Мириам Дубини

Зелёное заклятие

Моему брату посвящается

Из Магического кодекса Белоснежной колдуньи

ЗАКЛИНАНИЕ

ВО ИМЯ ТРИУМФА ТЬМЫ

Тень разрастается и заполняет землю,

Небо больше не излучает свет,

Ночь приходит тяжёлой поступью

Королевы царства зла.

Лёд в сердце у нашей Повелительницы,

Ненависть и злоба царят внутри,

Только недобрые мысли её посещают,

Всё злее и злее с каждым днём.

Эта корона её научит,

Что нет границ плохим поступкам.

Честь, слава и тьма

Её Мистическому Величеству!

Честь, слава и злоба

Её Мистическому Величеству!

Честь, слава и жестокость

Её Мистическому Величеству!

Пролог

Колпак и меховая шапка

Стоило Белоснежной колдунье произнести последние слова заклинания, как камни на Тёмной короне Повелительницы ведьм на голове Айви Буллитпот засияли, словно звёзды на ночном небе.

— Благодарю вас, Ваше Блистательное Величество, и обещаю почитать эту Корону самыми неблагородными поступками и самыми низкими мыслями, — сказала Айви, склонившись перед силуэтом Белоснежной колдуньи, мерцающим в стеклянном шаре.

— Оставь свои обещания для вечернего собрания, — ледяным тоном ответила та, и шар тут же погас.

Айви принялась задумчиво разглядывать своё отражение в кристалле.

После стольких лет злобы, наглости и эгоизма она наконец достигла высшей ступени карьерной лестницы, получив титул Её Мистического Величества. В глубине своего ледяного сердца Айви всегда чувствовала, что рано или поздно Тёмная корона будет принадлежать ей, но тот факт, что титул удалось заполучить с помощью бесстыдной лжи, доставлял ей ещё большее удовлетворение. Все, включая Белоснежную колдунью, поверили в то, что Недоделанная расправилась с Джойс Кью, и никто даже и не догадывался, что Айви сама положила конец её бессмысленной жизни, превратив экс-Мистическое Величество в растение.

Джойс была, несомненно, очень коварной Королевой ведьм, но Айви была уверена, что она будет ещё коварнее, поэтому ей не терпелось как можно скорее приступить к своим обязанностям. Она уже сообщила Белоснежной колдунье имена непокорных ведьм и место их обитания, а также раскрыла имя единственной в мире ведьмочки, у которой в сердце отсутствует льдинка, делающая злыми сердца всех ведьм на земле. Белоснежная колдунья охотилась на ведьмочку с самого её рождения, но проклятой Недоделанной всегда удавалось сбежать: её защищали мятежницы. Но уже через несколько часов, как только пробьёт двенадцать и все ведьмы мира соберутся на Кристаллическую конференцию, Лейла Блу больше не сможет спастись.

Айви радостно засмеялась, и продолжала бы смеяться до полуночи, если бы вдруг не вспомнила об одной вещи, которую мечтала совершить всю свою жизнь.

Погасив стеклянный шар щелчком пальцев, она отперла кладовку, где хранилась её метла, с трудом передвинула золотую арфу Джойс и достала большой футляр в форме конуса: в нём находился колпак в чёрно-зелёную клетку. Резким жестом Айви метнула в колпак электрический разряд, превративший его в горку пепла, и объявила:

— С сегодняшнего дня на моей голове будет место только для Короны Повелительницы ведьм! А твоё время, старая шляпа, истекло!

В это время на другом конце света, в Лапландии, одно волшебное создание тоже мечтало превратить в пепел сразу три старые шляпы. И всё было бы ничего, если бы только на пути этого создания не возник кадет Брозиус.

— Сними это немедленно! — приказала мадам Прин своим обычным учительским тоном.

— Ни за что! — ответил Брозиус, надвигая меховую шапку на свой пернатый лоб. Белоснежная колдунья уже вернула лебедям их обличье, но Брозиус наотрез отказался расставаться с шапкой, которую он носил в то время, когда члены отряда выполняли свою важную и почётную миссию в телах тех, у кого в сердце нет осколка.

— Пф-ф-ф, — фыркнула мадам Прин. Она делала так всякий раз, когда её что-то раздражало. — Не понимаю, почему тебе так нравится эта одежда, она же такая неудобная и пошлая. Наши пёрышки гораздо элегантнее.

— Мадам права, — кивнул мистер Фланнаган, но Брозиус лишь сильнее надвинул шапку на голову.

— Мяу-у-у! — послышалось из-под шапки.

— Мяу?! — прислушиваясь, повторила мадам. — Кто сказал «мяу»?

Брозиус, с видом пойманного с поличным, тут же уставился на свои перепончатые лапы.

— Надеюсь, ты не взял кота с собой?! — разъярённо спросила мадам.

— Конечно нет. Кадет ведь прекрасно знает, что приносить животных в Воздушную академию категорически запрещено, правда, кадет? — вмешался капитан.

— Но Мерлино — мой друг, а друзей не бросают! — возразил Брозиус, снимая шапку, из которой высунулась довольная мордочка Мерлино.

— Добрый день, господа! — улыбаясь, промяукал он. — Есть здесь кто-нибудь, кто мог бы меня почесать?

Мадам Прин растерялась:

— Если Белоснежная колдунья об этом узнает, она сотрёт тебя в порошок, глупый пернатый!

— Если ей никто не скажет, то она об этом и не узнает.

— Ты просишь меня соврать нашей Повелительнице?!

— Я прошу тебя держать клюв на замке, хотя бы один раз в жизни!

— Хотелось бы тебе напомнить, что мы имеем дело с котом ведьмы. А это самые лживые создания во всём мистическом царстве. Он принесёт только беду, — заявила мадам Прин, уверенная, что капитан её поддержит.

Но мистер Фланнаган произнёс:

— Дисциплина — вот что нужно этому избалованному коту! А Академия — самое подходящее место для этого. — Затем он торжественно обратился к Мерлино: — Сынок, у тебя есть возможность стать самым лучшим котом в мире. Клянёшься ли ты зубами и когтями защищать порядок и дисциплину Блистательного воздушного отряда?

При слове «когти» Мерлино подумал о том, как прекрасно чесала его хозяйка. Больше из слов капитана он ничего не понял. Немного замешкавшись, кот ответил:

— Клянусь!

— Значит, я могу оставить его себе? — спросил Брозиус.

— Можешь оставить его, но ты должен помочь ему привыкнуть к новым правилам.

— Так точно! — ответил Брозиус, словно подтверждая свою готовность к великой битве…

А ведь с этим котом его жизнь и правда превратится в самую настоящую битву.

1. Телепатическое послание для Лейлы Блу

В Лондоне наступало утро, не предвещавшее ничего хорошего: небо было затянуто свинцовыми тучами, вот-вот должен был пойти дождь. Но в подвале Примроузского салона красоты было светло как днём, благодаря весело потрескивающим под легендарным золотым котлом тётушки Френки дровам. В эту ночь никому не удалось поспать ни секунды, но, к счастью, у Франциски был старинный рецепт, позволяющий быстро восстановить силы.

— Ещё несколько цветков ромашки, и «турбосон» готов, — произнесла старушка, помешивая кипящий в котле отвар из заколдованных трав. Все радостно протянули тётушке Френки свои кружки. Все, кроме Лейлы: девочка заворожённо смотрела куда-то вдаль.

— Что это за музыка? — вдруг спросила она.

— Какая музыка? — удивился Флориан.

— Разве вы ничего не слышите? — повторила Лейла.

— Я тоже её слышу, — прошептала Эрминия, поставив чашку с настоем на стол. — Мне кажется, что это…

— Арфа! — догадалась Елена.

— Но есть и ещё какой-то звук, — добавила Франциска.

Флориан не слышал ни арфу, ни каких-либо других звуков. «Вероятно, это какая-то особенная музыка, доступная только тем, кто наделён магической силой», — подумал он.

Лейла прислушалась:

— Ещё кто-то поёт. Нет, постойте, — поправилась она, — не поёт, а плачет!

Сёстры обменялись понимающими взглядами.

— Это телепатическое послание. Ведьмы используют его, если им угрожает смертельная опасность, — объяснила Эрминия. — Послушай внимательно, Лейла, ты можешь понять, о чём говорится в послании?

Лейла закрыла глаза. Она увидела арфу. Сильный ветер пробежал по её струнам, заставив их издавать грубые, неприятные звуки. Лейле стало не по себе, но она продолжала наблюдать за происходящим.

Вдруг всё небо содрогнулось от грома, и на Примроузский салон красоты обрушилась гроза. Лейла попыталась сконцентрироваться на ускользающем телепатическом послании, но дождь не давал ей этого сделать. Наконец среди шума потоков воды ей удалось расслышать два слова: «Помоги мне».

— Помоги мне, — повторила Лейла, открывая глаза.

Бабушка улыбнулась, полная гордости за внучку:

— Похоже, лохматенькая моя, ты только что получила свой первый вызов!

— Что это значит? — спросила девочка.

— Сначала посвящение, потом обучение, а затем — вызов, — отчеканила Елена, с видом школьницы, отвечающей у доски.

— То есть?

— Девочка моя, с ведьмами так бывает, — объяснила тётушка Френки. — Когда им исполняется одиннадцать лет, каждая из них проходит обряд посвящения, учится пользоваться заклинаниями и обнаруживает свой природный дар. Затем, чтобы развить свои магические способности, ведьма проходит обучение, и, когда её сила становится достаточно развитой, она получает вызов на своё первое задание.

— Вы хотите сказать, что я скоро отправлюсь на своё первое задание?

— Это же суперздорово! — зааплодировал Флориан.

От радости он задел чашку с горячим настоем, который тут же оказался у тётушки Френки на голове.

— Простите, тётушка Френки. Я слишком разнервничался, — оправдывался мальчик, пытаясь вытереть волосы тётушки краем рубашки.

— Если бы ты не был мне так симпатичен, я бы уже превратила тебя в улитку! — пробурчала Франциска.

— Как видишь, Лейла, никогда не стоит слишком радоваться, — сказала бабушка. — Давайте-ка лучше возьмёмся за руки и встанем в круг.

Сёстры кивнули. Эрминия протянула свою большую ладонь к хрупкой ручке Елены, та взяла за руку Франциску, Франциска поймала беспокойную руку Флориана, который переплёл свои пальцы с сильными и ловкими пальцами Лейлы. Лейла замкнула магический круг, сжав руку бабушки.

— Глубоко вздохни и закрой глаза, Лейла. Сейчас ты отправишься в путь, но тебе нечего бояться. Магические силы будут сопровождать тебя, а музыка укажет путь. Ты просто иди за ней, куда бы она ни привела.

Дыхание всех находящихся в комнате стало ритмичным, и Лейла почувствовала, как тепло зарождается в её руках. Она сконцентрировалась на грустной мелодии, которую издавала арфа, и на плаче, который она слышала.

Вдруг Лейла почувствовала, что уже не находится в зале Всеобщего Беспорядка. Перед ней был ночной сад. Сильный ветер гнул траву, и холодные капли дождя впивались в лицо, словно иголки. В небе, среди чёрных изрезанных туч, виднелся белый шар полной луны, её лучи отражались в мокрой траве. Неожиданно вспышка молнии разрезала тьму, и перед глазами девочки возникли извилистые ветви, царапающие пустоту, словно длинные когти запертого в клетке зверя.

Вдруг стало темно и тихо. Кто-то разорвал круг, и видение исчезло.

— Флориан! — в испуге закричала Лейла. Её друг лежал на полу с закрытыми глазами.

— Он упал в обморок, — сказала тётушка Френки, тряся мальчика за плечи. — Эй, малыш, очнись!

Флориан открыл глаза. Он ещё не вернулся в реальность.

— Убери от меня свои когти!

— Послушайте-ка его! — тётушка Френки ущипнула мальчика за веснушчатую щёку, чтобы окончательно привести его в чувство.

Когда Флориан поднялся, Лейла облегчённо вздохнула и предложила всем вновь погрузиться в видение.

— Сейчас очень опасно восстанавливать цепочку, — остановила её Эрминия. — Мы слишком слабы, а этот вызов оказался опаснее, чем я думала. Там происходит что-то ужасное, и нам понадобятся все силы, чтобы справиться с этим. Завтра вечером мы соберёмся снова, чтобы понять, что несёт в себе это телепатическое послание. А сейчас нужно отдохнуть.

Лейла кивнула. То, что она видела, напугало её. Но она была уверена, что вместе с бабушкой сумеет держать ситуацию под контролем. Девочка сделала глоток отвара и приготовилась к восстанавливающему сну.

2. Лети, малышка

Николас Блу проснулся в своей комнате с мерзким привкусом во рту Он отправился чистить зубы, и, только когда вместе с привкусом исчезли последние признаки колдовства Айви, он осознал, что проспал целых два дня. «А как Лейла?!» — подумал он и тут же помчался наверх. Лейла спокойно спала в своей кровати.

