Попов Денис Сергеевич

Новые гладиаторы[СИ]

Попов Денис Сергеевич

Новые гладиаторы. Часть 1

Советский союз, Никитинск 1984 г.

На пыльной пустынной улице группа из четырех подростков окружала пятого. Щуплый рыжий пацан медленно пятился назад, зажав руки за спиной. Преследователи уже не спешили, и подходили не торопясь. Рыжий продолжал отступать, пока не уперся спиной в стену. Он вздрогнул. Слева от него была большая куча строительного мусора, а справа серый автомат с газировкой. Все, тупик. Бежать некуда.

Четверо встали полукругом в нескольких метрах от жертвы. Среди четверки особенно выделялся длинный белобрысый парень. Он был выше остальных на голову, и потому, наверное, казался главным. Немного выступив вперед, белобрысый заговорил:

— Ну, и че ты, бивень, убегал? Думаешь, от нас уйдешь?!

Голос его ломался, спрыгивая с фальцета на басок.

— Че, это ты там прячешь за спиной, а ну покажь!

Рыжий молчал, сжав губы. На веснушчатом лице не было страха, только легкая настороженность. Его взгляд перепрыгивал с одного врага на другого, в ожидании нападения.

— Гляди, Жердь. Он тя ваще не уважает! — подал писклявый голос черноволосый толстяк слева. — Ты, с какого района, чувак? Может ты с шишки? Так, крякни. Или ты с вишневки, тогда точно не тронем. Разве что до дома проводим, а то здесь опасно, говорят хулиганы разные ходют.

Он захохотал, а вслед за ним заржали и остальные. Они потихоньку приближались к рыжему, опустив руки. Кастеты, либо свинчатки были у всех, но использовать оружие против одного хилого терпилы, считалось западло. Вся четверка состояла на учете в детской комнате милиции.

Рыжий достал руки из-за спины. В правой ладони была сжата тусклая артиллерийская гильза размером с чекушку.

— Гляньте, — подал голос толстяк, — у него сорокапятка! Четкая гильзуха! Чур, моя будет.

Приятели не возражали. Толстый заводила продолжал:

— Короче, так. Отдаешь гильзу, и снимаешь адики, — он показал пальцем на новые синие замшевые кроссовки с белыми полосами. — Ну, и все бабки гони, тогда не тронем.

Рыжий молчал.

Толстяк занервничал, и повысил голос:

— Ну, ты че, в натуре, тормоз, что ли?! Гильзу положил, и карманы к осмотру!

Рыжий медленно поднял руку с гильзой.

— Конечно, бери, не жалко.

После этого, он с силой метнул болванку в лицо толстяку. Тот не успел среагировать. Настолько неожиданным был выпад хиляка.

Закрутившись в полете, гильза плашмя ударила чернявого в зубы, выбив сразу несколько штук. Тот охнул, схватился руками за лицо, и стал оседать на асфальт.

Остальные трое бросились на рыжего одновременно. Они были "сыгранной командой", если так можно выразиться. У каждого была своя роль в драке. Через пять секунд, рыжий уже валялся на асфальте. Нападавшие работали ногами. Оставляя на тротуаре густой кровавый след, избиваемый отползал в сторону нагромождений строительного мусора.

Хлесткие пинки по корпусу раздавались в полной тишине. Зрители из окон напротив не спешили вмешиваться. От этой четверки могли быть только неприятности. Кому они нужны? Но милицию все-таки вызвали.

Избиваемый дополз до кучи, и схватил половинку кирпича. Классика. Он сумел припечатать кирпичом ступню длинного, обутую в полукед. Длинный дико взвыл и запрыгал на одной ноге. Послышались звуки милицейской сирены. Хулиганы бросились в рассыпную. На асфальте остались лежать два тела…

За происходящем в далеком Никитинске, наблюдали два человекообразных существа. Они склонились над широким золотым тазом с жидкостью. Вместо отражений лиц, в тазу отображалась драка подростков. Один из наблюдателей был карликом с длинной седой бородой и вытянутыми мочками ушей, а второй был похож на лысого кощея из сказки, кожа его была бледно-зеленой. Кощей опустил палец в таз. По поверхности пошли круги, изображение пропало, и зеленый увидел свое отражение. Он улыбнулся, и сказал:

— Этот рыжий мне понравился. Из него может выйти толк. Берем под наблюдение.

Мексика, Канкун 2009 г.

Предприниматель Вася Барайкин, по кличке Барабас, валялся в джакузи люксового номера отеля "Канкун Палас". Ему было плохо. Восемь дней подряд с утра до ночи текила, пиво, водка и, до кучи, марихуана. На мексиканскую еду он не мог даже смотреть. Вчера он допился до того, что упал пьяный в бассейн в одежде во время ночного концерта каких-то местных танцовщиц. Хотел поплясать, идиот. Господи боже мой! Ну почему он не умеет отдыхать как другие нормальные люди? Было даже как-то неудобно выйти из номера, ему казалось, что все сразу начнут тыкать в его сторону пальцами и говорить: "Смотрите, это тот русский придурок, который вчера возомнил себя танцором! И как только таких уродов пускают в нормальные отели!". Кошмар.

А еще эти две москвички Света с Катей. Катя очень даже ничего. Когда он был еще вменяем, вроде даже оригинально шутил. Но потом беда. Этот анекдот про глистов в заднице, ни в какие ворота не лезет. Что они теперь подумают. Кстати, а где Макс? Вроде он вчера тормознул по выпивке. Наверняка, гад, с обеими всю ночь прокувыркался.

Вася лежал в ванной уже более двух часов. Но особого облегчения это не принесло. Стало даже хуже. Внутренности сотрясала мелкая дрожь, и возобновилась тошнота. Желудок был пустой, но рвотные позывы вновь давали о себе знать. Все. Сегодня никакого алкоголя. Поставил для себя точку Василий. Может быть, затемно получиться дойти до моря и освежиться, но это потом. Он достал пластиковую бутылку с водой и сделал несколько глотков.

Надев белый халат с монограммой отеля, он вышел из ванной в гостиную. Сначала дохнуло бризом, а потом запахами из ресторана, и главное, звуками. Васю замутило. Он закрыл все окна. Звукоизоляция была превосходная. В номере установилась тишина. Желтоватые стены вкупе с сумеречным светом из окна, придавали обстановке тревожную тоску. Неуютно как-то.

Телевизор ударил по ушам ревом мексиканской корриды, комментатор тараторил, заглушая ор трибун. Листинг каналов не успокаивал, а раздражал. Вася выключил плазменную панель, и бросил пульт под кресло.

За окном почти стемнело. Тошнота пропала, и жажда тоже почти не мучила. В номер заползли сумерки.

Вроде начало отпускать, — подумал Вася и перешел на кровать в спальню. Подушек было много, и он устроился с комфортом, полулежа на одеяле, прикрывшись покрывалом. Он считал, что в отелях на одного человека слишком много постельного белья. Ну и хорошо. Пошарив рукой, он включил бра. На тумбочке лежала книга. Стивен Кинг "Кладбище домашних животных". "Старье конечно, — говорил Макс, — Но тебе может понравиться, ужасняк качественный".

Вещь была захватывающей, и он не заметил, как прошло несколько часов. Он как раз дочитал до момента, где безутешный папаша пошел выкапывать своего мертвого сына с кладбища. И решил на этом остановиться. Закладкой послужила загнутая страница. Книга отправилась на тумбочку.

Вася уже собрался выключить лампу, когда понял, что он в комнате не один. В неосвещенном углу за шкафом что-то стояло. Он потянулся к выключателю, и зажег общий свет. Освещение было непривычно тусклым. Словно вместо хорошей лампы, ввинтили дешевку на двадцать ватт.

В углу стояла мертвая женщина. То, что она мертва, сомнений не вызывало. Цвет лица был белый, с землистым оттенком. Стояла она абсолютно неподвижно. Глаза закрыты. Одета в бесформенный черный балахон.

Внутри у Васи, чуть пониже груди, стал разливаться ледяной холодок. В голове запульсировало, а дыхание стало прерывистым.

Допился. Беляк, глюки. Господи, что же дальше-то будет! Говорили же нельзя резко спрыгивать! В голове закрутились панические мысли.

Галлюцинация была неотличима от реальности. А может она настоящая? — подумал Барайкин, — и бодрости это предположение ему не прибавило. Тело не могло пошевелиться, зато началась икота. Вася зажмурился, и замер. Может быть пока, вообще никуда не смотреть, тогда она исчезнет?

Так он и сидел с закрытыми глазами и даже начал потихоньку успокаиваться. Барабас уже поверил, что откроет глаза, и не увидит в комнате ничего необычного, пока не раздался ритмичный шорох приближающихся шагов. Мышцы непроизвольно напряглись. Он сжал кулаки, и открыл глаза. Труп стоял перед кроватью. Веки на мертвом лице были опущены. От женщины веяло едва уловимым духом плесени. Василий зашарил рукой по постели в поисках защиты, и рефлекторно сжал в кулаке декоративную подушечку. Не ахти, какое оружие против ходячего трупа. В бога Вася особо не верил, но массивный золотой крест носил. Он нащупал его под футболкой, и выставил крест перед собой как защиту. Неплохо бы еще молитву прочитать, но он, как назло, не вспомнил ни одной. Только фразу: "Иже еси на небеси…" Впрочем, крест не произвел никакого эффекта.

Женщина подняла веки. Глаза были полностью черными. Контраст с бледной кожей был ошеломляющим. "Боярыня Морозова!" — возникла в голове иррациональная ассоциация.

— Пусть будет по-твоему, — прошептала она, — Я Боярыня Морозова.

Сказать, что Вася был ошеломлен, — ничего не сказать. Она смотрела сквозь него выпуклыми черными глазами, и улыбалась. Но улыбка предназначалась не ему, а кому-то другому. Улыбка была блуждающей, нижняя сероватая губа слегка подергивалась.

— Тебе предстоит ис-с-спытание, Василий.

Если шепотом можно говорить громко, то это был именно тот случай. Шипящие и свистящие согласные резали ухо.

— Сегодня у тебя очень важная ночь. На том столе, — она протянула руку в сторону журнального столика, — Стоит бумажная крыса. Скоро она превратится в настоящую. Эта крыса тебя очень не любит. Тебе нужно найти оружие. Ни тебе, ни ей не выйти из этой комнаты, пока живы оба. Таково испытание, Василий.

Произнося "Василий", она долго тянула слог "си". Это было похоже на шипение змеи.

— Интерес-с-сно, ш-што ты будешь делать-с-с.

Вася непроизвольно оглянулся в сторону журнального столика, и ничего на нем не увидел. Когда он вернул голову в прежнее положение, в комнате уже никого не было.

Он встал с кровати, и пошатываясь, побрел в гостиную. Автоматически включил свет, открыл бар, достал початую литровку "Chivas Regal" и сделал несколько больших глотков из горлышка. Последним глотком он поперхнулся, и стал надсадно кашлять. Его круглое лицо побагровело, и стало похоже на помидор сорта "Микадо". Приступ кашля помогла остановить попавшаяся под руку бутылка Перье, которую он специально купил, чтобы пускать пыль в глаза прекрасным дамам.

Отдышавшись, он почувствовал, как виски ударил в голову. Вася плюхнулся в кресло. Ему заметно полегчало. На лбу выступила испарина. Давно пора было выпить. Но, как говориться, — "хорошая мысля, приходит опосля".

Алкоголь оказал самое благотворное воздействие на психику. После выпитого Барабас обрел способность трезво мыслить, как бы абсурдно это ни звучало. Стало ясным, что Глюк был очень качественным на почве алкогольной абстиненции. Не вызывало сомнений, что это был действительно Глюк, а не реальность. Вася обнаружил, что в номере стоит удушливая духота, и распахнул окно в гостиной. Затем вернулся в спальню, и открыл дверь на балкон. Подул свежий сквознячок. Аромат тропических растений приятно гармонировал с йодистым запахом океана. Барайкин решил выйти на балкон, но внутренний голос шепнул, что этого делать не стоит. Он попытался двинуться наперекор голосу, но ноги не шли. Через пару секунд он начисто забыл о своем желании, и появилась уверенность, что лучше всего остаться в номере и никуда не выходить, по меньшей мере, до завтра.

Вася сел на постель и посмотрел на журнальный столик. На стеклянной столешнице стояла серая бумажная крыса. Он мог поклясться чем угодно, что раньше там ее не было. Только после грандиозной галлюцинации с мертвой женщиной не очень-то верилось в эти клятвы. Нужно убедиться в материальности, либо эфемерности этого объекта. Василий крадучись подошел к столику, наклонился, и с опаской дотронулся пальцем до крысы. Крыса была. В смысле, она была материальной и, вроде бы, не живой.

Он осторожно взял ее в руки. Тело крысы было сделано из слоев плотной бумаги, и напоминало воротник жабо. Ножки из скрученных листков были приклеены к туловищу снизу. Хвостом служила бумажная веревочка-шпагат розового цвета. Интересно была сделана голова. Мордочка представляла собой картонный конус с усами из ниточек и нарисованным ртом, а также двумя торчащими острыми зубами. Зубы были очень похожи на настоящие. Конусовидная морда крепилась к шару из папье-маше. Ушами были два маленьких картонных треугольника, а глазами две черных бисеринки. В целом крыса напоминала елочную игрушку. Не будь у нее злобного оскала, ее можно было бы подарить какому-нибудь милому малышу.

Вася шестым чувством ощутил опасность, исходящую от игрушки. Он сжал ладонь, легко смяв бумажное тельце. Внезапная ярость захлестнула его, он оторвал голову, и бросил на пол. С балкона по ногам дохнуло сквозняком, а крысиная голова закатилась под кровать. Вася стал бешено, двумя руками, раздирать остатки крысы. Вскорости на полу образовалась кучка серых бумажных клочков. Он собрал их, отнес в унитаз, и нажал на смыв. Ненавистные клочки унеслись в канализацию. Осталось разобраться с крысячей головой.

Вернувшись в спальню, он полез под кровать, и ничего там не обнаружил. Внимательно осмотрев весь пол в спальне, он не нашел ничего, за исключением игральной карты под тумбочкой. Карта была восьмеркой бубен. Барайкин изорвал карту над унитазом, и она отправилась вслед за крысиным туловищем.

Вася перешел в гостиную и скрупулезно обследовал пол. Безрезультатно. В течение часа он перерывал весь номер, включая ванну. Крысиная голова отсутствовала. "Спряталась зараза!" — подумал он, и ужаснулся.

Господи! Чем я занимаюсь? Это же клиника. Параноидальная шизофрения, реактивный психоз, — вспомнились ему диагнозы, — меня же лечить надо. Стыд-то какой.

Вася обратил внимание на бутылку виски. Не торопясь, он достал из бара бокал с толстым дном и налил на три пальца. Выпив до дна, налил еще столько же, и со стаканом в руке расположился в кресле.

Он проанализировал ситуацию и пришел к выводу, что если не найдет всему этому логического объяснения, есть риск навсегда распрощаться с нормальной головой. Самое паршивое, что в этом случае, он уже никогда не сможет доверять своему мозгу. А это действительно страшно. После второго стакана объяснение нашлось.

Он сейчас где?! Правильно, — в Мексике. Мексика страна эзотерическая и наркоманская. Пейот, мескалин, грибы там всякие галлюциногенные, не говоря уже об обычной конопле. Другими словами, всевозможной дури здесь предостаточно, достать ее, при желании, не проблема. Отлично. Значит так. Макс вчера решил его разыграть. Он незаметно подмешал ему в коктейль кислоту, или любую другую дурь. Наркотик оказался достаточно длительного действия, плюс еще алкоголь. Все это дало соответствующий эффект. Проще пареной репы. И как только он раньше до этого не додумался? Следовательно, не надо ничему удивляться, а просто ждать, когда наркота выйдет из организма. Будем воспринимать это как своеобразный психоделический опыт. Есть даже термин такой "Bed trip". Будет, что потом друзьям поведать. А Максу скажу, что было круто, — подумал Вася, и впервые за вечер улыбнулся. Как же глубоко он заблуждался.

Он решил, что виски ему уже повредить не может, и еще плеснул в бокал. Под руку попался телевизионный пульт. Загорелся экран, и появилось меню каналов. Все названия каналов, что удивительно, были на русском: "Холодное оружие", "Оружие против мертвецов", "Оружие против пауков", "Оружие против гномов", и так далее. Всего было около двадцати названий, и все они начинались со слова "оружие". "Прикольно, а то раньше одна мексиканщина была", — подумал Вася, и выбрал канал "оружие для детей".

Шла какая-то передача про детский садик. Говорилось о современных методиках воспитания и снятия стресса у детей дошкольного возраста. Малыши под руководством пожилой воспитательницы — тетки с клубком на затылке, водили хороводы. Вася глядел на экран, но мысли его витали далеко. Тем временем, на экране дети расселись рядками на стульчики, и воспитательница объявила поэтическую пятиминутку. Перед первым рядом маленьких зрителей стояла пустая табуретка. Воспитательница произнесла: " А сейчас перед нами выступит Катенька со стихом из книжки Льюиса Кэрролла "Алиса в стране чудес", давайте поаплодируем Катеньке". Дети дружно похлопали, и к табуретке подошла худенькая девочка, с синим бантиком в волосах. В руках девчушка держала куклу. "Катя, а как зовут твою куколку?" — спросила тетка. "Это Стасик, ему годик и он плохо себя ведет". Девочка забралась на табуретку. По-детски, шепелявя, и переминаясь с ноги на ногу, начала декламировать:

"Едва малютка твой чихнет,

Дай ему перцу — он уснет,

Он все соображает,

Нарочно раздражает!

Уа! Уа! Уа!

И я малюточку мою,

Едва чихнет, нещадно бью,

Он перец обожает,

Так пусть не возражает"

Закончив читать, Катенька достала из кармашка горсть черного порошка и яростно размазала по физиономии пластмассового младенца. Затем схватила куклу двумя руками и, согнув коленку, с силой опустила на нее хрупкую фигурку. Кукла сломалась, толстые ручки безвольно болтались в разные стороны. Девочка схватила куклу за ногу, и раскрутив над головой, бросила в толпу ребят. Дети вскочили со стульев, стали прыгать и неистово аплодировать, с хрустом топча фрагменты младенца. Радостная воспитательница присоединилась к ним…

Бред, какой! На экране началась реклама детского арбалета. Крупным планом, в разных ракурсах показывали красивый матово-черный арбалет, похожий на те, что в фильмах про спецназ. Бодрый мужской голос за кадром вещал: "Представляем современный детский арбалет "Бэби Хантер". Если вы хотите подарить незабываемые впечатления вашему малышу, и вырастить его настоящим охотником, то "Бэби Хантер" — то, что вам нужно. Он изготовлен из комбинации стали и современных композитных материалов, и не требует специального ухода. Тетива представляет собой высокопрочную упругую нить "фаст флайт". "Бэби Хантер" исключительно прост в использовании, достаточно просто вставить стрелу, взвести спусковой механизм, и арбалет готов к стрельбе. В кадре крупным планом детские руки вставляют небольшую стрелу, и взводят замок. Следующий фрагмент — замедленная съемка: папа с пятилетним малышом в живописной степи бегут, держась за руки. У сына в руке арбалет. Они останавливаются, и мальчик вскидывает игрушку на локоть, и начинает водить в стороны, выискивая цель. Показывают парящую в небе белую птицу. Кадр — спуск тетивы. Следующая картинка — стрела вонзается в птицу. Птица крутится в штопоре и, разбрызгивая веером кровь, падает на землю. Папа с мальчиком хлопают в ладоши и бегут к поверженной жертве. Новая картинка — сынок смеется, а отец пальцами нежно наносит теплой кровью боевой узор на лицо мальчишки. Одобрительный голос за кадром: "Настоящий охотник". Снова показывают арбалет крупно. Появляется мелкая информация о цене и номер телефона. Голос воодушевленно: "Новый детский арбалет "Бэби Хантер" — это идеальное качество и современный дизайн! Порадуйте вашего малыша! Все что вам нужно, — это позвонить по телефону ваших операторов и сделать заказ. Если вы позвоните прямо сейчас, то бесплатно получите комплект трехгранных сменных наконечников из титана с лазерной заточкой". Вася взял трубку, и зачем-то набрал номер оператора.

