Евгений Якубович

Спасите Великое Кольцо

С глубоким уважением к творчеству Ивана Ефремова и его последователей, с книгами которых я вырос

Популярный писатель-фантаст Аполлинарий Куренковский (в жизни Василий Курятников) сидел в кресле в гостиной своего загородного особняка перед горящим камином и работал над договором с издательством. Работа была несложной. Вооружившись красным фломастерам, он вычеркнул права издательства на экранизацию, заменил эксклюзивное право на издание книги на неэксклюзивное и увеличил сумму гонорара. После чего с удовлетворением отложил проект договора на журнальный столик возле кресла.

С того же стола он взял широкий граненый стакан, положил туда несколько кусочков льда из вазочки и наполовину наполнил шотландским виски двенадцатилетней выдержки. Отхлебнул, вздохнул и поставил на стол. Аполлинарий не любил виски. Но считал, что писатель его уровня непременно по вечерам должен сидеть у камина и пить виски, обдумывая сюжет будущей книги. И при возможности неукоснительно придерживался этого распорядка.

На самом деле сюжет для очередной книги был уже готов. Книги писались по давно накатанной колее и не требовали особых умственных усилий. Раз в месяц писатель смотрел десяток новых голливудских страшилок и фантастических боевиков, и воровал оттуда антураж для своих книг. А сами сюжеты были просты и однообразны.

Именно такую продукцию издатели брали с большим удовольствием. По их утверждению, этого требовал читатель. Позиция издателей оправдывалась тем, что книги Куренковского и в самом деле раскупали как горячие пирожки. С другой стороны, о спросе на книги более высокого художественного уровня у издателей информации не было — серьезные книги давно уже никто не издавал.

Дверь в гостиную открылась, и в комнату впорхнуло очаровательное существо женского пола — новая жена писателя Розалия (в девичестве Лизонька). Она уселась на подлокотник кресла и громко чмокнула мужа в намечающуюся лысину. Тот поднял на нее взгляд:

— Розалия, ты же знаешь, когда я работаю, мне мешать нельзя.

— Ты не работаешь, я вижу, — капризно надула губки Розалия. — А у меня к тебе серьезное дело.

— Знаю я твои серьезные дела. Опять надеть нечего?

— Ну Ляпа, ты же знаешь, через неделю презентация твоей новой книги.

— Сколько раз я просил не называть меня этим дурацким именем!

— Прости, любимый! — Розалия нагнула головку и принялась легонько покусывать мужа за мочку уха.

Муж тут же размяк:

— Короче!

— Шубка.

— Опять?

— Голубой песец. Я мерила — весь магазин сбежался. Все в один голос сказали, что никому она так не идет. И прямо под цвет моих глаз.

— Я только в прошлом месяце купил тебе новую шубу.

— Ляпочка, я в ней была на презентации прошлой книги. Я не могу быть в одном и том же на презентациях разных книг.

— Но это несерьезно — каждый месяц покупать новую шубу!

— Ляпочка, я не виновата, что ты так быстро пишешь. А мы должны выглядеть. Это крайне важно, ты знаешь.

Писатель, подумав, согласился. В одном жена была несомненно права — она должна «выглядеть». Это часть его имиджа. А деньги можно списать как представительские расходы.

— Хорошо. А теперь иди. Мне действительно надо работать. — Он покосился на тающий в стакане лед.

Жена не заставила себя долго упрашивать.

— Я в ванну и в постельку. Буду ждать! — игриво напомнила она.

Но Аполлинарий уже не слушал ее. Он снова взял со стола договор и, подумав, еще увеличил сумму контракта. «Никуда не денутся», — решил он и отхлебнул из стакана. Душевное равновесие восстановилось. Писатель закрыл глаза и предался воспоминаниям.

Несколько лет назад Василий Курятников был обычным мелким бизнесменом, которых в губернском городе Хомянске наблюдался явный излишек. Он работал самостоятельно и с компаньонами, открывал и закрывал малые и средние предприятия, создавал акционерные общества открытого и закрытого типа, покупал и перепродавал товары первой и прочих необходимостей, а также разнообразную продукцию легкой и тяжелой промышленности. Но преуспеть в бизнесе ему так и не удалось.

Курятников был натурой деятельной и артистичной. Став взрослым, он не потерял, как большинство обычных людей, детское желание прославиться. Наоборот, оно крепло в Василии с каждым днем. Подумав, Василий решил стать известным писателем. Благо в школе за сочинения он всегда получал твердую пятерку.

