилось два года восемь месяцев. Она быстро взрослеет. Особенно в разговорах.

Обедаем.

– Даша, ты будешь ещё пирожок?

– Если человек не хочет, не надо ему предлагать.

Теперь думаем, прежде чем предложить.

Занимаемся игрушкой (она прозрачная) с перетекающими шариками из разноцветной тягучей жидкости. Даша предлагает поднести её к экрану телевизора.

– Зачем?

– Тогда будет ещё красивей.

– Думаю, не будет.

– Надо сначала сделать, а потом говорить.

Аргумент сразил. Понесли игрушку к телевизору.

* * *

Очень неожиданно, но формулировка просьбы безукоризненно точна:

– Папа, помочь немножко можешь? Сними мне штанишки и трусики. А пописаю я сама.

* * *

Тут же вспомнил, что склонность к неожиданностям проявилась у дочки давно. Было ей чуть больше года, когда в ответ на какое-то настоятельное требование она пухленькой ладошкой хлопнула маму по щеке. Та растерялась, но потом, присев на корточки, долго, минут пять, объясняла Даше, что так делать нельзя, что это плохо. Та стояла насупившись, слушала.

Беседовать в такой позе маме становилось всё неудобнее, и она решила завершить разговор вопросом:

– Ну, ты всё поняла, доченька?

А доченька выдержала паузу, подняла глаза и без замаха снова звонко приложилась к маминой щеке. Тем и закончилась первая попытка растолковать Даше очевидное.

Но вообще она растёт очень ласковой девочкой и всё больше понимает самостоятельно.

* * *

Сама тоже любит ласку.

Сегодня проснулись пораньше, поскольку идти в садик. Даша – ещё в кроватке, я – на стульчике рядом. Помогаю ей взбодриться.

Мама зовёт дочку одеваться и слышит в ответ:

– Я не могу. Папа меня гладит.

* * *

После ужина Даша уводит меня играть в спальню. Потом зачем-то возвращается в комнату, где мама, задумавшись, сидит в кресле. Слышу:

– А почему ты такая жалкая? Потому что мы не взяли тебя с собой?

Свобода мышления и выбора слов, по-видимому, и позволила так двусмысленно сформулировать вопрос.

* * *

У меня давний интерес к русскому языку. Когда Даша начала активно говорить, он обострился.

Сегодня она рассказывала мне про нашего соседа, своего ровесника.

– Ты представляешь, Данила залез на гимнастическую стенку, упал с неё, и у него сломалась нога!

Если бы об этом рассказывал любой взрослый, он бы обязательно сказал: «Сломал ногу».

Теперь я уж и не знаю, как всё-таки правильнее.

Или вот ещё случай, пусть и немного отличающийся от первого.

Увидел на Дашином столе вместе с игрушками маленький блокнот. Из тех, какими я постоянно пользуюсь.

– Откуда у тебя эта записная книжка?

Подумала-подумала и уверенно ответила:

– Эта письматика у меня давно. Её мне мама дала.

* * *

Кажется, дочка болеет за то, чтобы у нас была хорошая семья. Когда есть повод, она обязательно озвучивает, что мы вместе – папа, мама и Даша – идём, едем, едим.

В садик её отводит мама, я на работу ухожу раньше. А вчера утром мы вышли из дома вместе, и Даша предложила, чтобы я проводил их с мамой.

Светило первое весеннее солнце, и дочка радостно повторяла:

– Посмотрите, это тень: вот – папина, вот – мамина, а вот – Дашина!

Она была очень довольна, что я принял её предложение. И, как потом выяснилось, придя в группу, сразу же сообщила воспитательнице:

– Надежда Михайловна, а меня папа проводил до садика!

Вот такой надежный у нас гарант семейного благополучия.

И в дополнение. Сегодня, собравшись на работу, взял дочку на руки.

– Конечно, подержи меня перед уходом! – И, подумав: – Не хочу, чтобы папа уходил на работу. Я папу люблю.

Как тут не расчувствуешься…

* * *

Постоянно стараемся, чтобы дочка видела гармонию в окружающем. Даже выбирая одежду для прогулки, она всегда отмечает, что платьице должно быть в тон колготкам и туфелькам.

Мама прилегла на кровать, убранную покрывалом, не сняв лёгкие домашние шлёпанцы, и тут же получила выговор:

– Нельзя так делать, сними тапочки. Красота же нарушается!

* * *

Если мы с дочкой расстаёмся или встречаемся, то целуемся.

Недавно она сопроводила очередное такое действо пояснением:

– А я папину поцелуйку язычком слизываю!

Без комментариев.

* * *

Ещё на ту же тему.

Даша сидит у меня на коленях, потом приподнимается, кладёт ручки мне на плечи, отстраняется, наклоняет голову и совсем не по-детски ласково говорит:

– Мой Колька!

* * *

Отличие детского сознания от взрослого проявляется самым неожиданным образом.

Сегодня Даша брала на улицу велосипед и упала с него. Но не плакала, потому что мама тут же помогла ей и ещё раз объяснила, что так бывает у всех маленьких. Тема продолжилась дома, в моём присутствии:

– И папа, когда был маленьким, тоже падал с велосипеда?

– Конечно.

– А кто ему помогал подниматься? Тоже ты?

Мама растерялась. И немудрено.

* * *

Даше два года девять месяцев. Взрослеет. Возникают новые вопросы.

Играем в куклы. Их у неё много. Есть и голенький пупсик с чётким рельефом тела и всеми мальчишечьими атрибутами. В этот раз он привлёк особое внимание. Дочка долго и задумчиво его рассматривала, а потом спросила:

– А это что? Разве такое может быть?

– Может. Но только у мальчиков.

– Значит, и у мужчин тоже.

– Да.

Она снова задумалась и без продолжения разговора отложила пупса. Вероятно, оно ещё будет.

* * *

В дочкином поведении появляются новые, запоминающиеся мотивы.

Иногда, заигравшись, она теряет меня из виду. Например, когда выхожу на балкон курить. Раньше в таком случае она просто спрашивала: «Мама, а где папа?» Вчера ничего не спросила у Жени, а стала медленно ходить по квартире и с чувством приговаривать: «Где же мой папа, где же папа? Ведь я так его люблю… Так люблю…»

Пришлось срочно материализоваться.

* * *

Вечером в спальне Даша с мамой читает книжки. Прохожу мимо и слышу дочкино:

– Иди к нам, наш золотой!

Абсолютно неожиданно, поскольку не представляю, откуда такое берётся.

* * *

Почти всегда с неохотой Даша отпускает меня на работу.

Позавтракали. Мама зовёт дочку мыть руки, та отказывается. Крутится около меня. Я переодеваюсь.

Используя момент, говорю:

– Вот сейчас быстро соберусь и пойду. А то чего мне здесь делать? Даша ручки не моет…

Реакция мгновенная:

– Мама, пойдём мыть ручки!

И мне:

– А ты раздевайся в обратно!

Попался. Пришлось раздеваться. В следующий раз буду внимательней.

* * *

Суббота. Мы с Дашей дома вдвоём. Резвимся. Она путешествует на мне по квартире. Кого-то догоняем и убегаем от него же. И забыли про плиту, про кухню. Что-то убежало из кастрюли. Мы остановились и смотрим.

– Вот тебе и фи-фи ку-ку! – резюмирует дочка.

Потом я узнал, что это полуцитата из прозаического (по Гью Лофтингу) «Доктора Айболита». А решил было, что Даша сама придумала, и удивился…

Но всё равно – получилось к месту.

* * *

1 Мая. Тепло, солнечно, празднично. Деревья уже в обильной листве, а некоторые – черёмуха, яблони, вишни – и в цвету.

Втроём возвращаемся с прогулки. Женя предлагает завтра же сходить в лес, который от нас недалеко. А Даша озвучивает сразу два желания:

– Хочу и в лес, и в замуж!

* * *

Дочка всё ещё заботится обо мне. Сегодня таким вот образом:

– Держи нос ровнее! – крепко взяла его двумя пальчиками и потянула вверх.

Видно, о чём-то призадумался я в это время и имел озабоченный вид…

* * *

Продолжаю удивляться. Никогда бы не придумал сказать так:

– Папа, давай сначала другой, а потом один раз.

От перестановки двух слов привычная фраза изменилась до неузнаваемости.

* * *

– А зачем девочка залезла на дерево? Чтобы упасть?

Есть резон в вопросе. Не детский.

* * *

Сегодня – одна за другой две неожиданности.

Сначала дочка спросила, почему у меня белые (седые) волосы. Я, конечно, знал, что такой вопрос будет, но всё равно с ясным ответом не нашёлся.

Потом она зарифмовала две строчки:

Спать пора.

Кушать просит детвора.

Попытки были и до этого, причём без особых усилий, скороговоркой, на ходу. Но внятного результата не получалось. К тому же и ритм сбивался.

На этот раз прогресс мне показался видимым. Да и сама она с удовольствием повторяла придуманные строчки до конца дня.

Обе неожиданности подтверждали явное: дочка растёт. Через два месяца и десять дней ей три года.

* * *

– Мама, это непросто сказать: я люблю тебя.

Даша, наверно, знает, что говорит, потому что в последнее время балует нас такими признаниями. Сегодня с утра и подипломатничала:

– Я тебя люблю, мама!

И мне:

– А тебя я поцелую.

* * *

Даша с мамой уходят в садик, спешат. Дочка первой выбегает за дверь, следом выходит Женя.

Я закрываю дверь, но слышу:

– Папа, подожди!

Даша подбегает, крепко целует.

– Вот теперь всё сделали. Пошли, мама!

Первые признаки деловитости вполне конкретны.

* * *

Вышли гулять. Идём по нашей берёзовой аллее. Даша предлагает:

– Давай песенку споём.

– Давай. А какую?

– Какую-нибудь из тех, что я пела в детстве.

Спели «Наша Таня громко плачет…». Потом ещё две.

Почти «Старые песни о главном».

* * *

Завтра Даше два года десять месяцев. Она с удовольствием преобразовывает слова, но некоторые неполадки здесь пока присутствуют.

Сегодня за завтраком она прочитала мне короткую лекцию на всегда актуальную тему. Звучало это примерно так:

– Когда убираешь за собой игрушки, вовремя укладываешь куколок спать, хорошо кушаешь, не мешаешь маме, когда она занята на кухне или отдыхает, заботишься о папе, не расстраиваешь его – это и есть лювбя!

Я подтвердил, что Даша абсолютно права, не обратив её внимания на новое для меня слово, которым закончилось повествование.

* * *

Утро. Даша ещё в кроватке, но проснулась. Я заглянул в спальню и услышал:

– А чего ты пришёл и загляниваешь?

Скорее всего, хотела спросить: а почему не заходишь?

* * *

Запомнилось дочкино преобразование глагола в существительное.

Возвращаемся по нашей аллее домой. Как это теперь обычно и бывает, Даша запросилась на руки. Я, конечно, взял. Потому что так нам обоим приятно.

Женя выговаривает дочке:

– Совсем тебя папа избаловал. До дома-то два шага!

На что Даша отреагировала радостно и громко:

– Ну и баловник же ты, папа!

Прохожие удивлённо обернулись.

* * *

Даша довольно часто подхватывает то, что говорят взрослые.

Недавно ей подарили большую пластмассовую игрушечную кухню – с конфорками, краном, посудой. Спрашиваю дочку:

– Ну как, сегодня ты мне ужин приготовила?

– А когда же готовить? Времени-то нет!

Ответ прозвучал очень убедительно.

* * *

У дочки стало получаться ставить нас в затруднительное положение.

Просит у меня сок в пакетике, увлечение которым мы не одобряем.

– Ты же знаешь, что вопросы с соком решает мама. Иди и спроси у неё.

Пошла и тут же вернулась. Беру её на руки:

– Ну что?

– Мама разрешила, – сообщает как-то неуверенно.

– Пойдём уточним, правильно ли ты поняла.

– Пойдём. Только в обратную сторону!

Буквально через пять минут демонстрирует новый тактический приём.

Сидим на кухне. В ответ на какую-то Дашину реплику мама возмущённо спрашивает её:

– Какой дурак научил тебя так говорить?!

– Да вот он сидит!.. – и показывает на меня.

Рассмеялись все вместе.

* * *

– Пойдём со мной в спальню, – зовёт Даша.

– А что мы там будем делать?

– Я буду тебя одевать.

Из комода на кровать уже выложена гора Дашиных нарядов: платья всех расцветок, юбочки, футболки, майки, штанишки и что-то ещё.

– Когда я тебя одену, то все скажут, что ты самый красивый и любезный.

Начинаем с того, во что влезает моя голова. Такого набралось с десяток. Потом она одевает мои плечи, живот, руки, ноги…

Скоро дочка начинает уставать, хотя груда вещей всё ещё внушительная. Даша останавливается, критически осматривает меня и решает:

– Всё, хватит. Ты уже красивый!

А вот побыть любезным мне в этот день так и не довелось.

* * *

Сегодня был свидетелем демонстрации тонкого хода при обсуждении актуального вопроса.

У нас гостят Дашины бабушка и крёстная Лена. Бабушкой Даша командует и, конечно, её не слушается. Лена строго спрашивает:

– Почему ж ты так себя ведёшь? Старших ведь надо слушаться!

– Конечно. Папу и маму я слушаю и всё запоминаю!

Как бы опередила Лену и не дала повода поймать себя на лукавстве, поскольку и с послушанием родителям проблемы у неё тоже есть.

* * *

Бабушка наводит порядок в квартире. В частности, разбирается с игрушками.

Даша с Леной возвращаются с улицы, раздеваются. И мама сразу же говорит:

– Даша, посмотри на полочку – как аккуратно и красиво стоят твои дружочки!

– Уже посмотрела, и у меня сразу сердце разорвалось! – и приложила ладошку ко лбу, показывая, где это случилось.

Жест получился достоверным, но с месторасположением сердца ошиблась. И вправду, знать ей это пока ещё рановато.

* * *

Говорят, для родителей дети взрослеют неожиданно, «рывками». В их поведении появляются совершенно новые мотивы. У Даши тоже.

Вчера вечером она минут двадцать занималась мной. Нежно лечила. Сначала делала уколы, используя в качестве шприца попавшие под руку игрушки, а потом долго растирала «уколотые» места. При этом периодически заглядывала в глаза и спрашивала: «Ну что, тебе легче?» Я благодарно восторгался результатом дочкиных трудов.

После уколов и массажа пришёл черёд тюбиков с кремами из маминой косметики. Принося очередной, Даша говорила: «Этот кремик способен всем помочь!» Их воздействию подвергались все «болевые» точки – от головы до ступней.

Наконец дочка посчитала своё участие в моём «лечении» достаточным, принесла несколько более крупных игрушек и строго сказала:

– Теперь лечись сам!

Затем подумала, сходила на свою кухню, принесла игрушечные, но почти как настоящие фарфоровые чайник, чашку на блюдечке с ложечкой и дала последнее указание:

– Потом попей, чтоб заполняло.

Формулировка впечатлила лаконичностью и неожиданностью. Тем и закончился лечебный сеанс.

* * *

Ложимся спать. Окно спальни выходит на тихую сторону, чему мы уже долгое время радуемся. Но сегодня на улице шумно, раздаются гортанные мужские голоса. Я почему-то связал это с тем, что шла прямая телетрансляция финального матча футбольной Лиги чемпионов «Манчестер Юнайтед» – «Челси» в Лужниках.

Бабушка удивилась уличному шуму:

– А что это?

Даша тут же разъяснила:

– Да это какие-то дяди, и в голове у них чёрт-те что!

Дополнительных вопросов не было, ответ прозвучал исчерпывающе.

* * *

Опять о «взрослости».

Примерно ноль часов, свет выключен, все по своим кроваткам. Тихо спрашиваю у Жени, во сколько утром встаём.

– Папа, ты у кого спросил?

– У мамы.

– А почему не у меня?

Тон вопроса не дал возможности быстро найти достойный ответ.

* * *

Мама объясняет Даше, что молодые должны уступать место старым. Дочка соглашается:

– Старым – должны, а новым – нет.

* * *

На Дашиной кухне готовим ужин куклам. Мне пора в душ, о чём и сообщаю дочке. Она возражает:

– Нет, давай это делать с тобой.

– Почему?

– Потому что ты же у нас художник готовить!

Уверен, что такой убийственный аргумент в нашем доме никогда не звучал и дочка его нигде не слышала. Думаю, это её случайная сверхудачная (в смысле остроумия) находка.

* * *

У дочки новая, серебряная чайная ложечка, которая ей уж очень нравится:

– Папа, а ты слышишь, как она светится!

* * *

Даша с мамой гуляют и играют в зайчика и лисичку. Мама-лисичка догоняет зайчика. Мама устала.

– Ты посиди на скамеечке, отдохни… А потом будешь за мной тащиться!

* * *

Вечер.

– Папа, ты уже был в ванной?

– Нет.

– А мама?

– Тоже нет. Нам же некогда, всё вокруг тебя крутимся.

– А я вокруг вас!

* * *

Даша увлечена куклами, играет с ними, постоянно и настойчиво стимулирует нас к покупке новых. Недавно, гуляя с мамой, присмотрела очередной экземпляр.

Сегодня два часа провели на детской площадке. Набегались, накатались, напрыгались. Пора домой. Но дочка тянет в обратную сторону. Не пойму куда. Оказалось, в магазин «Хозяюшка». Что там интересного для неё? Кукла. Не предполагал, что она есть в ассортименте хозяйственного магазина. Но Даша не ошиблась.

Заходим. Куклы есть. И присмотренная тоже. Причём по сходной цене.

– Даша, но денег-то мы с тобой не взяли.

Огорчилась. Думает. Смотрит сосредоточенно.

Хлопнула дверь, вошла покупательница.

– А вот наша мама! Возьми у неё деньги!

Девушка пробежала взглядом по полкам и тут же вышла. Может быть, по причине неожиданной неловкости.

Продавщицы недоумённо смотрят на нас.

– Это правда ваша мама? – спросила одна.

– Нет…

– Девочка обозналась, – предположила другая.

– Неужели она так хочет куклу, что… – выдвинула версию первая.

Я был с ней согласен. Это было детское импульсивное решение использовать хоть какой-то шанс получить желаемое.

Конечно, эту покупку надо было делать.

P. S. На следующий день, 1 июня, в день Дашиных крестин, мы сделали ей этот подарок.

* * *

Позавтракали. Мама зовёт Дашу одеваться, пора в детский сад. А по телевизору – мультфильм про Чиполлино, хочется досмотреть. Но мама настойчива. Тогда дочка принимает такое решение, обращаясь ко мне:

– Я пошла одеваться, а ты стой тут и смотри, чтобы мультик никуда не убежал.

* * *

Даше нравится пить воду из бутылки. Особенно из моей, которую она находит в спортивной сумке в воскресенье, когда я возвращаюсь с тенниса. Может быть, ещё и потому, что обычно я строго спрашиваю: «Кто выпил мою воду?!»

