Александр Белогоров

Алиби Деда Мороза

Глава 1

Короткое замыкание

— Елочка, зажгись! — скомандовал Андрей, стараясь, чтобы его голос звучал как можно ниже и солиднее.

Получилось, надо сказать, так себе. Ему очень мешала накладная борода, волоски которой то и дело норовили попасть в рот; а усы противно щекотали нос, вызывая желание чихнуть. К тому же в ватном костюме было отчаянно жарко, по лицу тек пот, и со стороны могло показаться, что Дедушка Мороз вот-вот растает. Но увлеченная происходящим действом малышня, на этот час почти поверившая в сказку, не замечала, что Дед Мороз старше их на каких-то шесть-семь лет, и что голос у него чересчур молодой и звонкий.

— Елочка, зажгись! — подхватил нестройный детский хор.

А одна особо воспитанная девочка в костюме снежинки даже добавила тоненьким голоском:

— Ну пожалуйста!

Раздался какой-то подозрительный треск, и зал, вместо того, чтобы озариться разноцветными огоньками, погрузился во тьму. На секунду оживленный гомон сменился тишиной, которую тут же нарушили испуганные крики и плач.

— Мама! — вскрикнул мальчик справа от Андрея, вцепившись в его ватную шубу.

— Дедушка Мороз, — донесся доверчивый голос откуда-то сзади, — а почему стало темно?

— Елочка скоро зажжется, — неуверенно проговорил Андрей. — Это… это Бармалей свет испортил.

Объяснение он нашел не слишком удачное. При упоминании о Бармалее кто-то из малышей представил, что тот бродит рядом, в темноте, и заголосил с удвоенной силой. Остальные подхватили.

Свет все не включался.

— Пробки выбило, — авторитетным голосом заявил один из пап, пришедших на утренник. — Где здесь у вас щитовая?

— Нет, это короткое замыкание, — не менее авторитетно возразил хрипловатым голосом другой родитель.

— Сохраняйте спокойствие! — попыталась перекричать всех Анна Николаевна, директриса. — Свет сейчас будет!

Но детские голоса не смолкали.

Кто-то из взрослых догадался раздвинуть плотные шторы, нарочно закрытые, чтобы не мешать праздничной иллюминации. Их ткань была щедро украшена мишурой и снежинками и никак не хотела поддаваться. Наконец одно из окон удалось освободить, и зал хоть немного осветился. Правда, день сегодня выдался пасмурный, поэтому света было мало, но малышня все же немного успокоилась.

Без электричества школьный актовый зал выглядел довольно уныло, и даже наряженная елка и яркие маскарадные костюмы почти не оживляли картину. Андрею сейчас больше всего хотелось снять наряд Деда Мороза и пойти домой, но новогоднее представление должно было продолжаться.

— А вот и свет! — воскликнул он, наскоро утерев пот и поправив бороду. — А елочка зажжется… чуть позже. Мы со Снегурочкой еще раз ее попросим.

— Ну-ка, ребята, кто знает стихотворение про Новый год?

Ира, игравшая роль Снегурочки, появилась в зале и взяла инициативу в свои руки. Вообще-то, по сценарию ее следовало сначала хором позвать, но в такой внештатной ситуации пришлось импровизировать. Теперь, когда все внимание переключилось на партнершу по выступлению, Андрей мог немного перевести дух. Взрослые быстро устраняли последствия небольшой паники, дети переставали плакать.

Через минуту дверь зала вновь отворилась, и в нее, прихрамывая, вошел Николай Семенович, школьный мастер на все руки. Именно он занимался всем, что требовало починки, от расшатавшегося стола и перегоревшей лампочки до разбитого стекла и заточки ножей для столовой. Николай Семенович очень любил порядок и любое его нарушение принимал близко к сердцу. Стоит ли говорить, что такое явное безобразие, как погасший во время праздника свет, вывело его из равновесия.

От гнева и быстрой ходьбы лицо школьного мастера раскраснелось. Николай Семенович очень торопился, поэтому передвигался, приволакивая ногу и слегка подпрыгивая. Но самым странным было не это: в правой руке он держал отвертку, что в данной ситуации было понятно, а вот в левой — обычную, хотя и слегка погнутую вилку, которой сердито размахивал в воздухе. Вид мужчины, который еще и грозно сопел от возмущения, произвел на детей неизгладимое впечатление.

— Бармалей! — ахнула догадливая девочка, вспомнив слова Деда Мороза о виновнике наступившей темноты.

— Бармалей! — эхом закричали десятки детских голосов.

В зале началось нечто невообразимое. Кто-то бежал к родителям, кто-то требовал защиты у Деда Мороза и Снегурочки, а один храбрый мальчик принялся обстреливать предполагаемого разбойника конфетами и мандаринами, предназначавшимися для подарков. В довершение во всей этой суматохе кто-то умудрился сильно дернуть за провод от электрогирлянды, и елка опасно зашаталась.

Относительную тишину удалось установить только минут через пять, и то после клятвенных заверений директрисы и Деда Мороза в том, что сердитый дядя — никакой не Бармалей.

— Короткое замыкание устроили, стервецы! — стал объяснять немного отдышавшийся Николай Семенович. — Обыкновенной вилкой! Вон как оплавилась!

Вилка, как выяснилось при ближайшем рассмотрении, и впрямь находилась в плачевном состоянии.

— Ну, что я говорил! — удовлетворенно произнес родитель, высказавший версию о замыкании сразу.

— Да я бы им… — Для выражения своих чувств Николай Семенович не находил подходящих слов, которые можно было бы сказать при детях.

— Старшеклассники нашалили, — отозвался разбиравшийся в электрике папа. — Вот мы в свое время… — Под сердитым взглядом директрисы мужчина осекся и не довел воспоминания до конца.

— Хулиганство! — воскликнула Анна Николаевна. — Так ведь и до пожара недалеко! Мы обязательно найдем тех, кто это сделал, и… — Женщина задумалась, подбирая подходящую кару для виновников происшествия.

— В милицию их сдать! — потребовала одна из мам, успокоившая наконец своего отпрыска.

— Врезать бы им как следует по первое число, — пробурчал вполголоса понемногу успокаивавшийся мастер. — По самое не балуйся…

— Мы их накажем, — не слишком убедительно закончила директриса.

— Алиночка, пойдем отсюда! — Одна из мам решила увести раскапризничавшуюся дочку с неудавшегося представления.

Еще несколько родителей последовали ее примеру.

— Где моя шапка? Я ее вот сюда положила, рядом! — внезапно воскликнула какая-то женщина.

— Ты уверена? — раздался скептический мужской голос, очевидно, принадлежавший ее мужу.

— Конечно, уверена! Я же не дура, чтобы не помнить, куда и что положила!

— Наверное, в кутерьме упала. Сейчас поищу.

— А где моя сумочка?! — нервно вопросила другая дама, невысокая, суетливая брюнетка.

— Это не ваша? — робко спросил оказавшийся рядом Андрей, указывая на черный ридикюль в углу.

— Моя, спасибо. Вероятно, кто-то из детей забросил… — Она быстро подошла к сумочке, подняла ее и тут же закричала: — Но здесь же ничего нет!

Женщина несколько раз повторила последнюю фразу, в подтверждение своих слов показывая раскрытую сумочку, поворачиваясь по полукругу, словно фокусник, демонстрирующий зрителям пустую шляпу.

— Куда все делось, я вас спрашиваю? — обратилась дама к Андрею.

— Я не знаю… Откуда мне знать? Наверное, потерялось… — растерялся мальчик, не привыкший, чтобы к нему обращались на «вы». Очевидно, так получилось из-за костюма Деда Мороза с солидной, хотя и искусственной, бородой.

— Но вы же знали, где лежит сумка, значит, вы и должны знать, где вещи! — произвела нехитрое умозаключение огорченная пропажей дама. — Так где же они? Отвечайте, я вас спрашиваю! — нервно тараторила она.

— Где все-таки моя шапка?! — присоединилась к ней первая женщина, после того как ее муж, внимательно осмотрев зал, признал факт исчезновения головного убора.

— Шуба пропала! — заявила мама с испуганной девочкой на руках, вернувшись из гардероба. — Да что же тут такое творится?

— Не школа, а какой-то разбойничий вертеп! — решительно заявил один из мужчин, также недосчитавшийся какого-то предмета одежды.

— И где же вещи, я вас спрашиваю! — как заведенная, продолжала повторять нервная женщина, наступая на Андрея.

Другие родители почему-то решили последовать ее примеру и столпились около Деда Мороза, словно дети, ожидающие подарков. Только они ждали возвращения исчезнувших ценностей.

— Товарищи! Дамы и господа! Сохраняйте спокойствие! — убеждала всех директриса, стараясь перекричать общий гвалт. Она обиделась на то, что вверенное ей учебное заведение сравнили с притоном разбойников, и очень хотела опровергнуть этот тезис. — Все пропавшие вещи… — Анна Николаевна сделала паузу, и некоторые даже подумали, что произошедшее — просто шутка, что вещи никто не крал, а находятся они, ну, например, в мешке с подарками. — Все пропавшие вещи скоро найдутся.

Шум поднялся с новой силой. Напуганные суетой дети вновь подняли рев, и родители разрывались между попытками их успокоить и необходимостью искать украденное.

— Вы как знаете, а я звоню в милицию! — заявил один из пап под возгласы одобрения. — Вот, черт! Где мой мобильник?!

Пока несколько более осторожных владельцев телефонов набирали заученный с детства номер, Снегурочка Ира вновь решила взять инициативу в свои руки и успокоить детей. А заодно и помочь Андрею отделаться от настырной тетки.

— Ну-ка, дети, а кто хочет получить подарок?

Выяснилось, что хотели все.

— Тогда давайте попросим Дедушку Мороза, чтобы он их раздал!

— Сейчас-сейчас! — пробасил Андрей, мысленно благодаря партнершу. — Мешок у меня большой, подарков на всех хватит!

Стараясь держаться как можно спокойнее и солиднее, он подошел к терпеливо дожидавшемуся под елкой мешку. А затем обернулся к приблизившимся малышам:

— Кто первый?

Андрей запустил руку в мешок. Подарки можно было доставать не глядя — их во избежание обид подготовили для всех одинаковые. На мгновение Деду Морозу показалось: в ладонь попалось что-то слишком маленькое, но значения этому он не придал.

— Вот твой подарок! — обратился он к особо энергичному мальчику, протиснувшемуся к нему ближе всех.

Все вокруг ахнули. Андрей поправил сползшую на глаза шапку и в недоумении уставился на свою руку. В ней был вовсе не стандартный подарок, а кошелек!

— Это же мой, мой кошелек! — снова затараторила нервная дама, расталкивая детей. — А где же остальные вещи, а? Я вас спрашиваю!

Она выхватила кошелек у Андрея, жутко расстроив малыша, который, кажется, не имел ничего против такого новогоднего подарка, раскрыла его и снова принялась демонстрировать собравшимся, что на сей раз ничего нет в кошельке.

— А где же деньги? Где деньги? Я вас спрашиваю! — возмущалась она.

— А вот мы сейчас посмотрим.

Один из мужчин, тот самый, что лишился мобильника, решительно забрал у Деда Мороза мешок и вытряхнул все его содержимое на пол. Среди груды подарков там нашлись еще несколько бумажников и одна борсетка, но все они оказались пустыми.

— Что же это делается? Что же за Дед Мороз такой? Снять с него бороду, да посмотреть! — не унималась нервная брюнетка, укрепившаяся в своих подозрениях. — Спрятал все в мешок и думал, что никто не найдет, да?

— Я? Я спрятал? — Андрей никак не ожидал подобного обвинения.

— Что за глупость! — сердито воскликнула Ира, которую жутко раздражала истеричная тетка. — Зачем бы он тогда сам и достал?

— А ты вообще с ним заодно! — Неугомонная дама явно предпочитала эмоции логике.

— Кто с кем заодно? Что случилось? — раздался зычный, явно привыкший командовать голос.

В дверях актового зала стояли милиционеры.

Глава 2

Предварительное расследование

Капитан милиции Морозов не отличался высоким ростом и могучим телосложением, но голосом обладал поистине богатырским. Такому мог позавидовать любой генерал. В противоположность ему лейтенант Жаров, двухметровый атлет, говорил тихо и почти застенчиво, как престарелый интеллигент. Взоры присутствующих первоначально обратились на младшего по званию — из-за его роста, и только когда капитан продолжил свою речь, переключились на него.

Надо сказать, что целая серия звонков со школьного утренника вызвала у стражей порядка немалый переполох. Тем более что не все звонившие могли вразумительно объяснить, в чем, собственно, дело, а фоном к звонкам служил детский плач. Поэтому, разобравшись наконец, что речь идет всего лишь о краже, пусть крупной и дерзкой, милиционеры несколько успокоились.

— Вот оно, орудие преступления! — Николай Семенович, обрадовавшийся появлению представителей власти, протянул вперед злополучную вилку. Мастер полагал, что следует сразу взять быка за рога, чтобы поймать преступника по горячим следам, и пояснил свою мысль: — Надо их того, тепленькими… — Каждое слово он сопровождал замысловатым движением вилки.

На милиционеров, пока что неосведомленных о роли, которую столовый прибор сыграл в преступлении, жесты и двусмысленная фраза произвели сильное впечатление. О сумасшедших в школьном здании сообщений не поступало, однако, решили стражи порядка, неадекватный персонаж был налицо.

— Кто-то кого-то съел? — на всякий случай уточнил капитан, незаметно нащупывая наручники.

— Котлеты тепленькими? — одновременно и с надеждой в голосе поинтересовался не успевший позавтракать лейтенант, сам не заметивший, что задал вопрос вслух.

— Бармалей съел все подарки и выключил свет! — поспешила пояснить догадливая девочка, по-своему истолковавшая последние события. — Вот этой вилкой.

Остальные дети громко поддержали любопытную гипотезу.

— При чем тут Бармалей? Все украли Дед Мороз со Снегурочкой! — снова затараторила нервная брюнетка, не отказавшаяся от своей версии. — Я их спрашиваю: где вещи? И вас спрашиваю! — очевидно, женщина считала, что сыщики просто обязаны найти пропажу моментально.

— Они того… вилкой… — Складное выражение своих мыслей не входило в число достоинств Николая Семеновича, а жесты, призванные, по его мнению, пояснить сказанное, только затрудняли дело, каждый понимал их в зависимости от богатства фантазии и жизненного опыта.

— Обычное короткое замыкание, — подытожил разбиравшийся в электрике папа. Лично у него ничего не пропало, поэтому он сохранял полное хладнокровие, а на происходящее взирал с легким интересом.

Лейтенант Жаров знал, что в районе помимо школы находится психиатрическая больница, и заподозрил, что они с капитаном совершили серьезную оплошность — ошиблись адресом, попав на новогодний праздник пациентов. Он хотел было осторожно сообщить о своей догадке старшему по званию, но тот, оправившись от первого шока, уже успел взять себя в руки. Теперь оставалось взять в руки и контроль над ситуацией.

— Тихо! — скомандовал капитан, и все отчего-то немедленно его послушались, а директриса подумала, что тот был бы удачной кандидатурой на место недавно уволившегося военрука. — Кто здесь главный?

— Я, — неожиданно робко призналась Анна Николаевна.

— Пройдемте. Доложите обстановку… то есть расскажете о случившемся, — настоятельно пригласил капитан.

— В милицию? — тихо уточнила директриса.

— На данном этапе необязательно, — пояснил капитан Морозов. — Есть здесь свободный кабинет? — задал он довольно странный вопрос.

Разумеется, свободных классов на каникулах было предостаточно, а директорский кабинет и вовсе подходил для дознания как нельзя лучше. Распорядившись, чтобы лейтенант Жаров брал показания, подоспевшие криминалисты занялись поиском различных следов. Строго — настрого приказав никого не выпускать из зала, капитан прошел за директрисой. Наконец в разговоре с ней Морозов смог составить представление о случившемся.

А в актовом зале, едва суровый капитан удалился, восстановленный было им порядок моментально нарушился. Несмотря на внушительную внешность, лейтенант Жаров отчего-то не внушал такого же почтения, как его начальник. Потерпевшие и свидетели обступили милиционера со всех сторон. Кто-то кричал, чтобы его немедленно отпустили, кто-то рвался как можно скорее дать важные показания, кто-то требовал адвоката и грозил, что будет жаловаться кому-то чрезвычайно высокопоставленному… Все это сопровождалось детским визгом и приводило лейтенанта в ужас.

Дело в том, что Жаров очень любил и одновременно очень боялся детей. Одно время он собирался поступать в педагогический университет, но мысль о том, что придется остаться один на один с классом, повергала его в трепет. Оказаться же лицом к лицу с хулиганом или даже бандитом молодой человек никогда не боялся, поэтому и пошел служить в милицию.

На его счастье, в тот момент подоспела подмога, и Жаров, доверив опрос свидетелей и потерпевших товарищам по службе, вместе с Николаем Семеновичем и криминалистами отправился осматривать электрический щит. Тем более что тема лейтенанту была близка — из всех предметов в школе он предпочитал физику. Убедившись, что действительно имело место короткое замыкание, и оставив специалистов снимать отпечатки пальцев, Жаров зашел в учительскую, взял ключ от еще одного кабинета, попутно отметив, что сделать это мог бы каждый и не будучи преподавателем, и решил побеседовать с обвиняемыми.

— Мне бы с Дедом Морозом и Снегурочкой поговорить, — смущенно произнес он, заглядывая в зал.

— Их давно пора в камеру забрать! — Энергичная брюнетка после недолгого молчания воспряла духом. — Потому что я их спрашиваю, где вещи, а они молчат, не признаются!

— Их нельзя в камеру, они растают, — объяснил сердитой тете один очень серьезный мальчик.

— А вот в холодильник, наверное, можно, — предложил другой. — И мороженое им дать!

— Зачем их в камеру? Ведь вещи забрал Бармалей с вилкой! — стояла на своем догадливая девочка.

К счастью, Андрей и Ира, уставшие от царившего в помещении гама и несправедливых обвинений, протолкнулись к двери и вышли следом за лейтенантом.

— Вы что, действительно думаете, что мы украли подарки? — с вызовом спросила Ира.

— Нет, конечно, — смутился лейтенант Жаров. — Просто, если вас кто-то обвиняет, надо разобраться… К тому же вы — главные действующие лица и могли что-то видеть… Это не допрос, но если вы хотите, я позвоню вашим родителям…

— Еще чего не хватало! Без них разберемся! — решила Ира за себя и Андрея.

— Ну да. А то перепугаются до полусмерти, — согласился юный Дед Мороз и спросил, когда они зашли в пустой кабинет: — А бороду-то хоть можно снять?

— Конечно. Даже нужно! — поспешил заверить милиционер.

— Иначе кто ж тебя опознает как опасного рецидивиста, — подколола Ира, которая, однако, сама с удовольствием избавилась от надоевшей косы и шубы Снегурочки.

— А теперь расскажите все по порядку. — Лейтенант Жаров уселся за учительский стол, отчего-то покраснел и достал блокнот с авторучкой. Конечно, ребят следовало бы опросить по очереди, но милиционер решил махнуть рукой на формальности.

— Да что рассказывать-то? — почесал голову Андрей. После шапки и парика кожа под волосами сильно зудела.

— Все. С самого начала. Как вы вообще стали Дедом Морозом и Снегурочкой?

— Значит, так. Я собираюсь стать актрисой… — Ира во избежание недоразумений и для пояснения сказанного повернулась в профиль и потом опять в фас. Андрей даже подумал, что еще немного, и она предложит следователю автограф. — А роль Снегурочки для начала не самая плохая. Вот я и подумала, что глупо от нее отказываться.

— А вы тоже собираетесь стать актером? — вежливо поинтересовался лейтенант у Андрея.

— Я? В общем, нет… так, за компанию… — смутился тот.

— Андрюшка узнал, что я буду Снегурочкой, и тут же захотел стать Дедом Морозом, — выдала секрет Ира. — А вообще-то борода ему к лицу.

— Понятно. — Милиционер задумчиво провел рукой по своему гладко выбритому подбородку, а потом собрался что-то записать в блокноте, но передумал и только щелкнул ручкой. — А кому вообще пришла в голову идея… пригласить вас?

— Мы конкурс выиграли, — объяснил Андрей.

— И, главное, мы ничуть не хуже профессиональных актеров! — поспешила заверить Ира, подумав, что следователь усомнился в ее сценическом даровании. — Мы еще несколько утренников провести должны.

— Если после сегодняшнего нам разрешат, — тихо обронил Андрей.

— Что вы делали, когда погас свет? — задал следующий вопрос лейтенант Жаров и на сей раз что-то набросал в блокноте. Но потом зачеркнул написанное и сделал новые пометки.

— Я просил елочку, чтобы она зажглась, — честно ответил Андрей.

— А я ждала за дверью, когда она зажжется, и меня позовут, — добавила Ира.

— То есть вас в этот момент в зале не было? — Лейтенант от волнения стал грызть кончик авторучки, что выглядело бы не слишком солидно даже для рядового.

— Я ожидала своего выхода, — с достоинством примадонны пояснила Ира.

— А в ожидании выхода вы не видели или не слышали ничего странного? — Жаров подался вперед, стиснув ручку, словно рукоятку пистолета.

— Ну, как вам сказать. — Ира немного задумалась. — Свет погас неожиданно, и сначала наступила мертвая тишина, даже жутко стало, — продолжила она драматическим шепотом. — Потом раздался голос Николая Семеновича.

— И что же он говорил? — Лейтенант наклонился вперед еще больше.

— Обязательно пересказывать все его слова? — уточнила Ира, припоминая образный, хотя и не очень связный монолог школьного мастера, думавшего, что никто из учеников его в данный момент не слышит.

— Можете написать. — Покрасневший милиционер протянул Снегурочке криво вырванный листок из блокнота и многострадальную ручку.

— Не уверена, как пишутся некоторые слова, — задумалась девочка. Но все же черкнула пару строк и передала листок Жарову, заметив: — По смыслу вроде верно.

Прочитав написанное, лейтенант покраснел еще сильнее, быстро прикрыл бумагу рукой и спросил, а что, собственно, делал завхоз, и где он находился.

— Николай Семенович должен был зажечь иллюминацию, — ответила Ира. — А где находился… Не знаю точно, где она включается. Я его не видела.

— А кроме него, — лейтенант заглянул в блокнот, — никого видно или слышно не было?

— Видно не было, зато слышно очень многое. Ну, кроме шума в зале, конечно. — Ира слегка задумалась. — Двери хлопали. И такая беготня началась. Я и не думала, что на каникулах по школе столько народу ходит.

— Понятно, — протянул милиционер, хотя на тот момент еще мало что понимал. — А видно совсем ничего не было?

— Нет. — Ира покачала головой. — Вот только меня кто-то задел в темноте. В чем-то мягком. Я еще подумала, что на шубу Деда Мороза похоже. Даже окликнула, думала, что Андрей. Но никто не отозвался.

— Что ж, понятно, — еще раз произнес лейтенант, словно пытаясь убедить самого себя, и повернулся к Андрею. — А как объяснить, что часть пропавших вещей оказалась в мешке?

— Не знаю, — честно признался мальчик. — Мешок под елкой стоял, к нему любой мог подойти.

— Очень жаль, что никто не охранял мешок, — не слишком логично заметил следователь. Ведь, если подумать, из мешка ничего не пропало, наоборот, вещей в нем прибавилось.

— Ну, мы же не знали, что по школе Бармалей с вилкой носится, — пожала плечами Ира, которую разговор уже утомил.

— Так, хорошо… — Милиционер задумался, о чем бы еще спросить юных артистов.

Дверь в кабинет тихо отворилась.

— Очень хорошо, что вы здесь! — На пороге появился капитан Морозов, довольно потиравший руки.

Любой его подчиненный сейчас понял бы по виду начальника, что капитан напал на след. А потирание рук и непривычно доброе выражение лица не предвещало преступнику ничего хорошего.

— Дети изображали Деда Мороза и Снегурочку, — стал докладывать лейтенант, словно школьник, отвечающий урок. — Ничего подозрительного не видели и не слышали, за исключением… — Он протянул старшему по званию бумагу с вольным изложением речи Николая Семеновича и вкратце рассказал о беготне в коридоре.

— Это оставим филологам, — усмехнулся капитан, пробежав глазами записанные выражения. — Детям таких слов знать не положено.

— Вот и я думаю, что же они означают? — съязвила Ира, которой не понравился тон милиционера.

— А скажите, молодые люди, — капитан пропустил колкость мимо ушей, — не отлучался ли кто-то из вас из школы во время представления? А в особенности когда погас свет?

— Я не отлучался. Не смог бы, даже если бы захотел. Меня со всех сторон облепили, — признался Андрей. На самом деле отлучиться ему очень хотелось, но во время утренника, да еще в костюме Деда Мороза, возможности не было.

— А я смогла бы, но никуда не ходила, — ответил Ира. — Перед выходом на сцену нужно сосредоточиться на роли, а не бродить где попало. Это вам любая актриса скажет.

— А вот Галина Тимофеевна утверждает обратное, — вкрадчивым голосом произнес капитан, однако его стальной взгляд буквально сверлил ребят.

— Какая еще Галина Тимофеевна? — не поняла Ира.

— Наверное, тетя Галя из гардероба, — догадался Андрей.

— Именно она, — подтвердил капитан.

— И что же она могла видеть? — спросил Андрей.

— Старушка, кажется, вообще мало что видит, — усмехнулась Ира, вспомнив подслеповатую пенсионерку, зарабатывавшую в школе прибавку к пенсии.

— Вполне достаточно, чтобы разглядеть Снегурочку, покидающую здание через черный ход! — заметил капитан, умолчав о том, что свидетельница издалека разглядела только яркий наряд и не смогла бы опознать человека, но в цвете была вполне уверена.

— Ну, не знаю, — искренне удивилась Ира. — Меня она точно не могла видеть.

— Мало ли сейчас по городу Дедов Морозов со Снегурочками ходит! — запальчиво воскликнул Андрей. Ему был неприятен сам факт подозрения, особенно по отношению к подруге.

Надо сказать, что когда речь заходила о Дедах Морозах, лейтенант Жаров прилагал большие усилия, чтобы не рассмеяться. Потому что в отделении милиции так называли капитана Морозова. Причем знали об этом все, кроме самого начальника.

— По городу немало, — усмехнулся теперь уже капитан, — а вот на территории школы совсем немного. Буквально двое. Так что настоятельно советую вам подумать.

— Костюм Снегурочки может надеть любая! Даже не будучи актрисой! — возмутилась Ира. — И если тут бродят какие-то самозванцы…

— Разумеется, — с усмешкой согласился капитан, — думаю, дело исключительно в самозванцах. Но все-таки очень рекомендую вам поразмыслить над своими показаниями перед тем, как мы будем записывать их официально.

Глава 3

По следу

— Премьера провалилась! — констатировала Ира, когда ребята наконец вышли из школьного здания. — Ничего, у великих артистов и авторов тоже такое бывало. Вот чеховская «Чайка», например…

— Скорее кто-то другой разыграл свой спектакль, — мрачно откликнулся Андрей, не настроенный сейчас слушать лекции по истории театрального искусства. — Подумать только, из-за них теперь нас подозревают!

— Улик против нас все равно нет. — Ира относилась к случившемуся гораздо спокойнее, чем партнер. Ей было даже интересно пережить такое приключение. — Давай уже выбросим неприятности из головы и будем к следующим представлениям готовиться.

— Если они состоятся, — пробурчал Андрей. — Кто захочет привести детей на праздник, где гаснет свет, а потом всех обворовывают?

— Думаю, состоятся, — немного подумав, ответила Ира. — Мы же тут ни при чем! А несчастные случаи везде бывают. Слушай, а может, изменить сценарий? Ввести в него твоего Бармалея, который будет всех пугать и попробует утащить подарки?

— И где мы Бармалея возьмем? — Андрей был не в восторге от идеи подруги.

— А вот хотя бы его, — оглянулась девочка. — Генка, Бармалеем будешь?