Изучив конъюнктуру рынка, Василий выбрал жанр боевой фантастики. Он заперся на даче и через пару месяцев разослал во все известные издательства рукописи двух книг.

Ответы пришли не сразу, но все отрицательные. Василий понял, что просто так в эту отлаженную систему не пробиться. И вот тогда он по-настоящему проявил свой талант. Василий договорился о встрече со старым школьным другом Алексеем Фоминым, официальным владельцем двух главных банков Хомянска, и неофициально контролирующим остальные три.

Коренной сибиряк Алексей происходил из семьи потомственных охотников и с раннего детства пристрастился к этому занятию. При первой возможности он собирал друзей, и они отправлялись в тайгу. За превосходное знание леса и меткую стрельбу банкир получил среди друзей прозвище Сталкер, которым чрезвычайно гордился.

На этой слабости и сыграл Василий. Войдя в кабинет директора банка, он без предисловий предложил старому другу ни больше, ни меньше как всероссийскую известность. Идея состояла в выпуске серии книг под общим названием «Сталкер Леха». Сюжет был прост и неотразим для любого издательства. Состоял он в следующем.

На некий губернский город в Сибири нападают злобные мутанты, появившиеся в тайге после экспериментов с атомным оружием в советские времена. Коррумпированное правительство и разложившаяся армия не в состоянии дать злодеям соответствующий отпор. Единственным человеком, который берет в свои руки спасение жителей, оказывается простой сибирский банкир по прозвищу Сталкер Леха. Он обращается к своему приятелю Рабиновичу, работающему в закрытой военной лаборатории. Тот снабжает Леху новейшим секретным оружием. Банкир набирает команду из школьных друзей, вооружает их и после продолжительных сражений освобождает Землю от мутантов.

Дальше все просто. Если книга станет бестселлером, то сюжет с небольшими изменениями можно тиражировать еще раз пять. К примеру, в следующих книгах нападать станут не мутанты, а некие загадочные клоны из будущего или гоблины из параллельного пространства. На худой конец есть еще и пришельцы из другой Галактики, хотя это уже не так модно. На волне успеха первой книги издательства и магазины будут брать новые только за принадлежность к успешной серии.

— Потом все не только окупится, но и начнет приносить офигенную прибыль, — втолковывал Василий. — Главное не поскупиться на первое вложение.  Финансовый успех всей серии прямо пропорционален сумме, вложенной в раскрутку первой книги.

— Прикинь, мы прославимся на всю Россию! — закончил речь Василий.

Затем, не давая банкиру раскрыть рта, предусмотрительный писатель протянул приятелю несколько машинописных листов с описанием сцен, где Сталкер Леха эффектно мочит превосходящие силы злобных монстров. Банкир вначале лениво, а затем все более заинтересовано, стал перелистывать рукопись.

И не устоял Леха. Результатом переговоров стало согласие банкира финансировать выпуск первой книги серии, с условием, что фамилию главного героя Василий изменит.

— Не стоит мне так светиться, — пояснил банкир. —   Наши и так поймут, а остальным  не нужно знать, что это написано с меня.

Первая книга была готова через месяц. Старый друг не подвел. Он не только финансировал выпуск книги, но и организовал рекламную компанию, после которой только последние бомжи не знали, что в России появился новый гениальный писатель-фантаст Аполлинарий Куренковский. Расходы банк провел по статье благотворительность, а банкир в своей визитке к словам «директор банка» добавил малопонятное в Хомянске, а потому вызывавшее уважение, «меценат искусств».

Первую партию «Сталкера», изданную на деньги банкира, смели с прилавков за две недели. После этого к Василию, то есть теперь уже Аполлинарию, обратились с предложениями сотрудничества самые престижные издательства. Поднаторевший в деловых переговорах Аполлинарий своего не упустил. О подробностях заключенных контрактов мы, конечно,  читателя известить не можем, однако намекнем, что мисс Роулинг, автор пресловутого Гарри Поттера, заплакала бы от зависти, доведись ей увидеть их.

Как и предполагалось, на волне успеха Куренковский успел выпустить пять книг, прежде чем интерес к серии стал угасать. Не дожидаясь полного фиаско, писатель запустил в производство новую серию.

Серия называлась «Трамвай-2044». После атомной бомбардировки в 2044 году Москва превратилась в радиоактивные руины. Пассажиры скоростного трамвая, ходившего вдоль кольцевой дороги, остались в живых, благодаря специальной защите вагонов. Однако, они оказались заложниками в продолжавших движение составах, которыми управлял центральный компьютер. Выжили и те, кто ожидал трамвай на остановках, построенных как противоатомные убежища.