Сегодня в похожей ситуации дочка проявила находчивость и смекалку. Когда уже воды оставалось на донышке, Женя попросила у неё:

– Разреши и мне сделать два глоточка.

Разрешила. А получив бутылку назад, сделала озадаченное лицо и удивлённо спросила:

– Так ты что, всё выпила?

В общем, нашла сообщника, опередив мой вопрос.

* * *

На балконе висит цветная игрушка-спираль, при вращении переливающаяся всеми цветами радуги. Даша у меня на руках, раскачивает её и любуется. Я тоже смотрю вверх, над собой. Стоим довольно долго. Дочка, возможно, желая помочь мне, предлагает:

– А ты протяни голову.

Так бы и сделал, если бы мог.

* * *

На нашей четырёхрядной берёзовой аллее две дорожки, верхняя и нижняя. Обычно Даша с мамой здесь встречают меня, когда я возвращаюсь с работы. Сегодня тоже.

Вместе идём по нижней дорожке. Даша перебегает на верхнюю, останавливается, поворачивается и, приглашая за собой, показывает указательным пальчиком на обозначенный ею переход:

– Вот вам путь!

По нему мы и пошли.

* * *

Даше подарили набор детских колечек. Она их постоянно меняет, а я стараюсь каждый раз похвалить её вкус:

– Какое у тебя красивое колечко, доченька!

– Когда ты помолодеешь, мы и тебе такие же купим, – услышал я в ответ.

* * *

Что-то выговариваю Жене. Она обращается к Даше:

– Слышишь, как папа ругается?

– Нет, он ругается, когда у него на душе больно. Или что-нибудь не получается.

Не понимаю, как ребёнок может догадаться и сформулировать то, чего я и сам ещё не сумел сделать.

* * *

Поставил пластинку.

– Даша, знаешь, кто это поёт?

– Олег Погудин.

– А голос его тебе нравится?

– Он сам мне нравится.

* * *

Этот летний праздничный день провели вместе, много гуляли. Заодно Даша получила приличную порцию воспитания. А вечером, как бы подводя итог, сформулировала:

– По-хорошему – к хорошему, а по-плохому – к плохому.

Спорить было не с чем, и мы согласились.

* * *

До трёх лет ещё не дотянули, а признаки логического мышления уже демонстрируем:

– Даша, как ты думаешь, мама тебя простит за то, что ты её обидела?

– Наверное, она нас простит.

– Почему нас? Я же её не обижал!

– Да… Я не видела, чтобы ты обижал. Значит, ты не обижал. Но я думаю, что она меня и одну простит.

Логические рассуждения помогли дочке удачно завуалировать её явно неудачную попытку разделить свою вину на двоих.

* * *

Общение с Дашей создаёт впечатление, что детский ум быстрее, чем взрослый, находит выход из затруднительных ситуаций.

Вчера она с мамой была на дне рождения у шестилетней Юли, которой родители подарили суперкуклу. По рассказам, ей можно готовить кушанья и напитки, она с удовольствием этим лакомится, а потом её надо сажать на горшок…

Даше настолько понравился этот подарок, что она пыталась отобрать его у именинницы, несмотря на долгие мамины разъяснения о недопустимости такого поведения. Вечером мы с ней продолжили беседу.

– Теперь-то ты понимаешь, что была не права?

– Понимаю. Ведь куклу подарили Юлечке…

– Почему же ты хотела её отобрать?

– Она мне очень понравилась.

– А что понравилось?

– Лицо… И тело!

Больше вопросов у меня не нашлось.

* * *

Продолжаем приучать Дашу к порядку. В частности, в её хозяйстве. И она уже показывает понимание вопроса. Сегодня, например, так. Встретив меня вечером у двери, дочка сразу же сообщила:

– Знаешь, там у нас на кровати такой бардак лежит!

Сработала на опережение: теперь я был лишён возможности предъявить претензии по поводу Дашиных нарядов, во внушительном количестве извлечённых из комода и разбросанных в спальне.

* * *

Во время познавательной игры «Фрукты – овощи» дочка проявила познания в агрономии, неожиданно поведав:

– Папа, ты у нас в семье единственный фрукт.

* * *

Встретились на аллее. Даша знает, что у меня в сумке вкусный напиток (я – из бани), и просит попить. Я достаю бутылку. Она увлечённо пьёт.

– Разреши и мне глоточек.

Не прерывается, допивает до дна. Я обиделся. Она делает вид, что не замечает. Но не всё так просто.

Пришли домой. Она быстро раздевается, моет ручки (обычно и то и другое делается не сразу), помогает раздеться мне (даже снимает носки), несёт домашнюю одежду, помогает одеться, помыть обувь, накрыть на стол, помыть посуду, постирать большое банное полотенце. И находит эффектную концовку:

– Наклонись ко мне. Я тебя поцелую… в глаз!

Оказывается, я всё-таки купился на её показное равнодушие к моей обиде.

Всё они замечают. А от избытка чувств готовы даже на такое необычное их проявление.

* * *

Это мне рассказала Женя.

Сидят они с Дашей, обедают. Дочка устала (много гуляли), потому капризничает. И получает одно замечание за другим. Наконец не выдерживает и предупреждает:

– Сейчас я буду беспощадна.

* * *

Мою посуду после ужина. В полутора метрах – Даша на полу со своими игрушками.

Вода из-под крана шумит, но слышу, как дочка настойчиво и довольно громко о чём-то спрашивает своего Илюшку (это большая кукла, ростом ей по плечо примерно). Прислушался. Оказывается, она требовала от своего любимца:

– Скажи мне всего одно слово: любишь ты меня или нет?

Ответа, конечно, не услышал. Но понял, что потребность в ответном чувстве у дочки нешуточная.

* * *

Даша перед сном прячется от меня под одеялом и кричит: «Ищи!» Я долго хожу по комнате и сокрушаюсь, что не могу найти.

– А ты сядь на стульчик к кровати и почувствуй. Ты же должен чувствовать свою дочку.

Что тут скажешь!

* * *

Даша, частично со слов мамы, кое-что о жизни уже знает и делится со мной, уверенно добавляя к каждому тезису свои умозаключения. Например:

«Если взрослые что-то пообещают, то обязательно сделают. А не пообещают, то и не сделают».

«Если правильно идти, то и придёшь правильно. А неправильно – то и придёшь не туда».

«Если надо у взрослого что-то спросить, то и должен спрашивать взрослый. А если у ребёнка, то и спросит ребёнок».

* * *

Варю макароны. Даша, забравшись ко мне на руки, помогает: солит из игрушечной солонки и очень осторожно, уберегаясь от пара, помешивает по-настоящему настоящей ложкой.

Садимся ужинать. Дочка ест с удовольствием.

– Правда же, намного вкуснее, когда сам приготовишь?

– Конечно, – отвечает Даша. – А когда вместе приготовишь, то насколько получается вкуснее?

Я, конечно, ответил, что намного, в несколько раз. Но вопрос запомнился тем, что навряд ли возник бы у меня самого, хотя точного ответа на него я не знал.

* * *

Даша любит прихорашивать меня с помощью своих нарядов.

– Давай я тебя наряжу, и мама обомлеет: одену тебя в эту кофту, и мы будем музыкантами.

Почему именно музыкантами – предположить не могу. Может быть, потому, что музыка ассоциируется с праздником?..

* * *

Даше нравится ходить по квартире босиком, хотя мама постоянно напоминает ей о тапочках. На очередное из многочисленных напоминаний она отреагировала так:

– Я – человек и хожу босиком. И ножки у меня не мёрзнут.

Получилось вполне убедительно.

* * *

Во время триумфального для России чемпионата Европы по футболу идет много телепередач о нём. На этот раз повторяют матч Хорватия – Турция. Включил телевизор, когда начинались послематчевые пенальти.

– Кто из них наши? – спрашивает, как всегда, Даша.

– Никто. Это хорваты и турки. А наши сегодня не играют.

Первым бил хорватский игрок. Промах.

– Вот видишь, не забили. Промазали.

– Да… Раз промазали, значит, это не наши.

Возможно, победная эйфория, царящая в эти дни по всей стране, передалась и моему ребёнку, ещё совсем не понимающему, что такое футбол.

А кстати, хорваты, фавориты встречи, проиграли, забив всего один пенальти из четырёх.

* * *

Мою обувь. Подходит Даша, тянет за штаны, торопит:

– Пойдём играть!

– Ты же видишь, чем я занят! Когда будешь этим сама заниматься, тогда поймёшь, что дела быстро не делаются.

Среагировала мгновенно:

– Давай сама попробую. Хочу сейчас понять!

Под руку попались мамины домашние кожаные тапочки. Их и дал дочке. Она долго тёрла щеткой подошвы, смывая водой из-под крана. Целиком намочила, конечно. Пришлось выставлять на балкон. Женя потом долго ворчала на нас. Может быть, и правильно. Разумней было использовать что-нибудь другое в качестве учебного пособия.

* * *

Гуляем. Перешли с одной детской площадки на другую. Качели оказались свободны, и мы начали с них.

– Видишь, – говорю, – эта площадка лучше той.

Даша оглядывается и считает:

– Раз, два, три, четыре. А на той было раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь народа. Конечно, эта лучше.

* * *

У нас в семье в ходу «привет» вместо «здравствуй». Даше тоже нравится. Возможно, потому, что легче произносить.

Идём с ней по аллее. Настроение игривое. Навстречу представительный, высокий мужчина в очках, с кожаной папкой под мышкой. Только он поравнялся с нами, Даша хорошо поставленным голосом:

– Привет!

Прохожий оглядывался, пока не дошёл до поворота.

* * *

Лена, Дашина крёстная, которая живёт в Тульской области, была у нас в гостях весной. Мы ей подарили яркое летнее платье.

А теперь, летом, Даша поехала в гости к бабушке и встретилась там с Леной.

– Какое у тебя красивое платье! А сколько оно стоит?

– Не знаю. Его же мне подарил твой папа.

Это обстоятельство чем-то сильно озадачило дочку. Она подумала и закончила разговор протяжным:

– Не должен…

Уточнить, что это значит, никто не решился.

* * *

Свой первый юбилей, три годика, Даша встретила у бабушки в Новомосковске. После чего стала ещё серьёзней, рассудительней, строже.

– Бабушка, ты же меня не понимаешь!

– Не понимаю.

– Тогда иди в другую комнату!

Записывать за ней стало труднее. Есть ощущение, что количество явных «выплесков» сократилось, но подравнялся общий уровень. И не за счёт его снижения.

– Я рисую шашлык. Я купила мясо на базаре. Я делаю тебе, папа, шашлык. Стараюсь, стараюсь, стараюсь… – это приговаривание означает, что всё лето Дашу интересует тема шашлыка, а папа никак не может показать, что это такое и с чем его едят.

– Иди сюда, садись. А историю эту мы потом расскажем, – таким вот неожиданным образом она сменила не нужную ей воспитательную тему разговора. – Это же ты купил мне Беби Бона?

– Я.

– За деньги?

– Да.

– А где ты их взял? В своём кошельке?

– Да.

– Он с кнопочкой?

– Да.

– И ты её расстёгивал?

– Да.

– Ну и правильно, – это интеллектуальное продолжение наслаждения подаренной ей на день рождения куклой нового поколения.

– Папа, ты где-нибудь есть? – потеряла меня в квартире.

Тётя Мила часто говорит Даше приятное. Например:

– В твоих глазах можно утонуть!

– А в твоих?

Тётя растерялась – что тут ответишь? Тогда Даша решила «добить» собеседницу и свела глазки к носу:

– А теперь?

* * *

По воле архитекторов два трёхподъездных дома, стоящих в ряд (если можно так сказать), образуют одновременно и улицу, и двор. У каждого подъезда по две лавочки, по вечерам там обычно сидят местные бабушки.

Дашу здесь знают, поскольку она уже несколько раз гостила в Новомосковске. В этом году её рейтинг, пожалуй, даже поднялся, хотя и раньше был не маленьким. Убеждаюсь в этом каждый вечер, гуляя с дочкой по улице-двору.

Дело в том, что Даша теперь с удовольствием останавливается у каждого подъезда и обстоятельно общается с желающими поговорить с ней. А такие всегда есть.

Даша, конечно, обращает на себя внимание. Хотя бы смешением детского обаяния с обстоятельностью поведения и разговора.

Например, на банальный вопрос «А как тебя зовут?» вчера дочка разъяснила интересующимся:

– Да по-разному: Даша, Дарьюшка, Даринька, Дарья Николаевна…

Бабушки дивятся.

* * *

Уединилась на кухне, видно, опять набедокурила. Бабушка решила устроить разборку:

– Кто это сделал?!

Дочка отреагировала лаконично:

– Это Петрович (то есть я), – важно произнесла она и не спеша проследовала в комнату.

Почувствовала, видно, что бабушка относится ко мне с определённым пиететом, и сыграла на этом. Даже назвала так же серьёзно, как она. Сработало. Разбор полётов не состоялся.

* * *

Когда кому-то плохо, Даша проявляет сочувствие, даже, как в этот раз, несмотря на недавнюю ссору.

У мамы болит зуб, и она регулярно ходит в ванную полоскать рот. Измучилась. Даша встречает её в коридоре, целует и успокаивает:

– Мамочка, я тебя целую и люблю. Даже больше, чем папа!

Показывает, что измерила свои чувства по высшей шкале, как ей кажется.

* * *

Даша с мамой и бабушкой сидят на скамейке у подъезда. Проходят мимо, возвращаясь домой, соседи – супружеская пара. Даша внимательно оглядела их и громко спросила:

– А чей он муж?

Соседи не оглянулись, но дочкины близкие родственники смутились.

Что послужило причиной или целью неожиданного вопроса, так никто и не понял.

* * *

В последнее время Даша, не задумываясь, одаривает нас афоризмами, когда наши предложения или мнения её не устраивают. Вот одно из таких:

– Папа, поищи, пожалуйста, Бибигонову соску.

– Поищи-ка ты сама. Ведь это вы с Юлей разбросали все игрушки. А кто разбрасывает, тот, по-моему, и должен искать.

– Нет! Кто разбрасывает, тот и должен попросить папу найти.

* * *

А вот попроще.

Пора ложиться спать, а у нас в разгаре настольные игры на сообразительность. У Даши всё получается, и потому одна игра быстро заменяет другую. А мама сердится.

Договариваемся, что играем последнюю. Но Даша уже несёт следующую коробку.

– Мы же договорились, что на этом закончим!

Расстроенное лицо, короткое размышление и… мгновенный аргумент:

– Раз начали, надо продолжать!

Продолжили, конечно.

* * *

Казус за ужином:

– Мама, я не хочу этот чай. Налей мне другой.

– Какой другой?

– Ну, помятый!

Женя непонимающе смотрит на дочку, а потом догадывается и хохочет. Оказывается, днём у нас были гости и попросили чай с мятой, поскольку знали, что у меня обычно есть травы для заварки, и мята в том числе. А Даше показалось, что они пили «помятый» чай, который и нахваливали потом.

* * *

Иногда Женя, показывая недовольство Дашиным поведением и демонстрируя строгость, приказывает ей: «Ну-ка, выкатывайся отсюда!» Дочка подгадала момент и ответила тем же.

– А ты выкладывайся из моей комнаты!

То ли забыла Женино слово, то ли «из деликатности» смягчила его.

* * *

В последнее время Даше нравится с утра поваляться в постели. Даже тогда, когда действительно нужно вставать и мама уже торопит. Новой привычке дочка нашла оправдание, которое мне показалось очень удачным:

– Хочу вставать, а всё лежится!

Изящно выстроенная психологическая конструкция.

* * *

Сегодня за ужином Даша ведёт разговор на семейные темы:

– У нас в доме все хозяева: я – хозяйка, мама – хозяйка, и папа – хозяй!

Дочка уже начала различать, какие слова женского рода, а какие – мужского.

* * *

– Мама, ты же мне говорила: «Жми!» Я и жмила!

* * *

– Папа, давай играть. Ты будешь – мальчик, а я – девочка.

– Согласен.

– Нет, давай мы вдвоём будем девочки.

– Почему?

– Потому что так будет лучше.

* * *

Даша стала с удовольствием, а нередко и удачно хитрить. Особенно когда ей не хочется что-то делать.

Порисовали.

– Даша, кто будет убирать карандаши?

– Ты.

– Почему я? Ведь рисовала ты!

– Потому что ты просил.

– Что просил?

– Говорил: «Давай карандаши, давай карандаши!»

Допоздна гуляли, пришли домой, поужинали, пора собираться спать. Мою обувь. Даша посматривает в мою сторону.

– Твои туфельки уже чистые, можешь отнести их на место.

Дочка раздумывает.

Заканчиваю мыть, несу всю обувь и спрашиваю:

– Чего ж не отнесла туфли?

– Я очень устала, могла не дойти.

Пауза.

– Пойду-ка чуть-чуть поиграю…

– А до игрушек дойдёшь?

– Так устала-то я не настолько!

* * *

Ещё разновидность хитрости.

Открываем ящик комода с игрушками. В нём большая часть Дашиного хозяйства. В том числе игры на сообразительность. Один из листочков с рисунками порван. Я верчу его в руках, недовольно рассматриваю. Даша работает на опережение:

– Папа, а кто купил мне эту игру?

– Мама.

– Ну вот видишь, те, которые покупал ты, я не рву!

Пришлось сдаться дочкиной находчивости и оставить её без разъяснительной беседы. Быстрота и тонкость манёвра сработали.

* * *

Закончился очередной Дашин день в детском саду. Мама интересуется:

– А что сегодня было на полдник?

– Запечёнка!

– Что-что?

Оказалось, запеканка.

* * *

Встречаю жену с дочкой. Они только что из магазина. Лица расстроенные.

– Что-то случилось?

Молчат. Оказывается, Даша неправильно себя вела. Когда мы остались вдвоём, спрашиваю:

– Так за что тебя мама ругала?

– Да ни за что. У неё самой что-то не получилось, вот она и ругалась на меня.

Тон уверенный, смотрит прямо в глаза.

* * *

Дочке исполнилось три года, и у нас стали случаться такого рода диалоги:

– Даша, ты что-то не то делаешь!

– Как не то?! Всё то!

Уверенности в себе у неё явно прибавилось.

* * *

Для достижения своей цели (правда, чаще, чем нужно) Даша при формулировке предложений использует вставки-уточнения типа «на минуточку», «последний раз», «чуть-чуть». Но и умеет быстро переключаться:

– Папа, давай чуть-чуть поиграем!

Мне не хочется, и с ответом я промедлил.

– Ты не расстроился? Мы ведь можем поиграть и долго-долго.

Использовала мою паузу вполне корректно и с выгодой для себя.

* * *

Дочка стала фантазировать. Некоторые попытки получаются удачными.

Играем в игру «Даша приехала к папе в гости».

– Я приехала к тебе на автобусе с Горчакова (слышала в метро название станции «Улица Горчакова»).

– А что у тебя на Горчакова?

– Там у меня квартира.

– На каком этаже?

– На пятом.

– А сколько в ней комнат?

