Эмили Джордж

Игра жизни

1

— Что тут происходит, черт побери? — раздался в темноте сердитый голос, и Лейси съежилась за ветвями олеандра, стараясь стать невидимой. Она нырнула в кусты сразу, как только автомобиль появился на подъездной аллее, и затаилась. Она окажется в весьма затруднительном положении, если ее обнаружат прячущейся в саду соседа. И почему он дома, когда все думали, что он должен находиться за границей?

Сумеречное вечернее небо размывало все очертания, и это позволяло Лейси оставаться незамеченной. Пассатные ветры, мягко дующие с юга, шелестели листьями олеандра и гибискуса, которые окружали безукоризненно подстриженную лужайку, и заглушали любой шорох, который мог выдать ее присутствие. Теперь, если соседские дети не подведут и не поднимут шум, можно будет ускользнуть незамеченной, когда он успокоится и уйдет в дом.

Кусты слева вдруг зашевелились.

— Кто здесь? — громкий голос приблизился. Лейси могла видеть лишь темные ботинки и темный силуэт мужчины. Она забралась еще глубже в кусты, прижавшись спиной к грубой поверхности каменной стены. Дальше отступать было некуда. Но он приближался. Прежде, чем она могла что‑нибудь придумать, чья‑то рука дотянулась до нее сквозь кустарник и схватила за плечо.

Чувствуя себя в дурацком положении, она медленно выпуталась из олеандровых ветвей и шагнула на траву, оказавшись лицом к лицу с тем, кто ее поймал. Его рука по‑прежнему крепко держала ее за плечо. Сквозь мягкий хлопок белой футболки она чувствовала цепкие пальцы, сжимавшие ее так сильно, словно она пыталась убежать.

Ей нужно было запрокинуть голову, чтобы увидеть лицо мужчины, причем основательно. В ней самой было больше пяти футов и шести дюймов, но этот мужчина был гораздо выше. Она не могла разглядеть в темноте черты его лица, но если это был Джейк Уэйнрайт, а это должен был быть он, то она прекрасно знала, как он выглядит: высокий, с темными волосами и пронзительным взглядом синих глаз. Ее золовка Сьюзен много раз описывала ей соседа, когда уговаривала Лейси провести каникулы на Барбадосе, — причем описывала с восхищением.

— Ну, так кто же вы и какого черта прячетесь в моем саду? — Его пальцы еще сильнее сжимали плечо, и конечно, там останутся синяки. Английский акцент, который так очаровал ее, когда она впервые прибыла на Барбадос, теперь казался ей холодным, а тон определенно угрожающим.

— Извините, мы всего лишь… играем, — произнесла она робко и быстро огляделась, выискивая детей — своих союзников против его сурового тона.

— Играете?.. — В голосе послышалась недоверчивая нотка.

— В прятки. Джимми! Дэвид! Выходите! Вы победили! — Она чувствовала себя полной идиоткой. Ей было двадцать шесть лет, слишком много, чтобы играть в прятки с соседскими детьми. Но чуть раньше эта идея казалась ей такой забавной, поскольку она уже немного скучала от того, что весь день не с кем даже словом перекинуться.

Две маленькие тени пересекли двор и отвлекли его внимание от Лейси. Они подбежали к высокому, разгневанному мужчине и заулыбались.

— Здравствуйте, мистер Уэйнрайт, — небрежно сказал Джимми.

— Добрый вечер, молодой человек. У вас что, нет собственного сада, Джимми?

Рука Джейка Уэйнрайта по‑прежнему крепко сжимала плечо Лейси, и она снова взглянула на него, пытаясь получше рассмотреть в спускающихся сумерках. Он сжимал ее плечо уже не столь угрожающе, не так больно, но все еще крепко. Хотелось бы знать, отпустит ли он ее, если она начнет высвобождаться?

— Да, но ваш гораздо интереснее, — признался Джимми.

Дэвид в знак согласия кивнул головой, озабоченно и не так нахально, как Джимми, глядя то на Джейка, то на Лейси. Он заметил, что рука мужчины все еще сжимает плечо Лейси.

Лейси пыталась поддержать то слабое подобие равновесия, в каком находилась:

— Извините за вторжение. Но наш сад слишком маленький и слишком изученный, в то время как ваш такой таинственный и дикий со всеми этими кустарниками и деревьями. Это замечательное место для игры в прятки. Кроме того, мы никак не ожидали застать вас дома.

— Меня и не было. Я только вечером вернулся из Европы. Но это не дает вам права носиться здесь. Этих двух сорванцов я знаю. А вы кто такая?

— Я Лейси Стенфорд, я остановилась у миссис Туттл, вашей соседки.

Изящным жестом Лейси указала на небольшой дом сразу за каменной стеной, которая разделяла два сада. Ей ужасно хотелось сейчас очутиться с той стороны стены. Интересно, если она сделает какое‑нибудь движение, отпустит он ее?

— Этого только не хватало, значит, у нее снова жильцы? — В его голосе слышалось неудовольствие. Он что — вообще против того, что миссис Туттл сдает друзьям свой коттедж; собственно, его это вообще не должно касаться!

— Нет, я ее дальняя родственница, приехала из Штатов отдохнуть на несколько недель. В любом случае, извините, что побеспокоила вас. — Лейси попыталась высвободиться, но его рука по‑прежнему крепко удерживала ее.

— В будущем, пожалуйста, играйте по ту сторону стены. — Его голос звучал жестко и непреклонно, хотя хватка пальцев была уже не такой цепкой.

Лейси сдержала сильное желание огрызнуться в ответ на его повелительный тон и просто кивнула. Выскользнув наконец из‑под его руки, она быстро пошла к своему дому. Ей хотелось побежать, но она не могла так поступить, желая сохранить достоинство. Достаточно и того, что ее и так застукали здесь. Он может подумать, что она полная идиотка.

Двое мальчишек с хохотом побежали за ней, ничуть не волнуясь, что их тоже застигли при вторжении на чужую территорию. Чтобы покинуть сад, нужно было миновать автомобиль Джейка на подъездной аллее, и на несколько секунд Лейси попала под беспощадные лучи его фар. Хорошо еще, что темнота не позволила Джейку Уэйнрайту разглядеть ее, а то бы он заметил, что колени у нее в грязи, шорты разорваны, а волосы совершенно растрепаны после того, как она пробиралась сквозь кустарники. Она разгорячилась, устала и понимала, что выглядит не лучшим образом. Не самое подходящее время и обстоятельства, чтобы знакомиться с соседом.

— Подождите минутку!..

Она остановилась и, глубоко вздохнув, оглянулась, желая сделать несколько шагов назад, чтобы выйти из‑под света фар. Подойдя поближе, он остановился, окинул ее взглядом с ног до головы, и Лейси почувствовала, как у нее перехватило дыхание, а в груди возникло странное волнение.

Сьюзен ничего не преувеличила в своем описании, скорее наоборот. Он был неотразим. Высокий, темноволосый, одетый в безукоризненный серебристо‑серый в тонкую полоску костюм, наверняка сшитый у дорогого модельера, настолько ладно он на нем сидел. Свежая рубашка и сине‑серебристый галстук выглядели так, словно он собирался на светский раут, хотя на самом деле он только что вернулся из поездки в Европу. Она же выглядела как уличный оборвыш, ей нужно было немедленно возвращаться домой и привести себя в порядок.

Лицо Джейка было словно отчеканено из бронзы, в свете фар трудно было понять, какого цвета его глаза, но она знала, что глаза у него синие. Лейси вновь почувствовала волнение, оглядев его с ног до головы: высокий, сильный, мускулистый, без унции лишнего веса. Ей вдруг захотелось увидеть его на пляже в одних плавках…

Она сморгнула и с виноватым видом посмотрела на него. С чего это ей пришла в голову подобная мысль, не в ее обыкновении было думать о таких вещах. Должно быть, она попала под воздействие тропической магии острова.

— А сама миссис Туттл здесь живет этим летом? — спросил он, остановившись как раз на краю светового пятна. Слишком близко к ней пододвинулся, — подумала она, пытаясь отступить. Его вид в сравнении с ее собственным подавлял.

— Нет, я тут остановилась одна на несколько недель…

— Ее владения, конечно, малы, но, разумеется, это не означает, что ее гости могут чувствовать себя как дома на моей территории, — серьезно произнес он, внимательно изучая ее в лучах света фар.

Лейси постаралась подавить улыбку. Она достаточно наслышалась о мистере Джейке Уэйнрайте от Сьюзен.

— Я слышала, что вы любите уединение, и не намеревалась нарушать его. Но все четыре дня, что я здесь живу, вас не было дома, и я не ожидала, что вы вернетесь сегодня вечером.

Она чувствовала себя школьницей, пойманной за кражей яблок во фруктовом саду, и это чувство было неприятно. Ей хотелось поставить его на место, показать, что он абсолютно неинтересен ей, хотя она и поступила не правильно.

Некоторое время он молча смотрел на нее, потом перевел взгляд на двух мальчишек, стоявших на самом краю светового пятна. На щеках его заходили желваки.

— Я буду дома несколько последующих недель и не хочу, чтобы вокруг шныряли шумные шалопаи и американские туристы.

— Понятно. Спокойной ночи, мистер Уэйнрайт, — сказала она с усмешкой.

— До свидания, мисс Стэнфорд.

— Можно просто Лейси! — не удержалась она.

Он глядел на нее, пока она, повернувшись, спешила в темноте к своему дому. Она едва удерживалась от искушения оглянуться, чтобы проверить, смотрит ли он еще ей вслед. Но ей не хотелось, чтобы он обвинил ее еще в чем‑то предосудительном.

В своей спальне она долго рассматривала себя в зеркало. Настоящее пугало! Ее длинные белокурые волосы были спутаны, к тому же в них застряло несколько листочков. На щеках были грязные разводы… Ее загар под тропическим солнцем усилился, но вместе с грязью, налипшей во время игры, превратил кожу в сплошное черное пятно. Ее серо‑голубые глаза, обладавшие способностью менять свой оттенок в зависимости от настроения, сейчас казались почти темно‑синими от замешательства и смущения. Это было ужасно — в таком виде в первый раз встретиться со своим соседом!

Она включила душ и с наслаждением встала под горячую струю. Это было чудесно! Намыливаясь, она снова подумала о своем только что прибывшем соседе. Ее золовка рассказала ей о Джейке Уэйнрайте все — от той поры, когда он унаследовал соседний дом, и до последней встречи с ним, когда Сьюзен приезжала сюда во время отпуска несколько недель назад. Его родные жили в Бриджтауне, но он один обосновался в этом огромном доме. Сьюзен познакомилась с ним во время своих визитов к тетке, в доме которой сейчас и остановилась Лейси.

Тетка Сьюзен, Элеонор Туттл, приобрела этот маленький коттедж еще до замужества. И хотя Элеонор никогда с тех пор подолгу не жила на Барбадосе, она так и не продала домик и приезжала на остров так часто, как только могла. Но поскольку этим летом у нее были другие планы, то Сьюзен и предложила Лейси провести здесь отпуск.

Сьюзен много чего порассказала Лейси о Джейке Уэйнрайте, она втюрилась в него, когда была еще совсем девчонкой. Позднее она узнала, что он редко появляется на людях, целиком погружен в какие‑то экспортно‑импортные операции и определенно не женат.

— По крайней мере, он точно не приезжал сюда в то лето, когда я встретила Майкла, — откровенничала с Лейси Сьюзен. Все знали, что с тех пор как Сьюзен встретила Майкла, для нее уже никто другой не существует.

— Джейк во всех отношениях был самым импозантным мужчиной из всех, кого я когда‑либо встречала. Сейчас, конечно, я думаю, что самый красивый Майкл, но тогда я с ним еще не была знакома. Как‑то летом мы попытались завлечь Джейка, — с грустью призналась Сьюзен, — я и мои кузины в тот год делали все, что могли. Он был уж очень хорош, но, увы, он совершенно не реагировал на влюбленных в него девчонок. Впрочем, тогда у него была близкая приятельница — мисс Элизабет Мэлтрон.

Это имя Лейси было знакомо. Элизабет была довольно известной актрисой, а Лейси знала об актрисах все. Однако она не помнила, чтобы имя Элизабет когда‑либо связывали с именем Джейка Уэйнрайта. Совершенно определенно, Элизабет была одинока и подвизалась в Голливуде. «Что‑то, видимо, произошло между ними», — лениво подумала она.

Нет, сказала себе Лейси, полоскаясь под душем, ей до этого нет никакого дела. Джейк Уэйнрайт всего лишь временный сосед, более того, человек, с которым у нее уже возникла взаимная неприязнь с того момента, как он поймал ее при вторжении в его владения. Если она собирается провести спокойно на Барбадосе последующие несколько недель, ей следует исправить положение и установить с соседом более теплые отношения.

Тот факт, что он оказался моложе и гораздо привлекательнее, чем она могла представить, а также то, что она пребывала в одиночестве последние несколько дней, не имеют к случившемуся ровно никакого отношения, внушала она себе, вытираясь после душа.

Она надела легкое голубое хлопковое платье и белые сандалии, расчесала волосы и перехватила их сзади лентой. Волосы были еще влажные, но к тому времени, когда она ляжет спать, они высохнут.

Не слишком размышляя, для чего она это делает, Лейси наполнила доверху тарелку шоколадным печеньем, которое сама испекла после полудня, и пошла к дому Джейка Уэйнрайта. Она предложит ему мировую и попытается сохранить его расположение на будущее.

Ночь была темной и тихой, только мягкий шелест пальм под легким бризом нарушал тишину. Это очень раздражало Лейси в ее первую ночь, поскольку она привыкла к шуму уличного движения, ярким огням и суматохе большого города. Сейчас все стало на свои места. Воздух был чистый, слегка напоенный ароматом расцветающего к ночи жасмина. Ветерок ласкал ее кожу. Темное небо пронизывали огоньки тысяч звезд.

Она наслаждалась каждым вечером, сидя в саду или прогуливаясь по темному пустынному пляжу. Даже игра с детьми — вспомнила она и улыбнулась — была радостью.

Впереди в темноте показался большой дом, где‑то в его дальней части горел свет.

Она постучала в дверь и стала ждать. Ждать пришлось долго. Вдалеке, слышала она, морские волны мягко плескались о шелковистый песок пляжа. До западного побережья Барбадоса было всего несколько сот ярдов. Ветры, которые мягко дули в ночи, перемешивали листья ибикуса, олеандра и жасмина, красиво устилавшие землю, и снижали до терпимой дневную температуру. В ночном ветре она улавливала соленый запах океана, смешанный со сладким ароматом жасмина, и ее сердце билось в восторге от царящей в природе гармонии.

Она снова постучала, на этот раз громче. Неужели он лег спать? А может, куда‑то вышел? Его машина виднелась на подъездной аллее. Она не видела света у дверей, но заметила огонек с тыльной стороны, когда шла сюда. Может быть, он пошел прогуляться по берегу?..

И в этот момент дверь распахнулась.

— Вы? А что теперь? — Он включил лампу у входа, еще одну в прихожей и с недоумением уставился на нее.

А она во все глаза смотрела на него. На нем были только шорты. Одевался в спешке? Его грудь была такого же бронзового цвета, что и лицо, мускулистая, ладная. Он стоял, несколько расставив длинные и сильные ноги и хмуро глядя ей в лицо.

— Что теперь? — повторил он нетерпеливо. Лейси, поняв, что ее разглядывают, почувствовала, что краснеет. Она также поняла, что ее первая оценка оказалась правильной: фигура его просто безукоризненна. Она почувствовала также, что ее охватывает странное ощущение: она хотела увидеть его в одних плавках, и сейчас он, в сущности, почти обнажен.

Неожиданно ее охватило неистовое желание приблизиться и дотронуться до его тела. Ее пальцы прямо‑таки заныли от этого безрассудного желания. Ей захотелось ощутить тепло его бронзовой кожи, прижаться щекой к его груди. Может быть, она сходит с ума? Никогда раньше с ней не происходило ничего подобного.

— Я пришла попросить извинения за непрошеное вторжение в ваш сад. — Обеими руками она протянула тарелку, стараясь держать ее твердо, поскольку руки ее дрожали.

— Должно быть, это ускользнуло от вашего внимания, но сейчас двенадцатый час ночи. Я уже спал и не считаю, что стоило меня будить из‑за тарелки печенья…

Его волосы были взъерошены, а взгляд убийственно синих глаз пронизывал до самых глубин, он был осязаем, как прикосновение. Неожиданно до нее дошло, что он сказал.

— Извините, я как‑то не сообразила, что уже поздно. Должно быть, я не посмотрела на часы, когда вышла играть с детьми.

— Я вижу, с вами произошли кое‑какие изменения. — В его голосе послышался сарказм; после того, как его глаза пробежали по ней с головы до ног, что‑то в его манерах неуловимо изменилось. Он небрежно прислонился к дверному косяку, задумчиво ее разглядывая.

И снова Лейси испытала странное ощущение: под его взглядом в глубине ее существа возникло тепло.

— Да, я…

— Старайтесь избегать всяческих хлопот.

Я не желаю печенья и ничего другого, что вы можете предложить. Единственное, что я хочу, — это отправиться в постель. В одиночестве!

— О! Я уверена, что только так вы и отправляетесь в постель с вашими манерами! — Она всучила ему тарелку с печеньем, не обратив внимания, успел он схватить ее или нет. Круто повернувшись, Лейси, словно за ней гнался сам дьявол, помчалась к своему маленькому коттеджу, не замечая уже красот ночи. Ее душил гнев. Захлопнув за собой дверь, она влетела в свою комнату.

Ох уж эти высокомерные, самодовольные красавцы‑мужчины! Она топнула ногой, затем схватила подушку с софы и швырнула ее через всю комнату.

Она шла к нему с миром и была оскорблена в лучших чувствах. Она не должна была пытаться мириться с ним. Велика честь! Она больше никогда так не поступит! Этот тип просто невыносим — надменен, снисходителен и чванлив! Да провались он пропадом, этот тип! Она всего лишь хотела извиниться за то, что проникла в его сад, сделать жест примирения. Она вовсе не помышляла ни о чем другом кроме этого. Это его извращенный ум углядел за всем что‑то неприличное. Да, он сошел с ума! Она несколько раз сжала кулаки, пытаясь успокоиться.

Наконец к ней начало возвращаться чувство юмора. Ее попытка примирения только ухудшила дело. Он, должно быть, решил, что она все это специально подстроила. На ее губах появилась улыбка при мысли о том, что он должен был почувствовать, когда она его разбудила, чтобы предложить печенье!

Конечно, она не представляла, что уже так поздно, иначе подождала бы до утра. Он устал после поездки и естественно мечтал выспаться…

При этой мысли в груди снова возникло чувство тепла. Интересно, он спит совсем раздетый? Скорее всего, да… Конечно, не в шортах же, что были на нем…

Она не успела продумать эту мысль до конца, как в дверь позвонили. Лейси колебалась только мгновенье, затем, влекомая любопытством, кто бы это мог быть, и подозревая кто, кинулась через комнату к двери.

На пороге стоял Джейк. Его глаза горели гневом, и она разглядела отчетливую красную полоску на его груди, куда она с силой ткнула металлическую тарелку. Сейчас эту самую тарелку он держал в руке.

— Мне не нужна ваша стряпня. И я бы мог привлечь вас к суду за нападение, вы это знаете. — Его голос звучал почти спокойно, но Лейси чувствовала за ним знакомую уже сталь.

— Нападение было спровоцировано. Я уверена, что судья меня оправдает. — Она взяла тарелку из его руки и поставила на столик рядом с собой.

— Если у вас — все, то я больше не смею отвлекать вас от вашей холодной одинокой постели.

— Все еще намекаете, что не прочь разделить ее со мной? — Его голос был таким бархатным, как взгляд, каким он смерил ее с головы до ног, и остановился на лице, охваченном румянцем.

— Я ушла, а вы сами оказались здесь. Стремитесь получить то, чего лишены? — Лейси пыталась игнорировать те чувства, что бушевали внутри. Потом взглянула на него вызывающе.

Он тоже смотрел на нее долгим взглядом сузившихся глаз.

— Откуда вы? — требовательно спросил он.

— Из Калифорнии. А что?

— Это объясняет некоторые моменты. Развязная, плюющая на условности девица из Калифорнии. Любительница серфинга. Мы здесь, на Барбадосе, немножечко более консервативны…

— Посмотрите лучше на себя! Я по крайней мере надела платье, когда постучала к вам, а вы заявились сюда в одних помятых шортах. — Она смерила его взглядом, чувствуя, что не в силах оторвать глаз от его античного торса. Лейси довелось видеть на пляжах Южной Калифорнии десятки прекрасно сложенных мужчин, всегда загорелых, прекрасно физически развитых. Но Джейк Уэйнрайт затмевал всех, кого она когда‑либо видела. Она готова была восхищаться им бесконечно. Внезапно она вскинула голову и натолкнулась на его сосредоточенный взгляд.

— Кроме всего прочего, у вас неверные стереотипы, — пробурчала она, сознавая, что он уловил ее восхищенный взгляд.

— Вы все‑таки занимаетесь серфингом? — спросил он, подняв брови, что, по мнению Лейси, придавало выражению его лица дополнительный шарм.

— Да, но…

— Или вы не из Калифорнии? — прервал он ее.

— Да! Но это не значит, что я настолько развязна, что плюю на условности. Я полагаю, что вам следует уйти, — прошептала она, храбро встречая его внимательный взгляд. — И не имеет значения, чего вы хотели, — добавила она, провоцируя его и едва сдерживая сильнейшее желание показать ему язык.

— Единственное, чего я хотел, — оказаться в своей постели и выспаться. Я только что прилетел из Англии и чертовски устал. Мой самолет опоздал, по моему саду носятся какие‑то чертенята, и, наконец, когда я думал, что вот‑вот усну, меня зачем‑то будят, а потом грубят.

— Ах вы, бедняжечка! Хотите, я вас поцелую, чтобы полегчало? — В голосе ее прозвучал откровенный вызов, правда, несколько сдобренный сарказмом.

В глазах Джейка сверкнули голубые молнии, он сделал к ней шаг, сжал ее руки выше локтей и наклонил голову так, что их носы соприкоснулись. Его глаза оценивающе сузились.

Лейси с трудом выдохнула, очарованная этим мужчиной, ее руки онемели в тех местах, где их сжимали его пальцы, дыхание участилось, сердце учащенно билось, зрачки расширились под его немигающим взглядом. Когда его взгляд остановился на ее губах, она должна была собрать все силы, чтобы не облизать их — они вмиг пересохли.

— Что касается, вашего соблазнительного предложения, мисс Стенфорд, то, полагаю, мы недостаточно хорошо знаем друг друга для такого акта интимности.

Лейси словно обдало жаром, к щекам прилила кровь. Ее взгляд остановился на его губах, затем метнулся прочь… Она испытывала страстное желание всем телом прижаться к груди этого мужчины. Господи, но ведь она совершенно не знакома с ним! Что же с ней происходит?!

— Я ухожу! Я не хочу больше никаких предложений мира, никаких нападений, никаких визитов, никакого шума. Я хочу, чтобы меня оставили в покое! Вы можете обещать это?

— Да, — кивнула она, все еще ошеломленная его прикосновением, его близостью. Она никогда не видела его прежде, а тело ее так бурно реагировало на него. Ну и ну! Ее глаза вновь скосились на его губы, потом опять на его глаза, румянец с новой силой окрасил ее щеки. Господи, молила она, только бы он не догадался, как ей хочется, чтобы он поцеловал ее!

Он пристально смотрел на нее некоторое время, глаза его становились все более синими. Наконец он кивнул головой и освободил ее, потом повернулся, чтобы уйти. В дверях он задержался и снова взглянул на нее:

— Спасибо все же за мирные предложения. Может быть, я все же ими воспользуюсь как‑нибудь. — Он дерзко улыбнулся и закрыл за собой дверь.

Лейси смотрела ему вслед. Какой же он наглец! Он действительно решил, что она была готова отдаться ему. Она заставила замолчать внутренний голос, который шептал, что она не сделала этого лишь потому, что не представился случай.

Она подошла к окну в боковой стене и выглянула наружу. Отсюда было видно, как он пересек посыпанную гравием дорожку и направился к своему дому. Он даже не надел ботинки, так спешил задать ей жару. Вот и хорошо, она надеялась, что каждый шаг по камням причиняет ему боль. Лейси отошла от окна, как только входная дверь его дома захлопнулась за ним. У нее не было ощущения, что она достойно вышла из этого поединка. Или ей было суждено выглядеть дурочкой перед этим человеком?..

Последнее, о чем она успела подумать, прежде чем погрузилась в сон, это его руки на ее плечах и его бездонные синие глаза.

2

На следующее утро Лейси разбудили горячие лучи солнца, упавшие из окна на лицо. Так происходило каждое утро, и это куда приятнее, чем пробуждаться от звона будильника, подумала она. В несколько секунд она вскочила с постели и встала под душ. В ее намерениях было провести весь день на пляже.

Расчесывая волосы, она смотрела в окно спальни, на океанский берег. Отсюда были хорошо видны колыхавшиеся под утренним бризом пальмы, ограждающие линию пляжа, густая зелень на фоне лазурного неба. Идти до пляжа было всего ничего, и из своего окна она легко могла видеть блеск первозданной зелено‑голубой стихии. Ближе к дому яркие тропические цветы всех оттенков окрашивали своим трепещущим цветом и ее сад, и соседний, в который больше никогда не ступит ее нога.

На какое‑то мгновение вспыхнула в памяти их последняя ночная встреча. Но Лейси была не из тех, кто надолго сосредотачивается на неприятных эпизодах.

Позавтракав, она собрала вещи и направилась на пустынный пляж. Она расстелила полотенце в тени стройной королевской пальмы и стянула с себя майку, потом побежала к морю и кинулась в его пенную волну. Вода была теплой и кристально чистой, ее цвет менялся от бледно‑бирюзового на поверхности до густо‑синего вдали. Золотистый песчаный пляж и дно были мягкими, как тальк, слегка розового оттенка из‑за островных кораллов.

На западном побережье Барбадоса вода плескалась о песок так ласково, словно это было спокойное озеро. Это на диком восточном берегу господствовали мощные прибои Атлантики. Лейси пользовалась приливными волнами, когда занималась серфингом на пляжах Калифорнии и Гавайев, но большее удовольствие получила от мягкой зыби берегов Карибского моря. Теперь у нее появилась возможность испытать приливы Барбадоса. Пока — сплошная идиллия.

Она поплавала, повалялась на солнце, потом села в тени пальмы. После полудня стало страшно жарко, и она поняла, что на сегодня хватит. Она собрала свои вещи и направилась к дому. Короткий душ и, может быть, легкий сон завершат первую половину дня.

Подойдя к задней двери и нажав ручку, она обнаружила, что дверь заперта. Ее охватило неприятное чувство. Она не запирала дверь и не была уверена, что захватила с собой ключ.

Она перерыла всю пляжную сумку. Ключа не было. Черт, что же делать? Подумав с минуту, она вспомнила, что ключ должен был быть на ее туалетном столике. Но как же ей проникнуть внутрь? Она отошла и осмотрела окна. Ни одно из них на первом этаже не было открыто. Лейси обошла дом в надежде, что, уходя, она оставила хоть одно окно открытым, но, живя одна, она каждый день запирала их на щеколды еще с вечера и обычно не открывала до тех пор, пока не возвращалась с пляжа.

Взглянув на соседний дом, Лейси поняла, что Дэнби отсутствуют, их машины не было на обычном месте. Сердце заныло. Что же делать?

В глубокой задумчивости она обратила взор на территорию Джейка. Стекла окон отражали солнечный свет, все они были закрыты. Однако большой черный седан по‑прежнему стоял на подъездной аллее. Стало быть, Джейк должен быть дома. Может, у него случайно есть запасной ключ от коттеджа?

Она задумалась, пытаясь найти правильное решение. Вчера он так был груб с ней, что очень не хотелось теперь его о чем‑то просить. Но разве у нее есть выбор? Ждать снаружи, пока Дэнби вернутся домой? А если они уехали до самого вечера?

Она могла бы и разбить окно, чтобы забраться в дом. Но как глупо это будет выглядеть, если у Джейка Уэйнрайта есть ключ, и все, что от нее требуется, это спросить его об этом.

Можно было вызвать слесаря, но для этого опять же нужен телефон. К тому же, это займет время. А если у Джейка как у ближайшего соседа есть ключ, никакого времени не потребуется.

Лучше бы столкнуться с оравой недоброжелателей, чем просить его о чем‑нибудь, подумала она, все же направляясь в сторону его гравиевой дорожки. Она просто попросит его дать ей ключ без всяких разговоров.

Она постучалась. Почти тут же дверь медленно открылась. Джейк стоял на пороге и молча взирал на нее. Сейчас он казался еще выше, чем вчера, но его наряд не изменился. На нем по‑прежнему были лишь темные шорты. Его плечи и грудь ничем не были прикрыты, и Лейси облизала внезапно пересохшие губы, когда ее глаза помимо ее воли уставились на его бронзовую кожу. Подняв взор, она столкнулась с глубокой синевой его глаз. Он смотрел на нее долго и пристально, откровенно и дерзко. Он спокойно задерживал взгляд на бугорках ее грудей, на ее узкой талии, изгибах бедер, длинных стройных ногах.

По всему ее телу разлилось тепло, когда она ощутила, как ощупывает ее этот взгляд. На пляже она заплела волосы, но знала, что несколько завитков опять выбились из прически и теперь падали на лицо. Соль от морской воды высохла на коже, а нос шелушился от загара. У нее всегда обгорал и шелушился нос, однако она не любила укрываться от солнца. Когда его взгляд остановился на ее бедрах, она едва удержалась от сильного желания натянуть майку еще ниже. Сейчас ей хотелось бы быть одетой в длинное платье, которое закрывало бы ее от шеи и до колен. Или хотя бы в ее сиреневый кружевной халатик с оборками.

Вместо этой выцветшей майки с короткими рукавчиками, принадлежащей ее брату. Должно быть, она выглядит в ней как куль картошки.

Джейк ждал молча, и Лейси тоже взирала на него в молчании, которое, казалось, тянулось бесконечно. Но, хотелось ей того или нет, надо было дать объяснение ее визиту. Она сделала глубокий вдох…

— Извините, что снова беспокою вас, но у меня небольшое затруднение — дом оказался запертым снаружи. Может быть, у вас есть запасной ключ от коттеджа миссис Туттл, а если нет, то, может быть, вы разрешите воспользоваться вашим телефоном, чтобы позвонить слесарю?

Он ошарашенно глядел на нее, потом глаза его сузились. Вместо ответа он широко распахнул дверь и отступил в сторону, показывая, что она может войти. Лейси должна была прошмыгнуть мимо него; когда она входила в прохладную прихожую, ее локоть нечаянно коснулся твердых мышц его груди. Ей потребовалось перевести дух, настолько сильна была реакция ее тела на это прикосновение. Ах, если бы можно было прижаться к нему всем телом! Ее зазнобило, и она прижала пальцы к тому месту своей руки, которое коснулось его кожи, ей хотелось удержать это соприкосновение с ним. Желая в страхе повернуться и убежать, она вместо этого была вынуждена лицезреть своего благодетеля. Хотя ей была и ненавистна мысль доставить ему удовольствие от сознания, что она ему чем‑то обязана, однако вежливость требовала поблагодарить его за любую помощь, какую он мог ей оказать.

Ее взгляд снова невольно обратился к его атлетической фигуре, задержавшись на мышцах, рельефно выступивших, когда он рукой отбросил назад прядь волос со лба. Она смущенно, но с неохотой отвела взгляд в сторону. Дома подобные мысли никогда не приходили ей в голову, почему же они взбрели ей здесь, на Барбадосе? Или на эротический лад настраивают чары этого острова? А может быть, все‑таки причиной является вовсе не природа, а особый магнетизм этого мужчины?

— У вас есть ключ? — спросила она натянуто, стремясь уклониться от его взгляда.

— Как долго вы собираетесь здесь находиться? — осведомился он, игнорируя ее вопрос.

— Ровно столько, сколько нужно, чтобы получить ключ.

— Нет, я имею в виду на Барбадосе.

— Месяц или около того.

— Ваш муж намерен вскорости присоединиться к вам?

— Я не замужем, — ответила она и почувствовала, как учащенно забилось ее сердце.

— Вы разведены?

— Я никогда не была замужем.

— Что же, в любом случае ваш подход более нов, чем у других, — пробормотал он, глядя на нее сверху вниз.

— Какой подход? О чем вы говорите? — На мгновение она задумалась, стоит ли за этим его личная заинтересованность. Потом медленно покачала головой. То, что он спросил о муже, вовсе не означало, что он проявил к ней какой‑то интерес.

— У меня довольно солидный опыт общения с молодыми леди, которые оказываются вдруг в столь затруднительном положении, как вы сейчас. Я думал, что вчера изложил свою позицию вполне ясно, но, может быть, не совсем. Повторяю: я не заинтересован!

Лейси была озадачена. О чем это он говорит?

Потом до нее дошло, и она ощутила прилив гнева.