«Лучше крокодилом», — едва не сказал с досады Андрей, но сдержался. В конце концов, человек не виноват в своем имени. А задевать ни с того ни с сего соперника, да еще и поверженного, как-то неправильно. В старину сказали бы — не по-рыцарски.

Генка, их одноклассник, тоже претендовал на роль Деда Мороза, равно как и на место за одной партой с Ирой, на право нести ее сумку и прочие подобные вещи. Из-за этого они с Андреем прониклись друг к другу взаимной антипатией и находились в состоянии холодной войны, хотя когда-то ходили почти что в приятелях. Довести конфликт до открытого противоборства не позволяла Ира, но сейчас ей нравилось поддерживать в себе и партнере «творческое напряжение», как она выражалась. Что же касается роли Деда Мороза, то, по мнению Иры, Генка для нее не вышел фигурой и голосом, о чем девочка и заявила во всеуслышание. Кстати, что тот делал возле школы в данный момент, оставалось загадкой.

— Каким Бармалеем? — не понял Генка.

— Самым обыкновенным. Который бегает с вилкой по школе, выключает свет и ворует подарки, — небрежно пояснила Ира, словно перечисленные занятия составляли обычный распорядок дня среднестатистического Бармалея.

— Значит, для Бармалея я фигурой вышел? — с обидой в голосе уточнил Генка, не забывший своего провала на кастинге. — И голосом тоже?

— М-да… Ну, тогда не Бармалеем, а Кощеем. На него ты больше похож, — с ходу сориентировалась Ира.

— Да ну вас! — совсем обиделся Генка, высокая и тощая фигура которого при соответствующем гриме действительно подходила для изображения бессмертного героя, а ломающийся голос, если с ним немного поработать, вполне соответствовал бы роли тысячелетнего старца.

— Ну, не хочешь, как хочешь. Что ты тогда тут вообще делаешь?

— Погулять вышел. А что, нельзя? — пробурчал Генка и почему-то покраснел.

— Нашел место и время! — фыркнула Ира.

Погода действительно не располагала к прогулкам, как и территория вокруг школы.

— У нас тут ЧП случилось, — решил объяснить суть происходящего Андрей, которому вдруг стало очень жаль Генку. — Кто-то устроил короткое замыкание и обокрал зрителей.

— Да ну! — присвистнул Генка. — То-то, я смотрю, милиции понаехало. Даже испугался, не случилось ли чего. И как, поймали уже?

— Бармалея? Пока нет, — ответила Ира.

— А почему Бармалея? — уточнил удивленный Генка.

— Долгая история… — Андрей запнулся. — Про Бармалея я придумал, чтобы дети не боялись.

— Очень помогло! — съязвила Ира.

— Понятно… — протянул Генка точно таким же тоном, как незадолго до того лейтенант. На самом деле понятно мальчику было еще меньше. — Так значит, не поймали?

— Но есть подозреваемые, — обнадежила его Ира.

— И кто?

— Мы с Андрюхой, кто ж еще? Если не Бармалей, значит, дед Мороз со Снегурочкой. — Девочка пока не воспринимала ситуацию всерьез.

— Да что ты говоришь? — воскликнул Генка.

— Ничего, милиция скоро разберется, — не слишком уверенно проговорил Андрей. — В конце концов, у нас алиби есть.

— И очевидцы, которые его опровергают, — возразила Ира. — Ладно, мы тебе, Ген, потом подробнее расскажем. И так уже задержались!

В то же самое время капитан Морозов и лейтенант Жаров подводили первые итоги. И речь у них зашла тоже об алиби и уликах.

— Понятно, что дети тут ни при чем, — вздохнул лейтенант.

— Без детей тут не обошлось, это ясно! — одновременно с ним заявил капитан.

Милиционеры переглянулись. Сердито потрогав короткие ершистые усы, старший по званию принялся перечислять свои доводы.

— Во-первых, есть свидетель. — Морозов загнул большой палец. — Организация паники, дурацкая история с Бармалеем, во-вторых. — За большим последовал указательный. — Возможность у девицы устроить замыкание, у парня собрать вещи, а у той же девицы все вынести, в-третьих. — Средний палец присоединился к предыдущим. — Уверен, когда поработают криминалисты, прибавятся новые факты. — Капитан сжал кулак.

— Во-первых, показания свидетельницы ненадежны. — Лейтенант тоже принялся загибать пальцы, подражая начальнику, только на левой руке. Вообще-то спорить с капитаном Морозовым он отваживался редко, но сейчас был именно тот случай. — Гардеробщица и родную дочь в упор не разглядит. Во-вторых, на то, чтобы все провернуть, было очень мало времени, тут скорее работали профессионалы, а не дети. В-третьих, глупо подкладывать что-то в мешок, чтобы бросить подозрение на самого себя. А остальное… — Лейтенант задумался. — Другие факты появятся, когда выйдем на след настоящих преступников. — Жаров внимательно поглядел на свои пальцы, но вместо того, чтобы сжать кулак, распрямил их и положил ладонь на стол.

— В щитовой обнаружили остатки мишуры и вату, — доложил один из их коллег, заглянув в дверь.

— Ну, что я говорил! — усмехнулся капитан. — Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты… И Снегурочка, ватная шубка… Думаю, придется побеседовать с юными актерами официально, в присутствии родителей. А для начала, чтобы уж наверняка действовать, проследить за ними.

— Возможности у кого угодно были, — вполголоса произнес лейтенант. — А мишура с ватой здесь повсюду валяются. Новый год все-таки.

Однако он не мог не согласиться: юными артистами надо бы заняться серьезнее.

Проводить Иру толком Андрею не удалось. Не успели ребята расстаться с Генкой, как встретили отца девочки — тот, обеспокоенный долгим отсутствием дочери, вышел ей навстречу (телефон она забыла включить в суматохе, последовавшей за представлением). Ира тут же стала грузить родителя подробностями произошедшего, причем делала это не более ясно, чем в разговоре с несостоявшимся Бармалеем и Кощеем, так что объяснение предстояло долгое. Андрей, почувствовав себя лишним, наскоро попрощался и побрел своей дорогой. Сейчас был он с удовольствием обсудил случившееся хоть с кем-нибудь, даже с Генкой, но тот, как назло, уже успел куда-то испариться.

С этой стороны школьного здания ходили обычно только те, кто знал о существовании дырки в заборе и проходного двора, а остальные заходили с улицы. Так что снег здесь почти не был затоптан. Внимание Андрея, понуро глядевшего под ноги, привлекла довольно свежая двойная цепочка следов. Несколько секунд он не мог понять, что в ней было не так. И наконец мальчика осенило: следы выглядели так же, как у него, то есть их оставили не ботинки и не сапоги, а валенки. Конечно, никому не запрещено ходить в валенках, даже летом. А уж зимой в деревне или на даче это вообще незаменимая обувь. Но вот в городе ее, за исключением малышей, почти не носят. Если, конечно, ты не Дед Мороз, у которого валенки — часть форменной одежды. Андрей, входя в роль, долго убеждал себя надеть их, а потом с удивлением понял, насколько они удобные и теплые.

Конечно, это могло быть простым совпадением, но мальчик заподозрил неладное. Что в школьном двое делать другим Дедам Морозам? Сам не зная, что он хочет найти, Андрей побрел по следам, которые быстро засыпал падавший снег, лелея в душе надежду, что те, кто тут прошел, не выйдут на оживленную улицу, где след потерял бы даже специально обученный следопыт. Пока ему везло, и маршрут даже совпадал с его обычной дорогой до дома. Андрей так увлекся, что начал представлять себе, будто выслеживает опасного преступника или шпиона… От размышлений его отвлек ударивший в плечо снежок.

— Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты! — раздался насмешливый голос. — Где свою Снегурочку потерял?

— Тебе-то какое дело? — разозлился Андрей.

Невдалеке стоял Герман, парень, который изо всех одноклассников казался ему самым неприятным. Не то чтобы Андрей его боялся, но все-таки немного опасался. Тот страшно любил всех задирать и корчить из себя взрослого. Герман был действительно крупнее всех в классе и к тому же на год старше. Наверное, поэтому, как однажды съязвила Ира, глупости и вредности в нем помещалось значительно больше.

— А она, наверное, вещи прячет, — продолжал паясничать Герман. — Ну что, все подарки у детишек украли? А заодно у мам и пап?

— Отстань, говорю тебе! — Андрей с досадой видел, как снег, падавший все гуще, быстро засыпает следы. Но продолжать преследование в таком сопровождении он не хотел.

— Небось, все в мешке утащил, а? — Герман явно нарывался на конфликт. Нагло ухмыляясь, он подошел к Андрею вплотную и потянулся к мешку, в котором лежали невостребованные подарки и немного реквизита.

— Да пошел ты!

Андрей неожиданно для самого себя размахнулся и через голову ударил одноклассника мешком. Он не собирался наносить неприятному собеседнику вред, но случилось так, что увесистый мешок опустился прямо на шапку Германа, которая, к счастью для обоих, закрывала ему голову. Парень охнул и сел в сугроб. Наверное, в другое время Андрей бы сдержался и не стал размахивать руками, но сейчас мальчик был слишком взвинчен.

— Что, получил? — воскликнул он и тут же испугался, не повредил ли противника всерьез.

— Ты оборзел? Да я тебя…

Герман старался говорить угрожающе, но в его интонациях проскальзывал и испуг. От Андрея он такого явно не ожидал. Как и всякий задира, верзила по большому счету был трусом, поэтому, получив решительный отпор, быстро присмирел.

— Сиди, отдыхай! — У Андрея пропало желание оказывать первую помощь и вообще справляться о здоровье Германа. — Снеговик!

И мальчик, не оглядываясь, направился дальше, слыша за спиной невнятные угрозы. Следы уже едва просматривались, к тому же вскоре явно свернули на улицу. Оставалось только отправляться домой.

Настроение у него было самое паршивое. Помимо сорванного представления и неприятных подозрений Андрей предполагал, что Герман, придя в себя, не захочет оставить свое поражение безнаказанным и будет искать случая отомстить.

Глава 4

Украденные подарки

«Матч состоится в любую погоду», — так, кажется, писали раньше на футбольных афишах», — думал Андрей на следующий день, собирая нехитрый реквизит Деда Мороза и выходя рано утром из дома. Вчера мальчик был уверен, что после произошедшего в школе изображать этот персонаж ему больше не придется. Однако он ошибся. Вечером позвонила Ира и напомнила, что завтра у них утренник в детском саду. В том самом, который посещал ее младший брат.

Получить новогодние роли ребятам было непросто. Победа в школьном конкурсе оказалась самым легким этапом. Ведь не Германа же, в самом деле, назначать на роль Деда Мороза? Хорош был бы Дед Мороз, от которого порой несет табаком и который постоянно путается в тексте. Да он еще и какого-то первоклашку, случайно зашедшего на конкурс, напугал. Такому разве что Бармалея можно доверить, и то слишком страшно получится. И чего он только лез в артисты? Да и остальные претенденты играли так себе, без Ириного вдохновения. Некоторые вообще бормотали текст по роли, словно у доски отвечали. Правда, и сам Андрей, несмотря на старания, чувствовал себя на сцене неуютно, но Снегурочка вытянула, как говорят актеры, спектакль почти в одиночку.

А вот победить на районном конкурсе было посложнее, ведь в нем участвовали и ребята, занимающиеся в актерских студиях. Но Андрей с Ирой справились. Жюри понравился их сценарий — не обычный, шаблонный, а авторский. Андрей промучился с ним едва ли не целый месяц, но получилось здорово (для мальчика, по правде говоря, гораздо более важным оказалось одобрение Иры). После этой победы ребятам доверили провести несколько утренников в окрестных детских садах. Но начали они с родной школы. Кто ж знал, что премьера сложится так неудачно!

Вчера по телефону Андрей робко поинтересовался, не будет ли отменен спектакль из-за вчерашнего ограбления, но Ира в ответ разразилась длинной тирадой, смысл которой сводился к тому, что истинные актеры играют в любых условиях, даже если вокруг падают бомбы. И вообще, нельзя же лишать детей праздника из-за каких-то уродов. Если насчет бомб у Андрея и имелись сомнения, то с последним утверждением не поспоришь. Найти других Деда Мороза и Снегурочку организаторам утренника в предновогодней суете было бы совсем не просто.

Выйдя из дома, Андрей внимательно осмотрелся по сторонам. Ему очень не хотелось сталкиваться с Германом. Однако тот, как и любой нормальный человек во время каникул, наверное, еще видел сны. Так что путь оказался свободен. Погода была просто сказочной: снег радостно искрился на солнышке, создавая новогоднее настроение, так что мальчик скоро пришел в хорошее расположение духа. Вчерашнее ограбление казалось ему теперь простым недоразумением. Конечно, перед спектаклем он волновался, но ведь вчера, пока не погас свет, все шло нормально. Так что сегодня все должно получиться.

Ира, с которой они встретились по дороге, как и договорились по телефону, тоже разделяла его оптимизм. Опасалась только одного: как бы брат Димка не разоблачил Снегурочку. Впрочем, в костюме и гриме узнать ее мудрено. Но на всякий случай ребята решили немного порепетировать перед представлением.

— А вот и Кощей! — воскликнула Ира, разглядев среди деревьев одинокую долговязую фигуру. — Ты что, хочешь все-таки с нами? Тогда надо сценарий переписывать и костюм доставать.

— Привет, Генка! — великодушно поздоровался Андрей. В таком настроении даже он был готов пригласить соперника в спектакль. Но, разумеется, только на отрицательную роль. — Что ты тут делаешь?

— Привет! — не слишком радостно отозвался Генка, выходя из укрытия. Непонятно было, хотел он или нет, чтобы его заметили. — Как что? Гуляю. Погода хорошая.

— И часто ты у детского сада гуляешь? — спросила Ира.

— Да так, захотелось вдруг сегодня, — оправдывающимся голосом произнес покрасневший, возможно, от мороза, Генка. — Тихо тут, деревьев много…

Андрей ухмыльнулся и чуть не сказал, что на кладбище еще тише, да и деревьев побольше. Но сдержался.

— Пойдешь с нами? — предложила Ира.

— Туда, кроме детей и родителей, никого не пускают, — поспешно предупредил Андрей.

— Я лучше погуляю еще, — вздохнул Генка. — Чего в духоте сидеть.

— Ну, как знаешь, — ответила Ира, и ребята вошли в помещение.

В детском садике действительно было душно. Особенно в костюмах. Настоящий Дед Мороз точно растаял бы в такой обстановке. Похоже, организаторы страшно боялись, что кто-то из детей может простудиться. Но тут ничего не поделаешь. И утренник начался.

Андрей с самого начала с облегчением заметил, что в отличие от школы полного затемнения здесь устраивать не стали, да и большого количества иллюминации — очевидно, из противопожарных соображений — заметно не было. Так что все шло по плану. Вот только из-за духоты Дед Мороз со Снегурочкой мало работали вместе, периодически сменяя друг друга, чтобы выйти и глотнуть у окна в коридоре свежего воздуха.

Когда елочка, как и положено, зажглась в ответ на дружную просьбу собравшихся, Андрей и вовсе уверился, что на сей раз все действительно будет в порядке. Теперь можно было переходить к стихам, песням, хороводам и раздаче подарков.

Но вот на подарках-то и случилась заминка. Запустив руку в мешок, Дед Мороз, несмотря на жару, похолодел от нехорошего предчувствия. Андрей даже сквозь рукавицу ощутил, что подарок какой-то недетский. Хотя, кто его знает, может, это такой лимонад.

Увы, ошеломленный Дед Мороз на глазах у не менее изумленных зрителей вытащил на свет пустую бутылку из-под шампанского. Но удивлялись больше родители. Дети же, многие из которых знали, какой напиток предпочитают взрослые на новогодние праздники, отнеслись к неожиданности спокойнее и ждали продолжения. Быстро спрятав бутылку назад, Андрей буквально нырнул в мешок с головой в поисках более подходящих гостинцев, но там, помимо пустых бутылок, попадались только какие-то старые тряпки, газеты, фантики от конфет, кожура от мандаринов и прочие малоприятные вещи, как будто мешок сюда по ошибке притащили со свалки.

— Подарки будут позже, — растерянно произнес Андрей, вылезая из мешка и теряя шапку. — А пока давайте еще почитаем стихи!

— Нет, хочу подарок! — истерично взвизгнул какой-то особо нетерпеливый малыш, и его призыв был немедленно подхвачен остальной ребятней.

— Димка, хоть ты помолчи! — раздраженно воскликнула Снегурочка, бросаясь к мешку, чтобы самой разобраться в причине заминки.

— Это не Снегурочка, это Ирка! — догадался тут Дима. — Снегурочка не настоящая!

— И Дед Мороз не настоящий! Он под шапкой, как мальчик! — заметила одна наблюдательная девочка.

Рев обманутой детворы все усиливался, и родители наперебой принялись успокаивать своих чад, попутно выражая возмущение. Взбешенная заведующая, заглянув в мешок и убедившись, что подарков не будет, не церемонясь, вывела разоблаченных новогодних героев в коридор и грозно поинтересовалась, что вообще такое происходит, и куда они дели подарки? Но Андрей с Ирой знали об этом не больше ее. Вскоре к ней присоединилась мама Димы и Иры, тоже не понимавшая, что случилось. После вчерашнего рассказа дочери об ограблении в школе новое происшествие уже не казалось ей простым совпадением. Ире она, конечно, доверяла, но вот на Андрея глядела с большим подозрением.

Пропавшие подарки, на которые сбрасывались родители, были недешевыми, поэтому кто-то намекнул, что неплохо бы поставить в известность правоохранительные органы. Заведующая же детсадом, не желавшая скандала, противилась как могла. Однако когда выяснилось, что кроме подарков пропало и кое-что поценнее, стало ясно, что официального расследования не избежать. К тому же заведующая неожиданно превратилась в потерпевшую. Дело в том, что помимо подарков грабители на сей раз умудрились средь бела дня взломать дверь ее кабинета и унести ноутбук, а также некоторые личные вещи начальницы, включая практически новую очень недешевую шубу. Ее пострадавшая, на свою беду, не доверила гардеробу, а оставила у себя, так сказать, под присмотром.

Капитан Морозов и лейтенант Жаров прибыли на удивление быстро, словно только и ждали вызова. Услышав, что ограбление произошло на утреннике, пусть и не в школе, начальство послало на расследование именно их.

Когда стражи порядка увидели, с какими Дедом Морозом и Снегурочкой им придется иметь дело, усы у капитана встали дыбом, а лейтенант только тяжело вздохнул. Потому что подумал: выходит, во вчерашнем споре, как обычно, прав оказался начальник.

— Опять вы? — только и сумел выдавить из себя младший по званию.

— Доброе утро! — безмятежно поздоровалась Ира. — Рады вас видеть.

— Здравствуйте, — тихо пробормотал Андрей.

— Не могу разделить вашей радости, — сердито буркнул капитан. — Значит, все опять как вчера, а вы, конечно, ни при чем?

— Нет, не как вчера. Не было Бармалея с вилкой, — уточнила Ира. — Мы, правда, хотели Кощея привести, но он стеснительный, поэтому отказался.

— Сейчас мы разберемся и с Бармалеем, и с Кощеем, и со всем остальным зверинцем… — Капитан Морозов начинал закипать и едва сдерживался. В своем гневном порыве он сам не заметил, как причислил сказочную нечисть к животным. — Пойдите переоденьтесь. И позвоните родителям, пусть сюда приходят. После будем с вами работать.

Едва ребята удалились в крохотную комнатку, которую Ира окрестила гримерной, и где они оставили свои вещи, капитан, распорядившись никого не выпускать из здания и прислать служебную собаку, накинулся на лейтенанта:

— Почему эти милые детки, черти бы их побрали, не в шестом детском саду? Что там делает наш дежурный? И почему здесь, в девятом, никого нет?

— Я все записал! — Лейтенант слегка дрожащими пальцами торопливо раскрыл свой блокнот. — Вот!

На отдельной странице там красовалась крупная, четка цифра. Поля украшали какие-то завитушки, а сама цифра была красиво обведена и кое — где аккуратно заштрихована. Это была совершенно замечательная «девятка». Или «шестерка». С какой стороны посмотреть. Тот, кто посылал постового в детский сад № 6, явно посмотрел не с той.

О том, что нужно узнать, где будет проходить следующий утренник, а затем проследить за детьми — актерами, капитан принял решение еще вчера. Вот только такой нелепой ошибки от подчиненных он никак не ожидал.

Все понявший Жаров медленно заливался краской. Мало того, что ему было стыдно за свой рисунок, так ведь еще и получилось, что его небрежность привела к столь печальным последствиям!

— В следующий раз потрудитесь писать значок номера, — едва ли не по слогам посоветовал Морозов лейтенанту.

Жаров по собственному опыту знал, что такая замедленная и подчеркнуто вежливая речь начальника — худший признак. Это означало, что капитан вот-вот готов взорваться, и тогда уже никому не поздоровится. А взорваться, честно говоря, есть от чего.

Сегодня на подмогу следователям приехала целая команда различных специалистов. И их деятельность вскоре принесла свои плоды. Под окном, тем самым, к которому выходили подышать Ира с Андреем, обнаружилась большая вмятина, как будто кто-то поставил в сугроб нечто тяжелое, вроде мешка с подарками, а от окна вела двойная цепочка следов, оставленных валенками. Впрочем, она быстро выходила на улицу, и отыскать ее продолжение не смогли ни люди, ни служебная собака.

— Значит, сюда они поставили мешок, потом унесли его, отдали сообщникам, взяли другой мешок… — бормотал вполголоса капитан Морозов, проясняя для себя картину происшествия.

— А как же ребята вернулись? — рискнул вмешаться в его рассуждения лейтенант Жаров.

— Если они здесь, значит, как-то вернулись! — сердито зыркнул на подчиненного капитан. И принялся быстро расхаживать по комнате, сам почувствовав: что-то в его версии явно не клеится. — Они могли вернуться по своим следам.

Лейтенант не стал возражать, а только кашлянул, чтобы скрыть улыбку. Вид Деда Мороза со Снегурочкой, пятящихся задом наперед, непременно вызвал бы ажиотаж даже в новогодние дни. И даже если бы они просто шагали по собственным следам, это выглядело бы по меньшей мере странно.

— А зачем им было идти вдвоем? — поинтересовался Жаров.

— Награбили много, вот один и не мог унести, — буркнул Морозов, сознавая слабость собственных аргументов. Богатырем Андрей, конечно, не был, но с мешком подарков, ноутбуком и шубой как-нибудь справился бы. — Ничего, сейчас родители их явятся, мы и расспросим, зачем да почему.

Тем временем помощники, беседовавшие со свидетелями, приносили неутешительные для версии капитана сведения. И родители, и сотрудники детского садика в один голос утверждали, что в зале обязательно присутствовали или Дед Мороз, или Снегурочка, или тот и другая вместе. Учитывая, что отсутствие главных персонажей праздника трудно не заметить, гипотеза Морозова трещала по швам. Что же касается мешка с подарками, то его никто особо не охранял: тот мирно стоял за кулисами, куда мог проникнуть всякий, причем даже и из коридора.

Разговор с ребятами тоже не прибавил новых сведений. Разве что Ира при мамином присутствии меньше упоминала Бармалеев и Кощеев. Разнервничавшийся же папа Андрея, который насмотрелся, очевидно, американских детективов, хотел искать адвоката, но его сумели убедить, что этого пока не требуется — детей ни в чем не обвиняют. Беседа длилась долго. Капитан старался расписать передвижение актеров по минутам и найти в их показаниях противоречия. Но в конце концов ребят мирно отпустили домой, не забыв расспросить о творческих планах. Причем лейтенант Жаров записал их с особой тщательностью. И даже на всякий случай продублировал цифры словами.

Едва Дед Мороз со Снегурочкой покинули садик, как помощники представили следователям бабушку из соседнего дома, утверждая, что та — важный свидетель. Пенсионерка, довольная большим вниманием к собственной персоне, вела рассказ неторопливо, с большими отступлениями, норовя между делом нажаловаться на шумных соседей и бездельника дворника, не скалывающего лед, так что милиционерам пришлось запастись терпением. Зато когда старушка дошла до главного, затраченное время оправдалось сторицей.

— Варю я, значит, щи, — далее следовало подробное перечисление ингредиентов с указанием их цены и вкусовых качеств. — Потом гляжу в окно, а они лезут. — Наступила эффектная пауза.

— Кто лезет?

— Куда лезут? — уточняющие вопросы вырвались у измученных следователей одновременно.

— Как кто? Дед Мороз со Снегурочкой. Прямо из окна. Вот, думаю, дожили: теперь даже Дед Мороз через дверь не ходит. А они так шустро, шустро и бежать, только пятки засверкали. Я еще подумала, что совсем артисты с ума посходили.

— А мешок у них был? — Капитан Морозов победоносно поглядел на подчиненного.

— Был. Здоровенный такой! Как от картошки, только красный.

Теперь оставалось только определить время происшествия. Однако тут возникли проблемы, потому что щи давно сварились, а что в тот момент передавали по радио, пенсионерка, слушавшая его целый день, вспомнить не могла. Она, конечно, изо всех сил пыталась, но каждый раз выдвигала новый вариант, посему милиционеры были вынуждены попытки прояснить данный вопрос оставить. Узнали они только, что свидетельница, страдавшая бессонницей, вставала ни свет ни заря, так что время могло быть любым, начиная с раннего утра.

— Итак, у нас есть свидетель! — Капитан Морозов довольно потер руки и пригладил усы.

— Но другие свидетели говорят обратное, — не сдавался лейтенант.

— А потому, что мешок подменили еще до представления! — улыбнулся капитан, назидательно поднимая вверх указательный палец. — Актерам и не нужно было уходить во время утренника. Один мешок унесли, а другой, заготовленный, поставили. Посмеяться над нами захотели! — Морозов лихо провел пальцем по усам.

— А успели бы? — усомнился Жаров.

— Они сами сказали, что пораньше пришли. Мол, порепетировать и настроиться собирались. — Морозов на всякий случай сверился с записями.

Ребята действительно по настоянию Иры явились в детский сад заранее и, попросив, чтобы их не беспокоили, битых полчаса репетировали в пустой игровой комнате. Девочке очень хотелось, чтобы праздник прошел без сучка без задоринки. И на репетиции все получалось…

— Зачем же вдвоем было идти? — недоумевал подчиненный.

— Об этом у них потом спросим, — уклончиво ответил шеф. По правде говоря, данный момент представлялся ему самому весьма туманным. — Может, не доверяют друг другу. А может, чтобы потом появиться вместе, как будто только пришли.

— Ну а шуба? А компьютер? — выдвинул последний аргумент Жаров.

— Их мог вынести и передать сообщнику кто-то один, — удовлетворенно подытожил Морозов. — Теперь все сходится.

— Так что же с детьми делать? — расстроился лейтенант.

— Будем проверять контакты и не спускать с них глаз, — решил капитан. — За ними явно стоит кто-то из взрослых. И мы его сцапаем! — Морозов значительно посмотрел на свои пальцы и медленно сжал кулак.

Глава 5

Подозреваемый

Ребята возвращались домой порознь, в родительском сопровождении. От прекрасного утреннего настроения не осталось и следа. Да и небо заволокло тучами, предвещавшими очередной снегопад. По пути Андрей заметил Германа вместе с рослым парнем из их же школы. Оба верзилы переговаривались и посматривали в его сторону, так что мальчик порадовался, что идет вместе с отцом. Он не без злорадства отметил, что Герман несколько раз потер макушку, по которой ему вчера и досталось.

Дома Андрею пришлось еще раз во всех подробностях пересказывать все, что случилось на обоих представлениях. Родители, конечно, не подозревали сына в чем-то нехорошем, однако такое совпадение заставило призадуматься и их. Мама даже предположила, что случившееся может быть как-то связано с Ирой, которую она отчего-то недолюбливала, считая пустой и чересчур кокетливой.

Впрочем, Ирины родители имели аналогичные подозрения относительно Андрея. Мама вообще заявила, что мальчик оказывает на нее дурное влияние, и в качестве контрпримера привела Генку, который ей нравился куда больше. В ответ Ира шутливо посетовала, что виновата во всем она: свела, мол, Андрея с ума, вот он и подался в разбойники. После чего серьезный разговор стал невозможен.

