Саринова Елена

Ключ для хранителя

Глава 1

Андрей...

... А городом завладел дождь. Разогнал воркующие парочки у фонтанов, очистил аллеи от крикливых мамаш с детьми. И только настроенные на пятничную романтику мажоры в своих дорогих авто еще курсировали по центральным улицам. Дождь чистил город. В мутных потоках гнал в водостоки разноцветный мусор, сбивал теплыми каплями пыль с кустов, обмывал светофоры и фонари. Люди ему только мешали. Люди были лишними на этой генеральной уборке, затеянной майским небом...

- Ве-ет, ты заказывать то будешь? - Юлька нетерпеливо постучала ноготком по картонной обложке меню. - Что ты там интересного увидела, за окном? - ну, понятно, пора начинать шоу - над нашим столиком выжидающе зависло юное создание мужеского пола с открытым блокнотом наперевес и преданной улыбкой. Я поспешно уткнулась в буквы и цифры, а подруга величественно продолжила. - Так, еще салат "Англицкий", бокальчик мартини... для начала... ну и, как обычно, Сереженька, "Камамбер в кляре".

Мой заказ ограничился чаем и куском черничного пирога. После его оглашения сияющий Сереженька стремительно унесся в сторону кухни.

- Просто я дома наелась... нечаянно. Задумалась и сама не заметила, - пояснила я в ответ на полный непонимания Юлькин взгляд.

Конечно, подруга у меня королева. По этому мы и сидим сегодня в этой пафосной ресторации, а если бы место выбирала я, то куксилась бы она сейчас под залихватский рок-энд-ролл в моем любимом пабе на окраине. Так что пусть спасибо скажет за то, что я не устроила ей такую пакость.

- Сколько тебя знаю, всегда у тебя все "нечаянно" и "задумавшись" происходит... - пробурчала ее Величество и тут же сменила направление разговора. - Ну, скажи, неужели вот так жизненно необходимо обязательно завтра ехать в эту тьму-таракань?

На минуту я задумалась и представила себе маленький бревенчатый дом, как частые капли стучат по жестяной его крыше и форточка хлопает, сражаясь с порывами ветра, пустоту и холод в этом почти заброшенном доме...

- Надо ехать, - обреченно выдохнула и снова вернулась взглядом к залитому дождем окну.

- А как Андрей отнесся к твоему решению?

Я удивленно уставилась на Юльку. Вот уж не ожидала от своей подруги такого довода и уж ей ли не знать, что подобный ход, это даже не козырной шестеркой.

- А что он нового может мне сказать?! У него на все мои поступки одна и та же заготовка!

- Погоди, погоди, сейчас... - вскинула подруга к потолку глаза и театрально-низким голосом процитировала. - Веточка! Ты ведешь себя иррационально!

- Вот именно, - окрысилась я в ответ и запустила накрахмаленной салфеткой в хихикающую нахалку.

- Бу-у, какая злюка! У тебя даже кудри встали дыбом.

- Так давай, наконец, закроем эту тему и проведем вечер... позитивно, - процедила я сквозь зубы, машинально приглаживая свою соломенную шевелюру. Она, действительно, сегодня была на редкость буйной, но объяснялось это совсем не моим нервозным состоянием, а повышенной влажностью воздуха... Краем глаза я уловила активное движение справа. - Тем более, смотри!

И шоу продолжилось... Румяный от смущения Сереженька, в порядке трудовой мотивации поощраемый двусмысленными Юлькиными комплиментами, был как всегда на высоте. Феерично менялись блюда и напитки и часа через два я с удивлением обнаружила стоящий перед собой пустой бокал из под красного вина... После мысленного 'Эх, что уж там!' веселье понеслось дальше. Часа через три нас с подругой начали приглашать на медленные танцы, хотя, по-моему, в этом заведении такое считалось моветоном, а еще спустя какое-то время меня возле зеркала поймал за руку какой-то невысокий господин с нахальной улыбкой. Дело, в общем-то, житейское и я уже было открыла рот, чтобы подпортить мужчине настроение, но уловила в его глазах "азарт настоящего охотника":

- Скажите, э-э-э....

- Вета, - подбадривающе протянула я.

- Скажите, Вета, вы любите риск?

- А сами вы как думаете?

Мужчина оценивающе окинул мою высокую, крупную фигуру, облаченную в легкомысленное шелковое платье, и пристально посмотрел в глаза:

- Я думаю, что вы до сих пор еще ни разу по-настоящему не рисковали, но внутренне уже к этому готовы, - произнес, выговаривая каждое слово.

"Маньяк", - мелькнуло в голове. - Вы извините, но меня ждет подруга. Договорим в другой раз, - пробормотала, уже разворачиваясь.

- Другого раза может и не быть, Вета, но в любом случае, удачного вам путешествия! - крикнул мужчина мне в спину.

"Ну и дела... Хотя, Юлька так громко орала тосты за мое скорейшее возвращение, мог и услышать... Да, пора сворачивать веселье"...

В такси, вызванном все тем же, незаменимым во всех отношениях Сереженькой, мы с подругой долго спорили, кого "закидывать" первой: меня в старую часть города или ее в элитные новостройки. Победила Юлька, как внезапно вспомнившая, что дома ее ждет муж. Вот бы памятник этому святому человеку...

- Выспись хорошо и, я тебя умоляю, аккуратней завтра на трассе! - назидательно изрекла подруга, заглянув в мое открытое боковое окно. Она уже вышла из машины и сейчас искала в сумочке ключи от своей квартиры.

- Юлия! Ты мне вовсе не мать и мне вообще двадцать пять, - не очень умно захихикала я получившейся рифме и чмокнула подругу в подставленную щеку. Такси осторожно тронулось, выбираясь из лабиринта припаркованных на ночь машин и хрупкая Юлькина фигурка, стоящая под фонарем, вскоре исчезла из виду. На миг в голове промелькнула мысль: "А ведь я ее больше никогда не увижу", тут же с протестом изгнанная: "Что за глупость! Еду то я всего на два дня"...

- Интересная у вас подруга, - подал голос водитель, с придыханием добавив. - эф-фектная.

- Ну, так, королева.

В кармане жакета требовательно завибрировал телефон. Я поднесла аппарат к глазам - из мерцающего голубым светом окошка на меня устало смотрело лицо вызывающего абонента. Ничего себе так лицо: русые волосы с ранней проседью и глаза с выражением вселенской озабоченности за стеклами модных очков. "АНДРЮША", черными буквами внизу экрана.

- О-о, только не сейчас, дорогой. Только не сейчас...

Телефон полетел в открытую сумку, где тут же обиженно затих. А я, откинувшись на спинку сиденья, подставила лицо прохладному ночному ветру и закрыла глаза...

Наш с Андреем служебный роман, буйно расцветший розовым кустом почти полтора года назад, уже давно зачах и облетел. Осталось лишь чувство досады, не на него, на себя, да еще привычка, прочная из-за вынужденной необходимости видеть друг друга иногда по семь дней в неделю. А начиналось все очень динамично...

В Тюмени, да и в области, фигура Андрея Бурова была известна всем, кто хоть изредка смотрел региональное телевидение. Молодой многообещающий журналист специализировался на "белых пятнах" истории края. По этому, еще будучи студенткой ТГУ, я часто наблюдала его шумные появления на своей родной кафедре краеведения. Там мы с ним и познакомились. Точнее, вынуждены были это сделать после того, как сошлись в нешуточном "научном диспуте". Андрей в то время снимал сериал о сибирских кладах, а я как раз дописывала свою дипломную про исчезнувшее золото Колчака. Завкафедрой краеведения, благообразная Мария Тимофеевна, зашла в кабинет как раз в тот момент, когда я предложила этому "искателю сенсаций на свою п..." (мои слова) и "патриоту глубинки" (твердое мнение Марии Тимофеевны) взять лопату, зарыть на своем огороде золотую фиксу и снять очередную серию под названием "Тайный схрон большевиков". Андрей, не ожидавший такого непотребства со стороны дилетантки, открыл было для достойного ответа рот, но увидев остолбеневшую старушку, лишь красноречиво хлопнул дверью... А через месяц пригласил меня, уже дипломированного историка-краеведа на работу в качестве редактора своего телепроекта. Мне тогда, окрыленной верой в романтические идеалы, показалось, что это поступок сильной личности. Я готова была горы свернуть, чтобы быть ему хоть чуточку нужной и, чего греха таить, желанной...

Прошло два года, и если первая часть моей девичьей мечты воплощалась в геометрической прогрессии, то со второй перспективы были гораздо туманнее. Нет, конечно, орхидеи в коробочках, изредка по утрам возникающие на моем рабочем столе и чувственные медленные танцы "глаза в глаза" на корпоративах были очень приятны томившемуся женскому сердцу. Но, ситуация коренным образом изменилась лишь тогда, когда на одной из планерок мой дорогой начальник нечаянно разглядел у меня на шее... последствие страстного лобызания, причем однозначно не его... В следующий вечер и были посеяны семена нашего пышного розового куста.

Андрей, несомненно, был хорош, особенно в периоды "творческих родов", когда кипела работа над каким-нибудь новым фильмом, и весь наш небольшой коллектив сутки напролет снимал, монтировал, озвучивал и вообще делал еще много чего такого, о чем стыдно было вспомнить позже, но что, несомненно, способствовало будущему успешному запуску. Андрей был царь и бог в своем маленьком королевстве, но будь у меня от природы чуть больше честолюбия и здравого рассудка, я бы гораздо раньше поняла разницу между талантом дарить себя другим и способностью милостиво принимать от них же...

Роли в нашей паре утверждены были сразу. Я - взбалмошная, но преданная. Андрей - терпеливый, но всемогущий. "Ты моя зеленая хрупкая веточка", - шептал он в порыве возвышенной нежности и запускал в мою непослушную шевелюру холодные пальцы... О, как ты заблуждался, дорогой, выдавая желаемое за действительность! Я давно не была "зеленой", а уж "хрупкой" и подавно... Но, ты упорно играл свою главную роль, а я тебе по привычке подыгрывала...

Глава 2

Утро...

Не припомню ни одного случая из своей жизни, чтобы треньканье будильника меня радовало. Увы, это пасмурное субботнее утро, счастливым исключением не стало. К тому же в комнате было откровенно холодно из-за открытого на ночь окна. Конечно, средство от похмелья много раз проверенное, но с побочными эффектами: комариным укусом на лбу и чечеткой зубами...

Через четверть часа, приняв душ и облачившись в джинсы и свитер, я сидела за кухонным столом и, жуя бутерброд, пыталась привести свои мысли в порядок. Для начала следовало вспомнить то, что было вчера. Так, пятничное сумасшествие на работе (это, как обычно)... Потом разговор с Андреем по поводу моих личных планов на выходные (это вспоминать не хотелось)... Вечером Юлька со своим любимым шоу "Я - королева" (это вспоминалось какими то яркими пятнами и вспышками)... А еще был мужчина, которого я обозначила, как "маньяк", с его дурацким вопросом "Вы любите риск?" и пожеланием в дорогу (он вообще вспомнился некстати)... Теперь перейдем к планам на сегодня: заправить Муху, затем без проблем доехать до Качелино (под проблемами подразумевалась сомнительного качества проселочная дорога в 23 километра), после обеда сходить на кладбище и привести в порядок бабушкину могилу ... А вот что я буду делать дальше, я и сама толком не знала. Так же, как не могла объяснить свое граничащее с фобией желание вообще туда ехать.

- Просто, ты так и не научилась жить без нее, Ветвяна Полунич, - хмуро сказала я своему отражению на боку глянцевой кружки. - Вот вернешься в этот пустой дом и сразу повзрослеешь...

Наш маленький двор, заставленный уродливыми металлическими гаражами, в этот час, казалось, еще дремал. Лишь воробьи по-деловому обменивались чириканьем, прыгая между подсохшими лужами, и ветер осторожно пересчитывал листья акаций вдоль тротуара...

- Да, что б тебя! - нарушила, наконец, священную тишину я, созерцая грязную соседскую "десятку", перегородившую выезд моему черному Матизу Мухе.

Пришлось через домофон минут пять будить этого безответственного нахала, а потом еще столько же времени ждать, когда он спустится со своего второго этажа.

- Ну, и куда ты покатила в такую рань? - начал мужик светскую беседу, зевая в кулак. - Все нормальные люди в субботу в шесть утра сны досматривают или еще чем интересным занимаются.

- Все нормальные люди паркуются, как положено, а не там, где ночь застала!

Сосед окинул меня удивленным взглядом и примирительно оскалился:

- Да, ладно, Вета, не злись. Просто я никак не думал, что ты сегодня вообще выезжать будешь. Тебя ж обычно по выходным персональный водила катает, на Фольце. Так куда ты? Или это секрет?

Он, вообще то, ничего, дядя Владик, хороший сосед. Зимой мне проколотое колесо менял, о пробках на ближайших улицах предупреждает. Просто настроение у меня сегодня совсем... не лирическое. Поэтому я тоже решила сбавить обороты:

- Да какой секрет. В Качелино.

- А-а-а, понятно. Дом бабкин, наверное, решила продавать. Только трудно будет: от города далеко, под дачу не купят. Да и глухомань ведь, это твое Качелино. Даже не газифицировано.

- С чего вы взяли, что я буду его продавать? - возмутилась я домыслам практичного мужика. - У меня, может быть, кроме этого дома больше ничего и нет: квартира - съемная, Му..., машина - в кредите...Да и вообще...

- Так, ты, может там остаться решила?

- Может и останусь, - заявила я и сама себе удивилась.

Сосед же лишь недоверчиво хмыкнул и вспомнил, наконец, причину своей внеурочной побудки...

Мухе своей я безоглядно доверяла. В отличие от всех остальных благ научно-технического прогресса, Муха меня любила, положив за четыре года на алтарь моей безопасности два своих прежних капота, два передних бампера, решетку, переднее правое крыло и еще много больших и мелких своих частей. Муха умела блокировать двери и бить током тех, кто отнесся к ней без должного Матизу уважения. А еще она "мурлыкала" мотором, когда я гладила ее по панели. Мои пассажиры, наблюдая наши с машиной "нездоровые отношения", обычно опасливо крутили у виска. И лишь Юлька, знающая меня много лет, всегда спокойно спрашивала, усаживаясь на переднее сиденье: "Ну что, девочки, надеюсь, у вас сегодня хорошее настроение?"...

Сейчас мы с "накормленной" под завязку Мухой неслись вон из города по пустынной Профсоюзной и слушали радио. На одной из волн, не в меру брутальный певец Джанго никак не мог решить, впускать ли ему через окно некую особу или, все-таки, воздержаться. Я непроизвольно подняла глаза к нему, в безнадежные серые дали, и решила, что действительно, погода сегодня нелетная, так что, от окна ее может и саму... отнести, пока он там решает...

Затормозив на ближайшем светофоре, мое внимание привлек подкативший следом по соседней левой полосе шикарный Лексус глубокого синего цвета. На переднем его пассажирском сиденье в вальяжной позе развалился мужчина. Я уже было отвела взгляд, не желая выказывать излишнюю заинтересованность, как он сам неожиданно повернулся и с радостной улыбкой помахал мне рукой. "Маньяк!", - опознала я своего ночного собеседника. - "А ему-то что не спится?". Тем временем мужчина опустил стекло и знаком попросил то же самое сделать меня. Пришлось быть вежливой.

- Доброе утро, Вета!

- И вам хорошего дня, - улыбнулась я в ответ, впрочем, без особой искренности.

- Мое пожелание остается в силе!

Светофор "дал добро", Лексус плавно пошел на левый поворот, а мне осталось лишь тихо радоваться, что нам с 'маньяком' и сегодня не по пути...

Глава 3

Качелино...

Областная цивилизация постепенно отступала. Реже по сторонам дороги стали попадаться навязчивые рекламные банеры. Груженые дровами, песком и еще чем-то грузовики, терпеливо ожидающие на обочинах всеядных дачников вообще исчезли километров пятьдесят назад. Даже скудный на краски сибирский пейзаж изменил свои очертания, из хвойно-равнинного став смешанно-холмистым. И только депрессивно-хмурое небо осталось прежним, преследуя своими верными слугами - рваными тучами маленькую черную машинку, мчащуюся по трассе Тюмень-Ханты-Мансийск...

- Все, Муха, халява закончилась, - объявила я машине, через два с половиной часа сворачивая с "благоустроенного" шоссе на проселочную лесную дорогу. - Сейчас посмотрим, что ждет нас за поворотом.

В общем-то, зря я переживала. Не так все оказалось и плохо. Правда, пришлось все двадцать с лишним километров старательно "выписывать кружева", а в двух местах даже опасно объезжать по вязкой обочине особенно обширные лужи, но за километра три до деревни дорога взобралась на обдуваемый ветрами бугор и я совсем расслабилась. Правда, скорость прибавлять не стала, жадно вглядываясь в родные с детства места... Вон там справа, где меж берез едва различима покосившаяся изгородь, мы с девчонками, и "особо доверенными" парнями жгли костер, пекли печенки и по-взрослому курили дешевые сигареты. А вон в той низинке, чуть слева, под раздвоенной осиной, я в шесть лет подвернула ногу, легкомысленно прыгая с высокой ветки. Мы с бабушкой тогда пошли за земляникой, она чуть отстала, встретив кого-то по дороге, а я решила ее удивить, спрятавшись в густой листве. "Удивленная" бабушка, тащившая потом меня обратно, всю дорогу ругалась, что неплохо было бы сначала думать, а потом делать. А я, крепко обхватив ее шею руками и всхлипывая от боли в ноге анализировала, что вообще -то хотела не упасть, а взлететь, но, видимо, высота оказалась недостаточной, поэтому и не свезло... Как сейчас помню бабушкину ажурную сережку в ухе, болтающуюся прямо перед моим мокрым носом, прядь седых волос на ее шее, выбившуюся из под пестрой косынки, а еще запах... Так пахла только она, так пахло в моих воспоминаниях детство...Травами и медом...

Чем глубже я погружалась в окружающую реальность, тем больше душу охватывала непонятная тревожная тоска. Когда же, за последним поворотом передо мной открылись окраинные дома, начинающие центральную в Качелино улицу, меня откровенно начало потряхивать...

Здесь мало что изменилось с моего последнего, октябрьского приезда. Лишь тополя из золотисто-рыжих стали уже по-летнему зелеными, да у забора местного фермера, дяди Паши вместо старого "Белоруса" стоял новенький мажористый "иностранец". Наш с бабушкой дом я выглядела издали. Сначала высокую стройную ель, растущую в палисаднике, а потом и он сам встретил меня приветливо распахнутой облезлой калиткой. Сердце сделало глухой "бух" и замерло. Бросив Муху у обочины, я вбежала на крыльцо, лихорадочно нашла в кармане джинсов большой ржавый ключ и открыла навесной замок. Сумрачные сени преодолела в два шага, дернула на себя обитую клеенкой дверь и переступила через порог.

- Бабушка... - позвала тихо, будто боясь собственного голоса. Глупый, бессмысленный поступок.

И дом ответил мне... сиганувшей прочь в открытую форточку пестрой соседской кошкой.

- О-ох... - осела я на лавку. - Жива ведь до сих пор, зараза, - и только теперь глубоко вздохнула. Вот я и ДОМА...

Посидев с закрытыми глазами минут десять, я, не спеша вернулась к машине и забрала из нее дорожную поклажу: льняной пыльник, свою любимую "почтальонскую" сумку и еще одну, по больше, с вещами. Занесла все это в дом и начала обживаться. Для начала проверила, все ли в порядке: обошла по периметру небольшую кухню, с занимавшей почти ее половину русской печью, потом и нашу с бабушкой, маленькую, но светлую комнату. Вот, в общем-то, и все мое хозяйство. Огород за двором меня интересовал мало. Его, еще по осенней договоренности "арендовали" соседи слева, а осмотр баньки я оставила на потом, когда возникнет необходимость посетить еще один неприметный домик, в углу за сараем...

Процедура прощания и поминки проходили полгода назад в качелинской школе, на месте прежней бабушкиной работы. Здесь же, благодаря заботам Катерины Ивановны, бабушкиной единственной подруги, все сохранилось в прежнем порядке. Мне осталось лишь завести старенькие ходики да немного "помахать тряпкой". Единственно "серьезно пострадавшей" оказалась моя высокая сетчатая кровать, которую и облюбовала ушлая кошка. Судя по следам ее "тайной бурной" жизни, именно на моем девичьем ложе Симка и ела, и любила, и дрыхла. Пришлось менять всю постель.

- Если я еще раз увижу здесь твой облезлый хвост, поставлю под окном медвежий капкан! - вытрясая загаженное покрывало, стращала я, торчащие из травы Симкины уши. Кошка в ответ скептически молчала. - Ну, может, не медвежий капкан, - внесла поправку я. - но, что-нибудь обязательно поставлю... Да хоть таз с водой!

- Здравствуй, Ветвяна! Давно приехала?

Я повернулась на голос и увидела облокотившуюся на калитку пожилую полную женщину в вязаной шляпке. Только два человека во всем мире имели право называть меня моим полным именем - бабушка и...

- Катерина Ивановна! - сбежала я с крыльца и бросилась в распахнутые навстречу объятья. - Как я рада вас видеть! - Девочка моя, похудела то как, - забормотала женщина, гладя мою прижатую голову.

- Ага, с 50-го до 48-го растянутого, - хлюпнула я носом в ответ. - Как вы живете? Как ваше здоровье?

- Все хорошо, Веточка. Внуки скоро на каникулы из Тобольска приедут, мне в помощники. Правда, без мазей и настоев твоей бабушки нога перед непогодой опять ныть начала, но, я ее берегу, кутаю. А знаешь, что... - Катерина Ивановна отстранилась от меня и я увидела в уголках ее глаз слезы. - Ты надолго вернулась?

- На выходные.

- Тогда приходи ко мне сегодня вечером. Мне Петрушка трехкилограммового сазана притащил, за то, что я его бригаду наняла в школе ремонт делать. Сама знаешь, с работой у нас плохо, к тому же мужик он ответственный, ну да не про то я... В общем, по-вашему, по бомондному, приглашаю тебя в 20-00 на ужин с сазаном в сметане, ну и с наливочкой малиновой. Поболтаем, понастольгируем.

- Конечно, приду, - с готовностью ответила я и вспомнила. - Тем более, у меня для вас подарочек есть.

- Подарочек, это всегда приятно. Только ты, Ветвяна для меня сама, как подарок. Гляжу на тебя, будто в глаза Нилины. Очень ты на нее похожа, даже характер тот же...

- Поперечный! - произнесли мы вместе с женщиной любимый бабушкин диагноз и неожиданно рассмеялись...

Глава 4

Ирисы...

На кладбище я решила идти пешком. Тем более, расстояние было не такое уж и большое: сразу за деревней, со стороны, противоположной той, с которой я въезжала, начиналось поле, расчерченное кустарниковыми линиями, потом небольшая осиновая рощица и, наконец, дорога поднималась на пологий кладбищенский холм, украшенный, кроме крестов редкими старыми березами. Странная традиция хоронить на возвышенности объяснялась либо чем-то языческим, Перуновым, когда люди поклонялись богу грома и молний и хотели даже после своей смерти быть к нему ближе, либо частыми паводками. Лично для меня правдоподобнее был второй вариант...

Поставив в пакет пластиковую бутыль с водой, я бросила туда же детские грабли, купленные накануне, большую автомобильную салфетку и граненый стакан под любимые бабушкины ирисы. Эти неприхотливые цветы росли тут же, возле крыльца на небольшой клумбе и, мало того, к середине мая уже вовсю цвели своими фиолетово-синими бутонами. "Ирисы, по-гречески - радуга. Цветы древние и прекрасные", - говорила бабушка, нежно проводя ладонью над кончиками лепестков. Она редко бывала такой по-детски беззащитной и печальной. А я, глядя на нее, совсем незнакомую мне в тот момент женщину, очень хотела знать, в каких же краях летают ее потаенные мысли... Букет ирисов, перевязанный зеленой ленточкой, бережно лег сверху в пакет, я вышла на улицу и впервые за утро огляделась по сторонам.

Погода, наконец, решила сменить гнев на милость. Солнце, соскучившееся за последние дни по земле, любопытно выглядывало через прорехи облачного одеяла. Теплый ветер гонял по тропинкам облетевшие черемуховые лепестки и пугал ими рыжих соседских кур, дремавших в траве. Куры возмущенно кудахтали, следя за этим безобразием одним глазом, но покидать нагретые лунки ленились. У дома напротив, на лавочке с резной спинкой бдительно дремала, оперевшись на трость, баба Нюра, кажется еще лично знакомая с Григорием Распутиным. А прямо посреди дороги две внушительных размеров хрюши делили "грязевую ванну", примеряясь к ней то спинами, то боками. В конце концом одна из них решила, что она умнее и, уступив свою половину товарке, гордо удалилась в правый переулок. Мне, кстати, было в ту же сторону и, преследуя "мудрую" свинью, я вышла на соседнюю улицу.

Слева, через три двора, возвышалась двухэтажная кирпичная школа, а справа - местный "минимаркет". Во времена моего детства я часто после занятий забегала в него за стаканчиком вафельного мороженого. Уже в ту пору это блочное здание с наполовину забитыми фанерой витринами выглядело много повидавшем на своем веку. На сегодняшний день мало что изменилось. Справа, возле двери, под ярко-красным постером "Кока Колы", эффектно прикрывающим одну из фанерок, была "припаркована" лохматая коза. Животное меланхолично жевало оторванный глянцевый клок, воплощая собой иллюстрацию к пособию "Способы конкурентной борьбы". Я настолько засмотрелась, что чуть не прошла мимо. А ведь собиралась купить батарейки к пульту для телевизора!.. Обогнув рогатую гурманку по широкой дуге (я вообще коз не боялась, но мало ли какое у дамы настроение), вошла в прохладный торговый зал.

- Здравствуйте, - поздоровалась "в никуда" по деревенской традиции.

Тут же в меня уперлись две пары глаз: сухонькой старушки в простеганном жилете, по-видимому, хозяйки козы, и продавщицы, ярко-выраженной блондинки в кокетливом фартуке и с замазанным бланшем на скуле. Я подошла к прилавку и встала "в конец очереди". Продавщица, игнорируя старушку, протягивающую ей денежную купюру, проследила за мной взглядом.

- Ветка?! Точно, Ветка! Ужас, как ты изменилась!

- Таня?.. - удивилась и я в свою очередь. Опознанная бывшая приятельница же радостно заулыбалась. - Привет, дорогая! Так ты теперь здесь? А я слышала, ты в Сургут уезжала на заработки.

- Знаешь, везде хорошо, где нас нет, - философски изрекла девушка. - Я год назад вернулась... с сыном. Никитка зовут. Классный парень, на меня похож, просто ужас. А ты нашла свои "заоблачные дали"?

- Это, в каком смысле? - не поняла я.

- Ой, ну помнишь, лет 15 назад у нас под деревней цыганский табор стоял?

- В 99-м это было, - встряла в разговор козья хозяйка. - У меня в ту весну как раз внук, Костик из армии пришел.

- Не-ет, не помню.

- Странно... - на миг задумалась Таня. - Ну, так вот, мы с девчонками: я, ты, Светка Зубова и ее старшая сестра, Олька бегали к ним по руке гадать. Была там такая старая цыганка с трубкой. Мне она нагадала два замужества и трех сыновей, Светке много денег, Ольке... не помню что, а тебе она сначала ничего говорить не хотела. Ты разозлилась, а мы ее уговаривать стали...А потом... - Таня скосила глаза в сторону, пытаясь припомнить. - А потом она взяла твою руку и сказала, что будешь ты жить не в нашей стране и не заграницей и будет у тебя муж ни русский и не иностранец. Светка тогда еще засмеялась, что это тебе как раз подходит, потому что ты и так все время витаешь в заоблачных далях... А потом пришла твоя бабушка и закатила ужас какой скандал, к нам весь их табор еще сбежался...

Я внимательно слушала Таню, не понимая, как такое событие могло совершенно исчезнуть из памяти:

- И много сбылось из цыганских пророчеств, конечно, кроме моих... далей.

- Конечно! Я уже один раз была замужем и сын у меня один есть. Осталось совсем немножко, - заулыбалась уверенно девушка. - А Светка, ты сама знаешь, третий год со своим Жаком во Франции в еврах купается.

- Н-да, - скептически выдала я. - Процент попаданий оставляет желать лучшего.

- Это не все...Ты еще кое-что забыла, - Таня как то сразу стала серьезной. - Она еще твоей бабушке вслед сказала, когда та тебя за руку домой потащила.

- Что сказала?

- Она твоей бабушке сказала, что умрет она страшной смертью и не у себя в постели... Ужас, правда?

- Прости Господи грехи наши тяжкие, - мелко перекрестилась забытая Таней покупательница.

Я на негнущихся ногах вышла из магазина...

Деревенское кладбище было ровесником Качелино, впервые письменно упомянутого в конце позапрошлого века. Кто стал его основателем и по какой причине искал между этими холмами и болотами свое пристанище, я, к своему профессиональному стыду, сейчас и не вспомню. Мы с бабушкой впервые здесь появились 22 года назад, и я тогда была еще лысым 3-х летним карапузом. Уже позже, в течение многих лет, я, как мелкие бусинки на ниточку, нанизывала все, что бабушка нехотя рассказывала мне о моих родителях, откуда мы появились в этих краях и вообще о том, что могло хоть как то объяснить мне причину бабушкиного "сибирского паломничества". В итоге сведений собралось не много, но и они не радовали. Получалось, что все мы были родом из Рязани. Этим фактом Катерина Ивановна объясняла бабушкин "окающий" диалект, особенно заметный в первое время. Выросла бабушка в детдоме, что опять же объяснялось военной и послевоенной обстановкой в стране. Там же, в Рязани, встретила своего мужа, моего деда, который работал тогда в Рязанском горисполкоме и был намного ее старше. И пока она, будучи уже "тяжело беременной" моим отцом, тряслась по колхозам активной участницей студенческой агитбригады, деда безвозвратно загребли на одну из "бесплатных" строек страны. Что касалось моих родителей, то здесь все было еще печальнее. Получив диплом преподавателя биологии, из чувства долга бабушка решила вернуться в родной детдом. Там же, на его территории, ей выделили небольшую комнатку, в которой они с моим папой и прожили много лет. Естественным исходом стал тот факт, что мама моя, как невеста, была выбрана, как говорится, не "отходя от места". Бабушка не протестовала, хотя претензии у нее к "молодой жене сына" все же были (по крайней мере, именно эта часть ее скудных воспоминаний была наиболее эмоционально окрашена). Как бы там ни было, спустя пять лет вполне счастливого брака, мои родители решили отметить свой свадебный юбилей сплавлением на байдарке по уральской реке Чусовая, где и трагически погибли. Причем, их даже не нашли, хотя долго искали. Бабушка же, гонимая довлеющим над ней роком, собрала пожитки и, прихватив меня, решила полностью изменить свою жизнь, ну и мою заодно. В общем, из всей этой грустной истории напрашивался один вывод: кроме нее близких родственников у меня больше нет, так что и искать некого... А теперь я и вовсе осталась одна. И единственное, что связывает меня сейчас со всеми этими ушедшими давно и недавно людьми, так это только память: размытые скудные факты и яркие эмоциональные воспоминания... Да еще родовая фамилия "Полунич", в сочетании с вычурным именем "Ветвяна", больше подходящие какой-нибудь припадочной дамской писательнице, чем историку, а тем более очень серьезному редактору...

На покрытом лаком деревянном кресте, над высокой бабушкиной могилой фотографии не было. От нее вообще почти не осталось фотографий. Не любила Неонила Марковна это делать, говоря, что сущность человеческая через вспышку не передается, а приличных живописцев в нашей глуши нет. Только металлическая табличка с ФИО и двумя датами: 27/VI-1944 - 16/Х-2010. Да что там фотография, меня вообще сильно удивлял сам факт присутствия креста. Ведь в Бога бабушка никогда не верила, в церковь не ходила и мне не разрешала. Я, правда, ее все равно один раз ослушалась, уже в студенческие годы. Но, то ли молодой, но надменный священник меня не впечатлил, то ли испугало внезапное головокружение с покалыванием кончиков пальцев.... В общем, больше я судьбу не искушала...

- Наверное, мне пора, бабушка, - сообщила я, почему то табличке. Зябко передернула плечами, все-таки на кладбищенском бугре ветер был гораздо сильнее, еще раз поправила ирисы в стакане под крестом и встала с лавочки. Телефонные часы показывали 13.34. - Сколько ж я здесь?.. Полтора часа...

Уже у подножия холма я еще раз оглянулась назад и уверенно двинула в обратный путь. От быстрой ходьбы тело постепенно согрелось, руки "оттаяли", но, вот мелкая дрожь, подступающая волнами... Я прислушалась к себе и вдруг ощутила, что она не от холода. Ко мне снова вернулось то состояние тревоги, с каким я заезжала в деревню утром. Поддавшись внезапному порыву, я остановилась и трусливо огляделась по сторонам... Тишина и покой, какие бывают только в природе, царили вокруг. И лишь одно нарушало эту идиллию - выглядящая маленькой точкой, но постепенно приближающаяся по пыльной дороге машина. Объехав меня, все также стоящую на обочине, потрепанная белая "шестерка" со знаком на лобовом стекле "Инвалид за рулем", остановилась, и из нее, крехтя вылез худощавый мужчина в выцветшей бейсболке. Мужчина улыбнулся, собрав на загорелом лице глубокие морщины, и я облегченно выдохнула.

- Что это ты замерла, как суслик в поле? - спросил насмешливо прокуренным голосом.

- Тебя встречаю, часа три тут стою, - ответила я ему в тон.

- Да ну?.. Смеешься, а я поверил. Ну, здравствуй, птичка залетная. Раз встретила, садись, поехали, - мужчина приглашающе взмахнул рукой над своей машиной.

- Привет, Валерыч! С превеликим нашим удовольствием, - шагнула я в его сторону, но вдруг остановилась. - Погоди, что-то в тебе не так... А ну-ка, пройдись!

- Я тебе тюлень, что ли, в цирке, чтобы прохаживаться... - пробубнил Валерыч, но, затем, с явным удовольствием сделал несколько шагов туда-сюда.

- Ну, точно! И ведь почти не хромаешь теперь... Покажи новый протез!

- Вета, прекрати издеваться над контуженным! Садись лучше в машину. У меня в багажнике рыба из фитилей киснет, - взмолился мужчина и первым показал пример...

Глава 5

Валерыч...

Валерыча я знала много лет. Как раз в первый год нашей с бабушкой качелинской жизни, он, афганским дембелем с ампутированной до колена левой ногой вернулся в родную деревню. И как то не заладилось у него с самого начала. Девушка не дождалась, укатила в Тюмень с заезжим бизнесменом. Потом, через полгода умерла его старенькая мать, оставив парня полным сиротой. Ситуацию эту усугубляло еще и то обстоятельство, что Валерыч никак не хотел считать себя калекой: от пенсии категорически отказался, хотя работу достойную найти так и не смог, зато, будто специально, каждый день искал себе "по пьянке приключений". Сердобольные деревенские бабки вздыхали, глядя вслед шатко хромающему на костыле парню в тельняшке, и прятали, от греха по дальше, своих сыновей и внуков.

Как то мы с бабушкой выходили из магазина, под стеной которого Валерыч как раз вольготно храпел в лопухах. В дверях ее окликнула тетя Вера, оба беспутных сына которой почему то особенно не нравились десантнику и, тыча пальцем в торчащий из зарослей костыль, прошептала: "Неужели тебе, Марковна, его не жалко? Ведь ты же можешь его вылечить". Бабушка тогда посмотрела на вдруг открывшего мутные глаза Валерыча, и передернула плечами: "А может быть, у него судьба такая, водку пить да дураков бить" и, взяв меня за руку, спустилась с крыльца. Но, судьба в моем лице приготовила для десантника иное предназначение, о чем, я уверена, он неоднократно вначале сожалел...

Мне тогда едва исполнилось тринадцать лет, а выглядела я уже на все шестнадцать. К нам в деревню в то лето с этнографической экспедицией приехали студенты - второкурсники из какого то уральского института культуры. "Экспедиция", это для пятнадцати дорвавшихся до свободы вчерашних мальчишек и девчонок, было сказано громко. На самом деле они, разбив за Качелино палаточный лагерь, около месяца сильно пили, громко пели, дрались с местными и лишали их подруг шанса на "целомудренное замужество". Вся эта "этнографическая вакханалия" продолжалась до тех пор, пока однажды не настала моя "счастливая" очередь. Причем, совершенно неожиданно для меня... Парень был коренастый и лопоухий. Он мне даже запомнился, когда я пару раз до этого видела его на улицах деревни. Но запомнился так, как запоминаются хорошим девочкам сказки про принцев или фотографии белозубых звезд в глянцевых журналах. То есть, просто девическое восхищенное "Ах!" и все, без надежд и последствий. Когда же я увидела его, наглухо перегородившего собой узкую тропинку, ведущую с местного пляжа, то всем своим маленьким 13-ти летним мозгом ощутила: последствия наступили.

Сейчас, вспоминая этот красочный эпизод моего детства, я, конечно, осознаю, что мне тогда крупно повезло. Во-первых, парень сам был не настолько опытен или испорчен, чтобы сразу перейти к решительным действиям. Вначале он захотел договориться со мной "по-хорошему". Во-вторых, эффектом неожиданности для него стала первая же произнесенная мной испуганная фраза: "Дяденька, вы чего?". Шестнадцатилетние, даже деревенские барышни изъяснялись гораздо увереннее. В-третьих, в правой руке за длинные ремешки я несла грозное оружие против насильников - бабушкины раритетные босоножки с каблуками, которыми я на спор забивала небольшой гвоздь. В итоге, парень пострадал больше меня. Я отделалась лишь синяками на запястьях, а он - почти квадратной шишкой на лбу и двумя сломанными ребрами. Откуда ж было знать неместному студенту, что сразу за тропинкой, прикрытый буйной крапивой, начинался крутой обрыв. Вот туда я его, почти контуженного и толкнула... Уже потом, глядя на его распростертое внизу тело, меня охватил ужас. Мне показалось, что он окончательно и бесповоротно мертв и это сделала я! Сломя голову, я рванула домой и с порога начала блажить: "Бабушка! Я его убила! Я убила человека!". Испуганная бабушка, в это время мирно пившая чай с Катериной Ивановной, кое-как дозналась у меня, что же такое произошло. В результате, уже через несколько минут, женщины, несвойственным их возрасту галопом, неслись на "место преступления"... За одним из поворотов они нос к носу столкнулись с матерящимся "убиенным"...

Тем же вечером бабушка повела меня в жаркую, пропахшую травами баньку и часа два "снимала стресс" тяжелым березовым веником. На мой осторожный вопрос: "А, это поможет?", спокойно улыбнулась и поцеловала в нос:

- Теперь ты под моей двойной защитой, но... кое-что сделать все-таки следует.

А через два дня деревню с большим скандалом, устроенным с легкой руки Катерины Ивановны, наконец-то покинули понурые студенты. Правда, как раз перед тем, как за ними пришла бортовая машина, к нам в дверь робко постучали... Бабушка открыла и демонстративно громко произнесла:

- Ветвяна, это к тебе!

Я выглянула из комнаты, где с самого дня "боевого крещения" сидела под домашним арестом и увидела своего недавнего обидчика. Парень застыл в дверном проеме, отсвечивая густо смазанным лбом, и смотрел в пол. Затем выдавил:

- Я пришел извиниться перед тобой. И, если ты... вы с твоей бабушкой, - боязливо скосил в ее сторону глаза. - захотите заявить на меня в милицию, то я готов понести полную ответственность. Вот...

К горлу подкатил ком запоздалой злости, злости за то, что пришлось испытать ужас убийства, что наивное детство мое закончилось, что оказалась такой трусихой:

- Бабушка, скажи ему, пусть он уйдет. Нам от него ничего не надо! - и хлопнула комнатной дверью.

Села за стол, подперев горящие щеки руками, и в распахнутое окно увидела, как студент вышел из калитки, где его поджидала коротко стриженная брюнетка в красной майке. Он что-то тихо сказал ей, после чего девушка бросила быстрый взгляд в нашу сторону:

- Это ты еще легко отделался, придурок. Своих тебе телок мало, связался с внучкой деревенской ведьмы.

Парочка поплелась прочь, а я ненавидяще уперлась взглядом в спину незнакомке. "Да как она могла сказать такое про мою бабушку?" - молотом билось в голове. Я уже дернулась вперед, чтобы крикнуть им вслед что-нибудь обидное, но в этот момент девушка вскрикнула и кулем рухнула в пыль:

- Мить, я, кажется, ногу подвернула, - донеслось до моих пылающих ушей.

- Так тебе и надо, дура! - все-таки крикнула я в окно...

А еще через день состоялось наше с Валерычем знакомство. Я на тот момент наивно полагала, что бабушкино "кое-что сделать все-таки следует" относилось к вынужденным извинениям студента Мити, но, не тут-то было. Она привела меня на пустынный школьный стадион и торжественно представила сидящему под деревом хмурому, но трезвому десантнику:

- Вот, Юрий Валерьевич, моя внучка, Ветвяна. Если наша договоренность в силе, через месяц жду от вас результатов. Вы должны научить ее защищаться от разных... моральных уродов. Признаю, будет нелегко, - эти слова были произнесены уже лично мне. - Но, согласитесь, оно того стоит. Или нет?

- Неонила Марковна, - напыщенно привстал мужчина. - Сделаю, все, что смогу. Но и вы, пожалуйста, слово свое сдержите.

Бабушка внимательно на него посмотрела и неожиданно рассмеялась:

- Фирма гарантирует!.. Ну, не стану вам мешать. Ветвяна, будь умницей!

И, довольная собой, удалилась, бросив пакет с прихваченным из дома старым одеялом на траву. Я же, проводив бабушку взглядом, недоуменно уставилась на Валерыча:

- Что это вы со мной собираетесь делать?.. Пытать?

Мужчина страдальчески вздохнул, но на мой "умный" вопрос ответил:

- С сегодняшнего дня я буду заниматься твоей физической подготовкой. Ты будешь бегать, отжиматься, подтягиваться, растягивать мышцы и учиться основным приемам самообороны.

- А, может, не надо так много? - спросила я обреченно.

- Нет, без этого никак, - с такой же интонацией вздохнул он.

Я, конечно, понимала, что крупно влипла, но, ослушаться бабушку не посмела бы все равно. К тому же очень хотелось действительно прибавить себе уверенности, заметно упавшей в последние дни:

- Ну, х-хорошо. Только уговор, зовите меня Ветой.

- Договорились, только я тогда, просто Валерыч, и на "ты", так привычнее, - зарделся мужчина...

И началось мое мытарство: для начала я пробежала четыре круга по стадиону, потом честно попробовала отжаться и подтянуться, затем были упражнения на растяжку мышц. А, спустя часа два, "ватной куклой" раскинувшись на одеяле, я, откуда то сверху, услышала фальшиво радостный голос Валерыча:

- Ну, а теперь перейдем к основной части!

Тут я поняла, что ко второму своему убийству подойду с большей тщательностью: кое-как встала, подняла лежащую неподалеку штакетину и пошла на десантника. То, что это не "творческая" инициатива, мужчина понял только когда штакетина весело щелкнула по его деревянному костылю. Он дернулся и удивленно уставился на мое "холодное оружие".

- А теперь, Валерыч, мы будем быстро бегать.

- Послушай, Ве-ета! Я, вообще женщин и детей не бью, но у меня натренированные инстинкты. Брось палку! - выговорил мой наставник, тактически отступая в кусты.

- А у меня... стресс! - делая шаг вперед, вставила я умное бабушкино слово.

- Я тебя в последний раз прошу, брось палку!

- А я тебе говорю, беги! - честно предупредила я, снова замахиваясь на костыль.

Тут Валерыч не выдержал... и мы сорвались с места. Он летел впереди, по козлинному подпрыгивая на поворотах, я неумолимо преследовала, но так увлеклась, что слишком поздно поняла, какую подлость задумал десантник. Мы стремительно приближались к нашему дому... Стоящая на крыльце бабушка, заметила нас издали. И, когда, запыхавшийся Валерыч, рухнул за ее спасительной спиной, уже смогла хоть что-то сказать:

- Та-ак, по-моему, планировалось не совсем это.

- Бабушка! Он надо мной издевался! - отчаянно крикнула я, пряча палку за спину.

- Неонила Марковна, я на такой беспредел не подписывался. Это была стандартная программа для десанта, я ничего от себя не добавил, - выкрикнул свое мнение Валерыч, не покидая укрытия.

Бабушка же нехорошо прищурилась и всем корпусом развернулась к нему:

- Для кого, вы говорите, была стандартная программа?

- Для десанта, - уже не так уверенно повторил замерший мужчина.

- А Ветвяна у нас кто?

- ... Девочка.

Возникла минутная пауза...

- Ну что ж, раз мы выяснили эту существенную разницу, то даю вам обоим еще один шанс стать лучше. Конечно, с корректировкой... Кстати, Веточка, дай-ка мне эту палочку, - я робко протянула штакетину, бабушка взвесила ее на руке и показала мужчине. - Почему бы не попробовать вот с этим? У девочки явный талант.

Валерыч потер лоб и обреченно вздохнул...

На следующей тренировке я познакомилась с "бузой", русским рукопашным боем, точнее, его разновидностью - боем палочным. Проверенная в деле штакетина была заменена на более удобный вариант - круглую в диаметре, качественно ошкуренную сосновую палку длиной до моего солнечного сплетения. Валерыч пояснил, что в идеале "тростка", так она теперь называлась, должна быть из бука, но, за неимением лучшего сойдет и сосна. Мне за месяц сошли целых три. Занятия наши со временем сместились на просторный, почти заросший высоким бурьяном двор десантника, где на столб было торжественно водружено "фуфаечное" чучело. Я ласково назвала его "Митей" и с увлечением колотила по несколько часов в день. Периодически "Митя" штопался толстой капроновой ниткой, но терпеливо сносил за свой прототип все мои издевательства. Постепенно я втянулась, привыкнув к неизбежным синякам, ссадинам и кровавым мозолям. Валерыч же оказался неплохим педагогом, чередуя наши с ним парные поединки, рассказами про свою службу в Афганистане. Я таскала ему бабушкины пирожки со щавелем, а он, громко чавкая и живо жестикулируя, комментировал мои "пляски":

- Спину держи!.. Не открывай корпус! Та-ак, теперь меняй хват!.. Уходи с ближнего! Бей!.. Да, чтоб тебя... опять "Митя" накрылся...

Однажды вечером, сидя на завалинке рядом с десантником и вытаскивая из ладошки очередную занозу, я спросила мужчину:

- Скажи, Валерыч, а почему ты согласился со мной заниматься?

- Потому что у нас с твоей бабушкой был уговор, - ответил он, пуская в сторону папиросный дым.

- И на что вы уговаривались? На деньги?

- Нет, - засмеялся мужчина. - На лучшую жизнь.

- А разве такое возможно?

- Понимаешь... Ну, как я живу? - выразительно мотнул он головой в сторону горы пустых бутылок у крыльца. - Разве так мне хотелось, когда я валялся в госпитале и мечтал о том, как вернусь домой, женюсь, детей наделаю... А Неонила Марковна, она сможет мне помочь, даст второй шанс. Мне и Марина про нее говорила, только я боялся сам подойти, попросить ее. А тут так все вышло, само собой...

- Марина? - вспомнилась мне приятная невысокая женщина с родинкой на щеке, которая часто, как будто бы по делу, прохаживалась мимо нас во время занятий. - Она красивая... Да ты влюбился, Валерыч!

- А что с того? - с вызовом спросил мужчина и покраснел до ушей...

Ровно через месяц с начала наших занятий, мы устроили перед бабушкой "показательное выступление". Сначала я, после нескольких пробных тычек, колющим ударом в корпус, окончательно развалила многострадального "Митю", потом наступила очередь спарринга. Валерыч волновался больше меня, но выступили мы на славу. У меня даже один раз получилось выбить из рук своего наставника тростку, причем, по его удивленному мату я поняла, что это были не "поддавки". Закончили мы с честным счетом 5:1, но зрительница осталась довольна.

Тем же вечером, сопровождаемый бабушкой, Валерыч гордо прошествовал в нашу "лечебную" баньку...

Глава 6

Цацка...

Открыв переднюю пассажирскую дверцу "шестерки", я с облегчением плюхнулась на жесткое сиденье. Машина тут же тронулась и, по-стариковски скрепя, начала маневр вокруг глубокой дорожной выбоины. С пыльной панели, со мной, отраженным лучиком солнца, приветливо "поздоровался" традиционный водительский атрибут: три маленькие иконки на "золотой" пластиковой основе.

- И давно ты, Валерыч, в Бога стал верить? - спросила я с интересом.

- Ты знаешь, - ответил мужчина, не раздумывая, - сразу после знакомства с твоей бабушкой, - и тут же добавил, увидев мой удивленный взгляд, - Я, Вета, точно знаю, сила, которая у нее была, никак не от дьявола. "Светлая" она была, Неонила Марковна, хоть и строгая... А ты у нее переняла что-нибудь?

- Ну-у, умею немного. В травах местных разбираюсь, могу сделать сбор или настой от разных... неприятностей, заговоры, самые простые и так, по мелочи кое-что.

- Жаль, - искренне сказал Валерыч. - А, хотя, меньше знаешь, лучше спишь.

- Это точно, - невесело подтвердила я, вспомнив свои последние, почти бессонные ночи с какими-то мутными снами.

- Расскажи хоть, как твои дела, - решил сменить тему мужчина. - А то, на похоронах так и не пришлось поговорить. Замуж-то не вышла?

- Валерыч, где же я найду такого, как ты? В Тюмени такие не водятся. "Исчезающий вид" смущенно хмыкнул и вытянул из верхнего кармана рубашки надорванную пачку "Беломора":

- Все смеешься... А в остальном, как? Работаешь там же?

- Все в моей жизни стабильно до безобразия. Так и тянет, иногда, или послать кого-нибудь или самой туда податься. Я, в общем-то, поэтому сюда и приехала... - и замолчала, наконец, удивленно осознав, зачем на самом деле, как сомнамбула, стремилась в Качелино в течение последних недель, почему нахожусь сейчас здесь, в этой машине, на этой дороге. - Знаешь, Валерыч... я хочу, чтобы ты меня сводил на ЭТО место, там, где бабушка... где бабушку... Сводишь?

Машина резко затормозила и я едва успела упереться ногами. Валерыч, глядя на руль, потер ладонью лоб. "Так и осталась у него эта старая привычка", - подумалось, почему то...

- А тебе очень надо?

- Да.

- И когда?

- Сейчас... Это далеко?

Мужчина, наконец, закурил, открыл свое окошко и посмотрел на меня:

- Нет, не далеко. Давай, только заскочим ко мне по дороге. Я рыбу выгружу, и сапоги возьмем, там трава высокая и мокрая. Хорошо?

- Спасибо, Валерыч...

Я, конечно, знала, что бабушку нашел на следующее утро лесник, шедший по следу одинокого волка. Еще знала, что погибла она около Дальних Болот, западнее нашей деревни. Но, в местах этих никогда раньше не бывала, потому что нехорошие это места, как говорила бабушка, "нечистые". И историю эту, где шепотом, где в полный голос много раз пересказанную в Качелино, конечно, знала. Причем, из первых уст, то есть от самого лесника, несшего, на похоронах, в числе прочих, бабушкин гроб...16-го октября прошлого года, с утра по раньше, пошла она на эти самые болота неизвестно зачем, потому что сумку при ней нашли почти пустую, только с комьями земли и без собранных трав или корневищ. Однако точно установлено, что убил ее волк. Лесник сказал, что зверь вел себя странно - обошел стороной лесную кормушку, у которой в это время находился "охромевший" лось, но, как бы там ни было, шансов ей никаких не оставил. Вот и вся история.

Не скажу, что мысль, увидеть это страшное место, меня не посещала. Но, было это давно, ненадолго и только после большого количества выпитого. Один раз, я даже поделилась своей затеей с Юлькой, но, подруга так выпучила на меня испуганные глаза, что мне пришлось клятвенно ей пообещать, "никогда больше такого бреда в голове не держать". На похоронах, же я вообще ни о чем думать не могла, находясь все три дня, как в кошмарном сне. Если бы не Валерыч, взявший на себя всю организацию, и Катерина Ивановна, не отходившая от меня не на шаг, то это были бы самые безобразные похороны в истории Качелино. Осознавая сейчас мое тогдашнее "бесполезное" состояние, мне, ужасно стыдно, но, это сейчас...

На огромном дворе бывшего десантника, где, когда то монопольно царствовал бурьян, полным ходом шло строительство. Из-за невысокого уличного штакетника уже видны были желтые кирпичные стены будущего большого дома. Там же, на стропилах, глядя куда то вниз, сейчас застыли два "сильно смуглых" строителя.

- ... а я вам говорю, вокруг окон надо красными выкладывать! - услышали мы звонкий женский голос, едва открыв дверцы машины. - И ровнее старайтесь, а то видела я, как вы Тихоновым сработали!

- Моя командует, - довольно расплылся мужчина и распахнул калитку. - Здорово, мать, я с гостьей.

Из-за горы сваленных досок к нам на встречу, уперев руки в бока, вышла, уже располневшая, но, все такая же симпатичная женщина с родинкой на щеке. Увидев меня, она удивленно вскинула брови:

- Здравствуй, Веточка, какими судьбами?

- Добрый день, Марина. Меня твой муж по дороге с кладбища "подобрал", - заулыбалась я, выжидающе стоя у калитки.

- Да, заходи, не бойся. У нас, пока кирпичи не летают. Но, скоро уже начнут, - устрашающе добавила она в сторону вытянувших шеи строителей. - Ой, у меня же котлеты на плите. Пойдем в старый дом, я тебя кормить буду.

Я вопросительно глянула на Валерыча и получила его "благословляющее" напутствие:

- Иди-иди. Небось, с утра не ела. Кто ж тебя теперь накормит... А я пока разгружусь.

Мне захотелось ему возразить, похваставшись приглашением Катерины Ивановны на "бомондный" ужин... но тут ноздрей достиг парализующий волю запах жареного мяса...

Примерно, через полчаса, сидя на достопамятной завалинке, я, пыхтя, мерила расставленные парами в ряд резиновые сапоги. Подобрав, наконец, на свой 39-ый подходящие, оказавшиеся купленными "на вырост" для старшего сына Валерыча и Марины, Женьки облегченно выдохнула:

- У-ф-ф. Мне кажется, последние три ватрушки, Марина, были явно лишними. Так, меня сейчас и в сон начнет клонить.

- Ну, и ложись! У нас на чердаке такая хорошая кровать под пологом,- с надеждой предложила женщина. - А то надумала неизвестно что.

- Марин, ты бы лучше термос с чаем нам в дорогу приготовила, - пришел мне на выручку собирающий ненужную обувь Валерыч. - Вета, а вон того товарища ты помнишь?

Я проследила за направлением взгляда мужчины и удивленно открыла рот:

- Митя! Как живой!

За огородным частоколом, на шесте среди черноземных гряд, горделиво высилось мое "боевое" чучело. Правда, для колоритности, его образ был доработан ржавым чугунком в кепке, но бывшие штопанные "раны" все также напоминали о наших с Валерычем занятиях.

- Его недавно Женька в сарае откопал, а я решил, чего добру пропадать. Заштопали, набили его свежей соломой и выставили ворон пугать. А ты не забыла наши с тобой "пляски"?

- Нет, что ты! - ответила я с большим достоинством, вспомнив свою, уже настоящую, буковую и порядком "отполированную" руками, тростку. - Правда, возможностей "с душой разгуляться", к сожалению, нет. Комната у меня маленькая, люстра - два раза битая. Поэтому упражняюсь, или у подруги на даче, или у... своего мужчины во дворе.

- Молодец! Небось, и чучела имеются?

- А как же. Целых два.

- И как их величают?

- "Митя-2" и... "Андрюша".

- Ты серьезно? - удивился Валерыч и потер лоб. - ... А мужчину твоего как звать, мне Неонила Марковна говорила, да я забыл.

- Все ты помнишь, Валерыч, - усмехнулась я. - И вообще, не пора ли нам ехать?..

Уже выезжая из деревни, мужчина раскрыл передо мной наш предстоящий маршрут:

- Мы сейчас по старой дороге доедем до бывших колхозных ферм, потом свернем к реке, там у меня лодка в камышах припрятана. Переправимся на тот берег, а потом пешком километра три будет. Правда, все больше по сухим кочкам. Так что, гляди под ноги хорошо, а то...

- Валерыч, не переживай. Буду глядеть в оба глаза.

- Ну-ну, - хмуро буркнул мужчина и заерзал на сиденье.

Я внимательно посмотрела на него и решила, что ради собственного "шаткого" спокойствия, не стоит обращать внимание на вдруг решившего занервничать Валерыча. Тем более что сразу на противоположном речном берегу, пейзажи начались, мягко говоря, мрачные. Осторожно ступая по "разноуровневым" кочкам, и, уже раза четыре позорно споткнувшись, я внимательно вглядывалась вдаль. По рассказу лесника, на месте бабушкиной гибели росли кусты ольхи и три низкорослые болотные березы. Наконец, на горизонте наметилось что то похожее.

- Мы почти пришли, - подтвердил мои предположения Валерыч, отгоняя от носа настырных комаров.

Замерев, я, как завороженная уставилась на конечную цель нашего пути. Над березами безмолвно кружила какая то птица. Мой проводник, в нескольких метрах замер в выжидающей позе и даже ветер на время затих... "Ну что ж, ты сама этого хотела", - подстегнула я себя и, прихлопнув на щеке болотного кровопийцу, пошла на финишную прямую...

Небольшая полянка, образованная с одной стороны ольховыми зарослями, а с другой, растущими полукругом березами, была почти поровну "поделена" поваленной четвертой. Трава, местами примятая и пожухлая, местами свежая и по болотному сочная, источала какой-то затхлый "аромат", видимо, из-за повышенной влажности земли. Я стояла у "мертвого" дерева и тупо смотрела под ноги.

- Вот здесь это и произошло... Неонила Марковна лежала на спине, головой на поваленном стволе и с раскинутыми руками. А волк напал, видимо оттуда, - Валерыч ткнул пальцем в сторону берез. - Вета, ты как?

- Нормально... А, почему лесник решил, что это именно волк? Их ведь уже много лет в окрестных лесах никто не видел. К тому же была осень, а не весна после "голодной" зимы.

Валерыч потер лоб и рассудительно скривился:

- Видишь ли, определил по следу. У волка след особый, он лапу держит "в комке", пальцы не растопыривает, как собака. И еще, по ране ... на шее и горле, по отпечаткам зубов. Это потом и судебный медик подтвердил. Большой был зверь.

Я, наконец, подняла глаза и посмотрела на березы:

- А это что такое?.. - подошла вплотную к правой из них, где на стволе, примерно в метре от земли, чернел сантиметров десять в диаметре круг.

- Не знаю, - озадаченно произнес склонившийся рядом мужчина. - Когда мы твою бабушку забирали отсюда, на следующий вечер, выпал снег. Ты же помнишь, какая тогда осень была? Уже после десятого начало пробрасывать. И весь ствол с этой стороны залепило. А видел ли это лесник или участковый, кто его знает, я их отчет не читал, не дали.

Склонившись над самым "кругом", я осторожно его понюхала - пахло влажной горелой берестой. Затем, осторожно прикоснулась к угольно-черной поверхности пальцами и тут же отдернула руку.

- Ты чего? - спросил отпрянувший мужчина.

- Странное ощущение... будто в пальцы что-то кольнуло вдруг.

- Ну, знаешь ли, Вета. Ощущения у нее... Давай-ка, лучше я тебя расслаблю, - и вытянул из кармана своей камуфляжной куртки маленькую фляжку.

- Что у тебя там? - рассеянно спросила я, растирая пальцы.

- Местный коньяк - самогон на кедровых орехах, - Валерыч протянул мне фляжку с уже откинутой крышкой. - Давай, Вета, помяни свою замечательную бабушку по-христиански.

- По-христиански? Ну, давай. Как там говорится: Упокой, Господи, душу рабы своей, Неонилы Марковны...

- ... и прости ей все ее прегрешения, - закончил Валерыч очень серьезно.

Сделав пару маленьких обжигающих глотков, я шумно выдохнула.

Мужчина, приняв назад емкость, расплескал остатки самогона по поляне.

- О-ох! - желудок, вдруг жутко скрутило и меня перегнуло прямо лицом в высокую траву. А секундой позже и вовсе вывернуло наизнанку, освобождая от щедрого Марининого обеда и "поминальной" жидкости. Валерыч, испуганно наблюдавший за мной, мастерски выругался в лучших деревенских традициях.

- Все нормально. Мне уже хорошо... Хоть сейчас обратно к вам за стол, - вяло попыталась я успокоить мужчину и с его помощью поднялась на ноги.

Потом, вспомнив, что в одном из многочисленных карманов пыльника у меня должен быть носовой платок, с показным спокойствием занялась его поисками. Платок, наконец-то, нашелся и, вытаскивая его, я заметила вылетевший следом в ту же высокую траву ключ от дома. Тут уж наступила моя очередь блеснуть знанием "народного языка"... Когда мой скудный запас иссяк, мы с Валерычем осторожно полезли в "дебри", рагребая их руками и пристально всматриваясь в чернеющую между стеблями землю. Первым ключ обнаружил мужчина и с победным кличем высоко поднял его над головой. Мое же внимание привлек, неожиданно блеснувший, где то на границе зрения, предмет. Глазомером наметив его приблизительное местонахождение, я решительно шагнула вперед.

- Вета, ты куда?! Ключ то я нашел.

- Погоди, Валерыч, я сейчас. - глазомер меня не подвел и, уже через минуты две я, осторожно, за черный шнурок вытянула свою добычу. - Мать же вашу, Валерыч! Это же бабушкина цацка.

- Бабушкина что? - спросил подоспевший мужчина.

- Бабушкин медальон. Она его никогда не снимала. И, видимо, похоронили ее без цацки. Не хорошо... - осудила я, в очередной раз, себя за временную "похоронную" невменяемость. - Но, как она сюда попала?

Мы "выгребли" обратно на поляну и Валерыч, прикинув диспозицию, сделал вывод:

- Шнурок кожаный, к тому же целый, значит, слететь с шеи сам не мог. Да и расстояние большое... Такое чувство, будто она сама его с себя сняла и отбросила.

- Ты уверен? - недоуменно протянула я.

Мужчина присел над поваленной березой в том месте, где лежала бабушкина голова, потом сделал "бросающий" жест, потер лоб и утвердительно кивнул:

- Да, только я думаю, она тогда еще не лежала, а сидела, когда бросала.

- Но, зачем?

- Чтобы не нашли... Или нашел тот, кому надо было найти, - нахмурился мужчина и достал пачку папирос.

Я тоже присела на березу и поднесла к глазам, как маятник болтающуюся на шнурке, бабушкину цацку...

Первый раз я заметила бабушкино украшение совсем в "глубоком" детстве. Было мне года четыре и, возможно та "картинка" стала моим первым осознанным воспоминанием... Помню, сидела я тогда в наполненном теплой водой и мыльной пеной тазике, стоящем на банной лавке, а бабушка сосредоточенно царапала мочалкой мой живот. Мне было и скучно и немножко больно. Поэтому, чтобы хоть как то отвлечь ее от "экзекуции", я потянулась к выскользнувшей через разрез бабушкиного платья "кругляшке на веревочке":

- Бабушка, что это?

- Да так, просто цацка, - ответила она, и быстро перехватила свободной от "орудия пытки" рукой мою растопыренную ладошку.

И была в этом ее поступке какая-то фальшь, даже мне, почти еще младенцу заметная. Какое то несоответствие между пренебрежительным "просто цацка" и испуганной реакцией на мой "отвлекающий маневр". Я это цепко запомнила и все последующие годы внимательно фиксировала наличие медальона на бабушкиной длинной шее... Не обнаружился он только один раз, пятого ноября 94-го года...

Накануне, мы с одноклассниками залезли в заброшенный на окраине деревни дом, чтобы оборудовать его под "штаб-квартиру" предстоящей игры в "Казаки-разбойники". Была у нас такая навязчивая мечта: вызвать на "принципиальное сражение" класс, старше нас на год. То ли мальчишки там были особо драчливые, то ли девчонки с более длинными ресницами, но не ладили мы жутко с этим 3 "А"... Бабушка тогда, на утреннем автобусе, укатила в районный центр по каким-то своим учительским делам, а меня предоставила заботам Катерины Ивановны. Вот из ее-то директорского кабинета я и слиняла, воспользовавшись временной отлучкой последней и забыв на стуле свой увесистый портфель.

Сам дом нас "не впечатлил", трусливо спрятавшись за закрытыми ставнями и огромным навесным замком. Пришлось довольствоваться просторным надворным сараем, наполовину забитым каким то хламом. С огорода мальчишки притащили облезлый "командный" стол и из чурбачков и досок соорудили лавки. Нам же, как их верным соратницам, осталось лишь навести марафет... Но, как раз в тот момент, когда мы с Надей Чернышевой обследовали на предмет воды заброшенный огород, из-за соседского забора раздался грозный старческий рык:

- Это кто там лазит по чужому двору?! Сейчас вот возьму берданку и посмотрю через прицел внимательнее!

Мы с одноклассницей, никак не ожидавшие досрочного начала военных действий, переглянулись и бросились наутек, причем в противоположных направлениях. Я решила "перемахнуть" сразу на хозяйственную дорогу, а Надя - предупредить остальных о готовящейся облаве. Почему мне приспичило бежать именно в ту сторону, помню точно: крик такой силы, по моему мнению, должны были услышать даже на противоположном конце деревни. А значит, предупреждать кого то было излишне.

Резво перепрыгивая через островки подмерзшей травы и тепличные развалины, я, хотя запоздало, но, все-таки нашла воду, рухнув с разбега в заросший лопухами старый колодец. На мое счастье, он оказался неглубоким. Видимо, водная жила проходила через это место довольно близко к поверхности земли. К тому же, порядком заиленным. В результате моего везения, в ледяную воду я погрузилась лишь по пояс, но, все равно, вымокла насквозь при падении... В первый час, не обращая внимания на сильную боль в плече, я громко звала на помощь. Сначала взывала к "дяденьке с берданкой", потом к одноклассникам, к подло брошенной мной Катерине Ивановне, и, уже совсем охрипнув, к бабушке. Нашли меня часа через три, уже без сознания, намертво вцепившуюся окоченевшими пальцами в прогнивший сруб... Но, на следующий вечер, пробуждение мое было очень приятным. В том смысле, что я разлепила глаза в собственной мягкой постели, хоть и под невыносимую вонь от скипидарной мази. Повернув голову, увидела сидящую рядом на стуле бабушку и, неожиданно хриплым басом натренированно отметила:

- Бабушка, а где твоя цацка?

- Ну, вот и славно. Узнаю прежнюю Ветвяну, - услышала откуда то сверху дрогнувший голос Катерины Ивановны, а бабушка, в первый и последний раз на моей памяти, не стыдясь, заплакала:

- Валяется где-то... цацка...

Глава 7

Бабушка...

- Валяется где-то цацка...

- Что ты говоришь? - оборвал мои воспоминания пускающий дым Валерыч.

- А?.. Да так, ничего, - ответила я и, снова вынула из кармана платок. Сначала запоздало вытерла им рот, а потом, перевернув чистой стороной, за шнурок опустила туда бабушкин медальон. Бережно завернула его и сунула обратно в карман. - Пойдем, Валерыч. Больше мне здесь делать нечего...

У моего дома, мы с Валерычем, уставшие и притихшие, сидели на лавочке и, смакуя смородиновый час из термоса, подводили итоги дня.

- Скажи честно, ты до сих пор уверен, что моя бабушка была... "светлой"? - осторожно задала я мужчине вопрос, который уже давно мучил меня саму.

- Ты знаешь, - начал он и неожиданно замолчал. - Да, верю. Только, здесь что-то другое...

- Что другое? Сила ее была другой?

- Ну, как тебе объяснить... Я ведь из очень верующей семьи. Мой дед по отцу был священником в одной из Тобольских подгорных церквей. А до лет семи я вообще много чего видел из того, что другие не замечают. Ну, как это называется... ауру. Мог по свечению определить, плохой человек или хороший, болеет он или здоровый. Правда, потом, когда отец сильно запил, а мать меня сюда привезла, к своей тетке в дом, у меня, как отрезало все видения. Да и в церковь ходить перестал, кто ж меня в райцентр в те-то годы специально возить бы подвязался? В общем, отошел как-то от Бога... Но, чутье на людей осталось.

- Именно поэтому ты, в свои "лихие девяностые" только придурков бил, а нормальных мужиков не трогал?

- Ну, да. Можно и так выразиться, - смущенно расплылся Валерыч.

- Значит, ты бабушку мою тоже "чувствовал"?

- Ее - особенно. Такое трудно не почувствовать.

- И как именно?

- Ну, от плохих людей веет... погребом, что ли. От хороших, "светлых", хлебом пахнет и солнцем. А, от Неонилы Марковны пахло солнцем и травами. Не просто травами, а... медоносными цветами. Как будто луг в солнечный день, и над цветами летают пчелы... Вот так вот, что ли, - замолчал мужчина, пораженный полетом собственной фантазии.

- Ух, ты!.. Ты знаешь, а я этот запах тоже помню... А от меня чем веет, кроме дезертировавшего обеда?

- А ты пахнешь ветром... а еще грозой.

- Да?.. Заоблачными далями, значит, все-таки.

- Можно и так выразиться, - вновь засмущался он. Потом поставил на лавку свой остывший чай, достал из кармана папиросы, сосредоточенно покрутил помятую пачку в руках и, будто бы, наконец, решился:

- Вета, а ты хорошо знала свою бабушку? Ты сказала, что научилась у нее немногому, а что она сама умела, знаешь?

- Нет. Она, как то не настаивала никогда, чтобы я чему-то научилась, а мне было не особо интересно, что ли. А, то, что я умею... За травами мы вместе с бабушкой ходили, а заговоры, которым она меня научила, очень простые. Что касается ее силы... Я знаю, у нее были клиенты. Приезжали даже из Тюмени. А от подробностей бабушка меня избавляла. Я один раз спросила у нее, почему она меня ничему не учит. Неужели я дура совсем безнадежная? А бабушка тогда засмеялась, мол время пока мое не пришло... Теперь получается, что время мое уже ушло. У нее даже записей с рецептами никаких не было... А, почему ты спрашиваешь?

- Есть один момент. Я хочу, чтобы ты о нем знала, хотя, сейчас это, наверное, уже и ни к чему... Помнишь, я тебе на поляне сказал, что не читал отчет участкового?

- Помню.

- Но, я с ним разговаривал, когда в середине декабря возил Марину с Женькой и Севой по магазинам в райцентр. Мы с ним вместе обедали в блинной, пока мои через дорогу наряды мерили... И он тогда спросил меня: "Неужели ваша травница так плохо жила, что вместо гипса на ноге шину из коры носила?"

- Какого гипса? - недоуменно скривилась я. - Бабушка никогда не ломала ногу, да и руку... Она вообще, на моей памяти, ничем серьезным не болела.

- Понимаешь, когда ее нашли, у нее на ноге, правой, голень была закреплена двумя кусками осиновой коры. И перетянута сверху поясом от платья. Я тогда подумал, что Неонила Марковна могла только в дороге на Дальние Болота или уже там ногу повредить. Мы ведь виделись с ней в то утро, когда она в это треклятое место пошла... Я с удочкой на берегу сидел, а она мимо бодро так прошагала.

- Валерыч, а почему я этого не знаю?

- А, потому что это "второстепенно для официальной версии причины смерти", - зло процитировал мужчина, по-видимому, участкового.

- Погоди. А причем здесь все-таки гипс?

- Вот, и я его тогда также спросил... А он ответил мне, что, после вскрытия выяснилось - у Неонилы Марковны был открытый перелом лодыжки, примерно четырехнедельной давности. А потом, правда, добавил, после того, как всю мою фляжку с кедровкой опорожнил, что кровь на ее чулке в месте раны была свежая...

- То есть, получается, что она в тот день с утра была здоровой и бодрой, ногу сломала или по дороге или где-то на болотах, а потом сама себе, каким то образом, восстановила кожный покров и кость... Но, не до конца и, поэтому решила подстраховаться шиной из коры... Вот это да...

- Я бы сказал... - присоединился Валерыч витиеватым матом...

Ровно в 20.00, я стояла у калитки одноэтажного кирпичного дома бабушкиной подруги и обреченно голосила:

- Катерина Ивановна! Это я, Ветвяна! У вас тут собачка... беспокойная! Я ее боюсь...

Собачка - огромный "кавказец", показушно прыгала на своей туго натянутой цепи по двору и с надрывом меня облаивала. Я, в полголоса, парировала ему альтернативными версиями слова "беспокойная", в перерывах вновь призывая хозяйку дома:

- Катерина Ивановна! Кате... Ой, добрый вечер... Я по приглашению, но ваш "Цербер" его в устной форме не принимает.

Шустро выскочившая из-за угла дома Катерина Ивановна, с пучком порея в руке, решительно направилась к большой дощатой будке в дальнем углу двора:

- Веточка, да какой это Цербер, дурак дураком! А ну-ка, давай на место, Борька! - кобель, тут же забыл про меня и, подобострастно припадая, исчез в завешанной мешковиной дыре. - Проходи в дом, детка, не бойся.

- Имя у него какое-то странное, как у борова. Кто назвал? - с готовностью просквозила я мимо.

- Да я так окрестила, - злорадно захихикала женщина. - Мне его сын привез из питомника в начале ноября, уже взрослым кобелем. Сказал: "На всякий случай". А имя у него было звучное - "Барклай". Да, только не тянет он на Барклая. Стыдобище одно... Ты меня прости за такую встречу, я за луком в огород бегала, слышу, заливается мой дурачок. Я ведь его куда только не пристраивала: на хоздворе он кур гоняет, на огороде грядки роет. Пришлось сюда переселять. Вот теперь так и живем: Борька лает, я бегаю.

- Зато весело, - подытожила я, уже из дверного проема.

Уютный деревенский дом сразу обволок полумраком и завораживающими кухонными ароматами. В небольшом зале потрескивал горящими поленьями выложенный расписными плитками камин. Рядом с ним, на овальном "ручном" коврике, вытянулась во всю свою длину пушистая черная кошка. "Клеопатра", - вспомнила я имя красавицы, когда то оцарапавшей мой любопытный нос... А вот этого раньше не было: на стене, над рабочим столом хозяйки, между полками с книгами, висела фотография бабушки в простой деревянной рамке. Я подошла поближе и с интересом вгляделась. Снята Неонила Марковна была, явно "неожиданно". Лицо, взятое крупным планом, повернуто в пол оборота, строгий овальный его контур нечеткий. Значит, фотографировали в движении. А огромные глаза выглядят... растерянными, что ли, и такого же цвета, как мои - синие, с годами ничуть не потускневшие... Непослушная седая прядь из "шишки" на затылке упала на шею и жест рукой, в сторону снимающего, как будто защищается. Вот уж, действительно, застали врасплох...

- А, ну-ка, дай я тебя внимательно рассмотрю! - требовательно развернула меня от портрета, вошедшая в комнату Катерина Ивановна. - Не коротка ли юбка?

- Юбка короткая? - удивилась я и, тут же, по привычке, сложившейся за десятилетия, принялась оправдываться. - Всего то, до середины бедра. Просто, я свои брюки, в которых приехала, испачкала. Пришлось, перед приходом к вам застирывать и переодеваться... А, вообще то... - опомнившись, подошла я к женщине и, поцеловав ее в лоб, обняла. - Я уже большая девочка и сама себе дизайнер.

- Большая девочка, - пробормотала растерянная Катерина Ивановна. - И когда только вырасти успела... Но, знаешь, по правде говоря, тебе идет. Ноги у тебя прямые и длинные, такие же, как сама... Какой у тебя рост?

- Всего то метр, семьдесят шесть, - скромно потупилась я.

Женщина сняла с моей спины руки, глянула на бабушкино фото и вынесла строгий вердикт:

- Переросла уже Нилу на семь сантиметров. Я ее в школьном медпункте измеряла. И рост и вес. У нас тогда, три года назад, при моих метре пятидесяти восьми, он получился почти одинаковый. В смысле, вес... Но, фигура у нее была, как у молодой и, что обидно, ела ведь все подряд, не взирая на калории, прости Господи... А какой у тебя, - стыдливо скосила она глаза на мою грудь. - здесь размер?

- Четвертый... А что, вы с бабушкой и бюстами мерились?

- Ох, что же это я?! - густо покраснев, пропела Катерина Ивановна. - Ты ведь ко мне на ужин пришла, а я тебя уже ностальгировать увлекла, на голодный то желудок. Пойдем за стол...

Время на кухонных часах-чайнике показывало без четверти одиннадцать не то вечера, не то ночи. Мы с хозяйкой застолья, уже почти прикончившие вкуснейшего сазана в сметане, грибочки с луком и, заметно убавив на тарелках разные другие разносолы, поднимали очередные рюмки малиновой наливки. На душе моей было спокойно и уютно. Как будто "выпендрежный" Катерины Ивановны камин согрел не только продрогшие за этот длинный день конечности, но и всю меня, без остатка. Вот она, магия огня...

- А, давай, Ветвяна, выпьем теперь за любовь. За ту, что была и за ту, что будет. Тебе Нила не рассказывала, как мы с ней познакомились?

- Не-ет, - стараясь сделать женщине приятное, протянула я.

- Ну, так слушай, - радостно хлопнула меня по руке "благодарная" рассказчица. - Я тогда только овдовела. Каждый день на кладбище бегала к своему Сёме на могилку. У нас с ним был счастливый брак - учительский. Мы оба по распределению сюда из Тобольска приехали. Он - свою историю преподавать, а я - литературу и русский... Нет, она тебе точно не рассказывала? - еще раз уточнила Катерина Ивановна.

- Нет. А, если и рассказывала, то я уже забыла. Так что дальше то было? - кивнула я, уже приготовившись сравнить две версии одного события: бабушкину - лаконичную и Катерины Ивановны - с книжным драматизмом.

- Так вот, иду я как то по дороге с кладбища домой и думаю: "Зачем мне жить то теперь на свете, если любимого моего рядом нет. Некому меня больше приголубить и ободрить". И так меня пробрало, что, забыв про сына своего, тогда еще мальчишку совсем, я решила с собой покончить, и побежала, сама не своя к речке через поле. Бежала я, бежала, пока не увидела на берегу твою бабушку. Она какие-то травы собирала. Мы с ней на тот момент мало были знакомы. Когда она к нам в школу приходила устраиваться, еще к прежнему директору, я ее только и видела. Ну, и мне стало стыдно при почти незнакомом человеке счеты с жизнью сводить... А потом мы разговорились...

- И что, сразу сдружились? - поинтересовалась я, вспоминая бабушкин вариант: "Я собирала гербарий на берегу для наглядного пособия по курсу краеведения, нагнулась за дербенником и вдруг, меня, прямо в воду сбила какая-то сумасшедшая с выпученными глазами. И тут же начала кричать, что я помешала ей воссоединиться с любовью всей жизни. Ну, я, для снятия истерики, влепила Катерине пару раз по щекам. Тут она и притихла".

- У твоей бабушки, Ветвяна, был великий дар убеждения, - продолжила тем временем рассказчица. - Но, подружились мы позже. Когда я с воспалением легких слегла, а она меня выхаживала... Она мне тогда такую фразу сказала, еще на берегу: "Когда теряешь все, надо постараться спасти самое главное. У тебя это сын. У меня - внучка. А любовь для нас - непозволительная роскошь". И столько горечи было в ее словах. Зато, меня они отрезвили раз и навсегда... Хотя, если бы вы раньше в Качелино приехали, то у моего Семена с его диабетом был бы шанс выжить. Я уверена.

- А что, бабушка даже за такое бралась?

- Бралась, но не всегда и не всем. У нее свои принципы были. А в последнее время она вообще мало клиентов принимала. Правда, как раз накануне своей смерти к ней приезжал один, на большой такой, то ли черной, то ли синей машине. С личным водителем, но, очень воспитанный мужчина. Я думаю, она по его заказу на Дальние Болота ходила.

- Погодите, Катерина Ивановна, - попыталась я вернуть женщину на интересующую меня тему. - Значит, бабушка и неизлечимые болезни врачевала?

- Я же говорю, не всегда и не всем. Вот, Валерычу... Юрию Валерьевичу, повезло крупно.

- Ну да, алкоголизм трудно поддается. А некоторые специалисты считают, что он вовсе непобедим.

- Да причем тут это? - подалась ко мне всем корпусом Катерина Ивановна. - У него, кроме алкоголизма в последней стадии, был "цветущий" цирроз печени. И жить ему оставалось всего ничего, если бы не Нила.

- Как это, цветущий цирроз? А Валерыч ничего мне не говорил, - опешила я.

- Так Валерыч сам не знал, по какому краю тогда ходил. А Нила не стала ему говорить. Вылечила и все, дело прошлое. Договор есть договор. Тем более, жизнь он начал, как говорится, "с чистого листа" и от почти всех своих дурных привычек избавился.

- Я думаю, что, если бы бабушка ему рассказала, то Валерыч по сей день ставил бы свечки в церкви за здоровье студента Мити.

- А я думаю, Ветвяна, - сказала женщина, печально качая головой. - что не Мите этому он должен был свечки ставить. Здесь вообще бы получилась "цепная реакция", как в химии.

- Катерина Ивановна, да что вы меня пугаете? - дрогнувшим голосом взмолилась я. - Скажите яснее, кому и за что эти самые свечки... да, что я про них?! В чем дело то?!

- Хорошо... Помнишь, ты во втором классе в колодец провалилась? - начала женщина, с трудом подбирая слова. - Когда тебя этот, чтоб его, Мишаня.... Ну, который берданкой вам угрожал, вспомнила?.. Так вот, когда тебя, через три с половиной часа, этот моральный урод достал, ты уже была без сознания и бредила. Пока тебя через всю деревню на руках несли до вашего дома, ты все звала... - наморщила женщина лоб. - бабушку, маму звала и еще какую то Наталью, нет... Натэю. Бормотала: "Натэя, поиграй со мной, не уходи". Положили тебя на кровать, раздели... а ты... - Катерина Ивановна замолчала, воткнувшись взглядом в одну точку. - ... ты уже перестала дышать и как будто бы уснула, как ангел... А Нила тогда, я ее раньше никогда такой не видела, да и после, слава Богу: глаза потемнели, волосы встали дыбом... почти дыбом. Она всех нас выгнала из дома, фельдшера нашего школьного, меня, Мишаню, кого-то еще, по дороге приставшего, и закрылась с тобой одна... Я на следующее утро, в часов пять, к вам постучалась, думала, надо Нилу в чувство приводить и... готовиться к твоим, ну, сама знаешь к чему. Она мне сразу открыла, в дом пустила и только попросила, мол, тише говори, Ветвяну разбудишь. Я в слезы, конечно - подруга умом двинулась, и за ней иду потихоньку... Подхожу к твоей кровати... а ты сопишь на боку с ручкой под головкой, щечки розовые... Знаешь, Ветвяна, - Катерина Ивановна подняла на меня полные слез глаза. - я эту картину на смертном одре буду вспоминать: тебя, сопящую во сне, и Нилу, на коленях у твоей кровати, "серую" всю, но счастливую...

Мы с Катериной Ивановной сидели молча несколько минут. От моего прошлого душевного покоя не осталось и следа. В голове крутилась куча вопросов, но, я постаралась задать самый разумный из них:

- Скажите, а почему вы решили, что я тогда умерла?

- Веточка, я, конечно, могу приукрасить, углубить и расширить свой рассказ. Это, как говорится, профессиональное заболевание, но, кроме меня там было еще, как минимум четыре человека, видевшие то же самое, что и я.

- А бабушка как то, после всего произошедшего, объяснилась с вами?

- А твоя бабушка, - горько усмехнулась Катерина Ивановна, вытирая с глаз слезы. - тогда мне сказала, что тема эта закрыта. И, если я не хочу остаться без подруги, то больше поднимать никогда ее не буду. Ну, и я, естественно, сделала правильный выбор. Поэтому мы с тобой и сидим сейчас здесь. И, все-таки, выпьем, детка, за любовь. Так?

- Почему бы и нет? - ответно скривилась я и подняла свою рюмку. Правда, вкуса замечательной малиновой наливки так и не почувствовала...

- Ой, Катерина Ивановна! А подарок то! - треснув себя по лбу, подпрыгнула я с каминного приступка.

Мы уже давно покинули кухню "открытий и откровений" и сейчас расположились у вновь разожженного очага. Женщина сидела в кресле, держа в одной руке вафельку, а в другой - кружку с чаем. Я же подсела поближе к огню.

Пакет с озвученным ранее содержимым, благополучно брошенный мной несколько часов назад, тут же нашелся на столе под бабушкиной фотографией. Бабушкина подруга, по-детски улыбаясь, замерла в предвкушении:

- Ну, чем порадуешь старую женщину?

- Пусть эта кокетливая и совсем еще не старая женщина закроет глаза, - сурово приказала я.

Катерина Ивановна покорно согласилась по всем пунктам требований и через секунду ей на плечи легла ажурная шерстяная шаль с длинными кистями.

Эту вещь я, месяц назад, будучи в командировке, в Омске увидела на местном блошином рынке и сразу же, не торгуясь, купила. Шаль была одновременно легкой, нежной на ощупь и теплой, не смотря на крупный цветочный орнамент. А еще она, очень эффектно оттеняла карие глаза женщины:

- В вашей, насквозь дырявой школе, нужно обязательно беречь свое здоровье. Так что, носите и вспоминайте меня.

- Веточка, она такая красивая и, действительно, теплая, - уверила меня Катерина Ивановна, крутясь у зеркала в коридоре. - Спасибо тебе большое. Только, к чему такая патетика? Ты куда-то надолго из Тюмени уезжаешь?

- Нет, что вы. Просто фраза получилась... романтичная.

- Фраза получилась избитая, - заключила филолог и потянула меня за рукав. - Пойдем ка назад, к камину, раз тебя все твое детство было от него не оттащить, и рассказывай мне о своих планах на будущее...

- Я... - застала меня женщина врасплох. - хочу попробовать, все-таки, поискать своих родственников или близких людей нашей семьи в Рязани. И начну с этой самой Натэи. Ведь не зря же она мне являлась в предсмертном бреду. Да и имя, согласитесь, редкое. Проще будет навести справки.

Катерина Ивановна так громко вздохнула и так сострадательно на меня посмотрела, что я, вдруг, ярко представила себе ее, стоящей над моим живописно окровавленным трупом и готовой произвести "контрольный выстрел" в голову:

- Ну что еще?.. Ладно, добивайте...

- Знаешь, Ветвяна! Если бы ты приезжала ко мне в гости по чаще, то узнавала бы такую важную информацию порционно, - вступилась за свой "убийственный" образ женщина. - А так, получай, как говорится, оптом. Хотя, мне кажется, ничего из того, что ты сегодня узнала сверхъестественным не является, в отношении твоей "нестандартной" бабушки, конечно...

- Катерина Ивановна, - устало заныла я. - объявляю вступительную часть законченной. Не томите публику, пожалуйста. Мы с Клеопатрой ждем...

Женщина скептически глянула на зевающую у камина кошку, глубоко вздохнула и начала:

- Боюсь, детка, с поисками ваших с Нилой родственников будет большая трудность.

- Ну, тут вы меня совсем не удивили. Я и сама знаю, что дело это даже не одного года.

- Ветвяна, это дело даже не одной жизни... Ни вы с Нилой, ни ее муж или сын, да и вообще, никто из вашей семьи никогда не жил в Рязани.

- Та-ак. И откуда же вы это узнали? Неужели от самой Неонилы Марковны, в порыве внезапного откровения? - процедила я, чувствуя, как внутри закипает злость.

- Ага, как же... Дело в том, что я, перед ее уходом на пенсию решила сделать подруге "подарок" - похлопотать о ее ветеранстве труда. И, хотя Нила даже слышать об этом не желала, отправила, втайне от нее, запрос в тот самый Рязанский детский дом, где она, якобы много лет проработала. Через месяц мне пришел ответ. В письме говорилось, что Неонила Марковна Полунич никогда не являлась воспитанницей и, тем более преподавателем данного заведения.

- Может, в Рязани несколько детских домов? - цепляясь за "соломинку" спросила я, уже понимая, что дело здесь в ином.

- Веточка, я целый год после этого, письмами-запросами и телефонными разговорами выясняла "рязанское" прошлое твоей семьи. Меня работница их городского архива узнавала по голосу. И все без толку. Полянских в Рязани семь, Полевич - три и ни одного Полунич или просто сочетания "Неонила Марковна"... Хочешь, я тебе покажу официальные ответы? У меня все сохранилось.

- Не надо, - отрешенно бросила я и встала с каминных ступенек. - Ну, почему кругом одно вранье? Вся наша с бабушкой жизнь - сплошные тайны. Наше прошлое - в тумане. И все это, ради чего? Катерина Ивановна! Мы что, беглые преступники?! А, может, моя бабушка - глава сицилийской мафии... или вообще, она мне не бабушка, а отец, поменявший пол? А я, не ее внучка, а ребенок какой-нибудь принцессы в изгнании? Или...

- Ветвяна, прекрати! Сядь! - глаза женщины были полны осуждения. - Сядь и успокойся!.. Вот так... Главное, что ты должна знать и пронести с собой по жизни, как самое большое воспоминание - ее любовь. Любовь, способную свернуть горы, сделать невозможное, воскресить. Ведь, в этом ты не сомневаешься?..

На ночной улице было по-весеннему зябко. Катерина Ивановна вышла проводить меня за калитку и долго стояла, глядя вслед. Я же, медленно шла по узкой придорожной тропинке, из вредности и плохого настроения загребая, уже промокшими насквозь летними замшевыми ботинками траву, припорошенную вечерней росой. Только на крыльце дома, бессмысленно глядя на навесной замок, опомнилась и потянула руку в карман пыльника... "У вас что, любовь до гроба?" - мысленно вопросила лежащие рядом на ладони ключ и платок. "Тянешь один, получаешь оба?". Потом открыла замок, злорадно оставила его, вместе с "влюбленным" ключом на лавке в сенях и зашла в темный холодный дом...

В ближайших планах на будущее было как следует выспаться перед предстоящей с утра обратной дорогой. Но, на сегодня осталось еще одно дело. Дело, на которое я могла решиться, только находясь именно в таком состоянии: злости, обиды и тоски... Я положила платок на стол, развернула его и пристально посмотрела на бабушкину цацку, обвитую, как змеей, черным кожаным шнурком. Медальон был плоским и круглым, схожим по размеру с недавно введенными в оборот десятирублевыми монетами. Но, в отличие от них, серебристо голубого цвета. С рисунком, точнее, гравировкой, изображающей... цветок ириса. Лепестки его были художественно сужены и удлинены. Он, будто распахнул их навстречу солнцу. Но, все же это был именно ирис, любимый бабушкин цветок.

- Ну что ж, Неонила Марковна. Я, как твоя полноправная наследница, отныне и до конца своих дней буду носить твой медальон... в память о тебе, твоей любви и... нашем общем с тобой прошлом, - торжественно произнесла, потом зажмурилась и осторожно опустила цацку прямо под свитер.

Медальон прохладно шлепнулся на мою голую грудь, чуть выше солнечного сплетения и я с глубоким вдохом распахнула глаза... Сначала мне показалось, что в кожу больно впились острые кошачьи когти. Продолжалось это всего несколько секунд, пока я, в ужасе не прихлопнула цацку рукой. Боль тут же стихла и от маленького куска металла волнами по телу пошло умиротворяющее тепло. Потом, будто заполнив меня до краев, цацка удовлетворенно успокоилась. "Она меня опознала и приняла...", - мелькнуло в голове.

- Ну и украшения у тебя, бабушка! - растерянно произнесла в пространство. - Хотя, меня теперь мало что может удивить по-настоящему...

В комоде я нашла бабушкину ночную рубашку из фланели: самое-то для не протопленного на ночь дома. Шустро переоделась, потом прыгнула под теплое, пахнущее лавандой одеяло и закрыла глаза... День выдался длинным, красочным и вспоминался с трудом. Я попыталась прислушаться к себе, найти какие-то необратимые перемены, вызванные сегодняшними откровениями сначала Татьяны, продавщицы из магазина, потом Валерыча, моего верного друга и проводника, и, конечно, растроганной Катерины Ивановны... Бабушка была ведьмой, это я знала и без них. Сила ее была огромной, об этом я догадывалась... Получалось, что единственная новость, потрясшая меня по настоящему, заключалась в том, что я теперь действительно осталась одна. Без шансов найти родных, без права с ними общаться. Бабушка обрубила и выбросила все концы. Уверена, у нее были на то причины, но... "Натэя, поиграй со мной, не уходи". Этот конец я припрятала для себя сама... "Где же я найду тебя теперь, незнакомая Натэя?" - подумала я, уже на границе сна и яви...

За маленьким окном, украшенным в межрамном проеме ватой с блестками, шел крупный снег. Ель в палисаднике уже склонила темные косматые ветви под его влажной тяжестью. В такой день хорошо лепить снеговика или устраивать обстрел снежками с ребятами. Снежки получаются твердые и летят далеко, не разваливаются по дороге. Это особенно важно, когда сильно бросать не умеешь, замаха не хватает, как у меня... Я повернула голову от окна и решила еще раз попробовать:

- Бабушка, не уезжай, пожалуйста. Ну, как я без тебя?

Бабушка, на миг замерев, продолжила скидывать в старый дерматиновый чемодан свои платья и блузки:

- Ветвяна! Сколько можно? Не рви ты мне душу, - буркнула, не глядя в мою сторону.

- Ну, бабушка... - снова заныла я. - А кто будет снег чистить. Смотри, сколько его навалило. У меня-то маленькая лопатка. Пока я ей буду махать, дня не хватит.

- Ветвяна, не придуривайся. Ты уже взрослая женщина. Какой снег? Какая еще лопатка?

Мне стало обидно до слез, ну разве я взрослая? Вот Маргарита, бабушкина лучшая ученица, которая приходит к нам по вечерам на дополнительные занятия, она взрослая. Уже губы красит, и меня жвачкой угощала два раза. А я то что? В доказательство, я хотела померяться с бабушкой ростом и доказать, что она ошибается, но, успела лишь опереться рукой на полированную боковушку дивана. Бабушкина огромная ночнушка сползла с моего детского плеча и цацка "любопытно" выскочила наружу... Я лишь успела поймать на своей шее потрясенный бабушкин взгляд и вмиг все изменилось...

Теперь мы стояли друг против друга. Глаза в глаза. На одном уровне. У бабушки руки скрещены на груди - верный признак плохого настроения. Я повторила ее позу. Мы сейчас на равных. Все честно.

- Значит, она тебя опознала? И ты теперь ее хозяйка.

- Выходит, так. А ты, значит, пришла попрощаться?.. Через полгода.

- Ветвяна, в тебе говорит обида, - бабушка устало улыбнулась.

- Все правильно. Я на тебя обижена. Но, не за то, что ты мне ни разу не приснилась. Ты меня обманула. Обманывала все эти годы.

- У меня не было выбора.

- Бабушка! Выбор всегда есть. Ты сама меня этому учила.

- Даже у трехлетнего ребенка?

- Ну, хорошо... Теперь ты мне скажешь правду?

- У меня теперь нет такого права...

- Вот как? И почему я не удивилась?

- Это так важно для тебя, детка?

- Да, бабушка.

Поединок закончился. Кто победил?..

Бабушка вздохнула и медленно пошла к серванту. Выдвинула верхний из трех ящиков:

- Посмотри на досуге, и прошу, не думай обо мне плохо. Все, что я сделала, было ради тебя и пусть с опозданием на много лет, но, я даю тебе выбор. Решай сама, как поступить. А мне пора... - она дотронулась до моей щеки теплой ладонью. Я, непроизвольно, всем телом потянулась за ней, но, тут же была остановлена запрещающим жестом:

- Не смей, - и, уже от дверей в кухню, совсем буднично добавила. - Будешь уезжать, занеси Юрию Валерьевичу оберег для нового дома. Он в буфете... И еще, Веточка, не люби сильного мужчину. Люби надежного. Не повторяй моих ошибок... В любом из миров...

Я зажала рот руками, чтобы не зареветь и крикнула вслед тающему в кухонном сумраке бабушкиному силуэту:

- Бабушка, прости меня!

- Мы с тобой еще увидимся, я тебе помогу, - услышала я, совсем уже тихий бабушкин голос, и меня, словно толчком в спину, вышвырнуло из сна в пасмурное весеннее утро...

Смятая подушка, сбившееся одеяло и что-то тяжелое в ногах...

- Симка! Вот ведь зараза!

"Обнаруженная" кошка потянулась, выпуская желтые когти, и спрыгнула с моей постели. Интересно, как она попала в дом, ведь форточку я вчера закрывала?.. Сонно щурясь, я огляделась по сторонам и увидела, что, кроме "кошачьего входа" настежь распахнуты еще и дверь в кухню, и шифоньер и пустой коричневый чемодан, сиротливо стоящий на полу прямо в центре комнаты.

- Да что ты себе позволяешь?! - крикнула вслед прыгающей на улицу нахалке. - Что ты здесь искала? Залежи валерианы? Только бабушка....

Глава 8

Дорога...

Я вспомнила все. И снег за окном, и ее потрясенный взгляд, и свою обиду и... верхний ящик серванта... Самого раритета, доставшегося нам "в наследство" вместе с домом, давно в комнате не было. Вместо него угол занимал модный комод - мой подарок бабушке на позапрошлый день ее рождения. А, все, что не вошло в него, или оказалось безвозвратно устаревшим, мы с бабушкой пустили на растопку печи или разложили по двум картонным коробкам из под сапог и унесли в кладовку.

- Нет, не могла она так со мной поступить! Это было бы уже слишком.

Под этим жизнеутверждающим лозунгом я и спрыгнула с кровати, потом влезла в растрепанные бабушкины тапочки и подскочила к комоду. Помнится, все бумаги должны быть в верхнем его левом ящике... После беглого осмотра, передо мной на столе лежала стопка каких то квитанций, договоры на разные услуги, пачка писем (интересно, откуда, после почитаем) и тетрадь с конспектами уроков по ботанике. Все...

- Ничего, есть еще кладовка! - подстегнула я саму себя и решительно направилась в сени. Дверь в кладовку - слева, выключатель света - сразу за ней, справа. Маломощная лампочка выхватила из темноты круг с бесчисленными стеллажами на его границах.

- Вспоминай, склеротичка, где могут быть эти коробки?.. Так, табурет мне тогда не понадобился, но ставила я их куда то наверх, - сосредоточенно вспоминая, медленно двигалась я вдоль полок. - Поднимала сразу, одну на другой и, когда уже опускала руки, мне на голову свалился... большой плюшевый медведь. Точно!

Ориентир был найден и, через несколько минут, рядом с кучей "комодных" бумаг на столе в комнате стояли, одна на другой, две пыльные обувные коробки, источающие запах сырости. Откинув крышку верхней, я разочарованно выдохнула - она была ровно по края набита бабушкиными учебными книгами. Оставалась вторая, она же последняя моя надежда... В "последнюю надежду" вошли: разнокалиберные чайные и кофейные чашки, видимо, оставшиеся от "недобитых" сервизов, блюдца от них же и парочка хрустальных стопок с выщербленными краями.

- Вот так вот значит, Неонила Марковна? Прощальная шутка заботливой бабушки. А это мое большое вам спасибо! - захлопнула я коробку и, со всей дури, запустила ею в стену.

Коробка "обиженно звенькнула" и развалилась на составляющие. Газетный лист, которым было застелено дно, прикрыл собой "добитую" наконец-то посуду. А между ним и самим дном, мятым бумажным углом торчал какой-то конверт. Я нагнулась и осторожно вытянула его наружу...

Конверт был современной прямоугольной формы и с девственно чистыми полями для информации. К тому же, "любезно" не запечатан. Внутри его лежали вырванные страницы из незнакомого мне журнала, свернутые в несколько раз. Я тут же их вытащила, развернула спрессованные временем листы и обнаружила внутри еще и какую-то газетную страничку, небольшого формата и уже порядком пожелтевшую...

Чего же я ожидала в конце своих "заполошных" поисков? Не знаю... Возможно, в свете последних подробностей из нашей с бабушкой жизни, тетрадей с запрещенными заклинаниями, амулетов, приносящих счастье, или карт с секретными лабиринтами. Все оказалось гораздо проще и обыденнее. Хотя, насчет отсутствия ориентиров, я, возможно, поторопилась. Они, явно имелись: "Происшествие у горы Дишта", гласил заголовок небольшой газетной заметки, сразу, почему то, бросившийся в глаза. Далее шел текст мелким типографским шрифтом: "Позавчера, около небольшой пещеры в горе Дишта, расположенной в двух километрах севернее поселка Тишьозеро, местная жительница, Ларионова А. К., собирая неподалеку грибы, обнаружила двух человек: женщину, лет 35 - 40-ка и ребенка женского пола, лет 3-4-х. Неизвестная, на тот момент, находившаяся в бессознательном состоянии, но без видимых следов повреждений, тут же была, вместе с ребенком, направлена на обследование в Муезерскую районную больницу. Пробыв там до утра следующего дня, она скрылась в неизвестном направлении, предварительно выкрав из отделения педиатрии доставленную с ней девочку. ОВД Муезерского района начал поиски исчезнувших неизвестных личностей.

Внимание! Если вы узнали женщину с этой фотографии, обязательно позвоните по указанным ниже номерам. Возможно, ребенок был ею выкраден из семьи".

Ниже располагались телефоны и маленькая черно-белая фотка. И на этой фотке была "я"... со мной. Именно такое меня накрыло вначале ощущение. Нет, женщина, сидящая на больничной койке и прижимающая к себе упитанного, почти лысого карапуза, безусловно, имела определенные со мной различия. Во-первых, возраст вносил свои коррективы. Во-вторых, прическа была другой: не моя "дикая солома" до плеч, а длинные и убранные в "шишку" светлые волосы. Ну, а в-третьих, это была не я, а моя бабушка, собственной персоной. Только много лет назад, в какой то Муезерской районной больнице находящаяся, вместе со мной у какой то горы Дишта найденная. Это где, интересно знать? И когда?.. Вверху, по центру оборванного листа, на черной полосе белым курсивом красовалось: "Будни Муезерского" и там же по бокам: "23 марта 1989 года". Этот год в дополнительных намеках не нуждался и значился нашим первым с бабушкой "качелинским" годом. А, вот место происшествия оставалось неясным. Пришлось "пробежаться" по заголовкам и текстам соседних статей... Ответ нашелся почти сразу и обозначился, как: "Неожиданным результатом закончился матч между волейбольной командой наших земляков, "Карельский рабочий", выступающих за завод...".

- Значит, Карелия, - подвела я первые итоги и потянулась за журнальными листами...

Здесь дела обстояли еще интереснее: найти на двух, подряд вырванных страницах дешевой журнальной бумаги, название неизвестного СМИ не представлялось возможным, хотя бы на первый взгляд. Зато цель "бумажной расчлененки" виделась очевидной. Статья "Таинственная Карелия" Т. Лобанова, начиналась на верхней, 58-ой странице и заканчивалась в середине последней, 61-ой... Через минут десять вдумчивого чтения я уже имела представление об основной мысли автора. Мысль эта была простой и ясной: вся Карелия - сплошная аномальная зона. Тут вам и барантида, подземный и подводный гул, и улиты, каменные лабиринты, и сами камни с многозначительными названиями: Конь-камень, Бабий камень и тому подобное. Но, основное внимание Т. Лобанов уделил горам, точнее одной из них, Воттовааре. Расположена она в четырех километрах на юго-восток от упомянутого выше Тишьозера и слывет местом массового паломничества. Причина тому - "лестница в небо", ступени, ведущие к обрыву, а, по мнению некоторых исследователей - вход в параллельные миры. Не больше и не меньше. Подтверждений данному феномену приводилось множество, причем с отчетностью по годам. Но, что интересно, эпицентр периодических исчезновений "каких-то людей в никуда" или их появлений из ниоткуда, был не на самой прославленной "лестнице", а немного южнее Воттоваары, в районе горы Дишта...

Под последним отчетным пунктом, обозначенным "Конец марта 1989 года" присутствовали и наши с бабушкой скромные персоны. Правда, как "неизвестные", но по определению из общего числа не выделяющиеся. Здесь же стояла пометка, что обнаружены мы были в непосредственной близости от входа в пещеру, как и первые четыре зарегистрированных исследователями случая. Но, с той лишь разницей, что до нас незнакомцы пребывали в полном здравии и скорость передвижения выказывали завидную. А всего таких известных случаев, в районе между двумя горами, было девять за последние 120 лет.

В конце своего труда автор сетовал, что "до сих пор незаслуженно малоизученная пещера" в горе Дишта таит в себе много загадок и надо бы восполнить пробел и залезть в нее поглубже...

Да... Было над чем задуматься. С одной стороны, статья меня, честно говоря, не впечатлила. С моей, профессиональной, редакторской точки зрения, в ней имелось много "притянутостей за уши". С другой стороны, была заметка в "Буднях Муезерского" с фотографией и тот факт, что бабушка отнеслась к Т. Лобанову гораздо уважительнее меня. Значит, на то у нее были веские причины...

Последний довод я берегла сама от себя: "Не повторяй моих ошибок... в любом из миров". Таким было пожелание самого дорогого мне в этой жизни человека. Конечно, по началу, я импровизировала с его трактовкой, вспоминая к месту и не очень определения: "страны третьего мира", "мир океана", или, того глупее, "Мир цветов", одноименный тюменский магазин. Но, сейчас, после всего прочитанного и осознанного, сомнений в истинном смысле бабушкиных слов не осталось...

Моя память, почуяв слабину здравого смысла, тут же начала подсовывать множество доказательств нашей с бабушкой "чужеродности". Но, если раньше я их относила к предрасположенности нашего рода к ведьмовству, то сейчас, причины виделись несколько иными. Примером тому было мое прошлогоднее прохождение полного медицинского обследования. Мне тогда, в разгар нашего с Андреем романа очень захотелось родить от него ребенка. Причем, участие отца, в дальнейшем, рассматривалось, как второстепенный фактор. Целью было просто родить себе частичку любимого мужчины, которая всегда будет со мной. И я даже имена уже выбрала, причем для обоих вариантов "частиц" - Арсений или Василиса. Такой вот женский эгоизм и безрассудство в действии. И вот, среди прочих, исследовали мне и мой несчастный женский мозг... Лицо доктора, не молодой уже женщины, я помню до сих пор: растерянное и удивленное.

- Девушка, - спросила она тогда, - вы где работаете? - и, после моего "развернутого" ответа, удивилась еще больше. - Видите ли, у нормальных людей, головной мозг задействован на цифры от трех до восемнадцати процентов, а у вас - на шестьдесят два. Причем такое ощущение, что сорок девять из них находятся, как бы в анабиозе.

- В каком смысле? - тупо спросила я.

- Они спят, пока спят...

Следующие специалисты "порадовали" меня еще больше: у каждого для меня нашлось какое-нибудь "отклонение". Итог же подвел кардиолог, к которому я шла, уже как на Голгофу. Он, с отсутствующим видом, внушившим мне, поначалу надежду, сообщил, что сердце мое расположено ровно по центру грудной клетки. А потом, увидев мои расширившиеся глаза, добавил, что данный факт никак не влияет на его нормальное функционирование... После этого приема я зашла в аптеку и снова купила противозачаточные таблетки... Прощайте мои Арсений или Василиса...

Из раздумий меня выдернула веселенькая музыка телефонного будильника - пора было "просыпаться". Девять часов утра. Просыпаться и решать, что со "всем этим" делать дальше...

- Ну что, дорогая, - ехидно поинтересовалась я у своего отражения в умывальном зеркале. - Бойся своих желаний, ибо они имеют обыкновение сбываться, - а, потом, секунду подумав, себя же и спросила. - А давно ты в последний раз в отпуске была?..

Сборы в обратную дорогу заняли минут пять, уборка комнаты, еще столько же. Уже у двери, с Марининой ватрушкой в зубах, я вспомнила про оберег и, держа его в руке, защелкнула душку замка. А только у калитки запоздало заметила, по прежнему "гостеприимно" распахнутую комнатную форточку. Но, возвращаться во второй раз назад не стала. Дом простит...

Валерыч в это время дня "обитался" на своей работе, в школьном спортзале. Я застала его за выставлением оценок в чей то классный журнал:

- Привет, профессор физкультурных наук!

- И тебе не болеть, - отозвался он, приветливо бликуя линзами очков. - А я вот "косяки" свои подчищаю, а то замотался с этой стройкой совсем. Предварительные оценки за год не успел выставить. Уже уезжаешь?

- Так точно. Только у меня к тебе напоследок небольшое дельце есть, - интриганским тоном протянула я. - Кое какую вещицу надо отдать.

Мужчина неожиданно засуетился, потом густо покраснел и выронил ручку.

- Ты чего? Я же тебе не зубную щетку возвращаю... - опешила я, вдруг вспомнив, что зубных щеток в стакане на полке умывальника было действительно две. - Ну, и дела... И давно вы с бабушкой по утрам... рыбу ловить начали?

- Да, что уж теперь, - глубоко вздохнул "герой-любовник". - Четыре года тридцать первого декабря... было бы.

Узнай я эту новость вчера, услышал бы Валерыч много чего интересного в свой адрес. Но сегодня, в силу моего, граничащего с эйфорией настроения, объяснимого вновь обретенным за последние полгода смыслом жизни, я лишь подсела к нему на низкую скамью, обняла за плечи и иронично скривилась:

- Значит, мы с тобой теперь оба сиротки остались.

- Вета, она ведь такая была... Такая... Как с другой планеты.

- Знаю. И заботливая очень... Вот, - протянула я мужчине маленький ситцевый мешочек. - Тебе просила передать - оберег для вашего с... дома.

- Когда просила?

- Сегодня ночью.

- Приходила, значит, - произнес он с тихой завистью. - А ко мне не приходит.

- Зато помнит, даже на своей планете. Не грусти, - поцеловала я Валерыча в жесткую щеку и поднялась на ноги. - Мне пора, куча дел впереди. Всего тебе и твоей семье самого светлого.

- Удачи и тебе, Ветвяна Полунич.

Я, на мгновенье замерла, услышав странное из уст Валерыча сочетание звуков своего полного имени и, с улыбкой подумала: "Ну что ж, теперь и ему можно так меня называть"...

Утро понедельника в моем рабочем "медиа-муравейнике" было традиционно бурным. Уже на лестнице, на меня чуть не наскочил, читающий на бегу лист с текстом, Павлик Рогозин из студии новостей.

- Ой, Вета, привет! Отлично выглядишь. А у нас тут с утра пораньше ЧП с участием твоего Бурова.

- Привет, неужели свершилось?

- Что свершилось? - захлопал ресницами Павлик.

- Сделал он, таки ребенка Виолетте Дмитриевне.

"Гламурный" отрок на секунду задумался, видимо соединяя в своей фантазии худого, как кий, Андрея с "монументальной" кадровичкой, давно уже строившей Бурову глазки, и взмахнул рукой. - Ой, да ну тебя! Тут другое: сегодня в курилке они с Владиком чуть не подрались.

- Неужели, из-за Виолетты Дмитриевны?- развила тему я.

- Вета! Угомонись, это тебя тоже касается, - пристыдил меня строгий Павлик и, на всякий случай ускорил темп своего повествования. - У вас чалдоны зависли, потому что "Окна в будущее" соскочили, а третий этаж рогом уперся насчет Омска.

- Н-да... - задумчиво изрекла я, "переваривая" эту слэнговую шифровку.

- И это все? А где обычный глубокий обморок? - разочарованно протянул новостник.

- Знаешь, дорогой, а мне плевать. Я в отпуск ухожу.

- Счастливая... Ой, мне же в студию на запись, я вообще то опаздываю, - вспомнил вдруг Павлик и, бросив на прощание. - Чмоки-чмоки, - понесся вниз по ступенькам.

Новость, действительно, была малоприятной. Сериал про чалдонов в Сибири, над которым в течение последних месяцев "карпел" Андрей, на данный момент оказался под большим вопросом. А все потому, что главный наш спонсор, владелец "Окон в будущее" по какой то, неизвестной мне причине, решил деньги нам не давать. В довершении всего, наше наивысшее руководство отправлять съемочную группу в Омск за счет конторы отказалось. Поэтому и был, видимо, чуть не побит Буровым в курилке форсистый Владик, начальник отдела продаж. Ведь это кто-то из его менеджеров по рекламе "не дотянул" такого важного клиента. И я, кажется, помню, кто именно - Катенька с наивными детскими глазами и пятым размером груди. Вот ее мне, действительно, было искренне жаль. А, что касается всего остального...

- Мне плевать, а мне плевать, - удивляясь сама себе, повторяла я, медленно поднимаясь на второй этаж...

А потом, обменявшись несколькими приветственными репликами с коллегами "по цеху", постучала в дверь кабинета Андрея:

- Да! - услышала приглушенный "рык" с той стороны.

В маленькой комнате, от пола до потолка завешанной дипломами различной ценности, кроме моего угрюмого начальника томились сейчас "пострадавший" морально Владик и Катенька, тоже с заплаканными глазами. Я, разумно оценив обстановку, решила с разговором по душам пока повременить:

- Извините, я, кажется, не вовремя.

- Вета, погоди! - не дал мне закрыть дверь Андрей. - Зайди, будем вместе думать, как выходить из положения.

Пришлось возвращаться (вот ведь, попала), садиться за переговорный стол и делать умное лицо.

- Сейчас мы вместе с Катериной туда поедем, - продолжил излагать свою стратегию Владик. - Я договорился на 9.30. Покажем новое коммерческое предложение и начнем торговаться по обстоятельствам.

- Обстоятельства хотелось бы знать заранее. У меня на двадцатое съемка назначена в Омском университете с профессором Угрюмовой, а она на следующий день в Америку улетает. Вот и ищи ее потом... по заграницам, - невесело усмехнулся Андрей и обратился уже непосредственно к Катеньке, точнее, к ее шикарной груди. - Этот... хоть объяснил причину "соскока"? - Катенька всхлипнула и отрицательно замотала головой, а я отстраненно подумала: "Вот мне и замена нашлась". Андрей же, застигнутый моим взглядом "на месте вожделения", наконец улыбнулся. - А ты что молчишь? О чем думаешь?

"А я думаю, мой дорогой, что вся эта суетня мне уже порядком обрыдла", - проговорила я с чувством про себя, а вслух, пожав плечами, дисциплинированно выдала:

- На Угрюмовой свет клином не сошелся, хотя она, конечно, самый лучший в Сибири специалист по чалдонам. Но, с двадцать первого, у нас в ТГУ будет читать спецкурс ее ученик, доцент Банников, я тебе про него говорила. На крайний случай, можно записать и его.

Андрей улыбнулся еще шире и поднял вверх указующий перст:

- Мы будем иметь его в виду, но, вам, господа, - на этот раз осторожно скосил он глаза в сторону встающих с мест "коммерсантов". - желаю удачи.

"Господа" раскланялись и быстро вышли из кабинета. Андрей же встал из-за стола и приглашающее распахнул свои широкие объятия:

- Как я по тебе соскучился, Веточка. Иди же ко мне! - ответного порыва не последовало, но он, как видно, был настроен сегодня решительно. Поэтому, подошел ко мне сзади, обнял за плечи и принялся целовать в шею. - Ты на меня действуешь умиротворяющее... Как, кстати, съездила в свое Качелино?

- Плодотворно, - процедила я, с усилием отрываясь от стула. - Я об этом, кстати, и хотела с тобой поговорить.

- Поговорим, конечно, только давай сначала, вспомним наши с тобой лихие времена, - запальчиво пробормотал Андрей, расстегивая мне блузку на груди.

Мне же, второй раз за это утро, пришло время удивиться: я больше не чувствовала ничего к этому мужчине. И зря, он, конечно, напомнил про ТЕ времена. Контраст стал еще острее:

- Андрей! - продостерегающе повысила я голос, перехватив его руки. - Я ухожу в отпуск.

Эффект получился явно отрезвляющим. Мужчина замер и изумленно на меня посмотрел:

- Повтори еще раз.

- Мне нужен отпуск, - достигнув желаемого результата, смягчила я тон.

- Но, ведь мы с тобой планировали вместе в сентябре махнуть во Вьетнам?

- Мы с тобой целый год что-нибудь планируем, но, планами это так и остается, а мне нужен отпуск сейчас. Хотя бы две недели. Очень нужен, - застегивая пуговицы, осторожно надавила я.

- И зачем тебе две недели?

- Мне нужно уехать в Карелию. Там обнаружились... "следы" наших с бабушкой дальних родственников.

- Опять эта твоя "родственная фобия", - страдальчески закатил мужчина глаза. - Ну, скажи, тебе меня одного мало, с моими фобиями и вечными творческими муками? Тебе обязательно надо пригреть еще кого-нибудь на своей... груди. А я собственник, ты же знаешь, - снова пошел он в наступление.

- Ну, тогда вот, что, - решилась и я на "ва банк", выставив перед собой руки. - Если ты так уперся, то мне ничего не остается, как просто взять и уволиться.

Андрей отстранился и вскинул брови:

- Даже так?

- Именно так и никак иначе, - отчеканила я.

- Ну, ладно. Раз пошел такой откровенный шантаж, пиши заявление, только на четырнадцать дней. И передай все свои дела... Да, кому их передать то, ведь некому... Две недели и ни дня больше. И скажи, ты одна едешь?

Теперь уже я, закатив глаза, направилась к двери. Потом остановилась и взглянула на Андрея. Мужчина стоял у стола с полным недоумением на лице... "Ну, зачем я сегодня сюда пришла? Ведь могла, просто "по-английски" свалить в неизвестность, или позвонить ему с прощальным "Я тебя бросаю и уезжаю навсегда", на крайний случай, написать письмо по мэйлу". Нет, какая-то часть моей души еще сомневалась в равноценности выбора, еще цеплялась за прошлое, внушая смутные надежды:

- Андрей, скажи, что бы ты сделал ради меня, ради нас?

- Вета, к чему такие вопросы, я, ради тебя, тебе отпуск дал в период аврала.

- Аврал у нас всегда. Ты не ответил... до конца.

- А, ради нас, мы с тобой сейчас сбежим с работы, на часок, и поедем ко мне. Я на выходных такую "игрушку для взрослых" купил... - с вновь воскресшей надеждой расплылся он. - У тебя ведь еще есть время?

"Нет, все бесполезно, все пусто и холодно, как в нашем качелинском доме", - подумала, глядя в его глаза. Потом подошла, провела по, когда то любимой впалой щеке пальцами и попрощалась последним "безвкусным" поцелуем:

- К сожалению, Андрюша, времени у меня больше нет. Мне пора...

Выйдя из тоже когда-то родного, серого здания, я впервые за долгое время смогла полной грудью вдохнуть свежий майский воздух. Потом замерла на несколько секунд, будто фотографируя на память кусты через дорогу, вечно поднятый шлагбаум и спешащих по делам людей, еще раз вздохнула, и направилась к стоящей на служебной парковке Мухе:

- Ну что, подружка, покатаемся напоследок? - Муха в ответ азартно замигала сигнализацией...

Весь день был в полном моем распоряжении. Билет на поезд ?85 Тюмень-Петрозаводск с сегодняшним отправлением в 22.35 по местному времени уже лежал в кошельке, но оставалось еще одно важное дело - встретиться перед отъездом с Юлькой. Я заранее морально подготовилась к нескольким путям развития нашего "прощального" диалога и, поэтому была сейчас, перед "согласовательным" звонком по телефону, во всеоружии. Но меня ждал совсем непредвиденный поворот:

- Алло! - на фоне какого-то сильного гула прокричала подруга. - Вета, привет!

- Здравствуй, Юля! Я вернулась, но... - начала я заготовленную вступительную часть.

- Это очень хорошо! По голосу слышу, что в нормальном настроении. Только, теперь я уезжаю, точнее, улетаю.

- Ничего себе! И далеко?

- Ага, в Турцию, в Кемер. У моего, наконец-то зам с больничного вышел, и мы решили на две недельки смотаться на солнышко. Ты, меня как раз на парковке у Рощино поймала. Мы машину на стоянку ставим. Погоди, я обратно сяду, а то не слышно ничего... Все, говори, - разрешила Юлька уже "на тишине".

- Ну что тебе сказать, дорогая. Погрейся там за меня, на массаж обязательно сходи. А как вернешься, я все тебе расскажу.

- Ве-ет, - со свойственной только ей "тянучестью" пропела подруга, - Я звонила тебе в субботу, но в твоей этой тьму-таракани связь совсем ни к черту. А потом замоталась со срочными сборами. У тебя точно все нормально?

- Да, дорогая, более чем, не переживай, - радостно уверила я.

- Ну тогда, пока. А то мне мой уже руками машет. Пора на регистрацию. Целую! - прокричала Юлька, уже вновь вынырнув в шумную жизнь аэропорта, и отключилась.

- Пока, Юля, - произнесла я уже самой себе, стуча телефоном по подбородку. - А, может, это и к лучшему, что ты не знаешь, какая авантюра мне предстоит, - и, погладив через блузочную ткань теплую, теперь уже не бабушкину, а мою цацку, повернула ключ зажигания...

Все двое с половиной суток дороги, проведенные в вагонной качке, пролетели незаметно. Я, наконец-то, прочитала прихваченного с собой в дорогу "Алхимика" Коэльо, разгадала кучу судоку и выпила литры чая. А теперь, за сорок минут до прибытия в Петрозаводск, столицу республики Карелия, уже с собранной сумкой под боком, сосредоточенно пялилась в вагонное окно.

Величественные сосны и ели, разбавленные, кое-где знаменитыми карельскими березами, постепенно редели, обнажая, пока еще клочками, скромные рабочие пригороды. На редких переездах все длиннее становились автомобильные очереди из машин, пестрящих нищетой и роскошью - верный признак близкого большого города.

- Двадцать минут десятого, скоро будем на месте, - сообщил, свесившись с верхней полки купе, мой помятый после сна сосед. - А вы уже готовы?

- Не терпится на свежий воздух из душного вагона, да и качка эта утомила, - честно призналась я.

- А я, знаете ли, привык к ней. Вечно по командировкам мотаюсь. Без нее даже дома, у жены под боком уснуть не могу.

- И нравится вам такая жизнь? - исключительно ради поддержания разговора уточнила я, уже плюхнувшегося напротив мужчину.

- Да, как вам сказать?.. - серьезно задумался он, почесывая щетину. - Дом, это, конечно, хорошо, но в жизни нужны более острые ощущения: азарт, неожиданный поворот...

- Случайная интрига... - ехидно подсказала я.

- Ну, и это, тоже... - буркнул в ответ сосед, отвернувшись к окну. Неужто, только со мной "не свезло"? - Главное, чтобы тебя дома ждали... любого, - все-таки подвел он итог и, прихватив полотенце, вышел из купе...

Сразу после прибытия в Петрозаводск, я направилась в кассовый зал. Еще дома, облазив интернет, выяснила, что нужен мне конкретный поезд под номером 137, следующий как раз (о, чудо!) через поселок Тишьозеро дальше на север. Но, на этом мое везение не закончилось и, минут через тридцать, в кошелек лег новый, песочного цвета, железнодорожный билет. Правда, придется весь день болтаться по городу, потому, что отправление в 00.32. Зато, в Тишьозере я буду не поздно вечером или глубокой ночью, а в очень даже приличное время - 08.45.

Электронное табло, висящее на стене, мигая через равные промежутки времени, выдавало то точное московское время, то уличную температуру. И цифры эти, к сожалению, мало отличались друг от друга. Пришлось доставать из полупустой дорожной сумки свой черно-бурый жилет и натягивать его поверх наглухо застегнутого пыльника...

Карелия всегда считалась краем контрастов, но меня, привыкшую, к быстрым переменам сибирской погоды такое не удивляло. Вот и сейчас, выйдя на залитую солнцем привокзальную площадь, и тут же, вместо гостеприимного "Добро пожаловать", получив пронизывающий порыв ветра в упор, я лишь спустила с макушки на нос солнцезащитные очки и решительно двинулась вперед.

Мое личное "золотое" правило, проверенное в частых командировках, работало в любом городе страны: чем дальше от вокзалов, тем приличнее общепит. В результате, в трех кварталах, по примыкающей к площади улочке, я нашла уютное кафе под названием "Три сосны", видимо, карельский вариант чеховской классики. Правильность собственного вывода вскоре уперлась мне в нос тесненными буквами на корочке меню: "В рассуждении чего бы покушать. А.П. Чехов". Ну, надо же! Уже с интересом, начала я осмотр небольшого, обитого "девственными" сосновыми досками зала и, над весящей на боковой стене огромной картиной с берегом лесного озера, романтично подернутого утренним туманом, прочла: "Человеку нужно не три аршина земли, не усадьба, а весь земной шар, вся природа. А.П. Чехов". Некстати вспомнился Коэльо с его поисками "знаков" в повседневной жизни. Получалось, что человек, идущий правильной дорогой, постоянно должен ими сопровождаться. Знаки помогают нам, дают советы и остерегают от опасностей... Еще один знак я увидела над дверью уборной, когда пошла туда мыть руки перед едой: "Как бы чего не вышло. А.П. Чехов ". Понимай, как хочешь...

После сытного завтрака, пришлось коротать время уже за осмотром самого Петрозаводска, о котором до этого я знала лишь одно: здесь снимался депрессивно-философский фильм "Облако-рай". И начала, невзирая на погодные условия, с продуваемой всеми ветрами городской онежской набережной. Однако вскоре была по заслугам вознаграждена за энтузиазм совершенно окоченевшим носом и зловещим "клацканьем" собственных зубов. Пришлось срочно сворачивать культурную программу и искать, на сей раз, более-менее приличную гостиницу. Таковая нашлась очень быстро, и маленький, оклеенный бумажными обоями номер, стал моим временным сегодняшним пристанищем. Жутко хотелось залечь в горячую ванну, часа на два, но, пришлось довольствоваться казенным душем, который, после нескольких дней в пути, и так сошел за "манну небесную"...

До поезда еще оставалось много времени, которое сейчас, в тишине

по дневному вымершей гостиницы, казалось и вовсе замерло. Я лежала на жесткой кровати и смотрела в потолок, помеченный следами "охоты" на комаров. Так случается, когда долго куда то бежишь, отгоняя от себя неуместные в тот момент мысли, а потом, вдруг, замираешь и с удивлением оглядываешься по сторонам... Приходят сомнения, скребут душу когтистыми лапами и нашептывают на ухо разные провокационные вопросы: "Ты, с упорством осла, стремишься туда, откуда твоя же собственная бабушка бежала, спасая тебя и бросив все, что было ей дорого. Ты отказалась от привычной жизни, от людей, которые тебе небезразличны. А что ждет тебя ТАМ? И будет ли вообще это ТАМ?" Я глубоко вдохнула, выравнивая дыхание, и резко села на кровати. Оставался единственный и самый верный способ проверить правильность собственного поступка: представить себе, как бы я жила дальше, если бы ничего этого не сделала...

- Нет! Я буду в этой пещере и дойду до конца. А там, будь что будет, мать вашу...

Тишьозеро совершенно не оправдывало своего названия. Узкий, закатанный в бетон перрон в этот утренний час был переполнен жизнью и сильно смахивал на своего "старшего коллегу" - сочинский. В разных местах, среди сошедшей с поезда вместе со мной толпы "паломников" по эзотерическим местам Карелии, мелькали картонки с надписями названий местных достопримечательностей. Преобладали, естественно "Воттоваара, недорого". Я, на прощание, помахала рукой молодой супружеской паре, с которой познакомилась еще в вагоне и двинула "в народ". Но, не пройдя и нескольких метров, почувствовала, как моего локтя уверенно коснулась чья-то рука:

- Девушка, вам к лестнице? - спросил меня невысокий мужик в жилете с множеством карманов.

- Не совсем, - уклончиво протянула я и тут же решилась. - Если вы не против по дороге еще кое-куда заехать.

- Да, с такой красавицей, хоть до Мурманска! - просиял мужик и, подхватив мою сумку, направился к шеренге машин. - А, куда именно надо заехать, ну, кроме Мурманска?

- К Диште, точнее к пещере в горе Дишта.

- А-а. Это туда, откуда недавно ученые съехали, с неделю назад. Они у нас по поселку квартировались.

- Уж не Лобанов ли, со своей группой? - заинтересованно прищурилась я.

- А .... его знает, - ясно выразил свою мысль мой водитель. - У нас с супругой студент жил, который на побегушках у их главного числился. Так замучили нас ночными телефонными перезвонами - постоянно парня дергали то туда, то сюда... Ну, вот, и мой скакун. Садитесь, не стесняйтесь.

Я, не раздумывая, плюхнулась на переднее сиденье красной Нивы и, дождавшись мужчину, продолжила прерванную тему:

- А вы, случайно, не знаете, нашли там что-нибудь или нет, в этой пещере?

Тот в ответ почесал затылок и ненадолго задумался:

- Вроде бы было что-то, на их приборах. Как то наш Эдик зазнобе своей по телефону хвастался, что... в левом, нет, в правом крыле есть какие то, то ли отклонения, то ли изменения, .... его знает.

- Понятно, - тоном глубокого знатока "отклонений" изрекла я...

Через пару минут мы уже вовсю тряслись по широкой поселковой улице, полностью застроенной частным сектором, а затем повернули в сторону темнеющего вдалеке леса. Справа, среди разбросанных по берегу банек и огородов, бликовало на солнце одноименное озеро, слева же высились внушительных размеров двухэтажные бревенчатые дома. Весна здесь только начиналась, но, сегодняшний день, вышел на удивление теплым. Поэтому я, еще в поезде, вдохновившись видом аборигенов, прохаживающихся по перрону, за остановки две до Тишьозера, сменила свой дорожный наряд. Джинсы, теплый свитер и пыльник были отправлены в сумку, придав ей более-менее "уважаемый" вид, и заменены тонкой водолазкой с короткими рукавами и длинной шерстяной юбкой. Потом, правда, я одумалась и натянула сверху свой меховой жилет. Обувь - замшевые летние ботинки, нареканий не вызывали, да и альтернативы им все равно не было...

Машина, почти у кромки леса, вдруг, дернулась и заглохла. Водитель недоуменно выругался.

- Надеюсь, у вас бензин не закончился? - вкрадчиво в свою очередь, поинтересовалась я.

- Бензин? - непонимающе нахмурился мужик и повернул ключ. Двигатель вновь заработал, мы оба с облегчением выдохнули и медленно тронулись с места. - Я, вообще-то не по автомобильному профилю, - покаянно признался он. - За руль совсем недавно сел. Жизнь заставила. Вот и бывают такие казусы, уж извините.

- Ничего страшного, - заверила я своего "неопытного водителя" и тут же, на всякий случай, подбодрила. - Если что, мы с вами местами поменяемся.

Мужчина скептически скривился, но промолчал, являя всем своим видом грубое ущемление мужского достоинства. А я, в это время, разглядывая окружающую красоту, подумала, что мне сейчас уже глубоко наплевать, знак это был или просто пустяшная заминка в дороге...

Через несколько минут мы свернули с заплатанной асфальтированной трассы и въехали в лес. Дорога, едва заметная под слоем сухой хвои, скоро совсем исчезла, уткнувшись в большой камень. Мой водитель заглушил машину и шустро выпрыгнул из салона. Я, тут же последовала его примеру.

- Вот за этим валуном, по тропинке, немного влево и под горку и есть гора Дишта. Пещеру в ней сразу увидите.

- Понятно. Сколько я вам должна?

- Так мы ведь еще на лестнице не были?

- Ну и что. Может, у меня прихоть такая. Вы разве не знаете, что клиент всегда прав?

Мужчина согласно расплылся и назвал мне сумму. Я же, отсчитав ему из кошелька купюры, в раздумье замерла: что делать с дорожной сумкой, лежащей на заднем сиденье?.. Потом, мысленно махнула на нее рукой и направилась к валуну.

- Постойте, девушка! А фонарик то у вас есть? - крикнул мне вслед "брошенный" водитель.

- Фонарик?.. Нет, - растерянно тормознула я.

- У меня есть... для таких случаев, - тут же извлек он из захламленного бардачка маленький плоский фонарь. - Возьмите, пригодится, - добавил с какой-то странной, довольной ухмылкой на лице. И это было так ему несвойственно, так расходилось с уже сложившемся у меня в голове о нем представлении, что я, невольно, задержалась. Мужик это заметил, но, ни капли не смутился:

- А, все-таки рисковая вы девушка. Вы сами это понимаете?

- Теперь уже да, - удивленно промямлила я и, наконец, развернулась к своей конечной цели.

Мне бы очень хотелось спросить у этого аборигена, есть ли у него родственники в Тюмени, ухмыляющиеся так же нагло и разъезжающие на Лексусе, или, где он раньше работал, до своего "туристического бизнеса", но, сбежав с горки, я тут же забыла про все свои вопросы.

Потому что передо мной предстала Дишта - большая каменная глыба, местами обтыканная низкорослыми деревьями. Сравнивать ее размеры с другими карельскими горами было, с моей стороны довольно глупо, да и ни к чему. Тем более, занимала меня не она сама, а то, что открылось взору чуть позже - вход в пещеру. По очертаниям он напоминал довольно плоскую булку, а при близком к нему приближении высотой доходил мне до плеч. Вокруг входа желтела вытоптанная песочная полянка, со старым кострищем посередине и стоящим в стороне забытым пустым ящиком, видно, единственным напоминанием об недавно побывавших здесь ученых.

- Надеюсь, вы не подпортили мне "хэппи энд", умники? - вслух подумала, я, и решительно полезла в проход.

Метра через полтора низкий потолок закончился, и я вынырнула в прохладный и сумрачный "каменный зал". Здесь чернело еще одно кострище и пахло не совсем "приятно". На одной из рельефных стен темными контурами выделялась какая-то надпись. Я, любопытства ради, включила фонарик и направила его на слова: "Любовь победит всё. Коля и Ира. 1992 год". "Ну, надо же, какие глубокие мысли навевает это место", - цинично ухмыльнулась, проходя мимо, вглубь зала. Вскоре он, как и предполагалось, разделился на два тоннеля: левый и правый. Ни секунды не колеблясь, я выбрала второй и тут же окунулась в настоящую темноту. Нет, фонарик, конечно, работал, но ощущение полноценной освещенности прибавлял едва ли. Песок под ногами постепенно сменился каменной породой и тоннель, то сужаясь, то расширяясь, медленно пошел вверх. Где-то капало, мелкие камушки скрипели у меня под подошвами, мне даже, стало казаться, что я слышу биение собственного сердца, но я упрямо шла вперед...

Спустя какое-то время (точнее я выразить уже затруднялась), под ногами зачавкала вода и слабый луч вырвал из темноты небольшую нишу справа, с лужицей в углублении. В этом месте стена, будто плакала, спускаясь, рыжими подтеками прямо на пол. "Вот откуда капало", - подумала я, разглядев прямо над мини-озером мокрый камень. Еще через несколько метров, после очередного поворота, я за что-то ощутимо запнулась, получив хлесткий удар по голой ноге чуть выше левого ботинка. Скупой электрический луч вскоре нашарил, отлетевший в сторону пучок проводов, завязанный в узел посередине:

- Ну, спасибо вам, умники.

А еще за одним поворотом меня гостеприимно ждал тупик. Действительно, тупик. Досконально изучив пространство перед собой, я пришла к выводу, что выбрала не тот коридор и надо возвращаться. Но тут, предательский фонарик замигал и погас, оставив меня, с выпученными от страха глазами, в полной темноте. Глаза, к сожалению, подсвечивать не могут. Пришлось вытягивать руки и пробовать идти наощупь обратно, но продвинулась я недалеко:

- Ну, наконец-то! - радостно поприветствовала женщину с газетной фотографии, стоящую в проходе прямо передо мной.

Хотя, выглядела она, мягко говоря, иначе: вместо пестрого больничного халата на бабушке было элегантное, облегающее до бедер платье "в пол" и короткая лисья шубка. Высокая прическа опускалась локонами вдоль шеи, но была, слегка растрепанной, что ли. В довершении образа, бабушкина фигура источала легкое серебристое свечение, окаймленное золотым ободком, по качеству действия не уступающее моему почившему фонарю.

- Такой меня запомнила эта пещера, - скромно пояснила она, поправляя выбившуюся из прически прядь, еще не седых, а светло-русых волос.

- Видел бы тебя сейчас Валерыч, - не очень корректно восхитилась я.

- Валерыч? Ты и это знаешь? - на миг смутилась бабушка, но, быстро пришла в себя. - Значит, ты все-таки решилась?

- Бабушка, не начинай все с начала, - устало заныла я. - Ты ведь обещала помочь, так помоги. Подсвети хотя бы, мне дорогу, как фонарик.

- Ты думаешь, я только на такое способна? - грустно улыбнувшись, покачала она головой, и, наконец, решилась. - Сними медальон с шеи.

- Это что, плата за вход?

- Сними медальон и положи его в свою сумку, подальше. Он будет нам мешать.

Я выполнила бабушкино требование и выжидающе замерла:

- Что дальше?

Бабушка подошла ко мне вплотную, так, что я разглядела ее, почти лишенное морщин, красивое лицо:

- Будет трудно, надо приложить всю силу, которая в тебе есть.

- И как это сделать?

- Просто представь себе, что ты очень сильно хочешь отсюда выйти. Захоти это всей душой и вообрази, что там тебя ждет... красивый лес, с высокими вековыми деревьями, с камнями, поросшими мхом, и травой в маленьких цветах, качающихся под легким ветром...

- Значит, так выглядит твой мир?

- Да, детка. И этот мир со временем станет твоим. Просто, надо научиться быть сильной, чтобы суметь постоять за близких тебе людей.

- Хорошо, я постараюсь, - выдохнула я и почувствовала, как бабушка медленно в меня "входит".

Ощущение было таким, будто я, все-таки нырнула в вожделенную горячую ванну. Все мое существо наполнилось теплом, и каким-то, исходящим изнутри светом. Я поднесла к глазам руку и увидела, что она, действительно мерцает, так же, как недавно бабушкин силуэт.

- Ветвяна, у нас мало времени, не отвлекайся, - услышала я в своей голове учительский ее тон. - Посмотри на противоположную стену.

- Смотрю, - вслух отчиталась я.

- Проведи над ней ладонью, по горизонтали, примерно, на уровне груди.

Я послушно подошла к неровной каменной поверхности и протянула к ней правую руку. Потом медленно повела ее влево. Через сантиметров тридцать, на камне, прямо под моей ладонью, фосфорически засветился точно такой же отпечаток.

- Это замок, - строго объяснил бабушкин голос.

- А где ключ? - тупо уточнила я.

- Ключ ты, Ветвяна. Нажми рукой на замок и представь себе все то, о чем я тебя просила. Постарайся, детка. У нас с тобой только один шанс.

Я же, наоборот испуганно отдернула руку:

- А, если, у меня не получится?

- Тогда ты вернешься в Тюмень, или в Качелино и будешь жить там до самой смерти. А может, когда-нибудь, сумеешь стать счастливой, заглушив рутиной свой зов, - теперь в бабушкиной интонации явно присутствовала и доля ехидства. Ну что ж, кто, как ни она знает, чем собственную внучку "пнуть под..."?

- Ну, уж нет. У человека всегда есть выбор и надо им воспользоваться. Правильно, Неонила Марковна? - с вполне ожидаемой, "задорной" злостью процедила я и пришлепнула руку к отпечатку на стене.

- Правильно, Ветвяна Полунич, а теперь закрой глаза и сосредоточься...

Но, сначала я не почувствовала ничего, кроме соприкосновения кожи с холодным шершавым камнем. Потом зажмурилась и попыталась представить себе описанную бабушкой картину, постепенно давя на стену все сильнее... Дальше, когда моя фантазия начала давать сбои, я воскресила в своей памяти красивые пейзажи из интернета и журналов, поразившие меня когда-то. Камень по-прежнему оставался бесчувственным, рука, постепенно немела... Меня начало охватывать отчаяние и обида за то, что усилия мои все пошли прахом, за то, что я, стоя на пороге своего потерянного мира, оказалась бессильной перед стеной, отделяющей меня от такого желанного дома, покоя, любви, ждущей где-то там, за этим холодным камнем. И, уже на грани сил и возможностей, в моей голове, как трехмерная панорама возник серокаменный замок, балкон на высокой башне и мужской силуэт на этом балконе. Я потянулась к нему всей своей душой и... вывалилась в солнечный день...

Глава 9

Хлыст...

Вывалилась... да так и осталась лежать носом в траве, вдыхая ее сладковатый, земляной вкус. Потом медленно перевернулась на спину и попыталась открыть глаза. Голова кружилась, как после лошадиной дозы шампанского, а ноги и руки казались бесчувственно-тяжелыми. Может, я сама превратилась в камень?.. Я так расстаралась это проверить, что со всего маху влепила себе рукой по носу, с трудом сфокусировала зрение на растопыренной перед глазами ладони и, наконец, расслабилась...

Неведомый мир, отделенный от меня, теперь уже не каменной глыбой, а лишь сомкнутыми веками, был полон звуков и ощущений. Он ждал меня. Земля, на которой раскинулось мое бренное тело, была теплой и мягкой. Под голыми от локтей руками, чувствовалась короткая трава. А, где-то высоко над головой, равнодушно шумела под ветром листва. Птицы переговаривались между собой, и их залихватское чириканье слышалось то громче, то совсем отдаленно, а рядом с правым ухом басовито жужжала пчела.

Я потянула носом и с удовольствием вдохнула чистый лесной воздух, разбавленный едва уловимым цветочным шлейфом. В ту же секунду, прямо на его кончик беспардонно приземлилась какая-то мелкая букашка. Пришлось вновь открывать глаза и скашивать их в одну точку, на этот раз, правда, гораздо успешнее. На поверку мелкой букашкой оказалась божья коровка, которая тут же возмущенно взмыла с моей руки в небо.

Пора было переходить ко второй стадии знакомства - зрительной. Я села и потрясенно огляделась - со всех сторон, куда дотягивалось зрение, меня окружали сейчас огромные вековые дубы. Нет, обычные, хотя бы, на первый взгляд, деревья. Просто к дубам у меня с детства большая слабость. Мне, почему то всегда казалось, что у каждого, уважающего себя дома он обязательно должен расти. Здесь же дубы были повсюду. А в их пестрой, колышущейся тени росли цветы, белые и сиреневые, очень похожие на дельфиниумы. Вот над этими цветами и трудились вовсю пчелы...

Посмотрев же прямо перед собой я, наконец, ознакомилась с "внешней" стороной своей "двери" - невысоким холмом, у подножия которого я сейчас сидела. А точнее - массивным, вросшим в него сбоку камнем, розовато-серого цвета. Я поднялась на ноги и обошла возвышенность по кругу. Никаких гор, низин с тропинками, соснами и валунами не было и в помине. Только дубы, насколько хватало глаз, хотя... Взобравшись по крутому склону, я уже гораздо внимательнее всмотрелась в редкие просветы между дубовыми кронами, и увидела силуэты гор вдали. Горы эти были огромными и, насколько я смогла понять, со снежными голубоватыми вершинами. Вот это да...

- Как жаль, бабушка, что ты не видишь этой красоты, - вздохнула, возвращаясь из состояния "возвышенного созерцания" к насущной реальности. - Так... А куда же мне идти теперь?..

Когда то и от кого-то я услышала умное выражение: "привязка к местности". Что оно означает, могла лишь фантазировать. Казалось логичным, например, что, если ты у реки, то надо обязательно идти вдоль ее берега. Тогда, рано или поздно, наткнешься на какой-нибудь населенный пункт. А если из ориентиров только горы?.. Где, обычно, в таких местах селятся люди: по дальше от гор или наоборот, у их подножия? С одной стороны, горы, конечно, защищают от разных погодных неприятностей и заходов неприятеля в тыл, а с другой, сами являются источником опасности, разродившись однажды, извержением вулкана или снежной лавиной...

Здраво рассудив, что в позе полководца над полем битвы умных мыслей не прибавится, я пошла сама с собой на компромисс, утвердив маршрут, идущий параллельно горной цепи. Достала из сумки цацку, опустила ее на шею под водолазку и "во всеоружии" потрусила по спуску.

Вот тут-то меня и "накрыло": в голове что-то металлически щелкнуло, и радостный женский голос внутри меня сообщил: " Ладмения приветствует тебя, чужестранка! В нашем гост..." и неожиданно затих... Пока я летела с холма, запнувшись за выступающий из земли камень, и тормозила конечностями, то успела подумать, что голос этот был мне не знаком и никак не мог принадлежать бабушке. Потом, уже у подножия, отдышалась и еще раз, более внимательно огляделась по сторонам. Лес безмолвствовал, видимо, наслаждаясь произведенным эффектом. Я же, слегка успокоившись, перешла к осмотру своей "тормозной системы": ссадина на правой коленке, на внутренних сторонах обеих ладоней и запястий, и дырка на юбке, в обрамлении грязного зеленоватого пятна, правда небольшая и тоже в районе правого колена.

- Н-да, не все так просто в Датском королевстве...

В этот момент меня, только вставшую на ноги, "накрыло" во второй раз. Тот же предупредительный щелчок, тот же радостный голос и интонация, только вот текст, слегка расширился: "Ладмения приветствует тебя, чужестранка! В нашем гостеприимном государстве всегда рады..."

- О-о-о! - завыла я, зажав руками уши. - Да что это за лес такой? Чего они тут насадили, каких галлюциногенов? - и, прихрамывая, понеслась прочь.

Деревья, совсем недавно казавшиеся мне великанами из сказки, теперь внушали только страх. Я летела меж дубов, иногда озираясь по сторонам, но при этом скорость свою не сбавляла. И, в конце концов, проламываясь сквозь возникшие на пути кусты, чуть не сшибла какого-то здорового лысого мужчину, застывшего в лишающей разнотолков стойке. Мгновенно затормозив, я уж было хотела извиниться за свой беспардонный галоп, но тут меня вновь "накрыло", теперь уже окончательно.

Предательские кусты оказались придорожными и я, вмиг забыв про "пострадавшего", выскочила на выложенную камнем гладь. В нескольких метрах от себя, заметила, как в тумане, двух всадников посреди дороги и, рядом с ними, лошадь без седока. А неизвестная мне диктор, в это время "заливалась соловьем". Не помогали ни заткнутые уши, ни мычание, которое я издавала, закатывая глаза. Я даже попыталась воззвать к помощи пораженных таким зрелищем незнакомцев, но они, видимо, из инстинкта самосохранения, с места не сдвинулись. В конце концов, смирившись с судьбой, я решила дослушать текст до конца и обреченно шлепнулась прямо на дорожные камни: "... всегда рады гостям, пришедшим с добрыми намерениями. В подтверждение этому вы с этого момента и до конца пребывания в пределах страны, сможете свободно понимать наш государственный язык, общаться на нем, читать и писать. За сопроводительной грамотой обращайтесь в пограничную канцелярию правителя этих земель, графа Озерского. Да хранит вас судьба! Да прибудет с вами здравый смысл!"..

Здравый смысл... И тут до меня, как сквозь пелену, медленно стал доходить истинный смысл, наконец-то, прослушанного до конца, послания. Это была своеобразная "памятка интуристу", прибывающему в страну, под названием Ладмения.

- Точно... - пораженно обвела я глазами вокруг и, уже вполне осмысленно, смогла насладиться результатами своего представления.

А насладиться было чем: всадники, один, уже далеко не юный, с глубоко посаженными глазками, другой, чуть помоложе и шире в плечах, с "боксерским" носом, смотрели на меня, как на умалишенную. Пожилой, в подтверждение моих выводов, держал руку на чуть выдвинутом из ножен мече. Третий, он же "пострадавший", стоял на обочине, недалеко от места нашей с ним "встречи" и, скрестив руки на груди, беззаботно скалился во весь рот. На вид мужчине было лет тридцать пять. А его ястребиный нос с вздернутым кверху раздвоенным подбородком, такому, вроде бы дружелюбному проявлению эмоций, придавали совершенно двусмысленный вид.

- Привет, - стыдливо проблеяла я, продолжая, однако, сидеть на дороге.

Всадники встрепенулись, пожилой, кажется, даже облегченно выдохнул. - А вы разве не слышали этот...текст?- и для наглядности закрутила пальцем у уха невидимую спираль.

- Ты смотри, какие кобылки по здешнему лесу бегают! - через секунду заставил меня вздрогнуть насмешливый мужской голос, после чего я тут же была под локти водружена на ноги. - Ты хоть знаешь, как тебя зовут? - задушевно поинтересовался мужик.

- С утра знала. Сейчас - не уверена, - честно призналась в ответ я, не отводя от него глаз.

- Ну, надо же, какой дар судьбы, - выдохнув, усмехнулся незнакомец, переходя к теперь уже более тщательному моему осмотру. - Ни тебе гуляний под луной, ни бус в подарок. Имей да имей, пока не надоест.

Пожилой же вмиг насторожился:

- Ты чего это, Хлыст, надумал? Мы и так в дороге задержались. Как бы, не огрести от Его сиятельства.

- А я ее с собой возьму, - с вызовом заявил тот и грубо обхватил меня за талию. - Надоест, свояку подарю, на день рождения.

Меня такой поворот судьбы, естественно, не устроил, но ответить я ничего не успела, потому что в беседу в этот момент вступило третье лицо:

- Она ж умом больная, и к тому же припадочная, - как можно убедительнее пробасило оно. - Где ты ее прятать то будешь, у Его сиятельства в покоях?

- Да хоть на конюшне в соломе схороню, до ночи, - азартно парировал "озабоченный", а потом добавил. - А ты мне, Колун, поможешь.

"Боксер" в ответ изумленно присвистнул:

- Да с какой лешьей матери я свою спину буду под плеть подставлять? Ей ты, что ли, со мной рассчитаешься? - мотнул он в мою сторону головой.

- А с такой, с какой я пятого дня твою спину и задницу в купе с ней, прикрывал, когда ты у нашего графа с овчарни трех овец увел за свои долги рассчитываться.

Колун зло сплюнул и, наконец, решившись, соскочил со своей лошади:

- Ведь так я и знал, что выйдет мне это левым боком... Ладно, надо ее связать, чтоб не ускакала обратно в лес.

Время моего гневного протеста было безнадежно просрочено и сейчас, я лишь лихорадочно соображала, что делать дальше. Без сомнений, приняли меня за безнадежную дебилку, поэтому и обращались, как с таковой. Но, в голове все время навязчиво звучали слова из "памятки": "За сопроводительной грамотой... в канцелярию... графа Озерского". Я сопоставила их с прозвучавшими в разговоре "Его сиятельством" и "графом". Значит, у меня, не смотря ни на что, еще был шанс попасть именно туда, куда бы я и сама потопала, правда, по доброй воле... Имелся, конечно, и второй вариант - изобразить из себя грозную деву-воительницу и раскидать всех присутствующих здесь, включая лошадей, по разным кустам. Но он, мягко говоря, был не реален и, не смотря на скудность выбора, нравился мне гораздо меньше...

Колун, тем временем, отвязал от своего седла веревку и неторопливо двинул в нашу сторону.

- Вот так-то лучше, - усмехнулся подельнику Хлыст и помог связать мои ободранные запястья. - Поедем с ветерком. Ты ведь, не против, а, кобылка? - подмигнул он мне, и потянул к своей лошади.

"Хоть бы руки помыл, прежде чем за мои хвататься, сволочь", - подумала я, а вслух, однако же, робко спросила:

- А это далеко?

Мужик заржал и, поднатужившись, перекинул меня через лошадиную шею:

- Не успеешь соскучиться.

- Ох, прохиндеи! - глядя на это дело, с досадой произнес старик, первым трогаясь с места. - Последний срок я с вами в седле. Надоели вы мне оба хуже гномьей тещи ...

"Вот такого поворота я от своей судьбы не ожидала никак. Чтобы в первый день в родном мире начать со знакомства с такими распоследними мужиками и путешествия кверху попой, это надо быть фатально везучей", - рассуждала я, глотая дорожную пыль и охая от боли в боках.

Мой "похититель", тем временем, погоняя лошадь, спешил к месту нашей общей (будем все-таки надеяться) цели. Я отстраненно слушала его реплики к Колуну и недовольное ворчание, как выяснилось позже, Ермея, пока, вдруг, не почувствовала на своей, самой верхней, на данный момент, точке хозяйское похлопывание рукой:

- Ты не уснула там?

А вот это моей личной дорожной программой точно было не предусмотрено. Поэтому, не сильно думая, я подтянулась, ухватившись за сапог Хлыста и мстительно укусила его в грязную штанину. Мужик взвыл и тут же "ответил" носком сапога мне в скулу. Но, этого ему показалось мало и к моей побитой персоне были применены другие карательные меры: кляп в рот из тряпки, не чище штанов ее обладателя и вразумительная беседа о смысле моего никчемного существования. Я же, не выходя из образа, показала обидчику "неприличные" пальцы обеими связанными руками сразу. Правда, остались сомнения об осведомленности местного населения о смысле моего жеста.

Вскоре в пути вышла заминка: спутники Хлыста, после обмена несколькими фразами, смысла которых я совершенно не уловила, двинулись дальше по дороге, а мы свернули в высокую траву. Вывернув уже затекшую шею, я предположила, что маршрут наш, скорее всего, лежит через большой луг к высоким каменным стенам, виднеющимся в отдалении, и частично скрытым кустарником, но, судя по всему, попадать мы за них будем не через парадный вход. Этот вариант меня устраивал слабо. Ведь мало того, что со связанными руками сильно не помашешься, так еще и окажешься в итоге неизвестно где. "Нормальные герои всегда идут в обход", мать вашу...

Уже через несколько минут мы въехали в прохладную тень кустарниковых зарослей и остановились. Мужчина слез с лошади и великодушно сгрузил с нее и меня. Осмотрел еще раз, придирчиво поправил грязный кляп и не удержался - схватил за грудь. Мой прошлый подвиг с укусом ноги кое-чему меня научил, но, попытку сделать все-таки стоило, пинком ноги в "очаг озабоченности". Хотя, эта сволочь тоже была наготове и вовремя отскочила. Счет остался 2:1 в пользу Хлыста. Но, память у меня хорошая.

- Лягаешься, кобылка. Посмотрим, как ты сегодня ночью будешь лягаться, когда я на тебя настоящую сбрую надену, - многозначительно оскалился он и повел меня вглубь зарослей.

"Нет, у мужика точно большие проблемы с противоположным полом", - утвердилась я в своих прежних догадках.

Выбравшись из густой листвы мы уткнулись прямо в стену, выложенную крупным серым камнем. Я, один раз, во Франции выдела такие же древности, только кладка там была прямая, а не по кругу, как здесь. "Интересно, как выглядит сам замок... А, почему именно замок? Почему не дворец?.. Да, потому что стены серые, дура ты безнадежная", - размышляла я, вспомнив свою последнюю отчаянную картинку, толкнувшую "дверь". Странно устроена наша память, если именно этот фрагмент из своей биографии я вспомнила в самую нужную секунду...

Тем временем Хлыст потянул меня дальше, вдоль стены, но, прошли мы недалеко, и, вскоре, оказались напротив небольшого с неровными краями лаза, расположенного у самой кромки земли. Секундой позже, оттуда показалась голова Колуна, потом и он целиком, пыльный и ругающийся:

- Сколько можно тебя ждать? Сижу тут, как мышь в норе, - отряхивая штаны тут же выпенял он.

- Там-то все тихо? - кивнул за стену Хлыст, проигнорировав пыхтения подельника.

- Если бы, - с досадой сплюнул Колун. - Его сиятельство уже давно вернулся с Русалочьего. Сейчас, правда у себя, наверху, но, в любой момент может высунуться.

- А хозяин?

- Хозяина нет, вернется через день. Так что, давай, тащи девку в нору.

Я, от осознания открывшейся перспективы, испуганно попятилась назад. Не скажу, что у меня клаустрофобия, но, мало ли в какие места могут завести такие вот норы. И некому меня будет искать под многовековой кладкой. Хлыст, увидев такую разительную перемену, больно дернул за веревку и прижал меня к стене:

- Ты чего это артачишься? - процедил зло. - А, может тебя прямо здесь разложить? - и в доказательство своих намерений больно сжал своей лапой внутреннюю часть моего бедра.

"Вот ты и влип, сволочь", - злорадно подумала я: "Теперь ты точно сбрую ни на одну несчастную не напялишь, спасибо моей бабушке".

Он, видимо, что-то такое почувствовал, по крайней мере, вместо страха в моих глазах заиграли совсем другие огоньки, и решил сменить аргумент - тут же перед моим носом блеснуло лезвие большого ножа. Я даже успела разглядеть остатки какой то зелени на нем, но, все же, прониклась и... согласно кивнула, для приличия шмыгнув носом...

Лезли мы долго, Колун впереди, я после него, Хлыст - замыкающий. У мужчин, в отличие от меня, опыт такого способа передвижения был очевиден. Я же, постоянно опираясь на ушибленное колено, поддергивая юбку и перекидывая на спину сумку, то и дело материлась в свой обслюнявленный кляп. Да и связанные руки лишней скорости не добавляли. Норой, справедливости ради, этот лаз назвать было сложно. Он, скорее, походил на низкий, узкий и бесконечно длинный погреб с дощатым потолком, откуда, слабыми пыльными лучиками кое-где пробивался свет. В одном месте даже, в подтверждение моих выводов, откуда-то сверху, я услышала приглушенные голоса. Правда, разобрать, какому полу они принадлежат, было трудно. Наконец, я неожиданно для себя, уперлась макушкой в поджарый Колунов зад. Мужчина впереди меня замер и к чему-то чутко прислушивался, наклонив ухо к круглой деревянной крышке, приставленной к левой стене. Потом удовлетворенно кивнул, откатил ее в сторону и в следующее мгновение, нырнул в солому, целиком заполнившую небольшой открытый проход. Я вопросительно развернулась к Хлысту, но тот приставил свой грязный указательный палец к губам, что означало "жди и не мычи". Интересно, как же Я сейчас выгляжу...

Ожидание наше быстро закончилось, и, услышав короткий свист, я ощутила на своей, не единожды упомянутой пятой точке, "разрешающий" толчок вперед. Дальнейшие указания были излишними и я, с большим энтузиазмом, поперла в самую глубь соломы. Следом за мной, сюда же вырулил и Хлыст. Ударившие в нос сильные специфические запахи, сразу не оставили сомнений в конечной точке нашего путешествия. Это, безусловно, была конюшня, точнее ее "предбанник". Меня, тщетно пытающуюся выбраться из колючих залежей, на некоторое время оставили в покое. Мужчины, переговариваясь в полголоса, стояли у двери наружу. Потом, явно придя к общему решению, Хлыст довольно мне подмигнул и полез обратно в лаз. Колун, в отличие от него, остался внутри и, взяв вилы, начал забрасывать "разъехавшейся" в стороны соломой свой секретный проход...

Я же, сидела на невысокой перегородке из жердей и, задумчиво вытягивая из своих кудрей сухие травинки, оценивала обстановку: "Хлыст вернется по лазу, заберет из кустов свою лошадь и по главному входу въедет в замок. Так. Это, совсем приблизительно, и по большому блату, полчаса. Ну что ж, времени у меня достаточно. Что же до Колуна...", - оценивающе оглядела я его фигуру. Мужчина, уже приткнувший вилы в дальний угол, истолковал мой взгляд по своему и, обнажив в улыбке кривые зубы, подсел поближе.

- А что, если мы с тобой скоротаем время? - начал осторожно. - Ты знаешь, что такое "скоротать"?

- Тьфу... Я даже знаю, дорогой, что такое "скрасить ожидание", - ласково начала я, сдернув, наконец, уже потерявший для меня важность кляп. - Только у меня на сегодняшний вечер в вашем гостеприимном замке совсем другие планы и вы с Хлыстом никак в них не вписываетесь.

Сказать, что Колун сильно удивился, значит, не сказать ничего. На его "боксерском" лице одна за другой пронеслось множество эмоций, но досматривать этот сериал мне, к сожалению, было некогда. Я, в несколько быстрых шагов преодолела предбанник по диагонали и схватила связанными руками вилы, спешно возведенные в звание "тростки":

- Ну что, потанцуем? - не смогла отказать себе в любимой фразе Валерыча, которой он всегда приглашал меня на спарринг.

Когда мой наставник первый раз так выразился, то рассмешил меня до слез, вызвав невольное сравнение с накачанными красавцами из идущего тогда по ТВ, сериала "Спецназ". Там, один из них, как раз такой фразой мне и запомнился. Но обиженный Валерыч объяснил, что буза, на самом деле и является настоящей "боевой пляской" и к выпендрежу киношных героев никакого отношения не имеет... Но, это я так, отвлеклась, ностальгирую...

- Так, потанцуем или нет? Вы что, отказываете даме? - повторила я уже требовательнее и постучала металлическими штырями по полу.

Колун, наконец, очнулся, вытащил из поясных ножен меч и с оскорбленным ревом, пошел в мою сторону. Я же, мысленно простившись с обоими мирами оптом, по удобнее перехватила свое "холодное оружие" и расставила ноги... Первый, максимально сильный удар черенка, пришелся по "вооруженному" запястью мужика. На руку мне сыграло лишь то, что он и не думал в этот момент замахиваться, а решил, видно, сначала попугать "неадекватную девку". Тут же следом, расплатой за нерешительность, пошел второй удар - наискосок вверх под подбородок, а в довесок, поднырнув к нему сбоку, я еще и смачно приложилась поперек спины, как раз в район почек. Колун рухнул на колени и совсем не по-боксерски заныл. Я же, кружа вокруг него, как птица - падальщик, жаждала продолжения:

- Вставай, похититель графских овец, сообщник сексуального извращенца, - с предательской дрожью в голосе подначивала я мужика. - Вставай, или ты уже спёкся?

- Да я таких как ты, имелка ты дешевая, в медянских предгорьях на деревьях развешивал, как флаги. Да ты у меня на колу кровью умоешься, - зарычал тот с ненавистью, сплевывая в это время на пол свою собственную.

- Где ты их развешивал? - вкрадчиво уточнила я, набираясь злости для последнего, решающего удара.

- По деревьям с задранным подолом! - совсем уж зря выкрикнул мужик и ушел в нокаут завершающим ударом в лоб.

- Н-да... Не все так просто в Датском королевстве, - потрясенно произнесла я и выронила вилы...

Глава 10

Замок...

- Что же здесь такое происходит, в этом волшебном, мать вашу, мире? - сидя на коленях, и пытаясь закрепить между ними тяжелый меч Колуна, пыхтела я себе под нос.

Выходило это плохо (закреплять, пыхтела то я всегда на совесть) и ненадежно для избавления от моих веревочных пут. В конце концов, осознав, что данная затея - пустая трата драгоценного времени, отбросила меч подальше в солому и решительно направилась к выходу на свободу. И, уже, схватившись обеими руками за дверное кольцо, я на секунду обернулась на шевеление за спиной... Именно в этот момент, кто-то с огромной силой рванул его на себя с другой стороны. Меня, буквально вынесло наружу, и ощутимо приложило обо что-то большое и твердое. Стена?.. Человек?!

- Что здесь происходит? - неожиданно мягким голосом произнес человек-стена где-то у меня над головой.

- Вот и я себе такие же вопросы задаю, - стратегически попятилась я назад.

И, лишь отойдя метра на три, смогла оценить "масштаб пришедшего" по достоинству...

Вот, Хлыст, конечно мужик здоровый. И в моем прежнем мире такие, большая редкость. Андрей, мой, теперь уже "бывший", хоть и худой, как Дон Кихот, но высокий и весьма широк в плечах. Тоже, вызывал трепет... у некоторых. Но, то, что стояло сейчас передо мной, заслоняя весь спасительный дверной проем, пробуждало просто животный страх... Огромный мужчина, ростом не меньше двух "с копейками", мощным плечевым поясом и длинными ногами, шагнул вовнутрь предбанника и позволил рассмотреть себя уже не в качестве неясного силуэта. Я робко начала с ног. Черные брюки заправлены в зеркально начищенные сапоги того же цвета. Дальше - внушительный торс, обтянутый серой косовороткой и дополненный распахнутой кожаной курткой. На поясе, с левой стороны - ножны с мечом, хотя, я в оружии плохо разбираюсь. Что же касается верхней части, то ее можно было смело охарактеризовать, как "чистопробный мачо". Темно-русые волосы убраны в "конский" хвост, высокий открытый лоб с парочкой "средневозрастных" морщин, красивого изгиба брови и глаза, небольшие, но выразительные, "подернутые серой дымкой", как говорят экзальтированные дамы. Прямой нос, по-моему, слегка перебит в переносице, но вида это не портит и, наконец, губы... Вот губы его мне понравились. Они, как и голос мужчины, выбивались из общей "монументальной" картины и были по-детски пухлыми и какими-то трогательными, что ли... и сейчас они что-то говорили... голосом...

- Еще раз повторяю, что здесь происходит? - уже теряя терпение, произнес мужчина, обращаясь, почему-то, к едва шевелящемуся на полу Колуну.

Я, видя, что вступать все равно придется, мысленно сплюнула, вдохнула поглубже и направилась к своему поверженному спарринг-партнеру:

- Палач и жертва поменялись местами, - обличительно указала связанными руками на открывшего один глаз "палача".

Человек-стена, он же мачо, кажется, впервые обратил на меня внимание, наградив удивленным "немым" вопросом: "Она и разговаривать умеет?". Я уже было хотела продемонстрировать свои речевые возможности во всей красе, но тут, в открытом настежь дверном проеме заметила, стоящего неподалеку, и распрягающего лошадь Ермея. Мужик с неподдельным интересом прислушивался к происходящему внутри. "Ну, теперь понятно, откуда подул спасительный ветер, и кто надо мной высится", - покачала головой и, как можно дружелюбнее расплылась Его сиятельству.

- Пойдем со мной, - видно, не впечатлившись, бросил он в ответ и вышел из конюшни.

На улице, в небольшом отдалении, нас поджидало трое мужчин. Двое из них, облаченные в явно "форменную" одежду темно коричневого цвета, тут же направились к нам. Третий, высокий худощавый старик, одетый "по парадному", остался величественно неподвижным.

- Ольт, - обратился человек-стена к старшему по возрасту из подошедших, с короткими седыми волосами и такой же бородкой. - Колуна, он там, - кивнул в сторону распахнутой двери. - ... валяется, тащите в дознавательную. И Хлыста туда же, как только вернется. Только не своди их вместе до разговора со мной... Кто у нас после обеда на главных воротах?

- Четверо из первого звена с Демьяном, Ваше сиятельство, - слегка склонив в поклоне голову, ответил бородач. - А с девушкой что делать?

- С девушкой? - рассеянно переспросил граф и мельком глянул в мою сторону. - Развяжите ей руки, об остальном я распоряжусь сам. Тук! - махнул он рукой "парадному" старику.

Тот медленно подошел и с достоинством поклонился Его сиятельству. Я же, избавившись, наконец, с помощью второго мужчины "при исполнении", от своих веревочных оков, развлекла себя сценкой "Граф дает распоряжения слабослышащему слуге":

- Отведешь вот эту... девушку к Гильде, на кухню! - прокричал Его сиятельство, склонившись прямо к торчащему стариковскому уху. - а потом, проведешь ее наверх, в проходную комнату! Это все... Это все! - и, с явным облегчением, удалился по своим важным делам...

Его примеру последовали и "коричневые" мужчины, исчезнув в конюшне, а Тук, даже не проконтролировав мои намерения, "поплыл в неведомые дали". Мне ничего не оставалось, как пристроиться за его спиной. Зато, появилась долгожданная возможность осмотреться вокруг.

Весь замковый двор, выложенный, как и ведущая к нему дорога, камнем, но более мелким и гладким, действительно представлял собой большую окружность. И мы, в данный момент, находились на одной из ее половин. За моей спиной оказалась, покинутая с легким сердцем конюшня, которая, своим задником примыкала к серокаменной стене. Точнее, сама стена, довольно высокая и с двумя встроенными в нее, тоже круглыми, массивными башнями по обе стороны, и была ее задником. "Вот так вот, значит, мы попали вовнутрь, через лаз в кустах и сразу в нужное место", - невесело догадалась я. - "Есть, над чем задуматься Его сиятельству, если ему, конечно, не наплевать, что его "гнездо" дырявое". Вообще то, над лошадиными хоромами был еще и второй этаж. К нему, на узкий, тянущийся вдоль всего здания балкон, вела внешняя деревянная лестница. Но, для каких нужд он служил, оставалось только догадываться, хотя бы по занавескам на небольших окнах или бельевой веревке натянутой на балконе, совсем по-домашнему...

Я повернула голову направо и повела взгляд дальше, вдоль замковой стены. Там, совершенно недвусмысленно обозначенный еще двумя, но более скромными башенками, находился главный вход, он же въезд, вовнутрь двора. По крайней мере, именно в этом направлении двинул, совсем недавно, граф. Имел он совершенно солидный вид, и в данный момент был наглухо закрыт сетчатой темной решеткой. Порывшись в своей памяти, я вспомнила, что в подобных местах решеток должно быть две, с внутренней и внешней стороны входа, а еще, что они выдвигаются и, соответственно задвигаются, откуда-то сверху. Внутренние же, двустворчатые ворота, обитые фигурными металлическими листами, были "гостеприимно" распахнуты.

Какие "архитектурные формы" находились на другой стороне окружности, узнать сейчас не представлялось возможным, так как в самом ее центре высился, полностью закрывающий собой обзор, огромный, тоже серокаменный, и многоэтажный дом, для разнообразия, с углами, а не круглый. К тому же, с моей стороны, украшенный по этим углам башенками, по всей высоте здания эти углы "сглаживающими". На уровне...раз, два, три, да, четвертого этажа, если считать и цокольные, полуподвальные окошки, дугой выделялся односторонний балкон. Донжон, так, по-моему, подобное строение называлось, и служило, в основном, для проживания в нем самого хозяина местных владений...

Вообще, на всем, окружающем меня вокруг, лежал приметный отпечаток времени. И, местами, будто "выеденные" ветром, настенные камни, и "заплатанная" мостовая под ногами и, в глубоких трещинах деревянные перекладины на башенных бойницах, вселяли какой то "священный" трепет, отягощенный, в моем случае, полученным историческим образованием. Но, на обитателях данной "старины", это, по-видимому, никак не отражалось. Люди здесь просто "повседневно" жили, в этом маленьком замковом мире. Кто-то мел камни, кто-то переносил мешки и ящики из одного места в другое. А у главных ворот, о чем-то увлеченно жестикулировали стражник и одетый, как сельский житель мужчина. Рядом с ними, задумчиво стояла впряженная в телегу лошадь, а маленькая девочка, сидящая сверху на больших мешках, "с душой" зевала во весь рот...

- Нам сюда, - вернул меня в мою жизнь скрипучий голос Тука.

"Ну, конечно", - не очень весело подумала я, проследив за его приглашающим жестом. - "Если за стены, то только через лаз в кустах, если в сам замок, то только через подвальную дверь" и спустилась по узкой лестнице, ведущей прямо с улицы, по всей видимости, в кухню.

А внутри донжона тоже была жизнь, точнее, била горячим ключом. Маленькое чистое окошко, высоко над полом, даже лишенное каких-нибудь шторок, давало мало света и, поэтому, с досчатого потолка, на цепях свисали в ряд три старых тележных колеса, заставленных, по диаметрам, оплавленными свечами. В правом от входа углу находился огромный, порядком закопченный внутри угловой очаг, в данное время не "функционирующий", а, в противоположном от него по диагонали - деревянная винтовая лестница наверх. И, практически всю, огромную, но, жарко протопленную сейчас комнату занимал, выражаясь современным языком брошенного мной мира, "остров". В него вошла и дровяная плита, под массивной вытяжкой, завешанной сковородками и кастрюлями всех размеров, и двойная металлическая раковина, и длинный рабочий стол с забитыми разными емкостями полками по бокам, и даже, небольшой, застеленный простенькой, но чистой скатертью, "служебный" уголок, в центре которого радовала глаз ваза с полевыми цветами.

Вот по соседству с этой вазой сейчас и облизывал ложку худой глазастый подросток, со взъерошенной копной пепельных волос.

- Здравствуй...те, - сбивчиво поздоровалась я, не сразу, после яркого дневного света, разглядев дородную женщину в длинном фартуке и "пиратской" косынке, нависшую над ребенком. Зато женщина разглядела меня хорошо:

- Тук, хобья твоя мать ! - с совсем неподобающего для такого напыщенного старца словосочетания, начала она и уперла руки в бока. - Это, на каком же огороде ты выдернул такое чучело? И как ее вообще пропустили через главные ворота?

- А я не через ворота пришла, - от неожиданности не очень умно оправдалась я.

Потому что, не смотря на обидные слова, женщина мне сразу и безоглядно понравилась, точнее, сразу, после ее кухонных владений. К тому ж, я уже смутно подозревала, на кого сильно смахиваю после всех сегодняшних приключений... А еще, она напомнила мне Марину, жену Валерыча...

- Оно и видно, - подвела, тем временем, итог "гламурный критик".

- Не возмущайся, Гильда, - совершенно спокойно проблеял в ответ слуга. - Мне ее сам Его сиятельство поручил к тебе привести, чтобы ты ее накормила.

- Его сиятельство? - недоуменно скривилась женщина. - А, в прочем, у него свои планы. Только за стол я ее не пущу.

- Как это так? А где же мне ее кормить, в деревенскую таверну, что ли вести?

