Наталья Бульба

КАПИТАН ПЕРЕХВАТЧИКА

Пролог

Выбор был сделан. Не просто выбор, но и, без сомнения, единственный, соответствующий моим принципам: не предавать, не отступать, своих не бросать.

Но я продолжала сомневаться. Каждый из тех, кто следовал за мной последние семь стандартов, пошли за мной и сейчас. Почему? Мне оставалось только догадываться и верить, что я не ошибаюсь.

Тарас… Костас… Лучший на окраинах пилот и хакер-навигатор, равных которому нужно было еще поискать. С ними было проще всего — им просто некуда было идти. Во всей Вселенной лишь мне и моему экипажу они нужны были живыми, остальные предпочли бы увидеть их мертвыми. Прошлое было у каждого из нас. Мало похожее на сказку прошлое…

Стас и Валечка… Медик, биолог, специалист по запрещенной химии и виртуоз-оружейник. С этими оказалось сложнее. Их мотивацию я не понимала, когда Дарил от моего имени пригласил их заняться перевозками. Не очень-то разобралась и сейчас, когда вместе с амнистией нам предложили офицерские нашивки Службы внешних границ.

Но как раз за эту парочку я волновалась меньше всего. За их спиной не стояли тайны, способные разрушить созданный нами мир, за ними не тянулся след разномастных разведок и спецслужб. Они были просто хороши в своем деле. В какой-то момент и мы оказались для них достаточно хороши, чтобы не начать искать себе новое прибежище.

Это была вполне жизнеспособная версия. Да и мне она просто нравилась.

Оставался Дарил. Дарил Дрей. Бывший офицер внешней разведки империи демонов. Один из сыновей императора Хандорса. Помощник, верный друг, готовый всегда прикрыть мою спину, пилот, мало в чем уступающий Тарасу, балагур и любимец женщин.

О том, что он отнюдь не богатый повеса, желающий наполнить свою кровь адреналином приключений, я узнала, когда мы уже были слаженным экипажем, а мое доверие к нему стало едва ли не безграничным.

— Ты присмотришь за «Легендой» и «Зверем»? — обернулась я к Артуру, отгоняя от себя мрачные мысли.

Император Хандорс все еще не вступил в коалицию, подписавшую декларацию о создании для борьбы с вольными, Службы внешних границ. Но позволил своему сыну покинуть разведку и прикрепить к новенькой форме нашивки капитан-лейтенанта.

— Глупый вопрос, — многозначительно усмехнулся тот, давая понять, что мои раздумья не прошли мимо его внимания.

Неудивительно. Он был одним из немногих, кому я позволяла заглянуть в свою душу. Благодаря ему я была все еще жива. Он спасал меня дважды, взамен прося только беречь себя.

— Наверное, — передернула я плечами. Сегодня был последний день, когда я могла позволить себе слабость. Завтра мы вылетали на «Танталион» — космическую базу, на которой базировалась группировка крейсеров-перехватчиков, прикрывавших сектор Гордона и Иара. — Сказала бы — боюсь, но на страх этот мандраж мало похож.

— Боишься?! — с недоверием воскликнул Артур, подойдя ко мне вплотную и прижав к себе. — А ты умеешь?

— Умею, — тихо прошептала я, чувствуя, как на мгновение крепче стало его объятие.

Он помнил. Так же, как помнила и я. Шахина, Ивара, айо, курьером по доставке которого я была вынуждена стать. Смертный приговор, петлю на шее и… пробуждение на крейсере отца. Урок, который мне преподнес император стархов Индарс, был жестоким, но справедливым.

Ему удалось сделать то, что не смогли сделать семь стандартов перевозчицей. Заставить меня понять, что риск становится значительно меньше, когда за твоей спиной сила, название которой — система.

— Ты сделала правильный выбор, — так же чуть слышно отозвался Артур, догадываясь о моих мыслях. — Капитан перехватчика! Звучит солидно.

В ответ фыркнула:

— Вот стану адмиралом…

Артур на мгновение задержал дыхание, а потом залился задорным смехом:

— Ты только Искандеру об этом не говори! А то посчитает, что ты на его место метишь, начнет притеснять…

Веселье тут же сошло с его лица, как только он ощутил, что я напряглась.

— Ты в нем не сомневайся, — отстранившись, твердо произнес он. — Мой брат всегда знал, чего хочет, и умел этого добиваться. Просто верь — он сделает все, как надо.

Говорить ему, что вот этого я и опасаюсь, не стала. Это был наш прощальный вечер, не стоило его портить мыслями о будущем.

В наших силах было сделать его лучше.

История 1

Конвой

Тарас завел «Варварушку» на аварийный стапель, дождался, когда я заблокирую систему и облегченно откинулся на спинку пилот-ложемента. Хотела я ему позавидовать, но даже на это сил не хватило. До «Танталиона» мы доползли на честном слове и моих пожеланиях, от которых краснел даже Дарил.

— Помоги Стасу, — поднимаясь, кивнула я помощнику. Тот уже успел перекрыть выход из рубки. Понимал, что ничего хорошего от меня ждать не стоит. Не в этом состоянии.

— Он сам справится, — попытался тот возразить, решительно демонстрируя желание меня остановить.

Зря. На меня сейчас мало что могло подействовать. Он уж точно нет.

На вольных мы наткнулись, уже возвращаясь с патрулирования. Сначала зафиксировали люценианский транспорт. Шел он… я бы сказала, нервно озираясь. Как жертва, которую выслеживает хищник. Рывками менял курс, пытался разогнаться, но без малейшего намека на готовность к прыжку. Тут же уходил с режима.

Тарас тогда еще прошелся насчет пьянства за штурвалом.

А вот меня эта акробатика насторожила. Вроде и место тихое, слишком открытое — засаду не устроишь, да и наш брат перехватчик частенько заглядывает. Только вот чутье продолжало твердить, что стоит присмотреться к его причудам.

Так и сделали. Отправили запрос — тишина. Второй — с тем же результатом. Вот тогда я и сообщила на «Корвет», — он тоже шел на базу, — что наблюдаю ситуацию по коду Х4, и попросила подстраховать.

Ответ получила — принял, на том и успокоилась. Увела корабль ближе к астероидам, чтобы не мозолить глаза. Час проходит — ничего. Транспорт продолжает выкрутасы и молчит.

«Корвет» отстучал: подтвердите код. Я — подтверждаю, хоть Тарас и предложил закрыть на все глаза и возвращаться. И так уже пересекли границу нашей ответственности, да и время поджимало, нас ждали на базе.

Мне бы согласиться, но упорство у меня нечеловеческое, явно с демона пример брала. Второй час подошел к концу, с «Корвета» опять уточнение. Я продолжаю настаивать на поддержке. Те вроде как приняли.

А спустя минут двадцать и началось, да так, что впору самим в прокол уходить.

Была у меня мысль, что люценианец — подстава, учитывала я и этот вариант, но лишь как один из многих. А он оказался главным.

Хорошо еще, шли в боевой готовности, так что, когда по нашу душу вывалилась четверка, мгновенно крутнулись. Одного сбили сразу, тут же дав нулевой код — ведем бой с превосходящим противником, требуется помощь.

А ребятки оказались верткие, да и трое против одного — это не игра на равных. К тому же подозрительно вели себя, гнали нас на транспорт. Явно рассчитывали, что если мы его ненароком зацепим…

Хорошая тактика! Нас же и подставить, тогда коалиции долго отмываться придется.

А еще интереснее стало, когда Костас поймал позывные главного в этой компании. Полгода я искала Шахина, полгода трясла Игоря, который использовал нас как личный транспорт, мотаясь то на Гордон, то на Иар. А встретилась вот так, случайно.

Но в тот момент мне было не до разговоров со старым знакомым. Как бы самим ноги унести.

А «Корвета» все нет и нет, запросы уходят впустую, словно тех и не существует.

Тут до меня и дошло, что, кроме как на самих себя, ни на кого надеяться не стоит.

Ярость была холодной, вроде и алая пелена перед глазами, а в голове ни одной лишней мысли.

Второго «взяли», почти идя на таран. Пока сближались, ангел сидел белый, а демон что-то шипел сквозь стиснутые зубы. Но из кольца вырвались. Правда, потеряли один из разгонных, да и маршевый грозил сдохнуть по пути, но это были мелочи по сравнению с тем, чем все могло закончиться.

Дюшу, как мы нежно называли нашего технаря, хорошенько двинуло, когда очередная ракета смяла защиту. Тряхнуло нас тогда знатно, даже компенсаторы не справились.

Спас нас «Призрак». Тоже шел с дежурства, но уже в соседнем секторе. Подошел незаметно, когда я уже была готова опустить руки. Храбрости у нас было много, наглости — тоже. Но что с ними делать, если их двое, а ты только и можешь что огрызаться?!

В скорости мы им теперь проигрывали, про маневренность вспоминать даже не хотелось.

С двумя перехватчиками вольные связываться не стали. «Наш» хоть и подбит, но продать мы себя готовы были дорого.

«Призрак» же и сопровождал нас на «Танталион», получив добро с «Кушнара», к которому был приписан.

О том, где находится «Корвет», я узнала, лишь когда мы под аварийным вымпелом подходили к базе. Его экипаж, выполнив задание, вовремя вернулся с патрулирования.

Было от чего впасть в бешенство.

— Дарил, уйди с дороги, — прорычала я, останавливаясь в шаге от демона. — Эта тварь долго пила мою кровь, пора ему ответить за все.

— Дура, — бросил, словно сплюнул, помощник и отступил. — Он того не стоит.

Я это и без него знала.

Капитан Виталий Стельков. Душа компании, балагур. На тот момент, когда появились мы с ребятами, он уже прочно занял место лидера среди экипажей двенадцати перехватчиков первой волны, как они себя называли. Мы были последними, да к тому же… тринадцатыми. Да еще и баба на корабле…

Потом ко всему этому добавился слух, что мы из амнистированных вольных, а мое имя связали с именем отца.

Смущало всех лишь присутствие Таласки на борту. Слухи о нем гуляли один невероятнее другого, но все сходились в одном — это неспроста. Чтобы хоть как-то объяснить его привязанность именно к нам, Игоря записали в мои любовники. Звучало глупо, но такова уж действительность, чем нелепее, тем привлекательнее звучит.

Мы с ребятами на эту ерунду внимания не обращали, не до этого было, а вот Андрюша… тот несколько раз пытался отстоять честь своего капитана. Даже мои нравоучения не помогли.

Чуть успокоилось, когда мы взяли «приз». Сведения добыл Таласки буквально в последнее мгновение. Связываться с «Танталионом», запрашивать подкрепление было некогда, да и контрабандист шел один.

Перехватили мы его чисто. Три ракеты, ушедшие одна за другой, сбили генераторы защитного поля, четвертая задела маршевый двигатель.

Отстреливался он недолго, смысла не было. Да и груз, хоть и запрещенный, но на смертную казнь не тянул.

Когда вернулись на базу, нас поздравляли, и даже искренне. И только в глазах Стелькова было презрение.

— Капитан, — окликнул меня Тарас. — Подумай об Искандере.

Я криво усмехнулась. О том, кем мне приходится вице-адмирал, кроме моих мальчиков, никто не знал. Встречаться нам хоть и редко, но доводилось. Опять же благодаря Таласки. Тот предпочитал докладывать о своих успехах лично. Так что кроме двух вольных планет мотались мы еще и на Таркан.

Искандер приходил, когда наступала ночь, и оставался до утра, чтобы уйти так же незаметно, как и пришел. А мы — улетали.

Я знала, что ему тяжело отпускать, но он ни разу не позволил себе сказать об этом. Лишь просил не рисковать зря.

— Я о нем всегда думаю, — буркнула я, выходя в коридор.

Пропустила медиков, Стас поместил Андрея в регенерационную капсулу, но этого было явно недостаточно. Уступила дорогу технарям, я хоть и торопилась, но не настолько, чтобы быть невежливой. Мой корабль был ранен, они были его лекарями.

Спрыгнув на платформу, я осмотрелась. Команда «Призрака» уже покинула свой корабль. Стояли в отдалении, окруженные «нашими». Оттуда доносились громкие голоса, похлопывания по плечу, веселый смех. Кое-кто посматривал в сторону «Варвары». О том, что именно эти ребята не дали нам сгинуть, здесь уже знали. А вот о бегстве «Корвета» — вряд ли. Общались все легко, раскрепощенно.

Заметив, что я вышла из корабля, от компании отделился один, судя по нашивкам, капитан перехватчика, двинулся ко мне.

Вместо того чтобы пойти навстречу, я оглянулась на «Варвару». Название было неофициальным, в реестре он значился как дальний крейсер-перехватчик класса Вар-2. «Варварушкой» назвала его я, назло Дарилу. Тот хотел что-нибудь эдакое… боевое, типа «Варвара».

Стоило только увидеть, что сделали с моей красавицей эти твари, как утихшая было злость, всколыхнулась вновь. Если бы Стельков не бросил…

Гадать было поздно, это было уже в прошлом.

— Ну, ты даешь, капитан! — Подошедший мужчина улыбался. Открыто, по-дружески, не скрывая своего восторга. — Тебя где так воевать учили?!

Я слегка расслабилась, невольно поддаваясь его напору.

— Не появись ты так вовремя, мне бы это умение не помогло. — Протянув руку, представилась: — Наталья.

— Александр Аронов, — пожал он мою ладонь. Отпустив, смутился и добавил: — Саша.

— Слушай, Саша, — я специально сделала ударение на его имени, — а пойдем отметим наше спасение?

Я видела его в первый раз, он меня — тоже. Говорить особо не о чем, но совместная вечеринка вполне могла решить эту проблему.

И хотя на базе такое времяпрепровождение было запрещено, мы знали, как избежать неприятностей. Да и повод… нас должны были понять.

Мы стояли вдвоем. Мои мальчики, уже сдавшие корабль аварийщикам, поглядывали на нас со стапеля. Его команда, уже смешавшаяся со свободными от дежурства экипажами, пристроилась неподалеку от «Призрака». А мы — между. Нарушать нашу уединенность никто не торопился.

Александр, выслушав мое предложение, на мгновение задумался. Потом тряхнул чубом.

— А давай! Вот только доложусь, и я в твоем распоряжении.

— Тогда жду тебя. Спросишь у вахтенного, он тебе покажет, где мы обитаем. И за «своих» не беспокойся, мой помощник за ними присмотрит.

Капитан «Призрака» усмехнулся.

— Это тот, который смотрит на меня так, словно я тебя совращаю?

Я обернулась на демона.

И правда, взгляд тяжелый, оценивающий. Нахмурила брови, Дарил тяжело вздохнул и оскалился. Разве после такого убедишь, что он вполне мирный?

— Тот, — подтвердила я и… напряглась. В ангаре в сопровождении своего первого пилота появился Стельков. По физиономии и не скажешь, что сволочь. — Извини, Александр, поговорим потом.

Не дождавшись ответа, обошла его, направляясь к Виталию.

Ярости больше не было, спокойствие было холодным, равнодушным. Оно не мешало замечать, как стихают разговоры, как те, кто еще вот только что стоял стеной, разделяя меня и его, расступаются, не выдерживая моего взгляда. Не понимали, что именно происходит, но чувствовали, как ангар заполняется напряжением.

Как застывает гримаса на его лице, как в его глазах, за той же брезгливостью, с которой я уже сталкивалась не раз, прячется страх.

Он был мразью, но он понимал, когда станет известно, что именно произошло, все будут на моей стороне.

— Трус! — презрительно бросила я, когда между нами остался всего лишь один шаг.

— Ты еще поплатишься за свои слова, — с угрозой процедил он. — И генерал не прикроет.

Упоминание отца и сорвало планку. Удара в челюсть он не ожидал. Он вообще не ждал, что я решусь вот так, в открытую, выступить против него.

Он ошибся. Я могла не обращать внимания на многое, но только не на предательство. И не на то, как треплют честь родителя.

Его растерянность прошла быстро, вот только ответить мне он не успел. Или… не захотел.

— Что здесь происходит?!

Появления командира я не заметила, а вот он… Стельков его явно видел.

— Рукоприкладство, господин каперанг, — вытянувшись, доложила я, даже не сделав попытки оправдаться.

Тот перевел взгляд с меня на Стелькова, потом снова на меня и на застывшие в ожидании экипажи. Недоумение читалось на лицах всех присутствующих, кроме, конечно, «моих» да ребят с «Призрака». Те, кажется, догадались, в чем именно дело.

— Капитан-лейтенант Орлова, — дежурный офицер выскочил из-за его спины, как черт из табакерки, — сдайте табельное оружие. Вы арестованы за нанесение телесных повреждений капитану Стелькову. — Я только хмыкнула и, отстегнув кобуру, отдала ее одному из подошедших ко мне вахтенных. Телесные повреждения… — Сопроводите капитана на гауптвахту.

Мне оставалось считать, что мне просто не везло.

Александр, похоже, думал так же. Последнее, что я услышала, выходя из ангара, были его слова:

— Вот и отпраздновали.

* * *

— Мне стоит поблагодарить вас за эту… драку. — Командир корпуса перехватчиков капитан первого ранга Шмальков замялся, пытаясь правильнее классифицировать произошедший инцидент.

Вернулись мы на базу условным утром, а сопроводили меня в его кабинет уже вечером. Впрочем, я и на это не рассчитывала. Была уверена, что пару дней на раздумье у меня будет.

— На вашем деле, капитан-лейтенант, стоял гриф секретности. По моему запросу о дисциплинарном нарушении часть информации открыли. Для выводов хватило и этих намеков.

— Вы считали, что это попытка отца прикрыть мое прошлое?

Шмальков посмотрел на меня с интересом.

— Я знаю Николая Сергеевича дольше, чем вы живете на этом свете, начинал службу под его началом. Да и с мамой вашей был знаком, поразительной душевной красоты была женщина. Так что эта мысль даже не приходила мне в голову. И, опережая возможный вопрос, нет, он не просил меня за вами присмотреть.

Я отвела взгляд, но только на мгновение.

— А вот об этом уже я даже не подумала, — заметила я резче, чем стоило. И добавила, словно прося простить за излишнюю жесткость: — Я была достаточно большой, когда она погибла, но в памяти остались лишь ощущения. Я ее почти не помню.

Шмальков поднялся из-за стола, жестом остановив меня.

Кабинет был разделен надвое. Одна часть, рабочая, напоминала мне рубку. Ничего удивительного в этом я не видела, у меня на «Звере» было так же. На таких должностях о возможности полноценного отдыха, с полным отключением от забот базы, можно было только мечтать.

Вторая, тоже достаточно просторная, выглядела очень уютно. Массивный стол «под старину», в том же стиле книжные полки — удивительное зрелище в наше время, кожаные кресла, пушистый ковер под ногами. И огромный глобус на деревянной подставке.

— Я тогда гадал, ради чего был затеян скандал с вашим участием в перехвате. — Он остановился у меня за спиной, но я даже не сделала попытки обернуться. Еще одна точка зрения на события почти восьмилетней давности… У меня не было уверенности, что она меня порадует, но я ни словом ни жестом не попросила его остановиться. — Вы действовали весьма грамотно, хоть и в форс-мажорных обстоятельствах. Операцию провели виртуозно. Я подумывал забрать вас к себе, а оказалось…

— А оказалось… — повторила я за ним, когда пауза затянулась.

— Я не думал, что Николай готов так рисковать своей дочерью.

— В моем деле так и написано? — Я все-таки поднялась и повернулась к нему. Хотела увидеть его глаза.

— В вашем деле написано, что прогремевшая операция на Харабе проведена с вашим непосредственным участием, да и звание героя у скайлов без весомых причин вы вряд ли заслужили бы.

Я выдохнула сквозь стиснутые зубы.

В моем понимании предоставление доступа каперангу к части сведений обо мне и эта драка, которая и дракой-то не была, никак не увязывались. Значит, было еще что-то, мне пока не известное.

С некоторых пор секреты я не любила.

— Это каким-то образом может повлиять на мое наказание?

— Вы отвыкли работать в команде, капитан, — резко сменил он тему. — Так и остались одиночкой.

Он был прав, но… и сказанное им не имело никакого отношения к сегодняшнему происшествию. Он должен был это осознавать.

Вот только говорить ему об этом я не собиралась. Чем дольше мы разговаривали, тем меньше я улавливала смысл этой беседы.

Общались мы со Шмальковым за эти полгода не так уж часто. Прибыла — убыла. Получила задание — доложила о выполнении.

На подведении итогов он иногда меня ругал, чтобы не зарывалась, чаще хвалил, но скупо, чтобы не зазнавалась. При подготовке к операции, если было что сказать, выслушивал спокойно, дельные мысли принимал, от излишнего риска воздерживался. Постоянно подчеркивал, что наша задача — закрепиться в этом секторе, освоиться, узнать все тайные тропы.

С чем-то я была не согласна, но со своим мнением в чужой монастырь не лезла. Сколько знала я и сколько было известно ему?!

Отец о каперанге заикнулся лишь раз, отзывался хорошо, радовался, что я попала именно к нему.

Я его восторгов не разделяла, но и не видела в этом ничего плохого. Служба как служба. Воспоминания о вольных хлебах грели душу, пока я забывала о Таркане и собственной казни. Когда появлялось ощущение, что настоящее выглядит менее привлекательно, чем мне казалось раньше, я напоминала сама себе о мешке на голове и петле на шее. Все сразу становилось на свои места.

— Работа на перехвате не способствует приобретению таких навыков, господин каперанг, — спокойно заметила я, бросив попытки разобраться в сути. — У нас нет даже наработок действий в паре, не говоря уже о звене.

— Я рад, что вы это понимаете. — Шмальков подошел к глобусу, провел ладонью по покрытому лаком дереву. Эта вещь не казалась старой, она такой и была. — Он принадлежал еще деду моего прадеда, — правильно расшифровав мой взгляд, задумчиво заметил он. — Тот тоже стоял у штурвала крейсера, только морского.

— Господин каперанг…

— Владимир Валентинович. — На легкое изумление, промелькнувшее в моем взгляде, ответил чуть заметной улыбкой. — Считайте, что у нас разговор по душам. Получится не получится, посмотрим потом, но попробовать стоит.

Я кивнула, огрызаться смысла не видела. Зачем наживать себе врагов там, где можно обрести друзей.

— Владимир Валентинович, я устала от ребусов. Да и последние трое суток были нелегкими. Надеялась отоспаться на губе, так вахтенные не дали.

— И в этом вы тоже в отца, — словно невзначай произнес он и согласился: — Хорошо, давайте без предисловий. — Я слегка напряглась, но заставила себя расслабиться. Сама напросилась, никто за язык не тянул. — Что вам известно о событиях на Штанмаре?

Я пожала плечами.

— Не более того, что сообщалось по информканалам. Падение крупного астероида, система наблюдения и контроля отказала уже несколько лет тому назад. Масштабные разрушения, более миллиарда погибших, еще больше раненых. Император Люцении запросил помощь… — Я не закончила, по его лицу догадавшись, что именно это он и хотел от меня услышать. — Союз далеко, даже если бы мы и отреагировали, для пострадавших оказалось бы уже поздно. Значит, первым откликнулся император Индарс.

Шмальков смотрел на меня с удовлетворением. Дождавшись, когда я замолчу в ожидании его реакции, указал мне на кресло. Сам тоже сел за стол.

— Это довольно очевидное предположение, но лишь для тех, кто знает ситуацию в этой части Галактики. Я уже давно заметил, что ваша точка зрения весьма объективна и учитывает даже те нюансы, о которых большинство и не догадывается.

— Вы сами сказали…

— Да, сказал. Но раньше я не понимал истоков ваших знаний. Это настораживало.

— Теперь же вы будете мне всецело доверять? — не удержалась я от подковырки. Сколько раз говорила себе, что пора отвыкать от старых привычек, но они нет-нет, да напоминали о себе.

Каперанг мою дерзость пропустил, ответил по существу.

— Вряд ли безоговорочно, но однозначно буду относиться внимательнее к тому, о чем вы говорите. — Я хотела высказаться и на эту тему, чем дальше, тем меньше информации для правильных выводов у меня было, но он не дал. — Но сейчас речь не об этом. Сегодня-завтра из портов Асмакана, Таркана и еще двух поменьше выходит семь транспортов. — Огненная волна прошла по моему телу. Тысяча демонов! Прошел почти год, а я все еще не могла забыть! — Продовольствие, вещи первой необходимости, техника, установки очистки воды и воздуха, подразделения спасателей, медики. Ценность можете представить, уравнителем пойдет грузовой, класса R4. Конвой формируется в секторе ответственности нашей базы.

Мне оставалось только закатить глаза. Если проводить аналогию с боевыми крейсерами, то он говорил сейчас про супертяж.

А Шмальков между тем продолжал:

— Охрана смешанная, три звена перехватчиков и четыре крейсера. Часть дают стархи, остальные наши и с «Кушнара». С «Танталиона» идут восемь кораблей.

Я позволила себе перебить, догадываясь, что не просто так слышу столь подробный рассказ.

— Кто командует конвоем?

— Майор Таласки.

— Майор? — удивленно переспросила я. Игорь пропал всего на пару недель, а тут такие изменения. — Шустрый.

Но заставляло обратить на себя внимание не только это. Командовала парадом спецура, кое-кому из летунов это могло не понравиться.

— Доводилось работать вместе? — тут же поинтересовался командир. Даже хотел постучать пальцами по столу, я замечала за ним эту привычку, проявлявшуюся, когда его что-то очень сильно интересовало, но удержался.

Спрашивал он явно не о тех событиях, которые происходили на его глазах.

— Доводилось, — подтвердила я то, что и так было понятно. — Он ведь просил вас со мной поговорить?

Каперанг неожиданно откинулся на спинку кресла, отчего то жалобно скрипнуло, и засмеялся.

— Он так и сказал, что вы об этом спросите. — Смех оборвался мгновенно, мнимая расслабленность исчезла тоже. — На время конвоя приказом вице-адмирала Искандера вы назначаетесь командиром звена перехватчиков и первым помощником Таласки. Приказ получите завтра утром, во время связи с Тарканом.

Если он думал, что меня это обрадует, — сильно ошибался. Но причина такого решения мне была слишком хорошо ясна. Мои знания окраин и… навигационные карты, которые я придержала, передав на хранение Артуру. Ну и тот самый козел отпущения, который будет утрясать все проблемы между теми и другими.

— Кто идет командиром второго звена?

— Виталий Стельков.

Если бы не его тяжелый взгляд, я бы не сдержалась, вскочила. Это не просто неожиданно — абсурдно после всего случившегося.

А каперанг, жестко, не оставляя мне возможности высказать свое мнение, продолжил говорить:

— Приказ о возвращении на базу был отдан координатором, находящимся на борту «Корвета». Как только они сели, капитан Стельков написал рапорт на мое имя, с требованием поставить в известность командование Службы внешних границ о соответствующем решении вышестоящего офицера.

Мои щеки запылали… от стыда.

Я могла лишь повторить слова Шмалькова — я продолжала оставаться одиночкой и судила о некоторых вещах именно с этой точки зрения. Непростительно.

— Я принесу свои извинения капитану Стелькову, — поднявшись, произнесла я.

— Я не сомневался в этом, — встал следом за мной Шмальков. — Ваше табельное оружие. — Открыв ящик стола, он достал кобуру, пододвинул ее ко мне. — До утра — свободны. В десять часов жду вас и Стелькова в оперативном зале.

Посчитав паузу за окончание разговора, я резко наклонила голову — в службе было принято именно так отдавать честь — и направилась к двери.

Створ уже разошелся, когда его голос заставил меня остановиться.

— Лидером звена с «Кушнара» идет «Призрак». Вас должно это обрадовать. — Хоть что-то хорошее в том дерьме, которое нам предстояло. — И… — он замялся, но все-таки произнес: — постарайтесь не разнести базу, она нам еще пригодится.

Его слова вернули мне настроение. Будем считать, благословение на большую попойку я получила. Ради одного этого стоило попасть на губу.

Если бы еще не предстоящий разговор, на который мне тоже фактически дали разрешение…

* * *

Они опять преследовали каждый свою цель.

Индарсу нужна была благодарность императора Люцении. Ради этого он был готов рискнуть. Не конвоем — теми, кто его будет сопровождать.

Он не настаивал на том, чтобы это были перехватчики и крейсера Службы внешних границ. Более того, убеждал, что его охрана и сама справится с этим заданием. Но подтекст был слишком очевиден, чтобы его пропустить.

Зачем нужна коалиция, если ему самому приходится обеспечивать доставку так необходимого пострадавшим груза?

И адмирал Искандер, и генерал Орлов это прекрасно осознавали. И не только они. Командование Союза, которому все еще было выгодно сотрудничество со стархами, жестко потребовало, чтобы транспорты достигли Штанмара без потерь.

О потерях среди охранения никто не говорил. Сколько будет, столько…

Искандера от чего-нибудь необдуманного спасла только вышколенная выдержка. Службе, которую он возглавлял, было меньше года. Такие задачи еще не по плечу, даже формирование не закончили.

Но выбора им не оставили.

Единственной умной мыслью, — и ту подкинул Орлов, — было посоветоваться с кангором. А ведь почти клялся себе не просить о помощи старшего брата, но… обстоятельства бывают выше наших обещаний.

Синтар выслушал четкую речь Искандера, подумал пару минут и улыбнулся.

— Тебе эта ситуация только на руку. — Адмирал даже удивиться не успел, тот уже продолжил: — Твои права, как главы Службы, позволяют использовать ресурсы членов коалиции в той мере, в которой они необходимы для выполнения миссии. Оговаривается лишь, что при этом ты не имеешь права преследовать чьи-либо интересы.

— И вы, мой кангор, — «поймал» мысль своего правителя Искандер, — готовы ее оказать.

Тот едва заметно улыбнулся с экрана.

— Четыре щитоносца вполне обеспечат безопасность конвоя от любой угрозы.

Искандер склонил голову, признавая мудрость своего правителя. Но поторопился.

— А еще я бы предложил тебе лишить Индарса его преимущества. В следующий раз, когда он решит загнать тебя в ловушку, сначала серьезно подумает.

— Я не могу…

Адмирал знал только один способ испортить сон императору стархов — создать видимость угрозы для Таши. Тот хоть и не явно, но продолжал следить за судьбой любимой им женщины.

Вот только идея кангора уже обрела черты плана. И… плана великолепного! Риска для жены в нем не было, а вот проблемы, которые решала эта задумка, были для него весьма важными.

Кангор по взгляду Искандера понял, что возражать тот больше не будет, заговорил вновь:

— Таши пора заявить о себе, это для нее прекрасная возможность. О моих кораблях старху ни слова, он передал тебе ответственность за конвой, влиять на саму операцию больше не может. Командованию Союза об этом тоже знать не стоит, достаточно, что ты поставишь в известность генерала Орлова. Тот тоже не обязан докладывать, вполне самостоятелен в таких решениях.

— А если еще добавить утечку вольным…

Синтар удовлетворенно кивнул. Присутствие на заднем плане его тяжелых крейсеров гарантировало для всех если не абсолютную безопасность, то что-то очень близкое к этому. Военная мощь скайлов продолжала оставаться для Галактики темным пятном. Им еще долго будет чем удивить и врагов, и друзей.

— Свяжись с Шорном, он тебе поможет. Но главная твоя цель — демоны, — неожиданно жестко произнес кангор, заметив в глазах Искандера разгорающийся азарт. — До тех пор пока они не вошли в коалицию, тебе нечего будет противопоставить Индарсу. Он будет играть свою игру, прикрываясь целями Службы. Император Хандорс сумеет обуздать его амбиции.

— А как же наш союз со стархами?

— Любой союз должен быть взаимовыгодным, — как-то устало произнес Синтар. — Сектор стархов слишком близко к нам, чтобы портить с ними отношения, но это не значит, что мы забудем о своих интересах. И еще, — Искандер понял, что Синтар только ждал момента, и он его кангору предоставил, — я настаиваю на скорейшем подтверждении твоего брака с Натальей Орловой.

— Это может осложнить ей службу, — как бы между прочим произнес Искандер, и сам желая того же. Он, насколько это было возможно, скрывал ото всех их связь. Она хотела самостоятельности, он не видел причин отказать ей в этом. К тем, кто знал об их отношениях, добавились лишь телохранители, но они были из скайлов.

— Как избежать, подумай сам, но до тех пор, пока Таши по законам Союза свободна, она уязвима. Как только вы подтвердите брак, она перейдет под защиту кангората.

— Ей что-то грозит? — тут же вскинулся канир. Его правитель без должного на то основания таких требований не выдвигал.

Ответа на свой вопрос он тогда не получил, а вот подтверждение… Прошли всего лишь стандартные сутки, как в оперативной сводке прошла информация о бое ее перехватчика и четырех кораблей вольных. Если бы не подмога…

Координатор, носивший нашивки майора, отдавший приказ капитану корабля поддержки следовать на базу, объяснил свои действия необходимостью срочно передать полученные им сведения. Данные действительно проходили под грифом особо важных. Если, конечно, не принимать во внимание, что ничего, что могло бы стать основанием для подобной спешки, в них не было.

Майор об этом знать не мог, сообщение было закодировано, код к содержанию только у криптографов Управления.

К стархам он тоже отношения не имел.

Придраться не к чему, хоть Шмальков и настаивал на жесткой проверке. Одно цепляет другое, но все в рамках полномочий и внутренних инструкций.

Вот только осадок на душе оставался. Что-то за всем этим крылось.

Искандер знал, когда отпускал ее от себя, что именно так и будет. Что наступит тот день…

Жить с этим было сложно. Ежесекундное напряжение, постоянное ожидание. Работа не отвлекала, она лишь заставляла время бежать быстрее.

Но как объяснить ей… Он помнил, как поспешил, до сих пор ощущал отголоски пустоты вместо души, когда она разорвала ментальный контакт. Безумие ему не грозило, его подготовка отличалась от той, что проходили простые воины, но даже память о тех днях была тяжела.

Но в тот момент, когда он разговаривал с братом, все это ему только предстояло пережить.

— Как только конвой вернется…

— Как только конвой вернется, — жестко отрезал кангор, — вы оба прибудете в кангорат. Я намерен вручить ей ленту литара и представить канирату.

— Так и будет, мой кангор, — склонил Искандер голову, отдавая дань щедрости своего господина. — Вашей просьбе она отказать не сможет.

Синтар неожиданно улыбнулся.

— Все еще вспоминает про мой подарок?

Искандер невольно напрягся. Он-то знал, что не только шаре был причиной такой симпатии. Когда Таши узнала, чье именно вмешательство спасло ей жизнь, просила связать ее с кангором. Остановили только его объяснения, что у скайлов изъявление благодарности принято лишь между родичами. А еще более подкупило, что кангор ни словом, ни малейшим намеком не потребовал чего-либо взамен.

Впрочем, это было еще одной отличительной чертой его расы. Ты либо делаешь, потому что поступить иначе не можешь, либо… проходишь безучастно мимо.

В какой-то мере Искандер понимал, что многие принципы, среди которых он родился и вырос, скоро претерпят определенные изменения.

Плохо это или хорошо, решит время, но, выйдя из добровольной изоляции, они открыли себя Вселенной. Та не могла не повлиять на них.

Договорить тогда не позволил срочный вызов, адмирала ждали дела. Но приступил он к ним уже без гнетущей тяжести.

Индарс почти загнал его в ловушку, теперь ему, Искандеру, предстояло показать императору, каково это, когда тебе не оставляют выхода.

* * *

— Я утверждаю все экипажи, кроме одного, — твердо произнес Шмальков, глядя на меня.

Лучше бы он посмотрел на Таласки, свалившегося нам на головы еще ночью. Тот щурился, как мартовский кот, но пока молчал. А ведь последнее слово было за ним.

Да и капитан, о котором говорил каперанг, имел к нему самое непосредственное отношение. Именно благодаря Игорю, Ван Хилд, с которым в той, прошлой жизни, я была немного знакома, сейчас носил такие же нашивки, что и у меня.

Вот только, делая предложение вольному, ни Искандер, ни отец не предполагали, как именно примут попавших под амнистию на базе.

Я не собиралась давать Вану шанс войти в команду, с которой до вчерашнего дня у меня тоже все было не так уж безоблачно. Просто он был мне нужен. Именно в этом конвое.

— Господин каперанг. — Я поднялась со своего места, едва не фыркнув, когда Игорь вздумал мне подмигнуть. Выглядело это… пусть радуется, что Дарил не видит. Вряд ли это закончилось бы одним разговором. Тот с некоторых пор следил за моей нравственностью. — Вы извините за откровенность, но все ваши хваленые капитаны в этом походе будут сосунками, за которыми придется де… — Я вовремя остановилась, но закончила: — подтирать. Так что Хилд не просто пойдет, будь моя воля, именно им бы я усилила звено Стелькова.

Виталий посмотрел на меня задумчиво и… соглашаясь, кивнул. Не думала я, что наша попойка на него так повлияет.

Вчера, когда покинула кабинет каперанга, первым делом проверила комм. Блокировка с него была уже снята, оставалось только активировать. Не дожидаясь, когда мои мальчики засыплют меня сообщениями, связалась с Дарилом.

Тот находился в столовой, как я и сказала, присматривал за нашими спасителями. Приказав никуда оттуда не исчезать, отправилась на жилую палубу. На мой запрос, где я могу найти капитана «Корвета», получила ответ — у себя.

До коридора, где обитал Стельков и его экипаж, добралась без приключений. Похоже, вахтенные были уже предупреждены о предстоящем сабантуе, завидев меня, отводили взгляд, пряча зависть. Пить сегодня будем мы, а они… нести службу на своих крепких плечах.

Подойдя к двери, постучала, не став нажимать на вызов. Он открыл, хотя и должен был видеть, кто заявился.

— Всего одно слово, — произнесла я, глядя ему в глаза.

— Говори, — холодно позволил он, не двинувшись с места.

Я и сказала:

— Шаре.

Кажется, удивила.

— Откуда?

Я пожала плечом.

— Это так важно?

Тот задумчиво качнул головой. И ни призрения, ни брезгливости во взгляде. Может, я и в этом ошибалась?

— Наверное, нет. Если только причина.

— Повод, — поправила я его. — Одеться не хочешь?

Встречал он меня в брюках, майке и… босиком. Но теперь я к этому относилась намного спокойнее.

— Мне начинать тебя бояться? — не с настороженностью, скорее с прикрытым равнодушием интересом уточнил он.

— Не стоит, — как можно добродушнее отозвалась я и развернулась, чтобы выйти. — И поторопись, кроме шаре есть серьезный разговор.

Ждать долго не пришлось, я только и успела еще раз пообщаться с демоном. Тот мой наказ уже выполнил, как и Тарас, но уже в нашем закутке.

Экипажи на базе жили вместе. К общей кают-компании с двух сторон примыкало логово капитана и спальный отсек команды. Пьянку я собиралась организовать двумя компаниями. Одна — у меня, все остальные — через переборку. Вроде как под присмотром.

— Что дальше?

Я задумалась над превратностями судьбы, но появления Виталия не пропустила. Думала ли я еще утром… Пустые размышления, но не бесполезные. Опыт, как-никак.

— Терпение, — усмехнулась я. — И обещаю, не пожалеешь.

Тот посмотрел с легким любопытством.

— Неужели ты не стерва?

Я аж поперхнулась воздухом.

— Хочешь сказать, что производила такое впечатление?

Мой вопрос остался без ответа, но он и не требовался. День открытий.

А потом была столовая, воцарившаяся при нашем появлении тишина, ожидающие взгляды и мое признание. Мол, так и так… страстью пылала давно, а выразить свои чувства все никак не удавалось. А тут такой предлог, я и решила воспользоваться.

В перехватчиках тугодумов не держали, сразу сообразили, что не все так просто, как казалось. В подробности лезть никто не стал, инстинкт самосохранения еще никто не отменял, а мою краткую, но пылкую речь приняли на ура.

В том числе и Стельков.

Извинения, которые я ему принесла в присутствии практически всех экипажей, словно сломали лед между нами. Похоже, чего-то вот такого, нестандартного, в виде удара в челюсть, гауптвахты и признания, что жалею не о том, что двинула, а за что именно, и не хватало.

Ну а потом мы пили. Сначала шаре, потом уже покрепче, но это без меня. Я только делала вид, что поддерживаю компанию, сама же больше говорила, лишь иногда пригубливая нечто экзотическое, напоминающее одновременно коньяк хорошей выдержки и тягучий ликер.

Таласки ввалился в мою каюту как раз в тот момент, когда я закончила рассказывать о конвое. Не думаю, что слушал, скорее, сработали его способности. «Фонить» мы должны были знатно. Будучи эмпатом такой силы, как Игорь, и захочешь, не пройдешь мимо.

Зашел, махнув рукой на нашу попытку поприветствовать старшего офицера, приподняв бровь посмотрел на развалившегося в расстегнутом кителе Стелькова, на застегнутого на все пуговицы Александра и… пристроился рядом со мной, заставив отодвинуться демона.

Серьезный разговор на этом закончился. Так должно было казаться со стороны — методы Таласки мне были хорошо известны. К утру мы просто обязаны были стать лучшими друзьями, готовыми друг за друга хоть на плаху. А кое-кому еще предстояло и забыть, что командовать ими будет тип из спецуры, не умеющий прочесть ни одной навигационной карты.

По большому счету это было далеко не так, но достаточно, что об этом знала я, остальные могли остаться и в неведении.

Попросив Дарила разбудить меня, когда Игорь закруглится со своими фокусами, я, пристроившись в углу дивана, позволила себе подремать. Последние дни и вправду были не самыми легкими.

Проснулась я сама. В моей каюте не было даже следов попойки.

А в десять, как и приказал каперанг, мы все встретились в оперативном зале. Включая Таласки и Камила Рауле, с которым после той истории с айо я ни разу не виделась.

— Если капитан Стельков согласен… — Игорь смотрел не на меня, а на Шмалькова. Я уже была готова поверить, что инициатива исходила от командира, а моя пламенная речь была тут вообще ни при чем, — …то именно так и сделаем. Вана Хилда я знаю лично, сильный капитан, да и с тактикой вольных знаком. Его опыт будет нам подспорьем.

— Согласен, — кивнул Виталий.

Каперанг перевел взгляд с Таласки на меня, усмехнулся уголком губы, делая соответствующие выводы и… не возразил.

— Ну, вот и замечательно, — поднялся Игорь, прошелся по довольно большому классу, в котором мы обычно готовились к заданиям и проводили их разбор. — Тогда вы и капитан Аронов можете быть свободны. И о конвое — ни слова, командиров остальных перехватчиков мы соберем чуть позже. Капитан Орлова — задержитесь.

Чего-то подобного я и ожидала. Сам разговор начинался именно сейчас.

Дождавшись, когда парни, плотно прикрыв за собой дверь, выйдут в коридор, снял с руки комм, набрал на нем код. Я бросила только один взгляд — глушилка, видела я такие. Хорошая игрушка.

— Говори, — остановился напротив меня Игорь.

Делать вид, что я не понимаю, о чем это он, смысла не было. И я спросила:

— Информация уже «ушла» к вольным?

Шмальков откинулся в кресле, словно собирался наслаждаться представлением. А ведь что-то подобное его и ожидало.

Ответил мне не Таласки, а Рауле.

— Да, канал был наш, контролируемый. Осведомители и с Гордона, и с Иара сообщают о странной активности вольных.

Кажется, бывший розыскник чувствовал себя в новой Службе вполне на своем месте. Да и рядом с Игорем не смотрелся необстрелянным воробьем.

— Тогда понятно, откуда вынырнул Шахин, — протянула я, думая одновременно и о том, и об этом.

— Кто? — спокойные нотки исчезли из голоса Таласки. — Он был среди тех…

— Вы же сняли запись с корабля? — не без удивления повернулась я к Игорю, который остановился сбоку от меня. Уже понимая, что прокололась.

Обидно, но… сама виновата, нужно было сообразить, что при таком цейтноте он мог просто не успеть получить эти данные.

Тот развел руками.

— Извини, не всемогущ. — Но тут же сменил тон: — Нам нужны твои навигационные карты.

Я улыбнулась, он — схватился за голову. Рауле не скрывал удовольствия, видно, Игорь успел и ему попортить крови, а вот на лице каперанга сквозило легкое недоумение.

Шмалькову просто повезло, что он еще многого обо мне не знает.

— Можешь начинать перечислять, чем готов за них пожертвовать, — попыталась я «пошутить», но, оценив усталость, что пряталась в его глазах за внешней бравадой, быстро свернула заготовленную речь: — Тебе нужны карты, а мне — мой юнга.

На лице Игоря появилось облегчение, а во взгляде — хитринка. Вот ведь… Или я сдалась раньше, чем он рассчитывал, или… это тоже входило в его планы.

— Твой техник ранен? — уточнил он серьезно, ощутив мое недовольство.

Я кивнула.

— И корабля у меня тоже нет.

Таласки как-то слишком искренне удивился.

— Неужели? — И, обернувшись к Шмалькову, уточнил: — А разве «Зверь» еще не запросил посадку?

Объяснять Игорю, что он — сволочь, я не стала. Просто поднялась, подошла к нему вплотную, не скрывая многообещающей усмешки, и спросила тихо, чтобы никто, кроме него, не услышал:

— И сколько крейсеров будет нас сопровождать?

Я угадала. Они продолжали играть в те же игры.

А на Штанмаре ждали этот конвой…

А я за этот год почти забыла, за что ненавижу спецуру…

* * *

— Давно его знаешь? — поинтересовался Стельков, когда я «разгромила» их очередное предложение. Спрашивал он про Таласки.

— Достаточно, чтобы появилось желание прибить, — не удержавшись, рыкнула я и повернулась к Костасу. — И это все, на что ты способен?

Мы опять сидели в оперативном зале. Кроме меня, Виталия и Александра, здесь был новоиспеченный майор и еще парочка навигаторов в довесок к моему. Время от времени заглядывал Шмальков, но надолго не задерживался, обстановка в помещении была напряженной, достаточно неосторожного слова, чтобы мы начали вгрызаться друг другу в глотки.

Все, конечно, только выглядело столь страшно, но ему, на всякий случай, ситуацию нагнетать не стоило.

У нас было шесть часов, чтобы накидать генеральный курс. А потом наложить на него все возможные варианты оперативных зигзагов с учетом категории опасных зон.

Задача была не из простых, если помнить, что и место формирования, и точка прибытия известна вольным.

Вопрос, рискнут они атаковать или нет, не стоял. Информация, что собираются, как минимум, две группы, подтверждалась из разных источников. Одну из команд возглавлял Шахин, раскодировка полученных позывных вновь указывала на него. Кто шел со второй, я могла только догадываться. Замечала знакомый тактический почерк в едва ли не каждом третьем нападении за последние несколько месяцев. И хотя самой сталкиваться не приходилось — видела только в записи, была почти уверена, что это Ивар. Уж больно похожие замашки.

Но делиться этими сведениями я не торопилась, предпочитала иметь неучтенные козыри на руках.

— Он всегда такой? — тихо продолжил допрос Стельков. На мой вопросительный взгляд, уточнил: — Эмоциональный.

О том, что Таласки эмпат, знали немногие, я этими сведениями делиться не собиралась.

— Хочешь обмануться, продолжай так и думать. — И добавила, чтобы направить его мысли в другое русло: — У них майоров за просто так не дают.

Тот, соглашаясь, кивнул. Да только, продолжая гулять указкой по навигационным картам, висящим перед нами, нет-нет, да посматривал на Игоря. Не удивлюсь, если у него тоже были к спецуре свои претензии.

— Таши, — вскинулся Костас, но тут же осекся под моим тяжелым взглядом. Его оговорка была далеко не первой. — Капитан, а если вот так?

Изогнутая линия, то пропадая, то исчезая, пробежала от «Танталиона» до Штанмара.

На первый взгляд выглядела она значительно более надежной, чем все, что было до этого. На первый взгляд…

Я перевела слепок на свой экран, откинулась в кресле, движениями пальцев то приближая, то отодвигая от себя участки будущего пути.

— Рассчитай мощность импульса для прокола вот здесь, — ткнула я в один из самых затяжных прыжков.

Костас угрюмо посмотрел на меня.

— Уравнитель пойдет на пределе.

Многозначительно хмыкнуть мне не удалось.

— Кажется, здесь не хватает только меня!

Подскочить, приветствуя адмирала, мы успели, а вот отреагировать на его замечание — не очень. Искандер, как обычно олицетворяющий собой бесстрастность скайлов и их же возведенную в энную степень самоуверенность, подошел к моему креслу. Коснувшись дисплея, активировал режим редактирования.

Шмальков, вошедший в класс вслед за высокопоставленным начальством, остался у входа. Вроде как не смущать.

Куда уж больше?!

— А если вот так. — Я тяжело вздохнула, сама собиралась предложить именно этот вариант. — И вот так.

— Господин адмирал, — едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза, мрачно поинтересовалась я, — а за штурвал четверки сядете вы?

Предложенный им трюк был очень похож на тот, что мы вытворили, когда возвращались с короной кангора. То, что ее не было на борту перевозчика, я узнала значительно позже, так что рисковали мы без всяких скидок.

Тот посмотрел на меня, на карту, на мгновение задумался.

— Костас, — по имени обратился он к моему навигатору, вызвав удивление на лицах тех, кто был не в курсе наших с ним взаимоотношений. Таласки же лишь слегка улыбнулся. Кажется, на меня началась охота, — дай разгонные характеристики для транспорта.

Тому потребовалось несколько секунд, числа столбиком выстроились рядом с точкой входа в прыжок.

— Проходит, — обернулся он ко мне. Несмотря на ничего не выражающий взгляд, ощущалось, что он доволен. Вот так, когда он находился совсем рядом, я его чувствовала.

— Проходит, — согласилась я и подмигнула Таласки. Тот, как и остальные, с интересом наблюдал за нашей пикировкой. Вот только для него это значило больше, чем для других. Не просто так последние полгода Игорь практически не покидал моего корабля. Дразнил Искандера. — Костас, дай-ка мне данные по топливу и нагрузке на разгонные и маршевые двигатели на момент прыжка.

Когда те появились на экране, Искандер качнул головой, признавая, что не прав. В прыжок транспорт мог войти, но только благодаря адмиралу. Кандидатуру ангела я даже не рассматривала, тяжелые суда он не водил.

— Хотите сказать, что у этой задачки нет оптимального решения? — как-то подозрительно угрюмо поинтересовался Шмальков из-за наших спин. Ни к кому конкретно не обращался, но мы: Стельков, Аронов и я — дружно отвели взгляды.

Нас брали на «слабо» и не скрывали этого.

— Кто сказал, что нет? — Я отошла подальше от Искандера. Я настолько по нему соскучилась, что буквально изнывала от желания прикоснуться, прижаться. Меня успокаивало только одно: он «страдал» не меньше меня. — А как вам этот?

Я кивнула обернувшемуся ко мне Костасу. Мой навигатор давно ждал этого момента, потому сейчас и скалился в предвкушении. Не зря же я вторую ночь практически не спала, «отбрехиваясь» от всего экипажа. Ну а то представление, что устроила, — Александру и Виталию стоило в полной мере оценить, как рождаются такие планы. Если я правильно поняла, то время перехватчиков-одиночек, заканчивалось. И этим двоим предстояло подрасти не только в должности и звании, но и ответственности. А раз так… я могла им помочь.

Последний предложенный вариант остался прерывистой линией на голографическом экране, а тот, что состряпали мы с ребятами, прошелся по системам и секторам зеленой линией.

— Вот здесь и здесь шикарное место для засады, — выдал Искандер, когда с его «бесстрастного» лица исчезла тень изумления.

— А вот здесь и здесь, — «играя на опережение», я указала на двойную звезду, благодаря которой возможен был только визуальный контакт с противником, и еще одну, вокруг которой крутилось более сотни спутников, — можно устроить засаду на засаду. А если мы еще и разделимся, — я показала на зону для прыжка, — выведя из-под угрозы уравнитель и три грузовика R шестых, то снизим риск до приемлемого.

Говорить о том, что его и так не было — Таласки поведал мне о четырех щитоносцах скайлов, которые будут нас сопровождать, — я не стала. Даже не будь их, мы вполне могли справиться и сами.

— Потеря по времени почти десять часов, — задумчиво протянул Шмальков. Но меня его видимые сомнения не смутили, он уже оценил все достоинства плана.

— Никакой потери, — неожиданно для меня возразил Саша Аронов. — Вот на этом участке, — он провел указкой по одному из последних отрезков пути, — мы можем ускориться процентов на семь-десять. Уравнитель ее потянет, да и жалеть топливо будет уже ни к чему.

— Я могу уточнить, — Виталий перевел взгляд с меня на… Искандера, — наша задача — охранение каравана или…

Умный мальчик! Не зря Шмальков сосватал его на командира звена. Не имея фактов и так угадать… это дорогого стоило.

— Наша задача — сделать так, чтобы конвой дошел до места назначения, — жестко отрезал адмирал.

Стельков на резкость ответил поразительно равнодушно, заслужив одобрительный кивок Таласки.

— Как прикажете, господин адмирал, — щегольски склонил голову Виталий. Еще один позер в нашей компании.

Искандер на выходку капитана «Корвета» никак не отреагировал. Продолжал смотреть на «висящий» в воздухе курс.

Потом резко, словно боясь передумать, развернулся.

— Курс навигаторам и пилотам-аналитикам на обкатку. На доводку — четыре часа. Сейчас — все свободны. Предупреждаю о необходимости сохранять все в строжайшей тайне. — Мы все прониклись и… вытянулись, демонстрируя свою готовность следом за ним хоть в бой, хоть… Последняя мысль мне понравилась, но касалась она только нас с ним. — Через полчаса капитан-лейтенанта Орлову и майора Таласки жду в своей каюте.

Судя по тому, как Игорь опустил глаза, пряча усмешку, он в это время будет где угодно, но только не там, где ему сказали.

Оставался только один вопрос… с чего это Таласки вдруг стал таким «добреньким».

* * *

Мы ругались. Впервые в нашей «супружеской» жизни. До этого момента у нас было слишком мало времени, чтобы тратить его на что-либо, кроме самих себя. Сейчас его тоже не было, да только вопрос, который он задал, оборвав очередной поцелуй, тут же избавил меня от желания продолжать.

— Ты сам веришь в то, о чем говоришь? — прошипела я, после его попытки объяснить мне, что заключение брака по законам Союза меня ни к чему не обязывает.

Он, мол, сделает все, чтобы мой новый статус остался в тайне.

В принципе это было в его силах, вот только мы когда-то говорили про два года. Пусть это и было шуткой, но для меня успело стать своеобразным психологическим рубежом. Прошло же пока меньше одного.

— Таши… — Он попытался подойти ко мне, но я, как взбесившаяся кошка, отлетела к противоположной стене. Искандер остановился, но было заметно, что он очень недоволен этим фактом. — Ты приняла, что я — твой муж, прими уж и остальное.

Засмеявшись от комичности всей ситуации, я опустилась на пол, закрыв лицо ладонями, но стоило ему только шевельнуться, как, выбросив руку вперед, вновь заставила замереть.

— Я не приняла, — тяжело поднимаясь (похожий на истерику смех почти лишил меня сил), прошептала я, замечая, как меняется его лицо. Маска. Я такую уже видела. — Мы с тобой, да те обстоятельства, не оставили мне выбора. Тогда я была тебе благодарна. И за помощь, и за понимание. Я радовалась, что жива, что ты — рядом, что я могу просто переступить через собственное прошлое и идти дальше. Я хотела и хочу быть с тобой, но я не была готова стать твоей женой, я не могла представить себя ею. Не могу и сейчас. — Мой голос срывался, я чувствовала себя последней дрянью, но… я должна была произнести эти слова.

Я опять допустила ошибку, но почему-то отвечать за нее придется ему.

Искандер провел пальцами по лбу, словно стирая невидимый пот. Вздохнул, обреченно, понимая значительно больше, чем я произнесла.

— Я не собираюсь лишать тебя свободы, я всего лишь хочу, чтобы ты была рядом. Чтобы в моем сердце больше не было страха…

— …что я не устою перед хитростью и очарованием императора стархов, — закончила я за него.

Знала, что причиняю боль, но так уж у нас с ним получалось…

— Ты опять неправильно меня поняла, — вздохнул он, стараясь не смотреть мне в глаза.

Я была к нему несправедлива. Даже сейчас он оберегал меня. От себя. В том состоянии, в котором он пребывал, встреться я с ним взглядом, минимум, на несколько дней обеспечила бы себя головной болью. Про максимум даже думать не хотелось, о ментальной мощи скайлов не зря начали складывать легенды.

— Ты — адмирал, канир, первый претендент на титул кангора… Я…

— Для меня это не имеет значения, — нашел он не самый удачный аргумент.

— Для меня имеет. — Я сделала пару шагов в его сторону, но остановилась. Черный китель Искандер уже сбросил, форменная майка плотно облегала торс. Его тело было слишком желанным, но в этот миг я с горечью понимала, что наш разговор зашел слишком далеко, чтобы сделать вид, будто его не было. — В моей жизни не осталось ничего, принадлежащего только мне. Ты, отец, Индарс… — Я обратила внимание, как острее стали его скулы при имени старха, но щадить не собиралась. — Вы слишком многое пытались решить за меня, слишком опекали, слишком часто использовали в своих играх. Я надеялась, что сумею забыть, вновь стать собой… У меня не получилось, Искандер. Только начала оживать, осознавать, что то начало, которое мне было так необходимо, — вот оно, прямо передо мной…

— Это грустно, — прервал он меня, отходя к столу. — Как решение, как приговор, — любить, знать, что любим, и не находить слов, чтобы доказать единственной существующей для тебя женщине, что пропасти между нами не существует. — Браслет комма плотно оплел его запястье.

Я хотела попытаться вновь объясниться, но он качнул головой, прося меня этого не делать.

— Мне достаточно пары секунд, чтобы заставить тебя забыть обо всем, что ты уже сказала. Но вместо того, чтобы сделать эти несколько шагов и избавить тебя от проблемы, которую ты сама и придумала, я пытаюсь убедить в том, о чем ты слышать не хочешь. Парадокс!

Он — не понимал.

Как видно, я — тоже.

— Давай мы поговорим, когда я вернусь, — попросила я, ища выход из ловушки, в которую мы себя загнали.

Нужно было послать саму себя к демонам и подойти к нему. Приподняться на цыпочки, коснуться губами губ…

Я хотела летать. Я хотела получать звания не за то, что являюсь женой вице-адмирала Искандера, а потому, что заслужила их. Я хотела…

Когда говорили о двух годах, мы обманывали сами себя.

— Когда ты вернешься…

Его голос был спокойным, а чувства… Их не было. Жесткий ментальный контроль.

Оставалось только пойти и застрелиться. Хотя бы ради разнообразия.

Стук в дверь был решительным. Искандер, не глядя на экран, дал команду открыть. Знал, кто должен был войти.

— А я его предупреждал, — с насмешливой улыбкой прошептал Таласки, проходя мимо меня.

Появился он вовремя. Впрочем, мне стоило удивляться не этому. Вряд ли почувствовал, скорее, Искандер сбросил сообщение.

Он даже сейчас думал обо мне!

Вот только благодарности я не испытывала, его покладистость меня не обманывала. Это был вызов… Еще бы понять, кто, кому и что собирался доказывать.

— Я могу быть свободна? — уточнила я равнодушно, посчитав, что это будет лучшим завершением нашего общения. Внутри все кипело, взорваться я могла в любое мгновение. Это у него выдержка, у меня же… лишь понимание, что так будет лучше.

— Да, капитан, — даже не обернувшись, оглушающе спокойно ответил Искандер, — вы можете быть свободны.

Жаль, я не могла стукнуть дверью, но многозначительно хмыкнуть мне никто не запрещал. Пусть считает поцелуем на прощание.

Добралась я до нашего закутка чисто на рефлексах. Зверея, отвечала на приветствия, приветствовала сама, откликалась на вопросы, улыбалась… А перед глазами все это время был он. Сильный, несокрушимый, непонимающий…

Вместо своего логова открыла дверь кают-компании. Посторонних не было, так что я смогла отвести душу, вспомнив ругательства на всех языках, которые знала. Растерянные лица мальчиков этому только способствовали.

Когда закончился воздух — все это время молчал даже Дарил, вздохнула, прошлась взглядом по замершим ребятам.

— Тарас, — ангел поднялся, вытянулся, не зная, чего еще от меня ожидать, — придется тебе на мне жениться.

Демон заметно расслабился и даже собрался вернуться к прерванному занятию. Если я не ошибалась, он кадрил очередную красотку с базы.

Стас его прервал. Положил Дарилу руку на плечо, когда тот посмотрел вопросительно, качнул головой — подожди.

— Он предложил тебе узаконить ваши отношения? — уточнил медик, подходя ко мне ближе.

Кто «он», объяснять никому не надо было.

Его вопрос подействовал на меня как холодный душ, отрезвляя.

— Вы что-то нарыли? — поинтересовалась я уже спокойнее.

Правильные выводы делать я умела, только с Искандером постоянно попадала впросак.

— Было время для анализа, да и Игорь кое-какую информацию подкинул чтобы мы конвой не считали увеселительной прогулкой. — Вместо Костаса, от которого я ждала ответа, заговорил Дарил. — Кажется, твой император затеял новую игру.

Я прошлась по отсеку, пытаясь уместить в десяток шагов все, что мне было уже известно. Умного в голову ничего не приходило. То ли я слишком устала за последние дни, то ли…

Пришлось начать рассуждать вслух, так было проще.

— О том, что Индарс заинтересован в Люцении, мы знаем.

— Уже давно, — подтвердил демон, чуть усмехнувшись. — Союз, кстати, тоже.

Я кивнула, не став упоминать, что и его папочка посматривал в ту сторону весьма плотоядно. О причинах мне оставалось только догадываться, но в самом факте я была уверена. Костасу удалось достать материалы встречи на Таркане, состоявшейся еще в мою бытность перевозчицей. Тогда только обсуждалась идея создания будущей Службы внешних границ.

Император люценианцев на ней присутствовал.

Но не это привлекло мое внимание. Отец, который возглавлял нашу делегацию, несколько раз общался с ним за закрытыми дверями. Жаль, спросить, о чем именно, я не могла. Но, думаю, была бы удивлена.

И не только отец.

Хотелось бы мне знать, во что мы опять вляпываемся?

— Конвой стархов охраняем мы, — дал очередную подсказку Дарил, посматривая на меня с некоторым удивлением. Мое затянувшееся молчание ему не понравилось.

Зря он грешил на мою недогадливость, именно в этот момент я вспомнила о крейсерах скайлов, которые должны были негласно нас сопровождать.

— Думаешь, — нахмурилась я, — что Индарс начал копать под Искандера?

Предположение не плавало на поверхности, но если к этому добавить предложение «мужа»…

— А почему нет? — пожал плечами демон, а Костас, на которого я непроизвольно посмотрела, кивнул. — Он — фигура неудобная, уже успел показать, что считаться с чьими-то интересами не намерен. А тут еще ты…

Правильно сказал Искандер: «Грустно!» Сумей я сложить два и два до этой встречи…

Я не сумела, а возвращаться было поздно, все слова уже сказаны. Оставалось только вновь вспомнить, что я обожаю хатч и сыграть, выбрав экилибр.

Перспектива выглядела… страшной. Роль «Императоров» на этот раз досталась тем, кто был мне особенно дорог.

* * *

Последние двенадцать часов до выхода конвоя напоминали кошмар. Постоянно кто-то куда-то бежал, что-то пытался выяснить, состыковать… Или я чего-то не понимала, но все возникающие вопросы можно было решить без особого труда, не сходя с места.

Видно, остальным было так удобнее.

Потом прибыл крейсер с отцом на борту, и стало совсем весело.

Позавидовав экипажу, который проверял «Зверя», временно приписанного к базе, я сделала вид, что внимательно прислушиваюсь к разговору начальства. Даже кивала, надеюсь, в нужных местах.

Те, похоже, тоже пытались соответствовать ситуации, по очередному кругу обсуждая одни и те же вопросы. Выглядели они при этом очень внушительно и монументально. Хотелось съязвить, но присутствие Игоря и Искандера, который должен был чувствовать меня и через собственный ментальный щит, предостерегало от необдуманных поступков.

Я преувеличивала, говорили они по делу, но… жаль было времени. На «слётку» звеньев отвели всего четыре учебных часа. Понятно, что держать корабли строем умели все, но сейчас речь шла совершенно об ином. Не только прикрыть, не попасть в захват «своих» же, но и адекватно реагировать на команды. Нам еще не приходилось взаимодействовать в бою более чем двумя перехватчиками. Да и то возникала чехарда, кто и кому должен подчиняться. Вроде как все равны…

Это были проблемы становления службы — на бумаге все красиво, а как доходит до практики, то ни одна схема не работает. Тактика погранцов подходила только частично, попытки адаптировать наработки боевых соединений провалились с треском. Приходилось импровизировать буквально на ходу. Каждая, самая незначительная стычка становилась поводом для детального разбора. Кто? Как? Почему?

Быть первыми, конечно, интересно, но… хлопотно и опасно.

А тут еще одна неувязка.

Стелькову и Аронову оказалось проще — мужики. Капитаны, что вошли в их звенья, даже не дернулись, когда получили приказ. Я чего угодно ожидала от Ван Хилда, но тот только кивнул да с ухмылкой посмотрел в мою сторону.

А вот мне досталось. Промолчать-то они промолчали, но в тренажерном зале такое устроили… Пришлось прибегать к не совсем педагогическим методам.

Сама связываться не стала, чтобы не унижать. Раз пример Виталия не подействовал, стоило опробовать что-нибудь новенькое.

С воображением у меня всегда было отлично. У моих мальчиков — тоже. Показав Дарилу и Тарасу на одного, наиболее «непримиримого», дала команду «фас». Те уже давно ждали возможности размяться.

Демон поднялся вальяжно, шел к предмету воспитания небрежно-ленивой походкой. Остановился, оглянулся на меня, вдруг я передумаю, но я даже не шевельнулась, чтобы не сломать ему игру. Хилд, который находился неподалеку, наблюдал заинтересованно. Как и Виталий. Надеюсь, не собирался перенимать опыт.

Когда Дарил склонился, что-то прошептав, мой будущий второй номер побледнел, но ничего не ответил. Не дошло.

Но как раз в этот момент с другого бока пристроился мой ангел, улыбнулся своей знаменитой клыкастой улыбкой…

Следующий учебный бой мы разыграли как по нотам, все мои команды воспринимались беспрекословно. Потом еще и закрепили с десяток раз.

Но этого было так мало!

Хорошо еще, Костас постарался, дополнительно к базовой подборке «поднял» записи наших старых баталий. Тут уже разбирали все вместе, Виталий и Александр тоже привели своих.

Перебирали варианты действий, записывали, создавая подсказки, давая тактическим схемам звучные названия, чтобы легко запоминались.

Прав был Дарил, Индарс играл против Искандера, раз подкинул ему такую задачку. Не готовы мы были, не готовы… но разве у нас был выбор?!

У меня его точно не было!

Задумавшись, я едва не пропустила очередную фразу «мужа». Хорошо, вовремя вспомнила, что он здесь, вроде как самый главный, а я… тоже главная, но с другой стороны.

— Господин вице-адмирал, — поднялась я со своего места, довольно бесцеремонно прерывая их беседу. Обернулись все, но с разными выражениями на лицах. Отец слегка недовольно, Шмальков заинтересованно (что я еще выкину?), Таласки — не скрывая шального блеска в глазах. И только Искандер был холоден и… величественен. — Я могу задать вопрос? — И, пока они не расслабились, добавила: — Наедине.

— Это касается конвоя? — продолжая демонстрировать бесстрастность, уточнил он.

— Да, господин вице-адмирал!

Мне надоело стоять навытяжку, но правила игры диктовал сейчас он.

— Тогда мы вас слушаем.

Я тяжело вздохнула, вызвав странную гримасу у Игоря — кажется, он подавился смешком, потом посмотрела на отца, прося у него защиты, но тот только незаметно пожал плечом: сама нарывалась.

Я знала, что сама, но… Раз он просит…

— Господин вице-адмирал, вы считаете, что тех проблем с охранением транспортов, которые уже существуют, нам недостаточно?

За один тон, снисходительно-покровительственный, меня должны были отправить на гауптвахту. Но я тоже умела загонять в угол, Искандер знал, что без моего опыта ему не обойтись.

— У вас есть предложения, капитан-лейтенант?

Предложения?! После того как он пусть и иносказательно, но высказал мысль, что неплохо было бы «слить» готовый генеральный курс туда же, куда они «слили» данные и о самом конвое!

Даже зная, что нас в режиме полной защиты будут сопровождать четыре щитоносца, я бы не стала так рисковать. Уж если не другими, так хотя бы… мной.

Или я просто чего-то не понимала…

— Есть, господин вице-адмирал. — Каждый раз, когда я произносила его звание, Игорь морщился, словно давая мне подсказку. А то я не знала, как Искандер реагирует на официальное обращение. Он и раньше не радовался, когда я называла его каниром. — Если вам очень хочется поиграть с вольными, раскройте, кто именно намечал маршрут. Мы с Костасом дадим еще пару схем, по которым могли бы провести конвой, и укажем места, где можно ожидать засады.

— Разумно, — неожиданно для меня вклинился в наше противостояние Шмальков. — Так не только снизим опасность для транспортов, но решим и вторую задачу, которую поставили перед собой. Ее мы с командиром «Кушнара» возьмем на себя. Если, конечно, капитан Орлова уверена…

— Капитан Орлова уверена, — вместо меня ответил Игорь. — И не только в этом. — Не обращая внимания на отца, который судорожно сглотнул, догадавшись, в чем я только что призналась, подошел ко мне вплотную. — И давно тебе известно, что Ивар вернулся в сектор?

Я посмотрела на него удивленно.

— А с чего вы, майор, решили, что мне это известно? — Пока у меня была возможность, я предпочитала наглеть. Потом ее у меня могло и не быть. — Я говорила о Шахине.

Игорь обернулся к Искандеру, качнул головой.

Предатель!

— Наташа… — укоризненно посмотрел на меня отец.

Обложили, как волка! И ведь знала, когда соглашалась, что именно так и будет. Система защищала, но требовала взамен всего тебя. Тогда мне это казалось приемлемым, сейчас…

Пока я не была готова ответить на этот вопрос.

— У меня нет уверенности в своих выводах, — равнодушно, словно это не они меня прижали, заявила я, невинно смотря прямо в глаза Таласки. — Кое-что показалось знакомым, но сомнения остались. Ивар не самоубийца, если Шахин узнает, что именно тот собирался провернуть втихаря, уничтожит его сразу.

— Если тот не выкупит свою жизнь чем-нибудь более существенным, чем партия айо, — вскользь, словно думая о чем-то своем, заметил Искандер. А потом выдал, заставив меня скрежетать зубами: — Благодарю вас за подсказку, капитан. Можете быть свободны.

Мне ничего не оставалось, как в очередной раз продемонстрировать выправку и свалить с уверенностью, что весь этот разговор был подстроен только с одной целью — узнать то, что я им и выдала.

Стоило посетовать, что за этот почти год ничего не изменилось, но было не до того — пришедшее на комм сообщение от координатора расставило приоритеты по местам.

К месту сбора, в сопровождении среднего крейсера стархов и их звена катеров охранения, которое должно было вернуться на Таркан, подходил R4. Ему предстояло стать уравнителем. Следом прошла команда: транспортам занять позиции в ордере, на которую отводилось почти два часа.

Когда я вошла в ангар, где готовилось к вылету мое звено, шухер на базе достиг своего апогея. Не военная база, а обкурившийся «дурью» притон.

Было похоже, что все происходящее не касалось только начальства да моего экипажа. Те уже закончили загрузку и сейчас закруглялись с тестированием систем. Если кто и бегал, то Дюша и Юл. Андрей удрал из госпиталя, убедив всех, в том числе и меня, что совершенно здоров. А мой бывший юнга… у меня было ощущение, что он никогда нас и не покидал.

Я опасалась, что они не найдут общего языка, но хоть этой проблемы удалось избежать. Лейтенант принял, что Юл знает о «Звере» значительно больше, чем он, а тот… что все еще самый младший.

Мне бы расслабиться, пока еще была такая возможность, но напряжение продолжало душить, словно подсказывая, что во всей чехарде я упустила нечто важное.

И ведь была уверена, что учла каждую мелочь, но…

— О чем молчишь, капитан? — окликнул меня Тарас, когда я, откинувшись в пилот-ложементе, вдруг поймала себя на том, что в мыслях у меня отнюдь не предстоящий поход.

— Думаю, — буркнула я недовольно, поймав заинтересованный взгляд Дарила.

— И о чем? — тут же последовал его вопрос. Демон всегда был любопытен.

— О чем? — повторила я машинально. Он хотел знать, я не собиралась его обманывать. — Да вот думаю, найти бы тихую планетку, чтоб ближайшие лет двести о ней никто не вспоминал, выйти замуж за Тараса, нарожать ему детишек…

И только когда в рубке воцарилась подозрительная тишина, я сообразила, что про деток сказала чистую правду…

Еще бы понять, при чем тут был Тарас.

* * *

— Прошу простить, что заставил вас ждать, — обращался Искандер к императору, но смотрел на Орлова, с которым тот беседовал. Медленно опустил ресницы, словно отвечая на незаданный вопрос.

На лице генерала не дрогнул ни мускул, но сам он заметно расслабился, будто сбросив с плеч тяжелую ношу.

Это была игра. Вот только у Индарса не было оснований, чтобы заподозрить в ней этих двоих.

— Проблемы с конвоем? — добавив тревоги в голос, уточнил старх.

— Уже все позади, — едва заметно улыбнулся Искандер, не поверив в волнение императора. После сообщения майора об искажении данных по транспорту картина была слишком очевидной. — С первой из них Наталья справилась.

— Таши?! — не сдержавшись, уточнил Индарс, но тут же взял себя в руки.

Даже если бы и хотел, он не мог сказать, что, по имеющейся у него информации, ее корабль был подбит во время стычки с вольными и находился в ремонтном доке. Известно ему об этом стало не случайно, среди служащих на базе были у него свои глаза и уши. И вряд ли для Искандера это было секретом, но… пока они еще старались соблюдать приличия и видимость тесного сотрудничества.

Пока… Надолго ли?

Ответа не было. Были лишь цели, которых он жаждал достичь. Бывшая перевозчица была одной из них.

Он беспокоился за нее, но был рад, что Таши не придется идти в охранении транспортов. Понимал, что ее присутствие повышало шансы, но…

Вот это «но» и не давало ему теперь покоя. Индарсу был нужен император Люцении, но мешал успевший меньше чем за год укрепить свои позиции Искандер.

Компромисс между тем и этим оказался мрачным: он не сомневался, что корабли дойдут до гибнущей планеты, но и реально оценивал, сколько жизней будет положено ради этого.

Жертвы его мало беспокоили, кроме одной, которой он желал бы избежать любыми способами.

И вот теперь выяснилось, что радовался он рано.

— Я назначил ее первым помощником Таласки, — сделав вид, что не заметил мгновения замешательства, пояснил скайл. — Ее опыт незаменим.

— Мне казалось, — задумчиво протянул Индарс, исправляя свою оплошность, — что вы не станете так… — он замялся, подбирая слово, — откровенно ею рисковать.

Искандер позволил себе улыбнуться, грустно. Стоило добавить… немного человечности в их общение.

Да и усталость давала о себе знать.

Вот уже третьи сутки он не уходил из оперативного зала Управления больше чем на полчаса. Только принять душ да перекусить. Дремал сидя в кресле, чуть в стороне от дежурной смены, чтобы вроде как не смущать своим присутствием.

Знал, что помочь им ничем не сможет, но в один из моментов, когда пытался убедить себя в этом, вдруг подумал: «А если именно его тревога и поможет? Окажется тем фактором, который заставит судьбу смилостивиться, убережет любимую женщину от беды…»

Ему хотелось в это верить.

— Она — офицер, господин император, и ей известно, что такое долг. Наташа не простила бы мне, поступи я подобным образом.

Ассоциация с игрой в хатч было настолько яркой, что Индарс почти растерялся.

О том, что канир вполне мог стать следующим кангором, он знал, сам Синтар как-то обмолвился об этом. Видно, неспроста, давал понять, что ему стоит заранее найти общий язык с будущим правителем скайлов.

Да только Индарс невысказанному совету не внял. Чувствовал, что подоплека отношений с Искандером — выбор Таши не в его пользу, но ничего с этим поделать не мог. Или… не хотел.

Но каждый раз, когда он видел адмирала, воображение подкидывало одну и ту же картину: утомленная страстью женщина, которая принадлежала не ему.

Он отдавал себе отчет, что это — наваждение. Пытался забыться в ласках своих жен и даже успокаивался на какое-то время. Не с ними. Гнет забот давил, требовал холодного рассудка.

Но потом все возвращалось вновь. Он проигрывал и не желал победы.

— Так что с конвоем?

Выдержка едва не подвела песчаного льва, как назвал когда-то Индарса самый… верный враг, и он поспешил сменить тему. Ярость подступила слишком близко, лишая здравомыслия. Это было опасно.

Согласившись разместить Управление Службы внешних границ на Таркане, он не сразу понял мотивы своего решения. Был уверен, что мелькавшие мысли о благородстве их целей и выгоде такого соседства для собственной империи лишь ветви дерева его порыва. Теперь пришло время осознать и то, что скрывалось под песками.

Он предпочитал, чтобы Искандер был как можно ближе к нему.

— Конвой идет точно в соответствии с графиком. Если вдруг что произойдет…

— Я узнаю об этом первым, — закончил за адмирала Индарс. Они не сумели бы стать друзьями, у императора не могло быть друзей, но у Искандера были все шансы оказаться среди тех, кому он мог бы доверять. Теперь, когда все решения оказались принятыми, сожалеть об этом было поздно. — Но позвал я вас не ради этого. — Искандер и Орлов изобразили на лицах внимание. — Я хотел лично пригласить вас на праздник дарши.

— Это большая честь для нас, — за обоих ответил канир. — Когда состоится это событие?

Ему было не до праздников. Конвой, требование Синтара прибыть вместе с Наташей в кангорат… Да и генерал только выглядел безмятежным, Искандер ощущал, как за маской спокойствия бушует гнев. Еще бы понять его причины…

Индарс вздохнул с сожалением.

— Через двенадцать дней, в святилище Туш Амир. Я очень надеялся, что и ваша жена, адмирал, тоже будет присутствовать. Рассчитывал, что именно она покроет волосы моей дочери.

В том, как император произнес «ваша жена», Искандер ощутил издевку. Тому было прекрасно известно, что их брак до сих пор не был оформлен по законам Союза.

Воспоминание об этом вызвало из памяти их последний разговор.

Внешне — не самый легкий, но Искандер печалился лишь об одном — им не удалось провести вдвоем хотя бы ту пару часов, что у них была.

С другой стороны, теперь он был уверен, что Наташа из кожи вон вывернется, но вытащит конвой и вернется сама. Что бы ни случилось.

Это как в игре в хатч. Она не любила проигрывать, заставляя судьбу изменить решение и отдать победу ей.

Сейчас она проигрывала.

Об этой черте ее характера Искандер узнал благодаря Индарсу. Правда, говорить ему спасибо не собирался. Те два дня после Харабской операции, которые она провела во дворце императора, доказали, что и его терпение имеет границы. Этими границами была она — женщина чужого мира, ставшая для него всем.

Но ту игру она доиграла. Заставила старха признать свое поражение.

— Я сожалею, господин император, что не знал о вашем приглашении раньше. Впрочем, — Искандер позволил себе посмотреть Индарсу в глаза, — вряд ли это что-то изменило бы.

Признание не стало экспромтом, не сорвалось с губ вдруг.

Они оба были достаточно искушенными во власти, чтобы не понимать, что именно стоит за последними событиями.

Они оба были достаточно мужественными, чтобы не отвести взгляда, признавая, что с этого мгновения их противостояние друг для друга тайной не является.

— И все-таки, — с тем же спокойствием, что и раньше, произнес Индарс, — я буду ждать вас обоих. Мы редко когда приглашаем на подобные празднества не членов нашей семьи.

Посчитав, что на этом разговор закончен, генерал Орлов и адмирал Искандер откланялись и вышли из кабинета.

Идя по длинным коридорам императорского дворца, молчали. Первым заговорил Орлов, когда они уже сидели в каре, который и должен был доставить их обратно в Управление.

— Ты не пойдешь.

Искандер не стал демонстрировать удивление, хоть и чувствовал себя обескураженно. Он мог ожидать от своего друга и негласного помощника всего, чего угодно, но не подобного заявления. Индарс ничуть не преуменьшил значимости этого события для стархов, и игнорировать приглашение без очень веской на то причины было подобно оскорблению.

И, тем не менее, генерал не просто намекнул, что этого делать не стоит, высказался категорично. Словно ему было известно о том, о чем не догадывался сам адмирал.

— Ты же знаешь, что это невозможно… — попробовал он возразить Орлову, уже догадываясь, что его слова для того ничего не значат.

— Знаю, — неожиданно для Искандера согласился генерал. — Но пусть тебя это не заботит. Этот вопрос я беру на себя.

* * *

Шли сферой, сохраняя оптимальное расстояние между кораблями. Чтобы максимально защитить транспорты и оставить возможность для маневра. Ягнятами на закланье те не были, вооружение позволяло им пусть и не огрызаться, так хотя бы показывать зубы в ожидании подхода судов сопровождения. Про защитные поля тоже не стоило забывать, они были вполне способны выдержать пару выстрелов главного калибра тяжелого крейсера.

Это было из того, что добавляло оптимизма, все остальное его лишало.

По косвенным сведениям, полученным с Гордона, в группе Шахина насчитывалось около десятка кораблей. Треть из них — крейсера класса М. Атакующие, несущие до трех катеров, ничуть не уступающих нашим перехватчикам. Команда Ивара была немногим меньше.

Если не сработает моя идея — единственное, что может заставить противника разделиться, нам придется очень весело.

Но я еще не забыла, как была перевозчицей. Будет день… будут и проблемы.

Мой «Зверь» и борт Ван Хилда, который облюбовал для себя Таласки, в общем построении не участвовали. Нашей задачей был случайный поиск и координирование общего движения.

Моя фраза о стаде овец и двух пастухах вызвала дикий смех у моих ребят и продолжительное молчание со стороны находившегося в это время на связи Игоря.

Лучше бы не говорила. Таласки сменил мне позывные. Он так и остался волкодавом, я же теперь была… пастушкой.

«Мои» снова ржали, но теперь уже по другому поводу. Я им не мешала. Хоть что-то позитивное в том дерьме, в котором мы оказались.

Первые сутки прошли относительно спокойно.

Предполагая нечто подобное, я отправила себя и Тараса отдыхать. Самое трудное — впереди, а у меня последние несколько дней выдались слишком беспокойными.

Я могла, конечно, еще какое-то время продержаться на снадобьях Стаса, но смысла в этом не видела. Они должны были пригодиться позже.

Предупредив Таласки, чтобы без причины не будил, не раздеваясь, свалилась на кровать в своей спальне. Увы, уже через пару минут пришлось перебираться в кабинет. Прошел почти год, а я продолжала ощущать запах Искандера, исходивший от постели. Знала, что такого быть не может, но убедить себя в том, что поддаюсь самообману, так и не смогла.

Кушетка была узкой, но… здесь не было призрака канира, так что отдохнула я великолепно. Проснулась сама, буквально за мгновение до того, как прозвучал вызов.

— Что? — хрипло прорычала я.

Дарила моя резкость нисколько не смутила.

— Готовность к прыжку Игорь передал код, что идет с первой группой.

— Сейчас буду, — подскочила я. Мне предстояло стать замыкающей.

Позволив себе только брызнуть водой в лицо, отправилась в рубку. В коридоре наткнулась на Юла и Андрея, увлеченно что-то друг другу доказывающих. При виде меня оба вытянулись. Мысль о том, что бывшего юнгу давно пора отдавать в кадеты, была не новой. Но в этот раз я не собиралась от нее избавляться. Вот вернемся из конвоя…

Сначала надо вернуться.

— Кто в нашей группе? — Плюхнувшись в пилот-ложемент, я повернула к себе панель пульта управления.

— Уравнитель и две шестерки, — тут же отозвался Дарил.

Я кивнула, хорошее решение. Вряд ли один Игорь принимал, скорее, все согласовывал с Искандером, но поделили грамотно. И перестраиваться практически не придется, зона большая, только слегка подправить курс.

— Приняла. Тарас, связь на транспорты.

— Каналы открыты, капитан, — чуть повернулся ко мне ангел. На лице — улыбка, но взгляд жесткий.

Хороший мальчик, вот только… так и не смог забыть свою девушку. Женщин не избегал, но больше чем один раз ни с кем не встречался.

Я надеялась, что, может, на базе ему кто приглянется, «Танталион» на мужской монастырь никак не тянул, но ошиблась. Если раньше хоть к портовым девкам ходил, то теперь вообще жил монахом.

Это было, конечно, не мое дело, но… я была его капитаном, приходилось думать и о телесных потребностях своих подопечных.

И опять я могла сказать: вот вернемся… Нам был положен отпуск. Провести его я собиралась на Гордоне. Вряд ли ребята откажутся меня сопровождать.

Перекличка много времени не заняла. Только передать данные по проколу да зафиксировать очередность.

Корабли первой группы один за другим исчезали с экрана.

Вслед за крейсером «ушло» звено Александра. Вошли в прыжок четко, выдержав строй. Жаль, что он потом вернется на «Кушнар». Была в нем какая-то бесшабашность, которая мне импонировала. Вроде и знала его всего лишь несколько дней, а по ощущениям, так целую вечность.

С другой стороны, так даже лучше, что он не останется у нас. Все контакты между базами были до сих пор только на уровне командования, теперь будет повод и у перехватчиков познакомиться поближе. Как-никак, а вместе шаре пили.

Потом растворились в мерцании два шестых, практически одновременно войдя в прокол.

«Я на тебя рассчитываю… пастушка!» — пришло на комм, прежде чем с экрана пропали еще два транспорта, а следом и звено Виталия.

Жаль, ответить Таласки я уже не могла.

— R четвертый — разгон, — передала я на уравнитель, одновременно приказав перестроиться своему второму и четвертому номеру. Они должны были сопровождать две оставшиеся шестерки, мы прыгали последними. — Костас, терминальный доступ.

— Принято, пастушка, — отозвался капитан транспорта. — Разгонные на мощность. Терминальный доступ открыл.

— Принято, R четвертый. Разгон контролирую. Жду маршевых.

Пока мы обменивались репликами с капитаном уравнителя, Костас подключился к системам оставшихся двух грузовых. Взглянула я на их данные только мельком, вот дойдет до них…

— Пастушка, готовность к прыжку!

— R четвертый, готовность к прыжку приняла! Встретимся на той стороне.

— Принято! — донеслось до меня задорное. — Прыжок!

Уравнитель «ушел» чисто, не придерешься. Точно из центра зоны, идеально проколов пространство.

Я сделала себе заметку отметить действия капитана. Машинально зафиксировав, как растеклась в зыбкой серости экрана точка третьего номера, дала готовность на одну из шестерок.

Неладное я ощутила еще во время его разгона. Двигатели корабля работали в режиме, но шел он со сбоем по скорости. Причины для этого я не видела.

Пока не видела.

На принятие решения были считаные секунды.

— До отчета нуль — прокол, первому пилоту принять управление R шесть нуль пять. Управление «Зверем» беру на себя.

Тарас посмотрел на меня как на безумную, но ответил четко.

— Есть принять управление R шесть нуль пять.

А ведь он был прав, то, что я сейчас делала, очень смахивало на сумасшествие. Работа в терминальном режиме… Успокаивало одно, это был не уравнитель, с тем бы Тарас точно не справился.

Никто бы из нас не справился.

Капитан транспорта хоть и недовольно, но тоже отозвался.

— Принято, передать управление первому пилоту пастушки до отчета нуль — прокол.

— И что теперь? — хмуро уточнил у меня Дарил.

Я только отмахнулась, постукивая пальцами по подлокотнику. В голове крутилось только одно: а если бы это была не я? А если бы рядом не было ангела…

Вернусь… набью морду. Императору.

— Валечка, — ответа дожидаться не стала, знала, что слышит, — возьми его разгонные данные и пересчитай искажение по весу.

— Думаешь… — присвистнул демон.

— Уверена, — буркнула я.

— Пастушку вызывает R шесть нуль шестой, — заявил о себе капитан второго транспорта.

Вот его мне только и не хватало, но не говорить же ему об этом.

— Шесть нуль шестой, пастушка на связи.

— Пастушка, какие-то проблемы? — Видеорежим я не включила, но по голосу капитан грузового был довольно молодым.

— Нет, шесть нуль шестой, все под контролем. Будут изменения, вы об этом узнаете.

Вряд ли тот удовлетворился таким ответом, но отключился.

— Капитан, — позвал меня Валечка, — расчет закончил. Дельта двенадцать процентов. Точную цифру тебе сбросил.

— Приняла. Костас, мне нужен курс для нуль пятого с учетом дельты.

— Понял, Таши, уже делаю.

Этот кадр продолжал звать меня прежним именем, но… мне все еще было не до его оговорок.

— Дарил, пока он считает, готовь информпакет для Рауле. Не зря же его с конвоем отправили, пусть отрабатывает. И передай его на второй номер, пусть уходят по готовности.

— Ох, — протянул демон довольно, — кто-то будет очень ругаться.

Я догадывалась, что он имел в виду Искандера, но то, что будет потом, меня мало интересовало. Важнее было то, что происходило сейчас.

А сейчас я выводила «Зверя» параллельно выходящему на разгон нуль пятому. И у меня для этого были веские причины. Если нам передали неточные данные о кораблях, можно было предполагать все, что угодно, вплоть до попытки саботажа, а то и диверсии. Положение транспорта в ордере вполне соответствовало моим мрачным домыслам.

— Валечка, готовность к залпу главным калибром по правому борту. Дарил, передай на нуль пятый, чтобы не делали глупостей.

— Знаешь, капитан, — как-то слишком угрюмо заявил Тарас, продолжая колдовать с чужим кораблем, — а я готов на тебе жениться. И на деток тоже готов.

Смеяться мне не хотелось, шуткой его слова не были. Скорее, оценкой того, что я вытворяла.

— Ты только больше об этом никому не говори, — буркнула я, наблюдая, как на звездной карте появляется пунктирная линия нового курса для транспорта.

В прокол он входил — это радовало, но на самом краю зоны. Не зря я все-таки отдала управление ангелу.

— Капитан, с нуль пятого передают, что будут жаловаться императору…

— Ты эту проблему не можешь решить без меня? — уточнила я у едва не ржущего Дарила. Все как всегда, чем хуже, тем веселее в рубке. — Тарас, выведешь?

— А у меня есть варианты?! — рыкнул ангел.

Я сочла за лучшее промолчать. Когда у него начиналась неконтролируемая трансформация, с ним лучше было не связываться.

— Пастушка, — вышел на связь мой второй номер, — пакет от вас принял, готовность к прыжку.

— Приняла, пакет доставить волкодаву, прыжок по готовности.

Капитан только и успел отсемафорить, что приказ понял, и перехватчик исчез с экрана. Из прокола он выйдет раньше, чем наш злополучный транспорт, так что Таласки пусть сам думает, что с ним делать.

Тарас вытянул, по-другому и быть не могло. Грузовой «ушел». Вслед за ним без малейших проблем нырнули мой четвертый номер и вторая шестерка.

Мне не хотелось верить, что Индарс имел отношение к возникшим проблемам, но такой вывод напрашивался сам собой. Иди мы в обычном пространстве, на такую погрешность можно было бы и закрыть глаза.

Но проколы… Масса корабля влияла и на скорость разгона, и на мощность импульса, необходимого, чтобы разорвать ткань пространства.

Оставалось только узнать, чем все могло закончиться.

Ждать долго не пришлось. Мы уже заканчивали круг, возвращаясь на курс, когда на радарах показалось несколько кораблей вольных.

Будь у меня другое настроение, устроила бы игру в «догони воробушка», но сейчас хотелось чего-нибудь более внушительного. Например… сказать Индарсу, что он — сволочь.

А для этого нужно было вернуться. И, желательно, выполнив задание.

Именно это я и собиралась сделать. Вопреки всему.

* * *

Я смотрела в шальные от смеха глаза Рауле и улыбалась. Кажется, мы с ним поменялись ролями. Тогда, год назад, вопросы задавал он, а я… даже улыбалась, наслаждаясь последними днями своей жизни.

— Молчишь? — уточнила я, лишь нарушить тишину.

Тот кивнул.

Эх, жаль, здесь не было Дарила. Тот бы сумел произвести нужное впечатление.

— И Таласки тебя не предупредил?

Демон сидел в рубке, проблемы предстояло решать мне самой.

Рауле посмотрел на меня с искренностью невинного младенца и качнул головой.

— Жаль, — хищно оскалилась я, — незнание законов не освобождает от ответственности. — И, не дав ему осознать, что именно только что произнесла, рявкнула, догадываясь, что могла позвать и шепотом: — Юл!

Тот появился спустя пару секунд. Не влетел, как сделал бы раньше, вошел в кают-компанию, остановился у самого входа, застыл, пожирая меня преданным взглядом.

Не зря я про Дарила вспомнила, явно его инструктаж.

— Да, госпожа капитан.

— В моей каюте на столе две бутылки. Принеси ту, которая в кожаной оплетке.

Юл сглотнул, словно опешив, потом в его глазах начал проявляться ужас… А я и не заметила, как он нахватался от нас дурного.

— Госпожа капитан, может…

Я нахмурила брови и произнесла, едва сдерживая смех:

— Невыполнения приказа…

— Я все понял, Таши, — засмеялся Рауле. — Игорь предупредил, что на корабле капитан — ты.

Улыбнувшись, я подмигнула Юлу.

— Можешь идти.

Тот чуть смущенно переступил с ноги на ногу.

— Госпожа капитан, а можно мне в рубку…

Пришлось закатить глаза, теперь понятно, чего он так старался. Еще совсем ребенок, но… очень талантливый ребенок.

— Дарил, — позвала я по внутренней связи, искоса посматривая на Рауле. Видеться нам уже приходилось, а вот разговаривать… еще нет. Арест, допросы, смертный приговор… теперь все это казалось таким далеким. Вот только ощущение петли на шее продолжало оставаться четким, словно все происходило только вчера. — Присмотришь за ребенком?

Юл попытался возмутиться, но одного моего взгляда оказалось достаточно, чтобы он присмирел. Все еще помнил, что со мной спорить не стоит.

— Присмотрю, — отозвался демон. Потом хмыкнул и добавил: — Кто бы за тобой присмотрел…

Я сделала вид, что не услышала.

Когда мы вышли из прокола, конвой уже ушел вперед, нас дожидался только мой второй номер. Тот самый экипаж, капитана которого запугивали демон и ангел. Судя по облегчению на его лице, тут же появившемся на экране, живыми увидеть нас уже не чаяли. Плохо же о нас думали.

Ладно еще, не все. Таласки на мой вызов ответил раздраженно: «Ничего тебе поручить нельзя!»

Я в первый момент даже опешила. Потом сообразила, что это у него так беспокойство прорвалось. Искандеру он уже явно успел доложиться. Ну и выслушать… соответственно.

Всю информацию Игорь получил своевременно, так что нуль пятый встретил с распростертыми объятиями, тут же отправившись на грузовик с визитом. Потом рассказывал в лицах, как, заикаясь, оправдывался капитан транспорта.

Игорь поверил его объяснениям. Даже если тому и подсказали, что Таласки эмпат, все равно не сумел бы обмануть. Знакомство со скайлами пошло новоявленному майору на пользу.

Да только меня это не успокоило. Капитан мог и не знать, что вес взятого на борт груза по декларации занижен. Суматоха, сбор в авральном режиме… Курс рассчитывали наши навигаторы, все данные по транспортам передавались централизованно. Потом уточнялись, и снова уточнялись, и… опять уточнялись. Неразбериха царила полная, транспорты уже стояли в ордере, а навигаторы все еще корректировали расчеты.

Так что я была согласна с Таласки во всем, кроме одного: не отследить, что корабль едва вписывается в заданные параметры… Это было выше моего разумения. Или я ничего не понимала в судовождении.

Об этом я и сказала Таласки, а он… отправил ко мне Рауле. Вроде как все неясные моменты находились в его ведении.

— Чай? Кофе? — спросила я, когда Юл, получив мое разрешение, вылетел из кают-компании.

— А что покрепче? — улыбнулся Камил.

Я развела руками.

— Доведем, вот тогда и расслабимся.

— Тогда, — кивнул он, соглашаясь, — давай кофе. Игорь сказал, что у тебя неплохая коллекция.

Пришлось опять закатить глаза. Кофе был страстью Искандера. Я тоже была любительницей, но без фанатизма. Есть — хорошо, нет… я не расстраивалась. Но с некоторых пор стоило мне наткнуться на новый сорт, как я обязательно прихватывала упаковочку. Уже на рефлексах.

Во всем этом было только одно «но». Запас хранился на «Варварушке», а шли мы на «Звере». И когда только успели перетащить?!

— Вахтенный!

— Я — вахтенный, — раздался печальный голос Дюши.

Опять я недосмотрела. Ведь приказала с парнем не спорить!

Жаль, не могу устроить небольшую такую тренировочку. Часов так на двенадцать. Чтобы осознали, черти, что малолеток в наши игры втягивать запрещено!

— Кофе в кают-компанию. — Я вопросительно взглянула на Рауле, уточняя, какой именно он предпочитает, но тот только пожал плечами: все равно. — Давай черный, который взяли на Иаре.

— Тот, который вам не понравился, госпожа капитан? — невинно уточнил лейтенант, тут же взбодрившись.

Детский сад, а не экипаж.

Камил уже не улыбался, прикрывал рот ладонью, чтобы не засмеяться в голос.

Ну, мои-то старенькие знали, какие воспоминания мог вызвать у меня наш гость, а вот юнга и Дюша… Надо будет не забыть сказать спасибо демону. Это были его проделки.

— Тот самый, — хмыкнула я. — Две чашки. — Когда тот отключился, заверив, что все сделает в лучшем виде, присела напротив Рауле. Веселье тут же ушло с его лица. — Вот мы и встретились.

— И у тебя на пальце такое же кольцо.

Я усмехнулась, но кивнула.

— Такое же. То осталось в розыске на Таркане.

Тот качнул головой.

— По приказу императора его изъяли. Но к тому времени это была просто безделушка. Одноразовые штучки.

— Тебе о них известно даже больше, чем мне.

Рауле спорить не стал, только губы тронула грустная улыбка. У него тоже было свое прошлое.

— А еще мне известно, кому именно принадлежит второе.

— Второе? — заинтересовавшись новой информацией, уточнила я. Ни Артур, ни Искандер не говорили про пару.

— У них один недостаток, — вместо того чтобы ответить, продолжил рассказывать Камил, — они опираются на системы коммуникации, поэтому действуют только на планетах. Внутри корабля их способность к внедрению ограничены защитой. То, что у тебя сейчас, более поздняя разработка с двумя синхронизированными контурами.

— Я не нашла разницы, — прокрутив кольцо на пальце, заметила я.

— Я — тоже, — усмехнулся он. — Просто удивился, когда увидел у вице-адмирала.

Впору было плакать. Еще один… глазастый, на мою голову.

Но мне было чем ему ответить. Ведь не за развлечениями отправил Таласки ко мне бывшего разыскника Индарса.

— Ваш кофе, госпожа капитан, — отсрочил исполнение моего коварного плана вошедший Андрей. На фоне черной формы белое пятно переброшенного через руку полотенца и поднос с двумя дымящимися ароматом чашками.

Идеальная выправка, то ли идеального офицера, то ли… официанта, но тоже идеального.

Сплошные таланты на корабле.

Мне бы рявкнуть: «Ставь и выметайся», но я только указала взглядом на стол.

Тот, словно ощутив мое настроение, не задержался.

— Ты ведь хочешь что-то спросить, — сделав глоток и довольно качнув головой, будто невзначай заметил Рауле. — Спрашивай.

— А если мои вопросы тебе не понравятся? — вяло поинтересовалась я.

Четвертый день конвоя, усталость от напряжения давала о себе знать. А ведь завтра… я невольно бросила взгляд на комм, если я была права в своих прогнозах, то уже сегодня нам предстояла первая стычка. Через этот сектор проходили все три курса, которые прокладывали мы с Костасом.

— Какой из них? — Рауле откинулся на спинку кресла, так и не выпустив чашку из рук. — Кстати, кофе великолепен, у адмирала тонкий вкус. — И, не сделав даже паузы, продолжил: — Собирался ли я тебя вытаскивать? Да, если бы тебя не забрали гвардейцы, той же ночью ты была бы свободна. Родни у меня нет, так что никем, кроме самого себя я не рисковал. А где укрыться на несколько дней, пока не объявился Артур или кто вместо него, у меня было. Рано или поздно нечто подобное должно было произойти, я был готов. Где познакомился с Шорном и почему согласился стать ему помощником? Извини, но пусть это пока останется моей маленькой тайной. Каниру Искандеру она известна, занять должность старшего дознавателя при Службе не помешала. Что еще? — Он хитро посмотрел на меня. — А… Самое главное я и забыл! Не являюсь ли ушами и глазами императора Индарса? — Я фыркнула — он угадал. Именно об этом я и хотела у него спросить. Напрямик. — Нет, не являюсь. И подданным империи — тоже, скайлы приютили.

На «приютили» я чуть заметно улыбнулась. Сама же подумала об Индарсе. Я никогда не обольщалась на его счет. Он был императором. Любимым своим народом, умеющим уравновешивать его и собственный интересы, достаточно мужественным, чтобы принимать решения, которые нравились далеко не всем даже в его окружении, со своими принципами, многие из которых мне импонировали. Но… прошедший год на многое заставил меня взглянуть по-другому. Теперь я уже не была уверена, что стояло за моей мнимой казнью. Его желание полностью избавить меня от возможных проблем с законами империи — женщины, что выступала доставщиком айо, больше не существовало, или попытка показать, насколько я была в его власти.

Мне стоило держаться от него подальше. Но об этом я знала всегда. Жаль, иногда забывала.

— Тогда у меня остался последний вопрос. — Отставив пустую чашу, поднялась я. Подступившая к сердцу тревога требовала движения. Так было хоть немного, но легче. — Почему ушел «Корвет»?

Молчание затягивалось. Рауле смотрел на меня и медлил, словно что-то решая. И чем дольше царила в кают-компании тишина, тем беспокойнее мне становилось. Предчувствие, что он хотел бы поберечь мои нервы, было слишком явным.

— Ты знаешь, что Тадеус до сих пор на Таркане? — наконец выдал он, заставив меня вздрогнуть.

О хозяине моего любимого притона я уже и забыла.

— Это что-то значит?

Услышать его ответ я не успела. Вой тревоги поставил жирную точку в нашем с ним разговоре.

* * *

Объяснения Орлова никак не выходили у него из головы. Техники контроля помогали ненадолго отвлечься, но стоило забыться, как слова генерала вновь всплывали в памяти.

Что ж… Искандеру приходилось признать, что Индарс предусмотрел практически все. Не сработал один план, тут же в действие вступил другой. В любом случае ему оставалось только отвечать на возникшую ситуацию, никак не получая возможности сыграть на опережение.

Прав был Синтар: чтобы сохранить хотя бы зыбкое равновесие, ему в коалиции нужен был император демонов.

Но тот продолжал молчать. Не отказывался категорически, просто чего-то ждал. А время поджимало, Искандер прямо-таки чувствовал, как в потоке Судьбы исчезали последние его крупинки.

— Великий канир в печали! — ехидно усмехнулся с экрана Таласки, когда Искандер ответил на входящий вызов.

Каждый раз ждал плохих вестей, в этот, похоже, миновало. Раз Игорь язвил, ничего страшнее общения с Таши не произошло.

— Что с конвоем?

— Я же тебе докладывал, — осклабился Таласки, но заметив, что адмирал к шуткам не расположен, тут же сменил тон: — Все нормально. Идем по графику. Ожидаем контакт с вольными, все предупреждены, готовность объявлена.

— Как Наташа?

— Ты лучше сразу спроси про Дарила, я тебе меньше своим видом трепать нервы буду.

Искандер, сам того не ожидая, улыбнулся. У Игоря были свои методы решения проблем, иногда они работали лучше, чем его.

— Считай, что спросил.

Вместо того чтобы ответить, Таласки неожиданно поинтересовался:

— Что еще вытворил император Индарс?

Доказывать, что причиной его мрачной задумчивости является не старх, Искандер не стал.

— Пригласил нас с Николаем на дарши.

— На дарши? — Взгляд Таласки подернулся холодком, не предвещающим ничего хорошего тому, к кому он относился. И не имело значения, что Игорь и Индарс находились в разных весовых категориях. Майор не знал слова невозможно. — Тебе нельзя идти.

— Да меня уже просветили, что нельзя. Осталось только выяснить, как это сделать, если отказ не принимается.

— А что говорит генерал?

— Говорит, чтобы я не беспокоился.

Игорь, как ни странно, тут же расслабился. Даже улыбнулся… Эта улыбка в его классификации относилась к разряду больших пакостей.

Скайл достаточно долго общался с людьми, чтобы понимать внутренние мотивы их поступков, но перед этой парочкой: генерал Орлов и новоиспеченный майор Таласки — иногда пасовал. Вот и сейчас был уверен: Игорь догадался, что именно задумал его непосредственный начальник, и даже был доволен тем, как будут развиваться события. Но спрашивать не собирался, точно знал, что тот не ответит.

— Тебе и вправду не стоит беспокоиться, раз генерал сказал, он сделает все в лучшем виде. Но Индарс… — Таласки в притворном возмущении качнул головой. — Хорошо он загнал тебя в угол. И кангор не выручил бы.

— Наши законы незыблемы. Мой брак с кем-либо, кроме Наташи, невозможен.

— Это ты так думаешь, — твердо возразил Таласки. — А когда Индарс предложит твоему правителю этот брак, Синтару придется искать лазейку в ваших традициях, чтобы согласиться. Подставился ты сам…

Искандер был вынужден скривиться, признавая правоту друга. К сожалению, тонкостей ритуалов стархов он не знал, как оказалось — зря. Неженатых мужчин приглашали на этот праздник только с одной целью — показать их девушке. Это были кандидаты на роль мужа, ей давалась возможность хоть и ограниченного волей родителя, но выбора, с кем пойти по жизни.

В его варианте такой выбор вряд ли был бы дочери императора предоставлен.

И, что самое отвратительное, отказаться он не мог, а согласиться… тем более. Оставалось рассчитывать на Орлова. Тот уже давно успел стать не только надежным помощником, но и близким другом.

О том, что генерал является еще и отцом Наташи, Искандер частенько забывал.

— Ты мне лучше скажи про Дарила. Удалось с ним поговорить?

Таласки расплылся в довольной улыбке.

— А ведь я мог сообщить первому генералу…

— Да оценил я, оценил, — ответил смешком Искандер.

Не сказать, что тревога не давала дышать, но шальной настрой Игоря отозвался какой-то бесшабашностью. На ее фоне все проблемы теперь казались смешными и незначительными. Их просто нужно было решить. И, желательно, неожиданным для противника способом.

Игра!

— Император Хандорс подтвердил сыну свое намерение вступить в коалицию, которое высказал, давая ему разрешение поступить на службу. И… — он намеренно сделал паузу продолжительнее, чтобы Искандер в полной мере мог насладиться его коварством, — объявить об этом собирается, как только конвой достигнет Штанмара.