После второго гудка приятный женский голос ответил: "Доброй ночи, ваш заказ исполнен".

Он переключился на канал "Оружие против гномов". Тщедушный, лысый ведущий, в строгом костюме объявил:

— Начинаем аналитическую программу про палку-крюк ПК 91. У нас в студии гость, — известный охотник на гномов Глеб Лазаревич Шмунц.

В кадре появился здоровенный веснушчатый детина в черной футболке с надписью "Nirvana". Детина важно кивнул.

Прежде чем мы начнем слушать нашего уважаемого гостя, я хочу представить несколько кадров оперативной съемки из Лапландии.

Показывают песчаный речной берег. Солнечно. На фоне песка низкие кусты и зеленый лес. Съемка производится со стороны реки. По берегу, приплясывая, скачет маленький человечек в черном фраке и высокой остроконечной шляпе. Наезд крупным планом: гном старенький с длинными седыми бакенбардами. Ростом гномик по пояс взрослому человеку. Он напевает веселую песенку:

— Куда идет веселый гном? А гном идет купаться!

Вдруг из кустов выбрасывается черная палка, цепляет шляпу, и стаскивает ее в кусты. Гном хватается за волосы, и начинает испуганно озираться. А тем временем из кустов выходит амбал Шмунц и с размаху бьет гнома толстой палкой по голове. Тот как куль падает замертво. Ноги подергиваются в судорогах. Шипение, зерно, конец съемки.

— Ювелирная работа, — восхищенно комментирует телеведущий. — А сейчас я попрошу прокомментировать эти кадры нашего уважаемого гостя.

Шмунц сидит надутый от важности.

— Ну, в общем, я хочу сказать, что эта последняя разработка оказалась очень удачной. Как вы знаете, у гномов вся волшебная сила находится в шляпе и если лишить гнома головного убора, то он становится весьма уязвимым. Предыдущие модели палок не позволяли эффективно снимать шляпы с коротышек, так как они не были оснащены крюками. Нужна была изрядная сила и ловкость, чтобы сбить с гнома шляпу. А на ПК 91, как вы видите, — он достал из под стола палку, и камера показала ее крупным планом, — Прекрасный крюк из нержавеющей стали.

— Глеб Лазаревич, нам поступил вопрос по эсэмэс от начинающего охотника за гномами, Юрия из Китежграда. Он просит, рассказать об основных технических приемах при использовании ПК 91, этой новейшей разработки наших ученых.

— Охотно, — с улыбкой кивнул Шмунц. — Как можно понять из названия, длина палки составляет один английский ярд, или около девяноста одного сантиметра. Это на тридцать четыре миллиметра длиннее предыдущей модели. Палка идеально сбалансирована, и невероятно крепка, что позволяет проламывать череп гному с одного удара. Но, пожалуй, основным достоинством данной модели, является идеальный по форме крюк. Поэтому главным техническим приемом, который следует освоить новичку, является зацеп. Как известно, у всех гномов на остром конце шляпы есть маленькая петелька, за которую…

На экране крупными цифрами замигал телефонный номер. И появилась бегущая строка, предлагающая сделать заказ. Он набрал номер и услышал тот же голос: "Ваш заказ исполнен".

Вася нажал на кнопку, и появилось меню каналов. Он остановил курсор на "Оружие против крыс".

"Уникальные скидки!" Крупные розовые буквы беззвучно висели в центре экрана. Следом заиграла ритмичная музыка и в кадре крупным планом, на подносе появилась пара розовых махровых тапочек. Поднос покрутился, показывая товар с разных ракурсов. Ничего особенного в тапочках не было ни с какого боку. Бодрый мужской голос затараторил:

— Итак, вы видите перед собой пару прекрасных супер тапок Антикрыс 4. Эти облегченные тапки четвертого поколения позволяют убивать крысят и отпугивать взрослых крыс. При определенной сноровке вы сможете убить и взрослую крысу. Гвардии ефрейтор Щелкунчик расскажет о своем бесценном опыте. На экране появилось лицо капризного прыщавого барчука в треугольной шапке как у Наполеона, первыми словами которого были:

— Чайковский пидарас. Не включил в партитуру партию синтезатора.

Щелкунчик глумливо улыбнулся, все зубы у него были золотые.

— На самом деле я прекрасный принц. Но это не главное. Главное, что я замочил большого Крыса.

Он немного растеряно оглянулся, словно забыв текст. Экран мелькнул. В следующем кадре он уже держал в руке розовый тапочек. Потрясая тапком перед камерой, юнец продолжил:

— Благодаря этому супертапку я сумел добить большого Крыса, я показал ему "кузькину мать", после того как он наглотался самого…

Изображение пропало на секунду, и вновь восстановилось. Теперь это была статичная картинка, — босоногая взъерошенная блондинка с тапком в руке. На заднем плане виднелась крысиная задница, спешно улепетывающая в черную нору. "Крысы бояться наших тапок! Две пары по цене одной!" — пробежала снизу строка. Появился телефон.

— Не вздумай покупать эту ерунду! — прошептал внутренний голос. Васе показалось, что тон был умоляющим…

— Да отдыхай ты, — ответил голосу Василий, и набрал номер.

Ваш заказ исполнен. Пошли короткие гудки.

И в этот момент по телевизору началось самое интересное.

На экране появился средневековый рыцарь в латах и шлеме с опущенным забралом. Шлем был похож на перевернутое ведро. Сверху ведро было украшено страусиными перьями, выкрашенными в алый цвет. Рыцарь молча стоял, опираясь на длиннющий двуручный меч.

— Здорово, — голос из шлема звучал звеняще-замогильно.

Рыцарь убрал правую руку с меча, и поднял забрало. На него смотрело лицо Васи Барайкина.

— Узнаешь? — спросил Вася из телевизора.

— Можешь не отвечать. Я все равно тебя не слышу. Мне стоило больших трудов проникнуть в телепередачу. Я здесь специально чтобы помочь тебе советом. Все что с тобой происходит это не глюки. Все по настоящему. Уясни себе это, иначе сгинешь. Скоро тебе предстоит схватка с Крысом Помойником. Крыс очень серьезный враг. Он силен, хитер, коварен и изворотлив, но победить его возможно. Не вздумай заключать с ним никаких сделок, он тебя обязательно обманет. После того как я исчезну с экрана, будут предлагать действительно серьезные вещи, которые смогут тебе помочь в драке. Выбери два средства защиты и одно оружие себе по вкусу. Лучше бы конечно дудку… — Двойник из телевизора почесал шлем и продолжил, — но на нее денег все равно не хватит… Надеюсь, ты не растратил все кредиты на всякое фуфло? Я на это очень надеюсь, в противном случае тебе, скорее всего, конец. Да, еще, — если будешь его бояться, то никакая защита тебя не спасет. Победи страх, и убей его. Кстати, зубная паста помогает, но слабо. Все, конец связи.

Смысл последней фразы Вася совершенно не понял.

Рыцарь исчез, и появилась голубая студия. За столом перед допотопным микрофоном с проводом сидел усталый седой человек в роговых очках, одетый в мятый белый халат. Внешним видом он напоминал профессора медицины или ученого из лаборатории. Он говорил монотонно, тихо, безо всякого выражения.

— Итак, начинаем наш рекламно-информационный блок, посвященный борьбе с грызунами. Все вещи, которые будут предложены вашему вниманию, абсолютно надежны, просты в использовании, и эффективны. Мы не кидаемся громкими фразами, так как уверены в превосходном качестве наших товаров, которое прошло проверку практикой.

Он с усталым видом вздохнул, и словно нехотя, продолжил:

— Начнем, пожалуй, со средств защиты. Перед вами набор из десяти защитных мелков.

Крупным планом показали неказистую картонную коробочку.

— Пользоваться мелками очень просто. Чертите вокруг себя круг, и ни одна крыса не сможет через него переступить. Гарантированный срок действия белых мелков два условных часа тридцать восемь условных минут. Один белый мелок заряжен на три защитных круга, в комплекте их девять. Также в комплект входит один розовый мелок однократного действия, который действует восемь с половиной условных часов. Розовый мелок может защитить вас во время сна. Просто проведите линию на полу по периметру вашего ложа, и ни одна крысячая тварь не потревожит ваш драгоценный сон. Все мелки действенны и против особо опасных бумажных крыс. Чтобы сделать заказ, позвоните по этому телефону прямо сейчас.

Мужчина поднял картонную табличку, на ней фломастером от руки был написан номер.

Вася взял трубку и набрал его. Ответил тот же мелодичный женский голос:

— Уважаемый господин Барайкин у вас недостаточно кредитов для покупки полного набора мелков, высылаю вам два белых мелка, также смею Вам сообщить, что на этом Ваш кредитный баланс исчерпан. Наши трансляции будут отключены через минуту, они вам больше не понадобятся. Веселой вам ночи, господин Барайкин, и удачной битвы.

Послышались короткие гудки.

Ведущий убрал табличку в стол и достал предмет похожий на толстый ошейник. Он молча держал ошейник. Включилась фонограмма. Заговорил энергичный баритон:

— Представляем вашему вниманию следующий лот. Это кевларовый защитный доспех для шеи. Как вы знаете, мерзкие крысячие твари так и норовят вцепиться вам в глотку и напиться из артерии вашей теплой вкусной крови.

При этих словах, телеведущий плотоядно облизнулся.

— Этот шейный доспех прекрасно защитит ваше нежное горло. Множество крысячих тварей обломало свои острые зубки о наше изделие. Еще от себя хочу добавить, что если вам этой ночью предстоит битва с бумажной крысой, то было бы уместно…

Договорить он не успел. На экране появился сладкоголосый Энрике Иглесиас.

Вася выключил телевизор, и плеснул себе виски. Вся эта игра совершенно перестала ему нравиться. Конечно, он не собирался принимать весь этот бред всерьез. Но в череде галлюцинаций просматривалась некая извращенная логика. Вокруг него происходила какая-то иррациональная жутковатая сказка. Самое поганое, что в этой страшной сказке ему уготована роль активного персонажа. Понаблюдать со стороны, еще куда не шло, но быть актером в этом театре абсурда совершенно не хотелось. Одно было ясно, что из номера в таком состоянии выходить ни в коем случае нельзя.

Предприниматель оглядел комнату. Все было как обычно, никакой потусторонщины. Господи, как же хочется обычной будничной реальности! Вася обратил внимание, что слишком часто стал апеллировать ко всевышнему, которого не особо почитал в силу атеистического воспитания.

В бутылке чиваса оставалось примерно на треть. Завтра опять будет похмелье. Как хорошо, что бросил курить, иначе сутра будет совсем не встать. Мелькнула мысль — "Совсем не встанешь ты по другой причине!". Опять это! Нужно скорее ложиться спать и завтра вставать уже с обычным похмельем, слава богу, знаем, как с ним бороться.

Он решительно направился к бутылке, и отмерил примерно сто пятьдесят миллилитров. Хлопнул без закуски, как обычно. Эффект не заставил себя ждать. Голова приятно закружилась, и наступило состояние, когда уже почти ничего не хочется кроме койки. Вот и славно трам-пам-пам.

Вася скинул с кровати покрывало и начал расправлять простынь, когда некстати заговорил внутренний голос:

— Ты не проверил свои покупки, они в шкафу.

Твою мать! — выругался он, — ну за что мне эта мука?!

Он открыл дверцу шкафа, и обнаружил там несколько коробок и свертков разного размера. Решил начать с самой объемной. Это была продолговатая зеленая коробка из толстого картона. Она пахла краской, бумагой и еще какой-то в меру приятной химией. Так обычно пахнут все подарки. На ней было крупно написано красным "Baby-Hunter" и снизу был маленький рисунок арбалета. На торце был штрих код и крохотная надпись: "Made in the world behind the looking-glass"

Разорвав целлофан, Василий увидел пенопластовую подложку, на которой в специальных выемках лежал арбалет и боеприпасы, сверху находился листок с крупной надписью: "Инструкция по эксплуатации". Вася поднял лист и прочитал единственную фразу: "Заряжай и стреляй". Арбалет был полностью собран.

Боеприпасами служили короткие металлические стрелы с оперением из ярко красных синтетических волокон. Это арбалетные болты, — определил Барабас. Болтов насчитывалось пять штук. Он повертел в руке один из них, и обнаружил, что наконечник по форме классический, при том сменный, так как сидит на резьбе. На стержне болта было выбито: "No magic" Арбалет же был красив, и приятен на ощупь. Ложа была вылита из матово-черного пластика, и почти нормально ложилась в руку, но размеры слегка не соответствовали. Оно и понятно, судя по рекламе, изделие рассчитано на подростков. Арбалетный лук, или плечи, сделаны из композита карбона со стекловолокном. Спусковое устройство было простым и легким на взвод. Васе оружие очень понравилось. Он раньше стрелял из похожего, только более дешевого экземпляра отечественного производства, и даже убил ворону. Болт прекрасно лег на направляющую и весь механизм одним движением был приведен в боевое положение. Заряженный арбалет отправился на подушку.

А что, против глюков поможет и оружие из глюков! — хохотнул Василий. Маленький коробок был прикреплен к торцу коробки с помощью скотча. В нем было три наконечника замысловатой формы с острейшими лезвиями.

Четыре тапка были самыми обычными махровыми тапками, причем самого неходового сорокового размера, такие на базаре идут рублей по сто пятьдесят максимум.

В самой длинной и тяжелой коробке лежала дубина, или точнее палка-крюк. Она была дубовой качественной, покрытой лаком, деревяшкой с крюком на одном конце, и имела грушевидное утолщение на другом.

Остался маленький пакетик, в котором оказалась русская матрешка. "Странно, матрех в рекламе не было!" Он раскрыл шесть штук, раздраженно выбрасывая в стороны больших как ненужную скорлупу. Осталась одна самая маленькая. Открылась и она. В ней лежало два белых мелка.

Все кроме мелка Василий определил на левую пустую половину сексодрома. А мелок ему захотелось подержать. Это был обычный мел цилиндрической формы, толщиной с мизинец, с острым концом, ровно срезанным под углом… Отличие от обычного мела было в его температуре. Он был заметно холоднее. При этом не покрывался испариной, что необычно. "Правильно говорить — конденсат!", — вспомнилась фраза учителя физики.

— Обведи мелом постель, — внутренний голос сегодня был в ударе, видимо под действием кайфа, он стал изъясняться четко и звонко.

— Ладно, уговорил! — пробурчал предприниматель, и удивился необычности издаваемого звука.

Слышалось как через вату — "Вавно вуововиу!"

Как каши в рот набрал. Еще и на уши давит как-то дискомфортно. Словно нежная невесомая вата проникает в слуховой проход, и занимает все внутричерепное пространство. Его начало сильно клонить в сон. Он кое-как очертил мелом пол вокруг койки, и не раздеваясь, плюхнулся в постель.

Сон прервался, казалось на мгновение. Перевернуться, потянуться, сменить позу. Василий заворочался, и после краткого пробуждения уже был готов снова провалиться в мир грез, когда почувствовал нечто странное. Это было ощущение присутствия. Чужого существа, не человека. Не открывая глаз, он прислушался. Никаких посторонних звуков не было. Звуков просто не было! Обычно из окна еле слышался шум прибоя и шелест пальм под порывами ветра. Тихо. Скребущее чувство переросло в знание. Тело подсказывало, что в ногах в метре от кровати, чуть справа что-то есть. Что-то живое и враждебное. Открывать глаза не хотелось. Он подумал, что такой эффект, скорее всего, дает остаточное действие наркотика. Поскольку мнимое существо якобы просто наблюдает и не бросается на него, то лучшим решением будет закрыть глаза, заснуть, и дать остаткам дурмана окончательно покинуть ослабленный организм. Слава богу, галлюцинаций ему уже хватило до конца жизни. Вероятней всего, рядом вообще никого нет. Но открывать глаза пока не хотелось.

Он попытался представить море, как обычно делал для быстрейшего погружения в сон. Начало получаться. Сознание уже почти перешло в пограничную фазу, его разум уже приятно покачивался на волнах…

Когда послышался шорох.

Сердечко заколотилось с удвоенной скоростью, в районе солнечного сплетения неприятно заныло, в голову ударил поток крови. Какой, к черту сон! Все начальные симптомы физиологии страха были налицо.

Вася напрягся, мышцы невольно напряглись. Руки согнуты в локтях, кулаки прижаты к носу, пальцы ног скрючились, и застыли в глупой хватательной судороге, как у обезьяны.

Он приоткрыл глаза. И понял на себе, что значит выражение "Обоссаться от страха".

В метре от постели неподвижно стояла темная человеческая фигура с лошадиной головой. Глаза чудовища, малюсенькими оранжевыми искорками смотрели на Василия.

Предприниматель волевым усилием напряг мышцы промежности, и с трудом остановил поток мочи, готовый сорваться фонтаном. Но в трусы, все равно, просочилась небольшая струйка.

— Возьми себя в руки, иначе конец наступит прямо сейчас, — услышал он посыл изнутри.

Он задышал глубоко и размерено, стараясь привести себя в порядок. Сосредоточившись на дыхании, ему удалось избавиться от первого шока и немного оценить обстановку.

Перед ним стояла вполне человеческая фигура невысокого роста, не с лошадиной, а крысиной головой. Определенно с крысиной, причем злобно скалящейся.

Два больших белых зуба мерцали между приоткрытыми влажными серыми губами с проглядывающими розовыми деснами. Усы были покрыты мелкими капельками пота или росы. Он осознал, что рассматривает крысиную морду с близкого расстояния. Были прекрасно видны серые и редкие белые волоски, покрывающие звериную голову.

Зрение играло с ним странные штуки. Он мог приближать предметы, используя нечто, вроде зрительного "зума". Отвлекшись на секунду, он рассмотрел в подробностях открытую дверь в гостиную, увидев в лунном освещении все сколы и царапины крупным планом.

Вокруг кровати пролегала бледно светящаяся тонкая линия. Она мерцала и медленно испарялась. Чуть заметные белесые струи шли вверх, образовывая подобие слабого перевернутого водопада.

Чудище стояло перед начертанной линией. Ноги монстра выглядели вполне по-человечески, и были обуты в дешевые синие сланцы. Разве что, пальцы на ступнях казались неестественно длинными. Рук не было видно, они находились за спиной. Серые шорты и белая тенниска поверху составляли обычный наряд европейского туриста.

Казалось, что монстр чего-то выжидает.