Как бы то ни было, в планах у ребят значились еще несколько представлений, и надо было срочно решать, отменять их или нет. Андрею уже хотелось ото всего отказаться. Однако Ира была настроена решительно и заявила, что не будет участвовать в спектаклях, только если ей запретит играть лично президент, генсек ООН или на худой конец капитан Морозов. После таких слов ничего не оставалось, как готовиться к очередному утреннику.

Утром Андрей ожидал увидеть на месте представления как минимум постового милиционера. Ира же считала, что возле детского садика, скорее всего, будет базироваться автобус с омоновцами. Но ничего подобного не случилось. Капитан Морозов очень хотел поймать преступника с поличным и боялся его спугнуть, поэтому решил ограничиться агентами в штатском. Один дежурил неподалеку от электрощита, изображая рабочего, занятого ремонтом пола. Он же присматривал за мешком с подарками. Другой сотрудник гулял с собакой, контролируя окна и запасной выход. А еще у одного коллеги капитана в этот садик ходил сынишка, так что он совершенно естественным образом находился среди родителей. В гардеробе также дежурила сотрудница милиции. Морозов же с Жаровым сидели в автомобиле на ближайшей улице, готовые в любой момент оказаться на месте.

— Ничему люди не учатся, — вздохнула Ира, которая, разумеется, об их приготовлениях ничего не знала.

— А почему они должны быть именно здесь? Садиков и школ вон сколько! — возразил Андрей.

— Потому что ограбления происходят рядом с нами. Я считаю, что это судьба, — ответила девочка. — Как в детективах: где появляется Пуаро или мисс Марпл, там убийство и происходит.

Андрей подумал, что еще одно такое проявление судьбы может привести к самым печальным последствиям для них, однако промолчал. Все равно ни от Иры, ни от него, похоже, ничего не зависело.

Представление шло как по маслу. Снегурочка просто блистала, а вот Дед Мороз был мрачен и напряжен. Андрей все время ожидал: вот-вот должно что-то случиться. Ира даже на него разозлилась. И прошептала, мол, если бы знала, что он будет так себя вести, пригласила бы вместо него Генку. А то, что тот тощий и длинный, не беда, можно и подушку к животу привязать.

Настало время идти за подарками. Вслед за Андреем с места поднялся милиционер — родитель, якобы собравшись в туалет. Из коридора доносились приглушенные звуки. Оба немедленно бросились туда. Мнимого рабочего нигде не было видно, зато мешок странным образом извивался и что-то неразборчиво мычал. А в коридоре пахло больницей.

С трудом развязав мешок, завязанный столь крепко, что узел никак не хотел поддаваться, Андрей с милиционером увидели в нем мнимого рабочего. Правда, без спецовки и инструментов. Руки у него были связаны, а изо рта торчал кляп. Дети снова остались без подарков.

Когда примчавшийся на место событий капитан Морозов увидел вместо задержанного преступника своего коллегу, усы у него встали дыбом. Некоторое время он не мог выдавить из себя ни слова, только тяжело дышал, свирепо вращая готовыми вылезти из орбит глазами. Если бы его в этот момент видела Ира, она бы решила, что лучшего кандидата в Бармалеи ей не сыскать. Лейтенант Жаров пришел в себя быстрее и теперь переговаривался с недоумевающими сослуживцами, пытаясь восстановить картину происшествия.

— Вот так подарочек! — прохрипел капитан, когда к нему вернулась речь.

Сейчас он люто ненавидел не только всех на свете Дедов Морозов и Снегурочек, но и новогодний праздник вообще, а также тех, кто был к нему причастен, и даже персонально императора Петра Первого, установившего этот зимний обычай.

Пострадавший милиционер, которого усыпили при помощи хлороформа и в таком виде засунули в мешок, все еще приходил в себя и говорил довольно несвязно. Но можно было разобрать, что в своих бедах он обвиняет Деда Мороза, называя его «коварным старикашкой», который его то ли отвлек, то ли куда-то заманил.

— Как вы могли упустить преступника? — кричал капитан на оскандалившихся подчиненных. — Один позволяет себя усыпить, другие — хлопают глазами… Вы сыщики или зайчики новогодние? Как они вышли из здания?

— Наверное, через дверь, — робко ответила женщина, дежурившая в гардеробе.

— Так… Хорошо, что не вылетели через трубу на метле.

Морозов уже взял себя в руки и говорил медленно, тщательно произнося каждое слово. В другой ситуации картина, нарисованная начальником: Снегурочка, использующая транспорт Бабы-яги, — могла бы вызвать улыбку у милиционеров. Но сейчас…

— А вы, сержант, стало быть, раскрыли эту дверь и пожелали им счастливого пути? — язвительно обронил капитан. — Мешок часом не помогли поднести?

— Я знала, что в здании будет наш дежурный, переодетый рабочим. Но в лицо его не знала, ведь на пост позже заступила, — оправдывалась молоденькая сотрудница. Губы и ресницы у нее дрожали, и казалось, она сейчас разревется. — Меня вообще из другого отделения прислали.

Капитан Морозов издал звук, средний между стоном раненого буйвола и рычанием голодного тигра, призывая тем самым продолжить рассказ.

— Так что, когда рабочий вышел, я не подумала ничего плохого. Он еще шапку Деда Мороза на себя нацепил, веселый такой. Нес сумку с инструментами, что-то в ней позвякивало. А Снегурочка за ним шла. Я на нее мельком глянула. Помню, у меня мысль была, что она больше на парня похожа. Рабочий сказал, что ему со Снегурочкой нужно к вам зайти, за инструкциями…

— С ним еще и Снегурочка была! И их выпустили! — Казалось, еще немного, и капитан начнет рвать на себе усы.

— Он еще по рации сообщил, что все, мол, нормально, выхожу с объектом, препятствовать не надо…

— Рация была украдена вместе с одеждой, — подтвердил лейтенант Жаров, добившийся наконец какого-то толка от приходящего в себя коллеги.

— Поэтому я и не вмешивался, — поспешил заявить оперативник, гулявший с собакой. — Продолжал вести наблюдение.

— А когда Снегурочка вернулась? — поинтересовался капитан.

— Она не возвращалась! — хором заявили проморгавшие грабителей оперативники.

— Снегурочка на месте, — тихо сказал лейтенант, уже успевший заметить старых знакомых.

— А в обычной одежде кто-нибудь заходил?

— Никак нет!

— Значит, это была другая Снегурочка, — с облегчением вздохнул Жаров, отчего-то симпатизировавший Ире и Андрею. За это он удостоился сердитого взгляда начальника, который был уверен, что дерзкие и наглые мошенники просто придумали очередной трюк.

С ребятами на сей раз говорили чисто формально. Все равно каждую их отлучку тщательно фиксировал милиционер в зале, и выходило, что времени для пленения оперативника и выноса вещей у них было отнюдь не достаточно. Чтобы лишний раз не выходить из себя, провести беседу с юными актерами капитан доверил Жарову. Разумеется, Ира с Андреем ничего не знали и помочь ничем не могли.

Сержант милиции, дежурившая в гардеробе, заходила для их опознания, но все Деды Морозы и Снегурочки в гриме на удивление похожи, так что сказать, Ира выходила с лжерабочим или нет, она не могла. Женщина сообщила только, что та Снегурочка была несколько повыше. Пострадавший оперативник также не опознал Андрея, но и ему показалось, что обидчик был габаритнее.

— Странно, когда они заходили, то выглядели представительнее… — еще раз посмотрев на ребят, заметила сотрудница.

— А мы вас и не видели, — заявил Андрей. — Гардероб еще был закрыт.

— Мы же опять пришли пораньше, чтобы порепетировать, — пояснила Ира таким тоном, каким обычно общалась с братом — детсадовцем.

— В какое время точно? — заволновался Жаров. И, сверив показания, лейтенант понял: в детском саду находились две пары новогодних героев!

Узнав об открытии подчиненного, капитан Морозов все равно не отказался от подозрений. Он был готов следить за ребятами до победного конца, но более высокое начальство, как и организаторы следующего праздника, решили не рисковать. Для Андрея с Ирой срочно было решено подыскать замену. Таким образом их артистическая деятельность — по крайней мере в эти каникулы — завершилась.

— Вот так ломаются актерские карьеры! — вздохнула Ира, выйдя на свежий воздух. — из-за каких-то уродов!

— Эх, поймать бы их, — поддержал Андрей, испытывавший, однако, тайное облегчение.

Мальчик и представить себе не мог, к каким последствиям приведет его возглас.

— Привет, Генка, ты никого подозрительного не видел? — крикнула Ира, заметив долговязую фигуру одноклассника, снова, по всей вероятности, совершенно случайно оказавшегося рядом.

— А кого я должен был видеть? — насупившись, откликнулся Генка.

— Ты чего дуешься, как мышь на крупу? — спросила Ира.

— А чего вы то здороваетесь, то не замечаете меня? — пробубнил Генка.

— Когда это было? — удивился Андрей.

— Как когда? Например, вчера днем. Я вам машу рукой, а вы как припустили… И сегодня вот тоже. Ира вышла из садика с кем-то, а в мою сторону даже не посмотрела.

— Да я вообще тебя не видела! И не выходила…

— Постойте-ка! — Андрей начал что-то понимать и хотел закрепить и развить свою мысль. Он даже поднял вверх указательный палец, словно в знак важности своего открытия.

Но с мысли мальчика сбил автомобильный гудок. Это Ирин отец, проезжавший мимо, увидел дочку и, хотя до дома было всего ничего, решил подвезти ее, а заодно и ребят. Андрей сел в машину, а все еще обиженный и недоумевающий Генка отказался.

В результате во время короткой поездки Андрей был приглашен на обед. И мальчик согласился. Все равно у него дома никого не было, а самому разогревать еду не хотелось. Конечно, Ирина мама с некоторых пор посматривала на него косо, но она как раз находилась на работе. Папа же против Андрея ничего не имел.

— А ты был прав, мы должны их поймать, — решительно заявила Ира, когда обед был окончен, и папа ушел в другую комнату.

— Кого поймать? — Слегка объевшийся Андрей пребывал в полудремотном состоянии и соображал небыстро.

— Как кого, настоящих преступников! Они нам спектакли срывают, детей праздника лишают, а мы должны на это спокойно смотреть?

— Ну и как ты их поймаешь? Вон капитан ловит-ловит, а поймать не может. Хотя у него помощников целый отряд.

— Иногда сыщик-любитель работает гораздо эффективнее, чем профессионалы. Вспомни детективы! — ответила Ира, уже пыля энтузиазмом. — Мы же все время оказывались рядом с преступниками! Наверняка что-то видели или слышали, только выводов не сделали.

— Давай вспоминать, — согласился Андрей. И тут снова поймал ускользнувшую было мысль: — Преступники одеты точно так же, как мы, поэтому нас все и подозревают.

— Логично, — кивнула Ира. И опять возмутилась: — Получается, фальшивые Дед Мороз со Снегурочкой не только наши роли отнимают, но и нас подставляют! Вот ведь негодяи! Когда до них доберусь, все выскажу! Только кто бы это мог быть?

— Странно, что они идут в те же места, куда и мы, — задумался Андрей. — Наверняка не случайно. То ли они про утренники что-то знают, то ли нам специально хотят подставить…

— Кто же нас так не любит? — хмыкнула Ира. И вдруг нахмурилась и даже слегка побледнела. — Неужели он?

— Кто он? — переспросил Андрей, догадываясь, о ком идет речь, но не желая сам произносить имя соперника.

— Генка, кто ж еще, — выдохнула девочка. — Он все время рядом крутится. Выходит, неспроста.

— Может, он того… — замялся Андрей, который изо всех сил старался отнестись к бывшему приятелю объективно. — Ну, чтобы… с тобой поговорить, что ли…

— Я тоже так сначала думала, — кивнула Ира. — А сейчас… Наверное, он все это от обиды делает, что не он Дед Мороза. Или от ревности. — Последняя версия приятно щекотала самолюбие девочки.

— Ну, не знаю… — Андрей попытался поставить себя на Генкино место. — Как-то на него непохоже.

— Если бы все преступники были похожи на преступников, раскрыть бы их ничего не стоило, — резонно заметила Ира.

— У него мать медсестрой работает, — вдруг вспомнил Андрей. — Он у нее на работе мог достать ту самую вонючку, как ее там.

— Хлороформ, — подсказала название Ира. — Точно, все сходится!

— А кто же тогда сообщники?

— Их мы и должны вычислить. Последим за Генкой и узнаем.

— Но если он это делает, чтобы нам досадить, то теперь должен все прекратить, — возразил Андрей.

— Преступники редко останавливаются на достигнутом, — покачала головой Ира. — Грабят и грабят, пока их не схватят.

— А он может и не знать, что наш спектакль отменен, и нам замену найдут, — подумал вслух Андрей.

— Точно! Ты гений! — воскликнула Ира, заставив друга покраснеть. — Мы завтра наденем костюмы и как ни в чем не бывало отправимся на утренник. А если встретим Генку, то потом спрячемся и за ним проследим. Идет?

— Идет.

Андрей согласился, однако без особого восторга. Разоблачать Генку ему не слишком хотелось. Мальчик даже думал, что, возможно, стоит просто поговорить с ним начистоту. Но идея следить за преступниками все же захватила.

Попрощавшись с Ирой, Андрей направился к своему дому.

— Привет оборотню в шубе! — издевательски приветствовал его Герман около самого подъезда. Как ни странно, верзила, казалось, был настроен довольно миролюбиво. То ли опасался снова получить отпор, то ли просто находился в хорошем расположении духа. — Много подарков награбили?

— Не твое дело, — буркнул Андрей, подивившись, как быстро распространяются по городу новости.

— Конечно, не мое! Только твое и Снегурочки! — неожиданно согласился Герман, ехидно ухмыляясь.

Его ухмылку Андрей чувствовал даже спиной, уже направляясь к лифту.

Тем временем получившие выволочку от большого начальства капитан Морозов и лейтенант Жаров обсуждали, как продолжать расследование. Оперативников им больше не давали, так что рассчитывать они могли лишь на свои силы. Нужно было либо лично проконтролировать очередное место выступления Деда Мороза и Снегурочки, либо проследить за ребятами. И там, и там были свои плюсы и минусы. Слежка за садиком могла ничего и не дать — ведь после третьего ограбления, прошедшего удачно почти чудом, преступники скорее всего остановятся. Так что Морозов склонялся к мысли, что нужно еще поработать с детьми. Жаров же настаивал на том, что раз в деле замешаны другие Деды Морозы и Снегурочки, то искать нужно их, а дети тут ни при чем. Хотя наблюдение и может дать какие-то результаты, не зря же все вокруг них происходит.

Раздался телефонный звонок.

— Один украденный мобильник засекли, — весело сообщил в трубку сотрудник лаборатории, специализирующийся на связи. — Записывайте адресок!

Капитан чиркнул на бумаге название улицы, сверился со своими старыми заметками и хищно улыбнулся:

— Здравствуй, Дедушка Мороз!

Глянув на листок, лейтенант Жаров увидел, что похищенный мобильник находится где-то в районе дома, где живет Андрей.

— Обыск покуда можно отложить, — ответил Морозов на немой вопрос подчиненного. — Но с ребяток мы глаз не спустим! Погодите, будет и на нашей улице праздник… Будет и для нас подарок.

Глава 6

Слежка

Весь вечер Андрей провел в творческих муках, вытеснивших мысли о расследовании. Дело в том, что он иногда пробовал писать стихи, хотя и скрывал свои опыты ото всех в блокноте с маленьким замочком, лежащем в самой глубине ящика письменного стола. Конечно, родители не имели привычки шарить в вещах сына, но, как говорится, бережного бог бережет. Потому что прочитай кто его сочинения, Андрей сгорел бы со стыда.

В этот день — и с утра, и во время представления — у него в голове витали какие-то неоформленные мысли, который постепенно складывались в слова и фразы. К вечеру их оставалось только обработать, зарифмовать, подогнать размер, а как раз данные действия и были для юного поэта самыми сложными. Ему, словно скряге, которому жаль расстаться даже с копейкой, не хотелось терять ни одну мысль, ни один образ. Но потери при стихосложении были неизбежны.

Андрей то садился за стол, то начинал быстро расхаживать по комнате, бормоча слова и как будто пробуя рифмы на вкус. Он десятки раз зачеркивал написанное и тут же писал заново. Наконец ближе к полуночи стихи обрели должную форму. И даже показались Андрею по-настоящему хорошими. Мальчик по своему опыту знал, что, перечитав их на следующий день, наверняка разочаруется и, возможно, захочет их уничтожить. Но это будет потом. А пока он испытывал ощущение гордости от осознания того, что у него получилось.

И тут Андрею пришла в голову дерзкая мысль. А что если попробовать показать стихотворение той, которой оно посвящено? Представив, что Ира может прочесть его стихи, мальчик покрылся холодным потом, снова вскочил на ноги и быстро-быстро, почти бегом, зашагал из угла в угол. Естественно, прочитать вслух хотя бы строчку у него не хватит духу. Как и вручить красиво оформленное стихотворение. Но что если аккуратно все переписать и подложить Ире в сумку или в карман? Чем дальше, тем больше новая идея ему нравилась.

Чтобы не растерять решимость и не передумать, Андрей быстро сел за стол, взял чистый лист бумаги и тщательно, как в первом классе, выводя каждую букву, стал переписывать плод своего вдохновения. От усердия язык мальчика двигался вместе с ручкой. Конечно, можно было бы все сделать и на компьютере, но Андрей посчитал, что столь личные вещи должны писаться только от руки. Он даже жалел, что у него нет пера и чернильницы, как у стихотворцев прошлого, и что бумагу ему освещает не романтическая свеча, а самая обычная, прозаическая лампочка.

Когда дело было сделано, Андрей аккуратно свернул исписанный лист и положил его в карман шубы Деда Мороза, твердо надеясь, что на следующий день тот перекочует к Снегурочке. Только после этого мальчик лег в постель. Но в голове у него еще долго кружились, словно снежинки на ветру, слова и рифмы, так что заснуть удалось совсем не скоро.

Так как на сей раз комнату для переодевания, гримерную, ребятам никто не предоставил бы, решено было для конспирации выходить из дома сразу в костюмах. Вообще-то в новогодние дни таким нарядом никого не удивишь, однако Андрей чувствовал себя как-то неловко. Особенно когда детишки показывали на него пальцем, а то и пытались заговаривать. Хорошо хоть пустой мешок не тянул плечи. Андрей сам не знал, для чего его взял. Просто так уж положено Дедам Морозам.

Едва мальчик вышел из подъезда, как следом за ним направился невысокий человек, чье лицо до самого носа было замотано шарфом, хотя погода к этому не располагала — намечалась оттепель. Быть может, в другом настроении Андрей и заметил бы подозрительного типа, но сейчас карман жгли и оттягивали стихи, словно там лежал не листок бумаги, а кусок раскаленного металла.

Ира, которой не терпелось начать слежку, уже поджидала его на улице. В отличие от партнера по сцене и расследованию, девочка прекрасно выспалась и была готова действовать. И если ее что-то и волновало, так только слежка.

— Не оглядывайся, — загадочно процедила она сквозь зубы после обычных приветствий.

— Почему? — Андрей, который и не думал оглядываться, теперь с трудом преодолевал желание посмотреть себе за спину.

— За мной хвост, — одними губами произнесла Ира.

— Какой хвост? — не понял мальчик и даже скосил глаза на полу ее шубы.

— Какой-то длинный мужик. Сначала делал вид, будто витрину рассматривает, хотя там стекла так запотели, что ничего не увидишь. А когда я поближе подойти хотела, сразу прочь заспешил. Теперь вот опять увязался. Воротник поднял, чтобы его не узнали.

— Может, совпадение? — Затея с собственным расследованием уже не казалась Андрею такой уж хорошей.

— Хм, слишком много совпадений в последние дни, — покачала головой Ира.

— А вдруг ты ему просто понравилась?

— В костюме Снегурочки?! — Ира выразительно постучала по лбу. — Ты хочешь сказать, что он маньяк или извращенец какой-нибудь? Вот спасибо!

— Так что же получается? Кто-то следит, куда мы пойдем, чтобы ограбить то место? — недоумевал Андрей.

— Получается, так.

— Но зачем?

— Кто ж их знает, зачем? — пожала плечами Ира. — Это мы и должны выяснить.

Андрею не давал покоя таинственный преследователь. Он действительно забеспокоился за Иру. Вдруг неизвестный действительно какой-нибудь снегурочный маньяк? Улучив момент, мальчик заглянул в боковое зеркало припаркованной машины.

— Теперь их двое, — шепнул он. — Один длинный, а другой — маленький.

— Маленький, наверное, за тобой шел, только ты его не заметил, — решила Ира. — Эх ты, шляпа!

— Я же не шпион какой-нибудь! — пробурчал Андрей. — Откуда мне знать, что за мной будет хвост?

— Раз ввязался в расследование, должен был предполагать, — отрезала Ира.

— И что же теперь делать? Домой возвращаться? Или просто к ним подойти?

— Ты что, хочешь все загубить? Они не знают, что мы их заметили. И очень хорошо! Теперь эти двое будут думать, что следят за нами, а мы будем следить за ними!

Против такой логики возразить было нечего, и ребята молча продолжили путь к очередному садику.

— Вот видишь! — победоносно заявил капитан Морозов, едва сыщики, ведущие слежку, встретились. — На представлении их не ждут, а они надели костюмы и идут. Я же говорил, что без этих детишек тут не обошлось!

— Узнать бы, что ребята затеяли… — вздохнул лейтенант.

А ребята просто шли и внимательно смотрели по сторонам, надеясь увидеть что-то необычное. Несколько раз они встречали других ряженых, в которых всматривались более пристально. Кто-то из актеров приветствовал коллег, другие молча спешили по своим делам.

— А вот и подозреваемый, — еле слышно проговорила Ира. — Посмотри вправо, только голову не поворачивай.

Андрей изо всех сил скосил глаза и увидел прогуливающегося Генку. Тот внимательно смотрел в их сторону и, скорее всего, никак не мог решить, видит ли Иру с Андреем или кого-то другого. Наконец, вспомнив, что в полном гриме те не ходили, Генка продолжил высматривать одноклассников.

— Подозрительный тип. — Лейтенант тоже заметил Генку. — И, кажется, я его уже где-то видел.

— Возьмем на заметку, — постановил капитан. — Эх, проследить бы и за ним… Людей не хватает!

— Как считаешь, лучше следить снаружи или внутрь пойдем? — спросил Андрей.

— Много ты снаружи увидишь!

— Зато если кто-то будет убегать, ну там в окно вылезать, мы его сцапаем. Может, разделимся?

— Разделиться, конечно, можно. — Ира задумалась. — И будет кому за Генкой присмотреть. Вот только Дед Мороз или Снегурочка по отдельности подозрительнее выглядят.

— Это да, — согласился Андрей. — На улице следить надо в нормальной одежде, а не в маскарадном костюме.

— Вот-вот! Значит, идем внутрь! — скомандовала Ира.

Едва ребята направились к дверям, у капитана и лейтенанта возникли точно такие же колебания. Но они, взвесив все «за» и «против», решили разделиться. Капитан Морозов через несколько минут отправился греться в садик, а лейтенант Жаров остался мерзнуть и наблюдать снаружи, а заодно проследить за неизвестным мальчишкой.

— Чтой-то вы опять вернулись. Али забыли чего? — поинтересовалась у ребят дремавшая в гардеробе старушка.

— Забыли подарки, — коротко ответила Ира.

— Вот видишь, — прошептал Андрей, едва они миновали опасную зону, — настоящие Дед Мороз со Снегурочкой уже тут.

— Ага, прямо из Лапландии, — пошутила Ира.

— Из Лапландии Санта-Клаус, — ответил Андрей. — А наш, кажется, в Угличе живет. Или в Великом Устюге?

— Нашел время географией заниматься! — отчего-то разозлилась Ира, хотя «заниматься географией» начала именно она. — Может, они вовсе не настоящие. Может, как раз жулики пришли, а артисты потом явятся.

— Вот только как нам жуликов от артистов отличить? — вздохнул Андрей. — И главное — никому из них на глаза раньше времени не попасться.

— Кто захочет с мешком уйти, тот и жулик. Что ж тут непонятного! — ответила Ира.

— Может, нам пока костюмы снять и спрятать, чтобы в глаза не бросаться? — предложил Андрей.

— А что, можно, — согласилась Ира. — Наденем потом, когда представление начнется. А пока будем изображать сестру и брата каких-нибудь детишек.

По пути ребятам попалась каморка, в которой висело несколько халатов. Очевидно, ею пользовался обслуживающий персонал садика. Ребята с радостью скинули с себя ватные шубы и шапки. Помогая Ире, Андрей умудрился-таки положить бумажку со стихами в карман одеяния Снегурочки и в ту секунду чувствовал себя, словно вор, вытаскивающий чужой кошелек. Конечно, ничего плохого он не делал, но сердце колотилось, а дрожащие пальцы в нужный момент с трудом разжались. Ему немедленно захотелось забрать листок обратно, но дело было сделано, ведь для того, чтобы вернуть все назад, потребовалась бы новая оказия.

— Ну что, пойдем на разведку? — спросила ничего не заметившая Ира, разглядывая себя в зеркальце и наскоро приводя в порядок прическу.

— Рекогносцировку лучше проведем позже, — ответил Андрей.

— Что проведем? — не поняла Ира.

— Ре-ког-нос-ци-ров-ку, — повторил он, слегка покраснев. Это слово мальчик специально выучил вчера, чтобы блеснуть им при случае. Случай представился. — То есть осмотр местности.

— Так бы сразу и сказал. — На девочку умное слово особого впечатления не произвело. А чего ждать-то?

— Пока дети придут с родителями и братьями — сестрами. Тогда на нас никто внимания не обратит, — пояснил Андрей. — Логично, — кивнула девочка. — Посидим здесь.

Ребята прикрыли дверь, погасили свет, сели на небольшую стоявшую вдоль стены скамейку и стали ждать.

— Как в кино «Как украсть миллион», — вспомнила Ира старую комедию.

— Ага, — согласился Андрей, хотя фильм не смотрел. — Главное — не уснуть здесь и не прозевать все на свете.

Ира в ответ только широко зевнула.

— А вы кто такой будете?

В отличие от новогодних персонажей, капитана Морозова гардеробщица просто так пропускать не хотела. Она слышала что-то о кражах в других дошкольных заведениях, и усатый посетитель вызвал у нее подозрение.

— Я из милиции, — полушепотом ответил капитан, опасавшийся, что их могут услышать, и полез в карман за удостоверением.

— Какие лица? — гаркнула старушка. Она была глуховата, а потому невольно разговаривала громко.

— Я из ми-ли-ци-и, — по слогам повторил капитан, наклонившись к ней поближе и протягивая удостоверение. Он внимательно оглядывался по сторонам, но, к счастью, рядом никого не было видно.

Гардеробщица достала большие очки на цепочке, долго и внимательно изучала удостоверение, переводя взгляд с фотографии на лицо капитана, и наконец убедилась, что перед ней не самозванец.

— А, из милиции! — громко и радостно заявила она, довольная, что мероприятие будет безопасным. — Надо же, Морозов! Как Дед Мороз! Ну что же вы стоите, проходите! Пальто снимете?

— Деды Морозы со Снегурочками проходили? — поинтересовался на всякий случай капитан, отдавая пальто. Он говорил очень вежливо, хотя внутренне кипел и на все лады клял глухоту и громкий голос старушки.

— Еще как! Все утро ходят! — Гардеробщица отчего-то захихикала. — И откуда их столько взялось?

— Разберемся, — коротко откликнулся капитан и быстро прошел дальше, опасаясь, что еще немного, и о его визите станет известно всем.

Глава 7

В темноте

Сидеть в темноте и тишине было действительно скучновато. Несколько раз ребята начинали переговариваться шепотом, но быстро прекращали. Разговор в такой обстановке не клеился, и к тому же так можно было прослушать что-то важное.