— Извините, что прерываю вас, мистер Уэйнрайт. Я полагала, что этот инцидент оправдает мое появление в вашем доме, но, видимо, я ошиблась. Я ухожу немедленно!

Каков наглец, он решил, что она заигрывает с ним! Если бы он только знал, как не хотелось ей идти сюда и спрашивать его об этом ключе!..

— А если ваш дом оказался запертым снаружи, то как вы предполагаете проникнуть в него? Или это все же предлог, чтобы получить доступ в мой дом? — В его суровом голосе слышалось подозрение.

Лейси замерла на месте и снова повернулась к нему.

— Да вы просто с ума спятили! Почему я должна хотеть проникнуть в ваш дом? Чтобы увидеть вас, я могла бы придумать что‑то более хитрое, но я этого не хочу! Повторяю, мой дом оказался запертым снаружи!

— Что в таком случае вы собираетесь делать? — Он прислонился спиной к двери и, скрестив руки на груди, изучающе смотрел на нее.

— Как я понимаю, у вас нет запасного ключа к коттеджу, мистер Уэйнрайт?

— Совершенно определенно — нет. Я стараюсь ни с кем не общаться здесь и не поощряю контактов с собой.

— В таком случае я буду ждать в саду, пока вернутся Дэнби, а потом с их телефона позвоню слесарю. Я не хочу задерживать вас ни на одну лишнюю секунду! — Она взялась за ручку двери.

— А если они вернутся лишь поздно вечером? — Его голос звучал чуть мягче, но насмешливо.

— Тогда мне ничего не остается как разбить стекло и залезть в окно. Но что бы я ни решила сделать, мистер Уэйнрайт, у меня, разумеется, никогда больше не возникнет надобности беспокоить вас.

Высоко подняв голову, Лейси распахнула дверь и гордо спустилась по ступенькам крыльца.

— Ради Бога! — Дверь захлопнулась за ее спиной.

Лейси перешла подъездную аллею, вся кипя от негодования. Он что, думает, что она вешается ему на шею? Или его так избаловали женщины, что, когда одна из них появляется возле него, он немедленно решает, что с ним собираются заигрывать? Ох, уж все эти самовлюбленные, тщеславные красавцы! Сначала вчера вечером, теперь сегодня днем. Впредь надо держаться от него подальше.

Она вдруг услышала за собой шуршание гравия и обернулась. Ее догонял Джейк с маленьким чемоданчиком для инструментов в руке. Лицо его было хмурым.

Она застыла на месте, когда он пересек подъездную аллею и приблизился к ней. Удивленно подняв бровь, она взглянула сначала на чемоданчик, потом на него.

— Я не могу допустить, чтобы вы оставались весь день под палящим солнцем, потому что Дэнби нет дома. Так и быть, я помогу вам войти внутрь, — пробурчал он.

— Могу и обойтись! — Глядя на него, она строптиво вскинула подбородок. Лей‑си не хотелось, чтобы он покровительствовал ей.

— Вижу, как вы обходитесь, черт побери.

Скажите, вы уже достаточно взрослая, чтобы чувствовать себя здесь самостоятельной?

Он остановился совсем рядом, взял ее за подбородок своими длинными пальцами и приподнял так, чтобы можно было взглянуть ей в лицо. Его пальцы были теплыми, сильными и поразительно нежными. Его синие глаза вонзились в ее глаза, потом в них заискрилось какое‑то забавное выражение.

— На вид вам около двадцати лет, а у вас даже не хватает разума прикрывать чем‑нибудь нос от солнца, чтобы он не шелушился. Вы оказываетесь возле захлопнутой двери без ключа и должны обращаться за помощью к тому, к кому вам не хотелось бы обращаться, а после этого еще заявляете, что можете обойтись. Естественно, что у меня возникает вопрос: в состоянии ли вы вообще отвечать за свои поступки? Сколько вам лет? Лейси очень хотелось дать отпор этому невыносимому типу, но она была не в силах произнести ни слова. Ее глаза расширились и стали еще голубее, когда она глядела на него. Прикосновение его длинных нервных пальцев к ее коже пронзило словно уколами электрического тока и вызвало волну жара, растекающегося по всему телу. Она не могла ни думать, ни говорить и только взирала на своего мучителя в надежде, что что‑нибудь умное придет ей в голову.

— Я достаточно взрослая, чтобы чувствовать себя совершенно независимой, — сказала она, трепеща от нахлынувших на нее чувств.

— У ваших глаз изменчивый цвет, вы это знаете? — Его голос звучал мягко, глубоко, бархатисто, что‑то магнетическое появилось в самом тоне. — Раньше они были серыми, а сейчас голубые.

Лейси окунулась в глубину его синих глаз и подумала, что сейчас утонет. Сердце бешено билось, пальцы томились от стремления ощутить тепло его кожи, потрогать мускулы, которые так притягательно подергивались, от навязчивого желания зарыться лицом во вьющиеся волосы, покрывающие его грудь. У нее перехватило дыхание, ей понадобилось усилие, чтобы попытаться что‑то ответить:

— Да, я это знаю. Так вы собираетесь открыть дверь? — Когда она говорила, голос ее дрожал. Она нахмурилась: должно быть, он принимает ее за дурочку.

Джейк опустил руку и направился вместе с ней к дому миссис Туттл.

— Да, я попытаюсь впустить вас в ваш дом. Тогда, может быть, я наконец смогу заняться своими делами, не опасаясь, что меня опять прервут. Вы были утром на пляже?

— Да. А вы ходите на пляж? — спросила она, чувствуя, что ее поддразнивают.

Она старалась попадать в ногу с ним, когда они шли к задней двери ее дома, и чуть поворачивала голову вбок, чтобы видеть его хотя бы краем глаза. У него была плавная, грациозная походка тигра, с минимум лишних движений.

— Конечно, хожу довольно часто. — Его глаза скользнули по лицу Лейси, потом опустились на ее стройные загорелые ноги. — Вы бываете там постоянно?

— Каждый день, — сказала она, глядя, как он раскрывает свой чемоданчик и достает оттуда нужные инструменты.

— Я запомню это, — сказал он сухо. «Значит, он будет ходить на пляж, когда ее там не будет. Или найдет новый пляж на те несколько недель, что она будет здесь находиться», — подумала она, наблюдая за ним. До сих пор он ничем не проявил ни малейшего интереса к ней — скорее, наоборот. Почему‑то это задевало ее самолюбие. Обычно Лейси легко заводила друзей. Ее солнечная внешность привлекала окружающих, и для нее не представляло трудностей знакомиться с людьми.

Очень осторожно Джейк вынул стекло из задней двери, просунул руку и открыл замок. Распахнув дверь, он отступил в сторону и жестом пригласил Лейси войти в дом.

Осторожно, стараясь не коснуться его, она вошла, остро ощущая тепло его тела всего в нескольких дюймах от себя. Она готова была похвалить себя за успешный самоконтроль, но поняла, что он снова ее внимательно рассматривает.

— Спасибо за помощь, — сказала она, — стараясь не встречаться с ним взглядом. — Извините, что побеспокоила вас, — добавила она более официальным тоном.

— Вы и есть само беспокойство — как может человек на чем‑либо сосредоточиться, если его все время отвлекают? — Он как бы разговаривал сам с собой, опустившись на колени и вставляя стекло на место. Закончив работу, он поднялся и взглянул на нее.

Она посмотрела на дверь, потом на него, чувствуя, что ничего не может с собой поделать. Она не могла оторвать глаз от этого великолепного тела рядом с собой, этих поразительных бездонных синих глаз и густых прядей темных волос, таких длинных, словно он пропустил очередную стрижку.

— Еще раз спасибо, — мягко произнесла она.

— Наденьте ваш ключ на шнурок и носите на шее, чтобы не потерять его на пляже, — посоветовал он.

Лейси подошла ближе, делая вид, что рассматривает поставленное на место оконное стекло, сознавая его близость, его взгляд на себе. Она вздрогнула, когда он небрежно провел ладонью по ее ноге. Прикосновение обожгло ее сначала льдом, а потом огнем. Расширенными глазами она молча смотрела на него.

— Вы очень загорели. Вы что, живете в Калифорнии где‑то на побережье? — спросил он, наклонившись к ней. Слишком близко.

— Нет, в пятнадцати минутах езды на машине. Я езжу к морю, когда могу, но не очень часто. — Она размышляла, что еще сказать, и невольно отступила назад.

— Хотите печенья? — спросила Лейси.

— Вчерашнее печенье было взяткой за непрошеное вторжение?

— Предложением мира в связи с вашим гневом из‑за нашего вторжения — это не одно и то же. Так хотите печенья?

— Нет. — Он шагнул ближе, и у Лейси перехватило дыхание. Ее сердце бешено застучало, и странное предчувствие начало охватывать всю ее, она не могла даже шевельнуться.

Выпрямившись, Джейк просунул руки под ее майку и, охватив талию, привлек к себе, не сводя с нее глаз. Лейси ощутила его прикосновение словно ожог, жар и желание пронизали ее, словно пламя. Очень медленно он провел большими пальцами по ее животу, разжигая начавший разгораться в ней огонь. Ее ноги ослабели, кровь прилила к вискам.

Лейси глубоко вздохнула, чувствуя, что дышать становится все труднее. Нужно было потребовать, чтобы он остановился, чтобы убрал свои руки. Пульсирующая энергия его рук распространялась уже по всему ее телу, затмевая последние проблески сознания. Заряды возбуждения и восторга, сменяя друг друга, обжигали все ее тело жгучими вспышками.

Открыв рот, чтобы выразить свой робкий протест, она утратила последний шанс к сопротивлению, потому что Джейк накрыл ее раскрытые губы своими. Они оказались твердыми и требовательными. Его язык скользнул по ее мягким губам, на мгновение задержался, словно просил разрешения проскользнуть дальше, за барьер зубов, и соприкоснулся с ее языком. Это вызвало в ней ощущения, никогда раньше не испытанные, и ее возбуждение нарастало с каждым последующим моментом.

Ни о чем уже не думая, она подняла руки и погрузила пальцы в шелковистые волосы на его груди, ощущая игру упругих мышц при движении его рук, ласкающих ее тело. Его пальцы, ласково скользящие по шелковисто‑нежной ее коже, оставляли за собой вспышки восторга, его теплые губы давали выход всем ее смутным ощущениям.

Никто никогда раньше не целовал Лейси так, она потеряла ощущение реальности и способность мыслить, остались только неуправляемые чувства, и это опьяняло.

Неожиданно он резко отстранился и с усмешкой взглянул на нее сверху вниз.

Лицо Лейси вспыхнуло, она в страхе взглянула на него. Почему она не протестовала? Она с ума сошла, она совершенно потеряла всякий контроль над собой!

— Я думаю, вы колдунья, — сказал он каким‑то странным тоном, его глаза сузились. Он смотрел на нее сверху, их лица разделяли какие‑нибудь несколько дюймов. Его дыхание смешивалось с ее дыханием. Лейси зажмурила глаза, медленно возвращаясь снова на землю. Оба они тяжело дышали, словно после бега.

— Во всяком случае не ведьма! — отрезала она, разгневанная на себя за то, что была так ослеплена этим мужчиной.

— У нас достаточно времени, чтобы выяснить это, — заметил он, забавляясь ее ответом.

Она отодвинулась подальше от него и поправила на себе задравшуюся майку.

Он улыбался. Презрительно? С насмешкой?

— Итак, вы получили вознаграждение за свои услуги? — произнесла она холодно, направляясь в кухню, стараясь обрести чувство равновесия и восстановить безмятежное состояние последних нескольких дней.

— Я не нуждаюсь в том, чтобы получать плату поцелуями, мисс Стенфорд. Но я принимаю этот милый жест благодарности за то, что помог вам вернуться в ваш дом.

— Я вполне бы справилась сама, — отрезала Лейси, глядя в окно намногокрасие цветов в саду и не видя их. В голове все перемешалось, она до сих пор ощущала вкус его таких сладких для нее губ.

— Черта с два! Вы бы торчали во дворе до темноты, и все из‑за вашей упрямой гордости.

Она резко повернулась, чтобы увидеть его глаза. В ней снова вспыхнул гнев.

— Вовсе нет! Прекрасно обошлась бы и без вашей помощи. Вы сами навязались, но теперь я никогда не смогу это доказать.

— Нет… — Он засмеялся. — Вы должны сделать что‑нибудь еще, дабы доказать мне свои способности.

— Я ничего не собираюсь вам доказывать! — Лейси тряхнула головой, глаза ее от гнева стали темно‑серыми. Ей хотелось ударить его, да так, чтобы самодовольная улыбка слетела с его лица! Накал ее гнева питали все обиды, которые она вполне имела право приписать ему, чтобы скрыть собственное замешательство.

— Ну вот и хорошо! — Он уже не развлекался, теперь его лицо выражало простое равнодушие. — В будущем всегда держите ключ от двери при себе. А если с вами случится еще один подобный инцидент, пришлите мне записку. До свидания, мисс Стенфорд.

Он поднял свой чемоданчик с инструментами и ушел, не обернувшись.

Лейси смотрела, как он торопливо пересек комнату и захлопнул за собой дверь. Глядя на закрытую дверь, она пыталась удержать свой гнев, но обнаружила, что снова переживает те сказочные мгновенья, когда Джейк целовал и ласкал ее. Бесконечно, словно заклинившаяся патефонная пластинка, она переживала этот поцелуй. И то тепло, которое снова охватило все ее тело, не имело ничего общего с гневом.

Ее целовали и раньше, и много раз. Но почему этот поцелуй воздействовал на нее с такой силой? У нее до сих пор кружилась голова, она чувствовала себя очутившейся словно в потустороннем мире и более одинокой, чем когда‑либо раньше. Неужели все это лишь потому, что он какой‑то особый мужчина?

Ей уже двадцать шесть лет, она, слава Богу, достаточно взрослая, чтобы распознать обычного донжуана, полагающего, что все женщины готовы пуститься на что угодно, лишь бы очутиться в его постели. Она давала отпор и не таким сердцеедам Южной Калифорнии и не намерена склониться перед каким‑то барбадосцем, с которым случайно встретилась на каникулах.

«А сможет ли она совладать со своими чувствами?» — спросила она себя. Ее лицо снова вспыхнуло, она медленно вышла из кухни, желая лишь одного — смыть с себя это воспоминание, как она смывала с тела высохшую морскую соль после купания.

Впредь она должна быть настороже — больше никаких поцелуев, и уж определенно — никакой потери самообладания.

Стоя под струей горячей воды, Лейси размышляла, как ей следовало бы повести себя, чтобы все сложилось по‑другому. Она должна была проявить находчивость. Она должна была сама найти способ проникнуть в запертый дом без того, чтобы вовлекать в это дело Джейка Уэйнрайта.

Как ассистент режиссера одной из самых популярных дневных «мыльных опер» под названием «Много жизни и любви» она должна быть компетентной во всех отношениях. Хотя ей всего лишь двадцать шесть, она уже обладала определенным авторитетом. Она вполне может разрешать свои повседневные проблемы без вмешательства своего высокомерного соседа. Для этого нужно лишь вовремя чуточку подумать. Однако она не сделала этого, а обратилась к нему за помощью. И что на нее вдруг нашло?

3

Лейси провела бессонную ночь, вспоминая о восхитительном Джейке Уэйнрайте и его поцелуях. Внезапно она очнулась ото сна, все еще под впечатлением случившегося.

Сегодня она займется покупками в Бриджтауне и заодно осмотрит этот главный город острова. Интересно будет посетить музеи и исторические места. Ей также хотелось побывать в ботаническом саду и ознакомиться с экзотической флорой этого чудесного острова.

Просматривая некоторые из брошюр, присланные ей Сьюзен, Лейси узнала, что может посетить доки и полюбоваться яхтами в заливе. Лейси увлекла эта идея. Ей надо обязательно отвлечься от навязчивых мыслей о своем красавце соседе.

День был яркий и солнечный, приятный прохладный ветерок дул со стороны Карибского моря. Дорога, ведущая в город, петляла по побережью. Силуэты растрепанных пальм четко вырисовывались на фоне чистого, синего неба. Время от времени с дороги можно было заметить проблески различных оттенков голубого и лазурного моря. Белые здания Бриджтауна выглядели прохладными и приветливыми. По мере приближения к главной части города их строгая нетронутая чистота все резче контрастировала с яркими пурпурными, красными и зелеными оттенками цветов и пальм, растущих везде в таком изобилии.

Лейси припарковалась на центральной площади и пошла в направлении Броуд‑стрит, вдоль которой было расположено множество магазинов и магазинчиков, окаймляющих главную торговую магисталь Бриджтауна. Время летело незаметно, пока она рассматривала товары, которыми были заполнены прилавки.

Решив перекусить что‑нибудь в порту и полюбоваться лодками и яхтами, Лейси пошла вниз по Броуд‑стрит в сторону Трафальгарской площади. Ей объяснили, что именно отсюда лучше всего любоваться яхтами, стоящими в порту. Там же находились несколько открытых кафе, в которых можно было перекусить.

Увертываясь от потоков машин на Трафальгарской площади, Лейси пересекла боковую улицу и вскоре нашла спокойное кафе, выходящее прямо на залив. Она села за столик, находящийся в тени. Расположившись так, чтобы ей были видны яхты, Лейси заказала легкий завтрак.

Она оглядывалась вокруг, восхищаясь великолепным видом и благодаря фортуну за то, что тетка Сьюзен разрешила ей пожить в своем чудном домике. Ей здесь все очень нравилось. Барбадос подарил ей именно ту красоту, которой ей так не хватало, покой, бесконечные мили безлюдных пляжей.

После каждого дня, проведенного на солнце, ее загар становился все сильнее. Настроение ее было превосходное.

Увидев двух девиц, которые шли мимо и ели мороженое, Лейси поняла, что именно таким десертом она хочет закончить свой ленч. В нескольких шагах она заметила лоток с мороженым. Оставив свои пакеты на стуле, она купила двойную порцию шоколадного мороженого и пошла обратно в кафе. И тут она увидела, что какие‑то люди собираются занять ее столик. Она поспешила туда, чтобы сесть на прежнее место, — ее покупки все еще лежали на стуле. Стараясь не столкнуться с проходившим мимо человеком, она тем не менее налетела на своего неотразимого соседа.

Джейк переходил улицу. Он был в безупречном светло‑сером легком летнем костюме, бледно‑голубой рубашке с темно‑синим галстуком и выглядел так, как будто только что сошел с обложки журнала мод. Но по его брюкам медленно растекалось шоколадное мороженое.

Лейси с ужасом смотрела на него, постепенно понимая, что в спешке навлекла на него новую неприятность! Его элегантный, с иголочки, новый костюм был теперь безнадежно испорчен. Пока она как завороженная продолжала наблюдать за ним, остатки мороженого сползли по штанине и шлепнулись на его туфли — ей даже показалось, что раздалось хлюпанье.

Она в ужасе зажмурила глаза, правда, это продолжалось только секунду. Она снова открыла их и с неприязнью посмотрела, во что превратились его совсем недавно великолепные брюки. Схватив носовой платок, она хотела вытереть мороженое.

— О, Боже! Простите меня! Разрешите, я все вытру!

Она прижала платок к его ноге, чтобы в него впиталось как можно больше липкой, противной жижи.

Ее рука неожиданно оказалась в железной хватке, он просто отдирал ее руку от своего бедра.

— Мне кажется, что я сам со всем справлюсь. — Его голос звучал весьма странно.

Лейси быстро глянула вверх, но не смогла понять выражение его глаз, так как они были спрятаны за темными очками.

— Простите, — извинилась она еще раз, не отводя глаз от пятна, которое уже впиталось в легкую ткань его брюк. Она подняла глаза еще выше на голубую рубашку, обтягивающую его атлетическую грудь. Ее цвет подчеркивал золотистый загар его лица. Темно‑синий галстук завершал эту гамму синего и голубого, усиливая синеву его глаз. Она почувствовала какую‑то дрожь в коленях, сердце забилось сильнее. Она не могла отвести от него глаз!

Джейк не сказал ни слова, лишь подтолкнул ее к тому столику, где она прежде сидела. Парочка, претендовавшая на этот столик, уже сидела за другим.

— Сядьте. — Джейк все еще не выпускал руку Лейси, затем взял себе стул и сел верхом. Он внимательно посмотрел на нее и на лужицу таящего на солнце мороженого, которое растекалось по тротуару.

— Вам следует еще раз объяснить мне, насколько вы отвечаете за свои поступки. Я что‑то не могу вспомнить ваших объяснений. — Его голос был почти ровным, в нем слышался даже юмор.

Лейси кивнула, ее глаза были прикованы к его руке, которая все еще сжимала ее запястье. Ей было больно, но и приятно от его прикосновения. Она глубоко вздохнула, пытаясь немного успокоиться. И сразу вспомнила его сильные упругие мышцы, там, где к ним прикасались ее пальцы.

Она слегка пошевелила рукой, и он медленно отпустил ее. Она взглянула в его глаза, вернее, на его темные очки. Ей хотелось, чтобы он снял их, чтобы можно было видеть выражение его глаз. Ей нужно было знать, о чем он думает!

— Извините меня за то, что произошло. — Она показала на липкий платок, зажатый в ее побелевших пальцах.

— Я только хотела побыстрее вернуться за свой столик, пока его не заняли.

Он огляделся, но вокруг уже не было никого, кто бы мог претендовать на какие‑либо столики: все они были пустые.

— Вы уж не подумайте, что я сделала это нарочно, что я заигрывала с вами. Мы в Калифорнии обычно держимся гораздо проще — может, и вам стоит немного расслабиться? — Она пыталась как‑то ослабить напряженность, которая так и витала в воздухе.

Джейк сардонически улыбался, продолжая пристально смотреть на нее через темные очки.

— Мы здесь, на Барбадосе, и так достаточно расслаблены, Лейси. Разрешите мне это вам продемонстрировать как‑нибудь? — Его голос стал сладкозвучным, и у нее вновь разгорелось воображение. Лейси попробовала себе представить, что он станет делать, если она согласится. Снова нахлынули воспоминания о жарких объятиях в кухне. Она отвернулась и замолчала. Воцарилось неловкое молчание, и Джейк подозвал официанта.

— Не хотите ли чего‑нибудь выпить? — вежливо спросил он у Лейси.

— Стакан холодного чая со льдом, благодарю вас.

Он заказал и затем добавил:

— Принесите, пожалуйста, мокрое полотенце, я попробую хоть как‑то вытереть это пятно от мороженого.

Официант поспешил выполнить заказ Джейка. Лейси удивилась, почему ей самой не пришло в голову попросить полотенце, и подумала, что ему придется пойти в туалет, чтобы замыть свои брюки. Через несколько секунд вернулся официант, неся два большие бокала с холодным чаем и две большие влажные салфетки. Джейк взял одну из них и принялся промокать следы от мороженого, бросая косые взгляды на Лейси.

— Было бы проще снять брюки и смыть мороженое. Но, конечно, я бы выглядел достаточно экстравагантно, сидя здесь в одном нижнем белье.

У Лейси мгновенно заработало воображение, представляя его длинные загорелые ноги, совсем рядом с ее ногами, представляя, как бы он сексуально смотрелся в пиджаке с галстуком и в белых трусиках. Она слегка хихикнула, ей понравилась сама абсурдность этой мысли.

Джейк поджал губы, и он взял еще одну влажную салфетку.

Она никак не могла решить: приятно ли ей, что он находится здесь, или это смущает ее. Прежде чем она пришла к решению, он снял очки и потер глаза рукой. Положив очки на стол, он отхлебнул охлажденный чай и с любопытством посмотрел на нее.

— Вы снова пытаетесь произвести на меня впечатление своей независимостью? — тихо спросил он.

Лейси, взволнованная выражением, которое она могла прочитать на его лице, начала было объяснять:

— Я не ожидала, что вы появитесь здесь. Вам следовало побыстрее идти…

— Стало быть, я сам во всем виноват. — Его голос стал совсем бархатным.

— О, не поймите меня не правильно! Мне, конечно, следовало смотреть, куда я иду, но я торопилась и не заметила, что вы подвернулись по дороге. Я очень сожалею по поводу вашего испорченного костюма. Пожалуйста, пришлите мне счет за чистку!

— Я непременно сделаю это, — сказал он. — Но сегодня мне это уже не поможет. Я шел на важную встречу!

Ей было очень неудобно, что она создала ему такую проблему. Каждый раз, когда она сталкивалась с ним, что‑нибудь случалось: или ставило ее в невыгодное положение, или же создавало для него какие‑то проблемы. Джейк посмотрел на ее расстроенное лицо, тихо вздохнул и сделал глоток чая.

Опять воцарилась долгая пауза, прежде чем Лейси заговорила.

— Как здесь хорошо! Я еще никогда не ела в таком уличном кафе.

— Что, в Калифорнии нет таких кафе?

— Наверное, есть, но не там, где я работаю. Лос‑Анджелес — это город машин. Мы всюду ездим на машине. Мы не пользуемся уличными кафе, а просто подъезжаем на машине, и в окошко нам подают наш заказ. — Она посмотрела на него и робко улыбнулась. — Вы сегодня работаете?

— Да.

— Вам сейчас нужно куда‑то идти? Джейк внимательно посмотрел на нее и медленно покачал головой.

— Я могу немного посидеть здесь. Теперь я уже не пойду на эту встречу. — Он медленно посмотрел на мокрое пятно на брюках.

— Чем же вы занимаетесь, если можете спокойно сидеть в кафе в середине рабочего дня? — спросила она с любопытством. Ей очень хотелось побольше узнать о нем. Она также хотела, чтобы он поскорее забыл о том, какой она была неуклюжей.

— Вы думаете, что я зря трачу время? — Его глаза смеялись над нею, но взгляд сохранял жесткое выражение. — Я отдыхаю. Я собирался на встречу, но сейчас мне придется позвонить и сообщить, что я не смогу прийти. Я не могу показаться там в таком виде.

Лейси в смущении опустила голову.

Джейк опять насмешливо улыбнулся.

— Я много работаю, и не только с девяти до пяти. Если мне хочется отдохнуть, я могу себе это позволить!

— А где вы работаете? — поинтересовалась она.

— «Чандлери», — кратко ответил Джейк.

Лейси показалось знакомым это название.

— Импорт‑экспорт? — Она была удивлена.

Она слышала это название в Штатах, еще до того как приехала на Барбадос. — Это весьма известная фирма.

Джейк утвердительно кивнул.

— Что вы там делаете? — Она оценивающе посмотрела на его дорогой костюм, золотые часы на запястье. Что бы он там ни делал, ему платили хорошо.

— Я владелец этой фирмы. Она принадлежит мне.

Лейси даже заморгала от удивления. Этого она не ожидала. Она снова посмотрела на него. Неудивительно, что ему принадлежал такой шикарный дом — видимо, фирма приносит ему хорошие деньги.

— Как будто вы не знали этого… — бросил он.

— Я действительно ничего не знала, — резко сказала она.

Лейси пыталась вспомнить, упоминала ли Сьюзен, чем он занимается.

— Так я вам и поверил! Миссис Туттл все знает обо мне, о моей семье и о том, что касается моего бизнеса. Она не может не поделиться своей информацией с близкими. Она всегда предупреждает их, с кем рядом они будут жить.

Лейси не знала, как реагировать на его обвинения, потому что все это было похоже на правду.

— Послушайте, Джейк. Я ничего не знала о вашей работе, — серьезно промолвила она. — Вас не было, когда я приехала. Я решила, что вы тоже здесь отдыхаете.

— Это была деловая поездка. Но сейчас я вернулся, и мне необходимо сконцентрироваться на моей работе, а не проводить время с туристочкой, которая приехала на Барбадос развлечься!

— Почему вы решили, что я намереваюсь занимать ваше драгоценное время? Вы грубы и невоспитанны, хотя ваша внешность и располагает к общению, надо отдать вам должное.

Это было мягко сказано, так как Джейк Уэйнрайт был, пожалуй, самым красивым из всех мужчин, каких когда‑либо знала Лейси. Она могла бы смотреть на него бесконечно, и это доставляло ей удовольствие.

— Вы не Бог весть какой подарочек для женщин. Я бы не приняла вас, даже если бы мне поднесли вас на золотом блюде!

— Ах, маленькая мисс Невинность, не так ли? А зачем же тогда вы постоянно совершаете что‑то привлекающее мое внимание к вам. Флиртуете со мной, вмешиваетесь…

— Флиртую? Я вообще никогда ни с кем не флиртую! — Лейси была вне себя от злости.

— У меня нет ни одной спокойной минуты, с тех пор как вы явились сюда. Как еще вы можете назвать все это? Она здесь, видите ли, отдыхает! А что вы делаете у себя в Штатах, тоже флиртуете со всеми мужчинами подряд и называете это работой?

— Я дома по‑настоящему много работаю и ни с кем не флиртую! Моя работа начинается в семь утра и кончается только тогда, когда сделана последняя запись. А такое происходит иногда далеко за полночь!

— Чем же вы занимаетесь? — спросил он. Лейси посмотрела на парусные яхты, качающиеся на волнах. Вода была слегка маслянистой, отражая солнечный свет переливающимися радужными пятнами. По сравнению с ней белые борта лодок казались особенно чистыми и свежими. Понемногу она успокоилась, злость куда‑то испарилась. Она глубоко вздохнула. Кругом было слишком красиво, чтобы долго злиться.

— Я ассистент режиссера в фильме «Много жизни и любви». Вы когда‑нибудь слышали об этом сериале? — Она посмотрела на него исподлобья. Ее взгляд был гордым и смущенным одновременно.

— Нет, никогда.

— Этот сериал пользуется огромным успехом не только в Штатах, — гордо сказала Лейси.

Джейк на мгновение выглядел пораженным, затем его лицо напряглось, когда он понял, о чем она ему говорит.

— Моя мать иногда смотрит мыльные оперы. Я же в своей жизни не видел ни одной и не жалею об этом. — Голос его стал злым, а глаза даже сузились.

— Ну и зря! Для многих людей это прекрасная психологическая разрядка. Работать над ними весьма сложно, так как мы делаем каждый день по эпизоду. Но мне кажется, что нам было бы легче работать и записывать их здесь. Мне кажется, что здесь достаточно спокойно, — закончила Лейси.

— Я уверен, что здесь гораздо спокойнее, чем там, откуда вы прибыли. Я знаю, как ведут себя люди из развлекательной индустрии. Вечеринки до рассвета, смена партнеров. Делают все, чтобы шокировать публику и добиться известности. Друзья, знакомые — не имеет значения, по чьим трупам вы идете, чтобы только удовлетворить свое мелкое тщеславие. Неудивительно, что вы излишне раскованны. Мне теперь все стало ясно!

Лейси с удивлением посмотрела на него, ее поразил его обиженный и грустный голос.

— Я разве веду себя развязно?..

Она ведь не специально уронила на него мороженое, чтобы привлечь его внимание к себе — почему он так думает? Он с минуту смотрел на нее, потом пожал плечами и сказал:

— Мы здесь живем более размеренной жизнью. Мы не боремся с такой страстью за всемогущий доллар, как это делают американцы. Мы всегда преданны и терпимы к нашим друзьям. На нас можно положиться. Словом, мы — другие. — Он говорил очень резко. Почему он так разозлился? Что‑то явно вывело его из себя помимо пятна от мороженого!

Лейси посмотрела на панораму залива, на красные, белые и голубые точки лодок, качающихся в чистой голубой воде. Люди, прогуливающиеся по тротуарам, выглядели спокойными и довольными. Продавцы в магазинчиках были приветливы и неторопливы. Даже дорожное движение не было таким поспешным, к какому она привыкла у себя дома.

Лейси снова посмотрела на Джейка. Она не могла себе представить, чтобы ее босс или кто‑то из ее друзей сидел в кафе во время рабочего дня и неторопливо разговаривал сот случайной знакомой. Время — деньги! Она частично была согласна с его оценкой: многие ее друзья в Лос‑Анджелесе действительно много трудились, стараясь заработать как можно больше денег! Но при чем тут терпимость и доверие?!

— Я не знаю, о ком вы говорите, но в Лос‑Анджелесе мы тоже терпимые и верные друзья, — заметила она. — Люди могут быть амбициозными, но не за счет близких друзей!

— Поберегите ваши вымыслы для новых мыльных опер, — пробурчал Джейк. — Я когда‑то был обручен с женщиной, которая работала в индустрии развлечений. Все было просто прекрасно, пока я не захотел поселиться в другом месте, а не в Голливуде. Не там, где надо было каждый день закатывать роскошные празднества и приглашать всех важных и нужных людей из Голливуда! Все было быстро кончено. «Благодарю вас, что вы меня подвезли, но лучше я сойду здесь!» — Дескать, меня привлекали только твои деньги. Если ты не намерен потакать любым моим капризам — что ж, тогда «прощай!».

Лейси была шокирована этим рассказом и выражением скорби на лице Джейка. Видно, воспоминания все еще тяжелы для него! Это, видимо, была Элизабет Мэлртон!

— Не все женщины таковы! — запротестовала она, ей вдруг захотелось, чтобы его грусть развеялась. Как ни странно, ей было почему‑то его жаль!

