Лыхвар Александр

Три девятки

— Мы с тобой еще увидимся? — спросила она, неохотно отпуская его руку.

— Да, я обязательно вернусь. Вернее… Я сделаю все, чтобы вернуться.

— Я буду ждать.

1

Шаровое звездное скопление Антара. Спиральная галактика ST-15, сектор К618. Нейтральное пространство. Частное спасательное судно Орса. Восьмые независимые сутки патрулирования.

Центральный пост корабля подсвечивался только экранами пультов. Блестки огоньков подрагивали на приборных модулях. Сквозь широкие панели остекления, за происходящим внутри, наблюдал мрак ничейного космоса. Кресло первого пилота пустовало. На месте второго пилота сидела сравнительно молодая женщина. Она наколдовывала что-то свеженькое системам корабля. В кресле навигатора восседал совсем юный парень. Не отрываясь, он следил сразу за тремя своими экранами.

— Не спать! Терпеть, не спать! — без вступления начал выступать ввалившийся на пост капитан Дак.

Сосредоточившийся молодой человек даже дернулся от неожиданности.

— До конца вашей смены еще три часа, — продолжил тот уже спокойнее.

Две пары не совсем дружелюбно настроенных глаз посмотрели в сторону его слегка очерченного силуэта.

— Ребята внизу уже начинают нервничать.

— Пусть ваши ребята лучше займутся чем-то полезным. Вместо того чтобы проигрывать еще не заработанные деньги, — умело парировала наезд Корван.

Она скорчила брезгливую гримасу и отвернулась к пульту.

Адвин в рождающуюся перепалку старожилов благоразумно не вмешиваться.

Надо сказать, Ирта Корван являлась счастливой обладательницей не только правильного и тонкого обриса мордашки. В ней было еще что-то. Чему мужчины, даже такие, как распечатавший свой шестой десяток капитан Дак, противиться просто не могли. Одни называют это шармом. Другие, стервозностью. Третьи просто причмокивают губами и никак не называют. А есть и такие, что стазу начинают отборно ругаться и далеко сплевывать. В общем, точно определить, что это было на самом деле, не представлялось возможным. Но оно было и все тут.

— Ирта, ты же знаешь, — неожиданно капитан принялся мириться.

Хотя более правильным для его положения было немедленно приступить к репрессиям.

— Моя команда просто не способна заниматься чем-то полезным. У них для этого нет ни навыков, ни желания. Если бы они умели делать хоть что-то стоящее…

— То у вас бы не получилось так просто обвести их вокруг пальца пустыми обещаниями, — продолжила фразу Корван издевательским тоном.

— Почему это пустыми?! — опомнился капитан. — Ты что, уже забыла тот сирдакский крейсер?

— Да когда это было? Уже двенадцатый рейс впустую.

— Стараться надо лучше. И не упускать из-под носа корабли. Кто прощелкал тот рудовоз? Я что ли? Если и на этот раз Рист нас опередит, то лучше вам всем тихо сойти в порту и не попадаться мне больше на глаза. Если вы не найдете этот чертов транспортник даже после такой конкретной наводки… Вам же ясно сказали, что он где-то здесь. Его четко слышали двенадцать суток назад. В сообщении были указаны именно эти координаты. Мне показывали текст того доклада.

— Плохо, что он не назвал свою скорость и направление смещения, сказала Ирта позабыв сердиться.

— Если бы там все было указано, то нам бы уже здесь делать было нечего.

Понятием "где-то здесь" капитан обозначил куб вакуума с ребром около половины светового года.

— Похоже, здесь тоже пусто, — подал голос Адвин. Не зная, правильно ли он делает или нет. — Сейчас будем смещаться в следующий сектор.

Патрульный корабль передвигался в пространстве довольно оригинальным образом. Область поиска была разбита на сектора. Спасатель их педантично просматривал один за другим. Начиная с внешних и постепенно сжимая сферу поиска. Сместившись в центр очередного сектора, уже в реальном пространстве, он выписывал три размашистые восьмерки с общим центром симметрии и располагающиеся в трех пространственных плоскостях. Пока проделывался этот трюк, расположенные на носу корабля широкоугольные антенны подпространственной пакетной связи, старательно прослушивали пустоту, отлавливая сигнал с того света. Но пока космос молчал, как убежденный мятежник во время допроса.

Весь процесс сканирования пространства и смещения в следующие сектора осуществлялся практически автоматически. Правда, время от времени автоматика натыкалась на какую-то космическую аномалию. Будь то клок пылевого облака или превышающее стандартную энергетическое возмущение вакуума. Для разрешения именно таких проблем на центральном посту сейчас и находились Ирта с Адвином.

В подтверждение слов навигатора по кораблю пронеслась тревожная сирена минутной готовности. За эту минуту следовало на всякий случай занять противоперегрузочное кресло. Ну, или хотя бы, крепко за что-то ухватиться, и широко расставив ноги, принять наиболее устойчивое положение. Такую сложную инструкцию еще можно было выполнять на судах пассажирского флота. Где за один рейс выполняется один выход и один вход в пространство. В данном случае, очередное смещение проходило, каждые двенадцать с половиной минут и на такие формальности ни у кого не было ни времени, ни желания. Капитан так и остался стоять посреди рубки, не желая присаживаться. А внизу об отполированный пепел титанового стола кают-компании в очередной раз гулко громыхнули набором цветных игральных костей.

— Учтите, если вы его не найдете в оставшихся секторах… — стал грозно закругляться капитан Дак.

На одном из мониторов Адвина затрепетал алый транспарант. Он причудливо развернулся, превратившись в стандартное сообщение.

— Отменить смещение! — скомандовал он как настоящий навигатор с умопомрачительным стажем.

Ирта мигом прервала работу автоматической системы поиска. А потом уже вопросительно взглянула на напарника. Сирена оборвалась на середине простенькой музыкальной фразы. Всех немного качнуло влево — автоматика плавно выравнивала курс. Корабль занимал такое положение в пространстве, в каком и был принят сигнал.

— Что, есть? — тихонько, боясь вспугнуть удачу, спросил капитан. И еще тише, себе под нос пробубнил: — А новичкам то все-таки везет.

— Сигнал есть. Обыкновенный пакетный сигнал, только непонятно чей он, — ответил Адвин. — Мы его отловили с потерями, и на де кодировку может понадобиться время.

— Да это может быть что угодно, — начала Ирта топтать ногами надежду Дака. — И федералы. И какое нибудь правительственное сообщение или банковская сводка.

— Нет здесь никаких банковских филиалов! — зло огрызнулся Дак. — Здесь вообще ничего нет. Ни одной звезды. Ни одного астероида. Ничего.

— Ну, может проходной… — не унималась Ирта.

Капитан уже было, собрался воспитать свою красавицу по полной программе. Но тут система отловила еще одно сообщение. На этот раз полное.

— Есть! Сейчас расшифруем, — пообещал Адвин.

— Ну, давай, давай! — еще больше распалился Дак, мигом позабыв на время о бывших обидах.

Ирта оторвала зад от кресла. Подошла и стала с интересом наблюдать за происходящим на экранах навигационных компьютеров.

На дешифрацию потребовалось около десяти бесконечных секунд. Когда они умчались в небытие, на одном из экранов появился длинный ряд цифр вперемешку с буквенными индексами. Начиналось и заканчивалось сообщение тремя девятками. Цифры разделял непонятный знак. Странный симбиоз между древним иероглифом и информационной пиктограммой.

— Так, координаты мы уже имеем. Это хорошо, — подытожил капитан. — Но я первый раз вижу такой странный сигнал бедствия. А ну, сынок, проверь по списку. Может быть, он есть, а я не в курсе, — обратился он к Адвину намного ласковей обычного.

— А если это и не сигнал бедствия? — предположила Ирта, стараясь продолжить конфронтацию.

Капитан выпад проигнорировал.

Сводный кадастр общеупотребительных сигналов содержал целый раздел аварийной сигнализации. Сигналов бедствия, применяемых в местном скоплении галактик, оказалось немногим больше четырех с половиной тысяч. Но такого как искали, среди них не нашлось. Чего тут только не было! Вот только девятками через странный знак не пользовался никто.

В рубку вошел рослый мужчина с трехдневной щетиной на лице. Его всклоченные, рыжеватые волосы молили о стрижке.

— Ну что, нашли что-то? — спросил он хрипловатым баском, потягиваясь в проеме люка.

— Не мешай нам, — отмахнулся от него капитан. — Корас, еще ничего не ясно. Иди вниз и пока помалкивай там.

— Как помалкивай? Мы же уже не смещаемся по секторам. Изменили курс. Уже все сообразили, что что-то случилось. Вот я и пришел узнать что.

— Все нормально. Иди пока, отдыхай. Когда вы потребуетесь, первые об этом узнаете.

— Ладно, — спокойно согласился Корас и удалился.

— Может это точно, федералы переговариваются? — уже серьезно предположила Ирта, когда командир группы спасателей покинул центральный пост.

— Они так коротко не умеют, — ответил капитан. — Тем более, указанные в сообщении координаты находятся как раз в области нашего поиска. Это вполне может быть то, что мы ищем. Если там только не обосновался какойнибудь любитель поговорить.

— А если это вообще сигнал с не местного корабля? Не из нашего скопления?

Капитан и второй пилот посмотрели на молодого навигатора и до этого не избалованного серьезным отношением, вообще как на ребенка. Ему стало не по себе. И от развития своей гипотезы он воздержался.

— Что бы это ни было, мы сможем во всем разобраться только на месте. Прервать поиски и подготовить системы корабля для смещения, — начал отдавать распоряжения Дак. Разбудить дублирующую смену. Пусть на всякий случай будет наготове. Отделению спасателей и бригаде ремонтников подготовиться к выходу. В общем, все как положено.

Капитан взглянул на Адвина.

— Ну что, сынок, так держать. Может действительно у тебя все получиться с первого раза? Начинайте.

Корван положила свои аккуратненькие ручки на штурвал. Тут же напомнил о своем существовании заткнувшийся на время зуммер сирены. А в жилых отсеках экраны внутренней связи выдали соответствующие моменту сообщения.

Бывший крейсер легкого класса, а теперь спасатель, до которого все никак не могли дотянуться резаки роботов-утильщиков, мягко довернул еще на несколько градусов. На месте демонтированных мощных излучателей и ракетных установок, теперь громоздились приемные антенны поискового оборудования и еще всякой всячины. Крайне необходимой для поиска иголок в стогах сена. Он еще несколько секунд покрасовался в лучах далекой, синей звезды. Затем полыхнуло и стальной громадины как не бывало.

— Где он, ты его видишь? — спросила Ирта, когда за стеклами центрального поста вновь зажглись звезды.

— Да, он совсем близко. Вот его координаты.

Адвин прошелся по своей клавиатуре и передал всю необходимую информацию на пульт второго пилота. Крейсер круто развернулся и стал разгоняться. Через минут пятнадцать на экране локатора дальнего обзора появилась крошечная точка. Умный прибор для пущей важности, заботливо окружил ее яркой рамочкой. Но идентифицировать находку наотрез отказался.

Вскоре Орса приблизилась к объекту, и локатор определил скорость и собственную массу находки.

— Что-то он совсем маленький, — пробубнил под нос капитан. — Эта штука совсем не похожа на то, что мне обещали. — А уже громче продолжил, усаживаясь в кресло первого пилота: — Расчету спасателей и бригаде ремонтников тревога номер один! Экипировка и оборудование согласно корабельному расписанию.

По отсекам автоматически понеслись соответствующие команды. Забегали люди. А вслед за ними, не выдержав напряжения момента, и парочка автоматических роботов.

Когда спасатель начал притормаживать, объект уже можно было увидеть и не вооруженным глазом. Из небольшой блестки, брошенной на бархат космоса, он плавно превращался в странную, угловатую штуковину. Она медленно проворачивалась вдоль своей продольной оси, демонстрируя возможности раскрепощенной инженерной мысли.

— Это и есть ваше коммерческое судно? — издевательским тоном спросила Ирта. Возобновляя так бесславно угасшую конфронтацию.

— Да я понятия не имею, что это такое! — вспылил Дак. — Подходи ближе и смотри, не ударь его бортом. А то еще рассыплется. Мне сейчас только нелюдей не хватало. Стик, посмотри по каталогам хорошенько. Может, найдешь что-то похожее.

Адвин по третьему разу проверил все каталоги, которые только были на борту. Но у системы распознавания объектов, по поводу находки не возникло даже смутных предположений.

— Или он не из нашего скопления. Или это какая-то последняя модель.

— Если это и последняя модель, то у нее очень плохой хозяин. Посмотри, его корпус сильно перегревали и даже не один раз.

Да, нужно было провести не один десяток лет в космосе, чтобы по оттенку металла, на глаз, судить о таких тонкостях. К тому же, с расстояния не менее пятидесяти метров.

Ирта тем временем успела выровнять скорость спасателя относительно объекта. Теперь казалось, что никто никуда не летит, а два корабля, большой и совсем маленький, неподвижно зависли в пространстве.

— Подходи к нему левым бортом, — отреагировал на изменение ситуации Дак. — В том шлюзе у нас еще сохранилась система биологической безопасности.

Второй пилот на этот раз для разнообразия молча выполнила маневр. Крейсер стал медленно сближаться со своей находкой. Из-под шлюза выдвинулась мощная захватная консоль, а из самого устройства показался рукав герметичного перехода. Когда расстояние между кораблями сократилось до двадцати метров, на нераспознанном, но все же неплохо летающем объекте, ярко вспыхнули оранжевые габаритные огни. Он перестал вращаться, повернувшись в сторону гостей своим шлюзом. Вслед за оранжевыми огоньками, иллюминацию поддержала окантовка внешнего люка единственной шлюзовой камеры. Она начала нервно пульсировать ядовито-зеленым цветом.

— Похоже, нам рады, — сказала Ирта.

— Что-то мне это не нравиться все больше и больше, — проворчал капитан, надевая шлем. — Корас, как там у тебя?

— Лучше не бывает, — соврал тот без особого энтузиазма. — Что-то нашли или это опять была учебная тревога.

— Скажи ребятам, пусть готовят роботов. Первыми пойдут они, а сам поднимись к нам в рубку.

— Что, так серьезно?

— Давай, без разговоров.

Ирта успела намертво заарканить находку и уже заканчивала подводить к ее шлюзу переходной рукав, когда Корас добрался до центрального поста.

— Это же надо, сколько переходов понаделали!

Он старался смахнуть пот со лба неуклюжей перчаткой скафандра, сквозь узкую щель открытого стекла шлема.

— Пора уже какой-то лифт ставить. Зачем зря гонять занятых людей? Просто передали бы планы корабля и все.

Второй пилот одарила Кораса презрительным взглядом.

На его скафандре болтались опустевшие застежки разгрузочных ремней. Все приборы и инструменты, которые можно было быстро отстегнуть и оставить внизу, он там и оставил.

— На этот раз у нас нет планов корабля, — сказал Дак. — Это не наш корабль. Я хотел, чтобы ты взглянул на него со стороны, перед тем, как полезете внутрь. Может, видел что-то похожее?

Командир отряда спасателей с удивлением смотрел то на монитор Адвина, то на находящийся рядом, за стеклом кабины, чужой корабль.

— Опознавательных знаков нет?

— На самой оболочке нет никаких распознавательных знаков, — ответил Адвин за капитана. — Может в самом сообщении об этом есть какая-то информация, но при расшифровке нам удалось узнать только его координаты и скорость.

— Какой-то он совсем маленький.

— Вот и я говорю, — поддержал больную тему капитан.

— Не похоже, чтобы это был даже легкий челнок. Наши сверхмалые челноки гораздо больше этой штуковины. Скорее всего, это какой-то модуль. Который сам не способен смещаться в пространстве. Чтобы он здесь оказался, его должны были доставить на место на более приличном корабле. Сам бы он в такую даль не долетел.

— Что это может быть, как ты думаешь?

— А что тут думать? Сейчас вскроем и посмотрим. Может, просто мусор кто-то выбросил.

— Да, и он сияет, как праздничный фейерверк.

— Кроме пакетных сигналов он больше ничего не передает?

— Нет.

— Ладно. Не огорчайтесь, капитан. Сейчас войдем и все разузнаем.

— Вы там аккуратнее. У меня и так хватает неприятностей. Первыми пусть идут роботы.

Последнее пожелание рвануло вдогонку за Корасом по переходу и ему пришлось очень постараться, чтобы выполнить свое предназначение.

Лязгнули блокировочные замки и наружный люк шлюза, шипя, как перепуганный кот, стал отходить в сторону. Показалось освещенное пространство переходного рукава. С хлопком выровнялось давление. В шлюзе находился сам Корас, трое его подручных и механический робот. Робот был одной из допотопных моделей, сильно смахивающий на склепанное из металла насекомое. Бригада техников осталась за бронированным внутренним люком.

— На этот раз что-то серьезное? — спросил Харди.

Рослый, сухощавый парень, известный в узких кругах не иначе как игорный шулер. А в других вообще не известный.

— Да они сами ничего не знают, — ответил Корас. — Но осторожность еще никому не помешала. Смотрите мне! Ничего не трогайте. Войдем, посмотрим и все.

— Первый раз пойду на нечеловеческий корабль. А если там кто-то есть? Ну, в смысле, кто-то живой?

— Если и есть, то сами первыми никого не трогаем. Но если кто-то из них будет делать резкие движения или подползет ближе, чем на три метра, разрешаю стрелять. Оружие на боевой взвод.

Люк зафиксировался в своем крайнем положении.

— Ну, поднимайся, — пнул Корас затихшего на полу робота. — Сходи, посмотри, что можно сделать с этим люком. — Это 01-й или 02-й?

— 01-й — ответил Рино.

Робот послушно поднялся и быстро зацокал своими ножками по металлу перехода. За его движениями не мигая, следили три импульсных излучателя и внушительный, газовый огнемет. Добравшись до люка, он широко расставил все свои шесть ног и принялся обследовать наружную поверхность ультразвуковым сканером. Как только включился прибор, световая пульсация окантовки люка прекратилась. Теперь рукав перехода освещал только ряд подслеповатых светильников.

— Включена система биологической безопасности! — выдала панель управления шлюзом.

— Фу, напугала, — глубоко вздохнул Рино и опять поднял свой огнемет.

Робот тем временем уже успел выяснить для себя устройство наружного люка космического бродяги. Теперь он пытался добраться до его внешнего устройства доступа. Оно представляло собой слегка выступающую над поверхностью, круглую металлическую шайбу. Кроме этой выдающейся детали ни на самом люке, ни рядом на корпусе больше ничего экстраординарного не было. Для начала он попытался ее свинтить, но в его наборе и близко не оказалось подходящего инструмента. Затем включил безотказный плазменный резак, и мигом вырезал заинтересовавшую его штуковину. За ней то же не оказалось ничего интересного. Только узкий канал, в котором была улажена какая-то разновидность волоконного кабеля. Выдрав все с потрохами, робот опять поднял сканер.

— Он так будет возиться до новых веников! — не выдержал Корас и первым пошел в проход.

— Корас, стой! — раздался в шлемофонах голос капитана, который следил за всем происходящим с центрального поста.

— Все нормально, капитан. Ничего страшного. Это же только наружный люк. Рино, включай наш сканер.

Робота не очень вежливо отодвинули в сторону. За работу взялись сами. Если бы на месте старой железяки оказался человек, или хотя бы примитивный андроид, это была бы уже обида. Но этой модели эмоции были так же недоступны, как это бывает только с бессмертием.

— Здесь и здесь замки. А вот здесь шарниры петель, — показал Рино, сверяясь с экраном сканера.

— Отойдите немного и будьте наготове, — скомандовал Корас, включая резак.

Снопы искр полетели в разные стороны. Не выдержав такого горячего внимания толстая, но довольно легкая, металлическая плита, сошла с направляющих и вывалилась наружу. Слегка задев зазевавшегося на полу робота. Наконец тот сообразил, что находиться в зоне работы спасателей смертельно опасно и мигом убрался в распахнутый шлюз крейсера.

— Диагностика атмосферы! — напомнила о себе биологическая защита. — До момента получения результата все действия запрещены!

— Да, все еще только начинается! — передразнил автомат Рино.

Крейсерский шлюз начал вытягивать скопившийся в рукаве дым.

Корас включил фонарь, и с трудом ориентируясь в дыму, шагнул внутрь чужого шлюза. Он оказался совсем небольшим. Не успел он сделать и нескольких шагов, как вспыхнуло внутреннее освещение. Гораздо ярче, чем на оставшемся позади крейсере. Отдельных светильников не было. Ровным, синеватым светом светилась вся площадь пола. Потолок же был сработан из сплошного, катаного листа металла.

— Капитан, — вызвал Корас.

— Я слушаю, — последовала незамедлительная реакция с центрального поста.

— Кажется, Ирта опять захватила корабль не с той стороны.

— C чего ты взял?

— Я опять стою на потолке. Сколько можно?

— Кто его знает, где у них там что? — после довольно долгой паузы ответил Дак. — Думаешь, гравитация крейсера что-то испортила внутри? Если хочешь, выходите, мы захватим его по-другому.

— Да какая теперь разница? Возиться еще! Все, что должно было разбиться или оторваться, уже разбилось и оторвалось. А нам все равно. Если внутри кто-то упал и ударился, то сами с ними будете разговаривать. Мы идем дальше.

Внутренний люк оказался не таким капитальным, как внешний. Он поддался гораздо быстрее, только на этот раз вывалился внутрь. Как только это случилось, Корас, и Рино пулей выскочили из чужого шлюза и, не выпуская из рук оружия, стали наблюдать, как система продувки пожирает дым, пласт за пластом.

— Что-то нас не встречают, — сказал Харди, стараясь хоть что-то разглядеть в открывшемся переходе.

— За цветами пошли. Сейчас вернутся, — впервые за все время подал голос Аркан.

— Первым идет тот, кто не ходил в прошлый раз, — безапелляционно заявил Корас.

— Вы еще немного поговорите, и я вообще никуда не пойду! — вспыхнул Харди.

— Пойдешь, куда ты денешься? — пригрозил довольно внушительный Аркан.

Он с легкостью оторвал Харди от пола и поставил его перед раскрытым люком и перед фактом одновременно.

— Не пойду! — кричал Харди.

А когда не кричал, то сопел и отбивался, как мог.

На центральном посту терпеливо следили за представлением и не вмешивались. Когда со священным ритуалом и формальностями было покончено, внутрь вошел робот.

— Бактериальное заражение! Приступаю к обеззараживанию. Не снимать скафандры!

— А никто и не думал, — опять передразнил автоматику Рино.

Ему почему-то с машиной говорилось гораздо проще, чем с живым человеком.

— Проход очень узкий. Рядом что-то вроде силовой установки, — начал комментировать Корас происходящее на экране.

— А что это только что было справа? — спросил капитан, наблюдавший передаваемую роботом картинку на своих мониторах.

— Что-то вроде хозяйственного отсека. Он совсем небольшой.

Робот тем временем шел вперед и на деталях не задерживался. Далее он обнаружил еще три задраенных люка, открыть которые у него не получилось. Так как он гулял по потолку, то просто не смог дотянуться своими манипуляторами до кнопок управления. За ними, робот обнаружил переход на нижний уровень. Вернее теперь на верхний. Показал и поплелся дальше. Ведь летать он умел только в невесомости, да и то, так себе. Еще несколько шагов и он уперся в еще один люк. Этот был гораздо шире остальных. На его поверхности оказалось столько всяких надписей и странных символов, что его с легкостью можно было принять за врата какого-нибудь святилища.

— Вот кому-то нечего было делать! — удивился Корас.

Харди уже было, открыл рот, чтобы с толком развить предложенную тему, но в это время люк, перед которым находился 01-й открылся сам собой. Без постороннего вмешательства. Внутри слабо тлело дежурное освещение. Сквозь клубившуюся в воздухе пыль ничего не было видно.

Робот выдал запрос о своих дальнейших действиях.

— Вперед! — скомандовал командир спасателей, которого затянувшаяся операция уже начинала нервировать.

01-й не раздумывая, шагнул внутрь. Подстроив встроенную камеру, передал еще один сюжет своего репортажа. Отсек оказался довольно большим. Судя по размерам модуля, самым большим на борту. Вдоль переборок шли стойки какого-то электронного оборудования. О его назначении, можно было только догадываться. По панелям щедрой рукой был разбросан разноцветный бисер мерцающих огоньков. Сразу за люком 01-й наткнулся на что-то бесформенное. С ходу определить, что это было, да к тому же в таком освещении никто не отважился.

— Покажи, что там делается сверху. Ты же сейчас по потолку ходишь.

На верху затаилась действующая модель настоящего кладбища. Десятка два анабиозных камер, выстроенных стройными рядами, подозрительно напоминали склад гробовщика.

— Капитан, это спасательный модуль, — доложил очевидное Корас. — Мы входим. Передайте ремонтникам, пусть не расходятся. Вдруг понадобиться чтото разобрать, или перенести.

— Опять летающая могила, — проворчал под нос Аркан.

Услышав сообщение, капитан Дак откинулся в кресле и засиял, как новая монета, только что выпавшая из пресса. Когда напряжение нахлынувших чувств немного спало, он растолковал присутствующим ход своих логических рассуждений:

— Это немного не то, что мы искали. Но обнаруженный нами модуль только доказывает, что мы на правильном пути. Раз он самостоятельно не может выходить из пространства, значит очень может быть, что корабль-носитель где-то поблизости. И если нам немного повезет. Ну, там посмотрим. Надо будет проверить этот модуль. Там где-то наверняка должна сохранится информация о катастрофе, с координатами, временем и полным описанием. Если наши системы поймут язык этих тварей…

— По крайней мере, их сообщение система расшифровала, — сказал Адвин.

Быстро сообразив, что от него уже больше ничего не требуется, 01-й пошел на выход.

— Это еще что такое!? — крикнул Рино.

Тут же защелкали взводимые импульсники.

— Начальник, мы так не договаривались! — завел старую песенку Харди.

В проеме люка, находилось странное существо, подсвеченное ровным светом потолка-пола. Метров со ста его даже можно было принять за человека. Но с восьми метров, это было практически невозможно. В существе было что-то от гуманоида, что-то от рептилии и приличная часть такого, что не поддается описанию в нормальном состоянии. Но от чего даже у волков на загривке сразу поднимается шерсть.

— Я его сейчас на изнанку выверну! — закричал Харди видимо для поднятия боевого духа.

Прицелился, но стрелять не стал.

Остальные застыли молча. Пальцы на спусках ожидали малейшего движения твари. Довольно большая, угловатая голова. Не мигающий взгляд больших, темных глаз. Отвратительный оскал внушительной пасти. Судя по клыкам, предки этого красавца, до того как в их мозгах зажглась искра разума, были хищниками и питались исключительно свежей плотью. На хозяине модуля было довольно просторное одеяние. Скрывающее все, кроме когтистых кистей и головы. Из общих особенностей, в глаза бросилась неестественно-длинные руки.

— Что там у вас происходит?! — вопрошал капитан, но сейчас всем было не до него.

Сцена встречи братьев по разуму рисковала затянуться. Но в это время в шлюзе появился возвращающийся робот. Не заметив для себя ничего экстраординарного, он прошел сквозь злобного карлика, как штурмовик проходит сквозь тучу. Даже не заметив препятствия.

— Ну что, придурки, голографии никогда не видели? — первым пришел в себя Корас. — Вон, сквозь него даже переборку немного видно. А ну, вперед. Не задерживайтесь.

Фигура странствующего пугала тем временем заметно побледнела и растворилась в воздухе. Будто ее никогда и не было.

— Вот видите, — подбодрил командир свое струхнувшее войско. — Где-то там спрятан проектор. Нам просто показали картинку. Чтобы мы были в курсе, с чем имеем дело.

— Да, начальник, — возразил Харди, которого никогда не устраивали простые объяснения. — Но роботы же видят голографические проекции, а 01-й ничего не заметил…

— Испортился, — пошутил Корас, первым входя на чужую территорию. Если он пропустит еще одно техобслуживание, то скоро и нас с тобой перестанет замечать.

— Капитан, это арки, — пересказывал Адвин только что обнаруженную справочную информацию. — Их планета находиться, вернее находилась, в галактике Д-18. Это одна из окраинных галактик нашего скопления. Четыреста с лишним лет назад, во время одного из пограничных конфликтов, их мир был уничтожен. Больше в пространстве Ольты нет ни одного упоминания об этом народе.

— Кто они такие, эти арки?

— Информации очень мало. Видимо потому, что они ни с кем из нашего скопления не торговали. Имели выход в космос, но не торговали. Поддерживали контакты только со своими. Родом они откуда-то издалека, в справочнике даже не говорится, откуда именно. Здесь они проходят как воины, только непонятно с кем они воевали. Вот, здесь даже есть выдержка из международного договора, между ними и местной конфедерацией. По договору они обязуются придерживаться нейтралитета и невмешательства.

— Наверное, не выдержали и вмешались, — сказал Дак.

— Откуда вы взяли?

— Не даром же их стерли с планеты. А вообще-то, кто его там разберет? Как оно было на самом деле. Да, далеко же их отнесло за четыреста лет. Ирта, что там у нас?

— Еще немного и все будет готово к биологическому обеззараживанию.

Спасательный модуль арков уже находился под брюхом крейсера, рядом с его грузовым отсеком. Внутри грузового отсека техники расставляли универсальные захваты для приема на борт нестандартного груза. На этот раз модуль был захвачен правильно и искусственные гравитации кораблей совпали. Бригада спасателей начала обследовать недоступные до этого отсеки.

Корас сидел на одной из анабиозных камер. На обрывке упаковочного картона он зарисовывал расположение отсеков отловленного корабля. Прямо под ним, сквозь сильно запыленный, прозрачный колпак можно было рассмотреть скрюченное и сильно высохшее тело почившего навеки арка. Подручные Кораса излазили весь верхний уровень и теперь заканчивали осмотр нижнего. Ничего удивительного больше обнаружено не было. Слабенькая силовая установка, рассчитанная только для жизнеобеспечения корабля. Небольшой резервный реактор. Который, судя по всему, еще никогда в жизни не включался.

— Капитан, это Корас, — связался он с центральным постом спасателя. — У нас все готово к стерилизации, только осталась одна проблема.

— Какая еще проблема?

— Четверо тварей еще живы.

— Ты что предлагаешь устроить на борту зоопарк? Я бы еще подумал, если бы наш изолятор был исправен. Не думаю, чтобы они кому-то в Ольте были нужны. Очистить корабль от мусора, и начинайте обеззараживание. Нам нужно выяснить, откуда взялась эта пташка.

— Есть капитан.

Попробовали вскрыть первый бокс. Получилось. Даже ничего не пришлось ломать.

— Ребята, вы аккуратнее. Не порвите скафандры, — предупредил Корас своих людей. — Кто их знает, какая у них там может быть зараза.

Аркан не говоря ни слова, с легкостью забросил первую мумию на плечо и пошел к выходу. При каждом его шаге с высохшего тела сыпалась труха.

— Да, грязная нам досталась работа, — опять заныл Харди и брезгливо прикоснулся перчаткой к очередному телу.

— Слушай. Наверное, нужно закрыть шлюз и хоть немного подождать, пока поднимется давление, — сказал Рино, когда мертвецы спокойно парили в космосе рядом со спасательным модулем, и дело дошло до выживших. — Как только мы вскроем боксы, их порвет собственным давлением. Потом убирай здесь все. Лучше сложим их в шлюзе, а потом откроем.

Так и сделали. Давление восстановилось непривычно быстро. Всего за несколько минут. Когда поднялась крышка одного из последних четырех боксов, на столпившихся вокруг людей глянул пробудившийся арк.

— Да. Что-то он быстро проснулся, — сказал Аркан.

— Наверное, они стали просыпаться, как только мы пристыковались к кораблю первый раз. А это уже второй час заканчивается, — предположил Корас.

— Ну, тогда нормально.

— Кто-то хочет с ним поговорить? Кто первый? — спросил Харди и сделал шаг назад.

— Интересно, в какой он форме? — спросил Рино, не сильно надеясь на ответ.

Арк резко сел на своем пластиковом ложе и опустил на пол сухие, когтистые ноги. Уловив движение отпрянувшего Харди, он подобрался, приготовившись к броску и тихо зашипел. Зубы у него оказались что надо. Прикус то же.

— В превосходной, — сказал Корас.

Он коротко, но сокрушительно ударил рукоятью импульсника. Разум путешественника во времени мгновенно отправился в долину снов. Тело безвольно распласталось на полу, только время от времени у арка подрагивали руки. Из раны на голове на катаный металл заструилась извилистая черта густой, желтоватой жидкости.

— Все равно убирать придется, — расстроился Рино.

Особо не мудрствуя, операцию повторили еще три раза. Только теперь все делали быстрее. Не давая времени вернувшимся в мир живых даже опомниться. Когда со встречей братьев по разуму было покончено, их всех перетащили в шлюз и включили шлюзование.

Сквозь прозрачную панель внутреннего люка Аркан несколько минут наблюдал, как агонизируют оказавшиеся в космосе арки. У остальных зрелище интереса не вызвало.

Еще около часа потребовалось не санитарную обработку захваченного модуля. Когда после применения химических препаратов внутри не осталось ничего живого, начали погрузку. Через четыре часа после приема сигнала бедствия, спасательный модуль с корабля арков находился уже в грузовом отсеке Орсы.

— Ирта, ты остаешься здесь и смотришь за порядком, — распорядился Дак.

В грузовой отсек уже заканчивали закачивать воздух. Скоро можно было идти на экскурсию.

Мы пойдем, посмотрим, что там и как. Да, и не жди, что тебя сменят во время. Всю отдыхающую смену я бужу, и то же забираю с собой.

Второй пилот одарила капитана презрительной ухмылкой. Но почему-то не прокомментировала правильность распоряжения.

— Знаешь, — сказал Дак Адвину уже в коридоре. — Это твоя первая находка. У нас, у спасателей, есть такая проверенная примета. Если ты возьмешь что-то себе с первого корабля, то и в следующие разы удача тебя не оставит.

— Что угодно?

— Да, но лучше конечно что-то небольшое. Чтобы его удобно было носить.