Успокоившись, Николас отправился на кухню, чтобы приготовить дочери королевский завтрак: он украсил поднос букетом цветов, поставил на него чашку чая с молоком, тарелку с тостами, намазанными земляничным вареньем, и разрезал персик на дольки.

— Доброе утро, малышка! — произнёс Николас, появляясь в комнате с подносом в руках.

Лейла открыла глаза и увидела улыбающегося отца, выглядывающего из-за фиалок.

— Привет, папа!

Пока Николас пристраивал поднос на кровати, Лейла украдкой посмотрела на часы. Тётушка Френки проводила её домой всего четыре часа назад, и, значит, она поспала совсем немного. А чувствовала себя просто прекрасно! Значит, настой «турбосон» подействовал.

— Как прошло прослушивание?

Лейла запаниковала: она не могла рассказать отцу про свою жизнь ведьмы, поэтому решила просто изложить факты.

— Я победила в конкурсе. Но Джойс Кью исчезла сразу после прослушивания, и никто её больше не видел. И я не стану известной арфисткой, — сказала Лейла.

«Быть ведьмой, готовящейся к своему первому заданию, нравится мне гораздо больше», — подумала она про себя.

— Астра, наверное, расстроилась? — спросил папа.

— Ещё бы. Настолько, что больше не хочет меня видеть.

— Но вы ведь были подругами!

— Нет. Оказывается, она просто хотела победить в конкурсе… Давай больше не будем говорить об этом, папа. Мне не хочется вспоминать о том дне. Как у тебя-то дела? — спросила Лейла, вспомнив, что накануне папа отравился мороженым, которое принесла ей Астра.

— Мне скоро ехать в аэропорт. Я лечу в Марокко, в Касабланку, и вернусь через неделю, — отрапортовал капитан Блу, наблюдая, как его дочь уплетает горячие тосты. — Ты останешься у бабушки. Что будешь делать сегодня?

Лейла проглотила хлеб, пытаясь выиграть время, чтобы придумать одну из своих «почти правдивых» историй. Она же не могла ему сказать: «Я немного полетаю на метле, затем кое-что обсужу с говорящим деревом и вернусь домой». Поэтому она соврала:

— Сегодня у меня занятие по арфе у миссис Пюррет. Мы будем разучивать новое произведение. Надеюсь, оно не окажется слишком сложным.

Однако это было не совсем ложью. В тот день Лейле действительно предстояло совершить кое-что новое, и она боялась, что это может оказаться ей не под силу. Но речь шла не о разучивании нового произведения для арфы, речь шла о её первой миссии.

— Не волнуйся, Лейла, — сказал папа. — Если произведение окажется слишком сложным, у тебя просто уйдёт на него немного больше времени, чем обычно. Но результат принесёт гораздо больше радости, потому что ты сумеешь справиться с тем, что казалось тебе почти невозможным.

Лейла улыбнулась. Папа придал ей уверенности в себе, и ей хотелось как-то его отблагодарить.

— Когда ты вернёшься, я уже смогу сыграть новую мелодию! — сказала она.

— Обязательно. Но не расстраивайся, если через неделю ты ещё не выучишь её…

Вдруг папин голос зазвучал где-то далеко. Лейла видела, как двигаются его губы, но единственное, что она слышала отчётливо, была музыка из вчерашнего видения.

Действие волшебного отвара прекратилось, и печальное дерево вновь просило её о помощи. Это отчаянное пение непрерывно и настойчиво звало её к себе.

— Папа, мне пора, иначе я опоздаю.

Лейла надела джинсы, красные балетки, кофту в горошек, своё несравненное розовое пончо и выскочила из дому.

Николас остался один с остатками завтрака. Он пожал плечами и, рассеянно улыбнувшись, прошептал:

— Лети, малышка.

…Он совсем не догадывался о том, что именно так Лейла и поступила.

— Именно о такой причёске на свадьбу я мечтала всю жизнь! Как вы догадались? Госпожа Эрминия, вы меня слышите? — уже в третий раз вопрошала Джульетта Мангровия. Но Эрминия со вчерашнего вечера слышала только печальную музыку из ночного сада.

То же самое происходило с Еленой и Франциской.

Зазвонил дверной колокольчик, и на пороге появилась запыхавшаяся от длинной пробежки Лейла.

— Бабушка, мне нужно с тобой поговорить! — крикнула ведьмочка.

Заметив, что Эрминия неподвижно смотрит в зеркало, Лейла решила взять ситуацию в свои руки. Она так неожиданно ворвалась в салон, что все клиентки обернулись и теперь смотрели на неё. Момент был как раз подходящий для одной шутки, которой научил её Флориан. Нужно было найти что-нибудь красное. Среди бабушкиных средств для волос как раз было кое-что подходящее.

Незаметным движением Лейла схватила с полки флакон с шампунем, настоянным на ревене, и выдавила его на своё пончо, которое тут же окрасилось в тёмно-красный цвет.

— Какой ужас! — взволнованно воскликнула Джульетта. — Девочка ранена!

Бабушка ничего не услышала, но сразу всё поняла, заметив хитрую ухмылку на лице внучки.

— Лейла, что случилось? — Эрминия притворилась испуганной.

Увидев, что клиентки занервничали, Елена и Франциска окружили Лейлу.

— Скорее, Елена, вызывай «скорую помощь»! — закричала бабушка.

— Что? Чем тебе помочь?

— «СКО-РУ-Ю ПО-МОЩЬ»!

— Отнесём её в мою комнату, — вдруг вмешалась Франциска. Она взвалила Лейлу на плечо и энергично поковыляла в сторону зимнего сада, открыв дверь изящным ударом ноги в стиле кун-фу.

— Дамы, приносим свои извинения, но у нас произошёл несчастный случай. Салон откроется завтра утром, — объявила Эрминия.

Клиентки сочувственно закивали. Они очень волновались за Лейлу, ведь они все испытывали к ней родственные чувства.

— Держите нас в курсе состояния девочки, — выходя, сказала госпожа Мангровия.

Когда все клиентки покинули салон, члены братства Всеобщего Беспорядка взялись за руки, пытаясь синхронизировать дыхание, для того чтобы вновь создать магический круг и вернуться в видение вчерашней ночи. Закрыв глаза, они вновь очутились в саду. Теперь был день и на небе ярко светило солнце. Лейла вновь увидела растение, но то, что находилось рядом с ним, заставило её вздрогнуть.

— Это же фонтан в саду Айви Буллитпот! — в ужасе закричала она.

В этот момент печальная музыка прекратилась.

3. Преступная трусость

Лейле было очень страшно. Уже то, что ей предстояло выполнить своё первое задание, сильно напугало её. Но то, что она оказалась в саду Айви, на территории, которую ведьма знала как свои пять пальцев, заставляло её содрогаться от ужаса. И к тому же Лейла так и не поняла, что случилось с тем деревом и каким образом могла она помочь ему.

Вернувшись в зал Всеобщего Беспорядка, Лейла посмотрела на сестёр. Тётушка Френки одобрительно кивнула ей.

— Мне кажется, я уже видела что-то подобное, — сказала она, взяв в руки Магический кодекс и принимаясь листать его огромные страницы, исписанные заклинаниями и историями про волшебство. — Садись, девочка.

Лейла и остальные члены братства уселись на круглый диван.

— Вот. Самое жестокое заклинание, которое может быть направлено против существа, обладающего магической силой. Я знала, что найду его здесь.

Тётушка Френки открыла Кодекс на странице, где были изображены странные деревья с изломанными ветками и узловатыми стволами, похожие на живые создания, просящие о помощи.

— Это фрау Холле, — тётушка указала на дерево, напоминающее женскую фигуру. — Она, как и я, выросла в Шварцвальде, и в детстве мы часто играли вместе. Однажды она подарила целый мешок золота той, у кого в сердце нет осколка, сумевшей починить матрас, без которого фрау Холле не могла спать. Так жадные и злые ведьмы узнали о её богатстве, превратили мою подругу в бузину и отобрали у неё все деньги.

— Какая трусость, — возмутилась Елена. — Бороться с кем-то, кто не может защитить себя!

С хорошей подругой моей семьи много веков назад случилась такая же неприятность, — кивнула она, вспоминая древнюю историю греческой земли. — Её звали Дафна, и её превратили в лавровое дерево.

— Зелёное заклятие, — угрюмо кивнула бабушка Эрминия. — Беспощадное и мрачное заклинание. Ведьмы, которые становятся жертвами этого колдовства, превращаются в деревья. Они не могут ни двигаться, ни говорить. Им больше не подвластна магия, им не убежать. Они навсегда остаются недвижимыми и немыми.

Лейла вздрогнула. Это заклинание казалось ей слишком жестоким и необъяснимым.

— Но зачем? — спросила она.

— Возможно, кто-то боится того, что ведьма расскажет всем какой-то важный секрет, — предположила тётушка Френки.

— Нам нужно её спасти! — выкрикнула Лейла, не задумываясь ни на минуту.

Эрминия посмотрела внучке прямо в глаза:

— Тебе придётся сделать это в одиночку, мы не сможем помочь тебе, потому что это твой вызов. Ты сможешь с этим справиться?

Лейла задумчиво посмотрела на бабушку. Ей придётся вернуться в сад Айви, где её могут убить. Она знала, что природный дар — невидимость — поможет ей, но всё равно это было слишком рискованно.

— Что я должна сделать? — спросила она.

— Единственный способ снять Зелёное заклятие, — ответила Франциска, — это прочитать древнее Заклинание глаз, но, для того чтобы оно сработало, произнести его должен кто-то, кто очень хорошо относится к ведьме, превращённой в дерево.

— Разве кто-то может хорошо относиться к злой ведьме? Кому удастся полюбить человека, сердце которого заледенело от ненависти? — спросила Лейла.

— Именно в этом тебе и предстоит разобраться, — подвела итог Эрминия.

4. Бум! Бум! Бум!

— Страбилия, снижаемся, — приказала Лейла, и метла тут же направилась в сторону сада Айви Буллитпот. Было около полуночи, и на небе, очистившемся после грозы, горели сотни звёзд.

Зажмурившись, Лейла сконцентрировалась на своём природном даре — когда до земли оставалось всего несколько метров, она исчезла.

— Страбилия, тормози, — прошептала ведьмочка, и метла легко и плавно приземлилась на погружённую во тьму лужайку.

Спрятав метлу в кустах, Лейла, стараясь не шуметь, пошла вдоль изгороди в поисках заколдованного растения.

Неожиданно что-то привлекло её внимание: сквозь задёрнутые в окне дома Буллитпот шторы прорывался зелёный свет, в полумраке освещавший изгородь. Свет помог Лейле разглядеть дерево: сейчас оно казалось ещё более нереальным, чем в её видении.

Лейла с опаской приблизилась. Она должна была обнаружить что-нибудь, что указало бы на то, кем была заколдованная женщина, чтобы потом найти того, кто мог её любить. Но она не понимала, что нужно искать. Растение обвивало ограду так же тихо и неподвижно, как любое другое растение в мире, и не давало никаких подсказок. Набравшись смелости, Лейла протянула руку и дотронулась до ветки.

Но ничего не произошло.

Она осмотрела листья и погладила ствол. Ничего.

Лейла наклонилась: быть может, эта женщина потеряла что-нибудь, что могло бы помочь Лейле узнать, кто она?

Но растение казалось совсем обычным, ничто не давало ей даже подсказки. А вот свет в доме Айви говорил о том, что там что-то происходило, и, похоже, что-то не совсем обычное.

Из окна слышались какие-то голоса.

— Доброй полночи, Ваше Мистическое Величество! — приветствовали свою новую королеву все ведьмы мира, собравшиеся на Кристаллическую конференцию.

Лейла не расслышала ответа, но теперь ей многое стало понятно: Джойс исчезла, а её место заняла Айви Буллитпот, и она наверняка уже придумала план по поимке непокорной ведьмочки и её сестёр. В этом доме происходило что-то очень важное и очень опасное, и Лейле было необходимо точно знать, о чём говорили ведьмы. Она решила отложить исследование заколдованного дерева и немедленно проникнуть в дом Айви Буллитпот.

Дверь была заперта на ключ. Девочка посмотрела на мрачный фасад дома, пытаясь найти другой вход. Все окна, кроме одного на самой вершине башенки, были закрыты опущенными ставнями: дом казался неприступным. Оставалась только труба на крыше. Подбежав к кустам, Лейла схватила Страбилию и прошептала:

— Доставь меня туда, Страбилия!

Почти со скоростью света метла взлетела на крышу и подвезла Лейлу прямо к трубе. Девочка осторожно заглянула внутрь: труба была достаточно широкой, но, прыгнув туда, Лейла рисковала разбиться о кирпичи, которыми наверняка был выложен камин. И к тому же она испачкается в золе и её станет видно. Как будто прочитав её мысли, Страбилия сделала круг вместе со своей хозяйкой и начала медленно спускаться по трубе.