– Четыре… И ещё у меня есть квартира на Южной («Южная» – тоже станция метро).

– А в ней сколько комнат?

– Шесть.

– И кто там живёт?

– Я, бабушка, Дима (двоюродный брат). Там розовая ванна и фиолетовый (любимый дочкин цвет) пол.

– А что же у тебя на «Бунинской аллее» (у этой станции метро мы и живём)?

– На Бунинской аллее – мой дом.

Умышленным или полностью случайным было такое разделение вымысла и реальности, я не стал пытаться выяснять, но получилось вполне мудро для её лет.

* * *

Последнее воскресенье августа. Нагулялись. Даша выкупалась в ванне, оделась в красивый махровый халатик. Угнездилась на кровати.

– Какие будут предложения? – спрашиваю я.

– Давай поговорим о чём-нибудь хорошем!

Предложение принято. И нафантазировали мы вволю – кто во что горазд!

* * *

Даша уже знает, что она живёт в России (и адрес своего дома по улице Академика Семёнова).

Сегодня вечером она мне снова сообщила, что приехала в гости:

– Я к тебе приехала на автобусе.

– Откуда?

– Из России.

Выходит, мы ей ещё не объяснили, что такое страна.

А как это объяснишь трёхлетнему ребёнку?

* * *

Даша – деликатная девочка. Потому старается объяснять мне непонятное в её поведении.

Обычно мы ужинаем все вместе, втроём. Но сегодня Даша с мамой поужинали до моего прихода.

– Папочка, ну ты сам подумай и скажи: разве было бы у нас потом время? Ведь ещё надо играть, умыться, почистить зубки, убрать игрушки и ложиться спать. Нам же рано вставать в детский сад!

Мне показалось, что с убедительностью дочка даже переборщила. И я с удовольствием поужинал один.

* * *

По поводу убедительности Дашиных разъяснений – ещё один сюжет.

С 1 сентября она ходит не только в детский сад, но и в танцевальную группу местного Дома искусств. Сегодня было второе занятие, и я спешу её встретить, а заодно увидеть дочку в той атмосфере, в белом платьице и балетках.

Но занятия уже закончились, и они с мамой – в раздевалке. Мы обрадовались друг другу, а Даша достала из пакета букет флоксов и отдаёт мне:

– Это тебе подарок. Я сама выбирала.

Такой подарок привёл меня в замешательство. Когда вышли на улицу, Даша сочла необходимым разъяснить ситуацию:

– Папа, ну скажи ты мне: кто, кроме меня, подарит тебе цветы?!

И это было истинной правдой. Потому ни отвечать на вопрос, ни задавать свои я не стал. Просто поцеловал дочку.

* * *

Даша у нас – деловой человек.

Она только что проснулась, и я слышу её разговор с мамой:

– Мамочка, мне приснился Дима (двоюродный брат). Я по нему скучаю. А когда он к нам приедет?

– Ты же знаешь, что он учится в институте. Это – его дело. А вот будут каникулы, мы его и пригласим. Согласна, что так будет правильно?

– Конечно, согласна, – со вздохом отвечает дочка. – Да и я хожу в садик. Это – моё дело. Я ведь его даже встретить сейчас не могу…

Вот так по-взрослому разумно, по-деловому и закончился этот разговор. Постоянно декларируемое мамой правило: «Сначала – дело, а потом – всё остальное» Даша уже знает. А иногда и следует ему.

* * *

Даша помогает нам по хозяйству:

– Папа, даю тебе самую лучшую вешалку. А Жене – самую Женину.

* * *

Недавно Даша первый раз каталась на пони. Понравилось.

Сегодня День города, и мы собираемся в парк, где уже идут гулянья.

– Даша, будешь кататься на пони?

– Обязательно. Только мне нужен самый быстрый понь.

* * *

Дочке нравится наша новая игра «Даша приехала в гости». Наверное, и потому, что принимающая сторона всегда любезна, исполняет почти все её желания, ничего не требуя взамен.

Сегодня мы с ней «созвонились» перед «выездом». И тут же Даша «оказалась» у меня.

– Как же тебе удалось так быстро добраться?

– А я ехала с «Южной» на автобусе, и водитель знал, что Даша едет к папе. Поэтому путь занял всего две минуточки.

Конечно же, это милое объяснение сделало приём моей гостьи таким тёплым, что прошёл он на высшем уровне.

* * *

– Не уходи! Я по тебе так скучаю, что ну прямо ничего не могу без тебя делать.

Так Даша пресекла мою попытку улизнуть на балкон для перекура.

* * *

Сначала, когда услышал, я не понял, что она сказала…

Осенний вечер. Глажу Дашины наряды. Она, с куклой в руках, примостилась рядом, в кресле. У них только что закончился ужин, дочка-кукла накормлена, и они беседуют. Точнее, Даша объясняет. С серьёзным, задумчивым лицом. Контекст не уловил, но ключевая фраза остановила меня:

– Хлеб, мясо, рыба, макароны, картошка, гречка, яйца, креветки (вчера ела), молоко, чай, сахар, печенье, конфеты, баранки, яблоки, груши, сливы, виноград, клубника, земляника – вот наша жизнь.

Кукла молча соглашалась. Во многом согласился и я.

* * *

Когда в наших отношениях что-то получается не по-Дашиному, ей это очень не нравится. Сначала она реагировала так:

– Я больше тебя не люблю!

Потом:

– Ты меня больше не любишь!

А вчера сделала существенное дополнение, которое лучше не забывать:

– Ты меня больше не любишь. А надо любить.

Оно было спокойным, без восклицательного знака, что особенно удивило и запомнилось. Думаю, надолго.

Оказывается, напоминать об элементарном необходимо не только детям.

* * *

Видно, высказанная идея Даше самой понравилась, потому как получила продолжение.

Раньше она после «непонимания» одним из родителей шла, со слезами или без, к другому и говорила: «Мама (папа) меня обидела. Жалей меня». Теперь же концовка обращения за сочувствием изменилась и стала звучать так: «Люби меня!»

Я к ней ещё не привык и отказом дочке пока не отвечал.

* * *

Из всех цветов Даше больше всего нравится фиолетовый. Пристрастие давнее и мне до сих пор непонятное. Всё, связанное с этим цветом, для неё – лучшее.

Сегодня дочка вернулась из детского сада радостная и сообщила, что к ним в группу пришла новая девочка, очень-очень хорошая и зовут её… Фиолетта!

Дашины восторги не уменьшились и после того, как мы объяснили, что имя новенькой, скорее всего, Виолетта. То есть наши поправки не имели для дочки никакого значения.

Как же она будет обращаться к новой подружке завтра?

* * *

Благодаря Даше снова слежу за речью.

В последнее время, когда надо восхищаться дочкой, у нас в ходу было выражение «Обалдеть можно!» А сегодня я на этом и попался.

Даша проснулась, мама спокойно заплела ей косички. А я брился и ничего этого не видел. Слышу, зовут меня в спальню. Захожу, говорю дочке положенные похвальные слова за быстроту сбора и слышу в ответ:

– Папа, а почему же ты не обалдел?

Теперь придётся подыскивать новую универсальную фразу для восторгов.

* * *

Даша постоянно оттачивает свои приёмы общения со мной. Так, к регулярно теперь употребляемому «Без тебя я никак не могу» сегодня добавилось неожиданное «Просто падаю!».

* * *

Сегодня дочке ровно три года два месяца одна неделя. Взрослая. И сама об этом регулярно напоминает.

Сидим вечером за столом, она ест блины и приговаривает:

– В детстве моём я очень любила такие блинчики, особенно поджаристые…

* * *

Снова тема любви.

Сегодня мама целый день трудилась по дому, устала. Предлагаю Даше:

– Я думаю, маму надо поощрить.

– Надо её немножко полюбить, – тут же переводит моё предложение в конкретную плоскость дочка.

Видимо, опасается избаловать.

* * *

Дашу приучили к похвалам: за умение что-то сделать, за доброту, душевность и вообще за всё хорошее. А она уже научилась по-своему стимулировать эти похвалы.

Сегодня принёс новую игрушку – заводной самолёт. Он мигает всеми огнями и разбегается по взлётной дорожке, курсируя между нами. А мы сидим на полу. Иногда, особенно при сильном заводе, самолёт изменяет направление движения и проносится мимо, закатываясь в угол, под диван или под стол. Надо вставать и идти за ним. Мне не хочется, а Даша каждый раз говорит:

– Ты иди!

Но как только я начинаю подниматься, она командует:

– Сиди, я сама! – вскакивает и бежит за игрушкой.

А я каждый раз с удовольствием восхищаюсь дочкой, хвалю её за то, что она заботливая, бережёт папу и так далее с вариациями.

* * *

Даша уже понимает, что спорить с мамой, отказываться выполнять её указания – не лучший способ охранять свои интересы, и начинает учиться дипломатии.

Играем в «маму с ребёнком». Я – ребёнок, дочка – мама. Игра в разгаре, а Женя зовёт Дашу мыть руки к ужину. Та не обращает внимания. Женя уже повышенным тоном:

– Когда же, наконец, вы прекратите игру!

– Когда я его снова превращу в папу!

Это не прямой отказ, а умелая отсрочка от нелюбимого дела – мытья рук.

За это и ругать-то неловко.

* * *

Дочке удалось достаточно деликатно выразить своё отношение к маме на данный момент – они минут пять назад поссорились по поводу Дашиного непослушания, после чего её удалось занять рисованием.

Смотрим рисунок фломастером на большом белом листе. На нём изображены двое.

– Ты узнал? Это – Даша, а это папа.

Мы с дочкой привыкли говорить о себе так, в третьем лице.

– Очень красиво получилось. Но где же мама?

– Она на другой территории!

* * *

Даша – достаточно самостоятельная барышня, но без родителей себя пока не представляет.

Сегодня суббота, и мы целый день провели вместе. Ещё ни разу не поссорились. Более того – только что вместе готовили ужин.

– Посмотри-ка, ты уже всё умеешь! Скоро можно замуж отдавать.

– Я там одна не буду!

Это заявление я понял так: замуж она не против, но только чтобы папа и мама остались рядом.

* * *

Говорят, что маленькие дети – большие психологи. В узкой сфере охраны своих интересов. А недавно прочитал серьёзную статью о том, что и груднички в тугих пелёнках преуспевают в этом, хотя возможности у них сильно ограничены.

Даша подтверждает тезис насчёт маленьких. Вот самый элементарный приём, довольно часто ею применяемый. Она, как только набедокурит и не желает разбора полётов, кротко заглядывает мне в глаза и ангельским голосом утвердительно спрашивает:

– Папочка, ведь ты на меня не обиделся?

Как правило, я ещё не успеваю этого сделать. А после такого вопроса, заданного таким тоном, уже и не могу. И дочка это чувствует.

Так что, благодаря ей, ссоримся мы редко.

* * *

Скорее всего, мы не имеем и малейшего представления, как воспринимают окружающий мир наши маленькие дети, что считают главным, а что второстепенным или ничего не значащим. Поэтому и говорим мы с ними на совсем разных языках. Короткий Дашин вопрос, как своеобразная последняя капля, превратил эту догадку в убеждение.

Мы с ней хорошо играли, расположившись на ковре. Вдруг она задумалась, посмотрела мимо меня и спросила:

– А что где есть?

Как ни старался я уточнить, что дочка имела в виду, ничего не получилось. Так до сих пор и не знаю, хотя она со мной, как правило, откровенна. Возможно, посчитала, что я не пойму, и, наверно, нашла для этого веские основания.

* * *

У Дашиных предложений появились весомые доводы.

Сегодня мы с ней целый день дома. Много играем. Игр достаточно: «Свойства», «Геометрические формы», несколько пазлов и другие. Играем на полу в большой комнате, где удобней. Потом слушаем детскую видеомузыку, под которую танцуем.

После этого дочка предлагает переместиться в спальню, где есть другие игры.

– Давай сначала здесь выключим музыку и соберём игры в коробки, – предлагаю я.

Даше, конечно, ничего этого делать не хочется, особенно собирать игрушки, и она, поразмышляв недолго, заключает:

– Не будем этого делать. Пусть всё будет параллельно!

Против такого я не нашёлся.

Песенки из мультфильмов весело звучали, а мы под эту музыку через разложенные по всему ковру игры переместились в спальню. Вот что значит хороший довод!

* * *

Параллельно с появлением доводов у Дашиных предложений она стала проявлять чисто женские качества, которым доводы чужды по определению.

С помощью настольной игры учим цифры, расставляя в нужном порядке картонные квадратики с их изображением. Дело идёт неплохо. Но на «восьмёрке» – сбой. Дочка никак не ставит её в нужное место. И так объясняю, и эдак. Всё впустую. Наконец Даше всё это надоело, и она приняла окончательное решение:

– Как положила, так и положила!

Я понял, что сегодня по-другому не получится, и занятия мы прекратили. Пусть уж побудет женщиной!

* * *

С каждым днём с Дашей всё интереснее разговаривать, особенно когда надо её перехитрить. Однако это удаётся уже не всегда.

Уговариваю её идти спать. Можно сказать, заманиваю. Сегодня использую мотив её заботы о папе.

– Пойдём вместе. Ты же должна уложить меня?

– Иди и пока ложись неудобно. А я потом приду и уложу тебя как следует.

Я знаю, что дочка тут же прибежит укладываться, но момент выигран! А главное – день закончился по её сценарию. И это ей особенно нравится. И мне пока тоже.

* * *

Даша ставит задачи, которые трудновыполнимы, но их хочется решать.

Пришёл с работы. Женя жалуется на недомогание. Пробую отшутиться:

– Ты же у нас врач, и здоровье у тебя должно быть идеальным.

Даша подхватывает тему, но у неё своя версия.

– Это у тебя, папа, должно быть всё идеально!

Хотел было подискутировать с дочкой, но перевесило чувство гордости от её веры в меня.

* * *

Дашина реакция на обстоятельства нередко просто изумляет.

Сегодня, в субботу, спать ложимся поздно. Я, честно говоря, за день игры с дочкой устал. Но наконец она в кроватке, осталось только принести ей попить. Когда вернулся с чашкой, дочка уже спряталась под одеяло, а я должен её искать по всей комнате – такая у нас обычно игра. Но на этот раз настроения не хватило, и я сразу раскрыл одеяло. Даша начала было выражать неудовольствие, но, увидев моё лицо, быстро переориентировалась, сделала малюсенькую паузу и неожиданно заявила:

– Ну папа! Всегда ты меня смущаешь.

Мягкость, пластичность и одновременно оригинальность разрешения ситуации позволили нам закончить день в хорошем настроении.

* * *

Дочка уже имеет своё мнение по некоторым вопросам, касающимся любви. Сегодня высказала, сидя к нам спиной, вот что:

– Если любите, то не надо обниматься громко. А если тихо, то можно.

Мы с Женей, от неожиданности услышанного, не приняли участия в обсуждении темы.

* * *

У Даши достаточно хорошая, развитая, рассудительная речь, но в процессе словообразования у дочки получаются занятные штучки, логика происхождения которых мне чаще всего понятна. Например: «Папа, а что это у тебя на правом уше?»

Здесь объяснение такое: слово «уши» дочке пока знакомо больше, чем «ухо», именно от него она и образовывает нужные варианты. Мы с Женей не волнуемся: есть логика, будет и остальное.

* * *

К сожалению, Даша жадновата. Хочется думать, как большинство детей в этом возрасте. Особенно когда дело касается игрушек и лакомств. Сегодня это проявилось во время чаепития.

Женя попросила дочку поделиться пирожком с яблоками. Та предпочла прямо не отказывать, а решить вопрос другим способом – путём встречного предложения:

– А ты попей чай с булочкой!

– С какой булочкой? У нас нет булочки.

– А что вот в том пакете?

– Чёрный хлеб.

– А в том?

– В том вообще сыр.

– А в холодильнике ничего такого нет?

– Нет.

– А на полочке, где конфеты?

– Тоже нет.

Пауза. Задумчивый взгляд. И – бодрое итоговое предложение:

– А ты попей просто чай!

Мы рассмеялись. Потому что не рассмеяться было трудно – этюд получился на одном дыхании, вдохновенно и артистично. А воспитательные попытки сами собой перенеслись на следующие дни.

* * *

Убедительность и оригинальность Дашиных речей меняется в зависимости от того, какие из её интересов под угрозой. В последнее время она очень не любит вовремя ложиться спать. Именно к этому часу игры приносят ей особое удовольствие. В ход идут все доводы, в том числе расхожий: все детки ложатся спать в девять часов, а Дашу и в одиннадцать не уложишь. Потому и трудно утром просыпаться, чтобы успеть в детский сад.

Но если раньше дочка просто отказывалась залезать в кроватку, то теперь стала мотивировать:

– Мамочка, не расстраивайся. Я завтра сама встану и оденусь. Ты только разбуди меня!

– Но я же каждое утро бужу, а толку мало! И говорю тебе по-всякому…

– А ты скажи мне в лицо!

Такой поворот был неожиданным и запомнился. Кстати, утром Даша действительно встала без капризов и собралась в садик быстро. Не так уж надо не доверять детским обещаниям!

* * *

Даша продолжает совершенствовать технику «самозащиты». Сегодня отрабатывала приём на опережение.

Мы «культивируем» дома улыбчивость, поэтому дочка, когда видит моё серьёзное лицо, обычно спрашивает: «Почему ты неулыбчивый?» И я сразу улыбаюсь. Это, возможно, и послужило поводом к такому эпизоду.

Собираемся ужинать, стол уже накрыт. Ждём Дашу. Она в спальне, переодевается. Неоднократно поторапливаем её. Когда голос мой стал строже, Даша тут же громко отреагировала из спальни:

– Папа, сделай улыбку!

Делать её не пришлось, она сама появилась. Приём сработал успешно.

* * *

Радует, как Даша овладевает родным, русским языком, что говорит достаточно правильно и уже использует в речи элементы образности.

На моём столе стоят несколько фигурок животных. Лёгкие – из гжели, потяжелее – из разных природных минералов. Подходит Даша и просит:

– Папочка, дай мне вон того, директора.

Я сразу понял, что ей нужна фигурка быка из оникса, он единственный из всех подходил на эту роль.

Мы с Женей довольно долго не могли понять, что означает слово «дышится» в контексте Дашиной речи: «Посмотрите, как яблоко дышится!», «Вы чувствуете, что воздух дышится?» и тому подобное. Наконец догадались, что для дочки «дышится» означает «пахнет». Пытался мысленно придраться к точности выбора синонима, но явных изъянов не нашёл.

Или другой сюжет, где меньше образности, но зато есть лаконичность. Принёс Жене красивую, яркую блузку. Но Даша сразу же её «присвоила» и утверждает, что будет сама носить эту обновку.

– Но она же тебе велика!

– Ничего, подождёт до выроста.

* * *

В Дашиных рассуждениях стали заметны философские нотки.