— За два дня до дарши… — задумчиво протянул Искандер.

Мелькнувшая мысль о том, что демон каким-то образом мог узнать о приглашении, не была лишена оснований. Если так, то еще на одного союзника у адмирала становилось больше.

Это было хорошей новостью.

— Вот и не верь в случайности… — усмехнулся Игорь, словно догадываясь, о чем только что подумал Искандер, и резко отвернулся от экрана, реагируя на происходящее за его спиной. Обернулся тут же, но лишь для того, чтобы доложить: — Господин адмирал, нападение на конвой. Конец связи.

Насколько проще было бы Искандеру, находись он сейчас там, но…

Его роль в этой игре была иной.

* * *

— Ван, может, тебе глазомер подправить?

Мой план сработал, они разделились. Но даже этих было многовато. Вот и приходилось вертеться, давая возможность транспортам уйти в прокол. По договоренности их должны были встречать два щитоносца, ушедшие к точке выхода, как только началась заварушка. В сопровождении шли два наших крейсера и звено Стелькова, вместе с Таласки.

Моей задачей было разобраться с теми, кто оставался. Игорь очень оригинально решал проблему своей некомпетентности в такого рода делах. Хорошо, что позывные еще двух кораблей скайлов были уже у меня. На тот случай, если понадобятся.

Я собиралась обойтись и без них. Пока. Не стоило раньше времени светить помощь кангора.

— Таши, уравнитель ушел, — доложил Костас, тоже пытаясь внести свою лепту в царящую неразбериху.

То, что мы сейчас имели, вполне могло называться полным провалом. Мы не действовали в четверках. Мы даже не работали в парах, после первого же выстрела позабыв все, что пытались проштудировать за четыре тренировочных часа.

Нам повезло, что в команде Шахина с дисциплиной и слаженностью тоже было не все гладко.

— Нуль шестой, тебе помочь разогнаться?! — Мой тон был далек от дружелюбного, но ничего другого не оставалось. Сейчас даже секунды решали все. Пусть радуются, что я еще никого не отправила к демонам. — Или тебе надоело жить на этом свете?!

— Ухожу, пастушка. Готовность к прыжку…

— Капитан, нуль третий открывает борт…

Благодарить Дарила было некогда, я едва не просмотрела.

— Аронов, демоны тебя задери! Прикрой нуль третий!

Не хочу быть каптри! Лучше опять в перевозчицы!

Мысль была истерической, но даже хихикнуть оказалось некогда.

— Пастушка, здесь — третий. Защиты нет, иду на прыжок.

— Приняла, третий. Зализывайте раны, четвертому прикрыть.

— Здесь четвертый, понял, пастушка. Прикрыть третьего.

Кажется, только мои и действовали слаженно. Но я этому не удивлялась. Каждому лично пообещала незабываемые ощущения, если хоть один мой приказ будет выполнен неточно. Они даже выяснять не стали, что я понимаю под этими самыми незабываемыми ощущениями.

— Тарас, замри! — Это был уже Валечка, предупреждал о готовности к залпу. Можно считать, что одним врагом стало меньше. Ну, или, в худшем случае, скоро станет.

— Нуль третий ушел. У Аронова второй дал аварийный вымпел.

— Передай на крейсер, — рыкнула я на демона, тот и сам мог догадаться, что делать, — пусть подберут. Хотя бы экипаж.

— Понял, передаю на крейсер, — угрюмо повторил Дарил.

Я только фыркнула. Перед кем фасонит… уж мне-то лучше многих других известно, что он уже давно готовый капитан. Просто не хочет быть первым, предпочитая прятаться за мою спину. Ему там удобно.

— Нуль первый, а тебе особое приглашение?! — пришлось опять орать. А то, видите ли, пострелять он вздумал!

— Пастушка, я — нуль первый, к прыжку не готов.

Я переглянулась с демоном, и… выдала. Хватило нескольких фраз, чтобы транспорт закончил разгон и доложил о готовности. Надо будет «сдать» его Таласки, пусть побеседует.

— Ну что, детишки… — оглядела я «поле» боя, как только последний транспорт ушел в прокол. Против нас осталось два средних крейсера и три легких. — Развлечемся?

Возражать никто не стал, все только и ждали этого момента.

Развлекались мы почти пару часов. Вызови я скайлов, уложились бы значительно быстрее, но я решила рискнуть. В следующий раз без них нам не обойтись, пусть останутся в качестве сюрприза. Место гиблое. Это здесь было где развернуться, корабли легко маневрировали, не боясь столкнуться друг с другом. А там…

Как я и говорила, будет день — будут и проблемы.

Мы лишились еще одного перехватчика, моего четвертого номера. Обошлось без трупов, экипаж поднял на борт Аронов. Двое раненых были не в счет, можно сказать, отделались легким испугом.

Одно было плохо, Шахину удалось свалить. И не только ему одному. Преследовать мы не имели права, нас ждал конвой.

В прокол мы опять уходили последними. Задержались, чтобы доложиться Шмалькову. Можно было и напрямую адмиралу, но разговаривать с Искандером мне не очень-то и хотелось. Не объяснишь же, что уже почти раскаялась. Замуж не готова, но ведь можно поискать и компромиссный вариант.

Каперанг выглядел усталым, но довольным. Оказалось, сработала одна из трех наших ловушек. Ивара там не было, но четыре корабля выглядели достаточно ценным призом, чтобы признать результат удовлетворительным. Такая добыча, да еще и без потерь, воспринималась весомой победой. А если к ней добавить еще и наши скромные плоды, то Искандер вполне мог благодарить Индарса за предоставленную возможность.

Говорить Шмалькову об этом я не стала, язвила про себя. Но, кажется, он что-то такое понял, раз счел нужным сказать:

— Конвой нужно довести до места любой ценой. На Штанмаре вся надежда только на вас.

Он уже давно отключился, а я все еще продолжала смотреть на экран. Мне опять было стыдно. За всеми этими играми я почти забыла о тех, кто нас ждал.

Мне даже представить было страшно, что сейчас творилось на гибнущей планете. А они там пытались выжить.

— Капитан, — подошел ко мне Дарил, как только мы ушли в прыжок, — тебе стоит отдохнуть.

Я кивнула, но не шевельнулась. До меня только теперь дошло, насколько я устала. Пройти несколько шагов до собственной каюты казалось непосильной задачей.

Демон правильно понял мое замешательство. Бросив Тарасу: «Я — сейчас», — подхватил меня на руки. Сопротивляться я не стала, имела право на маленькую слабость.

Как он меня укладывал, я уже не запомнила, вырубилась еще в коридоре, только и успев предупредить, чтобы оставил на кушетке.

Не знаю, о чем он подумал, но просьбу выполнил.

Проснулась я не сама, разбудил меня аромат кофе и свежей выпечки. Приоткрыв один глаз, с недоумением посмотрела на развалившегося в кресле напротив Рауле. Возмутило меня не само его присутствие, а то, с каким наслаждением он предавался чревоугодию.

Заметив мой взгляд, Камил сделал еще один глоток и только потом заговорил.

— Я выбил для тебя полчаса. Игорь жаждал пообщаться немедленно.

Пара предложений, а столько информации. Из прыжка мы вышли, отдыхала я почти пять часов. Ничего экстремального не произошло, будь иначе, Таласки плевал бы на мою усталость. Ну и последнее, Рауле посчитал, что мне необходимо услышать ответ на тот вопрос, который я задала перед боем.

— Дай мне две минуты, — прохрипела я, пытаясь одновременно говорить и зевать. Не скажу, что спать хотелось немилосердно, но, похоже, пришло время и для зелий Стаса. Организм требовал допинга.

— Поторопись, — тяжело вздохнул он, наблюдая, как я сползаю с кушетки. Похоже, я даже не шевелилась, тело затекло настолько, что я чувствовала себя ожившей статуей, — остывает.

В две минуты я не уложилась, без ледяного душа не обошлось, но, когда вернулась, хоть слегка, но посвежевшая, кофе в моей чашке был все еще горячий.

— Там тебе Стас оставил, — кивнув на рабочий стол, произнес Рауле, когда я потянулась за булочкой.

Пришлось менять траекторию движения.

Приложив одноразовый инъектор к шее, нажала. Пустую тубу я бросила обратно на стол.

— Не рано? — поинтересовался Камилл, правильно поняв, что за препарат я ввела.

— Этот мягкий и медленный, — пояснила я, добравшись до булочки. Та была еще теплой. — Гремучую смесь Стасик придержал. Он не любитель таких способов, но сейчас выхода нет.

— Уверена, что нас будут ждать?

Я посмотрела на Камила с интересом.

— Только не говори, что обделался?

Тот даже моргнул от неожиданности, ну никак не ожидал услышать подобное от меня. Пусть радуется, что его не было в рубке. Потом вполне серьезно произнес:

— Игорь сказал, что твой корабль — самое безопасное место. Я ему поверил. Скажешь, не надо было?

Смотрел он на меня при этом с такой обидой в глазах, что я невольно прыснула. И это взрослые мужики!

— Надо было, надо было, — заверила я его, когда просмеялась. — Мне еще замуж выходить, так что я себя берегу. Ну и остальных, за компанию, тоже.

— Искандер?! — тут же сделал стойку Рауле. Вот ведь… еще один зубастый в моем зоопарке.

— Тарас, — подмигнула я ему, давая понять, что этот вопрос не обсуждается. — Так что там с Тадеусом?

Вместо того чтобы ответить, мой гость взглядом показал на две бутылки, что стояли у меня на столе. Одна из них была в кожаной оплетке.

— Что в ней?

Я многообещающе улыбнулась.

— Вино демонов.

— Зачем? — удивился он. Видно, знал, какое действие оно производит на людей. Кроме глубокого отдыха, еще и напрочь отшибало память.

— Отец Дарила давно зовет в гости, — не стала скрывать я. Не думаю, что Камилу было известно про папеньку моего помощника. — Не хочу попасть впросак. Стас сказал, что к нему, как к яду, можно выработать устойчивость, вот я и балуюсь малыми дозами. Уже дошла до десяти капель.

Рауле качнул головой, намекая на мое коварство, и заговорил. Теперь я понимала, почему он медлил.

— С Тадеусом работал кто-то из Союза. Это не утверждение, только догадки, но слишком много косвенных данных указывают именно на это.

— Тогда понятно, почему он прицепился ко мне, — его слова заставили вспомнить о нашей первой встрече с хозяином притона. Давно это было… Мы летали тогда чуть больше года, но… нас уже знали.

— Рассчитывать на его признание не приходится, кодировки у него — не пробить. Я уже почти отчаялся найти зацепку, но…

Я резко поднялась, едва не расплескав остатки кофе. Вот тебе и надежды на спокойную жизнь.

— Только не говори, что нападение на «Варварушку» и уход «Корвета» из этой оперы?

Тот про оперу вряд ли что понял, но смысл уловил. Пожал плечами, словно сожалея.

— Мы с Таласки считаем, что — да. Через месяц в Управление прибывает большая делегация из Союза. Есть версия, что ты можешь среди них кого-то узнать.

Хотелось выругаться, но это вряд ли могло помочь. Я опять оказалась втянута в чужие игры… Случайностью уже не назовешь, похоже на закономерность.

А Рауле, будто ему мало было моих тревог, спокойно так добавил, заставив меня зарычать:

— Кстати, Вячеслав Шторм передавал тебе привет.

Только этого типа мне для веселья и не хватало.

* * *

Во вторую засаду транспорты не попали. Два наших звена, остатки моего и полностью уцелевшее Стелькова, — шли передовыми. Условно нарушенный строй создавал впечатление нашего хаотичного движения, но позволял держать под контролем все возможные направления атаки.

Две крейсера наматывали спирали по внешнему контуру сферы ордера, еще один и Аронов шли в арьергарде. Где находились щитоносцы, оставалось только догадываться. Но, судя по довольному голосу Таласки, были они где-то совсем рядом.

Я пообещала Костасу исполнение любого, самого экзотического его желания, если он обнаружит корабли скайлов. Он старался, но… этот орешек оказался ему не по зубам.

Первым засек ловушку Виталий. Дал кодом — угроза боевого столкновения и рванул к кольцу из спутников, что плотно облепили приближающуюся планету.

Отреагировать я успела. Пообещала еще раз набить морду при встрече и передала сигнал Игорю. До Штанмара осталось трое суток, скрывать присутствие тяжелых крейсеров в охранении больше не имело смысла.

Нам почти не досталось, Виталий успел свалить, прежде чем ему окончательно сорвали защиту. Пришлось прикрывать «Корвет» «Зверем», еще один залп — и мне некому было бы читать нотацию. А так… даже не легкий испуг, а лишь развлеклись.

Потом, окружив транспорты, наблюдали за избиением младенцев. Из четырнадцати кораблей вольных ушли только три. Двое, самых мелких, сразу объявили о сдаче, остальные пытались огрызаться.

Когда бойня заканчивалась, я приказала Костасу сделать пометку на наших навигационных картах — сюда больше не лезть. Не люблю кладбища. А для себя решила со скайлами не связываться. Не зря их в Галактике считали отморозками. Предупреждение прозвучало только один раз, затем — били на поражение.

На фоне этого зрелища покладистость Искандера смотрелась подозрительно. Надо будет уточнить, когда встретимся. Это у них к женщинам отношение особое, или он только для меня делал исключение…

А еще тридцать часов спустя, десять из которых уравнитель шел на максимуме своих возможностей, мы входили в сектор люценианцев.

Нас там ждали. Не только со словами надежды, но и с проклятиями. Кого-то спасать было уже поздно. И ведь не объяснишь…

Это была наша служба.

— Позволишь? — Я только сменилась, передав управление Тарасу, когда ко мне поскребся Дарил. Удивившись такой робости, я разрешила войти.

— Так ты вроде уже вошел? — скрывая за улыбкой тревогу, пропустила я его в каюту. Китель я успела снять, щеголяла в футболке, но демон на это, кажется, даже не обратил внимания.

— Таши…

Вместо того чтобы оборвать, присела в ближайшее кресло. Физиономия у демона была как в тот день, когда он был вынужден признаться, что продолжает служить в спецуре.

— Что ты еще натворил?

Тот стоял у двери… Большой, надежный и… непривычно тихий.

— Как только мы достигнем орбиты Штанмара, отец объявит о вступлении демонов в коалицию.

Известие к плохим отнести было сложно. Император Хандорс был серьезной фигурой, его заявление добавляло вес Службе внешних границ, делало позицию Искандера более устойчивой. Что бы ни говорили о том, что мы — вне политики и вне чьих либо интересов, в это мало кто верил. Трудно быть «вне», когда эти самые интересы переплетаются в такой узел, что и не заметишь, как он уже затягивается на твоей шее.

Так что это никак не объясняло причину мрачного настроя демона.

— Ты уходишь? — Догадка была внезапной. И… болезненной.

— Он настаивает, чтобы я стал одним из координаторов.

Логично! Я не любила этого слова, но сейчас оно достаточно верно отражало мое мнение о решении императора. Теперь было понятно, почему он так легко согласился отпустить сына с тайной службы. Он был ему нужен. Именно там, где он пробыл этот год.

— Мудро, — кивнула я, поднявшись. Наполнила бокал соком. Хотелось напиться, но было все еще рано. — Да и тебе пора занять то место, что предназначено судьбой.

Демон улыбнулся столь знакомой мне улыбкой.

— Решила от меня избавиться?

Я отсалютовала ему бокалом.

— Отдаю себе отчет в том, что ты уже давно перерос должность моего помощника.

— А если это именно то, о чем я мечтал? — подозрительно настойчиво продолжил он выяснять мое личное отношение к факту его возможного ухода.

Тяжело вздохнув, я подошла к нему вплотную.

— Мне будет трудно без тебя. Ты это хотел услышать?

Тот качнул головой и… улыбнулся, обнажив клыки. Обычно он их не демонстрировал.

Думала я недолго, мы с ним слишком многое прошли вместе, чтобы я ошиблась в своих предположениях.

— Ты отказался?

Непонятное движение плечами. Ни «да», ни «нет».

— Думаешь об отпуске?

— Я настолько предсказуем?

Обижать его не стала.

— Только для меня. Отцу уже сказал? — Опять что-то неопределенное. — Лучше бы тебе влезть в эту кухню с самого начала.

А вот теперь он уже напрягся.

— Тебе что-то известно?

Убеждать в том, что он ошибся, я не стала.

— Мне нужен свой человек в Управлении. Если им будешь ты…

— Начнем с того, что я вроде как не человек. — Я усмехнулась, но Дарил словно и не заметил. — Насколько же все должно быть х, если ты пытаешься столь откровенно меня вербовать?

— Не настолько, но Рауле не считает тот бой, когда «Корвет» оставил нас одних, случайностью.

Демон присвистнул, потом обошел меня, остановился у стола, подозрительно плотоядно поглядывая на бутылку с вином. Тем самым, которое сам и принес.

— То-то отец хочет на мое место одного из племянников. — Дождался, когда я закончу смеяться, нисколько не смутившись моей реакции. И только потом продолжил: — К спецслужбам он не имеет никакого отношения, летуном родился, но сдвиг у него такой же, как у тебя, авантюристический. Давно уже мне завидует.

— Вот видишь, — успокоившись, заметила я. — Свято место пусто не бывает.

Я — лгала. И ему, и себе. Дарил был единственным, кого я видела рядом с собой, но мешать ему идти дальше я не могла. Не имела права.

Вот только говорить ему об этом не собиралась. Он — мальчик взрослый, сам разберется.

Не знаю, куда бы зашел этот разговор, если бы не вызов из рубки.

— Капитан, Таласки на связи, что-то срочное.

— Поняла, — отозвалась я, хватая китель. — Пойдем, без причины Игорь беспокоить не станет.

Застегивалась я уже в коридоре.

Когда вошла в отсек, там был и Рауле, видно, и его попросили быть.

— Волкодав, здесь пастушка. Только не говори, что мы зря летели.

Лицо майора было напряженным.

— В единственном частично уцелевшем порту, где можно было посадить R четвертый, беспорядки. Вооруженным людям удалось пробить оцепление. Система управления уничтожена. Про генераторы антигравов ничего не известно.

Это было похлеще, чем признание демона.

— Что-то еще?

— Пепельно-пылевое облако полностью накрыло эту часть материка. Шестерки уходят на запасную площадку. Не самый лучший вариант, она дальше от пострадавших районов.

— Решение адмирала? — Я не сомневалась, что Игорь уже успел связаться с Искандером. А возможно, и не один раз.

Я не ошиблась.

— Разведка. Если стол способен принять грузовик, вы должны с поверхности обеспечить его безопасную посадку.

— Поняла, — не выдержав, зарычала я. Умом понимала, что происходило на планете, но отказывалась принимать. Кто должен был играть чувствами люценианцев, чтобы они своими же руками лишали себя помощи?! — Подожди, — попросила я, заметив, что Игорь собирается что-то сказать. Закрыла лицо ладонями, пытаясь сосредоточиться. Получалось плохо, но выбора у меня, в очередной раз, не было. — Могут быть жертвы, — убрав руки, жестко произнесла я.

План был. Очень простой по исполнению, но почти смертельно опасный в тех условиях, в которых предстояло действовать. Мы были перехватчиками, и работать привыкли в космосе. Но… раз ничего другого не оставалось, приходилось переквалифицироваться.

— Император Люцении дал официальное согласие на силовые методы. Когда речь идет о миллионах, то десятки, а то и сотни могут считаться малой платой.

Я была с ним согласна, но… не в этот раз.

— Задача ясна, майор. — Это отдавало панибратством, но сейчас мне было как-то все равно. — Мне нужен Хилд, Аронов и Стельков. Пойдем четырьмя перехватчиками.

— Таши, — Игорь смотрел в упор, словно не было экрана, разделявшего нас, — у тебя — карт-бланш. Но я очень тебя прошу…

Отключилась я еще до того, как он договорил. Я не собиралась слушать то, что он хотел мне сказать.

* * *

Орлов сказал: «Доверься», Искандер решил именно так и поступить. И если считал уходящие сутки, то лишь те, которые приближали конвой к цели.

Сегодня, впервые за последние двенадцать дней, собирался спать в своей постели. До этого отдыхал урывками, то в оперативном зале, то в кабинете.

Сообщение о том, что корабли вошли в сектор люценианцев, пришло несколько часов назад. Считать, что все уже позади, было еще рано, но шансы на благополучное завершение операции сейчас выглядели значительно выше, чем вначале.

Прежде чем лечь, Искандер еще раз прошелся взглядом по последним сводкам. И на «Кушнаре», и на «Танталионе» все вылеты — в штатном режиме. Ни Ивара, ни Шахина взять не удалось, они оказались хитрее, но даже с учетом этого прокола удар по вольнице был нанесен запоминающийся. Все боевые дежурства прошли без столкновений.

Сигнал экстренного вызова застал его на пороге спальни. Дежурный по Управлению.

— Господин вице-адмирал. — Пока Искандер вернулся к рабочему столу, успел застегнуть китель. — Заключенный Тадеус Сояр требует немедленной встречи с вами.

— Прямо-таки требует? — задумавшись о причинах такой срочности, поинтересовался канир.

— Из императорской тюрьмы нам передали только это. Я связался с генерал-лейтенантом Орловым, но он оставил решение на ваше усмотрение.

— Он в Управлении?

— Никак нет! Генерал Орлов встречает полковника Шторма.

Посетовав про себя, что в круговерти проблем совершенно забыл об увеличении группы Союза на еще одного представителя контрразведки, адмирал приказал:

— Подготовьте допросную в тюремном блоке. Я разрешаю доставку заключенного.

— Есть подготовить допросную в тюремном блоке. Разрешение на доставку заключенного введено в систему. Время двадцать три пятнадцать.

Прикинув, что у него есть еще минут сорок, раньше кар не доберется из императорского сектора столицы до их Управления, расположенного на окраине, Искандер дал запрос на внешний выход. Еще не успел пожалеть об этом (Таласки вряд ли было до него), как оперативный дал связь.

Игорю, действительно, было не до адмирала. Судя по всему, постаралась Таши. До состояния неконтролируемого бешенства эмпата могла довести только она.

— Извини, — прорычал Таласки, даже не поздоровавшись, — но докладывать пока нечего. Мы на орбите Штанмара, и это все, чем можем похвастаться.

О проблемах с посадкой транспортов Искандер знал, но даже предположить не мог, что все настолько серьезно. Или… он представлял себе решение этой проблемы несколько иначе.

— Где Наташа?

— Наташа?! — Таласки уже не только рычал. Ладони сжаты в кулаки, глаза налились яростью. — Разговаривает она с ними! Отменила мой приказ стрелять на поражение и теперь пытается заигрывать с обезумевшей толпой.

Несмотря на излишнюю эмоциональность Игоря, адмирал видел, что риск он считает оправданным. А гнев… так до этого дня никто так открыто не шел против его распоряжений. Болезненный урок, но… звание капитана второго ранга для Таши по окончании операции сравняет их в звании. Таласки придется привыкать, что у Наташи свои понятия о целесообразности.

Все эти размышления не мешали Искандеру волноваться за жену. Предчувствия, которое заставило бы опасаться за последствия ее безрассудства, не было, но для беспокойства это аргументом не являлось.

— Считает, что так правильно, — почти равнодушно ответил он тут же присмиревшему майору. — В следующий раз учтешь и этот фактор.

Игорь вздохнул уже спокойно. И даже попытался улыбнуться.

— А ты почему не отдыхаешь? — Разглядел табло времени за спиной у скайла. — Ждешь выступления демона?

Искандер качнул головой, отрицая.

— Тадеус захотел со мной пообщаться, я решил ему не отказывать.

— Тадеус? — на взгляд Искандера, как-то слишком подозрительно переспросил Игорь. Убедиться в этом не успел, Таласки резко оборвал разговор: — R шестые пошли на посадку. Я свяжусь с тобой позже.

Адмирал отключился первым. Это была их операция, ему оставалось только дожидаться ее окончания.

Чтобы сориентироваться, сколько у него осталось в запасе, вызвал дежурного по Управлению. Когда офицер отозвался, уточнил:

— Кар вылетел?

Тот набрал запрос на своем пульте, через пару секунд поднял голову:

— Да, господин вице-адмирал. Через двадцать пять минут будут у нас.

Поблагодарив за информацию, Искандер застегнул наручный браслет импульсника и вышел в коридор. Не успел сделать и шага, как, словно из ниоткуда, появилась парочка телохранителей.

Их постоянное присутствие рядом было одним из немногого, с чем каниру пришлось мириться, став главой Службы. Теперь он лучше понимал кангора, который с долей скепсиса относился к своей многочисленной охране. В какой-то мере это унижало достоинство воина, но спорить с древними ритуалами не возникало даже мысли.

Да и Орлов не раз говорил, что лучше быть храбрым трусом, чем больше никем не быть.

Смысл сказанного им угадывался с трудом, в его, скайла, понимании, но он предпочел с генералом не спорить. Принял, что в безопасности тот понимает лучше.

Чтобы добраться из жилой зоны Управления в ту, где трудились дознаватели, у него ушло минут пятнадцать. Удостоверившись, что кар прибудет своевременно, вышел на посадочную площадку. Необходимости в этом не было, но нервировать своим присутствием дежурного офицера и внутреннюю охрану он не стал. Только уточнил, какая именно допросная приготовлена для Тадеуса.

Встречаться с бывшим хозяином притона, где любила бывать Таши, ему приходилось не раз. На его разговорчивость сильно не рассчитывали. Кодировки не позволяли использовать препараты, достаточно мощные ментальные барьеры, что для Искандера стало неожиданностью, исключили и техники скайлов. Оставались силовые методы, но… для адмирала это было противоестественным. Бить безоружного, того, кто не может ответить…

У него было свое понятие чести, пятнать ее ради этой твари он не собирался.

Орлов и Таласки не разделяли его принципов, но молчали. Все еще молчали, собирая по крупицам доказательства вины Тадеуса, заставляя его пусть и медленно, но сдавать свои позиции.

На улице было ощутимо прохладно, единственное, что отличало зиму от лета, но Искандер только отметил это — ощущение свежести было приятным.

Или… пусть и мнимой, но свободы.

Ответить самому себе он не успел, в пределах видимости появился силуэт тюремного кара.

Вот тогда в душе и шевельнулся червячок беспокойства. Противный, склизкий…

Опасность.

Небрежным движением активировав импульсник, Искандер боковым зрением заметил, как телохранители скопировали его жест.

Жаль, адмирал не мог спросить: тоже почувствовали или просто доверяли его интуиции?

Два кара сопровождения, принадлежащих Службе, остались в воздухе, освещая все прожекторами и контролируя пространство из плазменно-импульсных пулеметов. Тот, что перевозил заключенных, на мгновение зависнув над площадкой, начал опускаться в центр посадочного круга.

— Господин адмирал, — тихо произнес один из телохранителей, — вам лучше вернуться в здание.

Он и сам знал, что лучше, но… ощущение опасности оказалось сильнее него. Оно манило, заставляя просыпаться инстинкты, которые и делали скайла скайлом.

Его взгляд постороннему показался бы застывшим, но это было не совсем так. Ментальная волна расходилась кругами, рассказывая ему обо всем, что происходило вокруг.

И… ничего, что могло бы стать источником тревоги. Ни напряжения, ни жестко контролируемых мыслей, которые скрывали бы за собой чужой замысел, ни посторонних, чье присутствие поблизости можно было бы счесть подозрительным.

Ложная тревога? Он уже давно не совершал подобных ошибок!

Ищет не там…

А кар уже почти сел. Три метра, два…

Слишком близко…

За спиной открылась дверь, появились четверо конвоиров…

— Всем назад! — закричал Искандер, откидывая к себе за спину одного из охранников, который успел поравняться с ним.

Тот отлетел, оставшиеся трое скрылись за прозрачной стеной из сверхзакаленного стекла, которая опоясывала двор по периметру, прикрывая окна нижних этажей.

Искандер ждал звука выстрелов, дорожек в воздухе, несущих смерть, был готов задействовать все способности своего тела, чтобы ускользнуть, избежать.

Но он ошибся.

Стоило посадочным стойкам кара коснуться земли, как его корпус вздрогнул, вспучился неровными гранями и… тяжело вздохнув, вздулся огненным шаром, в котором грязно-серые пятна уже ничем не напоминали металлическую обшивку машины.

* * *

— Костас, у них остались хоть какие-нибудь коммуникации?

Четыре R шестых ушли к новому месту посадки, два остались с нами. Если удастся посадить уравнитель, после его разгрузки сядут и они.

Если удастся…

— Ничего, — хмуро откликнулся мой хакер-навигатор. — Все, на что натыкался, любительские станции. Но на них опираться бесполезно, не синхронизируешь.

R четвертый «висел» на орбите. Мы спустились к верхней границе пепельно-пылевого облака.

Ни его толщина, ни плотность нас не пугали, совершали посадки и в худших условиях, да и гравитационные маяки по периметру стола продолжали действовать. Волновало меня другое — оставлять после себя трупы я не собиралась. Среди тех, кто сейчас бушевал внизу, мародеров и тварей в человеческом обличии было меньшинство, все остальные — толпа, которая оказалась в их руках. И в этой толпе могли быть женщины и дети. Эвакуационный лагерь располагался всего в нескольких километрах.

— Костас. — Я не рычала, была спокойной. Но мои мальчики предпочли бы первое. — Мне нужна связь. В любом виде, хоть через громкоговоритель. Прежде чем стрелять, я должна знать, что сделала все возможное.

Весь экипаж находился в рубке. Сейчас самая невероятная идея, высказанная кем-нибудь из них, могла стать спасением. Для моей совести.

В общих чертах план был готов. Мы, четыре перехватчика, как раньше говорили, «крыло к крылу» опускались в центр стола, выбивая оттуда людей воздушной волной и гулом двигателей. Одновременно осматривая поверхность посадочного поля и сдвигая толпу дальше, расходились к границам площадки, еще в воздухе сбрасывая автономные буйки-генераторы защитного поля. Не для себя, для транспорта. Нам предстояло работать снаружи, у блока управления антигравитационным полем.

Рауле, который отказался покинуть мой борт, был здесь же. Как ни странно, его присутствие давало мне силы не сорваться. Он словно говорил своим видом: «Ну, тогда же ты справилась…»

В чем-то он был прав. Тогда я справилась, хоть уже и простилась с жизнью. Приговор за контрабанду айо был только один — смертный. И никого не интересовало, что иного выбора, как стать курьером, у меня не было.

— А если…

Юл еще не успел закончить свою мысль, как мы все смотрели на него. У мальчишки была светлая голова, я не зря подобрала его в захудалом космопорту Иара.

Ошалев от такого внимания, тот замолчал, но тут же взял себя в руки.

Повзрослел.

— А если сбросить аварийно-посадочные зонды? Придется слегка подшаманить, сменить настройки. Но чем не громкоговорители? Пока заряд не закончится, будут работать.

Я обернулась к Костасу, вопросительно приподняла бровь.

Тот подумал пару секунд и… кивнул.

— Сколько их у нас? — Я опять развернулась к бывшему юнге.

Тот пошевелил губами.

— Десятка два будет.

— У меня еще пятнадцать, — первым отозвался Аронов. Каналы связи на всех четырех перехватчиках были открыты.

— У меня десять, — прохрипел Хилд. В последнем бою его кораблю слегка досталось. Таласки говорил, что Ван ранен, но признавать себя таковым отказался.

— Виталий, — запросила я Стелькова, — а ты чего молчишь?

В ответ услышала неразборчивое бурчание. Хотела уже переспросить, как тот ответил:

— Сбила ты меня, пришлось пересчитывать.

Несмотря на напряжение, я невольно улыбнулась. Вот уж от кого я не ожидала подобной выходки, но, похоже, именно ее мне и не хватало.

— Ну и как, пересчитал?

— Шестнадцать у меня, но один не отдам, самому пригодится.

«Спасибо», — отстучала я на его комм, обращаясь в это время к Костасу:

— Этого хватит?

Хакер кивнул не раздумывая. Видно, уже успел в уме собрать все в систему.

— Мощность у них небольшая, но покроем километров семь, даже больше чем нужно. Дай нам час и у тебя будет связь.

— Поняла, — развернулась я в пилот-ложементе. — Эр четвертый, здесь пастушка. Операцию начинаем через шестьдесят минут.

Костас посмотрел на меня недовольно, явно оставлял себе запас минут в десять-пятнадцать, которого я его лишила. Ничего, работать будет шустрее, для них там, внизу, каждая секунда может быть решающей.

— Понял, пастушка. Фиксирую начало операции.

Пока я связывалась с Таласки и уточняла у него последние данные о регулярных частях, которые двигались в направлении посадочного стола, чтобы оказать нам поддержку, в рубке, кроме меня и Тараса, никого не осталось. Мне это было на руку, ангел в душу не лез, но даже от его присутствия становилось спокойнее.

— Что ты задумала?

Я совсем забыла про Рауле. А вот он обо мне… нет.

— Все потом, — отмахнулась я от него. Поднялась, но бесцельно бродить по рубке не стала, просто замерла рядом с креслом, пытаясь понять, отчего же мне так тревожно.

Причины, конечно, были, вот только не те, от которых слезы выступали на глазах.

Или я просто устала… От ответственности, которую на меня взвалили, от бессмысленности той бойни, что сейчас шла внизу, от сволочизма правителей, которые могли быть и друзьями, когда ненадолго забывали, кто они есть.

Грустно. Я не была готова сделать то, что собиралась. Но у меня, уже в тысячный раз, не было выбора.

Так, воюя сама с собой, я не заметила, как истекло мое время. Вдруг, оторвавшись от созерцания носка собственного ботинка, наткнулась на совершенно недетский взгляд Юла.

— Госпожа капитан…

Не удержавшись, я сделала шаг, потрепала его по русым вихрам. Юнга смутился, но не отступил.

— Спасибо. — И, не дав ему ответить, приказала, не только тем, кто уже объявился в рубке. — Всем надеть защитные костюмы. Импульсники на минимум, парализаторы на среднюю мощность. Готовность пять минут. И помните… — Пауза была короткой, только убедить себя, что я должна это сказать: — Мы — представители Службы внешних границ. Не убейте их веру в нас.

— Принято, готовность пять минут, — следом друг за другом отсемафорили Аронов, Стельков и Ван Хилд.

Насмешки в их голосах я не заметила.

Времени, чтобы залезть в защиту, как раз хватило. Я надеялась, что ее будет достаточно, чтобы обойтись без стрельбы.

Только закрепила шлем, откинув лицевой щиток, как обратный отсчет сожрал последнюю цифру. Дальше тянуть было некуда.

— Внимание, перехватчикам снижение. R четвертому ждать команды. — И только для своих добавила: — Я в грузовой по левому борту.

Спрашивать, что я собираюсь там делать, никто не стал. Иногда они понимали, что безопаснее лишних вопросов не задавать.

Командный интерфейс давал всю картинку, позволяя полноценно управлять ситуацией, так что мое одиночество не было полным. Но мне и этого было достаточно. Чтобы собраться.

Дав команду открыть створу, активировала отражающее поле.

Сплошная серая муть… Я должна была не только понять тех доведенных до отчаяния и взявших в руки оружие людей, должна была найти слова, чтобы вернуть им замутненный болью рассудок.

Не самая легкая задача. Будь я Таласки… Я не хотела знать то, что было известно Таласки. И я не хотела стрелять.

— Капитан, триста пятьдесят метров, — нарушил мое уединение Тарас. Снижались мы медленно, словно плыли сквозь мглу. — Сбросили аварийные зонды. Система подключена. Ты просила громкоговоритель… — Ангел замялся, но тут же закончил: — Он у тебя есть.

Я не поблагодарила, продолжала стоять на самом краю ангара, словно готовясь к прыжку, отгороженная от серой мути защитным полем.

Сюда бы моего дракона… Я скучала по той сказке.

— Валечка, прими наведение для бортового орудия.

— Капитан… — недоуменно протянул он, получив данные. Я догадывалась, о чем он сейчас подумал. Но… я была в своем уме. Я должна была дать им ощутить серьезность наших намерений и обойтись без жертв. Хотя бы сейчас.

— Залп, Валечка… Залп.

— Есть залп с левого борта, — четко отрапортовал он.

А через десяток секунд по обшивке прошла едва ощутимая дрожь, и орудийный ствол выплюнул смертельную болванку. Ее целью должен был стать бункер системы противовоздушной защиты, находящийся почти в пятистах метрах от стола. По данным сканирования, людей в той стороне не было.

— Капитан, триста метров. — Мутное зарево взрыва потускнело, когда раздался голос Тараса.

— Приняла, — прошептала я и начала говорить: — Это был предупредительный выстрел. Следующий кому-то из вас не оставит шансов. Это приказ. Но прежде чем выполнить его, я хочу просить вас отойти за ограждения. Не для своей, а для вашей безопасности. — Это было не то, что я собиралась сказать… Это было не совсем то, что я собиралась сказать. — Я никого и ни в чем не буду убеждать… — Слова родились сами, просто сорвались с губ. — Кто я, чтобы вы мне поверили? Просто женщина, которая и сама не понимает, почему одним достается радость, а другим… боль.

Я не знала, слушают ли меня там, внизу. Знала лишь, что слышат. И я продолжала говорить, не веря, что смогу что-то изменить, но понимая, что иначе не могу.

— Просто офицер, который должен исполнить свой долг. Просто… — Горло сжало петлей, как там, на Таркане. И темнота перед глазами тоже была, как тогда. — В тот день, когда узнала, что буду сопровождать конвой, я поругалась с человеком, которого очень люблю. Между ним и свободой выбрала свободу. Я пожалела об этом сразу, как только его взгляд стал пустым. Но посчитала, что вернусь и… смогу ему все объяснить.

Костас мальчик умный, запись уничтожит. Не надо Таласки знать, какими именно признаниями я усмиряла толпу. А с Ароновым, Стельковым и Хилдом я поговорю сама.

— Капитан, двести пятьдесят метров. Мы на нижней границе.

Я отбила на комме: «Поняла. Снижаемся. Защита на максимуме».

Мне хватило вздоха.

— Теперь я знаю, что могу не вернуться. Кто будет виноват в этом? — Я пожала плечами. Они меня еще не видели, но… я чувствовала каждого из них. Ту злобу, ту ненависть, что исходила от них. — Никто. Такова судьба. Она выбрала ваших родных, близких, любимых. Она может выбрать и меня. И тогда он никогда не узнает, как не узнали те, кто был дорог вам.

— Капитан, двести двадцать метров. Идем по маякам. Внизу одиночные всполохи выстрелов.

Откликаться я не стала.

— Три года назад на Иаре мы подобрали мальчишку-беспризорника. Его собирались убить за лепешку и кусок мяса. Сейчас он у меня на борту. Смышленый паренек, умница, каких поискать, золотые руки. Через месяц ему может исполниться семнадцать, он может стать хорошим технарем, найти себе девчонку, влюбиться… Он многое сможет, если я сумею его уберечь.

— Высота двести метров. Идем точно по маяку. Защита на максимуме. Одиночные всполохи выстрелов за границей ограждения.

А я разве рассчитывала, что этих слов будет достаточно?!

— Каждую минуту, каждую секунду мы думали о вас. Все. Те, кто грузил транспорты, кто прокладывал курс, кто вел конвой. Мы отстреливались от вольных и думали о вас. Не щадили ни себя, ни корабли. Лишь бы успеть. Не к тем, к кому опоздали, к тем, кого еще можем спасти. К тем, кто может встать перед нами и спросить: «Почему? Почему не вчера, не позавчера, когда моя дочь, сын, брат, мать… были еще живы?»

— Сто семьдесят. Таласки передал, что войска на подходе. И… что прибьет тебя сам.

Последнюю фразу Дарила я пропустила мимо ушей.

— У меня нет ответа, кроме одного: мы сделали все, что могли. И даже больше. Но это только слова.

— Сто пятьдесят метров. Орудия к бою готовы. Приказ волкодава — стрелять на поражение.

С моего комма ушло: «Посадкой R четвертого руковожу я. Приказ: стрелять на поражение — отменяю».

— Над нами висит транспорт. Там еда, техника, чтобы сберечь тех, кто еще ждет помощи, кто еще надеется. Там очистители, способные вернуть голубизну вашему небу, сладость — воде, там врачи, медикаменты, одежда, временное жилье.

— Пятьдесят метров. Под нами чисто. Начинаем расходиться.

Мглу трепали воздушные струи посадочных двигателей, за защитным экраном мерцающими пятнами расплывались огромные костры, которые окружали периметр комплекса.

Мы спускались с бортовыми огнями, не включая прожекторов.

— Чтобы посадить его, мы должны проверить посадочные системы. Я, капитан перехватчика, Наталья Орлова, — выйду первой. Умоляю лишь об одном — потерпите еще чуть-чуть. Мы уже здесь. Мы — пришли. И мы поможем тем, для кого это еще не поздно.

— Капитан, мы на грунте. По сканерам посадочное поле без повреждений.

— Я — выхожу.

Защитное поле растеклось мыльной пленкой, выпуская меня. Сели мы идеально, образовав четкий квадрат.

«Активировать буйки. Транспорту начать снижение».

— Я — с тобой! — раздалось рядом по-мальчишески звонко, отдаваясь эхом с опускающихся зондов. Юл остановился рядом, посмотрел на меня с хитрым прищуром, мол, ну и что ты теперь сделаешь?

Пока — ничего, но если мы выкрутимся…

Мы выкрутились.

Сначала они выходили из темноты по одному. В их руках было оружие, их глаза в свете внешних прожекторов казались мертвыми. Потом их с каждой уходящей минутой становилось больше, но ни один не пересек границы осветительной ленты, которую мы раскидали вокруг силовой установки.

В какой-то момент между ними начали мелькать люди в военной форме, но заметила я это не сразу. Мы как раз с Дюшей, техником Аронова и Юлом спорили, можно ли запитать систему управления антигравов с перехватчиков. Юл доказывал, что если ему дадут муфту с каким-то мудреным названием, то через двадцать минут он подключит генераторы. Крик закончился, когда помощник Ван Хилда принес ту самую штуку, которую и просил мой юнга.

Вот тогда, отойдя от мальчишки, который потребовал, чтобы я не лезла ему под руку, и заметила появление тех самых регулярных войск.

Грязные, измученные, с серыми лицами… Хотелось закрыть глаза и ничего не видеть. Ни голодных взглядов, ни пустоты в глазах, от которой хотелось выть, ни черноты над головой.

Оставалось убеждать саму себя, что моей вины перед ними нет. Получалось плохо, хотя бы потому, что не я была на этой планете, когда та проклятая глыба избрала ее своей мишенью.

К тому времени, когда транспорт спустился ниже кромки пепельно-пылевого облака, посадочный стол был полностью оцеплен. В отличие от меня, эти парни моральными терзаниями не страдали.

Но меня это уже не касалось. Гул приближающейся техники для разгрузки транспорта сливался с жужжаньем антигравитационных установок, которые удалось-таки запустить Юлу. R четвертый хоть и с трудом, но был способен сесть на «своих». Но лучше было не проверять это «способен».

Посчитав, что на этом моя роль окончена, я вернулась на «Зверя». Хотелось добраться до своей каюты, влить в себя бокал вина демонов, чтобы потом уж точно ничего не помнить.

Но, видно, судьба решила, что должно быть все по справедливости. Если повезло в одном, то…

Костас перехватил меня в коридоре у самой каюты. Схватил за руку, пытаясь что-то сказать, но лишь разевал рот.

Ощущение беды, которое я глушила все это время, нахлынуло валом, сбивая дыхание.

— Отец или Искандер? — только и прошептала я, понимая, что не хочу слышать его ответ.

Увы, избежать его я не могла.

— Искандер, — прохрипел Костас, справившись с волнением. — Покушение. Жив, но серьезно ранен.

Это была моя цена. За удачу.

* * *

— Открывай, открывай глаза!

Довольный голос Орлова был настолько искушающим, что Искандер решил последовать его совету.

А память, словно только и ждала, заставила вспомнить все, что было между этим и… тем мгновением.

— Погибшие… — прохрипел он, не от боли, от жажды.

Генерал, догадавшись, протянул стакан с водой. Помогать приподняться не стал, скайл и сам прекрасно справился. Слабость была, но Искандер ожидал худшего. Если, конечно, верить той картинке, что успела собраться в его сознании.

— Тадеус и два охранника, — с улыбкой произнес Орлов, хитро поглядывая на адмирала.

Тот даже убрал стакан от лица, чтобы удобнее было смотреть.

— А если бы я туда не пошел? — поинтересовался он, догадываясь о причинах хорошего настроения Николая.

Генерал пожал плечами. Весьма неоднозначно.

— У меня было еще несколько запасных вариантов.

Искандер поверил его словам сразу. Уже привык, что если Орлов что и делает, то основательно. Наташа была в него.

Наташа… Успокаивало одно, будь с ней что не так, Орлов вряд ли бы веселился.

— Все-таки добрался до Тадеуса?

Управление только отстраивалось, когда у них появился столь многообещающий заключенный. Индарс предложил поместить того в императорскую тюрьму. Для надежности.

Что стояло за вниманием старха, было понятно, но на тот момент иного выхода не было. Обеспечить безопасность узника они не могли.

А потом как-то все так и осталось. Допросы — на территории, отведенной Службе внешних границ, все остальное время — в императорском комплексе. Искандер однажды попытался поднять этот вопрос, тут же возник другой — о доверии.

И вот, наконец, Орлов нашел способ не просто вернуть Тадеуса, но и сделать его для всех мертвым. Как говорил генерал, выйти на оперативный простор. Для многих его смерть станет поводом избавиться от страхов, снизить контроль.

— Ты дал мне хороший предлог начать игру на опережение.

— Считаешь, Индарс поверит?

Орлов наклонился чуть ниже. Прошептал, но было видно, что ему хотелось кричать. Было от чего, это была одна из лучших его операций. Рассказать кому… Пусть теперь гадают, что это было: желание избавиться от Тадеуса или покушение на вице-адмирала.

— Уже поверил. Я не препятствовал присутствию его разыскников. Пришлось принимать решения самому, ты ж едва дышал.

Желание засмеяться было нестерпимым, но, когда Искандер попробовал ему поддаться, задохнулся от боли в груди. Спазм прошел быстро, регенерация у скайлов была отменной. Но… об этом мало кто знал.

Орлов, догадавшись, о чем адмирал только что подумал, подтвердил:

— Он и медиков своих прислал. Те долго совещались с «нашими», потом вынесли тебе вердикт: жить будешь. С тем и отбыли, докладывать.

— А теперь о потерях?

Генерал развел руками.

— А нет потерь. Только по бумагам. Если хочешь, можешь за кар вычесть из жалованья. Ну и заставить оплатить твое лечение.

Искандер ответом удовлетворился, не стал уточнять, как Николаю все это удалось. Вовремя вспомнил про полковника Шторма. Теперь у него были причины сомневаться, что офицер прибыл лишь той ночью, но… был уверен, что доказательств иного при всем своем упорстве не добудет.

Эти умели заметать следы.

— Кангору сообщили?

— А ты как думал, сразу же. Потребовал докладывать обо всех изменениях в твоем состоянии. Я чувствовал себя мальчишкой под его проницательным взглядом. Но это было только начало. — Орлов, не в силах сдерживать эмоции, усмехнулся. — Прошла оперативная, а через час — выступление императора демонов. Я просил его хотя бы мучеником тебя не называть, но тому слово понравилось. Так что…

Об этом можно было и пожалеть.

— Надеюсь, Наташа не узнала?

Генерал нахмурился, заставляя буквально замереть Искандера, но длилось это лишь мгновение. К счастью, совсем короткое.

— Узнала. Но прежде, чем она что-нибудь натворила, Таласки успел намекнуть, что все не так, как кажется. Фактически, задание они выполнили, Игорь отдал приказ о возвращении на базу. Обратно транспорты пойдут уже в сопровождении крейсеров стархов. «Зверь» и «Корвет» идут первыми.

Это должно было успокоить, но… в душе опять была тревога.

Или это просто боль?

— И давно я здесь? — Интерьер был совсем не больничным, но за прозрачной перегородкой виднелись контуры регенерационной капсулы. Да и ощущения в теле не воспринимались совсем уж привычными. Видно, Орлов постарался. Для правдоподобия.

— Дарши мы с тобой уже пропустили, — вновь расплылся в улыбке генерал. Он имел право на хорошее настроение. — И никаких претензий. Еще денечек…

Закончить мысль ему не дал вызов, вспыхнувший алым на комме Орлова.

— Господин генерал-лейтенант, — голос Искандеру был смутно знаком, кто-то из офицеров оперативного отдела, — передали одновременно с «Корвета» и «Зверя». Вступили в бой с превосходящим противником.

Пока тот говорил, Искандер успел не только подняться, но и, забыв о слабости, дойти до шкафа, посчитав, что раз уж он здесь стоит, то форму стоит искать именно там.

Отключившись, Орлов попытался что-то сказать, но адмирал только махнул рукой. От резкого движения качнуло, но все было не настолько плохо, как могло показаться со стороны.

О том, что переоценил силы, Искандер догадался, когда застегивал китель. Лоб был слегка влажным, а ведь были еще и ботинки. Справился он и с ними, но в коридоре пришлось прислониться к стене, возвращая ритм дыханию. Хорошо еще, кроме телохранителей, не тех — других, никого рядом не оказалось.

Известие о том, что оба перехватчика готовы к прыжку, уже не Орлов — Искандер, принявший собственные полномочия, получил, когда они вошли в лифт, ведущий на подземные этажи.

На них смотрели. Чаще с уважением, некоторые с опаской. Не прошло и трех дней, как говорили о возможной смерти адмирала, и вдруг не просто живой, но и идет сам, пусть и заметно, какие ему приходится прилагать усилия, чтобы держаться.

Искандер ощущал это отношение, ментальные блоки ослабли, мешанина из эмоций, не все из которых были доброжелательными, отвлекала, не давала сосредоточиться. Но… все это не имело для него значения — справится, как справлялся уже не раз. Самое главное, чтобы «Зверь» успел уйти в прокол и… выйти из него.

Четыре часа, прежде чем «Корвет» снова вышел на связь, были для Орлова и Искандера не просто тревожными.

Не отчаяние — злость. И в первую очередь на самих себя. Догадаться, кто именно дожидался возвращения Наташи, было не сложно. Шахин. Ивар. Оба или один из них, особого значения не имело. Важно было другое. Что-то они недодумали, где-то не сообразили, что-то упустили…

Именно они. Но принять вину на себя было проще всего, а что делать, если вдруг…

Когда раздался голос капитана Стелькова, и Орлов, и Искандер были готовы к тому, что услышат.

— В заданной точке «Зверь» из прыжка не вышел.

Это еще ничего не значило, но…

История 2

Хараб-2

— И что это было?

Однажды я уже задавала Тарасу подобный вопрос. В тот раз он меня успокоил. В этот… на удачу я больше не рассчитывала.

Вместо ангела ответил Валечка.

— Капитан, кажется, это был залп «Пульсара».

— Кажется?! — рыкнула я, но, наткнувшись на укоризненный взгляд Дарила, слегка смягчилась. Демон был прав, за свои ошибки я должна была отвечать сама. А это… была именно моя ошибка. — Уверен?

Пока тот молчал, я мысленно считала: раз, два, три… Никакого смысла, даже не успокаивало.

Вздох и ответ:

— Уверен. Двинуло рядом с нами, сканеры уловили зияние открывающегося прокола.

Хотелось выругаться, чтоб от души, но вряд ли полегчало бы.

— «Корвет» задело?

Ответил опять Валечка.

— Нет. Он «ушел» раньше, да и прикрыли мы его.

Завидовать я не стала, радоваться за Стелькова — тоже. Если все будет так, как предполагает мое мрачное воображение, ему достанется. И за себя, и… за меня. Вполне стоило пожалеть.

— Будем ждать или думать? — Откинувшись в пилот-ложементе, перевела я взгляд с демона на ангела. Костас сидел у себя в навигаторской, Стас и Валечка, Дюша и Юл тоже на местах по боевому расписанию. Единственного пассажира, отказавшегося нас покидать, я отправила в каюту. Чтобы не крутился под ногами.

— Слишком много неизвестных, разброс получится большим.

Это был Костас, он правильно понял, что мой вопрос относился в первую очередь к нему.

— А нужно? — поинтересовался вслед за ним Дарил. — Выйдем, осмотримся.

— Что бы ни делать, лишь бы ничего не делать, — прокомментировала я предложение демона, проигнорировав замечание хакера.

— Согласен с ним, — протянул Тарас, пожимая плечами. — Только зря нервничать. Где-то же выскочим.

— Совсем обленились, — грустно усмехнулась я.

В принципе они были правы. Будь даже у нас точная мощность залпа «Пульсара» и еще десятка два параметров, необходимых для расчета, могли пропустить тот единственный, который и изменит результат до неузнаваемости.

Но… как это обычно и происходило, в этом самом месте вступало то самое «но», от которого хотелось выместить на ком-нибудь подкатывающую к горлу злость. У меня на борту был Юл.

Все остальные были достаточно взрослыми и самостоятельными, чтобы сознательно оказаться в этом… д, мальчишке такой возможности не дали. Он просто потянулся ко мне, стоило добавить в его жизнь капельку тепла.

— Зато я могу прикинуть время до выхода, — словно оправдываясь, заявил невидимый Костас.

— Это я и сама могу прикинуть, — поднимаясь, поморщилась я. — Мы шли на четыре двадцать, двинуло нам градуса под три-четыре, практически полное наложение двух проколов. Прыжок по пространству нам сбило, но по продолжительности практически нет, так что пройдем с искажением по времени минут на десять.

— На двенадцать, — мрачно поправил навигатор.

— На двенадцать так на двенадцать, — согласилась я, подходя к выходу из рубки. — Дарил, остаешься за меня. К выходу — боевая тревога.

— Принял, — отчитался демон и уточнил: — А ты куда?

— А я, — обернувшись, улыбнулась я, — спать. Через четыре часа понадоблюсь вам бодрой и решительной.

Спать я не собиралась. После всех событий на Штанмаре Стас настоял на глубоком отдыхе. Вино демонов для этого подошло прекрасно, парочка бокалов и на десять часов я выпала из действительности. До привыкания организма к этому напитку мне было еще очень далеко.

Но и сидеть в рубке, не сводя глаз с экранов, тоже было глупым занятием. Если вдруг что произойдет, я узнаю об этом позже лишь на несколько секунд.

Добравшись до каюты и сбросив китель, я нашла себе занятие интереснее — засела за планшет. Вывела на дисплей запись последних двух суток, начиная с того момента, как Таласки объявил операцию по сопровождению конвоя законченной. Событий за это время произошло так много, что было о чем задуматься.

Выступление императора Люцении, в котором он благодарил не только Индарса, но и нашу Службу, покушение на Искандера, заявление отца Дарила о вступлении в коалицию и высказанное им же желание выяснить, кто виновен в гибели важного заключенного и ранении адмирала. Заканчивал эту цепочку мой разговор с Таласки и нападение на нас вольных.

Высокоуровневый хатч, демоны его задери!

Если Индарс и Искандер — Императоры, то с остальными фигурами все было не столь просто.

Легче всего казалось определиться с отцом, в этой игре он выбрал для себя роль Друга. Еще бы знать, от чего именно он спасал скайла столь хитроумной комбинацией?

Несколько причин лежали буквально на поверхности. Если противостояние старха и скайла взять за основу, то вся эта история со взрывом тюремного кара была способна подпортить настроение Индарсу, бросить тень на его спецслужбы, дать Искандеру время для передышки, а главному демону — великолепную возможность оказать моему «мужу» поддержку, в которой он нуждался. Ну и конечно, Тадеус. Игорь лишь вскользь упомянул о смерти нашего бывшего друга, но стоило к этому добавить привет от Шторма, который мне передал Рауле, как все укладывалось в идеальную многоходовку.

Слава был мастером подковерных игрищ.

Не забыла я и о таинственном незнакомце, который должен был прибыть с делегацией Союза. Бывшего хозяина притона вроде как нет в живых, оставалась только я.

Жаль, не подумала об этом раньше — непростительная беспечность. Соглашаясь на предложение Таласки отправиться в обратный путь первыми, я даже не предположила, что нас могут ждать. Посчитала, что удар, который Служба нанесла вольным, заставит тех уползти на базы зализывать раны. Забыла, что и Ивар, и Шахин сумели уйти.

Эта парочка предпочитала решать свои проблемы быстро и кардинально. Я им такую возможность предоставила.

Одно не вписывалось в мое представление о происходящем: мы были все еще живы. Считать, что судьба решила дать мне еще один шанс, я не собиралась. На этот счет у меня были другие мысли.

— Как это у вас говорят, — иронично посмотрев на меня, начал Рауле, когда, получив разрешение войти, замер у двери каюты, — кусаешь локти?

Я бросила последний взгляд на планшет, на нем мы как раз подходили к месту ловушки, отодвинула его от себя.

— Уже в курсе?

Сетовать на его несвоевременное появление было поздно, скорее стоило порадоваться. Наблюдать снова за тем, как мы опростоволосились, было неприятно. Расслабились, окрыленные успехом, успокоились. Я так вообще только об Искандере и думала. Прилечу, кинусь ему на шею, уговорю потянуть с браком еще немного…

Прилетела!

Встретили нас… в лучших традициях вольных. Четыре корабля против нас двоих, один — классом выше. Мы со Стельковым посчитали, что нас гонят к засаде, оказалось…

Вот здесь у меня и не сходились концы с концами. «Пульсар» давал шанс выбраться, бой мог не оставить ни одного.

Я все еще чего-то не понимала.

— Наташа, — Рауле присел в кресло, не дожидаясь моего приглашения, — я давно уже живу одним днем, на завтра не загадываю.

Я улыбнулась в ответ, но он словно и не заметил. Была в нем настороженность, которая противоречила его словам.

Или я хотела ее видеть, зная, как он должен реагировать на эту ситуацию?

Размышлять над этим не стала, просто спросила:

— Потому и передал все материалы?

— Заметила? — В его взгляде появилось удовлетворение, что не помешало напряжению возрасти.

Я не была готова к этому разговору, но… время для него казалось как раз подходящим.

— На своем корабле я контролирую все, — продолжая взвешивать, нужны мне сейчас новые проблемы или достаточно старых, пояснила я, — а тут довольно большой пакет информации. Попросила Костаса, тот вскрыл сопровождающий. — Он слушал внимательно, даже, соглашаясь, кивнул. Моя предосторожность ему импонировала. Вот только он не догадывался, что не обойдется без сюрприза. — Уровень военной подготовки?

Вопреки моим ожиданиям, его губы тронула усмешка.

— Кто подсказал?

Я пожала плечами.

— Сначала ты сам, еще там, на Таркане. Я смотрела на тебя и несколько раз ловила себя на мысли, что ты слишком хорош для разыскника. Но тогда я нашла этому объяснение и забыла. А тут Тарас предложил обратить внимание на то, как ты двигаешься. Не по-человечески.

— Так я вроде как и не человек, а старх, — попытался он увести тему в сторону, но, заметив мой жесткий взгляд, поднялся. — Нам стоит закончить этот разговор. Тебе достаточно знать, что в случае чего я смогу помочь не хуже, чем метаморф. А все остальное…

Я сделала вид, что его не услышала.

— Тарас сказал, что ты в образе. Взял с того, кого хорошо знал. Но своя личность проявляется в рефлексах.

Я смотрела на него и… видела, о чем говорил ангел. Внешне — мягкий, рассудительный Рауле воспринимался сейчас запертой в клетке бурей. Оковы держали, но трудно даже предугадать, что будет, если вдруг эта стихия обретет свободу.

Он молчал. Спокойное, равномерное дыхание, расслабленное тело… Ни малейшей опасности, если жизнь не научила чувствовать ее кожей.

— А ведь Искандер не догадался, — продолжила я, «добивая». Наше будущее было непредсказуемым, нам предстояло решить, сможем ли мы продолжать доверять друг другу. Не безоговорочно, но хотя бы так, как сейчас, не опасаясь подставить спину. — А Артур, скорее всего, узнал. Случайно или нет, но он тебе поверил, и… — встреча взглядов была короткой, в глубине его глаз клубилась тьма, — помог. Потому ты и готов был ради него спасти мою жизнь.

— Не продолжай! — то ли умоляя, то ли требуя, прошептал он. Вот только шепот был похож на рев.

Странно, я должна была ощущать страх или… ненависть. Я ведь догадалась, кем в своей прошлой жизни был Рауле, и понимала, что, не будь тех семи лет перевозчицей, которые научили меня, что судить надо за то, что есть, а не за то, что ушло в небытие, один выстрел решил бы его судьбу.

Навсегда.

— Отправляйся к Дарилу, — повернулась я к планшету, вбивая приказ и ставя точку в этом противостоянии. Камил выдержал испытание, надеюсь, я — тоже, — он подкинет тебе что-нибудь серьезнее твоего парализатора.

Тот отреагировал так, как и должен был сделать это Рауле. Впрочем, для меня он им и остался.

— Думаешь, нам не повезет?

Я обернулась, подмигнув, заметила:

— А не слишком ли ты много хочешь от удачи?

Улыбнулся он мне легко. Или… с облегчением. Я не стала вдаваться в такие тонкости, мне оказалось достаточно просто знать, что на борту «Зверя» находился самаринянин.

И, если я не ошибалась, жрец их не знающей жалости богини.

* * *

— Если за тридцать минут не найдете ничего лучше, будем садиться на эту, — вынесла я вердикт, просматривая данные сканирования очередной планеты, которую мы намеревались приспособить под свое временное прибежище. Не скажу, что результаты мне очень понравились, но это если не сравнивать с предыдущими тремя. На тех мы бы долго не продержались, эта давала возможность ждать помощи.

Вынесло нас… слишком далеко от обитаемой части Галактики. Мы даже свое местонахождение определили весьма условно. Не оказалось в нашей базе навигационных карт, способных пролить свет на этот сектор.

Радоваться этому или нет, я пока не решила. С одной стороны, ограничения по топливу, воде, пище. Да и беспокоиться о нас будут. С другой…

Глядя с другой, я опять вспоминала про хатч. Мое исчезновение, да еще и при таких обстоятельствах, вполне было способно заставить Искандера и Индарса объединиться. Пусть и временно, но, как говорится, лиха беда начало. Вдруг вспомнят, ради чего создавалась Служба.

Надежда на это была слабой, но… была.

— Капитан, — обернулся ко мне Тарас, — это нереально. До ближайшей системы нам добираться…

Я не дала ему закончить.

— Знаю, — улыбнулась в ответ на мелькнувшее в глазах возмущение. — Вы что, считали, что я позволю бороздить просторы Галактики, пока топливо не закончится?

Дарил хмыкнул, ангел опустил виноватый взгляд.

— Значит, ищем место для посадки?

Теперь я смотрела на демона.

— Мне отправить тебя гальюн чистить?

Тот фыркнул, обиженно, но ответил как положено:

— Внести в журнал: готовность к выполнению посадочной карты на планете, не внесенной в реестр. Медику подготовить комплект универсальных ботов и защитные средства для членов экипажа.

— Курс менять, что ли? — грубовато уточнил Костас. Я специально за ним не следила, но, кажется, из навигаторской он так и не выходил.

— Менять, — равнодушно бросила я, пытаясь сообразить, чем меня смущает собственное же решение.

Вроде ничего, что могло бы насторожить, я в данных по планете не обнаружила. Шарик земного типа, да и остальные характеристики отличаются лишь немногим. Климат тяжеловат, большую часть суши занимают пустыни, но и зелень кое-где встречается, это уже поближе к полюсам. По сравнению с тем, на что наткнулись в первых четырех системах, можно было посчитать раем.

Но на душе продолжала оставаться тяжесть, словно предчувствие. И не понять, к чему оно, просто не дает оставаться спокойной.

— Таши, — неожиданно позвал меня Тарас, заставляя вынырнуть из круговерти странных ассоциаций. На миг возникло ощущение, что мы подходим к Харабу, только вместо трех лун — две. — Мне не нравится твое настроение.

Что я могла ему ответить… Мне в последнее время многое не нравилось.

— Что по карте? — обернулась я к демону, проигнорировав заявление ангела. Поговорить с ним я сумею и потом, сейчас не стоило расслабляться.

— Сбросил исследовательский, — правильно понял тот. — Жаль, аварийных нет.

Говорить, что на «Варварушке» и того бы не было, я не стала, тот и сам все знал. Это «Зверь» был оснащен на все случаи жизни, базовый перехватчик в чужом мире мог оказаться одним гробом на всех.

— Таши… — неожиданно вызвал меня Стас, но сказать ничего не успел.

Прервав медика, взвизгнул сигнал тревоги и… стыдливо замолк, словно извиняясь, что напугал.

— Что это было?! — рыкнула я, уже перебирая последние записи в журнале.

Дойдя до конца, сдвинула на шестьдесят секунд назад, взяв время с запасом. Разгонные, маршевый, топливная, противометеоритная, защитные, система регенерации воздуха, воды, запасы кислорода, связь…

Сменялись названия систем и отсеков, но результат был все тем же — ничего, что могло бы заставить ИИ устроить подобный демарш.

— Костас!

Сейчас больше хакер, чем навигатор, отозвался мгновенно, будто ждал, когда я обращусь именно к нему. И ведь знал, что доиграется…

— Попытка проникновения в систему управления. Источник не определен.

Значит, предчувствие. Мы еще не сели, а вокруг нас уже творилась какая-то чертовщина.

Корить судьбу и рвать на себе волосы я не собиралась. Чего только в нашей семилетней истории не было.

Пришлось себя поправить — такого точно не было.

— Валечка, ты все еще уверен, что это был «Пульсар»? — Оценивающий взгляд Дарила я проигнорировала. Если у него появятся умные мысли, выскажется, а нет… я ему не барышня на выданье.

— Обижаешь, капитан, — выдал оружейник, вот только обиды в его голосе я не услышала. Если только отголоски волнения. — По характеристикам, которые я успел снять с залпа, — точная копия нашего.

Еще интереснее! Жаль, нельзя вернуться и уточнить у Ивара, где он раздобыл эту игрушку.

И… Ивар ли это был?

— Костас, на него можно подсадить какую-нибудь дрянь? — Решив, что риторические вопросы могут и подождать своей очереди, продолжила я генерировать идеи. Чем их больше, тем… одно к другому отношения не имело, но шанс случайно наткнуться на умную мысль наличествовал. Стоило вспомнить… тот же Хараб.

На случайность это было уже мало похоже.

На этот раз между моим вопросом и ответом была короткая пауза.

— Если рассуждать гипотетически…

— А если без рассуждений, — жестко прервала его я.

— Нет. Это…

— Спасибо, — снова не дала я ему договорить. — Стас, что ты хотел сказать?

— Что у тебя пульс зашкаливал.

Я прислушалась к себе, убедиться, что не обманываюсь. Вывела результаты телеметрии на дисплей. Все было идеально. Для нынешней ситуации.

Вот только Стасу я верила.

— Сколько было?

— Сто тридцать. Скачок за четыре секунды до тревоги.

Демоны меня задери, если я что-то понимала!

Но страшнее было то, что «Зверь» уже выходил на внешнюю орбиту планеты.

— Ваши предложения? — перевела я взгляд с Тараса на Дарила. Я не собиралась делить с ними ответственность за решение, но послушать чужое мнение казалось нелишним.

— У нас есть запас для прыжка, но рассчитать его, не имея никаких данных по месту своего нахождения, мы не сможем. — Дарил говорил спокойно, вот только я не заблуждалась на его счет. То состояние, в котором он сейчас пребывал, я называла зовом предков. Его манила неизвестность. Способности рассуждать здраво в такие моменты он не терял, но не всегда реально оценивал возможный риск. — Нам нужно время для их сбора. Можно остаться и на орбите, но…

— …но каждый оборот, — закончила я за него, — уменьшает наши шансы на дальний прокол. — Демон кивнул и одновременно со мной посмотрел на ангела.

Тот улыбался. Многообещающе. Кажется, мне оставалось лишь озвучить то, что они хотели услышать.

Авантюристы!

— Мы могли и не получить предупреждения, — выдал он, когда я уже собиралась его поторопить.

— И вляпаться до того, как догадались о такой возможности, — вновь продолжила я, но теперь уже за Тараса.

— У нас нет другого варианта, — словно приняв эстафету, произнес демон и вывел на большой экран данные с исследовательского челнока, который он отправил к планете.

Цифры, формулы, кривые графиков, вероятностные прогнозы, цепочки ДНК.

— Слишком идеально, — не скрывая скепсиса, усмехнулась я.

— Он только начал брать пробы, — не согласился со мной Дарил. Просто для того, чтобы не согласиться.

— Вот пусть и собирает, — буркнула я, поднимаясь с пилот-ложемента. — Тридцать минут еще не закончились.

Когда выходила из отсека, чувствовала их взгляды. Жаль, читать чужие мысли не умела, узнала бы о себе много нового.

Рауле я нашла в кают-компании. Дежавю не получилось, этот на гитаре не играл, зато… он умел рисовать. В черно-белом варианте невинной я не выглядела, беззащитной — тоже.

— Странные у тебя фантазии, — тяжело вздохнула я, разглядывая одеяние, в которое облачил меня Камил.

Мой таинственный приятель промолчал, но пододвинул к себе планшет. Набрал запрос, когда тот выдал ответ, пододвинул его ко мне.

«Изображение Тайраши — Богини Судьбы, в храме Андерис на Самаринии», — значилось под картинкой, которую он мне показал.

— Странные у тебя ассоциации, — поправилась я, отметив сходство в одежде. Внешне мы были совершенно разными. Это радовало.

— Что ты хотела у меня спросить? — улыбнулся он заговорщицки, словно и не заметив моего недовольного взгляда.

— Уже ничего, — отвернулась я от него. После увиденного я не смогла заставить себя произнести вопрос, который меня волновал. Совпадение отдавало мистикой, рисунок и был ответом. — Мы собираемся садиться.

Вышла я из каюты раньше, чем он успел что-нибудь сказать.

У меня было еще минут десять до назначенного мною же времени. Если бы они еще могли что-нибудь изменить…

* * *

— Можете быть свободны, капитан! — Искандер оглянулся лишь на мгновение, чтобы тут же вернуться к записи последних минут перед прыжком, «снятой» с «Корвета».

Адмирал не ожидал увидеть ничего нового. Все, что творилось на экране, по его мнению, называлось одним словом. Однажды слышал его в горячке боя от Таши. Приверженности землян к забористым выражениям скайл никогда не разделял, но вот именно сейчас его тянуло произнести что-нибудь… эдакое. В расчете, что поможет понять, как они могли настолько… лопухнуться.

Это тоже было из лексикона жены, но звучало более прилично.

Увы, даже этой малости он позволить себе не мог, боялся потерять концентрацию.

Головная боль не отпускала вот уже несколько дней. То ли последствия жесткого ментального поиска, который он вел, то ли… давало знать о себе подготовленное Николаем покушение. Про великолепную регенерацию скайлов Орлов знал, а вот об определенной «слабости» к звуковым волнам — нет.

В какие-то моменты не спасала даже выдержка — хотелось просто закрыть глаза и завыть, в надежде, что это поможет сорвать тугой обруч со лба и висков. Но каждый раз он словно переступал через собственную слабость. Его состояние для него самого сейчас ничего не значило, только она…

Кажется, лишь теперь он начал понимать, о чем говорила Наташа. Долг и… долг. Честь и… честь. И между ними чувство, которое одновременно делало и сильным, и… беспомощным.

Еще один парадокс, с которым ему довелось столкнуться, покинув кангорат. Там такой дилеммы в принципе быть не могло. Их женщины…

Запретив себе даже думать об этом (дело было не в «покладистости» их женщин или свободолюбивой натуре его жены), он вновь пытался найти подсказку среди вереницы звезд и маневров кораблей.

Но ее не было.

Стельков, выслушав приказ адмирала, не шелохнулся. Продолжал стоять вытянувшись и поедая взглядом спину начальства.

Пока добирался от места выхода из прыжка до «Танталиона», еще на что-то надеялся. Верить в лучшее не мешало ни молчание «Зверя», который не откликался на вызовы, что шли один за другим, ни воспоминание о позициях кораблей за миг до того, как он увел свой перехватчик в прокол. После всего что вытворяла Наталья, пока сопровождали конвой, принять возможность ее гибели Виталий не мог.

Когда все-таки осознал, от уверенности в ее удачливости не осталось и следа. Хотел вернуться, но топливо было уже на исходе. Ну и запретили ему, конечно. Последнее не смущало, но против первого аргументов у него не нашлось.

И вот сейчас снова… Он знал, что должен был, обязан, но… адмирал явно не разделял его мнения. Это не злило, заставляло ощущать собственное бессилие.

Ему не приходилось раньше задумываться о своем месте в воинской иерархии. Приходило время, и новое звание вместе с новой должностью становились своеобразной наградой за его стремление быть лучшим.

Первые сомнения в понимании происходящего у Виталия появились, когда координатор потребовал вернуться на базу. А ведь именно в тот момент стало понятно, что с «Варвары» не просто так дали код Х4.

Тогда он всего лишь хотел, чтобы у него на борту находился не майор, которого он видел в первый и, надеялся, в последний раз в своей жизни, а Таласки. Тот в это время был еще капитаном и, что значительно важнее, вменяемым капитаном. Сейчас же он жалел, что адмиральские нашивки украшают не его форму Он бы… его мнение было однозначным: часть экипажей должны были отправиться на поиск.

Узнав Орлову лучше, Виталий мог с уверенностью утверждать — шансы найти «Зверя» у них были.

Способности ментата были не обязательны, чтобы ощутить напряжение, исходящее от продолжавшего стоять за спиной адмирала Стелькова. Да только Искандер его словно и не замечал. Знал, чего ожидал от него капитан перехватчика — произнести этого не мог. Не имел права. Реально оценивал возможности розыска корабля, попавшего в неконтролируемый прокол.

Хорошо если выбросит в той же Галактике, а ведь может закинуть и дальше. Теоретически. Практически о таких случаях известно не было. Зато был значительный список тех, кто считался пропавшими без вести. Пополнялся он регулярно.

Но не только эта причина заставляла его принять столь нелегкое решение. Нанеся удар по вольным, адмирал рассчитывал на передышку. С прогнозами ошибся и он, и аналитики. Шахин и Ивар предпочли действовать решительно.

Это была война. И первый удар нанесли именно им.

— Идите, капитан, — пришел на помощь Стелькову Орлов. Беспокойство офицера о его дочери генералу было… приятно. Ему было известно, насколько тяжело далось Наташе «вхождение» в команду перехватчиков. Увы, сейчас это помочь не могло. — Если будет принято решение о поиске, вы об этом узнаете.

Виталий сразу как-то сник, совсем не по-уставному кивнул и направился к выходу из кабинета. Расправил плечи у самой двери, наткнувшись на укоризненный взгляд Шмалькова.

Искандер и Орлов не стали дожидаться прибытия «Корвета» на Таркане, встречали перехватчик на «Танталионе». Получилось и быстрее, и… подальше от Индарса. Тому, конечно, сообщили, что «Зверь» не вышел из прыжка, но не лично, передали через оперативного дежурного. Он не мог счесть это оскорблением, даже если и хотел бы: кто он, а кто Наташа. Но как намек должен был понять.

— Когда прибывает Таласки? — неожиданно обернулся Искандер к каперангу.

Разлившаяся перед глазами темнота накрыла на мгновение, боль прокатилась раскаленным шаром, но лицо скайла осталось бесстрастным. Лишь Орлов заметил, как стали огромными зрачки Искандера и сделал для себя заметку, обязательно узнать, в чем дело. Адмирал уже давно перестал быть для него чужим. Сказал бы — сыном, но возраст не позволял. Если только жизненный опыт.

Шмальков вопросу удивился, но вида не подал.

— Ждем через двадцать часов. Он идет на перехватчике Ван Хилда.

Искандер выслушал ответ, кивнул.

— Благодарю вас, каперанг. И… не смею больше задерживать.

Командир базы и хотел бы остаться, но… уподобляться Стелькову не собирался. Ни одно решение мимо него не пройдет, а высказать свою точку зрения…

Шмальков был уверен, такая возможность у него появится.

Он хоть и начинал службу под началом Орлова, но предпочел прямое столкновение хитроумным планам. Да только знания, которые получил благодаря теперь уже генералу, никуда не делись. Сейчас это позволяло сделать кое-какие выводы. Он мог лишь догадываться, какой именно вид приобретет поисковая операция, но в том, что она будет, — не сомневался ни на мгновение.

— Надеешься получить новые данные? — осторожно поинтересовался генерал, когда они с Искандером остались вдвоем.

Тот взглянул коротко, потом качнул головой. Зрачки у него опять были большими.

— Есть кое-какие сомнения, — с хрипотцой ответил тот, опускаясь в ближайшее кресло. Движения были мягкими, плавными…

— Мне вызвать медика? — Орлов достаточно общался со скайлом, чтобы довольно быстро найти первую версию его несколько непривычного поведения.

— И это вместо того, чтобы спросить о сомнениях? — отделался вопросом Искандер, продолжая смотреть куда-то мимо генерала.

— О них ты и сам мне скажешь. — Орлов подошел ближе. — Это из-за связи с Наташей?

— Вряд ли, — нахмурился скайл, но продолжать не стал. — Я не уверен, что это были корабли вольных.

Генерал даже вздрогнул от такого предположения.

— Основания?

О «проблемах» Искандера он не забыл, решил, как только закончат разговор, отправит к нему специалиста из скайлов. Кангор позаботился, чтобы на адмиральском крейсере были и такие.

— Я проверил данные по всем «Пульсарам». Судьба каждого из них известна. Но дело даже не в этом. Повадки не те. Судя по записи, атаковали именно корабль Наташи. И Ивар, и Шахин не преминули бы пообщаться. Тем более что опасности для них не было никакой.

Как бы ни хотел Орлов возразить, но подобные мысли приходили и ему в голову. Он уже даже поручил Шторму поиск доказательств. Неприятно подозревать кого-то из «своих», но исключить такой вариант генерал не мог.

— Надеешься, что Игорь разубедит?

— Надеюсь, что он подтвердит, — тяжело поднялся Искандер. — Наверное, ты прав. Предупреди медика…

Закончить фразу ему не удалось, призывно замерцал комм. Код принадлежал оперативному дежурному по Управлению, игнорировать его не стоило.

Активировав связь, Искандер вывел изображение на большой экран.

— Господин вице-адмирал, — генерал стоял в стороне, его офицер не заметил, — срочное сообщение из канцелярии императора Индарса.

Ничего хорошего от старха скайл не ждал, но действительность превысила его мрачные прогнозы.

— Аналитики-навигаторы императора просчитали возможные точки выхода «Зверя» из сбитого «Пульсаром» прыжка. Шесть дальних разведчиков с аварийными командами отправлены на поиски корабля.

Задаваться вопросом, откуда у старха запись последнего боя Наташи, Искандер не стал, это было задачей Орлова и Шторма. У него же сейчас была другая — понять, что стоит за действиями императора.

От ответа на этот вопрос зависело слишком многое. Его дальнейшая судьба — уж точно.

* * *

— Вместе со мной идут…

Я была вынуждена проглотить следующее слово. Такими взглядами мои мальчики меня еще никогда не одаривали. Что самое интересное, Рауле среди них смотрелся «своим», тоже демонстрируя смертельную обиду. Хорошо хоть, Юл и Дюша в их выходке не участвовали. Понимали, что не вышли ни возрастом, ни опытом.

Хотелось выругаться, но я знала, это — бесполезно. И душу не отведешь, так потом еще и выскажут, что оказываю на подрастающее поколение дурное влияние.

— Хорошо, — сдалась я, — вместе с Дарилом идут… — Тут я могла хоть и слегка, но отыграться, паузу держала, как хорошую мину при плохой игре.

— Ты позволишь? — сорвал мне представление Камил.

Вместо того чтобы посмотреть на мнимого старха, я повернулась к Тарасу и приподняла вопросительно бровь.

Самариняне являлись потомками землян, покинувшими родину во время первой волны переселения больше трехсот лет тому назад. Самариния не была девственно чистой, на ней даже присутствовала разумная жизнь — выжившие остатки цивилизации, которая решила угробить себя, устроив глобальную войну.

На тот момент запрет на вмешательство еще не действовал, так что местному населению пришлось потесниться. Впрочем, только на словах.

Вновь прибывшие вели себя какое-то время вполне прилично, к аборигенам не лезли, строили свои поселения. Места хватало всем, всего остального — тоже. Последствия прошедших битв успели стереться не только из памяти нескольких миллионов потомком воинственных предков, но и с лика планеты. Препятствий не только для выживания, но и для бурного развития ни у тех, ни у других не наблюдалось.

Потом выяснилось, что обе расы генетически совместимы, потомство получилось жизнеспособным. И не только оно, но и остатки древних верований, которые пришлись по душе покорителям нового мира.

На Земле о них успели подзабыть, прошло почти двести лет, прежде чем самариняне сами напомнили о себе.

Экспансия в космос продолжалась, заключались союзы, вспыхивали первые галактические войны, в которых участвовал и флот Коалиции, как назывался тогда конгломерат из нескольких систем, центром которой стала Солнечная. На этом фоне появление еще одной расы, которая вела себя довольно миролюбиво, прошло практически незаметно. Несколько настораживала их военная мощь (чем-то мне это напоминало скайлов), но заключенные соглашения о ненападении остудили пыл даже у самых подозрительных. Других проблем хватало, чтобы тратить время и силы на несуществующие.

Больше пятидесяти лет соседство не докучало ни одной из сторон. Время от времени обменивались делегациями, иногда весьма многочисленными. Потом зашла речь об обучении курсантов Самаринии в военных учебных заведениях Коалиции. Намечался прорыв в туризме, культы трех богинь: Предназначения, Выбора и Судьбы — показались землянам весьма экзотическими.

Вот тогда-то все и произошло. Сначала Коалиция сменила название на Галактический Союз, присоединив к себе еще парочку систем. С этого момента сектор, который контролировала Земля, стал самым большим объединением, значительно обогнав и стархов, и демонов по числу населенных планет.

Вопрос о Самаринии возник не просто так. Именно там был впервые найден туоран, который быстро стал из просто красивого кристалла редким сырьем. Навигационные системы, создаваемые на его основе, значительно превосходили в быстродействии свои аналоги.

Война началась внезапно, предлог был формальным: неподобающее поведение одного из дипломатов в главном Храме, что самариняне сочли оскорблением, нанесенным их богине. Вопреки ожиданиям, оказалась она долгой. Не помогли ни многочисленные лозунги, ни амбиции наших вояк.

Когда корабли Союза попытались добраться до родины мнимого Рауле, стало понятно, почему самариняне чувствовали себя столь уверенно. Сама вселенная оберегала планету, сделав невозможным безопасный проход флота. Условно «слабые» места были прикрыты стратегически удачно расположенными космическими базами.

После нескольких попыток, потеряв больше половины судов, командование армады приняло решение отступить. Это стало сигналом к действию для самаринян.

Точечные удары смертников оказались для Союза основной проблемой в этой войне. Странная, нелогичная тактика с точки зрения нашего мировоззрения. Для них же она была столь же естественна, как есть, спать… Все они были жрецами храмов Судьбы.

Судя по всему, Рауле — тоже. И… не рядовым. Пусть я и имела ограниченную возможность получить нужную мне информацию, хватило и той, что нашла в блоках ИИ. Узнала много интересного, еще больше так и осталось неизвестным. Вопросы, вопросы, вопросы… Самым важным был один: что заставило его забыть о преклонении перед своей безжалостной покровительницей и вспомнить про инстинкт самосохранения?

Увы, было у меня подозрение, что ответ на него я получу лишь тогда, когда он сам этого захочет.

Никогда.

Но сейчас меня больше волновало другое — мнение Тараса о способности Камила вписаться в нашу команду. Самариняне не имели никакого отношения к метаморфам — в расовой группировке они входили в земную группу. Но сейчас речь шла не обо всей расе, а именно о Камиле, как жреце храма Судьбы. Изменчивость (и физическая, и психическая), гибкость, способность «копировать» тех, с кем сводила жизнь, которая развивалась при их обучении, добавляла им внутренней схожести.

Точка зрения Дарила, хоть он ее и не высказывал, была мне известна. Присутствие Рауле он воспринял равнодушно. Этого было более чем достаточно.

Ангел улыбнулся своей клыкастой улыбкой — это происходило все чаще, намекая, что пора бы мне разобраться с причинами, и кивнул. Камил усмехнулся и, неожиданно для меня, «сбросил» часть своего образа. Внешне ничего не изменилось, но от ощущения, что мы заперты в клетке с хищником, избавиться оказалось сложно.

— И… — передернув плечами, словно скидывая с себя тяжесть, произнесла я, — Рауле с Валечкой. Инструктаж получите перед выходом. Идете под полной защитой.

На сборы ушел почти час. Стас колдовал с данными по последним пробам, полученным уже после посадки. Они только подтверждали мои мрачные предположения — выглядело все подозрительно идеально.

Для своего лагеря мы нашли место на границе «зеленой» и «желтой» зоны, на самом большом из материков. Сканирование показало близость воды, что доказывало довольно крупное пятно буйной растительности, тоже смутно напоминающей ту, что мы встречали на Харабе.

Что еще привлекло, так это нечто похожее на каменную стену, — точнее, остатки бывшей каменной стены, которые прикрывали найденный нами оазис от наступления песков.

Немного поспорили, куда именно посадить «Зверя». Дарил с Тарасом пререкались, выясняя, с какой из сторон могли быть твари страшнее. Долго резвиться я им не позволила, еще во время первого облета будущего становища заметила, как сквозь песчинки неподалеку от развалин проскакивают искры, словно лучи звезды играют на гранях кристалла. Со сравнением ошиблась, но ровную и, что главное, достаточно твердую площадку, чтобы выдержать не только посадку, но и будущий взлет корабля, обнаружила. Что это была за порода, нам только предстояло узнать, но мое чутье опять твердило, что и эта загадка станет для меня сюрпризом.

Прогулка ребят, на которую я их снаряжала со всей тщательностью, закончилась ничем. Вода оказалась водой, но об этом мы уже и так знали, песок… с ним нам еще предстояло разобраться, как и с воздухом, хоть ничего угрожающего для себя мы в нем и не нашли. Биологические пробы, которые они принесли, тоже давали однозначный ответ — планета условно безопасна. Для защиты наших организмов хватало универсальных ботов.

Я этому даже не удивилась.

Единственным их приключением стала выходка Камила, тот поймал представителя местной фауны. Зверек смахивал на зайца, но оказался хищником. Взяли его как раз на «горяченьком», он закусывал кем-то из более мелких созданий. Без странностей вновь не обошлось, но касалось это скорее Рауле, чем лопоухого чуда, для которого встреча с нами стала судьбоносной.

Мой приказ отпустить зверя (что вызвало у Тараса едва ли не истерический смех) Рауле хоть и бурча себе что-то под нос, но выполнил. А вот зверь…

Трудно сказать, мамкой или вожаком он признал жреца, но покидать отказался, так и плелся следом до самого корабля. Камил ему даже на двух языках, стархов и межгалактическом, объяснял, что взять с собой не может, но пушистик продолжал делать вид, что не понимает.

До слез смеялся не только метаморф, тот вообще в последнее время стал более щедрым на эмоции, но и мы с Дарилом.

Заподозрив нового знакомца в разумности и отказавшись слушать их возражения, что сканировали перед посадкой, я заставила ребят проверить лопоухого. Результат меня не разочаровал, для животного мира он оказался весьма разумен.

На корабль я это лохматое чудо не пустила, хоть и Рауле смотрел на меня таким взглядом, что я готова была сдаться, но зверек, которого я предложила так и называть — зайцем, сильно не обиделся. На следующее утро мы нашли его логово между посадочными опорами.

В отличие от остальных, меня этот факт не обрадовал. С некоторых пор подозрительное я начала искать в самых обыденных вещах.

Жаль, на тот момент я еще не знала, насколько права.

* * *

— Индарс набирает очки, — с заметной издевкой произнес Игорь, продолжая вышагивать по диагонали кабинета. Тяжелый взгляд Шторма он словно и не замечал. — Службу еще открыто не обвиняют в бездействии, но настроение обывателей склоняется в эту сторону. Конвой — император, поисково-спасательная операция — император…

— Не отсвечивай, — мягко попросил Вячеслав, но Таласки от его тона едва не споткнулся. Годы совместной работы приучили Игоря опасаться именно такого полковника. — Индарс — политик и думает о своей репутации. А мы — вояки, наше дело не думать, а делать.

Искандер перевел взгляд с задумчивого Орлова, ставшего вдруг индикатором происходящего, на Игоря, вокруг которого извивались жгуты ярости.

Как ни странно, но облегчили головную боль адмирала не безуспешные попытки медика, а именно бешенство Таласки, который не успокаивался с самого момента прибытия. Эмоции эмпата пробили ослабленные барьеры скайла и разорвали в клочья ментальный контроль. Пара минут коллапса, когда свои и чужие чувства грозили проблемами всем остальным, — планы, родившиеся в этом состоянии, выглядели зловещими, и тяжесть ушла, оставив после себя спокойствие и понимание, как именно нужно действовать.

Но пока Искандер предпочитал молчать, лишь наблюдая за остальными.

— Просчитать залп «Пульсара» невозможно, — замерев, заявил Игорь. — Его разработчики клянутся и божатся, что все это — утка.

— Мы это и без разработчиков знали, — промурлыкал Шторм, еще вольготнее развалившись в кресле. И не скажешь, что гроза авантюристов и контрабандистов всех мастей. Внешне добродушный, одни усики чего стоили. — Просто реакция у Индарса хорошая. У нас — бюрократическая машина, у него — собственное самодурство. Что хочу, то и творю.

— И все в точку, — все так же мрачно отреагировал Таласки. — Не удивлюсь, если он всей этой шумихой прикрывает собственные планы.

— Дать опровержение…

— Не пройдет, — качнул головой Орлов. — Поздно. Это будет звучать как оправдание.

— И ведь понятно, чего он ждет! — воскликнул Таласки, оборачиваясь к Искандеру. — Теперь тебе придется объявить, что Наташа по вашим законам является твоей женой и только твоя связь с ней может помочь найти ее и экипаж.

— Жена? — удивленно протянул Шмальков, неожиданно для себя оказавшийся на этом импровизированном совещании. Да только, наткнувшись сразу на несколько довольно жестких взглядов, счел за лучшее не настаивать на ответе на свой вопрос.

— А это потянет за собой множество пересудов о скайлах. Вас и так-то воспринимают…

Искандер закончил за Орлова:

— Излишне экзотическими и чрезмерно таинственными.

Шторм довольно улыбнулся:

— Это весьма мягкое определение.

Шмальков тоже был бы не прочь внести свою лепту в размышления о скайлах, но вместо этого просто впитывал в себя происходящее вокруг. Когда еще доведется находиться в окружении сразу нескольких мастеров подковерных игр.

— Пустить слух о причастности самих стархов к нападению на «Зверя»…

Шторм одарил Таласки обиженным взглядом.

— Уже сделано. Через пару дней из невероятного предположения станет одной из основных версий. Но Индарсу это не повредит, он уже прочно занял место спасителя и благодетеля.

— Сформировать поисковую команду… — не унимался Игорь. Было видно, что он просто перебирает варианты. Только бы не молчать.

— Не имеет смысла, — опять возразил Шторм. — Распылять те немногие силы, которые у нас есть… Вольные только этого и ждут. В ближайшие десять дней начнут подходить транспорты с Союза, пойдут к Штанмару с минимальным сопровождением. Отдавать их на растерзание…

— Может, обратиться к тетушке? — только что не заламывая руки, выдал Таласки, с хитрецой посмотрев на Орлова. Тот все еще не мог забыть свой последний визит к леди и лорду Уэлри.

Искандер не удержался от невольной улыбки. Если бы не Джесс… вряд ли Наташа произнесла бы те слова.

Увы, но сейчас она мало чем могла помочь. Джессика умела предвидеть будущее, но не была знакома с навигационными картами.

— А потом объявим, — тут же подхватил полковник, — что так и так… по заверениям одной, весьма известной ведьмы…

— Хочешь сказать, что вариантов у нас нет? — огрызнулся Таласки. Теперь уже вполне серьезно.

Не впервые Игорь ощущал свою беспомощность, но никогда до этого так остро. Даже хваленая фантазия, не ограниченная никакими рамками, пасовала перед создавшейся ситуацией. А ведь только все начало налаживаться…

— Должны быть, — равнодушно пожал плечами Шторм, — мы их просто пока не видим. Или придаем слишком много значения факту, который на самом деле ничего не значит.

— Что ты… — зарычал Таласки, делая шаг в сторону Шторма.

Тот словно и не заметил.

— Капитан Орлова выполняла свой долг. Она — офицер Службы внешних границ, и все, что она сделала, сопровождая конвой и позже, — ее долг. Это не значит, что поисковой операции не будет, просто проводить ее огульно…

— Жестко, — вклинился Шмальков. — Сомневаюсь, что старх ждет именно такого ответа. Но если приглядеться…

— …то возникает образ сурового воина, готового ко всему ради спокойствия на окраинах, — закончил Шторм. — Индарс провоцирует нас на игру, мы же должны занять пусть и нелицеприятную для нас, но твердую позицию. К тому же капитан Орлова — один из опытнейших капитанов-перехватчиков, которая знает Галактику значительно лучше, чем те, кем рискует император.

— Цинично, — опять позволил себе заметить Шмальков.

Шторм только пожал плечами, мол, служба у нас такая.

Остальные промолчали, соглашаясь и… не соглашаясь. Опять пресловутые долг и… долг. Честь и… честь. Трудно делать выбор, когда это касается близкого тебе существа.

Каждый из них знал, что будь на месте экипажа «Зверя» другой, было бы не легче.

— Я согласую это решение с императором Хандорсом и кангором Синтаром и, если возражений не будет, оповещу о нем Индарса, — не показывая, насколько ему тяжело, прервал затянувшуюся паузу Орлов, отворачиваясь к экрану. Держал он себя в руках с трудом.

Сложно быть отцом. Чем старше становится ребенок, тем сложнее. Бесполезно повышать голос, требовать, поздно подкладывать соломку, беспокоясь, чтобы не поранился. Можно только надеяться и верить.

Верить и… надеяться.

— На борту «Зверя» находится самаринянин, жрец высшего посвящения богини Тайраши, — неожиданно для всех произнес Искандер.

Куда только делась вальяжная расслабленность Шторма и буйство эмоций Таласки. Оба напряглись, как две хорошие гончие, взявшие след. Шмальков, наоборот, откинулся на спинку кресла, пытаясь понять, чем же им может помочь эта информация.

А вот Орлов… генерал, резко развернувшись, просто смотрел на скайла, даже не пытаясь понять, почему тот раньше не поделился этими сведениями.

Впрочем, мгновение изумления прошло, вместе с ним ушло и недоумение. Присутствие жреца на борту корабля лишь усугубляло ситуацию.

Он ошибся. Подсказку дал не Искандер — Таласки. Опять буря эмоций, которую он даже не думал сдерживать, и взгляд, в котором сквозило облегчение.

— Только не говори, что у него есть побратим?

Адмирал не торопился с ответом, вспоминал, о чем говорил с Артуром.

Шорн узнал о происшествии с Таши от своих осведомителей, но даже не посетовал, что Искандер забыл о брате и его отношении к бывшей перевозчице. Догадывался, что у того своих хлопот хватало, с ней же как раз и связанных.

Говорили по защищенному каналу. Правда, дольше молчали, особенно сначала. Трудно подобрать слова, когда для одного эта женщина — фактически жена, а для другого…

Артур своих чувств к Наташе от брата не скрывал, хоть и отступился. У него был свой шанс, он его упустил.

Но не только это останавливало Шорна. Если бы Таши осталась Таши… Этого не случилось, а раз так, то и гадать, что было бы в этом случае, не стоило. Артур знал, что всегда будет рядом и, если ей потребуется помощь, пойдет на все, лишь бы эта женщина была жива и, по возможности, счастлива.

Вот и теперь, не случись беда, он предпочел бы скрыть то, что связывает его с мнимым Рауле. У него было право на то решение, он им лишь воспользовался. Правда, когда все уже произошло, об этом он не думал. Но между ним и бывшим жрецом было больше, чем спасенная жизнь, между ними было то одиночество, на которое каждый из них себя когда-то обрек.

— Есть, — взяв со стола чашку с уже давно остывшим кофе, Искандер одним глотком проглотил остатки. — Если мы максимально точно воспроизведем ситуацию со «Зверем», то высока вероятность, что богиня соединит побратимов. Самариняне верят в это.

— И не только, — холодно заметил Орлов. — Во время боев…

Шмалькову было известно, насколько генералу неприятно любое упоминание о войне с самаринянами. Его жена погибла на одном из крейсеров, подбитом их смертниками буквально за несколько дней до подписания мирного договора. Потому каперанг и счел возможным перевести разговор в иное русло, добавив в него конкретики:

— Капитан Стельков мне не простит, если мы отправим другой экипаж.

Никто не улыбнулся, но напряжение перестало быть тягостным. Плану только предстояло родиться, но теперь это было лишь дело времени.

* * *

Мне снился дракон. Тот самый белый дракон, что стал нашим помощником на Харабе.

Он вытягивал ко мне свою удлиненную шипастую морду и скалился, оставляя меня гадать, было это улыбкой или… предупреждением.

Хотелось прикоснуться к его ячеистой шкуре, погладить, как домашнего питомца, прижаться к огромному боку, ощутив его силу и почувствовав себя рядом с ним защищенной, но я не посмела. Все еще помнила, что потеряла его там…

Сон ушел резко, только был, и… уже нет. Я еще даже не успела предположить, что же могло меня столь неожиданно разбудить, как взвизгнул сигнал тревоги. Пронзительно, противно, не оставляя сомнений, только четкое понимание, что действовать надо незамедлительно.

Смолк он, когда я влетела в рубку. Хорошо еще взяла за правило ложиться одетой. Рауле я пока еще стеснялась.

— Что?! — рявкнула, пододвигая к себе пульт.

Словно уравновешивая мою взвинченность, Дарил выглядел слишком спокойным.

Весьма обманчивое представление.

— Попытка проникновения в систему управления, — отрапортовал Костас. Пауза была короткой, но мне ее хватило. Чтобы приготовиться. — Успешная попытка. Послание. Кажется, для тебя.

Впору было удивляться, но я не торопилась этого делать. Парящий на экране ящер был похожим на снег. Белый, звеняще искристый.

— Костас, — сделав вид, что не замечаю заинтересованного взгляда Камила, позвала я, — а ты не хочешь проверить положение спутников?

Теперь на меня смотрел не только Рауле. К восхищению в глазах демона я уже почти привыкла, а вот чувство, отголоски которого мелькнули во взгляде ангела, заставили меня насторожиться. Я не любила, когда чего-то не понимала.

— Думаешь… — попытался уточнить у меня навигатор, но я его оборвала.

— Думать я буду, когда ты выполнишь мою просьбу.

— Понял, — тяжело вздохнул тот, сетуя на мой произвол, но я предпочла пропустить и это.

Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь найти свое место, но порядка среди них не было и, как я предполагала, даже не предвиделось.

Удивляться этому не стоило, информации было одновременно много и… мало. К тому же она не позволяла ни за что зацепиться.

Не только первая, но и вторая, и третья, и даже четвертая вылазка, в которой участвовала и я, ничего нового нам не принесли.

Каменная стена оказалась остатками горной гряды, судить о судьбе которой было рано, а импровизированный посадочный стол — довольно распространенным на планете минералом, по твердости не уступавшим алмазу.

Искать причины, почему он появился здесь в таком количестве, я не собиралась. Нашей целью было провести в наиболее комфортных условиях то время, которое потребуется Костасу и Тарасу, чтобы максимально точно определить наше местонахождение в Галактике. После этого уже я буду решать, пытаться нам выбраться самим, ждать помощи, которая может никогда и не появиться, или… Или привыкать к мысли, что наше будущее — подохнуть на этой планете.

От старости или нет — другой вопрос, но в любом случае перспектива не выглядела радужной.

Теперь же мне предстояло скорректировать собственный план действий. Белый дракон в него никак не вписывался.

А минуты убегали, заставляя меня не то что нервничать — звереть. Все эти загадки плохо на меня влияли.

— Капитан, — нарочито равнодушно произнес Костас, когда я уже была готова нелицеприятно высказаться о его способностях, — во время обоих вторжений в управление мы находились в конусе одного из спутников. Данные на экране.

Это я уже и сама видела. Несколько картинок, цифры, графики, орбиты…

Один успевал прокрутиться вокруг планеты дважды за местные сутки, которые длились двадцать семь часов, второй… раз за трое.

Вот курс, по которому мы подходили, широкая дуга… Вот положение луны, которая меня заинтересовала… Вот три дня спустя…

Я посмотрела на Рауле, только сейчас заметив, какая в рубке тишина. Не сказать, что гнетущая, но такая… многообещающая.

— Говоришь, богиня Тайраши… — Как я и ожидала, тот ничего не ответил, только взгляд был… не шальной — отчаянный. — Костас, дай-ка мне данные по этому спутнику, которые мы сняли при подлете.

Трудно сказать, на какую пакость они еще рассчитывали, но все как-то напряглись. Признаться честно, я и сама себя начала бояться.

— Не знаю, что тебя там так…

Он не договорил, а на экране появились новые цифры. Три тридцать семь на подлете и… три двенадцать сейчас.

— Хараб-два, — с нескрываемым удовольствием выдал Дарил. У этого авантюризм был в крови, ничего другого я и не ждала.

— Хараб-два, — подмигнул мне Тарас, плотоядно улыбаясь.

И только Рауле молчал, но его молчание было красочнее, чем иные слова. Он явно не жалел, что отправился с нами.

— Значит, так, — жестко произнесла я, сочтя необходимым несколько умерить их пыл, — я объявляю высшую степень опасности. — Услышать подобное от меня они не ожидали. Я и сама не ожидала, просто чувствовала, что это — правильно. — Костас, твоя задача — как можно скорее определиться с нашими координатами. Дарил, — демон смотрел на меня угрюмо, будто я отобрала у него любимую игрушку, — можешь с Дюшей и Юлом изворачиваться как угодно, но у меня должен быть усилитель для аварийного сигнала. Камил, — тот видимо насторожился, догадливый мальчик, — ты молишься своей богине, чтобы она вытащила нас из того дерьма, в которое мы попали.

— А ты? — невинно уточнил Тарас, глядя на меня с преданностью юнги.

— А я, — протянула я, понимая, что моя капитанская осторожность, которую я только что продемонстрировала, уже почти сдалась перед внутренней потребностью во что-нибудь вляпаться, — а я, — повторила я с большим оптимизмом, — пересмотрю еще раз данные сканирования. Вдруг найду что интересное.

Терять такой шанс было не в моих правилах.

* * *

— Что это значит? — обернувшись к Рауле, уточнила я.

Про мои приказы команда забыла сразу, как только я начала выводить на экран результаты сканирования планеты. Сначала ко мне присоединился ангел, тот вроде как остался обделенным моим вниманием, потом рядом пристроился Камил, заверив, что его молитвы Судьба услышит и так. Дарил продержался минут пятнадцать, ровно столько ему понадобилось, чтобы воодушевить Андрея и Юла, на которых он свалил ответственность за усилитель.

Спустя еще пять появился Костас, заявив, что алгоритмы расчета для ИИ он задал, как только будет результат…

Его речь я даже не дослушала.

Стас и Валечка оказались последними, но лишь потому, что не сразу узнали, чем именно и по какой причине мы занимаемся.

Стоило взглянуть на полученные данные под иным углом зрения, как количество подозрительных мест на планете начало увеличиваться, грозя задержать нас здесь надолго. Я к такой перспективе не была готова — беспокоилась за отца и Искандера, которые знали способности Индарса портить другим жизнь. Так что сразу ограничила рамки будущих неприятностей. Не больше десятка, и только те, для изучения которых нам не потребуется временный лагерь. Туда и обратно, и на все — световой день.

Недовольство собственным деспотизмом пресекла на корню: или так, или… вообще никак.

И вот теперь мы собирались отправиться к первому из тех, что отобрали путем едва ли не кровопролитных боев. Шли втроем: я, Дарил и Рауле. Меня опять пытались оставить на корабле, но оказалось достаточно одного аргумента. Именно со мной пыталась выйти на связь база древних.

Прежде чем ответить на мой вопрос, Камил посмотрел на сидящего на песке зайца, в пасти у которого еще трепыхалась мелкая зверушка. Не сводил своих глазенок наш местный знакомец не с самаринянина, от которого не отходил, стоило тому покинуть корабль, а с меня.

— Если я правильно понимаю, то это жертвоприношение в твою честь, — без малейшего намека на улыбку произнес Рауле.

— Подлизывается, — конкретизировал Дарил с язвительной усмешкой. — Догадливый. Знает, кто здесь главный.

— И что ему надо? — разрываясь между двумя желаниями: заржать или встряхнуть этого подхалима за уши, чтобы больше не доводил меня до истерики, уточнила я. Все еще спокойно.

— Может с нами просится? — выдвинул первое предположение Камил.

— Или соскучился по женской ласке, — невинно заметил Дарил.

И это мой экипаж?!

Пришлось присесть перед зверьком, стоя разговаривать с ним было неудобно.

Стоило мне оказаться рядом, как заяц, все еще ходящий у нас безымянным, положил добычу на песок и даже пододвинул ее ко мне лапой. И не захочешь, а будешь вынужден согласиться с обоими.

— И что же мне с тобой делать? — поинтересовалась я у пушистика, только сейчас рассмотрев, насколько «умный» у него взгляд.

Тот опустил уши и морду, словно заверяя, что он — в моей власти. Если бы это так и было…

Оглянувшись на Дарила, который наблюдал за мной, словно вновь узнавая, я тихо произнесла:

— Давай договоримся. Сегодня я тебя с собой не беру, мы полетим на крыльях, а я не знаю, боишься ты высоты или нет, а вот в следующий раз ты отправишься с нами.

Тот поднял мордочку, потом подтолкнул лапой подаяние ко мне поближе и… смешно засеменил в сторону своего логова.

— Стас, — вызвала я медика, который присматривал за нами с опущенного трапа аварийного выхода, — прими дань и посмотри, чем нашему другу приглянулась именно эта тварь.

— Думаешь…

Закончить Стасу я не позволила. Их многозначительные «думаешь» начали выводить меня из себя.

— Я не думаю, я прошу проверить.

Спорить он со мной не стал. Давно бы так.

До первого подозрительного места мы добирались пару часов. Когда покидали корабль, снаружи было относительно прохладно, едва дотягивало до двадцати, когда приземлились на ровной, словно утрамбованной площадке, было уже за пятьдесят по Цельсию. А до полудня еще ой как далеко!

Спасали защитные костюмы, без них бы довольно быстро прожарились до корочки. Впрочем, Дарила такая температура не сильно смущала, у демонов и собственная терморегуляция шикарная.

Опустились за границей зоны, которая была видна очень четко. Тут шевелился под жарким ветром песок, там… ни одна песчинка не залетала за тонкую серебристую линию, которая окаймляла квадрат со стороной в несколько сотен метров.

— Я — первый, — не терпящим возражения жестом отодвинул меня за спину Камил.

Попыталась огрызнуться, но Дарил повторил его движение, передвинув меня еще дальше. Логика в их действиях была, так что пришлось смириться с мужской солидарностью. И… обидой. Берегли они не своего капитана, без него они вполне могли обойтись, а… женщину.