— Отличная идея, Страбилия, — прошептала Лейла, благодарно похлопывая метлу по черенку.

Вскоре девочка бесшумно приземлилась в гостиной дома Айви Буллитпот. Несколькими взмахами веток Страбилия очистила от золы одежду Лейлы, и она снова стала невидимой.

Теперь, из глубины камина, у Лейлы была возможность в первый раз в своей жизни наблюдать за Кристаллической конференцией. И то, что она увидела, было совсем не хорошо.

— Айви Буллитпот удалось сделать то, на что ни одна из вас не была способна в течение одиннадцати лет. Поэтому она является единственной ведьмой, достойной носить Тёмную корону, — говорила красивая женщина с ледяными глазами, величественно мерцающая в кристалле зелёного цвета.

— Совершенно верно, Госпожа Льдов, — торжествующе ответила Айви. — А теперь пришло время раскрыть всем вам, мои злые соратницы, имена непокорных и место, где они скрываются.

— Мы разрушим их дом! Сожжём его и разграбим! — загалдели ведьмы.

Лейла вздрогнула. Нужно было что-то сделать, чтобы Айви не успела рассказать всем о Примроузском салоне красоты. Но страх парализовал ведьмочку, казалось, что её сердце стучит так, что его слышат все находящиеся в комнате.

БУМ! БУМ!

Услышав стук, Айви обернулась. Но Лейла и Страбилия оставались невидимыми.

— Скажи нам, где это место, мы сотрём их в порошок! — угрожающе прорычала техасская ведьма, вновь привлекая внимание Айви.

— Они живут в Лондоне, в Примроузе…

Лейла замерла: теперь всё пропало. Единственное, что она могла сделать сейчас, — это…

БУМ! БУМ! БУМ!

На этот раз Лейла была уверена, что стучало не её сердце. Стук снова отвлёк Айви. Она обернулась к маленькой серой дверце, которая вела в кладовку: чему-то за ней не терпелось вырваться наружу.

БУМ! БУМ! БУМ!

— Что происходит, ведьма? — спросила Белоснежная колдунья.

— Не волнуйтесь, Ваше Блистательное Величество, — Айви не хотелось прерывать Кристаллическую конференцию в такой важный момент, — речь идёт о Примроузском салоне красоты. Владелиц зовут Эрминия Рейли, Елена Кокотцаки и Франциска Оллемек, и эти непокорные ведьмы укрывают нашего главного врага — Недоделанную, безжалостно расправившуюся с нашей покойной королевой, несравненной Джойс Кью. Её зовут Лейла Блу.

— Убийца! Она должна исчезнуть! Давайте скорее разделаемся с ней! — в исступлении кричали ведьмы.

Именно в этот момент послышались самые решительные удары, но среди невообразимого шума никто их не услышал.

БУМ! БУМ! БУМ!

Дверь распахнулась. Из кладовки вырвалась золотая искра. С бешеной скоростью пролетев у Айви за спиной, она попыталась атаковать Лейлу.

Не успев даже подумать о том, что это было, Лейла вскочила на ручку Страбилии и взлетела вверх по трубе. Искра вылетела вслед за ней.

— Улетай, Страбилия!

Но золотая звёздочка не отставала от них ни на шаг.

— Нам нужно от неё оторваться, — крикнула Лейла, пробираясь между плотно стоящими домами по Примроуз-Хилл. Наконец они очутились перед последним домом, который казался совсем заброшенным.

— Поворачивай, Страбилия.

Метла повернула под прямым углом и принялась подниматься вверх по стене. Звёздочка последовала за ней.

— У меня есть идея: давай окунём её в озеро, Страбилия!

Лейла полетела в сторону озера в Риджентс-парке. Добравшись до него, она совершила головокружительное пике над водой, надеясь, что эта золотая прилипала не успеет вовремя повернуть и окажется в воде. На этот раз всё получилось, как она хотела: ослепляющий блеск погас, оставив после себя сотню брызг.

— Ура! Мы победили! — обрадованно закричала Лейла. — Теперь пора возвращаться домой, мне нужно рассказать бабушке всё, что мы видели в доме у Айви.

И они полетели в Примроузский салон красоты, не замечая, что золотая звёздочка, от воды блестевшая намного меньше, проводила их до самого секретного квартала добрых ведьм.

5. С любовью, Водан

— А что она использовала, чтобы изобразить кровь? — спросил Флориан, дожёвывая последний кусок легендарного жаркого из тыквы бабушки Эрминии.

— Шампунь из корня ревеня. Я использую его для ослабленных волос, и мне даже не могло прийти в голову, что с его помощью можно выдворить из салона всех клиенток, — посмеиваясь, ответила тётушка Френки.

— С помощью этого розыгрыша мне не удалось напугать даже маму, — расстроенно пробормотал Флориан.

Елена потрепала его по плечу:

— Ты придумал гениальный розыгрыш, Флориан. И без тебя у нас бы ничего не получилось.

Флориан радостно улыбнулся: никто и никогда не благодарил его за удачную шутку. Эти члены братства Всеобщего Беспорядка были действительно особенными. Вот, например, любой взрослый назвал бы его розыгрыш кошмарным, а его самого — невоспитанным ребёнком. А его новые подруги очень интересовались всем, что он делал, и даже объявили его идею гениальной. Флориану нравилось проводить время в Примроузском салоне красоты. Сегодня он пробыл в доме Эрминии почти семь часов, поедая жаркое из тыквы и болтая с тремя ведьмами так, как будто это было самое приятное занятие на свете. А ведь раньше овощи казались ему самой отвратительной едой, а разговоры со старшими — самым отвратительным занятием.

Мысли Флориана обратились к Лейле. Был уже вечер, а она так и не вернулась. Мальчик начал волноваться за подругу, но тут он увидел, как она быстро взбегает по лестнице.

— Бабушка, нам нужно спасаться!

— В чём дело, Лейла? — спросила Эрминия.

В этот момент в комнату влетела золотая звёздочка.

— Ты снова здесь? А я думала, что избавилась от тебя! — фыркнула Лейла.

Вместо ответа искорка засияла ещё ярче и опустилась на кухонный стол. Среди яркого блеска постепенно стал проявляться силуэт арфы.

— Это же арфа Джойс Кью — Королевы ведьм, — узнала Эрминия.

— Джойс больше не Королева ведьм, бабушка. Сегодня вечером Тёмную корону получила Айви Буллитпот. И во время Кристаллической конференции она назвала всем ведьмам мира наши имена! — выпалила Лейла на одном дыхании.

— Успокойся, Лейла, и расскажи нам всё по порядку, — сказала бабушка, усаживая внучку рядом с собой.

— Айви сказала, что это я убила Джойс, но это неправда. Я только отправила её далеко в небо и не знаю, что случилось потом… Неужели я убийца?! — вдруг испугалась она.

— Конечно нет, девочка, — вмешалась тётушка Френки. — Но то, что Айви стала новой Королевой ведьм, определённо значит, что предыдущая королева мертва.

Краски сгущались, и Флориан почувствовал, что пришла его очередь вмешаться. Разгадывание загадок было его самой любимой игрой, и он точно знал, что нужно делать.

— Кто больше всех хотел смерти Джойс?

— Айви! — догадалась Лейла. — Значит, она украла её корону и переложила вину на меня!

— И не только корону, — заговорщицки произнёс Флориан, показывая на золотую арфу.

— Подождите, что-то не складывается, — вмешалась Елена. — Джойс была слишком могущественной, чтобы ведьма четвёртого ранга могла так легко разделаться с ней.

— Это правда, — кивнула бабушка Эрминия. — Айви не настолько сильна, чтобы лишить Джойс жизни, но она могла заколдовать её…

Бабушка посмотрела на Елену. Та понимающе кивнула. Потом Эрминия повернулась к Лейле:

— Дерево, которое ты должна расколдовать, — это Джойс Кью. А её арфа здесь, чтобы помочь тебе.

Лейла почувствовала, как сжалось её сердце и пульс застучал в висках.

— Нет! Эта ведьма убила мою маму, я никогда не буду ей помогать! — всхлипнула она.

Бабушка Эрминия взяла Лейлу за руку и попыталась её успокоить.

— Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, милая. Но задание не выбирают, это оно выбирает тебя. Если ты не спасёшь Джойс, твоё сердце наполнится злостью и досадой и в конце концов превратится в лёд, как у всех злых ведьм.

Но Лейла ничего не хотела слышать.

— Ты не понимаешь! У тебя была мама, а у меня никогда не было! В этом виновата Джойс Кью, и я не буду её спасать! Я хочу, чтобы она всю жизнь оставалась глупым растением! — закричала она.

Больше Лейла ничего не смогла сказать. Рыдая, она убежала в свою комнату. Закрыв дверь на ключ, она выключила свет и бросилась на кровать, пообещав себе, что больше никогда и ни с кем не заговорит.

Все оставшиеся на кухне были очень взволнованы.

— Я должен с ней поговорить, — настаивал Флориан.

— Сейчас она тебя не послушает, — вздохнула Эрминия.

— Но у нас нет времени! Через несколько часов все ведьмы мира прибудут сюда, чтобы уничтожить вас!

— Флориан прав, Эрминия, — вмешалась Елена.

Как будто услышав их, арфа Джойс ярко засияла. На её позолоченной поверхности одна за другой стали проявляться странные буквы, струны задвигались, издавая нежную мелодию.

— Что там написано? — спросил Флориан, пытаясь разобрать непонятные знаки.

— Это футарк. Рунический алфавит, — объяснила Эрминия.

— Магические буквы! — понял мальчик.

— Да. Их использовали древние племена кельтов.

Флориан с улыбкой посмотрел на сестёр:

— Господа, перед нами подсказка. Джойс разговаривает с нами с помощью своего музыкального инструмента. Вот почему арфа летела вслед за Лейлой!

— Молодец, малыш! — кивнула Франциска, похлопав Флориана по плечу.

— Эрминия, ты знаешь, что здесь написано?

Бабушка поправила очки и принялась рассматривать буквы на колонне арфы.

— Это похоже на надпись на открытке: «В память о Семи Сёстрах Гейрангера. С любовью, Водан».

— «С любовью», — повторил Флориан. — Значит, был кто-то, кто любил Джойс. Тот, кто подарил ей арфу. И только он может избавить её от Зелёного заклятия и помочь Лейле выполнить задание. Нужно скорее его найти!

— Правильно, Флориан. Вы с Лейлой отправитесь на поиски этого Водана, а мы останемся здесь, чтобы отразить атаку злых ведьм на Примроуз, — воодушевилась Франциска.

— Да, Лейле сейчас лучше держаться подальше от салона красоты, — поддержала её Елена.

— Я мог бы спрятать Лейлу вместе с арфой в моей комнате, мама всё равно ничего не заметит, — сказал Флориан. — Мы должны провести расследование, чтобы узнать, кто такие эти Семь Сестёр, и найти Водана.

Эрминия улыбнулась, довольная, что у Лейлы теперь был такой сообразительный друг.

— А как ты уговоришь мою упрямую внучку отправиться с тобой на поиски?

Флориан на секунду задумался. Вдруг его глаза загорелись гениальным блеском.

— На этот раз я расскажу ей «почти правдивую» историю. Но мне понадобится ваша помощь!

6. Прежде чем взойдёт солнце

Изнурённая долгим плачем Лейла только что заснула: от усталости её глаза закрылись сами собой. Но неожиданный стук заставил её проснуться.

— Тётушка Френки! — воскликнула Лейла, наблюдая, как старушка распахивает дверь комнаты одним из своих знаменитых ударов в стиле кун-фу.

— Прости, девочка, нам нужно с тобой поговорить.

— Я не хочу ни с кем разговаривать.

— Тогда просто послушай, — вмешалась бабушка, появляясь за спиной Франциски.

Сёстры и Флориан зашли в комнату и уселись на кровать, в то время как Лейла, сложив руки на груди, упрямо молчала.

— Мы долго думали и поняли, что ты права, Лейла, — Джойс не заслуживает твоего прощения.

Лейла удивлённо подняла глаза на бабушку. Этого она совсем не ожидала.

— Даже наоборот, — продолжила Елена, — она заслуживает того, чтобы навсегда оставаться заколдованным деревом.

Наконец-то бабушка всё поняла!

— Да, навсегда! — закивала она.

— Есть только одно «но»: сегодня, благодаря Флориану, мы узнали, что есть кто-то, кто любил её по-настоящему. Его зовут Водан, и он способен избавить Джойс от Зелёного заклятия.

— Нужно остановить его! — тут же закричала Лейла.

— Чтобы остановить его, нужно сначала его найти. Флориан поможет тебе в этом, а мы останемся здесь, чтобы защитить наш дом.