Только что её дневной сон прервала громко работающая в соседней квартире дрель. Вставать пока не хочется, и мы с ней (я присел на маленький стульчик к кроватке) беседуем о разном. Сначала о дрели. О том, что с утра вот не сверлили, а к вечеру начали. Я объясняю:

– Не все же знают, что в это время ты спишь.

– Конечно, – соглашается дочка, а затем спокойно обобщает: – И вообще: одни понимают, другие не понимают.

Что тут скажешь. Она права.

Потом поговорили о картинах. В нашей спальне над Дашиной кроваткой девочка, примерно её возраста, бежит с сачком по лугу за бабочкой, а над нашей кроватью – портрет красивой женщины в голубовато-серых тонах. Мы пришли к выводу, что на первой картине изображена Даша, а на второй – мама.

– Правда, обе картины удачные? – спрашиваю дочку.

– Да. Я часто смотрю на них.

– А ты помнишь, что их вышивала бабушка?

– Помню… Интересно, не устала ли она?

У меня такой вопрос почему-то никогда не возникал.

* * *

Даша – честная девочка. Пригласила меня поиграть в куклы. Я принял приглашение и сел к ней на ковёр. Занимаемся кукольными прическами. Одна получилась в виде хвоста, и понадобилась резинка.

– Папа, принеси, пожалуйста!

– А почему ты считаешь, что это я должен делать?

– Просто мне не хочется.

Неожиданно, честно и, главное, эффективно, потому что я встал и пошёл за этой самой резинкой, оставив при себе собственные аргументы.

* * *

Моя память на фоне Дашиной выглядит весьма бледно.

Вчера вечером я помогал дочке раздеваться, снимал ей домашние босоножки и поставил их на место, но носками в разные стороны. Даша увидела это и поинтересовалась:

– Папа, почему ты неправильно поставил мою обувь?

– Сейчас мы приготовимся спать, и я переставлю.

Пообещал и, конечно, забыл. Скорее всего, потому что посчитал вопрос малозначительным. А сегодня, когда стали одеваться, Даша увидела не переставленные босоножки.

– Папа, почему ты не сделал, что обещал?

– Я забыл.

– У тебя что, ум в голове кончился?

После такого вопроса показалось, что ничего из обещанного дочке лучше не забывать.

* * *

Чувствуется, что Даша ходит в детский сад, где, как и во всех детских учреждениях, вещи подписывают, чтобы не перепутать.

Увидела она в моём портфеле расчёску, взяла её и, слышу, читает воображаемую надпись на ней: «Заикин Колечка!»

И тут же собственный комментарий:

– Это чтобы не перепутать с Максимом или с твоим Славиком, с которым, ну ты помнишь, мы вместе гуляли.

Я подтвердил, что такая надпись именно для этого и сделана, а исправлять её не стал. В дочкином «воспроизведении» она звучала для меня как песня.

* * *

Всё чаще Дашины утверждения похожи на взрослые.

Воскресенье. Обедаем, вспоминаем, шутим. Женя спрашивает:

– А помнишь, как на лодочке катались на Чистых прудах?

– Что ты придумываешь! Не было этого и не могло быть, – серьёзно отвечаю я.

– Неужели правда не помнишь?

– Не помню. Потому что не было.

Даша видит, что мама огорчается, и уверенно ставит точку в разговоре на эту тему:

– Успокойся, мама! Всё он помнит!

И Жене сразу стало понятно, что её разыграли…

Другой случай. У Даши с мамой хорошее настроение, они удачно провели день, ни разу не поссорились. Я по дороге с работы купил вкусные яблоки, и они сразу же по одному пустили в дело, только хруст идёт. Всем хорошо, а я ещё пытаюсь сделать комплимент:

– Какие же у меня красивые женщины! Как ты думаешь, Даша, почему? Может быть, потому что много яблок едите?

– Нет. Потому что папа нас любит, – спокойно ответила дочка.

Что это было – попытка ответной шутки (Даше – три года четыре месяца) или неожиданно серьёзный ответ, я так и не определил. Но хотелось склониться ко второму варианту.

* * *

– Даша, ты что, не понимаешь?

Она оценивающе смотрит на Женю и немного расстроенно отвечает:

– Я не понимаю, что есть такие люди…

Без комментариев. К тому же показалось, Женя не совсем и поняла, что в её адрес сказала дочка.

* * *

Глажу. Даша крутится рядом. Но вскоре ей захотелось достать с высокой полки одежду для кукол. Тут же просит меня об этом.

– Может быть, подождёшь, пока я поглажу твою маечку?

– Не хочется, – спокойно отвечает дочка. – Да и тебе будет лучше, если дашь сейчас, потому что я же сразу перестану к тебе приставать.

Её логика уже не в первый раз победила мою. Не огорчает, но в памяти остаётся.

* * *

Ещё о дипломатии.

Мы с Дашей готовимся ко сну. Но она мне «сделала причёску» и предлагает пойти в прихожую посмотреться в зеркало. Хотя Женя давно уже напоминает, что пора в кроватку. Предвидя её реакцию на мои потакания дочке, та предлагает такой вариант:

– Я тебя провожу. А чтобы мама не сердилась, ты пойдёшь там, где её нет, а я – где она есть.

К зеркалу прошли. Мама не ругалась.

* * *

Едем в метро. На каждой станции, как обычно, слышим обязательные объявления о том, что надо уступать места инвалидам, пожилым людям, пассажирам с детьми. Даша слушала-слушала и заинтересовалась:

– Папа, а я тоже детьма?

Поскольку из-за вагонного шума разговаривать в метро неудобно, я не стал объяснять дочке про единственное число слова «дети».

* * *

Женя потерпела очередную неудачу в процессе Дашиного воспитания. Потому что та продемонстрировала тонкую и хитрую, почти на уровне высокой дипломатии, логику.

Мы ещё пьём чай, а Даша рядом на ковре занимается с куклами, одевает их. Понадобился шарфик, который на вешалке в прихожей.

– Мама, принеси, пожалуйста, шарф!

– Доченька, ты же видишь, что мы пьём чай. Подними свою попу и сама сходи за ним. Ведь когда мне что-то нужно, я сама поднимаюсь и иду.

– Нет, когда тебе что-то нужно, ты просишь папу, и он тебе это делает. А когда нужно папе, ты делаешь. Значит, когда нужно мне, то должны делать ты и папа.

Все нюансы учла, доченька. Да так ловко, что и возражать-то не хотелось. А точку она поставила так: спокойно встала и с чувством достоинства принесла ещё кипу одежды.

Теперь с ней всё чаще надо быть начеку, чтобы не упускать инициативу и не ронять свой родительский авторитет в свете ещё предстоящих дискуссий.

* * *

Пришёл с работы рано: сильно простудился, да ещё спину прострелило – не согнуться и не разогнуться.

Даша только что легла спать после обеда и, оказывается, быстро уснула. Наверное, устала, потому что долго гуляла. Женин рассказ о прогулке и поднял мне настроение. Точнее, один эпизод. Качанье на качелях, что Даша любит.

Так вот, они увидела высоко, под крышей 14-этажного дома, верхолазов, занятых ремонтными работами.

– Мама, я тоже хочу быть верхолазом!

– Понятно. Но вообще-то это мужская работа. Верхолазами бывают взрослые сильные мужчины. Как папа, например, – так Женя поддерживает мой авторитет.

– Нет, я папу мальчиком зову! – не согласилась дочка.

Это воодушевляет. Особенно если учесть, что мой возраст иначе как солидным не назовёшь.

* * *

Даша уже – соперница. И довольно жёсткая. Даже по отношению к маме.

Женя обняла меня.

– Мама, это мой папа!

– Ну и что? А мой муж.

– Нет! Он – мой папа и муж!

– А кто же тогда я?

– Ты просто здесь живёшь!

Вот так дочка борется за свои права.

* * *

Болит спина. Чаще, чем обычно, выхожу на балкон курить. На очередной выход Даша отреагировала так:

– Ведь только что выходил. И опять… Не понимаю таких людей!

Вторая папина воспитательница. Наверно, скоро обгонит Женю и станет первой.

* * *

Даша приобретает навыки воспитания. Собирает на прогулку своих детишек-кукол, одевает любимого Илюшу. Ему не нравится шапка, он хочет другую. А Даша объясняет, что на улице холодно и нужна тёплая шапка. Илюша не слушается. Даша шлёпает его. Не помогает. Потом шапка всё-таки надета.

– Даша, как же у тебя всё-таки получилось это?

– Я сначала с Илюшей по-строгому, а он всё равно не понимает. Тогда попробовала с ним по-улыбчивому, и всё получилось.

Мы такой дочкин подход одобрили. Да ей и самой он понравился.

* * *

Свои представления об иерархии в нашей семье у Даши уже есть.

Занимаемся пазлами, хотя мама давно сказала, что Даше пора в кроватку.

– Давай, доченька, заканчивать игры. А то мама сейчас придёт, и нам попадёт.

– Не беспокойся, не попадёт. Ты ей ответишь сердито, и она сама будет плакать.

Что бы это значило?

* * *

Пакет хороших шоколадных конфет – подарок Даше от Деда Мороза на празднике в детском саду.

Помню такие пакеты из своего детства, восторг от них и желание скорее посмотреть содержимое, попробовать то, что в самых красивых обёртках. Благодаря этим конфетам записал вот что.

Даша готовится съесть очередную «красавицу». Женя недовольна:

– Доченька, вспомни, что говорил Дед Мороз. А говорил он, что надо есть одну в день. Ты же только днём съела три!

Даша подумала немножко и ласковым голосом спросила:

– Мамочка, а можно я сейчас съем одну в день?

Потом, чтобы угостить папу с мамой, дочка разложила все конфеты на столе. Среди них – самая большая, круглая шоколадка в золотистой упаковке в виде медали.

– Папа, какую ты хочешь?

– Вот эту, доченька, – показываю на медаль. – Она мне больше всего нравится.

Даша опять думает и решительно даёт другую, обычную, маленьких размеров.

– Почему эту? – удивляюсь я. – Они же совсем разные!

– Нет! Они одинаковые по образу.

Ничего не смог возразить – образы у каждого свои.

* * *

Слово «образ», очевидно, понравилось Даше, и она старается его использовать. На этот раз – с иной целью.

Поужинали. Я пью чай, а Даша – сладкий отвар шиповника, попутно лакомясь мармеладом. Вкусно. Предлагает попробовать мне. Я отказываюсь. Объясняю, что, когда пью чай, другие напитки не хочу.

– Ну попробуй же! Это то же, что и чай. Они только по образу разные.

Зерно в таком утверждении, возможно, и есть… Ладно. Шиповник дочка допила и просит налить ещё.

– Побыстрей, папочка! А то во рту очень мармеладно!

Просьба с такой мотивировкой была тут же выполнена.

* * *

В субботу утром все вместе, втроём, долго валяемся в постели. Болтаем про всякую всячину. Вспомнили и о завтраке. Решили, что его готовим мы с Дашей. Продолжаем болтать. Наконец Женя не выдерживает и требовательно спрашивает:

– Когда же всё-таки вы начнёте готовить?

Даша, не отрываясь от «своих дел», негромко ответила:

– Мама, ты что, не поняла? Мы же пошутили.

Выходит, мы уже начали учиться шутить.

* * *

В воспитательных целях от Даши «убежали» несколько кукол – она их разбросала по квартире и не убрала на место. Дочка нашла пропажу в корзине с луком и поинтересовалась у мамы:

– Как ты думаешь, они не обмусорились?

Вопрос мы с Женей поняли сразу. Но оказалось, что беглянки остались чистыми.

* * *

В следующем месяце Даше будет три с половиной года. Но уже состоялся с ней вот какой разговор.

Сидим за столом, делим конфеты. Вдруг ни с того ни с сего вопрос:

– Папа, скажи, а что такое юист?

Сразу я не догадался, о чём речь. К тому же букву «р» дочка ещё плохо выговаривает.

Она повторила вопрос. Я понял и, как мог, объяснил. На что услышал:

– Папа, ты знаешь, я тоже хочу быть юистом!

– Может быть, лучше врачом, как мама?

– Нет, юистом, – и снова занялась конфетами.

Конечно, рано ещё говорить о её профессии. Но всё-таки приятно, что она предпочла юриста врачу. Может быть, хочет походить на меня?

* * *

Дочь имеет представление о возрастной разнице вкусов.

Перед Новым годом в доме много подарков-сувениров, в том числе шоколадных. Сегодня дошла очередь до шоколадки в виде бутылки. Попробовала её и отложила со словами:

– Папа, что-то мне не нравится. Это, наверно, для дядев.

Своё согласие я тут же выразил, с удовольствием угостившись неожиданно доставшимся лакомством.

* * *

Даша становится всё хитрее. Особенно в ситуациях, когда ленится.

Перед Новым годом выпал снег, и дети подолгу катаются с горки. Кто на чём хочет. Даша – на санках. Скатится – и сама тащит их вверх. Но скоро желание кататься остаётся, а возить санки – пропадает.

Воспользовавшись тем, что Женя разговаривает с другими мамами, дочка использует такой ход: скатывается вниз, быстро просовывает ногу в санкины поводья, падает на снег и кричит:

– Ой, мама! Я запуталась и упала! Помоги мне!

И маме приходится спускаться и поднимать по склону несколько раз, пока наконец дочкино коварство не становится совсем явным.

* * *

Когда ей выгодно, дочка всегда вспоминает, кто в семье главный. На этот раз получилось так:

– Папа, ты же меня балуешь?

– Конечно.

– Вот и маме скажи, чтобы она меня баловала!

И уже кажется неслучайным, что предложение сделано в первый же день нового, 2009 года.

* * *

В этот день у Даши хорошее настроение: выспалась, нашла под ёлкой долгожданные подарки от Деда Мороза и кое-что ещё. Поэтому мы с ней с утра танцуем, ходим по кругу друг за другом.

Даша хочет всё время быть впереди, то есть первой. Но круг небольшой! Только начинаем движение, и уже непонятно, кто за кем. Останавливаемся, начинаем снова, и опять непонятно, кто первый.

Так мне и не удалось объяснить дочке, в чём тут дело. А действительно – в чём? Может быть, на маленьком круге трудно определить первых? Или их вообще нет?

* * *

Вечер 1 января. Найти партнёра для танцев Даше уже трудно – целый день танцевали. Но она не унимается. Вдруг слышу:

– Мама, правда же ты говорила, что это танцующая коляска?

Речь идёт о подарке Деда Мороза – об игрушечной, но солидных размеров детской коляске, куда свободно умещается даже самая большая кукла. Удачный подарок, что там говорить.

Когда коляску собирали, увидели на ней бумажную круглую наклейку с изображением двух нот. Женя удивилась, не поняв, что это означает:

– Неужели коляска музыкальная?

Таковой она, конечно, не оказалась, но вот по Дашиному желанию превратилась в танцующую. В связи с отсутствием желающих потанцевать ассоциативная память помогла найти оригинальное решение. Было бы желание!

* * *

– Даша, ты что так рано проснулась? Фейерверк разбудил?

– Нет. Тапочкин голос.

– Не понял!

– Ну твои шаги!

* * *

– Папа, заканчивай и пойдём танцевать!

– А почему ты думаешь, что я хочу танцевать?

– Хочешь ты или не хочешь, а идти танцевать надо.

Вполне убедительный метод переговоров у дочки.

* * *

Пью чай. Даша играет в догонялки с мамой, которая вскоре устаёт и садится отдохнуть. Дочка ко мне:

– Папа, теперь ты пойдём бегать!

– Доченька, я пью чай. Скажи мне, как будет правильно: мне не допивать чай и идти с тобой бегать или ты подождёшь, когда я допью, и тогда мы будем играть?

– Конечно, будет правильно, когда ты допьёшь чай. Но если сказать по-лучшему, то надо идти играть сейчас.

Вот и всё. У детей такая логика.

* * *

Когда не вижу Дашу даже всего несколько дней, мне всегда кажется, что за время нашей разлуки она заметно изменилась, повзрослела.

Только приехали с вокзала домой. Обстановка нежная, соскучились по общению. Ношу её на руках по квартире, проверяем, все ли игрушки на месте, обнимаемся. И вдруг:

– Принц ты мой дорогой!

Откуда она взяла эти слова, не знаю, но разве можно не обожать её в этот миг, хотя возраст мой для этого звания не самый подходящий?

Спустя некоторое время дочка снова удивила меня. Обратилась ко мне с каким-то предложением, которое я не одобрил. Она не отступила и повторно зашла уже издалека:

– Хочу тебе сказать, что хорошие люди поступают так… – и дальше излагалось содержание её предложения. – А плохие… – здесь следовал вариант моих предполагаемых действий.

Решающую точку ставил безобидный вопрос младенца с невинными глазами:

– Папа, ты же хороший человек?

Дочка действительно повзрослела за неделю пребывания у бабушки в Тульской области.

* * *

В последнее время Даша стала задумываться о своём будущем. Некоторыми планами делится. Например:

– Посмотрите! Я такая, пока маленькая. А когда вырасту, буду умной!

А затем, в развитие этой темы:

– Я подумала-подумала и решила: когда стану взрослой женщиной, то лучше буду мамой, а не бабушкой, – сообщила дочка, возвратившись домой после недельного гостевания у бабушки.

* * *

Радуют зачатки здорового оптимизма в Дашином поведении.

Она сидит на краю кровати и надевает носки. Один падает на пол. Хотела расстроиться, но переменила решение и весёлым голосом оповестила:

– Ну и хорошо, что упал!

* * *

Женя – врач, и Даша регулярно слышит её телефонные разговоры на медицинские темы. После одного из них она подошла ко мне и печально сказала:

– У меня – почечный огрыз.

Потом выяснилось, что Женя разговаривала с подругой, тоже врачом, по поводу заболевания, которое называется «пупочная грыжа».

* * *

Хорошее настроение, особенно у детей, выражается во всём.

Я что-то записываю. Подходит Даша и говорит:

– Мне тоже хочется чего-нибудь записать.

Даю ей лист бумаги, она садится рядом. Вскоре на листе появляется множество извилистых линий и кружочков.

– Что ты написала, доченька?

– «Дорогой Коля!»

* * *

Даша продолжает овладевать родной речью, вводит в свой лексикон новые слова. И явных ошибок в их употреблении не совершает.

Обедаем. По телевизору – кино. Страсти кипят: по высокой лестнице вниз бежит женщина, вдогонку за ней – мужчина, громко умоляющий остаться. А Даша не любит шумных сцен, не говоря уж о явных скандалах, ссорах.

– Очень непорядочные люди! – так оценивает она этих действующих лиц и оказывается, в сущности, права.

* * *

Даша не умеет давать сдачи. А в детском саду это стало актуальным. И мама начала её воспитывать. Уже есть первые результаты.

Поздний час. Мама дала Даше пять минут, чтобы собрать игрушки, но та – ноль внимания. Я пробую вмешаться в ситуацию:

– Даша, может, всё-таки начнём убирать? А то сейчас мама придёт и будет нас ругать.

– А ты её тоже поругай.

– За что?

– За то, что она будет нас ругать. Надо уметь сдачи давать. Правда же?