Когда я пересекла невидимую, но явно ощущаемую преграду, мальчики уже осматривались, сверяя собственные впечатления с данными встроенных в костюм сканеров.

В отличие от них, меня больше заинтересовала именно граница, все, что творилось за ней, являлось лишь следствием.

— Генератор защитного поля, — отвлекшись от общения с Камилом, Дарил присел рядом со мной. Рауле продолжал стоять в нескольких шагах от нас, к чему-то прислушиваясь. — На Харабе с таким не встречались.

Теоретически я была с ним согласна, но практически… Углубление в полсантиметра, похожая на ртуть субстанция, по которой постоянно бежали волны. Сканеры без труда определили химический состав сплава, вот только аналога в своей базе не нашли.

— Или его внешний контур, — протянула я затянутую в защитную перчатку ладонь к серебристому ручейку, но демон руку перехватил.

— Давай пока не будем торопиться тыкать пальцами, куда не следует.

Я улыбнулась — Дарил попался на детскую уловку. Тот ответил оскалом — и сам уже догадался.

— А это что? — раздалось из-за спины, заставив вздрогнуть. Про Камила я уже и забыла.

Ровная площадка, которая привлекла наше внимание, не была девственно чистой. Тончайший слой песка лежал поверх твердой, словно плотно укатанной из тех же песчинок поверхности.

На что именно показывает Рауле, не было понятно, пока мы не подошли ближе.

— Символ, — встал на колено Дарил, пытаясь разобрать изображение.

Сбросив с плеча походный рюкзак, я достала широкую кисть. К подобным сюрпризам мы были готовы.

— Подвинься, — оттолкнув демона, опустилась я на его место. Вымела песчинки из части иероглифа, который, похоже, был заключен в треугольник. На первый взгляд мне показалось именно так. — Костас, — позвала я хакера, который, как и остальные, постоянно был на связи. Командный интерфейс не давал лишь эффекта присутствия, позволяя видеть все, что видели и мы. — Снимаешь?

— Обижаешь, капитан, — фыркнул тот. — Уже даже пытаюсь сопоставить с известными.

— Не стоит, — как-то очень спокойно произнес Рауле. Он опять был у меня за спиной. — Дай.

Забрав у меня кисть, он несколькими резкими движениями очистил верхушку изображения.

Не скажу, что оно мне было знакомо, но в данном случае важнее казалось другое. С каким каменным выражением лица смотрел на четкие линии Камил.

— Привет из прошлого? — делая вид, что меня это нисколько не тревожит, уточнила я у него.

Дарил, как-то очень естественно, оказался между мною и самаринянином.

Пауза затягивалась, напряжение нарастало.

Впрочем, все это становилось уже привычным. За каждым из нас тянулся такой шлейф из тайн и секретов, что удивительно, как мы все друг друга еще не поубивали. Как врагов, врагов своих друзей, врагов друзей своих друзей и… просто темных личностей.

Все это уже давно не имело для нас значения. Доверие либо есть, либо… нет. Что делать, если оно было?!

— Не моего, — коротко бросил он, продолжая изображать статую.

Если смотреть со стороны, смотрелось эффектно. Черный защитный костюм плотно облегал тело, высокие сапоги на толстой подошве, импульсные излучатели в набедренной кобуре, компактно сложенные на спине «крылья». Жаль, профиль не четкий — опущенное «забрало» шлема закрывало лицо.

От глубины чувств я даже присвистнула. Цепочка прослеживалась легко. Хараб-2 имел отношение к Харабу первому. Сомневаться в этом не приходилось, белый дракон являлся довольно четким указанием на эту связь. Во время очередной вылазки, которую наметили на следующий день, я собиралась удостовериться в этом окончательно. Место, выбранное для прогулки, пробудет в конусе нужной нам луны достаточно долго, чтобы я могла попытаться вновь создать ящера.

Но если на планете, где мы громили базу переработки айо, ничего похожего на символы найти не удалось, то здесь они дали возможность продолжить рассуждения. О единственных известных потомках древних, которые продолжали жить на Самаринии. И о культах трех богинь, так удачно возрожденных переселенцами с Земли.

— И что он значит? — перевела я разговор в иное русло.

Кроме меня, о Рауле знали лишь Тарас и Дарил. Не знали, но молча догадывались. Остальным хватало и официальной версии, на которую можно было списать и не такие откровения.

— Они, — поправил Камил, наконец-то шевельнувшись. Его неподвижность меня уже едва ли не пугала. — Здесь три символа, мне известны только два.

— Давай хотя бы два, — тяжело вздохнула я, подходя поближе.

Рауле мой намек понял.

— Осторожность, — обвел он ладонью по воздуху один. Тут же прочертил другой: — Безопасность. — И, мгновение подумав, добавил: — В треугольник вписывались только предупреждающие знаки.

— Осторожность… Безопасность… — повторила я за ним. В голову мало что приходило.

— Здесь что-то есть, — неожиданно наклонился к изображению Дарил.

Я следовать ему примеру не торопилась, пробу возьмет и без меня.

— А если к этому добавить ровную площадку, вокруг которой до сих пор работает защитное поле… — размышляя вслух, протянула я.

Не знаю, что собирался ответить мне Камил, но Костас не оставил ему ни шанса.

— Капитан, зонд засек песчаную бурю. Движется в вашу сторону. У вас есть минут пятнадцать, чтобы свалить оттуда.

— Приняла, Костас, — тут же отозвалась я, поворачиваясь к Дарилу. Тот уже поднимался, закрывая контейнер с образцом.

— Нет! — рыкнул он, правильно сообразив, что означает мой взгляд.

Я нежно улыбнулась демону и вопросительно посмотрела на Рауле.

— Риск, — как-то устало произнес он. — Я бы не стал.

Разочарованно пожав плечами, я первая шагнула к защитному полю.

Трудно понять, что именно заставило меня остановиться и обернуться, но как раз в этот момент Камил провел носком сапога по символу, словно соединяя два открытых хвостика.

Стало это совпадением или нет, судить было рано, но стоило нам выйти за пределы площадки, как серебристая линия поблекла, а усилившийся ветер протянул через нее первую песчаную змейку.

* * *

Индарс смотрел на закат. Обычно это помогало вернуть спокойствие если не в душу, так хотя бы в мысли. Но не в этот раз.

Он заигрался, позволил личному взять верх, едва не допустил ошибку, дав увидеть скрытое внутри коалиции противостояние.

Непростительно! Для императора.

Впрочем, еще не поздно было отступить, никто, кроме него, и не заметит.

Не отступить… Его собственное «я» даже мысленно отказывалось произносить подобное, просто повернуть ситуацию иной стороной. Тем более что Искандер ему такую возможность предоставлял. Вряд ли желая того… так получилось.

Но Таши… Сделай он так, как навязывают ему обстоятельства, придется признать, что эта женщина для него окончательно потеряна.

Чувства отказывались принимать доводы разума и продолжали цепляться за несбыточное. Он был бы глупцом, если бы не понимал этого. Но сладость обмана была так приятна…

— Это весьма жесткая позиция, адмирал Искандер, — произнес Индарс после довольно длительного молчания, продолжая сжимать в ладони планшет, на экран которого был выведен совместный меморандум Службы внешних границ и глав секторов, вошедших в коалицию.

В этом документе недоставало только одной подписи — его.

Выглядело почти как ультиматум. С другой стороны, не загони он их в угол…

Древние предки в свидетели, когда он поторопился с сообщением о поисково-спасательной операции, об этом думал в последнюю очередь. Исчезновение Наташи дало ему повод, которого он давно ждал. В любой другой ситуации отправка в разные концы Галактики шести дальних разведчиков насторожила бы спецслужбы соседей. В этой был шанс, что если те и заинтересуются, то значительно позже. Когда искать их след будет уже поздно.

— Вы, император Индарс, уже один раз произносили эту фразу. Но тогда она звучала в положительном аспекте.

Искандер напомнил старху о встрече на его столичной планете, когда скайлы и Галактический Союз высказали идею о создании единой службы, которая взяла бы под контроль окраины.

Позиция, которую высказал от имени своего правительства генерал Орлов, была мягче, гибче… дипломатичнее. Открытым текстом ничего не говорилось, но и без слов было понятно, что те искали не столько порядка в свободных зонах, сколько возможности легально раскинуть свою разведывательную сеть далеко за границы своего сектора.

Индарс тогда потому и колебался, что ему хватало проблем с демонами, с которыми стархи уже не одну сотню лет вели необъявленную гонку за первенство. А если добавить в это негласное противостояние еще и Союз… Смесь могла оказаться весьма непредсказуемой.

Программа скайлов была более прозрачной, ее целью являлись вольные и контрабанда. Именно этой прямолинейностью она старху и импонировала. Он не сомневался, что другие задачи тоже будут решаться — куда уж без них, но правильно расставленные приоритеты сдвинули чащу весов именно в их сторону. Да и канир Искандер…

Индарс не был против контрабанды в том случае, когда она находилась под надзором его служб. Технические новинки из других секторов стимулировали местные разработки, экзотические товары укрепляли иллюзию свободы и открытости, которые он декларировал.

Но все требовало баланса. А вот он-то и был нарушен. Вольных с каждым стандартом становилось все больше — войны выбивали из привычного образа жизни, взращивая новых любителей пощекотать нервы себе и другим. Дурь, запрещенные препараты, живой товар…

Стархи находились слишком близко к окраинам, чтобы в скором будущем не наступил тот момент, когда этот поток грозил стать неуправляемым.

Канир Искандер выглядел способным справиться с этой проблемой.

Своего первого впечатления Индарс не изменил — скайл был на своем месте. Страсть Таши к другому мужчине не мешала быть объективным, она пробуждала древние инстинкты, требующие сразиться с достойным противником. Искандер был достоин.

— Я всего лишь пытаюсь понять, чего это стоило вам, адмирал?

Индарс не стал оборачиваться, чтобы увидеть реакцию Искандера. Она ему была не нужна. Исподволь накопившаяся усталость приближала его к апатии. Он об этом знал и в любом другом случае обязательно бы учел, но… сейчас он не стремился обыграть своего соперника.

Все, чего он хотел добиться на этом этапе, — добился. Хараб, как источник сведений о технологиях древних, для него был потерян — то, о чем известно двоим, ценности больше не имеет. Но кое-какие данные, которые успели найти его археологи, не оставляли сомнений: исчезнувшая цивилизация могла оставить свои следы не только на этой планете. Зацепки, где искать, они тоже обнаружили. Именно туда и отправились дальние разведчики под лозунгом спасательной операции.

Сбой прыжка при залпе «Пульсара» не просчитать. Спорить с очевидным Индарс не собирался.

— Вы хотите знать, господин император, что чувствовал я, подписывая этот меморандум? — Спокойный тон, которым произнес свой вопрос скайл, сильно противоречил смыслу.

Как бы ни хотел Индарс сохранить свою позицию стороннего наблюдателя, был вынужден обернуться. Ответ, который ему предстояло дать, предполагал и столкновение взглядов.

— Зная, что значат для вас узы, я был уверен…

Искандер остановил его улыбкой. Вопреки убежденности Орлова, что Индарс продолжит игру, адмирал видел — на этот раз император наиболее близок к тому, что можно было бы назвать искренностью. Применительно к таким персонам, конечно, как они. Потому и отказался от намеченного с генералом плана беседы, предпочтя импровизацию.

Пока чутье его не обмануло, Индарс не просто шел на контакт, он был практически готов к поиску компромисса.

Будучи воином, Искандер предпочитал мир — войне. Если император даст ему шанс… Загадывать было рано, но почему бы не помечтать.

— Подготовка к операции по спасению экипажа «Зверя» идет полным ходом. Вероятность благополучного исхода очень велика. Именно это и позволяет мне держаться.

— Но тогда зачем… — Индарс приподнял руку, в которой держал планшет, но тут же ее опустил, криво улыбнувшись. — Очень хороший ход. Жесткий, но… хороший. У многих отобьет желание добиться поблажек шантажом или заложниками.

— Мы думаем не только о настоящем, но и о будущем, — твердо, уверенно, произнес Искандер. — Но это только одна из причин. Вторая имеет непосредственное отношение к Наташе. — Заметив, как невольно напрягся император, тянуть с продолжением не стал. Пусть считает жестом доброй воли. — Есть информация, что с Тадеусом был связан кто-то из высших чинов Объединенного космического флота Союза.

— И тогда его смерть имеет отношение к тому визиту, сроки которого вы со мной согласовывали? — тут же поймал мысль Индарс, внезапно ощутив, что именно чего-то подобного, острого, ему в последнее время и не хватало. Уж больно все тихо да гладко было.

— И оба нападения на корабли Наташи, — более резко, чем до этого, продолжил Искандер.

Праздновать победу пока было еще рано, но он «чувствовал», насколько изменилось ментальное состояние старха. И пусть «прочитать» его он не мог, но и той информации, что получил, для выводов хватало. Индарс не откажется от своих игр, на то он и император, да еще и любитель хатча. Но…

Вот это и было самым главным: до следующего тура, который он явно отложит до лучших времен, подвохов можно не опасаться.

— Надеюсь, вы поделитесь рассказом о своих успехах, — приложил Индарс перстень-активатор к дисплею, «подписываясь» под каждым словом меморандума. — И попросите генерала, чтобы он усмирил своего полковника. Еще пара дней такого «наступления» слухов и домыслов, и моя репутация будет окончательно испорчена.

Искандер чуть заметно, но улыбнулся, давая понять, что оценил шутку императора. Но вместо заверений, что именно так и поступит, просто сказал:

— Как только что-то станет известно…

Они оба понимали — как только что-то станет известно, их недолгому перемирию может прийти конец.

* * *

— Не хочешь спросить про результаты? — Прежде чем задать вопрос, Стас терпеливо дождался, когда мы, теперь уже на словах, расскажем о нашей прогулке.

Я невинно улыбнулась и качнула головой.

— Знала? — насупился он, делая вид, что не замечает заинтересованных взглядов остальных.

Устроились мы в кают-компании, на этот раз полным составом. Юл пытался избежать участи совместного ужина — у него появилась какая-то суперидея по поводу усилителя сигнала, но я настояла. За всеми последними событиями я почти забыла про мальчишку, слишком много всего валилось со всех сторон. А ведь психологически он был самым уязвимым из нас. Вряд ли мысль о том, что мы можем застрять здесь надолго, не приходила в его умную голову. К чему именно она была способна его привести, мне оставалось только догадываться.

— Была уверена, — снизошла я до ответа. Зверушка была просто зверушкой, без малейшего намека на вселенские тайны.

— Это вы о чем? — осторожно полюбопытствовал Дарил.

— О добыче Тимоши, — произнесла я.

— О добыче зайца, — одновременно со мной выдал Стас.

Смеяться я не стала, из последних сил пытаясь сохранить более-менее серьезное выражение на своем лице. Это было странно, но кроме тревоги, которая не отпускала меня на Харабе-2, я чувствовала и какую-то бесшабашную легкость. Как если бы вновь стала перевозчицей и передо мной не маячило близкое замужество.

— Чьей добыче? — аккуратно уточнил Костас, глядя на меня.

— Тимоши, — улыбнулась я ему и пояснила: — Вы же ему так и не придумали кличку, вот я и озаботилась. Тимка, Тимоша.

— А дракона как величать будем? — Стас явно не был расположен к шуткам.

Что ж… я его понимала. В то время как Тарас, Валечка и Костас наблюдали за нашими приключениями, он был вынужден заниматься препарированием очередного представителя местной фауны. А учитывая мои намеки, еще и пару раз перепроверять, не веря собственным результатам.

— Дракона? — пожала я плечами. — А тоже Тимкой. Один будет большим, другой — маленьким. Не перепутаем.

— Не нравится мне твое настроение, — глубокомысленно заметил Тарас. Уже далеко не впервые. — Может, тебе чего успокоительного накапать?

Я только фыркнула.

— Зато ты не нервничал, — заявила я, вместо того чтобы попросить прощения за очередное проявление деспотизма.

Стас тяжело вздохнул и… согласно кивнул. Для Тараса и Костаса наш поход имел прикладное значение, они не столько переживали, сколько наблюдали за тем, чтобы мы чего не пропустили. Валечка взял на себя общий контроль — так что ему тоже было не до волнений. А вот Стас…

Я потому спокойно и оставляла корабль, что все были при деле.

— Ну, тогда, — я легко поднялась с кресла, — я — отдыхать. — Отошла к выходу, обернулась, строго посмотрев на Тараса и Дарила. — И никаких вечерних прогулок. Степень опасности я не снижаю.

Что порадовало, недовольства не было. Или начали что-то понимать, или… им надоело играть.

Добравшись до каюты, из двух вариантов: покопаться в истории Самаринии или лечь спать — выбрала второй. От сегодняшней прогулки я не ждала результатов и оказалась к ним не готова. Вот только пытаться по горячим следам ухватить хвост загадки, показалось мне бессмысленным. Это не тот случай, когда осеняет, тут нужно что-то большее, чем два символа.

Увы, моим планам сбыться не пришлось. Проворочавшись в кровати с час — все это время я убеждала себя, что думать мне совершенно не над чем, встала. Как была, в футболке и шортах, вышла из каюты.

Какое-то время побродила по затихшему кораблю.

Это на средних и тяжелых крейсерах жизнь не замирала ни на мгновение. Там большие экипажи, постоянно кто-то куда-то спешит. А на малых только рубка не засыпала никогда.

Пустая кают-компания, пустые коридоры… Я любила эти минуты. Понимала, что все окружающее меня — только иллюзия, но позволяла себе поддаться ее обману. Лишь я и… корабль. И вся Вселенная вокруг нас.

Ноги привычно принесли меня на смотровую палубу, здесь обычно мои прогулки и заканчивались. Но сегодня меня привело сюда не только желание разобраться в самой себе, ответить на вопросы, которые не давали спокойно спать, но и предчувствие. Я уже давно верила им не меньше, чем навигаторским расчетам Костаса.

Время шло, убегало мгновение за мгновением, а я все стояла у большого экрана, которое заменяло окно во внешний мир.

Прожектора корабля мы не включали, единственным источником света, дававшим мне возможность любоваться пустыней, была одна из лун. Жаль, не та, которую я жаждала видеть. С некоторых пор ожидание начало превращаться для меня в пытку. Или теряла хватку, или… у всего есть свой предел, в моей жизни последние восемь лет было слишком много событий, чтобы я не начала исподволь мечтать о покое.

— Тебя что-то гнетет?

Тарас подошел неслышно, но я предполагала, что мое уединение будет нарушено, потому и активировала командный интерфейс. Думать он не мешал, зато избавлял от сюрпризов.

Правда, с кандидатурой гостя, решившего разделить со мной одиночество, я ошиблась. Ожидала увидеть Рауле. С объяснениями.

— А тебя? — ответила я вопросом на вопрос. Делиться даже не сомнениями, а сухими фактами, которые остались для меня неясными, я ни с кем не собиралась.

— У Костаса неплохая база по самаринянам. Камил тебя не обманул, эти два символа чаще всего используются именно в этих значениях.

Я пожала плечами. Ничего нового! Капитаном на корабле была я, но каждый из моих мальчиков считал необходимым защищать меня всеми доступными способами. Самым эффективным им показался тот, где они досконально разбирались со всем, что привлекало хоть малейшее мое внимание.

На всякий случай.

— Кто еще знает, что Рауле — жрец?

Тарас усмехнулся. Я не увидела — услышала, стоял он прямо у меня за спиной.

— Не знают только Дюша и Юл. Не доросли пока.

— И давно?

Тот сделал шаг и встал рядом. Я не стала ворчать, что никого не приглашала. Вид на спящую пустыню был великолепен, добавляя настрою некоторой умиротворенности.

Я уже не раз замечала, что очарование других планет проявляется именно ночью. Словно едва приоткрывается вуаль тайны, позволяя любителям истины ощутить их «нутро», то, что днем скрыто за созданными разумными правилами и условностями.

Хараб-2 не был похож на первый. Тот испортил свою репутацию близостью к айо, этот… был не только девственно чист, но и доброжелателен. По крайней мере, пока.

— Нас с Дарилом предупредил Артур, попросил верить его побратиму, ну и… — его пауза отдавала сарказмом, — подготовить тебя.

Теперь хоть стало понятно, откуда у нас в базе так много о самаринянях, обошлось без лишних вопросов. Да и про побратима ангел вовремя ввернул, начисто избавляя меня от остатков подозрений. Эти узы были посильнее тех, что устанавливались у скайлов. Приговором за нарушение клятвы была смерть. Приемлемого объяснения этому эффекту я для себя не нашла, но случаи такие были.

«Случаи были…» — повторила я мысленно, примеряя ситуацию к Камилу. Ошибалась или нет, мне, возможно, узнать никогда не удастся.

— Спасибо, подготовили, — равнодушно заметила я, пытаясь найти на звездном небе хоть что-то знакомое. Когда валится под ногами, ищешь, за что ухватиться.

— Таши. — Тарас неожиданно оказался стоящим напротив. Достаточно шевельнуться, чтобы коснуться друг друга. — Тебе не надоело тащить все на себе?!

Сплошные открытия и откровения… И сбежать некуда.

— Я — ваш капитан! Ты — помнишь?

Я попыталась отступить, но ангел не позволил, успев придержать за плечо.

Продолжая молчать, смотрел мне в глаза, словно ища в них что-то для себя важное.

Не знаю, что чувствовал он, но мне было не по себе. В этой тишине, в окружавшем нас сумраке, в его жесте, не собственническом, но твердом, уверенном, было что-то для меня незнакомое. Но… волнующее.

Это было неправильно! Когда я шутливо убеждала себя в том, что мне нужно было влюбиться в Тараса, а не Искандера, я даже не думала, что в этом есть что-то… важное. Для меня.

— Я — помню, — с какой-то внутренней горечью произнес он. — А вот ты частенько забываешь, что мы — экипаж. Не «ты», «я», «он», а экипаж, в котором проблемы одного — проблемы всех.

Он говорил тихо, но в каждом его слове я слышала прорывающийся из души рык. Это било больнее, чем обидные фразы.

Вот только… я не была уверена, что правильно понимаю смысл сказанного.

— Оставь ее, — прозвучало резко из-за спины. Со всем этим накалом эмоций я пропустила появление Рауле. — Она сама со всем разберется.

Как ни странно, но Тарас даже не огрызнулся, как я ожидала. Как-никак, а на корабле его положение было более прочным, чем Камила. Опустил руку, освобождая меня от захвата, улыбнулся, оскалившись, и, отвесив шутливый поклон жрецу, вышел из отсека.

Рауле тоже задерживаться не стал, так ничего и не сказав, последовал за ангелом, оставив меня одну.

Вот и объяснились…

* * *

Вместо отдыха ночь стала кошмаром. Мысли об Искандере смешивались с догадками о приютившей нас планете, потом рывком скатывались на наш последний разговор с Тарасом, вплетали туда воспоминания о некоторых его оговорках и вновь возвращались к скайлу.

Как же все просто было, пока его не было!

Поднялась я раньше, чем планировала. Сообразила, что если не встану, то либо себя доведу до нервного срыва, либо… достанется команде. Им было не за что, а себя я пожалела.

Переодевшись в тренировочный костюм, добралась до тренажерного зала. Войдя, замерла. Идея начать утро с разминки пришла не только в мою голову. На бойцовской половине Тарас и Камил танцевали какой-то нереальный для человеческого восприятия танец. Понаблюдав за ребятами пару минут, тяжело вздохнула и направилась в свой любимый угол. Реакция, гибкость, скорость… Добавить изумительную технику, и этого окажется достаточно, чтобы заработать комплекс неполноценности.

Я этим уже давно не страдала. Демона и метаморфа в экипаже хватило, чтобы я перестала терзаться собственным несовершенством.

Когда закончила комплекс, их уже не было. Зато присутствовал Дарил. Что меня не радовало, он явно напрашивался на разговор.

— Нет, — спокойно произнесла я, вытирая полотенцем пот с лица и шеи.

— Я еще ничего не сказал, — улыбнулся тот.

— Идем утвержденным составом, ты остаешься за старшего. Тимку беру с собой, я ему обещала. На все случайности ты дашь нам корабельные сутки. Раньше этого времени никаких телодвижений, что бы ни случилось.

— Я не об этом.

Я посмотрела задумчиво, прикинула, что еще могла упустить. В принципе много чего, но ничего достойного его появления здесь.

— Тогда о чем?

Он отошел в сторону, опустился на пол, устроившись спиной к переборке.

— Ты не пыталась понять, кто из Союза может быть тем незнакомцем?

Демон всегда умел удивить, этот раз не стал исключением.

— Ты ради этого вопроса меня и искал?

— Значит, не пыталась, — вздохнул Дарил. — А ведь случаев, когда ты видела Тадеуса с кем-то, было немного. Он предпочитал вести свои дела так, чтобы на виду не оставалось никаких хвостов.

Я задумалась на мгновение — в сказанном демоном было рациональное звено. И… не одно.

— Его кабинет был защищен от записи, но в зале… Чтобы поднять архивы, тебе нужно мое разрешение?

Мое изумление он встретил хохотом. Отсмеявшись, качнул головой, словно поражаясь моему непониманию, и только потом ответил:

— Когда пытаемся действовать за твоей спиной — ворчишь, когда…

Теперь хмыкнула и я.

— Ладно, считай, что мы друг друга не поняли. А если серьезно, — я дождалась, когда он поднимется, и уже вместе с ним направилась к выходу из тренажерного, — я сомневаюсь, что мы откопаем хоть что-нибудь. Это для Тадеуса и офицера Союза та случайная встреча стала поводом для опасения, для меня она ничего не значила. Я потому и отказалась от идеи просмотреть записи, что не видела в этом смысла.

— А если у тебя будут данные по составу делегации? — невинно уточнил у меня демон.

Остановилась я резко. Окинула демона далеким от дружелюбия взглядом:

— Ну, теперь хотя бы понятно, чего Рауле с нами увязался.

— Не сам, — поправил меня Дарил.

Я помрачнела еще больше.

— Ты решил проявить инициативу.

Мой тон демона ничуть не смутил.

— Я, — признался он, даже не споря с очевидным. — У нас было время…

Договорить я ему не дала, заговорила резко, чтобы в следующий раз сначала думал и лишь потом делал. Если он будет, следующий раз.

— Заговорщики, демоны вас задери! А сообразить было тяжело, что в Управлении тоже крыса есть! А может, и не одна. Как только Рауле запрос на состав делегации отправил, нам приговор и подписали.

— Мы и так в смертниках ходили, — равнодушно возразил мне Дарил. — А о крысах мы подумали, но оставили их на Таласки.

Я не то чтобы успокоилась, просто взяла себя в руки. Помощник был прав, особой разницы не было, где угодить в ловушку. Пока что отделывались легким испугом, в другом варианте все могло оказаться значительно страшнее.

— Значит, к нашим архивам хочет присмотреться Рауле, — задумчиво протянула я, нисколько не веря наивно-восторженному взгляду демона. — А ты тут при чем?

Дарил тут же подобрался.

— Не люблю я, когда чего-то не понимаю.

И я тихонечко закончила. За него.

— И оставляю после себя нерешенные проблемы…

Он только улыбнулся. Грустно.

Значит, решение уже принял. Окончательное.

Вернулась я в свою каюту под впечатлением от разговора. Печаль была светлой, воспоминания — приятными…

Поймав себя на этой сентиментальной глупости, едва не засмеялась. Мы сидели на планете, которой не было ни на одной навигационной карте, не рассчитывая на помощь, не веря в чудеса, а я думала о том, как буду расставаться с демоном. По меньшей мере смешно.

Как и то, что ответа ему я так и не дала.

Завтракали опять все вместе. Юл откровенно клевал носом, явно всю ночь просидел над расчетами. Дюша тоже не отличался особо бодрым видом, но его, похоже, все еще спасала курсантская закалка.

Счастливое время. Если оглянуться назад, то самое счастливое из того, что у меня было… после смерти мамы.

— Валечка, челнок готов? — спросила я, отвлекаясь от чашки с ароматным кофе. Тишина не была напряженной, но с утра давила на нервы.

Тот поднял голову от тарелки с салатом — не ел, ковырялся вилкой, о чем-то думая. Но взгляд был осмысленный, переспрашивать не пришлось.

— Да, капитан. В полной.

И… улыбнулся, так залихватски, что я не удержалась от уточнения:

— Мне ждать гадостей?

Теперь уже не жевал никто, смотрели, как краснеют у оружейника кончики ушей. Такое с ним случалось не часто. Все мальчики у меня были твердохарактерные, в излишней склонности к смущению не замеченные, но иногда и они попадали впросак. Каждый по-своему, конечно. Шуточки Валечки были обычно невинными, но… запоминающимися.

— Обижаешь, капитан! — протянул он, опустив ресницы, но я уже успела заметить, как он украдкой посмотрел в сторону Стаса.

Месть! За Тимошу… А ведь медик идет сегодня с нами.

— Ладно, — сделав вид, что поверила, кивнула я. — Юл, как твои успехи?

Мальчишка с реакцией запоздал. Пока пытался открыть глаза, пока соображал, чего от него хотят, я уже успела повернуться к Дюше.

— Я кого поставила старшим?

Лейтенант ринулся вскочить, но сидящий рядом с ним Костас вовремя удержал его за руку.

— Не углядел, капитан, — вздохнул Дюша, намекая, что повинную голову…

Я, продолжая демонстрировать начальственный деспотизм, удрученно качнула головой, тут же сбившись с роли. Дарил был прав, чему я ребенка учу?!

— Что-то придумали? — спросила я, уже не скрывая интереса.

Дюша кивнул, но возможность ответить отдал Юлу. Тот уже успел окончательно проснуться и теперь жаждал отчитаться.

— Самый простой вариант, использовать аварийную капсулу…

Чем она могла нам помочь, я так и не узнала. Сигнал тревоги очистил кают-компанию за мгновение. Вот только вместо уже привычной попытки вторжения в управление кораблем нас ждал совершенно иной сюрприз.

* * *

— Дальний разведчик. Код стархов, — озвучил Тарас то, что и без него было понятно. — Интересно, по наши души или как?

— Или как! — холодно отрезала я, не замечая напряженных взглядов ребят.

В голове крутилось одно: «Ну и тварь же ты, Индарс!»

Слова не оправдания — объяснения, находились сами собой, но от этого легче не становилось.

Я связала две планеты благодаря белому дракону. Похоже, что все базы древних синхронизировались между собой или по меньшей мере обменивались данными. Это давало нам хороший шанс выбраться. Достаточно было лишь войти в контакт, что мне однажды уже удалось, и передать на первую, где именно мы находились. Насколько я была в курсе происходящего там, худо-бедно, но с «личностью» хранителя истории древних уже общались.

На непредвзятый взгляд цепочка выглядела простой, да только ее реализация обещала стать сложной. Но разве трудности когда-нибудь меня пугали? Да и был это лишь один из вариантов, я рассчитывала и на другие.

Стархи путали все планы. Мысли о том, что они прибыли за нами, у меня даже не возникло, их подход к планете был для этого слишком точным. Однозначно что-то раскопали на Харабе!

В этом был весь Индарс. Все для блага… Я всегда говорила, что он — достойный император.

Как же легко быть приятелями, когда между вами не стоят интересы империи!

— Что будем делать? — У Дарила явно были свои предложения, но он с ними не лез, ждал, когда выскажусь я.

— Что делать? — повторила я машинально. Злость отступала, на смену ей приходил кураж. Я не любила проигрывать. — Что делать… — Я перевела взгляд с демона на ангела, потом посмотрела на Рауле. Костас, ради разнообразия покинувший навигаторскую, моего внимания не удостоился. — Что собирались, то и будем делать. Исследовательский зонд вернуть, на корабль — полную защиту. Если что, мы первые — добыча наша. Отстреливаться будем…

— Капитан, — обескураженно прервал меня Тарас, — это уже из другой истории.

Я улыбнулась многообещающе.

— Если это то, о чем я думаю, история может стать нашей.

Я умела быть жестокой. А еще я без труда могла представить, что именно намерен здесь искать любитель игры в хатч Индарс. Вряд ли это будет новая туристическая зона.

— А если захватить? — промурлыкал Рауле.

Посмотрев на него косо, качнула головой. Пацаны, чисто пацаны! А мне за них отвечать!

— На сборы — полчаса, действуем по намеченному плану. Все изменения и уточнения, после того, как стархи себя проявят. Тогда и посмотрим, чем их встречать. — Я поднялась с пилот-ложемента, отметив, что демон уже запустил программу формирования защитного поля. Эксклюзивная штучка, ее не брали даже мощные орбитальные сканеры. — Дарил. — Я остановилась у выхода, с легким недовольством с ног до головы осмотрела продолжавшего сидеть Тараса. — Ты за ними присматривай, пока меня не будет.

Пока я говорила, ангел успел не только встать, но и выскочить из рубки, не пропустив меня.

Если не заладилось с утра…

Через тридцать минут я входила в челнок, выведенный на пусковой стапель. Мальчики были уже там, стояли плечом к плечу в крошечном коридорчике у шлюза.

— Где Тимоша? — невинно уточнила я, пытаясь сдвинуть плечом «взявшего» на себя центр Стаса.

— Госпожа капитан, — не сдался тот под моим напором, — юнга Тимоша находится на борту.

Расскажи кому… лучше не рассказывать, по комиссиям затаскают, проверяя профпригодность.

— И где он?

Тот сделал вид, что удивился.

— Как где? Ждет взлета.

И только теперь отступил, пропуская меня в единственный отсек, разделенный на две зоны.

Заяц и правда был там — в корзинке, втиснутой между двумя креслами. Амортизирующее покрытие внутри, установка компенсирующего поля — снаружи, черный костюм, из того же материала, что и на нас, — на нем. И узенькая табличка сверху — Тимоша.

Немедленное списание на «землю», без права полета даже в качестве пассажира…

— Не передумал? — остановилась я напротив нового члена экипажа, делая вид, что не замечаю сдерживаемых улыбок.

Тимка ничего не ответил, но дважды хлопнул глазенками и поднял длинные уши.

А вот шлема у него не было. Непорядок!

— Будем считать, что не передумал, — перевела я и обернулась к Стасу. — Он в нем двигаться-то может?

— Еще пара тренировок, и надевать сам будет, — твердо заверил меня медик и… фыркнул.

— Ну, раз так… — протянула я, прикусив губу, чтобы выглядело задумчиво, — тогда взлетаем.

Что меня всегда радовало, мальчики четко понимали, когда шутки уже закончились.

Кивнув Стасу на приемыша, я заняла кресло первого пилота. Тарас нахмурил брови, но, так ничего и не сказав, пристроился рядом. Место Рауле оказалось за моей спиной, напротив медика и Тимки.

Мысль о том, зачем я тащу с собой звереныша, появлялась уже не в первый раз. Ответа не было, оставалось свалить все на предчувствие.

Проверив последние данные — корабль стархов всего час как ушел на другую сторону, что давало нам полную свободу действий, — дала команду на взлет.

Двигатели я включила в верхней точке «плевка», так мы называли сброс челнока с пускового стапеля. Жаргонное словечко весьма точно отражало процесс. Удовольствие не из приятных, именно поэтому я предпочитала катер, но в данном случае у нас вариантов не было. Если что пойдет не так, Дарилу он пригодится.

Почти два часа полета вслед за местным Солнцем, и мы приземлились на краю намеченного оазиса. Этот попал в наш список не только за неожиданно большой размер, но и за загадочную возвышенность, над которой долго «размышлял» наш сканер. Результат он выдал, но рядом выставил точность. Было от чего опешить — немногим больше десяти процентов.

Мог бы просто проставить — не определяется, воспринималось бы спокойнее.

Прежде чем пристроить челнок под сенью гигантской растительности, напоминавшей папоротник, только высотой почти в пятнадцать метров, мы пару раз облетели «кляксу» по периметру. Протянувшись на двадцать километров в длину, в ширину она имела от семи до двенадцати. Было где заблудиться.

Зависнув над местом будущей посадки, я развернулась к мужской части команды. Ангел и Стас просматривали новые данные, которые мы получили во время последних кругов. Ничего неожиданного в них я не увидела, первая разведка с орбиты была скрупулезной. Насколько это было возможно, я пыталась свести риск к минимуму.

В отличие от этих двоих, Рауле о чем-то увлеченно беседовал с Тимошей. Тот устроился у него на коленях, предпочтя их корзинке, и очень внимательно слушал. Молча.

Теперь я знала, к кому отправлять желающих пообщаться.

— Ты у него спроси, садиться стоит или лучше сразу сваливать, — грубовато съязвила я, пряча за ехидным тоном внутреннюю напряженность. От идеи прогуляться я не отказалась, пусть она сегодня и не выглядела столь уж увлекательной, но чем ближе был этот момент, тем тревожнее мне становилось.

— Уже спрашивал, — как ни в чем не бывало отозвался Камил. — Говорит, что надо быть очень осторожными. Здесь водятся странные твари, а иногда из-под земли вырывается невидимый огонь.

— Так может, он останется? — поинтересовалась я, выпуская опоры-генераторы. Укладывать челнок на грунт я не стала, мало ли… Если что, антигравы заменят ускорители.

— Отказывается, — невинно улыбнулся Рауле, а Тарас, вместо меня, тяжело вздохнул. — Собирается за нами присматривать.

— Ну, если так, — мне хватило трех секунд, чтобы сигара зависла в захватах четырех опор, — тогда… готовность.

На проверку и еще один инструктаж у нас ушло еще минут двадцать. Челнок я покидала последней. Отнюдь не по своей прихоти. Деспотизм на моем корабле был не только командирский.

В том, что правы они со своей заботой, я убедилась довольно скоро. Насколько спокойно я чувствовала себя в космосе, настолько беспомощной ощущала, бредя по похожему на джунгли оазису. Костюм полной защиты и опущенное «забрало» шлема уверенности не добавляли.

Внутренний микроклимат не давал осознать высокой влажности и температуры, но мне хватало и раздающихся отовсюду хлюпающих звуков, да «дождика» с растительности, которую невзначай задевала.

Под ногами пружинило, словно мы шли по болоту, взгляд постоянно соскальзывал с данных командного интерфейса на какую-то мелюзгу, которая то норовила врезаться в тебя с лету, то зависала напротив, разглядывая с таким искренним изумлением, что хотелось вызвериться.

Полный сюр! Оставалось выяснить, кто именно в этом полном причуд месте относился к разумным? Лично у меня создавалось впечатление, что не мы.

А еще и Тимка… Не успела я подумать о зайце, как Рауле нарушил очередное затишье.

— Тимка, нам нужно не туда!

Я не вздохнула, простонала. Тарас, который шел следом за мной, обгоняя, ободряюще хлопнул по плечу.

Нечто подобное происходило уже не в первый раз. И каждый раз Камил долго и настойчиво объяснял нашему добровольному проводнику, куда именно мы должны попасть. Тот слушал, как всегда молча, и продолжал вести нас туда, куда считал нужным.

Что удивительно, мы следовали за ним. Несмотря на некоторую извилистость пути, курс он держал достаточно четко.

— Рауле, — не выдержала я, когда, только забравшись на очередную возвышенность, мы начали с нее спускаться, — может, привал?

Продирались мы через местный дендрарий уже минут сорок. От челнока до нужной точки по прямой было наполовину меньше.

— Держись, — усмехнулся тот, даже не оглянувшись. Впрочем, его хитрый взгляд я видела и так, с экрана. — Тимка говорит, что мы почти при…

Дослушать его я не успела. Боль в груди была неожиданной и оглушающей. По глазам резануло, словно прошило лазером, сердце трепыхнулось, тут же вскинувшись галопом.

Ощущение, что мир переворачивается вверх ногами, было последним, что я осознала. Дальше… пустота.

* * *

— Связь между нами практически разорвана.

Искандер произнес эти слова и, только услышав собственный голос, до конца осознал, что он только что сказал.

— Это невозможно! — В отличие от старшего брата, Артур своих эмоций не скрывал.

Вопреки ожиданиям Искандера, было это искренним сожалением. Шорн не собирался использовать подвернувшуюся возможность и пытаться вернуть Таши. О причине канир мог только догадываться, но был уверен, что это не мнимое «благородство». Скорее, признание, что судьба в таких делах второго шанса не дает.

— Мне бы твою уверенность, — все так же бесстрастно произнес Искандер, отворачиваясь к экрану. Подготовка к старту «Корвета» заканчивалась, еще пара часов…

— Это из-за взрыва?

Ответить Искандеру не удалось. Помешал залетевший в кабинет Таласки. Спрашивать разрешение войти он в последние дни забывал. Не по умыслу — темп, который набирало расследование, требовал отсекать все лишнее. Некоторые правила и условности, пусть и вбитые на уровне рефлексов, отбрасывались, как создающие помехи.

— Что из-за взрыва?

Переключился Игорь мгновенно. Хоть и устал смертельно, уже не веря, что может быть иначе, но нюх не подвел. Чувствовал, что за этой фразой скрывается нечто очень важное. Для него? Для Искандера? Это не имело значения, главное, что грозило либо новыми проблемами, либо… тоже новыми, но перспективами.

Искандер мог и не отвечать, эта ноша была не тяжелее остальных, но зачем тогда называть другом, если отказываешь в доверии?!

Это было одно из немногого, чему учило его общение с Игорем и Орловым, что скайл принял не ощущая внутреннего протеста.

— Артур предположил, что моя связь с Таши ослабла из-за последствий взрыва.

Таласки как замер у двери, так и продолжал стоять там, с недоумением смотря на Искандера.

Видел, что тот не шутит, внешнему спокойствию скайла уже давно не верил. Через ментальный барьер проходил редко, все-таки его способности, несмотря на постоянные тренировки, значительно уступали тем, которыми адмирал обладал с рождения, но отголоски чувств «ловил» без труда.

Да только поверить в разрыв этих двоих было труднее, чем в то, что кто-то из «своих» уже давно снабжает вольных не только закрытой информацией, но и секретными разработками.

Неучтенный «Пульсар» они все-таки нашли. Схема его исчезновения оказалась довольно простой, хоть и выглядела замысловато. Казалось бы, первая партия, учет должен быть наиболее строгим.

Действительность превзошла ожидания.

Экспериментальные образцы перебрасывались с базы на базу, с корабля на корабль. Установка монтировалась легко, за три часа вполне управлялись. Так и получилось, что в одной эскадре их вроде как две, а на деле — одна. Обнаружили практически случайно, сработало его знаменитое чутье на пакости. Игорь приказал своим ребятам сравнить учетные регистры, там и обнаружилось, что в одном, под одним кодом — две штуки, а в другом… тоже две штуки, только коды разные, на одну букву всего лишь и отличаются.

Афишировать свою находку они не стали, но за ниточку зацепились. Хотелось верить, что к моменту появления делегации на Таркане Наташа не только вернется, но и вспомнит, кого именно из офицеров Союза видела вместе с Тадеусом.

А если нет? Игорь предпочитал действовать наверняка, вот и крутился.

Но после признания Искандера проблема предательства отступала на второй план. Она «терпела» несколько лет, могла подождать еще немного.

А вот эта новость… Даже такой службист, каким себя считал себя Игорь, понимал, какие последствия мог иметь разрыв отношений Наташи и Искандера. Не только для них, для него, для Орлова… Все это было важным, но… личным, его больше интересовали кангорат и Союз. Так уж получилось, что их будущее было связано именно с этой парочкой.

Это осознавал даже тот, кого они искали. Оказалось, достаточно доложить наверх, что приглашение капитана Орловой к скайлам связано не только со званием литара, присвоенным ей кангором, но и с обсуждением ее брака с каниром, как вместо ожидаемого покушения на Наташу они получили залп «Пульсара». Их таинственный визави правильно рассчитал — погибнет она, перетряхнут всех и вся, потому и рисковать не стал. Самое главное для него было избежать встречи, сбитый прыжок такую возможность давал.

— Но ты считаешь иначе? — осторожно уточнил Игорь, пытаясь принять, что в этом вопросе он совершенно бессилен.

Мало того, что поведение Искандера все еще продолжало ставить его в тупик своей непонятной логикой, так он еще и достаточно хорошо знал Наташу. Этой бесполезно объяснять, что ее жизнь уже давно стала частью большой политики. Один раз положила рапорт на стол, повторит не задумываясь.

— Считаю.

Своей немногословностью Искандер не испытывал чужое терпение, не пытался убедиться, что иных причин нет. Он просто отсекал все, что имело меньшее значение, чем те задачи, которые он перед собой поставил. Поиск Наташи тоже был среди них, но только как одна из нескольких, особо важных.

Еще стандарт тому назад скайл мог бросить все и кинуться в авантюру, разыскивая корону кангора. Сейчас он не имел права позволить себе ничего подобного.

Искандер не рвался к власти, но власть выбрала его, со всей четкостью продемонстрировав то, о чем он интуитивно догадывался. Давая возможность изменять мир вокруг себя, она отбирала самое важное — свободу выбора.

— Тебя нужно уговаривать, или сам скажешь?

Игорь пересек кабинет стремительно, словно от того, как быстро он дойдет до адмирала, что-то зависело. Остановился напротив, без колебаний встретил ничего не выражающий взгляд друга.

Искандера обдало холодом, свои эмоции Таласки не сдерживал. Его бешенство напоминало идеальное зеркало воды, готовой прорвать плотину и уничтожить все на своем пути.

— Игорь… — Артур положил руку на плечо майора, пытаясь разорвать молчаливое противостояние, но Таласки только дернул плечом, сбрасывая чужую ладонь.

— Что-то подобное было после Хараба…

Он еще не закончил говорить, а Игорь словно обмяк, избавившись от напряжения.

— Теперь я знаю, почему вас называют отморозками, — вздохнул он, отходя к креслу. — Тогда это были последствия общения с Хранителем, а сейчас?

Артур, неожиданно для себя, улыбнулся. Наверное, Таласки был прав, реагируя на слова Искандера столь остро. Он и сам… Появившаяся мысль была похожа на откровение. Себя Шорн скайлом уже давно не считал.

— Сейчас? — повторил Искандер, «оживая». Когда рядом находился Игорь, оставаться адмиралом было трудно. Несмотря на взлелеянную годами обучения защиту, тот затягивал в водоворот своих чувств, заставлял воспринимать окружающее ярче, насыщеннее. Такие всплески для скайла не проходили бесследно, возвращение к привычному восприятию не всегда давалось легко, но в данный момент он был благодарен Таласки за подобную встряску. Будущее в черно-белых красках выглядело мрачно. — Даже предполагать боюсь. Вот Артур доберется…

Что будет, когда Артур доберется до побратима, они обсуждали уже не раз, так что вызов Стелькова, который доложил о готовности «Корвета» к старту, ничего не изменил.

Просто поставил точку в их разговоре.

* * *

— Пугать ребенка было обязательно?

Сначала появился шелест. Едва слышимый, на грани восприятия, но слишком знакомый, чтобы его не опознать, — так, после подключения, тестировался командный интерфейс.

Затем привкус крови во рту, судя по толчкам пульса в губе, я ее прикусила. Потом уже что-то мягкое под спиной. Рельеф был вполне определяемым — Тарас.

И вот уже после этого — вопрос.

— Что это было? — прохрипела я, пытаясь сообразить, чем же меня так «стукнуло». Память не подвела, выдала все подробности, так что информации оказалось много. Толку — мало.

— Ты вообще у кого спрашиваешь? — раздалось совсем рядом. Интересовался опять Рауле.

— У тебя, — теперь уже прошипела я, открывая глаза и понимая, что все не так хорошо, как бы мне хотелось. — Ты же у нас самый умный.

— А чего кривимся? — допрос продолжил Стас. Данных с моего диагноста ему явно не хватало.

— Пытаюсь понять, — решила я обрадовать его ответом, — это у меня со зрением проблемы или сбились настройки системы.

— А подробнее! — Тарас легко развернул меня к себе. Со стороны должно было выглядеть весьма сексуально.

— Подробнее? — Я закрыла глаза, надеясь, что что-нибудь изменится. Снова открыла. Зря надеялась. — Я бы сказала так… — Я опять помялась, вспоминая терминологию, но быстро плюнула на невозможность откопать в своей несколько взбудораженной голове нужные мне сведения. — Кажется, у меня значительно усилились цветоощущение и световая чувствительность.

— А… — с каким-то непонятным мне облегчением вздохнул Стас. — Это нормально.

— Нормально? — нахмурилась я, но тут же переключилась на другое. — А где Тимка?

— Какой? — вяло поинтересовался Тарас, невольно бросив взгляд мне за спину.

— А у нас их что, много? — подозрительно уточнила я, начиная кое о чем догадываться.

Жаль, не успела продемонстрировать свою способность быстро разбираться в нестандартных ситуациях. Ангел меня опередил.

— Как ты и говорила, один большой, другой… маленький.

И за что мне… Вопрос был риторическим, и я решила его опустить.

Выбравшись из далеких от нежности объятий Тараса и проигнорировав задумчивый взгляд Стаса, поднялась. Что обрадовало, ноги держали.

— Большой, говоришь? — одарила я усмешкой ангела и обернулась к колоритной парочке, что сидела шагах в десяти от нас.

На зайца я взглянула лишь мимолетно. Ничего нового, если не считать, что тот нашел себе нового друга. Вот он-то и привлек мое внимание.

Дракон был белым, морда — шипастой, глаза — умными, только ростом подкачал, мне где-то по пояс.

— Ну, здравствуй! — улыбнулась я ему, подходя поближе.

В какой-то момент попыталась найти в себе хотя бы отголоски страха, но ничего не обнаружила. И ведь не объяснишь причину такой уверенности лишь похожестью того, что был на Харабе и этого. Здесь и потаенная грусть, мелькнувшая во взгляде Рауле, и спокойствие Тараса, и некоторая беспечность Стаса. Ни один из них, грози мне хоть малейшая опасность, так бы себя не вел.

«Ну, здравствуй!» — возникло на экране командного интерфейса.

Теперь понятно, чем меня шарахнуло. Вторжение извне в управление, систему просто «вышибло» и меня вместе с ней. Со зрением тоже больше вопросов не было — проделки Хранителя, как назвали спецы визуализацию искусственного интеллекта, оставленного древними.

— Сколько до появления конуса луны?

Я обернулась к Тарасу, отметив, как заострились скулы у Камила.

Самообладание подводило жреца богини Судьбы. Плохо, что оснований для этого было слишком много.

— Час пятнадцать.

— Наземная база… — произнесла я, ни к кому не обращаясь. — На Харабе ничего подобного найдено не было. Или плохо искали, или…

«Все наземные базы на планете Хараб были уничтожены», — отозвался большой Тимоша надписью на экране.

Информация была не просто важной, она отдавала обреченностью. И будущими проблемами.

— Сколько их здесь? — продолжила я допрос.

Мне было не до сантиментов, на орбите шнырял корабль стархов. Благодаря моей паранойе мы заметили их раньше, чем те обнаружили нас. Но пока это являлось для нас единственным преимуществом. В прямом столкновении, если до него дойдет, исход боя будет зависеть больше от опыта и хитрости экипажей, чем от кораблей. «Зверь» когда-то тоже был дальним разведчиком.

«Одна орбитальная и четыре наземных. Три из них аварийных».

— Та, на которой мы были вчера, — аварийная? — игнорируя его смятение, обратилась я к Рауле. С чувствами жреца мы могли разобраться и позже, сейчас же меня больше беспокоило другое.

— Да! — отозвался тот. Что порадовало, голос, в отличие от метнувшегося взгляда, был твердым.

— Что находится на ней?

Я опять спрашивала у Камила, но тот только качнул головой. А вот дракон счел необходимым ответить:

«Аварийные базы переведены в режим самоликвидации при попытке несанкционированного вскрытия».

Задумываться о том, хорошая эта новость или плохая, я не стала. Рано или поздно вся мозаика соберется воедино, вот тогда и решу. Единственное, что себе позволила, — уточнить:

— Твоя работа?

Могла и не спрашивать, достаточно было посмотреть на Рауле.

Впрочем, делать выводы тоже не стоило спешить, только обратить внимание.

— Стас, — окликнула я медика. Когда тот посмотрел на меня, кивком показала на стоявшего рядом с ним Камила.

Было заметно, что мой молчаливый приказ ему не понравился, но возражений не последовало. Ни от кого. Только младший Тимка опустил уши, словно выказывая свое отношение к происходящему.

Очередная мысль о его разумности мелькнула и… пропала, уступив место другой. Проверять я ее не стала, особого значения не имело, сейчас или немного позже я узнаю, что наш мохнатый друг является искусственным биологическим созданием.

— Что на основной базе?

Предчувствие спазмом схватило горло, а перед глазами стоял рисунок Рауле. Я в образе его богини. Могла бы сказать, что святотатство, но уверена, что это было предупреждением.

«Межгалактический разведчик».

У написанных слов нет эмоций, но я ощутила тот адреналин, что бурлил в каждой букве. И задыхалась от него, не понимая, откуда во мне силы, чтобы продолжать дышать.

— С навигационными картами… — прохрипела я. Голос отказывался мне подчиняться, а попытки справиться с волнением лишь сильнее проявляли мою слабость.

Ситуация выглядела… мягко говоря, патовой. Прыжки через пространства с иной мерностью позволяли нам довольно свободно путешествовать по Галактике. Если и оставались неизведанные сектора, то лишь те, что пока не привлекли ничьего внимания. Но и их становилось все меньше. Пригодные для заселения планеты заселялись, непригодные — использовались как сырьевые придатки или базы для экспериментов с терраформированием. Процесс изменений был длительным, но правители думали не только о сегодняшнем дне.

А вот попытки уйти подобным способом в другие Галактики пока что заканчивались неудачами. Была ли причина в отсутствии привязки для расчета прокола или в недостаточности мощности излучателей и двигателей, с уверенностью сказать никто не мог. Это был тот самый случай, когда теоретические выкладки не удавалось подтвердить практикой.

А тут… и межгалактический корабль, и навигационные карты.

Я должна была сделать все, чтобы стархи не заполучили ни того, ни другого.

«С навигационными картами», — подтвердил Хранитель, правильно истолковав, что моя реплика вопросом не была.

— Что ты собираешься делать? — слишком спокойно для происходящего уточнил у меня Тарас.

Впрочем, его тон меня не смутил — он умел скрывать свои чувства. А еще… он хорошо меня знал и, кажется, заранее разделял еще не озвученное решение.

— Уничтожить базу, — едва ли не шепотом ответила я и посмотрела в глаза дракона: — Ты ведь для этого нас сюда притащил?

Ответ получила именно тот, что и ожидала, но я его только отметила, оборачиваясь к Рауле. Среди нас он был единственным, кто мог мне возразить. Как-никак, а древние были его предками.

— Ты со мной?

Что меня порадовало, на его лице было заметно облегчение.

— Да, Таши, я с тобой.

Наверное, он был прав, это — Судьба. Вот только мне от этого легче не стало. Не любила я быть чьей-то игрушкой.

* * *

В голове было пусто, на душе — противно.

Машинально поглаживая маленького Тимку по мягкой шерстке, я заставляла себя не смотреть вниз. Увы, это было выше моих скромных сил.

Стоящий в ангаре межгалактический разведчик не воспринимался большим, средний крейсер, не более. Формой похожий на клинок: чаша-гарда двигательной секции и сужающееся лезвие корпуса, он был абсолютно черным. Словно в противовес белоснежному дракону, который значительно увеличился в размерах, как только мы проникли на базу.

Но если можно было бы говорить о красоте кораблей, то этот походил на несбыточную мечту. Идеальные линии идеального оружия.

И я должна была его уничтожить!

Мальчики меня не трогали, давая возможность смириться с собственным же решением. Впрочем, моим оно не было. Обстоятельства, демоны их задери! Из тех, против которых невозможно найти аргументы даже имея изворотливую фантазию.

При том зыбком равновесии, что установилось в Галактике, добавить подобный фактор — значило спровоцировать новую войну. Не сегодня, так завтра, не завтра… И не важно, кому он достанется: стархам, Союзу, демонам, скайлам, Приаму… Результат все равно предсказуем. Имея полные навигационные карты не только нашей, но и полудюжины соседних Галактик, можно было чувствовать себя практически всесильным.

Или… считать так.

А если к этому добавить технологии… Думать об этом я не хотела. Достаточно вспомнить про оба Хараба, чтобы ужаснуться возможными перспективами. Ни одна мечта того не стоила.

— Таши, — вывел меня из мрачной задумчивости голос Костаса. Понимая, что наше пребывание на этой планете вот-вот закончится тем или иным способом, я приказала Дарилу перегнать «Зверя» к оазису. — Навигационные карты сектора я взял. Начинаю расчет курса для прыжка.

— Принято, — отозвалась я, покосившись на дракона, морда которого лежала на обрамлении галереи ангара, в нескольких шагах от меня. Выглядело это… уморительно, но смеяться мне не хотелось. — Ты проконтролировал, чтобы он ничего лишнего не стащил?

Несмотря на весьма впечатляющие возможности Хранителя — Тимка был продуктом его творения, активировать систему самоуничтожения он не мог. Или я, или Рауле. И земляне и самариняне являлись потомками древних. Правда, в моих предках значилась еще одна исчезнувшая раса, а вот Камил отличался завидной чистотой крови.

Способности к психологической гиперизменчивости и адаптивности, присущие жрецам всех трех богинь Самаринии, сохранялись только при этом условии. За этим следили строго, а воспитанием избранных занимались буквально с младенчества.

В отличие от фанатиков-полукровок, воля которых была подвластна влиянию высшим служителям культов, сами они никогда не участвовали в боях. Их прерогативой было повелевать, тех — смиренно умирать во имя могущества своей родины.

Это давало новую пищу для размышлений о прошлом мнимого Рауле. Попасть в плен он не мог. Оставшихся вариантов было немного: сбежал сам или… «Или» было значительно интереснее. Сомневаюсь, что у самаринян не было своего аналога разведки.

Рассуждала я об этом, перемежая допрос Камила с выбиванием из Хранителя нужных мне сведений. Как только стало понятно, что мы ему нужны, я начала составлять список того, что могу потребовать за свою покладистость. Сильно не наглела, а он почти и не сопротивлялся. Отслеживая активность моего мозга, он был прекрасно осведомлен, что базу я уничтожу и без его нам поблажек.

Но кое на чем я собиралась настаивать твердо. Чтобы исчезнуть отсюда, нам нужны были навигационные карты этого куска Галактики.

Просили мы мало, получили больше — координаты двух аварийных баз и коды доступа к ним. Одна на крупном астероиде в той же системе, что и Хараб, вторая тоже на окраинах, но ближе к Гордону.

Именно этим Костас последний час и занимался. Не только переводил данные в формат, который был способен переварить наш ИИ, но и припрятывал их среди моих старых архивов. Делиться полученной информацией я ни с кем не собиралась. А ребятам пригрозила, что лично порежу на шнурки каждого, кто не сумеет удержать язык за зубами.

Дюша и Юл подобных угроз избежали. Для их же безопасности я оставила наших деток на борту «Зверя». Предлог был все тот же: мне нужен усилитель аварийного сигнала.

«Проконтролировал, — появилось на экране командного интерфейса. — Твой экипаж держит свое слово».

Попробовали бы они иначе…

Я видела, насколько тяжело далось Дарилу согласие со мной, но и он спорить не стал, принял как данность. Сейчас рыскал где-то внизу. И не он один. Все понимали, что такой шанс выпадает лишь раз в жизни, вот и пользовались возможностью пощупать и потрогать.

Внутрь корабля их Хранитель не пустил, но и в самом ангаре было много чего интересного.

— Я не могу!

Я резко поднялась с каменного пола — стартово-посадочный комплекс, в котором мы находились, был вырублен в скальном основании, и только надстройка с управляющим модулем и створами являлась результатом технического прогресса. Неизвестные сканерам сплавы, непривычные формы, интуитивно понятная, но все равно чуждая система управления.

Не сдерживая эмоций, буквально пронеслась до конца галереи, так же стремительно вернулась назад.

— Я не могу уничтожить его! Он слишком…

Порыв «сожрал» мою решимость, и я вновь опустилась рядом с зайцем, прислонившись спиной к стене.

Тимка не шевельнулся, только приподнял одно ухо. Дракон закрыл глаза. Устало.

Я же говорила… чистый сюр!

— У тебя нет выбора, — не скрывая грусти произнес невидимый Дарил. Я забыла их отключить…

Глупо, но по сравнению со всем остальным это была такая мелочь…

— Ты должна это сделать, — вторил ему Тарас. Этот был спокоен до равнодушия.

— Ангел, — вновь вскочила я, буквально крича от неожиданно пришедшей в голову мысли, — а ты не хочешь заявить свои права на эту планету?

Тимка поднял оба уха, дракон, очнувшись от мнимой дремы, посмотрел на меня с некоторым изумлением.

Если мне это, конечно, не показалось.

Тишина была недолгой. Тарас решил меня не злить.

— Кардинально! — усмехнулся он. — Но если говорить о правах, то, скорее, о Рауле. У меня шансов значительно меньше.

Я была вынуждена тяжело вздохнуть. Ну и не надоело им быть правыми! Эту планету, в отличие от Хараба, было довольно легко связать с самаринянами. Отсутствие же собственного мира у практически истребленных метаморфов служило слабым основанием для присвоения такого богатства. Претендентов на него найдется слишком много, чтобы он сумел выиграть.

Да и само разбирательство… пока поставят точку, здесь уже не оставят камня на камне.

Это был не выход. Вот когда уничтожим главную жемчужину — базу, претендентов станет значительно меньше. Если, конечно… Сейчас думать об этом было рано, как и убеждать Тараса, что моя идея имеет право на существование.

— Таши. — Из коридора, ведущего на галерею, появился Камил. Как не вовремя! — Я посмотрел данные по кораблю.

— И что? — теперь уже вяло поинтересовалась я. Настроение напоминало раскачавшийся маятник.

Ответить ему не дал вклинившийся в разговор Костас.

— Капитан, наблюдаю корабль стархов. До контакта один час сорок три минуты.

— Обложили?! — рявкнула я, двинув кулаком по каменной стене. Боль была резкой и отрезвляющей.

— Что с данными по кораблю? — развернулась я к Рауле.

Тот улыбнулся уголком губы, оценив метаморфозу.

— Я не все понял…

— А если яснее!

Тот не стал испытывать моего терпения.

— Судя по всему, он полностью готов к полету.

— Автономный режим?

Дракон даже вздрогнул, когда я обратилась к нему. Кажется, я сумела напугать даже Хранителя.

«„Дальнир“ находится под управлением искусственного разума. Последняя задача была выполнена, ИР в спящем режиме».

— Ну так выводи его из этого режима! — прорычала я, сделав вид, что забыла, кем командую.

— Таши, — с придыханием начал Дарил, — ты сошла с ума!

— Сама знаю, — огрызнулась я, продолжая смотреть на дракона. Над его ноздрями курился едва заметный дымок, вызывая странные ассоциации. — Так что?

«Твой план?» — наконец-то откликнулся он.

— Мой план? — повторила я, жмурясь от удовольствия. Такой авантюры у меня точно еще не было. — Боюсь, мой план тебе не понравится.

Судя по воцарившейся в «эфире» тишине, остальные были со мной согласны.

* * *

— Я буду скучать по тебе!

Я прижала к себе Тимку-маленького и едва не хлюпнула носом. Это было глупо, но за несколько дней, проведенных на планете, я привязалась к зверенышу. Жаль, взять его с собой не могла. Скрыть, что он — продукт технологий древних, было практически невозможно. А нашим зубастым акулам в лице Шторма и Таласки только дай кончик веревочки, они тут же весь клубок размотают. И заметить не успеешь, как во всех грехах покаешься.

Допустить этого я не могла, слишком многое стояло на кону. Я не для того собиралась рисковать жизнями ребят, чтобы потом все это пошло прахом из-за моей сентиментальности.

«Ты всегда можешь вернуться», — выдал Хранитель на экране интерфейса, заставив меня прикусить губу. Чтобы не разрыдаться.

Будь я перевозчицей… Перевозчицей я больше не была, так что мое появление на Харабе-2 относилось к разряду маловероятных.

Впрочем, моя жизнь уже не раз совершала непредсказуемые кульбиты, кто знает, не готовит ли мне будущее что-либо подобное.

— Обещать ничего не буду, — резко отрезала я, понимая, что каждое мгновение отбирает у меня решимость. — Побереги малыша и… — Я оглянулась на Дарила, который в ожидании меня стоял на трапе «Зверя». — Себя тоже.

Уходила я не оглядываясь. Слишком много эмоций, это было опасно для того, что я задумала. Но каждый шаг походил на те, что вели к эшафоту. Мне было с чем сравнивать.

— Готовность! — бросила в пустоту, не замечая протянутую руку демона. Я не могла позволить себе ни малейшей слабости. Может, когда-нибудь потом, но… не сейчас.

— Принято, капитан, готовность! — отозвался Тарас. Тот был уже в рубке, готовил корабль к взлету.

По голосу не сказать, что совершенно спокоен, но это, скорее, не нервозность, а тот самый кураж, которого мне не хватало.

Я поправила сама себя — пока не хватало.

— Костас, что с синхронизацией?

Створ двери ушел в сторону, отсек встретил легким гулом и привычной предполетной суетой. Все четко, каждый знает, что должен делать, но стоит оказаться чуть в стороне, и все происходящее начинало восприниматься хаосом, в котором трудно отыскать систему.

Бескрылым не понять сладости этих мгновений. А крылатым… страх потерять все это был ночным кошмаром для каждого, кто родился с бескрайностью космоса вместо сердца.

— ИР программу адаптации принял, идем по протоколам. Данные о наших лежках я передал, журналы — тоже. Пусть самосовершенствуется.

Невольно усмехнувшись — Костасу удалось вывести меня из состояния глубокой меланхолии, — опустилась в пилот-ложемент. Развернула пульт к себе.

— Принято, подключи меня к Хранителю. Дарил, — в сторону устраивающегося на своем месте демона я даже не посмотрела, — твой «Дальнир».

— Принято, беру «Дальнир» на себя, — отчеканил он, ради разнообразия не став спорить.

Так, как в этот раз, мы с демоном еще никогда не ругались. Он рычал, сыпал проклятиями, утверждая, что это и есть тот самый случай, когда я сверну шею благодаря своему сумасбродству. В какие-то моменты даже казалось, что он накинется на меня.

Вот только ни Тарас, ни Рауле не пытались встать между нами или любым иным способом прервать наш «разговор». Так и стояли, не шевелясь, с любопытством поглядывая то на меня, то на него.

Вывод напрашивался без долгих размышлений — Дарил пытался заставить меня утвердиться в собственном решении. Сам он его уже принял, я же, о чем он правильно догадался, продолжала сомневаться. Уж больно рискованным был план, и непредсказуемыми последствия.

А потом к делу подключился Хранитель. Оказался он не меньшим авантюристом, чем мы, если так можно было сказать про искусственный разум. Впрочем, его создавали наши предки, так что ничего удивительного в этом не было.

Мозговым штурмом, который мы частенько устраивали с мальчиками, назвать устроенную нами вакханалию было невозможно. Идеи, идеи, идеи… Каждая последующая невероятнее предыдущей.

Но и цели, которые мы поставили перед собой, даже нам казались невообразимыми.

Задач было две. С первой — увести корабль древних так, чтобы о его присутствии на планете не догадалась ни одна ищейка, все было относительно просто. Запущенная система самоликвидации базы должна была сработать одновременно с его и нашим стартом. Полная защита «Дальнира», искажающие поля с луны, в конус которой мы уже вошли, и небольшой фокус, который на несколько минут вышибет внешние сканеры у стархов, легко решали эту проблему.

Вторая была сложнее. Мне было необходимо, чтобы дальний разведчик Индарса дал по «Зверю» залп.

Первым!

Именно этот момент и вызвал больше всего вопросов у моих оппонентов, но им все равно пришлось согласиться, что только так можно было отвадить императора от этой планеты.

Тот, конечно, докажет, что его экипаж действовал в крайне неоднозначной ситуации, но к тому времени, когда это произойдет, здесь будут и другие.

Или, на что мне очень хотелось надеяться, не будет никого. Слишком далеко Хараб-2, у всех своих проблем хватает.

А если еще и Дарил подсуетится да кангор не откажет в помощи, то, возможно, у метаморфов появится шанс когда-нибудь обрести новую родину.

Но об этой моей идее пока не знал никто, кроме меня и Рауле. Его я была вынуждена посвятить в эту часть своего плана. Камил был единственным, кто мог высказаться категорически против.

— Костас, не вижу готовности по запасной системе!

Еще одно слабое место — корабельный журнал. «Зверь» был временно приписан к Службе внешних границ, те имели полное право изъять всю последнюю информацию. На старые архивы они не замахнутся, договоренность об этом была жесткой, а вот все, что мы вытворяли, начиная с неудачного прыжка, их явно заинтересует.

С этой бедой пообещал справиться Костас, взяв в помощники Хранителя. Кажется, мы на него дурно влияли.

— Заканчиваем, капитан. Еще пара минут, и будет у тебя вместо системы системное месиво!

Шутки в исполнении хакера-навигатора были редкостью и звучали своеобразно. Но сейчас мне было не до оценки его извращенного юмора. Главное, я услышала: в том, что он оставит после своего вмешательства, правды не найдут.

Оставался последний вопрос — Дюша и Юл, но с этим разбирался Рауле. Ни мне, ни моим мальчикам не был страшен любой допрос с пристрастием. Да и врать особо не придется, только подкорректировать последние несколько часов пребывания на планете. А вот эта парочка вполне могла неосторожным словом разрушить всю нашу легенду.

У меня был выбор — вино демонов или способности Камила. Я решилась на второе. Самаринянин уверил, что все их воспоминания будут именно такими, какие мне и нужны, Тарас и Дарил, присутствовавшие при этом, меня не остановили. Похоже, и тут знали больше, чем я.

— Валечка, что по стархам?

— Двадцать три минуты, капитан.

— Приняла, двадцать три минуты. Всем готовность десять минут. — Я отключила внешнюю связь раньше, чем услышала ответы. — Тарас! — Изумление в его глазах мелькнуло и… исчезло, словно его и не было. Но мне хватило и этого, чтобы начать гордиться собой. Похоже, впервые за восемь стандартов вместе я наконец-то сумела его по-настоящему удивить. — В малом хранилище грузового отсека находятся документы на «Зверя». Если что…

— Таши! — рявкнул Дарил, поднимаясь с пилот-ложемента. Напоровшись на мой взгляд, медленно опустился обратно.

— Если что, «Зверь» принадлежит тебе.

Тарас пока молчал, но смотрел напряженно.

— Завещание? — язвительно протянул демон. Хоть так, но проявить свой протест.

— Предусмотрительность, — равнодушно отозвалась я. Но тут же сочла, что лучше объясниться. Из троих, находящихся в рубке, двое даже не пытались скрыть бешенства. — Я хочу, чтобы и тебе было куда возвращаться.

Дарил отвел взгляд первым. Тяжело вздохнул, потом кивнул, соглашаясь, и наклонился к пульту, дав нам возможность продолжить разговор уже без его участия.

— Это неправильно! — Ангел не успокоился, но внешне своего гнева больше не демонстрировал. — Из нас двоих…

— Я знаю, — перебила я его, не собираясь попусту терять время. — Из нас двоих мужчина — ты. А я — твой капитан. И на этом я собираюсь поставить точку. Этот корабль — твой. Можешь считать моим сумасбродством.

— А Юл?!

Так просто сдавать свои позиции Тарас не собирался.

— Как только мы вернемся, Юл отправится в академию. Этот вопрос уже согласован. И за ним есть кому присмотреть.

— Ты хочешь сказать…

Два нуль в мою пользу. Только радости это не принесло.

— Да! Я подала документы на усыновление. Предварительное одобрение получила перед конвоем.

— А Искандер? — Тарасу оказалось мало только факта, он жаждал подробностей.

У меня оставалось полторы минуты, чтобы удовлетворить его любопытство.

— Искандер знает. Что думает по этому поводу — я не спрашивала.

Больше вопросов не последовало. И не потому, что их не было.

Время, которое я дала нам всем, чтобы подготовиться к будущему, закончилось слишком быстро.

* * *

— Веди! Веди! Веди! — орала я то ли Тарасу, то ли себе, вытягивая «Зверя» под залп стархов.

Они поддались на провокацию и первыми открыли огонь — шли мы без опознавательных кодов и не отвечая на их запросы. Теперь, демонстрируя проблемы в управлении кораблем, сами лезли под выпущенную с разведчика ракету.

Подставлялись с ювелирной точностью. Нам нужны были повреждения, но не те, с которыми мы не сможем уйти в прыжок.

— Капитан! «Дальнир» ушел!

Дарил тоже кричал. И Тарас… То, что мы вытворяли, невозможно было делать в тишине.

Хранитель обещал, если когда-нибудь свидимся, дать запись того фейерверка, который мы устроили. Я не стала его огорчать, говоря, что у меня достаточно богатое воображение, чтобы представить полноту картины, а не только то, что он мне показывал. Но догадывалась, что даже оно не способно описать происходящее.

— Костас! Врубай систему! Позывные! — Удар сотряс корабль, но экран продолжал оставаться серым. Для тех, кто будет просматривать записи последних десяти минут, мы «сидели» на ручном управлении, ИИ вышибло внешним вмешательством. Но и без контрольных данных я была уверена, что мы справились. Иначе просто быть не могло! Против такой наглости ни одна удача не попрет. — Связь на разведчик!

Это была точка перелома в нашей игре. До этого мгновения мы «видели» благодаря Хранителю, контакт с которым поддерживала я и о чем распространяться не собиралась, теперь, по плану, нам «удалось» вернуть ИИ к жизни.

Если об этом станет известно…

Я оборвала саму себя — об этом никому и никогда не станет известно. Своим мальчикам я верила. Иногда даже больше, чем себе.

— Есть запуск системы… Позывные…

— Не стрелять! — Я опять кричала. Канал связи еще только открывался, но я уже кричала: — Не стрелять! Перехватчик «Зверь», Служба внешних границ. Не стрелять!

Ждать реакции долго не пришлось.

— Стапель вместо космоса! — не менее эмоционально раздалось в ответ. Пока только звук, о чем я несколько жалела. Очень хотелось посмотреть на физиономию собеседника. — Мы вас сильно задели?!

Я переглянулась с Тарасом и Дарилом. План работал, капитан стархов был настолько обескуражен нашим появлением, что даже забыл представиться.

— Информации нет, — хрипло, но с явным облегчением ответила я. — Система «легла», пытаемся поднять. Кстати, с кем имею честь…

— Капитан Шантир, дальний разведчик «Соумей», империя стархов.

Продолжить беседу я не успела. Канал связи не был защищенным, новое действующее лицо этим и воспользовалось.

— «Зверь», здесь «Корвет»! Орлова, ты не представляешь, как нам всем тебя не хватало!

Я откинулась на спинку пилот-ложемента и истерически расхохоталась.

Сколько раз я говорила себе, что всех мелочей не предусмотришь… Правда, сейчас появлению Стелькова оставалось только радоваться. Кто его знает, как бы повел себя капитан стархов дальше. Пара удачных залпов, и потом поди докажи, что мы когда-нибудь встречались.

Я, конечно, от Индарса такой подлости не ждала, но… мог быть и иной вариант развития события. Про его желание увидеть меня в своем гареме я еще не забыла.

— Виталий, — вместо меня отозвался Дарил. Понял, видно, что в ближайшие несколько минут я буду не способна вести разговор, — не могу сказать, что не счастлив тебя слышать. Еще бы увидеть… — И, уже обращаясь к старху, добавил: — Капитан Шантир, надеюсь, наше знакомство мы продолжим несколько позже. А сейчас прошу нас простить, неожиданная встреча со «своими».

Он язвил и намекал одновременно, как и я не исключал возможности атаки. Что ж, значит, на этом корабле паранойей страдала не только я.

— Здесь капитан Шантир. Вас понял, ложусь в дрейф, жду вызова.

Когда он отключился, я уже не смеялась, скорее, всхлипывала, но продолжая прикрывать ладонью рот.

Это было мгновение слабости, но я его заслужила.

Мы с «Дальниром» стартовали с разницей в несколько секунд. Уходили параллельными курсами, «Зверь» чуть выше, корабль древних — под нашим прикрытием и защитой с луны.

Искажающие поля полностью скрыть его не могли, но нам это было и ни к чему. На «картинке», которую Хранитель сотворил для свидетелей, его полет воспринимался серией импульсных залпов с поверхности планеты. «Находили» они нас на разной высоте, добавляя красочности беснующемуся внизу фейерверку и создавая так нужную нам легенду.

А потом рванула база. Взрыва не было, оазис просто осел на мгновение, а потом пылевым столбом устремился вверх, догоняя нас.

Встретились мы, когда поднялись почти на три километра, тогда и ощутили его мощь. Шли мы уже на ручном, держали корабль вдвоем с Тарасом.

Я давно мечтала отвести душу чем-нибудь забористым, но слов не хватало, вот тогда и начала орать. Трудно сказать, что помогло, но «Зверя» мы на орбиту вытянули. Как раз под орудия стархов.

— Что с Таши?! Где она?!

Дарил посмотрел на меня, улыбнулся своей знаменитой клыкастой улыбкой.

Он был прав, для полного счастья нам здесь только Шорна не хватало.

— Здесь я, Артур, — заставляя себя не засмеяться вновь, прохрипела я. — Костас просит еще несколько минут, чтобы окончательно реанимировать систему. Вот тогда и насмотришься. — Тот попытался продолжить разговор, но я прервала его на первом же звуке. — Виталий, вы далеко?

— Ну, Орлова, — в голосе Стелькова слышалось искреннее восхищение, — только не говори, что ты еще и слепая?

Я хмыкнула.

— Бери дальше. У меня только двигатели и работают.

— Капитан, — словно опровергая мое утверждение, вклинился Костас, — готов вывести ИИ на рабочий режим. — И через короткую паузу добавил: — Если опять не сдохнет.

— Наташа. — До капитана «Корвета», похоже, только сейчас дошло, в каком состоянии находился корабль, — мы будем рядом через тридцать минут. У меня на борту команда техников…

— Спасибо, Виталий, — усмехнулась я, разбавляя его похоронный тон, — мы пока держимся. Ты лучше присмотри за стархами, мне очень не нравится их появление здесь.

— Тебе еще больше не понравится их появление, — слишком серьезно, чтобы это можно было расценить как шутку, ответил он, появляясь на экране, — когда ты узнаешь последние новости. — Он полностью закончил фразу и только после этого прошелся по мне внимательным взглядом. Артур отсвечивал за его спиной, но пока в разговор не лез. — А я был уверен, что ты решила взять отпуск.

— Капитан, — это был опять Костас, — внешние и внутренние сканеры в режиме. ИИ тестирует повреждение посадочных двигателей.

Хотелось самодовольно улыбнуться, но при свидетелях я этого делать не стала. «Подставились» мы идеально. Для посадки на «Танталион» они нам нужны не будут, а Таркан, как конечная цель нашего путешествия, отпадал сразу, если только орбитальная база Управления…

Топлива все равно не хватало, можно было не подстраховываться. Но я привыкла иметь запасные варианты. К тому же жертвовать больше было нечем, только ими да защитным полем, но его мы вроде как «потеряли», пока взлетали.

— Приняла! Стас, что у тебя?

Стельков слушал, но пока в наш разговор не влезал.

Стас молчал, и эта тишина, мне не нравилось. Она намекала на очередные проблемы, которых и так в последнее время было слишком много.

— Стас! Что у тебя? — заставляя себя говорить спокойно, повторила я запрос.

— Капитан, — наконец отозвался он, — кажется, у нас неучтенный груз.

— Демоны тебя задери! — вызверилась я, не выдержав. Психика сдавала перед эмоциональным напряжением. — Что еще за груз?

— Ты только не нервничай, — вместо Стаса с нескрываемым ехидством ответил Рауле, — я тут на катере Тимку нашел. Видно, залез, когда мы смывались.

Я закрыла глаза. Только бы ничего не видеть и не слышать. Убеждать себя, что спокойна, я даже не пыталась. Хотелось сорваться с кресла и устроить что-нибудь… запоминающееся.

Увы, но после того, что мы учудили на планете, в голову ничего глобального не приходило. Все остальное просто меркло в блеске нашей последней авантюры.

— Капитан… — осторожно позвал Камил, догадываясь, что меня сейчас лучше не злить.

Пришлось открывать глаза и вновь брать ситуацию в свои руки. Наверное, это было наказание за мою самонадеянность… Или… я невольно улыбнулась, явно напугав всех, кто в этот момент смотрел на меня. Или это был прощальный подарок Хранителя.

— Я не знаю, как ты будешь договариваться со службами контроля…

Закончить мне Рауле не дал, заверил, не скрывая своей благодарности.

— Я договорюсь, капитан. Обязательно договорюсь!

Я могла радоваться — еще один… человек на моем корабле перестал быть одиноким. Я и радовалась, испытывая одновременно и удовлетворение, и… тоску. Как перед разлукой. Навсегда.

* * *

Возвращение на «Танталион» было триумфальным, но до этого было восемь дней пути и несколько проколов.

Корабль стархов, по официальной версии отправленный на наши поиски, был вынужден следовать вместе с нами. Не уверена, что я правильно поняла выражение лица капитана дальнего разведчика, но мне показалось, что он был рад такому повороту событий. После наших рассказов об ужасах Хараба-2 эта планета больше не воспринималась столь невинной, как первая.

Но чем ближе мы подходили к базе приписки, тем чаще мне хотелось вернуться обратно. Там было все понятно — выжить любой ценой.

Цель не изменилась, хищники стали гораздо опаснее.

Допросы начались еще на обратном пути. Как только мы выскочили из дальнего прыжка в более-менее обитаемые сектора, с нами связались Шторм и Таласки. Искандер оставил общение с собой напоследок.

Я не удивилась такому повороту событий, чего-то подобного и ожидала. Это когда сядем, мы станем героями, а пока это не произошло, перехватчик Стелькова был то ли спасателем, то ли… сопровождающим.

Винить Виталия было глупо, как и Артура, которому я запретила появляться у меня на борту. Роли менялись слишком быстро, чтобы я могла позволить себе доверять даже друзьям.

Беседовали сначала с каждым по отдельности, потом со всеми вместе. Дюшу и Юла, как я и предполагала, почти не трогали. Рауле свое слово сдержал, все их воспоминания сводились к главной задаче, которую они решали — поиску возможности дать достаточно сильный сигнал бедствия.

Меньше всего «врать» пришлось Стасу. Все образцы и пробы, которые мы брали, были «чистыми» с точки зрения нашей легенды. Единственной проблемой был Тимка. Но тут свое слово сказал Камил, взяв лопоухого на себя. Не знаю, использовал самаринянин свои способности или обошлось и без них, но присутствие на корабле зайца если и заинтересовало, то только с точки зрения возможной заразы, которую мы могли притащить с собой.

Тут вмешался Стас, заверив, что все необходимые исследования он провел и даже протестировал на звереныше универсальные боты. Последнее окончательно успокоило. Скорее не Славу, а того, с кем он консультировался, но эти подробности меня уже не интересовали. Главное — результат, Тимка был признан безопасным и безобидным, пусть и хищником. Чтобы проверить малыша на разумность, мысли ни у кого не появилось. Наша заслуга — мы не дали им ни малейшей зацепки.

Валечка тоже отделался легким испугом. Его задачей была защита корабля, он ею и занимался. Одна из фраз, которую он повторял раз за разом, сокрушаясь над тем, что корабль все-таки подбили, заставила спецуру оставить его в покое. Кому хочется, чтобы в самый неподходящий момент тебя со всей серьезностью уверяли, что если бы не рухнувший ИИ… досталось бы стархам.

Дипломатического скандала явно никто не желал.

Ну а мне, Дарилу, Тарасу и Костасу досталось по полной. Заходили и с одной стороны, и с другой, и…

Не на тех напали. Шахину когда-то удалось разговорить меня старым дедовским способом — бил нещадно, не оставляя возможности молчать. На этот раз я отыгралась, пусть ни Слава, ни Игорь не были врагами. Им нужна была моя тайна, я не собиралась с ней расставаться.

Нет! Ничего необычного, кроме того, что планета оказалась почти идеальной с точки зрения выживания. Ну, так и не такие встречались.

Нет, ни с чем удивительным не сталкивались. К чему сталкиваться, если все вокруг было удивительным?!

Тимка?! А что в нем странного? Звереныш как звереныш. Существо непуганое, любопытное. Когда поняли, что наша пища отравой для него не станет, начали прикармливать. Привязался еще сильнее, особенно к Рауле.

Как попал на катер?! В этом месте я хохотала. До слез из глаз, до прикушенной губы, до сжатых кулаков. Таласки, когда первый раз увидел, побледнел. Почувствовать эмоции не мог, не научились еще передавать на такие расстояния, но и их демонстрации ему хватило. Знал меня слишком хорошо, я после «смерти» на Таркане держалась, а тут…

И ведь не играла, просто отходила от произошедшего.

А вот Шторм повторил вопрос. Закалка посильнее, но я ничего другого от него и не ожидала.

Отвечала я ему, забыв про уважительное отношение к возрасту и чинам. И о том, как наткнулись на наземную базу древних, как я пыталась установить контакт с Хранителем, предположив, что он может там оказаться.

Как разбирались в управлении, в надежде найти навигационные карты сектора. Вернуться обратно стало практически навязчивой идеей.

Как начался обратный отсчет, когда ненароком активировали систему самоуничтожения. Руки бы оторвала самой себе, но… поздно. А вот тогда других вариантов не было, только действовать методом «научного тыка».

Как взлетали, молясь всем богам.

Как попали под воздействие неизвестного нам оружия, которое тут же «положило» ИИ.

Как уходили в ручном режиме…

Шторм на экране выглядел бесстрастным, но, когда меня особенно «заносило», допрос прерывал, давая возможность прийти в себя.

Вот во время одного из таких срывов у меня и мелькнула картинка перед глазами. Было это очень давно, мы тогда с Иваром только приглядывались друг к другу.

Происходило все в притоне Тадеуса, праздновали очередную удачу. Заказ был из тех, что дают один шанс на тысячу, но… мы его выполнили и вернулись. Все!

Нанимали нас через цепочку посредников, Тосор в ней был последним. Про груз ничего не известно, но по тому, что неприятности начались еще до того, как мы его забрали, в контейнере было что-то очень серьезное. Пункт назначения…

Воспоминание отдалось холодком по позвоночнику. Пунктом назначения был тот самый Штанмар, мирную жизнь которого прервал упавший астероид.

В тот момент, когда до меня «дошло», я стояла в коридоре и «смотрела» в пустоту. Вряд ли одно имело отношение к другому, но название пострадавшей планеты, вклинившееся в цепочку событий, случайностью не воспринималось. Как и отказ системы контроля и раннего предупреждения. Оставалось понять, имел ли к этому отношение Союз или опять разыгралась моя паранойя.

— Таши?

Рауле встретился мне очень не вовремя. Сил, чтобы скрыть свое шокирующее открытие, у меня не было. Все, что я могла, списать на последствия неприятного разговора с полковником.

Вот только… вряд ли Камил мне поверил. Продолжал смотреть вслед, пока я не скрылась в своей каюте.

Поднять архивы было делом нескольких минут. Но даже они показались мне слишком долгими. Кадры прошлого мелькали на дисплее планшета, возвращая к тем дням.

Вот я выплясываю вместе с Дарилом заводной местный танец. Юбка подлетает высоко, открывая колени, бедра, полоску кружевного белья. Команда вольных, расположившихся по соседству, смотрит с нескрываемым вожделением, но даже не дергается в нашу сторону. Знают, что мальчики только этого и ждут.

Хорошая драка — лучшая разрядка после тяжелого полета.

Вот Стас, подхватив меня на руки, несет по лабиринту коридоров на улицу, проветриться. Следом идет Тарас, выговаривая, что не стоит так дразнить изголодавшихся в космосе мужиков.

Я с ним соглашаюсь, но вино (это было до встречи с отцом Дарила, так что вино я тогда еще пила) мутит разум, заставляя тут же забыть о собственных обещаниях.

Меня выносят на стоянку каров, ставят на ноги. С неба падает то ли дождь, то ли снег — не понять. Ангел снимает китель, заматывает меня в него, прижимая к себе, но холод довольно быстро покрывает тело мурашками, вынуждая зубы отбивать чечетку.

Я канючу, что все осознала и исправлюсь, Стас и Тарас смеются, но продолжают удерживать меня на улице. Я ною, что заболею и умру, и тогда они останутся без своего капитана. Стас еще улыбается, а вот ангел, резко развернув меня к себе, одаривает таким взглядом, что возникает желание спрятать лицо на его груди, лишь бы не видеть. Но я продолжаю смотреть, понимая, что только что довела своего первого пилота до едва контролируемого бешенства.

Мгновенно протрезвевший мозг пытается выдать версию, но Тарас объясняется сам. Коротко, но настолько жестко, что я помню те слова, словно их выжгли в моей памяти.

— Не смей… никогда… говорить… о своей смерти!

Тогда я и заметила их, выходящих из приземлившегося кара. Тадеус и еще двое. Одного я никогда до этого не видела, а вот лицо второго показалось смутно знакомым.

Он успел отвернуться раньше, чем я смогла его узнать.

Разговор с Тарасом не оставил и следа от мимолетной встречи, общение со Штормом помогло вспомнить. Теперь я знала и кого благодарить за свои проблемы и… как нам найти Ивара и Шахина.

Уже за одно это Славу стоило поблагодарить.

Допросы прекратились, когда Дарил, без предупреждения зайдя в мою каюту, застал меня с импульсником в руке.

Стреляться я не собиралась, даже мысли не было, просто проверяла уровень заряда, но демон тут же устроил такой скандал, связавшись с отцом, что нас немедленно оставили в покое. Меня уложили в постель, напичкали успокоительными и, в качестве компенсации за все доставленные неприятности, выдали Тимку.

Спорить с мальчиками я не стала, объяснять, что вполне способна держать себя в руках, — тоже. Лежать на моем любимом истханском шелке, разглядывать завитки сельвинских кружев да поглаживать скалящегося от удовольствия зайца было значительно интереснее, чем гадать, что ждет нас на «Танталионе».

Если бы я знала… Тогда я еще ни о чем не знала, потому и не жалела, что не осталась на втором Харабе.

История 3

Корона кангора

Карантинного блока мы избежали. За сутки до «Танталиона» нас встретил санитарный бот. Со всеми проверками они уложились в рекордные двенадцать часов, вынеся свой вердикт — безопасны. Касалось это не только экипажа, но и Тимки, который вел себя на удивление покладисто. Видно, понимал, от кого зависела его дальнейшая судьба.

Почему медики так торопились, стало ясно, как только они нас покинули. Впрочем, появление перехватчика Вана Хилда мы не пропустили, просто не ожидали, что Таласки не станет дожидаться нашего возвращения на базу, а нагрянет в гости сам. Заявился он не один, а с командой спецов, тут же кинувшихся потрошить систему.

Ехидно улыбаться я не стала, по «официальной» версии, которую подтвердили и приблудные медики, я все еще находилась в состоянии стресса. Так что обращаться со мной нужно было нежно и бережно, о чем я и объявила своим мальчикам.

Пришлось Дарилу, Тарасу, Костасу и Рауле принимать удар на себя. Загадывать, кто раньше сдастся: Таласки или они, я не стала. Готова была поставить на кон свое собственное везение, что не успеем мы добраться до базы, как Игорь начнет проклинать то мгновение, когда решил с нами связаться.

Оставив ребят развлекаться, я забрала зайца и вернулась к себе в каюту. Только закрыв дверь, сообразила, что для ускорения процесса нужно было оставить Камилу нашего лохматого питомца. Он теперь уже на законных основаниях получил статус домашнего животного и хозяина в лице самаринянина.

Мысль о том, чтобы пожалеть майора, у меня даже не мелькнула. После Хараба-2 ни ему, ни всей той братии, благодаря которой «Зверь» попал под «Пульсар», на мою покладистость рассчитывать не стоило.

Это была не злость. Усталость? Отчаяние? Осознание, что все происходящее — результат принятых мною же решений и желание отыграться за них на тех, кто меня к ним подталкивал? Понимание, что я не пешка в чужой игре — песчинка в водовороте событий?

Ответа не было, лишь желание забиться в щель, пытаясь собрать себя заново.

Такой возможности мне не оставили.

Игорь пришел молить о пощаде уже через час. Выглядел… помятым. Я его капитуляцию не приняла, сослалась на Стаса, запретившего мне волноваться.

Майор понял все, смотрел на меня, как незаслуженно обиженная собачонка. Даже попытался погладить Тимку, добиваясь его расположения. Я едва успела поймать оскалившегося зайца, тот посчитал подобное поведение проявлением панибратства, которое дозволялось лишь мне и Камилу.

Догадавшись, что задобрить меня не удастся, Таласки побрел обратно в рубку, а я взялась за планшет.

Увы, разобрать скопившуюся почту, которой набралось немало, мне не удалось, помешал Рауле. Я только и успела — увидеть подтверждение усыновления Юла, который к своему полному имени — Юлиан — получил фамилию Орлов, да поздравление от отца. Тот, похоже, не сомневался, что я найдусь, написал, когда мы только начали осваиваться на втором Харабе.

Старший Орлов вообще очень лояльно отнесся к моему желанию обзавестись взрослым сыном, чему я была слегка удивлена. Но потом поняла, он просто с уважением принял то, что было для меня важно. Искандер, кстати, тоже.

Камил вошел решительно, но, сделав лишь шаг, вдруг остановился, словно лишился уверенности. Это было что-то новенькое, с таким Рауле я еще не встречалась.

— Ты за Тимкой? — невинно поинтересовалась я, прижимая зайца к себе покрепче.

Не нужно было быть Джессикой, чтобы сообразить, зачем Рауле появился в моей каюте. Хотел поговорить. И о чем именно, тоже секретом для меня не являлось, не зря же не захотел откладывать общение до нашей посадки. Знала даже то, кто подтолкнул его к откровенности, — хоть и «страдала» от нервного срыва, но все происходящее на моем корабле отслеживала. Их с Артуром беседа была длительной и велась по защищенному каналу.

— Нет! — словно «очнувшись», произнес он, скосив глаза на кресло. — Доложиться.

— Это ты про Таласки? — протянула я, давая понять, что заинтересовалась таким началом.

Тот неожиданно улыбнулся. Представляю, что творилось в рубке, если Камил так отреагировал.

— У тебя хороший экипаж.

Я приподняла бровь, уточняя, все ли это, что он собирался мне сказать. Продолжения повествования о том, как пятеро взрослых и вполне себе ответственных мужчин занимались тем, что всячески пытались оградить меня от проблем, я не услышала. Игорь, хоть и казалось, что играет на другой стороне, тоже защищал меня. Как и Шторм, изводивший не очень приятными вопросами.

Вроде как испытание. Если им не удастся заставить меня говорить, остальным рассчитывать не на что.

— Предлагаешь рассмотреть твою кандидатуру на место Дарила? — наивно хлопнула я ресницами, радушным жестом предлагая ему присесть.

Камил словно и не заметил.

— Мы с Артуром ровесники, но похожи не только этим. На Иар мы попали тоже в одно время. Он, тогда еще будущий знаменитый хозяин базы Тандор, и я, совершенно незаметный беженец с одной из окраинных планет Союза.

— И оба — свободные воины.

Я специально использовала малоупотребительное название рыцарей внешней разведки. Слышала его в шейханате Приама, вспомнилось весьма кстати. Именовать вещи своими именами в данном случае мне не хотелось.

— Да, — как-то слишком легко согласился он. — Только тогда мы мало что друг о друге знали, просто поселились неподалеку, бывали в одних заведениях. Я получил юридическое образование, так что быстро нашел себе работу: у торговца — старха, Рауле.

— У которого был сын твоего возраста — Камил, — продолжила я, чтобы меньше было похоже на исповедь. У самой грешков хватало, чтобы отпускать их другим.

— Хороший парень, — кивнул он. И добавил, после короткой паузы: — Был. Погиб спустя год во время беспорядков. Вместе с отцом. Меня тогда серьезно ранило, когда нашли, кто-то надел мне найденный рядом личный комм. Так и получилось, что в госпитале, куда попал, записали как Камила Рауле, подданного империи стархов. Чип я уже вживил позже, когда изъявил желание отправиться на родину.

— Чужую родину, — поправила я его. С тем же намерением, что и раньше.

Рауле спорить не стал.

— На чужую родину. На свою я возвращаться к тому времени уже не собирался.

А вот это уже было интересно! Если я не ошибалась, меня ждали весьма неожиданные факты из жизни самаринян.

Чем я заслужила такое доверие, догадаться было несложно — Хараб. Он, хоть и отказался от мира, давшего ему жизнь, свою ответственность перед ним продолжал чувствовать. Или не перед ним, а перед потомками, будущее которых станет еще более непредсказуемым, если технологии древних попадут не в те руки.

Осознанный выбор: честь и… честь.

— Я сразу почувствовал в Артуре сильного ментата и сообразил, что он не тот, за кого себя выдает. Сначала даже думал, что его появление рядом со мной не случайно. Хорошо, что торопить события не стал, решил понаблюдать.

— Убить? — уточнила я, что он подразумевал под фразой: «торопить события».

Он на вопрос не ответил, просто продолжил:

— Догадался бы, что он — скайл, постарался бы держаться подальше. Но сейчас благодарен своей богине, что она не открыла мне глаза сразу. А когда это произошло, было уже поздно что-либо менять.

Тимка заворочался на моих коленях, прося отпустить — все-таки своим хозяином он признал Рауле. Но заяц к Камилу не пошел, облюбовал кресло, свернувшись в его углу и смешно замотавшись в собственные уши. Я уже заметила, что спать он предпочитал именно так.

— А чем вам скайлы не угодили? — полюбопытствовала я, когда мы обменялись умильными взглядами. Касались они нашего приблудного питомца.

Вовремя тот оказался у нас на корабле, без него было бы тяжелее.

Рауле от ответа не ушел, хоть и понимал, что вполне мог умолчать о некоторых секретах если и не своей расы, то — культа.

— Ментальные блоки, которые выстраиваются во время обучения жреца. Табу и догмы, которые не разрушить. Из двух кругов посвящения я был на первом уровне высшего, когда покинул Самаринию. Пройди я еще четыре, наставник допустил бы меня к Великой Тайне Тайраши. Но подобного прозрения можно достичь лишь годам к пятидесяти, а мне было всего двадцать пять, когда Артур совершенно случайно взломал защиту. Я тогда чуть с ума не сошел. То, что я видел, слышал, заставляло пересматривать устоявшиеся взгляды.

— Ты хочешь сказать…

Закончить вопрос он мне не дал, продолжил сам.

— Это как фильтры: информация воспринимается, сохраняется, но не обрабатывается. Выстроенное мировоззрение имеет настолько жесткую структуру, что привнести в него извне ничего нельзя. При этом внешне — полная адаптивность к окружению. Но это не игра, а созданная искусственная личность, которая не оказывает ни малейшего влияния на основную. Потом она сбрасывается, и никаких следов, словно и не было.

— А Артур разрушил броню.

Рауле улыбнулся.

— Образно, но верно. Не понимая, что со мной происходит, он пытался мне помочь, но делал только хуже. Невероятно, как ему в голову пришло запереть меня на несколько дней в темной комнате! Только это и спасло. Отсутствие внешних раздражителей позволило сознанию разобраться с нагромождением противоречивых фактов, которые на него свалились. Когда я вышел из нее — жрецом уже не был. Вернись я на Самаринию, мне грозила бы смерть, я же хотел не просто жить, я хотел…

— Всего и сразу, — усмехнулась я, вспоминая свое состояние, когда Дарил предложил мне патент перевозчицы и корабль, о котором я могла только мечтать.

Я чувствовала себя практически Богом, который может все. На мое счастье, я очень быстро поняла, что именно прилагается к ощущению всемогущества. Ответственность за все, что ты сотворишь.

— Ты права: все и сразу. Вот тогда Артур и предложил мне помочь выстроить ему будущую империю Шорна. Я согласился, знал, ради чего это затевается.

— А потом были беспорядки…

Рауле посмотрел на Тимку и кивнул.

— Артур нашел меня в госпитале и предложил оставить все, как есть. Убедил, что став стархом я смогу принести больше пользы, чем, будучи помощником вольного. Так и получилось. Когда я вернулся на Таркан, мне предложили подучиться, а потом направили в службу розыска.

— Все остальное я знаю.

Он улыбнулся, с благодарностью. За то, что не стала вытягивать из него подробности.

— Побратимами мы стали уже позже, но это уже другая история.

Рауле развернулся резко, посчитав, что наш разговор окончен. В принципе я была с ним согласна. Почти.

— Что будет, если на Самаринии узнают, что ты не погиб?

Камил не оглянулся.

— Я буду жить до тех пор, пока несколько чистокровных жриц не родят от меня сыновей. Но, как ты понимаешь, жизнью это считать будет трудно.

Тимка поднял одно ухо, открыл глаз, глядя на меня.

Вряд ли хотел о чем-то предупредить, скорее, ждал моего приговора. Поздно, судить Рауле я не собиралась.

— Передай Таласки, что я знаю, кто из делегации встречался с Тадеусом.

А вот теперь Камил не удержался от того, чтобы повернуться ко мне.

— Решила взять их измором?

Я довольно усмехнулась, такой Рауле мне нравился больше.

— Я назову имя не раньше, чем увижу отца. Так что у них есть время подумать, что они готовы предложить взамен.

Камил замер на мгновение, обдумывая мои слова, потом попросил, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Я почти забыла, где именно он служил последние двадцать лет.

— Когда отправишься в отпуск, возьмешь меня с собой?

Ответить я ничего не успела. Игорь опять умолял о пощаде.

* * *

Мы садились последними, после «Корвета», перехватчика Вана Хилда и разведчика Индарса.

Внешние захваты, шлюз, ангар…

Нас уже ждали. Когда я спускалась по трапу — мальчики скромно кучковались за моей спиной, собравшаяся толпа встречающих гудела. Слов было не разобрать, но они были и ни к чему. Достаточно улыбок, доброжелательных взглядов, легких прикосновений, ударов по плечу, от которых не всегда было просто устоять на ногах.

Добраться до Стелькова, который пробивался со стороны своего корабля, оказалось еще той задачкой. Не примись за дело Дарил с ангелом, мы бы с ним так и не встретились. Долю нашего триумфа получил и он, как-никак, а отправился на поиски и вернулся с добычей.

— Дай я тебя обниму, пока адмирал не видит! — ехидно промурлыкал Виталий, прижимая меня к себе. Мог и не говорить тихо, все равно рев стоял такой, что никто бы и не услышал.

— Шантажировать будешь? — в тех же интонациях проворковала я, намекая, что этого лучше не делать. О чем говорил Стельков, было понятно и без уточнений. И он, и Аронов слышали мои признания на Штанмаре. Связать одно с другим для них труда не составляло.

— Я что, на самоубийцу похож? — улыбнулся он довольно, отпуская меня. — Я рад, что ты выбралась. Без тебя здесь было скучно.

В его искренности я не сомневалась, если только в смысле слова «скучно» в его понимании. Наш пусть и временный, но статус пропавших без вести вряд ли положительно сказался на настроении, царившем на базе. Служба была молодой, потерь еще не несла… Я невольно поморщилась: рано или поздно, но ситуация изменится. Лучше бы — поздно.

— Я тоже рада, что мы выбрались, — только и успела произнести я, попадая в следующие объятия. Это был Александр, о котором я только и успела вспомнить.

— Пить будем?

Я сделала вид, что задумалась, но быстро сообразила, что вопрос прозвучал несколько странно.

— Хочешь сказать…

Он подмигнул.

— Свои связи. Приказ еще не зачитывали, но мы уже командиры мобильных групп. В группе — три звена. Так что готовься примерить новые нашивки, к должности прилагается и звание.

Я фыркнула. Все, как я и прогнозировала. Вот только… в душе не было даже отголоска удовлетворения. Еще бы месяц тому назад…

Портить праздник остальным я не собиралась. Лишь уточнила.

— Ты потому и не вернулся на «Кушнар»?

— Есть еще кое-что…

Договорить он не успел, сменив непрекращающийся гул, наступила подозрительная тишина. Если я не ошибалась, в ангаре появилось начальство.

О том, что права, стало понятно через пару минут, когда расступившиеся вояки пропустили Шмалькова и Шторма. Ни отца, ни Искандера с ними не было.

Было над чем задуматься. Кажется, встретиться нам предстояло за закрытыми дверями. Выглядело это вполне разумно. Кто его знает, что от меня можно ожидать после «нервного» срыва.

— Господин каперанг…

Тот сгреб меня в охапку, выдавив из легких остатки воздуха. Даже слезы на глазах выступили.

Хотелось съязвить, что все норовят меня облапать, но не командиру же базы об этом говорить.

— Молодец! Наслышан о твоих подвигах. Был уверен, что найдешь дорожку домой, но чтобы так…

Я тяжело вздохнула. Знал бы он… Лучше ему ничего не знать.

— А у меня был выбор? — демонстрируя задор, вскинула я голову. Чуть стушевалась, заметив понимание в его глазах.

Кого я пыталась обмануть?! Шмалькова?! С его-то прошлым?!

Вопреки ожиданиям, ответил он серьезно:

— Вот так всегда и действуй. Считай, что твой единственный выбор — победить.

Уточнять, а как быть с ценой за подобные решения, я не стала. Пусть будет так, как есть.

— Отец здесь?

Вместо ответа каперанг кивнул, потом повел взглядом, оценивая количество желающих со мной пообщаться. Спасая, объявил громко:

— Мероприятия по торжественной встрече переносятся на девятнадцать нуль-нуль. Всех свободных от дежурств ждет сытный ужин и не ограниченные по времени разговоры. — Переждав одобрительный гул, добавил: — А сейчас, пользуясь своим служебным положением, я забираю капитана Орлову с собой. Но… — он поднял руку, требуя тишины, — оставляю на ваше растерзание ее экипаж.

Покидала я ангар, под смешки и пожелания продержаться до вечера. Они были правы, задача не из легких. Сели мы рано утром по корабельному времени.

Пока шли, оглянулась я лишь раз, посмотреть на Дарила, который вместо меня остался за старшего. Тот растерянным не выглядел, Тарас, стоявший рядом с ним и доказывающий что-то Аронову, — тоже.

— А куда дели Таласки и Рауле? — поинтересовалась я, когда мы вышли в коридор, обрамляющий посадочную палубу.

Мой вопрос Шмальков опять оставил без ответа. Подошел к лифтовой шахте, прижал комм к гнезду считывателя. Когда створа двери открылась, пропустил меня первой, но следом не вошел.

— Тебя ждут.

Меня, действительно, ждали. Когда я переступила порог его кабинета-каюты, Искандер даже не шевельнулся. Смотрел на меня в упор, но словно и не видел.

Жуткое зрелище и хорошая иллюстрация к пониманию истиной сущности скайлов. Невозмутимость на грани полного безразличия. Не лицо — маска.

Меня подобное уже давно не беспокоило, привыкла. Смутило другое — я его не ощущала. Ни его, ни ментальных барьеров, которые раньше воспринимала как преграду, осязаемую едва ли не физически.

Искать причину пока не собиралась, хоть и мелькнула мысль о том, что не зря мне Рауле рассказал о своем прошлом. Ассоциации жрец — скайл и Хранитель — я — скайл выглядели неоднозначными, но навязчивыми.

— Я вернулась…

Я сделала шаг первой, машинально отметив, как беззвучно закрылась дверь за моей спиной.