Ждет когда испариться мелок! — мелькнула догадка.

Тут Крыса кашлянула. Вася вздрогнул, и уселся на постели, поджав под себя ноги. Одну из подушек он прижал сверху, прикрывая живот и пах. Видимо верил, что она могла как-то защитить. В такой позе он слушал страшные сказки в детстве.

— Ну, вот и ты и проснулся раньше времени, — произнесла крысиная голова и немного склонилась вправо.

— Опять возня лишняя — сварливо проворчала про себя крыса.

Тембр голоса был вполне человеческим — гнусавым с небольшой шепелявинкой. Вася вспомнил институт и занудного препода по истории КПСС по фамилии Вилков. Имени педагога он не помнил.

Крысиная голова стала трансформироваться. Это было совсем не похоже на спецэффекты Голливуда. Сначала по всей серой крысиной коже пошли пузыри. Потом они стали лопаться, а следом громко лопнула и сама голова. Ошметки растаяли в воздухе, не успев упасть.

Перед предпринимателем Барайкиным стоял обычный человек. Прилизанная прическа как у Гитлера, только волосы были блеклого сивого окраса. Острый нос и противные редкие усики над тонкой губой. Не красавец.

Человек-крыса растянул губы в улыбке, и продемонстрировал большие снежно белые резцы.

— Ну что, так лучше?

Вася ничего не ответил, так как не успел выйти из прострации.

— Расслабься амиго! Я не причиню тебе вреда. Меня засунули в эту дыру, чтобы я разобрался с тобой, но ты мне ничего не должен, и я ничего не имею против тебя.

Гнусаво шепелявый тембр историка из института никак не соответствовал смыслу произносимого.

Помимо страха Василий ощущал ужасный сушняк. Язык раздулся и прилип к небу. Он прокашлялся. Вязкие слюни пришлось сглотнуть, дабы не сплевывать на ковер.

— Ты кто?

— Я?

Гость сначала задумался, а потом стал шумно втягивать носом воздух, смешно водя лицом по сторонам.

— Да ты никак обоссался сынок?

Он по-отечески покачал головой, дескать: "Беда с вами молодыми".

— Ну да это не страшно. При встрече со мной многие люди под себя ходят, это, можно сказать, норма. Вот если бы ты остался сухим, тогда, конечно, респект! Но в твоем случае ничего особенного. А называть меня ты можешь Крисом.

Крис улыбнулся еще шире, и стали видны острые клыки. Он по-прежнему стоял перед белой линией и водил руками перед собой, словно ощупывая невидимую преграду.

У Васи выступила испарина на лбу, и пить захотелось еще сильнее. Он облизнул губы, и каркающим голосом спросил:

— Чего тебе нужно?

Гость перестал водить руками, и убрал их за спину.

— Как бы тебе, получше объяснить.

Взгляд его нетерпеливо перескакивал с Васиного лица на меловую линию. Но голос оставался спокойным и ровным.

— Дело в том, что, видимо, я твоя последняя галлюцинация. Самая реалистичная. Все мои слова, — это защитные построения твоего подсознания, пытающегося спасти твой мозг. У тебя, началось раздвоение, личности. Так вот, я и есть часть тебя. Другая, больная часть тебя, наверняка тоже где-то здесь. И что-нибудь тебе внушает.

Он покрутил головой по сторонам, и пожал плечами.

— Я никого не вижу, интересно, а ты? А может, ты только слышишь ее?

— Не верь ему! Он хочет обмануть, — послышался изнутри внутренний голос.

— Наверняка, даже сейчас она пытается на тебя воздействовать. Эта частица тебя, вероятно, решила принять всерьез правила этой дурацкой игры и ведет тебя к сумасшествию. Хотя, я, конечно, ни в чем не уверен.

Крыс или Крис почесал рукой усики. Получилось забавно как у умывающегося котенка.

— В одном я уверен определенно. Чтобы избавиться от наваждения тебе требуется просто сойти с кровати, подойти ко мне, провести рукой, и увидеть, как я растворяюсь в пространстве. На этом все. Я растаю насовсем, и больше глюков ты не увидишь. Решайся.

Он замолк, и заложив руки за спину, уставился в пол.

Тем временем Вася окончательно пришел себя и почти перестал бояться. Осталось только слабое чувство стыда за обмоченные трусы.

— Не верь! — завопил внутренний голос, — Ему только и надо, чтобы ты вышел за черту! Он сожрет тебя.

— Заткнись, — Васин ответ прозвучал неожиданно громко.

— Чего? — удивился Крыс.

— Это я не тебе.

— А-а понятно, тихо сам с собою… Ты слышал такое слово шизофрения? Если ты хочешь до конца жизни пускать слюни в дурдоме послушай этот голос, и сыграй в дурацкую игру.

Он придвинул стул и сел перед чертой, закинув ногу на ногу.

— Я твоя здоровая половина, которая, как и ты, хочет избавиться от этого кошмара. Встань с койки, подойди ко мне, и все закончиться!

"Все закончиться" — прозвучало немного зловеще, но Барабас не придал этому значения.

Василий отложил в сторону подушку, повернулся, и начал задом переползать к краю кровати с намерением выполнить пожелание фантома. Ему уже порядком надоел весь этот спектакль. К тому же дико хотелось пить.

— Стой! — больно заорало в мозгу, — брось в него тапок! Ну, что тебе стоит?!

Тапок лежал под рукой. Он был спиной к Крысу, и тому не было видно рук Василия. Сжав правой рукой шлепанец, он медленно развернулся, и от живота резко метнул тапок в сторону призрака.

Тот не ожидал такого коварства и не среагировал. Попадание пришлось на голое бедро.

Крыс вскочил, и забегал по комнате как угорелый. Он изрыгал изысканные проклятия вперемежку, с матом. На бедре у него краснел обширный ожег. Кожа вспучилась крупными белыми волдырями.

— Ах, ты дешевое мясо, — брызгал слюной человек-крыса. — Не поверил гад! Ничего, выворачивающий мелок скоро испариться и я отгрызу твою дурную башку, падаль! Ты думаешь, этими вонючими тапками сможешь меня достать?! Меня Криса Помойника из великого рода бумажных крыс! Да ты слишком много о себе возомнил, щенок!

Он брызгал слюной, носился по комнате, и крушил мебель. Судя по ударам, силой существо обладало нечеловеческой. У Василия мелькнула надежда, что на шум прибежит персонал отеля, и спасет его. Но пока никто не проявлялся.

В конце концов, Крис врезал кулаком по зеркалу на шкафу, и оно неестественно бурно взорвалось острыми осколками разного размера. Один из осколков размером с пол ладони летел прямо в лицо Василию, но ударившись о невидимую преграду в воздухе, отскочил и упал на пол.

После этого незваный гость успокоился, и вернулся на стул. Кулак правой руки был в крови, он облизал его удивительно большим ярко алым языком. Потом склонился к бедру, неестественно вытянув шею, и стал зализывать ожог. Через минуту на теле призрака не осталось никаких следов.

Все это время ошеломленный Барабас молчал, наблюдая за шоу широко открытыми глазами. Он вдруг понял, что этот призрак не очень похож на фантом. Он настоящий! У Васи закружилась голова, и в горле начались спазмы.

— Дай воды! — проскрипел пересохшими губами Василий.

— Крис удивленно посмотрел на предпринимателя, и не говоря ни слова, вышел в гостиную, налил из бутылки в бокал шипучей минералки, и вернулся в спальню. Усевшись на стул, он поставил стакан на пол рядом с собой.

— Извини Василий. Психанул. С кем не бывает, — его голос был голосом уставшего старшего брата, — Просто очень неожиданно ты меня этим тапком прогрел. Я тут наговорил лишнего. Просто у меня хорошая реакция, поверь мне, и пропускать такой простой медленный бросок я не имел права. Ты ни в чем не виноват.

Он извинительно пожал плечами, и улыбнулся. Назвать его зубастую улыбку обаятельной, смог бы, разве что, недалекий неандерталец.

— Дело в том, что мы с тобой попали, как бы это выразиться, типа… — он засунул указательный палец с желтоватым ногтем, похожим на накладной, в ноздрю и с легким хрустом провернул несколько раз из стороны в сторону, — в игру. — Закончил фразу Крис.

— Дай воды! — прошипел Вася, не сводя глаз со стакана.

— Ну, ты наглец, сначала, значит, тапком отходил, а теперь уже и командовать начал. Я, знаешь ли, к тебе в лакеи не нанимался, — прогундосил гость.

— Встань, и сам возьми. К тому же я не могу преступить черту, ты знаешь. Он мельком глянул на тонкую линию, и перевел взор на Василия.

Меловая линия стала заметно тоньше, по ощущениям Барайкина, до полного испарения ей осталось минут десять-пятнадцать.

Вася не был трусом, скорее даже наоборот. В детстве он был ярко-рыжим и довольно хилым, и частенько привлекал внимание агрессивных сверстников. Однако с возрастом яркость рыжины поблекла, а кулаки окрепли. Барабас даже стал неплохим охотником-любителем. Да, мертвецов и всякую прочую нечисть он боялся с детства, наслушавшись талантливых страшилок в исполнении бабушки. Все, нематериальное, сверхъестественное, внушало ему животный ужас. Но он никогда не пасовал перед реальными людьми или животными. Единственное чего он опасался, помимо нечистой силы, это попасть в неудобное положение перед окружающими — например, пьяным упасть в бассейн или, допустим, сойти с ума. Вот это было бы действительно ужасным конфузом.

Василий решил принять реальность, такой как есть, и разобраться с причинами всех странностей когда-нибудь потом. Он оглядел свое ложе. Полный бардак. Смятые подушки и покрывала соседствовали со вчерашними свертками. Это прекрасно, что перед сном покидал все покупки на кровать. Рядом с запакованной палкой крюк лежал заряженный арбалет. Вот идиот! Ведь мог во сне нечаянно нажать на спуск.

Барайкин взял оружие и повернувшись, навел его на Крыса.

— Пододвинь стакан с водой вплотную к линии.

Крис Помойник и ухом не повел, сидел себе, как ни в чем не бывало. Только нарисовалась ехидная улыбочка, и за тонкими губами показались белые резцы.

— А если нет, то что? Застрелишь меня наповал из детской игрушки? Напугал муху говном. Стреляй добрый молодец, кончай безоружного Криса.

Он руками схватился за ворот футболки, и театральным жестом обнажил верх бледной волосатой груди.

— Давай мразь! — завизжал он. — Стреляй фашист поганый. Бумажные крысы не сдаются!

Он еще шире растянул ворот. И стал виден розовый рубец над правым соском.

Вася все сделал правильно. Он бил на поражение в точку между глаз. Он не сомневался в попадании с такого малого расстояния. И был прав. Металлическая стрела под действием силы упругости сорвалась, и с убойной скоростью полетела к намеченной цели.

Крис не шелохнулся, только сделал перед носом неуловимое кошачье движение рукой.

Сказать, что Вася был изумлен, значит, ничего не сказать. Вася был в шоке. Это невозможно! Невозможно поймать стрелу, летящую с такой скоростью!

Человек крыса держал арбалетный болт перед лицом, и обнюхивал его, смешно шевеля носом. В этот момент он больше походил на крысу, чем на человека.

— Пахнет неаппетитно, — бесстрастно проинформировал он, — Попробуем ее на вкус.

Коммерсанту вспомнилось кино "Формула любви". Эпизод, где граф Калиостро ест вилку на потеху публике.

Раздался препротивнейший хруст. Соприкосновение острых зубов с металлом производило комбинацию резких свистящих высоких звуков, действующих на психику как железо по стеклу.

Барайкин инстинктивно вжал голову в плечи, и с трудом подавил желание заткнуть уши.

Прожевав и проглотив последние кусочки металла, Крис недовольно скривился.

— Совершенно невкусная гадость, еще какой-то химией отдает. Скорее всего, антикоррозийное покрытие такое вонючее. Только еще больше есть захотелось.

Он, встал и направился к ванной комнате.

Вот, подонок, воды так и не дал, — с тоской подумал Вася.

Вернулся Крис через минуту, держа в руке мусорную корзину. Сев на стул, он поставил корзину на колени, и стал рыться. На пол полетели скомканные одноразовые платки, огрызки яблок, банановая кожура, окурки со следами помады, использованные презервативы и так далее. Вскорости пол в комнате стал мало отличаться от тротуаров в трущобах Мехико, не хватало только шприцов. Из картины выбивался только ковер. Ковры в трущобах, как известно, никто не стелет.

Вася отстраненно подумал, что следует пожаловаться в администрацию отеля на то, что так редко меняют мусорки в номерах. А еще, типа, пять звезд! Одно слово — мексикосы.

Тем временем гость извлек из пакета надкушенный биг-мак в фирменной упаковке, обнюхал его со всех сторон, и просиял.

— Божественно! С легкой тухлятинкой. Деликатес. Мм обожаю!

Он жадно вцепился зубами в кулинарный шедевр американского фаст фуда. Слопал он его секунд за десять. На подбородке застыл ручеек соуса с прилипшим обрывком салата, — ел человек-крыса очень неаккуратно.

Изо рта вылез длиннющий алый язык, и облизал подбородок. Крис удовлетворенно рыгнул, и похлопал по животу.

— Маловато будет.

Он еще некоторое время облизывал обертку от гамбургера, потом поставил корзину под стул, и поднял взгляд на Василия.

— Теперь ты понимаешь, почему я так бесился? Какой-то сопляк, а ты сопляк, — не в обиду будет сказано, сумел приложить меня тапком. Позор, да и только. Кстати, я с пониманием отношусь к твоей попытке застрелить меня из игрушечного арбалета.

Василию оружие игрушечным не показалось. Размеры да, немного меньше стандартных, но убойная сила не вызывала сомнения. Он промолчал.

— Я вижу, ты в растерянности. И не совсем сознаешь, что происходит. А я кажусь тебе монстром. Это типовая реакция людишек. Прости, людей.

Крис стал ковыряться мизинцем в зубах. Благо дело, длинна и острота ногтя, позволяли ему орудовать как зубочисткой.

— Так ты все-таки не человек? — не удержался Вася.

— Конечно же, нет, — возмутился он. — Я бумажная крыса!

— Постой, но ведь я…

— Хочешь сказать, — перебил Крис, — что ты разодрал мое несчастное тельце в клочья?

Василий кивнул.

— Ты купился. Обычный трюк.

Гость достал из кармана шорт бумажную крысиную голову.

— Не это ли ты разыскивал? Это муляж. Как видишь, здесь есть крохотная дверка. Я был маленьким, и прятался в ней. Ты мог сразу вскрыть ее и одолеть меня двумя пальцами. У тебя это был единственный шанс. Ты его не использовал. Вас людей так легко обмануть. Слишком стандартно мыслите.

После этих слов Барабас разозлился.

— Чего тебе нужно крысеныш? — с агрессией процедил он.

— Мать моя крыса! — всплеснул руками Крис, — Да ты говоришь как настоящий охотник! Занятно, занятно. Мне, практически ничего от тебя не нужно. Разве что самую маленькую малость. Твою капитуляцию. Причем не бесплатно. В обмен на нее, я тебе расскажу, где лежат десять кладов в твоей холодной России, или назову результаты всех завтрашних футбольных матчей, или подскажу, какие бумаги резко подскочат или упадут на биржах в ближайшую неделю, в общем, проинформирую, как захочешь. Годиться?

— Я сдаюсь. Дай попить, вали в задницу, кладов не надо, только исчезни, — проворчал Василий и поднял руки.

Крыс снова почесал нос кулачком.

— Заманчиво звучит, я готов принять твое предложение. Только чтобы сдаться, тебе необходимо пройти небольшой ритуал.

— Какой, в печень, ритуал?! — гавкнул Вася.

— Нормальный, — ответил гость, — получить пинка под зад. Обычный торжественный пинок! Ты выползаешь задом ко мне поближе. Встаешь в коленно-локтевую, и раздвигаешь двумя руками ягодицы, разводя их пошире. Ну а я…

— Пошел на х…! — Заорал Вася, и внезапно понял, что его разводят "на время".

Защитная линия стала почти невидимой, а крысиная ступня в сланце длинными пальцами уже начала потихоньку продавливать силовую преграду.

Рука судорожно зашарила по постели. Попадалось все не то. Наконец то, вот она матрешечка! Он судорожно извлек мелок, лег на живот и стал чертить новую линию поверх прежней, переползая по периметру кровати. Линия замкнулась, а в ладони остался небольшой кусочек мела. Дыхание было тяжелым как после кросса.

— Успел таки, — прошипел человек-крыса, — А мог бы и меня, и себя, от лишних проблем избавить. А так, еще два с лишним условных часа тут торчать! Только что ты будешь делать, когда выворачивающая гарь закончиться?

— Что? Какая гарь? — раздался непроизвольный возглас.

— Так ты не знаешь?! — удивленно произнес оборотень, — Ну и не знай себе дальше. Все равно не поможет. Давай лучше мы с тобой, прикинем диспозицию. Возражения есть?

Василий промолчал.

— Прекрасно. Начнем.

Крыс достал, не пойми, откуда, пенсне, и закрепил его на переносице. Поскреб указательным пальцем лоб, и с выражением заговорил сочным баритоном:

— Позволю себе начать со своей скромной персоны.

Выглядел он, ни дать ни взять, типичным профессором первой половины двадцатого века.

— Я из благородного рода Папирратте. Мне шесть с половиной лет. Да будет вам известно, юноша, — это ранняя стадия зрелости для бумажных крыс. Я имею в своем активе сорок восемь боев и сорок восемь побед. Из них шесть над человеками.

Он прокашлялся, издав академичное — гхммм. Сплюнул коричнево-желтую мокроту на ковер, и продолжил:

— В том числе я бил гномов, стеклянщиков, проволочных пауков, капустных рыцарей, гоблов, эльфят, болотную нежить и резиновых зайцев. Следует отметить, что все свои победы я посветил науке. В моей анатомической коллекции присутствуют части тел, практически всех поверженных, так сказать, оппонентов.

В этот момент он неприятно зыркнул стекляшками в сторону Василия.

— В настоящий момент я нахожусь в отличной психо-физико-магической форме, не имею ранений и душевных травм, свободен от обязательств, что позволяет мне беспрепятственно вести бой с любым противником. Помимо этого, я как дома, ориентируюсь в пятнадцати основных мирах, включая твой; сносно в шестидесяти двух и смогу выжить практически во всех существующих. Все. Про себя достаточно.

— Теперь, прокомментируем твое положение. Если буду ошибаться, ты меня поправь. О-кей?

Вася безразлично пожал плечами. Он жалел о своих несдержанных воплях, и решил держать марку.

А Крис монотонно продолжил:

— Ты обычный человек. Роду ты, видно, подлого. Тебе тридцать с небольшим. Так?

— Так, — на автомате кивнул коммерсант, и опомнившись, вскинулся, — Что значит подлого роду?! — вскипел он, моментально забыв про сдерживание марки, — Ты, грызун тухлый, чего несешь?!

Собеседник понимающе улыбнулся, и примирительно развел руки в стороны.

— Это анахронизм, извини. "Подлый", здесь в смысле обычный, незнатный. Или я не прав, и ты можешь прочитать мне свою родословную хотя бы до шестьдесят четвертого предка?!

Он сделал короткую паузу, но ответа не дождался.