Постепенно те и другие приспособились к новой жизни. Научились выращивать грибы, разводили свиней и тем питались. За предметами первой необходимости отправляли вооруженные экспедиции в разрушенные магазины и склады.

Более подробно о такой странной жизни читателю не сообщалось. Главное место в  книгах Куренковского занимали боевые сцены. Бытовым мелочам писатель внимания уделял мало.  Он не без оснований считал, что главный герой значительно лучше смотрится на баррикаде с автоматом, чем в свином хлеву с лопатой навоза.

Поэтому, в этих книгах обитатели трамвая и убежищ большую часть времени занимались тем, что отстреливались от наседавших монстров. В свободное время они воевали между собой. Стремительно разворачивавшийся сюжет не оставлял читателю времени задуматься над нестыковками и несуразностями придуманного мира.

Аполлинарий потянулся в кресле и налил себе еще виски. На этот раз он выпил с удовольствием. Писатель давно обратил внимание, что третья и последующие порции всегда кажутся вкуснее. Но спокойно насладиться дорогим напитком на этот раз не пришлось.

Раздался тяжёлый, грозный звон, будто зазвучала массивная медь. Воздух в дальнем углу комнаты сгустился. Под тревожные музыкальные аккорды там появился призрачный силуэт человека. Постепенно фигура теряла прозрачность, становилась материальной. Снова тяжкий медный удар потряс комнату, и все прекратилось. Перед писателем стоял,  улыбаясь, человек в светлой, отливавшей шелковистым блеском одежде.

— Здравствуйте, — просто сказал он.

Аполлинарий икнул.

— Пожалуйста, не удивляйтесь и не пугайтесь. — продолжил незнакомец. — Это не розыгрыш. Я, как бы это точнее выразиться, действительно пришелец.

Куренковский взял себя в руки и задумался. На розыгрыш и в самом деле не походило: спрятаться в комнате негде, а дверь находилась в другом углу — не ползком же он пробирался. К тому же, все эти светозвуковые эффекты…

— Э-э, — осторожно протянул писатель, лихорадочно соображая, что следует говорить в таких случаях. — Добро пожаловать на планету Земля.

— Благодарю, — слегка усмехнулся пришелец. — Однако я тоже с Земли. Только с другой.

— Боюсь, я не совсем вас понимаю.

— Конечно. Если позволите, я подробно расскажу вам все. Но прежде ответьте на один вопрос. Вы — известный писатель-фантаст Аполлинарий Куренковский? — спросил гость.

Хозяин подтвердил.

— Отлично, — обрадовался пришелец. — Значит мы все рассчитали правильно. Дело в том, что нам отчаянно нужна помощь. Именно ваша.

Аполлинарий засуетился:

— Что же вы стоите, присаживайтесь. — Он указал на кресло напротив.

Гость не заставил себя упрашивать. Он уселся в кресле, вытянул ноги и с облегчением откинулся на спинку:

— Это путешествие отняло у меня больше сил, чем я ожидал.

Хозяин кабинета приподнял бутылку:

— Хотите виски?

— Виски, — задумчиво повторил гость. — Ага, крепкий алкогольный напиток, продукт перегонки ячменного сусла. Нет, не стоит, в нем слишком много алкоголя. Мы у себя пьем только вино.

— Тогда бургундского? — хозяин подвинул столик с напитками, стоявший  неподалеку.

Нисколько не смущаясь, как человек, привыкший везде чувствовать себя как дома, пришелец некоторое время рассматривал бутылки и наконец выбрал вермут. Он наполнил бокал, сделал несколько глотков и снова откинулся на спинку кресла.

— Замечательное вино! Оно сохранило в себе лучи солнца Средиземноморья, колыбели нашей цивилизации. Знаете, эти места у нас и сегодня служат центром культурной жизни Земли.

Он закрыл глаза и несколько минут сидел неподвижно. «Уж не помер ли?», — испуганно подумал Аполлинарий. Однако гость открыл глаза.

— Ну вот: глоток вина, пара минут релаксации и я снова в форме. Итак, для начала, позвольте представиться. Я — Дар Ветер, заведующий внешними станциями Великого Кольца.

— Какое необычное имя. Но мне кажется, я где-то уже слышал его, — протянул Аполлинарий.

Гость молчал и чего-то напряженно ждал. Писатель напряг память. Дар Ветер, Великое Кольцо…

— Ах да, вспомнил. Так звали одного из персонажей «Туманности Андромеды»!