Все, что было важным еще мгновение назад, отступило, стало бессмысленным. Остались лишь его руки, которые касались меня, то с невообразимой осторожностью, то со страстью, граничащей с одержимостью. Его губы, жар которых заставлял отступать усталость и воспоминания. Его глаза, в которых я видела скрытый за облегчением страх.

Любовь делала слабых сильными, а сильных… уязвимыми. Я об этом знала уже давно, он… узнал, встретив меня.

Но сейчас это не имело значения. Мы были вдвоем, все остальное могло и подождать.

Возвращаться в реальный мир после безумия, в котором мы вновь искали друг друга, было тяжело. Заново учиться мыслить не образами, не застывшими мгновениями, в которых сознание запечатлевало переплетенные тела, пытающиеся слиться воедино, смятые простыни, разбросанные по полу, креслам мундиры, меняющиеся цифры на табло, а категориями долга и необходимости.

— Уже пора? — Я лежала, положив голову ему на плечо, потому и почувствовала сквозь дрему, как он зашевелился, пытаясь встать, не разбудив меня.

— Нет, отдыхай. — Искандер коснулся губами моего виска, укрыл плотнее покрывалом. — У нас еще целый час.

«И будет лучше, если ни о чем серьезном мы в течение него говорить не будем», — продолжила я про себя то, о чем он предпочел промолчать.

Вот только я так не считала. Таласки, рассчитывая на мое снисхождение, поделился последними новостями. О временном перемирии Индарса и Искандера тоже упомянул. Весьма скептически.

— Когда ты возвращаешься на Таркан?

Вопроса он не ожидал. Не вздрогнул, но едва заметно напрягся. У меня теперь на такие вещи глаз был наметан.

А ведь должен был почувствовать еще до того, как я начала формулировать возникшую вдруг мысль!

Еще одна загадка, словно их было мало в последнее время. Но эта требовала особого внимания. Что-то было не так, а я очень не любила, когда чего-то не понимала.

— Мы возвращаемся, — поправил он меня, открывая дверь, ведущую в гигиенический отсек. — Делегация Союза прибывает через восемь дней. Вылетаем послезавтра.

Уточнять, кто именно — мы, было бессмысленно, он уже скрылся за закрывшейся створой.

Подниматься вслед за ним я не стала, поваляться на постели, которая еще хранила его тепло и запах, было приятно. Понимание, что хотя бы вот сейчас, пусть и недолго, но я могу просто лежать, ощущая лишь мягкую ткань и легкость в теле, добавляло жизни какого-то нового, непривычного для меня смысла.

И ведь не сказать, что жила монашкой последние семь стандартов до встречи с Искандером, но именно он привнес в мое существование иную значимость.

Или… я буквально «споткнулась» о вынырнувшее из сознания объяснение. Или он просто первым заговорил о семье. Той самой семье, о которой я, запрещая себе, но продолжала мечтать.

Я, муж, дети, отец…

Когда он вернулся в спальню, уже в брюках и майке, теперь я предпочла ускользнуть, не дав ему шанса произнести ни слова. Разговаривать о службе, замотанной в простыню и продолжая хранить на своем теле следы нашей страсти, казалось мне кощунственным.

Обжигающе холодные струи, сменившие теплый душ, слегка отрезвили, позволяя оперировать не только эмоциями.

Прежде чем выйти, я последовала его примеру, частично оделась.

— О нас в Управлении знают?

Искандер стоял ко мне спиной, разливая по чашкам кофе из фарфорового кофейника. Запах свежей выпечки щекотал ноздри, напоминая про голод.

И когда только успел?

— Нет! — Он не обернулся, только сдвинулся, предлагая мне присесть в кресло, рядом с которым он и находился. — Оповещены лишь главы секторов.

— Были уверены, что я вспомню?

Я не стала капризничать. Застегнув наглухо китель, устроилась у стола. Прихватив с плетеной корзинки приглянувшуюся булочку, сделала первый глоток.

Кофе я так и не полюбила, но этот был хорош.

— Вариантов было несколько. — Искандер, взяв чашку, отошел к кровати. Сел на самый краешек, чтобы видеть меня. — На случай, если вы не выберетесь, мы приготовили дублера.

— Рассчитывали, что выдаст себя?

Скайл усмехнулся, давая понять, что на наивные вопросы отвечать не намерен.

— Но мы выбрались. — Я сделала вид, что не заметила его ехидства. — Я — вспомнила, и даже готова предоставить запись. Но ты все равно тащишь меня на Таркан.

Он не отвел взгляда, выдержав мою насмешку.

Мы не виделись всего лишь месяц, а я уже почти забыла, что его отстраненная холодность не является признаком равнодушия. Просто, он был другим. Если я собиралась провести рядом с ним всю свою оставшуюся жизнь, мне стоило об этом помнить.

Странно, но еще недавно, я этим вопросом даже не задавалась.

— Мы пробудем в Управлении пару дней. Нас ждет кангор, тебя — звание литара. Этот вопрос согласован, все главы секторов признали, что официальное мероприятие пойдет на пользу имиджу Службы внешних границ.

— А-а-а! — протянула я, поднимаясь. Кофе больше не казался сладким. Злиться было бесполезно, большая политика, демоны ее задери! Но оставаться спокойной не получалось. — Ты забыл добавить, что замуж я буду выходить в новом звании и должности.

Местью это назвать было трудно, выглядело скорее мелочной придиркой, но хотя бы сумела удивить и оставить последнее слово за собой. Запищавший на его комме вызов закончил наш разговор.

* * *

— Вот, значит, как!

Шторм промолчал, когда я назвала имя предателя. Так же, оставаясь незаметным, просмотрел запись из моего архива. Отделался восклицанием, лишь когда экран замерцал — я остановила на моменте встречи. Остальное им видеть не стоило.

А вот черты лица Искандера в тот момент, когда Тарас прижимал меня к себе, довольно отчетливо заострились. Я боялась ошибиться, мы были знакомы уже год, однако о некоторых сторонах его характера мне оставалось только догадываться, но его реакция была похожа на ревность. Интересно, как бы он отреагировал на мою просьбу к ангелу меня поцеловать, что следовала дальше? Наутро я уже ничего не помнила, но свидетельство того, как обвила его шею руками, не отпуская от себя, осталось.

Прежде чем все собрались в кабинете Шмалькова — на этом настояла я, не хотела невольно коситься на дверь спальни, разговаривала с отцом. Считала, что он должен узнать обо всем первым. Тот, о ком шла речь, имел к нам некоторое отношение.

Лично для меня знакомство с ним стало судьбоносным.

— Кажется, мне удалось тебя удивить? — с усмешкой уточнила я у Славы, заслужив внимательный взгляд Таласки.

Рауле, стоявший рядом с креслом, в котором я сидела, коснулся ладонью плеча. Словно предупреждая.

Поздно. Злость душила, сметая доводы разума. Общение с Искандером, потом беседа то ли с отцом, то ли с генералом Орловым, я так и не сумела с этим разобраться. Теперь это сборище.

Восемь стандартов, которые прошли с момента последней встречи со Штормом, пролетели слишком быстро.

— Он был среди кандидатов, та игра в заложника не очистила его от подозрений. Если ты об этом, — улыбнулся мне Слава. Судя по выражению его лица, он считал, что мы счет сравняли.

— Ну, теперь хоть понятно, почему я получила трепку, — продолжая насмешливо кривить губы, произнесла я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Своим вмешательством разрушила и ваши замыслы, и их. А что было по плану дальше?

Я заметила, как отец на мгновение опустил голову, а Игорь с Искандером переглянулись.

Угадала правильно.

Легче от этого мне не стало, ту вахту я помнила до сих пор. Самый молодой помощник капитана патрульного крейсера…

Мне пророчили славное будущее — все изменила даже не ошибка, личное понимание происходящего.

Когда нарушитель появился в зоне нашей ответственности, решение я принимала на свой страх и риск. Действовать мне запретили, сославшись на неопытность — капитан был на поверхности, его жена рожала.

Приказ я нарушила, вывела контрабандиста прямо на сторожевики, которые шли на перехват из других секторов.

Взяли мы его малой кровью. Вот только на борту оказался высокопоставленный пленник — офицер для особых поручений Штаба Объединенного Космического флота. Тогда он был в чине капитана третьего ранга.

Для меня итог этой операции оказался плачевным — речь шла о лишении меня крыльев. Потом были сомнения: стоит или нет обращаться к отцу за помощью, рапорт и билет на первый попавшийся пассажирский корабль, который шел в столицу сектора демонов.

Теперь эта ситуация выглядела совершенно иначе. Меня провоцировали на определенные действия, я на провокации «купилась».

— Мы упустили тебя на Земле, потом потеряли на Ярлтоне, — ответил все тот же Шторм, отдуваясь за остальных.

Или это была его операция, проваленная в тот момент, когда я, распрощавшись с нашивками, рванула к демонам? Он не знал, что уже тогда это был мой любимый способ зализывать раны — в одиночестве сбегать куда-нибудь подальше.

— А если бы не упустили и не потеряли?

Мне уже давно стоило замолчать, но осознание собственной безнаказанности добавляло наглости.

— Предложили бы службу в контрразведке, — опередив Славу, ответил отец. — У тебя был соответствующий потенциал.

— А хочу я того или нет…

Прозвучало это… по-детски. Да и наказывать за то, за что уже простила, было глупо.

— Я могу быть свободна? — уже иным тоном уточнила я, воспользовавшись тем, что на комм пришло очередное сообщение. Похоже, опять от Дарила, тот уже несколько раз спрашивал, не нужна ли мне помощь.

И кажется, совершенно серьезно спрашивал.

— Да, капитан-лейтенант, — откликнулся Искандер, — вы можете быть свободны. Мы вас и так задержали.

Добралась я до своего логова на чистом упрямстве и понимании, что должна довести свою роль до конца. Ребята, собравшиеся сейчас в столовой, не были виноваты в том, что я оказалась не в то время и не в том месте. Они просто радовались нашему возвращению, они хотели ощутить на себе отблеск удачи, которая привела нас обратно.

Ради того, чтобы они продолжали верить в благосклонность судьбы, я должна была вновь заткнуть собственные расшалившиеся эмоции и забыть о том, как отец, не состоявшийся пока муж, парочка друзей, командир и один очень неприятный для меня тип сейчас в очередной раз разыгрывали мою карту.

Я была несправедлива — поступая в академию, сама выбирала свою судьбу. Но тогда у меня еще не было семи лет перевозчицей!

— Я так и знал! — Дарил появился за спиной настолько неожиданно, что я едва не вскрикнула.

Был не один, рядом остановились Александр с Виталием. Не дав мне продемонстрировать удивления, демон уверенным жестом приложил мою ладонь к сканеру замка, аккуратно втолкнул в каюту, едва створа двери отошла достаточно для этого.

Капитаны «Призрака» и «Корвета» вошли следом.

— Где Тарас? — поинтересовалась я, не решившись спросить, что у нас еще случилось.

— Отвлекает внимание, — хмыкнул Стельков. — Он у тебя талант.

Я улыбнулась. Упоминания об ангеле оказалось достаточно, чтобы если и не успокоить меня, так хотя бы утихомирить.

— Ты переодевайся и слушай. — В отличие от меня, мой пока еще помощник с каждым мгновением только сильнее зверел.

Требовать разъяснений я не стала, просто последовала его предложению. Если Дарил говорил таким тоном, стоило прислушаться.

Оставив дверь в небольшую спальню приоткрытой, я достала из шкафа новый комплект формы. Бросив его на постель, начала раздеваться.

— О том, что ты отправляешься к скайлам, уже знаешь?

— Знаю, — ответила я Аронову, надевая чистую футболку. Плотная ткань приятно облегала тело, создавая ощущение свежести. Белье обладало высокими абсорбирующими свойствами, вода частенько была для нас недосягаемой роскошью, а после ионного душа только и помнил, что чистый. — Официальная версия — ритуал награждения.

Про вопрос о моем замужестве, которое тоже будет обсуждаться в кангорате, я предпочла промолчать. Дарил и так догадается, а этой парочке лишние проблемы ни к чему.

— Не только, — продолжил Саша, заставив меня слегка напрячься. Сюрпризов за неполные сутки набралось столько, что впору искать, где переждать надвигающуюся бурю. — В течение тридцати дней мы, как будущие командиры групп, должны пройти переподготовку. Часть обучения на крейсере скайлов, часть — на их наземной базе.

Я выглянула из-за двери, показывая свое недоверие.

— Откуда такие известия?

Аронов улыбнулся, как мартовский кошак.

— Амуры-муры, — фыркнул он довольно, но тут же вновь вернул серьезный тон. — Сведения точные, приказ будет зачитан на утреннем построении.

— Экипажи остаются здесь? — Затянув застежки ботинок, я подхватила китель и вышла из спальни.

Мальчики излишнюю скромность демонстрировать не стали, юношескую озабоченность — тоже.

— Здесь, — подтвердил Аронов то, что было и так понятно. — У них своя программа. Под новую структуру меняют систему званий, добавляя нам приставку «лидер». По весьма надежным слухам, подобная реорганизация ожидает и пограничников.

Я кивнула, но думала о своем. Был во всем, что я сегодня узнала, какой-то подвох. В чем именно он состоял, догадаться я пока не могла, слишком разрозненными казались сведения.

— Я полечу с тобой.

Задумавшись, я упустила из вида Дарила. Когда он заговорил, для меня это стало неожиданностью. Очень приятной неожиданностью. Что бы ни ждало меня впереди, поблизости будет тот, на кого я могу рассчитывать безоговорочно. А если вспомнить о его папеньке, тенью маячившим за его спиной… с мнением демона будут считаться.

— Собираешься решить все до утра? — Я тут же сообразила, о каком варианте он говорит.

А вот Саша с Виталием смотрели с непониманием. Что ж, нам тоже было чем их удивить.

— Решу! — жестко произнес он, демонстрируя клыки. И для капитанов пояснил: — Мне предложили должность координатора от демонов, я намерен согласиться.

Интересно, с каких это пор он перестал доверять Искандеру? Задавать этот вопрос я не собиралась, но избежать его не удалось.

— Считаешь, ей, — Аронов кивнул на меня, — грозит опасность?

— Считаю, — откликнулся демон, чем опять меня удивил, — что мне стоит быть рядом. Если для этого придется пощекотать кое-кому нервы, я это сделаю.

Странно, но именно эти слова успокоили меня окончательно, заставляя отступить тот подспудный страх, что уже давно обосновался в моей душе. Мы могли не называться экипажем, но, чтобы ни случилось, мы им останемся.

Навсегда.

Ни один самый высокоуровневый хатч не мог изменить этого факта.

* * *

Что-то влажное и холодное тыкалось, тыкалось… В лицо, ладонь, опять в лицо…

Не хватало чего-то совсем крошечного, чтобы догадаться, вырываясь из навязчивой круговерти из лиц, событий, впечатлений, смешавшейся в один калейдоскоп.

Резкий, в ультразвук, визг сирены заставил вскочить с кровати, но, прежде чем я бросилась в рубку, меня ловко перехватили.

— Извини, капитан. — Рауле из последних сил пытался сдержать хохот, получалось у него плохо. — Но другого способа разбудить тебя мы не придумали.

Я посмотрела на Камила, Дарила, тоже скалящегося во все свои… сколько их там, у демонов, на Тимку, который наблюдал за мной с явно человеческим интересом. Надо будет не забыть провести ликбез, чтобы не спалился со своим слишком разумным взглядом.

— Сколько до построения? — нахмурилась я, пытаясь вспомнить последние мгновения перед тем, как заснула. Беспокоило меня не то, как я оказалась в собственной каюте, а кто меня переодевал.

Кроме излишней тяги к алкоголю у меня была еще одна версия излишней забывчивости. Судя по иронии в глазах Дарила, именно его мне стоило поблагодарить за отдых. Не скажу, что он был идеальным, — видно, я начала привыкать к вину демонов, но значительно лучше, чем я опасалась.

— Еще три часа, — улыбнулся Рауле. — Перенесли на десять.

— Чтобы мы не смущали начальство помятыми физиономиями, — съязвила я, возвращаясь на кровать. Тимка тут же пристроился рядом.

Вчерашний вечер удался. Сначала, правда, всех смущало присутствие Шмалькова и Шторма, но они недолго радовали нас своим присутствием. Сказав все необходимые слова, приказав вахтенным проследить за порядком, покинули отсек. Искандер с отцом в столовой так и не появились.

Спиртное на столах было — легкое тарканское вино, от которого и захмелеть-то было сложно. А если учесть количество бутылок и собравшуюся ораву, так вообще было похоже на праздник в детском саду.

К чести нашей братии, было весело и все практически в трезвом состоянии. Шутки, смех, анекдоты. Мы рассказывали о собственных приключениях, о многом умалчивая, остальное — значительно приукрашивая. С нами делились местными байками. Каперанг и адмирал в этих рассказах выглядели ошалевшими от проблем. Слава и Игорь, то шебутными, то загадочными, а отец — монументальным и полным спокойной уверенности.

Оставалось надеяться, что запись вечеринки не велась, а то многим было бы не избежать гауптвахты. За дискредитацию старших по званию.

Ближе к ночной вахте начали разбиваться на группки и расходиться. О службе никто не забывал.

Вот тогда мы тремя экипажами, прихватив с собой и Вана Хилда, перебазировались в наш закуток. Потом появились Рауле и Таласки. Потом… я уже ничего не помнила.

— Только не говори, что ты тоже летишь с нами? — устроившись поудобнее на поднятой выше подушке, посмотрела я на Камила.

— Ты ведь не про Таркан? — приподняв многозначительно бровь, ответил он вопросом на вопрос.

Сделав вид, что продолжение меня не интересует, я повернулась к Дарилу, тот подпирал переборку у самой двери.

— Договорился?

Демон дернул плечом, словно выказывая обиду. Демонстративно хлопать ресничками, радуя его своей мнимой наивностью, я не стала. Не до игр. Дарил мой настрой ощутил, заговорил уже серьезно.

— На место помощника я рекомендовал Тараса, отец со мной согласился, Искандер, кстати, тоже. Валечка идет первым пилотом, мой племянник — вторым. Если, конечно, ты одобришь.

Думала я недолго, новая расстановка меня полностью устраивала. Я опасалась, что новый демон в моем экипаже сразу будет претендовать на кресло Дарила, но тот правильно сообразил, что я буду недовольна. И ангел, и Веласке должны были получить свой шанс на повышение.

Дождавшись моего кивка, он продолжил:

— Я официально включен в состав делегации в кангорат и… — Он сделал короткую паузу, но я даже не напряглась. Сюрпризы ждала, но не те, которые заставили бы тревожиться. Демон понял, что охов и ахов не последует, несколько огорченно закончил: — По требованию отца назначен твоим телохранителем.

Зря я не охала, удивить он меня сумел.

— И за что мне такая милость?

Мое любопытство удовлетворил не он — Рауле.

— Корона кангора. Кто похитил артефакт известно, а вот кто вывез из кангората — нет.

Я ухмыльнулась.

— Опять на живца?

Дарил качнул головой.

— Искандер был готов поклясться, что опасности для тебя нет, но у Рауле нашлись доводы, против которых у адмирала не оказалось аргументов.

Витиевато, но суть понятна. Пока я восстанавливала силы, эта парочка воевала за право последовать за мной к скайлам. Пора было поздравлять их с победой, но я не торопилась. Дарил больше не являлся моим помощником, хвалить теперь будет он, а не его. Камил же в моей поддержке не нуждался.

— А что по моей последней просьбе?

Рауле тут же сделал стойку, но я махнула рукой, мол, расслабься.

Тянуть с ответом Дарил не стал. Знал, насколько для меня это важно.

— Юла заберет крейсер, на котором появится мой родич. Тестовые задания, которые мы отправили, приемную комиссию академии полностью удовлетворили. За физподготовку я не беспокоюсь, сдаст без проблем. Считай, что он уже курсант.

Я не ожидала, что именно эта новость окончательно выбьет меня из колеи. На глазах выступили слезы, в горле защекотало, от сдерживаемых рыданий.

Вот тебе и невозмутимый капитан перехватчика, как меня вчера называли!

— А почему не на Земле?

Вопрос Камила мгновенно вернул самообладание. И ведь коротким «Так надо», — не отделаешься. Был бы чужим, вообще бы промолчала, а раз свой — теперь уже свой, придется отвечать. И неизвестно кому: ему или себе.

— Не хочу, чтобы у них был дополнительный рычаг влияния на меня.

Тот думал пару секунд, потом медленно кивнул, словно до последнего сомневался в моей правоте.

Он не ошибся, я и сама не была уверена в своем решении. Одно успокаивало, между Союзом и империей демонов был договор об обмене курсантами. Юлиан попадал под эту программу, так что проблем в будущем у него не предвиделось.

Я еще собиралась уточнить у Дарила подробности, во мне начала просыпаться материнская скрупулезность, но поговорить больше не удалось. Наше сборище прервало пришедшее на комм сообщение. Артур просил аудиенции.

Откладывать разговор с Шорном далее было некуда, пришлось выгонять ребят и идти умываться. Тимка покидать каюту отказался, что меня нисколько не огорчило. Его присутствие добавляло уверенности и создавало ощущение защищенности. Было ясно, что неспроста, я лишь пока не понимала причины.

Артур подошел минут через двадцать, я уже была полностью одета. Даже если разговор затянется, переодеваться не придется. Построение объявили торжественным, пришлось облачаться в парадный мундир. Цвет тот же — черный, но нашивки и кант не серые, а белоснежные.

Выглядел хозяин Тандора не то уставшим, не то потерянным. В душе всколыхнулось чувство вины, которое, несмотря на все усилия, утихомирить не удалось. Объяснять самой себе, что со своими проблемами, если такие вдруг возникнут, он справится и сам, оказалось бесполезно.

Мое состояние он заметил, тут же обнадеживающе улыбнулся.

— «Зверя» заберешь? — Я решила, что деловой тон скорее позволит нам справиться с неловкостью.

— Ты сомневалась? — с легкой обидой ответил Шорн, приняв мою манеру разговора.

Вот только я успела заметить тень облегчения, мелькнувшую на его лице. Похоже, он опасался моих претензий. Рауле, о котором он рассказал ребятам, но не мне, был для этого весомым поводом.

— Нет, — хмыкнула я. — Но корабль вроде как теперь принадлежит Тарасу.

Артур закатил глаза — у меня научился, словно говоря, что с нами не соскучишься.

Про мое желание подарить «Зверя» ангелу он узнал первым, следовательно, учудил что-то мой новоявленный помощник.

Подтверждение не заставило себя ждать.

— Он сказал, что не будет торопиться оформлять передачу. Посмотрит, как будут развиваться события.

Я прошлась по каюте, принимала я Шорна в кабинете, решив, что в спальне гостей было уже достаточно.

В поведении Тараса ничего не настораживало: он предпочитал заботиться о других, но тяжело воспринимал внимание к своей персоне. Но горечь все равно осталась. Он понял, что я начала раздавать долги, потому и отказался от корабля.

Рано или поздно, но «Зверь» ему достанется. Жизнь растащит нас тем или иным способом, пусть и не сможет поставить жирную точку в нашей дружбе. Но быть не экипажем — семьей, или всего лишь знать, что ты — здесь, а остальные где-то там…

Хорошо еще, если в одной Галактике…

Я обернулась к устроившемуся в кресле Тимке. Тот тут же приподнял мордочку, посмотрев на меня, будто отвечая на не заданный мною вопрос.

Кем же ты был, зверек, созданный Хранителем остатков прошлого древней расы?!

— Это не важно, что он говорит, — жестко отрезала я, слегка удивив Артура. Представляю, как бы он изумился, узнай, о чем я только что думала. — Я своего решения не изменю.

— А «Легенда»? — невинно поинтересовался Шорн.

Мы говорили не о том, что нас обоих тревожило. Но беседовать об этом было проще.

— «Легенда» принадлежит мне. Так есть и будет! — ответила я с улыбкой. Но она тут же померкла. Тянуть дальше не стоило. Для наших с ним нервов. — Ты хотел меня о чем-то предупредить?

Тот удивляться моей проницательности не стал. Да и не скрывал он от меня своей озабоченности, в отличие от брата, продолжавшего демонстрировать свою бесстрастность.

Я мысленно усмехнулась, если бы Искандер вчера не сбросил маску, я не знала бы, о чем и думать…

Если бы не сбросил маску…

Кажется, у меня появилась новая проблема. Если я не ошибалась, то связь между мной и мужем вновь ослабла. Вряд ли причиной было расстояние, скорее уж столкновение с чем-то, сумевшим ее разрушить.

Версия у меня была одна — Хранитель. Ментальные способности Артура сумели уничтожить блоки Рауле, а ИР древних — наши.

Оставалось выяснить, чем это грозило мне и почему об этом умолчал Искандер.

— Хотел. — Шорн не заметил моего смятения. Мне уже давно пришлось научиться скрывать свои эмоции. — Не все в окружении кангора довольны твоим появлением рядом с братом.

Стоило признать, с этой точки зрения на будущее путешествие я не смотрела.

— Это может мне чем-то грозить?

— Может. — Артур тоже посмотрел на Тимку, чуть прикрыл глаза, словно в чем-то пытаясь убедиться. Сплошные загадки с этими ментатами. И спрашивать бесполезно, на некоторые вопросы они просто не отвечают. — Наши женщины не столь хрупки, как это считается за пределами кангората. Они не могут покидать своих планет, они значительно уступают в ментальной силе мужчинам, но это не делает их слабыми. Особенно когда они жаждут чего-либо добиться.

— Или кого-либо, — поправила я его. — Хочешь сказать, что мне стоит приглядывать за Искандером, чтобы не увели.

Артур шутливого тона не принял.

— Провокации — самое невинное, чего стоит ожидать. Особенно теперь.

— Это ты про разорванную связь?

Насладиться видом ошарашенного Шорна мне не пришлось — прозвучал сигнал общего построения.

Время за разговором пролетело незаметно.

* * *

Юл стоял напротив меня и плакал. Без слов, не издавая ни единого звука, только вздрагивали плечи. А мы с отцом смотрели и не знали, как ему помочь. Как помочь себе. Я сама едва сдерживала слезы, а у бесстрашного и невозмутимого генерала Орлова дрожал подбородок.

О том, что приходится теперь мне сыном, Юлиан узнал после торжественного построения.

До сих пор не решенный юридический казус позволил оформить документы без участия мальчишки. Но не без помощи Дарила, отца и Искандера.

Когда я вытащила Юла с Иара, никаких документов у моего будущего юнги не было. Кто и откуда его родители, он не знал, сколько себя помнил, его всегда звали юлой, отсюда и имя. Проверка ДНК результатов не дала, ничего близкого ни в одной из баз, доступ к которым «случайно» оказался у Костаса, не нашлось.

Во Вселенной его просто не существовало, я, дав ему свою фамилию, лишь свела воедино де-факто и де-юре.

То, что ему было почти семнадцать, а мне — только тридцать два, после протекции столь влиятельных лиц, никого не смутило. Потом еще двое — Джессика и Данкин Уэлри (лорд и леди, играющие не последнюю роль во взаимоотношениях со свободной колонией, названной Новой Землей), поручились, что я способна воспитать пусть и великовозрастного, но ребенка, и меня признали усыновителем, а Юлиана Орлова — подданным Галактического Союза.

Разговор с сыном я откладывала до последнего, все пыталась настроиться, найти нужные слова, чтобы не принял это как жалость, ощутил, что мое решение — веление сердца. Когда почувствовала, что дальше тянуть некуда, просто назначила время. Для себя.

Выслушав поздравления с присвоением очередного звания и морокой в виде новой должности, я сослалась на неотложные дела и, прихватив мальчишку за шиворот, притащила к себе в каюту. Тот трепыхался, не понимая, чего я от него хочу, но был вынужден смириться. Уже знал, что со мной иногда лучше не спорить.

Спустя минут пять пришел отец. Нас теперь было трое, пусть один еще и не догадывался об этом.

Встретил Юл генерала настороженно, на его мордашке промелькнуло удивление, но он опять справился с чувствами.

Вот что значит наша школа!

В этот момент я этому не радовалась, буквально видела, как рвутся рыдания из его груди.

— Если ты захочешь отказаться…

Он имел на это право. Уже шестнадцать — достаточно взрослый, чтобы потребовать себе другого опекуна. Документы теперь имелись — вместе с ними он получил и возможность выбора, как дальше жить.

— Нет! — закричал он вдруг, захлебываясь слезами.

Навстречу друг другу мы шагнули одновременно.

Ростом Юл был уже выше меня, к груди не прижмешь, но можно позволить спрятать лицо у себя в волосах, толкнуться хлюпающим носом в шею и просто гладить по склоненной к тебе голове, шепча прямо в ухо слова, которыми когда-то успокаивала меня мама.

Бессмысленные глупости, но как же мне их не хватало все эти годы!

Юла колотило, сквозь рыдания, исповедью, прорывалось:

— Хотел… не верил… мечтал… боялся… бросите…

Сколько же ему пришлось пережить!

— Не бросим!

Спокойный голос старшего Орлова заставил Юла вздрогнуть и отступить, выдрав себя из моих объятий.

Мужчины! То, что не удалось мне, одной фразой сумел сделать отец.

Словно подтверждая мое мнение, новоявленный дед показал обретенному внуку на кресло. Прежде чем принять приглашение, Юл посмотрел на меня. Парня разрывали эмоции.

Он раньше времени стал взрослым и самостоятельным, но сейчас ему хотелось тепла. Того самого, которое я ему своим поступком пообещала.

Улыбнувшись сквозь проступающие слезы, я усадила мальчишку в кресло, сама пристроилась на подлокотнике. Пусть привыкает.

— Ты отправляешься с нами на Таркан, а оттуда к демонам, на Ярлтон.

Юл попытался вскинуться, даже забыл о смущении, которое демонстрировал, пытаясь от меня отодвинуться, но отец уже продолжал:

— Тебя условно внесли в списки кадетов технической военно-космической академии. Нужно только сдать физподготовку и пройти собеседование.

Сын… Да — сын, приняла я это легко, ничто внутри меня не противилось его новому статусу. Сын посмотрел на меня, спросил, все еще срывающимся голосом.

— Я тесты проходил для этого?

Взлохматив ему волосы — до чего же это оказалось приятно, я подтвердила:

— Да. Мы с Дарилом решили сделать тебе сюрприз. Костас как-то сказал, что ты интересовался условиями поступления. Вот мы и подсуетились.

Юл вновь попытался встать.

— Я должен сказать Дарилу спасибо.

Мы с отцом переглянулись. Мальчик знал, что такое признательность. Повод гордиться сыном.

Я им и гордилось. Мне оказалось для этого достаточно одной причины — в том мире, где он жил до встречи с нами, подонком Юл не стал.

— Еще успеешь, — подошел к нему отец, коснулся ладонью плеча. Ему тоже нужно было свыкнуться с мыслью, что у него есть внук. — Побудь с матерью, мы с тобой еще успеем наговориться.

Он уже подошел к двери, когда Юл спросил:

— Как мне вас называть?

Я заметила, как напрягся генерал. Но ответил спокойно:

— Не сможешь дедом, зови Николаем Сергеевичем. — Он резко обернулся. Взгляд твердый, не оставляющий сомнений. — Но всегда помни: ты — мой внук. А она, — он кивнул на меня, — твоя мать. И где бы ты ни был, мы будем думать о тебе и беспокоиться.

С последствиями его заявления пришлось разбираться мне. Только после этих слов Юл окончательно осознал, что все это не жестокий розыгрыш.

Он плакал, всхлипывая по-детски, цеплялся за меня, словно боясь, что я исчезну. Пытался успокоиться, отодвинуться, но тогда уже я удерживала его рядом с собой, позволяя вместе со слезами избавиться от накопившейся в его душе горечи.

Затих он не скоро. Просто в какой-то момент коснулся губами моей ладони и поднялся с пола, где устроился, прижавшись к моим ногам. Встать с кресла, чтобы его остановить, я не успела.

— А Искандер примет меня?

Я догадывалась, что быть матерью взрослого сына непросто, но надеялась, что осознаю это не так быстро.

— Он тебя уже принял. — Скрывать от Юла роль адмирала в этой истории я не стала. — Я советовалась с ним, он же помогал мне оформить документы.

Вопреки ожиданиям, мой ответ его не удовлетворил.

— Он будет моим отцом?

Этот вопрос меня и саму интересовал, но на эту тему я с каниром предпочла не разговаривать.

— Я еще не знаю, будет ли он моим мужем.

Юл оценил мою честность, мне же предстояло испытать на себе его настойчивость.

— Искандер нормальный мужик, но он нам чужой!

Я улыбнулась — Юлиану не стоило видеть, насколько смутили меня эти слова, но в душе от его прямолинейности стало не по себе.

Это было ужасно, но сын был прав. Вся проблема моих взаимоотношений с Искадером была в том, что он продолжал оставаться чужим. Не по расе, для меня этот факт никогда не создавал сложностей, достаточно посмотреть на собранный экипаж.

Дело было в ином. Игорь сумел стать своим среди моих мальчиков, Рауле вошел в круг, внутри которого доверие было безоговорочным, а вот Искандер…

Его уважали, принимали из-за чувств ко мне, но продолжали держать на расстоянии.

От понимания этого стало больно. Я знала, что пожелай скайл изменить ситуацию, так бы и произошло. Но… все было так, как и сказал Юл.

Мы разговаривали еще долго и обо всем, о чем не приходилось говорить раньше. О прошлом, настоящем, будущем. Вспоминали, мечтали, пытаясь каждым сказанным словом выстроить наш с ним новый мир.

Когда он уходил — меня ждали Стельков и Аронов, — так же, как чуть раньше отец, на мгновение замер у двери.

Я надеялась, что он назовет меня мамой, но… этого чуда не случилось — не наступило еще время. Но и того, что он произнес, хватило, чтобы судорожно вздохнуть от болезненного, но такого приятного ощущения.

— Я всегда буду думать о тебе и беспокоиться.

Мой совсем юный сын был уже мужчиной.

* * *

— Оценка риска — пятьдесят два процента. Выполнение задачи не зачтено. У вас есть последняя попытка.

Я, далеко не в первый раз за последние пару часов, стиснула зубы, чтобы не выругаться. Увы, порадовать себя парой крепких фраз не могла. Другие нравы, иные законы… Скайлы предпочитали эмоциональную сдержанность, приходилось соответствовать.

Наша подготовка, как командиров мобильных групп, началась еще по пути на Таркан. Согласовывали программу, осваивались с тренажерами, знакомились с наставниками. Первый этап обучения носил больше теоретический характер, так что проходил дистанционно.

Исключение составляли занятия по тактике боя в составе групп кораблей малого и среднего класса. Вел их скайл, как выяснилось позже, друг Искандера, аркон щитоносца, на котором мы покинули «Танталион». Одного из тех, что тайно участвовали в сопровождении конвоя.

Из довольно многочисленной делегации, которой затем предстояло посетить кангорат, на кораблях скайлов раньше бывали только отец и Таласки. Но использовать их в качестве экскурсоводов не удалось, дальше жилой и смотровой палубы их никуда не допускали. Мне, Стелькову и Аронову повезло больше, мы добрались до тренировочной.

Но наиболее удачливым оказался Юл. Не знаю, что и кому хотел доказать Искандер, но приставил к сыну сопровождающего, с которым тот и пропадал, пока я была занята. А занята я была практически все время.

— Да, дакири Дарис, — вытянулась я, чувствуя, как горят щеки.

О том, что быть перевозчицей было легче, я в последнее время вспоминала слишком часто.

Аркон, больше похожий на статую, чем на живое существо, дождался, когда я вновь сяду в пилот-ложемент тренажера, и активировал программу.

О его присутствии я забыла уже через мгновение. Задание было прежним, но вот игровая ситуация новая, заниматься самобичеванием некогда. Как и оглянуться на Сашку и Виталия, которые сидели справа и слева от меня. До сих пор их результаты были не лучше моих.

Звено — четыре перехватчика. Торговец и сопровождающий его малый крейсер. У вольных два модифицированных дальних разведчика — копия «Зверя» и корабль классом повыше, на мой запрос система выдала, что информации о возможном вооружении нет.

В принципе соотношение сил не носило драматического оттенка, но основным условием выполнения была именно оценка риска для гражданского корабля. Она должна была составлять не более тридцати процентов по легким повреждениям.

— Адмирал в зале! — донеслось до меня, но я даже не шелохнулась. Нас это не касалось.

Искандер остановился за моей спиной. Дарис не заставил себя ждать.

Так и стояли молча, пока не раздался сигнал — мое время истекло.

Поднявшись, я приветствовала Искандера, как-никак, а глава Службы, хоть почти и муж, потом отступила в сторону — ждать результата. Стельков и Аронов закончили сразу после меня и тоже встали, не смея даже посмотреть в нашу сторону. Порядки на щитоносце были строгие, если не сказать — жесткие.

— Капитан Аронов — двадцать восемь. Лучший показатель — двадцать шесть. Задание зачтено. Доступ к архиву открыт, свои ошибки разберете самостоятельно, доложите на следующем занятии.

Я прямо-таки почувствовала, как Сашка вздохнул с облегчением. У него, как и у меня, это была последняя, третья попытка.

А капитан щитоносца продолжил, все тем же, равнодушно-безразличным голосом.

— Капитан Стельков — тридцать два. Повтор завтра, в четырнадцать ноль-ноль.

Я напряглась. Меня Дарис оставил напоследок, чтобы прочувствовала. Первые пару дней я пыталась с ним спорить, теперь из меня делали «идеального» командира группы.

Это была не моя формулировка — его.

После этих слов, произнесенных в присутствии Искандера, тот посмотрел на меня с жалостью. Кажется, это называлось — влипла.

— Капитан Орлова — двадцать четыре. Лучший показатель по вашему раскладу — двадцать семь. — Воспрянуть духом я не успела. — Вы разбираете ошибки своего предшественника, доступ к архиву вам открыт.

Прыгать от радости, что справилась, я тоже не стала. Малейшее проявление эмоций, и в самое ближайшее время будешь вспоминать эти мгновения с проклятиями. В понимании скайлов невозмутимость была одним из главных качеств, необходимых командиру.

Получив разрешение покинуть тренировочный зал, мы, с каменными лицами, на которых как раз эта невозмутимость и застыла, вышли в коридор. Тот оказался пуст, чем я и воспользовалась. Произнести вслух я ничего не осмелилась, но по губам ребята поняли все, что я хотела сказать. Судя по тому, что возражений не последовало, они были со мной согласны.

— Капитан Орлова! — Дарис возник за моей спиной, как черт из табакерки. Но самым неприятным было не это, а то, что неизвестно, чего от него ждать. — В качестве дисциплинарного взыскания я ставлю вам два дополнительных занятия.

Моего ответа он не дождался, просто развернулся и пошел в противоположную сторону.

Понятно, что до своей каюты я добралась не в самом лучшем настроении. Хорошо еще, и Виталий и Александр не изводили разговорами, понимали, что и сами могли оказаться на моем месте.

До ужина, на который я идти не хотела, но должна была хотя бы из-за Юла, оставалось чуть больше часа. Только передохнуть, да посмотреть, что нам поставили в вечерний блок.

Начала я с последнего. Дариса там не было, что несколько утешало — не буду мучиться кошмарами. Сбежать от тревожных сновидений к Искандеру я бы не отказалась, но на территории щитоносца действовали законы кангората. До тех пор пока я не произнесу брачные клятвы, провести ночь вместе мы с ним не имели права. Так объяснил свою холодность канир. Я его версию приняла… как повод поразмыслить над нашим ближайшим будущим. Интуиция нашептывала, что это — подвох, но я не могла сообразить, в чем он.

Чтобы хоть немного отвлечься, подключила комм, дала запрос на выход во внешнюю сеть. Костас обещал подсобрать информацию о незнакомце, который был с Тадеусом и офицером Союза в тот вечер, когда я их случайно заметила. Называли его Асханом. Я сначала думала, что имя, Костас поправил — прозвище. Из приамского пантеона богов. Этот отвечал за возмездие.

Возникающие ассоциации выглядели нетривиально.

В почте было два сообщения. Одно, как я и предполагала, от моего хакера-навигатора. Второе помечено символом — адресат неизвестен.

Будь я со «своими», прежде чем вскрыть, обязательно бы проверила. В нашем деле осторожность всегда была превыше всего. Но сейчас… Искать Дарила или, на худой конец, Рауле, желания не было. У демона и своих хлопот хватало, должность координатора только на словах выглядела прозаично. Не знаю, как мой друг, а я была уверена — очень скоро он начнет проситься обратно. У нас, кажется, спокойнее.

Сомнения были недолгими, легкое прикосновение к дисплею и текст сообщения проявился на экране, который я активировала машинально.

Четыре строчки. В первой и третьей — цепочки ДНК. Одна — настоящая, другая… именно по ней на Таркане пытались опознать курьера айо, роль которого мне пришлось исполнять.

Во второй — формула. В последней — предложение не появляться в кангорате.

Нужный код я набрала не глядя.

Камил и Игорь появились одновременно, не прошло и пяти минут. Признаться честно, я и сама испугалась собственного голоса.

— Что это? — Таласки вряд ли был силен в генетике и незаконных химических соединениях, но должен был догадаться, к чему именно относится увиденное.

А вот Рауле вопросы задавать не стал, просто ждал объяснений. Тимка, который, похоже, увязался за ним сам, тоже.

— Я не уверена… — начала я, надеясь, что ошибаюсь.

— Что это? — Уже жестче повторил Игорь. Нет, не Игорь — майор Таласки.

Я еще не забыла допросы после Хараба-2. Да только с тех пор многое изменилось. Хотя бы то, что мы с ним теперь были в одном звании.

Во всех моих рассуждениях было лишь одно «но». Это мне нужна была его помощь.

— Формула препарата для изменения кода ДНК. Стоит не меньше, чем незабвенный «Пульсар». Не опознается, относится к разряду долгоиграющих.

— История с айо? — небрежно уточнил Камил, спустив нашего домашнего питомца на пол. Сам подошел ближе, словно боялся упустить подробности.

— Да. Когда мы вытаскивали невесту Гарбушина, использовали другой.

— Я должен доложить генералу. И мне нужен твой комм, пусть спецы покопаются.

Чем дольше говорил Игорь, тем выразительнее становилось недоумение на моем лице. Он что, посчитал, что я собираюсь поднимать шумиху?!

В отличие от Таласки, Камил глупых предложений не делал.

— Всю информацию о тебе служба розыска передала гвардейцам императора. От них утечка произойти не могла.

— Но произошла, — твердо заметила я, сделав вид, что не услышала Игоря.

Тому этой мелочи хватило, чтобы сделать правильные выводы. Посвящать отца в новые проблемы я не собиралась. Искандера — тоже. Это было, как символ постоянства: мы вместе, но… каждый сам по себе. Хотя бы до тех пор, пока не станет невмоготу.

— У меня есть идея получше, — произнес Таласки, переведя взгляд с Рауле на меня. — Если подробности не могли уйти из окружения Индарса, то за Синтара мы поручиться не можем.

Его «мы» настроения мне не подняло, но слегка успокоило, Игорь принял условия игры.

— Он настаивает на моем браке с каниром, по его требованию мы отправляемся в кангорат…

Я собиралась привести еще парочку аргументов, но была вынуждена замолчать. Теперь уже майор смотрел на меня скептически.

— Я могу тебе без подготовки выдать полдюжины версий. Начиная с той, что твой Искандер — выгодная партия, о чем ты до сих пор даже задумываться не хочешь, и заканчивая пресловутой короной кангора, в возвращении которой ты принимала активное участие. Любая из этих причин должна была заставить нашего таинственного противника внимательно следить за твоей судьбой.

— Пока ты была далеко от кангората, — подхватил Камил, соглашаясь с Таласки, — опасности не представляла. Либо представляла, но не ту.

Насмешливо усмехнувшись, я подхватила на руки Тимку. Игорь, задумавшись, протянул руку, чтобы погладить, но звереныш тут же продемонстрировал ряд острых зубов.

Общий язык с Таласки они так и не нашли.

Я погладила пушистика между ушами и только затем произнесла то, что собиралась сказать:

— Зная обо мне такие подробности, сложно не просчитать дальнейшие действия.

Игорь, на которого выпад Тимки не произвел никакого впечатления, подумав минуту, собирался кивнуть, но, уже склоняя голову, резко прервал жест.

— Это кто-то из скайлов!

Теперь был наш с Рауле черед размышлять. Первым согласился Камил. Еще раз посмотрел на экран, окинул меня оценивающим взглядом.

— И маловероятно, что мужчина. Несмотря на сложность в поиске таких данных, выглядит дилетантством.

В ответ на заявление жреца хотелось хмыкнуть, но я не торопилась — вспомнила слова Артура. А ведь он меня предупреждал! Да только я его слова восприняла без должного пиетета, вот и не ожидала, что они начнут становиться реальностью еще до того, как я доберусь до кангората.

— И что будем делать? — вяло поинтересовалась я, наблюдая за происходящей на моих глазах метаморфозой: Таласки и Рауле уже разрабатывали сценарий новой игры.

На фоне этой плотоядно улыбающейся парочки, Тимка выглядел безобидным травоядным.

— Ужинать, — подмигнул мне Игорь. И добавил, уже серьезнее: — Этого сообщения будет достаточно, чтобы избавить тебя от кангората. Так что…

Договорить я ему не дала.

— Я свяжусь с Костасом, вдруг что удастся вытянуть. И…

Замолчала я сама. Что такое доверие, они знали не хуже меня.

* * *

Пребывание на Таркане оставило двоякое впечатление. С одной стороны, оно было слишком коротким, чтобы успеть озвереть окончательно, с другой… событий оказалось так много, что все происходящее стало напоминать хатч. Только и успевай выискивать иной смысл, кроме того, что на поверхности, давать оценку, находить место для нового в мозаике уже известного.

Принятие же решений я вообще отложила до лучших времен, надеялась, что пока будем лететь в кангорат — разберусь.

Началось все с племянника Дарила. Имя у него было довольно приятным — Рустам, да и сам он не вызывал отторжения. Чем-то похожий на моего теперь уже бывшего помощника, он располагал к себе озорством, которого не скрывала даже необходимость держаться серьезно — взгляд у него был бесшабашным, а улыбка — капельку насмешливой.

Улыбался он даже тогда, когда я на тренажере устраивала ему очередную вводную.

Что ж… Пилотировал он не хуже Валечки, оставалось выяснить, как поведет себя в настоящем бою.

Признав, что отец Дарила подобрал хорошую замену своему сыну, радоваться я не торопилась. Мой экипаж менялся. Это было неизбежно, но болезненно.

А потом была встреча делегации Союза. Мое появление в Большом зале Управления прошло практически незамеченным. Один из множества каптри, ничего более. Шторм попросил пройти мимо опознанного мною генерала, но сделать вид, что я его не узнала.

Спорить со Славой не хотелось — были у меня виды на него, да и причин не видела. Насколько поняла, Шторм собирался продолжить разыгрывать его карту, потому предпочел слегка успокоить. Наша встреча должна была оказаться для него неожиданной, но закончиться приятным сюрпризом. Насколько это усыпит бдительность любителя нечестных кредитов, им только предстояло узнать, но надеялись на лучшее. Вряд ли он работал один, теперь у них появлялась возможность проследить цепочку.

О том, что у меня есть второй ее кончик, ни Таласки, ни Шторм, ни даже отец, не знали. Я собиралась заняться им сама. Отпуск мне был все еще положен.

— О чем задумалась?

Индарс оказался рядом слишком быстро. Только что сидел в кресле у камина. Ну а я и правда была сегодня рассеянной. Или… чувствовала себя здесь в безопасности, в чем не стыдилась признаваться.

— О превратностях судьбы, — улыбнулась я ему, невольно оглянувшись на окно.

Где-то там, внизу, гулял Искандер, ожидая, когда закончится мой разговор с императором стархов. Отказать тому адмирал не смог — или не захотел.

О наших с ним проблемах он тоже предпочитал молчать. Я же не заикалась о том, что все знаю. Будущая семейная жизнь грозила быть весьма своеобразной.

— Мне передали твои отчеты с планеты.

Я кивнула. Прежде чем отправить информацию по Харабу-2 главам секторов участников коалиции, отец показал запись мне. Трое из четверых знали меня достаточно, чтобы заподозрить обман.

Хандорс, я была в этом уверена, будет пытаться узнать подробности у сына. Напрасно, Дарилу была известна цена сведениям, которые мы скрыли.

Синтар… Что предпримет кангор, предугадать было сложно, но я рассчитывала разобраться и с этим вопросом, время у меня для этого было. Оставался Индарс. Едва ли не самый опасный из них. Хотя бы тем, что не раз играл со мной.

— На самом деле все было не так красиво, — грустно усмехнулась я. — Не хочется вспоминать.

Он понимающе улыбнулся.

— Я так и не заслужил твоего доверия?

Своего изумления я скрывать не стала.

— Это что-то новенькое в наших отношениях!

Его смех был столь же неожиданным, как и слова.

— Ты впервые заговорила об отношениях. И это буквально за считаные дни до того, как стать женой другого.

Еще один сюрприз. Такой открытости я даже предположить не могла.

Упоминание о предстоящем замужестве испортило настроение. Ощущение от происходящего было странным.

Искандер не был похож на себя прежнего, продолжая от меня отдаляться.

Сын назвал канира чужим.

Кто-то очень не хотел, чтобы я появлялась в кангорате, а событие, о котором говорил старх, с каждым днем становилось все ближе.

— Ты позвал меня, чтобы поговорить об этом? — резче, чем стоило, отрезала я, тут же наткнувшись на задумчивый взгляд императора.

Кажется, не желая того, я дала ему пищу для размышлений.

— У тебя какие-то планы на эту планету?

Проницательность Индарса уже давно обросла легендами, удивляться его догадливости не стоило. Пытаться отвертеться, когда он уже напал на след — тоже. Лучше уж заручиться поддержкой. Свое слово император предпочитал держать.

— Я еще ничего не знаю, — максимально честно ответила я, ощущая потребность что-нибудь разбить.

Как ни парадоксально, но в его кабинете, я чувствовала себя довольно свободно. Да и он равнодушно воспринимал очередную уничтоженную мною вазу. Индарс всегда считал, что у меня должно быть место, где я могу позволить себе немного ярости.

Когда-то ему удалось убедить меня, что эта комната может стать такой отдушиной.

— Но ты не хочешь, чтобы я ею интересовался, — не спрашивая — утверждая, откликнулся он на мое заявление.

— Скажем, так, — осторожно начала я, проклиная те самые игры, которые не позволяли мне прямо сказать, чего я добиваюсь, — я не хотела бы со своими планами влезть в сферу твоих интересов.

Пока я говорила, Индарс смотрел на меня так, как я совсем недавно на Тимку. Вроде и взгляд невинный, и выглядит безобидно, а что-то подсказывает, что связываться не стоит.

— Мне доложили, что ты подарила «Зверя» Тарасу, — будто невпопад произнес он.

Я же насторожилась. Старх был слишком близко.

— У меня есть опасения, что он уйдет вслед за Дарилом.

Я не лгала даже в мыслях. Если только недоговаривала.

— Ты могла не отпускать! — Тон старха был жестким.

Ассоциации, параллели… Все напоминало тонкий весенний лед, по которому мы шли.

Навстречу друг другу?!

— Не могла, — тяжело вздохнула я. — Он вырос, настала пора улетать.

Кулак пронесся мимо меня, впечатался в стену. Но Индарс даже не поморщился.

— Опять только о них! А о себе?!

Мне оставалось надеяться, что его рев не слышен внизу.

— А они — обо мне, — скорее холодно, чем спокойно, ответила я.

Наши встречи с Индарсом стали слишком напряженными, с этим пора было заканчивать.

Насколько я ошиблась, убедилась спустя мгновение.

— Я приказал уничтожить записи с разведчика. Не знаю, что ты собираешься там провернуть и что от меня скрываешь, но на планету я претендовать не буду. Могу поклясться, если так не поверишь. Но…

Я сдерживала дыхание, пока он говорил, боясь спугнуть момент, когда он больше не был императором, а я… а я верила каждому его слову. Но в конце выдержка меня подвела.

— Но?

— Она не должна попасть в сферу интересов скайлов, демонов или Союза.

— Я не понимаю тебя! — качнула я головой, пытаясь осознать сказанное.

Если это была игра, то по своей непредсказуемости она превосходила все, с чем я сталкивалась до этого. Если — искренность, то я к ней оказалась не готова.

— Я сам не понимаю себя, — шагнул он ко мне, заставляя отступить к стене. — Прости, но это…

Договаривать он не стал.

Поцелуй был коротким и отдавал горечью прощания. Будь по-другому, я бы не позволила ему коснуться моих губ.

— Ты выбрала лучший способ обезопасить себя… — произнес он и отступил, не позволив мне возразить резким жестом.

Наш разговор на этом не закончился, но я продолжала помнить именно эту фразу, чувствуя себя последней тварью. Чувства не выбирают, кого и когда настичь, кому подарить разделенную любовь, а кого оставить страдать в одиночестве.

Не было моей вины в том, что я не ответила Индарсу взаимностью. Если только пользовалась его отношением.

Эта мысль преследовала меня все последние сутки на Таркане, отравляя существование. Она и ощущение совершенной ошибки, которую уже невозможно исправить.

На вопрос, кого или чего она касалась, мне только предстояло ответить. Но сейчас, стоя у большого экрана смотровой палубы щитоносца и наблюдая, как растворяется в сверкающей звездами тьме точка столичной планеты стархов, я помнила только о ней.

И о нем, заставившем меня еще раз осознать боль потери.

* * *

— Ты выбрала лучший способ обезопасить себя. — Наташа попыталась возразить, но Индарс остановил ее резким жестом. — Я уверен, что ты даже не задумывалась об этом.

В ответ на слова императора Таши смутилась, но не отвела взгляда, ждала продолжения.

Индарс медлить не стал, Искандер не мог запретить ему встретиться с капитаном, сумевшим вернуть корабль на базу после сбитого прыжка, но ограничил по времени. Внешне не придраться — мероприятия в рамках программы, предусмотренной для прибывшей делегации Союза.

Старх знал, что именно предстоит его несостоявшейся возлюбленной, но ни предостеречь, ни потребовать исключить ее участие — не мог. Таши была подданной чужой империи, она была офицером Службы, кодекс которой подписывал и он.

— Имеющая ребенка женщина не может войти в мой гарем. Это древние правила, не мне их нарушать.

— Но…

Индарс опять прервал ее:

— В то время когда их принимали, понятия усыновления не было. Формально юноша — твой сын.

Она поморщилась, как от боли.

— Почему-то я не чувствую себя победившей.

— А вот я проигравшим, — да…

Воспоминания о том вечере были для старха неприятны, но он, не желая того, вновь и вновь возвращался к ним.

Искандер привез ее сам, но во дворец не вошел, предпочел прогулку в парке. Он и два телохранителя. После едва не удавшегося покушения количество охраны адмирал так и не увеличил, хоть и кангор, и он, император, настаивали на этом.

В чем-то был прав: если подпустить врага настолько близко, сколько бы их ни было, не уберегут. Только игра на опережение, только первым нанести удар. Других вариантов выжить в их мире не было.

Но не выказать свою озабоченность он не мог. У них вроде как все еще продолжалось перемирие.

В кабинет облаченную в новенькую форму Таши привел верный. По знаку исчез за дверью, оставил их одних. Вопреки всем написанным чужой кровью законам, не рекомендовавшим подобную беспечность.

Индарсу было все равно. Он даже допустить не мог, что при их разговоре будет присутствовать кто-то еще. Пусть и незримый.

Нашивки капитана третьего ранга, как и сам мундир, казались чуждыми, выглядели барьером между ним и той, которую он любил. Да и во взгляде больше не было безудержной бесшабашности, словно последний полет сделал ее старше.

Или… мудрее?

Это волновало, но, на что он подспудно надеялся и чего опасался, не желая отказываться от этой женщины, не отталкивало. Таши стала старше, но от этого не перестала быть для него притягательной.

Картина ушедшего дня отступила, уступая место действительности. Император демонов Хандорс, подгадавший свой визит к отбытию вице-адмирала и Таши в кангорат, был из тех собеседников, кто требовал пристального внимания.

Негласное противостояние между стархами и демонами началось давно. Прошло несколько сотен лет, уже и причины никто не помнил, но добрососедских отношений так и не возникло. И воевать никогда не воевали, лишь относились друг к другу настороженно, но, как назвала однажды Таши подобное напряжение, — черная кошка пробежала. Объяснение тогда Индарсу понравилось, хоть и не использовал, но запомнил.

И вот теперь, впервые в истории двух рас, император Хандорс находится в столице не сказать чтобы дружеского сектора. И пока даже предугадать сложно, чем закончится его пребывание на Таркане. Ясно только одно, свои виды на Наталью Орлову он тоже имеет. Но какие?

— Вам удалось очень гармонично вписать настоящее в свою историю, — вскользь заметил Хандорс, окинув открывшийся с высокой башни вид быстрым, но очень внимательным взглядом. — У нас контраст слишком очевиден.

Хандорс не выглядел мягкотелым. Физическое совершенство, присущее демонам, сочеталось в нем с острым, проницательным умом, который Индарс уже успел оценить, и умением вызвать симпатию у собеседника. Вот последнее и создавало иллюзию то ли давнего знакомства, которое позволяло переступить через некоторые условности, то ли его обманчивой простоты.

Это был их второй разговор, первый — официальный, состоялся накануне и был не менее располагающим, чем этот. Хандорс не скрывал определенных сомнений, которые испытывал, принимая решение посетить стархов, не давал понять, что ждет каких-либо значимых решений, не пытался убедить в том, что в отличие от своих предков не собирается добиваться лидерства в этом районе Галактики.

Демон не делал ничего из того, что можно было бы от него ожидать. Но уже одним этим заставлял относиться к себе с уважением.

Надежный друг или достойный враг…

Эта внутренняя схожесть между каниром Искандером и императором Хандорсом не стала поводом заранее записать демона в недруги, но определенные чувства вызвала. И хотя в них не было самого главного, что определяло сложности во взаимоотношениях с адмиралом Службы внешних границ, Индарс был уверен — потепления между стархами и демонами не будет. Не только после этого визита, но и не в их правление. Слишком глубока была пропасть, слишком застарелым страх.

— Вы произнесли это с таким сожалением… — Индарс оборвал фразу, позволяя Хандорсу самому продолжить ее. Так, как он сочтет нужным.

Тот передачу принял, даже обернулся.

— Изначально заселенные демонами планеты были значительно более суровыми, чем Ярлтон или Каимш. Потому наши древние крепости мрачны. Толстые каменные стены, основная задача которых была защитить не столько от нападения — по своей природе мы не склонны к войнам, хоть и никогда не упускаем возможности похвалиться силушкой, — сколько от непогоды. Когда мы вышли в космос и начали осваивать другие миры, из возможных выбирали более радушные. Отсюда и архитектура — легкая, воздушная. И контраст между тем, что мы тщательно храним и где живем.

Индарс скептически приподнял бровь.

— Говорят, что Ярлтон неприступен.

Хандорс на спрятанный за словами смысл отреагировал по-мальчишески задорной улыбкой, от которой хотелось то ли зарычать, то ли… улыбнуться в ответ.

— Одно другому не мешает.

Охрана осталась в круглом зале, из которого они вышли на широкую галерею, обрамляющую смотровую башню его дворца. Четверка демонов: рослых, с идеальными пропорциями, непроницаемыми лицами и тяжелой поступью. Они казались грузными и неповоротливыми, но Индарс видел, насколько они пластичны и по-звериному быстры.

Верные императоры стархов в умении сбивать с толку не уступали гвардейцам Хандорса. Так что случись им встретиться в бою, заранее определить победителя оказалось бы сложно.

В какой-то момент у Индарса даже мелькнула мысль предложить Хандорсу поединок между воинами. Но она появилась и исчезла в более насущных проблемах.

Как-нибудь в другой раз…

В другой раз… Индарс сам противоречил себе и не видел в этом подвоха. Быть уверенным, но оставить возможность что-либо изменить… Вполне по-императорски.

— С нашими обычаями та же история, — продолжил Хандорс, как только старх понимающе усмехнулся. — Свобода и равенство для всех и рабыни под хинаром для отпрысков знатных родов.

Индарс улыбку сдержал. Та проделка Таши… Он не ошибся, она сумела спасти возлюбленную одного из адъютантов Орлова. И, что было более важно, не позволила тени причастности пасть на его имя.

Опять Таши. Визит в кангорат являлся для нее неизбежностью, но Индарс искал возможность его предотвратить. Все еще искал. Но теперь его пугало не только ее замужество.

Он просто беспокоился за нее. Похоже, его чувство сыграло с ним в хатч и победило. Император хотел не только обладать, но и заботиться.

— Не мне судить о чужих традициях.

Индарс отделался обтекаемой фразой, но не покривил душой. Впрочем, ему было известно, что рабство у демонов являлось делом добровольным. Контракт прописывал многие нюансы взаимоотношения господина и его фактически наложницы, обеспечивая ей полную безопасность. Ну и безбедную жизнь, конечно.

— Мы генетически не совместимы ни с одной из рас в Галактике. — Вопреки ожиданиям Индарса Хандорс продолжил тему: — Потомство бесплодно. С одной стороны, вроде и неплохо — чистота крови. С другой, ограничивает в развитии.

— Этот факт имеет какое-то отношение к нашему будущему? — Индарс сделал акцент на слове «нашему», подчеркивая, что не упустил весьма тонкого, но намека.

Прежде чем ответить, демон вновь окинул взглядом раскинувшийся у предгорий город.

— Мне не нужна война. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Мне не нужна погоня за лидерством, как не нужны и новые системы.

Хандорс неожиданно замолчал, вынуждая Индарса задать вопрос, который бы позволил тому ответить. Как раз то, ради чего он и прилетел на Таркан.

— И что же вам нужно, император?

Старх не ожидал, с какой легкостью произнесет эти слова. И с каким напряжением будет ждать, когда демон заговорит.

— Вы не задумывались, с кем воевали древние? Почему их следы остались, а их противников — нет? Почему стархи, люценианцы, земляне, приамцы, самариняне, имеют одну генетическую матрицу, мы же, внешне похожие, оказались настолько другими?

— Вы предполагаете, что в противостоянии участвовали ваши предки?

— Разве это не весьма разумное предположение?

Индарс, соглашаясь, кивнул. Демон был прав, теперь это выглядело едва ли не очевидным.

— И все же. — Индарс твердо посмотрел в глаза Хандорса, понимая, что в это мгновение их прошлое раскололось на «до» и «после». — Что вам нужно, император?

Медлить с ответом Хандорс не стал. Да только, услышав, Индарс не знал, радоваться ему или нет.

— Я ищу пути в другие Галактики.

Уже потом, когда пройдет первое изумление, Индарс поймет, кого стоит благодарить за откровения Хандорса и за предвкушение, которое он испытал.

Без Наташи, рядом с которой последние восемь стандартов находился сын императора демонов, опять не обошлось.

* * *

— Я его пристрелю! — прокряхтел Аронов, потягиваясь.

Над очередной групповой задачкой, подкинутой нам Дарисом, мы бились уже четвертый час. Задание было домашним, корпели мы над ним в небольшом учебном классе, находившимся в нашем жилом секторе. У скайлов считалось, что единственное свободное время, которое может быть у воина — на сон, все остальное он должен посвящать самосовершенствованию.

Разумное зерно в таком подходе было — на всякие глупости сил просто не хватало, но мы были не скайлами.

О каких либо поблажках для меня речи не шло. Больше не шло. Для этого оказалось достаточно как-то высказаться в запале, что я не женщина, а капитан перехватчика.

Знала бы, чем грозит подобное признание, тысячу раз подумала. Кусать локти теперь было поздно.

В отличие от нашей троицы, Таласки, Рауле, отец и Дарил, были предоставлены сами себе. Чему мы нещадно завидовали.

— Я тебе помогу, — заверила я Александра, перестраивая два звена, которыми командовала, в позицию атаки.

Летели мы четвертые сутки. Как раз хватило времени озвереть.

С Искандером мы за это время виделись лишь пару раз. И оба — в присутствии Дариса. Хотелось мне спросить, о чьей именно нравственности он беспокоится: моей или канира, но не стала добавлять проблем Искандеру. Тот и так не выглядел счастливым.

Или это просто я привыкла видеть эмоции на его лице?

— А я лучше застрелюсь сам, — простонал Стельков, выводя свой корабль из-под удара.

— Ну уж нет! — взвилась я, не пропустив заинтересованный взгляд Дарила. Он присутствовал тут же. Молча и по собственной воле, что не прибавляло мне настроения. — С этим пора заканчивать!

— Ты еще скажи, что у тебя есть план, — без малейшего энтузиазма откликнулся Виталий, откидываясь на спинку пилот-ложемента. На экране высветилась надпись — перерыв. Длился он обычно не больше пятнадцати минут.

— Будем считать, что я не услышала пессимизма в твоем голосе, — фыркнула я, вставая. — Скоро вернусь.

Рауле, как я и предполагала, был у себя, разбирался в сведениях, которыми его по моей просьбе щедро снабжал Костас. Я была уверена, что, несмотря на мои ухищрения, и Тарас, оставшийся на базе, и Дарил, сопровождавший меня, уже догадались, что за проблемы так неожиданно всплыли. Данные мы с Камилом запрашивали противоречивые, но вряд ли это могло ввести их в заблуждение.

— Мне нужен Тимка! — выдала я, стоя на пороге.

Камил повернулся, потер покрасневшие от усталости глаза — я ему сочувствовала, но не одной же мне страдать!

— Кажется, скоро будет весело?

Его ехидство я проигнорировала.

— Дашь или не дашь?

Рауле посмотрел на меня… Я предпочла этого не заметить.

— Это ты у него спрашивай.

Что ж, в этом он был прав.

Присев на корточки перед креслом, в котором устроился заяц, я начала издалека:

— Тебе скайлы нравятся?

Камил фыркнул, но промолчал, а Тимка поднял ухо и показал зубы.

Понятно, ему никто не нравился, кроме меня и Рауле.

— Хочешь, сделаем им гадость?

Камил уже не усмехался, смотрел с любопытством. Кажется, он еще не до конца понял, кого именно притащил с собой со второго Хараба.

Теперь у Тимки «стояли» оба уха. Он не собирался отказываться от проделки.

— Хочешь предложить ему погрызть ботинки Дариса?

Я бросила на Рауле пренебрежительный взгляд. Столь мелочно я не мстила.

— Ты ведь можешь войти в управление крейсером?

На Камила без слез смотреть было нельзя. Похоже, я только что в очередной раз надругалась над его мировоззрением.

Тимка слегка согнул одно ухо. Я в его ответе не сомневалась. Еще на первом Харабе ощутила авантюризм Хранителя. Второй это только подтвердил. Ну а каков создатель, таково и творение.

— Устроишь тревогу?

Рауле от соблазна не удержался.

— С белым драконом…

Я с трудом проглотила смешок. Двое взрослых, облеченных определенными званиями, должностями и ответственностью…

Будем считать, что я просто решила повеселить Искандера.

Заяц оскалился и опустил оба уха в знак согласия.

Я только успела войти в учебный класс, как надпись потухла. Передышка закончилась. Но теперь я не воспринимала этот факт трагически. Время мы с Тимкой не обсудили, но он — существо сообразительное, сам разберется. В этом деле самым главным было не подставиться.

Словно догадываясь, что его ожидает веселье, Дарис на вечернем занятии зверствовал. Со стороны все выглядело как и полагалось, спокойно и невозмутимо, но каждый раз, как он приближался к кому-то из нашей троицы, мы инстинктивно втягивали плечи.

Выходить замуж за скайла мне уже не хотелось.

Сигнал тревоги прозвучал за пару минут до отбоя. В отличие от наших, он был низким, но не менее противным. Воспринимался скорее телом, чем слухом.

Вспыхнуло аварийное освещение, замигали указатели движения.

Нам бежать было некуда, если только к катерам, когда объявят эвакуацию. Пока этого не произошло, вся делегация собралась в небольшом холле, примыкающем к каютам, где нас поселили. Не было только отца и Дарила, они ушли вместе с посыльным, которого прислал Искандер.

Таласки как-то излишне нервно мерил отсек, вышагивая по диагонали туда-сюда и время от времени бросая на меня задумчивые взгляды — эмпат, как-никак. Доказательств никаких, но точно знает, кто именно приложил руку к этому развлечению.

Рауле, пристроившись прямо на полу, поглаживал Тимку, что-то шепча тому в ухо. Заяц внимал с закрытыми глазенками, но на морде было написано блаженство.

Аронов и Стельков ждали объяснения, так же как и Игорь, уверенные в моей виновности, но я демонстрировала запредельную усталость, время от времени прикрывая рот ладонью. Вроде как зевала.

Прошел почти час, прежде чем Дарис прекратил кавардак. Я, пожелав всем хороших снов, вернулась в каюту, так ничем себя и не выдав. На Тимку никто, кроме Рауле и демона, подумать не мог, не было у них нужной информации, ну а в Дариле я была уверена, ему такие приколы только в радость.

Утро, как я и предположила, наступило для нас значительно позже. Дарису было не до подопытных… кроликов, он все еще пытался разобраться с вторжением в управление.

Насколько я поняла, на этот раз Тимка обошелся без белого дракона, иначе встречи с арконом мне было не избежать.

К обеду все более-менее успокоилось, и наши мучения продолжились. То ли проблемы списали на сбой в системе, то ли на внешние возмущения, но Дарис взялся за нас с удвоенной силой. Вместо запланированного теоретического экскурса в историю становления космического флота демонов, нам устроили трехчасовые тестовые занятия. На каждую ситуацию пятнадцать минут. Убили — теряешь очки, не успел уйти за отведенное время — теряешь очки, не сумел вывести гражданский корабль — теряешь очки…

Я тихо зверела и мечтала о том, как вновь завоет сигнал тревоги.

Он прозвучал, когда я едва не провалила очередное задание. Еще пара секунд и лишилась бы всех заработанных бонусов. Стоило один раз «проколоться», и ты оставался ни с чем.

Мысленно поблагодарив Тимку, я вместе со всеми покинула тренажерный уровень. Архитектура щитоносца была такова, что самыми защищенными являлись жилой и сектор управления. Автономные модули, оснащенные посадочными двигателями и довольно хорошим запасом жизнеспособности. Об этом нам, естественно, не рассказывали, но и я, и ребята, умели делать выводы из увиденного.

До следующего утра мы вновь отдыхали. Ради такого случая даже Рауле с Таласки расстались со своими изысканиями, присоединившись к нашей компании. Спиртное на кораблях скайлов было запрещено, только шаре, которого у нас не было, но и без подогрева вечер прошел весело. То мы с Дарилом, то Игорь вспоминали смешные случаи из прошлого, развлекая Камила, Виталия и Александра.

Отца с нами опять не было.

Это возвращало к той же мысли, как и в случае с Искандером. Мы были рядом друг с другом, но дело оказалось не в расстоянии. Жизнь у каждого своя, хорошо еще, находили возможность спросить: «Как дела?», произнеся или услышав в ответ: «Все нормально!»

То ли неизбежность выбранного пути, то ли… просто неизбежность.

Когда расходились, я придержала Рауле, чтобы погладить Тимку. Тихо, хоть никто и не прислушивался, попросила отложить продолжение. Нужно было притупить бдительность и дать Дарису слегка расслабиться, поверив, что все уже позади.

А перед самым отбоем ко мне в каюту ввалился Искандер. Выглядел при этом довольным.

Я еще не успела приподнять в недоумении бровь, как он выставил на стол пару бутылок шаре.

— Что это? — скалясь, протянула я, едва не рыча от мелькнувшего в голове предположения.

— Выигрыш! — улыбнулся он мне, скидывая китель на кресло. Потом присел на краешек кровати, снял ботинки. — Благодаря тебе.

— Ты хочешь сказать… — Я подошла вплотную, чувствуя, как сжимаются кулаки. Если я не ошибалась, меня провели как девчонку.

— Ну, ты же меня простишь? — прошептал он мне в ухо, успев уронить рядом с собой.

— Не прощу! — попыталась я вырваться из захвата. Знала, что не отпустит. — Ты! На меня! Поспорил!

Я могла бы возмущаться и дальше, но Искандер не позволил. В его поцелуе было столько нежности и желания, что я не устояла.

Это был снова тот самый Искандер, которого я полюбила.

* * *

Следующей встречи с Дарисом я слегка опасалась. Он успел создать о себе впечатление, бороться с ним теперь было сложно. Впрочем, кое в чем я была виновата сама. Подсказка была на глазах, я ее полностью проигнорировала, погрязнув в своих заботах.

Во-первых, такие личности, как Искандер, без веских на то причин столь резко не менялись. Для этого нужно что-либо более существенное, чем наш первый семейный скандал, противостояние с Индарсом, конвой на Штанмар, неудавшийся прыжок перехватчика и возвращение в кангорат.

При желании часть можно было списать на пережитое во время моей мнимой смерти — первое время я чувствовала напряжение, но Искандер не относился к разряду тех, кто жил прошлым. Сделал выводы — пошел дальше. В этом мы с ним были похожи.

Разорванная связь тоже могла стать основанием для его стремления уйти в себя. Но стоило мне попытаться поставить себя на место будущего мужа, как вся нелепость его поведения становилась очевидной. Отказываться от брака он не собирался, а значит, должен был действовать, вновь завоевывая меня.

С момента нашего возвращения с Хараба-2 ничего подобного не происходило. Это должно было насторожить, как и поведение Игоря. Тот не делал попытки заигрывать. Был уверен, что между мной и Искандером ничего не изменилось.

Переходя к размышлениям об арконе, стоило вспомнить о том, как представлял его Искандер. Назвал другом, для скайлов это значило многое.

Но и это я предпочла не заметить. Перестав быть перевозчицей и начав осознавать за своей спиной силу, именуемую Службой внешних границ, я стала значительно беспечнее.

Это могло закончиться плохо. И не только для меня.

У меня был сын, не следовало об этом забывать.

— Новости есть?

Победа в споре Искандера изменила наше расписание — в нем появилось свободное время. Час после завтрака и обеда, да и вечерние занятия заканчивались за три часа до отбоя. Было чему радоваться.

Рауле, к которому я зашла до того, как отправиться на растерзание к Дарису, выглядел уже не уставшим, а полностью опустошенным. Ругаться с порога я не стала, решила начать с вопроса, но тон не выдержала — был он ворчливым.

— Тебе плохие, совсем плохие или очень плохие? — вместо ответа поинтересовался у меня Камил, потирая пальцами виски.

Прежде чем сделать нелегкий выбор, я грозно посмотрела на Тимку. Была уверена, что смысл моих невысказанных обвинений он поймет.

Тот и вправду сообразил, очень по-человечески вздохнул и свернулся калачиком, замотавшись в собственные уши. Присматривать за Камилом входило в его обязанности.

— Давай самые отвратительные, — решительно предложила я, устраиваясь напротив.

— Это либо Синтар, либо кто-то из его самого близкого окружения. — Рауле поднимать на меня взгляд не торопился, продолжал машинально водить карандашом по листу бумаги.

Заглядывать, что именно он рисует, я не рискнула. Боялась наткнуться на очередное свое изображение.

— У тебя не было данных для подобных выводов, — довольно холодно произнесла я, ожидая услышать следующее в очереди известие.

— Пришлось обратиться к Артуру, — сознался тот равнодушно. — Скайлы слишком закрыты. Выбора не было, либо побратим, либо Искандер.

Я была вынуждена с ним согласиться: меньшее из двух зол.

— Я не верю, что это Синтар.

Рауле поднялся, прошелся по каюте — на фоне аскетичной обстановки его истощенность бросалась в глаза еще сильнее, — остановился напротив Тимки. Тот даже не шевельнулся.

— У кангора трое детей. Сын — Аршан и две дочери, Лея и Кими. Аршан — канир рода, к которому принадлежала его мать. Та умерла во время истории с короной, делилась своими силами с мужем, давая ему возможность выжить. Она была единственным ребенком, потому титул и перешел к ее сыну.

Не только от слов, но и от тона, в котором не было ни капли эмоций, в груди болезненно сжалось. Мне оказалось достаточно немногочисленных рассказов о женщинах скайлов, чтобы считать их слабыми. Мне хватило предупреждения Артура, чтобы навесить новый ярлык, в котором определяющим стало коварство.

Я опять готова была попасться в ловушку собственных ложных суждений.

Рауле словно и не заметил моего смятения, как и Тимка, продолжавший тихо посапывать.

Ни одному, ни другому я не поверила.

— Аршан стоит в списке претендентов третьим. Но очередность условна, решение будет принимать конкор — совет каниров старших родов. Искандер, конечно, лидер, но кто последует за ним…

— Он живет отдельно от отца, — произнесла я, намекая на невозможность добраться до нужных сведений не находясь поблизости от Синтара.

Камил даже не повернул голову в мою сторону.

— Старшая дочь — Кими, замужем. Детей нет, дочь умерла. По данным Артура — во время ритуала, но без подробностей. Муж — аркон, второй в роду.

— Еще скажи, что это Дарис…

Взгляд Рауле, которым он меня одарил, был хмурым.

— Муж Кими — аркон Дарис. И он среди тех, кто чисто теоретически мог вывезти корону из кангората.

— Веселая семейка, — усмехнулась я, пряча за этим всевозрастающую тревогу.

— Это еще не все, — обрадовал меня жрец. — До встречи с тобой Искандер испытывал симпатию к Лее. Брак с ней увеличивал его шансы стать следующим правителем скайлов.

— Она же…

— Она приемная дочь кангора, — поторопился успокоить меня Рауле. Мне только связи между дядей и племянницей не хватало! — Там какая-то мутная история с покушением на Синтара, его погибшим телохранителем… — Он поморщился, сетуя: — Данных мало, я не сумел разобраться до конца.

Я усмехнулась, пришедшая в голову ассоциация отдавала неадекватностью.

— Что? — мгновенно отреагировал Камил. Да и Тимка приподнял ухо, чтобы посмотреть на меня.

— Я вспомнила про тактику, которую вдалбливает в наши головы Дарис. — Рауле все еще демонстрировал непонимание. Пришлось продолжить, он устал, потому и соображал медленнее. — Такое ощущение, что готовит к террариуму.

Моей легкомысленности жрец не разделял. Или, что скорее, вымотался настолько, что сил на нее реагировать уже не было.

— Давай-ка, ты сейчас отправишься спать…

Он меня перебил.

— Отправлюсь. В голове гудит, уже даже близость разгадки не помогает. Но об одном должен сказать сейчас.

Я посмотрела на дисплей комма. До занятия оставалось не больше десяти минут, только добраться до тренировочного яруса.

Камил мой намек проигнорировал.

— То, что ты задумала, грозит трибуналом. Долой офицерское звание, долой крылья. И не только для тебя, остальные пойдут вслед за тобой.

— Ты о чем? — полюбопытствовала я, прекрасно понимая, о чем он говорит.

Тем не менее, он ответил на мой вопрос.

— Не о кангорате.

— А! — протянула я. — Хочешь отказаться?

— Нет, — качнул он головой. — За мной никто не стоит, чтобы меня смущали последствия. А вот за тобой и ребятами…

— Ложись отдыхать, — уже жестко потребовала я, подходя к двери, — и ни о чем не беспокойся. Нам еще предстоит вернуться, а ты…

— Значит, Дарил прав…

Я резко обернулась, поймав удовлетворение в его взгляде. Это слегка приглушило вспыхнувшее факелом бешенство.

— Я никогда не подставлю ребят, тем более ради собственной прихоти.

Вылетела я в коридор не в самом миролюбивом настроении. В чем-то Рауле был, конечно, прав, но как же не вовремя он оказался со своими вопросами! Мне бы с одним разобраться, не зря же про змей вспомнила.

В зал тактических тренажеров я вошла за несколько секунд до сигнала. Сухо приветствовала Дариса и несколько заинтересованного подобной холодностью Искандера. Аронов и Стельков уже сидели на своих местах. О подоплеке творившегося последние дни кошмара они еще не знали, потому даже не посмотрели в мою сторону.

— Дакири Дарис, прошу вашего разрешения приступить к занятиям! — выпалила я на одном вздохе, поедая начальство глазами.

Если Искандер считал, что его признание закончило эту игру, сильно ошибался. К тому же не давали покоя подкинутые Рауле сведения.

Артур предупреждал о провокациях — мне стоило начать первой.

— Приступайте! — как всегда невозмутимо ответил тот, сделав шаг в сторону. Я остановилась слишком близко, у него, похоже, сработали рефлексы.

Я подошла к своему пилот-ложементу, замерла на мгновение, еще раз оценивая, имеет ли смысл обострять ситуацию или продолжить прикидываться невинной овечкой.

По всему выходило, что мне выгоднее заставить поменять правила. Дарис был другом Искандера, но… не моим.

— У вас есть вопрос, капитан Орлова? — правильно расшифровал мое молчание аркон.

— Скорее просьба, дакири Дарис.

— Я слушаю вас.

Искандер продолжал демонстрировать спокойствие, но я сомневалась, что это так. Зная меня, он уже должен был пытаться понять, что именно я задумывала.

Я не собиралась терзать его неизвестностью слишком долго.

— Все боевые ситуации, которые мы рассматриваем, оторваны от нашего опыта.

Капитан щитоносца смотрел только на меня и… взвешивал. Так же, как и я недавно. Вряд ли он не догадался, к чему я его подводила. В его власти было продолжить наш раунд, отложить его или… отказаться.

— Ваше предложение?

Он принял мой вызов. Надеюсь, я об этом не пожалею.

— В мою бытность перевозчицей, был у меня один бой…

Я замолчала на мгновение, не столько испытывая их выдержку, сколько давая себе передышку. Лицо Ивара за миг до того, как я скомандовала: «Залп», стояло перед глазами, словно это было только вчера.

Дарис ждал, ни словом, ни жестом не торопя меня.

Жаль, я не видела Аронова и Стелькова.

— …неравный бой. Я до сих пор не знаю, смогла бы я справиться с ситуацией, не будь у меня на борту «Пульсара».

Это был намек. Для Искандера.

Я не мстила ему за спор с Дарисом, сама любила хороший розыгрыш. Я решала, кем для меня будет его друг.

— У вас есть запись?

Разблокировав браслет, я сняла комм с запястья, протянула его Дарису.

— Она всегда со мной.

— Давайте посмотрим. — Он сам подключил комм к пульту, ввел код доступа к системе и уступил место мне, разрешая закачать данные. — Вам, — он повернулся к Стелькову и Аронову, — я предлагаю присоединиться. Если вы, капитан, не против.

— Не против, — я добавила капельку ехидства в голос, — а вы, господин адмирал?

Искандер ничего не ответил, лишь жестче стали скулы.

А на большом экране, который для такого случая активировал аркон, «Черная дыра» — корабль Ивара, в сопровождении трех вольных брала в кольцо мою «Легенду» с короной кангора на борту. В тот момент я так считала, потому и шла на риск.

И снова я рычала на Костаса, требуя рассчитать прокол, и снова Искандер просил меня не устанавливать связь с моим бывшим соперником по перевозкам, и вновь перестраивались корабли, не оставляя нам шансов, а Тарас кричал, в последний момент, когда едва ли не стало поздно: «К прыжку готов», и мы уходили из-под сдвоенного залпа, спасая не столько себя, сколько груз, за который нам очень хорошо заплатили.

Дарис, все такой же спокойный до равнодушия, просмотрел бой до конца. Если я не ошибалась, наши не всегда цензурные реплики его нисколько не смущали.

Несколько раз останавливал запись, возвращал назад, уточнял у меня положение по навигационным картам, ориентируясь в этом районе Галактики поразительно (или подозрительно?) хорошо, задавал вопросы по характеристикам и вооружению.

Обернулся к остальным, лишь когда я, там, на экране, откинулась на спинку, закрыв глаза. Нам удалось уйти.

— Адмирал, — не столь равнодушно, как обычно, обратился он к Искандеру, — сколько ошибок допустила капитан Орлова во время боя?

В глазах моего будущего мужа, когда он посмотрел на меня, мелькнула тень горечи.

— Одну, Дарис. Но ту, что вполне могла стоить ей жизни.

Признаться честно, ничего подобного я не ожидала, добивалась совершенно иного. Впрочем, это был не конец, мне предстояло еще услышать реплику аркона щитоносца.

Долго ждать не пришлось. Окинув меня сочувствующим взглядом (для выводов этого оказалось недостаточно, хватило лишь, чтобы всколыхнулось едва утихомирившееся бешенство), Дарис произнес:

— А вот я заметил две, и склонность к сентиментальности не самая страшная из них.

Я хотела потребовать объяснения, но аркон мне такой возможности не дал, повернулся к несколько обескураженным происходящим Стелькову и Аронову:

— Начнем с ваших комментариев.

* * *

— Мне нужны эти сведения. — Искандер устало посмотрел на Дариса, продолжавшего невозмутимо разбирать домашние задания новоявленных командиров групп. — Я должен знать, что именно она задумала.

Их дружба началась давно, минуло больше сорока лет.

Небольшая разница в возрасте, всего несколько месяцев, оба — отпрыски родов из старшего круга, обоим отцы прочили военную карьеру.

Так, вдвоем, они и прошли путь от кадетов до офицерского звания. Начальная школа, закрытый ахран, куда принимали только обладающих сильным ментальным даром, академия первой ступени, служба на рубежах.

Потом их дорожки разошлись, но общаться они не перестали, хоть и встречались редко.

У Дариса была отмечена склонность к преподаванию. Он несколько лет учился сам, чтобы затем учить других. Летать все это время не прекращал, дослужившись до младшего аркона. Следовал принципу, принятому в кангорате: нельзя передать то, чего сам не знаешь в совершенстве. Возглавив Академию переподготовки старших офицеров, стал арконом щитоносца-лидера в эскадре канирата.

Искандер же познавал иную науку. Ему предстояло принять ответственность за свой род. После того как из семи братьев их осталось двое, он — старший, выбора у него больше не было.

Но и он продолжал занимать главное кресло в рубке корабля — каждый канират был обязан иметь свой флот, которым командовал либо сам канир, либо его наследник. Да и кангор выделял Искандера среди арконов.

— Тебе мое мнение известно, — отозвался Дарис, когда затянувшаяся пауза начала напоминать сгущающееся напряжение. — Я не отдам приказа на перехват данных. Достаточно того, что я выполнил твою просьбу и не оставил ей возможности для глупостей.

— А ведь ты ею доволен! — Искандер чуть сощурился, словно это могло помочь ему проникнуть в мысли друга.

Было это далеко не так. В кангорате высшие офицерские звания не получали, если не были способны противостоять внешнему ментальному воздействию. Да и сам факт вторжения в чужой разум, если его доказывали, жестко карался. Дары даются во благо, а не во зло.

Если бы лет тридцать тому назад… Да, лет тридцать назад они еще пытались выяснить, кто из них сильнее, пробиваясь сквозь защиту другого. Только ради развлечения.

Прошлое забрало эти игры с собой.

— Я сожалею, что она не мужчина и не скайл. Иметь такого ученика — почет для учителя.

— И что из этого тебя огорчает больше?

Искандер смотрел на Дариса с вниманием, которого не скрывал. Сохранять выдержку уже давно стало столь же естественным, как есть, дышать. Но время от времени наступали моменты, когда он предпочитал сбрасывать невозмутимость, как утомившую его личину.

— Лея, как канна, соответствует тебе значительно больше, чем женщина чужого мира. Но не мне оспаривать твой выбор. Да и кангор…

— Приказ кангора! — с гневными интонациями протянул Искандер, не обращая внимания на то, как Дарис недовольно качнул головой — тот понял его неправильно. — Если бы не приказ кангора…

— Ни ты ни я его не нарушим, и твоя ярость — лишь отражение этого факта. — Дарис загрузил новую запись, с явным интересом просмотрел до конца, что не заняло много времени — благодаря действиям капитана Орловой бой оказался скоротечным, и только тогда поднял взгляд на ожидавшего продолжения Искандера. — Но это не помешает мне признать, что с некоторых пор к людям я начал относиться значительно лучше.

— Если ты намекаешь на свои взгляды, они мне известны, но она для меня — все. Другой не будет.

— Звучит как ультиматум. — Дарис поднялся с кресла, прошелся по кабинету, остановился напротив Искандера. — Но ты с ним опоздал.

— Так ты мне поможешь? — словно скинув тяжесть с плеч, спросил Искандер.

Дарис еще не ответил, но адмирал уже знал, что ошибся. Как оказалось, дважды.

— Кангор возложил на меня не только ее подготовку, но и безопасность. Когда вернешься на Таркан, за капитана Орлову можешь не беспокоиться. Но дозволения на перехват данных я не дам. Даже будь она подданной кангората, без личного приказа кангора или моего канира…

Заканчивать он не стал. Не стал, как и Искандер спорить с очевидным. Формально Дарис был прав, их законы требовали щепетильного отношения к личности. Еще бы объяснить другу так, чтобы понял — когда он получит этот приказ, для нее может быть уже поздно.

Ощущение стягивающейся вокруг Таши петли было слишком сильным, чтобы его не заметить. Она начала действовать раньше, чем они с Аршаном предполагали.

У Искандера оставался только один шанс убедить Дариса, рассказать все и надеяться, что тот поймет.

Адмирал окинул дакири долгим взглядом, взвешивая все «за» и «против».

Подобная откровенность не была принята среди скайлов, но чем дольше Искандер жил среди представителей других рас, тем больше утверждался в том, о чем знал уже давно — время для изменений настало. Противиться естественным процессам не стоило, если скайлы хотели выжить в новом мире. Он, как море на остров, накатывал на них со всех сторон. Мог и захлестнуть.

Решиться было трудно — риск, но выбора не было и сейчас.

— …Я не собирался использовать ее экипаж, хотя практически все посредники называли именно ее имя. Она поступила по-своему, отобрав заказ у своего соперника…

— …Когда я вошел в каюту, она стояла спиной ко мне. Обтягивающие шортики с рисунком губ на одной стороне, короткая маечка с надписью «Поцелуй меня в попку», высокие ботинки со шнуровкой, две кобуры с парализаторами — тогда я еще не знал, что они сыграют свою роль в дальнейшей истории и… две косички. Я забыл все, что мне о ней рассказывали, видел только ее глаза. Там, в притоне, я ее не узнал, да и в этот момент два образа с трудом наслаивались друг на друга. Если бы не глаза, я бы не признал в ней дочь генерала Орлова, которую он мне представлял на Земле…

— В той наивности, которую она мне демонстрировала, я ощущал силу и собранность, уверенность и… одиночество. Это изменило все…

— …Я поторопился! Она была загадкой, она манила к себе, впервые в своей жизни я познал, что такое нетерпение. Просто стоять рядом, смотреть, как она морщит лоб, разбираясь с очередной задачкой, как улыбается, с какой нежностью относится к своим мальчикам… Я хотел быть среди них, чтобы хоть капля ее тепла досталась и мне…

— …Знал, что она не простит. Примет, но не простит. Любого другого — да, меня — нет. Она умеет ценить изящные решения. Я думал, она признает, что мой план был хорош. Когда меня в спасательной капсуле подняли на борт щитоносца, понял — я потерял ее. Жизнь не потеряла смысла, самой жизни не стало…

— …Мы с Игорем преследовали разные цели, но нам обоим нужна была она. Союз не хотел афишировать закупки таурона, идея с перевозчиком показалась им удачной. Для Таласки же было важно вернуть Наташу отцу. Или… в систему. В тот момент я еще не заглядывал так далеко, но план Игоря показался мне практически безупречным… Впрочем, ты там был, сам все видел…

— …Шахин нас переиграл. Нам не хватило несколько часов. Результат — Таши в руках вольного. Я заставлял себя не думать, что он с ней сделает, но самообладание сносило встававшими перед глазами картинами. В отличие от ведомства Орлова, мне было известно, кем в своем прошлом был Шахин. Эту информацию мы продолжаем от них скрывать, слишком многое связано с теми, кто разрабатывает операцию по его уничтожению. Бывший подчиненный генерала, которого он лично выгнал из контрразведки за садизм. Он изменил внешность, голос, постоянно пользуется исказителями ДНК. Но он ничего не забыл. Настоящее имя Таши Ивар узнал именно от него…

— …Я задыхался вместе с ней. Чувствовал, как по каплям уходит из меня жизнь… Благодаря изворотливости императора Индарса она выжила, а вот я… Я не забыл, что такое долг и ответственность, я не изменю кангорату ради ее любви. Если конкор и корона назовут именно меня следующим кангором, я приму их выбор. Но без нее в моей жизни не будет тех счастливых мгновений, которые заставляют тебя улыбаться, когда ты вспоминаешь о своей жене. Ни одна женщина не возрождала во мне того подростка, которыми мы когда-то с тобой были…

— …Они — другие, но сейчас вся Галактика принадлежит им. Они стремятся к неизведанному, они ищут новых ощущений, знаний, они меняют свои взгляды, оставаясь неизменными в своей сердцевине, в том «я», которым они являются. Нам трудно понять их, но и им нелегко осознать, что наша изоляция была добровольной. Для них это сродни похоронить себя заживо…

— …У меня два предположения. Одно — корона кангора. Да-да! Я не удивлюсь, если именно она разберется, кто именно вывез ее из кангората. Второе — Шахин. Если она доберется до него раньше, чем мы…

— А если это я? — Дарис прервал друга внезапно.

Аркон знал, как называли люди такой вот рассказ, в котором ты не скрываешь ничего, не только отдавая другому право осудить себя, но и позволяя разделить терзающую душу боль, стать палачом или спасителем.

Мужчины скайлов не исповедовались, каждый нес свой груз сам, их воспитывали именно так. Но сейчас Дарис впервые пожалел об этом, признав, что некоторые обычаи других рас стоят внимания скайлов.

Правда, изменить случившегося это уже не могло.

В роду помощь старшими младшим оказывалась безоговорочно, не требуя за себя ни платы, ни благодарности. Но плата была — беспрекословное подчинение.

Закон предков, иначе не выжить.

Он… подчинился, чтил традиции.

Но что делать, когда накатывает ощущение бессилия, и даже другу ты не можешь поведать, что за тоска грызет твое сердце?! Одного доверия и уверенности в том, что тебя не предадут — мало. Отвечай ты только за себя…

Однажды вера стоила ему чести, теперь… могла отнять жизнь. И ладно бы только его.

Искандер, все еще находящийся под влиянием собственной откровенности, на вопрос Дариса ничего не ответил. Возможно, и не услышал. Очнулся лишь, когда друг детства продолжил:

— Я дам санкцию на перехват. Но… — Он поднял взгляд на Искандера. Тот едва не отшатнулся, в глазах Дариса царила пустота. — Это все, что я могу для тебя сделать.

Аркон знал, чем может обернуться для него принятое решение, но продолжал сохранять невозмутимость и тогда, когда вместе с Искандером бегло просматривал расшифровку сведений. Кордерам пришлось повозиться, коды взломали с трудом.

Затухший, казалось бы, заговор против кангора продолжал тлеть.

* * *

Установившиеся у нас с Дарисом отношения отдавали тухлятиной. Все это замечали, но предпочитали молчать. Искандер — тоже. Не по безразличию, просто принял мой выбор.

Пока шли занятия, аркон был подчеркнуто вежлив, корректен и… требователен, как хороший учитель к подающему надежды ученику.

Сашке и Виталию доставалось не меньше, чем мне, но хватало даже непредвзятого взгляда, чтобы без труда оценить, кто из нас ходил у него в «любимчиках». Там, где им позволялось выполнить задание просто хорошо, я должна была дотянуть до «отлично». Но как только раздавался сигнал к окончанию наших пыток, во взгляде Дариса появлялась пустота нарочитого безразличия.

Касалась она только меня.

Вторую мою ошибку, допущенную во время встречи с Иваром и вольными, дакири не назвал. Я предположила, что он имел в виду возникшие у меня чувства к Искандеру, но задавать уточняющих вопросов, чтобы убедиться, права или нет, не стала. Произошедшего не изменить. А будущее… каждую ночь мы проводили вместе с моим будущим мужем, для тех дней, которые еще не наступили, это должно было что-то да значить.

А вот сам бой мы разобрали досконально. Стоило признать, идея с прошлым опытом оказалась весьма недурна. Обыграли мы его со всех сторон, и за себя, и за тех ребят, что выступали против меня.

В конце концов мне пришлось согласиться со скайлами по поводу сентиментальности. Если бы я атаковала сразу, выведя из расклада хотя бы одного противника, обошлась бы без «Пульсара». Теперь я понимала, почему они предупреждают только раз и практически не дают времени на размышление.

Подобные методы сказывались благоприятно на продолжительности собственной жизни.

— О чем задумалась? — решил напомнить о себе Дарил. Последние полчаса он стоял молча у меня за спиной.

В кангорате мы оказались неожиданно для нас.

Мои надежды на отдых не оправдались. Занятия, попытки в ворохе информации, которой нас щедро снабжал Костас, найти следы Асхана — это расследование я вела вместе с демоном. Еще один ворох — близкий круг кангора, который мы разгребали уже с Рауле и Таласки. Наше противостояние с Игорем — тот чувствовал, что я от него что-то скрываю, общение с отцом, которого мне не удалось убедить, что вся эта бурная деятельность, с центром в моей каюте, ко мне не имеет никакого отношения.

Единственный, кто не лез мне в душу, был Искандер. Причину такой покладистости я знала — он ждал, когда я в очередной раз вляпаюсь, чтобы тут же оказаться рядом.

Стоило признать, что в моей жизни была определенная стабильность — он. Уже этого хватало, чтобы произнести брачные клятвы. Но я продолжала сомневаться. Не столько в нем, сколько в себе.

Где-то в глубине души я боялась изменений. Встречала их как врага, лицом к лицу, но… боялась.

— Любуюсь, — пробурчала я недовольно, рассматривая похожую на луну базу, изображение которой только что появилось на большом экране смотровой палубы.

Три часа назад аркон Дарис объявил, что мы приближаемся к Ирассе — столичной планете кангората и отпустил до окончания торжественных мероприятий, связанных с присвоением мне звания литара. Вместе с подготовкой продлиться они должны были семь дней, после чего мы поступали в его полное распоряжение. Академию переподготовки для старших офицеров возглавлял именно он.

Между известием о нашей временной свободе и вопросом Дарила был обед, недолгий инструктаж демона, который свелся к одной незавершенной фразе: «Без меня…» — и тишина. Я попросила друга заткнуться, он мою просьбу выполнил, с тех пор мы стояли и смотрели на то, как щитоносец приближается к растянувшемуся на орбите стартово-посадочному комплексу.

— Теперь понятно, откуда у Артура паранойя.

Я оглянулась, затем проследила за его взглядом. Там была еще одна база, и еще…

— Хочешь жить в мире, будь готов к войне, — философски изрекла я, предпочитая не видеть иллюстрации к своим словам.

О тонкостях взаимоотношений скайлов за время полета я мало что узнала. Искандер предпочитал избегать моих вопросов единственным действенным способом — поцелуями, а если мне удавалось настоять, не поддавшись его напору, убеждал, что, как только мы окажемся в кангорате, я сама во всем разберусь.

Мысль поговорить с Дарисом мелькнула только однажды, еще до того, как мне стало известно о его некотором родстве с кангором. После разговора с Рауле она больше не возвращалась.

Теперь же сожалеть об упущенной возможности было поздно, передышка, больше похожая на подготовку к бою, подходила к концу.

Впрочем, назвать себя совершенно неподготовленной я тоже не могла. Как член делегации Службы внешних границ, курс молодого бойца я прошла. Основные законы, придворный этикет, воинский устав… как раз, чтобы не совершить грубых ошибок. На мелкие нам обещали не обращать внимания.

— Ты помнишь, что я всегда рядом?

Пришлось обернуться еще раз.

— Я об этом никогда не забывала.

Хотелось мне добавить, что сейчас это служило слабым утешением, но не успела. Очередная страница моей жизни уже начала переворачиваться.

— Вы заставляете себя ждать, — с легким сарказмом заявил появившийся на смотровой палубе Таласки.

За его спиной маячил вахтенный офицер.

Ни один из скайлов, с кем нам приходилось хоть как-то общаться, не сделал ни малейшей попытки познакомиться поближе. Не поймешь, кто мы для них: почетные гости или навязанная обуза. Бесстрастные, вежливые. До оскомины. Ни к одному из них мне не пришлось обратиться по имени — мы их не знали. Только звания или должности.

Я очень надеялась, что на базе, где нам предстояло проходить переподготовку, хоть что-нибудь да изменится. Иначе…

Это был мир Искандера, если я хотела быть с ним, он должен был стать и моим.

— Мы же еще не пристыковались, — попробовал прояснить обстановку Дарил.

— За нами выслали личный борт кангора.

Лицо Игоря неуловимо изменилось. Кажется, мы с ним подумали об одном и том же.

Игра началась.

Я поправила невидимые складки на парадном кителе — Искандер еще во время обеда предупредил, чтобы мы были готовы, чуть заметно кивнула Таласки, давая понять, что заметила его прищур. Как намек.

— Тогда поторопимся исправиться.

На стыковочной палубе мы оказались уже минут через пять. Кроме привычных лифтовых шахт на щитоносце были и телепортационные установки. Сколько бы я ими ни пользовалась, привыкнуть так и не смогла, хоть и оценила удобства. Каждый раз, когда делала шаг вперед, ощущала, как замирает все внутри, обрывается, рождая необъяснимый страх.

Успели вовремя, в посадочном ангаре только заканчивалось шлюзование пристыкованного к щитоносцу катера. Впрочем, назвать катером этого монстра у меня язык не поворачивался. Скорее уж малым крейсером.

— А я уж посчитал, что ты решила остаться, — чугь слышно усмехнулся Рауле, рядом с которым я и пристроилась. И добавил, заставив меня сдержать вздох облегчения: — Артур сбросил новые данные. Это касается их традиций и обычаев. Буду рассказывать по ходу дела.

Тимка сидел у него на руках. Получил это право, как очередная диковинка, привезенная с планеты, когда-то заселенной древними.

— Как-то неспокойно, — так же шепотом призналась я, едва заметно кивнув. Собственное состояние мне совершенно не нравилось. И не страх, и не кураж, а изнутри что-то колотит.

Рука дернулась, погладить зайца, удержалась я в последний момент. Мне не стоило привлекать к себе лишнего внимания. Аркон щитоносца и без того держал меня в поле своего зрения. Знала я об этом, даже не смотря в его сторону.

— Дарис не считает нужным сдерживать собственную силу.

Я только хотела сказать, что не удивлена, как он добавил:

— То ли испытывает тебя, то ли прикрывает. Последние дни с ним что-то происходит.

Камилу я поверила сразу, имея в побратимах Шорна, он был защищен от влияния скайлов, но имел перед ними и некоторые преимущества — способности жреца.

— Еще бы знать — что? — только и успела произнести я, как начала подниматься прозрачная панель, разделяющая две части посадочного ангара.

Время для размышлений истекло.

Личный посланник кангора и его сын, — голографический снимок был среди сведений, переданных Шорном, — вышел на трап первым, проигнорировав четверку телохранителей, появившихся следом.

Был он немногим старше Искандера, но выглядел его ровесником. Высокий, подтянутый, весьма привлекательный, как практически все скайлы, с которыми мне довелось встречаться. Но были и отличия, буквально бросавшиеся в глаза: порывистость и обаятельная улыбка, которая совершенно не противоречила доброжелательности его взгляда.

Говорят, первое впечатление… Несмотря ни на что, оно было настораживающим. Я видела одно, но сердце продолжало убеждать в другом.

Или это было влияние Дариса? Поприветствовав Аршана и ответив на неслышимый нам вопрос, он холодно посмотрел в мою сторону.

Для правильных выводов информации не хватало, но я надеялась получить ее до того, как станет поздно.

* * *

— Моя сестра Кими, вахиби дакири Дариса, — произнес Аршан, подводя меня к юной девушке со взглядом женщины, знающей, что мудрость постигается только через боль собственной души.

Контраст, который помог по-новому оценить сформировавшийся у меня противоречивый образ спутниц скайлов. Они были прекрасным дополнением миру, который мне уже довелось частично видеть, вот только сам он был к ним не слишком-то добр.

«Связанная навеки, полная клятва слияния. Смерть одного влечет за собой смерть другого. Решение о клятве принимается женщиной», — тут же раздался по командному интерфейсу голос Рауле.

Эта была паранойя Дарила, именно он потребовал, чтобы в цепочку связи включили Камила, Виталия и Александра. Безопасность Таласки и отца его не беспокоила — уж больно официальной была их миссия, тут и до проблем между секторами недалеко.

Собственная неприкосновенность его, кстати, тоже не тревожила.

Представляли семье кангора только меня. Причина была уже известна, объяснил тот же Аршан, не отходящий от меня ни на шаг. Синтар давал детям возможность познакомиться со мной раньше, чем начнется обсуждение вопроса о нашем с Искандером браке.

Кими легко коснулась кончиками пальцев груди — жест радушия, его я уже знала, потом — лба. Различать до тонкости эмоции Дариса, который подошел к жене сразу, как только мы вошли в холл гостевой части резиденции кангора, я еще не научилась, но тень сожаления опознать сумела. Связать ни с чем не смогла.

Выручил Рауле. Не знаю уж, как он заметил мои затруднения, но комментарии последовали незамедлительно.

«Знак принятия. Ментально вы совместимы, это открывает тебе дверь в дом Дариса!»

Аркон щитоносца вновь заставил меня задуматься о своем отношении ко мне. Увы, разобраться с этим я не могла. Виной тому был Искандер, не посчитавший нужным подготовить меня к знакомству со своей родиной.

— Моя сестра Лея, талиси.

«Доступная миру — незамужняя девушка», — вновь вклинился в мои размышления бесстрастный голос Рауле. Значок открытого канала, который я видела боковым зрением, сообщал, что сейчас его слушают и все остальные. — «Стельков, Аронов, к ней не приближаться! В лучшем случае вышлют, в худшем — казнят. Или… женят».

Я едва не подавилась приклеенной к губам улыбкой. И почему я считала, что провокация может быть направлена только против меня?!

Сложившиеся на мгновение щепоткой пальцы должен был заметить только Дарил. Вряд ли так быстро забыл язык, который мы употребляли в свою бытность перевозчиками.

Демон мои надежды оправдал, ответ раздался тут же, и только для меня.

«Понял, присмотрю».

Я уже начала раскаиваться, что отпустила его. С ним мне было спокойнее. Впрочем, Тарас предпочитал оставаться в тени демона, но вряд ли хоть в чем-то ему уступал.

Лея — очень хрупкая, белокурая особа с огромными голубыми глазами — повторила приветственные жесты своей сводной сестры, вызвав у Аршана восторг, которого тот не скрывал.

Да только в искренность девушки я не поверила, сама умела выглядеть наивной, когда мне это было необходимо. Ощутила в ней родственную душу — от своего она не отступится. Оставалось понять, что именно она считала своим.

Или… кого? Про симпатии Искандера к ней я помнила.

Размышления на эту тему пришлось отложить, знакомство на этом закончилось и нас повели в гостевые покои. Кими и Лея за нами не последовали.

Комнаты, в которых нам предстояло расположиться до церемонии, находились на сто первом этаже гостевого комплекса. Искандер как-то рассказывал, что пересечение любого рубежа для скайлов имело особое значение, это число относилось именно к таким.

Еще один символ — почет, который нам оказывался.

На мой взгляд, было похоже на аванс, который придется отрабатывать собственной кровью.