- Да я и есть то не хочу, - решила, все-таки обидеться я. - Больно надо.

Гильда насмешливо прищурилась и, вразвалочку, подошла ко мне.

- Ну, надо же, девка то с норовом... А, ну-ка покажи мне свои руки.

- Зачем это? Я ведь все равно за стол не сяду.

- А я говорю, покажи, - с нажимом повторила "пиратиха", уперевшись в меня своими цепкими карими глазами.

"А, что уж там?", - немного еще посопев, выставила я ей ладони прямо под нос. Гильда внимательно их осмотрела и, не взирая на злостную антисанитарию, тут же потащила меня под одно из "люстровых" колес. Где, уже при более качественном освещении, принялась вертеть, как манекен, подвергая "таможенному досмотру" все мои боевые приобретения:

- Это у тебя откуда?

- Ой, больно же!.. От сапога.

- А это... Ага, сама вижу, мужские лапы.

- Все-то вы видите.

- А как же... Так. А это?

- А это от падения с холма.... И это тоже. Да что же вы?! Здесь же ребенок!

- А вот это?

- От веревки.

- А это откуда? - спросила, совсем уж беспардонно оголив мой живот.

- Сама не знаю... - удивленно перегнулась я к двум параллельным кровоточащим царапинам, проходящим прямо над пупком... Наверное, от вил... зацепило нечаянно.

- И давно ты на себя эти неприятности цепляешь?

- Сегодня с утра, - вздохнула я, от жалости к самой себе.

- Благоволит же некоторым... - завистливо подал голос подросток, а Тук, уже что-то жуя за столом, тоже выразил свое мнение:

- Очень у вас насыщенная жизнь, девушка.

Гильда же, своим начальственным решением, прервала все комментарии разом:

- Вот что, левым боком счастливая ты наша, скидывай прямо здесь свои меха и сумку и пойдем со мной. А ты, Абрамка, - обратилась уже к мальчику. - притащи-ка воды в подвесную бадейку. Да разведи ее покруче...

Как то так сразу в этом мире для меня сложилось, что я лишь подчинялась стремительному развитию событий, никак на них не влияя. И пристукнутый Колун, следует себе признаться честно, тоже исключением не стал. Ведь Его сиятельство все равно уже спешил в конюшню. Правда, застал бы его еще "свеженьким", а не на полу в живописной позе. Но это, уже, мой, вполне заслуженный, я считаю, "бонус" за моральные и физические страдания.

Сейчас же, видимо, наступило время еще одной "компенсации за ущерб". По крайней мере, я на это сильно надеялась, припустив со всех ног за решительно шагающей Гильдой.

- Вот это наша купальня, - важно сказала она, впуская меня в смежную с кухней комнату.

Помещение это было гораздо меньше предыдущего, но тоже, производило впечатление... Приятно пахло цветами, а еще благодатным древесным теплом. От этого "букета" из меня тут же, как будто "выдернули стержень" и накопленная за день усталость огромным мешком опустилась на плечи.

Здесь тоже был угловой очаг, но, уже не таких угрожающих размеров. К тому же в нем, в отличие от кухонного, уютно потрескивая, пылали поленья. Мозаичное окно разбросало по плиточному полу и стенам разноцветные ломаные фигуры, которые причудливо изгибались на краях большой белой ванны, стоящей в центре. Я, как зачарованная, не могла оторвать от нее глаз, но, Гильда вернула меня "на землю":

- Ну, в графское корыто я тебя точно не пущу. Отшаркивай его потом после твоей грязи, а вот сюда, вполне сойдет, - и показала мне мой сегодняшний "уровень притязаний".

Только сейчас я заметила у боковой стены, пыхтящего на стремянке Абрамку. Так, кажется, звали этого большеглазого подростка. Он осторожно лил из ведра воду в подвесную, закрепленную на двух настенных опорах, деревянную бадейку. Под бадейкой, на полу, стоял тоже деревянный неглубокий "таз", в диаметре не больше метра. Все вместе, данное чудо местной сантехники, видимо, служило душем.

- Вижу, такого ты еще в своей насыщенной жизни не видала, - довольная произведенным эффектом, определила Гильда.

- О, да... - совершенно искренне согласилась с ней я, вспомнив, навороченную по последнему слову техники, "хайтечную" ванную в доме Андрея. Она, несомненно, не шла ни в какое сравнение с этой, греющей душу, купальней.

- Тогда, тяни вот за это, - продемонстрировала мне женщина плетеный шнурок, закрепленный на бадейке. - а вставай вот сюда. Мыло на полке, полотенце возьмешь в шкафу... Абрамка, кыш! А ты снимай остальное. Пока будешь отмываться, я твои тряпки почищу. Ну?..

Мы с Абрамкой переглянулись и тут же дернулись исполнять каждый свой приказ. Надеюсь, подросток, меня все-таки опередил...

- Странное у тебя нательное, - задумчиво разглядывая меня, оставшуюся в одних своих кружевных "танкини" и таком же бюстгальтере, изрекла Гильда, пару минут спустя. - Я таких раньше не видала... Хотя, откуда в нашей глуши хорошие лавки, - сделала в конце концов, вполне подходящий для меня вывод. А я, для себя, тут же "пометила галочкой", хотя бы очень примерное свое местонахождение в стране. - Ладно, мойся, да, по быстрее, - и, вышла из комнаты, с моей юбкой и водолазкой на руке.

Я же, оставшись в одиночестве, стянула с себя последнее и занялась поисками логичного в таком месте, зеркала. Искомое тут же обнаружилось, причем довольно большое (и, как я его раньше не заметила), во весь мой рост. Надо же на себя, все-таки глянуть, чего так люди от меня шарахаются...

- Ух ты! Вот это "натюрморт"! - только и смогла выдохнуть, увидев, наконец, свое отражение.

Стоящие, практически дыбом, волосы были "художественно" украшены соломой, родственного им цвета. Все мое лицо, за исключением той полосы, где когда то была натянута кляпная повязка, щедро покрывал слой серой пыли, с дорожками высохших подтеков пота. Лоб и нос были "помечены" сажей или еще чем то, на нее сильно похожим (наверное, в лазе вляпалась). А завершала этот красочный "натюрморт" сильно припухшая широкая ссадина на левой скуле с запекшейся на ней кровью... Впрочем, и тело мое тоже мало отличалось от лица, такое же грязное и местами пораненное. Только его еще дополняли большие "разлапистые" синяки на руках, чуть ниже локтей, правой груди и внутренней стороне левого бедра. Но, за эти "украшения", я уже была отомщена с лихвой...

- Не вертись и стой спокойно! - в который раз скомандовала мне Гильда, густо смазывая мои болячки какой-то желтой мазью, пахнущей топленым молоком.

- А, может, не надо? Само заживет, - тоже, в который раз, скулила я, стоя, уже совершенно чистой, но до сих пор в "костюме Евы", посреди купальни.

- Конечно, заживет, но не скоро... Тебя как звать то? - запоздало решила перейти ко второму уровню отношений женщина.

- Вета.

- А меня, значит, Гильда, можно, без "тетушки"... А из каких ты мест, Вета... - с расстановкой произнесла она, склонившись над моим коленом. Я же, уловив в ее тоне настороженность, констатировала: "Все-таки проверили мою сумку"... Так и не дождавшись ответа, женщина с радикулитным "охом" распрямилась, и внимательно на меня посмотрела. - А, в прочем, не мое это дело. Пусть Его сиятельство сам разбирается, - и, уж совсем для меня неожиданно, широко расплылась...

Пока я поглащала нехитрую, но очень вкусную кашу, приправленную жареным луком и каким-то темным мясом, с удовольствием запивая все это благолепие молоком, в царстве Гильды произошли разительные перемены. Абрамка и Тук исчезли еще до моего возвращения из купальни, и комната постепенно стала наполняться совершенно новыми людьми, сразу же приступающими к своим повседневным обязанностям. Две молоденькие девушки, щедро украшенные веснушками и похожие друг на друга, как сестры, доставали из стоящего в углу мешка, по-моему, картошку. А женщина лет пятидесяти, чуть, моложе самой Гильды, с шикарной косой, скрученной под косынку, готовилась месить тесто. Последним с улицы зашел смазливый невысокий парень, в котором я, почему-то сразу, определила местного "официанта". Было в нем что-то лакейски снисходительное. Он, в отличие от других, уже вовсю занятых делами, по-хозяйски шлепнулся ко мне за стол:

- Гильда, это кто, новая твоя помощница? - надменно меня разглядывая, поинтересовался он.

- Много будешь знать, быстро облысеешь, - осекла та парня. - Тебе что, делать нечего? Так иди, серебро почисти, - и кивнула в сторону массивного буфета, наполненного, видно этой "привилегированной" посудой.

Парень хмыкнул, но тут же подчинился и, в доказательство, из буфетного угла вскоре послышался звон доставаемых частей сервиза. Девушки тихо захихикали, а я мысленно показала Гильде большой палец.

Вскоре, по внутренней винтовой лестнице, спустился Тук и, обменявшись с хозяйкой кухни несколькими фразами, выжидающе повернулся ко мне. Я, невольно, тяжело вздохнула и, одаренная напоследок, еще одним внимательным взглядом Гильды, прихватив жилет и сумку, пошла за ним к лестнице.

Медленно поднимаясь, мы минули первый, просторный со столом буквой "П" этаж, затем второй, с высокими книжными шкафами и, наконец, свернули с лестницы на нужном нам, третьем. Он, видимо, был отведен под личные покои графа и, в отличие от двух нижних, поделен на несколько комнат. Первая из них, как ранее выразился сам Его сиятельство, "проходная", мне, и предназначалась. Выглядела она скромно, но чисто и, вполне могла бы сойти за комнату слуги богатого хозяина. Хотя, кто его знает, может быть, ради меня из ее такового и выселили. В левой ее от двери части, вдоль обитой деревянными рейками стены, стояла кровать, застеленная старым ковровым покрывалом. Напротив, находился, опять же, угловой камин (традиция, что ли у них тут такая, углы каминами заполнять), а между камином и кроватью, под узким мозаичным окном, "расставил" кривые ножки маленький резной столик с керамическим тазом, кувшином и льняным полотенцем, аккуратно сложенным в углу.

- Скажите, Тук, а кто здесь раньше жил, в этой комнате?

- До вас она пустовала, но, когда-то, совсем давно, была комнатой Его сиятельства... - ответил старик с ностальгической грустью в голосе. - Вам что-то еще нужно?

- Нет... наверное, - замялась я. - но, если, вдруг...

- По коридору справа, узкая дверь, - понятливо кивнул он, без всякой важности. - Его сиятельство будет поздно. Его покои находятся там, - показал он пальцем в сторону, ранее незамеченной мной двери, находящейся слева от той, через которую недавно вошли мы. - И, вряд ли он захочет поговорить с вами сегодня. Так что, отдыхайте спокойно до завтрашнего утра.

- Спасибо большое... за заботу, - выдохнула я, глядя вслед уходящему старику. - Значит, у меня будет время, чтобы хорошо все обдумать, - добавила уже самой себе...

Я избавилась от ботинок и с ногами залезла на кровать, уселась по-турецки, пристроив у живота тугую подушку, уперлась в нее локтями, а в ладошки "разложила" щеки - моя личная "поза мыслителя". Но, где же умные мысли?.. Ау-у.... Впервые за день, оставшись с собой наедине и никуда не спеша, настоятельно следовало "разложить по полочкам" всю полученную мной информацию. Сказать честно, ощущения от пережитого были странными. Во-первых, само место, в которое я угодила, Ладмения. По жизненному укладу - точно не средневековье, а возрождение, но, вот какой его период? Судить сложно, тем более, по словам Гильды, это "глушь", а до нее всегда все медленно доходит. Однако, при всем этом, в стране явно разрешена магия, причем на весьма высоком, я бы сказала, государственном уровне, та же "памятка прибывающим" с вытекающими из нее языковыми возможностями...

Во-вторых, мутные личности Хлыста, Колуна и Ермея... Судя по их обвешенности оружием и свободной форме одежды, они не относятся к личным военным силам графа. Но, все-таки ему подчиняются, по крайней мере, остерегаются гнева. Значит, скорее всего, наемники. Здесь мне вспомнился вопрос Хлыста к Колуну, который он задал еще под внешней стеной, и вопрос этот касался какого-то их общего хозяина, уехавшего ненадолго... Еще одна мутная личность. То есть, с одной стороны - граф, с другой - хозяин. Странно, разве может наемник подчиняться двум людям одновременно? Хотя, возможно, местный их кодекс позволяет и четырем...

В-третьих... Совсем все странно с Его сиятельством, точнее с отношением к нему слуг. Ни в голосе Тука, ни Гильды, я не услышала в его адрес неуважения, но... Тук, с его глухотой, об отсутствии которой знают все, кроме самого графа. Теперь, даже я... А Гильда, с ее обыском моей "компроматной" сумки, с явно не ладменским содержимом внутри. И так пустить ситуацию на самотек, махнув на нее рукой? А, ведь я уверена, могу своим зубом мудрости, трижды запломбированным поклясться, что не донесет она на меня. Напротив, мне показалось, что она даже обрадовалась, когда поняла, что не все так просто с моим появлением здесь. Так, кто же в этой ситуации получается сам граф?.. У меня только один вывод - человек, которого они любят, но, за что-то наказывают... Но, вот за что...

Ну, и в-четвертых, наконец, сама я, с моей, уже порядком подмоченной репутацией. В глазах Хлыста и Ермея, я - безнадежная умалишенная. А что обо мне думает Колун, мне и представить страшно... А уж, какие выводы обо мне сделает граф, после разговора с обоими мужиками... Так, если бы я была на месте Его сиятельства, то решила бы, что... мне непременно нужно было попасть в его замок, что, в общем то, совершенно верно... Отсюда, у него возникнет очевидный ко мне вопрос: какого хрена мне от него надо? Ну, примерно, такой... И, вот я, вся такая внезапная, ему говорю: "Ваше сиятельство, я пришла к вам из другого мира, чтобы вы помогли мне начать жить в этом. Потому что, здесь, моя родина, а моя бабушка, которая неизвестно чем до этого здесь занималась, спасая меня от какой то, тоже неизвестной мне, но смертельной опасности, уволокла меня через "дверь" с помощью сильнейшей магии. Так что, Ваше сиятельство, будьте так добры, выдайте мне сопроводительную грамоту, то есть, поручитесь за меня, и отпустите на все четыре стороны". Да... После такой речи у меня самой к себе возник бы единственный вопрос: "Какого хрена я сюда вообще поперлась, с таким то темным прошлым?"... Нет, рассказывать о себе правду, по крайней мере сразу же, совершенно недопустимо... Но, что же мне тогда ему рассказывать?.. Сказки братьев Гримм?..

Глава 11

Борамир...

Я проснулась и нехотя открыла глаза. В голове медленно таял, распадаясь в клочья какой то неуловимый, но яркий сон... Перед глазами были широкие потолочные доски, а, чуть правее и ниже их... Ой ё!

- Доброе утро, Ваше сиятельство.

Он стоял неподвижно, скрестив на груди руки, и смотрел на меня с таким выражением на лице, будто я секундой раньше оскорбила его слух явно неприличным словом:

- Утро? Скорее уж день... Есть будешь?

На приглашение такой тон походил мало и, поэтому, предполагал только один вариант ответа:

- Да-а.

- Тогда вставай, умывайся и, в мои покои.

Очень захотелось ему вслед уточнить: "А я еще и зубы чистить умею", но, помня вчерашний свой "имидж", Его сиятельству в голову могли прийти и не такие рекомендации, причем совершенно справедливо...

Через несколько минут, я, свежая и полная сил для неравной борьбы, перешагнула порог графских покоев, но, оглядеться толком так и не успела:

- Прошу, - слегка привстав со своего места, пригласил меня Его сиятельство за небольшой сервированный стол, стоящий, недалеко от входа.

Он смотрелся за ним, как отец семейства на родительском собрании в начальной школе, но чувствовал себя, при этом вполне непринужденно. Я села напротив и углубилась в изучение содержимого тарелок: "Да, у Гильды все было гораздо проще", - подумала, разглядывая незнакомые мне шедевры кулинарии совершенно диких цветов и форм.

- У меня очень хорошая кухарка. Ты с ней вчера познакомилась. Так что, не стесняйся. Может, что-нибудь порекомендовать... из местного? - откровенно оскалился граф.

- Если вас не затруднит, конечно. А то все так... аппетитно выглядит, боюсь объесться.

- Вот, например, пиццокери, - с готовностью ткнул он вилкой в сторону серых "лент", залитых каким-то соусом. - любимое блюдо Гильды. Или, кок-о-вен, - на этот раз, для пущего эффекта, мужчина пронес мне перед носом глубокую чашку, наполненную розоватого цвета мясом.

- Благодарю вас, но, от коковена я все-таки воздержусь... А вот это, мне всегда нравилось! - просияла, как родной, смеси из огурцов, сыра и помидор с зеленью, залитых маслом.

- Ну что же, тогда, приятного аппетита.

- И вам того же, - подтянула я к себе тарелку с местным вариантом греческого салата.

Несколько минут мы оба сосредоточенно жевали, но, видимо, по сценарию Его сиятельства, моя пытка еще только начиналась:

- Как же тебя зовут? - прищурившись, спросил он, наблюдая за моей мелькающей вилкой.

- Вета. А вас? Ну, кроме Вашего сиятельства?

- Борамир, - просто ответил мужчина, и, откинувшись на стуле, сцепил руки на затылке.

Я на миг замерла, с очередным куском у рта, и подумала: "Как зверь, большой, хищный и опасный".

- Мне кажется, что "Вета", это сокращенное твое имя. А как оно звучит полностью?

- Так и звучит.

- Ну, а все-таки?

- Полным именем меня называют только очень близкие люди. Оно у меня... странное, - пытаясь выглядеть спокойной, процедила я.

- Странное? - удивленно переспросил мужчина и резко встал из-за стола. - А тебе не кажется, что, оказавшись у меня в доме, ты должна, хотя бы из правил приличия, поведать мне, кто ты такая и откуда на мою голову свалилась?

"Так, начинается...", - вздохнув, констатировала я и отложила свое "орудие труда" в сторону:

- Смотря для кого, эти правила прописаны, - ответила с расстановкой. - Если для гостьи, которая вольна распоряжаться своей свободой, как ей вздумается, то, тогда извольте, я буду с вами предельно откровенна. А, если для пленницы, то в этом случае, я сама буду решать, что мне вам говорить, а о чем скромно умолчать.

- Ты здесь не пленница и не гостья, - спокойно парировал Борамир. - Я, пока, только решаю, как к тебе относиться. Но, ты должна мне помочь.

- И как?

- Ответь мне, зачем ты так стремилась попасть в мой замок?

- Да с чего вы это взяли? - как можно искреннее изумилась я. - Возможно, мои связанные руки навели вас на эту мысль... или кляп во рту?

- Нет, совсем другое, - с усмешкой ответил он. - Твое представление на дороге. Зачем ты его устроила?

- Ну, знаете ли! - теперь изумление мое было настолько настоящим, что я тоже соскочила с места. - Вы, конечно, не одинокая путница, и вам сложно представить себе, что она, то есть, я, могу чувствовать в присутствии трех головорезов с весьма определенными намерениями. Конечно, мне ничего не оставалось, как убедить их в своей полной умалишенности, чтобы не остаться, где-нибудь, с перерезанным горлом в придорожной канаве, а попробовать найти спасение у вас, да! И, что же я здесь нашла, вместо спасения? Подозрения в моей неискренности, и, когда мне.... - прервалась я на вдохе. - Вы что, смеетесь?..

- ...Вета, я видел одного из этих головорезов как раз после того, как он, видимо, попытался осуществить свои... определенные намерения, - вытирая слезы с глаз, ответил мне Борамир. - Это впечатляет. И руки твои тогда были еще связаны.

- Это у меня от страха иногда... такое случается. Сама не ведаю, что творю.

- О, да, вместе с припадками. Или, у тебя это чередуется? - еще улыбаясь, спросил мужчина но, вдруг, стал совершенно серьезным. - Сегодня утром, во сне, ты говорила на незнакомом мне языке...

- Да?.. - выдохнула я и растерянно отошла к окну. - ...Я знаю два языка и язык Ладмении, не мой родной.

- Иначе, ты говорила бы во сне на нем, - логически подытожил Борамир, встав со мной рядом.

- А, много вы языков знаете?

Мужчина задумался ненадолго, а потом пожал плечами:

- К сожалению, нет. Для жизни мне хватает знания трех, включая, наш государственный. А все остальные учить нет необходимости. Всегда проще обратиться к магу, который может стать и толмачем и, при нужде, как надо "помахать руками".

Я посмотрела на чуть опущенный профиль Борамира и, впервые увидела в нем обычного человека, живущего по своим традициям и законам. Человека, который бережет свой дом от, таких вот, как я НЛО... "Стыдно, Вета. Ой, как стыдно врываться в чужую размеренную жизнь и заставлять ломать голову над твоими неадекватными поступками.

- Я так понимаю, вам до сих пор не удалось решить, как ко мне относиться?

- И ты мне в этом совсем не помогла... А значит, - решительно оттолкнулся граф от подоконника. - Мне, как правителю этих мест, следует задержать тебя, пока я не выясню, кто ты и откуда. Или, пока за тебя не поручится хотя бы один гражданин нашей страны. До этих пор ты будешь жить здесь. К сожалению, других апартаментов, кроме той комнаты, где ты сегодня провела ночь, я предоставить не могу. Так что, располагайся, госпожа гостья... в пределах замковых стен.

Я лишь тяжело вздохнула, глядя в спину, выходящего за двери мужчины.

- Тук! Зайди ко мне!

"Ну что ж, отделалась, как говорится предупреждением. Как бы при повторной беседе строгий выговор с занесением в местную темницу не схлопотать".

Мои философские рассуждения прервал вернувшийся граф. Следом за ним, слегка кренясь на бок, но, все также величественно, вплыл Тук - мой вчерашний провожатый.

- Когда моя гостья закончит трапезу, - привычно прокричал Борамир в подставленное стариком ухо. - проводи ее к Гильде и вели, прямо сейчас, чтобы она подыскала новое платье для госпожи! Затем, если госпожа пожелает, покажи ей замок, но, везде сопровождай! Меня не будет целый день! Ты все понял?!

Тук, вознеся к потолку глаза, кивнул и удалился. Следом за ним, закинув на плечо кожаную куртку, тоже мою вчерашнюю "близкую" знакомицу, ушел и Его сиятельство, на мгновение, задержавшись в дверном проеме:

- Чуть не забыл, на всякий случай, лаз в стене мои люди замуровали... Хорошего дня! - и кто бы сомневался?..

Ну что ж, как бы там ни было, а целый день и целый замок были в полном моем распоряжении. Да... и еще Тук. Я с душой потянулась и отошла от окна:

- Интересно, а чем же из изысканных яств себя баловал Его сиятельство?.. Вот ведь... зараза, - на просторной графской тарелке сбоку, сиротливо сгрудились остатки порезанной на мелкие кусочки жареной картошки.

Проглотив и эту обиду, я начала самостоятельный осмотр замка. Наибольший интерес, естественно, вызывали сами графские покои, так называемое "логово зверя". Они представляли собой большой прямоугольник, зрительно поделенный на три части. Самой ближней ко входу была обеденная зона, уже знакомая мне по столу. Кроме стола здесь взгляд пугал местный мойдодыр - вычурный умывальник с большим зеркалом. Налево, от входа, два узких мозаичных окна, с такой же дверью между ними, по видимости, на балкон. В дальнем левом углу комнаты, по сложившейся местной традиции был камин, замазанный белой глиной с оттисками листьев каких-то растений на поверхности. Правее его, высилась, на самом деле высилась, поднятая на две ступени, и без того огромная графская кровать, полускрытая за помидорно красным балдахином. Я не удержалась и заглянула в интимный полумрак: "Да, при желании, здесь можно разместить троих Борамиров, причем, вдоль или поперек, значения не имеет". С трудом оторвав взгляд от этого "чуда", я направила свои любопытные стопы в последний неисследованный мной угол. Он был отгорожен от остального пространства высокой габеленовой ширмой из нескольких секций. Лишь, возле кровати оставался небольшой туда проход. Оттуда я и попала в графский... кабинет. Святая святых здешнего правителя была плотно заставлена книжными шкафами. В редких пространствах между ними висели карты, с которыми мне еще предстояло познакомиться, чертежи и графические рисунки. Один из них сразу обратил на себя мое внимание, потому что явно принадлежал руке ребенка. Обычный такой рисунок, выполненный с душой и от этого еще более ценный: фигурки мужчины и женщины по краям, а между ними - мальчик. Все трое держатся за руки и улыбаются во всю ширину круглых лиц. А внизу, под каждой из них подписи: "Отец", "Бор", "Мама". "Вот, значит, как ВАС зовут, Ваше сиятельство, очень близкие вам люди... У каждого из нас есть свои слабые места"...

- Госпожа гостья!... Госпожа гостья! - услышала я, приглушенный расстоянием, голос Тука.

Застигнутая врасплох, я уже метнулась из кабинета, но, вновь замерла на месте... Нет, мне не послышалось, и призыв слуги вызвал к действию еще кого-то, явно здесь находящегося. Но, кого?.. Мой шарящий взгляд медленно опустился на низкий секретер, втиснутый между шкафами как раз под детским рисунком. Там, накрытая куском ткани, стояла большая круглая клетка. И именно оттуда, еще более, отчетливее послышался звук, напоминающий потрескивание стрекозиных крыльев. В доказательство, ткань колыхнулась, выпуская наружу легкий порыв ветра, и вновь замерла.

- Ах, вот вы где! - растерянно произнес слуга, стоя в проходе. - Мне приказано ознакомить вас с замком. Когда мы можем приступить?

- Видимо сразу, после того, как вы покормите птичку, - опустила я глаза на маленькое блюдце с кусками нарезанных фруктов и сыра, зажатое в руке Тука.

Старик, явно занервничал и переступил с ноги на ногу:

- Мне кажется, будет удобнее, если вы, госпожа гостья, подождете меня у себя в комнате.

- Как скажете, - тут же согласилась я, отметив, что надо будет обязательно сюда вернуться...

- А вот здесь, на втором этаже, у нас место официальных приемов, - торжественно объявил Тук, стоя в центре большого сумрачного зала.

Гулкий его голос действовал на меня подавляюще. Я огляделась по сторонам и поняла источник своего дискомфорта - множество портретов, развешанных по стенам вперемешку с оружием на щитах. Последнее меня, не привлекло нисколечко, а вот портреты... Они были выполнены масляными красками в классической манере и притягивали к себе взгляд своей правдоподобностью.

- Скажите, Тук, а есть здесь портреты родителей графа? - спросила я, как можно тише, будто бы боясь вспугнуть местных привидений.

- А как же. Вот, взгляните, - взмахнул он рукой куда-то влево, до боли напомнив мне экскурсовода из пафосного столичного музея. - Это матушка Его сиятельства, графиня Элизабетта Ракницкая... Замечательная была хозяйка... А рядом с ней, портрет отца Его сиятельства, графа Гаяна Ракницкого, героя войны с Темным Драконом. К сожалению, их обоих уже нет в живых, и все владения унаследовал их единственный сын, наш нынешний хозяин.

Я внимательно взглянула на вдруг загрустившего слугу: "К какой части его речи относится сожаление? Такое чувство, что к обеим"... А потом я увидела портреты... Да, родители Борамира были очень красивой парой. Мать, темноволосая и голубоглазая, с мягким женственным взглядом и отец - точная копия Борамира, хотя, выходит наоборот. Только губы - у отца они выглядели тонкими и слегка поджатыми. А вот губы матери мне были знакомы уже по ее отпрыску...

Мы еще долго бродили по этому картинному залу. Каждый из портретов, по мнению Тука, заслуживал пристального моего изучения, пока не дошли до одного из них, единственного под легкой полупрозрачной тканью. Я покорно остановилась возле квадратной рамы, но Тук, к моему удивлению, прошествовал мимо, сразу к лестнице.

- Погодите, остался ведь еще один. Вы разве ничего о нем не расскажите? Или, это она? - приподняла я невесомую ткань. - Точно, девушка.

- Это тоже член семьи и тоже безвременно ушедший, - явно, нехотя выдавил старик, чем заинтриговал меня еще сильнее:

- А как ее звали?

- Достопочтенная госпожа Мокея Молд.

- Мокея Молд, - тихо повторила я, совершенно незнакомое имя.

А девушка была интересной: лицо "сердечком", обрамленное светлыми локонами, огромные карие глаза, смотрящие с вызовом, и губы... Мне показалось, что здесь было бы уместнее сказать "рот". Потому что губы ее совершенно к себе внимание не привлекали, а вот рот был большим и каким-то нервным. Наверное, когда она была чем-то недовольна, то его уголки опускались вниз и придавали ей сходство с... жабой. Да, рот портил все лицо, вынесла я окончательный вердикт незнакомой мне, уже почившей, Мокее Молд и с легким сердцем направилась к лестнице...

- Госпожа гостья, - окликнул меня, уже спускающуюся по ступеням, Тук. -

Вы позволите мне дать вам один совет, как человеку... желающему вам только добра?

- Конечно. Но, только после того, как вы сами дадите мне одно обещание.

- Какое же?

- Сначала пообещайте, что не будете больше, хотя бы наедине со мной, называть меня "госпожой гостьей". Мы оба с вами знаем, насколько это далеко от истины. Зовите меня просто Вета. Ну, на крайний случай, госпожа Вета, - быстро поправилась я, увидев испуганные глаза слуги. - Договорились?

- Договорились, - сказал он и важно кивнул.

- Ну, а теперь ваша очередь, Жгите.

- Что я должен сделать?

- Советуйте, - рассмеялась я.

Тук оглянулся по сторонам и, нагнувшись ко мне, вполголоса произнес:

- Если вы не хотите навлечь на себя гнев Его сиятельства, то никогда, умоляю вас, никогда не произносите вслух этого имени.

- Какого имени? - уже смутно догадываясь, все же переспросила я так же тихо.

- Имени этой девушки за вуалью...

А на первом этаже, примечательном, с моей точки зрения, лишь самыми большими в замке (если такое вообще возможно) угловыми очагами, нас ждала еще одна... интересная девушка. Точнее, не ждала, а, воздев к потолку руки, грациозно танцевала в гордом одиночестве. Я, даже ею залюбовалась на секунды, невольно сравнив с качающимся под ветром легким деревцем. Ощущение это усиливалось чрезвычайно стройной фигурой незнакомки, ее невысоким ростом и распущенными каштановыми волосами, разлетающимися в кружении. Тем временем, девушка заметила нас, замерла в красивом изгибе и улыбнулась Туку:

- Добра тебе, Тук, - произнесла она мелодичным голосом и медленно "поплыла" в нашу сторону. - Скажи, Его сиятельство скоро вернется?

Тук же, вместо того, чтобы, ответить, как подобает воспитанному слуге, демонстративно подставил ладонь к правому своему уху и повернул его по направлению к ней. А я удивленно открыла рот: "Вот это номер. Значит, не один тут граф в опале у старика".

Девушку, в свою очередь, такое поведение слуги ни капли не смутило, и она повторила, также улыбаясь и, нисколько не громче:

- Его сиятельство скоро вернется в замок? - Тук в ответ развернул свое ухо еще сильнее.

- Говорите громче, он плохо слышит, - едва сдерживая улыбку, решила вмешаться я. - Но, на этот вопрос смогу вам сама ответить: Его сиятельство будет вечером. К сожалению, точнее не знаю.

И тут она повернулась ко мне. И улыбка ее медленно растаяла, но в больших оливково-зеленых глазах вспыхнул неподдельный интерес. И с этим интересом она, так же медленно, как делала все до этого, оглядела меня с головы до ног, особенно задержав свой взгляд на моей содранной скуле и дырке на юбке. И мне это совсем не понравилось.

- А ты, наверное, та самая... бедняжка, что притащили вчера Хлыст и Колун? Их поступок заставил меня плакать, но, я рада, что зло было наказано, - произнесла она вкрадчиво и склонила голову на бок.

- Ваша сострадательность меня умиляет. Вы ко всем людям так трогательно добры?

- Да, ведь мы все одинаковы перед лицом судьбы.

- Ну, так, примите мой дружеский совет, выступите перед публикой со своим танцем, в порядке благотворительной помощи. И мир станет добрее... Нам пора, Тук, пойдемте, - бросила уже в развороте и, не оглядываясь, запрыгала вниз по ступеням...

"Ну, надо же, местная хиппи, мать вашу", - металась я по кухне в поисках Гильды: "И ведь я то, дура безнадежная, ничего плохого ей не сделала...".

Гильда нашлась сама и, подперев руками бока, встала на моем пути:

- Пр-р, лошадка, куда так несешься? - спросила со смехом.

- Здравствуйте, Гильда. Как же я рада Вас видеть, - с чувством выдала я и рухнула на ближайший стул.

- Что случилось то? Опять тебя побили или ты кого?

- Госпожа Лулияна, - многозначительно пояснил, подоспевший следом Тук. - Имели удовольствие побеседовать с ней, только что. Его сиятельством интересовалась.

- Ну, понятно, - вмиг став серьезной, буркнула женщина. - Опять, значит, на охоту вышла.

- Погодите, - опешила я. - так она на графа что ли охотится? И как ее тогда в замок пропустили?

- Ну-у, охота охоте рознь. Эта госпожа предпочитает ночную... под графским балдахином.

- А-а, - наконец, дошло до меня. - Фаворитка Его сиятельства.

- То-то и оно, - тяжело вздохнула Гильда. - И некому ей, хвост дверью прищемить.

- Так, зачем же так кардинально? Граф - мужчина свободный. Может, у них любовь?

- Если бы... Тут другое, - кинула женщина быстрый взгляд на старика, а потом, повернулась ко мне. - Ты зачем пришла то? Или соскучилась? А ну, покажи мне болячки...

- Конечно, соскучилась, - призналась я, покорно подставляя свои, уже вполне приличные конечности.

- Его сиятельство приказали подобрать госпоже Вете новое платье, - прервал Тук наш медицинский осмотр.

- Вот оно как? Ну что ж, у Гильды в подвале целая лавка нарядов. Сейчас раздам задания своим бездельницам, и пойдем с тобой выбирать.

- Мне лавку не надо, - испуганно вмешалась я. - Мне на время, пока я свою юбку не заштопаю...

- Да что же ты за девка такая, раз к красивым платьям равнодушна? - укоризненно внушала мне женщина, ведя к низенькой двери, спрятанной за винтовой лестницей. - А насчет юбки своей не переживай. Ее и кофту твою мои бездельницы и выстирают и починят.

Вытянув с первого раза, из большой связки ключей нужный, Гильда открыла дверь и шагнула первой вовнутрь. Я последовала за ней, заранее настроившись на решительный протест. Лицезрела я их местные платья, правда, пока только пять или шесть, но и эти, либо слишком длинные, либо слишком узкие. А при моем образе жизни, причем, как выяснилось, в обоих мирах, требовался "демократичный" наряд. Но, то, что я увидела вокруг себя, развешанное по подвесным шестам вдоль стен, вызвало мой неподдельный женский интерес. Здесь были совершенно другие платья: легкие, с высокими боковыми разрезами и короткими рукавами. Правда, имелись и откровенно парадные, висящие отдельно и накрытые тканью, но мне они, точно были без надобности.

- Гильда, что это?

- Это гардероб госпожи Элизабетты, матери нашего графа. Копился еще при ее жизни. А потом и вовсе, весь переехал ко мне сюда.

- Но, ведь это такая красота, Гильда!

- Ага, пробрало? - рассмеялась женщина. - А говорила, что не надо мне ничего. Давай будем смотреть.

- А, давайте!..

В конце концов, перемеряв около десятка вариантов, я остановилась, сначала на двух, а уж из них выбрала один. Правда, в ходе наших примерок, возникла небольшая проблема: матушка Борамира была гораздо ниже меня ростом и значительно "скромнее" в груди, но, я нашла оптимальный вариант - легкое вязанное платье с запахом вверху и завышенной талией. Оно было нежно голубого цвета, книзу чуть расклешенное и с боковыми разрезами, вполне прилично начинающимися чуть выше колена. Рукава же оказались, как раз впору, если, конечно, их присобрать до высоты чуть выше локтей...

- Так, погоди, - вскинула палец Гильда, в третий раз обходя меня по кругу. - чего то здесь не хватает... Или, что то лишнее.

- Да все нормально, - уверила я ее. - Посмотрите, какое оно удобное, как в нем шаги хорошо делать и, даже бегать.

- Стоять! Снимай свои башмаки. Будем тебе туфли выбирать.

- Но, Гильда! - взмолилась я. - Где ж мы их найдем на мои огромные ноги!

- А ну, покажи... Да... - не на шутку задумалась "стилист" и полезла в шкаф, по-видимому с обувью. - Лови! - кинула мне оттуда, не разгибаясь, прямо в лоб парочку связанных за шнурки черных кожаных туфель в силе "А ля бэйби".

- Это чьи же они? - через несколько минут, со странным предчувствием, спросила я, разгуливая в них по комнате, "как во влитых".

- Много будешь знать, скоро облысеешь, - отозвалась Гильда, развешивая ненужные наряды по местам.

- Это, я в курсе... Ну, а все-таки?.. Я сейчас их сниму и положу обратно, если не скажете, - перешла я к угрозам.

- А, если, я тебе скажу, то не снимешь?

- Нет, они же мне как раз в пору.

- Ну хорошо... Это бальные туфли нашего графа. Он, когда ему было восемь лет, поехал на свой первый бал в столицу и там ему родители их прикупили, - выпалила она и замерла.

- Да?.. - только и смогла выдавить я.

А потом, мы вместе с Гильдой, перегнулись в неприличном хохоте...

Наряд мой одобрили все, особенно Абрамка, забежавший в кухню отобедать. Он сначала расширил глаза, потом почесал свои, и без того взъерошенные волосы, и, наконец, произнес:

- Принцесса.

Я зарделась, как роза, представив, что, если бы я была принцесса, а в моем случае, ближе, все-таки, Золушка, то Гильда пришлась бы мне крестной феей. Тогда, платье мое было бы от... королевы-матери, а хрустальные башмачки от... принца. Да, вариант получался абсурдный. Впрочем, нисколько не лучше моей нынешней ситуации...

Немногим позже, мы вчетвером: Тук, Гильда, я и Абрамка, сидели за "служебным" столом, пили послеобеденный душистый чай и слушали "новости с полей" от вездесущего подростка:

- ... а когда Хлыст приехал, то люди Его сиятельства сразу повели его в башню. Ну, в дознавательную эту.

- И он оттуда больше не возвращался? - с надеждой спросила я.

- Нет, они и теперь там сидят с Колуном. Я сегодня на заре к ним в оконце заглядывал, когда Мабука навещал. Злющие, особенно Хлыст.

- Так их, теперь, наверное, судить будут? - опять встряла я, с ужасом представив себе свои "пострадательные" показания.

- Нет, это вряд ли, - категорично отрезала Гильда. - Для наемных воителей свои средства имеются.

- Это, какие? - встрял теперь уже Абрамка.

- "Срамные списки". Рассылают такие бумаги по всем канцеляриям вассальных областей и, как только к какому-нибудь аристократу, как наш граф, или простому мещанину-торговцу приходит наниматься вот такой вот красавец, тот сразу со списком сверяется, чист он или нет. А, если его рожа в этом списке сверкает, то дорога ему на любой заработок закрыта навсегда.

- Погодите, но ведь можно, же сменить свое имя, - вполне логично, на мой взгляд, предположила я.

- Э, нет! - усмехнулась женщина. - Там не просто так, там магия. Как только ты наемником подписываешься, тебе магическую печать ставят.

- Куда? - выдохнули мы, одновременно с мальчиком.

- Не туда, куда вы подумали, на руку. И там в этой печати все про тебя написано.

- Ну, а если, другого мага нанять, чтобы он в этой печати данные изменил? - не отстала я.

- Можно, конечно, только, если тебе жизнь не дорога, - спокойно ответила женщина и поставила свою пустую кружку на стол.

- И откуда вы все это только знаете, тетушка Гильда? - с уважением протянул Абрамка.

- А вот откуда, - тихо произнесла она и поддернула рукав своей просторной льняной блузки. Там, чуть ниже локтевого сгиба, стояла, уже потускневшая, бледно-синего цвета квадратная печать с почти неразличимым текстом внутри. - Первый отборный наемный отряд графа Гаяна Ракницкого, сражение у Склочных болот, 2597 год. Как сейчас, все помню...

- Да, много с тех пор изменилось, - вздохнул старик, и в огромной комнате повисла долгая тишина...

- Знаете, Тук, что я сейчас придумала, - стоя у внешней двери кухни, внушала я старику. - Ну, зачем вам со мной по двору ходить, ноги утруждать? Вы, лучше отдохните после обеда. Тем более что Хлыст и Колун сидят в тюрьме, а за ворота меня все равно не выпустят. Я, лучше Абрамку попрошу мне просмотр устроить. Если он, конечно, не очень занят. Ты не очень занят?!

- Нет! - с готовностью крикнул мне подросток, помогающий Гильде убирать посуду со стола.

- Ведь, я хорошо придумала? - вопросительно расплылась я Туку.

- Пожалуй, Вы правы, госпожа Вета. Думаю, худа не будет, но к шестичасовому колоколу жду вас здесь.

- К какому колоколу? - переспросила я, но Абрамка, уже "бьющий копытом" у порога, махнул мне рукой:

- Я покажу. Пойдемте.

Мальчик выскочил на улицу, я же замешкалась на пороге, завязывая потуже шнурок на "графской" туфле и, краем уха, услышала приглушенный голос Гильды:

- Я вот, думаю, Тук - может и нашелся уже тот, кто прищемит хвост, и не только этой "солдатской кружке", Лулияне...

В просторном замковом дворе сегодня царствовал ветер, заставляя невольно ежиться от холода. После хорошо протопленного Гильдиного царства, в моем платье с разрезами было не особо комфортно. Но, подниматься за жилетом совсем не хотелось. Тем более что подросток уже махал мне рукой у дверей в конюшню. "Интересный выбор экскурсионного маршрута", - невесело хмыкнула я, и поспешила в его сторону.

- Я хочу показать вам, госпожа, где я живу, - объявил мне Абрамка и торжественно распахнул приснопамятную дверь.

Внутри, действительно, произошли некоторые перемены: солома, еще вчера надежно прикрывающая тайный лаз, была разнесена по противоположным углам отсека, обнажив по центру, свежую, еще сырую каменную "заплату" в стене на месте квадратного проема. На полу, там, где стоял на коленях наемник, кровь была качественно замыта. А вот мой "намордник", так и остался висеть на шесте в перегородке. Я пригляделась к нему и невольно поежилась: "Неужели, я вот с этой грязной тряпкой во рту пробыла половину дня?.."

- Да, лихо вы этого Колуна отделали! - оторвал меня от созерцания вчерашнего позора, мальчишка. - Его в башню двое волокли, а он даже ноги не переставлял. Научите меня так драться? - и преданно заглянул в глаза.

- Конечно, Абрамка. Только, если у меня будет такая возможность, и ты найдешь подходящие палки, - добавила, уже на всякий случай. - Ну, показывай свои апартаменты.

Подросток улыбнулся и тут же, позабыв о торжественности, рванул в сторону внутренней двери предбанника.

- А это наша конюшня, - дождавшись меня, махнул он рукой вглубь длинного светлого помещения с сильно характерным запахом. - Только сейчас здесь лошадей нет - одни пасутся под деревней, а на других уехали по делам. Один Дубок остался. Он захромал на днях. Его конюх лечит. Хотите Дубка покормить?

- А это можно? - уточнила я неуверенно.

- Конечно, - просиял в ответ Абрамка. - Он спокойный, пойдемте, - и повел меня вдоль отсеков. Я таковых насчитала десять и оказалась где-то посередине конюшни...

Дубком именовался конь рыжей масти с волшебно пушистыми ресницами. Я протянула ему в смотровое окошко хлебную корку, специально для этой цели прихваченную Абрамкой с кухни, и затаила дыхание. Дубок понюхал мою руку и осторожно, одними губами, мягкими и бархатистыми взял кусок:

- Ух, ты. Мне понравилось.

- А то! - усмехнулся мальчишка и двинул дальше по коридору, продолжая рассказывать. - Тут все лошади хорошие, дорогие, но самая красивая, конечно, Молния. На ней сам Его сиятельство ездит. Только, характер у нее вредный. От нее даже эльф сбежал, который ей косы плел.

- Эльф? - как можно равнодушнее, открыла я рот.

- Ну да. Они часто по конюшням обитаются... А вот здесь я живу, - отступив в сторону и пропуская меня вперед, наконец, объявил он, а потом внес поправку. - с Валеком.

Маленькая, чисто выметенная комната с одним небольшим оконцем, вмещала в себя два топчана под старыми одеялами, стол с горой мелкой древесной стружки на нем, и небольшую тумбочку, на которой в коллекционном порядке были выставлены деревянные шахматные фигуры. Я подошла поближе и взяла в руки одну из них - королеву.

- Это кто сделал? - спросила с удивлением.

Королева была выполнена мастерски, идеально симметричная и гладкая, с дамской головкой и настолько выразительными чертами лица, что улыбка ее имела ярко выраженный оттенок ехидства.

- Это моя работа, - с гордостью вскинул оцарапанный подбородок Абрамка и я поняла, с какой целью мы, в первую очередь, пришли именно сюда. Ему очень хотелось по-детски наивно, похвастаться передо мной своим талантом.

- Так тебе учиться надо, чтобы еще лучше получалось. Хотя, по мне, так и это уже шедевр, - продолжила я вертеть в руках Абрамкину гордость.

- Может, когда и получится, - пожал плечами подросток. - В Либряне есть хорошая столярная мастерская. Туда и подмастерьями не всех берут. А мои фигурки Гильда их главному мастеру показывала, когда в свои лавки любимые ездила.

- Ну и что? - заинтересованно отозвалась я.

Мальчик в ответ почесал затылок и вздохнул:

- Там сказали, пусть приезжает... Да только за обучение надо в год платить по десять сребеней . А у меня таких денег никогда не было... И не будет, - закончил он совсем уж грустно и присел на крайний топчан.

Я подошла к нему и поцеловала в лохматую макушку. Чем еще можно помочь, если у тебя самого судьба скрыта плотной завесой тумана. Но, подросток поднял на меня свои глаза и улыбнулся совсем по-взрослому:

- Да вы не переживайте за меня, госпожа. Мне и здесь не плохо. И кормят, и спать, есть где. А я еще на заказы шахматы делаю. Так что на жизнь хватает.

- Какой ты мудрый, Абрамка... А кто такой Валек, твой брат?

- Брат? - неожиданно засмеялся он. - Нет, пойдемте, я вам его покажу.

Мы, вновь - через ряд отсеков и предбанник, вышли на улицу, на пороге столкнувшись с небритым мужиком в грязном фартуке. Мальчишка поздоровался с ним, а мне шепнул:

- Это конюх. От своей красавицы из деревни вернулся.

Я скептически обернулась на него, подумав про себя, кто ж на такого позарится и опять, некстати, вспомнила себя в своем вчерашнем виде... наверное, не менее эффектном.

А мой экскурсовод, тем временем, повернул от конюшни влево, и повел меня в, доселе неизвестную часть замкового двора. Здесь, на небольшом бугре, между задними воротами, закрытыми сейчас наглухо, и донжоном, был выложен круглый каменный колодец. Над колодцем, под двускатной крышкой, в ряд были развешены колокола разных размеров. Картину довершал, дремавший тут же, на лавочке под вечерним солнцем, щуплый старик, в щеголеватом, хотя и уже, изрядно "облысевшем" бархатном жилете. Осторожно подкравшись к нему, Абрамка хитро мне подмигнул и склонился над ухом так и не открывшего глаз мужчины:

- Валек! Проспал! - закричал, что есть мочи и отскочил в сторону.

Старик ошалело подпрыгнул на лавке и, щюря спросонья глаза, начал что-то быстро искать в своем нижнем жилетном кармане. Потом, вдруг, замер и беззлобно рассмеялся:

- Абрашка, подлец! Опять ты меня напугал. А ну, иди сюда, патлы твои повыдираю...

- Здравствуйте, - тут же встряла я, решив вмешаться в предполагаемую расправу.

- Валек, это госпожа Вета. Она гостит у Его сиятельства, а я показываю ей наш двор, - с гордостью сообщил подросток, выглядывая из-за моей спины.

Старик же встал с лавки, одернул жилет и важно мне поклонился:

- Доброго вам дня, госпожа. Я здешний звонарь, Валек.

- И у него есть часы, - произнес подросток с таким придыханием в голосе, будто говорил о горе монет, вываленной у ног старика. - У Его сиятельства - в покоях, у тетушки Гильды - на кухне и у Валека. Больше ни у кого во всем замке их нет.

- И поэтому, - перехватил, наконец, инициативу старик. - я каждый час оповещаю всех жителей замка и его работников о точном времени, нужным числом ударов в колокол... С пяти часов утра и до десяти часов вечера. - тут же добавил он.

- Ну, и тяжелая у вас работа, - посочувствовала я мужчине, представив его сидящим на этом месте в любую погоду. Кстати, который сейчас час?

Валек достал, таки из своего кармана круглые пузатые часы на пристегнутой к жилету цепочке и открыл крышку:

- Без десяти минут шесть, госпожа.

- Ой, Абрамка, боюсь, нашу экскурсию придется срочно сворачивать, - подорвалась я с места, и, уже на полном ходу, помахала старику рукой. - Как бы Туку из-за меня не влетело от графа.

Мальчишка резво меня обогнал но, у угла донжона, вдруг, замер:

- Стойте, госпожа. Его сиятельство уже вернулся, вон его Молния стоит, еще под седлом, у ворот конюшни.

- А как узнать, там граф или нет? - растерянно прошептала я, прикинув, что из распахнутых центральных ворот конюшни уличная дверь в кухню прекрасно просматривается.

- Я сейчас сбегаю туда и узнаю. И, если Его сиятельства там нет, помашу вам рукой, - тоже шепотом пояснил он и стремительно унесся.

Я же осталась нетерпеливо приплясывать на углу. Наконец, подросток показался из-за ближней воротной створки и дал мне стартовую отмашку. Я, не медля не секунды, рванула к двери в кухню, где на пороге меня уже ждала Гильда с сопроводительными рекомендациями:

- Беги быстрее наверх, Его сиятельство сегодня вернулся рано и уже выспрашивал про тебя у Тука. Тот сказал, что ты у меня. Так что, скачи, лошадка...

"Наверное, придумал новые каверзные вопросы, которые не терпится на мне испытать", - "скача" наверх через две ступени, прикидывала я свои невеселые вечерние перспективы. А, уже на пороге тормознула, немного отдышась, но, все равно, со скоростью, явно превышающей допустимые нормы этикета, распахнула дверь... Борамир стоял у моей кровати и молча на меня смотрел.

- Что? - растерянно выдала я, теряясь в догадках. - Вы сами хотели, чтобы я переоделась, - внесла я предположение по поводу его ступора и для наглядности покрутилась на месте. - Или, может, мне выйти и снова войти, уже, как приличной девушке?.. Я сейчас, - развернулась к двери, но тут, наконец, услышала его голос:

- Не надо... Пойдем ужинать, - спокойно произнес он и первым развернулся к двери в покои. Я, естественно, поплелась следом.

Мы чинно уселись за стол и пожелали друг другу приятного аппетита, но, потом я, все-таки, не сдержалась и припомнила графу свой сегодняшний завтрак:

- А что у вас сегодня на ужин, Ваше сиятельство? По-прежнему, жареная картошка? - спросила, едва сдерживая ехидную улыбку.

Граф поднял на меня глаза и с таким же выражением на лице заметил:

- Ай, как нехорошо приличным девушкам лазить по чужим тарелкам.

Мы оба, замерли, на мгновение, меряясь взглядами, а потом, вдруг искренне рассмеялись...

Обстановка за столом, безусловно, разрядилась, но, разговор, явно, не клеился. Я боялась что-нибудь у него спросить, чтобы не выдать свою некомпетентность в местных вопросах, а Борамир, видимо, не желая портить себе еще и ужин, поступал точно так же. И, когда от куска жареной утки с яблоками на моей тарелке остались лишь жалкие яблоки, я, наконец, решилась:

- Знаете, Ваше сиятельство, в тех краях, где я раньше жила, - начала я осторожно, и граф ощутимо напрягся. - есть одна интересная игра. Не помню, как она называется, но смысл ее заключается в том, что участвуют в ней два человека, которым есть, что спросить друг у друга, но они имеют полное право не отвечать на неудобные им вопросы, однако, за определенную плату... Хотите в нее сыграть?

- Давай попробуем, - решился и он, бросая на стол смятую салфетку.

- Хорошо. Но, для этой игры необходимо еще кое-что, очень важное, - начала я издали, а потом резко перешла к сути. - У вас в закромах имеются крепкие спиртные напитки?

Граф и бровью не повел:

- Женепи подойдет? - спросил только, а потом понятливо пояснил. - Ликер на травах.

- Вполне, - беспечно согласилась я и проводила взглядом, удаляющегося к себе в кабинет (теперь я это знала точно) мужчину.

Вскоре он вернулся, неся за горлышко, большую, не меньше литра в объеме, пузатую бутыль и два небольших ликерных бокала. Я же, в это время, расчистила на столе от ненужной посуды будущий "игровой плацдарм".

- Правила таковы: каждый вправе выбирать, или он четко отвечает на поставленный вопрос, или выпивает полный бокал ликера. Но, сначала, надо дать "страшную клятву", - проговорила я вполголоса, как можно зловеще.

- И в чем мы должны поклясться? - проникся граф.

- Что мы будем говорить только правду и ничего, кроме правды, иначе, у нас выпадут все волосы... во всех местах, и мы станем косоглазыми до следующего полнолуния... Клянемся? - торжественно вопросила я Борамира, протянув ему руку.

- Клянемся, - совершенно серьезно пожал он ее.

И понеслось...

- Как звучит твое полное имя? - начал Его сиятельство первым, по праву хозяина.

- Я пью... Какого цвета глаза у Тука?

- Я пью... С какой целью ты проникла в замок?

- Я пью... Сколько кастрюль на кухне у Гильды?

- Я пью... Давно ты находишься в Ладмении?

- Я пью... Сколько портретов в вашем зале официальных приемов?

- Я пью... Владеешь ли ты магией?

И дальше в том же духе... "Счастливыми" исключениями стали лишь два вопроса, заданные друг другу:

- Сколько у тебя было любовников?

- ... Шесть. Сколько у вас было женщин?

- ... Восемь.

Справедливости ради, здесь стоит заметить, что организм мой имеет одну, очень полезную в быту особенность: я быстро пьянею от легких вин и шампанского, а вот крепкие спиртные напитки, те, что больше двадцати пяти градусов, проявляются в нем лишь легким "стыдливым" румянцем. Это у меня наследственное. Бабушка, например, всегда считала, что питие самогона - лишь пустая трата ее времени. Поэтому графа я, честно, говоря, надула по полной. Хотя, только к концу второй бутыли...

- Ваше сиятельство, идите прямее, потому что, если вы грохнитесь, еще до своей графской кровати, то я вас уже не подниму ни за что.

- Вета, ты позоришь мою... мужскую честь, я сам прекрасно дойду...

- Ну, хорошо, но, должна вас предупредить, что ваша графская кровать находится в другой стороне... А там, куда вы сейчас...движетесь, находится мое девичье ложе... Вот так, правильный ориентир - помидорный балдахин.

- Вета, у меня к тебе еще есть вопрос.

- Гейм оувэр, игра окончена.

- А это какой... язык?

- Международный... Спокойной ночи, Ваше сиятельство.

- Хр-р-р...

С чувством выполненного долга, я дотащилась до своей кровати и решила, для разнообразия, на сегодняшнюю ночь ее расправить... Под подушкой меня ждал сюрприз - ночная сорочка на тонких кружевных бретелях. Вот спасибо вам, добрые люди...

Глава 12

Конт...

- Гильда, я вас умоляю, говорите чуть по тише, - с надрывом простонала я и обхватила голову руками. - А вы, Тук, не могли бы стучать ложкой не так громко... - полезная особенность организма не пьянеть, это, конечно, хорошо, но, вот похмелье приходит всегда.

Соответствовала моему безрадостному состоянию и сегодняшняя погода. Небо с утра затянуло серостью и в стекло маленького кухонного окна порывами бились капли дождя, вперемешку с песком.

- Скажите, а где граф? Я его с утра еще не видела.

- А кого ты с утра видела? - на пол тона тише поинтересовалась женщина.

Я подняла голову и попыталась напрячь память:

- Меня кто-то будил: сначала, просто звал, а потом начал трясти за плечо. Но, я накрылась подушкой и сказала... что, или пусть меня сразу прикончат или... я сама сейчас кого-нибудь прибью. Тук! При всем моем уважении к вам, скажите, что это были вы! - старик отрицательно качнул головой, глядя на меня с явным осуждением. - Так, граф то где, кто-нибудь мне скажет?! - в ответ взмолилась я. - О-ой... голова.

- Его сиятельство позавтракали и с самого утра упражняются у казармы с мечом, - сжалился надо мной, наконец, слуга.

- И что, он был очень... злой?

- Нет. Только бледный и задумчивый.

- Да не трясись ты так. Он про тебя уже к обеду забудет, - подбодрила меня Гильда, а потом добавила, уже, с совсем другой интонацией. - Сегодня достопочтенный господин Конт прибывают. И у нас по таким случаям всегда большое гулянье. Видишь, как бездельницы мои носятся?

- А кто он, этот господин Конт? Очень важная фигура из столицы? - осторожно скосила я глаза в сторону, действительно живее обычного хлопотавших помощниц главной кухарки.

- Нет, это наш маг и... близкий друг Его сиятельства.

- Маг? Вот это да! Очень хочется на него хотя бы посмотреть.

Женщина испуганно вскинула на меня глаза и схватила за руку:

- Не вздумай, девка... И вообще, ты сегодня сидишь у меня. Если что, Тук тебя позовет. Понятно?

- Ну, хорошо, Ваше еще одно сиятельство, - удивленно проблеяла я. - А есть у вас что-нибудь, тогда, от головной боли, чтобы легче сиделось?..

Ближе к обеду, после чудесного травяного отвара, я вновь почувствовала себя полноценным человеком. И, уж было хотела предложить свою помощь в царившей вокруг беготне, как Гильда остановила меня на полуслове:

- Послушай меня внимательно: сейчас Тук проводит тебя к себе в комнату. Сиди там и не высовывайся до завтрашнего утра. Ты все поняла?

- Да что у вас здесь происходит то? - осмелев после прояснения в голове, громко спросила я. - Ночь свободных привидений или голый забег по этажам?

- Все может быть, - спокойно ответила женщина, озадачив меня этим до крайности...

"Ну и что прикажете делать, когда делать совершенно нечего?", - в который раз задавала я себе этот вопрос, разложив на кровати все свое "приданое". В телефоне давно и безнадежно "помирала" батарейка. Он лишь жалобно пикал при открывании и мигал экраном. Косметичка, правда, ненадолго, но порадовала. Я, наконец-то, привела в порядок ногти, избавившись от еще не обломанных, подровняла брови и внимательно рассмотрела в удобное зеркальце с увеличением быстро подживающую скулу. А потом откровенно загрустила, жуя выданный Гильдой "сухой паек". Было еще одно дело, в графском кабинете, но, в непосредственной близости Его сиятельства я туда соваться не решалась - момент неподходящий. И тут, вспомнив про книжные полки, в моей памяти всплыли другие, увиденные ранее, на втором этаже, в высоких шкафах между картинами.

Я сгребла в сумку все свое имущество, закинула ее за кровать и осторожно спустилась по лестнице. Внизу, тем временем, полным ходом шло веселье. Оттуда доносились то фразы, произнесенные с таким выражением, что и слов разбирать не надо, то дружный гогот вперемешку со звоном бокалов... "Да, умеют люди отдыхать", - поморщилась я от, еще свежих ощущений и приступила к поиску развлекательного местного чтива.

Вечерний свет, и в ясную то погоду, едва пробивающийся сюда сквозь оконные витражи, совсем мне сейчас не помогал. Пришлось выбирать по принципу "то, что ближе стоит". И, прихватив подмышку две, не очень увесистые книги, я поспешила обратно к винтовой лестнице, лишь на мгновенье, бросив взгляд вниз, на первый этаж: "Нет, не может этого быть", - тряхнула головой, отгоняя видение мелькнувшей среди голов сидящих за столом мужчин, знакомой сальной лысины: "Он же взаперти"...

Чтение - процесс интимный и не переносит посторонних мыслей. Тем более, когда ждешь от него чего-то уж совсем "неземного". Поэтому, прикрыв по плотнее дверь, я тут же плюхнулась на кровать и открыла свою первую книгу. Ожидания мои испортил тот факт, что оказалась она не ветхой, с пожелтевшими страницами, как того требует антураж, а совершенно новым, еще пахнущим типографской краской, сборником ладменского фольклора. Я разочарованно перемахнула пару первых листов и на следующем, внизу по центру разглядела замысловатые вензеля: "Типография двора Его королевского Величества, Куполград, 2619 год"...

Далее на страницах косяком пошли повествования о местных аналогах храбрых портняжек, влюбчивых пастушек и озабоченных со всех сторон разбойников. Ознакомившись, для очистки профессионально-исторической совести с парочкой из них я, с легким сердцем, пододвинула себе под нос вторую свою добычу:

- А вот это, как раз то, что, доктор прописал, - потирая руки, произнесла, увидев многообещающее ее название: "История Ладмении. От начала мира и до наших дней".

На первой же ее странице, кстати, с благородным желтоватым оттенком, шел следующий текст:

Легенда об алантах.

И жили когда то аланты. Рождены они были от бога зари Ланта и крылатой девы Аэноры. И жили аланты свободной жизнью, вдали от людей, ближе к небу. И любовался ими мир. Но, настал для алантов страшный день - разорили их город темные тени из царства брата Ланта, бога заката, Тубрека. Позавидовал Тубрек крыльям алантов, ведь мог он только стелиться по земле, на небо даже не глядя. И долго плакала о своих обездоленных детях крылатая дева Аэнора, и горевал по ним их отец, не сумевший защитить в неурочный для себя час. Пришлось алантам искать счастья в незнакомом им мире, но подстерегала их и там опасность. Вызывали их крылья зависть большую у людей, как птицы летать не умеющих и страх в них вселяли от силы большой, светлой, но для людей разрушительной. Много алантов погибло, всех не сосчитать. И просила, руки заломив, Аэнора своего любимого - помоги нашим детям в мире этом жестоком найти покой. Бог зари услышал ее слова, и таким было его решение: подарил он детям своим, алантам, дар бесценный - умение найти себе убежище, став ключом от дверей в миры иные, только им подаренные. И стали аланты покидать свою жестокую родину. Селились они в мирах незнакомых, но родителей своих не забывали.

И видно иногда в небе, как летят на заре крылатые облака, божественным светом отца своего озаренные...

Последнюю часть этой красивой сказки я дочитывала уже, практически "наощупь", не разбирая в сгущающемся мраке и половины слов. Но, что-то меня в ней зацепило... Аланты... Атланты... Определенное сходство прослеживалось, но, вот само их название... Когда-то я писала курсовую по древнегреческой поэтессе с острова Лесбос, очень яркой даме. Так вот, в одних исторических источниках она упоминалась, как Сафо, а в других, одинаково уважаемых, как Сапфо. Разночтения вполне допустимы и в варианте с алантами - атлантами... "В конце концов, могу перечитать и завтра", - постановила оптимистично, захлопнула книгу и поднялась с кровати:

- А сейчас вернемся к нашему насущному...

Ну, не давала мне покоя та сальная лысина, едва "блеснувшая" внизу. И именно поэтому, наплевав на заветы тетушки Гильды, я сидела сейчас на коленях у лестничного витого пролета второго этажа, внимательно всматриваясь в массовое гулянье за накрытым столом:

- Ну, сволочь, выкрутился все-таки, - прошипела, как только "сальная лысина", наконец, повернулась ко мне боком.

Приятного, конечно, в том, что я теперь в любой момент могу нос к носу столкнуться с рассерженным Хлыстом было мало, но, за столом он находился не один. Были и еще интересные личности... Вообще, лучше всего мне было видно тех, кто сидел сейчас за "верхушкой буквы П", то есть самых дорогих здесь людей. К таковым, видимо и относился худощавый мужчина лет сорока пяти, развалившийся по левую руку от Борамира. Его желтушный цвет лица усугублялся черными волосами, отброшенными назад. Глаза же мужчины, с ироничным прищуром, смотрели по трезвому цепко и быстро реагировали на любой громкий голос за столом или размах молодецких рук. В общем, видно было, кто контролирует здесь ситуацию. Следовательно, предположила я, это и есть Конт - маг и друг графа.

По правую руку от Его сиятельства сидел, опершись локтями на стол, Ольт, глава его военного отряда. Мужчина откровенно нервничал, крутя вилку в руках. Что же касается остальных присутствующих, то ощущение эта компания у меня вызвала странное, даже само ее расположение за столами. Со стороны Конта сидели, откинувшись на стульях, пятеро незнакомых мне наемников. Они то и производили весь шум, развлекаясь по полной программе. Один лишь Хлыст изредка нервно поглядывал в противоположную от себя сторону, туда, где сейчас буквально застыли четверо в "форменной" темно коричневой одежде - подопечные Ольта. Лиц их я не видела, но позы были очень красноречивы.

В следующее же мгновение, взгляды всех присутствующих устремились в недоступное моему обзору пространство. Я смогла лишь предположить, что в зал, через центральный вход, вошло новое действующее лицо. При этом наемники встретили его одобрительными смешками, а Ольт лишь еще сильнее нахмурился. Через несколько секунд любопытство мое было вознаграждено: к Борамиру, обойдя Конта со спины, все также плавно, приблизилась Лулияна. Она склонилась к его лицу и, по-моему, поцеловала. Шикарные каштановые волосы девушки рассыпались веером, накрывая торс мужчины целиком. Затем чаровница слегка отстранилась, нежно провела своими пальцами по его губам и взяла за руку, как бы приглашая следовать за собой. И только теперь я впервые взглянула на графа... Это был другой человек. Если его вообще можно было назвать человеком: совершенно стеклянный блуждающий взгляд и рассеянная улыбка полного идиота на лице... С этой же улыбкой, он покорно встал и обнял Лулияну за ее ювелирную талию. Девушка трепетно к нему прижалась, что-то говоря Конту. Маг же только кивнул в ответ и, по-отечески, им обоим улыбнулся. "Благословляет он их, что ли?", - мелькнуло у меня в голове... - "А я-то что здесь тогда торчу, дура безнадежная?" - спохватилась и подорвалась с места вверх по лестнице.

Уже на финише, сбросив на пол книги, и освободившись от туфель, я нырнула под одеяло и в позе безмятежно спящей девы, стала ожидать появления "счастливых влюбленных". И они вскоре появились. Сначала Лулияна, затем, ведомый ею, все так же за руку, граф. Девушка лишь мельком кинула на меня взгляд и, развернувшись, перехватила его ладонь. Борамир же, напротив, задержался, пристально всматриваясь в мою сторону. Я затаила дыхание, из под ресниц бдя за происходящим. В сгущающейся темноте лицо его казалось маской с мертвыми провалами глаз. Захотелось, вдруг, уменьшиться до размеров мыши и забиться в самую дальнюю щель. Только бы не смотрели на меня эти страшные черные провалы. Но, тут в действо вмешалась Лулияна. Она возникла между нами и ласково "запела" мужчине:

- Пойдем же, любовь моя. У нас впереди прекрасная ночь. Ну что же ты?

Борамир неуклюже мотнул головой и подчинился, наконец, "зову страсти". И, только когда дверь за ними закрылась, я вновь посмела спокойно задышать...

Но, спокойствие это длилось недолго, и было грубо нарушено характерными для "прекрасной ночи" звуками. Я насчитала, как минимум, три "взлета" и "падения" в исполнении девушки. Сердечно пожелала в сторону двери "дальнейших успехов" и, прихватив подушку с одеялом, спустилась обратно на второй этаж. Он мне, за сегодняшний день стал почти родным. И, даже портрет почившей Мокеи под таинственной вуалью, казалось, встретил меня приветливо. Вот только диван, стоящий под окном, был деревянным и скрипучим. Поэтому я долго не могла заснуть, боясь лишний раз пошевелиться и, со все настойчивее звучащей в голове мыслью: "Пора валить из этого странного места", под утро, наконец, провалилась в сон...

- Вета... Вета... Вета!

- А-а-а! - испуганно завопила я, подскочила на диване и приложилась локтем к деревянной спинке. - О-о-о...

Диван мстительно заскрипел. "Человеческий" Борамир отшатнулся:

- Ты испугалась?.. Меня? - спросил с искренним удивлением.

- Немножко, - дипломатично выдавила я, растирая локоть.

- Ну, прости тогда... А почему ты сегодня спала здесь?

Я внимательно посмотрела на мужчину, прикидывая: правду ему сказать или сделать вид, что заблудилась, и решилась на первое:

- Просто, вчерашняя эта ваша "ночь любви" меня совсем доконала. Вот я сюда и сбежала.

Борамир, вдруг, побледнел, потом залился густой краской и, как подкошенный, осел на диван. Я едва успела выдернуть из под него свои ноги.

- Да не краснейте вы так. Я же... у вас в гостях. Живу, практически на вашем пороге, мимо не пройдешь. Так что, с моей девичьей скромностью можно не церемониться.

- Как это вчера произошло? - глухо спросил мужчина.

- Вам что, в звуках все описать?

- Скажи мне, я... взял тебя силой?

- Что?! - ошарашено подпрыгнула я с места. - Да причем здесь я?

- Ты сама только что сказала, что я вчера тебя... Вета, я никогда не насиловал женщин. Тем более...

- ... неизвестно, откуда свалившихся вам на голову?

- Я совсем не это имел в виду. А, хотя, какая уж теперь разница, после того, что я с тобой сделал?..

И тут я вспомнила его вчерашние затуманенные глаза, движения, улыбку. Конечно, у меня тут же возникло огромное искушение подыграть ему, закрепить и без того присутствующее чувство вины и, воспользовавшись этим, махнуть отсюда, куда глаза глядят. Но, как мне самой потом с этим жить?..

- Вы вообще что-нибудь помните из прошедшего вечера? - поинтересовалась осторожно.

Мужчина задумался, нахмурив лоб, а потом признался:

- Очень смутно... Я помню, как мы сидели за столом с Контом, пили, ели, разговаривали... о чем-то. А потом... я проснулся утром.

- А что пили? Что ели? О чем говорили? С кем целовались, помните?

- Вета! - обхватил он руками голову. - Это ничего не меняет. Я тебя... оскорбил.

- Ну, знаете ли! - начала я с закипающей злостью. - Да, как же не меняет? Ведь вся причина вашего теперешнего состояния как раз в том и есть, что вы вчера были по какой-то причине невменяемы. Но, раз уж вам так приспичило считать меня зверски изнасилованной, то здесь, я должна вас разочаровать. У нас с вами ничего не было, ни по-плохому, ни по-хорошему.

- Ты говоришь правду? - с недоверием поднял он на меня глаза.

- Торжественно клянусь.

- Но, тогда, какую ночь любви ты имела в виду?

- С нежной и трепетной девушкой по имени Лулияна.

- Лулияна?! Это ведь дальняя родственница Конта... Очень милая девушка, но не более того. Я и Лулияна? Ночь любви?..

- Вы что, мне не верите? - теперь уже всерьез оскорбилась я. - А, хотя, как мне можно верить, ведь я неизвестно откуда сюда свалилась.

- Прекрати. Не в этом дело.

- Ах, не в этом? Ну, хорошо, будут вам доказательства... ночи любви с милой девушкой Лулияной, - пригрозила я графу, влезла в туфли и, прихватив свою походную постель, направилась наверх...

- Вета, что ты делаешь на моей кровати? - в который раз вопрошал меня граф, отдернув балдахин.

- Я же сказала, ищу доказательства вчерашнего присутствия здесь женщины.

- А как же ты определишь, что это была именно Лулияна? - резонно заметил мужчина.

- Я вас умоляю, Ваше сиятельство. Вчера при мне Тук менял вашу постель.

- Вета, ты ведешь себя... неприлично, - использовал он последний аргумент.

- И это говорит мне мужчина, только что признавшийся в изнасиловании.

В конце концов, Борамир страдальчески вздохнул и ретировался, но, еще через некоторое время мне самой пришлось признать свое полное поражение - я не нашла ничего...

- Странно, - размышляла я вслух, сидя на краю графской кровати и нервно болтая ногами. - Обычно, после женщин в мужской постели остаются какие-нибудь украшения, белье, хотя бы волосы на подушке. А здесь совсем пусто. Ну, не приснилась же она мне с ее... шаловливыми пальчиками. Ваше сиятельство! - решительно поскакала я по ступенькам в сторону графа. - Можно попросить вас об одной очень важной для меня вещи?

Борамир, совершавший в это время свой утренний моцион, опасливо на меня оглянулся:

- Чего ты хочешь?

- Вы не могли бы показать мне вашу спину. Ну, пожалуйста.

- Если это тебя... успокоит, - с сомнением согласился он, расстегнул пуговицы и приспустил со спины рубашку...

- Какая же милая девушка, эта Лулияна. И какие острые у нее коготки, - торжествующе пропела я, с нажимом ведя своими пальцами по трем параллельным полосам, идущим наискосок рельефной спины графа.

- Доброго дня, Ваше сиятельство, госпожа гостья. Ваш завтрак, - смущенно объявил, застывший на пороге Тук. - Мне накрыть и выйти?

Озадаченный не на шутку Борамир, лишь качнул ему головой и натянул рубашку на плечи...

За столом "туманная" утренняя тема больше не всплывала, да и сама трапеза, мягко говоря, не заладилась с самого начала:

- Сегодня тебе не следует выходить во двор, - с места в карьер взял граф, едва усевшись на стул.

- Вы меня что, ущемляете в свободе?

- Что я тебе прищемил? - не хорошо сузил он глаза. - Ты старайся, хоть иногда, выражаться понятными мне словами.

- Хорошо. Я выражусь иначе, - с расстановкой проговорила я, озадаченная таким тоном. - Вы не хотите, чтобы я выходила во двор, потому что Хлыст уже на свободе?

- Да. Именно по этой причине.

- Но, позвольте вас спросить, если вы выпустили Хлыста, значит, посчитали его невиновным?

- Вета, я не обязан отчитываться перед тобой в своих действиях. Просто сделай то, что я велел.

- Ваше сиятельство, я не зверушка, а человек. И у меня есть свои планы на свое будущее. И вы... или сажайте тогда меня вместо Хлыста, или отпускайте за ворота, - уже стоя над столом, закончила я, а потом уточнила. - Второе, конечно, предпочтительнее.

- Знаешь, что, - "ответной любезностью" навис надо мной граф. - "человек Вета", или как там тебя на самом деле зовут. Ты уйдешь за мои ворота только тогда, когда я сам перед тобой их открою. Тебе понятно?!

- Значит, вот так?

- И никак по-другому! - хлопнула дверь.

- Это мы еще посмотрим! - запальчиво пригрозила я ей...

В жизни моей бывали такие моменты, когда меня начинало бесповоротно "нести". После таких случаев Юлька обычно оправдывалась: "Да тебя бы тогда и залп в упор из пушки не остановил". Формулировка очень точная, признаюсь честно. Однажды я, в таком вот состоянии провела целую ночь на одном из тюменских кладбищ. А все только потому, что Андрей наотрез отказался взять меня на раскопки "военных" археологов. Правда, я потом туда все равно не попала, потому что, прикорнув, на чьей-то гостеприимной примогильной скамейке, получила простудный герпес на пол носа. Но, сути это не меняет. Вот и сейчас, получив очередной вызов судьбы, в виде запертых ворот, в голове у меня привычно "перемкнуло" и все мысли повернули на осуществление только одной цели:

- Валить отсюда надо, валить. Вета, или, как там тебя...

Вариант, пока вырисовывался только один - Абрамка. Мальчишки во всех мирах и странах всегда одинаково вездесущи. Они прекрасно знают и пользуются всеми тайными лазейками и тропками. Но, "подставлять" Абрамку я не хотела. Поэтому придумала вот что: уходить надо вместе, причем до Либяны, или Либряны, не помню... А дальше каждый пойдет своей дорогой. Точнее, Абрамка останется учиться в своей вожделенной мастерской, а я направлюсь в местную столицу. Замечтавшись, я даже представила себе, как, через несколько лет, на одном из столичных рынков, увижу хорошо одетого лохматого парня с чудесными шахматными фигурками, которые стоить будут очень дорого и раскупаться быстро... Кстати, о стоимости... Вытащив из-за кровати сумку, я быстро прощупала ее дно: "На месте. Не скажу, что много, но, надеюсь, на учебу ему хватит". В увесистом бархатном мешочке, спрятанном под подкладку, было все наше с бабушкой "золото" и "серебро". Саму сумку решила пока не брать, во избежание ненужных выводов Его сиятельства... "Борамир". Это имя, произнесенное бессознательно, как будто шепотом в душу, заставило меня растерянно присесть на кровать... Что же теперь поделать? Чем я могу ему помочь? Да и нужна ли ему моя помощь? Он - большой и сильный, правда, загнал себя в какую-то непонятную для моего нездешнего мозга ловушку...

- Соберись, дура ты безнадежная. У тебя своих проблем выше этой башни. Валить надо отсюда, валить, - повторила я себе, уже спускаясь по лестнице...

На кухне у плиты привычно суетились смешливые сестрицы, жаря на огромной сковороде таких же размеров рыбу, но Гильды здесь не было.

- Доброе утро, Тук! - расплылась я слуге, одиноко сидящему на низкой скамеечке у кухонного очага. - Что это вы здесь делаете?

- Еще раз, и вам, госпожа Вета. Чищу сапоги Его сиятельства. Это моя почетная обязанность, - ответил он без тени иронии. - Сейчас закончу и поднимусь к вам наверх.

- А вы не знаете, где сам граф?

- Как же. Они с господином Контом отправились с проверкой к пограничному дозору.

- А где Гильда? - продолжила я допрос, не зная, как перейти к интересующей меня теме.

- Гильда с Абрамом отбыли в деревню. Она - за овощами и картошкой, а он, видимо за компанию.

- Ага... А, скажите, Тук, - наконец, решилась я. - Вам насчет моей скромной персоны граф сегодня утром никаких распоряжений не давал?

- Нет, - недоуменно ответил старик. - Распоряжения, касаемые вашей... скромной персоны остались прежними: в пределах замка вы свободны, а вот за его стены, к сожалению, вам пока нельзя.

- Понятно, - враз повеселела я. - Наверное, мой портрет у каждого вашего стражника имеется, с пометкой "Не подпускать близко, а то задолбит палкой".

- Портреты живописцы рисуют. А для данных целей есть подробные описания внешности.

- Представляю, как меня в нем описали: грязная, с синяками, ссадинами и соломой в волосах. Такую действительно нельзя выпускать за пределы замка, чтобы селян не провоцировать.

- Что вы! - воскликнул старик. - Я даже могу вам его повторить. При мне зачитывали, - и, увидев мою крайнюю заинтересованность, тут же, важно, продекламировал. - Высокая, красивая девушка с большими синими глазами и золотистыми волосами до плеч.

- И кому же я обязана такой грубой лестью? - удивленно спросила я. - Неужели, Ольту?

- Нет, госпожа Вета, ваше описание давал сам Его сиятельство, - ответил Тук и заулыбался во весь рот...

Гильда с Абрамкой вернулись как раз в тот момент, когда я, царствуя единолично за столом, за обе щеки уплетала вчерашний капустный пирог и грустила о своей нескладной женской доле... Таких мужчин, как Борамир я всегда избегала. Чувствовала в них силу, совершенно мной не управляемую, дикую силу большого зверя. Мудрая Юлька как-то раз мне сказала, что мои мозги лишены какого-то важного женского болтика и поэтому работают не так как надо. Что, это мужская позиция, расценивать другого самца с точки зрения его физической опасности, а настоящая женщина в большом сильном мужчине должна видеть непробиваемую стену. Но, я ей тогда резонно возразила, что ключевое слово в ее тираде "настоящая" и подруга, покрутив пальцем у виска, от меня с этой темой отстала... Граф, безусловно, был для меня большой угрозой. Но, вся беда моя сейчас заключалась в том, что угроза эта нависла не над моим бренным телом, а над гораздо большей ценностью - душевным покоем...

- Госпожа Вета! - вывел меня из меланхолии мой "потенциальный" проводник. - Смотрите, какие я хорошие длинные жерди в деревне... нашел. Подойдут такие?

- Для чего подойдут? - спросила я недоуменно.

- Как это для чего? Вы же мне позавчера обещали... - вытаращил он на меня свои глазищи.

- А-а-а! - тут же вспомнила я. - Прости, я задумалась. Покажи ка мне их, - подросток с готовностью протянул две ровные, грубо обтесанные палки, круглые в диаметре. Я придирчиво их осмотрела, взвесила по очереди на руке и вынесла вердикт. - Вполне. Только их надо почистить, чтобы были гладкими и лишних заноз не цепляли. А так, в самый раз.

Абрамка просиял и, уже от двери, мне крикнул:

- Я их сейчас, быстро, а мы тогда после обеда с вами повоюем?

- Конечно, - пообещала я ему. Меня этот вариант тоже вполне устраивал...

- Ты Абрамку на палках драться будешь учить? - спросила у меня с порога Гильда, бдящая за мужиками, таскающими в погреб мешки и корзины. - Прямо давай тащи, да по сторонам мне не зыркай! А то знаю я вас, семя конопляное. В прошлый раз три ложки пропали.

- Ну да, - глядя на это дело, боязливо брякнула я.

- А тебя кто учил? - кося одним глазом в сторону очередного "плывущего" мешка, поинтересовалась она.

- Да, был у меня один наставник. Тоже, как и вы, ветеран войны. Правда, очень давно, в детстве. А потом я только сама с собой могла упражняться, да еще, разве что, с чучелом.

Гильда по-новому, с уважением на меня взглянула и закрыла, наконец, уличную дверь:

- Драка палкой, это хорошо. Только меч, он по надежнее будет... А за Абрамку тебе спасибо, девонька, - сменила вдруг тему женщина. - Он у нас сирота. Каждый может куснуть безнаказанно. Что в деревне, что в замке у нас.

- А где его родители?

- Нет их уже давно. Его наш старый маг, Мабук, из предгорья принес, недалеко отсюда, еще совсем младенцем. Отец его овец на шерсть там разводил. Они семьей и жили, рядом с пастбищем. А в ту зиму волки лютовали, выгрызли всех подчистую. А Абрамку мать успела прямо в люльке на дерево подвесить. Там его Мабук и нашел, на дереве, через день. Выходил его, чуть живого, да мальчишка так здесь и прижился.

- Прямо не замок, а сиротский приют какой то, - шмыгнула я носом и отвернулась.

- И ты тоже, что ли? - сочувственно заглянула мне в лицо женщина. - Ну, не реви. Ты ведь уже большая, сама умеешь зубы показывать, - и похлопала своей тяжелой рукой меня по плечу. - Чего-то не нравится мне сегодня твой капустный вид. Ты о чем задумалась?

- Так, о девичьем, - тут же оживилась я, вспомнив, зачем сюда пришла. - Я вот думаю, что с Абрамкой спарринговаться мне удобнее будет не в этом платье, а в своей старой одежде и ботинках. Где они, Гильда? - воззрилась я на женщину, как можно искреннее.

- Так у меня в шкафу. Сейчас переоденем тебя к твоей... ну, ты поняла. А это платье ты у меня оставишь. А то вид у него, как у тебя самой сегодня. Кинья! Принеси старые вещи госпожи! - гаркнула она так, что я втянула голову в плечи...

На обед Абрамка не пришел. Сначала Гильда уверила меня, что у мальчишки могли возникнуть какие-нибудь срочные дела, но, позже, начала волноваться и сама. Я же, попрыгав, для приличия, у кухонного окна, решила сама его поискать. Правда, места, где Абрамка в этот момент мог оказаться, были для меня мало знакомы, так что начать поиски следовало с конюшни...

"Нет, как ни крути, но, в своей родной одежде все-таки гораздо приятнее", - размышляла я, решительно приближаясь к дверям предбанника. На месте дыры, на моей юбке, сейчас красовалась черная кожаная заплата в виде цветка с круглыми лепестками, шедевр от веснушчатой Киньи, а водолазка благоухала ароматом, сильно напоминающим жасмин. "Приятный подарок в дальнюю дорогу", - вздохнула я и открыла дверь... Пусто было, и в самой конюшне, и в "личных апартаментах" мальчика. Оставался только один, известный мне вариант - спросить про подростка у Валека, старого звонаря и "сожителя" Абрамки. Туда, к колодцу с колоколами, я и поспешила. Но, на отполированной годами лавочке, вместо Валека, я лишь увидела две добротно обработанные палки. Самого старика, стоящего в отдалении, и, пристально вглядывающегося куда то за донжон, я заметила немного позже. Валек то замирал, то начинал суетиться, беспомощно взмахивая руками, напоминая всем своим видом собачку, которой очень хочется сорваться с места, но без команды хозяина она это сделать никак не может. Наконец, он обернулся в сторону своего "поста" и заметил меня:

- Госпожа Вета! - заполошно всплеснул руками. - Что же это творится?! Ведь угробят они Абрашку, точно изувечат! Сами гляньте.

И тут, наконец, передо мной открылась левая половина замкового двора, до этого не знакомая. Она была зеркальным повторением правой, с той лишь разницей, что перед зданием-копией конюшни здесь была белой чертой прямо по камням, очерчена площадка для тренировок с оружием. В разных ее частях торчали несколько чучел, чем-то схожих с моим "Митей", а по центру на опорах стояла большая, грубо разрисованная мишень. Вот возле этой мишени сейчас и развернулось действо, так напугавшее старика. Я пригляделась, но, кроме фигур нескольких наемников, кидающих по очереди что-то в сторону круга, так ничего и не заметила.

- Что там происходит, Валек? - приложила ладонь ко лбу.

- Они, лиходеи, ножи метают в мишень свою, а у мишени Абрашку привязали. И хохочут, как кони, если он кричит. Я не знаю, живой он там еще или уже на веревках висит. Давно молчит.

- Да вы что? - потрясенно выдохнула я и рванула с места.

Абрамка был живой, с глубокой царапиной на скуле и от страха распахнутыми еще больше глазами. Мужиков было трое, и одним из них был Хлыст. Ну, вот и встретились... Как только мое появление заметили, на тренировочной площадке воцарилась полная тишина. В этой тишине я, трясущимися руками отвязала такого же трясущегося мальчишку, прижала его к себе на короткий миг и, пихнув в сторону, развернулась к наемникам лицом.

- Ну что, мальчики, а слабо во взрослую тетю ножи покидать? - осмотрела каждого по очереди.

Незнакомые мужики переглянулись и один из них, с "подростковыми" прыщами и таким же хвостом, как у Борамира, но жидким и серым, выдавил:

- Шли бы вы отсюда, госпожа. А то тут серьезные люди делом занимаются.

- Ну, так, я тебе и предлагаю, по серьезному, а не просто так, над беззащитным ребенком поиздеваться.

- Да что с ней разговаривать, она же бешеная, - наконец, подал голос мой недавний "ухажер". - Поглядите на нее, сейчас пена изо рта попрет.

- Ты бы, Хлыст, помолчал невзначай, - вышел между нами третий наемник, коренастый и со шрамом через весь лоб. - Один раз уже свезло, второго может и не быть, - и обернулся к нам с Абрамкой. - Простите, госпожа. И ты, малец. Увлеклись, сами не заметили.

- Ты их простил, Абрамка? - склонилась я к мальчику, стоящему до сих пор в ступоре.

- Да, - выдохнул он и схватил меня за руку. - Пойдемте отсюда, госпожа Вета. Здесь женщине не место. Пойдемте, - и потянул в направлении до сих пор маячившего Валека.

Мы уже отошли на приличное расстояние от последнего, торчащего на углу очерченного периметра, боевого чучела, когда я услышала за спиной крик Хлыста:

- А каково это, сменить солому на графскую простыню? Тебе понравилось, а, кобылка?

Не берусь судить, что чувствует человек, которому выстрелили в спину, но сравнение мне на ум пришло, в тот момент, именно такое. У меня даже дыхание перехватило в первую секунду, а потом я открыла глаза и посмотрела на замершего подростка:

- Абрамка, неси сюда свою тростку, сейчас мы ей испытание на прочность устроим.

- Госпожа Вета, - испуганно пробормотал он. - Ведь он вас убьет и из-за меня. Не надо.

- Ты так плохо думаешь о своем учителе, мальчик? Неси, да по быстрее.

Что-то, видимо, во взгляде моем так вдохновило подростка на принятие решения, что он унесся к колодцу быстрее ветра. А я в это время, развернувшись к площадке, начала искать глазами "источник", порочащий честь мою и графскую. Таковой скоро нашелся, стоящий в "капитанской" позе, как раз у этого самого местного "Мити" на углу. Начали мы наш, отложенный на два дня поединок со скрещивания взглядами. Насмешливый и злой Хлыста и мой, преисполненный решимости и лишенный разума. Потому что, если у женщины в моем положении и при моих бойцовских возможностях такой имеется, то находиться она сейчас будет точно не здесь, а где-нибудь под кроватью, забившись в угол. Пока я так рассуждала, заняв себя разогреванием кистей рук, в одну из них мне ткнулась, предназначенная к испытанию тростка Абрамки.

- Вот. Это вам, - прошептал запыхавшийся подросток, и мы пошли навстречу Хлысту.

Не скажу, что мужик удивился такому повороту событий, наверняка, успел пообщаться с Колуном, пока сидел взаперти, но встретил меня явно, без радости. Поэтому пришлось его "разогревать" до нужной температуры.

- Здравствуй, голубь мой. А я по тебе соскучилась. Может, прогуляемся с тобой до конюшни?.. Абрамка, заткни уши! - вспомнила я про открывшего рот мальчишку.

- С чего вдруг, такие почести? - напрягся мужик. - Я с тобой уже прогулялся один раз, в другой с другим иди.

- Ну как же? - снова запела я. - А я с тобой хочу. Кто ж меня еще сбруей то украсит?

По раздавшимся откуда-то сбоку сдавленным смешкам, я поняла, что к нам подтянулась публика и "процесс разогрева" пошел гораздо быстрее:

- Ты рот то свой закрой, а то не посмотрю, что ты теперь графская подружка! - выкрикнул он, косясь на стоящих в отдалении мужиков.

- Значит, не хочешь ты со мной идти? - в ответ оскорбилась я. - Ну, тогда, получай здесь, прилюдно, всю мою к тебе неземную любовь и признательность.

И замахнулась сверху, заранее зная, что длины палки достать его мне не хватит. Но, зато эффект получился требуемый. Мужик отпрянул назад и со вкусом выругался - клиент созрел. Дальше дело пошло еще быстрее:

- Ты, как была умом больная, так и осталась! - прорычал Хлыст, шаря по сторонам. - Меченый, дай мне свой, мой в казарме остался!

- Хлыст, угомонись! - возопил мужик со шрамом. - Ты обратно к Колуну захотел. Она тебе вмиг это устроит.

- У нас с ней свои зарубки, - выхватил он меч, прямо из ножен серохвостого парня. - Вы к нам не лезьте! - прокричал, уже замахиваясь на меня сбоку.

И тут только до меня дошла вся моя беспросветная глупость. Довести здорового мужика до бешенства и махать против его меча деревянной палкой, да еще не своей родной, а вообще сделанной неизвестно из чего. Но, судьба убогих умом либо любит, либо убивает. Видимо, настал момент моей проверки... И от этого удара я ушла. Причем, сравнительно легко и в бок, сократив дистанцию между нами до минимума, приложила его, вскользь по левому плечу. Дальше разведка закончилась, и мы пошли по кругу, следя за каждым движением друг друга. Хлыст делал мелкие выпады, больше, чтобы позлить, чем навредить. Тоже, видимо, приглядывался или, оказался умнее меня и не лез первым. Пришлось "открываться" мне, а то, к чему все эти танцы? Я, для встречной пробы ткнула ему в район груди и тут же получила ответный снизу. Пришлось отпрыгивать. В это время, мужик, решившись, наконец, на настоящий удар, попер на меня с занесенным над головой мечом, а я, от неожиданности, выставила перед своей макушкой палку, схватившись, что есть мочи, руками за ее концы, и, от ужаса зажмурилась. Удар был сильный, тростка в моих руках раскололась, отрекошетив болью в запястья и, вновь распахнув глаза, я лишь увидела летящее сверху прямо мне в лоб лезвие меча, которое в последнее мгновение, вдруг изменило свою траекторию и ушло в сторону... В следующий миг меня заслонило что-то большое и, прямо перед самым носом пролетел хвост из темно русых волос, разметавшийся по черной кожаной куртке... И в мой взорвавшийся мир вернулся звук...

- Ты жива? - склонился надо мной Борамир.

- Ваше сиятельство, а меня только что чуть не убили, - проблеяла я в ответ и глупо захихикала.

- Я заметил, - процедил мужчина. - Но, об этом позже, - и схватил меня за запястье. - Этого (далее аристократически-утонченный мат) в яму. А остальные в казарму. Балаган закончился! - и уже совсем не по аристократически потащил меня в замок...

Сначала я отрешенно прыгала за графом по ступеням, брякая чем-то о перила, а потом и вовсе растянулась на них. Мужчина пробормотал что-то себе под нос, громко вздохнул и перекинул меня через плечо. Тот еще подвиг, но это меня, видимо, и спасло. Потому что, после такой физзарядки, сил у него для положенного в таких случаях разноса явно поубавилось.

Он аккуратно сгрузил меня поперек моей девичьей постели и отошел в сторону, видно, готовя вступительную речь. Я же сидела и тупо пялилась на половинки прежней абрамкиной тростки, зажатые у меня до сих пор в руках. Понюхала рассеченный, почти идеально срез на одной из них, поскребла его коротким ногтем и произнесла первую свою "умную" мысль:

- Так вот почему она раскололась. Она же березовая. Бе-ре-зовая.

- А должна быть какая? Серебряная?.. Вета, ты вообще что говоришь? - навис надо мной граф и выдернул бесполезные деревяшки из рук. - Ты разве об этом сейчас должна думать?

- А можно, я не буду сейчас ни о чем думать? - подняла я на него полные слез глаза. - Потому что, если я начну думать, то я начну вспоминать, а если я начну вспоминать, то... у-у-у-у-у... - запоздало завыла я в свободные ладошки...

Давно я так не "отрывалась". Наверное, с бабушкиных похорон. Тем более что "слушатель" попался благодарный, не орал на меня: "Соберись, тряпка!", а просто сел рядом и обнял за плечи...Я бы еще, наверное, смогла и подольше, была в запасе парочка поводов, но побоялась - а вдруг у графа носовые платки закончатся... или ему надоест вот так со мной сидеть...

- Фу-у-у... - выдохнула, в конце концов, и напоследок шмыгнула носом. - Не смотрите на меня. Я сейчас страшная.

- Ну, точно не страшнее, чем в первый день нашего знакомства, - попытался пошутить он, но голову отвернул.

Потом я вспомнила, что у меня в сумке валяется зеркало, сейчас мне жизненно необходимое. И, не желая выныривать из под теплого графского "крыла", попросила его дотянуться до лежащей у ножки кровати "почтальонки". В результате, сумка оказалась у меня в руках, я откинула ее крышку и, вместо зеркала вытянула наружу... свой российский паспорт. Поступок этот стал для меня самой полной неожиданностью. Видно, что-то действительно, перемкнуло внутри после сегодняшнего насыщенного дня. "Что уж теперь", - мысленно махнула рукой и сунула "корочки" Борамиру:

- Это мой документ, удостоверяющий личность гражданина страны под названием Россия. Примерно за такой же бумагой я к вам и приперлась, точнее, приехала...ну, а потом еще ползла. В общем, за этим я здесь.

Мужчина осторожно взял паспорт в руки и открыл его на странице с моей фотографией. Фотка была совсем свежая и я на ней вышла удачно, не смотря на то, что накануне мы с Андреем всю ночь пилили со съемок из какой то деревни под... А, какая теперь разница?

- Ты здесь совсем другая, - сказал граф серьезно. - Потерянная.

- О, да! - невесело усмехнулась я. - Зато сейчас я... нашлась...

А дальше пошло легче, потому что врать больше не пришлось. Просто, некоторые вещи я сознательно умалчивала. Поэтому, понятие "наш мир" было заменено на "наша страна", что, в принципе, разницей не являлось, но глобальность моего путешествия убавляло значительно:

- Твоя страна, я думаю, находится в другом полушарии, северном, - просветил меня мужчина насчет моей "далекой" второй Родины. - Оно было освоено позже нас, но мы с ним почти не общаемся. Были попытки наладить контакты, не у нас, у наших соседей, Джингара, но, ни к чему путному это не привело...

Самым же "слабым" местом, по моему мнению, должно было стать мое перемещение через "дверь", но и здесь сам Борамир невольно пришел мне на помощь:

- Ты говоришь, что шла по тоннелю?

- Ну да, тоннель там был.

- А потом выпала на землю?

- Выпала, это очень точная формулировка, Ваше сиятельство, - обрадовалась я, а мужчина задумался.

- Я, конечно, не маг, но то, о чем ты говоришь, очень похоже на пространственный тоннель, которым они часто пользуются. А, если ты прибыла из другой страны и попала прямиком мне под нос, а не на разрешенную на пограничной земле площадку, то твой пространственный переход был незаконным. Да, и еще, моя канцелярия, находится не здесь, а там же, на пограничной земле. Вот так вот.

- Ну, ничего себе! Мало того что, я зря сюда приперлась, так у меня теперь еще и будут проблемы с вашим законом? - потрясенно отпрянула я от мужчины.

- Вета, эта земля принадлежит мне и я за нее отвечаю. Поэтому, мне решать, выдавать тебе "попутку"... сопроводительную грамоту, или не выдавать. Я ведь тебе это говорил, но, немного другими словами. К тому же, - начал он и неожиданно ухмыльнулся. - Как я выдам тебе документ, если даже имени твоего полного не знаю?

- Очень все сложно оказалось, - только вздохнула я.

- Сложно?.. А твоя бабушка, Неонила Полунич... С ней история, наоборот очень простая. В то время многие из Ладмении бежали. И аланты и маги. Да и люди тоже.

- Аланты? Я вчера про них читала в вашей книге. Думала, что это только легенда. А, оказывается, они на самом деле... существуют.

- У нас много здесь чего "существует", - отмахнулся Борамир. - Но, об этом завтра, а сейчас, расскажи-ка мне лучше про свою росиянскую жизнь.

- Ну, хорошо, Ваше сиятельство. Но сразу вас предупреждаю, что без интимных подробностей, - строго уточнила я.

- Какие могут быть интимные подробности у приличной девушки даже, если у нее было шесть любовников? - совершенно искренне возмутился мужчина, и я поняла, что этот рассказ затянется надолго...

Глава 13

Ладмения...

- Доброго вам дня, госпожа Вета! - оповестил о своем присутствии, застывший на пороге с широким разносом, слуга.

Я с душой потянулась, вспоминая, нашу с графом вчерашнюю доверительную беседу и спустила ноги на пол:

- Доброе утро, Тук. А где Его сиятельство?

- Он отбыл очень рано, поэтому будить вас не стал, но просил меня, как только вы проснетесь, проводить вас в его кабинет. Там, на столе для вас что-то приготовлено.

- Приготовлено? Что?

- Об этом я не знаю. Но, зато знаю точно, что о расположении его вы и сами прекрасно осведомлены, - позволил себе старик "шпильку".

Я, в ответ, только хмыкнула и тоже позволила себе "дефиле" в старомодной ночной сорочке мимо его изумленной физиономии. Надеюсь, что вид едва обрисованного под ней пафосного нижнего белья из "лавки Гильды" не очень его смутил...

Графский кабинет встретил меня прохладной тишиной. В прошлое свое посещение я так и не успела "поводить носом" над внушительным письменным столом Борамира. Но, и сейчас, мысли мои были заняты совсем не праздным любопытством - на коричневом полотне столешницы, между двумя аккуратными стопками из книг, лежал свернутый лист бумаги. "Сопроводительная грамота?" - замерла я на месте. "Неужели, он решился? Даже без имени, без фактов, подтверждающих мой вчерашний сбивчивый рассказ?". Подцепив двумя пальцами предполагаемую "вольную", я осторожно ее развернула и поднесла к глазам. Там, большими ровными буквами в середине листа было написано: "Я тебе помогу. Только, больше не убегай".

- Куда ж я теперь от тебя убегу... - тяжко вздохнула я, проводя подушечками пальцев по строчкам.

- Вам стол накрывать? - осведомился из-за ширмы старик.

- Нет. Я сейчас сама на кухню спущусь...Тук! - высунулась я к нему наружу. - Как там Абрамка? Он появлялся? Вы про него что-нибудь слышали?

- Абрам с утра не заходил, - явил мне свой орлиный профиль слуга. - Но, думаю, что к обеду обязательно будет.

- Понятно... Ну, да я сейчас сама все выясню.

- Госпожа Вета! - нагнал меня на полпути голос Тука.

- Что?

- Вы прямо так... будете выяснять?

- О, нет, этот наряд у меня только для одного очень застенчивого пожилого мужчины, - оскалилась я, а Тук, наконец, покраснел и боком, все с тем же разносом ретировался в коридор...

Вчерашняя "мишень" ждала меня на нижних ступеньках винтовой лестницы и грызла ногти.

- Привет, Абрамка. Как твое настроение? - как можно беззаботнее поинтересовалась я и шлепнулась рядом.

Мальчишка в ответ улыбнулся мне нерешительно и тут же выпалил:

- Я сегодня с самого раннего утра караулил у конюшни Его сиятельство. Я все ему рассказал.

- И что же ты ему поведал? - насторожилась я, вспомнив вчерашнюю реакцию подростка на мои "провокационные зазывы" Хлыста в это самое заведение.

- Я ему рассказал, госпожа Вета, что это я во всем виноват.

- И в чем же ты виноват?

- Как это в чем? Из-за меня ведь вы вчера чуть не... умерли.

- Абрамка! - укоризненно протянула я. - Ну разве так можно? Разве можно на себя брать вину за этих... мужиков, которые не видят разницы между вооруженным врагом и ребенком или за меня, если я иногда, сначала делаю, а потом уж думаю. Ведь ты же сам меня вчера отговаривал от этой глупости. Разве не так? - заглянула я в его потерянные глаза.

- Ну да, - немного подумав, согласился он. - Но, я все равно виноват.

- Почему?

- Потому что я - мужчина, - гордо заявил он. - Мне и Его сиятельство так утром сказал, что я - настоящий мужчина.

- Ты знаешь, - чмокнула я его в щеку. - Здесь, я, пожалуй, с ним соглашусь.

- И раз, я мужчина - смущенно продолжил подросток, - то я теперь везде буду вас сопровождать. А то, мало ли что, - добавил многозначительно.

- Ну, спасибо тебе. Еще вчера я была для тебя примером для подражания. Ты даже учиться драться у меня собирался. А теперь вон как все резко поменялось.

- А что, вы разве отказываетесь от меня? - опешил Абрамка. - Мы обязательно будем упражняться, только не возле казармы. Хлыста там теперь нет, но все равно этих наемных все боятся, кроме тетушки Гильды... Она им два раза кашу пересолила, теперь они ей издалека во все зубы лыбятся. - добавил он, уже вполголоса.

- Нет, Абрамка, здесь ты ошибся. Уже не во все зубы лыбятся. У одного уже зуба не хватает, - вмешалась в наш "секретный" разговор Гильда и добавила, уже мне, так же тихо. - После того, как он ко мне повадился по вечерам на чай с грушевым медом ходить.

- О, это очень смелый поступок с его стороны, зная ваш крутой нрав, - качая головой, вынесла я вердикт. - Здравствуйте, Гильда.

- И тебе не грустить, девонька, - поздоровалась она, ставя на стол корзину, и насмешливо прищурилась. - А может, и мне тебя уже следует звать "госпожа"?

- Знаете, я такая же "госпожа", как вы деревенская простушка... А что это у вас за травки в корзинке? - заглянула я через ее спину.

- Это - для графской ванны, - показала она мне небольшой пучок "сушенки", перевязанный шерстяной ниткой. А это - для лечебных хлопот собирала, - сунула под нос еще один местный "гербарий". - А ты что, в травах разбираешься или так просто для разговора спрашиваешь?

- Бабушка моя была большой знаток. А я у нее, в основном, сумки по полям таскала, - ответила я, внимательно рассматривая маленькие "букеты". - А эта травка как у вас называется? - ткнула пальцем, в до боли знакомые, мелкие желтые цветочки с густым ароматом.

- Дырявник.

- А у нас - зверобой продырявленный... А эта? - показала на еще одну, смутно мне знакомую.

- Ярова монетка, - посмотрела на меня женщина с интересом.

- А у нас ярутка полевая... Ой, а это что?

- Мамкина трава.

- Мать-и-Мачеха, - опешила я.

- Да откуда ж ты родом, хоб меня задери?

- Меня вот больше интересует, где я сейчас нахожусь... Продолжим?

- А то! - вывалила на стол все свои душистые сборы Гильда...

В результате "экспертизы" мной было опознано больше половины ее запасов. Причем названия и лечебное применение явно перекликались друг с другом. В итоге, я так осмелела, что предложила женщине приготовить для нее чай по бабушкиному рецепту, туманно обозначив его, как "широкого поля действия". Под широким полем подразумевались: пара травок для повышения тонуса, одна - для "романтики" и еще маленький секрет, как говорила бабушка, "на удачу". У женщины хватило храбрости согласиться, но, я смутно подозревала, что первым дегустатором станет точно не она...

Через положенное для "крепкой" заварки время, мы с Гильдой сидели за столом, накрытом для полноценного чаепития, и подбадривали друг друга взглядами. Абрамка предусмотрительно смылся. Тук, видимо, предчувствуя подвох, еще не появлялся. В конце концов, я вспомнила, что вообще-то спустилась на кухню позавтракать, мысленно сплюнула и сделала первый глоток... Вкус мне очень понравился. Он был насыщенным и радовал своей "узнаваемостью". Вскоре ко мне присоединилась и Гильда, тоже сплюнувшая, но по-настоящему...

- А завтра я приготовлю еще один чай, но уже по собственному рецепту, - обрадовала я женщину, допивая вторую кружку. - Вы, не против?

- Доброго дня, Ваше сиятельство, - растерянно ответила Гильда и соскочила с места.

Я машинально последовала ее примеру, наступив при этом на ногу... стоящему за моей спиной графу. Он "мужественно" выкатил глаза, но этим и ограничился:

- И вам того же. Чем здесь так приятно пахнет, Гильда?

- Мы с вашей гостьей пьем травяной чай... по особому рецепту, - честно призналась женщина.

- А нельзя ли и мне тоже вашего особого чая? - спросил граф, бросая свою пыльную куртку на спинку свободного стула.

Гильда страдальчески на меня взглянула, возлагая тем самым всю ответственность за возможное тяжкое преступление на мои плечи.

- Дело в том, что этот чай приготовила я. Так что, Ваше сиятельство, вы вполне можете отказаться.

- Да?.. А я, пожалуй, рискну, - с вызовом сказал он и по-хозяйски уселся за стол.

Женщина вздохнула и удалилась к буфету за привилегированной посудой, а я так и осталась торчать у стола.

- Вета, да что с тобой? Садись, - улыбнулся мне Борамир. - Как ты спала?

- Вы знаете, - искренне призналась я ему, опускаясь на свое прежнее место. - Я сегодня, впервые с тех пор, как у вас, выспалась по-настоящему.

- Это потому, что тебе не придется теперь что-то от меня скрывать, - уверенно заключил мужчина.

- В тех краях, откуда я... пришла, есть такое выражение: "С чистой совестью на свободу", - внимательно посмотрела я на графа.

- Интересное выражение, - отметил он и пристально огляделся по сторонам. - Сколько же я не сидел за этим столом? А, Гильда? - спросил у вернувшейся, уже с "графской", до краев наполненной кружкой, женщины.

- В последний раз вы, Ваше сиятельство, сидели именно на этом месте двадцать один год назад. Тогда был второй день праздника Солнцепутья . И вы, с утра не дождавшись, когда Их сиятельства проснутся, в одной ночной сорочке прибеж... посетили меня, - уверенно поведала та.

- Вот это память! - искренне удивился Борамир. - Может, ты еще и помнишь, что я тогда у тебя ел?

- Как же такое забыть? - всплеснула руками Гильда. - Медовые пряники и пирог с яблоками...

Граф еще долго "плавал" на волнах своего детства, а Гильда, все также умиленно на него глазела и кивала головой. Я же сидела тихо, подперев подбородок рукой, и думала, что вся эта картинка, до боли напоминает мне сцену "Сын вернулся домой после службы в армии"...

- Вета, а чай действительно был вкусный, - обратил, наконец, на меня внимание Борамир. - Но, нам пора. Спасибо, Гильда. Пирог с яблоками за тобой, - улыбнулся он, вставая со стула, "растаявшей" женщине.

Мы медленно поднялись по лестнице, но до верхнего этажа донжоновской башни так и не дошли - граф свернул к книжным шкафам "официального" зала:

- Ты просмотрела те книги, которые я тебе оставил?

- Нет. А где они лежали?

- На моем столе в кабинете. Ты там вообще была?

- Ну да, - уже начиная вспоминать две ровные стопки, высившиеся около записки, протянула я. - Но, я обязательно их посмотрю. Спасибо.

- Пока благодарить не за что, - снисходительно изрек Его сиятельство. - Вся моя библиотека в полном твоем распоряжении, - обвел он рукой длинные книжные ряды. - Но, я обещал тебе помочь.

- И...

- Пойдем, к окну, - повел он меня к нашему знакомому скрипучему дивану. Замер над ним в нерешительности на секунду и, все-таки сел. - У меня в столице, в главном архиве страны есть хороший знакомый. Я отправлю ему "неофициальный" запрос на твою бабушку. Ведь об остальной своей семье ты ничего не знаешь?

- Нет, у меня была только она.

- Понятно, - задумался мужчина. - Но, я считаю, что пока будет достаточно и ее имени с фамилией.

- Я еще отчество знаю, - вставила я.

- Отчество? Что это такое?

- Это имя ее отца. Но, боюсь, что оно может быть вымышленным, как и все остальное... Хотя, кто же в здравом уме выдумает себе фамилию "Полунич"?

- У тебя странное отношение к своим родовым признакам, - прищурился на меня мужчина. - Кстати, у меня к тебе тоже будет одна просьба.

- Говорите. Я вас внимательно слушаю, - навострила я уши.

- Зови меня просто Борамир. И обращайся ко мне на "ты", наедине мы с тобой или в окружении людей.

- А разве такое возможно?

- Конечно, - великодушно расплылся он. - Конт так обращается ко мне, потому что мы с ним друзья. А мы же теперь с тобой друзья? - и заглянул мне в глаза.

- Ну да, - растерянно выдавила я. - Друзья...

- А раз мы с тобой друзья, - протянул граф. - то ты больше ничего мне не хочешь сказать, как другу? Что-нибудь о себе, например...

- Нет, - категорично отрезала я. - Кроме еще одного огромного "спасибо", за твою дружескую помощь... Борамир.

- Ну, хорошо, - с досадой вздохнул мужчина и встал с дивана. - Я тебя здесь оставляю. Изучай страну Ладмению, а у меня дела, - и двинул обратно к лестнице...

Как же, "странное отношение к родовым признакам". Будет оно странным, когда еще с детства, мне неоднократно приходилось страдать за свои имя и фамилию... В школе, помнится, мне нравился мальчик, на три класса старше меня. Звали его Герман. Моя робкая симпатия, вскорости, стала достоянием подростковой общественности и меня, до конца учебного года после этого, некоторые, литературно продвинутые сверстники приветствовали: "Уж Полунич близится, а Германа все нет". А имя "Ветвяна"? К нему неоднократно, в качестве альтернативы фамилии, предлагались варианты: "Ивовая", "Кучерявая", "Раскидистая". Правда, иссякли они все сразу, после того, как я, в порядке встречной инициативы, самой активной в этом плане своей однокласснице придумала прозвище, закрепившееся за ней до сих пор. Но, вспоминать мне об этом теперь стыдно, хотя, честно признаться, приятно. С годами же я научилась избегать подобных ситуаций, заработав себе среди окружающих меня, сначала однокурсников, а потом и коллег авторитет редкостной стервы. И дело стало уже не в том, что я боялась насмешек с их стороны, я просто поставила для себя непреклонное "табу". А представлялась всегда просто Ветой, оставив право на свое полное имя только очень дорогим мне людям... И это были даже не друзья, а члены моей маленькой, но близкой сердцу "семьи"...

- А мы, теперь, значит "друзья", - в который раз повторила я, сидя за графским столом и нервно стуча пальцами по столешнице. Открытая книга, с пока даже неизвестным мне названием так и лежала, на время забытая мной.

Ну что ж, это меняет дело. Причем, значительно его облегчает. Потому что во влюбленном виде, я нравилась себе гораздо меньше, чем в своей обычной "циничной" броне. Влюбленная женщина вообще становилась сродни блаженной дурочке, с этими романтическими вздохами и вечными метаниями в поисках нужного для своего избранника образа. Это мы уже проходили. А с другом всегда все проще и понятнее, хотя...

- Уж мы-то знаем цену вам, любовь друзей и дружба дам, - процитировала я Лермонтова и, наконец, скосила глаза вниз.

"История Ладмении. От начала мира и до наших дней", называлась уже знакомая мне книга, недавно "умыкнутая" с одной из книжных полок графской библиотеки. Ну, конечно же, она, была предусмотрительно положена Борамиром самой верхней в стопке, но, я так вздыхала над его запиской, что совершенно не обратила внимания на этот "опознавательный" знак.

Вначале же стоило вернуться к прочитанной "на ощупь" легенде об алантах. Так я и сделала... А потом глубоко задумалась... Фраза, произнесенная бабушкой в пещере: "Ключ ты, Ветвяна", эхом перекликалась со вновь прочитанным текстом. Если аланты на самом деле существуют и являются этими самыми ключами, открывающими "двери" в иные миры, то получается, что ушли мы с бабушкой и вернулись как раз через одну из них. И если, в первом случае, ключом стала бабушка, то во втором, получаюсь... я. Моя бабушка - алант? А я тогда тоже, но только какой-то "недоделанный" алант...

Разумно решив оставить все окончательные выводы на потом, я подключила свои прошлые профессиональные навыки и придирчиво просмотрела обе книжные стопки. Полезных, из выбранных мне Борамиром, оказалось пять. В каждой хранились какие-то данные о разных периодах жизни страны, изложенные разными авторами в разных стилях. В идеале следовало бы составить сводный конспект, с хронологией и выводами... Я пошарила глазами по столу, ища аналог местной письменной ручки, но нашла лишь широкий керамический стакан, набитый подточенными карандашами. Сбоку, на углу стола вскоре обнаружилась и стопка бумаги, грубоватая на ощупь, но вполне пригодная к применению для избалованного качественными канцтоварами Земли офисного работника.

- Ну что, посмотрим, куда занесла тебя судьба, Ветвяна Полунич. - бросила я сама себе вызов и засела за работу.

А в результате получилось вот что:

Государство ведет свое летоисчисление от появления своих первых жителей - алантов. На побережье моря Радуг они возвели белокаменный город Тайриль, построенный по подобию их родного земного города.

Известны имена первых аланских правителей - супругов Нэйи и Мираха: "Царствовали они рука об руку 175 лет и запомнились своими мудрыми законами и изречениями". Именно при Нэйе и Мирахе местные земли стали заселять иные существа, также гонимые судьбой.

Вглубь материка аланты не продвигались. Известно только, что самое северное алантское поселение, город Кубл, было расположено у южных границ Озерного края.

В 84 году от начала мира, аланты привели в эти земли первых магов из Вавилонии, Древнего Египта и Древней Греции. К этому же периоду относится первое письменное указание названия государства - Ладмен (в переводе с алантского - "обмен рукопожатиями"). Границы страны стали расширяться на север, отвоевывая у местной нечисти новые территории (остатки их популяций еще сохранились на Склочных болотах).

К этому же периоду относятся первые записи о смешанных между алантами и магами браках.

В период с 1103-го по1259 -ый годы от начала мира население страны пополнили племена кентавров и единорогов.

Кентавры, будучи существами строптивыми и высокомерными вскоре откочевали сначала на луга у западных склонов Рудных гор, а после расселения на соседних землях людей и магов ушли на запад, основав свое государство, Тинарру (по итогам "Алмазной" войны в 2305 году ).

Единороги, ведущие замкнутый образ жизни и сторонящиеся магов из-за традиции последних использовать их кровь и рога в своих зельях, вначале жили в Озерном краю. Через 190 лет ушли на территорию нынешнего Лазурного леса, где живут и теперь под охраной государства в уединении.

С 1150-го по 1970-ый годы страну населяют эльфы, гномы и дриады.

Гномы занимают северо-восток страны - предгорья и склоны Рудных гор, богатые залежами руд и драгоценных металлов. В 1991-м году они основывают свою резиденцию - город Бадук.

Дриады расселяются по пустошам центральной части страны, образуя леса и рощи.

Эльфы - по южным лесам и побережью моря Радуг.

С 1848-го по 2010-ый годы в страну волнами переселяются люди, обвиняемые в колдовстве, и маги из Европы и России, преследуемые за свое ремесло.

В этот период государство обретает свои нынешние границы + современная территория Тинарры, и название "Ладмения". Столица из Тайриля переносится в Куполград (1950 год). Постепенно к управлению страной начинают допускаться маги, внесшие большой вклад в процветание Ладмении, но роль правителя, теперь короля, неизменно исполняет алант.

Последний алант-правитель - Самоний Четвертый. Правил с 1963 по 2053 год. Умер при загадочных обстоятельствах и был заменен на троне (ввиду отсутствия братьев и собственных детей) своей женой, магом Женевьевой Первой.

2301- 2304 годы - межрасовая "Алмазная" война.

Поводом стал подарок эльфов жене короля Василия Первого алмазной диадемы. Алмазы для диадемы были, якобы украдены в одной из шахт гномов.

Основная причина войны - конкурентная борьба в ювелирной области между эльфами и гномами. Гномы обратились к королю с требованием запретить эльфам заниматься ювелирной деятельностью. Этого бы им хватило, но король грубо отнесся к делегации гномов, продержав их под арестом неделю, что и спровоцировало военные действия.

Ход войны: На стороне эльфов выступили маги и часть алантов. На стороне гномов - люди, давно и безрезультатно стремящиеся к власти в стране. Война покатилась на юг, опустошая земли. Преимущество было у более развитых "эльфийских" частей, пока в драку не вмешались кентавры, вступившиеся за гномов, с которыми у них были крепкие торговые отношения.

Результат войны:

- основание независимого эльфийского государства Эйфу (на юго-западе от Ладмении).

- признание независимости государства кентавров Тинарры (на северо-западе от Ладмении).

- подписание межрасового "Вечного закона".

Его основной смысл: Двое дерутся, третий не лезет. При этом разрешались военные выяснения отношений внутри одной расы, без привлечения в качестве союзников других.

2306 - 2308 годы - война с Джингаром за побережные территории.

Повод - В пограничных водах Ладмении джингарскими военными фрегатами был атакован торговый корабль "Королева волн", который был, якобы, принят за шпиона. Корабль потопили, а команду взяли в плен. Позже, под пытками, капитан "Королевы" сознался, что вел разведывательную деятельность. После этого Джингар объявил Ладмении войну.

Причина - стремление Джингара расшириться за счет южной части Ладмении. Уверенности противнику предавал тот факт, что страна еще не успела оправиться после "Алмазной" войны.

Ход войны: Объединенные силы Ладмении (аланты, маги, люди и гномы)

В двух морских битвах и одной сухопутной одержали полную победу в войне, но был почти уничтожен город Тайриль, который в течение нескольких десятков лет отстраивался заново (на деньги Джингара).

Результат войны:

- Контрибуция с Джингара, на которую Ладмения полностью в кратчайшие сроки восстановилась после "Алмазной" войны.

- Открытие для Ладмении свободных беспошлинных морских путей через территорию Джингара.

2597 - 2600 годы - нашествие Темного Дракона и репрессии против алантов.

Весной 2597-го года из пещеры на западном склоне Рудных гор (между горной цепью и г. Молд) на свет вылезло ужасное чудовище, прозванное в народе Темным Драконом. Дракон имел размер необыкновенный и нрав свирепый. Топча лапами и сметая пламенем все живое и неживое на своем пути, он двинулся на Озерный край, но был встречен отрядом графа Гаяна Ракницкого графа Озерского, закаленным пограничной жизнью. Воины попытались загнать дракона в Склочные болота, но зверь прорвал оборону и, уничтожив почти половину отряда, ушел на север.

В результате почти полностью была уничтожена центральная часть страны. К тому же, дракон (из-за своей особой чешуйчатой брони) был нечувствителен к магии и недосягаем для оружия.

В начале зимы, испробовав все средства против зверя, к нему был применен некий "Жалящий меч". Решающее сражение произошло под стенами Куполграда. Дракон был уничтожен. Через месяц, в пещере, откуда вышел Темный Дракон, была обнаружена "иная дверь". В результате, возникла версия о том, что к появлению зверя причастны аланты, желающие вернуть былую власть над страной. Версия постепенно обросла фактами и переродилась в точно подтвержденные данные.

В 1598-м году в стране начались гонения алантов. Люди поджигали их дома, устраивали диверсии в пути. Власти сначала бездействовали, но, по окончании "государственного расследования" и казни аланта, виновного в появлении дракона, решили собрать всех алантов во Дворце магов, якобы для их защиты от агрессии. На самом деле алантов согнали в зал, глушащий магию, принудили надеть на шеи специальные "ошейники" из металла под названием "моанит", и предоставили выбор: либо инициация, т.е. частичное лишение магической силы, либо ссылка в Грязные земли. Подавляющее большинство выбрало инициацию, но многие из них так и не вернулись в родные места. Кто-то бежал за границу, кого-то убили.

Беспредел продолжался до середины 1600-го года, пока ко власти в Ладмении не пришел Василий Третий. Своим первым Указом он прировнял преступления против алантов к государственной измене, устроив для наглядности три публичных казни их убийцам. Злые языки (автор Землируй Покостный ) утверждали, что всему виной тогдашняя фаворитка короля, алант, которую разъяренная толпа чуть не забила до смерти прямо у дворцовых ворот.

Далее следовали спокойные, мирные годы, продолжающиеся и по сей день. У власти по прежнему Василий Третий.

Ладмения - страна, расположенная в центральной части материка Бетан.

Территория: 43,6 тыс. кв. миль.

Население: 5,4 млн. представителей разных рас ( по переписи от 2614 года).

Его составляют:

- Люди - 4, 32 млн.

- Маги - 808,8 тыс.

- Другие разумные расы (эльфы, гномы, дриады и т.п.) - 270 тыс.

- Аланты - 1,2 тыс. (в том числе полукровки от браков с магами и людьми).

Главные города:

Куполград - столица Ладмении

Медянск - сельско-хозяйственный центр страны

Бадук - город рудокопов, кузнецов и оружейников (2/3 населения составляют гномы)

Либряна - ремесленный центр страны

Тайриль - военный и торговый порт на море Радуг

Главные природные объекты:

Рудные горы - горный пояс Ладмении

Гора Молд - самая высокая горная точка в стране

Шалба, Вилюй - самые большие реки страны

Озерный край - край 11-ти озер, в том числе: Лебяжье, Туманное,

Русалочье, Сердце Шалбы и др.

Лазурный лес - заповедная территория, где живут Единороги.

Назван так по Лазурному озеру, расположенному в заповеднике. Так же среда обитания большинства эльфов, живущих на территории страны.

Склочные болота - место, где водится самая вредная и опасная нечисть страны.

Система управления:

Король Василий Третий;

Прокурат - орган охраны порядка и судебный (глава - Верховный рыцарь);

Совет магов - согласовательный орган по вопросам магии (глава - Верховный маг).

Вся страна поделена на вассальные земли между 6-ю "главными домами". Они, в свою очередь, часть своих территорий отдали своим вассалам за службу и выплату налогов с этих земель.

"Главные дома" Ладмении:

- Герцог Ферзек,

- Герцог Де Монуй,

- Граф Перепелкин,

- Граф Ракницкий,

- Граф Куруба,

- Граф Дивич

Города в Ладмении имеют статус вольных поселений и их жители избавлены от вассальной зависимости. Они напрямую платят налоги в казну короля.

- И-и-и-и... - потянулась я и огляделась по сторонам.

Комната была погружена в ночной мрак. Лишь мое рабочее место слабо освещалось догорающей свечой, самой последней в тройном подсвечнике, торчащем в хаосе раскрытых книг и карт. С краю стола, на маленьком разносе, стояла большая кружка, до краев наполненная чем-то темным, а рядом с ней, на тарелке, красовался так и нетронутый большой кусок яблочного пирога. Я удивленно покачала головой и встала из-за стола.

Лунные лучи, пробиваясь сквозь витражные окна, разрисовали круглый обеденный стол и лежащий на полу ковер. А из под кажущегося в этом свете, бардовым балдахина, доносился "богатырский" храп графа. Я осторожно поднялась по ступеням и заглянула вовнутрь. Мужчина крепко спал, лежа на боку.

- Борамир... - тихо позвала я. - Борамир.

Он дернул рукой, провел ей по лбу и сонно поднял голову:

- Что?

- Я хочу увидеть все это, - глупо улыбаясь, прошептала я.

- Что увидеть? - сел мужчина на кровати и, подтянув к голой груди одеяло, протер глаза.

- Я хочу увидеть эту землю, твою землю. Я думаю, она прекрасна.

- Ты прямо сейчас это хочешь сделать?

- Нет, можно и завтра.

- А, ну, тогда до завтра, - и рухнул обратно на подушки.

Я же послала ему воздушный поцелуй и, пританцовывая, спустилась на пол.

- Вета, - окликнул меня Борамир через несколько секунд.

- Я здесь, - подскочила я обратно.

- Кто такой "прогресс"?

- Прогресс - это развитие, движение вперед, - удивленно пояснила я.

- Понятно.

- А почему ты спрашиваешь?

- Когда я позвал тебя ужинать, ты мне сказала: "Уйди, враг научного прогресса", - ответил мужчина и тут же снова захрапел...

А как я могла уснуть в эту ночь своего большого открытия. Все, что я прочла, увидела, проанализировала, разноцветным калейдоскопом кружилось сейчас в голове. Мне хотелось поскорее вырваться на просторы этой загадочной, одновременно пугающей и такой манящей страны Ладмения. Я подошла к балконной двери и впервые ее распахнула. Прохладный ночной воздух ворвался в комнату, и передо мной открылся огромный мир... Затаив дыхание я вышла на узкий балкон и окинула взглядом горизонт. Огромная луна, почти полная, в окружение немилосердно ярких звезд, висела высоко в небе над раскинувшимся внизу, кажущимся сейчас синим, безмолвным лесом. И лишь где-то справа вдали, темным неясным контуром, высились огромные горы.

- Ну, здравствуй, моя Родина, - прошептала я и прислонилась к замковой стене...

Глава 14

Тиниэль...

- Ты на лошади ездить умеешь? - спросил Борамир, бросая на стол салфетку.

- Нет, - зевнула я в ладошку. - А что, надо уметь?

- Надо учиться, Вета. И пока не научишься, не увидишь Озерный край, - заявил он категорично.

- Ну, хорошо, Ваше сиятельство. Я обязательно научусь. И ты по такой пустяшной причине от меня не отделаешься.

Мужчина, вставая из-за стола, скептически ухмыльнулся:

- Ну-ну. Я сегодня тебе с утра дам человека для обучения. И, если к вечеру ты сможешь... сносно держаться в седле, то покажу тебе Русалочье озеро. Так что, успехов, защитница прогресса...

А что мне оставалось делать? Ведь не было больше "под боком" моей верной Мухи. И, попав в страну, где основным средством передвижения были лошади, бедной девушке, как ни крути, придется пройти курс управления этой самой "одной лошадиной силой" и получить на нее "права".

По дороге в конюшню, я забежала к Гильде, решив выпросить у нее какие-нибудь штаны для такого случая, но бонусом получила еще и ценный совет. Уже на пороге она окрикнула меня и, ухватив за рукав, зашептала в ухо:

- Послушай опытную женщину, девонька. С конем, как с мужиком. Тут главное, совпадать ритмами... До тебя дошло?

- Дошло, - удивленно открыла я рот, а она, лишь вздохнула как то по-особенному ...

"Ну что ж, вызов брошен", - решительно скривилась я, завидев возле конюшни запряженного рыжего Дубка. Мой единственный лично знакомый конь, так прозорливо прикормленный недавно, заинтересованно косил сиреневым глазом.

- А он что, уже выздоровел? - спросила я небритого конюха, державшего поводья Дубка.

- Полностью, - уверил меня он. - Если бы не распоряжение Его сиятельства, то пошел бы с утра пастись с остальным табуном... Может, вам скамеечку принести?

- Не надо, - протянула я в ответ. - У меня ноги длинные. Так... допрыгну.

Мужик оценивающе окинул взглядом мои нижние конечности, облаченные стилистом Гильдой в узкие мужские брюки, и согласно расплылся.

- Госпожа Вета, да вы не бойтесь его, - неожиданно вынырнул из под лошадиной шеи Абрамка. - Он хороший, спокойный. Тем более, вы ему нравитесь.

- С чего ты это взял? - сузила я глаза.

- А ему все женщины нравятся, - отвесил комплимент "настоящий мужчина" подросткового возраста.

- Ну что ж, тогда начинаю представление, - смеясь, наконец, решилась я и ухватилась правой рукой за ручку сзади седла. - Я, пока, все правильно делаю?

- Пока все правильно, госпожа. Только, не забудьте ногу в стремени закрепить. А, как усядитесь, возьмите в руки поводья и потихоньку надавите ему на бока шенкелями, ногами вверху, то есть... А может, все таки подсадить? - на всякий случай еще раз уточнил конюх.

- Не надо, - категорично отрезала я и, не очень грациозно, но зато с первой попытки, взобралась в седло.

Сверху расстояние до земли казалось гораздо больше, но высоты я никогда не боялась. Впрочем, как и падений - "налеталась" еще в детстве. "Так, а что же делать дальше?.." Запоздало схватив поводья, я осторожно, как учил конюх, сжала бедра. Дубок переступил ногами, но этим и ограничился. Я повторила движение, уже сильнее. Результат, однако, остался прежним.

- Скажите, - обернулась растерянно к мужику. - А что говорят, когда хотят, чтобы конь, ну... сдвинулся с места?

- Да, разное говорят, - почесал тот щетину. - Смотря, к чему конь привык, к какой команде. А что касаемо Дубка, то на нем кто только не ездил. Так что, решайте сами, госпожа, - великодушно махнул он волосатой рукой.

Я же на несколько секунд задумалась, а потом, закусив от волнения губу, вновь сжала бедра, толкнула ими вперед и тряхнула поводья:

- Д-давай, дорогой. Д-давай... - и Дубок медленно пошел вперед...

Поначалу меня мотало в седле, как на известном ковбойском аттракционе. Но потом, круга через три, пройденных Дубком между донжоном и конюшней, слушая "вполуха", советы идущего рядом конюха и подбадривания бегущего с другой стороны Абрамки, я вспомнила "интимный" гильдин совет и попыталась попасть в ритм движения коня... Еще через круг у меня это получилось, а уже через два, до неприличия понравилось:

- Гильда!.. - прокричала я, в очередной раз проезжая мимо кухонного окна. - Гильда!

Женщина высунулась в дверь, вытирая руки полотенцем и, увидев меня, гордо восседающую на Дубке, приложила ладонь ко лбу:

- Помог мой совет?

- А как же! Спасибо за полученное... удовольствие.

- Да, пожалуйста... А разрумянилась то как, - заметила она со смешком. - Расседлывайтесь, обедать пора. ..

За обедом Гильда, одухотворенная "лошадиной" темой, была чрезвычайно задумчивой и немногословной а, когда во второй раз назвала Абрамку каким-то Рулом, мы с мальчишкой решили, что пора с трапезой закругляться. Я предложила ему начать, наконец, наши "палочные" тренировки, хоть и с одной уцелевшей тросткой, но у подростка обнаружились срочные дела в деревне. Поэтому, мне ничего не оставалось, как плестись коротать время до приезда Борамира наверх. Кстати, можно было воспользоваться случаям и еще раз перечитать свой вчерашний монументальный труд. Но, уже проходя мимо графской кровати, я услышала приглушенный голос Тука, доносящийся из-за ширмы:

- Какое ты, все-таки вредное создание, - раздраженно обратился он к неизвестной мне персоне. - Ну, зачем ты опять укусила меня за палец?

- И кто же посмел с вами так обойтись? - насмешливо спросила я, заходя в кабинет. Тук развернулся и, с несвойственной его возрасту живостью, заслонил спиной клетку. - А-а, так это вас птичка покусала? - пропела я, тактически обходя старика сбоку.

- Да хоть и птичка, госпожа Вета, - сдвинулся он, вслед за мной.

- И что же это за птичка такая, сильно невоспитанная? - плюнув на маневры, пошла я на прямой приступ "неприятельских укреплений". - Нельзя ли на нее взглянуть?

Старик сник и предпринял последнюю "оборонительную" попытку:

- Госпожа Вета! Его сиятельство будет недоволен вашим поведением. Это его... птичка.

- Да что я ее, съем что ли, без соли и перца? Или, возможно, она заразная? Так вам тогда к доктору надо, а вы до сих пор здесь стоите... Отойдите, пожалуйста, Тук. Я все равно ее увижу. С вами или без вас. Ну...

Старик, наконец, выбросил "белый флаг" и с многострадальным вздохом, сделал шаг в сторону:

- Только, я сразу вас хочу предупредить, что создание это лишено всякого стыда и вы с ней по осторожнее, - увещевал меня мужчина, но я его уже не слушала, потому что я увидела "птичку".

Скорее уж бабочку... или стрекозу, хотя, и эти определения подходили к данному созданию лишь наполовину. Потому что на вторую половину это была девочка. Нет, уже девушка, но, совсем еще юная, ростом с кисть на моей руке. И, я, хоть и не поклонница "фэнтези", но, раз уж попала в такое место, смогла провести некоторые параллели. Поэтому, первое сравнение, тут же возникшее в голове, подсказывало мне, что передо мной ни кто иной, как самый настоящий эльф. Хотя, определить стопроцентно, все же, было сложно. Типичные для таких персонажей заостренные ушки у данной особы были скрыты пышной рыжей шевелюрой, с которой моя "соломенная копна" смотрелась бы рядом, как веник с кустом. Создание восседало на "игрушечной" кроватке, демонстративно закинув ногу на ногу и скрестив, для усугубления "пренебрежительного" образа, руки на груди. Круглое личико же ее не выражало ничего, кроме полного презрения к происходящему вокруг.

- Тук, это эльф?

- Ну да, - с еще одним многострадальным вздохом изрек старик.

- А как ее зовут? - наклонилась я над металлическими прутьями.

- Госпожа Вета, - предостерегающе выставил он свою руку перед самым моим носом. - Если она вас... поранит, мне от Его сиятельства очень сильно попадет. Прошу вас, отойдите подальше от клетки.

Я покорно сделала шаг назад, но вопрос свой все же повторила:

- Как ее имя, Тук? Ведь у нее должно же быть имя?

- А кто ж его знает? Она ни с кем не разговаривает и на вопросы не отвечает. Сидит целыми днями вот так, надувшись, а при каждом удобном случае норовит укусить за палец по больнее. Прескверное создание, - огласил свой приговор слуга.

- И с чего же ей петь и танцевать? - вступилась я за "кусачую" пленницу. - Она же существо разумное, насколько я понимаю. А раз так, то в этой тюрьме ей сидеть совсем не в радость. Кстати, а за что ее сюда посадили?

- Это вы сами у Его сиятельства спросите, - ушел от ответа слуга и попытался вновь закинуть эльфийскую "камеру" тканью.

- Э, нет, - пресекла я его маневр. - Давайте с этим повременим. Я все же хочу познакомиться с этой очаровательной дамой по ближе. Вдруг, мне повезет, и она будет ко мне более благосклонна?

- Как скажете, госпожа Вета. Но, только, я доложу Его сиятельству, что я вас предупреждал, - демонстративно уплыл за ширму Тук.

Я же, не долго думая, притащила тяжелый графский стул прямо к секретеру, развернула его спинкой к клетке и уселась, удобно устроившись на ней локтями. Потом спросила, как можно дружелюбнее:

- Ну что, будем знакомиться? Меня Вета зовут.

Эльф скосила на меня свои совершенно круглые, такие же как личико, глаза и показала язык.

- А вот это, как я понимаю, уже начало общения, - усмехнулась я. - А что ты еще умеешь показывать?

Девушка, немного помявшись, вытянула мне кулачок.

- О, дорогая моя! - цинично заметила я. - Это "детский" уровень. Вот я знаю один жест, так он гораздо обиднее твоих кулаков и языков. Правда, в этой стране им вообще никто пока не... владеет. Это я уже проверила на одном наемнике. Так что, дарю тебе его от всей души, пользуйся на здоровье. Показать? - поинтересовалась вкрадчиво.

Эльф выразила некоторую заинтересованность, поерзав на месте, и развернулась в мою сторону еще сильнее. Я же восприняла данные телодвижения, как знак согласия и изобразила ей, опробованный на Хлысте "неприличный" палец, а потом еще и трактовку дала:

- Это, примерно, означает: "Пошел ты к хобьей матери". Ну как?

Видимо, знак девушке понравился, потому что она тут же изобразила его мне и отвернулась, на сей раз сразу к стене.

- Вот так, значит, - с напускным оскорблением заявила я. - Ну что ж, у тебя характер. Я это признаю, но и я тоже не солнечный зайчик. Так что, продолжай сидеть в такой позе сколько угодно. Я тебя оставляю в покое, - и

демонстративно встала со стула.

- Это ты мне сегодня всю ночь не давала спать? - услышала я за спиной тоненький девичий голосок.

- Получается, так, - с готовностью согласилась я и плюхнулась обратно на сиденье.

- Значит, это ты сказала этому... хозяину всего здесь: "Уйди, враг"?

- Да, - ответила я, уже настороженно.

- Значит, он и тебе враг, как и мне? - с надеждой привстала девушка со своей кровати.

- Нет, что ты. Он мне совсем не враг, а даже наоборот - друг. Я просто пошутила тогда, - тут же разочаровала я ее, однако, увидев помрачневшее лицо эльфа, добавила. - Но, я и с тобой хочу дружить. Ты мне нравишься. Ты такая... маленькая, но очень сильная.

- Эльфы не маленькие. Эльфы имеют большой вес в этом мире. Но, у нас, к сожалению, много врагов и среди магов и среди людей.

- Так может, ты мне расскажешь, за что тебя посадил в клетку... хозяин всего этого и я, тогда, смогу тебе помочь?

- Эльфы никогда не оправдываются за то, чего не совершали, - гордо заявила девушка и вновь приняла прежнюю "скрещенную" позу.

- Ну вот. Мы с тобой опять вернулись к тому, с чего начали. Послушай, я знаю Борамира, хозяина этого замка, и он очень хороший человек. Поэтому мне сложно представить, что он вот так вот, совершенно несправедливо, обошелся с тобой. Почему ты не хочешь мне рассказать? Возможно, это просто... недоразумение и оно быстро разъяснится.

- Это не недоразумение, - категорично отрезала эльф. - И, если ты хочешь со мной дружить, давай не будем касаться этой темы.

- Хорошо, - согласно кивнула я. - Но, могу я, хотя бы узнать, как зовут моего нового друга?

- Можешь. Меня зовут Тиниэль. Так меня зови, маг Вета.

- Маг? - выдохнула я. - С чего ты взяла, что я маг?

- Хоть эта клетка из моанита и убивает мою магию, но я могу видеть ее вокруг, - снисходительно пояснила эльф. - А ты что, до сих пор не знаешь, что ты маг?

- Ну, как тебе сказать? - пробямлила я. - Моя бабушка была... магом, а я так и не научилась у нее ничему.

- Ты очень странная, маг Вета, - посмотрела она на меня уже внимательнее. - В нашем мире даже человеческий ребенок знает, что магами не становятся. Ими уже рождаются.

- И какая же магия парит вокруг меня? - спросила я и затаила дыхание.

Тиниэль встала с места и подошла к краю решетки, потом склонила голову набок, ну прямо как Лулияна в момент нашей с ней первой встречи, и, наконец, ответила:

- Мне сложно сказать. Возможно, ты очень слабый маг. Но, похоже, что воздушный.

- И как же ты это определила?

- По твоему свечению. У людей оно мутное и не такое сильное, а у магов прозрачное. У тебя же оно... - взглянула Тиниэль куда-то поверх моей головы. - чистое и серебристое. Такое бывает только у магов воздуха.

- А у алантов? - не удержалась я.

- О-о, у алантов... - уважительно протянула эльф. - У алантов оно самое сильное. И, хотя аланты тоже служат воздуху, у них оно еще и с золотой каймой по самой кромке.

- Понятно, - вспомнила я бабушкину "подсветку" в пещерном тоннеле. - Но, если ты говоришь, что магами рождаются, то почему тогда я не чувствую этого... дара до сих пор?

Эльф стянула бантиком губки и растопырила в стороны свои двойные прозрачные крылья, что, видимо, означало трудный мыслительный процесс а, через некоторое время вынесла свой вердикт:

- Такое бывает, иногда. Когда более сильный маг постоянно находится рядом со слабым или молодым и неопытным, не умеющим защититься. Тогда сильный питается его энергией... Это, как садовый цветок, обвитый сорняком, который тянет из него соки. Но, если вовремя этот сорняк вырвать, то цветок вновь сможет ожить.

- А если не вовремя?

- Ну, тогда у такого мага есть только один шанс вернуть свою утраченную силу, - вновь вернулась эльф с языка "цветочных" метафор на обычный. - Сделать это за счет большого вплеска чужой энергии.

- Это как же?

- Я не знаю. Я ведь эльф. У нас все гораздо проще и честнее, чем у вас, у магов... Маг Вета! - подскочила она вдруг на месте. - Закрой меня обратно тряпкой. Сюда идет этот большой человек, хозяин. Я не хочу его видеть.

Я суматошно выполнила ее просьбу, но оттащить стул на место уже не успела - в кабинет вошел Борамир. И настроение у него было не из лучших.

- Привет, - как можно беззаботнее расплылась я.

Мужчина взглянул сначала на уже прикрытую клетку, потом на меня и направился из кабинета. Я, естественно, поплелась за ним.

- Вета, - резко развернулся он посреди комнаты. - Ты разговаривала с этим... эльфом?

- Да, - честно призналась я.

Он удивленно вздернул брови, но через секунду вернулся к своему прежнему тону:

- Зачем ты это сделала?

- Но, ты же мне это не запретил.

- Интересно, когда тебя подобное останавливало? - ехидно поинтересовался мужчина.

- Всего один раз, - резонно возразила я. - К тому же, я за него до сих пор искренне раскаиваюсь, - добавила тут же, на всякий случай.

- Послушай, - произнес мужчина, уже на пол тона тише. - Я не хочу, чтобы ты с ней общалась. Это... безнравственное существо. Она совершила дурной поступок и за это наказана.

- Борамир, что же она такое сделала?

- Я не хочу об этом говорить, - отрезал граф и направился к выходу.

- Ну, постой, - забежала я вперед него и невоспитанно уперлась в мужской пресс руками. - Пусть так, и это не мое дело, конечно. Тем более что здесь ваши желания с эльфом полностью совпадают - она тоже не хочет затрагивать эту запретную тему. Но, можно, я с ней буду просто... разговаривать. Ведь она же эльф, - произнесла я с мечтательной улыбкой. - Она из этого мира...

Борамир пальцами приподнял мой подбородок и строго посмотрел в глаза:

- Ты можешь мне пообещать, что никогда не будешь за нее передо мной просить и, тем более, не выпустишь ее из клетки?

- Я тебе обещаю, что сделаю это только в том случае, если твоей драгоценной графской жизни будет грозить смертельная опасность, а эта "злостная преступница" окажется единственным созданием, способным тебя спасти.

- Вета, - страдальчески простонал мужчина и прижал меня к себе. - Тебя ничто не изменит.

- Так ты мне разрешаешь? - буркнула я в его косоворотку, на миг представив, как Тиниэль тащит на своем плече Борамира из пылающего замка.

- Да. Разговаривайте, - великодушно разрешил граф и ослабил "дружеские" объятья. - Ты готова увидеть Озерный край?

- А ты готов увидеть, как я научилась ездить на Дубке?

- Не терпится оценить, - ухмыльнулся Борамир. - Только пойдем, сначала поужинаем. Сегодня нам накрыли в большом зале.

"Да с тобой, хоть в этот треклятый зал", - поскакала вслед за графом по ступеням...

Выезжали мы из замка уже на закате. Мне пришлось подняться за меховым жилетом, про существование которого я вспомнила только теперь, а потом настал мой личный "час триумфа". Борамир, для подстраховки, держа Дубка за поводья, внимательно следил за сложнейшей процедурой посадки. И в этот раз, на мою удачу, получилось с первого раза, но этим удивление мужчины не ограничилось. Потому что мне, все-таки, пришлось трогаться с места.

- Как ты к нему обратилась? - переспросил он, уже из седла своей игреневой красавицы Молнии.

- Дорогой... - повторила я и притормозила своего коня. - А что тебе не нравится? Ты разве не хотел, чтобы я наладила с конем отношения?

- Вета, но, он же просто конь.

- Это для тебя, человека привыкшего к ним с детства, они все просто кони и лошади, а для меня Дубок теперь будет "мой дорогой". Кстати, ему это нравится, - добавила, уже с прищуром.

Борамир удивленно хмыкнул и тронулся с места. В отдалении от нас замаячили еще двое - наши сопровождающие из отряда Ольта. Я же пристроилась на Дубке с левого бока от Молнии, слегка "загребая" своим рыжим красавцем в сторону графа. Мужчина, пока мы выезжали через задние ворота на дорогу, терпеливо уворачивался от моих поползновений, а потом, все же не выдержал и показал мне, как надо "рулить" поводьями.

- Ну, правильно, - буркнула я. - Я ведь до этого только круги по двору нарезала, а теперь пришлось ехать по прямой.

- Вета, ты умница, - расщедрился, наконец, он на комплимент. - Но, если ты и дальше будешь обращать внимание только на уши своего... "дорогого", то не заметишь того, что так хотела увидеть.

А вокруг меня, действительно, была красота. Вечерний туман клочьями забросал полянку слева от дороги и прилегающий к ней холмистый лес, но все же, кое-где среди его седых проплешин, яркими фиолетовыми бутонами проглядывали цветы. Уже полузакрывшиеся, перед ночной прохладой, но, до сих пор красивые.

- Как называются эти цветы? - в тон окружающей обстановке, тихо спросила я.

- Дриадины слезы.

- А почему дриадины?

- Говорят здесь, когда то очень давно, была дубовая роща, которую вырастили дриады, но в одно сухое лето, от молнии деревья вспыхнули и вся роща выгорела. А "бездомные" дриады потом долго оплакивали свою судьбу вот такими вот большими слезами, - закончил мужчина, совсем уже буднично.

- А ты видел когда-нибудь дриад?

- Нет. Это очень замкнутый народ и выходят они в свет либо, чтобы пополнить свои запасы зелий, либо, чтобы кому-нибудь насолить.

- Они что, так злопамятны?

- Да нет, - пожал плечами Борамир. - А кому понравится, если тебя, например, лишили собственного дома? Взяли бы его и вырубили под корень. Ведь дриады живут в деревьях и больше всего любят, почему-то, дубы.

- И часто они так... выходят? - ненароком оглядевшись по сторонам, спросила я.

- Нет, Вета, - увидев мою реакцию, засмеялся мужчина. В моих землях вырубка леса без особого разрешения, запрещена уже много лет...

Вскоре, хорошо протоптанная дорога взяла влево. Мы же продолжили свой путь по едва различимой в траве тропе и, в конце концов, въехали в лес. Вокруг стояла торжественная тишина. Высокие деревья, породу которых в сгущающихся сумерках мне было сложно определить, как древние воины высились вокруг нас, охраняя свое "волшебное" царство. Я вертела головой, улавливая малейшие шорохи, и пыталась разглядеть все вокруг как можно лучше. Но, вскоре, поняв всю тщетность своих усилий, вернулась глазами к тропе. Как раз вовремя, чтобы заметить, что впереди, уже виден просвет.

Русалочье озеро было небольшим, но зеркально чистым. И в этой зеркальной глади отражалось небо, лес на противоположном берегу и даже туман, стелящийся по береговой кромке воды. Я невольно замерла, увидев всю панораму целиком, и, с удивлением, нашла в своей памяти что-то очень похожее... Петрозаводск. Кафе "Три сосны". Картина с озером на стене и слова Чехова под ней:

- Человеку нужна не усадьба, а весь земной шар, вся природа.

- Что? - спросил, уже слезший с Молнии Борамир. Он подошел сбоку к Дубку и протянул мне руки.

- Человеку нужна не усадьба, а весь земной шар, вся природа, - повторила я, глядя в его родные глаза, находящиеся сейчас на одном уровне с моими. - Я эти слова прочитала еще в прежнем своем мире, по дороге сюда... к тебе.

О, как же мне захотелось тогда, до боли, до стона, вот так вот, всю жизнь провисеть здесь, в объятьях этого мужчины, пусть даже, считающего себя лишь моим другом. На берегу этого озера, каким то загадочным образом, отразившегося в обоих наших мирах... Но, Борамир мельком взглянул на подъехавших следом мужчин и осторожно поставил меня на землю... И, наваждение пропало...

- Почему это озеро называется Русалочьим? - наблюдая, как ленивая озерная волна едва касается носков моих ботинок, спросила я.

- Потому что здесь живут русалки, - ответил, стоящий рядом Борамир.

- Логично...

- Когда мне было лет шестнадцать, мы с моими приятелями из столицы специально приходили на это озеро, чтобы провести здесь ночь Купальника . Это такой праздник в конце июня. Люди в этот день прыгают через костры, уединяются в лесу. Маги зажигают священный огонь на самых высоких холмах возле своих селений, а здесь, на этом озере, в Купальник, каждый год проходит обряд "принятия". Где-то, левее по берегу даже шалаш должен остаться, из которого мы за русалками подглядывали, - зашарил взглядом мужчина в указанном направлении.

- И что же вы оттуда высматривали? - уже заинтересованно, уточнила я.

- Русалки после полуночи, выходили на берег, вставали в хоровод, прямо, как девушки из нашей деревни. А в центр хоровода выходила, или, если их было несколько, то, тогда по очереди, смотря какой год, "свежая" утопленница.

- Как это, свежая? - расширила я глаза. - в том году утонувшая?

- Да, между двумя Купальниками. Так вот, сначала они ее очень тоскливо оплакивали, а потом начиналось самое интересное - ей выводили жениха.

- Тоже утопленника? - выдохнула я.

- Не совсем, - засмеялся мужчина. - Скорее уж, упивника. Того, кто перебрал на празднике в ближайших деревнях ну и, заплутал в лесу. И этого несчастного, в таком вот плачевном состоянии, укладывали в тот же центр круга и начинали его... ему "мстить". Сначала "мстила" та, ради которой все собрались, а потом, если мужик был еще в состоянии, то и остальные "гостьи на свадьбе", причем, до самого рассвета. А потом уже отпускали.

- А за что "мстили" то? - спросила я, уже сквозь смех.

- Как это, за что? - удивился Борамир. - За тяжелую женскую долю...

Глава 15

Кольцо...

Следующие пять дней, прожитые мной в Озерном крае, отложились в памяти чередой редких "пространных" разговоров с Борамиром, еще более редких наших с ним выездов по окрестным местам, планомерных тренировок с Абрамкой и долгих бесед с Тиниэль. Эльф для меня оказалась просто находкой, бесценным кладезем информации об окружающем меня мире. В благодарность, я, тайком от графа, прямо в клетке, выносила ее "просушить крылышки" на балкон. Тиниэль щурилась на солнце и вздыхала по своей непростой эльфийской судьбе. Ни Конт, ни его дальняя родственница Лулияна в замке с того памятного дня не появлялись. Зато, к безмерной радости Гильды, граф стал захаживать к ней на кухню. Она кормила его пирогами со всевозможными начинками и поила "нормальными" своими чаями. Я же, глядя на все это "благолепие" и, ловя на себе тоскливые взгляды Борамира, откровенно хандрила...

- Госпожа Вета, - окликнул меня, высунувшийся с верхних ступеней лестницы Тук. - Его сиятельство просит вас подняться к нему в кабинет.

Я, наконец, поставила на кухонный стол кружку с давно остывшим "нормальным" чаем и направилась вслед за мелькнувшими ногами слуги. Время было послеобеденное, но Борамир с утра получил долгожданную почту из столицы и сейчас, наверняка, ее разбирал, наплевав, как всегда, на свою графскую трапезу.

- Ты звал меня? - вышла я на балкон к стоящему там мужчине. Граф облокотился на широкие каменные перила, держа в руке наполовину исписанный лист бумаги:

- Только сегодня пришел ответ от моего знакомого из главного архива, -небрежно взмахнул он письмом. - Он пишет, что перерыл все данные по алантам и магам за последние пятьдесят лет, но так и не нашел никого с фамилией Полунич. Нет там и Неонил. Нет...

- Нет... - эхом повторила я. - Как будто и не было вовсе моей бабушки в этой стране... Постой, а может, мы с ней не местные? В смысле, не из Ладмении?

- Это вряд ли, - скривился Борамир. Ну, сама подумай. Во-первых, наши ближайшие материковые соседи - государства эльфов, кентавров и арабский Джингар. Вы не могли быть их подданными, это маловероятно. А, во-вторых, если вы даже не с Бетана, то зачем твоей бабушке приезжать в страну, где в тот момент вовсю бушуют бунты, да еще с младенцем на руках?

- Обстоятельства бывают разными, - с сомнением протянула я. - Скажи, имя "Натэя" здесь распространенное?

- Натэя?.. Никогда такого не слышал. А почему ты спрашиваешь?

- Понимаешь, это, конечно, полный бред. То есть, это на самом деле было в бреду, - начала я и увидела недоумение на лице мужчины. - Я, когда была маленькой, то, однажды упала в колодец, но это не важно. Дело в том, что, потом, в горячечном бреду, я звала какую-то Натэю и просила ее со мной поиграть. Вот я и подумала, что это могла быть либо моя сестра, либо какой-то другой близкий мне человек, раз я вспомнила о ней перед самой смертью.

- Перед смертью? - опешил Борамир.

- Это тоже теперь не важно. Главное - имя "Натэя". В переписи имена упоминаются?

- Да, конечно.

- Но, как же мне добраться до этих данных? Такое возможно?

- Нет, - покачал головой мужчина. - Есть, конечно, варианты, но, боюсь, тогда возникнут разные ненужные вопросы.

- И может пострадать твоя репутация. А это будет уже совсем плохо, - с горечью добавила я.

- Послушай, Вета, - взял меня за плечи Борамир. - Ты только не отчаивайся. Я обязательно что-нибудь придумаю. Я же обещал тебе помочь.

- Зачем тебе это?! - в отчаянии, скопившемся за последние дни, взвыла я. - Ты со мной возишься, как с уличным щенком, хотя у самого забот хватает. Отпусти меня лучше. Дай мне эту треклятую бумагу и выкинь за ворота. Я тебе обещаю, что никогда не опозорю твою графскую подпись на ней.

- Вета, какая же ты глупая, - прижал меня мужчина к себе. - Я дам тебе, все что ты захочешь. И грамоту и деньги на достойную жизнь и людей в охрану. Но... я не хочу, чтобы ты уходила. Я не хочу, чтобы ты от меня уходила, - повторил он еще раз, выговаривая каждое слово. - Посмотри на меня! - я подняла голову и заглянула в его глаза. В них было столько решимости и столько мольбы, что хватило бы для убеждения десятерых таких дур, как я. -Ты мне веришь?

- Верю, - выдохнула я и уперлась лбом в его грудь...

- Лешья мать! - в сердцах произнес мужчина уже через несколько секунд. - Я совсем про них забыл.

Я проследила за его взглядом, ищя повинных в порче такой важной минуты в моей жизни и похолодела... Внизу, под балконом, уже возле своих лошадей, стояли Конт и Лулияна в сопровождении нескольких наемников. Мужчина приветливо махал нам рукой, а девушка изображала из себя застывшую статую в плаще. Борамир же, не ослабляя объятий, виновато улыбнулся мне и поцеловал в нахмуренный лоб:

- Сегодня все будет по-другому...

- Сегодня все будет по-другому... - в который раз повторяла я сама себе, нервно курсируя по кабинету туда и обратно мимо клетки Тиниэль. - А ты чего такая надутая? Сегодня же все будет по-другому! - остановилась, наконец, напротив девушки.

- Что значит, по-другому? - выдавила эльф. - Вы сегодня ночью совьетесь корнями с этим... человеком?

Я, поначалу опешила, а потом смущенно фыркнула под уничижительным взглядом Тиниэль:

- Это что, такая высокопарная эльфийская пошлость?

- Нет. Я просто хочу тебя предупредить, маг Вета, как друга, что зря ты надеешься.

- Да на что я надеюсь? - наконец, возмутилась я. - Ты хоть знаешь, что я вообще имею ввиду?

- Догадываюсь, - многозначительно покачала она головой. - Я ведь вижу, как ты по нему вянешь. Но, маг Вета, он не сможет тебя полюбить.

- Почему ты в этом так уверена?

- Потому что его душа не принадлежит себе! - выпалила Тиниэль, сжав свои кулачки. - На него наложено заклятие подчинения. Даже два заклятия.

- Как это? - только и смогла произнести я. - А такое возможно?

- В каком мире ты живешь, маг Вета? Здесь возможно все. Хоть с тобой, хоть со мной, хоть с твоим... Борамиром, - впервые произнесла она его имя.

- Действительно... - пробормотала я и попыталась собрать свои мысли в кучу.

Сразу вспомнились и ностальгические вздохи Тука, и намеки Гильды, потом в памяти всплыла сцена из странного застолья в честь прошлого возвращения Конта, и, наконец, Лулияна с ее стонами в ночи...

- Ты говоришь, заклятия на нем два? - спросила я, внимательно наблюдающую за мной Тиниэль. Эльф в ответ утвердительно кивнула. - Ну, первое, конечно, подарочек от Лулияны. Но, вот второе от кого? - вновь вопросительно взглянула я на девушку.

- Я не знаю, кто такая, эта Лулияна. Я могу судить только по свечению, исходящему от человека. А по его свечению понятно, что подчиняют его маг земли и дриада.

Вот теперь мне пришлось хлопнуться прямо попой на ковер:

- Что?!

- Маг Вета, - уселась следом за мной, свесив ноги между прутьев эльф. - Мне с тобой очень трудно разговаривать на такие темы. Ты не знаешь простейших истин. Вот, смотри. Каждый, кто накладывает что-то на кого-то, оставляет в свечении своей... жертвы "подпись", что ли. Но, не личную. Поэтому, если ты не сходился с ним раньше, например, в бою, ты его не узнаешь. Подпись эта может сказать лишь о стихии, которой этот маг служит. Потому что заклятия, которыми пользуются маги, хоть и почти всегда одинаковые, но накладываются по-разному. Это, как... - эльф закатила глазки, пытаясь подобрать для меня более простое сравнение. - почерк! Точно, почерк. У алантов он самый простой. Потому что алантам, в отличие от всех остальных, совсем не надо махать руками и бубнить слова заклятия, им достаточно только подумать о желаемом результате. Легкий подчерк - у магов воздуха. Водные маги "пишут" немного размыто, что ли. У огненных подчерк резкий, а вот маги земли, самые "тяжелые". И заклятия у них самые неприятные... Вот по этому подчерку я и определила, что заклятие подчинения на твоего человека наложил маг земли, правда, не очень сильный. Ну, а что касается дриадских штучек... - задумалась Тиниэль. - здесь немного другое...

- Что ты имеешь в виду?

- Дриады, вообще редко пользуются своей "зеленой" силой против людей. К тому же, они, обычно, обходят магов десятой тропкой. А здесь, получается, что дриада своим заклятием, как будто бы усилила то, что до этого наложил маг земли, только, уклонив его немного в другую сторону.

- В сторону спальни, - уточнила я. - Но, зачем ей это надо? Чем ей Борамир так насолил?

- Я думаю, что она сделала это не по своей прихоти, а в силу принуждения. Ее заставил кто-то и скорее всего, этот самый земной маг. Иначе она просто не ввязалась бы в это нечистое дело. Дриады хоть и злопамятны, но трусоваты по своей зеленой натуре.

- Понятно... Значит, Лулияна и Конт.

- Ты что, знаешь этого мага? - удивилась девушка.

- Лично не знакома, к сожалению, а может и к счастью. Просто, мне не на кого больше подумать, кроме него. Да он еще и друг Борамира... И сегодня он приехал, вместе с Лулияной, - опомнилась я. - Тиниэль, у меня к тебе два вопроса!

- Всего два? - решила сострить эльф. - Ну, о первом я догадываюсь: зачем Конт это сделал. Ведь так?

- Так, догадливая ты моя.

- Я не знаю, маг Вета, - пожала плечиками эльф. - Здесь я ничем не могу тебе помочь... Но, мне кажется, что он от твоего человека чего то очень сильно желает. Поэтому и пытается подчинить себе его волю, но делает все постепенно. Даже дриаду для этого чем то запугал... Теперь давай, задавай свой второй вопрос, - уселась она поудобнее.

- Как я могу с ними справиться? - выдохнула я.

Тиниэль сначала замерла, а потом звеняще расхохоталась, тыча в меня пальцем. И вот тут я, конечно на нее обиделась:

- Интересно, что такого смешного я тебе сказала, мышка ты с крылышками? - подскочила я с пола и уперла руки в бока.

Эльф вмиг смолкла и испуганно на меня уставилась:

- Маг Вета, ты чего?

- Это я чего?! Ты мне нормально можешь ответить, как я могу справиться с этой мутной парочкой?

- Да никак! - выпалила Тиниэль. - По крайней мере, с Контом. Ты, со своим магическим даром даже свечение над головой разглядеть не можешь, так куда тебе с ним тягаться. Ты в своем уме?

- Если бы я была в своем уме, то находилась бы сейчас совсем в другом месте, в Тюмени, например, - остывая, пробубнила я. - Но, разве я могу допустить, чтобы Борамира, вот так вот просто, как куклу, использовали неизвестно для чего?

- Понятно... - вздохнула эльф и задумалась. - С Контом тебе точно не справиться, - заключила она через некоторое время. - Управа на него найдется только в столице, там есть специальные маги...

- Совет магов, - подсказала я ей и продолжила. - Предположим, с ним не смогу. А с Лулияной?

- А вот с дриадой... Знаешь, - ехидно ухмыльнулась эльф. - Пожалуй, можно поискать.

- Что поискать?

- Ты сказала, что она его затаскивает в постель, я тоже слышала... иногда... некоторые звуки. А еще я один раз слышала, как кто-то шарился рядом вот с этой комнатой, - ткнула она пальчиком в сторону спальни. - А потом пришел Тук и прогнал... Точно! Он так и сказал тогда: "Госпожа Лулияна, что вы здесь делаете?". Но, я не видела, где именно она это спрятала. Я была под тряпкой.

- Да что спрятала то? - нетерпеливо воскликнула я.

- Не кричи на меня, маг Вета, я ведь стараюсь тебе помочь, хотя этот твой человек посадил меня под замок, - вздумала оскорбиться эльф.

- Ну, прости меня, Тиниэль, - шлепнулась я на колени рядом с секретером. - Что она спрятала?

- Дриадскую заманушку, - выдала девушка и, видя мои непонимающие глаза, снизошла до объяснений. - Я не знаю, что она из себя представляет, но, дриады любят такие вот штучки подсовывать своим обидчикам, чтобы те их не забывали. Правда, там другое предназначение, ночные кошмары, например. А здесь, я думаю, у нее в ней еще и энергетическая заначка, для усиления силы, в нужный час. И если эту заманушку убрать, а Лулияну в спальню больше не пускать, то это ее сильно ослабит... и разозлит.

- Да плевать! - рявкнула я. - Разозлит это ее. Она меня еще не видела... с палкой против Хлыста, - добавила для пущего эффекта. - Так, надо только ее найти, - повернулась я в сторону ширмы.

- Ага... - лишь вздохнула мне вслед Тиниэль. - Удачи!..

Поиски свои я немедля начала, естественно, с графской кровати, но ни между матрасами, ни под ней, к сожалению не нашла ничего. Потом отогнула все напольные ковры - тоже безрезультатно. Пошарила рукой на каминной полке, еще раз вернулась к кровати и потрясла пыльный балдахин, а потом села и, прочихавшись, решила еще раз хорошо осмотреться. Оставался большой шкаф, набитый вещами Борамира. Высокий и с множеством полок. Вздохнув, я начала его обыск. Я очень старалась, хотя толком не знала, что именно ищу. Могла лишь догадываться, что "заманушка" должна была быть небольшой. Но, и здесь меня постигла неудача. Оставалось только заглянуть за сам шкаф...

- Тиниэль! А эта заманушка может быть кольцом? - просунулась я за ширму.

Со скучающего эльфа вмиг слетела вся сонливость:

- Кольцом?! Каким кольцом? Дай мне его посмотреть!

- Ты думаешь, это так просто? - усмехнулась я. - Сейчас попробую его достать. Оно застряло между стеной и шкафом и мне придется отодвинуть этот "дом", - прокричала я ей, уже примеряясь к раритетной махине...

Через несколько минут мои непосильные труды были вознаграждены долгожданным звоном упавшего на пол украшения. Но, в отдалении от кольца, на досках, белело еще что-то, завернутое в небольшую тканевую салфетку. Это "что-то", видимо, было "освобождено мной за компанию" с долгожданной находкой.

- Вот, - протянула я Тиниэль женское золотое кольцо, украшенное каким-то неизвестным мне драгоценным камнем. - Это может быть заманушка?

Девушка сначала взмахнула ручками, а потом упала передо мной на колени, совсем так, как я недавно, в порыве раскаяния перед благородным эльфом:

- Спасибо тебе, маг Вета, - торжественно произнесла она, совершенно меня ошарашив. - Ты вернула мое доброе имя. Я никогда тебе этого не забуду.

- Тиниэль, опомнись! Это я тебя должна благодарить, - попыталась я ее вразумить.

- Ты не понимаешь, маг Вета! - мотая рыжей шевелюрой, продолжила она свою "песню". - Из-за этого кольца я и сижу здесь в клетке вот уже... не помню сколько дней. Спасибо тебе.

- Да причем здесь ты?! - совсем не сдержалась я. - ... или, это кольцо не заманушка?

- Нет, - наконец выдохнула она и виновато на меня посмотрела. - Извини, но мне трудно было сдержаться. Ты просто не представляешь, что ты для меня сделала. Это кольцо... Из-за его пропажи твой человек обвинил меня в воровстве и посадил сюда до тех пор, пока я не сознаюсь и не скажу, куда я его запрятала.

- Но, если ты его не брала, то как же оно оказалось за шкафом? - сузила я глаза.

Тиниэль потупилась и, как мне показалось, слегка зарумянилась:

- Я раньше жила в замковой конюшне. Мне это еще старый маг здешний, Мабук, разрешил, - осторожно начала она свой "криминальный" рассказ. - Ты знаешь, маг Вета, у эльфов есть большая слабость, единственная, пожалуй, кроме цветов. Это лошади. А там такая красивая есть лошадь, вся такая синяя-синяя, - мечтательно закатила глазки Тиниэль. - а грива и хвост у нее, прямо белоснежные...

- Ее Молния зовут. Это лошадь Борамира, - ускорила я ее лирическое отступление. - И что?

- И что? - передразнила меня девушка. - Должна же я была за ней ухаживать? Вот я и... брала, иногда из шкатулки, что стояла вон на той полке, - кивнула она на книжный шкаф у противоположной стены. - ... ленточки, чтобы косы Молнии на гриве плести. А в тот злополучный день меня этот твой человек здесь и застал...

- С ленточкой?

- С ленточкой, да. А это кольцо, наверное, в ленточку и проделось. А потом, когда он окно закрыл и меня ловить начал, я, пролетая над шкафом это кольцо туда, вероятно, и обронила. Вот и вся моя история, маг Вета... Ты ведь мне веришь? - с надеждой посмотрела она на меня.

- Верю, конечно, - грустно усмехнулась я. - И я за тебя очень рада, правда. Теперь мы это кольцо Борамиру покажем, и ты сама ему во всем признаешься. Только, получается, что я так ничего и не нашла.

- Как это не нашла? - подпрыгнула от удивления Тиниэль. - А это тогда что у тебя в другой руке?

Я подняла левую руку и увидела, что в ней у меня зажат тот самый салфетный сверток, прихваченный под шкафом вместе с кольцом:

- Значит это она и есть?

- Да, - просияла эльф. - Только не разворачивай ее здесь, - опередила она мое движение. - Сделай это... на столе. И положи сначала на что-нибудь металлическое.

Я подбежала к графскому столу и освободила, занятый какими-то письмами, небольшой разнос. Завернутая заманушка легла ровно в его центр:

- Что мне делать дальше?

- А больше ты ничего не успеешь, - услышала я, едва слышный отсюда, голос Тиниэль. - Потому что сюда идет твой человек...

Когда в кабинет вошел Борамир, мне по началу, показалось, что он слегка пьян. Я пошла к нему навстречу, чтобы лучше его рассмотреть, но тут он увидел не закинутую тканью клетку и рассеянно улыбнулся:

- Зравствуй, эльф. Рад тебя видеть.

Мы с Тиниэль лишь обменялись тоскливыми взглядами... Нет, он еще не походил на того человека с мертвыми глазами, увиденного мной несколько дней назад. Но, это был уже не прежний Борамир, не мой любимый мужчина... Он взял меня за руку и поцеловал в ладонь:

- Я пришел за тобой, Вета. Пойдем, я хочу познакомить тебя со своим другом, Контом. Он много спрашивал о тебе. Пойдем, - потянул он меня за собой.

Я пошла за ним, мало что соображая. В душе было пусто от осознания собственного бессилия, от неспособности защитить самого дорогого мне в этом мире человека. Как тогда сказала бабушка у самого порога? Я должна быть сильной...

- Послушай, Борамир! - уперлась я ногами в пол, проходя мимо его кровати.

Он остановился и удивленно на меня посмотрел:

- Что ты хочешь? Говори, я слушаю.

Я подскочила на верхнюю ступеньку, чтобы лучше видеть его затуманенные глаза, освободила свою руку и с силой притянула мужчину к себе:

- Меня зовут Ветвяна. Я хочу, чтобы ты всегда так меня называл. Потому что я люблю тебя и хочу, чтобы ты всегда был со мной. Ты меня слышишь? - сжала я его лицо в ладонях.

- Вет-вя-на, - по слогам повторил Борамир и блаженно расплылся. - Моя Ветвяна. Как же ты долго ко мне шла... Но, нам нужно идти. Пойдем, - обхватил он меня руками и попытался снять со ступеней.

И тогда я предприняла последнюю попытку. Я поцеловала его, уже повиснув в его объятьях, как мечтала еще недавно, на Русалочьем озере. Я вложила в этот поцелуй всю свою душу, страшась оторваться от его губ и потерять уже безвозвратно. И Борамир ответил мне с такой нежностью и так страстно, что сложно было понять, кто из нас хотел этого поцелуя больше... Потом мы какое то время молчали, прижавшись друг к другу лбами и восстанавливая дыхание. И, когда я услышала его голос, немного хриплый и насмешливый, то мне, на миг показалось, что он вынырнул ко мне из своего жуткого туманного омута:

- Знаешь, я раньше не думал, что приличные девушки целуются так искусно, - а потом мужчина неуклюже дернул головой и отстранился. - Мы сейчас, ненадолго, спустимся вниз, а потом ты будешь только моей. Ты идешь? Ты согласна?

- Да, конечно, - обреченно улыбнулась я, глядя в его "чужие" глаза. - Я лишь немного задержусь. Ты так Конту и передай.

- Хорошо. Мы тебя ждем, - погрозил мне пальцем Борамир и медленно вышел из комнаты...

Глава 16

Мабук...

- И как же я его ненавижу! - были первые мои слова, услышанные истомившейся в ожидании Тиниэль.

- Его-то за что? - изумилась эльф. - Он ведь не виноват в том, что его используют, как куклу. Ты сама так говорила.

Я замерла и удивленно уставилась на девушку:

- Ты сейчас про кого?

- А ты кого ненавидишь? - задала она встречный вопрос.

- Конта, конечно.

- А-а-а... И не вздумай туда идти, маг Вета. Это может плохо кончиться.

- А если я туда не пойду, то это вообще неизвестно чем закончится. Так хоть я буду рядом с ним.

- Ну да. И тогда в этом замке появится еще один живой мертвец... Кто же меня тогда выпустит из этой клетки?! - заверещала эльф, сотрясая свои моанитовые застенки.

- Та-ак, - как можно тверже протянула я. - А ну, без истерик! Если что, сама улетишь, вместе с клеткой. А теперь рассказывай быстрее, как избавиться от этой хобьей заманушки.