Гость с облегчением вздохнул.

— Значит, вы читали эту книгу?

— Да, в детстве. Сейчас помню только, что потом долго боялся темноты.

— Понятно, — усмехнулся пришелец. — Главное, что вы знаете эту книгу, и нам будет легче разговаривать. Дело в том, что на мое пребывание здесь тратится сорок три процента всей энергии Земли, и на вторую попытку ее может просто не хватить. Энергостанции теперь работают с перебоями, да и энергия уже не та… — Дар Ветер печально замолчал.

— Вы не объяснили, какая связь между вами и книгой Ефремова, — напомнил Аполлинарий.

— Связь самая простая. Я тот самый описанный в книге Дар Ветер, начальник Земной станции Великого Кольца.

— Но, простите, это всего лишь литературный персонаж.

Писатель забеспокоился: «А вдруг пришелец попался сумасшедший? Что за невезуха!».

Дар Ветер широко улыбнулся. Простая открытая улыбка развеяла сомнения — сумасшедшие так не улыбаются.

— В вашем мире Дар Ветер — всего лишь персонаж книги. Но в моем, как видите, я вполне материален, как и все прочие: Мвен Мас, Чара Нанди, Эрг Ноор и миллионы других.

Аполлинарий удивленно уставился на собеседника:

— Как это может быть?

— Я все расскажу и объясню вам. Я же сказал, что у нас к вам очень серьезное поручение.

Куренковский поерзал в кресле:

— Э-э, всегда рад помочь, если это в моих силах. Но знаете, я в настоящее время крайне занят. Я, конечно, постараюсь сделать все, что смогу…

Дар Ветер молча достал из кармана небольшой мешочек, развязал, перевернул, и на столе засверкала горка крупных бриллиантов.

— Мы уважаем ваши традиции, хотя и не понимаем их. Мы знаем, что люди вашего времени взамен за выполнение порученной им работы требуют эквиваленты материальных благ, представленные в виде так называемых денег или драгоценностей. Это бриллианты с нового месторождения в Антарктиде. Очень крупные и удивительно чистой воды.

Бриллианты и в самом деле были изумительные. Аполлинарий с некоторого времени стал разбираться в таких вещах.

— Надеюсь этого будет достаточно для выполнение нашей просьбы.

«Да за такие бабки я готов работать младшим уборщиком на самой дальней из ваших станций!», — хотел закричать писатель. Но сдержался и лишь солидно кивнул головой.

— Да, этого достаточно. Я отложу все дела и займусь вашей просьбой. В чем она заключается? И почему вы обратились именно ко мне?

— Давайте я отвечу сначала на второй вопрос. Нам понадобился российский писатель-фантаст. Самый популярный, а значит — самый лучший, оказывающий наибольшее влияние на читателей.

Аполлинарий насторожился. Уж он-то хорошо знал художественный уровень своих книг. Между тем Дар Ветер продолжал:

— У вас есть информационная система под названием Интернет. Конечно, ей далеко до нашей всемирной информационной сети, но кое в чем она тоже полезна. Мы сделали запрос о современных писателях-фантастах. В полученном списке вы стояли на первом месте. Понятно, что список ранжирован по рангу писателей. Поскольку нам был нужен лучший, мы обратились к вам.

Аполлинарий улыбнулся про себя. Пару месяцев назад, будучи в Америке, он заглянул в один из филиалов фирмы Гугл. Там быстро нашелся не слишком щепетильный русскоговорящий работник, который за скромную сумму, зато в наличных долларах, что в Америке большая ценность, внес небольшие изменения в базу данных. С тех пор в ответ на запросы, содержавшие слова «писатель-фантаст», поисковик помещал фамилию Куренковский в первую строчку списка.

Вслух же Аполлинарий только сказал:

— Право не знаю, это большая честь.

— Оставьте. Объективная оценка способностей человека не комплимент, а обычный элемент общения в нашем мире. Но давайте перейдем к причине моего визита.

Писатель достал рабочий блокнот и ручку.

— Я готов.

Дар Ветер заговорил ровным голосом, словно читал лекцию в студенческой аудитории:

— Людей далеко не всегда устраивает окружающая обстановка и течение их жизни. Они подсознательно придумывает свой собственный идеальный мир, избавленный от существующих проблем и недостатков. Мир, в котором они хотели бы жить. Такой мир чистая условность, он нематериален, нежизнеспособен. Однако, когда схожие мысли и суждения в одно и то же время приходят на ум достаточно большому количеству людей, то происходит качественный скачок. Человеческое сознание обладает огромной созидающей силой. И когда мысли миллионов людей входят в резонанс, они способны создать целый мир.