Лейла посмотрела на членов братства Всеобщего Беспорядка. Потом перевела взгляд на Флориана.

— У нас не так много времени, Лейла, — сказал он.

Вместо ответа Лейла вскочила с кровати и протянула руку к двери, позвав:

— Страбилия!

Метла тут же очутилась рядом с девочкой. Лейла уселась на неё и кивнула Флориану.

— Будьте осторожны! — сказала бабушка. Она надеялась, что весь этот спектакль сработает. Она не могла знать, чем всё это закончится, но доверяла своей внучке и верила, что Флориан сумеет её защитить.

— Вы тоже! — ответила Лейла, отрываясь от пола.

Елена открыла окно и произнесла:

— Мы не сможем помочь тебе, но наши добрые мысли будут с тобой во время всего путешествия, Лейла.

— Спасибо, Елена. Я тоже буду думать о вас.

— Эй, вы что, забыли? Вместе с Лейлой будет самый хитрый и смелый человек во всём мире! — вмешался Флориан, показывая на себя пальцем.

Тётушка Френки хмыкнула, а Лейла и Флориан уже пролетали над увитым розами навесом Примроузского салона красоты.

Эрминия задумчиво наблюдала, как удаляется её внучка, — понимая, что впервые не знает, когда увидит её вновь. Слеза скатилась у неё по щеке.

— Всё будет хорошо, вот увидишь! — сёстры были тут как тут.

— Ни пуха ни пера, детки, — произнесла тётушка Френки, сделав знак рукой в ту сторону, куда улетели Лейла и её друг. Казалось, она точно знала, куда именно они отправились.

— Мётлы — в кладовку справа от вас, колпаки — в шкаф в конце коридора. Если кому-нибудь нужно освежиться перед дорогой, уборная на первом этаже, — объяснила Айви Буллитпот ведьмам, собравшимся в её доме со всего света.

Обычно Айви не нравилось принимать гостей, но на этот раз она сделала исключение. Ей нужно было завоевать доверие всех мегер на планете, она хотела, чтобы её считали самой жестокой Королевой ведьм, которая когда-либо правила, и главное — ей было просто необходимо заставить всех поверить, что она была более могущественной, чем Джойс Кью. И если судить по комментариям гостей, ей это неплохо удавалось. С помощью множительного заклинания она организовала в своём доме пятьдесят комнат для гостей, все с удобствами, видом на парк, мрачной мебелью и тяжёлыми чёрными занавесками в стиле замка с привидениями; она приготовила пышный ужин с блюдами, обильно политыми черничным соком, и, наконец, обставила зал, где проводилась Кристаллическая конференция, мягкими креслами и предложила гостям вычурные закуски. И всё это для того, чтобы разработка плана атаки на Примроузский салон красоты прошла в самой приятной атмосфере. Ей было непросто сделать свой дом гостеприимным, но было ещё сложнее выносить шум и беспорядок, который создавали гости в её мрачной обители. Но Айви понимала, что нужно сделать всё, чтобы завтра ведьмы были в прекрасной форме. Зачарованные, они передвигались по её дому, как по парку аттракционов, без конца повторяя одну и ту же фразу:

— Слава, почёт и тьма Её Мистическому Величеству!

— Почёт вам, мои дорогие! — беззастенчиво соврала Айви. — Наслаждайтесь ужином и отдыхайте. Позже я расскажу вам о маленьком сюрпризе, который я приготовила для этих четырёх размороженных ведьм!

— Ха-ха-ха! — в восторге засмеялись ведьмы, попивая черничный сок и заглатывая угощение.

— Бойтесь, непокорные! Злобные ведьмы идут за вами! — пригрозила мексиканская гадалка.

— Мы отобьём у вас желание быть добрыми на всю оставшуюся жизнь! — добавила египетская предсказательница.

«Семь Сестёр Гейрангера» — набрал Флориан в поисковой системе своего компьютера. На экране тут же появились картинки красивой горы, по которой к бескрайнему озеру, обрамлённому зелёным кустарником, стекали нити чистейшей воды.

— Ух ты! — выдохнула Лейла. — Что это?

— Водопад фьорда Гейрангер в Норвегии. Называется Семь Сестёр.

— Значит, Водан живёт в Норвегии, рядом с этим прекрасным водопадом? — спросила Лейла, указывая на экран компьютера.

— Я не знаю. Но это единственная зацепка, которая у нас есть. Остаётся только отправиться туда.

Лейла посмотрела на фьорд. Гора, разрезанная пополам рекой из морской воды, могла таить в себе массу укрытий. Будет нелегко найти дом Водана, но Лейла была уверена, что им это удастся.

— Мы отправимся в путь завтра утром, прежде чем взойдёт солнце, — подвела итог ведьмочка.

— Мы нападём на них завтра утром, прежде чем взойдёт солнце. Непокорные ведьмы будут видеть ещё десятый сон, мы застанем их врасплох, — произнесла Королева ведьм. — А теперь — спать!

— Слушаемся и повинуемся, госпожа! — прозвучал хор беспощадного войска.

Айви была уверена, что благодаря эффекту неожиданности победа была у неё в кармане, но она не знала, что на самом деле неожиданность ожидала её. На другом конце Лондона три добрые ведьмы уже готовили ей абсолютно «беспорядочный» приём!

В 5.15 утра Эрминия оглядела салон красоты, погружённый во тьму. Члены братства Всеобщего Беспорядка провели последние часы расставляя волшебные капканы в каждом углу каждой из комнат. Бабушка осталась довольна.

— Трансформирующая маска?

— Готова! — ответила тётушка Френки.

— Летающие кисточки?

— Заряжены! — откликнулась Елена.

— Взбесившиеся фены?

Пш-ш-ш-ш — зашипели фены, разбрасывая вокруг себя раскалённый воздух.

— Отлично! — кивнула бабушка. — Члены братства Всеобщего Беспорядка, занять свои позиции!

Елена, Франциска и Эрминия спрятались, проверяя в ожидании врагов свои волшебные палочки: Эрминия — шпильку для волос, Франциска — медный половник, а Елена — ногти, выкрашенные волшебным лаком.

5.20. В тихом районе Примроуз неожиданно послышались странные крики.

— А-а-а! Что это?! — кричали злобные ведьмы. Потом крики ослабли, постепенно превращаясь в мышиный писк, а затем стихли вовсе.

Казалось, никто ничего не заметил. Город ещё спал. Но среди примул гуляла женщина, которая этой ночью не могла сомкнуть глаз. Через несколько часов должна была состояться её свадьба, и ей никак не удавалось уснуть. Джульетта Мангровия жила как раз напротив Примроузского салона красоты, и ей совсем не понравились крики, доносившиеся из дома Эрминии в столь ранний час. Внутри происходило что-то странное. Подозрения Джульетты подтвердились, когда тёмные окна осветила яркая вспышка, а стёкла окрасились кровавыми пятнами. Это напомнило ей, как накануне Лейла пришла в салон вся в крови. Что же происходит?! Неужели её друзья были в опасности?! И именно в день её бракосочетания! Нужно было срочно вмешаться! Подняв трубку, Джульетта позвонила тем, кто, без сомнения, тут же пришёл бы на помощь работникам салона красоты.

— Кто-то узнал о нашем плане, — рассуждала Айви перед ведьмами, пережившими атаку.

Тридцать ведьм попали под потоки трансформирующей маски, которую тётушка Френки установила над дверями и окнами, превратившись в мышей. Ещё пятнадцать болтались на стенах, пытаясь освободиться от липкой жидкости красного цвета, которая ни в какую не хотела отпускать их.

— Мой красный лак не знает пощады! — усмехалась Елена, помахивая кисточками перед бородавчатыми носами коварных ведьм. — Однажды с его помощью на горе Олимп мне даже удалось обездвижить трёхсоткилограммового циклопа!

— Шестеро ещё на свободе! — перебила её тётушка Френки.

— А, да, — кивнула Елена. — Распарим их!

Франциска и Елена одним прыжком добрались до бабушки Эрминии, которая как раз разогревала свой турбофен ярко-розового цвета.

— Поток обжигающего воздуха, вперёд! — провозгласила тётушка Френки, давая знак к финальному наступлению.

— Хватит с меня этих парикмахерских штучек! — Айви собрала все свои силы и метнула горящий шар прямо в провода фена. — Пора на боковую!

Провода свернулись в тесный клубок, и поток воздуха стал лёгким, словно зевок.

— Как скучно! Пора бы станцевать самбу, — пропела бразильская ведьма Карла Мурена. Стоило ей только дотронуться до одного из проводов, как его пронзил сильнейший электрический разряд, отбросивший провод прямо под ноги добрым ведьмам, чуть было не сбив их с ног.

Айви воспользовалась моментом и вырвала из рук Эрминии и Франчески волшебные палочки.

— Приготовься к твоей последней стрижке, Эрминия Рейли, — прогремела она, схватив ножницы и угрожающе приближаясь к бабушке. Члены братства Всеобщего Беспорядка были беспомощны: провода связали и обездвижили их. Всё могло бы закончиться очень плохо, если бы в этот самый момент в комнату не ворвалась самая воинственная из невест Англии.

— Убери свои когти от моей парикмахерши, Айви Буллитпот! — прорычала Джульетта Мангровия, влетая в салон словно фурия. За нею выстроилась целая армия верных клиенток, вооружённая ножницами, плойками и флаконами с лаком, готовая защищать работников салона от любого, кто заставит упасть с их головы хотя бы один волос.

7. Серый и Чёрный

Друзья добрались до водопада Семь Сестёр на восходе солнца. Страбилии не нужно было сверяться с картой, она, как птицы, привыкшие весной отправляться на север, ориентировалась по каким-то своим природным законам, которыми всегда пользовались мётлы и которые никогда не подводили. Рассвет, словно красная волна, набегающая на крутые берега фьорда, набирал силу в небе над Норвегией. На противоположной стороне скалы среди зелёного кустарника брали своё начало семь потоков пенящейся воды, с грохотом срывавшиеся с двухсотметровой высоты. Потоки действительно напоминали семь сестёр, расправивших подолы своих белых платьев вдоль чёрной скалы и устремивших взгляд в небо, словно приветствуя его. Всё это было так красиво, что Лейла и Флориан в один голос ахнули от удивления, выдохнув в воздух облачко пара.

— Посмотри туда. — Мальчик указал на маленький деревянный домик, как будто вдавленный в крутую стену скалы. Рядом с домиком человек сгонял в кучу стадо овец. — Может быть, он расскажет нам, где можно найти Водана?

— Садимся, Страбилия, — приказала Лейла.

Оказавшись на земле, друзья слезли с метлы, спрятали её в дупле большого каштана, и направились к домику.

— Добрый день, — поздоровалась Лейла.

Человек ответил доброжелательной улыбкой.

— Скажите нам, пожалуйста, где находится дом Водана.

Улыбка их собеседника тут же превратилась в испуганную гримасу, а его собака принялась лаять, распугав всех овец. Потом он развернулся и молча ушёл.

— Я что-то не то сказала? — спросила Лейла у своего друга.

— Да вроде нет. Может быть, он нас не понял? Давай попытаемся найти кого-нибудь ещё, — предложил Флориан.

Достав Страбилию из дупла, они вновь взлетели над водопадом и принялись осматривать окрестности. В этих местах было немного жителей, но у кого бы они ни спрашивали, реакция была всегда одна и та же: как только звучало имя Водана, люди пугались и выгоняли их прочь.

Устав от бесполезных расспросов, друзья уселись на берегу ручья, и Лейла достала контейнер с жарким из тыквы, который бабушка положила им в сумку перед отлётом. Ребята не ели уже много часов, и ужасно проголодались.

— Да… этого можно было ожидать! — обессиленно произнесла Лейла. — Только нехороший человек мог полюбить злую ведьму. Они все боятся Водана, и поэтому не хотят говорить нам, где он живёт.

— Не волнуйся, мы его найдём, — убедительно произнёс Флориан. Но солнце клонилось к закату, тени становились длиннее, температура падала, и будущее уже не казалось им таким безоблачным.

— Произошло ужасное недоразумение, — оправдывалась Айви, придав своему лицу самое невинное выражение. — Я всего лишь выполняю свой журналистский долг. Одна из клиенток этого салона написала нам в редакцию письмо с жалобой, и я решила лично проверить её слова.

— В этом салоне ни у одной клиентки никогда не было причин для жалоб! — возразила госпожа Мак-Куллан.

— А ты никогда не была честной журналисткой, — добавила миссис Беннет.

— Мы читали твои статьи: в них полно лжи! — крикнула леди Вайнона.

— А госпожа Рейли и её помощницы всегда очень любезны с нами, и нечего возводить на них напраслину! — подвела итог Джульетта.

«Проклятые добрые ведьмы, — подумала Айви. — Они настолько всем милы, что каждый готов броситься им на защиту. Пора с ними разобраться!»