Капитан достал из нагрудного кармана отполированную до блеска шайбу и гордо продемонстрировал зеленому юнцу свой талисман. Она была из странного, синеватого металла. Шайба болталась на крепкой, ванадиевой цепочке. И даже всем силам ада пришлось бы сильно постараться, чтобы вырвать у капитана его цацку.

— Это была небольшая перевалочная база колонистов. Моя первая находка. Тогда я еще вся наша служба подчинялась правительству, а я ходил в стажерах второго пилота.

В грузовом отсеке во всю кипела работа. Вокруг спасательного модуля арков сновали техники. Они подтаскивали громоздкое оборудование для тестирования силовой установки корабля. Разгоряченные спасатели оживленно болтали о чем-то в стороне.

— Капитан, я ничего не могу гарантировать, — сказал бригадир техников.

Бородатый толстяк Уилдис, старая лиса и прожога в электронике одновременно.

— У них очень необычная схема реактора, да и все остальное то же. Первый раз с таким сталкиваюсь. Было бы конечно не плохо привести в порядок этот металлолом, но шансы очень малы. Я пока даже не представляю, как подключиться к системе.

— Но ты ведь постараешься? — спросил его Дак. — Не продавать же рабочую штуковину по цене металлолома?

— Конечно, мы постараемся, — пообещал Уилдис.

— Корас! — окликнул капитан. — Что там у вас? Все сделали как надо?

— Да, капитан. Там сейчас стерильно, как в операционной. Хотите сами побродить с детектором?

— Я тебе верю. Идите отдыхайте.

— Хорошо хоть кто-то мне верит, — тихо проворчал Корас и погнал своих орлов переодеваться.

Пока капитан Дак выяснял для себя еще какие-то вопросы с техниками, Адвин зашел в шлюз. Осмотревшись, он свинтил небольшую заглушку от какогото тестировочного разъема. Сувенир поддался легко. Будто только и ждал, чтобы оказаться в кармане у новичка.

Не прошло и получаса, как к находке подтянулась отдыхающая смена. Второй пилот, довольно молодой парень, выглядел еще ничего. Зато на заспанного навигатора, Брудо Старшего, как все его почему-то называли, без улыбки глядеть было невозможно. Если этот был старшим, то где находился младший и был ли он вообще? Для Адвина, не смотря уже на третий месяц службы, это оставалось полной загадкой. Быть может, это и выяснилось, но сменщики видели друг друга всего два раза в сутки. Да и то, по нескольку минут. А когда сдаешь и принимаешь смену, и так есть про что поговорить.

— Что у вас тут такое случилось? Нельзя было подождать еще полтора часа? Когда же мне дадут выспаться? — бубнил он, ни к кому лично не обращаясь.

— Брудо, нужна твоя помощь, — без вступления и пожеланий доброго утра начал капитан. — Нужно выяснить, откуда взялась эта штуковина, и когда это случилось. И поточнее, пожалуйста. Не так как в тот раз.

— В нем были люди? — наконец то навигатор стал осознавать, с чем столкнулся.

— Нет, какие-то арки.

— Сейчас там уже никого нет?

— Все чисто, можешь не волноваться.

— Тогда пошли, посмотрим, что можно сделать, — махнул Брудо Старший своему молодому сменщику. — Возможно, понадобится кое-что из оборудования. Для начала принеси переносной компьютер и тот тестировщик. Онн в таком зеленом контейнере. Помнишь?

— Да.

Адвин рванул выполнять распоряжение без лишних разговоров. Как это и полагалось "зеленому" во все времена. В последующие четыре часа он еще раз пять бегал за разными электронными штуками. А когда не бегал, то подсоединял, искал в базах данных необходимые словари, отсоединял и опять присоединял изготовленные по абсолютно разным принципам приборы и устройства. Протирал запылившиеся экраны. Не забывая при этом поддакивать своему наставнику и поддерживать его болтовню на отвлеченные темы.

На пятом часу, ответы, на все вопросы капитана были получены. Адвин, собрав всю свою музыку, отправился на доклад к Даку и на еще одну призовую рабочую смену. На этот раз со свежим вторым пилотом. А Старший Брудо в постель. Отсыпать честно заработанные, по его мнению, часы.

— Они не из нашего скопления, — докладывал Адвин, когда все оборудование было возвращено на свои места. — Катастрофа случилась двести пять лет назад. В переводе на наш стандарт. А это гораздо позже, чем мир арков перестал существовать в нашем скоплении. Нам так и не удалось точно узнать, что случилось на борту транспортного корабля. Но, по всей видимости, у них там что-то сильно горело. Спастись удалось не всем. По координатам происшествия, собственным скоростям объектов и прошедшему времени, транспортник должен быть приблизительно здесь, — навигатор показал на экране несколько колонок цифр.

Больше для второго пилота, чем для капитана.

— Что значит приблизительно? — расстроился капитан.

— С точностью в восемьдесят семь процентов. Во-первых, у них очень сложная система мер. При переводе в наши стандарты возможны ошибки, накопившиеся за эти столетия. Во-вторых, у нас есть только схематическая карта гравитационных сил, действующих в этом секторе пространства. А это то же могло повлиять на результат. За столько лет гравитационный дрейф может быть довольно большим. Даже при очень слабом воздействии.

После умной последней фразы, на лице Дака вспыхнула задорная мальчишечья улыбка. Он остался доволен своим самым молодым навигатором.

— Смещаемся, — скомандовал он. — Объявляйте пятиминутную готовность.

2

— Давай, давай! Подтянись! Держитесь, все вместе. Чтобы потом никого не искали! — кричал Корас в шлемофон скафандра. — Куда делся Рино?

— Командир, я немного отстал. Вы пропустили еще один люк. Здесь неплохая коморка.

— Справа по коридору?

— Нет, слева.

— Что там?

— Трудно сказать. Какие-то контейнеры. Но из-за пены ничего не видно.

— Смотри не потеряйся. Догоняй.

— Да по тому тоннелю, который вы оставляете после себя, вас можно будет и через месяц найти.

Третья ознакомительная вылазка на транспортный корабль арков длилась уже четвертый час. Она давалась так же трудно, как и две предыдущие. Следы пожара двухсотлетней давности до сих пор не попадались. Зато все переходы и отсеки транспортника были заполнены высохшей, сиреневой пеной. Система пожаротушения поработала на славу. Отряд из четырех спасателей с трудом пробивался сквозь эту пену, обследуя находку буквально на ощупь. Первым шел робот. Размахивая инструментальными манипуляторами, он крошил пену в пыль. На этот раз это был 02-й. О1-й сославшись на плохое самочувствие и доказав это упорным нежеланием пройти тест, остался на крейсере. Несмотря на все старания, 02-й высоко не доставал. За ним оставался проход не выше метра, по которому в скафандрах можно было продвигаться только на четвереньках. Так никто не желал, и поэтому доламывали пену вручную. Она крошилась в мелкую пыль, которая еще долго клубилась, напоминая миниатюрный снегопад безветренным вечером, только из странных, сиреневых снежинок. Пожарная пена почему-то была неоднородна. Иногда встречались довольно плотные куски. Падая, они царапали стекла шлемов и пробовали ткань скафандров на прочность.

— А мне уже надоело, — опять начал стонать Харди. — Сколько можно? Я же не могу все время жить в этом драном скафандре. У меня кажется что-то с терморегулятором. Уже в сапогах хлюпает.

— Знаем, что там у тебя хлюпает, — неосторожно пошутил Аркан.

Он совершенно забыл, что Харди только того и надо, чтобы зацепиться за разговор.

— Опять обделался?

— Еще не известно кто из нас обделался. Вспотел я. Понял? Может человек вспотеть или нет?!

— Человек может. Но только не спасатель из моей команды, — авторитетно заявил Корас. — Прекращай ныть. Нам еще далеко идти.

— Кончено! Тут сдохнешь, и до тебя никому не будет никакого дела, обиделся Харди и прекратил прения.

— Когда подохнешь, другое дело, а пока топай.

02-й остановился. Идущий следом Корас перестал рубить пену увесистым инструментальным ключом и повел вокруг ультразвуковым сканером.

— Кажется справа еще один люк. Рино, где ты там? Мы заходим.

— Уже иду, — последовал в наушниках незамедлительный ответ.

Люк открылся на удивление легко, не встретив сопротивления вездесущей пены. Следом за роботом в отсек вошли вооруженные люди. Помещение оказалось довольно просторным даже для такого большого корабля. Здесь пожарной пены не было. Подоспевший Рино даже присвистнул.

— Капитан, кажется, мы нашли реакторный отсек, — доложил Корас.

— Первый раз вижу такую необычную конструкцию, — удивленно сказал Рино.

Его все, что было сделано из железа, подозрительно повергало в неописуемый восторг.

Посредине непривычно просторного, машинного зала, возвышалась парочка реакторов. Как и полагается, их обвивала разнокалиберная паутина коммуникаций. По периметру отсека было наставлено столько оборудования, что его рукопашный регламент занял бы не один год. Зал заполняла непривычная для такого места тишина. Реакторы находились если не в мертвом, то в коматозном состоянии — это точно. Вспомогательное оборудование наоборот, бодро поигрывало разноцветными искорками индикаторов.

— Командир, а почему здесь нет пены? — поинтересовался Рино.

— Не хватило. Кончилась раньше. Видишь, какой большой сарай?

— Ну да, на реакторный отсек и не хватило. С него всегда все начинается.

— Слушай, откуда я знаю? Я вижу ровно столько же, сколько и ты. Как только что-нибудь разузнаю новенькое, доложу тебе первому.

— Спасибо командир.

— Всегда, пожалуйста.

Небольшой отряд разделился и стал обходить реакторную спарку с двух сторон. 02-й остался у входа, так для себя и не решив, за кем ему следует увязаться. Корас с Рино уже были у второго реактора, когда в шлемофоны разразились истошным воплем Харди:

— Опять эти уроды! Ну, им сегодня не повезло!

— Корас, если поторопитесь, то как раз зайдете им в тыл, — уже более спокойно сообщил Аркан.

— Не стрелять! — крикнул Корас и они с Рино рванули в обход реактора.

Потребовалось не более полуминуты, чтобы добежать до начинающегося представления. За это время у разохотившегося Харди рот не закрылся и на мгновение. Он выкрикивал все более и более воинственные вещи. Круто пересыпая их отборной бранью и специфическим игорным жаргоном. Первым изза пакета трубопроводов выбежал Корас, а следом за ним поспел и Рино. Открывшееся их взгляду зрелище содержало столько юмора, что они не сговариваясь расхохотались.

Харди стоял, широко расставив ноги, и воинственно размахивал импульсником, не сдерживая своих словесных эмоций. Рядом присев на колено сидел Аркан, взяв оружие на изготовку. Перед ними висели в воздухе, не касаясь ногами пола, три приведения арков — точные копии первого. Что появился и так неожиданно исчез в шлюзе спасательного модуля.

— Опять ты воюешь с голограммами! — прикрикнул на него Корас.

— Начальник, они движутся!

— Ты никогда не смотрел кино? Там то же все движется.

— Нет, они движутся как живые, только немного не так.

— Ну, может проектор немного лучше и…

В это время одна из голограмм повернула голову в их сторону. В том, как она это сделала, действительно было что-то необычное. Что-то трудно уловимое, но все же было. Так бы отреагировал на неожиданную опасность живое существо, но никак не записанная заранее на носителе картинка. Пусть даже и управляемая хорошим компьютером. Следом за первым, две другие тени прошлого то же повернули головы в сторону подоспевшей подмоги. Корасу даже стало немного не по себе под их внимательным, даже изучающим взглядом. На огнемете Рино с тихим хлопком вспыхнул запальный факел.

— Не стрелять! — напомнил Корас. — Мы же в реакторном отсеке. Даже если ничего не испортим, то Дак все равно нам головы за это поотрывает.

Не смотря на это, он то же медленно отстегнул свой импульсник и перевел его на боевой взвод. Голограммы арков резво перегруппировались и заняли круговую оборону. Точно так же, как бы это сделали живые. Но, попрежнему не касаясь, пола. Та, что была ближе всех к Харди и Аркану, даже присела, скопировав действия своего прототипа, которому вздумалось двое суток назад, ни с того ни с чего броситься на человека, так до конца и не проснувшись.

— Начальник, они что-то задумали, что нам делать?! — крикнул Харди.

Корас только было, собрался осыпать его инструкциями, как изображение арка метнулось в сторону Харди. Прыжок был изящным и необыкновенно дальним. Харди начал стрелять сразу. Частые сполохи энергии беспрепятственно проходили сквозь несуществующую тварь. Они только немного подсвечивали ее изнутри, и с грохотом стали испарять дальнюю переборку и распределительные ячейки высокого напряжения. Сразу же включился огнемет Рино. Все пространство, где только что находились злобные изображения, поглотили клубы темного, тягучего пламени.

Харди даже перестал стрелять, заворожено уставившись на пламя. Вдруг из сплошной стены огня вылетел напоенный пламенем арк. Пролетев метров десять, он беспрепятственно проскочил сквозь Харди. Будто тот был облаком, а не сотворенным из плоти и одетым в скафандр глубокой защиты. Тот с перепугу опять начал стрелять, не соображая, куда и зачем он это делает. Тварь тем временем так и не коснувшись пола, метнулась в сторону и скрылась за ближайшей кабельной развязкой. Сплошное облако огня быстро теряло свою силу, распадаясь на небольшие, жалкие сгустки. Две остальные твари, вернее голограммы, как утверждал Корас, бесследно исчезли. Их будто слизало огнем.

Харди как подкошенный опустился на колени. Затем, неуверенно качнувшись, рухнул лицом вниз. Все бросились к нему. Перевернули. Стали осматривать скафандр. Тот оказался цел. Только на стекле шлема поблескивала паутина мелких трещин, оставшихся после прямого удара об металлический пол. При более детальном осмотре оказалось, что трещины поверхностные и скафандр продолжает сохранять герметичность. Не подающие признаков жизни, аварийные индикаторы только подтвердили предположение. Но это было слабым утешением, потому что Харди то же не подавал таких признаков.

— Отходим, командир или вызываем медика? — спросил Аркан.

— Как он нас здесь найдет?

— Что у вас там происходит?! — напомнил о своем существовании капитан Дак.

— Разберемся, доложим! — отрезал Корас.

— Плохо, что на наших скафандрах нет системы диагностики, — посетовал Рино. — Вот как теперь узнать, что с ним?

— Зато они дешевые, — капитанским тоном ответил Корас. — Подождем пару минут, может он очухается. Кажется, дышит.

Все посмотрели на распластавшегося по полу Харди. Он действительно дышал. Может быть не так, как надо, но дышал. В подтверждение этого на внутренней стороне стекла ритмично появлялось и пропадало небольшое пятнышко конденсата.

— Интересно, что это было? Знаете, не похоже это на наши фильмы, сказал Рино и машинально поднес руку к лицу, почесать.

Рука ударилась о шлем. Он ругнулся и продолжил:

— Это было намного реальнее, чем все, что я видел до этого.

— Ну, может быть более совершенная технология. Мы же ничего не знаем об этих арках. Может сами, изобрели что-то стоящее, или чужим пользуются? — сказал Аркан. Затем нагнулся и с трудом забрал оружие из крепко сжатой руки Харди. — Хорошо, что у него батарея кончилась, а то бы он до сих пор стрелял.

Командир спасателей тем временем осматривал оборудование, в которое Харди удалось попасть.

— Вроде бы ничего серьезного, — следя за его взглядом, стал успокаивать Рино.

Но в его голосе особой уверенности не почувствовалось.

— Пусть сюда доберутся техники. Капитан нам сразу все расскажет, что он думает по этому поводу.

— Подумаешь, несколько дырок, — хмыкнул Аркан. — А то, что при стыковке они приказали нам вскрывать борт, то это не считается?

— Слушай, до тех пор, пока старик хозяин крейсера, нам придется выслушивать все его бредни.

— А потом, может быть, будем слушать кого-то другого, — сказал Аркан.

— Работа такая, — подытожил Корас. — Вроде больше кино нам показывать не хотят. Отходим потихоньку. Рино, пойдешь первым. Если это были не картинки, в чем я сильно сомневаюсь, то им меньше всего понравился твой огнемет. Если что, жги их, не раздумывая. Как только появятся.

Аркан довольно легко перебросил так и не пришедшего в себя Харди черед плечо. Взял в свободную руку импульсник и пошел за Рино. Корас последним покинул место столкновения с неведомым. На обратную дорогу потребовалось больше получаса.

— Первый раз с таким сталкиваюсь, — ворчал Дак.

Он стояли и, разглядывая через толстенное стекло карантинного отсека за происходящим внутри.

— Не знаю, правильно ли я сделал, что впустил вас на крейсер?

— С ним все в порядке, — оправдывался Корас как маленький. — Скафандр сохранил герметичность. Нас обработала в шлюзе система биологической защиты. Он чистый.

— Это может быть какая-то зараза, которую не детектирует автоматика, не унимался капитан. — Кто их знает, откуда они здесь взялись? Может рядом с ними живет такой комплект всякой нечисти, что человеку достаточно одного вздоха. Вдохнул и все — сожрали изнутри.

Харди лежал на манипуляционном столе. Его грудная клетка размеренно приподнималась. Со стороны других признаков жизни заметно не было. Он не ныл, не ворчал и даже не ругался. Просто лежал себе и все. Раздетый до пояса. Свесив со стола неестественно худые руки. Над ним колдовал Трас. Доктор по такому случаю притащил из санитарного поста все свои системы диагностики. Последний изоляторный бокс сломался так давно, что даже никто теперь и не помнил и доктору пришлось весь отсек превратить в изолятор, а самому работать в скафандре. В неуклюжих перчатках нажимать на маленькие кнопочки и вкалывать в тело пациента тоненькие иголочки, было крайне неудобно. Но трудности, корабельного доктора, а заодно и капеллана, психоаналитика и крупного специалиста по мелким махинациям никогда не пугали.

— Сколько можно его проверять? Он уже в третий раз запускает свой проклятый тестировщик. Неужели двух раз мало? — маялся неопределенностью капитан.

Поговорить с доктором то же не было никакой возможности. Согласно устным преданиям, система внутренней связи в этой части корабля, навернулась еще до того, как добровольно отказались от жизни последние изоляторные боксы. А до реанимации то руки не доходили, то еще что-то. Правда, был один момент, когда капитан решился на ремонт. Но оказалось, что это то же стоит денег. Как только это выяснилось, то руки капитана тут же вернулись в исходное положение.

Когда терпение капитана было с пристрастием испытано на разрыв, доктор покинул свое рабочее место. Он прошел карантинную обработку и вышел к ожидающим.

— Пока ничего определенного сказать не могу, — отрезал он, отстегивая шлем скафандра. — У вашего бойца все жизненные показатели в норме. Все, кроме активности головного мозга.

— Заражения нет? — спросил Дак.

— В том то и дело, — начал злится доктор, — что нет у него никакого заражения. Ни заражения. Ни повреждений. Ничего. Даже слабенькой интоксикации. В общем, все нормально, а мозг практически не работает. Поддерживаются только основные жизненно-важные функции и все. Я не имею ни малейшего понятия, как такое может быть. Корас, расскажите мне еще раз, как это все случилось. И, пожалуйста, постарайтесь ничего не пропустить.

Командир спасателей, в который раз начал пересказывать свою правдивую историю. Поначалу все продвигалось гладко. Когда дело дошло до кульминации, и нужно было описать, как взбесившаяся голограмма инопланетной твари прыгнула и проскочила при этом сквозь несчастного Харди, то с этим пришлось повозиться. Доктор не очень то и поверил россказням матерого головореза. Но у него хватило ума не демонстрировать свои сомнения. Так, задал несколько наводящих вопросов и все. Потом он отвел капитана в сторону. Они стали обсуждать случившееся в полголоса. КОрас видя, что он больше не нужен, отправился в отсек своей команды.

Через полчаса на центральном посту крейсера Дак собрал совещание. На планерке присутствовали обе дежурные смены, доктор Трас, Корас и бригадир техников. Капитан схематично обрисовал сложившееся положение. Время от времени для убедительности показывая на зависшую рядом с крейсером громадину транспортного корабля арков. Воочию увидеть улов можно было только с центрального поста и главный техник, доктор и только что проснувшаяся дежурная смена с интересом рассматривали находку, в пол-уха слушая капитана. Транспортник был даже немного больше обнаружившего его крейсера. Он имел такие странные обводы, что с первого взгляда можно было сказать: человеческие ум и руки к этой груде склепанного в кучу металла не имеет никакого отношения. Внешне корабль выглядел настолько чуждым, как это бывает только с ночными кошмарами. Да и то, чужими. Услышанными солнечным утром от хорошего рассказчика.

— Какие будут предложения? Может, кто-то слышал о чем-то подобном? — спросил капитан не очень то и надеясь на утвердительный ответ.

В центральной рубке повисло напряженная тишина. Ее нарушал только тихий писк работающей аппаратуры.

— Нужно выполнить общепринятые правила и провести полное обеззараживание корабля, — авторитетно заявил доктор.

— Это само собой, разумеется, — сказал Дак. — Хотя, процедуру в полном объеме выполнить будет довольно сложно. Во-первых, корабль очень большой и потребуется много времени и препаратов, чтобы обработать его полностью. Может, для начала мы начнем с жизненно важных отсеков. А потом уже посмотрим, что делать с остальными. Во-вторых, практически все переходы и отсеки корабля заполнены высохшей пеной системы пожаротушения. От нее необходимо как-то избавиться. А то в ней даже после санитарной обработки может сохраниться все, что угодно. Я правильно говорю, доктор?

— Да. Эта пена, как мне ее описали, является практически идеальным местом для хранения бактерий и вирусов в их цистовых формах.

— В каких формах? — не понял навигатор Брудо Старший.

— В законсервированных. В тех, в которых они могут очень долгое время дожидаться благоприятных для себя условий, — с несвойственной ему терпеливостью объяснил Трас.

Ирта Корван с достоинством элитной кошки забросила ногу на ногу и откинулась в кресле. Галдеж прекратился, и все посмотрели в ее сторону, отдав должное довольно сильному зрелищу.

Из мимолетного забытья всех вывел голос Кораса:

— Нечего здесь долго рассуждать. Нужно просто провести обработку и все. На спасательном модуле нас то же встретила такая же "картинка". А после обработки больше ничего похожего не попадалось. После того, как мы взяли тот могильник на борт, там же перебывали почти все. Кто-то видел хоть что-то необычное?

— Нет, ничего такого, — за всех ответил старший техник. — Мне никто ничего не говорил.

— Тогда нечего долго рассуждать, — подытожил капитан. — Что бы это ни было, оно боится нашей химии. Его нужно просто отравить. Как там наш боец?

— Ему постепенно становиться хуже, — неохотно ответил доктор. — И я ничего с этим не могу поделать. Он ни на что не реагирует.

— Может перевести его в какой-то из режимов анабиоза? А на базе уже покажем его, кому следует, — предложил Дак.

— Я уже думал над этим. Но боюсь, что он не выдержит процедуры. Попробовать, конечно, можно, но я ничего гарантировать не могу. Если будет приказ, то я попробую.

— Пробуйте, — коротко распорядился капитан. — Используйте самый щадящий режим. Не смотреть же, как парень умирает? Тем более что по контракту я обязан ему предоставить медицинскую помощь. Бригада спасателей делает еще один выход на обнаруженный корабль. Технический персонал начинает подготовку к проведению обеззараживания. Пока все. Все по своим местам.

На этот раз Корас вел своих людей плотной командой. А никто и не думал отставать. Впереди, как и в предыдущие разы бодро бежал 02-й, сбивая на ходу манипуляторами пену.

— Хорошо быть капитаном, — мечтательно ворчал Аркан.

Его комплекция не позволяла проводить марш-броски в таком темпе и в таком количестве. Он тяжело дышал, но старался не отставать.

— Сказал себе "пошли", и ребята побежали. Интересно, я когда-то доживу до такого или нет?

— Не доживешь, — успокоил его Корас. — И поменьше болтай. Будет легче бежать.

— А я и не болтаю. Думаешь так легко чем-нибудь поболтать, когда ты в скафандре на полтора размера меньше, чем нужно? Мне, наоборот, в нем тесно и душно.

Корас с Арканом синхронно заржали.

Рино молча переносил тяготы своей работы, только сопел сильнее обычного.

До реакторного отсека добрались на удивление быстро. Внутри было тихо и спокойно. Как на кладбище в безветренную ночь. О случившемся несколько часов назад напоминали аккуратные пробоины в дальней переборке, да простреленная насквозь силовая распределительная ячейка. Кино, если конечно это было кино, тоже пока не показывали. Видимо время следующего сеанса еще не настало.

— Так, кто мне объяснит, почему везде, где мы были на этом корабле все в пене, а здесь ее нет? — спросил Корас, но вопрос так и повис в воздухе.

Он там провисел больше минуты. Наконец у Рино нашлась довольно реальная версия:

— Мы еще не нашли центральный пост транспортника. Нужно побывать там и во всем разобраться. Может быть, оттуда была дана команда не включить здесь систему пожаротушения. Ведь чтобы ее здесь включить без последствий для силовой установки, необходимо для начала заглушить реакторы. А на это могло не хватить времени.

— Интересная теория, — похвалил командир. — Только я почему-то до сих пор не вижу следов огня и не понимаю, что заставило этих земноводных покинуть свой корабль. Вспомните, нам и не такое попадалось в свое время. Помнишь, как мы снимали людей с кусков транспортника, которого разворотило на куски?

— Это во время той пограничной заварушки? — вставил слово Аркан.

— Да. Так там положение было намного серьезнее, но никто даже не подумал садиться в спасательные шлюпки. Что-то здесь не так. И я никак не могу понять что именно. По-моему, здесь дело не в корабле. С кораблем здесь, похоже, все в порядке. По крайней мере, силовая установка внешне выглядит довольно прилично. Должна быть еще какая-то причина для паники. Пошли дальше, поищем.

Сразу за реакторным, располагалось несколько отсеков поменьше. Они до такой степени оказались запакованные непонятным оборудованием, что Корасу и его людям с большим трудом удалось преодолеть вставшее на их пути препятствие. Узкие проходы предназначались явно не для человека. И тем более, не для человека в скафандре. Для того чтобы хоть что-то понять в этом нагромождении металла, электроники и еще бог знает чего еще, необходимо было иметь кучу дипломов, море энтузиазма и предельно острую необходимость. Необходимость требовалась в первую очередь. Ведь без необходимости, как правило, острой, у людей вообще ничего не бывает.

Сразу за помещениями со вспомогательным оборудованием, им попалась коридорная развязка. Это был первый настоящий корабельный перекресток, обнаруженный на этом корабле. Довольно широкие, освещенные проходы разбегались в самых разных направлениях. Они с готовностью предлагали не прошеным гостям пройтись, развеяться. Куцый тупичок вел к шлюзу уровневого лифта. Кнопки на его панели управления были мягко подсвечены. Казалось, они ожидали только одного уверенного нажатия. Противопожарной пены здесь то же не было. Вокруг было чисто, как в цеху по производству микропроцессоров, на орбитальной станции.

— Мы что, уже на другом корабле? — не выдержал Аркан перемены обстановки.

— 02-й, ты где? — позвал Корас, не обнаружив у ног послушной машинки.

Переходы оставшегося позади отсека, оказались слишком узкими для робота этой модели. Ему пришлось передвигаться боком и всего на трех "ногах". Остальные он поднял вверх, чтобы не мешали. Вот и замешкался. Высоко завывая приводом, он наконец-то вырвался на более-менее свободное пространство и лихо тормознул перед начальником. На неплохо сохранившемся глянце пластикового покрытия остались восемь глубоких царапин.

— Сбегай, посмотри, что там такое, — указал Корас роботу на ближайшее ответвление.

Он достал из кармана поставляемый в комплекте с роботом обзорный монитор. 02-й смело двинулся в указанном направлении и через пару секунд скрылся за поворотом. Не успел Корас как следует настроить изображение, как шлемофоны ударили по ушам резким воем общей тревоги. Все схватились за оружие. В следующее мгновение из-за поворота на бешеной скорости вылетел 02-й. Не сбавляя темпа, рванул обратно, к своим. На его корпусе часточасто вспыхивал оранжевый маяк аварийной сигнализации.

— Занять оборону! — только и успел крикнуть Корас.

Его подопечные бросились в сторону тупичка, ведущего к уровневому лифту.

Робот был уже на полпути к своим, когда из-за поворота натужно завывая, показалась довольно большая штуковина. То же оборудованная проблесковыми маячками. Только они вспыхивали гораздо реже и были яркоалого цвета. Корас осторожно выглянул из-за угла, готовый в любой момент открыть ураганный огонь. Враг тормознул, и теперь катил медленно-медленно. Казалось, штуковина явно о чем-то раздумывает, но эти раздумья, пока ни к какому результату не привели. Не смотря на внушительный размеры аппарата, выглядел он довольно мирно. По крайней мере, не было заметно ничего, из чего этот сундук на колесиках мог бы выстрелить. 02-й тем временем проскочил мимо своих хозяев. Лязгнув несколько раз манипуляторами о металл переборки, скрылся в забитом оборудованием отсеке. Вой тревожной сирены продолжал действовать на нервы.

Корас с Арканом держа импульсники наготове не спеша, вышли из укрытия. Довольно высокая, автоматическая платформа резко остановилась. Она выглядела довольно смелым техническим симбиозом космодромного пылесоса, садовой газонокосилки и тепличного комбайна по уборке редиса. Проблесковые маячки продолжали разбрасывать вокруг алые, больно бьющие по глазам искры света.

— Какие будут версии? — спросил Корас своих экспертов.

— Робот, — весомо заявил Аркан.

— Очень похоже, на какую-то уборочную машину или на что-то в этом роде. Потому что на транспортную платформу она не тянет, — развил мысль коллеги Рино.

— Ясно, вскрытие покажет, — сделал заключение доктор-самозванец.

Прицелившись, он дал короткую очередь по чуду альтернативной инженерной мысли. Оно стояло себе и никого не трогало. Импульсы энергии без видимого усилия прошили пластик корпуса. С гулкими хлопками испарили что-то внутри. В разные стороны полетели куски корпуса и панели обшивки. Брызнуло мелкими деталями. Платформа заурчала приводом и резко дернулась в сторону. Корас добавил. Она затихла, будто никогда и не работала. Нервно пульсирующие маячки погасли. Правда, по очереди — вначале один, следом другой. После еще одной, короткой контрольной очереди все трое подошли к неожиданному трофею. Рино легко вскрыл заднюю панель и принялся изучать внутренности поверженного агрегата. Остальные стояли в стороне и не вмешивались. Аркан не забывал держать под прицелом поворот коридора, из-за которого началось нашествие самоходной техники.

По "железкам" в команде был Рино.

— Точно, полотер, — просиял он через пару минут.

В доказательство своих слов он ткнул пальцем глубоко в хорошо сработанные, металлические потроха.

— И, похоже, абсолютно безвредный. Зря испортили хорошую вещь.

— Харди бы так не сказал, — парировал Корас.

Рино поднял глаза на командира, но не нашелся что ответить.

Немного поковырявшись, он открыл еще одну панель. Тяжело отдуваясь, вытащил большой, прозрачный контейнер, на половину наполненный чем-то белым. Отсоединив от него вытянувшийся из машины подающий рукав, он, не раздумывая, сунул внутрь руку.

— Что ты делаешь?! — одернул его Аркан.

— Ничего страшного, смотрите, — он достал пригоршню белого порошка и щедро протянул командиру. Белые струйки потянулись к полу сквозь неплотно сжатые складки перчатки. — Это же та самая пена, — сообщил Рино всем, до кого еще это эпохальное открытие не дошло. — Только хорошо помолотая и немного спрессованная.

— Вот значит, почему ее здесь нет. Ее убрал этот робот, — задумчиво сказал Корас демонстрируя пример железной, буквально стальной логики. — Да, зря мы его разобрали.

— Может его еще можно будет починить? — предположил Аркан.

— Вряд ли, — ответил командир.

Он скептически осмотрел разбросанные вокруг разные интересные мелкие штучки, — хотя… Может наши техники во всем этом разберутся. Опять Дак будет нас воспитывать…

Почувствовав, что опасность миновала, 02-й осторожно покинул свое укрытие. Но приближаться не стал, а замер на развилке, "продолжая изучать ситуацию".

— Что, испугался? Маленький?

Слова хозяина ободряюще подействовали на неказистого, стального паука. Через секунду он уже был среди своих. Внимательно пялясь светочувствительными элементами на поверженного врага.

— На таком большом корабле не может быть все в одном экземпляре, сказал Рино стряхивая с перчатки остатки тяжелой, белой пудры. — Нужно хорошо поискать. Где-то еще должны остаться подобные машины.

— Было бы неплохо, чтобы остались, — пробасил Аркан. — Лично мне не охота очищать все те отсеки вручную.

После короткого сеанса связи, во время которого капитан как всегда толково рассказал своим подчиненным кто они такие, зачем они здесь и вообще, зачем их родили на свет, небольшой отряд продолжил осваивать неизведанное и открывать закрытое давным-давно. Около часа потребовалось, чтобы обследовать все переходы и помещения, располагавшиеся сразу за перекрестком. Ничего выдающегося так и не нашли. Одни технические помещения, каморки управления, машинные залы. Эта часть корабля была всецело отдана их Величествам Технике и Технологии. Понять, что это все такое и сохранить при этом разум было возможно только принципиально.

Под конец экскурсии по уровню, Рино повезло. Началось с того, что в одном из дальних проходов, на переборке он обнаружил что-то неладное. Везде стены имели тусклый серый цвет анодированного металла. Здесь же довольно большая панель слегка отличалась от остальных. Она была из металла того же цвета, но только не матовая, а вся в косых штрихах царапин. Будто обработанная на примитивном шлифовальном станке. Ничего, на что можно было нажать, за что-то дернуть или вообще, отдать команду голосом не было. Просто такая себе декоративная вставка. Рино уперся, что это люк и не сошел с места, пока стену не вскрыли при помощи резака. Это действительно оказался люк. За ним открылся просторный коридор. По нему смогла бы свободно пройти грузовая платформа. Гораздо шире, чем напугавший всех робот-пылесос. Он вывел первооткрывателей к шлюзовым камерам спасательных модулей. Всего их было три. Две из них пустовали. Зато в третьем, находился точно такой же спасательный модуль, с каким сейчас возились техники Дака на борту крейсера. Рядом с опустевшими шлюзами валялось море всякого мусора. Битые контейнеры, истлевшая одежда. Еще было много каких-то мелких штучек. По их поводу у спасателей не нашлось даже шуточных версий.