Передав всех остальных воинам гвардии кангора, меня Аршан проводил лично. Разрешение на разговор со мной у отца, как главы делегации, он уже получил.

Отрыв дверь, дождался, когда меня введет в реестр внутренняя система безопасности комплекса. Блекло-серый слепок в полную величину вспыхнул рядом. Символы, коды, большая часть из них незнакома. Ощущение клетки.

Несмотря на царящее вокруг нас радушие, возникающие у меня образы были мрачными. С этим нужно было срочно что-то делать. В таком состоянии допустить ошибку — пара пустяков. Успокаивало лишь то, что у нас были свои сюрпризы, афишировать которые мы не торопились.

— Вам известны мои предпочтения? — невинно поинтересовалась я, осматривая небольшой, но очень уютный зал, в который мы вошли.

Теплые оттенки, от самого бледного — кофе с молоком, до мягкого — шоколада. Длинноворсный ковер на полу, по такому приятно ступать босиком — еще одна привычка, которую я переняла у Искандера. Из огромного окна открывался превосходный вид на море зелени, среди которого к небесам взмывали свечи небоскребов. Тот, в котором находились мы, был не самым высоким, всего лишь двести этажей. Я хоть и глазела по сторонам во время короткой экскурсии, устроенной нам Аршаном по пути сюда, но не пропустила ни одного его слова. Про тысячу и один этаж дворца кангора я тоже запомнила. Покои Синтара были на самом верху.

— Госпожа Орлова, — начал Аршан, дав мне лишь мельком осмотреться, — сведения, которые передал вам Артур Шорн, были согласованы со мной и отобраны ведомством, которое я возглавляю.

Я стояла спиной к нему, оценивая данные со сканера, передающего изображение прямо в мозг. Игрушка была из тех, что подкинул мне Индарс в последнюю встречу. Сказал, что прощальный подарок, я посчитала, что подстраховка. Это было странно, но старху я продолжала верить. Несмотря ни на что.

Когда Аршан заговорил, как раз проверяла наличие контура слежения. Его… не было.

Оборачивалась я медленно, давая себе возможность переключиться с одного на другое. Признание старшего сына кангора было довольно неожиданным.

Подобная мысль у меня мелькала — свобода Артура в выполнении своего задания должна была иметь рамки, но я не придала ей должного значения. Не сказать, что очередная небрежность, просто подобный вариант нам ничем особо не грозил. Скорее уж обещал некоторую поддержку, хоть и не исключал того факта, что нас вновь будут использовать в своих целях.

Но тут еще вопрос, кто — кого. В это дело мы влезли сами.

Чего я не предполагала вообще, так участия в этом Аршана. Сейчас это не казалось чем-то неординарным, в большинстве империй, как бы они ни назывались, сыновья имели отношение к службам безопасности.

Мое молчание он интерпретировал правильно, ответа дожидаться не стал.

— Надо сказать, что ваше вмешательство во внутренние дела скайлов меня не радует, но Артуру удалось убедить меня в том, что причина, заставляющая вас действовать, — желание избежать возможных проблем между нашими секторами.

Я не позволила себе ни единой эмоции. А ведь мне только что весьма ясно дали понять, что мой брак с Искандером им рассматривается лишь как удачный политический ход. Мои или его чувства для Аршана не имели никакой ценности.

Моего мнения о скайлах подобное заявление не изменило, я уже давно поняла, что бескорыстие в нашей Галактике было такой же редкостью, как и туарон. Но горечь в душе осталось, Искандера я любила.

Или, чтобы вышло точнее, все еще любила?!

А Аршан между тем продолжал:

— К сожалению, я вынужден признать, что гарантировать вашу безопасность при таких условиях мы не можем. — Я удивленно вздернула бровь, не собираясь показывать, что оценила его искренность. Еще не придумала, что с ней делать. — Поэтому я настаиваю, чтобы свои действия вы координировали со мной.

— Я вынуждена вас огорчить, канир Аршан, — воспользовалась я короткой паузой, чтобы превратить его монолог в наш диалог, — но лично я в ваши внутренние дела совать свой нос не собираюсь. Сведения, о которых вы говорите, нужны мне были только для того, чтобы не попасть впросак. Канир Искандер не счел нужным посвятить меня в нюансы взаимоотношений скайлов, мне пришлось решать эту проблему с помощью старого друга, откликнувшегося на мою просьбу.

Хотелось бы мне знать, на какой ответ рассчитывал мой собеседник, но обескураженным или обеспокоенным он не выглядел. Даже с учетом их хваленой выдержки.

— Что ж. — Он дал мне увидеть ироничную улыбку и только после этого чуть склонил голову, оценивая мои слова. — Примите мои искренние извинения, я неправильно расценил заботу Артура Шорна. Надеюсь, случившееся недоразумение не станет для вас причиной отказать мне в дальнейшем общении?

Теперь был мой черед разводить политесы. Разведя руки в доброжелательном жесте, я заверила Аршана:

— Чтобы убедить вас в этом, канир, я готова внести ваш личный номер в свой комм. И если мне потребуется…

Закончить мне не удалось, Дарил посчитал, что мы и так слишком долго беседовали наедине. Я была с ним полностью согласна. Все, что мы хотели друг другу сказать, было сказано.

* * *

— Дакири Дарис очень высоко оценил способности трех капитанов. — Кангор Синтар разговаривал с генералом Орловым и майором Таласки лишь в присутствии двух каниров — Искандера и Аршана, и шестерки телохранителей. Это было признаком высокого доверия, которое оказывалось союзникам по коалиции. Обычно его охрана была более значительной. — Так же он признал, что все они способны контролировать свои эмоции в достаточной степени, чтобы закончить начатое на щитоносце обучение.

О том, что тот просил подобрать им другого наставника, кангор упоминать не стал. Причина была веской — вахиби Кими требовала его внимания. Синтар отказывать не стал, дочь и правда в последнее время выглядела подавленной.

Орлов попытался подняться, выражая признательность за лестные слова в отношении его… подчиненных, но кангор жестом остановил его.

— Канир Аршан подтвердил слова дакири Дариса, ослабленные щиты двух сильных ментатов, каковыми они являются, не вызвали, как мы опасались, психологического срыва. Это дает мне право утвердить одно из мероприятий, относительно которого еще оставались сомнения.

— Такие события, как награждение лентой литара — редки. Наша жизнь до последнего времени была весьма структурирована, жестко подчинена правилам. Верность древним традициям служила гарантом спокойствия и гармоничного развития. — Губы Аршана тронула легкая улыбка, давая понять, что в его словах скрыта самоирония. — Подвиги, достойные звания героя, в ней не были предусмотрены.

Кангор дождался, когда сын закончит говорить, не выказав ни малейшего неудовольствия. То ли хотел показать гостям, что ничто человеческое скайлам не чуждо, то ли давая понять, что Аршан облечен его личным доверием. О том, что именно этот канир отвечает за безопасность правителя, сменив упустившего корону предшественника, и Орлов, и Таласки уже знали. От самого Аршана.

— Мы решили отпраздновать награждение вашей дочери, генерал, с размахом, объявив литарис во всем кангорате. Это праздник воинской чести и долга, один из самых значительных в череде подобных. Имена тех, кого в этот день назовут лучшими во всех типах учебных заведений, будут навечно занесены в их летописи.

Несмотря на доброжелательный тон кангора, ради такого случая отказавшегося от внешней бесстрастности, и смысл того, что он произносил, генерал хмурился.

Мысль о браке Наташи и Искандера нравилась Орлову все меньше.

Генерал привязался к адмиралу, иногда даже позволяя себе называть его сыном. Про себя.

Он не закрывал глаза на недостатки Искандера — на его взгляд, тот был излишне прямолинейным, идя напролом там, где можно было бы добиться своего и иным способом.

Это же отсутствие гибкости сказывалось и на его отношении с подчиненными. Искандер придерживался тех принципов, на которых его воспитали в кангорате: жесткая иерархия, беспрекословное подчинение. Для расы, где каста военных правила миром, это было оправданно.

Но генерал знал и другие основы, чтобы добиться тех же результатов — заслуженное каждодневным трудом уважение.

Шторм, Таласки, экипаж Наташи только подтверждали его мнение. Они исполняли свой долг не по приказу, по-иному они просто не могли.

Впрочем, Искандер менялся, сумев не изменять самому себе. Он был личностью, знакомством с которой можно было гордиться. Орлов и гордился. Был уверен, что их встреча — большая удача в его жизни. Но… чем ближе становился день, когда Наташа должна была произнести сокровенное: «Да», — тем тяжелее становилось у него на душе.

Его дочь была другой. Даже внутри рамок присяги она продолжала оставаться свободной.

Увы, все его попытки поговорить с Наташей и выяснить, чего же хочет она, заканчивались ничем. Пресловутая самостоятельность и семь стандартов разлуки. Он пытался, как умел, вновь стать ей отцом, она нашла лучший способ избавиться от чрезмерной опеки. Сделала его дедом.

Изящный ход, но не обвинишь — Юла она любила искренне.

— Завершить этот день мы намерены торжественным приемом в моем дворце. Будут представители и представительницы всех двадцати восьми каниратов, наставницы храмов стихий.

— За чью безопасность вы более беспокоитесь, кангор Синтар? — воспользовался паузой Таласки. Он, как эмпат, витающие в воздухе недосказанности ощущал значительно острее остальных.

— Кими и Лея проверяли не только свою способность находиться рядом с представителями делегации, но и их — выдержать в непосредственной близости с собой такое количество ментатов и стихийщиков, — счел нужным ответить на вопрос майора Аршан.

— Разве вы еще не убедились, что излучение мозга наших рас находятся в разных диапазонах частот? Полоса совмещения слишком узка, чтобы мы могли нанести непоправимый вред разуму друг друга.

Аршан кивнул, соглашаясь, и собирался продолжить объяснения, но его опередил Искандер.

— Речь идет не о вреде. Ваш мозг весьма адаптивен, для того чтобы запустить процесс, требуется незначительный толчок — любое из возможных чувств. И тогда вступает в действие иной механизм, вы не только подстраиваетесь под объект, но и сами на него активно воздействуете.

— Вы хотите сказать, канир… — При посторонних Орлов никогда не забывал, что он — помощник адмирала. Непосвященным не стоило знать, что их связывает еще и дружба.

— Опасения тех, кто настаивал на продолжении изоляции скайлов, подтверждаются. — Спокойно, словно речь не шла о столь серьезном вопросе, прервал генерала Синтар. — Внешние контакты способны значительно изменить нас в течение нескольких поколений. Особенно под влиянием именно вашей расы. Я считаю происходящее неизбежным, у многих это вызывает если и не страх, то опасения.

— И мы должны…

Кангор опять закончил за генерала:

— …пусть и не убедить, так хотя бы смягчить их настроения. Впрочем, судя по донесениям моих наблюдателей, трудностей быть не должно. Все члены делегации демонстрируют качества, которые ценятся скайлами. Выдержка, корректность, самообладание. Вы готовы чтить чужие правила и следовать им.

— Насколько может повлиять на статус канира Искандера связь с моей дочерью? — Орлов последовал совету кангора, пусть он и был дан в качестве инструкции для других. Был спокоен до равнодушия. Вот только внутри кипело.

Он достаточно долго крутился в верхних слоях власти, чтобы понимать суть подводных течений чужих интересов, которые облачались в саван иного смысла. Он умел считать и просчитывать, избегать или взламывать ловушки, которых оказывалось множество вокруг него. Потому и догадывался, что просто пожеланиями счастья для Наташи и Искандера дело не обойдется.

Все оказалось намного мрачнее.

— Я инициировал отказ от изоляции. Канир Искандер, как реальный претендент на трон кангора, может стать моим продолжателем. Ваша дочь совершила для нашей расы то, что делает ее символом, особенно для тех, чья личность только формируется. Их, как вы назвали, связь, должна дать определенный толчок, подтвердить, что возврата к прошлому больше нет. Перед нами осталось лишь одно препятствие — об их возможном браке знает очень ограниченный круг, для всех остальных эти двое — свободны. Боюсь, многие из приглашенных на прием каниров и членов их родов, будут очарованы красотой, силой и мужеством госпожи Таши. Для скайлов эта смесь весьма притягательна.

— Именно поэтому, — Аршан повернулся к Искандеру, которого, казалось, этот разговор совершенно не беспокоил, — нам бы хотелось объявить о взаимоотношениях канира рода Элдарс и госпожи Таши до этого момента.

— Моя дочь вольна в своих решениях, — жестко отрезал генерал, уловив знак Таласки. Тот давал понять, что политесы закончены, сейчас на них начнут «давить». — Но я способен спрогнозировать ее ответ, он будет отрицательным. Даже мимолетное знакомство с вахиби Кими оставило у моей дочери не самое лучшее впечатление о возможном браке со скайлом.

Он не был уверен, что тень эмоции, мелькнувшей в глазах Искандера, была облегчением. Оценить вероятность подобного не успел, Игорь требовал внимания.

— Мы с каниром Искандером обсуждали этот вопрос, — задумчиво протянул Синтар, словно еще раз перебирал в уме все «за» и «против». Опыт Орлова не советовал ему верить тому, что он видел. — Наши обычаи предусматривают два варианта брачных клятв. По одной из них мужчина полностью отвечает за свою спутницу, становясь для нее не только смыслом жизни, но и самой жизнью. Это наследие наших предков, с которым я намерен бороться. К сожалению, одна из моих дочерей выбрала именно такой союз, что меня весьма огорчает.

— И ослабляет наши позиции по этому пункту, — добавил Аршан, тем самым давая понять, что разделяет взгляды отца.

— Вторая появилась позже. Она предоставляет женщине определенную самостоятельность: выбирать профессию, дает возможность продолжать служение в храме той стихии, которой посвящена, решать, готова ли стать матерью.

— Но и она не позволяет ей иметь ту степень свободы, к которой привыкла капитан Орлова. Когда канир Искандер поддался своим чувствам, он вряд ли до конца осознавал, на что собирается обречь свою возлюбленную, если она ответит на его любовь.

«Но об этом не забыл кангор Синтар, фактически подталкивая своего подданного к подобному безумию», — подумал Орлов, насколько это было возможно незаметно, переглянувшись с Таласки.

Тот склонил голову, соглашаясь с мыслями своего командира, которые без труда ощутил.

— Мы намерены предложить конкору родов рассмотреть возможность заключения брака между каниром Искандером и вашей дочерью, генерал, по законам Союза. Я не готов, даже ради счастья своего возможного преемника, лишить крыльев талантливого капитана.

— Когда состоится конкор? — Орлов был несколько обескуражен, хоть и ожидал сюрприза.

Внешне это никак не проявилось.

— Между церемонией и приемом, — коротко ответил кангор, нарочито устало прикрыв глаза.

Аудиенция была окончена, наступило время думать: проиграли они или…

* * *

— Это — женщина.

Равнодушный голос Рауле слегка успокоил эмоции, но гадкое ощущение на душе осталось. Запись, которую я получила утром, была обескураживающей.

Но неприятнее всего был тот факт, что добралась она не только до меня. В этом списке оказался и отец. Мне он об этом, естественно, сообщать не стал, номер его комма перехватила акула Индарса, отследившая, куда именно ушла копия.

— Не суди о них по нам, — так же спокойно, как и Камил, отозвалась я, отказываясь смотреть на экран.

Картинка застыла на том моменте, где Искандер прижимал к себе обнаженное девичье тело. Лица барышни не видно, но программа опознавания восстановила черты. Это была Лея.

— Это не его покои, — уверенно произнес Дарил, остановившись у меня за спиной. — Я заглядывал к нему, уточнял расписание встреч.

Демона пришлось посвятить в тонкости происходящего. Точнее, он не оставил мне выхода. Как только выставил Аршана за дверь, Дарил устроил мне небольшой допрос. Сначала отвечал на свои вопросы сам, потом уже я. Он знал достаточно, чтобы пропал смысл скрывать остальное.

Да и причина моего молчания была по-детски наивной. Я пыталась научиться обходиться без него, взяв в помощники Таласки и Рауле. Демон убедил, что его со счетов списывать рано.

Не скажу, что я сильно противилась.

— Его ночью не было в комплексе, — подала я голос, пытаясь не замечать задумчивых взглядов демона и жреца. Кое-что в наших отношениях продолжало оставаться постоянным. О некоторых мелочах мы предпочитали умалчивать, используя их в качестве сюрпризов.

Моя осведомленность об отсутствии Искандера была из этого разряда.

— Радиус контроля? — тут же поинтересовался Дарил, проигнорировав сам факт такой возможности.

— Минимальный. Я не стала рисковать.

Демон вздохнул, его дыхание тронуло волоски на виске. Он стоял слишком близко ко мне, так было спокойнее.

— Подделка? Старая запись?

Я качнула головой, явно огорчив спросившего Рауле.

— Если подделка, то уж больно искусная. Я в этом толк знаю, с каким только совершенством не встречалась. Вероятность, конечно, есть, но я склонна верить игрушкам Костаса. Запись тоже свежая, в этом придется поверить мне на слово.

— Попахивает дилетантством, — неожиданно для меня заявил Дарил, хмыкнув. — Вызвать твою ревность? Заставить отказаться от брака? Вывести из себя, подтолкнув к необдуманным действиям?

Пришлось говорить то, о чем они еще не догадывались.

— Генерал тоже знает.

— Ничего не доказывает, — пожал плечами Рауле, демон только недовольно сопел прямо в ухо. — О ваших отношениях известно, как и взгляд Орлова на понятие чести. Но генерал — профессионал, сначала делать, потом думать — не будет.

— Кто из нас не без греха… — обратилась я к философии, чтобы скрыть желание завыть. — Прогони сначала.

Камил удрученно качнул головой:

— А вот это уже мазохизм. — Но просьбу выполнил.

И я вновь смотрела, как его руки срывают с нее одежду, как падает мимо кровати китель…

— Стоп! — Горло сжало спазмом, команда прозвучало хрипло. — Еще раз.

Вместо того чтобы пройти вперед, Дарил резко развернул меня.

— Не насмотрелась еще?!

Вряд ли он ожидал увидеть улыбку на моем лице.

— Это подделка.

Так меня и не отпустив, демон рыкнул на Рауле:

— Давай!

Повернулись мы к экрану вместе.

Искандер запаздывает на мгновение, девушка делает шаг вперед первой. Прикосновение губ, рук, одежда разлетается по комнате, китель… медленно падает на самый краешек кровати, соскальзывает вниз.

— Запись сделана на «Танталионе». — Я тут же поправилась. — Часть записи. В тот день, когда мы вернулись.

— Ты что-нибудь понимаешь? — Дарил, вымученно улыбнувшись, посмотрел на Камила.

Тот даже не пытался делать вид, что спокоен.

— Кто-то вздумал пощекотать нам нервы.

— Не вижу смысла, — тяжело вздохнула я, отходя к окну. Открывающийся с такой высоты вид завораживал. — Либо мы имеем дело с двумя игроками, либо… — Я помедлила, пытаясь понять, действительно ли я так думаю, или это просто отголоски эмоций: —…Либо все это направлено против адмирала.

Дарил присвистнул. Жаль, я не увидела выражения его лица.

— Ну, тогда первой кандидатурой я ставлю Индарса.

— Можешь исключить из списка. — Оборачиваться я не стала. — Император не будет втягивать меня или отца в свою игру.

Усмехнулся демон довольно — проверял.

— Тогда кто остается? — Это был уже Рауле.

— У меня восемь претендентов, — так же ровно ответила я.

— Сколько? — судорожно выдохнул Дарил. Кажется, мне вновь удалось его удивить.

Камил пока молчал, но это, скорее, выдержка, чем отсутствие интереса.

Я обернулась к парочке, успев кинуть взгляд на приютившегося в кресле Тимку. Нашу безопасность сегодня контролировал он.

— Искандер, Аршан, Дарис, Кими, Лея, Артур, Шахин и… — Я замялась, имя Асхана произносить пока не хотела. — Есть еще один, но под большим вопросом.

Ни Дарил, ни Рауле уточнять не стали, выглядели слегка обескураженными. Я знала, что именно вызвало потрясение, потому и не стала дожидаться реплики.

— Доказать свою невиновность Искандер всегда успеет, но это хороший способ заставить меня отвлечься от той же короны кангора.

— Он вчера встречался с Леей, — неожиданно выдал Камил, наблюдая за тем, как у Тимки приподнимается ухо. Признак заинтересованности.

Стоило признать, что и я сама была изумлена не меньше.

— Ты не покидал номера!

Рауле перевел взгляд с меня на Дарила, дождался, когда тот кивнет, принимая его предупреждение — молчать, о том, что услышит, и вновь посмотрел на меня.

— Артур передал мне личный код Искандера.

Демон тут же дернулся уточнить, но я его остановила жестом. Это был наш разговор.

— Сэйвы?

Тот качнул головой.

— Нет, эти работают на другом уровне. У меня есть ментальный слепок Шорна, иначе канир сразу бы вычислил.

Я задумалась лишь на мгновение.

— Только Шорна?

— Я не жрец, но навыков не потерял, — жестко отреагировал на мой вопрос Камил, напоминая, что он, как и Тимка, только кажется мирным.

Но я на это даже не обратила внимания. Их зубы не для меня.

— Ты потому и говорил, что кое в чем не уступаешь Тарасу?

— Это сейчас так важно? — ушел от ответа Рауле.

Настаивать я не стала, он и так дал достаточно информации, чтобы задуматься о том, как ее использовать. Перспективы открывались прямо-таки захватывающие.

— А почему Аршан? — Дарил понял правильно, тема Искандера была на этом исчерпана. О том, что сын кангора является одновременно и начальником его службы безопасности, я им уже сообщила.

— Он имел возможность исказить данные, переданные Артуром Костасу.

Еще одна проверка, демона больше интересовало другое имя.

Я не ошиблась.

— А Шорн?

Что попал в мою ловушку, демон уже сообразил, но не смутился. Из нас двоих разведчиком, хоть и бывшим, был он, умел оборачивать проигрыш к своей пользе.

— Возможность переиграть брата, отвлечь меня, помогая ему, приказ Аршана. Причин может быть много, но только у него и самого Искандера была возможность сделать ту запись. Но Шорна мы исключаем, признание Рауле его почти реабилитировало.

— Ты.

Я несколько настороженно посмотрела на Камила, но кивнула, соглашаясь.

— Я буду в списке отца, но глушак скайлов на столе в каюте Искандера на «Танталионе» исключит меня из него. На тот момент, когда делали запись, у меня еще не было игрушек, способных с ним справиться.

Мальчики сделали соответствующие выводы из моих слов — теперь они у меня были, и переглянулись.

— Дарис не присутствовал на «Танталионе».

Замечание Рауле я проигнорировала. Мы опять возвращались к технологиям скайлов, о которых знали слишком мало, чтобы высказываться категорично.

— А кандидатура Шахина выглядит совсем уж нетривиально, — словно приняв передачу, задумчиво протянул Дарил…

Я только усмехнулась. Асхан и Шахин. Имя последнего перевозчика, державшего к руках корону кангора, мне было известно, а его связь с Асханом удалось раскопать Костасу.

— А Лея и Кими вообще выглядят невинными жертвами наших извращенных фантазий, — выдала я, тут же получив в ответ понимающие улыбки. — До тех пор пока не поймем, чего именно они добиваются, дальше гадания на кофейной гуще не сдвинемся.

— Искандер встречался вчера с Леей, — повторил Рауле, заставляя меня напрячься. Не зря. — Его вызвал Аршан, но она настаивала на разговоре. Он обещал навестить ее, как только появится свободная минутка.

— Готова поспорить, — скривилась я, догадываясь, что вся эта мышиная возня — лишь начало, — что следующее сообщение, которое я получу, будет приглашением увидеть все собственными глазами.

Странно, но спорить со мной никто не стал.

Не знаю, как у них, но у меня на душе было противно.

* * *

Мои прогнозы оправдались раньше, чем я ожидала. Не про приглашение, про начало.

Второй день пребывания на Ирассе был насыщенным. Сразу после завтрака нашу делегацию пригласили в Большой зал резиденции кангора на первую репетицию церемонии присвоения мне звания литара. Подобным торжествам у скайлов придавалось огромное значение, потому ритуал просто обязан был быть исполненным безукоризненно.

Отец и Игорь, которых не было во время утренней трапезы, как и Искандера, видеть которого у меня особого желания не было, появились лишь часа через полтора. Я настолько потерялась во всех этих правилах и тонкостях, что едва осознавала, сколько на тот момент уже прошло времени.

Встаньте сюда… Взгляд направлен в эту точку… Три шага, остановка… Когда присутствующие расступятся, открывая коридор, ждете десять секунд… Главное — сдержанность, ваши телохранители — тени, вы не должны их замечать…

Аронову, Стелькову и Рауле тоже досталось, они должны были стоять в первом ряду приглашенных. Всего паре десятков метров от трона кангора и в непосредственной близости от его детей, чтобы те привыкли. Лея и Кими, с десятком воинов за спиной, находились тут же.

— Нам нужно поговорить. — Отец подошел ко мне во время объявленного перерыва. Ноги начали заплетаться не только у меня.

Я сделала удивленное личико, очень надеясь, что беседовать нам придется не о мнимых прегрешениях жениха.

— Это срочно? — рассчитывая на милость судьбы, поинтересовалась вяло, с тоской вспоминая о тренажерном зале щитоносца. Лучше уж туда!

Увы, сегодня был не мой день.

— Нас принимал кангор. — Я изобразила заинтересованность, но отца не провела, смотрел он сурово. — Наше присутствие здесь — символ изменений, происходящих в кангорате.

— Отец, — я позволила себе слегка повысить голос, стояли мы в отдалении, интереса к нам никто не проявлял, — не нужно этой ходьбы вокруг да около. Я же не кисейная барышня.

— Вот это меня и беспокоит, — недовольно буркнул он, но тут же сменил тон. — Не все довольны выходом скайлов в Галактику, кангор опасается провокаций, направленных против нас. Служба безопасности пытается контролировать ситуацию, но ты же знаешь…

— Его Величество Случай…

— Обычно ты говоришь, — он улыбнулся едва заметно, — закономерность выверенных планов.

— Ты хочешь, чтобы мы были пай-девочками и не садились в кар к незнакомцам?

Брошенный на меня взгляд выдавал недоумение. Мне бы, заметив это, остановиться, но уже понесло.

Отец лгал мне! Нет, не лгал, не говорил всей правды. Так, кажется, у них это называлось.

— А что еще нам не стоит делать? Пытаться понять, что здесь происходит?!

— А ведь я предупреждал вас, господин генерал, — раздался из-за спины шаловливый голосок Таласки, — не нужно столько муштры. Они же летуны, для них шагистика, как корабль вольных в прицеле.

Мне стоило поблагодарить Игоря, но даже на это сил не хватило. Полунамеки, полупризнания отца ранили больнее, чем та запись, о которой он столь иносказательно высказался. Не был уверен, что я ее видела, вот и пытался, то ли удостовериться, то ли предупредить.

Или я так думала?

— Извини, отец, — виновато улыбнулась я, взяв себя в руки и рассчитывая успокоить подозрения, которые у него могли возникнуть, — Игорь прав, все эти церемонии не для меня. На фоне этих хищников аркон Дарис кажется невинным ягненком.

Мое сравнение заставило Таласки хмыкнуть, а отца — опустить ресницы, предупреждая. Нас могли слушать.

— Послезавтра вечером состоится… — Отец замялся, подыскивая слово, я не торопилась ему помогать, хоть и знала, о чем он собирался сказать: — Что-то типа бала. Представители всех значимых родов, военная элита. Будут женщины скайлов. — Он опять стушевался, но я терпеливо ждала продолжения. — Кангор Синтар передал в качестве подарка для тебя платье по местным канонам.

От весьма резкого ответа генерала Орлова спас распорядитель. Дело шло к обеду, мы успевали сделать еще один прогон церемонии.

Больше в тот день поговорить с отцом мне не удалось. У них, включая Искандера, которого я увидела лишь мельком, и Таласки, с которым очень жаждала пообщаться, опять были какие-то переговоры. А нас, дав передохнуть только час после еды, препроводили на экскурсию по дворцовому комплексу.

Лично я была не против, сейчас любая информация могла оказаться кстати. Нервировало только одно — моим спутником на время этой прогулки стал сам канир Аршан. Если бы не знала об отношении скайлов к чужим невестам, могла посчитать, что он решил за мной приударить.

Мы шли первыми. Дарил, как и положено, держался сзади, а Рауле, отстав от всех шагов на десять, присматривал за Виталием и Сашкой. Их сопровождали Кими и… Лея. Я еще на репетиции заметила, как Аронов, забыв о предупреждении Камила, не отводил глаз от хрупкой девичьей фигурки. Она же, словно случайно наткнувшись на его взгляд, скромно опускала ресницы и мило рдела.

А воображение на месте Сашки рисовало Искандера. Изводить себя ревностью мне тогда было некогда, но боль в груди, возникшая во время просмотра записи, уходить не торопилась.

Дариса, хоть я и ожидала его увидеть, с ними не было. Вместо себя он приставил к жене парочку младших арконов. Но те предпочитали казаться незаметными.

— Вы чем-то встревожены?

Между гостевым комплексом и резиденцией кангора, к которой мы направлялись, — было около километра. Парк, больше похожий на слегка облагороженный тропический лес.

Кроме нескольких аллей, по одной из которых мы и двигались, два небоскреба соединяли крытые галереи. Часть из них, которая явно предназначалась для любования пейзажами, разделялась на секции огороженными площадками.

Они притягивали к себе взгляд, заставляя следить за плавными линиями, приглядываться к узорам, высеченным на колоннах, которые их поддерживали. Удивительно самобытная архитектура, ничего подобного я в других секторах не видела.

Удивляться этому не приходилось, развивались скайлы последние несколько сотен лет в закрытом режиме, если и имея доступ к чужому опыту, то весьма ограниченный.

Другие переходы были менее заметны, в глаза не бросались, но и их назначение не ускользало от понимания. Предназначались они для контроля периметра.

Были, скорее всего, и другие. Про подземные ярусы тоже забывать не стоило.

— Скорее, недовольна. — Эта игра, которую я начинала по совету Дарила, называлась — откровенность. — Я — боевой офицер. Мое место в рубке корабля. Здесь, — я повела подбородком от одного комплекса к другому, — я чувствую себя лишней.

Аршан даже приостановился на миг. Надеюсь, я сумела сбить его с настроя.

— Подобные церемонии у многих народов являются приятным или не очень, но приложением к славе.

— Слава, — продолжая проявлять сдержанность, о которой нас просили, произнесла я, — это когда за твоей спиной те, кто не может себя защитить. Когда ты до конца исполняешь свой долг, забыв, что самому тоже жить хочется. Вы же мне приписываете чужие заслуги.

— Благодаря вашим стараниям корона вернулась в кангорат, — возразил Аршан, явно ожидая моего ответа.

Разочаровывать его я не собиралась. Пока мы беседовали, Рауле пытался «снять образ», как он объяснил процесс ментального создания новой личности. Я не собиралась использовать канира, но Камил убедил, что подобная предосторожность лишней не будет.

— Благодаря кредитам, которые мне заплатил Искандер.

— Вы обманываете сами себя, — вновь остановился Аршан, отступив в сторону и пропуская сестер и парочку моих охламонов. Сашка явно нарывался на промывку мозгов. — Мне хорошо известны подробности этой операции. Дополнительный пункт, внесенный в контракт, давал вам возможность избежать многих проблем. Но вы решили дождаться своего нанимателя, хоть и рисковали не только собой, но и своим экипажем.

Он думал, что загнал меня в угол?! Наивный! Эту казуистику я изучала на собственной шкуре в первый год перевозчицей.

— Вам известно, что такое — репутация? — Канир очень по-человечески развел руками, признавая свое поражение. Но я решила закончить. — Груз для перевозчика священен. Мы подписали контракт и должны были его выполнить. А в нем было сказано: принять и доставить.

— Для вас слово «честь» имеет значение, — коротко заметил он, жестом предлагая следовать дальше.

— А для вас? — невинно уточнила я, не двинувшись с места.

Тот, улыбнувшись, склонил голову.

— Меня предупреждали, чтобы я не рассчитывал на приятное времяпрепровождение.

Пришел мой черед удивленно вскидывать брови:

— Артур? Искандер?

— Кангор, — не замедлил он с ответом. — Он часто вспоминает вашу встречу на Новой Земле.

— Кто, кого и от кого защищает, — чуть слышно прошептала я, но Аршан услышал. Птичий щебет и шум текущей воды, раздающийся оттуда, куда мы направлялись, ему не помешали.

— У вас говорят: ищите, кому выгодно. У нас: высокая гора может дать маленькую тень.

— Мне кажется, или вы меня вербуете? — моя усмешка была доброжелательной, но я стояла вполоборота к Ашрану, потому и видела, как Дарил дал знак сбросить обороты. Наш разговор с каниром начал его беспокоить.

— Всего лишь пытаюсь показать, что должность, которую я занимаю, доставляет мне удовольствие. Я не друг вам, госпожа Таши — у меня просто не может быть друзей, но и не враг. Не тратьте на меня время.

Ответить достойно я не успела. Из-за поворота донесся смех и Аршан, заговорщицки улыбнувшись мне, поспешил туда. Мне пришлось последовать за ним.

Впрочем, я не разочаровалась, открывшийся взгляду пейзаж был поистине великолепен. Гладь воды искрилась и сверкала. Солнечные лучи проходили сквозь нее, отражались от дна и стен из похожего на горный хрусталь кристалла, разноцветными росчерками устремлялись к поверхности, создавая красочную феерию.

Вакханалии добавлял водопад, который скользил по прозрачной вертикальной стене высотой в пару десятков метров, тонкими струйками уходя в глубь искусственного озера.

— Вам понравилось?

Демон остановился рядом со мной, но Аршана, кажется, это нисколько не смутило. В его голосе слышались игривые нотки.

— Понравилось, — холодно произнесла я, из-под опущенных ресниц наблюдая, как Лея что-то шепчет на ухо Аронову.

Кажется, наши проблемы начались.

* * *

— Ты меня избегаешь?

Искандер постучал в мою дверь совсем не вовремя. Я протрубила общий сбор: Дарил, Таласки и Рауле должны были вот-вот появиться.

— Ты отказался просвещать меня о ваших нравах, вот мне и приходиться разбираться самой, — фыркнула я добродушно, мысленно проклиная собственное везение, решившее мне подгадить. — А дело это оказалось хлопотное, все, к кому ни обращусь, предпочитают молчать.

Тактика оказалась удачной, взгляд Искандер хоть на миг, но отвел, признавая мое право на подобные обвинения.

— Я пытаюсь…

Договорить я ему не позволила. Выпроводить его можно было только одним способом — устроив скандал. Скайлы этого не терпели, а он, пусть и пообтерся среди нас, продолжал им оставаться.

— Ты пытаешься?! — повысив голос, уточнила я, удивленно его разглядывая. Самое главное, не переиграть саму себя. Что-то, конечно, можно списать на нервы, но перебарщивать не стоило. Могла вызвать подозрения. — А ты не пытался поставить себя на мое место?! Сначала Штанмар, затем залп «Пульсара» и копия Хараба с его наследием древних, теперь кангорат. Куда ни ткнись, везде загадки. Я сомневаюсь даже в тех, кому доверяла безоговорочно!

Искандер опустил голову, а я замолчала, подавившись вздохом. Кажется, я только что вывернула себя наизнанку. А ведь хотела только поскорее избавиться.

— Извини. — Мой шепот был тихим, но Искандер вздрогнул, как от удара.

Два оскорбления за пять минут… мне пора было собой гордиться.

Пока я занималась самобичеванием, мой жених принимал решение. И это было моей третьей ошибкой, допускать подобного было нельзя.

— Я приму твой отказ от брака. — Его взгляд был пугающе спокойным, таким я его еще не видела.

Наслаждалась зрелищем я недолго, Искандер ушел, как я и хотела, оставив меня одну и не позволив ничего сказать коротким жестом.

Я подчинилась. Капитан третьего ранга против вице-адмирала… Не моя весовая категория.

Так сказать, вот и поговорили…

Таласки появился спустя пару минут, я все еще стояла в центре предваряющего внутренние покои зала и училась заново дышать. Давалось это с трудом.

Войдя — дверь я не блокировала, — как собака повел носом.

— Похоже, я опоздал.

— Как раз, — прохрипела я, отходя к небольшому бару с напитками.

Спиртного не было, но экзотические вещи встречались, я полюбопытствовала, пока осваивалась. Но сейчас хотелось просто воды.

Игорь оказался догадливым, бокал попал мне в руки еще до того, как закончилось терпение.

— Что здесь…

Появившийся Дарил замолчал на полуслове, лишь перевел взгляд с меня на Таласки и обратно.

Первому глотку удалось только протолкнуть вставший в горле комок, второму — слегка отрезвить. Прежде чем рвать на голове волосы, стоило подумать, а зачем он приходил?

После третьего в хаосе разбушевавшихся эмоций появилась еще одна здравая мысль: меня только что попробовали выкинуть из игры.

Знаком, дав понять, чтобы не принимали мои слова всерьез, прошептала:

— Мы только что расстались с Искандером.

Рык Дарила был хорошей реакцией на сказанное.

— Что вы сделали? — Вопрос последнего участника нашего заговора отдавал сверхнизкими.

— Она рассталась с Искандером, — вместо меня Рауле ответил демон.

Я воспользовалась моментом и бросила взгляд на Тимку, который уютно устроился на руках у Камила. Мне повезло, Таласки смотрел на Дарила, а не на меня. Не хотелось бы мне раньше времени выдавать эмпату секрет нашего звереныша.

Заяц поднял уши, но тут же их опустил. Мы зря разыгрывали спектакль, нас не слушали.

Либо я ошиблась с предположениями, либо… все, что нужно, кто-то уже узнал.

— Можно говорить, — разрешила я, отставляя бокал на стол. — Но лучше отсюда уйти.

Игорь, соглашаясь, кивнул, хотел предложить свой вариант, но Дарил его опередил.

— Идем ко мне. Я вне сферы их интересов.

Спорить с этим было трудно. Демоны и скайлы… И те и другие, были расами-загадками. Но сходства добавляло им не только это. С ними предпочитали не связываться — ни те ни другие не знали слова невозможно.

Друг с другом они тоже предпочитали сохранять нейтралитет. Отец Дарила потому и отправил сына со мной. Знал, что тот — едва ли не единственный среди нас, будет свободен от опеки спецслужб. Если только возникнет подозрение, император Хандорс не оставит этого без внимания.

Покои демона соседствовали с моими, это было его требованием. С другой стороны от него расположили Аронова.

Всего несколько шагов, но вошли мы к Дарилу не вчетвером, а вшестером. Лишними оказались Виталий и Сашка. Причем Стельков буквально тащил Аронова за шкирку.

— Это что за представление? — уточнила я, отметив, что остальные предпочли молчать, ожидая моей реакции.

— Это ты у нашего любвеобильного спроси, — жестко отрезал Виталий, отпуская поникшего под тяжелым взглядом демона Александра.

Ну, хоть у кого-то ума хватило!

— Если я не ошибаюсь, тебя пригласили на свидание, — прошипела я, надеясь, что хоть так осознает. — А ведь предупреждали!

— Меня предупреждали насчет Леи, — тяжело вздохнул Сашка. Несмотря ни на что, на раскаяние это похоже не было.

— А пригласил кто? — тут же хватко вцепился в него Дарил.

— Кими, — прошептал Аронов, словно лишь теперь сообразив, что ситуация и в этом случае выглядит сомнительной.

— Где, во сколько?

Щадить его самолюбие я не собиралась, он намеревался подставиться не только сам, но и потянуть нас всех за собой.

И это в такой момент!

Амуры-муры, демоны их задери!

— В одиннадцать, у фонтана.

— Как ты должен попасть туда?

О том, что доступ в зону парка ограничен, нас предупредили. Чтобы пройти без сопровождения, нужно иметь что-то типа маячка.

— На воротнике, — сдался Сашка без сопротивления.

Таласки протянул руку первым, но Рауле перехватил. Пока они обменивались любезностями, я успела посмотреть на зайца. Тот уже перебрался на тахту, и там вошкался, устраиваясь поудобнее. До наших разборок ему дела не было.

— Вместо тебя пойду я, — вытаскивая едва заметную булавку с темным камнем, вынесла я свой вердикт.

Большинство, исключая Дарила и Камила, попыталось возразить, но обошлось без выяснений. До каждого дошло, что только мое присутствие рядом с Кими не будет расценено как ее измена. Кое-что о тонкостях их взглядов на приличия мы уже знали.

Теперь я понимала правнучку Джесси, которая предпочла остаться с мужем-скайлом на Новой Земле. Нравы там были более чем демократичные.

Мы то ли спорили, то ли обговаривали нюансы до последнего. Пришлось всех разгонять, оставив в покоях демона только Рауле и Сашку, — тот нуждался в нашем присмотре. Чтобы не мешал строить мрачные планы, напоили его вином. Тем самым, благодаря которому я узнала, что такое полное забвение.

Причин особых не было, но решили перестраховаться и в этом. Теперь, что бы ни случилось, его непричастность к любым провокациям доказать будет легко. Пары бокалов как раз хватало, чтобы часов на восемь уснуть сном младенца.

Мысль о том, чтобы просто проигнорировать приглашение, мелькнула и пропала. Время! Они сделали свой ход, мы не могли тянуть с ответным. Упустить возможность ухватиться за конец ниточки ради перестраховки я не могла.

Да и опасность была не столь уж велика. По крайней мере, для меня.

Закрутив волосы в тугой узел, я спрятала их под форменный берет. Аронов был немного выше и шире в плечах, но это если поставить рядом, а со спины… мне предстояло выбрать место с растительностью погуще. Выправка выправкой, но мою фигуру спутать с мужской можно было только хорошо набравшись.

На место я прибыла минут за двадцать до назначенного времени. Хотела осмотреться. И не только сама, разум Тимки «сидел» в нашей системе, обеспечивая незаметность для скайлов.

Была и еще одна причина, по которой я торопилась покинуть покои Дарила. Когда демон и жрец начали повторять свои нотации по третьему кругу, я поняла — пора сбегать. Это была далеко не первая операция под руководством демона, удивительно, как до сих пор не привыкла.

Местное солнце уже практически село. Подсветка резиденции кангора делала ее похожей на устремленную к темному небу скалу. Острые серые грани — темные внизу, к вершине становились все светлее, пока не переходили в искристо-снежное сияние.

Гостевой комплекс на его фоне выглядел бедной нахлебницей подле богатой родственницы.

О приближении Кими меня предупредил Тимка. Висок кольнуло, на командном интерфейсе среди теней деревьев и кустарников, обвитых лианами, появилась одинокая фигура.

Я подмигнула сама себе — игра началась.

Повернулась спиной, выбрав позицию, которая бы защитила от узнавания хотя бы в первый момент.

Предосторожность сработала, женщина подошла практически вплотную.

— Александр…

Ее голос был взволнованным и… волнующим.

Оборачивалась я медленно, давая ей возможность не только осознать свою ошибку, но и попытаться найти объяснение. Ну не хотела я ставить ее в неудобное положение! Признавала, что она собиралась подставить моего друга, но… кажется, это называется пресловутой женской солидарностью.

— Госпожа Таши?! — Моей поблажкой она не воспользовалась, выглядела не просто растерянной — испуганной. — Я не ожидала…

— Я догадываюсь, что вы ожидали увидеть не меня. Но, к сожалению, капитан Аронов находится под домашним арестом. Причина, я думаю, вам понятна.

— Это из-за меня? — Кими прикусила губу, словно пытаясь сдержать эмоции.

Увы, я мало знала о скайлах, чтобы делать выводы. Об их же женщинах мне было известно еще меньше.

— Если вам нужна была помощь Союза, — я решила дать ей еще один шанс, — то вы можете обратиться ко мне. Я сделаю все, что в моих силах.

Вместо ответа она отвела взгляд. Опущенные плечи, бьющее по нервам ощущение невыносимой для нее боли.

Я ничего не понимала!

Но она сумела справиться с собственными чувствами. Мгновение, и передо мной вновь отстраненно-холодная женщина, какой она мне запомнилась по первой встрече.

— Мне очень жаль, что я невольно нанесла вред капитану Аронову.

Про помощь Союза она ничего не сказала, просто развернулась и направилась прочь от меня.

Я удерживать не стала. Так просто такие загадки не разгадываются.

Но… попробовать стоило, и не откладывая. Время опять диктовало свои условия.

Когда Кими окончательно растворилась в сумерках, я набрала код Аршана. Тот ответил практически сразу.

Мои подозрения, что ждал, не оправдались. Капельки пота на его лбу поблескивали в трепете пламени свечей, струйками стекали по обнаженному торсу. Узкое лезвие меча замерло, дрожа от нетерпения продолжить свой безжалостный полет. Отделанный черным зал, часть которого была видна на заднем плане, создавала будоражащий антураж.

— Оставайтесь там, я вышлю охрану!

Не знаю, что его остановило, моя улыбка или резкий жест.

— Вообще-то я просто хотела спросить…

Его ноздри дернулись, ресницы на мгновение опустились. Это стало его реабилитацией.

— Спрашивайте, — убирая меч в ножны, произнес он уже спокойно.

Вот вам и безукоризненная выдержка скайлов!

— Какое наказание предусмотрено для замужней женщины в случае измены?

Тонкий халат, который он взял в руки, собираясь предстать передо мной в более приличном виде, скользнул на пол.

— В случае вахиби — смертная казнь. Арахри — длительное служение в храме.

— А что будет в этом случае с мужем?

— Мы ведь говорим о вахиби? — Он все-таки накинул халат. Белая ткань плотно облепила влажное тело. Когда я кивнула, словно мы беседовали о погоде, ровно произнес: — Скорее всего погибнет тоже.

Я непроизвольно качнула головой, дав ему возможность продолжить, отвечая на мои невысказанные мысли. Дикость подобной жестокости заставляла стискивать зубы.

— Вы не понимаете, Таши! Когда даются такие клятвы, больше нет двоих — есть одно целое. И то, что вы называете изменой, мы именуем убийством. Чтобы вы осознали, о чем спросили, я скажу, что за последние четыреста лет во всем секторе, контролируемом скайлами, не было ни единого случая нарушения клятвы вахиби. И если кто-то пошел на подобное…

— У него должна быть весьма существенная причина.

— Или помутнение рассудка, что для нас — та же смерть.

— Тогда у меня остался последний вопрос. — Он склонил голову, словно уверяя, что готов ответить не только на него. — Если бы вахиби изменила с кем-то из нашей делегации…

Взгляд Аршана стал осязаемо тяжелым, но тон остался все таким же уравновешенным.

— Выслали. Вряд ли всю делегацию, но на взаимоотношениях Союза и кангората это сказалось бы отрицательно.

Я улыбнулась ему… обнадеживающе.

— Благодарю, канир, вы удовлетворили мое любопытство. Прошу простить, что вмешалась в вашу тренировку.

Прервать связь я не успела, остановила меня его последняя реплика.

— Я не спрашиваю у вас, где вы достали доступ, чтобы пройти к водопаду, но должен предупредить, что без моей помощи вам в комплекс не вернуться. — Я приподняла бровь в ожидании продолжения. Вопреки опасениям, требовать объяснений в ответ на свою помощь он не стал. — Он позволяет войти, но… не выйти.

Цепочка, которую я успела выстроить, оказалась нежизнеспособной. Даже если предположить, что Кими узнала о предательстве мужа и таким образом собралась разделаться и с собой, и с ним, то попавший в ловушку Аронов ей был ни к чему.

Или… я все еще чего-то не понимала. И вполне вероятно, что, заменив Александра, я сыграла против нас же.

С другой стороны…

— Но ведь я могу рассчитывать на вас?

— Конечно, можете, — раздалось у меня за спиной. Его мундир был в идеальном порядке, волосы уложены волосок к волоску, но ощущение танца, в котором он вел свой меч, было явственным. — Прошу меня простить, что использовал кальку, но я не мог позволить себе заставить вас ждать.

Мне ничего не оставалось, как сделать выводы и последовать за ним.

Надеюсь, я не пожалею, что поверила.

* * *

Аршан, вне церемоний и обязательных фраз, оказался весьма милым собеседником. Он с одинаковым удовольствием отвечал на мои вопросы и задавал их сам, сохраняя при этом ту грань, которая отделяет приятную беседу от утонченного, но допроса.

Когда мы подошли к периметру охраны, я не удержалась от вздоха-сожаления. Расставаться не хотелось. Я прекрасно осознавала всю иллюзорность происходящего, не забывала и о том, кто именно находится рядом, но… сожалела.

Словно ощутив мое настроение, пропуская меня первой в холл, он спросил:

— Если завтрашним вечером вам не придется никого спасать, я могу рассчитывать на прогулку в вашей компании?

Взгляд машинально скользнул по залу, отмечая: кто, где, с кем… как?

Искандер и отец стояли неподалеку от лифта и смотрели на меня.

— Меня бы кто спас? — прошептала я чуть слышно, но для Аршана мой шепот не стал тайной.

— Мне вы себя не доверяете? — Он остановился, закрыв их собой. — Допуск был настроен на капитана Аронова, вы расспрашивали про вахиби. Это была Кими?

Я вздохнула, не скрывая своего разочарования.

— А я едва не поверила в ваше бескорыстие…

Аршан улыбался. Скайлы сами по себе были привлекательны, улыбка добавляла их красоте жизни. Будь я на месте кангора…

Смех я сдержала, пусть и с трудом. Будь я на месте кангора, запретила бы им улыбаться.

— Ради того, чтобы вы перестали так думать, я готов на все. — Он замолчал, на мгновение задумавшись. — Простите, но не на все. Предавать самого себя мне бы не хотелось.

Моего ответа он дожидаться не стал, вытянулся, словно отдавая честь, коснулся раскрытой ладонью груди.

— Благодарю вас за помощь, госпожа Орлова. Я сообщу главе делегации о предотвращенной вами провокации.

Ход был идеальным. Когда он отступил в сторону, позволяя мне уйти, отец и Искандер находились в нескольких шагах от нас. Не услышать его слова они просто не могли.

Поприветствовав их обоих, я, не ускоряя шаг, направилась к лифту. Там выдержка меня и покинула. Смеялась я сначала тихо, прикусывая губу и пытаясь успокоиться, потом уже в голос, благо поднималась наверх в одиночестве.

В таком виде меня и «принял» Рауле, затащил к демону. Руку Дарила, собиравшегося привести меня в чувство пощечиной, я перехватила.

— Отставить! — Мой рык заставил их обоих отступить, а Тимку, пристроившегося за ними, наклонить голову. — Что мы имеем?

— Кими не контактировала с Ароновым, приглашение передала через Лею. Та либо потакала низменным желаниям сводной сестры, либо причина для встречи, действительно, была существенной, раз она согласилась стать посредницей.

— Либо Лея пыталась свести их сама. Ему на ушко одно, ей — другое. — Это был уже Камил, взявший слово после демона.

Тезисы. Все еще сухие тезисы, за которыми не было видно даже кусочков картинки. Лишь пятна, которым предстояло когда-нибудь сложиться в мрачный узор чужого предательства.

— Либо очень хочет заполучить Искандера, потому готова избавиться и от сестры, если вместе со мной. Вопрос, могла ли она предположить мою реакцию, и если могла, то не эта ли милая встреча невесты канира с ее братом и была целью? — продолжила я предположения Рауле.

— Не семейка, а тот самый террариум, о котором ты предупреждала.

Я, закрыв лицо руками, замерла, пытаясь вспомнить момент из прошлого, когда у притона Тадеуса мелькнули те двое. Лицо тогда еще полковника виделось четко, словно не изображение на экране помогло вернуть его из забытья, а встретила только вчера. Второй же отказывался проступать сквозь пелену времени. А ведь я была уверена, что не забыла. На записи он был почти неразличим, восстановить не удалось. Видимо, сработала глушилка.

Увидеть его сейчас — могла бы и пройти мимо. Как легко изменить внешность, я знала не понаслышке. Но вот ощущения, впечатления от того, как движется, как отвернулся, заметив нас с Тарасом и Дарилом…

Непроизвольно качнула головой, отвечая на так и не заданный самой себе вопрос — близко, но слишком устала, чтобы поймать ускользающий от внимания образ.

— Все, я — спать. С Аронова глаз не спускать.

Дарил усмехнулся, но спорить не стал. Тоже вид заботы.

— Тимку возьми с собой.

Я подняла взгляд на Рауле, ловя себя на странном чувстве. Если бы не та история с айо, он бы не стал для меня своим. Может, поблагодарить Ивара?!

Вопрос был риторическим, обходился и без ответа.

Сутки на Ирассе длились двадцать шесть часов, адаптироваться к ним было не так уж и просто, пусть Стас и здесь не оставил без подспорья. Хорошо еще, что один из лишних часов приходился как раз на ночь. Для меня он стал спасением, организм требовал передышки.

Утро, вопреки надеждам, мудрости не принесло. Вечернее приключение казалось теперь еще более абсурдным.

Код на комме я набрала, даже не оторвав голову от подушки. Видео со своей стороны включать не стала, отделалась звуком.

— Вы не представляете, госпожа Таши, как приятно осознавать, что вы всю эту долгую ночь думали обо мне.

В отличие от меня начальник службы безопасности кангора казался бодрым и, что было противнее, веселым. Идеальная выправка, которую только подчеркивал черный мундир, на щеке — ритуальный рисунок, весьма заметный перстень — старший в роду…

Ритуальный рисунок… Когда мы с Искандером встретились в первый раз, посчитала, что это символ исполнения воли кангора, теперь знала — такой знак имели все семь каниров старшего круга.

Восемь! Индарс упомянул вскользь, что в кангорате сложилась уникальная ситуация. Синтар позволил Искандеру стать во главе Службы, не сняв с него титула канира, хоть и передав формально власть его младшему брату. Вот только права голоса в канирате мой все еще незаконный муж не имел.

Кажется, у нас появился еще один подозреваемый.

— А ведь я опять с вопросами, канир Аршан. — Его игривость я решила несколько притушить своим официальным тоном.

Увы, не помогло.

— Я весь внимание, госпожа Таши. Только бы слышать вас.

Стоял Аршан спиной к окну. Расстилающийся за ним пейзаж мне не был знаком. Если только очертания шести катеров. Кажется, я застала его на рабочем месте.

— Что у вас полагается за самоубийство?

Его взгляд не метнулся в сторону, но… я была готова поставить на кон свою жизнь, что в его кабинете кто-то был. У меня даже были варианты. Кими — лишь один из них. Отец… другой.

— Неудачное самоубийство? — уточнил он, давая себе возможность на обдумывание.

Можно было аплодировать себе, но я не стала торопиться. Или ему — аналогию между изменой и скрытой за ней попыткой убить себя, он уловил мгновенно.

— А есть разница?

Он посмотрел в пустоту, где находилась я, но ощущение, что наши взгляды встретились, было очень ярким.

— Вы правы, разницы нет. Весь род теряет свои привилегии и высылается на дальние планеты.

— Но это же смерть для женщин!

Он на мое возмущение внимания даже не обратил.

— Это очень древние законы. Выживают только сильнейшие.

— Благодарю вас, канир Аршан, — только и смогла сказать я, теперь понимая, почему Искандер не захотел сам рассказать о порядках на своей родине. Был уверен, что из его уст я восприму их еще негативнее.

— Ваши вопросы, госпожа Таши, наводят на странные мысли.

Ему повезло, что он не видел выражения моего лица.

— Меня тоже, канир Аршан. — И не дав ему перехватить нить разговора, резко отрезала: — Не смею больше вас беспокоить.

Отключилась я первой, выглядело это как бегство. Им, по сути, и было.

И так не очень радужное настроение было подпорчено Игорем. Тот постучался, когда я уже собиралась идти на завтрак. На командном интерфейсе все символы были зелеными, потому я и не поторопилась вызывать Дарила или Рауле на связь.

— Я имел ночью долгий разговор с генералом, — начал он с порога, как только я дала ему разрешение войти.

— Судя по тону, новости меня не обрадуют. — Волосы я опять убрала в тугой узел. Нас ожидала еще одна репетиция церемонии и прогулка по столице.

Впрочем, в привычном представлении городом это назвать было нельзя. Скорее, расположенными вокруг нескольких весьма важных для скайлов учебных заведений, представительствами семи каниратов, входящих в малый или, как его еще называли, старший круг.

Вся жизнь скайлов проходила внутри родовых владений, и даже крейсера были частью их. Исключение составляла лишь резиденция кангора и его личная гвардия. Все они отрекались от своих имен, чтобы принадлежать лишь данному им праву и обязанностям.

— Завтра, после награждения, должен был собраться конкор. Вопрос только один — твой брак с Искандером.

Я не пропустила безразличного «был», но не торопилась уточнять. Сейчас важнее было другое.

— Я не дам ни одну из клятв, — жестко произнесла я, понимая, что Игорь затеял этот разговор не для того, чтобы услышать то, что и так знал.

— Ты и не можешь их дать, не приняв подданства кангората, — усмехнулся он с такой горечью, что мне стало не по себе. — Речь шла о том, чтобы ваш брак был заключен по законам Союза. Это требование нашего правительства, твоего отца и Искандера.

— Теперь хоть понятно, чем занимался Искандер за моей спиной, — скорее для себя, чем для него, прошептала я. И уже громче добавила: — Похоже, он в своих замыслах не преуспел.

Таласки мои предположения подтвердил. Все эти политические дрязги отдавали изжогой, но я, к своему сожалению, погрязла в них уже достаточно глубоко, чтобы сказать, будто меня это не касается.

Касалось!

— Синтар перенес решение этого вопроса. Каниры разделились, младший брат Искандера, чей голос и стал решающим, высказался против. Генерал Орлов дал понять, что иной вариант даже не рассматривается. Или — или.

— И что понимается под вторым «или»? — внутренне замерев, уточнила я. Было во взгляде Игоря какое-то безумие, намекающее, что все еще хуже, чем кажется на первый взгляд.

— Делегация покинет сектор скайлов сразу после торжеств, ваша переподготовка пройдет у демонов.

Высказаться мне не дал Тимка, он выполз из-под одеяла, под которым прятался. Спал он эту ночь со мной. Посмотрел на Игоря, на меня. Зевнул, продемонстрировав острые зубы.

Не знаю, какую мысль он пытался до меня донести, но этих пары мгновений вполне хватило, чтобы не ляпнуть какую-нибудь глупость. Ну и задуматься, что за игру затеял Синтар со своими подданными?

Все происходящее напоминало ультиматум. Мы в нем выступали средством устрашения.

* * *

— А вот теперь вы, канир, выглядите встревоженным.

Этим вечером я была в платье, потому и опиралась на крепкую руку Аршана. Легкое белое платье с рисунком из мелких цветов, широкой юбкой и лифом, украшенным кружевами.

Обманчивая невинность и беззащитность, напрашивающаяся на поддержку находящегося рядом мужчины.

Канир надежды оправдал, отреагировал так, как и ожидалось. Теперь близость к нему помогала чувствовать то, что он пытался скрыть. Пусть и не кожа к коже, но достаточно, чтобы улавливать отсутствие той самой безмятежности, которую он так ярко демонстрировал.

Идею подбросил Дарил, Рауле сомневался, а вот Таласки был в восторге от этого хода. Если я не ошибалась, Игорь действовал на два фронта. Помогал мне разобраться с тайнами кангорского двора и злил Искандера. Оставалось понять, к какой мысли пытался того подвести.

Уходящий день оказался не менее тяжелым, чем предыдущий, но безысходность, поселившаяся в душе, отошла на второй план, уступив место тому самому куражу, который вытаскивал меня из, казалось бы, безвыходных ситуаций. Я надеялась, что и на этот раз будет так же.

— Скорее, слегка уставшим, — неожиданно признался он, склонившись к моей ладони, что лежала на его руке. Прикосновение его губ было коротким и не носило ни малейшего сексуального подтекста. Скорее уж, благодарность.

— Вы ничем не оскорбите меня, если проводите обратно в комплекс. День и правда был не из легких. Вам следует отдохнуть.

Мой намек на то, насколько напряженной для него оказалась наша встреча с выпускниками одной из академий, он пропустил мимо ушей. Молодежь, как и везде, жаждала новых впечатлений. Мы как раз ими и были.

Больше всего досталось, конечно же, мне. Еще бы! Женщина чужого мира, да в форме Службы внешних границ, да с нашивками капитана третьего ранга! Они пытались следовать правилам, но чувства пробивались сквозь создаваемые их наставниками маски, заставляя идти следом, задавать вопросы, с напряжением ждать ответов.

Но я и сама не могла сдерживать восторженных взглядов, забыв о выдержке. Учебные и тренировочные классы, по которым мы проходили, вызывали зависть и, одновременно, опасения. Скайлы были силой, с которой стоило считаться. Наши игры на фоне их мощи выглядели смешными.

Но были и другие впечатления. Тяжелые взгляды в спину, ощущение скрытой за бесстрастностью ненависти.

— Хотите от меня избавиться? — улыбнулся Аршан, развернувшись ко мне. — Я не прощу себе, если потеряю хоть мгновение из этой прогулки.

— Тогда позвольте мне полюбопытствовать…

Он рассмеялся, отступил на шаг, отпустив мою руку.

— Вы беззастенчиво пользуетесь моей симпатией к вам, и я не могу сказать, что это не доставляет мне удовольствия.

Я опустила ресницы, намекая на раскаяние.

— Я всего лишь хотела узнать, где вы научились делать столь изящные комплименты?

Он засмеялся еще задорнее. А я ждала, когда он успокоится и… сравнивала. Его и Искандера.

Нет, не так! Я искала отголоски чувств в своей душе, проверяя неожиданную мысль.

Было приятно убедиться, что не все скайлы действовали на меня так же, как мой все еще возможный муж.

Этот напоминал мне Таласки, такой же легкомысленный и… опасный. На возникшие ассоциации стоило обратить внимание. Обычно они помогали увидеть то, что не бросалось в глаза.

— Простите, госпожа Таши, — наконец произнес он. — Вы настолько непредсказуемы, что впору задуматься, а тем ли делом я занимаюсь?

Я развела руками:

— Это вы так пытаетесь избежать ответа?

В уголке командного интерфейса, который никто из нашей компании не отключал ни днем ни ночью, замигала алая точка — закрытый канал связи. Я продолжала улыбаться и когда появившаяся надпись предупредила, что за нами наблюдают. Тимка засек чужие средства слежения и теперь пытался их опознать.

— Это не является секретом, госпожа Таши. — Аршан подошел ближе, вновь предложил опереться на его руку. — Способность выжить во внешнем мире — один из экзаменов на зрелость. Высшие офицерские звания не получить, если не пройти это испытание.

— Звучит мрачно, — заметила я, вспомнив слова, сказанные когда-то Джесс. Тогда она прямым текстом заявила, что встретить скайла вне кангората не такая уж редкость. — И как долго оно продолжается?

— Стандарт, два, три. Иногда дольше. У каждого своя задача. Кто-то должен просто выжить, кто-то добиться большего.

— Вы были у нас?

Его ладонь накрыла мою, согревая.

— А вот об этом я уже предпочту умолчать.

Я пожала плечами, давая понять, что не очень-то и хотелось. Могла бы сказать, что он своим молчанием и дал ответ, но не была в этом уверена. Возможно, все было совершенно иначе.

— А кто такие традиционалисты? — Посчитав, что тишина была слишком долгой, я вновь проявила любопытство. Наш разговор не мешал мне поглядывать по сторонам, гуляли мы сегодня по другой аллее.

Мой вопрос ему не понравился, его тело успело среагировать раньше, чем он запретил себе это. Я сделала вид, что не заметила легкого напряжения, которое сковало его на миг.

— И где же вы успели услышать этот термин?

— Хотите сказать, что не должна была?

Мы остановились на самом краю каменной террасы, на которую он меня вывел. Высоты я не боялась, но здесь дух перехватывало. Манящая бездна под ногами и безбрежная синева неба, раскрашенная кроваво-алыми полосами от уходящего за горизонт светила.

— Это наши внутренние проблемы.

Достаточно было малейшего толчка, чтобы мы рухнули вниз. Не думаю, что скайлы умеют летать… без крыльев. Но я была столь же спокойна, как и его голос.

— …в которые оказались замешаны мы. — Мои слова прозвучали, как окончание его фразы.

— Это досадное недоразумение…

Я опять продолжила, став его эхом:

— …которое может стоить кангорату разрыва отношений с Союзом. Не слишком ли высокая плата за желание сохранить лицо?

Я не опасалась бросить подобные обвинения. Тимка засек не только постороннюю слежку, но и глушитель, который активировал канир. Тоже, видно, держал ситуацию под контролем.

— Сохранить лицо? — Аршан продолжал выглядеть беспечным, изменились только ощущения. Воспринимался он сейчас, как мой «Зверь» перед прыжком, остановить уже невозможно. — Наверное, вы правы. Но ведь доверие подразумевает доверие?

Изящная ловушка! Остается только улыбнуться, признавая, что счет он выровнял.

— Только если вы согласитесь на те же условия?

Он задумался лишь на миг, ища в памяти то, о чем мы говорили вчера.

Потом усмехнулся:

— Не предать себя… Спрашивайте.

— Кто является каниром дакири Дариса? — В моем голосе появилась жесткость, но Аршан ее, кажется, и не заметил.

— Канир Сиеш, его старший брат.

— Второй в списке претендентов на титул кангора, — прошептала я. Разгадка была так близка…

— В проницательности вам не откажешь. — Он, очень осторожно, чтобы я не обманулась в его намерениях, взял меня за руку, потянул за собой. Аллея уводила к уютно устроившемуся в каменном ложе водопаду, с гулом которого смешивался наш разговор.

— Когда захочешь выжить, научишься поднимать в воздух и дырявое корыто, — парировала я, пытаясь не дать ему ощутить тот гнев, что рождался в моей груди.

Кусочки мозаики складывались, как по волшебству, только толку от этого не было. Никаких доказательств, одни умозаключения и домыслы.

Моя уверенность в том, что я — права, изменить ничего не могла.

— У вас есть еще вопросы? — прервал мое молчание Аршан, помогая подняться на небольшой помост. С него открывался великолепный вид на падающую вниз воду.

— Да, — меланхолично ответила я, чувствуя, что приближается расплата. Мне трудно было даже представить, как далеко простирается его интерес. — Канир Сиеш проходил испытание на Гордоне?

Тот усмехнулся.

— Когда именно это происходило, вас не интересует?

— Нет, — качнула головой я. — Я и так знаю, что было это не позднее двадцати двух стандартов тому назад.

* * *

Ни мои, ни тайны Союза Аршана не интересовали.

Меня это нисколько не удивило, достаточно было собрать воедино мои вопросы, чтобы прийти к определенным выводам. Похоже, он к ним и пришел.

Да только догадываться — одно, быть уверенным… Дакири Дарис, как и его старший брат, являлись видными фигурами в кангорате, чтобы обвинить бездоказательно.

Понимание этого настроения не поднимало, но я стойко изображала любезность, рассказывая начальнику службы безопасности кангора о своем детстве и юности. Закончили мы на том, как я, отказывая отцу в праве помочь себе (это вызвало у Аршана вполне закономерное для скайла изумление), отправилась на Ярлтон.

Мы могли бы разговаривать и дальше, но уже совсем стемнело, да и усталость все сильнее давала о себе знать.

В холле гостевого корпуса нас ждали. Отец и… Искандер.

Дежавю.

— Идите, я — прикрою, — склоняя передо мной голову, прошептал Аршан. Был при этом спокоен, если не сказать — хладнокровен, вот только в глазах, которые он от меня не прятал, искрилось веселье.

Жаль, но для подобных ситуаций экстренные коды у перехватчиков не предусмотрены. А зря.

Прошла я мимо родителя и якобы мужа с невозмутимостью сверхтяжа. Вошла в лифт, размышляя, стоит или нет, повторить вчерашнюю истерику. Решила обойтись без нее, завтра… уже сегодня ожидалось тяжелым.

Влетев к себе — эмоции пусть и временно, но взяли верх, я еще раз повторила то, о чем уже сожалела. Зря. Зря я не устроила себе развлечение — его собирались устроить мне.

Дарил, Рауле и Таласки смотрели в мою сторону взглядами изголодавшихся акул.

Их уверенность, что добычей буду именно я, несколько поколебала мою уверенность. Этим они и воспользовались, тут же перейдя в наступление.

— И где твой инстинкт самосохранения?! — взревел демон, пытаясь взять на испуг.

— Оставила на Ярлтоне, когда принимала из твоих рук патент на перевозки, — огрызнулась я, подмигивая Тимке, один он не пылал праведным гневом. Если только смотрел укоризненно. И это несмотря на проведенный с ним разбор полетов.

Упоминания о столице империи демонов оказалось достаточно, чтобы Дарил сбавил обороты. Ему на смену пришел Игорь.

— Ты решила его соблазнить?

Большую часть разговора они не слышали, техника скайлов забила нашу систему. Держался только Харабский приемыш, но он-то как раз делиться полученными сведениями не торопился. Вот они и зверствовали.

— Я знаю, кто вывез корону из кангората.

Эту важную новость я сообщила мимоходом, направляясь к бару. В горле уже давно пересохло, пара глотков должна была пойти мне на пользу.

— Что ты знаешь?! — рывком остановил меня Таласки.

И никакого тебе вежливого обращения!

— Я знаю, кто вывез корону из кангората, — повторила я послушно. — А еще мне известно, зачем Кими хотела встретиться с Ароновым. — Говорить, что среди моих сведений и кто такой Асхан, при Игоре я не стала. — Но… — я помедлила, давая им осознать то, что произнесла, — у меня нет доказательств.

— А Аршан? — первым пришел в себя Дарил.

— И Аршан теперь тоже знает, — преувеличенно тяжело вздохнула я. — А скорее всего, и знал, так же как и Синтар.

— И ты их собираешься добыть, — как-то излишне спокойно произнес Рауле. Впрочем, от Рауле в этом существе были только губы, с которых и срывались слова. Смотрел он, как… жрец на свою богиню.

Не самое приятное сравнение.

— Нет, — качнула я головой. — Я собираюсь отправиться спать. А завтра, — я бросила взгляд на табло, поправилась, — уже сегодня с достоинством отстоять церемонию, выслушать поздравления. А вечером… — Троица, включая вновь «ожившего» Камила, ждала, замерев, продолжения. До них только сейчас дошло, что я вышла на тропу войны. — А вечером, я намерена продемонстрировать скайлам все те черты характера, за которые меня вольные называли белокурой стервой.

— Я же говорил, что она — в порядке, — флегматично бросил демон, поворачиваясь к двери. — Нам тоже стоит отдохнуть.

Рауле ушел следом, признав авторитет демона в этом вопросе. Но Тимку оставил — приглядывать за мной и пообещал, что ни Стельков, ни Аронов не останутся без его внимания. Я была уверена, что тем больше ничего не грозит, но… предпочитала перестраховаться.

А вот Игорь задержался.

— Ты опять подрабатываешь вестником?

Он усмехнулся, но не кивнул, как я ожидала.

— Я там у тебя на кровати кое-что оставил. — Моя приподнятая бровь его не смутила. — Джесс сказала, что тебе пригодится.

Ждать, когда я вернусь из спальни, чтобы высказать все, что я думаю о заботе его тетушки, он не стал. А жаль. С платьем она угадала.

Наступившая ночь была слишком короткой или… просто утро наступило очень быстро. Даже тренированный организм сдавал, ощущения в теле были как после жесткой посадки. Не хотела, но пришлось воспользоваться снадобьями Стаса. Без них этот день я бы не продержалась.

Но и они не стали панацеей, противоречивые чувства раздирали, оставляя после себя тлеющую в пустоте ярость. Смысла в том, что происходило, я не видела. Кроме мысли: «Я должна!», в голове желающей воли птицей билось: «Заигралась!»

Церемонию я отстояла, как и предполагала, на собственном самолюбии. Стоило представить, как все они ждут моей ошибки… Они хотели образец невозмутимости, они его получили. И не важно, чего мне это стоило.

Мундиры скайлов сливались, став черным фоном, лишенные эмоций лица казались похожими настолько, что в какой-то момент я перестала их различать. Но репетиции не прошли даром. Я была больше похожа на автомат, а не на человека, и не сбилась ни разу.

Встаньте сюда… Взгляд направлен в эту точку… Три шага, остановка… Когда присутствующие расступятся, открывая коридор, ждете десять секунд… Главное — сдержанность, ваши телохранители — тени, вы не должны их замечать…

Когда кангор прикрепил над нашивками капитана третьего ранга ленту литара, а в огромном зале все, кроме него, меня и наших телохранителей, опустились на колено, я даже не дрогнула.

Отец мог мной гордиться.

Первым подошел поздравить Искандер. Форма вице-адмирала Службы внешних границ была черной, как и мундиры скайлов, но белый кант выделял его среди остальных. Кант, но не глаза, в которых я так желала увидеть хоть отголосок любви, о которой он говорил еще недавно.

В них не было ничего.

Когда напротив остановился Аршан, сдерживать слезы помогало лишь неожиданно всплывшее из прошлого воспоминание.

Было это в то время, когда я, отлежавшись после ранения у Артура на базе, вернулась на Эори, искать пропавшего там Тараса. Мы тогда вынужденно сели на планете. Неполадки на «Легенде» были мелкие, но требовали ремонтной базы.

Пока я и Дарил торговались за каждый кредит, ангел отправился пройтись по злачным местам, послушать, о чем говорят.

В назначенное время он не вернулся, а нам пришлось срочно отваливать — заказ очень интересовал Шахина.

А потом засада, бой, сброшенный на астероиде груз, еще один бой. На Тандор, хозяином которого был знакомый Костаса, мы не сели — плюхнулись. Сразу и не понять, то ли еще живы, то ли уже предстали перед покровителями перевозчиков.

Если бы не Артур, именно это бы и случилось. Но не судьба, хоронили мы себя рано.

А потом почти два месяца неизвестности. Где Тарас? Что с ним? Ощущение, что кто-то очень тщательно подчищал следы, было настолько осязаемым, что в один не очень радостный для меня день, я опустила руки, смирилась с тем, что не найду.

Сидела тогда в рубке, смотрела на пульт и понимала — даже шевельнуться больше нет сил.

Все! Предел! Дальше идти некуда…

В тот момент и «услышала» вопрос, произнесенный голосом Тараса:

— Знаешь, что самое страшное в жизни?

В отсеке тихо, Дарил попросил дать ему хоть час сна, чтобы не свалиться. Костас, Валечка и Стас в очередной раз ворошили притоны.

А я, замерев, ждала, когда же он ответит.

И он произнес:

— Остановиться в шаге от цели.

Нам потребовалось еще четыре дня, чтобы преодолеть этот шаг. Ангел был на Эори, напичканный какой-то дрянью до полного беспамятства. Мы несколько раз заглядывали в заведение, где он развлекал низкопробную публику тем, что дрался за жрачку. И каждый раз нас разделяли то время, то тканевая занавеска, за которой был его закуток.

Столкнулась я с ним случайно… Он меня не узнал.

Мое имя ангел произнес лишь полгода спустя. Тогда Шахин из просто вольного, с которым не стоило встречаться, стал для меня личным врагом. А потом, после погибшей у меня на руках девушки — единственным, ради кого я была готова отступить от своих принципов.

Почему я об этом вспомнила именно сейчас?

Как и тогда, до цели мне оставался всего лишь шаг.

* * *

Информканалы вновь и вновь транслировали одно и то же. Огромный зал в резиденции кангора, трон, с которого поднимается Синтар, произнося:

— Приветствуйте героя! Воина, чье имя достойно памяти тех, кто придет за нами!

Когда он закончил говорить, я шагнула вперед.

— Пропаганда в действии.

Я не оглянулась, смотреть на Таласки в бешенстве особого желания не было.

Понимать я его понимала — церемония и парад, который следовал за ней, доконали всех. Не видела лишь смысла проявлять эмоции, изменить это ничего не могло. К тому же мы с самого начала знали, ради чего все это затевается.

Но обернуться все-таки пришлось. На реплику Аронова.

— А что? Красиво!

— Ты мне еще поговори! — прорычала я, опередив остальных.

Этот день преподнес еще один сюрприз. Мне самой раньше не приходилось наблюдать, как «включается» его мужское обаяние, сегодня он предоставил такую возможность.

Воинские смотры проходили во всех академиях. Мы, как почетные гости, принимали его в самой элитной из них. Находилась она на территории канирата, возглавлял который Сиеш.

Я не посчитала это совпадением.

Женщин на гостевом помосте было немного, и только незамужние девушки. Дочери, сестры, возлюбленные. Все, как и у нас, если не обращать внимания на однотонные платья. Это мероприятие относилось к торжественным, для девушек в одежде были обязательны цвета стихий, которым они посвящены.

Но объединяло их еще одно: они все, как одна, провожали Аронова долгими взглядами.

— А я тут при чем? — по-детски надулся тот, вызвав у меня двоякое чувство.

С одной стороны, хотелось врезать ему разочек, чтобы в сознании прояснилось. С другой… Моя интуиция вопила — во всем этом что-то есть. Разбираться было некогда.

— Будем считать, ни при чем, — тяжело вздохнула я, понимая, что не мне объяснять Сашке, чем его заигрывания с местными девицами могут для нас закончиться. И сам все знал, да и постарше меня в делегации были. Вот пусть и отвечают.

У меня же и своих проблем хватало. У нас в запасе, кроме уходящего, оставалось всего два дня.

— Ты чем-то расстроена? — Виталий встал рядом, закрыв от меня Игоря.

Или мне показалось, или стало чуть легче.

— Довожу себя до нужной кондиции, — все так же, не отводя глаз от экрана, ответила я.

На ровный строй курсантов академии, проходивших на экране мимо трибун, я не смотрела. Взгляд все время соскальзывал на Искандера, рядом с которым стояла Лея.

Время от времени она что-то спрашивала, он наклонялся к ней, ветер бросал светлые пряди на его лицо…

Они были красивой парой. И платье цвета аквамарина ей очень шло.

Еще не начав бой, я его уже проиграла. Сражаться с очевидным я не собиралась.

Было грустно, хотелось просто отпустить штурвал и позволить себе падать, падать, падать…

Предательство Ивара, в которого я когда-то была влюблена, как кошка, надолго избавило меня от потребности в романтических чувствах и желании иметь семью.

Благодаря Искандеру я узнала, насколько мучительной может быть ревность.

Какие еще открытия ждали меня в жизни?

— Не трогай ее, — вклинился в наш со Стельковым разговор Дарил. — Когда она последний раз была в таком состоянии, приказала сбросить Искандера с борта корабля в аварийной капсуле.

Виталий недоверчиво посмотрел на меня, а когда я, вынужденно, кивнула, демонстративно отодвинулся.

— Через час за нами придут. — В отличие от остальных Рауле выглядел удивительно спокойным. Возможно, причина была в том, что на параде его не было. Вернулся он в гостевой комплекс сразу по окончании церемонии. Сослался на то, что надо проверить Тимку.

— Тогда, — резко произнесла я, отворачиваясь от экрана, — все — вон. Игорь?

— Я приду за пять минут до назначенного времени, — ответил тот на незаданный вопрос и первым покинул покои. Остальные потянулись за ним, оставляя меня наедине с самой собой и тоской, которая набивалась мне в подружки.

Когда Таласки появился вновь, я была уже готова. Избавляться от ненужных волнений я научилась давно.

Белое платье из настоящего шелка (я решила забыть о подарке кангора), струилось по телу, одновременно скрывая его от нескромных взглядов, но позволяя оценить все достоинства фигуры. Плотно облегающее сверху, к полу оно ниспадало мягкими складками, не стесняя движений. Единственно, чего не хватало моему наряду — украшений, о туфлях тоже позаботилась Джесс.

Но эту проблему я решила уже сама. Серьги и перстень. Черное серебро демонов и кристаллы вечного льда с одной из планет Люцении. Подарок отца маме на мое рождение.

Единственное, что от нее осталось.

Кольцо Искандера я оставила на столе.

— Это намек на большие неприятности? — войдя, уточнил Игорь. Взгляд, которым он меня окинул, был быстрым, но внимательным. Профессиональным.

Я тоже не теряла времени даром, на него стоило посмотреть. Черный цивильный костюм, по последней земной моде, белая рубашка, галстук-бабочка. Мне приходилось видеть Таласки в штатском, но тогда, даже сняв форму, он продолжал оставаться офицером. Сейчас же передо мной стоял капельку надменный щеголь, уверенный, что этот мир был создан для удовлетворения его прихотей.

— Ты тоже не выглядишь безобидным, — усмехнулась я, склонив голову. — Хорош!

— Ты ведь хотела поиграть? — В его глазах мелькнуло предвкушение, чтобы тут же исчезнуть, не оставив и следа. — Я к твоим услугам. — Он согнул руку, предлагая мне опереться на его локоть.

— Собираешься позлить Искандера? — осторожно поинтересовалась я, не отказывая себе в удовольствии воспользоваться его предложением. Каблук у туфелек в цвет платью был средней высоты, но мне еще только предстояло вспомнить, как на них ходить.

В ответ Игорь лишь улыбнулся. Как хочешь, так и думай.

Я его уже достаточно знала, чтобы не поверить в мнимую невинность. Наши гостеприимные хозяева довели и его.

Когда мы с Таласки спустились в холл, ждали только нас. Командный интерфейс был включен, но переведен в спящий режим. Большинство его функций не действовало — активно работали системы скайлов, но Тимке удавалось хотя бы отслеживать нас. На всякий случай.

О чем они говорили, слышать мы с Игорем не могли, но стоило нам появиться, как разговор тут же смолк.

Выражения лиц были разными, но о невозмутимости речь не шла.

Из них только мы были в гражданке, остальные предпочли остаться в мундирах, хоть нас и предупредили, что форма одежды — свободная. Глядя на нас, возможно, и жалели, но исправлять что-то было поздно. Так что Таласки просчитал правильно, наша парочка будет бросаться в глаза, хотим мы того или нет.

Мы с ним хотели.

— Господин генерал. — Игорь подвел меня к отцу, дернулся отдать честь, но тут же довольно фривольно обмяк. Паяц! Легко сжал мою руку, предупреждая. — Вы же позволите мне сопровождать вашу дочь?

Не столько слова, сколько тон Таласки был вызывающим. Но отец этого словно и не заметил. Смотрел на меня, а видел, похоже, привидение.

Наверное, так оно и было. Чем старше я становилась, тем заметнее было сходство между мной и мамой.

Мне было его жаль, я догадывалась, что он так и не сумел ее забыть. Но… Я могла сказать то же самое и себе: прошлого не изменить — нужно жить дальше.

Это было жестоко, но они вновь предпочли «разыграть» меня втемную. Это была моя месть.

— Ну, майор… — протянул Стельков, разрывая тонкой пленкой опутавшую нас тишину, — смел!

Игорь подмигнул, ухмыльнувшись и плотнее прижав мой локоть к своему телу. Поддерживая.

— Тебе еще учиться и учиться…

Они могли еще долго шутливо пререкаться, давая возможность своему генералу вернуть самообладание, но помешал подошедший к нам гвардеец охраны кангора.

Нас были готовы сопровождать.

* * *

Аршан уверенно вел меня в вальсе. И не скажешь, что скайл. Или я правильно угадала, предположив, что испытание на выживаемость он проходил где-то у нас, или к этому мероприятию готовились.

Зал был тот же, где проводилась церемония, но сейчас он выглядел совершенно иначе.

Стены украшены штандартами всех двадцати восьми каниратов и полотнищами с символами стихий, покровителей пяти храмов кангората. Колонны укутаны прозрачными тканями, вокруг небольших столиков по периметру помещения расставлены кресла и диваны. А еще гирлянды из цветов, ленты, голографические иллюзии альковов, уходящих в таинственную темноту коридоров и ведущих в никуда лестниц.

Журчали фонтаны, по перилам несуществующей галереи, обрамляющей зал, гуляли диковинные птицы. По залу летали звездочки. Достаточно было коснуться, чтобы узнать, кто в этот самый миг думал о тебе.

Ментальные штучки! Хорошо, что меня вовремя предупредили, испытывать свои нервы на прочность мне не хотелось.

А вот Стельков не удержался и, кажется, был доволен увиденным. Появившаяся на его губах улыбка выглядела счастливой.

Но что поразило больше всего, это отсутствие на лицах гостей пресловутой сдержанности, от которой лично мне уже хотелось кривиться. Словно сняли маски.

Или… надели. Я допускала и такой вариант.

И женщины. Их было если и меньше, чем мужчин, то немногим. Юные девушки, замужние дамы, которых можно было отличить лишь по тому, что они предпочитали держаться поближе к своим мужьям. Каких-либо иных символов, позволяющих определить их статус, я не заметила.

Но это было и неудивительно. Из них всех я видела только двоих. Кими, не отходившую ни на шаг от Дариса, и… Лею. Искандер остановился рядом с нами всего на пару минут. Перекинулся несколькими словами с отцом и вернулся к ней.

Я едва не задыхалась от отчаяния, но предпринимать ничего не собиралась. Его выбор был нелегким, но… он был прав. Я знала, что такое долг и… даже гордилась им, сумевшим поступить так, как велела его честь.

Гордилась. В те мгновения, когда не хотела вновь сбросить в аварийной капсуле.

— Ведь ваш наряд что-то значит, — не спрашивая — утверждая, произнес Аршан, резко развернув меня в очередном па.

Добивался возможности танцевать со мной он настойчиво. Игорь был настроен агрессивно, не подпуская никого. Даже Синтар, который в окружении охраны подошел к нам, чтобы выказать радость от нашего присутствия, отметил, что тот вел себя как настоящий скайл, оберегающий свою женщину.

Мне оставалось радоваться, что отвечать Таласки не стал. Мог ведь и подтвердить.

— У нас есть свои традиции, — уклончиво заметила я, невольно посмотрев в ту сторону, где кружились в вихре музыки Искандер и… Лея. Повторила, как заклинание: «Так будет лучше», и… не поверила сама себе. — Так повелось, что невеста в день заключения брака надевает белое, как символ чистоты, а жених…

— …черное, — закончил он за меня. — Признаться, чего-то подобного я и опасался. — Он нашел взглядом адмирала, скулы обозначились четче. — Он всегда боролся до конца.

«…остановиться в шаге от цели…».

Я улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка не была похожа на оскал.

— У нас есть выражение: кесарю — кесарево, а божье — богу. — Замолчала, дожидаясь вопроса, но Аршан молчал, просто ждал продолжения. — Каждому — свое.

— Вы хотите сказать, что правы те, кто высказался против, чтобы женщина чужого мира стала спутницей претендента на трон кангора.

И опять он не спрашивал, просто констатировал факт.

Еще один поворот, и он прервал танец, выводя меня из круга. В конце зала, противоположном от того, где остался Игорь.

— Вы ведь что-то задумали?

Порывистый жест и рядом с нами, словно по волшебству, оказалась юная девушка, держа два бокала. Когда он забрал оба, она так же таинственно исчезла.

Смотрелось сказочно, но, зная возможности технологий скайлов, я могла предположить, как они добивались подобного эффекта.

— Что это? — уточнила я, осторожно принимая тонкий, почти прозрачный бокал.

— Шаре, — машинально ответил он, продолжая с напряжением смотреть на меня.

Ответ Аршан ждал зря, посвящать его в свои планы я не собиралась.

— Вы можете подвести меня к Кими?

Хоть я фактически и подтвердила его догадки, демонстрировать удовлетворение он не торопился.

— Вы сможете говорить с ней только в присутствии дакири Дариса. О вашей встрече у резиденции кангора ему неизвестно, но ведет он себя настороженно.

— Я заметила, — усмехнулась я, не сдержав горечи, но тут же взяла себя в руки. — Так будет даже лучше.

Моего смятения он словно и не заметил.

— Тогда спасайте меня от своего… жениха, и я доставлю вас к сестре.

Не знаю, какого эффекта он добивался, но настроение поднять сумел. Мелькнувший в его глазах страх, когда он указал мне взглядом на направлявшегося в нашу сторону Таласки, смотрелся уморительно.

— А как насчет дуэли? — невинно поинтересовалась я, оценивая, с какой скоростью сокращается расстояние между нами.

— Дуэли? — в первый момент не понял он. Потом просиял: — Дуэли?! Шикарная идея. Но тогда приз достается победителю…

— Лучше я вас спасу! — хмыкнула я, давая знак Игорю не приближаться.

Тот не подчинился. Взгляд даже издалека казался тяжелым, смотрел так, словно бил наотмашь.

— Кажется, у нас проблемы, — буквально закаменел Аршан, вставая между мной и подошедшим Таласки. Бокала в его руках уже не было.

— Кажется, у нас проблемы, — повторил Игорь, протягивая руку. Не каниру — мне.

— Ваше поведение, майор, может быть расценено как оскорбление кангора Синтара…

Я ничего не понимала!

Взывать к благоразумию Игоря было бесполезно, в его глазах царило безумие, напряжение расходилось волнами, вызывая желания схватиться за голову и завыть. Не знаю, могла ли душа кровоточить, но именно это я сейчас и ощущала.

— Ваше поведение, канир Аршан, может быть расценено, как оскорбление госпожи Натальи Орловой. Столь пристальное внимание к ее персоне с вашей стороны…

— Игорь?! — Появление нового действующего лица я пропустила. — Ты устал, тебе надо пройтись. — Опустил Искандер руку на плечо Таласки.

Тот как-то сразу обмяк, словно отдал все силы борьбе. С чем?

— Ты прав, — смущенно прошептал он, — я устал.

Во всем происходящем была неправильность… Нет, во всем происходящем был смысл, которого я, как ни пыталась, обнаружить не могла. Но если верить тому, что я знала о Таласки…

Одного взгляда по сторонам оказалось достаточно, чтобы вспомнить всех демонов Галактики, включая Дарила. Пока я играла в одни игры, они… разыгрывали свою комбинацию, результат которой я сейчас и наблюдала.

Рука Сашки Аронова по-хозяйски лежала на талии Леи, а сама она… улыбалась. Ему. Танцевали они так, как будто уже тысячи лет были единым целым.

Странные ассоциации, но мысленно с Ароновым я уже прощалась. Надеюсь, прежде чем решиться на такое, он хорошо подумал.

Все, что я могла сделать для него — внести свою лепту в их развлечение.

— Ты ведь присмотришь за ним? — мило улыбнувшись, нежно проворковала я, легко касаясь руки Искандера. Губами тронула висок Игоря, чувствуя, как четко и спокойно бьется под ними жилка. — Возвращайся, я буду тебя ждать. И… скучать.

На своего… несостоявшегося мужа я больше не смотрела. Он только что уступил в игре, которая называлась Любовь. И кому?! Мальчишке с Земли!

Я гордилась Сашкой. Беспокоилась, но гордилась.

— Что это было? — задумчиво поинтересовался у меня Аршан, когда мы остались вдвоем.

Желал он того или нет, но Искандер был вынужден сопроводить Таласки. Они были… друзьями.

— Это? — Я еще раз осмотрелась. Такое ощущение, что это маленькое происшествие мне почудилось. — Кажется, кангору Синтару придется срочно рассматривать вопрос о браке между своей приемной дочерью Леей и офицером Службы внешних границ. — Не дав ему опомниться, добила вопросом: — На чем она специализируется?

Ответа ждать долго не пришлось, сегодня был бал откровений.

— На поиске и защите информации. Ваш Костас с ней знаком. — Сделав паузу, уточнил: — Заочно.

Еще один кусочек мозаики лег на свое место, но радости мне не принес.

Рауле был прав, только женщина могла придумать тот ход с записью, заставив меня ревновать.

И не только ревновать…

Изумительный расклад. Я получаю предупреждение не появляться в кангорате, тут же кидаясь на поиски неведомого врага. Щитоносец Дариса и нагнетание обстановки заставляют отдалиться от Искандера, создавая впечатление, что я готова смириться с его потерей. Потом та сцена на экране… Информацию получаю не только я, но и отец. Если смотреть со стороны, то о нашем будущем речь уже и не идет. И Синтар переносит конкор, на котором должен решаться этот вопрос.

Переносит, потому что перевес не в его пользу. Потому что канир Сиеш, не произнося ни слова, диктует кангору свои условия. Потому что дакири Дарис попал в ловушку тех самых традиций, за которые ратовал. Потому что…

Мелодия вальса все еще продолжала лететь по залу, а казалось, что прошла целая вечность, в которой чуть дернулась рука, сдвигая калейдоскоп и создавая новый мир.

А вопрос остался. Смогу ли я простить Искандеру его желание стать моим мужем?

— Вы обещали подвести меня к Кими, — беспечно улыбнулась я замершему в ожидании Аршану. — Самое время.

Моя ладонь доверчиво легла на его плечо, его — уверенно притянула меня к нему. Мы вновь танцевали, вкладывая в него каждый свой смысл.

Не знаю, кто и что думал, но пары расступались, освобождая нам место. Мои ноги едва касались пола, даже в те мгновения, когда мы замирали, чтобы подчиниться мелодии и отстраниться друг от друга, чтобы через миг вновь броситься в водоворот рожденных кем-то чувств.

Музыка растаяла, оставив нас одних в центре зала. Будь на месте Аршана Искандер, могла бы счесть этот танец пророческим, но на этот раз чудо обошло меня стороной.

Поблагодарив кивком и не замечая направленных на нас взглядов, Аршан предложил мне руку. Его губы беззвучно шевелились, создавая впечатление разговора.

Игры наслаивались друг на друга, разум отказывался просчитывать все варианты, вся надежда оставалась на интуицию. И удачу, которая воедино сплелась с надеждой, что все будет хорошо.

Мы шли к выходу из зала, который вел в парк, уходя от перехвата. Ни о какой тактике речь не шла, просто успеть. Справа к нам приближался гвардеец из личной охраны кангора, слева — отец.

Я шаловливо улыбнулась — у меня был хороший учитель… жизнь, резко развернулась к Аршану лицом, освободив руку. Два танцевальных движения, взлетевшие в воздух незакрепленные пряди волос, шелест ткани.

Я засмеялась, маня его за собой, и Аршан вынужденно ускорил шаг.

Хотелось бы мне на это посмотреть… со стороны.

Лицо Кими, когда я внезапно остановилась напротив нее, заметно побледнело. Дарис попытался встать между нами, чтобы защитить свою жену, но вынужденно остался на месте, путь ему преградил Аршан.

— Это ведь он настоял, чтобы вы дали клятву вахиби?

Кими не ответила, но ее взгляд дернулся, подтверждая то, что я уже и так знала.

Когда мы любим, склонны совершать глупости. Отвратительно, что находятся те, кто пользуется плодами наших ошибок.

— Канир Аршан, — мой спутник обернулся на голос гвардейца, — кангор Синтар просит вас встать первым в Тош.

— Тош? — удивленно переспросила я, давая понять, что мои вопросы к его сестре исчерпаны.

— Танец воинов, — улыбнулся он мне, не скрывая предвкушения. — Очень древний. Вам должно понравиться.

* * *

Еще на Новой Земле Синтар обещал исполнить одно мое желание взамен на появление в кангорате. Когда настало время просить, я выбрала сутки свободы. Я их получила — шел восьмой час из отпущенных мне двадцати шести.

Я была уверена, каждый мой шаг контролируется. Кем? Могла только догадываться, но меня это нисколько не беспокоило. Ничего предосудительного делать я не собиралась.

Все, чем я сейчас занималась — ждала решений. Дариса, Искандера, отца, кангора. Своего.

И вспоминала, просматривая последние события, как записи в журнале полета.

Аршан был прав, Тош мне понравился. Душа откликалась на него, словно намекая, что сможет принять мир, в котором мог родиться такой танец.

Я ей верила, но так, словно это касалось не меня.

Как ни в чем не бывало, с легким поклоном вернув меня Орлову, Аршан, в сопровождении гвардейца, направился к Синтару. Их разговор был коротким, мы только и успели, что добраться до столика, который облюбовала наша делегация. Таласки там еще не было, а вот Аронов… Аронов стоял рядом с креслом, в котором сидела Лея.

Когда я подошла, она медленно опустила ресницы, то ли подтверждая все мои подозрения, то ли… просто наслаждаясь своей победой.

Если это было так, мне было все равно.

— Где Игорь? — спросила я у Рауле, извинившись перед отцом. Разговаривать с ним у меня не было никакого желания. Вот закончится все… тогда и поговорим. По душам.

— Объясняет Искандеру, что самый короткий путь между двумя точками — прямая.

Я взглянула на Камила с любопытством.

— Подключился?

Тот качнул головой:

— Догадался.

— И про нашего любвеобильного догадался?

Рауле посмотрел на Сашку, потом на не очень довольного Виталия.

— Стельков подсказал. Он его лучше знает.

— Мужская солидарность?

Камил суть вопроса понял без труда.

— У тебя своих проблем хватало, решили не загружать еще и этими.

Персонажи менялись, а чрезмерная опека оставалась моим проклятием.

Продолжить мысль мне не удалось, Аршан вышел в центр зала. Нашел меня взглядом, приложил раскрытую ладонь к груди. Ничего романтического — признание воином воина.

Тронул носком сапога пол, словно пробуя его на прочность, ударил каблуком. Носок, каблук, каблук… Двигались только ноги, выбивая четкий ритм. Он то ускорялся, наполняясь тревогой, то становился медленнее, давая передышку. И… замолк.

К Аршану подошел незнакомый мне скайл, на мгновение положил руку ему на плечо, встал рядом. И вновь носок, каблук… Мелодия повторилась, но стала сильнее, звучнее.

Я не заметила, как начала хлопать. Для них, похоже, такая реакция была в новинку, но уже спустя какое-то время не только я подбадривала танцоров. А их число все прибавлялось. Они на миг замирали, словно дожидаясь новичка, и вновь зал наполнялся тревожащей душу мощью.

Когда в строй встал Искандер, я не заметила. Несколько перестроений, и он оказался рядом с Аршаном. И теперь танец стал похожим на противостояние. Один начинает, другой подхватывает, подчиняет себе, меняя рисунок, вновь передает.

И воины за ними тоже расходятся, чеканя каждый шаг, чтобы встать лицом к лицу, прикрывая спину своего командира и вступая в схватку, которую они начали.

И вдруг все меняется. Аронов, скинув китель Лее и оставшись в рубашке, выбегает в центр, ни одним шагом не нарушив рождающуюся мелодию. Оказавшись между Искандером и Аршаном, начал отбивать свой ритм. То едва слышно, то наполняя его силой. Третий, но идеально вписавшийся в созданный рисунок.

Сквозь слезы, которые так трудно оказалось сдерживать, поддавшись всеобщей эйфории, я заметила, как прикусывает губу Лея. Она поднялась, как только Сашка вышел в круг Тоша и теперь, так же, как и я, хлопала, не щадя ладоней.

И за это я почти простила ей все, что она со мной сделала. Почти… Чтобы простить совсем, я собиралась дождаться решения Синтара.

Танец уже давно закончился, а я продолжала чувствовать, как мое сердце бьется в такт с ним. Ощущение было одновременно приятным и… болезненным.

Аршан и Искандер подошли ко мне вместе. Оба разгоряченные и… счастливые.

И опять в груди тронуло болью. Я знала, что чувствовали они там, в центре зала, выбивая ритм и ведя невидимый глазу бой.

Упоение схваткой! Экстаз, когда ни жизнь, ни смерть больше не играют никакой роли.

— У меня будет к вам еще одна просьба, канир Аршан, — стерла я улыбку с их лиц. — Мне нужна еще одна встреча с вахиби Кими.

— Сейчас?

Я качнула головой.

— Завтра. В любое время. Желательно, чтобы дакири Дарис сопровождал жену.

— Что ты задумала? — Искандер решил внести свою лепту в наш разговор с начальником службы безопасности кангора.

Своего адмирала я проигнорировала, продолжая смотреть только на Аршана.

Тот не заставил себя ждать.

— Я сделаю это.

— Со мной будут Камил Рауле и мой телохранитель.

Аршан только кивнул, принимая мои слова к сведению.

Больше ничего сказать он не сумел, Дарил мгновенно отреагировал на мой незаметный другим знак. До конца бала от меня не отходил либо он, либо вернувшийся в зал Таласки. Выглядел тот более чем довольным, продолжая всячески оказывать мне знаки внимания.

Уже без всякой цели, но явно наслаждаясь самим процессом.

Его старания замечали все, кроме меня. Я следила за мгновениями, которые делали из настоящего прошлое, перенося нас в будущее. Ощущение было странным, словно… я и правда была Богиней Судьбы.

Добрались мы до гостевого комплекса уже на рассвете. Оцепенение не отпускало, но я заставила себя переброситься парой фраз с Рауле и демоном да заручиться поддержкой Тимки. То, что я задумала, казалось безрассудством, но для меня выбора не было.

Если не идти до конца, то зачем начинать?

Проснулась я сама, через секунду раздался вызов Аршана. Он произнес только две фразы, но им удалось разбудить меня окончательно.

— Будьте через час у озера. Допуск вам передадут у входа в парк.

Это был практически финал. Последняя глава перед эпилогом, последняя схватка, после которой либо наступит мир, либо… не останется никого, кто мог бы им насладиться.

Аршан был с ними. Кими стояла у самой воды, канир что-то тихо говорил Дарису. Лицо того выглядело безжизненной маской, но по тому как его вахиби комкала ткань платья, правильный вывод напрашивался сам.

Дарис нас заметил издалека и даже сделал попытку уйти, но я заметила, как Аршан встал между ним и Кими, словно не позволяя той последовать за мужем. Этого оказалось достаточно, чтобы аркон щитоносца остался.

— Дакири Дарис! — Я приветствовала его, отдав честь, как это было принято в Службе. Тот не ответил, но я и не рассчитывала на подобный жест с его стороны. Достаточно было того, что хоть на мгновение отвлекла его внимание. Когда он вновь посмотрел на Кими, между ним и ею находились еще и Дарил с Рауле. Тимка сидел на руках у жреца. — Искандер представил мне вас как друга. Интересно, он знает, что это уже давно не так?

Мои слова не произвели на аркона никакого впечатление, а вот его вахиби дернулась к нему, не скрывая своего отчаяния. Остановил ее Аршан. Ни Дарил, ни Рауле не позволили себе к ней прикоснуться.

— Будь вы ему другом, разве бы не попросили помощи, презрев традиции, в которых уже и сами разочаровались? Нет, вы предпочли соблюсти их, потянув за собой и ту, которой клялись в любви и защите!

Мне не стоило произносить эти слова, но… обида сжимала горло.

Так уж получилось, что именно здесь, в кангорате, я окончательно поняла, что люблю Искандера, что готова принять и этот мир, и те правила, которые он диктовал.

Я была не самой романтичной особой. Жизнь, которой я жила последние восемь стандартов не разбудила во мне женщину, научив лишь бороться за собственное существование на этом свете. И вот теперь, когда это, наконец, случилось, когда в душе кроме беспокойства за свой экипаж появилась нежность к мужчине, которого хотела назвать своим, я была вынуждена от него отказаться.

Не потому что он не любил меня.

Слишком много всего произошло, чтобы между нами все могло быть, как прежде.

Для меня это было очевидно.

— А о ней вы подумали?! О том, что она чувствует?! Как разрывается между вами, собой, своим отцом, братом, сестрой?! Нет! — Я сама ответила за него, не пропустив, как на его висках и лбу появляются капельки пота. Я догадывалась, признаками чего они были. — Это был нелегкий для вас выбор, но… он был неправильным.

Последний звук моего голоса совпал с его стоном. Наверное, что-то подобное ощущал и Искандер, когда я «умирала» на виселице Индарса. Он сам не рассказывал, а вот старх проговорился. Вряд ли случайно, но теперь я хотя бы знала, каково это, когда теряешь часть себя.

Мои предположения, что именно разум Хранителя древних разорвал связь между мною и Искандером, Тимка подтвердил. Попытался объяснить, почему так произошло, но мы пока еще плохо понимали друг друга. Его язык был образно-символьным, так что наши помыслы для него секретом не были, даже облаченные в словесную форму, а вот его нам…

Нам всем предстояло совершенствоваться, если мы собирались и дальше быть вместе.

Но сейчас важно было другое. Действуя в паре с Рауле, который знал структуру разума скайлов благодаря побратиму, он мог разрушить настройку Дариса и Кими друг на друга.

Процесс небезболезненный, в чем я могла убедиться, наблюдая, как впиваются пальцы аркона в невидимый обруч на голове, пытаясь его разорвать, а его, пока еще вахиби, задыхается и бьется в руках брата. Но… это был единственный способ развязать кангору руки, не убив при этом собственную дочь.

— Кто ты? — прохрипел Дарис, когда навалившаяся на всех нас тяжесть чужой воли начала стихать. Он пытался подняться с колен, на которые упал почти сразу, но истратил все силы на борьбу с болью. Кажется, в отличие от женщины, его Тимка не щадил.

Связь между ним и уже просто Кими еще трепетала, но была настолько тонкой что должна была окончательно растаять сама.

— Кто она? — уточнил Камил, неожиданно оказавшись рядом с нами. Тимку он передал Дарилу. А я замерла, одновременно желая услышать то, что собирался произнести Рауле и… боясь этого. — Этот ответ не для тебя.

Мы расходились в разные стороны. Аршан уводил сестру к резиденции Синтара, мы, молча, направились к гостевому комплексу. Дарис остался у озера. Один.

Я не хотела бы оказаться на его месте. Это был не его выбор, он просто подчинился традициям, не сумев измениться так, как это делал Искандер. Ему просто не повезло.

От понимания этого становилось еще тяжелее.

Оглянулась я лишь один раз. Аршан, словно ощутив мой взгляд, повернулся тоже.

— Передайте кангору, что я определилась со своим желанием.

Тот ничего не ответил и даже не кивнул, но я знала, что он услышал и сделает все, как я попросила.

Это был единственный случай, когда я собиралась воспользоваться тем, что он мне… обязан.

* * *

— Он не придет.

Аршан остановился у меня за спиной, когда собственное терпение начало меня подводить. Перебирая вновь и вновь цепочку своих размышлений, я спотыкалась на одном и том же: рассуждая о том, как именно поступит теперь Дарис, я примеряла на него чужой образ, заимствованный из старых книг моей родины.

Аркон человеком не был. Но… он был офицером, знающим, что такое честь.

Спросить: «Почему?» — я не успела, канир продолжил:

— Катер, который он вел, попытался пробиться через систему защиты щитоносца канира Сиеша. Но запись с признанием он оставил, так что все нити у нас в руках. Дарис только доставил корону до перевозчика, который должен был передать ее вольным. Его брат собирался вернуть ее, как только Синтар умрет от истощения. Рассчитывал стать новым правителем.

— И какова же официальная версия смерти аркона? — пряча за ехидством растерянность, поинтересовалась я, поднимаясь. Мое представление о Дарисе оказалось верным, но в душе не было сожаления или сочувствия. Он знал, на что шел. Он начал свой путь и… закончил, как когда-нибудь завершу его и я.

Аршан протянул руку, предлагая помощь, я от нее не отказалась. Последние два часа сидела на краю обрыва, свесив ноги вниз, и смотрела на небо, разыскивая там ответы на собственные вопросы.

Ответы находиться не торопились.

— Заговор против кангора. Аркон Дарис пытался захватить предателя…

Я перебила:

— На катере, против щитоносца… — Я хмыкнула, догадываясь, что эту версию большинство скайлов проглотит, не задумываясь. Из Дариса создавали героя, я знала, как это делается. — А как собираетесь объяснить здравие его вахиби?

Аршан внимания на мой сарказм словно и не обратил.