— Как я уже сказала, я просто выполняю свою работу, которая заключается в изложении фактов. А факты гласят, что в этом салоне не соблюдаются простейшие нормы гигиены: тут полно мышей! — отчеканила Айви, указывая в угол, где должны были находиться злобные ведьмы, превращённые в грызунов.

— Какие мыши? — спросила Джульетта.

Айви обернулась — от мышей не осталось и следа. Открытое окно говорило о том, что её союзницы в страхе сбежали, вместо того чтобы прийти на помощь своей королеве в трудный момент.

— Проклятые ведьмы! Вы мне за это заплатите! — пробурчала она.

— Факт в том, что тебе здесь больше нечего делать, — отчеканила Джульетта.

Побледнев от злости, Айви осмотрелась вокруг. Использовать магию на глазах у клиенток Примроузского салона красоты было слишком опасно. Оставалось одно — отступить. Приблизившись к Эрминии, Айви прошептала ей на ухо:

— Я скоро вернусь, старуха, и заберу твою внучку. Не забывай об этом.

Эрминия вырвала у неё из рук волшебные палочки членов братства Всеобщего Беспорядка. Она изо всех сил пыталась показать, что Айви её не напугала, но от одной только мысли о том, что ведьмы могут причинить вред Лейле, ей становилось дурно. Словно почувствовав это, Айви улыбнулась дьявольской улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего, и молча удалилась.

— А теперь мы должны подготовить тебя к свадьбе, Джульетта, — сказала Эрминия, улыбнувшись клиентке, которая спасла ей жизнь. — Я хочу отблагодарить тебя и сделаю так, что этот день станет для тебя самым прекрасным в жизни.

— С вашей помощью я тоже буду прекрасна! — улыбнулась Джульетта.

— Уф, сколько нежностей, — вмешалась тётушка Френки. — Здесь нужно прекрасно вымыть пол, вот и все дела.

Франциска взяла в зимнем саду ведро и наполнила его водой.

Госпожа Мак-Куллан и все остальные тут же бросились к ней.

— Мы поможем!

Тётушка Френки растроганно посмотрела на клиенток: каждая из них была готова взяться за уборку салона так, словно это был их собственный дом. На всегда хмуром лице старушки расплылась благодарная улыбка.

— Спасибо, — произнёс Флориан, забирая половинку яблока, которую протягивала ему Лейла.

— Спасибо бабушке, — ответила Лейла, глядя на звёзды, становящиеся всё более яркими на темнеющем небе. Солнце зашло, и воздух казался ледяным.

Лейла и Флориан не знали, что им дальше делать. Они уже облетели окрестности фьорда, расспрашивая о Водане всех, кто жил в радиусе десяти километров, но так ничего и не выяснили. Яблоко, которое они только что съели, напомнило Лейле о том, как далеко они были от дома, и ей стало грустно.

Но она не знала, что совсем рядом с ними был ещё кто-то, чей тёмный и влажный нос уже ощущал незнакомые запахи. Точнее, их было двое: восемь мускулистых лап всё ближе и ближе подбирались к месту, где сидели ребята.

— Ты ничего не слышишь? — спросила Лейла, почувствовав опасность.

Флориан не успел ответить: прямо на них набросились два огромных чудовища. Перед Лейлой промелькнули красные глаза и ряд белых клыков. От ужаса она даже не смогла закричать. Единственное, что ей удалось сделать, — это стать невидимой. Флориан оказался пригвождён к земле мощными когтистыми лапами, но он повернул голову в сторону Лейлы и увидел на её месте только облизывающегося зверя. Лейлы больше не было. Подумав, что волк съел его подругу, Флориан закричал:

— Лейла, Лейла!

— Прекрати орать, человеческое создание! — прогремел державший его волк.

— Что? Ты умеешь говорить? — обомлел от ужаса Флориан.

— Ты что, не слышал, что приказал тебе Серый? Прекрати орать, — повторил другой. — Куда делась твоя подруга?

Флориан посмотрел по сторонам и увидел, как Лейла взбирается по стволу огромного дерева. Она жива! Лейла кивнула ему. Видимо, у неё уже был спасительный план. Флориан решил отвлечь волков.

— Бедная Лейла! Она была такой доброй, такой хорошей! Прилетела сюда, только чтобы помочь ведьме избавиться от злого заклятия, а оказалась в пасти у дикого зверя! — захныкал он.

— Ты опять про диких зверей! — возмутился чёрный волк. — Что за дурацкое предубеждение? Я так больше не могу! Однажды я действительно кого-нибудь съем, чтобы раз и навсегда оправдать эти глупые людские ожидания!

Тем временем второй волк, не обращая внимания на происходящее, молча смотрел в ту сторону, где пряталась Лейла. Снова испугавшись за свою подругу, Флориан укусил его за лапу.

— Ты что, больной?! Хочешь на самом деле оказаться у меня в брюхе? — закричал чёрный волк.

— Спускайся, ведьма, — произнёс Серый.

«Как же этот волк понял, что Лейла ведьма?» — подумал Флориан.

Девочке ничего не оставалось, как спуститься с дерева и встретиться с чудовищами лицом к лицу.

— Если вы не собираетесь нас есть, то что вам нужно?

— Вы должны уйти из нашего леса. Немедленно, — произнёс Серый.

— Сначала нам надо найти Водана, — ответила Лейла, набираясь смелости.

— Зачем он вам? — спросил Чёрный.

— Вы его знаете? — удивилась Лейла.

— И знаете, где он живёт? — добавил Флориан.

— Здесь вопросы задаёт тот, у кого зубы острее, — вмешался Серый.

— У нас для него послание от Джойс Кью, — рискнула Лейла.

Волки растерянно переглянулись.

— Так, значит, она жива, — растроганно произнёс Серый.

Стоило только Лейле произнести имя Джойс, как чёрный волк начал вилять хвостом, а его взгляд стал преданным, как у собаки.

Теперь Лейла знала, что говорить.

— Да, она жива, но ей нужна помощь.

Этих слов было достаточно: волки тут же подставили ребятам свои спины.

— Вы должны рассказать это Водану. Поехали, — произнёс Серый.

Флориан посмотрел на Лейлу и взобрался на спину Чёрного. Лейла позвала Страбилию — метла тут же оказалась рядом с ней. Сев на метлу, Лейла кивнула:

— Поехали.

Улыбнувшись, Серый посмотрел на девочку глазами, полными тоски по ведьме, которую не видел вот уже много лет, и прошептал:

— Все они такие, чересчур самостоятельные.

8. Ивовая роща

Серый и Чёрный бежали в ночи быстро, словно молнии. Одним прыжком они перескакивали с одной каменной стены фьорда на другую, бросались с отвесных скал прямо в море и взбирались по крутым склонам, покрытым колючими елями, не оставляя друзьям времени даже вскрикнуть от ужаса. На каждом крутом повороте, который совершал его волк, Флориан прощался с жизнью, но наконец они очутились перед водопадом Семь Сестёр. Волки бросились в потоки воды, стекающие по скале, но, вместо того чтобы разбиться, они точно приземлились в небольшом тоннеле, спрятанном в горе. Несколько минут пришлось провести в темноте, зато за тоннелем открылся несравненный вид. Целый лес плакучих ив рос вдоль медленной реки с чистейшей водой, в которой отражались сотни звёзд; правее виднелся зелёный луг с множеством полевых цветов, а воздух почему-то становился всё более тёплым и каким-то обволакивающим. Вслед за волками Лейла полетела туда, где посреди большой поляны стоял деревянный дом.

Из дома доносилась тихая музыка, грустная и нежная одновременно. Именно эту музыку Лейла слышала в зале Всеобщего Беспорядка в тот день, когда получила свой первый вызов.

Так же как тогда, Лейла последовала за этой музыкой и оказалась перед деревянной дверью, выкрашенной в синий цвет. Рядом с ней остановился Чёрный. С его спины слез Флориан. Ноги у него подгибались. Серый громко зарычал, и музыка резко прекратилась.

Внутри дома послышались тяжёлые шаги, затем дверь открылась и из темноты появилась огромная нога. Вслед за ногой показалась большущая голова, покрытая золотыми кудрями. Густая борода покрывала лицо великана, морщины заполняли лоб. Два голубых глаза с неподдельным восхищением уставились на Лейлу.

— Ведьма?! Вы привели ко мне ведьму! — произнёс великан, радостно приближаясь к Лейле, которая всё ещё парила в воздухе на метле. — Как тебя зовут? Ты откуда? Что ты здесь делаешь? — с энтузиазмом спросил он.

Лейла неуверенно посмотрела на него: она совсем не ожидала такого тёплого приёма. Медленно опустившись на землю, Лейла принялась внимательно изучать великана. Он совсем не казался злым или опасным, но лучше проявить осторожность: кто его знает, вдруг ему что-нибудь не понравится, и он тут же сотрёт тебя в порошок.

— Меня зовут Лейла, я прилетела из Лондона, потому что меня попросили о помощи. Я слышала звук арфы, такой же как тот, что сейчас раздавался из твоего дома. Что это было? — спросила ведьмочка, стараясь держаться на безопасном расстоянии.

— Это единственная мелодия, которую я умею играть.

— Откуда ты её знаешь?

— Моя сестра научила меня много лет назад. Она самая известная арфистка в мире.

— Твоя сестра — Джойс Кью?

Водан тут же переменился в лице: его свирепый взгляд заставил Лейлу вздрогнуть.

— Ненавижу это имя! — прогремел он, выгибая густые брови.

Лейла тут же почувствовала себя лучше: если Водан ненавидит свою сестру, ему никогда не удастся избавить её от Зелёного заклятия.

— И я.

— Мне неприятно это признавать, но кот прав: военная служба не для него, он должен вернуться домой, в когти своей обожаемой ведьмы, — фыркнула мадам Прин.

Мистер Фланнаган обдумывал слова своей сослуживицы, когда в комнату со странным свёртком в руках влетел Брозиус.

— На этот раз тебе точно понравится, — воскликнул он, направляясь к Мерлино и размахивая странной шерстяной перчаткой. На каждом из её пальцев была прикреплена острая деревянная щепка, и Брозиус был уверен, что перчатка была точь-в-точь похожа на руку ведьмы. Мерлино открыл один глаз, подозрительно осматривая очередное изобретение кадета.

— Ты не представляешь, как хорошо она чешет, — сказал он, надевая перчатку на крыло.

Но и на этот раз выдумка Брозиуса не сработала: пальцы были слишком мягкими, а щепки не доставляли Мерлино никакого удовольствия.

— Уф-фа, — расстроился кадет.

Мерлино же зубами стащил перчатку с крыла Брозиуса и выкинул её в кучу прочего хлама, сконструированного Брозиусом для того, чтобы заменить своему любимцу когти ведьмы.

Кадет уже начинал беспокоиться:

— Я делаю всё, что могу, но ты всегда грустишь. Что с тобой?

— У него депрессия, — вмешалась мадам Прин.

— Но почему у тебя депрессия? Чего тебе не хватает?

— Я скучаю по ведьме! — отчаянно промяукал Мерлино.

— Но почему? Что есть такое у ведьмы, чего нет у меня? — обиделся Брозиус.

— Ногти, глупец! — рявкнула мадам Прин. Она больше не могла переносить капризы кота. — Отвези его обратно к Джойс-бренчалке-Кью, и покончим с этим.

— Зачем? Мерлино хочет остаться со мной и моей меховой шапкой, правда, Мерлино? — спросил Брозиус.

— Да. Но ещё я хочу, чтобы меня чесали! — сварливо ответил кот.

Фланнаган понял, что нужно вмешаться. Кот уже перешёл все границы, нужно было призвать его к порядку.

— Иногда в жизни приходится принимать решения, солдат, — произнёс он, выпятив вперёд пернатую грудь и глядя коту прямо в глаза. — Иногда нужно сделать выбор, и этот выбор всегда бывает между двумя хорошими вещами или двумя плохими. Иначе это не выбор. Сейчас ты должен выбрать: шапка или когти ведьмы. — Прежде чем сказать самое главное, капитан сделал паузу. — Капризничают только птенцы. Поэтому они не могут летать. Взрослые птицы делают выбор и улетают из гнезда! — торжественно заключил он.

Мерлино бесстыдно зевнул в ответ. Он же не был пернатым! Он — кот, а коты не должны принимать решений. Потому что принять решение — значит отказаться от чего-то, а он не хотел ни от чего отказываться. Мерлино повернулся к лебедям спиной и погрузился в теплоту своего уютного гнёздышка берлоги, так чудесно защищавшего его от головомоек капитана и всего Блестящего воздушного отряда перепончатых.

— Почему здесь так тепло? — спросил Флориан.

В саду Водана действительно стояла идеальная погода, позволяющая деревьям и цветам расти здоровыми и красивыми.