* * *

А теперь – об очень важном.

Мы с Женей сразу взяли очень высокий тон в Дашином воспитании. Это трудно. И потому бывают «провалы».

Сегодня, 25 января, день рождения Высоцкого. Вечером по двум телепрограммам – посвящённые ему передачи. Решил их посмотреть и категорично объявил об этом. В основном, для Даши.

Телевизор включил на кухне. Сижу, смотрю. Дочки не слышно, что бывает крайне редко. Минут через десять Женя сообщает, что Даша лежит на диване, отвернувшись к стенке, чего без серьёзного повода у нас не случается. Иду туда. Но дочка со мной не общается, не отвечает ни на один мой вопрос. Я – и так и сяк. Бесполезно.

– Даша, ну тогда я попозже зайду, и тогда расскажешь, что случилось.

На выходе из комнаты меня догнали её слова:

– Я умерла.

А я испугался. Такого ещё не было.

После долгих моих попыток Даша потихоньку разговорилась. Тогда и выяснилось, что причиной всему – моя категоричность при желании уединиться с телевизором. А ребёнок мой почувствовал себя ненужным и таким одиноким…

А заканчивая разговор на эту тему, Даша ещё и припечатала:

– Только я внимательно люблю тебя!

Дала мне серьёзный урок. Сумею ли его хорошо выучить и запомнить?

* * *

У нас гости. Поэтому внимания Даше меньше обычного.

Она садится ко мне на колени и просит что-то сделать. С первого раза я не понимаю. Тогда дочка находит новые слова, которые трудно не расслышать:

– Поверни лицо задом!

Оказывается, надо было посмотреть в другую сторону. И всего-то.

* * *

Хороший февральский день. Даша рассказывает мне, как сегодня погуляла, что встретила Валеру, который старше её на год.

– Ты знаешь, папа, он стал уже мальчик-парень!

Теперь знаю.

* * *

Даша приучается есть кашу, которую недолюбливает, воспринимая уже мамины аргументы в пользу этого дела и даже переосмысливая их:

– Каша поможет мне стать сильной женщиной – буду всех поднимать и носить на ручках.

* * *

Даша любит лечить своих куколок и приобщает к этому меня. Даже придумала мне занятный и запоминающийся псевдоним – доктор Колпачок, который ей и самой очень нравится. Настолько, что предложила мне:

– А ты скажи на работе, что тебя зовут доктор Колпачок!

Но тут же перерешила:

– Нет-нет, не говори! А то все захотят стать Колпачками!

Так быстрота дочкиного мышления уберегла моих коллег от превращения в медиков.

* * *

Марина Влади привезла в Москву свой спектакль «Владимир, или Прерванный полёт», который шёл в Париже. Через два дня я иду на него, а пока настраиваюсь – слушаю песни с её пластинки, записанной больше тридцати лет назад на фирме «Мелодия».

– Даша, это поёт Марина Влади. Тебе нравится?

– Да, нравится. Но Владимир Высоцкий сильнее.

Какой смысл вкладывала дочка в последнее слово, я не знаю. Но уверен, что выбрала его неслучайно, от души. А Высоцкого мы с ней слушаем давно.

И ещё: конечно же, она пока не имеет ни малейшего представления, какое отношение имеют друг к другу эти два необыкновенных человека.

* * *

В Дашиных разговорах всё чаще звучит «женская» тема. Стараюсь использовать это в воспитательных целях – например, объясняю, что женщины очень терпеливы.

Сегодня утром она выпила лекарство и сразу обратилась ко мне:

– Оно горькое, но я терпела. Теперь я женщина?

* * *

Откуда что берётся… Даша старается, чтобы в диалогах последнее слово оставалось за ней. А я к этому ещё не готов.

Что-то она не сделала из того, что должна была, о чём договаривались. Интересуюсь причиной, мягко говоря. И слышу в ответ:

– Я непонятливая девочка. Я по своим делам хожу.

И строй фразы, и интонация, и не присущее детям такого возраста приписывание себе, пусть и лукавое, отрицательных качеств – у кого дочка этому научилась? А главное – рано ей ещё!

* * *

Даша с большим уважением относится к книжкам. Мы их читаем часто и много.

Придя сегодня с работы и ещё не переодевшись, получил от дочки срочное задание. Выполнил. Тут же поступило новое предложение – почитать книжку. А Женя зовёт ужинать, стол накрыт:

– Доченька, ты-то поужинала, а папа хочет есть.

– Мама, а он почитает книжку и перехочет!

Вот такая безграничная вера в свойства книг. И не без доли истины.

* * *

Подступаемся к догадке о взаимосвязи явлений и вещей…

У Даши много игрушек, но она постоянно предлагает приобретать новые. Мы так же постоянно убеждаем её в ненужности этого. Иногда она соглашается с нами. Но тут же возвращается к своей первоначальной позиции. Сегодня разговор сложился так:

– Зачем тебе ещё одна кукла? Во-первых, их уже и складывать некуда. Во-вторых, про новую игрушку ты быстро забываешь, потому что их у тебя очень много.

– Да, действительно… Может быть, половину отдать кому-нибудь?

– Может быть.

Опровержение своему предложению нашла тут же:

– Но тогда у него их будет много!

В итоге решили никому из потенциальных новых хозяев дочкиных игрушек проблем с излишками не создавать и оставить всё как есть. Вот что значит вовремя почувствовать взаимосвязь одного с другим!

* * *

Даша проанализировала состав нашей семьи и пришла к логическому выводу:

– Сначала рождаются папы, потом мамы, а потом и детки.

Верное наблюдение, ничего не скажешь.

* * *

Спорю с Дашей всё меньше…

Сел за стол почитать. Дочка тут как тут:

– Папа, я хочу здесь порисовать. Уступи мне, пожалуйста, место.

– А я хочу почитать. Почему я должен тебе уступать?

– Потому что я спешу. Тебе же некуда спешить.

Подумал над этим и согласился.

* * *

Заехал за Дашей в танцевальную студию.

– Ты купил мне подарок?

– Купил.

– Покажи!

– Давай доедем до дома, там и покажу.

По пути к автобусной остановке дочка заигралась, выказала непослушание и в итоге заявила, что не дружит со мной. Я ответил ей тем же. Сели в автобус, поехали, скоро выходить.

– Папа, а скажи хотя бы, как называется игрушка.

– Неужели ты и в автобусе про неё думаешь?

– Я-то не думаю, а моя ума всю дорогу думала!

После этого чуть было не сказал, что у меня в портфеле, но удержался.

Приехав домой, поужинали и быстро легли спать. На следующий день утром Даша первым делом спросила про подарок. Я ей в ответ:

– Но мы же с тобой не…

– Но вчера-то уже кончилось!

С этим спорить не стал, и подарок дочка получила. В том числе и за попытки проявить изобретательность в поисках аргументов в свою пользу.

* * *

Передал Даше подарок от Макса – игрушечный сотовый телефон с хорошей мелодией. Заодно рассказал, что Макс сказочник, то есть сочиняет сказки, и большой журнал недавно напечатал одну из них, про зайку. И посоветовал:

– Когда ты будешь разговаривать по телефону с Максом и благодарить его за подарок, то скажи сначала: «Привет, сказочник!». Ты же теперь знаешь, что такое сказочник? Сказочник – это человек, который сочиняет…

– …журналы и подарки! – уверенно закончила дочка.

Получилось вполне удачно не только для экспромта.

* * *

Вечерний женский диалог. Начала его Женя:

– Даша, ты, по-моему, хочешь стать старшей в доме?

– Да, хочу стать старшей, – но тут же уточнила: – Хочу, чтоб мы с тобой были как равные. А папа мог выйти и посмотреть!

Не знаю точно, что означает последняя фраза, хотя и догадываюсь, но показалось, что с такой политикой дочка не окажется на задворках наших «международных» семейных отношений.

* * *

Пока ещё у Даши не получается маскировать некоторые недостатки своего воспитания, случаются так называемые проговорки.

После танцевальных занятий дочка, как обычно, подкрепилась, на этот раз булочкой, выпила маленькую бутылочку имунеле, вкусного молочного продукта, и молча протянула мне руку с пустой тарой, которую надо выбросить.

– Зачем ты мне её отдаёшь?

– А мамы же нету?

– Зато вон там стоит урна, а у тебя есть ножки!

Спорить не стала, пошла выбрасывать. А я в это время думал, почему она так ответила на мой вопрос.

* * *

Зашёл разговор о светофоре. Вспоминаем, что означает красный, что зелёный свет. Я начинаю фразу, Даша продолжает.

– Когда нам горит зелёный, а машинам красный, значит…

– …мы переходим улицу.

– Когда нам горит красный, значит…

– …светофор сломался!

Дашина логика победила, и разговор перенесли на другой день.

* * *

– Папа, я хочу, чтобы ты приходил за мной в детский садик.

– Но я каждый день хожу на работу…

– Лучше бы ты работал школьником!

– ?

– Как папа Даши Кузьменко. Он же часто за ней приходит.

А папа Кузьменко работает школьным учителем.

* * *

На всякий случай хочу запомнить этот день. Март, 28-е число.

Даша неуклонно приближается к своим четырём годам – осталось всего-то чуть больше трёх месяцев.

С утра она занялась в спальне с кукольными друзьями, построила их на комоде в ряд, в затылок друг другу – Профессор, несколько ангелочков, Семак, маленькие Дед Мороз и Снегурочка, две мышки, черепаха, медведь, лиса, Богач с большим мешком, Принцесса, кто-то ещё, всех сразу и не вспомнишь. Вдруг, слышим, дочка мчится на кухню:

– Папа! Мама! Я придумала стихотворение! Хотите послушать?!

– Давай!

– Вслед за ангелочком Все бегут по кочкам!

Вот такой у неё получился первый творческий опыт.

* * *

Даша любит разговаривать с моими телефонными собеседниками и, бывает, ставит их в тупик своими вопросами.

Сегодня поздравляли с днём рождения Славика. Предварительно договорились с ней, чем закончить поздравление. Она всё так и сделала, добавив лишь тот самый затруднительный вопрос:

– Здравствуй, дядя Слава! Поздравляю тебя с днём рождения… и держи хвост пистолетом! – Он, видимо, пообещал и тогда услышал: – А у тебя что, хвост ещё остался?

Что ответил именинник, я не знаю.

* * *

Во время долгого Дашиного купания в ванной провели с ней короткие, но важные переговоры. Моё предложение было таким:

– Папе лучше отвечать почаще «да», чем «нет». Согласна с этим?

– Согласна. И тогда мы будем жить весело?

Сам я до такого веского аргумента не додумался, но оценил его максимально высоко. Порадовала дочка, молодец.

* * *

Даша знает, что есть слова женского, мужского и среднего рода, различает их по форме и правильно согласует с глаголами и прилагательными. Но этого знания не всегда достаточно.

Днём укладываемся с ней спать. Она заботлива и внимательна:

– Папа, давай ты первый ложись.

– Хорошо.

Дочка посмотрела, как это у меня получилось, укрыла одеялом, оценивающе окинула взглядом и в заключение поинтересовалась:

– Ты удобно улёгся, мадам?

Я решил перед сном не рассказывать дочке о правилах русского языка, пусть пока сама учится ориентироваться в нём.

* * *

Даша стала успешно поучать маму. Свидетельство тому такой, например, диалог:

– Мама, дай мне, пожалуйста, попить.

– А вот стоит чашка с водой.

– Я не хочу такую. Хочу чашечку с полосками.

– А я хочу звезду с неба!

– Не надо хотеть звезду с неба. Надо хотеть чашку или тарелку!

Что на это скажешь… Пожалуй, и ничего пока. Получается, приземлила маму со знанием дела.

Примыкает к пересказанному и следующий, очень короткий диалог:

– Даша, раздевайся! Я жду тебя! Ещё раз говорю!

– Последний?

Всё подмечает доченька, ничего не пропускает. Настойчиво воспитывает в нас родителей.

* * *

Ужинаем. Мама побежала к телефону. Даша тут же предложила:

– Папа, пересядь поближе ко мне, на мамин стульчик.

– Нет.

– Почему?

– Потому что каждый должен сидеть на своём стуле.

– Но иногда же…

– Да, иногда можно…

– А сейчас и есть иногда!

Так я попался, доверчивый, в дочкину ловушку.

* * *

Суббота. Обедаем. Звонит телефон. К трубке подбежала Женя.

В это время выглянуло яркое солнце. Причём впервые за день. И Даша отреагировала на него так:

– Мама, у нас солнце! Прямо в борщ!..

* * *

Дочка пообедала быстро. Когда у меня дошла очередь до котлет, она подбежала к столу:

– А что это у тебя в тарелке? – и тут же одобрила: – Какой же ты умный, Коля!

Так Даша начала применять в быту слоган последней телевизионной рекламы, который, судя по всему, ей понравился. Догадываюсь почему.

* * *

Перед сном поём песенку:

Я пеку, пеку, пеку

Деткам всем по пирожку.

А для милой мамочки

Испеку два пряничка.

На этот раз Даша инструктирует так:

– В ладошки можно не хлопать, а ручками можно воображать.

Всё, о чём пели, мы и вообразили.

* * *

Играем с Дашей в лото – специальное, детское, развивающее. В нём вместо бочонков картинки с буквами и цифрами. У нас с дочкой – по одной карте вместо трёх. Вероятно, чтобы быстрее выявить победителя. Это Даша сама корректирует правила игры.

Картинки – в непрозрачном целлофановом пакете. Из него их вытаскивает опять же Даша.

Сначала она лидирует, но потом ситуация постепенно меняется.

Тогда Даша начинает заглядывать в пакет и вытягивать нужные ей картинки. Только никак не удаётся обнаружить последнюю из них.

Но и здесь быстро находится выход – дочка отдаёт мне пакет и говорит:

– Найди арбуз, с буквой «А».

Нахожу. Даша заполняет ею последнюю свободную клетку и радуется победе.

Теперь я знаю, что у девочек, оказывается, своя технология победных игр.

* * *

Начался период дочкиной ревности папы к маме. Присутствуют и весьма корректные приёмы с Дашиной стороны, когда надо отвлечь меня от общения с Женей.

Сегодня, например, когда она играла в спальне, а мы разговаривали в другой комнате, вдруг слышу:

– Папа, лучше иди ко мне. Здесь веселей, грустить не будешь!

Конечно, пошёл туда, где грустить не будешь.

* * *

Совсем недавно услышал от дочки:

– Пойдём со мной, чемпион!

Откуда в её лексиконе появилось такое обращение, ума не приложу. В нашей семье оно не употреблялось никогда, да и среди знакомых тоже. А тут ещё и нотки снисходительности услышались мне… Но потом подумал и решил, что это от моей мнительности.

* * *

Даше завтра три года девять месяцев. Возраст, конечно, уже чувствуется. Вот только что состоялся у нас следующий разговор:

– Даша, почему в спальне такой бардак – все карандаши и блокноты на полу? Ногу некуда поставить!

– Потому что это моя комната. Здесь я что хочу, то и делаю. А у тебя есть кабинет и балкон!

Хотя спальня пока и общая, но первый раздел недвижимости дочка уже произвела. Хочется думать, что он так и останется «игрушечным», а потом – забудется.

Кстати, беспокойство моё уменьшилось уже на следующий день – Даша продемонстрировала гибкость мышления: по тому же поводу её позиция изменилась вплоть до противоположной.

Обидевшись на что-то, пошла и улеглась на диванчик в кабинете. Тогда я и вернулся ко вчерашнему разговору:

– А почему ты здесь лежишь? Это же мой кабинет!

Ответ был незамедлительным:

– Знаешь, папа, когда люди живут вместе, то у них всё общее: и комнаты, и вещи. Только игрушки мои, потому что ты уже взрослый.

Вот так: другие обстоятельства – и дочкины взгляды на собственность стали другими. А единоличным хозяином кабинета и балкона побыл я недолго, меньше суток.

* * *

Даша работает на опережение – это довольно успешный тактический приём.

Мама только что отругала её за непослушание и, успокоившись немного, ведёт разъяснительную беседу:

– Дети должны слушаться родителей, потому что…

– …потому что только папа и мама знают, как правильно поступать детям, а дети не всегда знают, как им правильно поступать!

На этом разъяснительная беседа и закончилась. В Дашину пользу.

* * *

Со мной она действует проще:

– Даша, иди раздевайся.

– А ты пойдёшь со мной?

– Зачем?

– Посидишь рядом.

– Почему мне надо сидеть с тобой рядом?

– Потому что я люблю тебя.

Конечно, я пошёл и посидел. А кто бы не пошёл?

* * *

– Папа, когда я вырасту, я тоже пойду на работу, как ты? Мамы же могут ходить на работу, так ведь тоже бывает.

Таково пока Дашино знание жизни по означенному вопросу. Кто знает, как оно потом изменится…

* * *

Задал Даше неудобный для неё вопрос, а в ответ услышал уверенное:

– Знаешь что: я думаю, а ты – сиди!

Неожиданность услышанного сделала своё дело – дочке не пришлось признавать то, что она не хотела.

* * *

Ждём появления в этом году Дашиной сестрички. Или братика. Даша тоже принимает трепетное участие в этом ожидании, делится своей радостью с теми, кто бывает в нашем доме. Сегодня это её старший двоюродный брат Серёжа, который приехал в Москву на конференцию молодых учёных. Вдруг прервав игру с ним, она сообщила серьёзным голосом:

– У мамы в животе маленький ребёночек бережётся.

Мне оставалось только позавидовать точности выражения. И порадоваться за Дашу.

* * *

Опять – о детской способности быстро перестраиваться…

Днём у Даши с мамой случилась довольно серьёзная ссора. И осадочек от неё у участниц, видимо, остался надолго, по нашим меркам. Потому что вечером я услышал такой разговор, начатый дочкой:

– Больше всего я жду Серёжу, потом Иру, потом Лену.

– А маму?

– Да, и маму, конечно.

– Но почему я опять на последнем месте?

– А я сейчас поменяю!

Легко, быстро, без затей вышла из положения. Мне понравилось. Даже за беспринципность упрекать любимицу не захотелось.

* * *

После той же дневной ссоры мама в сердцах сказала Даше, что уже позвонила мне и попросила купить хороший ремень.

Как только вечером вошёл в квартиру, увидел вопросительные дочкины глаза, не понимая, что это означает.

– Ты принёс?

– Что?

– Ремень!

Догадаться, в чём дело, теперь не составляло труда:

– Принёс.

– И где же он?

– В портфеле.

Пауза. И вопрос:

– Но мы же его не сразу будем пробовать?!

И на этот раз пришлось отдать должное тому, что дочка нашла правильное решение – может быть, единственное с учётом всех обстоятельств. Я опять был полностью обезоружен, пусть и в разыгрываемой мной сценке.

* * *

Пока я ходил в магазин, Даша была на удивление примерной девочкой: и все игрушки убрала, и быстро оделась, чтобы сразу после моего возвращения пойти гулять.

Ей и самой это так понравилось, что она предложила маме:

– Давай купим такой телевизор, чтобы папа, когда вернётся, всё увидел.