- Вот ты, значит, как заговорила, а еще друг называешься, - возмутилась эльф, но тут же сосредоточилась на деле. - Разверни эту тряпку и скажи мне, что там в ней.

- Здесь засохший дубовый лист и отрезанная прядь волос Лулияны, - так же по- деловому отрапортовала я ей через несколько секунд. - Что мне с этим богатством делать?

- Сожги его, вместе с тряпкой, а пепел развей в окно.

Еще через минуту на маленьком разносе знатно полыхнула дриадина заначка и, по комнате распространился запах отсыревшего дерева. Тиниэль, зажав нос пальчиками, четко бдила за моими манипуляциями:

- Деси аккуратнее, чтобы пепел де разлетелся... Вот так. А теперь закрывай окно и барш быть руки.

Уже, проходя мимо ее клетки, у меня мелькнула мысль, освободить прямо сейчас оправданную преступницу, но тут же я решила, что это не правильно, идти на такое дело и заранее настраиваться на поражение:

- Тиниэль, я тебе очень благодарна за все, что ты для меня сделала. Пожелай мне еще раз удачи, пожалуйста.

Эльф тяжело вздохнула и подошла к самым прутьям:

- Маг Вета, удачи тебе и... будь со своим Борамиром всегда очень близко. Я заметила, что когда вы стояли тут, рядом, то ваши свечения переплетались друг с другом.

- Как же жаль, что я этого не вижу, - с досадой произнесла я и направилась к выходу...

А внизу веселье было в полном разгаре. Гостей на этот раз даже прибавилось, причем с обеих "холодно" настроенных сторон. Все так же, по левую руку от хозяина замка восседал Конт. Ольта же сегодня не было - его место пустовало. И одного взгляда на Борамира хватило, чтобы сразу оценить обстановку - лучший друг графа "старался" вовсю. Я медленно, как по скользкому льду, спустилась по ступенькам и в нерешительности замерла.

- О, а вот и прекрасная гостья моего друга! - перекрикивая шум за столом, радостно поприветствовал меня привставший Конт.

В зале на время повисла тишина. Я обвела глазами сидящих за столом мужчин и встретилась ими с несколькими знакомыми лицами, как среди наемников, так и среди подопечных Ольта.

- Что же ты стоишь там, Вета - иди сюда, - взмахнул мне рукой Борамир. - Мы давно тебя ждем.

Долгая-долгая дорога от лестницы до него... Под насмешливым прищуром Конта и внимательными взглядами остальных. Я ее преодолела, наконец:

- Извини, пришлось задержаться.

- Ничего, садись рядом со мной. Это место сегодня твое, - отодвинул мне граф пустующий стул Ольта. - А, хотя... самая дорогая женщина должна сидеть на коленях у своего мужчины, - криво ухмыльнулся он и подхватил меня на руки.

Я и возмутиться не успела, как оказалась на одном стуле с мужчиной, под пошлые смешки наемников и покровительственную улыбку Конта, но стиснула зубы и решила держать себя в руках до конца.

- Тебе так удобно? - в самое мое ухо осведомился Борамир. - Ты, наверное, голодна? Давай я покормлю тебя, - потянулся он через меня за тарелкой и опрокинул стоящий рядом бокал.

- Нет, спасибо, - поспешно буркнула я, нервно стряхивая винные капли со своего голубого платья.

- Друг мой, ты плохо ей предлагаешь, - участливо улыбнулся маг. - Позволь мне поухаживать за твоей женщиной.

- Э-э, нет, - протянул Борамир и обхватил меня еще крепче. - Я сам это сделаю, когда она захочет... А почему от тебя пахнет дымом? - неловко ткнулся он носом в мою шею. - Ты что, сама разводила огонь в камине? Ты так спешила? Не переживай, мы скоро всех их бросим и поднимемся к себе наверх, - тоном киношного героя-любовника пообещал он...

Это было сущей мукой. Сидеть вот так и наблюдать, будто со стороны, как убивают твое достоинство и платят злом за добро твоему любимому человеку. Мне хотелось завыть сейчас на весь зал, отходить по щекам Борамира, чтобы он опомнился, наконец, от кошмара, который творится в его родном замке. Я с последней надеждой заглянула в его глаза и не увидела там ничего, кроме мертвой пустоты. Где ты сейчас, мой родной человек?..

- Тебе что-то не нравится, Вета? - присек мою реанимационную попытку Конт. - Ты только скажи. И, давай все же, я тебя угощу... - пошарил он глазами по столу. - да, хоть этим вот яблоком.

- Благодарю вас, - как можно любезнее расплылась я в ответ. - Но, мы действительно, скоро вас оставим. Ведь так, Борамир?

Граф, в это время откинувшийся на спинку стула, рассеянно мне улыбнулся и кивнул, а Конт, впервые с момента нашей встречи, внимательно посмотрел мне в глаза:

- Да?.. Ну, тогда я сам его съем... только кожуру сниму, - и достал, откуда-то с пояса узкий нож.

- Какой интересный у вас ножик, - невольно заинтересовалась я узким волнообразным лезвием.

- Хочешь посмотреть? - с готовностью протянул мне его маг. - Джингарская работа. Мне его подарили.

- Нет, - быстро отдернула я, свою, уже поднявшуюся руку. - Я не люблю холодное оружие.

- Знаю, - беззвучно засмеялся Конт. - Ты предпочитаешь палки, - и еще раз одарив меня внимательным взглядом, воткнул свой джингарский подарок в большое красное яблоко, лежащее между нами на столе...

И с этого самого момента, я, как завороженная, не могла оторвать от яблока взгляда. О чем бы, меня не спрашивал Конт, и как бы я ему не отвечала, я все время возвращалась к нему своими глазами и мыслями:

- Борамир сказал мне, что ты нездешняя и ищешь свою семью.

- Да. Это правда... "Интересно, что тебе еще Борамир про меня рассказывал?.. А бабушка любила фрукты, особенно, вот такие яблоки...".

- Ну и как тебе наша глушь? Наш граф здесь сидит почти безвылазно. Это его долг. А тебе здесь не скучно?

- Нет, что вы. Здесь очень интересно... "И Гильда обо мне заботится, кормит нас с Борамиром вкусными пирогами с яблоками... А такие красные она кладет в начинку? И, если кладет, то каким ножом она их режет?..".

- Борамиру всегда нравились такие женщины, как ты, с крутым нравом. Ведь сам он у нас такой старомодный романтик.

- А вы, как лучший друг, я смотрю, его опекаете. Бережете от душевных ран... "Нравились ему, такие как я, значит? И где он их находил, в своей глуши?.. И что я здесь вообще сейчас делаю? И до чего я дошла со своими страстями?.. Ну, граф, ты мне за все ответишь, и за запертые ворота, и за это сегодняшнее унижение, да я тебя... Его?", - было последней моей осознанной мыслью, а потом...

- Вета! Опусти нож! Убери нож от его горла! - донесся до меня сдавленный голос Борамира.

Я потрясенно огляделась: мужчины на обеих сторонах стола привстали со своих мест. Борамир же застыл на своем стуле и смотрел на меня, уже вполне осознанно (хоть в этом радость), но с каким-то тоскливым ужасом в глазах. А я... А что же делаю я?.. Я стояла за спинкой стула Конта и держала его триклятый нож у самого горла мага. И осознание того, что же сейчас происходит вокруг, настолько меня подкосило, что нож сам выпал из разжавшихся пальцев прямо на колени Конта, а я схватилась руками за разделявшую нас спинку, чтобы не рухнуть на пол.

- Что ты наделала? - прозвучал в тишине голос Борамира. - Так ты отплатила мне за мою... заботу? Решила избавить от друга?

- Да, - горько согласилась я с ним. - Видимо, я очень неблагодарна и, как выяснилось, опасна для окружающих.

- Не переживай за меня, Борамир, - вмешался Конт. Я не видела его лица, но голос мага очень достоверно дрожал. - Девчонке место в столичной тюрьме. Пусть там с ней разбираются и кто она, и почему кидается на людей и магов.

- Я сам с ней разберусь! - рявкнул в ответ граф. - Ольт!.. Где Ольт? Да что здесь сегодня происходит, к лешьей вас всех матери?! Вы, двое, - кивнул он стоящим с краю воинам из своей охраны. - отведите ее в тюремную башню...

"Коричневые" мужчины подошли ко мне и выжидающе встали по сторонам, а я, как могла, распрямила спину и посмотрела в глаза Борамиру. Он так и сидел на своем месте и, встретив мой взгляд, понуро отвернул голову. Ну что ж, возможно, я это заслужила:

- Прости меня, - сказала ему, проходя мимо. - Я проиграла по всем пунктам...

А на выходе из зала нам навстречу попалась Лулияна. Девушка остановилась и проводила меня грустной улыбкой:

- Я поплачу за тебя... сегодня ночью, - услышала я уже за своей спиной.

И этот вкрадчивый голос дриады, как ни странно, выдернул меня из мрака отчаяния: "Конечно, дорогая", - злорадно подумала я. - "Ведь постонать тебе вряд ли сегодня удастся"...

Мои конвоиры всю дорогу хранили молчание, а у самых дверей тюремной башни, расположенной справа от задних замковых ворот, нас "радушно" встретил невысокий мужчина в расстегнутой на объемном животе коричневой форменной куртке. Завидев меня, гордо следующую на свое новое ПМЖ, он удивленно присвистнул:

- Вот это поворот! А куда ж я ее посажу? У меня, благодаря вам, госпожа графская гостья, все лучшие места уже заняты.

- А это уже не наша забота, Власий, - сухо ответил ему один из конвоиров.

- Конечно, не ваша, - возмутился "хозяин тюремного отеля". - У меня в одной камере сидит Колун, в другой - старый маг, почти не жилец, а в яме Хлыст скучает. По ней, кстати. Вот обрадуется, если я...

- Даже не думай! - осек его второй мой провожатый. - Его сиятельство, вскоре, опомнится и опять за своей гостьей отправит. А ты ему что предъявишь?

- Ладно, - почесав свой живот, вздохнул негостеприимный Власий. - Посажу ее к Мабуку. Все веселее будет старику помирать, да и мне к нему бегать не придется. Пойдемте, госпожа, - и пропал в темном дверном проеме.

Идя впереди меня по гулкому каменному коридору, он, привычным движением, выдернул из настенного гнезда факел и спустился по нескольким ступеням вниз. Потом позвенел ключами на кольце возле замочной скважины узкой двери и пропустил меня вперед:

- Прошу. Уж, не обессудьте за скромность.

Я сделала несколько шагов и застыла в нерешительности, куда идти дальше. Потому что вокруг меня была кромешная тьма. Вскоре, дверь за мной закрылась, но не на замок, а через пару минут моего столбняка в дверном проеме вновь появился хозяин апартаментов, в одной руке с тем же, видимо, факелом, а подмышкой другой - узким матрасом, скатанным в рулон с чем-то, смутно напоминающим подушку и одеяло:

- Свое отдаю, госпожа. Что уж теперь, раз такое дело, - рассуждал он, по-хозяйски расстилая мне постель на широкой деревянной лавке у стены. Почти над ней он, немного раньше, пристроил местный "светильник" и ушел, теперь уже насовсем, громко хлопнув напоследок дверью.

А я, недолго думая, скинула бальные графские туфли и уселась на свою новую кровать, в привычную "позу мыслителя". Постепенно эмоции, пережитые в течение этого долгого дня, так меня захватили, что я начала рассуждать уже в полный голос:

- Вот ведь, дура же безнадежная! Ввязалась в такое дело! Решила потягаться с магом. Нет, ну ладно, палкой там махать, а здесь то - чистая магия. Сделал он тебя, как слон муравья... Ненавижу тебя, Конт! Ненавижу! И себя ненавижу за глупость свою беспросветную!..

Я еще, некоторое время, громко себя разоблачала, попутно привлекая к ответственности всех своих здешних обидчиков, пока, между тирадами, не услышала тихое старческое хихиканье, раздающееся, откуда то, с противоположной стороны. И тут только вспомнила, что в камеру эту меня "подселили". Я замолчала, старательно вглядываясь в темноту, хихиканье тоже смолкло, а потом темнота "сухо прокашлялась" и вступила со мной в беседу:

- Что же вы так убиваетесь? - участливо поинтересовалась она.

- А мне, знаете, больше нравится злиться, чем рыдать, - призналась я неизвестно кому.

- Ох, уж эти две грани одной души, - посетовала темнота. - Мы либо бурно себя разрушаем ненавистью, либо тихо умираем от безысходности. А итог всегда один.

- И какой же?

- Тупик, дорогая девушка. Тупик и никакого просвета. Потому что просвет - это созидание. А для созидания нужен холодный ум.

- Ну, знаете ли... - тут же попалась я на удочку любителя "умных бесед". - Сначала вы говорите про грани души, а потом вдруг резко переходите на рассудок. Вам не кажется, что это совершенно разные понятия?

- Так в том то все и дело! - встрепенулась темнота и снова закашляла. - И я специально ушел от такого понятия, как любовь. Потому что именно любовь может и убивать и возрождать, но она никогда не даст вам ни единого шанса мыслить здраво... И вы этому, дорогая девушка, самый наглядный сегодня пример.

- О, вы знаете, я всегда была плохим примером... Меня, кстати, Вета зовут. А вы, видимо Мабук, к которому меня "подселили" и который... - вспомнила я страшные слова тюремщика и смолкла.

- Да, я действительно, Мабук и я действительно, умираю, - спокойно изрекла темнота. - Но, в этом нет ничего страшного. Я очень долго пожил и успел совершить много хороших и плохих дел. И, честно вам признаюсь, от этого порядком устал. Да и вы тоже, дорогая девушка Вета, должны сейчас отдохнуть. Так что, как бы мне не хотелось с вами поговорить, но, отдыхайте... У нас с вами еще осталось время все успеть.

- Да уж, времени у меня теперь, очень много, - усмехнулась я и покорно вытянулась на жесткой тюремной кровати. - Спокойной ночи, Мабук...

Утром, открыв глаза, я долго соображала, где же сейчас нахожусь. Потом, по очереди передо мной всплыли все вчерашние события, зацепились в памяти и начали больно давить на солнечное сплетение. Не знаю, сколько бы я так пролежала, боясь глубоко вдохнуть, если бы не услышала слабый стон откуда то сбоку.

Тюремная камера с зарешеченным полуподвальным окошком, была огромна. Справа от входа в ней стояла моя "спартанская" кровать, а вот на противоположной, точно такой лавке, сейчас, укутанный в драное одеяло, лежал на спине и стонал старик. Он часто открывал свой большой рот, силясь вдохнуть по глубже, а когда у него это получалось, замирал на миг, а потом издавал тихий протяжный звук, который я и приняла за стон. Веки его были полузакрыты кустистыми бровями, а седые волосы, неровные и выстриженные какими-то клочками, торчали на тощей подушке, как лучи абстрактного солнца.

- Мабук, - позвала я его, склонившись над самым лицом. - Вам плохо?

Он открыл глаза, посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся. А потом попытался повернуться набок. Я постаралась ему помочь, как можно аккуратнее, а когда коснулась пальцами голой руки, он, вдруг, вздрогнул:

- Дорогая девушка Вета, можно вас попросить? - сказал совсем тихо.

- Просите, конечно.

- Положите мне свою ладонь на лоб. Это немного мне... поможет.

Морщинистый лоб его был и без моих озябших рук холодным, но, я выполнила просьбу старика. И, видимо, ему на самом деле полегчало. Потому что он вскоре затих и даже немного порозовел. А я тем временем, занялась разглядыванием места, где он провел, по его же словам, довольно долгий срок. Рядом с кроватью стояла низкая табуретка, полностью загруженная книгами. Сверху, на самой маленькой и толстой из них, высилась старая выщербленная кружка, до половины наполненная водой. "Это что же надо было совершить, чтобы заслужить такую старость?", - с ужасом подумала я и представила себя, лежащую на месте Мабука, через много-много лет.

- Тоже любовная драма, - произнес старик неожиданно, а потом, поймав мой удивленный взгляд, пояснил. - Я нахожусь здесь из-за того, что когда-то стал причиной смерти дорогого моему хозяину создания. Вы же об этом сейчас подумали, разглядывая мои... сокровища? О причине?

- Мокея Молд? - выдохнула я одними губами.

- Да, - грустно скривился Мабук. - Но, не судите его, - всполошился старик, вдруг, и несколько раз сухо кашлянул. - Хозяин очень по-доброму со мной поступил. В любом случае я совершил преступление и мне бы отправиться за него в Грязные земли, если бы только граф довел дело до суда. А так, меня здесь кормят, меня навещает Абрам, вы про него, наверное, слышали?

- Да, конечно. И даже лично с ним знакома. Он - ваше большое хорошее дело... А что за место, эти Грязные земли? Я видела в нескольких книгах упоминание о них, но, не более.

- Грязные земли... - повторил Мабук и тяжко вздохнул. - Это страшное место. Оно находится на севере нашего материка - за Рудными горами. Хорошо охраняется, и туда ссылают всех, совершивших тяжкие преступления. И алантов, и магов и представителей других разумных рас. Всех, кроме людей. Оно пригодно для жизни, конечно, но совершенно недоступно для магии. Любой магии. И те, кто там оказываются, или постепенно сходят с ума от осознания собственной ущербности или превращаются в настоящих животных, сбиваясь в стаи. Такие убивают себе подобных, стараясь выжить любой ценой... Так что, граф был очень добр ко мне, дорогая девушка Вета. И я ему за это благодарен.

Старик высунул свою худую руку из под одеяла и потянулся за кружкой и я заметила на его запястье тонкий браслет из металла, очень похожего на тот, из которого сделана клетка Тиниэль. На браслете, в месте стыка двух половинок болтался мизерный висячий замочек:

- А это у вас зачем? - показала глазами на странное "украшение".

- Это? А разве вы не знаете?

- Моанит, да? - вспомнила я. - Он не дает возможности плести заклятия.

- Да-а, - выдохнул старик, сделав глоток воды. - Необходимое условие заключения любого мага - вот такие вот браслеты на обеих руках. Я могу копить энергию и даже использовать ее на поправку своего здоровья, а распространять вне, уже увы, - усмехнулся он. - Ну, да мне и ни к чему. Отмахался за свою жизнь...

Мабук вскоре, все ж задремал. Я же вытащила из под кружки одну из его книг, но даже открыть ее не успела - в двери сначала лязгнул замок, а потом вовнутрь вошел Власий, хозяин здешней "гостиницы". В руках он нес большую корзину, прикрытую до боли знакомым мне кухонным полотенцем Гильды:

- Это вам, госпожа. Гостинец от нашей почтенной кухарки, - объявил, смахивая крошки со своей, по-прежнему расстегнутой на животе, куртки.

- Ух ты! - изумленно прошептала я, но тут увидела, что старик не только открыл глаза, но и сильно заинтересовался происходящим. - Жизнь становится веселее, господин Мабук, - и подмигнула своему сокамернику...

Гильдиного гостинца нам с лихвой хватило на двоих. Была там и припрятанная на самом дне, маленькая фляжка с местным самогоном. Мы выпили со стариком за знакомство, за любовь, а на третьем тосте нас грубо прервали - камушком прямо мне в спину. Я оглянулась к окну и увидела между высокими стеблями травы, почти полностью заслонявшими обзор, довольную физиономию Абрамки. Мальчишка широко мне расплылся, а когда я подбежала, громко зашептал:

- Добрый день, госпожа Вета, и вам, господин Мабук, - помахал он грязной пятерней в сторону лежащего старика. - Как ваши дела?

- Привет, Абрамка. У нас все нормально. Сон и питание в норме. А у вас на свободе не капает?

- Весь двор только и шепчется, что про ваше вчерашнее нападение, - сделал трагическое лицо подросток. - Одни говорят, что вы сразу хотели Конта прирезать, а другие, что сначала графа, а потом испугались и передумали.

- Абрамка... - прислонилась я к стене. - Как же так?.. Ведь я совершенно ничего не помню. Я очнулась уже с ножом, приставленным к горлу Конта.

- Магия... - многозначительно произнес мальчишка и почесал макушку. - Тетушка Гильда так и сказала, что этот Конт вас околдовал, чтобы вы Его сиятельство убили, а вы не стали, потому что... ну, в общем, хорошо к нашему графу относитесь и поэтому на мага с ножом и пошли.

- Ну да... - обреченно выдохнула я. - Наверное, так и было... А где Борамир?

- Его сиятельство? Так он еще на рассвете с отрядом ушел за Вилюйский мост. Там, говорят, появился какой-то большой зверь. Он в окрестных деревнях уже нескольких коров задрал. Так что, если сегодня его не изловят, то вернутся не раньше завтрашнего дня.

- Понятно. А пострадавший здесь, в замке?

- Нет, - засмеялся Абрамка и тут же прихлопнул себе ладошкой рот. - Он следом за графом отбыл. Здесь только госпожа Лулияна осталась со скуки маяться.

Мы еще поболтали немного с подростком, а потом он, загруженный моими приветами и благодарностями, пополз обратно через высокую траву. Я же вновь вернулась к больному старику и присела к нему на кровать.

- Я Конта знаю еще с его детства, - вновь поразил он меня, не то своей догадливостью, не то прекрасным слухом. - Он ведь даже был моим учеником когда-то.

- И каким же он был учеником? - хмуро уточнила я.

- Способным. И очень честолюбивым... У вас из-за него неприятности с моим хозяином?

- Получается так.

- А знаете, какое у него было любимое заклятие, еще с детства? Он в нем сначала на белках упражнялся, а потом на собаках.

- Догадываюсь, к сожалению. На себе вчера испытала.

- Да, дорогая девушка Вета, заклятию подчинения воли очень сложно противостоять. Здесь нужна большая сила. А чтобы это заклятие снять, нужны знания... А у вас их пока нет, - неожиданно закончил старик.

- Да у меня и силы то тоже нет, - посмотрела я на него с удивлением.

- А вот тут вы очень ошибаетесь, - загадочно изрек Мабук. - Ваша сила еще дремлет. И открывается пока не каждому. Поэтому мой бывший ученик и рискнул с вами связаться. Хоть здесь он меня не обошел, признаюсь не без гордости - я-то вас сразу разглядел, как только вы сюда вчера зашли. А уж после того, как вы сегодня ко мне своими пальцами прикоснулись, тут все мои сомнения отпали сразу. Есть у вас сила, дорогая девушка Вета, и она еще преподнесет вам сюрпризы... А сейчас, вы меня простите, мои то силы совсем на исходе. Так что я посплю пока, недолго...

И оставил меня сидеть одну с открытым ртом, старый сказочник. Ну, я недолго и посидела так, размышляя об услышанном. Потом повертелась с боку на бок на своей спартанской кровати, а вскоре и сама не заметила, как крепко заснула...

Сон мой, какой-то странно ноющий, отпустил меня сразу, как только я услышала звук открываемого дверного замка. За окном была уже почти ночь, но кровать старика еще просматривалась на фоне противоположной стены и сам его тощий силуэт я видела. Потом медленно села, ожидая Власия с очередным каким-нибудь сюрпризом или новостью со свободы, но в камеру вошел не он...

- Ну, здравствуй, кобылка. Чего не лыбишься? - застыл надо мной мужчина.

Вид у него, даже при таком освещении, оставлял желать лучшего, да и запах, который он щедро распространял, честно говоря, тоже, вмиг меня вывел из ступора.

- Привет, Хлыст. В гости зашел, по-соседски?

- Да нет. За долгом твоим. Ты же мне должна осталась. Или забыла, в графских то объятьях?

- Ну, тут ты зря стараешься. Должна тебя огорчить, - отодвигаясь от него к стене, уверила я.

- А это, смотря, зачем я пришел, - усмехнулся он и занес свое колено на лавку. - А если я, например, за жизнью твоей, то тогда еще не поздно. Верно я говорю?

- Ну и зачем тебе моя жизнь? - попыталась я вступить с мужиком в риторический диспут, лихорадочно соображая, что же делать дальше.

- А на память о моей, тобой, имейка ты графская, загубленной, - зловеще прошипел он и без последующих дискуссий, навалился на меня своей большой "благоухающей" тушей.

Я, конечно, пыталась отбиваться от него всеми имеющимися у меня конечностями, но, не смотря на это, силы наши были неравны и мужик медленно, но все сильнее сдавливал мне своими пальцами горло. В конце концов, уже плавая где-то на полпути в высшие ладменские миры, я беспомощно опустила руки, но, Хлыст, вдруг, неожиданно на мне осел, уткнувшись своим носом прямо в щеку. Пришлось на время отложить свой "полет". Тем более что мой спаситель, стоящий посреди камеры с двумя половинками табуретки в руках, сам едва держался на ногах.

- Мабук, спасибо, - просипела я, выбираясь из под раскинувшегося Хлыста. - И бросьте вы эти обломки, а то сами упадете.

Старик послушался меня, но все равно опасно закачался:

- У нас очень мало времени, дорогая девушка... Мне надо снять мои браслеты.

- Они вам что, руки натирают? Давайте я вас сначала в постель уложу, - бросилась я в его сторону. Но старик, вдруг, уперся:

- Браслеты сначала - надо от них ключи найти. Должны быть на кольце, - теперь уже сипел он, тыча рукой в сторону распахнутой настежь двери.

До меня, наконец, дошло, что раз уж к нам пожаловал такой гость, то чем-то же он открывал дверь, и я подскочила к замочной скважине. Там, действительно, вместе со вставленным ключом висело большое кольцо с множеством других, причем самых разных размеров. В результате, через несколько долгих минут, строптивый маг избавился, наконец, от обоих своих "украшений" и был мной уложен в постель. Но, и тут он вдруг, проявил свой характер:

- Наклонитесь надо мной пониже. Мне нужно вам что-то сказать. И не спорьте со мной, вам же потом хуже будет, - нахмурил он свои кустистые брови. - Все очень хорошо сложилось. Правда, я этому рад, - зашептал он мне, вцепившись в рукав платья. - Слушайте меня очень внимательно.

- Я вас и так слушаю, - попыталась я успокоить Мабука. - Не волнуйтесь.

- А вы не тратьте мое драгоценное время зря, - дернул он меня за рукав. - Просто молчите. Вот так. Сейчас, как только все произойдет, вы постараетесь выбраться из замка и пойдете в сторону столичного тракта. Там будет перекресток с указателем на Куполград, но вам надо не туда, а прямо через лес. Это понятно?.. Тогда просто молчите... - и тут же закашлялся сам. - Пойдете вдоль озера, оно должно быть все время слева от вас, а когда увидите раскидистый дуб, похожий на женскую фигуру, то повернете вправо. Понятно?

- Понятно, - выдохнула я. - Но...

- Молчите, - снова присек меня старик. - Если все сделаете правильно, то в скорости дойдете до домика. Он в дубовой роще меж двух озер. Там живет Елания, моя давняя знакомая. Очень сильный маг. Скажите ей, что вы от меня, она меня помнит. И она вам поможет, научит, - уже не сипел, а едва слышно шептал Мабук. - Без ее знаний вам не справиться с Контом, это я вам говорю - его учитель... А теперь самое главное, не бойтесь... Дайте мне ваши руки, дорогая девушка Вета.

- Конечно, Мабук, я вас не брошу, - зашептала я, вытирая мокрый от сбежавших слез нос. - Я вас не оставлю одного...

... А потом я неожиданно умерла. Не знаю, от чего. Наверное, от электрического разряда, да кто ж здесь будет проводить вскрытие...

Вода, вода кругом. И много брызг. Я сама их суматошно взбиваю руками, как огромным миксером... Эти брызги летят мне в прищуренные от усердия глаза и в раскрытый настежь рот. А еще сразу, с воздухом всасываются в нос. Это совсем неприятно. Вот это-то меня сейчас и сердит... Я замираю, нахожу ногами дно и тру, наконец, мокрыми ладошками щиплющие ноздри. Потом озираюсь по сторонам:

- Бабушка! Ты где? Ты же мне обещала помочь научиться плавать, а сама где-то ходишь... Бабушка! - приглядываюсь к высоким камышам у кромки воды. - Ты там?..

Бабушка сделала шаг из своего камышового укрытия. В руках у нее нож и что-то еще, видимо, очень важное. Раз она меня ради этого бросила одну:

- Ветвяна, попробуй еще раз, - сказала совсем как-то по учительски. - Сначала научись главному, держаться на воде, не торопись...

- Да я и не тороплюсь. Просто, обещала ведь... - пробубнила я себе под нос и отвернулась.

Огляделась, опустила глаза... Пока я взывала к бабушке, донный песок осел и речная вода стала совсем прозрачной. Я провела большим пальцем левой ноги по песочной жесткой ряби. Приятно. И от пальца струйкой вверх. Ну что ж попробуем еще раз. Вдохнула по глубже и осторожно легла спиной на воду... Главное, не суетиться, держать равновесие и попу повыше... А теперь расслабиться, раскинуть руки и ноги и не обращать внимание на волны у самых уголков глаз... Вот так. А теперь можно открыть глаза... Какое яркое солнце!

- Мабук... Мабук! - позвала я лежащего на спине старика, сама уже догадываясь, что из нас двоих, все-таки живая я. - Что же вы со мной сделали?..

Поднесла к глазам свою правую руку и увидела свечение, как тогда, в пещере... серебристое и с золотым ободком... Поводила второй рукой как раз там, где оно закачивалось - тепло и щекотно ладони. Встала, сделала два шага и остановилась, прислушиваясь к себе. Ощущение такое, будто меня, наконец, до конца собрали. Как какой-то сложный организм... или механизм. Нет, это живое и теплое. И оно во мне заполнило все, всю меня до последней клеточки... Я подошла к старику. Присела на колени и поцеловала в остывающий лоб:

- Спасибо вам, Мабук. Это ваше последнее доброе дело, - натянула я на его лицо одеяло. Потом резко встала и прислушалась:

"Хлыст пока безопасен. Лежит, сволочь. А, грязный какой... И руки и под ногтями... Так, стоп", - опешила, вдруг: "Я что, это все вижу? В темноте и на таком расстоянии?".

- Знаешь что, дебютантка-переросток, все потом. Сейчас главное, выбраться, - скоординировала свои собственные действия и, подобрав с пола кольцо с ключами, понеслась к двери. Аккуратно закрыла за собой камеру и оставила ключи болтаться там, где взяла.

В коридоре царила тишина. И, наверное, все же было темно, но мне это сейчас уже не важно. "Интересно, я одна это вижу или крадусь сейчас, как фонарь сквозь тьму? Наверное, очень смешно со стороны смотрится... Нет, наверное, все же я одна", - сделала вывод, остановившись возле распахнутой настежь двери. На стуле у накрытого стола в пол оборота ко мне сидел Власий. Куртка, наконец, расстегнута полностью, да и рубашка... да и штаны. А на лице глупая улыбка и что-то тихо шепчет... "Знакомый почерк, как сказала бы Тиниэль... А вот и сам автор, точнее, сама".

- Мир тебе, дриада Лулияна, - тихо, но очень вежливо поздоровалась я с девушкой, застывшей у стены в коридоре. - Спасибо, что выпустила.

- Я тебя не выпускала, - испуганно попятилась она от меня.

- К чему такая скромность? Или Конт не оценит твой благородный порыв? А-а, у него на мой счет были другие планы? Хлыст, например? - медленно двинула я на нее.

- Отпусти меня, - вновь замерла Лулияна и прижала свои изящные ручки к груди. - Чего ты от меня хочешь?

- Мне нужна твоя помощь, - секунду подумав, выдала я. - Потом делай, что считаешь нужным, но знай, - нависла над ней угрожающе. - Если ты еще хоть раз близко подойдешь к графу, я тебя... уничтожу на твоем древесном корню. Ты все поняла?

- Да, - выдохнула она. - Что я должна делать?

- Как Хлыст должен был выбраться из замка, после того, как меня прикончит? Вы же должны были его отсюда вытащить? Что-то же ты ему пообещала?

- Пообещали, - кивнула, наконец, дриада. - Конечно. Там, у задних ворот ждет человек Конта. Он должен был выпустить Хлыста, после того, как...

- Понятно... - потрогала я свою шею. - Это все хорошо, но, у меня есть еще одно дело в замке.

- Какое дело? - тоскливо простонала Лулияна. - Графа там нет. Он еще не вернулся.

- А мне он и не нужен, - успокоила я ее. - Мне нужно забрать свои вещи и... В общем, ты - первая и четко бдишь, я - за тобой. Вперед, - и подтолкнула девушку к выходу из тюрьмы...

Так мы и пошли, передвигаясь по двору от одного угла донжона до другого. Всего раз пришлось на время затаиться, пережидая, когда пройдут двое стражников, но это была единственная задержка в пути. В самом замке скорость наша резко увеличилась. Ведь ни мне, ни дриаде освещать себе путь в темноте нужды не было. А пока мы осторожно поднимались по винтовой лестнице, я смогла, наконец, разглядеть, чем же отличается мое свечение от свечения Лулияны. Было оно красивого зеленовато оливкового цвета, как и ее глаза, но, гораздо тусклее моего. И еще, я теперь очень четко уловила ее тонкий аромат - прелое дерево и мускус. Да, на мужчин, наверняка действовало и это...

А в графских покоях было пусто и тихо. Ни богатырского храпа из под помидорного балдахина, ни уютного потрескивания поленьев в камине. Сердце вновь заныло, но пришлось взять себя в руки и делать то, зачем пришла. Очень быстро я переоделась в свою прежнюю одежду. А голубое платье, так и не принесшее женского счастья, не жалея, бросила в холодный камин в своей бывшей проходной комнате. Сверху получившейся горки аккуратно поставила графские бальные туфли. Надеюсь, Борамир оценит завтра композицию. Почтальонка нашлась там же где и была - у кроватной ножки. Я привычно перекинула ее через плечо, проверила наличие цацки под водолазкой и пошла в кабинет:

- Тиниэль, - тихо позвала эльфа сразу от ширмы. - Ты еще здесь? Тиниэ-эль.

- Ну а где же мне еще быть? - сонно отозвалась девушка из под ткани.

- Как же я тебе рада, - откинула я накидку. - Здравствуй, подружка. -Тиниэль, уже сидящая на своей кроватке сначала испуганно на меня посмотрела, потом усиленно потерла кулачками глаза. Еще раз глянула и, наконец, замерла. - Ты чего? Не узнаешь? Хотя, конечно, зрелище еще то. Но, мне очень некогда. И я, вообще-то, пришла тебя выпустить, раз ты теперь у нас оправданная преступница, - решительно заявила, уже шаря по столу в поисках "рычага" для взлома замка на клетке.

Такой вскоре нашелся - нож для бумаги. И замок, через минуту моих стараний, все же криво повис на погнутой дверце. Я открыла окно в кабинете, впустив в комнату ночную прохладу, и перенесла на стол вскрытую камеру, вместе с до сих пор ошарашенной арестанткой внутри.

- Сегодня у нас ночь бывших узников Озерного замка, - торжественно объявила и просунула руку вовнутрь. - Вот это злополучное кольцо. Оно так здесь, на столе и лежало. Делаем обмен - меняем найденную пропажу на эльфа. - и со стуком положила женское украшение прямо в центр круглой площадки. - Чего же ты ждешь?

- Спасибо, - едва слышно, выдавила девушка.

- Пожалуйста, - передразнила я ее. - Тиниэль, мне, правда, пора. Я оставляю окно открытым. И, еще раз за все тебя благодарю... подружка. Удачи тебе, - послала я эльфу воздушный поцелуй и побежала к выходу...

У задних ворот нас уже нетерпеливо поджидал незнакомый мне наемник. Точнее, не нас, но мне, честно говоря, было глубоко на это наплевать. Пусть дриада сама потом выкручивается перед своим "работодателем". После обмена несколькими фразами с Лулияной, ворота мне, все-таки приоткрыли. Я напоследок, обернулась и решила, запоздало, но, уточнить свой маршрут:

- В какой стороне от замка тракт на столицу?

Наемник и девушка махнули руками в одном направлении. Ну что ж, значит, у меня есть шанс, хотя бы начать свой путь в нужную мне сторону...

Глава 17

Эльфийские тропки...

А начался мой путь с хорошо утоптанной дороги через звенящий светлячками луг. Далее я вышла на перекресток с "главной", уже выложенной камнем. Слева она упиралась в центральные замковые ворота, а значит, мне надо было повернуть направо, где вдали чернел лес. Что я тут же и сделала, решив для себя, что, если уж мне пришлось идти ночью по незнакомым местам, то с дороги я никуда сворачивать не буду. Другое дело днем. Днем можно двигаться и вдоль нее. Потому что днем не так страшно, как сейчас... Страшно-то как...

- Ну и далеко ты...

- А-а-а-а! - отшатнулась я от зависшей прямо перед моим носом Тиниэль.

- Я только хотела спросить, - испуганно отпрянула от меня в воздухе эльф. - далеко ли ты направляешься одна и ночью... алант Вета?

- Ты знаешь, - выдохнув, уперла я руки в бока. - еще пара таких вопросиков и я сделаюсь заикой.

- Я не хотела тебя пугать. Ты на меня сама недавно нагнала страху, - скуксилась девушка, а потом, вдруг, хитро ухмыльнулась. - Хотя, эльфу напугать аланта, это приравнивается к... подвигу, пожалуй.

- Ох, нет у меня на тебя моей палки, мотылек ты говорящий, - засмеялась я. - А вообще, я тебе очень рада, причем, второй раз за эту ночь.

- Да? - застрекотала эльф своими крылышками и подлетела ко мне впритык. - Так ты скажешь мне, куда направляешься?

- Скажу, конечно, только, давай по дороге? - и показала ей пример.

Через несколько минут Тиниэль во всех душещипательных подробностях владела ситуацией. Она немного повздыхала о смерти Мабука, а потом принялась рассказывать мне последние "ночные" новости:

- Вернулись они вместе - твой человек и эта дриада. А у меня, ты же помнишь, тряпки на клетке не было и поэтому я все гораздо лучше обычного слышала...

- Тиниэль, давай короче, - нетерпеливо закусила я губу. - Было у них что-нибудь или нет?

- Я и говорю, пришли вместе, а потом... - сделала паузу девушка, как заправская интриганка, но, вдруг звонко рассмеялась. - он ее прогнал.

- Совсем прогнал? - глупо улыбаясь, уточнила я.

- Нет, алант Вета, сначала руки, а потом ноги... Конечно, совсем... Только, я сначала думала, что это ты с ним была.

- Почему? - опешила я и даже приостановилась.

- Потому что он ее сначала Ветой называл, нежно так, а потом уже зарычал: "Убирайся, Лулияна!" и назвал ее нехорошо.

- Понятно, - вздохнула я тяжело. - Бедный Борамир.

- Ничего, - попыталась меня утешить эльф, курсируя сбоку. - Вот ты научишься управлять своей силой и поквитаешься с Контом за все. Кстати, а какой дорогой ты пойдешь к этой знакомой Мабука?

- Он же мне ее и описал. Я пока еще помню, - уверила я эльфа.

- А ты знаешь, кто самые лучшие проводники во всей Ладмении? - снова зависла передо мной девушка.

- Ну, судя по твоему тону и горделивой позе, наверное, эльфы, - предположила я.

- Да. И твоя ирония здесь совсем ни к месту, - оскорбилась Тиниэль. - Мы хоть и не умеем, как твои сородичи, аланты или маги строить "подвалы", ну, пространственные тоннели, но зато, знаем в каждом лесу такие тропки, что можно сократить свой путь во много раз. Нас поэтому и нанимают для таких дел.

- А в этом лесу есть такие тропки? - поинтересовалась я, как раз входя под тень высоких деревьев.

- Есть, конечно. Только до нее еще надо дойти, - сообщила эльф, явно что-то высматривая. - Но, давай-ка найдем сначала место для ночевки, а все остальное уже утром.

- Как скажешь. Ты же у нас проводник... самый лучший в Ладмении.

Мы свернули с дороги и нырнули в лес. Тиниэль то залетала вперед, с пристрастием осматривая деревья, то, вдруг, замирала на месте под стрекотание своих прозрачных крылышек и чутко прислушивалась к лесной тишине. Короче, являла собой образец первоклассного специалиста своего дела. В результате ее стараний мы, в конце концов, остановились перед огромным дубом, уходящим ветвями в небесную высь. Эльф вспорхнула на одну из его толстых веток, находящуюся в метрах трех от земли, и выжидающе на меня посмотрела:

- Ну, давай.

- Что давай? - непонимающе уставилась я на нее снизу вверх.

- Взлетай. Ты же алант, а аланты умеют летать, - добавила она ехидно.

- Умеют летать? Ничего себе! И как это сделать?

- Ты что, совсем ничего не умеешь? - спикировала ко мне эльф.

- А когда мне было научиться? - справедливо возмутилась я. - если я алантом то стала пару часов назад. А до этого вообще числилась у некоторых специалистов по свечениям в недоразвитых магах воздуха.

- Ну ладно тебе, - примиряюще протянула Тиниэль. - Просто у алантов и воздушных магов очень свечения похожи ... Тогда смотри, надо всего лишь захотеть, то есть "навещать" то, что ты хочешь сделать. Попробуй, - отлетела она, на всякий случай, подальше.

- Хорошо. Пробую навещать, - закрыла я глаза и сосредоточилась. - Я хочу летать... Ну и долго мне так надо стоять, прежде чем взлететь? - уточнила я у эльфа примерно через минуту.

- Ты что-то делаешь не правильно, - глубокомысленно выдала та. - Вот я, когда чего-то хочу, я это сначала представляю. Ты представила себе свой полет вот с этого места - ткнула она пальчиком в землю у меня под ногами. - и до той вон ветки? Да, и еще, алант Вета, не закрывай глаза... Давай, пробуй еще раз, - снова отлетела она в сторону.

В этот раз я подошла к вопросу полета со всей ответственностью и после слов "Я хочу взлететь", мысленно нарисовала себе маршрут...

- Во-от! - радостно констатировала факт моей посадки, подлетевшая Тиниэль. - Замечательно.

- Ты знаешь, - поделилась я с ней впечатлением, осторожно закидывая ногу на ветку. - это здорово. Я как будто стала вмиг невесомой.

- Еще бы, - радостно расплылась эльф. - Только глаза, все же не закрывай. Если бы ты их держала открытыми, то не приземлилась бы на ветку поперек ее да еще и на живот...

Я лежала на спине, с сумкой под головой, удобно устроившись на ветке, по ширине едва уступающей моей тюремной кровати, и смотрела сквозь листву на звездное небо. Тиниэль свесила свою ножку чуть выше и правее, с ветки поуже. Мне виден был лишь кончик ее курносого носа и часть рыжей шевелюры, шевелящейся под ветром.

- Тиниэль.

- Что? - сонно отозвалась она.

- Ты мне никогда не говорила, почему сбежала из своего Лазурного леса. Ведь там так хорошо и спокойно. И нет зимы, как в остальной Ладмении. Не надо зарабатывать себе пристанище на время холодов.

- Не знаю, - дернула она ножкой. - Мне вдруг стало там скучно. Я представила, что все свои двести лет буду каждый день видеть одних и тех же эльфов и единорогов. Жить одними и теми же заботами, потом найду себе нудного жениха и все такое... А ты почему ушла из своего мира?

- Наверное, по той же причине, что и ты, - немного подумав, ответила я. - Только человеческий век не так долог, как эльфийский. Вот и вся разница.

- Ну ты скажешь, - свесила ко мне голову Тиниэль. - Человеческий век. Ты ведь не человек, а алант. Аланты живут очень-очень долго.

- Как долго?

- Я слышала, что в столице есть алант, которому триста семьдесят лет, а выглядит он, будто ему, ну, как человеку, лет шестьдесят.

- Но, послушай, - привстала я с места. - А если, например, алант полюбит человека, то тогда как? Это же страшно, видеть, как твой любимый стареет, а потом и вовсе его потерять... навсегда... Нет, должен же быть выход... Вот моя бабушка, например. Она ведь очень быстро состарилась там, в том мире. Почему, как ты думаешь?

- Я не знаю. Возможно это произошло потому что она потеряла связь с силой, которая ее здесь питала... И вообще, ты мне такие вопросы задаешь, - запоздало возмутилась она. - Вот поезжай в столицу и спроси сама у своих сородичей.

- Если бы, - вздохнула я в ответ. - Мне пока в столицу никак не попасть. Без документов я там никто, да еще и с темным прошлым.

- Алант Вета, давай не будем сейчас думать о темном прошлом, давай лучше будем думать о солнечном будущем. Хорошо? - просяще улыбнулась эльф.

- Хорошо, подружка, - легла я обратно. - Давай будем думать о хорошем...

О хорошем думать пришлось не долго, потому что, едва я успела уснуть, Тиниэль меня немилосердно разбудила:

- Просыпайся, засоня, - устроила она сквозняк крыльями у самого моего уха. - Уже рассвет и тебе нужно попасть к знакомой Мабука еще сегодня.

Пришлось просыпаться и вспоминать, что я теперь алант и умею летать. В общем, Тиниэль осталась мной довольна. Да и я сама тоже. Особенно, когда пересилила свой страх и не стала закрывать глаза при возвращении на землю. Потом она повела меня еще дальше в лес и минут через тридцать замерла в воздухе прямо посредине небольшой поляны с травой по пояс.

- Это где-то здесь... - задумчиво изрекла эльф, кружась на месте. - Точно, вот оно! Давай за мной!

Я, подобрав одной рукой юбку, а другой, придерживая сумку, припустила за шустро порхающей девушкой и неожиданно резко затормозила возле тоненькой серебристой осинки, растущей с самого краю подступающего леса. Тиниэль обследовала ее от земли до самых верхних ветвей и с довольным видом развернулась ко мне:

- Это оно - дерево входа, ну, или выхода. Смотря кому, и в какую сторону надо идти.

- И как ты его выделила? Оно же совершенно обычное, - спросила я, с пристрастием разглядывая осинку.

- Смотри, - подлетела эльф к одной из ее веток. - Видишь, здесь цвет листьев не такой, как у остальных?

- Действительно, - всмотрелась я в ненатурально изумрудные листочки. - Но, это ведь...

- А я что говорила?! - с самодовольной физиономией прервала меня Тиниэль. - Эльфы - лучшие проводники. У нас чутье на такие места. Давай за мной, не бойся. - и ринулась, не опасаясь за сохранность своих крылышек, прямо сквозь листву. Я же, подумав секунду, нырнула вслед за исчезнувшим эльфом и... оказалась в совсем другой части леса - между поваленным дубом и вросшим в землю серым камнем. - Алант Вета, ты что, лесного духа увидела? - зависла передо мной Тиниэль. - Так ты не переживай. Они сами вас боятся. Пойдем, нам туда, - махнула она рукой вправо.

- Эльфийские тропки. Ну надо же... - еще не придя в себя, оглядывалась я по сторонам и поправила лямку сумки. - Веди, дальше, лучший проводник.

Тиниэль тут же встрепенулась и понеслась в известном только ей направлении, прямо на ходу, точнее, на лету, выдавая ценную информацию:

- Мы сейчас пересечем тракт, недалеко от моста через Вилюй, а потом немного в лес и там будет другой вход на другую тропку. А выход с нее уже как раз недалеко от твоего "женского" дуба...

Тракт мы пересекли и в лес зайти успели. А через несколько метров, в зарослях наткнулись на страшную находку. Первой "зависла", конечно, летящая передо мной, эльф. Потом к месту кровавой расправы выскочила и я, чуть не повредив, при этом себе нос о ее, работающие как вентилятор, крылья. На небольшом, метра три в диаметре, клочке, окруженном низкорослыми кустами, раскинулось на спине окровавленное тело мужчины с рваной раной на груди. А совсем рядом с ним, на боку и подогнув под себя лапы, лежал какой-то большой и тоже мертвый зверь с мечом, торчащим из живота. Зверь очень походил на волка-переростка с той лишь разницей, что почти черная шерсть его больше напоминала иглы, чем ворс, а морда была не слишком вытянутой.

- А я его знаю, - протянула Тиниэль, с видом криминалиста разглядывая мужчину. - Я его видела несколько раз на конюшне в замке. Он - наемный воитель и пришел на службу к твоему человеку вместе с Хлыстом, про которого ты мне рассказывала.

Я сделала несколько шагов в их сторону, стараясь не наступить в разбрызганную кругом по примятой траве кровь, и остолбенела - в отличие от эльфа, мне этот наемник встречался только один раз, но зато до сих пор подробности той встречи были очень яркими. Это был тот самый прыщавый парень с серым хвостом, что метал в привязанного к мишени Абрамку, нож. "Как он тогда сказал?.. Серьезные люди, занимающиеся делом... Интересно, какое серьезное дело привело его в это место, да еще в такой странной компании?". Эльф, тем временем вновь набрала высоту и категоричным тоном заявила:

- Не люблю мертвых. А ну-ка, алант Вета, отойди.

Я едва успела метнуться на исходную, как она, с самым решительным видом, щелкнула пальцами и труп тут же, сначала полыхнул невысоким голубым пламенем, а потом обвалился в пепельный контур человеческого тела.

- Ого! - только и смогла выдать я, по-новому взглянув на свою маленькую подружку с романтической прической.

Она залихватски мне подмигнула и подлетела теперь к животному:

- А вот таких зверей я еще не видела. Этот - какой-то странный. В наших лесах не водится, точно... Отойди-ка еще подальше. - наученная предыдущим опытом, я с готовностью сделала шаг назад, но тут же наступила на какую то сухую ветку, которая громко треснула и раскололась под моим ботинком. - А ну, стой! - вдруг замерла эльф и развернулась в сторону дороги. Мне с моей точки совсем не было видно, что ее так всполошило, но Тиниэль, через пару секунд, взмыла повыше, вытянула свою шейку, всматриваясь между придорожными деревьями, и тут же спикировала мне под нос. - Там люди. Они услышали тебя и уже идут сюда, - шепотом выпалила она. - Давай... туда, - ткнула пальцем в сторону самого ближнего дуба. - Быстро, - и тут же взмыла.

Мне ничего не оставалось, как взмыть следом за эльфом, на лету еще успев отметить, что, видимо, у меня уже пробуждаются какие-то инстинкты, раз я научилась стартовать так резво. Дуб, конечно, ни в какое сравнение с нашим прежним не шел, но, все же был довольно высок и прикрывал нас своей листвой надежно. Я удобно закрепилась ногами на двух ветках и ухватилась руками за ствол, но, в следующий момент чуть по этому стволу и не сползла. Потому что на то место, откуда мы с эльфом только что так срочно смылись, с мечом наперевес выскочил Борамир. А следом за ним, с разных сторон через кусты, проломились и еще пять человек в форме охраны графа. Последними на место преступления, "подоспели" двое в свободной одежде.

Наверное, на моем лице что-то такое отразилось, потому что Тиниэль, умостившаяся на ветке, рядом со мной, сделала мне "страшные" глаза и показала кулак. Я в ответ, прикусила губу и крепче вцепилась в ствол. Борамир же, тем временем, опустив меч, завис над мертвым телом зверя, рассматривая его самым тщательным образом. Вскоре, к нему присоединился седой мужчина, в котором я угадала, со своей высоты, Ольта:

- Не эту ли зверюшку, Ваше сиятельство, мы ищем вторые сутки? - спросил он.

- Возможно, - мрачно ответил граф и склонился еще ниже. - По крайней мере, когти очень похожи на те следы, что остались на ее последних объедках. А меч бадукский. Такие на местном развале по меденю за штуку...Ты раньше таких тварей видел? - повернул он голову к мужчине, а когда Ольт отрицательно покачал головой, выпрямился и глянул на остальных, замерших возле человеческого пепла. - А из вас кто-нибудь раньше встречал что-то подобное?!

Остальные тоже Борамира своими познаниями в животном мире Ладмении не порадовали.

- А вы вот сюда взгляните, Ваше сиятельство, - пригласил его один из "коричневых" к объекту эльфийской кремации. - Явно, работа мага.

Граф подошел к остальным и засунул меч в ножны:

- Да, а был когда то мужчиной. По пепельному отпечатку видно, - потом постоял еще немного в раздумье и взмахнул рукой. - Арон и Пит, останьтесь. Зверя на обочину и сжечь. И проследите, чтобы догорел до костей. Потом соберете, что осталось и в лесу прикопаете, чтобы проезжих не пугать. А остальные - за мной. Здесь нам больше делать нечего, - окинул он в последний раз взглядом место действия и направился в сторону дороги.

За ним потянулись и остальные, а на кровавом клочке между кустами остались лишь двое "свободно" обмундированных мужчин, по всей видимости, наемников. Они постояли немного, почесывая затылки и пиная сучки, и решили оттянуть неприятное занятие еще и светской беседой:

- И ведь нас с тобой оставил, не своих, - зло сплюнул тот, что был по крупнее. А второй, поджарый и с коротко стрижеными волосами, усмехнулся и похлопал себя по карманам:

- А ты как думал, не любит он нас.

- А нам-то на что его любовь? - логически рассудил крупный. - Нам главное, чтобы нас хозяин любил.

- Ага, и деньги платил... Слушай, Арон, у тебя перчатки есть, эту тварюгу ведь тащить надо? - спросил коротко стриженный. Его собеседник в это время подошел к туше и, упершись в нее ногой, выдернул меч:

- Нет. Они в седельной сумке остались. А ты травой ему лапы обмотай... Ты глянь, - протянул он окровавленный меч поджарому. - Вот уж не думал, что скупость этого Прыща нас так выручит. А то ж сразу бы опознал его граф, если бы вещь была хорошая, как и положено дельному наемнику.

Мы с Тиниэль еще больше вытянули шеи, прислушиваясь к разговору мужчин. Ноги мои и руки к этому времени уже порядком затекли, но маневрировать по стволу я все же не осмелилась, продолжая стоять дальше. Мужики же, наконец, решились на перенос тела к дороге, подступившись к нему с разных сторон, но, тот, что был похудее, вдруг заартачился:

- Ну, нет. Я так его не попру. Это ж где я потом руки отмою? И почему Конт и тварюгу эту тоже не спалил? Прыща спалил, а его нет.

- Да не Конт это сработал, я думаю, - вынес свое предположение крупный. - Конт еще вчера в свою пещеру к остальным хвостам вернулся. Где б ему сюда успеть?

- А кто ж это тогда? - удивленно уставился на своего подельника поджарый. - С кем Прыщ ее на охоту выводил?

- Он один был. Точно один, - задумался второй мужик, а потом выругался и поволок по земле тело зверя единолично.

Мы еще долго слышали их пыхтение и недовольные реплики, пока, наконец, не решились покинуть свое укрытие. Я осторожно приземлилась рядом с местом, где только что лежал странный зверь, и уперла руки в бока:

- Тиниэль, - позвала я эльфа в полголоса. - Мне одной в моем воспаленном мозгу послышалось, или на самом деле упоминалось имя Конта?

- Нет, алант Вета, тебе не послышалось, - так же тихо присоединилась ко мне эльф. - Обманывают они все твоего человека, и маг и наемные эти. Что-то здесь совсем плохо пахнет.

- Причем, в обоих смыслах этого слова, - зло процедила я и полезла в свою сумку.

- Что ты там ищешь? - сунула в нее свой курносый нос эльф. - Платок с духами? Так давай лучше продолжим дорогу. Что нам теперь тут делать?

Я же, еще сама не уверенная в логичности своего поступка, нашла в своих "закромах" маленький пакетик с бумажными салфетками, вскрыла его и вытрясла почти все содержимое на ладонь. А потом развернула сразу несколько белоснежных квадратов и, как варежкой, вырвала ими клок окровавленной зверем травы.

- Что ты делаешь? - расширила глаза Тиниэль, глядя, как я запихиваю обратно в полиэтиленовую упаковку свою "пробу".

- Честно говоря, не знаю. Но, раз мы с тобой сейчас на месте странного преступления, а иду я к сильному магу, то может она по этой крови сможет мне что-нибудь объяснить.

- Ну-ну... - тоже по-новому взглянула на меня эльф. - Тебе виднее, алант Вета. Давай за мной, если ты закончила. Да, и ступай впредь осторожнее...

Где-то, через час мы с Тиниэль прощались у завитого в стройную женскую фигуру, дуба. Эльф категорически отказалась сопровождать меня до самого дома Елании, а я, в общем-то, и не настаивала - у каждого свои дела и свои проблемы.

- Так ты сейчас куда? - во второй раз спросила я кружащего вокруг меня эльфа.

- О-о, у меня очень много скопилось дел, пока я сидела в этой клетке, - важно оповестила Тиниэль и подлетела к моему лицу. - Послушай, алант Вета. В Озерный замок я больше не вернусь, не буду еще раз испытывать свою эльфийскую судьбу. Так что, мы с тобой там больше не увидимся. Но, если тебе, вдруг, когда-нибудь понадобится мудрый совет, - хихикнула она. - или помощь друга, то тогда вызови меня.

- И каким образом? - открыла я рот.

- Это очень просто сделать, - взмахнула она ручками. - Помнишь, я тебе говорила, что у эльфов есть только две слабости - лошади и...

- Цветы, - подсказала я.

- Точно, - просияла Тиниэль. - Цветы, это наши души и мы с ними очень тесно связаны. Это, как... дриады и деревья, например. Так вот, чтобы вызвать эльфа, нужно сорвать в саду или на лугу цветок и произнести над этим цветком его имя. А потом этот сорванный цветок, или взять с собой или оставить на том месте, куда эльфу нужно будет прилететь. Вот и все, - пожала она плечиками.

- И ты прилетишь? - сузила я глаза.

- Да, если будут выполнены два условия, - хитро прищурилась девушка. - Ты должна знать мой цветок, а я должна дать свое согласие на такую тесную связь между нами.

- Ну и?

- Ну и вот, - резко вспорхнула она к моим глазам, а потом осторожно чмокнула в лоб. От этого места по моей коже пошел легкий и приятный озноб, а в голове будто зазвенели колокольчики. - Алант Вета! - торжественно объявила Тиниэль. - Я даю свое согласие на помощь тебе, как своему другу, в любое время. А мой цветок - колокольчик...

" Это, конечно, все очень мне льстит и совсем по сказочному", - думала я, быстро шагая по узкой тропинке в сторону дома Елании: "Но, если, например, помощь от шустрого эльфа мне понадобится зимой, когда она "впадет в спячку" или когда колокольчики уже отцветут, то где я его тогда найду? Посадить дома в горшке?"... Потом я вспомнила, что у меня и дома, пока еще нет... "В общем, живи спокойно, Тиниэль. Я буду по тебе скучать... где-нибудь"...

Глава 18

Елания...

А примерно, еще через час, я опять попала в сказку. Причем, со всеми полагающимися этому жанру атрибутами: лесной поляной, окруженной вековыми деревьями, бревенчатым домом на ней, с высокой печной трубой из камня и "водопадным" ручьем с горбатым мостиком, перекинутым через него. Оживлял же эту иллюстрацию из детской книжки мужчина, увлеченно занимающийся, недалеко от крыльца дома, колкой дров. И вся эта идиллия, после той примятой лесной травы в крови, показалась мне настолько нереальной, что я невольно притормозила. Потом с опаской дотронулась рукой до перил мостика... сделала первый шаг по его доске... "Нет, настоящий", - возрадовалась про себя, и дальше двинула опять увереннее.

- Извините, что... - едва успела произнести, подходя к "дровосеку", потому что мужчина, склонившийся в этот момент за очередной чурбашкой, замер, а потом круто развернулся, описав дугу правой рукой с зажатым в ней топором. - Ого, как тут гостей встречают! - ошарашено застыла я, вперясь в незнакомца взглядом.

На вид, он был моим ровесником, атлетического телосложения и роста, наверное, не на много меня больше. Лицо его я оценила, как довольно приятное, с крупными чертами. Хотя, глаза мужчины вносили какую-то дисгармонию в его чисто европейскую "блондинистость" - глаза были миндалевидной восточной формы и довольно темные. Что же касается "сказочной атрибутики", то при близком рассмотрении, ею оказались высокие кожаные сапоги, черные брюки и белоснежная рубашка, показушно расстегнутая на груди и с закатанными до локтей рукавами. А еще незнакомец, безусловно, был маг, с золотисто желтым свечением неизвестной мне "специализации".

- Чем могу быть полезен, госпожа алант, - нисколько не смутившись, слегка поклонился он, все так же с топором в руке.

- Вы мне можете быть полезны в том случае, если вас зовут Елания, - неуклюже отвесила я ответный поклон и покосилась на его "холодное оружие".

Незнакомец, наконец, намек понял и воткнул предмет моей тревоги в невостребованную чурбашку:

- Меня зовут Сим, - сухо отрекомендовался он, отряхивая руки. - Я племянник Елании и если вам нужна моя тетушка, могу ее позвать.

- Меня зовут Вета и... будьте так любезны, - в тон ему выдала я. - Если вас это не затруднит...

Тетушкин племянник скрылся в доме, одарив меня напоследок настороженным взглядом, а я, загрустив, опустилась на лавочку у крыльца. "Интересно, если такой у Елании племянник, то как тогда выглядит она сама? Выскочит вот сейчас баба с автоматом Калашникова и заставит писать явку с повинной. Да, вляпалась...". Но, сбежавшая через пару минут с крыльца женщина заставила меня облегченно выдохнуть, потому что, вопреки моим нездоровым прогнозам, была она совершенно мирного вида, миниатюрная и в просторном платье в клеточку. На вид, лет под шестьдесят, с приветливым, немного вытянутым по лошадиному лицом и свечением, таким же, как у Сима:

- Ты меня спрашивала? - улыбнулась она и уверенным жестом руки пригласила в дом.

- Да, - возбужденно подскочила я с лавочки. - Мне очень нужна ваша помощь, - а потом, вспомнив, добавила. - Меня к вам Мабук послал... Он, к сожалению, вчера ночью умер.

- Мабук... - задумчиво протянула Елания, обменявшись взглядами со своим племянником. - Ну, тогда понятно... Да ты заходи, дочка. Сейчас обедать сядем, за столом все и расскажешь.

Внутри просторного магического жилища было по-деревенски уютно и дурманяще пахло, развешанными на шестах под потолком, травами. Мне этот запах сразу напомнил детство и подействовал на, натянутые как струна нервы расслабляюще. Меня тут же усадили за стол и, пока женщина расставляла на нем посуду, а ее племянник нарезал на куски хлебную булку, я пялилась по сторонам, интуитивно цепляя взглядом другие умиротворяющие признаки нашего с бабушкой качелинского дома. Таких нашлось немало и, в конце концов, когда оба моих новых знакомых уселись напротив меня с полными внимания лицами, я уже была готова к откровенному разговору:

- Знаете, мне нужно в самые короткие сроки научиться победить мага, который очень хорошо владеет заклятием подавления воли. Очень нужно, - без предисловий выпалила я и закусила губу.

Елания удивленно хмыкнула в ответ и отложила свою ложку, а Сим остался неподвижным, и лишь его правая бровь взлетела вверх:

- Зачем это тебе? - глухо спросил он.

- Рядом с вами, в Озерном замке, творятся очень неблаговидные дела, которые, по моему мнению, не могут остаться безнаказанными.

- В Озерном замке... - повторил за мной маг, уже немного спокойнее. - И что же там такое неблаговидное творится? Русалки переселяются на Склочные болота или овцы не объягнились? Насколько я знаю, здешний правитель очень хорошо контролирует свои земли, а уж собственный замок... - развел он многозначительно руками и откинулся на спинку стула.

- А вы что, знаете обо всем, что творится в Ладмении? - оскорбилась я тут же на такой тон. - И вообще, я пришла к Елании, а не к вам... Мабук мне сказал, что...- посмотрела я умоляюще в глаза женщине. - что вы сможете мне помочь справиться с его учеником, Контом.

- Контом? - вмиг оживилась она. - Он ведь служит магом при графе Ракницком. Тот еще проныра, скажу я вам, - и покачала головой. - А на... племянника моего, ты, дочка, не обижайся. Он, хоть и очень важным себя представляет, но, маг толковый. И, если ты нам все подробно сейчас расскажешь, то мы, тогда уж решим, чем тебе помочь.

- Ну, хорошо, - вздохнула я и одарила мужчину тяжелым взглядом. - Только, вот, с чего начать?..

- А начни с самого начала, - оскалился в ответ Сим и скрестил на груди руки...

И я начала с самого начала, то есть, от самой двери в этот непростой, как оказалось, мир. А что уж было скрывать, если у меня вдоль всего тела, большими серебристыми буквами с золотым ободком было написано, кто я такая. Ну, а мое темное прошлое... Будущее Озерного замка, да что там, будущее Борамира, если уж быть с собой честной, было для меня сейчас гораздо важнее опасений за собственную судьбу. Тем более, если эти два мага действительно могли мне помочь. Хотелось бы в это верить...

А когда я закончила, скромно опустив в своем повествовании лишь некоторые сильно личные мотивации, то даже заслужила некоторую заинтересованность "важного" Сима, выраженную в четко поставленных вопросах:

- Опиши еще раз, как выглядел убитый зверь.

- Гораздо больше волка, вы же знаете, как выглядит волк?... Ах, да, я уже спрашивала...Окрас очень темный, почти черный. И то, что у него на коже, больше походит на иглы, чем на шерсть. А морда, какая-то приплюснутая, что ли, и очень широкая. Да, и еще в пасти много больших зубов, но сколько рядов, я не считала... Все.

- Допустим, - недовольно протянул мужчина и встал со стула. - А место, где все это произошло, ты показать сможешь?

- Только очень приблизительно. Это рядом с трактом и там еще где-то недалеко мост через Вилюй. И еще, это между двумя эльфийскими тропками.

- Ох уж эти мне эльфийские тропки... - скривился в ответ Сим и тут же смолк.

- Но, погодите! - хлопнула я себя по лбу и полезла в сумку. - У меня же есть кое-что. Возможно, это нам... это вам поможет. Вот, - держа двумя пальцами, протянула я мужчине маленький полиэтиленовый пакет с кровавыми салфетками внутри.

- Что это? - опешил Сим, а Елания заинтересованно склонилась к моей вытянутой руке.

- Это кровь убитого зверя, - скромно пояснила я.

- Ну, ты даешь, дочка! А-а, племянничек, как тебе такой... подарок?

Сим же впервые с момента нашей встречи посмотрел на меня без явного недоверия:

- Это уже кое-что... Так, девушки, - зажал он в своем увесистом кулаке мой "подарок". - Поступим следующим образом: я завтра с утра смотаюсь по подвалу в Куполград. У меня там есть знакомый некромант. Покажу ему кровь и будем все вместе очень надеяться, что ситуация с этим пещерным зверинцем и его хозяином прояснится. А ты, Вета, будешь ждать меня здесь и никуда без меня отсюда не сунешься. Договорились? - сверкнул он азартно своими восточными глазами.

- Договорились, - ответили мы с Еланией одновременно.

А потом я, наконец-то, заслужила спокойный обед... или, уже ужин...

В сгущающихся сумерках шум скачущего по камням ручья напоминал чью-то неразборчивую речь. Я сидела на лавочке в арендованной у Елании (и когда у меня в этой стране свой гардероб появится?) мужской рубашке, едва достигающей моих голых коленок. И сонно прислушивалась к "журчащим" словам, млея после жаркой баньки, протопленной магом: "Что он говорит?.. Вы не дождетесь?.. Чего вы не дождетесь?.. Дождя?"...

- Ты что, уснула? - неслышно подсел ко мне, обнаженный по пояс Сим, такой же распаренный, как и я с полчаса назад.

- Нет, - тут же встрепенулась я. - Просто воду слушаю... А это у тебя что?

- Да так, - небрежно повел мужчина рукой, почти полностью перебинтованной от предплечья до локтя. - Это то, почему я здесь нахожусь. Рана, которую Елания мне лечит.

- Но, повязка же насквозь мокрая? Давай ее размотаем, а потом перевяжем сухой? - самовольно дернула я за длинные концы "бинта".

- Не надо! - отпрянул от меня маг и попытался здоровой рукой вновь завязать распустившийся бантик. - Так затянется... На мне все быстро заживает.

- Ну, как хочешь, - пожала я плечами. - Погоди, я сама, - отстранила его руку и завязала бабушкин фирменный "тройной" бант, так нелюбимый мной в школе. - У тебя свечение сквозь капли на теле очень интересно мерцает.

- Неужели?.. - заинтересованно осмотрел себя мужчина. - И правда. А я и не замечал... А ты что, так постоянно через него и смотришь?

- Не знаю... Оно то появляется, то исчезает, это новое зрение. Я его как-то слабо контролирую, - честно призналась я. - У Тиниэль я вообще не замечала свечения, а у людей... как-то не до этого было.

- У эльфов ты его и не заметишь, - усмехнулся мужчина. - У них оно почти прозрачное и активируется только в момент большой опасности, да и то, скорее, как легкая дымка... А вообще, ты знаешь, - внимательно обвел он меня взглядом. - Это очень красиво...

- Что именно? - настороженно уточнила я.

- Увидеть вблизи свечение аланта, - сказал Сим и отвернулся.

- А ты какой стихии служишь? - тут же свернула я с "эстетической" тематики.

Мужчина, с мальчишеским азартом, провел рукой по влажным волосам, а потом открыл мне подставленную ладонь. Над ней, с легким шипением испаряющейся воды, повис небольшой огонек:

- Моя любимая забава в детстве.

- Значит ты и Елания - маги огня, - догадалась я.

- Так точно, - расплылся Сим и прихлопнул сомкнувшимися пальцами свое "ручное" пламя. - Так, ты спать то здесь решила?..

Робкий утренний лучик прополз по расшитой подушке, ткнулся в мою щеку и, как котенок, примостился на голом плече, совсем рядом с цацкой, тоже, наверное, "выползшей" на солнышко после лесной прохлады и тюремного полумрака. Я закрыла глаза и представила, что сейчас в эту комнату войдет кто-то очень дорогой для меня, улыбнется так, будто я - самое большое сокровище на свете и обязательно возьмет за руку...

- Ты проснулась уже?

- Да... Елания, - подскочила я на кровати.

Цацка, на одно мгновение, попала под "испуганного котенка-лучика" и пустила ослепляющий блик в ответ, прямо вошедшей женщине в глаза.

- Что это у тебя? - замерла маг.

- Бабушкино наследство.

- А ну-ка, дай глянуть, - приблизилась ко мне Елания. - Ирис. Символ алантов. ... Хорошее же у тебя наследство, - проговорила с расстановкой. - Да-а... - а потом встрепенулась. - Вставай, пойдем за стол. Все простыло уже давно...

Я проводила Еланию недоуменным взглядом до двери отведенной мне комнатки и выползла из своей "пристани несбывшихся надежд". А потом, пока, сидя за столом, скребла ложкой по тарелке с противно холодной пшенной кашей, женщина внимательно за мной следила, пристроившись напротив:

- И стоит он того? - огорошила меня первым же своим вопросом.

- Да, стоит, - тут же кивнула я, сразу поняв, о ком идет речь.

- А если все зря?

- То есть, вы сомневаетесь, что у меня получится одолеть Конта?

- Нет, дочка. Я про другое, - внимательно посмотрела мне в глаза Елания. - Если, не оценит он твоего поступка, если, не нужна ты ему будешь?

- Но, ведь... - опешила я, лихорадочно вспоминая, когда вчера успела все таки брякнуть про "сокровенное". - А, какая разница... Главное, чтобы я сделала для него... для Борамира, все, что смогу. Иначе, как мне жить?..

- Ну, хорошо, - вздохнула маг в ответ, будто что-то для себя решая. - Помогу я тебе, хоть... В общем, как доскребешь эту... гадость, - хмыкнула она - начнем учиться быть настоящим алантом...

А алантом быть оказалось совсем не просто. Это я поняла сразу же, как только открыла свой рот для первого протеста:

- Как это не умеют летать? - недоуменно уставилась на Еланию, курсирующую около меня по двору. - Но, эльф мне сказала, что аланты летают.

- Эльф? - ухмыльнулась маг. - Эти что угодно могут наговорить. Мозгов с кружец . Не живут, а порхают, по своим цветочкам... Аланты не летают, дочка, они могут лишь перелетать с места на место. Вот это у вас правда очень быстро получается, как, например, чихнуть или...

- Но, погодите. А как же легенда? Ведь там же ясно говорилось...

- На то она и легенда, - поставила женщина точку в диспуте и, наконец, остановилась напротив меня. - А хочешь, покажи мне, как ты это делаешь. Вдруг, ты действительно, такая особенная.

И столько в ее тоне было чистой провокации, что:

- Ладно, - самонадеянно приняла я вызов и отошла в сторону от Елании. - Я попробую...

И попробовала... Поначалу все пошло гладко. Чувство невесомости вновь вернулось ко мне, наполнив каждую клеточку тела состоянием легкой эйфории. Медленно, вертикальной свечкой с раскинутыми в стороны руками, я поднималась над землей и, сначала "цеплялась" взглядом за постепенно удаляющуюся фигурку Елании, а потом с замиранием в сердце, подняла глаза на открывшуюся панораму. Две озерные глади, как две распахнутые ладони, лежали внизу, по обе стороны от меня. Я повернулась в высоте, неуклюже "подгребая" рукой, и посмотрела себе за спину. Туда, где, переливаясь, как миллион разноцветных стеклышек, раскинулось еще одно озеро, уже гораздо больше обеих "ладоней". С севера в него вливалась широкая река, едва заметная мне сейчас из-за берегового леса, а потом устремлялась дальше, на юг, к морю Радуг... "Озеро "Сердце Шалбы", как же это прекрасно...", - вдохнула я полной грудью вольный ветер, треплющий мои волосы и еще шире раскинула руки... А потом эйфория начала испаряться, пустив по телу взамен током пробегающую дрожь. Я закусила губу, и попыталась немного отлететь спиной по горизонтали... Дрожь увеличилась, к тому же, стало трудно дышать... Я испуганно, опустила глаза вниз, лихорадочно ища, как маяк в ночи, хотя бы дом мага, но разглядела и ее саму. Женщина, по размеру сейчас не больше мизинца, отчаянно махала мне рукой и, по видимому, что-то кричала... В конце концов, "проколыхавшись" так, из чистого упрямства, еще пару минут, я, так же медленно начала спускаться вниз, трясясь всем телом и хватая ртом воздух. А при касании с землей, у меня вообще подкосились ноги и я шлепнулась на пятую точку прямо перед крыльцом дома, под сопровождение еланьиной "приветственной" речи:

- ...и ты ведь точно умом тронулась! Летать ей, видите ли, не терпится! Всем терпится, а ей одной приспичило, - а потом, добавила, уже спокойнее, отбросив надо мной свою изогнутую тень. - Ну как, очухалась немного?

- Ага, - кивнула я, стараясь одновременно глубоко дышать и как можно тише стучать зубами. - А-а... п-п-почему так... пр-р-роисходит?

- Ох, дочка, да потому что, очень много энергии отнимает настоящий полет, даже у аланта. Вот тебе сейчас придется ее долго восстанавливать... И ты вообще легко отделалась. Так что сиди и... дыши теперь, а я сейчас вернусь, - распрямила она спину и направилась в дом.

А я еще недолго посидела так, потом встала, сначала на трясущиеся колени, а потом уж совсем, отряхнула юбку и кое-как доплелась до лавочки. Елания же присоединилась ко мне минут через тридцать. Присела рядом и внимательно посмотрела, сначала в глаза, а потом мельком глянула на мое, заметно потускневшее серебристое свечение:

- А теперь ты будешь учиться правильно расходовать свои силы, дочка... Самое время. Мысленно закрой глаза... Я сказала, мысленно. Ситуацию вокруг надо контролировать всегда... А теперь загляни вовнутрь себя... Что ты видишь?

- Холод и темноту, - пробормотала я, видя себя изнутри, как "пустой сосуд". - Как будто я опять стала прежней, еще до Мабука... Нет, погодите, - заметила я на самом дне "сосуда" несколько мерцающих капель. - Осталось немного... "живого тепла" в самом низу живота.

- Это только у женщин, у магов и алантов есть такая припрятка, на крайний случай, - ухмыльнулась Елания. - Мы так устроены. Любой бы мужик на твоем месте, будь он сам Мастер, рухнул с такой высоты, даже не замедлив падения.

- Понятно... А у дриад вот другие... припрятки, - не к месту вспомнила я энергетическую заначку Лулияны.

- У дриад то? - переспросила маг и взглянула на дубы за ручьем. - Дриады вообще интересные создания. И эта твоя знакомая, еще не худшая из них...

Лет семь назад в Бадуке был громкий суд над магом воды и двумя его подельницами, дриадами, конечно, раз мы сейчас про них говорим. Рыцари Прокурата тогда мозги себе отшибли, пока дознания проводили у еле живых пострадавших. А дело все было поставлено так: маг этот подрядился на одну из местных золотоносных шахт в помощь рудокопам, так сказать. С магией то добыча быстрее идет и аккуратнее, обвалов меньше. А раз стихия была не его, да и силенок оказалось маловато, то нашел он себе этих двух красавиц. Уж не знаю, чем он их убеждал, потому что договор у них был полюбовным, но работала эта компания слаженно. Красавицы качали энергию из заезжих одиноких мужиков и таскали ее магу. А он этой краденой силой в шахтах горные породы ворочал и неплохие доходы имел.

- Погодите, - опешила я. - Как это "качали" и "таскали"?

- Да очень просто, - хмыкнула Елания. - Представь себе картину. На постоялом дворе, недалеко от Бадука, остановился на ночь проезжий. А дриада, им это, как аланту... чихнуть, проникает незаметно к нему в номер и вытягивает из памяти спящего мужика нужный женский образ. Ну, самый желанный, значит, для него. А потом, одурманивает его своими дриадскими чарами и в этом образе имеет, как полагается, до самого конца.

- Вот это да! - расширила я глаза. - И главное, их никто в лицо не узнает, они все время разные...

- Получается так. Страдали мужики, как говорится, за свою любовь. И страдали сильно. Потому что, когда по любви, то такой выброс энергии происходит, даже у самого обычного человека, что любому прокуратскому боевому рыцарю обзавидоваться.

- Красиво звучит, - отстраненно протянула я. - "Боевой рыцарь Прокурата". А они что, все маги?

- Не все, - буркнула Елания и, хлопнув себя по "клетчатым" коленям, быстро встала с лавочки. - Пойду я, сварю нам с тобой зеленый борщец. Племянник то мой вряд ли сегодня объявится, а ты сиди, дыши дальше.

- И долго мне еще свои силы восстанавливать? - вслед женщине уточнила я.

- Долго. В следующий раз думай, прежде чем взлетать в небеса.

- Хорошо, - "Но, оно того стоило"...

Часа через полтора, основательно нагулявшись по двору, пополоскав в студеной воде ручья голые ноги, и, даже помахав брошенным Симом топором над поленьями, я с радостью констатировала, что мой энергетический резерв полностью восстановлен:

- Елания! - влетела я в дом и замерла. - О, какой дивный запах, даже ваши травы перебивает...

- Это просто ты голодная такая, после своих полетов, - засмеялась женщина, повернувшись ко мне от дровяной плиты. - Садись, будем есть, потом все остальное.

Но, от меня так просто было не отвязаться. Полностью пришедшая в себя и подгоняемая тревогой за Борамира, я атаковала Еланию, не дав ей толком даже накрыть на стол:

- Да давайте я вам помогу, - настигла я ее у скрипучего буфета - А вы мне пока расскажите, что я умею, в принципе, и чему могу быстро научиться... Прямо сейчас.

- Да сядь ты уже, - потянула маг от меня тарелки. - И научись самому главному - терпению и спокойствию. Иначе, все твои знания против тебя же и обернутся... Сядь!

Пришлось на время затаиться и покорно плюхнуться на стул, но педагогическая жилка Елании (еще одна "галочка" из моего золотого детства), видимо, взяла свое и уже за столом она первая не выдержала:

- В тебе, дочка, слишком много страстей. Видимо, сказалась долгая жизнь в людском обществе. С одной стороны, это хорошо и ты всегда сможешь их, людей, то есть, понять, но для мага, а тем более, аланта, это - недостаток. Алант, в первую очередь, всегда должен сохранять холодный разум. А иначе как, с такой-то силой? - практически повторила она слова, сказанные мне когда-то Мабуком.

- А что, алантам запрещено любить?

- Алантам... - задумалась женщина. - Почему же, можно. Но, у них... у вас, другие ценности... были раньше, по крайней мере. Аланты способны на любовь, но для аланта всегда на первом месте был долг перед своими сородичами.

- Перед своей семьей? - непонимающе уточнила я.

- Это, в первую очередь, - кивнула Елания и погрузила деревянную ложку в наваристый бульон.

"Теперь мне понятна причина моей, как говорил Андрей, "родственной фобии". И очень не хотелось бы, когда-нибудь, встать перед выбором: любовь или семья", - мысленно озадачилась я и запоздало последовала примеру женщины...

А после обеда мы сдвинули тяжелый дубовый стол в сторону и перешли, наконец, к долгожданным практическим занятиям.

- Что ты должна знать и уметь обязательно! - подняла над моим носом указательный палец Елания - Знать, кто твой противник, уметь его обезвредить и еще, при необходимости, остаться нераспознанной для него до самого последнего момента. Вот с этого и начнем.

- Начнем, - повторила я и затаила дыхание.

- В этом мире есть четыре стихии, которым служат маги и... - на миг задумалась женщина - аланты тоже. Первая - огонь, моя родная. И мое свечение ты уже видела. Подпитываются маги огня открытым пламенем. Вторая стихия - вода. Свечение у них... - маг отошла от меня на пару шагов и в воздухе обмахнула рукой широкую дугу. Следом за ее пальцами, прямо между нами, как радуга, вспыхнула и повисла серебристо-голубая полоса, переливающаяся, словно вода в узкой колбе. - запомни, какое. Их сила - в любом водном источнике, от грязной лужи и до моря Радуг. Дальше, маги земли, - произнесла она, уже ведя другой рукой еще одну радугу, поверх предыдущей. Эта полоса была золотисто-бурой с серыми, как мелкие камешки, вкраплениями. - Вот их отличие. А сила, и это главное - в их ногах. То есть, если они соприкасаются ими с земной твердью. Поэтому, земные маги не любят высоких замков, а живут, в основном, в пещерах или, на крайний случай, одноэтажных домах... Теперь, маги воздуха. Они для вас самые близкие, - создала Елания третью радугу, серебристо-прозрачную, с маленькими вихрями внутри. Воздушники. Для того чтобы восстановиться, они просто должны подышать на открытом месте. Как ты сегодня... Ты все поняла, дочка?

- Да, - мотнула я головой. - Значит, поэтому, Конт так ненадолго останавливался в Озерном замке?

- И поэтому тоже, - буркнула маг и не надолго задумалась. - Есть еще одна разновидность магов. Но, их мало. Они могут быть опасны, но в основном, просто делают трудную работу за других. Это некроманты, - смахнула она все предыдущие, уже порядком потускневшие дуги, и создала новую. Эта оказалась очень выразительной и по своей структуре напоминала мою, но, с той лишь разницей, что была не серебристой с золотым ободком, а золотистой и с ярко бардовой каймой по краю. - Вот так они светятся. А силу берут совсем из разных источников. Ну, как тебе объяснить... гнев, ненависть, отчаяние, страх. Это их любимые лакомства. Поэтому и селятся они, в основном, в больших городах.

- А чем занимаются некроманты?

- Разными вещами занимаются... Вот, например, знакомый моего племянника из столицы, сейчас пытается по крови твоего убитого зверя войти в его память и определить логово... А вообще, это уже лишнее, не до этого нам с тобой, - смахнула некроманскую радугу Елания и скрестила на груди руки. - Давай-ка поучимся теперь "вещать". Готова?

- Ага. Жду не дождусь, - нетерпеливо переступила я с ноги на ногу.

- Ждет она, - насмешливо хмыкнула женщина - Сразу хочу тебе сказать, что силы алантов не безграничны. В этом ты сама сегодня убедилась. И сама же теперь знаешь, за какое время пополняется твой запас. Так что, пустить хороводом вокруг Ладмении Рудные горы или осушить весь Озерный край ты не сможешь, но... - подняла она палец вверх - все же, способна на много чего другого. Здесь главное, точно знать, что вещаешь. Представлять это с самых мелких подробностях... Давай попробуем, для начала, навещать что-нибудь очень нужное для тебя.

- А людей можно? - на всякий случай, уточнила я.

- Дочка, будь серьезней! - всплеснула руками маг и отошла в сторону. Тоже, наверное, на всякий случай. - Да, и имей в виду, с вещами из твоего старого мира здесь надо быть очень осторожной. Пробуй...

- Ладно... - мысленно внесла я поправку в свою "вещалку" и попыталась сосредоточиться на нужном мне образе, будто разглядывая его фотографию. А потом мысленно же произнесла: "Средство для чистки зубов".

В следующее мгновение мне в лицо ударил сильный порыв ветра и на дощатый пол с тихим шелестом осыпался разноцветный снег из травяных запасов Елании.

Я сконфуженно потупила глаза, но, тут же радостно подскочила на месте:

- Получилось! Смотрите!

- Куда? - зашарила взглядом, присыпанная сухими цветочками женщина.

- Вот же! Вот! - подсунула я ей под нос круглую стеклянную баночку с зубным порошком, которым пользовалась в замке. - Получилось... - с чувством прижала я ее к груди.

- Молодец, - сдержанно выдала маг и стряхнула со своей седой макушки целебные сухоцветы. - А теперь приберись здесь.

- С удовольствием! А где у вас веник?

- Веник? - опешила женщина - Зачем тебе он? Ты приберись, как это сделал бы алант, да и маг, тоже.

- Значит, прибраться, да? - азартно обвела я глазами комнату.

- Только пол! - спохватилась Елания и решила четко контролировать мои дальнейшие действия. - ...Так... и вокруг меня тоже... и половик верни на место... Молодец, - выдохнула она, наконец, с облегчением и присела на ближайший стул. - Это все конечно полезно. И пригодится тебе обязательно, но, в более спокойное время... А теперь давай о главном, о заклятиях противника, - произнесла она и быстро начертила в воздухе перед собой какой-то угловатый ярко оранжевый знак. В следующий момент от этого знака отделился и медленно поплыл в мою сторону небольшой сгусток огня. - Отбей его! - крикнула мне маг.

- Как?.. - потрясенно попятилась я назад.

- Как алант, силой мысли. Пробуй!

Я замерла и мысленно, очень сильно отбросила пылающий сгусток от себя... Звук опрокинутого стула, подсказал мне, что Елания это тоже оценила.

- Та-ак, дочка, - послышалось из-за лежащего на боку "укрытия". - В бою и если перед тобой враги, этот фортель, конечно, пройдет, но сейчас то, - перешла она на визгливый крик. - Какой хобьей матери ты творишь?! - и запустила в меня таким же.

Я же, не долго думая, "взорвала" его встречным порывом воздуха, еще на середине пути.

- Ого! - выдохнули мы с Еланией одновременно. Я - стоя с открытым от удивления ртом, и она - высунувшись сбоку, между ножками стула... А сверху снова пошел травяной снег...

После очередной уборки и наспех проглоченного ужина, я сидела за столом и сосредоточенно глазела в оглавление открытой передо мной внушающей своими размерами уважение книги. Рядом ждали своей очереди еще несколько, торжественно перенесенных магом с полочки в моей горнице. Сама Елания уже давно мирно сопела в своих "рустикальных" покоях. Мне же предстояло самым тщательным образом ознакомиться, изучить и запомнить все жизненно необходимое из этих магических раритетов.

- И что же здесь есть полезного? - повела я пальцем вдоль длинного списка зазывных сказочных тайн. - Бытовые заклятия. Чистка и починка одежды. Поддержание в чистоте тела. Дом сверкает, как кристалл. Магические тайны красоты... Очень интересно, - притормозила я. - ... но, не злободневно, - двинулась дальше. - Так... Так... Так... Оп-па! Заклятия повиновения. Ага... Заклятие "Камень". Это, позже. Так... Так... А, вот! Заклятие полного подчинения воли, - нашла, наконец, искомое место.

Дальше, на пожелтевшей от времени (все, как я люблю!) странице, шло пояснение, что это заклятие используется только с письменного разрешения Совета магов (ага, как же!) и в других случаях является запретным на всей территории страны. Под пояснением крупным жирным шрифтом был написан текст заклятия, читать который, я, честно говоря, побоялась даже про себя. Еще ниже красовалась схема его самого со стрелочками начала пасса и дальнейшего движения по кривым и плавным линиям. Это мне тоже предстояло запомнить, для будущего распознавания. А еще ниже был участливо предоставлен список сопутствующих успеху условий. На нем я остановилась уже с особым вниманием. Первым в нем значилось постоянное обновление действия, один раз в 5-7 дней. Вторым - зрительный и тактильный контакт с "подавляемым". На этом месте я ненадолго задумалась о вариантах оного и поежилась... А последним, третьим условием, было наличие на теле "подавляемого" дополнительного источника воздействия. И варианты: перстень, серьги, медальон... Медальон... Что то такое смутно припоминалось... В тот день, когда после нашего с Борамиром не очень приятного разговора об Тиниэль, он прижал меня к себе, я, под своей ладонью на его груди почувствовала что-то, показавшееся мне ужасно колючим. Что-то магическое там явно присутствовало, под его вязаной косовороткой. И еще, ночью, когда я разбудила его, чтобы порадовать своим "открытием" Ладмении... Он тогда сел на кровати и сонно тер глаза, а на шее, что-то было, на темном шнурке. Шнурок я запомнила, а вот сам медальон не разглядела. "Ну что ж", - произнесла зловеще - "Надеюсь, случай такой еще будет, и не только его разглядеть, а и запихать кое-кому кое-куда"...

Еще ниже значился способ избавления от воздействия заклятия. Магу, желающему это сделать, предлагалось: выполнить схему в обратном порядке и устранить дополнительный источник. Далее, самому избавленному клиенту рекомендовался душевный покой и (добавила я от себя) пересмотреть список друзей. А мне же, как "продвинутому" аланту, кроме запихивания в кое-кого пакостного украшения, было достаточно, со слов Елании: "Хорошо "почистить" свечение своего графа и сказать ему пару "ласковых" слов наедине".

- Надеюсь, что случай такой тоже будет, - так же зловеще оскалилась я, а потом, грустно вздохнула и на время захлопнула книгу.

Теперь следовало просмотреть и другие "рекомендации" Елании. Верхней в стопке из них оказалась небольшая, "карманных" размеров, темно синяя книга, совсем новенькая, на первый взгляд. Я открыла ее и замерла, узнав с первого же слова в названии: "Странствия рыцаря Герберта Лазурного по дорогам и тропам Ладмении". Точно такую же, но порядком потрепанную, мне оставлял на столе Борамир и тоже, для ознакомления с ней, в числе прочих. Но, мне тогда, язык ее повествования показался слишком вычурным и лишенным связи с реальностью. Поэтому я ее и забраковала, когда составляла свой конспект. А он, видимо, ее читал, и очень внимательно, судя по виду обложки... "Как тогда, за столом, сказал про Борамира Конт?... Старомодный романтик... Ну, конечно, а здесь, странствия рыцаря...", - логично рассудила я, но, оглавление, все же, открыла.

- Ага, - наткнулась тут же на нужную мне главу. - Магия земли, так, как я ее узрел... Ну-ну, узрел он, - и побежала глазами ниже. - А это что?.. Истинная красота женщины - аланта?.. Глава 18, страница 254. Посмотрим, как же выглядят мои ладменские сородичи...

Я осторожно, будто боясь вспугнуть надвигающийся момент познания, нашла нужную страницу и начала старательно вчитываться в витиеватый рыцарский язык: "То сумрачное утро застало меня в предместьях здешней столицы, города Куполграда, места чрезвычайно суетного и многолюдного. Мне, привыкшему к долгому уединению и познанию красоты окружающего мира, несносно было думать, что судьбой моей вновь уготовано посетить сей шумный град. Находясь в таком меланхолическом раздумье, я медленно двигался по пустынной в этот ранний час дороге, на своем верном Призраке, и не заметил следующую мне на встречу всадницу. Всадница поравнялась со мной и осадила своего вороного коня, казалось, составляющего с ней одно целое. Так грациозно они смотрелись вместе. Потом она откинула с головы своей черную накидку и я умер, вознесся и рухнул с самых высоких облак в самую глубокую бездну. Ибо женщина эта была прекрасна. Ее золотистые волосы волнами спадали с плеч, а очи ее сияли небесной синевой. Она была немалого роста и в седле держалась на одной со мной высоте, позволяя рассмотреть себя во всех своих небесных подробностях. На груди же незнакомки, на ее прекрасной коже, казалось, излучающей свет, я узрел медальон, каковой носить имеют право только истинные дочери этого древнего рода - такой же древний символ алантов, цветок Ирис. "Кто вы?", - спросил я ее, приложив свою обнаженную ладонь к сердцу - "Я должен знать, за кого готов сотню раз умереть и воскреснуть в муках любви, о, прекрасная незнакомка!" Женщина лишь одарила меня таинственной улыбкой и молвила: "Мне не нужна и одна ваша жизнь, доблестный рыцарь. Следуйте своим путем, а я пойду своим, вам недоступным. Но имя свое я вам назову. Меня зовут Неонилия. Прощайте же, доблестный рыцарь", - и пришпорила своего коня. Я же так и застыл, глядя ей вслед с разбитым навек сердцем, лишь тихо шепча: "О, моя Неонилия, как же ты долго ко мне шла". Ибо ни один смертный мужчина никогда не сможет удержать рядом с собой настоящую женщину - аланта"...

- Неонилия... - бормотала я, обхватив руками голову. - Моя Неонилия, как же ты долго ко мне шла... Неонилия... Неонила... Какой год описан в книге? - попыталась я в последний раз ухватиться за здравый смысл, так пропагандируемый мне знакомыми магами. - ... 2574-ый. А у нас сейчас 2621-ый... Вполне, при том, сколько аланты живут... Моя Неонилия... Моя Ветвяна, как же ты долго ко мне шла... Он знал... Он догадывался о том, кто я на самом деле, - закусила я губу и тихо завыла. - "И когда подыгрывал мне, слушая мой бред, и, когда обещал помочь найти семью, и, когда убеждал, что я именно отсюда родом... Он все знал... Но, все таки удерживал... Я не хочу, чтобы ты от меня уходила..."

Глава 19

Симаргл...

Вечер вчерашний был безвозвратно испорчен. Да и сегодняшнее пасмурное утро особого оптимизма не добавило. Мы с Еланией, только закончившие завтрак и обсуждающие за чаем, результаты моих научных исследований, узрели (тьфу!) дождались-таки Сима. Мужчина зашел в дом, мрачнее тучи. Хотя, по уровню мрачности, я смогла бы сегодня свободно с ним конкурировать. Окинув нас демоническим взглядом, выдвинул стул, уселся на него и скрестил на груди руки.

- Ну? - уже, по традиции, хором, выдали мы с Еланией.

- Что, испугались? - неожиданно радостно оскалился он. - Хотя, конечно, дело очень сильно осложнилось... А меня кормить сегодня будут?

- Я тебя сегодня убивать буду, - прошипела я в ответ. - И очень медленно.

Сим удивленно на меня покосился, но, кроме взлетевшей правой брови, ничем другим даже с места не сдвинулся:

- Я знаю, бывают и такие дни у женщин... И даже у алантов, - добавил он многозначительно.

- Это здесь совершенно не причем! - запальчиво выдала я, а в уме начала подсчет: "Да, вполне возможно. Надо проверить по календарику в кошельке".

- Я все равно, пока не поем ничего вам не расскажу, - перешел к угрозам маг.

- Да зачем тебе есть? - решила я ему отомстить за "такие дни". - От тебя и так какой-то курицей несет. Точнее, курятником, - хорошо принюхавшись, уточнила я тут же. Запах, действительно, сильно бил в нос. А про себя опять отметила: "Точно, скоро нагрянут, обычно только перед ними у меня резко обостряется обоняние".

И, видя, что правды в ближайшее время от мужчины все равно не добьешься, побежала в горницу, смотреть календарь. Однако краем глаза отметила, как Сим снял-таки, свою кожаную, проклепанную серебряными бляшками куртку, и понес ее в сторону двери...

Наконец, все условия были соблюдены и мы с Еланией вновь выжидающе замерли перед сытым и довольным магом. Хотя, в этот раз, во избежание рецидива, инициативу в свои руки взяла женщина:

- Ну, давай, рассказывай, племянник, что там у вас с твоим некромантом, очень сильно осложнилось.

- Да, девушки, - протянул Сим, и внимательно на меня посмотрел. - Придется просить помощи у власти. Иначе, никак.

- Как это, у власти? - опешила я. - Неужели, Конт так силен?

- Что, настолько плохо? - сухо, в свою очередь, бросила Елания и встала из-за стола.

- Ты, Вета, только не распахивай так свои глаза, - выставил перед собой руку маг. - Я сейчас вам все подробно расскажу, и ты сама поймешь, что иначе поступить никак нельзя, и это для твоей же пользы.

- Я сейчас не о своей пользе пекусь, - пробубнила я в ответ и тоже скрестила руки на груди. - И я тебя очень внимательно слушаю.

- Ну, уже кое-что... Зверь, которого вы с эльфом нашли - не местный. Это точно. К тому же, сильно изменен, в сторону увеличения выносливости и силы. Вот, посмотрите - руками над столом очертил он рамочку. Прямоугольник вспыхнул нежно зеленым цветом и начал заполняться изнутри, как двусторонний экран. И на этом экране прорисовался сначала силуэт, а потом и весь зверь, очень похожий на найденного в лесу, но...

- Это же волк! - удивленно воскликнула я, практически воткнувшись носом в магический монитор.

- Да, - удовлетворенно кивнул Сим. - Это то, из чего "лепили" нашего красавчика. Джингарский волк.

- Значит, все таки Джингар... - подошла к столу, до сих пор курсирующая по комнате Елания и с прищуром уткнулась в "прототипа".

- К сожалению, он, - хмуро глянул на нее маг и опять повернулся ко мне. - Джингарский волк. Очень умное животное, впрочем, как и любой другой волк. Водится у западных склонов Рудных гор. Там у них, со стороны Джингара, места совершенно глухие и местные пастухи их обходят милями севернее или южнее. А с нашей стороны, как раз и находится та самая пещера, Медвежья, в которой обосновался Конт со своими наемниками.

- Со своими? - встряла я. - Но, они же на... хотя, хозяин...

- Хозяин их Конт, - терпеливо кивнул Сим.

- А пещера, видимо, сквозная, - все так же глядя в рамку, произнесла Елания.

- А пещера сквозная, - подтвердил и ей маг. - От нас там видимость бурной рудокопной деятельности создается, специально, если кто-нибудь нос свой сунет проверить. А на самом деле, очень хорошо охраняемая площадь.

- А что внутри пещеры?

- Ну, Вета, - хмыкнул мужчина. - Туда не так-то просто попасть, хотя, я более чем уверен, что внутри там эти самые зверюшки и выращиваются в неизвестном пока числе. Вот и некромант мой тоже самое подтвердил.

- А выращиваются они, то есть видоизменяются, с помощью магии?

- Нет, - уверенно ответил Сим. - Это просто звери, но очень сильные, агрессивные и, к сожалению, хорошо управляемые.

- Видно, не совсем хорошо, - возразила Елания, вновь присаживаясь к нам. - раз порвал один из них своего... дрессировщика.

- Ну да, случился казус, - скривился маг. - С кем не бывает? Там все дело в ошейнике было. Через ошейник зверем и управляли, но как-то так получилось, что зверь от него избавился. И вот вам результат. Я потом, все-таки нашел это место, - довольно расплылся он мне. - Облазил все вокруг на милю и кое-что выяснил.

- Нашел ошейник? - подалась вперед женщина.

- Нет, но нашел его огрызок, вместе с веревкой, а еще, "магические лохмотья" навещенного недавно подвала. Видимо, Конт меня опередил. Он-то, в отличие от меня, знал, куда ему надо.

- Но, был сильно удивлен, что в ошейнике зверя нет.

- Да, Вета, ты права, - констатировал Сим и смахнул рукой уже ненужную рамку. - Более того, я думаю, что он и проводил этого наемника вместе со зверем в такую даль, подальше от своей пещеры и Озерного замка, тоже через подвал. А потом за ними вернулся. В условленное время.

- Ну, хорошо, - вздохнула я. - С этим я мало-мальски разобралась и поняла, что одной мне с ним... со всеми ними не справиться. А что же теперь мне делать?

- А что ты сама планировала? - задал мне встречный вопрос мужчина.

- Ну-у... - протянула я и задумалась. - Четкого плана у меня не было. Я это себе, все больше в ярких картинках представляла... А вообще, я бы, сначала сняла с графа заклятие, потом медальон и все бы ему рассказала. А уж он-то точно будет знать, что дальше делать, ведь это его земля.

- Это, если ты успеешь ему рассказать и, если он тебе поверит, - сузил на меня свои восточные глаза мужчина. - И то, в лучшем случае.

- Почему? - выдохнула я.

- Да потому что ты - беглая преступница и тебя люди графа Ракницкого ищут по всему Озерному краю - "убил" меня Сим. - Да и за его пределами, я думаю, тоже... хотя, не так открыто.

- О-о, - округлила я глаза. - И что же теперь делать? Как мне до него "достучаться"?..

- Вета, скажи мне, а зачем стучаться тем, кому и так открывают все двери? - самоуверенно расплылся маг. - Мы пойдем с тобой в Озерный замок вместе и захватим с собой представителей государственной власти. Тогда Его сиятельству просто придется нас выслушать, причем, очень внимательно.

И, хотя, речь его была произнесена только, чтобы меня успокоить и вселить уверенность, что-то во взгляде мужчины мне совсем не понравилось:

- Погоди, а как же Конт? Ведь это он должен быть наказан, а не граф. Граф здесь и сам пострадавшая сторона.

- А, участие этого мага земли в торжественной встрече строго обязательно, - уверил меня Сим. - Вета, вспомни, когда он был в Озерном замке в последний раз? Сколько дней назад? Это важно.

- Я знаю, читала про обновление заклятия... - буркнула я, загибая пальцы на руке - ... Это было три дня назад. Точно.

- Получается, у нас в запасе, самое малое, еще два, считая и этот день, - подала, наконец, голос Елания.

- Два дня!.. Надеюсь, граф проведет их без лишних потрясений.

- Ага. В седле на дорогах Озерного края... Кстати, надо еще наставить "колокольчиков" за поляной и у тропинки, на всякий случай, - сорвался Сим с места и исчез за хлопнувшей дверью дома.

- Ну, а мы с вами, чем пока займемся? - скривилась я женщине в вымученной улыбке.

- Ну, а мы с тобой, дочка, - похлопала она меня по руке. - сначала успокоимся, как настоящие алант и маг, а потом продолжим наши практические занятия...

А практиковались мы в этот длинный-длинный и пасмурный день до самого вечера. Вначале с Еланией и уже во дворе, а потом к нам присоединился и Сим, страдающий от временного безделья. И очень вовремя, потому что я тут же решила проверить на нем заклятие "Камень", найденное вчера в книге. "Камень", в отличие от полного подчинения воли, хоть и относился к одному с ним разделу, но волю "жертвы" оставлял не тронутой. А вот тело, тело словно каменело, замирало в той позе, в какой ее и настигло заклятие.

Мага оно настигло пьющим из ведра воду... Я выждала, на всякий случай, несколько секунд, а потом осторожно к нему подошла:

- Так, куриный король. И что же мне с тобой сотворить? - зашарила взглядом по двору и вскоре наткнулась на кострище у мостика. - Подожди меня здесь, никуда не уходи, я сейчас, - многообещающе ему подмигнула и понеслась искать подходящий для "боди-арта" уголек. Мужчина так же многообещающе проводил меня взглядом. Но, едва я склонилась за нужным мне "мелком" как:

- Тебе помочь? - вкрадчиво поинтересовался он, с ведром над моей головой.

Я интуитивно дернулась в сторону, а потом, совсем неожиданно для себя, взмахнула в воздух, метра на три от него, да так там и зависла, прямо над ручьем, круто развернувшись. Мужчина окаменел теперь уже по другой причине:

- Вот это да... Вот это оно и есть, истинный алант... - и опустил, наконец, ведро с водой на траву.

- А что, бывают еще и подделки? - радостно колыхаясь, уточнила я у него.

- Подлети ко мне поближе, я тебе расскажу, - приподняв правую бровь, предложил он и демонстративно потянулся за ведром.

- Ты мне лучше расскажи, как ты от "Камня" избавился. Я что-то неправильно сделала?

- Вета! Я же маг, причем хороший, - засмеялся Сим. - Со мной такие трюки не срабатывают... И если бы ты могла меня слышать, то сразу бы это поняла.

- Слышать тебя? - удивилась я и решила, все-таки, спуститься на землю. - Да я тебя сегодня с самого утра только и делаю, что слушаю.

- Нет, слышать по-другому. Слышать в своей голове мой голос.

- Научи меня, - с готовностью подошла я к нему. - Я хочу это уметь, только...

- Мы сможем только разговаривать. И все. Ничего лишнего друг о друге не узнаем. Просто это заметно облегчит дело в нужный момент.

- А с Еланией ты тоже так общаешься?

- Да, конечно.

- И на каком расстоянии я смогу тебя услышать, если возникнет такая необходимость?

- Ну... - ненадолго задумался мужчина. - Если я буду в Куполграде, ты до меня точно не докричишься, а вот миль за десять отсюда, то вполне. Тебя устраивает?

- Что я должна сделать?

- Я тебе покажу, - шагнул он ко мне и дотронулся своими холодными пальцами до моего виска. - Сделай тоже самое... другой рукой будет удобнее... Произнеси про себя мое имя... Вета... А теперь... поцелуй меня в губы.

- А с Еланией ты тоже целовался?

- Ну, в исключительных случаях можно обойтись и без этого, - нагло ухмыльнулся маг.

- Послушай, Сим. Если ты решил меня смутить, то тебе это вряд ли удастся, - развернулась я в сторону дома.

"Я знаю, но буду пытаться и дальше", - прозвучал у меня в голове голос мужчины.

"А не пойти бы тебе попытаться к хобьей матери?", - ответила я ему так же мысленно, но с большим чувством, уже с крыльца. А в ответ услышала лишь искренний мужской смех...

После ужина я опять засела за книги, лихорадочно поглощая своей новой, аланской памятью все, что казалось мне хоть немного нужным для жизни в этом мире. "Как тогда сказала мне доктор, обследующая мой мозг?" - оторвалась я от заклятия против укусов насекомых: "У меня там еще много свободного места, готового к использованию". Вот теперь-то я знала, чем его забить... А потом к нам нагрянули гости. Нет, сначала в дом влетел Сим:

- Вета, живо в свою комнату! - скомандовал он мне. - У нас колокольчик на тропке сработал.

Я подорвалась с места, а Елания, бросив недомытые тарелки, сгребла мои забытые на столе толмуты и пихнула их в буфет. Потом чинно уселась на стул с недовязанным полосатым носком в руках. Но, это я уже видела через стену своей горницы, замерев за дверью в позе суслика, и мысленно успев порадоваться, что заклятие прозрачности тоже не было мной упущено. Тем временем, в дом вошли, сначала маг, а потом еще трое, в до боли знакомой мне темно коричневой форме личной стражи Борамира. И одним из вошедших был Ольт. Мужчина, как и его спутники, выглядел очень уставшим и помятым:

- Вечер вам добрый, госпожа маг, - слегка поклонился он Елании. - У нас к вам есть один вопрос.

- Ну что ж, - чинно привстала со своего места женщина. - Проходите, чем могу, помогу вам, охранники правителя Озерного края.

Я мельком глянула на Сима, застывшего у двери, а потом с ужасом вернулась глазами на один из стульев у стола, на спинке которого раскинулся мой, забытый там со вчерашнего вечера меховой жилет:

"Сим... Сим", - в панике заскулила я мужчине.

Он дернулся, бросив быстрый взгляд в сторону моей закрытой двери: "Что тебе? Сиди тихо, они сейчас уйдут".

"Мой жилет - они могут его увидеть".

"Где он?", - зашарил глазами маг. - "Вижу, сейчас...", - и важно направился прямо к столу, обогнув по дороге Ольта. Потом уселся на злополучный стул, причем раскинувшись на нем так, чтобы закрыть собой узкую спинку с черно-бурой "уликой" на ней. Со стороны же все происходящее сейчас "шоу одного актера" выглядело, как явное неуважение к представителям местной власти, что, впрочем, мужчину, ничуть не заботило, а даже наоборот: "Все нормально, растяпа. Да, а почему ты говоришь шепотом? Ты ведь можешь даже кричать!", - проорал он мне прямо в мозг и удовлетворенно расплылся. "Зрители", молчаливо дождавшись финала, наконец, вернулись к прерванному разговору:

- Госпожа маг, - произнес Ольт, косясь на довольного Сима. - Мы разыскиваем девушку, исчезнувшую из Озерного замка несколько дней назад. Не встречали ли вы кого-нибудь постороннего вблизи своего жилища?

- Нет, - ни секунды не подумав, пожала худенькими плечами Елания. - У нас здесь места глухие и ко мне заходят лишь селяне из ближайших деревень, да и то, за настоями и отварами, но, я их всех давно знаю.

"Сим", - заелозила снова я. - "Спроси у него, за что меня... ее разыскивают?", - но, потом подумала и добавила. - "Хотя, лучше сиди и молчи, а то и так со стороны выглядит, как..."

"Хобья мать?", - подсказал мне маг, но рта не открыл. Тем более, в это время Ольт вновь обратил на него свое внимание:

- Господин маг, не могли бы вы показать мне свой паспорт? - совершенно спокойным тоном поинтересовался он. Сим изобразил на своем лице крайнее удивление и, как будто даже склонился к ближайшему стулу, но, вместо того, чтобы выполнить требуемое, под столом быстро начертил в воздухе "Знак доверия". - А, впрочем, - тут же спохватился Ольт. - Это ни к чему, - и направился к выходу, еще раз качнувшись Елании от порога.

Следом за ним, так же учтиво, дом покинули и его подчиненные. И в комнате воцарилось молчание...

- Ну и чего ты такая кислая? - скрестил надо мной руки Сим. - я же сидела на своей кровати, так и не покинув ее после ухода "гостей", и смотрела в одну точку. - А хочешь, я завтра покажу тебе Ладмению?

- На картинках в книге? - скептически уточнила я.

- Нет! Настоящую. Ты же здесь совсем еще ничего не видела, кроме этой приграничной глухомани. Хочешь? - присел он передо мной на корточки. - Заодно поучишься прокладывать подвалы.

- Ну, хорошо. Только покажи мне что-нибудь совсем необычное, - капризно "задрала я планку".

- Договорились, - азартно отозвался мужчина. - Тогда до утра. Я тебя рано подниму, - и ушел спать к себе на "наблюдательный" чердак...

Разбудил меня Сим еще перед рассветом. Я вышла на крыльцо и сразу запахнула свой треклятый жилет. Небольшая полянка была окутана плотным туманом и, где-то в этом тумане, сейчас приглушенно шумел ручей. Мужчина ждал меня на ступенях крыльца и зевал в прикрытый ладонью рот:

- Самое время увидеть мир. Ты готова?

- Конечно, готова, - зевнула я в ответ. - Откуда стартуем?

Он недоуменно на меня глянул и поднялся наверх:

- Я не знаю, что ты имела в виду, но отправляемся мы прямо отсюда, - и прочертил в воздухе над ступенями какой-то заковыристый знак. В результате, пространство над лестничным пролетом постепенно начало темнеть и через зыбкие тяжелые сгустки проступили камни полукруглой невысокой арки, уходящей вглубь.

- Это и есть пространственный тоннель? - заглянула я вовнутрь, совершенно легкомысленно, и даже "пустила" эхо в темный коридор. - У-у!

"У-у", - радушно отозвался мне магический подвал, совсем, как настоящий, а Сим от себя добавил:

- Ты знаешь, Вета, а тебя трудно удивить, - и шагнул туда первым. - Пойдем, только, дай мне руку.

- А, ты постарайся, - протянула я ему свою и ступила на вполне реальные камни, но, не успела сделать и пяти шагов в кромешной тьме, как... оказалась на подвластной всем ветрам площадке, огороженной деревянными перилами, и сначала попыталась лишь до конца открыть глаза...А потом увидела, что мы с Симом сейчас очень высоко. И, настолько высоко, что просто захватывает дух, потому что под нами в облаках, как в молоке, лежали горы, только горы кругом...

- Это тоже Ладмения? - пораженно спросила я, выпуская пар изо рта.

- Конечно, Ладмения, - кивнул довольный Сим. - Да ты замерзла. Давай, я тебя укрою, - и подошел ко мне сзади. Потом распахнул свою куртку и опасливо, будто боясь, что я начну брезгливо фыркать, укрыл меня ей, а сверху еще и обхватил руками. - Теперь теплее?

- Теплее... Только пахнет твоими курицами, - сморщила я нос, а маг громко рассмеялся.

И этот смех так странно звучал в разряженном горном воздухе, что мне показалось даже, что голова моя закружилась, но потом Сим резко развернул меня в другую сторону и вскинул руку:

- Смотри! Восход солнца! Неужели и это тебя не удивит?

Да как такое могло не удивить?.. Солнце, еще не яркое, полусонное, медленно поднималось из облачного молока между горами и все вокруг него, прямо на глазах, из предрассветно серого окрашивалось в золотисто розовый цвет.

- Небо сейчас очень похоже на твое свечение, - произнес Сим прямо мне в ухо.

А мне этот момент до боли напомнил совсем другой, совсем другого мужчину и совсем другое место:

- ... Сим, покажи мне еще что-нибудь ...

- Хорошо, - согласился он и прямо через меня нарисовал нужный знак. - Прошу вас, госпожа алант, - осторожно впихнул меня вовнутрь проступившего подвала, распахивая свою куртку...

И снова в лицо ударил ветер, но теплый и... соленый. Я завертела головой по сторонам и прямо перед собой увидела огромное синее море и такое же бездонное синее небо над ним, и только тонкая белая полоса на самом горизонте, разделяющая стихии воды и воздуха. Но, опять, откуда то, сверху... с высокой голой скалы, на которой мы сейчас стояли.

- Это море Радуг, южная граница Ладмении, - пояснил Сим. - А вон там, - показал он рукой налево. - старая ее столица.

- Тайриль, - разглядела я сумрачный белокаменный город и огромный порт с сотнями спущенных парусов.

Но, один из них, все же, был в море сейчас. Он скользил на волнах, куда-то вдаль, к горизонту, и был похож, в этом зыбком свете, скорее на призрак, чем на настоящий корабль. Сим тоже его заметил и сейчас мечтательно улыбался, провожая взглядом:

- Когда-нибудь я разбогатею и куплю себе такой же корабль. А потом буду плавать на нем по всему миру.

- Один?

- Один?.. Нет, - подумав, ответил он. - Я возьму с собой ту, которая захочет разделить со мной этот мир, - а потом, как-то грустно усмехнулся. - Давай сядем на самом обрыве.

- Давай, - с готовностью согласилась я и примостилась на относительно ровный камень, свесив ноги вниз. Сим устроился рядом и касался сейчас меня своим раненым предплечьем. - Я ведь про тебя совсем ничего не знаю, Сим. Ты про меня знаешь... почти все, а я, совсем ничего. Так нечестно. Тебе не кажется?

Он надолго замолчал, а потом пожал плечами:

- А что тебе рассказать? Я показал тебе свои самые любимые места. По-моему, это главное, что ты должна обо мне знать.

- А почему ты мне помогаешь? - не отступалась я.

- Вета, - беспомощно взглянул на меня мужчина. - Давай я лучше тебя обниму и мы молча встретим рассвет над морем Радуг.

- Я поняла, - мрачно покачала я головой. - Ты просто не хочешь говорить на эту тему... Ну, хорошо. А я, тогда, не хочу больше здесь сидеть, - решительно соскользнула я со скалы вниз и, пролетев метров двадцать вдоль обрыва, приземлилась на песок. Потом скинула жилет и ботинки и направилась к морю, даже не взглянув на мужчину на каменной круче.

- Ну, надо же! - шла я по воде вдоль берега, раскидывая брызги в разные стороны. - Тайны мадридского двора. Не хочет он говорить. А использовать меня в темную его благородство позволяет?.. Куда ж ты опять вляпалась, дура ты безнадежная... И кого ты притащишь за собой в Озерный замок?..

"Вета!", - услышала я в своей голове крик Сима.

"Что?!", - развернулась к нему и задрала голову вверх.

"Или ты сейчас ко мне поднимаешься, или я прыгаю к тебе", - с угрозой произнес он, стоя у самой кромки.

"Не надо... Я иду" ...

Елания торжественно встретила нас дымящимися оладьями на большой расписной тарелке, но, тут же, сникла:

- Что произошло? - проводила она взглядом хмурого Сима, сразу же рухнувшего на стул возле стола.

Дальше, видимо, их диалог продолжился на другом уровне, потому что я больше, из своей комнаты, не услышала ни слова, хотя дверь преднамеренно, оставила открытой. Потом нервно покрутилась на месте и скинула ботинки. Уселась на кровать в свою позу мыслителя и захлопнула, все же, дверь, правда, уже, как алант. Предстояло о многом подумать...

Ощущение того, что меня используют в своих целях, возникло у меня сразу после вчерашнего утреннего разговора с Симом, и разгадка была где-то рядом. Я чуяла ее носом... носом...

Как то мы с Борамиром возвращались с редкой вечерней прогулки и он, уже во дворе замка, закинул голову и что-то тихо пробормотал, глядя в небо. Я переспросила его, а он лишь хмыкнул: "Что-то разлетались, уже который день, прокуратские курицы...". Прокуратские курицы, так он их назвал... Грифоны, в народе зовущиеся "курицами Прокурата". На них летают рыцари Прокурата, используя, как средство наблюдения за тем, что творится на земле. Я это читала в одной из книг и даже видела там картинку самого грифона, сплошь покрытого перьями, с клювом орла и телом льва. Курицы... И от Сима, когда он вернулся вчера, тоже ощутимо несло мокрыми перьями. Я этот запах помнила еще с детства и сразу его узнала... А эти его цепкие взгляды, высокомерные ухмылки и четко поставленные вопросы... Да и Елания, "божий одуванчик" с повадками следователя... Нет, надо было все проверить, но, использовать себя я позволить не могла... Вот только, нужен веский противовес, которого у меня пока нет...

- Ну что ж, господа конспираторы, поиграем пока по вашим правилам, а там, видно будет, - зло усмехнулась я и спрыгнула с кровати...

А за столом было по-прежнему тихо. Сим настороженно покосился на меня и продолжил жевать свою оладью. Я же села напротив и подвинула к себе общую тарелку:

- Ох, как же я проголодалась, Елания, - сказала совершенно искренне и выбрала самую румяную из, уже однобокой, горки. - А вы что такие вялые?

Маг уставился на меня с немым изумлением в глазах, а "божий одуванчик", наконец, расслабленно расплылась:

- Ну вот. А я уж думала, что ты совсем из своей комнаты не выйдешь. Ешь, давай, дочка. Я еще напеку.

- Да что вы! - возмутилась я с уже набитым ртом. - Просто, мне Сим в облаках предложение сделал, вот я и растерялась сначала. А теперь буду думать. Очень хорошо...

Мужчина, после таких слов, чуть всерьез не подавился, а Елания, сначала замерла, а потом перегнулась на своем стуле от смеха.

- Так может, пока ты... думаешь, - медленно произнес он, облизывая с пальцев сметану. - мы займемся делом и потренируемся в боевой магии? - и с вызовом глянул на меня.

- Да с удовольствием, - оскалилась я в ответ. - Только, вот, в баньку схожу, ноги сполосну от морской воды. Елания, у нас ведь еще баня не остыла? - бросила, вытирающей глаза, женщине.

- Нет, - махнула она рукой. - Иди, не бойся. Вчера ведь подтапливали. А если что, Сим тебе жару поддаст. Он ведь у нас такой горячий, - снова зашлась она смехом.

- О, да, - протянула я в ответ уже с порога - Боевой маг огня...

В баньке, вообще-то было прохладно, но я это заметила уже одеваясь, а еще я заметила, что цацка моя как-то странно потускнела и подумала: "Что, возможно, это от местной воды и надо ее почистить". А потом сняла и с усердием отдраила мочалкой...

Сим все это время нетерпеливо прохаживался у крыльца, пылая снаружи (свечением) и изнутри (праведным гневом). Мы обменялись кривыми поклонами и разошлись по разным сторонам поляны. Елания же, заняла стратегическую позицию на лавочке. Хотя я, на ее месте, выбрала бы себе более достойное укрытие, например, за стулом, так как планы у меня на этот поединок были совсем другие:

- О, благородный рыцарь! - затянула я заунывно. - Вы позволите, я буду так вас называть, как достойного представителя мужского пола? - "запоздало" уточнила у слегка напрягшегося мага. - Так вот... о, благородный рыцарь! Неужели вы поднимите руку, да еще с этим страшным огненным шаром на беззащитную девушку? - Сим демонстративно подкинул вверх свое горячее оружие, но даже рта не раскрыл. Пришлось продолжать мне - О, благородный рыцарь! Неужели у вас не дрогнет сердце, когда вы запустите этот страшный огненный шар прямо в беззащитную девушку?

- Вета! Кончай нести чушь. Если бы ты действительно была так беззащитна, то не выражалась бы как... своим девичьим языком, а нашла бы ему более достойное применение. Ты только оттягиваешь неизбежное. Начинай!

- Более достойное применение? - получила я, наконец, желанную "зацепку". - Уж не намекает ли благородный рыцарь, на то, что беззащитная девушка не умеет владеть своим языком в других... более приятных ситуациях? - бедный Сим - мне стало его искренне жаль, но пришлось идти и на это. Он сначала открыл свой рот, потом закрыл и погасил в конце концов огонь в руках. А вот такой поворот меня совсем не устраивал. Пришлось идти "ва-банк". - А мне кажется, что дело здесь совсем не во мне, то есть, беззащитной девушке. Просто благородный рыцарь так озабочен своими подвигами во имя Ладмении, что совершенно потерял грань между долгом и моралью!

Долгожданная реакция мужчины, как я и планировала, была бурной, но вместо того, чтобы плюнуть и саморазоблачиться, он, почему-то решительно пошел в мою сторону. Я застыла в предвкушении результата. И он последовал: маг, сгреб мое, до крайности озадаченное лицо в ладони, подтянул к себе и со злорадным: "Ты сама напросилась" очень умело и я бы сказала, не очень благородно, поцеловал. Потом отстранился и расплылся в довольной улыбке:

- Ну что, беззащитная девушка, будешь еще испытывать судьбу? - и вновь подтянул меня к себе.

- Не надо, - схватилась я за его руки выше локтей, а потом вспомнила про рану и отдернула правую. Там, под закатанным рукавом свитера, на наложенной на рану повязке красовался бабушкин авторский тройной бант, слегка потрепанный, но вполне узнаваемый... Вот тут-то, наконец, в моей не очень разумной голове все встало на свои места.

- Ты что? - непонимающе выдохнул Сим.

- Ничего, - процедила я в ответ и с силой оттолкнула его от себя, но то, что произошло дальше, не могли предвидеть никто из нас троих.

И вместо того, чтобы просто отпрянуть, Сим отлетел от меня метров на пять, а потом ощутимо хлопнулся на спину, да так и замер на земле, раскинув конечности. И в могильной тишине, нарушаемой только шумом ручья, прозвучал испуганный голос Елании:

- Дочка, а где твой медальон?

- Какой медальон? - рассеянно откликнулась я, все еще таращась на распластанного мужчину.

- С ирисом, - проблеяла женщина - Он на тебе?

Я провела по шее ладонью и пожала плечами:

- Нет, я его в бане забыла, наверное...

- Понятно, - вздохнула Елания обреченно. - Я думаю, нам всем троим надо очень серьезно поговорить.

- Полностью с вами согласна. Только, конечно, если Сим еще жив, - побежала я, наконец, в его сторону.

А, пока я тормошила не подающего признаки активности героя-любовника, женщина сбегала в баньку и вернулась оттуда с моей цацкой, неся ее за шнурок, да еще на расстоянии вытянутой руки:

- Возьми. И больше никогда ее не снимай, - процедила, не отрывая взгляда от болтающегося у меня перед носом медальона.

Я хмыкнула, но просьбу (требование?) выполнила, а потом вновь склонилась к лежащему мужчине:

- Сим, я знаю, что ты жив. Иначе, твое свечение не переливалось бы сейчас всеми цветами радуги. Вставай. Нам надо серьезно поговорить.

- Еще бы оно не переливалось, - нависла над пострадавшим с другой стороны Елания. - поцеловать истинного аланта. Он еще долго будет так... сверкать.

- Что значит "истинного"? - тут же отреагировала я. - Я уже второй раз слышу это слово от вашей мутной парочки. Может, с этого и начнем наш серьезный и очень откровенный разговор? Ты в нем будешь участвовать? - обратилась я к открывшему, наконец, глаза Симу. - Или пока просто поваляешься?

- А куда я денусь, - с кряхтением поднялся с земли маг. - Я так понимаю, что, должен сказать тебе спасибо, Вета, за то, что вообще жив остался.

- Послушайте! - прошипела я в ответ, уже теряя терпение. - Если вы оба сейчас попытаетесь мне внушить чувство вины, то сразу вас хочу предупредить - это бесполезно. По крайней мере до тех пор, пока я не узнаю всей правды и про себя, как про истинного, или какого-то там еще, другого, аланта и про вас, и про то, чего вы от меня хотите на самом деле. Так что, - сделала я широкий приглашающий жест, в сторону крыльца. - прошу за стол переговоров, господа конспираторы!..

Уселись мы с Симом друг напротив друга, однако, взглядами старались не встречаться. Елания заняла позицию во главе "переговорочного" стола и первой открыла долгожданный серьезный разговор:

- Помнишь, дочка, ты мне говорила про легенду об алантах? Так вот, это и были они, истинные представители твоего древнего рода. Истинные аланты. И они, действительно, умели летать и вообще... много еще чего другого, в отличие от тех, что живут сейчас в Ладмении.

- А в чем разница то? - нервно уточнила я, по привычке, закусив губу.

- Разница большая, - терпеливо продолжила женщина. - Потому что сейчас в Ладмении живут аланты, которые прошли инициацию и утратили часть своих прежних... преимуществ перед другими ее жителями.

- Погодите, - перебила я ее. - Я читала про инициацию. Она была платой алантов за их личную неприкосновенность, после волнений в стране... Но, я не могу понять, почему я то оказалась истинным алантом. Я что, ее не прошла? - потрясенно выкатила я глаза.

- Вета, когда у тебя день рождения? - спросил у меня, по-прежнему хмурый Сим.

- В апреле, второго... А что?

- А в каком месяце твоя бабушка... покинула Ладмению, прихватив тебя с собой? - сузил он на меня глаза.

- В конце марта, точнее сказать сейчас не могу... Да в чем дело то?

- А в том, - скрестил руки на груди маг. - что инициацию аланты, рожденные в этой стране, проходят в возрасте трех лет, в день своего рождения. А ты, как я понимаю, свое трехлетие "отметила" уже совсем в другом месте.

- Вот теперь я вообще ничего не понимаю, - обхватила я голову руками. - Если я - истинный алант, то причем здесь тогда моя цацка? Каким образом она на меня влияет и почему без нее со мной такое... происходит?

- Потому что, дочка, это не просто медальон, бабушкино наследство, это энергетическая копилка.

- Энергетическая копилка? - опешила я. - Что это вообще за хобья мать такая? - схватилась я за свою цацку, прямо через водолазку, но тут же была "пришпилена" к столу руками Елании и Сима, сработавшими синхронно. - Вы что, так меня без нее боитесь? - нервно засмеялась я, глядя на них.

Маги отпрянули и многозначительно переглянулись.

- Нет, - попыталась улыбнуться женщина. - Просто, носи ее, для своей же безопасности. Потому что, пока ты с ней, ты выглядишь, как обычный, законопослушный, - выделила она это слово - инициированный алант.

- Да? - удивленно протянула я. - Как интересно. А можно поподробнее об этой моей цацке-копилке узнать?

- А что ты о ней хочешь знать? - озадаченно посмотрела на меня маг. - Она создает видимость инициации, оттягивая на себя часть "лишней" алантской силы, вместе с некоторыми способностями, которых вы были лишены после этой процедуры. В общем, со стороны кажется, что ты обычный алант с обычным медальоном, а стоит тебе его снять, как ты сразу меняешься. Вот и все.

- Но, если моя цацка выглядит, как обычный медальон, - не отступалась я. - То, как вы то узнали, что я, истинный алант? Ведь вы же, Елания, сразу обратили на нее внимание, я заметила. - уставилась я на женщину.

- Да потому что, - медленно проговорила она через долгую паузу. - я знала твою бабушку, - а потом, увидев мой изумленно открывшийся рот, быстро добавила. - Не лично, конечно. Она была птицей другого полета, куда мне до нее, но знала. И видела на ней этот медальон. Его имели право носить только аланты, рожденные от алантов. Они то и есть истинные. А не те полукровки, что расплодились позже от разных смешанных браков. Эти-то даже в инициации не нуждаются... Но, больше я тебе ничего не скажу. Я и так уже наговорила и наделала здесь много лишнего, - решительно встала она из-за стола. - Дальше пусть... племянник мой рассказывает...

- Я так понимаю, что Сим вам такой же племянник, как я - дочь. Ведь так, рыцарь Прокурата, тяжко раненый в предплечье?

- Да, так, - выдохнул мужчина, как мне показалось, с облегчением. - И у меня, как у рыцаря Прокурата был четкий приказ, доставить тебя к Верховному магу в Куполград. Но, я его провалил, а потом исправлял свои ошибки.

- Куда меня надо было доставить?

- К Верховному магу, Вета, - повторил Сим и виновато скривился. - Я не знаю, зачем ты ему понадобилась, честно. Я просто выполнял приказ.

- Значит, ты выполнял приказ? - теперь уже повторила я и встала из-за стола. - А я, значит, зачем то понадобилась здешнему Верховному магу...

- Да, - откинулся на спинку стула мужчина и настороженно на меня посмотрел. - Вета, ты что надумала?

- Я еще ничего не надумала, - угрожающе нависла я над Симом. - И мне очень хочется добиться от тебя... от вас обоих, - глянула я на застывшую в отдалении Еланию. - максимальной искренности. Так что давай, рассказывай все, что знаешь... Все, что позволяет тебе рассказать твой рыцарский долг.

- Хорошо, - успокаивающе произнес мужчина. - Только, ты сядь, пожалуйста, Вета. И слушай сидя. Мне, как то так спокойнее.

- А раньше ты был гораздо смелее, - ехидно заметила я, но, все же, плюхнулась на нагретое сиденье. - Я жду.

Сим сверкнул на меня своими "огненными" глазами, но, все же историю свою "искреннюю" начал:

- Я уже говорил, что у меня был приказ доставить тебя к Верховному магу. Поэтому, я ждал тебя в отдалении, у двери, через которую ты прошла в наш мир. А потом, когда на тебе, все-таки сработала "Визитка", пошел на... перехват, но было уже поздно.

- Погоди, - перебила я его. - Визитка, это приветствие для иностранцев, которое я услышала в своей голове, да? - дождалась я утвердительного кивка мага. - А почему ты "пошел на перехват" только после того, как оно сработало?

- Да потому что смысла ловить тебя раньше не было... Я так думал, тогда. Ты понимаешь, - протянул он и мельком глянул на Еланию. - Это ведь не просто визитка, с ее помощью мы следим за передвижением по стране всех иностранцев, это, как...

- Маячок... - покачала я головой и тут же пояснила. - В моем прежнем мире такие штучки назывались маячками, средствами для слежения... Значит, на мне теперь висит магический маячок?

- Да, - развел руками маг. - Это обычная процедура для всех, кто прибывает в страну впервые.

- Поэтому, на мне ее, вашу визитку и "переклинило", раз я здесь не впервые.

- Возможно и поэтому, - с сомнением протянул мужчина. - Не я их разрабатывал, не мне и судить об их пригодности. Я сейчас о другом - о тебе. Точнее, о том, что я не успел тебя перехватить по дороге, и мне пришлось лишь наблюдать, как тебя увозят в сторону Озерного замка.

- Тоже мне, рыцарь, - хмыкнула я. - А ведь мог бы спасти даму из затруднительного положения, а уж потом бы втягивал ее в другое.

- Ну да, - скривился в ответ мужчина. - На этой земле я не имею права отбивать... дам у наемников местного правителя. Здесь вассальная земля графа Ракницкого. К тому же я не знал, по какой конкретно причине они тебя перекинули через седло. И мне, в итоге, пришлось только следовать в отдалении и... наблюдать, - неожиданно оскалился он.

- Зато ты теперь знаешь, что я еще умею и больно кусаться.

- И больно за это получать... - мрачно добавил Сим и на время замолчал. - ...Ну, а потом все совсем осложнилось, когда ты оказалась в Озерном замке. Мне пришлось вернуться ни с чем в столицу и получить там свой первый серьезный нагоняй. Я, правда, периодически возвращался, для наблюдения с неба...

- На своей курице, - догадалась я. - Тебя видел граф, и, по-моему, не один раз. Это был ты?

- Я, - вздохнул Сим и мне опять, совсем на мгновенье, стало его жалко. - И, я, наконец, дождался. Но, ты опять, теперь уже со своим эльфом, все усложнила, когда начала прыгать по этим эльфийским тропкам. Ведь, невозможно же было определить, где вы вынырнете в следующий раз. Да и лишний свидетель, в лице твоей Тиниэль, мне тоже был ни к чему.

- Понятно, - теперь уже откровенно развлекалась я. - Бедный ты, бедный. Не задание, а сплошные скачки с препятствиями.

- И они только начинались, - неожиданно искренне расплылся Сим. - Потому что, у Елании я ожидал увидеть перед собой совсем другую девушку.

- Уж точно, не аланта, - вставила женщина, вновь присаживаясь к нам за стол.

- И, уж точно, без бабушкиного наследства, - продолжила я, а потом внимательно посмотрела на обоих. - Но, вот вы мне теперь скажите, вы вообще собирались мне помогать одолеть Конта или просто подыгрывали, как деревенской дурочке?

- А, теперь это уже не просто твоя личная месть зарвавшемуся магу, Вета, - вмиг стал серьезным мужчина. - И все, что я тебе обещал, я выполню. Потому что у меня, на этот раз, есть такие полномочия.

- А мое присутствие в Озерном замке? Ты ведь и это мне обещал.

- Да, - кивнул Сим. - Мы пойдем туда вместе.

- А что будет со мной потом?

Маг пристально на меня посмотрел и встал из-за стола:

- Я пытался сейчас быть с тобой честным, Вета. Так что, решай сама. Насильно в столицу я тебя не потащу, - и пошел к двери.

- Постой! - подскочила я вслед за ним. - У меня к тебе еще один вопрос... Как тебя зовут на самом деле?

Мужчина замер, уже у порога и удивленно вскинул бровь:

- Сим, мое настоящее имя, но сокращенное. А полное звучит, как Симаргл...

Глава 20

Сделка...

До вечера мы с Симом... Симарглом, бродили по двору, как две неприкаянные души, изредка натыкаясь друг на друга и отводя взгляды. Я прекрасно его понимала. На его кону была карьера. Да не рядовая, а рыцаря Прокурата. А вот что было на моем?.. На моем кону было всё. И вот, после очередного своего поворота из-за угла, я, наконец...

- Елания! - окликнула сошедшую с крыльца женщину. - Вы далеко?

Маг мотнула рукой с пустой корзиной в сторону мостика:

- За корой дуба, давно было пора, да все ноги не доходили.

- А можно и мне с вами?

- Конечно, дочка. Пойдем, вдвоем веселее будет.

Мы перешли мостик и свернули на тропинку, по которой я, кажется, целую вечность назад, впервые пришла на эту поляну:

- А почему вы возле дома кору не дерёте? Ведь вокруг - одни сплошные дубы, - отстраненно бросила в спину женщине.

- Э, нет, - усмехнулась она. - Там дубы особые, охранные. С них кору драть нельзя, иначе не оберешься потом от местных дриад.

- Понятно...

- Дочка, ты что-то у меня хотела спросить? - остановилась Елания посреди луга. - Так спрашивай, так и быть, отвечу. Вижу ведь, что ты маешься.

- Хотела, - наконец, решилась я. - И спрошу. Только... мне нужны честные ответы, иначе, никак. Вы сможете мне честно ответить?

Маг засмеялась и потянула меня в сторону от тропинки. А потом опустилась прямо в высокую траву, уверенным жестом предложив сделать тоже самое:

- Давай с тобой так поступим, дочка, - перевернула она между нами корзину, образуя подобие столика. - Я кладу руки сюда, ты берешь их в свои. Заклятие правды ты знаешь, произнесешь его, как алант. Я же сниму свою защиту, так и быть. Но, если мне твой вопрос не понравится, я на него просто не буду отвечать. Договорились? - и посмотрела на меня с прищуром.

- Договорились, - кивнула я в ответ. - Только, погодите... - и повесила над нами прозрачный "зонт". - Это от ушей Сима. Я его чую - он где-то рядом.

- Ну, надо же, - усмехнулась Елания с какой-то грустью. - Чует она его, - и решительно возложила свои жилистые руки на плетеный "стол". - Начинай, а то дел еще много.

- Начинаю, - обхватила я ладони женщины своими и мысленно произнесла: "распознавать правду и ложь", а потом задала свой единственный и самый важный вопрос. - Грозит ли опасность Борамиру со стороны власти, которую представляет Симаргл?

Женщина посмотрела на меня без всякого удивления и утвердительно качнула головой:

- Да, дочка. У него очень серьезная бумага на руках от "Совета шести". Ты знаешь, что за люди входят туда?

- Нет, - растерянно выдохнула я.

- Это самые сильные люди нашей страны, аристократы с огромной властью и землями всей Ладмении. Они подчиняются только королю, да и то, скорее по вассальному долгу, чем по необходимости. И твой граф тоже входит в этот совет. Но, сейчас, эти люди посчитали, что он был... недостаточно бдителен в охране одного, очень ценного, оставленного еще его отцу, после победы над Темным драконом... - женщина замолчала и умоляюще на меня посмотрела.

- Борамир - хранитель "Жалящего меча"? - потрясенно прошептала я и почувствовала, как руки женщины в моих вздрогнули.

- Да, дочка, - так же тихо выдохнула она. - И теперь только от отчета Симаргла "Совету шести" зависит, останется ли хозяин наших земель по прежнему "хранителем" или лишится этого звания и обречет себя, да и своих потомков на позор.

- Но, ведь Борамир так дорожит своим честным именем и, я уверена, жизнь отдаст за него. Неужели эти люди решили, что он способен вот так вот просто отдать "Жалящий меч" этому проходимцу? Да и зачем он Конту? Дриад гонять или волков своих дрессировать?

- Ты забыла, что у нас здесь приграничье, да и откуда тебе знать, сколько крови пролили ладменцы из-за этих земель в войне с Джингаром, - возразила маг с большим чувством. - А Джингар то ведь совсем рядом - тридцать с небольшим миль от Озерного замка вдоль Рудных гор.

- А пещера сквозная... - вспомнила я слова самой Елании.

- Вот и думай теперь сама, дочка. Я, конечно, как маг, знаю силу заклятия, которое наложил этот хобий сын на твоего графа, но вот что подумают они, в "Совете шести"?

- Это зависит от Сима.

- Получается так, - усмехнулась Елания. - Раз в честности своего графа ты настолько уверена. И, подумай хорошо, - заглянула она мне в глаза. - Ведь у тебя вся твоя алантская жизнь впереди. А, что касается Димиона, это Верховного нашего так зовут, то, я не знаю, какого лешего ему от тебя стало надо, но вот бабушка твоя, Неонилия, была с ним о-очень хорошо знакома, - многозначительно покачала Елания головой.

- Моя бабушка и Верховный маг Ладмении?!

- Ну да... Она и жила то у него в покоях в последние годы.

- Вот это да, - забыв про заклятие правды, обхватила я руками голову. - С каждым разом все интереснее и интереснее...

- А жизнь, она порой совсем непредсказуема, - философски изрекла маг и поднялась из травы. - Я так поняла, наш честный разговор закончен?

- Ну да. Что-то мне больше ничего на ум не приходит... - поднялась и я следом за ней, а потом поплелась обратно к тропинке.

"П-пух!", - мыльным пузырем лопнул за нашими спинами уже ненужный зонт неслышимости...

На обратном пути я вернула корзину с корой Елании, а сама так и осталась на мостике смотреть на беззаботно скачущую по камням воду. Обрывки фраз, многозначительные взгляды и сенсационные подробности последних дней роились в моей голове вперемешку с засунутыми туда наспех заклятиями и не давали сосредоточиться на главном, на своем ближайшем будущем. Нужно было сделать единственно правильный ход, не пожертвовав при этом ничем... Ничем?.. А разве такое возможно?..

"Сим, ты где?"

- Я здесь, Вета, - шагнул он ко мне на доски из раскрывшегося подвала. - Что ты хотела? - посмотрел настороженно своими потускневшими за день глазами.

- Я хочу заключить с тобой сделку.

- Говори, я тебя слушаю, - и облокотился рядом на перила.

- Я хочу, - медленно проговорила я и подняла на мага глаза. - чтобы ты в своем отчете снял с графа Ракницкого все подозрения в государственной измене, а я, тогда, без всякого сопротивления последую за тобой, куда ты скажешь и когда ты скажешь...

Сим молчал. Я стояла и слушала воду... Казалось, что еще одна вечность прошла за эти минуты, а потом он заговорил:

- Зачем тебе это?

- Зачем? Я спасаю твою карьеру и честь одного... очень хорошего человека, в котором я уверена. А еще я уверена, что поступаю единственно верно в этой ситуации.

- А что получаешь ты?

- А я получаю полное удовлетворение от выполненного морального долга... Раз у вас тут все что-то кому то должны.

- Ты его любишь, да? - усмехнулся, вдруг, Сим.

- Это здесь не главное. Ты переживаешь, что тебе придется покривить душой в своем отчете? - с вызовом посмотрела я на мужчину.

- Вета, я не знаю, что тебе сказать. Ты хочешь, чтобы я дал тебе свое слово прямо сейчас?

- Да. И я тоже дам тебе свое, алантское, нет, мое личное слово, что я тебя не обману.

- И ты сразу, как я только тебе скажу, сядешь со мной на мою... курицу и мы с тобой полетим в Куполград? А там ты прямиком за мной направишься к Верховному магу?

- Да, Сим. И даже могу еще тебе пообещать, что помогу вам, чем смогу, когда вы накроете весь этот пещерный зверинец, - засмеялась я, а мужчина в ответ предостерегающе вскинул указательный палец:

- Хорошо, Вета. Но, только с одним условием.

- С каким? Я слушаю.

- Во время боя, а он состоится обязательно, ты будешь сидеть в укромном месте и не высунешь оттуда свой любопытный нос. По рукам? - азартно сверкнул глазами, уже прежний Сим и протянул мне свою ладонь.

- По рукам, - ответила я на его крепкое рукопожатие.

Повеселевший рыцарь Прокурата со спокойной душой унесся по своему подвалу в неизведанные дали, но я была уверена, что когда он вернется, от него сильнее прежнего будет нести куриным духом. Я же так и осталась торчать на мостике:

- Ну что, дура ты безнадежная, - скривилась своему, едва различимому отражению в воде. - Не видать тебе твоего любимого, как своих алантских ушей. Да и захочет ли он этого, после того, что произойдет совсем скоро?.. - маленькая соленая капля стекла по моему "любопытному" носу и упала в ручей, где тут же была вовлечена в водяные вихри. Я же вскинула глаза к небу и увидела там огромное солнце этого мира. Оно светило, как и много веков назад, а значит и мне не престало реветь раньше времени по своему упущенному счастью. - Как там сказала Елания, - назидательно обратилась я к двойнику в ручье. - А жизнь, она порой совсем непредсказуема. Так что, мы еще побарахтаемся, Ветвяна Полунич, не в пример твоей одинокой дурацкой слезе...

Вернулся Сим не один и только к обеду следующего дня. Мы с Еланией, выскочившие на крыльцо, увидели, как кружащие над поляной грифоны отбрасывают на нее свои косые крылатые тени. Сколько их было, я определить не могла - мешала крыша, но две из них вначале отделились от остальных, а потом стали быстро уменьшаться и темнеть. А уже через мгновенье, я с щенячьим замиранием смогла разглядеть вблизи, многажды упомянутых мной прокуратских куриц. И вовсе они на куриц не походили. Грифоны были красивы, даже грациозны. Они переступали по траве своими мощными львиными лапами, любопытно озираясь по сторонам, и переговаривались между собой, а, возможно, и со своими седоками (кто их знает), короткими гортанными звуками. Ближайший ко мне, приземлившийся совсем рядом с перилами, был полностью покрыт пестрым, коричнево рыжим оперением, а тот, что переминался сейчас недалеко от ручья, очень походил своей расцветкой на сороку - такой же черно белый и с более вытянутой шеей.

- Ну что, нас кормить кто-нибудь сегодня будет? - услышала я знакомый голос наездника, соскочившего только что с двойного седла пестрого грифона. Мужчина скинул черный шлем и совсем по-мальчишески расплылся. - Здравствуйте, девушки. Принимайте гостей, - и обернулся в сторону своего спутника, тоже направляющегося к нам.

Этот мужчина, в отличие от Сима, не был облачен в легкий черный панцирь поверх свитера. На его невысокой худощавой фигуре, висела просторная матерчатая куртка. Вот только шлем был точно таким же, оставляющим открытыми лишь глаза. "Наверное, положено по технике безопасности", - ехидно подумала я, сопровождая его взглядом.

- Ну, здравствуйте, мальчики! - неожиданно кокетливо отозвалась Елания. - Глеб, что же ты забыл совсем старую женщину в глуши?

"Обладатель склероза" шутливо поклонился "старой женщине" и снял, наконец, свой прокуратский головной убор. Потом глянул в мою сторону, и дружелюбно улыбнулся, обнажив ровные, мелковатые зубы:

- Добрый день, Вета.

- Здравствуйте... Глеб, - смущенно выдала я.

Потому что мужчина мне, безусловно, понравился. Улавливалось в его образе что-то трогательно несуразное. Да еще волосы. Они были совсем темные, но по повышенной кудрявости вполне могли соперничать с моей копной, только вот длина подкачала и едва достигала ушей. Глаза же спутника Сима были фиалкового цвета, он их прищуривал, будто плохо видел вдали. Но, когда я вспомнила, что сама сейчас - алант, непроизвольно охнула, повергнув в ступор поднимающегося в этот момент по ступеням мужчину - Глеб, ко всему прочему, был некромантом.

- Да, я вот такой, любитель чужих беспокойных склепов, - будто извиняясь, констатировал он. - Но, вы не смущайтесь, Вета, я на алантов не бросаюсь.

- Так это, значит, вам Сим относил кровь зверя? - неловко промямлила я.

- Ему, - встрял маг. - Глеб, лучший в Ладмении специалист по... всему неживому, - закончил он "загробным" голосом.

- И именно по этой причине меня нещадно третируют наши власти, заставляя летать на таких вот птичках, невзирая на мой радикулит, - добродушно скривился некромант.

- Что же вы застряли то на крыльце? - нетерпеливо выглянула из-за двери хозяйка. - А кто есть хотел? Заходите в дом. За столом и поговорим...

Мужчины уселись, наконец, перед дымящимися тарелками, а мы с Еланией пристроились чуть в стороне, с краю стола, и старались их не отвлекать. Однако, "священный ритуал потребления пищи", первым нарушил Сим, быстро "прикончивший" свою стряпню:

- Вета, сегодня вечером мы нанесем визит в Озерный замок. Ты готова? - посмотрел он на меня внимательно.

- Да, - сдавленно отозвалась я. - Значит, Конт уже там?

- Его еще там нет, пока, - ответил за мага Глеб. - Но, с другой стороны границы с утра наблюдается нездоровое оживление напротив нашей пещеры, а сам "виновник торжества" с утра отбыл в известном нам направлении.

- Нездоровое оживление? - нервно уточнила я у некроманта. - Понятно... Что я должна делать?

- Ты должна успокоиться, - улыбнулся Сим. - Если что, Глеб тебе поможет - он у нас умеет расслаблять, вытягивая на себя все лишнее. А потом, мы тебя переоденем. Нельзя же сразу от ворот так радовать хозяев. Нужно сделать некоторым... гостям сюрприз. Ведь так, Вета?

- Как скажете. Только сразу предупреждаю, что шлем я ваш, не надену.

А его никто и не пытался на меня напялить. Запасливый рыцарь отстегнул от своего седла огромную сумку и вывалил все ее содержимое прямо посреди моей горницы:

- Выбирай, - сделал широкий жест над удручающе черной кучей обуви. - А вот это, не обсуждается, - и вытянул откуда-то из-за спины, как фокусник еще и длинный, конечно же, черный, плащ со странным капюшоном.

Капюшон был пришит так, что с трех своих "стандартных" сторон выглядел обычно, а вот лицо полностью закрывал мелкой черной сеткой. Смотреть сквозь нее было вполне терпимо, а вот наоборот, разглядеть того, кто находится внутри, представлялось делом очень сложным. Причем, даже для мага.

- Откуда у тебя такие доспехи? - поинтересовалась я у Сима, разглядывая его через магическое "сито".

- Это для перевозки особо важных лиц, - пространно пояснил тот. - Если таковые не хотят, чтобы их узнали... подданные.

- Значит, мне стоит умилиться такой чести? - хмыкнула я, стягивая с себя великосветский наряд. - А теперь выйди, я буду выбирать дальше.

Сим с готовностью выскользнул за дверь, но ко мне, также прытко, заскочила Елания:

- Дочка, - нервозно вздохнула она и ухватила меня за руку. - Давай-ка присядем, - и первой умостилась на мою, опять уже бывшую, кровать. - Я вот что хочу тебе сказать... В Озерном замке может произойти всякое, так что, будь готова и постарайся до конца оставаться спокойной. Уверена, с Контом ты теперь справишься. Но, если, вдруг... - начала она и покосилась на дверь. - не останется больше никакого выхода, чтобы убедить твоего графа в своей правоте, ты сможешь воспользоваться своим алантским даром.

- И каким образом? Я что-то еще не успела выучить?

- Нет, что ты, ты знаешь достаточно. Но, послушай меня внимательно. Я и так слишком много с тобой лишнего болтаю, одичала, наверное в своей глуши, так что позволю себе и еще кое-что. Так вот, ты знаешь, какого дара лишали в первую очередь алантов при инициации? Дара проникать в чужую сущность и читать память, - сделала она "секретные" глаза. - Это для некоторых было по страшнее умения летать. Я покажу тебе, как все надо сделать. Сними свою копилку с шеи.... И положи ее подальше от себя... и от меня тоже... Вот, а теперь прикоснись ко мне, - протянула свою ладонь маг. - и попытайся проникнуть вовнутрь моей души.

- А говорить про себя что-нибудь надо? - священным шепотом, уточнила я.

- Нет, просто представь, что ты, как по реке, течешь сначала по моей руке вверх, а потом падаешь, как с водопада, в мою сущность. Давай, пробуй, - уже привычно, скомандовала маг.

И я попробовала. Закрыла глаза и представила себе Еланию изнутри. Сначала, я ничего не разглядела, но потом, будто подтолкнула себя, темнота податливо распахнулась и я понеслась, набирая скорость, по огненной реке мага куда-то в вышину, стараясь не думать ни о чем, кроме этой сумасшедшей гонки. Но, гонка, вдруг оборвалась и, на миг, зависнув над пропастью, я ухнула вниз. Огонь пропустил меня сквозь свою расплавленную корку и мигом засосал вовнутрь. Вокруг замелькали яркие картинки, на одних были люди, на других какие-то странные существа и много-много трав кругом. А я все больше погружалась, не зная, что делать дальше, пока откуда-то сверху не услышала "утробный" голос Елании: "Ты слишком глубоко, дочка. Выбирайся наружу, пока не увидишь что-то знакомое. За него и цепляйся". Оттолкнувшись, как можно сильнее и преодолевая жуткое сопротивление, я начала свой обратный путь, внимательно озираясь по сторонам. Пока не заметила, где-то сбоку, почти на поверхности мечущегося огня, лицо Сима. Я зацепилась за него взглядом и нырнула вовнутрь знакомой картинки...

Мужчину я сейчас видела глазами Елании, стоящей у стола. Он быстро стягивает свою белоснежную рубашку с левой руки и поворачивается ко мне, протягивая ленточный бинт:

- Накрути мне, да потуже, поверх старого рубца. У меня мало времени. Она вот-вот будет здесь.

- Что так поздно спохватились то? - недовольно спрашиваю я и берусь за работу.

- Да все эти эльфийские тропки, - кривится Сим. - Она по ним скачет с самого утра, а уж когда вынырнула у твоей дубовой бабы, то вопросы цели ее пути сами собой отпали. Сама бежит, - ухмыляется он довольно. - Прямо мне в руки. А уж ты, прощупай ее, на правду, как умеешь. А то, мало ли. Столько времени и без контроля. Сделаешь?

- Сделаю, - вздыхаю я. - Куда ж от вас деваться? Ведь давно уже отошла от казенных забот, а все одно, вызываете к себе на допросы. А тут и вовсе сам нагрянул... Что хоть про нее известно?

Сим натягивает рукав рубашки обратно на руку и что-то хватает с тарелки на столе:

- Не ел с утра, все не до того было... Что известно? - на миг замирает он с куском пирожка во рту. А вот, смотри, - и раскрывает в воздухе знакомую мне зеленую рамку. Только в этот раз внутри нее не зверь, а портрет женщины, очень на меня похожей... моей бабушки. Сим отстраненно улыбается, глядя на нее и застегивая пуговицы, потом берет со стола недоеденный печеный огрызок.

- А я ее знаю, - произношу я настороженно. - Только вряд ли она сейчас так же хорошо выглядит. А вот ты в курсе, что...

- Это не она сама, это ее близкая родственница, очень на нее похожая, - нетерпеливо отмахивается от меня Сим, стирает рамку и быстро идет к двери, обернувшись у порога. - Все остальное - на месте. Тем более, теперь уж точно без осложнений, - уверенно подмигнув мне, закрывает он за собой дверь... И я тоже, уже сама, не Елания с силой отталкиваюсь от этой двери и устремляюсь обратно вверх, а потом опять лечу вниз и... открываю глаза:

- Вот это да! Оказывается, это так просто, Елания...

- Просто? - ухмыляется женщина. - Конечно просто, для истинного аланта... Нацепляй обратно свою копилку и переобувайся. Тебе пора, дочка...

Когда я вышла на улицу, в небе уже кружили шестеро грифонов, ожидая только нас с Симом. Мужчина нагнулся у своего, подтягивая ему под животом какие-то ремни, а когда увидел меня, присвистнул:

- Теперь ты точно не похожа на беззащитную девушку.

- Конечно, - скептически фыркнула я, поправляя свисающий фалдами плащ. - Я теперь больше на Бэтмена смахиваю... Ну, да это неважно. Знакомь меня со своей птичкой, - и осторожно двинула к ним.

Грифон повернул ко мне свой загнутый клюв и, прикрыв огромные карие глаза, шумно втянул воздух через прорези ноздрей. Потом задумался на пару секунд и издал короткий гортанный звук.

- Это что, мы с ним познакомились уже? - тихо уточнила я у Сима, замерев на месте.

- С ней, - поправил он меня. - Вы познакомились с ней. Это она и зовут ее Пеструшка, - оскалился маг.

- Правда? - тоже не удержалась я и, на всякий случай, прикрыла рот рукой.

- Ну, теперь-то ты довольна?

- Нет. Ведь она совсем не похожа на курицу.

- Ну, Вета, тебе не угодишь, - развел руками Сим. - Ладно, садись передо мной в седло, мы тебя с Пеструшкой сейчас прокатим с ветерком, - и помог мне взобраться наверх. Потом замахнул и сам, перекинув через меня длинные поводья. - Готова?

- Готова. Стартуем, - зажмурила я глаза. И как раз вовремя, потому что, сделав несколько разбеговых шагов, грифон резко оторвался в небо, заставив меня вжаться в панцирь мужчины. Потом он, сначала часто, затем, все медленнее стал взмахивать своими огромными крыльями, подбрасывая, нас, как на волнах и, наконец:

"Все", - мысленно отдал распоряжение Сим. - "Теперь можешь открывать глаза, мы уже высоко и встали на крыло в общей стае".

"А с чего ты взял, что я боюсь?"

"Вета, я через броню слышу, как колотится твое сердце", - ухмыльнулся маг.

"Вот еще, мне здесь очень даже уютно... Главное только, вниз не смотреть", - промямлила я и тут же скосилась на мелькающую под крылом землю...

Озеро - ориентир, про которое говорил мне Мабук, уже осталось где-то справа за нашими спинами, а сейчас мы летели вдоль тракта, идущего от Озерного замка к повороту на столицу. Вскоре внизу замелькала река Вилюй, вся в ряби от ветра, а над ней широкий мост, на котором нас провожали взглядами люди. Да, уверена, зрелище было еще то - семь распахнувших крылья прокуратских грифонов, летящих по чью-то загубленную душу...

Примерно, минут через двадцать, мы плавно приземлились у закрытых ворот Озерного замка, описав над ним "круг почета". А, едва я коснулась ногами земли, Сим тут же нацепил мне на голову капюшон и плотнее задернул плащ, давая последние наставления:

- Сумку свою оставишь здесь, под моей. Все равно к Пеструшке никто и близко не сунется. А в замке молчи до последнего. Да, и я помню, Конт твой. Я вначале тебе помогу, отвлеку на себя, пока ты будешь с Его сиятельством возиться. Готова? - подмигнул он мне. - А то, может, здесь посидишь, пока все не закончится?

- Нет уж, - первой направилась я к воротам. - Сам сиди. Не затем я с тобой столько дней общалась, чтобы вот так вот бездарно сейчас отсидеться.

- Вета, - вполголоса окликнул меня маг. - Убери свечение.

- Точно, - спохватилась я и, как учила Елания, мысленно "накрыла плотной крышкой" свой внутренний энергетический сосуд.

Уже у ворот к нам присоединился Глеб, а сзади, безмолвно замерли еще пятеро "черных" рыцарей Прокурата - сегодняшний отряд Сима. Маг постучал увесистым чугунным "калачом" по проклепанной пластине на створке и выжидающе замер со скрещенными на груди руками. Через несколько секунд приоткрылось смотровое окошко, и на нас изучающе глянул оттуда незнакомый мне стражник. Сим же сначала позволил себя хорошо рассмотреть, отступив на шаг, а уж потом уверенным тоном заявил:

- Доложите Его сиятельству, Борамиру Ракницкому, графу Озерскому, что из столицы прибыли представители Прокурата и требуют с ним встречи. Да по быстрее. Время позднее.

Окошко захлопнулось, а за воротами послышались приглушенные голоса и звук быстро удаляющихся шагов. Затем все стихло и, минут через пять томительного ожидания, огромные створки бесшумно разъехались перед нами. Сим шагнул первым, мы с Глебом последовали за ним и сразу в сторону центрального входа в донжон, а за нами, пять "теней" ступали совершенно беззвучно по камням замкового двора. И чем ближе мы приближались к зданию, тем тоскливее мне становилось на душе. В конце концов, когда перед нами ослепительно, после уличного полумрака, вспыхнули свечи в зале первого этажа, я уже дышала через раз под своей сеткой, лихорадочно шаря глазами вдоль стола.

Гостей сегодня было сравнительно меньше. Особенно, среди наемников. Таковых я насчитала всего три человека, и двое из них оказались "похоронной командой" убитого зверя. С "коричневой" стороны застыло четверо угрюмых мужчин, во главе с Ольтом, который встал со своего места, как только мы вошли, и уперся недобрым взглядом в опознанного Сима. Конт, как всегда, правил застольем, и на вошедших отреагировал на удивление спокойно. А вот Борамир... Он был подавлен и посмотрел на нас без всякого интереса, даже рассеянно, после чего мне тут же захотелось завыть.

- Спокойнее, - предупредительно ткнул меня плечом Глеб. А Сим, тем временем, едва поклонившись, начал:

- Ваше сиятельство, я, Симаргл, рыцарь Прокурата и его уполномоченное лицо, прибыл к вам по поручению своего руководства, а так же "Совета шести", с целью провести проверку сохранности вверенного вам... артефакта. Могу ли я это сделать прямо сейчас?

Борамир глянул на него исподлобья, но с места не сдвинулся:

- Не могли бы вы для начала объяснить мне, в чем причина проверки? - медленно произнес он.

- Извольте, - с готовностью усмехнулся маг. - До нас дошли слухи, что вокруг вашего замка возникла... неблагоприятная обстановка, - витиевато изрек Сим и выжидающе замер.

- Выражайтесь яснее, - сумрачно бросил в ответ Борамир. - Что это за нелепые фразы?

Я же не выдержала и приткнулась к Глебу:

- Что он делает? - прошептала с паникой в голосе. - Зачем он его провоцирует?

- Он не графа провоцирует, - одними губами процедил мне мужчина. - Ты что, не видишь, что Его сиятельство... невменяем?

- А ты что, издеваешься? - прошипела я ему в ответ. - Как я могу это видеть, я ведь "закрыта"? - и, закусив губу, переместилась так, чтобы спина Сима перекрывала меня от Конта, а в моем поле зрения был Борамир, А уж потом "открыла" свое свечение, вновь взглянув на мир глазами аланта.

И пока, маг, теперь уже с Ольтом и втянувшимся, наконец, в перепалку Контом, обменивались почти неприкрытым хамством, начала осторожно "просвечивать" Борамира. Сказывалось отсутствие опыта, но большое старание компенсировало и это. Осторожно и очень аккуратно, я, протянув к нему свои серебристые лучи, очищала оранжевое, едва заметное сейчас свечение мужчины от бурых, шевелящихся ошметков, рассеивая их незримым потоком воздуха. Пока, наконец, не наткнулась на трудность:

"Сим", - оборвала я мага на полуслове. - "У него нет на теле источника".

"Тем проще", - нервно бросил тот. - "Значит, ты уже закончила, да и я тоже. Теперь Конт твой", - и качнулся в сторону.

И Конт увидел меня. Точнее, пока лишь аланта под капюшоном. Он тут же ткнул в меня пальцем и склонился к графу:

- Ты посмотри, они, вместе с некромантом, и аланта кастрированного с собой зачем то притащили.

- Аланта? - впервые заинтересованно встрепенулся тот и уперся в меня взглядом. - С каких это пор аланты стали работать на Прокурат?

Тут уж моя скромная персона заинтересовала буквально всех, а Сим насмешливо хмыкнул прямо в виски. Пришлось разоблачаться, скинув на пол плащ и смотреть Борамиру в глаза.

- Ты? - потрясенно выдохнул он и откинулся на спинку стула. - Я искал тебя по всему краю, мои люди перерыли все придорожные канавы. Я думал, что тебя порвала лесная тварь, а ты... и Прокурат?

- Ну что ж, извини, что осталась жива. Но, я никогда не работала на Прокурат, - в смятении затрясла я головой. - Я пришла сюда по своей воле и только ради тебя. Ты мне веришь?

- Поверить тебе?! - взревел он, как раненый зверь и начал медленно подниматься со стула.

Сбоку от меня дернулся за мечом Сим и я, предвидя неизбежное, запустила в Борамира заклятием "камня". Мужчина покачнулся и снова рухнул на сиденье, да так и застыл там с распахнутыми от ужаса глазами. Я же заслужила еще один смешок от мага: "Браво, Вета! Не одному мне от тебя страдать". "Заткнись", - прошипела в ответ, навешивая над Борамиром защитный купол, и нашла взглядом Конта. Он стоял неподвижно, немного в стороне, и зло за мной наблюдал:

- Да, недооценил я тебя, госпожа гостья, - заметил с явной досадой. - И что же мы теперь будем делать?

- Собачек ваших дрессированных здесь нет, - радостно оскалилась я в ответ. - Так что, придется либо сразу сдаваться властям и каяться, либо, сначала покидаться шарами. Не разучились еще, господин Конт?

- Собачек, говоришь? - хмыкнул он и запустил в меня своим увесистым "земляным" шаром.

Я едва успела увернуться и услышала, как Сим скомандовал:

- Все в стороны! Пошли все вон!

И вмиг "поле боя" между нами опустело, однако, Конт не торопился на этот бой выходить, передвигаясь исключительно за столами. Пришлось зависать перед ним, постепенно уводя от "окаменевшего" Борамира в сторону лестницы. Но, эта бестолковая суетня начинала меня по-настоящему злить (совсем не так я себе представляла момент торжества справедливости):

- Не утомились еще? В ваши-то годы и такие телодвижения?

- Много болтаешь, девка! - зло выкрикнул он и метнул в меня еще один свой энергетический "булыжник", который я встретила прямо у него перед носом двумя своими. Мага отбросило назад и приложило об стену, а Сим вновь не удержался: "Вот это размах крыльев, не одному мне от тебя летать". Я выразительно оглянулась на комментатора и увидела в его руках готовый сорваться в любую секунду огненный шар - пора было заканчивать комедию. Двумя небольшими воздушными "довесками" по конечностям лежащего Конта.

А, пока на земного мага надевали моанитовые наручники и приводили в чувство, я подошла к Борамиру, откинула ненужный уже купол и бухнулась перед ним на колени. А потом дотронулась осторожно до его неподвижной руки своей:

- Прости меня за это представление. Иначе было никак... - и самым красноречивым ответом мне стали полные презрения глаза любимого человека...

"Что, все так плохо?", - подошел ко мне сбоку Сим.

"Сим... я это сделаю"

" Вета, это противозаконно и очень опасно", - понял меня с полуслова маг.

"Сим, я все равно это сделаю", - протянула я ему свою цацку, не отрываясь от глаз Борамира. - "Помоги мне с Контом, подтащите его поближе..."

- Надеюсь, он того стоит, - уже вслух выдавил маг и пошел отдавать приказы.

Вскоре столы со следами прерванного "веселья", растащили в стороны, а на соседний с Борамиром стул усадили связанного Конта. Он, в отличие от графа, убивающего меня презрением, метал молнии откровенной ненависти и вместе они составляли сейчас прекрасный дуэт. Всех лишних, Сим, еще вначале нашей с магом земли беготни, выгнал за двери и теперь, в оцепленном рыцарями Прокурата зале, кроме нас четверых, были лишь Глеб и Ольт, сереющий на фоне окна.

- Госпожа Вета, - приблизился он, все-таки к нам. - За Конта вам, конечно, огромная благодарность, но, что вы намерены делать с Его сиятельством?

- Я хочу, чтобы он увидел собственными глазами, что представляет собой его друг и на что он его едва не обрек, - глухо пояснила я и переместилась в центр между стульями.- А теперь я очень попрошу всех на время замолчать, - брезгливо коснулась руки Конта и закрыла глаза...

Задача была не из легких, и приходилось действовать "по наитию", погрузившись сначала в бурую жижу мага. Барахтаясь там, я попыталась как можно точнее найти отправную точку, но Конт, периодически отвлекал меня своими мысленными напутствиями, выраженными очень откровенно. Я морщилась, интуитивно стряхивая головой, пока не услышала, откуда-то со стороны, глухой звук. После чего продолжила свой поиск уже в полном одиночестве, нырнув к мелькнувшему знакомому лицу и оценивая, туда ли я попала. Видимо туда, потому что, повернув голову, на этот раз Конта, я увидела Мабука, еще гораздо моложе и с короткими волосами. Старый маг, виновато улыбаясь, наклонился к своему ученику:

- Она сегодня вечером выезжает в свой родовой замок, а меня пригласила на день рождения Елания. Ты сможешь ее сопровождать, вместо меня, а то хозяин очень за нее волнуется?

- Мокею? - ухмыляюсь я. - Конечно. Отдыхайте спокойно...

Картинка разворачивается и я наблюдаю, уже со стороны, как большая карета падает с высокого моста в темную горную пропасть, а я, в это время облегченно вздыхаю, провожая ее взглядом, перевесившись через каменный парапет...

"Это - то!", - мысленно восклицаю и цепляю своими аланскими руками нужное воспоминание, потом, сквозь вязкую жижу, продираюсь с ним наверх, пролетаю сквозь собственное тело и врываюсь в яркий мир Борамира. Здесь все оранжево прозрачное, как после генеральной уборки, замечаю я и с содроганием закидываю туда картинку Конта... А дальше моя тактика меняется и, оставаясь где-то посередине между мужчинами, я, словно серебристыми гибкими лучами, продолжаю выбирать и закидывать, выбирать и закидывать... и так до бесконечности, пропуская через себя всю мерзость и смрад сущности мага. Пока, наконец, прощупывая уже на самой поверхности его души, не натыкаюсь на собственное лицо с закрытыми глазами, сейчас снизу и левее меня - Конта. Все... Совершенно без сил роняю свои руки и пытаюсь встать, так и не открыв глаз...

- Вета, - подхватил меня Глеб и усадил на подставленный стул.

- Все нормально. У меня все получилось, я очень надеюсь, - добавила я, так и не набравшись храбрости взглянуть на Борамира. - Глеб, Сим, Конт не хотел войны, а звери ему нужны были, как средство для паники. Он планировал выпустить их сегодня ночью, а потом "убедить" Его сиятельство воспользоваться против них мечом. Потому что это оружие мог достать из тайника только сам хранитель и только по доброй воле. А меч был уже почти продан в Джингар. Вот так...

- Ты молодец, - присел передо мной Сим. - Но, тебе надо отдохнуть... до завтра, - и надел на меня цацку.

" Сим, сними с него заклятие, только когда я уйду. И не забывай, что ты мне обещал", - напомнила я магу, подняв-таки глаза на графа.

Борамир сидел, плотно сомкнув свои веки...

Глава 21

Медвежья пещера...

"Странное ощущение - энергетический запас исчерпан едва ли на треть, а меня, будто отжали и вывесили сушиться на солнышко... Это все опустошающая сущность Конта...", - размышляла я, бредя через замковый двор в сторону конюшни. Уж там-то, в комнатке Абрамки, меня точно не будут искать, хотя бы до завтрашнего утра...

Внутри было тихо, но, это лишь на первый взгляд - в углу, на своем топчане спал Валек (и как же я про него-то забыла?). Но, место подростка было пустым. Я потихоньку прокралась от двери, но топчан предательски скрипнул и старик, сначала вздрогнул, а потом и вовсе открыл глаза.

- Все нормально, Валек, - протянула я голосом гипнотизера. - Это я, Вета.

- Госпожа Вета? - удивленно вскинулся тот. - А как же вы? А вас же все ищут?

- Валек, меня уже нашли. И раз уж вы все равно проснулись, то где Абрамка?

- Абрашка? Абрашка в Либряне - позавчера Гильда его отвезла в его мастерскую столярную.

- Да что вы?! - теперь уже подскочила я. - Значит, просто так его взяли на обучение, за талант?

- Нет, что вы, госпожа Вета, - вскинул руки Валек. - За него Его сиятельство заплатил, за три года вперед. Свезло мальцу.

- Как же это замечательно, Валек, - расплылась я в темноте, снова вытягиваясь на топчане. - Ну, а раз так, то я тогда на его кровати сегодня посплю. И вы спите...

- Конечно, госпожа Вета, - послушно затих под своим одеялом старик.

- Как же это замечательно, Абрамка теперь... - все повторяла я, уже засыпая...

"Но, выспаться мне в эту ночь точно не дадут", - к такому мнению я пришла, кажется, очнувшись тут же, хотя, за маленьким окном уже светало.

"И надо же, как храпит субтильный Валек", - приоткрыв один глаз, вздохнула тяжко. - "И вообще, что мне так щекочет нос?", - приоткрыла второй и с удивлением почуяла запах яблочного пирога, идущий от волос, раскинувшихся по всему моему лицу... Похлопала вокруг себя руками - пусто. И только тогда повернула голову набок, уже окончательно проснувшись. Потому что у моего топчана, сидя прямо на полу, спиной ко мне и откинув назад голову, вовсю храпел Борамир. Я осторожно повернулась и уткнулась носом в его бок, вдыхая, как наркотик, родной до боли запах. Да так увлеклась, что не заметила, как храп стих.

- И чем я пахну? - по сонному глухо, спросил мужчина.

- Ты пахнешь собой. Этого мне достаточно... Как ты меня нашел?

- Валек.

- Понятно... А где он сам?

- Ушел спать на солому.

- А тебе что не спится?

- Тебя караулю, - хмыкнул он. - Я раньше часто смотрел, как ты спишь... И говоришь во сне на незнакомом языке...

- А сейчас почему ты на меня не смотришь?.. Ты меня боишься?..

- Это ты должна меня бояться, после того, что я тебе причинил...

- Но, ведь изнасилования тогда не было. Мы же это решили.

- Ты знаешь, о чем я.

- Нет. И знать не хочу. Посмотри на меня...

- Все эти люди, я за них отвечал... И за тебя я тоже отвечал. Как мне после этого смотреть вам всем в глаза?

- Это магия. Против нее многие бессильны. А ты держался до последнего.

- Но он выбрал именно меня.

- Это все потому, что ты так замечательно пахнешь. Как старомодный романтик... Он посчитал это твоей слабостью. А для меня это, самое большое сокровище в мире... В обоих мирах...

- Я помню.

- Что ты помнишь?..

- Все, что ты мне тогда говорила... И наш поцелуй... Я только это и помню.

- А почему же ты тогда не зовешь меня Ветвяной?

- Это имя я должен заслужить... Мне пора. А ты спи...

И ушел, так и не взглянув на меня... Старомодный романтик, мой самый любимый в обоих мирах...

Сим нашел меня немного позже, там же, сидящей на топчане и в полном одиночестве. Он, сначала замер у двери, а потом подошел и присел сбоку:

- Вета, я за тобой. Сейчас поедим и на крыло, до Медвежьей пещеры.