— Моя сестра создала здесь вечную весну. У этой ведьмы всегда была масса идей! — хихикнул Водан, обменявшись понимающим взглядом с волками.

— Да, я знаю одну такую, — подмигнул Флориан.

— Я не такая, как она! Она — злая! — тут же взорвалась Лейла.

— Извини, — расстроенно пробормотал Флориан.

Водан с непонятным выражением лица посмотрел на Лейлу.

— Пойдём, я хочу рассказать тебе одну историю, — сказал он.

Лейла взяла великана за руку: она доверяла ему, сама не зная почему, и очень хотела услышать его историю. Она устроилась у него на коленях и потерялась в звуках его могучего и глубокого, словно симфония, голоса.

— Мою сестру звали Джослин Куиррел, и у неё была одна заветная мечта: она хотела стать самой известной арфисткой в мире. Но наши родители запретили ей учиться музыке, потому что они считали, что это будет отвлекать их дочь от занятий по магии. Джойс приходилось заниматься тайно, и каждый раз, когда мама заставала её за этим, она наказывала её с такой жестокостью, на которую способны только ведьмы. В один прекрасный день мы с Джойс решили сбежать из дому и поселиться отдельно, там, где мы могли бы петь и играть, сколько нам захочется. Мы очень тщательно подготовились к побегу, но не учли одну-единственную вещь: ручка метлы, на которой мы планировали отправиться в путь, не смогла выдержать вес арфы и маленького великана девяти лет, который весил восемьдесят килограммов. Моей сестре пришлось выбирать между арфой и мной. У неё было совсем немного времени, мама должна была вот-вот проснуться.

— И что она сделала? — спросила Лейла, захваченная рассказом.

Водан поднял глаза к небу, и улыбка озарила его лицо.

— Она выбрала меня, — сказал он.

Лейла тоже улыбнулась: она поступила бы точно так же.

— Мы целыми днями летали на метле, воруя помидоры и кукурузные початки, которые она превращала в пиццу и попкорн, и попивая воду из горных рек, которая, благодаря её волшебству, превращалась в апельсиновый сок. Это были прекрасные времена, которые я никогда не забуду. Потом мы оказались у водопада Семь Сестёр, и я предложил остаться здесь навсегда, потому что мы никогда не смогли бы найти более красивого места. Она посмотрела вокруг и ответила: «Нам нужно более защищённое место, чтобы мама с папой никогда нас не нашли». Она издала резкий звук, который пробил скалу за водопадом. Джослин влетела в пещеру и запела нашу песню.

— Ту, что пел ты? — спросила Лейла.

— Да. И её ноты легко проходили сквозь стену, вылепляя из неё, словно из масла, наш мир, — закончил Водан.

— В тот день мы с Серым, — продолжил чёрный волк, — увидели, как двое ребят влетели в скалу и исчезли в ней. Мы не поверили своим глазам! А когда прошли сквозь тоннель, который сделала девочка, то неожиданно оказались посреди цветочного луга. Джослин приняла нас с распростёртыми объятиями и спросила, не хотим ли мы стать их стражей. Нам нужно было только предупредить её, если в окрестностях появятся ведьма и великан, разыскивающие своих сбежавших детей.

— И однажды ведьма появилась, — грустно сказал Серый.

— Мы с Джослин уже семь лет счастливо жили под охраной волков. Мы завели огород и посадили эти красные ивы, — сказал Водан, поглаживая ветку. — Из их дерева делают арфы, и спустя какое-то время я стал хорошим мастером. Первую арфу я сделал для сестры в благодарность за то, что она взяла меня с собой. Я покрыл её золотом, вечным металлом…

«Это та арфа, которая летела за мной до салона красоты», — подумала Лейла, но ничего не сказала, не желая прерывать рассказ.

— Но ничто не вечно, — продолжал Бодан, — когда мама нашла нас, счастливый сон закончился.

— Но почему?! — огорчилась Лейла.

— Потому что она предложила Джослин единственное, чего у неё не было здесь, — слушателей.

— Но был же ты, и Серый, и Чёрный! — вмешался Флориан.

— Великан и два волка не очень-то тянут на толпы поклонников. Мама пообещала Джослин большой успех, если та вернётся в общество злобных ведьм и поможет ей уничтожить мятежниц.

Лейла и Флориан в ужасе переглянулись. Вот что произошло на самом деле! Злобные ведьмы шантажировали Джойс.

— Она поменяла имя на Джойс Кью и исчезла навсегда. Скоро Джойс Кью стала очень знаменитой и очень злой, она делала ужасные вещи и быстро забыла, что была моей нежной сестрёнкой. Поэтому я ненавижу это имя, — закончил Водан.

Лейла увидела, как слеза размером с апельсин стекает с ресниц великана и падает на золотую бороду. Наверное, ему было нелегко жить без сестры все эти годы.

— Почему ты не отправился на её поиски? — спросила она.

— Потому что моя сестра сделала свой выбор, и я мог только пожелать ей счастья. Я не знаю, где она, не знаю, счастлива ли…

— Водан, — наконец сказал Серый, — они знают, где она.

Великан посмотрел на Лейлу — надежда забрезжила в его голубых глазах. Перед этим взглядом было невозможно устоять, невозможно солгать. Девочка приняла решение.

— Водан, твоей сестре грозит смертельная опасность, только ты можешь ей помочь. Ты должен забыть о ненависти и простить её. Я знаю, как это сложно, никто не знает этого лучше меня. Но вместе мы сумеем с этим справиться.

Своей огромной рукой Водан обнял Лейлу и опустил её на траву. Усевшись рядом с ней, он спросил:

— Расскажи мне, что случилось.

Рассказывая великану о Зелёном заклятии и о своём вызове, Лейла думала о совете, который дала ей бабушка. Она была права: ненависть к Джойс могла бы заморозить её сердце, но теперь, когда она точно знала, что сможет простить, сердце стало лёгким и чистым, словно лебединое пёрышко.

9. Древнее заклинание глаз

Эту ночь Лейла и Флориан провели в доме за синей дверью. Они проснулись только к обеду, отлично отдохнув после приключений предыдущего дня. Водан накрыл стол в своей мастерской, и друзья поели среди прекрасных арф, которые великан изготавливал годами, ожидая возвращения Джослин. Вместо того чтобы погрузиться в обиду и злость на то, что сестра оставила его, Водан проводил время, совершенствуясь в производстве музыкальных инструментов, и эта комната была ярким отражением глубины его сердца. Рассматривая арфы, Лейла думала о Джойс и своей миссии, а Флориан болтал без остановки. Он рассказал Водану о том, как жила Джойс с тех пор, как покинула этот дом, и о том, что она стала Королевой ведьм, убив первую непокорную ведьму на свете — маму Лейлы.

— Почему ты хочешь помочь ей, если она совершила такое ужасное преступление? — спросил Водан.

Лейла тяжело вздохнула. С самого начала обеда она не произнесла ни слова, но сейчас, понимая, что нельзя не ответить, заговорила. И чем дольше она говорила, тем яснее становились её мысли.

— Сначала я не хотела ей помогать и не хотела искать тебя. Мы прилетели сюда только благодаря Флориану. Но потом я поняла, что жажда мести помешает мне выполнить моё первое задание. И больше ничего. Джойс навсегда останется растением, а моя мама…

Лейла запнулась и не сумела закончить фразу.

Водан взял руку девочки и легонько сжал её в своих огромных ладонях.

— Я обещаю, что помогу тебе довести до конца твою миссию, чего бы мне это ни стоило, Лейла!

В этот момент чёрный волк лизнул её в щёку, а Серый устроился у неё в ногах.

— Мы тоже будем рядом, ведьмочка, — пообещали волки.

Бородатый великан, два мохнатых волка и веснушчатый мальчишка — с такой командой можно было смело отправляться в путь! Но была ещё одна деталь, которую нужно было урегулировать до отъезда: Водан был слишком большим, чтобы поместиться в зале Всеобщего Беспорядка. Лейла вытянула руку и произнесла:

— Менуэт!

Все арфы Водана принялись играть короткую и весёлую мелодию, в то время как великан уменьшался в такт музыке. Когда он достаточно уменьшился, Лейла, как взаправдашний дирижёр, сжала руки в кулаки, и рост Водана перестал меняться.

— Какое забытое ощущение, — улыбнулся Водан, вспоминая о волшебстве, которое совершала его сестра.

— Теперь с тобой это будет часто происходить, — улыбнувшись, ответила Лейла и позвала метлу. Флориан и Водан взобрались на спины волков, и самая необычная в мире команда отправилась в сторону Примроузского салона красоты.

Когда Эрминия увидела, что её внучка возвращается вместе с бородачом и двумя волками, её чуть не хватил удар. Ей стоило огромных усилий не взять свои ножницы и расчёски и не сделать всем вновь прибывшим ударные стрижки.

— Мы нашли его! — Лейла бросилась к бабушке.

— Молодец, лохматенькая моя. — Эрминия крепко обняла внучку.

— Бабушка, это Водан, брат Джойс, — объяснила Лейла.

— Добро пожаловать, мы ждали тебя. — Бабушка уже спускалась по лестнице, предлагая всем пройти в зал Всеобщего Беспорядка. Там их ждала Елена, которая тут же бросилась целовать Лейлу и Флориана.

— И не надоело вам чмокаться? — пробурчала тётушка Френки, не переносившая нежностей. Увидев волков, сопровождавших Водана, она изменилась в лице. Всё своё детство Франциска проводила дни, играя с волками в лесу, а ночи — свернувшись калачиком на их мягкой шерсти, и ей так хотелось вновь вспомнить эти ощущения. — Ты привела мне волков! — радостно, словно ребёнок, воскликнула она.

— Ну, вообще-то это волки Водана, — попыталась возразить Лейла, но тётушку Френки уже было не остановить.

— Наверное, вы хотите пить, милые создания… Сейчас я принесу вам воды, подушечку, чтобы вы могли отдохнуть, и пару косточек на обед. Вам нравятся косточки?

— Честно говоря, нам бы больше понравилось жаркое из тыквы, — произнёс Чёрный, виляя хвостом.

— Значит, вы пришли по адресу! — захлопала в ладоши Франциска.

— Сколько нежностей, Франциска! — шутливо сказала Елена. — Может, уже начнём?

— Да, конечно, я отлучусь только на минутку, мои волчоночки! — проговорила тётушка Френки, подмигивая животным.

Всё было готово: ингредиенты, необходимые для зелья, способного освободить Джойс от Зелёного заклятия, были разложены в нужном порядке на полочке над камином, над огнём уже висел волшебный котёл, а рядом с камином, на деревянном пюпитре, располагался Магический кодекс братства Всеобщего Беспорядка, открытый на Заклинании глаз, о котором рассказывала Франциска.

— Франциска приготовит отвар, — объяснила Эрминия великану, — но, для того чтобы зелье подействовало, читать заклинание и размешивать ингредиенты в котле придётся тебе. Когда мы закончим, Лейла отведёт тебя к твоей сестре, ты польёшь её корни отваром, чтобы навсегда освободить её от Зелёного заклятия.

— Я готов, — кивнул Водан, приближаясь к камину и протягивая руку к половнику.

Елена щёлкнула в воздухе пальцами, подавая знак к началу обряда. Первыми ингредиентами зелья были четыре плода гуараны. Белые и овальные, с чёрной косточкой посредине, они были похожи на глазные яблоки. В котле плоды зашипели, превратившись в белую молочную пенку.

Потом наступила очередь тисовых ягод. Красные и ядовитые, с чёрным семечком, они были похожи на глаза крокодила. Попав в пену гуараны, тисовые ягоды лопнули, выделив ярко-красный сок.

И наконец в котёл отправился фасолевый порошок, окрасивший смесь в чёрный цвет.

Прокипев, ингредиенты разделились в котле на три полосы разного цвета, и вслед за движением половника закрутились в белую, красную и чёрную спирали.

— Пора! — крикнула бабушка.

Водан откашлялся и принялся произносить волшебные слова, которые могли спасти его сестру.

Из магического кодекса братства Всеобщего Беспорядка

Древнее Заклинание глаз

В твоих глазах чёрная тьма,

В которую ты окунаешься, когда тебе страшно.

Ты больше не должна бояться

Быть одинокой, глядя в мои глаза.

В твоих глазах сияет гнев,

Он не отпускает тебя, словно капкан.

Скрученная ветка вновь становится рукой,

Которая цепляется за мою руку, и мы убегаем.

Я увидел, как ты возрождаешься,

Словно пена на гребне волны,

Сначала девочка, потом женщина, потом растение,

Пусть твоя кожа снова станет белой.

Чёрная земля у корней,

Которые превращаются в ноги,

Зелёный сок становится красным,

Возвращается кровь, плоть и кости.

Бледная сестра с лунными глазами,

Стань самой красивой, вернись ко мне.