Дельное предложение, особенно для воспитательных целей. Но где взять такой телевизор?

* * *

Умеет Даша с достоинством оправдать свои неудачи.

Не получается у неё пока сладить с новой игрушкой. Но не беда. Объяснение нашлось сразу:

– Это всё она: чуть что да чуть что!

Конкретно, исчерпывающе, убедительно.

* * *

Оказывается, Даша уже озабочена некоторыми вопросами своего будущего. Один из них обозначился сегодня.

Мама полвечера просит её убрать игрушки, а в ответ слышит разговоры на пространные темы. Например:

– Даша, говоришь ты много, а дел делаешь мало!

– Да, мамочка… А вот интересно: когда вырасту, изменюсь я или нет?

Мы уж не стали объяснять дочке, что нам, её родителям, это узнать не менее интересно. Но тему она озвучила первая.

* * *

Перед сном, уже в кроватке, глажу Даше ручки. Ей нравится:

– Ой, папа, мне же приятно! Получается так тоночко!

По всей вероятности, дочка уже чувствует, что нежно это и есть тонко. А тут – даже «тоночко». Молодец. А заодно и мне высокий комплимент сделала.

* * *

Дашины аргументы в спорных ситуациях становятся всё менее оспоримыми. Сегодня, например, пришлось капитулировать после того, как дочка спросила:

– Папа, ну ты можешь или нет понять человека?

Она, конечно, себя имела в виду.

Думаю, мало кто после такой постановки вопроса продолжал бы настаивать на своём. И я тоже не стал.

* * *

Даша привнесла в наше с ней общение новый элемент – категоричность.

А произошло это в связи с уже не новой проблемой: в последнее время дочка, как только я переступаю порог, спрашивает: «А подарок принёс?» Избаловали её, приучив к подаркам, а теперь, с переменным успехом, боремся с последствиями.

Сегодня Даша апробировала новый приём. Встретила по-деловому, подождала, пока разденусь, взяла меня за руку, повела в комнату и серьёзным голосом, глядя прямо в глаза, произнесла:

– Видишь, папочка, про подарок я не спрашиваю. Просто говорю: открывай портфель!

Оказалось, подарка там нет. Не знаю, хорошо это или плохо, не разочаруется ли дочка в своих способностях оказываться хитрее папы.

* * *

Из сказанного дочкой и мною не понятого: «Когда сплю, то чувствую, какая я взрослая».

* * *

А вот очень даже понятое и очень приятное: «Доброе утро, мой дорогой папочка!» Пусть не частое, но запоминающееся надолго.

* * *

И опять непонятное, но из другой оперы.

С утра Даша даёт некоторым из своих многочисленных кукол новые имена и делает это довольно громко.

Сегодня подошла очередь маленькой куколки в изящном серебристом платье:

– Теперь ты будешь Ласка Штанкина!

Тон был уверенный, варианты не рассматривались. Кстати, никогда не менялось имя кукле, которую зовут Синбадская.

* * *

– Папа, что тебе больше нравится: юг или север?

– Север. Я там родился.

– А мне юг. Почему – не знаю.

* * *

Во время игр во дворе Даша два дня подряд ссорится с мальчиком Гришей, хотя он значительно старше неё. А по пути домой заявляет маме:

– Надо отправить Гришу на небо. Только без парашюта.

Оказывается, она уже спрашивала у мамы, может ли человек подняться в небо. И та рассказала ей, что может. Но обязательно с парашютом…

* * *

Сегодня есть повод, и Даша целый день поздравляет меня, дарит подарочки. Дождалась своей очереди и детская дамская сумочка:

– Папочка, сейчас я подарю тебе ещё этот подарок. И ты будешь модником!

Подарок я с благодарностью принял. Но на этом приятное для меня дочка решила не заканчивать:

– Посмотрим, что в сумочке? Вот замечательная расчёска. Давай сделаю тебе хвостик!

– Давай хвостик, – согласился я, хотя только вчера коротко постригся. – Но это будет непросто сделать, сама видишь.

Времени на новое решение не понадобилось:

– Тогда сделаем тебе расчёс!

На том и порешили. Да и в исполнении он оказался проще.

* * *

Сомневался, конечно, но когда рассказал старому знакомому об очередном Дашином стихотворном опыте и он спросил: «Ты записал?», то решил, что можно и записать. (Кстати, с ритмикой у неё всё в порядке: подолгу может нанизывать слова, мелодика не нарушается, но с рифмой пока посложнее.)

Короче, сегодня вечером мы с дочкой концертировали. Были танцы, декламация, пение. Мой запал кончился быстро, и я уже уселся в кресло. Даша же нашими совместными номерами не удовлетворилась, вышагивала по квартире и с удовольствием что-то сочиняла, помогая себе ручками, сложив ладошки домиком. Вернувшись с кухни в комнату и обходя её по кругу, зачитала (с повтором) следующее:

Раз-два-три, раз-два-три,

Там какашечка внутри!

Возможно, подойдёт в раздел «Непонятное»! Что-то он в последнее время активно пополняется, кстати.

* * *

Слышал, конечно, о взаимном процессе воспитания: дети – родители. А теперь, видно, подошло время почувствовать это на себе.

Обедаем. Как обычно, в это время на кухне работает телевизор. Каждый из нас троих хочет смотреть свою передачу, но пульт в моих руках, и поэтому победа остаётся за мной.

Даша сосредоточенно склонилась над тарелкой и с сожалением произнесла всего три слова:

– Эх, Коля, Коля…

Мне стало стыдно за свою победу.

Вскоре после обеда появился повод для длительной воспитательной беседы, которую я успешно и провёл. Даша покивала головой в ответ и пошла к своим игрушкам. Через какое-то время вернулась и с оттенком задумчивости сказала:

– Папа, я тут недавно песню слышала:

Эх, ты, Коля, Коля, Коля,

Как же ты мне надоел. —

А ты её никогда не слышал?

Минуты две-три понадобилось доченьке, чтобы придумать это и исполнить. Получилось, вероятно, так, как она и рассчитывала. По крайней мере, очень уверенно.

* * *

Ещё один эпизод связан тоже с телевизором. Купил дочке новый диск с мультфильмами. Она сразу села смотреть.

– Ну как, нравится тебе?

Даша оглядывается на меня, и такое ощущение, что не понимает вопроса. В ответ спрашивает:

– Но это же ты мне купил?

Теперь я её не понимаю:

– Я спрашиваю: тебе нравится?

– А я отвечаю: ты же мне это купил. Раз ты – значит, нравится. Чего ж тут непонятного?

Вроде бы всё понятно. А вроде и не всё. Играет дочка со мной, хитрит, или искренний комплимент слышу? Выросла уже она в этом смысле или пока ещё абсолютный ребёнок? Подумаю ещё, понаблюдаю.

* * *

Даша с мамой вернулись с прогулки. Брали с собой маленький, сверкающий от удара о землю мячик. Пока дочка раздевалась, я помыл мячик под краном и бросил его на пол. Потом вижу, что Даша в ванной мячик снова вытирает.

– Но я же его уже мыл.

– А я ещё чистее его помыла. Он весь грязный немножко.

Вот так надо выходить из положения: и убедительно, и деликатно.

* * *

Даше не понравился мой тон:

– Почему ты со мной так разговариваешь? И впредь это запомни!

Тут же запомнил.

* * *

Даша искусно вывела меня из-под удара. Вот как это было.

Я сказал им с мамой с шутливым упрёком:

– Вы как хотите, так меня и используете!

Женя сразу за поддержкой к Даше:

– Видишь, папа говорит, что мы его используем…

– Да нет, мама, ты не поняла. Он сказал: вы как хотите, так меня и используйте.

Всего-то одну буковку поменяла в длинном предложении, и я из жалобщика сразу превратился почти в героя.

* * *

Нижеизложенное отношу к результатам Дашиного чувства юмора.

Обсуждаем возможность первой, вместе с Дашей, поездки в центр города. Это займёт много времени, поэтому Женя явного желания не выказывает. А Даша загорелась и прессингует:

– Ну так мы поедем или нет? Давай поедем!

– Иди к маме и выясни, поедет она всё-таки или нет.

Сходила и быстро вернулась:

– Нет, говорит, что не поедет.

– А как же мы без неё?

И тут я услышал совершенно неожиданное:

– Так ты и маму любишь?..

Произнесено это было таким голосом, что смеялся я долго. Никак по-другому отреагировать просто не мог.

* * *

Посмеялись-посмеялись и поехали. От Пушкинской площади прошли вниз по Тверской улице, вышли на Красную площадь. На подступах – много народу и развлечений для детей. Праздничное настроение, только что отметили День Победы. Солнце, тюльпаны в Александровском саду, цветут яблони и вишни. Даша набегалась, получила подарки. В обратный путь отправилась с неохотой.

Пошли опять по Тверской, до станции «Чеховская», чтобы ехать без пересадок. Пока шли, всё приставали к дочке: понравилось ли ей, и что именно, и всё в таком роде. Она как бы уходила от ответа, ничего конкретного не отвечала. И когда этого от неё уже и не ожидали, на ступеньках в подземный переход, ведущий и к входу в метро, Даша с интонацией, которую передать не могу, но уверенно и с достоинством проговорила:

– Этот город мне интересен!

Вот так-то.

* * *

Ещё о достоинстве. Но уже по другому поводу: в связи с недавно выбранной Дашей манерой общения с мамой. Это я подслушал сегодня:

– Доченька, пойдём умываться.

– Ты знаешь, мама, у меня пока нет желания.

Достойно и, как оказалось, эффективно – Женя не нашла сразу, что ответить. Потом ограничилась риторическим вопросом:

– Но хоть потом-то оно у тебя появится?

* * *

Взрослая рассудительность нравится Даше, и дочка применяет её с пользой для себя.

Только что дочка не выполнила недавно обещанное, более того – поступила наоборот.

– Как же так, Даша? Я ведь тебе всё объяснил, и ты поняла. Почему так получилось? Или ты забыла?

Она охотно кивает, одобряя подсказку, и даже даёт дополнительное пояснение:

– Да, забыла. Вот видишь, как в жизни бывает…

Получилось законченно и весомо.

* * *

Решил, что можно похвалить и себя.

Неважно чем, но очень угодил Даше. И пошёл в ванну. Плескаюсь и слышу через закрытую дверь:

– Коля, я люблю тебя. Ты хороший друг!

Когда вышел, дочку ещё переполняли чувства:

– Я буду целовать тебя до ночи!

Вот такая у нас бывает любовь.

* * *

А бывает и нелюбовь.

Сижу за столом, пишу.

– Папа, дай мне ручку, которой пишешь.

– Как это «дай»? Она мне нужна. Лучше возьми свою.

Обиделась. И тут же захотела занять моё место за столом. Я, конечно, не согласился уступить и услышал:

– Вот видишь, опять тема… Ты прямо бандит какой-то!

* * *

Из абсолютно непонятного ничем не мотивированный вопрос:

– Когда же кончатся все дни? И зимой, и летом…

* * *

Убедительности Дашиных доводов помогает их возрастающая краткость, внутренняя логичность, можно сказать – почти афористичность.

Утро выходного дня. Немножко поиграли, и я пошёл бриться. Тут же подходит дочка и спрашивает:

– Когда мы будем прыгать на большом мячике?

– Когда побреюсь.

– Ну вот! Я тебе всё уже, а ты ничего ещё…

* * *

Даша походя (и небезуспешно) воспитывает меня:

– Вот видишь, ты быстро делаешь, и я приучаюсь.

* * *

Даша в ванной чистит зубы. Слышу оттуда звонкий звук падения.

– Что ты уронила?

– Ничего. Это какая-то мелкость упала. Не обращай внимания.

Смотрел-смотрел, но так ничего и не увидел. Может быть, действительно мелкость, но звук был крупный.

* * *

Кое-что Даша старается делать очень добросовестно. По крайней мере, говорит об этом.

Сегодня она красит помадой губы любимой кукле. Закончила и отчитывается:

– Посмотри, как хорошо получилось. У неё даже до ножек дошло!

* * *

О любви. Вчера вечером Даша собралась выходить за меня замуж (как известно, такие планы не редкость у маленьких девочек). Сегодня утром, крепко обнимая, сообщила:

– Я в тебя влюбилась!

– А мне что делать?

– Как что? Тоже влюбиться!

Понимаю: весна, май, соответствующее настроение.

* * *

Из совершенно неожиданного.

Сижу за столом, пишу. Даша увидела, просит уступить ей кресло. Объясняю, что две строчки допишу и уступлю. После повторных просьб – тот же ответ. Тогда дочка отступает на полтора шага, качает головой из стороны в сторону и печальным, чуть не трагическим голосом произносит:

– Эх, Коля, Коля, как же маме с тобой трудно…

* * *

Сегодня я – доктор, лечу многочисленных Дашиных детей-кукол. Наконец прекращаю приём. Она отчитывает последнего, опоздавшего ребенка:

– Не надо было тормозироваться! Он уже поприёмил!

* * *

Новое высказывание в мой адрес:

– Я тебя люблю, но ты должен меня слушаться!

И в его подкрепление:

– Сделай мне это и то. А-и-на-че-ты-бу-дешь-пло-хой!

* * *

Кукольные сценки – одно из наших увлечений. Вот один из эпизодов:

– Эту куклу зовут Маша. Она хочет с тобой познакомиться. Как тебя зовут?

– Николай.

– Опять ты начинаешь шуточки свои. Она серьёзно спрашивает.

– Тогда – Коля.

– Ну это же другое дело! А то – Николай… Кому он нужен, этот Николай?

* * *

Вернувшись с мамой из магазина, Даша хвалится купленными колготками:

– Посмотри, красивые?

– Очень. Мне нравится, что розовые, и с узорами, да к тому же ещё и тонкие.

Оценив, возвращаю дочке. Но она не удовлетворена:

– Нет, смотреть надо долго!

– Почему?

– Потому что так тётя сказала.

– Какая?

– Продавщица.

Конечно, приятные минуты должны быть долгими. Тут, слукавив, и продавщицу призвать на помощь не грех.

* * *

– Папочка, какая из принцесс тебе больше нравится? Сиреневая или розовая?

– Каждому своё. Если тебе – сиреневая, то мне – розовая.

– Нет-нет, мне уже перенравилось!

* * *

Даша нередко бывает участлива.

У меня неважное настроение. Дочка чувствует это, подходит, заглядывает снизу в глаза и спрашивает:

– Ну как тебя успокоить?

И наполовину вопросом уже успокоила.

* * *

– Разве с папой так разговаривают?

– Я так строго потому, что по-улыбчивому ты не слушаешься.

Что ж, логично.

* * *

Когда Даша в хорошем настроении, близких в обиду не даёт и даже более того.

После обеда моем ручки:

– Эта мыльница мне очень нравится (она действительно необычная).

– Напоминаю, что её тебе Макс подарил.

– Но зато ты принёс!

* * *

Полдня провели в детской поликлинике – много народу во все кабинеты. Визит к очередному врачу Даше не понравился. Выйдя в коридор и посмотрев на табличку с фамилией доктора, она выразила свои чувства так:

– Глаза бы мои не видели больше эту дверь и эту тётю. И вообще, из всей поликлиники мне нравится только Сергей Сергеевич (наш участковый врач).

* * *

Гуляем у прудов. Даша бежит впереди, видит идущего навстречу мужчину и останавливается:

– Ой, дядя!

Он в это время свернул на другую тропинку. Я спрашиваю:

– Разве дядю надо бояться?

– Нет! Да он и не пошёл по нашей дорожке…

Пройдя несколько шагов, увидели за кустами детскую коляску и рядом с ней того мужчину, на что Даша обрадованно заявила:

– Смотри, это же не дядя, а папа!

* * *

Прервав занятие куклами, Даша заявила:

– Сейчас я нарисую русское лето! – и убежала в свою комнату.

Через короткое время оттуда донеслось:

– Идите смотреть, я уже закончила!

– Что-то быстро ты, – удивилась мама.

– А это не то, что ты думаешь!

Видимо, ей достаточно, чтобы «то» существовало в её воображении. А как оно получится на рисунке – дело второе.

* * *

Даша помогает Лене убирать квартиру.

– Коля, ты не мог бы выключить телевизор?

– А зачем?

– Затем, что он меня просто возмущает!

– Почему возмущает?

– Да потому что отвлекает от уборки.

* * *

Лена свою часть уборки закончила, а Даша ещё протирает игрушки. Дошла очередь до счётных палочек. Их много.

– Коля, может быть, ты мне поможешь?

– Как?

– Я буду тебе подавать палочки по одной, а ты их протирай.

– Хорошо.

Штук десять так протёрли. Но Даша решила усовершенствовать процесс:

– Ты теперь сам бери палочки и протирай, а я буду смотреть.

Так уборку и закончили.

* * *

Даша любит игру «Больница». Доктор (эту роль Даша обычно доверяет мне) всегда лечит её детишек-куколок.

Я только что пришёл с работы. Она тут же:

– Скажите, во сколько сегодня начинается приём?

– Сегодня приёма не будет.

– Почему?

– Доктор в отпуске.

– Надолго?

– Да, надолго. На целый месяц.

Такого подвоха дочка не ожидала, и ситуация её явно не устраивает.

– Подождите, а разве не вы доктор? Вы на него очень похожи!

– Нет, не я. То, наверно, был мой брат.

Вышла в другую комнату и быстро вернулась:

– Я узнала – у него нет никакого брата.

– Но тогда, вероятно, это был очень похожий на меня человек. Так бывает.

Дочка внимательно посмотрела на меня и уверенно поставила точку:

– Такого лица больше ни у кого нет!

Возражать против этого не захотелось. Железный аргумент в пользу начала приёма.

* * *

Хотя ещё конец мая, но уже приехали к бабушке, в город Новомосковск. Дорога для ребёнка неблизкая, больше двухсот километров. Поэтому сразу после обеда легли отдыхать, но поспать удалось немного. Разбудил грохот тяжёлой дрели в соседней квартире. На что Даша искренне удивилась:

– Они что, не знают, что сюда приехали хорошие люди?

* * *

Даша листает дамский журнал «Диана», потом показывает мне и спрашивает:

– А ты смотрел журнал «Любовщица»?

Думаю, это ассоциативное мышление, хотя до темы дочка вроде бы ещё не доросла.

* * *

Вечером зашла тётя Мила, которая любит поговорить с Дашей и не упускает случая задать немного провокационные вопросы. У дочки получается дипломатично выходить из положения. Например, как в этот раз:

– Дашенька, ты не возражаешь, если я переночую у вас?

– Не возражаю. Но думаю, что все люди должны ночевать в своих домах.

Пауза. Вопрос закрыт.

* * *

Вскоре садимся ужинать. Бабушка спрашивает:

– Мила, а ты почему не садишься?

Успевает ответить Даша:

– А тётя Мила не пригласилась!

После чего она так и не села.

* * *

Правозащитный мотив после моих воспитательных мер:

– Мама, Коля настаивает на меня ещё сильней, чем ты. Права мои мешает!