— Исключений почти не существует. Все занятые в шоу‑бизнесе люди таковы.

— Не правда! Вот, например, я из тех женщин, которым совершенно не нужны ваши деньги. Я хорошо зарабатываю, и мне хватает на все, что я пожелаю! И таких, как я, много. Не надо мерить всех на одну мерку.

— Я вам не верю! — промолвил он. — Как еще можно назвать ваше поведение? Вы второй день без конца путаетесь у меня под ногами, трясете своей хорошенькой головкой, прижимаетесь ко мне, рассчитывая, что я, как любой мужчина, начну сходить с ума от ваших чар!

— Я постараюсь, чтобы вы больше так не думали! — Лейси отшвырнула свой стул, схватила все свертки с соседнего. Не посмотрев больше на Джейка, она почти побежала по тротуару.

Какой эгоист! Какой самовлюбленный болван! Он всерьез полагает, что все женщины бегают за ним только потому, что он красив и имеет кучу денег?! Что же на самом деле случилось у него с Элизабет? Может быть, на его пути действительно попадались лишь женщины, которых интересовали только его деньги? Лейси была уверена, что это не так. Если бы у него не было ни цента в кармане, ей он все равно бы понравился! Она немного замедлила шаг, дойдя до перекрестка. Если по‑честному, многие женщины должны были гоняться за ним. Он был просто неотразим! Даже несмотря на то, что он такой хам.

Она не выдержала и все‑таки оглянулась. Увы, Джейк не преследовал ее. Вздохнув, Лейси повернула обратно. В течение нескольких минут они ладили между собой, но теперь, увы, опять вернулись к состоянию войны. Гордо вскинув подбородок, она заставила себя посмотреть на море.

Она прекрасно проводит свой отпуск и будет продолжать в том же духе. Ей так хорошо здесь одной. Так спокойно… Она привыкла всегда полагаться только на себя, и ей и дальше следует действовать в той же манере! Скоро она вернется в Лос‑Анджелес, к своей работе. У нее нет времени, чтобы заводить друзей на Барбадосе.

Она твердо решила отгонять от себя мысль, что ей все же несколько одиноко здесь и не с кем поболтать.

Лейси пришлось вернуться назад, чтобы дойти до своей машины. Она проходила мимо кафе и невольно посмотрела на столик где сидела с Джейком. Там теперь восседала пожилая пара, и Лейси отвернулась. Но она помнила те несколько минут, когда они с Джейком, казалось, были в полной гармонии друг с другом.

Полностью успокоиться она не могла весь остаток дня: написала открытки друзьям, пыталась читать книгу. Ей было жарко, хотелось пить, она никак не могла сосредоточиться на чем‑нибудь одном.

После обеда она надела купальник, взяла полотенце и отправилась на пляж. Купальник представлял собой бирюзовый лифчик и бикини, поверх него она надела длинную футболку. Сандалии защищали ее ноги, когда она шла по саду и по тропинке на пляж. Сойдя с тропинки, она разулась и пошла босиком по теплому песку. Песочек был мелким, как пудра, и еще горячим. Приближались сумерки, бриз слабо дул с юга. На горизонте собирались облака — возможно, это надвигался шторм, о котором упоминал Джейк.

Небо над головой было все еще чистым, но вскоре оно потемнеет, и тысячи звезд заполнят ночную пустоту. На небе не было отсвета от городских огней, к которому Лейси привыкла в Лос‑Анджелесе. Здесь воздух был кристально‑чистым, наполненным лишь запахами моря.

Она остановилась у кромки воды и сняла футболку. Бросив ее на полотенце, Лейси побрела в теплую, как парное молоко, воду. Зайдя поглубже, Лейси нырнула и почувствовала, как вода омывает ей лицо, волосы и остужает жар тела, успокаивая. Она немного поплавала, потом легла на спину, чтобы отдохнуть.

Вечер был просто великолепным. Легкий бриз, шелестящий в листьях пальм, мягкий шепот волн, целовавших берег, — все это было почти не слышно Лейси, пока она нежилась в теплом море. Мягкое прикосновение соленой воды как бы поддерживало ее в любящих руках, в то время как она наблюдала за зажигающимися в ночном небе звездами. Это было божественное ощущение!

Ее покой был нарушен каким‑то всплеском. Затем чьи‑то сильные руки начали разрезать воду, кто‑то быстро скользил по зеркальной поверхности воды. Лейси перевернулась, пытаясь рассмотреть, кто плыл прямо на нее. На пляже не было ни души, когда она заходила в воду.

— Разве вы не знаете, как опасно плавать одной? — прозвучал знакомый голос, и человек подплыл ближе.

Джейк!

— Со мной все в порядке. Я не заплываю слишком далеко, и у меня никогда не бывает судорог. — Уже сильно стемнело, и Лейси с трудом различала Джейка в слабом свете луны.

— Вы все же довольно далеко отплыли от берега, а судороги порой начинаются совершенно неожиданно. — Он остановился совсем недалеко от нее.

Лейси вдруг захотелось протянуть руку и дотронуться до Джейка, захотелось почувствовать его прохладное тело рядом со своим, почувствовать силу его рук, обнимающих и поддерживающих ее.

Оглянувшись, она была поражена, как далеко ее унесло от берега. Может быть, Джейк и прав, но она, конечно, не признается ему в этом. Она медленно поплыла обратно. Он плыл рядом с нею.

— Почему вы пошли купаться так поздно, Лейси? Разве вы не знаете, как это опасно? — продолжал настаивать он.

— Я просто хотела поплавать. Сегодня было такое пекло, и я так устала, что мне казалось, будет лучше, если я пойду на море вечером.

Она не признавалась себе в этом, но была довольна, что Джейк плывет рядом с ней. Она заплыла слишком далеко, и ее вполне могло отнести еще дальше. Теперь же она чувствовала себя спокойной.

Почувствовав под ногами песок, она встала. Вода у берега была совсем теплой, а воздух стал прохладным, ее кожа моментально покрылась мурашками. Взяв полотенце, Лейси отошла на несколько шагов в сторону.

— Вас никуда не следует отпускать без няньки! — Джейк еще стоял в воде недалеко от нее.

— Не волнуйтесь за меня, мистер Уэйнрайт. Я не нуждаюсь в няньке. — Она резко отвернулась от него.

— Интересно, кто же вам нужен?.. — Он вдруг вышел из воды, подошел к ней сзади и властно прижал к себе. Его властные губы нашли ее рот. Они были холодными и солеными, и она, чтобы несколько смягчить его агрессию, была вынуждена открыть рот и покориться. О Боже, какое блаженство и тепло разлилось по ее телу, как радостно забилось ее сердце! Лейси почувствовала приятную прохладу его кожи всем своим телом.

Не отдавая себе отчета, она страстно ответила на его поцелуй. Он сжимал ее руки в своих, но она все же пыталась вырвать их и коснуться его сильной груди, его плеч.

Лейси потеряла счет времени, она уже не понимала, где они находятся. Поцелуй его все еще длился, и она тонула в волнах наслаждения и восторга. Его губы были горячими и требовательными, и Лейси готова была подчиниться любому ее желанию.

Вдруг он быстро отпрянул от нее и попытался разглядеть ее лицо в слабом свете луны. Голос его был тихим и немного хрипловатым.

— Мне бы хотелось, чтобы ты никогда не приезжала сюда, Лейси Стенфорд. Ты можешь принести мне много неприятностей, а мне бы этого не хотелось!

Она вырвалась из его объятий.

— Что, собственно, происходит? Я вам ничего плохого не сделала, а вы без конца оскорбляете меня! Я не собираюсь приносить вам никаких неприятностей и, уж конечно, не хочу вас ни во что втягивать. Сам первый схватил меня, как медведь! Вашей частной жизни ничто не грозит, мистер Уэйнрайт! Успокойтесь! Я не желаю иметь с вами ничего общего! Я проведу здесь оставшиеся дни, стараясь держаться как можно дальше от вас! В этом вы можете быть уверены. Но и вы держитесь от меня подальше!

Она повернулась и быстро зашагала по пляжу. Она остановилась только на секунду, чтобы схватить свои полотенце и майку. Ей не нужно было вытираться, она высохла, пока была в его объятьях. От злости, которую она испытывала, горело лицо.

Шагая по песку, она тщательно вытирала полотенцем рот, стараясь таким образом избавиться от следов поцелуя Джейка, но могла ли она избавиться от предательской реакции на его объятья со стороны своего собственного тела?

Этот человек настоящий монстр! Она так нежилась в океане, а он начал приставать к ней. Она старалась подавить в себе внутренний голос, утверждавший, что ей были удивительно приятны его поцелуи и что она реагировала на них достаточно сильно и страстно! Ее снова охватил гнев. И что он без конца, к ней цепляется! Как посмел он предположить, что она приносит ему неприятности! Он ее даже не знал пару дней назад. Он первый полез к ней целоваться. Какие у него основания заявлять, что она провоцирует его на это? Она топнула ногой, даже не замечая, что все еще босиком.

4

Лейси проснулась под утро, когда шторм уже бушевал вовсю. Тот самый шторм, о котором говорил Джейк. Молнии освещали небо. Гром то приближался, то отдалялся, вновь начиная свои раскаты. Звук воды, хлещущей в окно, как ни странно, успокаивал Лейси. Этот звук как бы затихал после раскатов грома. Снова устраиваясь под легким одеялом, Лейси вспомнила, что Джейк еще вчера предсказывал шторм. Закрыв — глаза, Лейси снова заснула, радуясь тому, что не надо никуда бежать и можно сколько угодно валяться в постели.

Дождь продолжался и днем, сильный, нудный. Она занималась хозяйством, готовила, стирала, написала письма матери и отцу. В полдень она взялась за книгу и обнаружила, что отключили электричество. Без лампы читать было невозможно в такой сумрачный день, если только не сидеть у самого окна. Она отложила книгу в сторону и подошла к окну.

Машина Джейка Уэйнрайта повернула к дому. Через секунду он под дождем поскакал к двери, у него не было с собой зонта. Все‑таки приятно сознавать, что он находится рядом! У нее потеплело на душе, и день больше не казался таким хмурым!

К вечеру электричество так и не включили, и она стала искать в доме свечи или фонарь, но ничего не нашла. Ей не улыбалось оставаться без света на всю ночь, Лейси всерьез подумывала о том, чтобы сходить в лавку и купить свечи. Но дождь все еще продолжался, и ее отпугивала перспектива поездки по мокрой и скользкой дороге.

Она подумала, что, наверное, у Джейка есть свечи. Не будет же он против того, чтобы одолжить пару свечей соседке, раз у нее не работает электричество? Она посмотрела на мокрые кусты и деревья, думая, не решит ли он, что это еще одна уловка с ее стороны, чтобы привлечь его внимание к себе. Но, черт возьми, она же не глупая девчонка, влюбившаяся в него без памяти, как это было когда‑то со Сьюзен: она просто придет одолжить у него свечку!

Лейси взяла зонтик, найденный во время безуспешных поисков свечей, и побежала к его дому, прежде чем успела подумать: а стоит ли идти? Может быть, он уехал куда‑нибудь? Но его машина все еще стояла у дома.

Она задержала дыхание, и, пока ждала у запертой двери, сердце у нее предательски колотилось.

Когда он открыл дверь, она увидела, что он все еще в рабочем костюме, хотя снял пиджак и ослабил узел галстука. В одной руке он держал кипу бумаг, в другой были очки. Видимо, он работал.

Увидев Лейси, Джейк нахмурился.

— Привет! — Она посмотрела на него. Неужели он не предложит ей войти в дом?

— В чем дело? — спросил он строгим голосом. Этот голос был совсем не похож на низкий и хриплый голос на пляже! Она быстро выбросила это воспоминание из памяти.

— У меня не горит свет и нет свечей. Вы не могли бы дать мне несколько штук взаймы? Мне не хотелось бы ехать в магазин в такую погоду.

— Если вы и поедете, от этого не будет никакого толку — я уверен, что магазин давно уже закрыт. Электричество вырублено на всем острове. Вы не искали свечи в доме миссис Туттл?

— Именно это я и сделала в первую очередь! — Он что думает, что у нее совсем нет мозгов?

Вздохнув, он отступил и, взмахнув рукой с бумагами, пригласил ее войти.

Закрыв зонтик, Лейси оставила его на крыльце и вошла в дом. Мягкий свет был виден из комнаты слева, и она направилась туда. Он зажег фонари — «молнии» и расположил их так, что свет от них фокусировался на рабочем столе. Комната казалось теплой и была приятно освещена.

Бумаги и папки были разбросаны как на большом столе, так и на журнальном столике, открытый портфель лежал на полу.

— Вы работали?.. — Она остановилась в дверях.

— Электричества в Бриджтауне нет с утра. Я не мог там работать и поэтому взял все документы домой.

Он переложил очки в другую руку, и Лейси на секунду почувствовала тепло его руки, когда он слегка подтолкнул ее в комнату по направлению к дивану.

— Я не собираюсь вам мешать. Если у вас есть пара свечек, мне бы хотелось взять их у вас взаймы. — Лейси посмотрела на бумаги вокруг, легко присаживаясь на самый краешек дивана. Ей действительно не хотелось мешать ему в его работе.

— Вы уже мне помешали, впрочем, мне надо немного передохнуть! Не хотите ли выпить чего‑нибудь, пока я буду искать свечи. — Джейк бросил бумаги на стол и осторожно положил туда и очки. Лейси захотелось посмотреть, как он будет в них выглядеть?

Они помогли бы ей изменить мнение о нем. Может быть, он стал бы более человечным?

— Я бы выпила какой‑нибудь газированной воды, если у вас есть, — ответила Лейси.

— Конечно.

Джейк вернулся через секунду с двумя стаканами холодной «кока‑колы» и несколькими свечками. Он подал ей стакан. Лейси постаралась не касаться его руки, когда брала стакан. Джейк положил свечки на стол, рядом с ней.

— Вот свечи. Что, у миссис Туттл нет никаких ламп? — Он сел на диван и взглянул на нее, освещенную мягким светом фонарей.

— Я ничего не нашла. Сегодня днем я проверила все, когда поняла, что электричества, видимо, не будет долго. Такое здесь часто случается?

Он неопределенно пожал плечами.

— Не часто, но случается. Странно, что у миссис Туттл нет ни фонарей, ни свечей.

Лейси сделала глоток, чувствуя на себе внимательный взгляд Джейка. Она нервно отвела глаза. Боже, она физически чувствовала на себе его взгляд, как будто он касался ее рукой! Что он ее, совсем околдовал, что ли?

— Чем же вы занимались весь день? Вы же не могли пойти на пляж в такую погоду? — медленно спросил он, откинувшись на спинку дивана. Вид у него был вполне благодушный.

— Я занималась хозяйством, немного почитала. Хотя к вечеру света для чтения стало явно недостаточно. — Лейси не могла успокоиться, она чувствовала себя как натянутая струна…

— Наверное, поскольку вы отдыхаете одна, да еще не можете выйти из дома, вам было довольно одиноко? — Он сделал глоток из стакана и поставил его на стол, рядом с бумагами.

— Немного. Но я надеюсь, дождь скоро прекратится… — Она не нуждалась в его сочувствии.

— Дождь обязательно прекратится ночью. Завтра будет прекрасная погода. — Он внезапно встал. — Я сейчас вернусь, у меня есть одна ваша вещь.

Лейси чувствовала себя не в своей тарелке. Как только он вышел из комнаты, она поднялась и подошла к окну. В саду было пустынно, сыро и темно. Она повернулась и оглядела комнату. Ее интерьер явно говорил, что здесь живет мужчина — коричневые занавески и бежевые обои, никаких безделушек, и только несколько картин. Много бумаг было разбросано по полу. Интересно, чем он так страшно занят, если не может ждать, когда включат электричество?

Большая фотография в рамке, стоящая на столике возле двери, привлекла ее внимание. Лейси подошла поближе. На фото была запечатлена пара немолодых людей. Мужчина высокого роста с благообразной внешностью явно имел сходство с Джейком, и Лейси поняла, что это его родители.

— Вот, вы оставили их прошлым вечером. Она в испуге повернулась и задела плечом его протянутую руку. Напиток из ее стакана выплеснулся и забрызгал его белую рубашку.

Он медленно опустил руку. Ее сандалии, которые она оставила вчера на пляже, покачивались на пальцах. В ужасе Лейси уставилась на коричневое пятно, расползавшееся по его рубашке.

— Боже! Я просто не могу поверить своим глазам! — пробормотала она, быстро взглянув на лицо Джейка.

У него на лице появилась ухмылка!

— Вы что, заключили договор с химчисткой о поставке клиентов? — спросил он ее, отступая назад.

— Простите, вы меня немного испугали. Вы так неожиданно вошли… — Лейси хотелось провалиться сквозь пол. На ее щеках сразу же вспыхнул румянец, и она отвела взгляд от лица Джейка.

— Ну что ж, придется сменить рубашку. Вот ваши сандалии, мисс.

Он снова протянул их ей. Лейси взяла их дрожащими руками, и, когда ее пальцы коснулись его руки, она вновь почувствовала как будто удар электрического тока. В воздухе, видимо, накопилось так много статического электричества после грозы!

— Я благодарю вас. Извините за то, что вновь побеспокоила вас.

— Эй, это еще не конец света! — Он протянул руку и нежно коснулся ее пылающей щеки. Сердце Лейси бешено забилось.

— Вы, должно быть, проклинаете меня, — прошептала она, не отводя от него взгляда.

— Вам действительно хочется так думать? — Его голос стал, как и вчера на пляже, низким и хрипловатым, вызывая в воображении Лейси необыкновенные фантазии и образы, которым лучше было бы не высовываться из ее спальни!

— Нет, но я смогла бы понять вас. Его смех был неожиданным и принес ей некоторое облегчение. Она улыбнулась ему, удивленная неожиданной переменой в его настроении. Улыбка вдруг исчезла, глаза потемнели. Он пристально смотрел на нее долгое время, все еще касаясь рукой ее щеки.

Лейси тоже продолжала смотреть ему прямо в глаза, сердце бешено колотилось, дыхание прерывалось.

Джейк глубоко и прерывисто вздохнул и отдернул свою руку. Он отвернулся от Лейси и посмотрел на свои бумаги.

— Спасибо за свечки. — Лейси схватила их со стола и повернулась к двери, желая побыстрее уйти. Находиться рядом с этим мужчиной для нее слишком опасно и неблагоразумно!

— Лейси… — Джейк повернулся к ней, но она только слегка улыбнулась и помахала ему рукой.

Она поспешно побежала прочь из его владений, остановившись лишь на мгновение, чтобы взять зонтик, желая побыстрее оказаться в безопасности своего дома. Она не могла находиться рядом с Джейком Уэйнрайтом спокойной. Она все время была в напряжении. И совсем не из‑за электричества, скопившегося в воздухе после шторма!

Когда Лейси проснулась на следующее утро, тропическое солнце заливало ярким светом ее спальню. Дождь кончился. Она выглянула из окна. Какая красота вокруг! Дождь чисто омыл цветы и кустарники. Яркие оттенки пурпурного и красного живо сияли в чистом утреннем свете. Небо было темно‑синее, трава являла все богатство оттенков зеленого. Даже электричество уже включили!

Было около десяти утра, когда Лейси отправилась на пляж. Шагая по узкой тропинке и выйдя к кромке песка, она с грустью увидела последствия шторма: ветви пальм были поломаны и валялись тут и там; цветы гибискуса поникли к земле. Песок все еще оставался сырым, но быстро просыхал под горячим солнцем.

На ее привычном месте под пальмой кто‑то уже растянулся на пестром полотенце. Кто‑то? Конечно же, Джейк Уэйнрайт!

Он приподнял голову, когда она приблизилась. Его глаза были скрыты за темными очками, но можно было определить, что он оглядывает ее с головы до ног. Лейси была рада, что тоже надела темные очки. Он не сможет определить, что и она с восторгом разглядывает его.

Он был лишь в узких плавках, и она с восхищением рассматривала его грудь — мускулистую, покрытую шелковистой порослью волос, и ноги — сильные, длинные, загорелые. Он выглядел настоящим обитателем островов: как будто полностью принадлежал морю и солнцу! Сейчас он не был похож на вчерашнего безупречно одетого бизнесмена, вынужденного проводить помногу часов в душном офисе. Она вдруг снова ощутила дрожь в коленях.

Она сразу же пожалела о том, что надела старую выцветшую майку вместо очень женственной, с оборочками пляжной блузки. Но майка была гораздо удобнее и хорошо защищала от солнца. Кроме того, она не ожидала встретить здесь Джейка в это время.

— Доброе утро. — Он легко поднялся и подошел к ней. Без всяких комментариев он взял у нее полотенце и корзинку с завтраком. Лейси не успела даже возразить.

— Что вы здесь делаете? — Она готова была откусить себе язык. Каким бы ни был ее голос — слова звучали резко и грубо. — Я имею в виду, почему вы не на работе?

— Сегодня суббота. Даже босс может позволить себе отдохнуть денек‑другой. Я люблю иногда поваляться на пляже.

Он вернулся в тень пальмы, отодвинув свое полотенце к самому краю, и расстелил полотенце Лейси рядом со своим.

— Не волнуйтесь. Мне не обязательно загорать именно здесь. — Она никуда не двинулась, продолжая смотреть на море. — На пляже хватит места всем.

— Но вы же привыкли загорать здесь. Надеюсь, я вам не помешаю?

— Мне казалось, мы решили, что нам следует держаться подальше друг от друга, — заявила Лейси, глядя на него и не двигаясь по направлению к тени. Она любым путем пыталась сохранять дистанцию. Почему же он этого не делал?

— Расслабьтесь, калифорнийская девушка! — небрежно бросил он, явно подтрунивая над нею. Она молча смотрела на него, не находя ответа. Она явно не ожидала увидеть его сейчас на пляже. Внезапно воспоминания о том, что произошло у них недавно на пляже, ожили в ней: его сладкий поцелуй, ощущение его теплого сильного тела, шум прибоя. Она встряхнула головой, пытаясь стереть в памяти волнующие образы.

— Сегодня очень жаркое солнце, не следует ли вам воспользоваться лосьоном, чтобы не обгореть? — спросил Джейк, опираясь на локоть и глядя на нее, все еще стоящую на солнце.

— Да, конечно, тем более, что Барбадос находится гораздо ближе к экватору, чем Лос‑Анджелес, и я еще не привыкла к столь жаркому солнцу.

Лейси хотелось оттянуть тот момент, когда ей придется снять майку и он сможет увидеть ее в купальнике. Она знала, что он внимательно наблюдает за нею из‑под солнцезащитных очков. Она почувствовала себя неуклюжей, неловкой, смущенной и внезапно разозлилась, потому что именно он заставил ее испытать подобные чувства. Он нарочно издевается над ней.

Она гордо вскинула подбородок, сняла очки и стащила с себя майку. Потом заплела волосы в косички — так будет удобнее и прохладнее, поскольку она собиралась весь день провести на пляже. Она налила лосьон на руку и растерла им ноги, руки и живот. Джейк не отводил от нее глаз, и ей, в смущении, не хотелось смотреть на него. Назло ему она молчала. Она не доставит ему удовольствия, не позволит заметить, что она смущена и волнуется.

Она медленно растирала на коже лосьон, безуспешно стараясь не замечать его взгляда.

— Не забудьте и о носе! Вам не следует забывать о нем, чтобы вечером не пришлось спешить ко мне с мольбами о помощи, так как вы сильно обгорели, — лениво заметил Джейк, не меняя положения.

— Успокойтесь, этого не случится, — резко возразила она ему. — Я прекрасно обойдусь без вашей помощи.

— Оно и видно! Вы уже не раз это доказывали! — Было ясно, что он над ней смеется.

Прежде чем Лейси смогла вымолвить хоть слово, он сел и взял флакон из ее рук. Снял очки и, налив немного жидкости в ладонь, другой рукой твердо повернул ее лицо к себе.

Лейси, как завороженная, уставилась на его глаза цвета глубин Карибского моря. Она раньше и представить себе не могла, что ей предстоит потеряться в такой синеве! Ее неимоверно привлекал к себе этот мужчина. Такого чувства она еще не испытывала ни к кому. Она могла бы провести весь день, глядя в его глаза… Джейк начал нежно втирать лосьон в ее нос и щеки. Прикосновения его пальцев к ее щекам были восхитительно приятны, его рука, находящаяся в таком близком соседстве с ее грудью, казалось, излучала тепло. Лейси была буквально околдована ощущениями, которые вызывали в ней его руки. Что это было:, фантазия или чары Барбадоса?

Он снова посмотрел ей в глаза, отвлекаясь от своего занятия. Долгое мгновение никто из них не двигался, затем помимо ее воли Лейси уставилась на рот Джекка. Губы были резко очерчены на фоне загорелой кожи лица. Соблазнительные, влекущие к себе губы! Она вспомнила ощущение от прикосновения этих губ к своим трепетным губам. Сердце сильно забилось, внутренний жар разлился по ее жилам. Она облизала губы, так как ей показалось, что она вновь ощущает вкус его поцелуя.

На несколько секунд взгляд Джейка задержался на ее чуть приоткрытых губах. Лейси с замиранием сердца какое‑то время ожидала, что он снова поцелует ее. Она не сможет сопротивляться ему! И не хочет!

— Эй, Лейси, ты не собираешься поплавать? — Джимми и Дэвид стояли недалеко от них, уставившись на странных взрослых.

Несколько секунд Лейси не могла понять, где она. Резко отстранившись от Джейка, она слабо улыбнулась мальчикам, которых не видела с тех пор, как вместе с ними играла в прятки.

— Может быть, попозже. — Этот дрожащий просительный голос действительно принадлежал ей? Надо взять себя в руки: она ведь даже не нравится этому человеку — он ясно продемонстрировал ей это. Она приехала сюда отдохнуть, и больше ничего!

Мальчики побежали к воде, их воспитательница следила за ними издалека. Лейси продолжала смотреть на них, чтобы не встретиться взглядом Джейка. Она не хотела видеть его насмешливой улыбки, не хотела поддаваться желаниям, помимо воли возникавшим в ее теле. Она почти дрожала от того, что он сидел так близко к ней.

Она подождала несколько минут, чтобы показать Джейку, что он не волнует ее. Затем встала и пошла по теплому и мягкому песку к воде, не сказав ему ни слова. Войдя в воду, она с удовольствием ощутила ее прохладу. Она была уверена, что перегрелась на солнце. На берег она даже не оглянулась — ей не хотелось, чтобы ее глаза искали Джейка. Что он там делает? Смотрит на нее?

Она плыла, пока хватило сил, оттягивая момент, когда придется вернуться на берег, под бок к волнующему ее соседу. Мальчики принесли в воду большой надувной мяч, и Лейси поиграла с ними, пока не устала.

Почувствовав, что сыта морем по горло, Лейси уже собиралась признать поражение и вернуться под пальму, когда Джейк встал и направился к воде. Он остановился на секунду, затем взял разбег, нырнул и поплыл под водой. Лейси тут же воспользовалась представившейся ей возможностью, сказала мальчикам, что замерзла, и вернулась на свое полотенце. Она сидела и наблюдала за тем, как Джейк плавает и ныряет недалеко от берега.

Наплававшись, он встал у самой кромки воды и стал любоваться сверкающими далями Карибского моря. Его высокая стройная фигура была необыкновенно пропорциональной. У него были сильные, хорошо развитые плечи, спина плавно переходила в узкие бедра. Ни одного лишнего грамма жира. Должно быть, благодаря тому, что он постоянно занимается спортом, много плавает, а не только работает, подумала Лейси, еще раз оглядывая его статную фигуру.

Он повернулся и увидел, что она смотрит на него. Она быстро отвела взгляд в сторону. Но успела увидеть, как иронически дернулся уголок его рта: он понял, что она за ним наблюдала. Она начала деловито что‑то искать в корзинке, пока он приближался.

— Ленч? — поинтересовался он.

Она опять почувствовала себя неуклюжей.

— Да, с вашего позволения. У меня с собой нет ничего особенного, но, если хотите, можете присоединиться. — Мама всегда в детстве твердила ей, что следует проявлять любезность…

— И что у вас с собой?

— Сыр, крекеры, цыпленок…

— Оригинальное сочетание. Я выбираю цыпленка, — решил он.

Она передала ему большой кусок жареного цыпленка и салфетку, а сама принялась за сыр с крекерами.

Джейк принялся энергично жевать, Лейси потихоньку наблюдала за ним. Зубы у него были белые и крепкие. Она быстро отвернулась, так как воспоминание о том, как ее язык прижимался к его зубам, внезапно вернулось к ней.

— Вы неплохо готовите, довольно вкусно, — отметил Джейк, после того как расправился с цыпленком.

— Спасибо, — улыбнулась Лейси и смущенно хихикнула.

— Чтобы хорошо зажарить цыпленка, совсем не обязательно стать хорошей кулинаркой. С этим может справиться любой. Я, как правило, готовлю самые простые блюда. Я готовлю просто для того, чтобы что‑то съесть.

— Я тоже, — подтвердил он.

— Вы? Вы что, сами себе готовите? Джейк медленно взял еще один кусок цыпленка и посмотрел на нее.

— А кто же мне, по вашему мнению, должен готовить?

— Не знаю, но… — Она нахмурилась. Если он не женат и у него нет прислуги, он действительно должен сам себе готовить пищу.

— Но почему вы не наймете себе кухарку? — спросила она.

Он покачал головой.

— Обычно я днем обедаю в ресторане, где‑нибудь в Бриджтауне. Вечером я делаю себе бутерброды. Иногда я готовлю салаты, обычно когда не хожу на работу.

Неужели ему никогда не бывает одиноко, подумала она, глядя, как он поедает последний кусок цыпленка. У него наверняка есть множество подружек, которые сражаются друг с другом, чтобы заполучить его на ужин?

— У вас есть чем запить этот ленч? — спросил он.

У нее была лишь одна маленькая банка лимонада. Она колебалась секунду, потом пожала плечами, достала из корзинки банку и предложила ее Джейку, стараясь не коснуться рукой его кожи.

— Вы собираетесь отдыхать довольно долго, целый месяц? — лениво произнес он. Потом лег на бок на своем полотенце, опираясь на локоть и глядя на нее. — Насколько я знаю, большинство американцев обычно берет для отдыха лишь пару недель.

— Каждое лето наше шоу прерывается на целый месяц, — объяснила Лейси. — Хотя, как правило, все равно находится множество дел. Я решила уехать из дому на целый месяц, чтобы мне не звонили и не дергали меня каждый день. Я хочу отдохнуть так, чтобы устать от безделья. Вы понимаете?

— Я не верю, что вы приехали сюда одна. Или к вам кто‑то скоро присоединится? — поинтересовался Джейк.

Лейси почувствовала, как при звуках его мягкого голоса кровь застучала в висках. Она посмотрела на сверкающее синее море. Свет солнца отражался миллионами сияющих бриллиантов. Мягкий шелест невысоких волн был почти не слышен из‑за шелеста пальм в полуденном зное. Дальний конец пляжа как бы светился и колыхался от жаркого полуденного воздуха. Она чувствовала такой же жар в своем теле.

— Нет, никто не приедет. — Ее голос звучал взволнованно. Она продолжала смотреть на воду, думая о высказываниях Джейка о людях, занятых в индустрии развлечений. Ей хотелось объяснить ему, что она совсем не такая, но не знала, с чего начать.

Может быть, он не захочет даже слушать ее? Она продолжала рассеянно смотреть на море и не заметила, как пальцы Джейка нежно коснулись ее щеки и он повернул ее к себе.

— Как ваш милый носик, не обгорел? — Он явно поддразнивал ее, но взгляд был совершенно серьезным.

— Он всегда обгорает, — прошептала Лейси, ее лицо было в нескольких дюймах от его лица.

— А вы чудо, Лейси! Неужели все девушки в Калифорнии такие? — задумчиво спросил он, легко, почти ласково проведя пальцами по ее шее.

Лейси нервно облизала губы, и Джейк проводил внимательным взглядом движение ее языка. Со вздохом, больше похожим на стон, он попытался привлечь ее к себе. Он не успел ничего больше сделать. Момент был упущен: Лейси вспомнила все те обидные слова, которые он сказал ей прошлым вечером. Оттолкнув его, она отодвинулась. У нее горели щеки, глаза широко раскрылись. Джейк, тяжело дыша, отстранился и лег на полотенце.

— Что с вами? Вам дурно? — спросил он, его глаза сузились.

— Отстаньте от меня! — зашипела она. — За кого вы меня принимаете? На нас смотрят окружающие!

— Не стройте из себя оскорбленную невинность. Вам так же приятны мои поцелуи, как мне приятно целовать вас. Разве вы не за этим пришли сюда?.. Кого вы из себя строите?

Монашку?

Лейси резко встала и стряхнула песок с полотенца. Потом отошла метров на пять и снова расстелила полотенце на песке. Она снова легла и закрыла глаза. Соблазн был слишком велик, ей следовало держаться на расстоянии от этого типа!