Об очередной находке доложили капитану, чем немало порадовали старика. Вместо того чтобы отозвать своих людей, находящихся в скафандрах уже пятый час, он решил, что если уж "повалило", то не стоит зря терять времени, и погнал их дальше.

Лифт довольно долго не воспринимал никаких знаков внимания. Рино и так старался и эдак, но ничего не получалось. Аркан нагнулся и достал из инструментального набора 02-го самый массивный ключ. Легко постучал по панели управления. Затем замахнулся по настоящему. У несговорчивого устройства чувство самосохранения взяло верх над флегматичностью. Цилиндр двери с шипением разгерметизировался, провернувшись вокруг своей оси.

— Вот так всегда, — посетовал Аркан и вернул инструмент на место. — Пока не замахнешься, никто не хочет шевелиться.

— Тебе точно нужно быть капитаном, — рассмеялся Корас. — У тебя бы неплохо получилось.

— А что? — приосанился будущий капитан, насколько это можно было сделать в тесном скафандре. — По-моему, ничего сложного. Легче же ведь сказать: "Ребята, проверьте там все. Сделайте как надо. Доложите, когда все будет готово". Чем самому таскаться по этим этажам.

— Кто на что учился.

— А я вообще не учился.

— Тогда не жалуйся. Тебе и так повезло.

Лифт мягко пошел вниз и сразу остановился. Судя по показаниям крошечной панели управления, располагавшейся в самой кабине, у этого лифта было три, ну максимум четыре остановки на маршруте. Чтобы сказать с большей точностью, нужно было, как минимум владеть языком хозяев. Но у присутствующих не было на это ни времени, ни желания. Да и толковый учебник еще никому пока на глаза не попадался.

Когда дверь опять провернулась, все увидели приблизительно такой же перекресток проходов, который остался уровнем выше. Здесь, правда, коридоры разбегались немного в других направлениях, но на этом отличия заканчивались.

— Однотипный этаж, — сделал вывод начальник. — Потом посмотрим. Рино, опускаемся дальше.

Кабина опять провалилась в пустоту и на этот раз двигалась довольно долго.

— Что, сломался? — не поверил Рино.

Никто не успел ответить. Лифт остановился, и паника угасла сама собой.

За неохотно открывающейся дверью кабины их ожидал еще один сюрприз. Зрелище оказалось из сильных. Судя по всему, они оказались в самом большом отсеке транспортника, и естественно, это был грузовой отсек. Он был огромен. Если бы было возможно убрать ряды контейнеров и разгрузочные стойки, то внутри вполне можно было провести гонки на выживание. Даже в классе карьерных рудовозов.

— Ничего себе, — только и сказал Корас.

Он первым ступил на утрамбованную пену. Следы на мене были оставлены очень широкими катками.

— Вот тебе и пожар, — констатировал очевидное Аркан.

02-й последним покинул кабину, но далеко отходить не стал. Он замер у mnc, "шокированный" размахом непривычно большого помещения.

Отсек был почти полностью забит каким-то грузом. Исключение составляла сравнительно небольшая свободная площадка, оставленная зачем-то перед кабиной лифта. Большие транспортные контейнеры были уложены в три яруса, занимая объем отсека почти до самого потолка. Более мелкие, в пять, а то и восемь ярусов. Груз надежно держали стальные анкерные растяжки. Все вокруг покрывала копоть и пожарная пена. Правда, здесь она была совсем не такая, как во всех остальных местах на корабле. Пузырчатая, ярко желтая, до ядовито-оранжевой, а в дальнем углу отсека, видимо в самом очаге пожара, и грязно-черная. Переборки были черными от копоти. На решетках воздухозаборников она лежала большими, черными хлопьями, практически скрывая отверстия. По периметру складской площадки вся пена была старательно чем-то укатана.

— Интересно, что у них за груз? Может и для нас сувениры найдутся? — сказал Корас и направился к ближайшей стопке контейнеров.

Импульсник Аркана и огнемет Рино то же очень внимательно рассматривали окружающую обстановку.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что с сохранностью груза дела обстоят, не так хорошо, как это казалось издалека. Практически все контейнеры были разгерметизированы. На одних металл пошел трещинами, не выдержав температуры, другие просто прогорели насквозь. Из некоторых вывалились наружу более мелкие, фасовочные упаковки. Аркан поднял одну не сильно обгорелую коробку и вскрыл. У него в руках оказалась небольшая, пластмассовая штуковина, слегка деформированная от температуры. Не долго раздумывая, он со всей дури запустил находку в ближайшую переборку. Находка оказалась, не такой крепкой, как можно было подумать. С треском разлетелась, брызнув в стороны мелкими микросборками.

— Опять электроника! — возмутился Аркан. — Вроде людям больше делать нечего! Всегда только электроника!

— Это были не люди, — напомнил Корас.

Он направился к очагу пожара.

— Какая разница? — проигнорировал Аркан поправку. — Значит и эти не лучше.

Без предупреждения громыхнуло, совсем рядом. Послышался действующий на нервы скрип разрываемого по живому, каленного металлического листа. Все замерли, ожидая, что же будет дальше. Из ближайшего проезда, оставленного для того, чтобы можно было добраться до любого контейнера в квартале, показались массивные захваты. Следом за ними выкатил их счастливый владелец — трюмный погрузчик непонятно какого типа. Машина была вся в копоти, на ней почти не осталось краски. Тем не менее, каким-то чудом ей удалось пережить и сам пожар, и не менее трудные столетия одиночества. Особо не комплексуя, погрузчик развернулся и, подминая широкими катками вывалившиеся из контейнера верхнего яруса небольшие коробочки, направился к спасателям.

Корас с Арканом прицелились, хотя смешно было надеяться на легкую победу над таким массивным механизмом.

— Ох, и погоняет он нас сейчас, — вздохнул Аркан.

— Подождите! — крикнул Рино, которому набор деталей был почему-то ближе и понятнее живого человека. — Это же обыкновенный погрузчик и не предназначен для убийства. Наоборот, у него там столько всяких защит от этого дела, что он может ухаживать в яслях за детьми.

Он вышел немного вперед и повелительно выставил перед собой руку, ладонью вперед. Как ни странно, подействовало. Да еще как! Погрузчик так резко затормозил, что его даже немного занесло на утрамбованной пене. Будто перед ним стоял не жалкий, бессильный человечек, а робот-утильщик, с плазменным резаком — ночной кошмар всего, что было сделано из железа и по окончании срока эксплуатации подлежало утилизации.

— Молодец, — тихо, боясь вспугнуть удачу, похвалил Корас. — А теперь отправь его куда подальше.

Рино пренебрежительно взмахнул рукой, будто старался отмахнуться от назойливого насекомого. Как ни странно, подействовало и на этот раз. Не медля ни секунды, погрузчик с металлическим щелчком включил заднюю передачу и стал медленно пятиться, заползая обратно в поперечный проход, отделявший один квартал контейнеров от другого.

— Вот кому надо быть капитаном, — похвалил Корас, припомнив недавний разговор. — Даже слова не сказал, а его уже все слушается.

— Это же обыкновенный погрузчик, — стал оправдываться Рино. — Он же еще пригодиться. Вручную мы с этим грузом ничего не сделаем, разве что только домкратами. А у нас такого мощного погрузчика нет, да он сюда и не пройдет. Или гравитацию отключать, но Дак не согласиться…

— Ладно, ладно тебе. Пошли дальше.

Они осторожно проскочили мимо затихшего погрузчика, но тот так мастерски притворился мертвым. Как это умеют делать только насекомые. Через метров сто они оказались в самом сердце пожара, полыхавшего больше двух сотен лет назад. Горело в этом месте действительно, что надо. Соседние переборки, часть потолочного перекрытия и большой участок пола, прогорели насквозь. Теперь можно было без всякого ультразвука посмотреть, что делается в соседних отсеках корабля. Часть груза обрушилась под прогоревший пол, и теперь на этом месте возвышалась бесформенная груда мятых контейнеров, с оплавленными углами. Немного дальше, анкерный крепеж выдержал и, не смотря на отсутствие под грузом пола, тот оставался на месте. Зрелище с ходу напоминало о существовании цирков, балаганов, иллюзионистов и прочих проходимцах, готовых за пару кредитов у всех на глазах наплевать на незыблемые законы мироздания. Все вокруг покрывал толстый слой копоти, перемешанной с ядовито-оранжевой пеной, видимо изменившей свой свет под влиянием высокой температуры. Содержимое контейнеров, находившихся в самом очаге, выгорело практически полностью. В тех, что находились в стороне, еще кое-что осталось, какие-то оплавленные и сморщенные штуки. Что это было на самом деле, без мнения толкового эксперта по неожиданностям, вряд ли кто-то решился бы ответить.

— А пожар то, так себе. Ничего серьезного, — сделал заключение Корас. — Я то думал, что здесь полкорабля отгорело. Я бы не стал эвакуировать экипаж из-за такого пустяка. У нас когда-то на базе пожарники учебные больше устраивали. Когда-то наш штурмовик поймал шесть аннигиляционных зарядов, вот то был пожар. Хорошо, что у той модели кабина отсоединялась…

— Какой штурмовик? — с иронией спросил Аркан. — Когда это было?

— Ну не всю же жизнь я был мусорщиком этого скопления! — зло отрубил Корас и замолчал.

— У них, наверное, не было денег на неустойку хозяину груза. Вот они и предпочли смерть бесчестию, — пошутил Рино для того, чтобы снять возникшее напряжение.

Аркан улыбнулся. Корас шутку не удостоил вниманием.

— Хорошо, — сказал начальник небольшого отряда после минуты молчания. — Идем на крейсер, порадуем старика. Нужно немного передохнуть, еще много работы. Еще надо найти здесь центральный пост или что-то подобное. Не знаю, как у этих уродов оно называется.

Обратный путь преодолели довольно быстро и молча. За Корасом впервые, за много лет, была замечена такая реакция на привычное в коллективе панибратское отношение. Команда, включая 02-го, еле поспевала за своим начальником.

Они шли по переходному рукаву, как завыла аварийная сирена из распахнутого шлюза крейсера.

— Биологическая активность! — заверещал бесцветный, синтетический голос системы безопасности. — Для определения степени и характера заражения поместите препарат в детектор! Шлюз блокирован до окончания специальной обработки. По результатам проведения обработки, устройство asder разблокировано только с санкции ответственного лица.

— Влипли… — ругнулся Корас. — Вот почему они рванули с корабля. У них на борту какая-то зверская зараза. Я еще не помню, чтобы наша защита так свирепствовала. Ни у кого скафандр не "травит"?

— Нет.

— Вроде не, — послышалось в ответ без особого энтузиазма.

— Что значит "вроде не"?! — крикнул Корас. — Если тебя не успеет доесть та дрянь, которую мы притащили за собой, то сейчас угробит эта санобработка.

— Нет, не травит, все в порядке, — виновато ответил Аркан. — Мы же вместе его недавно латали. Пластырь хорошо взялся.

— Ну и ладно, — немного успокоился начальник. — Идем на муки. Ох, и безвинно же страдаем!

— Корас! — раздался в шлемофонах заспанный голос капитана. — Что там у вас происходит? Что вы натворили на этот раз?! Подняли по тревоге весь состав. Что, опять это ваше кино?

— Так вы там еще и спите?! — завелся с пол-оборота Корас, но тут же осекся. — Не было никакого кино, — сеансы, кончились. На транспортнике заражение, кажется очень сильное. Похоже на биологическое оружие. Система в панике, мы то же.

— Но до этого же все было в порядке.

— Да. Все было хорошо до тех пор, пока мы не побывали в грузовом отсеке.

— Груз есть?

— Да, отсек запакован под самую завязку. Именно там и горело, но осталось то же прилично. Похоже, все потушило автоматом, но хозяева решили не рисковать. Видимо зараза приличная, раз они решились покинуть корабль в нейтральном пространстве, да еще и чужого скопления.

Корас тем временем вскрыл защитную панель биологического детектора. Мазнул перчаткой по выступающему датчику и включил устройство.

Не прошло и нескольких секунд, как разыгравшаяся автоматика начала отдавать новые приказания:

— Оборудование, технические средства, оружие и инструмент оставьте снаружи, иначе намеченная обработка может их повредить. Вероятность обеззараживания технических средств — восемьдесят пять процентов.

— Ладно Дак, тут все начинается, — Корас стал закругляться. — Если выживем, то расскажу подробнее. Доставайте все из карманов! — прикрикнул он уже на своих. — Я не хочу лишний раз рисковать. Рино, сканер и резак то же в кучу.

Все, что у них было с собой, они сложили перед входным люком, в переходном рукаве.

— 02-й, ты то же остаешься, — сказал Рино. — Пойдешь после нас. У тебя будет немного другая обработка. Не забудешь внести в шлюз оружие и инструменты.

— Давай, хватит болтать, поторопил его Корас.

— Жалко робота, — сказал Рино уже в шлюзе. — Этот лучше, чем 01-й.

— Чем же он лучше? — спросил Аркан.

— Я же сказал, чем 01-й, — обиделся Рино, который практически все время находился на своей, особой "волне".

Коротко рявкнула сирена, и наружный люк медленно пополз по направляющим. Следом за лязгом блокировочных замков камера заполнилась зеленым, плотным паром и стало припекать.

— Сохранять спокойствие, начало санитарной обработки, — объяснила система.

Со всех сторон хлынули струи фиолетовой, пенящейся жидкости. Раствор был подогрет градусов до девяноста. Даже сквозь перчатки, стало нестерпимо жечь руки.

— Суки! — закричал Аркан на котором скафандр сидел "в обтяжку" и поэтому он первым почувствовал все в полном объеме.

— Видно в наборе не хватает каких-то химикатов, и система добирает эффективности температурой! — стараясь перекричать шум подающегося под давлением раствора, крикнул Корас.

— Да пошли они все!..

Казалось, сердце вот-вот сорвется с насиженного места и рванет куда подальше. Глаза жгло от льющегося со лба пота. В голове шумело, как после хорошо поставленного удара уличного бойца. Корас посмотрел на свою руку, держится ли пластырь на перчатке, но ничего не увидел. По стеклу шлема неистово хлестали фиолетовые струи, оставляя на нем студенистый, непрозрачный налет. Позади осталась целая вечность, но такая же вечность неясно маячила впереди, и все это еще предстояло пережить.

"И какой идиот все это придумал?" — подумал Корас и криво улыбнулся.

От одной этой мысли, ему почему-то стало немного легче.

— До конца процесса обработки осталось восемнадцать минут, бесстрастно объявила система.

Хотя, лучше бы ей… было помолчать.

3

Шаровое звездное скопление Антара. Эллиптическая галактика КТ-12, сектор М221. Пространство федерации Омра-За. Планетарная система Ирит(4). Второй, северный континент планеты. Юго-западная часть горного массива "Боги огня".

Пара штурмовиков, прижимаясь к умытым недавним дождем, рыжим скалам, передвигалась почти беззвучно. Машины использовали только антигравитационные генераторы. Пестрая окраска машин была бы уместна среди буйной растительности тропического леса. На фоне иссушенных солнцем скал они даже издалека выглядели чужеродными объектами. Через каждые метров пятьдесят они зависали на месте, и высаживали по два-три вооруженных до зубов пехотинца. При этом все происходило без суеты. По всем канонам военного искусства. Солдаты выпрыгивали из люка и мгновенно растворялись среди бурых камней. Ведущая машина прикрывала высадку десанта. Если очень постараться, то в километрах пяти-шести к югу, на противоположном склоне пологой горной впадины, можно было увидеть такую же парочку. Зачем они там шлялись, мешало увидеть расстояние и легкий, утренний туман.

— Слушай, что у вас здесь за привычки? Поднимают состав, будто на пожар? — пожаловался второй пилот.

Ему сейчас нечем было себя занять, но он решил не расслабляться.

— На базе в Стеги у нас такого не было. Даже если случалось что-то очень срочное, то всех все равно ставили в известность за час-полтора.

Первый пилот повернул голову к новичку. Это был пожилой мужчина. До отставки ему оставалось всего несколько лет, или один удачный выстрел какого-то сорвиголовы. Он улыбнулся и ответил:

— Это тебе не надраенное до блеска Стеги. Это обыкновенная армия и на нашу базу еще никогда не приезжал президент. Да никогда и не приедет. — Он в очередной раз тормознул машину и отдал команду на высадку. — Можешь смело забыть все, что видел до этого. То была не армия, а так, одна из заставок для новостей. А в настоящей армии принято узнавать все в последний момент. Традиция такая.

— Ну, — сделал над собой усилие второй пилот. — Когда тебе ставили задачу, то сказали хотя бы против кого мы сейчас воюем? Или это то же нас не касается?

Машина опять зависла на месте, и на камни спрыгнуло несколько человек.

— Точное слово, — улыбнулся старожил. — Именно не касается. Если ты не помнишь, то нам нужно высадить десант вот так, — он чиркнул ногтем по орбитальному снимку горного массива. — Доложить об исполнении и ждать дальнейших приказаний.

— Интересно, что это за поселок? Не знаешь, давно он здесь?

— Откуда я знаю? — удивился первый пилот, в очередной раз, притормаживая машину над небольшим свободным участком. — Сколько было таких поселков. Я уже даже не удивлюсь, если там окажутся не люди, а какиенибудь съехавшие с катушек роботы или вообще, твари не из нашего скопления.

— На Ирите(4) инопланетные существа?! — не поверил второй пилот. — Район, конечно же, глухой. Но не до такой же степени!

— Борт двенадцать, как там у вас дела? — ожила радиостанция.

— Все нормально, господин майор. В поселке тихо, нас еще не облучали. Заканчиваем высадку, — отрапортовал старожил.

— Не возитесь долго. На все у вас осталось три с половиной минуты, отрезал голос в шлемофонах. — Заканчивайте и отходите в место сбора.

— Так точно, господин майор.

Высадившиеся пехотинцы тем временем поднимались вверх по склону и занимали выгодные позиции для стрельбы. В окно кабины было хорошо видно, как молоденький капрал подгонял нескольких замешкавшихся своих подчиненных. Для убедительности он размахивал не только руками, но и своей импульсной винтовкой. Бывалые пехотинцы смотрели на него, как на дурачка и не спешили демонстрировать размечтавшемуся маленькому командиру не то что рысь, а даже легкую трусцу. Штурмовик рванул дальше.

Те, кто добрались до вершины склона, могли теперь полежать на камнях, отдохнуть, а заодно и осмотреться.

Три пологие горы, выветренные до невозможности за миллионы лет, образовывали между собой довольно ровное и просторное плато. Начало одного из склонов и часть плато занимал поселок. Он состоял в основном из щитовых сборных модулей самого разного калибра. Среди построек, разбросанных по поверхности без всякого видимого плана, были и крошечные, и довольно крупные ангарные строения. Выглядел поселок так, будто пережил три набега подряд. От некоторых строений остались только конструкционные остовы. На других, в разные стороны торчала задранная ветрами обшивка наружных плит. Все, что могло поржаветь, таки поржавело и то же лоску этому месту не добавляло. Остальную часть плато занимало шахтное оборудование и складские помещения. Здесь все сохранилось немного лучше, но все равно, вид был довольно унылый. Между двумя внушительными шахтными подъемниками стояла пара довольно свежих межгалактических челноков и небольшой, потрепанный транспортник. Он был из тех, какими обычно пользуются вольные торговцы средней руки. Корабли почему-то находились среди горного оборудования, хотя рядом пустовала хоть и старая, вся в выбоинах, но все же большая и бетонная посадочная площадка. Кроме раскачивающихся на ветру обрывков алюминия и пластика, больше в поселке не наблюдалось никакого движения.

Майор Оран сидел в кресле второго пилота головного штурмовика и принимал доклады. На нем была новенькая полевая форма, перетянутая во всех мыслимых и немыслимых направлениях полной разгрузочной обвязкой. Ни оружия, ни боеприпасов на ремнях не было, но все равно, смотрелось очень эффектно.

— Давайте быстрее, как вас там учили! — кричал он время от времени в микрофон.

— А что это за шахты? — спросил сидящий за штурвалом, уже не молодой капитан. — Кому они принадлежал?

— Судя по той информации, которой я располагаю, сейчас никому, ответил Оран, отвлекшись от своих прямых обязанностей. — Здесь уже лет тридцать как свернули все работы. Истощилось месторождение. Наверное, была какая-то корпорация. Без них ничего не случается, но теперь это собственность федерации.

— А что здесь добывали? — не унимался любопытный капитан.

— Нашел, кого спрашивать! — от души рассмеялся майор. — Камни какие-то добывали. Что еще можно добывать в шахтах?

— Нет, я к тому спросил, — начал оправдываться капитан, — что может там что-то опасное. Радиация например или отраву какую-то добывали.

— Не волнуйся, тебе это не грозит. Ты останешься на борту в любом случае. Ну что? — спросил он уже у микрофона. — Все заняли свои позиции?

Посыпались утвердительные ответы.

— Вот и хорошо. Начинаем. Машины: первая, вторая, третья и четвертая, вперед. Не дайте им подняться. Валите всех без предупреждения. Я даю санкцию. Кто у нас там, на выходе из этого углубления? Там где между горами низкий свободный проход.

— Седьмой и восьмой, господин майор.

— Хорошо, не дайте им вырваться, но вперед не лезьте. Стреляйте из-за укрытия. Больше у меня там никого нет. Все остальные прикрывают первый эшелон. Все, пошли. Или кто-то хочет, чтобы я повторил еще раз?!

Повторять не потребовалось. На этот раз две пары штурмовиков вертикально поднялись из-за безымянной горной вершины и, не стесняясь, рванули к поселку.

— Может, лучше было с ними договориться?.. — спросил капитан, наблюдая, как машины скользят вниз, вдоль склона.

— Нельзя. О вторжении уже доложили наверх. Это оттуда поступил приказ об их уничтожении.

— А с чего они взяли, что это пираты? Они что, у них в гостях были?

— Слушай, откуда я знаю? Я знаю только одно — кто бы это ни был, сейчас их не будет вообще.

— Нас заметили. Они нас облучают, — доложил ведущий первого штурмового звена.

— Ничего страшного, — подбодрил майор своих орлов. — Самое главное, это не дайте им подняться с поверхности. Стреляйте смело во все, что будет строить глазки. У меня приказ на уничтожение. Да, — майор сделал паузу, у них, кажется неплохие челноки. Было бы неплохо их сохранить. Транспортник можете атаковать сразу. Покажите этим ублюдкам, что с ними здесь никто шутить не собирается.

— Мы постараемся, — пообещал за всех пилот головной машины.

Отвратительный вой сирены изорвал в клочья и безжалостно растоптал мучивший Ортана кошмар. Еще до конца не соображая, кто он такой и что делает, он выпрыгнул из своего спального места и рванул в кабину челнока, на ходу застегивая комбинезон.

— Массированная атака! — гулко прокатилось по челноку предупреждение системы оповещения. — Массированная атака! Всем немедленно занять места согласно штатному расписанию! Немедленная эвакуация!

— Опять ты… о своем расписании! — ругнулся Ортан и побежал еще быстрее.

— Все быстро на борт! Нас засекли! — гаркнули динамики уже настоящим, человеческим голосом, но Ортан не узнал говорившего.

Когда он добежал до пилотской кабины, Маленький Дин, уже успел протестировать системы и запускал реакторы. Ортан плюхнулся в свое кресло и напялил на голову шлем.

— Что происходит?! — крикнул он уже в микрофон шлема.

— Нас атакуют четыре штурмовика, — разъяснил ситуацию Дин, которому непонятным образом удавалось сохранять спокойствие. — Через пятнадцать секунд зайдут на позицию для стрельбы. Кажется, взлететь мы не успеем.

— А что они хотят? Они с нами не связывались? — спросил Ортан, машинально взяв на себя, все еще бесполезный штурвал.

— Нет, ничего не говорили. Я бы слышал. У меня здесь все было включено на прием.

— Говорил я Парсе, что не нужно было здесь высаживаться! Тоже мне, m`xek спокойное место. Сам же постоянно твердит, что от федералов нужно держаться подальше.

Дин молча колдовал над панелью управления и в перетирании бесполезной теперь информации участия не принимал.

Из ближайшего к кораблям, неплохо сохранившегося ангара, повалили люди и бросились к распахнутым люкам грузовых отсеков. Всего их было человек пятьдесят-семьдесят. Плохо и не по сезону одетых. В основном это были люди средних лет и дети. Только кое-где можно было увидеть пожилого мужчину или женщину. Почти каждый что-то нес. Это были затасканные синтетические матрацы, небольшие термосы для пищи, какое-то тряпье и еще много всяких разностей. Следом выбежали молодые мужчины с носилками. Эти были уже вооружены и экипированы по неплохому армейскому стандарту. Всего вынесли пятеро раненых.

Когда первые счастливчики добрались до стоявшего ближе всего транспортника, первая пара штурмовиков зашла на позицию для стрельбы. Вой выпускаемый скоростных ракет покрыл низкий рокот их силовых установок. Через какую-то долю секунды всю долину полностью залил грохот первых разрывов. Все ракеты ложились точно в толпу. Ну хоть бы одна отклонилась немного в сторону. Небольшой пятачок между ангаром и транспортным кораблем мгновенно объяла поднятая с поверхности пыль и синеватая гарь отработавшего взрывчатого вещества. Взрывы долбили один за другим, короткими сполохами подсвечивая изнутри эту непроглядную завесу. Оставшиеся в живых бросились врассыпную, кто куда.

Отстрелявшись, штурмовики очень низко прошли над местом атаки, так что завихрилась поднятая взрывами пыль. Они синхронно заложили крутой вираж, и пошли на еще один круг. От пустынного склона на боевую позицию заходила еще одна пара машин.

Небольшая группа людей рассеялась среди руин ближних руин. Остальные побежали к грузной постройке шахтного подъемника.

В эфире творилось что-то непередаваемое.

— Взлетайте… чтоб им всем!.. Сразу разворачиваемся!

— Прикройте меня, кто-нибудь!

— Хотя бы… одного, а с собой заберу!

Ортан сидел и отстраненным взглядом, широко раскрытых глаз наблюдал за тем, как медленно, очень, очень медленно разворачивался на экране невзрачный столбец диаграммы, демонстрирующий выдаваемую реакторами мощность. До зеленой черты, разрешающей использование силовой установки оставалось так же далеко, как до эры всеобщего благоденствия.

— Я взлетаю! — раздалось у него в наушниках. Он даже не шелохнулся. — Сейчас посмотрим, кто кого!

Видавший виды, небольшой транспортник тяжело оторвался от поверхности. Из его куцых несущих плоскостей выдвинулась в боевое положение пара не самых последних импульсных излучателей. Зависнув метрах в десяти от земли, корабль резко развернулся и, набирая высоту, пошел в лоб на атакующее второе звено. Уверенные штрихи выстрелов расчертили долину и пересеклись на головной машине. Первые же выстрелы испарили почти полностью правую плоскость и часть хвостового оперения. Штурмовик несколько раз крутнулся относительно продольной оси и, зацепив постройки, рухнул. Полыхнула яркая вспышка. Следом за ней, обступившие долину горы, привыкшие за много десятков лет к тишине, содрогнулись от мощного взрыва. Все происходило так быстро, как это бывает только с пролетающей мимо молодостью. Оставшись без командира, находящаяся под огнем ведомая машина заломила целую серию фигур пилотажа. Не забывая при выходе из каждого виража давать по транспортнику ракетный залп. Тот не отворачивая, по прямой, шел на врага, с остервенением продолжая стрелять. Его огонь никак не мог добраться до цели. Горный склон плотно покрывали бурые облачка, от прошедшихся по камням энергетических импульсов. Выпускаемые штурмовиком ракеты часто били по брюху старенького транспортника. Теплоизоляционные панели и толстый метал обшивки, разлетались в стороны большими, рваными лоскутами. Но корабль демонстрировал непостижимую живучесть.

Из-за ближней горы показались еще несколько штурмовиков. Не ввязываясь в схватку, они издалека дали по транспортнику прицельный залп. На помощь цепляющемуся за жизнь экипажу подоспели машины первого эшелона, и развязка настала мгновенно.

Трудно сказать, откуда именно была выпущена роковая ракета, но она попала именно туда, куда следовало. Не по силовой установке и генераторам полей, не по плоскостям и корпусу, которые как оказалось, были сработаны на славу, она попала по кабине. Та была выполнена в виде отсоединяющегося спасательного модуля и отстегнулась от корпуса легко, и без принуждения. Взрывом ее отбросило далеко за конуса шахтных отвалов. Оставшись без управления, транспортник завис на месте. Он удивленно задрал в серые небеса нос, получая при этом ракету за ракетой. Затем рухнул кормой вниз, сминая по дороге толстенные трубопроводы и рукав транспортера. Громыхнул взрыв. Затем еще, и еще один.

— Орт, ты уже запустил свою колымагу? — услышал в наушниках Ортан, когда сигнал с транспортника пропал и долину потрясла серия мощных взрывов.

Это был Дерти. Второй пилот стоящего рядом челнока. Он был чужак. Его подобрали совсем недавно, но он как-то очень быстро прижился. Бывает и такое.

— Еще несколько секунд и все будет готово, — пришел в себя Ортан.

— У меня то же. Что будем делать? У тебя нес связи с Парсой?

— Нет. Я его вызывал, но никто не ответил. Слушай, что им всем от нас надо?

— Я не знаю. Что будем делать?

Вопрос повис в воздухе. Где-то рядом ритмично грохали разрывы. Через боковую панель было хорошо видно, как один из штурмовиков прочесывал поселок горняков квартал за кварталом и стрелял во все, что ему не нравилось. Ракеты вылетали у него из-под крыльев с такой скоростью, что смело можно было сказать — пилот никогда в своей жизни не испытал нужды в боеприпасах.

— Слушай, ты не видел, до челноков хоть кто-то успел добраться? — теперь уже спросил Ортан.

— До твоего успело добежать человек пять, не больше. До моего, не добрался никто. Слушай, у меня уже все готово. Можем взлетать. Интересно, почему они нас не трогают?

— Понравились им наши челноки. Без необходимости хорошие вещи трогать никто не будет. Слушай, заводи координаты той старой базы, помнишь? Где мы грузились топливом. Попробуем вырваться. Закрыть люки, — сказал он, уже обращаясь к своему помощнику. — Кажется больше уже никого не будет. Рядом с нами кто-то есть?

— Да, — взглянув на экран радара, сказал Дин. — Висит один сразу за нами. Караулит, чтоб ему… Его ракетам наш челнок, что орех грузовику. Думаешь получиться? Он разнесет здесь все раньше, чем мы успеем что-то сделать.

— Надо попробовать. Ты же видишь, — Ортан махнул рукой в сторону площадки, на которой минуту назад состоялось побоище, — что никто с нами панькаться не собирается. Пристрелят и все.

Дин даже не взглянул на перепаханное взрывчаткой, кровавое месиво.

— Парса. Парса, если ты меня слышишь. Ответь, — начал опять вызывать Ортан, но никто не ответил.

Лишь по соседнему каналу едва пробивались переговоры возбужденных пилотов штурмовиков. Говорили на каком-то странном, шипящем языке.

— Транспортник уничтожен, — стал докладывать Ортан на всякий случай. Талик вступил в бой. Сбил один штурмовик, а потом на него навалились скопом и разобрали транспортник. Я видел на радаре, как все было. Остались челноки Дерти и мой. Парса, нас сторожат, но мы попытаемся уйти. Если у нас получиться, мы вернемся за вами, когда сможем. Постарайтесь где-то спрятаться, переждать. Если… Если вы еще есть. Но мы обязательно, все равно вернемся.

В кабину вбежали двое разгоряченных, вооруженных парней. Один в гражданской одежде, на другом был застиранный до бела камуфляж. У "гражданского" правый рукав куртки на плече был разорван. По пальцам струилась кровь и скапывала на пол. Рука безвольно висела, но он, казалось, даже не замечал, что ранен.

— Вы уже выяснили, что случилось? — тяжело дыша, спросил парень в камуфляже.

— Сколько вас? — не ответив, спросил Ортан.

— Пятеро. Двое остались прикрывать люк, если эти… сунуться.

— Да, будут они пачкаться, — вставил Дин.

— С нами Корса, — продолжил парень в камуфляже. — Ему осколком перебило ногу.

Он показал на себе, какое ранение получил их товарищ, хотя по всем приметам так делать не следовало.

— Врача бы ему сейчас. Мы жгут наложили, но там нужно или пришить, или отрезать. Чтоб не мешало.

— Корсой займемся потом, если будет время. Вы оба давайте бегом вниз. Забирайте всех, кто там остался, и пристегнитесь в какой-то каюте. Похоже, сейчас будет сильно трясти. — Ортан отдал первый в своей жизни приказ.

Парни так же быстро исчезли из кабины, как и появились.

Почему-то находящиеся рядом с ним люди решили, что командовать должен именно он. Почему-то больше было не кому.

— Ну что там у вас? Что решили? — напомнил о своем существовании Дерти. — У меня все готово. Координаты базы в системе. Будем пробовать смещаться прямо отсюда?

— Да, другой возможности нам не дадут. Сейчас начнем, я скажу когда. Мне нужно еще несколько минут, чтобы все заняли противоперегрузочные мешки. У меня на борту раненый. Нет, двое, — поправился Ортан. — Взлетаем, по моей команде. Нужно стартовать синхронно. Вдруг, кому-то из нас повезет.

— Как скажешь. Я вывожу на полную мощность и жду сигнала.

Ортан сидел и ждал сообщения от своих пассажиров. Время тянулось так медленно и неохотно, как это бывает только с натуральным медом, который давным-давно задумывается: "а не засахариться ли мне навеки?".

— Мы упаковали Корсу, все нормально. Можете начинать, — услышал он в шлеме голос одного из парней.