* * *

Некоторые Дашины предложения коварны даже в отношении мамы.

Позвонил им вечером по межгороду. Трубку взяла дочка, в последнее время ей нравится это делать. Долго говорили, около получаса. Слышу, что Женя нервничает, просит передать трубку ей. Но Даша, как я представляю, делает вид, что не слышит, и продолжает болтать. После очередного, не знаю какого по счёту требования резко переходит на шёпот и говорит:

– Сейчас я передам трубку маме, но ты ей ничего не говори!

В смысле, помолчи в трубку, и всё. Вот такая жестокость к сопернице за общение с папой.

* * *

Эта информация сегодня принята мной по междугородному телефону, из Новомосковска. Но здесь необходимо короткое вступление.

Мы с Женей не очень современные люди. Даже по критерию благосостояния и отсутствию в собственности, например, обязательных, по нынешним понятиям, автомобиля и дачи. Хотя, конечно, и не помешало бы… Но на нет и суда нет. Правда, я уже задумывался о том, а как же про этот «суд» буду объяснять Даше, когда придёт время.

А теперь возвращаюсь к тому, что узнал по телефону. Вчера вечером в квартире Дашиной бабушки случились посиделки: пришли тётя Мила, тётя Галя, Юля и другие, что не имеет существенного значения для сюжета. Женя воспользовалась присутствием нянек и ушла в ванную. Даша тоже воспользовалась и выступила перед гостями по полной программе, в результате чего вышедшую из ванной честную Женю обвинили в крупной лжи.

Пока она не спеша купалась, Даша, возбуждённая всеобщим вниманием к себе, раскрыла долго хранимую от всех тайну. Оказалось, у нас есть большой красивый автомобиль розового (!) цвета и блестящий серебристый автобус (!), большая роскошная дача, куда ехать тысячу (!) минут, с огромным садом, в котором есть, в частности, мандариновые и арбузные (!) деревья, множество необыкновенных цветов поразительной красоты, чудесное озеро, где можно долго купаться, необъятный пляж с мелким белым песочком, как на Оке, и много чего ещё, что перечислять дальше нет смысла.

Для Жени, конечно, это было полной неожиданностью. Да ещё все подтвердили, что рассказ прозвучал очень достоверно.

Даша нашлась, и когда кто-то предложил, не откладывая надолго, собраться и всем вместе съездить на нашу дачу и всё увидеть своими глазами. Дочка коротко пояснила:

– Сейчас туда ехать не надо. Там же зима и очень много снега. Нет даже яблок с грушами. Ничего там нет.

Все, естественно, сошлись на том, что придётся ждать лета, которое, правда, вовсю буйствовало за окнами небывалым цветением сирени, каштанов, а также садовых и луговых цветов, ярким солнцем и двадцатипятиградусным теплом.

Откуда эти Дашины фантазии? Убедительные и подкреплённые образной жестикуляцией. Без крупинки фальши в голосе. С общей панорамой и деталями.

Все были крайне удивлены. Я тоже. В первую очередь, предметом этих фантазий и экспрессивностью рассказа, которую почему-то легко представил. И конечно, ещё больше озадачился вполне реальной возможностью скорой постановки автомобильных, дачных и тому подобных вопросов. Надо думать, как будем выходить из положения, уже сейчас начать разрабатывать эффективную тактику и стратегию поведения. Видимо, младенческий возраст у дочки заканчивается. А мы к этому ещё не готовы.

* * *

Лето, второй год подряд, Даша проводит в прекрасном месте – в пансионате под городом Алексином, на Оке, в сосновом бору. В соседнем домике живут две девочки, примерно её возраста. Дети подолгу играют вместе. К тому же девочкин дедушка со всеми троими ласков, часто угощает сладостями, расспрашивает обо всём. Даше всё это очень нравится, она любительница поговорить. Наконец он приглашает её приходить на пляж, где заведует лодочным прокатным пунктом:

– Сегодня-то я не работаю, а завтра приходи. Дам тебе лодочку покататься.

Немедленное дочкино уточнение привело пожилого человека в состояние полной растерянности:

– Так покататься или напрокат?

Смутившись, заверил, что, конечно, покататься.

* * *

На столе банка вкуснейшего земляничного (!) варенья. Бабушка положила его в блюдце. А у Даши сейчас с ней нежные отношения: они часто играют в дочки-матери, бабушка, как всегда, «дочка». Бабушка предлагает Даше отведать ароматного лакомства. Даша основательно устраивается на стуле и приступает к варенью. Бабушка, видя, что оно стремительно убывает, спрашивает:

– Дашенька, а мне-то дашь попробовать?

– Нет, дочь! Оно вчерашнее. А несвежее детям нельзя. Только взрослым.

Вот и играй после этого в дочки-матери!

* * *

После воспитательной беседы ходит расстроенная у крыльца и приговаривает:

– Как же они не понимают человека…

* * *

Пока никак не могу прокомментировать не в первый раз услышанное во время дочкиных игр с куклами:

– Все рождаются девочками, а в три с половиной года становятся мальчиками…

* * *

– Ты уже пришёл с куренья?

Очень напоминает «пришёл с гулянья».

– Даша, здесь лежали две конфетки. Не знаешь, где они?

– Знаю. Я их съела в животик.

* * *

Сидя на горшке, напевает собственное:

Если всех милее я,

Значит, Лена – плоховья.

* * *

Роль мамы Даше очень нравится, поэтому все куклы у Даши – её дети. Появляются и первые размышления:

– У нас уже девять, десять… восемнадцать… детей. – И наконец со вздохом: – Как же я их воспитывать буду?

Резонный вопрос.

* * *

В наших отношениях она уверена. Поэтому в короткой фразе – максимум разочарования:

– Не думала, что ты мне откажешь…

* * *

Даша любит всё делать первой, особенно общеполезное. В частности, она только что доросла, чтобы самой нажимать кнопку лифта. Но в этот раз получилось не совсем правильно, и мама долго объясняет ей, в чём дело. Дочка слушала-слушала, потом посмотрела на меня как на свидетеля происходящего и печально сказала:

– Никак не могу понять этого человека…

* * *

Мама заплетает ей косички. Даша ровным голосом напевает всего одну строчку: «Хорошо, что я сегодня с мамой не дружу».

* * *

После размолвки:

– Даша, ты что делаешь?

– Не скажу. Боюсь тебя расстроить.

* * *

Короткий диалог с мамой:

– Даша опять вредничает. А я думала, что она теперь хорошая девочка. Почему так?

– Душа просит.

* * *

За столом разговариваем о том о сём, даже о любви. И в шутку, и всерьёз. Даша помалкивает. А потом, обращаясь к маме, делает заключение:

– Ты знаешь, он всё-таки тебя любит.

* * *

– Посмотри, тебе всё покупают, дарят…

– Да, хорошо быть маленькой.

* * *

– И почему мама так сильно тебя любит?

– Да потому что ты любишь ещё сильнее.

* * *

Что-то удачно нарисовала:

– Я радуюсь себе!

* * *

Даша знает, что у неё скоро появится сестрёнка:

– Вот бы родился мальчик… Как хорошо – мальчик и девочка! А девочка и девочка – даже не созвучается…

* * *

Теперь почти все куклы у Даши – новорождённые. Сидит, подолгу с ними разговаривает. Слышал, как сказала одной:

– Тебя же ведь недавно привезли из роддомика…

* * *

Летнее наблюдение:

– Когда муха расцветает, она становится шмелём!

* * *

В шутку предложил Даше, в случае готовности, выполнить моё указание – брать под козырёк (прикладывать руку к голове) и отвечать: «Есть, товарищ командир!»

Дочке предложение понравилось, а я оценил, как она подловила меня на желании покомандовать – с первого раза охотно откозыряла и отрапортовала:

– Нету, товарищ командир!

* * *

– Откуда ты это знаешь?

– У меня есть книжка, в которой всё написано.

* * *

– Ой, какой безлюбый! Даже своей доченьке не говорит «спасибо».

* * *

Даше надо сменить тему неприятного разговора, и она делает вид, что не видит маму:

– А ты где сама-то?

* * *

Когда Дашу долго целую, она заливисто хохочет. Поэтому не удивляет предложение:

– Хочу смеяться – зацелуй меня.

* * *

Опять провинилась.

– Что случилось?

– Спроси у мамы.

– А почему сама не расскажешь?

– Боюсь, накажешь.

– Зачем же делать такое, о чём не можешь рассказать?

Горько усмехнувшись, пояснила:

– Ты знаешь, в жизни всякое бывает.

* * *

– Чего-то, когда поплачу, у меня красивое лицо…

* * *

– Ты ведь давно груш не ела?

– Да нет, ела. Но такой сладкой – никогда в жизни.

Спустя некоторое время:

– У меня животик болит.

– Что такое?

– Да ты не беспокойся – это он так радуется!

* * *

Кокетливый и коварный довод:

– Пойдём делать это вместе.

– Почему?

– Я же не могу так долго тебя не видеть!

* * *

Играет с бабушкой в «болезни». Бабушка спрашивает:

– Какой же у этого ребёнка вирус?

– Бандитский.

– Настоящий бандитский?!

– Да не беспокойся ты. Рекламный.

* * *

– Когда я причёсываю свою куколку, у неё волосы почему-то не собираются в кучу хвоста.

* * *

Глажу Дашину руку…

– А теперь вторую!

– А не много ли тебе сразу?

– А ты помнишь, что я тебе совсем недавно говорила?

А говорила она вот что: «У меня самый лучший папа, из всех людей». И много целовала.

Конечно, я помнил. И вторая Дашина ручка получила свою долю ласки.

* * *

– Дашенька, убери, пожалуйста, свою одежду.

– Знаешь что: со мной можно и без «пожалуйста».

* * *

– Это же неприлично, Даша!

– Давай один раз сделаем неприлично.

Оказалось, один раз можно.

* * *

Дашин новояз: многовей – больше, распьянился – опьянел, двойнички – двойняшки.

* * *

– Такую девочку и замуж никто не возьмёт!

– Когда вырасту, я получшею.

* * *

– Так это значит, что он не женщина?

* * *

Даша с мамой повторяет подзабытые уже сказки, в частности «Колобок».

Оказывается, со слов дочки, когда Колобку встретился волк и сказал: «Сейчас я тебя съем!», Колобок ему ответил: «А я тебе не дадуся!»

* * *

– Раньше было красиво. Правда, Коля? Цари были…

* * *

Даша стала раздавать умные советы.

После того как мама долго выговаривала ей за что-то и дошла до слов: «А теперь я думаю, что…», дочка спокойно ей разъяснила:

– А ты не думай, и всё пройдёт.

* * *

Случайно подслушанный разговор мамы с дочкой во время их нежного общения:

– Ой, доченька, как приятно! Сделай ещё немножко так же! Сделаешь?

– Конечно. Я и всегда могу так делать. Но ты же всё время воспитываешь меня, сердишься. А ты говори всегда ласковые слова – и будем хорошо жить!

* * *

Дашина рассудительность идёт по нарастающей, проявляясь уже и в заботах обо мне.

Время позднее, собираемся ложиться спать. Но дочке не хочется. Она подходит и заговорщицки, негромко произносит:

– Папочка, у меня есть к тебе ещё одна просьба. Выполнишь?

– Не знаю.

– Да, я понимаю: говорится быстро, а делается-то медленно…

И в подтверждение вздыхает. Очень убедительно. Как бы позволяя до завтра ничего ей не обещать.

* * *

Наши сегодняшние с ней отношения Даша исчерпывающе охарактеризовала одной фразой:

– Ни с того ни с сего хочется тебя обнимать!

* * *

В Москву теперь Даша вернётся нескоро, к концу августа. Я дома один. Есть время почитать. Перечитал и эти Дашины «рассказики». Увидел, как она выросла. К тому же ей недавно исполнилось четыре года. Кстати, все буквы она уже чётко выговаривает, даже коварная и неуступчивая «р» давно сдалась.

Вот и подумал, что первую часть записей на этом можно закончить. И так уже немало получилось. А потом – посмотрим. Возможно, надо будет и продолжить. Короче говоря, доверюсь настроению.

Недолго, всего около двух месяцев, ничего не записывал за Дашей. Но, как давно говорят, охота пуще неволи. Она и поборола. А я тому порадовался: увлекательное всё-таки это занятие – шагать вместе с доченькой по возрастной лестнице. Тем более что четыре больших этапа мы благополучно прошли. Пошагаю ещё немножко.

* * *

На пятом году в поле Дашиного внимания попали и государственные вопросы. Например, в телевизионных новостях её больше всего привлекает фигура российского президента. Даже вполне можно предположить, что он ей чем-то сильно нравится. Мне банально казалось: тем, что главный человек в стране.

Во время очередной телепередачи дочка даже устыдила маму:

– Ты начала громко разговаривать, и я услышала только: «Вот Дмитрий Медведев поднял руку…» А что было дальше – не услышала!

Видимо, чувства переполняли её настолько, что ей показалось естественным тут же (с огорчённым лицом) спросить:

– Папа, а почему меня не назвали Дмитрием Анатольевичем?

Вот такова сила женского увлечения. Пусть и детская.

Сюда же примыкает и заданный в другой раз вопрос:

– А где, интересно, он в Москве живёт?

И наконец:

– Посмотрите, опять Дмитрий Медведев!

– И чем же он тебе так нравится?

– А у него чёлочка интересная.

Вот секрет-то и раскрылся! Проговорилась.

* * *

Другой уровень «телевизионной» темы. Транслируется вечер памяти Высоцкого. Даша его знает:

– У него красивое лицо. Только глаза какие-то…

– Какие?

– Измученные.

– А как ты думаешь, почему?

– Наверно, ему часто встречались плохие люди… А он обо всех заботился. И обо мне тоже. Он же знал меня?!

* * *

Даша в ванной, под душем. Громко зовёт маму, та подходит.

– Сделай, пожалуйста, погромче!

– ?

– А что здесь непонятного? – и показывает глазами на переключатель температуры воды.

– Погорячее, что ли?

– Конечно.

– Так бы и говорила. А то сразу и не поймёшь.

Мне же выбранный дочкой образ, оригинальный и сочный, понравился. Потому я его перед мамой благополучно защитил. А заодно и Дашу.

* * *

Давно сказано классиком, что три профессии (врач, юрист и священник) вызывают у людей заведомое уважение. Вот какая вариация на эту тему получилась у Даши.

В фильме «Брат 2» есть сцена, где его герой опрокидывает в постель хозяйку квартиры, американку, одетую в белое летнее платье. У дочки этот эпизод вызвал возмущение:

– Мама, ну нельзя же доктора заваливать на кровать! Ведь правда?

Она приняла эту негритянку за участкового врача в белом халате, что приходит и в нашу квартиру, где, конечно, находится в полной безопасности.

* * *

Неожиданно приехала Дашина крёстная Лена. Сюрпризом, на один день. Привезла подарки. В основном, Даше. О чём только что и сказала мне по телефону. Я предложил и нам подумать о подарках Лене. Дочка поддержала мою инициативу:

– Давай подарим ей коробочку конфет, например, и вино. Ну, чтобы потом она нам серьёзные подарочки привезла.

Такой мотив обоснования прозвучал в Дашиных рассуждениях впервые.

Буду готовиться к вечернему разговору с дочкой. Тема-то новая.

* * *

Наконец-то Даша овладела ножницами – научилась вырезать из бумаги разные фигурки. И очень рада этому. Старается поделиться радостью со мной:

– Послушай, папочка, я приготовила тебе такой подарок! Пойдём со мной… – приглашение произнесено таинственным полушёпотом.

Подошли к дочкиной тумбочке с игрушками, оттуда она извлекла бумажную фигурку мужчины:

– Вот подарок тебе! Я сама вырезала, мне никто-никто не помогал! А потом подрисовала ему глазки, носик, ротик. Он очень хороший. Посмотри, на тебя похож!

Я согласился, что мужчина действительно хорош. И тогда дочка сделала неожиданное предложение:

– Мне кажется, тебе надо приклеить его на майку, – и показала куда.

– Зачем?

– Тогда уж точно никто не подумает, что ты женщина… А то мало ли кому что может показаться!

Вот так Даше хотелось, чтобы продукт её творчества оказался полезным и всегда был на виду. И аргументация предложения нашлась вполне эффектная.

* * *

Когда у нас в гостях бабушка, Даша часто смотрит вместе с ней «взрослые» фильмы по телевизору. Бороться с этим, по разным причинам, трудно. Правда, я, тоже по разным причинам, не сильно и пытаюсь. Результаты этих просмотров, кажется, уже есть.

Дочка, в присутствии мамы и бабушки, объявила, что сегодня у нас праздник.

– Какой? – поинтересовалась бабушка.

– Я буду жениться.

– На ком?

– Да вот на папе!

Я подумал, что мне в этом разговоре делать нечего, и направился на кухню.

– Подожди, куда ты? – удивилась дочка. – Я же сказала, что мы будем жениться!

– Ну давай я тебя поцелую, и будем считать, что поженились.

– Нет, так не пойдёт!

– А как пойдёт?

– Сначала ты должен подарить мне цветы, потом мы должны потанцевать, потом мама с бабушкой подарят нам подарочки. А ты что ж думал: поцеловал – и уже поженились? Не-е-ет! Так это дело не делается!

Поэтому мы пошли в комнату, где есть музыка, наскоро потанцевали, вернулись за подарками, получили их и поцеловали друг друга. А цветы пошли в зачёт те, которые уже стояли на столе. Ведь я их только вчера принёс. И, оказалось, очень вовремя – а то пришлось бы бежать за ними в вечерний мороз. За окном было около минус тридцати!

* * *

Поздний вечер. Я уже в кровати, но Даша с мамой на кухне. Женя объясняет Даше, почему у неё мало времени для игр с дочкой. Причина – Настя, пятимесячная сестрёнка.

Беседа идёт тяжело. И тут Женя делает не очень верный ход:

– Я же и сама огорчаюсь, когда приходится бежать к Насте…

Ответ следует незамедлительно:

– А зачем тогда рожать детей, если они огорчают?!

Такая несерьёзная, на первый взгляд, тактическая неточность загнала маму, говоря шахматным языком, в цугцванг – ходить ей было некуда.

* * *

Только открыл дверь, Даша сообщила, что уже в субботу приезжает Лена, её крестная. Я сделал вид, что удивился:

– А зачем?

– Как зачем! Меня будет воспитать…

Неужели дочка уже сама догадывается, что в её воспитании иногда явно не хватает строгости? А у Лены не забалуешь…

* * *

Оказалось, что из всех девочек, посещающих бассейн в детском саду, только у Даши нет закрытого купальника. Не откладывая, идём с ней в магазин. Любезные продавщицы предлагают нам на выбор два: розовый с нечётким рисунком и бирюзовый с яркими вишенками на груди. Предлагаю дочке выбрать самой, заметив, что уже знаю, какой выбрал бы я. Думала она недолго и выбрала с вишенками.

Когда вышли на улицу, поинтересовался, почему она приняла такое решение.