— Ее спасло то, что она находилась в резиденции. Корона кангора смягчила разрыв, но Кими очень слаба, и говорить об ее спасении пока рано.

— А потом все спишется на чудо.

— А вы разве в них не верите? — удивленно уточнил канир, заставив меня невольно улыбнуться.

Но длилось это лишь мгновение. Реальность была грустной.

— Что с Ароновым?

Теперь усмехнулся Аршан. В ответ на мое недоумение, пояснил:

— Вы предсказуемы. Искандер сказал, что это будет второй вопрос, который вы мне зададите.

— Искандер, значит?! — утихшая было злость, всколыхнулась вновь.

Понять, принять, простить, забыть… Если только вновь начать сначала.

Это было невозможно.

— Капитан третьего ранга Александр Аронов, через руководителя делегации генерала Орлова, просил кангора Синтара разрешить ему брак с его приемной дочерью Леей.

— И что кангор Синтар? — взяв себя в руки, спросила я. Догадывалась, что именно так и будет, но… все еще не верила, что именно Сашка найдет свое счастье у скайлов.

— Это был один из вопросов, который в срочном порядке рассматривали на конкоре. Он закончился полчаса назад.

Всего лишь подсказка. Когда начался отсчет суток моей свободы, дакири Дарис был либо уже мертв, либо приближался к своей смерти.

Зря я ждала его исповеди.

— Спрошу по-другому, — поправилась я, давая понять, что смысл его слов от меня не ускользнул, — что решил конкор?

— В исключительных ситуациях брак с участием скайла любого пола, заключенный по законам других секторов, будет признаваться законным на территории кангората. Случай с капитаном Ароновым и талиси Леей посчитали исключительным.

И опять мою насмешливую улыбку он проигнорировал. Предательство Сиеша давало возможность Синтару более открыто проводить свою политику изменений.

Канир старшего круга! Серьезный удар по традиционалистам, для которых избранник короны должен быть священен.

Кстати…

— А главный злодей, насколько я понимаю, сумел уйти?

Я не рассчитывала, но Аршан смутился.

— К сожалению, он был больше подготовлен к этой ситуации, чем мы.

Я не стала говорить ему, что меня этот факт не слишком и огорчает. Где искать Асхана, под именем которого Сиеш был известен Шахину и Ивару, я приблизительно знала.

Немного удачи… я собиралась рассчитаться с ними сполна.

— Что ж, — я оглянулась на резиденцию кангора, недосягаемо устремленную к небу, — эту историю можно считать законченной.

— Мне жаль расставаться, — искренне отозвался Аршан, — но по требованию императоров Индарса и Хандорса, которым сообщили о последних событиях, ваша дальнейшая переподготовка будет проходить на Ярлтоне. Адмирал Искандер согласился с этим решением. Завтра утром вы покидаете Ирассу. Здесь остается только капитан Аронов, для него и в этом вопросе сделано исключение.

Я кивнула — это был лучший выход из тех, что были возможны, и отвернулась. Боль душила, застилала слезами глаза, заставляла сжимать от бессилия кулаки.

Нелегко стоять на обломках того, что было дорого.

Я собиралась поблагодарить и уйти — эти часы дались тяжело не только мне, но, как оказалось, сюрпризы на этом не закончились.

— Я еще не оставил надежды назвать вас когда-нибудь канна Таши. — Обернулась я резко, сама не ожидала, что столь невинная фраза может разбудить такое бешенство. Но Аршан моего состояния словно и не заметил. — На конкоре Искандер объявил, что по законам кангората является вашим мужем. Подтвердить этого не смог, ментальная связь между вами разрушена более высоким разумом, но даже его младший брат согласился, что, возможно, так и лучше. И вам, и ему нужна определенная степень свободы, чтобы вы оба могли реализовать свое предназначение. Так что у моей надежды есть основания. Как только закончится его тарух…

— Тарух? — уточнила я, никогда раньше не сталкиваясь с подобным термином.

— Добровольный траур, — тут же объяснился Аршан. — Искандер считает себя виновным в гибели друга. Тарух — искупление своей вины через осознание причин, приведших именно к этому результату.

Я кивнула.

— И что будет, как только закончится тарух?

— Об этом вам лучше знать, — довольно улыбнулся он и, неожиданно для меня, резко выпрямился, прижимая раскрытую ладонь к груди. — У меня не может быть друзей, должность не позволяет, но я хотел бы иметь такого друга. — И, помедлив, добавил: — Помните, если вам понадобится моя помощь, мой личный код у вас уже есть.

Рауле, Дарил, Таласки, Стельков и отец ждали меня у входа в комплекс. Аршан за зону периметра не вышел, но я чувствовала его взгляд, пока не вошла в здание.

Поднявшись в мои покои, мы пили. Не смотрели ни на звания, ни на то, что наша пьянка могла скомпрометировать Союз. Поднимали бокалы не чокаясь, как по ушедшим навсегда, молча заливали в себя какое-то крепкое пойло, которое приволок демон.

Когда появился Искандер, мы просто сдвинулась, освобождая ему место. Кто-то протянул бокал, кто-то налил темную бурду, даже пахнущую горько, кто-то поставил тарелку.

Словно ничего и не произошло.

Вопросов никто не задавал, говорить было не о чем. Вроде бы надо радоваться, про Аронова уже все знали, мы и радовались. В душе. Там же, где была горечь от смерти существа, которое не было предателем, но стало им.

Я сдалась первая, очередной глоток просто отключил сознание. Так было лучше, хотя бы для меня.

Утром, когда я проспалась, все выглядело уже совсем иначе. Без трагизма.

Все испортили Аронов и Лея, заглянувшие ко мне, когда я проверяла, ничего ли не забыла.

— Это мы придумали, — начал он с порога, заставив ошарашенно посмотреть на парочку. Выглядели они до безобразия счастливыми.

— Что именно? — осторожно уточнила я, надеясь, что очередное чудо не оправдает моих мрачных предчувствий.

— Все, — вместо Сашки тоненько ответила Лея и очаровательно зарделась.

Ох и намучается с ней Аронов!

Я невольно улыбнулась. Если провести параллели между ними и нами с Искандером, мне стоило пожалеть и его. Я уже не раз отмечала, насколько мы похожи с приемной дочерью Синтара.

— А конкретней, — тем не менее, потребовала жестко.

Присесть я их не пригласила, они так и продолжали стоять у самой двери.

— Я познакомился с Леей, — начал свою исповедь Александр, держа девушку за руку. Боюсь, в его защите и опеке она не нуждалась, — когда искал информацию о скайлах. Кушнар стоит на границе их сектора, а я всегда был любопытен.

— Контроль чужого интереса входит в сферу моих обязанностей, вот я на него и наткнулась. В чем только не подозревала, пока не поняла, что именно заставляет его лезть в Сеть.

Я чуть заметно кивнула, о том, чем занимается эта милая особа, мне было уже известно. Еще одна сторона жизни женщин скайлов. Им многое было не дано… пока, но это не делало их беспомощными.

— Мы познакомились, много общались. Как-то в разговоре я упомянул о тебе, Лея сказала, что где-то уже слышала о капитане Орловой.

Такая большая и такая маленькая Галактика. Мне уже давно пора было прекратить этому удивляться. Но я каждый раз упускала именно этот фактор. Я ведь даже предположить не могла, что эти двое познакомились значительно раньше, чем мы добрались до кангората.

А ведь он сам мне говорил о надежных источниках… Иногда мы слышим только то, что хотим услышать. Я исключением из этого правила не стала, за что и поплатилась. Собой и Искандером.

— Когда мы поняли, что полюбили друг друга, я попыталась поговорить с тем, кому доверяла.

— С Искандером, — внесла я свою лепту в нашу увлекательную беседу. Они этого почти не заметили.

— Он был категорически против нашего союза, потребовал назвать имя, но я отказалась.

— А потом стало известно, что нас троих назначают командирами мобильных групп и отправляют в кангорат на переподготовку. Это была неожиданная удача, но мы опасались, что Искандер все испортит.

Я, прищурившись, посмотрела на Аронова. Остальное они могли не рассказывать, я уже и так все поняла. Как и то, что они попались в ту же ловушку, в которую Синтар загнал меня.

Выбор, преодоление.

Скайлы и люди были слишком разными, решение должно было быть твердым. По-другому нельзя. На кону стояло будущее.

В то, что Искандер так и не узнал имени избранника Леи, я не верила.

— Вот тогда мы и решили, что будет лучше, если все его внимание будет занято тобой.

— И для этого отправили то сообщение с кодами ДНК, чтобы действовать начала я. — Лея тяжело вздохнула, якобы раскаиваясь. Но раскаяния я на ее лице так и не увидела. — И не заметили, как мои поиски пошли совершенно в ином направлении. А потом к расследованию подключилась и служба безопасности кангора.

Аронов, посмотрев на меня, усмехнулся:

— Нам это было только на руку. — На мгновение замялся. — Прости, но я не мог ее потерять. Она для меня… все.

Я закрыла глаза, так легче было успокоиться. Не видеть, не слышать, не… быть.

Даже такой малости я себе позволить не могла.

— А запись моей… встречи с Искандером где взяли?

— Я училась у Костаса, — сказала Лея. — Пришлось покопаться в архиве канира.

Информация об архиве была интересной, но несвоевременной.

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — прошептала я слышанную когда-то фразу. Заметив недоумение на их лицах, продолжила громче: — А потом еще и привлекли к своей игре Стелькова и Таласки.

— Нам пришлось им во всем признаться, иначе они не соглашались, — улыбнулся Аронов, давая понять, что в эти дни на Ирассе играли все. — Но это того стоило, не правда ли?

Я хотела высказаться, но прежде чем сделала это, посмотрела на все с их стороны.

Он был прав, это того стоило.

— Стоило, — улыбнулась я Аронову, отметив, как тут же расслабилась Лея. — Постарайтесь помнить об этом и лет так через пятьдесят.

— Спасибо. — Сашка подошел ко мне первым. Прижал к себе на мгновение.

Я не отстранилась, хоть и был такой порыв. Не их вина в том, что у нас с Искандером не получилось. Не им быть наказанным за это.

— Спасибо! — Лея коснулась кончиками пальцев сначала груди, потом лба. — Для меня честь познакомиться с тобой.

От дальнейших благодарностей меня спас пискнувший комм — время сбора.

Они все поняли, задерживать не стали. Но прежде чем закрыть за собой дверь, Лея посмотрела на меня и произнесла то, что я уже слышала от Аршана.

— Искандер не отступится, я знаю.

Мне ничего не оставалось, как пожать плечами. Поживем, увидим.

Летели мы на Ярлтон через Таркан. Ради такого случая кангор Синтар снарядил собственную приоретту. Вроде благодарности за заслуги.

Первые два дня я отсыпалась, не желая ни с кем общаться. Потом прошлое начало отступать, а новая авантюра, которую я собиралась провернуть в положенном мне отпуске, обретать объем и краски. И я вновь начала улыбаться в предвкушении, заставляя ребят посматривать на меня настороженно. Они уже знали, что это чревато большими проблемами.

Не для нас.

Искандер появился на четвертый день. Ритуальный узор на одной щеке — символ таруха, спокойный взгляд, невозмутимость в качестве маски на лице.

Разговора не получилось. Он приходил в моих снах, целовал мои губы, рассказывал о своей любви, обещал, что мы будет счастливы. Я отвечала на его прикосновения, верила в его слова. Пока не наступало утро, а вместе с ним возвращалась и глупая обида, справиться с которой мне все еще не удавалось.

А потом был Ярлтон. С демонами я всегда умела находить общий язык. А еще там был Юл, с которым мы каждый вечер проводили вместе.

Как ни грустно мне было признать, но за последние восемь стандартов эти три недели были для меня самыми счастливыми.

История 4

Отпуск

Я, склонившись, просматривала на планшете кальку района, который нам предстояло проверить во время рейда. Выходили мы через пару дней двумя мобильными группами. Третья — Сашки Аронова, шла с Кушнара.

Это была первая столь внушительная операция с момента нашего официального вступления в должность. Вроде и не экзамен, но предстояло соответствовать.

Тарас с Валечкой пристроились у меня за спиной, нависая над плечом, мой заместитель — капитан «Молнии» Андрей Алябьев и Ван Хилд, которого у меня из-под носа увел Виталий, — напротив. Сам Стельков мотался по оперативно-тактическому залу, явно нервируя своим поведением дежурного. Замечание тот сделать не мог, званием не вышел, но сосредоточиться ему лидер-два явно мешал.

Три недели на Ярлтоне пролетели незаметно. Учиться пришлось много, но без того надрыва, который лично у меня еще долго будет ассоциироваться со скайлами.

Демоны приняли нас так, словно мы были знакомы уже как минимум пару столетий. Разместили в офицерском доме — у каждого, пусть и маленькие, но свои апартаменты. Корпус, где проходили наши занятия, находился метрах в двухстах от него. Но, что для меня было важнее, в этом же городке находилась и техническая академия, куда приняли Юла. Теперь уже окончательно, все, что было необходимо, он сдал без проблем.

Загружали нас по самую макушку, как выражался мой сын, но время для встреч находилось. Гуляли мы с Юлом каждый вечер. То одни, то с Виталием, а потом и с его сокурсниками, которым он проговорился, кем ему приходится эта дама — капитан третьего ранга с нашивками Службы внешних границ.

Я компании курсантов только радовалась. Искренние чувства; слова, за которыми не было нужды искать иной смысл; открытые лица; не похожие на маски улыбки; живой, радостный смех.

Лекарство для моей уставшей души.

— Мне это кое-что напоминает, — обернувшись через плечо к Тарасу, задумчиво произнесла я. — Не могу вспомнить.

— Мы мимо пролетали? — ехидненько уточнил ангел, в очередной раз испытывая мое терпение. Как назначили помощником, так стал совершенно неуправляем. У него и раньше время от времени прорывался его сволочной характер, последние два месяца это происходило все чаще.

Я продолжала не замечать его выходок, откладывая все решения на отпуск, но тот все отодвигался, а сложности с ангелом оставались.

— Мы — вряд ли, — спокойно отреагировала я и первой начала подниматься, приветствуя вошедшего Шмалькова.

С каперангом у нас складывались отнюдь не служебные отношения. Посторонним мы с ним их, естественно, не демонстрировали, но наедине все чаще говорили не только о делах службы. Своих детей у него не было, всю нерастраченную отцовскую нежность и заботу он отдавал мне.

А началось все еще на Ярлтоне. Мы со Стельковым знали, что по возвращении на базу нам придется формировать группы, подбирать себе заместителей, участвовать в разработке методической документации и инструкций. Новая структура была экспериментальной, но все, с кем мне приходилось разговаривать о ней, видели достоинства, которых не хотелось лишиться только потому, что некачественно провели подготовительную работу.

Вот я и предложила Виталию заняться набросками схем взаимодействия между звеньями, тем более что во время заданий по тактике возникали интересные мысли.

Стельков не отказался, а наставник из демонов, к которому мы обратились за разрешением использовать учебный класс, так сказать, в личных целях, не просто согласовал все с руководством академии переподготовки, но и предложил свою помощь. Мы не отказались.

Затем подключился Аронов. Виталий общался с ним едва ли не каждый день, вот и проговорился. Потом у нас не хватило данных, и я связалась с Искандером. Для того это стало поводом — наш последний с ним разговор состоялся еще на приоретте, да и делали мы его работу. Последним в нашей команде стал Шмальков, что не помешало ему очень скоро стать первым. Все спорные вопросы мы чаще всего обсуждали с ним.

Процесс оказался настолько увлекательным, что к моменту нашего возвращения были готовы не только методические карты, но и отборочные тесты. Оставалось их только «прилизать» и утвердить. Но это была уже не наша прерогатива.

— Идеи появились? — Владимир Валентинович повел рукой, мол, не вставайте, не на параде, и тоже склонился над калькой.

— Пока нет, — вместо меня ответил Стельков. — Остановились на том, что сектор вызывает у каптри Орловой смутные воспоминания. Пытаемся выяснить, какие.

Шмальков с легким недоумением посмотрел на Виталия, но ничего не сказал. Нервы перед рейдом сдавали у всех, кому-то не удавалось сдержаться.

— Вот хоть пристрелите… — вырвалось у меня, когда я вновь развернула изображение и чуть увеличила масштаб, — уверена, что никогда не видела, но почему-то это мне знакомо. Какие-то смутные ассоциации. Единственная точка выхода для прыжка, невозможность незаметного прохода…

— Ну-ка, ну-ка, — Шмальков пододвинул ко мне стул поближе, сел, практически сдвинув плечом, — дай-ка посмотреть! — Пару минут крутил сектор в разных плоскостях, потом повернулся ко мне. — Интересно, и кто тебе рассказывал про Самаринию?

Я со всей дури двинула себя по лбу, скривилась. Получилось сильнее, чем собиралась.

— А ведь точно, Самариния!

Автоматически набрав код запроса, спустя пару секунд получила поразительный в своей неожиданности ответ: доступ запрещен. И только после этого обратила внимание на насмешливый взгляд Шмалькова.

Тарас за моей спиной присвистнул, я, на автомате, двинула его локтем.

— Навигационные карты этой зоны закрыты. Одно из условий подписания мирного договора.

Кивнув — приняла к сведению, сделала вид, что меня это больше не интересует.

Интересовало! Да еще как. Победили в той войне, вроде как мы, а условия, похоже, диктовали они. Я могла и преувеличивать, но осадок все равно оставался. Сразу всплыло в памяти, что когда училась в академии на Земле, о нашем противостоянии с самаринянами рассказывали вскользь, чтобы только знали.

Но больше настораживало другое — уточнение, которое сделал Шмальков. Проговориться случайно не мог. Предупреждал?

— Закрыты так закрыты, — не стала я заострять на этом внимание. — Сомневаюсь, что это помогло бы найти лазейку. Костас, — позвала я своего хакера-навигатора. Тот предпочел заниматься тем же самым, но подальше от нас. «Мозговой штурм» на пару со мной был ему в удовольствие, а толпу, когда каждый лез со своим мнением, он не терпел, — набрел на что-нибудь?

Лицо приамца появилось на экране слева. Чернявая шевелюра вздыблена, взгляд ошалевший.

— Набрел. — Торжества в его голосе я не услышала, вариант ему не нравился. Но даже в этом случае было обидно, я вообще не видела относительно безопасного способа пробраться в зону. — Дай мне еще минут пятнадцать. Если ничего другого не придумаю, останется только этот.

Я кивнула, отключилась и только после этого вопросительно посмотрела на разношерстную компанию. Судя по всему, в их головах была та же мысль, что и в моей.

Обидно!

К кальке мы вернулись, не сговариваясь, хоть и понимали, что после нескольких часов напряженных попыток найти хоть какое-нибудь слабое место, эти минуты нас вряд ли спасут.

Но ведь не признаваться же, что несколько капитанов разных мастей спасуют перед одним, пусть и гениальным навигатором!

А секундочки между тем убегали, и вместо того, чтобы думать о поставленной перед нами задаче, лично я следила за табло. Все равно ничего нового на ум не приходило.

Костас связался с нами ровно через пятнадцать минут. Окинул измученным взглядом и… вот тут меня и осенило.

— Стоп! — рявкнула я, вновь «раскручивая» сектор, как глобус.

Мой навигатор хмыкнул, но это были единственные изданные им звуки.

Зона, которую мы собирались инспектировать, уже давно привлекла внимание Службы. Основания на то были, еще в свою бытность перевозчицей я старалась обходить этот район стороной. Один раз едва унесла ноги, этого оказалось достаточно, чтобы присмотреться к статистике. Из десяти почивших моих собратьев по ремеслу, парочка заканчивала свой путь именно в его окрестностях.

Сектор был сравнительно небольшим, но если бы мне пришлось давать ему название, первым на ум пришло бы — мусорка. Две кратные звезды — одна двойная и система из четырех звезд, вносили определенный хаос в ту структуру, что установилась в этом районе. Астероидное поле высокой плотности и туманность, образованная взорвавшейся когда-то сверхновой, добавляли этой вакханалии своеобразную законченность.

А вот в условном центре этой области располагалась планетная система, которая нас и интересовала. По данным исследователей, которые имелись у Службы, одна из четырех вращающихся вокруг похожей на Солнце звезды, была вполне пригодна для жизни. Не без сюрпризов, конечно, но для базы на ней вполне годилась.

— Только ловить на живца, других вариантов нет. Выманить, а потом плотно сесть на хвост, заставив отступить. Если у них вот здесь, — я показала на то самое узкое горлышко, которое позволяло попасть внутрь зоны беспрепятственно, — и здесь, стоят заградители, то можем проскочить на минимальной дистанции и рассредоточившись среди их кораблей. Нарваться на залп можно, но я уверена, что особо бить не станут, легко ненароком долбануть по своим. Во всем этом есть только одно «но», но настолько значительное, что я прямо-таки чувствую себя девицей на выданье.

Тишина была до такой степени многозначительной, что я не нашла ничего лучшего, как повторить про себя то, что произнесла вслух. Ничего крамольного не обнаружила, если только последнее сравнение, но вряд ли задумчивый вид Шмалькова и несколько растерянный Стелькова, относились именно к нему. Виталий от меня и не такое слышал, уже даже привык. Раньше пытался напомнить, что я едва не стала женой канира — в его глазах данный факт требовал некоторой куртуазности в общении, теперь просто молчал.

— Я что-то не то сказала? — оглянувшись, уточнила я у Тараса. Этот тоже не торопился выдать что-нибудь язвительное.

Первым озвучил свое мнение не ангел, к которому я обращалась, а Костас. Мой навигатор оказался более подготовленным к очередной выходке своего капитана.

— Да нет! Просто все это выглядит как массовое самоубийство. Боюсь, такую операцию нам адмирал не утвердит.

Пришлось повернуться к Шмалькову.

— Что, все настолько плохо?

Тот посмотрел на экран, где кивал, подтверждая, Костас.

— Ты сначала скажи про свое «но».

Я пожала плечами — ну не буду же я с ним спорить.

— Мы так и не знаем, куда увел канир Сиеш своей щитоносец. А если он там?

Воображение было у всех хорошим, чтобы представить себе последствия. Три группы — девять звеньев по четыре перехватчика… Операция масштабная, но непосредственное участие будет принимать меньше половины, остальные встанут в прикрытие.

Для крейсера скайлов мы становились легкой добычей.

— А если обратиться к кангору? — предложил Стельков.

Шок прошел, появился азарт. Все, как всегда…

— А если мы ошибаемся? — вопросительно изогнула я бровь.

— Кто не рискует… — отозвался Виталий, кривой улыбкой намекая, что кое-кому известно о приветах, которые мне передаются из кангората.

Общаться с Аршаном мне после тех событий больше не приходилось, но, похоже, он обо мне не забывал. Впрочем, я — тоже. Играть с ним в паре было очень увлекательно.

— Готовьте план, — поставив точку в нашей пикировке, поднялся Шмальков. — А там посмотрим, кого и с чем стоит приглашать на эту пирушку.

Я удовлетворенно подмигнула Стелькову, тот ответил тем же. Дружба с Виталием была приятным дополнением к рутине службы. Наш с ним случай служил подтверждением мысли, что возраст, опыт и нашивки не имеют никакого отношения к взрослению. Спорить до хрипоты, доказывая друг другу общеизвестные истины и устраивать каверзы, мы с ним не уставали.

— А что вы хотели сказать, Владимир Валентинович? — остановила я Шмалькова уже у самой двери.

Тот посмотрел на оперативного дежурного, вернулся, и только тогда, склонившись к нам, тихо произнес:

— Именно эту схему использовали во время последней атаки на Самаринию. — Отметив, как я буквально закаменела — все, что касалось самаринян, отдавалось во мне тяжелыми воспоминаниями, продолжил: — Тогда она принесла нам успех.

— А кто…

Закончить вопрос я не успела, Шмальков ответил сам:

— Я.

В жизни встречались и такие совпадения.

* * *

— Алябьев, демоны тебя задери! Куда прешь?! Морду убери!

Стоило гаркнуть, как тот немедленно все осознал и ушел «в тень» вольного.

Мы вчетвером шли первыми. «Молния», «Варварушка», «Корвет» и Ван Хилд на старом корыте под многообещающим названием «Сорома», что в переводе символизировало быстрокрылую птичку. Про птичку говорить было трудно, обводы корабля смотрелись тяжеловесно, что намекало на люценианское происхождение, но вот в скорости он нам не уступал.

Держались мы под прикрытием четырех обманувшихся любителей легкой добычи. Ни о какой добровольности, естественно, речь не стояла. Те рыпались, пытаясь открыть нас расположенным на астероидах базам, но мы желторотиками не были. За нами следовали остальные, да и жить хотелось. Очень! У меня впереди все еще маячил отпуск, который я рассчитывала провести с размахом. Тем самым, после которого меня вполне могли лишить и звания, и крыльев.

— А слабо на бутылку шаре, кто первый?

О невозмутимости мы с Виталием забыли, как только была дана отмашка к началу операции. Это предложение поспорить было уже далеко не первым. Счет пока шел равный, но каждый из нас старался вырвать победу. Не принципиально, отмечать все равно будем вместе, но кураж требовал выхода, а этот способ казался не самым плохим.

— Принимаю, — усмехнулась я, — но только на орбиталку. С этой шушерой и птенец справится.

Я раззадоривала, преуменьшая опасность двух баз, между которыми нам предстояло пройти. Их можно было бы не принимать всерьез — три огневых точки под куполом на одной, и четыре на другой под данную классификацию подходили с натяжкой. Ситуацию менял калибр импульсных излучателей, установленных там. Рассчитан он был не на такую мелюзгу, как перехватчик, а на что-нибудь более существенное.

Так что нам попадать под его залп не стоило, могло хватить одного, чтобы наше путушествие по жизни закончилось. Мы и не собирались, не для того головы ломали.

— Согласен, — отозвался Стельков, заставив свой «Корвет» молниеносно нырнуть вслед за своим «щитом».

Я в его решении не сомневалась. Эта добыча стоила того, чтобы за нее сражаться.

План Искандер утвердил. Не знаю, пришлось Шмалькову отвоевывать наше право на самоубийство или тот счел, что столь неординарный ход снизит риск до того минимума, когда он уже уравновешивается целесообразностью, но благословение адмирала мы получили. Вместе с поддержкой, к нам прикомандировывались два тяжеловеса. Один из них — борт, на котором уже давно прописался генерал Орлов.

Ягненком на заклание шел Ван Хилд. Вызвался сам, убедив, что в нашей стае только он, да я, способны повести подсадной перевозчик. Шмальков был вынужден с ним согласиться, манера летать у остальных была слишком уж узнаваемой. Нас же прошлое научило меняться и подстраиваться.

Найти корабль было отдельной историей, как и запустить «утку» о ценном грузе, который тот тащил. Не обошлось, конечно, без помощи Артура и бывших связей Вана. По кодам перевозчик был реальный, о том, что судьба уже поставила в его жизни жирную точку, знали пока только в узком кругу. Заказ тот выполнил, кредиты получил и… сгинул на приколе Эори. Хорошая драка в одном из портовых притонов сильно проредила экипаж, прихватив и капитана.

— Я всегда знал, Орлова, что у тебя слабость к горячим парням, — раздался по связи шальной голос Стелькова. Он намекал на гонор, который демонстрировал вольный, к которому мы пристроились. Вел он себя дерзко, постоянно маневрировал, пытаясь открыть нас орудиям или зацепить самому. Но мы держались плотно. В обнимочку, как выразился ангел, заставив заржать всю братию, что сидела на общем канале связи. — Смотри, не упусти!

Хмыкнув, я вытянула кулак в сторону Тараса, который собирался высказаться в очередной раз. На этот раз мое предупреждение сработало, он смолчал, хоть и скривился. В следующий могло не помочь.

Я старалась об этом пока не думать, всему свое время. Наши отношения с ангелом неумолимо подходили к той грани, за которой следовал мордобой. То, что я заведомо его слабее, меня не смущало. Если я не могла справиться с собственным помощником, то грош мне была цена, как лидеру группы.

— Ты за собой последи, — тихонько прошептала я, не отводя взгляда от раскрытых веером экранов. Картинки висели в воздухе, окружая со всех сторон и создавая эффект присутствия. Они — там, но и ты рядом с ними.

Мысль мелькнула и исчезла — не до нее. Ангел ласково повел пальцами на полусфере штурвала, вновь прижимая «Варварушку» к вильнувшему вольному. Опознать его первоначальный класс было уже невозможно, сканеры выдали список, но тот получился большим. Понятно, что сотворен из списанного или отбитого среднего крейсера, но дальше — туман, слишком значительны переделки.

Менее опасным это его не делало, скорее, более непредсказуемым. Но разве мы рассчитывали на легкую победу? Пока операция шла именно так, как и намечали, о большем мы и не мечтали.

Первую «трепку» лжеперевозчику устроили еще шесть дней назад, не без оснований предполагая, что именно попытка захвата станет лучшим доказательством важности груза. Место и срок «доставки» к тому времени Артур уже слил кому следовало.

Второй раз зацепили нашего подсадного сутки назад, «заставив» уйти с якобы первоначального курса. Из той точки, откуда он сваливал, вариантов прокола было не так уж и много. Если им заинтересовались, появление именно здесь не должно было никого смутить. Этот был наиболее надежным.

Оно и не смутило. Уже через пару часов после его выхода в окрестностях интересующего нас сектора Хилд отметил активность в «бутылочном горлышке», как мы назвали один из двух возможных более-менее безопасных проходов к планетной системе. Второй прикрывал Аронов со своей группой.

Это и стало сигналом для реализации основного этапа.

Рассчитали мы все настолько идеально, что вынырнули из прыжка как раз в тот момент, когда с одного из кораблей противника раздался первый залп.

Восемь перехватчиков, к которым тут же присоединилась обретшая вдруг зубы жертва, против четверых!

Перевес был в нашу пользу, так что вольным ничего не оставалось, лишь пытаться как можно скорее исчезнуть. Ну а нам… гнаться за ними.

А потом началась карусель.

У дальнейших событий было два варианта развития.

В первом наша веселая компания, вплотную преследуя вольных, достигала той зоны, где по прикидкам аналитиков находились огневые точки, уничтожала их, открывая путь основным силам.

Отличие второго было лишь в том, что количество наших врагов могло увеличиться, и тогда задача усложнялась, и нам предстояло продержаться до подхода кораблей поддержки.

Как и следовало ожидать, задуманное не выдержало столкновения с действительностью и оба варианта слились в один. У вольных появилось еще два крейсера, но мы уже успели войти в относительно чистый, пусть и узкий проход.

По астрономическим меркам там было где развернуться, но не на наших скоростях и не в таком количестве.

— Алябьев, твою мать!

Ангел в ответ на вопли Стелькова довольно фыркнул — Андрей умудрился обойти Виталия на вираже и первым подойти к астероиду на рубеж атаки, до последнего не открываясь для залпа. Лидер-2 счел это личным оскорблением.

Одного мгновения, на которое отвлекся мой помощник, хватило, чтобы ситуация, которая выглядела совершенно стабильной, вдруг резко изменилась.

— Тарас, демоны тебя задери! — заорала теперь уже я, перехватывая управление и уводя «Варвару» от столкновения с вольным. На этот раз ему удалось нас подставить.

Совершенный им маневр только на первый взгляд выглядел неожиданным. Теперь, когда туша корабля не сбивала работу наших сканеров, его рывок не казался странным.

— Аварийный стапель тебе в глотку! — продолжила я, шипя. Относилась моя гневная тирада отнюдь не к ангелу.

Прямо на нас шел средний крейсер. Хорошо так шел, морда в морду. Попробуешь отвернуть, тут же получишь главным калибром в борт, не нам с ним тягаться.

— Получи, тварь! — разорялся Стельков, заставляя затикавшие в моей голове часики ускорить свой бег.

— Что б тебе в Галактике тесно было! — вторил ему Алябьев в боевом экстазе.

— Я прикрою, уходи на вторую! — Это был уже Ван, и предложение относилось к нам.

— Отставить! — передала я на лжеперевозчик, ловя за хвост пытавшуюся сбежать мысль.

— Надо отворачивать! — В голосе Тараса раскаяния я не обнаружила, да и не виноват он был по большому счету. Против нас не новички играли, знали, как за свою жизнь бороться.

— Шестой, не мозоль глаза! Иль девица на выданье?! — Стельков был в ударе. Ракеты не щадил, те шли одна за другой, как и у Алябьева, да и ложились кучно.

Не хотелось мне оказаться сейчас на том несчастном астероиде, который они так упорно шлифовали. На своем месте, кстати, тоже.

— Держим курс, — выдохнула я резко, пытаясь сообразить, спасет ли меня личное знакомство со жрецом Богини Судьбы самаринян. По всему, выходило, что нет. С теми шансами, что у нас были, она должна была просто закрыть на это глаза.

Да только я намеревалась спорить с очевидным.

— Орлова, да ты никак извращенка? — это опять был Виталий. Он уже отвалил от уничтоженной цели и теперь искал, на ком бы еще выместить нерастраченный адреналин. Я попалась ему очень вовремя.

Стиснув зубы, я не торопилась отвечать. Свою порцию кайфа он получил, я собиралась вырвать с боем свою. Испытывать крепость нервов, мчась навстречу друг другу, нам оставалось уже недолго.

— Капитан… — Рустам, сидевший тут же в рубке, напоровшись на мой взгляд, продолжение фразы проглотил. Сообразительный. Ему, можно сказать, оказали честь, не оставив, как салагу на «Танталионе»…

— Костас!

— Здесь, капитан! — тут же отозвался приамец из навигаторской. Вот кто был непрошибаемо спокоен.

— Возьми картинку. — Резким движением руки я отправила ему схему внешнего контура крейсера со своими пометками. — Видишь?

Тарас едва заметно дернулся, заинтересовавшись моей идеей, но нарываться не стал. На его счастье сработал инстинкт самосохранения.

Дарил бы уже догадался…

Я слишком много требовала от ангела, моим помощником он был третий месяц.

— Понял, — усмехнулся Костас. — Расчет курса.

— Капитан…

— Готовность к залпу с правого борта, — перебила я Валечку. Мне пришлось перетасовать экипаж, вернув и Тараса, и Веласке на свои места. Пускать в дело родственничка демона я не торопилась. — Цель передана! Костас, время!

— Курс в системе, жду подтверждения…

Договорить я не дала и этому, заорала во всю дурь тренированных легких.

— Курс подтвержден! Залп!

Только проревев команду, я обратила внимание, что в «эфире» последние секунды царствовала относительная тишина. Прислушавшись, можно было даже различить чье-то напряженное дыхание, доносившееся до меня с какого-то из наших кораблей.

Все изменилось, когда выпущенная нами ракета, выбросив перед собой сноп поглотителей, как по фарватеру прошла к внешнему блоку генератора защитных полей.

Жаль, на результат посмотреть не удалось — били мы, перевалив за границу минимального сближения. Избежали последствий попадания только благодаря реакции и таланту ангела (я умела быть справедливой!), моему самообладанию и умению Костаса предугадывать наши желания. На вторую цель мы вышли, как в десятку.

Ну и оторвались, сбрасывая напряжение. На этом астероиде было четыре огневых точки, разнесли мы их в клочья. Как раз вовремя, на подходе была парочка тяжеловесов, которых нам ангажировали в качестве прикрытия.

Никто из нас не обольщался, у каждого была своя задача. Наша — обеспечить им проход в зону, их… — избавить этот сектор от логова вольных. Без помощи они, конечно, не оставят, но на многое рассчитывать не приходилось.

— База в захвате сканера, время подхода — двадцать три минуты.

— Принято, — ответила я Рустаму, в очередной раз оценивая все, что мы о ней уже знали.

В том, что это была Эс пятая, сомнений не было. Давно устаревшая разработка Союза, избавились от них еще во время войны с самаринянами. Оказались слишком уязвимыми для точечных атак. Но при всех недостатках у нее было и одно преимущество — она легко модифицировалась. Чем именно нашпиговали ее вольные, можно было гадать долго, пока не подойдем на расстояние залпа, не узнать, с чем столкнемся.

— Виталий, тебе не кажется, что мы чего-то не понимаем? — поинтересовалась я у слегка успокоившегося Стелькова, наблюдая, как символы наших с ним перехватчиков стремительно приближаются к кляксе, висящей в сером мерцании голографического экрана.

Тревожило меня не столько вооружение орбиталки — для определенных прогнозов были основания, — а то, как начали замедлять ход те трое, за которыми вплотную шли мы со вторым лидером.

Альябьев, Ван Хилд и шестой номер из группы Стелькова прикрывали наши… тылы.

Корабли, конечно, отстреливались, но без фанатизма, что и радовало и настораживало одновременно. Вроде и замысел очевиден — как можно скорее уйти под защиту базы, но ощущение неправильности происходящего все равно присутствовало.

— Щитоносец? — выдал предположение лидер-два, вспомнив наш разговор.

Я еще раз прошлась взглядом по экранам. Фильтры не справлялись с помехами, в той чертовщине, которую я наблюдала, можно было спрятать не только щитоносец.

Но чутье, если оно есть, не пропьешь. Мне хотелось согласиться с Виталием, но я не торопилась.

А время между тем убегало, приближая нас к цели. И ни тебе простого логического решения, основанного на факте и опыте, ни озарения.

— Капитан! — отвлек меня он перебора возможных вариантов Тарас. Когда обернулась к нему, кивнул на экран.

Хотелось высказаться, но я сдержалась. Это был не тот случай, когда могло помочь.

Троица впереди начала расходиться, но делала это весьма подозрительно. Двое продолжали держаться рядом, но выстраивались друг за другом, а оставшийся проваливался вниз.

— Канал связи на «Хурагву»! — приказала я нервно. Внутри все скручивалось в жгут.

Предчувствие, демоны его задери!

— Канал связи на «Хурагву» открыт! — четко отрапортовал Рустам.

Умница! Почувствовал, как сгущается в рубке напряжение, взял на себя то, что всегда было прерогативой его дяди.

— «Варвара», здесь «Хурагва». — Голос капитана тяжеловеса, на котором мотался отец, был мне знаком. Надежный такой голос, как и сам мужик. И встречаться приходилось, да и Шмальков о нем очень хорошо отзывался.

Надежный…

Что-то внутри меня зацепилось за данный капитану тяжелого крейсера эпитет, выстроилось цепочкой ассоциации. Самариняне, Рауле, который уже третий месяц безвылазно сидел на Таркане, Артур, его база «Тандор»…

Помоги нам демоны Галактики, если я права!

— «Хурагва», мне нужен чистый скан района Эс пятой!

— Ждите! — резко бросил тот, понимая, что без нужды я бы не стала его тревожить.

— Значит, не щитоносец, — тяжело вздохнул Стельков, исчезая с экрана. Видно, тоже решил в очередной раз пройтись по данным.

— Не щитоносец, — подтвердила я, ломая голову, как мы будем выкручиваться из того, во что собирались вляпаться. — Алябьев, уходи на дистанцию.

Андрей попытался возразить, но тут в дело вступил Тарас и «Молния» начала сваливать назад и вверх, оставляя нам место для маневра.

А секунды между тем убегали. Те самые секунды, которых могло не хватить.

Ощущение не самое приятное.

— Капитан, есть скан с «Хурагвы»!

На восклицание Костаса я даже не обратила внимания, уже смотрела, как на объемной кальке сектора, рядом с базой проступает россыпь едва заметных точек.

— Минное поле, демоны вас возьми!

— Принято! Минное поле, — тут же среагировал Валечка. — Готовность к сбросу детонаторов.

В ближайшую пару минут нам предстояло узнать, опоздали мы с прозрением или нет.

* * *

Шмальков продолжал говорить об итогах операции, но я едва слушала, проваливаясь в воспоминания. Оказалось их меньше, чем могло бы быть.

Догадались про минное поле мы едва ли не в последний момент. Детонаторы со Стельковым сбросили практически одновременно. Те рванули в разные стороны, как стайка мальков от хищника. Ставили помехи — каждая такая мина управлялась с базы, меняя расположение за счет автономных двигателей, отводили или взрывали те, что попадали в щупальца их захватов.

Из нас двоих, меня и Виталия, тому повезло больше. В нашем последнем споре побеждала я, шла первой, это меня и сгубило. «Варварушка» оказалась слишком близко, когда начали рваться заряды.

Досталось нам знатно, если бы не подошедший с риском для себя Ван Хилд, остались бы там навсегда. Когда я, понимая, что больше сюда не вернусь, покидала борт, система выдавала сообщение: «полторы минуты до резонанса активных контуров маршевого двигателя».

Последствия подобного мне раньше видеть не доводилось. Не пришлось и тут, уже позже смотрела в записи. Саму меня, как и всех остальных, в это время осматривал медик из экипажа Вана. У Дюши и вытаскивавших его Стаса и Рустама — ожоги, Валечки, Костаса и Тараса — ушибы. А меня к тому же долбануло через командный интерфейс, в глазах не то что двоилось или троилось, а выкладывалось калейдоскопом.

Так что все дальнейшее я благополучно пропустила в искусственной коме. В себя пришла уже на Таркане, куда меня отправили по настоянию адмирала. Хорошо еще, вместе с экипажем.

«Корвет» Стелькова тоже не обошелся без повреждений, но вернулся на «Танталион» своим ходом. А вот его шестерка повторила нашу участь, но для них чуда не произошло, и семь имен начали скорбный список летописи Службы внешних границ.

Аронов, который сдерживал отход вольных, привел обратно всех своих. Два корабля на аварийные стапеля, да и раненые были, но, что радовало, без необратимых потерь, как написали в оперативной сводке.

Орбитальная станция была уничтожена тяжеловесом, они же стерли в пыль и логово вольных на третьей планете системы. Видела я снимки «до» и «после». Не зря наше командование расщедрилось на награды и премии. Оружейные склады, ремонтные доки, лаборатории по производству дури.

Риск того стоил.

Огорчало одно: ни Ивара, ни Шахина там не было. Щитоносца, кстати, тоже.

— Капитан третьего ранга Орлова!

— Я! — поднялась я со своего места во втором ряду, успев избежать ударом локтя. Виталий, сидевший рядом, похоже, заметил, что я витаю в собственных мыслях.

— Капитан третьего ранга Орлова, за разработку плана по уничтожению базы вольных и проявленное мужество во время его осуществления, награждается лентой «За мужество» второй степени!

Пока отец вещал с трибуны, Искандер подошел ко мне, приклеил на китель узкую, красно-белую ленту над той, что олицетворяла собой статус героя у скайлов.

— Поздравляю, капитан!

— Ради будущего! — отдала я ему честь, и чуть слышно продолжила: — Лучше бы в отпуск отправили…

Искандер услышал, так же тихо ответил:

— Приказ уже подписан. Шестьдесят суток.

Я едва удержалась от того, чтобы не расплыться в улыбке, но адмирал продолжал стоять рядом, так что пришлось соответствовать.

По чью душу Искандер задержался, было понятно и без слов, но отец развеял последние сомнения.

— Капитан третьего ранга Стельков!

— Я! — подскочил Виталий, успев мне подмигнуть.

Я, воспользовавшись возможностью, оглянулась на Аронова, он сидел в следующем ряду, левее. Тот тут же кивнул, скосился на Рауле. Камил тоже присутствовал на сборище, представлял разыскников. Его служба отделалась благодарностями, но их это мало смущало. Самое главное, не забыли, что и они, пусть и теоретически, но тоже принимали участие в операции.

Жрец, продолжая «есть глазами» Искандера, чуть склонил голову — эстафету принял.

— Капитан третьего ранга Стельков, за разработку плана по уничтожению логова вольных и проявленное мужество во время его осуществления, награждается лентой «За мужество» второй степени!

Заговорщики, демоны нас задери!

Я еще не успела поймать взгляд Таласки, как тот пригладил волосы — участвует. На Дарила я даже не смотрела, эту цепочку начал он, показав мне знаками, что в девять вечера ждет нас у себя.

— Ради будущего! — гаркнул Виталий, заставив поморщиться. Головные боли полностью прекратились благодаря стараниям медиков-скайлов, но громкие звуки еще вызывали неприятные ощущения.

— Капитан третьего ранга Аронов!

Одарив своим вниманием, церемония покатилась дальше. Все, что нам оставалось, лишь дождаться ее окончания.

С приема в нашу честь, который следовал сразу за торжественной частью, мы улизнули. Действовали, как и в бою, слаженно. Вана вытащили с мероприятия настолько виртуозно, что тот и сам не понял, в какой момент перестал слышать рассуждения какого-то чина из стархов, и оказался в небольшой, но по-холостяцки уютной квартире демона. Что-то типа офицерского общежития, где жил и Рауле, располагалось неподалеку от Управления.

Измученные ожиданием организмы только этого и ждали. Гулянка началась еще до того, как за последним из гостей закрылась дверь.

Накрытый стол стоял у стены. Бутылки, бокалы, стаканы, кружки, тарелки с закусками. Мясо и овощи, порезанные крупными кусками, зелень, местные деликатесы из ближайшей лавки и довольно приличная по размеру чашка с салатом. Похоже, демон успел обаять кого-то из столовой. Сам он на такие подвиги был способен, но не ради подобного мероприятия. Я понимаю, если бы для девушки…

Я его девушкой не была, но для меня он когда-то готовил.

— Тебе от Леи привет. — Аронов воспользовался тем, что я пристроилась на подоконнике, наблюдая за остальными, и тут же оказался рядом.

Первые тосты уже отзвучали, спиртное, которого хватало на любой вкус, сгладило мгновения притирки. Народу собралось много — сразу следом за мной и капитанами, появились и ребята из моего экипажа. Тарас сказал, что их привело чутье. Я была уверена, что вовремя сброшенное сообщение на комм.

Как часто бывает в таких разномастных компаниях, разговор сначала не клеился. Вроде и есть о чем поговорить, но… кто посматривал на нашивки Таласки, кто тушевался, случайно натыкаясь на острый, оценивающий взгляд Вана. И свои, но каждый из них был как-то связан со мной, между собой они редко когда общались.

Все исчезло в один миг.

«Мы всегда будем помнить», — произнес Дарил, поднявшись и залпом выпил спирт из стакана. Бокалов на всех не хватило, да и вином мало кто баловался, предпочитая, что покрепче. Мне врачи алкоголь временно запретили, пока окончательно не пройдут последствия контузии, так что я попивала сок, приготовленный заботливым демоном.

Следующим встал Тарас — отдувался за меня, как-никак помощник, потом Стельков, потом…

Наплевав на заботу ангела и требования медиков, я закончила круг, плеснув в пустой бокал на глоток спирта. Традиции нарушать я не собиралась.

«Мы всегда будем помнить», — прозвучало в комнате в очередной раз, закончившись моими судорожными попытками сделать вдох. Как пить эту жидкость я знала чисто теоретически.

Вот после того, как мне хлопали по спине, пытались всунуть в руку то кружку с водой, то кусок хлеба, настороженность и ушла, оставив после себя лишь желание расслабиться среди таких же счастливчиков. Тех, кому удалось выбраться.

— Как она? — Я сделала вид, что безумно заинтересована его ответом.

Сашка на мой обман не поймался.

— Все еще надеется, что ты сменишь гнев на милость.

— Нам с ней детей…

— Знаю, — перебил он меня. — Искандера ты так к себе и не подпускаешь.

— Ты решил сводником подработать? — язвительно уточнила я, тонко намекая, что не стоит ему лезть в наши с адмиралом отношения. Впрочем, об отношениях говорить тоже не стоило. Эти два с лишним месяца каждый из нас жил своей жизнью. Что радовало, на моей службе наш разрыв никак не отразился.

— Тебе помощник не нужен? — пьяно поинтересовался у Александра Тарас, в сложном маневре проходя мимо нас. Наклонился ко мне, почти коснувшись губами лица. — Я бы мог.

— Иди, ангел, иди, — оттолкнула я Тараса от себя.

Того качнуло, но равновесие он удержал. Посмотрел на меня вполне осмысленным взглядом и, как-то сразу поникнув, направился к креслу неподалеку.

— Умеешь ты над мужиками измываться! — с надрывом произнес Аронов, но тут же заговорил о другом. — Кими беременна, тогда уже четвертый месяц шел. Будет сын, она хочет назвать его Камилом, в честь Рауле. Наследник их рода.

Я пожала плечами, чтобы скрыть растерянность. Такого поворота событий я даже предположить не могла.

А Сашка продолжил, словно не замечая моего состояния.

— Дочь-то у нее погибла. Считалось, что во время ритуала посвящения стихии — такое иногда случается, но в ходе расследования выяснилось, что это была акция устрашения. Когда Кими догадалась, в чем оказался замешанным ее муж, пошла к каниру.

— Не понимаю! — прошипела я, едва дослушав. Хотелось кричать, но привлекать к себе внимание я не собиралась. Это был наш разговор. — А ребенок-то при чем?

— Девочке было всего два года, в это время мать чувствует свое дитя, как саму себя. Сиеш хотел продемонстрировать ей, что будет испытывать Дарис, если ему придется убить и ее.

— И зачем ты мне об этом рассказал? — полюбопытствовала я, заставив себя успокоиться и рассуждать здраво. Рассчитывать, что эти игры закончатся лишь потому, что я этого хочу, не приходилось.

— Аршан будет инроком мальчика, заменив ему отца. Кими хочет, чтобы ты стала его инорой.

Вместо того чтобы порывисто вскочить и высказать все, что я думаю об этих методах обработки, я спокойно спросила:

— И когда это должно произойти?

Несмотря на двусмысленность вопроса, ответил Аронов именно на тот, который подразумевался.

— Обычно до года, но в случае этого ребенка, чем раньше, тем лучше.

— Хорошо, — согласилась я, чувствуя в душе, что это решение правильное, — передай Кими, что я буду инорой ее сыну. И… — сделала я паузу, соскакивая с широкого подоконника, — Лее — привет. Пусть присмотрит за сестрой.

Заверить меня, что он все сделает в лучшем виде, Александр не успел.

— Я хочу сказать речь… — Громогласный рев Тараса заставил поморщиться и обернуться.

Ангел, покачиваясь, стоял на стуле и, размахивая стаканом, требовал тишины.

— Образумь его, — попросила я Дарила, проходя мимо него к стоявшему в сторонке Рауле. Тот общался с Таласки, но тема, похоже, была неприятна им обоим. — Игорь, — перебила я майора на полуслове, прислушиваясь к тому, какими словами ангел объяснял демону, что тот предатель и куда ему после своего предательства стоит идти, — ты сможешь мне завтра организовать встречу со Штормом? Но так, чтобы отец не знал.

— Со Штормом? — тут же изменился в лице Таласки. — Опять что-то задумала?

— Ни на что хорошее я уже не способна? — со стервозными нотками в голосе поинтересовалась я. — Или напомнить, как в кангорате я Союзу расположение скайлов своими нервами добывала?!

— Ничья! — встал между нами Рауле. Кажется, меня, и правда, занесло. — Тимка по тебе соскучился. Не хочешь сбежать?

Упоминания о зайце оказалось достаточно, чтобы гнев исчез, словно его и не было. Но так просто сдавать позиции я не собиралась.

— Так устроишь или мне самой к Славе обращаться?

— Время и место сброшу на комм, — скривившись, отозвался тот и счел за лучшее отправиться к столу. Знал, что когда я в таком состоянии, со мной лучше не связываться.

Он был прав. И не только во второй раз.

Я действительно задумала. И уже давно.

* * *

— Я хочу предложить вам сделку, — вместо приветствия выдала я, закрывая за собой дверь.

Прошла вперед, без приглашения села в кресло. Кожа скрипнула подо мной, разрушив мгновение тишины, значения в которой было больше, чем в сказанных мною словах.

Шторм задумчиво оглядел свой кабинет, словно не узнавая, потом сдвинул в сторону распечатки, освобождая часть стола. Действие не имело смысла, но я обратила внимание лишь на то, что он, как и отец, предпочитал работать с бумагами, а не читать с экрана.

Потерев подбородок и проведя пальцем по усам, несколько растерянно пробормотал:

— Интересное начало. Продолжайте, капитан.

Я и воспользовалась предложением, за тем и пришла.

— Я собираюсь совершить феерическую глупость. Мне нужно ваше прикрытие.

Вчерашний вечер закончился намного интереснее, чем начался. Хотя бы лично для меня.

Мы с Рауле постарались исчезнуть как можно незаметнее. Не уверена, что нам это удалось, слишком многие очень явно отводили глаза, но ни останавливать, ни предъявлять с утра претензии никто не стал. Как и выговаривать, что в свой крошечный номер в гостинице при Управлении я так и не вернулась. Проговорили мы с Камилом всю ночь. Хватило и воспоминаний, и наметок на будущее.

Жил он в том же крыле общежития, что и Дарил, только несколькими этажами выше. Квартира небольшая, тоже уютная, пусть и совсем по-другому, нежели у демона. Мой бывший помощник предпочитал утонченный аскетизм. Ничего лишнего, но при этом все отменного качества и с индивидуальностью. Для Рауле оказалось важно другое. Вокруг мягкие линии, теплые оттенки. Взгляд легко скользил по стенам, мебели, полу, ни за что не цепляясь, не натыкаясь даже на малейшее проявление диссонанса.

Мне у него понравилось. Осознала я это уже значительно позже, в первые минуты было не до того.

На Таркане я была уже десять дней, но девять из них провалялась в госпитале. Выписали как раз перед награждением, так что времени на визиты физически не было. Сам Камил решил этот вопрос проще — навещал по два раза на день, а вот нашего четырехлапого хищника не пустили. Только и смогла, что насмотреться на него из окна.

Тимка встретил нас на пороге, видно, почувствовал, как мы подошли. Прыгнув, плюхнулся мне на руки и затих, упершись пуговкой носа в грудь и обнимая… ушами. Ощущение покоя было настолько полным, что казалось сродни смерти. В отличие от настоящего небытия это не пугало.

— На откровения рассчитывать стоит? — Словно отойдя от изумления, Шторм развернул кресло боком к столу, закинув ногу на ногу, откинулся на спинку. — Или мне придется обойтись общими чертами?

Я усмехнулась, поднимаясь. Внутри плевался огнем вулкан из противоречивых чувств, собственная наглость требовала движения.

Прошлась по кабинету, весьма скромному для личности такого масштаба, как Вячеслав Шторм. Шесть шагов туда, шесть обратно.

— Удивительное зрелище — покладистый полковник Шторм.

Тот не шевельнулся, только улыбка чуть тронула губы, делая его обманчиво добродушным.

— Не менее удивительное, чем Наталья Орлова, желающая побеседовать со мной так, чтобы ее отец об этом не узнал. Знаешь, мне пришлось постараться.

Я пожала плечами, мол, как хочешь, так и понимай. Тот склонил голову, на мгновение став похожим на безумного ученого, собирающегося препарировать очередного подопытного кролика.

Решимость тут же пошла на спад, пришлось сжечь за собой мосты.

— У меня есть выход на Асхана.

Особого восторга я на его лице не заметила, Слава смотрел то ли на меня, то ли через меня, но выглядел при этом до обидного равнодушным. Правда, владел он собой не хуже скайлов. Должность обязывала!

Секунды убегали, рождая сомнения в собственном плане, а Шторм продолжал молчать. И не поймешь, испытывал ли мое терпение, или просто со всех сторон взвешивал перспективу пойти против генерала Орлова.

— Не верите? — первой не выдержала я. Как-никак, его опыт был богаче моего.

Он очнулся, избавляясь от задумчивости, посмотрел на переплетение пальцев, сложенных на колене ладоней.

— Почему же, — оторвался он, наконец, и от их созерцания, — верю. Ожидал чего-то подобного после того, как ты осчастливила нас куском той записи.

Среагировала я на рефлексах. Не такому научишься, пообщавшись со спецурой.

— Там дальше я целуюсь с Тарасом, не хотела никого смущать, — на мгновение потупилась я, чтобы тут же дерзко посмотреть ему в глаза.

Полковник невинно улыбнулся.

— С вами, женщинами, и не угадаешь! — Чуть помедлил, принявшись разглядывать меня, словно видел впервые. — Тем ты и занималась оставшиеся девять минут, пока не вернулась в зал. Заметь, я уже отнял время, которое ты шла по коридорам.

Краснеть от смущения я уже давно перестала, но стыдно было. А то не знала, с кем собралась тягаться!

— Вы там были?

— Игорь, — вопреки мелькнувшим сомнениям, ответил Шторм. — Ему не повезло. Информация о встрече у нас была, но мы ждали контакт внутри помещения.

— Но разве это что-то меняет?

Полковник поднялся рывком, одним движением напомнив, с кем я собиралась играть.

— Нет, — качнул он головой. Обойдя стол, так и остался стоять рядом с ним. — Банкуешь ты, я могу только согласиться на твое предложение или…

— Или? — поторопила я, чувствуя, как вновь сметает все в душе азарт.

Прав был Индарс, когда утверждал, что хатч — своеобразный индикатор. Можно знать правила и даже вырывать из рук противника победу, но не получать при этом никакого удовольствия. Но таким, как мы с ним, нужен не выигрыш, а схватка, то самое ощущение, когда ты — на грани. Когда даже дыхание, взгляд, жест, либо противник, либо союзник.

А победа?! Лишь приложение к наслаждению, которое ты испытал.

Шторм был той же крови. Но об этом я знала уже давно, жаль, сразу не поняла, что он, скорее, друг, чем враг.

— Через час генерал Орлов проводит совещание, мне быть обязательно. Если мы не успеем…

— Если проблема только в этом, — улыбнулась я игриво, — то все в наших руках. — Продолжала я уже серьезно. — У меня к Асхану личные претензии. Как и к Ивару с Шахином. Но я готова отдать бывшего канира вам, оставив себе последних двоих.

Тот задумался лишь на мгновение.

— И методы, которыми ты собираешься действовать, будут не совсем законными? — уточнил он, выбив пальцами незнакомую мелодию на крышке стола.

Не скажу, что меня это отвлекало, скорее, было любопытно, что же может крутиться в его голове в такие моменты.

— Не совсем законные они с точки зрения нашивок капитана третьего ранга Службы внешних границ. — Сердце билось четко, но торопливо. Адреналин за штурвалом корабля был для меня привычнее. Чтобы успокоиться, отошла к двери, постояла там пару секунд, качнувшись с носка на пятку и обратно. Развернулась резко, чтобы не передумать. — Я не собираюсь щадить ни того, ни другого. Понимаю, что вам хотелось бы с ними пообщаться, гарантировать, что сдержусь — не могу. Все, на что я способна — задать им некоторые вопросы.

Шторм выглядел все так же расслабленно. И даже во взгляде не было ничего, что могло натолкнуть на мысль о его профессиональной деятельности. Его выдавали только знаки на форменном кителе. Не будь их…

Мне они были не нужны, чтобы осознать, кому именно я делаю сейчас предложение.

— Кто, кроме твоего экипажа, собирается отбыть в отпуск?

— Вы согласны? — Я подошла к нему вплотную.

Опасная близость, но я уже переступила ту черту, когда можно было отступить.

— Неравноценный обмен, не находишь?

Он не шевельнулся, лишь повел головой, словно давил воротник, но я едва не отшатнулась, только сейчас догадавшись, что голову в петлю я уже засунула.

— Лавры победителя — этого мало? — наивно удивилась я.

— А если проиграешь? О моей репутации ты подумала?

— Если я проиграю, — не отвела я взгляда, — ваше прикрытие мне будет ни к чему.

— Вот поэтому я и спрашиваю, кого берешь с собой? — Когда мое молчание стало слишком заметным, он добавил. Жестко: — Если я ввязываюсь в твою авантюру, то только на одном условии — ты возвращаешься живой и невредимой. Извини, девочка, — он сумел обойти меня, не коснувшись, — но твоему отцу я обязан больше чем должностью. Своей жизнью. Платить черной монетой за все, что он для меня сделал, я не собираюсь.

Хотелось огрызнуться и послать его к моим любимым демонам, но я не спешила поддаться собственным желаниям. Он был прав. Месть — местью, но голову при этом терять не обязательно.

Конечно, шансы расквитаться с Шахином при таком раскладе казались минимальными, но… важнее было другое. Подставлять ребят и рушить то, что с таким трудом создавалось, не входило в мои планы.

— Дюша… — Я осеклась, назвав своего технаря прозвищем, но Шторм дернул ладонью — продолжай. — Дюша отправляется на Землю, Рустам остается стажером у Стелькова. Дарил со мной.

— А Рауле?

Мне оставалось только пожать плечами. Неужели я настолько предсказуема?!

— Рауле тоже.

Как ни странно, но демонстрировать удовлетворения Слава не стал.

— Таласки будет ждать тебя на Ярлтоне. Вся координация операции будет на нем.

— Откуда ты про Ярлтон…

От изумления я даже скатилась на «ты». И только после того, как произнесла, была вынуждена недовольно качнуть головой. Действительно, предсказуема. Стоило вспомнить про Дарила, как наиболее удачный вариант нашего исчезновения становился очевидным.

То, что я отправилась в отпуск в столицу демонов, удивить никого не должно. Там был мой сын, да и император Хандорс приглашал в гости, обещая незабываемый отдых. Не воспользоваться таким предложением было глупо.

Сопровождение в лице бывшего помощника тоже прекрасно вписывалось в эту легенду. И к отцу с отчетом, и со мной, как в старые добрые времена. Ну а ребятам… никто и нигде их не ждал, так что, не все ли равно.

— Хорошо, — кивнула я, — Таласки, так Таласки. Могло быть и хуже.

— Могло, — согласился Шторм, бросив быстрый взгляд на табло. Час пролетел слишком быстро. — Считай благодарностью за то, что сама пришла ко мне.

— Так, значит…

Договорить он мне не дал. Взгляд был жестким, бескомпромиссным.

— Мы своих не бросаем. Даже когда они отказываются признавать, что — свои.

Добавить к сказанному было нечего, да и отпущенное время окончательно истекло. Полковник не торопил, но я знала, что опаздывать, даже имея на то причины, он не любил.

Вышли мы вместе. Он, предупредив, что вся связь — через Игоря, свернул к лифту, я предпочла спуститься по лестнице. Нужно было привести в порядок и чувства, и мысли, которых оказалось больше, чем хотелось.

Пока наша прогулка на Гордон была далекой перспективой, все выглядело легко и просто. Пришел, нашел…

Наверное, Шторм был прав. Год службы изменил меня, и все, что шло за этим злополучным «нашел» больше не воспринималось, как нечто достойное.

Дойти в своих размышлениях до желания отказаться от собственных планов мне не удалось. В вестибюле первого этажа ко мне подошли два гвардейца императора.

Меня немедленно хотел видеть Индарс.

* * *

Последняя встреча с Хандорсом оставила у императора стархов странное впечатление, напоминая экилибр.

Тот самый, который всегда предпочитала Таши.

Оно мешало сохранять разум холодным, а восприятие — отстраненным. Срывало маску, к которой привык за почти тридцать лет правления. Напоминало, что в его жизни когда-то был не только долг, но и… мечты. Несбыточные, забытые, но… его собственные.

Возрождало ощущение клетки, в которую его заперло бремя власти, лишив надежд и назвав Песчаным львом.

А еще заставляло возвращаться мыслями к ней. Все еще свободной и… желанной.

Записи с дальнего разведчика, отправленного на планету, названную Таши вторым Харабом, он не уничтожил. Не мог, не имел права. Но доступ к ним ограничил до одного себя.

И все равно тревожно спал ночами, просыпаясь от предчувствий, в которых была она.

Спеца, который изучал данные, чтобы прийти к тем же выводам, к которым пришел и он сам, но лишь на основании знаний о самой Наташе, приказал казнить. Это был компромисс между пусть и не клятвой, но произнесенным словом и потребностью знать, иметь возможность предугадать. Защитить, если придется. Даже вопреки ее воле.

Его чувство к этой женщине больше не было наваждением. Он не терял рассудка, когда думал о ней, не пылал, как влюбленный юноша, стоило услышать ее имя.

Любовь к Таши стала тихой и послушной. И сладостной в воспоминаниях о той единственной ночи, что у них была.

— Я знаю, насколько высоко оценили эту операцию император Хандорс и кангор Синтар, не говоря уже о правительстве Союза.

Адмирал безмолвствовал, даже не сделав попытки вставить свое слово во время короткой паузы. Ему оказалось достаточно одного брошенного на старха взгляда, чтобы понять — его вызвали не для того, чтобы он говорил. Ему предстояло слушать. И делать выводы.

Не из сказанного, из того, о чем император промолчит.

— Я согласен с ними, — продолжил Индарс, с удовлетворением отметив, что его все еще соперник, правильно догадался о смысле приглашения, — и готов повторить за ними, что уничтожением этой базы вольных Служба внешних границ заявила о себе, как о силе, способной влиять на жизнь Окраин.

Искандер чуть склонил голову, благодаря. Ему, как главе этой самой службы было приятно слышать столь высокую оценку из уст старха. Знал, что Индарс льстить не будет.

Но тот вроде как и не заметил.

— Разработка операции достойна отдельного упоминания. Не только грамотно, но и с точным балансом разумного риска.

Опять мгновение тишины, уже с иным оттенком.

Легкий намек, но Искандер его не пропустил.

— В подготовке плана принимала участие и капитан Орлова. Идея принадлежала именно ей.

Индарс повернулся к адмиралу — все это время он стоял у окна, смотря на парк, улыбнулся… то ли понимающе, то ли… с горечью.

— Я видел ее имя. — Император провел кончиками пальцами по прохладному мрамору подставки для цветов. — Обычно она не повторяется…

— Не повторяется? — не столько заинтересованно, сколько уточняя, спросил адмирал, забыв о собственных догадках.

Внешне бесстрастный, уверенный в себе, в душе он не был столь спокоен. Сомнениями не терзался, знал, что не отступится, просто давал Наташе возможность принять те изменения, которых было немало вокруг нее. И ждал.

Допускал, что напрасно, но надеялся, что чутье не подведет и сейчас. А оно убеждало, что все еще рано.

— Мой заказ, — задумчиво произнес Индарс. — Она не рассказывала вам, как мы познакомились?

Дождавшись безмолвного ответа Искандера, указал ему на кресло.

Не успел тот присесть, как в кабинет вошел верный, неся поднос со сладостями, которые на Таркане подавали к легкому местному вину. Спустя еще минуту, на столике появились тонкостенные кубки из черного прозрачного камня и в пару им кувшин.

Вино император разлил сам. Первым сделал глоток, первым прихватил изящными серебряными щипчиками дольку лакомства.

— Это было чуть больше четырех стандартов тому назад. Вам, адмирал, наверное, известно, что одной из самых больших моих страстей является страсть к игре в хатч.

Искандер пригубил вино, кивнул, и, подтверждая слова императора — секретом это не было, — и, отдавая должное напитку. Индарс ответил легкой улыбкой.

Их перемирие все еще продолжалось.

Это была ее заслуга.

— Считается, что придумали ее демоны, отсюда и первые игровые карты, названия игроков и кое-какие нюансы правил. Изучение прошлого хатча и коллекционирование его образов, которые иногда очень сильно отличаются от своего изначального вида, стало моим увлечением еще в юности. С тех пор мало что изменилось.

— Наташа неплохо играет.

— Как и вы, адмирал, — поднеся кубок к губам, с намеком произнес Индарс. — Вы ведь тоже заядлый игрок?

Искандер расслабленно откинулся в кресле, поставив кубок на подлокотник.

— Это не азарт. Хатч прекрасный инструмент для настройки мышления. Мы изучаем его во время подготовки высшего офицерского состава.

Во взгляде Индарса мелькнуло изумление вперемешку с раздражением. Это было понятно — любимая игрушка…

— Вы заблуждаетесь, адмирал, — не терпящим возражения тоном отрезал он, но мгновение неудовольствия было кратким, продолжил император уже мягче. — Но сейчас это не имеет никакого значения. Мой рассказ о капитане Таши. — Индарс вновь сделал паузу, собирался с мыслями. Коснулся губами кромки кубка, вдохнул аромат вина. Такой же непредсказуемый, какой была и его чужая возлюбленная. — Мой… осведомитель сообщил, что на одной из планет в секторе Приама он слышал об игровой карте, носящей странное название «Галактика Белая». Но не то было удивительным, что мне о ней не было известно, заинтриговало другое. Для игры использовали не ИИ, а шестигранную пирамиду, вырезанную из двух видов дерева, с белой и черной древесиной. Каждая ее ступенька была украшена резьбой — символами, которые очень напоминали обозначения с навигационных карт. А фигурки персонажей одной из сторон выглядели, как демоны. Только одно отличие: вместо императора возглавляла их императрица.

Индарс замолчал, задумавшись.

Искандер торопить не стал, хотя и мог сделать кое-какие предположения. Не о создателях, а о том, как именно Таши добилась этого заказа. Был уверен, что старх не стал бы по собственному желанию нанимать перевозчицу-женщину.

В его мире о таком и помыслить было трудно.

Впрочем, Искандер понимал, что не ему судить об этом.

Тишина не была гнетущей, как и их мысли.

Один думал о том, что время, когда ему придется сделать выбор, приближается неумолимо. В осознании этого не было чувств — еще один факт, который стандарт тому назад он воспринимал бы значительно трагичнее, чем сейчас. Другой…

Для Индарса эти мгновения были наполнены воспоминаниями и ассоциациями.

Разговор с императором Хандорсом, его стремление выйти за пределы Галактики в поисках тех, кто был предками его расы, Хараб-два с уничтоженной руками Таши базой древних, его невероятные предположения о том, что еще нашла бывшая перевозчица на планете, когда-то населенной древними.

У него не было доказательств, но… мало кто знал Наташу так, как он, мало кто был способен понимать ее настолько, насколько понимал он.

Она всегда выбирала экилибр. Это что-то, да значило.

— Таши попала в мой дворец хитростью. Зная, кем является Дарил, я не мог отказать ему в гостеприимстве. Она пришла с ним. Я был к этому готов. Как только «Легенда» дала аварийный код, я предположил подобный вариант, потому и разузнал о перевозчице все, что мне оказалось доступно. Не так уж много, сведений о том, что она — дочь генерала Орлова там не было, об этом я узнал только от него самого стандарт назад, но об ее пристрастии к хатчу в полученном досье информация присутствовала. Я предложил игру, она — согласилась. Безудержная страсть и осторожность, риск, непредсказуемость, наивность, которая неожиданно оборачивалась тщательно продуманной ловушкой. Ее учителем был демон, это выглядело очевидным, но она перекроила их манеру игры под себя, став достойным соперником.

— Она поспорила с вами? — Искандер не столько спросил, сколько разбавил монолог Индарса.

В улыбке императора была видна ирония. Над самим собой.

— Она поспорила со мной. — Старх на мгновение прикрыл глаза. — Нет, она не выиграла, но и я не добился триумфа. Груз она забрала без проблем — отсталый мир, игра была куплена за совсем смешные кредиты, да и то Таши переплатила, а вот на обратном пути в очередной раз нарвалась на Шахина. Уходила через охранную зону Кортеса. Рудники Приама — неприступная крепость в космосе. Обратно дороги нет — вольные, идти вперед — патрульные крейсера Приама стреляют без предупреждения.

Искандер кое-что знал о прошлом Наташи, но подробности заказов ему известны не были.

Не делилась она своими победами. Поражениями тоже не делилась. Только она и ее экипаж. И все сама, сама… сама.

Достойно уважения, но что будет, когда не сможет, не выдержит? Когда их не окажется рядом…

Думать об этом было тяжело, а не думать — не получалось.

— Тогда Таши села на хвост патрулю, на защиту она никогда кредитов не жалела. Вот так, четверо суток через всю зону к нему вплотную и шла под прикрытием искажающих полей. А навигационные карты потом уничтожила, чтобы случайно в чужие руки не попали.

— Принципы.

— Принципы, — согласился Индарс, поднимаясь. — Не предавать, не подставлять, просчитывать последствия своих действий. Рисковать, зная, ради чего она это делает. А еще… любить, отдавая всю себя, и уходить… навсегда.

— Вы хотите… — Искандер вставал медленно, аккуратно отставив кубок на столик. Но не нужно было быть эмпатом, чтобы ощутить, чего стоила ему эта сдержанность.

— Да, адмирал, я хочу, чтобы вы от нее отказались, как отказался я. Не стоит делать ее жизнь сложнее, чем она уже есть.

— Но…

Император прервал канира. Жестко.

— Никаких «но». Ни у вас, ни у меня никогда не было шансов. Мы не можем дать ей то, что сделает ее счастливой. Лишь необходимость забыть о том, что дорого, лишь выбор, который она будет вынуждена сделать. Если и правда любите, пощадите.

— Я не отступлюсь! — твердо произнес Искандер, отходя к двери.

Он и сейчас правильно понял, говорили не император и канир, а двое мужчин, которым было что делить.

— Отступитесь! — так же категорично отозвался Индарс. — Как только примете, что я — прав.

* * *

Только поднявшись из подземки наверх, я поняла, куда именно завела меня опустошенность после разговора с Индарсом. Тот самый район, где когда-то жил дознаватель службы розыска Камил Рауле.

Разыскником он быть не перестал, как и Камилом Рауле, вот только его жизнь, так же, как и моя, сделала крутой вираж, выдав новые правила игры. Задаваться вопросом, к лучшему или нет, было еще рано, но предательское желание, чтобы этого не было, иногда возникало.

Дорожка тянулась через парк к жилому комплексу. Я была там один раз, но этого оказалось достаточно, чтобы не забыть до сих пор. Стояночная площадка для каров, вокруг нее двухэтажные дома на две квартиры.

Тогда вечер был поздним, сейчас лишь начинало темнеть. Вот только на душе такая же пустота. Словно опять на краю, словно опять одна…

В тот раз все закончилось для меня смертным приговором, в этот я пыталась вывести нас всех из-под трибунала.

— Кажется, встреча с императором довела тебя до бешенства?

Мне потребовалось усилие, чтобы не вздрогнуть, услышав за спиной голос жреца. Его появления я даже не ощутила.

— Скорее, лишила уверенности, — сдержанно улыбнулась я, оборачиваясь. — Давно следишь?

— С утра, — подошел тот ко мне. Цивильная одежда сделала Камила моложе, как и небрежно зачесанные назад волосы. Я настолько привыкла к нему за последние три месяца, что за внешней привлекательностью начала замечать то, что в глаза не бросалось. Внутренняя сила и… одиночество. Или мне просто хотелось видеть в других то, что я ощущала сама? — Игорь попросил присмотреть.

— Заботливый!

Камил ничего не ответил, словно не заметив иронии, и, оставив меня разбираться с собственными мыслями, направился в сторону своего бывшего дома. Пришлось догонять. Не у одной у меня, видно, душа чего-то требовала, не высказываясь прямо.

Пятнадцать шагов… Еще один рубеж. Взгляд машинально возвращался к той калитке, где во время визита к тогда еще незнакомому мне Рауле стояли три офицера. В тот день на мне был пояс с айо.

— Ты не уверена в своем решении?

Камил тронул меня за плечо, заставляя не только остановиться, но и повернуться к нему. Я не заметила, как вновь оказалась впереди.

— Скорее, использую последний шанс передумать.

Жрец смотрел на меня задумчиво.

— Мне показалось, ты уже дала команду на взлет.

Я смущенно развела руками — не оправдала надежд. Я бы сказала, что сожгла все мосты.

Но вместо этого вырвалось другое:

— Он все знает!

— Император? — как-то подозрительно равнодушно уточнил Рауле.

Удивляться его догадливости не стоило, я никогда не забывала, кем он был в своей первой жизни. Как и причине моей доверчивости. Камил не пытался делать что-то за меня.

Сейчас — тоже.

— Он расспрашивал про кангорат, рассказывал о визите отца Дарила на Таркан, делился своими впечатлениями, сожалел, что мы так и не увиделись после моего возвращения от скайлов, журил за безрассудство. А у меня все это время в голове вертелось только одно — Хараб.

К моим словам Рауле отнесся весьма серьезно. В какой-то мере это радовало. Паранойей страдала не только я.

— «Дальнира» там больше нет, даже если он отправит экспедицию, ничего не найдет. «Зверь» у Артура, Индарсу до него не добраться. Заставить говорить кого-то из нас…

— Он дал слово, что не будет претендовать на эту планету.

Мое очередное откровение если и вызвало его интерес, то, скорее, практический.

— Беспокоит, что сделал это ради тебя?

Я усмехнулась:

— Признаться, беспокоит. Не люблю быть кому-то должной.

Теперь в невеселой улыбке скривился уже Рауле.

— Заметил. Но ты зря принимаешь его обещание на свой счет. — Заметив любопытство в моих глазах, продолжил: — Не обманывайся его масками. Он — император. Уверен, у Индарса были и иные основания отказаться от Хараба.

— Обидно, — пожала я плечами. Обидно не было, просто… пусто.

— Еще лет десять, и он передаст власть сыну. Тот вполне готов продолжить дело отца.

— Это ты о чем? — поинтересовалась я, несколько опешив от подобного заявления. Намек слишком явный, чтобы не понять, но попытаться стоило.

— О тебе и о нем, — все так же, поразительно бесстрастно ответил он, проигнорировав мое желание избежать этой темы.

Когда после короткой паузы заговорил вновь, можно было делать вывод, что сегодняшний день и закончиться решил сюрпризом.

— Меня взяли под стражу сразу, как только тебя забрали гвардейцы. Я присутствовал при этом, но ты меня не заметила. Ни обвинений, ни допросов. Камера. Завтрак, обед, ужин… О себе я не беспокоился, а вот твоя судьба меня очень интересовала. Я был уверен, что Артур найдет способ тебя вытащить — сигнал опасности ушел, но… все решало время. Он мог просто не успеть. А через семь дней меня неожиданно привели к императору. Тот встретил… сердечно. С добродушной улыбкой заверил, что предпочел бы меня казнить, чтобы другим неповадно было, но пообещал кангору Синтару сохранить мне жизнь. Потом предложил разделить с ним трапезу — ему было скучно, сам налил мне вина, задал первый, вполне невинный вопрос. Разговаривали мы долго, но о тебе не было сказано ни слова, он лишь вскользь упомянул, что ты покинула империю. Мое прошлое, настоящее и… возможное будущее.

— Но тебе хватило и этого, чтобы сделать правильные выводы, — небрежно заметила я, мимоходом размышляя о том, что моя судьба оказалась богата на удивительные встречи и неординарных знакомых.

Не положи я восемь стандартов назад рапорт на стол командира…

В нынешнем настроении мне не стоило обращаться к памяти о тех днях.

— Он любит тебя.

Я взгляда не отвела.

— Я не люблю его.

Рауле развел руками, словно говоря, что вот как раз с этим ничего поделать не может, и неожиданно спросил:

— Тебе известно, за что Индарса прозвали Песчаным львом?

Я качнула головой, слегка расслабилась. Тему разговора он сменил своевременно. Неизвестно, как далеко она могла нас завести.

— А хочешь узнать?

Камил брал на «слабо», хоть этого и не требовалось. Я знала Индарса давно, но уже не раз убеждалась, что он так и остался для меня непознанным.

Вроде бы и весь на виду, но каждый раз — новый.

Вроде, каждая наша игра приоткрывала еще одну его грань, но, сколько же их оказались скрытыми!

Мое молчание было красноречиво, а его следующий вопрос заставил признать, что существенный пробел обнаруживался и в моих знаниях о стархах.

— А про Кандуэрский инцидент слышала?

Я тяжело вздохнула, но Рауле мое замешательство нисколько не смутило. Он еще раз оглянулся на дом, в котором жил до встречи со мной и, решительно развернувшись, направился обратно к парку. Мне опять пришлось следовать за ним.

Был в этом какой-то намек, только я его не понимала.

Он дождался, когда я окажусь рядом, только тогда и заговорил, продолжая идти неспешной походкой. Подстроиться под его темп оказалось довольно легко, тело расслаблялось, без сопротивления заимствуя ритм его движений.

— Произошло это двадцать семь лет тому назад, в последний год правления отца Индарса, императора Сазера. Тот был еще не стар, всего лишь около семидесяти, но слаб здоровьем и, что было важнее для его подданных, характером. Недовольных его недальновидными решениями становилось с каждым днем все больше, требования передать власть сыну — все громче. Но тот тянул, словно чего-то выжидая. А ведь его наследнику уже исполнилось сорок, далеко не мальчик.

Индарсу не было и пятидесяти… Я сравнивала и делала выводы, понимая, что о смысле этой истории мне придется догадываться самой.

— Он был вторым?

Рауле на меня даже не посмотрел.

— Третьим. Шансов когда-нибудь править стархами у него не было. Но, говорят, он об этом не сожалел. Его будущим был космос. Блестяще законченная военно-космическая академия, еще курсантом Индарса занесли в списки действующего состава флота. Через половину стандарта после выпуска сменил погоны лейтенанта, на старшего. Отличился во время знаменитой трехдневной войны.

Я невольно усмехнулась. На выпускном экзамене по новейшей истории военных конфликтов в Галактике, мне попался именно этот вопрос. Помнила я его до сих пор.

Да разве такое забудешь?! Глупо, но… поучительно.

Началось все на спорной планете, на границе секторов. Ее жители считали себя свободными, стархи — своими, приамцы… тоже. Но разобраться в том, кому же она принадлежит, никто не торопился. Когда других проблем много, не до таких мелочей.

Время от времени в зоне случались стычки между пограничниками. То те постреляют, то эти ответят. Но ничего серьезного, обходились без скорбных известий. А на местных праздниках так и вообще вместе гуляли, так что все уже давно перезнакомились.

Вот на одном из них все и началось. Два парня влюбились в одну молодку. А та, вместо того чтобы определиться или отправить обоих восвояси, начала строить глазки. То с одним станцует, то у другого на коленях посидит.

Все дальнейшее произошло быстро и неожиданно. Драка один на один переросла в выяснение, чья раса сильнее. Сначала спорили только на поверхности, потом в воздухе, потом и на орбите.

Результат стычки: до десятка уничтоженных катеров с каждой стороны, малый крейсер у стархов, средний у приамцев. И два флота в системе, выстроившиеся в боевой порядок.

Противостояние длилось трое суток. Закончилось оно договором, закрепившим право свободной торговли с этой планетой и для империи, и для шейханата. На тот момент самое оптимальное решение для всех сторон.

До этого дня имя посредника императора Сазера — Индарса, я не связывала с нынешним правителем. Как оказалось, напрасно. Именно ему и удалось погасить конфликт до того, как стало слишком поздно.

Рауле моей прогулки в воспоминания не заметил. Или, что было вернее, не посчитал нужным отвлечься.

— Спустя четыре стандарта он уже был помощником капитана тяжеловеса. Отец протекции ему не составлял, мало кто знал, чьим отпрыском является новоявленный капитан-лейтенант. Это наследник был на виду, остальные сыновья императора сами пробивали себе дорогу в жизни.

— Индарс следует тому же принципу.

Рауле только кивнул, комментировать мою реплику не стал. Хоть и мог сказать, что нынешний император делал это сознательно, в отличие от своего безвольного родителя.

К его рассказу это не имело отношения.

— Но стархам он был известен, — продолжил тот, усмехнувшись многозначительно. Мол, готовься. — Как многократный победитель гонок на скоростных карах.

— Гонщик? — искренне удивившись, оправдала я ожидания жреца.

— Да еще какой! На нем делали состояния и разорялись. Среди знатоков имя пилота Ираса, как он тогда себя называл, звучало легендой. Самые сложные трассы, самые сильные соперники! На Кандуэре он был признанным фаворитом.

— Подожди! — перебила я. — Так ты имел в виду ту самую Кандуэру?!

Рауле остановился, улыбнувшись моему изумлению. Потом кивнул в сторону ажурной скамейки, неподалеку от аллеи.

Он заинтриговал меня настолько, что я даже не вспомнила о том, что темнеет. Впрочем, ограничения на ночные прогулки на женщин — офицеров Службы не распространялись. Индарсу пришлось даже издавать отдельный указ, создавая совершенно не нужный ему прецедент.

— Ту самую Кандуэру, — продолжил он, присев следом за мной. — Ты же там тоже отметилась?

— Была шестой, — поделилась я своим скромным успехом.

Хотя… это, действительно, был успех. Трасса на этой не очень-то и дружелюбной планете в секторе стархов считалась весьма серьезной. На некоторых участках поверхность была буквально усыпана тем, что осталось от разбившихся каров. Попасть в первую десятку — почти чудо. А стать победителем… За это вполне могли и второй раз досрочно присвоить очередное звание. Потому как подвиг, гордость для флота иметь такого пилота.

— А он — первым. Три стандарта подряд. Когда его пригласили в четвертый, на гонку прилетел и его старший брат.

Вот теперь все становилось на свои места. Дальше я могла рассказать и сама, но предпочла продолжить слушать. В пересказе Рауле эта история воспринималась почти, как сказка.

Еще бы не забыть, что имела она отношение к тому самому Индарсу, который сумел всего несколькими словами разрушить мое понимание собственного будущего.

— Покушение? — с капелькой равнодушия уточнила я, пряча за ним вновь всколыхнувшееся бешенство.

Мой партнер по хатчу едва ли не в открытую заявил, что хотел бы для меня семейного счастья, а не политического брака ради укрепления дружественных связей.

Он был прав. Но от этого становилось еще больнее. А его категоричность вызывала опасения.

Мне не стоило дразнить старха и как можно скорее отбыть на Ярлтон.

— Двойное, — подтвердил он. — Одновременно и на правителя, и на его наследника. Сазера предала охрана — личную гвардию сформировал уже Индарс, но спасли верные. Вытащили едва живого из дворца, прятали в старом городе, пока на Таркане царила неразбериха. В войсках разброд, часть подразделений выступила на стороне мятежников, флот сохранил верность присяге. Несколько дней безвластия, в столице и крупных городах беспорядки.

— А наследник?

— Тоже был ранен, но тут спасителем оказался Индарс. Все произошло, когда он первым посадил кар на площадку. Толпа кинулась к нему поздравлять, этим и воспользовались заговорщики. Не ожидали, что победитель успеет среагировать. А он, активировав генератор защитного поля, с помощью импульсника пробился к брату и затащил того в кар. Взлетели они раньше, чем их остановили. Да только уйти не смогли, кар — не катер, подбили. Индарсу удалось дотянуть до края каменной пустыни, там они и скрывались, пока их не забрал подошедший крейсер.

— Заговор возглавлял второй брат?

Рауле моя догадливость не впечатлила.

— Вместе с дядей.

— А что стало с наследником? — поинтересовалась я, продолжая связывать воедино звенья цепочки. В рассказе Камила не было подробностей, но я могла себе представить, что именно стояло за каждым словом. Такие события разительно меняют привычную жизнь, разрушая все и выстраивая заново.

Судя по тому, что я видела вокруг себя, Индарсу это удалось.

— Он жив до сих пор. — Дожидаться моего следующего вопроса он не стал. — Несколько дней без помощи не оставили ему шансов выжить, но Сазер принял решение использовать айо для спасения сына.

— И тот был вынужден отречься от своего права, — скривившись, с горечью произнесла я. Невозможность иметь детей или вероятность генетических изменений у потомства являлись препятствиями для получения титула императора. Жить, но потерять все, что имел. Милосердие или… приговор? — Теперь мне понятно, откуда в Индарсе эта категоричность. Покушение едва не лишило его отца и брата, айо — свободы и возможности летать.

Грустно.

— Сазер умер стандарт спустя, через несколько дней после казни сына. Власть он передал Индарсу.

— С этим все ясно, — поднялась я со скамейки, оглянулась по сторонам. Надежда на то, что окружающий меня пейзаж позволит утихомирить бурю в душе, не оправдались. Одних цветочков-лепесточков для возвращения спокойствия оказалось мало. — А при чем тут песчаный лев?

Камил ответил не сразу. Сидел, застывшим взглядом смотря на аллею, по которой шли два офицера в форме службы розыска. Их лица были знакомы и мне.

Глупо было рассчитывать, что, придя в этот район, мы не встретим кого-нибудь из его прошлого. Но на то они и призраки, чтобы пугать, даже если ожидаешь их появления.

«Очнулся» он лишь, когда те исчезли за деревьями. Нас они заметили, но… Камила не узнали. Было уже совсем темно.

— Когда Индарса и наследника нашли, неподалеку от их убежища валялись останки твари, которую на Кандуэре называют песчаным львом. Твоему императору, защищаясь, пришлось убить его голыми руками. Импульсник к тому моменту разрядился уже полностью. А потом кормить его мясом — брата, сберегая искру жизни, тлевшую в нем. Вот с тех пор, говорят, к нему и прилипло это прозвище.

— А у тебя есть и другая версия? — поинтересовалась я, сделав заметку в памяти. Осведомленность Рауле заслуживала отдельного разговора.

Если версия и была, услышать мне ее не удалось. Как обычно бывало в таких случаях, очень некстати вспыхнул экран комма. Игорь просил меня срочно вернуться в гостиницу. Кар за нами уже вылетел.

* * *

— Ты с ней так и не поговорил? — поинтересовался Орлов у Искандера, отщелкивая верхний фиксатор кителя.

Это был первый вечер за последние четыре месяца, когда ситуация в Службе не требовала их пристального внимания.

После возвращения из кангората — реорганизация и поиски следов Сиеша. Пришлось обращаться за помощью к демонам, стархам и приамцам. Самые незначительные детали в данных пограничных служб могли натолкнуть на догадки, куда именно скрылся щитоносец с мятежным каниром во главе.

И они оба, и полковник Шторм понимали — искать надо в Люцении или на окраинах, но возможности для этого пока не было. Единственная столь крупномасштабная операция еще не победа над вольными. Не годы и даже не десятки лет те ощущали свою свободу и безнаказанность. Сколько еще придется доказывать им силой и упорством, что те времена безвозвратно ушли.

Да и удастся ли?

Генерал Орлов был военным, но в политике разбирался. Сегодня правителям выгодна борьба с контрабандой, завтра… О завтра говорить не приходилось, слишком все изменчиво в их мире.

— Нет! — отозвался скайл, выставляя на стол бутылку шаре и бокалы. Вот-вот должен был подойти Шторм. — Не уверен, что разговор может что-либо изменить.

— Но ты ведь даже не пробовал?!

Недовольство Орлова было понятно. Он беспокоился за дочь, тяготился вынужденной неопределенностью. Узнав Искандера достаточно, чтобы делать предположения, был уверен, что тот не отступился. После его встречи с Индарсом, о которой адмирал поведал ему буквально в двух словах, уверенность стала убежденностью.

А вот отношение к происходящему Наташи ему известно не было. Беседовать на эту тему с отцом она отказывалась. С Таласки, который попробовал поговорить с ней по просьбе генерала, тоже.

Ничего удивительного, девочка всегда была очень самостоятельной.

— И не буду, — равнодушно бросил скайл, аккуратно повесил снятый китель на спинку кресла, до половины закатал рукава рубашки. — Слова ее больше не убедят, нужны действия.

Орлов, уже собиравшийся высказаться, вынужден был проглотить так и не сорвавшиеся с губ слова. Просто стоял и смотрел, как Искандер резким ударом выбил из бутылки пробку, только прикрыв дно, разлил бесцветную жидкость в два бокала.

— Я чего-то не знаю? — полюбопытствовал он, тут же «ухватив» суть проблемы.

— А вот это мы скоро и узнаем! — заговорщицки улыбнулся ему Искандер, смакуя единственный глоток.

У Орлова от сердца отлегло. Он и не замечал, что вот уже больше года не узнавал адмирала. Помнил того быстрым на решения, твердым в своих убеждениях. Не без излишней упертости, но пороком это назвать сложно, если только недостатком, который можно было и учитывать и… бороться.

Мнимая смерть Наташи словно приоткрыла иного скайла, истинного сына своей расы. Невозмутимость, холодное спокойствие и ранившая его, генерала, отстраненность. Со временем он почти привык, но вот только сейчас понял, насколько ему не хватало задора в глазах адмирала.

Оставалось лишь узнать, что заставило того «ожить», скинуть маску, которая едва не стала его образом.

Или… Орлов не удержался от невольной улыбки. У него были некоторые подозрения в отношении Искандера, теперь он мог поздравить себя с тем, что сработал его самый невероятный прогноз.

Все, что генерал имел возможность наблюдать в последнее время, было планом. А ведь Искандер упоминал про два года, но он, Орлов, предпочел проигнорировать, посчитав, что тот просто дает время Наташе освоиться.

Это было так. Зная свою дочь, генерал догадывался, что и новое звание и соответствующая ему должность не заставят себя ждать. Его девочка не растратила тот потенциал, который заметил в ней Шторм, продолжая его активно использовать. Рано или поздно этот факт должен был сыграть. Так и произошло. Конвой на Штанмар открыл ей дверь в будущее, возвращение из сбитого прыжка укрепило позиции, а звание литара у скайлов и поставленная точка в истории с короной кангора заставили обратить на нее внимание и в Штабе Объединенного флота Галактического Союза.

Как видно, Искандер тоже учитывал подобные изменения в жизни своей невесты. Но… если для генерала это было едва ли не самым важным, то скайл разыгрывал и иную партию.

— Аронов и Лея — твоя затея?

— Не конкретно они, — не стал отнекиваться Искандер. — Кушнар слишком близко к нашим границам, это должно было произойти.

— Не хотел быть первым? — Орлов продолжал держать бокал в руке, не торопясь пригубить. Ощущение острого наслаждения он испытывал и без шаре.

Будь на его месте кто-нибудь другой, вряд ли ощущал бы радость от того, что его переиграли. И не только потому, что это касалось его дочери, в чье возможное счастье он вновь поверил.

Эти двое друг друга стоили.

Он предпочитал иметь вокруг себя неординарных личностей и радовался, когда тем удавалось оправдать его ожидания.

Искандер ответил серьезно, понимал, насколько это важно для отца его возлюбленной.

— В нашем с ней случае все прошло бы значительно трагичнее. Да и Александр легче примет правила скайлов, внеся в них свой шарм. Он — гибче, это поможет ему избежать многих сложностей. Полстандарта — стандарт, и все привыкнут к браку дочери кангора и офицера Службы, вот тогда можно и всколыхнуть их еще раз, уже нашим. А если кто успеет сделать это раньше, так нам с ней лучше.

— Про то, в курсе твоих планов Синтар или нет, спрашивать не буду. Если не сам предложил, то поддержал, уж больно вы с ним слаженно действовали. А вот не опасаешься ли ты, что упустишь Наташу?

Искандер усмехнулся вновь:

— Скажем так, я слежу за тем, чтобы этого не случилось.

Орлов не совсем довольно качнул головой, но ничего не сказал. И не только потому, что говорить было нечего — если уж гордиться, то не избирательно.

Получив разрешение, в кабинет вошел Шторм. Походка порывиста, на лице самодовольство хищника, загнавшего дичь в ловушку.

— Пришла? — тут же усмехнулся Искандер, заставив Орлова перевести недоуменный взгляд с одного на другого. Вот чего он не ожидал, так того, что Слава начнет действовать за его спиной.

Но уже спустя мгновение это его уже не беспокоило.

— Пришла! Как ты и предполагал, искала прикрытие.

— А ты?

Орлову хватило воодушевления адмирала и восторга Шторма, чтобы ответить на оба возникших вопроса. И кто такая «она» и что за прикрытие ее интересовало.

— Как и договаривались, взял все на себя. Осталось только генералу доложиться. — Он обернулся к Орлову, игриво подмигнул. — Дозволишь операцию на Гордоне?

Хотелось ругнуться, но уже после того, как слегка улягутся в сознании открывшиеся перспективы.

Ох, Наталья, Наталья! Не упусти они ее тогда…

Возможно, оно и к лучшему, что упустили. Это сейчас ее не сломать — характер, а тогда…

Опровергая, в памяти Орлова всплыл один их разговор. До выпуска из Академии оставалось всего ничего, и он решил поинтересоваться ее дальнейшими планами.

Ответ дочери был коротким: «Это — моя жизнь. Разберусь сама».

Эта фраза могла бы стать ее девизом.

— С этим вопросом — к адмиралу, — усмехнулся он, делая глоток и протягивая бокал Искандеру. После таких известий необходимо было расслабиться.

— Операция будет на тебе, — скайл шаре не пожалел, налил до краев. — Я отбываю в кангорат. Там возникли кое-какие проблемы, требуется мое участие.

— Ой, ли?! — насмешливо уточнил Орлов, заражаясь царящим настроением. Спокойствие и рутина была не для этих троих. — Как все удачно!

Искандер пожал плечами, присел на край рабочего стола. Устроились они у него в кабинете.

— Приказ кангора!

— Не поспоришь, — согласно кивнул Орлов, чувствуя нетерпение, как обычно в начале столь безрассудных операций. Впрочем, других у него и не было. — Но все равно, будь аккуратнее. Старх только и ждет твоей ошибки.

Улыбка тут же сошла с лица Искандера. Следующая фраза прозвучала уже иным тоном. Воспринималась она пророчески:

— Не ошибки он ждет, событий. Не знаю, как это связано с демонами, но что-то произошло именно во время визита Хандорса. Боюсь оказаться правым, но уверен — в ближайшее время в Галактике стоит ждать больших изменений.

* * *

Гордон встретил нас с Дарилом крупными хлопьями снега. Хинар отяжелел практически сразу, как только мы вышли из здания порта на стояночную площадку. Демон грозно прикрикнул на мальчишку-служку, тот побледнел, что не помешало ему моментально активировать надо мной защитное поле.

Появляться в этом месте под своими именами и со своими физиономиями, знакомыми здесь всем, начиная от портового служащего, до владельца самого захудалого притона, было глупо. Мы и не собирались. Дарил по документам значился младшим братом богатого торговца с Ярлтона, Фарихом Стураше. Тот был личностью весьма известной — авантюрист и любитель приключений, приправленных изрядной долей адреналина. Персонаж реальный, другое дело, что про него много говорили в сообщениях информ-каналов, но показывали чаще со спины. Либо, в подробностях, принадлежащие ему кары, катера, яхты и прочие милые сердцу мужчины игрушки, сопровождающие молодого обеспеченного повесу.

Этим мы и воспользовались, договорившись с самим Фарихом. Не знаю, чего уж ему наобещал мой друг, но тот поклялся до нашего возвращения просидеть вдали от суеты в своем имении на одной из сельскохозяйственных планет.

Несмотря на это, мордашку Дарилу слегка подправили, но только, чтобы не напоминал молчаливого помощника-телохранителя перевозчицы Таши.

Я же была его очередной рабыней. Имя мне не полагалось.

До владений демонов мы добрались без проблем. За Дарилом прислали крейсер — император требовал очередного доклада от своего сына-координатора, тот прихватил нас с собой. Не было только Таласки, но его отсутствие меня не смущало. У него были свои пути-дорожки, все равно встретимся.

За границами сектора стархов нас покинули Тарас, Валечка и Костас, их забрал Артур. Они должны были пригнать на Ярлтон «Легенду». Шорн успел переоборудовать её в яхту, не лишив сюрпризов, которые делали мою малышку опасной и непредсказуемой.

Как раз то, что надо. Новый код в реестре, незнакомое название. Чтобы окончательно избавиться от возможных подозрений, с помощью того же настоящего Фариха допустили утечку в сеть известия о приобретении им очередного корабля. Если кто заинтересуется, это должно было избавить от подозрений.

Пробыли на Ярлтоне недолго, покинули сразу, как закончили подготовку к операции. «Легенда» появилась во втором, малом порту столицы демонов спустя четыре дня после нашего прибытия, так что проблем с разработкой, перевоплощением в соответствии с новыми образами, не возникло. Все, что необходимо было сохранить, Артур сохранил. А что значит быть перевозчиками, мы забыть не успели.

Черновой вариант плана я мысленно накидала уже давно. Был он, как обычно, на грани безрассудства. Но с теми типами, от кого мы собирались избавить окраины, иначе было нельзя. Нам оставалось его лишь слегка подретушировать. Участие Игоря в операции раньше не предусматривалось, пришлось тут же выстраивать еще несколько уровней. Не плясать же под его дудку!

— Ваш кар, господин Стураше! — к нам подскочил суетливый тип, в котором с трудом можно было признать Стаса. — Прошу! — Жестом указав на единственную на этой стоянке белую машину, что в снежной пелене казалась миражом, первым направился в ее сторону.

Таиться мы не собирались, скорее уж, привлечь внимание.

Дарил, даже не оглянувшись на меня, двинулся следом, я засеменила за ним. Такая походка символизировала покорность и регламентировалась традициями. Лично я это слово уже ненавидела, но спорить не собиралась. Сейчас соблюдение правил играло на наш имидж.

— Нас «взяли», — передала я через командный интерфейс остальным.

Тимка сидел в корзинке, которую нес Рауле. Тот принял на себя должность секретаря Фариха. Был он теперь смуглым и черноволосым. Пепельно-серые глаза тоже потемнели. Впрочем, за непрозрачными с внешней стороны стеклами очков-визоров видно не было, но мы решили предусмотреть и тот вариант, что ему придется их снять. Были уверены, без девочек не обойдется.

— Точно, — подтвердил Костас. Он страховал нас из неприметного кара, приютившегося на краю стоянки. Посмотришь, так совсем уже развалина, машина могла поспорить в неуязвимости с той, в которую сейчас садились мы. А ведь эта была из последних моделей, да и сделана на заказ.

Оправдывало ее то, что хозяину этого чуда важнее был лоск, изящные формы и скорость. Защищенность во внимание тоже бралась, и не в последнюю очередь, но на роль боевого тарана или передвижной огневой точки ее никто не предлагал.

— Держу три контакта, — вновь вышла я в эфир, «поймав» образ, переданный Тимкой. Чем больше мы общались с творением Хранителя, тем легче это давалось мне. — Один — сектор четвертый, вход в подземку, исключаем.

— Это ты с чего такая добренькая? — тут же вклинился в разговор Тарас. Он тоже встречал нас… в одном из своих образов. Визуально я его обнаружить пока не смогла, хоть и знала, где искать.

— Там Таласки.

— Все-то ты знаешь…

В голосе Костаса слышалась обида, пришлось его успокаивать.

— Так Тимка его в личные враги записал, вот и «сдает». Тот как к нему только не подлизывался…

Продолжить веселье не дал Дарил. Сегодня он был слишком серьезен.

— Отставить развлечения! У ребят поддержка, что надо, спалиться хотите?

Признав, что он прав, мы замолчали. Наш Харабский приемыш прекрасно «гасил» чужие средства слежения, но даже этот факт мог сыграть против нас.

Разговор не возобновился и позже, когда за нами закрылась дверца кара и мы поднялись в воздух. Каждый из нас знал, что нужно делать, повторять прописные истины не стоило.

Приземлились мы на крытой стоянке самого шикарного отеля Гордона. И… самого известного своими скандальными постояльцами. Эта планета была раем для вольных всех мастей и окрасов, да любителей пощекотать себе нервы. Здесь это было несложно, были бы кредиты, чтобы вляпаться в неприятности или откупиться от них.

— Готовность, — спокойно скомандовала я. — Мы под контролем. Четыре точки, Таласки нет.

— Понял, — первым отсемафорил Тарас. Он и здесь оказался раньше нас. — Готов принимать вас.

«Легенда» садилась на Гордоне дважды. Сначала, в забытом всеми демонами порту, мы оставили ангела, Костаса и Стаса. Они должны были добраться до столицы первыми, вскрыть наши тайники и подготовиться к встрече. Потом уже в столичном. Не без помпезности и гонора, когда диспетчеры вздумали задержать нас на орбите.

Произнесенную Дарилом речь я записала. Слушая его, едва ли не впервые поверила, что он — сын императора Хандорса. Очень хотелось оказаться как можно дальше от его холодного и похожего на отточенный клинок гнева.

Все эти сложности были частью наполненного всякого рода «если» и «или» плана.

Приманок, которые мы кидали Шахину и Ивару, было несколько. Две из них довольно примитивные.

Первая — для Шахина и… Игоря. Вольный вряд ли пропустит возможность заработать на Стураше. Начиная с организации ему тех самых развлечений, которых жаждал отпрыск знаменитого семейства и, заканчивая, похищением ради выкупа.

Ну а для Таласки этот план являлся основным. Сомневаюсь, что поверил, но явно демонстрировать свой скепсис не стал. А большего мне и не надо. Главное, чтобы только с советами не лез.

Вторая — тоньше и рассчитана на моего бывшего соперника по перевозкам. Были у меня подозрения, что одна из моих старых схоронок ему известна. Если так, он должен был оставить кого-нибудь приглядывать за ней. Обязан был слышать о моей смерти, но не стал бы сбрасывать со счетов растворившуюся на просторах Галактики команду. Рано или поздно те должны были дать о себе знать.

Была и третья — Тарас. Достаточно разочек показаться в моей личине в каком-нибудь злачном месте, чтобы Гордон среагировал соответствующе.

Были еще и четвертая, и пятая и… мы рассчитывали, что обойдемся и без них.

— Внимание! — вдруг раздался в системе голос Рауле. — Скайлы!

— Где?! — чуть ли не вскрикнула я.

Хорошо еще, Дарил только подавал мне руку, помогая выбраться из кара. Появление этих типов нашим планом предусмотрено не было, со Штормом этот пункт мы оговорили отдельно. Хоть с трудом и оговорками по поводу всяких непредвиденных случаев, но Слава с моим требованием согласился.

— В холле. Сектор седьмой. Личность не опознаю.

Мысль о том, что все — как всегда, продолжить не удалось, Дарил оборвал мои сомнения:

— Поздно! — произнес он, делая шаг по направлению к стеклянным дверям, радушно распахнувшимся при нашем появлении. — Входим.

Мы и вошли. Он, в длинной шубе из белого меха снежного волка, я — в черном хинаре, усыпанном звездочками кристаллов кротоса. Рауле, в элегантном темном пальто на нашем фоне совершенно терялся, но это нам было только на руку.

Смотрели на нас все. Любопытство — у любителей жареных сенсаций; прагматичный интерес — у весьма узкой прослойки (успевших стать здесь завсегдатаями), что дергала нити паутины, связывающий Гордон с остальным миром; равнодушие… высокомерное, искреннее и… не очень. Вот ради последних все это представление и затевалось. Среди них мы и намеревались искать нужных нам личностей.

— Присутствие скайла подтверждаю, — отозвался Тарас, как только за нами закрылись створки стеклянной двери. — Стойка, стоит спиной. Костас, что на камерах?

Ответ своего хакера лично для меня был ожидаемым:

— Его нет на экранах. Глушит напрочь, пустое место.

— Тарас, мне нужна его морда! — прорычала я, пользуясь тем, что Дарил приказал мне остаться, сам направившись к спешащему к нему управляющему. Рауле замер рядом со мной.

Среагировать ангел не успел. Я увидела, как со стоявшего у огромного окна диванчика поднялся весьма представительный мужчина, нисколько не похожий на моего помощника, двинулся к лифтам, куда должен был отправиться нужный мне незнакомец. Но тот, словно ощутив, на кого идет охота, на мгновение повернувшись ко мне — ощущение, что мы встретились взглядами было явственным, пошел к выходу, ведущему на центральную площадь Гордона.

Там у меня никого не было, если только Таласки, который должен был вот-вот появиться. Но вот Игорю в этой игре я и не доверяла.

* * *

— Не поделишься, о чем вы так мило беседовали с Тарасом в тренажерном?

Я лежала на широкой кровати с балдахином в люксовом номере отеля и наслаждалась минутами тишины и покоя. Последними на предстоящие дней десять. Завтра, ближе к вечеру, я собиралась устроить Гордону небольшое развлечение, которое здесь запомнят надолго. И не только они. Зная меня, Таласки должен был догадаться, что прикрытие Шторма я попросила не просто так.