- Хорошо. А где... остальные?

- Остальные? Граф со своими людьми уже в пути. У них дорога длиннее, но мы их нагоним и встретимся в условленном месте.

- Скажи, а что будет там, у этой Медвежьей пещеры?

- Ну, в лучшем случае, мы быстро перевяжем всех наемных и пустим огонь вовнутрь, прямо до любимых соседей, - злорадно ухмыльнулся Сим.

- А что будет с Контом? Грязные земли?

- С Контом? - медленно повторил мужчина и взглянул на меня. - Его больше нет, Вета.

- Я что, его убила?!

- Нет, что ты! - встрепенулся Сим. - Ты здесь совершенно не причем. Просто... понимаешь, до Грязных земель был бы еще суд, а эта мразь могла бы наговорить много того, за что пришлось бы отвечать и твоему графу, да и тебе, после твоих запрещенных игр с сущностью... А ты что, его жалеешь?

- Ты знаешь... - прислушалась я к собственной совести. - Нет. Думаю, он получил то, что заслужил... По крайней мере, в своих фантазиях, я ему и не такое планировала сделать.

- Вот и здорово, - облегченно выдохнул Сим и хлопнул себя по коленям. - А теперь вставай, и пойдем завтракать. Из здешней кухни так вкусно пахнет...

Еще бы оттуда не вкусно пахло, ведь там царствовала сама тетушка Гильда. И как я могла к ней не заглянуть, хоть на минуточку?

- Ты куда? - опешил маг, наблюдая, как я сворачиваю в боковую кухонную дверь донжона.

- Сим, я всего на минуточку, - заскулила я. - Там одна очень хорошая женщина и я по ней сильно соскучилась. В крайнем случае, я могу быстро поесть прямо у нее, на кухне.

- Хорошая женщина? - приподнял он свою бровь. - Тогда я с тобой. Вдруг, она еще и хороша собой, - и уверенно запрыгал вниз по ступенькам.

Я же, лишь проводила его выразительным взглядом и вошла следом, в уже распахнутую для меня дверь.

Гильду я застала стоящей у плиты и убийственно взирающей на непрошенного визитера, а узрев еще и меня, женщина тут же сменила гнев на милость:

- Девонька моя! - распахнула она свои могучие объятья и ринулась мне на встречу. - Дай-ка я тебя прижму покрепче.

- Ого! - едва увернулся Сим от поварешки в ее руке. - Так-то тут гостей встречают?

- Скажи спасибо, что у нее топора не было, - сдавленно проблеяла я из железных объятий Гильды. - Как вы здесь? Про Абрамку я уже знаю, мне Валек сказал. А в остальном?

- Все теперь у нас хорошо... А это твой охранник что ли?

- Нет, это... У нас очень мало времени. Вы можете нас с Симарглом быстро покормить, тогда я с вами смогу немножко поболтать перед дорогой? Хорошо, Гильда?

- Ладно, - оценила она ситуацию и махнула поварешкой уже в сторону стола. - Усаживайтесь, я быстро накрою.

Вскоре, мы с аппетитом поглощали вкуснейшую кашу с мясом, запивая ее парным молоком, а Гильда, косясь на жующего Сима, пыталась со мной "немножко поболтать":

- Так ты точно сегодня в столицу отбываешь, сразу после драки у этой пещеры?

- Да, - замерла я с ложкой у рта. - А кто вам об этом сказал?

- Так сам Его сиятельство, когда распоряжение насчет завтрака отдавал.

- И что именно он вам сказал? - настороженно протянула я.

- Видимо как раз то, - экстренно встрял маг. - что я ему сообщил еще ночью. Ведь ты отправляешься сегодня в столицу, сразу после Медвежьей пещеры, потому что только там сможешь сделать себе документы на ладменское гражданство. А через Прокурат это выйдет гораздо быстрее. Или я не прав? - лучезарно оскалился он мне.

- Ты прав, - уткнулась я в свою тарелку, но не выдержала и задала еще один вопрос, но теперь уже Симу и не вслух. - "Ну и что ты еще ему про меня рассказал?".

"Только самую необходимую малость", - тоже погрузился в поиски остатков каши мужчина. - "Как ты стала истинным алантом и почему личность Конта заинтересовала власть. Все в общих чертах".

- И быстро у нас Прокурат такие документы выправляет? - вмешалась в наш неслышный диалог Гильда, обращаясь к магу, но внимательно глядя на меня.

- По-разному, - пожал мужчина плечами и отложил, наконец, свою ложку. - Гильда, ваша каша была просто неподражаема, но нам с Ветой уже пора в дорогу. Так что, всего вам наилучшего, - поднялся он из-за стола.

Мне пришлось последовать его примеру, но, пока Сим нетерпеливо переминался у основания лестницы, мы с женщиной еще раз обнялись на прощание:

- Девонька, держись от этого рыцаря подальше, а к нашему графу поближе и все у тебя в жизни наладится, - прошептала она мне в самое ухо. - И возвращайся быстрее, мы тебя все здесь будем очень ждать, - добавила уже в полный голос.

- Я вас тоже всех очень сильно люблю, - с чувством выдала я. - И пожелайте нам удачи у Медвежьей пещеры.

- Эх, да если бы не запрет Его сиятельства, то я сама бы сейчас с вами туда махнула, к этой хобьей пещере! - донеслось до нас, уже поднимающихся по лестнице.

- Так вот кто тебя так выражаться научил, - бросил мне на ходу маг.

- Ты мне лучше скажи, зачем ты за мной на кухню поперся? - нагнала я его на ступенях. - Неужели только за тем, чтобы я про нашу с тобой сделку не проболталась?

- Вета, - страдальчески закатил глаза Сим. - Да если бы я этого боялся, то поперся бы к тебе еще сегодня ночью, вслед за Его сиятельством.

- Так ты еще и за ним следишь?.. А вообще зря, лучше бы спать лег. Мы совсем не про то говорили.

- Я знаю, - тихо выдохнул он, скорбно скосясь в сторону. - То есть...

- Что?! Так ты еще и подслушивал?!

Сим, резко взяв с места, проскочил последние ступени и вынырнул в зал первого этажа. Я, естественно, понеслась за ним, но тут на нашем пути неожиданно возник Глеб, смахивающий крошки со рта:

- Вы где были? Здравствуй, Вета, - растерянно кивнул он. - Да что с вами такое? - и проводил недоуменным взглядом обогнувшего его на полном ходу мага.

- Ничего, Глеб, доброе утро. Просто у некоторых здесь присутствующих слишком длинные уши, - зло прошипела я и понеслась вслед за выходящим из замка Симом.

Я нагнала его уже у ворот, и дальше наше общение на ходу стало сильно смахивать на скандал между двумя истеричными глухонемыми:

"Сим, погоди!"

"Вета, отстань!"

"Я все равно не отстану, пока ты не признаешься!"

"В чем я должен тебе признаться?"

"В том, что ты сегодня ночью нас с Борамиром подслушивал. Или у вас, у рыцарей Прокурата это как-то по-другому называется?"

"Да, если уж на то пошло! У нас, у рыцарей Прокурата, это называется "предугадыванием возможных осложнений", именно так это и называется!"

"Ну, по осложнениям то ты у нас большой специалист!"

"Это уж точно, и главное из них зовут "Вета"!"

"И чем тебе помог храп Борамира? Много ценной информации ты из него извлек? Цитатами не выписывал?"

"Послушай меня внимательно. Я выполню свою часть этой нашей с тобой хобьей сделки, но и ты должна меня понять. Снимая все подозрения с твоего графа, я подставляю себя под удар. Ведь если бы ты хоть как-то ему или кому-нибудь из его верных слуг, намекнула, почему тебе придется так срочно его покидать, то он был бы в силах устроить мне совсем скверную жизнь. Я должен быть к этому готовым. Ты это понимаешь?"

"Неужели ты до сих пор так плохо о нем думаешь?"

"Вета, я должен быть готов ко всему"

"Значит, ты плохо думаешь и обо мне..."

- Вета, надень плащ, - устало выдохнул Сим, уже стоя у Пеструшки. - В небе будет холодно.

- Не надо, - отстранила я его руку с ВИП маскировкой. - Не замерзну. Сим, давай устроим перемирие. И, когда все закончится, я пойду своей дорогой, прямиком к Верховному магу, а ты - своей. Надеюсь, больше осложнений в твоей карьере не будет.

- Как скажете, госпожа алант, - хмуро скривился он. - Прошу в седло...

Но мы опоздали и "лучший симовский случай" нам не светил. Я это поняла, сначала, по витиеватым его выражениям, на подлете к условленному месту, а потом и увидела все сама. Внизу, в узком проходе между скалами и на небольшой просеке перед пещерой, шла не драка, шла настоящая бойня. Бойня людей, магов и зверей, вырвавшихся на свободу. И участвовали в ней и отряд Борамира, частью уже пешими, и рыцари Прокурата, дополнительно стянутые сюда заранее. Несколько же грифонов кружили прямо над вершиной одноименной с пещерой горы, наблюдая за территорией Джингара.

- Это из-за Конта, - прокричал мне в ухо Сим, снижаясь в поисках места посадки. - Видимо, когда мы его убрали, заклятие подчинения над этим зверинцем лопнуло, а эти хобьи коромысла, наемники, не смогли вовремя принять меры. По этому, и валяются сейчас по всей округе. Я тебя здесь высажу, - махнул он рукой на высокий утес, левее входа в пещеру. - Сиди тихо и до тебя никто сюда не дотянется. Давай! - и, перекинул меня из седла прямо на его каменную вершину.

А сам вновь взлетел, уже вынимая меч из ножен, и скрылся из поля моего зрения. Я же, оставшись в одиночестве, быстро огляделась по сторонам и нервно закусила губу - утес то, конечно, был высокий, но только со стороны пещеры. А с противоположной, уходящей в дубовую рощу, склон его был очень даже пологим. Но Сим, в спешке, видимо, этого факта не заметил. Да и до меня ли ему было сейчас.

- Главное, сидеть тихо, - погрозила я сама себе пальцем и осторожно приблизилась к самому краю. Потом присела на колени и переползла еще немного, чтобы лучше разглядеть, что творится внизу. - Ужас то какой...

А внизу, действительно, творился ужас. Двое человек из графской охраны пытались закрыть хлипкие ворота, ведущие вглубь горы, а еще несколько в это время, прикрывали их от все прибывавших волков-переростков. Звери, выбегая из пещерной темноты, сначала замирали, щуря свои глаза и стряхивая мордами, от яркого дневного света, а потом, через несколько секунд, уже бросались на ближайшие к ним живые "мишени". С воздуха воинов прикрывали рыцари-маги, периодически зависая и обстреливая животных своими снарядами, но места для маневров было недостаточно, а одного из грифонов, снизившегося совсем близко над землей, самого подмял под себя зверь. На просеке тоже было жарко. Там, в основном, бились рыцари, уже на земле. И среди них был Борамир, возвышаясь над остальными в самой гуще схватки. Но, вот он, между взмахами меча, кинул взгляд в сторону своих людей у ворот и начал медленно пробиваться в их сторону, не забывая увертываться от зубов и когтей, и самому наносить удары. Но, долго ли это могло продолжаться, ведь звери все прибывали и прибывали из покинутого ими зверинца?

Тут внимание мое отвлек страшный вопль, перекрывающий весь остальной шум боя. Я развернулась от Борамира и увидела, как одно из животных, прямо от самого входа в пещеру, волочит за ногу человека, цепляющегося из последних сил руками за камни. Человек, в страшной гримасе боли, вывернул в мою сторону лицо, и я узнала его. Это был спутник Ольта, в первый мой день в замке. Именно он тогда, у конюшни избавил меня от веревки на руках. Это был первый человек в этом мире, который ободряюще мне улыбнулся. И ему сейчас некому было помочь. Потому что вокруг все и так, ожесточенно, отбивались от жаждущих крови зверей.

- Ну что, Ветвяна Полунич, - вытянулась я в полный рост. - Это тебе не палкой по чучелу бить. Давай, соверши хоть раз в жизни смелый поступок, - и запустила со всей дури воздушный сгусток прямо в корпус животного. - Попала!.. Так, кто следующий?.. - зашарила глазами по сторонам, но встретилась взглядом с застывшим Борамиром:

- Что ты здесь делаешь?! - проорал он мне и отбил мечом подлетевшего к нему зверя. - Разве ты не в замке должна находиться?! Будь там, я сейчас! - и ринулся в сторону рощи.

Но, все слишком быстро произошло. Я уже оборачивалась, после своего третьего меткого попадания на его гневные вопли, и не сразу заметила, как разбегается для прыжка за спиной Борамира зверь. Я лишь успела зависнуть, прямо перед ним и увидеть, как он падает под огромной тушей, погрузившей в него свои когти. Как они вместе, зверь сверху, а Борамир под ним проезжают несколько метров по камням, а только потом, с диким криком, запустила в животное шар. И оба они остались неподвижными...

Что было делать дальше? Убрать зверя со спины. Это у меня получилось не сразу. Я боялась, что, если потащу его своей воздушной силой не в ту сторону, то сделаю мужчине еще хуже. В конце концов, решилась тащить в сторону головы. Тело Борамира дернулось, но осталось лежать на месте. И я увидела страшные рваные борозды от когтей, идущие вдоль его спины... Так, теперь сосредоточиться и сотворить купол невидимости над нами. Это получилось сразу. А дальше? Заклятие исцеления я знала, но применять его впервые, да еще на самом дорогом человеке...

- Соберись, Ветвяна Полунич, - пробормотала я сама себе, до конца раздирая промокший от крови свитер мужчины. - Видишь, он еще жив, его свечение не погасло. Так дай ему шанс.

Теперь надо было медленно вести руками вдоль этих ран. Я так и сделала, наблюдая своим алантским зрением, как мои лучи проникают в самую их глубину и соединяют ткани, отражая в ладони тепло. Все до последней, от самого глубокого места, откуда била ключом кровь, до самого их конца... Дальше следовало его перевернуть и осмотреть все снова. Что я и сделала, теперь уже без помощи магии... Ссадины, много ссадин, но с ними он справится и без меня. А вот большая рана на лбу, видимо, полученная при падении, это уже мое. И снова все повторить, но, теперь уже гораздо быстрее. Потому что надо спешить... И, когда Борамир застонал и приоткрыл глаза, я поняла, что победила... тут же погрузив его в недолгий сон:

- Извини, любимый, но во мне проснулась жажда крови, - вытерла я о юбку свои окровавленные руки. - А ты мне будешь только мешать сейчас, - и положила свою цацку рядом с ним. Потом подошла к краю утеса и едва успела отшатнуться - прямо передо мной, на своем, уже местами измусоленном грифоне, завис Сим. Вид у него был не намного лучше графского, правда, только спереди:

- Вета, что здесь произошло? Почему ты вся в крови? И что это за... - наконец, заметил он лежащего под магическим куполом, графа... Он жив?

- Да. Но, мне нужна твоя помощь, прямо сейчас. Просто прикрой меня и Борамира, пока я...

- Давай, пока еще не поздно, - неожиданно кивнул он и, обогнув сбоку, приземлился где-то позади.

Я уже не оборачивалась. Я постаралась четко поставить задачу и, глубоко вдохнув, закрыла глаза. Представила себе зверя, вот он бежит, постепенно набирая скорость, и прыгает: "Убить их всех до единого", - прошептала одними губами и раскинула руки-лучи. И они послушно понеслись от меня в разные стороны, огибая людей, магов, грифонов и лошадей, оставленных невдалеке. Они проникали в самые глубины леса и в самые недра пещеры, рикошетя от ее сводов и взрывая воздушным потоком единственно выбранные цели. "Всех до единого", - повторяла я, наблюдая, как с той стороны горы, наружу вырывается смертоносный воздушный поток вперемешку с пылью. И люди, притаившиеся в зарослях, в испуге срываются с мест. А потом я услышала грохот осыпающихся камней. Он постепенно нарастал и, когда я вновь открыла глаза, то не увидела уже ничего, кроме висящей надо мной пыли. А когда пыль медленно начала оседать, все, кто был там, внизу смогли первыми разглядеть, что Медвежьей пещеры больше нет. Как и нет зверей, всех до единого...

- Уйдите от меня, - сдавленно, в который раз рычала я, сидя на камне со скрещенными на груди руками. - Я видеть вас всех троих не могу. Я хочу побыть одна. Мне очень плохо. Уйдите от меня...

Помятый и взлохмаченный Сим и Глеб, в своей изодранной матерчатой куртке, стояли и тихо переговаривались неподалеку от меня, а Борамир в стороне от них, задумчиво блуждал взглядом где-то поверх деревьев. Свитер он все-таки снял и, перевернув его, завязал рукава на шее, явив сейчас всем желающим восхититься свое перемазанное подсохшей кровью аристократическое тело.

- Может, ты к ней все-таки подойдешь? - вкрадчиво предложил маг огня некроманту. - А то, мало ли, вдруг ей совсем худо станет после такого-то... Хорошо хоть, копилку согласилась надеть.

- Сразу вас предупреждаю, что женской истерики у меня нет. И я вас прекрасно слышу, особенно тебя, рыцарь с мозгами озабоченного подростка под шлемом. А это потому что вы до сих пор от меня не отошли, - нервно постучала я носками сапог по камням.

- Послушай, Вета... - сделал-таки неуверенный шаг в мою сторону Глеб.

- Сколько можно повторять? Мне не нужны консультации от любителя неврозов на завтрак. Вы уйдете или нет? Я хочу побыть одна!.. Ах так?! Ну, тогда я сама от вас сейчас уйду, - решительно поднялась я, но тут же была подхвачена за руку и плотно прижата.

- ... Отпусти меня, Борамир. Тебе это все равно не поможет. Я и тебя видеть не могу. Причем сама, - вырываясь, настойчиво бубнила я, упершись лбом в его голую грудь. - Смотреть мне в глаза ему, видите ли, стыдно. А орать на меня на всю дубовую рощу не стыдно?.. Ты что, меня совсем не боишься? - наконец, удивленно уточнила я.

- Нет, - насмешливо покачал он головой.

- Странно... Зато я сама себя теперь боюсь, после такого-то... смертоубийства.

- Я настолько тебя не боюсь, что сейчас возьму и... поцелую без спроса, - склонился он ко мне.

- И как же ты это сделаешь, если отказываешься на меня смотреть?

- А мы будем целоваться с закрытыми глазами, - улыбнулся он и осторожно прикоснулся к моим губам своими...

Я раньше совсем не знала его таким, обезоруживающе нежным и настойчивым одновременно. Он постепенно, словно лишал меня воли, шепча между долгими поцелуями:

- Останься...

- Мне нужно уйти... сейчас...

- Я сам тебя отвезу, но позже... Останься...

"Вета, мне очень жаль, но нам пора... Вета...", - нагло вторгся Сим в гипнотический сеанс графа.

- Почему именно сейчас тебе нужно уйти?..

"Вета!"

- Вот ведь зараза!.. Ой, я это вслух сказала? - отпрянула я от мужчины и закусила губу.

- Да-а... - вместе протянули Борамир и Сим, но, с совершенно разными выражениями на лицах.

- О-о-о! Я же говорила вам, что мне нужно побыть одной! - с досадой взвыла я и снова плюхнулась на камень.

- Ну, хорошо, - процедил Борамир у меня над головой. - Раз ты так решила, то запомни следующее имя - Самуил Рабикович. Это для твоей же пользы.

- Ваше сиятельство, - решил, как всегда, вмешаться рыцарь. - Я, как и обещал, оставляю вам, насколько потребуется, лекаря - мага и двух грифонов для переправки раненых. Сколько их с вашей стороны?

- Тяжелых - трое. Остальные вполне смогут на лошадях. Но, в любом случае, я вас благодарю. Особенно, за лекаря - мага. Я так понимаю... - начал он, но, вдруг замолчал и присел передо мной. Потом развернул мои руки ладонями вверх. - Это моя кровь?

- Твоя.

- Спасибо тебе за все. Если бы не ты, потерь было бы гораздо больше. Да и меня ты тоже спасла... уже не в первый раз.

- Значит, ты признаешь, что зря на меня орал?

- А вот это уже отдельный разговор, - тут же ушел от темы мужчина. - И мы его обязательно продолжим, когда я за тобой приеду в столицу. А сейчас мне нужно вернуться к своим людям, - и, выпустив мои ладони, направился к спуску с утеса.

- Самуил Рабикович, - задумчиво повторил, подошедший ко мне Сим. - Интересно, кто это?

- Не знаю, - мотнула я головой, словно отгоняя назойливого комара, и поднялась на ноги. - Но, у меня такое чувство, что жизнь моя теперь, как ты говоришь, "осложнится" еще сильнее.

- Это столичный поверенный в делах графа Ракницкого, - подал голос Глеб, присоединяясь к нам. - Я его знаю. Очень достойный человек. Я даже, как-то раз, на него работал.

- Да? - удивленно протянула я. - Ну тогда я точно в ловушке, - и первой пошла в сторону рощи...

Глава 22

Димион...

"Вета!", - развлекал меня по дороге (по небу) до Куполграда, повеселевший Сим. - "Ты просто не представляешь, что такое столица и вообще, ладменская цивилизованная жизнь!"

"Ты думаешь, у меня будет возможность ей насладиться?", - мрачно заметила я, все еще вспоминая Борамира, пытающегося выдавить из себя улыбку в момент прощания у грифона.

Мужчина нагнулся, чтобы увидеть мое лицо и весело хмыкнул. - "По-моему, ты слишком сгущаешь краски. Верховный маг, на мой взгляд, просто желает взять тебя под опеку, в память о твоей..."

"... бабушке?", - в ответ хмыкнула я. - "Ты еще скажи, что он вообще, мой дедушка, или отец".

"Э, нет!", - засмеялся Сим. - "Мастер - маг воды. Он не может быть тебе близким родственником. Ведь ты у нас - истинный алант. Значит, твои прямые предки были только алантами и никем другим".

"И много в Ладмении таких, как я?"

"Мне сложно сказать", - на время задумался Сим. - "По-моему, нет. По крайней мере, по нашей конторе они не проходили. Это птицы другого полета".

"Так уж и птицы!", - зло засмеялась я. - "Они же после инициации летать вообще не умеют. Это я на себе уже проверила, когда попыталась с цацкой на шее... воспарить в небеса".

"Это да", - вздохнул маг. - "А здорово ты сегодня там, своими лучами... Если бы ты видела себя со стороны", - добавил с мальчишеским придыханием в голосе.

"И как это выглядело со стороны?" - настороженно уточнила я.

"Это было... красиво. По-настоящему красиво. Ты была похожа на серебряное солнце, а когда вокруг начали взрываться пеплом эти твари... Я такое видел впервые в своей жизни".

"А Борамир это... видел?"

"Граф?.. Нет. Он же - обычный человек. И вообще, когда он очухался после твоего лечения, то увидел лишь самый конец. И для него ты просто зависла в воздухе с раскинутыми руками и отброшенной назад головой".

"Я еще и зависала...", - произнесла я убитым голосом. - "Да еще и с отброшенной головой".

"Ну да. А ты что хотела? Это же настоящая алантская магия. Она и создавала когда-то этот мир. Просто не всем ее дано увидеть. Вот и твой граф, он, когда увидел тебя вот такой, то так рванул..."

"С утеса?"

"Нет", - засмеялся маг. - "Наоборот, к тебе. Если бы Глеб вовремя не подоспел и не помог мне его удержать, то пришлось бы опять применять твое любимое заклятие".

"Послушай, Сим", - вкрадчиво начала я. - "Нагнись-ка ко мне поближе".

Мужчина с готовностью подставил свое лицо, а я, не долго думая, ухватила его за ухо и подтянула к себе. - "Если ты еще хоть раз неуважительно выразишься в адрес Борамира или позволишь себе применить против него заклятие, то я доберусь до тебя, где бы не находилась, и специально устрою еще одно "серебряное солнце" с зависанием и откидыванием. Но, на этот раз, целью будут не волки-переростки, а, догадываешься кто?..".

- Догадываюсь, - глухо ответил он, уже вслух. - Отпусти ухо... Зря я шлем не надел, - а потом, с безопасного расстояния, мысленно добавил. - "А ты знаешь, я согласен рискнуть, только, если ты перед моей героической смертью выполнишь последнее желание героя".

"По-моему, твое желание я уже выполнила".

"Это, какое же?", - с сомнением протянул Сим.

" Поцелуй истинного аланта"

"Э, нет. Тот не считается", - хмыкнул маг. - "Он ведь был безответный. Да и мало одного поцелуя за мою героическую смерть".

"А ты наклонись ко мне еще раз, я тебя прямо сейчас вторым одарю, предоплатой".

"Знаешь, что, Вета", - не поддался на провокацию мужчина. - "Всему свое время. Да и не хочу я сейчас с тобой целоваться. Ты сейчас вообще на чучело похожа. Мы, кстати, скоро уже на месте будем. Так что, давай, навещай себе чистую физиономию и шикарное платье, желательно, с открытым верхом".

"А что, Верховный маг такой же озабоченный, как и ты?", - спросила я, роясь в сумке в поисках зеркала.

"Я не знаю, что ты постоянно имеешь в виду под этим словом, но думаю, это не комплемент", - догадливо предположил Сим.

"Ты прав", - тут же подтвердила я, разглядывая свое пыльное отражение. - "Но, шикарное платье я вещать не буду. Перебьетесь, вместе со своим Мастером. А вот в порядок себя приведу. Это точно надо".

И действительно, устроила себе магическую химчистку на грифоне, оставив нетронутой только цацку, на которой с внешней стороны сохранился отпечаток моего окровавленного пальца. На память о том, кому эта кровь принадлежит, хотя бы временную память. А потом с интересом уставилась вниз, где уже замелькали столичные окраины. Сверху, они мало отличались от среднестатистического земного города, но с той лишь разницей, что здесь, не тянулись струнами вдоль дорог электролинии и не копошились по улицам машины. А вот вблизи... В близи разница ощущалась куда ярче, но маг не дал мне ее в деталях разглядеть:

"Мы сейчас сядем прямо на "Площадь двух дворцов". Там с одной стороны моя контора, а с другой - наша конечная цель. Вообще, грифонам запрещено летать над центральными улицами, во избежание... ну, ты сама догадалась чего...", - начал он свою вводную инструкцию.

"Догадываюсь, они ведь без памперсов летают", - кивнула я.

"Что это, я тоже не знаю, но слушай дальше", - сделав паузу, продолжил маг. - "Так вот, нам сегодня туда приземлиться можно и я пойду с тобой, а Глеб подождет нас где-нибудь поблизости. А потом уже будем думать, что нам делать дальше".

"Значит, ты все-таки надеешься меня дождаться?", - с большим сомнением спросила я.

"Вета, если бы я на это не надеялся, то не согласился бы на эту нашу сделку", - оптимистично заверил Сим.

Я лишь оглянулась, чтобы проверить искренность его слов, но не увидела на его лице ничего, кроме довольной улыбки: "Поживем - увидим". Что я могла еще сказать?..

Да и не успела, потому что в следующий момент Пеструшка уже прыгала, распугивая прохожих, по уложенной булыжником огромной площади. Рядом с нами также эффектно затормозила и черно белая птичка Глеба. Некромант, кряхтя, сполз с нее и предстал перед нами во всей красе. От разодранной куртки не осталось и следа. На мужчине сейчас был строгий классический костюм, начищенные туфли, а шею покрывал элегантный полосатый бант.

- Вот это да! - удивленно выдохнула я и с интересом развернулась в сторону Сима. Рыцарь тоже не подкачал, освежив свои доспехи до благородного блеска. Но, глубокую царапину вдоль левой скулы все же не залечил, хотя мог, избавившись лишь от крови вокруг нее. "Мальчишка, совсем еще мальчишка", - поставила я ему, уже окончательный диагноз.

- Вета, погоди, - помог мне слезть с грифона "раненый герой". Потом подошел к своей Пеструшке, погладил ее ласково, вдоль шеи и что-то шепнул. Она, в ответ, издала свой гортанный звук и, развернувшись, снова начала разбег для взлета. Следом за ней поднялась на крыло и "сорока" некроманта.

- И далеко они? - приложив ладонь ко лбу, проследила я за быстро уменьшающимися в небе точками.

- Обратно, к нашим казармам. Там их... курятник, - с усмешкой опустил голову Сим. - Ну что, ты готова?

- Ну, уж нет! - уперлась я. - Раз вы такие красавцы, то дайте я хоть обувь переодену. А то эти ваши сапоги ужас, как мне надоели, - и вытащила из своей почтальонки завязанные еще Еланией в тряпку потрепанные замшевые ботинки.

- Прямо здесь, на площади полной народа? - сузил на меня глаза Сим.

- Если тебе за меня стыдно, то можешь навесить надо мной купол, - ответила я ему, уже стоя босиком и на одной ноге. А вообще, мог бы, и помочь даме зашнуровать обувь.

- Ну, хорошо... дама, - процедил сквозь зубы он и, под заливистый смех Глеба присел передо мной на корточки...

- Уф-ф, как же замечательно, что я вас застал-таки, на этом месте! - услышала я запыхавшийся мужской голос и оторвала удивленные глаза от Сима.

Рядом со мной, держась рукой за сердце, пытался сейчас отдышаться мужчина, человек, с приятным желтым свечением. На вид, ему было не больше шестидесяти. В качественном двубортном костюме на среднего роста фигуре, украшенной животиком и с лицом, "внушающим доверие" с первого взгляда. Его седые короткие волосы, уже наполовину покинувшие голову, странно гармонировали с большими, совершенно "смородиновыми" глазами, такого же цвета бровями и щеголеватыми усиками. Мужчина, наконец, громко выдохнул и с душевной улыбкой протянул мне руку:

- Разрешите представиться, Самуил Рабикович. Здешний поверенный в делах Его сиятельства, графа Ракницкого. Вот уже много-много лет... - проникновенно закончил он и скосил свои умные глаза на поднявшегося мага.

- Очень приятно, - растерянно проблеяла я и подала ему свою, которую он тут же учтиво пригубил. - Вета... Полунич. А это рыцарь Прокурата, Симаргл, - выдала на автопилоте и, дождавшись, когда озвученная личность пожмет руку нашему новому знакомому, продолжила представление. - А это...

- О-о! - опередил меня господин Рабикович. - Представлять мне этого замечательного мага совершенно нет нужды. Его мне представил полгода назад сам Главный канцлер, за что ему огромное спасибо и закрома здоровья. А, как ваше здоровье, господин Анчаров? Рад вас видеть, - ухватил он руку Глеба обоими своими и принялся нещадно ими трясти. И пока эти двое обменивались ритуальными любезностями, Сим вперил в меня гневный взгляд:

"Вета, это ты устроила? И когда только успели сговориться!"

"Сим, прекрати", - окрысилась я в ответ. - "Мне это сейчас также надо, как и тебе... А вообще, знаешь что, вот сам теперь бери и выкручивайся перед ним. А я больше врать не буду. Надоело".

"То есть как это..."

- А я ведь вас почти с утра жду, госпожа Вета, - прервал мысленный протест рыцаря, поверенный Борамира. - Как только получил голубиной почтой письмо от Его сиятельства, сразу сюда, - хихикнул он по-стариковски. - на наблюдательный пункт.

- Да? - озадаченно протянула я. - А мне Его сиятельство про вас ничего не говорил. Только имя ваше назвал и сказал, что это для... Ну, в общем, только имя.

- Это ничего, - беспечно взмахнул рукой господин Рабикович. - Главное, что я успел вас перехватить еще до посещения Прокурата, - опять покосился он на Сима, а тот, в свою очередь, на меня. - Мне Его сиятельство дал строгое распоряжение, как только вы сегодня закончите со своими делами, тут же... пригласить вас к себе в гости на тот срок, какой вам понадобится и предоставить вам все условия для столичной жизни. Вплоть до его сюда прибытия. Так что, милости прошу в мое скромное жилище. Я и моя супруга Яэль почтем за честь принять у себя такую гостью, - расплылся он в широкой "гостеприимной" улыбке.

- Спасибо, - криво улыбнулась я в ответ. - Но, это...

- Госпожа Вета хотела сказать, - встрял, на этот раз вовремя, Сим. - что, это невозможно, пока мы не управимся с отчетом для моей конторы. После того, что произошло у Медвежьей пещеры, - тут маг, как бы невзначай, потрогал свою царапину на скуле. - боюсь, ей придется отчитаться за применение своей алантской магии.

- Так вы алант, госпожа Вета, - изумленно уставился на меня мужчина. - Ну, надо же! Притом, что я живу в столице всю свою жизнь, мне мало доводилось говорить вот так вот запросто с представителем вашего древнего рода.

- К тому же госпожа Вета, еще и истинный алант, - подлил масла в огонь, доселе молчавший Глеб.

- Ну, надо же! - всплеснул руками господин поверенный и воззрился на меня, как ребенок на самолет. - А вы знаете... вы пишите ваши отчеты сколько будет нужно, а я вас подожду, вон там, - неопределенно мотнул он головой. - В кофейне "Фисташковая фея". Я, в общем-то, там весь сегодняшний день вас и прождал.

- Я не думаю, что вам стоит себя так утруждать, - совершенно потерянно произнесла я. - Это... дело может занять очень много времени.

- А я составлю господину Рабиковичу компанию, - подмигнул мне Глеб. - Все равно, мне нужно будет дождаться Симаргла. У нас с ним еще есть дела. Да и кофе очень хочется. А там такие пирожные есть вкуснейшие, с миндалем и изюмом...

- О, это просто замечательно, мой дорогой магический друг! - просиял мужчина. - Заодно мне и расскажите, что это такое ужасное произошло у Медвежьей пещеры. Ведь она же находится на землях Его сиятельства.

- Ну, а мы тогда, пожалуй, пойдем, - облегченно выдохнул рыцарь и тут же потащил меня за руку в сторону высокого крыльца здания Прокурата.

- Ну и куда мы с тобой "тогда идем"? Нам же, вроде как, в противоположную сторону? - озираясь, уточнила я.

- А что прикажешь делать? - прошипел в ответ Сим. - Прямо на глазах у господина поверенного резко изменить маршрут? Нет, нам теперь придется заходить вовнутрь моей конторы, нацеплять там на себя колпаки и уже потом бежать ко Дворцу магов через всю площадь.

- А не проще бы было сделать это через подвал и сразу от них?

Сим замер, уже на ступенях и ухмыльнулся:

- Запомни, Вета раз и навсегда. В такие места попадать через подвал строго запрещается. Хотя, с тебя сбудется...

Саму "Площадь двух дворцов" я смогла разглядеть только тогда, когда, все так же за руку, скачками, неслась за рыцарем ко Дворцу магов. На улице уже вечерело и по ее периметру фонарщики, один за другим зажигали ажурные фонари. А два здания, одно, оставшееся за моей спиной и другое, неумолимо вырастающее впереди, будто соперничали между собой в пафосном величии. Прокурат, с остроконечной башней, весь мраморно грифельный и готически строгий, и Дворец магов, с ренессансными полукруглыми арками, тоже каменный, но розовато песочный. А вокруг этих двух великанов уже вовсю кипела вечерняя городская жизнь. Я же, с тоской глядя на нарядно одетых прохожих и зазывно расцвеченные витрины магазинчиков, осознала вдруг, что даже не помню, какой сегодня день недели...

- Постой! - резко затормозила я уже у основания лестницы. - Дай хоть я отдышусь сначала.

Сим выпустил мою руку и подошел вплотную:

- Вета, все будет хорошо, я тебе обещаю, - заглянул он мне в глаза. - После того, что ты сделала у этой пещеры... ты находишься под защитой Прокурата.

- Как национальный герой? - усмехнулась я. - Пойдем Сим. Я готова. Не будем оттягивать неизбежное, - и ступила на первую мраморную ступеньку...

В самом здании было еще оживленно. Хотя, откуда мне знать, какой здесь у местных магических светил график работы? Мы, сразу у широких дверей, скинули свои "невидимки" и пошли через холл с подвешенными под потолком светящимися шарами, в сторону полукруглой лестницы. Точнее, я шла вслед за рыцарем, любопытно глядя по сторонам, и получая такие же взгляды от окружающих в ответ. На третьем, последнем этаже, мы свернули влево в единственную здесь, но гостеприимно распахнутую дверь и вошли в просторную "приемную". По крайней мере, мне так показалось. Потому что за белоснежным столом там сидело юное очаровательное создание со свечением, хоть и слабым, но мага воздуха. Создание удивленно на нас взглянуло и расплылось, но не мне, конечно, Симу. Потом, кивнуло и упорхнуло за закрытую дверь, находящуюся прямо напротив входа. Рыцарь же, по-хозяйски, бухнулся на мягкий, обитый небесно голубым бархатом диван, и с душой вытянул ноги:

- Присядь, - повелительно похлопал он по сиденью. - Хотя, думаю, тебя быстро примут. А я пока здесь посижу.

И он оказался прав. И не успела я хмыкнуть в ответ, как дверь открылась вновь и создание, уже слегка озадаченное, выдало очень приятным, мелодичным голоском, напомнившим мне Тиниэль:

- Госпожа Ветвяна Полунич, Верховный маг ждет вас в своих личных покоях. Позвольте я вас туда провожу, - и распахнуло дверь пошире, уступая мне дорогу.

Я же вдохнула по глубже, поправила ремень своей сумки и решительно направилась вперед...

Мы прошли по полутемному, едва подсвеченному по стенам, коридору и, наконец, оказались в небольшой уютной комнате. С пылающим камином и богато накрытым к ужину столом. И из-за этого стола ко мне навстречу вышел мужчина. Невысокий, средней упитанности и лет пятидесяти с небольшим. Весь совершенно седой и с аккуратно зачесанной набок челкой. А вот лицо его... я непроизвольно склонила голову набок и подумала: "Да, такого бы смогла полюбить моя бабушка"... Мужчина был очень обаятельным с прищуренным, мудрым взглядом и волевым подбородком. Он замер с краю стола, и улыбался мне так, будто я, его блудная дочь, вернувшаяся домой через много долгих лет. А в глазах его блестели слезы, с огнями пламени из камина:

- Ну, здравствуй, Ветвяна Полунич, - произнес он с приятной, немного кошачьей протяжностью. - Я очень долго тебя ждал, но, наконец, дождался.

- Здравствуйте, господин Верховный маг, - проблеяла я в ответ. - Извините, были дела.

Мужчина неожиданно громко рассмеялся, потом вздохнул и вытер, наконец, глаза:

- Вот и бабушка твоя также мне все время говорила. А я ее все время ждал, старый магический осел. Да ты проходи, садись. Будем ужинать, - и приглашающе отодвинул мне ближайший стул.

- Почему бы и нет, - тут же уселась я на него, бросив сумку на пол, и осмотрела предлагаемые блюда. - О, мои любимые блины с творогом... и курочка с хрустящей корочкой. Все, как я люблю. А вы почему стоите? - весело спросила я зависшего рядом мага.

- Ну, если ты приглашаешь, - развел он руками и сел напротив. - Я так понимаю, пить со мной вино в первый же вечер ты не будешь? - сделал он паузу и поднял над столом пузатую, смутно знакомую мне бутыль. - Поэтому сразу хочу тебе предложить ликер "Женепи", это лучшее, что у меня есть из крепких дамских напитков.

- Ну да, - закусила я губу. - И это вы тоже знаете...

- Ветвяна, ты ведь очень похожа на свою бабушку, - довольно расплылся мужчина. - Причем, не только внешне.

- Я поняла, - согласно мотнула я головой. - Только у меня к вам будет просьба, господин Верховный маг.

- Какая? Озвучивай, - уперся он локтями в стол.

- Зовите меня Вета.

- Хорошо, - хлопнул в ладоши маг. - Только и ты тогда зови меня просто Мастер. Договорились?

- Договорились, Мастер. Ну, где ваш Женепи? - протянула я над столом пустой бокал для ликера...

Дальнейший наш разговор плавно потек по знакомому мне руслу. Мужчина изредка и уместно шутил, удивляя меня своей самоиронией. Я же, ловила каждое его слово, ища и пока не находя в них скрытого подтекста. Самое же интересное началось немного позже, когда мы из-за стола перебрались в два глубоких кресла, расставленных у камина.

- А теперь, Вета давай с тобой поговорим начистоту, - потерев лоб, решительно заявил маг. - И начну я с себя... Не буду перед тобой юлить, скажу честно. Как только мне стало известно, что ты в скором времени появишься на нашей стороне, я тут же отдал приказ доставить тебя к себе. Почему я это сделал?.. Стариковский эгоизм, наверное. Да еще память о твоей бабушке. Мне захотелось уберечь тебя, раз уж ты решилась на такой отважный поступок, от лишних потрясений. Вот и вся моя, как говорится, подноготная.

- А как вам это стало известно?

- Ну, Вета! - ухмыльнулся он. - Я же все-таки Верховный маг. А ты слишком долго, по нашим магическим меркам, находилась в непосредственной близости от так называемой двери. Их у нас в Ладмении не так много. Вот и караулим каждую своими скрытыми силами.

- Понятно, - протянула я. - А что вы хотите знать обо мне?

- О тебе? - переспросил меня Мастер. - Главное. Я хочу знать, какой ты видишь свою дальнейшую жизнь в нашем мире. И чем, естественно, я смогу тебе помочь.

- Это сложный вопрос, - задумалась я. - Хотя нет. Я знаю, чего я хочу. Я хочу спокойно жить... с любимым человеком. И еще, очень хочу отыскать свою семью, о которой совсем ничего не знаю. В этом вы сможете мне помочь?

- И это все? - удивленно спросил у меня мужчина.

- Не-ет, - выдохнула я. - Мне очень хочется получить ответ на еще один вопрос: почему моя бабушка бросила этот мир, забрав меня с собой?

- Во-от, - по-кошачьи протянул маг. - Теперь больше похоже на правду. С последнего вопроса и начнем... Пусть для меня он и самый сложный, - вновь потер он свой лоб. - Почему она сбежала с тобой на руках... Понимаешь, тогда были совсем трудные годы. А твоя бабушка, она ведь почти сразу после твоего рождения увезла тебя от родителей сюда, в столицу. И ты до последнего своего дня в Ладмении жила здесь, с ней... и со мной. Жаль, что ты этого совсем не помнишь... Она была очень гордой. И от этого, отчасти, одинокой. В этом есть и моя вина, конечно. Я не заметил, проглядел, как она, постепенно теряя веру в справедливость этого мира, дошла до такого решения. Вначале погиб твой отец. Он был городским магом в Медянске. А потом бесследно пропала твоя мать и старшая сестра. Там тогда, в тех местах были самые большие зверства по отношению к алантам. Я обещал ей вас защитить. Я даже пошел на преступление, изготовив для нее из медальона копилку, чтобы она не проходила унизительную инициацию, как остальные истинные аланты. Но, когда вопрос встал о тебе, накануне твоего третьего дня рождения... В Неонилию тогда словно злой дух вселился. Она была категорически против. И мы очень сильно с ней в тот последний вечер повздорили... - задумался мужчина и повернул свою голову к огню. - А потом вы исчезли. И я ее окончательно потерял... Но тебя теперь снова нашел, - посмотрел он на меня с отеческой улыбкой. - Почему ты молчишь?

- Молчу? - глухо спросила я. - Вы ответили сразу на два моих вопроса. Моего отца нет в живых, а мама и сестра пропали. Где вы говорите, они жили, в Медянске?

- Да, в Медянске. Там твои корни. Замечательный был городок, среди медоносных лугов и пастбищ. Но, сейчас мало что сохранилось от прошлых времен. Почти все алантские дома выгорели дотла. И здание городского совета вместе с архивом тоже... Но, можно попробовать их поискать, если ты располагаешь временем.

- Я располагаю жизнью, Мастер.

- Это радует. Особенно, если учесть, что она у тебя алантская... Ну, а то, что касается твоего самого главного желания, спокойно жить... Ну что ж, граф Ракницкий - крупная в нашей стране фигура. Надеюсь, ты с ним будешь счастлива. А что для этого нужно, ну, кроме любви, конечно?

- Документ, подтверждающий мое ладменское гражданство.

- Вот с этим сложнее, Вета, - развел руками маг. - Даже для меня. Бюрократия в любом мире, наверное, одинакова. А здесь случай какой: документ нужно будет не сделать, а восстановить. Ведь ты уже была гражданкой этой страны, по праву рождения. Так что, думаю, все дело займет месяц, не меньше.

- Целый месяц? - выкатила я глаза. - Но, это же так долго.

- Да, увы. Причем, весь этот месяц тебе придется жить безвыездно в Куполграде. Потому что ты в любой момент можешь понадобиться для какой-нибудь жутко важной процедуры. Кстати, хочешь, оставайся у меня. Я был бы очень этому рад. А можешь и снять дом на какой-нибудь спокойной улочке. Тоже неплохо. Окунешься в столичную жизнь, накупишь себе нарядов, заведешь интересные знакомства.

- Спасибо, конечно, за радужные картинки, - кисло улыбнулась я. - Но, боюсь, моя девичья гордость не позволит так транжирить деньги графа Ракницкого. Тем более, целый месяц.

- А кто здесь говорит про деньги графа? - всплеснул руками маг. - Ты у нас сама девушка со средствами. Твоя бабушка была довольно состоятельной в свое время. Я тебе разве этого не сказал?..

- Не-ет, - протянула я. - А что, для того чтобы эти деньги получить, разве не нужен паспорт?

- Вот здесь, дорогая моя Вета, - ухмыльнулся Мастер. - как раз хватит и моего, так нелюбимого некоторыми, имени, на маленькой записочке в один очень серьезный столичный банк...

Мастер довел меня до двери в свою приемную и, взяв обещание навестить его в ближайшее время, проводил задумчивым взглядом. А, подскочившего при виде нас с белоснежного стола Сима, проводило не менее выразительным взглядом воздушное создание. Рыцарь обменялся с Верховным магом парой реплик и нагнал меня уже на лестнице.

"Ну как все прошло?"

"Ты знаешь...", - приостановилась я в ответ. - "Ты оказался прав насчет него. Он действительно решил взять надо мной опеку. Только вот..."

"Что?"

"Не знаю, Сим...", - мотнула я головой и продолжила спуск. - "Слишком все как-то гладко получается... Хотя, нет... Мне здесь придется безвылазно сидеть не меньше месяца, пока не восстановят мои гражданские права"

"Ого!", - удивленно воскликнул мужчина. - "Целый месяц! Ну, так это же здорово. А в свою глушь ты всегда успеешь вернуться"

"Ага!", - передразнила я его. - "А где я все это время жить буду? Мне что, каждый раз, как только Верховному магу приспичит меня увидеть, придется врать господину Рабиковичу, куда я иду и зачем? Да и вообще..." - уперлась я лбом в закрытые входные двери.

"Что-то еще?"

"Я, оказывается, девушка с деньгами. От бабушки остались. Но, что я про них скажу этому же самому Рабиковичу, если мне захочется купить себе, например, платье или еще что-то? Ведь, пока мои документы не готовы, я не имею права вступить в наследование"

"Ну, а что тебя смущает?", - удивился Сим. - "Вступишь в права, потом и будешь жить на широкую ногу"

"Вот это", - показала я ему записку Мастера управляющему столичного отделения "Пилигрим-банка". - "По этой бумажке я могу получить нужную мне сумму хоть завтра, но как я объясню, откуда у меня появились так быстро эти деньги поверенному Борамира? И мне, имея возможность не тратить из его кошелька, придется весь этот месяц просто так сидеть на его шее... Всюду ложь, Сим... Одна порождает другую. До чего я так дойду, в конце концов?"

- Ты знаешь, Вета, ты только не раскисай! - сам не заметил, как перешел на "открытый канал" Сим. Его голос гулко откликнулся под высоким потолком холла. И мы, услышав его, будто со стороны, впервые с момента спуска по лестнице, огляделись.

В помещении, освещенном сейчас приглушенно, кроме нас был только швейцар, мудро игнорирующий привычное здесь, "странное" поведение посетителей. А за стеклянными окнами дверей была уже настоящая городская ночь, расцвеченная фонарями и разноцветными витринами.

- Сим, а сколько сейчас времени? - потрясенно произнесла я. - Ведь нас же там ждут, в кофейне. Да и ты голодный с утра... И кстати, какой сегодня день недели?

- Сейчас без четверти одиннадцать, в кофейне нас до сих пор ждут, меня Вайола накормила пирожными, а день недели сегодня пятый, - отрапортовал мне мужчина. - И мы сейчас, под покровом темноты можем смело двигаться прямо в "Фисташковую фею", - опять взял он меня за руку и вывел на крыльцо здания...

В кофейне, полностью зеркальной, нас действительно, до сих пор ждали. Правда, на господина поверенного уже жалко было смотреть. Он откровенно клевал носом, сидя за столиком и отражаясь в стенах и потолке во всех своих колоритных ракурсах. А перед Глебом стояли пять пустых кофейных чашек.

- А вот и мы! - радостно оповестил Сим.

Мужчины в ответ одарили нас рассеянными улыбками:

- О, госпожа Вета, - с трудом сфокусировал на нас свои черные глаза Самуил Рабинович. - В этой вашей конторе, господин рыцарь, работают очень... трудолюбивые люди. А вот я, старик, уже, в отличие от них давно готов на покой. Так что, пойдемте, госпожа Вета, мой дом совсем недалеко, - привстал он из-за стола, а потом вдруг замер. - Вы, я надеюсь, принимаете мое предложение?

- Да, конечно, - промямлила я.

- Вета, а как же твое обещание погостить у меня, данное еще с утра? - выдал вдруг, Глеб, а Сим мне многозначительно подмигнул.

- Обещание?.. Ну-у... - в ответ так же многозначительно промычала я.

- Я что-то упустил в ходе нашей занимательной беседы? - встрепенулся поверенный Борамира. - Госпожа Вета, вы уже пообещали господину Анчарову остановиться у него? А почему же вы мне об этом не сказали? Я бы с радостью взял с вас слово навещать меня по чаще и отдал бы в руки этого уважаемого во всей столице специалиста.

- Я не хотела вас обидеть, - совершенно искренне покраснела я до самых ушей.

- Да что вы, какие могут быть обиды?! - в ответ воскликнул он. - Я сегодня же отпишу Его сиятельству, что вы в надежном месте. И он, таки, тоже будет спокоен. А что касается... ваших расходов, то я сам вам буду приносить столько денег, сколько будет нужно. Адрес я знаю. Теперь давайте мне слово, госпожа Вета. Иначе я не уйду.

- Даю, - торжественно приложила я руку к сердцу, а про себя подумала: "График посещений что ли составить в два гостеприимных столичных дома?"...

Глава 23

Куполград...

Минут через пятнадцать нашей неспешной прогулки по ночной столице, мы втроем брели вдоль узкой, засаженной липами улочки. С обеих сторон дороги, здесь высились дома, даже в темноте радующие алантский глаз разноцветьем своих фасадов, всевозможных магических защит и клумб. Глеб шел немного впереди, зевая на ходу и изредка поддерживая нашу с Симом вялую беседу. Честно говоря, думать особо, уже ни о чем не хотелось, и я мудро отложила решение всех своих проблем до утра. Но, один вопрос к некроманту у меня, все же, остался:

- Глеб, послушай...

- Вета, перестань, - устало отмахнулся от меня он и снова зевнул. - Я тебе еще раз повторяю, ты нас с женой не стеснишь нисколько. Хоромы хоть и невелики, но, места всем хватит.

- Да я не о том хотела тебя спросить. Все мои сегодняшние запасы стыдливости уже давно исчерпаны, и эту...

- Да что ты говоришь? - оживился Сим. - Точно, все исчерпаны?

- Нет, лично для тебя еще пару аргументов приберегла, - уже привычно, окрысилась я на мага. - Скажи мне, Глеб, если это не страшная профессиональная тайна, конечно. Что ты такое сотворил для поверенного Борамира, если он теперь так сильно тебе благодарен?

- Все до банальности просто, Вета, - усмехнулся некромант. - Я изгнал из его дома одного очень бодрого и очень склочного духа.

- И что это был за дух?

- О, таки лучше не поминать его лишний раз, - в манере господина Рабиковича протянул Глеб. - Это был дух единственной и любимой тещи нашего с вами общего знакомого, - закончил он и остановился, терпеливо ожидая, пока мы с рыцарем потратим свои последние силы на неприлично громкий смех. - А вообще, мы уже пришли. Так что, прошу, - распахнул он перед нами витую металлическую калитку.

- Твоя жена, маг огня? - оглянулась я на некроманта уже с дорожки, ведущей к симпатичному двухэтажному домику в глубине сада.

Все здание, отделанное деревянной рейкой и окрашенное в цвет охры, было покрыто "пламенной" защитной сеткой, особенно частой в районах окон, открытого балкона на втором этаже и входной двустворчатой двери.

- Да, Тусья у нас огненный маг, - ответил за Глеба, почему-то Сим и обогнал меня, первым взбежав на крыльцо. - Что ты замерла? Эта премудрая охрана срабатывает исключительно на намерения. Так что, не бойся, заходи.

Ну, я и зашла... и тут же уперлась в выдающийся живот невысокой девушки в ярко красном коротком халате. Тусья, по всей видимости, это она и была, предусмотрительно отступила назад, при этом, не убрав рук с округлых боков, и внимательно меня оглядела. Я в ответ, сделала тоже самое. "А интересная у Глеба жена", - сделала вывод уже через несколько секунд. Девушка была явно с востока: смуглая, с миндалевидными выразительными глазами и густыми черными волосами, дерзко затянутыми на макушке в хвост.

- Ну, и что все это значит? - капризно протянула она, дождавшись, когда за обоими мужчинами закроется дверь. - Шляетесь неизвестно где до такой поры, потом орете прямо под окнами, а теперь еще и это...

- Работа на дом, - растерянно выдала я, имея в виду себя. За что тут же была награждена вернувшимся вниманием "гостеприимной" хозяйки.

- Странно. На неупокойника не похожа. Значит, это твоя работа, братец? - развернулась девушка всем корпусом к Симу.

- Братец?! - в свою очередь уставилась на мага и я. - Так жена Глеба, Тусья, твоя сестра?

- Да, Вета, - покаянно развел руками Сим. - А что это меняет... теперь то?

- Погодите-ка, - требовательно тряхнула своим хвостом беременная магичка. - Что-то я совсем ничего не поняла. Так вы что, уважаемая, даже не знали, куда пришли?

- А я тебе сейчас все объясню, любимая, - бережно подхватив жену за талию, увлек ее из прихожей Глеб, на ходу обернувшись к нам. - Сим, проводил - и в казарму, а ты, Вета проходи в гостиную. Мы сейчас вернемся.

- Э-э, а покормить? - крикнул им вслед маг, но, встретившись со мной взглядом, тут же ретировался вон, лишь буркнув на прощание:

- Вета, извини и... до завтра.

- Ну, и вали тогда, трус, - прошипела я, глядя на захлопнувшуюся дверь, а потом растерянно огляделась по сторонам. - Да, Ветвяна Полунич, опять вляпалась ты в историю. Но, тебе даже привыкать уже не надо, дура ты безнадежная...

Потом еще раз огляделась, но, уже внимательнее. Потому что, даже в таком взвинченном состоянии осознала, наконец, что, впервые, нахожусь в месте, где живут исключительно маги. И лесная избушка Елании была здесь, безусловно, не в счет, потому что напоминала, скорее, наш с бабушкой качелинский дом. А вот жилище Глеба и Тусьи, нет, скорее, Тусьи, как сразу узнаваемого дизайнера, было неподражаемо. Действительно, маг огня, да еще с восточными корнями. Все вокруг так и притягивало взгляд своими яркими красками: тяжелые шторы с кистями, яркий ковер на полу, подушки на диванах и креслах. А камин... Чего только стоили его расписные выпуклые бока. Но, как ни странно, по глазам эта "ляпота" не била, а смотрелась очень гармонично и, даже расслабляющее.

Поэтому я, недолго думая, бухнулась в гостиной на диван и стала терпеливо ждать решения семейного совета. Минуты тянулись. Откуда-то сбоку, через смежную стену, я, сначала слышала приглушенные голоса Глеба и Тусьи, а потом, пытаясь занять себя разглядыванием "огуречных" узоров на одной из диванных "думок", сама не заметила, как на ней же и уснула...

Сон мой был странным и каким-то размытым. Толи я летела куда-то на грифоне, толи грифон пытался взвалить на мои плечи свои мощные когтистые лапы. А потом, в неярком пятне света ко мне приблизилась зыбкая картинка: двое мужчин, мирно сидящие за круглым столом за бутылкой ликера Женепи. Они, посматривая в мою сторону, будто боясь разбудить, в полголоса говорили обо мне же... Нет, о моей бабушке... Я это поняла позже, когда разглядела их, по лучше. Одним из мужчин был Мастер, другим - Борамир. Граф грустно улыбался, и, качая в знак согласия головой, повторял: "Да, она такая, Неонилия... Она это может"...

- Э-эй, Вета, просыпайся... - уловила я на своем плече осторожное потряхивание и открыла глаза. Передо мной над диваном склонилась Тусья. Ее, отливающий при дневном свете синевой хвост, висел сейчас надо лбом, как пушистая челка, придавая девушке особо боевой вид, а глаза, неожиданно для такого образа, улыбались. - Уже утро. Мы ночью не стали тебя будить. Вставай, я завтрак приготовила.

- Утро? - сонно повторила я. - Я сейчас, быстро, - и выползла из-под пушистого пледа.

- Ты извини меня за вчерашний прием, - откинула девушка назад свою "челку". - Просто, каждый раз, когда мои мужчины вот так вот исчезают по своим делам, я становлюсь очень... нервная. Мало ли, куда их служба закинет... А хочешь, я тебе ванну нагрею? Я люблю в ней валяться по утрам.

При слове "ванна", я издала неконтролируемый протяжный стон, который Тусья оценила, как согласие и подмигнув мне, прямо как Сим, бодро посеменила из комнаты, крикнув на ходу. - А ты пока переоденься, халат на спинке кресла, я быстро...

"Да, ванна с утра может творить чудеса", - блаженно размышляла я, сдувая со своей розовой коленки радужный мыльный пузырь. Потом снова вытянула ноги и со вздохом закрыла глаза. Сегодняшний сон не выходил из моей головы, отодвинув на задний план и более важные проблемы. И, хотя в толковании вот таких вот посланий я ничего не смыслила, все ж, почему-то была уверена, что размытые эти образы пришли ко мне не просто так. А вот зачем? Это пока оставалось загадкой...

А минут через двадцать мы с Тусьей уже сидели за столом и с одинаковым аппетитом поглощали яичницу с сыром. На мне был черный атласный халат, прихваченный только поясом и, судя по размеру и длине, принадлежащий хозяйке дома. Полы его все время, то сверху, то снизу разъезжались, и девушке доставляло огромное удовольствие следить за моими суетливыми поддергиваниями. В конце концов, она не выдержала и с ехидной улыбкой отметила:

- Да что ты так нервничаешь? Красота должна быть видна. А твое тело очень даже привлекательное.

- Ага, - скептически хмыкнула я. - Только некого мне здесь им радовать.

- Как это некого? Вот Сим скоро прибежит. Его и порадуешь.

- Сима? Его больше мой магический маячок радует.

- Это да, - вздохнула Тусья. - А ты не хочешь мне рассказать, как оказалась в Ладмении. Меня прямо распирает любопытство, - погладила она свой округлый животик. - Мне Глеб совсем коротко все обсказал. И должна же я знать, в конце концов, кто в моем доме будет жить целый месяц.

- Все-все-все? - уточнила я, откладывая вилку.

- Все-все-все, - дернула девушка хвостом и полперла руками подбородок...

Рассказ мой, в результате, затянулся надолго. Тусья, то подхватывалась из-за стола, подливая нам в кружки чаю, то замирала в особо лирических местах повествования. А когда я, наконец, закончила, надолго замолчала, отвернувшись к окну:

- Ты, наверное, сейчас очень злая на Сима? - выдала она, так и не глядя в мою сторону.

- Злая? Нет. Он ведь просто выполнял приказ Верховного мага.

- Ох уж, мне этот Верховный маг, - сморщила нос Тусья и нервно дернула головой. - Из-за его... особых поручений мой братец когда-нибудь обязательно влезет в совсем плохую историю. Но, знаешь, Вета, на самом деле, Сим очень хороший. Он такой... заботливый и нежный. Только, совсем еще...

- Мальчишка, - закончила я за нее. - Я заметила.

- Да, - расплылась девушка в ответ. - Мальчишка. К тому же, вбивший себе в голову, что наш уважаемый Мастер - самый великий маг в этой стране и каждое его слово для него закон.

- А ты думаешь иначе? - удивленно уточнила я.

- И я и Глеб, - прямо взглянула она мне в глаза. - Просто, мы с братом действительно... очень обязаны Димиону. И, наверное, сейчас Сим свято верит, что оплачивает наш с ним долг перед Мастером.

- Да что же вы такое на пару натворили то?

- Самую малость, - ответила она, продемонстрировав мне мизерное расстояние между двумя пальчиками. - Родились не в той стране и не от того отца. Мы ведь не здешние, Вета.

- Это я заметила. Особенно по тебе, такой шикарной восточной красавице.

- Так уж и красавице, - зарделась Тусья. - Просто, я очень похожа на своего отца, только вот фигура мамина. А Сим - наоборот. Хотя, здесь трудно судить. Ведь наш отец был джингарским дэвом.

- Кем был ваш отец? - выкатила я глаза.

- Дэвом, - ответила девушка таким тоном, будто речь идет о соседе через дорогу. - В простонародье - духом зла, обитающим под землей. Но, жили мы не под землей, а в нормальном большом доме в предгорье. Если судить по Ладмении, то где-то вблизи Бадука. Только с другой стороны Рудных гор. У отца там был целый гарем, когда Сим родился. Но, он нас всех любил и баловал одинаково, хотя и жил не с нами. А потом, уже после смерти мамы, она была простым человеком, все изменилось. И нас с братом стали, в отсутствие отца, обижать старшие его дети. Особенно один из них, самый взрослый и больше всех на него похожий, Дорз. Ох, и доставалось Симу от него за нас обоих, - невесело хмыкнула девушка. - Мы ведь с братом не унаследовали настоящую силу дэва, в отличие от Дорза. Хотя, магия огня очень схожа с ней... А потом, однажды, в наш дом ворвались другие дэвы и сначала убили отца, потом Дорза, а всех остальных, связали и притащили к ущелью в горах. У них там, на следующий день, был праздник, и нас хотели принести в жертву. Это мы уже позже узнали, когда Глеб нас оттуда вытащил.

- Глеб?! Глеб вас спас?!

- Да, солнце мое нас спас, - лучезарно расплылась Тусья. - Если бы не он... Хотя, изначально намеревался вытащить только Сима, - вдруг засмеялась она. - Ведь он из всей нашей кучи был единственным светловолосым ребенком. Но, мой братец схватился за меня и Глеб побоялся, что из-за шума к нам в сарай раньше срока прибежит охрана. Поэтому ему пришлось вытаскивать и меня. А потом он снес своей некромантской магией нашу хлипкую тюрьму и выпустил всех остальных... Я, с тех пор, ненавижу магические подвалы. Ведь Глебу пришлось тогда рискнуть, уходя от преследования. А лазить по этим тоннелям, ты ведь наверняка сама знаешь, больше двух нельзя. А он решил перетащить через горы всех сразу. В результате мы оказались не в Куполграде, а посередине Вилюя, правда, недалеко от столицы. И я чуть не утонула тогда, если бы, не мои мужчины. Правда, воду я, почему-то с тех пор не боюсь...

- А сколько вам с Симом тогда было?

- Мне - пять, а Симу двенадцать... А потом Глеб, все таки дотащил нас до Куполграда и ему пришлось долго оправдываться перед властями за свой противозаконный поступок. Ведь он нас перекинул через границу нелегально. Вот тут Димион ему и помог - уладил все вопросы с нашим гражданством. А мы с Симом так и остались жить здесь, в этом доме, - любовно обвела она взглядом стены комнаты.

- И поэтому, ты думаешь, Сим теперь работает на него?

- Нет, - дернула хвостом Тусья. - Сначала он закончил кадетский корпус при Прокурате. Потом, семь лет был простым рыцарем на обычной работе. Лазил по провинциям, ловил нечисть в городских трущобах. А уж после, когда стали набирать особую комтурию для совместной работы Прокурата и Совета магов, Димион про него вспомнил. И с тех пор, вот уже второй год, мой братец у него на побегушках.

- Кто тут у кого на побегушках? - обернулись мы с магичкой на жизнерадостный голос Сима. - Неужели вы, девушки, про меня говорите? - плюхнулся он на соседний со мной стул.

- Конечно, про тебя, - подтвердила Тусья. - Вета вот интересуется, чего ты больше боишься: ножа или топора.

- Честно, говоря, я саму Вету больше всего и боюсь. Без ножей и топоров, - совершенно серьезным тоном изрек мужчина и посмотрел мне в глаза, потом опустил свой взгляд пониже и смущенно закашлялся.

Я же соскочила с места и пошла переодеваться в гостиную, наплевав по дороге на развязавшийся пояс халата. А сразу после этого вернулась за стол и, как ни в чем не бывало, села на свое место.

- Чем ты думаешь, сегодня заняться? - тут же озадачил меня вопросом жующий яичницу Сим.

- Не знаю, - пожала я плечами. - Ведь, насколько я понимаю, сегодня во всех конторах столицы выходной. Так что, мои бумажные дела придется отложить до понедельника.

- Зато управляющие банков сегодня работают, - мило улыбнулась мне Тусья.

- Ну и что с того? Я все равно туда не пойду.

- Что, так и будешь целый месяц бегать по Куполграду в своей старой юбке, которая к тому же, тебе еще и велика? - подняла девушка "фамильную" правую бровь.

- Ну, навещаю себе что-нибудь... А с чего ты взяла, что она мне велика?

- Во-первых, - дернула хвостом она. - навещать, это все обманка. Ее любой маг разглядит. Да и неинтересно. А, во-вторых, вчера, когда ты пришла сюда, я у тебя вот этого - ткнула она пальцем в мою кожаную цветочную аппликацию. - не видела. А значит, пока ты шла, юбка твоя на тебе перекрутилась. И как же она могла такое сделать, если не болтается вокруг твоих бедер? Вета, неужели, ты сама не заметила?

- Да... - озадаченно оттянула я пояс своего походного наряда. - Никогда бы в своей прежней, спокойной жизни не подумала, что не буду радоваться тому, что похудела... Значит, я ее просто ушью.

- Послушай, - встрял в наш дамский разговор Сим. - А давай, я тебе подарок сделаю, дружеский - куплю что-нибудь красивое. А потом ты это наденешь, и мы с тобой пойдем куда-нибудь... гулять.

- Спасибо, Сим, - вздохнула я. - Мы с тобой и так уже... прогулялись по половине Ладмении.

- Вета, - менторским тоном произнесла Тусья. - Скажи, тебе обязательно строго по датам отчитываться перед своим мужчиной?

- Нет, - опешила я. - Он меня вообще не просил перед ним отчитываться.

- Ну, тогда какая ему разница, в какой день тебя... свела судьба с Верховным магом, и когда именно, он тебе дал записку в банк? Ведь ты все равно ему расскажешь про свою встречу с ним и про свалившееся бабушкино наследство. А может, вот в этот самый момент мой братец как раз и принес тебе приглашение на прием к его досточтимому начальнику.

- Это что, мне опять врать Борамиру? - сузила я глаза.

- Да зачем тебе ему врать? - закатила свои девушка. - Ты ведь сама сказала, что он от тебя не потребует отчета. Ты просто, когда будешь ему рассказывать, не уточнишь, в какой именно день была во Дворце магов... Просто, не уточнишь. Поняла?

- Ну-у... - протянула я и закусила губу. - Кажется, поняла...

- Вот и здорово, - облегченно выдохнула Тусья. - Значит, после обеда мы с тобой вполне можем позволить себе, сначала прогуляться до "Пилигрим-банка", а потом по дамским магазинам. Ну, а Сим, будет нашим...

- Охранником? - с надеждой спросил мужчина.

- Носильщиком, - хором ответили мы с Тусьей...

После обеда мы втроем пешком направились в центр города. Причем, самой бодрой из нас была Тусья, находящаяся, в ожидании "маленького некроманта", на восьмом месяце беременности. Девушка в городской суете чувствовала себя, как рыба в воде, постоянно дергая меня за ремень сумки и тыча пальцем во все яркое и красочное. Я же, в основном открывала рот на местную архитектуру, представляющую собой полный эклектический хаос : строгие готические фасады официальных контор соседствовали с откровенно китайскими крышами жилых зданий, а рядом, всего в двух шагах от них, можно было наткнуться на полосатый европейский тент над каким-нибудь магазинчиком. Что же касалось нарядов столичных модниц, то и здесь царила абсолютная свобода нравов. Хотя, общие тенденции, все же, просматривались: длина платьев - "до пят" и очень смелые декольте на любых объемах. Сим, периодически выводил нас из ступора, хватая меня за руку у какого-нибудь памятника, или щелкая пальцами перед носом Тусьи, застывшей напротив очередной витрины и, примерно, часа через два, героически довел-таки, до нужного банка.

Вовнутрь же вошла я одна. А через минут двадцать вышла, слегка обалдевшая от открывшейся мне информации. Тусья с Симом поджидали меня в ресторанчике напротив, устроившись за угловым столиком с букетом фиалок в центре и стратегическим окном, выходящим как раз на полированные двери банка.

- Ну что? - поднялся мне навстречу маг. - Тебе отказали?

- Нет, - проблеяла я и плюхнулась на мягкое сиденье.

- А почему тогда у тебя такое лицо? - встревожено поинтересовалась девушка.

- Вы мне скажите, а то я плохо в местной валюте разбираюсь, сто двадцать тысяч злотеней , это сколько? Много или мало?

- Сколько? - поперхнулась сухариком Тусья.

- Сто двадцать тысяч злотеней... кажется.

- Это, очень много, Вета, - отвернулся к окну Сим.

- А если конкретнее?

- Конкретнее? - выдавила прокашлявшаяся Тусья и задумалась. - Чтобы тебе понятнее было представить... Ну, например, наш с Глебом дом в начале этого года специалисты оценили в семьдесят злотеней.

- Понятно, - выдохнула я и тоже схватила сухарик из вазочки. - Значит, той тысячи, что я сейчас взяла, нам с вами на месяц хватит... А вы почему замолчали? - окинула я свою компанию недоуменным взглядом.

- Да, все нормально, - криво улыбнулся Сим. - Мы за тебя очень рады. Правда, сестрица?

- Конечно, рады, - дернула несуществующим по случаю выхода в свет хвостом Тусья, - Ты теперь не бесприданница для своего правителя Озерного края, - а потом глянула на своего брата и вздохнула. - Ну что, по магазинам то пойдем, наряды покупать?

- Знаете что, - вкрадчиво произнесла я и посмотрела сначала на Сима, а потом на замершую Тусью. - Я с вами, пожалуй, никуда не пойду. И вообще от вас съеду.

- Это еще почему? - хлопнула своими густыми ресницами девушка.

- А потому что вы ведете себя очень скверно. У меня что, вдруг обнаружилась, прямо в банке заразная болезнь? Или я вас ненароком, чем-то смертельно обидела?.. Ну, хорошо, мы можем просто забыть, что у меня есть эти деньги? Сим, я к тебе обращаюсь, в первую очередь. Ты ведь сегодня себя моим другом назвал.

- Вета, - поднял он на меня глаза. - Я отношусь к тебе по-прежнему, я твой... друг.

- А ты, Тусья? С тех пор, как я появилась в Ладмении, ты первая с кем я могу откровенно поговорить и, даже, открыть душу. И мне будет больно потерять это снова.

- Знаешь, - неожиданно хитро сощурилась девушка. - Ты права, Вета, конечно... Но, будешь жить у нас в доме только тогда, когда кое-что мне пообещаешь.

- Пообещаю, я?.. Говори.

- Ты не будешь сорить своими деньгами и тратить их на нас, а останешься просто гостьей и... моей подругой.

- Тусья, - всхлипнула я и обхватила девушку за плечи. - Конечно, я обещаю.

- и уткнулась ей в ухо, пряча мокрые глаза.

- Вот так-то, - прерывисто вздохнула она и шмыгнула носом...

А потом, мы, все-таки пошли по дамским магазинам. Мы с Тусьей впереди, а Сим, исполняя роль, пока, охранника замыкающим. Ох, сколько же мы их тогда обошли, улыбаясь, меряя и объясняя. К вечеру, все наряды, увиденные за день, водили перед моими глазами разноцветные хороводы, вызывая рвотный рефлекс, а у Сима, напротив, поднялось настроение. Еще бы, одного его "огненного" взгляда хватало, чтобы девушки-продавщицы начинали краснеть и путаться в размерах, подсовывая нам с Тусьей совсем не то, что мы просили. И это он был еще "в штатском"...

Наконец, уже в сумерках, маг поймал напротив последнего нашего дамского "пристанища" возчика и, сначала, запихал в коляску Тусью и меня, а потом протиснулся сам, нагруженный коробками и свертками всех размеров. Дома же нас поджидал, курсирующий вдоль окон Глеб. Но, в отличие от своей любимой жены, читать нам морали не стал, а лишь сочувственно глянул на театрально пыхтящего Сима...

- Знаете, что я вам хочу предложить, - осторожно начала я, когда мы все вместе собрались в гостиной. - Все равно, из-за нашего позднего возвращения ужин не готов. Так, может, я смогу вас всех, в порядке исключения из моего сегодняшнего обещания, пригласить в какой-нибудь ресторан, или, куда здесь, в столице люди и маги ходят вечером хорошо провести время? А-а?.. - с надеждой оглядела я присутствующих. - Заодно и проветрю свое новое платье вместе с туфлями.

- А оно у тебя с открытым верхом? - осведомился Сим.

- Все, как ты любишь, - оскалилась я в ответ.

- Ну, раз ужина сегодня не будет, то, можно и проветриться... вместе с твоим новым платьем, - улыбнулся Глеб и глянул на свою жену, которая в этот момент лежала головой на его коленях, а ногами болтала с боковушки дивана.

- Хорошо, - скосилась она в мою сторону. - Только место выбираю я. Ты все равно здесь ничего пока не знаешь...

Вот так мы и оказались в "Бархате", очень приличном и "вкусном", со слов Тусьи месте... Где не было ни одного человека. Лишь маги и парочка алантов: красивая женщина и мужчина в годах, сидящие на невысоком пьедестале в дальнем углу. И даже музыка здесь была магической и звучала из трех светящихся шаров двумя скрипками и одной виолончелью, плавающими по залу под потолком и периодически зависающими над каким-нибудь из столиков. Меню же нам принес самый обычный призрак. По крайней мере, мне так вначале показалось... когда я с перепугу схватила за руку сидящего рядом Сима.

- Вета, - попытался он отцепить мои пальцы от своего рукава. - Это не настоящий призрак. Это вообще не призрак, а безвредный фантом.

- Ну, знаете ли, - ослабила я, наконец, свою мертвую хватку. - А почему здесь совсем нет людей? Одни маги и аланты.

- А тебе здесь что, не нравится? - насторожилась Тусья.

- Мне здесь нравится. Но, на вопрос вы мой не ответили, - уставилась я теперь, уже конкретно на Глеба.

- Понимаешь, Вета, - задумчиво протянул тот. - Есть в нашей столице такие места, куда люди предпочитают не ходить... для своей же безопасности.

- Почему? - выдохнула я и, на всякий случай, вгляделась в предлагаемые местной кухней блюда.

- Ну, потому что им в таких местах... не очень рады.

- Элитные магические зоны?

- Да. Только некоторые представители человеческой расы все равно остаются выше этих правил... И граф Ракницкий входит в их число, - с улыбкой глядя мне в глаза, добавил Сим.

- Знаешь, мне это совсем не важно, - честно призналась я. - Вы мне лучше скажите, а аланты всегда сидят вот так отдельно, возвышаясь над остальными?

- Эти, да, всегда возвышаются, - нервно дернула плечом Тусья. - Вы вообще, заказывать собираетесь или нет? А то мне этот фантом уже весь бок отморозил своим сквозняком...

Вообще-то, готовили здесь, действительно, вкусно. И вечер прошел хорошо, окатив нас по дороге обратно, теплым проливным дождем. Недовольную Тусью, Глеб, все же заволок в подвал, во избежание нежелательных простудных осложнений. Я же, под бдительным присмотром Сима, босиком по лужам брела домой старым "человеческим" способом.

- А красивое у тебя... было платье, - усмехнулся мужчина, глядя на мой изрядно подмоченный подол.

- Это ведь только платье - плата за удовольствие. Ты попробуй, скинь свои туфли. Все равно у тебя в них уже вода хлюпает.

- Почему бы и нет, - пожал плечами Сим и через минуту последовал моему примеру, правда, предварительно закатав штанины брюк почти до колен.

- Ну как, нравится? - вопросительно уставилась я на него.

Маг, оттопырив большие пальцы на ногах, осторожно зашел в теплый поток, несущийся ему навстречу по краю мостовой, и медленно двинулся против течения:

- Нравится... очень. Как в детстве.

- А сколько тебе лет, Сим? - смеясь, спросила я.

- Двадцать восемь. А что?

- Да так... Просто, мне иногда кажется, что ты гораздо младше меня.

- Правда? - удивленно вскинул он на меня глаза. - Может, поэтому ты не воспринимаешь меня всерьез?

- Всерьез, как что, угрозу? - недоуменно остановилась я.

- Нет, не как угрозу, - убрал он с моего лба намокшую прядь, а потом невесело усмехнулся. - Мы же сегодня с тобой уже выяснили, что я тебе друг... И, исключительно, как друг я сейчас сделаю вот это, - подтянул он меня к себе и шагнул в темноту, вынырнув через секунду уже в прихожей Глеба и Тусьи. - Иначе никак. До завтра, Вета, - были последние слова Сима, прежде чем он вновь исчез под еще мерцающей каменной аркой.

- Высший пилотаж, - завистливо выдохнула я, глядя ему вслед...

Глава 24

Ожидание...

И потянулись мои столичные дни, в беготне по конторам, хождениям по магазинам и визитах вежливости. Хотя, от одной обязанности меня избавил сам ее требователь, Самуил Рабикович. Он пришел в дом Глеба и Тусьи уже на следующий день после моего посещения банка, в воскресенье, и был чрезвычайно серьезен. Задал кучу вопросов, будто в уме заполняя какую-то анкету, внимательно выслушал нашу с Тусьей версию о появившихся у меня деньгах и, пообещав часто меня навещать, быстро ретировался. Я тогда, провожая его с крыльца взглядом, лишь озадаченно молчала, но моя новая подруга была более многословна:

- Получил-таки, нагоняй от Его сиятельства господин поверенный в делах.

- Ты так думаешь?

- А что тут думать то? - хмыкнула Тусья. - Явно вчерашнее письмецо из Озерного края было еще то, с эмоциями...

- Лучше бы он мне письмецо написал... с эмоциями, а то, как-то муторно на душе.

- Ты чего это? Прошло всего два дня. Еще получишь и письма и эмоции, - уверила меня Тусья и развернулась в дом...

Но, за проведенную мной в Куполграде неделю господин Рабикович не принес мне ни одного послания от графа. Он лишь на словах передавал наилучшие пожелания с чисто еврейскими оборотами, видимо разбавляя от себя словесную скупость Борамира. Зато сон мой, увиденный в первую столичную ночь, "радовал" еще дважды, повторяясь совершенно точно. В конце концов, в субботу вечером я не выдержала:

- Послушай, Тусья, как ты относишься к снам? - застала я девушку в гостиной, за чтением любовного романа в характерно яркой обложке.

- Сны, говоришь? - задумчиво протянула она. - А почему ты спрашиваешь?

- Понимаешь, мне, пока я у вас живу, уже три раза приснилось одно и тоже. Это вообще, что-то означает?

- Вета, - мужественно захлопнула она свою книжку и устроилась в кресле по удобнее. - Я к снам отношусь очень серьезно. Потому что считаю их своей второй жизнью. Вот, например, перед твоим появлением у нас, мне приснилась жуткая гроза и собака на нашем крыльце, большая и совершенно мокрая от дождя.

- Значит мокрая собака, это я?

- Получается, так, - дернула хвостом Тусья. - Но, меня тогда очень гроза напугала. Поэтому я и отнеслась к тебе, сначала... настороженно. Ну, а, что касается твоих повторов, то мне нужно знать конкретно, что именно тебе является так навязчиво. Давай, рассказывай...

- Да легко, - примостилась я рядом с ней. - Я этот сон уже наизусть помню, - и поведала ей словесную версию своих ночных смутных образов и картинок.

А когда закончила, Тусья выглядела весьма озадаченной, что и подтвердил первый ее уточняющий вопрос:

- Ну, с грифоном здесь все для меня очевидно. Это образ моего братца. А вот, что касается этих твоих "дружеских посиделок"... Давай, уточним, у тебя получается, что двое совершенно разных мужчин, из совершенно разных кругов, сидят за одним столом, пьют и разговаривают о твоей бабушке?

- Получается, так.

- Угу... А теперь вспомни хорошо: твой мужчина в каком времени о ней говорил, в прошедшем?

- Нет, Тусья, он говорил: "Да, она такая, Неонилия. Она это может". Это звучало так, будто моя бабушка еще жива, причем Борамир ее прекрасно знает и даже... - начала я и потрясенно замолчала.

- Вета, Вета, - защелкала перед моим носом пальцами девушка. - Ты чего так глаза выкатила?

- Не знаю, Тусья. Может, я уже медленно схожу с ума, раз приходят в голову разные сумасшедшие мысли.

- А я знаешь, что считаю: чем больше ты думаешь о нем, тем больше вгоняешь себя в хандру... Ты скажи, у тебя ведь завтра свободный день?

- Ну да. Мне теперь только в понедельник с утра в очередное место за очередной бумажкой.

- А теперь еще мне скажи: ты умеешь прокладывать подвалы, будь они неладны?

- Тусья! - просияла я и соскочила с места. - А ведь точно. Вот я дура безнадежная! Ведь, я же могу сама к нему, хоть на несколько часов... Хоть, просто увидеть...

- Ну, я бы на твоем месте не ограничивала так вашу "культурную программу", - многозначительно хмыкнула девушка, провожая меня взглядом из гостиной...

Мне лишь нужно было за что-то "зацепиться", выбрать правильный ориентир, чтобы представить его на другом конце темного тоннеля. И, недолго думая, я воссоздала в памяти камин в бывшей своей проходной комнате. Он сначала вспыхнул передо мной, белым пятном с черным провалом ниши посередине, а потом стал медленно отдаляться. А между нами, из сгустков, закручиваясь в тугие круги, начали проступать уже знакомые камни арки. И я шагнула в нее, прямо с крыльца дома Глеба и Тусьи, от волнения закусив губу. Потом сделала несколько неуверенных шагов в совершенной темноте, не поддающейся даже аланскому зрению и... будто, оказалась в ярко освещенной комнате, так мне поначалу показалось.

На самом же деле Озерный край уже давно накрыла своим звездным крылом ночь. Теплая и завораживающе тихая... Хотя, нет. Кое-какие звуки в ней все-таки были... Я осторожно открыла дверь в графские покои и радостно усмехнулась: "И как его помидорный балдахин до сих пор не сдуло от такого-то храпа?". На цыпочках, подошла к кровати, и заглянула в темноту... Борамир спал, лежа на животе. Волосы разметались по смятой подушке, почти закрывая его лицо. Но, мне не надо было его видеть. Я и так помнила каждую его морщинку, такую человеческую и такую родную...

Осталось лишь ревностно осмотреть свечение мужчины, а потом мельком окинуть алантским взглядом и всю комнату: не "наследил" ли здесь своими не очень чистыми руками кто-то в мое отсутствие?.. Я уже почти успокоилась, уже сделала осторожный шаг к ступеньке перед кроватью, как где-то за ширмой, самым краем зрения даже не увидела, почуяла "инородный" магический шлейф. Он тянулся из кабинета, точнее, из малахитовой шкатулки, стоящей на одной из полок книжного шкафа. Я вспомнила ее. Именно отсюда пропало то злосчастное кольцо, за которое отдувалась сидением в клетке Тиниэль. Так что же там еще может быть?..

Сразу сверху, на горке из бус, сережек и браслетов, рядом со вновь обретенной пропажей, лежал небольшой, овальной формы медальон на черном кожаном шнурке. Вот от него то и исходило золотисто бурое мерцание - последний "дружеский" привет от мага земли, Конта. Я подцепила его за шнурок и пронесла через всю комнату, на вытянутой руке, как когда-то Елания мою цацку, к камину, где уже догорали поленья. А потом, без всяких угрызений совести закинула в самый жар.

Сначала загорелся шнурок, пустив струйку черного едкого дыма, а немного позже занялся и сам медальон. Он словно выгнулся в предсмертной судороге, а потом крышка его распахнулась и я на секунду увидела миниатюрный женский портрет, который тут же начал чернеть пятнами. "Это что еще за дама?", - сунула свой нос прямо в каминную нишу, пытаясь хоть напоследок разглядеть незнакомку, но, в этот момент, пламя, уже почти полностью поглотившее украшение, вдруг, сначала втянулось в него со свистом, а потом, с громким "ш-ш-бух" взвилось вверх, едва не домахнув до меня. Вот тут уж я проявила себя во всей красе, сначала запнувшись задником своей новомодной туфли за угол ковра, а потом, прихватив с собой в "полет" подставку для каминной кочерги. Последняя, кстати, лететь отказалась, и с предательским грохотом упала на пол, прямо у моих раскинутых в разные стороны ног...

- Привет, - проблеяла я, склонившемуся надо мной Борамиру. - А, красивые у тебя... семейники.

Мужчина смущенно охнул, потом рывком поставил меня на ноги и скрылся куда-то за балдахин, видимо, облачаться в штаны:

- Ты что, через дымоход сюда влетела? - послышалось оттуда.

- С чего ты это взял? - оскорблено заявила я.

- Просто у тебя все лицо и шея в саже.

- Да?.. Романтизм встречи испорчен окончательно.

- С чего ты это взяла? - в ответ усмехнулся вернувшийся граф.- Пойдем ка сюда, - усадил он меня на краю кровати, а сам, примостившись напротив, принялся оттирать мне лицо чем-то неприемлемо белоснежным. Судя по пуговице, царапнувшей мою щеку, собственной рубашкой.

- Ну, ты хоть, рад мне? Я ведь специально для тебя наряжалась в это вызывающее платье, - пробубнила я, покорно скосив рот набок.

- Конечно, рад, - засмеялся мужчина и, придирчиво осмотрев плацдарм выполненных работ, перешел к шее.

- Значит, тогда ты не будешь на меня злиться, если я тебе скажу, что спалила в камине твой медальон? Вот от него то и было столько копоти.

- Зачем? - замер с рукавом в руке Борамир.

- Заканчивала свою работу, - авторитетно заявила я. - Это ведь было не просто украшение. Его Конт использовал для того, чтобы на тебя воздействовать. А ты его, почему-то снял. Кстати, почему?

- Потому что он перестал иметь для меня смысл... Не вертись, ты мне мешаешь.

- Я тебе мешаю... Ты же сказал, что у меня только лицо и шея грязные, а не...

- Это я так, на всякий случай... Чтобы к утру тоже не быть всему в саже.

- Ах, так? - обхватила я его шею руками и сцепила пальцы за головой мужчины. - Даже не надейся. Ты все равно и половины не стер при таком то освещении.

- Какие уж тут надежды, когда ты рядом, - обреченно произнес Борамир и прижал меня к себе в долгом, лишающем разума, поцелуе...

Ну и зачем была теперь, скажите на милость, эта пресловутая алантская тяга к свободе? Когда, рядом со мной, в одном ритме дышал самый любимый и самый нужный мне человек. Когда кроме этих вот губ и рук ничего больше в мире не существует... Кроме одного, так и несказанного мне слова...

- Постой, - уперлась я в его плечи руками, уже где-то на грани реальности.

- Что ты хочешь? - хрипло спросил Борамир, приподняв голову от моей груди.

- Я хочу... Прежде чем все сейчас свершится, чтобы ты назвал меня полным именем.

Мужчина навис надо мной, опершись на локоть, и внимательно посмотрел в глаза:

- Ты, моя любимая, мое спасение и... без тебя мне больше не жить, - произнес он уже над самым моим ухом и вновь потянулся к губам.

- Борамир, как меня зовут? - застонала я, уже в отчаянии. - Если ты сейчас это имя не произнесешь, то... потеряешь меня.

Он отпрянул от меня, как после пощечины, а потом горько усмехнулся:

- Да... Я знаю, ты такая, ты это можешь сделать. Просто взять и уйти в неизвестность.

Да, я такая, я могу... Я эти слова помнила наизусть, как и все остальное, увиденное трижды в своем треклятом вещем сне... И поэтому сейчас просто встала, а потом замерла и повернулась к нему лицом:

- Я хочу, чтобы ты знал. Я люблю тебя больше всего на свете, но говорю это в последний раз. И я не вернусь к тебе, пока ты сам меня не позовешь. Ни истинного аланта с небес, ни воспетую рыцарем Неонилию, а меня, Ветвяну Полунич... Потому что только она тебя любит и пока еще ждет.

А потом шагнула в подвал, сильно рискуя при этом, оказаться в гостях у хобьей матери вместо знакомого крыльца...

В доме свет горел лишь в гостиной. Я, как лунатик, поплелась почему то туда, а не к себе в комнату на второй этаж, сама плохо соображая, зачем мне это надо. А, когда увидела Тусью, лежащую на диване, с подушкой под животом и книжкой под носом, так и застыла на пороге:

- Все читаешь?

- Угу, - мотнула она своим, съехавшим на бок, хвостом, не отрываясь от страницы. - Никак этот тупоголовый Крис не может объясниться с Азалией. То ему землетрясение мешает, то... Постой-ка, - подняла она, наконец, на меня свои глаза. - А ты что так рано вернулась?.. Да еще босая... С распахнутой грудью и вся в саже? Вы чем там занимались в Озерном замке?

Я, сначала, открыла рот, чтобы ответить на каждый заданный девушкой вопрос, но, потом поняла, что мыслей на такой объем все равно не хватит, и просто сползла по косяку, завывая по мере следования:

- Тусья, все очень плохо. Он любит не меня, а свою романтическую фантазию - прекрасную Неонилию. А меня он даже по имени не хочет называть.

- Та-ак, а, ну-ка, Вета, прекрати истерику, - подскочила ко мне девушка. - Ты мне мужчин разбудишь. Зачем нам лишние уши?

- Тусья, каких мужчин? Ты что, уже родила? - уставилась я сквозь пелену слез на ее выразительный живот.

- Что? - схватилась она за него. - Ты чего несешь? У нас сегодня Сим ночует. Я ему у тебя постелила. Мы ведь тебя так рано не ждали.

- Вот и этот тоже, - снова зашлась я. - Бдит он, рыцарь - бдун. Ненавижу рыцарей. Они такую ересь пишут. Потом другие ее читают и с ума сходят.

- Ну, я не знаю, что там Сим в своих отчетах пишет, только он нам сейчас здесь совсем ни к чему. Так что давай, подруга, прекращай выть и рассказывай уже, - зашипела на меня девушка, пытаясь отодрать от косяка.

Пришлось прекращать, во избежание уже реальных преждевременных родов и перемещаться на диван:

- Ты знаешь, он себе вбил в голову, что я, это не я, а образ, которому обязательно нужно соответствовать. Но, этот образ, Тусья, он ведь совсем... недосягаем. Его этот странствующий... сказитель придумал. На самом-то деле такой женщины - аланта не существует. А как же можно соответствовать тому, до кого и дотянуться то невозможно?

- Постой, я только одно сейчас поняла. Твой мужчина витает в облаках?

- Ну да, - тут же подтвердила я. - Старомодный романтик. Но, я то его за это и люблю. Почему же он не может полюбить меня только за то, что я, просто Ветвяна Полунич, а не какой-то там, истинный алант.

- То есть ты, не истинный алант, я правильно поняла? - уточнила Тусья.

- Да какой из меня "небожитель"? Я сама-то себя боюсь после своих... подвигов.

- Тогда поправь меня, просто Ветвяна Полунич, если я в чем-то ошибусь. Ты при своем мужчине, сначала, вместо того, чтобы прирезать его, чуть не прирезала Конта. И сделала это, не с помощью своей алантской силы?

- Да Конт и не хотел, чтобы я убивала Борамира, - попыталась я внести ясность в ситуацию. - Он тогда просто хотел меня убрать, как помеху. Я ж потом ему самому, когда в памяти мага рылась, эту картинку показала.

- Ну, к этому "неалантскому" подвигу мы еще вернемся. Ты мне другое скажи, то, что ты сейчас мне тут пояснила, как-то меняет дело? Ты ведь смогла тогда магу противостоять?

- Смогла, - со вздохом подтвердила я.

- Так. Пойдем дальше. Ты в воздухе при своем мужчине летала?

- Летала.

- Теперь о памяти. Рылась в сущности у Конта?

- Ну, да.

- Хорошо... И, наконец, смертельный номер нашей "неалантской" программы - зверей ты при своем мужчине в пепел обращала, в больших количествах?

- Тусья! - взмолилась я. - Что ты хочешь, чтобы я тебе сказала? Да, я все это делала. Потому что... если бы не сделала, то как бы после этого жила?

- Вета, ты понимаешь, что я тебе хочу сказать... Уж ты меня извини, за то, что не очень лестно выражусь сейчас про твоих "небесных" сородичей, но вся твоя беда в том, что ты, со своими возможностями аланта, настоящего, первородного, сердце имеешь человеческое и живешь своими человеческими страстями до которых обычные аланты не опускаются. Да и некоторые маги тоже. Поэтому ты и поступаешь так, а не иначе. Вот здесь ты, действительно, права. И знаешь, что мне особенно обидно? То, что самый главный свой "подвиг" ради своего мужчины, сделку с моим братцем, ты совершила действительно, без алантской магии, а просто, потому что любишь. И именно об этом он никогда не узнает.

- И что же мне теперь делать?

- Ну, во-первых, застегнуть все-таки, свое платье, а потом, ждать, Вета. Я уверена, что если ты его полюбила, то он не такой же тупоголовый, как Крис из моей книжки и сам все сумеет разложить по разным полочкам.

- Ну да, - вздохнула я. - Аланты - отдельно, Неонилия - отдельно, и я - тоже отдельно.

- Да сдалась тебе эта Неонилия! - хмыкнула Тусья. - Кто она вообще такая?

- Как кто? - еще тяжелее вздохнула я. - Моя бабушка, покойная Неонила Марковна Полунич...

"Ждать... Легко сказать, гораздо труднее научиться. Особенно, после того, как все время куда-то бежал, пытаясь что-то сделать, что-то исправить. А теперь, просто ждать?.. Ждать, когда, наконец, будет готов ладменский паспорт. Ждать, что Борамир развеет все мои страхи и сомнения. Ждать, когда сделать или исправить уже ничего невозможно, потому что бороться больше не с кем. И побеждать некого... Разве что, собственную глупость. Потому что, это, как у меня обычно происходит, чем больше я думаю, что поступила правильно, тем больше себя убеждаю, что точно опять влипла... Вот и остается теперь, только, сидеть и ждать...".

- О чем мечтает прекрасная девушка и не сможет ли скромный рыцарь Прокурата превратить ее мечты в реальность? - услышала я сбоку от себя нагловатый мужской голос и снизу вверх, скептически осмотрела его обладателя.

Маленький, засаженный молодой сиренью городской парк, в котором я сейчас "мечтала", сидя на скамейке, был совсем далеко от дома Глеба и Тусьи. В него я и забрела то случайно, слоняясь по магазинам в поисках чего-нибудь "эдакого" к чаю. А, уловив запах, только распустившихся фиолетовых и белых гроздьев, не смогла пройти мимо.

- Это вряд ли... - покачала я головой в ответ. - Думаю, спрашивать, как ты меня нашел, в нашей ситуации излишне, так что, давай, присаживайся. Хочешь пирожное?

Рыцарь, облаченный сейчас в свои "служебные" доспехи, уселся на скамейку и подвинул к себе поближе круглую картонную коробку:

- О-о, шоколадное, спасибо. А то я с утра ничего не ел, - немедля засунул он в рот маленькое темно коричневое сердце. - Ты, наверное, не знаешь, наше ристалище здесь рядом, - продолжил, едва прожевав. - А у нас, в честь основания Прокурата, через два месяца ежегодный рыцарский турнир. Вот я и готовлюсь в любое свободное время... - мужчина, в раздумье, потянулся за еще одним сердечком, вздохнул и решительно закрыл коробку крышкой. - Я у тебя хочу спросить, Вета... - забарабанил он по ней пальцами. - Когда ты получишь гражданство, что собираешься делать дальше?

- Честно?

- Честно.

- Не знаю, Сим. Буду искать свою семью, это я точно знаю... И жить в столице я тоже точно не останусь.

- Но, и в Озерный замок ты тоже возвращаться не собираешься, - не спросил, а констатировал факт маг.

- Ты что, сегодня ночью опять подслушивал?!

- Вета! - подскочил от возмущения мужчина. - Надо было... говорить не так громко, это, во-первых, а во вторых... Во вторых, я за тебя беспокоился и поэтому не спал, когда ты вернулась.

- Сим, ты меня прости, но мне трудно определить, где твои служебные обязанности, а где просто дружеское за меня беспокойство. Как то все сложно.

Мужчина вновь сел и, глядя куда-то в сторону, произнес:

- На самом деле, Вета, все гораздо проще, чем ты думаешь... Но, - хлопнул он себя по коленям. - мне уже пора назад. Так что, давай-ка я тебя провожу... А, вообще, как ты сюда попала, на улицу Магов? - недоуменно огляделся он по сторонам. - Тусья, наверное, тебя уже потеряла давно.

- Как попала? - засмеялась я. - Бродила - бродила и попала. Я это теперь могу смело делать, не боясь заблудиться. А если заблудилась, зашла в подвал и вышла уже на знакомом крыльце. Прекрасное это изобретение - пространственный тоннель.

- Это, конечно, - потянул меня за руку Сим, - но, пойдем обратно простым человеческим способом, как простые... человеческие горожане. Ты ведь любишь все человеческое? - усмехнулся он.

- Обожаю, - сделав "страшные" глаза ответила я и тоже встала.

Мы вышли, сначала на узкую парковую аллею, а потом, пропустив экипаж, украшенный каким-то сложным гербом, перешли через мостовую и оказались на оживленной в этот час городской улице, действительно, совершенно мне незнакомой. Сим вдохновенно болтал о своей Пеструшке и о том, как проходят эти самые ежегодные рыцарские турниры. Я, в ответ, сначала лишь рассеянно ему кивала, думая в это время, что со стороны сейчас, наверняка не отличаюсь от обычных столичных жительниц, в своем длинном шерстяном платье с лентой под грудью и выражением скуки на лице. Потом, приглядевшись к встречным барышням внимательнее, начала замечать, как их отстраненные взгляды оживают на сопровождающем меня рыцаре, и... решила взять Сима под руку.

"Ты заметила?", - тут же перешел он на "внутренний" диалог.

"Что именно?"

"С какой завистью смотрят на меня мужчины, особенно маги?"

"Нет. Я на женщин смотрела... И чему же они завидуют, твоему черному панцирю?"

- Панцирю? - открыто засмеялся Сим. - Моим облачением здесь уж точно никого не удивишь. Они завидуют, что рядом со мной такая красивая женщина, да еще и алант.

- Да какая же я красивая? - искренне удивилась я. - Вот ты у нас действительно, красавец - мужчина... с огненным взглядом. Мимо не пройдешь, чтобы не обжечься.

- А ты знаешь, с кем аланты чаще всего заключают смешанные браки? С магами огня.

- Родственные стихии, - догадливо кивнула я.

- Ну да, получается так. Огненные маги дают алантам страсть, на которую они не способны в меру своей... сдержанности.

- Сим, - насмешливо расплылась я в ответ. - Ну, согласись, что это точно не наш с тобой случай. Мне и своих страстей хватает с избытком. И вообще, давай сменим тему. Ты мне лучше скажи, почему в городе, где живет огромное количество магов, именно эта улица названа в их честь?

- Ну, хоть что-то тебя здесь интересует, - вздохнул мужчина. - Эта улица названа так, потому что здесь когда-то находился Дворец магов, еще старый. Сейчас мы будем его проходить, он стоит в самом ее начале. Вон, смотри, на противоположной стороне, - махнул мне рукой Сим в указанном направлении.

Здание, возвышающееся между двумя кирпичными "соседями", скорее уж напоминало не дворец, а замок. Что вполне оправдывалось здешней архитектурной неразберихой. Сложенное из крупного, почти черного с редкими прожилками камня, красивыми остроконечными башенками и флюгером в виде солнца, полузакрытого облаком, над самой верхней из них. Я вгляделась пристальнее, своим алантским зрением и заметила разноцветные магические всполохи, которые, как легкий дымок из трубы в безветренный день, отделялись от шпилей то в одном месте, то в другом.

- А что там сейчас и почему маги отсюда съехали? - спросила, не отрывая завороженного взгляда от этого разноцветного "дымка".

- Часть лабораторий, но совсем немного. Остальные переехали в новое здание, на Площадь двух дворцов, когда Димион стал Верховным магом. А от оставшихся здесь и уходит в купол излишняя магическая энергия.

- В купол? Какой купол?

- Ну, Вета, - усмехнулся Сим, - Ты даже этого не знаешь. А ты думаешь, почему этот город называется Куполградом? Он и стал то столицей именно благодаря этому куполу, который забирает в себя всю лишнюю магию и рассеивает ее по своей поверхности.

- Это, как моя цацка, что ли? - удивленно дотронулась я до своего медальона.

- Ну, примерно, так, - скосился на нее мужчина. - Тоже прикрывает все самое... интересное. А вообще, где-то здесь, на месте города, раньше была самая "доступная" дверь на ту сторону. Вот ее то аланты и прикрыли куполом, для сохранности. А потом уже этот купол просто расширили. Но, где эта дверь сейчас, наверное, даже Его величество не знает. Тем более он не алант, а только маг.

- И что, даже Прокурат не в курсе? - ехидно поинтересовалась я.

- Представь себе, - развел руками Сим. - Лет двести назад, говорят, даже забава такая была у столичной скучающей публики из магов всех мастей "Найди дверь". Но, после того как парочка самых проворных куда-то исчезла, остальные заметно подостыли к затее.

- Я не могу понять, магам то это было зачем? Ведь, насколько я знаю, "ключами" для таких дверей могут быть только аланты.

- Так-то оно так, - скривился мужчина. - Но, я же говорю, дверь была самой доступной в Ладмении. Может, они... надеялись, что всем скопом все же смогут ее открыть... А, вообще, Вета, я не знаю, что ими тогда двигало. Так что, пойдем ка дальше, - потянул меня Сим за собой.

- Ну, хорошо, - зашагала я покорно за ним. - А почему контору то всю, кроме нескольких лабораторий, отсюда перевезли? Мне, например, этот замок больше нравится, чем теперешнее пафосное здание Дворца Магов.

- Ага, это раньше здесь был центр города. Сейчас это самая его окраина. А там, где стоит новая магическая "контора", много лет назад вообще сам Димион жил. На месте его хором и выстроили здание. А уж потом и мой родной Прокурат "подтянулся". И стала вечно ухабная Развальная площадь именоваться Площадью двух дворцов.

- Да-а, - в тон мужчине протянула я. - Миры разные, а все тоже, до боли знакомое.

- Что ты имеешь в виду?

- Конкурентная борьба: если у соперника хоромы шире, то у нас будут выше. И, непременно, чтобы еще и напротив.

- Ну, примерно, так, - засмеялся мужчина вместе со мной...

Сим, выполнив свою благородную миссию сопроводителя бродячих девиц, оставил меня на крыльце и тут же нырнул в подвал, сунув мне, уже в повороте коробку с пирожным. Я же вошла в дом и, к своему немалому удивлению, обнаружила там не только Тусью, но и традиционно отсутствующего в это обеденное время Глеба. Супруги сидели за кухонным столом и весело болтали, распивая чай из одной большой пиалы. При этом вид у обоих был подозрительно довольный. Особенно у Тусьи, "драчливый" хвост которой, весьма потрепанного сейчас вида, был где-то в районе правого уха.

- Добрый день, - на всякий случай, громче обычного, поприветствовала я их. - А я вам к чаю пирожные принесла.

- Вета? - рассеяно прищурился на меня Глеб. - День то действительно сегодня добрый, - многозначительно глянул он свою супругу, отчего та хихикнула и зарделась. - Но, к сожалению, мне уже пора. Встреча во Дворце магов... А, кстати, мне ведь с тобой поговорить надо... Так что, до вечера, девушки.

- До вечера, - проводила я его озадаченным взглядом. - Тусья, ты не знаешь, что еще стряслось?

- И откуда такие выводы? - беззаботно расплылась та. - Чаю хочешь? - и, не дожидаясь моего ответа, пошла в сторону плиты. - Вета, здесь только что был господин Рабикович. Буквально, перед тобой.

- Что? Кто был? - опустилась за стол. - И зачем он приходил?

- Ну, это, как обычно. Справился о твоем здоровье, про наше спросить не забыл. Потом сказал, что не знает, когда теперь еще к нам зайдет, на срочные дела сослался в провинции.

- Понятно... Очень воспитанный мужчина, этот господин Рабикович.

- А еще, - подошла ко мне Тусья так близко, что чуть не уперлась животом. - просил тебе передать вот это... от Его сиятельства, - достала она из кармана халата конверт и положила передо мной.

- Это от него, - уставилась я на сургучную гербовую печать, как на бомбу с часовым механизмом.

- Ну, конечно, от него... Ты читать то будешь?

- Тусья, - подняла я на девушку глаза. - Я боюсь... Может, ты прочитаешь... вслух.

- Ты что, - тряхнула та остатками своего хвоста. - совсем обалдела? Давай, открывай. Или сейчас его тогда в камин выбросим.

- Ты сама обалдела! - схватила я письмо обеими руками и тут же вскрыла конверт. Потом достала оттуда вдвое сложенный лист, зачем то понюхала его и развернула... Посередине страницы, рукой Борамира были написаны слова: "Я буду тебя ждать. Всегда"...

- Что там?

- Он будет меня ждать... Всегда... Интересно, если я его буду ждать и он меня тоже будет ждать, то где же мы тогда встретимся? - нервно хмыкнула я. - Ну и что все это значит?

- По-моему, - осторожно начала Тусья, присаживаясь обратно на свое место. - это означает, что твой мужчина, хоть и считает твой поступок... не очень разумным, все равно тебя любит, а значит и ждет.

- Не очень разумным, говоришь? - сузила я глаза. - Ну-ну... Если говорить проще, бабской блажью он его считает. А может мне к нему прямо сейчас махнуть через подвал, со своими узлами нарядов в обеих руках и табличкой на шее: "Зови меня "дура безнадежная", любимый"? А нет, погоди. Лучше подождать, когда паспорт будет готов, чтобы его еще в зубы засунуть. Для законченности образа.

- Ага, ты еще забыла, для законченности образа, изобразить виляющий хвост, - хмуро отметила Тусья. - А вообще, я знаешь, о чем сегодня все утро думаю, Вета.

- Понятия не имею, - сообщила я и залпом выпила кружку чая. - Что это, Тусья? - тут же выкатила глаза на девушку.

- Чай с медом и перцем, - бессовестно хихикнула та. - Ну, что, успокоилась? Теперь можешь меня выслушать?

- Давай, жги дальше, - выдохнула я, едва, отдышавшись.

- Ну, так вот. О чем я сегодня все утро думала... до прихода Глеба... Ты вчера, мне свой сон рассказывала. Там, в твоем сне, сколько было действующих лиц?

- Трое, если считать грифона, то есть, Сима. А что?

- А то, что, возможно, он тебе повторялся трижды совсем не для того, чтобы предостеречь от... заблуждений твоего мужчины.

- А от чего тогда, по-твоему?

- Возможно, что твой мужчина в этом сне вообще был, ну-у, просто, за компанию что ли. И твой сон предупреждал тебя совсем не об этом.

- Тусья, выражайся яснее, - не выдержала я. - Кто с кем за компанию был? Я там, кроме грифона и Борамира вообще больше ни на кого никакого... - начала я замолчала.

- Вот и я о том же, - покачала головой "толковательница сновидений". - А ведь был там и еще один... участник - Верховный маг. Он-то чем занимался за столом, что говорил, как себя вел?

- Я не помню, - беспомощно пожала я плечами. - Я все время только на Борамира и смотрела, во все глаза. И только его и слушала.

- Что, совсем ничего? - с надеждой переспросила Тусья.

- Ну-у, он что-то там тоже про бабушку говорил... И все. Больше ничего не помню. Провал.

- Вот это и плохо, - вздохнула девушка, снова наполнила мою кружку и открыла коробку с пирожным...

Глава 25

Инициация...

До вечера я проходила, сама не своя, попеременно выплескивая волны досады то на Борамира, то на себя. К тому же, Тусья наотрез отказалась объяснять мне тему нашего с Глебом разговора. В результате, едва увидев меня на пороге гостиной, вернувшийся домой некромант изрек:

- О-о, вижу сегодня смогу обойтись и без обычного ужина, - а потом театрально оскалился, что тут же заметно охладило мой запал. Но, правда, не на долго и, уже после ужина я окончательно "лопнула":

- Глеб, или ты сейчас мне говоришь, что хотел, или обеспечиваешь себе энергетическое питание на ближайшую неделю.

- Неужели я так тебя напугал? - с наигранным удивлением поинтересовался некромант. - Да, в общем-то, ничего страшного, Вета, просто, мои сомнения... - поспешил добавить, наткнувшись на мой выразительный взгляд. - Ну, хорошо. Ты мне вот что, тогда, скажи. Ты знаешь, что такое инициация?

- Конечно, - опешила я. - Это обряд, который лишает аланта некоторых его способностей и излишка магии. После инициации, насколько я могу судить, алант, в лучшем случае, может лишь сравниться с очень сильным магом. Но, Мастером ему уже никогда не стать.

- Все так, - прищурился Глеб, сосредоточенно глядя в сторону. - После инициации, единственным превосходством аланта перед магом остается скорость реакции... Но, я сейчас не об этом, Вета... А ты знаешь, что неинициированный алант, проживающий на территории Ладмении, считается "вне закона" и подлежит сначала срочной инициации, а затем ссылке в Грязные земли?

Не скажу, чтобы я сильно удивилась... Наверное, подозревала что-то такое, но, в силу собственной безответственности, в какой-то момент, пустила жизнь свою на самотек. А теперь, значит, вот оно как обернулось:

- Значит, я теперь персона "вне закона"? - спросила совершенно спокойным тоном.

- Ну, ты даешь, подруга! - удивленно всплеснула руками Тусья. - Вот, ты бы лучше так на другие повороты в своей судьбе реагировала... хладнокровно, честное слово.

- Погоди, любимая, - вступился за меня Глеб. - Я думаю, что Вета правильно себя ведет, по крайней мере, пока. И уверен, что до той поры, пока ее не перестанет опекать сам Верховный маг, ей ничего такого страшного не грозит. Меня вот другое в этой ситуации волнует... Зачем ему это надо?

- Что именно? - спросила я, опередив, только открывшую рот девушку.

- Почему Мастер сам до сих пор не предложил тебе пройти инициацию? Ведь ему ли не знать, что это все равно должно произойти. Иначе тебе просто невозможно будет начать свою самостоятельную жизнь в Ладмении.

- А придется переехать в его покои, как моей бабушке когда-то, - усмехнулась я. - Ну уж нет.

- Послушай, Вета, - заглянула мне в глаза Тусья. - А он тебе, правда, ничего... такого не предлагал?

- Нет, Тусья, - категорично отрезала я. - Мы вообще с ним много про что разговаривали, но, ни предложений пройти инициацию, ни переехать к нему мне не поступало. Он только один раз, в вечер нашего знакомства, как-то заикнулся про то, что был бы рад, если бы я у него остановилась и все.

- И что ты теперь будешь делать? - тряхнула хвостом девушка.

- Как это что? Как обычно, исправлять собственные ошибки - пройти инициацию. Больше вариантов для себя я не вижу... Кстати, а как эта процедура вообще проходит? - запоздало поинтересовалась я у Глеба.

- Не могу точно сказать, - скривился в ответ тот. - Я всего один раз... присутствовал. Тогда это было массовым явлением по всей стране. Сейчас же, насколько мне известно, и не в каждом городе то, есть эти... кресла для инициаций.

- Кресла? - выдохнула я, представив себе "специальную" мебель времен инквизиции.

- Вета, это просто кресло! - заметил мою реакцию Глеб. - Правда, со специальными моанитовыми креплениями для рук и... шеи.

- Понятно, - закусила я губу. - Ну и пусть даже так... Пусть...

"Пусть даже кресло с ошейником и наручниками, пусть. Если это плата за свободу, за право на выбор собственной судьбы. Значит, пусть так, пусть без крыльев... Эх, бабушка, знала бы ты, как твоя любимая внучка, такой ценой избавленная от алантского "кастрирования", сама сейчас к нему стремится... Ты прости меня, бабушка. Но, в отличие от тебя, я не смогла бы всю свою, такую длинную теперь жизнь, прожить в золотой клетке. Ведь ты его любила, своего Димиона, а я люблю совершенно другого... человека...".

- Госпожа Полунич, - прервала мою "лебединую" песню "воздушная" Вайола. - Вас ожидают в личных покоях...

Димион, как всегда с отеческой улыбкой встретил меня у порога своей комнаты. Обычно, дальше нее мы и не проходили. Хотя, сегодня мне хотелось большего, я, наконец то, решилась. И именно по этому, после нескольких "традиционных" фраз о здоровье и погоде выдала:

- Скажите, Мастер. Много изменилось в комнате, где жила моя бабушка с момента ее... нашего с ней ухода?

- Нет, Вета, - удивленно глянул на меня мужчина. - Ты хочешь ее увидеть?

- Да, если можно, конечно.

- Пойдем, это недалеко, - первым вышел во внутреннюю дверь он. - Там, все, как и прежде. Разве что, кроватки твоей нет, и один из портретов Неонилии я перенес к себе.

Все, как и прежде. Так же, как и в нашем качелинском доме. С той лишь разницей, что жили там и здесь две совершенно разные женщины. Одна - Неонила Марковна, сельский учитель и деревенская ведьма, по совместительству. А вот другая...

- Что с тобой? - непонимающе оглянулся на меня мужчина. - Тебе здесь не нравится? Почему ты остановилась на пороге?

- Вы знаете, это так отличается от того места, где я провела почти всю свою жизнь... У меня такое чувство, будто мы с вами до сей поры говорили о разных женщинах.

Комната, действительно, меня поразила. Не роскошью, к этому я как раз относилась весьма равнодушно. Нет, просто, здесь все было обставлено со вкусом, в бежево золотых "алантских" тонах, с небольшими яркими пятнами в виде диванных подушек и цветочных горшков. А еще бабушкины портреты: на стенах и каминной полке. Ненароком вспомнились ее слова, сказанные по поводу фотографий. Действительно, где уж им было до тех тонких, воздушных работ, выполненных кистью художника, а может и нескольких художников. И везде только она, в разных размерах, ракурсах и настроениях. Я подошла поближе к камину и осторожно взяла в руки одну из работ. На ней у "незнакомой" мне бабушки волосы были уложены так, как в ту нашу с ней встречу в пещере, локонами, спускающимися вдоль шеи. А взгляд синих глаз казался каким-то холодным. "Вот такая бы Неонилия точно понравилась Борамиру", - ехидно заметила я, а потом повернулась к Димиону:

- Можно, я этот портрет возьму себе? А то у меня совсем нет бабушкиных... изображений.

- Конечно, Вета, - грустно улыбнулся мне он. - Ты можешь взять здесь все, что захочешь. Только... я ведь подумал, старый магический осел, что ты, раз уж решилась сюда прийти, то согласишься теперь остаться у меня на совсем.

- К сожалению, нет, - прижав бабушку к своей груди, как щит, выдохнула я. - Здесь, конечно, очень красиво. Да и вы ко мне относитесь, как к собственной дочери, что для меня, поверьте, очень ценно, но, у меня совершенно другие планы на собственную жизнь. Я, в общем-то, по этому поводу к вам сегодня и пришла.

- Действительно? - потер Димион лоб и опустился на диван. - Тогда садись, говори, я внимательно тебя слушаю.

- Я хочу пройти, и, как можно быстрее, инициацию.

- Инициацию... - растерянно повторил за мной мужчина, а потом будто опомнился. - Это, конечно. Я молчал о ней до сих пор, чтобы тебя не расстраивать раньше времени. Тоже знаешь, малоприятная процедура.

- Но ведь, не смертельная?

- Смертельная? - как-то, не очень уверенно засмеялся Мастер. - Нет, конечно... Ты позволишь мне самому ее провести? У меня, в моей личной лаборатории, в подвале этого здания осталось, еще с прежних времен все необходимое.

- Да, конечно. Я и сама хотела вас об этом попросить.

- Ну, тогда считай, что мы с тобой договорились. Только, давай, отложим эту... процедуру, ну, скажем, на последние твои дни в Куполграде.

- Хорошо, - тут же кивнула я и встала с дивана...

И все повторилось, как и прежде, проводы до приемной, задумчивый взгляд на последок. Только вот для меня что-то изменилось. Засела под сердцем какая-то заноза. Буд-то предала я кого-то, обманула чьи-то надежды. И даже солнце в небе висело уже не то. По-другому, как-то прыгали по булыжникам воробьи и немногочисленные прохожие, все также спешащие по своим делам сейчас выглядели совсем иначе. Буд-то на мир я, вдруг, стала смотреть не как прежде, а сквозь какие-то серые задымленные линзы.

"Сим!", - остановилась я посреди улицы. - "Сим!!!". Нет ответа... Тишина.

- Да что же это? - растерянно огляделась по сторонам. - И он тоже, даже он, - прошептала потрясенно и сорвалась с места, пытаясь оторваться от вдруг нахлынувшей из ниоткуда тоски, как от назойливой мухи... Так и неслась, не разбирая дороги, не глядя по сторонам, не уменьшая скорости, сама не в силах объяснить собственной паники. Пока, наконец, не налетела на кого-то, стоящего посреди улицы с распахнутыми мне навстречу объятьями. Несчастный, решившийся на этот подвиг, обхватил меня руками и по инерции сделал вместе со мной полный оборот вокруг собственной оси. Лишь потом только и смог выдохнуть:

- Вета, что случилось?

- Сим! Почему ты молчал, когда я тебя звала? - тут же напустилась я на мага, схватив его за грудки. - Когда не надо, ты всегда являешься, а сейчас...

- Да что стряслось то? - ошарашено произнес он, озираясь по сторонам. - За тобой что, гнался кто-то?

- Не знаю... Нет, - мотнула я головой, отгоняя тягостное наваждение.

- А что тогда? - спросил Сим уже на тон тише и ослабил хватку. - Вета, почему у тебя такое лицо?

- Я не знаю, Сим... Да, отпусти ты меня. Мне надо... идти.

- Ну, уж нет, - решительно заявил он и, ухватив меня за руку, потащил в переулок. - Пока ты мне толком не объяснишь, что с тобой такое произошло, я тебя никуда не отпущу.

- Да мне и объяснять то тебе нечего. Я и сама не поняла, отчего мне вдруг стало так плохо, - попыталась оправдаться я, волочась за мужчиной к скамейке, втиснутой между двумя тополями.

- Так уж и вдруг? - резко остановился Сим и внимательно посмотрел поверх моей головы. - Вета, ты защитное заклятие знаешь, против внешнего воздействия?

- Ну, да. Помню, - пробормотала я.

- А ты им пользуешься, хоть иногда?

- Нет, ни разу... Да в чем дело то?

- Надо пользоваться, Вета, надо, - покачал головой маг. - Ты вообще, откуда и куда шла?

- Я возвращалась домой от Верховного мага. А ходила к нему, чтобы договориться об инициации... То есть, ты хочешь сказать, что это он меня так "обработал"?

- Я не это хотел сказать, - хмуро буркнул Сим. - Кроме Мастера в этом городе живет еще очень много сильных магов... Насчет инициации то договорилась?

- Ага, договорилась, - вздохнула я и машинально поправила на мужчине воротник рубашки, лишь сейчас заметив, что она у него наполовину под пиджаком расстегнута. - Постой-ка, Сим, а ты где вообще был только что?

- Там, где я был, меня уже, к сожалению, нет, - плотнее запахнулся маг.

- Я тебя что, со свидания выдернула? - злорадно захихикала я. - Поэтому, ты меня не сразу услышал?

- Вижу, Вета, тебе уже действительно полегчало, - оскорблено заявил в ответ мужчина. - Так что, давай ка, я тебя по подвальчику домой спроважу.

- Нет уж, теперь ты погоди.

- Да что еще такое?

- Сим, раз уж ты все равно здесь, - как можно очаровательнее расплылась я. - У меня к тебе просьба... небольшая.

- И что это за просьба? - не поддался на уловку маг.

- Понимаешь, мне очень хочется увидеть... заоблачные дали. Про меня еще в детстве мои приятельницы говорили, что я в них все время витаю. А, когда меня инициируют, будет уже поздно.

- Что поздно? - сузил глаза Сим.

- Полетать в облаках, как настоящий, истинный алант, без цацки, конечно.

- Так, погоди, - бухнулся, наконец, на скамейку маг. - Ты хочешь... полетать напоследок, а я должен тебя прикрыть? Я правильно понял?

- Ну да. Но, не то, чтобы прикрыть, просто посоветовать, где это лучше сделать... незаметнее, чтобы без последствий.

- Так чтобы не вляпаться? Понятно... - задумался мужчина.

- Ну, так что, ты согласен?

- Вета, сначала ТЫ мне ответь на один вопрос, - совсем недобрым тоном начал Сим. - Если я тебе откажу и не стану твоим... соучастником, ты все равно это сделаешь?

- А ты сам как думаешь?

- Я, почему то так и думал, - обреченно вздохнул он. - Но, у меня в таком случае есть условия, необсуждаемые.

- Говори, Сим, не стесняйся, - подсела я к нему.

- Во-первых, место и время выбираю я, во-вторых, ты меня во всем слушаешься, и, в-третьих... мне нужна компенсация за должностное преступление.

- А ты разве не знаешь, что настоящий рыцарь должен быть благороден и бескорыстен? - попыталась я вступить в торг.

- Не в этот раз, - отрезал маг. - Тем более, ты мне уже должна, за только что испорченное свидание.

- И что же ты хочешь в таком случае?

- Один твой алантский поцелуй, всего то, - покачал головой маг, а когда увидел мои округлившиеся глаза, смягчился. - Ну, хорошо, я сам тебя поцелую, но, только уже не безответно.

- Ну, хорошо, озабоченный ты шантажист, а я тогда и советоваться с тобой не буду и все сделаю сама.

- Не выйдет, - заверил меня мужчина. - Я тебя буду караулить сутками напролет. Я к Глебу в гостиную на диван перееду. А будешь еще торговаться, подниму ставки, за нанесенные оскорбления.

- Ах, так? - подскочила я с места. - Тогда, раз уж тебе так приспичило, я согласна. Но, только после моего полета, чтобы все по-честному... А теперь, не провожай меня, вали на свое свидание, а я сама, уж как-нибудь, по подвальчику доберусь...

Вот в этих двух предвкушениях: знакомства с заоблачными далями и грядущей инициации, и пролетели следующие мои три недели в Куполграде. Бывали и дни затишья, когда бегать по конторам нужды не было и мы с Тусьей проводили их на веранде, выходящей в сад, за чаем и долгими дамскими разговорами. Я ей рассказывала про свой прежний мир, особое внимание (по просьбе благодарной слушательницы) уделяя гендерному вопросу. Тусья открывала мне секреты местных традиций из той же области. Однажды, на почве услышанного, я уже почти решилась на очередной непрошенный визит в Озерный замок, предвкушая застать Борамира "на горячем", но, вовремя одумалась. Да что лукавить, "одумываться" приходилось много раз, но, уже по другой причине. Но, чем ближе приближался к концу срок моего нахождения в столице, тем отчетливее я понимала, что в Озерный замок я вернуться не смогу. Пока Борамир меня не позовет. Вот так-то. Назвать это можно по-разному: упрямством, принципиальностью или просто глупостью, что ближе всего к истине, но, не вернусь и все тут. И бабушкин портрет, стоящий на комоде в очередной "моей" комнате, был со мной полностью согласен, взирая на свою "упертую" внучку, совершенно холодными алантскими глазами прекрасной Неонилии...

А в Ладмении, тем временем, вовсю господствовало лето. До жары, конечно, здесь не доходило, широты не те, но кому она нужна, эта жара в столичной то суетности? Зато дожди, ночные, проливные, поливали мостовые и сады, наполняя город, терпеливо их сносящий благоуханием цветов.

Вот, в один из таких дней в мой дамский ридикюль, раза в три уступающий по размеру любимой почтальонке и был небрежно засунут новенький, в картонной обложке ладменский паспорт. Правда, без привычной фотографии, но зато заполненный такими причудливыми каллиграфическими вензелями, что без навыков трудно было и вчитаться. Да и кому это надо было? Уж точно, не мне и не сейчас, когда на улице сияло солнце, любуясь на свои отражения в каждой луже, а из ближайшей кондитерской по всей округе шлейфом стелился сводящий с ума ванильный аромат.

- Ну что, свершилось? - встретил меня прямо на пороге главной канцелярии Сим.

Мужчина, действительно, воплотил свою угрозу в жизнь, и все эти недели буквально не отходил от меня ни на шаг.

- Свершилось. И даже твой унылый вид не испортит мне сегодня настроения, - взяла я его под руку. - Хотя... Все равно ведь за мной без дела болтаешься, так мог бы и цветы по такому торжественному случаю подарить.

- А это не подойдет? - раскрыл маг ладонь и выпустил из нее "огненный" ирис. Магический цветок повисел в воздухе несколько секунд, подрагивая от ветра, а потом осыпался множеством ярких искр.

- О-о, я тоже так умею, - цинично заметила я и извлекла из под своих пальцев точно такой же, но, будто сплетенный из стеклянных фиолетовых нитей. Однако, мое творение, в отличие от цветка Сима, не исчезло через короткое время, а превратилось в небольшую птичку. Птичка совершенно беззвучно вспорхнула своими прозрачными крылышками, а потом унеслась в небо, сверкая под лучами солнца.

- Видимо, это был намек, - проводил ее Сим задумчивым взглядом.

- Намек? На что?

- На то, что все свои дела ты здесь сделала, и остались лишь два последних. Одно из которых - твои заоблачные дали. Или я не прав?

- Конечно, ты прав, - тут же подхватила я тему. - Ну, так что, когда стартуем? Инициация у меня завтра вечером.

- Тогда завтра на рассвете. Я за тобой захожу, оттуда подвалом до условленного места, где я оставлю Пеструшку. А потом куда-нибудь, подальше от города. В самом нельзя. Купол быстро засечет и погасит такой всплеск алантской магии. Да и к чему зря рисковать в людном месте?

- Договорились, - просияла я в ответ. - А сейчас давай заглянем вон в ту кондитерскую, откуда так упоительно пахнет...

Следующим утром Сим пришел за мной сразу после того, как закончился ночной дождь. На улице было зябко и купленные недавно мужские брюки из плотной шерсти, правда, без примерки (зачем шокировать здешних продавцов?), пришлись как раз кстати. Но, от куртки, благоухающей Пеструшкой, я категорически отказалась, ограничившись всепогодным меховым жилетом. Из подвала же мы вынырнули на окраине города, среди огородов и яблоневых садов. Там, привязанная к чьей-то изгороди, уже нетерпеливо перебирала когтистыми лапами оседланная Пеструшка, не раз украсившая мой навязчивый сон. Она поприветствовала своего хозяина традиционным гортанным звуком, чем вызвала ответный "восторг" всех окрестных собак. По этому, с отлетом Сим особо затягивать не стал:

- Вета, - строго глянул он на меня, подсаживая в переднее седло. - Сразу тебя предупреждаю, чтобы даже не думала сноситься туда - обратно до Озерного края.

- А, я что, и такое могу? - в ответ оживилась я.

- Ты меня вообще слушаешь? А ведь обещала. Может, тогда, все отменим сразу?

- Сим, я туда не полечу... Не нервничай. А если считаешь, что это совсем глупая затея, отпустить меня в небеса, то тогда давай, действительно, все отменим.

- Но, ведь ты этого так ждала?

- А ты не ответил на мой вопрос.

Маг в первый раз за утро улыбнулся и легонько щелкнул меня по носу:

- Полетели. Все будет нормально, - запрыгнул он в свое седло и натянул поводья...

Мы тут же взмахнули в воздух и, набрав высоту, стали все дальше уноситься от столицы на север. А, примерно минут через тридцать, под нами, среди высоких елей и берез, промелькнул широкий трактовый перекресток.

"Что это за направления?", - с интересом прищурилась я.

"Правая уходит на Бадук, левая - на Медянск, твою родину, а третья идет от столицы", - пояснил мне Сим, помогая жестикуляцией.

"А ты бывал когда-нибудь в Медянске?"

"Да, конечно. Много раз. Красивый городок, тихий. Почему ты спрашиваешь?"

"Я хочу туда съездить. Обидно, правда, что дом наш сгорел. Но, может быть, там отыщутся следы моей семьи"

"Это сейчас очень сложно, Вета. Многие семьи так и не смогли воссоединиться за последние четверть века, особенно алантские... Хотя, попробовать поискать можно", - обнадежил меня Сим. - "Мы сейчас будем садиться, вон на той опушке", - показал он рукой на пестрый травяной островок среди густого леса.

Грифон, сделав круг, мягко приземлился в густую траву, которая, на наше счастье, оказалась сравнительно сухой и маг, едва ступив на землю, принялся вновь меня наставлять:

- Видишь, вон тот куст красной бузины, на краю опушки. Если, вдруг, растеряешься там, в небе, используй его, как ориентир для подвала и возвращайся так, только осторожно. И еще, тебе нужно стать невидимой на все это время.

- Сим, я все поняла, - нетерпеливо заверила я и подала ему свою цацку. - Не переживай так. Ты же сам сказал, все будет нормально.

Мужчина поймал меня за протянутую руку и притянул к себе:

- Вета, послушай меня внимательно. Сейчас, без твоей копилки на шее я полностью потеряю с тобой связь. Я не смогу проследить, где ты находишься. Я смогу лишь тебя услышать, если ты меня позовешь. Будь осторожной и не наделай глупостей в своих заоблачных далях.

- Хорошо, - выдохнула я, увидев в глазах мужчины тревогу. - Жди меня здесь, - и начала медленно отходить назад, "растворяясь" в воздухе, и оставив в его руке лишь болтающийся на шнурке медальон.

А потом, уже полностью невидимая, раскинула руки в стороны и взмыла в небо... Ощущение было такое, будто меня запустили из пушки. По сравнению с моим прежним опытом, прикладывая те же усилия, скорость полета возросла во множество раз. У меня, поначалу, даже дух захватило и, лишь спустя несколько секунд, уже притормозив и оглядевшись по сторонам, я смогла отдышаться. Опушка осталась далеко внизу. Продолжая подниматься, я сейчас даже не видела Сима, лишь Пеструшку, маленьким пятнышком темнеющую на фоне неровного зеленого круга, да и она вскоре пропала, вместе с опушкой. А вокруг раскинулась земля: синие леса, деревни, окруженные лоскутными лабиринтами полей, реки Коча и Вилюй, мерцающие под утренним солнцем этого мира. Такого прекрасного и такого необъятного...

- Небо, это я, - прошептала я сквозь слезы слова из песни, которая когда то, в совсем другой жизни мне так нравилась, а потом закричала во весь голос. - Небо, это я!!! - и откинула голову назад.

Совсем близко надо мной, кажется, можно достать рукой, медленно плыли серо голубые кустистые облака, и я рванула туда со всей возможной алантской скоростью, прорезав влажный прохладный туман. Потом замерла и вдохнула полной грудью густой, наполненный озоном воздух. Попробовала поймать его руками, потом нырнула вновь, вынырнула между облаками и больше не смогла остановиться, выписывая на огромной скорости волны. Сама себе в этот момент, напоминая собачонку, спущенную на короткое время с цепи и сошедшую от нахлынувшей свободы с ума. От этой мысли мне стало ужасно смешно, и я вновь провалилась вниз, уже лавируя где-то между облаками и землей, и хохоча во все горло. Птицы шарахались в стороны от звука моего голоса, что еще больше меня веселило и придавало азарта. За одной из них я даже бросилась в погоню, опомнившись, лишь увидев, как несчастная решила спастись от меня, камнем рухнув к земле. Тогда я взглянула вниз и, где-то вдали увидела город, окруженный полями. Далекий, цветущий край. И своей алантской сущностью поняла, - это Медянск, моя родина. Потом прошептала, зачарованно зависнув:

- Я обязательно сюда вернусь. Обязательно, - и повернула назад, описав, наподобие Симовой Пеструшки, в воздухе "круг почета".

Сколько времени прошло, может годы, а может и минуты, здраво судить мне сейчас было сложно. Проверив свой энергетический баланс, я с удивлением осознала, что он не истрачен даже на четверть. "Вот значит, какими были мои предки. Каким воздухом дышали. Каким даром обладали... И что они потеряли ради мира, который больше им не принадлежит...", - с нахлынувшей грустью подумала я и вспомнила, наконец, что меня ждут, там внизу. Потом медленно, с неохотой, перевернулась на спину, оставив землю внизу и, поймав теплый поток воздуха, поплыла на нем в обратный путь. А надо мной еще медленнее плыли облака. Мне с ними было по пути... Пока по пути...

А потом я почувствовала Сима, опять, где-то в глубине души и повернувшись, вынырнула вниз из теплой волны. Его грифон парил в воздухе, то зависая, то выписывая широкие круги. Это зрелище меня заворожило своей красотой и такой гармонией с окружающим миром, что я вновь замерла в отдалении, наблюдая со стороны за мифическим животным и его седоком.

Волосы Сима трепались на ветру, от этого он хмурился и, прижав рукой ко лбу длинную челку, пытался смотреть по сторонам. Я, выждав, когда грифон вновь зависнет, подлетела поближе, потом еще ближе и мысленно прошептала: "Сим". Мужчина замер и резко повернул голову в сторону, противоположную от меня. Меня это вновь развеселило, и я, приблизившись уже почти вплотную к нему, со смехом повторила: "Сим, неужели ты меня совсем не чувствуешь?". Ответом мне стал едва уловимый маневр грифона в мою сторону и захват обеими руками.

- Я тебя осязаю, Вета, но хочу еще и увидеть, - довольно ухмыляясь, ответил он, удерживая меня у себя на коленях.

- Это очень грубо с вашей стороны, так обращаться с истинным алантом, - фыркнула я в ответ, становясь зримой. - И местами, даже опасно... Долго ты меня ждал?

- Солнце уже в зените и нам пора возвращаться, - ответил мужчина, поводьями направляя грифона на нужный курс. - Как твои заоблачные дали?

- Сим, там свобода, - мечтательно расплылась я. - И я, наконец-то поняла, что легенда об алантах была правдивой... С одной лишь разницей...

- И с какой же?

- Им не нужны были крылья, Сим. Аланты крылаты своей сущностью... Настоящие аланты.

- А еще настоящие аланты тоже умеют замерзать. У тебя вся одежда влажная и ты вся дрожишь.

- Это потому, что я долго была в облаках.

- Тогда давай я тебя согрею... настоящий алант, - со смехом распахнул он свою куртку, а когда я, без раздумий юркнула в спасительно тепло, обхватив его талию руками, добавил, уже на ухо. - Подними ко мне лицо.

И я поняла, что настало время "платить по счетам", заранее решив для себя, что буду представлять, будто меня целует совсем другой мужчина. Потом сделала, как Сим просил, и увидела его смеющиеся глаза перед собой:

- Только все по-честному, - предупредил он меня, уже касаясь своими губами моих...

Да, действительно, его поцелуй оказывал прекрасное терапевтическое воздействие, волнами разливая по моему телу жар и оставляя во рту привкус корицы с перцем. Я, поначалу, еще отметила для себя, что неплохо было бы заказать Тусье чай по такому рецепту, а потом совсем про все позабыла, погружаясь в этот жар все глубже и глубже... Магия огня, мать вашу... По крайней мере, мне так хотелось думать... Уже после, когда он оторвался от моих губ и тихо произнес:

- Да... За такое теперь можно и умереть геройской смертью...

- Значит, у тебя все-таки будут из-за меня неприятности, - отстранилась я от мужчины, чувствуя, как пылают сейчас мои щеки... видимо, от чувства исполненного долга.

- Нет, Вета. Я же сказал, все будет нормально... Может, закрепим лечебный эффект?

- Нет уж, доктор, - шарахнулась я в сторону, насколько позволяли его руки. - Я уже полностью выздоровела.

- Как скажете, госпожа алант, - бросил он в ответ, но хватки не ослабил. А лишь плотнее запахнул на мне свою куртку.

А я, приткнувшись щекой к его плечу, пыталась разобраться в переполнявших меня эмоциях. Риск... Ощущение свободы, граничащее с сумасшествием... Возвращение... Огненный поцелуй Сима, на который я не смогла не ответить... Я не сожалела сейчас ни о чем и ни за что не испытывала стыда. Но, выбор свой уже сделала, потому что получала гораздо больше, чем теряла, прекрасно понимая, что я, скорее, все-таки, человек со способностями аланта, а не алант, какое-то время вынужденный жить в шкуре человека. Вот так-то...

Сим, уже на подлете к столице заставил меня надеть цацку, про которую я совершенно позабыла. Потом, также по подвалу отправил прямо на крыльцо Глеба и Тусьи, а сам распрощался до вечера, пообещав проводить к Верховному магу. Я же, воспользовалась оставшимся тремя часами весьма продуктивно: рухнула в кровать и продрыхла там вплоть до его возвращения, проснувшись от громких голосов внизу, на первом этаже дома. И еще подумала, что слышимость, действительно здесь прекрасная...

Ругались двое: Тусья и Сим. Это было впервые с момента моего здесь появления. По крайней мере, при мне. Но, время поджимало и мне все одно, пришлось переодеваться и спускаться к ним в гостиную. Так я и поступила, нарочито громко топая по ступеням и последним, что услышала, были слова Тусьи, обращенные к брату:

- Ты сам себя обрекаешь на страдания, глупый самонадеянный мальчишка! - гневно выпалила она и швырнула в стоящего на пороге мужчину диванной подушкой.

Сим увернулся, а вот я не успела и в результате схлопотала прямо в лицо неожиданно сильным попаданием. Девушка испуганно ойкнула, а маг расхохотался во все горло. За что и схлопотал, правда, теперь от меня, этим же "оружием", но уже по затылку. А когда он, наконец, распрямился, я, своим алантским зрением констатировала вокруг мужчины компроматное радужное свечение, которым он бессовестно "переливался" до сих пор.

- Я с тобой никуда не пойду, - прошипела тут же, вновь заливаясь румянцем, но, на этот раз, уже от стыда.

- Это еще почему? - сузил глаза Сим, вмиг успокоившись.

- Да потому что, это тоже самое, что идти по улице с транспарантом: "А мы сегодня целовались".

- Так вы только целовались, что ли? - недоуменно протянула Тусья.

- А ты что подумала? - с такой же интонацией задала я ей встречный вопрос.

Девушка замялась на мгновение, а потом, уперев руки в бока, вновь напустилась на своего брата:

- А ты чего тогда так рассиялся, хоть над морем Радуг вывешивай?

- Не знаю, - в ответ многозначительно ухмыльнулся ей Сим. - Вета, кончай дурить. Нам пора.

- Сим, ты меня не понял. Я же тебе сказала, что пойду туда одна. И это не обсуждается. И вообще, хватит меня выгуливать. Теперь-то зачем? - категорично заявила я и в гордом одиночестве направилась на крыльцо "строить" подвал до Площади двух дворцов.

А потом, вместо того, чтобы сосредоточиться на предстоящей инициации, всю дорогу до дверей Мастера еще пускала пар ушами, зарекаясь, через каждые два шага, впредь даже близко подпускать к себе этого наглого мага огня...

- Здравствуй, Вета, - услышала я сквозь звенящий в ушах гнев, растерянное приветствие Верховного мага. - У тебя что-то случилось?

- А-а?.. Да, нет, все нормально. Добрый вечер, Мастер. Ну что, где тут у вас ваше приспособление для алантской кастрации? - нервно хихикнула я, уставившись, почему то на одно из стоящих у камина кресел.

- Ты точно сегодня готова? - внимательно посмотрел на меня маг. - А то, мы можем и... перенести процедуру. Сделаем, когда скажешь.

- Я готова. Да, я готова.

- Ну, тогда следуй за мной, - со сквозящей в голосе досадой произнес Димион и первым ступил в сотворенный им тут же пространственный тоннель.

Так я впервые попала в личную лабораторию Верховного мага Ладмении. Да и вообще, в магическую лабораторию. Скажу прямо, помещение меня не впечатлило. Хотя, что я могла знать о подобных местах? Да, практически, ничего. Просто, нарисовала себе очередную яркую картинку, которая в действительности оказалась обычным кабинетом со множеством книжных стеллажей, глобусами самых разных размеров, расставленных по углам, да рыцарскими доспехами, пробитыми чем-то в нескольких местах. Но, ни склянок с разноцветной кипящей жидкостью, ни таинственных черепов здесь не было. Разве что пахло как-то странно, то ли мхом, толи сырой ветошью. "А вот и моя сегодняшняя "мягкая" мебель", - увидела, наконец, в самом дальнем углу, рядом с массивной дубовой дверью, ведущей неизвестно куда, кресло, изготовленное из фигурных кусков металла. С широкими подлокотниками, на которых кольцами были прикреплены моанитовые браслеты и таким же ошейником на спинке, сейчас "гостеприимно" распахнутым. И на спинке и на подлокотниках были специальные пазы для регулировки по высоте и длине магических креплений. А еще, маг, у меня на глазах, достал откуда-то из-за кресла небольшую деревянную полочку на длинной ножке, прикрепленной к одной из ее сторон, и вставил ее в отверстие спинки так, чтобы она оказалась над головой сидящего. И на эту полочку поставил небольшой закупоренный сургучом и совершенно пустой сосуд. Потом обернулся ко мне и со сдержанной улыбкой сделал приглашающий жест:

- Прошу. Только медальон сними сначала.

Я послушно оставила свою цацку прямо на большом столе, заваленном какими-то книгами и папками, а потом осторожно приблизилась к месту предстоящего действа:

- Скажите, Мастер, а по какому принципу работает этот... агрегат?

- Все очень просто, Вета, - с невеселой усмешкой ответил он. - Когда ты сюда сядешь и я закреплю на тебе... держатели, вся твоя сила сконцентрируется внутри тебя, не имея больше возможности вырваться наружу. Потом, после специального заклятия ты... расслабишься. Тебе этого будет достаточно, ведь проходишь ты инициацию добровольно. А когда расслабишься, я немного подкорректирую процесс и вытяну из тебя все... лишнее вот в этот сосуд, - ткнул он пальцем в склянку на полке. Вот и все, если очень просто.

- Понятно, ну тогда я сажусь?

- Да, конечно, - отошел в сторону Димион и выжидающе замер сбоку у спинки.

Кресло тут же "взбодрило" меня металлическим холодом да так, что и моя пятая точка вместе с ногами до коленей и все туловище вмиг оцепенели. А еще эти "держатели", которые напомнили мне Мабука, а потом и Конта... В общем, мой боевой настрой сразу заметно поубавился, но, отступать уже было некуда. Поэтому, я просто закрыла глаза и стала ждать, что же будет дальше...

А дальше не было ничего. То есть, я поначалу, еще слышала, как Мастер шуршит надо мной своими одеждами, потом расслышала его тяжелый "отеческий" вздох где-то у меня над головой и все... Дальше наступила пустота и темнота, нарушаемые лишь моими периодическими вздрагиваниями, сильно напоминающими легкие судороги, прокатывающиеся вдоль всего тела. А когда я очнулась, то обнаружила себя в том самом кресле у камина, на которое подозрительно пялилась в самом начале своего прихода сюда. Удивленно огляделась по сторонам и увидела Мастера, сидящего напротив меня с бокалом красной жидкости в руке.

- Выпей, Вета, - протянул он мне этот бокал. - Красное вино, как раз то, что тебе сейчас нужно. Как ты себя чувствуешь?

- Честно говоря, пока не поняла, - призналась я, прислушиваясь к собственному организму, но, кроме приятной усталости, как после жаркой бани, ничего пока в себе не обнаружила.

Правда, рука моя с бокалом заметно дрожала, да еще зубы стучали, соприкасаясь с хрусталем, что вызвало у меня, скорее смех, чем удивление. Мужчина, наблюдая со стороны такую неадекватную реакцию, сначала молча, какое-то время на меня смотрел, а потом, печально произнес:

- Ты знаешь, Вета, если бы ты сейчас была потрясена собственной беспомощностью или, хотя бы, удручена ею, то мне было бы гораздо проще сказать тебе то, что я собираюсь...

- Да не расстраивайтесь вы так, - великодушно расплылась я в ответ. - Я уверена, что слабость моя - явление временное. А то, что произошло, было для меня желанным. И единственное, о чем я жалею сейчас, так это о том, что не смогу больше носить бабушкину цацку. Ведь она мне очень нравилась, - покачала я головой и вновь приложилась зубами к бокалу с вином.

Маг вдруг встал из своего кресла, потом сосредоточенно похлопал себя по карманам пиджака и извлек из нагрудного мой медальон, уверенно держа его не за шнурок, как все кто имел с ним дело прежде, а прямо за саму серебристо голубую "монетку":

- Возьми его и носи, сколько захочешь.

- А это теперь возможно? - с удивлением вскинула я на него глаза.

- Да, Вета. Это возможно, потому что... я не смог с тобой этого сделать... Я не провел процедуру инициации до конца...

- ... Ну и что это значит? - потрясенно пробормотала я. - Как мне теперь жить дальше?

Мужчина нервно провел рукой по лбу, потом дернулся, сначала в сторону кресла, потом передумал и встал за его спинку, будто отгородившись ей от меня и начал говорить. Говорил он долго, но, я его не перебивала, а лишь молча сидела и слушала, до боли закусив губу:

- Я не смог этого сделать, - тихо повторил он, по началу, даже не глядя в мою сторону. - Считай это моим старческим эгоизмом, или долгом перед... любимой женщиной... А ты знаешь вообще, что такое инициация? Ты ведь, проведя в столице почти месяц, даже ни разу не общалась, ни с одним из своих сородичей. А если бы даже и общалась, то едва бы почувствовала разницу между ними и собой... Инициация, Вета, открою тебе одну из государственных тайн, лишает аланта не только части его силы, но и части души. Она меняет сущность. И я не уверен, что, пройди ты сегодня эту процедуру до конца, захотела бы ты, как и прежде, вернуться в Озерный край или найти свою семью. Возможно, ты бы совсем и не вспомнила, кто такой граф Ракницкий. А, если бы и вспомнила, то, возможно, не была бы способна любить его также как сейчас. Возможно, ты сейчас хотела бы совсем другого. Много денег, например, или просто уединения в глуши. Вот что такое инициация и для чего она задумывалась в свое время... Поэтому я не смог сделать это с тобой, уничтожить в тебе аланта. Так что прости меня за такую стариковскую прихоть... А твоя слабость, действительно, пройдет. Ты восстановишься совсем скоро и будешь прежней Ветвяной Полунич, всем напастям назло. Что же касается твоих планов... Я и это учел. Пока ты спала, я написал тебе одну бумагу... Очень ценную. С ней ты сможешь чувствовать себя в полной безопасности. Это доверительная грамота, дающая ее обладателю право на практически любые действия от лица Верховного мага. Я даю ее тебе, потому что уверен, ты девушка благоразумная и меня не подведешь.

- Значит, доверительная грамота? - наконец, смогла я открыть рот.

- Да, Вета. Она полностью обезопасит твою дальнейшую жизнь, где бы, эта жизнь не проходила. Хоть здесь, хоть в Озерном крае, хоть... А ты знаешь, у меня для тебя очень хорошая новость. Я навел справки, как и обещал, по поводу вашего дома в Медянске. Поразительно, но он уцелел после разгромов.

- Да вы что! Значит, я могу туда вернуться прямо сейчас?

- Ну конечно, - по-кошачьи протянул Димион. - Только сначала зайдешь к их главе, я и ему письмо напишу, и вступишь в право наследования. Ты, кстати, и с деньгами также сможешь поступить, уже в Медянске. Там есть представительство "Пилигрим-банка".

- О-о, Мастер, это очень хорошая новость. Я вам так за нее благодарна, - с чувством призналась я.

- А за остальное? - настороженно посмотрел на меня мужчина. - За то, что я сегодня не доделал?

- Честно говоря, пока не знаю. Мне сложно судить, вы ведь сами это признаете. Я слишком мало времени была алантом и, по моему мнению, после инициации потеряла бы совсем не то, чем дорожу до сих пор. Хотя, если вам верить, риск, все же был... Так что, получается, что и за это я вам тоже должна быть благодарна.

- Ты сняла камень с моей души, - облегченно выдохнул мужчина. - Только, одна маленькая деталь, Вета... Ты не против, для собственной же безопасности, в силу сложившихся обстоятельств, походить еще какое-то время с меткой?

- Это с маячком что ли? - скривилась я.

- Ну да, раз ты ее так называешь. Она ведь тебя никак не... сковывает в действиях? К тому же, мне будет спокойнее, если за тобой, по-прежнему, будет приглядывать надежный специалист, который в любой момент сможет тебя подстраховать.

- Постойте, - начало медленно до меня доходить. - Значит, за мной опять будут следить?

- Ну почему же "будут"? - развел руками маг. - До сих пор это делал один лишь Симаргл. Только с ним у тебя связь через эту метку. А ему я полностью доверяю и смогу доверить и твою безопасность. А тебя этот рыцарь чем-то не устраивает? Ты только скажи, и я его заменю на другого...

Да, ситуация складывалась, честно сказать, двоякая. С одной стороны, наши с Симом отношения давно вышли за рамки служебных. Поэтому, мне с ним было гораздо проще, чем с совершенно незнакомым "надзирателем". С другой, вышли то они вышли, но вот к чему могли привести, об этом я всерьез смогла задуматься только перед самым сюда приходом... За такими вот невеселыми рассуждениями, я и сама не заметила, как уже посчитала условия своей "относительной свободы" для себя приемлемыми. А когда поняла это, смогла лишь обреченно произнести:

- Нет, Мастер. Пусть будет Симаргл. Я к нему уже... привыкла, - и залпом допила свое вино.

А потом все-таки, попыталась встать с кресла. И у меня это почти получилось. Правда, с помощью Димиона:

- Вета, может, ты останешься сегодня здесь? Тебе постелют в комнате Неонилии.

- Нет, что вы, - самоуверенно оскалилась я, правда, немного набок. - Это все вино. На улице мне станет лучше. Так что, я, пожалуй, пойду. А все ваши... ценные бумаги вы передадите мне через моего надзирателя, то есть, Сима...

И я пошла, и даже успела спуститься с крыльца здания. И даже сделала попытку построить подвал, чтобы не позориться в пьяном виде на улицах города, но, у меня, почему-то это не получилось. То есть совсем... А после третьего настойчивого усилия мне стало невыносимо худо и, вдруг, захотелось просто сесть посреди площади и никуда больше не идти. Я бы, наверное, так и поступила, если бы меня, уже оседающую на мостовую, не подхватили, без должного уважения, под локти.

- Та-ак, спокойно, Вета, - услышала я над своим левым ухом знакомый голос. - Сейчас мы с тобой вместе по-быстрому отсюда исчезнем.

Противиться я не стала, мудро рассудив, что это можно будет сделать и без лишних свидетелей. Поэтому, беспрекословно позволила себя ввести под тут же нарисовавшуюся арку, а уж потом, прямо на крыльце дома Глеба и Тусьи, решительно избавилась от цепких рук Сима. Точнее, мне так показалось, потому что, я за них тут же сама и схватилась, полностью потеряв равновесие.

- Сим, - стараясь не дышать на мужчину, пробормотала я. - Это что за вино у него такое, у твоего начальника? У меня руки и ноги совсем ватные, и в голове пусто... О-о, а у тебя над головой пусто. Ты что, совсем избавился от своего бесстыдного свечения? Я его не вижу... почему-то, - старательно прищурилась я, вглядываясь поверх волос мага.

- Ну да, это у нас с тобой обоюдно. Я, вот, твоего свечения тоже сейчас не вижу, - хмуро изрек он и вновь потащил меня, теперь уже сквозь комнаты дома, прямиком на плетеный диван веранды. Потом уложил там, реагируя на все мои протесты лишь удвоенным применением силы, разул и укрыл сверху пледом. А сам бдительно уселся рядом на невысокий стульчик:

- Вета, тебе обязательно нужно поспать и именно здесь, на открытом воздухе. Ты меня поняла?

- Да с чего мне спать? - попыталась возмутиться я. - Я сегодня и так сплю целый день... О-о, Тусья, привет! - расплылась я вошедшей и зевающей во весь рот девушке. - Скажи своему брату, чтобы он ко мне не приставал. А хочешь, я тебе подушку дам, для укрепления доводов? - резко села я на диване, но тут же рухнула обратно. - Да что же это такое со мной? - зажмурилась и сжала голову руками, пытаясь остановить кружащийся вокруг меня мир. И последнее, что почувствовала, прежде чем действительно уснуть, это мягкое прикосновение пальцев ко своему лбу, а еще негромкая фраза, произнесенная опешившей девушкой:

- Она ведь, совсем мертвая, Сим...

- Глеб, глянь на ветино свечение. Кажется, она приходит в норму, - услышала я, прямо перед собой негромкий голос Тусьи, но глаза пока открывать не стала.

- Приходит, - приблизительно от двери на веранду, так же тихо подтвердил некромант. - А Сима давно нет?

- Часа два. Точно не знаю. Мои сломались опять.

- Любимая, - тяжко вздохнул Глеб, уже откуда-то поблизости. - Ты опять их не в ту сторону заводила?

- Что значит, опять? - змеиным шепотом возмутилась девушка. - И вообще, сейчас речь не обо мне... Скорее бы братец вернулся. А то, не знаю, что и подумать.

- А беременным магам много думать вредно, - резонно заметил мужчина. - Все нормально будет, не переживай. И вообще, нашу новообращенную уже будить пора, а то я без ужина долго не протяну. И так целый день мотался по подвалам от Склочных болот до Бадука и обратно...

- А где Сим? - решила я сама себя разбудить и открыла, наконец, глаза.

На улице уже была настоящая ночь. В саду слаженно блажили сверчки, а вокруг магического шара, подсвечивающего угол веранды с моим диваном и Тусьей, сидящей с книжкой в кресле, кружили мотыльки. Выбираться из пушистого пледа в ночную прохладу категорически не хотелось. Поэтому я лишь высунула наружу руку, подержала ее в вытянутом напряжении несколько секунд и, удовлетворенно хмыкнув, засунула обратно, в мягкое тепло:

- Вы мне так и не ответили, супруги Анчаровы, где Сим?

- Ты нам лучше скажи, как ты себя чувствуешь? - "высунул" кудрявую голову из сумрака за спиной жены Глеб.

- Да со мной все хорошо. Запас почти восстановился... А что, сильно я вас напугала?

- А ты сама то, помнишь, как сюда добралась? - мотнула хвостом девушка.

- Конечно помню, меня Сим притащил, а потом уложил и, кажется, еще и усыпил... А еще я помню, как ты, Тусья, про меня сказала, что я мертвая совсем. Так может, вы мне объясните, что со мной такое было?

- Мертвая в твоем случае означало "полностью лишенная магической энергии", - пояснил Глеб. - Насколько я понял со слов жены, у тебя даже свечение отсутствовало.

- Ну и что это значит? - не вылазя из под пледа, попыталась я сесть на диване.

- Только то, подруга, что наш Верховный маг осушил тебя до дна, - тяжко вздохнула Тусья.

- Глеб, - растерянно закусила я губу. - А что, во время инициации разве не так все происходит?

- Насколько я знаю, нет, - "обрадовал" меня некромант. - Берется только лишнее, а не опустошается весь имеющийся у аланта запас.

- Да? - потрясенно выдохнула я. - Ну, зато, я теперь знаю, зачем на самом деле была ему нужна... Хотя, мне кажется, Димион, по началу, сам был против инициации. Поэтому и не довел ее сегодня до конца.

- Что?! - вместе выпалили Глеб и Тусья.

- Представьте себе, меня так и не инициировали, хотя, отпустили на свободу. Правда, с доверительной грамотой, меткой и Симом в качестве надзирателя.

- То есть, ты до сих пор истинный алант? - шепотом выдавила девушка.

- Ну да, - так же ответила я. - Димион сказал, что не смог довести процедуру до конца, якобы в память о моей бабушке, которая была сильно против этого, а еще потому что все инициированные аланты становятся... Ну, в общем кастрированными, это очень точный термин. Только, здесь имеется в виду сущность, а не физиологические потребности. Кстати, Глеб, это на самом деле так?

- Отчасти, да, - витиевато ответил мужчина. - Но, я бы не стал так утрировать. Все зависит от самого аланта. Для некоторых инициация практически не изменила привычный жизненный уклад, но были и случаи самоубийств...

- А Сим, значит, так при тебе и остается? - встряла с уточнением Тусья.

- Получается так, - покачала я головой. - Здесь я, подруга, повела себя, как эгоистка. Да и Сима не хотелось дискредитировать. Димион спросил, устраивает ли меня приставленный ко мне рыцарь и, если нет, то он может его заменить. Ну, я и сказала, что вполне устраивает... Да, но вы мне так и не ответили, где он сам то, все таки?..

- Неужели ты обо мне переживаешь? - обернулась я к двери на веранду под вздох облегчения Тусьи.

- Это, смотря где, ты был, - по привычке огрызнулась я.

- Забирал твои бумаги и еще вот это, - с усмешкой протянул он мне мою забытую у Димиона цацку. - Надевай, истинный алант.

Я тут же нацепила себе на шею обретший особую ценность бабушкин медальон и лишь краем глаза заметила, как ретировались в дом Глеб и Тусья. Сим же, напротив, присел на краешек освободившегося кресла и, с совершенно довольным видом, от которого мне сразу захотелось сказать ему какую-нибудь гадость, произнес:

- Значит, Медянск?

- Значит, Медянск.

- Значит, опять вместе?

- Получается, так... Но, сразу хочу тебя предупредить, что больше ни на какие поцелуи ты меня не разведешь, это, во-первых. Во-вторых, ночевать в моем доме ты тоже не рассчитывай. И вообще, появляться у меня будешь только по самой крайней нужде.

- Вета, - засмеялся мужчина. - Я отвечу по трем пунктам твоих требований сразу: зная тебя, мне придется нарушить их все. Потому что, ты, мое самое большое в этой жизни... осложнение. И пока я за тебя отвечаю, покоя мне точно не видать.

- Да? - запальчиво произнесла я. - Так может ты тогда сразу от меня и откажешься?

- А почему же ты сама от меня не отказалась? - сузил глаза мужчина. - Неужели только из-за того, чтобы мне не навредить?

- Ты знаешь, Сим, в моем прошлом мире было одно замечательное выражение: "Уж лучше со знакомым злом мириться, чем незнакомое искать". Так вот это как раз про нас с тобой, - наконец, встала я с дивана и, вмиг озябнув, побежала в дом, услышав вслед скептически произнесенное:

- Ну-ну, поживем - увидим, Вета...

Ужин прошел, на удивление спокойно, но вот когда, уже далеко за полночь, мужчины разбрелись, а мы с Тусьей остались на кухне одни, пришло время для серьезного разговора. И начала его я:

- Тусья, скажи мне, почему ты так переживала за Сима?

- Я всегда переживаю за своих мужчин, Вета, - грустно улыбнулась она и поставила кружку с чаем на стол. - Они все, что у меня есть в этой жизни. А Сим... Он был очень зол на Верховного мага, когда увидел тебя в таком состоянии. И я боялась, как бы мой братец сгоряча не натворил бед.

- Но, ведь, вроде, все обошлось?

- Это, пока обошлось...

- Тусья, - взмолилась я. - Ты меня пугаешь. Что значит, "пока"?

Девушка замешкалась с ответом, углубившись в разглядывание чаинок на ложке. Но, потом, видимо, решилась и ответила, прямо глядя мне в глаза:

- Он очень изменился с тех пор, как ты появилась в его жизни. И я не знаю, радоваться мне этому или переживать. С одной стороны, хорошо, что, наконец-то, с его глаз начала спадать пелена по поводу идеальности Мастера. А вот с другой... Вета, скажи мне, только откровенно, как ты относишься к Симу?

- К Симу? - всерьез задумалась теперь уже я. - Все очень сложно, Тусья. Ну, как тебе объяснить... Иногда он меня жутко злит, иногда веселит. Иногда мне кажется, что мы понимаем друг друга с полуслова... Но, так уж получилось, что с самого начала нашего знакомства я не могу доверять ему безоглядно. А это главное.

- А своему мужчине ты доверяешь?

- Борамиру? - мечтательно расплылась я. - Я просто его люблю... Понимаешь, если бы не он, то я бы не попала в этот мир.

- Это как? - удивленно распахнула глаза девушка.

- А ты знаешь, как открывается алантская дверь?

- Откуда мне это знать? - дернула Тусья хвостом. - Я читала, в каком-то дамском романе, как главный герой, алант, сделал это с помощью крови своей возлюбленной. Не так?

- Нет, - засмеялась я. - Все гораздо примитивнее. Нужно приложить руку к специальному знаку и очень хорошо представить себе, то место, куда ты хочешь попасть. Так вот, я долго пыхтела тогда, с той стороны двери. У меня уже сил совсем не осталось, пока я перебирала в памяти красивые виды с полями, горами и лесами, пока, в последний момент, в моей голове не появилась очень яркая картинка. На ней был Озерный замок, башня, в которой я провела все свои дни и Борамир, стоящий на башенном балконе.

- Да что ты? - выдохнула любительница книжной романтики. - А откуда ты эту... картинку взяла?

- В том то и дело, Тусья, что ниоткуда. Она пришла ко мне из этого мира и только тогда дверь открылась. Понимаешь, я представила, скорее, ощутила всей душой, что именно этого хочу больше всего на свете и только тогда смогла сюда войти. А иначе, так и осталась бы на той стороне, в темной пещере... Вот и получается, что Борамир для меня - этот мир. И только он один...

- Так почему же ты не бежишь сейчас к нему сломя голову, Вета?

- Не могу, Тусья, - обхватила я свою "несломленную" голову руками. - И дело здесь даже не в том, что он меня обидел. Хотя, это так... У меня, наконец-то, появился дом. Ты даже не представляешь, как это важно... Да, нет, ты то меня, как раз и должна понять. Я шла на эту сторону, чтобы найти его, найти свою семью. И Борамир сам обещал мне помочь в этих поисках. И даже пытался. Правда, у него не получилось...

- Но, погоди, - решительно хлопнула ладонью по столу девушка. - Ты же сама мне сейчас рассказывала, что смогла пройти через дверь только тогда, когда увидела Озерный замок, хотя искать здесь, в Ладмении, собиралась свой дом. Ведь перед тобой тогда появился не Медянск, а именно замок твоего мужчины. Так не значит ли это, что именно там, в Озерном крае, и есть твой настоящий дом?

- Ну, тогда и бояться нечего, - уперлась я. - Если это так, то я туда, когда-нибудь, обязательно вернусь... Только, пусть он сначала меня позовет.

- Вета, да как же он тебя позовет? Он и знать то не будет, куда тебя на этот раз занесла твоя шальная судьба, - усмехнулась Тусья.

- А ты знаешь, я уже думала об этом... И вот что придумала: схожу ка я завтра, перед своим отъездом, в гости к господину Рабиковичу. Ведь он меня не раз сам приглашал. И, в непринужденном разговоре расскажу ему о своих планах на будущее. А уж у него, я надеюсь, хватит сообразительности, отписать об услышанном своему работодателю. Что скажешь, подруга?

- Я думаю, - весело сверкнула глазами магичка. - идея хорошая. Главное, чтобы поверенный Его сиятельства к этому моменту уже вернулся из провинции, где у него, как мы с тобой обе знаем, были о-очень срочные дела.

- Да? - сдавленно хихикнула я и мы с Тусьей на пару залились смехом, не взирая на поздний час и спящего на втором этаже Глеба...

А день следующий я опять провела в беготне. Только теперь, приятной. Как и планировала, навестила Самуила Рабиковича и по его умным глазам и понятливой улыбке перед прощанием поняла, что не зря. А еще заскочила в магазин, где купила подарок для дома Тусьи и Глеба, ставший для меня за последний месяц "тихой светлой пристанью". Но, вручать его тут же побоялась, условившись о доставке ровно через сутки, когда я уже буду на безопасном от гнева беременной магички расстоянии. Транспортным же вопросом занимался Сим, вначале настаивая на "скоростной" Пеструшке, что вызвало мой решительный протест. Просто, мне очень хотелось рассмотреть всю предстоящую дорогу до мельчайших подробностей. Увидеть, наконец, никуда не торопясь Ладмению. Страну, в которой мне предстоит провести всю свою алантскую жизнь. Ну и к чему здесь, скажите на милость, грифоны с ветром в ушах или, того хуже, темные подвалы в несколько шагов? Нет, мне нужны были просторы, запах лесов и полей, голоса встречных людей и пение птиц...

Глава 26

Медянск...

На рассвете следующего дня, мы с Симом, в специально по такому случаю нанятой открытой коляске уже покидали Куполград. Было немного грустно прощаться с заспанной Тусьей, вновь увидеть которую мне "улыбалось" теперь неизвестно через какое время. Да и к флегматичному некроманту, знающему ответы на все вопросы, я тоже успела прикипеть душой. А, беря во внимание нелюбовь магички к подвалам и ее "специфическое" положение, ждать эту столичную парочку в гости представлялось занятием утопическим. Так что, оставалось только дать слово наведываться к ним самой. Что я и сделала, пообещав предупреждать о своем визите заранее, "оповестительным" сном про грозу...

Наконец, гулкие лабиринты столичных улиц остались далеко позади, и мы выбрались на простор застеленного утренним туманом широкого тракта, ведущего на запад, к Медянску. Сим "маялся" напротив меня, и в своем презентабельном дорожном костюме напоминал сейчас сторожевого пса, насильно усаженного на подушечку с оборками. Это "неуютное" состояние подтверждал и взгляд рыцаря, полный покорности судьбе. Я же, в противовес ему, была полна оптимизма и с мстительной радостью наблюдала за ним со стороны:

- Послушай, Сим. Когда мне пришлось впервые лететь на твоем грифоне, я даже делала вид, что мне это нравится, хотя жутко боялась. Почему бы и тебе сейчас не изобразить на своем лице хотя бы улыбку?

- Да, пожалуйста, - оскалился в ответ мужчина.

- А знаешь, не смотря на то, что ты обманом привел меня в ваш дом, я тебе за это благодарна, правда. Твоя сестра стала моей единственной здесь подругой, а Глеб... он просто замечательный.

- Ты серьезно? - теперь уже искренне улыбнулся Сим. - Я рад, что вы подружились. Тусья у нас вообще... малообщительна. Она редко сходится с посторонними, предпочитая все время сидеть дома. А уж когда у меня появится племянник...

- На ее попечении станет одним мужчиной больше... Сим, я кое-что сделала для них с Глебом...

- Что ты натворила, о чем я не знаю? - насторожился маг.

- Ну, почему сразу натворила? Просто, скоро им в дом доставят от меня подарок... большой и очень дорогой. Как ты думаешь, она меня потом им не прибьет?

- Вета, говори яснее. Что за подарок то?

- Напольные часы с боем в красивом лакированном корпусе. Таких даже в Озерном замке нет. Я знаю, что в Ладмении подобные вещи - роскошь. И вообще, планировала сначала купить просто карманные для Тусьи. Но, когда их увидела, не смогла удержаться, - виновато скривилась я. - Как ты думаешь, она теперь на меня сильно обидится?

Мужчина сначала открыл рот, чтобы что-то сказать, а потом расхохотался во все горло:

- Думаю, пока можешь жить спокойно, - произнес он, едва отдышавшись. - До тебя она в ближайшее время точно не дотянется. Да и тяжелое ей вредно поднимать.

- Правда? - радостно выдохнула я. - Ну, тогда хорошо. Тем более, с часами еще записка прилагается, от меня: "Если выкинете эти, в следующий раз куплю еще дороже".

- О-о, это весомый аргумент, - вновь зашелся маг...

И дальше наша дорога покатила куда веселее, то поднимаясь на высокие холмы, то ныряя в прохладные низины. А часа через три смешанный лес, плотно обступающий тракт, расступился и мы выехали на огромное, до самого горизонта, цветочное поле. Издали оно смотрелось потрясающе, сплошь покрытое фиолетово желтыми пятнами, волнами прогибающимися под ветром. На более близком же рассмотрении эти острова оказались низкорослыми кустовыми цветами, напоминающими медуницу и сурепку. А вскоре, перед нашими глазами, немного правее, в очередной низине, вырос небольшой городок, состоящий, в основном из миниатюрных, похожих друг на друга беленых домов с круглой площадью в центре.

- Этот город - вассальная граница, - пояснил мне Сим. - Дальше на запад и вплоть до самой Тинарры начинаются земли графа Перепелкина.

- А как он называется?

- А так и называется - Разделиха. Мы там ненадолго остановимся, позавтракаем на постоялом дворе, а потом двинем дальше. Отсюда до Медянска осталось еще часов пять, не больше. Так что, к обеду будем на месте. Ты, я надеюсь, не против?

- А почему я должна быть против? - удивленно возмутилась я, уже порядком проголодавшаяся к этому времени...

Кормили на постоялом дворе города с недвусмысленным названием Разделиха вполне сносно. Да и само здание, под вывеской "Безраздельная гостеприимность" походило на добротный старорусский терем, украшенный по фронтонам деревянной резьбой. Мы с Симом устроились на узком балкончике второго этажа, куда из основного обеденного зала были вынесены пара столов, застеленных чистыми льняными скатертями. А под нами в это время била ключом "городская" жизнь, мало отличающаяся от моих прежних качелинских будней: по просторному двору друг за другом, с переменным успехом гонялись огненно рыжий щенок и громадный черный петух. Куры же и мамаша лопоухого отпрыска, равнодушно наблюдали за этими скачками в тени приставленной к забору телеги.

- На кого ставишь? - кивнула я Симу на исчезнувшую в третий раз в лопухах парочку. - Я - на рыжего.

- Вета, - шутливо покачал головой мужчина. - В Ладмении азартные игры запрещены королевским указом.

- Да брось ты, нас ведь никто не слышит.

- Ну, тогда, на черного. А какая ставка?

- Не та, что ты подумал.

- А откуда ты знаешь, о чем я подумал? - нагло оскалился мужчина.

- По глазам вижу. Они у тебя смотрят как раз на то место, о котором ты подумал, - ответила я и наглядно продемонстрировала ему "угаданным местом" язык.

Но, нашему пари в любом случае не суждено было быть заключенным, потому что как раз в этот момент на постоялый двор, разогнав напуганных "спринтеров" по разным сторонам, въехал огромный экипаж с гербом на дверцах. На серебристом его щите была изображена богатырских размеров пчела с ведром, предположительно, меда, горделиво держащая продукт своих трудов в мускулистых верхних лапках. А снизу шел девиз, прочитать который я не успела, так как дверца экипажа откинулась и из его бархатных недр бодро выпрыгнул, сверкнув очками на солнце, молодой худощавый мужчина. Выглядел он, к моему удивлению, очень просто, выказав свое право разъезжать на таком виде транспорта лишь приличным костюмом, впрочем, уже заметно помятым в пути. Юноша, человек, оглядевшись по сторонам, с душой потянулся и задрал свою голову вверх, заметив, наконец, нас с Симом. Я же с интересом уставилась в его ярко синее свечение, увиденное мной впервые такой силы и означающее, по-моему, склонность к научной деятельности или творческое начало.

- А хочешь еще одно пари? - с усмешкой спросил маг, как только новоприбывший скрылся под нашим балконом.

- Какое пари?

- Спорим, этот красавчик сядет сейчас за стол рядом с нами.

- Да с чего ты взял? И вообще, кто он такой, ты его знаешь?

- Ну, лично не знакомы. Он по нашей конторе не проходил. Но, знать, знаю. Это младший сын графа Перепелкина, на землях которого мы с тобой уже сидим. Титул после смерти отца он точно не получит, у него еще старший брат есть. А этот, насколько я знаю, полностью посвятил себя наукам. Так что, Вета, увы...

- Что значит, "увы"? Ты что, считаешь, что я ношусь по всей Ладмении исключительно за чужими титулами?

- Нет, что ты! - протестующее вскинул руку Сим. - Я просто знаю о твоей большой слабости к людям, принадлежащим к аристократическому роду.

- Ах, так! - сузила я глаза, но продолжить, к сожалению, не успела, потому что как раз в этот момент, в сопровождении разносчика к нам на балкон вошел "ученый" графский сын. Юноша уселся за соседний с нами стол. Причем так, чтобы, хорошо меня видеть, а Сим в ответ изобразил на своем лице гримасу, означающую: "Что и требовалось доказать"...

Дальше завтрак продолжился в напряженном молчании, не нарушаемом даже мысленным обменом фразами, а прервался минут через пять, неожиданно отбросившим тень над нашими тарелками младшим Перепелкиным:

- Извините, - покраснев до ушей, выдавил он, по щенячьи преданно глядя мне в глаза. - Я хотел бы вам представиться - Владимир Перепелкин, студент столичного университета.