В коридоре раздались уверенные, но медленные шаги. Как будто шагающий что-то искал или высматривал.

Ребята замерли. Сердце Андрея колотилось так, что мешало даже слушать казавшуюся грозной поступь неизвестного. Конечно, если подумать, ничего страшного с ребятами здесь не могло случиться. Обнаружив их, работники садика всего лишь с позором выгнали бы незваных гостей. Но у милиции появились бы новые подозрения. Хотя тоже неприятно, но несмертельно. Однако когда ты сидишь в темной каморке, доводы рассудка действуют слабо.

Ира крепко сжала руку Андрея. Ее довольно длинные ногти впились в кожу, и мальчик от неожиданности чуть не вскрикнул. Но сдержался, стараясь не обращать внимания на небольшую неприятность. Он почувствовал себя защитником спутницы, почти что рыцарем, и это было волнующее чувство, слегка отодвинувшее страх.

Шаги между тем приближались.

— Под лавку, быстро, — скомандовал шепотом Андрей, наклонившись к самому Ириному уху. Ее волосы приятно защекотали лицо.

Ира не стала возражать и спорить, и ребята, стараясь не шуметь, залегли под скамейку. Убирали в садике неплохо, пыли под лавкой не оказалось, но вот оставленные кем-то старые тапочки со специфическим запахом не радовали обоняние. Впрочем, юным сыщикам было не до жалоб.

Шаги остановились перед самой дверью. Через несколько секунд, показавшихся часами, раздался легкий скрип. Каморка слегка осветилась. Ребята замерли в надежде, что вошедший не вздумает зажечь свет и заглядывать под лавку. Они могли видеть только ботинки и слегка забрызганные грязью брюки. Их размер на самом деле был невелик, однако в данной обстановке казался почти гигантским.

То ли вошедший удовлетворился поверхностным осмотром, то ли просто не нашел выключатель, завешанный халатами, но только, постояв несколько секунд и загадочно произнеся вполголоса «Хм, халаты!», он прикрыл дверь и отправился дальше в неторопливое путешествие по коридору. Шубы-костюмы среди другой одежды в полумраке он не заметил.

Ребята дружно выдохнули. Им казалось, что этот звук получился очень громким, так что они испугались, не вернется ли странный посетитель. Но шаги продолжали удаляться. Ира и Андрей выползли из-под скамейки и некоторое время только шумно дышали.

— Что он сказал? «Халаты»? — нарушил молчание Андрей.

— Ага. Точно, грабитель! — решила девочка.

— Зачем грабителю могут понадобиться халаты? — резонно заметил Андрей. — Да еще старые. Разве что на тряпки!

— Ну, не знаю. Ты лучше у него спроси. Может, для маскировки? — Ира не слишком любила признавать ошибки. — А голос какой-то знакомый.

— Знакомый, — подтвердил мальчик. — Вот только не помню, чей.

— И я не помню. Эх, жаль лица не видно было.

— Если бы лицо было видно, то и он бы нас разглядел.

— Ладно, тише, а то вернется!

Некоторое время ребята просидели в тишине. А потом коридор постепенно стал оживать — персонал и ранние зрители готовились к утреннику. То и дело слышались шаги и обрывки разговоров.

— Ну что, выходим? — предложила Ира.

— Погоди еще, — возразил Андрей. — Кто-нибудь может заметить, что мы здесь сидели. Лучше дождемся начала представления. До него все равно ничего не случится.

— Ну, смотри, если прозеваем самое главное, я тебе никогда не прощу, — пригрозила Ира. — И чего мы здесь засели? Лучше бы в туалете спрятались, а потом вышли. И никаких подозрений.

— Ага, если бы никому не приспичило, — хмыкнул Андрей. — Давай пока опять под лавку переберемся, а то не ровен час кого-нибудь сюда опять принесет.

— Только тапочки уберем подальше, — согласилась Ира.

Едва ребята расположились на прежнем месте со всеми удобствами (Андрей додумался использовать свой пустой мешок в качестве матраса, который по сравнению с кафелем пола казался верхом комфорта), они поблагодарили себя за предусмотрительность. Потому что в коридоре раздался топот ног, и после хрипловатой команды «Сюда!» в каморку ввалились, шумно дыша, два человека. Дверь новые посетители закрыли тут же, поэтому лежащим под лавкой Андрею и Ире не было видно даже ног. Каморка наполнилась табачным запахом, смешанным с резким ароматом одеколона.

— Они нас не заметили? — раздался голос, снова смутно знакомый ребятам, но явно не принадлежавший взрослому человеку. Но из-за того, что говоривший шептал, тембр искажался, и Андрей с Ирой не могли опознать, кто же оказался здесь вместе с ними.

— Вряд ли, — последовал короткий ответ. На сей раз говорил мужчина, и, кажется, незнакомый юным сыщикам.

— А если заметили? — допытывался подросток.

— И что с того? Ну, удивились немного. Ты, главное, не дрейфь, все по плану пойдет, — успокоил его собеседник. — Слушай… Давай шубы скинем, а потом наденем. А то задохнемся тут к чертовой матери!

Послышался шорох снимаемой одежды. Ира опять вцепилась в руку Андрея, и мальчик от неожиданности едва не вскрикнул. «Хоть бы предупреждала, что ли!» — подумал он. Ребята не покидало ощущение, что положение гораздо серьезнее, чем в прошлый раз, и если их найдут, возможны крупные неприятности. Они были почти уверены, что на сей раз оказались в одной комнате с преступниками.

Несколько минут прошли в тишине. Ира с Андреем боялись пошевелиться, и у них начали затекать конечности. Из-за пыльного мешка хотелось чихнуть. К тому же Ирины ногти беспокоили Андрея все сильнее, и он подумал, что у роли рыцаря есть свои теневые стороны. И мальчик, и девочка, не сговариваясь, думали о том, как поступить, если их обнаружат. Ира готовилась громко закричать и, в случае чего, пустить в ход ногти. Андрей же готов был драться, хотя и понимал: его шансы при двух противниках невелики. Вот разве что одного резко дернуть за ноги и повалить, а со вторым — как получится…

Тишину прорезал телефонный звонок. Ребята похолодели — эта мелодия стояла на мобильнике Иры. Надо же, так глупо попасться из-за того, что кто-то вздумал ей позвонить в неподходящее время. Но тут Ира сообразила, что ее телефон находится в кармане, а никакой вибрации она не чувствует. Андрей же был готов привести в действие свой план и схватить ближайшую пару ног. И вдруг к мелодии звонка контрапунктом добавился звонкий звук затрещины.

— Сколько раз тебе говорить, что когда идешь на дело, хрень сотовую надо выключать! — прошипел злой голос, а следом раздался звук повторной затрещины.

На секунду каморка озарилась зеленоватым призрачным светом, и мелодия смолкла. Ира с Андреем перевели дух — такая же мелодия у одного из опасных соседей. Правда, теперь добавилось новое беспокойство: не зазвонит ли неожиданно какой-нибудь из их аппаратов. Ребята, не сговариваясь, подумали, что, когда ведешь расследование, телефоны тоже нужно выключать. Или, по крайней мере, отключать звук. Но пока, к счастью, желающих пообщаться с ними не находилось.

Расслабиться каморочным сидельцам никак не удавалось. Едва стих телефон, как в коридоре зазвучали целенаправленные шаги. Ире с Андреем даже показалось, что они узнали первого посетителя.

— Прячься! — раздался приглушенный голос того, кто еще недавно распекал подельника за телефон. — Живо!

Если бы эти двое вошли в каморку чуть раньше и имели возможность ее осмотреть, то, наверное, также попытались бы юркнуть под лавку, чего и опасались наши герои. Однако им такая мысль в голову не пришла — то ли потому, что скамейка была маловата для их габаритов, то ли оттого, что они пребывали в состоянии, близком к панике, то ли просто не успели разглядеть лавочку.

Раздался шорох. Похоже, один из пришедших пытался завернуться в шубу. Другой же притаился рядом с дверью, вероятно, надеясь, что новый посетитель за нее заглядывать не станет. Но, быть может, в его планы входило быстрое нападение с последующим бегством.

Дверь приоткрылась, но заглянувший снова не стал заходить, включать свет и учинять обыск. Он ограничился только загадочным: «Хм!» — и снова отправился в путь по коридору.

— Уф! Пронесло! — раздался голос подростка, когда шаги достаточно удалились.

— Скажи «спасибо», что он твой звонок не услышал, дебил! — отозвался взрослый. — Ладно, одеваемся и канаем отсюда.

Снова послышалась возня.

— Что-то мне шуба маловата, — пожаловался подросток.

— Жрать надо меньше! — отрезал его напарник. Потом прислушался к тишине в коридоре и скомандовал: — Выходим!

Дверь тихо скрипнула, и Андрей с Ирой снова остались вдвоем. Едва они вылезли из-под скамейки, как раздалась знакомая мелодия. Звонил Ирин телефон. Ребятам оставалось только поблагодарить звонящего за то, что тот не нажал на кнопку вызова несколькими минутами раньше.

— Ну что? Мы тоже будем канать? — предложила Ира, отключив коварный аппарат и решив в шутку пообщаться на языке преступников.

— Похоже, теперь пора, — согласился Андрей. — А то не ровен час еще кто-нибудь заявится. Или тот путешественник вернется… Слушай, а шубы здесь оставлять нельзя!

— Почему? Из-за того типа? — спросила девочка.

— Угу, — кивнул Андрей. — И не только. Здесь вообще бродят все кто ни попадя. Как увидят бесхозные костюмы, сразу шум поднимут.

— Но в шубах нам в зал не зайти! Может, их еще куда-нибудь припрятать?

— В зал-то не войти, но зато бандиты, если нас в них увидят, примут за настоящих артистов, — пояснил мальчик. — Да и у остальных, родителей и работников садика, к артистам наверняка больше доверия, чем к неизвестным школьникам, которые по территории болтаются. Так что тут есть свои плюсы. Надо только в зале не светиться.

— Ладно, уговорил, — проворчала Ира и начала одеваться. — Что-то на мне шуба, как мешок, болтается.

— Ничего, давай скорее, — ответил Андрей, а про себя добавил, что сейчас не самое удачное время для обсуждения фасонов одежды.

Они осторожно приоткрыли дверь в коридор. Там никого не было. Представление, наверное, уже началось. Оглянувшись на каморку, ребята поразились, как они, находясь в таком крохотном помещении наедине с преступниками, умудрились остаться незамеченными. Похоже, сегодня им просто везло.

— Ты только посмотри! Ну, точно, как на вешалке! — Ира продолжала переживать из-за шубы. — И рукава длинные…

— Конечно, ведь твою шубу украли! — догадался Андрей.

— Как украли?

— Ну, те типы перепутали в темноте. То-то один жаловался, что ему жмет! — мальчик рассмеялся.

— Смотреть надо! — Ира не находила в такой подмене ничего смешного. — Поглядела бы я на тебя, если б твой костюм на три размера больше был.

— Ничего, пережил бы, — усмехнулся Андрей. Но тут же ему стало не до смеха: он вспомнил о листке в кармане костюма девочки. Конечно, можно потом переписать стихи заново и даже решиться отдать Ире, но вот мысль о том, что стихи прочитает не просто кто-то чужой, а какой-то негодяй, была для него совершенно невыносима.

— Смотри-ка, а тут какая-то бумажка, — Ира на всякий случай успела проверить карманы своей новой одежды.

— И что тут? — Мальчик на секунду понадеялся, что ошибся. Тем более что карман был с той же стороны шубы.

— Ерунда какая-то, — пожала плечами Ира, глянув на листок. — Полный бред. Вот, почитай сам.

Увы, с первого взгляда было ясно, что бумага совсем другая. Впрочем, и хорошо. Андрею не хотелось бы, чтобы его произведение охарактеризовали словами «бред» и «ерунда».

В отличие от странички со стихами это был какой-то грязный лист, неровно вырванный из ученической клетчатой тетради и небрежно сложенный, почти скомканный. Даже пахло от него чем-то трудноуловимо неприятным. Почерк был под стать всему остальному — корявый и небрежный. Текст же напоминал излияния сумасшедшего. Он гласил:

«Гаги, огари, гагары очень любят ястреба. Да еще вверяют ястребу тьму. Кто верит альбатросу, решительно тот изменник, ренегат, анафема. Дураки верят альбатросам. Пусть альбатросы ревнивым огарям льстят. Они гоняют альбатросов рьяно. Век XXI».

— Знаешь, по-моему, это не просто преступники, а какие-то психи. Хорошо еще, если не буйные, — говорила Ира, пока Андрей изучал загадочное послание. — Странно только, что помешаны они на птицах, а воруют подарки. Им бы в курятнике орудовать. Или в зоопарке.

— Ничего не могу понять, — мальчик отчаянно наморщил лоб, соображая, что мог означать загадочный текст, но бред оставался бредом.

— Да брось ты! У нас и без того-то дел полно! — посоветовала Ира. — Пойдем ближе к залу.

— Как бросить? Это же улика! — возмутился Андрей. — Ладно, я потом еще подумаю. Или милиционерам отдам…

— Если ты милиционерам отдашь, они тебя сразу к психиатру переправят, — хмыкнула Ира. — Ну не хочешь, не выбрасывай. Только кончай тормозить!

Андрей еще раз взглянул на лист и спрятал его в карман. Ребята, прислушиваясь к звукам в здании, пошли по коридору, готовые в любой момент бежать и вернуться в свое убежище.

Глава 8

Погоня с валенками

Капитан Морозов всерьез подумывал о том, чтобы устроить засаду в каморке. Мимо нее, по идее, должны были пройти грабители. Но абсолютной уверенности в том, что другого пути нет, у него не было. И еще один момент: капитан находился в здании один, поэтому опасался, что, сидя в засаде, может прозевать самое важное и остаться с носом. Мелькнула даже мысль, не вызвать ли лейтенанта на подмогу, но потом Морозов решил этого не делать. Потому что наблюдатель на улице также необходим. Особенно если грабители сумеют-таки что-то украсть и будут удирать через окно. В результате Морозов решил основное внимание сосредоточить на представлении и на всем окружающем. И даже поймал себя на том, что ему интересно, что же похитители придумают сегодня.

Утренник, как и прошлые, начался без происшествий. Новые актеры работали профессионально и куда больше подходили по возрасту (по крайней мере, Дед Мороз). Они произносили заученные реплики, хотя в отличие от ребят и без особого энтузиазма. За прошедшие дни артисты уже потеряли счет таким сценкам, а впереди их предстояло не меньше. Они с трудом нашли в своем плотном графике время и для утренника в садике, который пришлось перенести на более ранний час. Дети, как и положено, переживали и радовались, а родители с воспитателями скучали.

Капитан Морозов старался запомнить каждое лицо и отмечал про себя каждое подозрительное действие. Особенно ему «на карандаш попадали входящие и выходящие». У менее опытного человека голова бы пошла кругом, но милиционер пока умудрялся держать все и всех в памяти. Мешок с подарками стоял на сцене, неподалеку от елки, поэтому его можно было держать в поле зрения постоянно. В гардеробщицу Морозов верил — такая придирчивая женщина вещи кому попало не отдаст. Правда, его слегка беспокоило то, что со сцены имелся запасной выход, которым и пользовались артисты, но что толку в нем для преступников, раз вещи далеко.

Ира и Андрей тихо подошли к двери в зал, которая оказалась слегка приоткрытой. Внутрь они решили не входить. Во-первых, не хотелось снова разоблачаться, да и костюмы деть было некуда. Во-вторых, чтобы лишний раз не раздражать капитана, который, чем черт не шутит, мог бы их задержать. А в-третьих, юные сыщики не хотели показываться на глаза настоящим преступникам. Ведь те их наверняка знали, а ребята их — нет. Стоять и ждать неизвестно чего было довольно глупо, но альтернативы не имелось. Сидение в зале или шатание по коридорам также представлялось занятием не из лучших.

— Надо бы, чтобы кто-то у запасного выхода подежурил, — предложила Ира.

— Давай я! — вызвался Андрей, уже немного одуревший от ожидания. К тому же по сути ему нужно было заглянуть в одно место, в чем он не хотел признаваться девочке.

Слегка поплутав по коридорам (небольшое здание оказалось на удивление запутанным, словно архитектор хотел, чтобы детям здесь хорошо игралось в казаков-разбойников), мальчик нашел помещение с заветными кабинками. То, что было просто и естественно для обычного человека, для Деда Мороза оказалось занятием достаточно мудреным. Шуба очень мешала, а повесить ее было некуда.

Едва Андрей справился со своим маскарадным костюмом, в коридоре послышались торопливые шаги и какая-то подозрительная возня. Возможно, настоящий сыщик моментально выскочил бы наружу, наплевав на приличия, или же сумел бы моментально закутаться в шубу. Но у Андрея было другое воспитание, да и курсов быстрого переодевания он не оканчивал. Оставалось только торопиться изо всех сил. Но спешка приводила лишь к дополнительной потере времени. Так что к тому моменту, когда мальчик смог осторожно выглянуть в коридор, там снова было пусто.

Недоумевая, что же произошло, Андрей хотел было вернуться к первоначальному плану и направиться к запасной двери, как вдруг снова услышал шаги и следом за ними — топот бегущего человека. Мальчик юркнул назад за дверь, но оставил щелку, чтобы не пропустить момент, когда надо будет вмешаться.

Артисту, изображавшему Деда Мороза, захотелось пройтись в том же направлении, что и Андрею. Да и просто слегка передохнуть, пока с детьми работала Снегурочка. Поэтому он быстро вышел через служебную дверь, намереваясь вернуться через несколько минут. И тут же нос к ному столкнулся с другой новогодней парой.

— Вы, ребята, что-то напутали, — усмехнулся он. — Праздник давно идет без вас.

Как-то раз у актера тоже был случай, когда в новогодней суете они с партнершей перепутали адрес. Так что сейчас настоящий Дед Мороз даже не удивился. Удивление наступило на секунду позже, когда коллега крепко его обхватил, а лже-Снегурочка поднесла к лицу платок с чем-то дурно пахнущим.

То ли артист отличался особо крепким здоровьем, то ли вещество успело немного выветриться, только преступникам пришлось с ним повозиться. На их счастье, в зале в тот момент играла громкая музыка, и никто ничего не услышал. А плененный Дед Мороз в пути продолжал трепыхаться, что и услышал Андрей. Посчитав каморку, где злоумышленники ждали своего выхода, подходящим местом, они притащили свою жертву туда, для верности связав и вставив в рот кляп. Если бы капитан Морозов сделал правильный выбор, он бы застал их с поличным. Но милиционер продолжал сидеть в зале, сердито хмурясь из-за временного отсутствия главного действующего лица. Впрочем, Снегурочка тоже с недовольством поглядывала на дверь, считая, что партнер чересчур увлекся отдыхом, пора бы ему вернуться к своим обязанностям.

Наконец дверь тихо заскрипела, и Дед Мороз вновь появился на сцене. Придирчивый наблюдатель мог бы заметить, что узор на шубе всеми любимого персонажа за несколько минут несколько изменился, да и сам он стал как будто пониже ростом, но ни дети, ни родители такими наблюдателями не были. Даже капитан Морозов, удостоверившись, что теперь все на месте, перенес свое внимание на одну женщину, подозрительно долго копавшуюся в сумочке. Снегурочка же в тот момент находилась чересчур далеко и в окружении детей, поэтому бросила в сторону Деда Мороза лишь беглый взгляд.

И только подглядывавшая в щелку Ира, которая после своего вынужденного переодевания относилась к костюмам особенно внимательно, заметила: что-то тут не так. Вот только как ей о своих подозрениях сообщить? Крикнуть на весь зал? Побежать к стенке? Но, по идее, Андрей должен контролировать другой выход. Может, это вообще он? Хотя вроде Дед Мороз повыше, чем ее партнер.

Тем временем Дед Мороз, деловито прошествовав по сцене, взвалил на плечи мешок с подарками и быстро, но с достоинством направился обратно к выходу. А в ответ на немой вопрос Снегурочки сделал рукой какой-то неопределенный жест, который должен был, очевидно, означать, что все в порядке, и он вот-вот вернется. Таким образом действия Деда Мороза вызвали подозрения по меньшей мере у двоих. А третьим оказался маленький мальчик, недоверчиво поинтересовавшийся: «Дедушка, а куда ты понес подарки?»

И тогда капитан Морозов и Ира, не сговариваясь, решили, что пришло время действовать.

— Дед Мороз не настоящий! Держите его! Он хочет украсть подарки! — закричала девочка, эффектно врываясь в помещение.

Вообще-то о том, что Дед Мороз не настоящий, догадывались даже некоторые малыши. А вот сообщение о краже подарков действительно прозвучало неприятной новостью.

— Милиция! Всем оставаться на своих местах! — синхронно с появлением Иры объявил капитан, вскакивая с кресла.

Морозов полез в карман за удостоверением, но люди, насмотревшиеся детективов, прониклись уверенностью, что сейчас он выхватит пистолет, и начнется пальба. Преступник же попытается захватить заложников. И в зале началась паника.

Вместо того чтобы оставаться на местах, люди повскакивали на ноги. Дети же в отличие от родителей были больше озабочены появлением второй Снегурочки. Ведь о существовании у новогоднего деда нескольких внучек не упоминалось ни в одной из сказок.

Фальшивый Дед Мороз, не дожидаясь разоблачения и ареста, использовал выгоды своего положения и ринулся к запасному выходу уже во всю прыть. Мешок он из рук не выпускал, хотя тяжелый и неудобный груз давал некоторые шансы на успех возможным преследователям. Снегурочка на сцене предпочла в ситуацию не вмешиваться, тем более что в дело уже вступила милиция. Она только ахнула: «Где же тогда Виталик?» — очевидно, имея в виду своего партнера. К тому же ее буквально облепили дети. Родители также не думали о чьей-то поимке, а, озабоченные безопасностью своих чад, ринулись за ними, перекрыв все проходы.

Так что поймать грабителя пытались только капитан Морозов и вошедшая в азарт Ира. Милиционер, рискуя сломать ноги, ловко продвигался вперед, перескакивал через стулья и кресла. Девочка же пыталась протиснуться сквозь толпу. К тому времени, когда капитан достиг сцены, человек в одежде Деда Мороза уже успел выбраться из зала. Бросив осуждающий взгляд назад, на Иру, которую капитан подозревал в отвлечении внимания и создании паники, Морозов ринулся в погоню. Девочка продиралась сквозь толпу не столь успешно. К тому же у капитана была фора, а ей пришлось бежать от самой двери. Предприняв решительное усилие, она все же выбралась на оперативный простор и побежала следом, сопровождаемая наивным детским вопросом: «Куда же ты, вторая Снегурочка?»

Ждать Андрею пришлось недолго. Из-за угла, отдуваясь под тяжестью ноши, выбежал человек в костюме Деда Мороза с большим мешком. Решив, что настал случай реабилитироваться за свою оплошность, мальчик выбежал в коридор с криком: «Стой, самозванец!»

Грабитель не ожидал такой встречи, однако останавливаться и не подумал, а, наоборот, ринулся напролом с воплем: «Уйди, сопляк!» Андрей уступать не собирался, и столкновение казалось неизбежным. Но преступник, то ли имевший больший опыт в подобных ситуациях, то ли просто более находчивый, в решающий момент использовал тайное оружие. Он резко перекинул увесистый мешок вперед, и не ожидавший ничего такого мальчик получил чувствительный толчок. Хорошо еще, что удар смягчила шуба! Однако Андрею и в ней мало не показалось. Дыхание перехватило, и он согнулся пополам, а потом медленно опустился на пол.

Торжествующий преступник побежал мимо, но Андрей, собрав волю в кулак, ухватил его за ногу. Тот резко дернулся и оставил в руках мальчика валенок. Не имея возможности восполнить деталь своей амуниции, злодей, грубо выругавшись и прихрамывая, помчался дальше.

Едва он скрылся, как из-за поворота выскочил капитан Морозов. Скорчившийся на полу Дед Мороз с валенком в руках немало удивил стража порядка. Поразмыслив несколько мгновений, он решил, что, скорее всего, имеет дело с пострадавшим артистом. К тому же мешка с подарками при лежавшем не было, а значит, это был не преступник.

— Он туда побежал! — поспешил подсказать Андрей.

— Развели здесь зверинец, — процедил сквозь зубы милиционер, у которого голова шла кругом от обилия Дедов Морозов и Снегурочек, коих он, наряду с Бармалеями и Кощеями, почему-то относил к животному миру. Капитан коротко кивнул и бросился в погоню, на ходу доставая рацию, чтобы предупредить Жарова.

Не успел Андрей подняться на ноги, как на него налетела Ира. Девочка так спешила, что не успела даже поправить шапку с париком, сбившиеся в толпе, и теперь они слегка мешали обзору.

— Ты чего здесь делаешь с чужим валенком? — воскликнула она, словно этот лишний предмет одежды и был во всей истории самым важным.

— Валенок я у бандита отобрал! Он на меня налетел, когда я его задержать пытался! — поспешил похвалиться своим героизмом Андрей. В тот момент мальчик действительно ощущал себя кем-то вроде раненого бойца.

— Нашел, что отбирать! — хмыкнула Ира. — Лучше б подарки забрал! А где бандит?

— Там! — махнул рукой слегка раздосадованный Андрей, втайне надеявшийся, что девочка поведет себя как сестра милосердия с почти что умирающим солдатом.

— Эх ты, валенок, — бросила напоследок Ира и устремилась в указанном направлении.

Разобиженный Андрей, дыхание у которого постепенно восстановилось, поднялся с места и с гримасой боли заковылял туда же, почему-то не выпуская из рук боевого трофея. Конечно, с такой скоростью нагнать злодея едва ли удастся, но вдруг потребуется его помощь?

Лже-Снегурочка ждала своего подельника возле каморки. Во-первых, нужно же им было где-то встретиться, а во-вторых, кому-то следовало охранять пленника, который уже очнулся и теперь изо всех сил пытался обрести свободу.

— Ты чего без валенка? — последовал сакраментальный вопрос, едва подбежал Снегурочкин подельник. Эта обувь сегодня не давала покоя решительно всем.

— Заткнись! Канаем отсюда! — скомандовал Дед Мороз.

Он подумал, что неплохо бы раздобыть какую-нибудь обувь, но понимал, что времени на ее поиски нет. И хоть перспектива бежать по зимнему городу почти босиком, как Маша-растеряша — «на одной ноге башмак, а другая просто так», — не радовала, однако иного выхода не было.

Трусоватую Снегурочку долго упрашивать не пришлось, и преступники кинулись к дверям.

— Не пущу! — раздался громкий голос старушки — гардеробщицы.

Расслышав-таки, несмотря на глухоту, подозрительный шум и питая укоренившееся с годами недоверие к людям, босым на одну ногу, бабушка заняла решительную оборону. А именно — заперла входную дверь и грозно встала перед ней с шваброй наперевес. Конечно, старушка, пусть и с оружием, едва ли сумела бы задержать грабителей, но вот закрытая дверь выглядела серьезным препятствием.

— К окну, живо! — приказал Дед Мороз.

Сам он моментально развернулся и нечаянно ударил мешком не столь быструю и сообразительную Снегурочку. Та хрипловато охнула и присела на пол.

— Некогда рассиживаться! — рявкнул сердитый новогодний дед и, не дожидаясь сообщника, ринулся в коридор в поисках подходящего окна.

Снегурочка, обиженно поскуливая, поднялась и поковыляла следом. Грозная старушка, не выпуская оружия, двинулась за ними, но, к сожалению, быстро отстала.

Окна первого этажа дошкольного учреждения были на всякий случай забраны решетками. Так что злоумышленникам не оставалось ничего иного, как бежать на второй этаж или искать какой-нибудь другой выход из здания, который, впрочем, также, скорее всего, окажется запертым. Пронесясь по первому этажу и не обнаружив лазейки, грабители помчались наверх. Прыгать со второго этажа ни одному из них не хотелось, но попадаться в руки милиции хотелось еще меньше.