Это так называемый идеальный мир данного общества. Он объединяет в себе наиболее типичные представления его жителей о том, как наилучшим образом следует устроить их страну, как должна протекать их повседневная жизнь, и просто их обобщенные взгляды на окружающее.

Эти миры находятся в некоем пространстве, суть которого мы и сами до конца не понимаем. Там одновременно может находиться бесконечное множество подобных миров. Некоторые из них призрачны и недолговечны; другие, наоборот, весьма существенны. Идеальные миры возникают из ничего по воле их создателей, и существует только пока люди продолжают думать о них. Когда же о них забывают, эти миры возвращаются в небытие.

— Помедленнее, пожалуйста, я записываю, — остановил его Аполлинарий.

Дар Ветер дождался, пока писатель допишет, поднялся и принялся расхаживать по комнате, продолжая говорить.

— Почти каждая страна имеет свой идеальный мир. Классический пример — мир американской мечты. Хорошо одетые бизнесмены с утра выезжают на автомобилях из своих домов на работу. По выходным главы семейств играют в гольф или жарят барбекю на лужайке перед домом в компании соседей и сотрудников.  Их красивые жены не работают, а занимаются домашним хозяйством и воспитанием детей. Свободное время женщины проводят в клубах и благотворительных организациях. Ухоженные воспитанные дети учатся в хороших школах,  играют в бейсбол и американский футбол. Молодежь по вечерам танцуют рок-н-ролл и теряет девственность на заднем сиденье родительских автомобилей.

Нет ни кризисов, ни преступности. Все улыбаются, едят гамбургеры, пьют Кока-Колу и не толстеют. Американская армия победоносно воюет где-то на другом конце земного шара, неся угнетенным народам мир и демократию. Где именно не ясно — география этого мира крайне расплывчата.

У англичан география, наоборот, полностью воспроизводит реальную. Большинство стран по-прежнему остаются английскими колониями или доминионами, аристократия процветает. Все население живет безбедно. Каждое сословие знает свое место в обществе и добросовестно соблюдает правила поведения. Британские джентльмены мудро правят этим миром, который не знает ни войн, ни восстаний.

Франция представлена в основном Парижем. Богатые рантье собираются по утрам в кафе, читают газеты, обмениваются сплетнями о любовных связях знакомых или известных личностей, пьют кофе и коньяк. В середине дня отправляются обедать в ресторан, после чего проводят время с любовницами. Вечерами ужинают в компаниях или парами, отправляются в театры и гуляют по Елисейским полям.

— Стоп, стоп! — взмолился хозяин особняка. — Давайте немного передохнем. Я не успеваю за вашим темпом.

— Простите, — смутился Дар Ветер. — Я упустил из виду, что люди вашего времени, даже наиболее продвинутые, воспринимают информацию гораздо медленнее, чем мы. Давайте сделаем небольшой перерыв.

Он снова уселся в кресло и сделал несколько глотков вермута. Аполлинарий воспользовался передышкой, чтобы закурить и выпить еще стаканчик.

— Хорошо, — он загасил окурок. — Я вас понял. Но мне в первую очередь любопытно узнать, каким видят идеальный мир мои соотечественники.

— О, российских идеальных миров несколько, — с готовностью ответил Дар Ветер. — По-прежнему существует царская Россия. Этот идеальный мир успешно устоял против советской пропаганды, а теперь становится еще сильнее. Правда есть в нем одна особенность. Население этого мира поголовно состоит из богатых дворян старинных фамилий. Нет, крестьяне и ремесленники, конечно, там тоже присутствуют, однако никто из создателей этого мира себя с ними не ассоциирует.

Другой мир — мир идеального социализма, возник как мечта людей, живших в СССР. Он мало отличается от реального. Советские люди неприхотливы. Главное отличие их идеального мира от реальности в том, что там, наконец, решен пресловутый квартирный вопрос. Ну, зарплаты повыше, отпуска летом по профсоюзным путевкам. И, конечно, отсутствие дефицита. Никакого сверхизобилия: просто в магазинах всегда есть два-три вида колбасы и сыра, мороженое мясо или куры, свежие фрукты и овощи. Все это без очередей, без предварительной записи и карточек. А постояв в очереди, можно даже купить джинсы, мебельный гарнитур или подписку на Дюма.