- Вета Полунич, - в ответ, ничуть ни лучше промямлила я, с ужасом осознав, что совсем не знаю правил здешнего этикета. - Очень приятно... Присаживайтесь.

Студент тут же схватил и неумело ткнулся носом в мою руку, которую я даже от стола оторвать не успела, а потом шлепнулся на свободный стул:

- Госпожа Вета, вы наверняка близкая родственница досточтимой Неонилии Полунич. Сходство между вами очевидно. Те же небесные черты лица.

- Да, я ее внучка, - настороженно пояснила я еще одной высокородной жертве бабушкиных чар.

- Вы знаете, я так и подумал! - просиял ничего не подозревающий юноша. - Дело в том, что ваша бабушка была в свое время очень известной покровительницей нашего университета. Она состояла в его попечительском совете и ее портрет до сих пор украшает одну из университетских галерей. Признаться честно, я часто на него оборачиваюсь, проходя мимо. А вы - ее точная копия, будто ожившая легенда, которую мне посчастливилось увидеть наяву.

- Да что вы говорите? Ожившая легенда, значит...

- Вы знаете, госпожа Вета, мне, почему то кажется, что я что-то не то сейчас сказал, - растерянно захлопал длинными ресницами студент и глянул на нахально расплывшегося Сима.

- Да нет, что вы! - великодушно уверил его маг. - Продолжайте, мы вас внимательно слушаем.

- Ну, вы, господин Симаргл, можете и еще послушать, а мне, к сожалению уже пора, - подорвалась я из-за стола, тем самым подняв за собой и обоих сидящих мужчин. - Всего вам доброго, а также успехов в учебе, - и решительно направилась через зал к лестнице на первый этаж.

Сим, расплатившись, спустился следом, но, уже без ухмылки на лице и занял свое место в нашей, стоявшей недалеко от ворот коляске. Правда, возчика, к сожалению, пришлось подождать. Он появился вскоре, на ходу вытирая рот рукавом, и только примостился на козлах, как меня вновь окликнули:

- Госпожа Вета, - увидела я застывшего с краю от меня юношу с, совершенно убитым лицом. - Я хотел бы перед вами извиниться. Вечно я встреваю из-за своего не очень умелого обращения с дамами. Вот и сейчас... Ведь неприлично расточать комплементы одной женщине в присутствии другой. Да еще сравнивать их друг с другом. Госпожа Вета, вы неповторимы и даже теперь, когда в ваших глазах пылает праведный гнев, прекрасны. Вот, - протянул он мне повядшую ромашку. - Это все что у меня есть, но, при первой же возможности я подарю вам настоящий букет, который все равно не сравнится с вашей красотой, - закончил он торжественно и, развернувшись, двинул в обратную сторону.

- Да-а... - удивленно протянула я, крутя между пальцами подарок. - Вот умеют же некоторые исправлять собственные ошибки.

А потом наложила на цветок заклятие обновления и, под молчаливым взглядом Сима, воткнула его себе в волосы, закрепив за ухом... Коляска медленно развернулась, выбираясь на тракт, и Сим, набравшись-таки, смелости, решил вновь открыть свой рот:

- Знаешь, Вета. Хочешь ты этого или нет, но тебя все равно будут с ней сравнивать. Так не проще ли научиться по-другому, на это реагировать?

- По-другому?.. Ну да. Это гораздо проще. И даже правильнее. Тем более... Понимаешь, что самое обидное? Мы с ней действительно похожи. Но, не внешне. Куда мне до ее легендарной красоты. Мы похожи с ней своими характерами. Мне это не раз говорили те, кто хорошо знал нас обеих. И мне это даже льстило, хотя и очень усложняло иногда жизнь... А что касается всего остального, - азартно ухмыльнулась я и взглянула на мужчину. - А, ну-ка, закрой глаза.

- Это еще зачем? - недоверчиво напрягся Сим.

- Просто сделай, - нетерпеливо повторила я и, дождавшись, когда маг, наконец, решится, произнесла нужное заклятие. - Теперь можешь открывать!.. Ну, как?

- Рыжая... - потрясенно прошептал мужчина и придвинулся ко мне по ближе. - Какая ты теперь... яркая, как пламя.

- А то! - довольно расплылась я, наблюдая такую реакцию. - Я давно пыталась перекрасить свои волосы в рыжий цвет, но, сколько не пробовала, ни одна краска меня не брала, даже хна. А теперь, проще не бывает - немного магии и новая Ветвяна Полунич готова. Тебе нравится?

- Да, - не задумываясь, выдохнул Сим и поправил сползшую из-за моего уха ромашку. - Этот цвет очень хорошо подходит твоему... характеру и твоим синим глазам. Ты теперь всегда такая будешь?

- Конечно, - откинулась я на спинку сиденья. - И пусть теперь кто-нибудь только попробует мне сказать, что я на кого-то похожа...

А дальше мы уже бодро катили лишь по открытой местности. Только изредка на нашем пути попадались заросли кустов вдоль извилистых оврагов, разделяющих нескончаемые поля: маковые, ромашковые, злаковые. А еще пастбища и пасеки вокруг по-европейски аккуратных деревенек. И, чем ближе мы приближались к Медянску, тем чаще перед нашими носами стали маячить упитанные местные пчелы. А после моста через приток Шалбы, Кочу, их навязчивая компания и вовсе начала раздражать, и нам с Симом пришлось, на всякий случай, накладывать еще одно заклятие, теперь уже против укусов насекомых.

- А что же ты хотела? - произнес мужчина, внимательно водя взглядом за очередной незваной гостьей, маневрирующей над моей ромашкой. - Мы ведь едем в Медянск. Здесь кругом они и маги в очереди стоят за теплыми местами в этих благодатных краях.

- И что же их здесь так прельщает? Медовуха местного производства? - теперь уже гораздо смелее отогнала я рукой жужжащую нахалку.

- Ну, не только медовуха. Хотя, она и в правду, хороша... Заклятие, которое мы с тобой только что применили. Они на нем большие деньги себе делают.

- Оно что, так быстро лопается?

- Нет, - засмеялся Сим. - Нам с тобой хватит на всю оставшуюся жизнь, но... кто об этом знает?

- Понятно. Профессиональная магическая тайна... - в ответ насмешливо скривилась я.

А потом я увидела Медянск. С возвышенности, на которую мы взобрались после очередного трактового поворота, он открылся нам полностью и лежал сейчас, как на ладони, окруженный все теми же бескрайними полями. Я попросила возчика остановиться и привстала, чтобы лучше рассмотреть маленькие с такого расстояния домики, утопающие в садах, петляющие между ними улочки, миниатюрные площади и...

- Сим, а это что за перезвон?

Мужчина прислушался и равнодушно пожал плечами:

- Колокольный. Вон там, - показал он рукой на северные окраины Медянска. - церковь. Единственная во всем городе.

- Церковь? - хлопнулась я обратно на сиденье. - А как же уживаются вместе магия и религия?

- Да нормально уживаются. Церкви стали строить люди, только им они и нужны. Души спасают постами, а зубы лечат у магов. Каждому свои доходы.

- Вот это да... А почему я в столице не видела ни одной церкви?

- А ты в столице вообще много чего не видела, потому, что мало куда ходила, - вынес свой вердикт Сим. - Они там тоже есть, правда в колокола не звонят, по особому королевскому указу. Это плохо влияет на купол... Ну а теперь, мы можем ехать дальше?

- Да, конечно, - рассеянно мотнула я головой. - Знаешь, странно все это. Хотя... Ведь те люди, что переселились сюда из моего прежнего мира как раз и сделали это ради собственной веры, чтобы ее сохранить. Тогда, церкви, получается, вполне логичное здесь явление...

Новое здание городского совета находилось как раз на одной из маленьких площадей с круглым каменным фонтаном и скамейками вокруг него. Сим решил идти со мной и я об этом не пожалела, особенно, когда нам на встречу прямо у входа вышел грозный стражник. Маг сказал ему в полголоса пару слов и они, как пароль открыли нам дорогу дальше, по лестнице на третий этаж. Сам городской глава, прочитав письмо от Димиона, долго улыбался и извинялся, платочком вытирая с лысины пот, а потом выделил нам шустрого конопатого подростка для сопровождения до моего, "чудом уцелевшего дома". Я клятвенно пообещала, что за всеми формальными бумагами зайду на днях и с легким тремором в конечностях, заскочила обратно в коляску.

Ехать пришлось недалеко, и уже после третьего поворота наш проводник свистнул возчику команду "парковаться". Сим, видя мой лихорадочный блеск в глазах, собственноручно ссадил меня на землю и тут же взял за руку. Мы подошли к высоким кованным воротам в каменной ограде, закрытым на ржавый висячий замок и я растерянно взглянула на мальчишку:

- А ключ у тебя есть?

- Вета, - выпустил мою руку Сим. - Ну, зачем аланту и магу ключ?

- Так вы госпожа, что ли алант? - изумился подросток.

- Ну да, а что? - настороженно поинтересовалась я у него.

- Да так, ничего, - заулыбался тот во всю ширину физиономии. - Просто в нашем городе таких раз, два и некого считать... А здесь тоже раньше аланты жили, мне мамка рассказывала. А теперь дом заброшенный.

- И ничего он не заброшенный, - возмутилась я, входя вслед за Симом, с трудом отодвинувшим в сторону заклинившую створку ворот. - Теперь тут я буду жить... А скажи, кто-нибудь посторонний появлялся здесь после того, как дом опустел?

- Ага, кому охота, - многозначительно хмыкнул мальчишка. - Дом то зачарованный и деревья вокруг него. Его поэтому и не спалили.

- Зачарованный говоришь... - внимательно вгляделся в заросший вишневый сад, с обеих сторон от выложенной камнем дорожки Сим. - Похоже на то. Посмотри ка, Вета, - показал он рукой на особо непролазные заросли справа.

Я попыталась проследить в указанном направлении своим алантским взглядом и удивленно ахнула. Мало того, что по всему внутреннему периметру была наброшена серебристая охранная сетка, еще и между деревьями в разных местах колыхались легкие фосфорические тени, напоминающие собой привидения в балахонах. А справа, в самых зарослях, где под плющом едва проглядывала белая беседка, и вовсе лежали три слабо мерцающие при дневном свете огромные собаки, будто ожидающие команды. И, как только мы прошли место, где через дорожку, на уровне коленей была натянута магическая нить, охранные животные навострили уши, а потом соскочили со своих мест, вперяясь в нас провалами глазниц. Я испуганно замерла, вновь схватив Сима за руку. Собаки же, напротив, одна за другой, сначала слабо, потом все сильнее принялись вилять хвостами, а через несколько секунд и вовсе заняли прежние расслабленные позы.

- Узнали хозяйку, - пояснил мужчина и, как ни в чем не бывало, продолжил дорогу. - Да, не скучно твоей семье жилось, раз такую охранку развесили. Это ж, сколько лет прошло, а она до сих пор работает. Одно слово, алантская магия... Представь, если всю эту красоту ночью увидеть?

- Ага, я чуть не помер со страху, - ляпнул конопатый подросток, идущий за нами следом, и тут же испуганно заткнулся.

- Та-ак, - развернулась я к нему. - Вот тебе за труды, - сунула в его верхний кармашек рубашки медень. - И вали, давай отсюда, отважный ночной герой.

Второй раз повторять не пришлось и через секунду мальца и след простыл, а мы с магом метров через двадцать вышли на небольшую мощеную площадку перед двухэтажным каменным домом. Здание тоже было полностью покрыто ячеистой серебристой сетью по сравнению с которой "сигнализация" Тусьи смотрелась детской забавой. Особняк же выглядел так, будто до сих пор был обитаем. Никаких следов запустения и даже большие окна с витражными ромбами по верху, темнели прозрачной чистотой.

- У меня такое ощущение, будто здесь кто-то живет.

- Нет, дом пустой, просто до сих пор поддерживается в сохранности за счет сильного заклятия... И он тебя узнал... Посмотри, - удивленно выдохнул Сим.

Мы в этот момент стояли у первой ступени крыльца и едва я занесла над ней ногу, как вся входная дверь "расцвела" мерцающими алантскими ирисами.

Увидев это, ноги мои предательски подкосились и если бы не стоящий рядом маг, я бы так и рухнула здесь, прямо перед родным порогом.

- Сим, - пробормотала сквозь подступившие слезы. - А ведь я дома. Я дома, Сим... - и начала медленно подниматься к двери, потом взялась за ее резную ручку и услышала, отозвавшийся в где-то глубине щелчок. После этого нажала на нее уже сильнее и створка в ответ тут же бесшумно подалась.

Внутри дома царил полумрак и сильно пахло сыростью. Повсюду на полу были разбросаны вещи, а посреди широкой прихожей стояла наполовину наполненная дорожная сумка.

- Такое ощущение, - "повел носом" вошедший следом Сим. - будто собирались в большой спешке и твоей матери кто-то помогал. - показал он пальцем на неполный отпечаток мужской обуви на земле, рассыпанной возле валяющегося рядом разбитого цветочного горшка.

- Выходит так, - наклонилась я над "уликой". А маг провел рукой совсем низко над следом. Потом задумался и удивленно хмыкнул:

- Человек.

- Помогал человек? - переспросила я.

- Да. К сожалению, через такое время большего сказать не могу.

- Очень жаль, - вздохнула я и огляделась по сторонам.

Из прихожей вели две двери: налево, в кухню и направо, гостиную. Я заглянула в обе комнаты, поразившие меня своими размерами а еще каминами совершенно замковых габаритов. Обе они пребывали в сравнительной чистоте. Лишь на кухне из длинного "рабочего" стола был полностью вывернут и опрокинут на пол ящик с ложками, вилками и ножами. Дальнейший осмотр показал, что в обоих помещениях имелись еще и задние двери, на этот раз выходящие на веранду, открывающуюся в сад. А из прихожей на второй этаж вела узкая деревянная лестница. Мы поднялись по ней и разбрелись по комнатам, оказавшимися спальнями: родительской, детской и, по всей видимости, гостевой. Здесь, в отличие от первого этажа, царил полный кавардак с вываленными из шкафов вещами, часть из которых валялась прямо на полу, а часть на разворошенных постелях. Но, мое внимание привлекли не они, а большой семейный портрет, висящий напротив родительской кровати. На нем, на переднем плане чинно сидели отец и мама, улыбающиеся и вполне довольные жизнью. Между ними стояла, обняв обоих за плечи, девочка лет семи - восьми. Тоже, вполне счастливая. А на коленях у мамы сидела еще одна, совсем младенец, в смешном чепчике, прикрывающем лысину (уж я то, знаю). И это была я...

- Рискую вызвать очередную вспышку гнева, - подошел ко мне со спины Сим. - но, все же скажу, что ты, Вета, точно бабушкина внучка.

- Ну почему же? Шевелюра то у меня отцовская. Хотя все остальное... Ты прав. На своих родителей я точно больше ничем не похожа. Папа - сероглазый и узколицый, а мама - настоящая смуглянка. Да и сестра моя... Натэя, тоже явно не в них. Если вспомнить мои детские... изображения, то она - вылитая я, то есть наоборот, конечно.

- Ты уверена, что ее именно так зовут?

- Я это знаю, Сим, - повернула я к нему лицо. - Точнее, чувствую. Ее зовут Натэя. Иначе никак...

- Ты представляешь, - решил сменить тему маг. - водопровод в полной исправности и камины на обоих этажах хоть сейчас протапливай. И даже дрова в наличии имеются. А вообще, ты проголодалась?

- Ой, точно. Мы ведь с утра ничего не ели. А давай пойдем в город. Заодно и разведаем местные достопримечательности.

- Ну, разведать то мы всегда успеем, - нетерпеливо заметил мужчина. - А вот где можно пообедать я и так знаю. Пока мы сюда ехали, я заметил вполне приличный ресторанчик на соседней улочке.

- Сим, - выкатила я глаза. - А ведь возчик до сих пор у ворот стоит с моими саквояжами.

Мужчина громко засмеялся, отражаясь гулким эхом по комнатам, и насмешливо глянул на меня:

- Вета, твои саквояжи давно стоят возле дома, я проследил. А возчик уже, наверное, на обратном пути в Куполград.

- И когда ты успел?

- Пока ты смотрела на ржавый замок. А вообще, пошли. Есть очень хочется, - решительно направился он к лестнице...

И точно, на соседней улочке оказалось очень уютное заведение общепита под названием "Медянский дворик", обставленное в деревенском стиле. Его хозяйка, маг земли, миловидная дама бальзаковского возраста была столь любезна, что обслужила нас собственноручно, а узнав, что я, к тому же, еще и ее новая "соседка", пихнула мне с собой корзинку пирожков...

Уже к вечерним сумеркам мы протопили оба камина на первом этаже, постепенно возвращая в "уснувший" дом живое тепло, забытое в этих стенах более двух десятков лет. А потом уселись у того, что в гостиной, прямо на ковре и, жуя остывшие пирожки, надолго замолчали, глядя на огонь. Не знаю, о чем в это время думал Сим, мои же мысли были заняты исключительно предстоящими бытовыми заботами. Одно дело поселиться в родительском доме, другое, этим домом управлять, решая кучу самых разных проблем. И пусть ты трижды истинный алант, без соответствующей практической жилки в этом житейском деле точно не обойтись...

- Вета, - прервал мой тяжелый вздох мужчина. - Ты точно решила ночевать здесь сегодня одна?

- Да, Сим, - в третий раз повторила я. - Это мой дом и чем быстрее я к нему привыкну, тем легче мне будет в нем жить. Мне здесь хорошо, правда... И спокойно, с такой-то охраной.

- Да, охрана действительно, надежная. Ты пока ее не снимай. Пусть еще попугает непрошенных гостей какое-то время. Особенно собачки занятные. Я таких еще не видел, - уважительно произнес маг.

- А мне вот интересно, почему они "привязаны" именно к той части сада? Неужели, беседку охраняют?

- Вот завтра с утра и проверишь, - сладко потянулся Сим. - А я тогда прямо сейчас махну обратно, раз ты категорически против дополнительного ночного сторожа. Или, все же нет? - насмешливо глянул он на меня, а когда я отрицательно качнула головой, пожал плечами и встал с пола. - Ну, тогда провожай меня, госпожа домовладелица.

Мы вышли на крыльцо, когда над Медянском уже разлилась чернильная ночь. Сим оглянулся напоследок, перед тем как нырнуть в свой подвал и перехватил мой не в меру любопытный взгляд, направленный к мерцающим среди деревьев собачьим силуэтам:

- Вета, завтра утром, - предостерегающе вскинул он бровь и исчез под каменной аркой.

Я же выждала, на всякий случай, несколько секунд и решительно направилась в сторону четвероногих стражей. По дороге обогнула парочку колыхающихся под ночным ветром "привидений", совершенно меня проигнорировавших и, наконец, подошла вплотную к мирно лежащим на земле магическим псам. Просто, ради интереса, погладила по голове ближайшего ко мне и на своей коже ощутила легкое покалывание. Пес же, при близком рассмотрении, как и оба его двойника очень похожих на сенбернаров, лишь несколько раз взмахнул своим хвостом, а потом, вновь замер.

- Интересно, что же вы здесь такое охраняете? - разглядывая почти скрытую под плющом беседку, пробормотала я. - И что это за беседка такая странная? И где же в нее вход?.. - медленно пошла я вдоль круглого здания, то в одном месте, то в другом, раздвигая жесткие ветви. Но, везде моя рука упиралась лишь в каменную кладку.

Наконец, по не писаному закону подлости, одному из моих любимых, под моими пальцами, немного левее того места, откуда я начала свое "пальпирование", я почувствовала не прохладный камень, а гладкое дерево. И от неожиданности, даже отдернула руку:

- Дверь? - озадаченно закусила губу. - Мало того, что она без окон, так еще и с дверью?.. А, ну-ка... - захватив руками как можно больше жестких стволов, я с силой рванула их на себя.

Потом несколько раз, повторив это варварство, удовлетворенно сдула прядь со лба и подошла к открывшейся дверной створке вплотную. Нажала на ручку и услышала щелчок, означающий в этом зачарованном месте не что иное, как "Добро пожаловать, хозяйка". Что я и сделала, предусмотрительно запустив вперед себя световой шар. Шар взмыл к высокому сводчатому потолку и ярко осветил небольшое помещение, безусловно, бывшее когда-то беседкой. Потому что сейчас это был... семейный колумбарий с одной лишь урной внутри. Урной, в которой хранился прах моего отца, Танаса Полунича...

Строение переделывалось впопыхах. Свидетельствовали этому "кляксы" раствора на полу, скрепляющего камни, которыми были заложены проемы между бывшими колоннами. А еще древесная стружка там же, сохранившаяся прекрасно и даже не изменившая своего "пожизненного" цвета. В центре же колумбария стоял мраморный круглый стол, судя по всему, оставшийся еще со времен прежнего назначения здания. Вот на этом столе я и увидела серебряный погребальный сосуд с именем и фамилией на плоском боку. А прямо перед ним лежал маленький букет из неувядающих ирисов...

Что я почувствовала в этот момент, трудно сказать. Отца своего я совсем не помнила, впервые за столько лет увидев его лишь сегодня, на семейном портрете. Конечно, мне его всегда не хватало, и именно сейчас я осознала всю меру утраты. Его уже было не вернуть... А как же остальные: мама и сестра? Где мне искать их следы? Как вернуть в этот брошенный дом, ставший для них в последние дни настоящей крепостью?..

Я подошла к столу и дотронулась до урны пальцами, потом обхватила ее руками и закрыла глаза... Никто не ответил на мой вопрос. Алантская душа моего отца была сейчас далеко отсюда, в высших мирах. Значит, ответы мне придется искать самой... С этой мыслью я брела по тропинке домой, с этой же мыслью и заснула, прямо в гостиной на диване, глядя, как в камине, выплевывая искры, догорают поленья...

А утром ко мне пожаловал первый медянский гость. Я почувствовала его еще стоящим у ворот. Сработала охрана, колокольчиком зазвеневшая в моей голове. "Ах, вот как это, оказывается, происходит", - с приятным удивлением констатировала тут же и закинула тряпку обратно в ведро. Уборка моя уже подходила к концу, ускоренная в несколько раз магическими заклятиями и большим энтузиазмом. Оставалось лишь разобрать вещи, разноцветной горой высившиеся на родительской кровати, да обследовать внутреннюю часть сада, находящуюся с задней стороны дома. Но, это после, а сейчас я одернула свою "боевую" юбку, разжалованную до звания "рабочей" и вприпрыжку поскакала вниз с крыльца.

Высокий мужчина с "собачьими", глубоко посаженными глазами воспитанно топтался у полуоткрытых ворот и, увидев меня, снял широкополую шляпу. На вид ему было лет пятьдесят, но сказать точнее я не смогла, ведь мой гость являлся магом земли, причем, довольно сильным, судя по интенсивности его свечения и со взглядом таким цепким, что я поспешила тут же причислить его к конторе Сима. В душу нырнуло подозрение: "Неужели Димион, все-таки сменил мне надзирателя?", но, первые же слова незнакомца поставили все на свои места:

- Разрешите представиться, - произнес он приятным баритоном и слегка склонил голову. - Яков Полозин, медянское сыскное агентство "Полозин и Гаян". А вы, по всей видимости, госпожа Ветвяна Полунич, хозяйка этого дома?

- Да, все верно, - опешила я. - Чем могу быть полезна?

- Все дело в том, госпожа Полунич, что это я должен быть вам полезным, - едва заметно улыбнулся он. - Меня, три недели назад нанял для определенной сыскной работы лично господин Рабикович. И целью этой работы был поиск вашей семьи, пропавшей много лет назад, а, если быть совсем точным, вашей матери и старшей сестры.

- Да?.. Господин Рабикович? Поверенный гра... Пойдемте в дом, - опомнилась я, наконец, и пропустила сыщика на свою зачарованную территорию.

Мужчина последовал за мной, заинтересованно озираясь по сторонам:

- Очень сильная защита. Да, ваш батюшка знал, как уберечь свою семью, - авторитетно заявил он, уже у самого крыльца.

- Только вот себя не уберег, к сожалению, - открыла я ему дверь дома.

- Это действительно так, но, он ведь погиб не здесь. Вы разве не знаете?

- Я многого не знаю о своей семье и очень надеюсь, что вы мне сейчас проясните некоторые факты, раз уж вас именно для этого и наняли. Может, чаю?

- Нет, благодарствую, - тут же отказался мужчина и, усевшись на гостином диване, достал из-за пазухи увесистый конверт. - Это мой первый отчет. Я должен был сегодня утром отправить его в столицу моему нанимателю, но, придя на почту, обнаружил там письмо от него же, с распоряжением доставить все мои выводы, здесь изложенные, лично вам, в Медянске. Что я и сделал, без труда узнав ваш адрес, - подал он мне конверт.

- Это, конечно, хорошо, - шлепнулась я в кресло напротив. - Но, не могли бы вы мне рассказать на словах, что вам удалось узнать о моих родственниках? А бумаги я и позже почитаю.

- Как скажете, - спокойно ответил мужчина. - Но, сразу хочу предупредить, госпожа Полунич, что особо порадовать мне вас, к сожалению нечем. По крайней мере, пока.

- Ну, так говорите, как есть. А я уж сама решу, стоит мне радоваться или еще рано.

- Как скажете, - еще раз повторил сыщик. - Так вот, что касается вашего батюшки... Он был много лет главным магом Медянска и умер от предательского удара прямо на крыльце городского совета. Расследования по этому делу, как такового, не проводилось, не до того тогда было. Тем более что тот маг, что целился в него, по стечению обстоятельств или по злому умыслу, спалил еще и само здание, вместе с архивом. И это очень осложнило мою работу сейчас... А вскоре после его смерти исчезла и ваша мать, Агата Полунич вместе со своей старшей дочерью, Натэей...

- Натэей... - эхом повторила я. - А дальше? Вы узнали, что с ними было дальше?

- Честно вам скажу, было сложно. Потому что, когда алант решает исчезнуть, он это делает очень грамотно. Но, мне повезло... Дело в том, что через месяц после того, как ваша семья спешно покинула Медянск, из него в неизвестном направлении скрылись и еще двое, причем людей: начальник городской стражи, Крон Сорги и его подросток - сын, Олес. Не буду вас мучить своими профессиональными умозаключениями, озвучу лишь их результаты... Понимаете, госпожа Полунич, я коренной житель этого города и поэтому, знаю многих своих земляков лично. Также лично я был знаком и с Кроном. И знал, что ваши семьи были очень дружны между собой. А еще я знал, хотя в тот момент и отсутствовал здесь, что именно Крон помог вашей матери и сестре избежать тогда расправы. За что сам и поплатился вскоре... обвинением в пособничестве врагам короны. Тогда всех алантов так называли, врагами короны, без суда и расследования... Поэтому ему и пришлось бежать, прихватив с собой сына. А уж людей то найти гораздо проще, чем алантов, особенно, если предположить, что они должны быть где-то вместе. Вот это мне и помогло, мое предположение. На него я и опирался в своих поисках.

- И вы их нашли? - с надеждой спросила я.

- Не совсем... Я нашел их следы... Но, все по порядку. По своим источникам я узнал, что семье Сорги принадлежали охотничьи угодья на севере от Медянска. Это глухие леса, в которых при крайней нужде, можно легко затеряться. Я сам там, в результате, чуть не потерялся, - усмехнулся сыщик. - пробродив в поисках тайного приюта наших беглецов одиннадцать дней, но, вскоре, нашел то, что искал. Только...

- Что, "только"?

- Дом был давно пуст, а недалеко от него я обнаружил колумбарий, сооруженный из дубовых досок, с единственной урной внутри.

- С урной? Опять? - похолодев, переспросила я. - Чья она?

- Вашей матери, госпожа Полунич, - не глядя мне в глаза, тихо произнес мужчина. - И этому алантскому колумбарию на сегодняшний день уже не менее пятнадцати лет.

- И она тоже... - прикрыла я лицо ладонью. - Продолжайте...

- Хорошо, я продолжу... Я уже сказал, что дом оставили давно. И жили в нем, по моим выводам, беглецы очень уединенно. Благо, лес позволял. Ведь Крон - опытный охотник, я это знаю, да и Олес, уже, будучи подростком, тоже стрелял довольно метко. Но, помогло мне выйти из очередного тупика не это знание, а оставленный там и, видимо забытый при отъезде технический чертеж, выполненный очень грамотно. На чертеже была часть замкового укрепления... Я, сейчас поясню. Дело в том, что сразу после алантских гонений, наш край, выгоревший на треть, стал вновь отстраиваться и очень нуждался в хороших специалистах. И вот этот чертеж натолкнул меня на мысль, что или Крон или, уже подросший Олес, в общем, кто-то из них, видимо, этим ремеслом и занялись, в конце концов. Поэтому я и продолжил свои поиски именно в окрестных строительных конторах, выспрашивая там, нет ли среди их работников мужчин с такой фамилией - Сорги. И вскоре мне опять повезло. Я нашел человека, работающего вместе с Олесом Сорги и хорошо его знавшим. Он и дал мне его новый адрес. Его и, госпожа Полунич, его семьи: жены и сына.

- Погодите, я не поняла, а моя сестра, она что, пропала окончательно?

- Вы меня не поняли. Жену Олеса зовут Натэя. Для подобного совпадения имя очень редкое.

- Натэя? - подскочила я на месте. - Так они что, с Олесом поженились?.. И у них родился сын?.. У меня есть племянник?

- Да, племянник, названный в честь вашего отца, Танасом. И ему сейчас, по моим подсчетам, около шести - семи лет. Только...

- Знаете что, - не на шутку взъелась я. - Эти ваши "только"... Вы их не нашли?

- Погодите горячиться, дослушайте меня до конца, - вскинул руку сыщик. - Мне уже немного осталось рассказывать.

- Извините, - пристыжено брякнула я. - Просто вы меня кидаете "из огня да в полыня". Сначала я узнаю, что моя мама умерла. Потом, что у меня, оказывается, есть племянник... Я вас слушаю, продолжайте.

- Продолжаю... Так вот. Тот плотник, что дал мне адрес Олеса Сорги, объяснил, что самого мужчину не видел уже около полугода. Но, у них это, видимо, в порядке вещей, когда человек вот так меняет одну стройку на другую, в поисках более достойного заработка. Хотя, Олес, по его словам, был очень хорошим специалистом и его ценили. Но, как бы там ни было, я поехал в эту деревню, Скрепино. Она на северо-востоке от Медянска, в милях сорока, но там опять никого не нашел... Только полугодовалой давности пепелище на месте дома... Госпожа Полунич, не стоит отчаиваться, - увидев мои расширившиеся глаза, - уверил мужчина. - Дело в том, что во время этого пожара никто не погиб, я проверил. Правда, и куда делась вся семья мне тоже никто толком ответить так и не смог. Хотя, соседи явно, что-то знают, но боятся сказать. Так что, я обязательно туда вернусь и продолжу, как говорится, с того же места... Это пока все, - облегченно выдохнул сыщик и выжидающе замолчал.

- Эта деревня, как вы говорите, Скрепино?.. Она ведь недалеко отсюда. Как вы думаете, почему они не вернулись обратно в этот дом? Ведь сейчас же все спокойно.

- Элементарный страх, - покачал головой сыщик. - Очень многие из тех, кто бежал тогда из родных мест так обратно и не вернулись. Хотя, я выяснил, ваша сестра прошла инициацию и является законопослушным гражданином...

- Понятно... Скажите, господин Полозин, я могу вас попросить об одной вещи, очень для меня важной.

- Все что в моих силах, - уголками рта улыбнулся мужчина.

- Вы ведь маг и вам не составит труда вернуться в этот брошенный охотничий дом?

- Дело одной минуты.

- Не могли бы вы... - закусила я губу. - принести мне оттуда прах моей матери. Я хочу, чтобы они с отцом, хотя бы после смерти снова были вместе. Вы это сделаете? Я заплачу, сколько скажете.

Мужчина встал с дивана и, одернув пиджак, посмотрел на меня:

- Конечно, госпожа Полунич. Завтра с утра я верну вам ее урну. И сделаю это бесплатно. Не из альтруизма, просто мне очень хорошо оплатили мою работу, которая еще далека от завершения. А это, считайте, ее часть. У вас еще есть ко мне вопросы на сегодня?

- Нет, - поднялась и я вслед за ним. - А если возникнут, обязательно их задам. Кстати, где в Медянске вас можно найти?

Сыщик жестом фокусника выудил из своего рукава небольшую картонную визитку и протянул ее мне:

- Здесь адрес моей конторы. И, если меня не окажется на месте, вы можете передать для меня свои... пожелания моему партнеру, господину Гаяну. Но, могу вас уверить, как только у меня появятся новые сведения о ваших родственниках, я сам тут же, немедленно с вами свяжусь...

Я вышла вслед за сыщиком на крыльцо и увидела, бодро поднимающегося по ступеням Сима с увесистой корзиной в руке. Мужчины обменялись "профессиональными" взглядами, замерев на секунду, а потом, молча, пожали друг другу руки. Затем сыщик исчез в своем подвале, а Сим, с удивленной усмешкой глянул на меня:

- Ну, знаешь ли, Вета, тебя невозможно и на короткое время оставить одну. Потому что, тут же оказывается, что ты совсем не скучаешь в одиночестве. Что здесь делал этот пропыленный прокуратский ветеран, Яков Полозин?

- Я так и знала, - прислонилась я к дверному косяку. - Вы с ним из одной конторы. Только он сейчас занимается частной сыскной работой. Вот, - показала я магу картонку.

- И когда ты успела его нанять? - вскинул бровь Сим, мельком взглянув на крупный типографский шрифт.

- Это не я его наняла а... Борамир через своего столичного поверенного. А мы с Тусьей еще смеялись над "срочным отъездом" Рабиковича в провинцию. Оказывается, он на самом деле был здесь, в Медянске и нанял вашего ветерана, чтобы тот нашел мою пропавшую семью.

- А ему то, графу твоему, это зачем?

- Зачем? - мечтательно расплылась я, глядя в небо. - Просто, он выполнил свое обещание помочь мне найти родных.

- Понятно, - поставил Сим тяжелую корзину на пол и тоже встал у противоположного косяка. - И каковы результаты поисков?

- Даже не знаю, с чего начать... Я нашла папину урну с прахом в той беседке, которая оказалась семейным колумбарием. А сегодня узнала, что моя мама тоже умерла. Причем, уже очень давно. А еще, что моя старшая сестра, которую зовут Натэя, вышла замуж за человека, сына друга нашей семьи и у меня, оказывается, есть племянник, Танас... Танасик, которому сейчас должно быть лет шесть - семь... Но, они опять пропали... Вот пока и все. А вообще, если тебе интересно, там, на диване лежит конверт с полным отчетом. Почитай его...

- Обязательно почитаю, - серьезно пообещал Сим. - А я тебе гостинцы от Тусьи принес.

- Да ты что? - с опаской глянула я на корзину, прикрытую льняной салфеткой. - Неужели она решилась, все-таки, мне отомстить за часы?

- Ну да, своими сомнительными чаями. Их там фунта полтора, а еще яйцами, бужениной, сыром и зеленью.

- Зачем мне столько?

- Как это зачем? - изумился маг. - Меня кормить. А, хотя... Ты готовить то умеешь?

- Это то я то не умею? - в ответ оскорбилась я. - Конечно, умею... Если ты мне покажешь, как пользоваться плитой.

На том и порешили, и все оставшееся до обеда время потратили на освоение кухонной "техники", оказавшейся, в итоге полностью завязанной на алантской магии. В результате, после несущественных в ходе экспериментов потерь: подпаленной бровью Сима и ожогом моего мизинца, обед был готов. Правда, мужчине все равно пришлось бежать в булочную, но это уже не важно. Ведь главное то, что я, наконец, почувствовала себя полноценной хозяйкой дома... "Осталось только горячую ванну принять", - мечтательно потянулась я, откинувшись на стуле.

- Что собираешься сегодня делать? - вернул меня из мыльных фантазий, такой же сытый и довольный Сим.

- Мне нужно сходить в городской совет и забрать бумаги на дом. А еще в банк. Так что сплошь рутина. И ты со спокойной совестью можешь возвращаться обратно в столицу, писать свои отчеты.

Мужчина посмотрел на меня с явной обидой и встал из-за стола:

- Ну что ж, тогда мне действительно, пора. Кстати, Тусья на тебя не сердится и более того, передает большое спасибо за часы. Правда, их бой сегодня несколько раз за ночь подбрасывал на постели Глеба. Но, она уверена, это временное явление.

- Да? Он же некромант, должен и не к такому привыкнуть, - проводила я Сима озадаченным взглядом. - Постой... Передай, пожалуйста, Тусье от меня, за то, что она не сердится, и вообще, за целую корзину подарков, вот это, - чмокнула я мужчину в щеку. - Теперь иди...

И Сим ушел, прихватив с собой конверт, и пообещав обязательно вернуться на следующий день. А я, нарядившись в одно из своих, привезенных из столицы платьев, пешком отправилась на знакомую уже площадь с фонтаном и скамейками в центре...

Глава 27

Вероника...

Глава города был чрезмерно обходителен, беспрестанно бросая на меня настороженные взгляды и смахивая платочком пот с лысины. Мне тут же выдали все причитающиеся к дому бумаги на одной из которых даже чернила толком не успели высохнуть. Ну что ж, тем лучше. Потому что возвращаться еще раз в место, где на тебя смотрят, как на бомбу замедленного действия, мне совсем не улыбалось. А, уже спускаясь с выщербленного крыльца, я буквально столкнулась с высокой статной дамой, прячущей свое лицо под черной траурной вуалью. Незнакомка, сделав неудачную попытку обойти меня сбоку, нервно дернула округлым плечиком и отступила в сторону, решив пропустить-таки неожиданную помеху, а, уже вслед мне прошипела:

- Тоже мне, столичная нахалка.

- Что, простите? - обернулась я и сузила глаза.

- Смотрите, куда идете... в следующий раз, - с вызовом ответила дама.

Я же вгляделась сквозь ее "маскировку" уже алантским зрением, и едва не прыснула со смеху. Еще бы у человека, у девушки, а это, несомненно, была девушка, наблюдалось хорошее настроение, когда вся ее правая половина лица была немилосердно раздута от пчелиного укуса.

- Я, конечно, понимаю, - пропела я, склонив голову набок. - У вас такое горе... пчелка за щеку цапнула, но разговаривать по-змеиному и сама умею. Незнакомка схватилась за свое уязвленное место, потом сделала неуверенный шаг в сторону двери, и, наконец, замерев на секунду, неожиданно развернулась к стоящей неподалеку крытой коляске.

- Да погодите вы! - уже пожалев о сказанном, крикнула я ей вслед. - Я могу вам помочь.

- Чем? - тоскливо простонала она. - Вы что, маг?

- Ну, не совсем. Я алант.

- Алант?! - подошла она ко мне вплотную и уперлась носом в мою цацку. - Алант... А-а, так вы та самая Полунич, что приехала вчера в наше захолустье?

- Вы совершенно правы, - подтвердила я сей факт. - Ну, так что, помочь вам или продолжим болтать дальше?

Девушка задумалась на мгновенье, а потом, схватив меня за руку, решительно потащила в свою коляску:

- Здесь нам будет удобнее, только вуаль я пока снимать не буду.

- Да, пожалуйста...

Секунд через тридцать мое "лечение" было закончено и я, наконец, смогла разглядеть свою пациентку уже без маскировочной завесы. Да, это была девушка, скорее, молодая женщина, причем, как оказалось, довольно привлекательная. С волосами цвета меда, убранными в высокую прическу, выразительными карими глазами и капризными, чуть вытянутыми губками, какие бывают только у очень избалованных особ.

- Вероника Тумбаль-Гонз, вдовствующая баронесса, - радостно расплылась она, ощупывая пухлой ручкой уже принявший нормальный вид овал лица.

- Вета Полунич, просто Полунич, - зачем то уточнила я.

- Так уж и просто? - хихикнула баронесса. - Впервые вижу аланта, который считал бы себя... просто алантом. Хотя, у нас в Медянске и другие то, большая редкость... Вы меня, Вета, очень выручили, - вновь схватилась она за мою руку. Чем я могу вас отблагодарить?

- Да ничем, - попыталась я освободиться. - Мне вообще-то уже пора... в банк.

- Банк? В какой же, если не секрет?

- Да какие уж тут секреты, в этом-то городе... В "Пилигрим-банк". Мне нужен его управляющий.

- О-о-о, - многозначительно произнесла баронесса и крикнула своему возчику. - Парентий, к "Пилигриму" давай, да по быстрее! - а потом, едва я раскрыла рот, принялась трещать со скоростью пулемета Калашникова. - Дело в том, что их управляющий, мой давний... приятель и, если я буду вас сопровождать, то дела ваши пойдут гораздо быстрее. Потому что в противном случае... Он вообще, между нами, ужасный зануда и давно мечтает перебраться в столицу. Вот и мурыжит своих клиентов "до последней запятой". Так что, Вета - баш на баш. Вы мне помогли, а я - вам. Тем более, до вечера я совершенно свободна. Ну как?

- Нормально, - обреченно выдохнула я, прекрасно понимая, что избавиться от этой скучающей бездельницы без помощи магии мне вряд ли теперь удастся. К тому же, вдруг, она действительно, окажется полезной в общении с честолюбивым "почитателем запятых"...

Нужное мне (уже нам) здание отличалось от других своих соседей по улице, как золотая коронка, от сточенных временем старческих зубов. Баронесса, прямо напротив входа, с легкостью мотылька выпорхнула из коляски и, дождавшись меня, решительно направилась в сверкающий хрусталем холл. А на робкий оклик клерка: "Ваше сиятельство, господин управляющий занят", даже не обернулась. Мне, естественно, ничего не оставалось, как следовать за ней, причем с той же крейсерской скоростью. И с той же скоростью мы (баронесса впереди, я следом) влетели в ужасающих размеров кабинет. На встречу же к нам из-за стола поднялся совершенно "усредненный" человек, который со своими неброскими чертами внешности вполне смог бы стать первоклассным шпионом. Однако одет он был по последнему слову мужской столичной моды.

- Ха-а! - с пылом Эллочки-людоедки произнесла Вероника, прямо от дверей. - И с каких это пор ты стал для меня занят? Немедля уволь хама, что стоит за стойкой!

- Но, радость моя, - подскочил к разгневанной даме мужчина и приложился к ее ручке. - Если бы ты по чаще ко мне наведывалась, я бы издал специальный приказ, заставляющий всех без исключения в любое время оказывать тебе наилучший прием. Но, ведь ты так редко меня балуешь в последние дни.

- Значит, у меня на то есть весомые причины, - капризно надула губки "радость" управляющего.

- Знаю я эту весомую причину... точнее, этого, - шумно вздохнул тот в ответ.

Я же, почувствовав себя лишней на этом празднике любви и страсти, решила, все-таки, напомнить о своем присутствии:

- Вы меня, конечно, извините, но я лучше в коридоре пока подожду, - развернулась я на выход, но тут же была схвачена Вероникой за руку:

- Ничего подобного! Вот, Радик, познакомься, это моя подруга, Вета Полунич. И у нее к тебе срочное дело.

- Радислав Муляковский, управляющий медянским представительством "Пилигрим-банка", - облобызал и мою верхнюю конечность мужчина. - Чем могу быть полезен подруге Ее сиятельства?

И пока я, уже ерзая в бархатном полукресле, пыталась изложить суть своего дела, Вероника развернула бурную деятельность, собственноручно раскупорив бутылку с шампанским и разлив его по трем хрустальным бокалам. Затем она, с видом глубокого знатока живописи, принялась, отпивая на ходу из своего, разгуливать вдоль стен, рассматривая висящие там патриотические пейзажи.

- Так вы, госпожа Полунич, я понял, желаете оставить все свои унаследованные деньги в нашем банке?

- Радик, а вот этот вид, это не там, где Коча впадает в Шалбу?

- Да, Вероника... Извините, я не расслышал ответа?

- Потому что я ответить не успела. Да, желаю. Мне вас настоятельно рекомендовали.

- Прекрасно. А что касается ваших векселей и акций?

- Радик, а вот здесь я была. Этот лужок я помню и стожок.

- Вероника, этого не может быть. Это Лазурный лес. Так что с ценными бумагами?

- И их тоже. Только мне нужен полный список того, что я имею. Это возможно? - скороговоркой заполнила я, чудом образовавшуюся паузу.

- Радик, вы закончили? Может, тогда выпьем все вместе шампанского?

- Список я вам пришлю со специальным посыльным завтра же. Выпьем, конечно, - ответил нам обеим мужчина и облегченно выдохнул...

А потом мы пили шампанское, закусывая его шоколадными трюфелями и, если первый бокал я смаковала с явными угрызениями совести, то последующие два были опустошены очень легко. И вообще, присутствие баронессы, имеющей талант заполнять своей персоной все пространство целиком, действовало на меня явно расслабляюще... А, может, все таки шампанское виновато?..

- Госпожа Вета, вы позволите мне так вас называть? - прощался со мной у двери в свой кабинет-стадион, Радислав Муляковский.

- Позволяю, продолжайте, - великодушно кивнула я и попыталась сделать умное лицо.

- Госпожа Вета, ваше появление в нашем маленьком городке - большое событие. Я бы даже сказал, доброе знамение, и я всегда буду рад вас видеть... в любое время, - добавил он в полголоса, опасливо косясь на Веронику, подкрашивающую в этот момент губы.

- Жду список, господин управляющий, - таким же тоном ответила я и вышла за дверь...

Признаю, моя попытка проститься с баронессой прямо у банковского порога была недостаточно настойчивой. То есть, я старалась, и даже приводила какие-то доводы, но, в итоге мы вместе с ней оказались в одном из немногочисленных медянских ресторанов. По-моему, он назывался "Каприз". Нет, я не была тогда, как говорится в приличном обществе, "подшофе". Просто, настроение позволяло, да и столичный наряд, так дальновидно напяленный мной перед походом в... куда, не помню...

Утром же следующего дня меня спасло лишь приобретенное умение собственноручно избавляться от похмелья. Поэтому я даже побаловала себя вожделенной горячей ванной... Сама купальня располагалась под лестницей на второй этаж и единственным своим, витражным окном, выходящим в сад. Время было еще раннее как для гостей так и для других важных дел, которые я сейчас сама для себя (как настоящая домовладелица) и придумывала... Лежа с закрытыми глазами по уши в душистой жасминовой пене. Разноцветный оконный квадрат был полуоткрыт и доносившееся с улицы пение птиц в купе с жужжанием вездесущих пчел, очень мешало сосредоточиться на прозе жизни... Пока к нему не присоединились другие звуки, отнюдь не такие умиротворяющие...

- Сим! Что ты здесь вытворяешь?! - обмотавшись полотенцем, высунулась я в оконный проем. - И зачем ты притащил сюда свое чучело?

- И тебе доброе утро! - в ответ радостно оскалился рыцарь, отвесив мне своим тренировочным мечом знак приветствия. - Ты что, забыла? У меня одиннадцатого августа турнир. Должен же я к нему готовиться?

- Понятно... Но, надеюсь, Пеструшку ты с собой не притащил?.. Или... - увидев ухмылку мага, высунулась я еще больше, пытаясь разглядеть всю внутреннюю часть сада. - Что ты молчишь?!

- Нет, Вета. К сожалению, нет, - засмеялся Сим, вытирая пот со лба рукавом рубашки. - Может, присоединишься? Забыла, наверное, уже, как своей палкой махать? Или, твои рассказы про нее просто выдумка?

- Ах, так?! Ну, погоди у меня! - захлопнула я окно и чуть не ухнула обратно в горячую воду.

А минут через пять, нашла в мамином гардеробе легкое белое платьице из шитья с рукавами-фонариками. Покрутилась в нем перед зеркалом и, подмигнув своему отражению, спустилась в сад.

- Да-а... - окинул меня взглядом Сим. - В таком наряде только цветочки на лугу собирать и песенки с эльфами петь. Или ты опять у нас беззащитная девушка?

- Это такой стратегический прием против противника. А где мне тростку взять?

- Навещай, какую надо.

- А мне бы мою, из прежнего мира, - закусила я губу. - Или, нельзя?

- Нельзя, Вета, - покачал головой мужчина. - Но, можно точно такую же. В чем загвоздка то?

- Да не в чем, - выставила я вперед руку и на несколько секунд закрыла глаза. - Ух, ты! Даже с теми же царапинами получилась.

Сим взял у меня отполированную руками палку и скептически покрутил ею в воздухе:

- Ну что ж, пойдет... Для скоморохов на сельской площади.

- Да что вы говорите! - выхватила я у него свое боевое оружие и без предупреждения шлепнула, точнее, попыталась попасть по пятой точке заносчивого рыцаря.

Сим, вовремя отпрыгнув, сверкнул глазами и принял боевую стойку. И понеслись... наставления в мой адрес:

- Зачем ты пытаешься фехтовать? Просто бей!.. Не открывайся!.. Если не можешь ударить сразу, уходи в сторону!.. Не открывайся!..

- А ты закрой рот! Ты мне мешаешь сосредоточиться!.. Ой, извини... Но, ты же сам сказал, чтобы я просто била!

- Вета, но, не в лоб же!..

- Я и не думала, что попаду, - озадачилась я и сделала осторожный шаг в его сторону. - Ну, извини еще раз...

- Да что уж там, - театрально прикрыл ладонью свое боевое ранение мужчина, но в следующий момент, сделав неожиданный выпад, прижал меня моей же тросткой к себе. - Вот ты и попалась, беззащитная девушка...

- Ну, ты и гад, - рассерженно пыхтя, попыталась я вырваться, но добилась лишь того, что оказалась теперь прижатой к нему спиной. - Сим, это нечестно. Моей же тросткой...

- У каждого своя стратегия, - усмехнулся в ответ маг и склонился к моему, оголившемуся во время маневров плечу. - А вот твоя сработала против тебя же... Чем это ты так приятно пахнешь?

- Не твоего ума дело, - дернула я плечом, целясь ему в нос.

- Жасмином, - не отвлекаясь на "конвульсии", выдохнул мужчина, а потом осторожно провел губами по моей коже.

- Сим, что ты творишь?.. - закатила я глаза к небу и отвернулась. - Ой, колокольчик только что зазвонил.

- Надеюсь, это не часть твоей новой стратегии, - нехотя отпустил меня маг и поднял из травы свой отброшенный меч...

А у ворот меня ждал сыщик Полозин с завернутым в чистую тряпку свертком, при виде которого у меня пропал дар речи.

- Доброе утро, госпожа Полунич. Как вы уже поняли, это для вас, - протянул он мне свою ценную ношу.

- С-спасибо, - сглотнув слюну, промямлила я в ответ. - Я вам очень... признательна.

- Не стоит... Меня какое-то время не будет в городе, но, вы знаете, к кому обратиться, если возникнет такая надобность. Всего доброго.

- Удачи, - махнула я рукой вслед шагнувшему в подвал мужчине и, прижав сверток, пошла вглубь сада.

Туда, где с сегодняшнего дня сторожевые магические псы будут охранять прах обоих моих родителей: серебряный сосуд с гравировкой на плоском боку и глиняный горшок с запаянным горлышком и деревянной табличкой на веревочке.

- Я не знаю, что вам сказать, папа и мама. Я не знаю, кому мстить за ваши смерти и одобрили бы вы вообще эту идею. Я и этого не знаю... Но, я вам обещаю, что, если моя сестра и ее семья живы, они обязательно вернутся в этот дом... А мне здесь очень хорошо, правда. Мне здесь спокойно. Хотя... Вот что еще. Я вам обещаю, что постараюсь быть счастливой, не смотря ни на что, за вас... За нас всех... И это вам от меня, - положила я на стол, рядом с маминой урной еще один букет из магических ирисов, а потом вышла из колумбария, плотно закрыв за собой дверь. - Хорошо мне тут сторожите, - погрозила пальцем, неподвижно лежащим собакам, устремившим свои провалы-глазницы в сторону тропинки. И тут вновь услышала сигнальный колокольчик.

На этот раз у приоткрытой створки ворот топтался совсем еще юный маг воздуха в форменном костюме служащего "Пилигрим-банка":

- Госпожа Полунич, - по-гусарски, щелкнул он каблуками. - Специальная почта. Лично в руки, - и подал конверт с замысловатой банковской печатью.

- Благодарю вас. А... расписываться где-нибудь нужно?

- Расписываться? - удивленно расплылся парень. - Нет, послания такого уровня в лишних подтверждениях не нуждаются. Желаю здравствовать, - лихо соорудил он свою арку и скрылся в ней.

- Ну, надо же? - хмыкнула я ему вслед. - И как еще не отчеканил напоследок: "Пользуйтесь услугами нашего банка". Может мне пока здесь постоять, вдруг еще кто-нибудь нагрянет, - высунулась я на улицу и, как раз вовремя. Потому что прямо из-за угла на меня катила смутно знакомая по вчерашнему вечеру коляска. Только на этот раз, с приветливо откинутым верхом. - Чур, меня, - суеверно вытаращила я глаза, отгоняя вспыхнувшие вместе с видом ее обитательницы воспоминания. Но, было поздно...

- Вета, здравствуй! - выпрыгнула мне навстречу свежая, как утренняя роза, Вероника в кружевном декольтированном платье. - Надеюсь, ты МЕНЯ здесь ждешь? А то я в твой... заколдованный дом одна боюсь заходить. У нас про него такое болтают, просто ужас.

- Да?.. - растерянно протянула я, а про себя скорбно констатировала: "Значит, мы вчера уже перешли на "ты" и я даже успела пригласить ее в гости". - Ну и пусть болтают, меньше соваться будут... всякие - разные. Пойдем.

- Только ты меня за руку держи, - цепко ухватилась она за меня и с видом киношной героини, бредущей ночью по кладбищу, посеменила к дому. Меня это зрелище немало позабавило но разочаровывать даму, почему-то не хотелось... Наверное, из вредности, а может, из инстинкта самосохранения, хотя... я все отчетливее понимала, что уже поздно...

- Ты мне вчера пообещала, что наложишь на меня заклятие против укусов этих мерзких пчел, а то наш городской маг, Кёртово отродье , мало того, что несусветные деньги за него дерет, так еще и обновлять заставляет через каждую неделю. А у тебя оно насколько?

- Тебе хватит, - уверила я баронессу. - Только, это такое специальное, алантское заклятие и я его на тебя наложу по большому блату и вообще, это секрет. Понятно?.. Заходи в дом.

- Конечно, понятно, - со священным ужасом глянула на меня Вероника и переступила порог. - А это и есть твой дом? Красивый... И ты совсем одна в нем живешь?

- Ну, не совсем, - почему то решила я оправдаться. - То есть, по ночам одна, а днем не... одна.

- Ха-а, а у меня, обычно, наоборот бывает... - по-хозяйски, прошла она сразу к заднему окну в гостиной и вдруг замерла. - Вета, это кто? - выдала оттуда неожиданным басом.

Я подошла к ней и увидела Сима, усердно обстреливающего, из разных позиций, чучело своими огненными шарами. И, если бы не его меткость, да еще защитная оболочка на несчастной мишени, то я бы, наверняка, уже лишилась половины сада:

- Вот ведь зараза, - несдержанно прошипела и выскочила на веранду. - Сим, а не пора ли тебе... передохнуть? Тем более что у нас гости.

- Гости? - застыл маг с очередным снарядом в руках.

- Точнее, гостья, - томным голосом пояснила, вышедшая за мной следом Вероника. - Но, вы можете продолжать. Мне, напротив, очень интересно за вами наблюдать. Когда еще увидишь такое... зрелище.

Сим внимательно оглядел даму и слегка ей поклонился, а потом вопросительно воззрился на меня:

"Вета, это кто?". "Моя вчерашняя знакомая. Так что, давай, заканчивай свое огненное шоу и поднимайся к нам. Она все равно теперь от тебя не отстанет. Ты ее сильно впечатлил".

"Как скажете, госпожа алант", - покорно ответил мужчина и погасил в руке огненный шар.

Потом бодро, прямо через перила, заскочил к нам на веранду и протянул Веронике ладонь:

- Симаргл, рыцарь Прокурата, друг хозяйки этого дома.

- Вероника Тумбаль-Гонз, вдовствующая баронесса. Но, можно и без сияний, просто Вероника, - кокетливо отставив пальчик, сунула она ему для поцелуя свою пухлую ручку.

- Очень приятно, Вероника, - хищно оскалился мужчина, чем привел баронессу в восторженное замешательство, а меня заставил поспешно отвернуться, дабы не портить произведенный на даму эффект своей скептической гримасой:

- Я знаете, что подумала, - повернувшись к ним вновь, закусила я губу. - А не позавтракать ли нам всем вместе? Или уже время для обеда?

- Да какая разница, - всплеснула руками баронесса и вынула из своего ридикюля бутылку с рубиновой жидкостью. - У нас, в провинции, все просто, давайте выпьем за знакомство.

- Это что, уже тост? - нехорошо глядя на стеклянную "перспективу" и этого дня, выдавила я.

- А, почему бы и нет? - неожиданно присоединился к ней Сим. - Вета, у тебя что, на сегодня есть еще какие-то дела?

- Видимо, уже нет, - оставшись в меньшинстве, резюмировала я. - Но, тогда тебе придется смотаться в "Медянский дворик" за провиантом. Или, мы и сегодня будем готовить сами?

Маг дотронулся до своей обожженной брови и отрицательно покачал головой:

- Я быстро. Где корзина Тусьи? - и исчез в кухонных дверях.

- Вета, скажи мне, он что, женат? - в полголоса прошипела баронесса, как только мы остались одни.

- Почему женат? Нет.

- Понимаю. Тогда на службе по ночам. Ловит всякую... дрянь.

- Да с чего ты взяла то? - непонимающе уставилась я на нее.

- А как иначе объяснить его ночные отсутствия в твоей постели?

- Да как объяснить? - опешила я. - Просто, мы не любовники с Симом.

- Что?! - выкатила она на меня свои, и без того большие глаза. - Вы с ним не любовники? Ты в своем уме, Вета?

- Это-то здесь причем? - окрысилась я в ответ. - Почему мы с ним обязательно должны ими быть?

- Значит, у тебя кто-то есть еще, - продолжила свои умозаключения баронесса.

- Нет у меня никого. И вообще, отстань от меня с этой темой, - направилась я на кухню накрывать на стол.

- Тогда я вообще ничего не понимаю, - увязалась она за мной. - Вета, ты хоть понимаешь, что маги огня - самые искусные любовники на всем Бетане? Да что на Бетане, они вообще лучшие, уж ты мне поверь. Даже самые неказистые. А этот Симаргл, да он одним взглядом прожигает насквозь. Нет, ты точно, не в своем уме...

- Ну, хорошо, я не в своем уме. Ты довольна?

- Что-то не похоже, - скептически покачала головой Вероника. - Здесь, наверняка, что-то другое... Ну, не хочешь говорить, не говори... Тогда... Ты не против, если я с ним... Ну, разожгу огонь?

- Что ты с ним сделаешь? - сузила я глаза.

- Разожгу с ним огонь, - потупилась баронесса.

- Да, пожалуйста, только сад мне не спалите... вместе с домом... своим огнем...

На том и порешили, правда, без предварительного согласия "огнеопасного" мага, который, кстати, вернулся очень скоро, подозрительно брякая чем-то в прикрытой салфеткой корзине. Чем именно, я поняла очень скоро, когда, бегло прочитала этикетку на одной из двух купленных Симом бутылок, точных двойников третьей, принесенной Вероникой:

- "Медовые губки", дамское вино, легкое и зовущее... О, нет... А покрепче там ничего не было?

- Покрепче? - удивленно вскинул бровь Сим. - Я думал, это лучше.

- Он думал... - принялась я обреченно разбирать корзину с аппетитно пахнущими горшочками и свертками...

А потом мы очень уютно устроились втроем за длинным столом, заставленным полностью местными кулинарными шедеврами, вдыхать аромат от которых, не то, что есть, уже доставляло удовольствие. А еще удовольствие доставляло то, что можно вот так вот просто и неспешно жить, болтать ни о чем в приятной компании и смеяться над чужими шутками, не ожидая от собеседника подвоха... Хотя бы на время... Хотя...

- А потом мы с Ветой из банка поехали в "Каприз", - продолжила свое повествование Вероника, под пристальным взглядом Сима.

- Что еще за "Каприз" такой?

- О-о, это местный ресторанчик, кстати, рекомендую, - пошлепала она мага по руке.

- Ресторанчик, значит, - усмехнулся в ответ мужчина. - И что вы там делали?

- Ха-а! А что делают в ресторане? Естественно, отдыхают, - удивилась баронесса. - Вот и мы... отдохнули. Кстати, Вета, тот самый мужичонка, которого ты отправила к хобьей матери, знаешь кто?

- Что она сделала? - не хорошо переспросил Сим.

- Да какая разница? - тяжко вздохнула я. - Я все равно мало что помню.

- А что там помнить то? Ну, послала и послала. Подумаешь, местный аристократ. Да он только того и стоит, чтобы его послать к этой самой...

- Погоди, - протянул маг. - А по точнее нельзя? Имя у него есть?

- По точнее? Барон Кружель, много пыжится, а толку от него... - скорчила многозначительную гримасу Вероника. - Да он, наверняка сегодня и не вспомнит уже, где вчера вечером был. Не то, что...

- Послушайте, - не выдержала я. - Может, хватит про мою скромную персону? Или будете продолжать уже без меня.

- Да что ты злишься то? - непонимающе воззрилась на меня баронесса. - Мы же просто разговариваем... Кстати, а что такое стип...стрип...тис?

- Я что, его вчера показывала? - тоскливо простонала я.

- Не понял, это вы о чем? - встрепенулся Сим.

- Это танец такой. Так я его показывала или нет?

- Нет, - мотнула головой баронесса. - Но, ты обещала мне его станцевать... превратно.

- Приватно, - выдохнула я и, наконец, расслабилась.

- Что значит, "приватно"? - заинтересовался мужчина.

- Это значит, наедине. То есть, танец только для одного зрителя.

- А если их будет... двое? - вскинул бровь маг.

- Двое? - посмотрела я на две, еще не начатые бутылки и сгущающиеся сумерки за окном. - Ну, хорошо, но, только, не сейчас и не здесь, а в саду. И еще, пообещайте мне, что больше не будете вспоминать, - выразительно глянула я на Веронику. - или обсуждать, - скосилась на Сима. - мой вчерашний вечер.

И мои будущие зрители, в полном предвкушении неведомого шоу, послушно закивали головами. "Ну и пусть радуются. Откуда ж им знать, как танцуют настоящий стриптиз? Значит, будут лицезреть "превратный". И они, действительно, были паиньками, развлекая себя и меня личными историями, прерываемыми на тосты с различной тематикой. А когда в кухонном камине запылали поленья, Сим, все-таки вспомнил, что в нашей культурной программе остался еще один невыполненный пункт:

- Вета, не пора ли нам прогуляться в сад? - с вызовом прищурился он.

- А, почему бы и нет? - приняла я его вызов. - Приготовьте мне сцену, пожалуйста.

- А где мы тебе занавес то возьмем? - удивленно замерла Вероника, держа в руке последнюю пустую бутылку.

- Нет, мне занавес не нужен. Мне нужен шест, - на ходу надевая домашние туфли, вышла я на темную веранду. - Кстати, Сим, твое чучело хорошо держится на своем?

- Если надо, я его магией закреплю, - заверил меня маг. - А что еще нужно? Может, музыку?

- Это не помешало бы, - запоздало вспомнила я. - Слушай, а музыку оттуда... ну, из... - неопределенно взмахнула я рукой. - можно навещать?

- Музыку? Ее можно. Вещай.

Вскоре все было готово. Шест укреплен. С обеих сторон от него, вместо рамп, Сим запустил два небольших световых шара, а потом, вместе с Вероникой, торжественно уселся поблизости на стулья, принесенные с веранды. Мне же ничего не оставалось, как сыграть этот номер до конца. Просто, в тот вечер настроение было такое (по-моему, я это уже вчера говорила?)...

Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на музыке... И она полилась, сначала тихо, потом все громче... Среди темных силуэтов вишневых деревьев, окутывая замерших зрителей и возносясь в ночное небо этого мира... "Золотой дождь". Самый лучший блюз из всех, что я еще помнила... Тело само двигалось под него, подстраиваясь под ритм... такой знакомый и манящий... Нет, это не было стриптизом. Просто, танцем у шеста, с потрепанным чучелом вместо мужчины, да таким душевным, что под конец я даже забыла, что совсем не одна... "Золотой дождь"... И больше нет слов...

И в полной тишине мы с Симом, прямо из сада, проводили Веронику к ее коляске, где дремал верный Парентий. А когда баронесса уехала, шепнув мне напоследок: "Научишь меня потом... также. Я видела, ему понравилось", я почувствовала руки Сима, обхватившие меня сзади:

- Может, продолжим с того места, на котором нас прервали утром? - тихо спросил он и спустил с моего плеча платье.

- Сим, не надо. Я, конечно, понимаю, что сейчас слегка невменяема и этот вечер и танец этот дурацкий... - натянула я его обратно.

- Вета, ты ничего не понимаешь, - прошептал он и обжег мою шею поцелуем.

- Сим, прекрати, - сделала я попытку увернуться от его губ, но лишь оказалась к нему лицом.

- Что прекратить? - насмешливо спросил он. - Вот это? - и поцеловал меня в уголок губ. - Или вот это?.. - вновь почувствовала я у себя во рту знакомый вкус корицы и перца, жаркий вкус огненного поцелуя... Но, в этот раз у меня хватило сил оторваться от него:

- Прекрати все, - уперлась я в его грудь руками. - Потому что это неправильно.

- Почему неправильно, Вета? Ведь мы оба этого хотим.

- Сим, это неправильно, потому что без любви.

- Без любви? - недоуменно повторил мужчина.

- Да, без любви. Потому что мы не любим друг друга.

- Ах, да. Твой граф... - горько усмехнулся он и опустил руки.

- Мой граф?.. Да, я его люблю и очень прошу тебя не усложнять наши с тобой и без того непростые отношения. Потому что иначе лучше не возвращайся сюда. Лучше сразу от всего откажись. А теперь уходи, Сим.

Мужчина, даже не взглянув на меня, шагнул в свой подвал и через мгновенье растворился в темноте. А я, постояв еще немного, шмыгнула носом и, закрыв ворота, поплелась обратно в дом.

"Нет, ну что я опять делаю не так? И почему на душе так мерзко? Уж если не хватает своего ума, чтобы избежать таких вот ситуаций, то могла бы воспользоваться чужим... Ну да. И чьим же тогда? Если тусьиным, то рвануть прямо сейчас в Озерный замок. Упасть в ноги к Борамиру и, виляя хвостом смириться с второстепенным в его сердце местом... Вероникиным? Даже, если предположить, что он у нее есть... Тогда возвращать разобиженного Сима и довольствоваться тем, что дает судьба... Юлька, подружка моя, как же мне не хватает сейчас твоих мудрых беспристрастных советов!.. А чего ты сама хочешь, дура ты безнадежная?"...

- Я хочу бросить пить, - выдохнула я и рухнула в расправленную постель...

Да... Я так и заявила нарисовавшейся ко мне в гости, на следующий день к обеду, Веронике:

- Знаешь что, дорогая, давай с тобой займемся сегодня, для разнообразия, полезными делами. Сходим на местный развал, например. Мне страсть, как интересно посмотреть, чем тут у вас торгуют.

- На наш развал? - скривилась баронесса. - А где он находится, ты знаешь?

- Понятия не имею. Я думала, ты знаешь... Ну вот и сходили, - откинулась я на спинку дивана. - Ну, а, бакалейные лавки? Ты в них-то хоть бываешь?

- Ба-ка-лейные?.. - напрягла память Вероника. - Не-ет... Ой, да что ты ко мне пристала? У меня всеми этими делами Лидия занимается, моя домоправительница. Хочешь, я ее к тебе пришлю? Она все равно ко мне всего четыре раза в неделю приходит. Ну а все остальное... У нас, в Медянске и смотреть то не на что. Если тебе что-нибудь стоящее надо, из мебели, например или тканей, то это надо тогда в Либряну. Вот где действительно, красота. Я там себе в прошлом месяце такой отрез на платье взяла, - мечтательно вздохнула она. - Кстати, портниха у меня - волшебница. Так что, имей в виду, если что.

- Либряна, говоришь, - всерьез задумалась я. - А что, можно и туда съездить. Заодно комнату свою обставлю. А то я так и не решилась занять родительскую спальню, а детская слишком маленькая для меня. Вот и живу в полупустой гостевой.

- Вета, а где Симаргл? - решилась, наконец, задать главный вопрос баронесса. - Что-то я его не вижу сегодня.

- Не знаю, еще не появлялся, - растерянно пожала я плечами. - Наверное, дела в столице.

- Дела? - удивленно вскинулась Вероника и поправила под платьем и без того высокую грудь. - Какие могут быть у него там дела, когда я его здесь жду?

- Ну, уж нет, - ужаснулась я предстоящей перспективе совместного ожидания Сима. - Поехали все-таки, на развал. Наверняка, твой Парентий знает, где это. Мне все равно туда надо, Вероника. Вы меня только до него подбросьте, а обратно я подвальчиком.

- Да сдался тебе этот развал, - нервно подорвалась она с дивана. Ладно, поехали. Только заклятие то свое против пчел, наложи на меня. А то вчера не до него было.

- Уже наложила.

- Когда? - басом выдала баронесса, выкатив на меня глаза.

- Только что... Да чего ты испугалась? Я ж говорю, оно специальное, алантское, без лишних маханий руками. Так что, пойдем, - подхватила я, стоящую с утра у порога корзину.

Мы проехали, примерно, половину города, пока не оказались в нужном месте: длинной узкой площади, одним "обрубком" которая упиралась в единственную в Медянске церковь, а другим - в огороды пригорода. Вероника, на секунду брезгливо выглянула из своей коляски и, помахав ручкой, пожелала мне невредимой вернуться домой. Я же восторженно выпучила глаза, еще в своем прежнем мире, обожая подобные места: яркие, шумные, полные всевозможных ароматов и лакомств. А что уж говорить о развале в таком волшебном месте, как Медянск?.. И он меня не разочаровал, сразу от входа окунув с головой в пестрый круговорот. Чего здесь только не было... Сразу в первом же ряду, среди вполне прозаических лотков с молодой морковкой и мелкими огурцами кучей были навалены фрукты, которые свой странный оливковый цвет и продолговатый вид вполне компенсировали медовым ароматом. В доказательство, именно над ними и кружило ревниво большинство местных пчел. А на прилавке чуть поодаль, в небольших деревянных ящичках яркими горками были насыпаны всевозможные специи, названия которых я даже побоялась спрашивать. И чем дальше я заходила в шумную суету, тем сильнее открывался мой рот, напрочь выдававший полную мою ценовую безграмотность: "Да... Без специалиста здесь точно не обойтись", - в конце концов, позорно болтая пустой корзиной, резюмировала я и пошла по второму кругу. В результате в моей плетеной клади оказались: десяток яиц, на солнце отливающих янтарем (порода местных кур такая), два пакета с пряностями, смутно напоминающими мне паприку и майоран, пучок зеленого лука, почему то закрученного спиралями (сорт такой, тоже, видимо, местный), фунт коричневого сахара, наколотого неровными кусками (сильно надеюсь, что не с помощью чьих-то зубов) большой кусок свежайшей говяжьей мякоти (опять же надеюсь, что именно ее) и два фунта картофеля (единственное, в подлинности чего я была уверена). А уже на выходе я замерла напротив неказистой будки, на "витрине" которой были разложены серебряные украшения тонкой ручной работы.

- Что вам приглянулось, госпожа? - подняла я глаза на стоящего в ее глубине поджарого мужчину с длинными светлыми волосами, убранными под кожаный обруч.

- Вот этот браслет можно посмотреть? - ткнула я пальцем в самый широкий, выполненный из сцепленных между собой наискосок листьев.

- О-о, прекрасный вкус, - с легкостью фокусника нацепил мне его на руку мужчина и игриво подмигнул. - Пять сребеней и только для вас.

- Сколько? - ахнула я, прикинув, что в столице за такую же цену можно купить золотой аналог этого, и вперилась взглядом в наглеца. Но тут зрение мое стало меня явно подводить, потому что его-то, как раз, я разглядеть так и не смогла. Вообще, впечатление складывалось такое, будто мне в глаза закапали специальные капли, из-за которых контуры лица и фигуры мужчины стали казаться слегка размытыми. - Погодите, - поставила я корзину рядом с собой и попыталась еще раз сфокусировать на странном незнакомце свой взгляд.

- Что это ты делаешь? -испуганно отступил в глубину будки мужчина. - Что, если алант, так все можно?

- Я то вот алант, - изумленно ответила я, констатировав тот факт, что он сейчас мою опознавательную цацку видеть не может, впрочем, как и я в упор не вижу его свечения. - А вот вы кто?

- А он у нас эльф, - вздрогнув от неожиданности, услышала я сбоку от себя знакомый голос. - Ну, здравствуй, черный Сильмус. Давно не виделись.

- Здравствуй и ты, рыцарь Прокурата, - ощерился в ответ мужчина. - Достал-таки, и здесь.

- Сим! - наконец, вклинилась я в их "душевную" беседу. - А как же так? Ведь эльфы... - но, договорить я не успела, потому что, после легкого хлопка, вышеопознанный буквально растворился в воздухе, а потом резво выпорхнул из своей будки уже в привычном мне размере. - ... гораздо меньше, чем этот, - растерянно проводила я взглядом петляющую между покупателями маленькую крылатую фигурку.

- Низко пошел, к дождю, - хмыкнул ему вслед маг. - Что ты говоришь? Меньше? - подцепил он мою корзину и направился к выходу. - Эльфы умеют принимать облик, близкий к нам по размеру. Просто, в этом случае они все равно выглядят немного иначе...

- Размытыми...

- Ну да, - задумчиво глянул на меня Сим. - Можно и так сказать... А свечение у них и вовсе незаметное. Я тебе давно об этом говорил. Поэтому ты его и не опознала.

- А почему ты назвал его "черным"? Он же, вроде как, блондин?

- Черными называют нелегальных перекупщиков, торгующих товарами в обход пограничных налогов. Здесь же рядом граница с Эйфу. Вот они и мотаются туда-сюда по горным тропкам. Хотя, раньше он на другой стороне работал, из Джингара безделушки таскал.

- Безделушки, говоришь? А что мне теперь вот с этой делать? - показала я мужчине доставшийся мне даром серебряный браслет, который так и висел до сих пор на моей руке.

- Считай, что это тебе подарок от неугомонного Сильмуса, - равнодушно махнул рукой маг. - Не переживай, я его знаю. Он себе еще таких натаскает.

- Да у вас с ним давняя дружба?

- Ага, - кивнул Сим. - Я его два раза ловил, еще на прежнем своем месте, точнее пытался...

- Надо было сачком попробовать, - сочувственно вздохнула я и посмотрела на идущего рядом мага. - Я рада, что ты вернулся, Сим.

- Да?.. - неуверенно улыбнулся он. - А что ты тут накупила? О-о, кормовая брюква, любимое лакомство Пеструшки... Тебе-то она зачем?

- Какая еще брюква? - дернула я в свою сторону корзину. - Я же картошку покупала... Вот ведь, зараза... А на остальное посмотри, что-то я совсем в себе не уверена, как в адекватной покупательнице, - скорбно закусила я губу.

Сим приостановился и погрузил свою руку в содержимое моей корзины, а через минуту придирчивого там копания вынес свой вердикт:

- Насчет специй я не могу сказать, смотря, что ты брала, а все остальное вполне качественное. Так что, для первого твоего самостоятельного похода на развал очень удачно.

- И говядина?

- И говядина, - усмехнулся маг и, кинув на меня мимолетный тоскливый взгляд, тут же отвернулся в сторону.

- Как там Тусья? - видя такое дело, совсем безрадостно проблеяла я.

- Не знаю, я у них не был.

- А почему не был?

Мужчина вновь ко мне повернулся и неопределенно взмахнул рукой над своей головой:

- Вот, почему...

Я подняла глаза и к собственному замешательству увидела над ним триклятое радужное свечение:

- Это что, даже если с цацкой на шее? - прошептала совсем потерянно. А потом опустила свой взгляд ниже и только сейчас обнаружила, что Сим стоит передо мной в полном своем боевом облачении и даже с мечом, пристегнутым к поясу. - А ты почему так одет?

- Знаешь... Я, вообще-то попрощаться с тобой пришел.

- Попрощаться?.. Значит, ты больше не вернешься? Ты так решил?

- Нет, Вета, - попытался он взять меня за руку, но потом передумал и в итоге просто поставил корзину на мостовую. - Ты неправильно меня поняла. Меня не будет всего несколько дней.

- Почему? У нас что, началась война? - испуганно глянула я на мужчину.

- Почему сразу война? Небольшая заварушка на Склочных болотах, - как можно беспечнее произнес Сим. - Прокурат подтягивает все незадействованные по провинциям силы.

- А что там случилось, на этих болотах?

- Да там все, как обычно, точнее, циклично. Сменился хозяин всей местной нечисти, вот недовольные и стали расползаться по округе. А мы теперь будем их отлавливать. Так что, не знаю, сколько времени это займет. У нас ведь в конторе нет таких специалистов, как ты, с вездесущими лучами, - сделал маг попытку пошутить.

- Так может, возьмешь меня с собой?

- Вета, это вообще то, шутка была, - на всякий случай уточнил он.

- Понятно... А как ты туда теперь? Подвалом?

- Нет, у меня Пеструшка за городом скучает. Я на ней.

- Ну, тогда, знаешь, что? Вот... - достала я из своей корзины плетенку с разжалованной картошкой. - Это твоему грифону от меня, пусть трескает.

- Спасибо, - расплылся мужчина. - Ну, мне пора. Жарь свою говядину, а я, вообще-то, с кровью люблю... Это, на будущее. - шагнул он от меня в сторону.

- Я запомню про говядину, - не очень умно ляпнула я, провожая его взглядом.

- Вета... - неожиданно развернулся ко мне маг уже из под мерцающей арки. - Там будет и отряд из Озерного края. Они ведь ближайшие соседи. И, наверняка, во главе с самим... графом. Может, что-то ему передать?

- Да?.. - потрясенно выдохнула я, а потом отрицательно замотала головой. - Ничего не надо... Просто, берегите себя... оба...

- Как скажете, госпожа алант, - улыбнулся мне Сим и растаял в подвале...

Весь вечер я не находила себе места, рисуя в воображении страшные картины с участием Борамира, Сима и слюнявых монстров, которых до этого видела лишь на картинках в книгах. И, в конце концов, когда, уже в сумерках услышала призывный перезвон колокольчика, не выдержала и дезертировала прямо из своей гостиной по подвалу в Куполград. Правда, впопыхах, слегка промахнулась и, вместо знакомого крыльца угодила на тротуар перед калиткой к дому Глеба и Тусьи. А в столице, в это время, как назло шел проливной дождь, причем, по всем законам жанра: с грозой, громом и порывистым ветром, сразу же "гостеприимно" на меня набросившимся. По этому, перед удивленной Тусьей я уже предстала, как говорится, во всей красе:

- Привет, подруга! Это я, твоя мокрая собака с дождем и грозой. Все, как и обещала, только, не заранее, - Замерла я на коврике в прихожей, которая, после моего сплошь пастельного дома, смотрелась непривычно яркой.

- Вета! - опрометчиво обняла меня девушка. - Как же я рада тебя видеть. Да ты, никак, рыжая теперь? А, ну-ка, дай я тебя как следует, рассмотрю, - на цыпочках подтянулась она ко мне и, уткнувшись животом, запустила свои пальцы в мою мокрую шевелюру: "П-ш-ш-ш", - пошел от моих волос пар, обдав кожу головы приятным теплом. - Вот это да! Прямо, как пламя.

- Ага, - довольно расплылась я и потрясла подсохшими вмиг локонами. - Мне и Сим тоже самое сказал.

- Ну, конечно. А что мы, маги огня, можем еще сказать в таком случае? - по-хулигански мотнула она своим неизменным хвостом. - Давай, заходи. Рассказывай, как ты там обосновалась, в своем Медянске, а то от братца моего новостей не дождешься. Он к нам теперь редко заходит... Ужинать со мной будешь?

- Конечно, буду. А почему ты одна? Неужели и Глеб тоже сорвался на эти треклятые Склочные болота?

- Ну, а куда без него? - развела руками магичка. - Главный специалист по нечисти. Я так думаю, они с Симом в самую гущу и попрутся, на переговоры.

- На какие такие переговоры? - сузила я глаза. - С кем там их вести? Там же одни монстры?

- С ними и вести. У них же власть сменилась. Там теперь дроу обосновался, темнокожий эльф, очень скользкий тип. Вот он и устроил "чистку" старых подданных, - просветила меня Тусья, раскладывая по тарелкам золотистый плов.

- Ох, подруга, - вздохнула я. - Туда, на эти болота, еще и Борамир сунется со своим отрядом.

- А ты все страдаешь, - скривилась в ответ она. - И все издали... Так и не решилась к нему вернуться?

- Неа, - упрямо закусила я губу. - Он же меня так и не позвал... Правда, обещание свое выполнил.

- Какое обещание? А ну, давай, рассказывай, - вскарабкалась девушка на стул и подперла подбородок руками...

Рассказ я свой в результате, закончила, когда часы в гостиной громогласно пробили один раз. Тусья весело хмыкнула, заметив мою настороженность, а я не удержалась и спросила:

- Ну что, привык Глеб к их ночному бою?

- Он мне сказал сегодня, уже на пороге, что хоть на Склочных болотах от них отдохнет. Это такой специфический некромантский юмор.

- Понятно, - видя оптимизм девушки, расслабилась я. - А как твой маленький некромант? Хлопот не доставляет?

- Нет, - нежно погладила Тусья свой живот. К середине августа ждем... Слушай, а оставайся сегодня у меня ночевать. Ляжем вместе, поболтаем с тобой. А то мне одной тоскливо как-то.

- Да с удовольствием, - зевнула я в кулак. - Но, только завтра с утра, сразу обратно. Я же теперь тоже важная дама со своим хозяйством...

Тусья, облаченная в легкомысленную ночную сорочку, долго устраивалась по удобнее, подкладывая себе под бока разнокалиберные подушки, а я все лежала и пялилась в потолок, никак не решаясь закрыть глаза:

- А знаешь, в моем прежнем мире, если девушка на выданье оказывалась на ночь в незнакомом месте, она обязательно должна была произнести, перед тем, как заснуть, слова: "На новом месте приснись жених невесте".

- Да знаю я, какие женихи тебе снятся. Целых три на выбор, - пропыхтела в темноте магичка. - Уф-ф, кажется улеглась как надо... А я вот все вспоминаю, как тогда напустилась на своего братца, когда увидела его радугу над головой. Я ведь тогда не знала, что ты...ну, когда вы целовались, была без своей копилки. Это он мне уже потом сказал, что вы с ним в то утро... парили напоследок.

- А если бы я на тот момент была с копилкой на шее, - насторожилась я. - То что бы тогда означала его радуга над головой?

- Обычно, такой выплеск энергии, кроме вашего с Симом случая, дают две вещи: либо хорошо проведенная ночь, образно выражаясь, либо достаточно просто поцелуя...

- Просто поцелуя? Значит совсем не обязательно, чтобы это был поцелуй истинного аланта? - уперлась я взглядом в спину Тусьи.

- Э, нет, подруга, - протянула она в ответ. - Это совсем другой случай. Он означает, что это был поцелуй любимого или любимой. И здесь без вариантов...

Три дня без Сима, без новостей со Склочных болот, пролетели, как один и бесконечно длинный. Под мои заполошные хлопоты по дому (перетаскивание с помощью магии и под комментарии Вероники мебели с места на место и обратно) и чистку сада (уже самостоятельно). А еще я научилась готовить говядину с кровью и кок-о-вен, оказавшийся на поверку тушеным в вине петухом. Правда, выглядел он у меня в конечном своем виде... несколько иначе, чем у Гильды. Но, дозировкой вина для соуса занималась баронесса и она же потом первая получившееся блюдо дегустировала, пытаясь под это дело произнести парочку тостов.

- Вета, представляешь, - душевно глядя мне в глаза, выдала Вероника, когда ее вторая "экспертная" тарелка опустела. - Как же скучно я жила без тебя. Я ведь даже не знала, что такое кок-о-вен!

- Да? А ты представляешь, я ведь тоже жила не веселее, пока о нем понятия не имела, - невольно вздохнула я в ответ.

- Кок-о-вен - лучшее средство от хандры! - голосом дамы из рекламного ролика продекларировала баронесса. - Только, почему-то сегодня он тебе не помогает. Ты что, так переживаешь за Симаргла?

- Конечно, переживаю. Мало ли что там с ними... с ним может произойти среди этой болотной нечисти.

- Ну и зря. Он ведь рыцарь, отмашется как-нибудь. Я вот за своих покойных мужей совсем не переживала... никогда.

- Погоди, - удивленно встрепенулась я. - А сколько их у тебя было, покойных мужей?

- Ну, два, - замялась Вероника. - А ты что думала, я, когда представляюсь, должна всем уточнять: "дважды вдовствующая баронесса"? Нет, я понимаю, когда просто: "вдовствующая". Это значит, что женщина свободна для предложений, а когда "дважды", это уже, извините, попахивает проклятием каким-то и мужиков только отпугивает... Я надеюсь, Симаргл не очень пуглив?

- А ты ему не распространяйся о своем... темном прошлом, - на всякий случай, посоветовала я. - И вообще, нет над тобой никакого проклятия. Просто тебе... сильно не повезло. Вот и весь твой диагноз.

- Ха-а! Это мне-то не повезло? Да мне очень даже повезло, - с патетикой произнесла баронесса. - Просто, Вета, ты не знала моих мужей. Поэтому, так и рассуждаешь.

- Ну, так просвети тогда меня, в чем секрет твоего двойного везения?

- Да все очень просто, - отмахнулась от меня дама. - Первый мой супруг был старым и совершенно бесполезным, во всех смыслах этого слова. Единственная выгода, которую я из него извлекла - титул баронессы и особняк на главной площади Медянска. А после его смерти в права наследования из столицы приехал вступать его единственный сынок. И мне тут пришлось бы совсем не сладко, если бы не мое женское очарование, - скромно потупилась баронесса.

- И как же ты этого сынка "обезвредила"?

- Обезвредила? Да я его на себе женила... Правда, здесь вышла небольшая... промашка. Я-то рассчитывала, что он меня в Куполград увезет. А он, напротив, решил продолжить дело отца на месте, Кёртово отродье.

- Это ты что ли, продолженное дело отца?

- Вета, ну точно этот петух в вине не на пользу тебе пошел! Да я-то тут причем? Здесь речь совсем о другом деле, о конторе их строительной в Медянске.

- Ах, строительной конторе... - заинтересованно подалась я вперед. - И что же она строила, эта контора? Замки?

- Да откуда в нашем захолустье спрос на замки? У нас на всю округу есть единственный, в котором граф Перепелкин живет. И все. Мостами он занимался, мой второй супруг. Это дело отца и продолжил... на свою тощую шею... Ремонтировали они, два года назад, после паводка один из кочинских мостов. Ну и заказчику качество настила не понравилось. А мой покойный супруг решил убедить этого господина в обратном, и как прыгнет на этих досках со всей силы...

- И что?

- Всего одного прыжка достаточно оказалось... Ушел в воду свечкой. А сверху его гнилой настил накрыл... Вот так я и стала дважды вдовствующей баронессой Тумбаль-Гонз...

- Да?.. - выдавила я и прикрыла рот ладонью. - Ну, надо же, какое горе.

- Нет, горе началось немного позже, когда мне пришлось решать вопрос с этой семейной конторой.

- Так ты что, сама ей руководить пыталась?

- А вот это, Вета, уже не весело, - решила вдруг обидеться баронесса. - Конечно, я от нее избавилась... и очень выгодно.

- Поменяла на кусок красивой ткани?

- Ой, да ну тебя, - махнула на меня рукой Вероника. - Я тебе трагические факты из своей жизни рассказываю, а ты...

- Ага, ты, наверное, забыла, под каким девизом ты свой трагический рассказ начала: "Секрет моего двойного везения", - прыснула я, а вслед за мной, не выдержав, звонко залилась и сама рассказчица...

Но, что-то, вдруг, изменилось в воздухе... Во мне самой. В какой-то миг возникло тоже самое ощущение, что я испытала, когда, плывя в теплом воздушном потоке, почувствовала...

- Ты куда?! - крикнула мне вслед опешившая баронесса.

А я ее не слушала. Я, не тормозя на повороте, понеслась к входной двери и открыла ее как раз в тот момент, когда:

- Сим, живой... - увидела, стоящего на пороге рыцаря, едва поднявшего руку, чтобы постучаться. - Живой... - секунду подумав, бросилась я к нему и прижалась щекой к твердому панцирю.

- Вета, ты чего?.. Конечно, я живой. Меня не так-то просто убить, - растерянно пробормотал он и обхватил меня за плечи. - Только я пахну сейчас... даже не курицами.

- Это точно, - ткнулась я в него носом. - Дымом и болотной тиной... Что же мы стоим? Пойдем, я тебя накормлю и нагрею ванну. Пойдем, - потянула я мага за собой на кухню и, развернувшись, нос к носу столкнулась с застывшей в метре от нас, Вероникой, - А ты чего замерла? Иди, накладывай полную тарелку нашего "блюда дня". Он сейчас и не такое съест.

- Ну, здравствуй, Симаргл, отважный герой, - вместо этого, томным голосом пропела баронесса и протянула магу свою ручку. - А мы уж с Ветой все глаза о тебе проплакали.

- Добрый вечер, Вероника, - шутливо поприветствовал ее Сим и, совершив востребованное лобызание, боком прошел мимо, за обещанный стол. - Я сейчас, действительно, съем все, что угодно. Только, лягушками меня не кормите...

Пришлось именно мне наполнять тарелку и терпеливо любоваться, как маг тщательно пережевывает нашего специфического петуха. А вдобавок еще и выслушивать его подробные ответы на заданные охающей и ахающей Вероникой вопросы. Хотя, и мне очень сильно хотелось задать свой, единственный и очень важный...

"Сим", - в конце концов, не выдержала я. - "С Борамиром все в порядке?".

Маг, оторвавшись взглядом от баронессы, внимательно на меня посмотрел и ответил:

"Вета, давай позже поговорим, когда гостья уйдет?".

"Что значит, позже? А, вдруг, она еще долго не уйдет? С ним что-то случилось?".

"Да, нормально с ним все. Ты это хотела услышать?"

"Нет, не только это и уж точно не таким тоном".

"Вета, наберись терпения", - совсем уж бессовестно усмехнулся маг.

- Ах, так?! Терпения?! Да я три дня места себе не находила, все представляла вас обоих по частям в больших и маленьких пастях!

- Значит, все-таки, нас обоих?

- Вас обоих. Так что с Борамиром? И отвечай мне нормально, без этих твоих дурацких ухмылок.

- Вета, с ним все в порядке. Жив, здоров. Сейчас на обратной дороге в свой Озерный замок... А, я уж думал, когда тебя на пороге увидел, что...

- Сим, да что ты думал? Я действительно тобой дорожу, и ты это знаешь, но иногда ты бываешь просто невыносим.

- Вета, ты мне это уже говорила. Так что, можешь не повторяться...

- Вы знаете, - проблеяла совершенно упущенная нашим вниманием Вероника. - Я, наверное, лучше пойду. А то у вас тут такой откровенный разговор начался...

- Да?.. - запоздало осознала я, что бОльшая часть нашего с магом "откровенного разговора", действительно, бесконтрольно вырвалась наружу. - Извини, Вероника за эту сцену.

- Ой, да что вы? - всплеснула руками баронесса и выглянула в окно. - А на улице то уже ночь.

- Ночь, говоришь? - подорвался с места, до этого сидевший неподвижно Сим. - Так, давай, я тебя провожу? Ты ведь, не против, Вероника?

- Я?.. Конечно не против, - смела она со стола свой ридикюль. - Пойдем. До свидания, Вета.

- Пойдем, - пропустил ее в прихожую мужчина, а в дверях обернулся, и в его глазах я увидела столько злой решимости, что сомнений уже никаких не осталось.

- Ну что ж, так даже лучше, - лишь усмехнулась тоскливо, глядя на захлопнувшуюся входную дверь...

Глава 28

Либряна...

День сегодняшний выдался теплым и солнечным. Ветер шелестел листвой в вишневом саду и скользил мимолетными тенями по моему крайне сосредоточенному лицу. А еще по фигуре, облаченной в старую отцовскую рубаху, завязанную узлом на животе, и его же потрепанные брюки, обрезанные чуть выше колен... Не знаю, как в этом городе выглядят настоящие садовники, да мне, честно говоря, на это плевать. Потому что на свою личную территорию пускать посторонних я точно не собираюсь... И так шляются тут те, кому вообще делать нечего...иногда...

- Доброе утро, Вета, - услышала я позади себя до отвращения бодрое приветствие, но, даже не оторвалась от своей работы. - Чем ты здесь занимаешься?

- Доброе утро, Сим. А ты глаза раскрой пошире и сам увидишь, что я здесь белю раствором из мела семейный колумбарий.

- Но, ведь обновить фасад можно было и гораздо проще, с помощью нужного заклятия, например. И тогда тебе не пришлось, бы обрывать весь плющ, - шутливо возразил мне настырный голос.

- Знаешь что, "бюро добрых советов", каждый борется со скукой в меру своих способностей. И вообще... - взглянула я, наконец, на подошедшего мага, да так и замерла с кистью в поднятой руке.

Нет, мало того, что его просто распирало от приподнятого настроения, он еще и, сидя на корточках, фамильярно поглаживал по спине одного из моих верных магических псов. Что, впрочем, позволило тут же явить главную причину накрывшего меня вмиг "столбняка":

- О-о, благородного рыцаря можно поздравить с очередной блестящей победой? Я надеюсь, этот "противник" не доставил вам столько осложнений, как предыдущий?

- О чем это ты? - удивленно приподнял бровь Сим, поймав мой злорадный взгляд у себя над головой. - Ах, да... Ты ведь была у Тусьи в мое отсутствие. Это она рассказала тебе про... другие причины такого свечения?

- Да какая разница? Мне нет никакого дела до твоих любовных подвигов в столице... Как, впрочем, и здесь. Я вообще, очень сильно надеюсь, что скоро буду жить совершенно самостоятельно. Без лишней опеки с чьей бы то ни было стороны.

- Ну, Вета, здесь я должен тебя разочаровать, - усмехнулся мужчина. - У меня есть четкий приказ находиться рядом с тобой столько времени, сколько посчитает нужным мой начальник. И ты, между прочим, с такими условиями была согласна.

- Ничего себе! - открыла я рот от возмущения. - А если я, например, решу вернуться в Озерный замок? Ты что и там с нами будешь жить?

- Вернуться туда обратно?.. Вот, когда ты это решишь, тогда и поговоришь, и не со мной, а с Верховным магом. А до тех пор, уж извини, но тебе придется терпеть в своем доме меня или кого-то другого, вместо меня... А сейчас, Вета, мне пора готовиться к турниру. Я надеюсь, чучело ты не побелила? - ехидно добавил он, разворачиваясь к дорожке.

- Не побелила! - запальчиво выкрикнула я ему вслед. - Но, еще не поздно исправить эту ошибку! - и, в подтверждение угрозы, со всей дури, метнула ему в спину своей тяжелой малярной кистью.

Маг, вдвойне пораженный таким неадекватным поступком, медленно развернулся и нехорошо на меня посмотрел. Потом также медленно подобрал мой метательный снаряд из травы и направился в мою сторону.

- Только попробуй, - осознав последствия содеянного, попятилась я назад.

- А ты думаешь, не попробую? - оскалился в ответ Сим.

- Это будет последнее в твоей жизни, что ты попробуешь, - продолжила отступать я и чуть не споткнулась об стоящее тут же, почти полное ведро с белилами.

Резонно рассудив, что это был "знак", я проворно подхватила новый снаряд в руки и, даже почти успела им размахнуться. Почти, потому что с другой стороны, за ведерную ручку также проворно схватился подоспевший Сим. В результате, ведро, выписав в воздухе между нами пируэтный оборот, смачно шлепнулось в траву, напоследок, обдав нас с магом почти по пояс.

- Ну, дрянная девчонка, ты мне теперь за все ответишь, - зловеще прошипел Сим и с чувством пнул ногой, разделяющее нас "препятствие". Но, видимо, вложил в это действие столько переполнявших его эмоций, что не устоял, на жидкой каше, и поскользнувшись, живописно растянулся тут же, прихватив в придачу с собой и меня:

- Ах ты, гад, - больно приложившись локтем об землю, не осталась я в долгу и попыталась отползти в сторону. Но, не тут-то было и в результате нашего обоюдного злобного пыхтения, я оказалась-таки, пригвожденной Симом к земле. Причем, что самое обидное, одной рукой. Потому что во второй он до сих пор сжимал злосчастную кисть, так метко до этого поразившую цель. - Ты подлый мелочный мститель. Вот, погоди, я до тебя доберусь и убавлю тебе твоей рыцарской спеси, - пытаясь лягаться свободными ногами, рычала я.

- О, досточтимая дама, - размешивая кистью жижу из белил, земли и травы, наставительно ответствовал мне мужчина. - Позвольте дать вам еще один... добрый совет: никогда не обещайте того, что выполнить не сможете... Так, а с чего бы мне начать? - на миг замер он, выискивая на моем перемазанном теле более-менее чистый для "творчества" участок. - А вот, хоть отсюда...

- Нет, только не живот! - благим матом заорала я и через несколько секунд перешла, сначала, на пронзительный визг, а вслед за тем, на плохо контролируемый истеричный хохот. Сим, поначалу, озадаченно на меня воззрился, а потом, видимо прикинув, что и такой результат тоже сойдет за месть, продолжил, но уже более "продуманно". - Ты сволочь, а не рыцарь! - извиваясь, как змея на сковородке, выкрикивала я между приступами "убийственной" щекотки, от которой теперь страдал не только мой оголившийся живот, но и ноги. - Прекрати немедленно!

- Прекратить? - склонился надо мной ухмыляющийся мужчина. - Опять?.. Хорошо. Я прекращу, если ты мне кое в чем честно признаешься.

- Я тебе сейчас так признаюсь! Ты у меня долго будешь ходить признательный, - отдышавшись, заверила я, но мигом присмирела, увидев вновь вознесенное над собой орудие извращенной мести. - Ладно!.. В чем я должна тебе признаться? Говори.

- В том, что вся твоя теперешняя злость всего лишь оттого, что ты меня просто ревнуешь к Веронике.

- Ну, надо же, какое самомнение! А может, ТЫ сначала признаешься, что используешь ее только для того, чтобы досадить мне? И тебе при этом не стыдно перед баронессой? - обличающе сузила я глаза.

- Вета, я не услышал признания. Значит, мне продолжать?..

- Вета! Симаргл! Что у вас там происходит?! - одновременно повернули мы головы на испуганно повисшую на воротах приснопамятную даму. - Я слыхала ужасные крики и чей-то плач. Вы где? Выйдите кто-нибудь ко мне, я боюсь к вам войти!

- О-о, это к тебе, наш радужный герой-любовник, - дотянулась-таки я ногой до зазевавшегося мага. - Ну, что же ты сидишь? Иди, встречай свою даму сердца. Зря, что ли, я к тебе своих собачек приучала.

Мужчина, нехотя, поднялся с травы и подал мне руку:

- А, может, вместе ее встретим? Пусть лучше сразу узнает, что имеет дело не с одним умалишенным, а с двумя.

- Ты представляешь, это первый за сегодняшнее утро случай, когда я с тобой полностью согласна, - приняла я его помощь и грациозно смахнула налипшую на нос грязь. - Но, к Веронике ты пойдешь один. И оправдываться перед ней тоже будешь сам. Даю тебе полную свободу в выборе версий. Хотя мне больше нравится : "Она мной побелила всю траву в саду. Я так рыдал".

- А ты, значит, струсила? - провокационно заявил Сим.

- Нет. Просто, не хочу испортить своим живописным видом такую романтическую сцену. Я лучше в купальню по быстрому дизертирую... - и в подтверждение своих намерений, махнула прямо оттуда поближе к крану с теплой водой...

Ну и что с того, что я действительно, трусиха? Да, я боялась разговора с Вероникой, плохо представляя себе, о чем нам с ней беседовать. Да и к чему? Но, баронесса посчитала иначе, и практически взяв меня в осаду в собственном доме, настигла прямо на выходе из купальни:

- Вета! - трагически воздев руки, воскликнула она. - Если ты мне скажешь сейчас, чтобы я ушла, я уйду. Но, я хочу, чтобы ты знала, мне будет очень больно.

- Вероника, а нельзя ли сократить как-то эту часть и сразу перейти к делу? Чего ты от меня хочешь?

- Ну, хорошо, давай сразу к делу, - покорно согласилась дама, тут же сменив интонацию на сугубо деловую. - Я скажу, чего я от тебя хочу... Я хочу, чтобы ты его отпустила.

- Кого отпустила? - опешила я. - Сима?

- Да, конечно Сима. Ведь, ты же его не любишь.

- А ты, значит, уже успела к нему воспылать?

- Вета, ты только не злись на меня. Со мной это вообще впервые, я раньше как-то проще жила, до вас. Легко. А сейчас, даже не знаю, как тебе объяснить... Ну вот, я смотрю на тебя с ним и вижу, как вы друг к другу относитесь. Но, все равно, никак не могу понять, что тебе то от него надо?

- А тебе обязательно нужно понять? - обреченно хлопнулась я на ступени лестницы.

- Ну да, представь себе, - приткнулась и она ко мне своим боком. - Вот, например, вчера... Вета, я, конечно, ничего не смыслю в строительстве мостов, но в мужиках разбираюсь прекрасно. Так вот вчера, когда он тебя обнял, там, на пороге, - ткнула она пальчиком в сторону входной двери. - я сразу поняла, что он тебя любит. У него в глазах столько счастья было... А потом вы ругаться начали и в вашем разговоре всплыло имя совсем другого мужчины, о котором ты говорила с таким пылом... Ты тогда Сима готова была убить... И убила... Это я тоже увидела...Так объясни мне, зачем его так мучить? Не честнее ли взять и отпустить?

- Ох, Вероника, если бы и в моей жизни все всегда было просто... - спрятала я лицо в ладони. - Ты знаешь, в своей идеальной жизни, я бы сейчас была совсем в другом месте и с совсем другим человеком.

- В Озерном замке с графом Ракницким? - осторожно уточнила баронесса.

- Да... И мне иногда по ночам от этого выть хочется... Но, то, моя идеальная жизнь. А сейчас... Могу сказать тебе одно: если тебе Сим нужен, то ты должна смириться с тем, что в ближайшее время мы с ним повязаны... Просто смириться, - предостерегающе поднесла я руку к губам уже открывшей рот Вероники. - И не спрашивай меня больше ни о чем, да и Сима, пожалуй, тоже. Это просто такое... стечение обстоятельств, которое мы с ним изменить пока не в силах. Вот и все...

Вот и все... На том и сошлись (или мне так показалось), "поделив" рыцаря между собой по времени суток, а по сути все дни напролет проводя втроем. Хотя, нет. Иногда мы с моим "надзирателем" имели возможность пообщаться "тет-а-тет". Например, во время ежедневных походов за продуктами на развал, куда Вероника категорически отказывалась совать свой аристократический нос. Но и в эти моменты, мы сознательно избегали обсуждения ненормальности нашего нынешнего существования в условиях почти "шведской семьи". Да, в общем-то, и других тем для разговоров вполне хватало...

- Вета, - устало вздохнул Сим и, воспользовавшись временной заминкой, достал из корзины пирожок с повидлом. - а я говорю, не надо туда таскаться каждый день.

- И вовсе я не каждый день туда таскаюсь! - огрызнулась я в ответ. - Сколько за фунт, я не расслышала?

Румяная от нетерпения торговка, замершая с пузатым пакетиком в протянутой руке, закатила к небу глаза и еще раз повторила:

- Полтора меденя. Вот ваши орешки.

- Ну как это, не каждый день? Ты, наверное забыла, что я все твои передвижения отслеживаю?

- Забудешь тут... А даже если и так, Полозина нет в городе уже больше десяти дней, а его партнер ничего о нем не знает. Как по-твоему, это нормально?.. Извините, я опять не расслышала, сколько за фунт?

- Два меденя.

- Подумаешь, больше десяти дней. Для розыскной работы в таких условиях это не срок... И вообще, у меня, после прочтения его отчета возникли некоторые личные соображения.

- Ты с ним в чем-то не согласен? А почему раньше молчал?.. Извините еще раз...

- Два с... половиной.

- Молчал почему? Просто, хотел с ним лично поговорить сначала, - засунул, наконец, Сим свой пирожок в рот и подал через прилавок плату за нашу покупку.

- Господин, но здесь же... - простерла нам вслед руки растерянная женщина.

- Медень, - едва прожевав, обернулся к ней маг. - С этой цифры вы начинали. Или я не прав?

- Да чтоб вас... вам... на здоровье, - смирилась она с судьбой и смачно сплюнула себе под ноги.

- Так что за соображения?

- Понимаешь, если учесть, что муж твоей сестры работал на стройках, вдали от дома, то в момент... пожара он мог и вовсе там не находиться.

- Думаешь, он мог вернуться уже к пепелищу?

- Вполне возможно. А потом самостоятельно начал поиски пропавшей жены и сына.

- И тоже исчез...

- И тоже исчез. И из этого может следовать, что в данный момент они, вполне вероятно, находятся в совершенно разных местах.

- И искать их тоже следует в разных местах, - покачала я головой. - А это сильно осложняет дело.

- С чего ты взяла?

- А ты будто не понимаешь? И не делай такие недоуменные глаза. Ведь, если бы они просто покинули все вместе эту деревню и перебрались на новое место жительства, это одно дело. А совсем другое, если Натэя и Танас бесследно пропали, так и не дождавшись возвращения Олеса у кого-нибудь из соседей, например. Ведь, если бы они приехали к нему на стройку, то тот человек, что знал Олеса, их запомнил.

- Логика в твоих словах, конечно, есть. Но, путей развития событий могло быть великое множество. И будем, надеяться, ветеран Прокурата не потерял еще свою легендарную хватку.

- Будем надеяться... - недовольно пробурчала я себе под нос.

- Вета, даже не думай, - резко развернул меня к себе маг.

- Сим, это моя семья и у меня такое чувство, будто они где-то рядом, а дотянуться до них я не могу. Это бессилие просто убивает...

- Но и играть с памятью селян я тебе тоже не позволю.

- И как же ты меня остановишь? - оскалилась я в ответ. - Ты меня даже отследить не сможешь. К тому же, на крайний случай, у меня есть доверительная грамота от твоего начальника.

Сим обреченно вздохнул и поставил корзину на мостовую. Потом осторожно взял меня за руки:

- Вета, послушай. Давай дадим ему время. Еще, хотя бы дней десять. А потом начнем поиски сами. И я, как обычно, буду прикрывать тебе спину. Хорошо?

- Десять дней? - сузила я глаза. - И ни дня больше.

- Десять дней, - облегченно расплылся маг. - А пока тебе надо отвлечься от этой... размеренной жизни. Хочешь, съездим в Либряну? Ведь ты туда собиралась?

- Я-то собиралась, - высвободив свои руки, вновь пошла я к выходу с развала. - Но, поеду туда одна.

- Это еще почему? - нагнал меня Сим.

- Ты же сам сказал, что мне нужно отвлечься от размеренной жизни. А это значит, что и от вас с Вероникой.

- Вета, ты одна никуда не поедешь. И это не обсуждается.

- А я и не собираюсь вступать с тобой в диспут. Я хочу просто побыть одна какое-то время. Хоть это-то я могу себе позволить?

- Можешь... - хмуро выдохнул мужчина. - Тогда, давай оба пойдем на компромисс: я по подвалу провожаю тебя в Либряну. Там мы вместе с тобой делаем все нужные покупки. Дальше, я договариваюсь о транспорте обратно и...

- Исчезаешь, как утренний туман? - с надеждой просияла я.

- Можно и так сказать, если хочешь.

- А как же Вероника?

- Вета, Вероника, это одно, а ты... совсем другое.

- Ну да, - ехидно протянула я. - Это как веселье и обязанность, как минуты удовольствия и часы тяжкого труда, как...

- Ну почему же минуты? - ответил мне тем же мужчина. - А вообще, давно мы с тобой траву не белили, Вета... Так ты согласна, я правильно понял?

- Правильно. Только, давай прямо завтра с утра?..

Либряна - старинный город мастеров, самых лучших в Ладмении. Если смотреть на нее с высоты птичьего полета, то выглядит она, как выверенное по циркулю солнце, где центр - главная торговая площадь, а широкие лучи - многочисленные ремесленные слободы, непременно к ней ведущие. И кого здесь только не было, в этом царстве профессионалов, где бездельники не выживают, как тараканы, оставшиеся без крошек. Указатели, размещенные на высоченных столбах и пестрящие своими зазывными картинками, вдохновляли разнообразием: гончары, аптекари, портные, парфюмеры, часовщики, скорняки, ткачи, ювелиры и сапожники. И это только то, что я смогла увидеть и "расшифровать" по их профессиональным знакам, стрелочками указывающим направление к слободским лавкам. Но, отдельное место среди главных торговых рядов, причем, в самом центре, занимали "пришлецы", заезжие торговцы, впущенные за городские ворота только после скрупулезной проверки на предмет "незаконной конкурентной продукции". Вот рядом с одной из таких палаток мы с Симом сейчас и "тормознули", причем, вероятнее всего, надолго. Потому что торговали здесь исключительно мужскими "игрушками", при виде которых глаза мага сделались в два раза шире и загорелись совсем уж нездоровым огнем...

- А древковым господин не интересуется? - с самодовольной физиономией поинтересовался у него гном, извлекающий из под прилавка товары, одним только видом своим, вызывающие у меня нервное подергивание. В отличие от самого продавца смертоносного оружия, от встречи с которым я ожидала впечатлиться больше. На поверку же оказалось, что создания эти, легендарные гномы, примерно полутора метров в росте и с густой растительностью на всех открытых взору частях тела, мало чем отличались от тех, что в больших количествах водятся на всех городских рынках моего прежнего мира. Только зовут их там несколько иначе - не мастер Тургз, а просто Тофик или Алик...

- Сим, я, пойду дальше по рядам, - в конце концов, потеряв терпение, известила я своего провожатого.

- Угу... - рассеянно кивнул мне мужчина, нежно поглаживая в этот момент узкий клинок серебряного стилета. - А четырехгранники ваша мастерская делает?..

Многопрофильный мастер утвердительно и, на этот раз, уже целиком, нырнул под заветный прилавок, откуда тут же послышалось бодрое позвякивание сваленного в кучу оружия...

А в моем распоряжении оказалось все остальное пространство и целый день. Потому что на завтра у меня были совсем другие планы. Хотя, кто ж мне запретит задержаться в Либряне еще подольше? Посмотрела бы я на того храбреца. Кстати, он сам же и утверждал, что, даже на "галопный" пробег вдоль всех местных торговых точек уйдет не меньше недели.

- Главное, помнить, что тебе надо, - уверенно вклинилась я в густо текущий вдоль рядов поток и похлопала себя по карману, оттопыренному свернутым списком предстоящих покупок...

На деле же все оказалось гораздо сложнее, потому что кроме обозначенных там еще накануне двадцати восьми пунктов, вокруг было великое множество совсем уж непредусмотренного. Чего только стоили джингарские ковры с таким длинным ворсом, что в нем могла запросто спрятаться целая ладонь или огромные куски нарезного эльфийского мыла, аромат от которых я учуяла еще метров за двадцать до самой мыльной палатки. Но, метров через десять, про них уже позабыла, потому что, как сомнамбула, направилась совсем в другую сторону. Туда, где среди искусно вырезанных из дерева миниатюрных людей, грифонов и эльфов заметила до боли знакомые маленькие фигурки, расставленные на полированной шахматной доске. Безусловно, они выгодно отличались от тех, что красовались когда то на старенькой обшарпанной тумбочке, но, все же, были вполне узнаваемы по авторской манере исполнения.

- Скажите, - с волнением, ткнула я пальцем в ехидно улыбающуюся королеву. - Кто это сделал?

- Вам понравилось? - широко расплылся в ответ пожилой мужчина с пышными гусарскими усами. - Это моя работа. Госпожа желает купить?

- Возможно... Только, дело в том, что я уже видела подобные фигурки совсем в другом месте и сделал их совсем другой человек. Точнее, подросток по имени Абрам. А сейчас, - продолжила я вкрадчиво, внимательно наблюдая за тем, как меняется выражение лица моего собеседника. - этот подросток должен находиться на обучении здесь. Так, кто их сделал?

- Это моя работа, - уже не так уверенно произнес мужчина. - Они из моей мастерской. И, если у госпожи возникли сомнения...

- То она проверит сама правдивость ваших слов, - со змеиной улыбкой произнесла я, а потом добавила. - простым магическим сличением.

- Магическим сличением... - потерянно повторил за мной врун. - Но, они действительно из моей мастерской, госпожа.

- Так значит, Абрам обучается у вас?

- Да... - сглотнул слюну мужчина. - У меня есть такой подмастерье. Очень способный мальчик из Озерного края.

- Вот и замечательно. А где я могу его увидеть? В вашей мастерской?

- Нет! - неожиданным фальцетом выдал плагиатор. - Я пошлю за ним и минут через... сорок Абрам будет здесь. Вас это устроит, госпожа?

- Меня это вполне устроит. Я к этому времени снова к вам подойду. - на всякий случай многозначительно глянула я на него и медленно пошла дальше вдоль палаток.

А у посудного ряда меня, рассеянно пялящуюся на фарфоровую супницу, нагнал-таки, Сим с довольной улыбкой через все лицо:

- Ну что, выбрала уже что-нибудь из своего списка? Давай, не стесняйся. А я могу сразу подвальчиком в Медянск или в твой гостиничный номер перетаскивать. Если, конечно, по мелочи.

Таскать нам, действительно, было куда. Об этом незаменимый в практических вопросах маг позаботился первоначально, определив меня на постой в довольно приличную гостиницу под названием "Дырявый ботинок", находящуюся, естественно, в сапожной слободе. Но моя голова, к сожалению, не вмещала более одной поставленной задачи одновременно и была поглощена уже совсем другим:

- Ты знаешь, весь этот фарфор, конечно, очень красивый, но, потерпит и до следующего визита.

- Ого, - изумился маг. - А что тогда не потерпит?

- Встреча со старым знакомым. Она у меня будет, - достала я из специального кармашка прикупленные еще в столице часики. - уже через пять минут. Так что, я пошла.

- Вета, погоди. С каким старым знакомым? Ты мне не говорила, что они у тебя здесь есть, - вмиг встрепенулся Сим и направился за мной следом.

- Подумаешь, не говорила, - отмахнулась я, уже на ходу. - Это мальчик из Озерного замка. Очень славный и очень талантливый. Ты просто не представляешь, какие он делает из дерева шахматные фигуры. А здесь он обучается столярному ремеслу... Сим, а тебе обязательно меня сопровождать?

- Конечно. Мы же покупать еще даже не начали, - уверенно заявил маг.

- Ну, хорошо, - обреченно вздохнула я. - Тогда, глянь, пожалуйста, профессионально на его мастера. Что-то не внушает он мне доверия. А вот, кстати, и они, - разглядела я еще издали усатого старика, суетливо пытающегося пригладить торчащие пепельные лохмы опрятно одетого подростка. - Абрамка!

Мальчишка ловко вынырнул из под рук мастера и, увидев меня, изумленно открыл рот:

- Госпожа Вета! Это вы?! - кинулся он нам навстречу, но, не добежав метра, растерянно замер. - Это вы... Ко мне.

- Абрамка, - решительно прижала я его к себе и запустила пальцы в непокорную шевелюру. - Как же я рада тебя видеть. Ты просто не представляешь, - добавила, неожиданно для себя, дрогнувшим голосом.

- Госпожа Вета, вы прямо из Озерного замка? А где Его сиятельство? - смущенно пробормотал подросток и, отстранившись от меня, заозирался по сторонам.

- Нет, Абрамка. Я совсем из другого места. И без... Его сиятельства.

- А как же так? - выкатил он на меня свои огромные глаза. - Меня три недели назад навещала тетушка Гильда. Она мне рассказала и про Медвежью пещеру и про господина Конта, а еще она сказала, что вы к ним очень скоро вернетесь. Так вы сейчас где живете? - наконец, обратил он свое внимание на застывшего рядом Сима.

- Я сейчас живу в своем доме в Медянске. Представляешь, у меня есть свой дом, очень большой. Он мне достался от родителей. А это... мой друг, Симаргл, рыцарь Прокурата. Он меня сопровождает в поездке.

- Сим, - по взрослому подал подростку руку маг. - И чем же интересным торгуют в вашей палатке? Пойду ка я гляну, - направился он в сторону бдящего за нами старика.

- Госпожа Вета, - проводил его настороженным взглядом мальчишка. - Так вы что, больше не вернетесь в Озерный замок из своего дома в Медянске? Вы что, - запнулся он вдруг и покраснел до ушей. - разлюбили, что ли, Его сиятельство?

- А ты сейчас мне такие вопросы задаешь, уже как настоящий мужчина?.. Нет, Абрамка. Как можно разлюбить такого замечательного нашего... Его сиятельство? Просто, в жизни иногда все бывает очень сложно. И ты, как настоящий мужчина, уже должен это понимать, - легонько щелкнула я его по носу. - Ты мне лучше про себя расскажи. Как тебе здесь живется? Не обижают тебя в твоей мастерской?

- Нет, что вы, - самодовольно расплылся подросток. - Я у мастера Назария лучший ученик. Он меня двум другим в пример ставит, хоть они и обретаются здесь дольше меня. А вы надолго в Либряне?

- Ну, как тебе сказать? Сегодня первый день, а завтра с утра я, кстати, хотела тебя разыскивать. А ты, вот, сам нашелся. Слушай, а давай я тебя отпрошу у твоего Назария до вечера? Вместе пообедаем, а потом ты мне город покажешь?

- А давайте! - подпрыгнул он на месте. - Я вам такие места покажу. Я здесь всю свою слободу облазил и соседние тоже: ювелирную и скорняжную.

- Кто бы сомневался! Пойдем тебя отпрашивать, вездесущий следопыт...

Проблем с окончательно растерявшимся после общения с Симом мастером у нас не возникло никаких, и подросток тут же вступил в двухдневную должность экскурсовода по Либряне. Причем, знающего окружающую, сильно пересеченную местность, не хуже, чем когда-то Озерный замок. Он и показал нам тихую чистую таверну, стоящую между двумя столярными мастерскими, из распахнутых настежь дверей которых приятно веяло деревом и масляными отдушками. И, возникшая поначалу за столом напряженная атмосфера вскоре "растаяла", кстати, благодаря стараниям Сима, которому толи так понравился Абрамка, толи, наоборот, он подростку очень старался понравиться:

- Вета сказала мне, что у тебя получаются очень красивые шахматные фигуры. А кто научил тебя их делать? - заинтересованно спросил он у жующего салат Абрамки.

- Да никто, наверное, - почесав затылок вилкой, глубокомысленно изрек тот. - Я один раз видел, как в деревне, рядом с нашим замком один селянин своей дочке вырезал медведя и попробовал сам вырезать такого же. Только у меня тогда инструментов специальных не было. Поэтому получилось не очень хорошо. Инструменты мне потом Мабук купил. А шахматы я в замке увидел, на столе в большом зале. И мне они понравились, только какими-то... скучными показались.

- Скучными? - удивился Сим. - А сейчас они у тебя веселыми выходят?

- По-разному... Я вообще сейчас задумал сделать настоящих людей вместо фигурок.

- Это как? - на этот раз уже открыла рот я.

- Ну, - смутился, вдруг, мальчишка. - Я пока только для светлых придумал образцы... И, значит, светлый король у меня будет Его сиятельство. На него то есть похожий.

- И тоже с хвостом? - шутливо уточнила я.

- С хвостом? Нет. В доспехах и шлеме. И с большим мечом. А башню я сделаю, как в нашем Озерном замке. Точно такую же.

- И с балконом?

- Конечно с балконом, - серьезно кивнул Абрамка.

- А офицер у тебя на кого будет похож? - теперь уже встрял Сим.

Мальчишка пристально на него посмотрел и, вдруг, расплылся:

- Вы же рыцарь Прокурата, значит, будете офицером. И доспехи ваши подойдут. Я видел в какие они... то есть вы, облачаетесь. Здесь, в Либряне, когда облава была на дом для игр всяких незаконных у ювелирщиков.

- Ну, спасибо тебе, - искренне улыбнулся маг. - А самую сильную фигуру с кого будешь воспроизводить?

- Королеву?.. Ее с госпожи Веты. Я ее первую придумал. Только... - бросил он критический взгляд на мою рыжую шевелюру. - Я хотел из клена светлых вырезать. А сейчас даже не знаю, разве что, из ореха всех придется.

- И улыбку ехидную не забудь, - скромно посоветовала я. - Это будет твой авторский знак.

- А что, - азартно блеснул глазами Абрамка. - Точно, так и сделаю.

- А я буду твоим первым покупателем на такой набор, - тут же утвердительно заявил Сим. - С мастером твоим я договорюсь. Разве можно упустить такой шедевр?

- Я ж еще их не сделал? - польщено взглянул на него мальчишка. - А вы, господин Сим, маг? Я слышал, что в Прокурате маги служат, только самые смелые.

- Я маг огня. А, насчет смелости... Мне, например, недавно, на Склочных болотах очень даже страшно было.

- Да?.. - одновременно с Абрамкой выдохнули мы.

- Так что, если проблемы с прообразами для темной шахматной половины возникнут, я тебе подскажу несколько вариантов. Да что я? Вот у нас госпожа Вета вообще алант. Да еще истинный.

- Это точно, - переключил на меня свое восхищенное внимание подросток. - Мне когда тетушка Гильда рассказала, я ей сначала не поверил... А покажите что-нибудь из своей магии, госпожа Вета?

- Что, прямо здесь? - растерялась я.

- Абрам, у меня к тебе другое предложение, - тут же объявил Сим и, пошарив по карманам пиджака, извлек из одного из них небольшой, овальной формы самородок бирюзы. - Хочешь сам побыть магом?

- Конечно, хочу. А разве такое... бывает? - изумленно распахнул глаза мальчишка.

- Иногда бывает. Только, с предварительной подготовкой. А, ну-ка, госпожа алант, заряди нам камушек своей энергией, - сунул он мне в ладошку самородок и зажал ее своей рукой, а через минуту протянул бирюзу егозящему в предвкушении Абрамке. - Теперь, коллега, внимательно повторяй за мной, - и начертил в воздухе нехитрый знак, значение которого я совершенно не знала.

Абрамка, высунув от волнения язык, повторил увиденное и выжидающе замер. Но, ждать пришлось всего пару секунд. Как раз до того момента, когда прямо из воздуха между нами, вмиг ставшего горячим, возник миниатюрный огненный смерч, который, с аппетитом "проглотив" солонку, стоящую на столе, удовлетворенно рыгнул и тут же эффектно разлетелся на множество искр.

- Ничего себе я... наколдовал, - сдавленно захихикал Абрамка, косясь на остолбеневшего над соседним столом разносчика.

- Сим, а где солонка?

- Вета, не будь занудой, - присоединился к подростку маг...

Вот так и пообедали: тетенька-зануда и двое мальчишек, склонных к авантюрам. А потом настало время для будничной рутины. Потому что покидать столярную слободу, не вдохнув по глубже ее запахи, мне совсем не хотелось. Тем более, с таким то экскурсоводом:

- Если вам нужна хорошая крепкая мебель, госпожа Вета, - авторитетно вещал он, ведя нас узкими слободскими улочками. - надо искать по здешним лавкам, а не на главной площади. Потому что там всяко разно дороже. Они же за лицензию специальную знаете сколько платят... Много... Да и не всегда там все самое качественное. Есть мастера гораздо лучше. Просто, не нужна им суета. Да и своих клиентов на жизнь хватает.

- Понятно, - уважительно протянула я, догоняя мудрого подростка. - А скажи, твой мастер, он какой? Хороший? Ты им доволен?

- Мастер Назарий? - хмыкнул он в ответ. - Да, он хороший и добрый. Нас не обижает, так только, иногда, даст подзатыльник. Но, мне за все время раза два только перепадало и то за дело. И еще его все уважают, как самого лучшего резчика по дереву в Либряне. Я его сам выбрал, когда меня тетушка Гильда сюда привезла.

- А почему он сам и в палатке торгует? - продолжила я свои наводящие вопросы.

- Так это не всегда, а только когда его дочка из города уезжает к своей старшей сестре в гости в Мельск. Обычно она за прилавком стоит.

- Ага... Понятно... Скажи мне, Абрамка, - наконец, решилась я. - А у вас так положено, чтобы мастер работы своих учеников за собственные выдавал?

- Ну да. Кто - я, а кто - он. Клеймо Назария во всей Ладмении ценится. А на мои фигурки никто даже смотреть бы не стал. Это вам не Озерный край. Да и по цене, его-то всяко дороже можно продать.

- Но, так ведь ты никогда не станешь известным мастером. Ты же об этом когда-то мечтал?

- Так рано мне еще известным то становиться. Мастер Назарий говорит, что сначала надо три стамески сточить, а уж потом нос задирать.

- А я, знаешь, что думаю, Абрам, - подал голос до этого молчащий Сим. - Уж если твой учитель выдает твои работы за свои, то мастерство твое уже и так нисколько его навыкам не уступает. Ведь не стал бы он некачественной работой свое имя позорить? Я правильно рассуждаю?

- Ну да... - озадаченно почесал затылок подросток. - Получается, так. Не стал бы.

- А раз так, - нехорошо ухмыльнулся маг. - то, придется еще раз побеседовать с твоим Назарием. Чтобы не зажимал впредь молодые таланты. Насколько я помню, авторское право в Либряне еще никто не упрощал.

- Ладно, господин Сим, - рассмеялся мальчишка. - Только, не надо его проглатывать огненным вихрем. Он мне нравится... А мы уже пришли. Вот, - ткнул он пальцем в скромную вывеску перед входом в лавку "Живая мебель". - Здесь все самое лучшее, потому что из мастерской Кузия. Не сомневайтесь, госпожа Вета.

А сомневаться я перестала, как только вошла во внутрь и пристально огляделась по сторонам... Сбылась "мечта идиотки", отягощенной историческим образованием, оказаться среди антикварных комодов, шкафов, буфетов, кресел-качалок и резных кроватей.

- Сим, я здесь все люблю, - восторженно закусив губу, заявила я. - Думаю, самое время заказывать фургон до Медянска.

- На завтра? - внимательно посмотрел на меня маг.

Я глянула на подростка, по приятельски болтающего со своим сверстником в холщовом фартуке, вспомнила про пропавшего где-то Полозина и еще раз окинула взглядом то, чем так хотелось побыстрее обставить свой светлый дом:

- Да, сразу с утра. А в Либряну я обязательно еще вернусь...

"Конечно я сюда вернусь. И еще напокупаю всякой всячины", - вертясь на жесткой гостиничной кровати, мечтала я о будущем. - "Только, после того, как сестру свою верну с ее семьей. А все остальное..." Абрамка... Он, как маленький осколок моей прежней, беспокойной, но такой счастливой жизни в Озерном замке, которая сейчас, в этом полумраке малознакомой комнаты казалась увиденным когда-то и все никак не забывающимся сном... Сном о мужчине, который меня когда-то любил и ждал. Сном о Борамире...

- Уж, если ты был в моей жизни просто сном, то, пожалуйста, приснись мне и сегодня, - прошептала я, пялясь в потолок, потом вздохнула и закрыла глаза...

То о чем я просила сейчас, до сей поры было под запретом. После трижды повторенного сна о двух мужчинах за столом и непонятном грифоне я поставила сознательный "блок" на такого рода видения. Но, сейчас от этого запрета отказалась... И вскоре поплатилась...

Нет, сначала я еще долго не могла заснуть, упрямо не размыкая век, но потом, постепенно начала терять связь с реальностью, проваливаясь в какую-то пропасть, холодную и непроглядную. Падение это длилось недолго и закончилось, как только я почувствовала под собой острые камни. Потом встала с них и посмотрела наверх. Туда, откуда так удачно приземлилась. И увидела, почти над собой каменный мост, узкой дугой соединяющий два голых скалистых берега. А на этом мосту человека... Мужчину, стоящего неподвижно прямо в его середине и будто к чему-то прислушивающегося. Вот мужчина слегка склонил голову набок и ветер, сильным порывом мотнул его длинный хвост, завязанный почти на затылке. "Борамир!", - заорала я, что есть мочи. - "Борамир! Я здесь!". Но, ветер отнес мои вопли, прибив их к самому дну, и заставил зарычать от собственного бессилия. "Бессилия? Но, ведь я же алант и умею взлетать даже с цацкой на шее", - как раз вовремя снизошло на меня прозрение и уже через секунду я оказалась там, наверху. Но, было слишком поздно - мост был пуст, лишь освещаемый луной, повисшей между скалами. Я огляделась по сторонам, ища глазами дорогу, по которой мог уйти Борамир, но, почему-то, подошла к низкому каменному парапету... Это место было мне смутно знакомо. Что-то мелькнуло в голове. Какой-то крик, нет вздох. Да, вздох облегчения, который когда-то я издала именно на этом месте... Я, осторожно склонилась над темной пропастью и тут медленно начала вспоминать, как это было. Но, не со мной, теперь я отчетливо осознала... С Контом. Да, именно он облегченно вздыхал, а не я, когда в пропасть рухнула карета с Мокеей Молд...

Дальше стоять вот так было недопустимо. Нужно было бежать вслед за ушедшим мужчиной. Но тут мое плечо требовательно сжала чья-то рука. Я испуганно развернулась и увидела перед собой женщину, точнее ее глаза, темные, широко расставленные и с родинкой у внешнего правого уголка. Потому что все остальное было, как обычно случается во снах, нечетким и каким-то серо размытым. И в этих глазах был крик о помощи: "Ты мне очень нужна", - с мольбой произнесла она и посмотрела куда-то в сторону нависшей над мостом скалы. "Но, мне надо идти", - сдавленно пробормотала я, отдирая от себя ее сильные пальцы. "Это подождет, мне ты нужнее", - ответила незнакомка. "Да с чего вы взяли, что подождет? Я и так слишком долго его ждала!", - оторвалась я, наконец, от нее и попятилась вдоль ограждения. Женщина же неожиданно опустила руки и беспомощно покачала мне вслед головой: "Он-то тебя подождет, а вот мне одной ей не помочь. Слишком сложно". И мне, вдруг, стало так тоскливо. Как будто все в этой жизни уже предрешено и от тебя ничего не зависит. И выбор за тебя уже сделан, а тебя, просто разворачивают на дороге, как заводную игрушку и ты тут же резко меняешь свое направление на прямо противоположное, пусть даже бежал совсем не туда... Хотя, кому до этого есть дело? Уж явно не тому, кто этой заводной игрушкой манипулирует. И я, согласно сценарию, написанному не мной, взглянула еще раз на освещенный луной проход между скалами, и поплелась за незнакомкой туда, где прямо на мостовых камнях, уже различимая взглядом, корчилась чья-то маленькая фигурка, постанывая, будто от сильной боли. Женщина опустилась над ней и тихо произнесла: "Я ее привела. Теперь все будет хорошо. Все будет, как надо, Тусья". "Тусья?!", - рухнула я на колени с другой стороны и только сейчас разглядела замершую на мгновение фигурку. Магичка повернула ко мне свое искаженное лицо и с трудом выговорила: "Спасибо, Вета", а потом схватила меня за руку: "Теперь все будет, как надо" и вдруг, пронзительно громко закричала...

Когда я, резко проснувшись в полной темноте, подскочила на постели, мне показалось, что крик этот еще угасал в комнате.

- Мать вашу, вещие сны, - прошипела сквозь зубы и, спрыгнув на пол, подхватила, висящий на стуле жакет. Потом натянула его прямо на ночную сорочку и, как есть, босиком, шагнула в тут же раскрывшийся подвал...

Дверь мне открыл заспанный Глеб:

- Вета? - отступил он растерянно на шаг и с прищуром осмотрел меня с растрепанной головы до босых ног. - Ты откуда... такая? Что случилось?

- Глеб, у ВАС ничего не случилось? - тут же огорошила я мужчину встречным вопросом. - С Тусьей все в порядке? Где она?

- С Тусей? - замер некромант и прислушался к стоящей в доме тишине. - Минуту назад было все в порядке. Она спит у себя наверху. Напилась своего чая с мятой и сопит беспробудно... А ну-ка, зайди, - затянул он меня за запястье вовнутрь. - Пойдем со мной на кухню и там все подробно мне расскажешь, от чего тебе не спится в три часа ночи. - Я беспрекословно пошлепала за ним, остановившись лишь раз, для парочки дополнительных уточняющих вопросов:

- А здоровье у нее как? Никаких там... угроз?

- Вета, - снова потянул меня за собой Глеб. - Все у нее в норме... Садись сюда, за стол. Я тебе сейчас тоже этого же чая налью. И давай, рассказывай, что тебя сюда принесло в таком ненормальном виде?..

- Да просто сон приснился... вещий, - уныло отмахнулась я и хлебнула из кружки. - Я хотела, чтобы мне Борамир приснился, а приснилась Тусья... Причем, больная вся. И, по-моему, она рожала... очень тяжело. Глеб, ты не смотри на меня так, я ведь не совсем дура безнадежная. Я понимаю, что это всего лишь сон, но, я именно вещий заказывала, причем на новом месте, потому что сейчас из Либряны к вам... сюда.

- Ага, - тоном дипломированного психоаналитика произнес некромант. - Заказывала, говоришь... в Либряне Борамира, а приснилась моя жена... Вета, тебе успокоиться надо для сначала и вообще, на будущее, пересмотреть свой взгляд на некоторые вещи.

- Это, на какие, например? - опешила я от такого поворота в теме.

- Ну... - растерялся "специалист", видно сильно рассчитывающий, что "клиентка" сама обо всем догадается. - На свои отношения с любимым мужчиной, например. Хотя, это, конечно, не мое дело... Просто, я же вижу, что тебе без него плохо. Вот ты и получаешь в таком неуравновешенном состоянии подобные послания.

- Хорошо, - скорчила я скептическую гримасу. - Давай представим себе, что я смирилась-таки с тем, что он меня даже по имени назвать не может. И что дальше? Переезжать к нему в Озерный замок вместе с Симом? Или рассказать, что я до сих пор вне закона и кто в этом виноват, а еще о том, кто это прикрывает вот уже столько времени? Ты это предлагаешь? Ты предлагаешь Борамиру вступить в конфронтацию с Верховным магом и устроить нашему рыцарю большие проблемы?.. Я, Глеб, уже так во всей этой лжи запуталась, что мне из нее вряд ли вылезти. Как бы мне этого не хотелось... - уронила я лицо в ладошки. - А самое страшное, что я теперь сама боюсь инициации. После того, что со мной Димион сотворил. Ведь зачем-то же ему понадобился весь мой запас без остатка. А вдруг после следующей попытки я вообще буду, как овощ на ножках и никого из вас, даже своего любимого мужчину не узнаю?..

- Да... - озадачился некромант. - Ситуация действительно, не простая. Но, выход всегда можно найти... Особенно, когда между двумя есть доверие. Ведь так, Вета?..

- Доверие, это замечательно... А еще лучше, просто любить, не задавая вообще никаких вопросов, - глубокомысленно изрекла я и неожиданно для самой себя зевнула...

Утро следующего дня было нестерпимо душным. Особенно, если учесть, что проснулась я, почему то, в жакете, надетом прямо на ночную сорочку. "Замерзла я что ли ночью?", - озадаченно закусила губу. - "Так не должно быть. Окно то закрыто". И поспешила исправить ошибку, впустив в комнату порыв свежего утреннего ветра с запахом листвы и гомоном воробьев, купающихся в тротуарных лужах, которых еще вчера вечером и в помине не было. Теперь надо было по быстрому принять ванну (само словосочетание казалось мне противоестественным) и, по свежей памяти, вычеркнуть из списка уже купленное вчера, если, конечно, к тому времени ко мне не поспеет Абрамка. Подросток еще накануне вызвался со мной позавтракать, а потом проводить до склада, откуда будет грузиться фургон моей новой антикварной мебели (что-то со словосочетаниями у меня прямо с утра не заладилось)...

В результате я почти все успела и когда во входную дверь предупредительно постучали, уже сидела за столом у раскрытого настежь окна, карандашом заштриховывая последний из аннулированных пунктов, значившийся, как "Кровать на металлической основе, можно и на деревянной и вообще не очень широкую".

- Абрамка, проходи! - бодро подскочила я с места, но, в следующий момент, уже чуть не вывалилась из номера. Потому что подлый сквозняк, подхватив мой драгоценный листок, коварно протащил его по столу через подоконник и вынес вон на улицу. - Ой... Что же ты так... эффектно заходишь, - пропыхтела, уже болтая ногами на столешнице и зацепив-таки, двумя пальцами едва не упорхнувшую бумажную "птичку".

Но, сильные руки, подхватившие меня сзади и поставившие на пол оказались совсем не мальчишескими... А этот запах, вместе со сквозняком пролетевший мимо моего алантского носа... Сердце, пропустив один удар, бухнулось куда-то вниз живота и я, зажмурив глаза, прошептала: "Пожалуйста, пусть это будешь ты, а не моя обонятельная галлюцинация"...

- Ну, здравствуй, Вета. Не думал, что ты решишь сбежать от меня таким примитивным способом, - прозвучал у меня над головой родной насмешливый голос. - Толи дело в прошлый раз...

- Да я тут листок... - взмахнула я спасенной бумажкой, а потом разжала пальцы и, наконец, развернулась к стоящему за моей спиной мужчине. - Это ты... - подняла я свои глаза и заглянула в его, находящиеся сейчас совсем близко.

- Я... - улыбнувшись, ответил Борамир и осторожно провел по моим волосам рукой. - Какая ты теперь... солнечная. Можно и обжечься...

- А ты рискни, вдруг не будет больно? - ухмыльнулась я в ответ и сама обхватила мужчину руками, мечтая в это мгновенье лишь об одном - раствориться в нем без остатка и навсегда.

Борамир же лишь облегченно вздохнул, разметав по моей макушке "солнечные" пряди, а потом сжал в своих объятьях так, что мечта моя вполне могла бы осуществиться, продлись эта сцена чуть подольше:

- Любимая моя, как же я по тебе скучал, - приподнял он пальцами за подбородок мое лицо. - Что же мы с тобой творим?

- Обычно, творю я: сначала совершаю ошибки, а потом пытаюсь их исправить. Но, вот вы, Ваше сиятельство...

Мужчина засмеялся, откинув голову назад, и вновь прижал меня к себе:

- Скажи мне, ты готова прямо сейчас вернуться со мной домой?

- Домой... - блаженно повторила я, потеревшись щекой об мягкий ворс пиджака. - Прямо сейчас?

- Прямо сейчас. У меня экипаж у гостиничных ворот и уже к вечеру мы будем на месте.

- Борамир, прямо сейчас я не могу. У меня есть еще дела в Медянске.

- Какие дела?

- Ну как это, какие? Твой сыщик именно сейчас занимается поисками моей сестры и ее семьи.

- Вета, но, ты же у нас алант и можешь контролировать ситуацию из любого места в стране... Или, там что-то еще тебя удерживает? - отстранился он от меня и внимательно посмотрел в глаза.

- Да. Ты прав. Что-то еще...

- Ну, так скажи мне... Что же ты молчишь?

- Понимаешь, если у него ничего не получится, то тогда придется продолжить мне самой и... искать уже такими способами... В общем, мне нужна будет специальная магическая помощь...

- Та-ак... - совсем нехорошим тоном протянул Борамир и отступил от меня на несколько шагов. - И, если я правильно тебя понял, то помощь не моя, а того прокуратского рыцаря, что таскается за тобой по всей Ладмении, преследуя какие-то свои цели?

- Да... - обреченно выдохнула я. - Ты опять прав, если не брать в расчет тот тон, с которым... ты прав... Борамир, неужели ты мне не доверяешь?

- Вета! Я люблю тебя и хочу на тебе жениться. Это, по-моему, самый большой знак доверия. Но, и ты меня пойми. Как мне относиться к тому, что моей любимой женщине не достаточно только моей защиты и поддержки? Уж скорее, это ты мне совсем не доверяешь, - с горечью произнес он.

- Это неправда. Поверь мне, это не так. Просто... тебе нельзя сейчас мне помогать. Это чревато... - начала я и тут же осеклась.

- Чревато для кого? - подошел ко мне вплотную Борамир. - Тебе что, угрожает какая-то опасность? Вета! - схватил он меня за плечи. - Отвечай!

- Мне ничего не угрожает, никакая опасность.

- Тогда поехали со мной, - сузил он глаза.

- Я сейчас не могу, хотя хочу этого очень сильно.

- Не можешь, значит, - опустил руки Борамир. - Ну, хорошо, раз ты так решила. Но, знай, я все равно выясню, во что тебя втянули в этой... лешьей столице, - с угрозой пообещал он и направился к двери.

- Нет, постой! - рванула я за ним следом и захлопнула дверь прямо перед его носом. - Не надо этого делать. Я очень тебя прошу. Я боюсь не только за себя, но и за тебя.

- За меня? - изумленно произнес Борамир. - Вета, это даже не смешно... Давай, рассказывай мне все и прямо сейчас.

- Но... - только и успела я произнести, до того, как мужчина решительно потянул меня в сторону диванчика. Там он, не выпуская моей руки, уселся сам и водрузил меня к себе на колени:

- Это для надежности. И даже не дергайся... Так я тебя внимательно слушаю, откуда нам с тобой грозит страшная опасность? - добавил, весьма скептическим тоном.

- Ну, хорошо, - настраиваясь морально, протянула я и, тоже, для надежности, раскрыла над нами прозрачный зонт неслышимости. - Дело в том, что я до сих пор не прошла положенную по закону инициацию, - выдала на одном дыхании, а потом испытующе уставилась на Борамира.

- И это все? - опешил он.

- В общем-то, да, - сама себе с удивлением призналась я. - Остаются только разные подробности, в которых и состоит основная проблема... Ну, например, то, что не прошла я ее не по собственной прихоти, а потому что Верховный маг отказался ее заканчивать. Причем, сослался на чувство долга перед своей любовницей, моей бабушкой, которая была, якобы, против этой процедуры и именно поэтому утащила меня за алантскую дверь. Но, у меня по этому поводу совсем другие соображения, хотя, пока только соображения, не подтвержденные ничем.

- Говори, - уже совсем без скептицизма, произнес мужчина.

- Понимаешь, я, конечно, в этом мире человек, то есть, алант неопытный и принимаю некоторые вещи за чистую монету. Но, в столице я жила в доме Глеба и Тусьи Анчаровых. Глеба ты знаешь, он был у тебя, когда... у Медвежьей пещеры...

- Я его хорошо помню, - кивнул Борамир. - Продолжай.

- Так вот, он мне объяснил, что Верховный маг даже начал мою инициацию неправильно - он зачем-то опустошил весь мой энергетический запас до дна. У меня даже свечение тогда пропало. А потом дал мне свою доверительную грамоту и приказал за мной приглядывать тому самому рыцарю Прокурата, Симарглу... Понять бы еще, зачем ему понадобился мой запас? Ты даже не представляешь, любимый, какая это сила. Хотя, наверное, уже представляешь.

- И ты, значит, решила со всем этим разобраться сама?

- Я не знаю. Правда, не знаю... Я теперь вообще боюсь, что если попытаюсь повторить у него инициацию, то запросто могу стать... полной дурой безнадежной и даже не вспомнить тебя, - ткнулась я носом в ухо мужчины и обхватила его шею руками. - Теперь ты представляешь, какой "подарочек" хотел притащить в свой замок? К тому же ты, после всего услышанного, мой соучастник. Вот так вот.

- Этот замок, Вета, совсем скоро станет нашим общим, - глядя в одну точку, глухо произнес Борамир. - А вот что касается всего остального... Кое-кто должен очень серьезно ответить за свои незаконные игры в кошки-мышки. И он ответит.

- Нет, - развернула я к себе его лицо. - Пожалуйста, любимый, пообещай мне, что ты ничего пока не станешь предпринимать. Подожди меня совсем немного, и мы тогда вместе с тобой что-нибудь обязательно придумаем. Пообещай мне.

- Вета, сколько я еще должен тебя ждать?

- Совсем чуть-чуть, восемь дней. А потом я к тебе вернусь. И если даже к этому времени не найдутся мои родственники, мы вместе продолжим их поиски. Пожалуйста, Борамир. Всего восемь дней.

- За это время, зная тебя, может произойти все, что угодно.

- А если я тебя вот так попрошу, - дотронулась я до его губ своими.

- Вета, это запрещенный в переговорах прием, - выдохнул мужчина и погрузил руки мне в волосы.

- И еще раз, уже убедительнее попрошу, - в ответ повторила я свой "запрещенный прием", причем при полном пособничестве оппонента.

А потом наши переговоры совсем зашли в тупик, уступив место совершенно другим аргументам, вероломно прерванным, неожиданно появившейся третьей стороной.

- Ой! - испуганно пискнула третья сторона, и, пылая ушами, выскользнула обратно в коридор. - ... Ваше сиятельство, госпожа Вета... - приглушенно послышалось оттуда. - А я слушал, слушал. Все так тихо было, а потом дверь, вдруг, сама приоткрылась и я вошел... Сквозняк, наверное...

- Сквозняк, Абрам, у тебя в голове, - недовольно произнес Борамир, подбирая с пола свой пиджак. - Вета, даю тебе восемь дней, но ночи все мои. Иначе... - вновь скривился он, косясь на дверь.

- Начиная с сегодняшней? - смущенно смеясь, уточнила я, помогая ему застегнуться.

- К сожалению, нет. Раз ты со мной не возвращаешься, мне придется задержаться в Либряне на два дня. У главы города юбилейное празднование и мое присутствие крайне желательно. Но, послезавтра... - притянул он меня к себе.

- Ваше сиятельство, госпожа Вета, я чего пришел то... - опять не вовремя напомнил о себе подросток, но на этот раз, вызвал лишь наш обоюдный с Борамиром смех. - Фургон ваш без вас не грузят, вот я и хотел узнать, когда начинать?..

Глава 29

Олес...

Провожали мы лакированный экипаж правителя Озерного края вдвоем с Абрамкой. А потом, не торопясь направились с ним же к нужному мне складу, жуя по дороге, купленные в соседней булочной, пирожки с мясом. Подросток, как настоящий мужчина, героически тащил мой дорожный саквояж, постоянно колотя им себя по коленям. Что, однако, не мешало ему, периодически забегая вперед, без умолку болтать:

- Так у вас теперь с Его сиятельством все хорошо опять?

- Абрамка, ты же сам все видел, так зачем спрашиваешь?

- Ну, что я там видел... - уклончиво ответил мальчишка и вновь покраснел до ушей. - А вы знаете, госпожа Вета, ведь это я сказал Его сиятельству, что вы здесь, в Либряне.

- Да ты что! А я вот иду и голову себе ломаю, как он меня нашел? - совершенно искренне удивилась я.

- Ага. Он ехал по соседней улице в сторону городского совета, а я как раз к вам шел. Ну, Его сиятельство меня заметил и окликнул. А уж потом, когда я ему сказал, куда и к кому иду, он ко мне сам спустился и стал все подробно про вас расспрашивать. Вот так и получилось.

- Ах, Абрамка, - чмокнула я его в макушку, от чего тот снова запнулся об мой саквояж. - Что бы я без тебя делала.

- Хм-м, - довольно ухмыльнулся подросток, потирая колено. - Мне и Его сиятельство тоже самое сказал...

- Да?.. Точно так же? - глупо расплылась я. - Слушай, а как поживает твой мастер Назарий после вчерашнего разговора с Симом?

- Вы знаете, госпожа Вета, - озадаченно почесал он свой затылок. - Он мне сегодня утром сказал, что насчет трех сточенных стамесок, это для такого... молодого таланта, как я - перебор. И если я следующий свой шахматный набор сделаю качественно, то он выставит его на продажу под моим личным клеймом. Представляете?

- Представляю, - в ответ протянула я и достала из своего кармана заранее приготовленные десять сребеней. - А это тебе тогда на новые личные инструменты. Ведь они у каждого мастера должны быть. И попробуй только не возьми, тогда я сильно обижусь и превращу тебя в...

- Тростку? - внес свое предположение Абрамка.

- Нет, лучше в кастрюлю на кухне тетушки Гильды, - по эльфийски щелкнула я пальцами прямо перед его носом и вошла в прохладный склад лавки "Живая мебель"...

Обратная дорога до Медянска тянулась бесконечно долго, хотя по своей протяженности была примерно равна расстоянию от столицы до моего же родного города. Грузовой фургон нещадно трясло на сравнительно ровном тракте и я, сначала сидела (лежала, прыгала) внутри, на мягком кроватном матрасе, упакованном в холстину. А потом, устав от унылого замкнутого пространства, перелезла на скамейку к своему возчику, бородатому и улыбчивому мужчине. Он тут же, жутко стесняясь, предложил мне жареные семечки (наипервейшее снадобье от дорожной ипохондрии, по его же словам) и действительно, на душе стало сравнительно веселее. Пока мы, наконец, не "дотряслись" до Кочи, точнее, до одного из мостов через нее. Вот там и вышла неожиданная задержка в пути.

- А что там такое? - привстав, попыталась я рассмотреть суету, наблюдающуюся где-то посередине моста и сопровождаемую бодрым перестуком молотков.

- Одначе, опять чинят, госпожа, - философски изрек бородач. - Пойду, допрошу, надолго ли перекрыли.

И ушел, разминая по дороге затекшие конечности. А я спрыгнула следом и, обойдя запряженную в телегу с торчащими из нее досками, лошадку, выступающую в роли шлагбаума, запереминалась в отдалении...

- Уже скоро, - пояснил вернувшийся минут через пять бородач. - Настил меняли в трех местах, еще спозаранку начали и перила вкупе с ним. А вообще, могли бы и прежде управиться, - скептически хмыкнул он, оглянувшись назад.

- А что помешало?

- Да руки у них не из тех мест помешали. Тоже мне, плотники. Один сброд скудоумный, джингарский понагнали.

- Джингарский? - удивленно раскрыла я рот. - Откуда у нас джингарские плотники? В Ладмении что, своих мало?

- Так своим же башлять надо и не такие крохи, на какие согласны эти пришлецы.

- Да-а, знакомая система... - глубокомысленно протянула я, с возросшим интересом, всматриваясь в далекие смуглые фигурки, маячившие на мосту.

И действительно, вскоре стук молотков умолк и в нашу сторону, вслед за обшарпанным крытым фургоном, вереницей потянулись иммигранты, на ходу запрыгивая в свою "перевозку". Но, двое из них от общей массы отделились и, неся в руках плотницкие инструменты, направились как раз к телеге позади нас, по-прежнему перегораживающей проезд. Один из них, пожилой, смуглый и совершенно седой, шел впереди, а следом за ним, сильно прихрамывая на левую ногу, едва поспевал лысый мужчина, ростом и внешностью, сильно отличающийся от остальных "брюнетов".

- А вы говорили, одни пришлецы, - мотнула я головой в его сторону. - А вот же, явный местный житель.

- Так он там един и работал. Да и то, приметьте, хромый и вообще весь какой-то болезный.

- Болезный? - вгляделась я по внимательнее в рослого плотника и к своему изумлению обнаружила в его "дружелюбном" желтом свечении бурые ошметки неизвестного мне заклятия. - Ничего себе, болезнь!

Незнакомец, в этот момент, ковыляющий мимо, вдруг остановился и повернул голову в мою сторону, окинув рассеянным взглядом мутных серых глаз. Что-то во мне его явно заинтересовало и на еще молодом, но сильно изможденном лице я заметила целую гамму эмоций, борющихся с вызванной магией сумрачностью:

- Натэя? - произнес мужчина одними губами. - Натэя... - шагнул он ко мне и едва не упал, если бы его тут же не подхватил под руку подоспевший низенький мужичок, одетый гораздо приличнее остальных.

- Вы уж извиняйте, госпожа, - пропыхтел он, оттесняя мужчину в сторону подъехавшего фургона. - Он у нас малость ушибленный.

- Постойте! Как его зовут? Я хочу с ним поговорить.

- Да что с ним разговаривать? - фальцетом выдал мужичок и ускорил свое движение. - Он все равно вам ничего путного не скажет. Я ж объясняю, ушибленный он, - и насильно, с помощью остальной "бригады", запихал рослого плотника вовнутрь фургона.

- А это уже мне решать, скажет он что путное или нет, - ринулась я вслед за строительным "бригадиром". - Может, вам заплатить? Сколько?

Коротышка явно заколебался, но, видимо, взвесив что-то в своей голове, тяжко вздохнул:

- Я же вам говорю, госпожа, нельзя с ним разговаривать. А если уж вам так... взыграло, то договаривайтесь с моим начальником. Пусть он разрешает, - и заскочил последним в уже тронувшийся вновь гужевой транспорт.

- Да как это нельзя? У вас что на него рабское право? - упрямо поперлась я следом. - И кто ваш начальник в таком случае?

Но, ответом мне стали понурые лица трясущихся в фургоне иммигрантов и тягостная тишина, нарушаемая лишь удаляющимся скрипом колес. Да и то, кто-то из сидящих там, внутри, наверняка, чтобы я не прожгла его ненароком взглядом, решил откинуть вниз заднюю стенку матерчатого залатанного тента, на которой едва проглядывался выгоревший на солнце логотип: две заглавные буквы, Т и Г, оформленные в эллипс.

- Не может быть... - потрясенно выдохнула я. - Вероника...

"Вероника, выгодно избавившаяся от семейной конторы. И кому ж ты ее сбагрила? Какому проходимцу?..", - закусив губу, нетерпеливо ерзала я на скамейке, готовая прямо на ходу выпрыгнуть из фургона и самой подталкивать его сзади... Как то раз, она пришла ко мне со своими стихами, в большом желании устроить вечер романтической поэзии. Наверняка, у нее там было и что-то интересное, но вечера тогда у нас все равно не получилось. Потому что у Сима в столице обнаружились срочные дела, а я для баронессы была, видимо, не таким авторитетным ценителем ее творчества. Но, вот папочку, в которой эти "творения" хранились, я тогда запомнила... по как раз вот такому логотипу, тесненному на черной качественной коже серебром: две заглавные буквы, Т и Г, оформленные в эллипс. "Вытрясла из нее какие-то бумаги покойного мужа", - поглаживая матовую поверхность, пропела тогда Вероника... А мне теперь предстояло вытрясти у нее имя покупателя ремонтного наследства семейства Тумбаль-Гонз...

В Медянск мы в итоге приехали только под вечер и, спешно разгрузив с помощью магии фургон, благо, опыт таковой (правда по горизонтальному перетаскиванию мебели) у меня уже имелся, я, первым делом кинулась в сыскное агентство к Полозину. Но, здесь меня ждало очередное разочарование в лице крайне озадаченного господина Гаяна:

- Вы знаете, - ответил он мне, барабаня длинными пальцами по столу. - Я и сам уже, честно говоря, несколько напряжен его длительным отсутствием. Еще четыре дня и крайний срок. К нему должен человек приехать из Бадука по совсем другому вопросу. И он к этому времени уж точно обязан появиться. А пока ничем вас порадовать не могу.

- Ну что ж, очень жаль. А я сама хотела его... порадовать, - только и ответила я, и, не долго расстраиваясь, махнула по подвалу прямо на высокое крыльцо особняка баронессы.

Где меня сначала очень критично осмотрел ее отполированный до блеска дворецкий, затем горничная, разряженная на манер ее хозяйки в непроглядные кружева, а потом и она сама, возлежащая на софе в полупрозрачном пеньюаре:

- Добрый вечер, Вета, - спустила она ради такого случая свои ножки на пол. - А почему ты такая... взлохмаченная?

- Я?.. - попыталась я руками пригладить весь день развивающиеся на ветру кудри. - Только что с дороги. И поэтому, очень голодная и очень злая, - провела предварительную артподготовку. - И мне очень нужна твоя помощь, Вероника. А где, кстати, Сим? Он мне тоже нужен.

- А я откуда знаю? Его не было уже два дня. Я думала, он с тобой, в Либряне.

- Все ясно, - понимающе кивнула я и с удовольствием плюхнулась с ней рядом на мягкую софу. - Я не видела его со вчерашнего вечера. Видимо, у него какие-то дела в столице. Ничего, скоро явится, не переживай.

- А я и не переживаю, - поджала она губки. - Так какая тебе от меня помощь нужна? Ты себе ткань купила?

- Ткань? Нет... Ты мне лучше скажи, кому ты продала свою контору? Мне нужны данные твоего покупателя: имя и адрес, где его можно найти.

- Это еще зачем? - неожиданно подскочила на месте Вероника.

- Мне нужно вызволить от него одного человека, - удивленная такой бурной реакцией произнесла я.

- Вета, ничего я тебе не скажу.

- Почему не скажешь?

- Потому что это... коммерческая тайна.

- Ничего себе, какие ты слова знаешь? - сузив глаза, теперь уже подскочила я. - Продавать семейное дело разным проходимцам, травящим людей запрещенной магией, теперь так и называется - коммерческой тайной?

- Какой еще запрещенной магией? - испуганно всполошилась Вероника. - Да он вообще не маг.

- Кто не маг?

- Тот, кому я контору продала. И больше меня не спрашивай ни о чем.

- А если я тебя сейчас... пытать начну? - зло оскалилась я.

- Ах, вот ты как? - поджалась баронесса и, метнув мне за спину взгляд, взмахнула рукой. - Симаргл, она меня сейчас... пытать будет!

Я обернулась туда же и лишь краем глаза заметила, как за появившимся прямо посреди гостиной Симом, растаяла арка:

- Кто, кого и за что сейчас будет пытать? - возник он в следующее мгновенье между нами.

- Да я даже и не думала ничего такого, - досадливо закусила я губу. - Просто, баронесса вон наша уперлась рогом по непонятной мне причине. А я, представляешь... Правда, это пока не точно, но, мне так кажется, Олеса нашла. Помнишь, мы с тобой мой семейный портрет смотрели, и я еще тогда сказала, что мы с сестрой в детстве были очень похожи?

- Помню, и что? - вскинул бровь маг.

- Этот мужчина сегодня назвал меня Натэей.

- Поэтому ты решила, что он - именно Олес, муж твоей сестры?.. И где, ты его нашла, в Либряне?

- Нет, гораздо ближе, по дороге сюда. И увезли его, причем под каким-то заклятием в фургоне со знаком конторы вот этой дамы, - бросила я на притихшую Веронику хмурый взгляд.

- Вот, Кёртово отродье, а ведь обещал его замазать!.. - прошипела она в ответ. - Ну да, продала я... проходимцам. Зато выгодно. А кто еще обо мне позаботится кроме меня самой? - и выразительно глянула на Сима.

- Так, девушки, - развел он, как судья на ринге руки. - Давайте успокоимся сначала, а потом уже выясним все интересующие друг друга вопросы.

- Я лично, только "за". Особенно, если меня еще и накормят попутно. А то с утра, кроме пирожка с мясом ничего во рту не было... В этом доме гостеприимная хозяйка? - примиряюще расплылась я баронессе.

- Гостеприимная... Только она против пыток...

Ну а кто же "за", если это, конечно, не профессия такая? Тем более что дама наша решила резко одуматься и выложить всю информацию по доброй воле, прямо за накрытым наспех столом:

- Нет, в глаза я его не видела, правда, - ковыряясь в вазе с виноградом, живо оправдывалась Вероника. - И все бумаги подписывала только через посредника.

- А кто у тебя был посредник? - взял на себя ведение "допроса" рыцарь Прокурата.

- Кто?.. Барон Кружель. Вета его знает по ресторану "Каприз".

- Вношу коррективу, - с набитым ртом взмахнула я вилкой. - Вета его должна знать, но не помнит. Но, это не важно, ведь...

- ... ведь нам нужен не он, - вновь перехватил инициативу, видимо, уже сытый Сим. - А имя покупателя этот барон не упоминал? Может быть вскользь, когда-нибудь?

- Имя?.. - наморщив лоб, изобразила бурный мыслительный процесс баронесса. - Он как-то похвастался мне, не совсем в трезвом виде, что это его близкий приятель... То ли Сребень, то ли Злотень... Точно не помню. Имя у него странное какое-то, денежное. И он еще просил об этом господине никому не говорить, чтобы не легло пятно на наши с ним репутации.

- Ладный Злотень... - теперь уже нахмурился маг. - Это не имя, Вероника, это кличка.

- Ничего себе! Так она кому в итоге контору продала? - озадаченно встряла я. - Бандиту? Сим, ты его знаешь?

- Наслышан предостаточно, - хмыкнул мужчина. - Когда то он много крови попил всей нашей соседней комтурии, до того, как азартные игры запретили. А теперь занимается вполне законной деятельностью, насколько я знаю.

- А мне вот не показалось, что его деятельность настолько уж законная.

- Это потому что тебе поговорить не дали с тем, с кем ты хотела? - скептически произнес маг, уже введенный в курс дела. - Ну, не дали. Так не проводить же по этому поводу расследование? А то, что у него джингарцы работают за медени, так ты любого из них спроси, он тебе мамой поклянется, что живет лучше Его величества, Василия Третьего. Единственное, за что там можно зацепиться, так это за заклятие. Но, и здесь просто так не докажешь, кто его наложил. А может, его уже таким и купили, кстати, что вероятнее всего.

- Как это, "купили"? Он что, вещь? - выкатила я глаза на мага.

- Для дельцов такого уровня, да. И такие процедуры достаточно часто происходят, но, к сожалению, очень сложно потом сам факт продажи доказывается.

- Потому что предмет продажи, как правило, все отрицает... - закусила я в задумчивости губу. - Слушайте, я, конечно, сейчас ужасную по своему цинизму вещь скажу и сильно надеюсь, что меня потом Олес за нее простит, но, если все так просто, так может и мне тогда его просто купить?

- Просто купить... - повторил за мной Сим. - А что, вполне возможно, что это выход, и я тоже очень сильно сейчас надеюсь, что об этом никогда не узнает мое начальство в Прокурате. Но, тебе туда нельзя, Вета. Ты там уже оскандалилась сегодня, и тебя запомнили. А повторное появление может вызвать подозрения.

- А кому тогда можно? - растерянно спросила я и одновременно с Симом посмотрела на откровенно зевающую Веронику.

- Мне?! Не-ет! - басом проблеяла та. - Я, в отличие от вас двоих, еще в своем уме. Соваться в такое место. Да я даже на городской развал ходить боюсь.

- Но, Вероника, - умоляюще глянула я на нее. - Не боишься, а брезгуешь, а это две разные вещи. К тому же, ты ведь сама говорила, что до нас тебе скучно жилось. А тут такое приключение... И совсем безопасное. Правда ведь, Сим? - пнула я под столом ногу мага.

- Да, - в ответ, убедительно скривился он. - Тем более, я буду с тобой рядом. И если что, подстрахую. Сама подумай, такой красивой женщине как ты больше поверят, чем мне. Тем более что... аристократки очень часто посещают подобные места для... специальных покупок.

- Для каких таких "специальных покупок"? - заинтересованно блеснула глазами баронесса.

- Ну, например, специальных слуг для специальных услуг, - осторожно уточнил Сим. - В столице сейчас это очень модно.

- А вдруг меня там кто-нибудь узнает?

- Значит, надо, чтобы не узнали, - задумалась я. - У тебя парик есть?

- Есть, только он уже давно из моды вышел и вообще, не очень мне шел.

- А ну-ка, тащи его сюда. Сейчас померяем и глянем, может, что-нибудь можно с ним сделать. Я ведь алант или кто? - азартно подмигнула я баронессе и проводила ее взглядом до двери в коридор, а потом взглянула на мага:

- Сим, втянула я вас в авантюру. Как думаешь, это действительно безопасно?

- Думаю, да, - беззаботно расплылся он. - Я ведь правду сказал про столичную моду. Считай, Вероника будет здесь ее таинственной законодательницей.

- Слушай, а где они вообще живут, эти плотники, ты знаешь? Куда мы завтра поедем то за специальной покупкой? - запоздало уточнила я.

- Завтра? Я думаю, туда лучше подвалом махнуть, а не ехать. Тем более, это пригород Медянска. Там их барак и сама контора там же, где и стояла при прежних хозяевах, баронах Тумбаль-Гонз. А еще я думаю, что нагрянуть лучше именно вечером, когда все с работ вернутся... Вета...

- Ну, как я вам? - возникла в дверном проеме Вероника в блондинистом парике в стиле Мерилин Монро...

А дальше пошло скрупулезное оговаривание деталей операции, в нашем случае, образа будущей покупательницы и сопровождающего ее мужчины. Вероника настаивала на варианте в стиле "Розалия и ее Педро" (тогда проблем с выбором нарядов из гардероба баронессы совсем бы не возникло), а мы с Симом на более консервативном - "Черная вдова и ее скорбящий кузен" (впрочем, в этом случае, также). В конце концов, даме пришлось напомнить о ее же желании сохранить свое инкогнито и я, с большим энтузиазмом, тут же "перекрасила" ее парик в тон "вороново крыло".

Ну а потом, Сим, после пары слов, сказанных смущенной Веронике на ушко, пошел меня провожать:

- Ты сильно устала? Может, прогуляемся просто так? - было первое, что он спросил, едва мы вышли за порог особняка.

- Давай, - подумав секунду, ответила я, прекрасно осознавая о чем именно сейчас пойдет речь. Но, поняла, что ошиблась, едва услышала первую же фразу мага:

- Ты сегодня ночью была у Глеба и Тусьи?

- Я?.. - непонимающе уставилась я на мужчину. Но потом, понемногу, начала припоминать, какие-то обрывки фраз, слова, сказанные мне некромантом. И, наконец, вспомнила все. Но, в отличие от паники, что охватила меня сразу после ночного пробуждения, отнеслась к своему вещему сну сейчас гораздо спокойнее. - Получается, была и разговаривала ...

- ... с Глебом, - понимающе продолжил за меня маг. - Только после его "сеансов" бывает такое выражение лица... Он, однажды, на целый год заставил меня забыть о моем падении с грифона, чтобы я не боялся высоты, когда снова на него полезу. Я тогда еще мальчишкой совсем был, кадетом прокуратским... А тебе он что за страхи заговаривал? Или ты не хочешь об этом говорить?

- Нет, ты знаешь, могу и довольно спокойно, - усмехнулась я. - Я сон вещий заказывала про... Борамира, а мне приснилась Тусья. Она очень тяжело рожала, а какая-то женщина ей помогла.

- Тебе приснились тяжелые роды Тусьи? - остановился Сим.

- Ну да... И я эту женщину постараюсь очень хорошо запомнить, а в середине следующего месяца сама буду начеку. И если что... Ну, ты знаешь.

- Вета, в столице этого делать нельзя. Запомни хорошо. Тебя сразу засекут. И вообще, будем надеяться, что не все вещие сны сбываются... Иногда сны сбываются и наяву, причем, на следующий же день, - многозначительно добавил он.

- Ну да, не одному же тебе у нас радужным ходить. Иногда и другим можно... посветиться.

- И как вы, интересно встретились в совершенно чужом для обоих месте? - с усмешкой произнес маг.

- Совершенно случайно. У него дела в Либряне и он, проезжая по улице, увидел Абрамку, бегущего ко мне в гостиницу. Вот так и встретились... Сим... Я не знаю, как тебе сказать... - начала я, но, в итоге, лишь остановилась посреди тротуара, растерянно глядя под ноги.

- Вета, и не надо ничего говорить. Хочешь, я сам все за тебя скажу?

- Попробуй, - подняла я на него глаза.

- Вы с ним встретились, и ты ему все рассказала. И про несостоявшуюся инициацию и про непонятное поведение Мастера и про то, в каких ограничениях ты сейчас вынуждена жить. Ведь так?

- Да, - мотнула я головой.

- И ты это сделала, потому что имела на это полное право. Иначе, ты бы его потеряла. Я это прекрасно понимаю. А еще мне очень греет душу тот факт, что при всей сложившейся ситуации ты, все-таки решила меня предупредить. Это говорит о том, что хоть ты и переливаешься сейчас совершенно от другого мужчины, но и я тебе не безразличен...

- Сим, я ведь этого не скрывала от тебя. И я за тебя очень переживаю...

- А вот этого не надо, Вета, - беззаботно засмеялся он. - Не стоит за меня переживать.

- Ты так в этом уверен?

- Уверен... И знаешь, я только об одном сейчас жалею. О том, что мы с тобой не встретились иначе, при других обстоятельствах... Возможно, ты тогда смогла бы мне больше... доверять.

- А я даже представить себе не могу, - смеясь, ответила я. - что вместо тебя у Елании меня караулил бы кто-то другой. Какой-нибудь седовласый усач, например, у которого в жизни вообще никогда не бывает осложнений.

- Ну, это ты загнула, - насмешливо протянул Сим. - Как бы он тогда смог отрекомендоваться ее племянником? Да, к тому же, если бы и нашелся такой экземпляр в моей комтурии, чтобы совсем без осложнений, то встретил бы он тебя никак ни у Елании, а сразу на выходе из твоей алантской двери.

- Это точно, - с ужасом вообразила я себе такое развитие событий и зябко передернула плечами...

"Представить, что в моей жизни никогда бы не было Борамира, Гильды, Абрамки и даже Мабука, действительно было страшно. Особенно сейчас, когда возвращение в Озерный замок было уже так реально. И пусть проблема еще не решена, но, когда любимый человек готов заслонить тебя своей спиной от всех напастей в мире, так хочется почувствовать себя слабой беззащитной женщиной... мать вашу", - в очередной раз вздохнула я и передвинула платяной шкаф еще на метр...

Чем, в общем-то, и занималась в течение всего этого дня, пытаясь, хоть как-то, занять себя до предстоящей вечером "операции". Несколько раз, правда, я, ненадолго, "подвисала во времени", вспоминая нашу с Борамиром вчерашнюю встречу, особенно, последние ее минуты - его шепотом произнесенные слова, руки и губы, от прикосновения которых мое свечение до сих пор "бесстыдно" переливалось всеми красками карнавала в Рио де Жанейро. А когда, уже за пару часов до назначенного срока, открыла Симу дверь, то поняла, что "иллюминирована" сегодня не одна:

- Ну что, у тебя все получилось? - пропустила я в дом облаченного в "конспиративный" траур мага. - Ты там был сегодня, проверил местность?

- Был и проверил, - утвердительно кивнул тот. - Я нашел место, откуда тебе удобнее всего будет наблюдать за происходящим. Там со стороны выхода из барака, через небольшое поле - лес. Вот на его окраине, в зарослях бузины и засядешь. А еще я выяснил, что у них в штате нет мага, что лишний раз подтверждает тот факт, что купили твоего родственника уже таким вот "ушибленным".

- Ну, если так, остается выяснить, что за заклятие на него наложили и как его снять собственными силами.

- Всему свое время, Вета... А кормить рыцаря, идущего на очередное должностное преступление в этом доме будут? - осведомился он и уверенно направился в кухню. - О-о! А ты, я вижу, времени зря не теряла: знакомый буфет и кресло-качалка. Надо будет, как-нибудь, вечерком испытать его на прочность.

- Только попробуйте, - честно предупредила я Сима, брякая крышками у плиты. - Сразу вместе со своей, такой же озабоченной, дамой сердца окажитесь в твоей родной стихии. И так устроили из моего дома, леший знает что.

- В камине, что ли? - усмехнулся маг. - Да я вообще не то имел в виду. Это у тебя самой, после поездки в Либряну, мысли не туда направлены.

- Да?.. - смущенно замерла я. - Тогда забудь... Я у тебя знаешь, что хотела спросить? - поставила я тарелку перед мужчиной и уселась напротив него. - Я все про инициацию свою думаю. А нельзя пройти ее у другого мага?

- У другого? Можно, конечно, - уверенно ответил Сим. - Только, если он, сразу после этого напишет прошение об отставке, а еще лучше, вообще, мигрирует с Бетана.

- Понятно... А если ее, мою цацку, как-то запрятать? Сделать невидимой для постороннего глаза. И, чтобы не потерять или забыть ее где-нибудь невзначай?

- И где ты ее предлагаешь "запрятать" в таком случае?

- В себе. И в таком случае, со стороны я вообще ничем не буду отличаться от инициированного аланта и сама до нее уже добраться не смогу. Получится такая... альтернативная замена процедуре. Такое возможно? - закусив губу, воззрилась я на мага.

- Та-ак... - отложил он свою вилку и, скрестив на груди руки, откинулся на стуле. - И кто тебе подсказал такую... интересную идею?

- Да никто не подсказал. Я сама ее... придумала. Думала, думала и придумала.

- Придумала она... - с непонятной мне сосредоточенностью, повторил Сим. - Вот так на уровне идеи это и оставь, потому что очень опасная это... идея.

- Да чем же она так опасна? Тем, что цацка может не "прижиться" внутри меня?

- Да нет, с этой стороны, как раз все нормально. В наших организмах и не такое приживается, я о другом. Ты ее в каком месте спрятать предлагаешь, чтобы самой потом не достать?

- В каком?.. Ну, у самого сердца, например.