— Ты достаточно силен для среднего человека, но слабее меня раз в семь. Скорость реакции у тебя раза в четыре меньше. Магическими способностями, судя по всему, ты не обладаешь. Ориентируешься лишь в одном мире — в своем человеческом. Боевых артефактов у тебя не имеется, если не считать бесполезных дешевых тапок, которые ты цапнул как последний блох из шерстограда.

Вася осмотрел кровать слева от себя, и помимо разворошенных свертков обнаружил бутылку с остатками виски.

И самое главное! — продолжал Крис, он поднял вверх указательный палец с острым ногтем, — Ты ничего не понимаешь в происходящем, и у тебя нет плана дальнейших действий. Но и это еще не все! Добавлю, как говориться, до кучи, — ты лежишь в обоссаных шортах и воняешь, твой организм ослаблен алкоголем, у тебя жажда, воды нет, а выворачивающая гарь через пару часов закончиться. Возрази, коли я не прав.

Он замолчал, и посмотрел на соперника испытующим взглядом.

Дело в том, что крыс говорил все верно. Василий ни грамма не сомневался в правоте сказанного. Позиция в игре у него, хуже не бывает — сплошные минусы. Вот если бы был хоть какой-нибудь козыришко, то можно было бы подыграть, сказать, дескать — "Слаб, сдаюсь!", а потом по ликующему противнику ударить. Пусть не убить, хотя бы бой дать! Но не было у Васи никаких тайных козырей. По сему, кроме капитуляции, оставался один вариант — безнадежный блеф.

Лет пять назад он приятельствовал с игроком по имени Гоша. Гоша был каталой — эстетом с зачатками крепкого алкоголика. Как-то раз, напившись, Гоша разоткровенничался и выдал тираду, которую Барайкин запомнил навсегда: "Если ты игрок. Настоящий игрок, а не шелупонь, то блеф это часть твоей жизни. На самом деле БЛЕФ — это даже не блеф. БЛЕФ — это практически, правда. Против сильного игрока твой БЛЕФ сыграет только в том случае, когда ты искренне в него поверишь! Никогда не блефуй, показывая супер крутой расклад. Даже если ты Станиславский, вероятность каре и покеров ничтожно мала. Так работают салаги. Допустим у игрочка, по твоему мнению, карта устойчиво средняя. Поверь в такую же. Блеф, это значит, что ты играешь с почти РАВНЫМИ картами, но твой расклад чуть сильнее. В некоторых играх это даст тебе возможность сохранить банк и получить новую раздачу. Если ты блефуешь на малке, допустим, на три лба, верь себе! У тебя три лба! Забудь о своем настоящем раскладе начисто, нет его. Пока карты не открыты полностью, ты не проиграл. И верь в победу! Всегда верь, даже если у тебя полный порожняк. Иначе ты сдулся заранее. Вот так, братишка, ключевое слово — вера!".

— Ошибаешься крысеныш, — спокойно и уверенно произнес Вася, — не все ты знаешь. Даже не догадываешься, чем я тебя возьму. А взять, поверь, есть чем! А то, что пока за гарью отсиживаюсь, так это, чисто, из интереса. Любопытен ты мне. Да, многого я не знаю, может, ты-то мне и расскажешь. Вот, допустим, откуда ты так хорошо знаешь русский язык?

Крис глянул на него с неподдельным удивлением.

— En el juego, y hablo perfectamente todas las lenguas. Y acaso no existes? (Я в игре, и прекрасно говорю на всех языках. А ты разве нет? Исп.)

Самое поразительное было в том, что Вася прекрасно понял собеседника. И моментально пришло знание, что и он тоже может. И по-китайски, и по-шведски, и даже по-крысиному, если будет необходимость, без акцента пропищит. Вот это да! Он считал себя неспособным к языкам. А тут такое. К сожалению, скрыть изумление ему не удалось.

А крыс гаденько захихикал:

— Да ты, лопух, никак и правил-то не знаешь?! Вот умора. Мои шансы стремительно растут.

И тут, будто в подтверждение его слов в спальне ожил телевизор. Они разом повернули головы в его сторону.

Показывали их. Причем с разных ракурсов. Снизу быстро менялись две цифры, как при подсчете голосов. Обе цифры увеличивались, причем одна заметно быстрее. Качество картинки было великолепным, вот крупным планом показали Васино лицо, и он увидел у себя на подбородке премерзкий розовый жировик с беленькой точкой.

Вот зараза! Потрогав подбородок пальцем, он обнаружил, что телевизор не врет. Вася завертел головой, оглядывая стены в поисках скрытых камер, но ничего необычного не заметил.

В это время зычный голос за кадром произнес:

— Если хотите насладиться прямой трансляцией поединка Помойника и Барабаса, произведите оплату по телефону.

Барабасом Васю звали в школе и институте, данное прозвище было производным от фамилии и имени.

Появился уже знакомый телефонный номер.

— Стоимость полной трансляции пятнадцать кредитов. Делайте свои ставки по нашему универсальному номеру.

И картинка из их комнаты пропала. Вместо нее экран разделился на две части. На синем фоне слева сверху был маленький серый значок в виде крысы, а справа розовый в виде человечка. На каждой из половинок непрерывно меняли длину зеленые вертикальные полосы под ними бежали мелкие цифры. Левая полоса в несколько раз выше. А по центру мигали два крупных числа серое и розовое 1,02:14,8. Над ними надпись: "Коэффициент выплат по ставкам".

— Видишь, вероятность твоей победы букмекеры оценивают примерно как один к пятнадцати — сказал Крис.

И то, два процента оставили, чтобы подогреть интерес к трансляции. Реально же, специалисты понимают, что шансы выиграть у тебя чисто теоретические. Ну, скажем, меня внезапно разобьет апоплексический удар или поскользнусь с неловкости вон на той банановой кожуре, да и раззможжу себе черепушку.

— Вот было бы здорово! — искренне произнес коммерсант.

— И не надейся, — весело отозвался соперник, — Здоровье у меня как и у всех бумажных крыс отменное, а неуклюжестью я никогда не страдал.

Крис сидел, нога на ногу, и поглаживал свои редкие усики. Ногти на длинных пальцах покачивающихся ступней заметно подросли, и острые концы хищно загнулись вниз.

Поймав взгляд Василия, он пояснил:

— У нас крыс, метаболизм ускоренный. К твоему сведению, я полностью обновляю волосяной покров раз в неделю. Но мне сдается, что на самом деле тебя интересует совсем другое.

Он замолчал. На лице застыло загадочное выражение, и в глазах отразился блеск от телевизора.

Барабас был немного заинтригован, но виду не подал, став демонстративно ковыряться в носу, с интересом рассматривая содержимое между пальцами. Он скатал небольшое желто-зеленое ядро, и щелбаном запустил его в сторону врага.

— Попадание! — заорал Вася, и захлопал в ладоши.

Крис бережно отлепил козюльку с середины лба, обнюхал, и с пиететом опустил на язык. Закрыв рот, сделал несколько посасывающих движений. Он был похож на дегустатора деликатесов.

— Потрясающе! — отметил он с видом эстетствующего гурмана, — В слизистых выделениях человека при стрессе присутствуют практически все эмоциональные составляющие. При этом, пикантность вкусу дополняют соли натрия и калия вкупе с гормоном страха. Остаточные производные ферамонов говорят о нерегулярной, спонтанно-импульсивной половой жизни. Уровень гормона стресса восемьдесят семь. Это очень много. Вы, молодой человек, волнуетесь. И правильно делаете! — громко по-гусарски заржал крыс.

Отсмеявшись, он утер несуществующие слезы, и серьезно продолжил:

— Разве тебя не интересуют условия капитуляции?

Вася в это время настраивался на игру. Он решил блефовать и идти до конца. Слушая, крыса в пол уха, он постепенно внутренне сживался с новым образом, который тоже был Васей, но немного другим. Только так он имел какие-то шансы на победу. В обычном состоянии поединок превратился бы в мазохизм с летальным исходом. Его мозг кипел от напряженного поиска вариантов сопротивления и пока не находил ничего путного. Придется тянуть время и искать выход. Одно было понятно, что силой эту тварь не победить. Легко может голову оторвать, причем в буквальном смысле. Требуется какое-то нестандартное решение. Иначе это будет уже не поединок, а бойня. Идти бычком на заклание становиться не хотелось.

— Рассказывай, — лениво промолвил коммерсант, почесывая подмышкой.

— Ничего сложного и постыдного. Ты просто выйдешь на середину комнаты, встанешь на колени, поклонишься мне, и скажешь: "Сдаюсь. Вручаю тебе свою жизнь Великий Крис Помойник!" После этого я положу тебе на голову лапу и приму твою капитуляцию. Кстати, ты даже сможешь стать моим слугой, в мире людей, что было бы разумно. Но это не главное. Главное, что я могу отпустить тебя обратно в твой мир навсегда, и одарю богатством, которое тебе и не снилось. Сможешь купить все что захочешь. В дополнение к этому, я могу сделать так, что все крысы Земли будут подчиняться тебе также как мне. Ты можешь стать очень влиятельным человеком. Что скажешь?

— Сумму назови, "богатство, которое мне не снилось", может составить десять рублей, а эта сумма мне точно не снилась даже в самых смелых мечтах.

Крис вежливо посмеялся секунд шесть, и внезапно замолчал.

— Пятьдесят миллионов долларов. Эти деньги позволят тебе жить, как захочешь, где захочешь. При том, ты не будешь вызывать нездоровый интерес со стороны сильных голодных людей. Я могу дать и миллиард, но в этом случае, тебя быстро порвут, а миллиард отберут. Полтинник лимонов грина самая разумная сумма. Разумеется, я все сделаю так красиво, что тебе не придется гоняться по миру, и дергаться, чтобы легализовать свои доходы…

— Чем докажешь, крысюченко? — перебил Василий.

Крис, ни говоря ни слова, вытянул губы уточкой и дунул вверх. Изо рта заструился зеленоватый дымок. Постепенно дымок начал распадаться, концентрируясь во множестве рассыпанных в воздухе точек. Разбросанные по пространству сгустки быстро уплотнялись, и вдруг разом лопнули. Раздался слабый хлопок, и на ковер посыпался дождь из зеленых банкнот.

Вася смотрел на волшебство, и прикладывал титанические усилия, чтобы не открыть рот, и не растянуть губы в глупой улыбке.

Большая часть купюр рассыпалась на Криса и вокруг него, но десяток бумажек попало на постель рядом с Барабасом. Он схватил одну, и поднес к носу. Стодолларовая банкнота пахла так, как и должны пахнуть новые доллары — типографской краской. Это был сладкий запах денег. А еще говорят: "деньги не пахнут", еще как пахнут!

Он потеребил купюру, помял, и посмотрел на свет. Настоящая, либо великолепнейшая подделка.

— Оригиналы, можешь не сомневаться, — с гордостью произнес крыс, — причем не сотворенные мной из воздуха, как тебе могло показаться, а по одной перенесенные сюда из разных мест. Старался подбирать бумажки поновее, не люблю засаленные купюры, их только жрать неплохо, а такими хрустами и расплатиться приятно.

— Ничего не скажешь, эффектно, — Василий театрально похлопал в ладоши.

— Теперь понимаешь, что я не обманываю. Хошь нал, Хошь безнал, а могу и ценными бумагами или скажем сразу депозиты открыть. Это уж как тебе заблагорассудиться. Решайся, парень, такой шанс не каждому выпадает!

— Я подумаю над твоим предложением. Время еще есть, спешить нам не куда. Вот если бы ты мне водички подал, я может, и быстрее думать стал бы.

Если бы противник не врал, Барайкин действительно мог бы принять подобное предложение. Подумаешь, пять минут унижений. Зато потом сказочное богатство и беспечная жизнь в тропиках. Но, все дело в том, что крысеныш лукавил. Все-таки он еще крысеныш, — подумал Вася, — врать, пока толком не научился. Неужто думает, что я забыл, как он частями тел хвалился? Большого ума не требуется, чтобы понять, что если я выйду за круг, то заспиртованные яйца Васи Барабаса станут жемчужиной крысиной коллекции частей тел. А еще он импульсивный и несдержанный, — эти слабости на лицо. Чем же его гаденыша взять?!

— Не дождешься, — прошипел соперник, — я не подавальщик. Если хочешь воды, заработай ее.

— А как я смогу ее заработать в таком состоянии, разве что высунуть за черту задницу, чтоб ты занялся с ней любовью? — заорал на противника Барабас, — Так знай, на это я не согласный! Лучше сдохнуть, чем в жопу дать, да еще какой-то крысе.

— Ну, зачем же так грубо! — рассмеялся гость, — Мы можем сыграть с тобой в загадки на интерес. Я ставлю на кон воду, а ты три вонючих тапка. Условия игры следующие: я задаю тебе три загадки, на отгадку каждой у тебя будет пять условных минут, если хотя бы одну не отгадаешь, или ответишь неверно, — ты проиграл.

Он замолчал, рассматривая Василия.

Ну что договорились?

— Договорились, — кивнул Василий, — только я ставлю против воды не три тапка а два.

— Черт с тобой, — согласился Крис, — принимается. Ну что начнем? — потер руки Помойник.

— Валяй!

— Для начала, загадаю я тебе простую загадку для русских. Кстати уже в этой присказке скрывается подсказка.

Крис поднялся, залез с ногами на стул, вытянул руки по швам, и как маленький мальчик с выражением продекламировал:

Он вынесет весь мусор, квартиру уберет,

И сказочку расскажет, и песенку споет,

Он выучит уроки, и твой экзамен сдаст,

И все твои заботы упрячет под матрас.

Как только он произнес последнее слово, экран мигнул, и картинка сменилась. Появились большие желтые цифры: 5:00, 4:59, 4:58… Начался обратный отсчет.

Крис слез и уселся нога на ногу, глядя выжидательно и немного напряженно.

Вася подумал секунд пять, а потом выдал:

— Это специально запрограммированный робот- помощник, андроид сделанный как копия хозяина.

— Э нет, дорогой ты мой! — укоризненно покачал головой человек-крыса, — Не катит! Эдак почти на любую загадку можно ответить, скажи еще господь бог, тот вообще, чем хочешь, прикинуться может. Подобные ответы не принимаются.

Василий подпер голову кулаком, и погрузился в размышления. Повисло напряженное молчание.

Когда на экране было 2:57, он внезапно сильно хлопнул себя ладонью по лбу. Сочный звук шлепка прервал гнетущую тишину. Вася радостно засмеялся.

— Это же так просто! Элементарно, как же я сразу не догадался. Молодец крыс, гарная загадка!

— Ну, так каков ответ? — угрюмо проворчал он.

— Дык, Пушкин это. Всеми любимый, незаменимый Ляксандр Сергеич.

На экране появилась знакомая заставка из игрушки "пасьянс паук" с надписью: "Вы выиграли!", на зеленом фоне рассыпались простенькие салютики, музыкальный фон был соответствующим. Через пару секунд вернулось исходное изображение с диаграммами. Вася обратил внимание, что цифры под его столбцом стали расти быстрее, а его коэффициент вместо 15,1 стал 14,6.

— Видишь крысюк, мои шансы растут! — радостно произнес Вася, и потер ладони.

— Рано радуешься, человек, — недобро проворчал Крис, — Тебе еще две загадки отгадывать, а они посложнее первой будут.

— Ничего, — беспечно махнул рукой коммерсант, — Авось, с божьей помощью угадаю!

— Ну-ну. Посмотрим. Слушай следующую загадку. Теперь без намеков и подсказок в неопределенной формулировке.

На этот раз он кривляться не стал, и не меняя позы, заговорил, монотонно, без выражения:

И черное и белое,

Трусливое и смелое,

Горячее, холодное,

Оно всегда голодное.

Вася призадумался. Да уж задачка не из легких. У него в мыслях с космической скоростью проносилось множество вариантов, но ни один из них подходящим не был. Когда те же версии пошли по второму кругу, Василий занервничал. Оставалось две минуты, а он не приблизился к ответу ни на йоту. Внутренний голос, где ты?! Помогай родной! — в сердцах возопил он. В ответ тишина. Озарение пришло за двадцать секунд до конца отведенной пятиминутки.

— Это зависть. Человеческое чувство зависти. Не знаю как там у вас крыс, но у нас людей зависть бывает именно такая, и черная и белая, тайная и явная, горячая и расчетливо-холодная.

Повисла пауза. Цифры на мониторе замерли. У Васи внутри похолодело. А спустя мгновение заиграла победная мелодия, и появились салютики.

Коммерсант облегченно выдохнул, а Крис схватил с пола несколько купюр, в бешенстве изорвал в клочья, и бросил в сторону. Клочки зелененькими бабочками закружились в воздухе, и плавно опустились на ковер.

— Не порть бабки! — возмутился Василий, привыкший к почтительному отношению к деньгам, — Они здесь не причем.

Мои баксы, как хочу так и распоряжаюсь, — отбрил нахала Крис, — А у тебя, сынок, похоже, головокружение от успехов. Ну да ничего, это лечится очень просто. Следующей загадкой мы попытаемся снять все симптомы зарождающейся у тебя мании величия. Слушай:

"Светлее дня, темнее ночи"

Вася думал ровно полторы минуты, потом заговорил:

— Неужели я выгляжу таким необразованным валенком, что не смогу разгадать несложную философскую задачку? Так вот, на сей счет, ты глубоко заблуждаешься. У меня просто бизнес такой, где лобастым и очкастым интеллигентам доверия нету. По деревням да селам езжу, зерно скупаю, и перепродаю. Общаться приходится, в основном, с колхозниками по-простому. Поэтому и привык уже под "своего" косить. Ну, и нахватался от них словечек как гусь говна. Где-то даже деградировал, не скрою, но это самую малость. Самая сложная загадка была вторая. Ну да бог с ним, я отвлекся.

Василий достал бутылку с виски, открыл пробку, понюхал, сморщился, и закрыл обратно. Потом засунул руку под влажные шорты, почесался, и продолжил:

Это как инь и янь, мужское и женское начало, добро и зло, черное и белое. Короче, это душа.

Треск разбиваемого об стену стакана с водой, заставил коммерсанта непроизвольно вздрогнуть.

Азартный Парамоша! — не без удовольствия отметил про себя коммерсант, — надо будет попробовать сыграть на этом.

У соперника был очередной приступ бешенства. Он носился по комнате, топал ногами, и изрыгал проклятия. А на мониторе коэффициент на победу был уже 11,4. Его столбец подрос, а уровень соперника немного опустился.

— Ты зачем разбил стакан с моей выигранной водой? — спросил Вася.

Крис, не отвечая, вышел из комнаты, достал чистый бокал наполнил его до краев из бутылки, принес, и поставил на пол около стула.

— Подавать тебе не буду, я королевской крови, а ты голодранец безродный. Подойдешь и сам возьмешь. Не бойся не трону. Слово даю.

— Сомневаюсь, — ответил Барайкин, — Отойди к двери в ванную, так, чтобы я тебя видел и встань там.

Гость пожал плечами, и выполнил распоряжение. Он встал спиной к двери в санузел и засунул руки в карманы шорт.

— Может, еще руки за голову убрать, — ехидно осведомился человек-крыса.

— Не обязательно.