Не успел Ортан прикоснуться к штурвалу, как перед челноками, словно по волшебству появился еще один штурмовик. Видимо его пилот наохотился всласть и теперь решил подстраховать товарищей. Грозная боевая машина, вся в зеленых и салатных лоскутах "тропического" камуфляжа, производила сильное впечатление. Особенно ряды располагавшихся под крыльями скорострельных ракетных установок. Штурмовик завис от челноков всего в нескольких десятках метров. С такого расстояния, Ортан прекрасно видел издевательскую ухмылку на лице второго пилота. Какие эмоции переживал первый пилот, так и осталось загадкой. На его шлеме забрало экранов было опущено. Он смотрел на врагов своих хозяев сквозь координатную сетку универсального, всепогодного прицела.

— Появился. Ждали его здесь, — проворчал Дин. — Вроде одного было мало. Что будем делать?

— Все, как решили, — ответил Ортан, хотя в его голосе особой уверенности не почувствовалось. — Все как решили. Дерти, ты готов?

— Да, командир.

— Тогда начинаем на счет "три". Сразу на "три", понял?

— Понял.

— Тогда начинаем. Раз…

Рука Ортана мелко подрагивала на штурвале. Дин подобрался в кресле и на всякий случай уперся ногами в приборную панель. Второй пилот находящегося впереди штурмовика продолжал скалиться. Он рассказывал что-то своему напарнику и размашисто жестикулировал. Тот коротко кивал, но не отводил взгляда своих ракет от загнанных в угол челноков.

— Два… — Ортан положил левую руку на панель подпространственного режима.

— Три… — выдохнул он, но штурвал так и остался неподвижным.

Челнок Дерти рванул с места вперед и вверх. Его тут же объяли фиолетовые сполохи зарождающегося тоннельного перехода.

Конечно же, выходить из пространства в атмосфере всегда считалось опасным. Тем более формировать переход так близко от поверхности. Ведь можно было захватить с собой еще что-то, кроме корабля. А в таком случае производители систем снимали с себя всякую ответственность за стабильность и управляемость процесса. Нельзя сказать, что такого вообще никто и никогда не пробовал. Но, во-первых, смельчаков больше никто не видел. А вовторых, после подобных экспериментов, в необъятной Вселенной, совсем не в том месте, куда собирались, появлялась еще одна куча вывернутого наизнанку железа.

Штурмовики отреагировали мгновенно. Как только полыхнула вспышка ракетного залпа по челноку Дерти, Ортан качнул рукоятку на себя, и одновременно ударил по клавишам панели. Машину подбросило вверх, как из катапульты. Он увидел, как ракеты понеслись ему прямо в лицо. Вой генераторов перехода заглушила сплошная серия взрывов. Последнее, что он услышал, вернее даже не услышал, ощутил в этом мире, это был резкий треск рвущейся высокоуглеродистой стали.

Один из шахтных подъемников, располагался в монолитном, бетонном корпусе. Строение возвышалось над поверхностью метров на сорок и с непривычки казалось ну очень высоким. Серая бетонная поверхность, была местами выщерблена. Кое-где ее покрывала тонкая сеть неглубоких трещин, но в основном, не смотря на возраст, от сооружения так и веяло добротностью и надежностью. Из-за угла располагавшегося поблизости ангара осторожно выглянул человек. Осмотревшись и не заметив ничего подозрительного, он махнул рукой. Из-за соседнего строения появилась еще пара вооруженных людей. Не говоря друг другу ни слова, они, прикрывая друг друга, осторожно двинулись к корпусу подъемника. Где-то в стороне завывали силовыми установками штурмовики. Они рыскали на предельно-низкой высоте, и за постройками их не было видно. Изредка хлопала взрывающаяся ракета, и опять долину заполнял этот вынимающий душу вой.

Корпусные ворота оказались запертыми. Автоматический привод уже не работал или они не смогли его включить. Всем троим пришлось хорошо попотеть, чтобы слегка отвернуть массивную, ржавую створку. Ровно на столько, чтобы мог протиснуться человек. Оказавшись в машинном зале, они уже смелее стали обследовать свою находку. Внутри оказался довольно мощный энергоблок, не подававший даже косвенных признаков жизни. Над шахтным стволом располагался массивный копер, с колесами, тросами, лебедками и прочими умопомрачительно интересными штуками. Он когда-то обслуживал два грузовых подъемника и небольшой, похожий на топорно сработанный лифт, подъемник для персонала. Располагавшийся рядом накопительный бункер, от которого тянулся толстенный, диаметром в человеческий рост рукав транспортера, оказался пуст.

— Похоже, здесь все еще неплохо сохранилось, — сказал один из мужчин, ни к кому не обращаясь. — Как раз то, о чем просил Парса. Ты тут попробуй разобраться с этой ржавчиной, а мы пошли назад.

Самый молодой из одетых в гражданское разведчиков, прислонил свой импульсник к одной из ячеек энергоблока. Со знанием дела вскрыл защитную панель соседней ячейки. Он наклонился и стал разбираться с, казалось, m`bqecd` потухшими индикаторами и непривычным электронным управлением. Остальные двое мужчин выскользнули из здания и растворились среди руин бывшего горняцкого поселка.

— Вы как первый раз замужем! — кричал майор Оран в свой микрофон. — Я же приказал нормальным языком! Челноки должны остаться у нас! Ну и где они теперь?

Ответом ему было молчание пилотов. Все устали оправдываться и теперь покорно пережидали бушевавшую в душе их командира бурю.

— Что? Нельзя было высадить десант и захватить этих оборванцев врасплох? Нет, же, они дали им подготовиться! Я что, за вас все время должен думать? Всех спишу на гражданку, — не унимался майор.

Во время своей речи он даже не вспомнил о сбитом штурмовике. Зато потеря пары чужих челноков задела его глубоко за живое.

— Будете грузить в порту контейнеры, вручную и только вспоминать мою доброту, — пообещал Оран.

Ответом ему была гробовая тишина в эфире.

Он замолчал. Находящийся рядом капитан сидел себе, и благоразумно помалкивал. Процесс примирения с неизбежным всегда болезненная процедура. А у боевого армейского майора, в течение десятков лет даже не подозревавшего о существовании слова "нет", она проходила особенно сложно. Рискуя в любой момент вызвать необратимые осложнения. Схватка надежд и реальности оказалась бурной, но не продолжительной. Всего через какую-то минуту Оран взял себя в руки и сделал еще один ход в операции, направившейся почему-то не в ту степь:

— Капитан поднимайте пехоту. Хватит разлеживаться. Пусть зачистят там все, и убираемся отсюда.

— Какие полномочия? — спросил капитан и тут же пожалел, что являлся такой любопытной натурой.

— Что значит "какие полномочия"?! — с новой силой вспыхнул майор. — Полномочия такие, как всегда! Найти негодяев и отправить в пекло!

— Я… если… Пленных берем? — сделал над собой усилие капитан.

— Нет, не берем, — уже мягче сказал майор, сообразив о чем идет речь. — Да, с поселком можно то же сделать все, что угодно. Меня просили не трогать только шахты и находящееся на поверхности оборудование. Все остальное в вашем полном распоряжении.

Больше объяснять ничего не потребовалось. Капитан приступил к выполнению своих обязанностей — отдаче взводным приказов по радио. Кстати, у него неплохо получалось. Все говорило о том, что вскоре, на его шевроне засверкают очередные треугольнички из нержавейки. И после этого, хамоватому майору придется тщательней фильтровать свои выражения и особенно тон их подачи.

Пехотинцы поднялись и красивой цепью, не прячась и не стесняясь, пошли на поселок.

— Подгоните их, — скомандовал майор, наблюдая из кабины штурмовика, как солдаты вразвалочку спускаются со склонов. — А то, мы проторчим здесь до вечера.

После соответствующей команды, цепь, смыкающаяся вокруг бывшего поселка горняков, сильно потеряла с эстетической точки зрения. Зато фигурки солдат стали передвигаться гораздо резвее.

Используя в качестве прикрытия, торчащие из земли остатки бетонных конструкций, а где это было возможно и сами постройки, к машинному залу шахтного подъемника, осторожно продвигалась группа людей. Вели группу, знакомые уже нам два разведчика. Следом за ними шел довольно пожилой мужчина, с трудом удерживая обеими руками неплохую, импульсную винтовку. Расстегнутая камуфляжная куртка открывала белоснежную повязку, сквозь которую на правой стороне грудины проступило небольшое, алое пятно.

— Парса, это здесь, еще не много осталось, — шепнул ему один из проводников. — Все, как ты говорил, шахта, подъемники. Только бы удалось запустить энергоблок. Думаешь получиться? Похоже, здесь не хозяйничали уже долго.

— Ничего, Мотан смышленый парень, — ответил Парса, тяжело дыша. — Если это можно сделать, то он сделает.

Послышался вой приближающегося штурмовика. Им до сих пор не сиделось на месте, и они продолжали барражировать над поселком. Подчеркнуто старательно отрабатывая свое денежное довольствие. Все как по команде бросились в наполовину рухнувший корпус, как выяснилось бывшего склада. Убежище оказалось так себе, одно название. Задранные ветрами кровельные панели предательски демонстрировали практически все, что творилось внутри. Люди попрятались в тень. Штурмовик прошел так низко, что можно было легко прочитать предупреждающую об опасности надпись, находящеюся у его бомбового люка. Если бы нашелся умник знающий язык этих воинственных людей, да к тому же, очертания их символьной таблицы, то предупреждение можно было бы прочесть без труда. К счастью пилот оказался не таким внимательным, и машина прошла мимо.

Парса прислушался. Больше эти кварталы никто осматривать не хотел.

— Давайте быстрее, — поторопил он своих. — Нам нужно добраться до шахты раньше, чем они начнут прочесывать поселок.

— Да, здание там то, что надо. Крепкое, — поддержал один из проводников. — Долго можно продержаться, не то, что в этой трухе.

— Долго все равно не получится, — сказал Парса, — это же настоящая армия. У них оружия на все случаи и к тому же штурмовики.

Повисла липкая пауза. Заплакала маленькая девочка, лет четырех-пяти. Мама подхватила ребенка на руки и поторопилась за всеми из укрытия. До шахтного подъемника выжившие непрошеные переселенцы добрались без приключений. Когда они оказались перед массивными воротами здания, с северной и западной стороны в поселок уже вошли солдаты. Доказательством этого служили редкие хлопки одиноких выстрелов и свист коротких очередей импульсного оружия. Может, добивали раненых, а может, просто так постреливали, чтобы развеяться? Мужчины тем временем разбросали в располагавшихся перед входом складских ангарах и так, за бетонными остовами рухнувших конструкций, десятка два управляемых ручных гранат.

Парса задержался у входа, подобрал с земли камень и размашисто начертил им на створке ворот простенький знак. Он походил на то, как рисуют дети хвост кометы. На буром от ржавчины металле его творение оказалось довольно заметным и издалека бросалось в глаза.

— На всякий случай, — не вдаваясь в подробности, объяснил он поджидающему его проводнику.

Объяснение, парня вполне устроило. Он не стал вдаваться ни в какие-то там подробности. Парса знал, что делает. Не даром он уже столько лет был у них старшим.

Внутри Мартан все так же возился с управлением энергоблока. Правда, теперь он сидел на корточках уже перед четвертой ячейкой. На трех предыдущих синхронно подрагивали редкие искорки разноцветных индикаторов. Он оторвался от работы, взглянул на вошедшего Парсу и только отрицательно покачал головой на его вопросительный взгляд.

— Нужно закрыто ворота, и заблокировать их привод. Чтобы они больше никогда не открылись нужно что-то сделать вот с этим штоком, — начал отдавать указания Парса.

Двое мужчин без лишних слов сняли защитный кожух и вплотную занялись внушительными устройством. Парса тем временем послал несколько человек на верхние этажи, чтобы следили за тем, что происходит в поселке. Те побежали наверх. Он пошел дальше по машинному залу, со знанием дела изучая фортификационные возможности нового убежища. Еще ему не понравился рукав транспортера, по которому легко можно было проникнуть внутрь. Он вел от шахтного бункера до опустевшей давным-давно, громадной посадочной площадки. Этим слабым местом в предполагающейся обороне так же занялись незамедлительно. Бурно закипела работа. Участвовали все, кроме самых маленьких. Скидок ни на пол, ни на недавно полученные ранения здесь не существовало. Все прекрасно понимали, что от усилий каждого зависит не что нибудь там, а конкретно их жизнь.

Через минут двадцать ворота уже нельзя было открыть в принципе. Ни вручную, ни тем более, автоматически. Их привод, надо сказать сделанный очень даже неплохо, повыламывался некоторое время, для приличия, и, не выдержав напора, бесповоротно перешел в разряд металлолома. Изнутри створки ворот забаррикадировали десятком сваленных в кучу, небольших вагонеток, какими-то запорными вентилями, большими шестернями и прочим металлическим мусором, которого всегда хватает в подобных местах. С транспортером пришлось повозиться дольше. Его синтетический рукав, оказался таким прочным, что из него можно было, смело делать бронежилеты. А может, так и делали, кто его знает? Что это был за материал, не знал никто. Даже импульсное оружие, которое, по идее, должно испарять все, что угодно, оставляло на нем небольшие лишь рваные углубления, да и то не с первого раза. В конце концов, пришлось разбирать металлический манжет, при помощи которого рукав транспортера крепился к стене. Внутри транспортер был устроен не менее заманчиво, чем снаружи. Кроме скомканных полос из того же, странного, тканого материала, там больше ничего не было. Каким именно образом все это приводилось в движение, и по каким физическим законам в устройстве транспортировалась руда, так и осталось загадкой. Образовавшееся отверстие в стене, так же завалили вагонетками, а для надежности сверху обрушили массивную балку потолочной тали.

Все еще возились с баррикадой транспортера, когда дозорный с третьего этажа крикнул о приближении солдат. Люди похватали оружие и бросились на верхние этажи. Внизу остались только пара детей, да колдующий над энергоблоком Мортан. Как и в труде, у этих людей в бою поблажек на ранения то же не существовало.

Солдаты неторопливо прочесывали ангар, за ангаром, прикрывая друг друга, как в учебном фильме по тактическим занятиям. Изредка появлялся сержант, орал и размахивал для убедительности руками, но пехотинцам сейчас было не до него. Как следует, прочесав смирившиеся со временем развалины, они подтянулись к машинному корпусу шахты. Шли смело, не пригибаясь. Как на экскурсии, изредка переговариваясь между собой. Кое-кого хватало даже на шутки.

— Первыми не стрелять и не высовываться, — шикнул на своих Парса. — Может, попробуют, что здесь все закрыто и пойдут дальше?

Его приказ кто шепотом, кто жестами передали по второму и третьему этажам. Тишина стояла такая, что было слышно, как скрипит гравий под армейскими сапогами метрах в двадцати от здания.

Человек десять солдат собрались перед машинным залом, в ожидании ценного указания.

— Хорошо стоят. Вот бы их сейчас всех положить, — мечтательно произнес лежащий рядом с Парсой мужчина.

Он сжимал в руках здоровенный, полуавтоматический импульсник.

— Тянем время, — прошептал Парса. — Чем дольше они не знают, что мы внутри, тем лучше.

Появился низкорослый, но "квадратный" сержант. Он мигом разогнал образовавшуюся толпу. По два человека пошли с двух сторон обследовать корпус, остальные отошли под прикрытие располагавшихся напротив построек. Кто неохотно залег, а особо деятельные занялись поиском вчерашнего дня. Искомое, естественно обнаружено не было. Зато, через несколько минут была обнаружена одна из гранат, разбросанных перед входом в корпус людьми Парсы. Пехотинец, с гранатой в руках, подбежал к сержанту. Посмотреть на находку подошли еще несколько человек. Видимо эти военные впервые сталкивались с подобным технологическим исполнением, потому что блестящий, металлический кругляк не вызвал у них никаких опасений.

— Сами напросились, — прошептал Парса. — Давай!

Совсем еще юный парень, у которого находилась ответная часть от этой гранаты, отбросил небольшую предохранительную скобу и вжал единственную кнопку дистанционного управления.

Грохнуло как надо. В стене, у которой только что стояли исследователи, пробило дыру, сквозь которую можно было свободно проехать на танке. Через секунду, вроде поразмыслив, как следует, у ангара обвалилась добрая часть кровли. Захлопали беспорядочные выстрелы. Люди Парсы не отвечали. Из соседнего квартала, к месту происшествия рысью подтягивался еще один взвод и, судя по приближающемуся вою, подходило звено штурмовиков.

Медленно оседала поднятая взрывом пыль. К месту происшествия подполз солдат с медицинским ранцем за плечами, но неотложную помощь оказывать уже было некому. Метрах в десяти от воронки валялась нога, оборванная в коленном суставе, а гораздо дальше, смятый, титановый шлем, похоже, то же вместе со своим содержимым. За гранату не зря платили деньги, больше ничего подобного не наблюдалось. Солдат отполз под укрытие вросшего в землю бетонного блока и связался с кем-то по радиостанции.

Не считая отважного медбрата, который ретировался с места события сразу после короткого доклада, вокруг вообще больше никого не было видно.

— Интересно, они догадались, что мы здесь или нет? — спросил сосед Парсы, проверяя, надежно ли пристегнут к оружию магазин с зарядами.

— Скоро узнаем, — успокоил его старший во всех отношениях Парса.

Мортан продолжал разбираться с инопланетной техникой. Довольно сложная панель управления была вскрыта и лежала рядом со своим шкафом. Он перебирал разводку сигнальных шлейфов, время от времени, зарисовывая для себя фрагменты схемы. Чертил он острым камнем, прямо на бетонном полу машинного зала.

Налетели штурмовики. Они покружили над корпусом, но стрелять не стали.

— Это уже лучше! — воспрянул духом Парса, не боясь теперь, что его услышит кто-то лишний. — Кажется, шахту они не имеют права трогать. Этого им не разрешили. Будем ждать наземного штурма. Главное как можно дольше держать их от этого корпуса подальше. Мортан, как там у тебя?

— Пока еще не ясно, — не поднимая головы, ответил тот.

— Мы тебе можем пообещать не больше часа. Успеешь?

— Я делаю все, что могу, не отвлекайте меня, и будет быстрее.

— Ладно, ладно. Экономьте боеприпасы, — приказал Парса уже всем остальным. Сейчас наше, только то, что с нами и больше взять негде.

— Так вроде всегда было так, — раздался голос забравшегося на четвертый этаж острослова.

— Сейчас особенно, — не поддержал шутки Парса.

Спустя несколько минут, в развалинах перед корпусом было замечено первое движение. На этот раз солдаты были одна бдительность. Лишь изредка мелькал в тени зданий неясный силуэт или бросал яркую искру блика оптический прицел. Вскоре корпус был окружен полностью. Основные силы сконцентрировались в руинах перед запертыми воротами, остальные, так, для порядка, были растянуты вокруг неприступного сооружения.

Когда с точки зрения штурмующих все было готово, раздался резкий хлопок, и от бывших складов в сторону ворот полетела ракета, выпущенная из ручного станка. Затем еще, и еще одна. Рвануло несколько раз подряд. На пятачке перед воротами, все заволокло непонятно откуда взявшейся пылью. Внутри корпуса посыпалось вниз все, что плохо держалось и само вскоре собиралось отвалиться. Пол, примерно метровым слоем покрыло пушистое одеяло все той же пыли, перемешанной с тошнотворной гарью отработавшей взрывчатки. В голове стоял звон, как после удара в ритуальный колокол.

— Парса, давай их подорвем всех сейчас! А то ж они так не успокоятся! — кто-то заорал с третьего этажа.

— Подрывайте, только не все сразу, оставьте немного на всякий случай! — изо всех сил крикнул Парса, не сильно надеясь, что его услышали.

Легкий порыв ветра лениво сдул с ворот образовавшуюся завесу, и теперь стрелки могли беспрепятственно полюбоваться на свою работу, и опять навести оружие на цель. Правой створки ворот, как ни бывало. Вокруг валялись только листы рваного железа, но баррикада устояла, ощетинившись к свету ясного дня катками вагонеток, литыми шестернями и еще какими-то ржавыжжми штуковинами.

Ничего не происходило. Казалось, вот-вот грянет новый залп, но в данную секунду господина Фарта военные интересовали меньше всего, в настоящий момент он был за проходимцев.

Прилегающий квартал качнула ударная волна от десятка сработавших синхронно гранат. Оружие, как и все остальное, эти люди покупали за свои кровные, и для себя лично. Так что среди них за туфту платить было не принято. В удивленные небеса полетели кровельные панели, бетонное крошево и куски стальных ангарных скелетов. В двух местах даже что-то загорелось, и теперь оттуда вытягивались пока безжизненные, но очень многообещающие струйки смолянисто-черного дыма.

— Песня! — похвалил свою работу все тот же хрипловатый голос с четвертого этажа. — Представляете, как у них сейчас в ушах заложило?!

— Побереги свои уши, — мрачно посоветовал кто-то снизу.

— А уже не обидно! Собралась уже приличная компания, если пойду "домой", то не один! — со злым задором ответил хрипловатый голос. — Знаешь, сколько я их только что положил!?

— Но не всех же!

— Для тебя немного оставил!

— Ничего себе немного…

Они бы еще долго трепались, но вдруг без прологов и вступлений началось настоящие пекло. Видимо командование пересмотрело свои действия, и в бой вступила тяжелая артиллерия. Звено штурмовиков зашло от подернутого поволокой, подслеповатого светила и ударило по воротам, узким окнам второго и третьего этажей, жалюзи воздухозаборников и вообще, по всем остальным деталям этой незамысловатой архитектурной формы, которые располагались на "фасаде". Ракетные залпы часто следовали один за другим, а разрывы долетевших ракет слились в сплошной, непрекращающийся грохот. Казалось, небо обрушилось на землю, без труда пробило хрупкую твердь и рухнуло в черную, липкую пустоту. Увлекая за собой все без исключения. В том числе и тонкий, пестрый налет жизни.

Затем на душу, опять же, без предупреждения, навалилась такая тишина, что хотелось бежать и кричать. Но не было ни сил, ни воздуха. На пол со звоном упали остатки потолочной тали и еще какие-то детали, сорванные ударной волной с шахтного копра.

Передышка оказалась чисто символической и за первым звеном на штурм машинного зала, уже заходило следующее. Вторая серия получилась несколько короче, но не менее захватывающей. Монолитная бетонная конструкция неплохо держала взрывы ракет. Зато все остальное, включая наскоро сооруженную баррикаду, слетало со своих мест, как осенние листья под порывом ветра. От едкой гари сработавшей взрывчатки нельзя было продохнуть.

Как только штурмовики прекратили огонь и низко прошли над сооружением, в бой пошла пехота. Человек десять рванули к освободившемуся порталу прохода. Остальные укрылись за развалинами и открыли прицельную стрельбу по окнам и люкам воздухозаборников, прикрывая наступающих. Совсем близко, выдавая длинные очереди, завыл один импульсник, следом за ним, другой, третий.

— Не давайте им подойти! — крикнул Парса и не услышал собственного голоса.

Даже смешно было подумать, что его услышал кто-то еще.

Внутри помещение полностью заполнял сизый, густой дым. Не было даже видно, что творится на расстоянии в десяток метров. Зато, бегущих к корпусу пехотинцев не заметить можно было, только очень постаравшись. Они aeg разбору стреляли "примерно туда", стараясь как можно быстрее преодолеть открытое пространство.

Парса вжал приклад в плечо и, прицелившись в ближайшего пехотинца, которому почему-то везло больше других, нажал на спуск. Полыхнуло. Оружие нервно завибрировало в руках, больно отдавая по всему телу. Вокруг солдата вздыбились высокие фонтанчики пыли, и он упал. Под повязкой у Парсы стало горячо. Он сунул руку за пазуху и осторожно прикоснулся к ране. Из нее опять шла кровь. Обтерев руку об штанину, старший космических бродяг опять взялся за оружие.

Где-то с третьего этажа, почти не делая передышек, завывала дуэтом пара плазмометов. В резком шуме, который производило это оружие, почти без остатка тонули все остальные звуки жестокой схватки. Даже когда они на секунду-другую прерывались, то рожденное ими эхо продолжало слепо метаться по бетонному саркофагу машинного зала, с одним единственным желанием — найти этот проклятый выход. Искало, но не находило.

Наземная атака захлебнулась. Оставляя на площадке перед корпусом раненых и истерзанные в клочья тела, пехотинцы спешно отступили под прикрытие руин поселка. Поджидая подхода подкрепления, они продолжали вести прицельный огонь. Оставшиеся на пятачке раненые видимо не очень интересовали командование, так как в ход опять пошли ракеты. Эти были гораздо слабее тех, которые использовались штурмовиками, но все равно, долбили что надо. Плотность огня, которым огрызалась импровизированная крепость, так же снизилась, необходимо было беречь боеприпасы.

Внутри наскоро перевязывали раненых, вводили им обезболивающее и стаскивали с этажей убитых. Каждые пятнадцать-двадцать секунд в широком портале машинного зала взрывалась ракета. Спустя несколько минут эти взрывы уже никого не трогали. Начало доставать другое. Та ритмичность, с которой это происходило. Казалось, будто не люди стреляют из ручных станков, а работает какой-то адский автомат и ему наплевать на все, что было раньше. На то, что будет. Вообще на все. Даже на самого себя.

— Ну что, у нас на улице еще остались гранаты?! — крикнул вниз Парса.

— Да, штук пять еще должно быть, если они не сдетонировали во время первого подрыва!

— Подрывайте! — скомандовал Парса. — Самое время, пока они все в этих развалинах. Когда рванет, у вас будет несколько секунд, когда солдатам будет не до нас. Тогда разбросаете еще несколько штук перед входом. Сейчас они залижут раны и пойдут снова. Да, и заминируйте входной портал. Чтобы просто так сюда нельзя было зайти!

— Все сделаем в лучшем виде! — понимающе улыбнулся грузный мужчина.

Ему до возраста Парсы не хватало, ну может лет пять. Не больше.

Он подозвал молодого парня со свежей повязкой на голове, и они оба стали разбирать содержимое небольшого ранца. На подготовку новых зарядов потребовалось всего несколько минут. Потом последовала череда ударивших в разнобой взрывов. За толстыми стенами, к тому же, после постоянно разрывающихся в портале ракет, они показались далекими-далекими. Будто у невнимательного истопника с того света рвануло несколько перегретых котов со смолой.

Взрывы в проеме портала прекратились. Как отрезало. Опять на душу навалилась непередаваемая словами тишина. Пара подрывников, используя замешательство в стане врага, быстро минировала портал, а, покончив с этим, они побежали на верхние этажи, разбрасывать перед входом заказанные Парсой гостинцы.

Больше ничего не происходило. Небо зачем-то сбросило покрывало облаков, гордо демонстрируя свою бирюзу, безвозвратно выцветшую за не представимое число лет. Кроме оранжевого светила, внимательно наблюдающего за происходящим внизу, там больше ничего не было. Штурмовиков не то что бы видно, даже слышно не было. На поверхности то же, никто вперед не рвался. Видимо здраво рассудив, что есть места, куда успевают все без исключения. Me зависимо от того, летишь ли ты по жизни сломя голову или плетешься, едва переставляя ноги. Учитывая то, что все равно успевают все, пехота на этот раз решила особо не торопиться.

Над бывшим поселком горняков поднималась еще одна полоска дыма, рожденная серией последних взрывов. Она поддержала два уже во всю полыхающих пожара, возникших после первого ответного удара. Было непонятно, что могло так здорового гореть в брошенном поселке. Из руин, покрытых пологом поднятой взрывами пыли, постреливали очень редко. Сгоряча можно было даже заподозрить первые, робкие шаги наступления эры вселенской любви. Чего только сгоряча не привидиться!

Внутри энергоблока что-то сухо щелкнуло. В наступившей тишине звук показался настолько посторонним, не относящимся к происходящему, что коекто даже вздрогнул. Все посмотрели в сторону Мортана. Он не смотря ни на что, продолжал возиться с панелями управления. Еще несколько раз на что-то нажал. На каждую из этих команд энергоблок реагировал уже знакомым, громким щелчком, синхронно с которым на мгновение вспыхивали все индикаторы и подсвечивались органы управления.

Все с надеждой наблюдали за подрагивающими на панелях огоньками.

Наконец, законсервированное непонятно когда оборудование, сдалось под отчаянным напором. Щелкнуло особенно громко. Из нескольких распределительных ячеек полились тонкие струйки сизоватого дыма. Далее с резким треском по выходным изоляторам пробежались коронные разряды, выжигая отложившуюся за десятилетия пыль. Вслед за этим раздался басовитый гул входящего в режим реактора.

По корпусу прокатились радостные возгласы. Даже на серьезных лицах детей, которые все время боя отсиживались за шахтным копром, появились улыбки.

— Сделайте что-то с этими подъемниками, уходим! — крикнул Парса, хотя распоряжение было лишним. Несколько человек уже и так торопились к клети для персонала.

Та оказалась в рабочем состоянии и для ее реанимации, никаких дополнительных усилий не потребовалось. Первыми на разведку в шахту спустилась пара добровольцев. Прошло около пяти бесконечных минут, пока клеть вернулась из бездонного, темного провала с единственным пассажиром.

— Орки остался внизу, там места хватает и есть с чем разбираться, объяснил он свое одиночество. — Глубина километра полтора, не меньше.

Первыми вниз отправили раненых и детей. Не смотря на размах развернутой в незапамятные времена добычи, подъемник для персонала оказался очень маленьким. Он мог вместить не больше четырех человек. Вторым заходом, вниз отправились женщины и умник Мортан, знания и умелые руки которого теперь могли быть очень полезны внизу. Не успела клеть в третий раз покинуть свое место, как началась еще одна атака.

У подъемника остался один человек, остальные бросились к окнам и проемам воздухозаборников. На этот раз из развалин больше никто не высовывался. Но даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что вокруг машинного зала стянули сил гораздо больше, чем в первые разы. На этот раз судьбу проходимцев перепоручили технике. К корпусу, сильно петляя, резко изменяя направление и выделывая в воздухе умопомрачительные пируэты, летело десятка два небольших шаров. Размерами с человеческую голову, не больше.

— Что это такое? Кто-нибудь хотя бы видел что-нибудь подобное? — послышалось с третьего этажа.

— Даже не слышали.

— Что бы это ни было, оно не должно залететь внутрь! — крикнул Парса и первым выстрелил.

Оставшиеся в корпусе открыли ураганный огонь по приближающимся шарам. Из руин, напротив, стрелять даже не подумали.

После первого же выстрела шары разлетелись в разные стороны, как oepeonknxemm` незадачливым охотником стая перелетных птиц. Видимо штуки были дорогими, так как были способны не только держаться в воздухе, но и зависать на месте и резко менять направление движения. К тому же, судя по тому, как они себя вели, в их электронных мозгах было столько всевозможных моделей поведения, что на простое ознакомление могла уйти туча времени.

— Ничего себе! — выкрикнул кто-то и стал стрелять еще яростней.

— Берегите боеприпасы! — напомнил Парса, особо не представляя, как это можно сделать в подобной ситуации.

После нескольких удачных попаданий взорвались первые шары. Некоторые очень громко и по настоящему, рассеяв по округе целые тучи коротеньких, отравленных стрелок. Другие оставляли после себя густое, быстро разлетающееся во все стороны, облако розоватого тумана.

— Стреляйте, не давайте им залететь внутрь. Они хотят нас травануть!

Защищающиеся стали отстреливаться с еще большим остервенением.

Во входной портал влетело несколько шаров. Сработала установленная там мина. Не званные гости сдетонировали от взрыва, брызнув во все стороны отравленными стрелками.

— Подрывайте гранаты! — крикнул Парса. — Они хоть и умные, но слабые. Не держат ударной волны!

В одну линию громыхнуло сразу за стенами. Над открытым местом появилось сразу штук пять розовых облачков. Ветер неохотно погнал их в сторону старых отвалов. К входу и окнам рвалось теперь меньше десятка непрошеных, электронных гостей. Время от времени обороняющимся везло, и их становилось на один меньше. Из-за ближайших построек в воздух поднималось все новые и новые устройства.

На поверхность вернулась клеть, и Парса прогнал еще четверых. Кроме него на верху осталось еще два человека и пара убитых. Они отступили под прикрытие копра и вели огонь теперь прямо из-за ковшей грузовых подъемников. Шары уже во всю хозяйничали внутри. Отзывать их пока никто не собирался. Когда после меткого выстрела взрывался шар "заряженный" отравляющим веществом, смертельное облако подхватывала воздушная тяга, образованная перепадом давления в довольно высоком здании. Оно достаточно быстро вылетало сквозь окна верхних этажей, не причиняя обороняющимся вреда. С иглами было сложней. После взрыва они долго рикошетировали и теперь в каждом из остававшихся на верху, хоть по одной, да сидело.

Казалось, эта проклятая клеть никогда не придет, но она пришла. Пришла в самый подходящий момент. Когда отстреливаться уже было практически нечем. Прикрывая друг друга, они добрались до спасительного подъемника. Парса последним ступил на слегка подрагивающий пол. Сквозь зарешеченную дверь клети бросил полный тоски взгляд в сторону распластанных у энергоблока тел и нажал на "спуск". Пол будто провалился под ногами и клеть, быстро набирая скорость, пошла вниз.

Как только кабина подъемника опустилась ниже уровня пола машинного зала, образовавшийся провал автоматически перекрыла массивная защитная решетка. Оставшиеся шары скопились перед этим, не преодолимым для них препятствием. Они продолжали кружить поблизости, даже не собираясь разбегаться по домам. Несколько штук даже взорвалось, но это ничего не изменило, и все осталось, как было.

Клеть быстро неслась вниз, вдоль цепочки вспыхивающих огней дежурного освежения.

— Только бы не оборвалась, — поделился один из парней своими страхами.

— Если тебе повезло выжить после такой переделки, то за то, что под тобой оборвется кабина лифта, можешь даже не думать, — успокоил его Парса.

— Кажется, меня задело, — посетовал второй.

— Меня то же.

— Это эти шары разбрасывали какую-то дрянь.

— Ничего, выберемся, посмотрим, что с этим можно сделать.

Воздух был затхлый и влажный. С каждой сотней метров спуска он становился все теплее и теплей. Казалось, этому спуску не будет конца.

У Парсы вдруг все поплыло перед глазами. Его качнуло, он потерял сознание и грузно осел вдоль решетчатой стены клети, но оружия из рук так и не выпустил.

Мужчины быстро придержали своего предводителя.

— Слушай, а старик совсем сдал.