- У самого сердца, значит... А теперь, Вета, послушай меня внимательно, - качнулся он ко мне через стол. - Теоретически, повторяю, теоретически, это возможно. Но, на деле, воплощать в реальность такого рода идеи должны двое: алант, которому прячут его копилку и второй, тоже неинициированный алант, чтобы это сделать. Повторяю, сделать правильно и как раз туда ее запихать, куда надо, а не в само сердце, а потом своей свободной алантской силой рану зарастить. Тебе это понятно?

- Да понятно мне все, - досадливо скривилась я. - Мне только непонятно, что ты-то так напрягся? Это же просто идея была.

- Идея, говоришь, - скептически произнес мужчина, а потом вынул из внутреннего кармана своего черного фрака тот самый самородок бирюзы, что я уже видела в либрянской таверне, и положил его между нами на стол. - Помнишь этот камушек?

- Конечно, помню. И что с того?

- Такие "бирюльки" есть у всех рыцарей Прокурата. Хотя, сам их выбор не имеет никакого значения. Подойдет любой полудрагоценный камень, небольшой и сравнительно гладкий.

- К чему подойдет то, Сим? К глазам что ли?

- К глазам?.. Да нет. К рукам или ногам. Ведь мы их там обычно прячем, когда на совсем тяжелое дело идем.

- Погоди, - изумленно выкатила я глаза. - Так ты тогда, в таверне, действительно из Абрамки мага сделал моей энергией в камне?

- А ты думала, я ему просто подыгрывал? - снисходительно покачал головой Сим. - Ну-ну... Мне эта бирюза дважды жизнь спасала, когда на меня наручники моанитовые цепляли.

- И как ты выкручивался тогда?

- Здесь главное, чтобы, во-первых, под рукой оказался человек, которым можно было воспользоваться, как "пустышкой", а у этого человека при себе оказался нож или что-то другое, чтобы мою заряженную бирюльку извлечь. А заклятия для снятия наручников маги используют всегда стандартные, - черкнул он в воздухе знак снятия магических оков. - Это, если замки магические. А если они обычные, то тогда...

- У тебя еще и отмычка между зубов припрятана, - тут же предположила я.

- Отмычка? А что, прекрасная идея, Вета. В отличие от твоей предыдущей, - оскалился мужчина, наблюдая за моей реакцией...

А еще через час к нам присоединилась до предела взвинченная Вероника, сразу у ворот заявившая мне, "что она весь день думала - думала и решила, что черный цвет ей тоже не идет, впрочем, как и длина, особенно, если вуаль в сеточку".

- Да что же сегодня за день то такой, "задумчивый"? - процедила я сквозь зубы в ответ. - Это ничего, Вероника. Цвет мы запросто поменяем, на какой ты захочешь. И длину тоже... А вообще, я знаю, что нам всем надо, - уверенно потащила я баронессу в дом, где, уже через пять минут сама подняла тост: "Ну, за успех нашего предприятия"...

Вот тогда атмосфера, понемногу, стала налаживаться... Как раз до того момента, как, перепробовавший на своей "шкуре" все возможные цвета и варианты стрижек, едва не дымящийся от магии парик, напяленный для удобства на перевернутый горшок, не стал точной копией моей шевелюры.

- О-о! - расплылась, наконец, удовлетворенная дама. - Это как раз то, что надо.

- Но, Вероника. - недоуменно вскинул бровь Сим. - Ты в таком виде будешь под вуалью сильно смахивать на Вету, а в нашем случае это совсем не желательно.

- Неужели? А мне кажется, ее волосы гораздо тусклее моих, - придирчиво сверила она свой "конечный вариант" с моей головой. - Да и фигуры у нас разные. Моя гораздо... женственнее. Разве я не права, Симаргл?

- Ты совершенно права, - посмотрела я "страшными" глазами на опешившего мага, а лично ему, по личному же каналу добавила: "А ты думал, все так просто у нас, у женщин? Соглашайся, иначе я точно сама туда пойду".

- Да, Вероника, вы совсем не похожи, - выдавил из себя маг с физиономией, ребенка, только что узнавшего, что Деда Мороза не существует.

- Ха-а! Ну, тогда, помоги мне переодеться, потом еще раз выпьем на дорожку и, как ты мне иногда говоришь, "выходим на намеченные координаты"? - подхватила баронесса свой саквояж и направилась в гостиную.

- Иди-иди, - с усмешкой развернула я его и вручила злополучный парик. - Укротитель дамских сердец, покоритель медянских баронесс. Получай то, что заслужил...

Ну а я, с помощью разуверившегося в бескорыстной женской дружбе Сима и донельзя перетянутой корсетом Вероники, тоже очень надеялась сегодня вечером получить то, что заслужила. Точнее, того. Ведь Олес был не просто частью моей маленькой семьи и мужем, пока не найденной сестры, но и ключом к их с Танасом дальнейшим поискам. Поэтому и нетерпеливо ерзала сейчас, сидя на корточках в кустах бузины. И вглядывалась напряженно своим алантским зрением в происходящее у рабочего барака действо.

Действо же разворачивалось пока по намеченному нами сценарию. И, после того, как траурная парочка обменялась несколькими фразами со знакомым мне коротышкой-бригадиром, из перекошенного барака "на смотрины" неспешно вывели человек десять. Вот тут то и произошел сбой в программе:

"Сим!", - скорбно констатировала я, как только за последним из них хлопнула дверь. - "Его здесь нет".

"Ты хорошо посмотрела?", - совершенно спокойным тоном поинтересовался у меня маг.

"Да. Ты сам разве не видишь, что здесь одни брюнеты? А я вам его как описывала, помнишь?".

"Помню", - буркнул мужчина в ответ. - "Большой, лысый, хромой и сероглазый... Погоди, сейчас выясним", - обнадежил меня он и продолжил, вместе с проявляющей к выставленным "экспонатам" неподдельный интерес Вероникой, их неспешный осмотр.

Потом, он что-то шепнул даме на ушко и они оба, вновь направились к скучающему в стороне мужичку. "Наверное, будут выяснять, все ли здесь", - попыталась я, сквозь нервный тремор, мыслить логически. И вскоре, получила подтверждение своей догадке, но, к сожалению, не утешительное: "Вета, по словам их мартала, всех подходящих для наших нужд мы уже увидели. Встречаемся у тебя... И не паникуй раньше времени", - добавил, весьма вовремя...

Вернулись они минут через пять после меня и, если баронесса была явно не в духе, то рыцарь выглядел предельно спокойным и собранным.

- Сим, - тут же подскочила я к нему. - Пока вас не было, я попыталась все хорошо обдумать...

- Ну, давай, - приободрил он меня легкой ухмылкой. - У тебя это сегодня очень хорошо получается.

- Так вот, - стараясь не реагировать на явный подтекст сказанного, продолжила я. - Могут быть три причины произошедшего. Первая, Олеса действительно не было в бараке, но, об этой причине я даже думать боюсь. Вторая, бригадир действительно решил, что он вам не подходит по параметрам и третья...

- Вероника... - продолжил за меня маг.

- А что сразу, Вероника! - обиженно вскинулась она, но, увидев, что никто из нас с ней отношений выяснять не собирается, плюхнулась на стул и уткнулась взглядом в одну точку. - Ну, простите меня. Я, действительно, очень сильно боялась идти к этому бараку... Что вы молчите?.. А хотите, я еще раз туда схожу: одна и уже без парика и этого Кёртова корсета? А?..

- Ну, уж нет, - протестующе вскинула я руки. - Теперь моя очередь. Тем более, раз мага у них нет, это мы только что еще раз подтвердили, значит, можно любую личину на себя напялить.

- Вета, - хмуро посмотрел на меня Сим. - Боюсь, что не все так просто. И завтра уже может быть поздно, повторять попытку.

- Почему? - упала я на соседний с баронессой стул.

- Если мартал действительно что-то заподозрил, то от Олеса могут... избавиться уже сегодня ночью. И поэтому никуда вы девушки не пойдете, а пойду я один... и прямо сейчас, - посмотрел он через окно на уже едва различимые силуэты деревьев в саду. - Тем более, наряд у меня как раз подходящий для ночной маскировки, - добавил, как обычно, с беспечной улыбкой.

- Я с тобой, - тут же подорвалась я с места.

- И я тоже, - скинула свою вуаль, прихватив и парик, Вероника.

- А я сказал, что пойду один, - повысил, вдруг, голос наш несанкционированный главарь. - Потому что вы мне будете только мешать. Одна своими неадекватными позывами к героизму, а другая, истеричными воплями и хватаниями за руки.

- Ах, вот, значит, как ты о нас думаешь? - тут же окрысилась я за себя и свою товарку. - Мы для тебя только обуза?

- Значит, я истеричка, а Вета - неадекватная? - поддержала меня Вероника с таким воодушевлением в голосе, что Сим только уверился в правоте своего решения и немедленно ретировался через подвал. - ... Вета, - растерянно проблеяла она, глядя ему вслед. - А куда же он без денег то? Деньги то все у меня остались, что ты давала...

- Вероника, ты лучше затк... помолчи... Он не покупать Олеса пошел, а вытаскивать. Причем, даже без меча, - тяжело вздохнув, вышла я на веранду...

"И как меня угораздило связаться с такой вот... дамой?", - винила я во всем и как всегда, только себя. - "А действительно, кого же еще винить? Сама же ее в дом впустила и на роман с Симом благословила. Значит, и получаю за все это по заслугам. Сидит вот теперь, плачет... Ко мне выйти боится и к воротам идти одна тоже боится... Испугалась она сегодня... А почему тогда выбрала именно "мой вариант"? Ведь знала же, что ростом мы с ней почти одинаковы, а размер можно и подкорректировать. Не такая уж и большая разница... Ох уж эта мне женская ревность... И до чего она нас может довести. Но, если за это поплатится, ни в чем не повинный Олес, то... виновата во всем буду только я...", - скорбно рассуждая в заданном направлении, нарезала я круги вокруг дома, временами замирая и прислушиваясь к пению сверчков и шуму ветра в саду...

Сколько времени так прошло, судить мне было сложно, но, только когда я услышала со стороны парадного крыльца радостно-гнусавое:

- Вета! Они вернулись... оба! - то, чуть не сшибла, вглядывающуюся в темноту баронессу и на полном скаку влетела в дом.

"Вернулись оба", это было очень громко сказано, точнее, очень оптимистично. Потому что Олес буквально висел на плече у измазанного в грязи и крови Сима. И на мое появление они отреагировали тоже по-разному: Олес, едва приоткрыв глаза, а Сим - тут же заданным вопросом:

- Вета, он очень плох. Куда его?

- Давай в родительскую спальню, прямо на кровать.

- Угу, - мотнул головой маг и исчез в коротком подвале, а мы с Вероникой поскакали вслед за ним по ступеням, пытаясь почти от него не отстать.

Но, маг пришел к финишу первым и, когда мы вбежали в комнату, уже стаскивал с неподвижно лежащего с закрытыми глазами мужчины сапоги.

- Ты успел, - подскочила я к кровати с другой стороны. - Где ты его нашел?

- По дороге отбил, - усмехнулся Сим и вытер пот со лба. - Давно я так не упражнялся. Пришлось без магии попрыгать, чтобы не раскрываться лишний раз. Зато они теперь головы ломают, от кого же им наприлетало.

- И много их было, Симаргл? - робко подала от порога голос баронесса.

- Да не много сначала, остальные потом набежали, пока я Олеса из канавы вытаскивал.

- Они что, его там хотели бросить? - шепотом ужаснулась я, косясь на геройски "отбитого". - И с ним то что? Он вчера, вроде, по бодрее был.

- Нет, в канаву он сам закатился, когда у них тачка опрокинулась. А с ним... - задумчиво наклонился маг над мужчиной и даже вытянул вперед ладонь. - ... Слушай, не может быть... Погоди, надо проверить, - и снова, теперь уже надолго, замер. - ... Ну, точно... оно...

- Сим, - наконец, не выдержала я, глядя, как лицо мага начинает все больше мрачнеть. - Что, "оно" то? Какую хобью мать на него наложили?

Сим в нерешительности глянул на баронессу, по-прежнему не покидающую свой пост у двери:

- Вероника, спустись в кухню, сделай нам всем... Да хоть хлеб маслом намажь, а нам с Ветой поговорить надо.

Дама покорно кивнула и, уже разворачиваясь, вновь замерла:

- Симаргл, - поскребла она ноготками по косяку. - А повидлом сверху намазать?.. Ну, как ты любишь?

- Угу...

- Я быстро, - просияла она в ответ. - Ой, то есть медленно... В общем, сами спуститесь... потом, - и исчезла в темном коридоре.

- А теперь давай рассказывай, - как можно спокойнее произнесла я и осторожно присела на край постели. - что тебя так озадачило? Я надеюсь, дело поправимо?

Сим тоскливо на меня посмотрел и неопределенно мотнул головой:

- Надо очень постараться, Вета. И, причем, в этот раз, не тебе. Ты вообще мне скажи, когда его там, на дороге вчера увидела, не успела начать свою "чистку"?

- Нет, конечно, - буркнула я. - Когда мне было успеть, если его сразу же сгребли и запихали в фургон.

- Ну, тогда еще есть шанс.

- Сим, хватит говорить загадками. Ты можешь прямо сказать, что с Олесом?

- Прямо? - выдохнул он и взглядом захлопнул дверь. - Хорошо... Если прямо, то на твоем родственнике секретное прокуратское заклятие полной очистки памяти. Я такое видел в своей жизни только один раз, в горах, на севере. Мы тогда на ночевку останавливались у одного горца - долгожителя. Так на нем такое же было, только в щадящей форме. А почему только у него? Так эти заклятия уже лет сто как запрещены, как негуманные. А вот здесь, - мотнул он головой в сторону неподвижного Олеса и скривился, - прямо, в центре страны, оказывается, творится такой... хобий садизм.

- Сим, а его снять то можно?

- Снять его можно, - наконец, вселил в меня маг хоть какую-то надежду. - Только очень осторожно, Вета и профессионально. Есть один специалист на всю Ладмению. Остался еще с прошлых веселых времен. И я очень постараюсь его найти в ближайшее время.

- Ну, так чего же ты ждешь? - вскинулась я тут же на мужчину.

- Вета, на его "использование" мне понадобится официальное разрешение. Это же не Глеб, которого я просто так дергаю в любое время суток, под вопли сестрицы. А кто же мне эту бумажку ночью даст? Придется ждать до утра.

- До утра, значит... А почему ему так резко хуже стало, ты можешь предположить хотя бы?

- Я не только предположить могу, я точно знаю - из-за сильного эмоционального всплеска, который нарушил сеть заклятия.

- В его-то состоянии заторможенности разве такое возможно?

- Вета, - усмехнувшись, кивнул мне Сим на наш семейный портрет, висящий как раз на стене напротив кровати. - Что ты вчера мне сама говорила?

И тут до меня начал медленно доходить смысл маговских кивков и намеков. А когда я окончательно осознала, кто стал причиной нынешнего плачевного состояния Олеса, то сама чуть не прилегла рядом с ним:

- Это из-за меня... Он меня с Натэей перепутал и у него что-то сработало внутри... Какой-то механизм саморазрушения. Так?

- Получается, так, - пожал плечами мужчина и, на всякий случай, снял портрет со стены. - Вообще-то раньше такие заклятия использовались только к самым отъявленным преступникам и имели срок годности довольно длительный, на всю человеческую жизнь хватало. Но, у них было одно слабое место, из-за которого, в конце концов, от такого рода наказаний и отказались - полное неприятие магии извне. Как только кто-нибудь со стороны воздействовал на такого человека своей магической энергией, тот сразу начинал постепенно, как ты сказала, саморазрушаться. Вот поэтому и уходили эти "счастливцы" жить подальше от всех. Бывали даже случаи, когда в Грязные земли нелегально перебирались. Там-то уж точно магии нет. А здесь вообще случай необычный, - наклонился он над Олесом. Мало того, что срок годности заложен не больше восьми месяцев, так еще и дополнительно расстарались и на всплески из прошлого решили подстраховаться, хобьи коромысла.

- Сим, что же это такое делается? Получается, что если заклятие это секретное, то его кто-то из ваших против него использовал?

- Получается, что так, - вновь нахмурился маг. - Возможно, из бывших. Это надо будет выяснять... А вообще, родственник твой очень сильный оказался. Поэтому и жив до сих пор и борется, как может. Меня вообще удивляет, как он тебя, то есть жену свою вспомнить смог через такую-то завесу?

- А может, не так уж и всемогущ этот ваш прокуратский маг, который над Олесом поработал? Можно, я гляну на него, без цацки?

- Вета, ни в коем случае, - угрожающе вскинул бровь Сим. - Даже не суйся к нему и вообще, лучше не попадайся на глаза. А то, мало ли... Второе такое потрясение он может и не вынести.

- Я представляю, какое это потрясение, - на всякий случай, пересела я подальше от головы мужчины и прислушалась к его дыханию. - Вроде ровно дышит, но, очень бледный. Сколько он так сможет протянуть без помощи, только честно, Сим?

- Если честно, я не знаю. Я ж говорю, он сильный. Будем надеяться, что к моему возвращению ему хуже не станет. Для него сейчас главное - покой.

- Ну да, - вздохнула я и запоздало оглядела мага. - А ты сам-то как? Сильно досталось?

- Нет... Одни царапины...

- Тогда, давай в ванну, а потом съедим чего-нибудь. Зря, что ли, там Вероника старается?

- Ты иди, а я прямо сейчас махну в столицу, - решительно заявил Сим. - Попробую по своим каналам что-нибудь узнать про других магов, работающих когда-то с этим заклятием. А с утра сразу за бумажкой ... Справишься тут без меня?

- Не соваться и не попадаться? Это трудновыполнимо, - честно призналась я.

- Я понимаю, а ты постарайся, - напутствовал меня Сим, уже переступая крайние камни арки...

"Да, потрясение второе он точно не переживет", - меланхолично рассуждала я, сидя на постели в ногах Олеса и даже боясь "громко" на него дышать. - "Очень обидно, что я его совсем не помню. А ведь он, наверняка, все детство провел у нас, раз наши родители дружили. И какой он был тогда?.. Наверное, смелый и надежный, раз моя сестра смогла его полюбить. И как странно сейчас, вот так сидеть и смотреть на совершенно незнакомого человека, который является частью твоей жизни... твоей семьи... Если бы я могла ему помочь. А приходится лишь сидеть и ждать, надеясь на то, что Олес еще найдет в себе силы, чтобы держаться... А это еще что?..", - услышала я откуда-то снизу громкий "бэ-эмс", прервавший мой внутренний монолог, так хорошо ложившийся на 3-ю симфонию Бетховена:

- Вероника... Как же я про нее забыла? - на цыпочках выскользнула я из спальни и запрыгала по ступеням вниз.

Баронесса встретила меня, сидя на полу и зажав одной рукой большой палец на другой, в живописном окружении осколков фарфоровой кружки. Будто дама внезапно решила погадать, при этом раскинув не кости, а разноцветные черепки и оросив, для наибольшего эффекта свое "рабочее" пространство густым чаем. Дополнительное сходство с салонной провидицей ей добавлял черный наряд, делающий полное страдания лицо Вероники особенно таинственным.

- Что у тебя здесь произошло? - задала я совершенно глупый вопрос, впрочем, тут же получив на него не более умный ответ:

- Вот, - разомкнув пальцы, продемонстрировала она мне глубокий порез, из которого на пол тут же закапала кровь. - Это я во всем виновата... Я даже кружку в руках держать не умею. Это все из-за меня...

- Ну, уж, знаешь... - только и смогла парировать я ей и подсела к страдалице. - Крови на сегодня нам достаточно. Впрочем, как и рева. Дай-ка, я вылечу твою рану, - с трудом оторвала я от груди Вероники ее "искалеченную" конечность и сомкнула над ней свои ладони. - Все, забирай и вставай.

Баронесса благодарно шмыгнула носом и живо подскочила с колен:

- А где Симаргл? Я вам тут есть... наготовила, - кивнула она в сторону тарелки с довольно "аккуратными" трехслойными бутербродами.

Пришлось ее разочаровывать преждевременным исчезновением мага. Но, и мне, честно говоря, не очень "улыбалось" выслушивать сейчас исповедальные откровения раскаявшейся эгоистки. Поэтому, сразу после того, как аристократические изыски мы уничтожили с ней же на пару, я предложила Веронике проводить ее до припаркованной у наших ворот коляски. На что получила неожиданный протест:

- Нет, Вета, - произнесла она голосом, готовым вновь сорваться в плач. - Я хочу быть вам полезной. Давай, я вместе с тобой покараулю Олеса? Ну, пожалуйста. Мы можем делать это по очереди.

- А ты когда-нибудь сидела ночью у постели больного? Так, чтобы не уснуть? - зловеще произнесла я, сама отроду не имевшая такого опыта (но, кто ж об этом знает?).

- Нет, - растерянно захлопала она ресницами. - Но, я буду стараться... Вета, не выгоняй меня! - прозвучало вдруг, как крик души, причем, совершенно искренний, что повергло меня в такой же искренний шок. - Мне кажется, что если я сейчас уйду, то больше никогда не смогу сюда вернуться. И никогда не увижу Симаргла и тебя... Мне трудно вас понять. Вы живете по каким-то непонятным мне законам, но мне с вами так хорошо, с вами обоими... Ты меня простишь за сегодняшнее? Это было очень... глупо с моей стороны...

- Я тебя давно простила, Вероника. И совсем на тебя не злилась. К тому же в том, что сейчас с Олесом, ты совсем не виновата, - сглотнув слюну, призналась я в свою очередь. - Это моя вина. Пусть косвенная, но моя... А с Симом сами разбирайтесь за его побои. Но, если ты действительно хочешь нам помочь?.. Хорошо, пойдем, будем бдить в четыре глаза. До утра еще далеко...

Наши ночные бдения в четыре глаза продолжались часа три. Мы подтащили к кровати два глубоких кресла и тихо сидели в них, подогнув под себя ноги, лишь изредка переговариваясь шепотом. Не знаю, что собиралась делать в случае форс-мажора Вероника, но мне, кроме того, как настороженно пялиться на свечение мужчины, больше взбодрить себя было нечем. Хотя, случай такой, вскоре представился...

Перед самым рассветом, я, незаметно для себя первой дезертировала в глубокий сон, который длился, как мне показалось, всего несколько секунд. А была разбужена натужным стоном баронессы, спросонья принятым мной за пароходный гудок. И первое, что увидела, криво подскочив с кресла, Олеса, с упорством пьяного медведя, пытающегося покинуть кровать.

- Вета, помоги мне его уложить обратно, - пропыхтела Вероника, героически повисшая на мужчине. - Он меня или не слышит или игнорирует.

- Сейчас, - поколебавшись лишь секунду, подскочила я с другой стороны и, отвернув лицо в сторону, руками уперлась в его плечи. - Вот ведь, как не вовремя.

Олес сопротивлялся до последних сил, еле слышно бормоча что-то себе под нос, но, нам, нашими совместными с баронессой потугами, все же, удалось уложить его обратно. Правда, не надолго, потому что в состоянии мужчины, явно произошли какие-то перемены и он вскоре вновь зашевелился. На этот раз, правда, попытки встать не предпринял, а лишь слабо застонал, повернув голову в нашу сторону... И открыл глаза... Я испуганно отпрянула за спину Вероники, но, как видно, опоздала и в повисшей тишине, прозвучал его хриплый голос:

- Натэя, ты жива. А я думал, что вас с Танасом уже нет... Эти люди... Подойди ко мне...

Я обреченно заскулила и, закусив губу, вышла из-за своего "укрытия":

- Тебе нужно поспать, Олес. Ты очень слаб.

- Поспать?.. - переспросил он и снова застонал. - Мне кажется, я все время сплю... Я вас искал... Долго искал. И какое счастье, что ты жива. А где наш сын? - вдруг напрягся мужчина и приподнял голову в попытке оглядеться по сторонам. - Натэя, где Танас? - произнес уже в полный голос, а потом, будто опомнившись на мгновенье, пристально на меня посмотрел. - Ты не Натэя, - прозвучало, как смертный приговор. После чего он вновь откинулся на подушки и закрыл глаза...

- Ве-вета, - заикаясь от страха, пролепетала дама. - Он что, снова заснул?

Но, мне картина происходящего предстала куда понятнее и по катастрофически гаснущему свечению я поняла, что это далеко не сон:

- Нет... Он умирает, Вероника... Да что же это такое?! - зарычала я так, что баронесса тут же рухнула обратно в кресло, а потом собрала все известные мне ругательства из обоих миров оптом...

И разве есть в этом мире справедливость? За что человеку достается такая смерть? Чьи пакостные грехи он ей прикрывает? А это хобье бессилие, нависшее над комнатой темным покрывалом... Бессилие?.. "Ну, уж нет. Я должна сделать все, что смогу", - постепенно начала я выравнивать дыхание:

- Вероника, выйди, пожалуйста, из комнаты.

- Что ты собираешься делать? - с готовностью подорвалась она с места.

- Буду его лечить и лучше тебе этого не видеть...

Сказать то можно все, но, вот как воплотить свои посулы в реальность, мне сейчас и предстояло выяснить, сняв цацку и перекрыв возможность вмешательства извне.

Я присела над умирающим мужчиной и внимательно вгляделась в его энергетическую оболочку. Бурая сетка заклятия, наброшенного на него, работала исправно, качая из желтого свечения Олеса последние жизненные силы. И только в области груди ее мелкие ячейки будто растянулись, истончившись настолько, что стали едва заметными даже моему алантскому глазу.

- Думай, Ветвяна Полунич, думай... - подбадривала я сама себя. - Рвать ее опасно... Постепенно отсоединять - долго и... тоже опасно. Вдруг что-то не то задену... Та-ак, как лечат больных, если нельзя оперировать, мать вашу, доктор Смерть?.. Если нельзя оперировать, надо сделать так, чтобы организм сам стал бороться, - закусила я от волнения губу. - Консилиум закончен. На дальнейшие предложения нет времени, - нависла я над Олесом и вытянула руки вперед...

Задача предстояла нелегкая и мои серебристые лучи, тонкие, как спицы Елании, осторожно потянулись к поврежденным "злокачественным" ячейкам. Дальше нужно было, как можно осторожнее, проникнуть под них и нырнуть в тающее свечение Олеса. Все это я проделала очень старательно, лишь периодически замирая, чтобы перевести дыхание и дальше продолжить свой "извилистый" путь... А когда первый этап был пройден, я с нажимом начала вкачивать свою алантскую энергию в потухающую жизнь мужчины. И постепенно, невыносимо медленно, серебристая алантская сила потекла по телу лежащего неподвижно Олеса, выдавливая из себя инородную темную массу. Теперь уже она, защищалась, цеплялась за изменившее свой цвет свечение... Но, борьба эта длилась недолго. И, вспыхнув напоследок, бурые хлопья, наконец, потухли, оставив после себя неприятный запах сырого погреба.

- Фу-ух, - облегченно выдохнула я обтерла со лба выступивший пот. - Как ты там у нас?

Олес по-прежнему был неподвижен, но неестественная бледность его, бросившаяся мне в глаза еще вчера, постепенно уступала место легкому румянцу, а глубокое дыхание мужчины теперь напоминало мирно спящего человека. - Теперь, надо его действительно полечить и почистить. Что там у нас было с ногой?.. Левой или правой?.. - задумалась я не на шутку, ведь для правильного сравнения мне необходимо было знать, какая из них здоровый образец.

Пришлось, для пущей верности, поддергивать на мужчине штанины. И здесь ответ пришел сам собой - красноватой опухолью вокруг колена на... левой ноге. Дальше дело пошло быстрее и уже минут через пять, полностью "обслуженный пациент", действительно мирно спал... Я же застыла над ним в полной нерешительности. Потом вновь присела с краю и взяла за руку, большую, теплую и мозолистую:

- Прости, Олес. Но, мне необходимо знать то, что видел ты перед тем, как тебя остановили...

Морозное зимнее утро... Я стою у высокого дома из свежих бревен и, улыбаясь, жду, когда с ледяной горки скатится румяный мальчик в меховом тулупчике. Рядом со мной, в пол оборота, молодая женщина, скорее еще девушка, в накинутой на плечи кроличьей шубке... Натэя... Да, это, точно она: светло русые волосы, убранные под ободок, большие глаза, голубые и, кажется, бездонные, и фамильный "греческий" нос. Она смотрит на мальчика и нервно покусывает нижнюю губу. Тоже, видимо, семейная черта... Но, мальчик явно к нам не торопится:

- Папа, смотри, как я научился! - помогая себе рукой, в облепленной ледяными катышками варежке, он поднимает в воздух кривого на один бок снеговика. - Ну, как? - расплывается щербатым ртом.

- Ты мой волшебник! Смотри, дом так же не подбрось, - довольно смеюсь я.

- Танас, а ну, поставь это недоразумение на место! - явно, не разделяет моего восторга Натэя. В голосе ее звучит плохо скрываемая тревога. Она поворачивает ко мне свое лицо и смотрит в глаза. - Ты представь, он его через половину села сюда вот так же перетащил.

- Милая, но ведь он наполовину алант. Куда ему без таких вот... фокусов? - прижимаю я к себе девушку.

- Это понятно. Только на душе как то неспокойно, - вздыхает она, стряхивая снег с моего полушубка. - Вчера по нашей улице компания какая-то сомнительная проезжала. Мужиков по дворам соблазняли большими деньгами на горные разработки рудокопами подрядиться. А наш... волшебник, как раз с "добычей" этой домой шагал.

- И что? Дело то обычное в этих местах. Почему тебе они не понравились?

- Да, был там один земной маг среди прочего наемного сброда... Взгляд у него был такой, когда он на нас с Танасом посмотрел... В общем... Когда тебя обратно ждать? - резко меняет она тему.

- За день обернусь. Мне только заказчику чертеж новый показать его хором и насчет материала договориться, - хлопаю я ладонью по берестяному тубусу. - А хочешь, я останусь? - склоняюсь к лицу жены.

- Нет, Олес, - улыбается она в ответ. - Ты поезжай. А мы тебя подождем. Все нормально будет... Это у меня так, нервное... с прежних времен.

- Папа! - врезается в меня на полном ходу сын и обхватывает за пояс руками. - А леденцы мятные ты мне привезешь?

- Конечно, - легко вскидываю я его на руки и смачно целую в холодную щеку. Потом смотрю на девушку. - Я быстро обернусь. Топи баньку в субботу...

Пасмурное, с линиями серых облаков небо... Я иду по заснеженному лесу. Даже не иду, продираюсь сквозь какие-то заросли. Ветки хлещут меня по лицу и голым рукам, а снег хлопьями осыпается за воротник полушубка, но я не обращаю на это никакого внимания. Потому что я спешу, упорно продолжая путь... Но, постепенно лес заканчивается. Теперь я на заснеженном поле и стою на хорошо укатанной дороге, а прямо передо мной невысокий указатель "деревня Выселки" с зачеркнутой чем-то черным буквой "ы" в названии. Вместо нее, сверху, тем же "маркером", коряво подписана буква "е"... Но, мне не туда, не в эту "веселую" деревню. Я это знаю точно и поэтому огибаю утонувшие в сугробах домики вдоль огородов, по окружной дороге...

И снова лес, но уже другой. Здесь больше елей, а в просвете между деревьев, прямо по курсу, видны горы, подсвеченные закатным солнцем... Я теперь не пеший. Подо мной золотистого цвета конь. От нашего с ним дыхания в воздух столбиком поднимается пар... Наконец, я спешиваюсь и оставляю коня в низинке, а сам продолжаю свой путь... Но, иду не долго...

Сильный ветер, пронизывающий до сердца. Я стою на высоком обрыве, а подо мной пропасть, очень напоминающая русло когда-то пересохшей горной реки... Я поднимаю слезящиеся глаза, протираю их рукавами и внимательно оглядываю открывшуюся перспективу... Вершина горы, что немного меня левее, очень похожа на гребенчатую спину лежащего дракона, розовато кровавого сейчас, в этом свете. А прямо у ее подножия, едва заметный отсюда проход вовнутрь... Больше я не вижу ничего, мешают валуны, разбросанные по бывшему речному дну. Приходится вновь вернуться в лес и идти вдоль обрыва...

Теперь я внутри горы. На каменных сводах наледь... Меня держат за руки двое вооруженных мужиков... Во рту солоноватый привкус крови, голова просто раскалывается на части и очень ноет левое колено... Ко мне подходят еще двое: высокий пожилой мужчина с седыми торчащими усами, и второй, по моложе и какой-то неестественно жеманный, с ранними залысинами на темноволосой голове. Когда он наклоняется ко мне, я вижу, как в его глазах пляшут отблески настенного факела.

- Ну, и как ты нас нашел, смельчак? - недовольно поджав губы, спрашивает он.

- Где моя жена и сын? - сплевываю я ему под ноги кровь изо рта.

- Фу, какая ты невоспитанная скотина...

- Раз сам к нам пришел, здесь и схороним, - придвигается ко мне усач.

- Где моя жена и сын? - еще раз повторяю я.

- А они нам самим нужны, пока, в отличие от тебя, медвежатина, - ухмыляется молодой. - Хотя... - оценивающе оглядывает он меня. - И ты, пожалуй, тоже можешь сгодиться на хорошее дело.

Я сдавленно рычу и делаю попытку вырваться. Но, тут же, получаю ногой по больному колену.

- Убирать его надо, - уверенно говорит пожилой. - На что он может тебе сгодиться? Хлопот с ним не оберешься. Еле скрутили втроем.

- Так он сам пойдет, куда ему скажут. Или ты в моей магии сомневаешься, Дус? Ты, смотри, какой он сильный. За него неплохие деньги можно взять. Зачем такому добру пропадать?

- Что, опять через твоего приятеля? - скептически произносит Дус. - Ох, не нравится мне такой вариант. Чую, что не выгодаем мы с ним прибыли, а только встрянем. Хлопотный он, вот помяни мое слово, хлопотный.

- Да ладно тебе, - игриво вскидывается маг. - Что, в первый раз что ли? Эй, вы, тащите его ко мне, да сначала хлопните по загривку, на всякий случай...

И больше я ничего не вижу, вплоть до встречи на дороге с рыжеволосой... мной...

- Вот ведь, сволочи... - устало сползла я на колени перед кроватью и положила на нее голову. - Выселки и гребенчатая гора... Вот и все ориентиры. Надеюсь, ей хватит...

Но, прежде чем окончательно свихнуться от нахлынувшего на меня нездорового азарта, я решила дать последний шанс своему здравому смыслу:

"Сим", - позвала я мысленно мага, а потом еще раз, но уже громче повторила. - "Си-им!..", - ответа не последовало. - "Ну что ж, моя семья, мне ее и выручать. А ты сам виноват, раз не учуял, что я тут без тебя опять творю беззаконие".

Но, сидеть просто так дальше в ожидании, что кто-то когда-то даст письменное разрешение на их вызволение, я не могла себе позволить. Впрочем, как и то, чтобы рыцарь из-за меня опять пошел на очередное должностное преступление...

Глава 30

Натэя...

Над Медянском уже разливался новый день. И, судя по безоблачному небу, выдаться он должен был солнечным. Цветочное поле, посреди которого я сейчас стояла, было как раз за огородами, за которыми начинался развал, еще тихий и безлюдный в этот ранний час. Но, скоро он наполнится жизнью. Брякая бидонами, первыми подтянутся на свои ряды молочницы, а следом за ними булочники с пышными местными ватрушками и батонами ароматного горячего хлеба. Но, мне сегодня было не до них. Я упорно искала под своими ногами, до колен утопшими в густой мокрой траве один единственный цветок, так нужный мне сейчас, колокольчик...

- Интересно, Тиниэль, что ты имела в виду, под фразой "сорвать цветок", если колокольчики растут целыми букетами? - озадаченно присела я перед сиреневым соцветием из маленьких бутонов на одном единственном длинном стебле. - Ну, да, ладно. Не прилетит же ко мне целый отряд рыжих клонов, если что не так сделаю, - рассудила логически и оборвала тонкий стебель прямо у земли. Потом поднесла соцветие к губам и со скептической улыбкой произнесла. - Тиниэль, я тебя жду. Ты мне очень нужна, - ответом мне стал легкий "дзин-нь", раздавшийся прямо в голове. - Ничего себе, эльфийская магия...

А в доме моем было по-прежнему тихо. Олес, повернувшись на бок, посапывал под теплым одеялом, а Вероника, так и не дождавшаяся, окончания моего сеанса, свернулась черным клубочком на кровати в детской комнате. Да мне бы они сейчас только мешали, потому что настраиваться на акт собственного "членовредительства" сподручнее в полной тишине. Что я и делала, стоя посреди кухни, с острым ножом, зажатым в руке. Осталось только выбрать, где резать: у локтевого сгиба или под коленным. Ведь у обоих вариантов были свои плюсы и минусы... Нет, боли я не боялась. Да я бы ее и не почувствовала, заранее приняв меры, но вот психологическая сторона вопроса... В конце концов, пришлось представить себе, что я - терминатор из какой-то там части и, изогнувшись, сделать первый надрез на правой ноге... Туда легла и была тут же "зарощена" моя верная цацка. Под левым коленом я, на всякий случай, спрятала забытый Симом на кухонном столе самородок бирюзы... Пусть теперь маг его поищет... Потом походила взад и вперед, вполне довольная собой, несколько раз поприседала, критически ощупала "схронные" места пальцами и опять же осталась довольной, стараясь не думать в этот момент ни о чем, кроме предстоящего безумного мероприятия. Да и к чему было это делать, когда меня уже так бесповоротно несло? И лишь одно в этот момент огорчало:

- Прости меня, любимый, но, кажется, сегодня ты меня не дождешься. Потому что, если бы я тебе поведала, куда собираюсь вляпаться, то ты бы меня сначала придушил своей подушкой, а потом запихал в моанитовые доспехи, - уверенно покачала я головой и нездорово хихикнула, представив себе нашу с Борамиром ночь любви в таком вот боевом облачении...

Но, полностью насладиться живописно разыгравшейся в моем воображении картинкой мне не позволил настойчивый стук в кухонное окно. А секундой позже я с восторгом смогла лицезреть и саму гостью, расплющенным носиком прилипшую к стеклу.

- Тиниэль! - подскочила я к двери на веранду и настежь ее распахнула. - Как же я тебе рада! Залетай скорее.

- О, алант Вета, - прозвенела она мне в ответ и зависла перед самым носом. - Это твой дом? Ты теперь здесь живешь?

- Да, это мой дом, но я пока в нем одна... Нет, уже не одна, - вспомнила я о спящем наверху Олесе. - Но, все равно, пока без сестры и племянника. Мне их надо вытащить из одного нехорошего места. Ты мне поможешь, как самый лучший в Ладмении проводник?.. - выжидающе впилась я в эльфа глазами. - Как мой друг?.. Поможешь?

- Ну, конечно помогу, я же обещала. Только, куда тебе надо попасть и когда? - уточнила она совсем по-деловому.

- К сожалению, ориентиров у меня только два. Здесь вся надежда на тебя, - быстро отрапортовала я, накрывая на стол. - И времени в обрез. Так что, мы с тобой сейчас очень быстро перекусим, пока я буду вводить тебя в курс дела и сразу в дорогу. Хорошо?

- Хорошо, алант Вета, - приземлилась прямо у вазы с ромашками девушка. - Какая ты стала... решительная. Наверное, рыжий цвет так влияет, - добавила с очень важным видом, поправив свою неизменно "огненную" шевелюру.

- Что влияет? - удивленно замерла я. - А-а, ну да, наверное. Давай, налегай на сыр и виноград и меня внимательно слушай...

И пока эльф, то замирая, то ускоряя пережевывание своего завтрака, выслушивала пересказ украденных из сущности Олеса воспоминаний, я успела собраться в дорогу, сменив платье на водолазку и брюки:

- Ну, что ты скажешь? Сможешь прямо сейчас сообразить, где это находится? - отдышавшись, шлепнулась я на стул перед сосредоточенной Тиниэль.

- Ну... - многозначительно протянула она в ответ. - Предположим, где эта глумливая деревенька, я знаю.

- Почему "глумливая"? Она ж, вроде Выселками называется?

- Или Весёлками, - хихикнула девушка. - Ее, еще лет двести назад скоморохи основали, которых за глумление над королевской семьей всем их бродячим балаганом прямо из столицы туда выселили, в это приграничное захолустье. А с указателем этим отдельная потеха. Его каждый год местные власти обновляют... А вот что касается горы... - сморщила она носик и задумчиво закатила глаза. - На кого она, ты говоришь, похожа?

- На гребенчатую спину лежащего дракона, - с расстановкой повторила я. - Она такая... - пытаясь выразиться как можно нагляднее, изобразила я в воздухе некое подобие идущих полукругом гребней.

Эльф замерла, приоткрыв ротик, и ткнула пальцем в тающий между нами серебристый рисунок:

- Это не дракон, алант Вета, это каменное солнце! Так эта гора называется, "Каменное солнце", - подскочила она с места. - И там, действительно, очень нехорошее место...

- Но, ты знаешь, где оно? - упрямо закусила я губу.

- Получается, что знаю, но, там...

- Остальное расскажешь по дороге, - нетерпеливо остановила я ее. - А у меня осталось еще одно дело... про которое я чуть не забыла. Подожди меня здесь, - сорвалась я со стула и поскакала через ступени в детскую комнату, а вышла оттуда уже через минуту, ведя за руку, едва разлепившую глаза Веронику.

- Вета, извини, но я, кажется, уснула, - зевая во весь рот, пропела она и впечаталась лбом в косяк двери родительской спальни. - Ой!..

- А теперь ты, кажется, проснулась, - запоздало откорректировала я ее маршрут. - Смотри, Олес сейчас спит. Но, когда проснется, ты его обязательно покорми и никуда не выпускай, пока не вернется Сим, потому что он еще очень слаб. И вообще... я насчет ноги сильно сомневаюсь. Ты меня поняла? Я на тебя оставляю своего зятя, - сделала я растерянной баронессе страшные глаза.

- Так у тебя получилось? - округлила она в ответ свои.

- Кажется, да, - опять потащила я ее, на этот раз, к лестнице. - А теперь я познакомлю тебя со своими сторожевыми собачками, чтобы ты смогла беспрепятственно входить в мой дом и выходить из него.

- С собачками? - ухватилась Вероника за перила. - Я не хочу с ними знакомиться. Я их... боюсь.

- Странно, а я думала, ты другого боишься, - многозначительно протянула я. - Так будем знакомиться или нет, а то у меня времени в обрез?

- Будем, - мужественно ответила кивнула она.

Сам же процесс распознавания "свой - чужой" прошел очень быстро: обнюхиванием дрожащей руки зажмурившейся баронессы. После чего "вожак" моей магической охраны утвердительно махнул хвостом и неспешно удалился на прежнюю диспозицию. Но, Вероника еще долго не могла опомниться, прижав к груди "чудом сохранившуюся" за эту ночь и утро конечность.

- Вот и славно, - облегченно выдохнула я. - Ну, а мне уже пора.

- Вета, а куда ты собралась в такую рань? - подозрительно сощурилась на меня дама, загородив собой парадную дверь.

- Вероника, пропусти меня, мне сильно некогда, - не без труда сдвинула я ее с места и припустила обратно в кухню, где уже курсировала над столом Тиниэль.

- И далеко же ты так торопишься в этом странном наряде, да еще в полном одиночестве? - увязалась она за мной следом.

- Ну, почему же, в одиночестве? Меня будет сопровождать грозная дева-воительница "Тиниэль испепеляющая", - ухватила я руками пискнувшего эльфа.

- Вета! Постой... А что сказать Симарглу, когда он вернется?

Я растерянно оглянулась, осознав, вдруг, что это могут быть мои последние слова к магу и, секунду подумав, произнесла:

- Скажи ему, чтобы не скучал и не сердился на меня... Я не могу поступить по-другому, ведь они - моя семья, - а потом шагнула в подвал, подальше от вспыхнувших ужасом глаз Вероники...

Чтобы, уже через несколько шагов в полной темноте, оказаться опять на том же самом поле, где я, часа два назад, нашла свой "волшебный" колокольчик.

- Извини, что не предупредила, - тут же выпустила я из рук на ветреный простор взъерошенного эльфа.

- Какое уж там "извини", - выпалила Тиниэль, с которой в родной стихии мигом улетучилась вся важность. - Это я тебе должна спасибо сказать за то, что ты меня не помяла, когда послание свое сочиняла... Кстати, а кто такой, этот Симаргл? И что это за заполошная женщина-человек за тобой прибежала? Они тоже твои друзья?

- Они? Ну, не то, чтобы друзья... - не на шутку задумалась я. - Скорее, друзья по несчастью. Каждый по своемУ... несчастью... А вообще, мы сейчас, мой проводник, не это должны обсуждать. Я ведь нас сюда бездумно перебросила. Теперь давай, ориентируй, где твоя ближайшая эльфийская тропка?

- Ближайшая?.. - вновь посерьезнела эльф и, отлетев от меня на несколько метров, начала пристально всматриваться в горизонт. - Нам туда, алант Вета! - ткнула через минуту пальчиком в сторону длинного оврага, заросшего кустарником, за которым начинались пасеки. Здесь недалеко, версты полторы, - и понеслась против ветра, на зависть всем местным пчелам.

- Тиниэль! - только и успела я крикнуть ей вслед, глядя на быстро удаляющуюся точку, а потом плюнула и ринулась вдогонку. - Погоди, у меня к тебе еще вопрос!

- Почему Каменное солнце - нехорошее место? - сбавила скорость девушка.

- Да. Там что, логово местных разбойников?

- Знаешь, ты почти угадала. Там, глубоко в самой горе добывают звездный сапфир . Это единственное место во всей Ладмении, где его можно найти.

- Звездный сапфир? Это что, драгоценный камень такой?

- Драгоценный, очень красивый и о-очень дорогой, уж ты мне поверь. Эльфы в этом разбираются, ведь...

- ... ведь эльфы - самые лучшие ювелиры в мире, - бессовестно прервала я патетическую речь Тиниэль. - Я знаю, драгоценные камни, еще одна, после лошадей и цветов ваша слабость... А почему в таком случае добычей этого Звездного сапфира занимаются "почти разбойники", да еще легально? И зачем им вообще могла понадобиться женщина и ребенок?

- Вот, знаешь, - уперла руки в бока, прямо передо мной зависшая девушка. - Ты такие вопросы мне всегда задаешь, на которые тебе ни один эльф не ответит. Откуда мне знать, зачем и почему?

- Ну, ладно, - обошла я ее стороной и продолжила дорогу. - Ответь тогда мне на один единственный вопрос: "С какой хобьей матери ты решила, что это место нехорошее?".

- У меня на то две причины, - как ни в чем не бывало, пристроилась она с моего правого бока. - Первая из них - та, что легальную добычу там давно прекратили, потому что выскребли уже из гранита все доступные камни. А, примерно, год назад, эту шахту сначала закрыли, а потом там появились совсем другие люди и продолжили разработки. Но, каким таинственным способом, неизвестно. Я туда свой нос не совала.

- А вторая причина? - озадаченно спросила я, хотя, по мне, так уже достаточно было и первой.

- Вторая причина в том, что совсем рядом, но с другой стороны, в соседней Тинарре, добывается моанит... - многозначительно объявила Тиниэль и уставилась на меня.

- И что? - ответила я ей непонимающим взглядом.

- А то, алант Вета, - произнесла она тоном, означающим совсем другое слово вместо "аланта". - что моанит гасит любую магическую энергию. Я надеюсь, ты это помнишь? И мы с тобой в шахтах Каменного солнца будем бессильны... В лучшем случае, мало на что способны...

- Да?.. - на несколько секунд задумалась я. - Ну, я бы на твоем месте так сильно не переживала, ведь вовнутрь пойду я одна. И вообще, меня сейчас больше другое волнует: зачем им, все-таки, моя сестра и племянник? Обычные люди, не имеющие никакого отношения к горному делу.

- Аланты, - думая о своем, машинально поправила меня эльф.

- Что?

- Твоя сестра и племянник, не обычные люди, а обычные аланты.

- Не цепляйся к словам... - отмахнулась я от нее но, вдруг, потрясенно застыла на месте. - Тиниэль, а может в этом все и дело?

- В чем? - развернулась она ко мне.

- В том, что они аланты... Погоди... - закусила я губу, пытаясь как можно тщательнее сконцентрироваться. - Мне надо все хорошо обдумать, и я тебе скажу, что я имела в виду, - а потом, к большому удивлению эльфа, и вовсе приземлилась, там, где стояла, прямо в высокую траву...

Три слова навязчиво кружились в моей голове, как разлетевшиеся части одной мозаики: шахта, энергия и маг... Шахта, энергия, маг... И мне, все отчетливее начинало казаться, что именно в таком наборе я их когда то уже встречала... Или слышала про что-то подобное от других. Пока, наконец, "перелопатив" в голове всех своих ладменских знакомцев, в памяти, не вспыхнула заветная картинка: лавочка, журчащий невдалеке ручей и пожилая женщина в клетчатом платье, с профессиональной усмешкой рассказывающая мне о преступной шайке - двух бадукских дриадах и...

- Тиниэль! - подскочила я из травы и огляделась по сторонам. - Ты где?

- Да здесь я, - услышала я из под лопушинного куста, сонный голосок. - Ты уже все обдумала? - выглянула оттуда и сама прищуренная на солнце физиономия.

- Да! И я поняла, зачем, скорее всего, этим хобьим коромыслам нужны мои родственники.

- Ну, наконец, то! Давай, рассказывай, - зевая, подлетела она ко мне.

- Мне кажется, их могут использовать, как энергетических доноров.

- Это как? Энергию из них, что ли, выкачивают?

- Ну да. Ты же сама говорила, что там недалеко добывают моанит и эту шахту уже закрыли. Значит, посчитали, что дальнейшая разработка опасна для жизни, раз магией помочь нельзя. А здесь такой простой способ - наловил в окрестностях алантов, а может быть еще и магов, и качай из них, сколько тебе надо. Ведь силы то в этом случае возрастают во много раз... Как тебе такая версия?

Тиниэль покружилась на месте, прикидывая что-то в своем эльфийском уме, и вновь подлетела под самый мой нос:

- Ну, хорошо. Предположим, что ты права. Тогда каким образом они это делают?

- Качают энергию? - внезапно нахмурилась я. - Ты знаешь, как это делают из людей, я примерно представляю. А вот из алантов или магов... Есть только один способ, мне известный. И он очень неприятный, - вспомнила я холодное кресло в личной лаборатории Димиона. - Пошли, по дороге расскажу. Мы и так из-за моего тугоумия столько времени потеряли...

На этот раз нам с Тиниэль пришлось воспользоваться тремя эльфийскими тропками. Первая из них вынырнула на противоположном берегу Шалбы - крутом желтом песчанике. И облюбовавшие его для своих круглых норок ласточки, перепуганные нашим фееричным появлением, чуть не сшибли заметавшегося эльфа. Вторая заставила долго выбирать из волос паутину, почти непролазную в тенистом ельнике, как раз за огородами упомянутой ранее скоморошьей деревеньки. А вот третья...

- Алант Вета, я отсюда ни на дюйм не колыхнусь, пока не наемся! - с вызовом в позе зависла эльф над земляничной полянкой, затерянной в дремучем предгорном бору.

В самом деле, время, судя по расположению солнца в небе, уже близилось к обеду, а густой аромат, даже зрительно ощущаемый над этим ягодным ковром висел такой, что голову кружило, но надолго здесь задерживаться совсем не входило в мои планы:

- Ну, хорошо, только, давай быстро, а то боюсь, как бы за мной кое-кто не нагрянул прямо сюда, пылая праведным пламенем из ноздрей.

- Ага, - благодарно кивнула мне девушка и камнем ухнула вниз, в высокий осот, зелеными кольями торчащий между маленькими земляничными кустиками. Но, тут же запуталась в нем, подняв в воздух эльфийские ругательства вперемешку с оборванной травой.

- Постой, Тиниэль, - сдавленно хихикая, окликнула я ее. - Мы сейчас по другому, - и, сосредоточившись, "собрала" для эльфа прямо на опавшей хвое приличную горку из спелых ягод. - Прошу к столу.

Девушка, демонстративно смахивающая с себя обрывки осота, подлетела с другой стороны и, еще не достигнув земли, засунула в рот первую земляничку. Я же, усевшись по-турецки, сначала только с интересом за ней наблюдала, но, и сама не заметила, как втянулась в "застолье"...

- А почему ты никогда мне не говорила, что можешь становиться такой же большой, как я? - спросила я у нее, облизывая пальцы от сладкого сока.

- Эльфы никогда этим не хвастаются, потому что... не гордятся, - откинувшись назад, ответила представительница элитного рода.

- Это почему же?

- Да что здесь хорошего то? Чувствуешь себя, как неуклюжая корова, к тому же, без крыльев.

- Ну и жаль, - в ответ заявила я.

- Это почему же? - передразнила меня Тиниэль.

- Мне кажется, что ты была бы очень красивой большой... девушкой.

- Ты так думаешь? - зарделась "красавица-пробник". - А я всего один раз меняла свой истинный размер, однажды, на сельском празднике. Там был один селянин, он был такой... - расплылась она так, как это обычно делаю я, когда вспоминаю Борамира, но, вдруг замолчала и только глубоко вздохнула. - Алант Вета, я наелась, вставай. Здесь уже недалеко до твоей нехорошей горы...

Постепенно, бор становился все реже, и все чаще приходилось преодолевать большие валуны, с севера поросшие темным мхом. А вскоре, мы с эльфом вышли под высокую каменную арку, под сводами которой с гулом метался холодный горный ветер.

- Это древние ворота. Они здесь были еще до появления твоих предков, - подлетела к самому моему уху Тиниэль. - Говорят, что, если стоять под ними долго, то можно услышать ответ на любой вопрос.

- Ворота, говоришь? - рассеянно повторила я, всматриваясь в открывшуюся горную перспективу. - Это хорошо.

- Что хорошо? - не расслышала меня эльф.

- Я говорю, ориентир хороший для возвращения, - ткнула я пальцами в гору, находящуюся сейчас почти напротив нас, с подножием на дне глубокого обрыва. - Это и есть Каменное солнце?

- Ну да. А ты разве не про нее мне рассказывала?

- Про нее, родимую, - осторожно подошла я к самому краю и выглянула из-за камня, наполовину нависшего над ним. - А вот и вход в шахту... И его охранники, целых два...

Эльф, преодолевая сильные порывы ветра, подлетела ко мне поближе и залегла рядом, прямо на валуне, пригнув к нему свои прозрачные крылышки:

- Алант Вета, а какой у тебя план дальнейших действий?

- План?.. - растерянно закусила я губу, поняв, что единственный, действительно продуманный пункт моего плана был выполнен именно сейчас и значился, как "дойти до горы". - Ну... Стать невидимой, осторожно спикировать вниз и попробовать проникнуть незаметно вовнутрь. А дальше - сплошная импровизация.

- Именно так? - выкатила на меня изумленные глаза эльф.

- А у тебя есть предложения по лучше?

- Есть: вернуться назад и...

- И что? Ты думаешь, что, находясь так близко от своей цели, я сейчас смогу развернуться и уйти? А потом неизвестно, сколько сидеть и ждать, когда кто-нибудь соберет сюда спасательную экспедицию? А вдруг к тому времени эти сволочи уже... заметут свои следы? Как мне тогда жить с этим? - закончила я свою эмоционально окрашенную речь и уставилась на девушку.

- Да... - обреченно покачала она головкой. - Ты действительно сильно изменилась, пока мы с тобой не виделись... Ну что ж, тогда говори, алант Вета, что мне дальше делать?

- Тебе, дорогая моя подружка, больше ничего не надо делать. Ты и так мне уже очень помогла. Теперь можешь лететь по своим важным делам, только...

- Что, только? - обиженно вскинулась она и даже попыталась встать. - Знаешь, что я тебе сейчас скажу, как твой друг... Ты действительно, стала другой. Ты стала настоящим алантом. Только они так дорожат своими близкими и при этом остаются одинокими всю свою алантскую жизнь. Потому что не умеют доверять другим и во всем полагаются только на себя.

- Что? - опешила я от такого напора со стороны маленького эльфа. - Да как ты можешь так говорить?

- Что вижу, о том и говорю, - скрестила Тиниэль руки на груди. - От кого ты сегодня так быстро убегала? И почему сейчас отказываешься от моей помощи? Ты думаешь, это очень разумно с твоей стороны одной соваться туда? Ты или действительно всемогуща или непроходимо глупа, алант Вета.

- Скорее второе, Тиниэль, - невесело усмехнулась я. - И, возможно, в чем-то ты права. Но, поверь мне, я иду туда одна не потому что никому не доверяю. Я просто не хочу, чтобы из-за меня пострадал кто-нибудь еще... А дружбу я очень высоко ценю. И именно поэтому... - собралась я с духом и прямо взглянула эльфу в глаза. - ... я бы хотела, если, конечно от сюда вернусь, пригласить тебя к себе... на время холодов... в гости. Ты согласна?

- Я?.. - нервно одернула она свое платьице. - В гости?.. Конечно, согласна, - и спрятала лицо в ладошки.

- Вот и замечательно... А что касается твоей помощи, - осторожно продолжила я. - Ну, сама посуди, зачем тебе со мной соваться в эту гору? Ведь, если мои предположения верны, то максимум, что мне грозит - алантское кресло. В отличие от тебя, не представляющей для них никакого энергетического интереса. Поэтому, я подумала и решила, что гораздо полезнее ты нам будешь, если останешься здесь, на этом наблюдательном пункте. Мало ли, как развернутся события. Тиниэль, ты меня слышишь?

- Да, - покачала она головой и убрала ладошки от мокрого лица. - Хорошо. Мы так и поступим. Я с этого выхода глаз не спущу.

- Так и поступим. А теперь, по уже сложившейся традиции, пожелай мне удачи, Тиниэль, - выпрямилась я в полный рост, медленно "растворяясь" в окружающем мире.

- Удачи тебе, алант Вета и... возвращайтесь скорее, а то здесь жуткий сквозняк, - ободряюще улыбнулась мне девушка и для достоверности шмыгнула носом...

Спускаться мне пришлось очень медленно и, пару раз ощутимо мотнувшись под порывами ветра, я, достигла-таки, бывшего речного дна, усыпанного обкатанными булыжниками и камнями гораздо крупнее. А потом попробовала преодолеть разделяющее меня и проход в гору, закрытый высокой двустворчатой дверью, пространство, ступая, как можно осторожнее. Но, вскоре, поняла, что затея эта бесполезная, потому что камни то и дело разъезжались под ногами, создавая ненужное звуковое сопровождение, усиленное здешней акустикой. Пришлось вновь подниматься в воздух и метров тридцать просто беззвучно парить над землей. Вплоть до двери, возле которой бессовестно дремали двое вооруженных мужиков, присевших на камни с обеих сторон от входа. Один из них, обладающий внушительной комплекцией, так и вовсе откровенно всхрапывал, по лошадиному оттопыривая нижнюю губу.

"Ну и долго мне лицезреть эти небритые рожи?", - озадаченно замерла я на безопасном расстоянии. - "И интересно, как часто у них здесь вообще двери открываются, вдруг, только по большим праздникам?.. А, может, мне в них камушками покидать? А то уж совсем как то неуважительно по отношению к моей диверсионно настроенной персоне?"...

Промаявшись так, на самом ветру, минут двадцать, я всерьез задумалась о целесообразности своего поведения и, наскоро оглядев дно, выбрала для смены дислокации подходящий плоский камень. Отлетела к нему, присела и теперь уже завертела головой более внимательно. И не зря: оказалось, что, кроме выбранного мной варианта спуска, невдалеке, существовал и другой, более "человеческий", в виде сколоченной из нескольких частей лестницы, закрепленной вверху к растущей у самого края ели. А рядом с лестницей был еще и небольшой подъемник, рассчитанный, максимум, на человека два... или несколько мешков. И вот по этой лестнице, на мое счастье, сейчас начал свой спуск человек, тоже вооруженный заплечным мечом. Он, довольно проворно справился с задачей, отвязал от платформы подъемника веревку и начал подтягивать ее на себя, рывками поднимая тем самым дощатую площадку наверх, где окончания процесса дожидались еще двое и объемная поклажа между ними. "А вот и мой пропуск в святая святых", - злорадно констатировала я и продолжила свое наблюдение. А минут через пять уже нетерпеливо заколыхалась вновь, на этот раз, поднявшись над землей как раз так, чтобы прошмыгнуть в двери под верхним косяком.

Двое подо мной тоже взбодрились и даже приняли подобающие приличным стражникам позы, повернув головы в сторону приближающихся фигур и в полголоса между собой переговариваясь. Слов, к сожалению, я разобрать не могла. Их сносил ветер, который в данный момент довел меня до такого нервозного состояния, что я сама уже была готова пинками подогнать волокущих большой мешок мужиков. Наконец, двое из троих подошедших, обменявшись несколькими фразами со стоящими у дверей бдецами, решили-таки зайти вовнутрь. Чем я тут же и воспользовалась, оказавшись сразу, в каменном холодном полумраке, освещенном прикрепленными к стенам факелами.

Куда следовало направиться дальше, до сих пор оставалось для меня самой загадкой, определенной дотошному эльфу, как "сплошная импровизация". Поэтому, поимпровизировав в своей голове, я решила и дальше следовать за теми же, благодаря кому сюда попала. Правда, пришлось периодически лавировать между натянутыми на разных уровнях охранными растяжками, работающими на распознавание "свой-чужой" и рассчитанными явно на людей и магов, не умеющих, как аланты, долго парить и зависать. И пока, на мою удачу, мне это удавалось, так как магия моя, опять же, пока, сбоев не давала.

Вскоре, широкий коридор оборвался глубоким сквозным провалом, по сводам которого были налеплены деревянные лестницы с необструганными перилами. И передо мной вновь встал нешуточный выбор: следовать по скрипучим ступеням за волокущими мешок мужиками или подниматься по воздуху. Но, во втором варианте была своя, нешуточная опасность - вдруг я неожиданно лишусь алантских возможностей и камнем рухну в неизведанные глубины? Хотя, и здесь был свой плюс - довести обитателей здешних хором до нервного потрясения своим, усиленным эхом предсмертным воплем... Но, решив, что это слишком эпатажно даже для меня, я осторожно поставила ногу на первую ступеньку. А потом поняла, что не так все просто и постаралась подстроиться под движение идущих впереди меня. Правда, один раз, вышла промашка, и один из них настороженно оглянулся назад, перекинув мешок на перила.

- Ты чего озираешься? - поинтересовался у него второй, и, воспользовавшись заминкой, вытер со лба пот.

- Да послышалось... - зло сплюнул в глубину обладатель чуткого слуха, вновь подтянувший к себе мешок, судя по характерной рельефности, наполненный, видимо, картошкой.

- Послышалось ему. Все никак отойти не можешь от того гостя, что тебе меж глаз огрел? - дальше заскрипел ступенями, идущий впереди.

- Чегой-то он мне огрел? - возмутился оклеветанный. - Он не мне огрел, а Буче. Это я его, наоборот, хорошо уработал, а потом уж и вы добавили.

Но, выслушивать окончательную версию этого боевика с участием какого-то агрессивно настроенного гостя мне не пришлось, потому что, ступеней через пять я, к своему ужасу, разглядела свою же руку, протянутую к перилам. Пришлось срочно нырять в ближайшее из многочисленных ответвлений, освещенное еще хуже лестничного пролета и на время затаиться, продумывая дальнейшую свою стратегию.

Вариантов, на этот раз в моей голове возникло целых два: продолжить свой путь по "ветке" наощупь (вдруг, да куда-нибудь кривая выведет) или вернуться назад. И второй меня привлекал гораздо больше, потому что в этом случае я бы опять вернула свои магические способности и смогла предпринять кое-какие разведдействия (с которых и надо было начинать приличному диверсанту). Под последними подразумевалась рисковая операция "Взять языка" (в моем случае: поймать кого-нибудь, не очень крупного). Как это сделать, я понятия не имела, понимая лишь одно: без магии мне здесь точно ничего не засветит, причем, как в прямом, так и в переносном смысле слова.

И надо же было такому случиться, что как раз в тот момент, когда я поставила-таки, перед собой более-менее конкретную задачу, везению моему неожиданно пришел конец. В виде двух горящих в полной темноте желтых треугольных глаз, где-то на уровне метра над землей. Глаза, совершенно не мигая, медленно начали свое движение из глубины коридора в мою сторону и замерли в нескольких шагах... Я же осторожно, спиной вперед, попятилась к выходу, лихорадочно соображая, что делать дальше (мудро рвануть отсюда со всей дури или вступить с обладателем выразительного взгляда в конструктивный диалог). Так как о героическом сражении между нами в моем случае и речи быть не могло.

- Здравствуйте, - вежливо обратилась я к глазам, осторожно извлекая из кармана нож с выщелкивающимся лезвием - единственное прихваченное с собой из дома оружие. Незнакомое создание, либо почуяло мой злонамеренный маневр, либо посчитало, что приветствие было недостаточно уважительным и в ответ по-кошачьи глухо заурчало, но, с места не сдвинулось. - Может, вы мне подскажите, как пройти на выход, а то я заблудилась? - видя такое отношение, ляпнула я первое, что пришло в голову, продолжая отступление. Глаза, в свою очередь, вновь двинулись ко мне. - Ну, хорошо, я поняла, что здесь его нет и сейчас же вас покину, только не надо меня провожать, - вывалилась я тыльной стороной на лестничные доски и тут же получила сильный удар по затылку... После чего моя карьера "бабы Яги в тылу врага" была позорно окончена моей же полной отключкой...

Комната с неровными каменными стенами. Маленькое окошко, затянутое какой-то полупрозрачной пленкой, парусом полощется от порывов ветра. Света здесь мало, но он и не нужен, потому что прямо над лавкой, на которой я сейчас лежу, висит магический шар с бурыми прожилками, похожий на сгусток раскаленной магмы. Значит, магия здесь работает. И магию здесь боятся. Это подтверждает мое неловкое движение головой, после которого я обнаруживаю на себе ошейник. Наверняка моанитовый - алантский вариант энергетических оков. И еще я обнаруживаю, что в комнате не одна - знакомым кошачьим урчанием, угрожающе звучащим откуда-то сбоку.

- Фу, какая же ты невоспитанная, Кло! - нараспев произнес мужчина, вальяжно развалившийся на стуле в самом неосвещенном углу. - Наша гостья и так, наверняка, напугана таким... финалом.

"Можно подумать, если бы я воспитанно постучала в двери, то меня ждал в этом случае каравай на полотенце", - пробурчала я про себя и села на лавке, но ноги, предусмотрительно, спускать с нее не стала. - "И что это за Кло такая, с выразительным взглядом?.. Мать вашу, да это же...".

У стены напротив, на разодранной шкуре, лежала, скрестив перед собой передние лапы рысь... Точнее, огромная, угольно черная кошка, как раз с нее размером. Но, с одной лишь разницей. И то, что я в темноте приняла за треугольные горящие глаза, в реальности оказалось полыхающими, как лампочки, заостренными ушами, пускающими "электрические" разряды в торчащие веером кисточки.

- Земляная кошка? - выдохнула я и невольно открыла рот.

- Она самая, - довольный произведенным эффектом, маг встал со стула и с грацией, не уступающей своей ручной зверюшке, приблизился ко мне. - Я вижу, ваш испуг теперь сменился удивлением. Встречались раньше с такой красавицей?

- Нет, - честно призналась я. - Я про нее лишь в книжке читала: живет глубоко под землей и охраняет клады, уши - огненные.

- О-о, в книжках много чего можно написать, - со скептической ухмылкой произнес мужчина и беззаботно (еще бы!) уселся со мной рядом, закинув ногу на ногу. - На самом же деле, земляные кошки не охраняют клады, делать им больше нечего, а находят их. Бесценные животные для рудокопов. И стоят бешеных денег.

- Ну да. Кошка ищет... клад, а аланты его потом помогают добывать, - в упор посмотрела я на мага. - Как у вас все хорошо отлажено.

- Ах, вот вы о чем, - с ноткой разочарования, протянул он. - Что ж, поговорим начистоту. Сначала вы честно отвечаете на мои вопросы, потом я... постараюсь сделать тоже самое. Договорились, госпожа алант?

- Договорились, - скривилась я в ответ. - И первый ваш вопрос будет: зачем я сюда приперлась?

- Да. Так зачем?

- Все очень просто - за своей семьей, сестрой и ее сыном. Ведь они у вас?

- Сначала мои вопросы, - предостерегающе воздел руку маг. - И следующим будет: и как же вы собирались их отсюда вытащить?

- Понятия не имею, - пожала я плечами. - Я, скорее, рассчитывала на переговоры, правда, уже после попытки пошарить по здешним углам.

- Пошарить по здешним углам? - жеманно захихикал он. - Ну и как успехи?

- Не очень... Ваша Кло не вовремя появилась.

- Еще бы! Ведь вы, госпожа алант, "пошарились" в ее законной берлоге. И, если бы не своевременная "помощь" одного из моих людей, все для вас могло бы закончиться гораздо трагичнее... А о каких переговорах было упомянуто? - заинтересованно склонил он голову набок.

- Деловых. Ведь вы же, господин маг, насколько я поняла, деловой человек? И думаю, что вот эта комната, - обвела я глазами убогое помещение. - с бычьим пузырем на окне вместо витража, не предел ваших фантазий?

- Та-ак, продолжайте, - грациозно взмахнул он рукой.

- А моя семья очень богата. И я готова выкупить у вас своих родственников. Назначайте цену.

- Выкупить?.. - задумчиво повторил он и встал с лавки. Потом подошел к кошке, почесал между "электрических" ушек с готовностью подставленную мордочку и вновь развернулся ко мне. - Предложение, действительно, деловое. Но, очень рискованное.

- Можно подумать, то, чем вы здесь занимаетесь, уже не риск, - усмехнулась я, внимательно наблюдая за мужчиной. - Мне нужны мои родственники, и я готова заплатить за них ту цену, которую вы назначите. Соглашайтесь. Неужели вам не надоело сидеть здесь в этой дыр... горе, на жутких сквозняках и каждый день ждать незваных гостей, которые могут оказаться не так безобидны, как я?

- Про гостей, это вы точно подметили, - скрестил он на груди свои ухоженные руки. - Вот недавно заглядывал один... бывший коллега... Много хлопот наделал, а финал оказался куда трагичнее вашего, - и сузил на меня глаза. - А если я не соглашусь на такой вариант? Что вы еще можете мне предложить в обмен на свою семью?

- Тогда, только себя вместо них. И уверяю вас, останетесь довольны, - многозначительно добавила я.

- Неужели? - окинул он меня скептическим взглядом. - Вы так самоуверенны?

- Что? - дошел до меня двоякий смысл сказанного. - Я совсем не это имела в виду. Не свои женские достоинства. Вы останетесь мной довольны, как алантом.

- О-о, аланты, - скривился скептически маг. - Аланты, давно не боги на этой земле. И ваши способности не безграничны. К сожалению, для нашего дела... Ну, хорошо. Предложение ваше, в той части, что касается выкупа, заманчиво, но, я должен подумать и проконсультироваться со своим... партнером. А вы, пока, сможете повидать свою семью. Натэю и юного Танаса, я правильно вас понял? Ведь вы именно за ними пришли? - подался он ко мне всем корпусом. - Кстати, а вас как зовут, госпожа алант?

- Меня зовут Вета, господин маг.

- Вета, значит. Хорошо, госпожа Вета. Сейчас вас проводят в ваши... покои. И в ближайшее время мы решим судьбу вас и ваших дражайших родственников, - изрек он тоном верховного судьи и, картинно взмахнув мне на прощание рукой (вдруг, маникюр еще не рассмотрела), вышел за дверь, пропустив вперед себя свою лампоухую Кло.

Но, надолго меня одну не оставили. И, едва я успела спустить на пол затекшие ноги, дверь вновь открылась, и в комнату вошел уже знакомый мне наемник. Один из трех, вернувшихся "сверху" с мешком припасов. Как раз тот, про которого я так благополучно забыла, преследуя по пещере двух его подельников.

- Переодевайся, красавица, и давай за мной, - бросил он прямо мне в руки сомнительного вида тряпку, на деле оказавшуюся просторной длинной рубахой. А потом добавил, вполне дружелюбно. - Баба должна ходить в платье, а не в штанах. Иначе, в следующий раз может прилететь по загривку куда увесистее.

- Извинения приняты, - в ответ оскалилась я и, кинув "бабью привилегию" на лавку, выжидающе уставилась на мужика. - А переодеваться мне прямо сейчас начинать? Может, тогда хоть напоете?

Мужик хмыкнул, и вышел за дверь, добавив напоследок:

- Шмотье свое здесь оставляй. Оно тебе больше не понадобится. Да поторапливайся. Некогда мне с тобой болтать без толку.

- Ну да, картошку чистить пора, - под нос пробурчала я и со вздохом начала стягивать свою любимую водолазку, разделившую вместе со мной все мои ладменские приключения...

А потом была еще одна лестница наверх, но уже не такая длинная, ведущая в узкий, освещенный парой факелов коридор, который закончился низенькой дверью с большим навесным замком на поперечной перекладине. От этой двери ощутимо тянуло сквозняком и... свободой, но, до нее мы так и не дошли, свернув направо.

- Ну, вот и твое новое жилье, - пропустил меня вперед мужик. Потом вошел сам и поджег, торчащий в стенном углублении свечной огарок. - Занимай свободную лавку и не скучай. Скоро твои сожители подтянутся, - и звучно защелкнул за мной внешнюю задвижку.

"Новое жилье, значит. Надеюсь, что не ПМЖ", - тоскливо оглядела я маленькую комнатку с шестью деревянными лавками - кроватями вдоль стен. В единственное же пространство между ними был втиснут узкий столик со стоящим на нем одноногим зеркальцем. "А вот это сюрприз!", - после более тщательного осмотра, озадаченно скривилась я. - "Да их тут не двое, а четверо, судя по используемым спальным местам"...

Затолкав, вдруг нахлынувшее отчаяние в глубину души, я выбрала самую ближнюю к выходу, не занятую никем лавку, скинула ботинки и уселась в позу мыслителя. Самое время подвести первые итоги своего "победного шествия" по вражескому стану... И не сказать, что финала такого я не ожидала. Скорее, наоборот, предполагала, что именно моей поимкой, в конце концов, все и закончится. А значит, отчаиваться тем более не стоит. Иначе, зачем вообще было сюда так стремиться? Тем более что "заначки" мои под обоими коленями остались нетронутыми... Так что же делать дальше?.. А дальше попробовать довести переговоры, начатые с магом до нужного итога. Это наилучшее развитие событий... Но, существовало и наихудшее - огромный шанс не выручить своих близких, а наоборот - застрять здесь и самой в качестве магического аккумулятора... Конечно, меня будут искать. А, после того, как Олес поведает Симу о своей поисковой экспедиции, искать уже будут нас всех оптом и в одном месте. Но (права, все-таки была Тиниэль), полагаться все равно, следует только на себя. Потому что, мало ли как поведет себя эта рудокопная гоп-компания, если почует, что запахло жареным. А значит, времени в обрез... "Но, чтобы поспать, наконец, его, все же, хватит", - разумно рассудила я и, зевая во весь рот, прилегла на жесткую, пахнущую сыростью, постель...

- А-а-а-а!!! - благим матом заорала я, отбиваясь руками и ногами от прыгнувшего прямо мне на живот когтистого чудовища. Чудовище обиженно мявкнуло в полете и, шлепнувшись обо что-то, затихло в темноте.

- Какой хобьей силы ты тут орешь? - увидела я над собой секундой позже подсвеченное факелом лицо незнакомого наемника. А чуть поодаль от него, озадаченного мальчика, вглядывающегося в глубину комнаты:

- Манефа, Манефа, ты где? Кис-кис, - исчез он из освещенного круга. - Не бойся, тетя не хотела тебя обидеть.

- Ну, надо же, - зло сплюнул на пол мужик. - Котенка испугалась, а сюда притащиться не испугалась. Вот она - бабья тупость... Заходите, - отошел он, наконец, в сторону, пропуская вовнутрь помещения трех женщин в аналогичных моему прикидах, а, после этого, исчез за закрывшейся дверью.

Двое из них - пожилая, с седыми короткими волосами и совсем юная брюнетка с поджатыми губками, одарив меня совершенно равнодушными взглядами, прошли мимо. А вот последняя, с зажженной свечой в руке, задержалась:

- Ты извини. У сына привычка: как заходит, сразу кидает на ближнюю лавку свою кошку, а потом сам туда же плюхается. Так что, тебе еще повезло, - виновато пожала она плечами и медленно двинулась к углублению в стене.

Я же сидела, как зачарованная, наблюдая за ней, и не знала, что сказать. Во рту, вдруг предательски пересохло и единственное, что я смогла из себя выдавить, было:

- Ничего, Натэя...

Девушка, с уже поднятой рукой, неожиданно замерла и повернулась ко мне:

- Как ты меня назвала? - спросила, сузив глаза.

- Натэя, - едва дыша, повторила я. - А меня зовут Ветвяна.

Она, так и не поставив свечу на место, тут же с ней вернулась и осветила мое лицо:

- Ветвяна?.. - задрожал в ее сжатых пальцах огонек. - Ветвяна Полунич, моя младшая сестра? - наклонилась она так близко, что чуть не подпалила мне нос.

- Это я, - глупо улыбаясь, проглотила я слезу. - Я вас искала и вот... нашла, наконец.

- Мама, а ты знаешь, что ли, эту...? - подскочил к нам на лавку Танас и тут же удивленно распахнул рот. - Хобья сила! Да вы же одинаковые.

- Танас, - пробормотала девушка, и, не отрывая от меня взгляда, ткнула ему в руки свечу. - Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не ругался, как... - не договорила она и, громко всхлипнув, обхватила меня руками. - Ветвяна, сестренка, ну и дура же ты. Сунуться в такое место.

- Еще какая дура, - согласно зарыдала я, уткнувшись в ее плечо. - Зато... зато, я вас, все-таки, нашла.

- Я не понял? Вам, значит, можно ругаться, а мне нельзя? - недоуменно изрек мальчик. - Мама, а почему вы обе плачете?..

Свеча, все-таки занявшая свое положенное место, уже истекла воском на половину, а мы с Натэей все сидели на моей лавке и, прижавшись плечами, в полголоса рассказывали друг другу про свою жизнь. Правда, особо откровенных тем не касались... После выразительного кивка сестры в сторону лежащих на своих кроватях товарок по несчастью... Именно по этому, боясь бурной реакции Натэи и Танаса, мне пришлось придержать информацию и о том, что глава их семьи сейчас жив и относительно здоров. Танасик уже дремал, положив голову на колени матери и прижав к себе своего котенка. И лишь изредка вступал в беседу, задавая вполне разумные вопросы:

- Значит, ты теперь моя тетя? - зевая в растопыренные пальцы, спросил он.

- Конечно, тетя, - потрепала я через Натэю его волнистые русые волосы.

- А, раз так, то как мне тебя звать? Тетя Ветвяна?

- Ну, зачем же так официально? Просто, Ветвяна. Я не обижусь. Мне, наоборот, будет приятно. Тем более, что...

- ... ума у вас одинаково, - закончила за меня сестра.

- Да хватит тебе меня ругать за этот поступок. Вот увидишь, ты меня еще благодарить за него начнешь. Точно тебе... - начала я оправдываться и, вдруг засмеялась.

- Ты чего? - недоуменно повернула ко мне голову Натэя.

- Ты знаешь, в я последний раз так оправдывалась только перед бабушкой. После того, как купила ей водонагреватель на кухню.

- Водонагреватель? - переспросила девушка. - Я не знаю, что это такое, но все равно... Привыкай оправдываться снова, сестренка, раз способна на подобные глупости, - уверенно похлопала она меня по руке.

- Ну да... Вы мне лучше расскажите, откуда у вас такая занятная киска? Неужели местный маг подарил по доброте душевной? - покосилась я на громогласно урчащую в объятиях Танасика питомицу, которая уже сейчас была размером с обычного взрослого котяру. Лишь пропорции ее: большая голова, отвислый живот пузырем и короткие лапы, расширяющиеся книзу, выдавали в ней детеныша.

- Не подарил он, а отдал мне на воспитание, - сонно уточнил мальчик.

- Как же, - усмехнулась Натэя. - Отдал он тебе. Сам выпросил.

- Ага - встрепенулся Танас. - Иначе бы ее выбросили в заброшенный створ.

- Как это, выбросили? Он ведь мне сам сказал, что подобные животные стоят больших денег?

- Ну, так это настоящие столько стоят, - со знанием дела пояснил мальчик. - А Манефа бракованная. Сама посмотри... Ветвяна, - бесцеремонно перекинул он свою зверюшку на спину и раздвинул ей передние лапки. - Видишь, она не сплошь черная, а с белым пятнышком на животике. А это значит, что и в ее поисковых способностях тоже какой-то дефект есть. Вот ее и хотели выбросить. А остальных четверых господин Марцин уже продал давно. Те все качественные были.

- Понятно. А уши у нее, почему не горят?

- Так они не сразу начинают светиться, а только через полгода. Тогда землянки уже могут драгоценные камни через толщу чувствовать. А еще они умеют прямо через стены или горную породу ходить, - и здесь не ударил в грязь лицом знаток земляных кошек.

- Через горную породу? - рассеянно переспросила я, вынырнув, вновь из семейного тепла в холодную реальность. - Как вы тут, вообще? Не сильно вас... мучают своей откачкой? - спросила, как можно нейтральнее.

- ... Нет, - через паузу ответила Натэя. - Им же дороже выходит... Труднее всего Барне пришлось, - мотнула она головой в сторону похрапывающей пожилой женщины. - Она здесь дольше всех. Вот над ней действительно, проводили... эксперименты, пока не поняли, что, чем нам хуже здесь живется, тем меньше энергии мы можем отдать, - горько усмехнулась она. - А с нами и Зузой теперь больше церемонятся. Кормят хорошо, да и вообще... Манефу эту не просто так... - замолчала она, ласково погладив Танасика по голове. Он что-то сонно пробурчал, еще сильнее прижав к себе котенка.

- Психологи, мать вашу... - зло выдохнула я. - А по какому... распорядку вы здесь живете? В каких пределах передвигаетесь?

- Передвигаемся? Да, не сильно далеко. Сама добыча в другой стороне от главного входа проходит. А мы - в этом крыле всегда. С утра едим и на кресла в зал побольше. Он здесь недалеко, ниже на уровень. Потом снова едим и уже на выгул, пополнять запасы энергии.

- На выгул? - встрепенулась я. - И где вас... выгуливают?

- Тоже недалеко отсюда. В конце нашего коридора дверцу видела с амбарным замком?

- Видела. Но, я думала, что мы гораздо выше сейчас над уровнем земли.

- Так оно и есть. Там выход на наш балкончик. На нем нас и выгуливают часа два... на свежем воздухе.

- Под охраной?

- И под охраной и на цепи. Опять же, из-за Барны, которая попыталась сигануть с него от такой жизни вниз головой... А ты с какой целью так всем интересуешься? - насторожилась Натэя. - Ветвяна, не глупи. Ты думаешь, они дураки здесь? У них на все случаи варианты заготовлены. Марцин сам хвастался.

- И чем же он хвастался? - показушно зевая, уточнила я.

- Завтра обрати внимание на потолок с обеих сторон от нашего жилья. Там балочки к нему подставлены... специальные. Чтобы, в случае появления спасителей извне, сразу их выбить.

- И что потом?

- А потом обвал, сестренка и нас уже никто в этой каменной могиле не найдет, - вздохнула девушка.

- Вот это да, - озадаченно протянула я, убеждаясь еще раз, что действовать нужно самой и очень оперативно. - Да ты не переживай. Больше с моей стороны глупостей не будет... По крайней мере, я постараюсь их не совершать, - попыталась я успокоить сестру, уповая лишь на то, что она, в отличие от других моих ладменских близких и друзей, не так хорошо меня еще знает...

Глава 31

Семья...

Утро в здешнем каменном царстве сквозняков началось очень жизнеутверждающе... ощутимо приложившейся об угол моей спальной лавки дверью.

- Просыпайтесь, я вас долго ждать не буду, - заверил нас от порога хриплый простуженный голос, а несколькими секундами позже по комнате распространился приятный аромат горячей каши, водруженной на стол в кастрюле.

- Хорошего всем утра! - подскочил на своей постели Танас. - Манефа, фу! Не лезь на стол. Я тебя сейчас покормлю.

- Доброе утро, - неохотно разлепила я второй глаз и заметила наемника, от факела поджигающего огарок ночной свечи, вчерашнего дверного охранника, так позорно храпящего на своем посту. Мужик, сделав свое дело, прокашлялся, даже не потрудившись прикрыть рукой широкую пасть, и неспешно покинул комнату.

- Сегодня с нами Буча весь день... Плохо, - скривившись, посмотрел ему вслед мальчик.

- Почему, плохо? - потянувшись, свесила я вниз ноги.

- А он рыбу Манефе не таскает, как остальные. И вам доброе утро, - поприветствовала всех Натэя и первой встала с постели. Потом, сонно шаркая стоптанными туфлями, подошла к ржавому умывальнику в углу, который я вчера не заметила. - Ветвяна, сегодня от нас с Танасом не отходи и зря рот не открывай. Просто смотри и слушай. Договорились?

- Договорились, мама Натэя, - в знак протеста, показала я ей язык, вызвав тем самым восторг племянника и недоуменные взгляды двух наших соседок. Юная Зуза, пробурчав что-то себе под нос, присела к столу и, взяв из стопки помятую тарелку, открыла на кастрюле крышку. А Барна лишь улыбнулась скачущему на одной ноге в поисках второго ботинка Танасику...

А после проглоченного наспех завтрака, нас гуськом повели в специально оборудованный для энергетической откачки зал. Освещен он был не в пример всем предыдущим хоромам. Я бы даже сказала, с местным размахом - множеством настенных факелов и магическими шарами над каждым из пяти, поставленных полукругом, кресел. Одного взгляда на них хватило, чтобы понять - точно такое же я видела в подвальчике у Димиона. "Вот, значит, куда исчезли "списанные" приборы для инициации", - мелькнула в голове догадка, но, тут же мне стало не до дальнейших умозаключений, потому что в зал вошел маг Марцин. Он, по-хозяйски, обвел взглядом присутствующих, а потом сделал мне длинным пальчиком знак, означающий, видимо "Подь-ко сюда" в переводе с гламурного на местный диалект. Второго раза не потребовалось и я, с готовностью, направилась в его сторону.

- Госпожа Вета, - натянуто улыбнулся он и продолжил уже в полголоса. - У меня для вас не очень хорошие новости.

- Вы переговорили со своим партнером? - насторожилась я.

- Да. И он отнесся весьма скептически к вашему... деловому предложению.

- И почему же? Я могу узнать?

- Видите ли, он считает вашу семейку... - замолчал мужчина, явно, подбирая слова. - ... слишком хлопотной, чтобы пойти на такой риск... И я, кстати, тоже не изменил своего мнения, - усмехнулся он, глядя на меня в упор.

- Слишком хлопотной? - закусила я губу. - Ну что ж, я вас не обманывала, когда говорила, что готова на все ради своих родственников. И очень надеюсь, что вы передумаете, - добавила, для усиления эффекта, с мольбой в глазах.

- Все возможно, - закатил глаза Марцин. - А пока, поработайте на благо нашего дела, госпожа Вета, - и приглашающе взмахнул рукой в сторону занимающих свои места пленников.

Я прошла мимо сидящей с обреченно опущенной головой Барны, встретилась глазами с озадаченной Зузой и увидела своего маленького племянника, с совершенно спокойным лицом, пытающегося устроиться на большом для него кресле. Верная Манефа сидела у него в ногах и изображала из себя грозного стража, готового сорваться на врага в любой момент... И от этого зрелища, еще более ужасающего своей обыденностью, мне, вдруг, не хватило дыхания... Злость комом подкатила к горлу, вытесняя все прочие чувства и переживания: "Я вас отсюда вытащу. Обязательно вытащу, чего бы мне это не стоило"...

- А вот это специально для вас из нашего запасника, - услышала я за своей спиной голос мага и развернулась к нему всем корпусом. - Что?.. - неожиданно отпрянул он и внимательно посмотрел мне в глаза. - Да вы не бойтесь. В первый раз всегда... страшно. Потом привыкнете. Ведь, правда, госпожа Натэя? - обратился к сидящей в своем кресле девушке.

Моя сестра одарила мужчину уничижительным взглядом, а потом повернулась ко мне:

- Садись, все будет... нормально. Садись, сестренка, - добавила, почти с мольбой.

"Психолог, мать вашу", - пробурчала я сама себе, хлопаясь пятой точкой на холодный металл. - "Это не страх, чтоб ты знал, это ненависть... Но, эмоции свои, действительно, нужно контролировать, Ветвяна Полунич"...

Конечно, я не героиня романа про лишенную недостатков и сомнений воительницу. Умом, да и всем остальным не вышла. И хочу я в этой своей новой жизни не подвигов вселенского размаха, а простого женского счастья с любимым человеком и семьей, живущей в душевном покое. Но, раз уж так сложилось, то приходится довольствоваться тем, что в голове имеется. И ненависть свою превратить в решимость. Тем более что она мне в скором времени очень даже понадобится... Ведь, судя по всему, в силу вступает "наихудшее развитие событий"...

Постепенно серые краски окружающего мира стали расплываться и факелы, мерцающие по стенам, хороводом пустились вокруг меня, увлекая в свой странный танец стоящих поодаль наемников и мага, разговаривающего с пожилым мужчиной. Я еще смогла его узнать, всплывшего из памяти Олеса и ставшего частью уже моих воспоминаний. Дус, так его зовут. Он что-то тихо спросил у улыбающегося Марцина, а потом подошел ко мне:

- Она нас слышит?

- По всей видимости, нет. Я над ней усиленно поработал. Бедняжка так трусила, - нараспев произнес маг.

- Не нравится, мне вся эта суета вокруг их семейки, - еще раз высказал свое мнение деловой партнер мага. - После выгула пусть ее приведут ко мне. Надо выяснить, откуда она на нас вышла. Да не расшаркивайся так перед этой...

Он еще что-то настойчиво внушал Марцину, но и звуки, вскоре покинули мой, вдруг ставший пустым и холодным мир. Я, наконец-то, смогла расслабиться и на время окончательно выпала из реальности...

- Ветвяна, вставай, - потянул меня за руку Танас. - Уже все. Сейчас мы поедим у себя и потом пойдем на прогулку. Я тебе покажу красивое место, где солнце похоже на факел. Вставай, - нетерпеливо провел он мне по щеке своей холодной ладошкой.

Я открыла глаза и увидела стоящих в ожидании женщин, Натэю, застывшую сбоку от меня с тоскливым выражением на лице... Весь извращенный процесс, действительно был уже закончен. И передо мной сейчас склонился мой маленький племянник, бледный, с темными кругами под глазами, но улыбающийся во весь рот.

- Я сейчас, - уверенно взмахнула я рукой, но жест этот получился каким-то корявым. Потом попыталась встать, но голова, вдруг, закружилась, напомнив уже испытанные когда-то похожие ощущения. - Ничего, это пройдет, я знаю, - выровняла я спину и сделала первый шаг.

- Конечно, пройдет, - подтвердила Натэя, подхватывая меня под локоть. - И уже совсем скоро. Ты только постарайся смотреть, куда ступаешь, а то здесь пол неровный.

Вот так мы и двинулись в обратный путь: впереди Барна и Зуза, потом я с поддержкой в виде насупленной сестры, а следом за нами Танасик с петляющей меж его ног Манефой, весьма довольной, что сторожевая вахта ее закончена и можно вновь размять свои мохнатые лапки.

Обед же наш прошел в полном молчании, если не считать кашель из-за нашей закрытой двери и выкрики, следующие перед ним: "Эй, вы, поторапливайтесь, здесь вам не столичная ресторация!". Я, к этому моменту уже могла попасть ложкой по назначению, всего-то промахнувшись раза два и, наконец, не выдержав хамства, набрала в грудь воздуха:

- Ветвяна, - видя такое дело, захлопнула мне ладонью рот сестра. - Даже не думай связываться с этой сволочью.

- А он что, не обязан быть с нами хотя бы, вежливым? - округлила я на нее глаза.

- А ты вообще, соображаешь, где ты находишься? - постучав себя для наглядности по лбу, прошипела Натэя. - Ешь, давай, а то не успеешь до начала выгула.

- Соображаю, - в ответ уткнулась я в свою тарелку...

И "трапезу" закончила, кстати, раньше всех. А потом, углубившись в собственные мысли, уселась на лавку. Но, вскоре, дверь распахнулась и вместе с порывом ветра, на пороге возник грузный Буча:

- Пошевеливайтесь на свободу, - криво усмехнувшись, отошел он в сторону.

- Ну, если вы настаиваете, - многозначительно пропела я и первой свернула направо, к свежему воздуху и дневному свету, ждущему в конце темного коридора.

И, опять же первой, мне на левой руке был надежно защелкнут металлический браслет, через увесистую цепь, закрепленный к горной породе. А потом, также по одному, Буча стал выпускать остальных пленников, пока я оглядывалась по сторонам, определяя собственную диспозицию.

Выступ в горе, на котором нас выгуливали, и в правду напоминал балкон, по форме своей очень близкий к полукругу и метра три в радиусе. Но, перила здесь начисто отсутствовали, потому что длины цепи максимум, хватало на то, чтобы носком ноги дотянуться до его края. А, немного позже, я с удивлением осознала, что скрывает нас от внешнего мира на этом открытом пространстве, наведенная очень умело, иллюзия целостности. То есть, находясь вот здесь, в непосредственной близости к бору, даже имея возможность рассмотреть сейчас древние каменные ворота на самом его краю, мы остаемся практически невидимыми через эту самую иллюзорную горную "стену". "Вашу бы фантазию и прокуратские навыки, господин Марцин, да в мирных целях", - покачала я головой, вглядываясь в едва заметную с такого близкого расстояния псевдогору вокруг балкона. - "Надеюсь, эта гадость не станет для меня помехой"...

Вскоре, закрепили последнюю из нас, Зузу, и охранник со вздохом облегчения уселся на шаткий табурет, стоящий сбоку от двери. Выгул начался... А продлиться он должен был часа два... Я же шлепнулась прямо на пол немного в стороне от остальных и, прислушиваясь к своему состоянию, наблюдала за тем, как Танас играет с котенком:

- Ветвяна, смотри, как Манефа умеет танцевать, - щелкал он пальцами в воздухе, вызывая тем самым бурную реакцию питомицы. Она вставала на задние лапки и пыталась передними поймать мелькающую прямо над самым ее носом руку "хореографа". - А солнце, похожее на факел еще рано показывать. Это потом... Ай! - отвлекся и был тут же наказан острыми коготками подпрыгнувшего особо метко котенка.

- К тебе можно? - услышала я высоко над собой осторожный голос сестры.

- Конечно. Зачем спрашиваешь?

- Не знаю, - усевшись по удобнее, скривилась Натэя. - Я думала, ты на меня обиделась за то, что было за столом.

- Оказывается, не одна я способна говорить глупости, - боднула я ее плечом. - Как я могу на тебя обижаться? Ты здесь ориентируешься лучше меня, да и отвечаешь сразу за двоих... Отвечала. А теперь взвалила на себя еще и заботу обо мне... Дай ка, я тебя получше рассмотрю при нормальном освещении, - поправила я прядь ее русых волос, выбившуюся из косы. - Какая ты красавица у нас. И на бабушку больше похожа, чем я, - добавила с видимым облегчением.

- Красавица, - одними уголками губ, улыбнулась Натэя. - Мне так всегда Олес говорил, милая и... красавица моя, - опустила она глаза. - Танас - вылитый он. Только глаза наши, фамильные.

- Глаза наши. И нос тоже наш. А вот губы точно, как у Олеса... - произнесла я и тут же, смолкла.

- Губы? - недоуменно повторила за мной девушка. - Откуда ты знаешь? Ты что...

Отступать было некуда и, обхватив голову сестры руками, я прижала ее лоб к своему. Потом, как можно медленнее и очень тихо произнесла:

- Послушай меня внимательно и постарайся сохранять спокойствие. С Олесом все в порядке. Он сейчас в нашем доме в Медянске, куда мы, все вместе очень скоро вернемся. Только, мне будет нужна твоя помощь. Ты согласна мне помочь? - еще сильнее сжала я голову Натэи, попытавшуюся от меня вырваться. - Что ты молчишь?

Девушка задышала, хватая ртом воздух:

- Он жив? - брызнула в меня скатившейся на губы слезой. - Ты меня не обманываешь?

- Нет. Это правда. Я недавно его нашла совсем не далеко от Медянска. А потом мой друг его вызволил от... Но, это все потом. Олес сам вам все расскажет. Ты мне сейчас ответь: ты согласна мне помочь? - продолжила я настаивать на своем.

- Да, - закивала она головой, - Да, конечно... Только, расскажи мне, что ты придумала.

- Эй, подружки, о чем это вы там сплетничаете? - заинтересовался, совсем не вовремя нашим разговором охранник. - А ну, давай, по разным сторонам, бабье семя.

Но, ответить ему я не успела и даже рот для этой цели открыть, потому что, в следующий миг к нам, из коридора вывалился еще один наемник, изрядно запыхавшийся, и, нашарив прищуренными на дневной свет глазами, Бучу выпалил:

- Давай всех обратно! Над южным склоном куриц засекли. Наши все уже на выходе. Тебе помочь отцепить? - кивнул он в сторону натянутой прямо перед дверью цепи Барны.

- Не надо, - кряхтя, привстал мужик со своего табурета. - Я сам управлюсь, - а когда тот, хмыкнув, вновь исчез, философски изрек. - И чего я там забыл, на этом южном склоне? Пусть молодые торопятся мечи тупить. Подымайтесь, прогулка закончена.

- Закончена, так закончена, - медленно проговорила я и опустила руки, лишь шепнув Натэе перед этим. - Будь готова.

А потом подошла к Буче и протянула ему свою левую руку. Охранник, порывшись в кармане куртки, вытянул оттуда небольшую связку ключей на разлохмаченной веревке, и через несколько секунд освободил меня от наручника:

- Пошли, - кашлянул глухо и повернулся ко мне спиной, первым направляясь к двери...

Дальнейшие события стали разворачиваться, как в каком-то тумане, создавая впечатление, что участвую в них не я, а кто-то другой. И кто-то другой сзади набросил на шею мужика свою, уже свободную цепь. А потом, кто-то другой повис на нем, пытаясь эту цепь затянуть как можно туже. И из этого гулкого тумана меня вырвал лишь истошный вопль Зузы, застывшей на другой стороне балкона:

- Что ты делаешь?! Нас же всех теперь убьют! Отпусти его, дурная девка!

- Натэя, - прохрипела я от натуги, из последних сил удерживая ревущего в ярости Бучу. - Помоги мне его вырубить, но он мне еще нужен живой.

Девушка подскочила к нему спереди и в нерешительности застыла, примериваясь, куда бы и чем бы двинуть.

- Натэя, мать твою! - заорала я не хуже Зузы. - Давай!

И она дала... самым проверенным женским способом - аккуратно между ног отчаянно пытающегося меня сбросить охранника. А когда тот рухнул на колени, добавила сверху сомкнутыми в один большой кулак руками по затылку, едва не задев меня. Буча дернулся пару раз и затих, уткнувшись лбом в каменный пол балкона.

- Уф-ф... А теперь послушайте меня, дамы, - выразительно глянула я на так и стоящую с открытым ртом Зузу. - Курицы, это прокуратские грифоны. А это значит, что нас ищут. А еще значит, что назад в пещеру дороги нет. Иначе все: каменная могила. Так, Натэя?

- Да, - сглотнула она слюну. - Тогда точно, могила.

- У меня есть план. И если мы все будем его четко придерживаться, то появится большой шанс вернуться домой. Если же кто-то против, дверь здесь, возвращайтесь. Я не держу. Так что?

- Давай, дочка, говори, - впервые услышала я низкий голос Барны. - Я по внукам соскучилась.

- А ты, Зуза?

Девушка затравленно кивнула головой:

- Я - с вами.

- И мы втроем тоже, - подхватил к себе на руки Манефу, Танасик.

- Ну, насчет вас у меня вообще никаких сомнений не было. Значит, быстро меня слушайте. Есть возможность избавиться от ошейника. Это сделаю я, а поможет мне Натэя. Танасик, возьми ключи, они вон там валяются, и открой у всех остальных наручники. Вы, девушки, вдвоем, освободившимися цепями зафиксируйте Бучу, но оставьте его правую руку свободной. Только делаем все быстро, пока нас не хватились. Всем все понятно? - окинула я взглядом свой "отряд".

Понятно было всем. А мне оставалась лишь самая малость: найти у охранника нож (хотя, на крайний случай, можно было воспользоваться и его, по всей видимости, тупым мечом) и "на живую" извлечь из под кожи запрятанный самородок бирюзы. Почему именно его, а не цацку? Да потому что, запаса у меня к тому моменту успело скопиться на самом донышке, а пополняется он, хоть у инициированных, хоть у свободных алантов за один и тот же срок. Возможно, были в моей голове на этот счет и какие-то еще веские причины, но, они как-то все выветрились, оставив лишь данную еще после обеда установку: извлечь в нужный момент именно камень...

Что я и собиралась сейчас сделать, держа в руке найденный за поясом у Бучи нож, весьма острый, на мое счастье:

- И как это Сим делал... два раза, - собираясь с духом, бубнила я себе под нос, отставив в сторону левую ногу и задрав рубаху.

- Ветвяна, может, тебе помочь? - закусив губу, тоскливо следила за мной присевшая Натэя.

- Не надо, я сама, - наконец, примерилась я и полоснула в нужном месте. - О-ойййй, мать вашу... - нож выпал из руки и я, тоже закусив до крови губу, выковыряла запрятанный камушек наружу. - Врун ты, Сим... Точно, врун...

Девушка, тут же перевязала мою раненую конечность приготовленным куском от собственной рубахи. А потом вытерла об ее саму мой драгоценный самородок:

- Возьми. Что дальше?

- А дальше приводим в чувство нашего красавца, - прихрамывая, поковыляла я в сторону Бучи, уже надежно закрученного в цепи.

Для достижения результата хватило одной, правда, от всей души, пощечины. А на объяснение, что нужно ему сделать, чтобы не совершить свой "лебединый" полет - целая вечность. Наконец, мужик согласно промычал, добавив пару нелицеприятных фраз в адрес женской натуры, и зажал в руке бирюзу. Натэя подстраховывала меня сзади, приставив к его горлу достопамятный нож. Я же, приподняв рукой волосы, развернулась к Буче спиной и по словам повторяла нужное нам заклятие. А когда он закончил, вспотев от старания, заставила прочертить за собой в воздухе нужный знак. Вообще-то, это надо было делать одновременно, но нам в нашей ситуации, приходилось надеяться лишь на благосклонность магической фортуны... И она не подвела - легкий щелчок разомкнувшегося на моей шее моанитового украшения, заставил всех присутствующих (включая охранника) облегченно выдохнуть.

Дальше дела пошли гораздо быстрее и уже через пару минут от подобных излишеств с моей помощью были избавлены все бывшие магические пленники.

- Барна, вы из нас самая опытная алант, - после "опознания" данного факта, обратилась я к женщине. - Скажите, нашего запаса хватит на длинный подвал?

- На какое расстояние, дочка? - с готовностью уточнила она.

- До Медянска.

- До Медянска?.. Хватит. Если, в один конец.

- Отлично, - облегченно выдохнула я. - Тогда, девушки, желаю вам легкой дороги. А мы, вчетвером - тоже домой.

- Спасибо тебе, - с чувством обняла меня женщина. - Я уж отказалась когда-нибудь увидеть траву и цветы. Если будешь в Бадуке, дом Барны Докжански всегда для тебя открыт. И для вас всех, дорогие мои, - обвела она нас полными слез глазами. А потом, махнув рукой на прощание, исчезла под своей долгожданной аркой.

- И мне тогда пора, - потупилась юная воздушная магичка Зуза. - И спасибо тоже... И извините, если накричала. Это я от страха.

- Да будет тебе, - отмахнулась за нас всех Натэя. - Мы же все теперь знаем, что это такое, подневольная беспросветная жизнь. Давай, лети к своему жениху.

- Ага, - вспыхнули, наконец, глаза девушки. А потом и она шагнула в свой подвал.

- Ну что, - задрала я голову к небу. - Пока авиации не видно, валим. А то, мало ли, что эти хобьи коромысла еще придумают. Кто со мной?

- Мы все... - растерянно проблеяла сестра. - А что, так нельзя... что ли?..

- Та-ак... - с замиранием сердца осознала я смысл услышанного. - Натэя, а ты вообще, умеешь подвалы прокладывать?

- Не-ет. Мама отказалась от нашей магии. По этому, и умерла так быстро. А меня она принципиально ничему не учила. Так что, мы с Танасом неполноценные аланты... Да ты скажи, это что, проблема? Я же ничего в этом не смыслю.

- Ветвяна, - вышел вперед прижавший к себе притихшую Манефу Танасик. - А ты мне покажи, как их прокладывать. Я быстро учусь.

- Я тебя обязательно всему научу и, никакая это не проблема! Просто, вносим в наш дальнейший план некоторые корректировки, - расплылась я своей семье. - И моих сил хватит, чтобы сгонять несколько раз туда и обратно на короткое расстояние. Например, вон до тех каменных ворот, - махнула я рукой в сторону памятника древнейшей архитектуры. - А потом сориентируемся по обстановке. Ну, так кто со мной... первым?

- Я, конечно. Я же мужчина в нашей семье. Значит, должен быть первым, - храбро заявил мальчик.

- Пусть идет, - кивнула на мой немой вопрос Натэя.

- Ну, давай, мужчина. Только кошку свою пока оставь. В подвал больше двух живых существ сразу нельзя. Это первый урок. - взяла я его за руку.

И Танасик первым выпрыгнул на землю около нашего высокого ориентира. А потом, наказав ему строго настрого никуда не отлучаться, я таким же образом вернулась за своей сестрой, маячившей на краю каменного балкона.

- Ветвяна, мне показалось, что за дверью в коридоре кто-то есть, - испуганно прошептала она, едва меня завидев.

- Да?.. Значит, надо подстраховаться. Ты сможешь сделать так, чтобы ее никто не смог открыть?

- Ну да. Я так много раз делала, чтобы Танас из дома без спроса не сбежал... Пока он снимать заклятие не научился. Оно намертво скрепляет дверь с косяками и...

- Так давай, делай, - нетерпеливо подтолкнула я ее к цели под протестные вопли распознавшего наш замысел Бучи.

- Ну и с чего так орать? Я же пообещала жизнь, а не возвращение с почестями. Если ты такой ценный кадр, то, рано или поздно, тебя отсюда вытащат. Так что, сиди и жди, - зловеще оскалилась я мужику.

- Ах, вы жабы облезлые! - пуще прежнего заорал он. - Помогите!!!

Тут и я явно расслышала топот за нашей дверью, а секундой позже ее и вовсе с той стороны попытались открыть. Но, заклятие Натэи, отшлифованное на собственном сыне, сработало качественно, однако...

- Валим, - уверенно заявила я, схватив ее за руку. - Они уже поняли, что похоронить нас не удастся. И в любой момент могут организовать погоню.

- Ага, - мотнула она головой и сиганула в темный подвал.

А на той стороне нас поджидал сюрприз... в виде порхающего над Танасиком эльфа:

- Ну, наконец-то! - устремилась ко мне Тиниэль. - Я тут уж изголодалась вся, вас поджидая. - Как ваши дела? Кстати, алант Вета, познакомь меня со своей семьей, - расправила она прямо в воздухе свое пышное платьице.

- Тиниэль, подружка, - протянула я, со стыдом осознав, что совсем про нее забыла. - Потом познакомитесь. Времени в обрез. А я тебя поздравляю - настал твой звездный час.

- Хорошо. Что я должна делать?

- Ветвяна, - тут же дернул меня за подол Танас. - А Манефа? Ты ведь за ней вернешься?

- Обязательно вернусь, если вы с мамой пообещаете меня слушаться, - пошла я на бессовестный шантаж.

- Обещаем. Правда, мама? - запрыгал вокруг нее мальчик.

- Обещаем. Говори, - закусила губу Натэя.

- Говорю. Вы сейчас, вместе с этим замечательным эльфом, махнете до ближайшей деревни по эльфийской тропке и будете там меня с Манефой, Танасик, ждать. Кстати, в дороге сами и познакомитесь. Договорились? - вперила я нетерпеливый взгляд в каждого из них по очереди. И, увидев положительную реакцию, продолжила. - А ты, подружка, как только доставишь их по назначению, вернешься за мной с Манефой, Танасик. Тебе все понятно, Тиниэль?

- Да, - пискнула она в ответ.

- Ну, так, валите! Валите отсюда быстрее! - подтолкнула я уже сорвавшуюся с места троицу. А сама, глубоко вздохнув, прошептала. - Надеюсь, у меня хватит сил еще на два подвала...

Сил хватило на один... И, постаравшись абстрагироваться от опять поднявшего хриплый ор Бучи, я опустилась в свою глубокомысленную позу и, закрыв глаза, начала собирать из родной стихии крохи, необходимые, чтобы вернуться обратно. Дело шло туго. К тому же, к крику мужика прибавился звук, сильно напоминающий дверной таран. Манефа, почуяв надвигающуюся беду, жалась ко мне и жалобно мяукала, но я продолжала сидеть, упорно игнорируя все это безобразие...

"Сим, ты меня слышишь?"... "Сим"...

"Вета, дрянная девчонка!!!", - крик этот заставил меня широко распахнуть глаза. - "Ты где?! Где тебя искать?!".

"Не ори так громко. Я тебя прекрасно слышу... Я буду или у древних ворот или... на дне", - подхватив котенка, шагнула я в слабо мерцающий подвал, уже услышав за своей спиной первое "приветствие" выбившего дверные доски наемника...

"Нет, сегодня нам точно везет с сюрпризами", - едва не столкнулась я со стоящим у каменной арки, скрестив на груди руки, Марцином.

- А ты что здесь делаешь? - с ужасом увидела, выбирая пути собственного отступления, застывшего за моей спиной Танаса. - Ты ведь сейчас должен быть совсем в другом месте?

- А я выследил, где именно нырнула Тиниэль и рванул за ней, - залпом выпалил ребенок и забрал у меня Манефу. - Разве мог я вас здесь бросить?

- Я не виновата, алант Вета. Он сам за мной увязался, без спроса, - затрепыхала эльф своими крылышками справа от меня. - Кошка?.. Ненавижу кошек!

- Извините, что прерываю, - ехидно напомнил о себе, не изменивший горделивой позы маг. - Но, я вас, вообще-то, пришел сюда убивать, - закончил он, уже вполне зловеще. - Неужели, вы, все-таки, обратили на меня свое внимание?

- А зачем вам нас убивать? - толкнула я за свою спину мальчика. - Вам надо на данный момент быть совсем в другом месте. Например, за пределами Ладмении.

- Всему свое время, - усмехнулся мужчина и сделал шаг в нашу сторону. - И правильно говорил мне Дус, хлопотная у вас семейка, госпожа Вета. О-очень хлопотная, - сформировал он в своей ладони энергетический шар. - Ну что, с кого начать? С племянника или с его тети? Тетя ведь у нас совсем "пустая", ай-яй-яй, какая досада.

- А вот это ты видел?! - услышала я, слева от себя, характерный хлопок, а секундой позже, разглядела появившуюся буквально из пустоты рыжеволосую стройную девушку, показывающую магу "похабный" палец. - Может, с меня начнешь? Или слабо тебе против эльфийской магии?

- Эльфийской магии? - скривился Марцин и снова продолжил наступление, заставляя нас вновь попятиться к обрыву. - Ну, покажи, на что ты способна, кроме раздувания?

Тиниэль, выругавшись на своем высокородном языке, запустила в мага изящной искрящейся молнией, которая, по какой-то причине, до него даже не долетела:

- И это все?

- Нет, я еще есть! - выскочил из-за моей спины Танасик, на ходу бросая мне котенка. - Подержи его, - и, пригнувшись к земле, как снежок, метнул в мага сгусток серебристой энергии.

- Да вы с ума все посходили! - завопила я, поймав в вытянутые руки орущую во всю глотку Манефу, а потом перебросила ее Тиниэль, и, совершенно "пустой", рванула в сторону до сих пор невредимого мужчины.

- Кошка?! Ненавижу кошек! - краем глаза уловила я полет несчастного животного прямо в изумленно застывшего мага.

И Манефа, единственной из нас, попала-таки в цель, вцепившись обеими своими лапами прямо в залысины на голове Мацина. Мужчина, издав протяжный вой, выпустил из рук свое грозное оружие и попытался ее отодрать от себя. Я же, воспользовавшись счастливой возможностью, тут же повторила подвиг своей сестры - вмазала ему ногой в самое ранимое место, а потом, уже привычно заорала:

- Валим отсюда!

И мы понеслись в глубину бора: Тиниэль, вновь вернувшая себе крылышки, за ней Танас и скачущая сбоку совсем по взрослому, через коряги и высокую траву Манефа, а замыкающей я, периодически оглядываясь назад. И не зря, потому что совсем скоро нас стал настигать маг. Сначала, запущенным шаром, от которого мы все, прямо на лету, рухнули на землю, а потом и сам. Но, его, все же, опередили. И первыми на небольшой клочок открытого от деревьев пространства, разделяющий нас, приземлилось трое грифонов, которым я обрадовалась, как именинница торту. Но, из-за дерева все ж не вылезла, озираясь по сторонам в поисках своих, так же затаившихся где-то спутников.

- Ветвяна, - подполз ко мне сзади Танас. - Это и есть прокуратские грифоны? А кто на них прилетел?

- Я отсюда не вижу, - почувствовала я между собой и племянником протиснувшегося котенка. - Надо поближе передвинуться. А то затишье там какое-то подозрительное. Вроде, ругаются. Но, слов отсюда не разберу.

- И никуда не надо передвигаться, - прошипела возмущенно, спланировавшая вдоль ствола Тиниэль. - Здесь будем сидеть. Пусть теперь настоящие воины разбираются.

- Ну, хорошо, - скривилась я в ответ и перешла на другой уровень связи:

"Сим, ты здесь, в бору?"...

"Да", - не сразу услышала я нервный голос рыцаря. - "Сидите там и не высовывайтесь. Не то...".

Договорить он не успел, потому что, в этот момент бор, вдруг, наполнился странным шумом, заставившим нас снова вжаться носами в мох.

"Сим!", - истошно заорала я. - "Осторожнее! В нем сила четырех алантов и мага!"

И, как раз вовремя, потому что в подтверждение, с все нарастающим треском и грохотом, сначала вдали от нас, со стороны горного обрыва, а потом уже совсем близко, начали валиться деревья. По какой причине, мы вскоре увидели - валуны, покинув свои веками неизменные места, с огромной скоростью, сшибая все на своем пути, неслись к своему повелителю. А, лишь достигали цели, включались в круговой "танец" над стоящим, раскинув в стороны руки магом... Зрелище это, одновременно и зачаровывало и ужасало. По этому, мы, с раскрытыми ртами наблюдающие за происходящим, не сразу успели сообразить, что диаметр их траектории постепенно расширяется. Охватывая все большее пространство и разнося в щепы деревья вокруг, валуны неотвратимо приближались к нам. Опомнилась я лишь когда по лицу хлестко схлопотала веткой рухнувшей совсем рядом осинки:

- Танас, Тиниэль, отходим, - попятилась назад и, задрав голову, лишь успела увидеть, как прямо на меня валится переломленная пополам, ель... После чего была сбита чем-то, прилетевшим немного раньше, и с совсем другой стороны...

- ... Жива?

- Тьф-фу, - выплюнула я из своего, до сих пор открытого рта, темно русый хвост. - Ты?!

- Да где вы там, Ветвяна?! Вылазьте, мне его долго на весу не удержать!

- Мы сейчас! - обхватив меня поперек, ломанулся сквозь зависшие ветви мужчина. После чего, дерево, наконец, с треском приложилось о землю.

- У-уф, - громко выдохнул наш спаситель. - А теперь, валим отсюда?

- Ну, ты Танас и даешь!.. Борамир, а ты что здесь делаешь?

- Этот же вопрос я могу задать и тебе, - парировал мужчина и, на одну руку закинув Танасика, а другой, ухватив меня, потащил нас обратно в сторону гор. Правда, уже по широкой дуге.

- Ну, почему опять туда? - заскулила я, едва за ним поспевая. - Мы только что оттуда.

- Эти ворота - очень древняя магия. Против нее любая другая бессильна. Они там не просто так стоят. Только под ними вас не достать.

- Понятно... О-ой! - чуть не упала я, угодив ногой в бывшее каменное "ложе". - А как же Сим? Он ведь с ним не справится.

- С Симарглом там еще трое магов и Глеб. Все вместе одолеют, - уверенно улыбнулся мне мужчина.

- Если все вместе, то да, - подал голос, подскакивающий на ходу Танасик. - А где Манефа?

- Манефа? - вдруг затормозил Борамир. - С вами еще кто-то был, кроме эльфа?

- Его котенок... Да вот же она, Танасик! - взмахнула я свободной рукой на забежавшую к нам вперед питомицу и, воспользовавшись заминкой, стащила со своей ноги давно съехавшую повязку.

- И я тоже здесь, - возникла у моего уха Тиниэль и добавила, скосившись на мужчину. - Если я вам еще, конечно, нужна.

- Конечно, нужна, - уверили мы ее дуэтом с племянником, а Борамир усмехнулся:

- Здравствуй, эльф. Все прежние обиды забудем?

- Ну да, - неожиданно кокетливо расплылась та и первой понеслась дальше...

И мы поспешили за ней, правда, уже не так прытко, как после старта. А, вскоре и вовсе остановились, совсем рядом с воротами.

- Не пойму, что там сейчас происходит? - попыталась я вслушаться в то затихающий, то вновь нарастающий в глубине бора грохот. - Танасик, не ковыряй эту древность... Мало ли, что под мхом.

- Скоро все разрешится, - обхватил меня сзади за плечи Борамир. - А пока, нам остается только ждать. Потому что в самой шахте основная драка закончилась как раз перед тем, как ты докричалась до Симаргла. А сейчас там Прокурат наверное, до сих пор "углы чистит".

- Ты на меня не сердишься? - потерлась я щекой об его руку. - Потому что...

- Третий раз я сегодня здесь, на этом месте. Как в сказке про заколдованный круг, - прервал мое очередное покаяние неугомонный ребенок.

- Причем, последние два, только по причине твоей... упертости, - тут же не удержалась я.

- И вовсе это не упертость, а...

- Храбрость, ты хотел сказать? А ты представь, что сейчас чувствует твоя мать, нарезая круги по ельнику в полной неизвестности! Ведь ты же обещал остаться с ней.

- Да, ладно тебе, Ветвяна. Я же не для себя старался, а для всех нас.

- Конечно, ты старался, и у тебя хорошо все получилось, только, маме твоей от этого сейчас не легче. Она ведь тебя любит и за тебя переживает. А, представь себе... - внезапно умолкла я, услышав над своей головой плохо сдерживаемый смех. - Ты чего? - недоуменно развернулась я к мужчине, но, встретившись с его насмешливым взглядом, тут же умолкла.

- Ну да... Это у вас, скорее всего, семейная черта - сначала давать обещания, а потом все равно поступать по своему, - снова засмеялся он, но, как то уже не весело.

- Да ладно тебе... И вообще, остальные мои родственники - сестра и ее муж, вполне приличные, серьезные люди. Ты сам в этом сможешь очень скоро убедиться. Кстати, я пригласила к себе на зимовку Тиниэль. Она славная, правда. Но, если не уживется с кошкой Танасика, то, можно, тогда, она погостит в Озерном замке?.. Любимый, что ты молчишь?..

- Кажется, все стихло, - глухо отозвался Борамир. - А ну ка, семейка, все под арку, - скомандовал он и, отпустив меня, достал из ножен меч.

- Ну, уж нет. Или мы все под нее идем, или я остаюсь с тобой, - уперлась я рогом.

- Вета, - устало вздохнул мужчина. - Ты опять за свое? Я сказал, все под арку... кроме меня.

- А меня вы посчитать забыли? - вынырнул между нами мальчик. - У меня, между прочим, запас уже восстановился почти наполовину.

Ну, и что, скажите, мне оставалось делать, с моим собственным "зеркальным" мини-отражением? Естественно, только подхватить его за руку и собственноручно оттащить в "шароубежище":

- Да причем здесь твой восстановленный запас? - внушала я по дороге упирающемуся Танасу. - Ты же слышал, это место полностью гасит магию, причем именно боевую. По этому, Марцин и теснил нас подальше, к обрыву.

- Ну, слава эльфийским богам! А я, уж, начала сомневаться в собственных магических способностях, - радостно встретила нас, уже порхающая под аркой Тиниэль.

- Значит, получается, что только Манефа и смогла с ним справиться? - с гордостью посмотрел племянник на своего котенка, примеряющегося к присевшей на цветок осе. - Ветвяна, а ты тогда почему не хотела к нам идти?

- Ну-у, я, во-первых, гораздо сильнее тебя, а во-вторых, умею драться палкой... Правда, ее надо было бы очень быстренько сначала навещать... Что? - поймала я на себе выразительные взгляды, причем, всех троих сегодняшних героев.

Но, бежать мне никуда не понадобилось. Хотя, увидев приземлившегося на Пеструшке хмурого, как предгрозовая туча Сима, я тут же пожалела, что палку, все-таки себе не приготовила... На всякий случай... Для самообороны... По этому, тут же трусливо ретировалась под бок подошедшего к нам Борамира.

- Привет, Сим... Здравствуй, Глеб, - совершенно искренне расплылась я, слезшему с заднего седла некроманту. - Все закончилось? Вы его... победили?

- Да, Вета. - дернулся он в мою сторону, бросив перед этим, внимательный взгляд на графа. - Дай ка, я тебя обниму, потеряшка.

- Здравствуй, Вета, - выдавил из себя, наконец, рыцарь, наблюдающий за нами со стороны. - У вас здесь все нормально? - тоже, как-то по-особенному глянул он на Борамира.

- И что, никаких претензий в мою сторону? - удивленно сузила я глаза, освободившись из рук Глеба. - Тебя не ранили, Сим? Какой-то ты... сам на себя не похож.

- Поговорим с тобой позже, - "успокоил" он меня. - А это что за кадет с личным зверем? - улыбнулся подошедшему с котенком на руках, Танасику.

- Мой племянник, Танас со своей героической Манефой. И, раз ты со мной разговаривать пока не собираешься, то выполни, пожалуйста, мою просьбу.

- Отправить их в Медянск? - тут же догадался маг.

- Да. Только, надо будет по дороге прихватить мою сестру. Она сейчас должна быть, где-то, в окрестностях Выселок. Это недалеко отсюда. Танас покажет место. Сделаешь?

- Конечно, - с готовностью кивнул он. - Ну что, Танас, высоты боишься?

- Не-ет, - уверенно протянул мальчик. - Мы высоты не боимся.

- Вот и хорошо, - потрепал его по голове Глеб. - А я тогда подвалом в столицу, а то там Тусья вся извелась по тебе. Но, сначала вниз, в шахту. Посмотрю, как у них дела, - добавил многозначительно. - Так что, если что...

- Тусья? - всполошилась я. - Ей же нельзя волноваться. Зачем ей-то рассказали?

- Так уж вышло, - отвел он свои глаза и, развернувшись, исчез в подвале.

Вот так и поредела в считанные минуты наша собравшаяся у древних ворот компания, сокращенная, в конечном итоге, до двух - меня и странно молчаливого Борамира. Глеб "улетучился" первым, правда, пока не так далеко. За ним следом ко мне подлетела попрощаться до осени Тиниэль, спешащая управиться к этому сроку со своими, конечно, важными делами. А потом и Пеструшка взмыла в воздух, унося с собой совершенно счастливого Танасика и Манефу, истошно орущую в седельной сумке Сима. Я лишь успела чмокнуть племянника в щеку, шепнув ему, что в Медянске его ждет очень большой (под два метра ростом) сюрприз. Но, он меня, кажется, не слышал, нетерпеливо ерзая в переднем седле...

- Борамир, - окликнула я, стоящего поодаль мужчину. - Ты, все-таки, на меня злишься. Я же вижу. Ну, поругай меня. Назови, как я того заслуживаю. Я даже целые выражения тебе могу сама подсказать.

- Вета, иди сюда, - улыбнулся он и раскинул свои руки. - Поругать тебя?.. Я не имею на это права...

- Так я тебе его даю. Я не хочу, чтобы между нами впредь были какие-то недомолвки и, если ты желаешь мне что-то сказать, то скажи прямо сейчас... Я, конечно, наделала много глупостей, но осуществила, в конце концов, первую свою заветную мечту. И теперь мои родственники со мной. Осталась вторая - спокойная, полная семейных радостей жизнь с любимым человеком. И я тебе обязательно нарожаю детей и постараюсь быть для них... приличной матерью...

- Послушай меня, - пальцами приподнял он за подбородок мое лицо. - Ты обязательно нарожаешь детей. И будешь для них самой лучшей, самой умной и точно уж, самой красивой матерью на свете, но... не со мной, любимая...

- Почему? Ты, все же, раздумал на мне жениться?

- Нет, Вета... Я уже женат...

- Женат? - растерянно усмехнулась я. - Когда ты успел?.. Ведь мы с тобой не виделись всего то...

- Шесть лет назад...

- Шесть лет? Но, как, же тогда ты... со мной? Все это время... - не хватило у меня дыхания, и я попыталась вырваться из его рук.

- Вета, Вета, послушай... - прижал он меня еще сильнее. - Пять лет, вплоть до вчерашнего дня я был уверен, что являюсь вдовцом. Хотя, тело моей жены так и не нашли тогда, под мостом.

- Так ты еще и... вдовцом был? - ошарашено уставилась я на мужчину. - Я ведь и об этом ничего не знала... Этот портрет... Мокея Молд... Твоей женой была Мокея Молд?

- Да. Мы прожили с ней вместе всего год. А, на момент ее падения в пропасть, она была беременна. И я теперь знаю, благодаря тебе, кто был повинен в ее... во всем этом на самом деле.

Мне, вдруг стало очень больно и обидно. За себя, конечно. За свои несбывшиеся надежды. За то, что жизнь моя теперь неожиданно и окончательно разрушена. А еще эти его слова про благодарность:

- Да что вы, не стоит благодарности, обращайтесь в будущем, если нужна будет помощь, Ваше сиятельство... И отпусти меня, наконец! - так рявкнула я, что Борамир тут же разжал свои руки. - Уходи! Ты ведь явился сюда, чтобы поставить меня в известность?

- Получается, так, - понуро мотнул он головой.

- Ну, так, считай, что я уже в курсе. Теперь уходи. А я должна подумать, как мне жить дальше, - направилась я к обрыву.

- Вета! - ринулся за мной мужчина. - Я тебя здесь одну не оставлю.

- Ты меня уже оставил, Борамир... Скажи, ты ее до сих пор любишь?.. Что ты молчишь?

- Любил... когда-то.

- Когда-то? - сузила я глаза. - А медальон с ее портретом носил все эти годы. И слугам запретил про нее говорить тоже на все эти годы... Борамир, уходи... А, хочешь, я тебя прямо сейчас к ней подвалом доставлю? Ты только скажи, куда надо. Мне даже благодарности за это не понадобится.

- Вета, что ты говоришь, - застонал он и отвернулся.

Я же, наконец, дошла до обрыва, уселась на самом его краю и, свесив ноги вниз, застыла так, закрыв глаза... Ветер хлестал по лицу волосами, длинная рубашка полоскалась по ногам, а я так и сидела, глотая слезы... "Зачем мне теперь о чем-то вообще думать? Когда жизнь вот так рухнула прямо с этого обрыва и разбилась вдребезги о камни внизу. А мой любимый... Он теперь уже не мой... Не мой... Он теперь чужой любимый. Навсегда, на всю мою долгую алантскую жизнь".

- Можно, я рядом с тобой посижу?

- Можно, господин психоаналитик. Только, если ты не будешь, как в прошлый раз, упражняться с моей памятью, - не поворачиваясь, глухо предупредила я Глеба.

- Договорились, - усмехнулся он в ответ и, кряхтя, устроился рядом. - А красиво здесь. И гора Каменное солнце и эти ворота... Странное место.

- Гиблое, - вздохнула я. - Гиблое место... Так ты знал про вернувшуюся жену?

- Да.

- И Сим тоже знал?

- И Сим... Они нас, с ее братом, нагнали уже в Медянске.

- Как в Медянске? - открыла я, наконец, глаза. - А разве Борамир здесь оказался не для того, чтобы мне о ней рассказать?

- Чтобы рассказать о жене? Нет, Вета. Его сиятельство прибыл ко мне в столицу еще вчера после обеда и тут же потребовал объяснить ему, во что тебя втянули, раз ты не явилась к нему в назначенный срок. И, наверняка, наделал бы много шума в некоторых присутственных местах, если бы к нам не заскочил, совсем вовремя, Сим.

- И что было дальше? - шмыгнула я носом.

- А дальше, мы втроем по подвалам махнули в Медянск. Вот там нас и перехватили... тени из прошлого.

- Ну, не такая уж она и тень. Вполне симпатичная дама, судя по портрету, - отвернулась я в сторону, чтобы мужчина не увидел вновь подступивших к глазам слез.

- Вета, да ты элементарно ревнуешь?

- Конечно, ревную. Ведь Борамир, все эти годы, продолжал ее любить... Хотя, с другой стороны, он теперь сможет снова стать счастливым.

- Ну, знаешь ли, если это и любовь, то какая-то странная. Ты бы видела его потрясение в тот момент, когда он их увидел. Да и потом... Скажи, тебе станет легче, если ты узнаешь правду?

- Да что уж там?.. Говори.

- Я знаю графа Ракницкого не так хорошо, как ты, но успел понять, что он человек глубоко порядочный, человек слова. Сейчас таких мало даже среди его уровня. И он не стал бы давать тебе... ложных обещаний, а тем более, делать признаний. Что же касается его жены, то, здесь, безусловно, лишь чувство долга с его стороны. Тем более что, не смотря на его честный о тебе рассказ, она все же требует воссоединения семьи.

- Значит, он ее больше не любит?

- Нет, Вета. Я в этом уверен. Он любит тебя. Но, повязан теперь с ней.

- А что, в Ладмении нельзя аннулировать браки?

- Можно, конечно. Но, здесь другое.

- Какая-нибудь страшная клятва?

- В его случае, и одного обещания достаточно. Он аристократ из очень древнего рода... очень консервативного рода.

- О-о, - обхватила я голову руками. - Опять этот долг. Против него я уж точно бессильна... Глеб, что же это за жизнь такая? Одно находишь, а другим, значит, расплачиваешься?.. Где он? - не утруждая себя вставанием, взмыла я в воздух и завертелась по сторонам...

Борамир стоял под каменной аркой, прижавшись к ней спиной, и глядел в небо. Вот прямо с неба я к нему и свалилась. А потом зависла напротив:

- Сколько у нас с тобой осталось времени?

- Времени?.. - поймал он меня и обхватил руками. - Думаю, сутки у нас есть. Чего ты хочешь?

- Я хочу провести с тобой каждую минуту до последнего нашего срока.

- Я тоже этого хочу. Очень хочу... Но, вот где?

- А мне без разницы, - тряхнула я головой. - Хоть прямо здесь.

- Прямо здесь?.. - всерьез огляделся по сторонам Борамир. - А есть ты хочешь?

- Вообще-то, хочу.

- Ну, тогда, давай сначала в Выселки. А там видно будет. Заодно и тебя переоденем, - опустил он меня на землю. - Господин Анчаров!.. Глеб! - окликнул все также сидящего на краю некроманта. А, когда тот подошел к нам, пожал ему руку. - Спасибо вам за все. Дальше мы сами.

- Точно? - профессионально прищурился он на каждого из нас по очереди.

- Точно, - решительно кивнула я в ответ, подумав про себя, что поистерить я успею и позже, а вот ближайшие сутки надо потратить куда полезнее. - Только, ты...

- В Медянск я заскочу, - опередил меня Глеб. - И твоих предупрежу. Хотя, я думаю, им сейчас, все равно не до тебя...

Глава 32

Сутки...

Из подвала мы с Борамиром вынырнули в районе "меченого" эльфийского ельника, недалеко от деревенских огородов. И в Выселки вошли, уже как обычные люди. Правда, наряд мой вызвал некоторый интерес у парочки местных собак. А в остальном, на нас никто особого внимания не обратил. К тому же на здешних просторных улицах, засаженных вдоль обочин яблонями, было подозрительно мало народа. Возможно, время еще совсем не прогулочное. Хотя, солнце уже висело над самыми горами...

- Праздник у них здесь, что ли? - вытянулся во весь свой немалый рост Борамир, вглядываясь в конец длинной улицы. - Слышишь музыку на площади?

- Я и площадь то не вижу... А что за праздник может быть сегодня?

- Не знаю, - пожал он плечами. - Календарных нет. Для свадеб... - запнулся он на этом слове. - рановато еще. Их осенью играют... Возможно, местный.

- Ага, день Выселок. Пойдем, посмотрим. Интересно ведь. Когда еще такое увидишь - гулянье в деревне скоморохов?

- Так, может, здесь тогда и останемся на ночевку? - усмехнулся мужчина.

- Мне без разницы. Хоть среди поля в стоге сена.

- В стоге, говоришь?.. - вновь озадачила я его. - Вета, для начала давай поедим и тебя переоденем во что-нибудь подходящее... для праздника... и для стога.

Вскоре, по этой же улице, нашлась и местная таверна с задиристым названием "Веселый кнут" и хозяин ее, опознанный нами по длинному чистому фартуку - невысокий крепыш с седым ершиком волос. Мужчина, стоя на уличной лавке, пристально вглядывался примерно в том же направлении, что и Борамир несколькими минутами раньше. А рядом с ним нетерпеливо прыгала остроносая дворняжка. Она периодически хватала своего хозяина за штанину. Тот же в ответ лишь взбрыкивал ногой, не отрывая взгляда от далекой деревенской площади.

- Да-а. Здесь сегодня определенно что-то происходит, - невольно залюбовалась я таким зрелищем.

- Доброго дня, хозяин! - выждав паузу, привлек к нам внимание Борамир.

Мужчина бросил в нашу сторону отстраненный взгляд, а потом, все ж опомнился и, тягостно вздохнув, спрыгнул-таки, со своего наблюдательного пункта:

- И вам всего наилучшего, гости дорогие. Меня Шимон зовут. Милости прошу, - и поспешно распахнул двустворчатые расписные двери, - А ты куда, Ерошка? Марш обратно и следи мне! - цыкнул на рванувшую за нами следом собачонку.

Внутри маленького чистого зала не наблюдалось ни одного посетителя. Видимо, они предполагались немного позже. Чему свидетельствовали выставленные в ряд на "барной стойке" пузатые глиняные кружки. А еще здесь пахло хлебом, жареным мясом и какими-то травами, отчего у меня тут же усилилось слюноотделение.

- Присаживайтесь за любой стол, - "благословил" нас мужчина. - А я сейчас сам вас накормлю.

И так мне понравилось это его "накормлю", вместо употребляемого официально "обслужу", что сразу же захотелось расслабиться и ни о чем больше на свете не думать, кроме того, кто сел сейчас напротив меня и любопытно оглядывается по сторонам:

- А что у вас за праздник сегодня в деревне? - спросил Борамир у вновь подошедшего к нам Шимона.

- День Михаила и Алиции, господин.

- Это какие-то святые? - осторожно поинтересовалась я.

- Святые?.. Хотя, для нас они и в правду, как святые. Они были основателями того бродячего театра, который сюда потом всем скопом и выслали. Михаил - жонглер, а Алиция, жена его, танцовщица. Вот в их честь в этот день каждый год мы и устраиваем состязания: среди мужчин - жонглерские, а среди ба... женщин - танцевальные. А потом уж гулянья до утра. Все, как полагается, в общем... Так чем вас порадовать?..

Порадовались мы в итоге, на славу. Опустошив, ко всему прочему на двоих кувшин местной "рябиновки", от которой в голове стало вдруг легко, а на сердце тепло. Правда, тосты выбирали очень осмотрительно, но, только сначала:

- А давай теперь выпьем с тобой за Мокею. Пусть ей в твоем Озерном замке не... не... в общем, не сквозит.

- Та-ак, Вета, пора заканчивать... И почему я раньше не додумался тебя вином угостить?

- Ну да. Это тебе не какой-нибудь там ликер "Женепи".

- Это точно... - окунулся в красочные воспоминания Борамир. - Послушайте, Шимон, этой девушке нужно подходящее для вашего праздника платье. У вас что-нибудь найдется...

- ... подходящее? - уперся в меня взглядом мужчина. - Найдется. От старшей дочери осталось.

- Она что, умерла? - удивленно выкатила я глаза.

- Что вы! - всплеснул руками Шимон. - Замуж вышла и уехала в Медянск. Сейчас я гляну в кладовке...

Платье мне понравилось. Изо льна, выкрашенного в темно зеленый цвет, с авангардно (для деревни) высокими боковыми разрезами и вышивкой на груди то ли цветка, то ли паука. Осталось лишь определиться с местом для ночевки. Но и здесь нас выручил хозяин "Веселого кнута", живо пристроив на постой к собственной теще:

- Все другие хорошие дома заняты. Ко многим родственники на праздник съехались из соседних деревень. А у нее избушка есть в углу огорода. Там раньше мать ее жила. Чудная она была, правда. В полнолуние в озерце купалась аж до самой смерти. Так что, если вас не смущает такое место, то дочка моя младшая проводит до нее. Это через площадь как раз, на другом конце Весёлок. Ну, так что?

- Нас не смущает, - уверила я сразу за двоих. - Мы сами, знаете ли, кое-что тоже можем... Через дымоход влетать, например, и...

- Угу, - прижал меня к себе Борамир, не дав огласить весь список возможностей. - И сказки рассказывать... Где ваша дочь?

Младшая дочь Шимона, костлявая девушка с парой запоздалых прыщей на лбу совсем по-взрослому окинула моего спутника взглядом, после чего тут же задала нам темп движения, очень близкий к бегу. Видимо, ей, обремененной семейным бизнесом, очень хотелось, хотя бы ненадолго, вырваться на свободу. Поэтому, мы и не заметили, как, практически, с разбега, ворвались в самую гущу массового гулянья. Правда, нам повезло, и бабушка нашей провожатой оказалась именно там, а не у себя дома - за стоящим немного в стороне, накрытым прямо на площади столом. Тут же произошло знакомство, а после этого, в основном знаками через стол, так как услышать друг друга было очень сложно, нам объяснили наш будущий адрес... И веселье началось...

Все площадное пространство, довольно просторное для такой небольшой деревеньки, было поделено сейчас на две зоны: мужскую и женскую. На первой, играя мышцами, к своим состязаниям готовились жонглеры. На второй - разминались местные хореографические таланты. А стол, за которым сейчас, в числе прочих "божьих одуванчиков" гордо крутила носом наша крартиродательница, и вовсе оказался местом для "женского" жюри.

И все это скопление народа, постоянно перемещающееся и галдящее в предвкушении действа, было ярко освещено множеством магических шаров, зависших в воздухе на допустимой высоте. Вскоре я разглядела и самих специалистов по иллюминации - двух молоденьких магов воды, видимо, решивших подзаработать на празднике в честь местных "святых" скоморохов.

Мы же с Борамиром сначала, как заправские туристы, попытались осмотреть всю площадь. Но, после того как ему пришлось дважды вылавливать меня из людского потока, решили сменить тактику и весьма удачно заняли стратегическую возвышенность (перевернутую телегу с высокими бортами). С нее очень хорошо просматривались обе состязательные половины...

"Но, только не думай, о том, что скоро все закончится. Только не оглядывайся назад... Только не смотри в его глаза. Как они внимательно следят, ловят каждое твое изменение в настроении... Только не думай"...

И сделали это мы как раз вовремя, потому что минуты через три, точно напротив нас, на украшенный цветами деревянный помост взобрался местный староста. Речь его по поводу открытия мероприятия была богата витиеватыми сравнениями и матерными изысками, что вполне соответствовало духу глумливой деревеньки. А закончилась и вовсе неожиданно, вызвав бурные овации публики одной лишь фразой: "И пусть мокрых сегодня ночью станет больше, чем сухих!".

- Это как следует понимать? Дождь они ждут, что ли?

- А может здесь принято в местное озеро лезть всей толпой или в болото... - внес свое предположение, обхвативший меня сзади Борамир. - Но, как бы там, ни было, Вета, мы с тобой в этой вакханалии не участвуем.

- Тогда, может... - только и успела произнести я, но тут же беспомощно захлопнула рот. Потому что, под приветственный рев зрителей на свои "сцены", наконец, вышли участники состязаний...

Честно говоря, пытаясь одновременно следить за обеими половинами площади, я чуть не схлопотала косоглазие. Потому что и там и там зрителей радовали своим "творчеством" настоящие мастера. Но, после того как летающих в воздухе мешочков с крупой, горшков с геранью и утюгов сменили настоящие топоры, все мое внимание резко переключилось в сторону безобидных танцев. В отличие от Борамира, который так активно болел за отчаянного жонглера, что даже начал откровенно подскуливать.

"Только не смотри на него... Просто прижмись сильнее спиной, погрейся об его тепло, пока еще можно... И не думай больше ни о чем... Ох, рано выветрилась рябиновка"...

Но, и девушки не подвели, для начала "разогрев" публику короткими лоскутными платьями в стиле "а-ля Колумбина". Мне, больше остальных, запомнилась одна из них, пантомимой изображающая не то сбор грибов, не то посадку картошки. Она была настолько выразительна, что когда в финале запустила в публику своим воображаемым реквизитом, многие втянули головы в плечи. А особо впечатлительные даже процитировали фрагменты речи старосты. Однако, справедливое жюри после длительных дебатов, чуть не перешедших в драку, победительницей объявило не ее, точнее, победительницами. Ими стали три рослые девицы, исполнившие местный вариант ирландского народного танца. Тоже, впрочем, зажигательный...

Наконец, на помост со всей торжественностью (две балалайки и одна скрипка) были приглашены победители обоих состязаний - специалист по топорам, так понравившийся Борамиру и девичье танцевальное трио. И если, вдруг засмущавшийся парень был провозглашен на эту ночь "Михаилом", то вот с дамами вышла заминка - столько "Алиций" здешняя власть, явно не планировала... Но, и после того, как образовавшийся квартет благополучно спровадили со сцены, радостного настроения в массах ничуть не убавилось. Все явно чего-то ждали. И только соломенная шляпа старосты суматошно мелькала среди переминающегося народа...

"Дура ты безнадежная. Ты сама все это затеяла... Теперь терпи и улыбайся... И только не думай... Ни о чем не думай, кроме этой ночи, кроме этих суток... Уже не суток. Уже меньше"...

- Ну что, представление закончено. Теперь давай ко мне, - спрыгнул Борамир вниз и протянул мне руки.

- А давай! - со всей дури махнула я на него и обхватила ногами, благо, платье позволяло. - А слабо вам, Ваше сиятельство поцеловать даму при таком скоплении народа?

- Мне? - оскалился он. - Вета, давно бы так...

- А-а, вот и еще одни! Любо дорого смотреть! - радостно замер прямо перед нами староста, вынуждая прерваться на самом интересном месте. - Так что же вы здесь то? Вы поближе давайте к сцене. Скоро ж все начнется. Только вот... Таисий! - развернулся он к возникшему рядом тощему мужичку. - Куда ж вы его дели то? Я ж говорил, чтоб сразу в ящик спрятали.

- Так, вишь ли, - виновато скривился тот. - Я до последнего за ним следил. А он все одно куда-то слямзился вместе с... Да вот же его телега! - подскочил он к нашей бывшей стратегической возвышенности. - Только чего она так-то?

- Чего-чего! - недовольно передразнил его староста. - Каждый год одно и тоже... А ну, на алле ап... Поднатужились!

Телега тут же была водружена на колеса, наподдав одной из оглоблей какому-то зазевавшемуся дедку. А прямо под ней, в гнездышке из подмятой травы к всеобщему изумлению был обнаружен православный священник. Правда, испускающий такой сивушный дух, что я даже не поленилась над ним склониться для дополнительного опознания. Батюшка мирно спал, сжимая в своих цепких объятьях большое деревянное решето.

- Ах, ты ж ...! - высказал свое мнение местный глава. - А мы его ищем по всей деревне! Таисий, забирай у него реликвию и дуй на сцену к ребяткам. А я сейчас кого-нибудь отправлю Отца нашего к себе в сени на лавку уволочь.

Проштрафившийся мужичок кинулся исполнять поручение и, скрючившись над спящим, решительно потянул решето на себя:

- Изыди. Не позволю осквернять святую реликвию, - монотонно пробубнил тот и тут же перевернулся на другой бок.

- А вы что же? Я ж говорю, давайте ближе. Ведь, наверное, ради нашего решета сюда и приехали, - вспомнил о нас деятельный староста и, дипломатично подтолкнув Борамира в спину, исчез в гудящей толпе.

- Что это было то? - еще двигаясь по инерции, удивленно смотрела я вслед его шляпе.

- Что было? Да почти в каждой деревне в Ладмении есть такие вот... реликвии. И обязательно, святые. Для увеличения собственной значимости.

- А в деревне возле Озерного замка есть?

- Конечно.

- И что это? Какая-нибудь святая тарелка?

- Нет, - засмеялся мужчина. - У нас все по серьезному - кузнечный молот... Ну так что, уходим?

- Борамир, староста сказал, что мы... - закусила я губу, пытаясь подобрать слова...

- Ты хочешь посмотреть? - усмехнулся он и поцеловал меня в нос. - Хорошо. Только, давай, не долго?..

Да, долго ждать я и сама была не согласна. Хотя, очень меня зацепили слова этого шляпоносца. Возможно, сработало неискоренимое женское любопытство, а может и моя личная интуиция хоть сегодня, да не подкачала. Оставалось лишь проверить и, к нашей общей со зрителями радости, представление на сцене, наконец, возобновилось. Но, на этот раз его главными действующими лицами стали, кроме святого решета, конечно, два все тех же мага-шабашника, торжественно вынесших реликвию на большом разносе.

- А сейчас, апофеоз нашей ночи! - фальцетным от напряжения голосом провозгласил один из них. - То, чего вы так долго ждали! Полет волшебного решета с обязательным проливанием всевозможных благодатей на головы счастливчиков! Вы готовы?!

Благодарная публика тут же откликнулась возгласами, означающими крайнюю степень готовности и шоу началось...

Для начала в небо над толпой был запущен сам "объект проливания", который, пролетев несколько метров, вдруг, таинственно завис. Затем, сначала медленно, потом все активнее, решето стало исполнять подобие танца живота, будто взбалтывая в своем дырявом нутре благодатную жидкость. А через несколько секунд, под всеобщее "О-ох!", его движение вновь возобновилось.

- А кому у нас будет везти с деньгами? - тоном воспитателя на утреннике, вопросил второй паренек на сцене.

И послушное решето, не промедлив ни секунды, "пролилось" золотой жидкостью на первого везунчика. Затем понеслось дальше над ревущей в восторге толпой, выискивая себе новых жертв местной фортуны и окатывая их с головы до ног... Вот так, примерно, эта радостная картина виделась почти всем присутствующим на площади зрителям. На самом же деле, все выглядело гораздо прозаичнее:

- Ну, вы, мальчики, и даете! - ехидно покачала я головой в сторону откровенно веселящихся на сцене магов.

А, когда реликвия притормозила в опасной от нас с Борамиром близости, одному из них показала выразительный алантский кулак. С тех пор она облетала нас стороной, меняя в воздухе благодати и цвета. Так, за "Деньгами" последовало болотного цвета "Здоровье", надолго зависнув над скучающими за судейским столом старушками. А за "Здоровьем" публику окатило ярко синее "Везение". В результате же "небесной окраски" практически вся ликующая толпа стала похожей на пьяных футбольных фанатов после победного матча их команды. Одни мы с Борамиром выгодно (обделенно) бледнели на их фоне...

- Я думаю, все остались довольны? - взобрался на сцену, полностью синий староста. - А теперь, танцы! - залихватски притопнул ногой, но тут же был одернут за рукав подскочившим к нему магом.

В подготовленном сценарии явно, возникла какая-то заминка. Я пригляделась получше и заметила, что второй юноша в это время упорно пытается притянуть к себе по-прежнему висящее над площадью решето. Но, вопреки его стараниям, реликвия полностью вышла из-под контроля. Мало того, она вновь начала медленно двигаться над людьми... И это были уже не магические фокусы. Эта была настоящая природная сила...

- Радуйтесь, мои земляки и наши гости! - совершенно другим тоном произнес староста вмиг притихшей толпе и снял свою намокшую шляпу. - Истинная благодать посетила нас в этом году. Не часто подобное происходит. На моем веку всего-то третий раз. Наше волшебное решето выберет сейчас по-настоящему счастливых людей. Тех, кому будет суждено вместе прожить эту жизнь и вместе состариться. Супруги и просто влюбленные, воссоединитесь, - закончил он в полной тишине дрогнувшим голосом.

И выбор начался... Решето медленно плыло над людьми, то останавливаясь, то вновь продолжая неспешное свое движение, заставив сердце мое сжаться до размеров спичечной головки... И первым кроваво красный дождь пролился над пожилой парой, обнявшейся очень трогательно. Потом очередь дошла и до других, коих в этой глумливой деревеньке нашлось немало. А решето все плыло и плыло, обещая жаждущим сердцам "любовь до гроба"...

- Борамир, - резко развернулась я к своему... пока еще своему мужчине. - Пойдем отсюда. Я не хочу здесь больше стоять. Пойдем.

- Чего ты так испугалась? - недоуменно склонился он ко мне. - Ты же сама говорила, что все это только фокусы?

- Нет, это уже не фокусы. Это по-настоящему, - схватила я в отчаянии его за воротник куртки. - И я не хочу при этом прису... - внезапно захлебнулась хлынувшей сверху, прямо на нас красной жижей. - Да, что б тебя... - волшебное решето, ехидно качнув нам с небес своим боком, медленно поплыло в сторону сцены. - Нет, это уже вообще ни на что не похоже, - ринулась я сквозь удивленно взирающую на меня толпу. - Это уже издевательство какое-то, очередная насмешка судьбы.

- Вета, погоди! - прокладывая себе дорогу, как ледокол сквозь льды, несся за мной Борамир. - Куда ты?

- Смыть с себя все это! Где здесь какой-нибудь водоем?

- Вета! Постой! - нагнал он меня уже в пустом переулке, прилегающем к площади. - Почему смыть?

- Да как ты не понимаешь? - даже не сбавила я темп. - Ведь это невозможно! Даже если бы мы с тобой были вместе. Что значит, вместе состариться? Я и с тобой-то рядом в кошмарах себе представляла, как тебя хороню. А уж теперь... - зарычала я в бессилии и понеслась еще быстрее...

- Вета, - наконец, поймал он меня и с силой прижал к себе. - Любимая моя, зачем ты вообще сейчас об этом думаешь?

- А как же мне об этом не думать? Это проклятие алантского рода, наше долголетие... И без тебя. Даже эти недолгие годы. Все равно, без тебя...

- Ну, раз уж ты вспомнила, что алант, то скажи мне тогда, зачем тебе пруд, чтобы все с себя смыть? - заговорил он со мной, как с глупым ребенком, гладя по мокрой голове.

- Действительно, - растерянно отстранилась я от него. - А мы разве до него еще не дошли? Вон там же кто-то квакает в камышах? - и теперь уже более осознанно огляделась по сторонам.

Небольшой переулок, тропинкой, выходящий как раз на берег местного водоема уже закончился, и мы стояли сейчас в центре песочной полянки, слева от которой темнела чья-то бревенчатая банька с приткнутой к ней лавочкой, видимо для созерцания. Я же, сделав над собой и Борамиром необходимые манипуляции, слегка успокоилась и даже стала ровно дышать, но, донесшийся с недалекой площади шум вновь окунул меня в недавнюю атмосферу:

- Прости меня, я сама тебя втянула в эту агонию, - обхватила я Борамира руками.

- Ну, почему же ты? И я хотел того же не меньше... А что касается этого решета... Раз уж ты говоришь, что все было по-настоящему, то... может быть, Вета...

- Что, может быть? - уставилась я на него. - Может быть мне твою Мокею еще раз убить, уже окончательно, чтобы ты опять стал вдовцом? Какой еще выход, Борамир с твоим-то чувством долга?

- Вета, прекрати, - отпрянул он от меня. - Я совсем не это имел в виду.

- А какие еще варианты нам светят? И хоть заполивайся из всех волшебных бадеек в мире. Кстати, можно еще попробовать себе вашим волшебным молотом по голове постучать. Но, тоже, вряд ли нам поможет. Мы обречены, Борамир, - рыдая, приткнулась я спиной к бревнам баньки. - Я не думала, что сейчас будет так тяжело... Это, как медленная смерть вместо быстрой... Прости меня. Я опять ошиблась...

- Вета, - подошел он ко мне вплотную и, отняв руки от лица, прижал их своими к стене. - Посмотри на меня. Я люблю тебя и мы сейчас вместе. Так давай сегодня ночью в последний раз вместе умрем, но... очень медленно?

- Борамир, как умрем? - опешила я.

- А вот так... - прильнул он к моим губам своими ...

И мы вместе так умирали и вновь воскресали, чтобы опять умереть, как в последний в наших жизнях раз, что про свою "законную" избушку в углу огорода вспомнили лишь на рассвете, решив, для разнообразия вернуться к деревенской цивилизации... Где, наконец, и уснули, прижавшись друг к другу, тоже, как в последний раз...

Вернее, один из нас точно уснул. А вот второй не успел...

- Ну, надо же, - обреченно вздохнула я под очередную руладу Борамира над самым своим ухом. - Будет тебе от меня подарок, Мокея... Хотя, уж лучше бы я этого не делала, - на ощупь нашла я его нос и накрыв его своей ладонью, сосредоточенно зажмурила глаза.

- Вета, что ты делаешь? - сонно пробормотал он.

- Избавляю тебя от твоего богатырского храпа... Точнее, уже избавила.

- Зачем? - философски изрек он. - Лично мне он не мешал.

- Я не о тебе сейчас забочусь. Но, если ты хочешь, могу свернуть твою перебитую переносицу обратно, - ехидно заметила я и вновь потянулась к его лицу.

- Не надо, - расплылся он в ответ и, поймав мою руку, водрузил ее к себе обратно на шею. - Спасибо... любимая...

- Не за что, - с чувством выполненного долга чмокнула я его в исцеленный нос.

- А вот это ты зря сделала и сейчас обязательно поплатишься, - театрально сдвинув брови, навис он надо мной...

Проснулась я от каких-то непонятных криков за окошком - то ли матов в женском исполнении, то ли куриного заполошного кудахтанья, и сразу же открыла глаза. Потом, потянувшись от всей души, повернула голову на бок... Смятая постель рядом со мной была совершенно пуста... "Это что, именно так и должно было закончиться?", - отчаянно запульсировало в голове, пока взгляд, вдруг, не уперся в приткнутый в угол комнатки меч Борамира.

- Ну, и где же вас носит, Ваше сиятельство? - грозно спросила у забытого оружия. - Неужели и здесь нашли себе неотложные дела?.. Ой, а у меня, ведь, они тоже есть.

Пришлось быстро напяливать на себя свою вчерашнюю одежду и бежать на поиски заветного строения, по логике, находящегося где-то, не так далеко. А по дороге встретить нашу почтенную хозяйку, длинной клюкой гоняющую по капусте черных, как смоль, кур во главе с точно таким же петухом:

- Добрый... день! - бросив взгляд на солнце в небе, поприветствовала я ее, уже хлопая узкой дверцей.

Но, этим наше светское общение не ограничилось. И старушка, уже закончившая ритуал изгнания "злых" сил из огорода, терпеливо поджидала меня, сидя на лавочке, прямо у крыльца в избушку.

- Добрый день, госпожа алант, - пригласительно похлопала она ладонью по сиденью сбоку от себя.

И только тут я вгляделась внимательно, до этого общаясь с ней лишь вскользь. Действительно, женщина была магом воды. Правда, совсем уж слабым, с едва различимым специфическим свечением... "Так вот, почему маман ее совершала заплывы в полнолуние", - хлопнулась я на прогретое солнцем дерево и выжидающе замерла.

- Ну, и как вам наш праздник, понравился?

- Да... Понравился. Особенно, танцевальный конкурс, - на всякий случай, решила я "бросить ей леща".

- Да что вы? А я вот вчера платок свой отдала совсем не за этих телок откормленных из Кедровников. Так нет же, все одно их протащили. Уж знаю я, наверняка Боровчиха, тетка их, хобья погремушка, бутыль поставила этим беззубым дурам.

- Вы знаете, мне тоже больше другая понравилась... танцовщица.

- Это кто ж? - прищурила она на меня свои маленькие глазки.

- Она изображала жестами и мимикой не то, как грибы собирала, не то...

- А-а, то наша девка, весёлкинская - дочь мельника. Талантище... А решето наше вам как? - неожиданно закончила она вступительную часть беседы.

- Решето?..

- Решето. Вот оно вчера выдало! Я сама не видала, сразу побежала смывать с себя это пацанье балагурство, а соседка потом рассказывала...

- И что она вам рассказывала?

- Да, тоже немного. Их же с ее инвалидом первых и облагодетельствовало. И ведь все правда. Ведь живут они уж столько лет в ладности. Так видно, и помрут в один день.

- Значит, оно... не ошибается? - перехватившим от волнения голосом спросила я.

- Решето то? Ну, я насчет приезжих зарекаться не стану, а вот на наших всегда по делу льет. На тех, на кого надо... Вот, помню, лет десять назад, когда оно в последний раз так расщедрилось, местная наша потас... очень свободная женщина, сразу трех своих хахалей за ним по всей площади таскала, по очереди, значит, - ехидно захихикала старушка. - А потом, уже плюнула и на всем скаку, со злости, значит, налетела на нашего пасечника. Вот тут-то их и накрыло, - звучно хлопнула она себе по тощей коленке.

- И что было дальше?

- А что было?.. Осенью свадьбу справили и живут до сих пор. Он ее от... свободы этой быстро отучил - увез на свою пасеку дальнюю. А здесь теперь только по праздникам появляются и все время вместе, под ручку ходят, скалются. Будто их самих медом намазали... А, вот еще был случай...

- Здравствуйте, дамы! - накрыла нас, упавшая из-за угла избушки широкая тень. - Ты уже проснулась?

- Ага, - подскочила я к нему и запустила руки под куртку. - Где ты был?

Борамир обхватил мое лицо руками и потянулся к губам, но бросив взгляд на застывшую в предвкушении старушку, лишь чмокнул в нос:

- Договаривался насчет средства нашего передвижения.

- Ну, и на чем же мы будем отсюда передвигаться?

- Примитивно - на лошадях. Ты еще не научилась скакать галопом?

- Галопом? - испуганно выкатила я глаза. - Нет. Я и шагом то едва за тобой поспевала.

- Значит, поедем шагом. Тем более, по дороге будет столько интересных мест. Здесь-то мы с тобой уже все... посмотрели, - насмешливо сузил он глаза. - Я только за своим мечом, расплачусь за постой, а потом позавтракаем, - скрылся Борамир в низком дверном проеме, заставив нашу хозяйку даже привстать, проводив его задумчивым взором вглубь избушки.

- Да-а... - многозначительно изрекла она, вновь развернувшись ко мне. - Молодость... Так, а вы то, вчера под решетом... - начала, но, поймав мой затравленный взгляд, прихлопнула рот рукой. - Неужто?.. Алант и...

- Видимо, оно, все-таки, ошибается, - со вздохом пожала я плечами и, попрощавшись, развернулась на выход...

Но, первым у дороги дождалась не Борамира, а выскочившую с завидной скоростью, нашу бывшую квартиродательницу. Старушка, мельком взглянув в мою сторону, тут же устремилась к соседней калитке, совершенно забыв про свою клюку... Вот где, вечная молодость...

- Вета, что ты ей такое сказала? - появился следом за ней опешивший мужчина. - Она с меня за наш постой брать отказалась. Заверила, что мы для нее и так большой почет, а потом понеслась куда-то быстрее ветра.

- Мы теперь с тобой будем здесь большими знаменитостями, причем совершенно безымянными, - проводила я глазами мелькающие подошвы. - Хотя, думаю, со временем и имена появятся. Тебе какое больше нравится из мужских?..

В своем воображении я живо представила местные научные диспуты на тему: "Каким же способом аланту и человеку можно добиться одновременного старения?" И варианты гипотез, из которых одна была мне весьма очевидна - алант отказывается от своей магии. А вот вторая до сих пор оставалась загадкой...

Таверна "Веселый кнут", на следующий день после всенародного гулянья, возвращала свой прежний вид и ее хозяина мы вновь застали на улице. Но, на этот раз, выправляющего молотком висящую на одной петле дверную створку. Он приветливо промычал нам полным гвоздей ртом и со скрипом открыл уцелевшую вторую половинку. В самом же зале полным ходом шла генеральная уборка по истреблению следов вчерашней разноцветной благодати на стульях, столах и стенах. Участвовали в ней худая, как модель женщина, лет сорока, даже на нас не взглянувшая, и наша вчерашняя провожатая со следами жесткого недосыпана лице. Поэтому усадил нас Шимон за оставшийся единственно чистым, маленький угловой столик, отделенный от общего зала шторкой. Видимо, предназначенный для особо стеснительных (или загадочных) гостей. И обслужила нас младшая дочь хозяина, несмотря на свой помятый вид, довольно быстро, тут же подмахнув по большой порции горячей яичницы с колбасой.

Мы же сидели друг напротив друга и лишь изредка обменивались несущественными фразами, остро чувствуя приближающуюся дорогу и то, куда она должна была нас привести. И, пусть, пока старались обмануть свою судьбу, придумывая разные для этого способы, но нас уже неотвратимо затягивало в воронку реальности... Борамир, правда, еще шутил, а я все так же ему улыбалась, но, вскоре, нам, неожиданно представилось настоящее развлечение...

- Здравствуйте, - услышали мы из-за плотно скрывающей нас ткани знакомый старческий голос, а за ним и мерный стук (предположительно, клюки) по полу. - Что-то спина ноет. Наверное, к непогоде... Присесть то дадите или мне так и торчать тут у стола?

- Да садись ты, - вступило в диалог второе действующее лицо в сопровождении звука отодвигаемой мебели (предположительно, стула). Чего пришла то, мама? Или уже огород твой опять пора полоть?

- Да, какой там огород?.. Ты новость слыхала? - чуть заметно понизила она голос. - Про вчерашние чудеса с решетом?.. Что, и попить не предложите?..

Мы с Борамиром, внезапно, напряглись. И я поняла, что накарканная мной собственная слава настигла-таки, своих героев еще на месте их "преступления".

- Дочка, принеси бабушке, там... Сама знаешь, в буфете, - тем временем продолжилась "радиопостановка", опять же, в сопровождении звука удаляющихся шагов и хлопнувшей двери (предположительно, в личные комнаты семьи). - Так, что за чудеса тебе опять померещились?

- Как это, померещились? - всерьез оскорбилась магическая старушка. - Это тебе может... померещиться. Это ты со своими способностями только и умеешь, что в тазиках воду на посуду греть. А я - маг. Мне все взаправду видится.

- Ну, хорошо. Что тебе привиделось? - флегматично поправилась женщина.

- Да постояльцы мои, которых твой муженек мне вчера навелил, знаешь, кем оказались?

- Мама, я даже про то, что он тебе кого-то вчера навелил впервые сейчас от тебя же и слышу. Говори яснее причем тут решето?

- А притом, двое их было. Девица - алант, это в наших-то краях, - повысила она голос до состояния хриплого шепота. - Длинная, рыжая и с глазищами. Настоящий алант, в общем... - на этом месте Борамир попытался встать и вмешаться в спектакль, но, я его сдержала из чистого любопытства. - ... А мужчина ее - прямо видарь . Хоть и человек, даже не маг. С хвостом чудным на голове. И тоже какой-то... непростой. Вроде, и одет обычно, а держит себя, как прынц и меч дорогой. Уж я-то в этом толк знаю. Муж то мой, твой отец, был... - на этом месте была пресечена вторая попытка обсуждаемого, вероломным хватанием за руки.

- Ой, да помню я, мама, кем был мой отец. Наслышана о геройском наемном воителе... Дальше то что? Причем здесь решето?

- А притом, что решето наше на них вчера пролилось... заветным.

- Заветным? - выказала долгожданную заинтересованность женщина, а Борамиру теперь уже пришлось удерживать меня. - Нет, я еще ночью от наших мужиков за столами слыхала, что в этом году спустилась опять на нас благодать, но, чтоб на аланта и человека? Разве такое возможно?..

- Вот и я говорю, что вряд ли, - высказалась довольная рассказчица. - А Симениха говорит, что может такое быть... Ну, наконец-то, дождалась от внучки водички, - вновь хлопнула та же дверь и старушка на время выпала из действия.

- А вы, мама, все по деревне со сплетнями носитесь. Клюку то свою на этот раз дома не забыли? Кого из соседок сегодня полощем? - заполнило паузу третье появившееся лицо в виде вернувшегося Шимона.

- Да, погоди ты, не про этих сейчас речь. Так что Симениха то говорит? - вступилась за честь матери дочь.

- А говорит, что есть один способ, кроме отказа от алантских сил, да только она сама его толком не знает.

- Я не понял, это вы про кого сейчас треплетесь? Про какого аланта?

- А про такого, милок, что ты мне вчера на постой определил, - ехидно пояснила старушка.

- Чего? - сдавленно прошипел мужчина, а потом тоже перешел на шепот. - Скакали бы вы отсюда, мама, прямо сейчас со своими новостями. Ведь доведете меня до... - внезапно возник он прямо перед нами, причем цвета нашей с Борамиром вчерашней раскраски. - Вы уж нас простите, дураков деревенских. Ведь эти бабы мои, чтоб им хоб языки вместо плуга впряг... - схватился он рукой за грудь.

- Да, все нормально, - едва сдерживаясь, встала я из-за стола, предвкушая грядущее зрелище.

И воображение мое меня не подвело: где там классику с его финальной сценой "Ревизора", когда вся женская половина семьи Шимона провожала нас со священным ужасом в глазах и в совершенно окаменевших позах. Особенно порадовало главное действующее лицо, она же деревенская вестница, так и зависшая с графинчиком в одной руке и рюмкой в другой. Причем, содержимое его так и лилось на только что отмытый стол...

Борамир вышел следом и на его лице, в отличие от оставшихся внутри людей и магов, переливалась целая гамма эмоций:

- Да-а... Я даже не знаю, как на все это реагировать... Представляешь?

- Гости дорогие! - выскочил за нами Шимон с объемной сумкой в руках. - Не знаю, как перед вами еще извиняться. Вот, - всучил он Борамиру свою ношу, звонко брякнувшую чем-то внутри. - Это вам от меня на дорожку. И завтрак, конечно, за мой счет. Примите, если не совсем на нас осерчали.

- Так мы уже... вроде, приняли, - в конец растерялся мой спутник.

- Спасибо и до свидания, Шимон, - помахала я ему рукой, давая намек на отход, который он тут же понял, лишь выдохнув напоследок. - А вот и лошадок ваших ведут. Хоть брат мой не подкачал...

- Ну, как бы там ни было, а мы с тобой и переночевали здесь бесплатно и поели. Да еще и в дорогу с собой дали, - беззвучно смеясь, посмотрела я на Борамира, до сих пор стоявшего с сумкой в руках.

- Одно слово, глумливая деревенька, - брякнув содержимым "моральной компенсации", почесал он себя за мочку уха. А потом, наконец, не выдержал и присоединился ко мне...

Сразу за деревенскими огородами дорога наша плавно нырнула в клеверную низину, окончившуюся рощицей молодых осинок, напомнивших мне о совсем других, на них похожих. Тех, что серебрятся сейчас своими гибкими стволами в окрестностях Качелино. Я даже заозиралась по сторонам, ища и иные сходства. Но, кладбищенского холма с шумящими под ветром старыми березами так и не обнаружила. Хотя, похоронная тема в голове засела крепко:

- Борамир, а в Ладмении только алантов принято сжигать после смерти?

- Да, только их... вас, - кинул он на меня тревожный взгляд. - А почему ты спрашиваешь?

- Просто, про бабушку вспомнила... Она теперь там совсем одна лежит... В чужом мире.

- Нет, Вета. Она всегда с тобой, где бы ты ни была. Как и все те, кого мы любим и помним.

- А Мокею ты долго... помнил? - закусив губу, задала я мучивший меня вопрос.

- Ты хочешь, чтобы я тебе о ней рассказал? - обреченно вздохнул Борамир.

- Да... Я хочу. Ведь она же - часть твоей жизни.

- Ну, хорошо... - надолго замолчал он, видимо, собираясь с мыслями. - Наши отцы давно знали друг друга - общее походное прошлое. А с ней самой я познакомился незадолго до свадьбы. Она была... Она - наполовину алант, по матери. И как-то сразу мне приглянулась. Всегда говорила то, что думает и делала то, что хотела. А мне тогда жутко нравилось исполнять любое ее желание... Ну, а, вскоре, после того, как мы поженились, Мокея забеременела. Я тогда уже был главой своего рода и очень ждал наследника...

- А за что Конт так с ней поступил?

- Не знаю. Может быть сейчас что-то прояснится, хотя... Думаю, что она ему чем-то мешала тогда. Конт в то время уже жил в Озерном замке, как ученик Мабука. И старик, с моего согласия, готовил его себе в замену. Я никогда не замечал между ним и Мокеей открытой неприязни. Лишь однажды, незадолго до того... события с каретой, застал их ругающимися между книжных стеллажей, но так и не получил от обоих вразумительного ответа, что между ними произошло... Возможно, она его в чем-то подозревала. Тогда, получается, что за это и поплатилась... пятью годами своей жизни, надломленным здоровьем и частичной потерей памяти.

- Борамир, она так сейчас плоха?

- Да, Вета, - тоскливо посмотрел он на меня. - Поэтому рядом с ней всегда неотлучно находится ее брат по матери, Гужеслав. Они с ним вместе и приехали из Джингара, с их второй родины. А вот почему она не вернулась ко мне сразу, и как она вообще оказалась по ту сторону гор, я тоже пока не знаю...

- А твой... - так и не смогла произнести я это слово.

- Она его потеряла... Я вообще удивляюсь, как она выжила тогда. Ведь от кареты остался один пепел, развеянный по дну ущелья... Видимо, алантская кровь, хоть и наполовину...

- Бедная... Мокея, - впервые без внутреннего отторжения произнесла я ее имя и отвернулась в сторону. - "И бедный ты, мой любимый... Без шансов на продолжателя рода".

- Эй, Вета, ты что это? - подъехал он ко мне вплотную и обнял рукой за плечи. - Прекрати. Я найду ей здесь лучших лекарей. Это сейчас не сложно. В Джингаре они с братом жили... очень скромно. Но, Гужеслав все равно ее поддерживал. К тому же, он говорит, что есть возможность, хоть не совсем восстановить ее здоровье, но, хотя бы гораздо его улучшить... Слышишь?

- Слышу... Он истинный алант, ее брат?

- Гужеслав? Да, как и ты.

- Ну, тогда у вас, действительно, есть такая возможность, - посмотрела я в его глаза и убрала за ухо выбившиеся из хвоста волосы. - ... родить тебе наследника... Я даже могу помочь, если понадобится.

- Помочь родить? - удивленно уточнил он.

- Помочь вылечить твою жену, пока я еще не прошла инициацию.

- Ах, вот ты о чем... - вдруг напрягся он и снял с меня свою руку. - Вета, как бы там ни было, я все равно буду о тебе заботиться. Желаешь ты того или нет. И просто так ситуацию с Верховным магом не оставлю. Ты так и знай.

- Борамир, я это знаю... Я именно таким тебя и люблю. И именно поэтому боялась что-то тебе рассказывать. Но, не надо за меня переживать. У тебя скоро появится много своих забот. А я себя в обиду не дам. Ты тоже так и знай.

- Значит, вот так? - усмехнулся в ответ мужчина, будто сбросив с себя на мгновенье, тяжесть нелегкого разговора.

- И никак по-другому, - в тон ему заявила я. - ...А ты знаешь, с какого момента я поняла, что безнадежно в тебя влюбляюсь? - неожиданно для себя вдруг спросила я.

- Именно после этих слов, когда я попытался запретить тебе выходить во двор? - продемонстрировал Борамир чудеса собственной памяти.

- Нет. Немного раньше - когда ты решил, что меня изнасиловал, а потом так искренне в этом раскаивался... - мечтательно закатила я глаза.

- Ты это серьезно?.. - натянул он от изумления поводья. - ... А, знаешь что, Вета, не пора ли нам где-нибудь, в интересном месте... перекусить? - и, приподнявшись в стременах, зашарил взглядом по окрестностям.

- Почему бы и нет. Только, можно, это... интересное место я выберу сама?

- Договорились, - расплылся мужчина, впервые с момента нашего отъезда, пришпорив свою лошадь...

И место такое, часа через два, сыскалось. Еще одна "мечта идиотки", только уже более "специфическая" и воплощенная в огромном стоге сена, сильно напоминающем хлебный "кирпич". Он, среди прочих своих подобий, красовался на недавно скошенном поле, в приличном отдалении от дороги, с которой мы только что свернули. Борамир лишь хмыкнул в ответ, видимо, припомнив мои вчерашние фантазии с ночлегом. А потом, спрыгнув со своей лошади, обошел сооружение вокруг будто, примериваясь:

- Вета, а дальше что? Где мне рыть?