Василий, не сводя глаз с врага, слез с кровати, и медленно-медленно, шаг за шагом, пригнувшись, стал придвигаться к стулу, наклонился и сжал в ладони вожделенный бокал. Он все делал правильно. До того как взял в руку емкость с живительной влагой. Видимо, возможность утолить жажду, негативно повлияла на мыслительные процессы. Он допустил дурацкую, непростительную, грубейшую ошибку. Повернулся спиной к врагу.

Васе показалось, что крыс не бросится, расстояние до черты не более двух метров. Это два больших шага или три обычных. Скорее всего, не бросится, а если и бросится, то не успеет!

Он начал делать первый шаг, когда телом почувствовал легкое дуновение. Обернулся, и потерял еще мгновение, но зато увидел размазанную серую тень, летящую к нему. Барабас накрыл ладонью верх бокала, и прыгнул к спасительной постели. Монстр его все-таки зацепил. Заднюю поверхность правого бедра будто ожгло огнем.

Барайкин истошно завизжал, и плюхнулся на постель. Сердце колотилось так, что казалось, голову может разорвать от частых и мощных толчков крови.

Благо дело, он крепко накрепко держал заветный стакан. Не пролилось ни капли. Так, сначала жажда, а потом разберемся с ногой.

Он сел, дрожащей рукой поднес бокал к губам, и сделал первый глоток. Переборов острейшее желание проглотить всю воду залпом, он принялся цедить маленькими глоточками, полоща рот. Употребив, таким образом, две трети высокого бокала, Вася почувствовал облегчение. Он, с сожалением отставив оставшуюся воду в сторону, как НЗ и потрогал рукой рану. Пальцами по длине бедра прощупывались две кровоточащих, липких, рваных борозды. Глубина больше пяти миллиметров. Слава богу, крупные вены не задеты. Теплая кровь просачивалась сквозь пальцы. Барайкин потянулся, достал бутылку с остатками чиваса, и вылил немного виски на ладонь. Затем лег на спину, согнул ноги в коленях, и приложил мокрую ладонь к ране. Жгло страшно, но Барабас стойко терпел. Когда боль немного утихла, он повернулся на бок, и схватил руками розовый пододеяльник. Без колебаний оторвал широченный лоскут, сложил его в несколько раз, сдобрил виски, и сноровисто принялся обматывать бедро. Пригодились платные курсы выживания.

Тем временем, за защитным кругом бесился монстр. Строением тела он напоминал бультерьера, но был немного крупнее. Гигантская, серая, взлохмаченная крыса издавала противные писклявые звуки, и металась вокруг кровати, бешено крутя непропорционально длинным розовым хвостом. Передняя правая лапа оставляла на ковре кровавые следы. Через некоторое время крыса запрыгнула на стул, и села почти по человечьи, свесила нижние когтистые лапки, сложила верхние в жесте паломника перед грудной клеткой, и замерла.

Началась обратная трансформация. Туловище стало увеличиваться, а конечности вытягиваться. Особенно неприятно стали выглядеть редковолосые нижние лапы, — нечто среднее между звериными конечностями, и человеческими ногами.

Шерсть на теле оборотня островками задымилась, расплылась, почернела, вспыхнула огненным вихрем, и исчезла. Розовая кожа запузырилась. Пшш-хлоп. Запахло паленой курицей. Быстрое таяние ошметков в воздухе. И на стуле уже сидит старина Крис в человеческом обличье.

Первым делом он стал с наслаждением слизывать с пальцев руки остатки крови.

— Мы, как и вампики, балдеем с человеческой крови! — довольно промурлыкал Крис. — Это наилучший в мирах стимулятор. Особенно ценится кровь, насильно взятая у живого человека во время битвы! Фантастика! Ваши кокаины-героины отдыхают.

Он громко причмокивал, и в наслаждении закатывал глаза вверх.

Рана сильно саднила, и мешала думать. Барайкин пытался сосредоточиться, и проанализировать известные факты, чтобы выработать хоть какую-нибудь стратегию и тактику дальнейшей борьбы с оборотнем. Для начала он решил вспомнить все, что ему известно о крысах. Мозг коммерсанта, по привычке, разложил все по полочкам.

Итак, обычные крысы:

Относятся к классу млекопитающих, отряду или подвиду… неважно, — грызунов. Это он помнил из школьной программы. Проживают везде, где ни попадя, даже на кораблях. Обладают отличным обонянием. Питаются почти всем. Известны факты, когда крысы съедали изоляцию, металлы, полимеры. Стайные животные, причем со строгой иерархией. Подают друг другу различные сигналы с помощью мочи, которая, вроде бы, может менять химический состав, по команде мозга животного. Спорно. Крысы являются одними из самых умных тварей. Многочисленные опыты над ними подтверждают сей факт. Имеют хорошие способности к обучению и принятию решений. Размножаются очень быстро. Самка крысы за год может произвести до десятка пометов по пять-шесть детенышей. Селятся крысы, видимо, в укромных местах вблизи источников пищи, коими служат, в основном, органические отходы человеческой жизнедеятельности. Обладают потрясающей живучестью и способностью к быстрой регенерации тканей. Средняя продолжительность жизни два-три года.

С человечеством у крыс исторически сложились непростые отношения. Восточные цивилизации крыс уважали, и почитали. Ну, а западные народы издревле причисляли крыс к недружественным животным-паразитам, и безуспешно пытались истребить их. Во многих людях ненависть к крысам, также как к насекомым и змеям заложена на генетическом уровне. К этой большей части западного человечества относил себя и Василий. Он не понимал "извращенцев", которые держали дома крысок или мохнатых пауков.

Человек убивал крыс разными способами. Изготавливались крысоловки, выводились специальные породы кошек. Но самым популярным в народе средством всегда была травля с помощью различных ядов. Самый распространенный крысомор, делался, вроде бы, на основе мышьяка. Или нет? Несмотря на популярность в народе, этот метод нельзя считать эффективным. Так как из всей стаи, животные выбирали особь-камикадзе, которая дегустировала отраву, и если чувствовала дурноту, немедленно сообщала об этом своим сородичам с помощью той же мочи, или особого писка. После этого никто из стаи к отравленной еде не притрагивался.

Таким образом, можно заключить, что специального оружия массового поражения против крыс человечество пока не изобрело.

Оказывается, Вася знал про обычных крыс достаточно много. Все эти отрывочные сведения были почерпнуты из школьного курса зоологии и научно популярных журналов, которые Барабас любил читать еще в студенчестве. Только практической выгоды от этих знаний практически никакой, к сожалению нет. Во-первых, не из чего замесить отраву для крыса. Во-вторых, слабо представлялось, как заставить монстра жрать яд.

К тому же, Крис не был обычной крысой. Скорее всего, он был волшебной крысой-оборотнем. Бред, но придется принять за основу. Теперь требуется поднять информацию по волшебным крысам.

Итак, волшебные крысы:

Здесь все запущено. Первое что пришло в голову, был "Щелкунчик" толи балет, толи опера. Вспомнился придурок из недавней рекламы. С музыкальным образованием у Васи было туго. Классику он не любил, и либретто к одноименному балету не читал, впрочем, как и сказку Гофмана. Все представление об этой истории сводилось к советскому мультфильму.

Там, был крысиный король с тремя головами, и имел армию. По нему чем-то стрельнули из игрушечной пушки. Потом, не пойми откуда, в воздухе появилось облако, от которого крысы стали чихать, и лопаться. Последний крысиный солдат до-последнего зажимал нос лапой, убежал в нору, и там взорвался. М-да. Информации негусто. Состав волшебного газа неизвестен. Да и Крис не шибко похож на крысиного короля.

Была еще крыса-ниндзя из мультика про черепашек… Нет, не то, — голливудский продукт.

Крыса-кучер из золушки… Вообще-то второстепенный персонаж, скорее положительный, во враги не годится.

Крыса Шушера из Буратино. Да, она хотела затащить Буратино в очаг, но добрый папа Карло, кажется, успокоил ее деревянным башмаком. Так! Теплее, теплее. Быть может башмак является аналогом тапка? Тапки у нас есть. Отлично, что имеем еще??

… Пусто. Какие-то отрывочные ассоциации про подлых и злых зубастых грызунов, которые убивали младенцев, и выедали глаза бездомным, не более того. Ничего конкретного на ум не приходило. Васе казалось, что нечто важное он упускает, но не мог вспомнить ничего толкового.

Разве что были еще байки про афганских крыс, которых выдавали за такс. А доверчивые любители породистых собак узнавали о зоо-подлоге, только посетив ветеринара, либо кинолога. Также диггерские истории-ужастики про гигантских крыс-мутантов в подземке, которых боятся даже собаки. Одним словом, — всякая чушь. Пользы — ноль.

Решений не было. Несмотря на то, что Барабас сумел полностью взять себя в руки и принять искаженную, ненормальную, больную, но все-таки реальность. Глубоко внутри поселилась малюсенькая тоска, порожденная безысходностью положения. Он понимал, что эта тоска в состоянии потихоньку высосать его внутреннюю энергию. Нет, он не собирается сдаваться ни при каком раскладе. Но идти в бой без идей, без плана, без шансов, напролом, будет равносильно самоубийству.

А можно ли сбежать?! Вот вопрос, с очень высокой вероятностью отрицательного ответа, но удостовериться все-таки желательно. С другой стороны, строить план только на основе гипотетической возможности бежать, — полнейшее пораженчество, а это даже невыносимей потенциальной смерти. От поединка лучше уйти, но если нет возможности, придется драться. С чем?!.. О чем там говорил мой двойник? Паста помогает, но слабо. Что еще? Что обманывает, и верить ему нельзя, — это и так ясно. Ладно, как-нибудь по…

Дзз-зынь!!!

Он вздрогнул.

Крыс, прыгая с ноги на ногу, с довольнейшим видом, чокался об оконное стекло фужером с желтой жидкостью. Он был босым, его убогие сланцы валялись на полу среди денег и мусора. Банкноты прилипли к ступням, разнообразные осколки похрустывали под ногами, не причиняя ни малейшего вреда. Горячий латинский танец да и только, правда икры и лодыжки танцора были не кофейными, а розовато белыми.

— Горячее послекровие! Аа-а!!! Лам-бадаа! Лам-бадая! — пел он.

— У тебя нет слуха, пасюк! Заткнись. Слушать противно! — дико выкрикнул Барабас.

Крис оглянулся, и продолжил танец.

— Или ты решил меня пением в гроб загнать? Не выйдет, я тоже спеть могу. Тогда у тебя точно уши в трубочки свернуться!

Крис, поплясав еще немного, остановился, опрокинул фужер в рот, и посмотрел на Васю, как на убогого.

— Это у тебя нет слуха, человече. Диапазон воспринимаемых мною частот в два раза шире, чем у тебя. Вот, к примеру, послушай:

Он вытянул губы и стал строить гримасы, втягивая и надувая щеки.

— Ну что, услышал?

Вася отрицательно помотал головой. На самом деле, он слышал тончайшее миллиметровое завывание.

— А я просвистел семейный гимн!

— Я имел в виду, музыкальный слух, крысеныш, он у тебя отсутствует полностью. Плюс к этому ты еще пьешь свое ссаньё! Не, в натуре, ты еще и на уринотерапии повернутый.! Во прикол!

Крис ни капли не смутился, коротко глянул на Василия, и продолжил наслаждаться ароматом из бокала.

— Какие же вы все-таки брезгливые, людишки. Это вас и погубит! Каннибалы у вас изгои, бомжи и мусорщики тоже. Странные вы, неправильные. Где надо брать — воздерживаетесь, а где наоборот воздержаться, — прете напропалую и пытаетесь хапнуть то, что вам не по зубам. Эта моча, — он торжественно поднял фужер вверх, — эссенция блаженства. Те, ферменты, что вырабатывается у нас после пробы первой крови врага, сразу же выводится из организма через почки, и я, нюхая и пробуя "би-адреналиновую мочу", испытываю почти такой же кайф как после схватки! Вам не понять этого.

— Да уж. Не понять, — задумчиво ответил Барайкин, — Куда уж нам, сиволапым. Ты, вот лучше скажи, почему слово не сдержал, и на меня кинулся? Ляжку мне оцарапал своими грязными когтями? Наверняка инфекцию занес, придется антибиотики пить.

Соперник залпом заглотнул мочу, зажмурился от удовольствия и бросил пустой фужер на ковер. Тот не разбился, а лишь откатился к банановой кожуре.

— Понимаешь, Василий! — растягивая слова, произнес он.

Вася вздрогнул. Больно непривычно было слышать свое имя из уст врага.

— Дело в том, что ты имел глупость повернуться ко мне спиной. Тут уж никаких секретов нету. Я не могу пересилить древний инстинкт, заложенный матерью-природой. Извини уж, не серчай, — тон был притворно искренним. — Я и сам не понял, как это получилось. Ты лучше скажи, подумал над моим предложением?

— Пока думаю, не определился еще.

Барайкин нащупал бокал с водой, и сделал два больших глотка. Ему вдруг вспомнилось кое-что необычное. Важное? Может быть. Требуется обдумать, как использовать эту эфемерную возможность, которая пока кажется просто сказочной ерундой. А, собственно, сейчас происходит, разве не сказка наяву? Немного страшноватая, но сказка. Кстати, что там говорил мой двойник про зубную пасту? Тоже пригодиться. Только вопрос как вообще ее достать? Надо думать быстрее. Время работает на врага. Но пока решение вызревает, можно провести немного времени с пользой.

— Слушай, пасюк! — воодушевленно выдохнул Василий, — У меня идея. А почему бы нам не рассказать друг другу о себе. Скажем о детстве, или еще о чем. Время-то пока есть, ты как?

Сначала Крис выглядел немного сбитым с толку, а потом широко улыбнулся, продемонстрировав крупные белые зубы.

— Ты мне нравишься, человек! Интересно себя ведешь, я бы сказал, — нестандартно. Я надолго запомню этот бой, если ты не сдашься, то твоя голова займет почетное место на верхней полке как один из самых уважаемых трофеев. Неплохая идея, почему бы и нет. Только ты рассказывай первый.

Вася помотал головой.

— Предлагаю решить по-честному. Пусть будет жребий. Я подкину монетку, а ты угадываешь. Если угадаешь, я первый и начну. Пойдет?

— Годится, — махнул рукой крыс.

Вася достал из заднего кармана монету номиналом в десять песо. Монета была серебристой с золотистым ободком как наша десятирублевка. На аверсе была надпись "Diez pesos", какой-то национальный орнамент, и сверху почему-то значок доллара. А на реверсе, как и полагается, была птичка со змеей в когтях. Он ловко покрутил монетку между пальцев и щелчком большого пальца отправил в воздух.

Когда вращающаяся монета достигла верхней части параболы, Крис отчетливо произнес:

— Решка.

Монета упала на белую черту, выделявшуюся на бежевом ковре, скакнула влево и легла точно посредине линии.

Они одновременно с двух сторон склонились к монете.

Птичка со змеей.

— Орел! — победно возвестил Вася.

В это время на экране рейтинг Барабаса стремительно пополз вверх. Коэффициент на его победу был уже 10,9. Все равно безнадежно мало.

На этот раз вспышки гнева не последовало.

— Тебе везет, человек, — серьезно, глядя в глаза, сказал Крис, — Пока везет. Не стоит обольщаться на сей счет, реальных шансов у тебя от этого не прибавилось.

Вася не стал возражать, а лишь поправил подушки, подпер голову ладонью, и улегся в позе слушателя.

Противник сел на стул, скрестил руки, посмотрел в пол, и как-то деревянно промолвил:

— Детство.

Он слегка приподнял голову, взгляд уплыл вверх, и уставился в одну точку. Его глаза налились красным. А голос звучал тихо, зло и отчетливо:

— У меня было тяжелое детство, человек. Я как принц крови, прошел турнир. И стал наследником.

— Что за турнир? — задал вопрос Вася, но Крис никак не отреагировал и продолжил также тихо:

— Вы, люди запада и севера невзлюбили наш народ на земле. Мы просто жили рядом, но алчные и жадные людишки посчитали нас врагами. Как будто бы мы отбирали у вас пищу. На самом деле, мы довольствовались объедками и мусором. И никто не виноват в том, что некоторые ваши нищие мамаши оставляли новорожденных младенцев прямо на улицах. Можно сказать, выбрасывали. Да мы их съедали. Ну и что с того? Это же ваш человеческий мусор! Кто-то же должен убирать отходы. Но вместо благодарности, мы получили повсеместную травлю! И мой народ принял вызов. Да, не буду спорить, вы такие же живучие гады, как и мы, но время рассудит кто сильнее. Вы совершенствуете компьютеры и выдумываете новые виды вооружений. А мы постоянно приспосабливаемся через естественный отбор, намного быстрее, чем люди модернизируют свой геном. У нас на порядок больше поколений для закрепления естественных позитивных мутаций. Вы пошли по синтетическому, искусственному пути, надеясь обмануть свою природу, и отошли от нее. Даже обычной магией владеют лишь единицы из вас, да и тех становится все меньше. Процесс вырождения вашей расы уже вовсю идет! Просто вы этого не замечаете, пока…

Крис перевел взор на Василия, и осекся.

— Кажется, я отклонился от темы.

Он встал, нагнулся, и поднял с пола фужер, задрал голову, и опрокинул остатки мочи себе в рот.

Крис почмокал, втягивая щеки, и закатил глаза. Постоял. И снова сел обратно на стул.

— Так вот. Что касается моего детства и турнира. Как ни крути, придется опять начать с людей.

Он снова уставился невидящим взглядом в точку над головой Василия.

— Из вашего мира мои родители почерпнули гнуснейший, и в то же время, эффективнейший способ отсева. Споры насчет его пользы и вреда для нашей расы не стихают до сих пор. Недавно этот метод был признан передовым и его приняли для себя большинство наших аристократических семейств.

— На юге России, в том числе, в ставропольском крае, в станицах крестьяне практиковали оригинальный вид травли крыс. С помощью крысоловок, используя разнообразные вкусные приманки, в амбарах отлавливалось несколько крыс. От трех до шести, но, как правило, — пять. Бралась гладкая металлическая бочка и обмазывалась изнутри дегтем либо другим несъедобным токсичным маслом. В эту бочку и помещались пойманные крысы. Сверху емкость накрывалась тяжелой чугунной крышкой. Ни прогрызть стенки, ни выбраться через верх, бедняги возможности не имели. В кромешной тьме, без пищи и воды мои сородичи сидели и терпели. Терпели только первые сутки. Голод и жажда делали свое дело. В конечном итоге, на восьмые или девятые сутки, в бочке оставалась одна крыса. Эту крысу выпускали в том же амбаре. В течение двух дней бешеный победитель полностью очищал крестьянское хозяйство от своей бывшей стаи уходил. Этого обычно хватало на пару месяцев, пока не приходила новая семья. Семья размножалась, превращалась в стаю, и все начиналось по новой.

Крис встал со стула, скрестил руки, и стал ходить по комнате, задумчиво разглядывая потолок. Голос его стал звучать равнодушно и глухо.

— Моя дражайшая матушка была безумно плодовитой даже для бумажной крысы. Она просто обожала трахаться. У меня было пятьсот восемьдесят восемь родных братьев и целая прорва сестер. Не считая ублюдков. Чтобы выявить наследника, папенька организовал турнир. Нас братьев по пятеро-шестеро запускали в здоровые бочки, закрывали крышками, и мы в темноте грызли друг другу глотки. Примерно через месяц нас осталось всего пятеро. Пятеро лучших: Рамир, Глот, Рак, Хрук и я. Рамир был самым старшим и опытным. Он предложил нам организовать заговор и представил план. Мы решили свергнуть отца и определить судьбу трона посредством жребия. У нас ничего не вышло, заговор раскрыли. Как выяснилось, всех сдал Рамир, он подстроил так, что за главного идеолога сошел Хрук. Но это не помогло предателю стать кронпринцем. Обвинили нас всех скопом.