При этих словах смесь вновь закипела и поменяла цвет. Сначала она стала чёрной, потом красной, потом белой и наконец приобрела необыкновенный золотистый цвет.

— Термическую ампулу, быстро! — приказала тётушка Френки.

Елена протянула ей железную бутылочку с длинным носиком, туда и налили зелье, от которого шёл пар.

Франциска закрыла бутылочку дубовой пробкой.

— Нужно вылить эту смесь, пока не остыла, на корни Джойс, — произнесла она, передавая её Водану.

— Пойдём, я отведу тебя к сестре, — сказала Лейла, собираясь взлететь, но неожиданный рык остановил её. Чёрный и Серый поднялись на ноги и нервно втягивали воздух.

— Быть беде, — вздохнула тётушка Френки.

В дверь позвонили.

— Вы кого-нибудь ждёте? — спросил Водан.

— Нет, — взволнованно ответили сёстры.

Снова раздался звонок.

— Может быть, кто-то из клиенток что-нибудь забыл? — предположила бабушка.

— Нет. Это мужчины, — сказал Серый, принюхиваясь.

— И что им надо от нас? — поинтересовалась Франциска.

Ответ не заставил себя ждать.

— Откройте дверь, это полиция! — приказал голос с улицы.

— Полиция?! — в замешательстве повторила Эрминия.

— Госпожа Рейли, если вы не откроете дверь, нам придётся сделать это самим, — пригрозил второй голос.

— Мы узнаем, что они хотят. А вы с Лейлой выйдете через заднюю дверь и полетите к Джойс.

— Хорошо, бабушка!

К счастью, Лейла вовремя заметила, что перед задней дверью тоже стоят полицейские.

— И что теперь делать? — спросил Водан.

— Давай спрячемся. — Сделав ему знак замолчать, Лейла потащила Водана в сторону лестницы, ведущей в подвал.

В это время Эрминия открыла дверь и предстала перед двумя полицейскими.

— Вы — госпожа Эрминия Рейли? — спросил агент Уилсон.

— Да, это я.

— Мы пришли за вашей внучкой Лейлой Блу. Вы с ней должны поехать с нами в участок.

Услышав своё имя, Лейла побледнела.

— Что вам нужно от моей внучки? — спросила Эрминия.

— Мы должны допросить её по делу об исчезновении Джойс Кью. У нас есть показания свидетелей, по которым Лейла была последней, кто видел её живой.

— Какие ещё свидетели? — спросила бабушка.

— Мы не можем раскрывать эту информацию, — сухо ответил агент. — Позовите, пожалуйста, вашу внучку и проследуйте за нами в машину.

— Лейла, мы должны ехать, — позвала Эрминия. — Ты не сделала ничего плохого, так что тебе нечего бояться. Пусть Флориан отведёт Водана к его сестре. И сделайте это немедленно.

Лейла в страхе кивнула. У неё не было выбора: если бы она спряталась, агенты перевернули бы весь салон и могли бы обнаружить зал Всеобщего Беспорядка, а этого не должно было случиться ни в коем случае.

— Ладно.

— Не волнуйся, всё будет хорошо. Только не отходи от бабушки Эрминии, договорились? — вмешался Флориан.

— Договорились, — ответила Лейла. Повернувшись спиной к своим друзьям, она взяла бабушку за руку и вышла вместе с ней из дому.

10. Странный, загадочный рисунок

Айви Буллитпот сидела перед полицейским участком, спокойная, словно лев в ожидании, пока львицы вернутся с охоты с добычей.

Заходящее солнце заполняло небо и улицы города триумфальным светом. Очень скоро все злобные ведьмы мира отпразднуют победу зла над добром, порядок одержит верх над беспорядком, когти её верных помощниц разделаются с Недоделанной, и истории о трёх непокорных ведьмах придёт конец.

Перед участком остановилась патрульная машина. Высадив Лейлу с Эрминией, она отъехала и затерялась в вечерних пробках.

Обвинить Лейлу в пропаже Джойс было прекрасной идеей. Полицейским без труда удалось сделать то, что не смогло сделать целое полчище ведьм: забрать Лейлу из её укрытия. Очень скоро девочка останется совсем одна, и Айви сможет совершить свою последнюю атаку, которая на этот раз будет смертельной.

— Понимаю ваше беспокойство, госпожа Рейли, но вы не сможете находиться на допросе Лейлы, так как ваше присутствие может повлиять на её показания, — вежливо объяснил комиссар Дзиман.

— Я всего лишь хотела быть рядом со своей внучкой, — вздохнула Эрминия.

— Подождите Лейлу здесь. Мы запишем показания, и вы сможете вернуться домой.

— Я буду в коридоре, лохматенькая моя, — уступила бабушка, погладив Лейлу по голове.

Лейла поцеловала бабушку в щёку и вместе с комиссаром отправилась в комнату для допросов.

— Я только возьму свои записи, там есть несколько фотографий, которые я хочу тебе показать, — произнёс комиссар, пропуская Лейлу в маленькую комнату со столом, двумя стульями и настольной лампой. — Хочешь сока? — добавил он.

— Хочу! — кивнула Лейла. Она ничего не ела с самого утра.

— Сейчас принесу, — улыбнулся Дзиман, закрывая дверь и оставляя девочку одну в тесной комнате.

Посмотрев на голые стены без окон, Лейла почувствовала себя в ловушке. Что она скажет комиссару? Не могла же она поведать ему одну из своих «почти правдивых» историй: Дзиман всё равно бы не поверил. Но и правду она сказать тоже не могла. Разве можно объяснить полицейским, что одна из самых известных в Лондоне журналисток превратила Джойс в растение? А ведь это и была правда. И что бы она ни сказала, это выглядело бы ложью или бредом сумасшедшего. И что потом? Они арестуют её? И она проведёт остаток своих дней в тюрьме? Но она же ничего не сделала! Но как это доказать? Чем больше Лейла думала об этом, тем сильнее было её беспокойство: она не видела выхода и не могла никого позвать на помощь. Как бы ей хотелось закрыть глаза и оказаться совсем в другом месте, далеко отсюда, так же как в тот день, когда Джойс позвала её, потому что нуждалась в помощи. «Секундочку. Но ведь мне угрожает смертельная опасность, — подумала Лейла. — Может быть, я тоже могу отправить кому-нибудь телепатическое послание? Но кому? Бабушка и другие члены братства Всеобщего Беспорядка не смогут помочь мне, иначе те, у кого в сердце нет осколка, поймут, что мы ведьмы, а этого не должно случиться ни в коем случае». Лейла почувствовала себя на краю пропасти, в одном шаге от бездны, и именно тогда ей в голову пришла идея: кое-кто мог бы перенести её на другой конец пропасти одним прыжком! Девочка закрыла глаза и попыталась сконцентрироваться. Она ещё никогда не отправляла никому телепатических посланий, и никто не объяснил ей, как это делается. Она что есть силы сжала кулаки и прошептала: «Помогите», — призывая на помощь двух новых друзей, которых она обрела всего несколько дней назад. Но её голос был слишком слабым, и никогда не добрался бы до адресата, если бы его не услышала ведьма, которая любила Лейлу больше всех на свете. Ведьма, которая вот уже одиннадцать лет находилась в заточении.

Мерлино подпрыгнул от неожиданности и выпал из тепла своего гнёздышка на ледяной пол. Словно загипнотизированный, он втянул воздух. Ошибки быть не могло, этот запах он узнал бы из тысячи: смесь перца и лесных фиалок — запах ведьмы. Где-то рядом пряталась ведьма, он был в этом уверен. А там, где была ведьма, были и её ногти, а значит, она могла его почесать! Мерлино осмотрелся. Брозиус и остальные лебеди уже спали, и никто ничего не заметил. Осторожно, на самых кончиках лап, кот вслед за запахом вышел из комнаты и оказался на улице. Запах вёл его ко входу во дворец Белоснежной колдуньи. Невзирая на холод арктической зимы, Мерлино последовал за ним. Он пересёк холл, поднялся по прозрачной лестнице, окружённой сталактитами и сталагмитами, и оказался в большом зале на втором этаже. На мягких лапах кот прошёл через зал в располагавшийся прямо за ним длинный коридор и упёрся в маленькую лестницу, которая спиралью уходила в узкую обледеневшую башню. Запыхавшись, Мерлино преодолел сотни ступенек и на вершине башни обнаружил ведьму.

Она была очень красивой. Её чёрные волосы были присыпаны инеем, глаза закрыты, а лицо — бледно, словно пергамент. Она казалась мёртвой или заснувшей вечным сном, но её руки были живыми: они словно сжимали что-то, танцуя в волшебном хороводе. Мерлино зачарованно уставился на них: ногти ведьмы не были такими длинными и отточенными, как у Джойс, но это были типичные ногти ведьмы. Он подошёл ближе, надеясь, что ведьма примется его чесать, но, когда он был всего в нескольких сантиметрах от пальцев, из снега, которым были укрыты ноги незнакомки, поднялось целое полчище белых насекомых. Это были ледяные стрекозы, сверкающие, словно бриллианты, с острыми, словно лезвия, крыльями, тут же поранившими бедному коту ухо. Мерлино в ужасе отпрыгнул. Алмазные стрекозы опустились на тело ведьмы, полностью покрыв его, выпивая всю её энергию и заставляя её опустить руки.

— Послушайте меня, братья волки. Лейле нужна ваша помощь, но её призыв слишком слаб, чтобы добраться до вас. Поэтому я прошу вас, подчинитесь моему голосу и спасите Недоделанную. — Пленнице удалось собрать последние силы и передать послание волкам, прежде чем она вновь провалилась в ледяной неподвижный сон.

— А вот и я. Лейла, ты готова начать? — спросил комиссар Дзиман, появляясь в комнате для допросов.

В надежде, что её телепатическое послание добралось до цели, Лейла открыла глаза. Времени больше не осталось. Перед нею сидел комиссар, и единственное, что она могла сделать, — это пить сок и надеяться, что фотографии из дела Джойс не будут слишком компрометирующими.

— Да, — решительно ответила она и вдруг заметила, что в руках у комиссара не было ни сока, ни документов.

— Какая смелая девочка, — прошипел Дзиман, угрожающе нависая над Лейлой. — Ты ведь ничего не боишься, правда?

Лейла вытаращила глаза. Что-то ужасное происходило с комиссаром: его редкие кудрявые волосы медленно превращались в огненно-рыжее каре, его ноги становились длинными и тонкими, толстые пальцы уменьшались на глазах, а лицо вытягивалось в дьявольской усмешке Айви Буллитпот.

— Или ты всё-таки боишься злую ведьму? — усмехнулась Айви.

— Где Дзиман?

— Я отправила его немного вздремнуть. Знаешь, он очень устал, — произнесла Айви, протягивая руки в сторону Лейлы и щекоча её своими когтями. — Да и ты, сладенькая моя, должно быть, утомилась от всех этих приключений. Посмотри, какой у тебя изнурённый вид. Может быть, поспишь немного? Или хочешь заснуть навсегда?! Ха-ха-ха! Задуши её! — прогремела Айви и своими длинными руками сбросила лампу на пол. Перевернувшись, лампа превратилась в огромного удава, который тут же обвился вокруг шеи несчастной ведьмочки. В этот момент в коридоре послышался воинственный рёв, издаваемый двумя дикими пастями.

То, что происходило потом, Лейла запомнила не очень хорошо, а вот Айви не забудет никогда. Восемь мохнатых лап напрыгнули на неё, пригвоздив к полу. Айви дотянулась до змеи и бросила её в волков.

— Чёрный! Серый! — крикнула Лейла, освобождённая от удава.

— Сгфгргкфх, — прохрипел Чёрный, зубами стягивая удава с шеи Серого.

Волки схватили змею с двух сторон и крепко обвязали её вокруг тела Айви, которой не удалось больше произнести ни одного заклинания.

— Не дайте ей убежать! — приказал нежный голос за спиной волков, и Лейла увидела Джойс Кью.

— Молодцы, волчоночки! — кричала Эрминия, пританцовывая в комнате ожидания.

— Волки заполонили участок! — в ужасе кричал агент Уилсон.

— Эти волки со мной, и они не опасны. Единственную опасность здесь представляет вон та женщина, — сказала Джойс, указывая на Айви. — Она похитила меня, из-за неё я исчезла. Лейла Блу ни в чём не виновата, и я готова дать все необходимые показания по этому поводу.

Удав вновь превратился в настольную лампу, а Айви была связана по рукам и ногам её проводом. Дежурные открыли дверь в подсобку, и комиссар Дзиман выпал оттуда, связанный и с кляпом во рту.

— Арестуйте журналистку, — прокричал он, освободившись от кляпа.

Полицейские тут же заперли Айви в камеру, в то время как Джойс приступила к даче показаний.

Лейла подбежала к бабушке.

— Как ты? — спросила её Эрминия.

— Теперь всё хорошо. Но мне было очень страшно.