Пробегая мимо каморки, капитан Морозов услышал возню и стоны. Конечно, преступники могли уйти от преследования, но ведь там мог находиться раненый. А поручить оказать ему помощь было некому. Так что милиционер, скрепя сердце и проклиная себя за то, что не остался ждать здесь, зашел внутрь, уповая на расторопность лейтенанта Жарова. Увидев внутри которого уже по счету Деда Мороза, капитан первым делом вытащил кляп. А пока развязывал потерпевшего, выслушал рассказ о происшествии. Уяснив случившееся, он собрался продолжить погоню, но дверь вдруг захлопнулась прямо перед его носом, и в замке повернулся ключ.

— Откройте, милиция! — замолотил кулаками раздосадованный капитан.

Такое пленение было обидно и само по себе, особенно для представителя власти, но оказывалось вдвойне некстати во время преследования грабителей, когда на счету была каждая секунда.

— Попались, голубчики! — раздался снаружи ехидный старушечий смех. — Вот я сейчас милицию вызову!

— Я и есть милиция! — вскричал капитан, но на глуховатую женщину голос из-за двери не произвел ни малейшего впечатления.

— Похулигань у меня тут, — строго сказала она, погрозила двери пальцем и засеменила к телефону.

Морозов и очухавшийся наконец Дед Мороз, оказавшийся весьма спортивным молодым человеком, попытались выбить дверь. Но здание садика было старой постройки, и все в нем было закреплено на совесть, так что преграда поддаваться никак не хотела.

Между тем навстречу старушке выбежала Ира в Снегурочкином костюме. Бдительная бабушка, не расставшаяся с оружием, решительно преградила ей дорогу. Коридор был довольно узкий, и чтобы продвинуться дальше, пришлось бы толкнуть гардеробщицу, чего Ира сделать не могла.

— Ага, попалась! Не пройдешь! — заявила бабуля. — Что, высоко прыгать, испугалась?

— Я гонюсь за грабителями! — воскликнула Ира. — Куда они побежали?

— А ты сама-то кто будешь?

Обилие ряженых не способствовало быстрому соображению. И если в них запутался даже следователь, то что уж говорить об обыкновенной старушке! Отважная гардеробщица догадывалась, что перед ней какая-то другая Снегурочка, но свести все воедино у нее пока что не получалось.

— Я — артистка, гонюсь за бандитами, которые только притворяются артистами, — пояснила Ира.

Удары за спиной гардеробщицы стали сопровождаться треском. Даже у самой надежной из дверей есть предел прочность, особенно если ее пытаются сломать два здоровых мужика. Час освобождения пленников приближался.

В это время из-за поворота выскочил Андрей, который уже оклемался и теперь передвигался с нормальной скоростью. Трофейный валенок он так и не бросил, а за неимением другого оружия грозно им размахивал.

— Андрюха! Как ей объяснить, что мы не бандиты? — отчаянно воскликнула Ира.

Но старушка, вспомнив преступника в одном валенке, сама уже все смекнула и признала Андрея за своего.

— Один, кажись, на второй этаж пошел. Сейчас в окно будет сигать, — с готовностью объяснила она. — А второго я в каморке заперла. Эх, не добегу до телефона!

Увидев, что дверь доживает последние секунды, гардеробщица вернулась и встала рядом с ней, готовая нанести беглецу сокрушительный удар шваброй. Не успевший разобраться что к чему Андрей поверил бабушке и встал с другой стороны, занеся над головой валенок. Конечно, поразить кого-нибудь столь легким орудием было проблематично, но ничего другого поблизости не оказалось. К тому же неожиданный удар в любом случае должен привести противника в замешательство, а за это время можно на него напасть. Ну, скажем, боднуть в живот, дернуть за ноги, чтобы упал, или просто обхватить покрепче и держать, пока не прибудет подмога. Четкого плана у мальчика не было, и он надеялся на авось.

— Вы с ума сошли! — крикнула Ира.

Но, видя, что ее убеждения не действуют, махнула рукой и побежала наверх. Девочка в тот момент и не думала о том, что задержать сразу двоих преступников — задача непростая даже для профессионала.

Когда торжествующие капитан Морозов и Дед Мороз вырвались из каморки через поверженную дверь, они и предположить не могли, что их ожидает столь необычная засада. Гардеробщица и Андрей перемигнулись и пустили в ход свое оружие. В результате несчастный артист получил по голове шваброй и, хотя шапка с париком немного смягчили удар, со стоном осел на пол. Милиционеру повезло больше. Его голова удар валенком выдержала с честью, и капитан отделался, что называется, легким испугом. Правда, пришел в немалое удивление.

— А, это вы, — Андрей удивился не меньше. — Ну, тогда я побежал за грабителями.

И мальчик помчался следом за подругой.

— Извини, милок, обозналась! — воскликнула старушка, разглядев милиционера.

Прорычав что-то весьма замысловатое, капитан Морозов устремился за Андреем, теперь уже твердо убежденный, что ребята замешаны в грабительском деле.

Когда третья Снегурочка наконец покинула зал и выбежала в коридор, она увидела поверженного партнера и стоящую над ним грозную бабушку со шваброй, готовую стоять насмерть.

— А ты кто такая будешь? Артистка или хулиганка? — Перешедшая в наступление старушка, вконец запутавшаяся в новогодних персонажах, заставила Снегурочку ретироваться с громким криком о помощи.

Окна по случаю холодной погоды были, конечно, заперты. Грабители не стали себя утруждать их открыванием, а предпочли высадить одно из них — то, что находилось над самым мощным глубоким сугробом. Сбросив вниз мешок и коротко ругнувшись, фальшивый Дед Мороз спрыгнул вниз, чтобы там ругнуться гораздо крепче, Лже-Снегурочка стояла на подоконнике, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну, чего стоишь? — зло крикнул главный грабитель снизу.

— Высоко, — хриплым голосом отозвалась Снегурочка.

— Прыгай, трус! — снова скомандовал главарь, закончив приказ длинной непечатной тирадой.

— Не могу! — Второй грабитель делал попытки оторвать ноги от подоконника, но страх, похоже, блокировал нервные окончания и не позволял им оттолкнуться, чтобы отправиться в полет.

— Ну и оставайся! Но есть сдашь — убью! — пообещал главный, выбираясь из сугроба.

Тем временем Ира успела подняться по лестнице и сразу, увидев самозванку на подоконнике, издала победный клич. Сделала она это напрасно, так как в противном случае могла бы подобраться незамеченной ближе. Но эмоции взяли верх над рассудком.

Страх высоты и боязнь разоблачения схлестнулись в голове фальшивой Снегурочки. Она неловко присела, почти решившись на прыжок. Бежавшая к окну Иру споткнулась на последних метрах дистанции и, падая, едва не ударилась о подоконник. Но в последний момент девочка ухитрилась схватить уже почти начинавшую прыжок Снегурочку за ногу. Увы, как и в случае с Андреем, задержать преступника не удалось — тот, отчаянно брыкнувшись, оставил в руках преследовательницы валенок, после чего крайне неартистично рухнул в сугроб. Похоже, приземление прошло довольно удачно, так как лже-Снегурочка быстро вскочила и помчалась за своим Дедом Морозом.

Увлеченная погоней Ира немедленно забралась на подоконник, зажмурилась, отчаянно взвизгнула и тоже прыгнула вниз. Подоспевший следом Андрей всегда побаивался высоты. Но, увидев Ирин прыжок и услышав ее визг, мальчик без раздумий бросился за ней.

Как нарочно, лейтенант Жаров и Генка во время этих событий находились с другой стороны здания. Оба делали вид, что просто прогуливаются, и украдкой, с недоверием наблюдали друг за другом. Милиционера так и подмывало разобраться, что за мальчишка бродит под окнами детского садика, но тогда он нарушил бы свое инкогнито и отвлекся от главной цели.

Что касается Генки, то мальчик, узнав о происшествиях во время детских утренников, где в роли Деда Мороза и Снегурочки выступали его одноклассники, надумал провести небольшое расследование. Делал он это отчасти ради Иры, а отчасти из спортивного интереса. Его, любителя детективов, очень привлекала идея самостоятельно раскрыть какое-нибудь дело, да еще и задержать преступника. Так как ничего, кроме слежки, Генка придумать пока не мог, мальчик решил бродить около детского сада и смотреть в оба. Так что на данный момент он выслеживал лейтенанта, которого, однако, считал чересчур заметным для истинного грабителя.

Услышав непонятный шум и выглянув из-за угла, Генка успел увидеть только Ирин прыжок в одежде Снегурочки и с криком «Держи ее!» бросился в погоню. Подбежавший же на крик лейтенант Жаров успел как раз к полету Андрея и, естественно, подумав, что имеет дело с преступником, помчался ему наперерез. Поимка Деда Мороза казалась ему в тот момент гораздо важнее погони за Генкой, который к тому же явно собирался оказать помощь при задержании грабителей.

— Держи одноногого! — скомандовал появившийся в оконном проеме капитан Морозов. Сгоряча неудачно сформулировав мысль о том, что прежде всего следует задержать человека в одном валенке, он тут же поправился (правда, снова не слишком успешно): — С одним валенком!

Отдав распоряжение, следователь также спрыгнул вниз, но изрядно примятый сугроб уже плохо смягчал падение. К тому же у капитана не было мягкой шубы. Так что он, охнув, поднялся с трудом и заковылял в погоню не быстрее доблестной гардеробщицы.

К этому моменту у обоих преступников на ногах было надето по одному валенку, а Ира с Андреем держали в руках по одному лишнему валенку. Но обувь грабителей под длинными шубами было видно плохо, а вот трофейные валенки у мальчика и девочки просматривались отлично. Немудрено, что лейтенант Жаров и Генка обратили внимание в первую очередь на них.

Лейтенанту, когда-то посещавшему легкоатлетическую секцию, не составило большого труда догнать и задержать Андрея. И он подивился проницательности капитана Морозова, продолжавшего подозревать детей, несмотря на вроде бы верное их алиби. Оправдания мальчика и его попытки указать на истинных преступников лейтенант не слушал, отделываясь стандартной фразой: «Разберемся!». Жаров даже подумывал, не надеть ли на задержанного наручники, но отказался от такой мысли, решив, что тот никуда не денется. До разбирательства же он задал единственный не дававший ему покоя вопрос:

— Ты зачем валенок украл? Да еще один?

— Это не валенок, а улика! — ответил Андрей, повергнув лейтенанта в еще большее недоумение. Но чтобы все прояснить, потребовался бы долгий рассказ.

Всегда неплохо бегавший Генка развил сегодня просто феноменальную скорость. Если бы он получил верную ориентировку, то преступнику наверняка бы несдобровать. Но, к несчастью, доморощенный сыщик погнался за Ирой, которую, естественно, со спины и в костюме узнать не сумел. В отчаянном броске Генка сбил девочку с ног, после короткой борьбы попытался прижать к земле и только тут заметил, кого поймал.

— Ирка? Значит, это все-таки вы, — расстроенно произнес Генка. — Знаешь что. Беги! Я сделаю вид, что тебя упустил.

— Идиот несчастный! — задыхаясь от возмущения, прошипела Ира.

Мало того, что она не привыкла к столь грубому обращению, но ведь Генка сорвал погоню! Девочка села на снег и со злости через голову швырнула валенок за спину.

Едва оправившийся от падения в сугроб капитан Морозов среагировать не успел. Снаряд, описав изрядную дугу, нашел свою цель. Отпрянув от неожиданности, следователь не удержал равновесия и, охнув, опустился на землю. Страдать от такого обидного, хоть и не убойного оружия, да еще дважды в день, до сих ор не приходилось ни ему, ни кому — либо из сослуживцев. Оставалось надеяться, что никто из коллег, кроме лейтенанта Жарова, о столь досадном факте не узнает.

Глава 9

Шифровка

Итоги спецоперации оказались совсем не утешительными. Грабители снова ускользнули, прихватив с собой мешок с украденными вещами, а капитан Морозов и, как он выразился, некоторые гражданские лица получили незначительные повреждения. К счастью, серьезных травм удалось избежать. Но у артистки, изображавшей Снегурочку, едва не случился нервный срыв, а Дед Мороз по имени Виталик, получивший удар шваброй, требовал, чтобы ему компенсировали временную нетрудоспособность и моральный вред. Что уж говорить о расстроенных детях, у которых был сорван новогодний праздник, и их разгневанных родителях!

К тому же дело приобрело нежелательную огласку. Если сначала по городу тек ручеек слухов, то теперь он превратился в полноводную реку. Серьезные газеты пока что молчали, но желтая пресса уже пугала горожан бандой Дедов Морозов вовсю. Не отставали и местные блогеры. Если верить некоторым сообщениям, выходило, будто грабители — ни много, ни мало! — носят в своих мешках похищенных малышей. Слухам в основном не верили, но беспокойство в народе нарастало. Ребята постарше пугали маленьких Дедом Морозом, так что при встрече с переодетыми артистами случались даже истерики, а большую снежную статую на центральной площади многие детишки обходили стороной.

Но имелись и положительные моменты. Так милиционеры знали теперь размер обуви преступников, а вдогонку за наполовину босоногими Дедом Морозом и Снегурочкой были высланы сыщики. Столь оригинально обутая парочка неминуемо должна была привлечь внимание сколько-нибудь наблюдательного человека. Однако ее следы, к сожалению, потерялись во дворе неподалеку от дома, где жил Андрей.

Капитан Морозов откладывал встречу с ребятами. Милиционер буквально кипел и боялся сорваться. А уж в состоянии бешенства его боялись не только школьники, но даже самые отчаянные рецидивисты. Оставив лейтенанта общаться с персоналом и родителями и попросив ребят задержаться, капитан на полном серьезе поблагодарил за бдительность и сотрудничество гардеробщицу. Это далось ему нелегко, но капитан умел признавать собственные ошибки. И понимал, что, действуй сам он более грамотно, и будь бабушка чуть удачливее, преступники уже давали бы показания.

Затем Морозов долго беседовал с Генкой, которого также благодарил за помощь. Расстроенный мальчик очень переживал свою ошибку и намеков следователя на то, что с его друзьями далеко не все просто, не слышал. Генка ясно представлял себе, что Ира теперь в лучшем случае не посмотрит в его сторону, а в худшем замучает насмешками. Милиционер же, узнав из беседы, что Генка находился на месте всех происшествий, долго и подробно выспрашивал его о деталях, а также об Ире и Андрее. Самого же мальчика он, подумав, все же отнес к категории малоподозрительных граждан, прекрасно понимая мотивы его поступков. Разговор велся столь умело, что Генка, сам того не замечая, рассказал очень многое.

Ребят капитан Морозов, немного поразмыслив, решил не везти в отделение, придя к выводу, что так они будут откровеннее. К тому же он затевал маленькую хитрость.

Ира же с Андреем, предоставленные на время самим себе, первые минуты посвятили выяснению обстоятельств и отношений. Девочка столь успешно вела допрос друга, что тот проговорился, где был в решающий момент, и почему упустил преступника. За что удостоился презрительного взгляда, словно совершил нечто неприличное. Как будто с другими людьми такого не случается!

— Настоящие профессионалы способны сутками не есть, не пить, не спать и не ходить в туалет! — упрекала его Ира.

— Вот пусть настоящие профессионалы и ловят жуликов, — огрызнулся Андрей. — Только пока твои профессионалы валенками по башке получают.

Это замечание позже вызвало новый гнев Морозова, который спрятал в комнате, где ждали ребята, включенный диктофон. Такие методы расследования, конечно, не поощрялись, но по факту и не возбранялись.

— Там, где не справляются профессионалы, побеждают любители, как во всех детективах, — заявила Ира. — Давай-ка пораскинем мозгами, валенок!

— А сама-то, — хмыкнул Андрей.

— Ладно, по валенкам у нас один — один, — самокритично согласилась девочка. — Но вот по тому, как кто-то про… в общем, прошляпил преступление и упустил преступников, ты впереди. Честное слово, надо было мне Генку с собой брать!

— Ага, чтобы он тебя арестовал, — подколол Андрей. С его точки зрения, быть пойманным профессиональным борцом с преступностью было куда более почетно, чем пострадать от не в меру ретивого одноклассника. К тому же упоминание о Генке из уст Иры его сильно расстраивало.

— Вы с ним два валенка пара! — Ира театрально возвела глаза к потолку.

— Ладно, вернемся к нашим шубам. — Андрей предпочел прервать неприятный разговор и переключиться на расследование.

— Да что к ней возвращаться? — раздраженно произнесла девочка. Она до сих пор не могла простить грабителям, что ей пришлось появляться на людях в шубе не по размеру.

— Ну, должны же быть у нее какие-то особые приметы, — заметил Андрей, разглядывая Снегурочкин наряд.

— Какие приметы? — отмахнулась Ира. — Она большая и вонючая.

— Вот-вот, табаком попахивает, — принюхался Андрей. — А в двух местах даже прожжена. Еще пятна какие-то, но я не знаю, от чего. Тут экспертиза нужна.

— Ты еще валенки понюхай, — девочка по-прежнему была раздражена.

— Погоди ты с валенками! Мы же про записку забыли! — Андрей даже хлопнул себя по лбу. Получилось довольно больно.

— А, про тот бред? Так и запишем: преступники — здоровенные, сумасшедшие курильщики. Патологические типы!

— У тебя есть бумага и ручка? — поинтересовался мальчик, зная, что у Иры с собой всегда куча вещей. — Надо будет записку милиционерам отдать. Жаль, сразу не сообразили, — пояснил он, тщательно переписывая текст и копируя даже расположение слов.

— А еще эти психи интересуются птицами, — хмыкнула Ира, вчитываясь в послание.

— Здесь должен быть какой-то смысл. — Андрей обхватил голову руками. — Только мы не можем его уловить. Может, тут какой-то жаргон?

— А что, неплохая мысль, — согласилась Ира. — Надо будет дома в Интернете поглядеть.

Дверь отворилась, и в комнату вошли милиционеры.

— Добрый день! Давно не виделись! — поприветствовала их девочка.

Капитан Морозов скрипнул зубами.

— До каких пор вы будете путаться под ногами и мешать нашей работе? — четко, едва ли не по слогам, произнес он.

— Мы же едва не поймали преступников! — возмутилась девочка.

— Да если бы в помещении не было Дедов Морозов и Снегурочек, как сельдей в бочке, грабителей давно бы арестовали! — Капитан хотел стукнуть по столу кулаком, но остановил его в нескольких сантиметрах от поверхности. Именно к столу он заранее прикрепил диктофон, и шпионский прибор мог некстати выпасть или сломаться.

— Зато мы добыли важные улики — валенки.

При упоминании данного вида обуви Морозов побагровел и выскочил в коридор.

— Расскажите все по порядку, — смущенно кашлянув, попросил Жаров и достал блокнот.

— Прежде всего, у нас есть еще более важная улика, — взволнованно произнес Андрей, которому пока не удавалось вставить ни слова. — Даже две. Вот их шуба. То есть шуба их Снегурочки. И в ее кармане была записка.

— Да что же вы раньше не сказали!

— Так ведь вы нам слова сказать не давали, — пожала плечами Ира.

Лейтенант впился глазами в клочок бумаги, а потом с недоверием посмотрел на ребят, словно опасаясь розыгрыша.

— Где записка? — вернувшийся в комнату Морозов повторил действия подчиненного. Затем скомандовал: — Записку и шубу в лабораторию. Срочно! — А вы, молодые люди, рассказывайте, как у вас оказались столь важные улики, и почему вы их скрывали. Но учтите: если записка — ваша глупая шутка, то предупреждаю — такие шутки очень и очень плохо кончаются.

Пока ребята пересказывали о своих приключениях, милиционерам хотелось схватиться за голову. Они, имея теперь более полную картину, прекрасно понимали, насколько близко были от цели, и как нелепо ускользнули от них грабители — из-за путаницы с костюмами. Наконец Иру и Андрея отпустили, тщательно сняв с них показания. Причем капитан торжественно пообещал отправить их в колонию для малолетних преступников, если они еще хоть раз появятся в костюмах на каком-нибудь утреннике. Шубу Снегурочки, разумеется, конфисковали, а Ире лейтенант предложил написать заявление о пропаже собственной шубы, так как оно могло помочь при ведении следствия и при задержании. Девочка хотела было отказаться, но потом написала заявление под диктовку, особо подчеркнув, что делает это исключительно по просьбе капитана.

Оставшись наедине и прослушав пленку, Морозов и Жаров горячо принялись обсуждать ребят и свои дальнейшие планы.

— Какая все-таки у них связь с преступниками? — недоумевал капитан. — Ведь не просто так они все время оказываются рядом!

— Наверное, искать надо среди их знакомых, — предположил лейтенант. — Сами они, скорее всего, ничего не знают. Просто решили поиграть в детективов…

— Выпороть бы обоих за такие игры! — вставил начальник. Таковое желание возрастало у него с каждой встречей с юными актерами, переквалифицировавшимися в сыщиков.

— А вот их близкие… Что мы знаем о том мальчике, который помогал в задержании? — продолжил Жаров. — Он вроде бы помог, но, с другой стороны, на самом деле помешал…

— Не он один, — проворчал Морозов. — Но мальчишка, думаю, чист. Хотя и его проверить не мешало бы. Сейчас пойду просить людей дополнительно. Если нас, конечно, после сегодняшнего не выгонят из органов пинком под зад!

— Понять бы еще записку… — тяжело вздохнул лейтенант. Ему очень не хотелось быть выгнанным со службы, особенно столь унизительным способом. — Думаю, ключ ко всему делу — в ней.

— Какой-то чудной жаргон, — задумчиво проговорил Морозов, еще раз пробежав глазами странный текст. — Будем надеяться, в лаборатории помогут. А пока в нас есть приметы. Как минимум один из преступников курит — это раз. Знаем размер обуви обоих и размер одежды Снегурочки — это два. Нам известен примерный ареал их обитания — это три.

Из здания милиционеры выходили под аккомпанемент песни «Валенки» — глуховатая гардеробщица, которая после своих подвигов пила горячий чай с мятой, включила на всю катушку радио.

— Зря мы Генку подозревали, — произнес Андрей, выходя на улицу. Сейчас, уверившись в невиновности соперника, он старался быть справедливым.

— Ничего себе зря! — возмущенно откликнулась Ира. — А чего Бармалей-Кощей все время вокруг ошивался?

Андрей мог себе представить, почему Генка ошивался вокруг, но предпочел промолчать. Он вдруг вспомнил о попавшем в чужие руки своем стихотворении, и настроение испортилось окончательно.

— Может, на шухере стоял? — развивала свою мысль Ира. — И вообще, с чего на меня-то кинулся? А ведь мог бы на преступника. Может, нарочно? Чтобы их не поймали?

— Ира, у тебя все в порядке? — вдруг раздался неподалеку Генкин голос. Парень опять, оказывается, «ошивался». — Я тебя не сильно ударил?

— Нет, хотя и очень старался, — буркнула девочка.

— Я тут подумал… Вы, кажется, этих преступников ловите. Может, я помочь могу? — смущенно спросил, подходя ближе, Генка.

— Ты уже помог! И мы никого не ловим! — отрезала Ира.

— А что, давай! — произнес одновременно с ней Андрей неожиданно для самого себя. Ему вдруг подумалось, что если Генка говорит правду, то лишняя голова, причем вполне светлая, им в расследовании не помешает. Если же врет, то стоит посмотреть на его реакцию, которая тоже даст какую-нибудь информацию.

— Ну, ребята! Вы, похоже, и без меня прекрасно со всем разберетесь, — отчего-то обиделась Ира и решительно зашагала в сторону своего дома.

Слегка ошарашенные мальчишки несколько секунд только молча смотрели ей вслед.

— Ладно, — прервал задумчивое молчание Андрей. — Пойдем, что ли, ко мне или к тебе, я все расскажу.

Внимательно выслушав рассказ, Генка, объективности ради, согласился, что его поведение было подозрительным. Вместе ребята перебрали всех или почти всех, кто знал о запланированных представлениях, в которых должны были участвовать Ира с Андреем, но список получился довольно длинным, а оснований, чтобы выделить из него одного подозреваемого, не находилось. Размеры же шубы и обуви, побольше Ириных и, по-видимому, чуть побольше Андреевых хоть и сужали список, но ненамного. К тому же улики остались у милиционеров, и произвести точные замеры не представлялось возможным. Единственное, в чем ребята сошлись, — роль Снегурочки играл, скорее всего, парень немного постарше их.

Особенно заинтересовала Генку записка. Мальчик долго в нее вчитывался, вертел перед глазами и выразил сожаление, что ему не досталось оригинала.

— А он тебе зачем? — не понял Андрей. — Я все точь-в-точь перекопировал. Даже почерк корявый.

— Ты что, ничего не слышал о тайнописи? — укорил его Генка.

— Нет, почему же, слышал… — Андрей попытался припомнить пиратские, детективные и шпионские книги и фильмы. Процессу очень способствовала книжная полка, висевшая над Генкиным компьютером и ломившаяся от таких изданий.

— Очень может быть, что разгадка не в тексте, а в каких-нибудь каракулях, — пояснил Генка.

— Там не было каракулей, я бы срисовал, — заверил Андрей.

— Основной текст мог быть написан невидимыми чернилами, — продолжал Генка, от волнения расхаживая по комнате. Его худая длинная фигура покачивалась в такт ходьбе и вызывала воспоминания то ли о богомоле, то ли еще о каком-то насекомом.

— Да где же их взять? — удивился Андрей. — Они же грабители, а не шпионы.

— Сейчас такие вещи достать очень даже просто, — отрезал Генка. — И потом, можно написать молоком или лимонным соком, а потом проявить. А текст может быть просто для отвода глаз.

— Ясно… — протянул Андрей, почесывая затылок и понимая, что такой знающий помощник в расследовании очень даже не повредит. — Значит, бумажку исследовать бесполезно?

— Почему же бесполезно? — Генка зашагал еще быстрее, а Андрей даже подумал, что если тот еще немного добавит скорости, то у него закружится голова. — Если запись шифрованная, то есть куча вариантов. Нужно только их попробовать, и мы все расшифруем. Вспомни Шерлока Холмса!

— Ну, ты сравнил…

— Вот послушай! — Генка на мгновение остановил свой бег, снял с полки одну из книг, быстро пролистал ее и зачитал отрывок: — «С дичью дело, мы полагаем, закончено. Глава предприятия Хадсон, по сведениям, рассказал о мухобойках все. Фазаньих курочек берегитесь»[1]. Ну как тебе?

— Бред, — пожал плечами Андрей. — И тоже про птиц.

— Ватсону тоже так показалось, — рассмеялся довольный Генка. — А Холмс взял и расшифровал. Наша записка тоже бредом кажется. Но мы с ней справимся, расшифруем!

— Да как же, расшифруешь тут, — вполголоса проворчал Андрей, не слишком веривший в дедуктивные способности одноклассника. — У тебя Интернет есть? Дай я поищу немного про тех самых птиц. Вдруг что найду?

— Конечно, ищи, — согласился Генка. — А я попробую разные методики…

Мальчик потер руки, предвкушая крайне интересное дело, наконец остановился и уселся за стол с карандашом в руке.

Лазая по Всемирной паутине и с трудом удерживаясь от того, чтобы не отвлекаться на посторонние сайты, Андрей немало узнал о пернатых. В частности, об огарях, о существовании которых доселе не подозревал, и которые оказались разновидностью уток. Подивился трехметровому размаху крыльев альбатросов. Однако никакой пользы для расследования из новой информации не извлек. Затем поинтересовался значением непонятных ему слов. «Ренегат» оказался просто предателем, «анафема» означало церковное проклятие. Но и теперь расследование не продвинулось ни на йоту.

— Может, птицы просто клички бандитов? — подал Андрей идею. — Один из них предателем оказался…

— Что? Банда пернатых? — Генка поднял голову. — Ты подумай пока, что из этого можно извлечь, а я еще с шифрами поработаю. Холмсовский не подошел, к сожалению.

Еще с полчаса прошло в молчании. Андрею думалось очень плохо, и он начал откровенно скучать. Но уйти и оставить напряженно работающего Генку не позволяла совесть. Ему подумалось, что тот все-таки хороший парень, и зря они так дуются друг на друга из-за Ирки. Кстати, интересно, чем она там занимается?

