Агнон Шмуэль-Йосеф

"Глаза Леи". "Плотник и индюк"

Шмуэль-Йосеф Агнон

"Глаза Леи". "Плотник и индюк"

Перевод с иврита - Ontario 14

Глаза Леи

Маленькая, хрупкая и прекрасная Леа...[1]

Лоб ее - как день ясный, щечки - как нежные розы. Волосы как золото, а глаза как небо.

Если б мы не знали, что Господь творит все из ничего, то сказали, что взял Он синеву небесную и сотворил глаза Леи.

Но ничего не увидят эти глаза. Ибо горе сошло от Ашема и коснулось ее глаз и света в них, - поэтому темен день для Леи и темны Луна и звезды ночью.

Леа ослепла[2]. Не горят более глаза ее, нет в них синевы неба. Однако, все, кто смотрел на Лею, не догадывались о ее слепоте.

Взамен отнятого света глаз, благословил Элоким Лею помнить все, что услышала.

Помнить все теѓилим, которые отец, стоя у кровати, напевал во время ее болезни, в надежде, что Ашем смилостивится над глазами Леи и не лишит их света.

И сохранила Леа в сердце своем все, что слышала. Ничего не забыла, как не забывает больной снадобье, избавившее его от страданий.

Знает Леа также много песен. Их пела ей мама, стоя у кровати, во время ее болезни.

Обычные женские напевы тех времен... Помнит их Леа, не забывает.

Поет их и в доме и на улице, поет любую красивую песню, которую когда-нибудь услышала.

А иногда и придумывала свои. Собирались вокруг нее дети, слушали и никак не могли насытиться услышанным.

Ибо голос Леи завораживал красотой своей и, будь он весел или печален, трогал сердца слушающих.

Даже старик, возвращающийся из дома молитвы, останавливался и слушал ее голос, оперевшись на посох.

И тогда Леа снимала с себя песни, которые пела ей мама, и пела теѓилим, которые читал отец, молясь за дочь, чтобы Элоким не забирал свет её очей.

Леа знает наизусть всю Kнигу Теѓилим - все стихи её хранит в сердце. Но как откроет уста свои Леа, так все теѓилим устремляются туда и дальше, к ушам удивленных стариков, смотрящих на то, как маленькая девочка, годящаяся им во внучки, знает то, чего не знают они.

А не они ли читали Книгу Теѓилим из года в год?

Царь наш составил песнопения эти так, чтобы страдающий человек с чистым сердцем помнил их и не забывал.

Kто сравнится в страданиях с отцом Леи, видевшим, как необратимо уходил свет глаз ее?

И кто сравнится в чистоте сердца с Леей, потерявшей свет очей и не вoзроптавшей на Ашема?

Стояли старики, как вкопанные, вытаскивали книгу Теѓилим и, нацепив очки, молча смотрели в нее.

Ибо девочка повторяла все написанное слово в слово, ничего не пропуская.

Леа знает, что старики будут ее проверять. И жалеет она каждого, кому Элоким не позволил знать то, что знает она. Но, при всем этом, не возгордилась.

Дрогнет голос, и прелесть его померкнет, как у человека, объятого страхом.

Ибо боится Леа, как бы не потеряли старики свет свой также, как потеряла она свет ее глаз. A ведь они не знают наизусть Книгу Теѓилим...

И меняется ее голос и наполняют его Грусть, Милосердие и Сострадание. Это голос отца, поющего теѓилим во время болезни ee, в надежде что Ашем смилостивится над глазами Леи и не лишит их света.

Плотник и индюк[3]

(или слово o[4]тех, кому богатство важнее тела)[5]

Этот случай рассказал мне доктор Моше Гликсон[6], алав а-шалом[7].

В его городе жил плотник по имени Исраэль Нагар[8], который всю жизнь тяжело работал и не было у него ни куска хлеба в будни, ни мяса в Субботу и праздники.

Смирился он уже с судьбой в этом мире и лишь ожидал дня, когда удостоится доли своей вместе с остальными праведниками[9] в мире грядущем[10].

Нет человека, у которого не было бы своего часа[11].

Повезло и этому мастеру[12].

Однажды у одной матрониты[13] сломалась иконка[14] и позвала она Исраэля Нагара, чтобы тот починил ее. И заплатила ему сполна[15] и даже послала ему индюка к Песаху.

Настоящего индюка - приятного на вид и годного в пищу[16]. У него был шикарный свисающий подбородок и сине-красный гребешок над клювом. Индюк поднимал свой хвост, словно штреймл[17] и бормотал "хульдур-хульдур", гордо расхаживая среди других созданий Божьих, как тот, кому обещали быть съеденным важными людьми в важный праздник.

Но бедный индюк не удостоился быть съеденным в праздник. А все из-за чего? Из-за тараканов[18]!

Эти крупные насекомые, которых французы называют "пруссаками", то есть жителями области Пруссия в Земле Ашкеназ, которые, в свою очередь, называют тараканов "швабами"[19]- эти тараканы поселились в доме Исраэля Нагара и стали плодиться и размножаться.

А что же может родить тараканиха?

Когда мастер кушал, тараканы были в еде. Целовал цицит, а там - таракан. Давал оплеуху подмастерью и… давил таракана. Везде, куда тянулась рука его, был таракан.

Соседи услышали о несчастиях его и поведали о яде[20] под таким-то названием, который продают в аптеке.

Надо рассыпать этот яд, чтобы насытились тараканы и сдохли. Пошел он в аптеку и купил этот яд.

Почуяли тараканы запах, набежали и стали есть, а Исраэль яду не жалел. Не прошло и нескольких часов, как стали они как-то дергаться[21], качать головами, падать и умирать.

Если бы он дал яд перед заходом Субботы, было бы хорошо - готовясь к Субботе, человек чтит свой дом и выносит из него мусор.