— Мероприятие решили назвать казнь-финалом королевского турнира. На главной площади был сооружен помост. На подиум водрузили огромный стеклянный цилиндр с толстыми стенами, чтобы все происходящее внутри, было видно зрителям. Шоу транслировали по платным каналам. Рейтинги, говорят, были сумасшедшими.

— Вниз нас сбросили одновременно. Рамира разорвали за полминуты. Толпа ликовала. Мы быстро насытились и отдышались. В нас еще оставалась некоторая симпатия друг к другу, но каждый понимал, что смертельной драки не избежать. Поэтому мы договорились, что начнем, как стемнеет. Ха! — хмыкнул он.

— Как только солнце скрылось за башней, стало немного темнее, и мне показалось это удачным поводом для атаки. Я рванулся и вцепился Раку в глотку. Началась битва. Я решил не тянуть. Через час было все кончено. Я выиграл. Решением суда толпы мне было дано право претендовать на титул кронпринца, в случае победы в пятидесяти гладиаторских поединках.

Он перестал ходить, повернул голову и посмотрел на Василия. На лице была широкая улыбка победителя.

— Осталось всего две победы! И одна из них, практически у меня в кармане, человек.

Вася скривился, и через губу процедил:

— Больно ты скор, крысеныш. Не говори гоп. А сказка-страшилка твоя душещипательная, как раз для детей среднего школьного возраста.

— Все, что я рассказал — правда, — серьезно ответил соперник. — Я мог бы еще многое порассказать, но теперь твоя очередь, человек.

Несмотря на показной скепсис, Василий поверил в рассказ крыса. Просто у него, наконец, начали формироваться слабенькие проблески будущего плана. Ему было понятно, что противника желательно держать в возбужденном, слегка взвинченном состоянии. Это достигается мелкими словесными оскорблениями, нетипичными реакциями и нестандартными поступками. Та идея, вокруг которой Барабас решил выстроить стратегию победы, еще несколько часов назад для него самого, лежала за пределами здравого смысла. Если бы тот же Макс узнал, чем Барайкин планирует извести взрослого мужчину, который на самом деле является бумажной крысой, то пожизненный диагноз не заставил бы себя ждать. Причем Василий не стал бы его оспаривать, а добровольно бы сел в скорую и позволил увезти себя в дурдом. Но то раньше, а сейчас он полагал, что против такого потустороннего персонажа можно эффективно использовать только иррациональное оружие. Ничего подходящего в наличии не имелось, а возможности достать не представлялось. Оставался единственный вариант. Но для этого ему требовалось добраться до своих вещей. Как? Он перебирал в уме варианты, пока не остановился на самом банальном по сути, но очень рискованным в исполнении. Кажется, я знаю, на что ты поведешься, крысеныш!

— Слушай, пасюк! — воодушевленно воскликнул Барабас, сделав вид, что ему в голову пришла гениальная идея.

— С рассказом за мной не заржавеет, не переживай. А вот как ты, смотришь на то, чтобы взять у меня реванш?!

Вася с озорной улыбкой выжидательно посмотрел в лицо противнику.

У Криса на миг загорелись глаза, и на лице промелькнула заинтересованность, которая тут же сменилось маской надменной безразличности. Он сел, достал из кармана-книжки цилиндрическую гладкую палочку размером с карандаш и стал ковыряться ей в зубах, слегка погрызывая с разных сторон. Через минуту он выплюнул опилки и встал. Подошел вплотную к разделительной черте и продемонстрировал гигантскую зубочистку идеальной формы. Зубочистка была покрыта сложнейшим неземным орнаментом.

Василий внутри аж задохнулся от восхищения, настолько филигранно была выполнена резьба. Это произвело едва ли не большее впечатление, чем деньги из воздуха. На его глазах, на свет был рожден настоящий шедевр. Это точно. Безо всякой магии. Вот это чудо. Видимо, он не сумел изобразить равнодушие, и на лице что-то отразилось.

— Нравится? — с искренней улыбкой спросил Крис, — Это каменное дерево, самое твердое из всех, известных в мирах пород. Мои братья крысы не ценят моего искусства, предпочитая просто поедать, ну или иногда затачивать, чтобы потом убивать, — с легкой грустью произнес он, — Хотя мы редко пользуемся холодным оружием. У нас неплохие когти и зубы, неподверженные кариесу.

Он присел на корточки и аккуратно положил палочку в сантиметре от защитной линии.

— Дарю.

Крис сделал несколько шагов спиной к самой двери и встал, заложив руки за спину.

Вася только начал делать движение, чтобы потянуться, наклониться и достать изделие, как в мозгах завопило: "Не тронь, пока он жив!!! Разрушишь защиту!". Вася замер и прислушался к себе.

Надо же, очнулся! Где же ты раньше был, внутренний голос? На что не последовало никакого ответа. По всей видимости, эти подсказки включались по своему собственному алгоритму. А крыс не так прост. Интересно, много ли у него еще подобных тузов в рукаве?

— "Бойтесь данайцев, дары приносящих", — процитировал он вслух кого-то из древних.

— Ты чуть было меня не купил, пасюк, а вещица прикольная, хвалю.

Голос его обрел покровительственные оттенки. Последовала ожидаемая реакция, правда не такая бурная, как хотелось Василию. Противник всего лишь с мясом оторвал массивный дверной наличник, с треском сломал его об колено, и швырнул в стену. Стеклянная ваза, стоявшая на полочке, заплясала от вибрации, подвинулась к самому краю, но не упала.

Выпустив пар, человек-крыса сел на стул и заговорил совершенно спокойно.

— Прошу не называть меня так, это равносильно тому, что я буду звать тебя макакой или гориллой.

— Как Вам будет угодно, Ваше королевское высочество!

Вася не вставая, изобразил что-то вроде дурашливого реверанса. На что собеседник укоризненно покачал головой, и продолжил:

— Ты заикнулся насчет реванша, скорее всего, тебе что-то понадобилось. Тем не менее, я готов выслушать твои предложения.

Вася сел по-турецки и сложил ладони под подбородком.

— Все очень просто, я предлагаю зеркальный вариант. Условия аналогичные, только теперь загадки загадываю я. По-моему это справедливо.

Крис помолчал, и спросил:

— Каковы ставки?

— Ну, мне-то от тебя вообще ничего не нужно, просто интересно время убить.

Он сделал вид, что раздумывает, и неуверенно произнес:

— Разве что, ты покинешь номер на несколько минут, пока я приму душ, и приведу себя в порядок.

Соперник грустно вздохнул, и разочарованно развел руки.

— Понимаешь, дружище, я бы рад оказать тебе эту пустяковую услугу, но, к сожалению, по условиям поединка, мы не сможем покинуть пределы этого номера, до завершения битвы, даже если очень захотим.

— Да уж, действительно незадача, — согласился Вася.

Он поцокал языком и покачал головой. Потом замер, поднял палец вверх, и спросил:

— Кстати, а балкон относится к территории номера?

Крыс задумчиво почесал в затылке.

— Вообще-то, да. Точно относится.

— Вот и ладушки! От тебя потребуется всего лишь выйти на балкон, закрыть за собой дверь, и постоять там минут пять.

— Понятно. А что ты готов поставить против этого?

Барайкин пожал плечами.

— Не знаю, а чего бы ты хотел?

Крыс посопел носом, и по-беличьи, двумя руками потер под глазками. Грызун да и только. Потом он обслюнявил большим языком тыльную сторону правой ладони и стал прилизывать реденькую челку.

Вася гаденько захихикал.

— Ты настоящий прекрасный принц, крошка Крисси! Где твоя золотая корона? Крисси, а ты можешь произвести меня в рыцари? Представляешь, я буду сэр Барабас. Прикинь, как круто.

Соперник, казалось, не обращал внимания на подколки.

— В качестве ответной ставки я приму все купленные тобой причиндалы.

— Согласен на все, кроме арбалета.

— Принимается. Начинаем прямо сейчас?

— Конечно, чего тянуть кота за яйца.

Наступал ключевой этап. Барабас понимал, что если он не победит в этой мини-игре, то все, можно сливать воду. Других возможностей получить необходимые материалы не представится. А без них даже попытаться выиграть не получится. Таким образом, у крыса в этом розыгрыше, говоря по теннисному, — скрытый матчбол. Ну что ж, зато моя подача.

— Готов?

Противник не ответил, лишь сосредоточенно смотрел в глаза.

— Начнем с простенького:

Чем больше вынешь из него,

Тем больше вырастет оно.

На мониторе появились уже знакомые цифры обратного отсчета. Крыс неподвижно сидел, уставившись в пол. Через минуту он вскочил, и стал мерить комнату быстрыми шагами. Вася замер в напряженном ожидании, непроизвольно сжав кулаки.

Оставалось чуть меньше минуты, и у Васи появилась робкая надежда, когда крыс остановился.

Он повернулся, и глядя на экран, и громко произнес:

— Яма.

Выигрышная заставка. И вздох облегчения, похожий на свист. Барабас сжал губы, и промолчал.

Ничего, — успокаивал себя Вася. У нас еще две попытки, к тому же и загадка-то была не из самых. Чего бы еще, тебе гаду, такого вбарнаулить? Ага, кажется, вспомнил.

— Слушай вторую загадку:

Да, для этого приходят,

Или новых баб заводят,

Этим выбор помечают,

А еще в лесу встречают.

Хронометраж заработал. К удовольствию коммерсанта, на лице оппонента застыло напряженное и слегка растерянное выражение. Скорее всего сольет! 2:12, 2:11… Стояла ватная тишина. Время тянулось мучительно медленно, минута шла за пять. Он далек от разгадки! Неужели зациклился. Господи, ну пожалуйста! Вася сверлил взглядом лицо соперника, а тот, в свою очередь буравил глазами точку на ковре. 0:18, 0:17… Ну же, родненький крысюнчик, молчи, молчи, и думай о белой обезьяне! Пытался внушить врагу Василий. 0:03, 0:02… Он уже набрал в грудь воздух, чтобы победно закричать и…

— Галка. Все для галки, или для галочки.

Правильный ответ был сказан очень тихим голосом, но для Васи он был оглушительным. Противник, казалось, не верил своей удаче, и с некоторым удивлением смотрел на экран, где резвились салютики на зеленом фоне.

Очень сильно хотелось последовать примеру соперника и хорошенько психануть. Под руками было чем запустить в стену. Взгляд упал на нераспакованную "палку-крюк". Рука потянулась, и пальцы дотронулись до картонки, чтобы с силой сжать. Но он вспомнил про блеф… И сумел сдержать себя. Ни в коем случае, нельзя показывать, насколько ценна победа в этой мини игре. Поэтому вместо того, чтобы рвать и метать, он допил остатки воды, и улыбнулся.

— Браво, принц, с вами приятно играть. Красиво, на последней секунде! Восхищен.

Он немного похлопал в ладоши, надеясь, что это не выглядит как кривляние.

Крис немного опешивший от неожиданного акта подхалимства, растерялся и позабыл про ликование. Лишь пробурчал:

— Ничего особенного, просто туговато сегодня соображаю, только в конце догадался. Неплохая задачка.

Вася с уважением посмотрел на соперника, прокашлялся, и торжественным голосом возвестил:

— Ну что ж, Ваше высочество, пришло время для последнего розыгрыша. Итак, слушайте:

(Загадку не придумал. Конкурс на загадку)

Услышав загадку, Крис выразительно посмотрел в глаза, губы его дрогнули, и рот приоткрылся. Барайкину показалось, что он хочет что-то, сказать или даже дать досрочный ответ. В солнечном сплетении появилась неприятная легкость. Но оппонент сомкнул губы, и перевел взгляд под ноги. Вася устроился поудобнее на подушках и закрыл глаза. Он расслабил мышцы лица, и попытался вспомнить курс аутотренинга. Так пальцы рук, легкое покалывание, они теплеют. Чувствуем как теплые токи ходят по телу, дыхание спокойное, ровное, я на берегу моря, мне хорошо… Тьфу! Не получается. Но лицо, вроде бы в порядке, застыло с легкой улыбкой. Хорошо. Время идет, идет. Тик-так, тик-так. Интересно сколько уже прошло? Открыть глаза? Нет. Я отдыхаю, мне нет особого дела до результата. Я спокоен и расслаблен. На моем лице умиротворение и покой…

Кто-то кашлянул, или показалось? Барабас разлепил веки. Оборотень смотрел так, что хотелось закрыться подушкой. Спрятаться от этих маленьких злобных безумных глазок. На лице противника играли желваки, и послышался хрустящий скрежет. Неужто зубами так делает? Брр. Один из уголков рта подергивался вниз, на его краешке выступила капелька пены. Кисти рук сжимались, и разжимались, они деформировались и больше походили на розовые крысиные лапы с толстыми пальцами и длинными желтыми когтями.

На экране горели слова "Вы проиграли". Это относилось не к нему. Заставка сменилась графиками, и Василий с изумлением увидел, что его коэффициент составляет уже 3,98. Вот это да! Столбцы цифр с количеством ставок выросли на два порядка, и продолжали быстро увеличиваться. Скорость мелькания стала такой, что последние цифры в рядах размазались в мутные пятна. Вот уже 3,97. Ничего себе. Сам свои шансы он оценивал намного пессимистичнее. Настроение резко поднялось, и он не стал сдерживать радость.

— Ну, что принц! Опять ты проебал. Два раза уже ты в пролете. А бог не шельма, и как известно, троицу любит. Ты лузер, принц. Предлагаю тебе почетную капитуляцию. Выплатишь мне контрибуцию, получишь пинка под яйца и дело с концом. Что скажешь, милорд?

— Правильный ответ, — с неприкрытой ненавистью, громко прошипел враг, — Скажи правильный ответ.

— Ах, вот ты о чем, — весело рассмеялся Василий, — Конечно скажу, не хранить же секрет.

— Правильный ответ — (Конкурс, ответа тоже пока нет)

Крыс скривился, с досады плюнул, и топнул ногой.

— Надо же, как просто оказывается! Как же я не догадался? Fucking russian bastard!

— Неправда! Мой отец был женат на моей матушке, попрошу без грубостей.

Вася шутливо погрозил пальцем.

— Ты давай ка, болезный, лучше плату вноси. Проиграл, изволь рассчитаться. Вон балкон. Открывай дверь, и засекай пять минут, пока я себя в порядок приводить буду, и не вздумай выйти раньше времени. Надеюсь на вашу порядочность, принц.

Соперник, не говоря ни слова, встал, подошел к шкафу, взял в баул с Васиными вещами, вышел на балкон и закрыл за собой дверь. Вот гад, там было мачете! Ну, ничего, это не страшно, все, что ему нужно, находится в другом месте. Когда крыс поворачивал дверную ручку, раздался громкий щелчок. Это хорошо.

Выход на балкон был по правую руку от него в метре от края кровати. Стеклопакет, в виде французского окна до самого пола, имел границы ровно по боковым ограждениям балкона. Это было, как нельзя кстати. На порядочность принца рассчитывать не приходилось, поэтому Вася достал из кармана крохотный остаток мелка, прополз на край тахты, и свесился вниз. Он оперся одной рукой об пол, и подвинул занавеску. Весь балкон был как на ладони. Крысиный принц стоял спиной к нему. Самое удивительное было в том, что привычный вид отсутствовал. Ни пальм, ни океана. Лишь желтоватое марево окружало балкон со всех сторон. Чего он там разглядывал, было непонятно.

Пора за работу. Он дотянулся мелком до нижнего края окна, и стал медленно проводить черту вплотную к напольному плинтусу. Нижняя половина тела оставалась на кровати, а верхняя была в очень неудобном положении. Это был самый опасный момент из всей затеи. Если крыс сейчас решится рвануть с балкона, он может не успеть вернуться на кровать. Он напряженно вслушивался, не прозвучит ли щелчок дверной ручки. В висках пульсировало, кровь прилила к голове и на лбу выступили капельки пота. Главное чтобы мела хватило на всю длину. Невзирая на острое желание побыстрее закончить, он не спешил. Кусочек мог раскрошиться, и тогда трындец не за горами. Он надавливал слегка, проводя тончайшую ниточку сантиметр за сантиметром. Крупная капля пота со лба шлепнулась на ковролин, и быстро впиталась. Он чувствовал, что противно воняет кислой смесью пота, перегара и мочи. Запах свеженькой бомжатины. Хотелось в туалет и в душ. Еще немного, еще чуть-чуть. Финиш. Ровно по границам. Несмотря на субъективную растянутость времени, в подобных ситуациях, вряд ли прошло больше одной минуты.

Он шумно выдохнул, сполз с кровати и рухнул на ковер. Быстро поднявшись, он посмотрел сквозь стекло, и увидел, что крыс обернулся. Его лицо удивленно вытянулось, не ожидая от человека такой наглости. Одним прыжком тот оказался перед дверью, схватился за ручку, и остолбенел, почувствовав выворачивающую гарь. Вася не стал смотреть продолжение шоу, времени итак было в обрез. Он задернул штору, и поспешил в гостиную. Защита мелка испарится минут через пять-шесть. Заработал внутренний таймер.

Первым позывом было броситься в ванную, но он поборол это желание. Сначала главное. Он действовал быстро, почти бегом, но без суеты. В прихожей он схватил с вешалки туристический жилет с множеством разных карманов, вернулся в гостиную, открыл бар, вытащил упаковку с солеными печеньями, и поднял с пола валявшийся пакет из супермаркета. Запихнул внутрь жилет и печенье. Осталось найти книгу, без нее ничего не получится. Где же она?

Пару дней назад он купил большую красивую книгу про индейцев Мексики. Особенно ему понравились красочные иллюстрации с необычными рисунками индейцев уичолей. Книга была дорогой и отпечатана на качественной бумаге. Жалко будет ее портить, но деваться некуда, борьба требует жертв.

Он быстро обыскал гостиную, но книги не было. Осталось три минуты. Ага, вспомнил! Он метнулся в спальню, и заглянул под кровать. Вот она. С трудом, достав тяжелый том, он бросил его на тахту и вернулся в гостиную. Так с главным закончили. Что еще? Вода. Взяв пустой пластик из-под Перье, он в ванной набрал бутылку доверху. Вода отправилась в пакет к остальным вещам. Две минуты. Самое приятное. Он заскочил в джакузи, и не позаботившись задернуть занавеску, включил душ на полную. Вылив на себя половину флакона с гелем, он с фырканьем обливался прохладной водой, умудряясь одновременно с этим чистить зубы. Кайф-то, какой господи! Единственный минус — намокла повязка на бедре, но это пустяки. Так паста, что там двойник говорил про пасту? Пригодится.

Кое-как протеревшись, он схватил пакет, и голый стремглав понесся в спальню. Оставалось меньше минуты. Подбежав к шкафу, он схватил в охапку футболку с шортами и прыгнул на кровать.