Ира же между тем, немного поломав голову над запиской и в очередной раз решив, что ее текст — полная ерунда, развила бешеную активность. Она очень хотела найти костюм Снегурочки взамен того, что был украден, и того, который конфисковала милиция. Разумеется, она и не думала прекращать расследование, просто искала новую маскировку. Найти костюм во время новогодних каникул казалось делом почти невозможным, но девочка не отчаивалась.

— Вот оно! — раздался откуда-то издалека торжествующий Генкин голос.

Андрей встрепенулся и едва не свалился с кресла. Оказалось, что, к стыду своему, он просто задремал перед компьютером. За окном уже смеркалось. На улице зажглись фонари.

— Вот оно! — Генка то ли не заметил состояния гостя, то ли решил тактично не заострять на его отключке внимание. — Нашелся ключик!

— Какой ключик? — Андрей спросонья даже огляделся по сторонам, ожидая увидеть какой-то ключ, который Генка почему-то разыскивал.

— Ключ к шифру! — пояснил тот. — Еще немного, и мы все прочитаем. Но у нас уже есть адрес.

— Какой адрес?

Андрей все еще соображал туговато. Хотя справедливости ради можно заметить, что и Генкина речь не отличалась ясностью.

— Не знаю, какой. Наверное, адрес их воровской малины. Или что-то типа того. Главное, мы его знаем. Гоголя, девять, вторая квартира. Только я самый конец пока не понял. — Генка снова уселся за стол.

— Да объясни ты толком! — потребовал окончательно проснувшийся Андрей. — С чего ты взял, что нашел адрес грабителей?

— Смотри! — Генка взмахнул бумажкой с шифром. — В тексте просто — напросто надо читать первые буквы в словах. Анаграмма называется.

— То есть как первые буквы?

— Вот, гляди: гаги — г, огари — о, гагары — опять г, очень — снова о. И так далее. В результате читаем: «Гоголя девять, квартира два. Пароль: огарь». — Генка показал текст, в котором были обведены первые буквы слов. — Мягкий знак, хоть по счету и второй, но по смыслу добавился. Тут еще каждое новое предложение — новое слово. Только насчет двадцать первого века я пока не очень понял. — Генка смущенно замолчал.

«Гаги, огари, гагары очень любят ястреба. Да еще вверяют ястребу тьму. Кто верит альбатросу, решительно тот изменник, ренегат, анафема. Дураки верят альбатросам. Пусть альбатросы ревнивым огарям льстят. Они гоняют альбатросов рьяно. Век XXI».

— Ну-ка, дай сюда!

Андрей впился глазами в бумажку. Теперь записка казалась такой простой и понятной, что ему стало неловко из-за того, что он сам не смог ее прочитать. Что же может означать «Век XXI»? Если век — буква «в», то римские цифры…

— Боюсь, что без окончания все бессмысленно. — Генка снова бегал по комнате. — Может, в римских цифрах дело?

— Нет! — радостно воскликнул Андрей. В его мозгу словно что-то щелкнуло, и теперь он знал конец послания. — Они означают, что по этому адресу нужно прийти с паролем в девять часов вечера. В двадцать один час!

— А что, возможно! — Генка посмотрел на послание с некоторым недоверием. — Странно только, что номера дома и квартиры словами написаны, а время цифрами.

— Может, так уговорились, — предположил Андрей. — Или времени у них не хватило птичьи фразы выдумывать.

— А записка вам сегодня досталась? — заволновался Генка.

— Сегодня, — подтвердил Андрей.

— Значит, она, может быть, свежая, и по этому адресу еще можно прийти?

Ребята, не сговариваясь, посмотрели на часы. Стрелки показывали начало шестого.

— У нас в запасе три часа! — воскликнул Генка.

— У нас? — переспросил Андрей.

— Но ты же собираешься туда пойти?

— Я? Собираюсь, конечно… — ответил Андрей, проглотив подкативший к горлу комок. Поход обещал быть очень рискованным. — Я только думал, что ты…

— Что я? Брошу тебя одного? — искренне удивился Генка. — Конечно, я с тобой!

— А Ира?

— Думаю, ее брать не стоит. Предприятие может быть опасным. Девчонкам в таких не место.

— Это точно! — И Андрей искренне пожал Генкину руку.

Если бы Ира находилась рядом, то ребята услышали бы в свой адрес многое, в частности о том, где чье настоящее место. Но ее здесь не было.

— Слушай, а грабители туда не заявятся вместе с нами? — предположил Андрей.

— Да, проблемка… — Генка почесал затылок. — Хотя вряд ли.

— Почему?

— Записка — улика. Ни один нормальный преступник ее хранить не станет после того, как прочитал. Если он не совсем дурак, то обязательно уничтожит.

— Тоже верно, — не слишком уверенно согласился Андрей, после некоторого раздумья. — Только я вот думаю, не сообщить ли нам в милицию? На всякий случай.

— Ага, и они явятся туда без нас. — Генка наморщил лоб. — А вдруг все это ерунда, и мы прочитали что-то не то? Тогда стыда не оберешься! И вообще, дело надо доводить до конца.

— Можно им записку оставить. Если с нами что-то случится, — предложил более осторожный Андрей.

— Пожалуй, можно. Опустим по пути в ящик. Пока они прочитают!

— А вдруг там, на Гоголя, знают бандитов в лицо? — Андрей хотел продумать все мелочи, чтобы не попасть впросак.

— А зачем тогда пароль? — резонно заметил Генка. — Но на всякий случай лучше замаскироваться.

— В Деда Мороза со Снегурочкой? — усмехнулся Андрей.

— А почему бы и нет? — отозвался Генка.

— У меня-то костюм есть. А ты разве что у Иры попросишь. Хотя нет, у нее же костюм милиция конфисковала.

— Костюм, думаю, мне удастся достать, — улыбнулся Генка. — Только в одно место надо зайти. Встретимся в восемь у моего дома. Идет?

— Идет! — согласился Андрей, удивляясь, как быстро они перешли от разгадывания шифрованной записи к активным действиям.

Ребята ударили по рукам.

Глава 10

Вечерняя прогулка

Чем дольше Андрей думал над планом вечернего похода, тем меньше тот ему нравился. Ну, сунутся они с Генкой в бандитское логово, и что? Скажут: «Сдавайтесь, вы арестованы!» Бред какой-то. Все-таки брать воровские малины (так, кажется, они называются?) — дело милиции. Другое дело — сходить и посмотреть, все разведать. Нет, все-таки Генка авантюрист. Совсем как Ира.

Андрею очень хотелось позвонить девочке, но он побоялся проболтаться, а врать про вечерние планы не хотел. Ира обязательно воспылала бы энтузиазмом и заявила, что пойдет с ними. А подвергать ее опасности он желал меньше всего на свете.

Записка в милицию оказалась тоже вовсе не простым делом. Пускаться в длинные объяснения не хотелось. Но если написать коротко, то ничего не будет понятно. В конце концов мальчик сообщил, что они разгадали шифр и теперь идут по следу, тем и ограничился. Адреса отделения Андрей не знал, поэтому на конверте написал: «Милиция. Капитану Морозову и лейтенанту Жарову». Получилось что-то вроде знаменитого «На деревню дедушке, Константину Макаровичу»[2], но он почему-то решил, что письмо обязательно дойдет до адресата.

В оставшееся до встречи с Генкой время Андрей больше ничего не надумал, слоняясь по квартире как неприкаянный. А стрелки часов между тем неумолимо приближались к восьми.

Ира же не сидела сложа руки. Убедившись, что костюм Снегурочки удастся достать разве что завтра, и то навряд ли, девочка стала придумывать новый план. Ей очень хотелось продолжить слежку за преступниками, но делать это без маскировки трудно. К тому же она опасалась, что капитан Морозов ее немедленно выследит и отправит домой, а такое бесславное возвращение больно ударило бы по ее самолюбию.

Удивляло, что не звонит Андрей. Обычно, если они с ним никуда не ходили, не обходилось без нескольких коротких телефонных разговоров или же одного, но на весь вечер. Девочка досадовала на себя, что не пошла с ребятами. Головастый Генка мог до чего-нибудь додуматься. Что, если так и есть, и мальчишки теперь обсуждают свои планы без нее? До смерти хотелось узнать точно, однако набрать номер самой ей не позволяла гордость. Обычный вечерние занятия сейчас почти не привлекали. Оставалось только скучать и злиться на Андрея, сочиняя едкие реплики, которые ему суждено услышать завтра.

Капитан Морозов и лейтенант Жаров тоже не бездействовали.

Первый лично занял стратегическую позицию в автомобиле, причем сначала долго выбирал подходящее место. Дело в том, что видеть дома всех подозреваемых разом не представлялось возможным. Немного поразмыслив, капитан пришел к выводу, что они обязательно должно выйти на улицу из одного из ближайших дворов. Постеречь же другую, параллельную, улицу, до которой было значительно дальше, следователь попросил знакомого, чьи окна как раз выходили на нее. Определив место, откуда, по его мнению, он обязательно увидит и мальчика, и девочку, вздумай те выйти на улицу, сыщик стал ждать. Несколько раз капитан едва не начинал преследование других Дедов Морозов и Снегурочек (при свете фонарей лица трудно разглядеть; к тому же начиналась метель), но каждый раз вовремя замечал свою ошибку. Звонков же от знакомого пока не было: то ли тот пренебрегал своими обязанностями, то ли вечер выдался «неурожайным».

Лейтенант, который должен был сменить старшего по званию позже, корпел над запиской. Эксперты лаборатории определили тип бумаги и чернил (самые что ни на есть обыкновенные), дали заключение о почерке (несмотря на сложные слова, писал, судя по всему, не слишком грамотный и образованный человек, скорее всего, подросток), установили марку сигарет, которой пропахла бумага, но не смогли сделать главного: расшифровать надпись. Друг-программист, прогнав текст через какие-то специальные программы, тоже развел руками, заявив, что отрывок слишком мал для анализа. Жаров сидел перед настольной лампой и вспоминал приключенческие книги с шифрами, надеясь, что помогут хотя бы они.

Около восьми вечера, неумело соврав родителям что-то про репетицию с Ирой, Андрей вышел из дома. Впрочем, в последние дни мама с папой так привыкли к его отлучкам, что особенно не волновались. Родные только попросили сына перезвонить, если будет задерживаться. Облачался в шубу и шапку и прицеплял бороду мальчик уже в подъезде. Конечно, не слишком удобно, зато меньше вопросов. Благо, никого из соседей навстречу не попалось. Выйдя на улицу и опустив конверт в почтовый ящик, он направился в условленное место.

Возле Генкиного дома самого Генки видно не было, зато маячила высокая Снегурочка. Увидев ее издалека, Андрей подумал про Иру, но та была явно ниже ростом. И только когда Снегурочка двинулась ему навстречу, он узнал Генку. Лицо было густо загримировано, так что узнать его можно было, скорее, по долговязой фигуре.

— У меня двоюродная сестра Снегурочкой подрабатывает, — пояснил Генка. — Вот я костюм и позаимствовал. Если узнает, убьет! До конца жизни обижаться будет. Хорошо, что она такая же каланча, как я.

— Супер! — Андрей остался очень доволен преображенным видом приятеля. — Ну, пойдем, что ли?

— А ты в мешок что-нибудь положил? — спросил Генка.

— Нет. А зачем?

— Как зачем? Вдруг там живет скупщик краденого. А мы что же, с пустыми руками придем?

— Хм, я не подумал. — Андрей был озадачен. — Что же теперь делать? Не лезть же в помойку!

Генка тоже задумался.

— Давай потом, когда к дому подойдем, решим, — предложил Андрей. — все-таки тащить меньше. А там хоть снегу накидаем.

— А что, идея! — усмехнулся Генка. — Главное — быстро действовать, чтобы не потекло. Хватятся грабители, а у них все растаяло.

Идти вдвоем оказалось не так страшно. Особенно, пока путь пролегал по центральным кварталам. Но улица Гоголя находилась чуть в стороне, возле реки, и была застроена старыми домами. Так что по мере приближения к ней оптимизм юных сыщиков улетучивался. Тем более что тротуары здесь были вычищены хуже, а прохожие и исправные фонари попадались все реже. По отдельности каждый из ребят, быть может, и возвратился бы домой, отказавшись от авантюры, но струсить, а вернее — показать страх товарищу первым, никто из них не решался.

Увидев очередную пару новогодних героев, капитан Морозов даже не стал дергаться — уж слишком рослой оказалась Снегурочка. Милиционер потянулся (от долгого сидения у него затекли мышцы) и готовился продолжить наблюдение, когда его настоятельно попросили подвинуться — по обочине ехал снегоуборочный комбайн. Конечно, можно было предъявить удостоверение и остаться на месте, но следователь не хотел лишний раз привлекать к себе внимание, пусть даже и постороннего человека, поэтому решил просто отъехать и, совершив небольшой круг, вернуться на то же место.

Колеса на снегу проскальзывали, и когда машина тронулась с места, маневр вышел довольно резким. Настолько, что капитан едва не наехал на пешехода — какая-то девчонка надумала перебежать дорогу прямо здесь, игнорируя зебры и светофоры. Чертыхнувшись, Морозов хотел высказать глупой девице все, что о ней думает, как вдруг узнал столь надоевшую ему то ли подозреваемую, то ли свидетельницу.

Ира тоже узнала милиционера. И несколько мгновений соображала, не дать ли ей стрекача. Но передумала.

А попала она сюда… выслеживая своих поклонников. Случайно подойдя к окну, девочка увидела проходившего мимо ее дома Андрея в костюме Деда Мороза. Передвигался тот как-то неуверенно, оглядываясь по сторонам, поэтому любой внимательный наблюдатель понял бы: мальчик что-то задумал. К тому же вечерняя прогулка в маскарадном наряде наводила на размышления.

Не теряя времени, Ира моментально оделась и выскочила на улицу. Андрей шел неторопливо, так что она успела его догнать. А затем шагала за ним на безопасном расстоянии. Увидев же его встречу со Снегурочкой, в которой не без труда узнала Генку, Ира вовсе чуть не вскрикнула от изумления. Ее разбирали обида и любопытство, и она твердо решила проследить путь странной парочки до конца. Вот только, увлекшись своим занятием, едва не угодила под колеса Морозовского автомобиля.

— Опять ты! — простонал капитан.

— А вы все следите? Или так, мимо проезжали? — язвительно откликнулась Ира. — Если следите, то поздравляю: Деда Мороза со Снегурочкой вы упустили!

— Как так? — насторожился капитан, подозревавший, что от девчонки можно ожидать любых провокаций. А снова сесть в лужу из-за ребятишек, решивших поиграть в сыщиков, Морозов ни за что не хотел.

— Вон, пошел мой Дед Мороз с долговязой Снегуркой.

Ира показала на фигуры, уже едва различимые вдалеке. И тут же подумала, что нехорошо выдавать ребят. Но уже не смогла остановиться. К тому же те были виноваты сами, не позвав ее.

— Эй, только меня подвезите! — поспешно добавила девочка, увидев, что машина следователя готова сорваться с места.

— Садись! — выдохнул Морозов. — Только живо!

Конечно, брать с собой девчонку, которую он считал подозреваемой, не слишком приятно, но милиционер решил, что лучше уж держать ее в поле зрения, пока та не наделала глупостей. К тому же в пути можно было завести разговор и попробовать выудить дополнительные сведения.

Ира не заставила себя упрашивать — сама объяснила, почему оказалась на улице в столь поздний час.

— А кто Снегурочка? — отрывисто спросил капитан, когда автомобиль подъехал на комфортное для наблюдения расстояние и теперь не спеша передвигался по крайнему правому ряду с включенной аварийной сигнализацией.

— А я-то думала, что в милиции работают наблюдательные люди, — усмехнулась Ира. Они с Морозовым не понравились друг другу с первого взгляда, поэтому девочка и не думала скрывать свою антипатию. Впрочем, ей на язык порой попадались даже лучшие подруги. — Не помните того мальчика, который умудрился меня задержать?

— Так я и думал, что вы заодно! — заключил капитан, коря себя за невнимательность. — И что же вы не поделили?

— Во-первых, мы не заодно, — запротестовала Ира. — А во-вторых, я сама не знаю, что ребята затеяли.

— Девчонок, значит, не берут! — усмехнулся теперь милиционер, не удержавшись от того, чтобы поддеть попутчицу. Конечно, в разговоре с ребенком такое поведение было просто смешным, но уж очень она успела его достать за несколько дней.

Ира обиженно замолчала.

Между тем машина, следуя за Андреем и Генкой, углублялась вместе с ними в переулки, где не ступало колесо снегоуборочной техники, пока наконец не застряла на небольшой, но довольно крутой горке. Лед внизу и слой свежего снега поверху делали ее неприступной преградой для «жигуленка». Если бы капитан Морозов и Ира бросили машину сразу, то они, возможно, и догнали бы удаляющихся ребят. Но на попытки вытолкать железного коня на твердую дорогу они потратили слишком много времени.

— Ты точно не знаешь, куда они собрались? — спросила умаявшийся милиционер.

— Ни малейшего понятия, — покачала головой Ира. — Иначе я отправилась бы туда без лимузина. — И она брезгливо посмотрела на престарелое изделие отечественного автопрома.

Ответить капитан не успел.

— Эй! — раздался знакомый голос. К девочке и милиционеру, спеша и поскальзываясь, приближалась высокая фигура.

— А вот и лейтенант! — радостно воскликнула Ира, обладавшая более острым зрением. — Похоже, здесь вся компания собирается. И, конечно, совершенно случайно!

Капитан удивился не меньше девочки. Он по привычке едва не поинтересовался, почему Жаров не на дежурстве (наступало его время), но вовремя спохватился.

— А почему вы еще здесь? — спросил запыхавшийся лейтенант, очередной раз поскользнулся, но, благодаря замысловатому пируэту, остался на ногах (Ира даже подумала, что фигурное катание без него многое потеряло).

— Да вот, машину караулим, — ответила девочка.

— А где мы должны быть? — не понял Морозов.

— Как где? Гоголя, девять, квартира два. Уже время подходит, — как нечто само собой разумеющееся выдал Жаров. — А вы разве не туда направлялись?

— Может, и туда. Все зависит от Деда Мороза со Снегурочкой, — снова встряла Ира.

— А почему мы должны там быть? — капитан никак не мог понять уверенности подчиненного.

— Так в записке же все есть! — воскликнул лейтенант. — Я ее расшифровал в последний момент, вот и побежал. Пытался с вами связаться, а вы не отвечаете…

— И что там, в записке?

— Гоголя, девять, квартира два, пароль «огарь», в двадцать один час, — отчеканил Жаров.

— Так что же мы стоим?

Морозов глянул на часы, и все трое припустили по нужному адресу. Капитан, конечно, хотел оставить нахальную девчонку в машине, но рассудил, что спокойно сидеть та вряд ли будет, и вся история может плохо кончиться.

— Значит, ребята быстрее записку прочитали, — на бегу поделилась своими мыслями Ира. — Хотя они и не сыщики.

— Какие ребята? — не понял Жаров.

— Тот самый мальчишка, Дед Мороз, — пояснил Морозов. — И второй, длинный. Он теперь Снегурку изображает. Мы их потеряли из-за машины.

— Они от кого хочешь оторвутся, — снова вмешалась Ира, на время забывшая обиду и испытывавшая нечто вроде гордости за своих кавалеров.

— А тебя, значит, не взяли? И из Снегурочек разжаловали? — поинтересовался лейтенант, чуть не дословно повторив снова начальника.

Он не хотел обидеть собеседницу, но Ира все же надулась и приумолкла.

Наконец все трое выбежали на улицу Гоголя.

— Идем спокойно! — скомандовал капитан. — Мы просто прогуливаемся. Или в гости идем. Внимательно смотрим по сторонам и молчим.

Идти прогулочным шагом в такой ответственный момент было трудновато, хотелось бежать со всех ног, тем более что они уже опаздывали больше чем на пять минут. Но выдать себя и в очередной раз спугнуть преступников никто не хотел. Даже Ира, больше других переживавшая за ребят, вела себя как пай — девочка.

А тем временем пара грабителей бродила на другом конце города по улице Горького в поисках нужного дома. Андреевы стихи в качестве пароля совершенно не годились, а свой шифр оказался утерянным. Младший подельник помнил адрес приблизительно, и поэтому его память периодически встряхивалась посредством подзатыльников от старшего, но безрезультатно. Птичий текст никак не желал восстанавливаться в непривычной к умственным нагрузкам голове. Он помнил только про пароль «Игорь» и про улицу имени знаменитого писателя, которые в его не утружденной чтением хорошей литературы голове сливались в какой-то общий, неясный и устрашающий образ классика.

Если бы главный знал, что раззява — партнер, сначала потерявший записку, а теперь никак не вспоминавший ее содержание, спас их от ареста, то, наверное, вел бы себя помягче. Но, к несчастью даже для лже-Снегурочки, он ни о чем не догадывался и продолжал отвешивать затрещины.

Глава 11

В западне

Подходя к нужному дому, ребята совсем струхнули. Теперь вся затея с поздним визитом в бандитское логово казалась им верхом глупости. Но все-таки первым отступать никто не хотел.

Дом с первого взгляда показался мальчикам каким-то зловещим, очень подходящим для жуткого преступления или обитания не менее жуткого привидения. Хотя на самом деле это был обычный старый двухэтажный дом, только слегка покосившийся и давно не ремонтированный. Свет горел только в одном окне и казался очень тусклым, будто горела не люстра, а какая-нибудь керосиновая лампа или свеча.

Затея со снегом вместо ворованной добычи и вовсе теперь выглядела по-идиотски, но тем не менее ребята накидали его и обломков еловых веток в мешок Деда Мороза. После чего, переглянувшись, двинулись дальше.

Если в подъезде дома когда-то и горела лампочка, то те времена давно и безвозвратно канули в Лету. Так что по скрипучим половицам приходилось подниматься едва ли не ощупью. Выделялся только один слабосветящийся дверной контур. Номер квартиры разглядеть было невозможно, поэтому ребята решили, что нужный адрес тот, где горит свет.

Из-за двери послышался странный звук, то ли шипение, то ли кряхтение. Мальчишки похолодели и инстинктивно вцепились в одежду друг друга. Вслед за шипением раздался удар. За ним еще один. Оказалось — старинные часы отбивали девять часов. Время пришло. Генка решительно потянулся к звонку.

Жилец, очевидно, ожидал визита прямо у двери, потому что ребята не услышали даже звука шагов.

— Кто там? — раздался традиционный вопрос, произнесенный надтреснутым стариковским голосом.

— Дед Мороз со Снегурочкой, — машинально отозвался Андрей. И получил тычок в бок от Генки.

— Кто-кто? — хозяин квартиры явно ожидал другого ответа.

— Этот… селезень… как его… — Название редкой птицы вдруг вылетело из Генкино головы. — Ну, вроде утки…

За дверью слышалось довольное хихиканье.

— Как же там — …на Игоря похоже… или на угря… — У Андрея тоже словно заклинило.

Хихиканье усилилось.

— Огарь! — чуть не хором выдохнули наконец ребята.

— Теперь верю, что вы ко мне, — снова послышалось хихиканье, за ним — щелканье замков, лязг цепочек. И дверь наконец отворилась. — Здравствуйте, здравствуйте, молодые люди!

В дверях появился небольшого роста старичок. Он был такой худой и морщинистый, что напоминал сухофрукт. Древний халат висел на нем, как на вешалке, а когда хозяин поднимал руки, рукава походили на крылья какой-то зловещей птицы. Но взгляд дедка, живой и колючий, сканировал стоявших на пороге, словно рентгеновский аппарат. Похоже, хозяин квартиры, несмотря на пароль, еще не решил, можно ли доверять вновь прибывшим.

— Ну что ж, проходите, раз пришли, — пригласил наконец старичок.

Квартира его выглядела довольно примечательно из-за огромного количества птичьих чучел, которые, казалось, занимали почти все пространство. В серванте же ребята заметили целую коллекцию птичьих яиц.

— Добро пожаловать в мой птичник! Мешочек можете пока здесь оставить. Не украдут! — захихикал старичок. А последняя фраза показалась ему очень остроумной шуткой, и он рассмеялся так, что ребята испугались, как бы дед от напряжения не рассыпался на части. Потом, успокоившись, тот показал на рыжеватое утиное чучело: — Вот, кстати, и огарь! Какой красавец! И он. Ну, снимайте валенки, проходите. И шубы снимайте, у меня натоплено.

Мальчикам казалось, будто старичок ожидал от них чего-то еще, но вот чего именно, Генка с Андреем не знали. Теперь же он, словно все подозрения рассеялись, превратился в радушного хозяина. И даже пошел на кухню ставить чайник.

— Как поживает Василий? — как бы между делом поинтересовался дедок, пока гости, переминаясь с ноги на ногу посреди комнаты, разглядывали собранных здесь птиц.

Ребята переглянулись. Ни о какой Василии они слыхом не слыхивали.

— Василий… нормально. С ним все в порядке, — взял инициативу на себя Генка.

— Больше не хворает? — допытывался старик.

— Выздоровел, — отозвался Андрей.

— Вот и хорошо… — Хозяин квартиры тихонько звенел посудой. — А Николай Егорович что не заходит?

— Скоро зайдет! — Генка уже вжился в роль и радовался, что вопросы пока совсем не сложные. Вот только бы старик не попросил подробнее рассказать что-нибудь о людях, которых они с Андреем совсем не знают.

— Ну, дай-то бог, — пробормотал старик. — Вот, чай готов, идите мыть руки! — Он щелкнул выключателем и распахнул дверь в комнатку, где в тесноте ютилась нехитрая сантехника. — Проходите оба, не стесняйтесь.

Мальчишки, собиравшиеся заходить по одному, немного замялись, но решили не спорить с хозяином. Едва они переступили порог, как дверь захлопнулась, и снаружи щелкнула щеколда.

— Вот так-то, цыплятки! — Довольный голос снова сопровождался хихиканьем, злорадным, но каким-то нервным.

— Зачем вы нас закрыли? — довольно робко поинтересовался Андрей.

— Эй, откройте дверь! — постучал Генка.

— Ничего, мойте, мойте ручки! — хихикал старик. — И большой привет Николаю Егоровичу с Василием. Мне-то их знать не довелось…

Только тут ребята поняли, что хозяин квартиры, что-то заподозрив, решил их проверить, расспрашивал о несуществующих людях, а они попались в его нехитрую ловушку. Как и в другую, более серьезную, оказавшись запертыми.

— А вот свет я выключу. Дорого, знаете ли, за него берут нынче. — Щелкнул выключатель, и Андрей с Генкой оказались в темноте. — А вы мойте ручки, мойте. Чистыми помирать, оно правильнее.

Хихиканье прекратилось, послышался звук набираемого телефонного номера. Старик явно собирался сообщить кому-то о самозванцах.

— Эй, откройте! Сейчас здесь будет милиция! — Андрей изо всех сил старался говорить твердо и уверенно, но выходило довольно жалко и жалобно.

— Пусть заходят. Что мне скрывать? Сдам им двух мошенников, которые хотели ограбить одинокого пенсионера, — снова захихикал старик.

— Мы закричим, соседи услышат! — пообещал Генка, барабаня в дверь.

— В доме давно никто не живет, — охотно пояснил дед. Очевидно, нужный номер оказался занят, и разговор откладывался. — Один я остался. И птички. Только они давно мертвые, живых я не держу. Хлопотно. Так-то, птенчики!

— Ну-ка, Ген, давай попробуем, — предложил Андрей.

Ребята изо всех сил навалились на створку. Но, несмотря на кажущуюся ветхость дома, дверь была поставлена на совесть. К тому же не было места, чтобы ударить в нее с разбегу. Все попытки друзей терпели полный крах.

— А что если мне пойти в гости? — Старик словно рассуждал вслух. — Пожилые люди рассеянны. Чайник, я его до краев заполнять люблю, останется на плите, вода закипит и зальет огонь, потом пойдет газ… Когда я вернусь, картина будет печальной. Но я ее переживу. Такие молодые скончались от какого-то глупого газа! И, заметьте, никто не виноват!