— Ничего, он у нас еще крепкий. Видишь, дышит? Что ты хочешь, такая рана. Отлежится и все будет в порядке. Он еще успеет нас с тобой погонять и ты еще…

Когда клеть замерла в своей нижней точке, все трое лежали вповалку на полу и уже ничего не говорили. Их быстро вытащили и уложили на выбитый гусеницами камень. Бойкая женщина тут же начала возиться с портативным прибором медицинской экспресс диагностики. Который как по волшебству появился откуда-то из многочисленных складок ее балахона.

Основание шахтного ствола оказалось довольно просторным. Здоровенный накопительный бункер располагался далеко в стороне, под грузовыми подъемниками и обзору не мешал. К нему со всех сторон сбегались транспортерные рукава. Такие же, как тот, что остался на поверхности. Только эти были немного меньше в диаметре. Рядом, в довольно просторной, но неглубокой луже, по брюхо в воде замерли три универсальных, горнопроходческих комбайна. Машины потрясали своей мощью и добротностью. Их "челюстям", каждый "зуб" которых был буквально облеплен хоть и синтетическими, но все-таки алмазами, позавидовало бы любое морское чудовище. Естественно мифическое, потому что все известные отдыхают и к сравнению просто не были допущены. Еще парочка подобных монстров стояла немного в стороне, как раз на границе света и тени. Что располагалось за этой границей, подрагивающий свет чудом сохранившихся светильников, демонстрировать отказывался. Ближайший к пассажирскому подъемнику проходческий комбайн выгодно отличался от всех остальных, находящихся в коме машин. На этом ярко сияли почти все прожектора. Из-за решеток теплообменников, располагавшихся по бокам машины, валили тугие струи пара.

Из открытого люка показался Мортан и крикнул столпившимся вокруг спустившихся последними:

— Несите их сюда, у меня уже все готово! Скорее уходим отсюда, в любую минуту могут появиться солдаты.

Горный комбайн, натужно завывая приводом, выехал из лужи и остановился в нескольких метрах от клети пассажирского подъемника. Раненых осторожно перенесли на комбайн. Два доморощенных подрывника и под землей не скучали. Потребовалось всего несколько минут, чтобы завершить минирование основания шахтного ствола.

— Теперь пусть только сунется сюда кто-то не из нашей компании, сказал старший взбираясь вверх по лестнице к кабине комбайна. — Ну и заложит же у него уши от такого шума!

С лязгом захлопнулся и заблокировался массивный люк. Комбайн круто развернулся на месте. Разрезая чернильную гладь рукотворного, подземного озера, как заправский, быстроходный катер, направился в одну из многочисленных выработок. Его прожектора еще некоторое время кромсали спрессованный временем мрак, а затем исчезли за поворотом.

Спустя десять минут, как опустилась клеть с последними пассажирами, в машинный зал вполз первый пехотинец. Он был в новеньком скафандре. Поверх скафандра был надет бронежилет. Он дал несколько длинных очередей по всему залу, но ему никто не ответил. Следом за первым, к изуродованному взрывами порталу подтянулся еще один, точно такой же воин. Удивительные шары продолжали бесцельно кружить перед проклятой решеткой, никак не отреагировав на "своих". Парни полежали немного на бетоне, а когда отдышались, помогли друг другу подняться. Хотя живых врагов в корпусе уже не было, эти двое свой подвиг уже совершили. То, что они доползли сюда в таких тяжелых доспехах, с оружием, боеприпасами и еще много чем, было не малым геройством.

— Как это так ушли?! — не унимался майор Оран.

Неожиданное известие опять застало его врасплох.

— Наделали столько шуму, да еще и ушли?! Да у меня погибло девятнадцать человек, и еще не знаю, сколько там раненых. А они ушли?! Куда это они, по-вашему, ушли? Отсюда некуда уйти!

— Они в шахте, — доложил кто-то, голосом полным смирения и раскаяния. — Им каким-то образом удалось запустить энергоустановку, и они спустились в шахту.

— И что, глубокая эта шахта?

— Похоже, что очень глубокая.

— Тогда туда мы не полезем. Вы там ничего не разрушили?

— Что именно? — не понял кто-то на том конце.

— Как что именно? Оборудование конечно. Этот объект собственность правительства. Там все в порядке?

— Вроде в порядке.

— Тогда сделайте все, чтобы они никогда не вылезли из-под земли и убираемся отсюда. И так вон уже сколько возимся. И не тяните там.

— Есть, господин майор.

Пискнуло, и говоривший отключился.

— Ну, ничего не могут сделать сами!

В машинном зале удивительных шаров уже не было. Клеть пассажирского подъемника находилась в своем верхнем положении. Солдаты, выстроившись цепочкой, загружали в нее небольшие, но судя по прилагаемым усилиям, очень тяжелые контейнеры. Когда клеть оказалась, заполнена ими примерно на треть появился какой-то нервный специалист. Широко жестикулируя руками, он прогнал из недавно отбитого зала рабочую силу. Сам же принялся устанавливать на контейнерах небольшое устройство управления. Подошел перепачканный в пыли лейтенант.

— Подействует? — спросил он.

— Еще как подействует, — пообещал специалист.

На его нулевом камуфляже не было ни одного знака звания или рода войск.

— Эта штука работает не больше недели. Потом под действием кислорода начинает разлагаться. Так что шахту мы не загрязним, но нужно быть сделанным из железа, чтобы выдержать эту напасть.

— Так им и надо, — высказался зеленый, но уже немногословный офицер, вытирая с лица сажу.

Когда все было готово, завербованный смертью кудесник отправил клеть вниз и последним покинул машинный зал. Заглушить энергоблок никто так и не догадался. Мыслить по-хозяйски и быть военным, это были всегда две практически несовместимые вещи. Над пятачком перед входом, раскачиваясь, висел штурмовик. Убитых и раненых уже успели собрать и погрузить. Те, кто был в стоянии сам шевелить своими двумя, заняли места сами. Уже находясь на борту штурмовика, химик-практик, находящийся непонятно в каком звании, посмотрел на часы. Затем достал невзрачное устройство дистанционного управления и нажал несколько кнопок. Штурмовик развернулся и с резким набором высоты пошел на север, как было приказано, "в место сбора".

В машинном зале взрыва почти не было слышно. Так, просто низкий, слабый толчок, и все. Через минуту из шахтного ствола вырвалось грязное, бурое облако. Замерло, будто осматриваясь, и медленно заструилось сквозь окна верхних этажей наружу. Поглядеть на этот божий свет.

4

Перед открытым люком аварийного шлюза стояли капитан, Корас и доктор Трас. На полу шлюза, лежал черный пластиковый мешок. В нескольких местах ecn перетягивал стальная упаковочная лента. Капитан бесцветно говорил стандартные слова, заученные за долгие годы службы наизусть:

— …Так, как человеческая жизнь провозглашена в нашей Конфедерации наивысшей, самодостаточной ценностью, вдвойне прискорбно присутствовать сейчас на этой церемонии. Мы все, собравшиеся здесь, — Дак сделал паузу. Мы все, благодарим тебя, Харди, за то, что ты был достойным гражданином Конфедерации. Следующие за нами потомки не забудут того, что ты сделал для нашего сообщества.

После неприлично затянувшейся паузы слово взял доктор Трас. По совместительству на крейсере он был еще и капелланом. Правда, непонятно какой концессии. Доктор прокашлялся и приступил к своей части траурного походного обряда:

— Все меняется в этой Вселенной. Все подчиняется незыблемым законам Всевышнего. Не всегда доступных пониманию простого смертного. Но, как нас учит опыт, ничего просто так не происходит. В конечном итоге, все имеет свой, строго определенный смысл. — Капеллан по совместительству запнулся, сообразив, что его экспромт слегка не согласуется с моментом.

Затем продолжил:

— Созданное из праха, священным величайшим промыслом, неминуемо снова должно превратиться в прах. А дух, снова должен обрести свободу бытия. Так было всегда и так будет всегда. Пока светят звезды и в плотных мирах воплощаются для испытаний и становления все новые и новые, зарождающиеся высшие духовные сущности.

Экспромты всегда давались доктору плохо. Вот и сейчас, он опять сообразил, что забрался в непонятные дебри. Только уже не религии, а теософии. Сделав последний "рывок", он подытожил:

— Мы все просим Всевышнего, чтобы он принял дух Кораса назад. Ибо он милостив и не может поступить иначе. И благодарим Его за то, что являет нам свою милость повсеместно и ежечасно, не оставляя свою паству наедине с предстоящими нам испытаниями.

Капеллан всем своим видом показал, что его миссия окончена.

Настала очередь Кораса:

— Если вы говорите, что после всего есть еще что-то, то я очень надеюсь, что Харди там будет хорошо. А еще я знаю точно, что он больше не будет бояться, кричать по ночам и приползать из города на базу избитым.

С ритуалом было покончено. Капитан торжественно щелкнул по кнопке панели, и внутренний люк резко встал на свое место. Сквозь небольшое, но очень толстое стекло, было видно, как в шлюзе включились аварийные оранжевые огни, предупреждающие об опасности происходящего. Когда на панели вспыхнул зеленый огонек, Дак долго не раздумывая, нажал на кнопку, подсвеченную красным. Створки наружного люка мгновенно распахнулись. Раздался приглушенный хлопок. В следующее мгновение внутри шлюза было пусто, а пластиковый пакет находился уже метрах в пятидесяти от корабля. В распахнутый шлюз с интересом заглядывала пригоршня крупных звезд.

— А почему вы его решили похоронить в космосе, а не на Амре? — спросил доктор.

— Я просмотрел его личное дело, и оказалось, что у него там никого нет. Некому было его везти. Не знаю, может кто-то и есть, но в файле об этом нет никаких сведений. Я так подозреваю, что даже если бы я доставил его на базу, то все равно мне бы пришлось его хоронить. А это опять заполнять формы, составлять пару рапортов…

— К тому же карантинный контроль, — вставил доктор свою затертую монету.

— Да, — поддержал капитан. — Так для всех намного проще.

Далее разговор перекинулся на внутрикорабельные проблемы. Корас направился в расположение своего отряда, не прислушиваясь к удаляющимся стонам доктора, о сложности его профессиональных обязанностей.

Заканчивалась вторая неделя, как был обнаружен транспортник арков. Все это время слилось в сознании Кораса в один, невероятно долгий и насыщенный день. За это время уже многое было сделано. Трех суток хватило на то, чтобы обнаруженные командой спасателей роботы-уборщики очистили от высохшей пены жилую часть корабля и прилегающие к силовой установке отсеки. Еще четверо суток ушло на то, чтобы отделить зараженные грузовые отсеки, которых как выяснилось почти сразу, оказалось два, от жилой части корабля. Чтобы справится с этой задачей, да еще и так быстро, Корасу и его людям пришлось повозиться. Капитан, со своим азартом к космическому мусору, все равно остался недоволен. При каждом новом "вливании" он объяснял, что работу можно было выполнить гораздо быстрее. Отсеки силовой установки изобиловали всевозможными технологическими люками и узкими переходами для обслуживающего персонала, к тому же система вентиляции… Ну, уж эта система вентиляции! Только существу из нечеловеческого мира могло прийти в его уродливую голову, оборудовать нежилую часть корабля такой разветвленной сетью регенерации воздуха. Но с этим то же справились. Все, что можно было закрыть, закрыли. Что не закрывалось просто так, заварили навечно.

Для уменьшения биологической активности до сих пор непонятного происхождения, капитан Дак скрипя сердцем, приказал сбросить в космос груз находящийся во втором грузовом отсеке. Отсек был полностью автоматическим и предполагал такую возможность. В первом же, там где находился очаг древнего пожара, такой возможности инопланетные конструкторы не предусмотрели. Там осталось все, как было. Эту часть корабля отсекли и решили обеззараживать уже на базе, где для этого имелось гораздо больше возможностей.

Когда с приготовлениями было покончено, приступили к обеззараживанию жилой части транспортника. Для этого на чужой корабль закачали "химии" на такую сумму, что капитан несколько дней подряд пребывал в подавленном состоянии. Для равномерного распространения коктейля из универсальных препаратов, была использована отлично сохранившаяся на транспортнике система регенерации воздуха. Она оказалась комбинированного типа. На восстановлении свойств подаваемого в отсеки воздуха ее обязанности не заканчивались. Она еще и регулировала его температуру. Для достижения более быстрого и гарантированного результата, со стонами и всхлипываниями на борт транспортника арков сделала выход бригада ремонтников и подняла до предела температуру подаваемого системой воздуха. Это оказалось почти девяносто градусов. Через несколько часов работы системы в таком режиме, жилые отсеки транспортника очень сильно напоминали раскаленный духовочный шкаф, заполненный зверски активным, бордовым маревом.

Протравка продолжалась четверо суток подряд. Сразу за ней начался не менее длительный "обряд" нейтрализации. На обнаруженном корабле делать было нечего, и жизнь на крейсере Орса замерла. За это время поредевшая бригада спасателей успела отдохнуть. Аркан, который во время первой "горячей" санитарной обработки, из-за своего тесного скафандра, получил довольно обширные ожоги, даже успел подлечиться.

— Ну, как все прошло? — спросил Аркан, когда Корас появился в расположении.

— Как обычно. Хлоп и нет нашего Харди. Как никогда и не было…

Рино только поднял глаза на командира, но быстро отвел взгляд. Больше никто ничего не спрашивал. Не было принято. Эта сторона их профессии всегда считалась запретной для обсуждения и на нее существование обращали внимание только в исключительных случаях. Да и то с большой неохотой. Каждый понимал, что только благодаря слепому случаю на месте Харди не оказался он сам. И ни о каком умении, сноровке или технической грамотности дело здесь вовсе не идет. Путь к аварийному шлюзу был всегда открыт, а все остальное, было только делом времени.

Природу случившегося установить так и не удалось. Ни доктор Трас, ни специалисты-техники так и не дали вразумительного ответа о природе несколько раз продемонстрированного команде спасателей голографического кино. Правда, Трас однажды за обедом что-то понес о психологическом воздействии необычных зрительных форм на неадаптированное сознание, но это выглядело так по детски, что никто ему не поверил. Во время всех последующих выходов на транспортник, никто ничего подобного не больше видел.

— Что там нового придумали на нашу голову? — спросил Рино после длинной, липкой паузы.

— Сегодня ночью будет закончена нейтрализация. Завтра с утра выходим.

Хотя на космическом корабле, способном выходить из пространства и возвращаться обратно понятия "день" и "ночь" были чистейшей условностью, но так как режим работы команды не разделялся на вахты или смены, то применялись только они.

— Что на этот раз?

— Поведем на работу наших умников. Дак собирается запускать реакторы.

— Думаешь, они разберутся?

— Откуда я знаю? Если у них не получиться, то я им не завидую. У капитана большие планы на счет этой старой развалюхи. Он, наверное, уже в каждом сне видит себя на аукционе старьевщиков.

— Да. Если ее как следует вычистить, то можно очень даже неплохо заработать, — ни к кому не обращаясь, мечтательно сказал Аркан.

Остальные посмотрели на него как на дурачка. Идиллический настрой списали на счет препаратов, которые доктор выдавал ему щедрой рукой каждое "утро", и разубеждать не стали.

До "вечера" бригаду спасателей больше никто не догадался побеспокоить.

Сразу после завтрака на Орсе во всю закипела работа. На центральный пост заступили Ирта с Адвином. К люку присоединенного к транспортнику шлюза, техники с муравьиной проворностью натаскали целую кучу оборудования. Не смотря на размеры, она продолжала увеличиваться прямо на глазах. Хозяева аппаратуры сновали, как заведенные ключом, вызывая тем самым в душе капитана волны необъяснимого словами умиления.

— Все, выходим через тридцать минут, — передал Корас распоряжение капитана. — Тесты показали, что в рукаве перехода и в первом помещении за ним, биологической активности не обнаружено.

— А что там с температурой? — подал голос Рино.

— Мне пообещали, что температура в пределах нормы. Ее вернули к норме еще несколько часов назад. Они подключились там к какому-то шлейфу и управляют теперь регенерационными установками отсюда.

— Что с собой берем? — спросил Аркан, обрабатывая источающим подозрительную вонь аэрозолем, недавно обожженные места.

— Как всегда, — ответил Корас. — Зайдем первыми и посмотрим, что там с этой активностью.

— Я не знаю, как вы, а без огнемета я внутрь не войду, безапелляционно заявил Рино.

Он начал натягивать на себя новенький скафандр. На этот раз с исправным устройством термокомпенсации.

Сразу после "горячей" обработки, между Даком и спасателями состоялся мужской разговор. Передавать который, без использования ненормативной лексики было бы полностью провальным и абсолютно бессмысленным делом. Капитан сдался и выдал новые скафандры из своего "личного" загашника.

— Да. Без огнемета, да в наше беспокойное время, и из своей каюты опасно выходить, — пошутил Корас.

Все поддержали шутку дружным хохотом.

Ожила система оповещения:

— Что вы там так долго возитесь? — спросила она голосом капитана Дака. — Вас уже все ждут.

— У нас еще пять минут, — за всех отрезал Аркан.

Он застегнул ранец скафандра морщась от боли.

— Все равно без нас не обойдется, — сказал он уже тише, своим. Подождут, ничего с ними не случиться.

Но оправдания не потребовались. Интерком замолк, будто его разбили.

В назначенное время трое спасателей, экипированные согласно моменту и вооруженные до зубов, входили в злосчастный шлюз. За ними с ужасом следила бригада одетых в скафандры ремонтников. Их было восемь человек вместе с бригадиром. Тот сидел на шлеме собственного скафандра и пролистывал какието схемы, облюбовавшие красивый, портативный компьютер. Капитан был на центральном посту, и лично воспитать зарвавшихся спасателей сейчас было не кому.

Люк встал на место. Помигав предупредительными огнями, шлюз распахнул свой внешний люк. Неизведанное широко распахнуло свои цепкие объятья. Сразу за люком, к стенке перехода сиротливо жался забытый и всеми покинутый 02-й.

— Ну что, маленький, соскучился?! — радостно выкрикнул Рино. — Тебя тут не сварили?

Робот приподнялся на своих паучьих ногах. Распознав ласкательную интонацию, по-собачьи прижался к ногам Рино.

— Спроси его, как у него с животом, — сказал Корас. — Может у него голова болит?

— Вечно вам шуточки! — обиделся Рино за себя и за робота одновременно. — Представляете, как ему здесь было одиноко!

— Хоть от тебя отдохнул. Это ему только на пользу, — продолжал задирать товарища Аркан, но дружелюбным тоном.

Рино проверил своего любимца сканером биологической активности. Робот оказался чистым, как скальпель, только что вынутый из стерилизатора.

— Так, давайте его закроем в шлюзе, а то он опять где-то испачкается, — потребовал Рино.

— Нет, ничего с ним не случится, если он подождет здесь. Из-за робота я возвращаться не стану.

— Точно, — поддержал командира Аркан, — плохая примета. Пусть ждет здесь.

— Ладно, пусть ждет здесь, — неохотно согласился Рино. — Ты понял меня? Жди здесь и ни вздумай плестись за нами.

И как только Рино умел находить взаимопонимание с холодной сталью?

В первых коридорах транспортника все было тихо, как на кладбище, в безветренную ночь. Температура действительно успела опуститься. Хотя и не до нормальной отметки, но все же существенно. Оба сканера биологической активности, которые Аркан и Рино не совали разве только под навечно приклеенное покрытие пола, не подавали никаких признаков жизни. После обработки, корабль действительно был таким стерильным, какими бывают только герметичные операционные для трансплантации органов, да и то не в каждом госпитале. Единственное, на что реагировали сканеры, это были находящиеся на скафандрах микроорганизмы с крейсера, но умные приборчики не считали их опасными.

Первым делом небольшой отряд направился в отсеки силовой установки. К самому отдаленному месту отделенной зоны. Именно этим путем заражение дошло до сканеров шлюза и сдесь могли сохраниться его следы. На удивление, там все оказалось чисто. Для гарантии места блокировки переходов, проверили несколько раз, разными приборами. Сканеры даже не пискнули.

— А? Так кто из нас варить не умеет? — припомнил Аркан старый упрек, совершенно не задумываясь о сохранности своего глаза.

— Умеешь, умеешь, — успокоил его Корас. — Следующий пункт нашей экскурсии — центральный пост.

— Слушай, если здесь все чисто, то там тем более ничего не сохранилось. Еще тащиться в такую даль, — начал ворчать Аркан.

Его характер сильно пострадал после недавней термической обработки.

— Проверим на всякий случай. Вдруг наши умники захотят снять скафандры, а там что-то осталось?

— Думаешь, они станут их снимать?! — удивился Аркан широте фантазии своего командира. — Да если бы не капитан, то они бы и в скафандрах к этому склепу близко не подошли!

— Ты зря на них наговариваешь. Они ребята ничего, только слишком много знают. От этого и неуверенность.

— Хочешь сказать, что мы здесь все придурки?

— А что, нормальный человек будет заниматься тем, чем мы занимаемся?

После недавней автоматизированной уборки центральный пост сиял, как парадный офицерский сапог, (правый). Нигде даже пылинки не было видно. Видимо роботы-уборщики оказались гораздо сложнее и функциональнее, чем это могло показаться после первого взгляда. Пульты пилотов и стойки навигационного оборудования находились на зыбкой, трудно определимой грани между комой и летаргическим сном. В "живом" состоянии находились только несколько проекционных экранов. Из тех, что как-то проецируют изображение прямо на воздух. Настоящие были потушены и терпеливо ждали прикосновения к клавиатурам властной и умелой руки.

Рино прошелся сканером по обивке кресел, панелям переборок, пультам. Все было чисто. Биологической жизни просто не было. Ни одной из ее форм. Ничего. Только мизерная доля процента продуктов распада недавно грозной опасности и все.

— Кажется все, — подытожил Рино свою работу. — Идем еще что-то проверим или возвращаемся на крейсер?

— Сколько можно бродить? — пожаловался Аркан из ближайшего к выходу кресла. — Пора возвращаться.

Корас и Рино посмотрели в его сторону. Корас медленно потянулся за импульсником. Рино отбросил прочь сканер и сдернул с плеча огнемет.

— Что я такого сказал?! — оправдываясь крикнул Аркан не веря своим глазам.

До боли в кисти он сжал рукоять своего импульсника.

— Хотите еще куда-то сходить, давайте сходим. Зачем же нервничать?

— Медленно, без резких движений сползай с кресла и прыгай вправо, очень тихо прошептал Корас в микрофон шлема.

Аркан быстро переводил непонимающий взгляд с одного компаньона на другого и не двигался с места. Наконец до него начало что-то доходить. Он резко оглянулся. Сразу за креслом, в котором он сидел, в тени проема распахнутого люка, маячила едва заметная "голограмма" арка. Эта была гораздо "старше" тех, что они видели раньше. На морде было больше кожных складок. Чешуя, рисунок на самой коже или что у них там было такое, был гораздо крупнее, чем в прошлые разы. Непонятно почему, но с первого взгляда было видно, что этот арк гораздо старше тех, что были раньше. На этом было надето что-то наподобие мундира. Так как все вместе это свободно просматривалось насквозь, что-то более точно сказать было трудно. Традиционно, ноги гостя с того света не касались пола. А сама картинка то слегка приподымалась, то опускалась, как это бывает с пилотом при использовании плохо отрегулированного или дешевого реактивного ранца. В отличие от стычки в зале энергоблока, когда от каждого движения или взгляда арков так и тянуло неприкрытой враждебностью и спрессованной агрессией, этот был спокоен, как сожженный в бою танк.

Как только Аркан разглядел сквозь блики света на стекле шлема, затаившуюся за спиной напасть, его, будто катапультным пиропатроном, выбросило из кресла. Куда только девалась та немощь, которую он демонстрировал последние дни каждому желающему. Не дотронувшись до пола, а, использовав в качестве опоры соседнее кресло, он так далеко отпрыгнул в сторону, что в другой бы ситуации наповал поразил бы всех своими неожиданно проявившимися способностями, но всем сейчас было не до этого.

Арк продолжал себе висеть на месте и глядеть куда-то вдаль. Поверх голов Рино и Кораса. Исключительный цирковой номер впечатления на него не opnhgbek.

Секунду, другую ничего не менялось. Затем, так и не дождавшись приказа командира, Рино выстрелил. Струя огня ударила через весь отсек, лизнула переборки и объяла висящее в проеме изображение. Именно объяла, а не прошла насквозь, как это должно было быть с настоящим голографическим изображением. Сопротивление огню было совсем небольшим, но глаз эту разницу уловил. Пламя словно слегка приостановило движение. Огонь исчез так же быстро, как и появился, оставив на переборках сероватый налет копоти. Больше в проеме никого не было.

— Вы видели?! — возбужденно крикнул Рино. — Кажется это не голограмма!

Аркан тяжело поднялся из-за кресел. В наушниках было слышно его тяжелое дыхание. Корас стоял с импульсником в руках, не двигаясь с места.

— Ребята, вы не представляете, как мне захотелось на крейсер! выпалил Аркан, как только к нему вернулась способность говорить. — Может, потихоньку пойдем?

— Интересно, что же это такое? — спросил Корас, забрасывая оружие за спину. — И протрава его не взяла. Если бы с нами был Харди, то он бы наверняка сказал, что этот транспортник проклят.

— Вот только Харди не надо трогать, — серьезно предупредил Аркан, хотя никто и не собирался.

— Ну, и что же мне доложить Даку? Рассказать, что мы опять повстречали привидение, и что Рино его сжег? Да он же не поверит. Все приборы молчат, а в этом склепе постоянно что-то происходит. Кто мне объяснит, что это такое?

Все молчали. Несмотря на порыв, особо не торопились покинуть относительно безопасный, тупиковый отсек центрального поста. Время шло, призраки бывших хозяев больше не появлялись.

— Давайте, убираемся отсюда, — сказал Корас когда страсти немного улеглись. — Только осторожно. Рино идет первым. Жги все, что тебе не понравиться. Ты то же следи за тем, где находишься, — сказал он уже Аркану. — А то расселся себе и ноет. По сторонам надо смотреть, понял?

— Понял, — виновато ответил Аркан.

При этом он чесал нос об индикаторную панель шлема, и раскачивая при этом головой в разные стороны.

— Тогда вперед, вернее назад.

Шли медленно, останавливаясь перед каждым поворотом или закоулком. Не смотря на предпринятую предосторожность, а может быть, благодаря именно ей, на обратном пути им уже ничего сверхъестественного не повстречалось. У запертого шлюза их послушно ждал 02-й. На этот раз, он не вызвал у Рино даже слабого подобия тех чувств, которые он излучал в разные стороны, при первой, после разлуки встрече.

— Доложу все, как было, — уже в шлюзе сказал Корас. — А дальше пусть сами разбираются. Что, он даром капитан, что ли?

— А нас обвешают всякими штуками и пошлют обратно, — пожаловался Аркан.

— Слушайте, у меня есть хорошая идея, — напомнил о себе Рино. — 02-й ведет контрольную запись. Цикл, кажется, месяца полтора. Запись ведется по кругу, старое стирается, а поверх него записывается новая информация. Было бы неплохо ее "скачать" и посмотреть. Я не думаю, что он все это время сидел у шлюза. Наверняка облазил весь транспортник. А если и сидел, то все равно, за две недели, у него было гораздо больше шансов заметить что-то необычное, чем у нас за несколько часов.

— Думаешь, у него эта функция сохранилась? — спросил Корас. — Если я не ошибаюсь, то недавно у него был уже четвертый, послегарантийный регламент.

Все посмотрели на прижавшегося к полу 02-го.

— Чего зря гадать? Надо проверить.

Система биологической безопасности шлюза молчала, будто ее не было bnbqe. Открылся внутренний люк. На этот раз, кроме скучающих техников находился сам Дак и Брудо Старший — его лучший навигатор. Заспанный и небритый, как и полагалось гениям во все времена. Благополучно выбравшихся из переделки встретили не цветами и овациями, а как всегда, сонными, безразличными взглядами.

— Как там, все чисто? — не выдержал Дак.

Корас отпустил своих и отвел в сторону капитана. Рассказ занял не больше нескольких минут, хотя впечатлений у командира спасателей хватило бы ни на один час вдохновенного трепа. Первую его часть, капитан слушал очень недоверчиво, но когда дошло до свежей идеи Рино и возможности проверить все сказанное, в его глазах вспыхнуло настоящее любопытство. У него еще не укладывалось в голове, с чем столкнулись его люди и зачем оно вообще такое, но исключительность творившегося на старом корабле его заинтриговала. Он никогда не забывал слова своего старого предшественника, мир его праху, что, мол, только за исключительные вещи хорошо платят. А здесь, куда уж необычней?

— Хорошо, — будто делая одолжение, согласился капитан. — Поглядим, что там вам показалось. Не одно, так другое. Странный какой-то корабль.

— Зато, какой большой и почти как новый, — ткнул Корас в нужное место.

— Точно, — стал немного успокаиваться капитан. — Давненько нам не попадалось ничего подобного. Ремонтникам я пока даю отбой, а тебя жду с модулем памяти этого робота на центральном посту через пять минут.

— Что, мне прийти прямо в скафандре?

— Хорошо, — унял пыл капитан. — Через десять.

Была смена Ирты Корван и Адвина Стика. Капитан сидел в своем центральном, "императорском" кресле и недовольно наблюдал, как 02-й царапает пол своими шипами. Как выяснилось, у роботов этой модели, модуль памяти можно было вынуть, только разрезав корпус на несколько частей. Естественно, такой жертвы спасатели допустить не могли и привели на центральный пост робота целиком. Да и сами пришли в полном составе.

02-й впервые за всю службу находился на центральном посту родного крейсера. Он постоянно вертел своими объективами, изучая объем незнакомого пространства. Его быстро подключили к считывающей аппаратуре. На мониторе появилась картинка довольно плохого, "осмотрового" качества. Адвин включил сглаживание, и теперь изображение стало пересчитываться в один из хороших форматов. На экране носились из стороны в сторону планы центрального поста — то, что видел робот в данный момент.

Повозившись немного с управлением, Адвин добрался до сохраненной в кристаллах информации. На экране прошло несколько незатейливых сцен жизни спасателей. Окончание партии в кости, шуточная потасовка, во время которой разозленный до предела Аркан гонял по кубрику еще живого и невредимого Харди. Тому даже удалось уйти.

— Надо же, запомнил, — с противоречивыми чувствами в голосе пробубнил Аркан. — Ничего себе, как живой.

У Корван на экранах ничего существенного не происходило уже вторую неделю, и она с интересом приняла участие в премьерном показе. По ее правильному, безупречному лицу бродила снисходительная ухмылка. Уж ей ли было не знать, какие все-таки мужчины дети. Даже когда для того, что бы выглядеть более-менее сносно, им приходилось бриться дважды в день.

Адвин передвинул точку считывания еще на несколько суток вперед. В этот раз экран выдал такое веселье без повода, какое бывает только среди равных. Когда все потеряно и больше потерять просто нечего.

— Ладно, хватит вам, — высказал Корас за своих. — Там у него все привязано ко времени. Посмотри у себя там, когда первый раз включилась система биологической защиты и начинай смотреть оттуда.

Больше ничего интересного не намечалось и Ирта села на место. Адвин сделал, как ему сказали. Попал точно, как раз туда, куда требовалось. На экране за отрядом Кораса закрывался наружный люк шлюза.

Аркана передернуло, и он машинально почесал левое предплечье. Рука заживала и в подтверждение этого нестерпимо чесалась. Капитан приготовился парировать упреки своих людей по поводу той обработки и скафандров, в которых они были, но спасатели сдержались.

Адвин включил ознакомительный режим. Запись стала демонстрироваться короткими фрагментами, быстро сменяющими друг друга. 02-й, досконально изучив помещение, по-собачьи распластался на полу и замер. То, что кому-то вздумалось провести инвентаризацию его мозгов, казалось, его нисколько не волновало. Это было не самое страшное, что с ним уже делали люди.

Затем быстро пронеслись все восемь выходов группы, во время которых Корас со своими людьми отсекали жилую зону от грузовых отсеков. Каждый раз робот увязывался за ними и провожал обратно, до самого шлюза. Ничего сверхъестественного за все это время в записи не было. В перерывах между экспедициями, 02-й сидел у шлюза и пялился на люк.

Сразу после последнего выхода прямо через шлюз в транспортник стали закачивать желтоватый, мутный газ и четкость картинки упала до такой степени, что никакая аппаратная поддержка уже была не способна справиться с этим изъяном. Все это время 02-й просидел в открытом шлюзе, уставившись в переборку. Кроме хорошо положенного, сварного шва на экране долго ничего не появлялось. Так продолжалось еще около двух суток, после чего 02-й потерял страх, и совершил свою первую, совсем короткую вылазку на враждебный корабль. За ней, последовала вторая, третья…

— А ты не очень послушный, — пожурил Рино 02-го.

К концу мятежных суток, робот побывал в таких закутках жилой зоны и реакторных отсеков, о существовании которых не подозревали даже спасатели. Излазившие казалось там все вдоль и поперек. Верхом его любопытства стала прогулка по воздухопроводам системы регенерации воздуха. На этот раз, в поисках пропавших хозяев, отчаянный механизм продемонстрировал самый высший пилотаж, не подвластный описанию в принципе.

— Да, хороший корабль, особенно реакторы, — порадовался за себя Дак, и сразу приступил к разбираемой теме: — Ну, и где же эти ваши монстры? Корас, опять ты начинаешь мутить?

Ирта издевательски ухмыльнулась.

— Он же обследовал весь корабль и ничего не заметил. Может это вы, ребята, у меня такие глазастые? Вы ничего не принимали перед выходом, не курили?

Карас прищурившись, глянул на капитана. Аркан зыркнул на Дака, как на злейшего врага. Рино с Адвином продолжали смотреть запись и даже не слушали, о чем там говорят.

По мере продвижения по записи газовый туман постепенно редел, и через двое суток, судя по счетчику времени, картинка очистилась полностью.

— Нет, ну ты сам посуди, — Дак включил заднюю и сдал на несколько метров. — Вы говорите одно, а я вижу совершенно другое. И чему ты думаешь, я поверю? Твоему слову, или тому, что вижу собственными глазами.