Зря так спешил. Выворачивающей гари хватит еще на две-три минуты. Прекрасно. Вася достал из пакета жилет, вынул из кармашка катушку с тонкой металлизированной, плетеной леской и крепко привязал к одной из арбалетных стрел. Острие стрелы открутилось без труда. Вскрыв маленькую коробочку, он достал один из титановых наконечников. Навинчивая его на стрелу, он рисковал порезать пальцы, настолько острыми были выступающие стыки вогнутых граней. Зазубрин не было, значить вытащить болт будет несложно. Наконечник болта он смазал зубной пастой. Так, на всякий пожарный, авось сработает. Зарядив арбалет этой стрелой, он направил его в сторону стоящего напротив стула. Сверху он прикрыл оружие несколькими мятыми бумажными обертками. Покончив с этим, он потянулся к коробке с печеньями, и понял, что жутко голоден. В принципе печений много, хватит и на еду. Можно перевести дух и перекусить. До окончания защитного действия черты вокруг кровати оставалось около часа. Финал был не за горами.

Он дожевывал очередное печенье, когда раздался щелчок замка. Занавеска отодвинулась, и в комнату шагнул принц. Вася демонстративно не обращал на него внимания. Развалившись на подушках, он запивал еду водой из горлышка бутыли. Крыс молча сел на стул и стал наблюдать за довольным соперником. Выглядел он очень плохо. Лицо осунулось, нос заострился, под глазами появились темные мешки, тонкие сероватые губы подергивались в нервном тике. Барабас чуть повернул голову, и картинно всплеснул руками.

— Свят, свят, свят! Что-то ты, высочество, неважно выглядишь. Тебе бы спа-салон не помешал. Массажики разные, лифтинги. И еще, обязательно используй увлажняющий крем! Знаешь ли, без всего этого, твоя кожа не имеет ничего общего с персиком, а так хотелось бы видеть принца, который…

— Заткнись.

Это было сказано тихо, почти шепотом. И очень веско. Фраза осталась без окончания. Принц бесстрастно продолжил:

— Ты мне очень нравишься как соперник. С тобой действительно интересно. Ты ведешь себя мужественно и порой нестандартно. И я морально уже был почти готов подарить тебе легкую смерть, укусом в шею. Но твои оскорбления превысили критический уровень моего терпения. Ты сейчас в эйфории, человек. Это пройдет, и ты сначала поймешь, а потом ощутишь, что значит быть съеденным. Все эти детские игры, убивающие время, мне уже порядком надоели. Все твои потуги что-то придумать, похвальны, но бесполезны, чтобы ты там ни готовил. Я успею перехватить все. Даже если мне отрубить обе передних лапы, я все равно тебя убью также легко. Если сдашься сейчас, обещаю похоронить твое тело полностью в соответствии с вашими традициями. Если нет, то можешь дать волю своему воображению. Самые смелые твои фантазии будут реализованы мною в лучшем виде.

Все это было сказано от чистого сердца. И это было особенно неприятно. То, что крысеныш не умеет хорошо врать, Вася понял раньше. Говнюк совершенно уверен в своей победе. А я не совсем. Скорее совсем не уверен. Ну, уж нет. К черту! Блеф! Блеф до конца! Поборемся еще, посмотрим кто кого…

— Слышь, принц! Откуда только в тебе столько пафоса?! Может быть, я и наивный олень, но на меня твои пугалки уже не действуют. Похмелье у меня, слава богу, прошло, чувствую себя великолепно. Помылся, оправился, поел вот немного. Воды хватает, инвентарь необходимый есть. Сейчас аксессуар специальный готовить будем. Ну, а убьешь, так убьешь; чего кипятиться, а куда уж ты мой скелет с ливером денешь, то мне без разницы. Хошь жри, хошь чучело делай. Дело хозяйское.

Сказав это, Барабас бросил в рот печенье и стал тщательным образом его пережевывать. Взяв пустой фужер, он сплюнул в него жидкую кашицу, и принялся за следующую галету. Надругавшись, таким образом, над десятком печенюшек, он поднес бокал к лицу, поболтал, придирчиво осмотрел, и удовлетворенно хмыкнул:

— Даже с избытком.

— Чего это ты такое делаешь? — с легкой настороженностью осведомился Крис.

— Придет время, узнаешь, — таинственно и немного зловеще, ответил Барайкин, — Лучше скажи, не раздумал еще, мою историю послушать?

Крис сидел на стуле, как на троне, видимо вживался в образ. Он по-королевски, благосклонно махнул рукой. Не хватало только батистового платочка.

— Рассказывай.

Вася повозился с жилеткой, извлек из кармана универсальный швейцарский нож, и приспособил ножницы. Взяв в руки книгу, он принялся ее уродовать.

— Ты будешь смеяться, но у меня тоже было тяжелое детство. Матушка умерла, когда мне было восемь с половиной. Сразу после ее смерти, отец стал сильно пить. И я малолетний пацан частенько оставался без надзора. В тот день было воскресенье, отец напился особенно сильно, и поднял на меня руку. Для меня это было впервые. Ударил он меня не сильно. Было, скорее обидно, чем больно. Но слезы катились в три ручья, мне было очень жалко себя, мамы не было, а бабушка жила в другом городе. Папа уснул в кухне, а я побежал в слезах на улицу. Я бежал и ревел, но никто из взрослых меня не остановил и не спросил, что со мной и где мои родители. Я бежал и бежал, поворачивал то налево, то направо. Пока, наконец, не оказался в совершенно незнакомом месте. Городок наш был не из крупных, и название его, тебе вряд ли о чем скажет. Но чтобы заблудиться восьмилетнему мальчишке, места было предостаточно.

Это был отгороженный редким забором пустырь, сквозь который проглядывали три ветхих покосившихся двухэтажных дома с пустыми черными провалами окон. Эти покинутые дома, определенно, предназначались под снос.

Стоял сентябрь. На улице царило бабье лето, было тепло, даже жарко. Слезы давно высохли, и во мне проснулось любопытство. В заброшенных домах могли храниться сокровища, которые мне предстояло найти. Таинственная чернота пустых окон манила. Не раздумывая, я пролез в одну из щелей, и устремился к ближайшему строению. Если бы я знал, какие "сокровища" мне предстоит обнаружить, то я бы со всех ног бросился бы прочь от этого места.

Входной двери не было, лишь чернел квадратный проем. Я осторожно шагнул в сумрак. Внутри пахло сыростью, мочой и застарелыми экскрементами и еще чем-то неприятным и незнакомым. Под ногами хрустело стекло, и валялся различный мусор, характерный для подобных мест. Я слонялся по комнатам первого этажа, не обнаружив ничего достойного внимания. В одной из комнат, в углу я увидел старую ржавую койку с шариками на спинке. Шарики могли пригодиться. Я смог отвинтить два. Остальные приржавели, и у меня не хватило сил их даже повернуть. Потом я немного попрыгал на кровати, извлекая из пружин свистящий скрежет. В итоге мне надоело это занятие, и я стал подниматься по скрипучей трухлявой лестнице на второй этаж. Некоторые из ступенек прогнили настолько, что ничего не стоило сломать ногу или вообще провалиться вниз. Но мне повезло, и я поднялся без помех.

Незнакомый запах усилился, и стал особенно неприятным, послышались тихие хлюпающие звуки. Стало немного жутковато. Было еще не поздно, унести ноги от этого проклятого дома, но. Детское любопытство — мощнейшая мотивация. Я продолжил движение. Передо мной лежал темный коридор, усыпанный ошметками стекловаты и кусками отвалившейся штукатурки. Звуки раздавались из дальней двери слева. Скорее даже не двери, а дверного проема, поскольку двери в этом доме отсутствовали. Я старался ступать бесшумно. И потихоньку приблизился к последней комнате. Запах стал просто невыносимым. Звуки, которые доносились из комнаты, были похожи на урчание и тихий хруст. Придвинувшись вплотную к пыльной стене, я осторожно выглянул из-за косяка.

То, что я увидел, отпечаталось в моем мозгу навсегда. Из окна напротив комнату заливал оранжевый свет заходящего солнца. На полу, раскинув ноги, лежал мертвец. На то, что это был мужчина, указывали грязные подошвы туфель большого размера. Подошвы были полностью видны с этого места. К одной из подошв прилип сплюснутый окурок сигареты. Одет труп был в новые темно-синие джинсы и желтую футболку. Нижний край футболки задрался, обнажив дряблый серый живот с чернеющей точкой пупка. С двух сторон мертвеца пожирали две крупных псины. Та, что побольше, стояла справа и вцепилась в левый бицепс. Рука под псиной подергивалась как живая. Другая собака уткнулась мордой в область головы. Там виднелось только кровавое месиво. Я остолбенел, и не мог оторвать взгляда от этого потустороннего зрелища. Живот мертвеца потрясывался как желе, пока верхнюю часть рвали острые челюсти псов.

Крупный пес, похожий на овчарку, почувствовал мой взгляд, поднял окровавленную морду, и посмотрел прямо мне в глаза. Взгляд был очень умным. И очень безумным.

Я не помню, как оказался внизу. Меня пулей вынесло из страшного дома, и я рванул вперед. Не знаю, почему я не убежал совсем; видимо подсознательно у себя дома я не видел защиты. В общем, я рванул к соседнему строению. Забежав внутрь похожего здания, я забрался в дальнюю правую комнату на первом этаже. Комната была пуста, если не считать трех деревянных ящиков, на которых стояли пустые зеленые бутылки с остатками пиршества местных бомжей. Я забился в угол, сел на корточки, уткнувшись лицом в колени, и тихо заплакал. Мне было одиноко и очень страшно. Мама умерла. Отец меня не любит. И еще рядом злые собаки, которые едят людей.

Отплакавшись, я вытер слезы, и огляделся по сторонам. Наступили сумерки, и в комнате заброшенного дома воцарился полумрак. Не самое лучшее место для маленького несчастного ребенка. Я долго сидел на корточках и ноги затекли. Пришлось сесть прямо на пол, откинувшись спиной в угол. Не очень удобно, но меня все равно начало клонить в сон, когда я услышал шлепанье лап по коридору. Кулаки сжались сами по себе, а коленки подогнулись к подбородку. Тихий ужас наполнил все мое тщедушное тельце.

Из черного дверного проема вышел крупный пес. Сзади маячил его меньший спутник. Пес сделал несколько шагов и встал рядом с одним из ящиков. Это был кобель. Не знаю, как, но я это чувствовал. Он посмотрел на меня. Над нижней челюстью на шее, темная шерстка местами свалялась темно бордовыми сосульками. Глаза были мутными и желтыми. Высоко задрав верхнюю черную губу, он оскалился, показав жуткие клыки, и издал рокочущее утробное рычание. Я понял, что мне настал конец. Не представляю, зачем шел по моим следам этот страшный пес. Ясно одно, — он меня будет есть, также как и того мертвого дядьку.

И тогда я подумал, что просто так не сдамся. Он начнет, есть меня, а я, буду есть его. Я буду кусать его, пока не умру, и мне все равно. Подходи ближе пес, ешь меня, вонючий падальщик! Я оскалил свои маленькие молочные зубки, и посмотрел ему в глаза.

Сначала он отвернул морду в сторону и посмотрел в пол, затем попятился задом, а потом, поджав хвост, скрылся в тени коридора.

Меня трясло и колотило минуты две. Потом дрожь прошла, а вместе с нею и все страхи. Я встал, отряхнул задницу, и пошел на выход.

Уже стемнело, но мне не было страшно. Я самостоятельно нашел дорогу домой, легко вспомнив все повороты.

Дверь в квартиру была открыта. Я снял сандалии в прихожей и зашел в гостиную. Отец сидел на диване, а на коленях у него был телефон. Он оглянулся, и увидел меня. Я шагнул в комнату, и взял со стола вазу, типа той, что стоит на этой полке, — Вася указал пальцем на стену, — ну и…

Крис повернулся направо, чтобы посмотреть на вазу.

В этот момент Барабас выстрелил из спрятанного под обертками арбалета.

И он увидел все в замедленном темпе. Бумажные обрывки бабочками медленно взлетели вверх, а болт, не торопясь, полетел в сторону живота, сидящего на стуле принца.

Тот среагировал, и это было поразительно. Крыс прыгнул вверх и вправо, плавно поджав ноги, и это было его ошибкой. Болт зацепил край его левой икры. Он еще был в воздухе, когда стрела, проткнув кожу и мышцу, частично прошла сквозь рану, под ступором лески дернулась назад, и упала на ковер.

Вася тянул за леску, и стрела поползла по ковру, оставляя прерывистый кровавый след. Он сместился к краю и осторожно, как рыбак, поднял свою необычную снасть на вытянутой руке. Одна из валявшихся на полу купюр, прилипла к наконечнику, и упала на постель. Он взял стрелу и поднес к лицу. Кровь на наконечнике была алой, но ему показалось, что она переливается радугой. Очень захотелось лизнуть. И он лизнул.

Вкус не имел ничего общего с обычной кровью. Это была не кровь. Во рту будто выжгло огнем, но не больно, а скорее тепло и терпко. Полыхающее пламя оккупировало ротовую полость, и покалывало тысячами мелких иголочек. Он сглотнул слюну с кровью, и обалдел. Эффект был поразительным. Все тело исполнилось веселым куражом, краски мира стали ярче, на фоне которых крыс показался сереньким и слабым. Он поднял руку со стрелой, чтобы еще лизнуть этого нектара, но…

— Стой!!! Хватит! Замешивай. Его крови здесь мало.

Вася вздрогнул, и опустил окровавленный наконечник в бокал с кашицей из слюней с печеньем, и хорошенько помешал. Клейкая масса изменила цвет со светло-бежевого на грязно-фиолетовый. Откуда-то изнутри пришла уверенность, что клей готов. Он взял один из книжных листов, помазал клеем, и стал скручивать в трубочку…

Во время отражения атаки, крысиный принц походил на человека-паука из одноименного фильма. Он грациозно приземлился на стул ногами, оттолкнулся, и сделал обратный кульбит. После полуторного сальто, встал на руках и сделал пару шажков. Широкие шорты сползли, и стали видны края тонких красных плавок. Струйка крови стекала с икры на бедро, чтобы соединиться с одинаковыми по цвету плавками, но в этот момент крыс оттолкнулся руками от пола, сгруппировался и встал на ноги. На ноге не было ни царапины, ни следов вытекшей крови. Он напряженно застыл, наблюдая за манипуляциями Василия.

— Зубная паста, это туфта. Но я тебя недооценил, человек. В тебе есть что-то от нас, крыс. Ты использовал мой любимый прием, а я как последний дурак расслабился. Будет мне наука на будущее. Что же такое ты там все-таки делаешь? Или ты под кайфом от моей крови, и разум твой помутился? У меня был однажды случай на поединке. Дрался я с одним из ваших колдунов. Он уверял, что является адептом Вуду. Не знаю, какой уж он там адепт, но черный старикашка был не без чувства юмора. Так вот, он как и ты сидел в круге, и сделал из бумаги фигурку крысы. Талантливо так смастерил, очень даже, похоже. Прямо мастер оригами. Когда гарь выдохлась, он весь такой гордый из себя, подносит иголку к фигурке, а сам на меня глазищами черными таращиться. Р-раз, и проткнул. Ну, я ему подыграть решил, схватился за грудь, и хлопнулся на землю бездыханным. Этот индюк, будто того и ждал, достал ножик кривой, и наклонился, чтобы сердце мое вырезать. Тут-то я ему шею и свернул. В коллекции его правая рука значится под номером девять. Голова человеческая есть, нога есть, рука есть. Яиц нету! Точно. У тебя я вырежу яйца вместе с хреном заодно. Кстати, а какой у тебя размер в спокойном состоянии? Если маленький, то даже и не знаю, — он покачал головой, — Придется ограничиться одними яйцами, а то стыдно даже представить, что…

Вася, казалось никак не реагировал на разглагольствования противника. Он продолжал деловито возиться с бумагой и клеем. На постели царил сущий кавардак. Подняв на секунду взгляд, он кивнул в сторону телевизора.

— Ты лучше на рейтинги посмотри.

И в самом деле, на экране творились чудеса. Коэффициенты по ставкам практически сравнялись, и менялись лишь на сотые доли. Цифры сделанных ставок были уже шестизначными.

— Не обращай внимания, — махнул рукой Крис. — Это букмекеры чудят. У них там свои схемы. Честно говоря, не понимаю, на что ты рассчитываешь. Времени у тебя осталось немного. Сдайся, и дело с концом. Обещаю, что мучить не буду, а так придется медленно убивать.

— Слушай, мне надоел твой треп, давай помолчим. Времени, в самом деле, осталось немного.

— Как скажешь, человек.

В номере установилась звенящая тишина. Периодически слышался шорох бумаги. Василий уже вовсю орудовал ножом. Было слышно как в ванной капает вода. Там-там-там… Видимо, впопыхах, Вася не закрыл до конца кран. Иногда раздавались тихие журчащие звуки. Это желудок крыса требовал пищи.

Вася с тоской подумал, что скоро именно он может стать пищей для этого всеядного желудка. Действительно, неприятная поганая смерть. Он решил для себя, что если его детская игрушка не сработает, то он постарается полоснуть себя ножом по венам. Вряд ли враг станет оказывать ему первую помощь, чтобы потом продлить его мучения. Очень хотелось верить в чудо, однако здравый смысл готовил тело к печальному исходу. Страха не было. Была опустошенность и даже некоторая легкость. Где-то глубоко, среди этой внутренней легкости тлел слабый уголек надежды. Ведь ставки, не спроста, так выросли? Чем черт не шутит?! Авось прорвемся. Защитная линия почти испарилась, и стала не толще паутинки. До кровавой развязки оставались считанные минуты.

Линия исчезла. Оборотень расслаблено развалился на стуле, и с легкой улыбкой наблюдал за Василием. Теперь он никуда не спешил.

— Не надоело на постелях прохлаждаться боец? Или ты предпочитаешь, чтобы я тебя как бабу подушкой удушил? Давай, вставай. Потанцуем как нормальные мужики!

Вася раскрыл нож, выбрав самое большое лезвие. Вырвал из книги очередной листок бумаги, обернул лезвие, и сунул нож в карман. Не торопясь, он слез с кровати и встал напротив крыса. В левой руке он сжимал многослойную бумажную трубочку с рядком дырок.

Крис тоже встал. Он обратил внимание на предмет, который Барабас держал в руке. Василию показалось, что в глазах оборотня промелькнула тень тревоги.

— Ах вот оно что.

Оборотень задумчиво поправил несуществующие очки.

— Что ж понятно, решил закосить под крысолова из Гамельна. Ну-ну, дудочник, даю тебе шанс.

Он величаво взмахнул рукой, но Василий отметил некое напряжение в движениях крысиного принца.

— Играй дудочник, мьюзик подходящий будет, глядишь, и спляшу.

Вася внутренне перекрестился. Глубоко вдохнул, поднес бумажную дудочку ко рту, обхватил губами, и осторожно дунул. Фф-ф-ф-фш… Шипение. Ничего другого не прозвучало.

Напряжение противника уступило место торжеству. Крыс раскрыл ладонь, приставил к уху, и вытянул шею.

— Ась? Штой-то хлуховат я стал. Хде плясовая бард? Не слышу-у-у…

В голову ударила кровь, а ноги наоборот ослабли. Пришло окончательное осознание. Неужели конец?! Он снова вдохнул и с остервенением выдохнул в дудку весь воздух из легких. От натуги даже немного заболели щеки. Эффект был таким же. Все. Мандец. Он опустил бесполезную дудку, и виновато посмотрел на Криса.