— Я пришла сюда наслаждаться морем и солнцем. Я не ожидала, что вы тоже окажетесь здесь! Я вовсе не монашка, но, пожалуйста, оставьте меня в покое!

Она так хотела забыть о нем, но не могла. Через пять минут она открыла глаза и нахмурилась, увидев, что Джейк наблюдает за ней.

— Мне кажется, я вам противна!

— Уважаемая мисс Стэнфорд, оказывается, вы чертовски привлекательны! Вы начинаете… очаровывать меня. Вот и все. Как вы уже заявили — вы пробудете здесь еще три недели и уедете. Ваше право! Я, конечно, немного знаю женщин, подвизающихся в шоу‑бизнесе, и никогда не поверю ни одной из них. Но это не значит, что я не могу немного поразвлечься, особенно, если они также не возражают. — Он нахмурился и посмотрел на море.

Лейси в недоумении села и надела свои солнечные очки. Что он от нее хочет? Неужели его так обидела эта Элизабет? Неужели из‑за нее он так ожесточился? Отчего у него возникли подобные комплексы? Может быть, Сьюзен что‑то знает об этом? Она попробует разузнать об этом в следующий раз, когда они увидятся.

— Сьюзен не предупреждала меня, что я могу столкнуться здесь с мужчиной, подобным вам, — нерешительно проговорила она.

— Сьюзен? Племянница Элеонор Туттл? Сьюзен Боннар? — удивленно спросил Джейк, глядя на нее в упор.

Лейси кивнула.

— Да, только теперь ее зовут Сьюзен Стэнфорд, она вышла замуж за моего брата.

— Так вот в чем дело?! А я‑то не мог понять. Я помню Сьюзен! Неужели она уже взрослая девушка и даже вышла замуж?

Лейси осторожно кивнула. Интересно, что еще он скажет о Сьюзен?

— Она и ее кузина чего только не делали однажды летом, чтобы подшутить надо мной! — Он покачал головой, на его губах появилась легкая улыбка.

— Меня их интриги, если честно, забавляли, но они были так молоды!.. Кроме того, тогда была Элизабет! — Его голос вдруг стал глуше, как будто он вернулся вслед за своими воспоминаниями в то легендарное лето. — Кто знает, может, кто‑то из них и добился бы своего, если бы Элизабет все не испортила. Им просто следовало немного подождать! — Он поднялся и взял свое полотенце.

— Все случилось так давно, — дипломатично заметила Лейси. — Уже пора все забыть, Джейк!..

— Кого забыть? Может быть, вас? Я вас знаю всего несколько дней, и вы мне нравитесь… Хотите, мы можем переспать друг с другом, это доставит нам удовольствие, я уверен, остальное меня не интересует!

Лейси уже уставилась на него своими глазами, она была вне себя от бешенства. Она не имела в виду ничего подобного. Но если он до сих пор продолжает беситься из‑за того, что его однажды обидела какая‑то третьесортная актриса из Голливуда, это его проблема. Что ему нужно от нее, от Лейси? Он хочет переспать с ней одну ночь, а потом сделать вид, что ничего подобного не было?.. Ее кровь закипела еще сильнее, когда до нее полностью дошло оскорбление, которое он ей нанес. Она смотрела, как он медленно шел по тропинке вдоль пляжа в направлении своего дома. В его походке была какая‑то грусть и обреченность, хотя двигался он легко и свободно. Лейси завороженно смотрела, как он дошел до конца тропинки. Она все еще кипела от возмущения, так ей хотелось высказать ему все, что она о нем думала. Неужели он принимает ее за шлюху! Каков нахал! Ему нужна девушка на одну ночь, а затем «прощай!».

Она взглянула на синеву Карибского моря и грустно вздохнула. Занятно у нее проходит отпуск! А может, у нее еще есть время, чтобы помириться с этим противным, но таким милым Джейком?..

Увы, Лейси давно поняла, что не хочет быть лишь другом для Джейка Уэйнрайта. Она готова на гораздо большее.

Но он, видимо, совсем не хочет ее! Ему не нужна ее дружба, не нужно ее тело! Плевать на него! Она не станет по крайней мере страдать потом от разбитого сердца. Внезапно отпуск на Барбадосе показался ей тусклым и бесконечно длинным…

Она низко наклонила голову, не желая, чтобы ее слезы были видны соседям по пляжу.

Пропади пропадом этот гнусный тип!

5

Лейси совсем не хотелось отправляться на пляж в воскресенье. Она будет ходить туда, только когда Джейк на работе! Вместо этого она лучше осмотрит окрестности. На Барбадосе есть на что посмотреть, а ее отпуск так скоро кончится!

В утреннем свете остров был сказочно прекрасен. Море было нежно‑бирюзовым, с белыми пушистыми облачками на горизонте. Яркий солнечный свет подчеркивал темную зелень листвы, ярко‑красные, желтые и пурпурные краски цветов, которых было множество на острове, — розы, олеандры, бугенвиллеи. День идеально подходил для экскурсии по острову.

Ведя машину по Спринг‑Гарден‑Хайуэй в направлении южной части острова и стараясь не забывать о левостороннем, как в Англии, движении, она упивалась красотой острова, его буйными живописными садами, проблесками бирюзового моря меж деревьев, зелеными холмами и переходящими в поросшие густой растительностью горы.

Она пообедала в ресторане «Королева Виктория», а затем отправилась дальше по узким дорогам, проложенным вдоль побережья, время от времени останавливая машину, чтобы полюбоваться дивными пейзажами.

После полудня поднялся сильный западный ветер; небо потеряло свою прозрачность, вместо пушистых утренних облачков появились темные, набухшие грозовые тучи. Заметно похолодало. Ей стало неуютно и захотелось вернуться назад.

Лейси решила пересечь остров поперек, чтобы скорее попасть домой. В дождь все равно ничего не увидишь. Придется отложить поездку на атлантическое побережье до другого раза.

Поглядев в сторону моря, она убедилась, что надо торопиться. Облака опустились еще ниже, они были уже совсем близко, темные и угрожающие. Ветер зловеще завывал, стало намного прохладнее.

Она свернула на западную магистраль, но дорога вновь пошла по дуге, резко свернула вправо и вывела ее на другой перекресток. Солнце уже совершенно заволокло тучами, и Лейси уже не была уверена, в каком направлении находится запад. И тут налетел неистовый шквал дождя. Изумившись такой неожиданности, она включила щетки на лобовом стекле и сбавила скорость. Щетки работали на всю мощь, но она могла видеть дорогу не дальше нескольких футов. Она медленно ползла по узкой дороге в пелене дождя.

Подъехав к дорожному знаку у телефонной будки, она, напрягая зрение, пыталась прочитать, что написано на указателе, но дождь мешал ей, а выходить из машины лишь для того, чтобы прочитать, казалось немыслимым. Рано или поздно все дороги острова итак должны привести к морю, а как только она окажется на побережье, то легко сможет найти дорогу домой.

Ветер толкал ее автомобиль, дождь лил как из ведра. Медленно, но настойчиво Лейси продолжала продвигаться вперед, ее глаза уже болели от напряжения, а руки устали удерживать руль.

Внезапно раздался пронзительный визг тормозов, и машина заглохла. Лейси прижалась к обочине и вновь нажала на тормоз, затем попыталась завести машину снова. Машина издавала подвывающий, урчащий звук, но отказывалась заводиться.

«Ну и ну! Только этого еще не хватало!» Она снова попыталась включить двигатель. Безрезультатно.

Она откинулась на сиденье и посмотрела вперед. Не было видно ни зги. К тому же на протяжении более часа она не встретила по пути ни души.

Попытавшись еще раз завести машину, она оставила эту безнадежную затею. Машина явно не заводилась. А по тому, что творилось в небе, было ясно — дождь скоро не кончится. Хочешь не хочешь — придется выходить из машины, искать телефон и звонить в гараж. Она знала, что где‑то на расстоянии мили отсюда осталась телефонная будка. А может быть, впереди есть еще одна, ближе? Кто знает? Вздохнув, она поискала взглядом в машине что‑нибудь, под чем можно было спрятаться от дождя. Ничего, кроме корзинки с провизией, которую она уложила утром, не нашлось. Лишь бумажные салфетки, даже скатерти не было. Она снова попробовала завести машину. Только ворчание в ответ. Вздохнув, Лейси открыла дверь и вышла под дождь. Как будто встала под ледяной душ: ветер хлестал по лицу, по телу, по лужам на дороге. За считанные секунды Лейси промокла до нитки.

Когда она добралась до телефонной будки, выяснилось, что в ней, как ни странно, не оказалось телефонного справочника, но хоть на несколько минут можно было спрятаться от дождя. Она с трудом отыскала нужную монету среди незнакомых денег, и вскоре ей ответил любезный женский голос.

— Мне нужен телефон гаража — моя машина отказала, и я не могу ее завести, — с трудом произнесла Лейси, удивившись, что так сильно замерзла. Жутко похолодало, и она промокла насквозь, хотя телефонная будка и защищала ее от ужасного шквального ветра. Она дрожала внутри тесной коробки телефона и поторапливала телефонистку.

— Извините, мисс, но у меня тут не указано ни одного гаража, который работает по воскресеньям, — наконец ответила телефонистка.

Лейси стояла ошарашенная. В Штатах такого не случалось!

— Наверное, все же есть какой‑то гараж, который работает на случай неожиданных происшествий? — робко спросила она.

— В «Бернз Гараж» в Бриджтауне есть номер для вызовов при чрезвычайных обстоятельствах. — Телефонистка дала ей номер и повесила трубку.

Лейси набрала названный номер, но никто не отвечал. Спустя несколько минут она повесила трубку. Подождав минутку, она попыталась дозвониться снова — может быть, ошиблась, набирая номер. Результат был тот же.

Она смотрела на потоки дождя, заливавшие стекла телефонной будки. Неужели придется застрять здесь до понедельника. Она снова вызвала телефонистку и, набравшись смелости, попросила дать ей номер Джейка Уэйнрайта.

Она держала трубку у уха довольно долго и уже собралась было повесить ее, как вдруг он ответил.

— Слава Богу! Джейк! — быстро проговорила Лейси.

— Да? — Его голос звучал подозрительно и недобро.

— Джейк, это Лейси Стэнфорд. У меня сломалась машина. Вы не знаете какой‑нибудь гараж, который работает в воскресенье?

— Где ты? — спросил он.

— Я не знаю. Кажется, где‑то в глубине острова. — Я осматривала окрестности, а потом… Но здесь в округе ничего нет, сплошные поля… Ни одного населенного пункта, даже дорог не видно, чтобы сориентироваться…

— Да, дождь льет как из ведра, — почему‑то сказал он.

— Конечно, я знаю — я вымокла до нитки! Машина сломалась как назло вдалеке от телефонной будки, мне пришлось идти под дождем… — В ее голосе появились нотки безысходности, но она пыталась оставаться спокойной.

— Ладно, я узнаю, — спокойно сказал Джейк. — Если я найду гараж, который работает сегодня, как мне объяснить им дорогу к тебе?

Лейси огляделась, пытаясь найти какой‑нибудь ориентир. Увы, все сплелось в сплошное серое марево.

— Я не знаю. Я проезжала какие‑то деревья после того, как вышла из ресторана «Королева Виктория», потом большую рощу, потом были плантации сахарного тростника, потом один раз видела море налево от дороги.

Джейк закричал:

— Лейси! Неужели нет чего‑нибудь более конкретного?

— Постой‑ка, я видела дорожный указатель — пойду посмотрю, что там написано. — Она положила трубку на маленькую полочку и открыла стеклянную дверь. Дождь со страшным шумом обрушился на нее, как только открылась дверь. До знака все же было недалеко бежать, и она с трудом прочитала надпись. «Бриджтаун, 12 км».

— Джейк, там написано: «Бриджтаун, 12 км». Но нет указания, на какой магистрали я нахожусь. Она явно в стороне от основной магистрали, ведь я не встретила ни души за все время, что я здесь торчу.

— Лезь в машину и сиди там, пока я не пришлю кого‑нибудь тебе на помощь. — Тон его был подчеркнуто нейтральным, но Лейси подумала, не рассердился ли он. Она снова отрывала его от важных дел…

— Спасибо, — сказала она сдержанно. — Неужели он думает, что она снова придумала это нарочно? Глупец с диким самомнением!

Дрожа от холода, она повесила трубку и побрела к машине. Хорошо, что у нее есть еда в корзинке, хотя было бы куда лучше, если бы она положила в нее махровое полотенце.

Прошло больше полутора часов, прежде чем она увидела огни приближающейся машины. Лейси выпрямилась на сиденье и стала поочередно включать фары. Большой черный автомобиль остановился вплотную с капотом ее машины, и из нее вышел Джейк, открыв большой черный зонт.

Он был в потертых джинсах и клетчатой фланелевой рубашке, и Лейси стало не по себе, как всегда, когда она видела его. Джинсы сидели на нем безупречно, подчеркивая стройность его фигуры. Какой все же обольстительный тип, этот Джейк! Лейси сделала глотательное движение, с трудом отведя глаза, и захлопнула крышку корзинки.

Джейк открыл дверь ее машины и заглянул внутрь.

— Ну, ты жива? — небрежно спросил он, единым взглядом оглядел ее, вымокшую насквозь и растрепанную. В какой‑то момент его голос дрогнул, но он все же сохранил серьезное выражение на лице, хотя его глаза явно смеялись, пока он осматривал ее с головы до пят.

У Лейси потеплело на душе, ей сразу стало спокойно и весело.

— Все в порядке. Какой героический поступок с вашей стороны, Джейк! С гаражом не получилось?..

— По воскресеньям работает только один гараж, в Бриджтауне, но все служители заняты, поэтому мне затруднительно сказать, когда смогут приехать за тобой. Я решил приехать сам. Давай‑ка я попробую завести машину.

Лейси подвинулась на сиденье. Она хотела было предупредить, что сиденье мокрое, но поздно — он уже сидел за рулем.

— Сыро, — сказал он, снова пытаясь завести мотор. Из‑под капота раздавался тот же заунывный звук. Лейси с облегчением вздохнула. Если бы машина завелась, она бы умерла от неловкости.

— Судя по звуку, едва ли я смогу тут помочь. Поехали. — Он встал и раскрыл над ней зонт.

Она проверила замки на двери и вышла под укрытие зонта. Ветер все так же швырял в них дождем, но хоть ее лицо не заливало водой. Она подняла на него полные благодарности глаза.

— Спасибо, что приехали. Я думала, мне придется просидеть здесь всю ночь.

Какой‑то момент он внимательно смотрел на нее.

— Ты похожа на мокрую курицу, Лейси. — Он наклонился, и его губы легко коснулись ее. Губы были теплыми и нежными. Лейси с готовностью прижалась к ним своими губами.

Ее одежда промокла насквозь и прилипла к телу. Ей было холодно и неуютно, но, когда он поцеловал ее, она забыла про все свои неприятности. Она забыла обо всем, кроме чувства восторга, которое вызвало прикосновение его губ. Он опять поцеловал ее, нащупав кончиком языка ее язык. И она забыла, что идет проливной дождь… Так ей стало тепло и уютно.

Лейси не хотелось, чтобы он останавливался, но Джейк отстранился и откровенно взглянул на ее грудь. Соски затвердели и явно проступали сквозь мокрую ткань футболки. Она смущенно опустила глаза и крестом сложила руки на груди.

Джейк провел пальцами по округлости одной груди, потом просунул руку под ее ладонь, нежно касаясь напрягшегося соска. Лейси стало сладко‑тревожно, она почувствовала слабость в коленях и какую‑то пустоту в желудке. Тепло, которое она испытывала чуть раньше, превратилось в пламя, когда его пальцы слегка сжали напрягшийся сосок. Она не хотела, чтобы он останавливался. Неужели она так вот легко готова вступить с ним в связь?

Джейк поднял глаза и поймал ее чуть испуганный взгляд. Лейси, как завороженная, смотрела на него, ощущая нарастающее возбуждение, испытывая желание утонуть в синей глубине его глаз.

— У тебя сегодня глаза голубые, — прошептал он, забыв про дождь, ветер и то, где они находятся.

— У них часто меняется цвет, — еле выговорила она, поразившись, что может еще осмысленно отвечать и логически мыслить. Она нервно облизнула губы и заметила, как он проследил за ее языком.

— Подержи зонт, — решительно сказал он, передав его ей.

Он привлек ее к себе обеими руками, она чувствовала в них силу его желания, прижался к ней всем телом и снова начал целовать.

Теперь он целовал ее не так, как раньше. Поцелуй стал более пылким и требовательным. Он прижимался губами к ее губам, его язык требовал впустить его в мягкую теплоту ее рта, лишая последних проблесков сознания и сжигая огнем ее тело, доводя ее страсть до точки кипения.

Его руки двигались вдоль ее спины, потом он поднял ее мокрую футболку и своими теплыми ладонями стал водить по ее прохладной обнаженной коже, вызывая в ней чувство сладкой истомы. Одновременно он нежно покусывал мочку ее уха.

Лейси чувствовала, как ее покидают последние силы. Она сомневалась, что сможет и дальше удерживать зонт над их головами. Она хотела освободить обе руки, чтобы обнять этого ставшего ей столь дорогим мужчину, ощутить тепло его кожи под своими пальцами, прижаться щекой к его обнаженной груди. Только бы он не отпускал ее…

Теперь он нежно целовал ее подбородок, шею, слизывая капли дождя с ее нежной кожи, и прикосновение ее языка будило в ней все новые сладкие ощущения.

Прижимая ее к себе, он снова обхватил ладонью ее упругую грудь, теребя твердый розовый сосок. Лейси слегка освободила свое объятье, чтобы дать ему больше свободы для того удовольствия, которое он доставлял ей своими прикосновениями, для бесконечного восторга, который он дарил ей.

Он снова взглянул на нее, и она подумала, что же он видит? Она была промокшей и усталой, но ей уже не было холодно. Наоборот, ей стало жарко. Прочел ли он желание в ее глазах, которое рвалось наружу? Видел ли он, как сильно она хочет слиться с ним? Она пыталась опустить глаза, но его взгляд загипнотизировал ее.

— Никто из моих соседей никогда не причинял мне столько хлопот, — нежно прошептал он ей на ухо.

— Извини, Джейк, — прошептала она, прижимаясь к нему.

— Тебе холодно. — Он перестал ласкать ее грудь, но по‑прежнему крепко прижимал к себе.

— Теперь уже нет, — сказала она, с трудом отведя глаза. Она с удивлением убедилась, что зонт все еще держится над ними, хотя дождь хлестал их по ногам.

Джейк тряхнул головой, как бы приходя в себя, опустил ее футболку и забрал у нее зонт.

— Пойдем спрячемся от дождя.

Он быстро повел ее к своей машине, посадил на переднее сиденье и сам сел за руль. Лейси подумала, продолжит ли он прерванные ласки, но он запустил мотор и включил обогрев. Она почувствовала разочарование.

— Сейчас тебе станет теплее. Мы очень скоро будем дома, и ты сможешь принять горячую ванну.

Он замолчал и избегал глядеть на нее, выводя машину на дорогу. Лейси чувствовала себя несчастной от этого молчания. Но чего она хотела: торжественных заверений в любви и верности? Благодарности за приятные минуты?

Было прохладно, несмотря на теплый воздух, который начал наполнять машину. Скосив глаза, она заметила, что джинсы и рубашка Джейка тоже промокли. Ветер исхлестал их дождем, только их лица были защищены от него. Опустив глаза, она увидела, что футболка слишком уж облегает ее тело. Она попыталась незаметно отлепить ее от тела. Джейк улыбнулся, хотя продолжал смотреть на дорогу — напрасно она надеялась, что он не заметит ее ухищрений!

Глядя в боковое стекло, Лейси пыталась подавить в себе чувство неловкости, которое испытывала после столь бурных ласк. Она остро — всего в нескольких дюймах от себя — ощущала близость его руки, которая лежала на руле, а всего несколько минут назад так страстно прижимала ее к себе.

Она прерывисто вздохнула. Она все еще чувствовала на себе объятия Джейка, ощущала вкус его губ. Ее слегка опухшие губы жаждали новых прикосновений. Можно было сойти сума!

— Как ты нашел меня? — спросила она, желая прервать гнетущее молчание.

— Сначала я обратился в гараж. Не зная точно, где ты находишься, они отказались ехать, даже после того, как вернулись после первого вызова. Тогда я взял карту и обвел полукруг с радиусом в двенадцать километров от Бриджтауна.

Лейси повернулась к нему.

— И ты сразу нашел меня?

Он взглянул на нее, потом опять на дорогу.

— Не сразу. Мне пришлось несколько раз проехать по разным дорогам. В общей сложности я искал тебя чуть больше часа.

— Спасибо, — снова повторила она. — Я наверняка опять нарушила твои сегодняшние планы.

Джейк долго молчал, потом медленно проговорил:

— Нет, у меня не было планов. Просто в следующий раз постарайся не съезжать с главной магистрали.

— Да она почти ничем не отличается от других дорог! — пробормотала Лейси все еще дрожа. До чего же холодно стало на вашем тропическом острове!

— Если не умеешь отличать их, вообще не выезжай на них. Что бы ты делала, если бы меня не оказалось дома сегодня?

— Позвонила бы мистеру Денби, — отчеканила она, прекрасно понимая, что ей пришлось бы туго, если бы Джейк не ответил на ее звонок.

— Ну ты даешь! Вытащить старого человека в такую погоду… Знаешь, у него не такое уж крепкое здоровье.

— Ну, тогда я ждала бы, пока не перестанет дождь.

— Дождь мог не прекратиться до самого утра, — сказал он вкрадчиво.

— Хватит, Джейк, — резко прервала она. — Я знаю, что попала в беду, и спасибо, что ты выручил меня, но как я могла предвидеть, что мотор заглохнет в столь неподходящий момент. Мне пришлось позвонить тебе, поскольку я ведь никого больше не знаю на острове!.. Ты же знаешь…

— Всегда к твоим услугам! — сказал он, выруливая на главную магистраль, идущую с севера на юг, к его дому.

Лейси узнала это место и сразу догадалась, что они почти приехали. Она мечтала оказаться под горячим душем. Она будет стоять под его струями, пока не иссякнет вся вода!..

Джейк через пять минут свернул на дорожку, ведущую к своему дому. Заглушив мотор, он несколько минут смотрел на дождь. Его джинсы успели высохнуть за дорогу, но он не настолько вымок, как Лейси. Открыв дверцу, он вышел и раскрыл зонт. Быстро обойдя машину, он открыл другую дверцу и помог Лейси выйти.

Оказавшись между ним и машиной, она почувствовала себя в ловушке и попыталась боком выбраться из нее.

— Нет, не уходи. Ты можешь принять душ у меня. — Он взял ее за руку повыше локтя, повел к двери и впустил в дом.

— Но здесь же рядом и я могу пойти к себе, — запротестовала она, однако он пропустил ее слова мимо ушей.

— Поднимайся наверх, вторая дверь слева — ванная. Я принесу тебе горячий чай. Быстрей!

— Джейк… — начала было она, но он развернул ее и шлепнул чуть пониже спины.

— Иди, Лейси.

Она поднялась по лестнице на второй этаж и нашла ванную. Это была большая комната с душем и большой мраморной ванной, туалетным столиком и другими необходимыми принадлежностями. Радуясь возможности согреться, она включила душ и скинула с себя насквозь мокрую одежду.

Она ощутила блаженство, подставив под горячие струи голову, спину, грудь. Когда она взяла его шампунь, его аромат мгновенно вызвал в памяти образ Джейка. Как хорошо!

Дверь вдруг открылась, и она на секунду замерла от испуга. Неужели он войдет? Однако, прежде чем она успела запротестовать, дверь снова закрылась. Выглянув из‑за шторы, она увидела, что он принес ей свою фланелевую рубашку, чтобы надеть после душа.

Лейси не выходила из‑под душа столько, сколько посчитала приличным. Потом вытерлась и примерила его рубашку. Она была ей слишком велика, доходя до середины бедер, рукава тоже были очень длинными. Но мягкий хлопчатобумажный начес сохранял на теле тепло душа — она чувствовала себя в ней очень уютно. Вытерев полотенцем запотевшее зеркало, она взглянула на свое отражение. В этой рубашке она выглядела весьма привлекательно. Слишком большая рубашка скрывала формы ее тела, однако намекала на них там, где очерчивалась грудь. Это же рубашка Джейка. Она касалась его тела, согревала его кожу так же, как сейчас грела ее.

— Ты одета? Можно войти? — спросил Джейк из‑за двери.

Лейси снова взглянула на себя. Она не была уверена, что одета в полном смысле этого слова, но не надевать же ей свою мокрую юбку!

— Да. — Она открыла дверь. Джейк стоял перед ней с чашкой горячего чая в руке.

Он переоделся в другие джинсы и тенниску, которая плотно облегала его атлетический торс. Когда он протянул ей чашку, его взгляд быстро окинул ее фигуру, задержавшись на длинных, стройных ногах.

— Согрелась? — спросил он, не сводя глаз с ее ног.

Лейси улыбнулась и приняла чашку, чувствуя себя немного неловко в таком необычном наряде.

— Все прекрасно, — дерзко ответила она. — Чай меня согреет, как ничто другое.

Он поднял глаза и встретился с ней взглядом.

— Как ничто другое?.. — спросил он, внимательно глядя на нее.

Она отпила глоток чая и посмотрела на него поверх чашки. Она поняла, на что он намекает, и горячая волна желания вдруг снова обдала ее.

— Ну, я не знаю… — прошептала она севшим голосом, и сладкие воспоминания о его поцелуях ожили в ней. И он знал это, черт возьми. Его торжествующего взгляда было достаточно, чтобы прояснить Лейси его намерения.

Она отвернулась, тяжело дыша.

— Мне пора домой, — сказала она, ставя чашку на туалетный столик.

— Я высушу твою одежду и провожу тебя. Суши волосы.

— Все равно я опять промокну по дороге, — сказала она, снова избегая смотреть на него.

— В плаще не промокнешь. К чему эти отговорки, Лейси?

При этом она все же бросила на него взгляд. Она и не пыталась придумывать никаких отговорок.

— Мне так нравится смотреть, как твои глаза меняют цвет. — Джейк стоял близко к ней, слишком близко. Но он подошел еще ближе…

6

Он подошел к ней вплотную, и сердце ее замерло.

Неожиданно резкий звонок телефона взорвал ситуацию. Джейк помедлил, как бы решая, проигнорировать его или нет, но, поколебавшись мгновение, вышел из ванной.

Лейси глубоко вздохнула. Ей лучше выбраться отсюда, пока у нее еще есть силы уйти. Закрывая дверь, она натянула трусики, которые были лишь слегка влажными; они успели высохнуть, пока она принимала душ. Они будут служить хоть какой‑то преградой между ними. Собрав остальные свои вещи, она была уже готова уйти. Дойдя до конца коридора, она посмотрела вниз, на лестницу.

Джейк стоял у основания лестницы, опершись о стену, и, прижав трубку к уху, следил за тем, как она спускается вниз.

— Знаешь, я передумал… Конечно… Нет, со мной будет гостья — соседка. — Он посмотрел, как она медленно спускается по лестнице, и сердце Лейси вновь бешено заколотилось. Интересно, с кем он говорит?..

— Мы не опоздаем — ведь начало в восемь, да?

Лейси дошла до нижней ступеньки, и тут он схватил ее за руку и привлек к себе.

— Нет, мама. Встретимся в восемь. — Вздохнув, он повесил трубку.

— Значит, решено. Можешь быть готова к семи тридцати? — Он поставил на прежнее место телефонный аппарат и строго взглянул на нее.

— Готовой к чему?..

— Я приглашаю тебя на прием, который устраивают мои родители; ты познакомишься с довольно интересными людьми, уверен, тебе понравится. Представляешь, ты сможешь обворожить стольких солидных джентльменов…

У Лейси сверкнули глаза, она поняла значение его фразы.

— Чтобы больше не беспокоить тебя?

— Именно! — Он отчеканил фразу. — Тебе не придется больше прибегать к моей помощи. Любой из них будет готов помочь тебе.

— Самовлюбленный идиот! Я приехала сюда не завлекать солидных джентльменов, которых хватает и Лос‑Анджелесе. Я приехала сюда спокойно отдохнуть в тишине и покое.

— И у тебя это здорово получается, Лейси. Ты пристаешь к незнакомым людям у них дома, не летаешь на них на улице и пачкаешь им одежд:; ты забываешь ключи в доме, а теперь еще потерялась на острове размеров меньше Лос‑Анджелеса. И всякий раз, беспомощная, ты как бы случайно обращаешься за помощью ко мне. Уверенная, что я буду не в силах устоять перед твоими чарами и немедленно брошусь тебе на помощь.

— Хороша помощь! — огрызнулась она. — Ты орешь на меня за то, что я случайно оказалась у тебя в саду. Когда я сама смогла бы справиться с закрытой дверью, тебе захотелось было проявить снисходительность и благородство. Я жалею, что позвонила тебе сегодня, мне следовало обратиться в полицию! Катись ты к черту со своей помощью! — Лейси вырвала свою руку из его руки и бросилась к двери. Она больше не намерена терпеть оскорблений от этого самодовольного типа.

Он догнал ее, резко повернул к себе и до боли сжал плечо. Глаза его сузились, голос звучал жестко и безапелляционно.

— Тебе придется потерпеть меня еще немного. Ты пойдешь со мной на прием! Мне это нужно! Будь готова к семи тридцати, или, ей‑Богу, я приду и одену тебя сам!

Лейси растерянно заморгала. А что, он вполне способен на такое. Она облизнула губы.

— Не знаю. Я еще подумаю. — На ощупь найдя дверную ручку, она распахнула дверь и побежала через сад под потоками непрекращающегося дождя.

Вбежав в дом, она на секунду заколебалась.

Ее не привлекала идея снова выходить под дождь. Но и сидеть весь вечер в одиночестве тоже не очень‑то хотелось. К тому же она действительно сможет найти одного‑двух друзей, с кем можно будет пообщаться оставшиеся дни отпуска.

Она нагрела щипцы для волос и пошла выбирать платье.

Еще задолго до семи тридцати она была уже готова. Нежно‑розовое платье из тончайшего шифона с небольшим декольте смотрелось довольно эффектно в сочетании с ее загорелой кожей. Ложбинка между ее грудями была все же хорошо видна, и ей захотелось знать, что подумает Джейк, когда увидит ее. Тряхнув головой, она сказала себе, что ей все равно, хотя в глубине души ей ужасно хотелось ему понравиться.

Она завила волосы и, собрав их на затылке, скрепила длинной заколкой, так чтобы они каскадом падали на плечи. Белокурые локоны, выгоревшие на солнце, блестели в электрическом свете. Она слегка подвела глаза, отметив про себя, что посвежела, проведя несколько дней на пляже. Джейк еще пожалеет, что познакомил ее с остальными гостями.

Расхаживая по комнате в ожидании его прихода, Лейси засомневалась, правильно ли она поступает. Всякий раз, как она клялась себе больше не общаться с Джейком, что‑то толкало их друг к другу. Может быть, если бы у нее были другие знакомые, их пути не пересекались бы постоянно. Впрочем, она ведь сама хотела видеть его, разве не так?

Раздался стук в дверь. Открыв ее, Лейси увидела на пороге Джейка в темном костюме и под зонтом. Он выглядел шикарно, но она не станет говорить ему об этом.

Казалось, дождь пошел на убыль, а ветер уже утих.

— Я готова. — Она схватила плащ и быстро накинула его на себя, вдруг засмущавшись своего нарядного платья. Она высвободила волосы из‑под плаща и распустила их по спине.

Он отступил в сторону, сохраняя строгое выражение лица. Может быть, ей все‑таки не стоило идти? Она заколебалась, но он мягко подтолкнул ее своей уверенной рукой.

Лейси забыла о своих сомнениях, как только они подъехали к большому, ярко освещенному дому в Бриджтауне. Возле него стояло десятка два роскошных лимузинов, двое юношей встречали гостей, подъезжающих к парадному входу, и отгоняли машины на парковку.

Когда подошла их очередь, один из юношей открыл дверь машины для Лейси и держал над ней зонт, пока она поднималась по трем ступенькам к парадной двери, украшенной затейливой резьбой. Джейк нагнал ее минуту спустя.

— Здравствуйте, мистер Уэйнрайт, — сказал юноша. — Не ожидал увидеть вас сегодня.

— Здравствуй, Стив. Приехал домой на каникулы?

— Конечно. Я скучаю по дому, находясь в Англии.

— Еще бы! Зайди ко мне на этой неделе; постараемся подыскать для тебя работу на лето, если хочешь.

— Конечно, хочу! Спасибо, мистер Уэйнрайт.

Теплые чувства к Джейку охватили Лейси.

Ведь довольно непросто студенту найти работу в летний период. Интересно, часто ли Джейк так поступает?

— Джейк! — высокая женщина с темными, едва начинающими седеть волосами, подошла к ним. Ее лицо выражало удивление и радость. — Как мило, что ты приехал? А это?.. — Она вежливо улыбнулась Лейси.

Лейси узнала эту женщину по фотографии, которую она видела в комнате Джейка. Но она узнала бы мать Джейка и без этого, у нее были такие же голубые глаза и статность.