- А рыть нигде не надо, любимый, - обрадовала я его, и, прямо из седла, взмыла на самую вершину стога. - Тебе помочь подняться?

- Не надо! - нехорошо сузив глаза, принял он мой вызов и пошел во второй круговой обход.

Я же принялась его подбадривать сверху, внимательно следя за пока безуспешными попытками:

- Любимый, я уже и ковер навещала... красивый! Я такой в Либряне видела!

- Вета, помолчи, пожалуйста, пока... О-ох!

- Любимый, я уже сумку нашу, честно заработанную, к нам наверх перетащила! Тебе ветчину крупно порезать или по мельче?!

- Ну, доберусь я до тебя... хозяюшка!

- Любимый!.. Любимый, ты где?! - среагировав на внезапное затишье внизу, шлепнулась я на колени и свесилась с самого края. - Борамир, ты не зашибся там?.. А-а-а!!!

- Ну что, мечтательница, ты так себе это представляла? - оскалился он, опрокинув меня на спину.

- А как ты смог? - удивленно открыла я рот.

- С лошади запрыгнул. А ты что, вообще не планировала мое здесь появление? Ну, тогда, сюрприз... любимая, - провел он тыльной стороной ладони по моей скуле и шее. - Вот ты и попалась.

- Это не я, а ты попался, - обхватив его руками, сама потянулась я навстречу...

Над нами, совсем близко куполом висело небо, и казалось, что весь мир наш сейчас - это лишь огромный стог сена, под этим прозрачным небесным куполом. Как сувенирная игрушка, которую стоит только потрясти, чтобы тут же в ней начались чудеса... А, может, это правда?.. Конечно, правда, Ветвяна Полунич... Только, очень-очень короткая правда...

- А, знаешь, - приподняла я голову с руки Борамира. - Если уж быть с собой совсем-совсем честными, то нам с тобой очень даже повезло.

- Повезло? - удивленно замер он с недоеденным яблоком у рта. - И в чем же?

- Ну, я вообще могла бы здесь не появиться, в этом мире, а остаться в своем прежнем, если бы так и не открыла дверь.

- Нет. Иначе и быть не могло, - категорично заявил мужчина и, осмотрев внимательно фрукт, швырнул его вниз.

- Почему ты так уверен?

- Понимаешь... - повернулся он ко мне на бок. - Только ты не смейся... Дело в том, что мне тебя нагадали, еще в детстве. Одна цыганка. А я в такие вещи верю. К тому же мне потом и Мабук рассказывал про них. У них, у цыган, свои законы, своя магия и даже свои дороги в разные миры. Вот именно, что не двери, а дороги. Я даже в книге одной читал: "Они пришли из ниоткуда и вновь уходят в никуда", - сосредоточенно процитировал он. - А уже, будучи вполне взрослым, сам один раз убедился... Но, не об этом сейчас речь, а совсем о другом... Мы тогда с родителями в столицу приехали, и у меня был первый выход в свет на королевском балу в честь праздника Солнцепутья. Я себя тогда очень взрослым чувствовал, в восемь с половиной лет и, поэтому, сбежал из гостиницы, где мы остановились, и пошел самостоятельно за покупками... Вот на Развальной площади я ее и встретил, эту цыганку.

- Это там, где сейчас Площадь двух дворцов? - не к месту решила я блеснуть знанием столицы.

- Да. Там, - кивнул в ответ Борамир и продолжил. - Она сама ко мне подошла. Спросила, достаточно ли я взрослый, чтобы воспринимать свое будущее, как дорогу с множеством концов. Ну, я ответил, что, естественно, да, - усмехнулся мужчина. - А потом сказала, что избранница моя, единственная на всю мою жизнь, будет "золотистая, как солнечный луч и серебристая, как ручей, в котором этот луч купается".

- По-моему, - скептически скривилась я. - Это очень витиеватое описание внешности.

- Сразу видно, Вета, что ты в этом мире совсем недавно, - насмешливо расплылся мужчина. - Обычно именно так и описывают представителей алантского рода: золотистые и серебристые, как ваше легендарное свечение.

- Но, алантов, то в стране много, - продолжила я упираться.

- Во-от, и я ей тоже самое сказал. А она тогда ткнула пальцем в мой сверток с покупкой и говорит: "Вы с ней будете в пору друг другу, как вон то, что у тебя там внутри".

- А что у тебя там лежало то? Игрушка какая-нибудь? Что ты себе купил? Я вообще теперь ничего не поняла.

- Там были туфли, которые я сам себе к балу выбрал, - засмеялся Борамир. - Ты их вспомнила, Вета?

- Туфли? - подскочила я с места. - Это те, что мне Гильда...

- Да. Они самые.

- Но, ты понимаешь, - потрясенно выкатила я глаза. - Я ведь тогда ей так и сказала, Гильде, когда она у меня спросила, буду ли я их носить. Я ей сказала, что, конечно, "они же мне как раз в пору"... - рухнула я обратно под бок мужчины. - Борамир, это что вообще?.. Это нормально?.. И когда ты меня... узнал?

- Сразу, как в первый раз в них увидел... До меня только тогда и дошел весь смысл этого предсказания. И что моя попытка в Мокее узнать тебя, как аланта была ошибкой, я тоже тогда только понял... - отрешенно уставился он в небо.

- Ну, хорошо, - тут же попыталась я сменить тему разговора. - Раз уж у нас с тобой такая откровенная беседа, то скажи ты мне на милость, почему ты до сих пор отказываешься называть меня полным именем?

- Вета, - ответил он мне крайне удивленным взглядом. - А сейчас-то это уже зачем?

- Как это, зачем? Мне же интересно и даже местами обидно.

- Ты что, действительно, не понимаешь?

- Борамир, я тебя сейчас за нос укушу. Ты меня не зли и не давай повода думать, что я еще глупее, чем есть на самом деле, - нервно приподнялась я на локте.

- Вета, но, я, правда, думал... Хорошо, - тоже привстал он. - У нас в роду традиция, скорее даже, поверье - называть девушек, да вообще, всех незамужних женщин, только сокращенными именами, ну, или ласкательными. Потому что полным именем мы можем назвать лишь свою жену и в первый раз только на свадебной церемонии.

- Это еще почему?

- Да потому, что считается, что, когда ты называешь женщину полным именем, ты ее тем самым к себе привязываешь, а значит, должен полностью быть ее достойным, раз несешь за нее ответственность. Имя, оно же не просто так дается. Оно тоже имеет свою силу... Я думал, ты знаешь.

- И с чего ты это взял, если я в этом мире совсем недавно? - обиженно закусила я губу.

- Но, Вета, вспомни наш первый с тобой разговор, когда ты мне в категоричной форме заявила, что твоим полным именем тебя имеют право называть только самые близкие люди. А потом вообще долго мне его не говорила.

- Вот я дура безнадежная! - прихлопнула я лицо ладошками. - Почему ты мне раньше этого не сказал? Ведь я себе такого нафантазировала.

- Чего не сказал? - засмеялся Борамир. - Что ты... Нет, Вета. Я сам виноват.

- Виноват?.. Я не знаю, какую еще ты себе вину вменяешь, но, любимый, поздно отрекаться. Ведь ты уже назвал меня Ветвяной. Я это помню. Тогда скажи, зачем ты это сделал?

- Зачем?.. - сразу стал он серьезным. - Видимо, я тогда очень сильно этого хотел... Привязать тебя к себе... Вот поэтому и виноват... А еще я виноват в том, что до сих пор этого хочу больше всего остального в жизни, - притянул он меня к себе и начал покрывать лицо осторожными поцелуями.

- Ну, так я тебе сейчас даю шанс искупить свою вину, - откинув голову назад, запустила я руки в его волосы.

- Как?

- Очень, очень медленно...

Нет, Медянск в этот час еще не спал. Припозднившиеся с делами хозяйки еще поливали свои пышные грядки в пригородных огородах, а ближе к самому центру фонарщики только вышли на улицы, чтобы зажечь там круглые фонари. Но, город уже готовился погрузиться в свое временное ночное затишье. Чтобы завтра, совсем рано, вновь начать новый день, полный забот, радостей и повседневного труда... Мы, наконец, вернулись в реальность...

- Тебе пора, - подняла я голову с груди Борамира. - Мы и так слишком долго были в своем сказочном мире.

- Сутки, - невесело усмехнулся он, опуская руки.

- Но, зато, какие... Я их запомню на всю жизнь.

- Вета, ты так говоришь, будто мы с тобой больше никогда не увидимся. Ведь Ладмения - не большая страна. Встретились же мы с тобой в Либряне.

- Конечно, увидимся. Только все уже будет по-другому. Ты же знаешь.

- По-другому? - улыбнулся мужчина. - Изменится лишь картинка вокруг, но я, то буду любить тебя по-прежнему. А тебе я желаю...

- Борамир, если ты сейчас пожелаешь мне удачно выйти замуж и нарожать кому-нибудь кучу детей, то я тебя... - задумавшись, закусила я губу.

- Проклянешь страшным алантским проклятьем?

- А что, и такие есть?.. Тебе, пора, любимый... Потому что, если ты сейчас не уйдешь, я устрою истерику прямо посреди улицы. И пусть потом во всех ладменских газетах напишут про психопатку, которая тащилась за ногой графа Ракницкого прямо до его гостиницы в Медянске.

- Хорошо, я ухожу, - тут же согласился Борамир. - Но, помни, о том, что я тебе сказал. Так просто ты меня из своей жизни не выкинешь, - сделал он несколько шагов, еще цепляясь за мои глаза взглядом, потом резко развернулся и, больше не оглядываясь, медленно пошел за угол нашей каменной ограды...

Первым моим порывом было рвануть за ним следом и... Нет, не уцепиться за ногу, просто еще раз запустить руки под куртку, заполнить легкие его запахом... Поэтому и стиснула пальцами решетку ворот... И отмеряла мысленно его шаги за углом. Ждала, когда же она натянется и лопнет, эта ниточка, соединяющая нас, больно дернув за сердце... Но, она все никак не рвалась... А я все так и стояла, схватившись за решетку...

- Это теперь на всю твою алантскую жизнь, дура ты безнадежная... Так что, готовься, - горько усмехнулась сама себе и, разжав окаменевшие пальцы, толкнула коленом створку.

Но, направилась не к дому, горящему сейчас, сквозь силуэты деревьев, всеми своими окнами. Туда я еще не готова была вернуться. Свернула к беседке. Зашла вовнутрь нее и в полной темноте плотно закрыла за собой дверь. А потом съехала по стенке на пол... Все, силы закончились... Теперь можно и поистерить...

- Ветвяна, - ударил мне по глазам яркий свет от взлетевшего к потолку шара. - Сестренка... Ты здесь, а я тебя повсюду ищу. Сейчас... - стало заметно темнее, и я смогла вновь разлепить мокрые веки. Натэя присела рядом и внимательно на меня посмотрела. - Ты как?..

- Привет, - скривилась я в ответ, изображая улыбку. - Прервала на самом проникновенном месте. Но, вообще-то, я уже заканчивала... У вас все нормально?

- Да, - тут же с готовностью кивнула она и затараторила. - Олес сегодня уже с постели вставал. Все тебя ждет, чтобы познакомиться и поблагодарить. Ему друг твой, Симаргл, из столицы, лекаря забрасывал. Тот его колено посмотрел, поводил руками. Сказал, что все нормально будет. Танас со своей Манефой все по дому и саду лазят, территорию метят, - усмехнулась она. - А я сегодня пироги пекла в маминой плите. Представляешь? Я к ней раньше, в детстве, и близко подходить боялась. А сейчас освоила... Ветвяна, сестренка, ты давай, держись, - неожиданно прижала она меня к себе, чем добилась совершенно обратного эффекта:

- Натэя, - вновь взвыла я, обхватив ее руками. - Как же мне повезло, что вы все у меня есть. Ты себе не представляешь. А у него ведь никого нет. Только жена вот теперь нелюбимая и больная... Никого. Это так тяжело, когда никого... Вы ведь здесь жить останетесь? - вскинула я голову. - Здесь?..

- Конечно, здесь. Мы теперь будем жить все вместе, - успокаивающе погладила она мне по волосам.

- Ты еще не знаешь, наверное, мы с тобой очень богаты, Натэя - от бабушки осталось. Так что, ты не думай больше ни о чем. Хорошо?

- Хорошо... Вет, может, пойдем в дом? Что здесь-то сидеть? Я тебя покормлю.

- Я есть не хочу, - отрицательно замотала я головой. - Я, пожалуй... спать хочу.

- Это обычное состояние, когда проплачешься. Пойдем, - встала она и протянула мне руку. - Я тебя, тогда, уложу и никого к тебе не пущу. А все остальное - завтра.

- Пойдем, сестренка, - глубоко вздохнув, ухватилась я за ее теплую ладонь...

Глава 33

Манефа...

За комнатным окном новый день и серая беспроглядность. Капли дождя, собираясь по пути, змейками ползут вниз по стеклу. И ветер, порывами шумит в вишнях... Бабушкин портрет со стены смотрит, как-то по-особенному... "Да, бабушка, я его потеряла"... Нет, не думать... Спать... И перевернулась на другой бок...

- Вет, ужинать будешь? Я супчик вкусный сварила... - неясный силуэт над кроватью.

- Нет...

- Вет... Ну, ты, хоть просто тогда встань...

- Натэя, я сплю...

- Спи... - громкий вздох и поцелуй в лоб...

В доме тихо. Ночь... И только белый потолок перед глазами... А было совсем недавно небо куполом... И он рядом... Нет, не надо думать... Лучше спать, и не видеть этот давящий, как крышка гроба, потолок...

- ... и не только это. Сколько она уже так? - в полголоса, где-то в моих ногах.

- Почти двое суток, - такой же тихий ответ и вздох. - Я пробовала будить, но...

- Надо поднимать ее, Натэя. Это же ненормально. Она же так загнется. Тоже мне, спящая Беатрисса.

- А, может, на нее опять Манефу бросить? Мама, а что? - где-то уже над самым моим ухом.

- Танас, иди давай отсюда... И ее забери, вдруг у тети Тусьи на кошек реакция.

- Нет, у меня только на подвалы... реакция. Так, Натэя, надо что-то с ней делать. Зря я, что ли сюда по этой мерзости с Симом приперлась? А, может, над ней...

- Не надо, - села я на постели и открыла, наконец, глаза. - Не надо на меня воду лить. И кошек бросать тоже не надо... Добрый день... вечер...

На кухне в камине потрескивали дрова, видимо, принесенные с сырой после дождя улицы. А у самого камина, в кресле-качалке, подложив подушку под поясницу, мерно покачивалась Тусья со своим хулиганским хвостом, торчащим в здешнем интерьере, как вызов всему размеренному алантскому обществу. Натэя что-то накладывала в тарелку, стоящую тут же, сбоку на плите и, то и дело, поглядывая на меня, рассказывала о здешнем переменчивом климате. А еще Манефа, решившая сегодня не мочить свои мохнатые лапки, осталась с нами и сейчас умывалась совсем рядом с огнем. В общем, полная идиллия в отдельно взятой комнате.

- А где Олес? - вмешалась в нее я своим, еще низким после длительной спячки голосом.

- Олес? - замерла Натэя на секунду. - Он спит уже. Ему лекарь запретил по многу ходить. Говорит, что организм еще долго после этого заклятия восстанавливаться будет.

- Понятно...

- Вет, вот, я тебе курочки положила с рисом. Поешь, - поставила она передо мной на стол большую тарелку совершенно неаппетитной еды.

- Я не хочу есть, - затравленно окинула я всех присутствующих взглядом. - Правда, не хочу. Можно, я просто так с вами посижу?

- Как это, не хочу? - кряхтя, покинула свое теплое местечко Тусья и угрожающе выставила передо мной свой живот. - А ты захоти. Когда ты в последний раз ела?

- Не помню, - всерьез задумалась я. - В прошлой жизни, наверное.

- Вета, мы тебя сейчас привяжем к... - заозиралась она по сторонам. - ... к этому креслу-качалке и все равно накормим. Так что, давай сама. А то я из-за тебя рожу с расстройства до срока.

- А вот это, уже откровенный шантаж... подруга, - тяжко вздохнув, взяла я вилку в руку. Потом засунула себе в рот маленький, еще совсем горячий кусочек мяса, прожевала его тщательно... Повторила... И сама не заметила, как постепенно втянулась в процесс.

Девушки же, уселись напротив меня, прямо, как две строгие учительницы на школьном экзамене, бдительно следящие, чтобы двоечник ненароком не смухлевал.

- Вам бы еще очки обеим в круглых оправах, - усмехнулась я, доедая последний кусок. - Тусья, ты говорила, что сюда по подвалу с Симом попала. А где он сам сейчас?

- А мы их с Танасом в сад отправили, - махнула рукой вместо нее Натэя.

- Это за что вы так с ними?

- А чтобы не мешали женскому разговору, - совсем уж интригующе произнесла подруга и придвинулась ко мне по ближе. - Скажи нам, с чего ты так вдруг... расклеилась то?

- А ты думаешь, что у меня нет на это причин? - сузила я на нее глаза.

- Погоди, Ветвяна, - решила срочно вмешаться сестра. - Тусья хотела сказать, что рано еще отчаиваться.

- Вы что, пока я спала, на пару Мокею порешили? Или мне вообще все приснилось и ее вовсе в природе не существует?

- Да есть она, конечно, - скривилась Тусья, слегка сбавив тон. - Только в том виде, в каком она... есть... Вета, ты законы нашей страны хорошо знаешь?

- Законы?.. В основном, только то, что касается причин ссылки в Грязные земли... со слов Глеба, - честно призналась я в своей полной юридической некомпетентности. - А что?

- А то, что там и про брачные условности тоже кое-что есть.

- Тусья, не говори загадками, а то я сама сейчас рожу до срока.

- Что?! - округлила на меня свои глаза подруга.

- Ветвяна, ты беременна?

- Беременна?.. Нет... К сожалению. Я бы своим алантским чутьем это сразу поняла, - вздохнула я. - Это я просто словесный оборот такой употребила. Так что там с условностями брака?.. Что вы замолчали то?

- Ну, так я и говорю, - опомнилась Тусья, и внимательно шаря по мне глазами, продолжила. - В нашем семейном кодексе есть всего две статьи, в которых оговариваются причины, по которым аристократы имеют полное право расторгнуть свой брак. Одна из них - их совместное решение. А вот вторая как раз - наш случай...

- Ну и?.. - нетерпеливо взмахнула я рукой.

- И в этой статье значится, что, если жена не в состоянии родить своему высокородному супругу ребенка, то тогда, при желании, от нее можно легко избавиться.

- Но, Борамир мне говорил, что есть большой шанс поправить здоровье Мокеи.

- Правильно, а что он еще мог тебе сказать? - хмыкнула Тусья. - Ведь ты, наверняка, вся тут же состраданием переполнилась, и помощь свою алантскую начала предлагать?

- Все-то ты про меня знаешь, - окрысилась я в ответ. - И вообще, мне кажется, это как-то... кощунственно сидеть и надеяться на то, что она так и не сможет поправиться. Ведь Мокея не виновата, что Конт ее хотел убить. Она в этой ситуации наоборот, пострадавшая сторона.

- А где ж ее тогда носило то столько времени, эту пострадавшую сторону, целых пять лет?

- Пять лет? - удивленно переспросила Натэя. - А действительно, где?

- В Джингаре... носило. У нее же частичная потеря памяти. Могла и забыть на время о том, откуда она.

- А, у ее брата, который с ней все это время там жил, тоже частичная потеря памяти?

- У брата? - озадаченно закусила я губу. - Вроде как, нет... Да что вы от меня то хотите? Что вы ко мне пристали? - наконец, не выдержала я. - Мне то что теперь делать? Молиться, чтобы она никогда не поправилась? И вообще, Тусья, я раньше не замечала за тобой такого... цинизма.

- Вета, - страдальчески вздохнула она. - Это не цинизм. Это здравый взгляд на жизнь. Как раз то, чего тебе не хватает с твоими страстями постоянными. И вообще... Мне твой граф очень понравился. Хоть и пришлось сначала между ним и Глебом животом своим вставать, когда он к нам заявился, сам не свой. Он... - закатила она глаза, подбирая в голове нужные слова. - ... надежный, как его Озерный замок. С ним бы тебе очень хорошо было. С твоим то характером. А эта его Мокея... Ведь предлагал же он ей откупные за согласие на развод, мне Глеб рассказывал. И было бы у нее все тоже самое - и деньги и лучшие в стране лекари и свой дом. Так нет же, ей именно он сам понадобился, с ее то, как ты говоришь, частичной потерей памяти... И не поправит она свое здоровье.

- Это тебе тоже Глеб рассказал? - совсем приуныв, пробубнила я.

- Да, представь себе. И ты знаешь, что он мне рассказал?.. Твой граф ведь человек, он многого не видит, я сейчас про энергетику говорю...

- Так что он сказал то? - нетерпеливо подалась вперед Натэя.

- А то, что именно с этой точки зрения, она выглядит, как сломанная кукла, - тут же живо изобразила нам Тусья танцующего паралитика, после чего мы с сестрой невольно прихлопнули свои открытые рты ладонями. - Вот именно так она и выглядит, - закончила довольная магичка.

- А контролирует ее брат? - первой отошла от шока Натэя.

- Да... И вот теперь представьте себе ее беременной...

- Не надо, - на всякий случай, остановила я подругу. - Мы уже представили.

В комнате повисла недолгая тишина. После которой, моя, более здравомыслящая сестра, первой открыла рот:

- А сколько по закону нужно прожить в браке без детей, чтобы потом легко развели?

- Три года, - тряхнула хвостом Тусья, будто ставя в теме точку. - ... Может, чайку попьем? Вы, Вета весь выпили, что я отправляла?

- Не-ет... Еще остался... - рассеянно протянула я. - Там, в шкафу, в пакетах...

- Ой, а я их видела и все перенюхала, - переключилась на более приятные вещи Натэя. - Такие интересные композиции. Ты сама их составляла?

И уже через три минуты две мои "домашние птички" совершенно забыли про свою подопечную, полностью погрузившись в мир чайных ароматов. Хотя...

- Ветвяна, ты куда? - остановила меня уже у двери на веранду, вскинувшая от стола голову сестра.

- Я на улицу к мужчинам. Как выберете и заварите, зовите обратно.

- Ага, палантин накинь, он на стуле висит. Там прохладно сегодня...

И как же быстро все в моей жизни меняется. Еще недавно я была героиней, спасшей собственную семью (правда, одного из ее членов сама же чуть до этого и не угробила), потом любимой и единственной избранницей, а сейчас я опять стала глупой младшей сестрой и неразумной подругой... И какие еще мне роли уготовит моя, полная страстей алантская судьба?..

В саду же, недалеко от дома, шла нешуточная магическая схватка, сильно смахивающая на парный обмен волейбольными бросками. Правда, вместо мяча в сгущающихся сумерках, озаряя дугами яркого света деревья, летал увесистый огненный шар. Что придавало действу дополнительный драматизм (пока Натэя не видит этого беспредела).

- Ой, Ветвяна! Вставай с нами играть. Ты ведь уже выздоровела? - махнул мне рукой расплывшийся Танасик и тут же пропустил очередной бросок Сима.

Упущенный шар, не долетев до травы считанных сантиметров, эффектно разлетелся по местности мини-салютом.

- Все, Танас. На сегодня пора заканчивать, - вытирая пот со лба, направился в мою сторону маг. - Здравствуй, Вета, - нерешительно остановился он в метре от меня и внимательно посмотрел в глаза. - Как ты себя чувствуешь?

- Сим, ты чего? - удивленно выдохнула я и сама его обняла. - Это же я, дрянная девчонка. Что ты, как чужой?.. Я за столько тебе благодарна. Если бы не ты...

- Вета, перестань, - прервал он меня и отстранился. - Ты мне благодарна?.. За то, что я тебя, все-таки, проворонил? За то, что не успел?

- Но, ты же сам знаешь, что, если я что-то вдолблю себе в голову, то меня вряд ли возможно остановить... Тем более, все так удачно закончилось... Почти все, - теперь уже я отошла от него и села на стоящую неподалеку в саду скамейку. - Мне кажется, что Полозина нет в живых...

- Да, тут ты права, - присел он рядом со мной. - После допроса наемных это выяснилось. Он пришел к ним за несколько дней до тебя. Сам виноват, решил в одиночку погеройствовать, вместо того, чтобы сначала пойти совсем в другое место. Для такого профессионала это непростительно.

- Другое место, это Прокурат?

- Ну да... Не захотел привлекать своих прежних коллег. А может и с начальством у него были не очень гладкие отношения, когда он на пенсию уходил. Кто теперь будет это выяснять?..

- А семья у него есть?

- Семья? - удивленно переспросил меня Сим. - Нет. Он типичный прокуратский ветеран. Никого у него не было и не осталось... Вета, а где твоя копилка? - неожиданно повернул он ко мне голову. - Я после твоего... ухода только шнурок от нее на кухонном столе нашел. А по свечению вижу, что она сейчас с тобой.

- А больше ты ничего не обнаружил?.. Какую-нибудь пропажу? Чего-нибудь, тоже оставшегося на кухонном столе... из твоего... служебного реквизита? - сузила я глаза, наблюдая за его реакцией.

- Вета! - вскинул он сразу обе свои брови. - Ты это сделала? С камнем?.. И с копилкой?

- Ну да, - довольная произведенным эффектом, закивала я. - А иначе, как бы мы оттуда выбрались?

- Но, ведь, я... А ну, давай, рассказывай все подробно, - даже подскочил он от нетерпения на скамейке... А, когда я, наконец, закончила, то аплодисментов в свой адрес, к сожалению, не услышала. Зато дождалась кое-чего другого. - Вета, - начал мужчина, отвернувшись от меня. - А я ведь, когда перед тобой хвастался этим камушком, даже не подозревал, что ты его на деле будешь применять.

- Я тебе больше скажу, Сим, я сама тогда этого не подозревала.

- И... знаешь, что...

- Про два раза ты мне наврал, - догадливо покачала я головой. - Ну, хоть один то раз было?

- Нет, Вета, - смущенно скривился маг. - Практика такая, конечно, существует. Но, самому мне подобные... подвиги совершать пока, не приходилось. Просто, тогда, как-то, к слову пришлось...

- Ну, и врун же ты, Сим, - шутливо взъерошила я его волосы. - А еще другом называешься.

- Ты даже не представляешь себе, насколько ты права, - неожиданно тоскливо посмотрел он на меня, чем совершенно озадачил...

- Ветвяна, Симаргл, - чинно раскланялся перед нами, секунду назад подлетевший к скамейке Танасик. - Меня просили вас пригласить на чайный... чайный путь, что ли, - почесал он пятерней свою щеку. - В общем, вставайте и пошли.

- На чаепитие, - засмеявшись, подхватил его Сим подмышку и понес в сторону дома, а потом оглянулся на меня, все также еще сидящую. - Вета, пойдем. Раз так приглашают.

- Пойдем... - только сейчас опомнилась я и встала со скамейки...

Ох, уж мне этот его тоскливый взгляд и иносказательность. Мимолетная трещинка в прочном рыцарском шлеме, затянувшаяся в следующий же миг. И, совсем не хочется сейчас об этом думать. Разгадывать еще и эту загадку прокуратского рыцаря, которого мне до сих пор сложно назвать своим другом... Почему?..

- ... Вета... Вета!

- Да, - рассеянно обвела я глазами сидящих за столом.

- По-моему, ты еще не проснулась, - покачала головой Тусья. - Я спрашиваю, как ты думаешь, от кого эти букеты?

- Какие букеты? - проследила я за указующим перстом подруги и... озадаченно закусила губу... На низеньком посудном шкафу в трех разнокалиберных вазах радовали глаз небольшие, но очень красивые цветочные композиции... И, почему я их раньше не заметила?.. Чтобы исправить ошибку, тут же встала и подошла поближе: розы и фиалки, дельфиниумы и фиалки и просто фиалки, но трех разных цветов, были подобраны со вкусом и явно, что-то да означали. - Не знаю... А, может, от... - мелькнула в голове шальная мысль.

- Это исключено, Ветвяна, - поспешила меня разочаровать Натэя. - Они не могут быть от него. Первый букет появился вскоре после того, как нас сюда забросил Сим. Колокольчик брякнул, я подошла к воротам, а там в них воткнут вот этот, с розами... А остальные два - вчера и сегодня. И тем же способом...

- И без записок? Просто букеты из виол? - решила уточнить Тусья.

- Просто цветы... Так ты даже не догадываешься?

- Да не знаю я, - уже совершенно равнодушно окинула я взглядом всю цветочную красоту. - И вообще, какая разница, раз не от... него.

- Мне кажется, девушки, я знаю от кого они, - подал голос, сидящий на ступенях камина Сим, а потом добавил со снисходительной усмешкой. - По крайней мере, это в его стиле, делать такие... романтические несуразности... Помнишь, Вета, нашу дорогу сюда? И обед в Разделихе?

- Помню, - постаралась я напрячь свои сонные извилины. - Там был этот мальчик...

- Владимир Перепелкин, младший из рода здешнего правителя, - закончил за меня маг. - Думаю, это от него. К тому же, виолы... - совсем уж откровенно оскалился он.

- К тому же... виолы, - передразнила его Тусья. - Говори яснее, братец.

- Да как яснее то? - вскинул он в ответ бровь. - Вета ему тогда представилась своим сокращенным именем, а он, видимо, решил, что ее полное звучит, как Виолетта. Вот и носит теперь обещанные ей букеты... со значением. Ученый осел.

- Ой, как грубо, братец! Это же... - томно вздохнула магичка. - как в романе... Подумаешь, перепутал мальчик... немного. А с другой стороны, если бы он знал твое настоящее полное имя, то, что тогда стал бы дарить? - вопросительно воззрилась она на меня.

- Березовые веники для бани. В хозяйстве бы пригодились, - с трудом выговорил сквозь набитый пирогом рот Танасик и сделал большой глоток из кружки. - Мама, а что?

- Да ничего... Ты закончил чаепитие? Тогда давай в свою комнату. Хозяйственный ты наш, - грустно проводила его взглядом Натэя, а потом вздохнула уж совсем тяжело. - А ведь это - проблема.

- В чем проблема? - тут же занял место Танасика Сим.

- Понимаете... Вет, ты только не обижайся, - погладила она меня по плечу. - Деньги нашей бабушки - проблема. Для моего Олеса проблема.

- Он считает, что жить за счет вашей семьи для него унизительно, - понимающе покачал головой маг.

- Точно так и считает, - опять вздохнула сестра. - И это еще ничего, пока он к постели почти прикован. А вот поправится окончательно, и тогда начнутся уже большие проблемы... Он ведь, мужчина мой, привык полностью отвечать за всю семью и содержать ее, естественно. Вот и мотался постоянно в поисках лучших заработков. А здесь такое, вдруг, свалилось на голову...

- Натэя, а что же нам тогда делать? Чем его занять, такого деятельного? Ведь не отпускать же обратно на эти его стройки? - озадаченно закусила я губу.

- Ну, занятие себе он и сам найдет, я думаю, - уверенно заявила Тусья. - И не так далеко. А пока вам с ним можно было бы куда-нибудь съездить, отдохнуть на время... Вдвоем... Сим, помнишь, ты мне рассказывал про источник один под Тайрилем, когда у Глеба в очередной раз спину прихватило?

- Ну да... Помню. Хорошее место. Туда наши часто мотаются после магических атак... Высокогорный воздух и водичка эта горячая -единственное в своем роде сочетание. Чудеса творит.

- Ты так думаешь?.. А мы ведь нигде с Олесом не были дальше медянских окрестностей, - неуверенно посмотрела на меня Натэя. - А Танаса с кем оставлять на это время?

- А вот это уже очередная глупость в твоем исполнении, сестренка, - обиженно заявила я. - Или ты меня вообще, как полноценного члена общества не воспринимаешь?

- Я так думаю, Натэя, что и самой нашей... страдалице это тоже на пользу пойдет. Будет на кого отвлечься. Так что, поезжайте, - поставила своим хвостом очередную точку Тусья и с довольным видом откинулась на стуле...

На следующий же день я, наконец, познакомилась со своим "деятельным" зятем, на деле оказавшимся очень дружелюбным и открытым человеком, явно тяготящимся своей временной нетрудоспособностью. Что только лишний раз убедило нас с сестрой поднять вопрос о поездке "на воды" сразу же за первым совместным обедом. Олес воспринял эту затею с легкой долей скептицизма, однако, энтузиазм его жены, дополненный примерами крайней пользительности лечебного источника прибывшим в подкрепление Симом, явно сделали свое дело. Хотя, сдается мне, здесь свою роль сыграл и еще один фактор, именуемый в широких кругах, как баронесса Тумбаль-Гонз (а в более узких, как "просто Вероника, можно и без сияний"). Почтила она нас своим визитом на следующий день после моей "побудки". И была весьма бодра и словоохотлива. Однако мне ненароком показалось, что Олес смотрит на нее... как-то уж настороженно. Пришлось искать ответ у Натэи, которая, видя мою озадаченность, лишь насмешливо расплылась в ответ:

- Да, ничего страшного. Просто, когда ты Олеса на ее попечение оставила, она о-очень старалась.

- И в чем это выражалось? - задала я ей уточняющий вопрос.

- Она ему скалкой угрожала, чтобы он с постели не вставал, как ты и велела.

- Скалкой? - выкатила я глаза. - А Олес что?

- Ну-у... Он тогда не в том состоянии был, чтобы нормально такое воспринять. Представь себе, просыпается человек в незнакомой обстановке, в чужой постели...

- ... полгода спустя... - добавила я.

- Ага, а тут какая-то женщина над ним - вся в черном и со скалкой в руках. Это потом ему уже Сим объяснил, где он и что с ним было. Да и то в двух словах, потому что очень спешил.

- Понятно... - протянула я, решив для себя быть впредь осторожнее с такими поручениями для такой вот... исполнительной дамы. Хотя ее творческую изобретательность оценила...

- Вет, ты слышала? - оторвала меня от воспоминаний той страшной ночи сестра. - Колокольчик опять сбрякал... Может, сегодня сама к воротам сходишь?

- Ладно, - подскочила я со стула, не почуяв подвоха, но, тут же тормознула. - Натэя, ну что я ему скажу, этому ученому мальчику?

- Да, хотя бы, чтоб цветы свои больше не оставлял. Иди, иди, давай, - усмехнулась она, глядя на мою сморщенную физиономию.

Пришлось переться к воротам, в тайне надеясь, что это не вновь воткнутый в них букет, но, к моему большому сожалению, все оказалось еще сложнее и на уличной стороне меня поджидал уже сам "букетодаритель", залитый трогательным румянцем по самые уши...

- Здравствуйте, госпожа Вета, - засунув очередные цветы подмышку, потянулся он к моей руке. - Очень рад, что пришлось с вами увидеться... сегодня.

- Добрый день, Владимир. Это опять мне? - кивнула я на торчащие из под руки стебли.

- Да, конечно. Вам они понравились?

- Так я их еще, в общем-то, и не видела. Но, если вы про предыдущие, то, конечно, да. Только, знаете, для извинения мне вполне хватило и ромашки. Так что...

- А, можно, вас пригласить... прогуляться вечером? - всучил он мне, наконец, последний свой букет. Теперь уже из фиалок и анютиных глазок.

- Вы знаете, нет, - не пощадила я ребенка. - И цветы дарить тоже больше не надо. Я и эти уже оценила.

- Не-ет? - произнес он совершенно потерянным тоном. - Я опять что-то не то сказал, госпожа Вета?

- Да дело здесь совсем не в вас, - начала я уже терять терпение. - Просто... Вы очень славный, Владимир, но мне совсем не хочется сейчас, ни с кем гулять. Видимо, я уже нагулялась. Так что...

- А я, все-таки, буду надеяться, - вновь перебил он меня. - И дарить вам цветы. Потому что, такая прекрасная женщина, как вы не должна грустить, тем более с этим жизнеутверждающим цветом волос.

- Как знаете, Владимир, - пожала я лишь плечами и, посчитав разговор оконченным, направилась по дорожке к дому...

Гулять... Ну, надо же. Что-то совсем забытое из моей прошлой и даже не в этом мире жизни. Я попыталась припомнить, когда это было со мной в последний раз и, дойдя до первых студенческих лет, мысленно плюнула. Зато, совесть моя теперь чиста, а все остальное в моей судьбе пусть течет, как мутный после ливня ручей, совсем меня не трогая и не будоража лишний раз. Вот такой у меня "жизнеутверждающий" настрой...

- И вообще, я спать хочу, - пробубнила я сама себе, поднимаясь на ступени крыльца. - Какое уж тут гулянье...

А на следующее утро мы с Танасом проводили его родителей на заслуженный отдых в далекий Тайрильский край. Хотя, при существовании подвалов само понятие "далекий" давно должно было бы стать анахронизмом. По крайней мере, для магической части населения страны. Что и было лишний раз и с блеском доказано Симом, за одну минуту умудрившимся перебросить по очереди обоих супругов к пункту их конечного назначения. Мы же, как двое бывших подопечных, не внушающих окружающим особого доверия, тут же окунулись в самостоятельную жизнь. Причем, каждый в свою. Я - в горячую ванну, а племянник мой - в научно-исследовательскую деятельность.

Объектом ее стала ничего не подозревающая Манефа, в которой, по словам Танасика пропадала-таки великая искательница кладов. Правда, пока эксперименты шли туго и находить эти самые клады (несколько меденей в холщовом мешочке), точнее, выкапывать и вновь их закапывать в другом месте, приходилось исключительно самому естествоиспытателю. Но, он не унывал, периодически забегая на кухню попить и отчитаться все чумазее и чумазее...

Вот в таких вот семейных радостях, не считая вновь вернувшейся ко мне почетной обязанности кухарки, мы и прожили первые пять дней из отсчитанных нам двух недель "безприглядности". Пока, распорядок наш не был нарушен Симом, прибывшим из столицы с тремя маленькими бумажками в кармане. Однако порадовал нас сначала не он, а торжественно вошедшая с веранды на кухню Манефа с грязным мешочком в такой же не очень чистой пасти.

- Умница моя! - открыл удивленно рот, сидящий за столом Танасик. - Ты его нашла, наш клад! Посмотрите! - сполз он со стула прямо к застывшей у его ножки ученице.

Манефа выплюнула ему в подставленную пятерню свою добычу и, чихнув туда же садовой землей, гордо удалилась к камину.

- Ну, теперь вам вдвоем можно и на настоящее дело пойти, - усмехнулся обедающий с нами Сим. - Раз вы такие специалисты.

- Это, на какое такое настоящее дело? - сузила я на него глаза, живо представив себе свой отчет перед родителями юного дарования.

- Не, Ветвяна, - поспешило меня тут же заверить оно само. - Я, когда вырасту, наоборот буду воров ловить и всяких нечистей, как Сим. Я решил стать рыцарем Прокурата.

- Ага. А летать ты, видимо, будешь на своей Манефе. Когда начнете тренировки? - отчет мой перед его родителями явно приобретал еще больший размах. Танасик же с сомнением взглянул на трущего себя лапой котенка и пошел мыть руки, позвякивая в кармане долгожданным кладом. - Сим, он это серьезно, про Прокурат? - проводила я его взглядом до двери из кухни.

- Не знаю, - пожал плечами маг. - В этом возрасте многого хочется. Но, из Танаса получился бы отличный рыцарь. С его-то способностями в магии и характером. Я бы с удовольствием стал его наставником.

- Да?.. - закусила я губу, уже точно зная, что одним отчетом тут дело не ограничится. Как бы в живых вообще оставили... после такого то заявления.

- А ты что так всполошилась? Он, может, еще сто раз передумает, - с улыбкой посмотрел на меня Сим.

- Нет, - решительно отложила я ложку в сторону, - Я, конечно, понимаю, у вас там все самые-самые служат... И форма у вас красивая, кроме шлема, конечно, и грифоны, но, Сим, это же страшно. Вот так отправлять своего сына, брата или любимого и не знать, вернется ли он обратно... на своем грифоне, - закончила уже с неожиданно мокрыми глазами и под удивленным взглядом мага.

- А вы уже про турнир разговариваете? - плюхнулся на свое место вернувшийся Танасик. - Вет, я про грифонов слышал... Вы про турнир?

- Про какой еще турнир? - выдавила я, отвернувшись в сторону. - А-а, я и забыла про него. А сегодня какое число?

- Девятое августа, - ответили мне в два голоса мужчины.

- А турнир одиннадцатого... И что дальше?

- Я вам приглашения принес, - смущенно скривился в ответ маг и выложил из кармана пиджака на стол два маленьких бумажных квадрата.

- Ух, ты! - сцапал их тут же племянник. - Вет, Ветвяна. А мы туда попадем?

- А как же дом? - совсем уж глупо аргументировала я, но, через мгновенье нашлась. - И Манефу мы на кого оставим?

- Ну, если дело только в этом, то у меня для вас... троих есть еще одно приглашение, правда, уже в устной форме и от моей сестры. Так что с котенком проблем не будет. У них ведь тоже есть сад. Пусть, не такой большой, но, клад зарыть в нем можно... Так что? - с прищуром посмотрел он на меня.

- Ветвяна, - "дуэтом" подпел ему Танасик. - Ведь это же рыцарский турнир. Он только раз в году бывает. Соглашайся.

- Ну ладно, - сдала я свои шаткие позиции. - А когда выдвигаемся то?

- Сегодня, - нагло ухмыльнулся мне Сим. - Просто, завтра с утра у меня последняя тренировка на главном ристалище. Я хотел на нее Танаса с собой взять. А вы бы пока о своем, о девичьем с Тусьей поболтали. Но, если хочешь, можем и тебя прихватить. Да, Танас?

- Ну, уж нет. Хватит с меня и основного зрелища... Сим, а больше ты никого не собираешься приглашать... из Медянска?

- Не переживай, - похлопал себя по карману маг. - Только по этому, третьему приглашению проживание в доме моей сестры не разрешается.

- Вот и чудесно, - облегченно вздохнула я, а потом не выдержала и добавила. - Хотя, с родственниками уже давно пора было познакомить свою...

- Вета, не при детях, - со стоном прервал на меня Сим и вспомнил, наконец, про свой остывший обед...

То, что моя "временная спячка" окончена, я поняла сразу, как только Тусья открыла нам дверь своего столичного дома.

- О-о, подруга, - оглядела я ее, весьма критически. - С чего такая бледность?

- Не придирайся... Или ты мне за мою критику мстишь? - угрожающе дернула она хвостом. - Давайте, проходите. И кошку свою сразу в сад. Я ей на веранде коврик бросила.

- Здравствуйте, тетя Тусья, - подоспел, появившийся следом в сопровождении Сима племянник. - А мне можно тоже тогда в саду спать?

- Ага, причем, на том же коврике, - шутливо потрепала она его за волосы, а потом глянула на меня. - Я очень-очень вам рада. А то все одна да одна. Глеб только на завтра смог освободиться. Так мы с ним сразу с утра махнем кроватку маленькому некроманту выбирать... А, вообще, что же мы стоим то? Давайте к столу все... Кроме кошки, Танасик...

Здесь все было по-прежнему. Та же наполненная зазывными ароматами кухня, те же разноцветные подушки на диванах и креслах. Вот только сама хозяйка этого маленького яркого мира непривычно контрастировала на общем фоне. О причинах оного я и пыталась безуспешно поговорить с ней на протяжении всего вечера, но, лишь получала короткие ответы и долгие посылы:

- Вета, да все нормально. Просто, спала сегодня не очень хорошо. Поэтому и бледная, - в очередной раз отмахнулась она от меня, помогая расстилать постель в отведенной для нас с племянником комнате. - А Танасу на диванчике постелим. Там хорошо, спокойно спится... Ты сама-то как, страдалица? Не проваливаешься больше в свое небытие?

- Нет, - иронично скривилась я в ответ. - Времени на него пока нет.

- А я что Натэе говорила... А вообще, настроение как?

- Нормально... Привыкаю понемногу. Я ведь и раньше в основном без него жила... Только, все равно на будущее надеялась.

- А сейчас что, уже не надеешься? - сузила на меня глаза подруга.

- Не знаю, Тусья, - честно призналась я. - Эти три года... Я вон за три месяца здесь в Ладмении сколько дел наворотила. А тут такой срок... Нет, Тусья! - протестующее замотала я головой в ответ на ее, уже открывшийся рот. - Я не боюсь его разлюбить. Дело не в этом... Просто, даже понятия не имею, что ждет нас обоих в будущем... Вот так вот... А ты знаешь, оказывается, у моего организма есть один защитный механизм от лишних мыслей в голове.

- И что же это? Об косяки сразу биться начинаешь?

- Нет, гораздо лучше. Я теперь, как только голову на подушку кидаю, сразу засыпаю. И сплю до самого утра беспробудно. Представляешь?

- Представляю... - протянула она, окинув меня внимательным взглядом. - Значит, ночью нам с тобой уже не поболтать...

И ночью мы с подругой, конечно, не поболтали. И на утро следующего дня я тоже оказалась в полном одиночестве. Хотя, нет. Кое-какое общество, все-таки, наблюдалось, причем полностью несанкционированное:

- Манефа! - фыркнула я на нагло растянувшегося рядом со мной поверх одеяла котенка. - Ты же на веранде должна быть. Вот Тусья увидит... - начала я свою обличительную речь, но тут же вспомнила, что подруга с Глебом с утра собирались за покупками. По всей видимости, наглячка тоже была в курсе. Поэтому в ответ лишь беззаботно зевнула мне во всю пасть. - А это у тебя что... торчит? - словила я ее за лапу и вытянула из зубов замусоленное перо. - Вот ведь, зараза. Тусьина подушка... Ну, будет, нам от нее теперь всем троим.

Пришлось срочно соскакивать с нагретой постельки и с кошкой подмышкой рыскать по дому в поисках места преступления. Таковое обнаружилось очень скоро - в гостиной, где прямо посреди комнаты на шикарном джингарском ковре, сейчас едва различимом от разлетевшихся перьев, лежала разодранная диванная думка. Та самая, с красивыми "огурцами", на которой я впервые увидела свой вещий сон. Но, следы замести так и не успела, потому что дом в следующий момент огласился звоном дверного колокольчика. Не магического, настроенного исключительно на хозяев, а вполне обыкновенного и очень-очень громкого. Я на пару секунд замерла, соображая, что же делать дальше, а потом, в несколько шагов достигнув двери на веранду, вытолкала туда упирающуюся Манефу и, накинув на себя чей-то, прихваченный с вешалки плащ, открыла входную дверь.

- Добрый день! - с важной улыбкой поприветствовал меня застывший на крыльце крепкий мужчина в форменной одежде магического ведомства. - Мне нужна госпожа Ветвяна Полунич.

- Здравствуйте, - растерянно проблеяла я. - Слушаю вас... внимательно.

- Примите срочное послание от господина Верховного мага, - протянул он мне конверт с таким видом, будто вручает сейчас в мое распоряжение судьбы мира. - И разрешите откланяться, - козырнув рукой, вмиг исчез в образовавшемся подвале...

Мне же ничего не оставалось, как, захлопнув за посыльным дверь, ознакомиться с его содержимым, оказавшимся на вид вполне безобидным приглашением: "Вета, я знаю, что ты сейчас в столице. Забегай к старику на чашку чая. Жду сегодня в 11.00. Мастер", значилось в нем. И не более того... Что же господину Верховному магу понадобилось от меня на самом деле, приходилось пока только гадать. А этого делать я, к сожалению, совсем не умела. Тем более, на текущий момент намечалась проблема, гораздо существеннее: маленькая диверсантка, к моменту моего возвращения вновь "чудесным образом" оказавшаяся внутри дома:

- Нет, меня, конечно, предупреждали, что ты на такое по природе своей подземной способна, - ходила я вокруг нее кругами, размахивая в воздухе обличительным перстом. - Что ты вполне можешь в любое место пролезть, даже если тебя вовсе туда, в это место, никто не приглашал. Но, Манефа, мы же сейчас в гостях, в приличном доме, а не у себя, где вечно все двери нараспашку... И что мне с тобой делать? - застыла, наконец, напротив нее и закусила губу. - Не тащить же с собой к... А, впрочем, какой еще выход остается? - представила я лицо Димиона, увидевшего такую "интересную" парочку у себя на пороге и не смогла отказаться от ожидаемого удовольствия...

Но, сначала нашу "интересную" парочку смогли лицезреть и даже насладиться звуковым сопровождением на высоком крыльце Дворца магов, а потом и в гулком его холле. Манефа во все горло орала, отражаясь в стократ от высоких магических стен и потолков, а я улыбалась, делая вид, что испуганно вцепившийся в меня детеныш земляной кошки - мой заветный пропуск в это здание. Так мы и добрались до третьего этажа, провожаемые взглядами, различными по значению. Но, к моему удивлению, должного результата на финише я не получила. И Димион воспринял наше эффектное с Манефой появление вполне спокойно. Да и выглядел он, честно говоря, каким-то уставшим и даже постаревшим. Взглянув на него еще с порога, я поняла, что если до этого посчитала его "старика" из записки, как простое кокетство, то сейчас он на самом деле таким и казался.

- Ну, здравствуй, девочка моя! - по-кошачьи протянул он, направляясь к нам на встречу. - Давно с тобой не виделись... А это откуда же такое чудо? Никак из Каменного солнца?

- Ага, подарок на память... Добрый день, Мастер, - неожиданно для себя совершенно искренне расплылась я ему в ответ и проверила (на всякий случай) свое заклятие защиты. - Вы извините, просто оставить ее было не с кем. Вот и пришлось с собой к вам тащить, во избежание проблем с принимающей стороной.

- Да ладно тебе извиняться. Пойдемте лучше к огню. Зверюшке твоей понравится, да и мы сможем спокойно посидеть, поговорить. И чай нам туда же принесут, - первым направился он в сторону давно знакомых мне кресел у камина. А, как только уселся в одном из них по удобнее, продолжил прерванный разговор. - Наслышан, Вета о твоих подвигах и искренне поздравляю с возвращением семьи. Для меня большая радость, знать, что все у тебя наладилось... Ведь все наладилось? - пристально посмотрел он мне в глаза.

- Да, конечно, - ответила я ему тем же. - Все у меня хорошо.

Мастер замер, не опуская взгляда, а потом удовлетворенно хмыкнул:

- А ведь умеешь держать удар. Молодец... Знаю я, Вета, про семейные... обстоятельства графа Ракницкого. Ты уж извини, я ведь Верховный маг. Все обязан знать. А еще я знаю, что в данный момент ищет он по всей стране самых лучших специалистов для своей жены. И уже порядком в этом преуспел. Так что, думаю, в ближайшем будущем дела у нее пойдут на поправку.

- Ну что же, - сжалось мое сердце, будто его сдавили сильной рукой. - Мне сложно желать им обратного, Мастер. Его сиятельство имеет полное право на наследника. Это его долг.

- Долг, говоришь, - повторил за мной Димион, сосредоточенно глядя на огонь в камине. - Да, у каждого он свой, этот долг... А в чем его видишь ты, девочка?

"Ну вот, наконец, мы и добрались до самого главного, Мастер", - мысленно хмыкнула я и попыталась как можно тщательнее сформулировать свой ответ. Но, в голове моей, вдруг сначала предательски запульсировало в висках, а потом и вовсе зашумело... Я лихорадочно еще раз проверила наличие защитного заклятия, которое работало сейчас вполне исправно и вновь попыталась сосредоточиться... Шум усилился и теперь напоминал, скорее завывание ветра, очень далекого, но сильного. - "Да что же это за новая напасть на мою неразумную голову?", - схватилась я рукой за лоб и сжала его, что есть силы... И меня, к счастью, понемногу стало отпускать. Ветер в моей голове, как будто бы стих...

- Вета, тебе нехорошо? - привстал со своего места Димион. - Ты извини, я ненадолго тебя оставлю - срочный посетитель. А ты пока без меня чаю попей, - и медленно, вслед за Вайолой, появления которой я даже не заметила, вышел за дверь.

А я так и осталась одна в полной тишине, покинутая даже Манефой, тут же воспользовавшейся отлучкой Мастера, чтобы исследовать новое помещение... Но, сидела так недолго, а вскоре и вовсе вцепилась руками в подлокотники, потому что началось уж решительно что-то, из ряда вон выходящее... И сначала в голове моей бедовой вновь стало громко пульсировать. Потом пульсация эта стала сливаться в один непрерывный шум, напоминающий все тоже завывание ветра. А вскоре меня и совсем "понесло"... Впечатление было такое, будто сижу я сейчас в кинозале на фильме в формате 3D, но экран здесь повсюду и меня несет куда-то, вон из комнаты под все тоже завывание ветра в голове... В дверь во внутренние покои... я ее преодолеваю, даже не касаясь и несусь дальше по узкому полутемному коридору... Теперь ступени вниз... Еще... Еще... Мне туда обязательно надо попасть... Что-то зовет меня оттуда... Что-то совсем древнее и неведомое... И я лечу туда, все ниже и ниже по ступеням...

- Вета, ты о чем задумалась?.. - смотрит на меня удивленно Мастер.

- Я?.. Не знаю. Просто, навеяло что-то, - честно призналась я ему и снова схватилась рукой за лоб, тщательно его массируя.

- Навеяло, - улыбнулся он и подошел вплотную к камину. - Вот и мне в последнее время тоже что-то постоянно... навевает... Только все больше грустные мысли... Ты знаешь, на чем держится любое общество в любом мире?

- На чем держится общество? - удивленно переспросила его я, совсем уж не готовая к такому повороту в разговоре. - Здесь можно по-разному ответить: на семье, нравственных ценностях, общих целях. Да на многом оно держится...

- Семья, общие задачи, это все верно, Вета, - ответил Мастер, все также глядя на огонь. - Но, самое здесь главное - уверенность в том, что живем мы правильно, единственно правильно. И в это должны верить, по крайней мере, большинство из нас... Ты ведь знакома с историей Ладмении? Хотя бы вкратце?

- Очень... вкратце.

- Тогда ты знаешь, точнее, должна догадываться, почему аланты на самом деле решили пустить в свой мир магов?

- Да, Мастер. Думаю, из-за страха постепенно вымереть. Поэтому и пошли на кровосмешение, выбрав из двух зол меньшее.

- Умница, Вета, - невесело усмехнулся он. - Думаю, так оно и было... А почему маги подтянули за собой людей?

- Ну, здесь, скорее всего, элементарная экономика. Магам нужен был рынок сбыта своих услуг. Ведь не могут же они продавать свое волшебство друг другу.

- Довольно цинично, - взглянул на меня Димион. - Но, и тут - в точку... А теперь люди... - надолго замолчал он. - Люди, которых на данный момент подавляющее большинство... И это правильно, Вета. Ведь они хоть и живут гораздо меньше нас, зато... плодятся значительно активнее. Что ты на меня так смотришь? Разве я не прав?

- Правы, Мастер. Только, я не пойму к чему эта лекция по политэконо... неважно. К чему вы мне рассказываете все эти прописные истины? - снова запульсировало у меня в висках.

- К чему? - облокотился он на спинку кресла. - К тому, с чего я начал... С уверенности, что живем мы правильно... Дело в том, Вета, что подавляющему большинству в нашей стране уже недостаточно одной только магии. И со временем все тяжелее становится сдерживать развитие науки, которое неизбежно в среде тех, где большинству неподвластны иные силы... Люди ищут для себя другой путь, Вета. И совершенно...

Снова эта лестница... Еще одна дверь... За ней небольшая комната, в которой я уже была... Я замираю у порога и ищу источник зовущего меня голоса... Скорее, это не голос, а просто... просто Зов... Мне сложно объяснить. Это надо чувствовать, ощущать всем своим алантским нутром... Я медленно оглядываю пространство...

- Вета, что ты молчишь? - вновь выдергивает меня наружу Димион, сверля оскорбленным взглядом. - Разве ты со мной не согласна?

- Я не совсем поняла вашу мысль, - на всякий случай уточнила я, отгоняя от себя очередное наваждение.

- Ну, хорошо, - тягостно вздохнул он и потер рукой лоб. - Я объясню по-другому... Альтернативой человеческой науке может выступить только совершенствование магии. Ведь иначе сам смысл нашего мира теряется и мы вновь идем прямой дорогой к... инквизиции. Эта моя мысль тебе понятна?

- Да, Мастер. Вполне, - послушно кивнула я головой.

- Хорошо, тогда я продолжаю... А как, скажи мне, можно совершенствовать то, что по природе своей уже и так совершенно? Ведь магия и есть сама природа и она...

Я продолжаю то, на чем меня прервали... Эта комната... А вот и холодное кресло, но мне нужно совсем не оно... Мне нужно то, что находится совсем рядом... Массивная дубовая дверь. Она сейчас надежно закрыта... Я приближаюсь к ней и останавливаюсь... Зов в моей голове все громче и настойчивее... Я прикладываю к двери свою ладонь и всем своим существом понимаю, что достигла цели...

- Вета, очнись! - уже не выговаривает, а кричит мне Димион. - Да что с тобой такое сегодня?

- Со мной?.. - скривилась я в ответ и встала, прекрасно осознавая, что после того, что я сейчас скажу, пути назад уже не будет. - Давайте на чистоту, Мастер. Вы хотите, чтобы я открыла... чтобы я периодически открывала вам алантскую дверь. А вы, естественно, вместе со мной, проникали бы через нее в другие миры и там черпали что-то новое для так называемого совершенствования магии? Ведь так? - теперь уже я смотрела на него в упор.

Димион растерянно сделал шаг назад и замер:

- Но, ведь ты знаешь, что это для нас - единственный выход. Я же постарался до тебя сейчас это донести. Вета, это благая цель.

- Я понимаю... Но...

Грохот, раздавшийся за закрытой дверью в соседнюю комнату, заставил нас обоих вмиг повернуть головы:

- Манефа, чтоб ее! - понеслась я по направлению звука, но Мастер меня опередил и первым распахнул створку:

- Та-ак, - протянул он, взирая на раскинувшееся прямо у распахнутого настежь шкафа безобразие. - И что же ты тут искала, позволь узнать?

Котенок, трусливо метнувшись из стороны в сторону, припустил вон, а мы так и остались стоять:

- Мастер, извините за мою кошку, - виновато скривилась я. - Давайте, я сама здесь все приберу, - и потянулась к обвалившейся полке с какими-то старыми вещами.

- Не стоит, Вета, - схватил он меня за руку, а потом так же быстро разжал свои пальцы. - Я сам все... приберу. Да, ничего страшного. Здесь всякий хлам. Будет хоть повод выкинуть лишнее, - и взмахнул мне рукой, тем самым приглашая на выход.

- Тогда, мы, пожалуй, пойдем, - решила я воспользоваться ситуацией. - А то, если она сейчас со страху выскочит и отсюда, я ее уже никогда на ваших просторах не поймаю.

- Это конечно, - невесело согласился со мной Мастер. - Но, Вета. Я хочу, чтобы ты хорошо подумала над моим... предложением. Ты мне это обещаешь, девочка? - заглянул он мне в глаза, вновь напомнив сейчас уставшего от жизни старика.

- Да, обещаю, Мастер, - послушно согласилась я, добавив про себя. - "Но, кроме этого, больше ничего пообещать вам не могу"...

Манефа всю обратную дорогу хранила гордое молчание, лишь изредка чихая в такт моим мыслям. Которые кстати говоря, были отнюдь невеселыми. Хотя, одно я могла сейчас сказать точно - причина моего здесь появления стала весьма очевидной. И это далеко не отеческая забота истосковавшегося по своей сбежавшей возлюбленной мужчины...

А дома нас с притихшим котенком уже ожидали, причем, всем составом. Правда, Глеб был очень занят. И открывшая мне дверь Тусья, не в пример вчерашнему, румяная, в весьма ехидной форме тут же сообщила:

- Мы кроватку купили, такая красивая и удобная. Хоть сама в ней качайся. Только она в дверь детской на развороте не проходит. Потому что я там комод уже поставила. Вот солнце мое сейчас ее в гостиной разбирает, а потом наверху обратно собирать будет. Недовольный... Кстати, а ты где была вместе с кошкой? Выгуливала ее что ли?

- Ага. По Дворцу магов. Добрый день, Глеб.

- Любимая, - протянул некромант, рассеянно мне кивнув. - Давай я ее лучше магией наверх закину, чем вот так вот мучиться.

- Никакой магии. Должен же ты почувствовать себя отцом, в конце то концов. Разбирай давай... Где ты была? - резко развернулась ко мне подруга.

- Вета, - возник в проходе, прямо за моей спиной Сим. - Извини, я был очень занят и поэтому поздно заметил. Как сходила на встречу с Мастером?

- Ну, что вам сказать? - оглядела я всех присутствующих, замерших в ожидании моего ответа. - Нормально сходила. Правда, чай так и не попила, хоть именно им и заманивали.

- Манефа, - вынырнуло из под руки рыцаря последнее действующее лицо в виде моего племянника, только с крошками на физиономии. - Ветвяна, куда ты ее брала без моего разрешения? - тут же перетащил он свою ученицу к себе на руки. - Ой, а чего это у тебя изо рта выпало?.. Монетка?

- Ах, вот почему она всю обратную дорогу молчала, - вдруг, дошло до меня. - Она Верховного мага обчистила.

- Да не монетка это вовсе, - начал оправдывать свою воспитанницу дрессировщик и поднял с недавно отчищенного мной ковра маленький желтый кругляшек. - Она какая-то... странная. Глянь сама, - и ткнул мне ворованной денежкой прямо в нос...

В следующий миг мне показалось, что в комнате не стало хватать воздуха:

- Танасик, дай мне ее сюда и пойди из комнаты... куда хочешь, - произнесла совершенно чужим, глухим голосом, а потом, зажав в кулаке монетку, плюхнулась в стоящее рядом кресло. - Вот и приехали...

- Вета, ты чего? - склонился надо мной озадаченный Сим. - Что там такое она сперла у Мастера? Реликвию какую-то? Так давай я ее обратно унесу и извинюсь за котенка.

- Сим, - медленно покачала я головой. - Боюсь, что если ты... ЭТО назад понесешь, то одними извинениями уже не обойдешься.

- Эй, подруга, - уперлась в меня животом Тусья. - Не томи публику, говори, в чем дело.

- Вы, правда, хотите знать? А, хотя, что уж теперь, - разжала я свой стиснутый кулак. - Эта монетка... Дело в том, что она... из моего прежнего мира - пятьдесят российских копеек. А нашла ее Манефа в личном шкафу Димиона... Вот в этом то все и дело... А еще, - воспользовалась я наступившей тишиной. - Помнишь, Сим, ты мне рассказывал про алантскую дверь, которая сейчас где-то на территории города? - взглянула я в потерянное лицо рыцаря. - Так вот, я эту дверь сегодня, кажется, нашла. Она в подвале Дворца магов, в личной лаборатории Мастера. Если, конечно, это не еще одна, доселе неизвестная дверь... И последнее, дорогие мои. Мне от нашего Верховного мага поступило деловое предложение поработать для него ключом в другие миры. И я думаю... Нет, я уверена, что если откажусь, то прихлопнет он меня, как муху... Вот, такие у меня дела, - с чувством выполненного долга откинулась я на спинку кресла.

- Скажи, Вета, - первым опомнился застывший на диване с отверткой в руке Глеб. - А можешь ты все подробно нам рассказать, с самого начала и прямо сейчас?

- Хорошо, слушайте. Только не смейтесь... в некоторых местах. Потому что я и сама еще толком не знаю, что за очередная напасть свалилась на мою голову... - честно предупредила я слушателей, а потом глубоко вздохнула и начала свой рассказ...

И дальше была честна, как на приеме у женского доктора, начав свое повествование с почившей в острых манефиных коготках подушки. Потому что, как говорится, из песни слов не выкинешь. А когда плавно перешла на описание своих видений, то даже легкой скептической улыбки ни от кого не дождалась. А это значит, что у больной еще есть шанс отделаться легким стрессом вместо маячившего по всем симптомам...

- Ну, что скажете, уважаемый консилиум? - закончила уж совсем неподобающе теме оптимистично. - Что это было то со мной?

- А тебя именно этот момент сейчас больше всего волнует? - озадаченно почесал отверткой за ухом Глеб.

- Ну да. Все-таки, со мной такое в первый раз произошло.

- Боюсь, Вета, что не в последний, - обнадежил меня эксперт с некромантским уклоном.

- Это почему это? - нервно развернулась к нему приткнувшаяся рядом на диване магичка.

- Да потому что она - алант. А данное явление так и называется: "алантский зов". А как вы думаете, ветины предки раньше эти самые двери находили? По окрестностям с лозой рыскали? Они просто шли на зов, пока не достигали цели. Это часть их природы. Ну, как... умение создавать световые шары или вещать.

- То есть, все так просто объясняется? - недоверчиво закусила я губу.

- Достаточно просто, Вета, чтобы объяснить сам факт алантского зова. А вот, что касается его неожиданного проявления...

- Почему именно сейчас, ведь я там была уже не в первый раз? - беспомощно посмотрела я на Глеба. - Честно говоря, я и сама не знаю...

- Вот и мне непонятно, чем вызван такой всплеск алантской силы, - закончил свои рассуждения некромант. - Теперь, что касается монеты из твоего мира... Сим, как думаешь, что там за металл? - прищурился Глеб, глядя на мага, с самого начала разговора конфисковавшего у меня "улику".

- Сплав здесь, - хмуро подбросил он желтяк у себя на ладони. - Медь и цинк, по-моему. А если учесть, что Танас натаскивал своего котенка на поиск наших ладменских меденей, то он, соответственно, мог и перепутать. Потому что медь в этой вот... - поднес он монету к своим глазам. - явно доминирует... Вета, скажи мне, а ты сама не могла...

- Ты думаешь, что это мои деньги? - окрысилась я на рыцаря. - Конечно, такое проще предположить... Но, это не так. Точно вам всем говорю. Этого не может быть... Дело в том, что у меня даже с собой-то таких монет не было, когда я на эту сторону попала. У меня в кошельке, в отделении для мелочи замок сломан. Уже давно. Поэтому я все вот такие монетки вечно по карманам таскала. И тогда они тоже в кармане остались, в моем пыльнике. А сам пыльник в дорожной сумке. А дорожная сумка - в машине у таксиста... Хотя, это сложно сейчас объяснить, кто и что это такое. Просто, я вам точно говорю, что здесь не моя монетка... К тому же, всю дорогу до личных покоев Димиона котенок истошно орал. Этому свидетелей - половина Дворца магов... Если вы мне не верите.

- Да верим мы тебе, верим, - заполошно всплеснула руками Тусья. - Мало того, теперь становится понятным, зачем Верховному магу нужна была вся твоя энергия. Чтобы с помощью ее дверь свою открыть. Так ведь, мужчины? - требовательно взглянула она на каждого из них по очереди.

- Так любимая, так... - рассеянно покачал ей в ответ головой некромант. - Вета, что касается делового предложения Димиона... Что ты сама об этом думаешь?

- Что думаю?.. Знаете, не смотря на его крайнюю убедительность, не таким я представляла себе свое будущее в этой стране. Не для меня вот такие вот... подвиги во имя мирового спасения. К тому же... это еще и противозаконно. Или я не права? - с вызовом посмотрела я на Сима.

- Ты права, - невесело усмехнулся он. - А, если взять во внимание все вышесказанное, то получается, что сам Мастер уже нарушил наш закон. По крайней мере, один то раз точно... И все ведь так хорошо продумано, даже с куполом он угадал. Ведь, если бы находилась эта дверь не во Дворце магов, то ее открытие мигом бы Прокурат засек. А так, можно прикрыться лабораториями. Мало ли, чем там в них занимаются и сколько чего потом в небо через шпили уходит, - нервно закончил он и вышел из комнаты на веранду.

- Да-а, - многозначительно протянула ему вслед Тусья, изобразив пантомимой снятие с головы воображаемой короны, а потом ринулась ко мне, запнувшись об стоящую неподалеку кроватную спинку. - Глеб, да убери ты ее... наверх. Сколько же можно? - поморщилась, потирая ушибленную ногу. - Я вот что думаю, подруга. Бояться тебе нечего. Раз у нашего бывшего "короля магии" у самого мордашка замарана, то управа на него теперь точно найдется. Так ведь, солнце мое?..

Но, ни Глеба, ни разобранной детской кроватки в комнате уже не было.

- Я в этом уверен! - донесся до нас со второго этажа, полный оптимизма голос некроманта.

- Да и я тоже, после разговора с вами, - невольно расплылась я в ответ. - Однако хотелось бы кое-что для себя проверить, - рывком соскочила я с кресла и направилась вслед за ушедшим рыцарем...

Сим стоял, облокотившись на перила, и наблюдал за играющими в саду Танасиком и Манефой. Неразлучная парочка на этот раз развлекала себя ловлей магических бабочек, которые лопались, как мыльные пузыри, едва попадая в зону досягаемости котенка. Манефа чихала, обиженно фыркала и мотала обрубком хвоста, но с упертостью барана вновь шла на сближение с очередной навещанной добычей.

- Я хотела ненадолго смотаться в одно место, - нарушила я, наконец, молчание на веранде. - Ты со мной?

- Да, конечно, - с готовностью распрямил спину маг. - Веди...

Здесь мало что изменилось за прошедшие три месяца. Все те же огромные дубы шумели листвой, рассказывая свои, отшлифованные веками сказки. Все те же горы вдали, сливающиеся с небом снежными вершинами. Разве что трава, больше тогда напоминающая стриженный парковый газон, стала гораздо выше и сочнее. И в этой сочной траве сейчас истерично трещали кузнечики, заглушая собой перекличку скромных лесных пичуг...

- Вот отсюда все и началось, - застыла я перед розовато-серым камнем, вросшим в невысокий холм. А потом глубоко вдохнула и закрыла глаза... Но, никто мне не откликнулся за этим мертвым во всех отношениях камнем. Не было никакого зова с той стороны, откуда я когда-то здесь появилась. - Сим, она... молчит, - озадаченно закусила я губу.

- И не мудрено, что молчит, - сочувственно скривился мне маг. - Ее опечатали, Вета. Сразу после того, как ты через нее прошла... По приказу Верховного мага. Теперь она мертва, как и все остальные... Почти все, как выяснилось сегодня...

- Понятно, - осторожно дотронулась я до нагретого солнцем камня. - Знаешь, мне кажется, что я здесь уже очень-очень давно, на этой стороне. Так давно, что даже начинаю забывать свою прежнюю жизнь. Это, наверное, плохо? Как ты думаешь?

- Это нормально. Главное ты все равно не забудешь. Потому что оно всегда в твоем сердце. Вот здесь, - приложил маг ладонь к левой стороне своей груди.

- Нет, Сим. Вот здесь, - передвинула я его руку в середину грудной клетки. - У алантов сердце находится по центру. Это я уже знаю.

- Точно? - удивленно вскинул он бровь.

- Ага... А в своей прежней жизни я была глубоко убеждена, что являюсь полным уродом с набором отклонений от нормы. Поэтому даже отказала себе в праве на ребенка, - сползла я по камню вниз и села прямо в высокую траву. - Это очень грустно, считать себя полным уродом. Хорошо, что ты этого не знаешь.

- Ну почему же не знаю? - плюхнулся со мной рядом Сим. - У меня для этой цели сестрица имеется. Она мне всегда очень доходчиво объясняет, что я и есть этот самый, как ты говоришь, полный урод... Хотя сегодня, я бы с ней сам согласился... - сорвал он травинку и начал закручивать ее вокруг своего пальца. - Вета, скажи честно, ты мне совсем уже не веришь?..

- Почему ты так решил?

- Потому что я когда-то пообещал тебе, что все будет хорошо, но обещание свое не выполнил.

- Сим, к сожалению, в этой жизни не все зависит от наших обещаний. И я тому наглядный пример... Мне просто нужно знать, что, не смотря на то, что ты работаешь на человека уже давно не внушающего мне доверия, ты никогда не воткнешь мне нож в спину... Я должна это знать. И больше мне от тебя ничего не нужно. Никаких обещаний.

- Никогда не воткну тебе нож в спину, - медленно повторил он за мной и отбросил закрученную в спираль травинку. - Вета, ты очень прочно вошла в мою жизнь и стала для меня... больше, чем другом. Ты это знаешь... А что касается моей работы и моего рыцарского долга... Я в первую очередь обязан защищать не интересы Верховного мага, а закон, который он приступил. А раз он это сделал, то должен понести соответственное наказание, как и любой гражданин Ладмении. Где, кстати, не все так плохо, как он тебе внушал... Так что, не переживай за свою судьбу. Больше он не посмеет использовать тебя в своих интересах... - замолчал Сим, а потом неожиданно весело хмыкнул. - Хобье коромысло... Я надеюсь, мои последние слова не были восприняты тобой, как очередное обещание?

- Нет, что ты, - оскалилась я в ответ. - Я в них сразу и безоглядно уверовала. И ты знаешь, у меня тут же появилось огромное желание пойти и начистить кому-нибудь физиономию. Потому что, если ты со мной рядом, мне все равно за это ничего не будет.

- А что, - азартно сверкнул глазами маг. - До завтра еще куча времени. С кого начнем из твоих, еще живых врагов?

- Из живых?.. - призадумалась я. - Даже не знаю... Разве что, Ладный злотень. Но, мы с ним, к сожалению, даже не представлены. Я надеюсь, ты это сделаешь, перед тем как мне начать?

- А вот это сложно, Вета, - засмеялся Сим и, поднявшись на ноги, подал мне руку. - В последний раз этого господина видели не так давно на тенаррской границе. И вся его строительная контора в Медянске тоже опустела.

- Да? - обиженно закусила я губу. - Ну, тогда придется опять тащиться в столицу. Тем более что время уже давно...

- ... обеденное, - закончил за меня Сим, рисуя в воздухе зыбкую каменную арку...

Глава 34

Фифика...

Пасмурное утро знаменательного для всей столицы дня чуть не началось в нашем доме со скандала. Причем, зачинщицей его стала именно я. А как же мне не скандалить, когда Тусья вдруг, решила проявить свой восточный нрав и, во что бы то ни стало потащиться на рыцарский турнир? Это в ее то "щепетильном" положении да еще на последних днях перед родами...

- Тусья, подружка, - таскалась я за ней хвостом по комнатам. - Давай тогда вместе с тобой дома останемся, а Танасика я Веронике поручу. Ну что за блажь такая на тебя свалилась?

- Отстать от меня! Я все равно туда пойду. Мой любимый братец впервые за все его прокуратские годы решил поучаствовать в этом, чтоб его, турнире, а я буду дома сидеть?.. И вообще, блажь, это по твоей части, подружка. Я руководствуюсь исключительно...

- Здравым взглядом на жизнь? - перегородила я собой подход к плательному шкафу.

- Своим самочувствием, неразумная дочь алантского рода, - уперла она руки в бока. - Ох, как ты мне надоела. Может, подеремся?

- Тогда ты точно сегодня родишь, - обреченно вздохнула я и сделала я шаг в сторону. - Но, ты можешь мне хотя бы пообещать?

- Что именно? - вынырнула Тусья из распахнутых створок шкафа.

- Ну, что, если почувствуешь себя нехорошо, то сразу же скажешь мне.

- Обязательно поставлю тебя в известность... Как думаешь, в этом платье я на ристалище не замерзну?.. Хотя, можно еще жакет сверху накинуть...

А внизу в гостиной уже нетерпеливо ерзал на диване мой племянник, экипированный по такому случаю во все новомодное. Конечно же, досталось и ему:

- Танас, ты почему до сих пор непричесанный? - зависнув над племянником, повторила я угрожающую позу подруги.

- Так, Ветвяна, - суетливо запустил он свою пятерню в русые лохмы. - Все равно их ветром раздует. Ты бы знала, какой он там сильный, на этом... ристалище, - закончил Танасик почти благоговейным шепотом.

- Ветер там... Тусья! Жакет не забудь!.. А Манефа твоя где? Ты ее привязал? Хотя...

- Не, я лучше придумал. Я ее до нашего возвращения... обезвредил. Посмотри вон туда, - ткнул он ладошкой в сторону камина. - Ну как?..

И, действительно, надо было отдать моему племяннику должное - его вездесущая питомица, раскинув лапки, "обезвреженно" дрыхла на своем коврике у камина, прикрытая сверху старым шарфом Глеба.

- Да-а... - только и протянула я, в тайне возрадуясь, что такая умная мысль не посетила мою неразумную голову вчера утром...

Зато сегодня в ней "умных мыслей" было достаточно. И все они сводились к тому, что день грядущий обязательно должен закончиться какой-нибудь пакостью... Только вот, объяснить причину такой уверенности я не могла, стараясь (после вчерашнего своего "алантского зова") относиться к этому предчувствию, как к факту и бдить в оба глаза...

- Ветвяна, слушай, - требовательно дернул меня за платье Танасик. - Мне вчера Сим рассказывал про то, как этот рыцарский... турнир (опять тем же, почти благоговейным шепотом) будет проходить и что его победитель получит.

- И что же он получит? - плюхнулась я рядом с ним на диван и сама начала приглаживать волнистые волосы мальчика. - Мешок конфет? Или меденей?

- Не-ет, они что, маленькие что ли? - совсем по-взрослому усмехнулся Танасик. - Венок от "Прекрасной Дамы", дочери столичного главы.

- Да что ты? Неужели она на самом деле так прекрасна?

- Не знаю. Сегодня посмотрим... А еще, знаешь что? После этого сам победитель имеет право выбрать настоящую "Королеву турнира" и надеть на нее этот венок. А она тогда в благодарность должна будет... ну, это... поцеловать героя. Интересно, кого же Сим выберет? - ехидно глянул он на меня.

- А с чего ты взял, что победителем станет именно Сим?

- Потому что он - лучший. Это ж понятно, - категорично заявил племянник. - А вон и тетя Тусья спускается. Ну что, валим, девушки?..

И мы "вывалили" на непривычно оживленную в этот час улицу. А когда, подгоняемые прыгающим вокруг нас Танасиком, добрались до центра, с целью поймать себе здесь возчика, в полной мере ощутили всю масштабность предстоящего события. Город, и без того будоражащий глаз всеми эклектическими цветами, был сегодня по-особому бодр и молод. Будто сумасшедшая старуха, приглашенная на чьи-то именины, еще и губы себе накрасила, вдобавок к бантам в седом начесе.

Подростки в форменных кепках, уже охрипшие с раннего утра, доторговывали на углах последними, самыми дешевыми билетами и программками турнира, а количество прокуратских флагов с грифонами на красном фоне было таким, что казалось пасмурного неба из-за них не видно. В нескольких местах, томящиеся в ожидании зрители, собравшись в кучки, громко спорили на предмет, у кого из их фаворитов больше шансов получить заветный "лобызальник". Да так рьяно, что от одного такого уличного диспута я еле оттащила Тусью. Благо, шустрый Танасик уже призывно махал нам рукой, с подножки чудом раздобытой в этом сумасшествии коляски. Но, до конечного пункта мы на ней так и не доехали, попав в жуткую столичную "пробку", возникшую за два квартала до ристалища по причине прибытия туда королевской четы... "Ох, и где ж ты мой тихий патриархальный Медянск"...

Пришлось снова идти пешком, маневрируя в толпе таких же "счастливчиков", как и мы. Причем, Тусья чувствовала себя прекрасно, чего не скажешь обо мне, по еще утренней договоренности с самой собой, непрерывно бдящей за происходящим вокруг:

- Скажи мне, тебе непременно надо было протиснуться своим животом между этими двумя господами? - в очередной раз выговаривала я ей, выдергивая из особо опасной гущи народа на тротуаре. - Глеба здесь нет. Он бы с тобой быстро договорился. Подвальчиком на место и все дела.

- Что ты там пропыхтела? - лишь добродушно расплылась в ответ подруга, вновь подхватив меня под ручку. - Глеба? Так занят он сегодня, солнце мое.

- И где ж его носит, твое солнце, в такой-то... знаменательный день?

- Толи оборотня в предгорьях Бадука ловит толи обычного слепеня. Сказал, на месте разберется.

- Слепеня? - удивленно открыла я рот. - Там, где я раньше жила, так больших кровососущих мух называли. А здесь это что за гадость?

- Да обыкновенное животное. Иногда медведь, но, чаще волк, - пояснила мне, весьма авторитетным тоном Тусья. - Только, полностью подчиненное какому-то, сильно самоуверенному магу. Потому что, когда он встретится с моим некромантом, то...

- А что, и животное даже можно воли лишить? - перебила я подругу, но, тут же вспомнила про детские "забавы" Конта.

- Еще как можно. Поэтому такое животное и называют слепенем. Ведь его глазами за жертвой "хозяин" следит, а сам он ничего в этот момент не видит... Ой, смотри, орешками солеными торгуют. Мы бы с Танасом от них не отказались... Вета, ты куда из реальности выпала? - дернула меня за руку магичка.

- Да, ничего. Про бабушку вспомнила. Ее тоже волк убил. Я ж тебе рассказывала... Орешки?.. Да вы на руки этой торговки посмотрите, она их не мыла с тех пор, как эти орешки из земли выкапывала. Идем дальше.

- Ну, идем, - послушно потащилась она за мной. - А как твой медянский поклонник? Не перестал еще букеты свои таскать?

- Ага, - встрял в наш разговор подскочивший сбоку племянник. - Их уже ставить некуда. Я замучился совсем...

- Ох, ты и замучился! Сам же предложил, - окрысилась я на него и повернулась к магичке с объясненьями. - Он теперь каждый день упражняется в вещаниях на вазах под подаренные цветы. Тусья, ты бы видела эти вазы, - невольно прыснула я. - Одна другой страшнее... Я хотела сказать, оригинальнее, Танасик.

- Ну-ну, - обиженно пробубнил автор гончарных шедевров. - А вот у этой торговки руки чистые?

- Руки?.. - пристрастно уставилась я на женщину, торгующую жареными тыквенными семечками, испускающими весьма аппетитный аромат. - Руки у нее чистые. Значит можно... - ... я даже нисколько не удивилась, едва встретившись с взглядом, уже знакомых мне глаз. Но, теперь, в отличие от размытого сном образа смогла разглядеть уже целиком не только их, но и саму незнакомку. - Здравствуйте...

- Доброй вам дороги, госпожа, - улыбнулась она мне так, что родинка у внешнего уголка ее правого глаза спряталась в глубоких морщинках. - Вам семечек моих отсыпать?.. Или еще что-то?..

- Как вас зовут?

- Вадома, госпожа, - казалось, нисколько не удивилась женщина. - Так меня называют теперь.

- И вы здесь всегда семечками торгуете, Вадома? - продолжила я под недоумевающим взглядом подруги.

- Нет, госпожа. Здесь я совсем недавно.

- А до этого чем занимались?

- Разными делами. Дела всегда сами выбирают нас.

- Вета, - дернула меня за рукав Тусья. - Ты беседы здесь будешь вести или семечки покупать? Мы же так опоздаем к началу.

- Да. Погоди... Скажите... - попыталась я сформулировать свой очередной вопрос, но, лишь растерянно замолчала. Сама еще толком не понимая, чего же хочу от этой, явившейся мне из страшного сна женщины. - Где вас можно будет найти, если... семечек еще захочется?

- Рабочий квартал, улица Ткачей. Там вы меня и найдете, если я вам понадоблюсь, - с готовностью ответила мне Вадома. - А семечек сейчас отсыплю. Они у меня на самом деле вкусные, жареные с солью на оливковом масле, - достала она из кармана фартука бумажные пакетики и погрузила совок в чашку с еще дымящимся товаром.

- Ну и как все это понимать? - воспользовавшись паузой, прошипела мне магичка.

- А не знаю, Тусья, - в ответ улыбнулась я. - Если хочешь, понимай, как мою очередную блажь. Ты же к ним уже привыкла? Так и не стоит удивляться, - но, на душе у меня стало, на удивление спокойнее...

Вот что такое наша жизнь? Куча возможностей и препятствий, выстроенных в цепочку событий, вытекающих из простого "если бы". Если бы Сим три месяца назад не опоздал к моей алантской двери, то я не полюбила бы Борамира. Если бы мост через Кочу не пришлось ремонтировать, то я не встретила бы Олеса. А если бы вчера не взяла с собой Манефу, то... Наши "если бы", это и есть разные концы одной большой дороги под названием "жизнь". Так, по моему, говорил мне Борамир про будущее: "дорога с множеством концов". И Вадома с ее человеческим, небесного цвета свечением, это тоже очередное мое "если бы", ведущее, я уверена, в совершенно правильном направлении. Так что, извините меня, дорогие мои, но, я уже знаю, что должна буду делать, когда наступит нужный момент. И меня даже "залп в упор из пушки" не остановит...

Как бы там ни было, но до ристалища мы дошли. Причем, даже опоздать не умудрились. Но, обязательно бы заблудились в поисках своих мест, если бы не Танасик, облазивший здесь вчера все зрительские трибуны вдоль и поперек. Он первым и заметил торчащую в ожидании нашего прихода баронессу, явно, уже начинающую нервничать:

- Где вас носит то? - тут же встретила она нас своим аристократическим басом. - Я все глаза проглядела на входы... Ой, добрый день... Тусья.

- И вам не запнуться, Ваше сиятельство, - поджала в ответ свои губки магичка.

Мне же пришлось, правильно оценив настрой "знакомящихся" сторон, разделить их на время собой и Танасиком, оказавшимся после моих тычков в бок, на сиденье рядом с Вероникой.

- Вета, - тут же зависла она перед ребенком своим бюстом. - Ты представлять то нас собираешься?

- Да, обязательно... Тусья, это баронесса, извините, вдовствующая баронесса Вероника Тумбаль-Гонз. Близкая подруга твоего брата, - оскалилась я, делая магичке "выразительные" глаза, а потом добавила, уже совсем интимно. - Веди себя прилично... Вероника, а это сестра твоего близкого друга, Тусья Анчарова, - развернулась теперь уже в сторону замершей баронессы, добавив и ей так же вполголоса. - тоже маг огня... А теперь, можно я по сторонам осмотрюсь? ..

Осмотреться помог мне племянник, а постепенно в его пояснения втянулись и обе наши безмолвствующие какое-то время дамы (видимо, свыкались с мыслью о теперь уже очевидном существовании друг друга). А вообще, сооружение это под средневековым названием "ристалище" сильно смахивало на обычный земной стадион, с той лишь разницей, что формы оно было квадратной, огражденной по всему периметру боевого поля высокой моанитовой сеткой. Хотя, нет. По словам авторитетного Танасика это был сплав, надежно удерживающий магию, применяемую состязающимися сторонами внутри.

- А вон там, почти напротив нас висит королевское ложе, - пояснил нам Танасик. - Видите, внутри сидит Его величество в доспехах рыцаря Прокурата? Это потому что он и сам когда-то был кадетом. Представляете? Сам король...

- Правда, рыцарем Его величество так и не стал. Жениться пришлось, - уточнила нам за спиной привставшего мальчика баронесса.

- А вон, Вета, твои сородичи! - ткнула меня локтем в бок Тусья и кивнула куда-то вниз налево. - Точнее, самый старший из них. Ему не так давно исполнилось триста семьдесят два года. А выглядит до сих пор молодцом. И даже преподает в нашем столичном университете не то "Историю Ладмении", не то еще какой-то курс.

- А ведь мы его уже видели, - узнала я скучающего статного мужчину лет шестидесяти с дымящейся трубкой в зубах. - Помнишь, в ресторане "Бархат"? Он там еще сидел на возвышении с красивой дамой, тоже алантом?

- Помню, конечно. Это была его пятая или шестая жена.

- Пятая, - утвердительно кивнула баронесса. - Но, уже на грани развода...

- Ветвяна, посмотри, - через секунду дернул меня в свою сторону Танасик. - Вон там, рядом с королевской ложей, где к перилам прибиты разные щиты, ложе для Совета шести. Ты знаешь, что такое, Совет шести?

- Она знает, Танас, - метнула в меня настороженный взгляд Тусья, а Вероника тут же перехватила инициативу на себя:

- Его там нет, Вета.

- А почему ты в этом уверена? - выдавила я из себя, пристально вглядываясь в далекое полутемное ложе с сидящими в нем мужчинами.

- Так я, сколько уже здесь. И стул его, как раз за родовым щитом пустует. Я даже из бинокля туда смотрела.

- Ого, - уважительно глянул на баронессу Танасик. - А подзорной трубы у вас с собой нет?

- Да вот, знаешь, в театре ими не пользуются, почему то, - добродушно засмеялась Вероника. - Ой, смотрите, кажется, начинается. Вон там, у входа.

И действо началось... Сначала из центрального входа, под сопровождение труб и барабанов появился высокий худощавый герольд в накинутом на плечи двуцветном коротком плаще. В руках он, как посох нес раза в два длиннее себя копье с трепыхающейся под ветром ленточкой на самом конце. Как мне тут же шепнул на ухо Танасик: "Это чтобы привязать туда венок "Прекрасной дамы" и до конца турнира им махать". Я же не замедлила ответить ему своим рассуждением вслух: "Надеюсь, что этот венок не из настоящих цветочков. А то его потом не то что "Королева турнира" постесняется напялить, а даже мало-мальски уважающая себя деревенская коза". Вероника же в это время, по странному стечению обстоятельств величаво поправила свою, растрепавшуюся на ветру, прическу.

А в это время вслед за герольдом на поле выплыли, поддерживая руками такие же двуцветные мантии, главные судьи турнира (общим числом четыре штуки). Эти уважаемые всеми мужи были встречены зрителями аплодисментами вперемешку со свистом. Как мне тут же пояснил Танасик: "Это традиция такая. Чтобы боялись... на всякий случай". И, наконец, последними народу явились главные сегодняшние герои - рыцари-участники (общим числом тридцать шесть штук на момент начала турнира). Шествовали они с нарочитой небрежностью, но, не забывая при этом поглядывать по сторонам. По трое представителей от каждой из двенадцати прокуратских комтурий. И плащи на них тоже имелись, но накинуты были по-разному: у кого-то через одно плечо, у нескольких же просто болтались на руках. А парочка особо продвинутых в моде вообще завязала их на шеях, как шарфы. По всей видимости, так они либо выражали свою индивидуальность, либо старались с самого начала запомниться публике (что, впрочем, одно и тоже). Вот тут народ по-настоящему взревел, поднимаясь со своих мест по мере следования колонны вдоль трибун. А когда дошла очередь и до нашего сектора, мы, наконец, смогли разглядеть идущего вместе с остальными Сима. Причем, не только мы одни. Судя по женскому визгу, поднявшемуся откуда-то сверху и приветствиям "Симаргл, ты для нас победитель!", приглашений, на самом деле было гораздо больше. Хотя вполне возможно, что такими темпераментными могли оказаться и вполне бескорыстные фанатки нашего "огненного" рыцаря... Лишь на мгновенье мы встретились с ним взглядом, но он успел улыбнуться, а потом, уже развернувшись всем корпусом, послал верхним рядам свой воздушный поцелуй... И мы окончательно оглохли на десяток долгих секунд...

И именно по этому первые слова оставшегося на поле в гордом одиночестве герольда пропустили мимо своих контуженных ушей:

- ... двести тридцать восьмой ежегодный рыцарский турнир в честь основания Прокурата - важно продолжил он, усиленным во много раз магией голосом. - данной мне Его величеством, королем Василием Третьим и досточтимыми судьями властью объявляю открытым! И да царят сегодня на этом, прославленном многими поколениями рыцарей поле доблесть и сила! - вновь взревевшие трибуны, подскочившие на ноги, были полностью с ним согласны.

А дальше началось почти драматическое представление с участием все того же герольда и весьма "прекрасной" дамы, восседающей на украшенном цветочными венками балконе. Все оно, в конечном итоге свелось к тому, что дама эта, немного помявшись, для сценария, сняла со своей белокурой головы узенький венок из неизвестного нам материала и собственноручно привязала его с помощью ленточки к протянутому копью... Заветный "лобызальник" встретила бурными овациями, в основном, женская половина трибун. А мужская в это время, затаив дыхание, стала ждать дебютной части рыцарских состязаний - парный поединок на грифонах без применения магии. Вот так вот...

Первыми в воздух взмыли рыцари из двух самых старых прокуратских комтурий, в народе прозванных как "жульманская" и "молоточная". Схватка получилась короткой и красочной. И после лязга схлестнувшихся друг с другом металлов, вниз веером полетели черные перья. А минуты через три все уже закончилось... полной победой представителя судейской "бригады", молодцевато соскочившего с седла своего песочного грифона.

А дальше все понеслось по утвержденному в программе списку. И пары соперников сменяли друг друга, не успевая набирать высоту и совершать круги почета победителей. Только один раз трибуны вдруг замерли, а потом дружно издали вопль, когда, на счастье со сравнительно небольшой высоты, в песок рухнул совсем еще юный рыцарь... Да так и остался лежать неподвижным, пока к нему не подоспели лекари, а потом все трое исчезли в подвалах...

- Танасик, он ведь живой, - прижала я к себе притихшего мальчика. - Ты же видел, свечение его не погасло. А значит, его вылечат обязательно.

- Ну-ну, - глубоко вздохнул он. - А в следующей, последней паре, знаешь, кто?

Да я и сама уже увидела... Сима, все с той же беззаботной улыбкой на лице. А потом он надел свой ужасный шлем, привычно отбросив волосы назад, и взмыл в небо на верной Пеструшке.

"Сим, мы с тобой"

"Я знаю"...

Уж не знаю, помогли ли ему мои слова, но дрался он на совесть. Хотя соперник достался достойный, и бой между ними затянулся надолго. А закончился весьма в духе нашего героя - обманным маневром Пеструшки, заставившим противника "раскрыться" для меткого удара прямо в центр его шлема... А потом мы снова на время оглохли... Причем я в итоге прижимала к себе обоих своих соседей по сиденьям, прикрыв им руками незащищенные собой уши... Потому что Вероника в это время орала не тише засевших наверху "сирен".

Далее же в состязаниях произошла небольшая пауза, во время которой поле стали спешно готовить ко второй их, уже наземной и магической части. А мы, наконец, вспомнили про купленные на улице тыквенные семечки.

- Тусья, - взглянув на протянутый мне бумажный пакетик, обратилась я к подруге. - Как ты себя чувствуешь?

- Отлично, - закинула она в свой ротик очередную семечку. - А молодец мой братец? Как он его уделал, этого Тихомона. А еще говорили, что непобедимый.

- Ага, тетя Тусья. Выставили против новичка победителя трех последних турниров, - запрыгал около нас в проходе Танасик. - А он его обманным, раз и все. Я ж говорил, Ветвяна, что Сим лучший.

- Симаргл - самый лучший, - критически разглядывая приунывших в перерыв "соперниц", изрекла Вероника...

Ну конечно лучший, кто ж с этим поспорит? Уж точно не я. Да и некогда мне. Потому что буквально через минуту состязания продолжились, но не сразу, а после оглашения результатов первого "тура". И в итоге к следующему оказались допущенными лишь восемнадцать прокуратских рыцарей. В том числе, естественно и Сим, так "вероломно" выбивший из дальнейшей борьбы за "лобызальник" доселе непобедимого Тихомона. А что же будет дальше?..

А дальше начались уже настоящие "мужские игры". С полным применением магии и любого боевого оружия. И, уже после второго поединка лекарям вновь пришлось высунуть на поле свои, привыкшие ко многому носы. Я же всерьез задумалась о смертельной статистике на данном турнире. Но, спросить об этом своих спутников, естественно, поостереглась...

Сим на этот раз вышел в седьмой из девяти сформированных пар и выглядел очень собранным и спокойным. И так же спокойно пропустил два прямых попадания "земляными" шарами противника... А потом, вдруг, что-то изменилось и, постепенно набирая скорость он открыто пошел на столкновение, не остановленный даже ударом тяжелого меча поперек своей, еще дымящейся кольчуги... А потом я трусливо зажмурила глаза и почувствовала на своей руке железную хватку Тусьи.... И притихшие трибуны взревели...

- Ветвяна! Ты это видела?! - лупанул меня по второй руке Танасик. - Сим! Сим!!!

"Сим... Си-им...", - продолжением заскулила я, решившись разлепить, наконец, один только глаз.

"Да живой я", - со смехом прозвучало мне в ответ, и Сим приподнялся с колена, уступая место лекарям, подскочившим к раскинувшемуся на песке сопернику "огненного" мага...

Последние два боя мы не смотрели вовсе, в полголоса обсуждая "победную" стратегию Сима. Я склонялась к мысли, что рыцарь при этом больше чем требовалось, рисковал (хотя на самом деле имела в виду "выпендривался"), а Танасик и Вероника в один голос (полуголос) утверждали, что, если я ничего не смыслю в боевой магии, то вообще не должна рот открывать.

- Интересно, ты-то давно стала такой в ней специалисткой? - сузила я глаза на разрумянившуюся в порыве спора баронессу. - Может, ты теперь у нас сама - боевой маг?

- А что? - надула она щеки от возмущения. - Да Симаргл в последнюю неделю только и говорил про свой турнир. Я его программу уже наизусть знаю.

- А ну-ка, Ваше сиятельство, скажите, что будет в финальной части? - не замедлил проэкзаменовать ее племянник, весьма ревностно относящийся к своей дружбе с рыцарем.

- А что будет?.. - на секунду воздела она глаза к небу. - Ха-а! Групповой бой за флаг противника. Помните их двуцветные плащи? Красно-зеленые? Вот и флаги тоже будут красный и зеленый. А девять оставшихся финалистов поделят на две неравные группы, по очкам... Ну-у?

- Молодец, заказывай себе кольчугу, - покачала я головой в ответ. - Ай!.. Тусья!.. - и резко развернулась к подруге, хранившей в последнее время полный молчаливый нейтралитет. - Тусья, ты чего? Больно же...

- Вета, - пролепетала она и ослабила свою немилосердную хватку в районе моего локтя. - Помнишь, ты просила меня... поставить тебя в известность?

- Да... - уже внимательнее вгляделась я во вновь ставшее бескровным лицо магички. - Тебе плохо? Так чего же мы сиди... Ай!

- Тих-хо. Чего ты орешь? Да, мне не очень хорошо, но, давай уйдем отсюда тихо. Я не хочу портить своему братцу праздник.

- Ладно, как скажешь, - успокаивающе погладила я Тусью по колену. - Я только сейчас Веронику и Танаса предупрежу, что у нас... срочные дела...

Что оказалось сделать довольно трудно, потому что именно в этот момент на поле с оглашением конечного списка участников, вышел герольд и меня, в связи с этим, вообще мало кто услышал...

- Вероника, - уже теряя терпение, потрясла я ее за плечо. - Ты меня поняла? Я на тебя оставляю...

- Кого? - наконец, добилась я желаемого внимания.

- Танасика я на тебя оставляю. Не забудь про него. А мы с Тусьей уходим.

- Ну, так идите, - только и махнула она на меня рукой. - Все будет нормально. Ты же меня знаешь.

- Знаю, конечно. И рада, что скалку ты здесь вряд ли найдешь, - уже вставая, пробубнила я. - Пойдем, Тусья. Сначала до входа своими ножками. А дальше, уж не обессудь, но только подвалом.

- Хорошо. Подвалом так подвалом, - в конец испугала она меня таким вот ответом...

Но, до самого конца держалась молодцом. Да так, что я, лишь в прихожей, наступив ногой в какую-то лужу осознала:

- Тусья, это что?.. Воды? А почему они у тебя... красного цвета?.. Глеб! - огласила своим заполошным воплем весь дом. - Глеб, ты здесь?! У нас... началось...

- Что началось? - выскочил к нам из кухни, жующий некромант. - Так, дай-ка я сам, - поволок он жену в еще один темный тоннель, но теперь уже, только до спальни.

Я же понеслась следом за ними. А когда увидела открывшееся за комнатной дверью зрелище, так и застыла у края кровати:

- Тусья, подружка, ты как?.. Глеб, это нормально, когда столько... крови?

- Нет, Вета. Это не нормально, - глухо ответил мне некромант. - Давай ее раздень, а я пока за нашими врачевателями, - ринулся он из комнаты, такой же бледный, как и его жена.

Тусья же лежала спокойно и на мои манипуляции со снятием обуви и жакета почти не реагировала, а когда я закончила и склонилась над ней, пытаясь заглянуть в глаза, вновь поймала за руку:

- Все должно было быть по-другому, Вета, - выдохнула она и тихо застонала. - Мы с Глебом так на это надеялись... А все эта дэвийская кровь... Все из-за нее.

- Что это значит? - непонимающе закусила я губу. - Ты же только наполовину дэв? Это что, осложняет роды?

- Осложняет? - горько скривилась она. - Ты прямо, как мой братец... Вета, пообещай мне, - дернула она меня за рукав.

- Что, Тусья?

- Что не оставишь моих мужчин, - едва закончив, зашлась она в страшном крике, выгнувшем ее дугой... А потом на время затихла, восстанавливая дыхание.

- Ты чего это придумала? - положила я ей свою дрожащую ладонь на лоб как когда-то Мабуку. - Ты куда это чемоданы собрала?

- Пообещай, - метнула в меня гневный взгляд Тусья. - Они же без женщины, даже такой неразумной, как ты пропадут... Ведь братец мой... он тебя любит. Он и в турнир в этот ввязался только за тем, чтобы на тебя венок надеть. Хоть Глеб и был против... Наша дэвийская кровь...

- Да что ты все со своей кровью? - ошарашено оглядела я ее маленькую фигурку в расползающемся по белоснежному покрывалу красном пятне.

- Она многое нам дает, Вета, большую силу. Но, и отнимает тоже... много, - вновь застонала Тусья. - А солнце мое... Он такой беспомощный в обычной жизни... Он даже где у нас полотенца лежат запомнить не может, Вета... Как он без тебя их найдет?

- Честно говоря, я в твоих закромах тоже плохо ориентируюсь, - беспомощно глядя на дверь, проблеяла я в ответ.

- А наш маленький некромант... - отвлеченно пробормотала она с блаженной улыбкой, совсем дико сейчас окрасившей ее обескровленное лицо. - Он вот-вот родится. Я его уже чувствую, - в подтверждение этому вновь зашлась в крике подруга, до боли сжав мою руку. - Пообещай мне!

- Хорошо, Тусья. Я обещаю тебе о них заботиться... Только сначала я позабочусь о тебе... Да где же Глеб? - подскуливая, вновь обернулась я на дверь. Которая, через несколько томительных секунд, наконец, распахнулась, впуская в комнату двух, облаченных в серые врачебные халаты мужчин.

А следом за ними появился и Глеб, которого я тут же вытолкала обратно, лишь мельком глянув на проводившую меня удовлетворенным взглядом подругу:

- Скажи мне честно, все так плохо? - прижала я его спиной к стене.

- Да... Не знаю... Пока у нее на лбу нет дэвийского "клейма смерти" - потерянно замотал он своей кудрявой головой. - Мы думали, что если вся беременность прошла спокойно, то и сейчас обойдется. А тут вот...

- Послушай, Глеб. Ты только не отчаивайся и ей все время улыбайся. Если все будет совсем... сложно, то мы ее подвальчиком в Медянск, а там я свою цацку сниму, - проверила я у себя под платьем еще с утра извлеченный из ноги медальон. - Но, есть еще один шанс и мы его сейчас используем.

- Какой шанс? - недоверчиво взглянул он на меня.

- Просто шанс... Только ты не отчаивайся, я быстро, - и махнула по лестнице вниз, а там исчезла под уже мерцающей аркой.

"Просто шанс... Просто моя очередная блажь, которую я сейчас, с наводящей местных психиатров на раздумья, уверенностью, обязательно использую. Потому что точно знаю, это он и есть, наш общий шанс... Только, вот где он сам?..", - остановилась я, оглядывая полную возвращающихся с турнира зрителей улицу. Потом пробежалась еще раз, ныряя в толпу в поисках тележки с торговкой жареными семечками. - "А может, она сменила место и встала куда-нибудь подальше?", - вновь сорвалась я в активный поиск и добежала уже до ближайшего угла, когда мне навстречу оттуда...

- Оп-па! - поймал меня руками до неприличия довольный Сим. - Ну и куда же ты сбежала? Да еще сестрицу мою с собой прихватила? Все ведь уже закончилось, Вета. Так что, пошли теперь с нами отмечать.

- Поздно ты вернулась, - расплылась во все лицо, показавшаяся из-за его спины баронесса и поправила у себя на голове победный самоцветный "лобызальник". - Можешь поздравить нашего героя и "королеву турнира".

- Ну, так я вас всех поздравляю, - криво чмокнула я удивленного рыцаря в щеку. - Где Танасик, Вероника?

- Да здесь я, - втиснулся между мной и магом племянник, перемазанный чем-то, я надеюсь, съедобным. - Сим - лучший. Пошли с нами в ресторан?

- Некогда мне, - суматошно закусила я губу, а потом решилась, все-таки, испортить тусьиному братцу праздник. - Сим, Тусья рожает... тяжело, с осложнением. Мне нужна твоя помощь. Очень срочно нужна.

- Тусья? - мигом слетела с него вся веселость. - Она в сознании? Мне надо к ней...

- Погоди, - перегородила я ему дорогу. - Сначала нужно найти одну женщину, а без тебя у меня на это уйдет слишком много времени. И не спрашивай у меня, зачем. Я потом все объясню. Просто помоги найти. Сим...

- Хорошо, - наконец, решился он. - Кого именно и где нам нужно найти?..

На объяснения примет Вадомы и ее адреса ушло совсем немного времени, а на скорые проводы Танасика и Вероники - еще меньше. Мы же с Симом разделились, и он махнул на улицу Ткачей, а я понеслась дальше по ближайшим, запруженным народом тротуарам... Мысли бились в моей голове, накатывая то волны отчаяния, то вновь вселяя надежду, пока, наконец, разгоняя их в стороны, в ней не забился возбужденный голос Сима:

"Вета, давай к нам. Я ее нашел. Только опять осложнения".

"Сейчас!", - "прицелясь" на помятую кольчугу мага, как на ориентир, вынырнула я в узком облезлом переулке и невольно ахнула. Рыцарь с мечом наперевес в одной руке, и вырывающейся Вадомой - в другой, медленно отступал в мою сторону под напором полностью перегородивших собой тесное пространство мужчин. - Сим! Что здесь происходит?

- Ты уже тут? - бросил он в мою сторону. - По-моему, меня не так поняли местные жители. А твоя женщина здесь, я смотрю, пользуется большим покровительством... Уводи ее, я чуть позже.

- Но, нельзя же так, силой, - простонала я от опять нахлынувшего отчаяния. - Вадома, вы не бойтесь нас, пожалуйста. Нам нужна ваша помощь. Вы же говорили, что я смогу здесь вас найти, но мой друг нашел вас раньше, - попыталась я "достучаться" до отчаянно кричащей что-то на незнакомом языке женщины.

- Госпожа? - вдруг, озадаченно застыла она. - А это кто?

- Это брат моей подруги. Той, что была со мной утром. Мы с ним за вами. Она рожает и ей очень плохо. Вы можете ей помочь, Вадома? - теперь уже, всё сказав, я замолчала, и даже отступающий рыцарь, кажется, замер на месте, вперяясь в нее пронизывающим взглядом. И мне, вдруг показалось, что сердце мое пропустило несколько своих ударов...

- Да... Пойдемте... - спокойным уверенным голосом, а потом, уже громче своим защитникам. - Это за мной по делу. Прощайте и спасибо за все...

А дальше опять подвалом и теперь уже прямо до двери в тусьину спальню, где меня, идущую впереди, чуть не сшиб выскочивший оттуда Глеб:

- Вета, - прошептал он. - Я думаю, что про Медянск, самое вре... - внезапно запнулся, заметив уверенно обогнувшую нас женщину.

- Здравствуйте, господин. Мне нужно туда? - показала она на дверь и, так и не дождавшись ответа, открыла ее сама.

- Фифика? - едва слышно выдохнул некромант, потрясенно глядя ей вслед. - Вета, почему ты раньше не говорила, что у твоей семьи есть фифика?

- Кто у нее есть? Фифика? - возник за моей спиной Сим, вкладывающий свой меч в ножны. - А я думал, что это уже легенда. Глеб, как Тусья?

- Вета, - не услышав вопроса, быстро протер мужчина свои фиалковые глаза, а потом шумно выдохнул. - Спасибо тебе за... нее. Я сейчас, - и метнулся в комнату, которую вскоре, с совершенно озадаченными лицами покинули оба вызванных ранее лекаря. Причем, не поленившись при этом осуждающе на меня посмотреть.

- Ну, знаете ли, - проводила и я их аналогичным взглядом. - То спасибо, то вот это, - и решительно дернула за ручку, оставив озадаченного рыцаря торчать в гордом одиночестве.

То, что я увидела внутри, повергло меня в состояние ступора. И это даже не маленькая магичка, с трудом дышащая в луже собственной крови, которая уже не впитывалась в постель, а родимое пятно, выступившее на ее матовом лбу, появления которого так боялся Глеб. Вадома же, сохраняя все тоже спокойствие, медленно обвела комнату взглядом и совсем уж неожиданно улыбнулась нам с некромантом:

- Где в вашем доме можно помыть руки и приготовиться?

- Пойдемте со мной, - промямлила я в ответ. - Я покажу, - а когда вела ее недолгим коридором до маленькой верхней купальни, не смогла удержаться, чтобы не спросить. - Скажите, Вадома, у моей подруги есть шанс выжить и родить?

- Теперь все у нее будет хорошо, госпожа. Наши дороги совпали, значит, мы шли верным путем, - совсем уж пространно ответила мне она...

И потянулось долгое время ожидания, отбиваемое равнодушными напольными часами, при каждом ударе которых Глеб до сих пор вздрагивал. Вскоре к нам, сидящим сначала в комнате рядом, а потом перебравшимся в гостиную, присоединились Танасик и Вероника, вернувшиеся с большим тортом в красивой коробке. Но, праздновать пока никому не хотелось. Мы просто ждали, отправляя друг друга через каждые полчаса послушать под закрытую дверь. Потому что зайти нам туда было строго запрещено... Вот так вот...

- Глеб, - перебирая пальцами волосы прикорнувшего у меня на коленях племянника, - решилась я, наконец, задать вопрос. - Кто такая фифика?

- Ничего себе, - устало усмехнулся некромант, казалось, уже исчерпавший за сегодняшний день способность проявлять эмоции. - Так значит, она не вашей семьи? Тогда, где ты ее нашла?

- На улице. Она нам семечки сегодня продала. Вкусные, между прочим, - сонно пояснил Танасик.

- Фифика и на улице? - почесал свою кудрявую голову мужчина, а потом замер, прислушиваясь к звукам наверху. - Это что-то из ряда вон выходящее.

- И все-таки? Кто она такая? У нее свечение человеческое, но есть что-то в образе, - постаралась я подобрать слова, но, так и не смогла. - неуловимое что-то... От...

- Вот, если бы мы верили в Бога, как люди, тогда тебе было бы проще, Вета, - улыбнулся Глеб. - Хотя, ты наверняка знаешь, кто такие Ангелы-хранители?

- Ну да, - озадаченно закусила я губу. - Так она что, это и есть?

- Фифика? Почти... Пойду ка я послушаю. Сколько времени прошло?

- Сиди, - встал из своего кресла Сим. - Теперь моя очередь, - и вышел из комнаты.

- Так что там с ангелами то, Глеб? - подала голос из другого кресла заметно притихшая в магическом доме баронесса.

- Кто такие фифики?.. Они с виду обычные люди. И рождаются, примерно раз в сто - сто пятьдесят лет, в каком нибудь из цыганских родов. Поэтому их так и называют: "фифика", в переводе с цыганского "преумножающая" или "она преумножит". И по их, почти белому свечению, сразу после рождения становится понятно, какая судьба им уготована.

- И какая судьба им уготована? Почему ты решил, что Вадома принадлежит нашей семье?

- Да потому что так до сих пор и есть. Фифики сами по себе большая редкость из-за непродолжительной человеческой жизни и низкой рождаемости. Поэтому и принадлежат всегда, в первую очередь, алантским родам. Так уж издревле повелось. Ну, еще у короля есть своя фифика. Правда, уже очень старая.

- Глеб, то есть ты хочешь сказать, что аланты рожают также... тяжело? - всерьез испугалась я.

- Нет, Вета. Фифики ведь не только повитухи самые лучшие, мягко говоря, но и няньки. А если учесть, что маленькие аланты совершенно не умеют контролировать свою силу, то в таком случае фифика крайне необходима. Она эту силу, каким-то... непостижимым для магов образом сдерживает и гасит. Тем более сейчас это актуально, когда сами алантские родители на такое не способны из-за инициации.

- Ну да... Пока не исполнится три года, ребенок, считай, маленький бог, неподвластный своим папе и маме, - покачала головой Вероника и внимательно поглядела на задремавшего Танасика.

- Так оно и есть... А теперь представьте себе, чтобы такое вот сокровище, как фифика, торговала на улице семечками... У меня лично такое в голове не укладывается...

- А может такое быть, чтобы она уже кому-то из алантских родов принадлежала, а потом от нее, почему то отказались? - внесла я свое предположение.

Но ответить мне Глеб не успел, потому что в комнату на всех парусах влетел Сим и в первую очередь подскочил к некроманту:

- Глеб, там... В общем, я тебя поздравляю...

- Что? - заполошно подскочил тот с дивана и начал, зачем-то приглаживать свои темные кудри. - Это точно, Сим?

- Куда уж точнее, - подхватил его и начал кружить по комнате, как ребенка рыцарь. - Маленький некромант, как и заказывали, - поставил он, наконец, новоявленного отца на ноги и подтолкнул в направлении к двери. - Иди, тебя Тусья зовет... Вета, - бухнулся он передо мной прямо на колени. - У меня ведь теперь тоже есть племянник. Я так давно об этом мечтал, - предательски заблестели его глаза. - А что же Танас то здесь спит? Давай я его наверх унесу, - не спрашивая меня, сгреб он ребенка на руки и ринулся вон из комнаты.

- Да... - только и протянула я ему вслед. - Пойду, проконтролирую. А то, как бы он его в таком состоянии, прямо до Медянска пешком не дотащил, - сквозь слезы облегчения расплылась я баронессе, а потом не выдержала и со всей дури обхватила ее руками. - Вероника, теперь у нас все будет хорошо. Ты мне веришь?

- Конечно, верю, - пропыхтела она где-то из района моей шеи. - Попробуй вам не поверь, когда тут такие дела творятся - сплошная магия и божественные чудеса...

Поднималась я наверх с четкой задачей собственноручно расправить племяннику постель, но, проходя мимо полуоткрытой сейчас двери, не удержалась и заглянула вовнутрь... У белоснежно-чистой кровати, на которой сейчас лежала моя маленькая подруга мерцал настоящий, "живой" ночник, а прямо у ее изголовья стоял на коленях Глеб и осторожно гладил голову своей жены, что-то шепча ей на ухо. А совсем рядом, с улыбкой на лице и с завернутым в покрывальце младенцем на руках застыла Вадома. Правда, очень сейчас напоминающая Ангела-хранителя... От картины такой я издала неконтролируемый звук, что-то среднее между всхлипом и хрюканьем, тем самым нарушив царившую внутри комнаты гармонию.

- Вета? - с прищуром посмотрел на меня некромант. - Зайди к нам, не бойся.

- Да я и не боюсь, - спешно вытирая глаза, осторожно ступила я в "святыню" этого дома. - Ну, как ты, подруга?

- Все хорошо, - едва улыбнувшись, прошелестела мне в ответ она. - Сильно я вас напугала?

- Нет, - честно соврала я. - А вот это твое, - и мазнула рукой по своему лбу. - Его ведь больше нет.

- Родовое клеймо, предвестник смерти? - с укором посмотрела на мужа Тусья, явно приходя в себя. - Ты теперь, наверное, все темные тайны нашей семьи знаешь?

- Да как тебе сказать? Разве еще про полотенца, - расплылась я, присаживаясь на пол с другой стороны кровати.

- Про полотенца? - непонимающе уставился на меня Глеб. - А-а, какая теперь разница. После такого то... Вета, я тебе так благодарен за фифику, - благоговейно посмотрел он на женщину за моей спиной. - Ведь вы обе спасли... половину моей семьи. Причем, самую ценную.

- О-о, Глеб. Это тебе спасибо, - не смогла удержаться я от мелкой "шпильки".

- А ему-то за что? - вновь подала голос подруга.

- За то, что не стер окончательно из моей памяти сон про Вадому. Иначе, как бы я ее узнала сегодня?

- Что? - даже приподняла она голову с подушки. - Так она тебе приснилась?

- Ага. В очередном вещем сне про Борамира.

- Ой-й... - виновато скривился под нашим общим с Тусьей взглядом некромант. - Я, кажется, вспомнил, когда это было, - и беззвучно засмеялся...

Наверное, лето в Ладмении уже закончилось... Все прохладнее становились ночи и северный ветер стал частым гостем среди здешних разнотравных холмов и низин. Хотя, именно в такие дни, как этот очень хотелось думать, что узнаю я, что такое местные сугробы и метели еще совсем не скоро. Потому что, в отличие от дня вчерашнего, пасмурного и ветреного, сегодня в Куполграде...

- А-а-а!!! - истошно блажил мой племянник, поливаемый из садового шланга таким же мокрым Симом. - Манефа! Фас его! Фас!

- Где? - завертел головой маг в поисках предполагаемого захода неприятеля с тыла. - Да ей не до тебя. Защищайся, приспешник мерзких лягушек!

- А-а-а!!! Она случайно тебе за шиворот упала! Она сама туда прицелилась! - понесся он глубину сада, чавкая босыми ногами по лужам...

А Манефе сегодня действительно было не до своего безответственного маленького хозяина. Проспавшая по воле злой судьбы сутки, она с самого утра, как очумелая носилась между деревьев, выписывая широкие круги и восьмерки... Вот на одном таком вираже они с Танасиком и "встретились"... А следом подоспел и Сим, не успевший вовремя затормозить на мокрой траве...

- А ведь все так лирично начиналось, - боясь промочить ноги, зависла я рядом с хохочущей "кучкой". - Полей, Танасик, клумбы тети Тусьи... Кошку с дерева сами будете снимать, - поднеся ладонь ко лбу, всмотрелась я в густую верхушку яблони, где притаилась чудом оставшаяся сухой Манефа.

- Но, Ветвяна. Тебе-то привычнее это сделать. Взмыла и все, - логически рассудил прижатый рыцарем племянник.

- Действительно, - принял Сим позу по удобнее, - А мы будем тебя отсюда... направлять.

- Та-ак... Во-первых, Танас, взмывать ты и сам уже умеешь. Я видела, как ты это делал вон у той соседской сливы, что растет прямо у забора. А во-вторых, рыцарь Симаргл, направление вам уже задали. Причем в сторону Медянска. Там Ее величество прибыло. Правда, сегодня без венка. Ты ее обещал подвалом домой закинуть. В общем, прощайте. Некогда мне.

А ведь действительно, дел было много. Потому что подруга моя до сих пор сохраняла постельный режим, принимая домочадцев исключительно в положении сидя. Да оно и правильно, после такого то трудного дня. Так что нам с племянником очень ярко "светила" перспектива вернуться к себе домой прямо перед носом его оздоровленных на водах родителей...

- Вета, а это правда ничего, если я к ней ненадолго загляну перед... дорогой? - во второй раз поинтересовалась у меня Вероника, поднимаясь следом по лестнице.

- Это ничего, тем более, Тусья сама тебя звала, - терпеливо повторила я. - Надо же вам как-то общаться. Тем более, она сейчас не кусается. Силы пока еще не набрала. Так что, пользуйся моментом.

- Ой, да хватит тебе, - опасливо хохотнула баронесса. - Я и так чувствую себя, как барышня на выданье. Хотя, с чего бы?

- Ну да... Дважды то вдовствующей... Погоди, - заглянула я за дверь спальни подруги и через секунду распахнула ее перед Вероникой. - Прошу...

Маленькая мамаша в этот час занималась кормлением своего крохотного сына и зрелище это, лично у меня, вызвало только умиление... Пока она не открыла свой ротик:

- Ой, Вета. Хорошо, что ты зашла. Здравствуйте, Ваше сиятельство... Я забыла тебе сказать, что Глебу сильно жирное нельзя. У него проблемы с поджелудочной. А клумбы уже полили? А то жара дневная начнется и нельзя будет до вечера.

- И клумбы твои полили и деревья. Так что, не переживай. А про диету твоего супруга ты мне уже говорила... Тусья, к тебе Вероника зашла попрощаться. Она сейчас домой отбывает.

- А-а, - многозначительно покачала та головой. - Срочные дела?

- Да как вам сказать? - пожала плечами баронесса. - У меня сегодня после обеда портниха назначена. Скоро же большое мероприятие в столице - День рождения Его величества, - решила "подпустить" она аристократического шика. - Так что, надо соответствовать... А вы, Тусья, уже выбрали имя сыну?

- А как же? - расплылась довольная мамаша. - Еще в первые месяцы беременности. Он у нас Матвей, - погладила она по темноволосой головке активно сосущего малыша. - Матвей Анчаров, маленький некромант... Вета, ты уже видишь его свечение? Это у человеческих детей его до трех месяцев не видно, а здесь... Ты его видишь?

- Вижу, конечно, - успокоила я магичку. - Одно слово, некромант. Весь в папашу... Тусья, а где Вадома?

- Вадома? Она отдыхает в детской на софе. Я ее отправила, пока малыша кормлю... Вета, чтобы я без нее делала?.. - поманила она нас рукой и заставила сесть к себе на кровать. - Конечно, история с ней странная. Глеб сказал, что все равно до истины докопается. Но, какая она славная... И, знаешь, что, раз ты ее нашла, то она, конечно, твоя по праву. Но, Вета, - серьезно посмотрела она на меня. - Пока ты или Натэя не надумаете рожать, я вам ее не отдам. Мы ей жалование будем хорошее платить и все условия создадим. Только, до определенного срока она наша. Так и знайте.

- Да ладно тебе, - отмахнулась я от таких грозных заявлений. - А что она сама-то говорит? Может у нее совершенно другие планы на будущее?

- А она вообще про будущее свое молчит. Впрочем, как и про прошлое. А какое будущее у фифики?

- Служение роду ее принявшему, - подскочили мы вместе с Вероникой. - Такое будущее у фифики, госпожа Тусья, - прошла от дверей к кровати Вадома.

- Как это возвышенно - служение роду, - издала глубокий вздох баронесса. - Здравствуйте, Вадома. Я о вас столько в этом доме слышала, что уже и не представляла, что вы на самом деле существуете. Скажите, а, правда, фифики видят людей и не только людей, насквозь? Я в одной книге про это читала.

- Всех мы насквозь не видим. Мы видим только женщин и детей, потому что служим лишь вам.

- Значит, вы и меня сейчас видите? - невольно приосанилась она.

- Вижу, - кивнула ей фифика. - Вы хотите знать, что я вижу?

- Мы теперь все хотим это знать, - заелозила на своем месте Тусья. - Говорите, Вадома, не стесняйтесь.

Женщина кивнула и встала за спиной застывшей Вероники. А потом осторожно опустила на ее оголенные плечи руки:

- Я могу говорить лишь о том, что относится к вашему здоровью, госпожа. Глубины вашей души для меня скрыты. А вот все остальное, - закрыла она глаза и на какое-то время замолчала. - Вы могли бы иметь детей и сейчас, - медленно начала она говорить. - Хотя, уже несколько раз шли против своей природы... Но, для этого вам нужно изменить свою жизнь и отказаться от некоторых...

- Я поняла, - испуганно прервала ее Вероника. - Дальше можете не продолжать... Мне и так хватило... правды... А Вета?

- А что, Вета? - выкатила я на нее глаза.

- Ты разве не хочешь узнать о своем женском будущем? - с вызовом посмотрела на меня Тусья.

- О-о, мое... женское будущее. Когда только оно начнется, - скептически хмыкнула я в ответ. - Хотя, почему бы и нет? Жгите, Вадома.

- Я не могу зажечь то, что уже горит, - внимательно посмотрела она мне в глаза.

- Что вы имеете в виду?

- Для того чтобы увидеть вас, мне не нужно сейчас вставать к вам за спину. Я все узнала еще раньше... У вас под сердцем ребенок, госпожа. И это будет девочка...

- Не может быть, - только и смогла выдохнуть я перед последующим взрывом:

- Как это не может? - сходу взяла высокую ноту Тусья. - А я так и знала, что ты беременная, несмотря на твое алантское чутье. Тоже мне, опытная мать. Я так и знала. И этот твой зов тоже из той же песни проклюнулся и спячка твоя, точно тебе говорю. Ну, и молодец же, твой граф. Успел ведь за одни сутки.

- Нет, погодите, - схватилась я руками за голову. - А почему я его... ее совсем не чувствую, Вадома?

- Такое бывает. Просто, вы к этому еще не были готовы. Много лишних мыслей в голове. Поэтому и не смогли прислушаться к себе.

- Ну, мыслей то у нее всегда полно и... - тут же продолжила магичка.

- Тусья, - не сдержалась я. - Ты можешь хоть недолго помолчать?.. Вадома, а как мне ее почувствовать? Я этого очень хочу... Чтобы самой поверить в то, что она у меня есть.

- Я вам помогу, госпожа, - решительно подошла ко мне женщина. - Дайте мне вашу руку... А теперь приложим ее вот сюда, - прижала она мою ладонь к низу живота. - Постарайтесь забыть про всех нас сейчас и увидеть свой мир изнутри. Вы должны почувствовать, что уже не одиноки в нем... Только постарайтесь, - услышала я ее шепот над своим ухом и послушно закрыла глаза.

То, что произошло дальше, мне трудно передать словами. Просто там, где, по словам мудрой Елании должна находиться моя энергетическая заначка, в самом низу моего живота, сейчас мерцал... маленький фонарик... Именно так мне показалось в тот миг моего первого знакомства с дочерью. А потом я прошептала ей: "Привет". И фонарик, едва заметно мигнул мне своим огоньком... Мой фонарик... Моя дочка... Какие еще нужны доказательства?

А когда я открыла глаза, то увидела, что вместе со мной плачут и обе сидящие на кровати дамы:

- А вы-то что так рыдаете, девушки?

- Я за тебя... очень рада, - совершенно искренне закивала мне Вероника и начала в голос подвывать, совсем не аристократично.

- Вета, ты-то сама теперь как? - шмыгнула носом Тусья.

- Я?.. Как я могу себя чувствовать, если знаю, что это ребенок мой и моего любимого мужчины?.. Просто, мне надо свыкнуться с этой мыслью. Ведь теперь моя жизнь изменится.

- Конечно, изменится, - уверенно заявила подруга. - А ему ты говорить собираешься? Он ведь - будущий отец.

- Ему?.. - на мгновение оторвалась я от "возвышенного" плача. - А как я ему скажу? Письмо напишу или подвальчиком смотаюсь?.. Конечно, он должен знать... И когда-нибудь обязательно узнает.

- Когда тебя с животом увидит где-нибудь на улице Либряны? - попыталась уточнить Тусья.

- А мне кажется, отец ребенка обязательно сейчас должен об этом узнать, - "подпела" ей Вероника. - Может, у него смысл в жизни появится после такой новости.

- И как вы себе это представляете? Подскажите варианты.

- Ну-у... - глубокомысленно протянула баронесса. - Сама к нему съезди.

- Нет, это исключено, - замотала головой магичка. - Там его жена сидит. Атмосфера не та для такой новости... А может, его сюда выманить? В столицу? Он ведь сейчас часто здесь бывает.

- И как ты предлагаешь это сделать? - озадаченно уставилась я на нее.

- Письмо! Напишешь ему, что... больна, например и...

- Тусья, ты в своем уме? Ему и так сейчас забот хватает, а тут такое послание... Знаете что, девушки. Не ломайте свои головы. Я сама со всем разберусь.

- Ага, знаю я, как ты разберешься. Будешь с гордой физиономией сидеть дома, от всех свой живот прятать, - недовольно фыркнула магичка, подавая спящего сына Вадоме.

- Да с чего ты взяла, что я его буду прятать? За что мне стыдиться, да и перед кем? Это мой ребенок и мне наплевать на чужие мнения... Хотя, у меня к вам будет небольшая просьба.

- И я даже знаю, какая, - злорадно оскалилась Тусья. - А-а, что я говорила?

- Ты много чего здесь сейчас наговорила, - хмуро потупилась я. - Теперь позвольте мне самой всем... кому я посчитаю нужным рассказать о своем ребенке. Мне кажется, я имею на это право. Или это не так? - внимательно посмотрела я на них по очереди. - Вероника, ты согласна со мной?

- В чем? В том, чтобы сохранить твою беременность в тайне? - покачала она головой.

- Пока да... Мне самой нужно время, чтобы свыкнуться с этой новостью. А потом я сама всем расскажу... Тусья?

- Иначе что? - с вызовом посмотрела та на меня.

- Иначе вы меня очень сильно... подведете. А мне бы этого не хотелось, девушки, - вздохнула я и вытерла глаза.

- Ну, хо-ро-шо, - выдавила из себя магичка буквально по слогам. - Я это сделаю исключительно из-за того, что тебя, неразумного аланта, позор всего вашего рода, люблю. Но, знай, что...

- Достаточно, - смеясь, остановила я ее. - Мне этого вполне достаточно, - и выжидающе уставилась на баронессу.

- Ладно, Вета. Поступай, как знаешь. Все равно месяца через три, - пригляделась она к моему животу. - четыре, весь Медянск будет в курсе твоего положения, - а потом оглянулась на открывшуюся дверь.

- Вероника, ты скоро? - вскинул бровь просунувший к нам голову Сим. - А что это со всеми вами? Почему вы зареванные все?

- Это такая традиция, братец, - отмахнулась от него Тусья. - Идите уже в свой подвал.

- Ну, так, я тогда пойду? - подорвалась с места баронесса и радушно расплылась нам обеим. - Как же мне с вами было хорошо. До свидания, Тусья и Вета, - нырнула она в дверь вслед за исчезнувшим рыцарем...

- Хорошо ей с нами было, - скорчила рожицу подруга, а потом тяжело вздохнула. - Ну, а теперь-то ты мне можешь объяснить, к чему эти тайны?

- К чему тайны?.. Понимаешь, ты ведь правильно сказала про причину всплеска моей силы. Я теперь понимаю, почему это со мной произошло. И совершенно не знаю, чего еще от себя ждать.

- Ты боишься, что об этом узнает Димион? - подалась она ко мне всем корпусом.

- Честно говоря, да... Боюсь. Я для него сейчас представляю повышенную опасность. Поэтому мне и нужно время, чтобы со всем этим самой разобраться.

- Ну, я даже не знаю, что тебе на это ответить, подруга.

- А ничего тогда не говори... И ты понимаешь, Тусья, при всем этом я сейчас окончательно и безгранично счастлива. Такое возможно?

- Конечно, возможно, - в ответ засмеялась магичка. - Это я тебе, как мать заявляю... Кстати, Вета. Время то обеденное. А что у нас там с обедом?..

И жизнь моя понеслась дальше. С одной только разницей, но очень существенной. А называлась она - маленький фонарик внизу моего живота. Моя Василиса...

Глава 35

Вопросы и ответы...

В столице мы с племянником и его котенком прожили еще три теплых дня, подаренных нам ладменским солнцем за какие-то, одному ему известные добродетели. А вернулись в Медянск с запасом в еще двое суток самостоятельной жизни, поделенной поровну на четверых постоянных обитателей нашего большого дома. Правда, сделали это как раз вовремя, потому что, вскоре после нашего появления у меня в голове требовательно зазвонил колокольчик...

- Ну и кто там, Сим? - высунулась я из кухни, едва услышав хлопнувшую в прихожей дверь.

- Посылка от твоих родственников, - озадаченно ответил тот. - Очень большая посылка.

- Посылка? Ну и где она?

- Да я ее в сад перебросил. Пойдем, сама поглядишь, - усмехнулся мужчина, проходя мимо меня к дверям на веранду.

И ведь недаром он усмехался. Лично у меня увиденное вызвало примерно такие же эмоции. Потому что прямо посреди лужайки теперь, нарушая общую "зеленую" гармонию, высился большой, сколоченный из плотно подогнанных досок куб, метра полтора в высоту, а шириной и того больше. И на этом кубе, как на постаменте гордо торчал сейчас Танасик:

- А как вы думаете, посмотреть, что там внутри можно? - нетерпеливо запрыгал он на деревянной крышке конструкции.

- Естественно можно, - подошла я к нему поближе. - А то я ведь ночью спать не смогу. Мало ли, что там может быть.

- А что там может быть? - настороженно замер племянник, глядя себе под ноги.

- Ну, судя по контурам, - всмотрелась я с помощью заклятия прозрачности, - какое-то... деревянное корыто... Большое круглое корыто с высокими бортами. А вот что это на самом деле... - озадаченно закусила я губу и глянула на стоящего поодаль Сима. - Мы можем его вынуть, а потом, если понадобится, аккуратно обратно засунуть?

- А то. Танас, - азартно оскалясь, скомандовал мальчику маг, - На раз-два!

- Ага! - тут же взмыл над конструкцией племянник, да так и завис в воздухе, опустив вниз русую голову. - Ого!.. И правда корыто... с лавочками. И записка внутри, от мамы, - живо спикировал он вовнутрь открывшейся перед нами купели.

Я же, осторожно переступив раскинувшиеся вокруг нее веером доски, тоже решила полюбопытствовать:

- И что там пишет моя сильно загадочная сестра?

- Пишет, чтобы ты не удивлялась... А мне, значит тогда можно?.. И еще, что они сами все объяснят послезавтра... Так, а что тут объяснять то? - авторитетно потер он ладошкой толстые обструганные стенки. - И так понятно, что это корыто для купанья.

- Причем кедровое и очень хорошего качества, - внес свою исследовательскую лепту свесившийся через борт Сим. - С внешней и внутренней лесенкой и затычкой для слива воды... Где-то я такое уже видел, только вот где?

- Вот и меня терзают смутные догадки, - обошла я вокруг круглую купель, опоясанную тремя металлическими обручами... Точно. В своей прошлой жизни. На одном из горячих источников. Только там еще печка внутри была.

- Знаешь, что я думаю, Вета, - засмеялся, глядя на меня маг. - Твой деятельный зять все-таки, нашел себе занятие.

- Да-а? - удивленно уставилась я на него. - Хорошо бы, если это так...

"И вообще, хорошо бы, если бы все делали только то, что им нравится", - философски изрекла я, скользя глазами по рядам книг небольшой родительской библиотеки, занимавшей сейчас угол гостиной. - "А вот мне следовало было бы давно заняться своим самообразованием, а не тогда, когда меня дважды ткнул носом в собственное невежество Глеб"... Ну да, сначала с алантским зовом, а потом и с легендарной фификой... Обидно ведь. Так что, теперь придется познакомиться со своим родом поближе. Тем более, что... Вновь погладила я свой живот и выжидающе замерла с прижатой к нему ладонью. - "Привет, моя девочка... Твоей неразумной матери будет, что рассказывать тебе о наших предках"...

- Вета, - смущенно застыл у порога заставший меня врасплох Сим. - Печеная картошка готова. Мы с Танасом тебя ждем.

- Ага, - вздохнув напоследок так и не востребованным мной знаниям (это только сегодня, я уверена), пошла я вслед за магом в сад.

Там, невдалеке от дома мы с ним, еще в первые мои дни в Медянске, нашли используемое прежде кострище, обложенное камнями. А теперь вот, спустя столько времени, решили-таки, устроить возле него небольшой вечерний пикник... Но, как-то не заладилось все с первых же минут. Толи уставший за день Танасик, беспрестанно трущий от дыма глаза, не был настроен на такую вот романтику. Толи мысли Сима витали сейчас где-то очень далеко... А может и все дело было в моей чрезмерной, вдруг нахлынувшей задумчивости... В общем, не заладилось и все тут...

- Вет, - зевая в свою пятерню, первым сдался мой племянник. - Я пойду в дом. Подкину дров в камины и посмотрю, как там Манефа. А вы здесь останетесь?

- Да. Мы пока посидим, - как-то уж очень серьезно взглянул на меня рыцарь и проводил глазами запрыгавшего по ступеням веранды Танасика. - Вета, а ведь мне с тобой поговорить надо. И причем, давно.

- Ну, давай поговорим, - плотнее запахнулась я в свой палантин, сидя на принесенной из сада скамейке. - Начинай...

- Скажи мне, почему ты скрыла от меня свое... особое положение? - взял он с места в карьер.

- А ты сам не догадываешься? - ответила я ему тем же.

- Догадываюсь, - невесело усмехнулся маг. - Но, ведь мы же с тобой уже про... это говорили? И мне показалось, что ты мне даже поверила. Значит, я ошибся и ты до сих пор боишься Мастера?

- Ну, если ты уже знаешь про мое особое положение, то должен и понимать, что я ему сейчас особенно опасна.

- Вета, - поднял Сим от костра свои глаза, в которых сейчас, как в двух темных зеркалах скакали огненные черти. - Он до тебя больше не дотянется. Более того, если бы он сам узнал о том, что сейчас с тобой, то испугался бы еще больше тебя. Уж Мастер то точно знает, на что способен истинный алант в ожидании ребенка. А вот ты знаешь, что тебе сейчас нельзя проходить инициацию?

- Да?.. Ну, вот теперь я это знаю... И ты тоже про меня все знаешь. Только одно скажи, кто же из этих двух голубушек тебе проболтался? Хотя, кажется, и это для меня не тайна, - вспомнила я довольный взгляд Вероники в момент нашего прощания. - Ее величество. Ну конечно. Это же еще один козырь в ее пользу... И что же она не угомонится то до сих пор? - с досадой бросила я на угли так и недоеденную печенку.

- Не угомонится? - засмеялся Сим и сел со мной рядом на скамейку. - Ты для меня сейчас также недосягаема, как твои заоблачные дали... Кстати, есть желание еще раз туда смотаться? - с вызовом глянул он на меня.

- В заоблачные дали? - подняла я взгляд над его головой прямо в звездное небо. - И за ту же плату?

- Как скажете, госпожа алант, - тихо ответил он, чуть подавшись вперед...

- Ой... Ветвяна, - отвлек на себя наше внимание перевесившийся через перила веранды Танасик. - А я... Я спросить хотел, вы долго еще будете здесь сидеть? А то мне одному скучно.

- Да нет, - встала я со своего нагретого места. - Мы сейчас наш огонь потушим, и каждый в свой дом вернется. Так ведь, Сим?

- Так ведь, Вета, - уже совсем невесело усмехнулся мне рыцарь...

Ну а день мой следующий, после всех обязательных забот, начался как раз с того же места, на котором меня вчера маг и застал - у книжных полок. Сначала я рылась в них одна, выискивая что-то, должное меня обязательно заинтересовать, а потом ко мне присоединился и племянник, которому повезло значительно быстрее:

- Вет, а это сказки? - высунул он протянутую руку с зажатым в ней фолиантом с самой нижней полки, куда поместился почти полностью.

- Ага, для взрослых, - забрала я у него потрепанный том "Энциклопедии провинциальной жизни" с кочергой и саженцем на стертой обложке. - Ну, надо же...

- А вот это уж точно сказки, - выполз он попой вперед с красочной толстой книгой, удерживая ее обеими руками.

- А вот это точно, - присела я рядом с ним. - И судя по ее виду, читали ее еще и твоей маме... Да и мне, возможно тоже.

- Ну, тогда и я почитаю... или Сима попрошу, чтобы выразительно было. А то у меня пока не очень получается, - смущенно расплылся Танасик и поскакал со своей находкой на веранду, где в плетеном кресле маялся от очередного приступа безделья маг.

Ну а мои поиски, после устранения маленького конкурента, пошли гораздо продуктивнее и очень скоро были вознаграждены... едва не свалившимся мне на голову альбомом. Но, не с фотографиями, конечно...

- Ого! - открыв первую страницу, от волнения закусила я губу. -Генеалогическое древо рода Полунич... Вот это мне повезло... - и умело изображенный поперек разворота дуб со множеством мелко написанных в рамочках имен был тому свидетельством.

А дальше уж пошли открытия за открытиями, пускающие мурашки по моей коже. И, вчитываясь в незнакомые имена своих предков, я только сейчас начала понимать всю ответственность за свой род, берущий начало еще от первых алантов, появившихся на побережье моря Радуг... Но, на этом ценная информация не закончилась и на последующих страницах шли краткие жизнеописания всех тех, кто был выделен на нашем родовом древе, вплоть до моей скромной персоны, отметившейся лишь датой своего рождения: Ветвяна Полунич, родилась в городе Медянске 2-го апреля 2596-го года от начала мира...

Или почти всех, потому что одного описания я там так и не нашла, хоть и искала очень тщательно - Либериус Роб, указанный, как двоюродный брат моего прадеда по отцовской линии. И большой знак вопроса рядом с его именем, фамилией и датами жизни и смерти... Вот это то меня и зацепило. Да так, что весь остаток дня я провела в поисках ответа на вопрос: "Кто же такой, этот загадочный Роб, да еще Либериус?"... Приставала я с ним и к Симу, но он лишь скривился в ответ, посчитав занятие данное лишь пустой тратой времени. А когда неожиданно на нашем пороге возник некромант, уже в сумерках, я даже не удивилась для разнообразия, а тут же, наплевав на правила гостеприимства, открыла свой рот для его пристрастного допроса. Но, Глеб все же, меня опередил:

- Здравствуйте все, - щурясь на яркий свет в прихожей, боком вошел он в дверь. - Я к вам ненадолго. Лишь на пару вопросиков... И Сим еще здесь?

- Ну да, - озадаченно пропустила я мужчину в гостиную. - А тебя каким ветром в Медянск задуло? Как там Тусья и Матвей?

- Сим значит здесь? Отлично... Тусья и сын? Да я их с утра не видел. Все по делам мотаюсь, - замер он возле дивана. - Вета, я про нашу Вадому заскочил узнать.

- Ага, - расплылась я своему "собрату по несчастью". - Значит и тебя пробрало на таинственные личности? Ужинать будешь?

- Нет, - сосредоточенно посмотрел он на меня. - Меня в таборе накормили.

- И в каком это таборе тебя подкармливают? - присоединился к нам удивленный рыцарь.

- Здравствуй, Сим... Вы присядьте. Я вам сейчас все расскажу. Только очень коротко, а то меня жена совсем домой не пустит, - первым шлепнулся он в кресло. - Так вот... Выяснил я, откуда наша фифика попала в Ладмению. Помнишь, Сим, ты мне говорил, что тебя "бурно" приняли в рабочем квартале?

- Помню, - заинтересованно подался маг вперед. - И что, у нее действительно проблемы с гражданством?

- Еще какие, - довольно расплылся Глеб. - Из твоего предположения я и исходил, когда начал поиски "концов" узелка. Она попала в страну совершенно нелегально - с цыганским табором.

- Что, по их дорожке? Неужели не все еще перекрыли? А откуда?

- Вот здесь то и начинается самое интересное, - почесал за ухом некромант. - Из Джингара.

- Вы знаете, - ввязалась я в мужскую беседу. - Я здесь не так давно, но у меня такое впечатление, что все дорожки уходят или ведут именно оттуда и туда.

- Это ты про что? - озадаченно уставился на меня Глеб. - А-а, понял... Да, и на этот раз тоже. И вы представьте, - просиял он, как ребенок. - Я нашел сегодня тот табор, с которым она пересекла границу. Правда там сначала возникло некоторое недопонимание, но их барон оказался очень мудрым человеком. А когда узнал, что Вадома теперь в надежном месте, то и вовсе...

- ... тебя накормил, - закончил за него Сим. - А дальше то что? К ним она как попала? Или так и жила до сих пор в таборе невостребованная ни одним из алантских родов?

- Так в том то и дело, что нет. Они сами ее совершенно случайно подобрали. Причем в прямом смысле этого слова - на обочине. Совершенно одичавшую. А потом, приняв за свою, выходили и взяли с собой сюда. Но, - поднял он палец вверх. - сразу после пересечения границы, она категорически отказалась с ними остаться.

- И чем она мотивировала такое решение? - опять встряла я.

- Да своими красивыми размытыми фразами. А если проще, то она заявила, что впредь их дороги расходятся. Поблагодарила всех сердечно и ушла в неизвестном направлении где-то на окраине Бадука. Вот так...

- Ничего себе, - закусила я губу. - Слушайте, а может она в Джингаре в каком то из алантских родов жила? А потом ее оттуда... выгнали? Или еще что-то с ней сделали?

- Да алантов там почти и нет, - отмахнулся от меня Сим.

- Ну и что. По крайней мере, одну алантскую семью, недавно там проживающую, я точно знаю, - насупилась я от такого неуважения к собственному мнению.

- Это ты Молдов имеешь в виду? - повернулся ко мне некромант и тоже скептически скривился. - Не знаю, Вета... Расскажи-ка мне лучше свой вещий сон. Да поподробнее. Я, честно говоря, именно за этим к тебе и заскочил.

- И с каких это пор ты стал специалистам по вещим снам? - не смогла я удержаться от ответного скептицизма. А потом, все же, сменила гнев на милость. - Ладно, слушайте внимательно в четыре уха. Когда еще у меня такой шанс выпадет...

И действительно, зрелище со стороны выглядело очень выразительно: самый лучший в Ладмении некромант и самый "геройский" прокуратский рыцарь, внимающие подробностям вещего сна не самого разумного аланта. Та еще иллюстрация из книжки сказок Танасика... Да и последующий вердикт по поводу услышанного тоже не подкачал:

- И это все? - для начала недоуменно взглянул на меня Глеб.

- Все. А что ты хотел от меня услышать? Явки, адреса, пароли?

- Ну-у... Хотелось бы, по больше конкретики, - озадаченно уставился он в одну точку. - Хотя, компания в твоем сновидении подобралась довольно странная. Тебе так не кажется, Сим? - с надеждой посмотрел он на изображающего крайнюю задумчивость рыцаря.

- Кого ты имеешь в виду? Там напрямую общались между собой только трое, - резонно отметил второй "фрейдист". - Вета, Тусья и Вадома. А остальные были фоном. Даже Его сиятельство. Хотя он, все же выделялся. Хоть как-то... маячил между скал.

- Ну, знаете ли, - оскорблено подскочила я с места. - На вас не угодишь. Я, между прочим, вообще загадывала свой сон именно на него. Вот именно он мне и приснился... - ошарашено открыла я рот от внезапно посетившей мою голову мысли. - И знаете, мне кажется, что, если взять Борамира за основную фигуру, так называемый центр притяжения, то получится, что все остальные четверо: Тусья, я, Мокея и Конт соединяются между собой именно им. Так неужели Вадома там лишняя? - упала я обратно на свое место. - Возможно, и она имеет какое-то отношение к Борамиру?..

- Это какой-то... - ожесточенно потер лицо ладонями некромант. - абсурд получается, неподвластный моему уму... Нет, со снами точно надо к Тусье... Вета, - виновато посмотрел он на меня. - Может, ты заскочишь к нам на днях и сама ей все... это еще раз расскажешь? А уж она мне потом переведет с вашего иносказательного на обычный язык.

- Ну, хорошо, - невольно рассмеялась я растерянной физиономии Глеба. - Заскочу в ближайшее же время... У тебя еще ко мне вопросы будут?

- Вопросы? Нет. Это все, что я хотел услышать, - решительно встал он на ноги.

- Тогда погоди, - также решительно перегородила я ему дорогу. - Скажи мне, ты слышал когда-нибудь о таком аланте - Либериусе Робе?

- Либериус Роб? - задумчиво посмотрел Глеб за темное окно гостиной. - Что-то знакомое из моего очень-очень давнего студенческого прошлого... Был, по-моему, когда-то такой полусумасшедший ученый... Это тебе надо в университетскую библиотеку, Вета. Там наверняка есть по нему информация. Если надумаешь, я пропуск тебе достану в специальный фонд. А зачем он тебе?

- Он мой очень дальний родственник, причем под большим вопросом.

- Родственник? - удивленно посмотрел на меня некромант. - Ну, тогда, точно в библиотеку, - и быстро пошел в сторону входной двери...

"Наверное, я сама виновата, что умные люди не относятся ко мне серьезно", - уже засыпая, вспоминала я наш недавний разговор в гостиной. - "А, может, у меня действительно, как говорила когда-то Юлька, "пунктик", на все это семейство Молдов. И я повсюду ищу их следы... Кто его знает? Но, заказывать себе пояснения к основному содержанию моего прошлого сна, я уж точно не буду... Спокойной ночи, девочка моя... Моя Василиса"...

А с самого утра дня сегодняшнего в нашем доме творилось несусветное столпотворение, устроенное, как ни странно мной и племянником, "заметающими" следы самостоятельной двухнедельной жизни. И следы эти прослеживались повсюду:

- Танас, ты в комнате своей прибрался?! - затормозила я между кухней и гостиной.

- Уже... прибираюсь! - донеслось мне из купальни под лестницей.

- Так ты еще и уши не помыл? - с ужасом заглянула я туда.

- Уже помыл, - с достоинством продемонстрировал мне племянник объекты своей усиленной чистки.

- Ну, молодец... А в парикмахерскую я так тебя и не сводила, - вдруг вспомнилось мне собственное же клятвенное обещание, данное сестре накануне ее отбытия.

- Да ты не переживай, Ветвяна, - совершенно спокойно прошествовал мимо Танасик, повесив мне на руку свое полотенце. - Мы ей сразу, еще на пороге, расскажем, как тетя Тусья рожала, она тут же про все и забудет. Что я, собственную маму не знаю, что ли?

- Ну, тебе, конечно виднее, - скептически скривилась я, глядя ему вслед. - Э-э, великий психолог, ты куда это свернул не в ту сторону? - понеслась я за ним следом и задала правильный маршрут наверх по лестнице так удачно подвернувшимся полотенцем. - А вот, кстати, надо еще и их в купальне и на кухне поменять...

Но, как бы там ни было, долгожданная встреча получилась вполне на уровне. Да и вернувшимся с помощью Сима родителям моего племянника тоже было чем нас порадовать. Особенно Олесу, сразу с порога заявившему, что жизнь наша теперь станет гораздо осмысленнее:

- Пойдемте, я вам покажу, - в доказательство своих слов увлек он нас всем скопом на кухню, где тут же на столе развернул, сложенный вчетверо чертеж. - Вот...

- Что вот, папа? - ткнулся носом в бумагу Танасик.

- Именно это изменит нашу жизнь к лучшему, - просиял Олес, водя рукой по собственной загорелой лысине. - Я все рассчитал до мелочей, а то кедровое корыто что вам доставили, будет основой для моей лечебной купели с подогреванием воды. Мы в таких на источнике сидели под природной горячей струей. А здесь-то ее где взять? Значит, нужна печь. А если ко всему прочему добавить в воду специальные соли и масла или травки, мне Натэя подсказала... Это же целое искусство получается. Я бы даже сказал... философия здоровья, дорогие мои...

- Еще бы это не философия, - поставив себе "галочку" за правильную догадку, развернулась я к довольно улыбающейся Натэе. - Сестренка, как же я по тебе соскучилась, - тут же обхватила ее руками. - Как вы отдохнули?

- Ой, да очень хорошо, - потащила она меня вон из комнаты, а потом остановилась посреди прихожей и медленно обошла кругом. - Но, ты знаешь, мне кажется, тебе тоже есть, что мне рассказать.

- И ведь точно, есть, - чуть не повисла я на ней опять. - У меня будет дочка. Моя и Борамира. Ты представляешь? Я сама только недавно узнала.

- Милая, а где то, что я... - замер в кухонных дверях зять. - Что ты недавно узнала, Ветвяна?

- То, что у нас с тобой через восемь месяцев появится племянница, - шмыгая носом, выдала ему сестра.

- Да вы что? - потрясенно провел он ладонью по своей лысине. - Вот это да... Девочки! Так мое корыто тем более теперь будет кстати. Раз семья расширится, - обхватил он нас обеих своими ручищами.

- Та-ак, а я почему ничего не знал про свою новую сестру? И скоро мне ее ждать? - влез между нами со своими претензиями Танасик, который тут же был подхвачен на руки отцом:

- Еще не скоро, успеешь набегаться. А уж потом... со всей ответственностью, - засмеялся Олес, глядя на озадаченного мальчика...

И лишь Сим остался стоять в стороне, прислонившись спиной к косяку, а когда мы встретились с ним глазами, с улыбкой произнес:

"Вот видишь? А ты всего этого не хотела"...

"Да как же не хотела?.. Просто боялась за себя и свою Василису. А вообще, все это, конечно, глупости, когда у тебя такой крепкий тыл", - отвлеченно думала я, слушая отчет племянника, валяющегося в наших с Натэей ногах на моей постели...

День этот шумный уже подходил к концу, оставив в памяти теплые воспоминания, в которых больше не было места тихим моим вздохам и тревожному прислушиванию к очередному перезвону колокольчика. Хотя...

- Вет, - выдернула меня из полудремы, Натэя, сидящая сейчас совсем рядом, плечом к плечу. - А как тот мальчик? Еще ходит к воротам?

- Неа, уже перестал, - ответил за меня племянник, косясь на шеренгу кривых ваз, выставленных сейчас на моем комоде. - Нас же долго здесь не было. Вот он, наверное, и понял, что все зря... Я бы на его месте понял.

- Ну, это точно... А иди-ка ты умываться перед сном, Танас. И Манефу свою прихвати. Время то уже позднее. А я к тебе чуть попозже загляну, - вступила в свои родительские обязанности сестра. - Мы с твоей теткой еще немного поболтаем. Если она еще не спит, конечно, - и пробно толкнула меня плечом.

- Нет, - как можно бодрее отозвалась я, глядя на недовольно сползшего с кровати племянника. - Я знаешь, что у тебя хотела спросить, как ты сегодня поняла, что я жду ребенка?

- Да очень просто, - засмеялась Натэя. - Мы же с тобой из "одного теста" слеплены. У меня тоже такое же лицо было, когда я про Танаса узнала - светящееся, будто изнутри. А что касается обычного нашего, алантского свечения, то здесь пока действительно, изменений нет. Они позже появятся, месяца через три.

- И в чем это будет выражаться?

- Как тебе сказать? Ты сама поймешь, когда увидишь... А вообще, у людей и магов это сразу становится заметным, для знающих, естественно. Поэтому Тусья так к тебе и приглядывалась... внимательно, - усмехнулась девушка. - Там появляется такая характерная раздвоенность, что ли. Будто в глазах двоится. А мы по-другому устроены. У нас такие процессы не сразу происходят. Хотя, во всем остальном, что касается самой беременности и родов, вполне обычные женщины... Правда... - закусила она губу. - Не знаю, будет у тебя это или нет...

- Если ты про неожиданные проявления силы, то уже было.

- Было? - развернулась ко мне сестра. - Вет, с этим надо быть очень осторожной. Я по себе помню. Бедный мой мужчина не раз от меня по комнатам летал, а один раз даже на улицу... Хорошо, хоть тогда окно было открыто... И лето на дворе, - захихикала она, погрузившись в, видимо очень яркие воспоминания.

- Действительно, бедный Олес, - присоединилась я к ней, представив себе летящего в маленький оконный проем огромного "медведя".

- А вообще, - глубоко вздохнув, наконец, похлопала меня по руке сестра. - Мы ведь с тобой сейчас всегда будем вместе. Так что, будем все держать под контролем. И не волноваться лишний раз по всяким... недоразумениям.

- Это точно, теперь мы будем вместе... А ты, случайно, не знаешь, почему меня бабушка тогда увезла от вас? Ведь должна же этому быть какая-то причина.

- Понятия не имею. Я ведь тогда сама была еще ребенком восьми с небольшим лет... Она вообще, редко к нам заглядывала из своей столицы. А когда это случалось, всегда такая важная была, нарядная и очень красивая. И пахла всегда очень... сладко. Вот это я помню. И подарки ее помню. Большая фарфоровая кукла вообще со мной кочевала. Пока я ей голову не разбила, года через два... Я так над ней рыдала, а Олес ее потом склеивал... кедровой смолой... - вдруг замолчала Натэя. - А ты знаешь, тот последний ее приезд я тоже помню... Они тогда с отцом и тобой одни в гостиной были и над чем то громко так смеялись, а потом все внезапно стихло... И бабушка тогда сказала то ли "Я ее теперь забираю", то ли "Я ее теперь точно заберу". Папа и мама были, конечно, против. Но, она их как-то убедила. Сказала, что с твоим талантом тебе место только в столице, а не в нашей глуши. Ну, они ей и уступили. Ей, вообще, трудно было не уступить. И все. Так она тебя от нас и забрала.

- Да какой там может быть талант у годовалого ребенка? - недоуменно уставилась я на сестру.

- Не знаю, Ветвяна. Лично я за тобой особых талантов тогда не замечала... Разве что, орала ты всегда очень громко. Вот это действительно, был талант, - ехидно глянула на меня Натэя и снова засмеялась.

- Да... Орать то я до сих пор умею. Только теперь должного эффекта от этого моего таланта нет. Публика не та, - согласно скривилась я в ответ.

- Публика не та? А ты мне скажи, сестренка. Ты мужчину то своего собираешься ставить в известность? Или он уже знает?

- Ничего он пока не знает, - заелозила я на месте. - И, конечно, собираюсь. Только вот, когда и как?

- Ну, это ты уж сама придумай. Но, знать он обязательно должен... И не через три года. Это уж точно, - категорично заявила девушка. - Ты только представь, Ветвяна, как он будет рад. Ведь это его ребенок, да еще и от любимой женщины. Пусть даже не наследник, пусть дочь. Все равно. Это ведь такое...

- ... счастье, - недовольно выдохнула я. - Я и сама это прекрасно понимаю.

- Мама, - через секунду просунул свою голову в дверь Танасик. - Я уже и умылся и постель расправил и... сказку выбрал. Когда ты ко мне придешь то?

- Вот я и дома, - со вздохом подорвалась моя старшая сестра со своего места, лишь напоследок чмокнув меня в висок.

- Вот мы все и дома, - блаженно вытянулась я, провожая ее взглядом. - Спокойной ночи, девочка моя... Моя Василиса...

А все последующие дни были действительно, очень спокойными... Целых три. Не нарушаемых визитами Вероники, явно подозревающей о раскрытии ее ужасного клятвоотступничества, ни другими какими-то "недоразумениями". В общем, тихо и мирно, тревожа наш покой лишь столярными звуками из сада, очагом которых было бывшее купальное корыто... Сим, правда, стал появляться реже. И я даже не знала, к какому из признаков это отнести: хорошему (наблюдение за мной, действительно, потеряло смысл) или плохому (здесь вариантов было множество). Но, сознаваться самой себе, в том что этого непонятного и порою совсем невыносимого рыцаря мне не хватает, я не хотела... Зато, он все чаще стал пропадать у Тусьи, подолгу вечерами зависая над кроваткой маленького некроманта. Об этом мне поведала сама подруга. Как раз тогда, когда я, по просьбе Глеба явилась к ней для повторного пересказа своего сна. Правда, порадовать его и на этот раз было нечем. Потому что магичка, как ни странно, была со мной полностью солидарна в трактовке, добавив лишь скромно, от себя, что она в этом сне, скорее всего "толчок к разворачиванию дальнейших событий". Не больше и не меньше. Ну что ж, поживем - увидим... эти события.

А у меня была и своя загадка, которую мне совсем не терпелось разгадать - Либериус Роб. Вот именно поэтому я, так и не дождавшись от полностью ушедшего в работу Глеба обещанного пропуска, бродила сейчас меж книжных рядов холодной медянской библиотеки. Ходила и откровенно недоумевала... И чего же здесь только не было. Одних томов уже знакомой "Энциклопедии провинциальной жизни" пылилось по полкам целых семьдесят три. А всего остального "литературного" наследия авторов местных и не очень... Самым плодовитым на общем фоне смотрелся некий кентаврийский поэт под многообещающим псевдонимом "Химерон Страстный", видимо, особо близкий сердцу местных дам. Я не удержалась и наугад раскрыла одну из его книг с обложкой, вычурно оформленной в рамочку из роз, но, что-то не впечатлилась, осиля всего несколько строк, которые, как могла, постаралась воспроизвести с выражением:

"Пропаду в тебе,

Как волна в земле.

Заражусь тобой,

Как дитя чумой.

Полыхну тобой,

Как пожар лесной.

И умру тобой,

Под лавиной злой".

"Да...", - глубокомысленно закусив губу, захлопнула я данный фолиант. - "Сие есмь не поэзия. Сие есмь описание конца света какое-то", - но, видимо сделала это слишком громко, чем привлекла внимание здешней служительницы, такой же древней, как и само понятие "конец света":

- Я могу вам чем-нибудь помочь? - с покровительственной улыбкой, наверное, одинаковой у всех библиотекарей обоих моих миров, задушевно вопросила она.

- Да, пожалуйста. Мне нужна информация по аланту, ученому Либериусу Робу, - отвесила и я ей свою, но, выражающую крайнюю степень почтения.

- Либериус Роб... - прошуршала своими "файлами" памяти старушка. - Вы знаете, к сожалению его личность представлена у нас лишь в перечне ладменских ученых, но и эта книга на данный момент занята... Однако, - кивнула она в ответ на мое непроизвольное разочарование. - находится сейчас здесь, в этом зале... Пройдемте за мной, - колыхнула дама своей строгой юбкой и устремилась вглубь книгохранилища.

Мне же, естественно, ничего не оставалось, как идти за ней следом. Туда, где в маленьком закутке, огороженном местным аналогом картотеки, стоял одинокий стол, занятый теперь, таким же одиноким читателем, причем, совершенно уж непочтительно, болтающим сейчас на нем ногами. В окружении стопок из книг, а с одной из них, раскрытой в руках... Но, когда мы с почтенной служительницей подошли поближе....

"Мать же вашу!", - невольно тормознула я, не видя для себя путей отступления, потому что читатель этот в данный момент уже оторвал свои близорукие глаза от раскрытых страниц:

- Госпожа Вета? - произнес он таким тоном, будто я застала его голым в бане, и мигом соскочил со стола, увлекая за собой всю крайнюю книжную стопку. А пока он ее собирал, моя провожатая, со спокойствием, достойным памятника, смогла-таки, донести до него цель нашего "визита". - Да, конечно, - наконец, распрямил юноша спину с последним из разбросанных фолиантов в руках и тут же засунул его подмышку. - Я сейчас работаю над своим дипломным трудом. Точнее, уже его заканчиваю. И не хватает совсем немного. Точнее, нескольких местных имен. Вот и собрал вокруг себя всю литературу по алантам. А вам именно он нужен, Либериус Роб?.. Госпожа Вета...

- Да, Владимир, - беря пример с благолепной старушки, - кивнула я ему головой. - Именно он. Но, не драться же нам из-за этой книги? Приду в другой раз. До свидания, - и развернулась на выход.

- Постойте... У меня есть предложение по лучше, - нагнал он меня через несколько шагов, - Можно, я вас... провожу?

- Это и есть ваше "предложение по лучше"?

- Нет... То есть да. Точнее, я про Либериуса Роба. Здесь вы все равно про него ничего не найдете... интересного. А я могу вам подсказать.

- Ну, хорошо, - строго посмотрела я на румяного студента-дипломника. - Проводите меня, Владимир. Только книгу вот эту оставьте здесь, - выдернула я из под его руки библиотечное имущество и протянула уже спешащей к нам бдительной старушке...

И я очень надеялась, что не пожалею о своем поступке. И когда, подстраиваясь под широкий шаг младшего Перепелкина, перебегала через мостовую и когда он, наконец, затормозил и открыл свой ученый рот:

- Это очень странно, что он вас интересует, этот... не совсем обычный представитель алантского рода, госпожа Вета.

- Почему же странно? - решила я блеснуть перед юношей своим знанием "корней". - Он - мой очень дальний родственник. Правда, почему то у моих родителей, составляющих наше родовое древо, вызвал своей персоной большой знак вопроса.

- Он ваш родственник? - удивился совсем чуть-чуть Владимир. - Ну, тогда конечно... Персона эта действительно вызывала в свое время очень много вопросов. Я это знаю, потому что давно занимаюсь исследованием разных алантских родов... В том числе и вашего, госпожа Вета. Уж не сочтите это за... назойливость и не поймите мой к вам личный интерес в связи с этим фактом превратно.

- С чего бы это? - насмешливо расплылась я. - Я только надеюсь, что свой дипломный труд вы не по моему роду пишете?

- Нет, что вы! - снова затормозил он прямо посреди тротуара. - У меня совершенно другая тема, но, правда, тоже исключительно алантская.

- Так, что вы мне хотели подсказать по моему родственнику? - вернула я юношу в нужное мне русло разговора.

- Ну, подсказать, это я неправильно выразился, - застенчиво расплылся он. - На самом деле, я могу вам про него рассказать. К тому же в нашей фамильной библиотеке есть намного больше литературы как раз про тот период в истории Ладмении... Госпожа Вета, вы опять как-то не очень хорошо на меня посмотрели, - совершенно справедливо заметил он. - Я хотел сказать, что могу сам подобрать вам нужную литературу и сам же доставить ее к вам домой. Только и всего.

- Да?.. - смущенно закусила я губу. - Ну, тогда извините за мои неправильные мысли... И рассказывайте, Владимир. Я уже столько дней безуспешно пытаюсь добыть хоть какую-то по нему информацию, а в результате выяснила лишь то, что, по мнению... не важно, сейчас, кого, мой предок был "полусумасшедшим ученым".

- Полусумасшедшим? - авторитетно скривился студент. - Я бы так не сказал. Хотя, имелись у него странности, конечно. А вообще, Либериус Роб был гением. На его счету много изобретений, которые, к сожалению, так и не были оценены по заслугам. Но вот одно из них его все же прославило. И именно за него некоторые, даже весьма уважаемые исследователи награждают этого ученого эпитетами и по хуже, чем полусумасшедший.

- И что же он такое изобрел? - нетерпеливо спросила я.

- Метроном, госпожа Вета, - наслаждаясь полученным эффектом, произнес студент. - Либериус Роб изобрел метроном.

- Метроном? - недоуменно выкатила я глаза. - Это прибор, отбивающий определенный такт? И за него его так ославили? За обычный метроном?

- Так в том то и дело, что его прибор был совсем необычным, - шагнул вперед меня Владимир и перегородил собой дорогу. - Он отбивал время наоборот. Это чистая алантская магия плюс гениальные расчеты. Время наоборот... Вы меня совсем не поняли?

- Честно говоря, нет... Что значит время наоборот? Это как... - пришла мне на ум обратная перемотка в плеере, но я не решилась пустить в ход такое сравнение.

- Этот прибор омолаживал своего хозяина, госпожа Вета, - с лицом сейчас совершенно одухотворенным внушал мне юноша. - Понимаете... Человек или маг, да и алант тоже, хотя здесь вопрос спорный, заводил метроном и постепенно, насколько ему было нужно, возвращал свои утраченные годы назад. Каждый взмах маятника, заканчивающийся ударом и год минус. Кто же об этом не мечтает? Скажите мне.

- Да многие об этом мечтают, - обошла я Владимира и продолжила путь. - Особенно женщины. Только я тогда совсем ничего не понимаю. Раз его прибор был так хорош, то за что же его сочли... больным на голову?

- А вот это уже отдельная история. Хотя имеющая к его открытию самое прямое отношение, - поправил свои сползшие очки, нагнавший меня студент. - Дело в том, что свой метроном Либериус делал по специальному заказу правящего тогда короля Аезона Первого. Но, между ними возник какой-то конфликт. То ли ученого не пригласили на какое-то особо важное мероприятие, то ли наоборот, унизили его приглашением на какое-то... дамское чаепитие. История об этом молчит. А вот последствия нам известны. И они плачевны для потомков, госпожа Вета. Потому что в отместку Либериус разобрал свой, почти готовый метроном на составляющие части и "раскидал" их по разным мирам, оставив лишь жалкие намеки на место их нахождения.

- Ничего себе месть, - покачала я головой, уже иначе взглянув на своего "неадекватного" предка. - И что, их с тех пор так никто и не нашел?

- А смысл их искать? - усмехнулся Владимир. - Он ведь был не так прост, ваш родственник, и собрать в одну кучу все части метронома не значило, добиться успеха... Там ведь было еще одно существенное условие. Причем, самое главное.

- Определенный порядок сборки?

- Нет, - довольно замотал головой студент. - Кое-что пострашнее - ограничение во времени. Собрать метроном целиком нужно было только за одну секунду. Иначе, соприкасающиеся друг с другом детали, распадутся во времени и пространстве. Вот каким был гением Либериус Роб, госпожа Вета.

- Да... Интересно, сам то он за сколько секунд его разобрал, свой прибор? - озадаченно уперлась я в решетку собственных ворот.

- А вот об этом история тоже молчит, - развел руками младший Перепелкин и выжидающе замер, глядя на меня.

- Ну, тогда спасибо вам большое, - решила я расщедриться напоследок. - Вы полностью удовлетворили мое любопытство.

- А что, значит книги... - растерянно улыбнулся он. - вам уже не нужны?

- Книги?.. - на несколько секунд всерьез задумалась я. - А знаете что, вы лучше сами, вместо книг приходите к нам в гости на... дамское чаепитие. Надеюсь, вас такое приглашение не оскорбит? А, если нет, то расскажите еще много всего интересного про алантов и наш род. А я вас со своей сестрой познакомлю. Она, кстати, больше меня на нашу бабушку похожа. Но, правда, уже вполне счастлива в браке.

- Госпожа Вета, - снова залился во всю физиономию студент. - За кого же вы меня принимаете?.. А можно, я тогда сегодня к вам загляну?

- Сегодня? - едва сдержав свою насмешливую улыбку, переспросила я. - Пожалуй, можно. Тогда в четыре часа мы вас ждем, Владимир, - подала я ему руку на прощанье уже совсем не жалея о своем прошлом поступке...

А сестре своей так с порога и сообщила... Точнее, попыталась с порога сообщить. Потому что застала ее, прилипшей к кухонному окну, выходящему на веранду:

- Натэя, я в нашей библиотеке сегодня, с утра пораньше встретила Владимира Перепелкина, большого, как выяснилось, специалиста по алантам. Так что, в четыре часа у нас с тобой будет лекция с его участием на ту же тему... А куда это ты так уставилась? - застыла я с ней рядом, наблюдая мужскую суету, вокруг бывшего корыта.

- Я не знаю, как насчет лекции, - с расстановкой ответила мне девушка, не отрываясь от стекла. - А вот в сегодняшнем вечернем испытании лечебной купели... с подогреванием воды, ты тоже можешь не сомневаться.

- Что, неужели Олес ее уже доделал?

- Ага, - посмотрела на меня, наконец, сестра. - Недавно печь привезли. Сейчас они с Танасом ее установят, и будем пробовать.

- Ну и кто полезет первым? - настороженно поинтересовалась я. - Ты же знаешь, мне рисковать нельзя.

- А сам Олес и полезет. Неужели ты думаешь, он пустит кого то вперед себя? - успокоила меня Натэя. - Погоди, ты про кого мне только что рассказывала? Про этого мальчика? Это он к нам сегодня придет?

И он к нам пришел... С очередным букетом фиалок, которые у моего, пробегающего мимо племянника вызвали легкий шок и коробкой с пирожными. Ну и конечно, румяный... Хотя, его тоже можно понять: встретиться сразу с двумя "копиями ожившей легенды". Это ж какая студенческая психика выдержит?.. Вот мне, например, в свое время очень нравился актер Харрисон Форд, сыгравший капитана Соло в "Звездных войнах" и Индиану Джонса. А если представить, хотя бы на мгновенье, что я прихожу в гости сразу к двум капитанам Соло... Да...

- Вет... - зависла передо мной Натэя с заварником в руках. - Я ведь к тебе обращаюсь. Тебе чай какой: с мятой или лимоном?

- С мятой, спасибо, - откинула я от себя набежавшие картинки и сделала соответствующее лекции выражение лица...

А дальше все пошло, как по маслу: Владимир рассказывал, мы с сестрой внимали. А в некоторых местах, даже успевали задавать не совсем глупые вопросы, скрывающие нашу полную неосведомленность историей собственного рода (ну теперь хоть не мне одной краснеть):

- А вы ведь, конечно знаете, как произносилась изначально ваша родовая фамилия? - совершенно искренними глазами глядел на нас студент. - Лично мне это кажется кощунственным, исковеркать такую красоту. Подстроить ее под удобство произношения окружающих.

- А почему вам, Владимир, больше нравится первоначальный вариант? - осторожно уточнила моя сестра.

- Да потому что, "Полуночь", звучало гораздо логичнее. Тем более что объяснялось очень просто: особенностью рождения первенцев именно в это время суток. Разве не так? Да не с одним вашим родом такая же ситуация. Вот взять, например алантский род Блужданских из Тайриля. Ведь изначально их родовой фамилией была совсем другая - "Блуждающие". А все потому, что все их мужчины имели пристрастие к путешествиям. Они, кстати и основали когда-то город Кубл - самое северное тогда алантское поселение.

- А я думала про совсем другой вариант. Тогда было бы понятно, почему со временем они избавились от такого... диагноза.

- Это вы сейчас про склонность к хождению во сне, госпожа Вета? - удивленно оторвался от своей чашки студент. А потом добавил с совершенно серьезным видом. - Вы знаете, мне кажется, вряд ли такое было возможным.

- Ну, в общем-то, да. Вряд ли бы они за ночь от побережья до Озерного края дошли. Ведь именно на его южной границе Кубл основали?

- А знаете что... - едва сдерживаясь, чтобы не прыснуть, сообщила нам Натэя. - Мы тут с моей сестрой третий день наше родовое древо изучаем. Может, взглянете на него? - достала она с верхней книжной полки альбом и всучила студенту.