— Прости, крысючелло, что не доставил тебе удовольствия. Видимо отыграл свою партию Вася Барайкин.

Василий положил правую руку в карман, и нащупал рукоятку ножа. Выхватить и полоснуть по руке! Но ему пока что-то мешало.

Оборотень ухмыльнулся, и демонстративно зевнул.

— Знаешь, что? Ты мне нравишься. Я не буду перекидываться в свое естественное боевое состояние.

Он сжал кулак, и несколько раз со звонким шлепком ударил по левой ладони. Получилось картинно, как у братков перед разборкой.

— Я тебя убью в человечьей личине. По простому.

На этот удар не смог бы среагировать даже Мухаммед Али. Молниеносный прямой левый в нижнюю часть лица.

В глазах почернело, а рот моментально наполнился железистой солоноватостью. Было больно. Голова кружилась. Наверное, это нокдаун. Мысли унеслись в прошлое, и вспомнился момент из детства, когда он ел крупный красный арбуз, и сплевывал черные семечки в большую белую тарелку. Вот и сейчас ему захотелось сплюнуть семечки. Он уже нащупал их языком. Две штуки. Только это были не совсем семечки. Два верхних зуба стали инородными телами. Он наклонился, разлепил опухшие губы, и выпустил изо рта тягучую красную пузырящуюся смесь крови со слюной. Тьпфуу… Бело-розовые костяные кусочки отлепились от губ, и упали сверху небольшой густой лужицы.

Он отплевывался, пока во рту не стало почти сухо. Верхние десны превратились в лохмотья мяса, и перед губой образовалась непривычная пустота. Должно быть, плеваться станет удобно! Он втянул щеки, собрал остатки слюней, и задрав губу, смачно харкнул в лицо врагу. Плевок выдался на славу! Юшка угодила крысу под правый глаз.

— Прэлестно, прэлестно!

Оборотень утерся, и с наслаждением облизал руку.

— Не желаете ли еще сыграть на вашей флейте, маэстро?! Или вы предпочитаете исполнять сюиты на кожаной? — Гаденько хохотнул крыс.

Василий уже решивший выбросить бесполезную дудку, озлился, и снова поднес бумажную свирель ко рту. Распухшие губы, выбитые зубы и раздувшийся язык изменили траекторию потоков выдуваемого воздуха. В результате родился звук. Его было нельзя назвать приятным. По тембру он напоминал скоморошескую сопелку. Сопливо-гнусавый гудок, не иначе. Но это не главное. Главное, что реакция крыса на звук была парадоксальной.

Он резко выпрямился и задрожал всем телом. В глазах плясала паника. Прилагая титанические усилия, он жалобно проскрипел:

— Пр-рекр-рати пожжалуйс-с-ста. Т-так нечч-естт-но…

— Ищи дурака, — быстро ответил Барайкин, вынув дудку, и едва не поплатился за допущенную беспечность.

Крис летел на него со страшной гримасой. Его спасло то, что враг не сразу отошел от шокирующего звука. Рука с желтыми когтями царапнула со свистом воздух в паре сантиметров от носа Василия.

Он успел приложить бумажную флейту ко рту, и снова дунул. На этот раз звук был чище и глубже. Криса парализовало. Он остолбенел, зафиксировавшись в позе играющего котенка с вытянутой лапой.

Было понятно, что останавливаться нельзя даже на секунду, и он продолжал дуть, подстраивая дыхание под почти непрерывный выдув монотонных гудков.

Через пару минут Василий обратил внимание на то, что крыс за счет своей воли стал потихонечку смещаться вправо. Его корежило, но он двигался, и в его глазах появились неприятные злые огоньки. Эта патовая ситуация постепенно могла перерасти в матовую. Причем не в пользу Василия.

На помощь пришел внутренний голос: "Играй мелодию танца, и внушай! Иначе он разорвет путы". Так и будет, — подумал Василий, и сосредоточился на дудке.

Он стал закрывать пальцами дырки. Протяжный гнусавый гудок превратился в какофонию. Тело крысиного принца судорожно извивалось…

Мелодию Барабас нащупал минут через десять. За это время крыса выворачивало так, что Васе даже было его немного жалко. Мотивчик подобрался легкомысленный и простой, из нескольких нот, наподобие "Чижика-Пыжика". Важно было то, что для извлечения мелодии требовалось всего три дырочки. Можно было играть одной рукой.

Когда послышался волшебный мотив, с телом оборотня произошла трансформация. Человеческая оболочка лопнула и на ковре на задних лапках стояла громадная серая крыса. В маленьких глазках крысы поблескивало безумие. Розовый хвост подрагивал в такт музыке.

Так они и стояли напротив друг друга. Человек и крыса. Василий играл не прерываясь ни на секунду понимая, что любая пауза, больше чем время на вздох, может оказаться для него роковой. Непрерывное цикличное повторение превратило веселенькую мелодию в заунывно-гипнотизирующую. Вася сам начал потихоньку впадать в состояние транса. Перед глазами расплылось…

— Очнись, придурок!!!

— Он чуть не выронил дудку, но в голове прояснилось. Пальцы двигались автоматически, поток воздуха равномерно выдувался. Он послал крысе мысленный приказ прыгать на месте. Крыса запрыгала. Замереть. Крыса замерла.

Барабас медленно попятился в гостиную, стараясь не задеть босой ногой осколков зеркала. Зато по рассыпанным долларам ступать было весьма приятно. Он передвигался боком, не спуская глаз с крысы. Она без всякой команды следовала за ним на расстоянии порядка полутора метров. Они зашли в гостиную, обогнули стол, и направились в ванную комнату.

Василий забрался на широкий плоский край большой белой ванной. Свободной правой рукой повернул блестящий металлический кругляшок, закрыв, таким образом, сливное отверстие. Потом присел на корточки, и дотянулся до крана. Давление в трубах было хорошим, и мощная струя воды с грохотом забарабанила по дну. Акустика ванной комнаты увеличивала громкость звуков. От громкой музыки и шума воды стало закладывать уши. Крыса ритмично приплясывала внизу на зеленом кафеле.

— Он не утонет. Перережь глотку.

Вася закрыл кран, и открыл слив. Из звуков осталась лишь ненавистная мелодия. Когда вода ушла, он приказал крысу запрыгнуть в ванную. Тот подчинился. Лечь на спину! Поднять голову!

Крысиный принц лежал на спине, слабо подрагивая, подставив беззащитную шею. Барабас достал нож и склонился над ним. От крыса исходил легкий запах псины. Шерсть на шее была влажной и свалявшейся. Его внимание привлекло дрожащее пульсирующее пятно. Он резанул прямо по этому пятну. Острое лезвие легко вспороло шею и уперлось в хребет. Темная густая кровь толчками хлынула из раны. Глаза принца заволокло туманом, и жизнь покинула его.

Возникло ненормальное для человека желание попить теплой крысиной крови. Василий с трудом подавил этот позыв, и стал смывать кровь душем.

Он опомнился, и прекратил играть только через некоторое время. Наступила оглушительная тишина. Спустившись на пол, Барайкин посмотрел в зеркало, и не узнал себя. Подбородок в запекшийся крови, как у неряшливого вампира, раздутые как у негра губы, и взлохмаченные рыжие волосы. Натуральный бомж! Он разомкнул губы, и попытался улыбнуться. Получилось. Редкозубая гримаса с темными от засохшей крови зубами завершила образ вокзального бродяги. В это время из ванной послышался шорох.

Он повернул голову и увидел, что крысиное тело превратилось в человеческое. Василий подошел к ванной и посмотрел на мертвого Криса. Тот лежал как покойник во гробу. Руки правильным образом сложены, вместо страшной раны, на шее зарубцевавшийся шрам. На лице застыла маска мрачной торжественности. Что самое удивительное, одет он был в шелковый белый балахон, расшитый узорами как на зубочистке.

Глаза покойника открылись.

Господи! Опять начинается! Как же я уже устал от всего этого. Ну, за что! Ведь я его уже убил!

Мысленную истерику прервал тихий шепот:

— Не бойся. Я уже мертв.

Вася ошалело смотрел на говорящий труп. Шевелились только губы да еще глаза. Все остальное тело было неподвижным, мертвым.

— Дар посмертного пробуждения передался мне с генами папаши. У меня мало времени, шесть-семь условных минут. После я навсегда отправлюсь в крысиный ад. Мой учитель благородной Драгорд говорил мне, что позерство и любопытство когда-нибудь меня погубят. Он оказался прав. Так и произошло.

— Ведь я два раза мог спокойно убить тебя. Первый раз тогда на балконе. Ведь, на самом деле, я умею пробираться через полувыдохшуюся гарь. Мне просто было интересно, как ты себя поведешь. Ты повел себя правильно. Если бы ты стал в панике хвататься за телефон или попытался покинуть номер, то я бы просто вышел и убил бы тебя. Но ты поступил как воин, и потратил время достойно. Признаться честно, после этого я зауважал тебя как противника. Второй шанс был перед ударом в зубы. Ну, это надо же быть таким кретином, чтобы своим глупым оперкотом самому вырыть себе могилу!

Принц тихо засмеялся.

— Ты победил заслуженно и честно. Моя самоуверенность погубила меня. Ладно, хватит об этом. Я хочу услышать окончание твоей истории, если это, конечно не выдумка.

— Не выдумка, — прошамкал Василий, — За исключением вазы. А конец простой. Отец очень волновался, ожидая меня. Он обзванивал больницы. Ну а я когда зашел в комнату, посмотрел ему в глаза, и попросил бросить пить. С тех пор он не берет в рот и капли алкоголя. Он и сейчас жив. Этакий бодрый старичок. У нас прекрасные отношения, о которых можно только и мечтать. Вот собственно и все.

Крис помолчал, переваривая услышанное, а потом заговорил:

— Завидую я тебе, человек. Мой папаша не такой, а сам я папашей уже не буду. У меня есть еще одна просьба к тебе.

Взгляд был сосредоточенным и немного просящим.

— Слушаю тебя.

— Я хочу передать тебе свою силу. Готов принять?

Барайкин заколебался, не понимая, зачем ему все это. Но увидел во взгляде такую мольбу, что сломался.

— Что для этого нужно сделать?

— Ничего сложного. Когда я закрою глаза, положи мне ладонь на лоб и скажи: "Принимаю".

Василий кивнул.

Прощай, Барабас, удачи в боях! — прошептал принц, и опустил веки.

Василий положил ему ладонь на лоб.

— Принимаю.

Его пронзило, словно ударом тока. Тело крыса начало бледнеть, пока не стало белым как бумага. Он и стал бумажным. Раздался хлопок. Над ванной закружились мелкие бумажные обрывки. Вася поймал один, но он как и все остальные быстро растаял в руке без остатка. Ванная была чистой. Никаких следов. Чего нельзя было сказать о спальне.

Барайкин сидел на кровати, свесив босые ноги, и пытался разобраться в своих ощущениях. В нем поселилось нечто новое. Это нечто стало частью него, но пока он еще не знал, что с этим делать. В остальном, он чувствовал себя отвратительно. Он не ощущал ни радости, ни удовлетворения, только усталость и апатия. Не было никаких желаний, только легкое отупение. Из этого состояния его выдернул резкий телефонный звонок. Он побрел в гостиную и взял со стола трубку, и прошепелявил:

— Слушаю.

— Уважаемый господин Барабас. Ассоциация поединков поздравляет вас с победой в битве с Крисом Шестым Одиноким, наследным принцем из рода бумажных крыс.

Это был тот же мелодичный приятный женский голос, с которым он общался до поединка. Правда, тон изменился. Стал более уважительным, и ему показалось, что чуточку душевнее. Вася надел шлепанцы, вернулся в спальню, и вместе с трубкой плюхнулся на кровать.

— Это был прекрасный бой, господин Барабас. Клирики ассоциации уже выразили намерение включить его в учебник, а может быть даже и в презентацию на будущий сезон. Это большая честь, господин Барабас. На этот счет с вами свяжутся через некоторое время. А сейчас хочу вам сообщить, что за победу вы получаете гонорар в размере полторы тысячи кредитов. Вместе с этим, по правилам ассоциации вам присуждается одна третья часть состояния Криса Шестого в общей сумме сто двадцать одна тысяча восемьсот три кредита. Кроме того, согласно последней воле Криса Шестого Одинокого, вы становитесь его полным наследником, соответственно на ваш счет будет переведена еще одна треть состояния Криса Шестого в той же сумме. Но и это еще не все…

Барайкину вспомнились бойкие торговые представители "канадских" фирм начала девяностых, продающих всякий ненужный хлам за хорошие деньги.

— … имеете право на полный титул и можете стать первым претендентом на…

Барабас слушал вполуха, и совершенно напрасно. Он перебил операторшу:

— Уберите эту фразу из вашего стандартного набора, она раздражает.

Трубка замолчала. Возникла короткая пауза.

— Простите, господин Барабас, не поняла, о какой фразе идет речь?

Тон стал еще более уважительным. Вася объяснил, какую фразу он имел в виду.

— Конечно, господин Барабас, как вам будет угодно.

— Простите, а как вас зовут?

На этот раз пауза в трубке затянулась. Барайкин рассудил верно. Завоевать расположение таинственной телефонной тетеньки будет, по меньшей мере полезно.

— Зачем вам это? — голос звучал настолько удивленно, как будто она впервые слышит подобный вопрос.

— Понимаете, сударыня, — он выбрал нейтральное обращение, поскольку абсолютно не представлял себе собеседницу, — Ваш голос так приятен, что я совершенно уверен в том, что вы красивейшая женщина из всех встречавшихся мне в жизни.

Это было очень топорно, но похоже, подействовало. После очередной паузы, приятный голос ответил:

— Ваши слова определенно приятны мне, спасибо. Понимаете, Василий, я не женщина. По той банальной причине, что я не человек. Также как и вы, наверное, уже не являетесь человеком в классическом понимании. А зовут меня Валлит.

Вася немного обалдел, но напора не снизил.

— Скажите, Валлит, можно я буду называть вас просто Валей? Мне так проще и привычнее.

— Хорошо, называйте.

— Объясните, что значит, не являюсь человеком?

— Вы приняли в себя новую сущность и…

В этот момент связь прервалась. И через секунду телефон зазвонил снова.

— Простите, господин Барабас, я только что получила взыскание.

Голос звучал сухо и официально.

Барайкин выругался. Хотелось как лучше… В общем, подставил человека, причем неясно, каким образом. Или не человека?!

— Сообщаю вам, что в права наследства вы вступите на двадцать четвертые условные сутки, что по человеческому времени может составлять от двух недель до двух месяцев. Поздравляю вас, господин Барабас. Вы стали состоятельной персоной.

Барабас не почувствовал никаких особых изменений в своей персоне, за исключением появившегося ранее ощущения нового присутствия.

— От имени ассоциации, предлагаю вам ряд услуг с пятипроцентной скидкой. Служба уборки готова полностью привести в порядок ваш номер за тридцать четыре кредита с учетом налогов. Принимаете?

— Да.

Замечательно, господин Барабас. В дальнейших предложениях я не буду упоминать о налогах. Все они будут включены в цену услуг.

Вася молча кивнул, но, казалось, что в трубке услышали.

— Хорошо. Предлагается регенерация зубов во сне. Стоимость тысяча сто кредитов, принимаете?

Барабас присвистнул. Ну и цены! Почти весь гонорар за поединок. Но куда деваться, не ходить же уродом беззубым.

— Да.

Голос из телефона успокаивающе пояснил:

— Регенерация костных тканей, а в особенности зубов, является наиболее сложной и дорогостоящей из всех регенерирующих процедур, за исключением восстановления спинного мозга. Предлагаем вам полное восстановление мышц и кожи задней поверхности бедра за двадцать кредитов, принимаете?

— Нет.

— Всего двадцать кредитов!

— Я же ответил.

Барабасу были нужны вещественные, материальные зарубки связанные с этой историей.

— Извините, господин Барабас. Желаете ли получить обще-восстановительный разгрузочный сон за тридцать пять кредитов?

— Да.

— Правильное решение! Что скажете насчет продажи изготовленных в процессе поединка артефактов?

Барайкин удивленно спросил:.

— О чем вы?

Тон Вали стал как у доброй учительницы.

— Ваша бумажная флейта и разрушитель заклинаний, похожий на большую зубочистку. Оба артефакта изготовлены в ходе поединка и поэтому за них ассоциация готова предложить Вам специальную цену!

— ?

— Двадцать пять тысяч кредитов. Также уведомляю Вас, что курс реальных кредитов по отношению к человеческим земным долларам США, составляет сто два доллара за один кредит. Оплата может быть произведена в любой валюте по Вашему выбору.

Барабас обалдел. Два с половиной миллиона долларов! За дурацкую дудочку и палочку. Ну допустим, зубочистка красивая, но не настолько же! Да еще, если верить оператору у него на счету куча этого кредитного бабла. Да не уперлась мне эта дудочка с палочкой…

— Не продавай, ни в коем случае!!!

Поскольку вредных советов от внутреннего голоса пока не было, он решил послушаться.

— Я оставлю артефакты себе.

В трубке заиграла мелодия, похожая на ту, что он исполнял на дудке. Раздался щелчок, и Вася снова услышал мелодичный голос.

— Милорд, руководство ассоциации предлагает Вам эксклюзивные цены на Ваши артефакты!

— Готов услышать.

— Четыреста пятьдесят тысяч.

Продам. Голос, подай звук! Такие бабки мне и не снились!

Впервые голос ответил:

— Оставь палку, дудку отдавай!

— Я готов уступить вам флейту за триста тысяч кредитов.

Все-таки Барабас был коммерсантом, причем талантливым.

— Предложение принято к рассмотрению, ожидайте ответа.

Связь прервалась…

Барабас открыл глаза, блаженно потянулся, и вдохнул. Пахло чистотой и свежим бельем. Он сел в кровати и огляделся. От вчерашнего бардака не осталось ничего. Зеркало на месте. Ковер был девственно чистым. Его шмотки аккуратно сложены на стуле. На прикроватной тумбочке справа рядком лежало четыре пачки долларов, стянутых розовыми резинками. По соседству с ними покоилась резная палочка и два выбитых зуба. Он нащупал языком резцы, и понял, что они есть! Рукой потрогал ляжку, и нащупал болячку. Значит все правда! Зазвонил телефон. Он протянул руку, и нащупал трубку.

— Да.

— Доброго пробуждения, господин Барабас. Как самочувствие? Есть ли претензии к услугам?

— Нету, уборщикам чаевые три кредита.

— Вы очень щедры, милорд, служба уборки приносит Вам свою глубочайшую благодарность. О дате и месте следующего поединка вам сообщат позже. Запомните или запишите контактный номер для вопросов.

Она продиктовала четырнадцать цифр.

— Имейте в виду, что звонки платные. Приятного отдыха, милорд.

Послышались короткие гудки.

В дверь настойчиво постучали. Он подошел и открыл. В коридоре стоял старый, добрый длинный Макс.

— Ну, ты и соня! Собирайся, скоро экскурсия. Крысиные подвалы под пирамидами посмотрим!

Content

Попов Денис Сергеевич Новые гладиаторы[СИ]

Попов Денис Сергеевич Новые гладиаторы. Часть 1