— Лейси Стэнфорд, — представил Джейк. — Лейси, это моя мама, Салли Уэйнрайт.

— Добрый вечер, миссис Уэйнрайт, — улыбнулась Лейси хозяйке.

— Зовите меня просто Салли, дорогая. Какое потрясающее на вас платье! Я очень рада познакомиться с вами. Пойдемте, я найду Джо, он тоже будет рад.

— Мама, я хочу, чтобы ты представила Лейси всех гостей, — сказал Джейк. — Она приехала на несколько недель и…

— И, наверное, скучает, когда ты на работе. Я понимаю. — Салли кивнула сыну и увлекла Лейси за собой. Она пошарила в толпе глазами и нашла в толпе высокого человека, которого искала.

— Джо, я хочу познакомить тебя с подругой Джейка, Лейси Стэнфорд. Лейси, это Джо, отец Джейка. — Салли улыбнулась им обоим, ее взгляд задержался на Лейси.

Лейси улыбнулась и пожала руку Джо Уэйнрайта. Он был высок и крепкого телосложения. Видимо, Джейк пошел в отца. Красивый мужчина! На какой‑то миг ей стало жаль, что она не увидит Джейка в пожилом возрасте.

— Вообще‑то я соседка Джейка, я остановилась в доме у Туттлов, — объяснила она, отмахнувшись от своих мыслей.

В выражении лица Салли произошла перемена — от удовольствия к удивлению. Потом она снова улыбнулась.

— Небольшая неожиданность! Неважно, вы сегодня у нас, и Джейк впервые за несколько лет после Элизабет пришел с девушкой. В любом случае я очень рада познакомиться с вами.

— Элизабет? — Лейси была озадачена. Она оглянулась на Джейка. Он встретился с ней глазами, выражение его лица оставалось невозмутимым.

— А, вот и Кайл с Линн. Познакомьтесь с друзьями Джейка, Лейси.

Салли представила Лейси молодого доктора Кайла Линкольна и его жену Линн, объяснив Лейси, что Кайл и Джейк дружат с детских лет. По возрасту Линн была ближе к Кайлу и Джейку, чуть больше тридцати, но Лейси тут же привязалась к ней, и вскоре они болтали, как давние подруги.

Лейси старалась держаться уверенно. Линн провела ее по залу, чтобы познакомить с другими гостями. Некоторые из них бывали в Калифорнии, и у Лейси была возможность сравнить их впечатления от ее родного штата со своими собственными.

Однажды она подняла глаза и заметила, что Джейк иногда бросает на нее взгляд из другого конца зала, причем смотрит на вырез ее платья. Она ощущала на себе его взгляд почти физически, от него покалывало в груди, и она на какой‑то момент забыла, о чем говорят вокруг нее. Она видела только Джейка, чувствовала только Джейка, ощущала только его присутствие.

В соседней комнате послышалась музыка, и несколько пар отправились танцевать. Один из молодых людей, с которым она познакомилась чуть раньше, пригласил ее на танец, и она с улыбкой приняла приглашение. Пока они шли в музыкальную комнату, ее глаза искали Джейка. Она увидела, что он следит за ней, и нежно улыбнулась ему, подумав, не пригласит ли он ее на следующий танец. Он небрежно взглянул на ее партнера, потом повернулся к пожилой даме и продолжил беседу.

Лейси почувствовала, как будто Джейк ее ударил. Выходит, ему совершенно безразлично, с кем она и что делает. Дура, она еще надеялась, что он захочет танцевать с ней. Надеялась, что он снова заключит ее в объятия и она будет скользить под тихую музыку, тесно прижавшись к его груди.

Потом ее пригласил Кайл Линкольн. Она расспрашивала его о Барбадосе, старательно избегая разговора о Джейке. Но он сам, видимо желая позабавить ее, рассказал ей несколько смешных историй о проделках, в которых они с Джейком участвовали в детстве. Лейси смеялась над некоторыми из их чудачеств и получила удовольствие, танцуя с Кайлом.

Когда Джейк вдруг разъединил их, ее лицо выразило удивление, мгновенно сменившееся радостной улыбкой, вспыхнувшей помимо ее воли. Он кивнул своему другу и обнял Лейси за талию, сильно прижав ее к себе. Его ладонь легла на ее обнаженную спину, и она прильнула к нему, чувствуя, как тепло разливается по всему ее телу.

— Ты сводишь меня с ума в этом платье, — сказал он тихо, продолжая двигаться с ней в такт музыке.

Лейси молча улыбнулась ему соблазнительной улыбкой, а он продолжал:

— Ты даже не носишь бюстгальтер — это что, еще одна черта твоего свободного калифорнийского образа жизни?

Она засмеялась тихим грудным смехом.

— Джейк, я могу показать тебе не меньше десяти женщин, с которыми познакомилась здесь, которые тоже не носят бюстгальтеры. Это что, пример распущенности в тропиках?

Даже если его лицо и нахмурилось от ее ответа, его рука продолжала поглаживать ее спину. Его пальцы были теплыми и твердыми, они совершали нежные кругообразные движения вдоль ее позвоночника. Она еще теснее прижалась к нему, и с его лица исчезло напряженное выражение.

— Я познакомилась со множеством милых людей. Спасибо, что ты пригласил меня, — сказала она, улыбаясь ему, наконец отважившись коснуться его густых волос, доходящих почти до плеч. — Кайл — очень симпатичный мужчина.

— Он женат, — коротко сказал он.

— Да, я знаю — на Линн. Она мне тоже понравилась.

На какую‑то долю секунды Лейси увидела, как по его лицу пробежала некая грусть. Впрочем, может ей показалось?.. С какой стати Джейк Уэйнрайт будет тосковать по чему‑то?

— Им повезло, они нашли друг друга. Это главное. Если тебе достаточно знакомств, поехали домой. Я не слишком люблю задерживаться на приемах, которые устраивают мои родители. И вообще я редко хожу на такие приемы.

— Поэтому‑то твоя мама и подумала, что я твоя подружка? — поддразнила его она.

Джейк до боли сжал ее руку и отвел к дальней стене комнаты, подальше от танцующих пар.

— Ты не моя подружка и если моя мать так считает, я скоро раскрою ей глаза. Вот на что ты рассчитывала, не так ли? Ты решила попробовать такой ход. Видимо, привыкла играть с чувствами одного, потом переходить к флирту со следующим. А главная твоя цель — найти кого‑нибудь, у кого больше всех денег, и заловить его в свои сети.

Голос Джейка был низким и хриплым, его глаза злобно сверкали, и пальцы так сильно сжали руку Лейси, что у нее на глазах выступили слезы.

Что он, с ума сошел?! Она лишь пошутила. Наверное, он до сих пор переживает о том, что Элизабет ушла от него?

— Джейк, прости, я не хотела рассердить тебя… Мне больно! — Она осторожно потянула свою руку. — Джейк, я не Элизабет! Не включай меня в ту же категорию женщин. Что случилось с тобой в прошлом, то случилось, но не думай, что все такие, как она.

Он глубоко вздохнул и поджал губы, заметив наконец слезы в ее глазах:

— Я ухожу. Если хочешь, чтобы я подвез тебя домой, пошли. Если один из тех, кого ты сегодня завоевала, провожает тебя домой, скажи мне сразу.

— Я никого не завоевывала. Я поеду с тобой, — сказала она, часто моргая. Он все‑таки довел ее до слез! Он привел ее сюда, чтобы познакомить с другими людьми — с другими мужчинами, как он сказал. А теперь ведет себя так, будто она изменила ему, разговаривая с людьми, с которыми он сам хотел ее познакомить. Что с ним происходит? Он ведет себя как Отелло. Лейси тут же отогнала от себя эту нелепую мысль. Что она, жена ему, что ли?

Джейк развернулся и направился к выходу. Лейси изобразила вежливую улыбку на лице, медленно последовала за ним, помахав рукой на прощанье нескольким из ее новых знакомых.

Линн догнала ее как раз в холле.

— Уже уходите? — спросила она.

— Да. Надеюсь, соберемся как‑нибудь вместе, — сказала Лейси.

— Конечно, я позвоню тебе. У меня есть номер телефона твоего дома. — Элеонор давно дружит с моей мамой. Мне было приятно познакомиться с тобой, Лейси.

Лейси нашла хозяйку и хозяина дома и попрощалась с ними.

— Когда вы снова навестите нас, дорогая? — спросила Салли Уэйнрайт, обняв ее на прощанье.

— Не знаю. Но я непременно позвоню вам до отъезда. Пусть Джейк сам все объяснит матери, — подумала Лейси. Ей хотелось поскорее уйти.

Джейк вызвал свою машину, и ее подослали в тот самый момент, когда Лейси вышла на крыльцо. Она заспешила, увидев, что он ждет ее с плащом в руке. Гроза прошла, моросил легкий дождь. Она неуверенно улыбнулась, догнав его, но он не ответил. Не говоря ни слова, помог ей сесть в машину, и они поехали назад.

Лейси старалась сохранить спокойствие, глядя в окно на мокрые темные улицы. Почему он так рассердился? Ведь он сам затащил ее на этот прием, практически заставил ее.

Слегка дрожа, она пожалела, что не надела плащ. Делать это в машине было неудобно из‑за тесноты, но от сырого ночного воздуха было прохладно. Джейк протянул руку и включил обогреватель, как будто прочитал ее мысли.

— Спасибо, — вежливо сказала Лейси, благодарная за его внимание. Вскоре воздух прогрелся, и она перестала дрожать. Было поздно, она устала, и ей хотелось поскорее оказаться дома. Столько событий за сегодняшний день!

Джейк подвел машину к ее коттеджу. Заглушив мотор и погасив фары, он собрался выйти на тротуар.

— Я дойду отсюда сама, — резко произнесла Лейси и выскочила из машины раньше его.

— Я провожу тебя в дом.

Она достала из сумочки ключи, но Джейк забрал их у нее и сам отпер дверь. В прихожей горела лишь небольшая лампа. Весь остальной дом был погружен в темноту.

— Спасибо за сегодняшний вечер, — грустно сказала она, стоя в дверях. Если он так спешит домой, она не смеет его задерживать.

— Ну вот, теперь у тебя появились и другие знакомые на острове. — Голос его был тихим, лицо оставалось в тени.

— Да, теперь мне не придется обращаться к тебе, если вдруг снова понадобится помощь, — сказала она бодрым голосом.

— Да, можешь на других оттачивать свои чары. Но хочу тебя предупредить: держись подальше от Кайла.

О Боже, за кого он ее принимает? Не было смысла объяснять очевидное. Если Джейк считает, что она способна затеять игру с женатым мужчиной, он просто оскорбляет ее. Она приехала на Барбадос вовсе не в поисках подобных приключений.

— Спокойной ночи, — резко бросила Лейси, желая поскорее захлопнуть дверь и окончить этот вечер.

Неожиданно Джейк коснулся пальцем ее подбородка, его жест совсем не вязался с тем, что он только что говорил. Лейси наблюдала за ним, но он все еще оставался в тени и она жалела, что не видит его лица. Его палец спустился вниз по ее шее, вдоль косточки ключицы, пока не дошел до розового шифона. Продолжая медленно двигаться, его палец опустился вдоль выреза платья к округлостям ее грудей, в глубокую бороздку между ними, где утонул, затерявшись в шелковистой теплоте ее кожи.

Лейси затаила дыхание, сердце екнуло, неожиданное томление охватило ее тело.

Схватив его за руку, она отвела ее, но он взял ее за запястье, шагнул за порог, и расстояние между ними исчезло.

Она уронила плащ и подставила губы для поцелуя, свободной рукой схватив его за плечо. Она думала, что знает, чего ожидать, но поразилась неожиданной страстности его поцелуя. Его губы горели огнем и выражали нетерпение, его язык требовал впустить его в нежную мягкость ее рта. У Лейси перехватило дыхание. Ее сердце бешено колотилось, кровь пульсировала в венах, стучала в ушах. В ней проснулось затихшее было желание, и она ответила на его поцелуй. Ее язык встретился с его, лаская его, отвечая на его ласки. Ее ладонь гладила нежный шелк его рубашки, чувствуя, как вздымается его грудь.

Проехавшая мимо машина с освещенными фарами высекла искру сознания в этом безумии.

Джейк отстранился, глядя на нее сверху, его глаза сияли в приглушенном свете лампы. Лейси дышала, как после долгого бега, сердце ее бешено колотилось. Она боялась упасть, ее дрожащие ноги едва держали ее.

Она с тихой радостью заметила, что Джейк тоже тяжело дышит, хотя лицо его оставалось сердитым. На нее? На себя?..

— Ты ведьма, но я не поддамся твоим колдовским чарам, — прошептал он и отпустил ее, медленно высвободив свою руку из ее, проведя пальцами по ее ладони.

Не говоря ни слова, он повернулся и пошел к машине.

Лейси стояла в дверях, наблюдая, как зажглись фары и ожил мотор. Она еще долго стояла в прихожей, даже после того, как он вошел в свой дом.

На следующее утро, убедившись, что машины Джейка нет на привычном месте, Лейси отправилась на пляж. После обеда она выбрала интересную книжку и отправилась в уютный маленький садик при доме, чтобы посидеть под деревом и почитать в тени старой раскидистой магнолии. Воздух был теплым и благоухал нежным ароматом цветущих деревьев. Лейси было на удивление спокойно.

Заслышав хруст гравия на дорожке, ведущей к ее дому, она вскочила и пошла вокруг дома к парадной двери, где встретила улыбающегося молодого парня, стоящего рядом с машиной миссис Туттл.

— Вы мисс Стэнфорд? — вежливо спросил он. Неподалеку остановился и ждал грузовик.

— Да.

— Я из гаража «Джорджиз». Мы починили вашу машину. Генератор вышел из строя — вам здорово не повезло. Но теперь все в порядке. Подпишите вот здесь. — Он протянул ей бумагу.

Лейси стояла как громом пораженная. Она совсем забыла про машину. Как она могла забыть о машине миссис Туттл? Кто же?.. Конечно, Джейк.

— Сколько я вам должна? — спросила она.

— За все уплачено, мисс. — Парень кивнул ей и, повернувшись, пошел к ожидавшему грузовику.

Легкая улыбка появилась у нее на лице. Джейк выручил ее, взял с собой на прием, а теперь еще и это. Хотя она, конечно, не позволит ему платить за себя. Она поблагодарит его и непременно вернет деньги, как только он вернется.

Джейк приехал, когда Лейси ужинала. Она услышала, как подъехала его машина, вскочила из‑за стола, горя нетерпением перехватить его, пока он не вошел в дом.

Джейк остановился, услышав, что она позвала его, и смотрел, как она спешит к нему. Окинув ее оценивающим взглядом с головы до ног, он снова поднял глаза, чтобы встретиться с ее застенчивой улыбкой. Он ждал, что она скажет.

— Джейк, спасибо за ремонт машины. Это так любезно с твоей стороны!

— Мне это не составило большого труда. — Его голос звучал ровно и спокойно. Он ничего больше не сказал, и Лейси затараторила, чтобы хоть как‑то разрядить неловкое молчание.

— Все равно спасибо. Я должна тебе деньги за ремонт машины, скажи мне, сколько? — Она хотела, чтобы он взглянул на нее, но он стоял вполоборота к ней, и глядел вдаль, на море.

— Я попрошу, чтобы тебе прислали счет. — Он все же взглянул на нее, поколебавшись на какой‑то миг, будто хотел что‑то сказать, потом развернулся и направился к дому.

Она стояла растерянная, не шевелясь, наблюдая, как он поднимается по ступенькам и входит в дом, даже не оглянувшись. Ее охватила волна отчаяния. Он был само равнодушие, а она испытывала такую нежность к этому бесчувственному истукану.

7

В следующие два дня не случилось ничего примечательного. Лейси старалась не попадаться на глаза Джейку, когда он уходил на работу и возвращался. Она купалась только днем; после заката она уже не выходила из дома, не рискуя встретиться с Джейком при свете луны.

Когда она вернулась к обеду на третий день, то с удивлением увидела машину Джейка и еще чью‑то недалеко от своего коттеджа. Может быть, он пригласил кого‑то к себе на обед? Обычно он не приезжал домой во время рабочего дня. Впрочем, это ее не касалось; он волен поступать так, как ему заблагорассудится.

Пообедав, Лейси приняла душ и переоделась в хлопчатобумажные шорты и майку. Было жарко, ничего не хотелось делать, и она не собиралась никуда идти. Заколов волосы на затылке, чтобы шее не было слишком жарко, она решила спуститься на первый этаж, чтобы взять книгу. Взглянув в окно, она увидела, что машина Джейка стоит там же, а другая уехала. Значит, он остался дома?

Детектив, который она читала, увлек ее. Воздух в тени старой магнолии был достаточно прохладен, чтобы не чувствовать гнетущей жары.

Звук разбитого стекла, а затем крепкая мужская брань неожиданно оторвали ее от книги, и она подняла голову и взглянула в направлении дома Джейка. Звук шел оттуда — может быть, что‑то случилось? Нахмурившись, Лейси прислушалась. Да, снова, только на этот раз более приглушенно, но определенно слышалась ругань. Она улыбнулась. Джейк ругался точно как ее брат, когда выходил из себя.

Может, он разбил стакан и порезался? Она встала с качалки и отложила книгу. Пройдя через сад, она снова прислушалась. Не случилось ли чего серьезного? Тихо обойдя стену, разделяющую их участки, она крадучись направилась к задней стене дома Джейка.

Она постучала в сетчатую дверь. Наружная деревянная дверь была открыта, чтобы впустить в дом послеполуденный ветерок.

— Осторожно, здесь все усыпано осколками стекла! — донесся до нее голос Джейка из кухни.

Лейси вошла, остановившись на минуту, чтобы ее глаза привыкли к полумраку, царившему в доме.

Джейк стоял, прислонившись спиной к стойке, одетый лишь в шорты и полосатую футболку, опираясь на костыли; правая нога его была загипсована до колена. Весь пол вокруг него был усыпан осколками стекол и кусками белого картофельного салата. На лице у него было написано отчаяние. Он был бледен.

Лейси одним взглядом оценила ситуацию и отправилась искать веник.

— Я подмету здесь. Не двигайся, а то наступишь на стекло и поранишь еще другую ногу.

Она нашла веник и быстро смела стекло и остатки салата.

— Что произошло? — наконец спросила она, заметив еще огромный синяк на его лбу, а другой — на левой руке. Его шорты и футболка казались неуместными в разгар рабочего дня. Что же случилось?

Она подошла поближе, прислонив веник к стойке.

— Может быть, тебе лучше сесть? — спросила она.

Он сердито взглянул на нее, затем, закрыв глаза, тяжело вздохнул.

— Чертовски трещит голова!

— Может быть, приляжешь? — Она робко и нежно дотронулась до его руки. — Я посижу здесь с тобой.

— Не нужна мне ничья помощь. — Он постарался выпрямиться и поковылял на костылях к стулу, стоящему у кухонного стола. Тяжело опустившись на стул, он, казалось, не знал, что делать с костылями.

Лейси взяла костыли и прислонила их к стене.

— Ты хотел приготовить ужин? — спросила она.

— Ну да! Но, оказывается, я не могу даже удержать чертову миску с салатом!

— Трудно передвигаться, когда обе руки заняты костылями. Я что‑нибудь приготовлю тебе. Ты хоть расскажи, что случилось?

— Я упал на работе с каменной лестницы, у меня трещина в щиколотке.

— И, похоже, ударился головой о каменные ступени?.. — Лейси неожиданно с ужасом осознала, что он мог даже погибнуть. На какое‑то мгновение ужас от того, что могло случиться, промелькнул в ее сознании, и ей стало не по себе. Но она, тряхнув головой, отогнала от себя эти мысли и отправилась готовить ужин.

— Так, теперь ты будешь потрясать меня своими кулинарными способностями, — пробормотал он, хмуро глядя на нее.

Лейси радостно улыбнулась, не обращая внимания на его ворчание, и стала шарить по кухонным шкафам.

— Если я могу потрясти тебя сандвичами с ореховым маслом и желе, то конечно. Что касается чего‑либо большего, то боюсь тебя слегка разочаровать.

Выражение его лица слегка смягчилось, он откинулся на спинку стула, наблюдая, как она тянется к верхней полке за банкой орехового масла.

— Ты опять без бюстгальтера, — прокомментировал он, когда она закрыла дверцу шкафа.

— Ага, слишком жарко. А что, ты считаешь, я должна его постоянно носить? — Лейси повернулась к нему с лукавым выражением лица.

Он пристально смотрел на ее грудь, пока не заметил, как румянец вспыхнул на ее щеках. Тогда язвительно улыбнулся и медленно покачал головой.

Рассердившись на себя за то, что вновь позволила ему вывести себя из равновесия, она повернулась лицом к стойке и шлепком соединила две половинки сандвича. Сама напросилась, подумала она про себя, чувствуя, как горят ее щеки. Но зато Джейк хоть ненадолго забыл про боль… На мгновение у нее перехватило дыхание, теплая волна колыхнулась где‑то под сердцем. Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, и закончила готовить сандвич. Найдя в шкафу тарелку, она положила на нее сандвич и поставила перед ним.

Затем она налила ему из холодильника стакан молока и принесла к столу, наклонившись над ним, чтобы поставить возле тарелки. Он сидел, не двигаясь, наблюдая за ней, глаза его блестели.

— Подвинь стакан, пожалуйста, поближе, — попросил он.

Лейси снова нависла над столом и подвинула стакан, поймав его взгляд уголком глаза. Он заглядывал под ее майку, край которой отставал от ее груди, когда она наклонялась.

Она выпрямилась и строго взглянула на него, но Джейк спокойно улыбнулся и протянул руку за сандвичем.

Лейси подвинула себе стул и плюхнулась на него.

— Сколько пробудешь на костылях? — спросила она.

— Доктор говорит, около двух недель. Потом, если все будет о'кей, мне поменяют гипсовую повязку, и я смогу получше передвигаться.

— Как это тебя угораздило полететь с лестницы? — спросила она с широко раскрытыми от любопытства глазами.

— Не твое дело! — огрызнулся он, нахмурившись и жуя сандвичи. Лейси встала.

— До свидания, мистер Уэйнрайт, — холодно сказала она.

Однако прежде чем она сдвинулась с места, Джейк выбросил вперед руку и схватил ее за локоть.

— Не уходи. Извини меня. — Он помолчал, глядя в ее глаза. Они потемнели от обиды, гнев боролся в них с сочувствием. Она всего лишь хотела помочь, а он в знак благодарности нагрубил ей.

— Черт, ненавижу постоянно извиняться. Я думал о чем‑то важном, отвлекся, а нужно было бы быть повнимательнее. Ступеньки на лестнице крутые, выщербленные и неровные. Я оступился, упал и покатился с верхней ступеньки до самой нижней. Представляешь, какое зрелище! — Большой палец его руки ласково гладил бархатную нежную кожу ее ладони.

— Мужчины становятся такими капризными, когда им нездоровится, — вздохнула Лейси. — Мой отец и брат всегда ведут себя точно так же. Может быть, тебе прилечь?

— Может быть. У меня жутко болит голова. Но мне трудно будет сейчас подняться по лестнице.

— Ведь здесь есть диван. Можно лечь и здесь? — произнесла она, чувствуя, что его близость вновь вызывает в ней прилив желания. Она вдруг заметила, как ее затвердевшие соски выступили из‑под тонкой ткани майки. Нужно хоть чуть‑чуть отодвинуться от него, пока и он не успел заметить этого! Она попробовала высвободить руку, и он отпустил ее и взял стакан с молоком.

Лейси с удовлетворением отметила, что он съел почти весь сандвич и выпил молоко. Она улыбнулась, вспомнив его слова о ее кулинарном искусстве.

— Я принесу тебе чего‑нибудь на ужин, — предложила она, отходя спиной к кухонной двери.

— Я и сам могу о себе позаботиться.

— Ну да, конечно, например, снова захочешь приготовить себе картофельный салат, — напомнила она ему.

— Пока ты не ушла, подай мне, пожалуйста, костыли.

Лейси подала, и он неуверенно поднялся и заковылял через прихожую в переднюю часть дома. Лейси шла рядом с ним, желая убедиться, что он дойдет до дивана и не упадет опять.

Он остановился, и Лейси подняла голову вверх, чтобы взглянуть на него — он стоял к ней почти вплотную. Она чуть отступила назад и оказалась спиной у стены, рядом с лестницей, ведущей на верхний этаж. Прежде чем она успела о чем‑либо подумать, губы Джейка нашли ее губы, и она забыла обо всем на свете…

— Можешь оттолкнуть меня, чтобы я упал, если хочешь, — наконец выдохнул он, терзая своими чувственными губами ее губы, и она ощущала их тепло и мягкую нежность.

— Почему ты все время ведешь себя так? — прошептала она, на секунду оторвавшись от его столь желанных для нее губ.

— Я ничего не могу поделать с собой, — прошептал он ей на ухо. — Мне было так спокойно, пока ты не появилась здесь…

— Не волнуйся, я скоро избавлю тебя от своего общества, — пробормотала она, желая вновь ощутить то удовольствие и восторг, которые дарили его поцелуи.

— Нет, — его язык потерся о ее нижнюю губу. Лейси вновь попыталась поймать его губы, но он отвел их.

— Мне нужно идти, — прошептала она, на самом деле страстно желая остаться.

— Подожди. — Его голос был умоляющим.

— Но я тебе даже не нравлюсь.

— Если бы ты знала, как я хочу тебя, — прошептал он.

Он снова страстно прижался своими губами к ее губам. Она с радостью приняла на себя тяжесть его мускулистого тела и наслаждалась этим.

Джейк слегка изменил позу, и Лейси вспомнила о его травмах. Ему нужно прилечь. Ей нужно дать ему отдохнуть, помочь дойти до дивана. Но ей хотелось, чтобы поцелуй продолжался бесконечно. Она хотела запечатлеть все до мельчайших подробностей в своей памяти, чтобы долго еще помнить об этом счастье, когда она уедет отсюда.

Медленно она уперлась руками в его грудь, слегка отталкивая его, но стараясь, чтобы он не потерял равновесия. Медленно его губы оставили ее, его глаза сузились — он пытался понять причину, почему она не хочет больше его ласк. Она жаждала продолжения, но понимала, что нужно остановиться.

Она тяжело дышала, ее взгляд упал на его шею, и она заметила, как на ней сильно и часто пульсирует жилка. Неужели он чувствует то же, что она?

Подняв на него глаза, она попыталась перевести ситуацию в обыденную.

— О чем ты думал, когда упал? — Она спросила о первом, что пришло ей в голову.

— Какая тебе разница. — Голос его был тихим, спокойным.

У Лейси сощурились глаза.

— Стоит мне тебя толкнуть, и ты упадешь и сломаешь другую ногу! — пригрозила она. — Так что не груби мне.

Он долго смотрел на нее сверху вниз, потом тихо вздохнул.

— О тебе.

Она не ослышалась? Он сказал это так тихо, что она не была уверена. Облизав губы, она снова почувствовала вкус его губ на своих губах.

— Тебе помочь дойти до дивана? — тихо спросила она, все еще ощущая его каждой клеточкой своего тела, мечтая лишь о том, чтобы сорвать с себя и с него всю одежду и лечь, тесно прижавшись к нему. Конечно, она знала, что никогда не посмеет сказать вслух о своем желании.

Джейк выпрямился и отстранился от нее.

— Я уже сказал, что не нуждаюсь ни в какой твоей помощи. Спасибо за то, что ты мне ее предложила. — Его голос стал холодным и по‑английски официальным.

Лейси обиделась, но не хотела, чтобы он это заметил.

— Я принесу тебе что‑нибудь на ужин чуть позже. — Она пошла через прихожую к двери.

— У меня полно друзей и родственников вокруг. Мне совершенно не нужно, чтобы ты заботилась обо мне, подавляя своей опекой.

— Я поставлю еду на кухонный стол, когда приготовлю, а ты, если хочешь, можешь не прикасаться к ней, пусть она заплесневеет! — прокричала она в ответ, не оглядываясь. Почему он так старается оттолкнуть ее от себя? Она всего лишь ведет себя по‑соседски!..

Хлопнув сетчатой дверью, она выскочила в сад. Никогда еще она не встречала таких гордецов! Но она ведь любит его, совершенно очевидно.

На секунду она остановилась. Она не может его любить — ведь он явно отталкивает ее от себя. И в то же время хочет ее. И она хочет его. Его поцелуи обжигали ее, а его ласки доводили до умопомрачения. С ней никогда не случалось ничего подобного!

Но она не позволит, чтобы он ставил ее в один ряд с другими женщинами, которых знал. Она не Сьюзен или ее двоюродные сестры, которые мечтают только о летних романах, не Элизабет, стремящаяся ухватить кусок пожирнее. Она не вынесет, если он узнает о ее чувствах к нему и высмеет ее. Она любит его, но он никогда об этом не узнает. Она медленно зашагала к своей даче.

На ужин она приготовила ветчину с картофелем и кукурузой. Подумала, не испечь ли печенья, но решила не возиться лишь для того, чтобы произвести впечатление на Джейка. У нее еще оставалось печенье, которое она пекла за день до того, — она положила несколько штук на поднос с едой и отправилась к дому Джейка.

Она поставила поднос на кухонный стол и быстро убрала тарелку со стаканом, оставшиеся от обеда, тихо опустив их в раковину. Она подвинула поднос к тому месту, где днем сидел Джейк. Чай со льдом, ужин, печенье, салфетка и столовый прибор; Тут было все, что могло понадобиться ему, — если он все же решит съесть то, что она приготовила.

Надеясь, что он все же так и поступит, Лейси повернулась, собираясь уходить.

— Лейси? — позвал его голос из глубины прихожей.

— Я принесла ужин. Приятного аппетита. — Она поспешила к двери, удивившись требовательному тону его голоса.

— Лейси, вернись!

— Не могу, у меня стынет ужин! Она боялась снова увидеть его, боялась, что не сможет потом уйти. Она пробежала через сад, вошла в дом и поспешила на кухню. Ей не очень хотелось есть. Нужно, видимо, было остаться у Джейка и убедиться, что он съест все, что она приготовила. Он не посмел бы выгнать ее.

Нет, она зайдет к нему чуть позже, когда он спокойно поест, а потом она соберет грязную посуду. Выглянув в окно, чтобы проверить, горит ли свет в задней части дома Джейка, она увидела, что свет горит. Может быть, он как раз ужинает.

Было уже чуть больше девяти часов вечера, когда Лейси пошла собрать грязную посуду, как можно дольше оттягивая этот момент. Ей совсем не обязательно видеть его, но она хотела хоть как‑то помочь ему.

Она вошла на кухню. Ни души! По всем признакам ему понравилось то, что она приготовила: тарелка была пуста и чай со льдом до дна выпит. Она поставила все на свой поднос и направилась к раковине, чтобы забрать остальную грязную посуду. Она вымоет ее у себя и вернет завтра, когда принесет завтрак.

На стойке у раковины стояли открытыми два пузырька, один с аспирином. Лейси подняла другой. Это было выписанное доктором какое‑то болеутоляющее средство. Он даже не успел закрыть пузырьки крышками. Бедный Джейк, ему, наверное, действительно было очень больно. Она заколебалась, ей хотелось узнать, в порядке ли он.

Оставив посуду на стойке, она медленно двинулась через прихожую, стараясь ступать как можно тише. Она, крадучись, шла вперед, всматриваясь вверх, в темноту над лестницей. Наверняка он и не пытался преодолеть все эти ступеньки сегодня, пока так неуверенно чувствует себя на костылях.

Она остановилась в холле, соображая, в какой комнате он может быть. Она взглянула в комнату справа от себя, сердце ее замерло, Джейк лежал на краю дивана, его нога в гипсе покоилась на одном мягком подлокотнике дивана, а другая почти касалась пола. Он запросто может во сне свалиться с дивана.

— Джейк? — тихо позвала она. Если он спит, она уйдет. Но он так неудобно лежит!..

— М‑ммм? — он не открыл глаза. Лейси вошла в комнату.

— Как ты себя чувствуешь? — нежно спросила она, лицо ее выражало тревогу.

— Паршиво.

— Ты лежишь еще ужасно неудобно. Разве этот диван не раскладывается?

— Раскладывается, но слишком много хлопот…

Она повернулась, ощупью поднялась по лестнице и нашла бельевой шкаф. В считанные минуты она вернулась, нагруженная простынями, подушками и легким одеялом.

— Давай я постелю тебе постель, — бодро заявила она.

— Лейси, я уже говорил тебе, что вполне могу обойтись без посторонней помощи! — Голос его зазвучал раздраженно.

— Да. Я вижу. Честное слово, Джейк, я никому не скажу, что помогала тебе в чем‑то. Можешь изображать из себя супермена, сколько тебе вздумается, но ведь на аккуратной постели тебе будет удобнее, ты сможешь вытянуть ноги и по‑настоящему отдохнуть.

— Если собираешься разговаривать со мной как с умирающим, то давай уже переходи на профессиональный язык сиделок, черт возьми: говори «мы»… «Не будет ли нам лучше в постели? Мы сможем вытянуть ноги». — Он открыл глаза, они, блестя, глядели на нее.