География мира идеального социализма своеобразна. Территория СССР полностью соответствует существующей. Весь остальной мир — это «заграница». Там изготавливают и шлют в СССР импортную мебель, обувь и одежду. Там же расположены «враги».

— Ну, этот мир остался в далеком прошлом. — отмахнулся писатель. — Полагаю, он давно исчез.

— Вовсе нет. — возразил Дар Ветер. — Этот мир питает ностальгия по былым временам. Он будет существовать пока остаются люди, помнящие жизнь в СССР.

— Что ж, — усмехнулся писатель. — Моя теща до сих пор голосует за коммунистов. А каков идеальный мир нашего сегодня? Должно быть очень интересная картина!

— Его нет, — коротко ответил Дар Ветер.

— Как нет? — возмутился писатель. — Столько лет строим новую Россию, а идеального мира у нее нет? У нас что нет своей национальной мечты?

— Похоже, что так. Думаю дело в том, что нынешнее население крайне разнородно и разобщено. Вы еще не сформировались в устойчивое общество. Представления о его идеальном устройстве у ваших граждан настолько противоречивы, что не вступают в резонанс.

— Однако, — только и смог сказать изумленный писатель.

— Понимаю ваше разочарование, — кивнул Дар Ветер. — Но пора перейти к моему миру, идеальному коммунистическому обществу будущего. Он возник в начале шестидесятых, во времена хрущевской оттепели. К тому времени коммунизм перестал восприниматься как призрачная утопия изобилия и всеобщего благополучия. Творческая и техническая интеллигенция, которая в то время в СССР составляла ощутимую часть населения, воспринимала коммунизм в первую очередь как мир, в котором они смогут полностью реализовать свои профессиональные способности. Смогут работать и творить без оглядки на цензуру и художественные советы, не скованные рамками устаревших стандартов и технологий, без неграмотных карьеристов-начальников. Мир свободы для самовыражения.

И тут появились нужные книги. Вначале была «Туманность Андромеды» Ивана Ефремова, где он описал мир Великого Кольца. Чуть позже братья Стругацкие создали свой мир Полудня. В этих книгах абстрактный мир коммунистического будущего приобрел зримые конкретные очертания. Мечты и чаяния миллионов читателей этих книг приняли единое направление и вошли в мощнейший резонанс. Так возник идеальный мир коммунизма.

— Это чудесный светлый мир, и я счастлив, что живу в нем, — с гордостью сказал Дар Ветер.

Не в силах сдерживать эмоции, он расхаживал по комнате, ни на минуту не прекращая говорить. Он описал общество, в котором нет места однообразной принудительной работе, а творческий созидательный труд стал радостной потребностью каждого члена общества. Рассказал о Школах, где дети живут и учатся под надзором мудрых и заботливых Учителей, о глобальном преобразовании планеты и улучшении климата, о полетах в космос, о контактах с другими цивилизациями. О том, как разобщенные глубинами космоса разумные расы всей Галактики слились в единую семью. Станции Великого Кольца, расположенные на всех обитаемых планетах, ретранслируют передачи, обеспечивая обмен информацией между цивилизациями, находящимися в самых отдаленных уголках вселенной.

Дар Ветер говорил долго и увлеченно. Наконец, Аполлинарий оторвался от блокнота. Бесконечные упоминания счастливого бесплатного труда вконец достали писателя, который обычно начинал новую книгу с составления сметы предполагаемых расходов и доходов. Он раздраженно бросил:

— Ладно, ладно, я все уже понял.

Дар Ветер осекся на середине фразы и недоуменно взглянул на собеседника.

— Да-да, — раздраженно повторил писатель. — Я все понял. Сам жил в то время, когда вас придумали. Халява в магазинах, кайф от самого процесса работы… Проходили мы все это. Лучше скажите, наконец, что конкретно вы от меня хотите.

— Ах, да, — засуетился пришелец. — Я как-то увлекся. А дело у нас вот какое.

С печальным видом Дар Ветер объяснил, что в последние годы их мир стал терять материальность. Нынешние жители бывшего СССР слишком заняты личными проблемами, и больше не мечтают об общем светлом будущем. Книги Ефремова и Стругацких еще читают, и это поддерживает мир идеального коммунизма на грани существования. Однако количество читателей неуклонно уменьшается. Да и у тех, кто эти книги читает, они больше не вызывают прежних восторженных мечтаний. Над идеальным миром коммунистического будущего нависла угроза полного исчезновения.