— Как знаете, капитан. Вижу, вам нравиться хоронить своих людей. Вошли во вкус? Я же говорил, что он не поверит, — сказал Корас Аркану и встал. Не надо было вообще ничего говорить. Мы и так постоянно крайние. Пусть бы разбирались сами. Ничего, еще не долго осталось ждать. Вот когда они сами поднимутся на борт этого склепа, вот тогда и посмотрим, как им там понравится.

— Но вы же сами видите, что на записи ничего нет.

— Мы это видели своими глазами, без записи.

— Я даже не знаю…

— Вот здесь, кажется, что-то было, — сказал Адвин.

Он остановил просмотровый режим и "отмотал" на несколько минут назад.

Околонаучная дискуссия, начавшая было переходить на личности, сразу же стихла, словно мотор, которому перекрыли подачу топлива. Корван опять встала со своего места.

Робот находился на транспортнике, в одном из хорошо освещенных переходов. Он вел от места врезки к центральному посту. Картинка часто подрагивала в такт его плохо смоделированной, механической походке. Метрах в двадцати по ходу движения стало заметно какое-то марево, как это бывает с сильно перегретым воздухом. Робот замедлил шаг. На этом метаморфозы не закончились. Скорее наоборот. Процесс пошел еще более бурно. Воздух продолжал сгущаться, сворачиваться, как прокисшее молоко на плите у невнимательной хозяйки. 02-й резко остановился.

— Вот так эта штука начинается, — объяснил Корас, торжествуя победу своей правоты. — Где вы видели, чтобы так включалась голографическая проекция?

Дежурная смена и капитан с удивлением следили за экраном компьютера. Дак пропустил слова Кораса мимо ушей. На Аркана накатили переживания часовой давности. Его дыхание стало тяжелым, а на лбу заблестели первые капельки пота.

Бригадир спасателей еще бы что-то сказал, но чудесное превращение закончилось, и теперь в переходе находилась парочка гостей, непонятно с какого света.

— Это не те, что были в прошлые разы, — впервые за все время напомнил о себе Рино.

— Вот это и есть арки? — спросил Дак.

— Да. По крайней мере, с виду точная копия, только немного прозрачные.

— Даже не подумал бы, что такая мразь может летать на таком хорошем корабле, высказался Дак видимо о прототипах.

— Надо было выйти с нами на их спасательный модуль, — сказал Корас. Сразу бы во всем разобрались, а заодно и познакомились бы. Там было пару штук живых и полностью в рабочем состоянии.

Арки некоторое время висели без движения, затем им надоело и они двинулись в сторону 02-го. От неожиданности робот присел, и теперь съемка велась с еще более низкой точки. Это еще добавило на экране летающим гадам в росте и соответственно, во внушительности. При передвижении использовался комбинированный принцип — как и положено обычному существу, они шли, ловко переставляя ноги. Но при этом, в лучших мистических традициях, эти самые ноги, не касались пола. Не доставали, наверное. В полуметре от робота они остановились. На 02-го нашла волна плебейской, да что там плебейской, настоящей рабской покорности. Он рухнул ниц перед непонятно кем с такой силой, что по изображению даже пошли помехи.

Как только дошло до демонстрации морального падения 02-го, сидящий у ног Рино слабак отколол точно такую же штуку. Расставил в стороны манипуляторы и ударил корпусом об пол. Будто каким-то образом заново пережил этот кошмар в записи.

Все посмотрели в его сторону. Особо заострять на этом внимание было некогда, так как одна из тварей наклонилась к светочувствительным элементам 02-го. Почти весь экран занял клыкастый оскал настоящего хищника. Протянув лапу, существо осторожно прикоснулось длинным когтем к светочувствительному элементу робота.

Изображение на мониторе дрогнуло и исчезло. Экран засветился ровным, голубым цветом, символизирующим отсутствие сигнала. Все сидели молча.

— Промотай дальше, — наконец-то подал голос капитан.

— Я просматриваю его память, — ответил Адвин, — но здесь больше ничего нет.

— Что, испортился?

— Не знаю.

02-й возобновил запись ровно через сутки. Далее пошла обычная картинка с изображением переходов и отсеков враждебного транспортника. Ничего необычного больше не случалось. Незыблемые законы мироздания опомнились и больше сбоев не давали. После происшествия роботу не сиделось на месте, и он все время шатался по чужому кораблю. Нигде надолго не задерживаясь, asdrn пытаясь, что-то отыскать. Что с ним происходило во время, когда не велась запись, осталось полной загадкой.

Вместо того чтобы хоть как-то прояснить картину и развеять возникшие опасения, просмотр записи вопросов только добавил.

— Ну, и что мне с этим всем делать? — начал кипятиться капитан, когда прошло первое впечатление от безымянного фильма. — Вы что, хотите, чтобы я оставил хороший корабль, только потому, что там что-то не так. Я этого не сделаю. Во-первых, я считаю это нецелесообразным, а во-вторых, даже если бы я так хотел, то это не реально. Вы бы знали, сколько денег компании было потрачено на его протравку, а на поиски…

— И Харди, — напомнил Корас.

— Да, Харди то же, — не понял контекста капитан.

Помолчали.

— Хорошо, — согласился Дак. — Я временно приостановлю работы и отошлю на базу запрос, вместе с этой записью. Адвин, если из этого робота точно нельзя вынуть носитель, то сделайте копию того участка. Когда все будет готово, заготовьте почтовый шаблон и позовете меня, я вставлю несколько слов от себя.

— Будет сделано, капитан.

— Тогда, совещание окончено, — порадовал всех Дак. — Ирта, сообщите техникам, что выход на транспортник пока отменяется. Оборудование пусть оставят у шлюза. И пусть поблагодарят Кораса за еще один выходной день.

Последняя фраза была сказана не слишком миролюбиво, но для капитана Дака такой тон считался вполне нормальным.

— Интересно, что это может быть на самом деле? — спросил Аркан уже в кубрике.

— Что именно? — переспросил Рино.

— А вот, вроде ты не понял?

— Понял, ну и что? Все равно я не знаю.

— Да, странная штука. Интересно, откуда она берется? И если это просто иллюзия, то почему ее обтекал огонь?

— Ага, и почему они исчезают после того, как их обработать огнеметом? — оторвался Корас от просмотра детского фильма про добрых драконов и злых, оранжевых человечков.

— Значит, им вредит огонь, — сделал вывод Аркан, продемонстрировав достойный пример безупречной логики.

— Точно, — сказал Корас и рассмеялся.

На экране настала очередь улыбающихся драконов. Они теперь ловко восстанавливали справедливость, с легкостью преодолевая все козни врагов.

— Нам они вредят так же, как им огонь. И мне то же очень интересно, как это происходит.

— Да, странная штука, — вернулся Аркан к тому, с чего начинал. Странная.

— Что ты хочешь? — уже серьезнее сказал Корас. — Это же нечеловеческий корабль. Для людей здесь все должно быть странным. У них же все иначе. Хорошо еще, что с кораблем у них все более-менее понятно. Могло быть гораздо хуже.

— Как это?

— Да так. При производстве корабля использовались технологии людей. Частично, но использовались. Поэтому нам удалось с ним так быстро разобраться. И это пока только нам. Непонятно, как пойдет дальше, когда наши умники возьмутся за его мозги и систему навигации. Я так понял, что капитан ни с кем делиться не хочет и собирается отогнать его на базу своим ходом.

— А вы знаете, сколько оперативной памяти у компьютера на центральном посту? — Спросил Рино без предупреждения, переключившись на свою, "особую" волну.

Корас с Арканом дружно рассмеялись, вызвав у Рино своей тупостью искреннее недоумение.

— Ну, чего вы скалитесь? Чего такого смешного я сказал?

Его слова утонули в новом приступе хохота.

На запрос капитана отвечать не торопились. Видимо, делали выдержку и надеялись, что Дак опомниться самостоятельно. Ответ пришел только через двенадцать часов после отсылки запроса. В нем говорилось, что картинки хотя и бывают страшными, но бояться их не стоит, потому, что это только картинки. Окопавшиеся на базе специалисты-теоретики, которым удалось убедить руководство, что они знакомы с культурой арков так же хорошо, как со своими собственными женами, очень уверено утверждали, что в присланной записи "оптических явлений" не усматривают никакой опасности. Что они никак не связывают гибель члена экипажа с этими явлениями. Далее они советовали поискать причину смерти спасателя в другом месте, и как следует порыться на корабле. Отыскать проекторы голограмм и не морочить по пустякам занятых людей.

К ответу был присоединен файл с пожеланиями от руководства. В нем говорилось, что на базе спят и видят, как Дак наконец доставит свое сокровище на Амру. Далее выражалась надежда, что находка действительно так хороша, как он об этом докладывал ранее.

Через пять минут после получения ответа, не смотря на "ночное время", на крейсере уже во всю требовательно завывала сирена. Из кубриков посыпались заспанные техники, спасатели, обслуживающий персонал и святая святых — отдыхающая смена центрального поста. Довольно быстро все собирались за столом кают-компании. Последним вошел Дак. На нем почему-то был его самый лучший, парадный мундир. Видимо для убедительности.

— Значит так, — начал он с приветствия, которым здоровались со своими командами все без исключения капитаны, у которых он служил. — Значит так. Техническому персоналу через двадцать минут быть готовым к выходу. В первый выход, он же будет еще одним контрольным. Приказываю всем одеть скафандры. Старшие бригад должны иметь при себе сканеры биологической опасности. Все, как планировали заранее. Одна бригада отправляется на центральный пост, вторая, в реакторный отсек.

Ваша задача привести транспортник в рабочее состояние. На все у вас есть сутки, — разошелся не на шутку капитан. — По истечении этого времени, он уже должен быть готов смещаться в пространстве. Если у кого-то возникли вопросы, то самое время их задать.

Техники приглушено загудели, но с вопросами не торопились. Корас в упор глядел на капитана, но тот ни разу даже не посмотрел в его сторону. Что ни говори, а внушать идеи и вдохновлять на подвиги руководство компании умело. Иначе, оно бы не было руководством.

— Бригада спасателей, — наконец вспомнил капитан о мятежниках, поступает в распоряжение старших групп. Чтобы облегчить поиск необходимого оборудования и кратчайших переходов. Они же у нас старожилы этого корабля, — добавил Дак подозрительным тоном.

— Все, старый уже выдергиваться начинает, — зло прошептал Аркан. Давно у него не западало.

— Поговорил бы с хозяевами, тебе бы еще не так запало, — тихо ответил Корас.

— А что ты его защищаешь?

— И не думал. Защищать его еще… Просто у этого орла роль такая. Понимаешь? У него такая, у нас другая. Хотел бы я посмотреть на капитана Аркана. Неплохо звучит, да? Капитан Аркан.

— Да, неплохо, — мечтательно закатил глаза не состоявшийся пока капитан.

От его недавней злости не осталось и следа.

— Вам то же нужно вооружиться огнеметами, — сказал Рино. — Если команду разобьют, то вы с этими "картинками" своими импульсниками не справитесь. Они от них не помогают.

— Точно, — Аркан с готовностью перескочил на очередную мысль. — А дадут?

— Пусть только попробуют не дать, — пообещал Корас.

Ответственный за вооружение офицер попробовал, но у него не получилось.

Такой внушительной делегации, старый корабль не видел очень давно. Он уже было, приготовился бесповоротно отчалить в страну сказок и снов, как кто-то решил, что ему еще рановато и опять взял его в оборот. Шлюз крейсера, надо сказать очень даже вместительный, ведь не штурмовика же, а настоящего крейсера, пропустил экскурсантов в три захода. Всего на древний борт поднялось тридцать пять человек. Закипела работа.

На центральном посту чужака хозяйничали пятеро техников и обе дежурные смены крейсера за исключением второго пилота, Ирты Корван. Любимых женщин берегли даже свирепые капитаны — еще один закон природы. Брудо Старший разбирался с системой навигации. Или может, делал вид? Кто его знает? Но получалось у него что надо. У него с подозрительной регулярностью все появлялись и появлялись новые идеи, насчет того, как это все должно работать. Адвин, как и полагалось маленькому навигатору, с готовностью их поддерживал, но сам процесс уже начинал доставать. Ведь для того, чтобы убедиться в правдивости или опровергнуть каждую из теорий своего профессионального наставника, приходилось бегать на крейсер за все новыми и новыми штучками, разъемами и блоками.

Ни на кого, не обращая внимания, так, за компанию, по переходам транспортника неприкаянно бродил 02-й. 01-й находился в реакторном отсеке и ни на шаг не отходил от людей. 02-го в последнее время люди интересовали мало.

Биологического заражения ни в одной из точек жилой зоны обнаружено не было. Некоторые сорвиголовы даже связались с крейсером и попросили, чтобы им разрешили снять скафандры, но капитан запретил.

После шести часов, во время которых спасатели успели почувствовать себя настоящими экскурсоводами, все трое встретились в одном из поперечных переходов второго уровня.

— Ну что, как там у вас? — спросил Корас.

— Ничего, нормально, — ответил за двоих Рино. — В реакторном отсеке ребята столько всего разобрали, что я уже сомневаюсь, получиться ли у них все собрать обратно.

— Соберут, куда они денутся? — успокоил его Аркан. — И что, ключи подошли?

— Нет, наши не подошли, но там были родные наборы инструментов. С такими длинными рукоятками. Судя по инструменту, эти арки настоящие слабаки.

— Но-но, тише ты, не накаркай, — серьезно сказал Корас. — Пока тихо и я был бы не против, чтобы так оставалось все время. Пока я на этом корабле.

— Да ладно вам, — обиделся Рино. — Что может случиться оттого, что я скажу несколько слов?

— Это точно, — улыбнулся Аркан, растоптав весь фатализм в принципе. От наших слов ничего не зависит.

— Капитан вызывает Кораса и Стика, — раздался в шлемофонах ангельский голосок Корван. — Корас и Стик, ответьте центральному посту.

— Начинается. Ну вот, а ты говорил, ничего не зависит. Корас на связи.

— Через десять минут вас всех хотят видеть на центральном посту Орсы.

— Все не поместятся.

— Корас, ты меня прекрасно понял, — деланно разозлилась Ирта. — Тебя и твоих людей.

— И зачем же это вам понадобились мои люди?

— Давай без разговоров, и не опаздывайте.

— Ты что уже со мной и поговорить не хочешь?

Корван отключилась.

— Нет, не хочет, — констатировал он очевидное. — Ну что, сходим?

— Можно и сходить, — ответил Аркан. — Все равно делать нечего и скафандр этот меня уже достал.

— Интересно, что там опять стряслось? — уже по дороге спросил Рино.

— Наверное, одумались. Будут просить прощения, хвалить, повышать жалование и вручать награды, — пошутил Корас.

— Нет, — Рино не заметил шутки, — им зачем-то еще понадобился и стажернавигатор.

— Он будет помогать им нас хвалить, — заржал Аркан.

Когда бесшабашная троица добралась до центрального поста, там казалось, ждали только их. Адвин уже сидел на рабочем месте корабельного навигатора, старался отдышаться и произвести при этом как можно меньше шуму.

— Где вас так долго носит? — поприветствовал их капитан.

— Нет, сегодня хвалить не будут, — прошептал Аркан. — А жаль.

— Да вот, пока переоделись, — начал было Корас.

— Он то же, переодевался так же, как и вы, — поставил капитан Адвина в пример. — А успел вовремя.

Троица спасателей посмотрела на молодого навигатора. Тот явно почувствовал себя не в своей тарелке, но из последних сил выдержал тяжелые взгляды.

— Только что был получен сигнал бедствия, — деланно деловито сообщил Дак.

Довольная улыбка прорвалась сквозь все кордоны и скользнула по его серьезному лицу.

— На этот раз самый обычный сигнал, человеческий.

— Поздравляю, капитан, — серьезно сказал Корас. — Наконец-то пошло в масть.

Его слова легко тронули самые нежные струны капитанской души. Если бы не строгий мундир, который глушил все эти посторонние звуки так же надежно, как строгий цензор всякую ересь, то центральный пост залила бы бравурная мелодия победного марша.

— Да, да, спасибо. Я вас то же всех поздравляю. Координаты, скорости смещения, время катастрофы, все как надо. Если мы их не подберем в течение нескольких часов, то это сделают за нас. Какие будут предложения?

— А какие тут еще могут быть предложения? — удивился Аркан. Съездить, да и забрать их, доставить в нужный порт и поделить деньги!

— А что за судно? Что с ним? — спросил Корас.

— Они сообщают, что это небольшой, пассажирский челнок. Но это запросто может оказаться и большой рудовоз, команда которого таким образом старается привлечь к себе внимание всех, кому не лень. У них что-то случилось с силовой установкой. Что вы обо всем этом думаете? Этот транспортник я то же не собираюсь оставлять без присмотра. Обе бригады техников вместе со сменой центрального поста продолжат работы в любом случае. Ну что, справитесь с задачей в таком составе? Стик, ты сможешь вывести Орсу в эту точку без помощи Брудо?

Адвин утвердительно кивнул.

— А что он, по-вашему, до этого делал? — бросилась Кораван в защиту молодого напарника. — Он уже третий месяц смещает этот крейсер по всему скоплению, а вы и не заметили? Если вы забыли, то за спасательный модуль арков вы должны благодарить только Адвина и никого другого. Да ваш хваленный Брудо никогда ему и не помогал. Я такого не видела. Он сам себе помочь не может, не то, что кому-то еще.

— Ладно, ладно тебе, — примирительно проворчал капитан, — я все понял.

— Надо попробовать, — сказал Корас, — ничего же не теряем. Быстренько сместимся, посмотрим, что там и как. Получится, так получится. Не получится, то же, ничего страшного.

— Тогда идите, готовьтесь к выходу, пока вы мне не нужны, — сказал Дак отправляя их к себе. — На всякий случай необходимо перебросить на транспортник припасы и немного оружия. Так на всякий случай.

В течение полутора часов все было сделано. На корабле Арков находился месячный запас провизии и воды. Ящики с патронами регенерации воздуха для скафандров и небольшой, но убойный арсенал. Нелюдимый Брудо сделал неожиданный прыжок в своей карьере и из навигатора превратился в капитана транспортника арков. По всем канонам субординации, им должен был стать второй пилот смены, но Ильк был слишком молод, чтобы Дак ошарашил его подобным доверием.

— Значит так, — давал Дак последние указания новоиспеченному капитану. — Продолжайте работы по восстановлению корабля. К нашему возвращению все должно быть готово. Чрез двое-трое суток мы должны вернуться.

— А если не получится? — спросил немногословный Брудо.

Его изображение на экране центрального пульта часто подрагивало от помех, генерируемых каким-то оборудованием на транспортнике.

— Если не получится, — рассмеялся Дак, — то тем более вам необходимо постараться запустить там все, что только можно. И отогнать корабль на Амру самостоятельно. Да не переживай ты так, — успокоил новичка капитан со стажем. — Все будет нормально. Слетаем и вернемся. В первый раз, что ли? Ну, ты все понял?

— Да.

— Ну, тогда старайтесь, я на вас надеюсь. Просканируйте там еще все, как следует, и если все будет нормально, то попробуйте работать без скафандров. Мне лишние расходы не нужны. Мы уходим.

Ответом Даку было молчание. Брудо Старший прямо глядел с экрана и ничего не говорил. Больше говорить было не о чем, и капитан прекратил сеанс связи. Картинка с транспортника пропала, и экран перешел в дежурный режим.

Медленно, и как-то неохотно, запускалась силовая установка крейсера. Едва ощутимый рокот мягко взбирался от октавы к октаве, постепенно превращаясь в вынимающий душу писк. Затем реакторы и генераторы полей "вошли в режим" и все стихло. С лязгом ослабили мертвую хватку замки стыковочного рукава. Убиралась на свое место захватная консоль. Крейсер с крутым разворотом отвалил от транспортника. Не успел он отойти от своей находки и десяти километров, как по его почерневшим бортам пробежали первые сполохи зарождающегося тоннельного перехода. Затем полыхнула яркая, сиреневая вспышка и стальная громадина бесследно в ней утонула. Только по матовой глади чернильного омута быстро расходились круги рассеивающейся энергии.

5

Крейсер вынырнул из огненного шара и стал разворачиваться.

— Челнок, господин капитан, — доложил Адвин. — Обыкновенный легкий челнок. Модели КМ — 3412, компании Натори.

— Это же надо, "попрыгунчик"! Давненько нам не попадалась такая штучка. Вот тебе и Натори. А где они только не кричали о своем хваленом качестве. Вот их качество, болтается в космосе и рассылает во все стороны сигналы бедствия. Рядом никого не видно?

— Нет, все чисто, — доложил Адвин.

— Ирта, сближаемся. Только аккуратно, вещь хрупкая. К тому же, уже и без того поломанная.

Второй пилот метнула на своего древнего командира испепеляющий взгляд, но сдержалась и взялась за штурвал. Крейсер качнуло. Невзрачная блестка стала медленно увеличиваться. С такого расстояния, "на глаз", ее можно было с одинаковой долей вероятности принять и за далекую звезду и за контейнер с токсичным мусором. Постепенно она превращалась в настоящее чудо человеческой мысли. Способное покорять пространство с легкостью и изощренностью богов. Ну, или демонов — это уже кому как нравится. В сравнении с подходящим крейсером челнок был действительно ничтожен. Как болт "на шестнадцать" против токарного станка. Но все же, это был "взрослый" космический корабль. С длиной корпуса около двадцати пяти метров и взлетной массой около восьмидесяти тонн. При стандартной гравитации конечно.

Машины подобных классов плотно входили в розовые и голубые мечты всех сорвиголов скопления. Всех, кому почему-то не сиделось на месте. Но так, как все эти мечты имеют такое же отношение к реальности, как низколетящая черепаха к качественному электролизу, то, как правило, они там и оставались.

— Корас, что там у вас? — включил капитан интерком.

— Все как надо. Заходите, — последовал незамедлительный ответ. — Или мы к вам?

Корван повернула голову. Она уже было, собралась, сказать по этому поводу что-то свое, коронное. Но опять почему-то передумала.

— На что мы опять нарвались?

— Да нет, все нормально. На этот раз обыкновенный челнок, "попрыгунчик".

— "Попрыгунчик?!" — не поверил динамик. — Вот жизнь пошла! Уже попрыгунчики стали рассыпаться…

— Ну, смотрите там у меня.

— Так смотрим же, капитан, смотрим. Вы с ними уже связывались?

— Связывались, не отвечают. Подойдем поближе, попробуем еще.

— Капитан, может сразу, погрузим его на борт? И не будем играться с этими стыковками?

— Посмотрим по обстоятельствам.

— Мы ждем у шлюза правого борта. Проследите, чтобы Ирта не пристыковалась левым.

— Хорошо, до связи.

Крейсер уже находился в полукилометре от челнока и продолжал приближаться. Он плавно сбрасывал скорость. Адвин послал еще один запрос. С челнока по-прежнему не отвечали.

Дак занервничал:

— Проверьте все еще раз. Точно рядом с челноком нет ничего постороннего? А то от этих конкурентов можно ждать чего угодно.

Ирта выполнила приказание. Крейсер стал облетать свою находку. Подсвеченный далекой звездой, игрушечный космический кораблик, неохотно проворачивался в пространстве.

— Нет, все чисто, — доложил Адвин. — Ни рядом с челноком, ни на его корпусе, минирования нет. Если это ловушка, то заряды находятся внутри. Правда, под брюхом у него небольшое облако мелких обломков. Возможно, это результат катастрофы, точнее сказать пока не могу.

— Он по-прежнему посылает сигнал бедствия?

— Да, каждые две минуты.

— Там указано время катастрофы?

— Приблизительно шестнадцать "наших" часов назад.

Крейсер пошел уже на третий облетный круг. Капитан все никак не мог решиться отдать приказ на сближение. Если бы была установлена связь с потерпевшим кораблем, то другое дело. В такой же ситуации, принятие решения было вовсе не простым делом. Можно было запросто нарваться на что угодно. В такие минуты, вернее особенно в такие минуты, работа космических спасателей сильно напоминала обязанности сапера. Пытающегося на свой страх и риск вырвать секрет у адской машинки неизвестной системы, пользуясь при этом только стандартными принципами. А кто говорил что ум, вдохнувший в это самое устройство жизнь, обязан был брести по накатанной колее и мыслить ординарно?

Прошло еще несколько минут. Господин Интерес, тот самый, что движет миром, наконец, надавал мисс Осторожности по разрешенному месту, прижал бедняжку к ковру и одержал почти чистую победу.

— Сближаемся, — махнув рукой, приказал капитан. — Захватывай его. Стыковка правым бортом.

— Да помню я. Помню, что правым, — забывшись, наморщила лобик Ирта.

Орса замерла метрах в пятнадцати от челнока. Теперь он находился как раз напротив центрального поста. Сквозь остекление поста уже можно было, как следует рассмотреть находку. Челнок никак не отреагировал на подход крейсера. На его борту не вспыхнул ни один огонек. В эфире по-прежнему стояла абсолютная тишина. Только каждые две минуты во все стороны Вселенной продолжал рассылаться подпространственный пакетный сигнал.

У тонкой и ранимой натуры вид повисшего в пространстве, изуродованного челнока, никаких чувств, кроме жалости вызвать был не способен. Куцые, несущие плоскости в нескольких местах оказались пробитыми насквозь. Теперь сквозь эти дыры были видны далекие звезды. Панелей теплозащиты на машине вообще практически не осталось. Хвостовое оперение отсутствовало полностью. Теперь на его законном месте торчали во все стороны, только покрученные взрывами металлические потроха. В корпусе, в районе силовой установки, можно было заметить несколько небольших пробоин. За узким стеклом кабины притаился мрак. Ранимых натур на борту не оказалось. Поэтому чувство жалости осталось невостребованным.

Самое необычное было не в самой истерзанной машине, а находилось рядом. Под ее брюхом. Это было небольшое облако, состоящее из камней и густой пыли. Пыль успела разлететься метров на двадцать в разные стороны. Камни, особенно большие, почти все располагались под плоскостями и кормой.

— Ну, и кто мне это объяснит? — спросил капитан. — Откуда рядом с челноком взялись камни?

— Может, он их перевозил? — предположила Ирта.

— Камни? — не поверил капитан.

— Может это не простые камни, а образцы каких-то пород. Или еще что-то в этом духе.

— Начинается, — проворчал Дак, которого высказанная гипотеза не удовлетворила даже на четверть. — Уже за геологов взялись.

— У челнока нет пробоин грузового отсека, — сказал Адвин. — Повреждена только силовая установка. Даже если там что-то перевозили, то столько не могло вылететь сквозь пробоины.

— Там и места для всего этого не хватит, — подтвердил капитан. — Это же очень маленькое судно. Корас, что там у тебя?

— Все как было. Чем порадуете?

— Особенно нечем. Кто-то от души поиздевался над "попрыгунчиком". Рядом с ним целая куча какой-то гальки и это пока все. Приготовьтесь, будем стыковаться.

— Да мы уже полчаса, как приготовились. Стыковку разрешаю.

Адвин с Иртой глянули на капитана. Дак был слишком занят своими мыслями, чтобы обращать внимание еще и на дерзости.

Крейсер плавно пошел вперед, подводя к находке свой правый шлюз. Тот находился метрах в ста за центральным постом и теперь за всем, что творилось у челнока, Ирта следила по своим экранам. Быстро выдвинулась консоль и надежно захватила челнок. Как ребенок понравившуюся игрушку. Переходной рукав, на этот раз, оборудованный стандартным захватом, ухватил шлюз невезучего космического странника.

— У нас все готово. Можете начинать, — раздался в шлемах у спасателей голос капитана. — Только смотрите у меня там! Не забывайте докладывать.

— Все осмотрим, как следует. Потом вам расскажем, — за всех пообещал Корас.

— Вначале проверьте биологическую и химическую безопасность, напомнил о своем существовании доктор Трас откуда-то из своих стерильных владений.

— Будет сделано, — пообещал Аркан.

Он в такие минуты чувствовал себя самым главным. Ну, если и не самым, то, по крайней мере, человеком, от которого многое зависело.

Наружный люк крейсерского шлюза замер на полпути к своей крайней точке. Троица вооруженных спасателей вошла в переходной рукав. Аварийные разъемы двух систем корабля подошли друг к другу как родные. По идее, системы челнока уже должны были быть в курсе, что его захватило спасательное судно. Шлюз должен был уже открыться автоматически. Только этого почему-то не происходило.

— Гостям не рады, — доложил командир спасателей.

— Мы видим, — последовал ответ с центрального поста.

— Вы же сами говорили, докладывать, — разозлился Корас.

Наружный люк "попрыгунчика", как и положено, оказался оборудован стандартным запорным устройством. Корас достал из кармана скафандра универсальный ключ аварийного доступа. Он представлял собой узкую, металлическую пластину. Со своеобразной, и как твердили производители, "уникальной" кристаллической структурой. Устройство с такой жадностью проглотило ключ, будто его не кормили много лет. За люком что-то едва слышно пришло в движение, но створка с места не сдвинулась.

— Шлюз не работает, — опять доложил Корас. — Придется врезаться.

— Смотрите там. Ничего не испортите.

— Хуже все равно не будет.

Рино достал из подсумка знаменитый плазменный резак — самый универсальный инструмент всех времен и народов. В это время за люком что-то еще раз щелкнуло. Взвесив все за против, устройство одумалось, и открыло шлюз. Как и ожидалось, он оказался совсем небольшим. Всего несколько квадратных метров. В шлюзе было темно. Внутренний люк оставался закрытым.

— Есть первые успехи, — не очень веря, сказал Корас в свой микрофон. Сейчас попробуем вскрыть внутренний люк. Давление нормальное. Похоже, разгерметизации нет. В шлюзе все чисто, — добавил он специально для доктора.

Тем временем Рино заклинил открывшийся люк. Чтобы тот не смог по своему усмотрению закрыться. Для этой цели он использовал самый большой универсальный гаечный ключ из своего набора.

Аркан осветил небольшим фонарем внутренний люк. На его ровном, металлическом овале не было ничего, на что можно было нажать или повернуть. Вообще ничего не было. Стали искать что-то подобное на переборках шлюза. Без предупреждения внутренний люк с низким хлопком покинул свое посадочное место и стал отходить в сторону. Все трое спасателей пулей выскочили из шлюза и, остановились в переходном рукаве. Стали наблюдать. Открылся темный провал внутреннего помещения. Аркан изрезал узким лучом кромешный мрак, но ясности это не добавило.

— Похоже, твоим фонариком мы не обойдемся, — сказал Корас Аркану. Придется вернуться, и запастись чем-то посолидней. — Капитан, похоже, с челноком не так уж и плохо. Кажется внутри то же нормальное давление.

— Хорошо, продолжайте. Если…

Дослушать, без сомнения умную, капитанскую мысль не удалось.

Сквозь открытый шлюз длинной, заливистой очередью ударил нейтронный импульсник. По тому, откуда ведется огонь, можно было сказать, что стрелок лежал на полу. Бледные вспышки высветили только набалдашник оружия, формирующий пучок частиц. Остальные детали скрывала тьма. От скафандра Аркана, стоящего ближе всех к шлюзу в разные стороны полетели кровавые лоскуты. Корас и Рино метнулись в шлюз крейсера, под прикрытие не полностью открытого внешнего люка. По его поверхности заплясали бесовские огоньки испаряемого металла. Прошитый насквозь Аркан грузно опустился на пол. Задержался на мгновение в таком положении и рухнул лицом вниз.

— Нас обстреливают! — кричал Корас, не слыша собственного голоса.

Его слова тонули в хлопках выстрелов и шипении вырывавшегося из скафандра воздуха. Регенеративный патрон работал во всю мощность, стараясь компенсировать разгерметизацию скафандра. — Открывайте люк! Нас сейчас здесь всех перестреляют!

Он не слышал, что ему отвечают. И отвечают ли вообще.

Выставив свой импульсник из-за люка, Корас стал стрелять "примерно туда".

Присев, Рино поливал переход огнем, но неожиданная атака не прекращалась. Даже наоборот. Вскоре к беснующемуся импульснику присоединился еще один, и они запели дуэтом.

— Кажется, оставят нас здесь! — крикнул Корас Рино, не сильно надеясь, что он услышит.

Тот только кивнул. Или может, так показалось?

Затем развернулся. Не переставая заполнять стыковочный переход огнем, махнул командиру, чтобы тот попытался открыть люк вручную.

— Ничего не получается! — безнадежно махнул рукой Корас. — Я уже пробовал, а резаком мы не успеем!

Неожиданно стрельба прекратилась. Заполняя короткую паузу, в переходе хлестко ударил взрыв. Тело Аркана разметало во все стороны. Мелкие осколки с очень высоким звоном ударили по люку и внутренним переборкам шлюза крейсера. Светильники перехода, все как один, прекратили существование. Корасу обожгло правую ногу. Он упал. Затем рвануло еще раз, и вся песня пошла сначала.

Казалось это никогда не кончиться. Одновременно была уверенность, что неминуемая развязка уже почти наступила, только ее еще пока никто не заметил.

Корас сменил обойму. Кроме этой, еще оставалось две. На минуты полторы, не больше. Так и не дождавшись пластыря на поврежденном скафандре, воздушный регенерационный патрон исчерпал свой ресурс, и замолк навеки. Корасу сейчас было не до таких мелочей. Теперь в ушах стоял только звон, от недавних взрывов.

Рино продолжал неистово поливать огнем стыковочный переход. Адским стрелкам это казалось, нисколько не мешало. Они твердо стояли на своем. Вскоре к ним присоединился хохочущий голос плазменного излучателя. Сгустки энергии стали методично ощупывать прикрывающий спасателей люк. На броневом сплаве оставались глубокие оспины от каждого прикосновения. Наконец, одна из них вместо холодного металла наткнулась на то, что искала. Огнемет Рино влетел в шлюз крейсера, превратив боковую переборку в сплошную стену огня. Отстреленная кисть продолжала крепко сжимать рукоять оружия. Палец давил на пуск. Корас, долго не раздумывая, ударом ноги отбросил далеко в переход одновременно опасную и ужасную вещь. Благодаря этому бушующий огонь продолжил разделять противоборствующие стороны. Рино, не помня себя от боли, скорчился в углу шлюза. Он сжимал здоровой рукой окровавленное запястье, ниже которого уже ничего не было. На белоснежный скафандр толчками брызгала тугая струйка крови.

— Сожми крепче! — крикнул Корас.

Но Рино его не услышал.