Лейси вдруг вообразила себя лежащей с ним рядом в постели. Она сглотнула. Такие идеи были слишком опасны. Не обращая внимания на его тон, она положила простыни на стул и протянула ему костыли. Хотела было помочь ему подняться, но не стала этого делать, зная, что он разозлится.

Джейк подавил стон, садясь на диване.

— Я видела в кухне болеутоляющие таблетки, — сказала Лейси. — Они помогают.

— Наверное. Меня как будто накачали наркотиками. Теперь у меня жутко трещит голова.

— Наверное, и нога, и рука тоже болят. — Она старалась говорить спокойно, но было трудно удержаться от сочувствующего тона. Она ведь на самом деле страдала вместе с ним.

— И ребра, в одном из них тоже трещина, — Он с трудом поднялся с дивана, доковылял до пустого стула и с размаху плюхнулся на него.

Лейси быстро раздвинула диван, застелила его чистыми простынями, взбила подушки и бросила их в изголовье. Легкое одеяло она сложила в ногах; сейчас оно не требовалось, было и так слишком жарко, но среди ночи может стать прохладно.

— Что‑нибудь еще нужно? — ласково спросила она.

— Нет, ничего не нужно, — проворчал он, угрюмо глядя на разобранную постель.

Лейси улыбнулась. Ему явно не хотелось быть зависимым от нее. Она опустилась перед ним на колени и заглянула ему в лицо. С минуту он смотрел на нее, потом, протянув руку, заправил выбившуюся прядь ее волос за ухо.

— Я просто очень благодарна тебе за то, что ты сделал для меня в те дни, — сказала она нежно. — Я вовсе не собираюсь покушаться на твою независимость.

Он улыбнулся ей, потом погладил ее плечо, потом коснулся ее груди.

Это было слишком. Лейси нельзя было оставаться. Она вскочила и улыбнулась ему, надеясь, что он не заметит, какую бурю чувств вызывают его прикосновения.

— Спокойной ночи, Джейк. Утром я принесу тебе завтрак. — Он молчал, и она наклонилась над ним, поцеловала в щеку, быстро повернулась и вышла.

8

Лейси проснулась на следующее утро с неясным чувством ожидания. Несколько минут она лежала в постели, с улыбкой подумав о Джейке, о том, как она принесет ему завтрак. Может быть, подать его поднос в постель?

Ему не нравилось быть зависимым от нее, он ясно дал это понять, но выбора у него не оставалось. Он ведь не мог все время находиться один, а она не так уж и много для него делала. Но ей нравилось напоминать ему о его беспомощности. Небольшая расплата за то, как он вел себя с ней прежде.

Она встала, надела купальник, натянув сверху яркую тенниску. Завязав волосы в узел на затылке, она была готова начать день.

Лейси быстро глотала завтрак, спеша увидеть Джейка, хотя и чувствовала небольшое смущение. Она засмеялась, обнаружив в себе застенчивость. Она привыкла справляться с гораздо более серьезными и сложными ситуациями, чем приготовление завтрака для больного соседа. Закончив трапезу, она поспешила в сад.

Надеясь на лучшее, она обошла каменную стену и вдоль боковой стены дома Джейка подошла к задней двери. Если его болезнь затянется, придется проложить здесь тропинку, чтобы каждый раз не обходить кругом.

Открыв сетчатую дверь, она вошла в дом и решительно направилась в кухню. Приготовить ли ему кашу из овсяных хлопьев или яичницу с беконом? Лучше яичницу. Настоящие мужчины не очень‑то жалуют всякие там каши…

Но все‑таки надо бы пойти спросить, как ему приготовить яичницу и хочет ли он, чтобы она подала завтрак в постель.

Остановившись в дверях его комнаты, Лейси удивилась, что он все еще спит. Было поздно, обычно он уходил на работу гораздо раньше. То, что с ним случилось, было, видимо, гораздо серьезнее, чем он думал.

Она заколебалась, стоит ли будить его. Нет, не стоит. Лучше пусть он поспит. Она заметила его одежду, брошенную кое‑как на полу около постели. Его грудь вздымалась и опускалась вместе с дыханием, темный синяк ясно проступал на левом боку. И на руке ясно обозначился кровоподтек. Бедный Джейк…

На щеках его уже выросла щетина, и Лейси вдруг захотелось провести пальцем по этим жестким волоскам, чтобы почувствовать удовольствие от прикосновения к чему‑то истинно мужскому. Она сжала руки и спрятала их за спину, как бы борясь с искушением.

— Уже утро или мне снится?

Лейси вздрогнула. Он, оказывается, наблюдает за ней сквозь полуприкрытые ресницы.

— Уже утро, — сказала она. — Я пришла на завтрак.

— Я ничего не приготовил, — пошутил он. Она улыбнулась.

— Ладно уж, я сама приготовлю, только я не знала, чего ты хочешь. Может, яичницу с беконом?

— Яичницу с беконом? — Он сел в постели, простыня сползла до живота.

Лейси затаила дыхание. Ей нужно отвернуться, она это знала. Но она не могла оторвать глаз от его загорелого античного торса. Его загар кончался чуть ниже пояса, она увидела полоску более светлой кожи и догадалась, что под простыней на нем ничего нет. Ее глаза встретились с его, в них искрился смех.

— Я все‑таки приготовлю яичницу с беконом. Какую ты любишь яичницу? — спросила она, не сводя с него восхищенных глаз.

— Хорошо прожаренную. — Он потер лицо, его рука задержалась на колючей щетине. Лейси следила за ним, как завороженная. Ей так хотелось провести рукой по этому милому лицу, его волосам. Желание было таким острым, что она почти протянула руку.

— Я быстро. — Она повернулась, чтобы убежать, но он остановил ее.

— Подожди немного, пожалуйста. Я хочу принять душ.

Она обернулась.

— Ты собираешься подниматься по лестнице?

— Но на первом этаже нет душа. И мне сегодня лучше.

— По‑моему, тебе нельзя мочить гипс, — сказала она.

— Ты кто, курица‑наседка? Я завяжу его пленкой. И все равно пойду в душ! Не стой у меня на дороге, а то мне придется немного смутить тебя. — Джейк пошевелился под простыней, собираясь встать с постели.

Лейси быстро пробормотала: «Ты прав» — и бросилась в кухню.

Она приготовила кофе, поджарила бекон и разбила яйца, чтобы поджарить их, когда Джейк будет готов. Лейси слышала, как шумит вода в душе, потом шум затих. Через несколько минут Лейси решила, что он уже оделся и почти готов спуститься вниз. Она налила ему чашку кофе и поднялась с ней наверх.

Остановившись на верхней площадке лестницы, она осмотрелась. Где же он? Дверь в ванную, в которой она плескалась в день грозы, была открыта, но за ней никого не было. Еще несколько комнат выходили в коридор. Которая его?..

— Джейк?

— Я здесь.

Она двинулась на звук его голоса и прошла через большую, со вкусом обставленную спальню, большую часть которой занимала огромная кровать. Окно выходило в сад и на море. Пройдя в ванную, которая сообщалась со спальней, она нашла Джейка стоящим у зеркала, на костылях, с намыленным лицом. Взгляд Лейси тут же задержался на махровом полотенце, повязанном вокруг его талии. Завязанное узлом на одном боку, оно едва прикрывало его узкие бедра.

Ее щеки зарумянились, пока она смотрела на него, а он широко улыбнулся ей, явно довольный ее смущением.

— Я принесла тебе кофе. Ты любишь черный кофе? — Она протянула ему чашку.

— Я люблю кофе, черный и горячий. — Он поднес чашку к губам и сделал глоток, не сводя с Лейси глаз, и взгляд его был нежным и призывным.

По пальцам Лейси, которых он коснулся своей рукой, пробежали искорки, сердце екнуло.

— Ну ты готов? — спросила она, совсем зачарованная его взглядом. Глаза Джейка блестели.

— Готов к чему?

— К завтраку. — Она попыталась высвободить руки и была слегка разочарована, когда он отпустил их.

— Нужно еще побриться. Я хочу сегодня же поехать на работу. — Он продолжал намыливать лицо.

— О, Господи, неужели они не обойдутся без тебя один день. Тебе обязательно надо отдохнуть как следует.

— Когда мне понадобится твой совет, я непременно позову тебя. Осталась недоделанной работа, и именно я должен сделать ее.

Лейси сморщила нос и показала ему язык. Она знала, что ведет себя по‑ребячески, но ей было все равно. Нечего разговаривать с ней таким тоном.

У Джейка в изумлении поднялась бровь, когда он увидел ее гримасу.

— В следующий раз, когда ты сделаешь что‑нибудь подобное, берегись, — я тебя… поцелую.

Лейси удивленно раскрыла глаза и постаралась подавить неуемное чувство радости, которое охватило ее, когда она представила то, о чем он сказал. Она подумала: «Когда же это снова случится?» Он как будто услышал ее — взял ее за руку, привлекая к себе, и она не стала сопротивляться.

Он склонился над ней, его прохладные губы коснулись ее рта, от него пахло кремом, шампунем и кофе. Лейси закрыла глаза, ее губы призывно раскрылись для него, и его язык стал ласкать ее язык. О Боже, какое это была блаженство! Она задохнулась и отстранилась от него, тяжело дыша.

Джейк улыбнулся и протянул руку, чтобы вытереть пену от крема на ее щеке, его пальцы были теплыми и нежными.

— Ты похожа на малышку, испачкавшуюся мороженым. — Он широко улыбнулся. — Я спущусь к завтраку через несколько минут. Спасибо за кофе.

Лейси послушно повернулась и пошла в кухню. Она любит Джейка Уэйнрайта! Ей бы хотелось каждый день быть рядом с ним, каждое утро смотреть, как он бреется, готовить ему завтрак и есть вместе с ним.

Проходя мимо большой кровати, она замедлила шаг, представив их вдвоем на ней, спящими, любящими друг друга. Маловероятно, подумала она с болью. Боль, которая пронзила ее сердце, была лишь слабым отголоском тех чувств, которые охватят ее, когда она уедет с Барбадоса. Все, хватит думать об этом!

Надеясь, что правильно рассчитает время, Лейси пила кофе и считала минуты, потом разогрела сковородку для яичницы. Она как раз снимала сковороду с огня, когда Джейк вошел в кухню. Она слышала стук костылей по мере их приближения от лестницы до кухни.

— Точный расчет, — сказала она, ставя тарелку на стол.

Джейк сел и прислонил костыли к стене.

— Выглядит довольно аппетитно, — заметил он.

— Я не слишком хорошая хозяйка, не так уж люблю готовить. Но яичница у меня получается. — Она села рядом с ним за стол, зная, что ей нужно было бы уйти, но ей хотелось побыть с ним еще несколько минут. Он опять скоро на что‑нибудь разозлится, и ей все равно придется уйти. Сейчас они ладили, и ей не хотелось расставаться.

— Я думал, что все женщины любят готовить, — сказал Джейк.

— Только не я! Я делаю это по необходимости. Дома я обычно ем в городе.

— А когда выйдешь замуж, разве не будешь готовить?

— Я хочу выйти замуж за того… — начала она.

–.. Кто будет богат и сможет содержать повара!

— Нет, кто будет готовить сам. — Она игриво улыбнулась ему. — Тогда он сможет готовить и для нас обоих. Но держать повара в доме я бы не хотела. Что, если бы мне захотелось побродить по дому в ночной рубашке? Я бы не смогла сделать этого, если бы в доме были чужие люди. — Она сморщила носик. — Нет, повара не будет.

— Занятная мысль: ты в ночной рубашке. Она у тебя соблазнительная?

Она улыбнулась ему из‑под опущенных ресниц, чувствуя себя смелой и безрассудной.

— Та, которую я привезла с собой, из тончайшего батиста, почти прозрачная. С кружевом вокруг ворота и вдоль рукавов… И с глубоким вырезом, доходящим до сих пор… — Она показала на ямку между грудей и вызывающе улыбнулась ему.

Он встретился взглядом с ее глазами, блестевшими от удовольствия. Он явно знал, на что она рассчитывает.

Захваченная врасплох в состоянии какой‑то веселой дерзости, Лейси перечисляла подробности, ожидая, когда же он ее остановит. Но прежде чем она успела сказать что‑то еще, она услышала шум машины на дорожке к дому.

— Ты кого‑то ждешь? — спросила она с удивлением.

— Нет.

Спустя секунду открылась дверь в дом, и бодрый голос позвал:

— Джейк, ты дома?

— В кухне, мама. — Он удрученно покачал головой, глядя на Лейси, и взглянул в сторону прихожей.

Салли Уэйнрайт остановилась в дверях, с удивлением глядя на Лейси.

— Доброе утро. — Ее улыбка была теплой и дружелюбной. — Я не представляла, что о моем сыне кто‑то заботится. Я услышала о несчастном случае только утром. Теперь я понимаю, почему он не позвонил вчера вечером. Она легко прошла в кухню, подвинула себе стул и снова улыбнулась Лейси.

— Хотите кофе? Он готов. — Лейси вскочила и пошла за чашкой. Получив согласие Салли, она налила ей кофе и предложила сливки и сахар.

— Не беспокойся, мама, — всего лишь трещина в щиколотке, — сказал Джейк. — Я не позвонил вчера, потому что уснул.

— А синяки на голове и руке? — Салли с тревогой смотрела на сына.

— Ерунда! Я собираюсь сегодня на работу.

— Нет, я говорила с Кайлом, он сказал, что тебе нужно побыть дома хотя бы несколько дней.

Лейси попыталась скрыть улыбку, но ярость на лице Джейка говорила о том, что ей это не совсем удалось.

— Я ему сказала то же самое, — сказала она Салли.

— А я сказал, что не нуждаюсь в советах нахальных девиц, как мне жить!

Лейси взглянула на него с недоумением.

— Нахальных?

— Слишком развязных, как все вы, американцы.

— Если ты думаешь, что своими оскорблениями заставишь меня изменить свое мнение, то ты ошибаешься. Уверена, что тебе сегодня станет хуже после этого падения, поверь моему слову. У меня на второй день после какой‑нибудь травмы всегда болит сильнее, чем в последующие дни. И я по‑прежнему считаю, что как бы ты ни был незаменимым в своей фирме, она все же сможет продержаться один день без своего драгоценного шефа.

Лейси встала, одернув тенниску.

— Я ухожу, — сказала она.

— Спасибо за завтрак. — По его тону можно было понять, что лучше бы он вообще не ел ничего, чем приготовленное ею.

— Лейси, спасибо за заботу о Джейке, — сказала Салли, при этом глаза ее смеялись, хотя выражение лица было серьезное.

— Мне больше не придется беспокоиться о нем, если вы теперь будете рядом с ним, — сказала она Салли.

— Я не ребенок, — крикнул Джейк, стукнув вилкой по столу.

— Да, но ведешь себя как ребенок, — возразила Лейси, испытывая желание снова показать ему язык, но остановила себя, вспомнив, что случилось, когда она это сделала в прошлый раз.

— Я ухожу. — Глаза ее сияли, и она вежливо улыбнулась миссис Уэйнрайт.

— Я собираюсь остаться здесь на денек‑другой. Надеюсь, мы еще увидимся, Лейси.

Лейси улыбнулась и кивнула головой. Не говоря больше ни слова, она повернулась и вышла через заднюю дверь. Не очень‑то ей удалось стать ближе Джейку! Его мать будет теперь готовить для него и заботиться о нем. Меньше, чем через неделю. Кайл сменит гипсовую повязку, чтобы он мог ходить без костылей, и Джейк снова станет полагаться целиком на самого себя, как он это всегда делает.

У Лейси испортилось настроение. Пора выбросить Джейка из головы! В конце концов она приехала на Барбадос отдыхать!

В тот день она больше не пошла к Джейку. Машина его матери стояла у его дома, и Лейси знала, что она накормит его и даст в случае необходимости болеутоляющее. Ей хотелось узнать, как он себя чувствует, но он, конечно, посчитает ее навязчивой и наглой, если она придет осведомиться о его состоянии. В глубине ее сознания жила мысль о том, что Элизабет использовала его в своих корыстных целях, и он боится, что и Лейси такая же.

Неудивительно, что он проявляет такую настороженность по отношению к ней. Ужасно чувствовать, что люди тянутся к тебе только из‑за твоих денег.

На следующий день Лейси пошла в сад посидеть в тени, что стало у нее привычкой. Она дочитала детектив, и теперь начала книгу по истории Барбадоса.

— Здравствуйте, не возражаете, если мы немного поболтаем? — Салли Уэйнрайт стояла у входа в сад, возле каменной стены.

— Входите, пожалуйста. Хотите чая со льдом?

— Нет, спасибо, мы недавно поели. Я не помешаю вам? — Салли указала на книгу.

— Нет, присаживайтесь, пожалуйста. — Лейси предложила ей стул и отложила книгу в сторону. — Как Джейк?

Салли села на стул рядом с Лейси и покачала головой.

— Он работает. Я отказалась везти его на работу, так он руководит по телефону. Я думаю, что он теперь долго не отнимет трубку от уха.

— Значит, ему лучше, — констатировала Лейси.

— Нет, я думаю, что его еще мучают сильные боли. Но это никак не влияет на его работоспособность. Что касается работы, он всегда очень решительно настроен, я хочу сказать, ему не может помешать такой пустяк, как падение со старой каменной лестницы.

— Ему повезло, что он еще легко отделался. — Лейси содрогнулась, представив, как он летит вниз с большой высоты. — Он мог разбиться!..

— Да, это так, — согласилась Салли. — Хотя мне кажется, что я не смогу удерживать его дома в течение нескольких дней. Работа для него превыше всего…

— Эта фирма — ваш семейный бизнес? — спросила Лейси, откинувшись в шезлонге.

— Да, она принадлежала моему отцу до того, как он умер, — сказала Салли. Хотя он оставил мне и мужу акции, контрольный пакет он оставил Джейку. Последние несколько лет своей жизни отец не очень хорошо управлял фирмой. Джейк действительно поставил ее на ноги. Теперь она приносит солидный доход. Когда он принял дела, фирма терпела одни убытки… Но теперь все изменилось к лучшему.

Лейси знала, что дела у Джейка идут успешно, но не представляла, что ему пришлось преодолеть такие серьезные проблемы, чтобы добиться успеха. Бизнес не легкое дело, особенно международный.

— Расскажите мне о себе, Лейси, — попросила Салли. — Нам так и не удалось поговорить по‑настоящему в тот вечер.

Лейси улыбнулась и немного рассказала ей о своей жизни в Лос‑Анджелесе. Та жизнь уже стала ей казаться далекой и нереальной. Лейси не была дома уже две недели. Осталось примерно столько же, и она вернется к бьющей ключом жизни в Южной Калифорнии.

Это была совсем иная жизнь, разительно отличающаяся от той, которую вела Салли Уэйнрайт на Барбадосе, и она задавала множество вопросов и проводила сравнения. Несколько часов пролетели незаметно, и Лейси было жаль расставаться с Салли. Она пожалела, что не воспользовалась случаем и не расспросила ее о Джейке; конечно, его мать могла бы рассказать, каким он был в детстве, что произошло между ним и Элизабет… Но это могло показаться вмешательством в чужие дела и не понравилось бы Джейку, если бы он когда‑нибудь об этом узнал.

Кроме того, если все останется так, как хочет он, — они больше не увидятся, и тогда зачем ей сведения о нем? Но все же Лейси хотелось знать о нем как можно больше. Ведь она же любила его.

Каждое утро она проверяла, приехала ли мать Джейка готовить ему еду, следила, не появится ли он сам на пороге дома. Машина миссис Уэйнрайт стояла на подъездной дорожке каждый день — и когда Лейси возвращалась с пляжа и когда ложилась спать.

Лейси каждый день ходила на пляж. А по утрам иногда отправлялась за покупками в магазины, иногда ходила на базар.

Ее тело покрылось золотистым загаром, волосы выгорели на солнце. Она была счастлива и довольна всем. Единственное, чего ей не хватало, — она не видела Джейка. Она не хотела идти к нему, пока там была его мать. Ни он сам, ни она не приглашали Лейси. Прошло уже несколько дней, а она не видела его даже мельком.

Как‑то утром, когда Лейси взглянула на дорожку у его дома, машины Салли не оказалось. Может быть, она просто опоздала или Джейку сменили гипсовую повязку и он теперь прекрасно обходится без костылей?

За обедом Лейси снова взглянула на дорожку. Второй машины не было. Ей очень хотелось пойти к нему, но что‑то удерживало ее от этого шага. Она не даст ему повода утвердиться во мнении, что она за ним бегает. Если его мать считает, что он достаточно здоров, чтобы обойтись без посторонней помощи, кто такая Лейси, чтобы навязывать ему свою? Он знает, где ее найти. Если ему что‑то понадобится, он может и сам позвонить ей.

Нарезая сельдерей и лук для салата, который она готовила на ужин, Лейси подумала: а не угостить ли все‑таки и Джейка. Она может спросить его об этом по телефону, не обязательно заходить к нему. Так он не подумает, что она бегает за ним, правда?

Она все еще пыталась решить для себя эту задачу, как вдруг Джейк сам появился из‑за угла каменной стены.

Он шел на костылях довольно уверенно и направился к стульям, стоявшим в тени. У Лейси радостно забилось сердце, когда она увидела его. Он сел под ее любимой магнолией и смотрел на нее через раскрытое окно.

— Вот пришел в гости, чтобы убить время… У меня развилось отвращение к замкнутому пространству, — сказал он после долгого молчания, как будто ему нужно было как‑то объяснить свое присутствие.

— Тебе получше? — спросила Лейси. — Я вижу, твоя мама больше не приезжает.

— Я вполне уже могу обойтись без посторонней помощи. Нянька мне больше не нужна.

Лейси усмехнулась.

— Как насчет того, чтобы поужинать со мной сегодня, раз уж ты здесь? Я много наготовила: жареную курицу, картофельное пюре и салат. А на десерт у меня пирог с клубникой.

— С удовольствием, — сказал Джейк. Она кивнула и отвернулась, продолжая резать сельдерей, но ей хотелось прыгать от радости. Она не видела его почти неделю, и вот он здесь и останется на ужин. Она не могла скрыть довольной улыбки. Продолжая готовить, она время от времени выглядывала в окно. Джейк спокойно сидел на стуле, в тени и просматривал газету, лишь изредка бросая как бы случайно взгляды в ее сторону.

Они ужинали в доме. Так было проще, чем гоняться за салфетками, которые уносил ветер, или отгонять назойливых мух над едой. Джейк казался немного раздраженным, но она не обращала на это внимания и старалась находить темы для разговора, которые не вызовут спора и все же могут быть интересными для обоих. Лейси рассказала ему о своем детстве в Южной Калифорнии, о брате и как вся семья была рада, когда он женился на Сьюзен. Джейк кое‑что добавил к тому, что ей рассказал Кайл об их совместных детских проделках. Лейси чувствовала себя совершенно счастливой.

Десерт имел успех. Он съел большой кусок пирога и попросил еще.

— Ты приготовила просто замечательный ужин, — констатировал Джейк, откинувшись на спинку стула.

— Конечно — разве можно испортить жареную курицу? Кроме того, я уже говорила, что готовить умею, просто не очень люблю. Да и часто некогда. Хочешь кофе?

Он кивнул, и Лейси сварила кофе. Она любила кофе со сливками, но помнила, что Джейк пьет кофе черным и любит его очень горячим.

— Завтра мне сменят гипсовую повязку. И я снова приступлю к работе, — сообщил Джейк, когда она подала кофе.

— Тебя не нужно подвезти в город? — робко спросила она.

— Нет, мама заедет за мной. — Он следил, как она наливает и размешивает сливки.

— Жаль. Я могла бы завезти тебя в клинику, сделать кое‑какие покупки, и потом забрать тебя обратно. Пусть твоя мама завтра отдыхает. — Лейси затаила дыхание. Ей так хотелось провести с ним еще немного времени. Ведь так мало времени оставалось до конца ее отпуска.

9

Джейк маленькими глотками пил кофе. Поставив чашку на блюдце, он медленно кивнул:

— Ну, хорошо, раз уж ты все равно едешь… Лейси пристально смотрела на свою чашку, не желая обнаруживать радости, которая распирала ее. Не обязательно рассказывать, что на этой неделе она уже ездила по магазинам и не собиралась туда опять так скоро. Она любила магазины на Брод‑стрит и Хай‑стрит; она могла и просто побродить по городу, пока он будет на работе, а потом отвезти его в клинику, чтобы сменить гипс. Ей хотелось еще хоть немного побыть с ним вдвоем. Тем более что скоро ей придется уезжать.

— Во сколько ты хочешь ехать, — спросила она, уставившись в свою чашку, в то время как ее сердце бешено колотилось. Она не решалась поднять на него глаза, боясь, как бы он не переменил своего решения.

— В девять утра. Несколько часов я пробуду в офисе, а потом мы заедем в клинику. Магазины открываются около десяти, верно?..

Она кивнула.

— Мне бы хотелось побывать в твоем офисе. Она уже просила его об этом однажды, но он отказал.

Джейк неопределенно пожал плечами.

— Ну, если хочешь. Офисы везде одинаковы. На что, например, похож твой?

— На стенной шкаф. Я редко провожу там время — чаще я бываю на студии, в кабинетах продюсеров или на встречах. У нас гораздо больше встреч, чем ты можешь себе представить.

— Встречи за ленчем в фешенебельных ресторанах? — спросил он, снова взяв свою чашечку кофе. В его глазах промелькнула горечь.

— Нет, никаких фешенебельных ресторанов, если ты не звезда, — возразила Лейси, — в основном это та же тяжелая работа. Я начинаю рано утром и работаю, пока не закончится запись. Если все идет хорошо, мы освобождаемся в пять или шесть. Если возникают какие‑то сложности, мы работаем до одиннадцати, а то и до полуночи.

Ей хотелось, чтобы с его лица исчезло выражение горечи, и она улыбнулась, вспоминая некоторые забавные случаи, происходящие на студии. Она рассказывала ему о трудностях, которые ей приходилось преодолевать, о причудах актеров.

Это сработало. Мало‑помалу его взгляд потеплел, он стал проявлять интерес к тому, что она говорила. Скоро в его глазах появились веселые искорки. Он все еще смеялся над одним из ее рассказов, когда, выглянув в окно, залюбовался закатом.

— Я люблю смотреть на закат солнца, — сказал он мечтательно.

Лейси тоже взглянула на вечернее небо: какая восхитительная смесь розового, кораллового и розовато‑лилового. Высокие стройные пальмы на берегу выделялись черными силуэтами на фоне горящего в вечерних лучах заката.

— Чудесное время, — тихо произнес он, в то время как она с восторгом наблюдала за Вечер‑3, ним небом: оно становилось ярко‑малиновым, темные силуэты пальм стали еще резче. Через несколько секунд небо стало пурпурным, затем черным, и пальмы исчезли из вида.

— Фантастическое зрелище, — сказал Джейк. Он взглянул на нее и улыбнулся. — Я прожил здесь почти всю свою жизнь и ни разу не видел двух одинаковых закатов.

— Я буду скучать по Барбадосу, когда вернусь домой, — призналась Лейси. — Я всегда слишком поглощена работой, чтобы наблюдать закаты. Кроме того, из‑за смога наши закаты не так эффектны.

— Ты когда уезжаешь? — Его голос был абсолютно ровным.

— Через неделю примерно.

— И сразу на работу?

Лейси кивнула, удивляясь, какой далекой казалась теперь работа. Она полюбила Барбадос, мягкий местный акцент его жителей, буйную тропическую природу, аккуратные, стерильно‑белые здания и яркие цветы. Ей нравилось здесь все, особенно человек, который сидел сейчас рядом с ней.

Внезапно сердце ее сжалось. Как она сможет покинуть все это? Как сможет расстаться с Джейком? Сесть на самолет и улететь на запад, зная, что никогда его больше не увидит? Способна ли она пережить такое? Сможет ли расстаться с ним навсегда? С минуту она была ошеломлена этой мыслью. Ей стало страшно. Нет, этого она не сможет перенести!

Как бы он смеялся над ней, если бы узнал о ее мыслях. Смеялся и обвинил бы ее в тех же интригах, в которых винил и Элизабет. Или, еще хуже, высмеял бы за неумеренную пылкость и сентиментальность, как Сьюзен.

Но она понимала, что все равно когда‑то придется уезжать, даже если это разобьет ее сердце. Она поежилась, решив, что он не должен ничего знать о ее опасениях. Ее любовь хрупка и драгоценна, она не могла позволить уничтожить ее смехом.

Костыли стукнули по стулу, Джейк встал.

— Я пойду домой, Лейси. Спасибо за великолепный ужин.

Желая побыть в одиночестве, подумать обо всем, что с ней произошло здесь, на острове, она отвернулась от стола и с некоторой грустью сказала:

— Я рада, что ты зашел, Джейк. Ей хотелось многое сказать ему, и многое хотелось услышать, но этого никогда не случится. Молча она наблюдала, как он медленно, стуча костылями по кафельному полу, вышел из коттеджа и направился к своему дому.

Лейси стояла у окна столовой, пока он совсем не исчез в темноте сада, пока не затихли его шаги. С легким вздохом она медленно начала убирать со стола.

Она вымыла тарелки, вытерла стол. Она жаждала его поцеловать, ей хотелось почувствовать его губы на своих, хотелось испытать все те чувства, которые он сумел пробудить в ней, перенестись в то царство блаженства, куда только он мог ее увлечь. Она не могла решиться открыть ему свою любовь. Ей безумно хотелось, чтобы он остался, но в то же время она была рада, что он этого не сделал.

Утром Лейси надела светло‑розовое с белым платье; лиф плотно облегал фигуру, широкая юбка спадала мягкими складками до середины колен. Она обула белые сандалии и завязала волосы на затылке большой розовой лентой. Ее бархатистую кожу покрывал ровный золотистый загар, и она лишь слегка подкрасила глаза, чтобы они казались еще выразительнее.

Ровно в девять она вышла в сад, и была сильно удивлена, что Джейк уже ждет ее, прислонившись в автомобилю.

Она придержала ему дверцу: он зашвырнул свой кейс на заднее сиденье, потом осторожно полез сам, не зная толком, куда пристроить свои костьми. Захлопывая за ним дверь, она снисходительно улыбнулась. Он был расстроен и раздражен тем, что приходилось от нее зависеть. Ее же явно забавляла его злость на себя и на нее.

Дорога в Бриджтаун была короткой. Лейси молчала, полностью сосредоточившись на управлении машиной. Ей было достаточно того, что Джейк сидит с ней рядом.

Было все еще непривычно вести машину по левой стороне дороги, и ей не хотелось попасть при нем впросак.

Когда они доехали до города, она заговорила:

— Теперь ты показывай мне дорогу, я ведь не знаю, где твой офис.

— Удивлен, — пробормотал он, давая ей указания, куда ехать.

— Почему? Я же никогда не была здесь. Она сконцентрировала все свое внимание на дороге.

— Даже не хотелось проехать мимо в надежде, что я тебя увижу и приглашу? — спросил он.

— Нет. С какой стати я буду совершать такие глупости?

— Сьюзен частенько так делала.

— Подростки иногда совершают подобные дурацкие поступки, Я же давно не подросток и не схожу по тебе с ума. — Она кинула на него быстрый колючий взгляд.

— Иногда ты кажешься мне девочкой‑подростком, особенно когда возвращаешься с берега с обгоревшим носом. Поверни налево на следующем перекрестке. Стоянка справа. Ты сможешь развернуться здесь?

— Я вожу машину с шестнадцати лет, просто у вас тут все наоборот.

— Нам это кажется вполне нормальным, — ответил Джейк. — Я чувствую себя потерянным на американских дорогах.

Она припарковала машину и выключила двигатель.

— Ты сможешь сам выйти? — шутливо спросила она, заранее зная, что он откажется от ее помощи.

— Да, разумеется. Прием в клинике назначен на два.

— Я к двум буду, — пообещала Лейси. Джейк открыл машину, собираясь уже вылезать, потом замешкался.

— Где ты собираешься обедать? — спросил он.

— Где придется. Я не опоздаю к твоему приему в клинике. Не волнуйся.

Джейк вздохнул и повернулся к ней.

— Приезжай в двенадцать тридцать, и мы перекусим вместе.

Глаза Лейси стали почти совсем голубыми, когда она обернулась к нему, чтобы улыбнуться. Он не собирался приглашать ее на обед, она это знала, но она приняла приглашение: еще немного времени она проведет рядом с Джейком.

— Хорошо. Я приеду в двенадцать тридцать.

Он выбрался из машины и, медленно ковыляя на костылях, направился к большой стеклянной двери офиса. Лейси наблюдала за ним, пока он не исчез за дверью.

Вернулась она к офису Джейка даже раньше, чем собиралась. Она прошвырнулась по магазинам и даже выпила чашечку кофе в кафе около Кэриндейдж. Ей казалось, что время еле тащится, так ей не терпелось поскорее увидеть его вновь. У нее уже не было сил ждать. Припарковав машину, она вошла в здание, куда несколько часов назад вошел Джейк.