Нарисованная жутким дедком картина показалась настолько реальной, что ребята стали терять остатки самообладания. Помимо слов старика на нервы очень давила темнота.

— Выпустите нас!

— Нет, птенчики, никто вас не выпустит, — жестко отрезал хозяин квартиры. — Вы сами не понимаете, во что вляпались. А если хотите, чтобы я не «забыл» про чайник на плите, расскажите дедушке, кто вы, откуда, и кто вас послал.

— Мы сами из милиции! — ляпнул Андрей, в то время как Генка лихорадочно искал мобильник. Но тот, увы, остался в кармане шубы. Как и телефон его товарища. — И скоро здесь будут наши!

— Ай-ай-ай, такой молодой и такой лгун! Ну и молодежь! — казалось, старичок искренне сокрушается. — Наверное, мне все же придется оставить чайник…

— Не надо чайник, — совсем уж по-детски попросил Генка. — Мы сами, по собственной инициативе.

— Надо же какая инициативная молодежь пошла! — издевался старик. — И что же вы по собственной инициативе сделали? Энергичнее! Рассказывайте! Не надо испытывать мое терпение. А то чайник уже закипает…

— У нас украли подарки и вещи, — заторопился Андрей. — То есть не у нас, а когда мы выступали. Вот мы и решили выследить преступников.

— И как, удалось? — захихикал хозяин.

— Не совсем. Только смогли их валенки раздобыть. И бумажку с текстом, — пояснил Андрей.

— Какие еще валенки? — Старик, кажется, впервые за вечер был озадачен.

— Ну, стянули с них, когда они убегали, — добавил Генка. — Но это неважно. Важно то, что мы бумагу расшифровали и пришли сюда.

— Расшифровали и пришли, — задумчиво повторил старик. — Ну, растяпы! — последнее замечание, видимо, относилось уже не к мальчикам, а к преступникам.

На кухне зашипел чайник. И одновременно раздался звонок в дверь.

— Мы здесь! — радостно закричал ребята. Неизвестно, услышали ли их снаружи, но звонок повторился, а потом продублировался громким, уверенным стуком.

— Сейчас-сейчас, только чайник выключу! — Голос хозяина квартиры сделался елейно-угодливым, а походка поспешной и семенящей. — Кто там?

— Огарь!

Запертые мальчишки даже через несколько дверей опознали Ирин голос. И тут же впали в беспокойство.

— С нее станется прийти одной, — шепнул Андрей.

— Да, точно! — отозвался Генка. И крикнул: — Ирка! Не ходи одна! Не доверяй старику!

— Огарь у меня уже есть, — проворчал старик, которому страшно не хотелось открывать.

— Откройте, милиция! — отчетливо сказал капитан Морозов, и у каждого, кто слышал эту команду, едва ли возникло бы сомнение, что произнесший ее человек действительно из милиции. — Развели тут зверинец, — проворчал он вполголоса.

— А удостоверение? — не сдавался хозяин квартиры. — Я пожилой человек, не могу открывать кому попало.

— Посмотрите через глазок. Или откройте дверь на цепочке, — посоветовал капитан.

— Зрение у меня слабое, — жаловался старик. — Вот если бы вы утром зашли…

— Да что вы его слушаете? — возмутилась Ира. — Может, ребят там уже убивают!

Ребята между тем подняли такой шум, что в такую версию несложно было поверить.

— Согласно оперативным данным, здесь незаконно удерживаются люди. Я считаю до трех, а затем ломаю дверь! — Морозов не намерен был продолжать препирательства.

— Зачем же ломать? Я сейчас открою. Подчиняюсь грубой силе, — забормотал старик, возясь с замками и цепочками.

— Милиция! — еще раз повторил капитан, демонстрируя удостоверение, едва створка отворилась.

— Теперь вижу, что милиция, — согласился хозяин квартиры. — А я как раз собирался вас вызывать. Ко мне в дом проникли два мошенника, прикинувшись Дедом Морозом и Снегурочкой. Но я их обезвредил!

Пока дед, пытаясь переквалифицироваться в жертву, говорил, Ира, не теряя времени, помчалась к источнику шума и открыла щеколду. Девочка очень торопилась. Ребята же, почуяв близость свободы, налегли на дверь с удвоенной силой. В результате, распахнувшись, створка отправила спасительницу в нокдаун.

— Вот смотрите, какие опасные хулиганы! — воскликнул старик. — Вдвоем напали на даму!

Андрей же с Генкой, забыв про своего тюремщика, наперебой хлопотали над приходящей в себя Ирой, до которой причина удара еще только доходила. Мальчики страшно смущались и не знали, что предпринять. Наконец Андрей сбегал на кухню, вернулся с ведром воды, стоявшим там в углу с неизвестно с какими целями, и окатил пострадавшую с ног до головы. Столь радикальная мера поспособствовала, конечно, тому, что она быстрее пришла в себя, но никак не появлению у нее хорошего настроения.

— Они мне все полы испортят! — тут же наябедничал хозяин квартиры.

А Морозов пока решал, что следует предпринять. Ведь если разобраться, то именно мальчишки проникли в чужой дом, и арестовывать старика было вроде не за что. Вопрос с незаконным лишением их свободы в такой ситуации казался очень скользким. Капитан досадовал, что информация об этой квартире не дошла до него чуть раньше. Тогда можно было бы не соваться сюда, а установить слежку. Ребята же, опередив милицию, все испортили. Если бы милиционер знал, что, прибудь он чуть позже, старик успел бы сделать звонок сообщникам, которых можно было бы накрыть тут же, расстройство его стало бы еще сильнее. Сейчас же лейтенант Жаров терпеливо вышагивал под окном, но ни бежать из второй квартиры, ни проникать туда никто не собирался.

— Надо бы тут обыск устроить! — предложил Андрей, видя, что Ира уже может позаботиться о себе сама и не горит желанием отблагодарить его с Генкой. — Ему, наверное, краденое несут!

— Вроде этого мешка? — съехидничал старик. Он уже успел заглянуть в мешок, с которым пришли мальчики, и вокруг которого теперь растекалась большая лужа. — Может, у вас есть доказательства?

— Поищем и найдем! — буркнул Генка.

— Тогда, наверное, у вас имеется ордер?

— Замолчите! — рявкнул Морозов на ребят. — Забирайте свои вещи и выметайтесь отсюда! А мы тут немного потолкуем, если хозяин не возражает.

— Всегда приятно побеседовать с вежливым человеком, — отозвался старик. — А детишки пусть себе идут. Я, так и быть, заявлять на них не буду. Я старый добрый человек…

Под строгим взглядом капитана и насмешливым хозяина квартиры Ира и мальчишки побрели к выходу. Так все хорошо начиналось: разгадали шифр, нашли квартиру преступника. И вот на тебе: выгоняют с позором, как нашкодивших щенков. И ничего не сделаешь.

— Так вот он какой, огарь, — еле слышно, почти про себя проговорил Андрей, вглядываясь на прощание в птицу, чье имя послужило паролем.

— Оставь птицу в покое! — старик так и взвился. От показного благодушия не осталось и следа. — И пошел вон!

Возможно, так ревниво он относился ко всем экспонатам своего домашнего музея, однако Генка был другого мнения.

— Какую птицу оставить в покое? Вот эту? — с самым невинным видом поинтересовался он, приподнимая чучело.

— Вон! — Старик бросился к мальчику, а из-под птицы на пол спланировал клочок бумаги. И вдруг дед, словно молодой регбист, бросился на пол, закрывая его своим телом. — Я буду жаловаться! Негодяи! Вон из моей квартиры!

Под тяжелым морозовским взглядом мальчишки пулей выскочили на лестницу. Ира не спеша, с достоинством последовала за ними.

— Видели, как старикашка на ту бумагу кинулся? — возбужденно зашептал Генка, как будто столь великолепный прыжок можно было не заметить.

— Знать бы, что там, — вздохнул Андрей.

— А капитан не может отнять бумагу?

— Его же потом самого засудят!

— И как мы не успели ее перехватить?

— Или хотя бы прочитать…

— Ну, вы-то, может, и не успели, — подала голос доселе не вступавшая в разговор Ира.

— И что же там написано?

— Ирка, что там? — перебивая друг друга, спрашивали мальчишки.

— У вас свои секреты, а у меня свои! — с вызовом произнесла девочка. — Вы обошлись без меня, а я справлюсь без вас!

— Ирка, не время вредничать, — настаивал Андрей.

— Еще как время! — ответила Ира, потирая ушибленный дверью лоб. — Надо снег скорее приложить, а то шишка будет на пол-лица.

Все вышли на улицу. Лейтенант Жаров оживился было, но, увидев старых знакомых, успокоился.

— Что там? — спросил он.

— Мы тайную бумагу нашли! — выпалил Генка. — Но прочитала ее только она.

Конечно, его последние слова походили на ябедничество, но мальчик считал, что после всего пережитого имеет право знать, что скрывалось под птицей. Тем более что именно он ее поднял.

— Да, прочитала, — подтвердила Ира, прикладывая снег и морщась. — Но это не ваше дело!

— Хватит вам играть в сыщиков! — негромко, но твердо заявил лейтенант. — Не хочешь им говорить, скажи мне. Но улики скрывать не стоит. И так все далеко зашло…

— Ладно, — вздохнула Ира. Она тоже понимала, что сейчас не время для секретов, но хотела слегка позлить ребят, отомстить им за расследование без ее участия. — Но я успела прочитать всего несколько слов. Остальное старик закрыл.

— И что же там? — Жаров пока не понимал, о каком старике и о какой бумаге идет речь, но очень хотел знать главное.

— Кажется, так… — Ира закрыла глаза и приподняла голову, стараясь как можно точнее вспомнить текст: — «Нет альбатросов. Гагары, огари рады очень дятлам, снегирям, которые обожают йод. Еж лишился колючек ежиных».

— Все? — спросил лейтенант, стенографировавший ее слова. — Ты точно запомнила?

— Вроде да. Остальное старик закрыл, — кивнула Ира. — Надо же, совсем психи, не только на птицах, но и на ежиках помешались.

— «На городской елке», — медленно прочитал Генка, заглядывая в запись.

— Ой, завтра же у театра, на городской елке, все Деды Морозы со Снегурочками собираются! — воскликнул Андрей. — Мы еще туда с Ирой собирались и забыли совсем.

— Теперь придется со мной идти, — усмехнулся Генка, помрачневший было при упоминании об их совместных планах.

— Вы что, опять без меня собрались? — возмутилась Ира. — Так я и знала, что о записке вам ничего говорить не нужно было!

— Ты бы ее не прочитала, ключа не знаешь, — заметил Андрей.

— Тихо! Никто никуда не пойдет! — лейтенант Жаров даже топнул ногой, но все равно по солидности и убедительности до капитана ему было далеко. — Вы уже и так находились! Без вас разберемся!

— Тут только про новогоднюю елку и сказано, — пробормотал Генка. — Ни конкретного времени, ни места. А там полгорода будет…

— Верно, — согласился Андрей. — И пойдем мы туда или не пойдем, толку никакого.

— Надо попробовать конец записки прочитать, — решился лейтенант. — Стойте здесь, я мигом.

И он скрылся в доме. Мысль о нарушении закона молодому милиционеру претила, но ведь дочитать записку просто необходимо. Ради этого Жаров готов был не только пойти на хитрость, но даже применить силу. Но он успел лишь дойти до двери квартиры. Навстречу ему вышел мрачный капитан.

— Почему оставили пост? — зло рявкнул Морозов.

— Я… ради важной улики… записка… — Жаров словно превратился в провинившегося школьника.

— Нет важной улики, проглотил он ее, — устало произнес капитан.

— То есть как?

— А так! Чтобы я не прочитал. Подавиться бы ему… Поехали, здесь мы ничего не добьемся. Хотя, конечно, наблюдение установим.

— А может, обыск все же провести? — рискнул предложить Жаров.

— Думаю, бесполезно, — покачал головой капитан. — Старик хитрый, вряд ли что дома держит. Да и пока ордера добьешься… — Морозов махнул рукой.

Узнав содержание записки, он сначала очень рассердился на подчиненного за то, что текст известен и детям, но тут же сообразил, что те, собственно, и узнали его первыми.

Все пятеро направились к машине. В обратную сторону упрямый автомобиль ехать, несмотря на увеличившийся груз, согласился. В пути Андрей и Генка подробно рассказали о своих приключениях, от чего Жаров буквально хватался за голову, а Морозов был бы рад сделать то же самое, да сидел за рулем.

— Думаю, гибель вам не угрожала, — проговорил капитан, когда рассказ дошел до самой страшной части. — Старик вас просто пугал.

— Нам так не показалось, — признался Генка.

— Струсили! — заключила Ира, которая никак не могла простить мальчишек.

— Было маленько, — честно признался Андрей. — Кто знает, что у него было на уме.

— Он не убийца, — продолжил Морозов. — Да и не стал бы так рисковать. А вот если бы приехали его подручные, вам бы несладко пришлось… Убить не убили бы, но охоту играть в следователей отбили бы начисто.

Ребят милиционеры хотели развезти по домам и даже довести до квартир (от греха подальше), но те уговорили высадить их всех вместе. Им было о чем поговорить без посторонних ушей.

Глава 12

Подготовка к елке

— Вот, полезли без меня, куда не следует, и чуть не погибли! — заявила Ира, едва «жигуленок» со следователями отъехал.

— Сильно бы ты помогла, — проворчал Генка.

— Лазаете, где попало, а потом вас выручай! — не унималась девочка. — А вместо благодарности… — И она показала на свою шишку.

— Мы же за тебя беспокоились, — серьезно ответил Андрей. — Видишь, как опасно все вышло.

— А если бы пошли втроем, дед бы всех в ванную не загнал.

— Он бы еще что-нибудь придумал, — заверил Генка. — Сразу видно, что хитрый старый хрыч. Как нас поймал своими Василиями! Еще бы в чай что-нибудь подсыпал…

— Повезло нам, что Морозов с Жаровым нас выследили, — заметил Андрей. — А мы-то маскировались!

— Как же, выследили бы они, — презрительно бросила Ира.

— А кто же тогда выследил? — удивился Генка.

— Я, кто ж еще! — воскликнула девочка, решив не упоминать о том, что в окно выглянула совершенно случайно. — Тебе, Ген, если хочешь оставаться незамеченным, надо сделаться пониже и потолстеть хоть чуть-чуть. А Андрюха вообще тот еще конспиратор!

— А что я? — не понял Андрей.

— Ты так по сторонам оглядывался, словно что-то украл, — пояснила Ира. — Никакого актерского мастерства! Тебя бы даже в статисты не взяли.

— Больно надо, — проворчал в ответ мальчик, хотя на самом деле в мечтах частенько видел себя на сцене. Разумеется, вместе с Ирой. Например, в роли Ромео. — В Деды Морозы же взяли!

— Ладно вам спорить, — прервал их Генка. — Давайте решать, мы продолжаем расследование или сидим по домам?

— Конечно, продолжаем! Ты еще спрашиваешь! — вскинулась Ира. — По крайней мере, я продолжаю.

— Значит, мы тоже, — не слишком-то радостно проговорил Андрей, у которого сегодняшние приключения сильно подорвали веру в собственные силы.

— Попробовать-то можно. Только вот придется искать иголку в стоге сена, — размышлял вслух Генка. — Ну, придем мы на елку, и что? Там чуть не полгорода соберется. Кого искать? Что искать?

— Придется разбираться на месте. — Ира тоже прекрасно представляла предстоящие трудности. — Если ничего не найдем, хоть развлечемся!

— Всю неделю развлекаемся, — усмехнулся Андрей. — Вместе с милицией.

Милиционеры между тем тоже обдумывали план завтрашней операции. Настроение у обоих было подавленное. Получалось, что ребята постоянно их опережали, путались под ногами и мешали расследованию. Хотя оба понимали, что без них следствие могло бы и вовсе топтаться на месте.

— Нам бы действовать с ними заодно, — вздохнул Жаров.

— А может, еще детский сад на помощь позвать? — Усы у Морозова ощетинились. — Или ясли? В качестве опергруппы.

— Я к тому говорю, что голова у ребят работает, и находчивости им не занимать, — оправдывался лейтенант. — А преступники с ними как-то все же связаны…

— Или они с преступниками, — проворчал капитан. — Уж больно ловко у них все выходит… Эх, провести бы завтра досмотр всех Дедов Морозов и Снегурочек! А лучше даже забрать всех до выяснения!

Еще немного поспорив, следователи придумали небольшой план на завтрашний вечер. Хотя и они понимали, что шансы найти преступников на празднике минимальны. Как бы те не устроили там очередное ограбление!

Обсуждая планы, ребята не учли одну вещь: подходящий костюм имелся только у Андрея. А чтобы находиться ближе к месту событий, сказочный новогодний наряд был практически необходим. Но Ирина шуба осталась у грабителей, а грабительская — пылилась в милиции. Что же касается Генки, то одеяние Снегурочки ему пришлось срочно возвращать родственнице, которая собиралась появиться в нем на празднике сама. Так что проблемы навалились с самого утра.

После долгих поисков по родственникам, знакомым и знакомым знакомых Ира сумела-таки раздобыть два сказочных костюма. Правда, не совсем по теме — Бабы-Яги и Кощея Бессмертного!

— Все, как ты сначала предлагала, — рассмеялся Генка, узнав об этом.

— Тебе-то роль Кощея идет, но я и Баба-Яга, — расстроилась Ира. — Конечно, настоящая актриса должна уметь перевоплощаться и в отрицательных персонажей, но все же…

— Не принцессу же тебе играть с такой-то шишкой, — осторожно заметил Гена, которого, однако, разбирал смех.

Шишка действительно получилась знатная. Ире дома пришлось придумывать историю с падением и ударом головой, чтобы хоть как-то оправдать появление сомнительного украшения.

— А все из-за кого! — вздохнула уже переставшая обижаться Ира.

Когда же подошел Андрей, мальчик не мог удержаться от смеха, глядя на злодейскую парочку. Не нравилось ему только то, что в паре с Ирой, похоже, придется выступать не ему, а Генке. Сам же он остается Дедом Морозом без Снегурочки. Андрей утешал себя, что так будет всего на один вечер, но все равно настроение было довольно паршивым.

— Ты бы вместо того, чтобы ржать, что-нибудь романтическое сказал бы, что ли! — попеняла ему Ира.

— А что романтическое? — нахохлился Андрей. Он до сих пор переживал из-за потерянных стихов. Новую же попытку сделать пока что не решался.

— Меня сегодня со снежинкой сравнили, — похвасталась Ира. — Совершенной и холодной, воздушной и свободной!

— Кто это сравнил? — в один голос спросили Андрей и Генка. Но если последний просто расстроился появлению еще одного соперника, то Андрей узнал собственные образы. Было просто невероятно, чтобы такие же могли прийти в голову кому-то еще, причем применительно к Ире!

— Романтический поклонник, — улыбнулась девочка. — А вам-то какое дело?

— Да просто интересно, — пожал плечами Генка, — кто такие посредственные стишки кропает.

На самом деле у него в столе тоже лежало несколько стихотворений, и он надеялся прочитать или подарить их Ире… но когда-нибудь потом.

— Во-первых, стихи неплохие! — Андрей покраснел так, что ему позавидовал бы сам Дед Мороз. — А во-вторых, очень важно, кто их тебе прочитал.

— Кому важно? — поинтересовалась Ира.

— Мне, — буркнул Андрей. — И вообще всем.

— Даже так?

— Так.

— Почему же?

— Потому что… — Андрей набрал побольше воздуха. — Потому что, я думаю, их прочитал тебе один из грабителей.

— Интересно… — протянул внимательно прислушивавшийся и слегка покрасневший за компанию Генка. — А с чего ты так решил?

— Решил, и все! — насупился Андрей. — Не скажу.

— Ну, тогда и я не скажу, — заявила Ира.

— Но это же очень важно!

— А ты докажи!

— Дело в том… — Андрей сделал длиннющую паузу, собираясь с духом.

— Дело в том, что стихи лежали в кармане твоей украденной шубы. Ну, когда грабитель наряды перепутал…

— Интересно… — снова протянул Генка.

— И как же они туда попали? — спросила Ира. Она, конечно, все уже поняла, но хотела немножко помучить Андрея и заставить высказать приятные для себя вещи.

— Да я их туда положил! — почти крикнул Андрей, отвернувшись к окну. — Написал и положил.

— Ну ты даешь, — прошептал Генка, подумавший, что у него вряд ли хватило бы духу на подобную операцию.

— Тогда все понятно, — кивнула Ира. — А я-то думаю, с чего вдруг Герман в романтики записался?

— Герман?! — в один голос воскликнули Андрей с Генкой. Герман был у них общим врагом, но чтобы тот оказался грабителем…

— И ты подумала, что он мог такое написать? — укоризненно спросил Андрей, которого все преступники мира сейчас интересовали куда меньше судьбы собственных строчек.

— А что, ты можешь, а другой нет? — улыбнулась Ира. Но тут же посерьезнела. — Вообще-то стихов Герман и не читал. Я его встретила, и он про снежинку сказал. По-моему, его от смеха распирало.

— Не удержался, значит! — Андрей потер руки.

Дело, казавшееся столь запутанным, начинало проясняться. Мальчик сразу вспомнил свои встречи с Германом и его поразительную осведомленность о последних происшествиях. Сомнений не оставалось.

— Представляю, как он по стихам пытался шифрованную запись прочитать! — прыснул со смеху Генка.

— Да погодите вы с Германом! Ты лучше мне стихи целиком прочитай, — предложила Ира.

— Стихи… — Андрей замялся. Читать стихи вслух, да еще в Генкином присутствии он был явно не готов. Быть может, наедине с Ирой… Поэтому мальчик быстро соврал: — Я их наизусть и не помню. Лучше потом на бумаге запишу.

— Ну, как хочешь! — Ира не расстроилась. Столь романтический поступок поклонника и без того привел девочку в прекрасное расположение духа.

— Ладно вам уж про стихи, — Генке, несмотря на неловкость положения Андрея, очень хотелось быть на его месте. Сейчас же он чувствовал себя лишним, и ощущение было мучительным. — Что с Германом-то делать?

— Самое простое — следить. И вечером пойти за ним, — предложила Ира. — Вас выследила и с ним справлюсь.

— В костюме Бабы-Яги ты будешь очень незаметна. Как и я в Кощеевом, — резонно заметил Генка.

— Значит, придется Андрюшке следить. А мы будем с ним связь держать, — сориентировалась Ира.

— Попробую, — кивнул Андрей, которому, однако, очень не хотелось следовать за преступником в одиночку. — А может, с ним просто поговорить, чтобы он раскололся.

— Скорее он тебя расколет! — усмехнулся Генка. — А вот если вместе попробовать…

— Чтобы опять все сорвать? — возмутилась Ира. — Нет уж, давайте в этот раз действовать наверняка!

— А следователям расскажем? — спросил Андрей.

Ребята задумались. Велико было искушение действовать самим, но ведь без помощи милиции легко не только снова попасть впросак, но и влипнуть в историю.

— У нас никаких доказательств, кроме этих стихов, — напомнил Генка.

— Знаете что: с нас дело началось, нам его и завершать, — высказалась Ира. — В конце концов, мы с Андрюшкой тоже пострадавшие.

— Значит, заметано, — согласился Андрей, а Генка молча кивнул.

— А кто за Германом следить будет? По очереди? — спросила Ира.

— У меня из окна его дом виден, — сообщил Генка. — Можно ко мне перебазироваться и у окна ждать.

— А милиции мы опять записку напишем, — предложил Андрей. — Они, если что, Германа как миленького раскрутят. Морозов только на него глянет — и готово.

— По себе суди, — хмыкнула Ира, на которую грозный капитан не производил никакого впечатления.

— Кстати, о записках… — произнес Генка и сделал длинную паузу.

— Ты часом не заснул, мудрый Каа? — поторопила его Ира.

— Я вот что думаю… — Генка опять замолк. Но потом все же продолжил: — Раз мы знаем шифр, то можем сами им пользоваться.

— Ну, это и ежу понятно, — усмехнулся Андрей. — Что дальше-то?

— А вот что. Мы сами напишем послание и подбросим Герману. Ну, устроим нечто вроде ловушки, — донес наконец Генка свою мысль до слушателей.

— Интересно… — протянул Андрей.

— Только что мы можем написать? — задумалась Ира. — Что-нибудь вроде «приходи с награбленным к отделению милиции, спроси капитана Морозова или лейтенанта Жарова»?

— Не так грубо, но смысл похожий, — согласился Генка. — Надо все как следует обмозговать.

— Может и клюнуть, — решил Андрей. — Вчерашняя записка, ну, та, что под птицей была, до грабителей не дошла. Неизвестно, знают они теперь о месте встречи или нет. Вот мы им и подскажем.

Ребята взялись за дело. Начало текста нужно было оставить прежним, а вот конец придумать свой. Найти подходящее место городской площади, которая будет забита народом, оказалось делом непростым. Оно должно было быть относительно малолюдным, хорошо просматриваться и не вызывать подозрений. Наконец, после долгих споров, решено было остановиться на большой фигуре снеговика, стоящей сбоку от эстрады. Ребята надеялись, что никого, кроме ряженых, туда не пустят. Хотя бы в первое время.

Теперь оставалось перевести все, по выражению Ира, на птичий язык. То есть зашифровать, используя по возможности, названия птиц, чтобы, как сказал Андрей, сохранить стилистику. Столь кропотливую работу поручили Генке, как человеку, лучше всех ориентирующемуся в шифрованных посланиях. Правда, и Ира, и Андрей постоянно вмешивались в процесс, так что их товарищ, рассердившись, ушел заниматься шифровкой на кухню. Уединенная работа быстро дала свои плоды. Вот что у него получилось.

Нет альбатросов. Гагары, огари рады очень дятлам, снегирям, которые обожают йод. Еж лишился колючек ежиных. Все дятлы ежам верят, являя тьму. Удоды смотрят новости, если гагары, огари верят им, клюя альбатросов.

— Ну как? — спросил Генка.

— Честно говоря, не очень. Альбатроса не очень-то поклюешь, — не удержался от критики Андрей. — Но жулики могут и клюнуть.

— Класс! — Ира, наконец разобравшись в принципе шифрования, перечитывала послание. Ее восхищал сам процесс. — На городской елке в девять, у снеговика. Я бы на месте грабителей обязательно пошла!

— Вот только как им послание доставить? — задался вопросом Генка.

— Через Германа, — ответила Ира.

— И что, ты просто подойдешь к нему и вручишь записку?

— Ну, можно через окно кинуть, если его откроют. Или под дверь подсунуть.

— Не годится, — Генка покачал головой. — Он что-то заподозрит. Если вообще прочитает.

— Так что же, мы зря старались? — вздохнула Ира.

— Не зря! — воскликнул Андрей. — Записку принесет Дед Мороз.

— Какой Дед Мороз? Ты, что ли? — недоверчиво спросила Ира.

— Ну да!

— И он тебя не узнает?

— Я с ним и не буду встречаться. Надену костюм, подожду, пока он из дома выйдет, и записочку передам его родным.

— Точно! — подал голос Генка. — Они же все в костюмах Дедов Морозов и Снегурочек. Вот он и подумает, что записка от своих.

Переписав послание на чистый листок, ребята принялись ждать. Но Герман, похоже, до вечера никуда выходить не собирался. Так можно было просидеть безрезультатно неизвестно сколько.

— Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе, — заявила Ира, которой надоело тревожное ожидание. — Есть у кого-нибудь телефон Германа?

Телефон, как ни странно, отыскался — Генка когда-то давно переписал координаты всех одноклассников. И номер за прошедшее время, к счастью, не поменялся. Ира несколько секунд настраивалась, зачем-то глядя в зеркало, а потом набрала нужные цифры и заговорила трудноузнаваемым голосом капризной и не слишком умной девицы. Ребята слышали только ее реплики, но и те впечатляли. Они даже слегка посочувствовали своему врагу, которому так задурили голову.