Но он рассыпал смертельный яд в понедельник и пока он почтил дом свой и вымел тараканьи трупы вон - ими полакомился индюк. Стало ясно, что индюку не суждено дождаться кануна Песаха, когда его торжественно зарежут, чтобы съесть на маце и мароре[22].

Увидел это Исраэль и решил немедленно опередить Ангела Смерти. Связал индюка и побежал к резнику. Стал торопить его, тот взял нож и сделал свою работу.

Прикрыл резник кровь[23]и отдал индюка хозяину.

Взял его Исраэль и отнес домой. Ощипал перья, разрезал, помыл, вытащил и обстучал отдельно мясо и требуху. Взял дуршлаг и засолил мясо в нем. Зажег свет и поставил казан.

Подождал немного, чтобы соль сделала свое дело, смыл ее и еще раз тщательно обстучал мясо, а затем сварил. Пока мясо варилось, снял Исраэль свою одежду, облачился в одежду мертвых, одел "китель"[24], взял сидур, лег на кровать и прочитал видуй[25]- на тот случай, что если умрет во время трапезы, то умрет после покаяния.

После того, как мясо сварилось, уселся мастер на свою кровать, завернувшись в "китель" и одевшись в наряд мертвых. Начал он хватать и есть, есть и хватать[26] внешние и внутренние части индюка, разгрызал кости и высасывал из них мозг. Грыз, глотал, жевал и разламывал - скорее, пока ангел смерти не сделал с ним то же самое, что с индюком, наевшимся отравленных тараканов.

Вот и вся история о плотнике и индюке.

И если не умер от яда, то умер от переедания.

Примечания

1

Помещенный в раздел "Люди моего города" (בני עירי) рассказ "Глаза Леи" (עיני לאה) входит в сборник рассказов Агнона "Огонь и деревья" ( "הָאֵשׁ וְהָעֵצִים" ), изданный в 1962 году ( прим. перев.)

2

“И глаза у Леи слабы…” (Берешит 29:17 - прим. перев.)

3

оригинальное название - "הנגר והתרנגול" (прим. перев.)

4

Агнон использует слово "кенегед"(כנגד), которое можно перевести как "о" или "против" (прим. перев.)

5

Бавли, Хулин 91а: "Цадиким - богатство им важнее тела". Существуют многочисленные комментарии на эту фразу. Самый распространенный - под словом "богатство" ("мамон") подразумеваются мицвот (прим. перев.)

6

д-р Моше Йосеф Гликсон(1878 - 1939) - талмид-хахам, писатель, переводчик и деятель сионистского движения. 15 лет был главным редактором газеты "ha-Арец". Его именем назван кибуц Кфар-Гликсон, находящийся около Хадеры (прим. Ц.Масад)

7

эту фразу добавляют при уважительном упоминании умершего - см. "Авраам-авину алав hа-шалом"(Авот 5:3) (прим. Ц.Масад)

8

"нагар" - плотник(ивр.) (прим.перев.)

9

см. Бава Батра 5а: "Сделает Святой, благословен он, трапезу для цадиким, накормит их мясом левиафана" (прим. Ц.Масад)

10

см.: "Знай, что праведники будут вознаграждены в грядущем мире" (Авот 2:16) (прим. Ц.Масад)

11

см. Авот 4:3 (прим. Ц.Масад)

12

см. Брахот 7б (" שהשעה משחקת לו " (прим. Ц.Масад)

13

"матронита" - выскопоставленная дама - см. Хулин 105б (прим. Ц.Масад)

14

Агнон использует слово "йирата" - образ Ешу, сделанный из дерева - см. Санhедрин 106а: "Вытащила иконку из-за пазухи и сказала ему: поклоняйся этому..." (прим. Ц.Масад)

15

Бава Кама 116а (прим. Ц.Масад)

16

Берешит 2:9 (прим. Ц.Масад)

17

меховая шапка, которую носят в Субботу и праздники польские хасиды

18

тараканы - "хипушиёт" - однокоренное с "лехапес" (искать) (прим. перев.)

19

Лифрос(развернуть) - прусим(нарезанные) - Пруссия (прим. перев.)

20

Агнон использует вместо "рааль"(яд) слово "сам" - самех-мем - ангел смерти, ангел Эдома (прим. перев.)

21

см. Ерушалми, Кидушин 44a: "тинок шейно маргиъа" - "ребенок, который не дергает[конечностями]" (прим. Ц.Масад)

22

см. Шмот 12:8; индюк должен был стать символом пасхальной жертвы во время седера (прим. Ц.Масад)

23

"И всякий из сынов Исраэля и из пришельцев, проживающих среди них, кто поймает ловитву, зверя или птицу, каких едят, пусть изольет его кровь и покроет ее землей" (Ваикра 17:13) (прим. Ц.Масад)

24

Белый халат. "Китель" одевают на пасхальный седер и в Йом Кипур. За пределами земли Израиля "китель" одевали на мертвеца. (прим. Ц.Масад); От однокоренного слова "кетель" – смерть (прим. перев.)

25

молитва, в которой человек исповедуется в грехах. "Заболевшему, умирающему, говорят - исповедуйся" ( Бавли, Шабат 32а); Принято произносить видуй перед молитвой "Коль нидрей" в Йом Кипур:  "Мицва исповедаться в начале Йом Кипура, с наступлением темноты" (Тосефта, Йома 4:13) (прим. Ц.Масад)

26

см. Эйрувин 54а: "Ешь и хватай" (прим. Ц.Масад)

Content

Агнон Шмуэль-Йосеф "Глаза Леи". "Плотник и индюк"

Глаза Леи

Плотник и индюк (или слово oтех, кому богатство важнее тела)

Примечания