Ей приветливо улыбнулась женщина‑администратор.

— У меня назначена встреча с Джейком Уэйнрайтом, — сообщила ей Лейси.

— Поднимитесь на лифте на шестой этаж, его кабинет там, — вежливо объяснила ей миловидная женщина.

Скоро Лейси была на последнем этаже. В Лос‑Анджелесе она привыкла к более высоким зданиям, но и это для Бриджтауна казалось довольно высоким. Приемная поражала роскошью: пол был выстлан толстым серым ковром, на стенах мореного дуба висели картины импрессионистов. Наверняка подлинники, с уважением подумала Лейси.

Лейси увидела письменный стол недалеко от лифта и спросила дежурную, как ей найти мистера Уэйнрайта. Следуя ее указаниям, она быстро нашла секретаршу Джейка.

Джейка в офисе не было, но секретарша решила, что Джейк не будет против, если Лейси подождет его в кабинете. Оставшись одна, Лейси подошла к большому окну позади письменного стола Джейка и бросила взгляд на большой парк и центр Бриджтауна. Белые здания отражали солнце, группы нарядных людей гуляли по тротуарам. За домами она могла видеть море и гавань с ярко раскрашенными яхтами, покачивающимися на волнах.

Она повернулась, чтобы осмотреть кабинет Джейка. Это была просторная комната с большим письменным столом, вдоль одной из стен стоял кожаный диван и длинный низкий стол для совещания с шестью стульями. Возле письменного стола размещался небольшой компьютер. На столе были кипы бумаг, картотека, вырезки из газет, карты, графики. Лейси улыбнулась. Джейк был явно более организован, чем она.

Устав ждать, она присела на краешек стола и скрестила ноги. Она слегка приподняла юбку, оголив ноги, и наклонила голову, чтобы полюбоваться производимым эффектом. Если бы она пришла наниматься на работу секретарем, то завоевала бы босса, если бы даже не умела печатать. Она еще чуть‑чуть приподняла юбку, откинулась назад, слегка выгнув спину, вздохнула и выглянула в окно.

— Я не помешаю?

Лейси повернула голову. В дверях стоял Джейк, опираясь на костыли и с усмешкой смотря на ее обнаженные ноги.

— Отвечай на звонки, Кэрол, — сказал он через плечо секретарю и прошел в кабинет. Дверь мягко закрылась.

Лейси смущено натянула юбку на колени и выпрямилась, глядя в его веселые голубые глаза.

Джейк подошел волнующе близко и оперся бедром о край стола.

— Это поза восходящей кинозвезды или что? Лейси свирепо посмотрела на него.

— Я не знала, что ты здесь. Я думала, что я одна. Мне просто было жарко.

Она сказала первое, что пришло ей в голову. Она никогда не сознается в том, о чем думала на самом деле.

— Кондиционеры работают превосходно, но если тебе жарко, безусловно следует избавиться от платья.

Его рука тихонько потянула за юбку, поднимая ее выше колен.

— Ну как? — Его голос был низким, и в нем звучала насмешка.

— Не надо! — Она пошевелилась, но он обнял ее за талию, прижав руку к изгибу бедра. Взглянув на него, Лейси почувствовала, как заколотилось ее сердце, как кровь ударила в голову. Джейк был совсем рядом, он обнимал ее. Она чувствовала, что он хочет ее поцеловать.

Он наклонился ближе, и она ощутила запах его одеколона, запах чистоты и мяты. Этот запах всегда будет ассоциироваться у нее с Джейком.

— Блондинки, как правило, холодны и спокойны, но к тебе это явно не относится. Лейси, ты горячая, пылкая, страстная. — Он перевел глаза на ее губы и придвинулся еще ближе. Лейси чувствовала тепло его дыхания, ее глаза закрылись.

Зазвонил телефон, Лейси от неожиданности вздрогнула.

— О, черт! Я же просил ее отвечать на звонки. — Джейк подвинул телефон ближе и снял трубку. Лейси оказалась в ловушке, прижатая его телом и обмотанная телефонным шнуром.

— Уэйнрайт… Сэм должен связаться с ними сегодня позже… Нет, наверно… Им нужно побеседовать с Сэмом! Нет, я скоро уезжаю, свяжитесь с ними.

Джейк положил трубку.

Лейси воспользовалась моментом, чтобы соскользнуть со стола и одернуть платье. Но в душе она испытывала разочарование. Ей было так приятно ощущать его близость, но не стоило ему целовать ее, тем более здесь, в кабинете. Хотя ей этого и хотелось.

— Пойдем обедать? — спросил Джейк как ни в чем не бывало.

— Да, — она вновь была спокойна и беззаботна. По крайней мере, она надеялась, что кажется именно такой. Внутри она все еще трепетала, испытывая навязчивое желание ощутить его губы на своих…

Джейк привел ее в маленький ресторанчик неподалеку от клиники. Их быстро обслужили.

Блюда были изысканные и вкусные.

Он умеет очаровывать, когда захочет, подумала Лейси, смеясь над каким‑то его шутливым замечанием.

Он был разговорчив и весел, пока разговор не касался его лично. Но стоило ей спросить его о работе, он тут же переменил тему, а в глазах появилась злость. Она больше не пыталась задавать таких вопросов, но была разочарована. Зачем отгораживаться друг от друга? Разве плохо знать друг о друге больше? Он понимает, что она интересуется им. Неужели ему не хочется узнать о ней больше?.. Видимо, она для него совершенно ничего не значит. А она‑то возомнила себе…

Когда они приехали в клинику, она проводила его до кабинета, следуя за ним с его кейсом. Кайл Линкольн встретил их у рентгеновского отделения.

— Привет, Лейси, привет, Джейк. Как дела, старина?

Если доктор Кайл и был удивлен, увидев Лейси, он не показал виду. Лейси почувствовала напряжение в Джейке, заметила его растерянный взгляд, но после дружеского приветствия Кайла он вроде бы успокоился.

Джейк пожал руку другу.

Лейси наблюдала, как они разговаривали, Кайл в шутливой форме задавал Джейку вопросы о самочувствии, давал советы. Обычно люди теряются в незнакомой обстановке, но Джейк здесь чувствовал себя так же, как в своем офисе. Ну еще бы. Кайл его старый друг.

Появилась медицинская сестра с креслом на колесах.

— Я могу отвезти мистера Уэйнрайта на рентген, доктор? — обратилась она к Кайлу.

— Разумеется. Предварительно снимите гипс. Потом мы поставим другой, более легкий.

— Я не поеду в этом дурацком кресле, — запротестовал Джейк.

— Это обычный порядок, — спокойно сказал Кайл.

— Я вполне могу ходить сам, — губы Джейка упрямо сжались.

— Не упрямься, Джейк. Так будет быстрее, — сказала Лейси, протягивая руки за костылями.

— Но я не…

–.. Не нуждаешься в моих замечаниях, — проговорила она одновременно с ним. — Я уже слышала это не раз. Докажи, что ты уже солидный взрослый мужчина, — дерзко заметила Лейси.

Он удивленно поднял брови, и в его глазах появилась насмешка.

— Обязательно, после того как мы выйдем отсюда, — пообещал он.

Опираясь на костыли, Джейк нехотя сел в кресло.

Кайл захихикал, повернувшись к Лейси, когда его увезли.

— Хорошо, что ты ему это сказала, — заметил он. — Если бы на твоем месте был я, он бы двинул меня по шее.

— Сомневаюсь. Просто он терпеть не может ни от кого зависеть. Его там долго продержат?

— Нет, но придется подождать с часок, пока застынет гипс. Я посмотрю первый снимок, а пока будут накладывать новый гипс, мы сможем выпить по чашечке кофе.

— Хорошо. Я подожду тебя здесь. Лейси села в кресло в приемной и стала перелистывать журналы. Вскоре Кайл вернулся, и они отправились в буфет клиники. Они беседовали до тех пор, пока их не позвала медсестра.

— Джейку сделали второй снимок. Так что можешь отвезти его домой, — сказал Кайл. — Если он не захочет вернуться на работу. Он ведь там уже был утром, — произнесла Лейси, пока они шли по коридору к рентгеновскому отделению.

— Не думаю, чтобы ему захотелось вернуться в офис. Смена гипса достаточно болезненна. Ему наверняка понадобится отдых.

Когда Лейси увидела Джейка, она поняла, что Кайл был прав. Джейк выглядел измученным и уставшим. Он не возражал, когда медсестра довезла его на коляске до выхода и протянула костыли. Он переодел старые джинсы, одна нога была до колена загипсована.

Кайл проводил их и подождал, пока они разместились в машине, затем сказал:

— Линн и я хотим пригласить вас вечером на обед — как ты, Джейк? На барбекю в саду.

— Если Лейси поведет машину, то мы приедем, — ответил Джейк, не глядя на нее.

— С удовольствием. Я позвоню Линн из дома.

— Конечно, позвони, Джейк, постарайся не наступать на гипс до завтра. До скорой встречи.

Лейси осторожно вывела машину со стоянки и повернула на шоссе, ведущее в сторону дома. Взглянув на Джейка, она заметила, что его глаза закрыты.

— Ну как? — очень тихо спросила она, не желая его будить, если он уснул.

— Почти так же плохо, как в тот день, когда я упал.

— Кайл предупреждал об этом. Они дали тебе обезболивающее?

— Да, но я отказался принимать. Мне оно может понадобиться, когда я захочу уснуть. А сейчас могу и потерпеть.

Машин на улицах было немного был ранний вечер. Скоро Лейси вывела машину на привычную Спринг Гарден Найуэй, которая вела на север. В окна дул прохладный ветерок, трепавший ее локоны.

Воздух был ласков, пропитан морем, солнце неярко светило сквозь ветровое стекло. Тени от деревьев и кустов, растущих вдоль шоссе, давали ощущение прохлады.

Когда они добрались до дома, Джейк открыл глаза.

— Ты хочешь пойти вечером к Кайлу? — спросил он. — Мы можем и отказаться.

— А чего хочешь ты? Как ты себя чувствуешь?

— Пока неважно. Но если я ненадолго прилягу, все будет в порядке.

— Решай по самочувствию, — посоветовала она. — Я могу зайти около шести и посмотреть, как ты. Это будет не поздно?

— Нет. Я позвоню Линн и предупрежу ее. Спасибо, что подвезла меня сегодня. Где твои покупки?

— В багажнике.

Там был только один сверточек, но она не хотела, чтобы он понял, что магазины были лишь предлогом ее поездки в город.

Он взял ее руку в свою и закрыл глаза. Он не двигался, и Лейси тоже не двигалась, боясь развеять очарование момента. Его ладонь была теплой и твердой. По сравнению с его рукой ее ручка казалась маленькой и слабой. Она с трудом переводила дыхание, а ее глаза не отрываясь смотрели на усталое любимое лицо.

— Если я сейчас же не встану, я усну прямо здесь, — произнес он.

— Тебе будет неудобно. Пойдем. Тебе помочь? — Лейси так не хотелось, чтобы все это кончилось, чтобы он убрал свою руку, но он выглядел таким уставшим, ему просто необходимо было отдохнуть.

— Нет. — Он потянул ее за руку, она потеряла равновесие и чуть ли не упала ему на колени. Он быстро поцеловал ее в щеку.

— В следующий раз мы возьмем мою машину — она намного просторнее.

Он открыл дверь, выбрался из машины и, не оглядываясь, медленно пошел в сторону своего дома.

Лейси наблюдала за ним, сердце глухо стучало в груди. В следующий раз, сказал он. Как будто им предстоит еще много раз вместе ездить на машине. Она вздохнула и завела мотор. Вечером они опять будут вместе, а что потом?.. Она скоро уезжает. Другого раза скорее всего не будет.

А ей бы так хотелось, чтобы был.

10

Лейси переоделась в купальник и накинула сверху пляжный халатик. Наступили сумерки, но у нее было часика два, которые следовало как‑то убить, прежде чем ехать к Линкольнам. Она решила искупаться.

Взглянув на дом Джейка, она заторопилась вниз по тропинке. Ей очень хотелось поехать с ним к Линкольнам на барбекю. Только бы он себя хорошо чувствовал! Она надеялась, что сон вернет ему силы. Ну, а если он не сможет поехать, примет ли он предложение поужинать с ней вдвоем?..

Вода была ласковой и прохладной, так чудесно освежала после жаркого солнца. Она поплавала, потом постояла на еще теплом песке, обсыхая. Подошло время собираться, если они все же поедут к Кайлу.

Она прошла к задней двери его дома. Полнейшая тишина. Нет смысла стучать в парадную дверь. Если он спит, она не станет его будить. Лейси открыла дверь и прошла через кухню в комнату. Диван был пуст. Джейка не было.

Лейси тихонько обследовала комнаты на первом этаже. Затем поднялась вверх по ступеням. Заглянув в его спальню, она увидела, что он спит, вытянувшись на огромной кровати. Под ногу была подложена подушка. Она долго наблюдала за ним, стараясь навсегда запечатлеть в памяти это столь дорогое ей лицо. Непроизвольно она облизала губы. Дышал он ровно и спокойно, волосы были слегка взъерошены.

Лейси стояла в проеме двери и никак не могла принять решение. Будить его? Может, не стоит? Но тогда он вряд ли заснет ночью.

Она тихо подошла к кровати. Он лежал с другого края, поэтому для того, чтобы дотронуться до него, пришлось опереться коленками о кровать.

— Джейк? — тихо позвала она. Ответа не последовало.

— Джейк? — Она наклонилась и ласково потрепала его за плечо.

— М‑ммм? — Он так и не открыл глаза.

— Джейк, ты будешь вставать сейчас? — Она все еще держала руку на его теплом плече.

Он внезапно открыл глаза и с недоумением посмотрел на нее.

— Ты купалась!

— Да, вода чудесная. Ты будешь вставать?

— Сколько времени? — спросил он.

— Почти шесть. Я не знаю, собираться мне или нет. Если ты не хочешь, мы можем поужинать здесь.

Он опять закрыл глаза.

— Давай все же навестим Кайла и Линн.

— Хорошо, как скажешь.

Лейси хотела уже подняться, но Джейк неожиданно схватил ее за руку и уложил рядом с собой.

— Хочешь принять душ здесь? — спросил он, слегка приоткрыв глаза. Ее глаза округлились от такого предложения.

— Я могу принять душ и у себя дома.

— Но меня там не будет. Она улыбнулась.

— Да, не будет. Но я могу представить, что ты со иной, — дразнила она его, стараясь подавить томление в груди. Она отвернулась от него, не давая ему возможности прочитать ее мысли.

— А я буду представлять тебя в своем. Его пальцы проникли под полу ее халатика, скользнули под купальные трусики.

— Держу пари, что кожа там очень белая… Улыбка исчезла с лица Лейси, ей вдруг стало жарко и душно. Она, видимо, должна его оттолкнуть, вскочить с постели и уйти, но у нее не было сил, она не могла шевельнуться, она и не хотела шевелиться.

Джейк лениво улыбался, наблюдая за ней из‑под прищуренных век, и его рука поднималась от трусиков к груди. Ее кожа горела как в огне. Тело непроизвольно отзывалось на его прикосновения.

— Ах, Лейси, какая у тебя атласная кожа. Я могу сойти с ума!

— Джейк… — Она должна была что‑то сказать, остановить его, оттолкнуть.

— Гмм? — Он перевернулся на бок, одной рукой продолжая ласкать ее.

— Перестань, — прошептала она, протянув руку к его плечу, чувствуя его тепло сквозь полотно рубашки.

— Не могу… — Он положил свою ладонь на ее грудь, проник под купальник, коснулся пальцами ее затвердевшего соска. Какое блаженство!

Она инстинктивно придвинулась ближе. Какое‑то сумасшествие! Она должна немедленно прекратить это!

Когда его губы слились с ее, она сдалась, не в силах противиться тому наслаждению, которое он мог подарить ей. Ее губы раскрылись, ее язык соприкоснулся с его. Поцелуй был знакомым и вместе с тем восхитительно новым. Его рот, его жадные губы ждали ее ответной реакции, и она горела желанием ответить.

Повернув ее на бок, он ослабил завязки ее купальника. Он ласкал ее груди, большими пальцами поглаживая твердые розовые соски.

Лейси тихонько стонала, тая от его прикосновений. Она обняла его за шею, ее пальцы запутались в его густых волосах, ей хотелось раствориться в его объятиях и постичь вместе все чудеса любви.

Неожиданно резко прозвенел телефон.

— Черт возьми! Мне надо было отключить все телефоны! — Джейк перевернулся, чтобы взять трубку.

— Алло? — Лейси заметила, что его дыхание, так же как и ее, еще не успокоилось.

— А я как раз собирался звонить тебе, Линн. Я чувствую себя довольно сносно… Да, мы скоро будем. Что привезти? Хорошо, до скорой встречи.

Лейси поняла, что они должны собираться, а времени оставалось совсем мало. Спрыгнув с кровати на противоположной от Джейка стороне, она неловко стала завязывать купальник.

— Я буду готова через полчаса, — сказала она, избегая его взгляда.

— Душ рядом, — сказал Джейк, сидя на краю кровати.

— О, нет, тогда мы точно не доедем до Кайла и Линн, — возразила она, пятясь к двери, но не сводя с него глаз. Еще несколько его таких же поцелуев, и ей никуда не захочется идти. Но остаться и испытывать судьбу было выше ее сил.

Он улыбнулся.

— Пожалуй, ты права.

— Я буду готова через полчаса, Джейк. Она повернулась и выбежала, его слова эхом отдавались в ее ушах.

Она приняла душ в рекордное время, распустила волосы, влажные и вьющиеся, откинув их с лица, чтобы они волнами упали на спину.

Выбрала платье небесно‑голубого цвета, которое добавляло синевы ее глазам. Она осталась довольна своим видом, но заколебалась перед выходом, охваченная каким‑то беспокойством. Глубоко вздохнув, Лейси наконец вышла за порог, чтобы не опоздать.

Джейк ждал ее на веранде. Она подошла к его машине, улыбнулась ему и наблюдала, как он медленно спускается по ступеням и пересекает садовую дорожку. Он был в темных брюках и белой рубашке, на фоне которой его кожа казалась еще темнее.

Когда он подошел к машине, она внезапно смутилась. После того что почти случилось, она не знала, как себя вести.

Джейк остановился и как ни в чем не бывало весело взглянул на нее, балансируя на костылях.

— Ты премило выглядишь, — сказал он со смешком. — И это все для Кайла? Я же предупреждал тебя, что он женат. И счастливо. Я не хочу, чтобы ты разрушила этот брак, Лейси.

Лейси уставилась на него, чувствуя, как в ней закипает гнев. Она надеялась, что теперь‑то он станет относиться к ней теплее. И была обижена, что он по‑прежнему обращается с ней как с женщиной, которая охотится за богатыми.

— Успокойся, я знаю, как вести себя с людьми, которые приглашают меня на обед. И я никогда не флиртую!

— Ну что же, посмотрим. — Он обошел машину и уселся на переднее сиденье.

Лейси перевела дыхание, прежде чем сесть за руль. Может быть, ей лучше остаться дома. Но уже слишком поздно.

Линкольны жили в большом, но довольно безвкусно выстроенном доме, который стоял на холме с видом на Бриджтаун. В нем эклектично перемешались традиционный и современный стили.

Сад с голубым овальной формы бассейном был ухоженным и очень уютным.

— Джейк, как хорошо, что вы смогли прийти! — Линн приветствовала его поцелуем. — Привет, Лейси, рада видеть тебя. Заходите. Джейк, как это тебя угораздило свалиться с лестницы? Когда Кайл рассказал мне, я ужасно расстроилась.

— Просто я был невнимателен, думал о другом, — ответил он, бросив быстрый взгляд на Лейси.

Лейси же смотрела в другую сторону. Она вспомнила, что Джейк ответил, когда она спросила его, о чем он думал тогда. Правда, в его мыслях о ней могло быть место не только для любви. Ее сердце подпрыгнуло: она не подумала об этом раньше…

Через несколько минут они уже сидели во внутреннем дворике дома с напитками в руках и обсуждали несчастный случай с Джейком.

— Ну, довольно. Перемените тему, — запротестовал в конце концов Джейк.

— Я хочу задать Лейси миллион вопросов о Голливуде, боюсь, ей хочется отвлечься от разговоров о работе, — сказала Линн.

— Спрашивай, а я буду расспрашивать тебя о Барбадосе, — улыбнулась Лейси. — Жизнь на острове кажется мне такой загадочной. Так что мы обменяемся информацией.

Ужин прошел весело и непринужденно. Кайл жарил на гриле цыплят и бифштексы, а Джейк, как он сам выразился, ему ассистировал, Линн и Лейси приготовили салаты, нарезали хлеб и накрыли стол во внутреннем дворике. Лейси много смеялась над анекдотами, рассказанными ее новыми друзьями. Ей было легко и непринужденно с ними, казалось, что они знакомы много лет.

В свою очередь, она развлекала их забавными случаями из жизни актеров съемочной группы телесериала «Много жизни и любви».

— Хорошо было бы посмотреть все это живьем, я знаю, что Мими Андерсон в жизни очень застенчива. Ей, наверное, было трудно сниматься в этой роли, — заметила Лини.

— Она талантливая актриса, поэтому ей и удалось сыграть эту роль. Хотя она действительно в жизни очень застенчива.

— Кажется, ваша жизнь не очень отличается от здешней, — предположила Линн.

— Это действительно так. Просто у нас всего больше — больше смога, больше народа на улицах, больше преступлений. — Лейси отодвинула от себя тарелку и откинулась на стуле. Она была сыта и довольна.

— Самое главное, что у вас есть Голливуд.

— Неужели у моей жены есть тайная страсть стать актрисой? — спросил Кайл в притворном ужасе.

— Да нет, успокойся, но это так интересно, — стала оправдываться Линн.

— Так же, как врач или коммерческий агент. — Лейси быстро взглянула на Джейка.

— Да, у Джейка работа потрясающая. Он путешествует по всему свету, встречается с известными людьми и пожинает плоды своего положения владельца одной из крупнейших фирм в стране, — Линн дружески улыбнулась ему.

— Почему женщины никогда не говорят о тяжелой работе, которая сопутствует этому? Или о бессонных ночах, когда волнуешься за судьбу компании?

— Или о чьей‑то человеческой судьбе, — добавил Кайл.

Линн посмотрела на Лейси.

— Неужели им действительно так трудно, как ты думаешь?

— Тебе помочь убрать со стола? — Лейси дипломатично перевела разговор в другое русло.

— Спасибо. Мужчины пусть сидят и рассуждают о том, как им тяжело живется, как много они работают, а мы займемся уборкой, — беззаботно заметила Линн и стала собирать тарелки.

Кайл шлепнул ее чуть пониже спины, она подпрыгнула и усмехнулась без тени раскаяния.

— Не забывайте, что у нас действительно тяжелая работа, — напомнил он.

— Знаю, дорогой, ты действительно много трудишься. — Она поцеловала его в лоб и унесла тарелки на кухню.

Лейси старалась избегать взгляда Джейка, сожалея, что не может вот так же просто поцеловать его, как Линн Кайла…

Когда они убрали посуду, Кайл попросил Линн принести всем пива.

Стало совсем темно. В вечернем воздухе сверкали огни города, из сада открывался прекрасный вид на Бриджтаун. Лейси подала Джейку пиво. Джейк сидел в шезлонге возле бассейна, вытянув вперед сломанную ногу.

Принимая бутылку с пивом, он поймал ее за запястье.

— Посиди рядом со мной.

Мгновение Лейси колебалась. Линн сидела в шезлонге с Кайлом. Почему Джейк хотел показать, что они так же близки, как Линкольны. К чему эта игра?

Она присела на здоровую ногу Джейка.

Он полуобнял ее, она прислонилась к его груди. Он положил руку ей на грудь, нежно лаская ее.

— Хочешь пива?

— Один глоток. — Она немного отпила и вернула бутылку. Джейк допил пиво и взял ее за руку. Их пальцы переплелись.

Лейси не могла сосредоточиться на разговоре. Все ее существо переполняло ощущение близости Джейка Уэйнрайта. Спиной она опиралась на его грудь и сквозь рубашку чувствовала, как бьется его сердце. Она пыталась слегка отстраниться, но он не позволил.

Как она могла спокойно беседовать с Кайлом и Линн, когда его прикосновения возбудили в ней столько чувств. Она с трудом переводила дыхание, не вступая в разговор. Попыталась пошевелиться.

— Сиди спокойно, — прошептал он ей в ухо, она почувствовала тепло его дыхания на своей шее.

Лейси перестала сопротивляться, закрыла глаза. Жар, который вызывали прикосновения его руки, крепко сжимающей ее грудь, распространился по всему телу. Она потянула его за руку. Он должен прекратить это или сведет ее с ума, прямо на глазах своих друзей;

— Отсюда можно увидеть офис Джейка, — вдруг заметила Линн. — Покажи его, Джейк.

Он указал Лейси на здание, и она слегка обернулась.

— Если ты не перестанешь, я ударю тебя по больной ноге, — тихонько пригрозила она.

— Ты не посмеешь. — Он улыбнулся и нежно поцеловал ее. Лейси сидела обхватив руками его руки, держа их подальше от опасных зон. Она была счастлива в этот чудесный вечер рядом с Джейком. Ей нравились его друзья, и она надеялась, что тоже понравилась им.

Глядя на мерцающие вдалеке огни Бриджтауна на темном море, Лейси знала, что запомнит этот вечер навсегда. Воздух был напоен тяжелым запахом жасмина, ветерок с моря был теплым и ласковым. Сидя рядом с Джейком, тесно прижавшись к нему, беседуя с его друзьями, она чувствовала неповторимость этого момента.

— Ты что, заснула? — Джейк тихонько ее встряхнул.

— Нет…

— Линн спрашивает, когда тебе надо вернуться на работу?

— Я должна вернуться в Калифорнию в начале следующего месяца. — Ей показалось, что Джейк слегка замер, когда это услышал. Ей было приятно думать, что он не хочет ее отъезда.

— Ты приедешь следующим летом? — поинтересовалась Линн.

— Не знаю… — Лейси сказала правду. У нее не было причин возвращаться сюда, если Джейку нечего сказать ей. А может быть, он захочет, чтобы она вернулась на Барбадос?

— Тебе нужно показать окрестности, пока ты здесь. Ты же почти ничего не видела! Я могу быть твоим гидом, если хочешь, — предложила Линн.

— Ловлю тебя на слове, — ответила Лейси. — Я действительно почти ничего не видела. Я хочу покататься на серфере на восточном побережье, осмотреть ботанический сад и плантации сахарного тростника.

Она с сожалением думала о том, как быстро летят дни. Через две недели ее отпуск закончится, и ей придется уезжать. Джейк останется здесь. Она отогнала от себя эту грустную мысль.

— Может быть, в воскресенье мы соберемся на восточном побережье. Джейк, конечно, не сможет кататься, но, надеюсь, присоединится к нашему пикнику, — предложил Кайл.

— Думаю, с моим тяжелым гипсом я тут же пойду ко дну, — пробормотал Джейк, вызвав у остальных смех.

— Мы замотаем его целлофаном так же, как когда ты принимаешь душ, — сказал Кайл. — Ну что? Воскресенье у меня свободно.

— Чудесно!

Лейси улыбнулась: как хорошо ей рядом с Джейком и с Линкольнами. Такое впечатление, что они знакомы всю жизнь.

Было уже поздно, когда Джейк предложил отправиться домой.

— Некоторым надо рано вставать, чтобы тяжко трудиться, — заметил он, помогая Лейси подняться.

— Я тоже много работаю, — стала оправдываться она, почти уверенная, что он не считает ее работу важной.

— Но здесь ты, в отличие от нас, можешь спать сколько хочешь, — сказал он, разыскивая в темноте костыли.

Это был чудесный вечер. Лейси знала, что Джейк тоже доволен. Он казался отдохнувшим. Беспокоит ли его нога? Она не стала задавать ему вопросы, боясь испортить свое чудесное настроение каким‑нибудь его саркастическим замечанием.

Она остановила машину. Оба дома тонули в темноте.

Лейси устала, но ей не хотелось расставаться.

Джейку, похоже, тоже не хотелось выходить из машины. Он сидел в молчании, наблюдая за звездами, за облаками, которые проплывали по небу.

— Они прекрасная пара, — вслух высказала свои мысли Лейси. — Мне было приятно общаться с ними.

— Я дружу с ними много лет. С Кайлом мы вместе росли.

— Я знаю. — Она улыбнулась. — Я слышала, как он и Линн рассказывали о ваших проделках в доме твоих родителей.

— Пойдем со мной, Лейси, — неожиданно глухим голосом сказал он.

— Тебе нужна помощь?

— Нет, останься у меня на ночь. Лейси затихла. Он ничего не сказал ей о любви, о том, что она нужна ему. Просто приди и останься на ночь! Ей стало обидно. Обидно от того, что он думал, что она ведет себя так с любым. Неужели он считает ее настолько распущенной?

— Я не могу, — прошептала она.

— Почему?

— А как быть с любовью?..

Джейк повернулся, пытаясь разглядеть ее в тусклом свете ночи.

— Любовь — чувство, выдуманное женщинами, чтобы приукрасить страсть и желание. Если ты хочешь быть уверенной в вечной любви, то от меня ты их не дождешься. Чего ты добиваешься, брака? Это то, чего хотела Элизабет. Ей это было необходимо, чтобы пробиться.

— Чтобы пробиться в Голливуд, — внесла Лейси поправку. — Мне ты нужен не для этого, Джейк. Я вполне довольна своим положением. Я не стремлюсь выйти замуж за тебя или за кого‑нибудь другого в скором времени. И я не думаю, что любовь — это выдуманное чувство. Твои друзья любят друг друга, и сегодня вечером я в этом убедилась. И твои родители любят друг друга, и мои тоже. Я думаю, что этого чувства стоит дождаться.

Она открыла Дверь, увидела его злое лицо, его сверкающие глаза и почти прокричала:

— Я не Элизабет! Я не собираюсь гоняться за тобой. Мне было хорошо сегодня вечером. Но ты все время подозреваешь меня в чем‑то. Почему? Что я тебе сделала, кроме того, что пыталась быть тебе другом? Спокойной ночи, Джейк!

Лейси выбралась из машины и захлопнула дверь, потом почти побежала к дому. И только оказавшись в спальне, разрыдалась.

11

Ночью Лейси постоянно просыпалась. Ее мучили тревожные сны. Наконец она проснулась окончательно и тут же вспомнила требование Джейка остаться, его рассерженное лицо в машине. Он даже не пытался ухаживать за ней, он просто хотел ее. Внезапно мелькнула мысль: а так ли уж желание далеко от любви? Но подумав, она нахмурилась: как никак между этими двумя понятиями существует весьма значительное расстояние.

Она не знала, что делать. Она хотела, чтобы Джейк ухаживал за ней, он же стремился лишь к физической близости. Что она могла поделать? Она уставилась в темноту, ее сердце ныло, мысли путались в попытке разобраться в ситуации.

Днем во время ленча зазвенел телефон. Утро, проведенное на пляже, было прекрасно, но поскольку она не выспалась ночью, то хотела как следует вздремнуть. Она чувствовала себя уставшей, раздраженной и упавшей духом.

Она бросилась к телефону. Может быть, это Джейк? Она видела, что его машина стоит возле дома. Может быть, он видел ее возвращающейся с пляжа? По глупости она еще на что‑то надеялась.

— Алло, Лейси? Это Стив. Как проходит твой отпуск?

— Привет, Стив. — Она улыбнулась, хотя ее сердце замерло. Она не разговаривала с боссом с тех пор, как уехала. — У меня все в порядке. Как твой отпуск?

Он коротко рассказал ей о том, как занимается рыбалкой. Слишком спокойное занятие для человека столь энергичного! Переменив тему разговора, он заговорил о телесериале.

— Что случилось? — испуганно спросила она. Что это? Скрип входной двери? Кто‑то вошел? Она попыталась заглянуть в кухню, но не смогла. Ее внимание было сосредоточено на разговоре со Стивом.

— Проблема с постановкой.

Лейси должна была ожидать этого, у них возникли проблемы во время работы над постановкой еще весной.

— Это Уэйн, правильно?

— Да, черт возьми. Он артачится по поводу нового сценария. Говорит, что не хочет ничего переделывать — нарушится художественная целостность, по его мнению. А нам нужно, чтобы он сделал эпизоды именно так, как они написаны, черт возьми! Я очень не хочу увеличивать его гонорар, не зная, пойдет ли это на пользу дела. Как ты думаешь?

Беспокойство в голосе Стива ясно доносилось до нее сквозь разделявшие их мили.

— Деньги часто снимают многие проблемы… — Уж не послышался ли ей скрип половиц? Она огляделась, но никого не заметила.

— Да, но, черт побери, не могу же я каждому предлагать больше денег только потому, что он не хочет сделать этот эпизод так, как наметил сценарист. Может быть, ты сможешь уговорить его переделать сценарий?

— Хорошо, я могу уговорить кого угодно, даже такого упрямца, как он. — Уэйн был неистощимым объектом для шуток на съемках.