Первые признаки уже налицо. Энергостанции работают с перебоями, автоматика отказывает, климат резко ухудшился. Космические корабли вышли из строя. Они больше не могут взлетать, а те, что улетели, не возвращаются и на связь не выходят. Необъяснимым образом стали исчезать люди. По последним данным население Земли уменьшилось на треть.

— И, наконец, недавно Земная станция Великого Кольца не смогла принять очередную передачу со станции шестьдесят один Лебедя. Мы послали сообщение о временной неисправности, но не знаем, дошло ли оно до других станций. Возможно, случилось самое худшее — наши звездные соседи, другие цивилизации Великого Кольца, уже полностью исчезли.

Тогда мы решили пойти на крайние меры. В страшной спешке наши ученые собрали установку, которая может ненадолго перенести человека из идеального мира в ваш, реальный.

— Я обращаюсь к вам от имени нашего мира, — подвел итог Дар Ветер. — Нам срочно нужен дополнительный источник для укрепления материальности. Таким источником должна стать новая книга о мире Великого Кольца. Мы просим вас написать эту книгу. Такую, которую прочитают миллионы читателей и которая вновь заставит их мечтать о коммунистическом будущем. Это восстановит наш мир. Мы уверены, что вам, как выдающемуся писателю современности, такая задача по силам.

Аполлинарий от неожиданности раскрыл рот. Он попытался что-то сказать, но в это время в комнате раздался удар гонга. Дар Ветер сделал предостерегающий жест:

— Это сигнал, что энергетические станции перестали справляться с нагрузкой. Видимо, ситуация стала критической. Мое время истекает, и я должен срочно возвращаться. К счастью, я успел ознакомить вас со всей необходимой информацией.

Дар Ветер отошел в угол комнаты, где материализовался час назад.

— Я ухожу. И пожалуйста, помните — вы наша последняя надежда. От вас зависит существование целого мира.

Вновь послышался удар гонга. Столб света окутал Дара Ветра и гость, подняв руку в приветственном жесте, медленно растаял в воздухе.

Хозяин особняка остался в одиночестве. Дрожащей рукой он налил уже неизвестно какую по счету порцию виски и залпом выпил. Закурил. Некоторое время он неподвижно сидел, разглядывая сигаретный дым и гадая, а не привиделся ли ему визит литературного персонажа. Затем взгляд упал на горку бриллиантов на столе. Реальность случившегося не оставляла сомнений.

Что ж, «потрудимся, джентльмены!», — как говаривал персонаж известного фильма.  Аполлинарий взял блокнот. Некоторое время он задумчиво перелистывал записи. Затем со вздохом отложил его в сторону.

— Из этого много не выжмешь, — пробормотал он. — Ну, ничего. Добавим экшена и пойдет за милую душу.

Писатель ощутил прилив вдохновения. Несмотря на позднее время, он подошел к рабочему столу и включил компьютер.

Через несколько месяцев в продажу одна за другой стали поступать книги новой серии Аполлинария Куренковского: «Великое Кольцо», «Возвращение Великого Кольца», «Великое Кольцо на пути богов», «Великое Кольцо против флибустьеров», «Великое Кольцо и твари из Преисподней». Книги сразу стали бестселлерами. Тысячи и тысячи людей читали эти книги и, таким образом, принимали участие в возрождении идеального мира будущего. Писатель выполнил возложенную на него историческую миссию. Мир Великого Кольца продолжил свое существование где-то в неведомой Вселенной среди других идеальных миров.

ЭПИЛОГ

Дар Ветер сидел в укрепленном подземном бункере управления Земной станцией Великого Кольца. Экран внешнего обзора показывал, как наверху похожие на сгустки тьмы инопланетные монстры безуспешно пытались протаранить невидимую силовую защиту входа в подземелье. Этих странных и крайне опасных существ Эрг Ноор, капитан звездолета «Тантра», обнаружил на планете железной звезды и опрометчиво привез на Землю несколько экземпляров для исследований в лаборатории. Порождения тьмы быстро адаптировались к земным условиям, вырвались на свободу, неимоверно расплодились и вот уже несколько лет терроризировали население.

Из облаков спикировала пара штурмовиков. Они с ревом пронеслись над толпой монстров, поливая их пулеметным огнем. Половина нападавших полегла на месте. Остальные с диким воем кинулись наутек под защиту недалекого леса. Штурмовики вернулись, и зависнув над монстрами, продолжили их отстреливать, теперь уже прицельными одиночными выстрелами.

Минут через пять наверху все успокоилось. Дар Ветер наклонился к микрофону:

— Мвен Мас, возьмите команду санитарных роботов и очистите вход!