Оставалась последняя обойма и секунд двадцать жизни. Не больше. Внутренний люк пришел в движение. Он отодвинулся в сторону ровно настолько, чтобы в образовавшуюся щель смог протиснуться человек. Повинуясь инстинктивному порыву, не имеющему к осмысленной деятельности никакого отношения, Корас схватил за шиворот потерявшего сознание Рино и потащил его к спасительной щели. Он так разогнался, что рывок получился молниеносным. Ввалившись внутрь, сбил с ног кого-то из обслуги энергоблока. Пока шла необъявленная война, парни успели вооружиться и вроде бы даже, как бы успели на подмогу. Пока закрывался люк, некоторые из них даже успели по несколько раз выстрелить.

Отпустив Рино, Корас сделал несколько неуверенных шагов, и упал. Быстро подоспел доктор и взялся за работу. Бегло осмотрев раненых, он приказал доставить их к себе в изолятор. Половина столпившихся у люка техников взялась исполнять приказание. Следом за ними побежал доктор.

На центральном посту бушевала своя драма.

— Да не трать время на шлюз! Оставь его в покое! — кричал капитан Дак на Ирту. — Отстыковывай переход!

— Пока я буду это делать, то с челнока всякой дряни налезет! — кричала она в ответ.

Ее руки мелко дрожали. Тонкие пальцы все же находили нужные клавиши на пульте.

— Ну и пусть сдохнут! Отстыковывай переход!

Как только смолк ответный огонь, из челнока в переходной рукав выскочили два человека. Оба одетые в скафандры, серо-металлического цвета. Надо сказать, в местном скоплении такие не производились и практически не использовались. Пригибаясь, они прошмыгнули сквозь огненный заслон все еще работающего огнемета. Бегом направились к шлюзу крейсера.

— Все чисто! Давайте быстрее! — кричал Ортан на своих неожиданных подчиненных. — Тащите сюда все, что приготовили! И оставьте Корсу в покое! Ему уже все равно ничего не поможет! Я кому сказал?! Они сейчас начнут убирать переход!

В подтверждение его слов, раздались сухие щелчки. Замки отпустили захваты. Из перехода со свистом стал выходить воздух, унося с собой накопившуюся гарь и пламя огнемета, продолжающего работать наперекор всему.

Из сплошного дыма выскочило еще два человека. В точно таких же скафандрах. Один из них с трудом нес небольшой, пластиковый контейнер. У другого за плечами болтались две дорожные сумки.

— Быстрее! Кому говорят?! — закричал Ортан, первым влетая в открытый шлюз крейсера.

В руках у него подмигивала несколькими красными огоньками мощная, магнитная мина. Быстро сориентировавшись с незнакомой конструкцией, он с размаху пришлепнул толстый кругляк на внутренний люк. Затем достал из специального подсумка еще одну такую игрушку, и прилепил ее на метр ниже. Трое остальных в колдовство не вмешивались. Они следили за своим командиром из-за полуоткрытого, внешнего люка.

— Отбрасывай этих гадов от моего корабля! — кричал капитан. — Что творят…

Ирта сумела дождаться подтверждения расстыковки переходного рукава и взялась за рукоять управления захватной консолью. Массивный манипулятор с готовностью откликнулся на легкое движение аккуратной руки. Он резко оттолкнул челнок от крейсера. Одновременно разжался захват. Беспорядочно кувыркаясь и обозначая свой путь облачком свежих обломков, челнок полетел прочь от крейсера.

В переходном рукаве громыхнуло. Раскачиваясь, он стал складываться.

— Сейчас начнут закрывать шлюз! — закричал Ортан и выскочил в переход.

Все четверо укрылись за внешним люком. Рукав перехода быстро укорачивался. Плиты пола складывались гармошкой. Стены, и потолок как-то интересно сворачивались.

— Успеем?! — крикнул Дин.

— Если сейчас не получиться, то все, отдыхаем! — ответил Ортан. Держитесь!

На многозначных индикаторах обеих мин, тройки неохотно сменились двойками. Двойки единицами. Как они обнулялись, уже не заметил бы и сам дьявол. Мощно рвануло. Не было ни дыма, ни огня. Просто сильный, звонкий удар, распространившийся по корпусу судна. Мимо укрывшихся от взрыва подрывников, в космос вылетели два человека в скафандрах. Один из них даже размахивал при этом руками.

Ортан изо всех сил ухватившись за край люка, заглянул в шлюз. После чудовищного удара часть внутреннего люка сошла со своих направляющих. Массивную пластину загнуло внутрь. Сквозь образовавшуюся щель со свистом вырывалась тугая струя воздуха. Не дожидаясь полной упаковки стыковочного рукава, пришел в движение наружный люк.

— За мной, в шлюз! — крикнул предводитель отчаянной шайки.

Преодолевая неимоверное усилие, первым протиснулся внутрь шлюза.

— Аварийная ситуация! Разгерметизация на третьем уровне! — вещала автоматическая система оповещения.

— Блокировать третий уровень! — командовал по общей связи капитан. Устранить разгерметизацию! Отсечь все переходы! Командирам технических подразделений, вооружить свободные смены и направить их на третий уровень. Я хочу, чтобы вы отправили этих ублюдков туда, откуда они явились!

Переполох на крейсере продолжался. К несчастливому отсеку стягивались все силы. Хотя, этот корабль уже давным-давно успел позабыть, что такое настоящая сила. Все началось с того момента, когда он из гордого, военного судна, перешел в ранг гражданского. С тех пор, даже в самые лучшие свои дни, численность его обслуги едва ли доходила до половины, положенного по расписанию минимума. Что уж говорить о таких тяжелых временах, как эти? Вот и сейчас количество персонала находилась на таком пределе, за которым старый крейсер начинал демонстрировать характер. А во многом категорически отказывался от всякого сотрудничества с человеком.

— Герметичность третьего уровня восстановлена, — бесстрастно объявила система и успокоилась.

Все четверо головорезов уже были в запертом шлюзе. Двое с оружием в руках находились у пробитой взрывами щели. Но пока не высовывались. Третий быстро прихватывал плазменным резаком неизвестной конструкции наружный люк. Четвертый, корчился на полу от боли, прижимая к груди раненую руку.

— Сделай как надо, — сказал находящийся у щели Ортан. — А то когда они отойдут от шока, то поймут, что мы в шлюзе. Они обязательно попытаются его открыть и выбросить нас в космос.

Парень кивнул и продолжал работать. По шлюзу весело разлетались белые искорки перегретого металла.

— Закончишь, оставайтесь здесь и не высовывайтесь. Мы пойдем, оценим гостеприимство. Присмотрите за нашей игрушкой. Если что, покажите этим зажравшимся слюнтяям, кто такие настоящие колонисты.

— Хорошо.

— Ну что, начинаем? — спросил Дин.

— Давай. Только не нарывайся. Против такого корабля нас и так считай, что нет.

Дин порадовал свой импульсник свежей обоймой. Выставил оружие в щель и дал длинную, приветственную очередь. Ортан добавил. Из отсека крейсера дружно ответили. Несколько импульсов попало в шлюз. Незваные гости отпрянули от пробоины. Оба действовали четко. Можно даже сказать автоматически. В отсек полетело несколько ручных гранат. Дружная ответная канонада смолкла. Рассыпалась на редкие, короткие очереди. Прислушавшись к происходящему, Ортан бросил еще одну гранату. В очередной раз рвануло и все стихло.

— Прикрывай! — крикнул он Дину.

Выскочил из шлюза и метнулся под прикрытие располагавшейся рядом, толстенной разгрузочной стойки.

Штрихи энергетических импульсов дружно ответили на отчаянную выходку. Смельчак оказался проворней. Прокатившись по полу, он успел укрыться за стойкой. Импульсник Дина завывал не умолкая, пытаясь на ощупь добраться до очередной жертвы. Ортан уже стрелял, так как надо. Коротко и прицельно.

— Блокируйте отсек! Блокируйте! — кричал капитан, не переставая бить кулаком по подлокотнику кресла. — Перекройте все переходы на этом уровне! Только этого мне еще не хватало!

На экране, перед Иртой находилось схематическое изображение третьего уровня. Напряженно сощурившись, она метила красным тонкие прожилки переходов. Где-то в глубине стальной громадины, со звоном смыкались массивные створки аварийных люков. Впервые за многие годы. Вероятно впервые даже за всю гражданскую жизнь крейсера,

— У нас еще есть потери, — дрогнувшим голосом доложила Корван.

— Передай, пусть отходят в соседние отсеки, — наконец-то опомнился капитан.

Оставляя убитых и раненых, не обученный военному делу персонал, с готовностью выполнили запоздалый приказ. Они отступили очень быстро. Так быстро, что привычный тактический прием чуть не перешел в бегство. А может быть, перешел? Кто его знает, все эти тонкости?

— Блокировали отсек? — спросил Дак.

Ему перестало сидеться и он размашистыми шагами мерил центральный пост.

— Да, — ответила Корван. — Наши люди отошли в соседние помещения.

— Тогда открывай шлюз. Подай в отсек столько воздуха, сколько может выдать наша система. Посмотрим, как это им понравится! Пусть выдует их с моего корабля.

— Они, скорее всего в скафандрах, — сказал Адвин.

— Ничего. Пусть они будут хоть в броне! Я не думаю, чтобы это им понравилось.

— В отсеке могут находиться наши раненые. Только что об этом докладывали.

— Выполняй! — приказал капитан. — Это настоящая война. Или мы, или эта падаль. Интересно, сколько их?

На его окаменевшем лице не дернулся ни один мускул.

Корван вздохнула. Помедлив еще несколько секунд, включила на экране панель управления шлюзами.

— Открывай, чего ждешь?

Третий раз повторять не пришлось. Соответствовавшие клавиши были нажаты. Ответного сигнала не последовало.

— Он не работает! — выдохнула Ирта.

— Конечно, не работает, — сказал капитан. — Они же взорвали внутренний люк. Не тяни, открывай наружный.

— Я и открывала наружный! — она резко крутанула головой. — Он не открывается! Все нормально. Тест проходит, а люк не открывается.

— Ты не говори, а еще пробуй!

Она попробовала, несколько раз. Все осталось, как было.

— Хорошо, что там у нас рядом?

— Вторая регенерационная установка, — стала докладывать Ирта. Межуровневый лифт, но он заблокирован на четвертом уровне. Они его не вызовут. С другой стороны первый реакторный отсек.

— Хорошо, — глубоко вздохнул Дак.

Наконец, он опять занял свое коронное кресло.

— Если внутренний люк остается все время открытым, то мы можем воспользоваться системой биологического безопасности шлюза. Только нужно отключить в отсеке воздушную систему. Подготовьте все, к началу биологической обработки. И чтоб коктейль был не хуже, чем для транспортника арков. Отсек не очень большой, так что химикатов на обработку много не потребуется. Я не думаю, чтобы они могли долго пробыть в скафандрах. Хотя, чем дольше, тем лучше, — в голосе старого капитана скользнула садистическая нотка. — Интересно, сколько их там? Ну, ничего, скоро узнаем.

Только такой заботы мне и не хватало. Нужно быстрее с этим всем разобраться. Скоро пойдут вторые сутки, как Брудо принял командование над транспортником. Только бы не запаниковал. Не нужно было идти на второй b{gnb. В следующий раз не пойду, — пообещал себе капитан, и ему стало немного легче.

В отбитом отсеке все было тихо. Вспыхивала и гасла аварийная сигнализация.

— Трое убитых и двое раненых, — доложил Дин, сваливая в кучу собранное трофейное оружие. — Неплохой улов, да?

— Так себе, — проворчал Ортан.

— Что будем с ними делать?

— С кем? — не понял Ортан.

— С раненными.

— Пусть полежат, отдохнут пока. Там видно будет. Может они захотят меняться?

— На что?

— Откуда я знаю? Вдруг им есть, что предложить?

— Неплохо у нас получилось, что будем делать дальше?

— Надо подумать. Так они этого не оставят. Вы заминировали люки?

— Да, теперь путь только сунуться…

— Интересно, какой будет их следующий ход?

Остальные пираты в совещании участия не принимали. Один из них сидел на полу, в расстегнутом по пояс, окровавленном скафандре. Его шлем валялся рядом. Другой, стоя на коленях, старался перетянуть ему раненую руку жгутом. Дело вязалось плохо. Во-первых, из пластиковой упаковочной ленты получился не очень важный жгут. Во-вторых, неуклюжие перчатки скафандра не позволяли выполнить работу аккуратно. Раненный отборно ругался, но терпел.

Время потянулось медленно-медленно. Их не штурмовали и не пытались вступить с ними в переговоры. Не желали даже узнать, кто они такие и чего хотят. Ортан поднялся с пола.

— Давайте, все еще раз как следует, осмотрим. Похоже, здесь есть еще что-то, о чем мы не знаем. Должно быть. Иначе они бы вели себя немного по-другому.

Придирчивости осмотра позавидовал бы таможенный инструктор. Даже такое старание ни к чему не привело. Отсек, как отсек. Каким ему и полагалось быть на космическом судне. Металл переборок, люки, направляющие для разных типов погрузчиков на полу и потолке. Какая-то мощная насосная установка для жидких веществ.

— Все равно, здесь что-то не так, — не успокаивался Ортан. — Что-то у них должно быть в запасе.

Оставив своих в отсеке, он вернулся в шлюз. Тот и до этого не отличался презентабельным видом. После недавней схватки он напрочь утратил последние признаки пусть старого, но все же, еще работающего устройства. В шлюзе, вроде, то же все оказалось так, как и должно было быть. Ортан уже было, собрался выходить, как его внимание привлекли мелкие, бурые кристаллы. Они тонким слоем покрывали располагавшиеся внизу решетки воздухозаборников.

— Дин, иди сюда, — позвал он, внимательно рассматривая свою находку. Ты не первый год в космосе. На что это, по-твоему, похоже?

Тот присел рядом.

— Трудно сказать, что это такое. Решетка воздухозаборника должна быть чистой. Она всегда чистая. Воздух всегда подается чистый. Такую, в первый раз вижу. Если, конечно, это воздухозаборник…

— Точно, — улыбнулся Ортан, — воздухозаборники выше, смотри. А это, совсем другая штука. Мы же на спасательном судне, а оно стыкуется со всеми подряд. И с чумными кораблями тоже…

— Устройство для протравки! — просиял Дин.

— Точно. Зачем им с нами воевать, если можно просто вытравить? Как паразитов. Ничего же не надо делать. Просто подождать, пока у нас кончиться кислород. Наверно процесс подготовки занимает какое-то время, иначе они бы уже давно воспользовались этой штукой. Займись ею. Не люблю доставлять удовольствие незнакомым людям.

Дин сбегал в отсек за резаком и взялся за работу. Спустя минуту, массивная решетка валялась в стороне. Мастер-самозванец уже находился в просторном подающем патрубке, заваривая широченный просвет. На оба патрубка потребовалось не более пяти минут.

— Сидят красавцы! Хорошо сидят, тихо-тихо! — начал капитан, как только вернулся на пост. — Мы их обложили, как сурков.

— Только что отказала система биологической защиты, — без вступления порадовала его Корван. — Кажется, эти "красавцы" неплохо разбираются в технике.

Улыбка бесследно стекла с лица капитана, обнажив ничем не прикрытую, холодную злость.

— Ну, все, теперь они у меня получат, — сухо пообещал он.

— Как вы это собираетесь сделать? — спросила Ирта. — У нас же на борту если наберется человек двадцать, то хорошо.

— Уже меньше. Кто же они такие и сколько их? Вот положение, и ничего сделать нельзя. И как только у них получилось? Придется начинать переговоры.

— Малый, что там у тебя? — окликнул Дин парня, сторожащего выход из уровневого лифта.

— Пока все тихо, — ответил тот.

На раненом пирате уже опять был скафандр. Он сидел на полу, прислонившись к переборке. Ничего не видящими глазами он глядел прямо перед собой. На бледном, обескровленном лице блестели бисеринки пота. Двое раненых из команды крейсера находились рядом. У одного из них было сквозное ранение грудной клетки. Он лежал в луже собственной крови и тяжело хрипел. У второго была задета ступня. Вернее она была, но ее не стало. Он успел наложить себе жгут и затянуть ногу в изолирующий пакет из аптечки. Теперь он старался остановить кровотечение у своего собрата по несчастью. Люди Ортана нейтрально относились раненым с крейсера. Не помогали и не мешали.

— Интересно, как они связываются друг с другом? — спросил Дин.

Ортан поднял глаза.

— Я говорю, как они связываются друг с другом? Ни в шлюзе, ни в этом отсеке не установлены переговорные устройства. Как нам с ними связаться?

— Они их носят с собой. Так же как ты и я.

— Тогда может попробовать перестроить наши приемники? Думаешь что-то получиться?

— Попробуй, но я не уверен. Мы хоть и люди, но из разных миров. Обязательно что-то не совпадет. Кодировка там всякая…

Дин попробовал, но действительно ничего не получилось. Хоть рядом находились живые люди, без сомнения использовавшие подобную технологию, его приемник молчал. Словно поднятый на дыбу, убежденный фанатик-сектант на суде святой инквизиции.

— Ничего, они дадут о себе знать, — успокоил Ортан своего второго пилота. — Как там себя чувствует наша малышка?

— С ней все в порядке. Что ей сделается?

Оба посмотрели на небольшой, пластиковый контейнер. Он был выполнен в виде объевшегося бумагами и поэтому сильно поправившегося кейса. На крышке было оттеснено несколько рядов буквенно-цифрового кода. Немного ниже, ее густо покрывал непонятный текст. Его составляли сложные пиктограммы, почти превратившиеся в иероглифы.

— Проверь на всякий случай. А то всякое, может быть, — сказал Ортан.

Дин осторожно положил контейнер на бок. Набрал код и открыл крышку. Внутри ничего похожего на свалку старой, никому не нужной макулатуры не оказалось. Наоборот. Сразу под крышкой была сложная панель управления, снабженная стандартной клавиатурой и небольшим экраном. Дин включил непонятное устройство. Мгновенно вспыхнул экран. Как и полагается для техники "со своими понятиями", пошел загрузочный тест. Вскоре выяснилось, что электронная штучка не имеет ни к кому никаких претензий.

— Все в порядке, — сказал он.

— Хорошо. Оставь ее на всякий случай в ждущем режиме.

— Ты что, действительно хочешь ее включить? — не поверил Дин.

— Если придется, то включу.

Ортан сделал резкий жест рукой, будто ставил точку в ненужном разговоре. Его холодный, прямой взгляд не оставлял никаких сомнений в том, что он "на все сто" уверен в том, о чем говорит.

Бывший второй пилот пожал плечами и быстро набрал на клавиатуре несколько команд. Полный список команд находился здесь же, на обратной стороне крышки.

— Все готово, — сказал он. — Здесь два пульта. У кого будет второй?

— У тебя. И не нужно бояться. В этом мире нет ничего, чего бы человеку следовало бояться.

— А кроме этого, есть еще какой-то?

— Не знаю. Никогда не поздно проверить.

— Только не сегодня, хорошо?

— Как получится.

— Ты говоришь прямо как наш святой, — улыбнулся Дин.

Он протянул командиру невзрачный, плоский пульт.

— Нет уже у нас своего святого, — хмуро сказал Ортан.

Спрятал штучку на батарейках в нагрудный карман скафандра.

— Я видел лоскуты его накидки после налета рядом с челноком.

Дин прикусил язык и молча упаковал замысловатое хозяйство. Пришлось еще повозиться с замками. Те на всякий случай предложили сменить код. Он еще не закончил, как ожила система оповещения крейсера. Совсем небольшая, но до боли голосистая зарешеченная коробка без предупреждения выдала подряд пять басовитых, но коротких гудков и смолкла. После первого же гудка на открытом месте захваченного отсека никого не осталось. Все метнулись за находящееся в отсеке оборудование. На сигнал только никак не отреагировали двое раненых из команды крейсера. Они вповалку лежали в центре отсека и даже не старались двигаться с места.

— Что это может значить? — спросил сторож лифта.

— Сейчас узнаем, — пообещал Ортан.

Он проверил, все ли в порядке с оружием.

— Смотрите в оба и стреляйте первыми.

Ждать пришлось недолго. Хотя, кому как.

Над одним из ведущих в отсек люков вспыхнул оранжевый маячок. Люк стал открываться. Люди Ортана замерли в напряженном ожидании. Когда он уже доползал до своей крайней точки, вышло время "выдержки" установленной на нем мины. Громыхнуло. Больно ударило не только по ушам, а казалось, по самой душе. Взрывной волне некуда было распространяться в закрытом объеме, но она все же выкрутилась, устремившись в воздухопроводы. На пол упали сорванные со своих мест панели жалюзи.

Переборки отсека медицинского изолятора тихо загудели от недалекого взрыва. В прозрачных шкафах зазвенел адский инструментарий доктора Траса. Корас очнулся. Морщась, открыл глаза и постарался оторвать голову от валика. Перед глазами все поплыло. Горло, будто сдавила сильная, не знающая жалости рука и легко прижала его к койке.

"Наверное, доктор что-то впрыснул", — решил для себя Корас.

Он даже близко не подпускал в сознание мысль, что ему так плохо может быть на самом деле. И что никакие другие причины здесь не при чем.

Он сделал несколько глубоких вздохов. Помогло. Невидимая рука ослабила хватку, а в голове немного прояснилось. На этот раз, избегая резких движений, он повернул голову, и осмотрелся. На соседней койке лежал еще кто-то. Остальные пустовали. Корас напряженно попытался рассмотреть, кто это такой. Человек лежал, отвернув голову в другую сторону. Он постарался его позвать, но гортань его не послушалась. Из нее вырвался только невнятный стон. От напряжения у него опять все поплыло перед глазами. В сознание вдруг вспышкой вернулось воспоминание о только что происшедших событиях. Причем, все нахлынуло разом. Без разделения по времени и месту. До него дошло, что рядом лежит Рино. Корас бессильно застонал, сжал в кулаках стерильное покрывало, и опять потерял сознание.

Ортан осторожно выглянул из укрытия. Сизая гарь постепенно рассеивалась, за люком никого не было.

— Дин, идем, посмотрим, что там такое.

Прикрывая друг друга, они двинулись к открытому люку.

От взрыва в переходе погасли все светильники. Поэтому потребовалось время, чтобы выяснить, что там никого нет. Ортан залег за загнутым от взрыва люком. Дин пригибаясь, долго шарил в темноте. Наконец он вернулся, и протянул командиру крошечное заушное переговорное устройство.

— Вот, чуть не растоптал. Чудом заметил. Валялась в десяти метрах от люка. Миниатюрнее у них, наверное, не было. За поворотом такой же люк, как и этот. То же закрытый. Все пусто. Наверное, сначала положили эту штуку, а потом дали сигнал. Да, тот люк я то же заминировал. На всякий случай. Услышим, если откроют. Не дежурить же возле него?

Ортан осмотрел устройство связи. Крайне аккуратно, как что-то готовое взорваться от любого неверного движения. При внимательном изучении оно оказалась обыкновенным, "штампованным" ширпотребом. Таким, который всегда было выгоднее покупать "на ведро". Такая модель ему еще не попадались. Он прикоснулся к сенсору, на дужке вспыхнула зеленая точка. Чтобы надеть устройство на ухо, пришлось снимать шлем.

— Слушайте меня внимательно, — сказал Ортан без вступлений. — Нам нужен ваш корабль. Если вы сделаете все, как надо, то сохраните свою жизнь.

Пульт центрального поста передал уверенное высказывание на незнакомом языке.

— Сейчас переводчик настроится, — пообещал Адвин.

Через пару секунд компьютер "подгрузил" необходимый словарь и перевел все как надо. Вплоть до интонации.

— Ничего себе! — вскочил с места Дак. — Мне еще и приказывать будут! На моем же корабле!

Непроизвольное высказывание было автоматически передано.

— Капитан. Если я, конечно, сейчас говорю с капитаном, — сказал Ортан. — Я знаю, о чем говорю. У вас нет выбора.

— Ну да, — не поверил Дак. — Это у тебя, сынок, нет выбора. Ты прав, я больше не намерен терять своих людей. Ты в ловушке, а контроль над кораблем у меня в руках. Для того чтобы поставить тебя на место, мне достаточно сместиться в один из развитых миров. Вас достанут из моего корабля быстрее, чем я успею заполнить необходимые документы. А там, из твоих мозгов вырвут бравого парня, вставят тряпку и отправят на "общественные работы". Будешь работать "задаром", улыбаться и если тебе разрешат, то целовать руку. Понял? Ты там никуда не уходи, подожди немного. Я тут подберу для вас всех интересное место.

— Капитан, слушайте меня внимательно, — Ортан нащупал в кармане пульт дистанционного управления. — Я не собираюсь с вами шутить. У меня не такой склад характера, да и времени нет. Вы просто пока не поняли, с чем столкнулись. Но я сейчас постараюсь доходчиво объяснить.

Дак до побелевших костяшек мял руками пристежные ремни. Он с такой ненавистью глядел на пульт, будто именно за его панелью скрывался зарвавшийся обидчик.

— Если вы следили за стыковкой, то не могли не заметить, на каком челноке мы были в космосе. Может быть, вы не в курсе, но так пробивать корпус и крылья могут только ракеты. Мы всегда силой доказывали свое право на существование. Другого способа нам просто не оставили. Если уж мы что-то требуем, то имеем для этого достаточно оснований. Мы недавно вернулись из настоящего пекла. Если вы засомневаетесь в наших возможностях, то мы отправимся туда вместе. Я не думаю, чтобы вы на это решились.

— Что вы хотите этим сказать? — спросил Дак

При этом его голос слегка дрогнул.

По серьезному лицу Ортана скользнула улыбка. Совсем не такая, какой улыбаются людям, пусть даже незнакомым. Это была улыбка силы. Вернее, осознания этой силы в самом себе. После короткой паузы он продолжил:

— У нас есть устройство, способное на куски разобрать ваш крейсер. Я могу это сделать в любой момент. А, учитывая, что силовая установка корабля расположена рядом с отсеком, в котором мы сейчас находимся, то можете мне поверить, от вашего корабля вообще ничего стоящего не останется. Кстати, что касается вашего намерения сместиться в ближайший порт и воспользоваться местными силами правопорядка. Этого я вам то же не советую делать. Как только будет выполнен несанкционированный нами "прыжок", мы сразу же подорвем корабль. И не вздумайте хитрить. У нас есть прибор, регистрирующий состояние корабля в пространстве. Но если хотите знать, то я и так, на слух, распознаю режим работы генераторов полей. Без приборов.

Если вы все правильно поняли, то у вас не остается другого выхода, как выполнить наши условия.

— Что они отвечают? — спросил Дин.

— Молчат. Переваривают.

На капитана больно было смотреть. Он, ссутулившись, обмяк в кресле. Сидел, уставившись в одну точку. Ирта ожидала приказаний, нервно теребя роскошный, черный как ночь локон. Но Дак продолжал молчать.

— И чем же вы мне угрожаете? — наконец спросил он.

— Это переносная аннигиляционная мина КА-1000. Ее производят в соседнем скоплении. В ваших каталогах вооружения она должна быть. Проявите любознательность, если она у вас есть. Номер в каталоге 0837.

Адвин, не дожидаясь капитанского интереса, включил имеющуюся на борту базу данных.

— Если бы вы не пожадничали и передали нам более достойное средство коммуникации, — продолжал старший террорист, — то мы бы вам продемонстрировали нашу малышку. А так, довольствуйтесь только цифрами.

Молодой навигатор быстро обнаружил то, что искал. На его экране появилась "страничка" справочника, дающая исчерпывающую информацию об искомом объекте. Под фотографиями самого изделия, было всего несколько строчек, посвященных его боевым свойствам.

— В контейнере находится двести пятьдесят грамм антивещества, плотностью 0.1, - стал читать Адвин. — Заряд является эквивалентом тысячи тонн химической взрывчатки К-8. Управление зарядом производится дистанционно или автоматически. Устройство защищено от обезвреживания и срабатывает при попытке несанкционированного доступа в систему управления. Дальше идут сведения о ресурсе и гарантиях производителя.

Капитан молчал.

— А что такое химическая взрывчатка К-8? — спросил Адвин.

— Не знаю я! — вспыхнул Дак. — Какая разница?! Даже если это осветительный состав для фейерверков, то подрыва тысячи тонн этой радости на борту, крейсер нашего класса не выдержит.

Корас опять открыл глаза. На этот раз все было прекрасно видно. Белые стены изолятора никуда не плыли, а оставались на месте. Он сделал несколько глубоких вздохов и медленно сел. Его тело против такого действия не возражало и подчинилось беспрекословно. Откашлявшись, он опустил ноги на пол и постарался встать. В правом бедре кольнуло, но тупо, совсем не так как в первый раз. Прихрамывая, Корас направился в соседний отсек, но доктора не оказалось и там.

Трас! — позвал командир спасателей, но ему никто не ответил.

Он вернулся к койке Рино. Недолго постояв в нерешительности над спящим товарищем. Затем присел и принялся приводить его в чувство.

— Давай, Рино, просыпайся. Пора сматываться отсюда. Я слышал взрыв.

Тот промычал что-то невнятное и с трудом открыл глаза.

— Рино, это я. Пора сматываться, — повторил Корас. — Кажется на корабле чужаки. Я слышал взрыв.

— Какой взрыв, командир? — поморщился Рино.

— Самый настоящий. Нам нужно добраться до нашего отсека. Там оружие. Ты можешь идти?

— Откуда я знаю? Сейчас попробую.

Рино привычным движением постарался отбросить покрывало, но получилось не так как всегда. Забинтованной культе до здоровой кисти было ой как далеко. Взгляд его широко раскрытых глаз остановился на раненой руке. По щекам заструилась скупая слеза.

— Не болит? — непривычно мягко спросил Корас.

Он впервые за все время увидел на лице Рино слезы.

Его подопечный только качнул головой.

— Ничего, доктор знает свое дело. Не переживай. Выберемся на базу, я не слезу с Дака, пока он не оплатит тебе имплантант. Какой захочешь, — не очень веря в то, что говорит, пообещал Корас. — Механическую модель или свой, родной, генный можно вырастить. Мы же подписывали какие-то страховки. На этот раз он не выкрутится.

Корас помог Рино встать. В соседнем отсеке, в контейнере для мусора, они нашли свою одежду. Помогли друг другу одеться и покинули изолятор.

— Ну, как, понравилась вам наша игрушка? — спустя минуту спросил Ортан. — Неплохая, правда? Мы ее уже несколько лет таскаем за собой. Вот и пригодилась.

— Вы блефуете, — сказал капитан бесцветным тоном.

Он, ссутулившись, сидел в своем кресле, безвольно опустив руки на колени.

— Даже если у вас действительно есть это устройство, вы никогда не пустите его в ход. Я уже не молодой человек, и в людях научился разбираться.

— Капитан, вы, наверное, были не очень прилежным учеником и пропустили несколько уроков. Вы не знаете еще одной детали. У нас перед вами есть еще одно преимущество.

— Это, какое же?

— У нас нет выбора.

Ортан достал из нагрудного кармана пульт управления и нажал несколько кнопок. Рядом с ним стоял Дин и спокойно следил за тем, что он делает.

— Капитан, мы уже пустили это устройство в ход, — сообщил Ортан пряча пульт в карман.

Затем засек время на своем наручном сервере.

— Чтобы одуматься, у вас осталось пятнадцать минут. Если вы соберетесь выйти из пространства, то взрыв произойдет, как только включатся генераторы полей. А вот теперь решайте для себя, блефуем мы или нет.

Несмотря на тяжелый скафандр, Дин, высоко подпрыгнул на месте, издав короткий, воинственный клич. Остальные двое пиратов, которые, как и Дин, слышали в своих шлемофонах только то, что говорил их предводитель, повторили клич не менее громко. Правда, без прыжков.

Адвин и Ирта с надеждой смотрели на капитана. Тот молча сидел, уставившись в пол.

Потерпеть поражение на бронированном, армейском крейсере от шайки проходимцев, было явным перебором. Даже для такого как Дак.

6

На центральном посту транспортника арков находилась только снятая с крейсера, дежурная смена.

— Вот так вводятся координаты, — после полутора часовой паузы просиял Брудо Старший. — Со временем, в систему нужно будет встроить наш языковый конвертор. Тогда можно будет работать как обычно.

Он перелистал на экране несколько схем и показал на нужную. Ильк с трудом сфокусировал взгляд на разноцветной мозаике и для приличия кивнул.

— Капитан, может, сделаем перерыв? — не очень надеясь, попросил Ильк. — Третьи сутки уже втыкаем, надо немного поспать.

— Мы не успеваем. Еще очень много работы. Дак может вернуться в любую минуту. Смотри по сторонам и не подумай заснуть, а то на пару похоронят. У нас еще есть воздушные патроны?

— Да капитан, еще почти целый ящик.

— Дай мне пару штук, у меня сейчас закончится последний.

Второй пилот встал и протянул командиру пригоршню небольших блестящих цилиндров. Тот отвлекся от инопланетной техники и зарядил в нагрудную обойму скафандра сразу несколько штук. Остальные положил в карман. Как только он с этим покончил, устройство вытолкнуло использованный патрон.

Ильк опять занял крайнее кресло. Невероятным усилием воли он заставил себя продолжать необычное дежурство. Его разбудил зуммер тревоги в шлемофоне. Второй пилот выпрыгнул из кресла и замер, соображая, кто он такой и где находится.

— Поаккуратнее с огнеметом! — прикрикнул на него Брудо.

— Это отсек реакторной установки! — докладывали наушники голосом одного из бригадиров. — У нас опять старые гости. Двух из наших застали врасплох. Мы отходим.

— Я сбегаю, посмотрю, что там такое, — подхватился Ильк.

— Никуда ты не пойдешь. На борту только один пилот и это ты. Так что сиди и смотри по сторонам. Чтобы здесь врасплох никого не застали.

Ильк опять занял крайнее кресло.

— Отходите, — разрешил свежеиспеченный капитан. — Много их там?

— Не так, — в наушниках послышалось шипение огнеметов и отборная ругань. — Не так, что бы много. Только с каждым разом они становятся все резвее.

— Потерпевших успели вынести?

— Один остался в отсеке! Там сейчас настоящий зверинец! И откуда они только берутся?! Все так быстро началось…

— Будем надеяться, что так же быстро и кончиться. У вас заряды к огнеметам еще есть?