Но думать об этом сейчас мне не хотелось. Из опыта прошлых операций следовало, что лично мой, выверенный до секунд план, начнет рушиться сразу, как только я приступлю к его реализации. А раз так… можно и расслабиться.

Сканеры не обнаружили ничего подозрительного, Тимка — тоже, но это не удовлетворило наше чувство паранойи, так что работали глушители. Те самые, стархов, которыми меня перед полетом в кангорат снабдил Индарс. Кое-что подкинул и Шторм, но мы опытным путем установили, что они уступали подарку императора. Славе говорить об этом не стали — у каждого свои способы выживания, да и не хотелось огорчать. Подержать в руках все равно не дадим, а уж поковыряться спецам тем более.

Так что некоторая деликатность вопроса демона меня не удивила, если только обескуражила. Прошло уже дней восемь, как он стал свидетелем того душещипательного разговора, а заинтересовался только теперь.

Отвечать не хотелось, но упертость Дарила была мне известна, не отвяжется, пока не докопается до истины. Тем или иным способом, но свое любопытство удовлетворит.

— А что говорит об этом твое чутье? — томно протянула я, раскинувшись на подушках и наслаждаясь тонким ароматом и нежностью ткани. От шелка и кружев я успела отвыкнуть.

Демон просматривал что-то на комме, поднял взгляд, плотоядно прошелся взглядом по моему телу, завернутому в длинный, похожий на туманную кисею, халат.

Но когда заговорил, в голосе не было и намека на игривость.

— Ему тяжело.

— Знаю, — резко подскочила я с постели, кляня бывшего помощника за испорченное настроение. Одна фраза и спокойствие разлетелось осколками. В чем-то он был, конечно, прав, но как же не вовремя! — Решение мы принимали вместе, но ответственность за него лежит на мне.

— Это ты сейчас о чем? — уточнил демон, отключая комм. Командный интерфейс был активирован только на аварийном канале, наш разговор касался нас двоих. — О контракте со Службой или о готовности засунуть голову в петлю, но расправиться с парочкой тварей?

Тяжело вздохнув, я направилась к окну, но тут же отошла в глубь спальни, под защиту мощных глушителей малого радиуса действия. Настроенное на стекло искажающее поле мы активировали, но рисковать я не хотела — любители несанкционированных снимков были экипированы не хуже сотрудников спецслужб. Да и появление скайлов заставляло быть настороже.

— О принципах, — произнесла я, когда пауза начала напоминать противостояние. — О принципах, которые заставляют нас беречь друг друга, не давая возможности высказать все, что ты думаешь и чувствуешь. И тогда остается только один способ — набить морду. Жаль, действует лишь раз, потому и злоупотреблять не стоит.

— Ты хочешь сказать… — поднялся он с кресла. Посматривал на меня с явным недоверием.

— Я вызвала его на спарринг и набила морду, — подтвердила я догадку демона, чувствуя, что желание повторить, только уже с ним, становится навязчивой идеей. Но… не он был виноват в возникших проблемах, не на нем срываться. Причину своей неуравновешенности я знала. Звали ее — Искандер. Скажи он мне, что между нами все кончено, я бы перебесилась и успокоилась. Он предпочел молчать. — Будь это тренировочный бой, вряд ли ангел подставился бы, а тут точно знал, за что бьют.

— Подожди! — Дарил подошел ко мне ближе. Как ни странно, но стало спокойнее. — Ты меня окончательно запутала. И за что же получил Тарас?

Я со вздохом опустила плечи и склонила голову, демонстрируя, насколько сложно мне с ним общаться. Но демон вновь решил проявить настойчивость. Пришлось сдаваться, даже не рассчитывая на снисхождение.

— Ты вообще помнишь, чем именно метаморфы отличаются от остальных рас?

Дарил поискал что-то на украшенном абстрактным рисунком потолке, потом попытался разглядеть ответы на моем лице. Не удалось, невозмутимость стала для меня уже привычной маской. Облегчала жизнь.

В базу за сведениями лезть не стал, Костас тут же перехватил бы запрос, взяв на заметку его интерес. Да и нашел бы не сразу, как только стархи тех хорошенько проредили, о метаморфах предпочли забыть.

Это называлось: не выносить сор из избы. Избой была вся Галактика.

Пришлось объяснять. Мне нужна была его помощь, не завтра, так послезавтра, я бы рассказала обо всем сама.

— У них сексуальная активность цикличная. Прошлый мы пропустили, это началось как раз на Эори, дурь, которой его напичкали, сбила гормональный всплеск.

— Демоны Вселенной! — выдохнул ошарашенно демон. — А я ведь слышал!

— А проблема свалилась на меня, — улыбнулась я невинно и опустила взгляд, догадываясь, в какую именно сторону двинутся сейчас его мысли. — Было не просто.

В мою ловушку он попался с головой. Отрицание, неверие, сомнения, опять неверие, отчаяние, стыд… за то, что не уберег.

— Вот только кидаться в ноги и просить прощения не надо, — жестко отрезала я, заставляя того задействовать мозги. — Ничего у нас с ним не было. Я с твоим отцом заранее связалась, он мне передал данные о парочке злачных мест на Ярлтоне, куда я могла бы спровадить Тараса. А потом и нескольких своих парней прислал, чтобы тот не сбежал.

— Но почему…

Закончить с вопросом я ему не дала, продолжила так же резко:

— Потому что мы привыкли разбираться с собственными проблемами сами. Вот если чужие…

Он мне тоже договорить не дал. Просто подошел вплотную, крепко прижал к себе.

Не будь он когда-то моим помощником-наставником, растаяла бы от ощущения крепкого мужского тела и запаха силы, который исходил от него. Но всех своих я воспринимала именно своими. Ни один из них не мог претендовать на что-либо более близкое, чем роль старшего брата.

Нас это всегда устраивало.

— Только не вздумай проговориться, — без всякой угрозы в голосе прошептала я, чувствуя, как дрожит его тело от легкого прикосновения моих губ — маленькая, но месть. Были они как раз на уровне плеча, а озаботиться хотя бы футболкой после душа он не догадался. Так и бродил по номеру с голым торсом, смущая меня своими формами. — И присмотри за ним, это был первый пик.

— И сколько их будет? — сглотнув от перспективы и отстраняясь, уточнил Дарил.

— Еще два, — не поймавшись на его показную обеспокоенность, ответила я. — Первый признак — повышенная агрессивность. На этот раз контролировать его будет сложнее, я сама не справлюсь.

Оценив степень моего доверия, демон кивнул и вновь отправился к креслу. Не дойдя, остановился.

— А полукровки сохраняют способности метаморфов?

Наступил мой черед смотреть на него с недоумением. Потом до меня дошло, о чем он думал.

Засмеявшись, одним словом развеяла его грандиозные планы.

— Нет! Так что твой папенька действовал совершенно бескорыстно. А ты разве этого раньше не знал?

Тот нервно дернул плечом.

— Не было повода.

Согласиться с ним мне не довелось, тихонько пискнул мой комм. Ощущение дежавю накрыло волной, заставив вздрогнуть. Дарил, заметив, кинул на меня тревожный взгляд.

Пугалась я зря, сообщение пришло от Таласки. Испытанное разочарование — я ожидала, что тем незнакомцем в холле отеля будет Искандер, — не должно было отразиться на моем лице, но демон его почувствовал, понимающе усмехнулся.

— Игорь зацепился за одну из ниточек, — предвосхищая вопрос, передала я суть информации майора. — Ведет к капитану, связанному с Шахином. Он есть у них в списке.

— Но ты радоваться не торопишься.

— Не тороплюсь, — подтвердила я, устраиваясь на кровати. В номере было тепло, но падающий за стеклом снег требовал уюта. Еще бы камин… Расслабляться настолько не стоило, мы еще даже не начали работать. — Шахин стал очень осторожен, скорее уж сработает Ивар, чем он. Если только случайность…

— А ведь ты знаешь, где искать! — неожиданно заявил Дарил, поглядывая на меня с усмешкой. — И уже давно.

Я приподняла бровь, прося продолжить, но демон только качнул головой. Мол, я — сказал, а ты — воспринимай, как хочешь. Да и пояснений он не требовал, принимал, что для нашей компании ничего не изменилось.

Но от вопроса не удержался, заинтересовавшись метаморфами.

Знала бы я тогда, что это, уже в который раз, сработало его предчувствие, задумалась, чем нам может грозить встреча с сородичами Тараса. Я же посчитала, что демон всего лишь удовлетворяет свое любопытство.

— А у женщин-метаморфов сексуальность тоже циклична?

Я бросила взгляд на табло времени. До появления Рауле, отправившегося на встречу с ангелом, ждать не меньше, чем полчаса. Почему бы не поговорить.

— Насколько я знаю, — откинулась я на высоко поднятые подушки и укрывшись до подбородка одеялом, — нет, они больше похожи на людей, свою форму не меняют. Да определить их тоже тяжело, лишь свои и могут. Потому стархи и уничтожали только мужчин, женщинам позволяли покидать оккупированные планеты.

— Опять одни мужики страдают! — с таким искренним сожалением вздохнул Дарил, что я не сдержалась и фыркнула.

— Бедненькие!

Он шутку не поддержал.

— Это тебе Тарас рассказал?

— Индарс. Наша последняя встреча была весьма насыщенной.

— Тварь! — не сдержался демон.

Императора стархов он не жаловал, мои отношения с ним сыграли в этом не последнюю роль. Дарил желал мне счастья. В его понимании единственным подходящим кандидатом, способным дать мне его, был Искандер. Остальные варианты он даже не рассматривал.

— Он просто ведет свою игру, — смягчила я реакцию друга. — Но его сведения весьма своевременны, за это кое-что можно и простить.

— Например, что? — язвительно уточнил демон, остановившись напротив кровати.

Ответа не дождался, я приподняла ладонь, прося помолчать.

Если я правильно поняла то, что показывал мне Тимка, Таласки только что исчез из-под его контроля.

Такого поворота событий лично я не ожидала.

* * *

Ярость была холодной.

Таласки являлся офицером Шторма, не мне за ним приглядывать, но…

Вот с таких злополучных «но» обычно все и начиналось.

— Есть желающие высказаться? — окинула я тяжелым взглядом застывшую передо мной команду. Дарил, Рауле и Стас были в реале, остальные — в виде голограмм.

Смотрелось уморительно, но смеяться не хотелось. Последние четыре часа прошли в авральных поисках либо самого Игоря, либо любой информации о нем.

Ничего! Был и… в одно мгновение исчез. Ладно бы от наших средств слежения. Могла бы подумать, что вышел с кем-то на связь, чтобы прикрыли, но Тимка… Этот держал его крепко.

— Во время истории с айо они с Искандером навели тут шороху. Может, кто узнал?

— Не принимается, — резко отрезала я, не дав Дарилу выдать еще одну мысль. Была уверена, он и сам осознает их глупость. — Таласки — эмпат, полностью избавляться от эмоционального фона… На такое способны только скайлы. Он бы… Ненавижу скайлов!

Демон сочувствующе усмехнулся, но промолчал.

— Их защиту он тоже чувствует, но мог подпустить ближе, чем стоило, — поправил мое высказывание Тарас.

Находился он на крыше какого-то высотного здания. Вдалеке за спиной виднелись стертые метелью огни космопорта. Внешне ангел выглядел спокойным, если не сказать — равнодушным, но в его глазах уже был заметен отголосок безумия. Еще пара дней, и он сорвется.

Чтобы избежать будущих проблем, с ним у меня было только два варианта: либо в притон к девкам, либо… дурь.

Первое — опасно, если его узнают (идти придется без личины), вся операция насмарку. Второе — невозможно. Я до сих пор помнила, как вытягивали его из пут зависимости.

Как всегда: выбор есть, но его… нет. А Тарас нужен мне был стабильным. От его появления на сцене зависело многое.

— Реакция.

Камил стоял, прислонившись к стене. Небрежность в одежде, ленивость во взгляде, расслабленность в теле. Я была достаточно опытна в этих играх, чтобы сообразить, чем все это грозило. Я не помнила уже, от кого слышала это сравнение: танцевать с судьбой. Так вот жрец сейчас танцевал с Судьбой. Еще бы выяснить чьей?

— Что реакция? — не понял Стас.

Ему бы лечь, передохнуть… Трое суток без сна дались ему с трудом. Но это того стоило, пусть и знала об этом пока что я одна. Благодаря медику мы были полностью готовы к первому акту пьесы.

— Тимке достаточно было малейшей реакции, чтобы предупредить нас об опасности. Но ее не было. Значит, отсекли мощным искажающим полем, с которым наш звереныш не справился.

— Ты там был, — качнула я головой, не принимая объяснения Рауле. — Глушители, искажающие поля, генераторы аномальных зон… После их применения фиксируются хоть и слабые, но остаточные следы. Времени прошло всего ничего, сканер бы взял.

— Мы многого не знаем о технологиях скайлов, — флегматично отозвался тот, словно провоцируя меня.

Я подумала и… поддалась.

— Оставьте меня одну!

Дарил посмотрел так, будто я только что допустила грубейшую ошибку в пилотировании. У Тараса дернулась губа, демонстрируя клык — нервы, нервы. Остальные предпочли никак не реагировать, это развлечение не для них.

И только Рауле улыбался. Не глазами, те равнодушно взирали на происходящее, не губами — они были крепко сжаты. Но глядя на него сомневаться не приходилось, он — улыбался.

— И Стаса уложи, он мне с утра понадобится бодрым, — подмигнула я демону, давая понять, что исполнение приказа лежит на его совести.

Тот вынужденно, но подчинился. Еще не хватало, чтобы при всех начал мне доказывать, будто я не права. Это он сделает потом и наедине.

Последним выходил Рауле. Выглядел довольным. Я предпочла этого не заметить.

Как только за троицей закрылась дверь, а образы остальных погасли, я отошла к креслу. Прежде чем дать запрос с комма, еще раз проверила данные сканеров. Чисто!

Ничего удивительного — отель гарантировал своим постояльцам безопасность и полную конфиденциальность. Правда, только на своей территории.

Ответа пришлось дожидаться почти минуту, но это была вина расстояния, а не нежелание будущего собеседника разговаривать со мной.

— Госпожа Таши? — Экран раскрылся резко, затмив собой часть спальни, в которой я находилась. Половина комнаты растворилась в тонких струях стекающей по стеклянной поверхности воды. Начальника службы безопасности кангора я застала у памятного фонтана. — Мне приказать готовить щитоносец?

— Считаете, что уже пора? — поинтересовалась я вместо приветствия. Он сам не оставил мне такой возможности, задав второй вопрос.

— Как только вы покинули Ярлтон, аркон ждет моей команды.

Я усмехнулась, качнув головой.

— Вы хорошо осведомлены.

Тот склонил голову, принимая похвалу.

Я не ошиблась, когда сравнивала канира с Таласки. В обоих была грация хищников и легкая снисходительность к тем, кто в любой момент оказатля добычей. Не думаю, что я рассматривалась в качестве таковой, скорее уж это был завуалированный вызов.

Было несколько обидно, он легко просчитал одно из моих слабых мест, тот действовал на меня так же, как и слово «невозможно». Хотелось разбиться в лепешку, но доказать, что это не так.

— Мне известно, что вы доводите свои операции до конца. Я лишь соотнес одно и другое. — Короткая пауза, словно давая мне последнюю возможность прервать разговор. Поздно, все уже было решено. — Вам нужна моя помощь?

Если он считал, что признание дастся мне тяжело — ошибался. Это был не тот случай, когда я могла позволить взять верх собственным амбициям. Иди речь о моей жизни… Увы, утверждать категорично я больше не имела права, моя жизнь с некоторых пор была мне дорога.

Чужие от этого менее ценными не стали.

— Пропал майор Таласки.

— Ваши действия санкционированы адмиралом? — не скрывая изумления, уточнил Аршан. Сделанный им вывод был практически правильным. Ошибся он только с кандидатурой того, кто прикрывал мое сумасбродство.

— Нет, — не оправдала я его ожидания. — Но Таласки является моим координатором.

— Я слушаю, — удовлетворился он полученными сведениями.

Мой рассказ был коротким. Прибыли, заняли свои позиции в соответствии с планом. Четыре часа назад подчиненный генерала Орлова вышел из-под нашего контроля. Подробностей не будет, придется поверить на слово, без веских оснований тревогу бы я не подняла — ситуация выглядит настораживающе. Найти разумное объяснение его исчезновению мы не можем, несмотря на все наши таланты и техническую поддержку.

Тот перебил лишь раз, уточнив, с нами ли Рауле. Больше вопросов не задавал, моего подтверждения оказалось достаточно, чтобы рассказ обрел для него логическую завершенность.

Когда я закончила, он молчал несколько минут, видимо, связывая воедино то, что знал. Вряд ли это касалось только моих откровений.

— Что вы хотите узнать, Таши?

Он опять угадал… И вновь меня это не смущало, на его поле я была начинающим игроком.

— Есть ли у скайлов технологии, вписывающиеся в эту картину?

— Только это? — разочарованно приподнял он бровь.

— Пока не получу ответа, не вижу смысла спрашивать, есть ли они в арсенале Сиеша?

— Тогда начну со второго. — Смотрел он на меня с какой-то подозрительной задумчивостью. Это нагнетало напряжение, заставляя просчитывать варианты его будущих действий. Ни один из тех, что возникли в голове, мне не понравился. — Сиеша можете исключить из списка подозреваемых. Доступа к этим технологиям у него не было.

— Еще бы узнать, у кого он был, — тихо прошептала я, не собираясь повторять то же самое, только громче. Я и так получила больше, чем рассчитывала. — Благодарю вас, канир Аршан, — коснулась я раскрытой ладонью груди, радуясь, что сменила привлекательный халат на ничем не примечательный серый костюм. Жест признания воина воином в том случае получил бы несколько иное значение. — Не смею вас больше задерживать.

— Вы так торопитесь от меня избавиться? — остановил он меня за мгновение до того, как я собиралась отключить канал связи.

Судя по всему, меня ждал очередной сюрприз.

Ненавижу скайлов!

— Только не говорите, — насмешливо улыбнулась я, ставя нам в этом раунде равный счет, — что мне вновь довелось разговаривать с вашей калькой.

Тот ответил на улыбку едва заметным смущением.

— И я огорчен этим фактом. — Продолжил он уже вполне серьезно: — Я буду на Гордоне через двое стандартных суток. Постарайтесь продержаться.

Хотела я возразить, но понимала, что бесполезно — его щитоносец был уже на пути к Окраинам.

Но это не значило, что я собиралась отказаться от своего плана.

* * *

Мы с Дарилом в сопровождении Рауле и наемной охраны вышли из здания Оперы Гордона, помпезного сооружения, по стилю напоминающего одновременно земной космопорт времен начала большого освоения космоса и Священный дом на Приаме. Жуткое смешение стилей, производящее удручающее впечатление. Вместо самобытной архитектуры, куски чужих творений. Смотреть на это без подспудного желания уничтожить подобное варварство было невозможно.

Странно, и как я раньше этого не замечала?!

А вот представление, билеты на которое нам принесли утром, было весьма приличным. Вряд ли только на мой неискушенный вкус, демон тоже наслаждался разыгравшимся на сцене действом и даже небрежно аплодировал, снисходя с высоты своей аристократичности до театральной богемы Окраин.

О том, что первоначальный план является лишь прикрытием, Дарил догадался уже давно. Да и не он один. Мои мальчики меня хорошо знали.

Когда принял из рук посыльного украшенный золотыми вензелями конверт, удивленно вскинул бровь — ни о чем подобном мы не говорили. Но промолчал, лишь усмехнулся, разглядывая тиснение, водяные знаки и сургучную печать на ленте, которой тот скреплялся. Местное высшее общество тяготело к вычурности.

— Тарас, готовность, — прошептала я, как только Дарил, проявляя недовольство, пересек границу колонн, поддерживающих примыкавшую к фасаду Оперы крытую галерею. Ложа, на которую я не пожалела кредитов и связей, находилась в ряду представительских, что давало нам право подогнать кар к парадному входу. Его-то демон и высматривал, демонстрируя нетерпение.

Это был уже наш спектакль. Я рассчитывала, что уровень его исполнения будет значительно выше. От того, насколько чисто мы сыграем, больно многое зависело.

Убегали секунды, а нервозность Дарила, которую тот не скрывал, все усиливалась. Невольные зрители разыгрываемой нами постановки сначала просто отводили взгляды, теперь же предпочитали обходить стороной.

Стаса все не было. И не должно было быть. «Одурманенный» довольно хитрым снадобьем, им же и приготовленным, он в этот момент «едва дышал», упав головой на управляющую панель кара.

Единственный, с кем можно было связать этот состав — Шахин. Своих конкурентов тот уже давно истребил.

— Принято, начинаю отсчет, — отозвался невидимый ангел. — Десять…

Дарил нервно прошелся от одной колонны к другой, резко обернулся, глядя на меня, словно это я была виновата в задержке. Я, «вздрогнув», отступила назад, буквально натолкнувшись на стоявшего позади меня охранника. Одного из тех двоих, кого мы наняли в отеле. Как объяснил мнимый Стураше, заказывая их у портье, для охраны его собственности. Собственностью была я.

Демон нахмурился и вроде как собрался двинуться в нашу сторону, но мужчина за моей спиной уже успел сдвинуться. Им были даны жесткие указания — ко мне не прикасаться. Ни при каких обстоятельствах.

Когда Тарас досчитал до трех, Дарил, сжав кулаки, вновь отвернулся.

Один мы произнесли вместе с ангелом.

Три фигуры появились словно ниоткуда. Секунда, и телохранители остались лежать на сером с прожилками камне, которым была выложена галерея. Еще мгновение ушло на то, чтобы рядом с ними оказался «не успевший» отреагировать Рауле.

Когда Дарил, выхватывая парализатор — единственное официально разрешенное оружие на Гордоне, оглянулся, на том месте, где еще недавно стояла я, находился только мой белоснежный хинар.

Несколько десятков прохожих с недоумением смотрели на бешено рычащего демона и несколько тел, подающих слабые признаки жизни.

Патруль службы порядка прибыл не более чем через пару-тройку минут, еще через одну мы «поймали» приказ: оцепить район Оперы и взять под контроль воздушное движение.

С этого мгновения относительному спокойствию, которое царило на Гордоне до нас, нарушаемое лишь ставшими уже давно привычными стычками, пришел конец.

Именно этого я и добивалась, когда собирала по кусочкам свой план.

Чужаку невозможно действовать в этом мирке незаметно. Немногим меньше двух стандартов назад мы были здесь своими, растворяясь среди таких же изгоев. Стать неприметными теперь нам было уже невозможно. Так что этот вариант я отсекла сразу.

Второй, когда мы действовали в наглую, используя известность личности Фариха Стураше — тоже. Он сильно ограничивал нас в способах добиться своей цели. Послужить прикрытием для появления и отхода — вполне, но не для основной части операции. Соглядатаи, уйти от которых было несложно, но, только вызвав вполне обоснованные подозрения, могли сильно осложнить наши поиски.

Все эти проблемы плюс еще одна, о которой я пока никому не рассказывала, решала уже давно возникшая у меня идея. Исчезновение, да еще и при таких обстоятельствах, рабыни у богатого демона должно было переполошить и службу порядка столицы, и ее не совсем законопослушных граждан.

Опасная авантюра, но… выглядела она настолько увлекательно, что ни один из моих мальчиков не отказался в ней поучаствовать. Нам всем в последнее время не хватало именно таких приключений. С риском за гранью разумного, с игрой, в которой на нашей стороне были лишь мы сами, с ощущением, что именно ты правишь этот бал.

Эти мысли мелькали у меня в голове, пока мы с Костасом и Тарасом добирались до похожего на своих собратьев дома в деловой части столицы. Квартиры здесь были большими, занимали целые этажи. Снимали их обычно торговцы из соседних секторов. Во многих сделках, на которые распространялся прямой запрет, использовали Гордон в качестве буферной зоны. То, что нельзя приобрести у стархов, можно легально прикупить здесь. Все обо всем догадываются, но… внешне выглядит законно, не придерешься. А местным посредникам — прибыль, да еще какая. Эта планета процветала не только благодаря вольным, хоть и не без их участия.

Тарас как раз и был таким представителем. Корпорации с Приама, которая занималась разработками в области омоложения.

Покинули мы зону оцепления без проблем. Три именных билета в ту самую Оперу и кар, все представление ждавший своих хозяев на основной стоянке, послужили достаточным основанием, чтобы нас пропустить. Валечка остался присматривать за Дарилом и Рауле. От него мы и узнавали о развитии событий.

А развивались они в том самом направлении, которое мне и было нужно.

Демон рвал и метал на всех известных ему языках. Грозил карами, всегалактическим скандалом, судебными исками. Служители порядка, начиная с младшего офицера, возглавлявшего патруль и заканчивая старшим чином, который появился сразу, как стало понятно, кого именно и чего лишили, безуспешно пытались его увещевать.

То же самое, что на катере против супертяжа. Дарил вроде и сохранял внешние приличия, но делал это со столь тонкой издевкой, что самолюбие находившихся рядом с ним стоило пожалеть.

Представлять, как это выглядело, нужды не было. В бытность перевозчицей мне приходилось наблюдать, как демон, предупреждая, одним взглядом останавливал драки в самых захудалых притонах. Сказывались и кровь и воспитание.

В нашем логове Дарил появился уже под утро. Вместе с Рауле и Веласке. Все выглядели уставшими, но довольными. Вот что значит, склонность к высокому искусству!

Когда они вошли в комнату, я уже не спала. Спальня была одной из самых дальних в анфиладе комнат, но наш приемыш, пристроившийся у меня под боком, ткнулся носом в руку, вырывая из неги, как только они появились в квартире.

— Ну? — Вопрос прозвучал резче, чем хотелось, но его ответ решал многое, если не все.

— Как ты и предположила, — усмехнулся Дарил, сбрасывая шубу на стоявшее у двери кресло. — Настойчиво попросили не пытаться искать тебя самому. Я сказал, что именно этим и собираюсь заняться. Предупредили, что за последствия они не отвечают.

— Мы за них сами ответим, — кивнула я ему, не скрывая облегчения. — За ним следили? — Этот вопрос был уже к Валечке.

Звереныш контролировал ситуацию, но лишь поверхностно. Слишком много сканеров, глушителей и защитных полей использовалось сейчас в столице.

— Нет. Слежку сняли, как только все началось. Из управления до отеля тоже было чисто. И сюда добрались без проблем. Либо решили, что никуда не денется, либо… слишком много шума.

Верным был, скорее, второй вариант, но это уже не имело значения.

— Считаем, сработало, — вынесла я свой вердикт. — Можно приступать к следующей фазе.

Начать объяснения мне не удалось.

— А подробный отчет? — лукаво улыбнулся демон, заставляя насторожиться не только меня.

— Отчет? — не сразу сообразила я, видно еще не до конца проснулась.

— А я так старался! — трагическим голосом произнес Дарил, резко склонив голову. Получилось… убийственно. — Я им такой балаган устроил…

— Это ты о допросе? — осторожно уточнила я, понимая, что если права… нас ждали незабываемые ощущения. О тех, кто был свидетелем его представления, думать мне не хотелось. Смертники, не иначе.

— А про что же еще! — патетично воскликнул он, смотря на меня умоляющим взглядом.

— А! — махнула я рукой, понимая, что операция должна получить свое логическое завершение. Для этого как раз не хватало рассказа демона и одного вопроса, который я ожидала услышать от него же.

Дважды Дарила просить не пришлось.

Основная часть повествования оказалась неожиданно короткой: оценка действий, выводы, предположения. Недоумевать я не торопилась, если демон что-то делал, был уверен, что так и надо.

В том, что права, я убедилась довольно скоро. Ту часть допроса, которая касалась меня, Дарил продемонстрировал нам в лицах. Сразу, как только признал, что мой вариант шухера, устроенного нами в столице Гордона ему понравился больше.

Выглядело это так.

Офицер-дознаватель, уже понимая, что его терпение заканчивается:

— Назовите имя вашей спутницы.

Дарил, все с тем же холодным высокомерием:

— Она мне не спутница, она — рабыня.

Офицер-дознаватель:

— Хорошо. Назовите имя вашей рабыни.

Дарил:

— У нее нет имени.

Офицер, на мгновение стиснув зубы, чтобы не выругаться:

— Но ведь как-то вы ее называете?

Дарил, с толикой снисходительности посмотрев на дознавателя:

— Это имя могу произносить только я. Оно не имеет отношения к ее настоящему имени.

Офицер, убеждая себя сохранять сдержанность:

— Значит, у нее есть и настоящее имя?

Дарил, с недоумением:

— Конечно! Но мне оно неизвестно.

Офицер, в очередной раз стискивая зубы:

— А кому оно известно?

Дарил, не позволяя себе посмотреть на дознавателя, как на идиота, но давая ему это понять всей своей позой:

— Тому, кто заключал с ней контракт.

Офицер, готовый прикончить самого потерпевшего, но не имеющий права это сделать. Начальство пообещало лишить самого ценного, если он позволит себе хоть чем-то оскорбить столь известную персону. Об этом Дарил знал доподлинно, у демонов слух хороший.

— А кто заключал с ней контракт?

Дарил:

— Мой старший брат.

Офицер:

— Но тогда она рабыня вашего старшего брата?

Дарил, откинувшись на спинку стула и заставляя себя расслабиться. Даже невозмутимости демона не хватало, чтобы объяснить этому человечишке элементарные вещи:

— Контракт с рабыней заключает глава семьи, гарантируя выполнение условий, прописанных в нем. Глава моей семьи — мой старший брат. Я назвал только имя, которым буду ее называть.

Офицер, начавший хоть что-то понимать:

— Хорошо, тогда я запишу так: рабыня господина Стураше.

Дарил:

— Я вам так сразу и сказал.

На этом месте моя выпестованная скайлами сдержанность дала трещину, и я, смеясь, согнулась в кресле. Остальные скалились, улыбались, но пока держались.

А Дарил между тем продолжал.

Офицер:

— Для поиска вашей рабыни нам необходимы сведения, которые могли бы помочь ее опознать. Голографический снимок, отпечатки пальцев, скан сетчатки глаз, ДНК.

Дарил, зверея:

— Может, вам еще рассказать о ее родинке на плече и о том, в какой именно позе ей нравится заниматься любовью?

Тут все дружно посмотрели на меня, задумались. И даже Тимка склонил голову, а потом, словно смутившись, опустил уши, прикрывая мордочку.

Смеяться я уже не могла, только всхлипывала.

Как оказалось, рано. Свой рассказ Дарил еще не закончил.

Офицер, откровенно растерявшись:

— Но без этих данных мы не сможем ее найти.

Дарил, медленно поднимаясь со стула:

— Каких именно данных?!

Успокоились мы еще не скоро. То один, то другой вдруг замирал, вспоминая кусок из устроенного Дарилом спектакля, потом усиленно пытался удержаться от смеха. Удавалось мало кому, так что веселье то и дело прерывало наш разговор.

В этом тоже была своеобразная прелесть выбранной нами жизни. Мы не забывали о стоящей перед нами задаче, о Таласки, судьба которого волновала каждого из нас, о будущих проблемах; мы делали все, чтобы добиться успеха, найти Игоря, предусмотреть возможные сложности, но… это не мешало нам радоваться, когда выпадала такая возможность.

А вопрос, который я ждала, действительно прозвучал. И задал его именно Дарил, неожиданно прервав обсуждение. Говорили мы о вероятности сговора Таласки и Искандера. Мнения разделились, но все склонялись к тому, что такой вариант исключать нельзя.

— Ну а теперь ты скажешь, ради чего все это затевалось?

Я, с сарказмом, усмехнулась, отметив, как неуловимо изменились лица друзей. На них больше не было и следа беспечности.

— А куда я денусь, — дернула я плечом, сожалея, что мгновения внешней расслабленности закончились так быстро.

Но… пришло время поделиться с ними тем, что до этого момента было известно только мне.

— Все помнят запись с генералом Союза, которого вычислял Шторм? — Никто не кивнул, подтверждая, но мне это и не требовалось. — Утром того дня я приходила к Тадеусу, было у меня к нему дело. При входе в кабинет разминулась с посыльным из Оперы. Когда вошла, на столе лежал точно такой же конверт. — Я движением подбородка показала на бумажный пакет, который держал в руке Рауле. Выполняя мою просьбу, он прихватил его с собой. — Я тогда съязвила, что не замечала за ним тяги к искусству. Вопреки ожиданиям, Тадеус на мою реплику не ответил. Видно, не посчитал столь уж существенным.

Дарил качнул головой, похоже, догадавшись, что именно последует дальше. Но… прав он был лишь частично.

— Билеты были не для него, а для клиентов, которые не пропускают ни одной премьеры, если находятся на Гордоне. А вечером мы столкнулись с теми типами.

— И ты уверена…

— Уверена! — не терпящим возражений тоном подтвердила я. — Ты помнишь, — я обратилась к Тарасу, — я потом извинялась. — Ангел кивнул мгновенно, видно, уже перебирал те события. — Билетов на столе не было.

— И на этом основании… — начал Рауле, удивив меня внезапной агрессивностью.

Я сделала вид, что не заметила, как кривятся его губы. Мне было жаль, но именно из таких мелочей и выстраивались победные планы. Из-за них же они и рушились.

— Асхан был сегодня в Опере, — равнодушно произнесла я, не понимая, почему в глазах жреца появилась тень обреченности. — Мне удалось посадить ему старховского жучка. Тимка отследил логово.

Признаваться, что мне помогла Ее Величество Судьба, которая просто обязана была устроить эту встречу, я не стала. Но вчера в Опере была… премьера.

* * *

Если бы я знала, что эта же дама готовит сюрприз и мне, не предложила бы вздремнуть еще часок. Предпринимать что-либо раньше, чем ситуация в столице примет более менее прогнозируемые формы, было неразумно. Прошедшая ночь, утро, начало дня… я рассчитывала, что к вечеру сведения, которые мы начнем получать, дадут возможность разобраться, кто и как из держащих власть в городе отреагирует на похищении рабыни демона.

Ошиблась я не в том предположении, что этого времени им хватит для первоначальных разборок. Не ожидала, что Тарас, который еще буквально только что вел себя довольно адекватно, сорвется настолько неожиданно.

Вскинулась я от грохота. Секунда, вторая, третья… шум не прекращался, скорее, все нарастал.

В комнату, где устроились ангел и демон, я влетела последней. Замерла, убирая непонятно как оказавшийся у меня в руке парализатор. Сознание не отметило, когда я схватила его с прикроватной тумбочки.

Зрелище было… впечатляющим. Мою просьбу присмотреть за Тарасом, Дарил выполнял весьма своеобразно.

Остатки мебели в центре и у стен, куски ткани. Демон и ангел «танцевали» в центре этого кошмара. Мягкие, завораживающие движения в кажущемся плотным воздухе, обманчиво рассеянные взгляды, оскалы…

— Что здесь…

Договорить мне не дал дикий рык и серия ударов, которой обменялась эта парочка. Будь бой тренировочным, можно было бы и насладиться, но судя по разорванной одежде и кровавым потекам, бились они всерьез.

Понимала это не только я, разнимать их никто не торопился, догадываясь, что сделать это, не прибив кого-нибудь, будет сложно.

Оставался только один способ.

— Отставить! — рявкнула я, уповая на вбитые за семь стандартов рефлексы. — Обоих за борт, демоны вас задери!

Радоваться, что сработало, не стала. Парни застыли, тяжело дыша и пытаясь сфокусировать на мне взгляды, но проблесков разума в их глазах я не заметила.

Одно слитное движение: парализатор из набедренной кобуры, перевести регулятор мощности заряда на минимум, вскинуть… Доля секунды и Тарас, корчась, лежал на полу. Чуть сильнее и его бы просто вырубило, но я знала, что только боль сможет его сейчас отрезвить.

— Дарил! — Тот смотрел на меня еще дико, но уже без того безумия, которым отличались в стычках демоны. Не зря же их называли боевыми машинами. — Помнишь притон мадам Шу?

— Она Тараса никогда не выдаст, — хрипло, но уже приходя в себя, отозвался демон. — Понял.

— Свою мордашку не свети, пусть внутрь идет Стас. А ты и Валечка будете страховать.

— А чего я… — недовольно затянул Веласке, но Костас положил ему руку на плечо, заставляя замолчать до того, как мне пришлось бы проявить стервозность.

Так удачно начавший воплощаться в жизнь план пошел к демонам раньше, чем начал приносить плоды. Обидно, но ничего другого я и не ожидала. Все как всегда.

— А мы что? — уточнил Костас, когда я развернулась, чтобы покинуть разгромленную комнату.

— Ты — на информацию, а мы с Камилом — думать, — бросила я на ходу. Стоило умыться, пока была возможность и чего-нибудь перекусить. Были у меня подозрения, что времени на это больше не будет.

Костас не возразил, вышел следом за мной, его шаги я слышала у себя за спиной.

Когда вернулась в спальню, по-быстрому приняв душ и переодевшись в когда-то привычную серую форму перевозчицы, он был уже там. С десяток экранов, наслаиваясь друг на друга, мерцали в воздухе вокруг облюбованного им массивного кресла. Вьющиеся черные волосы всклочены, взгляд «бегает» не останавливаясь ни на мгновение, губы шепчут что-то неслышное.

Привычный образ моего хакера-навигатора, о котором я уже начала забывать.

Мне хватило только воспоминания о Тарасе, чтобы выкинуть эту сентиментальную дурь из головы. «Сорвало» ангела совсем не вовремя, я рассчитывала продержаться еще день, потом можно было и скинуть вопрос с ангелом на скайлов. Те бы справились без столь кардинальных мер.

— Загрузи командный в полном объеме, — приказала я, вытягивая из угла сумку с оружием.

Если все остальное будет в соответствии с моими мрачными предчувствиями…

Браслет запрещенного практически во всей галактике волновика плотно затянулся вокруг запястья.

— Тимка следит за ними. — Рауле застыл на пороге, держа в руках поднос с разогретым концентратом.

Для таких мероприятий, как это, самый лучший выбор. Насыщает быстро, силы поддерживает долго, усваивается полностью. И пить не хочется, вода в нем в связанной форме, высвобождается медленно.

— Знаю, — буркнула я, блокируя основной номер комма. Для желающих пообщаться со мной с его помощью я просто перестала существовать. Разработка Костаса. — У него сейчас будет другая задача.

— Асхан?

Я обернулась к Камилу только на секунду, забрала одну из кружек.

— Меня это не касается. Его местонахождение я уже сбросила Аршану. Упустит, печалиться не буду.

— Ой ли? — скептически протянул Рауле, вызывая смутные ассоциации. Между ним и Тарасом.

Если поверить самой себе, то проблемы с одним грозили плавно перетечь в проблемы с другим. Еще бы знать, чего ждать от самаринянина!

Жидкость была горячей и тягучей, большой глоток не сделаешь, так положено по инструкции. А хотелось кофе. Чтобы горечь и сладость, чтобы окутывал аромат, чтобы гуща рассказала о том, о чем не смогла поведать интуиция.

Желания туда же, куда и все остальное — к демонам!

— Тебе известно, что Шахин на Таркане скрывался под видом вполне досточтимого торговца?

Камил тут же «поймал» мою мысль.

— Думаешь и здесь он действовал так же?

— Костас, — проглотив еще одну густую каплю, позвала я, — дай нам вчерашнюю запись.

Минуты, минуты… Притон мадам Шу, которой когда-то Тарас помог решить проблемы с конкурентами, находился неподалеку от грузового порта Гордона. Не самый низкопробный в череде подобных заведений, однако, до среднего уровня не дотягивал. Но, в отличие от многих других содержателей и содержательниц борделей, Шу — приятная на вид люценианка средних лет, девочек (и мальчиков тоже) никогда не покупала. Те сами приходили к ней, когда больше деваться было некуда. И работали, сказала бы я, не за страх, а за заботу о себе, но язык не поворачивался произнести подобное. Уж больно специфичным был их труд.

Не мне судить, сама в свое время сменила форму Союза на патент перевозчицы — ниже только в вольные, да и жалеть каждого — жалости не хватит, но неприятный осадок все равно присутствовал. Сложись судьба чуть иначе, и сама могла оказаться там.

— Это которая под твоим паролем? — невинно улыбнувшись, посмотрел хакер на меня, на миг оторвавшись от своих экранов.

А во взгляде — понимание. Вряд ли сообразил по лицу, о чем я думаю, скорее, догадался. Мы так давно вместе, что и слов не надо.

— Это которую ты взломал, — подтвердила я. Надо было улыбнуться, давая понять, что так и было задумано, но сил на это не хватало. Внутри вибрировала, натягиваясь, струна напряжения.

Ох, что же еще чует моя душенька?!

Не сорваться на стон удалось только благодаря тому, что один из экранов Костаса выпал из общего строя, сжался в точку, чтобы тут же развернуться в центре комнаты.

Пока настраивалось изображение, Рауле отдал одну из оставшихся кружек хакеру, сам, со второй, отошел к двери, встал там, прислонившись к стене. Тимка, сидевший до этого на подлокотнике кресла Костаса, спрыгнул на пол, смешно повел носом. Я уже приготовилась ловить звереныша, в надежде, что он переберется ко мне на руки, но тот выбрал кровать. Не свернулся по обыкновению, улегся, как укладываются собаки, положив мордочку на вытянутые лапы.

Перехватив через командный интерфейс контроль над записью, промотала до нужного места. Когда вернулись, успела бегло просмотреть и оставить метку.

— Что скажешь? — бросила я взгляд на Камила, который уже и без моей подсказки внимательно рассматривал изображение двух мужчин, застывших в воздухе.

Добротная элегантная одежда, дорогие украшения, выдающие и вкус, и достаток хозяев. Легкое марево вокруг фигур — работающие глушители. Если бы не подарок Индарса, который утверждал, что его игрушки тем и хороши, что работают против основных способов защиты, которые используются в этом конце галактики, вряд ли удалось бы получить настолько качественную картинку.

— Есть едва уловимая схожесть, но утверждать не возьмусь.

Я кивнула, принимая его ответ. В то время, когда это происходило, мы с Дарилом в сопровождении охраны подходили к нашей ложе, а он уже находился внутри, проверяя. Это была нестыковка в моем плане, я рассчитывала, что мы встретимся в антракте. Чтобы не светиться перед ними раньше времени, появились мы в Опере буквально в последний момент.

— А теперь? — Я запустила запись, давая ему возможность увидеть, как движется эта парочка. Не нужно было находиться рядом, чтобы даже вот так ощутить исходящую от них опасность.

Камил шевельнулся, словно где-то там, внутри, двигался вместе с ними, потом отстранился от стены, закинув голову назад, закрыл глаза.

— Думаю, ты права, — произнес он через минуту, — это Шахин. Внешняя пластика совершенно иная, но она ему чужда. Слишком много рывков, нерационально.

— Поверь мне, — с несдержанной горечью отозвалась я, — это действительно он.

Рауле ничего не ответил, но я была уверена — он догадался, какие именно воспоминания мелькнули сейчас у меня перед глазами. Тело до сих пор не забыло, как он избивал меня, требуя поделиться сведениями о Новой Земле. Знай я тогда то, что он хотел, рассказала бы, но… все, что мне было известно — находится эта планета где-то в секторе скайлов.

— Что собираешься делать? — осторожно поинтересовался жрец, когда мне удалось вздохнуть. Привет из прошлого был с гнильцой, я сама не заметила, как задержала дыхание.

— Сейчас или вообще? — уточнила я, давая себе еще мгновение передышки.

Камил усмехнулся и… уточнил:

— Вообще.

— Убить! — без малейшего сомнения, озвучила я свой приговор. — Если Таласки меня не перехватит.

— Ты все-таки уверена, что он со скайлами?

Я скептически усмехнулась.

— Не думал, почему нас не пытались задержать в кангорате?

Звереныш приподнял ухо, Костас, если бы мог, повторил этот трюк. А так, только напрягся в ожидании продолжения разговора.

— Считаешь, что они успели узнать о Тимке все, что хотели?

Считала, но сказать об этом не смогла.

— Капитан, — привлек мое внимание Костас, — кажется, сработала ловушка у тайника.

Я еще не успела подойти ближе, чтобы увидеть то, о чем он предупредил, как на командном интерфейсе вспыхнул аварийный значок Дарила. Следом раздался и его голос:

— Таши, у нас проблемы.

Прозвучало это почти как признание в любви. Значит, проблемы были серьезными.

* * *

— Хоть правительство Союза и не устраивает укрепление позиций стархов, ему это придется принять, как данность. Синтар не видит в этом угрозы для кангората.

Искандер отвел взгляд от экрана, на котором просматривал последние данные по Таши и ее экипажу. Слова Аршана напомнили ему о разговоре с кангором, в котором тот поднял и эту тему. Правитель скайлов действительно довольно спокойно отнесся к укреплению связей между императорами стархов и Люцении.

Цель Индарса была не очевидна, но просчитываема. Замахиваться на всю соседнюю империю он не собирался, должен был догадаться, что на нее претендует Галактический Союз. Не зря же одновременно с вопросом оказания помощи Штанмару стоял еще один — размещение его баз на границах с окраинами.

Еще не предложение войти в коалицию, но уже намек на него. Людям нужен был форпост в этой части галактики.

А вот контакты старха и демона выглядели не столь безобидно. И это уже могло внушать пусть и не опасения, но озабоченность.

Так оно и было. Очередная игра, условия которой знал кто угодно, но только не сами игроки.

— Мы договорились, о политике ни слова!

Аршан ответил адмиралу усмешкой:

— Это ты не мне, ты ему говори. — Он кивнул на Таласки, который, задумавшись, разглядывал тонкую вязь инкрустации по углам лежащего на столе планшета.

Устроились они в гостевой каюте на борту совершенно ничем не примечательного вольного. Принадлежал он Артуру, но об этом, кроме этой троицы, капитана и самого хозяина Тандоры, никому известно не было. Тем более его невозможно было связать со скайлами, чем они сейчас и пользовались.

Щитоносец находился на дальней орбите под защитой мощных искажающих полей и, при необходимости, мог в течение получаса сесть в порту Гордона.

И Аршан и Искандер рассчитывали, что обойдется без кардинальных мер.

Игорь шутливого тона не принял.

— Несколько столетий скрытого противостояния и вот… Один визит императора Хандорса к стархам и ничем не обоснованное потепление.

Скайлы переглянулись. Отсутствие улыбок на лицах, но заметить несложно, что искреннее сожаление майора их обоих развлекает.

— Тебе назвать имя этого обоснования? — не сдержался Искандер, протянул руку через мерцающую дымку. Изображение не дернулось, лишь сомкнулось вокруг запястья, чтобы тут же отпустить его, но уже с кубком. — И ведь чистая импровизация, никакой подготовки.

— Потому и обидно, — раздраженно бросил Таласки. — Такие случаи, как этот, просчитать трудно. Там не хватило буквально часа, тут — нескольких минут. Я же видел, как с ней знакомился Дарил, но сделать ничего не мог. Их спецы держали меня плотно, пока эта парочка не исчезла. Еще и пожелали приятно провести время на Ярлтоне.

— Все же закончилось хорошо, — утверждая, но с оттенком вопросительной интонации произнес Аршан, следуя примеру Искандера.

Шаре тонизировало очень мягко. Учитывая, что ситуация могла измениться молниеносно, лишние силы им не помешают. Таши, в очередной раз, доказала, что непредсказуемость — ее девиз. К операции в Опере они оказались не готовы. И, что можно было считать едва ли не провалом, не увидели иного смысла, как уйти из-под опеки.

А ведь он был! Обязан был быть! Чтобы понимать это, достаточно было ее знать.

— Закончилось?! — насмешливо протянул Таласки и с лукавством посмотрел на Искандера. — Это ты ему объяснять будешь, когда она сбежит кого-нибудь спасать как раз перед тем, как стать его женой!

Адмирал подумал и… кивнул, соглашаясь. Это не помешало ему задорно хмыкнуть, словно он как раз эту картинку и представлял.

Аршан, пусть и мгновение спустя, но тоже улыбнулся. Кажется, подобная перспектива не испугала и его.

— Кстати, — неожиданно сменил тему Таласки, — почему вы не изъяли создание? Ведь была договоренность…

Перебил его Аршан. Просто недовольно качнул головой, но этого хватило, чтобы Игорь замолчал.

— Это существо — не совсем то, что мы предполагали. Кангор запретил даже малейшую агрессию по отношению к нему. Нам мало что известно о наследии древних, оставленном в Галактике. Не хотелось бы неосторожными действиями разбудить то, с чем справиться не сможем.

Таласки подумал, кивнул, но тему продолжил:

— Интересно, Индарс по этой же причине не претендует на питомца Рауле?

Настроение Игоря никак не выравнивалось. Привычные методики не помогали, и даже присутствие Искандера, который обычно без труда укрощал эмоциональные всплески друга, на этот раз не действовало.

О причине оба догадывались — будучи эмпатом, Таласки «ловил» то, что еще не проявилось событиями, но уже было предопределено. Так что все, что им оставалось, — ждать.

— Ты предлагаешь при встрече задать ему этот вопрос? — невинно поинтересовался Искандер.

Аршан поддержал сородича вскинутой бровью.

Игорь перевел взгляд с одного на другого, что-то взвесил в уме и… подмигнул адмиралу. Мол, рискни!

Внешняя расслабленность, с которой они вели этот разговор, могла обмануть кого угодно, но только не их самих. Каждый из них знал, чего именно стоила другим подобная беспечность. Даже пресловутая выдержка скайлов сдавалась перед напряжением.

Игорь же держался только благодаря внутренней убежденности, что Искандер не будет рисковать своей возлюбленной. Уж если он позволил ей развлекаться самостоятельно, настояв на его «исчезновении», значит, ситуация была под их контролем. В чем этот контроль заключался, тоже догадывался. Новые технологии, на которые натолкнуло появление на Ирассе гостя со второго Хараба.

Что именно скрыто в этом звереныше стало понятно только в столице кангората. До этого момента они лишь предполагали, что присутствие Тимки на борту «Зверя» случайностью не являлось. Команда не переигрывала, но… Таласки буквально кожей ощущал присутствие рядом чужого разума.

Это была сила, сталкиваться с которой ему раньше не приходилось. Мощь, от которой в душе оставался осадок собственной малости. Чувство было неприятным и подталкивало к необходимости разобраться с тем, с чем он повстречался.

Была даже мысль, что Орлова и ее экипаж находятся под ментальным воздействием. Если бы не Рауле, он бы склонился именно к этому предположению. Но Камил был побратимом Артура, а Шорн не пропустил бы подобного насилия над его разумом.

Окончательно отверг эту версию Искандер. Старх — тоже. У Песчаного льва было столь тонкое чутье на искажения в личности, что его мнению можно было безоговорочно доверять. Он, конечно, делиться своими выводами ни с кем не собирался, но Таласки хватило и того, что Наташа вышла из его покоев. Живой.

Мысль, сделав круг, вновь вернулась к императору стархов, словно преследуя Игоря. Причину такой навязчивости он знал. Группу Шторма для того и пристроили в Службу внешних границ, чтобы Союз мог хотя бы приблизительно знать, что именно затевает Индарс.

Им и раньше с трудом удавалось составлять хотя бы приблизительные прогнозы, теперь же…

Хандорс сломал их все, не дав при этом ни единой зацепки для новых. Зачем он прилетал на Таркан, узнать им так и не удалось.

Тишину разорвал низкий звук. Изображение в воздухе свернулось, скрывшись за настроечной таблицей, тут же возникло вновь. Сетка из кубиков, здания, деревья, полосы для движения каров, входы на подземные линии. Мелькающие окна, стены, углы, люди. Картинка менялась настолько быстро, что взгляд выхватывал лишь отдельные детали, не успевая выстраивать их в целое.

Никому из троих это и не требовалось. Система поиска была настроена на одно-единственное существо, разум которого трудно было скрыть даже самыми мощными защитными полями, что не мешало ему оставаться невидимым для всех, кто не владел новыми технологиями скайлов.

— Охота? — с ленцой протянул Аршан, бросив быстрый взгляд на Искандера. Тот следил за мерцающей снежно-белой точкой. Именно в этом цвете воспринимали ментаты питомца Рауле.

— Объявляй готовность! — Адмирал, в отличие от канира, тут же подобрался, отбросив мнимую расслабленность. — Я — на дальний контакт.

Аршан возражать не стал, по приказу кангора этой операцией командовал не он. Но от предостережений не удержался:

— Синтар не обрадуется, если ему придется доказывать, что все это время ты находился в кангорате.

Искандер на слова Аршана никак не отреагировал, а вот Таласки шально усмехнулся. Ему было известно, что по официальной версии адмирал в это время в своем канирате решал с младшим братом неожиданно возникшие вопросы.

Впрочем, в какой-то мере это именно так и было, просто возникшие вопросы были решены в течение всего нескольких часов.

Выйдя из рода Элдарс, Искандер больше не имел права называться каниром. На титул кангора он теперь тоже не претендовал, дав Синтару личную клятву верности и получив взамен относительную свободу.

* * *

— Стапель им в глотку! — еле слышно прорычала я, дослушав рассказ Дарила.

Слишком непредсказуемо, чтобы быть западней, но… Такие совпадения только в жизни и бывают.

До притона мадам Шу мальчики не добрались. В нескольких минутах лета от него неожиданно пришедший в себя Тарас перехватил управление каром. Дарил успел бы среагировать, но остановился, отметив, что во взгляде ангела больше нет безумия.

Причины столь внезапного возврата моего помощника в нормальное состояние стали ясны, как только они втиснули машину среди зарослей низкорослых деревьев. Ими отделялась защитная зона порта от лачуг тех, кому не по карману оказалось более приличное жилье. Этот район так и назывался — трущобы Гордона.

Еще одна особенность расы метаморфов, о которой лично мне известно не было. В состоянии тапси, как называлась готовность мужчины к продолжению рода, он был способен ощутить присутствие подходящей для него пары.

Такая цена за уникальность! Хочешь быть особенным…

Предположить что-то подобное я не могла, да и кроме удовлетворения собственного любопытства эти сведения ничего не давали. Если только рождали новые вопросы. С некоторыми из них, я еще могла придумать, что делать. Например, вспомнив некоторые из откровений ангела, признать возможность нахождения его сородичей на Гордоне.

А вот о том, как повлияет появление очередного действующего лица на наши планы, оставалось только догадываться.

— Костас! — вызвала я оставшегося на связи хакера. — У тебя есть что?

К тому моменту, когда мы с Рауле и Тимкой, плюнув на конспирацию и вооружившись до верхних переборок, добрались до ребят, демон и ангел уже определили приблизительное местонахождение женщины. Покружили по округе, используя чутье Тараса, как навигационный прибор.

Мои смутные надежды, что это будет одна из развалюх, откуда мы просто тихо заберем девушку и незаметно исчезнем, не оставив даже воспоминаний, не оправдались. Ангела привлекли припортовые склады на той стороне зеленой стены и заграждений.

Создавшейся ситуации это добавляло неоднозначности.

— Есть, — отозвался тот недовольно. Он был незаменим в своем ремесле, но… рвался в бой. — Этот ангар принадлежит люценианской торговой компании. Специализируются на экзотике. Но когда я копнул глубже, выяснились весьма интересные факты.

Он замолчал, давая понять, что ожидает наводящих вопросов, но я не спешила потакать его желаниям. Вспоминала, думала, связывала воедино те немногие кусочки знаний, которые были в моем распоряжении, искала и, что было важнее, находила нестыковки.

Вряд ли за два неполных стандарта на Гордоне что-то кардинально изменилось, а раз так… Люценианских компаний, которые бы торговали экзотикой в мою бытность здесь, было четыре. Одна не вызывала никаких подозрений, это я знала точно. Время от времени они пользовались услугами перевозчиков, моими в том числе. Еще две занимались дорогой мелочовкой, их хранилища находились на подземных уровнях зданий, в которых они располагались. Доставщики тоже свои. Охрана — не подберешься. Вольные с ними никогда не связывались.

Оставалась еще одна. И это мне совсем не нравилось. Ходили слухи, что они каким-то образом связаны с самаринянами. Живой товар в этих слухах тоже упоминался.

— Это ведь «Юртаис эфратис»?

— С тобой неинтересно, — обиженно протянул Костас, но тут же сменил гнев на милость: — А о том, что у них контракт на поставку с местным торговцем Сан Баши ты знаешь?

— С тем самым, кого мы опознали, как Шахина? — не сдержала я эмоций. Уж больно все выглядело… непредсказуемо.

— Да! — жестко подтвердил хакер, понимая, что смысл ясен и без объяснений. — Их транспорт завтра становится на погрузку.

— Демоны Галактики! — прошипела я сквозь зубы.

Вот тебе и отпуск! Вот тебе и поворот событий! А всего лишь хотела: найти Шахина и Ивара, да пристрелить обоих. Если, конечно, Таласки не перехватит инициативу, что было более чем вероятно, особенно после того, как он решил вспомнить, что принадлежит другой команде.

Я его не осуждала, пусть Игорь и заставил понервничать. Да и методы, которыми он действовал, не вызывали симпатии.

Впрочем, разве можно было обвинять Таласки в том, что он отказался действовать по моим правилам, когда я сама не собиралась играть по его?!

— В ангаре не меньше чем сорок человек, — неожиданно вклинился в наш разговор Рауле. Тимку он держал на руках. Выглядел звереныш недовольно, скалил зубы. — Боли нет, только страх и отчаяние.

Спрашивать, откуда ему известно, я не стала. Жрец, как-никак, да и заяц мог подсказать. Ко мне со своими образами не лез, не любил то напряженное состояние, в котором я находилась, а Камил умел сохранять не только внешнее, но и внутреннее спокойствие.

Вот тебе и отгадки… И планы, над которыми я больше была не властна.

— Портить товар они не будут. — Реплика Стаса прозвучала раньше, чем я добралась до этой мысли в своих размышлениях.

Товар они, действительно, портить не будут. Но что дальше?! Из всех самаринян я доверяла только одному, да и то лишь потому, что он выбрал свой путь.

Сорок разумных существ с одной стороны и две отпетые сволочи с другой. Выбор нелегкий, но избежать его не удастся. И не забыть, что уступи я чувству жалости, вместо этих четырех десятков будут сотни и тысячи.

Как тут не ошибиться?!

— Полезем — упустим Шахина, — словно вторя мне, произнес Дарил.

Я даже не оглянулась. Едва сдержалась, чтобы не рассказать, что сработала и оставленная нами ловушка на Ивара. Знать ему об этом пока не стоило.

— Капитан! — В голосе Тараса не было мольбы, но… легче мне от этого не стало.

Он примет любое мое решение, но вот смогу ли потом я жить с ним?

Отрезала жестко:

— Молчать! — продолжила уже мягче: — Думать мешаете.

Странно, но все как-то сразу расслабились.

Лично я бы на их месте напряглась. Кто его знает, что может прийти в мою голову, когда не устраивает ни один из доступных вариантов.

Блокировку с комма я сняла раньше, чем идея окончательно созрела.

Аршан отозвался практически сразу. Не сомневалась, ждал вызова.

— Предлагаю временное перемирие, — улыбнулась я невинно в ответ на его усмешку. — Работать будем вместе.

— Мне казалось, что вы нынче не в том положении, чтобы диктовать условия? — Канир был невозмутим, но в глазах танцевали демонята.

Жаль, что влюблена я не в него, а в Искандера.

Подумала и… ужаснулась. Двое таких, как мы с Аршаном… слишком опасная смесь, чтобы допустить. Мой адмирал склонен к авантюрам, но предпочитает действовать быстро, четко, с минимальными для себя нервными потрясениями. Больше воин, чем политик, никогда не забывает о невосполнимых потерях.

Начальник службы безопасности кангора в этом отношении был скорее похож на меня. Использовал все, что подворачивалось под руку, предпочитая достигать максимальных результатов, невзирая на чужие трупы вокруг. Жертвы для него были оправданными или… нет. Последнего, присутствовала у меня такая уверенность, в его практике еще не было.

Единственное, что объединяло нас троих — за своих мы были готовы и глотку перегрызть.

— Если не считать груза из сорока женщин, которых Шахин передает самаринянам через люценианского посредника.

— Откуда сведения? — заставив меня скривиться, на экране появился Таласки. Выступил откуда-то сбоку.

Вместо ответа, я задумчиво посмотрела на небо. Было оно грязно-серым, как и снег, лежащий под ногами. Гордон — не самое лучшее место в Галактике. Даже на Эори я не чувствовала этой саднящей тоски.

А Игорь с Аршаном продолжали ждать.

Мои мальчики — тоже, но… другого. Чьи надежды оправдать, сомнений у меня не было.

— Мне кажется, или среди вас кого-то не хватает? — наивно хлопнув ресничками, уточнила я, вызвав у своих ребят надрывный смех. Даже Тимка изобразил что-то такое, напоминающее издевку.

— Ты обо мне? — Голос Искандера раздался совсем не оттуда, откуда я ожидала, но… я даже не вздрогнула.

Как только исчез Игорь, нечто подобное и подозревала. И даже не беспочвенно.

Аршан ведь не просто так при нашем расставании в кангорате упомянул про высший разум. Дал понять, что причина разрыва связи между дакири Дарисом и вахиби Кими ему известна. Отсюда до предположения, что они сумели отсканировать данные Тимки, было рукой подать. А от них до способов противостоять его способностям — один лишь шаг. Да и подсказка со скайлом в отеле наводила на мысли. Всего лишь намек, чтобы я знала, он — рядом, как это было уже не раз.

Ошибались они лишь в одном: я дралась до последнего. Когда было ради чего драться.

— А еще у меня есть ниточка к Ивару, и если ее не перехватить немедленно, к вечеру он уже будет знать, что на крючке. — К Искандеру я не обернулась, просто признала, что его присутствие меня нисколько не смущает.

Аршан развел руками, словно и не замечая недовольства Игоря. С ним потому и было интересно играть, что он умел извлекать выгоду даже из поражения.

— Сбрасывайте точку встречи, мы там будем.

Я кивнула, отключилась и только после этого повернулась к скайлу.

— Значит, разбираешься с проблемами в кангорате?

Тот смущенно улыбнулся и склонил голову. Знал ведь, что я буду рада его видеть. Таким!

* * *

— Это — она.

Капитан из вольных — мне доводилось о нем раньше слышать, но познакомилась только сейчас, — первым вошел в довольно большой, со вкусом обставленный холл. Огромный темный ковер, тканевая обивка стен, диковинные растения в горшках, горшочках и кадках. Еще один любитель старины.

Меня, следом, завели двое из его экипажа. Скайлы должны были появиться, как только я дам сигнал.

— Под дурью? — жестко спросил Шахин, с отвращением наблюдая, как я норовлю сползти на пол. Если бы не поддерживали, так бы и вышло. Снадобье Стаса имитировало действие одного из самых распространенных на Гордоне легких наркотиков. На мое восприятие действительности оно не действовало, но руки-ноги едва слушались, да если присмотреться, подойдя поближе, зрачки словно заволокло туманом.

Одна видимость, да и микрокапсула с антидотом введена в кончик языка. Достаточно прикусить и выждать секунду.

— Скоро отойдет, — заверил его мой временный хозяин. Как выяснилось, Искандер и Игорь завербовали его еще во время истории с айо. Мне не показалось, что тот сожалел об этом. — Дали немного, чтобы не верещала. Девка с характером, до кого зубами не добралась, того когтями исполосовала. Бешеная.

— Это заметно, — кривясь, произнес Шахин, намекая на лица моих сопровождающих. Для подтверждения легенды им пришлось немного пострадать. Но оно того стоило, смотрелись, как жертвы дикой кошки.

Приглашать нас пройти вольный не торопился, смотрел на меня. Я чувствовала, как его взгляд скользит по едва прикрытому прозрачной тканью телу. Без плотского желания, оценивающе.

Сейчас я для него была лишь возможностью заработать кредиты.

— Покажи лицо, — потребовал он спустя пару минут.

Не знаю, как чувствовали себя другие, а я уже начала волноваться, напряженно вслушиваясь в тишину. На словах наш план выглядел изящно и нагло, сейчас же мне явно не хватало убежденности, в этом.

Капитан обернулся, кивнул одному из своих подручных. Тот, выполняя приказ, тряхнул меня, заставляя откинуть голову назад. Рывок вышел сильным, я дернулась и, выскользнув из чужих рук, сползла на пол.

Чистый экспромт, но получилось лучше, чем задумывала. Упала я лицом вниз.

— Дерьмо, — прошипел Шахин и сам подошел ко мне. Толкнул ногой, переворачивая на спину.

Сопротивляться я не стала, любила сюрпризы.

Мгновение его растерянности было слишком коротким, чтобы я могла им насладиться. Девушка, что сейчас лежала перед ним, была очень похожа на меня, но… только на первый взгляд. Чем дольше он вглядывался в мое, слегка подправленное Дарилом лицо, тем больше отличий находил.

В том, что он ошибся и на этот раз, ему только предстояло убедиться.

Не исключала и тот вариант, что из нас двоих заблуждалась именно я. Шахин был не тем противником, с которым можно с уверенностью предсказывать будущие события.

Работать мы решили четырьмя группами. Таласки возглавлял ту, что должна была захватить склад с живым товаром. Тарас и Стас шли с ним. Не хотела я, чтобы мои ребятки туда лезли, да разве удержишь ангела, когда его вела вперед… физиология. Я и не пыталась. Пару раз съязвила, мстя за прошлые его выходки, но мой новоявленный помощник был готов стерпеть и не такое, лишь бы не запретила ему вылазку. Он знал — это было в моей власти.

Знал он и о том, что я за него радовалась. Искренне.

Демон и Валечка с командой скайлов должны были взять Ивара. Оставленные у тайника сканеры подтвердили, что за бункером, где находилась наша заначка, приглядывали. Сработал маяк, когда мы его вскрыли. Не будь мы убеждены, что именно так и произойдет, вполне могли потянуть хвост.

Впрочем, мы его и «потянули». Как раз в сторону отеля, где снял номер Фарих Стураше. Действовали по принципу: чем запутаннее, тем лучше. Я это называла: главное — ввязаться.

Третья группа, которой командовал Аршан, меня нисколько не интересовала. Сиеш — не моя головная боль. Все, что могла — помочь выйти на него. Я — помогла. Ради Кими и ее еще не родившегося сына. Ради Дариса, при воспоминании о котором вновь хотелось набить кому-нибудь морду.

Тарас свое уже получил, оставался только Искандер. Но бить будущего кангора…

Проще было взять себя в руки. Тем более что мне было чем заняться. Я шла с четвертой. Нашей целью был Шахин.

— Откуда она у тебя?

— Перехватил у Ивара, — усмехнулся капитан, отвечая на вопрос Шахина. — Тот засуетился, я и воспользовался.

— У Ивара? — не поверил вольный, но мой якобы хозяин только пожал плечами. Мол, ты — спросил, я — ответил. — Свяжись с ним, — приказал он кому-то незамеченному мною спустя мгновение. — И отнесите девку в спальню.

— А кредиты? — шагнул ко мне капитан, словно я была его самым веским аргументом.

Шахин зловеще хмыкнул, но набрал на комме команду на перевод.

Секунд тридцать спустя меня подняли с пола и довольно аккуратно понесли в глубь дома.

Искандеру не нравилась именно эта часть плана, когда я должна была остаться один на один с тем, к кому у меня были свои счеты. Не знаю, чего он опасался больше, но пришлось смириться и поверить мне. Им хотелось заполучить Шахина живым, иной возможности сделать это у нас не было. Если вольный узнает меня, — не откажется от возможности сыграть с судьбой, не узнает — позарится на выкуп.

Длинный коридор, мой мутный взгляд бесцельно скользит по стенам и потолку. Чужие руки держат крепко, прижимая к сильному телу. Сердце, которое я чувствую даже сквозь плотную ткань его костюма, бьется мощно и четко. Я для него лишь собственность его хозяина, никаких чувств или эмоций.

Поворот направо, вверх по лестнице. Машинально считаю ступеньки, хоть это и не имеет никакого смысла. Мой разум находится под контролем Тимки. Все, что я вижу, слышу, чувствую, ощущаю, воспринимает и он. И Рауле, который координирует операцию. Ему потом разбираться со всем, что здесь найдут, вот он заранее и осваивается.

Шторму еще предстоит нелегкий разговор со мной, но из того, что я уже знаю, особой вины полковника и нет. Просчитал меня именно Искандер, чему я нисколько не удивляюсь. Свои таланты он предпочитал не демонстрировать, но это не значило, что их у него нет.

Второй этаж, еще один поворот, теперь уже налево. В воздухе легкий запах, так пахнет нагретый на солнце камень… Странная ассоциация, за которой тут же следует не виданная мною никогда картинка: огромное, уходящее к горизонту плато, над которым курится знойное марево. На второй Хараб это совершенно не похоже, не было там подобных пейзажей.

Думать о том, что бы это значило, некогда. Меня уже бережно уложили на кровать и оставили одну.

Воспользоваться мнимой свободой я не торопилась, и без подсказки звереныша была уверена, что за мной наблюдают. Шахин нашей легенде не поверил.

Разумно, идиотом я его никогда не считала. Все, чего добивалась — оказаться рядом, когда команда Искандера начнет штурмовать дом.

Он появился, когда я уже начала скучать. Вошел настолько тихо, что если бы не сигнал опасности, переданный Тимкой, я бы не услышала. Глаза предпочла держать закрытыми, чтобы осмысленность взгляда не испортила нам с ним игру.

Постоял несколько мгновений неподвижно, потом сбросил куртку — зашелестела ткань. Прошел через всю комнату, нежно запел хрусталь, с плеском скользнула жидкость в бокал.

Никогда раньше не думала, что мир, в котором есть только звуки, может быть настолько интересен и… опасен.

Легкий стук, мягкие, на грани слуха шаги.

— И кто же это мне сделал столь щедрый подарок? — Я ощутила, как Шахин склонился ко мне, убрал с лица прядь волос, что прилипла к губам. — Не захочешь, а подумаешь про последний бой.

Не знаю, чего он ждал от меня, но я не спешила составлять ему компанию в этом разговоре, пока оставалась надежда, что это лишь провокация. Дышала поверхностно, словно все еще одурманенная наркотиком. Антидот уже подействовал, так что приходилось использовать собственные артистические способности.

— Молчишь? — Он выпрямился, замер рядом с кроватью, на которой я лежала, словно чего-то ожидая. Не дождался, отошел. — Я ведь и тогда пожалел, дал возможность Артуру тебя забрать. И теперь… Смотрю, понимаю, что ты пришла забрать мою жизнь, а все равно жалею. Тебе бы детей рожать, а ты… в мужские игры играешь.

Признав, что промежуточный итог за ним, я открыла глаза и приподнялась на локте.

Он обернулся только на мгновение, окинул быстрым взглядом и вновь отвернулся.

— А ты — красивая. Генерал знает, я люблю белокурых.

— Генерал? — не скрыв удивления, переспросила я. Было ясно, что говорил он об отце, но вот откуда его знал?

Наша беседа становилась скользкой. Я только шевельнулась, чтобы встать, как Шахин, в два шага оказавшись напротив, протянул руку, помогая подняться.

Кажется, теперь я понимала, что именно имел в виду Индарс, когда говорил, что мне нужно в систему. Страха не было, только уверенность, что те, кто ждет моего сигнала, успеют.

Наверное, стоило столько пережить, чтобы это осознать.

— Служил у него! — оставив меня, отошел он к окну. Шторы были сдвинуты к одной стене, снежинки толкались в стекло, словно просились в тепло. — Давно это было, будто и не в этой жизни.

Я понимающе усмехнулась.

— Теперь хоть ясно, откуда Ивар узнал тогда мое настоящее имя.

Оглянулась на дверь. Бежать не собиралась, посмотрела скорее машинально, уж больно ярким показалось ощущение, что за ней кто-то есть.

— Зря ты на него рассчитываешь, — заметив мой взгляд, равнодушно заметил Шахин. — Я знал, что рано или поздно, но кто-нибудь захочет заглянуть ко мне в гости. Успел подготовиться.

— Телепортационная установка?

Он уважительно хмыкнул.

— Сообразительная. — Спустя мгновение спросил, как об обыденном: — Со мной пойдешь?

Я, не сдержавшись, засмеялась. Шахин же просто стоял и ждал, когда я успокоюсь. Вот только в глазах разгоралось бешенство.

Тогда он тоже… был сдержанным. А потом неожиданно срывался, будто срабатывал спусковой крючок. И он бил, бил, бил… пока хватало не сил — дыхания, пока не спадала пелена ярости. Потом садился напротив, сжимал кулаки и со свистом дышал сквозь стиснутые зубы. Смотрел не мигая.

Воспоминания обдали холодом, но это лишь отрезвило меня. Эту игру пора было заканчивать.

Будто вторя моим мыслям, Шахин едва заметно напрягся.

— Жаль! Тогда нам остается только попрощаться. Навсегда.

Он еще не закончил говорить, когда я бросилась к нему. Мне нужно было немного, одно прикосновение…

Моя ладонь успела ощутить тепло кожи его лица, когда сильный удар откинул меня на пол. Второго, на что я и рассчитывала, не последовало. Когда, стирая кровь с губы, попыталась подняться, Шахин повел в мою сторону рукой. На его запястье хищно оскалился раструб активированного волновика. Вольный тоже предпочитал запрещенное оружие.

— Мне все равно, в каком виде передать привет генералу. Пошла б со мной, осталась жива, а так…

Я не видела, когда он ввел команду, но контур окна, у которого стоял, вспыхнул темно-серым. Телепортационный блок!

— Что ж, тогда…

Договорить он не успел. Задохнулся на вздохе, пошатнулся и тяжело грохнулся на пол.

Однажды я предположила, что сэйвы скайлов не только позволяют «вести» своего подопечного, но и способны на более грязные делишки. Подтверждение лежало передо мной. Подарок Искандера сработал.

Задуматься о превратностях судьбы, которые поменяли нас с Шахином местами, мне не пришлось. От желающих спасти меня в комнате стало слишком тесно.

* * *

— У тебя в запасе еще тридцать дней.

Искандер стоял у окна в номере мнимого Фариха Старуше и смотрел на снег, который падал, и падал, и падал вот уже четвертые сутки. Как раз столько, сколько мы провели на Гордоне.

Я, забравшись с ногами и обложившись подушками, сидела на кровати. Было тепло, уютно и… паршиво.

Из четырех задач, которые мы поставили перед собой, успешно выполнили только половину. Вторую — тоже выполнили, но не с тем результатом, который ожидали. Ивара спасло чутье, он успел уйти раньше, чем Дарил добрался до его логова. Как ни странно, но я была этому рада. Он, конечно, сволочь, но… мы с ним семь стандартов пытались выяснить, кто круче. Это сделало нас едва ли не родными.

А вот помощника его взяли. Думаю, тот расскажет о последних двух годах моего бывшего конкурента много интересного.

Не повезло и Аршану. В доме, где скрывался Сиеш, его ждала засада. Скорее всего где-то прокололись именно мы, а не скайлы. Среди тел, которые остались после штурма, обнаружился и труп бывшего канира.

Я не сожалела, что не взяли живым. Понятно, что ему было много известно, но… мертвым он мне нравился больше. За себя можно и простить, за других — нельзя. А уж за тех, кто ушел… Мы в ответе за них.

Радовались недолго. Оказалось достаточно поверхностной экспертизы, чтобы вновь вспомнить о Сиеше. Убитым оказался его двойник.

У нас с Искандером результат был лучше. Сэйв, который мгновенно внедрился в тело Шахина, остановил его сердце. Жаль, Рауле успел исправить ситуацию до того, как она стала необратимой. Обнадеживало одно: на лице жреца при этом было такое безмятежное выражение, что судьбе вольного я больше не завидовала. Если не ошибалась, умирать и воскресать вновь ему придется еще не раз.

Тарас и Игорь тоже были в плюсе. Тридцать две девушки, среди которых та самая особа, которую ощутил мой ангел, и одиннадцать юношей. Самому младшему из партии — тринадцать, старшей — двадцать семь. Выглядела она не больше чем на шестнадцать. Тарас сказал, что их женщины пока не родили первого ребенка, кажутся подростками.

— Отправлюсь на Ярлтон, побуду с Юлом. Или, как говорит Аронов, сменю гнев на милость да рвану в кангорат. Познакомлюсь поближе с Кими, подружусь с Леей.

В стекле отразилась грустная улыбка Искандера. Сердце резануло болью, но я удержала готовые сорваться с губ слова. Говорить на посторонние темы было проще, чем о нас с ним.

Кажется, он считал так же.

— Через пару дней подойдет крейсер за Дарилом. Тарас собирается с ним, Хандорс обещал его девушке подданство.

Я только кивнула. Это все мы успели обговорить за те несколько часов, что обсуждали план действий. Если Искандер счел нужным повторить, то лишь для того, чтобы не касаться личного.

— А ты?

Он помедлил, потом резко обернулся.

— Я отказался от канирата в пользу брата.

Выдохнуть я смогла, вздохнуть… с трудом.

— Это из-за меня? — Получилось хрипло и… растерянно.

— Благодаря тебе, — поправил он. Я только и успела — удивленно дернуть бровью, как он продолжил: — Ты научила меня не предавать себя. Какой из меня кангор? Я — воин, мое дело защищать других.

— И давно ты это решил? — с легкой язвительностью поинтересовалась я.

Только скрыть, насколько изумлена. Проще было принять, что он в очередной раз использовал меня, пусть и из самых лучших побуждений, чем признать, что одним своим поступком лишил главного аргумента. Именно им я убеждала себя, что мы с Искандером не пара.

Несколько мгновений он молчал, потом засмеялся, закрыв лицо руками. Если бы не знала, насколько стабильна психика скайлов, могла бы засомневаться в душевном здоровье. А так даже и представить сложно, о чем думать.

Хорошо, что продолжалось это недолго, мое терпение было на пределе.

— Когда ты дождалась меня на орбите Тары.

— Когда?! — ошеломленно протянула я, давая себе возможность собраться с мыслями.

Тот день был не самым легким в моей жизни, как и заказ, который я перехватила у Ивара. Знала бы, чем все закончится… повторила бы вновь.

Заказчиком был Искандер, груз с Тары забирал он сам. Ничего необычного, такое в моей практике перевозчицы случалось. Новым было другое — покидая корабль, он внес в наш контракт дополнительный пункт: если не вернется к определенному часу, я могу считать договор расторгнутым и возвращаться на Гордон, получив неустойку.

В назначенное время он не вернулся. А я продолжала ждать, потому что заказ заканчивается лишь тогда, когда груз доставлен в пункт назначения, и никак иначе.

Мое решение оказалось роковым.

Я об этом не жалела.

— Я тогда сказал себе: если не улетишь, пойду на все, лишь бы ты была моей. Если для этого только и нужно, что отказаться от власти, которая меня никогда не привлекала, так почему бы так и не сделать.

— Ты уверен, что этого достаточно? — сползла я с кровати, проклиная и демонов, и ангелов. Догадывалась, что разговор будет непростым, но чтобы так…

— Не уверен, — замолчал на мгновение, лукаво улыбнулся, — но готов немного подождать, давая возможность свыкнуться с мыслью, что тебе никогда не стать канной.

Хмыкнув от неожиданности, вот уж из-за чего не стала бы расстраиваться, тут же замерла, от пришедшей в голову мысли.

— Ты присягнул Синтару?

— А разве от этого что-то изменилось? — продолжая улыбаться, уточнил он. — Десять стандартов, которые мне придется возглавлять Службу, еще не закончились. К тому времени скайлами будет править новый кангор и я буду свободен от клятвы.

Он был прав, но… я все еще помнила, как много стен выросло между нами. И не только в кангорате.

Впрочем, сама себе я могла признаться и в другом.

Я просто боялась. Понимала, что это — трусость, что он сделал ради нашего будущего значительно больше, чем должна была сделать я, но… мне еще только предстояло осознать, что я могу быть счастливой.

— Ты дашь мне время? — жалобно вздохнула я, радуясь тому, что в комнате работали глушители. Узнай мои ребята, с какой надеждой их капитан может заглядывать в глаза и замирать, в ожидании ответа, о дисциплине до ближайшего мордобоя можно было точно забыть.

— Не хотел бы, — усмехнулся он, глядя, как я переминаюсь с ноги на ногу, — но раз уж сам заикнулся, то получай свободу. До конца отпус… — Он не договорил, наблюдая, как меняется мое лицо. — Что?!

Сделанное мною только что открытие отдавалось обреченностью, придавая нашей победе привкус поражения.

— Я не чувствую Тимку, — прошептала я, догадавшись, отчего под сердцем образовалась пустота.

О самаринянах я вспоминала не зря.

История 5

Галактика «Белая»

— Прости. — Я положила рапорт на стол, не взглянув ни на адмирала, ни на генерала Орлова, ни на Шторма. — Но между Службой и возможностью спасти друга я выберу друга.

Когда мы добрались до дома Шахина, где задержался Рауле, возглавляя его осмотр, из живых там был лишь Тимка, да и то условно. Только что дышал, на меня он никак не отреагировал.

Нашли мы звереныша не сразу, один из охраны прикрыл его собой, словно от кого-то прятал.

Шестеро скайлов, еще двое из отдела самого Камила и никаких следов. На сканерах настолько чисто, что хотелось выть. Я такого еще никогда не видела, хоть что-то, но должно было остаться. Здесь же — ничего, только трупы.

Мысль о самаринянах я высказала первой. Что странно, версию приняли сразу. О других вариантах, конечно, тоже думали, но лишь как о маловероятных. Лишь бы были.

Искандер тут же передал информацию главам секторов, участников коалиции. Первым высказались Хандорс и кангор. По навигационным картам, которые я тут же сняла с «Легенды» и передала им, были перекрыты возможные точки прохода корабля или… кораблей Самаринии.

Это кажется, что Галактика огромна и скрыться в ней ничего не стоит. Законы навигации оставляли нам шанс не дать им уйти в зону, где они станут недоступны щупальцам Службы.

Индарс отреагировал несколькими часами позже, но так, что даже невозмутимые Аршан и Искандер оценили его решение по достоинству. Крепкими выражениями.

Старх действовал слишком резко и неожиданно, но явно не без умысла. Посольству Самаринии надлежало покинуть его владения в течение трех стандартных суток.

Те даже не успели добраться до их границ — им не позволили. Когда время истекло, корабль был признан нарушителем и уничтожен.

Узнала я об этом уже позже, в тот момент вела свой корабль к Харабу. Если кто и мог помочь зверенышу, то только Хранитель.

Летели мы без Тараса, он остался с женщиной, которая могла стать матерью его ребенка. Это был мой приказ, которому он был вынужден подчиниться. Так было правильно. Жизнь и… жизнь. Каждый боролся за свою.

На место ангела сел Дарил. Разлука обещала быть короткой, но в душе творилось такое, что спасало только понимание — моя истерика никому и ничем помочь не может. Я должна была быть сильной. Чтобы спасти Тимку, Рауле… саму себя.

— Наташа… — попытался остановить меня отец, но Искандер поднял лист, пробежался по строчкам, словно не знал, что именно там написано.

С Искандером мы о нашем будущем больше не говорили. С того памятного разговора в спальне мнимого Фариха Стураше. Табу, а не тема.

Не сказать, что кто-то из нас был виновен в том, что Рауле пропал именно в то время, когда мы занимались собой, но… как избавиться от осадка, от понимания того, что всего этого могло и не произойти?!

Я не думала об этом, отсекая все, что не имело отношения к спасению Камила.

Я даже ночью не позволяла себе хоть на миг представить, что мне это не удастся.

Но… яд сомнений заставлял вдруг замирать, чувствуя, как опадает от отчаяния сердце.

— Я уважаю ваш выбор, капитан третьего ранга Орлова. Ваш рапорт будет удовлетворен, как и рапорта членов вашего экипажа.

На Харабе мы оказались спустя четверо стандартных суток и три затяжных прыжка. Я рисковала, но у этого риска было имя. Пульс Тимки становился все слабее, надежда успеть — все призрачнее.

Хотелось выть, бить, крушить, но я держалась. Сдавала вахту Дарилу или Валечке, оставляя вторым пилотом Рустама, приходила в медотсек, садилась у реанимационной капсулы, брала лапу звереныша в ладони и разговаривала с ним.

Вспоминала те дни, когда мы свалились на второй Хараб, как он увязался за Тарасом, как приносил мне дань… Как забрался в посадочный модуль, отправившись вместе с нами навстречу той самой минуте, когда меня не оказалось рядом.

Было больно, но это помогало мне верить. Мы справились тогда, справимся и сейчас.

— Искандер! — сорвался отец, но опустил голову, замолчав. Такого ответа от адмирала он не ожидал.

Мы успели. Хранитель сам вышел на контакт еще на входе в систему. Когда на вторжение извне ИИ заверещал сигналом тревоги, я прикусила губу, только бы не заплакать. Расслабляться и радоваться победе было еще рано.

Тимка очнулся спустя двое суток. Вот тогда я позволила себе зареветь. Целовала его мордашку, прижимала к себе и рыдала навзрыд, не обращая внимания на ребят, которые молча стояли вокруг.

А еще через сутки, поблагодарив Хранителя, мы взяли курс на Таркан. Искандер был уже там.

О чем я говорила с ИР древних, никто кроме Тимки не знал. Хранитель был против, звереныш — за. Его мнение стало решающим.

Это был тот самый крайний случай, который стоило иметь про запас.

— Но не сегодня, — неожиданно продолжил адмирал. — По согласованию с императорами Индарсом и Хандорсом, кангором Синтаром и правительством Галактического Союза, я санкционирую спасательную операцию. Совету Жрецов Самаринии передан протест. Им дано семь стандартных суток, чтобы связаться с нами и сообщить координаты места, где наш крейсер заберет Камила Рауле.

То, что это были именно самариняне, Тимка подтвердил. Образы, которые он передал Хранителю, а потом и мне, были очень четкими. Семеро жрецов храма Судьбы в полном облачении, вспышка белого света, похожая на сметающую все волну и… темнота.

Как они попали в дом? Почему скайлы не отреагировали на их появление? Было ли это оружие или способности, о которых мы не имели ни малейшего представления?

Вопросы, вопросы, вопросы… Ответы нам только предстояло найти.

— Он их подданный, — вздохнула я, не торопясь поддаваться чувству облегчения, отражение которого увидела на лицах отца и Таласки.

— Доказательств этого нам не представлено, — жестко отрезал Искандер. — Камил Рауле является старшим офицером отдела розыска Службы внешних границ.

— Это не выход, — качнула я головой в бессильной ярости. Неужели они не замечали очевидного! — Они будут тянуть время, искать зацепки…

— Мы это знаем, — несколько разочарованно посмотрел на меня Шторм. Искандер усмехнулся и… кивнул. Кажется, я запаздывала с пониманием ситуации.

— Но ведь Рауле насолил не только им. — Это был уже адмирал.

Но мне было уже все равно, кто говорил, мысль этой парочки я «поймала». Похоже, самой последней.

Оправдывать себя не торопилась, просто приняла как факт.

— А ведь ты прав, у него столько врагов… среди вольных.

— Мы пока проигрываем в борьбе с ними, — демонстративно тяжело вздохнул полковник, перехватив у меня эстафету. — Нам будет очень жаль, если кто-то из капитанов сочтет их своей добычей.

— Единственное, что не позволяло нам действовать раньше, сектор, в котором их стоит искать. Но теперь, когда Тимка…

Договорить Искандеру я не дала.

— Он не может пробиться к разуму Рауле, его полностью блокируют.

— Артур — тоже, — без всяких эмоций заметил Аршан.

С Гордона он, как я ожидала, не отправился в кангорат, предпочел поучаствовать в поисках Камила. В причины я не вдавалась, но обратила внимание, что Искандера его присутствие поблизости не радует. Напряжение было едва заметным, не научись я скорее чувствовать, чем видеть, пропустила бы.

Оставалось надеяться, что не я стала поводом для него. Мне предстояло стать инорой для сына Кими, Аршану — инороком. Встречаться придется часто, вторые родители принимали участие в воспитание детей не меньше, чем настоящие.

— Значит, будем искать, — резко отрезала я, четко понимая, что отступать практически некуда.

Или потерять Рауле, признав свою слабость перед теми кто, проиграв войну, продолжал диктовать свои условия, или…

Нам с Дарилом предстоял нелегкий разговор.

* * *

— Прекращай мельтешить, — перехватил меня демон за руку. — Выкладывай, что задумала, а там посмотрим.

Скривившись, выдернула запястье из его захвата, вновь двинулась к переборке.

Прежде чем начинать рассказ, мне нужно было успокоиться. Давалось это с трудом, слишком тяжелыми были последние дни, чтобы нервы не сорвало с резьбы. Я хоть и продолжала внешне держаться, но о том, чего мне это стоило, знал лишь Тимка. Остальные могли только догадываться и… ошибаться.

Все было значительно хуже, чем казалось.

Допрос, который мне устроили по возвращении на Таркан отец и Искандер, очень напоминал незабываемую встречу с Шахином. Ту самую, после которой Ивар сделал из меня курьера айо, отправив на виселицу. Отличие было лишь одно — эти обещали заменить «смертную казнь» дальнейшим участием в заварушках Службы, но требовали за это вывернуться наизнанку.

Интересовал их и второй Хараб, и мое мнение о Хранителях и… правда о звереныше. Знали они о нем достаточно, чтобы делать выводы, но рассчитывали на подтверждение и некоторые мелочи, о которых я предпочитала даже не заикаться.

Мне все чаще казалось, что малыш понимает в происходящем вокруг значительно больше не только меня, но и высокопоставленных любителей игры в хатч. Это пугало, заставляя возвращаться к одной и той же мысли… не открыла ли я сама дверь в тот кошмар, последствия которого видела на планетах, населенных когда-то древними.

Тимка о моих опасениях не мог не догадываться, скрыть от него что-либо можно было одним способом — умереть, но убеждать в обратном не торопился. Это был вопрос доверия. Либо есть, либо… Ответить категорично у меня пока не получалось.

Настойчивость адмирала была понятна: чем больше ему известно, тем проще меня же и защитить. Он первый, но далеко не последний, кому эти тайны не давали спокойно спать. Что уж говорить об отце. Тот был готов добиваться своего любыми способами, лишь бы меня обезопасить.

В этот раз им обоим не повезло. Я молчала. Разводила руками, невинно улыбалась, намекала, что не стоит будить силы, справиться с которыми будет невозможно и всем миром, угрожала, кляла последними словами Рауле, который подставился так не вовремя…

Сошлись на том, что сначала я верну Камила, потом мы попробуем поговорить еще раз. Если, конечно, не будет поздно. Что имел в виду генерал, когда заикнулся об этом, было ясно без объяснений. Если за меня возьмется Индарс, кангор, главный демон или правительство Союза, все может закончиться совершенно с иным результатом.

Вот это-то меня и не пугало. Хранитель предположил такой вариант и принял меры. О том, что данный раунд, еще не начавшись, остался за мной, им всем только предстояло узнать.

Проблема с Искандером и отцом оказалась не единственной. Не успела я ее решить, как тут же вляпалась в другую. На этот раз с Дарилом.

Я собиралась переброситься парой слов сначала с ним и лишь потом, узнав позицию демона, выносить вопрос на обсуждение экипажа. Он посчитал иначе — в кают-компании собрались все, кто свалился после конвоя в прерванный прыжок. Не хватало только Дюши, но тот находился на Земле.

Хоть что-то хорошее, возиться с детьми мне было некогда.

Проигнорированная Дарилом просьба и стала последней каплей, обрушившей мое самообладание.

В чем-то демон был прав, решение спасти «Дальнир» мы принимали вместе, забыть о нем — тоже. Но вот здесь-то и начиналось то «но», которое сейчас заставляло меня перебирать варианты и бороться с собственным бешенством.

Забыть не получилось. Если мы хотели вернуть Камила, другого варианта, как воспользоваться межгалактическим разведчиком у нас не было. Даже с помощью Хранителей, связанных друг с другом, найти корабль самаринян являлось запредельно сложной задачей. Догнать и заставить отдать пленника — не легче.

Из всех, кто на словах жаждал вытащить Рауле, реально этого хотели немногие. Мой экипаж, Искандер, для которого это было делом чести, Аршан — такая оплеуха ложилась пятном на репутацию скайлов, отец, Шторм и Таласки — по тем же причинам, что и начальник безопасности кангора. Для остальных это был шикарный повод.

Ситуация в Галактике была далека от равновесия. Союз, кангорат, империи демонов и стархов, Приам, продолжавший держаться в стороне от тех процессов, что активизировались в последние десять стандартов, Люцения, для которой понятие независимости становилось все более условным…

Окраины сдерживали скрытые за внешним добрососедством внутренние противоречия, но были слишком слабым врагом, чтобы те в самом скором времени не начали вновь срывать крышку этого кипящего котла. Создание Службы внешних границ сыграло свою роль, но уж больно разными были желания вступивших в коалицию.

Не стоило забывать и о тех, кто предпочел остаться за рамками подписанных четырьмя сторонами договоров.

Не выкради самариняне Рауле так своевременно, явив в своем лице нового врага, очень скоро всем бы понадобилась новая цель, способная сдерживать скрытое напряжение. Так что я не обольщалась. Если правителям и нужна была жизнь Камила, то лишь на словах. Смерть, как это ни звучало кощунственно, была предпочтительней. Она развязывала им руки.

Я допустить этого не могла.

— Значит так, — я резко остановилась, в очередной раз упершись в переборку, — или мы, или… никто. С собой никого не тащу, каждый отвечает за себя.

— Капитан, ты… — вскинулся Тарас.

Не думаю, что продолжение прозвучало бы прилично, но его остановил Дарил.

— Подожди, ангел! — надавив тому на плечо, он усадил его обратно. — Не видишь, капитан не в себе. Сейчас вздохнет, посмотрит на нас, осознает и все будет, как обычно.

Я невольно улыбнулась — таким демона я еще не видела, но улыбка быстро сошла с моего лица. Я загнала себя в угол, тянуть их за собой вслепую не имела права. Не сейчас.

— Не будет, Дарил, и ты это знаешь не хуже меня. — Тарас опять попытался высказаться, но, напоровшись на мой тяжелый взгляд, вновь затих. — Тимка вызвал «Дальнир». Через тридцать минут «Легенда» под кодом вольного уйдет в точку встречи. Со мной отправятся только те, кто полностью отдает себе отчет в том, чем все это может закончиться.

— А чем все это может закончиться? — с недоумением посмотрел на меня Костас, заставив всех остальных улыбнуться.

Всех, но не меня.

Мне было горько.

— «Дальнир» будет уничтожен. Это условие, на котором нам предоставляют код доступа к кораблю, — жестко начала я, наблюдая, как меняется выражение их лиц. Рисковать тогда, уводя разведчик с базы древних, ради того, чтобы самим же приговорить теперь… Жизнь за жизнь, пусть это и была жизнь корабля. Разве у нас было когда-то иначе?! — Думаю, это мы как-нибудь переживем, — с кривой усмешкой продолжила я. — А вот сможем ли мы пережить то, с чем столкнемся на нем?

— До этого еще…

Демона заткнул Тарас. То ли отыгрался, то ли сообразил раньше. Но, хоть он и не закончил, мне пришлось ответить на его реплику.

— Ты прав, до этого еще дожить надо. И справиться. Но я не хочу видеть, как вы будете с тоской смотреть на экраны, вспоминая о том, что было в ваших руках и чего вы лишились.

— Кажется, — нарочито нахмурился Костас, — нас назвали сосунками.

Я сделала вид, что не услышала.

Если им так проще… Я помнила, как Дарил прикасался ладонью к обшивке корабля. Как Тарас закрывал глаза, а потом резко открывал, словно не верил тому, что видел. Как дрожали губы Костаса, прежде чем он осмелился дать первую команду на перекачку данных с «Легенды» на корабль древних.

И хотелось бы, но оказалось невозможно забыть.

— Нет, — фыркнул Стас, хлопнув навигатора по плечу, — птенцами.

— Какая разница?! — согласился с ними Валечка. — Все равно зелень!

Пацаны! Великовозрастные заигравшиеся пацаны!

Когда-то мы решили, что за каждого, кого примем в экипаж, перегрызем глотку. Рауле стал нашим не потому, что спас мне жизнь. Просто, оказался таким же, как мы.

А раз так… Они правы! Сомнения были ни к чему. Они отнимали и силы, и время, которого у нас не было.

— Придурки! — выдала я, чувствуя, как спадает напряжение. Хоть кто-то среди нас продолжал мыслить разумно. Себе я в этом вопросе уже не доверяла. — Я о них беспокоюсь…

— Поздно беспокоиться, — неожиданно хмыкнул Демон. — Мы уж как-нибудь о себе сами… Один вон уже… — он качнул головой в сторону ангела, — скоро папой станет.

Мне бы улыбнуться, тем более что Тарас и рад был оказаться объектом моей язвительности, лишь бы все стало наконец-то привычным. Мы вляпываемся в проблемы, мы из них выбираемся.

— Шутки в сторону, — не приняла я его тона. Хоть и удалось вернуть какое-то подобие равновесия, но до настоящего спокойствия было еще далеко. — У вас пятнадцать минут. Кто со мной — к завершению предполетной карты быть на месте. Кто нет… Обид не будет, я приму любое решение. И еще, — я обернулась к Тарасу, — Артур ведет «Зверя». Когда вытащим Рауле я собираюсь припрятать его на Тандоре. Пока неразбериха…

Заканчивать я не стала, просто вышла из кают-компании. Они, действительно, мальчики взрослые, сами разберутся, кому из них стоит отправляться со мной, а кому лучше остаться здесь.

Начинать новую жизнь.

* * *

— «Легенда» ушла в прокол. Весь экипаж капитана Таши находится на борту.

Индрас, услышав голос верного, глаз не открыл, так и продолжал сидеть в кресле, расслабленно откинувшись на спинку. Последние двадцать суток были очень непростыми, усталость начала брать свое. Сначала смутной тревогой вошла в сны, затем обернулась бессонницей, теперь накатывала апатией.

Пока что императору удавалось бороться, но он знал, еще пара дней и наступит тот момент, когда невозможность нормально отдохнуть взорвется яростью.

Но известно об этом будет лишь его телохранителям, только им он позволял видеть свои слабости. Потому они и были верными, что принимали его и таким.

— Узнай, когда прибудет адмирал? — попросил-потребовал он негромко, чуть шевельнувшись. Устраивался удобнее.

— Адмирал Искандер уже во дворце, — не скрывая горечи, отозвался верный. Видел, что будь у императора хотя бы минут двадцать, тот позволил бы себе легкую дрему, но помочь ничем не мог. — Прошел пост охраны на втором этаже.

— Похвальное качество, — противореча собственным словам, тяжело вздохнул старх и поднялся, оправляя одежду, — он не заставляет себя ждать.

Верный промолчал, хоть и взял сказанное на заметку. Император редко когда высказывался в чей-то адрес, когда такое случалось, к этому стоило прислушаться. Особое отношение требовало особого внимания с их стороны.

— И предупреди Мики, что я буду у нее сегодня, — добавил Индарс неожиданно. Возможно, даже для самого себя.

Вот теперь верный не сдержался, улыбка тенью коснулась его губ. Пришлось склонить голову, пряча эмоции.

Если кто и мог в столь напряженное время помочь императору сбросить напряжение, так именно Мики. Когда-то она была возлюбленной старха. Но не Индарса — гонщика Ираса. Теперь… его доше, матерью внебрачного, а значит, не имеющего никаких прав на власть сына.

Ни жена, ни любовница, но перед поборниками морали она была чиста, а мальчик — признан.

Случайность? Стечение обстоятельств? Предопределенность? Доказательства того, что первая любовь навсегда оставляет свой след?

Значение имело другое. Эта женщина стала тем тихим пристанищем, в котором он мог вспоминать, каким был до того, как стал императором.

Они встречались больше года, пока однажды, после одной из гонок, она не исчезла. Внезапно. Не сказав: «Прощай», не оставив хотя бы намек на причины. До старта была, после… остались только три слова: «Возвращаю тебе свободу». Строки из ее любимого стихотворения.

Слышал он их лишь раз, буквально за несколько дней до ее безмолвного побега. Единственный случай за все время их отношений, когда меланхолия взяла над ней власть. Вот тогда в сумраке вечера, глядя на темнеющее небо, она и произнесла их. Что значили они для Мики, Индарс понял значительно позже. Чтобы понимать вновь и вновь, каждый раз открывая все новые грани короткой фразы.

Тогда они для него ничего не значили.

Искать девушку Индарс и не пытался. На роль вечной спутницы она не подходила, просто подружка с Люцении. Да и не до того ему было. Покушение на наследника, предательство брата, смерть отца, империя, находящаяся на пороге гражданской войны, вольные, грозящие подорвать экономику сектора… Забот было много, не до юношеской увлеченности, которая по прошествии нескольких лет воспринималась, как иллюзия.

Но память распорядилась по-своему. Уже появились дети от тогда еще единственной жены, наложницы, которые всегда были готовы помочь расслабиться и забыть о тревогах, но когда тоска находила тропинку к его сердцу, вдруг вспоминалась она. В ней кипел задор, она не терпела тишины и размеренности, была неудержима на проказы и розыгрыши. Такой и осталась для него, хоть Индарс и понимал, что время меняет. Иногда до неузнаваемости.

Однажды внутреннее одиночество стало настолько ощутимым, что император отдал приказ верным найти свою бывшую приятельницу. Поиск продолжался больше стандарта. След девушки то становился явным, то вновь терялся, чтобы неожиданно привести на… Таркан. Вдова, сын, воспитывала его сама, ни одного родственника со стороны умершего мужа.

Удивило Индарса не это, для их мира такие случаи были несвойственны, но возможны. Поразительно было другое: Мики, теперь Микари, продолжала дело супруга — вела торговлю со своей бывшей родиной.

Отдав приказ негласно помогать женщине, Индарс на какое-то время о ней практически забыл. Пока внезапно не понял, что именно кольнуло, когда просматривал отчет разыскников. Мальчик, девять лет… Тогда они были еще вместе, и в ее верности он не сомневался. Ребенок мог быть только его сыном. Это подтвердил не только самый приблизительный подсчет, но и генная карта, которую он потребовал достать.

Вот тогда и наведался к ней. Не как император, как мужчина, желавший узнать правду.

Мики юлить не стала, хоть и особой радости от встречи не выказала. Да — сын, да — промолчала. У нее было два варианта: избавиться от плода или скрыться, чтобы не сделать себя и будущее дитя уязвимыми. Что Ирас — имя вымышленное, знали многие, а вот кто прячется за ним — единицы. Среди них оказалась и она. Случайно.

Индарс не навязывался, словно принял ее выбор. Так думала она, Индарс же знал: как только сыну исполнится шестнадцать и он, по законам империи, сможет быть признан старшим мужчиной в семье, все изменится.

Так и произошло. На следующий день после совершеннолетия Рокоса, Индарс вновь пришел в их дом. Не требовать, просить. Как император он имел право на пять жен, Микари могла стать одной из них — не вопреки обычаям, но все равно в виде исключения, но отказалась.

Таши бы тоже отказалась, но он не предлагал ей этот брак совершенно из других побуждений. Она была из тех, для кого либо все, либо… ничего. Он относился к последнему.

О том, что нашел Мики, Индарс не пожалел. Она была и страстной любовницей и… надежным другом. А из Рокоса получился хороший верный. Иногда император жалел, что не он — наследник, иногда… радовался, не желая ему своей судьбы.

Его жизнь не терпела однозначности.

— Адмирал Искандер, — выпрямившись и отступая в тень, произнес верный за мгновение до того, как открылась дверь в кабинет.

— Император Индарс, — приветствовал тот старха, переступив через порог. — Прошу простить, я заставил вас ждать…

— Проходите, адмирал, — перебил его Индарс, напоминая, что с церемониями они уже давно покончили. — Не стоит объясняться. О том, что «Легенда» ушла в прыжок, мне уже доложили.

Искандер мог бы дать понять, что ничего другого от императора не ожидал, но выбранное тем время для аудиенции наводило на мысль, что разговор предполагает быть серьезным. А раз так… развлечься недомолвками они сумеют и в другой раз. Если он появится.

— Капитан Орлова убеждена, что ей удастся обнаружить сектор, где на данный момент находится корабль самаринян.

Индарс выслушал внимательно, но промолчал. Отошел к окну. Едва заметный жест — и цветной витраж, благодаря которому в кабинете царил легкий сумрак, стал прозрачным и бесцветным, впустив в помещение яркий свет летнего дня. Полуденный зной остался там, за тонкой преградой, но словно заглянул внутрь, давая ощутить сладость приятной прохлады.

— Решение выдворить посольство Самаринии принадлежало не мне, — произнес он, не оборачиваясь, когда пауза начала принимать оттенок напряжения. — Мой наследник посчитал, что некоторое обострение, демонстрация не только силы, но и готовности ею воспользоваться, должны заставить самаринян задуматься о цене, которую придется заплатить за месть отступнику.

— И вы согласились с ним? — не скрыл своей заинтересованности Искандер.

Действия императора вызвали у адмирала двоякое чувство. Гордость за то, что он знаком с Индарсом и… легкое недоумение. Цель не оправдывала средства.

Теперь ситуация становилась более понятной, но… опять лишь с одной стороны. За последствия придется отвечать отнюдь не будущему императору. Настоящему.

— Он заставил меня вспомнить, каким я был тридцать лет тому назад.

Искандер медленно, зная, что каждое его движение контролируется верными, подошел к старху, встал рядом. Тот даже не шевельнулся, словно ничего из ряда вон выходящего и не произошло.

Возможно, так оно и было. Соперниками они будут всегда. Даже если Таши погибнет… Сердце Индарса на мгновение замерло, ужаснувшись мелькнувшей мысли, но старх отметил это машинально, продолжив думать о том, что даже если Таши погибнет, это не изменит того факта, что он и скайл были соперниками. Но разве это могло помешать им быть союзниками, раз врагами не получилось?

— Дерзким, осознающим, что только ты и никто… — эхом продолжил за императора Искандер. — Когда я давал клятву канира, тоже был таким. Власти не желал, но принял выбор судьбы. Больше было некому, я — старший.

— Для вашего брата, если я не ошибаюсь, титул старшего в роду не является тяжелой ношей? — отозвался Индарс, прекрасно понимая, какие аналогии проводил скайл.

— Как и для вашего сына бремя империи, — вторил ему Искандер, признавая, что вражда не нужна и ему.

— Когда все закончится, я хотел бы представить ему вас. Будет лучше, если он узнает, что собой представляет адмирал Искандер до того, как займет предназначенное ему место.

— Мне усомниться в идеальной работе вашей разведки? — с ноткой изумления поинтересовался Искандер.

Ответная улыбка Индарса была ироничной:

— Вы ловко избежали участи кангора, но будьте уверены, что если не Синтар, то или я, или Хандорс, воздадим вам по заслугам. Не стоит рассчитывать, что вам позволят стать фигурой второго плана. Ваше место — на высоких уровнях хатча.

Искандер качнул головой, скрывая за жестом усмешку.

— Спорить с вами, император, не стану. — И закончил после короткой паузы: — Будь у меня ваш опыт…

— Предлагаете сыграть? — тут же ухватился за неоднозначность фразы Индарс, разворачиваясь к Искандеру. И не дав возразить, указал на едва заметную дверь, ведущую в его внутренние покои. — Не думаю, что за несколько часов что-нибудь изменится.

Отказываться от предложения адмирал не стал. Когда еще удастся узнать императора стархов таким, каким его знала Таши.

* * *

Тимка дремал в пилот-ложементе помощника капитана. Ночную вахту несли мы с Тарасом.