И надо было видеть, с каким трепетом он раскрыл эти страницы:

- Это очень подробное древо, - осторожно повел он своим тонким пальцем вдоль "ствола" и до самой "макушки". А потом замер... прямо перед моей скромной рамочкой. - Так у вас, госпожа Вета на самом деле именно такое полное имя? - ошеломленно взглянул он на меня. - Ветвяна, не Виолетта?

- Ну да, - тут уж не выдержали мы обе.

- А вы знаете, - став еще румянее, попытался он себя оправдать. - Я ведь перед вами не хвастался, когда говорил, что изучал ваш род. Но, все дело в том, что в главном архиве, где я работал, полностью отсутствует вся информация, начиная от вашей досточтимой бабушки. Ни вас, ни вашего отца там нет. Как будто и не было. И ваше возвращение сюда в Медянск... это полная неожиданность. Особенно для тех, кто занимается историей алантов не так давно... Таких, как я, например.

- Да вы не переживайте так, - вмиг став серьезными, переглянулись мы с Натэей. - Мы нисколько не приуменьшаем ваших знаний, Владимир. К тому же, мне очень нравятся... фиалки... А вот, взгляните, - ткнула я пальцем в "тупиковую" боковую "ветвь". - Наш выдающийся ученый, Либериус Роб. И знак вопроса рядом с ним. Как вы думаете, почему?

- Почему знак вопроса? - озадаченно поскреб его пальцем студент. - Здесь, на мой взгляд, может быть одна причина - тот, кто его сюда вносил, до конца сомневался в его принадлежности к вашему роду... И это не мудрено. Ведь, насколько мне известно, существует и еще одна версия его происхождения... Но, вы знаете, - внимательно посмотрел он на меня. - Мне все же кажется, что Либериус Роб именно с вами состоял в родстве.

- И почему вы склонны так думать? - удивленно уточнила я. - Какие-то схожие черты... характера?

- Да нет... - задумчиво произнес Владимир. - Тут другое. И мне даже кажется, что он к вам гораздо ближе, чем просто, - еще раз взглянул он в схему древа. - двоюродный брат прадеда... Это вообще запутанная история с почти... запрещенным из-за родства браком. И я даже не хочу вдаваться в ее подробности, - решительно захлопнул он наш семейный толмут.

- Ну, тогда может, еще чаю? - "любезно" закрыла эту щекотливую тему сестра.

- О-о, спасибо вам, госпожа Натэя, - тут же встал со своего места Владимир. - Мое время для чаепития уже истекло... Госпожа Вета, вы меня не проводите... до ворот, - подал он мне свою дрожащую руку...

Ну что ж, проводить, так проводить. Я, в общем-то, и сама собиралась... мимо собачек. Вот только вид мне его, торжественный вовсе не понравился, как и начало нашего "прощального" диалога:

- Госпожа Вета, - вздохнул он, как перед прыжком, - Я, конечно, понимаю, что выгляжу сейчас... смешно. Это мое проклятье - все, что не касается науки, вызывает во мне крайнее стеснение. Особенно женщины... Особенно... вы... Нет, нет! - протестующее взмахнул он рукой, увидев мой настороженный взгляд. - Я очень прошу вас сейчас меня не перебивать... Спасибо, госпожа Вета... Дело в том, вот уже на протяжении нескольких дней я только и думаю, что о вас. Я даже ходить по вашей улице до сегодняшнего утра остерегался. И, в конце концов, решился полностью положиться на судьбу. А она сегодня утром сама за меня все решила, - смущенно расплылся он.

- И что же за решение за вас вынесла ваша судьба? - еще надеясь на мирный исход, уточнила я.

- Самое лучшее решение, достойное моего рода, госпожа Вета... Я делаю вам предложение руки и сердца, - медленно произнес он и брякнулся на одно колено.

- Что? - в ответ прошипела я и попыталась поставить его на ноги. - Владимир, вам, наверное, в этой библиотеке какая-то, особо тяжелая книга на голову свалилась. С чего, вдруг, такая странная идея? - пыхтя, справилась я, наконец, со своей задачей и тут же уперла руки в бока. - Вам сколько лет, господин Перепелкин?

- Двадцать... будет, - захлопал он своими ресницами под стеклами очков. - Так вы только в этом видите странность моего предложения?

- Только в этом? - удивленно переспросила я, насчитав в своей голове гораздо больше очевидных "странностей". - И в этом тоже... Я вообще думала, что этот процесс... - подбирая нужное слово, беспомощно взмахнула я рукой и надула щеки.

- Ухаживания? - с готовностью подсказал мне студент.

- Точно, ухаживания! Я думала, он будет более длительным, и я смогу его пресечь... Что? - поймала я на себе его полный непонимания взгляд.

- Вы знаете, изначально я так и хотел поступить, - осторожно начал он, навевая на меня совсем уж нехорошее предчувствие. - Долго ухаживать, дарить цветы, быть... постараться быть настойчивым. Но, госпожа Вета... В связи с последними событиями, я уверен, что долгие ухаживания нам сейчас... не очень подходят, - на всякий случай, шагнул он назад.

- Та-ак... - сделала я глубокий вдох и посмотрела на студента как можно спокойнее. - Продолжайте, Владимир. Я вас внимательно слушаю.

- Я продолжаю... И в связи с последними событиями, произошедшими в вашей жизни, я уверен, счастливыми, госпожа Вета, вы, как никогда сейчас нуждаетесь в мужском плече.

- Так вы же мне, по-моему, совсем не эту часть тела предлагать изволили?

- Руку и сердце?.. Но, это же такой словесный оборот, который нисколько не умоляет моих к вам чувств, - храбро уточнил он.

- Так у вас, Владимир, ко мне уже и чувства? - сузила я на него глаза. - А главное из них - благородное чувство долга, наверное? Выручить даму, попавшую в затруднительную ситуацию. Так?

- Госпожа Вета, вы совсем меня не понимаете. Я пытаюсь вам сказать, что я, несомненно, был бы необычайно горд породниться с таким родом, как ваш. Но, и вы лично для меня тоже... ценны, особенно сейчас, когда так остро нуждаетесь в поддержке. Я уверен в том, что отец вашего будущего ребенка достойный мужчина, потому что уже знаю вас. Но, и еще я знаю, что он... женат и вы с ним, таким образом, разлучены.

- Ах, вы еще и это знаете, - уже теряя терпение, произнесла я. - Вот что, Владимир. Я, конечно, благодарна вам за ваше предложение... поддержки, но, уверяю вас, меня сейчас есть кому поддержать. Так что...

- Вы уже с кем-то помолвлены? - растерянно выдохнул он.

- Помолвлена?.. Нет. Я другую поддержку имела в виду: родственную и дружескую.

- А не значит ли это, что у меня еще есть шанс?

- Владимир, вам девятнадцать лет, вы еще студент, - попыталась я прибегнуть уже к другим доводам разума (хотя, мне ли это даже пробовать?) И вообще, у вас еще вся жизнь впереди. И я уверена, блестящее будущее в науке и настоящая любовь. Ну, скажите мне, зачем вам я? Да еще и с чужим ребенком.

- Госпожа Вета, - неожиданно просиял он. - Я понял! Вы боитесь мне стать обузой! Ну, а если я уже не буду обычным студентом? Если я смогу сам обеспечивать свою семью?

- А знаете что... - обреченно открыла я рот для своего последнего довода, правда, не совсем приличного. - Возвращайтесь-ка вы, Владимир, в свой... университет. А вот когда вы сможете, как вы говорите, обеспечить свою семью, тогда и поговорим, - и с силой дернула на себя створку ворот, получив от своего "потенциального" супруга, радостно брошенное вслед:

- Госпожа Вета, я все понял!

- Да ничего ты не понял, глупый ученый... осел, - гневно бормоча себе под нос, шагала я по дорожке к дому. - Но, вот Вероника, она у меня точно все поймет. Причем, сразу. И причем сразу сейчас, - уже замаячил в нескольких шагах от меня знакомый темный подвал. - Как же она мне надоела, эта Верони... Сим! Хобья мать! Что это ты вытворяешь?! - вперилась я взглядом в стоящего на месте моей арки рыцаря и развернулась на сто восемьдесят градусов. - Я все равно до нее доберусь, до этого Кёртого отродья! Сим! Уйди с дороги!

- Вета, - сделал он осторожный шаг в мою сторону и выставил вперед руки. - Ты только успокойся сейчас, я тебя очень прошу. Ты меня слышишь? Вета...

- Я тебя прекрасно слышу, - совершенно глухим голосом произнесла я. - Но, вот ты меня, по-моему, плохо. Уйди с дороги, рыцарь Прокурата.

- Вета, - мелькнуло в глазах мага нешуточное беспокойство, отозвавшееся в моей голове неясной тревогой. - Ты обязательно встретишься с Вероникой, я тебе это обещаю, но, не сейчас, хорошо?

- Да что же это такое? - беспомощно обвела я глазами сад... и только по зашелестевшим под ветром, вслед за моим взглядом, деревьям поняла, что представляю сейчас собой не совсем адекватное алантское создание. - Вот оно началось... Вот оно... - отчаянно зажмурившись, я еще и прижала к глазам ладони. - Я на тебя не смотрю... - и услышала, сквозь шум в голове голос запыхавшейся сестры:

- Как тут у вас, Сим? Все нормально?.. Вета, пойдем в дом, - обняла она меня за плечи и потащила прочь. - Только ты глаза то открой. А то как я тебя по ступеням поведу?.. Да, открывай, уже можно. Буря миновала, - добавила уже с заметной иронией.

- Я бы на твоем месте, Натэя, раньше времени не обнадеживался, - раздался ехидный голос идущего за нами следом мага. - Зная ее характер...

- Да неужели? - повернула я к нему лицо с совершенно открытыми глазами. - А тебе, значит, так Веронику стало жалко? Эту хобью погремушку?

- И что же она опять такое успела натворить, раз ты ее за последние несколько минут уже два раза так... обласкала? - стер под моим взглядом улыбку Сим.

- Что успела? Да она своим аристократическим языком по всему Медянску разнесла весть о моей беременности, - затормозила я на крыльце и развернулась к магу уже целиком. - Вы думаете, о чем мы сейчас так долго с этим студентом беседовали?

- Неужели он тебе лекцию читал о моральном облике аланта? - ухмыльнулась Натэя.

- Нет, все гораздо серьезнее. Он мне предложение делал руки и сердца. Решил таким образом сохранить честь дамы, - с вызовом посмотрела я на своих сопровождающих. - Ну и кто после этого Вероника, как не хобья погремушка? А ты, Сим, так ей и передай: пусть она дорогу в наш дом забудет, как то место, где у нее должна быть совесть. Видеть ее больше не хочу, - первой направилась я в дом... Да так и застыла, прямо за дверью с открытым настежь ртом. Потому что именно в этот момент, мимо меня из купальни в направлении кухни проплыла румяная после душа мужская половина нашей семьи. В халатах, накинутых на голые ноги и с таким видом, будто направлялись они не в свое испытательное корыто, а, как минимум, на старт космического корабля... Замыкающий Танасик, правда, слегка подкачал. Полы его одеяния, волочащиеся по полу, явно не добавляли моменту должного пафоса. Но, в целом...

- Скажите, а можно и мне поприсутствовать на открытии купели? - тут же вылетела из моей головы бессовестная баронесса под ручку с благородным студентом.

- Конечно можно, - улыбаясь, обернулся ко мне Олес. - Пройдемте с нами.

Да я и так уже... прошла. Тем более, кто-то из двоих, брошенных мной на парадном крыльце, сильно наподдал сзади дверью. Но, я даже оборачиваться на такую "мелочь" не стала... Только вот, надо будет попросить Олеса, чтобы он новые ворота заказал. А то с этими у меня как-то... не заладилось...

Зато с семьей все было нормально. И в подтверждение этого нам с сестрой удалось-таки, после вчерашнего торжественного открытия, убедить Олеса попробовать начать производство лечебных купелей на заказ. Правда, убив на это первую половину дня. Зато вторая прошла более продуктивно - в поисках подходящей рабочей площади и толкового персонала. Но, честно говоря, я в этих хлопотах выступала исключительно в роли магического средства передвижения. Потому что на все остальное умом точно не вышла. Хотя, вполне заслужила то, во что была почти полностью сейчас погружена...

"Прохладный августовский вечер... Звездное небо над головой... И горящие окна дома едва видны сквозь горячий пар, поднимающийся от моей купели, в которой я сейчас царствую одна... Нега и покой... Нега и покой в душе..."

- Ветвяна! Тебе там одной не скучно? - настырный голос племянника с веранды.

- Танасик, отстань. Я медитирую... И мне не скучно. Я же тебе вчера не мешала.

- Что ты делаешь? Репетируешь?

- Медитирую я... Расслабляюсь...

- А-а. Ну ладно... - и хлопнула дверь...

"Так, на чем я остановилась?.. Нега и покой... Сейчас со мной лишь мои мысли, которые плавно текут в моей голове, настраивая только на хорошее... Вспомним хорошее поименно... Гильда... Тусья... Абрамка... Елания... В общем, хорошего много... А теперь вспомним самое лучшее... Моя семья... Моя Василиса... Мой любимый Бора..."

- Ветвяна! Ты еще не до конца расслабилась?

- Танасик, я в тебя сейчас шаром запущу!

- А чего сразу шаром то?.. Тут к тебе пришли.

- Кто ко мне пришел? - прихлопнула я ладонями промокшую на груди сорочку и попыталась вглядеться сквозь клубы пара. - Борамир???

- Здравствуй, Вета, - шагнул ко мне из темноты неясный силуэт. - Тебя что, из дома выгнали вместе с твоей... купальней? - прозвучало даже как-то печально.

- Здравствуй, любимый, - подалась я к нему через диаметр корыта и встала, напротив в полный рост. - Ну почему же выгнали? Я еще не совсем опасна для общества. А ты как здесь оказался да еще в такой час?

- А я приехал тебя поздравить, - произнес он еще печальнее. - А еще задать один единственный вопрос... Только, ты оденься сначала. А то, простынешь.

- Погоди, я не поняла, - проигнорировала я его последние слова. - Значит и до тебя эта новость уже долетела? Ну, Вероника... Недооценила я ее...

- Причем здесь какая-то Вероника? - недоуменно выдал мне Борамир. - Вета, оденься... пожалуйста, - тоскливо оглядел он мою озябшую фигуру у края борта и повернулся боком. - Потом поговорим.

- Да к хобьей матери твои заботы, раз ты на меня даже смотреть не хочешь. Говоришь, что приехал меня поздравить? А почему тогда таким похоронным голосом? Ну, извини, что не рассказала тебе сама, хотя честно собиралась... Борамир, да что с тобой? Ты что, совсем не рад?

- А я, значит, по твоему мнению еще и радоваться должен? - мотнул он своим хвостом. - Хотя, конечно, я тебя поздравляю и желаю в будущем всех доступных благ... Но, Вета, скажи мне, почему так скоро? Почему?

- Ты что?.. Ты сейчас вообще какие-то глупости говоришь. Я тебя не понимаю... - бухнулась я обратно на ближайшую к краю лавку. - Борамир, так ты от нас отказываешься что ли? Или ты имеешь в виду, что вообще к этому факту никакого отношения не имеешь?

- От вас? Я от вас отказываюсь? Может мне еще и замок свой под торжество предоставить? Кстати, когда его ожидать?

- Через восемь месяцев... - отстраненно произнесла я и снова встала. - Все, как у обычных людей... Подай мне мой халат. Он на стуле... Спасибо, - вновь подняла я на него свои глаза. - А теперь уходи отсюда, Борамир. И больше никогда не возвращайся.

- Вета, - отчаянно мотнул он головой. - Я ведь не просил у тебя ничего. Я не брал с тебя никаких обещаний. Но, я все же надеялся, что... Почему, Вета? Скажи мне и я уйду.

- Да что значит, почему? - вновь прорвало меня. - Потому что так получилось... у нас двоих. Или ты полностью снимаешь с себя всю ответственность? - попыталась я, наконец, взобраться на лестницу, а потом плюнула и, спикировав вниз, решительно направилась к дому...

- Нет уж, погоди. Ты еще не ответила на мой вопрос, - схватил меня Борамир за руку уже у лестницы на второй этаж и я только сейчас заметила удивленные лица застывших в прихожей Натэи и Танасика.

- Знаешь, что, оставь меня в покое. Я не хочу больше отвечать ни на один из твоих глупых вопросов, - попыталась я отнять у мужчины свою руку.

- Ветвяна, что у вас происходит? - решила вмешаться в происходящее моя сестра.

- А что у нас происходит? От нас отказываются. Точнее, уже отказались. Только, у Его сиятельства еще какой-то вопрос ко мне остался, последний. Борамир, - уже теряя терпение, взглянула я на него. - Отпусти меня, не то...

- Ваше сиятельство, - в следующий момент возникла между нами Натэя. - Опустите вашу руку, - произнесла она таким тоном, какого я еще никогда не слышала от своей сдержанной сестры. - Вот и хорошо. Ветвяна, ты как?

- Извините, - сдавленно выдавил Борамир и глянул на свою опустевшую ладонь. - Мне, действительно, лучше отсюда уйти. Иначе... - сделал он шаг в сторону двери, а потом обернулся и нашел меня глазами. - Я желаю тебе, Вета...

Но, дослушать его у меня не вышло, потому что в картину нашу, где-то местами трагичную (это я уже потом осознаю), ворвались новые персонажи. И очень, очень кстати. Потому что настрой у меня был...

- А вот и наша добрая вестница! - зловеще сузила я глаза, взирая со своей ступени на остолбеневшую от такого зрелища Веронику. - О-о! Да она не одна, а со своим благодарным слушателем! - совсем уж не по-доброму оскалилась и на растерянного не меньше студента. - Чем обязаны? За новой порцией информации подоспели, Ваше вдовствующее сиятельство?

- Ве-вета, - уперлась она своим тылом в только что захлопнувшуюся дверь. - Я пришла к тебе все объяснить. И Владимира с собой взяла... Вета, это не я, я не виновата. Он сам тебе сейчас скажет. Что же вы молчите, Владимир? - немилосердно толкнула Вероника студента в бок.

- Ах, ты не виновата, птичка моя. Голубь почтовый. И до Озерного края не ты летала с доброй вестью? Так ошиблась ты, Вероника. Не добрая это весть оказалась. А ты знаешь, что в некоторых странах с дурными гонцами делали? - совсем глухо прозвучали мои последние слова, от которых в воздухе стало вдруг, заметно холоднее... и я только услышала сквозь шум в своей голове:

- Ветвяна! Не смей! - испуганный крик Натэи...

А потом удаляющиеся куда-то вниз ошеломленные лица моих незваных визитеров...

- Я на тебя не смотрю...

- Ветвяна, открой глаза.

- Пусть сначала он уйдет...

- Вета, посмотри на меня... Натэя, что с ней такое было?

- Ой, да нормально все... На этот раз.

- Вета, я никуда не уйду, пока ты на меня не посмотришь...

- Ну, смотрю. И вообще, кто дал тебе право таскать меня без спроса? Тем более, после того, как ты от нас отказался.

- Вета, ты опять за свое? Может мне его еще и усыновить, твоего Владимира Перепелкина?

- А причем здесь Владимир?

- Действительно, Ваше сиятельство. Выражайтесь яснее, а то как бы у нас повторной бури не последовало в ее то положении.

- Та-ак...

- Что, так, Борамир? Что, так?

- У меня такое ощущение, будто я сошел с ума, - встал он с колен и начал отмерять шаги вдоль моей кровати. - И единственный выход, который я сейчас вижу в этом... положении... Вета, ты ждешь ребенка? - потрясенно замер напротив меня мужчина.

- Ну, знаешь ли... Теперь и у меня точно такое же ощущение... Да, Борамир. Я жду ребенка. Девочку и причем, от тебя... А с чем же ты тогда приехал меня поздравлять, сумасшедшее Ваше сиятельство?

- Вета, - снова хлопнулся он передо мной и прижал к себе, - Ты лучше сейчас помолчи... Нет, говори, что хочешь... Нет, скажи мне, ты замуж за этого мальчишку не собираешься?

- Борамир, ты что, лешья твоя мать? Ты там у себя, в своем замке с балкона, что ли упал?.. Нет, погоди, - попыталась я от него отстраниться. - Да как тебе такое вообще в голову твою графскую пришло?

- Вета, любимая моя... - обхватил он мое лицо ладонями. - Ведь я уже думал, что упустил тебя, а тут такое... Ребенок... Девочка. Моя дочь... Ну разве я могу отказаться от такого подарка судьбы? - снова прижал он меня к себе.

- Ты знаешь, мы теперь сами с дочерью будем решать, нужен ли нам такой неадекватный папаша, - со слезами на глазах, пробубнила я и положила свою голову на его плечо. - Как же ты меня напугал... своими поздравлениями.

- Прости меня, - совсем по-отцовски погладил он меня по волосам. - Ты представь, я сегодня был в нашем столичном университете у одного профессора, аланта. Мне его порекомендовали для... Мы с ним сидим, мирно беседуем, а тут влетает этот мальчишка, младший отпрыск Перепелкина, и с разбега заявляет, что ему нужно срочно перенести день представления публике его дипломного проекта. А, когда наш светила спросил у него, с чего такая спешка, тот пояснил, что это событие - единственное, что препятствует его женитьбе на тебе... Вета, ну что я мог тогда еще подумать? - виновато взглянул он на меня.

- Что твоя любимая женщина - безнадежная дура, раз решила выйти замуж за Владимира Перепелкина. Видимо, это ты тогда и подумал, - грустно покачала я головой.

- Нет, Вета. Я подумал тогда...

- Как вероломны женщины? Хотя, постой, я, кажется, знаю, о чем ты подумал. Ты подумал: "Почему?", - страстно промычала я. - Ведь с этим же вопросом ты ко мне прист...

Наверное, было совсем не вежливо со стороны Борамира вот так вот затыкать мне рот своим поцелуем... Но, зная саму себя, могу сказать с уверенностью - других вариантов я ему точно не оставила...

- Борамир, ты только мой сейчас? - на миг, заглянув в его глаза, чтобы снова в них провалиться.

- Да, любимая. Я всегда - только твой. Только ваш... - шепотом, касаясь моих плеч выбившимися из хвоста волосами...

- И мне сейчас нет никакого дела до твоего долга. Пусть он торчит за дверью... этот твой долг...

- Вета, пожалуйста, помолчи... И пусть он торчит...

Глава 36

Бал...

Еще очень рано... Да и солнце в мою комнату заглянет лишь к обеду. Но в саду воробьи уже устроили перепалку из-за уцелевших после "сбора" Натэи ягод... А еще далекие голоса моей сестры и Олеса, едва доносящиеся сюда из кухни на нижнем этаже. И аромат вишневого варенья. Манящий аромат душевного покоя и тихого семейного счастья... Аромат дома...

Мне, вдруг вспомнилось свое первое пробуждение у Елании и отчаянная мечта о самом дорогом человеке, который вошел бы ко мне, начав с себя новый день, и взял за руку... Кажется, целая жизнь прошла с того утра. А, что же в ней изменилось?.. Моя рука. Она сейчас накрыта рукой моего самого дорогого в этом мире человека...

- Привет... Давно ты проснулся?

- Я привык вставать рано. Да и мог ли я отказать себе в удовольствии смотреть на то, как ты спишь?

- И болтаю во сне. Я помню.

- Сегодня ты молчала. Но, любимая, давай-ка, просыпайся окончательно. Ты должна познакомить меня со своими родственниками. А то как-то не хорошо, получается.

- Действительно, не хорошо... И вы не боитесь, Ваше сиятельство?

- Я теперь ничего не боюсь, Вета... Тем более, после того, как мой экипаж с родовым гербом всю ночь проторчал у ваших ворот.

А вот после такой новости я и сама "окончательно проснулась". А еще осознала, что, ничего не прося и не требуя, смогла-таки отвоевать своего мужчину у этого страшного и всемогущего слова, висящего над нами - его долга...

Впервые я видела его таким по-детски смущенным. Хотя, приняли Его сиятельство на нашей "великосветской" кухне вполне прилично. И Олес, сидящий за столом со своими бумагами и Натэя, "колдующая" у плиты над огромной кастрюлей с бурлящей в ней вишневой жидкостью. Борамир, поздоровавшись, замер на пороге, в ожидании дальнейших действий со стороны присутствующих. Я же, воспользовавшись заминкой, высунулась из-за его спины и сделала сестре подобающие моменту глаза. После чего процесс знакомства вышел на новый уровень:

- Проходите, Ваше сиятельство, сразу за стол, - с дипломатичной улыбкой выдала моя старшая сестра, оторвавшись от своего варенья. - Сейчас завтракать будем. Только вас ждем... Ветвяна, а ты мне... помоги.

- Конечно, проходите, - растерянно провел ладонью по лысине мой зять, и скреб в кучу свои чертежи и сметы.

После чего, слегка подтолкнув Борамира в спину, я свернула к Натэе на обмен несколькими фразами:

- Доброе утро, сестренка, - на всякий случай, чмокнула я ее в щеку. - Ты мне скажи...

- Да, - криво усмехнулась Натэя, подавая мне из буфета посуду.

- Что, да?

- Да, я ушла вчера из твоей комнаты как раз вовремя... Чтобы понять, что все у вас с Его сиятельством прояснилось. Ты ведь это имела в виду? Я же по твоему румянцу вижу, - не выдержав, засмеялась она. - Вет, для нас с Олесом главное, чтобы ты сама была довольна тем, как относится к тебе твой мужчина. А с остальным, сами разбирайтесь.

- Натэя, ты мне сейчас такой груз с души сняла, - облегченно выдохнула я. - С нас обоих... Тогда давай знакомиться с графом Ракницким уже по-настоящему?..

А что это такое, я узнала чуть позже, полностью отдав инициативу за столом своему мужчине:

- Ну что ж, - откинувшись на спинку стула, начал он и обвел нас глазами. - Прежде всего, я бы хотел перед всеми вами извиниться за свои вчерашние, не соответствующие мужскому достоинству манеры, вызванные вышедшими из под контроля... эмоциями. Особенно перед вами, Натэя, - взглянул он на мою сестру. - А еще, мне бы очень хотелось, чтобы вы впредь обращались ко мне по имени, без всяких титулов. Такая у меня к вам просьба... И, последнее... - накрыл он мою ладонь своей и сжал ее. - Если вы не против, то я бы хотел остаться в вашем доме до конца этого дня. Так как хочу провести его только со своей любимой женщиной, матерью моего будущего ребенка и лучше познакомиться с вами, ее семьей. Это для меня сейчас самое главное. Вот, в общем-то, и все, - улыбнулся он мне и, наконец, выдохнул...

Сказать, что я чего-то подобного от Борамира не ожидала, значит, покривить душой, которая, очень надеялась именно на такие его слова. Хотя в состоянии легкого шока мы оказались все трое. А тишину первым прервал мой зять, являющийся на день сегодняшний главой нашей семьи:

- Я так думаю, - начал он, прокашлявшись от волнения. - что выражу наше общее мнение... Конечно, оставайтесь... Борамир. И извинения ваши приняты. Я и сам то, иногда собой, мягко говоря, не владею, когда...

- Олес! - вмиг осекла его Натэя, бросив через весь стол выразительный взгляд. - Борамир, чем вас кормят обычно на обед в вашем Озерном замке?

- Дома? - благодарно расплылся ей мой любимый мужчина. - Да по-разному. Я в еде...

- Кок-о-веном его кормят, наверное, - решила и я вставить свое весомое мнение. - Кстати, я тоже научилась его готовить.

- Вета... - недоуменно глянул на меня Борамир, а потом поймал на себе сочувственную улыбку Олеса. - А, в прочем, можно и его, - пожал он плечами своему "собрату", страдающему не меньше от дурных характеров сестер из алантского рода Полунич...

Хотя, не такие уж мы и несносные. По крайней мере, денек можно и потерпеть. Только жаль, что пролетел он так быстро, будто одна минута. И оставил после себя, как послевкусие - вишневый привкус душевного покоя. Теперь у меня будет именно такая с ним ассоциация. А еще улыбка Борамира. Что-то в ней изменилось. И, пусть я совсем не помню своего отца, мне кажется, что, улыбался он мне именно так, а не иначе...

- Ну и с чего ты такая унылая? - подсела ко мне на садовую скамейку Натэя. - Я вот тебе палантин принесла. Накинь, а то зябко уже на улице...

- Я не унылая... Мне просто очень не нравится сложившаяся ситуация.

- Ты про семейное положение твоего мужчины?

- Ага... Что-то здесь не чисто с этой его больной супругой... Я сердцем чую.

- С его Мокеей? А сам он, что тебе говорит?

- Да, практически ничего. Только сказал на прощание, что сделает все возможное, чтобы мы как можно скорее были вместе. И все... Но, Натэя, - развернулась я к ней всем корпусом. - Я чую, что там что-то не чисто. Мне хватило только в глаза его посмотреть. И как хочешь это назови: блажью моей очередной, пунктиком или...

- ... алантским чутьем... - покачала она головой. - Ты знаешь, я когда с Танасом ходила, у Олеса на стройке произошло несчастье. Двое погибли под раскатавшимися бревнами... Так я, за неделю до этого ныть начала, а в тот самый день вообще смертельно больной представилась. Только, чтобы его дома удержать.

- Вот видишь! - изумленно открыла я рот. - И теперь представь, как обидно сидеть вот так, - с чувством хлопнула я ладонью по деревянному сиденью. - и просто ждать.

- Ну, насчет просто сидеть, это ты зря сказала, - достала сестра из кармана платья сложенный вдвое лощеный лист бумаги. - Вот, прочитай и... впечатлись. Это доставили со специальным курьером, пока ты Борамиру медянские окрестности показывала...

А впечатлиться, действительно, было от чего. Еще бы, приглашение на королевский бал в честь дня рождения Его величества, Василия Третьего. Это уж папахивало... откровенной сказкой про Золушку. И совсем меня на аналогичные подвиги не вдохновляло. Но, как выяснилось, моя "домашняя птичка" вдохновилась еще меньше, заявив мне в категоричной форме, что она то уж точно туда не поедет:

- И вообще, что я там забыла, в этом дворце? Я и в столице то ни разу не была. В отличие от тебя... И даже рот по этому поводу не открывай. Сказано же в приглашении, что присутствие, по крайней мере, одного из представителей нашего рода обязательно. Вот ты и будешь его... представлять.

- Ну, знаешь ли... - только и пропыхтела я, а потом нашла-таки, аргументы. - Да я и танцевать то эти их вальсы не умею. И наряда подходящего у меня нет. Я ж нас опозорю, Натэя. Тебя что, это совсем не волнует?

- Волнует, конечно, - тут же согласилась со мной сестра. - Но, я думаю, что с нарядом за две недели мы что-нибудь придумаем, а вальсам тебя может и Сим научить. Насколько я знаю, в учебную программу прокуратских кадетов танцевальная подготовка входит... Мне Танас говорил, - закончила она, уставившись в одну точку.

- Танас говорил... - эхом повторила я. - И как вы с Олесом к этому относитесь?

- К его решению стать рыцарем Прокурата? - посмотрела на меня сестра. - А что тут скажешь?.. Я не думаю, что это его очередная детская фантазия. Я же своего сына знаю. Да и служить в Прокурате, это ведь не обязательно каждый день рисковать жизнью... К тому же, образование там дают очень хорошее, не хуже университетского, - протяжно вздохнула она.

- А, знаешь, что, сестренка. Хоб с ним, с этим балом. Уж так и быть, опозорюсь на нем одна. А вот в столицу мы с тобой вместе махнем. Я попрошу Сима, чтобы он нас сводил в этот их кадетский корпус и все сам показал. А еще ты с Тусьей поговоришь. Уж она-то тебе лучше других расскажет про эту контору. А вот только потом вы с Олесом и будете решать, отдавать туда наше драгоценное чадо или нет. Договорились? - толкнула я Натэю плечом.

- Договорились, - сделала она тоже самое и обняла меня за плечи. - Сим сегодня к нам заскакивал. Правда, как только узнал, что у нас твой мужчина, тут же обратно засобирался... А еще он про Веронику сказал...

- Да... Не хорошо как-то получилось с баронессой, - закусила я губу. - Попала она вчера под мой "тяжелый взгляд". Еще Владимира с собой притащила. Хоть извиняйся теперь перед ними обоими... А что Сим про нее сказал?

- Сказал, что она очень переживает из-за всего этого... недопонимания с твоей стороны. Но, видимо, сюда теперь сунуться побоится, - усмехнулась Натэя. - Второе, это уже лично мой вывод. А извиниться перед ней, я думаю, надо, сестренка. Ты бы видела ее глаза тогда. И как они только на лице ее уместились? Что же касается этого мальчика, то он, я думаю, и так все уже понял, когда Борамира увидел. По крайней мере, когда я вниз спустилась, он еще в прихожей торчал, в отличие от баронессы. И сам передо мной извинился за свой несвоевременный визит... Хороший мальчик. Жалко его.

- Жалко? Так может, ТЫ его усыновишь, раз Борамир отказался? - удивленно уставилась я на сестру. - А что? Ты его будешь чаем своим с мятой поить, а он тебе за это об алантах лекции читать станет.

- Ой, да ладно тебе, - отмахнулась от меня Натэя. - А еще он, когда я его провожала вчера, вздохнул так тяжело и сказал: "Жаль, что у моей Бенедикты совсем другой Грэй".

- А это еще кто такие?

- Бенедикта и Грэй? Герои одной очень старой истории о любви аланта и человека. То ли легенда, то ли быль. Я теперь и не вспомню. Мне папа в детстве про них рассказывал... на ночь, вместо сказки... Слушай, - неожиданно встрепенулась сестра. - А ведь уже, действительно, ночь на дворе. Пойдем ка в дом, Ветвяна. Теперь моя очередь сыну сказки на ночь рассказывать...

Ну что ж, у каждого свои сказки. Да их не только детям и не только на ночь рассказывают. Мне вот, прямо среди белого дня, пришлось выслушать свою, ну о-очень похожую на быль...

- Ну и вот... - нервно крутя в руках свою полупрозрачную накидку от такого же полупрозрачного пеньюара, продолжила баронесса Тумбаль-Гонз. - Я, когда тебя увидела и его, графа Ракницкого, и вы оба были в та-аком состоянии, - на миг замерла она, а потом, вдруг, передернула своими пухлыми плечиками.

- Вероника, я ведь перед тобой уже извинилась, - многострадально закатила я к ее лепному потолку глаза, а потом решила, все-таки, уточнить. - за Борамира.

- Ага... - настороженно застыла она. - Это ты мне сейчас про Симаргла так тонко намекаешь, раз у нас с тобой такой серьезный разговор?

- Вы весьма догадливы, Ваше вдовствующее сиятельство, - оскалилась я в ответ. - Про него самого.

- Ве-вета, - на всякий случай вновь начала заикаться Вероника. - Это, как-то, само собой все вышло. Он у меня начал настойчиво дознаваться, по какому поводу мы тогда все вместе ревели. Ну, я и сказала... И то не сразу.

- Наверное, только после пыток, - сочувственно вздохнула я.

- Нет. До пыток дело не дошло. По пыткам ты у нас специалист, - неожиданно огрызнулась баронесса. - Но, я ведь только ему и сказала. В столовой тогда были только я и... - пораженно открыла она рот и уставилась на меня.

- Что, и?

- Ве-вета, если я тебе скажу, ты меня точно... сдуешь своими страшными глазищами, - испуганно проблеяла Вероника.

- Вот, если ты мне не скажешь, тогда я тебя сдую и, причем до моря Радуг, - пошла я на открытую угрозу. - Говори, давай, кто с вами еще трапезничал?

- Так в том то и дело, что никто. Но, я только сейчас внезапно вспомнила, что прислуживала нам в тот день за столом моя горничная, Миана... А она племянница домоправительницы Перепелкиных. Ее мне супруга графа и пристроила, - захлопнула Вероника свой аристократический рот.

- Что и требовалось доказать, - победно всплеснула я руками, чем заставила даму вжаться в кресло. - Ну и теперь скажите мне, Ваше сиятельство, за что же я перед вами извинялась? - не выдержав, засмеялась я.

- Вета, да я ее... это Кёртово отродье... - начала, было, Вероника, а потом принялась нервно мне подхихикивать.

- А, знаешь, что? - оборвала я ее "переливы" на самой высокой ноте.

- Что? - явила собой баронесса одно большое ухо в малиновом пеньюаре.

- Ты мне, как-то свою волшебную портниху обещала. Так вот сейчас самое время явить ее пред... - задумалась я над концовкой своего оборота, а, потом плюнула. - В общем, мне тоже придется тащиться переться на этот столичный бал, а платья у меня нет.

- Тащиться? - с крайним осуждением переспросила баронесса. - Это же честь, Вета. День рождения короля, такое важное событие. Причем, уникальное в своем роде, проникнутое духом единства и равноправия всех ладменских граждан, - с блеском процитировала она "анонс мероприятия" из лощеного листочка.

- И в чем же выражается это единство и... равноправие? - гораздо хуже справилась я с аналогичной задачей.

- Да просто демонстрировать там то, что ты маг или алант считается дурным тоном. Этим и отличается... Так тебе портниха моя нужна? - вспомнила, наконец, Вероника. - А ткань ты себе уже выбрала?

- Неа, - проникнувшись всеми духами сразу, стыдливо призналась я. - Придется в Либряну смотаться.

- В Либряну? - подпрыгнула Вероника из своего кресла. - Слушай... Я тебе сейчас кое-что покажу... - и унеслась из комнаты, щелкая по пяткам своими кокетливыми домашними туфлями. А вернулась уже с куском ткани наперевес. - Вот. Мне она не подошла. Слишком... серой показалась, а досталась по большому случаю прямо из Эйфу. Настоящая тафта. Да еще и сжатая... Как тебе?

- Очень красиво, Вероника, - совершенно искренне выдохнула я и провела рукой по серебристо-стальной рельефной поверхности. - Мне нравится. Тем более, что и туфли подходящего цвета у меня уже есть... Сколько ты за нее отдала? - оторвала я взгляд от воздушной материи.

- Да нисколько, - как-то уж очень стыдливо потупилась она. - Так что, считай, это тебе мой подарок к балу. А портниху я к тебе завтра же отошлю, сразу после моей последней примерки... Надеюсь, тогда ты меня простишь?

- Аланты за кусок тряпки не продаются, - гордо заявила я и чмокнула Веронику в щеку. - Спасибо... Да я тебя уже давно простила...

А вот на вопрос: "Можно ли научиться сносно танцевать вальс за десять дней?", я ответила себе, и, причем через более короткий промежуток времени: "Можно, и не только вальс. При условии, что балетмейстером у вас рыцарь Прокурата с замашками членовредителя". Потому что, если и были у них в кадетском корпусе обязательные танцы, то своей "коряжной грацией" сей муж поставил под сомнение всю образовательную систему этой уважаемой конторы. Но, как бы там ни было, задачу свою Сим все же выполнил. Причем, у меня сложилось впечатление, что осваивали мы данный вид искусства с ним одновременно, под "и... раз, два, три" откровенно зевающего Танасика. Да и мне самой, честно говоря, ко дню нашего отбытия в столицу вся эта "предбальная" суетня уже порядком надоела. А в глазах Сима я и вовсе читала жгучее желание свернуть под эти "раз, два, три" куда-нибудь в район Склочных болот. Ну, ничего. Скоро он от меня совершенно избавится... Только уж никак не завтра, потому что...

Куполград накануне дня рождения Его Королевского Величества жил... по-разному. И, если обычные горожане проводили этот день, как и любую свою субботу первой декады сентября, то ладменская элита в предвкушении грядущего бала трудилась, аки пчелка, заполняя своими досточтимыми персонами лучшие гостиницы, парикмахерские салоны и самые пафосные модные магазины. Мы же втроем в это время оживленно перепирались прямо напротив еще тихого в сентябре кадетского корпуса Прокурата:

- Ой, да ладно вам, - обиженно закусила губу моя сестра. - Я сама с ним похожу. А в саквояж ставить его не стала, потому что ты, Сим, когда за нашим багажом в Медянск вернешься, можешь его разбить или повалить на бок... нечаянно. А там ветино бальное платье упаковано.

- Да что уж, я совсем такой... неуклюжий, что ли? - скривился в ответ маг, косясь на меня. - И вообще, о чем спорим то? Давайте, я этот горшок с вареньем сам Тусье закину, - протянул он к предмету нашего спора свои длинные руки.

- А почему именно ты? - сделала я шаг назад, прикрыв одной рукой "презент из провинции". - Я и сама могу его закинуть. Заодно и с Тусьей поздороваюсь... очень быстро.

- Знаю я, как это "быстро", - продолжил свое наступление Сим.

- Знаю я, какой ты "уклюжий", - парировала ему я, слегка удивившись такой странной настойчивости. - А вы можете пока просто так пообщаться. Наверняка, у Натэи к тебе много вопросов есть про твой Прокурат.

- Вета... - предпринял еще одну попытку забрать у меня горшок маг, отчего еще больше придал мне решимости.

- Ты какой-то странный сегодня, Сим. Вон там скамеечка стоит, в скверике. Посидите пока на ней, расслабьтесь.

- А мне-то с чего расслабляться? - подала голос автор вишневого варенья, тоже слегка озадаченная нашим диалогом.

- А ты на Сима... подуй... Я скоро вернусь, - и быстро нырнула под нарисовавшуюся арку, ведущую прямо на крыльцо Глеба и Тусьи.

Но и здесь странности не закончились, представ передо мной в лице растерянной хозяйки дома:

- Вета? - произнесла она с такой интонацией, будто увидела вместо меня службу по дезинфекции. - А ты откуда... так рано? Что-то случилось?

- И тебе здравствуй, подруга, - озадаченно произнесла я. - Я по дороге заскочила подарок моей сестры тебе отдать... Может, у ВАС что-то случилось, Тусья? - заинтересованно заглянула я поверх нее вглубь дома.

- Да все отлично у нас, - в ответ суетливо выскочила она на крыльцо. - Так ты прямо сейчас уже обратно? Тебя Натэя и братец мой ждут?

- Ждут... Только, я сначала... попить хотела. Неужели ты меня не напоишь на дорожку? - с вызовом посмотрела я на нее и всучила несчастный горшок. - Ну?..

- Что ж... Заходи, - обреченно распахнула передо мной дверь подруга и первой направилась по коридору на кухню. - Только, Вета, у нас... гость.

- Кто у вас? - не расслышала я магичку, а потом и сама его увидела... этого гостя. - ... Борамир? А ты как здесь оказался? Ты меня ждешь или...

- Здравствуй, Вета, - растерянно подскочил с дивана мой мужчина и замер с открытым ртом.

- А, знаете, что, - обвела я глазами их всех, включая щурящегося на меня из кресла Глеба с Матвеем на руках. - артисты театра пантомимы... А особенно вы, Ваше сиятельство... Уж могли бы сыграть и получше. Тем более, версию я вам сама уже подсказала. Или встретиться для обмена информацией где-нибудь на нейтральной территории. Неужели, такая мысль ни одному из вас в голову не пришла?

- Вета, причем здесь... - решил вступиться за свою сценическую несостоятельность Борамир, но, бросив взгляд на спящего младенца, потащил меня вон из комнаты. - Причем здесь обмен информацией?.. Ну, а, если даже и так? Они ведь твои друзья и знают обо всем, что с тобой происходит. А значит, об этом должен знать и я... Я ведь тебя предупреждал, что так и будет. Тем более, сейчас, когда ты ждешь ребенка.

- Что значит, так и будет? За моей спиной, значит? И давно вы так общаетесь?.. - внезапно замолчала я, припомнив брошенную как-то Тусьей фразу о частых появлениях Борамира в столице. - Видимо, давно и, видимо, часто.

- Ну и чего ты так злишься? - попытался обнять меня мужчина. - Ведь ничего дурного ни Глеб ни Тусья о тебе сказать все равно не могут. Ты для них обоих уже как член семьи. Тем более, после рождения Матвея.

- Ты и об этом знаешь? - строптиво уперлась я лбом в его грудь. - Но, почему ты мне не сказал, что бываешь в этом доме? Почему?

- Почему не сказал? - тяжело вздохнул Борамир. - Да чтобы избежать вот такой ситуации.

- А, знаешь, что я думаю, любимый, - обиженно уставилась я на него снизу вверх. - Ты меня или сейчас обманываешь, или принимаешь за откровенную психопатку. И я даже не знаю, какой из этих вариантов для меня обиднее... Ну, что ты молчишь?.. - выжидающе закусила я губу, но ответа от Борамира так и не дождалась...

Нет, он явно намеревался это сделать и даже рот для этой цели открыл, но внимание наше, секундой позже, отвлекла Тусья, которая пулей вылетела в прихожую и задрала вверх голову:

- Вадома! Спуститесь быстрее вниз, заберите у Глеба ребенка!

- Подруга, ты что так блажишь?

- Почему блажу? - заполошно взглянула она на меня. - У нас охранка сработала... на намерения. Так что, сдвиньтесь в сторону лестницы, - а потом выдохнула, как после рюмки водки и смело шагнула к двери.

- Тусья, - еще успел окликнуть ее опомнившийся Борамир, - Погодите, я сам, - но, магичка уже провернула в замке ключ...

Чтобы еще несколькими секундами позже явить перед нами даму с портрета в картинном зале Озерного замка:

- Ну-у, я так и знала, Гужеслав, что мы не ошиблись и это тот самый... дом свиданий, - брезгливо скривила рот супруга Графа Ракницкого и перешагнула порог. - А вот и мой муж... А это, судя по описаниям нашей прислуги и есть, госпожа Полунич, - произнесла она таким тоном, будто тусьину рюмку водки закусывала сейчас лимоном.

- Добрый день, - возник следом за дамой ее худощавый брат. - Извините за внезапный визит, - насмешливо скривился он, убирая с глаз длинные темные волосы. - Но, когда моя сестра чего-то хочет, она этого добивается, - изучающе взглянул он на меня и вполне дружелюбно улыбнулся. - Рад нашей встрече, госпожа Полунич.

- Гужеслав, - вмиг перекрыл меня собой Борамир. - Почему вы не дождались меня в гостинице, как и договаривались?

- А зачем нам тебя ждать? - заявила вместо него Мокея. - Ведь в столице столько интересных мест, которые стоит посмотреть. Вот взять хоть этот дом, например, - обвела она глазами тусьину прихожую, а потом снизошла и до самой ее хозяйки. - Кстати, Борамир, а почему ты нас не познакомишь... со всеми? Хотя, одну то из вас я уж точно знаю, - вернулась она ко мне взглядом. - И она никак не...

- Мокея, - глухо произнес Борамир, - давай вернемся в гостиницу и там с тобой все выясним.

- А почему бы не выяснить все прямо здесь? - попыталась обойти его сбоку дама. - Здесь же все, насколько я поняла, свои? Одна большая семья. Не сказать, чтобы дружная, но вы уж сами виноваты, девушка, раз все время в нее лезете...

- Послушайте, Ваше сиятельство, - выступила вперед, молчавшая до сей поры Тусья, - Я с большим почтением отношусь к вашему супругу, но не позволю в моем доме неуважительно высказываться в адрес, как вы правильно заметили, члена моей семьи. Так что, будьте так любезны, либо смените тон, либо... - выразительно взглянула она на распахнутую до сих пор дверь.

- Ну, надо же! - удивленно скривилась Мокея. - Ты посмотри, Гужеслав, какие у нее заступники. Даже самой ничего объяснять не нужно. За нее все скажут другие.

- А каких вы объяснений от меня ждете? - решила я, все-таки, вступить с соперницей в диалог. - Если покаяний, то...

- Вета, - решительно оттеснил меня в сторону лестницы Борамир, - Я тебя очень прошу, ничего не надо... Тусья, Глеб, извините за эту сцену и... мы сейчас уйдем.

- Конечно, мы сейчас уйдем, - поддержала его тут же супруга. - Только, сначала я предупрежу вот эту... - ткнула она пальцем в мою сторону. - чтобы она впредь поостереглась даже близко...

- Мокея! - возмущенно взревел Борамир. - Прекрати немедленно! Гужеслав, уводи свою сестру! - а потом развернулся ко мне. - Прости за все это... - и вышел последним, закрыв за остальными дверь...

- Да-а... - бухнулась я на ближайшую ступеньку. - Такого я еще в своей жизни ни разу не испытывала.

- Вот видишь, - подсела рядом ошеломленная не меньше моего подруга. - А то: "Пострадавшая сторона. Пострадавшая сторона"... Глеб, ты-то что молчишь? Как там, кстати, Матвей, не проснулся?.. Да и где, вообще, Вадома?

- Вадома? - спохватился замерший в дверях гостиной некромант. - Она сначала стояла наверху и слушала вас, а потом... Потом, я, как-то выпустил ее из виду. Наверное, в комнату вернулась.

- Ну и дела, - подорвалась вверх по ступеням магичка. - Гляну, что с ней.

- Ой, а меня ведь Натэя с Симом ждут, - в свою очередь опомнилась я и припустила вон из дома...

И нашла я их, естественно, там, где оставила. Как и положено, сидящих на скамейке в скверике напротив кадетского корпуса. Только, каких-то притихших и крайне задумчивых. А потом и сама добавила "настроения", поведав о причине своей чрезмерной задержки. Сим слушал мой пересказ в лицах и лишь все больше и больше хмурился. Натэя же, напротив, подхихикивала, периодически отпуская емкие комментарии. Но, как бы там ни было, запланированную экскурсию мы решили отложить на завтра, правда, уже без моего неоценимого в ней участия...

Хотя, зря мы так торопились вернуться, потому что дома нас ждало очередное потрясение:

- Вадома пропала, - всхлипывая, прижалась ко мне Тусья, которую я, честно говоря, видела в таком вот "плачевном" состоянии впервые.

- Как пропала? Когда? - протиснулся между нами и Натэей, подоспевший следом рыцарь, но обратился исключительно к торчащему здесь же, в прихожей, некроманту.

- Прямо из комнаты наверху. Тусья туда поднялась, сразу после того, как посетители ушли, а там уже пусто.

- И что, такое возможно? - с сомнением произнесла я, гладя подругу по плечу. - Она же, вроде как, человек.

- Это фифика то "вроде как человек"? - вновь утер мне нос некромант. - К сожалению, возможно, Вета... Послушай, Сим. А на ней метки вашей нет?

- Метки?.. А должна быть метка. Она ведь, когда от табора своего отбилась, должна была попасть под общее поле действия... Так, сестрица, - решительно развернулся он к нам. - Хватит рыдать. Мы ее попробуем своим способом найти. Только меня сейчас немного другой момент волнует - почему она это сделала? Может, какие-нибудь предположения есть? - с надеждой оглянулся он на Глеба.

- Предположение у меня одно, - почесал у себя за ухом некромант. - Но, его еще надо проверить. А если, вкратце, то что-то ее очень сильно испугало.

- Ага, - осуждающе покачала я головой, видя такую явную несправедливость. - Или кто-то... А я что вам говорила, еще в Медянске про род Молдов из Джингара? Только вы меня тогда не слушали. А теперь вот ищите ее, фифику Вадому, умники... А мы, девочки, на кухню. Пить чай с мятой и успокаиваться, Тусья... Успокаиваться...

Успокоиться получилось не сразу, а только после того, как за дело взялась моя более подкованная в житейских вопросах сестра. Хотя я думаю, Тусье, в конце концов, самой стало стыдно за нахлынувшую из-за исчезновения ее "чудо - няньки" панику. Глеб же и Сим, вскоре разбежались из дому каждый по своей "ниточке". И мы сильно надеялись на удачу, как минимум, одного из них, коротая вечер, да и начало ночи анализом дня минувшего. И лично меня, больше остальных волновал один единственный вопрос:

- Слушай, Тусья, - наблюдая со своего угла кровати за тем, как магичка кормит грудью сына, шепотом спросила я. - Я лишь совсем приблизительно себе представляю, что значит: "Охранка сработала на намерения". У нас в доме совсем другой принцип.

- "Свой - чужой", - догадливо качнула хвостом подруга. - Понимаете... Я еще с детства поняла, что самое главное - это защита дома. Поэтому первое, что сделала, когда сюда попала - установила свою. Тогда, правда, еще смешную совсем... И как только солнце мое вообще позволил мне так рисковать нашими жизнями? Помню, один раз за ним с городского кладбища неупокойник один резвый увязался. Так он прямиком через мою сетку к нам в прихожую и вломился, - усмехнулась она. - У Сима это был его первый настоящий бой... А у меня - первое позорище. Но, я с каждым годом свою охранку стала все усложнять и усложнять и в конце концов, довела ее почти до совершенства, полностью подвязав на себя, - скромно заявила она. - А что касается дня сегодняшнего... Просто, у меня сигналов колокольчика на распознавания намерений гостей три: все спокойно, прямая угроза (это, когда для хозяев дома) и тот, что сработал сегодня, косвенная угроза. Поэтому я и велела вам отойти подальше.

- И почему именно нам?

- Да потому что в этом случае намерения эти касались не самих хозяев, то есть меня, Глеба или Матвея, а тех, кто кроме нас находится в доме. А кроме вас с Его сиятельством тогда больше никого и не было. Разве что Вадома, - тяжко вздохнула Тусья. - Но, этот вариант еще совсем непроверенный.

- Погоди, Тусья, - оторвала голову от подушки Натэя. - То есть получается, что эти двое чем-то опасны либо Ветвяне, либо Борамиру? В этом заключаются их намерения?

- Получается, так... - впала в задумчивость магичка. - Только вот, даже дурные намерения бывают разные. Например, кто-то кого-то хочет убить. Это, конечно, дурное намерение. Или кто-то кого-то просто ненавидит и желает ему поскорее самому... убиться. И это тоже дурное намерение... Да, есть еще над чем поработать ...

- Так ты давай тогда, подруга, работай, - ободряюще похлопала я ее по ноге. - А как закончишь, мы Мокею на дамское чаепитие пригласим, для уже полного раскрытия ее коварных планов.

- А мне вот очень интересно, Вета, - скептически скривилась она в ответ. - С чего у тебя такая уверенность, что опасность для тебя или твоего мужчины именно она представляет, а не ее брат - кукловод? Ты разве не видела, как он ей... дирижировал?.. Хотя, тебя же все время Его сиятельство собой перекрывал. Могла и не заметить, - с сожалением покачала она головой...

- Бедный Борамир, - вздохнула моя сестра, переключив, наконец, свою сердобольность с младшего Перепелкина на моего любимого мужчину... Ну, хоть это радует в нашей то ситуации...

Первое, что я увидела утром дня сегодняшнего, был наш объемный дорожный саквояж. На диванчике с гостеприимно распахнутой "пастью". Значит, Сим, все-таки забрал его из Медянска... А Натэя, чье присутствие рядом со мной на постельке явно отсутствовало, уже привела в должное состояние мое платье. Его я заметила немного позже, закрепленное плечиками на дверце плательного шкафа... Мое первое бальное платье...

- Тоже мне, Золушка великовозрастная, - свесила я ноги с кровати. - Ох, и опозорюсь же я сегодня...

С этим "оптимистичным" настроем я и пришлепала вниз на кухню, где уже вовсю кипела жизнь. Правда, наш женский коллектив по прежнему "разбавлял" собой лишь маленький некромант, дремлющий сейчас возле материнской груди. Зато, имелись новости от его папочки, за полчаса до моего пробуждения заскочившего к нам перекусить:

- Так что теперь, вам ее совсем не отдадут из этого табора? - вдыхая вишневое варенье сестры, выложенное в розетку, спросила я молодую мамашу.

- Как это, не отдадут? - выпалила та. - Глеб сказал, что сделает для этого все возможное. Только... барон их против. Говорит, что раз мы не в состоянии оградить нашу фифику от разных... потрясений, то они сами это сделают.

- Чтобы оградить кого-то от чего-то, надо сначала это что-то точно знать, - глубокомысленно изрекла я и запустила ложку в розетку.

- Так Глеб им это же и сказал, - выкатила глаза магичка, а потом замерла. - ... или, примерно это... И вообще, от каких потрясений мы должны были защитить Вадому, если она сама про себя все скрывала?

- Значит, наш психоаналитик так ничего от нее и не добился? - не замедлила я пройтись по авторитету некроманта.

- Получается, так... А ты что такая злая проснулась? - сузила на меня глаза подруга.

- Я то?.. - внимательно посмотрела я на Тусью. - Да так, вспомнилось кое-что... Скажи-ка мне, а на кого Глеб непосредственно работает?

- Глеб? На Главного канцлера он работает и подчиняется только ему... А почему ты интересуешься?.. Ой, Вета, ты про вчерашнее вспомнила, - нервно хихикнула магичка. - Да... Я, конечно, виновата, что ничего тебе не рассказывала про визиты к нам Его сиятельства, но, меня об этом Глеб попросил. И вообще, я даже не знаю, о чем они с ним беседовали. Уж наверняка, не о том, как тебе жизнь испортить. Так нечего и дуться, когда твои близкие о тебе переживают.

- Интересная версия событий, - оторвалась я, наконец, от пустой емкости. - А скажи мне, тебе бы такое понравилось? Когда за твоей спиной твои близкие о тебе... переживают?

- А знаешь, - возмущенно открыла магичка рот. - Мне даже известен аналогичный случай из жизни одной девушки - аланта, правда, не очень... разумного. Так она однажды именно так и поступила со своим мужчиной, когда тоже о нем переживала. И более того, я уверена, что она об этом до сих пор не жалеет, - тряхнула она вместо точки своим хвостом. - И вообще... Хватит, Вета на эту тему перепираться. Не о том ты сейчас должна думать.

- Действительно, вошла в кухню моя вернувшаяся с веранды сестра. - Давай-ка лучше займемся твоими приготовлениями к балу. Ты с прической своей что решила? Мне кажется, надо попробовать твои кудри распрямить и наверх поднять. А то с такой шевелюрой как-то... несерьезно в королевский дворец тащиться...

Бал... Вот о чем должен неотрывно думать каждый туда приглашенный. Только бал... А если у приглашенного не хватает на это собственного ума, то обязательно должны быть сильно ответственные помощницы...

- Ну, вот примерно так, - отошли мои "птички" в сторону, любуясь на предмет своих совместных парикмахерских стараний.

"Предмет" же сам взирал на свое зеркальное отражение в тщетных попытках найти хоть какое-то сходство с "оригиналом". Увы, кроме прежнего цвета волос таковых больше не осталось:

- Да... Совсем я расслабилась на местных просторах. А, стоит нарисовать себе лицо и сотворить на голове нечто элегантное, как совершенно другая женщина отражается. Девушки, огромное вам спасибо, - развернулась я перед зеркалом, вывернув шею, кажущуюся с забранными в низкий пучок локонами особенно длинной. - А спина у меня не слишком... голая?

- Нет, - ехидно скривилась Тусья. - Всего-то до талии. А, вот, если бы такая красота была спереди...

Однако спереди у меня все было вполне пристойно. Длинное облегающее платье из серебристо стальной тафты с горловиной под горло и без рукавов неожиданно радовало глаз совсем с другого ракурса - со спины. Где обрамленный воланами, торчащими, как узкие крылья, глубокий вырез соперничал за внимание с клином - годе, очень напоминающим шлейф. Вот такой вот альтернативный вариант традиционным декольте ладменских модниц. Совсем кстати здесь оказались и наши фамильные с бабушкой серебряные украшения - браслет из скрученных тонких прутьев и длинные серьги к нему, купленные мной еще в Тюмени за геометрически ломаные линии. В результате же из зеркала на меня сейчас удивленно взирал местный вариант космической принцессы Леи, только раза в полтора длиннее и гораздо пышнее в области бюста (это сейчас опять был "посыл" к капитану Соло, что ли?)...

Оценил "гостью из будущего" и рыцарь, поджидающий мою сестру для повторной экскурсионной попытки. Но, то ли настроение у него было не лирическое, то ли воспоминания не те выбрал, сделать на бис несколько вальсовых туров Сим со мной категорически отказался. Правда, еще до того, как я мстительно развернулась к нему голой спиной. А поздно. Девушка обиделась. Девушку в таком вот виде сильно подмывало или произнести что-то, вроде: "Какие погоды нынче замечательные стоят, а не слетать ли нам до Луны и обратно?", или просто на все наплевать и махнуть в Медянск... Потому что девушка откровенно трусила. И даже сказанное им, уже у подножки коляски: "Уверен, ты сегодня будешь на этом балу самой красивой и самой желанной. Поэтому графу твоему я не завидую", - храбрости мне ничуть не прибавило...

- Ну что, - игриво подмигнула ему, полная радостных предвкушений Вероника, заехавшая за мной по дороге из гостиницы. - Покажем этим столичным нахалкам, что такое провинциальный шик? - и поправила едва удерживаемую бархатным платьем грудь.

- Да уж, - скорбно скривилась я в ответ. - Нам с тобой сегодня действительно, есть, что показать. И я сильно надеюсь, что это будет не цирк...

- Не что это будет? - переспросила она меня, когда коляска уже тронулась с места. - Да ты не переживай так. Хотя, я, когда впервые на балу была, для храбрости... Ну, в общем, будешь? - высунула она из своего бального ридикюля горлышко фляжки. - Ах, да. Тебе же нельзя... Ну, тогда, слушай меня внимательно. Есть два правила на первые два часа: меньше говори и больше улыбайся. А дальше, всем уже будет глубоко наплевать, какую чушь ты несешь. Потому что они будут делать тоже самое.

- Ага... - сосредоточенно закусив губу, провела я параллель между королевским балом и обычным корпоративом... Вот именно после этого мне уже стало немного спокойнее...

В дальнейшем же у меня просто не осталось выбора, как полностью положиться на светский опыт моей аристократической спутницы, без умолку всю дорогу рассказывающей мне о порядке подобного мероприятия. Да так подробно и с такими выразительными примерами из собственной жизни, что я просто рот не успевала открывать для каких-нибудь вопросов по существу. А когда мы прибыли на место назначения, она как раз добралась до основной своей морали:

- В общем, есть три основных танца и главное, станцевать первый из них - вальс. Он открывает бал и для всех обязателен. В середине идет падеспань. Здесь надо с умом выбрать партнера. Потому что он потом ведет тебя к столу на ужин и может сильно помешать твоим дальнейшим планам, а последний... Это уж по желанию. До него еще дожить надо.

- Дожить? - смогла-таки я вклиниться в ее беспрерывную болтовню. - А что, бывали случаи смертельного исхода?

- Чего? - очумело уставилась на меня Вероника. - Бывают случаи "исхода" совсем в другие... комнаты для совсем других занятий... Это я про свой прошлый опыт, - тут же внесла она поправочку. - Ты же меня понимаешь? А сейчас, улыбайся, Вета, улыбайся. Мы уже приехали...

В эту часть столицы, отделенную от остального города искусственным каналом, я попала впервые. Но, нисколько об этом не жалела. По крайней мере, до дня сегодняшнего, пока, на негнущихся от волнения ногах и с дурацкой улыбкой через все лицо не вошла вовнутрь резиденции местных монархов. И если Куполград представлялся мне "сошедшей с ума старухой", то здешние апартаменты являли собой классический образец классической же архитектуры. Прямо глаз на них отдыхал и тихо радовался, навевая мысли о вечных ценностях обоих моих миров. Тут вам и милые сердцу колонны и аккуратно подстриженные парковые кусты и десятки метров совершеннейших скульптур... Правда, на поверку оказавшихся памятниками коронованным предшественникам Василия Третьего. Ну что ж, зато народ знает всех своих героев в лицо... да и ниже пояса тоже... Но, это же классицизм...

- Вета, ты почему отстала? - оторвала меня Вероника от созерцания почти идеальных пропорций Аезона Первого, заказчика метронома у моего странноватого предка. - Да... Красивый был... мужчина, - а потом спохватилась. - Пошли, внутри тоже будет на что посмотреть. Кстати, про запрет на магию не забыла?..

- Неа, - потрогала я цацку под платьем, перецепленную по такому случаю с кожаного шнурка на серебряную цепочку. - Пошли. Что уж там...

Наверное, баронесса все же имела в виду "на кого посмотреть". Потому что именно в этом я была с ней полностью согласна. Народ прибывал интересный. И полностью мне незнакомый. Хотя, одно родное лицо я все же надеялась здесь увидеть, между этими колоннами и бесконечными зеркалами, полностью закрывшими стены главного зала дворца. Надеялась и боялась. Ведь к нему прилагались еще два, уже совсем не родных и мало приятных: Мокеи и ее худосочного брата.

- Вот смотри, - в очередной раз принялась меня вводить в курс дела Вероника. - В центре зала, где сейчас прогуливается вся публика в ожидании появления Его Величества... Ой, и эта старая коляска здесь, графиня Тибульская, ты погляди... Так вот, здесь и будут танцы. А по бокам, с двух сторон за колоннами вдоль стен... Здрасьте и вам. И ведь не стыдно же ему после... Вета, ты меня слушаешь? Я говорю, там столы стоят для скучающих, или просто болтающих. А оркестр... Ну, ты сама их видишь - у передней стены на стульчиках... Ты куда шею выгнула? Ой... А с кем это он там сидит, Вета? С этим древним алантом?

- Ага, - взволнованно закусила я губу, будто приклеившись взглядом к столу, за которым сейчас так сосредоточенно о чем-то беседовали двое мужчин. Одним из них был Борамир, а другим - тот самый вечно скучающий алант-долгожитель с трубкой в зубах.

И беседа их, по всей видимости, была очень важной. Потому что ее участники были полностью ею поглощены. И лишь однажды Борамир, подняв голову, рассеянно скользнул по залу глазами, зацепив ими и меня... А потом опять вернулся к своему собеседнику... "Ах, вот, значит, как?", - потрясенно мотнула я головой. - "Мне ведь так сейчас нужна твоя поддержка. Хотя бы взглядом, хоть улыбкой... Ну что ж. А мы, значит, даже не знакомы. Спасибо, любимый, за такую поддержку".

- Наверное, он тебя не узнал, - высказала свое робкое предположение баронесса. Но, уж лучше бы она вовсе промолчала.

- Наверное... Пойдем отсюда, Вероника. Ты мне еще не все показала и рассказала, - потащила я ее прочь через весь зал.

- Да все я тебе уже показала, - едва поспевала она за мной. - Постой. Будь здесь, я сейчас вернусь. Мне нужно сговориться насчет вальса. Может и тебе партнера заранее подыскать? А то попадется, какой-нибудь, с кривыми ногами.

- С кривыми ногами? - отстраненно переспросила я. - Не надо мне никого искать. Спасибо, я сама найду, - решительно огляделась я по сторонам, но встретилась взглядом совсем не с тем, с кем хотела всего за минуту до этого. - Начинается, - затравленно сделала я шаг назад, наблюдая, как ко мне, медленно огибая гостей, приближается Гужеслав... И именно поэтому, голосу, раздавшемуся через секунду, обрадовалась, как спасению:

- Добрый вечер, госпожа Вета. Извините, но я не мог к вам не подойти. Таковы правила этикета.

- Здравствуйте, Владимир, - облегченно выдохнула я, заставив его покраснеть быстрее обычного. - Как же я вам... рада, - и метнула глазами в сторону вдруг тормознувшего мужчины. - Вы себе просто не представляете.

- Да. Мне такое, действительно сложно представить, - растерянно улыбнулся он. - И тогда, возможно ли мне выразить вам свое... восхищение?

- Выражайте, Владимир. Так уж и быть.

- Выражаю... Госпожа Вета, вы сегодня восхитительны, как никогда. И похожи сейчас на... огненного ангела. Хотя, я опять сказал глупость. Ведь вы алант, а аланты не верят в Бога. Но, зато, я в него верю. И вы для меня - огненный ангел, - решительно закончил он и поправил свои очки. - И еще, окажите мне удовольствие станцевать с вами ... ва-вальс?

- Хорошо, - удивленно воззрилась я на студента. - Но, только вальс. Потому что другие танцы совсем танцевать не собираюсь.

- Что, и даже падеспань?

- И даже его. Я вообще танцы не очень... люблю, - скромно смягчила я свою почти полную хореографическую непригодность... Хотя, падеспань мы с Симом все же "вымучили".

- А вы знаете, госпожа Вета, - вдруг, обрадовался студент. - Я ведь их тоже не очень... люблю. Да и танцы, честно говоря, на таких вот приемах не главное. Кроме вальса, конечно же. Можно, например, посетить музыкальный салон. Там в течение вечера будет выступать лучший скрипач Бетана, господин Бондини. А еще театральный с комическими номерами. В двух из них даже участвуют студенты из моего университета. А еще есть фуршетный зал.

- Да что вы говорите? - заинтересованно уставилась я на него, припомнив, что моя сегодняшняя патронесса поведала мне лишь о последнем из всего перечисленного... Да и, справедливости ради, я вообще не уверена, что о существовании двух остальных Вероника в курсе. - Значит, скучать, точно не придется.

- А кто это надумал скучать? - подлетела к нам сбоку вышеупомянутая ветреница. - Владимир?.. - взглянула она на студента так, словно он - пятно на ее шикарном бирюзовом платье, а потом склонилась к моему уху. - Я думаю, Вета, это не очень удачная для тебя компания. Если ты, конечно, не решила потрепать нервы, сама знаешь кому.

- Знаешь что, Вероника, - одарила я ее взглядом не хуже. - Отстань от меня со своими назиданиями... Лучше просветите насчет присутствующих, а то я здесь никого не знаю. Да и свечения увидеть нет возможности, - это уже было сказано громко и им обоим.

И дальше все покатилось по уже отработанной на ристалище схеме. С той лишь разницей, что вместо Тусьи сейчас "официальные" характеристики гостей выдавал Владимир Перепелкин. Баронесса же осталась по-прежнему верной своему языку:

- Вы знаете, госпожа Вета, я здесь и сам почти новичок, но точно знаю, что этот бал существенно отличается от других трех, традиционных. Здесь все гораздо... проще. И гости все перемешаны между собой, - вытянув шею в поисках объектов для моего "просвещения", рассуждал студент.

- Ха-а! Обычно-то все только после оглашения и попадают вовнутрь, - добавила от себя Вероника. - У меня каждый раз сердце замирает. Так и боюсь как-нибудь услышать на все собрание: "Дважды вдовствующая баронесса"...

- А, вот, обратите внимание, - осторожно кивнул он в сторону настраивающихся на игру музыкантов. - Его сиятельство, граф Дивич. Седовласый мужчина в костюме цвета своего синего фамильного герба. У него в Ладмении самые неспокойные земли. Правда, и самые красивые.

- Склочные болота и Лазурный лес, - хихикнула баронесса. - На одном он себе неплохие прибыли делает, а другие эти прибыли обычно сжирают. И ты посмотри. Никак он опять две мазурки для падчерицы заказывает? Жена то его уже давно со своими скрипучими подружками в фуршетном зале обосновалась. А этому все не сидится...

- Погодите, - теперь подала голос и я, внимательно наблюдая за очень колоритной прогуливающейся парой: коротышкой в традиционном восточном костюме, правда надетым под классический мужской пиджак и его миниатюрной дамой, спрявшей свое лицо за полупрозрачной накидкой, оставляющей на обозрение лишь глаза. - А вот это кто такие?

- Кто такие?.. - задумался на секунду студент. - По всей видимости, наше новое дипломатическое приобретение - посол Джингара со своей... спутницей. Я, честно говоря, не совсем ориентируюсь в современной политике. Но, если это действительно так, то их Диван очень постарался.

- Ну и хвала их джингарским богам, - ехидно сощурилась баронесса. - Значит, теперь к нам снова повезут серебро и парчу. А то эти черные перекупщики такие цены загибают...

Вероника еще что-то лепетала о трудной доле модницы в период экономической блокады, но, я ее слушала плохо, все свое внимание переключив на проходящую мимо нас пару. Что-то странное было в ней. То ли мужчина в своем нелепом "прикиде" явно не соответствовал моим представлениям о Востоке, то ли его спутница... Уж больно свободно она держалась рядом со своим "хозяином". И глаза ее... Они будто искали кого-то. Большие глаза красивого оливкового цвета...

- Привидится же такое.

- Вета, ты о чем?

- Да так... Когда же нам ждать главное действующее лицо?

- А уже не надо ждать, - радостно расплылся Владимир, показывая нам на вход в зал из личных королевских покоев. - Будьте внимательны, госпожа Вета. Сейчас появится Его Вели...

Последние слова студента нам перекрыл вступивший через мгновение оркестр, огласив высокие своды чем-то смутно напоминающим "Туш". А затем всем присутствующим, волной отхлынувшим с центра зала, явился и сам виновник торжества - Василий Третий, правящий монарх Ладмении... Василий Третий... Честно говоря, первое, что мне пришло в голову, увидев его, так это несчастная физиономия того героического скульптора, что будет когда-нибудь ваять с нынешнего короля пополнение в галерею венценосных скульптур. Потому что подогнать фигуру оригинала под требуемые идеальные параметры будет, ну очень не просто... Хотя, в целом, впечатление от стремительно влетевшего в зал мужчины у меня сложилось приятное. Мало того, он мне даже напомнил одного из актеров, лично мной уважаемого, Михаила Ефремова, который вечно играл алкоголиков - оптимистов. Вот и Василий Третий, на мой взгляд, тоже не чурался приятных возлияний... Или я совсем не разбираюсь в люд... в... В общем, в чужих пороках.

- Дорогие мои! - раскинув руки, душевно оглядел он притихших гостей. - Как же я рад видеть вас здесь, у себя в гостях, на моем дне рождения! И сегодня я не ваш король и вы не мои подданные. Мы все равны!.. - вдруг замолчал он, а потом развернулся к одному из мужчин, стоящих неподалеку. - Однако, господин Главный канцлер, сей факт не освобождает вас от вашего ежедневного отчета, - в этом месте, по-видимому, должен был последовать ответный смех слушателей, и король его терпеливо дождался, а затем продолжил. - Так давайте же веселиться вместе, дорогие мои! И те, кто уже не первый раз со мной отсчитывают годы и те, кто впервые разделил нашу общую радость...

Вот после этих слов мы и встретились, наконец, глазами с тем, кто до этого дня делил со мной все мои радости... А потом он мне, все-таки, улыбнулся...

"Поздно, любимый. Слишком поздно. Девушка обиделась. Девушка ждала этой драгоценной улыбки гораздо раньше", - храбро скосила я глаза в пол...

- ... и моя венценосная супруга! - пробились ко мне, сквозь пелену переполняющих страстей последние слова воодушевленного монарха.

А потом заиграла музыка... И первым в опустевший центр зала вышел Василий Третий со своей, ведомой под руку "венценосной супругой", маленькой симпатичной "пампушкой" в воздушном терракотовом платье... И бал начался... Мало помалу к первой паре государства стали присоединяться другие, заполняя зал шуршанием дамских нарядов и легким перестукиванием каблучков. А о своем обещании я вспомнила лишь тогда, когда меня за руку потянул, вновь налившийся румянцем студент:

- Госпожа Вета, пойдемте, - ободряюще расплылся он мне, сам, наверняка, труся не меньше. - Вы не переживайте, я хорошо танцую. Меня этому учили.

"Его этому учили... Надеюсь, не как меня - десять дней", - по привычке поджала я пальцы в туфлях, становясь в исходную. - "И... раз, два, три"...

Да не может ведь так быть, чтобы первый мой бал был наполнен не музыкой и любовью, а нервным потряхиванием конечностей... "И... раз, два, три"... Я ведь хочу его запомнить. И это мое космическое платье и красивая прическа... Неужели, все зря? Я очень хочу дышать полной грудью и улыбаться от всей души и просто ни о чем не думать, кроме этого танца... "И... раз, два, три"... И того, как летят сейчас все куда-то... А к концу танца я и сама, наконец, "полетела", перестав повторять в голове нужный счет... Да и Владимир, действительно, не подкачал. Его умение оценила и я и мои ни разу не пострадавшие ноги...

Вот только смотреть не надо было туда, где только что стоял Борамир, проводив свою костлявую партнершу на место. Раз уж решила обижаться, значит надо обижаться до конца. Тем более, есть за что...

- Госпожа Вета, я вас не разочаровал?

- Ни сколько, Владимир.

- Ну, тогда, возможно, вы передумаете и станцуете со мной... Я скоро вернусь. Пойду посмотрю, не начался ли концерт скрипача, - мелькнула спина студента, заставив меня недоуменно взирать ему вслед.

- Здравствуй, Вета, - разрешилась сия загадка секундой позже. - Следующим будет англез. Ты окажешь мне честь?

- Нет, - подняла я глаза. - Я больше не буду танцевать.

- Почему? Ты себя плохо чувствуешь?

- Я отлично себя чувствую, Ваше сиятельство. Не стоит из-за меня беспокоиться.

- Та-ак, - скрестил Борамир руки на груди. - Погоди... Тебя кто-то обидел? - склонился он надо мной.

- Да что вы? И откуда такие выводы?

- Вета, тогда я не понимаю... А, ну-ка, пошли со мной, - решительно подхватил он меня под локоть и повел в смежную с главным залом гостиную. Здесь сейчас не было никого, кроме накрывающих на столы слуг. А у меня, все же, хватило ума не вякать хотя бы по дороге сюда. Но, уж потом делать это мне никто не запретил:

- И где вас только манерам то таким учили, в каких благородных школах? - угрюмо глянула я на озадаченного мужчину.

- Вета, да что с тобой такое? Ты можешь мне объяснить?

- Со мной все нормально. Меня вот только твое поведение удивляет. То ты делаешь вид, что мы не знакомы, то таскаешь меня по залу, как... мешок. Уж определись, пожалуйста. А то мне, как-то, боязно. Вдруг, в следующий момент ты вообще скажешь, что я сама на тебя повесилась.

- Это когда я делал вид, что тебя не знаю? - недоверчиво сузил он глаза.

- Вот ничего себе, - удивленно выкатила я свои. - Да когда беседовал за столом с этим алантом.

- Именно там?.. Вета, но я тебя тогда, действительно, не заметил... Прости меня.

- Ну, конечно, - обиженно надула я губы. - Я, значит, красилась и готовилась полдня, а он меня просто не заметил. Наверное, тема была интересная, о смысле жизни, например.

- О смысле жизни? - примирительно усмехнулся Борамир и заправил мою выбившуюся прядь за ухо. - Ты почти угадала... И с моей стороны совсем не допустимо не заметить такую ослепительную красоту. Хотя, для меня ты всегда самая прекрасная женщина на всем свете. Даже, если и ведешь себя, как... неразумный ребенок.

Вот зря он это сказал. Ох, как зря. Я ведь уже почти оттаяла тогда... до этих его последних слов... А потом, очень ярко представила себе картинку: Сидят эти два субъекта - Тусья и мой любимый и рассуждают между собой. И подруга моя говорит: "Она ведь так неразумна. Может выкинуть что-то совсем неразумное в любой момент. Это так неразумно". А Борамир ей отвечает: "Да, да. Конечно. Вы полностью правы. Она настолько неразумна, что мне порой даже самому неразумно рядом с ней находиться. И даже опасно". А тут к ним присоединяется Глеб и доверительно так сообщает: "И ведь, что самое страшное, она даже не знает, что из себя представляет фифика"... Вот так, примерно, я и представила. А потом глубоко вдохнула и произнесла:

- А, знаешь, что. Раз я, действительно неразумна, то пойди тогда туда, где сейчас находятся более достойные тебя дамы. К своей жене, например. Уж она-то разумна до крайности. Не чета мне. Знает, что делать, чтобы добиться своего. А меня оставь в покое.

- Вета... - сдавленно выдохнул Борамир и отпрянул от меня, как от удара.

- И вообще, все меня оставьте в покое. Я и без вашего разума нормально проживу. Ты меня понял? - вперила я в него свой гневный взгляд.

- Я тебя понял, - глухо ответил он и медленно пошел на выход...

"Он меня понял... А сама то я поняла, что только что ему наговорила?.. Кажется, начинаю осознавать", - побрела я вдоль столов, сама не зная куда. А потом вдоль стены, в смежную комнату, идущую параллельно танцевальному залу и дальше... Дальше... По освещенному коридору, заставляя удивленно оглядываться мне вслед стайки дам и одиноких кавалеров. Один даже попытался со мной заговорить, но, за первым же поворотом отстал. Кажется, я и у него спросила: "Действительно, ли я произвожу впечатление неразумной женщины?". И, даже, не дождавшись ответа, могу предположить, каким он был... А остановилась лишь в полутемной галерее, выходящей бесконечным рядом окон в ночной сад. И одно из них было настежь распахнуто сейчас.

Это как раз то, что мне было нужно. Свежий воздух... Вдох... Выдох... И ведь, действительно, если бы я была хоть немного умнее, то разве бы так себя вела? Вдох... Выдох... Бедная моя девочка. И что за мать тебе достанется? Вдох... Выдох...

Постепенно, мысли мои повели меня по уже накатанной за много лет дорожке. Прямиком к неутешительным выводам о полной правоте моих близких. А, хотя, какая мне разница, как они обо мне думают. Ведь они меня любят даже такой... Мы как-то с Юлькой, поздно ночью за столом на ее уютной кухне рассуждали: что более оскорбительно для женщины, услышать, что она дура или, что она уродина? И обе пришли к выводу, что второе равноценно смертельной обиде. А первое можно и пережить... А, нет. Оказывается, что не так-то и просто это сделать... Даже, если ты целиком с этим солидарна...

- Неужели ты плачешь, алант?.. Ну, плачь. Ты это заслужила сполна.

- Мир и тебе, дриада Лулияна... Значит, я не обозналась.

- Мир? - встала она рядом со мной и сдернула накидку с лица. - С тех пор, как я покинула родную рощу нет мне ни мира ни покоя. И все это произошло из-за тебя.

- Лулияна, мне жаль тебя разочаровывать, но тебя и твоих подруг Конт все равно бы лишил крова. Вы для него были лишними свидетелями его планов. Это я точно знаю, хотя источников раскрыть не могу.

- Не можешь, потому что ты врешь мне сейчас. Конт мне обещал, что не сделает этого, если я ему помогу. Иначе, его бы ждала страшная смерть. Это поодиночке мы не опасны, но, если объединяемся... - сжала она свои кулачки. - А теперь я совсем одна. Мои подруги меня не простят и не примут обратно уже никогда. И все из-за тебя.

- А, хочешь, я поговорю с Борамиром? - спросила я дриаду вполне дружелюбно. - Ведь ты защищала свой дом. Тебя можно понять. Я поговорю с ним и, если он тебя простит, то ты сможешь вернуться на свои родные земли. Посадишь там свой дуб.

- Ты думаешь, что все так просто? Я теперь изгой у своего народа. Весть обо мне разнеслась по всей стране. Мне пришлось бежать, я столько страдала... Это тоже самое, что сменить ключевую воду на болотную... - брезгливо передернула она плечиками. - А потом встретила этого... Михдана... И снова страдала... И все из-за твоей глупости.

- И ты туда же?

- Да, ты глупая, хоть и алант. Ты думаешь, что сделала для этого человека хорошо, когда выгнала меня и убила Конта? Ты глубоко ошибаешься. Мы бы его хоть в живых оставили... Я видела сегодня, с кем он говорил. Я знаю этого аланта. Мне про него сам Конт рассказывал, когда ему бывало... скучно. Он много мне про него рассказал и про его сестру.

- Про Гужеслава и Мокею? - резко развернулась я к ней.

- Про них, - мстительно усмехнулась дриада. - Ох, какая же ты глупая. Ведь они все трое с одного болота кочки. Ты только навредила своему человеку. Этот Гужеслав сидел за горами лишь из страха перед Контом. А сейчас он вернулся и закончит то, что начал. Тем более сестра его осталась жива. Глупая, глупая цапля... Но, и я закончу то, ради чего я здесь. Я с тобой рассчитаюсь за все, - медленно достала она из своего потайного кармана узкий кинжал и вынула его из ножен. - Боишься меня? Как ты сейчас без своей алантской силы?

- Я тебя не боюсь, - с удивлением для самой себя осознала я этот факт, но шаг назад, все же сделала. - Потому что уверена, ты умнее меня и не закончишь так бездарно свою жизнь. Подумай сама, Лулияна. Зачем тебе меня убивать? Ведь ты же не убийца. Ты не Конт. Ты дриада. И можно еще все исправить, я уверена. Хочешь, я тебе помогу это сделать, и твои страдания закончатся? Хватит с нас страданий. Пора начинать жить.

- Страдания закончатся? - недоверчиво посмотрела она на меня, а потом скосила глаза на кинжал. - Разве они могут когда-нибудь закончиться для бездомной дриады? - на миг в глазах Лулияны я увидела сомнение, заставившее ее замереть с вытянутой рукой, но последующий крик...

- Вета! Отходи от нее! - развернулась я на него и сначала увидела перекошенное от страха лицо бегущего ко мне Борамира, а уж потом почувствовала жгучую боль под своей левой лопаткой...

"... Ты всегда успевал ко мне, любимый, и лишь сейчас не успел... И только я одна в этом виновата"...

Глава 37

Бенедикта и Грей...

"Да... На гроб это точно не похоже. Слишком высокий. И на склеп тоже. Слишком низкий. Хотя, алантов же после смерти сжигают... После смерти?.. Так. Стоп. Проверить самое главное... Девочка моя... Моя Василиса, привет, доченька и прости меня, свою... неразумную мамашу", - прошептала я, едва шевеля сухими губами, и облегченно вздохнула. - "А-а, теперь я поняла. Это балдахин. Но, совсем не помидорно красный, единственно мне знакомый, а какой-то бежевый с серыми вкраплениями... Да где же я, мать вашу?"

- Вот вы и проснулись, наконец. Доброго дня, Вета, - пожилой мужчина с проседью на висках стоял совсем близко к моему изголовью, придерживая рукой отдернутую занавесь. - Вы позволите мне так вас называть? - слегка улыбнулся он, прищурив свои выпуклые, вечно скучающие глаза.

- Здравствуйте. Конечно... А где ваша трубка? - спросила я не очень умно и сделала попытку сесть. - Ой... Это что?

- Вот-вот, - предостерегающе взмахнул он рукой, увидев мое растерянное лицо. - Головокружение. Оно скоро пройдет, через день или два. Но, пока вам лучше лежать.

- Хорошо, - тут же покорно вернулась я на спину. - Два дня? А сколько я уже здесь? Я ведь у вас?

- Вы у меня уже пятый день.

- Пятый день? - потрясенно закусила я губу. - Ничего себе, какая я... хилая оказалась. Столько времени проваляться.

- Хилая? - вновь улыбнулся алант и отдернул ткань уже полностью, дав мне возможность увидеть кусок спальни с углом мраморного камина и креслом рядом с ним в котором сейчас сидела с книгой в руках красивая брюнетка - пятая жена хозяина дома (надеюсь, память на цифры у меня не отшибло). - Ну, если учесть, - немного гнусавым голосом продолжил тем временем мужчина. - что кинжал, который вам в спину воткнула эта несчастная дриада был смазан самым сильным в мире органическим ядом, а вы на тот момент были совсем лишены своей алантской защиты, то я бы на вашем месте, Вета, сделал совершенно противоположные выводы... Да, кстати, забыл вам представиться. Вы у меня... в гостях уже давно, поэтому мне кажется, мы к этому моменту должны быть знакомы - Конрад Докжански, профессор куполградского университета и, как вы, наверное, уже знаете, ваш самый старый сородич, - едва склонился он в символическом, полном достоинства поклоне.

- Докжански? - нахмурила я лоб в тщетной попытке вспомнить, где же я раньше слышала эту фамилию.

- Докжански... - покачал он головой в ответ на мои старания и скрестил руки на груди. - Да-да. Барна Докжански - моя двоюродная сестра и коллега. Только живет она, по сей день, кстати, лишь благодаря вам, - вновь благородный поклон в мою сторону. - в Бадуке и там же преподает в горном лицее. Вот за свою страсть к красивым камушкам она и поплатилась в Каменном солнце... - нахмурил мужчина брови. - Хотя, мы очень долго думали, что она просто исчезла в одну из своих многочисленных вылазок. Поэтому вовремя и не спохватились... Не смотрите так удивленно, Вета. Наш мир очень тесен. А особенно мир алантов, к которому и вы относитесь... Да... Что-то я слишком много болтаю. А ведь вам нужно поесть и еще... - с прищуром посмотрел он на меня. - У одного из ваших многочисленных... друзей, будем пока так его называть, была ко мне огромная просьба поставить его в известность, как только вы проснетесь. Вы позволите мне это сделать? Я сейчас имею в виду Его сиятельство, графа Ракницкого.

- Борамира? - попыталась я суетливо протереть глаза, а потом вспомнила, что я, все-таки алант и смущенно расплылась. - Конечно. Представляю, как я его напугала. Да и всех остальных тоже... Дура безнадежная.

- Как вы сказали? - беззвучно засмеялся профессор. - Моим бы студентам такую самокритику... Азалия, будь добра... - бросил он взгляд на свою супругу, которая тут же, кивнув, вышла из комнаты. - Сейчас вам принесут легкий обед, а пока скажите мне, как вы себя чувствуете, если не брать в расчет головокружение?

- Мое самочувствие? - попыталась я особенно тщательно прислушаться к собственному организму, а потом удивленно открыла рот. - Как вы это сделали, господин профессор?

- Что именно? - довольно расплылся он. - Если вы про свое собственное здоровье, то ваша сегодняшняя побудка целиком ваша же заслуга. А вот что касается ребенка... Действительно, пришлось его дополнительно защитить от проникновения яда. Но, скоро моя защитная оболочка рассеется. В ней просто не будет надобности. Вы сами все для вас обеих сделаете.

- Спасибо вам... огромное, - прихлопнула я лицо ладонями. - Спасибо...

- Не стоит меня благодарить, Вета. Считайте, что мы с вами теперь квиты. А вот кому действительно нужно сказать спасибо, так это Его сиятельству. Это он вас ко мне... доставил. Как раз вовремя и без наших пресловутых подвалов. А потом два дня, пока вы боролись за жизнь, от этой кровати, - окинул он свой балдахин глазами. - не отходил. Так и спал рядом в кресле... Я его на третий день только смог, извините за выражение, выпроводить. Когда мы поняли, что кризис миновал и вы просто крепко заснули... А вообще, занятное у вас окружение.

- Так вы со сколькими успели познакомиться? - настороженно закусила я губу.

- Кроме графа Ракницкого? - улыбнулся мужчина. - Семейство Анчаровых. Но, с самим, господином некромантом я и до этого был знаком. Потом ваша сестра здесь была. Она, вы знаете, сказала, что очень важно... Когда вы проснетесь, то должны обязательно попить чай с... - обернулся он в сторону открывшейся двери, в которую сначала въехал невысокий сервированный столик на колесиках, а потом вошла горничная в строгом накрахмаленном фартуке. - Я говорю про вишневое варенье. Это что, у вас такая традиция в семье?

- Постоянно пить чай с вишневым вареньем? - смущенно скривилась я. - Нет, это мой личный способ снимать напряжение... с некоторых пор. Хотя я, откровенно говоря, думала, что делала это незаметно.

- Дорогая Вета! - впервые от души засмеялся профессор. - Поверьте моему жизненному опыту, съедать что-то незаметно практически невозможно. Потому что оно имеет свойство постепенно убывать, тем самым уличая вас в содеянном... А варенье и в правду вкусное. И нам с супругой тоже перепало от вашей замечательной сестры... А еще к вам ненадолго заходил...

- Здравствуй, Вета, - всего несколько быстрых шагов его огромных ног и... - Как ты? - присел на колени Борамир.

- Мне хорошо. Дай свою руку, - потерлась я щекой о его теплую ладонь. - Ты меня простишь когда-нибудь?

- За что? Тебя чуть не убили из-за меня, а я тебя должен прощать?

- За то, что устроила тебе истерику и вела себя как...

- Это у нее под действием яда, - иронично заметил профессор. - Приступ неконтролируемого раскаяния. А вообще наша больная - умница и совсем скоро сможет, к сожалению, покинуть мой тихий дом.

- Ну, насколько я поняла, тихим он был до тех пор, пока в нем не появилась я.

- А вслед за тобой и вся твоя семья, включая самых... настырных, - смеясь, закончил за меня Борамир. - Я вам очень благодарен, Конрад, за свою любимую женщину и нашего с ней ребенка.

- А я уже сказал вашей... любимой женщине, что у нас с ней свои счеты. А сейчас я вас оставлю. У меня дела, - и осторожно закрыл за собой дверь.

- У него дела, - многозначительно уточнил мой любимый мужчина и пересел ко мне на кровать. - Давай с тобой, Вета, так договоримся, на будущее.

- Я вас внимательно слушаю, Ваше сиятельство, - попыталась я приподняться на своих подушках, но на половине пути зажмурила глаза. - Ой... Не могу больше.

- Что, Вета? - осторожно притянул он меня к себе. - А так можешь?

- Так могу, - не открывая глаз произнесла я. - Только прижми меня к себе сильнее, для увеличения лечебного эффекта... О-о... Теперь мне совсем хорошо, - положила я Борамиру голову на плечо и обняла. - Так, о чем мы будем договариваться?

- О том, что пугать так больше ты меня не будешь, да и своих родных тоже.

- Конечно не буду... Если мы с тобой вот так вот всю нашу жизнь вместе просидим.

- Всю нашу жизнь вместе... А, знаешь, что, - бережно провел он рукой по моим растрепанным волосам. - Давай ка я тебя покормлю, а то нам еще долго так сидеть...

- Ты меня покормишь... А тебя самого кто покормил?

- Меня? Гильда. Я прямо из-за стола к тебе с ее сердечными пожеланиями в догонку.

- Ты что, прямо из дома сюда? - дождалась я кивка мужчины. - По подвалу с женой профессора? - повторный кивок.

- По-моему, мы очень ярко раскрашиваем их серо-бежевую алантскую жизнь своими... страстями, - внес скромное предположение мой мужчина.

- По-моему, ты прав... Борамир, я хотела тебе сказать, - наконец, решилась я. - Точнее, предупредить... Перед тем, как все это произошло, Лулияна сказала мне, что Мокея и Гужеслав... Что они хотят тебе зла, - еще сильнее сжала я свои руки. - Я боюсь за тебя. Я очень за тебя боюсь.

- А я прошу тебя, не бери в голову слова полоумной дриады, помешанной на мести. Она и на допросе в Прокурате много чего наговорила. Все будет хорошо. Мои адвокаты уже готовят документы для бракоразводного процесса. К тому же, Мокея в Озерном замке появляется сейчас редко. Она почти все время проводит в своем родовом гнезде, в Молде, с братом.

- Борамир, - попыталась я приподнять голову и открыть глаза, но лишь уперлась своим лбом в его, кажется, подбородок. - Ты так говоришь только для того, чтобы меня упокоить. Но, такого не произойдет до тех пор, пока эта мутная парочка будет находиться по близости от Озерного края... Любимый, я за тебя очень-очень боюсь, потому что ты нам с дочерью очень-очень нужен, - сама нашла я его губы своими...

Время под бежевым балдахином тянулось, как капля смолы по древесному срезу в знойный летний день - одуряюще медленно. И мне даже стало казаться, что я больше никогда не смогу заснуть... В любом месте этого мира. Когда же дверь в комнату осторожно открылась, бросив на угол камина полосу света из коридора, мне показалось, что прошла целая жизнь с тех пор, как ушел Борамир. Целая жизнь, грубо сметанная из обрывков воспоминаний, убогих аналитических попыток и тягостных предчувствий... "Нет, если и завтра я так же не смогу оторвать голову от подушки, то, клянусь всеми запасами вишневого варенья Натэи, что въеду в свой подвал прямо под этим ненавистным балдахином"...

- Вета, вы не спите? - тихий голос и ломаная тень от замершего в дверном проеме Конрада Докжански.

- Нет, что вы. Я уже выспалась на всю оставшуюся жизнь, господин профессор.

- На всю оставшуюся жизнь, говорите? - с готовностью шагнул он вовнутрь комнаты, и поджег отработанным за столетия движением свечу на столике у кровати. - Я пришел узнать о вашем самочувствии и предоставить отчет о посетителях, - усмехнулся одними уголками рта, опускаясь в кресло.

- У меня все хорошо, спасибо. И я очень сильно надеюсь, что завтра будет еще лучше, - скосилась я на бежевый потолок. - А о каких посетителях идет речь? Сегодня ведь ваш покой нарушил только граф Ракницкий?

- Отнють. К вам очень стремился попасть еще один господин. Мало того, он уверял меня, что это дело чести, лично принести вам свои извинения. Не догадываетесь, Вета, о ком идет речь?

- Честно говоря, нет, - озадаченно закусила я губу, здраво рассудив, что такими эпитетами из моих знакомых может выражаться лишь младший Перепелкин, но у него вряд ли хватит духу явиться с какими либо требованиями в дом к своему научному руководителю.

- Так я вам подскажу, - с видом великодушно дающего шанс экзаменатора, произнес профессор, - Этот уважаемый в своей стране господин, хоть и косвенно, но, стал виновником вашего ранения.

- Неужели посол? Не может быть... А он точно с извинениями хотел? Может, наоборот, с целью добить? - ехидно скривилась я.

- Точно-точно, - кивнул довольный алант. - Посол Джингара, господин Михдан Ас-Сак собственной персоной и с самыми искренними извинениями... Понимаете Вета, этот инцидент на балу очень сильно его скомпрометировал. Вот теперь ему и приходится прыгать через пороги, чтобы восстановить свое доброе имя... А, пусть попрыгает. В следующий раз будет знать, что даже спутниц своих стоит выбирать с умом. Не то, что жен, - азартно потер руки мужчина, еще больше утвердив меня в предположении Борамира о том, что мы со своими бурлящими страстями, его сильно развлекаем. А следующие слова старого аланта лишь стали дополнительным тому доказательством. - Это надо же, дорогая Вета, - сверкнул он в полумраке своими выцветшими глазами. - За последние пять дней в моем сонном доме перебывали: повелитель Озерного края, которого я справедливо считаю гордостью нашей аристократии, лучший некромант страны и ее лучший прокуратский рыцарь, весьма очаровательная маг огня, а еще красивейшая представительница древнейшего алантского рода. Мало того, я еще имел... смелость не впустить в него самогО джингарского посла, которого, я уверен в дорогу провожали всем Диваном... Вот это я понимаю, жизнь, дорогая моя Вета... А я, честно говоря, уже думал, что в мои то годы меня мало что сможет удивить, конечно, кроме ответов некоторых моих студентов...

- Да что вы? - весело оскалилась я, слушая его. - А вот мне иногда наоборот очень хочется покоя и уединения.

- Я вас уверяю, в Озерном крае вы его точно не найдете. Там постоянно что-то происходит. Рядом ведь джингарская граница, да и в соседях - весьма склочные болота. Хотя, граф Ракницкий, я думаю, тоже его ценит и сделает все возможное, чтобы вы были с ним счастливы там.

- Как Бенедикта и Грей? - неожиданно всплыли в моей памяти два этих имени.

- Бенедикта и Грей? - удивленно повторил за мной мужчина и стал серьезным. - Вы, Вета, знаете эту старую историю?

- Откровенно говоря, нет. Их как-то упомянул в разговоре с моей сестрой Владимир Перепелкин, а мне они запомнились. Красивые имена. Да и легенда, наверное, тоже красивая.

- В том то и дело, что это далеко не легенда, а на самом деле произошедшая история. Правда, давным-давно. Ее поэтому и держали одно время, можно сказать, под запретом. А, если бы это была просто фантазия, то разве стали бы книги с ее содержанием изымать из всех публичных библиотек страны, как вы думаете?

- Ну, фантазии тоже разные бывают, - уклончиво ответила я, зная великое множество аналогичных примеров из своего прежнего мира.

- А вы правы, разные они бывают, - с расстановкой ответил мужчина, будто что-то вспоминая. - Вы историю Ладмении хорошо знаете?

- Мне стыдно, господин профессор, но, нет. Не хорошо. Надеюсь, на переэкзаменовку вы меня не отправите? - уточнила я на всякий случай.

- На переэкзаменовку?.. - повторил он, почти по слогам. - Нет, конечно. Хотя, я бы с удовольствием занялся вашим образованием... Так вот, был в свое время такой алантский правитель. Причем, последний алантский правитель, Самоний Четвертый. И имелась при нем жена, первая красавица государства, Женевьева, которая позже сменила его на троне, став единственной за всю историю страны королевой. А причиной ее внезапного восхождения на престол стала такая же внезапная кончина ее супруга, которая до сих пор окутана тайной... Я позволил себе такую присказку, Вета, лишь с той целью, чтобы вы позже провели некую параллель между тем, что услышали сейчас и тем, из чего непосредственно и состоит сама, как вы сказали легенда о двух влюбленных. И самостоятельно сделали выводы о причине запрета на данную тему... Теперь возвращаемся к Бенедикте и Грею... Напутал мой студент. Там, наоборот было, не как у вас с Его сиятельством. Там именно Грей был алантом, причем из очень уважаемого рода, а возлюбленная его, Бенедикта, служила в их доме простой прислугой и была человеком. А происходило это еще в те давние времена, когда браки между алантами и людьми были строго наказуемы, вплоть до изгнания первых из рода. Но, вот любовь этих двух оказалась гораздо сильнее запретов. Они нашли для себя выход. И очень романтичный выход. Как раз в духе самых красивых легенд.

- И что они сделали? - даже привстала я на локте. - Прыгнули со скалы в бурлящее море?

- Да нет, - усмехнулся мне профессор. - Хотя, элемент нашей с вами стихии там все же присутствовал... Они наоборот, воспарили. И не просто так, а в объятьях друг друга, слившись в истинном поцелуе любви. Это и было ее, так называемым доказательством. Ведь иначе у простого человека... воспарить никак не получится. Только так.

- Ну и воспарили они. А дальше то что? - недоуменно влезла я в повествование.

- А дальше начинается самое интересное... Ведь что значит истинная любовь, кроме общего полета? Общая судьба. Когда все поровну. Вот Грей и принес своей возлюбленной прямо там, - воздел к потолку глаза профессор. - клятву. Уж не знаю, чего он хотел на самом деле. Лично у меня складывается такое впечатление, что вышло все это спонтанно. И результат стал полной неожиданностью для них самих, но сказал он примерно следующее: "Я делюсь с тобой всем, что у меня есть: своей жизнью, своей свободой. И отдаю себя целиком в твою власть до конца наших общих дней"... Что-то в этом роде, я думаю... Ну, а когда они приземлились, то ступнями своими коснулись травы уже не алант и человек, а два полноценных мага. Раз поделили все напополам... - закончил он и выжидающе на меня уставился. - А теперь вернемся к нашему Самонию, Вета... Вета? Вы что, плачете? Извините, если я вас так расстроил этой историей.

- Нет-нет, что вы, - только и смогла выдавить я сквозь подступившие к горлу рыдания. - Так вы... говорите, все по-полам?

- Абсолютно все, - озадаченно произнес мужчина. - Правда, номинально Грей так и остался алантом со свойственным ему свечением, а его возлюбленная приобрела, насколько я помню, качества мага воздуха... Вета, может вам принести воды?

- Не надо воды, - хлюпая носом, постаралась я сделать глубокий вдох и выдох. - Спасибо вам за эту... историю, уважаемый, самый уважаемый профессор на свете... А что вы меня спрашивали про Самония?.. Его жена, получается, была человеком?

- Да-а... - еще более озадаченно протянул он. - Женевьева служила танцовщицей в королевском балете, пока не попалась на глаза юному монарху... Вы знаете, я думаю, мне лучше оставить вас на сегодня в покое...

- Ой, только не оставляйте меня в покое. Я больше не хочу покоя... - почти умоляюще посмотрела я на мужчину. - Лучше расскажите мне еще что-нибудь... Скажите, вы знали лично мою и Натэи бабушку, Неонилию Полунич? - выдала я первое, что пришло мне на ум.

- Неонилию? - немного расслабился мужчина и даже как-то ностальгически улыбнулся, глядя на мерцание свечного огонька. - Конечно, я ее знал, Вета. Ее сложно было не знать при ее-то активном образе жизни. К тому же она состояла в попечительском совете моего родного университета.

- А какой она была?

- Она была... - замолчал, вдруг, профессор. - Она была очень умной женщиной. И очень красивой. А это сочетание уже само по себе редкость. И, видимо, передается по наследству только в вашем роду, - отвесил он нам с сестрой двойной комплимент. - А вообще они с Димионом были... странной парой. Сколько раз за ними наблюдал со стороны: он, всегда резкий и максималистский в суждениях и ваша бабушка, спокойная и рассудительная. Иногда одной ее улыбки хватало, чтобы наш Верховный маг тут же приходил в чувство и остывал... А иногда и не одной, а еще и нескольких слов, да еще каких слов... - усмехнулся он, явно вспомнив подтверждения из прошлого. - Да и что тут сказать, если любимое выражение нашего Мастера: "Чем выше риск, тем слаще груша". Этим, по-моему, все объясняется...

- Как вы сказали? - внезапно выпала я из своего ностальгического состояния. - Про риск, что он заявлял?

- Чем выше риск, тем слаще груша, - терпеливо повторил профессор. - Он до сих пор так говорит, пропихивая в Главной канцелярии свой очередной рисковый проект.

- Значит, наш Верховный маг любит рисковать?.. В его-то годы?

- Ну-у, - со знанием дела усмехнулся алант. - Годы, действительно, притупляют тягу к острым ощущениям... у некоторых из нас. Постепенно начинаешь понимать, что из всей твоей длинной, бесконечно длинной жизни по-настоящему ценными были лишь первый поцелуй, первая любовь, первая настоящая победа и уроки от первого поражения... А, все остальное, - грустно взглянул он на меня. - есть ни что иное, дорогая Вета, как длинная череда жалких попыток эти ощущения повторить... Вы извините меня за очень нескромный вопрос, но, раз я, в некотором роде еще и ваш лекарь... Сколько вам лет, Вета?

- Двадцать пять, - тут же ответила я. Наверное, впервые почувствовав смущение совсем не из-за того, что уже считаю себя в свои годы "старой циничной кошелкой", а совсем наоборот - выгляжу глупым юнцом перед умудренным столетиями алантом.

- Двадцать пять... Период пика. Время истинных познаний. Как же оно прекрасно, это время... А вы знаете, что примерно до этого возраста все мы: и люди и маги и даже аланты развиваемся и взрослеем одинаково? А вот уже дальше идем совершенно разными дорогами, как в детской игре с вариантами ответов. Помните такую?.. Там еще одна дорожка - самая короткая до цели, но на ней нельзя совершать роковых ошибок во избежание необратимых последствий. Вторая - средняя. И там эти ошибки вполне допустимы, так как есть большой шанс их исправить. И, наконец, третья - чрезвычайно длинная. И делать на ней можно все что угодно и сколько захочешь... Только вот бесконечно тащиться по ней порой слишком утомительно... Вот это и есть наша с вами алантская жизнь, Вета. И в ней к нашему одному году приравниваются, примерно, десять человеческих или пять-семь магических, в зависимости от силы конкретного мага... По моему, я опять нагнал на вас грусть? Ваши близкие мне этого никогда не простят, - с сожалением признался мужчина. - Особенно Его сиятельство... Вы ведь сейчас о нем думали? О его... "короткой дорожке"?

- Да. И не только о нем... У нас это вообще семейная... проблема. У моей сестры муж - тоже человек. Замечательный, надежный человек... Я до сих пор так и не отважилась спросить у нее, как она смирилась с таким их неравноценным будущим. Этот вопрос оказался для меня слишком... тяжелым.

- И у вашей прекрасной сестры тоже... - потрясенно покачал головой Конрад Докжански. - Ну надо же... Получается, что все женщины вашего рода для меня сплошные загадки... Только поверьте мне, Вета. Не все так страшно. И, особенно для вас, - многозначительно расплылся он, явно уже придя в себя. - Есть разные способы поддержать близкого человека. Именно человека - самой ценной энергетической подпиткой, которая выражается, в первую очередь в любви и заботе. Я знаю одну такую смешанную семью. Они давно отошли от светской суеты и живут сейчас недалеко от Либряны, окруженные многочисленным семейством. Это, кстати, чисто человеческая черта - жить большой семьей. Так вот, их главе сейчас сто шестнадцать лет и он себя прекрасно чувствует. Я в этом сам убедился, когда он приезжал навестить в столицу одного из своих пра-пра... да, кто ж теперь разберет... правнуков. Мальчик учится у нас в университете. Это я про вашу сестру... А вот, что касается лично вас и графа Ракницкого... - вновь внимательно взглянул он на меня. - Я думаю, все у вас получится... Только медальон свой у меня не забудьте. Он вам еще, некоторое время пригодится... Ну и что вы на меня так смотрите? - довольный произведенным эффектом расплылся профессор. - Дорогая Вета, я слишком давно знаю нашего Верховного мага, еще с его студенческих лет. И не могу не предположить, что он обязательно предпримет попытку воспользоваться счастливой возможностью втянуть вас в свое очередное предприятие. Ведь он уже спрашивал у вас: "Цените ли вы риск?"... Неужели не спрашивал?..

"Спрашивал. Но, вот только не он, не здесь и примерно не такими словами", - провела я у себя в голове невеселую параллель... А потом они, вдруг, сами посыпались, как дырявые листья с потревоженного порывом осеннего ветра дерева - только сгребай их в кучу и поджигай... С глаз долой из сердца вон... Потому что иначе... А иначе, получалось совсем что-то, вселяющее ужас... Я даже села на край кровати, ухватившись руками за ближайшую опору для балдахина. И даже несколько раз тряхнула в темноте головой, прогоняя настойчивые образы из своего прошлого, но они, упорно не хотели разлетаться, возвращаясь на свои прежние места:

"Скажите, Вета, вы любите риск?", - и нахальная улыбка невысокого господина, встреченного мной накануне отъезда в Качелино, раз и навсегда изменившего жизнь...

Светофор на перекрестке одной из тюменских улиц и Лексус, глубокого синего цвета, уносящий прочь вольготно развалившегося в нем мужчину... все с той же улыбкой на довольном лице...

"... в последнее время она вообще мало клиентов принимала. Правда, как раз накануне своей смерти к ней приезжал один, на большой такой, то ли черной, то ли синей машине. С личным водителем, но, очень воспитанный мужчина. Я думаю, она по его заказу на Дальние Болота ходила...", - грустные глаза Катерины Ивановны напротив меня. Через стол в ее одинокой деревенской кухне с китайскими часами-чайником на стене...

"Ну, что тебе сказать, Вета?.. Я по его следу долго шел, от самого Ржавого оврага, километров одиннадцать. Тогда как раз ранний снег выпал... И странно он себя вел, этот матерый. Кормушку мою в нескольких метрах обогнул с лосем прикормленным. Лось тот сильно охромел после августовского гона. А волк даже не тормознул рядом. Так и потрусил дальше не останавливаясь. На эти Дальние болота... Странный зверь...", - лесник, нетерпеливо дергающий ручкой на дверце своего старенького казенного уазика...

"... Да обыкновенное животное. Иногда медведь, но, чаще волк. Только, полностью подчиненное какому-то, сильно самоуверенному магу... Такое животное и называют слепенем. Ведь его глазами за жертвой "хозяин" следит, а сам он ничего в этот момент не видит...", - беззаботная улыбка моей беременной подруги, уверенно шагающей со мной под ручку на рыцарский турнир...

"А, все-таки рисковая вы девушка. Вы сами это понимаете?..", - прощальное напутствие, произнесенное уже у самой пещеры - моей алантской двери в этот мир. И невысокий мужичок в дурацком жилете с кучей карманов... И все та же довольная ухмылка на его лице, так не соответствующая образу простого сельского трудяги...

- Ну, еще бы ты не ухмылялся, сволочь. Доставил до нужного места, проконтролировал. Даже тоннель правильный указал и фонарик вручил... А бабушку то за что? Мешала она тебе, самая большая любовь всей твоей жизни...

Окно в комнате открылось не сразу, а только после нескольких безуспешных попыток сдвинуть с места заклинившую шпингалетную задвижку. Видимо, давно здесь помещений не проветривали... А вот мне сегодня ночью очень захотелось самой... проветриться. Распахнув его настежь, я взобралась на подоконник и уселась по удобнее, свесив ноги на улицу...

Прямо подо мной тихо перешептывались растущие у стены кусты. Небо заволокло облаками, сквозь которые силилась вынырнуть красовавшаяся в своем полном объеме луна, а совсем рядом, чуть ниже в долине подмигивал огнями город... "Это надо же, в какую даль меня занесло... И ведь успел Борамир... Значит, и я должна успеть. А уж потом думать о том, как поквитаться за свою бабушку с господином Верховным магом... Так что, дыши глубже, Ветвяна Полунич и радуйся что головокружение твое почти прошло".

- Дыши глубже... Всему свое время...

- Ну и долго ты еще будешь дрыхнуть?!

- Тусья, погоди. От таких воплей она может вообще никогда не проснуться.

- А мы ей сейчас твое вишневое варенье под нос сунем. А, еще лучше...

- Знаете, что, - открыла я, на всякий случай, глаза. - ... птички мои. Особенно ты, подруга, с явно садистскими позывами в мою сторону. То водой меня норовишь полить, то вареньем обмазать... И как же я рада вас видеть. Чего застыли, идите ко мне, я уже не ядовитая! - призывно раскинула я во всю ширь свои руки.

Птички мои домашние дважды приглашать себя не заставили и вошедший к нам минутой позже господин профессор от такой "групповой постельной сцены" чуть стыдливо не ретировался обратно за дверь. Правда, потом, все же надумал и вышел, предварительно справившись о моем самочувствии, оптимистичный отчет о котором заставил его тяжко вздохнуть. Ну а что ж мы поделаем? Ходите, дорогой наш Конрад в цирк. Там такие же артисты выступают.

- Ты знаешь, Вета... Мы с Натэей решили, что больше ты одна никуда выходить не будешь.

- А я что вам говорила? Я ведь вас честно предупреждала, что опозорюсь на этом балу.

- Ну, насчет "опозорюсь", это, еще как посмотреть. Весь город только о тебе и сплетничает. Правда, там еще светлое имя графа Ракницкого упоминается, - ехидно скривилась магичка.

- Да мать же вашу... И что про него говорят?

- Что говорят?.. Дамы тебе, я думаю, в тайне завидуют. Ты знаешь, сколько до тебя попыток было его в оборот взять?.. То-то и оно. Вот и брызгают сейчас слюной. А мужчины... Их другое волнует - испортятся ли вновь из-за этого "инцидента" отношения с Джингаром.

- Так посол то здесь, вроде как, не причем?

- Тусья, да хватит тебе ей голову всякими ненужными вещами забивать. Успеет еще сама себе это сделать... Вет, шрам то остался, покажи?

Пришлось задирать свою арендованную по случаю "больничную" сорочку и демонстрировать спину. Да мне и самой, откровенно говоря, было интересно:

- Ничего нет, будто и не было, - удовлетворенно похлопала мне рукой по левой лопатке подруга. - А ты знаешь, кто нам эту новость про тебя принес? Вероника. Эта... как ты про нее тогда сказала, Натэя, "хобья погребушка"?.. - перегнулась через меня Тусья ко вдруг смутившейся сестре. - Вот она и есть, хобья погремушка. Прибежала, глаза навыкат и давай орать с порога: "Убили Вету, закололи прямо в сердце". У меня ведь потом на сутки молоко пропало...

- Прямо в сердце? - переспросила я. - Так оно же у алантов...

- А мы-то, откуда это знали? - выкатила глаза магичка.

- Так и есть, сестренка. Даже я была не в курсе про собственную... анатомическую особенность. Это уже после, когда Вероника... прооралась, Сим от нее добился подробностей, сам рванул тут же узнавать, куда тебя увезли, а нам уже в двери крикнул, что все должно обойтись, потому что... Ну, сердце наше не там расположено, куда эта дриада метилась... Но, это мы тогда еще про яд не знали, - грустно вздохнула Натэя.

- Да ведь все и в правду обошлось, - прижала я их обеих к себе. - И я снова вместе с вами, - а про себя еще и добавила, что мне бы вообще поблагодарить эту несчастную Лулияну стоило за то, что я узнала и от нее и от нашего профессора. - Кстати, а что с дриадой? Где она?

- В Грязных землях, полагаю, - выдала магичка. - Сим говорил, что когда преступление налицо, да еще и совершено против аланта, то приравнивается к государственной измене. Это старый указ, кстати, первый, принятый нашим королем еще во времена гонений. Так что, красавица наша уже там.

- Очень жаль... Мне бы ей еще пару вопросов задать... Да и ее саму мне тоже жалко.

- Кстати, о жалости, - тут же попыталась сменить тему магичка. - Вета, ты меня, конечно, извини, но я и Симу сказала, что больше эту... аристократическую дуру в своем доме видеть не хочу.

- Это Веронику, что ли? - невольно захихикала я. - Ох, подруга. Я ведь ему, когда-то, тоже самое говорила. Только, наша баронесса имеет талант просачиваться в любое место, как земляная кошка Танасика.

- Ну, сейчас это вряд ли, - решительно тряхнула она в ответ хвостом. - Братец мой вообще в последнее время ходит темнее бадукских шахт и ей, я думаю, тоже от него порядком досталось... за все ее "подвиги"... А ты домой то вообще собираешься? - опомнившись, развернулась она ко мне.

- А вы мне платье другое принесли? - встречно поинтересовалась я...

Прощание с моим бесценным лекарем и лектором в одном лице прошло быстро и как то сумбурно. В основном, из-за Натэи, к ручке которой тот трижды прикладывался по этому поводу... Да, красота, это страшная сила. Как выяснилось, даже для умудренных столетиями алантов... Ко мне же отношение было без придыханий и сугубо деловое. Точнее, научно-просветительское. Пришлось пообещать, что в ближайшее время я непременно, под его чутким руководством, займусь повышением своего исторического уровня. Хотя, думаю, мне это пойдет только на пользу.

Заминка вышла немного позже, уже в коляске, поджидающей нас у витых ворот дома Конрада Докжански. И возникла она после того, как я, правда, слегка запоздало, задала вопрос о конечной цели нашего пути:

- А заскочим сначала к нам, - схватив за руку, преданно посмотрела мне в глаза Тусья. - С Глебом поздороваешься, и... чай попьем. Я новый рецепт нашла. Правда, без вишневого варенья.

- Заскочим, - внимательно присмотрелась я к подруге. - А с чего вдруг...

- Вет, представляешь, - тут же встряла в наш разговор Натэя, - я научилась сама подвалы прокладывать. А еще к нам на днях твой эльф залетал... или залетала. Не знаю, как правильно.

- Тиниэль? Она не передумала насчет зимовки? Я ведь ее приглашала, правда еще до...

- Нет, что ты! - взмахнула рукой сестра. - Пообещала скоро вернуться. Как саквояжи свои соберет, - зашлись громким смехом обе мои сопровождающие.

- А... - только и успела я открыть свой рот.

- А еще у нас, знаешь какие новости, - заполошно перебила меня Натэя. - Мы определились с будущим Танаса.

- Ну и что решили? - наконец, успела закончить я фразу.

- Решили, что быть ему кадетом, - выдохнула девушка. - Так что, с начала октября переезжает наш мальчик в столицу... А само заведение мне понравилось. Классы там такие... светлые и казарма приличная. Я даже в курятнике их была, да и вообще... Тем более, что Сим будет его рыцарем-наставником.

- Ну да, - ехидно скривилась я исключительно на последнюю новость. - Вместе-то они в два раза быстрее научатся по деревьям лазить и лягушками метко за шиворот попадать.

- А вот и зря ты так, - надула, вдруг, свои губки, вступившаяся за братца Тусья. - Сим очень хороший рыцарь и с хорошим будущим в Прокурате. А то, что он... дурачится иногда с Танасиком, так только потому, что детей любит.

- Да не обижайся ты так. Я, если откровенно, тоже рада этому факту. Просто... Ты мне лучше скажи...

- Вет, а у нас с Олесом еще одна новость. Хорошая.

- Ну, рассказывай, - обреченно вздохнула я, видя такое явное нежелание дослушать меня до конца.

- Через две недели в Медянске начинается ежегодная урожайная ярмарка, и мы на ней будем выставлять свою купель. Туда со всей Ладмении съезжаются. Так что, заказы, я думаю, пойдут.

- А вот это просто замечательно. Я очень за вас рада и хочу...

- А уж он то сам какой довольный...

И дальше примерно в том же духе, вплоть до самой калитки нашего конечного пункта... И как они себе только языки не смозолили... А потом меня, практически всучили некроманту, растерянно открывшему на такое дело больше обычного глаза:

- Добрый день, Вета, - привстал он из кресла, где секунду до этого мирно дремал, замаскировавшись столичной газетой. - Как твое самочувствие?

- Теперь все нормально. Можно жить дальше. Весь вопрос, как... Ты не знаешь, случайно, что на допросе рассказала дриада, которая меня ранила?

- Эта несчастная?.. К сожалению, нет. Я вообще по данному делу опираюсь исключительно на краткую информацию от Сима и... - быстро свернул он недочитанные страницы местного СМИ.

- Да-а?.. - с опаской проводила я взглядом приземлившуюся на пол газету. - Это плохо... Глеб, скажи мне, когда маг нацепляет на себя личину, что при этом остается неизменным? Рост? Фигура?

- Личину? - озадаченно почесал он за ухом. - Хороший маг может изменить все, хотя, обычно, цепляют на свой "костяк". Так проще и надежнее... А почему ты спрашиваешь? Ты что, решила "поэкспериментировать с внешностью"?

- Да нет... Похоже, это со мной играли в такие игры, - закусила я губу, решая для себя, воспользоваться ситуацией или нет. А, впрочем, меня здесь и так воспринимают как... Что уж терять-то? - Я про нашего Димиона...

Но, Глеб меня на этот раз удивил. Причем, сильно - выслушав, крайне внимательно. А закончил уж и вовсе занятной информацией лично от себя:

- Ты знаешь, Вета... То что ты говоришь сейчас, вполне укладывается в мое представление о Мастере. Но, к сожалению, вообще не доказуемо. Разве, кроме его нелегального хранения и использования двери... - прищурил он на меня свои фиалковые глаза. - И есть еще кое-что, заставляющее меня тебе верить. Только, пусть это останется между нами. Договорились? - дождался он моего нетерпеливого кивка. - Чуть больше года назад, в конце прошлого августа, на главном алантском кладбище страны, вблизи Тайриля, там, где находится усыпальница первых правителей, произошло вопиющее преступление.

- А что, разве раньше алантов не сжигали?

- Сжигали, конечно. Только не Нэйю и Мираха. У них свой мавзолей, который был распахнут для паломников около тысячи лет... Так вот, из этого, уже закрытого тогда наглухо и опечатанного сильнейшей магией мавзолея была похищена золотая пчела - символ тогдашней высшей власти. Сама по себе она большой ювелирной ценности не представляла и имела на тот момент много своих копий и по дороже. Но, главное - заключенная в ней алантская энергия, схожая по силе нескольких десятков представителей твоего народа вместе взятых.

- Ты хочешь сказать, что Димион на такое... - пораженно открыла я рот.

- Слушай дальше. Расследование проходило тайно и поручили его мне. Контролировали одновременно лично Главный канцлер и лично же Верховный рыцарь Прокурата... Ну, я сначала "попрыгал" на месте, "понюхал" вокруг, а потом, уж извини и за это сравнение, неожиданно "взял след"... И привел он меня прямиком к... сама знаешь, кому. Но, меня тогда тормознули, дав понять, что дальше начинается уже совсем другая история, не имеющая никакого отношения к некромантии.

- А откуда ты сделал такие выводы? - осторожно поинтересовалась я.

- Да там много было ниточек, - равнодушно зевнул некромант - нюхач. - А главная, это тот факт, что одной из почетных обязанностей действующего Верховного мага является ежегодное обновление охранной магии вокруг мавзолея. А наш Мастер в этом деле - самый лучший специалист на всем Бетане.

- То есть, он или не так уж в этом деле и хорош, или соучастник преступления, или спер пчелу собственноручно?

- Угу... Только первое исключено. Это точно, я очень тщательно проверял. Так что, получается, что он сам себя переиграл.

- Но, Глеб. У меня в голове не укладывается, зачем так рисковать только ради того, чтобы притащить меня сюда? Неужели нельзя найти неинициированных алантов и по ближе? Ведь даже я знаю, что многие из моих сородичей в те годы разбежались по всему континенту еще до прохождения процедуры.

- Вот и у меня... не укладывается, - согласно скривился он. - Должна быть причина гораздо серьезнее для такого риска... Скажи мне, Вета, - с опаской оглядел он меня. - Знаешь ли ты о каком либо... особом даре, передающемся именно в вашем роду?

- Не-ет, - протянула я в ответ, добавив для убедительности еще и интенсивное мотание головой. - Понятия не имею ни о каких своих особых дарах.

- Тогда и я... понятия не имею, - подвел итог Глеб, а потом неожиданно встрепенулся. - Вета, а где те милые девушки, что вернули тебя домой? Пора бы уже и... пообедать.

- Ага. Особенно, если учесть, что выдернули они меня прямо из постели и еще до завтрака, - тут же согласилась я, а потом замерла. - Глеб, а я не поняла. Тусья по столице катается, ты в гостиной спишь, а с кем у вас Матвей?.. Неужели...

- Понятно, - обреченно вздохнул некромант и как-то уж совсем тоскливо воздел глаза к потолку. - Они тебе не сказали. Переложили это на меня.

- Что не сказали то? - опешила я. - Тебе, наконец, отдали из табора Вадому? Так это же радостное событие. Отчего, вдруг такая тоска? Глеб... Я не поняла?

- Отдали, Вета... Только после того, как она рассказала и мне и их барону о том, чего так боялась... И ты была права. Она, действительно, принадлежала роду Молдов... Только... Пусть она сама тебе все расскажет, - забыв про свой радикулит, подорвался он из кресла, увлекая и меня за собой...

Глава 38

Клятва...

Стебли лаванды качались на волнах, которые я бездумно сотворяла своей ладонью и тыкались в нее, словно лодки, ищущие приют во время шторма. Но, я снова и снова отправляла их по "неспокойному морю" внутри давно остывшей купели... Я думала... Уже начав в своей неразумной голове обратный отчет до точки невозврата... Точнее, отправления. А уж там, как получится...

- Ну и долго ты там будешь стоять? - интонация получилась какой-то преувеличенно насмешливой, хотя, по идее, должна бы быть радостно-удивленной. - Может, присоединишься? - и переступила озябшими в летних туфлях ногами.

- Смотря чем, ты здесь занимаешься, - шагнул ко мне из ночной тени сада Сим. - И как ты узнала, что я здесь? - вот у него действительно, получилось искренне удивиться.

- Я тебя... чувствую.

- Чувствуешь?.. - облокотился он на противоположный борт купели. - И как давно?

- Первый раз - у Елании, перед нашей... сделкой. Второй - в своих заоблачных далях. Потом, когда ты вернулся со Склочных болот... И... в Выселках тоже, на их площади во время полета решета...

- Да... - невесело усмехнулся Сим и опустил руку в воду. - Значит, мы с тобой поменялись местами. Потому что я сейчас тебя совсем... не чувствую.

- И как давно? - повторила я его вопрос.

- Сначала ваш зачарованный дом создавал мне проблемы, а теперь, видимо, твое... положение... Вета.

- Что?

- Не ввязывайся в это дело. Я тебя очень прошу.

- Сим, ты неважно выглядишь. Я даже при этом лунном свете вижу... Тебе нужно больше отдыхать и меньше думать...

- Вета...

- Ну, хорошо. Предположим, я туда не полезу. А кто тогда полезет, Прокурат?

- Прокурат не будет вмешиваться в семейные дела аристократа такого уровня без должных доказательств. Дриада и фифика здесь, к сожалению, не в счет.

- Даже так? - горько усмехнулась я. - Ну, так считай, что я оказываю услугу твоему Прокурату, найдя эти... доказательства.

- Вета, ты ведь обещала нашим с тобой сестрам, что...

- Я обещала, что вернусь с Натэей в Медянск и свое обещание, как видишь, сдержала.

- Чтобы дождаться ночи и незаметно улизнуть? - невесело скривился он.

- Вы как всегда чрезвычайно проницательны, рыцарь Прокурата.

- А ты, как всегда, мое самое большое в этой жизни осложнение, - подошел он вплотную и уперся руками в борта с обеих от меня сторон. - Ну и что мне с тобой делать?

- Или помоги или... - развернулась я к нему. - просто отойди в сторону.

- Вета... Ты же знаешь, что я не могу сделать ни того, ни другого. Я связан по рукам и ногам своими... Ты можешь дать мне время? - с мольбой поднял он на меня свои бездонные глаза.

- У меня его просто нет, Сим. И у него его тоже нет. Так что, выбирай быстрее.

- Вета, - покачал он головой. - Что ты делаешь? Ты представляешь себе последствия своего поступка?

- Я очень надеюсь на его благоприятный исход... Сим.

- Да? - в упор посмотрел он на меня.

- Я не хочу с тобой спорить, а тем более ругаться. У каждого из нас свои долги и обязанности. Просто, ответь мне на один единственный вопрос.

- Ладно, спрашивай, - сделал Сим глубокий вдох, будто собираясь с духом. - Я честно отвечу на любой, если это нам... поможет.

- Если бы там сейчас была я, а на моем месте ты, то как бы ты поступил?

- ... Хорошая ловушка... - скорбно усмехнулся он и, опустив голову, отошел. - Ты как всегда... молодец, Вета.

- И тебе спасибо за честный ответ... И еще... - сделав шаг, прикоснулась я к его щеке губами...

Он сначала вздрогнул, словно я хотела его ударить, а потом неожиданно сильно притянул меня к себе... Я даже не сопротивлялась, потрясенно наблюдая за происходящим, словно со стороны. И когда он меня целовал, будто пил из источника в последний раз в своей жизни и когда отпустил, будто прощался навсегда, лишь шепнув напоследок в самое ухо: "Иди..."

Ну, я и пошла... Сначала, не оглядываясь и обхватив руками голову в дом, а потом, почти слепо шагнула в свой подвал, где на другом его конце слабо мерцал в ночи...

- Да мать же вашу! - вернулись ко мне вместе с грохотом упавшей на пол кастрюли и болью в ушибленном колене все чувства сразу. - Что она здесь... понаставила? - растерянно зарыскала глазами по полу, между своим ориентиром - традиционным ночным светильником, стоящим на столе и собой, потирающей ногу.

- Какой хоб здесь шарится?! - не менее красноречивый крик моей наставницы в освоении местных матов, возникшей в дверях своей смежной с кухней комнатки заставил меня на мгновение испуганно замереть:

- Гильда, это я...

- Кто это "я"? - грозно всмотрелась в темноту хозяйка графской кухни.

- Да я это, Вета... У вас тут кастрюля стояла. А теперь она громко упала.

- Веточка, - расслабленно осела женщина, ухватившись за дверную ручку. - Девонька моя... Да что ж ты?.. Да что ж я то?.. Заходи сюда скорее, - и распахнула по шире дверь в свое, освещенное канделябром жилище. - Девонька моя, - поймала меня уже на входе в свои железные объятья и мелко затряслась в плаче.

- Гильда... Гильда, - ошарашено гладила я ее по спине. - Перестаньте, пожалуйста... Ну, разве так можно... гостей встречать, слезами? Я тогда тоже сейчас... заплачу.

- Да и в правду, - суматошно отлепилась она от меня и, еще всхлипывая, протерла мокрые глаза рукавами старомодной ночной сорочки. - Заходи... ночная гостья. К нам теперь хорошие люди лишь так и могут приходить - украдкой и по ночам... Да только нет его здесь, девонька, - всхлипнула она в последний раз.

- Как это нет? - бухнулась я на разворошенную постель. - А где он?

- Так с утра еще уехал в замок к этой Мокее, будь она... Да видно, там и решил заночевать.

- Та-ак, - нехорошо сузила я глаза. - Рассказывайте, Гильда, зачем он туда поехал?

- Ох, и взгляд у тебя сейчас, - невольно усмехнулась женщина, примостившись со мной рядом. - Да не то это, про что ты подумала. Тут другое и, если все у них сложится, то только к добру.

- Гильда, не знаю, о чем сейчас подумали вы, но, я от этого семейства Молдов не жду ничего доброго. От того у меня и взгляд соответствующий. Так что давайте, рассказывайте.

- Ну, так, с утра еще прислала она Его сиятельству записку о том, что согласна на все его условия развода и приглашает к себе для, как это... согласования. Вот он и умчался с двумя охранниками. Да видно так долго... согласовывали, что заночевать там пришлось.

- Для согласования, говорите? - озадаченно закусила я губу. - А сколько миль между Молдом и Озерным замком?

- Так чуть больше тридцати, да только дорога неровная, особенно в конце, у их замка, когда в горе этой. И темнеет там рано из-за нее же. Так что, действительно, мог и остаться... Я думаю.

- Ну, не знаю, - попыталась я загнать по глубже свой сигнал тревоги и постараться все-таки, сделать то, ради чего сюда пришла. - Тогда, Гильда, мне нужна будет ваша неоценимая помощь. Портрет Мокеи еще висит на втором этаже?

- Портрет? - удивленно распахнула она глаза. - А куда ж ему деться? Правда, по-прежнему завешенный. Теперь уже она запретила накидку снимать... Так и понятно. Выглядит то сейчас не в пример прежнему, хуже.

- Да что вы? - зловеще оскалилась я, а потом представила, как это должно смотреться со стороны. - Гильда, вы меня извините, но у меня сейчас очень мало времени. Позже я все объясню, и вы сами поймете, отчего у меня такие... гримасы. А теперь скажите, есть в замке вещи, которые Мокея сейчас носила? Гильда, дорогая моя, это очень важно, чтобы она их именно сейчас носила, а не раньше. Так есть? - нетерпеливо уставилась я на вконец растерявшуюся женщину.

- Е-есть, - задумчиво протянула она в ответ.

- Отлично! Тогда вы сейчас за одной из них, а я к портрету и встречаемся уже у него. Только очень быстро. Хорошо?

- Хорошо, девонька... Тебе виднее, конечно, что с ней делать, - сползла она с кровати и подхватила с ее спинки шаль. - Будет тебе... вещь...

- Ну что, дорогая Мокея, поможешь мне? - строго взирала я сейчас на безмолвный женский портрет, приткнутый к спинке достопамятного скрипучего дивана под окном. - Надеюсь, что поможешь, - и, пошарив по сторонам глазами, положила свою цацку на ближайшую книжную полку.

Потом, немного подумав, повесила еще один, третий световой шар, уже прямо над нами. - "И где Гильда так долго ходит?"...

- Вета, я принесла, - обернулась я на долгожданные шаги. - Пришлось замок вскрывать на ее платяном шкафу... У нас же все теперь под замками. Это подойдет? - почти невесомая красная накидка, расшитая золотом вопросительно коснулась моего плеча:

- Подойдет, конечно, если...

- Точно, - уверенно мотнула головой Гильда. - Точно, то, что тебе надо. Она в ней в свой последний приезд была... Куда ее теперь?

- Рядом с портретом накиньте на спинку, пожалуйста.

- Ага... А мне самой? - любопытно окинула женщина взглядом мой магический антураж.

- Оставайтесь, Гильда. Только, отойдите в сторону и... - показательно приложила я палец к губам. - А мне пора начинать, - и глубоко вдохнула воздух, настраиваясь на очередное свое противозаконие...

Холод от белокурого профиля ударил такой, что я инстинктивно отдернула руку... Потом, закусив губу, вгляделась в него уже более тщательно и осторожно повторила свой маневр... "Мир твоей душе, девушка... Что и требовалось доказать", - потерла озябшую ладонь об платье и отчаянно "нырнула", будто в открывшуюся голограмму в ее огромные карие глаза...

"Простое магическое сличение. Именно этим я когда-то самоуверенно угрожала Назарию, ушлому мастеру Абрамки, пойманному мной на плагиате... Простое магическое сличение... Оно ведь бывает разным, а иногда, не таким уж и простым... Особенно, если сличать приходится через наложенную на объект чистую алантскую магию. Магию аланта, который, как и я, по какой-то неизвестной мне причине, не прошел инициацию... Очень непросто. И практически невозможно, если бы не "помощь" моей девочки, моего маленького фонарика, добавляющего сейчас своей матери сил... и света... А вот как теперь мне рассказать своему любимому мужчине, что другой его ребенок, которого он все эти годы считал погибшим и нес этот крест на себе... Рассказать ему о том, что... Инцест... Страшное слово для любого мира. Но, видимо, ради рождения сильного алантского потомка можно сотворить и такое. А потом и убрать того, кто даст твоему отпрыску необходимое будущее и титул... Интересно, когда они планировали свое убийство? Сразу после рождения?.. Как мне ему об этом рассказать?.. Да и надо ли вообще?".

- Вета... Вета, - осторожно похлопала меня сзади по плечу Гильда. - Ты уже закончила?.. Ты стоишь вот так, не шелохнувшись, очень долго. Я уж переживать начала. А то, мало ли... Эта ваша магия.

- Да, закончила... Гильда, у вас есть что-нибудь попить, а то горло...

- Так конечно, - облегченно выдохнула она и тут же потащила меня за руку прочь, приговаривая по дороге. - Сразу видно, что давно ты у меня не была, раз такие вопросы задаешь. Я морса в погребе припасла черничного. А еще чай есть с лимонником, да я сейчас свежий быстренько заварю.

- Не надо чай. Давайте лучше морс... И мне еще умыться надо. Смыть с себя всю эту... гадость, - а потом, внезапно опомнилась. - Гильда, вы спускайтесь, я сейчас, быстро. Я там забыла... кое-что на полке...

Забрать цацку и бежать отсюда, как от замочной скважины, через которую ты только что подглядел что-то уж совсем, выходящее за рамки морали. Но, взгляд сам задержался на невесомой красной накидке, поникшей на спинке дивана... "Бедная-бедная Илона... Выдернутая из своей больничной койки ради амбиций собственного брата... Кукловод - Гужеслав... А хорошо у вас получалось, господин кукловод. Только обидно, наверное, когда за такой высший пилотаж никто тебе не аплодирует?..".

За маленьким кухонным окном уже занимался рассвет, раскрасивший серые настенные камни в нежно розовый цвет. А совсем скоро, когда осеннее ладменское солнце окончательно выберется из-за восточных хребтов эти древние стены вновь изменятся, став бледно-желтыми... Как хамелеоны, подстраивающиеся под перемены в природе... И так было всегда. И будет тоже так. Даже когда замок этот, надежный, как и его хозяин, превратится в исторические развалины, поросшие низкорослыми кустами и травой... Так будет всегда, пока восходит солнце... "Да... Мне бы радоваться сейчас, что мужчина мой теперь вновь обрел свободу, а я, вдруг, впала в философскую меланхолию... А все потому, что до сих пор мигает внутри меня мой личный сигнал тревоги. И ни чего ты с этим пока не поделаешь"...

- Гильда, а сколько времени занимает дорога от Молда до нас?

Женщина, спешно замешивающая тесто на свой очередной яблочный пирог, оторвалась от кастрюли (это не ее ли я так удачно свалила ночью?.. Вроде бы не ее) и сдула выбившиеся из под "пиратской" косынки волосы:

- Если галопом, то не больше трех... Ишь ты... Скоро вернется Его сиятельство, не переживай... Вета, я вот все думаю... Илона то эта, сестра нашей, чтоб ее, она что, совсем недвижимая была до того, как Мокеей прикинуться?

- Мне трудно судить, - отошла я, наконец, от окна и плотнее закуталась в гильдину шаль. - Я ведь не лекарь. Я только знаю, со слов Вадомы, ее неотлучной няньки, что Илона очень редко покидала постель и у нее были проблемы с ногами. Точнее, с костями. Ее поэтому и держали в Джингаре, в большом секрете, как семейный позор.

- Ага, одна сестра - красавица, а вторая - урод... Хобье отродье у них были родители. Бросили на старую няньку свое больное дитя да еще подальше от себя упекли.

- На старую няньку? - добродушно скривилась я. - Вы бы знали, Гильда, какие чудеса она может творить, эта старая нянька. Один, очень умный некромант даже назвал ее Ангелом-хранителем.

- Да что ты? - изумленно застыла женщина над своей квашней. - Тогда за что ж с ней так обошлись, с Ангелом то, хранителем? Это ж грех.

- Грех?.. Вы, наверное, правы. Грех даже для не верящего в Бога аланта... А что касается Вадомы, думаю, что как только Гужеслав задумал всю эту... комбинацию, она просто стала не нужна. К тому же могла оказаться лишним свидетелем. Ведь рано или поздно в ней бы все равно распознали фифику и прибрали к рукам в какой-нибудь алантский, или не алантский (вспомнила я благодарное семейство Анчаровых) род. Да и грех там только на брате, а Илона ее просто выпустила на все четыре стороны, справедливо опасаясь, что Гужеслав поступит гораздо... круче с ее бесценной нянькой... А вообще, Бог им всем судья, Гильда, - совсем уж неожиданно для себя выдала я любимую фразу Катерины Ивановны, чем заслужила понимающий кивок от умудренной жизнью человеческой женщины.

- Доброго дня, Ги-и... Госпожа Вета?.. И вам доброго дня, - застыла на последних лестничных ступенях высокая старческая фигура.

- Тук! - расплылась я, увидев его недоуменное лицо. - Здравствуйте. А я к вам с неурочным визитом.

- С неурочным? - удивленно переспросил меня он и подошел по ближе к огню в камине. - Странно. А я вас вчера еще ждал.

- Что?

- Ты чего это несешь, старый дрын? Откуда тебе знать, когда Вета к нам покажется? Или ты тоже у нас... алантом заделался, провидцем?

- Погодите, Гильда, - растерянно закусила я губу. - Тук, с чего бы?

- Ну, знаете ли, - обиженно обратился мужчина одновременно к нам обеим. - Говорю, значит, знаю. Вас, госпожа Вета, письмо дожидается в общей почте Его сиятельства, еще со вчерашнего полудня.

- Меня письмо? - совсем уж недоверчиво воззрилась я на старого слугу (мало ли, возраст, все-таки).

- Именно для вас, - оскорбленно кивнул он головой. - Я что, читать не умею? - и поджал свои морщинистые губы.

- Та-ак, погоди, девонька, - вытирая руки о полотенце, выступила вперед Гильда. - Ну, так если письмо ее столько времени дожидается, так какого хоба ты тут торчишь у камина? Неси его быстрее сюда, - и скептически проводила взглядом важно удалившегося Тука. - Вот, помяни мое слово, опять он чего-то напутал. В прошлый раз, когда почту разбирал, мне притащил отчет от приграничного дозора, а Его сиятельству взамен, - сконфуженно хихикнула она. - письмецо от моего бывшего... боевого соратника оставил. Он его распечатал, не глядя, по привычке и потом дня три на меня косился и улыбался... Стыдоба да и только... А что тут скажешь, годы, - скорчила Гильда скорбную гримасу, а потом не выдержала и доверительно ко мне склонилась. - А он мне, мой бывший, знаешь, что там понаписал? Вспоминаю, говорит, про наши с тобой...

- Вот, пожалуйста, - демонстративно легло между нами на стол обещанное послание, на котором черным по белому через весь конверт были выведены слова: "Лично для госпожи Полунич"...

- Я ничего не понимаю... - ошарашено замотала я головой. - Гильда, откуда?..

- Тук, ну извиняюсь... А чего гадать то? Давай его вскроем, - подхватила женщина лежащий рядом нож и потянулась к конверту.

- Погодите, - остановила я ее заполошным движением руки и забрала орудие вскрытия. - Раз мне, то я и распечатаю... Мало ли...

В следующую минуту огромную комнату огласил сначала испуганный вскрик Гильды, а потом мой протяжный стон, больше, правда, похожий на рык. Потому что прямо в подставленную ладонь мне выпала срезанная наискосок прядь знакомых до боли темно русых волос...

- Гильда, когда Борамир уехал в замок Молдов?

- Вчера прямо с утра.

- Тук, письмо доставили когда?

- Вчера в полдень.

- Понятно... Я пошла...

И тут кухню будто взорвало:

- Куда ты пошла?! Мы туда сейчас Ольта с отрядом отправим! Ишь, пошла она! Какого хоба тебе там делать, в этом змеюшнике?

- Госпожа Вета, Гильда правду говорит. Как нам потом в глаза Его сиятельству смотреть?

- Пожалуйста, помолчите! - выждав образовавшуюся паузу, встала я, наконец, из-за стола. - Отвечаю один раз и вам обоим. Заботу оценила, спасибо, но пойду все равно одна. Потому что иначе, дорогой Тук, смотреть в глаза вам будет уже некому.

- Ох-х... - выдохнула женщина и схватилась за сердце. - Да кто ж знал то? Да чтоб им... Девонька, может, есть другой выход?

- Гильда, - обхватила я ее сзади руками. - Я ведь не совсем безумная и прекрасно понимаю, что зря геройствовать не стоит, но, из этого письма очевидно до невозможности, что ждут там лично меня и только меня. Или я не права?

- Права, Веточка, - покаянно покачала она головой.

- То-то же... Но, если мы с Борамиром не вернемся к вечеру, тогда засылайте Ольта. Потому что, думаю, больше нам помощи ждать неоткуда... Я пошла, - расцепила я свои руки и уже не стала оглядываться назад...

Почему то именно в такие моменты отчаянно хочется верить в разные несусветные чудеса, даже самые захудалые. Сразу начинаешь вспоминать стародавние пророчества, связанные с твоей персоной, сомнительные гадания на картах и просто пожелания близких, увещевающих вас, что жить вам долго и счастливо и так далее в том же духе... А я, именно сейчас, стоя на каменном мосту, продуваемом со всех сторон немилосердным горным ветром, вспомнила про волшебное решето... Ведь оно обещало нам с Борамиром общую старость... И еще я очень надеялась, что проведенное вместе с ним время (сколько там дней получается, если все их сложить?) не состарило нас уже до этого рокового срока...

А он очень был похож на тот, что я уже видела дважды, этот выгнутый дугой узкий мост. С той лишь разницей, что заканчивался одной из своих сторон не проходом между скал, а высокими узкими воротами, ставшими от времени такого же серого, что и камни цвета. А за ними, на отвоеванном у самой высокой горы в стране клочке красовался замок. Хотя, слово "красовался" ему совсем не подходило. Замок был депрессивно унылым, как и окружающая обстановка вокруг него... Его стены даже солнце не в силах было раскрасить...

- Да-а... - задрала я голову на верх, мрачно наблюдая за птицами, кружащими вокруг башенных шпилей. - Прекрасные декорации для финальной сцены сказки про Золушку... Да вот только Золушек беременных не бывает. И вообще, приличная Золушка потеряет туфлю и сидит терпеливо дома в ожидании, когда за ней приедут и торжественно препроводят во дворец, а не шляется в поисках подвигов... или собственной смерти... Ага, вот и второй колокольчик сработал. Значит, сюрприза для хозяев точно не получится, - терпеливо застыла я у ворот в ожидании, когда же меня "пригласят" вовнутрь моей личной сказки.

Приглашения, как такового не последовало. Просто ворота сами открылись передо мной, причем, совершенно беззвучно... А чего еще можно ожидать, если хозяином здешних хором является "чистый" алант? Ему и слуги то, наверное, не нужны...

- Доброе утро, госпожа Полунич!

- И вам не простыть... Где граф и его люди?

- Что, так вот сразу и к делу? Без традиционных улыбок и целований ручек? - приветливо оскалился мне стоящий в дверях Гужеслав.

- Так зачем на сквозняке то торчать? - шагнула я вовнутрь, отметив краем глаза, поехавшие за моей спиной створки и еще трех лошадей, понуро переступающих ногами в глубине небольшого двора. А среди них и игреневую красавицу Борамира.

- Ну, тогда прошу вовнутрь, - отступил он в сторону, пропуская меня в холодный полумрак. - Вижу, не нравится вам наше скромное жилище.

- Послушайте, Гужеслав, - собрав всю свою злость в один большой сгусток, развернулась я к нему. - Вы ведь меня сюда не советы по интерьеру зазвали давать. Да и у меня вообще есть стойкое подозрение, что даже цветущий сад вас лучше не сделает. Так, к чему тянуть? Я хочу видеть Борамира и знать, чего вы от нас с ним хотите.

- От вас с ним? - удивленно вскинул он брови. - Мне нужны исключительно вы, госпожа Полунич. А ваш... возлюбленный, это вчерашний, давно угасший день.

- Что?!

- Ого! - отпрянул от меня мужчина, а потом растерянно усмехнулся. - Извините, я, наверное, слишком... патетично выразился сейчас.

- Где Борамир? Он жив?

- Да жив он. Конечно, жив, - недовольно произнес Гужеслав, видимо, заготовивший еще несколько "патетичных" фраз. - Как я мог избавиться от главного аргумента в переговорах с сильным противником?.. Следуйте за мной. Здесь недалеко, - и первым пошел в другой конец зала.

Мы совсем недолго спускались по "обмотанной" спиралью вокруг каменной опоры лестнице. Пока не попали на самое дно, по всей видимости, подвал здешнего строения, освещенный сейчас несколькими колыхающимися под потолком алантскими шарами. Первое, что бросилось мне в глаза - Илона, с совершенно пустым взглядом сидящая на стуле, с концом какой-то веревки в руках, и смотрящая прямо перед собой. А вот куда именно...

- Борамир, - дернулась я вперед и лишь секундой позже, после предостерегающего вскрика Гужеслава осознала всю картину целиком.

- Вот и отлично, - быстро подошел алант и встал между мной и моим мужчиной. - Я свою часть выполнил, теперь ваша очередь, - и, едва уловимым движением коснулся моего лба...

"Вот теперь в моей жизни все хорошо. Потому что она, наконец, обрела смысл. И как я раньше без него жила?.. Теперь все у меня хорошо и... спокойно. И как же это прекрасно, когда все спокойно... И ты качаешься на волнах этого глубокого и теплого как прогретый песок моря спокойствия. Пока тебя не окликнут и не призовут. Потому что вся твоя жизнь теперь - служение... И вечный душевный покой, где на все вопросы только один вариант ответа..."

- Скажи мне, ты теперь только моя?

- Да, мой господин...

- Вот и отлично... А я и не думал, что все будет настолько просто... Но, сильные эмоции еще никому ума не добавляли, а уж тем более осторожности. Не так ли, Ваше сиятельство?

"Ну и зачем он так кричит, этот мужчина?.. Наверное, он не ценит тишину. Или ему здесь не нравится... Хотя висеть вот так над открытым колодцем кому понравится?.. Но, это лишние вопросы... Главное сейчас - мой душевный покой... Его теперь никто не нарушит. Так что, кричи, сколько угодно"

- Ты, мразь, ты что с ней сделал?!

- Борамир, перед смертью не о том надо думать. Лучше порадуйся за нее, прежде чем последовать за своими слугами. Ты ведь хотел, чтобы она жила в твоем замке? Правда, теперь вместо тебя с ней рядом буду я и твоя скорбящая вдова.

- Вета, Вета, любимая. Очнись... Вспомни свою семью: Натэю, Танаса вспомни. Любимая...

- Зря стараешься. Она теперь очень далека от всех своих бывших ценностей и как никогда близка к алантскому идеалу. Так ведь?

- Да, мой господин.

- Вета, опомнись, посмотри на меня. Это ведь я... Я так и не назвал тебя своей Ветвяной. Не лишай меня этой возможности.

- Ну вот, а еще меня можно обвинить в патетике. Смири свою гордыню и уйди спокойно, Борамир. Поверь, нам без тебя будет хорошо. Мы с твоей возлюбленной родим настоящего аланта и твой племянник унаследует все твои земли. Мы будем делать это очень долго, сочетая полезное с приятным. Ведь она так красива, как истинный алант... И очень приятна на ощупь... О-о, сколько ненависти в твоих глазах. Все это лишнее, поверь мне.

"Все лишнее, все пустое... И я сама пустая... Важен лишь мой господин. Он сейчас проводит рукой по моему телу... Но, я совсем этого не чувствую. Почему?.. Нет, я чувствую... И, если он мой... то почему мне тогда так... холодно? Особенно здесь, у внутренней стороны бедра... Мне больно. У меня будто кожа леденеет, и этот озноб расползается по всему телу"

- Гужеслав, мне кажется, с ней что-то не так... Гужеслав!

- Не мели чушь. Это невозможно и ты - полное тому доказательство... А, хотя, пора заканчивать эти семейные проводы. Дергай за веревку и становись вдовой.

- Гужеслав!!!

Глубокий вдох отрезвляюще холодного воздуха подземелья и отчаянная попытка успеть... Узел как змея, разворачивающаяся для прыжка, его совершает, и веревка летит через кольца в стене и потолке, унося моего любимого в непроглядную тьму колодца. "Как же поздно ты очнулась, дура ты безнадежная!". И уже бесполезный, бездумный порыв - сорвать с шеи цацку. "Время, остановись!"

Бу-ух...

Потрясенно оглядываюсь по сторонам. В воздухе, кажется сейчас осязаемом, прямо передо мной замер пролетающий комар... Обычный такой комар в этой нереальной картине... Илона с открытым ртом и глазами, полными ужаса, как изогнутая по странной прихоти автора статуя... А сзади меня Гужеслав...

- Да отцепись же ты, сволочь, - с трудом разжимаю его окаменевшие пальцы на своем рукаве и оборачиваюсь назад. - Это что же, мать вашу? Это я, что ли, все сделала? - но, алант стоит и лишь безмолвно смотрит на... мою цацку, которая сейчас зависла прямо над колодцем... с разорванной цепочкой, как с двумя крыльями, распахнутыми в полете...

Бу-ух...

Ну, если я и сейчас не успею, даже после такого шанса, данного мне судьбой...

Веревка, твердая и не гнущаяся, как древесный ствол - совсем не поддается рукам, да и не вытянуть мне его. Значит, надо рискнуть. И я рискую... Сначала голова с подпорченным темно русым хвостом, а потом и все остальное - медленно, очень медленно мой мужчина возвращается из этой чернильной пропасти... Я осторожно ставлю его на пол, чувствуя себя сейчас грузчиком, упражняющимся с бесценным грузом, а потом взмываю и пытаюсь развязать узел на вытянутых руках... Сначала, как человек, а потом уже, как алант. Более удачливым становится второй... "Что там я плела в своем бреду про душевный покой?.. Да плевать я на него хотела, на этот покой. Не надо мне его больше".

Бу-ух...

- Любимый, - скольжу я к его лицу и бережно обхватываю руками за шею. В глазах Борамира сейчас столько тоски, что у меня начитает ныть сердце. - Любимый мой... Я тебя больше никому не отдам, - целую его в нос и, наконец, оглядываюсь. - Так, а что мне с тобой делать... бывший господин?

Хотя, примерно уже представляю... Выдергиваю стул из под несостоявшейся вдовы и "устанавливаю" его над головой Гужеслава... Потом скептически закусываю губу и для верности водружаю на сиденье приткнутый тут же в углу чугунный чан... Честно говоря, по настоящему воевать с истинным алантом я трушу, а вот на принятие более умного решения время себе, считай, выигрываю. "Эх, знать бы, где у него припрятана копилка... Да что уж теперь".

- Ну, считай, готова, - встаю между ним и Борамиром...

Бу-ух. Бу-ух. Бу-ух...

Еще успеваю понять, что это было биение моего собственного сердца, а потом...

Сначала я, с большим удовлетворением смогла пронаблюдать, как очнувшийся на миг алант тут же, с гулким чугунным звоном, ушел в глубокий нокаут, а потом уже обернулась к своему мужчине. И как раз вовремя, чтобы в следующий миг увернуться и не получить его упавшими, как плети руками себе по макушке.

- Вета?! - пошатнулся он в сторону и сменил, наконец, свою волчью тоску в глазах на огромное удивление там же. - Как ты это... сделала?

- Тихо-тихо, - потянула я его за куртку на себя. - Дыши глубже, любимый. Приходи в сознание.

- Но, объясни мне, - сделал он корявую попытку обхватить меня своими онемевшими от долгого висения руками. - Что здесь произошло? Я ведь уже распрощался и с тобой и с жизнью...

- Счастливый поворот судьбы... Просто, я, кажется, раскрыла тайну, как за одну секунду собрать метроном.

- Метроном? А причем здесь... - непонимающе уставился на меня Борамир, а потом, видимо, мысленно плюнул на это дело и смог-таки, прижать меня к себе. - Все, что в моей жизни связано с тобой для меня просто... непостижимо... А что с Мокеей?

- С Мокеей? - озадаченно посмотрела я на женщину, которая сейчас брошенной марионеткой сидела у стены и смотрела на нас с неприкрытой злобой. - А это не Мокея, любимый. Я должна тебя огорчить - ты опять вдовец. По-моему, это тоже... непостижимо. А может, дама сама тебе представится?!

- Илона Молд, - с вызовом вздернула она свой острый фамильный подбородок. - И как же я вас всех презираю... И брата своего больше всех. Решил он опять рискнуть... Второй раз пнули под одно и тоже место. Ценитель чистой крови.

- Вета, о чем эта женщина говорит? - прищурил глаза Борамир. - О каком втором разе?

- Не слушай ее, - заполошно развернулась я к нему. - Она же сказала, что всех презирает, вот и...

Звук, раздавшийся через секунду, очень похожий на взрыв, заставил нас обоих инстинктивно пригнуться. А уж потом, сквозь шум в полузаложенных ушах разобрать слова знакомого голоса:

- И не рано ли вы расслабились?

- Сим, - облегченно выдохнула я. - Ты откуда здесь и... что это было?

- Что это было? - с усмешкой спросил рыцарь, склонившись над отъехавшим в угол на место чугунного чана Гужеславом. - Это у меня алант спрашивает, который другого аланта, чрезвычайно опасного, оставил без присмотра?.. Вы как, вообще?

- Нормально, - сконфуженно ответил Борамир. - Это моя вина. Его теперь вязать? - и, растирая по дороге руки, направился к Симу.

- Просто вязать его бесполезно, - сверкнул тот при свете магических шаров гранью моанитового ошейника. - А вот этого, думаю, будет достаточно. Хотя потом можно еще и связать, - и защелкнул "украшение" на опять вышедшем из строя Гужеславе. - А вам домой не пора? Здесь-то что теперь делать? Я сам это семейство переправлю, куда надо. Тем более, у вас обоих окружение уже наверняка места себе не находит.

- И куда это семейство надо переправить? - проигнорировав справедливость слов рыцаря, вкрадчиво поинтересовалась я. - Сим, а ты здесь один или с...

- Нет, я здесь один, - внимательно посмотрел он на меня. - Но, сейчас прямиком в свою контору. Думаю, что с доказательствами теперь все в порядке и без твоих... упражнений сегодня ночью. Ведь я тебя знаю, Вета, и ты, наверняка этой ночью так и поступила.

- Ага, - многозначительно покачала я головой. - Значит, все в порядке. И без моих...

- Вета, - наблюдая со стороны наш эзопов язык, подошел ко мне мой мужчина и обнял за плечи. - Если Симаргл говорит, что мы ему не нужны, то так оно и есть. А нам с тобой, действительно, пора. Ты разве не хочешь по быстрее вернуться... домой? - произнес он таким тоном, что у меня, вдруг, перехватило дыхание.

- Конечно, хочу, - только и смогла пробормотать я, а потом пристыжено поплелась к лестнице наверх, лишь оглянувшись на прощание. - Спасибо, Сим. За все тебе спасибо.

- Не стоит, Вета, - на миг оторвался он от процесса связывания нашего дважды пострадавшего...

В холодном подземелье счет часам теряется. Тем более, когда то впадаешь в "транс", то вообще это время останавливаешь. А вот на улице, даже на глухом дворе такого мрачного места, как замок Молд день был в полном разгаре... И не права я была сегодня утром - смогло-таки солнце покорить и эту неприступную твердыню, придав ей сейчас темно-коричневый землистый оттенок... А, может, все дело только в моем настроении...

- Вета, - виновато скривился сейчас, глядя на меня Борамир. - Лошади здесь больше суток стоят голодные. Давай я их покормлю перед дорогой. Это не долго, - и погладил по морде свою понурую красавицу Молнию.

- Да конечно, - иронично сощурилась я, глядя на эту парочку. - Борамир, а... твоя охрана... Они... Их правда...

-Так и есть, - вздохнул он и посмотрел куда-то в небо. - Сразу после нашего приезда... Завтра отправлю сюда людей. Попытаемся вытащить их тела из колодца, чтобы нормально похоронить.

- Я помогу. У меня это быстрее получится.

- Она поможет, - грустно улыбнулся Борамир и прижал меня к себе. - Чтобы я без тебя делал. И как я без тебя жил все эти годы... Без твоей бесценной помощи и любви... Вета.

- Да.

- Ты мне только одно скажи, чтобы я хоть что-то из произошедшего здесь понял: как ты смогла избавиться от этого заклятия, которое на тебя накинул Гужеслав?

- А не надо было руки свои распускать...

- Не понял? - слегка напрягся сейчас мой мужчина.

- Понимаешь, на меня еще в детстве, после одного... случая бабушка наложила сильную защиту. И с тех пор, если ко мне кто-то без моего согласия прикасался... к внутренней части бедра, то на все остальное уже был не способен... никогда... Но, я сама никак не ожидала, что эта ее защита нас сегодня так выручит... Видимо, сильный была алант, моя бабушка.

- И тебя сильно любила... Так получается, что Гужеслав теперь...

- Ага, - ехидно подтвердила я. - Так же, как и Хлыст.

- Да-а, - лишь многозначительно протянул мой любимый, а потом тут же вспомнил о голодных лошадях.

Да и я тоже кое о чем вспомнила... О своей цацке, покоившейся сейчас где-то между тел погибших охранников Борамира... Вот ведь, влипла...

- Борамир, я сейчас вернусь, - развернулась тут же на каблуках в сторону замковой двери.

- Ты куда? - растерянно взглянул он, уже на полпути к здешнему подобию амбара.

- Я копилку свою внизу забыла. Там, наверняка уже нет никого. Так что, не переживай, - и гулко хлопнула створкой, вновь окунувшись в холод и полумрак. - Бр-р... И как здесь вообще жить можно?..

" Я бы здесь и дня не протянула. Особенно, в пасмурную погоду или зимой, когда ветер гоняет по полу заблудившиеся снежинки... А они не тают. Потому что... Бр-р... О-о, а ведь ошиблась я", - констатировала я сей факт, уже почти достигнув своей цели, а потом непроизвольно замерла на ступенях и начала прислушиваться... Как то жутковато стало. В свете предстоящей операции по возвращению цацки...

Разговаривали двое - Сим и Гужеслав (после осознания чего я облегченно выдохнула). Причем, как мне показалось, довольно спокойно разговаривали. По крайней мере, без криков и матов. А вот, о чем именно...

- ... и рассуди, кому поверит больше: мне или этой... психопатке, - закончил свою фразу Гужеслав, видимо не простивший мне прилетевший так удачно чугунный чан.

- Психопатке? - не хорошо усмехнулся Сим. - Да она умнее многих рыцарей Прокурата, которые у меня в начальстве.

- А причем здесь Прокурат? Ты ведь не ему сейчас служишь, верный пес Димиона.

- Не твое дело, кому я служу. Подумай лучше о своей судьбе. Пора бы уже.

- Ты что это? - кажется, не на шутку обеспокоился алант. - Ты куда сестру мою утащил?.. Ты что это?! Разве мы так в Джингаре договаривались, когда ты туда за нами с письмом от своего Мастера примчался? Разве о таком развитии событий? Твой хозяин нам обещал полную безопасность, если мы влезем в это дело с графом. А теперь что? Ты думаешь, я в Прокурате молчать буду про твои нелегальные полеты через границу?

- А вот это уже не твоя забота. И я тебе еще раз повторяю: подумай сейчас о своей судьбе. Слишком много ты себе позволил в последнее время. Заигрался в алантского бога. Влез, куда нельзя было.

- Я влез? Это вы со своим хозяином влезли. И теперь нам всем отвечать придется... и перед Советом шести тоже. Ты думаешь, я молчать буду, про то, как он меня приглашал в свои шныряния по мирам за частями этого изобретения полоумного Роба? Какие мне деньги обещал и перспе... - замер Гужеслав на полуслове. - А вот и наша красавица вернулась. Что, не ожидала такое услышать?

- Вета? - соскочил с нижней ступени, сидящий там Сим и попятился назад. - Вета... - на лице его не было ни кровинки. - Я не хотел, чтобы все так... Чтобы ты...

- Ты не хотел... - эхом повторила я за ним, восстанавливая дыхание. - Нож в спину, Сим. Ты его все-таки воткнул.

- Вета, у меня свой долг...

- Я слышать про него не хочу, про твой долг. Ты предал меня. Ты чуть не убил Борамира, когда подсунул ему вместо жены сломанную куклу. Может, ты и этого не хотел?

- Сломанную куклу? - переспросил он меня и развернулся к сидящему под кольцом Гужеславу. - Ну, уж здесь то...

- То, что знает хозяин, не обязательно знать его псу, - зло засмеялся тот, глядя на меня. - А ты что думала, красавица? Димион на многое был готов пойти ради того, чтобы заполучить тебя в качестве еще одного своего верного пса. В компанию вот к этому...

- Заткнись, - глухо произнес рыцарь. - Заткнись... Вета, я клянусь тебе, я ничего не знал про подмену. Я думал, что возвращаю законную жену...

- Ты сам заткнись, Сим. Я тебя ненавижу. И Димиона твоего. Для вас живые люди, как шахматные фигуры, которые можно двигать ради своих целей и не важно, что они при этом испытывают... Я тебя ненавижу, Сим... Больше всех ненавижу, потому что ты называл себя моим другом, ты признавался мне в... А сам в это время...

Волна ударила почти бесконтрольно и ощутила я это лишь по испуганному крику скорчившегося на полу аланта и своим взметнувшимся волосам... А потом уже не смогла остановиться, все усиливая и усиливая ее разрушительную мощь... Он должен был умереть от такого напора. Причем сразу, расплющенным мотыльком прилипнув к противоположной стене, но, даже не шелохнулся, взметнув мне на встречу свою - огненную волну... Равную моей по силе... Так мы и стояли, глядя друг другу в потемневшие глаза, с обеих сторон от столкнувшихся друг с другом стихий: огня и воздуха. А прямо в центре между нами трескались камни и весь пол подземелья ходил ходуном, как в последнем танце, который совсем скоро не выдержит этот древний замок...

"Вета... прости меня"

"Поздно, рыцарь Прокурата, сын дэва. Мы останемся здесь оба"

"Я согласен, ведь ты останешься со мной"

"Я тебя ненавижу"...

- Вета! Симаргл! Что за лешья мать здесь творится?! Замок вот-вот рухнет! Сим, уходи!!!

Лестницу разнесло, как только нога Борамира покинула последнюю ступеньку... А больше я уже ничего не увидела, потому что, боясь причинить вред своему любимому, трусливо зажмурила глаза...

Истерика настигла меня немного позже. Уже в седле на его коленях. Правда мешал бешеный галоп, но я лишь крепче вцепилась в Борамира, не прерывая своих заунывных рулад... А уж когда перешли на шаг, тут и вовсе стала получаться полноценная песня...

- Вета, открой глаза...

- Я еще не успокоилась. Я боюсь, - вспомнила я про то, что теперь из-за меня не смогут похоронить двух человек и опять уткнулась в грудь своего мужчины. - Что, там совсем ничего не осталось... от замка? - всхлипнула в очередной раз.

- Да отсюда уже и не видно, - как-то не очень сострадательно произнес он. - Вета, открой глаза и посмотри на меня. Я тебе хочу сказать.

- Говори так. У меня сейчас глаза и нос красные.

- Хорошо, - терпеливо вздохнул Борамир. - Тогда слушай... Уже больше года наш уважаемый Мастер, находится под специальным контролем у властей. Однако сдвинуть такую фигуру дело хлопотное. Тем более в стране, целиком завязанной на магии. Это ты сама понимаешь... Но, примерно в это же время к нему... скажем так, в доверенные лица, внедряется маг, тайно работающий на Прокурат - для поиска доказательств грешков главного волшебника страны. Время идет, доказательства копятся, но не в том количестве и не такой значимости, чтобы добиться его полноценного разоблачения... Пока, вдруг, Димион не предпринимает рискованную попытку затащить в наш мир некую... девушку - аланта. Вот тут то и разворачиваются основные действия. И этой девушке, при полном ее неведении удается сделать то, что не смог сделать никто до нее. Правда, она еще попутно занимается другими, не менее интересными делами: вытаскивает из позора одного не очень разборчивого в друзьях графа и разоблачает нелегальных добытчиков звездных сапфиров. В общем, не скучает. Кстати, в компании все того же тайного агента Прокурата, который, справедливости ради стоит сказать, немало из-за нее огреб и от своих непосредственных начальников и от Верховного мага, но тоже, я думаю, все это время не скучал... Как тебе история, любимая?

- Занятная... Но, от этого предательство так и остается предательством. И не важно, под чьим крылом, Прокурата или Верховного мага... У меня вот к тебе встречный вопрос, любимый. Как давно и откуда ты все это знаешь?

- Про Симаргла?.. Сразу после того, как перестал быть вдовцом... Он тогда дал мне слово, в обмен на мое обещание не вмешиваться в это дело, что оградит тебя от поползновений Мастера. И, насколько я знаю, слово свое сдержал. Или нет?

- Да, - тяжело вздохнула я. - Мастер от меня, в конце концов, отстал.

- А еще он и кое-кто из главной канцелярии уверили меня, что твое имя не будет всплывать на будущем судебном процессе. Так что, я думаю, этим обещанием я сильно осложнил Симарглу жизнь.

"Ага, особенно после сегодняшних событий, любимый. Когда судьба Димиона стала вполне очевидной", - покачала я головой и подняла, наконец, свои глаза. - Если он причинит боль кому-то из моих родных, я его убью не задумываясь. Это я сейчас вполне серьезно говорю. А теперь, хватит о Симе. Я больше о нем даже думать не хочу...

- Хорошо, любимая. Тогда давай подумаем о нас с тобой, - с улыбкой произнес он и как-то даже приосанился. - Вета, скажи мне, ты выйдешь за меня замуж? Я мечтал этот вопрос задать тебе уже очень давно, а теперь жду твоего ответа, - пристально посмотрел он мне в глаза. - Что ты молчишь?

- А ты сам как думаешь? - растерянно произнесла я. - Дважды вдовец и будущий отец моего ребенка. Конечно, я выйду за тебя замуж... Я тоже мечтала и уже очень давно именно так тебе ответить. Да вот только случая до сих пор не представлялось.

- Вета, - счастливо расплылся Борамир. - Ты - вся моя жизнь, пусть только человеческая, но счастливая, потому что с тобой. Ты - мое небо и мое солнце и воздух и весь этот мир вокруг... Все это ты...

- И наш стог сена?

- И наш стог сена... И пророчество старой цыганки и...

- И твои бальные туфли?

- И... Вета, а вот сейчас помолчи, пожалуйста...

Это стало для него уже привычкой - затыкать мне рот своим поцелуем. Но, какое же это верное средство. И оно вполне устраивало нас обоих... После всех тревог, слез, расставаний и бурных встреч мы словно обрели свой маленький мир, умещающийся сейчас в седле игреневой лошади и нам больше никто не был нужен... Лишь чувство взаимного упоения и возникшая вдруг невесомость...

- Вета, как ты это сделала? - встревоженный голос Борамира.

- Что именно? - открыла я глаза и огляделась по сторонам. - Ну надо же... У нас получилось, - произнесла с предательской дрожью. - У нас получилось.

- У нас? Вета, я тебя прошу, опусти теперь... нас обратно. На землю... Мне стыдно тебе признаться, но, я боюсь высоты.

- Хорошо. Но, только после того, как ты меня выслушаешь.

- Любимая, это шантаж... Говори.

- Я делюсь с тобой всем, что у меня есть: своей жизнью, своей свободой. И отдаю себя целиком в твою власть до конца наших общих дней... Это все...

- Хороший текст для свадебной клятвы. А теперь ты можешь нас опустить?.. Вета, ты вся светишься... Я это вижу...

- Ты еще и не такое увидишь, любимый. Это я тебе обещаю...

Западный ветер трепал наши волосы и пробирался под одежду, заставляя прижаться друг к другу еще сильнее. А земля выгнулась дугой, будто пытаясь дотянуться до двух сумасшедших, так неосмотрительно покинувших ее твердыню. А прямо над нами висело еще теплое, но уже такое капризное сентябрьское солнце, сильно напомнившее мне сейчас святую реликвию скоморошьей деревни - волшебное решето, которое, уж поверьте моему личному опыту, никогда-никогда не ошибается...

Content

Саринова Елена
Ключ для хранителя

Глава 1 Андрей...

Глава 2   Утро...

Глава 3   Качелино...

Глава 4 Ирисы...

Глава 5 Валерыч...

Глава 6 Цацка...

Глава 7 Бабушка...

Глава 8 Дорога...

Глава 9 Хлыст...

Глава 10 Замок...

Глава 11 Борамир...

Глава 12 Конт...

Глава 13 Ладмения...

Глава 14 Тиниэль...

Глава 15 Кольцо...

Глава 16 Мабук...

Глава 17 Эльфийские тропки...

Глава 18 Елания...

Глава 19 Симаргл...

Глава 20 Сделка...

Глава 21 Медвежья пещера...

Глава 22 Димион...

Глава 23 Куполград...

Глава 24 Ожидание...

Глава 25 Инициация...

Глава 26 Медянск...

Глава 27 Вероника...

Глава 28 Либряна...

Глава 29 Олес...

Глава 30 Натэя...

Глава 31 Семья...

Глава 32 Сутки...

Глава 33 Манефа...

Глава 34 Фифика...

Глава 35 Вопросы и ответы...

Глава 36 Бал...

Глава 37 Бенедикта и Грей...

Глава 38 Клятва...