— Иди сюда, лохматенькая моя. Успокойся. Всё позади, — сказала бабушка, нежно обнимая внучку своими большими и мягкими руками.

— Если бы не Джойс, я бы уже была мертва, — всхлипнула ведьмочка.

— Джойс здесь только благодаря тебе. Ты смогла простить её и выполнить своё задание, поэтому теперь она спасла твою жизнь, так же как ты спасла её. — Бабушка ещё сильнее обняла Лейлу.

Лейла перестала плакать и посмотрела на бабушку. Она вспомнила, как Эрминия говорила ей, что не мы выбираем свою миссию, а миссия выбирает нас. И тут же всё непонятное начало складываться в её голове в единое целое, образовывая странный, загадочный, беспорядочный, но очень гармоничный, словно ветви плакучей ивы на ветру, рисунок.

11. Звуки свободы

— Вы, артисты, — очень странные люди, никогда не ведёте себя, как все остальные. Только подумайте, что могут натворить в городе дикие животные. Что за глупость — водить с собой двух волков, как будто это две домашние собачки, — отчитывал Джойс агент Уилсон, ставя печать на документы Лейлы.

— Я обещаю вам, агент, что буду очень внимательно следить за своими волками, — заверила его Джойс. — Но вы должны мне пообещать, что Айви Буллитпот проведёт в тюрьме всю свою жизнь. Эта женщина заставила нас пережить настоящий ад, — добавила она, посмотрев на Лейлу.

— Не волнуйтесь, госпожа Кью, ваши показания не оставили ей ни малейшего шанса.

Лейла и Джойс с облегчением вздохнули.

— Мы можем идти? — спросила Лейла.

— Да, вы свободны, — ответил агент.

Оказавшись на улице, Джойс вдохнула свежий утренний воздух так, как будто заново родилась. Как только Водан вылил горячее зелье на её корни, она почувствовала сильный жар. Затем её тело начало медленно проявляться среди листьев: ветви срослись и превратились в ноги, живот, шею, руки и голову, а затем, с последней вспышкой, ослепившей глаза Водана, появилась новая Джойс. На своих новых ногах она подбежала к брату и обняла его своими новыми руками, и её новый голос прошептал:

— Как ты нашёл меня?

Водан рассказал сестре о Лейле, о её смелости и доброте, и с каждым словом Джойс чувствовала, что она обретает новое сердце: горячее и свободное от злобы. Но она не понимала, что с ней произошло, до тех пор пока не пришла в участок и не встретила Эрминию.

— Воздух кажется тебе ароматным, люди — счастливыми, а цвета — более яркими, правда? — спросила её Эрминия.

— Да, именно так! — удивлённо ответила Джойс.

— Когда-то давно со мной случилось то же самое. И со всеми непокорными ведьмами. Любовь растопила льдинку в наших сердцах.

— Какое прекрасное чувство, будто снова дышишь после того, как долго был под водой, — Джойс вся светилась, и только одна слеза скатилась по её щеке, упав на руку с хрустальным звоном. Певица взглянула на свою ладонь: на ней блестел прозрачный камешек, переливающийся всеми цветами радуги.

— Вот же он! — улыбнулась Эрминия. — Тот осколок льда, который был в твоём сердце. Белоснежная колдунья поместила его туда в день твоего рождения. Сегодня льдинка растаяла, превратившись в алмаз.

— Бабушка, ты хочешь сказать, что Джойс превратилась в добрую ведьму? — ошарашенно произнесла Лейла.

Эрминия, гордая тем, что её внучка сама обо всём догадалась, кивнула.

Джойс погладила девочку по голове:

— Нет, Лейла. Это ты превратила меня в добрую ведьму, потому что совершила для меня добрый поступок.

Сказав это, Джойс отдала девочке алмаз, рождённый из её слезы, который, попав к Лейле, заблестел ещё сильнее. Лейла задумчиво посмотрела на камень.

Всего месяц назад она проводила дни, заучивая наизусть песни Джойс и мечтая встретиться с нею. Когда её мечта исполнилась, оказалось, что Джойс была Королевой ведьм и хотела убить её. Лейла победила Джойс в воздушной битве, а теперь освободила её от Зелёного заклятия, превратив в добрую ведьму. Чем больше девочка думала об этом, тем невероятнее казалось ей то, что именно она, начинающая, смогла справиться с такой сложной задачей. Она была так удивлена и счастлива одновременно, что не могла говорить.

— Нужно это отметить! — нарушила тишину Эрминия.

— И накормить волков! — добавил Чёрный.

В это время остальные члены братства Всеобщего Беспорядка ожидали возвращения Лейлы, пытаясь понять, что же произошло.

— Я отвела волков в сад, чтобы они могли немного размяться, как вдруг они замерли, словно мраморные статуи, и насторожились, словно кто-то их позвал, — рассказывала тётушка Френки. — Потом одним прыжком они перебрались через ограду и умчались вдаль.

Я даже не успела спросить, куда это они!

— Мы видели, как они пробежали мимо дома Айви, — добавил Флориан, — и проследили за ними дальше в сторону участка.

— Всё это очень странно, — сказал Водан. — Серый и Чёрный слушают только своих хозяев: Джослин и меня.

— Если только они не… — догадалась Елена, но она не успела закончить фразу, потому что в комнату вошла Лейла.

Вернувшись со своего первого задания, ведьмочка устроила в зале Всеобщего Беспорядка настоящий бедлам. Все принялись танцевать: ведьмы с гигантом, гигант с волками, волки с тем, у кого в сердце нет осколка, тот, у кого в сердце нет осколка, с ведьмами. Поцелуи, объятия и виляние хвостами заполнили комнату и не останавливались до тех пор, пока Лейла не начала демонстрировать всем алмаз, который подарила ей Джойс. Увидев его, все зааплодировали, а потом бабушка сказала:

— Этот алмаз будет хорошо смотреться на твоём браслете.

Тётушка Френки сняла колпак и положила туда тонкую золотую цепочку. Затем она взяла камень из рук Лейлы и тоже положила в колпак. Елена перевернула страницу Кодекса, найдя нужное заклинание, и все присутствующие встали в круг.

— Заклинание должна прочитать освобождённая ведьма, — сказала Елена, протягивая Кодекс Джойс.

Джойс откашлялась и принялась петь нежную, словно мелодия флейты, песню.

Из магического кодекса братства Всеобщего Беспорядка

Заклинание во имя свободы

Говорят, что мечтать не имеет смысла,

Что всё, что с тобой случится,

Написано на твоей ладони.

Брось, не пытайся ничего изменить,

Потому что на самом деле

Мир так устроен.

Говорят, что можно верить только в то,

Что ты видел своими глазами.

Пора повзрослеть и перестать мечтать,

Потому что на самом деле

Ты не сможешь ничего сделать,

Мир так устроен.

Усе говорят о том, что нельзя изменить,

А мы взлетим выше, потому что можем петь!

Воспеть волшебство настоящей любви,

Которая, как самая заветная мечта,

Может изменить весь мир!

На какое-то время голос Джойс, прекрасный, словно только что раскрывшийся цветок, задержался в воздухе, а потом превратился в волшебную улыбку, которую Лейла будет помнить всю свою жизнь.

Девочка не могла даже представить себе, что её любимая певица споёт для неё. И не что-нибудь, а заклинание для самой важной цепочки её браслета.

Этот подарок стоил всех страхов и препятствий, которые ей пришлось преодолеть для того, чтобы довести свою миссию до конца.

Лейла была счастлива, потому что ей удалось совершить нечто, что казалось ей невозможным. Всё произошло именно так, как обещал папа.

Золотая цепочка поднялась в шляпе тётушки Френки, как змея индусского заклинателя, и обвилась вокруг бриллианта, который тут же превратился в драгоценную подвеску на ноге Лейлы.

Джойс растроганно посмотрела на Лейлу и произнесла то, что у всех членов братства Всеобщего Беспорядка было на уме:

— Твоя мама была бы самой счастливой ведьмой на свете, если бы увидела тебя сейчас, Лейла.

12. Тайна Джойс Кью

Алмазные стрекозы с воинственным звоном слетели вниз по винтовой лестнице и замерли над головой Белоснежной колдуньи, собравшись в облако над её светлыми волосами.

Госпожа Льдов неподвижно сидела на своём троне. Её глаза блестели от усталости бессонной ночи.

— Что случилось? — спросила она, подняв к стрекозам голубые глаза.

Пять насекомых отделились от роя и принялись рисовать в воздухе странные фигуры, которые Белоснежная колдунья читала, словно слова на бумаге. Крылья стрекоз издавали беспокойный звук, наполняющий залы дворца, а глаза Госпожи Льдов становились всё более узкими, словно лезвия. Послание было коротким и ясным: некто проник во дворец и узнал секрет башни. Нужно было сделать всё возможное, чтобы он не успел рассказать этот секрет кому-то ещё.

— Позовите лебедей, — приказала Белоснежная колдунья.

Стрекозы, передававшие послание, присоединились к рою. Выстроившись в стройные ряды, насекомые направились в сторону Воздушной академии.

Джойс опустила глаза.

— Это я виновата в том, что твоя мама не с тобой, — виновато произнесла она.

Лейла не знала, что сказать. Молчание опустилось на зал Всеобщего Беспорядка, как затишье перед бурей. Бурей откровений.

— Лейла, — продолжила Джойс, нарушая молчание, — ты спасла мне жизнь и вернула любовь брата. — Она посмотрела на Эрминию. — А вы приняли меня в свой дом, поверили мне, хоть я этого не заслужила. — Джойс снова посмотрела на Лейлу: её зелёные глаза заблестели по-новому: — Есть ещё кое-что, что ты должна знать. Твоя мама не умерла, ведьмочка. Я не убивала её. Белоснежная колдунья остановила меня прежде, чем я нанесла последний удар.

Эрминия взяла внучку за руку: Лейла смертельно побледнела.

— И что же с ней? — тихо спросила она.

— Белоснежная колдунья хотела убить твою маму своими руками, поэтому она поручила своим слугам-насекомым доставить её в Ледяной дворец. Но произошло то, чего она никак не могла предугадать: стрекозы, прикоснувшись к телу Грейс, принялись размножаться, питаясь её энергией. Чем больше становилось стрекоз, тем слабее становилась твоя мама, я видела, как она исчезла в бесконечном облаке насекомых.

— Значит, моя дочь жива? — прошептала Эрминия.

— Думаю, что да. И если это так, то она находится в Ледяном дворце, в плену у самого могущественного и жестокого создания на земле, — кивнула Джойс.

Лейла изо всех сил сжала бабушкину руку.

— Этим можно объяснить поведение волков, — вмешалась Елена. — Природным даром Грейс было разговаривать с животными, значит, это она позвала волков на помощь, когда Лейла отправила своё телепатическое послание.

— Голос, который мы слышали, принадлежал очень сильной ведьме, иначе мы бы не подчинились ей, — подтвердил Серый.

— Я знала это! — радостно воскликнула Лейла. — Глубоко в сердце я всегда это знала! Каждый раз, когда мне было страшно или одиноко, она была рядом! Я видела её отражение в зеркале кондитерской, она была со мной в театре Аполло и сегодня ночью, когда я с помощью телепатии просила о помощи. Мама никогда меня не покидала.

Лейла представила свою маму, окружённую насекомыми и заточённую в Ледяном дворце. С годами с помощью тепла, которое давала ей мама, Лейла стала самой могущественной доброй ведьмой на земле. И теперь, вместе с Джойс, они были достаточно сильны, чтобы сразиться с самой Белоснежной колдуньей.

Ведьмочка посмотрела на членов братства и, увидев в их глазах ту же пламенную решимость, произнесла:

— Место моей мамы здесь, среди её сестёр. Её магия никуда не делась, она просто на время уснула. Пришёл момент перестать прятаться и совершить что-нибудь действительно беспорядочное!

Эрминия, Елена, Франциска и Джойс посмотрели на ведьмочку, восхищаясь её смелостью, и взялись за руки, образовав магический круг. Но на этот раз они не закрыли глаза: им нужно было видеть улыбки друг друга. Сделав глубокий вдох, члены братства Всеобщего Беспорядка хором произнесли последние строки первого заклинания ведьмы:

Мы ценим преданность, верность, дружбу,

И людям от нас тепло.

Так пусть им добрую служит службу

Светлое волшебство!

Конец

Content

Мириам Дубини
Зелёное заклятие

Пролог Колпак и меховая шапка

1. Телепатическое послание для Лейлы Блу

2. Лети, малышка

3. Преступная трусость

4. Бум! Бум! Бум!

5. С любовью, Водан

6. Прежде чем взойдёт солнце

7. Серый и Чёрный

8. Ивовая роща

9. Древнее заклинание глаз

10. Странный, загадочный рисунок

11. Звуки свободы

12. Тайна Джойс Кью