— Ой, Герман, привет! Ты меня не узнаешь? Значит, богатой буду… А угадай… Не-а… Опять не угадал… Ну, ты забыл, что ли… В общем, очень надо встретиться… Прямо сейчас… Я у торгового центра, на углу… Жду! Чмоки…

Ира повесила трубку, и мальчишки дружно показали большие пальцы. Теперь шансов остаться дома у Германа не было никаких. Разве что городской телефон у него с определителем, и ему известен Генкин номер. К счастью, Герман номера не знал, потому что через пару минут буквально вылетел из дома, на ходу застегивая куртку.

— Твой выход, Дед Мороз! — сказал Генка. — Кто знает, сколько он будет всматриваться в лица девчонок у торгового центра.

Заблаговременно одевшийся Андрей взял записку и быстро пошел к подъезду Германа. Только сейчас мальчик подумал, что дома может никого не оказаться, и записку отдать не удастся. Однако ему повезло. Дверь открыла неопрятная женщина средних лет, уставившаяся на Деда Мороза, как на неведомую зверушку. В прихожей за ее спиной Андрей заметил на вешалке краешек шубы, поразительно напоминающей Снегурочкин наряд.

— Герман здесь живет? — понизив голос, пробасил он.

— Да. Только его нет дома. — Женщина подозрительно покосилась на невысокого Деда Мороза. — А ты кто будешь?

— Дедушка Мороз! — Андрей, не придумавший никакой легенды, решил отделаться шуткой. — У меня для него сюрприз. — И он вручил ошеломленной женщине записку, для верности положенную в конверт.

— Погоди, ты кто? — спросила женщина, однако Андрей уже быстро спускался по лестнице. — Чего передать-то?

Но мальчик только ускорил шаг.

— Все, дело сделано, — устало сказал он, вернувшись к товарищам и освобождаясь от костюма. Пот лил с него градом.

— Экзамен по актерскому мастерству сдан, — подбодрила его Ира. — А если они к снеговику придут, то будет тебе пятерка.

— Да вот и наш знакомый возвращается, — весело произнес Генка, глядя в окно.

С первого взгляда можно было понять, что Герман очень зол. Он зачем-то пнул снеговика во дворе, напугал какого-то малыша, а заходя в подъезд, сердито хлопнул дверью.

— Ну надо же, свидание не состоялось! — всплеснула руками Ира, подражая своему телефонному голосу. — Подумать только, какие девчонки обманщицы!

— «Я пришел, тебя нема, пидманула, пидвела»… — Андрей неожиданно вспомнил украинскую песню, столь любимую бабушкой.

Немного повеселившись, ребята решили, что пора пообедать и собираться на праздник. Постановили, что Генка с Ирой придут на место заранее, а Андрей постарается проследить за Германом. Если кто-то потеряется, следовало ждать неподалеку от снеговика.

Теперь оставалось только предупредить милиционеров. Письмо шло бы слишком долго, а телефонный номер они могли проверить моментально. Значит, надо быть поискать таксофон и купить где-то карточку.

Генка остался дома, а Ира с Андреем отправились в сторону торгового центра. Мальчику очень хотелось сказать спутнице что-нибудь интересное. Или же решиться и вернуться к разговору о стихах. Но обстановка казалась для этого неподходящей. Приходилось думать о жуликах и очередном опасном приключении. Ира же, вопреки обыкновению, молчала, очевидно, сосредотачиваясь на предстоящем деле.

Когда проходили мимо его дома, Андрей заметил сороку, которая копалась в сугробе и пыталась извлечь из снега нечто блестящее. Поддавшись любопытству, мальчик отогнал птицу и посмотрел, что там лежит. Это был почти новенький мобильник, заботливо упакованный в чехол. Удивительно, но аппарат даже не успел до конца разрядиться и выглядел вполне исправным. На экранчике горела информация о множестве пропущенных вызовов.

— Интересно, кому его надо вернуть? Объявление, что ли, дать? — задумался мальчик.

— Мы его потом милиции отдадим, — предложила Ира. — А пока сделаем один звоночек…

Она залезла в свой мобильник, посмотрела в записной книжке номер телефона, который оставил ей лейтенант Жаров на всякий случай, и решительно набрала его на найденном аппарате. Трубку сняли почти моментально.

— Известные вам фальшивые Дед Мороз и Снегурочка будут сегодня на городской елке в девять часов возле снеговика у сцены, — таинственным шепотом произнесла Ира и тут же отключила аппарат. — Лейтенант не дурак, поймет, — пояснила она Андрею.

Мальчику такой способ оповещения показался не слишком надежным, однако теперь дело было сделано. Оставалось лишь собираться и приступать к слежке.

А в то же время в отделении милиции лейтенант Жаров взволнованно докладывал начальнику о поступившей информации. Дополнительную загадочность ей придавало то, что звонок был сделан с украденного на первом утреннике аппарата!

Глава 13

Последнее выступление

В этот вечер Дедов Морозов и Снегурочек в районе центральной городской площади было едва ли не больше, чем обычных людей. Здесь были и мальчишки моложе Андрея, и дедушки, которым не требовалось нацеплять искусственную белую бороду и действительно приходилось опираться на посох. Наряды попадались от традиционных до довольно смелых, особенно у Снегурочек. Среди новогодних героев были замечены даже Деды Морозы, явно прибывшие из теплых краев. Изредка встречались и другие сказочные персонажи, то ли слишком поздно озаботившиеся добычей костюмов, то ли собиравшиеся участвовать в маленьких сценках. Так что Ира с Генкой в виде Бабы-Яги и Кощея Бессмертного не выглядели совсем уж белыми воронами. И даже имели успех у детишек, уставших от обилия новогодних дедов и их внучек.

Атмосфера праздника захватывала. Здесь совершенно не хотелось никого выслеживать. Да по правде говоря, при таком обилии ряженых узнать кого-то было весьма затруднительно. Так что если жулики не поверили записке, искать их здесь оказалось бы не легче пресловутой иголки.

Некоторые пары Дедов Морозов и Снегурочек выглядели весьма нелепо. Например, небольшого роста сердитый дед с настоящими усами, никак не гармонирующими с ватной бородой, и высоченная Снегурочка, не знавшая, куда деваться от смущения. Чтобы решиться на переодевание в женский наряд, лейтенанту Жарову потребовался прямой приказ начальника, и теперь он очень страдал, боясь быть узнанным кем-то из знакомых, что при его росте было немудрено. В ответ же на предложение подчиненного поменяться ролями капитан Морозов резонно заметил, что Снегурочек с усами в природе не бывает. И вообще, костюмы уже заказаны. Предложить же шефу сбрить усы Жаров не рискнул.

Надо сказать, что раздобыть наряд удалось с трудом, причем с помощью самого начальника местной милиции. Так что новогоднее одеяние для капитана и лейтенанта привезли из соседнего города на машине с мигалкой, словно больших боссов или опасных преступников. Тот же милицейский начальник категорически запретил устраивать поголовный досмотр ряженых и тем более их задержание до выяснения личности: кражи, конечно, — дело неприятное, но грандиозного скандала он опасался больше.

А морозов с Жаровым опасались провокации. Неожиданный звонок добавил хлопот. Конечно, для наблюдения за снеговиком были выделены специальные люди, а на площади установили видеокамеры, но капитан был совершенно убежден, что удара следует ожидать в другом месте. Жаров же отнесся к телефонному сообщению с большим доверием, но шефа переубедить не пытался и решил просто сам приглядывать за предполагаемым местом встречи грабителей.

Андрей же между тем, облачившись в костюм Деда Мороза, ожидал выхода Германа. Один раз он чуть не отправился в погоню за крупногабаритной Снегурочкой, но быстро понял свою ошибку. Герман же не торопился. Наконец все-таки вышел из дома, но без костюма. И с выражением скуки на лице направился в сторону площади. Удивленный Андрей последовал за ним, гадая, что бы это значило. Неужели преступники раскусили их план и все отменили? Тем не менее наблюдение мальчик продолжил.

На площади и ребят, и милиционеров ждала неожиданная проблема. Дело в том, что организаторы праздника решили, что одному снеговику возле сцены будет слишком грустно и одиноко. И поэтому, благо материала для лепки хватало, оперативно вылепили для него снежную жену и нескольких детишек. И с другой стороны сцены разместили второе подобное семейство. Так получилось красивее и интереснее, но создавало для наших героев лишние сложности. Капитан Морозов даже хотел связаться с начальством и потребовать оперативного разрушения лишних фигур, мешающих следствию, но лейтенант Жаров сумел остановить его порыв, который все равно не нашел бы отклика. Так что внимание приходилось рассеивать.

Ира тоже всерьез озаботилась лишними фигурами, посетовав на то, как неудачно они выбрали место. Девочка также подумывала, не могут ли Баба-Яга и Кощей, как отрицательные персонажи, разрушить лишние фигуры. Но Генка был категорически против, и она смирилась с обстоятельствами.

Между тем народу на площади становилось все больше, начало праздника приближалось. Ряженым уже предлагалось пройти к эстраде для участия в конкурсах. Андрей оказался перед неприятной дилеммой. С одной стороны, ему, дабы не привлекать внимания, следовало находиться вместе со всеми, а с другой — не хотелось упускать из вида Германа. В конце концов он решил тянуть до последнего, благо объект его слежки начал протискиваться поближе к сцене.

Среди толпы Дедов Морозов, Снегурочек и других персонажей царило веселое оживление. Многие были знакомы между собой. Ира узнала лейтенанта Жарова, а также капитана и помахала им рукой. Лейтенант смутился и зарделся, как настоящая девушка, а Морозов показал ей кулак и приложил палец к губам. Впрочем, девочка и не собиралась обращаться к ним, называя их милицейские звания.

Сначала Иру с Генкой немного беспокоило отсутствие Андрея, но потом они разглядели его среди зрителей. Увидев друзей, мальчик продемонстрировал им серию каких-то загадочных знаков, но из его пантомимы они не поняли ровным счетом ничего. Генка предположил, что он преследует преступников и просит помощи, а Ира — что Андрей потерял Германа и теперь не знает, чем заняться. Так как к единому мнению заговорщики не пришли, то и предпринимать ничего не стали. Отсутствие Германа их также удивляло — ребята считали, что сразу его узнают среди Снегурочек. Но одноклассника все не было…

Ира с Генкой внимательно всматривались в толпы ряженых, но без особой надежды на спех. Они, собственно говоря, не знали, кого нужно искать, и пока просто фиксировали знакомые лица и сколько-нибудь подозрительное поведение. Тем же самым, собственно, занимались и милиционеры. Напряжение нарастало.

— Смотри! — Ира неожиданно дернула Генку за рукав.

— Куда? — не понял тот.

— На Снегурочку.

— На какую? Их тут целый отряд!

— На ту, у которой шуба не по размеру! Вон, стоит сейчас через одного от негритянского Деда Мороза.

— Вижу, — Генка наконец понял, на кого показывает Ира. Снегурочка смахивала на переодетого парня примерно его возраста или чуть постарше, но таких было здесь немало. — Кольчужка действительно коротка. И что с того?

— А то, что шуба моя! — заявила Ира.

— Да ну?

— Вот тебе и ну!

— А ты уверена? — переспросил Генка, для которого, как для почти любого мальчишки, большинство представленных костюмов отличалось разве что размерами и незначительными деталями, в которые никто, кроме девчонок, не станет вникать.

— На все сто! — У Иры не было никаких сомнений. — Ты же меня в нем видел, присмотрись к узорам!

— Ладно, верю, — не стал спорить Генка. — Только почему в костюме не Герман?

— Черт его знает! Может, поменялись? И он теперь Дед Мороз? — предположила девочка. — Но что он преступник, это точно!

— И что будем делать? — В Генке после долгого ожидания проснулась жажда действий. — Я мог бы на него напасть и попробовать задержать. Да и бежать ему, в общем-то, некуда. Но, конечно, можно просто твоему капитану сообщить.

— Он не мой! — возмутилась Ира. — Я думаю, пока надо продолжать следить. Если его поймаем, остальные ускользнут. И вообще, моя шуба, конечно, улика, но вдруг одной ее не хватит?

Стараясь держаться поближе к подозрительной Снегурочке, Ира с Генкой продолжили наблюдение. Капитан же Морозов решил быть поближе к Бабе-Яге, рассудив, что рядом с девчонкой вечно что-нибудь происходит, поэтому был настороже.

Андрей, после долгих колебаний, на сцену все-таки вышел, но твердо решил держаться с того края, где находился самый старый из снеговиков. Мальчику показалось, что Герман его узнал, но не проявил ни малейшего беспокойства и только бросил неприязненный взгляд.

Между тем ведущая в костюме Матушки Зимы объявила о начале конкурса. Деды Морозы, Снегурочки и прочие персонажи по очереди выходили вперед. Кто-то ограничивался поздравлением с Новым Годом, кто-то читал стихи и загадывал загадки, кто-то разыгрывал заранее подготовленные маленькие сценки. Никакой особой очередности не соблюдалось: одни рвались выступить сами, а других, особо стеснительных, ведущая праздника выдергивала к микрофону сама. Скромно стоящий в сторонке Андрей не мог не привлечь ее внимания.

— А теперь мы пригласим к микрофону юного, но очень серьезного Деда Мороза! — провозгласила Матушка Зима, вызвав довольно бурные аплодисменты. И обратилась прямо к мальчику: — А где же твоя Снегурочка, Дед Мороз?

Андрей совершенно растерялся. Он рассчитывал, что до него не дойдет очередь, а на крайний случай вспоминал детские стихи и песенки, которые они с Ирой готовили для утренников. А тут вдруг надо отвечать на вопросы. Не рассказывать же, что Снегурочка переоделась в Бабу-Ягу и вместе с Кощеем Бессмертным выслеживает преступника? Или что у нее украли шубку?

— Снегурочка находится здесь, — робко начал Андрей, взяв микрофон и еще не представляя, что будет говорить дальше. — Только она сейчас не может выйти на сцену вместе со мной. А чтобы она не скучала, я ей сейчас прочитаю стихотворение.

Андрей уже было выбрал один из детских стишков. Однако в последний момент у него в голове словно что-то замкнуло. И он начал читать про снежинку, совершенную и холодную, воздушную и свободную. Мальчик понимал, что стихи неважные и не слишком подходят для публичного чтения, но уже не мог остановиться. Стихотворение было довольно коротким, и дочитал он его быстро. На площади стало чуть тише обычного. Не все слушатели поняли смысл и даже тему, но искренность, с которой было прочитано стихотворение, подкупала. Первой зааплодировала Баба-Яга. Затем к ней нехотя присоединился Кощей, а потом и все остальные. «Во дает!» — раздался из толпы голос Германа, узнавшего знакомые слова.

Только сейчас до Андрея дошло, что же он сделал. Мальчик, готовый сгореть со стыда, хотел убежать куда-нибудь подальше. Но нужно было остаться. Хотя бы для того, чтобы завершить дело. И он просто снова отошел к краю сцены, стараясь отворачиваться от любопытных лиц. Впрочем, общим вниманием вскоре завладели следующие выступающие: африканские Дед Мороз со Снегурочкой исполняли песню — положенные на известный мотив стихи собственного сочинения про новогоднюю пальму.

После экзотической пары на сцену сами попросились подозрительная Снегурочка с Дедом Морозом. Оба были так тщательно загримированы, что их лица едва ли узнала бы даже родная мама. Ира с Генкой насторожились. Милиционерам же они показались не более подозрительными, чем остальные. Капитан Морозов, наоборот, африканцев заподозрил в умелом использовании грима.

Дед Мороз решил удивить всех демонстрацией фокусов. С помощью загадочных манипуляций он выуживал то из шапки, то из мешка, то из рукава различные мелкие вещи: монетки, связку ключей и даже мобильный телефон и кошелек, чем наконец привлек-таки внимание следователей. Фокусы были очень простые, но тем не менее нравились неискушенной публике. Про Снегурочку же, перемещавшуюся где-то рядом, забыли все, кроме Иры, ни на секунду не выпускавшей ее из вида.

И едва новогодний фокусник закончил так понравившееся всем представление, девочка выбежала вперед и выхватила микрофон из рук слегка ошарашенной ведущей.

— А теперь еще один фокус! — громко заявила она. — В мешке Деда Мороза и в сумочке Снегурочки все могут найти свои украденные вещи! — А затем добавила, обращаясь к детям: — Дед Мороз и Снегурочка, которые сейчас выступали, не настоящие, они обманщики!

Поднялась суматоха. Кто-то решил, что это какая-то глупая шутка или заготовленный номер, ведь от Бабы-Яги всего можно ожидать. Кто-то принялся проверять карманы, причем действительно люди недосчитались телефонов и денег, а совершенно растерянная ведущая пыталась поблагодарить девочку за выступление. Дети же больше верили доброму дедушке, чем сказочной злодейке.

Дед Мороз, казалось, и не собиравшийся никуда бежать, был по всем правилам захвачен лейтенантом Жаровым. Снегурочка-переросток сработала оперативно и приковала подозреваемого наручниками к себе. Получилась еще одна пара новогодних героев, только криминальная.

— Я не преступник! — возмущался растерянный Дед Мороз. — Я простой фокусник! Меня наняли для выступления! Все вещи — мои!

Но лейтенант, натерпевшийся в последние дни от сказочных персонажей, уже не верил никому и твердо решил задержанного не отпускать.

Капитан Морозов действовал не настолько четко. Запутавшись в Снегурочках, он попытался арестовать ту самую артистку, которая заменяла Иру на последнем представлении, чем вызвал бурные протесты и многострадального Виталика. Между тем подозреваемая сумела затеряться в толпе ряженых.

— Ребята, не зевайте! — крикнула Ира со сцены, пытаясь разглядеть свою шубку.

И тут Генка увидел, что одна из Снегурочек явно собирается спрыгнуть со сцены со стороны снеговиков. Не раздумывая, он бросился наперерез и настиг ее уже в прыжке. Удар о землю, конечно, был болезненным, но мальчик изо всех сил вцепился в более сильного соперника. В поединке Кощея со Снегурочкой симпатии ничего не понимавших зрителей, конечно, оказались на стороне последней. Но вмешиваться никто не спешил, а милиционеры были отрезаны от событий. Катаясь по земле, дерущиеся уже обрушили одного из снеговиков. Тут со сцены соскочила Ира и вмешалась в битву, приговаривая: «Это тебе за шубу!»

Картина победы сил зла в лице Кощея и Бабы-Яги над несчастной Снегурочкой выглядела столь невыносимо, что кто-то из детишек прорвался за ограждение ради ее спасения. Но к тому времени Снегурочка успела потерять свой парик и смазать грим и уже не выглядела симпатичной и безобидной. А еще из раскрывшейся в пылу борьбы ее сумки вывалилось несколько пропавших мобильников. Ира с Генкой наконец смогли узнать в ней старшеклассника из их школы, которого давно уже следовало оттуда исключить, но каждый раз на его защиту вставал кто-нибудь сердобольный, и хулиган оставался, продолжая терроризировать младших ребят и мешать учиться остальным. Подоспевший наконец капитан Морозов надел на него наручники, а взволнованным детям на всякий случай объявил, что эта Снегурочка не настоящая, а вот Кощей с Бабой-Ягой — хорошие, перевоспитавшиеся. Авторитетное заявление Деда Мороза многих успокоило.

— Понаставили тут снеговиков, поди разберись, — зло сплюнул задержанный.

И ребята поняли, что их записка все же не пропала даром. Часы как раз показывали девять.

Но только тогда Ира с Генкой сообразили, что Андрей, который, по идее, должен был помогать им, куда-то исчез. Зная, что тот ни за что бы не оставил их, особенно Иру, в такой ситуации, они стали оглядываться по сторонам. Но от Дедов Морозов так и рябило в глазах.

Андрей же, пока Ира выступала со своей краткой речью, продолжал следить за Германом. Мальчик все равно был уверен, что без одноклассника тут дело не обошлось. Поэтому он и заметил, что в тот момент, когда все наблюдают за происходящим на сцене, Герман смотрит куда-то назад и в сторону. Андрей проследил за его взглядом. На другом конце площади продавец игрушек и шариков энергично толкал перед собой тележку, стараясь как можно скорее покинуть место проведения праздника. Можно было, конечно, предположить, что у него просто не пошла торговля, но эту версию мальчик отбросил и, соскочив со сцены, стал пробираться в ту же сторону. Краем глаза Андрей видел сражение возле снеговиков и всей душой рвался в нем участвовать, но боялся тогда упустить более важного персонажа в той истории, расследованием которой он с друзьями занимался.

И не ошибся. Заметив его передвижение, Герман сложил ладони рупором и заорал на всю площадь:

— Сергеич! Берегись Деда Мороза!

Продавец оглянулся, заметил Андрея, на которого указал подельник, и ускорил шаг, почти побежал. Не бросая, однако, тележку.

— Ловите продавца! Он жулик! Он стащил подарки! — кричал мальчик на бегу, но от нехватки воздуха получалось у него довольно тихо. К тому же во всей праздничной суете на его крики обращали внимание только дети.

А продавец уже приближался к переулку, завернув в который он станет практически недосягаемым… И тут Андрей заметил вдалеке знакомое лицо и походку: из переулка выходил школьный мастер на все руки. Похоже, праздник его не интересовал, и мужчина просто шел куда-то по свои делам. Мальчик остановился, чтобы набрать в легкие побольше воздуха.

— Николай Семенович! — заорал Андрей изо всех сил. Мастер удивленно огляделся. — Этот продавец вор! Держите его! Он устроил короткое замыкание!

Николай Семенович с подозрением поглядел на продавца. Если бы нервы у того были покрепче, он, возможно, спокойно прошел бы дальше, а мастер не решился бы его остановить. Но сегодня все шло наперекосяк, и преступник психанул — оставил тележку и кинулся наутек. Несмотря на свою хромоту, Николай Семенович умел передвигаться довольно быстро. К тому же в его душе снова закипел гнев, уже было приглушенный за несколько дней.

— Я тебе покажу Бармалея! — взревел школьный мастер и кинулся на преступника.

Завязалась схватка, в которой, казалось, Николаю Семеновичу несдобровать. Так оно и было бы, не занимайся он в юности вольной борьбой. Несколько секунд, и лжепродавец почувствовал на себе все прелести болевого приема.

— Я тебе покажу вилку! Я тебя это… по самое не балуйся! — как всегда, не слишком понятно, но очень выразительно приговаривал победитель.

— Так значит, Дед Мороз на празднике действительно был фокусником? — спросил Генка.

— Да, фокусником, — подтвердил лейтенант Жаров. — Преступники его просто наняли для выступления. Он должен был отвлекать внимание, пока лже-Снегурочка обчищала карманы.

— Вы его красиво поймали! — не удержалась от подколки Ира.

— Он был подозреваемым, — смутился Жаров.

Разговор происходил на следующий день после поимки шайки. Лейтенант согласился встретиться с ребятами, столь деятельно участвовавшими в расследовании, чтобы рассказать то, что не являлось тайной следствия. Жаров считал, что они такое отношение со стороны милиции вполне заслужили. Капитан Морозов наотрез отказался, заявив, что у него «с этим зверинцем и без того дел по горло».

— А потом Снегурочка должна была пойти к продавцу, и они бы скрылись? — уточнил Андрей.

— Да, — кивнул лейтенант. — Продавец, кстати, и сам успел кое-чем поживиться. Вот и не хотел бросать тележку — так украденное им лежало. Он на все праздники, где кражи происходили, Дедом Морозом наряжался, а под конец преступники трюк с фокусником придумали. Знали, что на нем все внимание сосредоточится. Как хорошо, что ваш Николай Семенович тогда на пути оказался!

— А что же Герман? — спросила Ира. — Ведь без него, как понимаю, дело не обошлось?

— Думаю, он все знал, но почти ни в чем не участвовал, — продолжил Жаров. — Преступники, наверное, ему не доверяли, считали, что мал еще. Тот самый Дед Мороз, кстати, — известный уголовник, ему почти отчим, друг матери, так сказать. — Лейтенант слегка покраснел.

— Вот к нему стихи и попали! — воскликнул Андрей. — И записка через него дошла.

— Стихи? Которые ты со сцены читал? — переспросил лейтенант.

— В общем, неважно. — На этот раз покраснел Андрей и тут же перевел разговор, рассказав историю с запиской.

— Неплохо придумано, — похвалил Жаров. — Только телефон нас с толку сбил. Его, похоже, Герман у твоего дома специально бросил, чтобы подозрение навести. И вы же его и нашли.

— Значит, они действовали на наших утренниках, чтобы нас заподозрили? — возмутилась Ира.

— Выходит, так, — согласился лейтенант. — Сначала, наверное, школу выбрали, потому что Снегурочка там хорошо ориентировалась. Ну а потом решили продолжать в том же духе. Ох, и изобретательные, черти!

— Мы сами их на мысль навели, — вздохнул Андрей, и Ира понимающе кивнула. — Не надо было хвастаться направо и налево, сколько и где мы спектаклей будем играть. Не хватало только афиши развесить! А у Германа давно на меня зуб. Да я еще ему после первого спектакля добавил… — Об инциденте с ударом мешком мальчик вспомнил не без удовольствия.

— У творческих личностей всегда полно врагов, — заметила Ира. — Нам, артистам, вообще многие завидуют.

Похоже, она уже считала себя едва ли не звездой, и уж как минимум почти профессиональной актрисой.

— А причем тут тот дед? Ну, старый огарь, — поинтересовался Генка, не подобрав другого определения для старика.

— Мы считаем, что он — мозг всей шайки, — ответил Жаров. — Вот только улики на него собрать будет трудновато. Он и шифр придумал, и посылал подручных с краденым по разным адресам, ко всяким скупщикам. До того осторожный, что сам ни строчки не писал, другим диктовал. И только один раз к себе домой позвать почему-то решил. Наверное, с чем-то важным. Может, перед последней гастролью проинструктировать хотел лично…

— И что же, гадкий старикашка чуть ребят не заморил, а теперь выйдет сухим, как гусь из воды? — возмутилась Ира.

— Как огарь, — поправил Андрей.

— Морозов убежден, что и против него мы что-нибудь накопаем, — успокоил Жаров. — Кстати, Огарев его фамилия, как у революционера.

— То-то он так эту птицу в шифровках любил! — рассмеялся Генка.

— А я бы чучело этого самого огаря получше изучил, — серьезно заметил Андрей. — Вдруг дед там внутри что-то прячет?

Еще немного поговорив с ребятами, поблагодарив их за помощь и деликатно опустив случаи, где они только мешали, лейтенант ушел по своим делам. Дело получило нешуточную огласку, о новогодней банде рассказал даже один из центральных каналов, так что следствие нужно было провести без сучка без задоринки.

— Дело закончено, и каникулы кончаются, — вздохнул Генка.

— Но мы еще успеем сыграть пару спектаклей, — вдруг сказала Ира.

— Как так? — в один голос воскликнули мальчишки.

— Мы же теперь знаменитости! — улыбнулась девочка. — Я уже узнавала, нас готовы пригласить. Надо только сценарий найти подходящий. Ты, Генка, останешься Кощеем, мне в роли Бабы-Яги понравилось, а вот Андрюшка… — Она задумалась.

— А я, наверное, Иванушка-дурачок, — усмехнулся тот.

— И немного поэт, — добавила Ира.

Примечания

1

В рассказе А. Конан-Дойля «Глория Скотт» Холмс понял, что в этой фразе нужно читать только каждое третье слово. Значимый текст звучал так: «Дело закончено. Хадсон рассказал все. Берегитесь!» — Здесь и далее примечания автора.

2

Так писал адрес Ванька Жуков из рассказа А.П. Чехова «Ванька».

Content

Александр Белогоров
Алиби Деда Мороза

Глава 1 Короткое замыкание

Глава 2 Предварительное расследование

Глава 3 По следу

Глава 4 Украденные подарки

Глава 5 Подозреваемый

Глава 6 Слежка

Глава 7 В темноте

Глава 8 Погоня с валенками

Глава 9 Шифровка

Глава 10 Вечерняя прогулка

Глава 11 В западне

Глава 12 Подготовка к елке

Глава 13 Последнее выступление

Примечания