В комнату вошел помощник:

— Мы закончили устранение неисправностей. Потребление энергии вернулось к прежней норме. Станция готова к передаче в обычном режиме.

— Отличная работа, — похвалил его начальник. — Веду Конг уже доставили?

— Ее вездеход задержался в городе из-за волнений в квартале мутантов. Однако, она скоро будет.

— А вот и я, — раздался женский голос, и в комнату вошла женщина в камуфляже, перепоясанная пулеметными лентами, с тяжелой лазерной винтовкой в одной руке и большой сумкой защитного цвета в другой.

— Веда, неужели ты собираешься выступать в таком виде?

— Успокойся, сейчас я буду в полном порядке.

Нисколько не стесняясь стоявших рядом мужчин, Веда скинула с себя комбинезон, под которым не оказалось даже нижнего белья. Обнаженная женщина достала из сумки свернутое платье и одним грациозным движением натянула его на себя. Из глубин сумки Веда извлекла бархатную коробочку с украшениями и надела их. По ее знаку в комнату вкатился робот-гример и быстрыми точными движениями принялся накладывать косметику на ее лицо. Робот-парикмахер в это время укладывал роскошные волосы в замысловатую прическу.

Через несколько минут вместо бойца спецназа перед мужчинами стояла очаровательная женщина. Маленькое черное платье идеально облегало безукоризненную фигуру. На полуобнаженной груди сверкали и переливались всеми цветами спектра крупные бриллианты в филигранной золотой оправе. Изумительной красоты диадема из таких же бриллиантов украшала голову женщины.

Веда перехватила восхищенный взгляд Дара Ветра:

— Как я тебе? Это камни из нового месторождения в Антарктиде. Удивительно крупные и чистые.

— Ты великолепна. Но эти драгоценности… Где ты взяла на них деньги?

— Сняла со счета Станции. Мне предстоит чрезвычайно важное выступление. Ты сам предупредил чтобы я оделась соответственно.

— Но мы связаны бюджетом, как я отчитаюсь за них?

— Ерунда. Проведешь как представительские расходы. Ведь я буду выступать от имени всей Земли. Я должна выглядеть!

Начальник станции ответить не успел. Раздался тяжёлый, грозный звон, будто зазвучала массивная медь. Дар Ветер быстро повернулся и взглянул на монитор управляющего компьютера.

— Пора, Веда!

По его знаку Веда Конг вышла на середину студии и встала, окруженная объективами камер.

— Всем станциям Великого Кольца, — заговорила она срывающимся от волнения голосом. Ее речь синхронно переводилась компьютером на единый язык Великого Кольца. — Передаем важное сообщение. Внимание! С сегодняшнего дня станция планеты Земля переходит на коммерческий режим вещания. Все желающие получать и передавать информацию через станцию Земли, должны в срочном порядке подписать договор и оплатить предоставляемые услуги. Слушайте наши расценки на входящие и исходящие передачи…

март 2012

Послесловие автора

Рассказ «Спасите Великое Кольцо», кроме, как мне кажется, довольно интересной фантастической составляющей, содержит еще и острую сатиру на современную российскую фантастику. Вернее, на раскрученные коммерческие серии сомнительного качества, которые издательства навязывают читателям. Ну, и на политику издательств в целом.

Вот что из этого вышло.

Недавно меня пригласили участвовать в сборнике, который готовило некое издательство (не буду приводить его название, так как вполне возможно, что это могло быть и любое другое). Я послал им этот рассказ.

В результате… сборник вышел без моего участия. От третьих лиц я узнал, что главный редактор прочитав его пришел в такую ярость, что зарезал не только рассказ, но и вообще запретил включать в сборник какие-либо мои работы.

Я был доволен — рассказ получился!

Названия книг «Возвращение Великого Кольца», «Великое Кольцо на пути богов», «Великое Кольцо против флибустьеров», «Великое Кольцо и твари из Преисподней» не случайное. Если заменить «Великое кольцо» на «Мир смерти» то получится серия книг, написанная российским фантастом Молчановым, пишущим под псевдонимом Ант Скаландис, в формальном соавторстве с Гарри Гаррисоном.

Это традиционная космическая жвачка с персонажами книги Гарри Гаррисона «Мир смерти» («Неукротимая планета»).

О крайне низком художественном уровне этих книг говорит тот факт, что Гаррисон специально оговорил в контракте, что книги будут выпущены только на территории Литвы и России. Также он запретил переводить их с русского на другие языки.

Content

Евгений Якубович
Спасите Великое Кольцо

Послесловие автора