Мне хотелось поговорить с ним наедине, другой возможности могло и не появиться.

Ему, кажется, тоже было о чем со мной побеседовать — задумчивый взгляд ангела я ловила на себе несколько раз. Но, то ли еще не набралась критическая масса, то ли общение обещало быть слишком личным. Каждый из нас оттягивал момент. Потому в рубке все еще царила пусть и условная, но тишина.

Уже полчаса как «Легенда» ушла в прокол, до выхода оставалось немногим больше трех. Не самый долгий прыжок, но бездействие отдавало тяжестью и тоской. С этим надо было что-то делать!

Видно, эта мысль настигла не только меня, Тарас опередил буквально на мгновение, но я была этому рада.

— Долго молчать будешь? — Он не обернулся, продолжал просматривать курс до следующего прокола, но вряд ли обращался к зверенышу. — Спрашивай уже!

Прежде чем воспользоваться предложением, потянулась, ловя себя на том, что сомнения наконец-то отступили, освободив место уверенности: нам удастся выкрутиться и на этот раз. Все привычно, знакомо до мелочей… словно выкинула из жизни последние два стандарта. Очередной заказ, те же проблемы. Дойти, добраться, выполнить…

— Да не о чем спрашивать, — отозвалась, вновь склонившись над дисплеем, на котором мелькали символы управления системой «Дальнира», переданные мне Хранителем. Стоило ему спросить, как все, действительно, встало на свои места. — Ты не рычишь, в глазах нет тоски. Все в порядке.

Тарас оторвался от кальки, посмотрел на меня, словно на незнакомое доселе явление, усмехнулся.

— Твоя немногословность иногда просто поражает. Забываешь, что ты не только капитан, но и красивая женщина.

Теперь пришла моя очередь вскидывать на него удивленный взгляд.

— Это до тебя после мордобоя дошло?

Ангел, засмеявшись, развернул ложемент в мою сторону. Чтобы было лучше видно.

— Надо признать, так меня еще никто в чувство не приводил.

Восторг в его голосе не был нарочитым, но сдобренным толикой грусти. Прошлое было у каждого из нас.

Пришлось вспомнить, что я у них вроде как нянька при великовозрастных детишках.

— Ты еще не слышал о предположениях Дарила… — Фразу я специально не закончила. Цепляла за их негласный, но спор.

Тарас все прекрасно понимал, но любопытство все равно взяло верх.

— Меняемся?

Прежде чем ответить, взглянула на звереныша. Тот делал вид, что спит, но как раз в тот момент, когда я к нему обернулась, приоткрыл один глаз, наблюдая за нами. Нахмурилась, сведя брови к переносице. Тимка вздохнул и… прикрыл мордочку ушами.

Судорожно сглотнув, заставила отступить вставшее перед глазами видение. Я успела тогда, успею и сейчас.

Не знаю, удалось ли заметить ангелу мое смятение, но когда я вновь посмотрела на него, он продолжал улыбаться. Да только у меня уже пропал даже намек на игривое настроение. Я тоже имела право на слабость, им пора было это принять.

— Хандорс обещал вам защиту, но лояльность демона к нашему экипажу пугает меня больше, чем интерес Индарса. Даже если сдержит слово, это не гарантирует, что он не попытается использовать твою женщину или будущего ребенка.

— Ласса, — на мой взгляд, слишком равнодушно, чтобы это было правдой, произнес Тарас. И добавил, видя, что я не понимаю: — У нас нет семьи в вашем понимании. Ласса и ласс — те, кто воспитывают общего ребенка. У одной пары никогда не бывает больше одного, так что союзы у метаморфов временные.

— В данном случае это разве имеет значение? — невинно поинтересовалась я, едва сдерживая накатившую волной ярость.

— Нет, — спокойно отреагировал Тарас на мой выпад.

Его тон заставил меня резко «протрезветь». Они столько лет выживали до встречи со мной, почему я считала, что не смогут и после того, как я перестану о них заботиться?!

— Извини, — прошептала я, кляня себя за глупость. Капитан — капитаном, но разве они не имели права на свою собственную жизнь? Ту, в которой не будет меня, в которой не я буду определять, что и кому из них делать…

Мы все, так же как и все вокруг нас, менялись. Я пока что не успевала за этими изменениями.

— Не стоит, — отозвался ангел. — Мы все знали, на что идем. И когда соглашались на «Легенду», и когда принимали решение по Службе. И теперь.

— Ты ей лучше расскажи, как мы ангар брали, — появившись в самый нужный момент фыркнул Дарил. — Неужели не видишь, ради чего ходит вокруг да около? Спросить напрямую не может, вот и нагнетает напряжение!

Уточнять у демона, слышал ли о моем высказывании в адрес своего отца, я не стала. И так было ясно — слышал, подтвердил он это уже своим присутствием здесь. Не удивляло и то, что не стал убеждать в обратном. Дарилу удавалось то, чему пыталась научиться я — разделять одно и другое. Долг перед родиной, семьей и… перед экипажем. Я надеялась, что так будет и дальше.

— Считаешь, что я помню? — неожиданно выдал смущенный ангел, заставив нас обоих посмотреть на себя с изумлением. — Чем ближе я был к Иссе, тем сильнее туманило разум. Одни инстинкты, ничего более.

— А действовал четко, — вскинулся Дарил. Я удержалась от подобного жеста, предпочтя стать лишь свидетелем их разговора. Так было значительно интереснее и… безопаснее для меня. — Я был уверен, что ты осознаешь происходящее. Будь иначе…

— Да знаю я! — ангел тряхнул головой, пряди скользнули на лицо, рассыпались по спине, делая его мягче, беззащитнее… Сравнение мелькнуло и пропало, стоило мне наткнуться на его жесткий взгляд. — Каждые пять-шесть лет, начиная с двадцати. Первый раз чуть с ума не сошел, объяснить было некому, мать умерла, когда мне и десяти не было. Отца я вообще не знал. Рос в приюте, но там держали только до семнадцати. Потом перебивался мелкой работой в порту, с техникой я всегда находил общий язык. Пока порт не подмяла под себя одна банда. Вот тогда пришлось трудно, и подавальщиком в притоне крутился, и вышибалой — силой меня природа не обидела. Дальше — хуже, прибился к дакерам — угонщикам каров. Научился поднимать в воздух все, что было способно подняться. Там меня и прихватили. Сбежал, скрывался в трущобах — аванс взял, а заказ не выполнил, а тут — всплеск. Про некоторых говорят, что на любую юбку слюной исходят, у меня так и было. Но это только вначале. А затем все хуже и хуже. Тело рвет на части, суставы выворачивает, в глазах темно от ярости, в голове только одна мысль… Что я чудил — не знаю: одни отрывки вместо воспоминаний. Куда-то бегу, от кого-то отбиваюсь… И все равно, грохнут меня или… Спасла девчонка. — Он замолчал, стиснув зубы. Я только и успела, что оглянуться, чтобы взглядом попросить Дарила вмешаться, но зацепилась за звереныша, у которого от напряжения даже ушки подрагивали. Мгновение, но ангел сумел справиться с взбесившимися эмоциями. — Днем я столкнулся с ней, а вечером меня поймали. Загоняли, как зверя. Последнее, что почувствовал — удар в плечо, а открыл глаза уже в незнакомой комнате. Светло, чисто так, что хотелось зажмурить глаза. За окном деревья, птицы поют, на высоком столике рядом со мной стакан с водой и я… прикованный к кровати.

— Дарагон? — равнодушно поинтересовался Дарил, словно и не присутствовал при исповеди. Или… просто знал?

Оказалось, догадывался.

— Вторая планета системы — Шуйфил. Там как раз работала экспедиция Приама.

— Единственные, кто пытался вмешаться в уничтожение метаморфов?

Тарас посмотрел на меня, но… не ответил. На вопрос.

— Дочь начальника группы заметила неконтролируемую трансформацию, рассказала отцу. Тот решил сделать для меня то, что не смог когда-то его правитель для моей расы. Прожил я с ними шесть стандартов. Стал пилотом. Когда они возвращались в свой сектор, звали с собой. Но я чувствовал себя слишком взрослым, чтобы обо мне заботились другие. Переждал следующий всплеск, тот был уже не таким тяжелым, и завербовался наемником в Хиларию. Пришлось повоевать, но оно того стоило, я заработал достаточно кредитов, чтобы начать новую жизнь. Обосноваться решил там же, на Шуйфиле. Остальное вы знаете. Девушку, которую я хотел видеть своей женой, отдали другому. Как залог спокойной жизни. Я уже почти смирился, когда узнал, что она покончила с собой. Вот тогда я точно был не в себе. Скольких убил в ту ночь, не знаю, приписали мне больше двадцати, все ли мои, сказать не могу — не помню. Одним из них был и вольный, которому она досталась. Он был первым, но не последним. Потом на меня открыли охоту и мне какое-то время везло.

— А потом не повезло, — нахмурился Дарил. — На него вышел Шахин, мне об этом стало известно практически в последний момент. Мы следили за ним с Хилары, думали нанять. Во флоте такие, как он, лишними не бывают. Ну и знали, что метаморф. Делать предложение не торопились, выжидали, пока не обзаведется семьей и ребенком. Самый лучший вариант — полная защита. А когда все вышло из-под контроля: сначала — ты, потом — он, пришлось импровизировать на ходу.

— Я же его тогда чуть не убил, — усмехнулся Тарас. Усмешка отдавала тухлятиной.

— Или я тебя, — улыбаясь, возразил ему демон. — Разозлил ты меня…

— Я же подохнуть собрался, смысла и дальше продлевать собственное существование не видел. А тут появляется весь такой…

Скрыть эмоции мне не удалось. Вряд ли их встреча была похожа на мою, но Дарил умел быть… харизматичным, чем и пользовался, в каком бы амплуа не выступал. Для меня он стал безупречным рыцарем, способным и утешить юную деву, разочаровавшуюся в жизни и тех, кого считала кумирами, и заставить поверить, что вот теперь, когда он рядом, все проблемы, трудности, недоразумения и прочее, прочее, прочее… уйдут без следа.

Впрочем, он и не обманывал. Все эти стандарты таким и оставался. А то, что при этом служил в разведке империи и являлся одним из сыновей императора… какие мелочи! Он просто забыл об этом упомянуть…

Тарас не пропустил отразившейся на моем лице гримасы, ответил практически такой же.

— Вот-вот… А тут появляется весь такой — вооруженный до зубов, бесстрастный до оскомины, а за спиной еще шестеро, такие же, как и он.

— Так как вы все-таки ангар взяли? — разорвала я круг воспоминаний. Того, что было, уже не изменишь, но сейчас только от нас зависело, чтобы, вспоминая об этих днях, мы не сожалели.

— Как взяли? — тут же подхватил демон, соглашаясь со мной: все сказанное должно стать уроком и уйти. — Как обычно и взяли. Пришли, постреляли…

Мне ничего не оставалось, как только развести руками. Мальчики были правы — как обычно!

* * *

— Внимание, вошли в зону контакта!

— Принято, — привычно отозвалась я, просматривая кальку со сканеров. «Дальнир» должен был находиться где-то поблизости, но… ни малейшего признака его присутствия я пока не наблюдала.

Что ж, еще одно доказательство того, что мы от них отстаем. Насколько — не самый насущный вопрос, важнее другое — не эта ли дельта отделяла нас от того же конца, который настиг и их. Если так, мне бы не хотелось сделать эту разницу короче.

— Капитан, по карте чисто. — Голос Дарила прозвучал спокойно, но вряд ли таким был. Я не хотела, но замечала, как время от времени пальцы демона начинали оглаживать подлокотник, выдавая напряжение.

— Вижу, — ответила я, стараясь, чтобы выглядело равнодушно.

К Тимке за разъяснениями не лезла, догадывалась — нам просто давали время слегка приглушить расшалившиеся эмоции. Могла и ошибаться, но предположение выглядело самым простым, потому и наиболее вероятным.

Для взаимодействия с ИР древних больше подходил выдержанный и структурированный разум скайлов, но отдавать подобное преимущество им в руки я не собиралась. В себе и своем экипаже была уверена, данное Хранителю слово мы сдержим, как бы ни хотелось нарушить, другим же не доверяла. Даже Искандеру. В любом другом вопросе — да, в этом…

— Что будем делать, капитан? — Это был уже Костас.

— Ждать! — твердо произнесла я, откидываясь на спинку ложемента и закрывая глаза. — Просто ждать.

Просто не получалось.

Вместо мыслей в голове крутились фигурки из хатча. Императоры и императрицы, шуты, фаворитки, командующие армиями, предсказатели и тайные советники. Они неслышно переговаривались между собой, перестраивались в замысловатом танце, поднимались по ступеням восьмиугольной пирамиды к вершине, на которой закутанный в одеяние жреца храма Судьбы стоял Камил, спускались вниз.

Затем все исчезало, чтобы смениться галактиками, загадочно мерцающими в мрачном величии пустоты. Они возникали, как едва заметные точки на краю космического горизонта, потом, приближаясь, росли, чтобы затмить собой все поле внутреннего зрения и… ускользнуть, уступив место следующей гостье моего воображения.

Потом были очертания корабля, обводы которого не напомнили мне ни одного, когда-либо виденного, женщина в странной форме на смотровой палубе и… Дарил, приобнявший ее за талию…

— Это правда, что Искандер отказался от канирата? — вырвал меня из задумчивости Дарил. Пришлось открыть глаза и выпрямиться в кресле, кляня в душе его любопытство. Это был не тот вопрос, на который я хотела бы отвечать, но судя по мгновенно наступившей тишине, остальных он тоже интересовал.

— Отказался, — подтвердила я, не показав недовольства. Если бы не исчезновение Рауле и суматоха, они бы узнали раньше.

— Хороший ход, — одобрительно заявил Тарас, кинув взгляд на демона. Без вызова, но словно продолжая состоявшийся разговор.

— Ход? — слегка напряглась я, пытаясь сообразить, какая цепочка могла привести его к подобному выводу. Либо у меня не хватало данных, либо… мужская логика в данном случае оказалась мне недоступной. — Я посчитала это выбором.

— И это тоже, — с толикой снисходительности согласился со мной Дарил, вторя ангелу. На его поведение стоило обратить внимание, сейчас в нем говорил отпрыск Хандорса. Это что-то да должно было значить. — Но я думаю, он пытается предвосхитить какие-то события. Еще бы узнать — какие, чтобы не вляпаться неподготовленными.

— Мне показалось, или ты им сейчас восхищался? — выдохнула я.

Все время, пока демон говорил, сдерживала дыхание. Тема Искандера и моих отношений с ним не была в экипаже табу, но… ненавязчиво обходилась стороной.

Теперь была очередь Дарила посмотреть на меня с недоумением.

— Ты спрашиваешь у меня, как у друга или…

— Или, — ответила не задумываясь. — Твое мнение как друга я знаю.

— Не поделишься? — лукаво приподнял он бровь, провоцируя меня и… разряжая обстановку.

И снова я что-то пропустила, раз имя Искандера вызвало у ребят столь единодушную реакцию. Разбираться с этим было некогда, мой ответ ждали.

— Будь твоя воля, ты бы ко мне ни одного мужика не подпустил, — улыбнулась невинно. — Я для тебя что-то вроде младшей сестренки, для которой никогда не найдется достойного.

Демон фыркнул — чего-то такого и ожидал, подмигнул скалящемуся ангелу. И опять все выглядело, как продолжение спора.

Выражение его лица стало жестким в одно мгновение.

— А ты не пыталась понять, почему его так приблизил к себе Индарс?

— Индарс? — с недоумением переспросила я. Их отношения могла охарактеризовать как угодно, но только не как «приблизил».

— Вот теперь я вижу, что ты в него влюблена, — качнул головой демон. И не понять, доволен он этим фактом или нет. — Не замечать очевидного…

— Перестань, — неожиданно для меня рыкнул на Дарила Тарас. — Теоретик!

— Я слишком здравомыслящ, чтобы поддаваться чувствам, — возражая, криво усмехнулся демон. Стоило признать, совершенно незнакомый мне демон.

— Ты просто никогда еще не любил, — парируя, язвительно хмыкнул ангел.

— Не любил, — подтвердил Дарил холодно. Лицо стало похожим на застывшую маску. Ни намека на возможное милосердие. Равнодушная, лишенная даже проблеска жизни бесстрастность.

Это было страшнее, чем проведенные на щитоносце дни…

— Хватит! — резко бросила я, только теперь заметив, с каким вниманием смотрел на меня Тимка. — Все разборки — за бортом. — Раскаяния в их глазах не заметила, но оба тут же расслабились, словно только этого и ждали. — Так я не ошиблась? — уже спокойно вернулась я к интересующему меня вопросу. Наблюдать за экранами разговор не мешал, а ожидание скрашивал.

— Не ошиблась, — подтвердил демон. — Ты вообще в курсе, что и у нас, и у стархов твой Искандер входит в так называемый список десяти?

— Если бы я еще знала, что это такое! — протянула задумчиво. Догадаться о смысле было несложно, но утруждать себя лишними размышлениями я не собиралась.

— Аналитический список личностей, действия которых могут оказать на будущее развитие максимально неопределенные последствия, — вместо демона ответил Костас. — Система отбора разработана пару сотен лет тому назад и, кстати, у вас, на Земле. Причем, чтобы попасть в него, не обязательно обладать талантом к интригам или возможностью испортить другим жизнь. Скорее уж надо иметь способности использовать сложившиеся обстоятельства, чем самому создавать их.

— Хорошо, — кивнула я, ничего не понимая, — это — понятно. А дальше?

— А дальше, — повторил за мной демон, — пристальное внимание, анализ каждого шага, возможных последствий. До истории с короной кангора, за поиск которой он взялся самостоятельно, бывший канир был в предварительной сотне, после — вошел в десятку. А когда стало известно, что он имеет на тебя виды, уже и в пятерке.

— Я — тоже там?

Тарас оскалился в ехидной улыбке, Дарил — тяжело вздохнул. Но интереснее всего оказалась реакция Тимки. Тот привычно замотался в собственные уши, словно все самое главное уже услышал.

Ответил демон, когда пауза стала казаться слишком долгой. Развел руками:

— Извини, но для тебя списка не придумали. Ты у нас — полная непредсказуемость. Почти как отказавшийся от собственной родины самаринянин. Не исключение из правил — такого просто не бывает.

Продолжить в том же духе мне не удалось. Новое для нас развлечение прервал ангел:

— Капитан, засветка!

— Принято! — резко отвлеклась я от рассматривания демона, склонилась вперед, вглядываясь в кальку. Тарас был прав, еще не отметка, но сканеры уже взяли в захват, показавшийся им подозрительным сектор. — Подготовить ИИ к контакту.

— Запускаю систему поиска канала. — Костас предпочел сегодня рубку, я уже отвыкла видеть его поблизости. Но он был здесь на своем месте, укрепляя своим присутствием то зыбкое ощущение единого целого, которым я так дорожила. — Отработан первый диапазон. Чисто. Второй… Чисто… Третий… Чис… Есть встречный поиск. Настройка… Них себе!

Более точно не смогла бы сказать и я.

На базе он воспринимался абсолютно черным, особенно в сравнении с ослепительной белизной дракона, в образе которого предстал перед нами Хранитель. Сейчас же выглядел провалом, словно из того, что воспринимало не только зрение, но и приборы, вырезали кусок с его формой. Не корабль, а отливка для него, отделанная струящимся бархатом.

— Готовность к контакту? — Эмоций больше не было. Я могла бы радоваться, но… сейчас это было лишь фактом. Ту грань, когда еще можно было передумать, мы уже преодолели.

До остальных это, кажется, тоже дошло. Ответил мой навигатор уже деловито.

— Команды: запрос — ответ. ИР «Дальнира» дает полную готовность.

— Тарас, позиционная синхронизация?

— Контроль не требуется, — отозвался ангел. — ИИ начал обработку пакетов.

Этот этап вызывал у меня определенные опасения. Как-никак, а о работе ИР корабля древних мы имели весьма смутное представление. На втором Харабе Костасу удалось с поддержкой Хранителя накидать программы адаптации, но там всего и требовалось — передать часть информации из наших архивов на «Дальнир». Сейчас же взаимодействие двух кораблей осуществлялось совершенно на ином уровне. Идеально подойти друг к другу, состыковаться, принять данные на экипаж, внедрить наши системы коммуникации в свою структуру…

Пока что мои страхи не оправдывались, но уходящие минуты, вопреки ожиданиям, спокойствия не добавляли. Просто уходили, чтобы уже не вернуться обратно.

Чем-то они были похожи на жизнь… Встречи, разлуки, любовь, ненависть, безразличие, ответственность…

Долг и честь…

Были и… нету.

— Капитан, идет анализ командного интерфейса. ИР запрашивает разрешение на прямое подключение.

Я бросила очередной взгляд на звереныша, тот сидел в ложементе второго пилота. Валечка царившему в рубке хаосу вынужденно предпочел оружейный отсек. Костас именно туда вывел защитную систему, которая могла мгновенно отключить основную. Даже доверяя, я предпочитала перестраховаться.

Тимка морщил нос и смешно потирал его лапой.

Понятно! Подсказок не будет.

— Передай разрешение. Код Стаса.

— Принял, — тут же откликнулся Дарил, удовлетворенно кивнув. Неужели считал, что у меня хватит ума не лезть первой в эту петлю?! Он был прав — вполне могло хватить. — Код Стаса передал, идет подключение.

Секунды стали тягучими, похожи на вечность. Как только исчез сигнал медика, я начала ощущать каждую из них. Такие же холодные и бесстрастные.

Досчитала до сорока, когда значок моргнул и появился вновь.

Вздыхать с облегчением было рано.

— Стас!

— Здесь, капитан! — Тот не заставил себя ждать, возвращая время в привычное русло. — Картинку вижу, показатели в норме. — И через мгновение добавил, не без некоторой удали: — Знаешь, а мне даже нравится.

Разделить с ним восторг я себе не позволила. Он был первым, но все еще не последним.

— Капитан, передаю код Дарила.

— Принято, передачу разрешаю.

Хотелось прижать ладони к вискам, от обилия мыслей голова грозила разлететься осколками. Но даже на эту малость я не рассчитывала.

Все происходящее должно было выглядеть рутиной. И для них. И для меня. Иначе точно можно было сойти с ума, пропустив внутрь себя осознание того, что мы сейчас делали.

Дарил ошибся только в одном, мы все здесь были полной непредсказуемостью, великолепно дополняя друг друга. Авантюристы с принципами! Безумцы, дурью для которых стал космос! Марионетки в руках изменчивой Судьбы, бросившие ей вызов!

В тот миг, когда мы с потрохами отдавали себя интеллектуальной системе управления межгалактическим разведчиком исчезнувшей десятки тысяч лет тому назад расы, смеялись року в лицо!

Риск? Хуже! Безрассудство.

Но у нас не было иного выхода. Мы своих не бросали.

* * *

Задавать вопросы Орлов не торопился. Как и Шторм, подпиравший переборку каюты. На время операции по спасению Рауле они перебрались с Таркана на орбитальную базу. Не всегда удобно — кое-что нельзя было доверять даже сверх защищенной связи, но выручали сновавшие туда-сюда катера.

Когда Искандер в очередной раз прошел мимо кресла, в котором вальяжно устроился генерал, тот повел головой в сторону своего подчиненного, ловя такой же, как у себя, недоуменный взгляд.

Адмирал вернулся от императора стархов не то, что взъерошенным, как это чаще всего бывало — каждая их встреча мало чем отличалась от схватки равных по силе и опыту бойцов, а буквально взбешенным. Какая там выдержка скайлов?! Волны ярости, расходившиеся от него, были ощутимы даже физически.

Именно потому и Орлов, и Шторм предпочитали молчать. Пока Искандер хоть слегка, но не вернет себе самообладание, начинать разговор и выяснять, что же случилось во дворце Индарса, не стоило. Вполне могли услышать кое-что из того, о чем глава Службы внешних границ впоследствии мог пожалеть.

Что бы ни произошло между Индарсом и Искандером на этот раз, Орлов знал, с каким уважением скайл относился к старху. Впрочем, не забывал он и о том, что не стоило ставить знак равенства между стархом Индарсом и императором с тем же именем. Основа — одна, интересы — разные.

Словно вторя его мыслям, Искандер жестко бросил, ни на кого не глядя:

— Индарс и Хандорс втайне от кангора и правительства Союза ведут переговоры. О чем договариваются — лишь предполагаю, но в своих выводах уверен.

Орлову удалось не вскочить, Шторму — не шевельнуться. И то и другое можно было считать заслугой.

Нельзя сказать, что у них не было определенных подозрений на этот счет, да только доказательств — никаких. Единственный визит демона в качестве подтверждения даже не рассматривался.

— И о чем же? — без малейшего любопытства в голосе уточнил Шторм.

Знал, что в показное равнодушие никто из присутствующих не поверит — чужие замыслы были его вотчиной, но предпочел не то что не демонстрировать интерес — добавлять эмоции к тем, которые уже не сдерживал адмирал.

Искандер резко развернулся, как раз дойдя до рабочего стола.

— О технологиях древних.

— Тогда понятно, с чего ты в бешенстве… — начал Орлов, но был вынужден замолчать, напоровшись на взгляд Искандера.

Ощущение было такое, словно тот — мысленно уже со всеми простился. Ассоциация неожиданная, но заставляющая задуматься о том, что уже витало в воздухе, но все еще не было произнесено.

А скайл между тем продолжил:

— Индарс готов рискнуть жизнью Таши, лишь бы получить то, что она нашла на втором Харабе.

Орлов раздумывал недолго.

— Нет, — качнул он головой.

Не согласен генерал был лишь с первой частью сказанного адмиралом, в важности упомянутого во второй не сомневался. Со Штормом и Таласки они уже обсуждали эту тему. Сошлись в одном, ради собственного развлечения устраивать то представление с разведчиком старха капитан Орлова бы не стала. Все идеально, придраться не к чему, но… спорить с собственным чутьем бесполезно.

Когда стало понятно, кем является похожий на зайца звереныш, говорили уже не как о предположении — факте. В Союз не докладывали. У тех и своих хлопот хватало, да и не о чем оказалось докладывать. Все опять упиралось в доказательства, которые еще предстояло добыть.

— Кем угодно, но не ею. Защитить — да, рисковать — нет, — закончил он, после короткой паузы.

— Я тоже так считал, — не скрывая ярости, скривился скайл. Потом замер на миг и продолжил уже иным тоном: — Системы безопасности перехватили несанкционированный доступ к данным по «Легенде». Расчет первого прыжка, пиковая мощность генераторов прокола, время. Наш анализ по точкам выхода. — Орлов хотел возразить, но Искандер категоричным жестом заставил его проглотить так и не сказанные слова. — Вчера утром я получил сведения о том, что две эскадры тяжелых крейсеров стархов покинули базы дислоцирования. Все бы ничего, но патруль Службы зафиксировал появление части этих кораблей в трех секторах из семи, которые мы определили, как требующие особого внимания. Когда я был у императора, тот вскользь упомянул, что рассматривает как вполне реальную, возможность неадекватной реакции со стороны Самаринии. Его слова прекрасно вписывались в полученную информацию, но все равно заставили меня насторожиться. А только что стало известно и о восьми кораблях демонов, проявивших себя в оставшихся четырех.

— Подстраховка. Оба императора благоволят к Наталье. Да и о Сиеше забывать не стоит.

В ответ на замечание Шторма Искандер скептически усмехнулся:

— Самостоятельность Службы во всем, что касается целей ее создания и внутренних вопросов, признали все члены коалиции. Действия, которые могут быть сочтены спорными в этой операции, согласованы. В том числе и возможное присутствие рядом с самаринянами щитоносца бывшего канира. Так что это наше решение и за его последствия отвечаем только мы!

Его речь не была лишена экспрессии, но Орлов, казалась, ее и не услышал, думал все это время о своем.

— Скормить Рауле самаринянам Индарс мог, сведения о прошлом разыскника ему передал Синтар. Но я сомневаюсь, что это работа старха. Тот предпочел бы более тонкую игру без малейшей тени подозрений в свой адрес, — словно разговаривая с самим собой, протянул генерал, как только скайл замолчал. Искандер и Шторм тут же прервали так и не начавшийся спор. — Сиеш? Тоже вполне вероятно, но тогда остается вопрос по Гордону. Если ждали там, значит, были уверены в появлении Камила.

— А Шахин? — уцепившись за размышления генерала, поинтересовался полковник. Об Индарсе никто не забыл, но у проблемы, под названием «император стархов» была далеко не одна грань. — Будь ему известно об этой компании, успел бы подготовиться. А так взяли едва ли не играючи.

Теперь уже не согласился Искандер — операцию легкой не считал, хоть и прошла она практически идеально. Вот только озвучивать свое мнение не стал, ждал, что ответит Орлов.

Тот ждать себя не заставил.

— Думаю, Сиеш избавился от Шахина. Ивар, хоть и с гонором, но слабак, а этот свою власть просто так не отдал бы.

— Вполне возможно, — кивнул Шторм. На адмирала они, казалось, не обращали внимания. Перебрасывались репликами, не скрывая, что подобный стиль общения доставляет обоим удовольствие. — Но не обязательно ждали. Могли засечь Искандера. Остальное — на уровне «воспользоваться ситуацией». Тогда понятно, почему просмотрели создание Хранителя. Просто не знали, что он собой представляет. Будь это Индарс, он бы такой возможности не упустил.

— Сам Рауле…

Искандер без малейшего признака удивления посмотрел на Орлова, высказавшего новую идею, после недолгих раздумий качнул головой. Больно извращенно выглядело… для самоубийства. А предательство…

Шторм повторил его мысли вслух:

— Наташа, Тимка и Рауле связаны, скайлы это подтвердили. Так что этот вариант рассматривать не стоит. Да и Артур…

— А вот про Артура я и забыл, — несколько удрученно кивнул генерал. — Исключаем полностью, о предательстве побратима Шорн бы не умолчал.

Шторм провел задумчивым взглядом по кабинету, скривился в ответ на собственные раздумья.

— Индарса я бы оставил, уж больно все гладко выходит. Похищение, уничтожение посольства Самаринии, теперь корабли. На все вопросы один ответ: предвосхищая вполне реальную угрозу…

Орлов словно и не услышал сказанного своим подчиненным, бросив случайный взгляд на застывшего у стола скайла, замер сам. Он пытался понять, что же могло насторожить в адмирале так, что в горле, мешая дышать, встал комок.

Внешне Искандер выглядел бесстрастно, рассматривал кальку сектора, где сейчас должна была находиться «Легенда». Но вот это-то и пугало. Причем, значительно сильнее, чем едва сдерживаемые им эмоции всего несколько минут назад.

Объяснений было немного, и все они генерала не радовали.

— Что ты задумал?

Искандер, услышав тихий голос Орлова, дернулся. Закрыл на мгновение глаза, как если бы отгонял видение, заставившее его закаменеть, сглотнул.

— Если я доложу Синтару, он прикажет поднять флот.

— Это — война, — как эхо продолжил Орлов, только теперь осознав, что именно легло тяжестью на плечи не просто друга, но и почти что родственника.

— Но я могу и ошибаться…

— Ты не ошибаешься, — вздохнул Шторм. Не тяжело, просто делая выбор. — Интерес демонов к стархам мы отметили уже давно, не видели причин, кроме пресловутого противостояния: кто — кого. Но Хандорс не выказывал желания расширять свои владения, Индарс же вообще смотрел в сторону Люцении. Мы уже почти сдались, но тут Дарил вывел Наташу на старха. Информацию о карте «Галактика Белая» осведомителю императора передали демоны.

— Все это сейчас неважно, — воспользовавшись паузой, остановил полковника Орлов. — Пока мы не знаем, что именно нашла Наташа на базе древних…

— Корабль, — буквально простонал Искандер сквозь стиснутые зубы. Заметив, как побледнел генерал, продолжил уже спокойнее. — Корабль древних и их навигационные карты. Это единственное более менее логичное объяснение ее поведению после Хараба. И старх сумел прийти к тем же выводам, только раньше нас. — Выдержать ровный тон ему не удалось, следующую фразу он едва ли не кричал: — А я никак понять не мог, что же у нее на уме!

— Сейчас мне значительно интереснее, что на уме у тебя? — слишком равнодушно, чтобы поверить, произнес Орлов, медленно поднимаясь с кресла.

Ни одного лишнего движения, но когда он встал и затих шелест кожаной обивки, в воздухе остался легкий звук. Волновой излучатель.

Вот только Искандера демарш Орлова, как и запрещенное в галактике оружие нисколько не смутили. Скорее успокоили.

— Мы своих не бросаем, генерал. Я отдал приказ на вывод главной базы управления из сектора стархов.

Орлов, не опустив руки, обернулся к Шторму. Тот, словно ничего и не произошло, продолжал подпирать переборку каюты.

— А ты?

* * *

— Три сектора…

Пилот-ложементов в рубке «Дальнира» не было. Да и самой рубки тоже не наблюдалось.

Четыре секции: двигательная, техническая, жилая и командная, три ангара, в одном из которых сейчас находилась «Легенда». В первые две доступ нам был запрещен. Я и не настаивала, скорее радовалась. Лишние знания — новые беды. Меньше сомнений и сожалений.

В жилой — четырнадцать отдельных отсеков. Двенадцать из них находились на нижнем ярусе, по шесть, напротив друг друга. Еще два занимали все пространство второго. Один мы определили, как тренажерный, хоть и не сообразили, на чем и как в нем тренировались. Второй выглядел, как кают-компания. Многое в ней казалось непривычным, начиная с очень яркого цвета, который буквально бил по глазам, и заканчивая несколькими установками, назначение которых ускользнуло от нашего понимания.

Командный удивил нас еще больше. Приглушенный свет, плоские экраны по периметру, двенадцать же — по числу возможных членов экипажа, островков, похожих на сдувшиеся воздушные шары, расположенные в произвольном порядке. Оказалось — рабочие места. Во время активации появлялось нечто объемное и мягкое, в которое нужно было плюхнуться, как в облако. Оно тут же принимало максимально удобную для тебя форму, а вокруг формировалась сфера из пространственных дисплеев. Неожиданно и весьма неординарно, но по сравнению со всем остальным не стоило того, чтобы переживать по этому поводу.

В отличие от ИИ, который был хоть и высокоинтеллектуальной, но системой, ИР наиболее близко подходил к понятию искусственной личности. В моральном плане это создавало нам еще одну проблему — мы обещали Хранителю уничтожить «Дальнир».

Корабль и его ИР были единым целым.

Избавить нашу галактику от разведчика древних казалось мне кощунственным, но было несколько «ради», которые заставляли заткнуться мои моральные терзания. А вот убийство существа, пусть не имеющего привычного мне физического воплощения, но при этом разумного и вполне подходящего под философствование типа «быть или не быть», ставило этот вопрос совершенно на иной уровень.

Я знала, что как бы я ни откладывала эту проблему, рано или поздно она все равно встанет передо мной, но… продолжала делать вид, что ее пока просто не существует.

— Демоны вас задери! — вырвалось у меня, как только ИР избавил наш список от еще одного подозрительного сектора. Трех оставшихся было слишком много, чтобы не вспоминать о родичах Дарила.

Командный интерфейс я отключила — устала контролировать себя, потому все запросы предпочитала отдавать голосом. ИР пусть и начал отличать спонтанные мысли от тех, что должны были побудить его к действиям, ошибался еще не меньше, чем в половине случаев. Наше знакомство с ним было обоюдным.

Мальчикам было легче, те сначала делали, а потом думали, а вот мне доставалось, несмотря на дрессировку скайлов. Особенно туго было, когда приходилось одновременно просчитывать несколько вариантов и казнить саму себя за самодурство. Вместо того чтобы спрятаться за широкие мужские спины, я опять взваливала все на свои хрупкие плечи.

Кое в чем я, конечно, преувеличивала, но предполагала, что совсем немного.

— Нужны дополнительные параметры для уточнения поиска. Стандартные мы исчерпали.

Я была согласна с Дарилом, но от одного этого факта легче не становилось.

Сведений о Самаринии и самаринянах было удручающе мало. Еще чуть-чуть удалось додумать, анализируя все, когда-нибудь слышанное от Рауле, Артура или Шмалькова. Каперанг все-таки поделился со мной некоторыми нюансами последней операции последней войны Союза. Но и этого, чтобы понять, где искать злополучный корабль с Камилом на борту, явно не хватало.

— Давай еще раз, — выдохнула я, поднимаясь. Все-таки, в движении мне думалось легче. — Сектора стархов, демонов и скайлов исключаем.

— Как и те, которые они успели перекрыть.

— Погранцы Союза гарантируют, что мимо них и мышь не проскочит, не то, что крейсер.

Я резко остановилась, оглянулась на практически невидимого за пеленой экранов Костаса, который как раз и выдал последнюю фразу.

— А почему мы решили, что это крейсер?

Сфера вокруг Дарила раскрылась сегментами, те сжались в линии и исчезли.

— Жрецы, — заметил он, развалившись в туманном мареве. — Присутствие жрецов на Гордоне разве не является свидетельством этого?

— Эта часть Галактики закрыта для них, — язвительно выдала я. — Свободно шастать там могут только вольные, перевозчики и… — я растерянно посмотрела на демона, не понимая, почему эта мысль пришла мне в голову только сейчас, — и… скайлы.

— Щитоносец Сиеша? — тут же «поймал» тот мою догадку. — Если живой товар предназначался самаринянам, то выглядит вполне вероятно.

— Он же его и сдал, — чувствуя, как ярость подступает к горлу, прошипела я. — О Тимке ничего не знал, а вот о Рауле должен был догадаться. Или сам, или Дарис постарался.

Предположение не казалось мне притянутым за уши. Если кто и мог распознать под маской разыскника Службы самаринянина, то только скайл. Насколько я помнила из разговоров с Искандером, его бывший друг если и уступал ему в способностях, то не столь уж и значительно.

А доложить о своем открытии был просто обязан. На тот момент Кими все еще являлась заложницей его послушания.

— Ты все не можешь его простить? — не только некстати, но и совершенно не в тему поинтересовался Дарил.

Хотелось огрызнуться, мол, не его дело, но демон редко задавал вопросы без веских на то причин. Этот раз вряд ли был исключением.

— Аронов проболтался?

Я стояла практически в центре командного отсека, Дарил сидел рядом с телепортационным кругом — сам выбрал. Более привычные двери-створы и люки тоже присутствовали, но лишь как аварийный вариант. Мне подобный способ передвижения не очень нравился, но… выбирать не приходилось.

Тарас, Стас и Валечка отдыхали, условно ночная вахта была их. Отсутствие ангела меня несколько удручало. В последнее время он выдавал заслуживающие внимание идеи. Причина такой плодотворности его мыслительной деятельности мне была известна — сам рассказал. После зачатия ребенка у мужчины-метаморфа просыпались скрытые до этого момента таланты. Все для того, чтобы защитить будущего ребенка и его мать. Кто являлся их предками известно не было, но то, что природа позаботилась о выживании вида, не вызывало сомнений.

Увы, она не догадывалась, что истреблять их будут враги пострашнее тех, с кем им приходилось сталкиваться за тысячелетия своего развития на планете.

— Поделился информацией, — поправил меня демон. — На тот случай, если ты посчитаешь необходимым взяться еще и за проблемы скайлов.

Время для подобного разговора было явно неподходящим, но… я вновь напомнила себе, что это именно Дарил задал тот первый вопрос, уведший нас в сторону от Рауле.

— Если я правильно помню, то инора — всего-навсего, опекун ребенка. Участвует в его воспитании, но чисто номинально.

Демон улыбнулся своей, ставшей уже символом нашего экипажа, клыкастой улыбкой, сложил руки на груди и высказался, удивляя меня не только глубиной познаний о происходящем в кангорате, но и менторским тоном.

— Помнишь ты правильно, но не учитываешь пары моментов. — Периферийным зрением уловила, как раскрылась и опала еще одна сфера — Костас заинтересовался нашей перепалкой с Дарилом. — У будущего сына Кими не будет отца, только инрок, так что мальчика отдадут на воспитание именно ему. В этом случае твои обязанности иноры будут значительно шире, чем просто участвовать в церемониях и дарить на день рождения подарки. А Аршан теперь первый в списке претендентов…

— Демоны вселенной! — со злостью выдохнула я, только теперь сообразив, о чем он пытался меня предупредить.

Искандер дал личную клятву Синтару, не предполагая повторить ее для нового кангора. Насколько я поняла, кангорату он предпочел Службу внешних границ, а ей — свободу Меня это, кстати, полностью устраивало. Да и была уверена, что одним десятилетием срок его адмиральства не ограничится.

В свете новой информации все выглядело не столь оптимистично. Кто-то, чье имя мне было хорошо известно, просчитал Искандера и решил заранее привязать к себе… Что ж, Синтар не зря назначил Аршана своим начальником службы безопасности.

Вот только я своего последнего слова еще не сказала, согласие было предварительным.

— Я бы не стал их призывать, — иронично усмехнулся Дарил. — ИР может посчитать приказом и кинуться исполнять.

И опять он был прав, мне стоило заткнуться. Хватило пары случаев, чтобы понять: наше общение с ИР «Дальнира» должно строиться на принципах однозначности запросов. Если я, конечно, не хотела разбираться с тем, куда и почему мы попали.

Но говорить об этом Дарилу я не собиралась. И не только потому, что в моей благодарности он не нуждался. Сначала я предчувствовала сложности с Тарасом, потом проблемы с Рауле, теперь…

В поведении моего бывшего, но все еще помощника, чувствовалась фальшь. А вот причин для нее я не находила.

— Что по поиску? — уточнила я у Костаса, вместо того, чтобы прокомментировать последнее заявление демона.

Обращаться напрямую к ИР не стала, ждала момента, когда тот окончательно адаптируется под мой стиль общения с экипажем. По-хорошему, все должно было быть наоборот, но из нас двоих, как мне казалось, у него это могло получиться быстрее.

— Два сектора вместо трех, — понимающе улыбнулся мой хакер-навигатор. Вот у кого не возникало никаких проблем с новым кораблем. Но с его способностью находить общий язык со всем, что требует жесткой логики, я уже давно смирилась. — Оба с вероятностью в пятьдесят процентов.

Мне оставалось только развести руками. Все было именно так, как и сказал Хранитель. «Дальнир» — «Дальниром», а решение все равно придется принимать самой.

* * *

В данной ситуации сдержанная реакция кангора была едва ли не ценнее, чем прямая поддержка. Признай он официально действия Искандера соответствующими сложившейся ситуации, могло прозвучать, как завуалированное объявление войны.

А так… Ну приказал адмирал вывести базу управления из сектора стархов — имел на это право. Последняя совместная декларация, подписанная всеми сторонами коалиции, четко прописывала автономность созданной ими организации. Частичная заслуга в этом была самого Синтара, не менее вескую лепту внесло правительство Галактического Союза.

Все понимали, что как раз им-то это особенно на руку — больше половины личного состава Службы заканчивали те же академии, что и Наталья Орлова, ее отец, Шторм и Таласки. Ну а третья часть из оставшихся, получила от Союза прощение грехов, а вместе с ним и подданство.

Но разве кто-то мешал остальным принимать в очистке окраин более деятельное участие?

О причинах своего решения Искандер Синтару не сообщил, лишь известил об изменении зоны дисклокации. Не стал он упоминать и о том, что база заняла позицию вблизи сектора, где совсем недавно Служба проводила операцию.

Можно было подумать, что давая «добро» на риск, с которым три группы перехватчиков в сопровождении тяжелых крейсеров выбивали вольных из этой зоны, Искандер предполагал, что столь удачное укрытие пригодится самому. Но… в тот момент он даже представить не мог, что события примут подобный оборот.

— «Кушнар» снялся. На «Танталионе» боевая тревога. Шмальков просит тебя выступить перед командой.

Искандер поднял голову от дисплея, как только Орлов заговорил, но, судя по рассеянному взгляду, все еще находился во власти своих размышлений. Осмысленность проявилась, когда генерал уже замолчал, рассчитывая не столько на ответ, сколько на хоть какую-то реакцию.

С того памятного разговора, после визита Искандера к Индарсу, прошло четверо стандартных суток. По докладам Шторма за это время адмирал отдыхал не больше шести часов. Перед такими нагрузками была способна спасовать и выносливость скайлов.

— Текст уже подготовили? — спустя несколько секунд, показавшихся Орлову долгими, устало поинтересовался Искандер.

— Таласки заканчивает, — подтвердил генерал, не удивляясь проницательности главы Службы. — Вариант уже далеко не первый, но, кажется, удачный. Ни слова о возможной войне, весь упор на наше предназначение, необходимость сплоченности, осознания, что мы обязаны быть свободны от влияния извне и незыблемость принципа «мы своих не бросаем».

— Красиво звучит, — скривился адмирал. — Через час связь с командирами «Кушнара» и «Танталиона». Затем согласуем мое выступление.

Орлов кивнул. Не откладывая на потом, набрал на комме код оперативного дежурного, передал информацию. Успел до того, как адмирал вновь склонился над дисплеем.

— На Гордоне и Эори паника. Вольные покидают планеты. У нас говорят: «Как крысы с тонущего корабля».

— Еще одно подтверждение тому, что мы правы…

— Не уверен, — качнул головой Орлов. Отвлекся на пришедшее на комм сообщение. Подобные ему поступали каждые пятнадцать минут и, если не вдаваться в подробности, должны были внушать оптимизм: сводка имела зеленый код. Да только генерал на собственном опыте знал, что, чем дольше затишье, тем страшнее будет буря. — Спровоцировать их бегство могли именно мы. Любые действия, выходящие за рамки объяснимых…

Закончить ему не дали. Слева от Искандера вспыхнул сигнал экстренной связи.

— Господин адмирал, вызов от канира Аршана.

Орлов заметил, как поник, едва встрепенувшийся адмирал. Ждал совершенно другого.

Все они ждали, но «Легенда» продолжала молчать.

— Принимай, — распорядился Искандер. Пока шла настройка, кивнул Орлову на дальнее от стола кресло. Хотел, чтобы тот присутствовал при разговоре, но предпочел, чтобы каниру об этом известно не было. — Ты сам или по поручению? — поинтересовался он равнодушно.

— Пытаюсь разобраться, — усмехнулся тот, тоже обходясь без приветствия. — Синтар за последние сутки дважды общался с Индарсом, столько же с императором демонов, теперь собирает конкор. Я уже и не знаю, что думать.

— Хочешь, чтобы я в это поверил? — помрачнев, откинулся на спинку кресла Искандер. — Извини, но при всем своем желании не получается.

— Правильно не получается, — тут же сменил тон Аршан. — Синтар предъявил старху ультиматум. Если тот немедленно не отзовет крейсера, посланные на захват корабля древних, мы поднимаем щитоносцы.

Орлов дернулся, услышав подтверждение их версии о корабле древних, но сдержался, чтобы не дать каниру узнать о своем присутствии.

— Отмолчаться не удастся… — протянул Искандер, поднимаясь с кресла. — Я надеялся, что кангор даст мне возможность решить проблему самому.

— Не удастся, — подтвердил Аршан. — Я пытался объяснить Синтару, что ты справишься, но…

Адмирал усмехнулся:

— Имея силу, нужно иногда напоминать, что ты вполне способен ее применить…

— Это кто сказал? — тут же ухватился Аршан.

— Индарс. Но я тогда неправильно понял, о чем именно он говорил. Как оказалось, не о самаринянах.

— С Песчаным львом всегда так, — согласился канир. — Еще бы понять, как быть с тем, что кажется неизменным.

— Тоже считаешь, что в его плане не может быть угрозы жизни Таши?

— Считаю, что ни демону, ни старху подобные развлечения ни к чему. Кангор со мной согласен, но предпочитает уверенность предположениям. Индарс же пока молчит. А раз так, то у него должны быть на это очень веские причины. И кстати, — он усмехнулся, прикрыв глаза и качнув головой, — скажи Орлову, пусть покажется. И Шторма с Таласки вызови. На две головы нам вряд ли удастся сообразить, что на уме у этой парочки императоров.

Искандер, выслушав, посмотрел на генерала. Тот одновременно пожал плечом — сам разбирайся с догадливостью родственничка и кивнул, сообщение своим подчиненным уже отправил.

— Как Кими? — воспользовался паузой Искандер.

Орлов уже перебрался поближе, но пока не подошли Шторм и Таласки, продолжать разговор о том, что волновало больше всего, не стоило.

— Пытается держаться, но получается плохо. Пока Аронова нет, Лея старается проводить с ней все свободное время. Резиденцию отца она покинула, перебралась в Храм Ветра. Говорит, там ей легче.

— Мама когда-то уверяла, что если тянет в Храм…

Аршан улыбнулся, едва заметно.

— Моя тоже так говорила, когда ждали Кими. Но сестра уже общается с ребенком. Будет мальчик.

Сказать, что не стоит не доверять приметам, Искандеру не дал вошедший в кабинет без стука Шторм. Выглядел непривычно взъерошенным, но адмирал отметил это машинально. Просто привычка.

Дверь закрыться не успела, Таласки буквально впихнул полковника внутрь.

— Очередной заговор? — обвел Игорь помещение напряженным взглядом. Дольше всего задержался на канире. — Так мы ж вроде как одни против всех?

— Сядь, — дав понять, что шутки на сегодня отменяются, приказал Орлов.

Таласки спорить не стал, замолчал, но распоряжение генерала не выполнил, остался стоять по примеру полковника. Тот, как и несколько дней назад подпирал собой переборку.

— Несмотря на имеющуюся у нас информацию, кангор Синтар не считает, что императоры Индарс и Хандорс намерены захватить корабль древних, на котором сейчас предположительно находится капитан Орлова. — Аршан предпочел не дожидаться, когда Искандер озвучит для только что подошедших подоплеку состоявшегося в их отсутствии разговора. — Я готов с ним согласиться, но лишь после того, как найду приемлемое объяснение их решениям.

— А мы вроде как должны тебе помочь? — Таласки не скрывал своего отношения к тому, что сказал канир. Характеризовалось оно одним словом — язвительное.

— А я был уверен, — в том же тоне отозвался Аршан, — что это я спасаю ваши шкуры. Если здесь начнется драка, вам в стороне не остаться, как бы вы не декларировали свой нейтралитет. Три орбитальные базы… Вы будете существовать ровно до тех пор, пока не станете первыми в списке приоритетов. Думаю, это произойдет значительно раньше, чем вам бы хотелось.

— Мрачная перспектива, — хитро прищурился Игорь, с удовольствием наблюдая, как на лице канира появляется тень раздражения. Таласки больше не нужно было находиться рядом, чтобы «поймать» чужие эмоции и сыграть на них. Аршан об этом забыл. — Но вряд ли все будет так, как ты говоришь.

— Ты что-то знаешь? — тут же обернулся к Игорю Орлов.

Искандер и Аршан и так не сводили с майора глаз.

— Ну… — протянул он, одарив всех самодовольной улыбкой, — мы тут со Славой подумали…

— Господин адмирал, — прервал его голос оперативного дежурного, а на комме Орлова вспыхнул алый символ, — получен сигнал с «Легенды». Капитан Орлова передала координаты корабля самаринян.

Они долго ждали этих слов, но… прозвучали те неожиданно. Для всех.

* * *

— Ну и что дальше, капитан?

Вопрос Дарила отдавал гнильцой. Не в первый раз. И не в первый раз я делала вид, что этого не замечаю.

Мой выбор из двух секторов оказался удачным. Впрочем, «слепым» он не был, да и пресловутое чутье тоже оказалось не причем. ИР «Дальнира» отсеял один из трех спорных вариантов, благодаря предположению, что самаринян сопровождает щитоносец скайлов. Благодаря ему же урезала список и я, оставив в нем лишь этот самый.

— Думать, — отрезала я, разглядывая изображение зоны, которая должна была вскоре стать либо местом нашей гибели, либо… победы. Я рассчитывала на второе, хоть и не исключала, что эта выходка станет для меня последней.

За два дня полета я умудрилась довести ИР своими претензиями, но результат того стоил. В командном отсеке появился пилот-ложемент и привычный голографический экран. Я, конечно, понимала, что все это только выглядит так, как мне хотелось — возможность преобразовывать пространство на этом корабле была просто немыслимой, но это не мешало радоваться полученному результату.

— Считаешь, что здесь есть о чем думать? — все так же язвительно продолжил демон.

Он был прав, трудно не признать очевидное. Два корабля: тяжелый крейсер Самаринии и щитоносец скайлов выглядели достаточно внушительно, чтобы задуматься о собственных проблемах. «Дальнир» был дальним разведчиком, а не боевым кораблем. Про «Легенду» я в этой ситуации предпочитала даже не вспоминать. Самоубийство в извращенной форме.

Нас они не «видели» — технологии древних. Как пояснил ИР, мы находились под одним из пространств нашей четырехмерной реальности. Уходить в другую мерность мы умели, во время прокола как раз этим и пользовались, но чтобы скрываться в своей же… На словах звучало очень просто — как под толщей воды, но при попытке представить то же самое, но в других категориях, воображение пасовало, предпочитая свернуть на что-нибудь более приятное. Например, на Искандера…

Стоило признаться, что и эта тема не вызывала у меня воодушевления. Мы с ним становились очередным доказательством старой истины: чтобы быть счастливыми одной любви мало.

— Предлагаешь бросить все и свалить? — вяло поинтересовалась я у Дарила, давая понять, что на глупые вопросы можно получить не менее глупые ответы.

— Ожидаемое время подхода кораблей Службы — двадцать шесть часов.

Я благодарно кивнула Костасу. Его реплика в этом бессмысленном разговоре прозвучала весьма своевременно. Не передышка, но напряжение слегка спало.

— Они его убьют.

— Нет! — жестко бросила я, заставив демона удивленно приподнять бровь. Похоже, он считал, что мое терпение — безгранично. Ошибался. — У них свои принципы. В Рауле чистая кровь, пока он не передаст ее избранным для этого девушкам, будет жить.

— Откуда такие познания? — уже несколько иным тоном поинтересовался Дарил.

— Сам… — продолжить мне не удалось, боковым зрением заметила, как нахмурился Костас. — Что?!

Тот с ответом задержался. Сначала окинул взглядом командный, тяжело вздохнув посмотрел на напрягшегося демона — на это стоило обратить внимание, и только после этого произнес:

— Высокая активность. «Дальнир» ведет с кем-то переговоры, мне не удается перехватить передачу.

— Демоны его задери! — выдохнула я чуть слышно. Ко всем нашим проблемам мне не хватало только предательства корабля. Мысль показалась дикой, вызвав, похожий на истерический, смешок. — ИР — контакт!

— Есть контакт! — отозвался тот приятным мужским голосом.

Сжав кулаки, заставила себя успокоиться. Тембр и манера говорить принадлежали Индарсу. Можно было не гадать, чьи именно проделки — мальчики постарались.

— Это что за игры?! — Спокойствие в моих интонациях обнаружить было сложно.

Тот не стал демонстрировать непонимание, учился очень быстро.

— В пределах открытия канала связи обнаружен боевой ардон домонов. Соблюдая требования соглашения, заключенного между ними и артосами, я передаю информацию о причинах вывода «Дальнира» из консервации и целях нашего нахождения в данном секторе.

— Что?! — Я машинально оглянулась на Дарила, тот на миг, отвел взгляд. Но мне оказалось достаточно и этого. — ИР, что такое ардон и кто такие домоны и артосы?

Разговор с бывшим помощником я решила отложить на потом, сейчас явно было не до него.

— Домоны — предки расы демонов, отказавшиеся покидать Галактику «Белая» и основавшие в ней свою колонию. Ардон — корабль-матка. Артосы…

— Можешь не продолжать, — скривилась я. — Артосы — предки самаринян и землян. Если я правильно понимаю, «Дальнир» и Хранители — наследие именно артосов?

— Именно так, — равнодушно ответил ИР. Чтобы сойти за члена экипажа ему недоставало только эмоций, но Костас сказал, что над этим работает. — Ашкер ардора связался с ИР Хараба.

Ощущение было такое, будто попала в засаду. Одна — против всех. Далеко не в первый раз, но…

Воспоминания о Харабах были еще достаточно живыми, чтобы сообразить, во что именно мы вляпались.

У всего была своя цена… у ошибочных решений тоже. Я хотела вытащить Рауле, кажется, погубила не только его!

Взвешивала все «за» и «против» я недолго — хватило одного вздоха.

— Экипажу покинуть «Дальнир». ИР подготовить «Легенду» к сбросу, рассчитать прыжок из зоны с разгоном от точки сброса. Капитаном «Легенды» назначаю капитан-лейтенанта Тараса Кораса.

— Таши! — Дарил вскочил с ложемента, как только я начала говорить, но высказался лишь теперь. Дослушал до конца.

— Отставить, капитан-лейтенант Дарил Дрей. За нарушение приказа капитана…

Он отвел взгляд, якобы сдавшись. Для меня это стало сигналом, с парализатором я не расставалась и когда спала. Я даже не стала думать, что означало то движение рукой, которое он не закончил. Мощность заряда была достаточной, чтобы он ненадолго заткнулся.

— Что здесь… — Стас с Тимкой на руках появился очень не вовремя.

Я повела парализатором и в его сторону.

— Все — вон!

— Таши… — попытался образумить меня Тарас. Обманчиво-медленно поднялся из пилот-ложемента — тоже потребовал себе такой, разведя руки, чтобы случайный жест не показался мне агрессией, шагнул ко мне.

— Стоять, — едва слышно прошептала я. Для той тишины, что установилась в отсеке, этого было достаточно. — Повторяю приказ: экипажу покинуть «Дальнир».

— Это неправильно, Таши, — горько усмехнулся Тарас. — Ты собираешься спасти нас, но даже не пытаешься понять, что выносишь смертный приговор. Как нам жить, зная, что мы бросили тебя? Оправдываться тем, что выполнили твой приказ?! — Он качнул головой. — Это не поможет.

Он был прав… Но только не сегодня.

В структуру происходящее не укладывалось, даже на незаконченную мозаику не походило. Так что приходилось не думать, а чувствовать… оголенными нервами. Вот они-то и подсказывали, что одна жизнь стоит значительно меньше, чем…

Если ею удастся обойтись…

— Прыжок рассчитан, — вклинился в наше противостояние бесстрастный ИР. — Время разгона до выхода на точку прокола — четырнадцать минут. Вероятность успешной атаки целей один и два — восемнадцать процентов, «Легенда» к сбросу готова, системы корабля активированы.

— Идиотка! — зашевелился на полу приходящий в себя Дарил. — Индарс и отец предполагали появление домонов…

Лучше бы он молчал! Даже не последняя капля, поток, который грозил смыть за собой все, что между нами когда-то было.

Мне хватило мига, чтобы оказаться рядом. Не смущало, что он не мог защититься, ответить…

Первый удар в живот был еще осмысленным, его можно было остановить, но никто не шевельнулся, чтобы меня удержать. Просто стояли и смотрели.

А я била… ногами, не видя сквозь алую пелену ярости, куда попадаю… Ощущая его боль, как свою и пытаясь избавиться от нее каждым новым ударом. Еще сильнее зверея от того, что он не сопротивляется, хотя уже и мог.

Он, как недавно Тарас, знал, за что получал…

Это не было предательством, всего лишь очередной попыткой подстелить соломку туда, куда мы собирались все вместе грохнуться.

Это было больше чем предательство… Эта была игра, в которой не он — Индарс и Хандорс воспользовались мною, как бесправной пешкой.

Злость отступила так же неожиданно, как и накатила, сминая застилавший взгляд туман. Разодранная форма, рваные раны, размазанная по разбитому лицу кровь…

Без сил буквально рухнула перед демоном на колени.

— Лучше бы ты меня убил… — сглатывая комок, прошептала, опуская голову. Закрыть глаза не успела, заметила, как вздрогнул Дарил от моих слов. — Стас, помоги ему. Тарас, забирай остальных и валите на «Легенду»… Пока я еще способна держать себя в руках.

Ни один не шелохнулся… Словно догадывались, что возвращаться в реальность пока еще рано.

— Капитан, — я начала уже ненавидеть этот голос, — ашкер ардона просит открыть канал связи. — И добавил, уж больно по-человечески: — Кажется, ИР Хараба удалось убедить их в благородности нашей миссии.

Мне оставалось только скривиться. Калейдоскоп вновь провернулся, меняя до неузнаваемости уже ставшую будущим картинку.

Еще бы вытравить эти мгновения из памяти…

— Приведи его в порядок, — с трудом поднимаясь, попросила я подскочившего ко мне Стаса, указав взглядом на демона, — и возвращайтесь.

Наша игра продолжалась… Дарил мог сыграть в ней свою роль.

* * *

— Твой план?

Ашкером ардона оказалась… домоница. О женской красоте лучше судить мужчинам. Наш разговор шел уже третий час, а мои мальчики продолжали выглядеть несколько… неадекватными. Я понимаю — Дарил, как-никак, одной с ней расы, но и остальные от него не отставали.

Что ж… пытаясь судить непредвзято, я видела разницу между ней и мной. Моя внешняя безобидность вызывала желание защитить, ее агрессивная самодостаточность — завладеть и подчинить.

Сомневаюсь, что она этого не замечала.

— У нас есть только один вариант вытащить Рауле, — не задумываясь, ответила я ей. — Наглый, безрассудный, если не сказать — самоубийственный. — Она молчала, смотря на меня с интересом. Я посчитала это как предложение продолжать. — Мы должны оказаться внутри крейсера самаринян. Проще всего это сделать на моем корабле. Можем смоделировать неожиданный выход из прыжка. Должны клюнуть, «Легенда» для них опасности не представляет.

— Если не подерутся…

Брошенный мною взгляд на демона был далек от дружелюбия. От внимания Харитэ моя реакция не ускользнула, но она промолчала. Некоторую потрепанность своего помощника я уже объяснила… определенными разногласиями по вопросу скорости исполнения приказов капитана. Уточнять, в чем именно выражались эти разногласия, она не стала.

У меня вообще сложилось впечатление, что знала она о нас значительно больше, чем нам самим было о себе известно. То ли Хранители постарались, то ли… С такими технологиями они вполне могли быть негласными наблюдателями за тем, что творилось в этой галактике. Не зря же ИР «Дальнира» упомянул про соглашение.

— Не подерутся, — хмыкнула я. Напряжение уходило, уступая место еще не азарту, но уже чему-то похожему на надежду. Домоны оказались не столь страшны, как представлялось. Да и с авантюризмом у них тоже было все в порядке. Как и с пониманием принципа: мы своих не бросаем. — Думаю, Рауле выпотрошили полностью, так что про Тимку им известно. Не стоит забывать и об отце… У самаринян к нему свои счеты.

Демоница… Домоница, поправила я сама себя, посмотрела на звереныша, который спал, уютно устроившись в кольце моих рук, на меня…

— Без моих… воинов не справиться.

Ее великолепный межгалактический служил еще одним подтверждением моей версии. Замолкала, подбирая слова, Харитэ не часто и лишь в тех случаях, когда для термина, который хотела произнести, не находилось прямого аналога. Вот и сейчас, мне оставалось только догадываться, кем именно будут те, кого она назвала воинами.

— У них минимум семь жрецов, — тем не менее, возразила я. — Как только «Легенда» окажется в ангаре, они будут точно знать, сколько человек на борту корабля.

— Эти умеют быть незаметными, — улыбнулась она с экрана.

Я только пожала плечами.

— Кому они будут подчиняться?

Выражение ее лица не изменилось, но от Тимки, который только делал вид, что спал, пришло ощущение удовлетворения. Вряд ли его, скорее, транслировал чувства моей собеседницы.

Хоть какая-то, но помощь.

— До окончания операции — тебе. Кроме случаев прямой угрозы. Ваша защита будет их задачей.

Хотелось мне задать парочку наводящих вопросов, но… я была не в той ситуации, чтобы диктовать свои условия. И так повезло, что в давней войне домоны оказались лишь карающим мечом, верша правосудие над зарвавшимися артосами. Эксперименты, которые те проводили со временем, грозили стабильности Галактики.

ИР основных орбитальных баз тех, кого мы называли древними, просчитав возможные варианты собственного будущего, выступили на стороне домонов. Лично для нас это стало спасением. Мнение Хранителей обо мне и моем экипаже для Харитэ имело значение.

— Тогда, может, подкинешь пару-тройку крейсеров, — шутливо полюбопытствовала я, просчитывая, насколько велики наши шансы вернуться обратно. — Сделаем им сюрприз. В самый неподходящий момент.

Первоначальный план, который мы согласовали с Искандером, смотрелся довольно прозаично. Но… он соответствовал и его и моему пониманию того, как именно должна действовать Служба внешних границ. Самариния была признана суверенным сектором, что накладывало свои ограничения. Одно дело — демонстрация силы с целью заставить выполнить требования, которые все еще были законными. Доказательств, что подданный кангората, розыскник Камил Рауле, когда-то являлся жрецом, предоставлено нам не было. Другое — открытое нападение.

Нашей задачей было найти корабль самаринян и дожидаться крейсеров Службы. Ну и проследить, если те вдруг вздумают сменить место дислокации.

На словах все выглядело просто. На деле…

Навигационные карты, которые были на борту «Легенды» являлись слепками поделенной на зоны Галактики. Далеко не всей, только исследованной (иногда и ценой жизни), ее части. Имея их можно было сравнить расчетные данные с полученными со сканеров. А дальше — анализ искажений с учетом известных технологий защиты кораблей.

Понятно, что прежде чем приступить к поиску, список из нескольких сотен возможных вариантов сократили до нескольких десятков. Но и их было слишком много! Отдай мы эту задачу ИИ, растянули бы удовольствие минимум на четверть стандарта.

Но это была только часть проблемы.

Наши генераторы прокола позволяли прыгнуть максимум на четыре с половиной часа. Пятичасовой уже считался затяжным и грозил огромным риском. Шансов выйти из него было чуть больше шестидесяти процентов.

«Дальнир» уходил в прокол и на девять. Была у меня догадка, что это далеко не предел.

Так что в поиске мы выигрывали дважды. Но даже в этом случае с момента вылета до обнаружения прошло десять стандартных суток. Все это время на связь мы не выходили. Из тех самых соображений безопасности.

Дальнейшее зависело от многих обстоятельств, в том числе и от класса корабля самаринян. Рассматривали вариации от дальнего разведчика, что давало возможность прямого столкновения с ним — «Дальнир» в этом случае мог послужить элементом устрашения, до тяжелого крейсера. Во всех случаях, кроме первого, без поддержки Службы нам было не обойтись.

Ситуация оказалась значительно хуже, чем мы предполагали изначально. Шитоносец скайлов рядом с тяжеловесом Самаринии выбора практически не оставлял. Ни нам, ни кораблю древних.

— Зачем же пару-тройку, — поднялась со своего места Харитэ. Не знаю, как называлось это кресло, но выглядело, как трон Синтара. Высокая спинка, массивные подлокотники. Сходства добавляло возвышение, на котором оно стояло. — Для хорошего дела ничего не жалко.

Вместо того чтобы обрадоваться, я ощутила пустоту. Там, где должно было быть мое сердце.

Передав Тимку стоявшему рядом со мной Тарасу, встала.

Горло перехватило, но это были не те трудности, с которыми я не смогла бы справиться.

— Я не собираюсь платить за свою и их жизнь, — я качнула головой, показывая себе за спину, где собрался мой экипаж. Голос прозвучал хрипло, но твердо. Она должна была понять, что мое решение пусть и спонтанно, но незыблемо, — будущим своего мира. Через двадцать часов здесь будут корабли Службы внешних границ. Дай нам удостовериться, что самариняне не покинут эту зону до этого времени и я лично запущу программу самоуничтожения «Дальнира».

Судорожно вздохнул то ли Стас, то ли Валечка… Значения это не имело, только ее взгляд… такой же спокойный, как и мой.

— Ты ошиблась, мы не наблюдатели. — Я хотела возразить, но Харитэ остановила меня жестом. Приблизилась, словно подойдя вплотную к той незримой границе, что разделяла нас с ней. — Если знать, что творилось здесь в прошлом, то это самое простое объяснение нашему появлению. И — неправильное. Мы покинули эту галактику, чтобы уже никогда не возвращаться. Вселенная большая — места в ней хватает всем. — Она улыбнулась… с горечью. Так по-человечески… — Мы не учли мелочи и… ошиблись. В твоем языке есть слово — ностальгия, тоска, которую невозможно объяснить, но стоит ощутить, как нет сомнений в том, что ты чувствуешь. У нас уже давно новый дом, ни я, ни мать моей матери, ни ее мать уже и не помнят, какого цвета было небо на тех планетах, где жили наши предки. Но тоска осталась, и она тянет туда, где когда-то все это началось.

Переведя взгляд на Дарила, домоница продолжила:

— Их больше нет. Ни одна из ваших навигационных карт не дает даже намека на то, что они когда-то существовали. Галактика оправилась от тех ран, избавившись и от памяти о своих неразумных детях. Вот только в нашем геноме так и остались их вибрации, заставляющие нас помнить и стремиться туда, где нас уже никто не ждет.

— Что мешает вам вернуться? — поинтересовалась я, лишь бы заполнить затянувшуюся паузу.

Следовала старому правилу: пока не поставлена последняя точка и не прозвучал первый залп, еще возможно что-либо изменить.

— Ничего, — избавила Харитэ демона от своего внимания. — И все. Здесь нам больше ничего не принадлежит. Мы можем быть лишь гостями.

— Мы можем быть лишь гостями… — как эхо повторила я за ней, все еще не веря в то, что она произнесла.

А Харитэ словно и не заметила моей растерянности.

— О том, что происходит в Галактике, мне известно достаточно, чтобы сделать выбор. Эта встреча была неизбежна, его отец, — она кивнула на Дарила, — искал пути к нам. Не сегодня, так завтра пришлось бы вмешаться…

— Пришлось вмешаться?! — нахмурилась я, догадываясь, что успела пропустить нечто важное.

Она сделала вид, что не услышала меня.

— У нас есть сорок минут, чтобы определиться с твоим планом. Четыре крейсера и хантор с зорхами на подходе.

Для чувства уверенности, которое я испытала в этот момент, не было причин. Да и два незнакомых слова могли означать новые проблемы в моей жизни.

Но это не помешало мне и испытать облегчение и… поверить в то, что самое страшное и тяжелое уже позади.

Если бы я знала, насколько ошибалась…

* * *

Мы опоздали.

Мы опоздали еще до того, как нашли их. К этому времени Камил был уже мертв. Убил он себя сам, жрецы умели и не такое. То ли не верил, что успеем, то ли… пытался нас защитить.

Гадай не гадай, а уже не спросишь.

Но мы этого не знали, потому продолжали действовать.

Хантором оказался малый десантный корабль, зорхами — его экипаж. Жаргонное словечко в приблизительном переводе означало головорезов. Репутация.

Всего шестеро, но когда они поднялись на борт «Дальнира», я поняла, почему их так назвали. Скайлы и демоны на их фоне выглядели до смешного безобидными.

— Капитан Таши? — Командир группы, не домон, но и не человек, остановился, не дойдя до меня несколько шагов. Окинул внимательным взглядом. На лице снисходительное добродушие без малейшей попытки его скрыть. Не скажу, что приятно, но привычка находить во всем хорошие стороны не подвела. Этот не будет устраивать игры за моей спиной, если понадобится, просто отшвырнет со своего пути. — Дарон Шураи. У меня приказ сопровождать тебя.

На межгалактическом он говорил не хуже Харитэ.

— Ну, раз приказано, — усмехнулась я, рассчитывая, что мои эмоции будут ему столь же понятны, как и мне его, — тогда начнем. ИР, выход. Вызов на крейсер самаринян.

— Принято! — отозвался ИР «Дальнира» все тем же голосом Индарса. За несколько последних часов произошло столько всего, что эта мелочь уже не смущала. — Выход и вызов на крейсер самаринян.

Скрывать «Дальнир» больше не имело смысла. Про крошечный межгалактический разведчик никто и не вспомнит, как только появится ардон домонов. Смотришь, и обещание Хранителю можно будет обернуть в обратную сторону.

— Капитан, есть выход в пространство. — Вместо ИР отчитался Дарил спустя несколько минут ожидания. — На вызов ответа нет.

— Принято, — бросила я, устраиваясь в пилот-ложементе. Если какие-то сомнения еще и были, в этот момент сдохли. Не до них. — Ангел, контроль щитоносца.

— Как скажешь, — не по уставу откликнулся Тарас и добавил, обращаясь уже к командиру гостей. — Подождите пока, мы немного заняты.

При других обстоятельствах я бы рявкнула, но тут решила промолчать. В развлечениях типа «кто в доме хозяин» принимать участия не собиралась.

— ИР, открытый канал связи!

— Принято. Внимание, открытый канал связи…

Привычной настроечной таблицы не было, но должен же был ИР отыграться за испорченные нервы, или что там у них вместо этого было.

— Капитану тяжелого крейсера под вымпелом Самаринии. Здесь — командир группы перехватчиков Службы внешних границ, капитан третьего ранга Орлова. На борту вашего корабля находится офицер отдела розыска Службы Рауле. Для исполнения переданных вам требований адмирала Искандера и кангора Синтара, чьим подданным он является, прошу принять катер. У вас тридцать минут. В случае отказа или непредоставления веских доказательств отсутствия на борту офицера мне приказано расценивать ваши действия как акт агрессии со всеми вытекающими из этого последствиями.

Ждать ответа долго не пришлось.

Экран вспыхнул, но вместо самарнинянина с той стороны экрана оказался бывший канир Сиеш. Асхан, как его называли вольные.

Не сказать, что совсем уж непредсказуемо, но… хотелось совершенно иного развития событий.

— Какая неожиданная встреча, госпожа Орлова!

— Для меня тоже было сюрпризом узнать, аркон Сиеш, кто именно стоял за торговлей живым товаром с Самаринией. — Не скрывая презрения, произнесла я. Сейчас мне было уже все можно. Даже грубить и язвить. — Трудно было представить себе второго в списке претендентов на титул кангора, занимающегося работорговлей в самой неприглядной ее форме. Вам ведь известно, зачем именно Самаринии нужны те несчастные?

— Вам не кажется, капитан, что ваши требования звучат несколько… неблагоразумно, — проигнорировав и тон, и сказанное мною, уточнил скайл.

— Вы имеете в виду, что не в моем положении диктовать условия? — надев маску, невинно улыбнулась я. Сомневаюсь, что поверит, но надо же дать ему время подготовиться к залпу.

— Я следил за вашими успехами, — несколько высокомерно (на мой взгляд), ответил бывший канир. — Искандер недооценивает вас. Как и генерал Орлов. С вашими талантами и всего лишь командир группы перехватчиков…

— У вас есть другое предложение? — все так же, с легкой усмешкой, поинтересовалась я.

Знак Тараса об открытии на щитоносце орудийных модулей я не пропустила. Кажется, самариняне предпочитали решать проблемы чужими руками.

Что ж… в этом мы были похожи.

— Есть. — На его лице впервые появилось что-то похожее на эмоции. Не знай я, чего именно от него стоит ожидать, могла бы и испугаться. А так… — Но вы ведь его не примете.

— Вы правы, канир Сиеш, — кивнула я, позволяя ему увидеть горечь в своих глазах. — Не думаю, что могла бы потом спать спокойно. Так что оставьте его при себе. — Пауза была слишком короткой, чтобы он сумел мне ответить. — Крейсерам поддержки выйти из-под защиты.

Это можно было бы назвать растянутым во времени мгновением нашего триумфа. Смерть Рауле сделала его поражением. Четыре проявившихся в пространстве корабля домонов «держали» позицию, лишив и щитоносец, и крейсейр самаринян возможности маневра. О попытке атаки тоже речь не шла. Вокруг тяжеловеса скайлов сканеры фиксировали похожие на накатывающие волны искажения гравитационного поля. Не знаю, что это было, но испытать на своей шкуре технологии предков демонов мне не хотелось.

Но даже в этих условиях ждать ответ от самаринян пришлось почти десять минут. Для меня они показались практически вечностью.

Если бы я знала…

Я — не знала, и в этом было мое счастье. Еще почти два стандартных часа Камил был для меня жив.

За Рауле отправились мы с Тарасом и группа Шураи.

Командир зорхов производил странное впечатление. Сказала бы — груда мышц с огромным самомнением и сниженным уровнем интеллекта, но жизненный опыт не позволил сделать поспешный вывод.

Мешковатая форма мешала реально оценить фигуру, давая лишь общее представление о массивности, но наметанный взгляд замечал вязкость движений, словно тот себя сдерживал. Возможно, что-то типа сервоброника в предбоевом режиме, а может, и подготовка.

Да и с умственным развитием не все ясно. В глазах — наивная простота, соответствующая образу «большой, грозный и… недалекий», но я не сомневалась в обманчивости этого впечатления. Игры и интриги не для него, но это не отменяло умения схватывать, анализировать и делать правильные выводы.

Тимка провожал до «Легенды», которую мы собирались использовать вместо катера. Сидя на руках у Стаса, заглядывал мне в глаза, морщил нос, потирая его лапками. К разуму Камила пробиться он так и не смог, но меня это в тот момент не смущало. Я постоянно помнила про семерку жрецов, составляющих ритуальный круг. Истинная суть этого понятия была мне не ясна, но звучало убедительно, чтобы стать объяснением.

Мы были близки к цели, но я, словно предчувствуя, зверенышу ничего не обещала. И даже не оглянулась, чтобы подбодрить взглядом, когда за мной закрывался люк.

Больше ничего не имело значения. Либо мы вернемся с Рауле, и тогда все несказанное так и останется трагичным, но неслучившимся вариантом. Либо… все будет бессмысленно, потому что мы проиграем.

Судьбе.

Еще спустя час «Легенда» опустилась на стапель в ангаре крейсера самаринян.

Все остальное осталось в моей памяти обрывками. Вроде — было, но как же хотелось, чтобы оказалось лишь плохим сном!

Реакция встречавшего нас жреца на зорхов… Он явно знал, кто они такие, и чего от них можно ожидать. И именно эти знания заставляли его сдерживать ту силу, что ощущалось запертым в теле вихрем.

Коридоры, ярусы, переходы… Ненависть, которая была настолько осязаема, что инстинктивно вызывала желание спрятаться за спину Шураи. Кроме уверенности, что ашкеру ардона нет смысла избавляться от нас столь замысловатым способом, у меня не было причин для доверия. Но ему я безотчетно доверяла. Больше, чем отцу, Шторму, Искандеру или Индарсу.

Ассоциация выглядела странно и была совершенно несвоевременной. От нее бы избавиться, но слова продолжали звучать метрономом, отмеряя мои шаги. Доверяю, верю… верю…

Я не верила. Смерть была настолько близко, что не ощущать ее присутствие было просто невозможно.

Но я продолжала идти первой, не позволив ни посланцу Харитэ, ни Тарасу, опередить меня. Это был мой путь. Куда бы он меня не привел, я должна была пройти его до конца.

Створ двери в отсек, напротив которого мы остановились, ушел в сторону. Холод и запах благовоний… И тело Камила, замотанное в белую ткань…

И голос, в котором я не ощутила ни страха, ни смирения. Лишь уверенность, что когда-нибудь мы ответим им за унижение.

— Вы можете забрать его. Он предал свою богиню дважды. Ни один из нас не проведет обряд для отступника.

Я чувствовала, как обвилось коконом вокруг меня напряжение. Ни одного движения, ни звука… Неслышно даже дыхания.

Будь я просто женщиной, у которой погиб друг, могла бы позволить себе зарыдать, кинуться ангелу на грудь, заламывая руки и слезами выплескивая из себя боль. Но если кем я сейчас и была, то капитаном третьего ранга… Натальей Орловой. И вот она-то и не имела права быть слабой.

Не в этот момент…

— По приказу командования Службы я должна забрать офицера розыска живым или… мертвым. — Голос не дрогнул, замершее сердце вновь забилось сильно и ровно. Мой долг был… скорбным, но от этого не переставал быть долгом. — О его смерти адмирал Искандер и кангор Синтар будут извещены сразу, как только я поднимусь на борт своего корабля. И… — я бросила быстрый взгляд на закаменевшего Тараса, успев заметить и то, как цепко держит меня в поле зрения Шураи, — ему будут оказаны воинские почести, которые он заслужил своей верностью данной им присяге.

Мы не успели, проиграли, ошиблись, но… мы выиграли. Для них было важно уничтожить не только своего бывшего собрата, но и саму память о нем, сделав из него предателя.

Кем бы он ни был для них, для нас он останется героем. Хотели жрецы того или нет, но им придется с этим смириться.

Я ждала провокаций, предупредив всех условным жестом, чтобы не расслаблялись. Но путь, который мы проделали, возвращаясь к «Легенде», оказался не только короче, но и не столь тревожным по ощущениям. Впрочем, ощущений просто не было. Все, что я чувствовала — стук собственного сердца, утверждавшего, что, несмотря на боль, раздирающую мою душу, я была все еще жива.

Держалась я до появления крейсеров Службы.

Доложилась Искандеру, бесстрастно взирающему на чужие корабли, познакомила его с Харитэ, приняла катер с щитоносца Аршана, забравшего тело Камила.

Это было последнее, на что хватило сил. Прихватив Тимку и пообещав, что пристрелю каждого, кто попытается меня побеспокоить, заперлась в своей каюте на «Легенде». Прежде чем я расскажу Артуру о гибели его побратима, мне требовалась хоть короткая, но передышка.

Эпилог

— Я предлагаю договариваться, — улыбнулся Искандер.

— Это как? — поинтересовалась я, не торопясь поддаваться его обаянию.

С каждой новой встречей давалось мне это все тяжелее. В нем почти не осталось холодной бесстрастности скайлов, но зато прибавилось ощущения бьющей через край жизни.

Притягивала сия метаморфоза не только меня. Я все чаще ловила себя на мысли, что Служба внешних границ, — это адмирал Искандер. Когда он появлялся на «Танталионе», у всех на лицах застывало выражение благоговения.

Я исключением не являлась.

Впрочем, подобное отношение было им вполне заслужено. На время переговоров с представителями секторов Галактики, корабль-матка домонов занял позицию неподалеку от нашей базы, где находились штаб корпуса перехватчиков и Управление. Понятно, что таким образом они декларировали свою незаинтересованность в усилении какой-либо из сторон, но факт оставался фактом.

— Как? — переспросил он, задумавшись. Вот только ирония так и не ушла из его глаз. — Ну, я, например, признаю, что конвоем командуешь ты.

— И с чего такая покладистость? — недоверчиво уточнила я, мысленно ища подвох. Что-то здесь было не так, но вот что…

— Хотя бы с того, — шагнул он ко мне, окончательно лишая возможности отступить, — что возглавляю делегацию — я.

Ответить, что-нибудь язвительное мне не позволил поцелуй. Долгий, восхитительный, но не без привкуса горечи. Искандер вновь сделал все, чтобы мы были рядом, забыв предупредить меня об этом.

Спорить с ним и доказывать, что такой вариант нашего общего существования меня мало устраивает, было бесполезно. Проще научиться получать удовольствие от его заботы.

Уверена я была и в другом: на этот раз не обошлось без Харитэ. Даже догадывалась, что причиной сговора стал Дарил. Интерес ашкера ардона к моему бывшему помощнику я заметила еще во время первой встречи. Женщины такое чувствуют сразу, а я к тому же была и «на взводе», так что мимо моего внимания не ускользали и те мелочи, которые мне вроде как были ни к чему.

Оказалось, не зря подмечала, определенную роль симпатии Харитэ сыграли.

В свой экипаж Дарила я бы не взяла ни при каких условиях — так и не простила ему сделанного выбора, а вот адмирал, одним из советников главы миссии, — вполне. Влиять на его решения я могла, но никогда бы себе не позволила. У каждого из нас своя ответственность.

После гибели Рауле я предпочла исчезнуть, сбросив все проблемы на Искандера. Желающих ему помочь было более чем достаточно. Как раз хватало, чтобы посчитать местью за все его прошлые игры и… за будущие тоже. Корабли Индарса и Хандорса были первыми, появившимися вслед за крейсерами Службы. Но далеко не последними.

Тело Камила оставили в криокамере, адмирал разделял мое мнение о воинских почестях, но возможность оказать их могла появиться только на базе. И лишь после того, как слегка уляжется шумиха с появлением в Галактике домонов.

Бросив экипаж на произвол судьбы — злость на Дарила не утихла, кидая тень и на всех остальных, — отправилась с Артуром на Тандор. Его логово было единственным местом, где меня было затруднительно достать даже скайлам.

Тимку я забрала с собой, а ИР «Дальнира» приказала исчезнуть, намекнув, как и куда. Несмотря на некоторые наши разногласия, тот послушался. Как оказалось позже, весьма вовремя — Индарс попытался заявить на него свои права. Вряд ли старался только для себя, скорее, учитывал и интересы Хандорса, но…

Не получилось. Второй Хараб открыла я… Как офицер Службы внешних границ.

Узнав о позиции адмирала, император не стал сразу лезть в юридическую казуистику, а потом было уже не до того. Харитэ сделала главам секторов предложение, от которого никто бы в здравом уме не отказался. Индарс исключением не стал.

Я об этом узнала значительно позже. В то время, когда происходили эти события, наслаждалась мрачными пейзажами недружелюбной к разумным планеты, где находилась база Артура. Тянула с возвращением до последнего, не столько размышляя о собственном будущем, сколько, как старую одежду, перетряхивая собственные принципы. Отказаться от них мне не удалось, предавать себя я не хотела. Но все равно было ощущение, что начинать я собираюсь с нуля.

На «Танталионе» я появилась за день до окончания отпуска. Звереныш увязался со мной, отказавшись вернуться на свою… родину Я была этому только рада. Тимке не дано было заменить собой Рауле, но пока он находился рядом, я могла иногда забывать о том, что Камила больше нет.

Похоронили Рауле на Ирассе, главной планете кангората. Синтар напомнил, что Камил был его подданным. Провожали Рауле в последний путь, как провожали когда-то скайлы своих воинов. Погребальный костер взметнулся с высокого холма в жаркое небо, унося с собой не тело нашего друга — его дух.

Рядом со мной стояли Юл и Кими. Для вдовы Дариса ритуал имел особое значение, Камилом звали ее еще не рожденного ребенка. Имена своим детям скайлы давали задолго до появления на свет.

В тот же день Кими, уже с соблюдением всех тонкостей этой церемонии, попросила меня стать инорой для ее сына, а Юла — его сводным братом. Тишина в зале, где все происходило, стояла оглушительная, а я тянула с ответом. Из памяти никак не уходили объяснения демона, ради чего все это затевалось.

Искандер столько сделал, чтобы получить свободу, мне не хотелось своим поступком отнимать ее у него.

В какой-то момент, разрываясь между пониманием, что хоть и не виновна в смерти ее мужа, все равно несу ответственность за эту женщину, и тем, что сделал для меня Искандер, встретилась с ним взглядом. Адмирал не был совсем уж спокоен, но загнанным в угол не выглядел. Заметив, что я смотрю на него, медленно опустил ресницы, давая молчаливый совет.

Но поверила я едва заметной усмешке, в которой на миг скривились его губы. Кажется, он предусмотрел и такой вариант.

Мне бы обратить на это внимание, но я лишь испытала облегчение — на этот раз обошлось без мучительного и заранее проигрышного выбора.

А на следующее утро меня разбудил экстренный вызов. Роды у Кими начались раньше срока.

Совпадение? Возможно! Я посчитала знамением. Рауле ушел, чтобы вернуться.

Роды были тяжелыми и долгими. В Храме пел ветер, играя со множеством колокольчиков и лентами прозрачной ткани, которыми закрывались проходы внутренних помещений.

Несмотря на некоторую архаичность прибежища Стихии, которой поклонялась Кими, родильный зал был оборудован не хуже, чем медицинский комплекс на базе Управления. Но это не успокаивало и с каждой ушедшей в прошлое минутой, ожидание становилось все более тягостным.

Беспокоились мы не зря, пусть и не догадывались о причине. Узнали о ней от служки, который вышел объявить о рождении… детей.

О том, что у нее будет двойня, Кими не сказала никому. Врачи, следившие за ее здоровьем во время беременности — тоже. Это было ее решением.

Неожиданности на этом не закончились. Свою дочь вдова Дариса нарекла Таши.

Не считая Тимки, у меня теперь было трое детей. Чужих, но… своих.

Очередной сюрприз настиг меня через пару месяцев после этого события. Жизнь начала входить в свою колею, шум в Галактике стихать. К присутствию поблизости домонов уже начали привыкать.

Ничего удивительного. Явно в чужие дела те не лезли, а то, что их тень мелькала за всеми более менее значимыми решениями… так, не пойман, не вор. Харитэ и Шураи, который оказался едва ли не ее правой рукой, действовали весьма дипломатично.

Впрочем, меня это особо не интересовало. В моей жизни появился новый принцип: подальше от начальства — целее нервы. Это позволяло избегать множества проблем.

Я продолжала летать на патрулирование, успевая дрессировать и группу, и экипаж, обновившийся наполовину.

По моей настоятельной просьбе Тараса назначили капитаном перехватчика в звене Ван Хилда. Костаса я тоже попыталась пристроить в надежные руки, чтобы и поблизости, но и не на глазах, но он пригрозил застрелиться. Шутка, но была в ней неприкрытая горечь. Пришлось оставить хакера в покое. Рустама я отдала Стелькову, демонам больше не было места на борту моего корабля.

Нового помощника мне нашел Таласки. Им оказался молоденький капитан-лейтенант с новой партии «сосланных» к нам из Союза. Ни широкого разворота плеч, ни убежденности в своей правоте во взгляде, ни бросающейся в глаза мужской красоты, от которой бы сходили с ума женщины…

В том, что Игорь не ошибся, я убедилась во время первого же испытательного полета. Антон Сумароков великолепно «держал» всю картину тренировочного боя, умудряясь и не лезть под руку и предугадывать мои приказы. В спарринге он тоже оказался хорош, против Стаса продержался почти две минуты. Для меня это был показатель.

Первого пилота — Джастина, привел адмирал. Против скайла за штурвалом я ничего не имела, как и против доли бесстрастности, которую тот олицетворял.

С самим Искандером мы продолжали встречаться, ничего друг другу не обещая. Не сказать, что афишировали наши отношения, лично я о субординации никогда не забывала, но в Службе о них не знал только слепой и глухой.

Пришел он ко мне после нашего возвращения из кангората. Я была уверена, что флагманский щитоносец уже покинул окрестности «Танталиона», потому и удивилась, когда после отбоя Искандер появился в моей каюте.

Все решила одна мысль. Наша с ним жизнь была настолько непредсказуема, что рассчитывать на лучшее завтра не приходилось. А раз так… Стоило ли думать о будущем, если мы с ним теряли настоящее?

Я посторонилась, пропуская его внутрь, он — вошел. Слова нам были не нужны.

Вот на фоне этой кажущейся идиллии и поступил приказ прибыть на базу Управления, ставший для меня полной неожиданностью. Если Искандер и использовал свое личное положение, чтобы увидеть меня, то лишь для того, чтобы самому оказаться на «Танталионе».

Спустя трое стандартных суток я остановилась перед дверью кабинета вице-адмирала, ощущая странное волнение. Как на краю пропасти.

— Боишься? — раздался из-за спины знакомый голос, заставив вздрогнуть.

— Ноги тебе нужно оторвать, Таласки, чтобы больше не подкрадывался, — рыкнула я, разыскивая в себе сбежавшее самообладание. — Не знаешь, что там, — кивнула я на логово адмирала, — придумали?

— Знаю, — хмыкнул он ехидно, — но не скажу.

Я смерила майора пренебрежительным взглядом, намекая на будущие трудности. Время от времени желание сбежать куда-нибудь подальше от начальственного взора возникало и у него. И тогда он отсиживался у нас на базе. Вел философские беседы с Тимкой — тот при встрече с эмпатом больше не скалился, общался с ним с удовольствием.

Моя невысказанная угроза не прошла мимо внимания майора. Игорь пожал плечами и заговорщицки подмигнул:

— Сейчас сама узнаешь.

Дверь открылась раньше, чем он договорил.

— Капитан Орлова, — произнес сидящий за столом Искандер, — что же вы стоите на пороге? Мы только вас и ждем…

Кроме него в кабинете находились отец, Шторм и Шмальков. Это из наших. От стархов — наследник Индарса, от скайлов — Аршан, демонов представлял Дарил, а домонов… Харитэ и Шураи.

Командира зорхов я с того памятного дня больше не видела, а вот с ашкером встречалась не раз. На похоронах Рауле она тоже была. По личному приглашению Синтара.

Шаг, который я сделала, оказался для меня судьбоносным. Знала бы — предпочла гауптвахту за неисполнение приказа.

Легкость, с которой Харитэ приняла решение помочь нам в спасении Рауле, не зря показалась мне подозрительной. Эта женщина была не только капитаном корабля-матки, но и главой ооры — одного из девяти кланов домонов, расселившихся по трем соседним галактикам. Зорхи принадлежали к гуманоидной расе, находящейся под их защитой.

Не то чтобы они в ней нуждались, просто так было удобнее и тем, и другим. Своих кораблей тарсы не строили, предпочитая жить на планетах. Но находились и такие, как Шураи, стремящиеся вдаль. Крейсера предков демонов становились для них домом.

Те внакладе тоже не оставались, тарсы были прекрасными воинами.

Но об этом я узнала значительно позже. В тот же момент пыталась понять, в своем ли они уме.

В самом приглашении сборной делегации от нашей Галактики, значившейся в реестрах домонов, как «Белая», посетить владения клана, ничего удивительного не было. Если не считать, конечно, отсутствия технической возможности это осуществить.

Но этот вопрос, как я догадывалась, был самым простым в списке тех, что возникали. Значительно важнее было понять, зачем это нужно нам и… им. В благотворительность я уже давно не верила.

Эти мысли мелькали у меня фоном, их забивали слова Искандера, которые продолжали звучать в моей голове, позволяя лишь изредка улавливать смысл происходящего в кабинете. Если я правильно поняла то, что он произнес, именно мне предстояло вести конвой, отвечая за его безопасность.

Решение всех сторон по этому вопросу было единодушным.

Мне бы отказаться, но в их глазах это выглядело бы предательством… Да и не хотелось, чувствовала я себя в последнее время, как застоявшийся в ангаре гоночный кар.

Следующая половина стандарта напоминала мне годы обучения в Академии. Спала я урывками, от обилия информации иногда забывала, как меня зовут, ощущая при этом, как возвращается ко мне авантюризм, потерянный после гибели Рауле. К лучшему это или нет, я старалась не думать. Выбор между будущим и настоящим опять делала в пользу последнего.

Харитэ договорилась с Хранителями и «Дальнир» был передан Службе внешних границ. Его капитаном назначили меня. Со всеми вытекающими последствиями, одним из которых была необходимость найти общий язык с ИР.

Объяснение такой щедрости выглядело прозаично — технологии домонов имели под собой иные основы. А к созданию генераторов прокола, способных вдвое увеличить продолжительность прыжка мы и сами подошли вплотную. Его испытания как раз шли на Зерхане, одной из планет Союза.

Еще одной проблемой стал экипаж. ИР настаивал на двух первых пилотах, еще одном навигаторе и технике.

Проще всего оказалось с техником, его нашел Дюша. Потом добавили стажера — им стал Юл, ему как раз нужно было проходить полевую практику. Навигатора обнаружил Костас, но другого я и не ожидала. Сложности были только с пилотом. Таких, как Тарас и Дарил, больше не существовало.

Ангел пришел сам. Вошел в каюту, отодвинув меня в сторону, без приглашения сел в кресло.

— Я не капитан, Таши. Я — пилот. Я не могу без штурвала.

Сказать ему «нет» я не смогла. Да и не хотела, мне его не хватало.

Кто именно возглавит делегацию, не было известно до последнего.

Большую часть организационных забот взял на себя Искандер, но лично я его кандидатуру даже не рассматривала. Наше пребывание у домонов было рассчитано на четверть стандарта, а Служба требовала каждодневного внимания.

Вариантов, по моим расчетам, было несколько. Дарил, отец, один из сыновей Индарса, с которым я так и не виделась после смерти Рауле, и малознакомый мне канир, его я частенько замечала то на «Танталионе», то на базе Управления.

С выводами поторопилась. На время отсутствия адмирала, исполняющим обязанности командующего Службы внешних границ назначили каперанга Шмалькова.

Еще одна закономерная неожиданность в череде подобных. Когда дело касалось скайла, не стоило быть в чем-то уверенным.

Именно с этой новостью Искандер и появился у меня.

— И когда ты об этом узнал? — рыча, поинтересовалась я, отталкивая скайла от себя. Поцелуй грозил затянуться, а я еще не успела высказать ему все, что желало сорваться с губ.

— Ты хотела узнать, как давно я это решил? — самодовольно улыбнулся адмирал, уклоняясь от моего шутливого удара.

— И когда же ты это решил? — сменила я формулировку вопроса. Он был прав, эта звучала точнее.

— А когда заметил, каким взглядом на тебя смотрит зорх, — засмеялся он. — Знаешь ли, я очень ревнив. — Подмигнув, продолжил: — Я раньше и не догадывался.

— Я — тоже, — эхом отозвалась я, пытаясь представить, чем именно мне может грозить его признание.

Отвлеклась я не вовремя.

— У тебя же есть свободная каюта?

Нового вопроса оказалось достаточно, чтобы насторожиться. Но пришлось кивнуть, на «Дальнире» каюты были рассчитаны на двоих, так что свободные, действительно, были.

— Ну, тогда мы с Шураи разместимся у тебя на борту, — довольно заулыбался он. — Чтобы тебе скучно не было.

— А при чем тут Шураи? — осторожно полюбопытствовала я, ожидая нового подвоха.

С некоторых пор Судьба любила преподносить мне сюрпризы.

Ждать ответа долго не пришлось.

В его глазах выплясывали смешинки, когда он, приподняв бровь, удивленно спросил:

— А тебе разве неизвестно, что Харитэ приказала зорху присматривать за тобой?

Ближайшая четверть стандарта обещала быть…

Додумать мелькнувшую мысль мне не удалось. Насладившись моим ошеломленным видом, Искандер добавил, улыбнувшись той самой улыбкой, перед которой я не могла устоять:

— Я забыл тебе сказать, что Игорь тоже летит с нами.

На месте Харитэ я бы хорошо подумала, прежде чем приглашать нашу компанию. Но предупреждать ее об этом было уже поздно. Мы вылетали через два дня…

Глоссарий

Люди, скайлы, стархи, люценианцы, приамцы — человекоподобные, генетически совместимые расы, населяющие Галактику. На текущий момент, генетические особенности рас наиболее четко выражены у скайлов и люценианцев, для остальных характеристики размыты из-за смешения с другими, так что термин чаще обозначает сектор проживания.

Артосы — раса, предки землян и самаринян.

Демоны — человекоподобная раса, генетически несовместимая с другими.

Домоны — человекоподобная раса, предки демонов.

Тарсы — человекоподобная раса (Галактика «Изумрудная»).

Айо — медицинский препарат, который изготавливают из кровавых кристаллов, добываемых на одноименной планете в системе Хараб. Запрещен во многих секторах Галактики.

Арахри — замужняя женщина.

Ардон — крейсер-матка. На борту до десятка тяжелых крейсеров и от двадцати до тридцати малых.

Аркон — должность на корабле скайлов, соответствующая капитану тяжелого крейсера, щитоносца. Званием не является.

Ашкер — капитан ардона.

Ахран — закрытое учебное заведение, выстроенное по принципу монастыря.

Вахиби — связанная на веки. Жена, давшая своему мужу полную клятву принятия.

Вольные — то же, что и пираты.

Волновой излучатель — оружие.

Дакири — старший офицер. В группе старших офицеров различаются четыре ранга, с первого по четвертый. Высшим является четвертый. При обращении к ним младших по званию используется название группы званий — дакири, так же обращаются друг к другу офицеры, носящие звания, которые относятся к этой группе. Цифровой ранг проставляется на нашивках, расположенных на кителе справа на груди и на рукаве слева. Цвет формы — черный.

Дальнир — межгалактический разведчик древних.

Дарон — статус командира группы (у домонов нет офицерских званий, лишь статус, соответствующий должности).

Дарши — праздник взросления для девушки. Празднуется через год после первого женского недуга. В течение этого времени девушку особенно оберегают. У стархов считается, что этот период в жизни будущей женщины самый важный. После празднования дарши девушке начинают подбирать жениха.

Домоны — предки демонов.

Дурь — вещество. Понятие более широкое, чем наркотики.

Зорхи (жарг.) — головорезы. Что-то типа штурмовиков-десантников.

ИИ — искусственный интеллект, кибернетическая основа для создания систем управления.

Инрок — опекун, крестный, наставник.

Инора — наиболее близко — крестная, вторая мать.

ИР — искусственный разум, саморазвивающаяся и самообучающаяся система.

Кангор — правитель скайлов.

Кангорат — название сектора в галактике, находящегося под контролем скайлов.

Канир — глава канирата (рода).

Канират — основная родовая структура кангората. В кангорате семь старших каниратов и двадцать один младший.

Канна — жена канира.

Кар — средство передвижения в атмосфере.

Код Х4 — код, обозначающий возможный контакт с вольными.

Командный интерфейс — система получения, хранения, обработки данных, взаимодействующая непосредственно с мозгом носителя импланта. Позволяет обеспечивать связь с другими носителями на разных уровнях доступа, подключение и взаимодействие с другими системами на основе ИИ (искусственного интеллекта), в том числе и через внедренные в тело нейродатчики управлять интеллектуальным оружием.

Конкор — совет каниров старших родов.

Кордер — специалист по шифрам.

Кредиты — деньги.

Крейсер (малый, средний, тяжелый, супертяж) — военные космические корабли.

Кротос — драгоценный камень (черный, матовый). Ценится не только за красоту, но и за определенные свойства, используемые при защите от сканеров.

Ласса — связь между метаморфами на время воспитания детей.

Литар — звание героя у скайлов.

Литарис — праздник воинской чести и доблести.

Ментат — способность манипулировать сознанием на ментальном уровне.

Младший аркон — помощник капитана на тяжелом крейсере, щитоносце.

Окраины — часть Галактики, планеты которой не входят ни в один сектор.

Оора — крыло (клан) у домонов.

Ордер — строй кораблей.

Парализатор — оружие.

Перевозчик — космический корабль, оборудованный для перевозки грузов.

Плазменный нож — оружие.

Планшет — электронное устройство.

Приоретта — крейсер кангора.

Пульсар — бортовое оружие, создающее разрыв пространства (прокол).

Служба внешних границ — коалиционная организация по защите Окраин от вольных.

Сторожевик (жарг.) — тип пограничного космического корабля.

Сэйвы — средства слежения скайлов с дополнительными функциями воздействия на организм носителя.

Талиси — открытая миру, незамужняя девушка.

Тарсы — раса, к которой принадлежат зорхи.

Тарух — добровольный траур по близкому.

Тимка-маленький — искусственно созданное разумное биологическое существо, внешне напоминает зайца.

Тимка-большой — визуальное отображение в форме белого дракона ИР Хараба-2 (Хранителя).

Тош — ритуальный воинский танец скайлов.

Туоран — редчайший в Галактике кристалл, используется в навигационных системах.

Уравнитель — корабль, по которому выравнивается скорость движения конвоя.

Хантор — малый десантный корабль.

Хатч — интеллектуальная игра.

Хинар — накидка из плотной ткани. Носят личные рабыни демонов.

Хурагва — флагманский крейсер генерала Орлова.

Шаре — напиток скайлов, обладающий способностью «раскрепощать» сознание. Не содержит алкоголя или одурманивающих веществ.

Штаб Объединенного флота Союза — центральный орган военного управления и основной орган оперативного управления вооруженными силами Галактического Союза.

Эмпат — способность манипулировать сознанием на чувственно-эмоциональном уровне.

R4, R6 — типы тяжелых грузовых кораблей. R4 относится к супертяжам.

Имена собственные (действующие и упомянутые)

Экипаж «Варвары»

Орлова Наталья — капитан-лейтенант, капитан перехватчика.

Дарил Дрей — капитан-лейтенант, первый помощник, сын повелителя империи демонов.

Валентин Веласке (Валечка) — лейтенант, второй пилот и старший оружейник.

Вихрев Андрей — лейтенант, техник.

Костас Чаунри — лейтенант, навигатор.

Станислав Ром (Стас) — лейтенант, медик.

Тарас Корас (ангел) — капитан-лейтенант, первый пилот.

Юлиан (Юл) — юнга.

Алябьев Андрей — капитан-лейтенант, капитан перехватчика «Молния», заместитель Натальи Орловой.

Аронов Александр — капитан-лейтенант, капитан перехватчика «Призрак».

Аршан — канир, старший сын кангора Синтара.

Дарис — дакири, аркон щитоносца скайлов.

Ивар — бывший капитан перевозчика «Черная дыра», помощник капитана Шахина.

Индарс — император стархов.

Искандер Элдарс — вице-адмирал, командующий Службы внешних границ.

Истхан Элданр — младший брат Искандера.

Камил Рауле — сотрудник отдела розыска Службы внешних границ.

Карн Махи — помощник Артура Шорна.

Кими — старшая дочь кангора Синтара.

Лея — приемная дочь кангора Синтара.

Маир — император Люцении.

Орлов Николай Сергеевич — генерал контрразведки, куратор Службы внешних границ.

Синтар — кангор скайлов.

Стельков Виталий — капитан-лейтенант, капитан перехватчика «Корвет».

Тадеус — бывший хозяин притона на планете Гордон.

Таласки Игорь — капитан (в дальнейшем майор) контрразведки Объединенных космических войск Союза, офицер для особых поручений генерала Орлова.

Хандорс — император демонов.

Харитэ — домоница, глава ооры (клана) домонов, ашкер ардона (капитан крейсера-матки).

Хилд Ван — капитан-лейтенант, капитан перехватчика.

Шмальков Владимир Валентинович — капитан первого ранга (каперанг), командир корпуса перехватчиков базы «Танталион».

Шахин — вольный.

Шорн Артур — хозяин базы Тандор, друг Таши, агент внутреннего круга скайлов.

Шторм Вячеслав — полковник контрразведки, командир группы, осуществляющей оперативную поддержку генерала Орлова.

Шураи — тарс, дарон (командир группы) зорхов.

География

Айо — первая планета в системе Хараб (по ее имени названо вещество, которое на ней добывают).

Асмакан — порт на планете Таркан.

Гитмар — район в столице Таркана.

Гордон — главный порт на планете Гордон.

Ирасса — главная планета сектора скайлов.

Кушнар — внеорбитальная база Службы внешних границ.

Малена — планета в Галактике.

Тандор — база на неосвоенной планете, принадлежит Артуру Шорну.

Танталион — внеорбитальная база Службы внешних границ.

Таркан — столица (и главный порт) империи стархов.

Тея — планета в Галактике.

Туш Амир — святилище на Таркане, место проведения дарши семьи императора Индарса.

Хараб — планета в одноименной системе.

Хараб-2 — планета в неизученном секторе Галактики, на которой была обнаружена база древних.

Штанмар — планета в секторе Люцении (история «Конвой»).

Ярлтон — главный порт столицы империи демонов.

Иар, Гордон, Эори — самые крупные из планет Окраин, находящиеся под контролем вольных.

Content

Наталья Бульба
КАПИТАН ПЕРЕХВАТЧИКА

Пролог

История 1 Конвой

История 2 Хараб-2

История 3 Корона кангора

История 4 Отпуск

История 5 Галактика «Белая»

Эпилог

Глоссарий