— Ты сделаешь это, Лейси? Позвони ему сегодня же, — ты можешь подтолкнуть его на что угодно, я уверен.

— А если уговоры не сработают, я попробую воздействовать физически.

— Точно, дай ему по башке бейсбольной битой!

— Но вначале его надо озадачить, — сказала она.

— Да, следует намекнуть ему, что мы можем отказаться от его услуг.

Лейси хихикнула. Ей нравилось работать со Стивом, он был одним из немногих, кто знал, с какими проблемами она сталкивается, пытаясь заставить всех этих темпераментных звезд работать вместе.

Она явственно услышала скрип входной двери. Может быть, дверь скрипит от ветра?

— Ну, а как все остальное? — спросила она.

— Паршиво. Не знаю, зачем это мы затеяли такой длительный перерыв. Я начинаю беспокоиться, хочу вернуться на работу.

— Осталось совсем немного времени, Стив. Слушай, наш разговор будет стоить тебе тех же денег, что ты пообещал Уэйну. Я позвоню ему сегодня, а потом дам тебе знать, как все обернется.

— О'кей, Лейси. Как проходит отпуск?

— Прекрасно! Совершенно отвлеклась от работы. Если бы ты не позвонил…

— Каждому свое. Позвони мне после разговора с Уэйном.

Лейси покачала головой, вешая трубку. Для Стива работа — превыше всего. Она подумала, что ему стоит большого труда каждый год менять ее на рыбалку. Небось и себя и жену доводит до сумасшествия.

Она пошла на кухню. Ей все еще хотелось вздремнуть. Проходя мимо окна в столовой, она снова увидела машину Джейка. Дома ли он? Может, опять случилось что‑нибудь? Немного помедлив, она решила проверить, как он там. Потом она вернется, чтобы заняться ленчем.

Лейси поднялась по боковой лестнице его дома, по обе стороны которой росли красные штокрозы. Открыв дверь, она вошла в кухню. Джейк сидел за столом, уставившись в пространство.

Она улыбнулась ему, но выражение его лица осталось мрачным.

— Это что, еще один пример вашей калифорнийской раскованности, вваливаться без приглашения в чужой дом?

Его голос прозвучал грубо.

Лейси остановилась, удивленная его тоном, его словами. Сколько раз она приходила так, и он ни разу словом не обмолвился об этом.

— Просто зашла посмотреть, не надо ли тебе чего, — сказала она.

— Не было необходимости приходить. Лейси остановилась возле стола, озадаченная его поведением. Неужели он так ненавидит ее?..

— Что случилось, Джейк? — допытывалась она.

— Ничего не случилось, Лейси. Но я давно тебе говорил, что не нуждаюсь в женщине из соседнего коттеджа, постоянно преследующей меня. Но тебя трудно убедить. Ради Бога, оставь меня в покое.

Это вывело ее из себя. Она ведь пришла только, чтобы предложить ему помощь!

— Я буду держаться от тебя подальше, Джейк, как можно дальше, — сказала она холодно. — Я лишь хотела посмотреть, могу ли что‑нибудь сделать для тебя, а ты набросился на меня, как будто я пришла тебя убить. Ты самый нелогичный человек из всех, кого я когда‑либо встречала. То ты не хочешь выпускать меня из своих объятий, то требуешь, чтобы я убиралась. Хорошо, на этот раз я уйду совсем!

Но прежде чем она повернулась, чтобы уйти, он схватил ее за руку, его пальцы больно впились в кожу. Он тряс ее, его глаза сверкали, лицо подергивалось в бешенстве.

— Это я‑то не могу отпустить тебя? Да я прекрасно обходился и дальше могу обойтись без твоего смазливого личика! С некоторых пор ты причиняешь мне только боль!

Он наклонил голову, и его губы впились в ее рот. Поцелуй был чувственным, но грубым.

Он прижал ее к столу, край которого впился ей в спину, хватка его пальцев была жесткой. У Лейси возникло ощущение, что ее насилуют. Его атака продолжалась, казалось, бесконечно. Слезы переполнили ее глаза, покатились по щекам. Она пыталась оттолкнуть его, но была совершенно беспомощна перед его злобным натиском.

Наконец он пришел в себя, отступил на шаг, приподнял ее и встряхнул. Потом оттолкнул от себя:

— Убирайся из моего дома и никогда не возвращайся!

Его тон был злобным и решительным.

Потрясенная его грубостью, Лейси бросилась к выходу. Она пробежала через сад в спасительное уединение своего дома и укрылась там, заперев дверь. Слезы душили ее, губы болели, ныла рука. Как мог Джейк так поступить с ней? Она с трудом поднялась по лестнице, бросилась на кровать и уткнулась в подушку, заглушая рыдания.

Она не знала, как долго проплакала, но, казалось, прошла вечность, прежде чем сознание вернулось к ней. Только прошлым вечером он хотел, чтобы она осталась с ним, а сегодня — так грубо оскорбил. Если раньше он только намекал, то теперь ясно сказал, что она не нужна ему. Конечно, она понимала, что после ее вчерашнего отказа не следовало сегодня заходить к нему и предлагать свою помощь как ни в чем не бывало. Но ей так хотелось видеть его! Особенно после того, когда они расстались рассерженные друг на друга. И вот случилось нечто еще более худшее.

Слезы вновь навернулись ей на глаза. Впрочем, плачь не плачь — ничего теперь не изменишь. Надо уезжать. Она дотронулась до руки: на запястье был синяк от его пальцев. Но эта боль казалась ничтожной по сравнению с болью в сердце.

Но что случилось, то случилось, а жизнь должна продолжаться.

Завтра она позвонит Уэйну и попытается уговорить его принять изменения в новых эпизодах сценария. Пора возвращаться домой и включаться в работу. И она не позволит, чтобы кто‑нибудь заметил, что ее сердце разбито.

Внешне Лейси казалась спокойной и веселой. Она продолжала ходить на пляж, много плавала, делала покупки и осматривала достопримечательности. Но если бы кто‑нибудь смог заглянуть ей в душу! Она была совершенно опустошенной и потерянной. На пляже она подолгу смотрела на воду, как бы ища ответа на неразрешимые вопросы.

Джейк куда‑то уехал. Каждую ночь его дом стоял темным, без единого огонька. Лейси поначалу буквально через силу заставляла себя совершать экскурсии по Барбадосу, но оказалось, что это приносит ей удовольствие. Ей было бы совсем хорошо, если бы с ней был Джейк, который как местный житель мог рассказать ей много интересного. Но каждый раз, когда эта мысль приходила ей в голову, она отбрасывала ее. Она посетила зоопарк, ботанический сад, музей, побывала на плантациях. Наслаждалась чудесными видами шотландских кварталов Бриджтауна, зелеными полями и темно‑голубым простором Атлантики.

У южной оконечности острова был пляж для любителей серфинга. Однажды она проехала сюда и давнее желание покататься на доске с парусом охватило ее. В последний день перед отъездом она обязательно приедет сюда и покатается, пообещала она себе.

Ее отпуск подходил к концу. Она начала потихоньку укладываться, перестирала все вещи и упаковала те, что в последующие три дня ей не понадобятся, прибрала все в доме — от чердака до подвала, радуясь, что работа отвлекает ее от мрачных мыслей.

На следующий вечер она услышала шум машины Джейка. Ее сердце замерло на какое‑то мгновение, потом сильно забилось. Он вернулся. Ей захотелось увидеть его, поговорить с ним, узнать, почему он был так зол на нее, почему вел себя как сумасшедший. Сказать ему, что через два дня уезжает. Увидеть его еще разок, несмотря на все, что произошло.

Но она заставила себя остаться на месте. Затем бессознательно прошла вдоль всех окон, выходящих в сторону его дома, и задернула шторы. Она должна побороть в себе желание увидеть его!

Завтра она поедет заниматься серфингом…

На следующее утро она встала рано и стала собираться в путь. С тех пор как Джейк прогнал ее, это было первое, по‑настоящему ясное желание заняться чем‑либо. И она почувствовала радость от того, что все‑таки может хоть к чему‑то испытывать интерес.

Утро было чудесное, солнце весело сияло на безоблачном небе, воздух был мягким и теплым, предвещающим жаркий полдень. Дул восточный ветер, правда, немного сильнее обычного. Ведя машину по подъездной дорожке, Лейси заметила, что как будто кто‑то выглядывает из окна дома Джейка. Его машина по‑прежнему стояла на обычном месте. Не он ли наблюдал за ней? Хотя скорее всего ей это пригрезилось. Чего ради станет он этим заниматься?

Дорога на пляж для серфинга проходила через Бриджтаун, мимо аэропорта и вдоль юго‑восточного берега Барбадоса. Держась левой стороны, Лейси с грустью бросила последний прощальный взгляд на остров. Она впитывала всю красоту побережья, блеск моря, разнообразие и красоту природы. Врывавшийся в машину ветерок ласкал ее лицо, и она улыбалась, позволив себе роскошь жить текущим моментом, отбросив все мысли о прошлом и будущем.

Приехав за пляж восточного побережья, она взяла напрокат доску для серфинга, положила полотенце и одежду возле молодой пары, обещавшей присмотреть за вещами, и направилась к воде.

Волны были высокие, больше шести футов. Она нырнула в первую накатившую на нее волну, вынырнула, и, направив доску, забралась на нее. Солнечный свет отражался от воды, слепил глаза, казалось, все море покрыто мириадами бриллиантов. Ощущая прилив восторга, она встала на доску.

С наслаждением скользя по поверхности воды, она забыла обо всем на свете.

Она направляла доску прямо на волну, чтобы скольжение было как можно длиннее.

Приземления были несколько неприятны, поскольку берег был довольно крутым, а песок крупным и жестким, в отличие от мягкого, как пудра, на карибском побережье. Дважды она скатывалась с доски, когда разыгравшаяся волна бросила ее на берег, и она слегка оцарапала ногу. Но на третий раз она уже смогла рассчитать приземление.

Она ощущала себя свободной как птица. Оглядывая берег, она удивлялась, почему люди не спешат в воду, чтобы испытать, как она, наслаждение от этого стремительного движения по волнам.

Вон тот мужчина похож на Джейка. На какой‑то момент она покачнулась на доске и с трудом сохранила равновесие. Она снова попыталась смотреть на берег, но мужчина исчез. Неужели Джейк будет мерещиться ей повсюду?

Еще один заход, и надо передохнуть. Свист ветра в ушах, слепящий свет и чувство невесомости дополняли ощущение полета.

Внезапно она оступилась на доске, когда увидела, что какой‑то мальчик направил свой серфинг ей наперерез. Он смеялся и махал ей рукой в то время, как Лейси изо всех сил пыталась сохранить равновесие и изменить направление движения, чтобы избежать столкновения.

Но она не смогла удержаться, соскользнула с доски, и ее с силой швырнуло на берег, а затем накрыло прибоем. Она попыталась подняться, но в этот момент почувствовала, как доска всей тяжестью обрушилась ей на голову.

— Лейси?..

Голова трещит, кожу саднит, будто обожженную.

— Лейси?

— Все это ей, должно быть, снится. Ей показалось, что она слышит голос Джейка. Но этого не может быть? Где она? Почему так болит голова?

Она медленно открыла глаза, потом снова закрыла. Свет слишком яркий. Где она? На солнце? Но почему ей холодно?

— Лейси, очнись! Лейси, ты должна очнуться. Все будет хорошо.

Как не хочется просыпаться. Она замерла, ей снится Джейк. Его голос слышен так ясно. Она опять уплыла в темноту.

— Лейси!

Это другой голос, не Джейка. Джейк ей приснился. Но она все еще чувствует боль в голове. Что с ней случилось?

Она медленно открыла глаза, яркий свет ослепил ее. Затем над нею нависло лицо Кайла Линкольна.

— Где я?..

Ее язык казался толстым, неповоротливым. Она облизала губы, но слюну проглотила с трудом. Болело все тело, а кожа на лице горела огнем.

— В больнице. Самое страшное позади. Ты нас здорово перепугала, когда тебя сюда привезли. Ты была без сознания, и я даже подумал, что ты мертва.

Она опять закрыла глаза, но была в полном сознании.

— Как страшно болит голова. — Слова ей давались с трудом. В ушах все еще звучал голос Джейка.

— Ты получила у дар доской для серфинга. Ты помнишь, что случилось?

— Да, какой‑то малыш наехал прямо на меня, и я не успела увернуться.

— И получила удар доской по голове, когда выбиралась из воды. К счастью, несколько человек, находившиеся поблизости, быстро помогли тебе. Сюда тебя привез Джейк. Я думал, что он убьет этого мальчишку. Он ждет сейчас в коридоре, и мальчик тоже здесь. Он говорит, что хотел похвалиться своим умением кататься, но не ожидал, что это приведет к несчастному случаю. Лейси, открой глаза, я должен выяснить, нет ли у тебя сотрясения мозга.

— Почему Джейк здесь? — прошептала она. Правильно ли она расслышала Кайла? В голове была какая‑то путаница.

— Ничего страшного, хотя голова еще несколько дней будет болеть. К тому же ты серьезно поранила руку и щеку.

Лейси пальцем провела по щеке и почувствовала саднящую боль. Рука до локтя была забинтована и тоже болела. Лейси старалась лежать спокойно. Если не двигаться, то боль почти не беспокоит.

— Мы промыли раны и наложили антисептическую повязку, — сказал ей Кайл. — Кожа на щеке содрана, но шрамов не останется, не бойся. Ты можешь встать?

Она утвердительно кивнула, но тут же сморщилась от боли.

— Да. Мне можно вести машину? — И тут она вспомнила, что ее машина осталась на стоянке возле пляжа. Ее одежда в полотенце тоже остались на пляже. — Как я добралась сюда, Кайл?

Кайл внимательно посмотрел на нее.

— Я же сказал тебе, Джейк привез тебя сюда. Он побоялся везти тебя домой.

— Да?.. — Она попыталась вспомнить. Так все‑таки это он был на берегу, все‑таки именно его она видела там. Но почему? Он же не хотел видеть ее — он дал это ясно понять. — Как долго я была без сознания? Я совершенно не помню, как оказалась здесь.

— Достаточно долго, я начал уже волноваться, — сказал Кайл. — Я позову Джейка, и он заберет тебя отсюда.

— Нет, только не Джейка, я не могу его видеть. Не могу! — Ей вдруг стало страшно.

— Хорошо, успокойся. — Кайл осторожно уложил ее на подушки. — Я позвоню кому‑нибудь другому, чтобы приехали за тобой. Кому, скажи?

— Позвони Дэнби. Мистер Дэнби пусть приедет. — Она закрыла глаза, обессиленная. Ей хотелось забыть обо всем на свете и ни о чем не думать.

— Может, все же позвать Джейка? — спросил опять Кайл.

— Нет! — Попытка шевельнуться опять вызвала у Лейси приступ адской головной боли, а потому она совсем тихо сказала:

— Нет, не надо Джейка. Мистер Дэнби приедет за мной, я уверена.

— Я позвоню ему прямо сейчас. Тот мальчик, из‑за которого все произошло, все еще ждет, чтобы попросить у тебя прощения. Ты хочешь его видеть?

Она не хотела, но знала, что это следует сделать. Больше всего на свете она сейчас хотела провалиться в сон.

— Да, позовите его, — сдалась она. В голове крутилась лишь одна мысль: почему Джейк оказался на берегу. Он же сказал, что не хочет ее больше видеть. Она снова закрыла глаза: голова слишком болела, чтобы думать о Джейке.

Мальчик все еще был напуган и, казалось, еще больше расстроился, когда увидел Лейси. Она приняла его извинения, и он уверил ее, что этот урок пошел ему впрок.

— Я действительно очень сожалею, мисс.

Могу я что‑нибудь сделать для вас?

Она хотела было отрицательно покачать головой, но потом вспомнила.

— Не мог бы ты найти на пляже мои вещи и положить их в мою машину, — попросила она его.

— Конечно. Не хотите, чтобы я с приятелем пригнал вам машину? Мы будем рады помочь вам. — Он изо всех сил старался загладить свою вину.

Лейси, с трудом ворочая языком, рассказала ему, где оставила вещи и на какой машине приехала.

Она услышала громкие голоса в коридоре больницы и со страхом поглядела на дверь. До нее донесся сердитый голос Джейка и более спокойный Кайла. Потом голоса затихли. Кайл не позволит Джейку войти к ней, раз она не хочет его видеть. Она все еще пребывала в замешательстве. Почему Джейк здесь?

Лейси разбудили, когда приехал мистер Дэнби.

— О, моя дорогая! Вы уверены, что можете покинуть больницу? — Он заметно испугался, увидев ее.

— Доктор считает, что я вполне могу отправляться домой. Мне уже гораздо лучше, — заверила она мистера Дэнби.

— Позже я навещу тебя, чтобы проверить, как у тебя идут дела, — сказал Кайл, входя в палату.

— Спасибо тебе, Кайл.

— Твой последний день на Барбадосе оказался не очень удачным, Лейси. Приезжай снова, и мы устроим тебе прекрасную встречу.

— Пока, Кайл. — Лейси улыбнулась ему и последовала за мистером Дэнби к его машине, с тревогой поглядывая, нет ли здесь Джейка.

— Он уехал, Лейси. Я отослал его домой, — тихо сказал Кайл, идя рядом с ней.

Она кивнула, но ее сердце наполнилось горечью, когда она подумала о Джейке. Сейчас ей очень захотелось домой, в Калифорнию, захотелось вернуться на работу, где все время будет занято другими проблемами, а потому не останется и минуты, чтобы думать о Джейке Уэйнрайте.

Дорога до ее коттеджа, казалось, не заняла и минуты, и Лейси подумала, что, должно быть, продремала все это время. Она поблагодарила мистера Дэнби и вежливо отказалась от дальнейшей помощи. Она справится со всем сама. Ей хотелось поскорее добраться до кровати и лечь.

12

Было уже почти темно, когда Лейси проснулась. Она долго лежала, прикидывая, настолько ли голодна, чтобы встать и приготовить себе что‑нибудь поесть, или лучше остаться в постели. Пока она лежала, не двигаясь, боль не ощущалась, лишь тупо ныла голова.

В конце концов она решила, что все‑таки надо немного поесть, и через силу поднялась с постели. Сначала горячий душ, затем она приготовит себе бульон и тосты.

Голова по‑прежнему болела, и когда она взглянула в зеркало в ванной, то увидела, что правая сторона лица вся в ссадинах. Осторожно ощупав голову, она нашла шишку в том месте, куда пришелся удар доски.

Ее правая рука была забинтована до локтя. Стараясь не намочить руку, она приняла душ и почувствовала себя намного лучше. Высушив волосы, она надела батистовую ночную рубашку без рукавов. Прикосновение мягкой ткани ласкало кожу. Она вспомнила, как описывала это ощущение Джейку. Как это было давно!

У нее хватило сил спуститься вниз и приготовить бульон. Приняв от головной боли аспирин, она решила вернуться в постель. Может быть, утром ей станет лучше.

Стук в дверь удивил ее. Видимо, миссис Дэнби увидела свет в ее окне и пришла проведать? Она спустилась по лестнице и открыла входную дверь. Джейк Уэйнрайт стоял на пороге. Он казался испуганным и расстроенным.

Лейси стояла молча, не в силах произнести ни слова. Зачем он пришел? Она ясно дала понять, что не хочет видеть его.

Он прошел в холл, заставив ее отступить назад. Она следила за ним, широко раскрыв глаза. Общаться с ним было тяжело. Лейси отвернулась и направилась к лестнице.

— Иди домой, Джейк. Сегодня у меня ни на что уже нет сил.

— Лейси, я надеюсь, тебе хоть немного лучше? Боже, я был так напуган сегодня. Подумал, что эта чертова доска убила тебя. — Он подошел к ней и осторожно взял ее за здоровую руку. Она взглянула на него.

— Кайл сказал, что ничего страшного. А сейчас я хочу побыть одна.

— Лейси… — Он нежно привлек ее к себе, обнял и прижал к груди так осторожно, словно боялся причинить ей лишнюю боль. Его руки нежно гладили ее плечи. Его движения были медленными, как будто он давал ей время решить, подчиниться ему или остановить.

Но Лейси его не остановила. Она закрыла глаза и прижалась к нему. Прижалась, подчиняясь его силе, вдруг обрадовавшись, что он здесь, рядом.

Она почувствовала, что его губы пытаются найти ее губы. Не открывая глаз, она слегка повернулась, чтобы встретить его поцелуй. Он был мягким, ласковым.

Глаза наполнились слезами: она боялась его ласки, его нежности. Она не знала, что будет потом. Она открыла глаза и отстранилась.

— Зачем ты пришел, Джейк? — Ее голос прозвучал хрипло, устало.

Он отпустил ее и снова взял за руку, повел к дивану и усадил. Сел рядом, испуганно глядя на нее, взял за подбородок и повернул ее лицо так, чтобы можно было видеть оцарапанную щеку.

— Господи, я чуть не умер от страха, когда увидел, что ты упала. А потом ты так долго была без сознания… Но Кайл в конце концов уверил меня, что с тобой все будет в порядке.

Он нежно провел пальцем по ссадинам на ее щеке, так нежно, что Лейси почти не почувствовала прикосновения.

— Потом я ждал от тебя звонка. Ты всегда звонила мне, когда тебе нужна была помощь, как в тот раз, когда у тебя захлопнулась дверь или когда твоя машина застряла на дороге в грозу. Только сегодня ты не позвонила. Я был там, в больнице, надеялся, что ты позовешь меня. Но ты не позвала. И я понял, что ты можешь никогда больше не позвонить мне.

— Ты просил меня держаться от тебя подальше. — При этом воспоминании слезы медленно покатились из ее глаз.

Он взял ее руку, поднес к губам и поцеловал.

— О Боже, какой же я был дурак! — Он виновато посмотрел ей в глаза. — Я уехал по делам в Лондон на неделю, старался забыть тебя и обманывал себя, что мне это удалось. Но первое, что я сделал, вернувшись домой, я отправился к тебе, с надеждой, что увижу тебя. Я не мог ни есть, ни спать. Мне так тебя недоставало!

Лейси смотрела на него, чувствуя, он что‑то не договаривает. Не таким она представляла их будущий разговор, если вообще допускала, что он может состояться.

— Мне тоже тебя недоставало, — сказала она с грустью, заметив, что он действительно выглядит расстроенным и усталым. Видимо, на ее лице отразилось смущение, потому что Джейк улыбнулся и откинулся на диванную подушку.

— Будучи совсем молодым я влюбился, — произнес он. — Девушка была молоденькая и хорошенькая, с ней было весело. Я любил ее очень сильно, или думал, что люблю. Мы собирались пожениться.

Лейси не хотелось слушать об этом. Она вдруг почувствовала ревность к женщине, завоевавшей любовь Джейка и отвергшей его.

— Однажды я узнал, что она не любит меня, она только хотела выйти за меня замуж из‑за денег и перспектив, которые я мог ей представить. Ее интересовала карьера актрисы, работа в кино. Я был опустошен. — Он взглянул на Лейси, заметив тревогу в ее глазах. Затем он посмотрел на ее сплетенные руки, помолчал, нежно продолжал поглаживать ее пальцы.

— Мне не хотелось еще когда‑либо пережить такую же боль, Лейси, я боялся полюбить так же безответно. Это так глубоко ранит. Поэтому я был очень осторожен с теми женщинами, которых встречал в компаниях и которые проявляли ко мне интерес.

Зачем он объясняет все это теперь, когда у нее так болит голова. Она не должна слушать его.

— Но это не мешало многим девицам влюбляться в меня. Вернее, видимо, не в меня, а в мои деньги. Некоторые из них открыто преследовали меня.

— Джейк, не надо объяснять… Он прижал палец к ее губам.

— Шшш… Я хочу… Ты должна знать. Во всяком случае, когда появилась ты, первое, на что я обратил внимание, что ты вела себя так же, как и все остальные. Мне казалось, что ты преследуешь меня: сначала играя в моем саду, затем запираясь в доме, все время оказываясь на пляже, когда я ходил купаться. Куда бы я ни повернулся, ты была там.

— Но я же не умышленно…

— Лейси, тебе ли передо мной оправдываться? Дослушай меня, дорогая.

Она замолчала и перевела взгляд на его губы, вспоминая их последний поцелуй.

— Но каждый раз при виде тебя во мне просыпается желание, я постоянно хочу тебя, — продолжал он.

Она посмотрела ему прямо в глаза, и ей вдруг захотелось обнять его.

— Увидев тебя сегодня, я понял, что не могу без тебя, что ты мне нужна, я хочу тебя независимо от того, какие чувства ты вкладываешь в наши отношения. Я последовал за тобой на восточное побережье, в надежде поговорить с тобой, высказать все то, что я чувствую к тебе. Если тебе нужны деньги, а не я, пусть будет так. У меня их достаточно для двоих. Но я хочу быть с тобой рядом, хочу заботиться о тебе, следить, чтобы тебя никто не обидел. Хочу видеть, как ты сердишься на меня из‑за пустяков и как ты слабеешь от моих поцелуев. Лейси, я люблю тебя. Я боролся с этим чувством, пытался избавиться от него, но не смог. Я не хочу опять пережить боль, которая приходит, когда любишь безответно. Но на этот раз я готов взять лишь то, что могу. Я люблю тебя, дорогая девочка. Скажи, ты согласна выйти за меня замуж?

Лейси была ошеломлена. Она смотрела на него в изумлении и не верила тому, что слышит. Удар по голове, наверное, что‑то спутал у нее в мозгу? На самом деле она просто спит. Джейка вовсе здесь нет, и он не смотрит на нее с беспокойством, не сдерживает от волнения дыхание, не говорит о любви. Это — сон, но ей так не хочется просыпаться.

— Ты не сон? — наконец спросила она. — Сейчас я проснусь и ты исчезнешь?

Он ласково улыбнулся и обнял ее, прижался губами к ее губам, сначала ласково, затем более страстно, все крепче сжимая ее в объятиях, как бы доказывая ей, что она не спит.

Его ладони скользили по тонкой ткани ее ночной сорочки, нежно поглаживая выпуклости грудей. Прервав поцелуй, Джейк отстранился и посмотрел на нее.

— У тебя ничего нет под сорочкой? — вдруг спросил он.

— Конечно, нет, глупый, это же ночная сорочка, под ней ничего не носят.

Он вздохнул и, притянув ее к себе, положил на колени. Его рот был жадный, ищущий, и Лейси повиновалась ему во всем. Она снова чувствовала себя полной жизни, страсти, волнения. Она снова была с Джейком, и он любил ее.

Головная боль была забыта, все ссадины и синяки вдруг перестали саднить, и ее тело жаждало соединиться с его телом.

Она чувствовала его приятную тяжесть на своем теле, сердце переполнилось любовью к этому мужчине.

— Это твое «да»? — прошептал Джейк, когда его губы опять коснулись ее губ и их дыхание смешалось.

— Да. — Она жадно припала к его губам в ожидании его страстного поцелуя.

Его рука продолжала блуждать по ее телу, пробуждая в ней то чувство, которое представлялось лишь в самых смелых ее мечтах. Когда его рука скользнула под кружевной край ее ночной сорочки и достигла заветной точки наслаждения между бедрами, Лейси почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

Внезапно Джейк остановился, неожиданно коснувшись ее забинтованной руки. Он замер и откинулся назад.

Лейси тяжело дышала и заметила, что он дышит так же. Она улыбнулась.

— Я совсем забыл о твоей травме, — признался он.

— Головная боль почти прошла, — сказала она, удобнее прижимаясь к его груди и ощущая частые удары его сердца. Бьется ли ее сердце так же или еще быстрее?

— Джейк, я люблю тебя, — прошептала Лейси. Она была счастлива, что могла наконец‑то выразить чувства, которые переполняли ее с того самого момента, когда она впервые увидела его.

— Ты не должна говорить так, Лейси, — ответил он.

Она отодвинулась и нахмурилась.

— Не должна говорить о любви? Я люблю тебя, любила всегда!

— Я знаю, что не любишь, я слышал, как ты говорила об этом по телефону. Но мне все равно. Главное, что я безумно люблю тебя.

— Не понимаю, о чем ты говоришь? — Она действительно была озадачена.

Джейк недоверчиво посмотрел на нее.

— Я слышал, как ты говорила с кем‑то по телефону в тот злополучный день, ты говорила, что деньги решают все и что ты уговоришь меня сделать предложение. Я почувствовал себя одураченным — я так долго боролся со своим чувством к тебе и как раз тогда подумывал оставить свои сомнения, но ты подтвердила мои подозрения.

Лейси тряхнула головой. Это опять сон, но на этот раз кошмарный сон. Ее охватил страх. Она не хочет терять его! Она обожает его, но он почему‑то уверен, что она не любит его. О каком телефонном разговоре он говорит?

— Джейк, я никогда ни с кем не говорила о нас с тобой по телефону, — запротестовала она.

— Это было в тот день, когда я накричал на тебя и выгнал из своего дома. Я был так потрясен тем разговором…

— Я помню тот день очень хорошо. Ты не был очень‑то нежным со мной, что и говорить! — Она содрогнулась, припомнив его грубую выходку.

Его глаза сверкали, но он постарался сдержать себя.

— Я чувствовал себя так, будто мне дали под дых. Господи, Лейси, я так желал тебя и я только‑только начал верить тебе…

— Я никогда не говорила о нас с тобой по телефону, — повторила она.

— Но это же не правда! Не надо отрицать. Говорю тебе, что теперь для меня это не имеет никакого значения. Я люблю тебя только за то, что ты есть.

Она вскочила на ноги, охваченная возмущением.

— А для меня имеет значение! Я не какая‑нибудь интриганка и лгунья, если ты это имеешь в виду. Я люблю тебя, хочешь верь, хочешь нет. И я никогда не говорила о нас с тобой по телефону с кем бы то ни было, никогда! Ты не смеешь мне не верить!

Она испытующе смотрела на него. Как он может сомневаться в ее любви? Почему он не хочет слушать ее?

Он вскинул глаза и посмотрел на нее.

— Черт возьми, Лейси, это не имеет значения! Я же сказал, что возьму тебя замуж на любых условиях, и я сдержу слово. Я хочу жениться на тебе, разве этого недостаточно?

— Нет, недостаточно! Я хочу, чтобы ты поверил мне! — Ее голова опять заболела, слезы подступили к глазам.

— Лейси, я ведь слышал твой разговор по телефону.

Она закрыла глаза, приложила руки к вискам. Голова раскалывалась от боли. «Попытайся вспомнить, — приказала она себе, — что он мог слышать?»

— В тот день я разговаривала только со Стивом, — сказала она.

— Кто такой Стив? — Что‑то подозрительное услышала она в его голосе. Ревность?

— Мой босс. У него были проблемы, и он позвонил мне. Но я точно не говорила о нас с тобой.

— Я слышал тебя. — Джейк сурово смотрел на нее, приняв угрожающую позу. Лейси отступила. Ей не хотелось повторения эпизода в кухне.

— Подожди, Джейк. Позволь мне подумать. Мы говорили о том, что Уэйн не хочет вносить изменения в сценарий и Стив просил меня предложить ему больше денег, поскольку это всегда помогает улаживать конфликты. Стив просил меня уговорить Уэйна исправить эпизоды, против которых он возражал. Он считает, что у меня это неплохо получается.

Джейк смотрел на нее, ошарашенный. Он осторожно опустился на край дивана, не отрывая от нее взгляда.

— Я слышал весь разговор краем уха, но, клянусь, подумал, будто речь идет обо мне. Я слышал, ты назвала мое имя.

— Этого не может быть! — Лейси замолчала и смотрела на Джейка, стараясь припомнить телефонный разговор, который происходил около двух недель назад. Она тоже опустилась на диван и села рядом с ним — на безопасном расстоянии.

— Ты неоднократно подтрунивала над моим местным произношением, дорогая, но мне кажется, именно у тебя есть акцент — очаровательный американский акцент. Для меня имя Уэйн прозвучало по‑другому. Лейси, ты действительно любишь меня? Правда?..

У нее екнуло сердце, когда он растерянно взглянул на нее. Надежда на ее любовь возвращалась к нему. Как он мог сомневаться в ее чувствах? Она так сильно его любит.

— О, Джейк, неужели ты не видел, что я не могу без тебя? Ты думаешь, я могу целовать каждого мужчину, которого знаю, так, как целовала тебя? Я так боялась, что ты смеешься надо мной?

Ее глаза лучились, сердце готово было разорваться на части от переполнявших ее чувств.

— Мне кажется, я верю тебе, моя дорогая. — Он протянул к ней руки. — И ты выйдешь за меня замуж?

— Хоть сию секунду. — Она прижалась к нему, изнемогая от желания.

— Но при одном условии, — твердо сказал он, осыпая ее лицо поцелуями.

— Каком? — Лейси готова была пообещать все что угодно.

— Больше никакой работы в шоу‑бизнесе. Жена нужна мне дома, чтобы воспитывать наших детей.

Счастливая улыбка на лице Лейси говорила, что он получил это обещание…

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Эмили Джордж
Игра жизни

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12