– А на мою красоту розовый будет некрасиво!

Исчерпывающе понятно.

* * *

Попросил Дашу принести понадобившуюся вещь из дальней комнаты. Принесла. Пора относить. Смотрит на меня:

– Может, ты отнесёшь? А то чего мне лишний раз ходить? Да и была я уже там…

Я отнёс. Уважаю логику. Особенно в женских рассуждениях.

* * *

– Даша, почему опять не убраны игрушки?

– Я хотела убрать, но никто так и не убрал!

Не сразу и сообразишь, как реагировать.

* * *

По ТВ в который раз демонстрируется известный уже многим поколениям детей фильм «Приключения Электроника».

Даше не очень понятен его сюжет. Женя, пока безуспешно, пытается объяснить, что у школьника Сыроежкина есть двойник – робот Электроник и они неразличимо похожи. В окончательный тупик Женю ставит очередной дочкин вопрос:

– А как же они так быстро меняются одеждой?

Ещё одно подтверждение, что логику детского восприятия и мышления взрослому человеку понять ох как нелегко!

* * *

– Я не ела уже два часа. Даже похоже на три!

* * *

В последнее время Даша стала часто разъяснять непонятные мне, с её точки зрения, вопросы. Хотя мой интеллектуальный рейтинг у неё довольно высок. После очередного разъяснения уточняет:

– Ну, понял, в чём разница? Ты же у нас умный!

* * *

Такое впечатление, что Даша повзрослела за день.

Едем вечером в автобусе. Она встала коленками на сиденье и смотрит в окно. Я её придерживаю на случай резкого торможения.

– Папочка, не беспокойся за меня, я крепко держусь. Главное, смотри сам не упади!

Интонация очень естественная. Близсидящие пассажиры даже не улыбнулись. Возможно, не очень понимали наши с дочкой взаимоотношения. Ей пока четыре с половиной года.

* * *

Даша продолжает словообразовывать…

Давно пора ложиться спать, а на ковре разбросаны десятка четыре, а то и пять, цветных карандашей. Уже строгим голосом обращаю на это Дашино внимание.

– Папочка, а ты можешь помочь мне их убрать?

– Как помочь?

– Ты – хваток, я – хваток, потом снова ты…

Разумное, равноправное, справедливое, с её точки зрения, предложение – убрать-то надо быстро.

* * *

Умеет Даша убеждать. Вот пример.

– Папа, почему у тебя на столе так много сигарет? Хотя бы выноси их на балкон. Ведь Настя может случайно их покурить (а Насте как раз сегодня исполняется пять месяцев).

Теперь думаю, где же держать сигареты. На балконе-то пока сыро.

* * *

Не любит Даша играть одна, без взрослых. Но исключение – её многочисленные фигурки (Профессор, Богач, Принцесса, Снегурочка, Семак и т. д.). Сценарий игр – чистый экспромт. И повторов, кажется, не бывает.

На ковре в большой комнате развивается очередное действие. Прохожу мимо и слышу:

– А вы что, бабы, жалеете этого мужика с ружьём?!

Никаких догадок, даже мало-мальских, по поводу тайны этого сюжета не появилось у меня до сих пор. А дочку спросить не решился.

* * *

Сегодня Даша проснулась в хорошем настроении. И всё у неё с утра ладится: одеванье, умыванье, завтрак.

– Мамочка, я всё делаю по облакату!

Да, именно так – по облакату.

Пару месяцев назад Женя, в поисках рецептов правильных отношений с дочкой, прочитала в известной, популярной книжке на эту тему, что нередко эффективным средством для хорошего начала дня может быть плакат, который с помощью рисунков-иллюстраций напоминает ребёнку, что за чем надо делать.

Плакат они нарисовали вместе. Но само это слово («плакат») оказалось Даше незнакомым, да и вообще оно вроде бы иностранного происхождения. А может, и сразу услышалось дочке по-другому, в более приемлемом варианте. Короче, «плакат» превратился в «облакат». Мне почему-то понравилось, и мы с Женей решили: пусть так и будет пока. А потом разберёмся.

Кстати, и сами к «облакату» уже привыкли.

* * *

Даша высказала свою точку зрения о семейной иерархии умельцев.

На одну из её просьб я ответил, что не умею этого делать. Реакция была такой:

– Как не умеешь? Ты же папа! И должен учить маму, а мама – меня! А как же иначе-то?

Дочкины убеждённость и эмоциональность показывали, что она безусловно права.

* * *

Объясняю это Дашиной зарождающейся симпатией к исконно русским именам-отчествам.

На экране телевизора – теннис. Я поясняю:

– В белой майке – Михаил Южный.

– Значит, я могу его называть просто Михаил Иванович?

Как отчество Южного, пока не узнавал.

* * *

Даша приучает нас к вечерним домашним концертам, поскольку в хореографической студии уже разучила несколько танцев. Последний из них щедро наделён прихлопываниями с наклонами влево-вправо. Сегодня – премьерный показ. Даша волнуется, беспокоится, чтобы мы вовремя заняли места. Напомнила мне, что до начала осталось три минуты, и предупредила:

– Смотри не опаздывай! А я побежала готовить ладошки!

Раз так, придётся не опаздывать.

* * *

У Даши с мамой день не задался с утра – повздорили из-за какой-то мелочи. Обиженная дочка улеглась на диван, глядя в потолок. Подошёл к ней и несколько раз поцеловал в животик. Она оживилась и оценила:

– Смотри-ка, а ты целуешь, как мальчик.

– ?!

* * *

Зря, наверно, беспокоились о Дашином отношении к сестрёнке Насте, которой сейчас шесть месяцев. Она охотно играет с маленькой, проявляя к ней нежность, поёт песенки, разговаривает. Запомнилось недавно услышанное:

– Да ты и не Настя вовсе, а маленькая Даша.

Решил, что так подчёркивалось их близкое родство и большое сходство. Даже имени не пожалела.

Сохранилось бы это отношение как можно дольше… По крайней мере, задел есть.

* * *

Едем в автобусе. Даше удалось занять место на любимом заднем сиденье – оно высокое, и с него всё видно. Мне скоро стало жарко – под сиденьем активно работала печка, обдувая ноги почти горячим воздухом. А дочка была укутана в меховую куртку.

– Даша, тебе не жарко? Вон как сильно печка работает!

Видимо, место настолько нравилось дочке, что она секунду подумала, прищурилась левым глазом и уверенно ответила:

– Только чуть-чуть! Вот этому глазику.

Так до дома и доехали.

* * *

У Даши хорошее настроение, она с увлечением возится со своими игрушками и напевает: «Колька – маколька, Колька – маколька…»

Мне через год шестьдесят. И теперь всего двое называют меня Колькой: студенческий друг Валера и старшая дочка. Ей сейчас уже четыре года восемь месяцев. Потом, может быть, побалует и младшая – Настя, которой пока полгодика.

* * *

В Дашином исполнении – первый и, конечно, неожиданный для меня урок этикета.

Мы оба спешим и почти сталкиваемся в коридоре:

– Как же так, папочка?! Когда мужчина видит женщину, он должен сразу вбок! Когда женщина пройдёт, то и мужчина может идти дальше.

Теперь, на всякий случай, учусь ходить по квартире бочком.

* * *

Выполнил довольно давнюю Дашину просьбу. Она рада, бежит к маме, чтобы и та вместе с ней порадовалась. Потом бегом возвращается и несколько раз шумно целует меня. Женя интересуется из другой комнаты:

– Что это за звуки у вас там?

– Это я папу страстно поцеловала!

Подумал-подумал и неточности в дочкином ответе не нашёл.

* * *

Выходной день. И всё бы хорошо, да маленькая Настя заболела. Поэтому всё внимание к ней. А Даша мается – никто с ней играть не хочет. Приставала-приставала, разные варианты предлагала, но бесполезно.

– Папочка, ну тогда давай хоть про жизнь поговорим…

Наверное, рассматривала такое предложение как последний шанс привлечь внимание к себе.

* * *

Даша увидела зло ругающегося мужчину:

– У него лицо как будто отравленное, правда же?

Я подтвердил.

* * *

Удачно сложившаяся суббота. Дело к вечеру. Майский тёплый и солнечный день оставил хорошее настроение. На его фоне выяснилось следующее.

Даша трудолюбива:

– Я сейчас тут позабочусь на столе.

Даша расположена ко мне и жаждет общения, не отпуская ни на минуту:

– Я просто прилипла к тебе!

Даша умеет быть серьёзной и делать даже такие заключения, как: «Это – выражение какой-то болезни».

Вот что значит возраст – время неумолимо приближает дочку к пяти годам. Осталось ждать меньше трёх месяцев.

* * *

Когда выпадает время посидеть за письменным столом, Даша любит пристроиться рядом. Тоже с ручкой и бумагой. Но при этом ни на секунду не замолкает. Иногда я и раздражаюсь. Но сегодняшнее начало разговора настроило на другой лад:

– Папа, а что ты записываешь?

– Стихи.

– Мне на вырост?

Я подтвердил, хотя никогда так конкретно об этом и не думал.

Этот сюжет подтолкнул меня к мысли закончить книгу стихами о доченьке, написанными в тот же период, что и «рассказики», с 2006-го по 2010 год. Вот некоторые из них. Пусть потом почитает, если вдруг заинтересуется.

Стихи о Даше

* * *

Наш дом готовится принять

Смешного человечка.

Он будет плакать, всё ронять

И танцевать от печки.

Он будет жить да поживать,

Считать свои годочки…

Как будем сына называть

Или, вернее, дочку?

* * *

Скоро в доме Дашин голос

Будет главным. Властвуй, дочь!

Мы за это и боролись

И хотим тебе помочь

Быть удачливой царицей

В царстве маленьком твоём

На окраине столицы,

Где живём теперь втроём.

* * *

Отсчёт пошёл. Земная жизнь

И для тебя теперь настала.

Недвижным свёрточком лежишь.

Поела только что. Устала.

Мы всё земное бытиё

С трудов таких же начинали.

Потом лишь каждому своё

Творцы судеб насочиняли.

Пусть благосклонными они

К тебе окажутся в итоге.

Храни, Господь, тебя, храни.

А мы помолимся о Боге.

* * *

Комочек света и тепла,

Дочурка Даша.

Жизнь без неё куда текла,

Не вспомнить даже.

Всех философий прежних суть

Теперь ничтожна.

В кроватку доченьку несу

Сверхосторожно.

Пусть ей приснится добрый сон,

Простой и славный.

Про маму с папой будет он.

О самом главном.

Татхагатагарбха[1]

Честь для меня – приходиться отцом,

Быть и слугой, и домашним творцом,

Пестовать нежный зародыш, пока

Тянется к свету дитяти рука.

Нет ему ближе ещё никого.

Пальчиком тычет в отца своего,

Ищет защиту и к матери льнёт,

Первые слёзы без повода льёт.

Впрочем, судить о причинах не нам.

Делим заботу о нём пополам.

Скоро услышится радостный смех,

Нет ему в доме серьёзных помех.

Каждой малютке уместна хвала.

Матушка кружево ласки плела.

Значит, окрепнет желанный росток.

Солнце его перешло на восток.

* * *

Первый снег для Даши выпал,

Не проедешь на коляске.

Он как будто крепко выпил

И устроил свистопляску.

Кружат быстрые снежинки,

До небес опять взмывают.

Не снежинки, а кружинки,

Как их дети называют.

Даша этого не знала.

Ей и знать-то рановато.

Ей казалось, ветром гнало

Над землёй кусочки ваты.

* * *

Дашин первый Новый год.

Он загадывает ход

Новых Дашиных годов

И счастливым быть готов.

* * *

Сегодня, доченька, тебе полгода,

Стоит январская уже погода.

Была июльская жара, когда ты

Отсчёт позволила начать с той даты.

Тянулись месяцы, а дни летели.

Всё было правильно на самом деле.

Ты ножкой топаешь и строишь глазки,

С улыбкой слушаешь стихи и сказки.

Что понимаешь в них, пока загадка,

Но спишь одна потом спокойно, сладко.

И у кроватки мы стоим, любуясь

Нежней, чем на прелестницу любую.

* * *

На неё – большая ставка,

На неё одну – расчёт.

Это – важная поправка,

Это – сложности влечёт.

Неизвестности и риски

По итогам бытия…

А сейчас она так близко,

Рядом доченька моя!

* * *

Наш дом соскучился по Даше,

С июня выморочно в нём.

То, что положено подальше,

Поближе, может быть, возьмём.

Она к тебе вернётся, милый.

Готовься доченьку встречать.

Вам жить заботливо и мирно,

Но будет бабушка скучать.

* * *

Ярко светится окно,

В доме главное оно.

Там жена моя и Даша,

Дочка маленькая наша.

Зимний вечер, холода.

Много снега, много льда.

И мороз бежит по коже:

Всё на вымысел похоже.

Эти зимы, дочка, дом,

Тротуары подо льдом.

А потом весна и лето,

Солнцем в золото одето.

Радость, оторопь, покой.

Жест негаданный такой

В неожиданные сроки

После гибельной мороки.

Каждый день спешу домой.

Путь единствен и прямой.

Ждут меня родные люди.

К ним всё время и спешу.

* * *

Смеёмся весело и дружно.

Мы с нею счастливы вполне.

Балую дочку. Это нужно

Неизбалованному мне.

Наперекор благим советам.

И даже смыслу вопреки.

Я так давно мечтал об этом,

Что сомневаться не с руки.

* * *

Хочу домой. К жене и дочке.

Она уже умеет ждать.

Ей полтора всего годочка.

Мне ей теперь принадлежать.

Прожив стремительно полвека,

Довесок маленький добрав,

Узнал, как мало человеку

Мирского надобно добра.

Пьянит объятье детских ручек,

Дурманят первые слова…

А сердце сдержанности учит

Моя седая голова.

Полёты

Мне ещё летать сегодня,

Ждёт меня напарник дома.

Мне опаздывать негодно,

Потому что я ведомый.

Путешествуем мы знатно.

Потолок нам – космос млечный,

Вверх – туда, и вниз – обратно,

А кроватка – пункт конечный.

Пилотируемый нежно,

Сверхкосмический корабль…

Небо дочкино безбрежно,

Это мне понять пора бы.

Мы летаем каждый вечер,

Но всегда ночуем дома.

Наш порядок безупречен:

Дарья – лидер, я – ведомый.

Секрет

Даше – два года девять месяцев

На самом краешке дивана

Сидела дочка и кивала

Нравоучениям моим.

Нам было здорово двоим.

Она свою игру играла —

Принцесса, выдумщица, краля.

А я вовлёкся и считал,

Что, мол, отцом хорошим стал…

Моя лукавая вертушка

Потом шепнула мне на ушко

В укромном ото всех углу:

«Я всё равно тебя люблю!»

Обращение к Даше

Мне трудно стать тебе ровесником.

А варианты есть иные.

Опорой быть и добрым вестником,

Избушки строить лубяные.

Из доброй сказочной материи

Пошить заоблачные платья.

Пока желанье не потеряно,

Бросаться в нежные объятья.

Ты станешь, доченька, красавицей

И умницей, вполне возможно.

По крайней мере, шанс представится.

С ним будем очень осторожны.

Когда присмотришься внимательней,

Увидишь – никуда не деться.

Берут всё от отца и матери

В любви родившиеся дети.

Бутово

Посадил берёзы, ясени,

Пару лиственниц-малышек.

У района возраст ясельный

И возможностей излишек

Стать родным для населения,

Для обычного народа,

Для любого поколения,

Кому нравится свобода,

Простота передвижения

В сторону лугов и леса,

У кого воображение

Нестандартного замеса.

Мало лет району нашему,

Перспективным он зовётся.

Подрастёт дочурка Дашенька —

Пусть ей счастливо живётся.

* * *

Дашин плач при расставанье.

Ей уже четыре года!

Двести метров расстоянье,

И прекрасная погода.

Мы на окском побережье.

К небу льнут макушки сосен.

Лес вдали как будто реже

И не так победоносен.

Мой отъезд, сопровожденье,

Доченька за ручку с мамой.

И вчерашний день рожденья

Стал ей утешеньем малым.

Слёзы детские недолги.

Вот дойду до поворота…

Долог путь Оки до Волги.

Всё продумала природа.

* * *

Перед выходом из дома

Осеняют в два креста…

Человечьего гнездовья

Технология проста.

Береги родных и близких,

Как тебя же берегут.

Не стыдись поклонов низких,

Дни стремительно бегут.

Не успеешь оглянуться,

Будет некого жалеть.

Будешь гнуться, гнуться, гнуться,

В одиночестве шалеть.

Провожай, жена и дочка,

Чтобы вечером встречать.

Кто так радостно хохочет —

Неохота различать!

* * *

Бывает страшно, если вдруг

Представишь, что их нету…

Не принимай пока испуг

За чистую монету.

Ещё есть время, силы есть

Любить, жалеть и холить,

Такую жизнь и предпочесть,

Их поберечь изволить.

* * *

Божий день, и ночь нежна.

Утро их венчало.

Мама, доченька, жена —

Три моих начала.

Жизнью кровь остужена

Так или иначе.

Мама, доченька, жена —

Три моих удачи.

Каждая навек дана,

Свыше награжденье.

Мама, доченька, жена —

Три моих рожденья.

Радость эта суждена.

Светел лес осенний.

Мама, доченька, жена —

Три моих спасенья.

Сердце с разумом в ладу,

И спокойны речи.

Троекратно крест кладу,

Ставлю, ставлю свечи.

* * *

Благодарю за то, что предпочёл и создал,

Не пренебрёг и мной, друзьями и родными.

Присматривал за всем молоденький апостол,

Хотя не представлял, на что в миру годны мы.

Благодарю за то, что выстроил цепочку,

Непрерванную связь – от Евы и Адама.

Позволил лицезреть божественную дочку

И к этой жизни вкус не потерять с годами.

За смысл благодарю, открывшийся не поздно,

Что долго не плутал болотами, лесами.

Что не придётся вдруг угадывать нервозно,

С чем можно без стыда предстать пред небесами.

* * *

Что я могу один? Да ничего, по сути.

Стремительные дни бессмысленно несутся.

Что значу я один? Да ничего не значу.

Без близких и родных от безрассудства плачу.

Для них мы и живём. Без них плохая участь.

Бессмысленно стареть, от горьких мыслей мучась,

Что можно бы не так, не вскользь, не бесполезно,

Бездушно и грешно, ущербно и болезно.

* * *

Храни, Господь, родные души,

От злых людей оберегай.

Как в сильный дождь кусочек суши,

За беззащитность не ругай.

Они научены другому,

Другая роль досталась им —

Беречь тепло родного дома,

Как по привычке говорим.

Примечания

1

Зародыш просветлённого (буд.).

Content

Николай Заикин
Даша

Предисловие

Даша Детские рассказики для взрослых

Стихи о Даше

* * *

* * *

* * *

* * *

Татхагатагарбха

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Полёты

Секрет

Обращение к Даше

Бутово

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Примечания