— Да, заряды есть. Огнеметов не хватает.

— Ладно, отсекайте их и ждите пока все стихнет. Доложите, когда измениться обстановка.

— Хорошо, капитан.

В реакторном отсеке бесновались "голограммы" арков. Они то появлялись, то исчезали. Носились по оборудованию и просто в воздухе. Трое техников огнеметным огнем заграждали один из переходов, в котором укрылась бригада. Несмотря на весь свой запал, привидения к стене огня старались не приближаться. Всего их было около десятка. Но они передвигались по отсеку так стремительно, что при желании, их можно было насчитать не одну сотню. В отличие от остальных, один из призрачных арков неподвижно повис в воздухе над распластавшимся на полу техником.

— Брудо, мы потеряли уже двенадцать человек. Если так пойдет и дальше, то дня через четыре здесь вообще никого не останется. Нужно выбираться отсюда. В коме я никогда не был, но сердцем чувствую, что это состояние не для меня.

— Так делаем же, делаем. Запустить бы еще второй энергоблок и можно будет смещаться. С генераторами полей "перехода", кажется все в порядке.

— Что же это на самом деле? — продолжал рассуждать Ильк.

Его сон мгновенно выветрился, как эфир из незакрытой баночки.

— Ты про эти голограммы?

— А про что же еще? Не думал, что вот так все закончиться. Знаешь, я почему-то был всегда уверен, что закончу обыкновенным удушьем. Что порвется скафандр или закончатся воздушные патроны.

— Ну, это ты себя ввел в заблуждение, — впервые за несколько суток Брудо улыбнулся не компьютерному монитору, а живому человеку. — Теперь у нас столько новых возможностей!

В реакторном отсеке все закончилась так же неожиданно, как и началось. Будто кто-то выключил проектор. Поредевшая бригада техников не спешила покидать свое убежище. Бригадир доложил об изменении обстановки на центральный пост, получил подтверждение и выгнал людей в отсек. Несколько человек склонились над потерпевшим. В отличие от техника, которого успели вынести, тот был мертв. До предела расширенными зрачками он равнодушно смотрел на яркие потолочные светильники.

— Вынесите его из отсека, — распорядился бригадир Уилдис. — И нечего здесь маячить. Беритесь за работу.

Люди неохотно разбрелись по рабочим местам.

Через восемь часов силовая установка была полностью введена в рабочий режим. К технике вопросов больше не осталось.

— Жизненно-важные системы корабля удалось восстановить практически полностью, — начал новый капитан. — Транспортник готов к смещению.

Совещание проводилось за обоими закрытыми люками центрального поста. Присутствовали все. Восемь человек находящиеся в коме лежали здесь же. Прямо на полу. Единственной терапией, которую им могли теперь предложить, была смена регенерационных патронов в скафандрах. Погибшие находились в просторном морозильнике камбуза.

— Орса опаздывает почти надвое суток. Это был крайний срок, который определил Дак на возвращение крейсера. Какие будут предложения?

Игра в демократию вызвала у технического персонала бурную реакцию. Люди загудели, как потревоженный рой.

— На базу.

— Возвращаемся на Амру!

— Нужно поскорее выбираться, а то все подохнем.

— В наших контрактах ничего не сказано про такие риски. Пусть нам только не доплатят!

— Капитан, раз все в порядке, то нам не стоит задерживаться на этом судне, — сказал бригадир Уилдис.

— Хорошо. Я все понял, — Брудо поднял руку, и хор в его шлемофоне быстро стих.

Он замолчал и прошелся несколько раз вдоль стоек с навигационным оборудованием. На них нервно подрагивали разноцветные точки индикаторов, явно не способствуя разрядке накопившейся напряженности. Остатки двух ремонтных бригад терпеливо ждали решения. В сам процесс уже никто не вмешивался.

— Хорошо, — наконец сказал Брудо. — Ждем еще двенадцать часов. Если Орса не вернется, то смещаемся на Амру.

Персонал недовольно загудел:

— Ну да.

— Еще двенадцать часов.

— Ждем, — жестко сказал Брудо и все опять затихли. — Мы не сами по себе. Нам приказано ждать, и мы будем ждать. Это то же часть работы. А теперь необходимо организовать дежурство и всем немного отдохнуть. Мы с Ильком в дежурстве не участвуем. Если крейсер не придет, то у нас впереди еще много работы.

Не давая своим подчиненным опомниться, Уилдис принялся отдавать распоряжения. Ильк, не принимавший участия в общественной жизни, с готовностью забросил ноги на приборную панель и вытянулся в кресле пилота.

Через пятнадцать минут все спали в креслах. Кому не хватило мест, устроились прямо на полу. Двое дежурных с огнеметами в руках старательно боролись с усталостью.

В конце второй, двухчасовой смены один из дежурных поднял панику:

— Вторжение на центральный пост! — заорал он срывающимся голосом.

Все вскочили со своих мест. Короткий выкрик бесследно слизнул тревожный сон, как бродячий пес надкушенный пончик. Второй пилот ничего не понимающими глазами искал врага, но рядом копошились только свои. Наконец он вспомнил, как выглядит враг в игре этого уровня. Как только это случилось, он заметил и виновника переполоха. Это был бродячий, не признающий компаний Арк-одиночка. Старый, как сама Вселенная. Может, это было и не так, но "голограмма" была одна. Привидение не делало резких движений. Оно вообще никаких движений не делало. Просто висело себе у закрытого люка и мешало любознательным наблюдать мастерство конструкционного литья.

Кто-то крикнул:

— Убирайтесь с линии огня!

Несколько замешкавшихся техников проворно откатились в сторону. По незваному гостю ударили три тугие струи очистительного огня. Столкнувшись с переборкой, пламя хлынуло на потолок и в стороны.

— Хватит! — крикнул капитан. — Вы мне сейчас здесь все пожжете!

Огонь прекратили. Покрытие пола вспенилось от температуры. На переборках и потолке остался налет серой копоти. Ближнее к выходу кресло сильно дымило. Обивка спинки буквально стекла на сиденье, но почему-то не загорелась. Гость исчез, будто и не заходил вовсе.

Пробуждение получилось что надо. Самое что ни на есть "мобилизующее". Шлемофоны наполнились винегретом преобразованных в слова впечатлений. Несколько стрелков, не веря в легкую победу, продолжили стоять с оружием наготове.

— А ну, отключите все свои микрофоны, — проворчал Брудо. — От вашего галдежа я скоро с ума сойду. Вас что, не учили пользоваться средствами связи?

Кто хотел продолжать общение перешли на другие каналы. Кто обиделся и отключился.

— Уже и сюда добрались, — сказал Уилдис, присаживаясь рядом с капитаном. — Мне это все больше и больше перестает нравиться.

— Думаешь, мне нравиться? — Брудо повернул голову к бригадиру. — Что ты хочешь предложить?

— Нужно выбираться из этого могильника.

— А если придет Дак, а нас не окажется на месте.

— Он что, не знает дорогу на базу? Может ему еще и записку оставить, куда мы делись?

— С запиской не получиться, — улыбнулся Брудо Старший. — Он не любит читать.

Он включил режим общей связи и сообщил:

— Хватит испытывать судьбу. Мы возвращаемся на базу.

Его слова утонули в одобрительном гуле.

— Ну что, Уилдис? Ты отвечаешь за свою работу?

— В смысле? — не понял бригадир.

— Я собираюсь подать мощность на генераторы перехода. Твои ребята там все проверили, как следует?

— Да. Вроде все.

— Может, забыли что-то? — настаивал на своем капитан. — А то спасать будет некому.

— Если будет кого! — рассмеялся бригадир.

— А, ну тогда все в порядке. Ильк, давай за штурвал.

Все присутствующие с интересом наблюдали за происходящим. Почти никто из них ранее не видел дежурную смену большого корабля за работой. Несколько минут потребовалось на "разгон" силовой установки.

— А ну, попробуй, как он себя ведет, — посоветовал Брудо. — А то на Амре может, не представится такой возможности.

Второй пилот, который здесь был сразу и первым, и единственным, взялся за штурвал. Огромный транспортник послушно заломил несколько крутых разворотов. Маневры прошли с легкостью несвойственной кораблям такого класса.

— Кажется, слушается, — сделал заключение Ильк. — Не знаю, как он будет себя вести в атмосфере, но в космосе он легче в управлении, чем наш крейсер.

— Хорошо, начинаем.

Брудо Старший с головой ушел в дебри незнакомой навигационной системы. Вскоре с координатами был полный порядок.

— Ты не забыл, нам нужно на Амру, — напомнил Улдис.

— Надо пробовать! — в тон ему ответил старый навигатор. — Пока не попробуешь, не узнаешь. Что вы тут все столпились?! Хватайтесь за что-то. Все включиться через пять секунд.

Техники бросились врассыпную по центральному посту.

По почерневшим от времени и температуры бортам транспортника пробежали первые сполохи энергии. Они были не сиренево-синими, как на "человеческих" кораблях, а ярко-алыми. Больше различий не было. Ярко полыхнуло. На месте стальной громадины остался только быстро рассеивающийся сгусток энергии.

Корпус корабля ощутил довольно сильный толчок. За остеклением кабины мать-Вселенная опять сменила темень абсолютной пустоты.

— Мы на месте, — сообщил Ильк всем, до кого еще не дошло. — Пока с кораблем все в порядке.

По левому борту ярко сияла Амра — старая звезда класса "желтый карлик". Справа, гораздо "ниже", куталась в белоснежное манто облаков их родная планета. Она была не единственной в системе, но то же носила имя звезды. Вопреки всем канонам навигационной практики. Ни одной из двух лун, которые планета тащила за собой сквозь время и пространство, с этой точки видно не было.

Кто-то из техников шумно вздохнул.

Ильк развернул транспортник и стал плавно спускать стальную громадину с орбиты на орбиту. Не прошло и минуты, как рядом с кораблем появилось звено штурмовиков. Проходя мимо центрального поста, ведущий приветственно качнул крыльями, и повел свою свору на тормозной круг. Ожило радио:

— Ну, и куда это вы претесь со своим грузовиком? — поинтересовался кто-то забыв поздороваться.

— Идем на базу, — не задумываясь, сообщил Ильк.

— Вы что, не знаете, что северные порты не принимают суда подобных классов?

— Мы в курсе, в курсе. Просто подбираемся издалека.

Штурмовики сбросили скорость и теперь шли чуть в стороне. Звено повторяло все маневры транспортника.

— Кому принадлежит судно?

— А с кем я разговариваю? — спросил Брудо.

— Таможенный департамент.

— Ясно. В данный момент судно принадлежит базе спасателей третьего южного порта.

— А я то думаю, кого это занесло в наши края? А это наши спасатели! Вам что, законы не писаны? А ну, быстренько развернулись! И давайте на вашу базу. Да, советую за пределы отведенного вам эшелона не выходить. Можно заработать приличный штраф.

— Что-то случилось, пока нас не было?

— Случилось, — без энтузиазма сообщил голос. — У нас новая схема работы. Ну, все, хватит болтать. Я кому сказал? Разворачивайте свой металлолом и проваливайте отсюда.

— Все, все, уже уходим, — успокоил патруль Ильк.

Корабль круто развернулся и пошел в прямо противоположном направлении.

— Поздравляю тебя с нововведениями, — пошутил второй пилот.

— Только этого не хватало, — не поддержал шутки капитан. — Это же надо, постоянно что-то меняется! Только узнаешь о чем-то новом, как сразу же оказывается, что оно уже устарело. Ну не успеешь за этой жизнью, как ни старайся!

— Подумаешь! Обыкновенная мышиная возня. На самом деле ничего толком не происходит. Только что-то меняется местами, вот и все.

— Ты так считаешь?

— По крайней мере, я так разделяю все на важное и неважное. И мне так легче.

— Интересная позиция. И что же, по-твоему, важное?

— Важное то, что мы добрались домой, а все остальное ерунда.

— Хорошая тактика. Надо бы и себе как-то перестроится. Вот только как?

— А ты сходи к специалистам. Пусть тебе мозги вправят! — рассмеялся второй пилот.

— Ага, — улыбнулся Брудо. — И снимут последние штаны. Мне больше нравиться быть с вывихнутыми мозгами, но в штанах.

Сидевший рядом бригадир Уилдис рассмеялся так, будто только что услышал шутку года.

— Скоро будем над нашим портом, — сообщил Ильк всем, кто не очень разбирался в процессе.

В доказательство его слов прямо по курсу появился здоровенный рудовоз. Он с трудом выбирался из гравитационных лап планеты. Как и полагалось, по судоходному праву, Ильк изменил курс и уступил дорогу. Поднимающимся вверх всегда было труднее всего. И очень жаль, что уступать им предписывал только свод законов о судоходстве. Во всех остальных случаях, уступать было не принято.

Ильк уже успел засечь все шесть посадочных маяков родного порта, как последовал новый приказ:

— Застопорить ход и ждать дальнейших указаний! Карантинный контроль.

— Кажется, влипли, — предположил Ильк.

— Сколько летаю, он всегда проводился в порту! — не выдержал Брудо. Что у вас здесь происходит? Стоит пару недель не побыть дома, а тебя уже радуют чем-то новеньким.

— Три дня назад на Амре вступил в действие новый закон о портах. Теперь здесь все должно быть так, как в столице.

— Но это же смешно, — начал выступать капитан. — Где столица, а где Амра! Нашли что скопировать! Все поняли? — обратился он к своим людям. Мы живем уже в столице. Чувствуете разницу?

— Хватит выступать, — посоветовало радио. — Мне уже надоело вас всех успокаивать. Мне то же не нравиться всю смену болтаться на орбите, тем более за те же деньги. Выполняйте приказ и ничего с вами не случиться. А свои нервы будете показывать кому-то другому. Кстати, через двое суток таможенный досмотр будет то же проводиться на орбите. Как вам это понравиться?

— Нам уже все начинает нравиться, — сказал за капитана второй пилот.

Последнее известие добило старого Брудо. Говорить он пока не мог. Зато как выразительно смотрел!

— Хорошо, мы останавливаемся. Проводите свой контроль.

Не прошло и нескольких минут, как появился челнок карантинного контроля. Он облетел пришельца из невообразимых космических глубин и завис напротив центрального поста. Челнок был сверхмалого класса. Генераторы полей на нем отсутствовали. В такой комплектации челнок был способен только подниматься на орбиту и возвращаться обратно. Все остальные трюки с пространством ему кто-то запретил раз и навсегда.

— Ничего себе корабль. Что это у вас такое? — спросил по радио тот же человек, что командовал остановиться.

— Транспортный корабль, — сообщил капитан. — Будете досматривать или так поболтаем?

— Да, интересная штуковина, — не унимался летающий доктор. — И где вы только такие берете?

— Места знать надо.

Последняя фраза вернула доктора к действительности, и он начал распоряжаться сухим, официальным тоном:

— Откройте наружные люки грузовых шлюзов и шлюзов для персонала. Включите освещение центрального поста, для визуального осмотра. Если вы не будете выполнять мои распоряжения, то я вызову крейсер поддержки и вам все равно придется сделать все так, как потребуется. Только за крейсер заплатить придется отдельно.

— Ладно, ладно. Зачем же сразу крейсер? Я думаю у нас все получиться и без крейсера.

— Вот и хорошо. Выполняйте.

Челнок повис метрах в пятнадцати от остекления центрального поста. Темное, узкое стекло скрывало, что творилось в его кабине. Ильк не долго думая, включил общее освещение центрального поста. Самый наглый из техников даже помахал челноку рукой.

— Почему вы все в скафандрах? — последовал незамедлительный вопрос.

— Вдруг разгерметизация, а мы уже в скафандрах! — сострил Ильк.

— Вы мне тут не вымахивайтесь! Рассказывайте все как есть. Мы здесь не в игры играем. Дело серьезное.

— Нравится нам так, — сказал более разговорчивый Ильк. — И капитану нашему нравится. Вот, приходится мучиться. Чего только не сделаешь ради своего капитана.

— Начинайте уже что-то делать, — посоветовал Брудо. — У нас мало времени.

— Хорошо, не хотите по-хорошему, сделаем, как положено. Открывайте внешние люки шлюзов. Я посылаю зонды. Грузовых отсеков это то же касается. Вернее, их это касается в первую очередь.

От карантинного челнока отделился с десяток небольших, яйцеобразных устройств. Почти все из них самостоятельно направились к шлюзам транспортника. Оставшиеся несколько штук рассыпались на более мелкие зонды, которые принялись обследовать наружную поверхность транспортника.

— Что будем делать? — спросил Уилдис.

— А что здесь поделаешь? Ильк, открывай шлюзы, — скомандовал он, немного поразмыслив. — И свяжись с базой. Пусть пришлют челнок и снимут нас. Похоже, эти доктора собираются сделать все как надо.

Второй пилот пропустил зонды сквозь шлюзы и принялся вызывать базу.

— Никто не отвечает. Будто все вымерли, — доложил он после второй попытки.

— Вызывай, пока не ответят.

С поверхности соизволили ответить только после пятого вызова.

Заспанный голос спросил просто и незатейливо:

— Чего надо?

— Подожди немного, вот доберусь до тебя! Тогда узнаешь, кому чего надо, — поприветствовал его Ильк. — Это экипаж Орсы. Высылай на орбиту челнок. Мы на чумном корабле и нас сейчас проверяет карантинный контроль. Если не снимешь нас через пятнадцать минут, то обижайся на себя.

— Подожди. Как же я могу вас снять, если у вас там заражение?

— В жилой зоне мы все вытравили. Заражены только грузовые отсеки. Давай быстрее. Не слышу сирены. Да, и доложи там, кому следует. Даю в эфир маяк с нашим кодом. Но я думаю, получиться и без маяка. Это такой большой, старый грузовик. Не из нашего скопления. В общем, не ошибешься. Похоже, мы здесь одни такие. Мы прямо над базой, километров двести к юго-востоку.

— Хорошо, — сделал одолжение невозмутимый голос. — Челнок будет у вас через минут десять-двенадцать.

Наконец-то Ильк услышал у себя в наушниках сигнал тревожной сирены. Далекой-далекой, будто в аду трубили подъем.

— Ничего себе! — изумился один из техников. — И где только деньги нашли?

Все посмотрели туда, куда он показывал. На центральный пост влетел один из биологических зондов. Небольшой, величиной с кулак, блестящий металлический шарик. Его идеальную поверхность покрывали крошечные датчики самых невообразимых систем.

— Да, похоже, действительно дорогая штучка, — поддержал еще кто-то мысль.

Эти люди за свою жизнь подержали в руках столько разных железок, что знали, о чем говорили.

Зонд, ободренный удивленными взглядами, облетел центральный пост и взял несколько проб. С пола, переборок и в нескольких местах со стоек управления и пультов. Покончив со всем этим, он беззвучно вылетел прочь.

— О, да у вас грузовичок с сюрпризом! — воскликнул помалкивающий до этого доктор. — А то у некоторых хватает наглости заявлять, что у нас слишком большой бюджет! Вот теперь им самое время заткнуться! Ребята, если вы еще не знаете, то гадости, которая у вас в грузовых отсеках хватит не на один мегаполис. И это только на первое время. Так, дня на три. Кажется такой у нее инкубационный период. Потом все повторяется уже автоматически и в сотни раз страшнее. Это же надо?! Первый раз вижу такую опасную штуку. Даже интересно.

— Разрешили бы вы нам сесть на базу, никогда бы и не увидели, — сказал Ильк. — У нас там есть все необходимое. Давно занимается этим делом. На крейсере не хватило химикатов, чтобы полностью очистить корабль.

— Интересно, интересно. А где же ваш крейсер?

— Скоро будет, задержался. Все дела, дела…

— Вы то же задержитесь. Это я вам обещаю.

— Нет, нам задерживаться нельзя, — запротестовал Ильк. — У нас дела. Без нас вообще все остановиться.

— Остановиться, так остановиться, — равнодушно ответил инспектор. — Не велика потеря. Я давно говорил, что спасательную базу нельзя держать в густонаселенном месте. Вам ребята место на каком-нибудь астероиде, а не в таком хорошем месте.

— Это почему же?

— Ну, не все же такие смертники, как вы. Почему еще кто-то должен рисковать жизнью только потому, что вы иначе не можете заработать себе на жизнь?

— Мы же спасаем людей! — не выдержал Ильк. — Это программа правительства.

— Вот и спасайте где-нибудь в другом месте. Знаем, как вы спасаете…

— Нормально мы спасаем, — обиделся Ильк. — Нас бы кто-то спас.

Зонды собрали всю мыслимую и немыслимую информацию и теперь собрались небольшой стайкой у челнока инспектора. Обратно в модули умные шарики собираться не спешили. Последовала череда вспышек и зондов, как ни бывало.

— Он их уничтожил, — прокомментировал кто-то.

— Конечно, они ведь заражены. Будет он еще возиться с ними. Нажал, и нет проблемы.

Ожил радар. Секунд через двадцать показался и сам виновник тревоги. Это был старый, потрепанный челнок с базы. Он свечей прошел мимо и заломил крутой вираж.

— Вот, командир, это за нами, — сказал Ильк притихшему инспектору. Он нас снимет с транспортника, а там уже пускай начальство само разбирается. Связывается с вашим. Ну, в общем, они там знают, что и как делается.

Видимо за штурвалом челнока находился один из "сорвиголов" базы. Машина успела развернуться, сбросить скорость и уже приближалась к шлюзу для персонала.

— Лифт прибыл, — доложил пилот. — Ну, у вас на этот раз и колымага! Первый раз такую вижу. Классная штука. Дадите полетать?

— Заходи. Все в твоем распоряжении.

— Я правильно мощусь? К этому шлюзу будем стыковаться?

— Да, все правильно, только замок не подходит. Мы постараемся так перейти. Сможешь удержать свой аппарат?

— Какие проблемы? — удивился пилот. — Все будет нормально.

— Нас… Нас восемнадцать человек и почти столько же раненых. Что там у тебя в салоне? Опять коробок навалено?

— Нет, уже все чисто. Все поместитесь.

— Прекратить стыковку, — обнародовал свое решение инспектор. — Властью данной мне правительством приказываю отвести челнок от инспектируемого судна. Вы поняли или нет? А то наложу запрет еще и на челнок.

— Ах, ну да, совсем забыл, — сказал пилот челнока. — Новые правила. А у меня смена через сорок минут заканчивается… Вчера вообще был цирк. Наши пригнали небольшой фрегат, так его почти пять часов на орбите продержали. Но потом пропустили. Скоро еще и таможня у нас будет крылатая. Вот весело будет!

Челнок развернулся, отошел от транспортника и повис рядом с инспекторским. Хотя модель машин была одна и та же, но два аппарата отличались друг от друга кардинально. Как это бывает только с юностью и старостью.

В подтверждение слов инспектора к конфликтующим сторонам подтянулся легкий крейсер сил быстрого реагирования. Когда паритет был восстановлен, инспектор продолжил исполнять свои служебные обязанности:

— До принятия решения судно арестовано. До окончания разбирательства запрещаю покидать судно. При попытке снять экипаж, арест так же будет наложен на любое другое судно. Пока все.

— Инспектор, что-то в ваших правилах слишком часто употребляется слово "судно", — съязвил Ильк. — К чему бы это?

— Ты мне тут не умничай, — пригрозил тот. — Еще одно замечание и ко всем вашим прелестям у вас будет еще и штраф. Много зарабатываешь?

— Нет, мало инспектор. Уже молчу.

— Вот так бы раньше. Я доложу начальству. Ждите решения, — сказал инспектор и отключился.

— Если бы кто-то знал, как мне надоел этот скафандр! — пожаловался бригадир Улдис.

Его одарили взглядами полными понимания. Он скривился и потянул физиологический раствор из трубочки шлема. Коктейль содержал все необходимые для жизнедеятельности ингредиенты и был нейтрален на вкус. Но это никак не компенсировало знание того, на основе чего это все приготавливается… В скафандре с замкнутым циклом.

Карантинный патруль убрался почти сразу. Время неторопливо ковыляло по своей избитой дороге, но ничего не происходило. Челнок с базы уже успел дважды побывать в порту. Пилот лично докладывал свои впечатления о находке и вывозил "наверх" несколько специалистов. Он очень ругался по поводу окончания своей смены, но менять его никто не собирался. Постоянно с транспортником арков оставался только крейсер сил безопасности. Переговоров с транспортником не вел. Так, висел себе, символизируя могучую руку конфедерации.

Переговоры шли трудно и с большим скрипом. Руководство базы пыталось доказать свое право на посадку корабля. Служба карантинного контроля умело отстаивала свой запрет. И требовала немедленно убрать зараженный корабль с орбиты Амры. Чем дальше, тем лучше.

К делу были подключены даже лучшие юристы базы. Только все их доводы против нового свода законов оказались бессильными. Руководство порта настаивало на своем. Чумных кораблей здесь больше видеть не хотели.

— Можете забыть старые времена! — советовал разошедшийся начальник порта на экстренном совещании. — Так больше не будет. Мы и так слишком долго терпели ваши выходки. Слишком ух много у вас было вольностей. Настало время прекратить это безобразие.

Руководство базы, почти все, в полном составе, сидело и слушало начальника. Будто школьники разошедшегося практиканта.

— Этот инцидент лишний раз доказывает, что пора прикрывать вашу лавочку. И притом, это давно уже пора было сделать. Мы уже не можем позволить себе такой риск. Рядом с портом мегаполис с восемнадцатью миллионами жителей! Мне доложили, что при благоприятных условиях, одна ваша находка в состоянии уничтожить почти всех этих людей.

— Я бы на вашем месте не стал сгущать краски, — попытался сбить темп начальник базы.

Седеющий, лысеющий, но зато уже потолстевший мужчина.

— Не хватало вас еще на моем месте! — обиделся начальник порта. Можете мне поверить, вас даже на своем месте много. Во что превратили ваши площадки! Там же страшно пройти. Это же надо уметь, так загадить территорию. А эти постоянные сливы топлива! Да еще черт знает, какого топлива! Вы же стаскиваете в мой порт мусор с целого скопления. Пора с этим кончать.

Поджарый начальник властно махнул рукой.

— Я буду ставить вопрос на заседании правительства о закрытии вашей базы. А посадку этого корабля я запрещаю. У нас хватает перевалочных баз. Военных, торговых, да каких хотите. Вот там этим и занимайтесь, а здесь больше этого не будет.

— Хорошо, — неожиданно спокойно согласился управляющий базы и встал. Подождем, когда ваш личный челнок будет рассылать во все стороны сигнал бедствия. Вот тогда я внимательно послушаю ваше мнение о нашей работе.

— Только не надо меня пугать, — предупредил начальник порта. — Это делается для общего блага и ваши доводы здесь излишни.

На диспетчерской вышке третьего южного порта было все как обычно. Сонно-летаргическое состояние властвовало безраздельно. Высокий, как жердь диспетчер добил свою смену и теперь заканчивал диктовать рутинный рапорт. Этих рапортов никто никогда не слушал, но их правильное оформление входило в понедельную оплату.

В зале появился запыхавшийся молодой парень. Он пулей подлетел к мониторам долговязого и плюхнулся в соседнее кресло. Сидящие рядом "площадочные" диспетчера недовольно нахмурились этой мальчишеской выходке.

— Фу! Чуть не опоздал! — сообщил он, с трудом выкраивая время между вдохами и выдохами. — Представляешь, проспал. Ну, думаю все. Еще одно предупреждение обеспечено. Но успел. Пришлось взять такси.

— Что опять на платформе прилетел? — долговязый остановил запись и впервые поднял глаза на своего сменщика.

— А что было делать? У меня уже и так есть одно предупреждение. Еще одно и выслуги как не бывало. Мигом все срежут.

— Сколько у тебя там той выслуги? — по-кошачьи улыбнулся старожил. Года два, не больше?

— Почти три, — обиделся парень. — А это двадцать семь процентов.

— Вот ты их и проездил.

— Я же говорю, ничего не оставалось.

— Меньше надо по ночам шляться, — посоветовал умудренный опытом диспетчер молодой поросли.

Такую мудрую мысль крыть было не чем. А может быть незачем? Кто его знает? Как бы там ни было, но поросль промолчала.

Они поменялись местами, и долговязый стал вводить своего сменщика в сложившуюся ситуацию:

— Пока в секторе все спокойно. Как всегда прибывают рудовозы. Вот здесь, — он очертил на экране пару точек. — Дожидается разгрузки пара штук. Когда получишь подтверждение из терминала, дашь им знать. В общем, с этим как всегда. Было несколько кораблей поменьше, и с десяток челноков. Я их рассовал по четвертой и пятой площадкам. Да, совсем забыл. Еще одно. Старьевщики пригнали какую-то реликвию. Там из-за нее наверху такая война разгорелась! Мы слушали переговоры и все угорали! С чем там только они друг друга не хотели мешать! В общем, умора. Будет время, обязательно послушай. Советую.

— Да эти спасатели уже всех достали, — поддержал парень наставника. Ни дня у них спокойно не проходит.

— Это точно. Официально приказа еще нет, но этот транспортник решено отправить на Гриммени-11. Военные там уже давно все успели загадить. Решено теперь весь отстой отправлять туда. Наверное, неплохое местечко?

— Не знаю, не был.

— Я то же не был. Но не думаю, что это может понравиться. Перевалочная база на астероиде! Что может быть лучше?

— Хорошо, я все сделаю.

— Ты уж постарайся. Я пошел.

— Когда ты теперь выходишь?

— Через двое суток, как всегда.

— Счастливо.

Почти через два часа изнуряющего, выматывающего труда, с молодым диспетчером связался старший смены:

— Транспортник, который пригнали спасатели еще на месте? поинтересовался он.

— Да, господин капитан, — отрапортовал диспетчер.

— Отправляй его отсюда подальше. Место назначения Гриммени-11. Чтоб через десять минут его над нашим портом уже не было. Пусть сами разбираются со своими проблемами. Да, если будут артачиться и захотят снять с судна экипаж, пусть это делают на той базе. Оттуда забирают людей и если они после этого пройдут карантинный контроль, то тогда добро пожаловать на Амру. Все понял?

— Да, господин капитан.

— Действуй.

Приказ был немедленно передан на транспортник арков.

— Что это за Гриммени-11 такое? — горячился Ильк.

— Сейчас разберемся, — пообещал капитан и навигатор в одном лице.

Он в очередной раз подключил к инопланетной навигационной системе, свою многотомную "библию" на дисках.

— Первый раз слышу такое название. Если это где-то рядом, то, скорее всего, это как-то связанно с военными. Они любят секретность и такие названия. Можно подохнуть рядом с таким местом, и даже не догадаться, что рядом есть люди. Что у них есть еда и воздух.

— Сволочи, — сделал вывод Уилдис.

— Точно, — поддержал кто-то из его людей.

— Да. Так и есть. Военные. Перевалочная база на границе конфедерации. Почти на самой границе. Вход в зону строго воспрещен, — прочитал Брудо выпрыгнувший на экран транспарант. — Уже оказывается можно. Всем приготовиться, уходим. Если получится вернуться, пошлю этого Дака куда подальше, и этот космос куда подальше, и этот мусор поганый. Надоело. Буду жить на пособие.

— Ага. Хотел бы я посмотреть, как это у тебя получиться, — сказал Уилдис. — Чтобы прожить на пособие правительства нужно быть аскетом. И притом, самым непримиримым.

Брудо Старший ничего не ответил.

Транспортник запустил силовую установку и стал вальяжно разворачиваться. Крейсер сил безопасности отошел от готовящегося к "прыжку" корабля на безопасное расстояние. Полыхнуло. Непрошеный гость исчез так же быстро, как и появился.

Диспетчер успел разгрести образовавшийся в работе завал. Пара тяжелых рудовозов уже заходила на отведенные им площадки. За неимением другого занятия он стал просматривать сводки родного департамента. После обычных приказов об улучшении работы структуры, на его экране появилось официальное правительственное сообщение. Оно гласило:

"Продемонстрировав еще один пример доброй воли, правительство Конфедерации выступило с односторонними шагами направленными на улучшение отношений с Федерацией Авары. На заседании правительства было принято решение об уменьшении военного противостояния между двумя соседствующими сообществами. Для демонстрации своих намерений, правительство приняло решение о сокращении своего военного присутствия в приграничных областях пространства"…

Далее шло несколько страниц ничего не значащего дипломатического расшаркивания. Завершал сообщение правительства список из пятнадцати объектов, оказавшихся после этого решения в нейтральном пространстве. Список начинался с интендантской перевалочной базы Гриммени-11.

Диспетчер крутнулся в кресле и полностью вывел свой сектор орбиты на экран. Кроме карантинного челнока и крейсера сил безопасности, там уже ничего не было.

7

Крейсер быстро снижался. Корас морщась от боли, изо всех сил старался удержаться за коридорный поручень. Руки скользили по полированному алюминию. С таким трудом перегрузки давались ему впервые. Рино лежал на полу, упершись ногами в переборку. Его состояние было не лучшим.

— А круто они заломили на этот раз, — прохрипел Корас. — Ничего, скоро должно попустить. Не в ад же спускаемся?

— Кажется у нашей Орсы новый пилот, — предположил Рино. — Ирта так еще ее ни разу не сажала.

— Это точно. Она у нас девочка аккуратная. Неужели Дак позволил захватить крейсер?

— Может на специалистов нарвались? Ты только вспомни, как они нас встретили!

— Да, лучше не бывает.

Крейсер начал торможение. Корас не удержался за свой поручень и его легко, будто игрушку, бросило на переборку. Все произошло так быстро, что он даже не успел, как следует сгруппироваться.

— Ничего себе заявочки, — простонал он уже с пола.

— Я же тебе говорил, чтобы ложился сразу.

— Да я думал, удержусь.

— Удержался?

— Ничего, — продолжил Корас, когда отдышался. — До нашей берлоги еще недолго осталось. Двигаем дальше, как только наиграется этот летчик. Интересно, куда мы садимся?

— Не объявляли, — пошутил Рино.

— Говорил же мне командир: "Исполняй приказы и все будет нормально", так нет же. Я должен был делать все по-своему. Не удивительно, что меня поперли из армии. Сколько можно было терпеть? Они и так там все золотые были. Представляешь, был бы сейчас командиром палубы на штатном крейсере. Чуть-чуть в должность не вступил. А если бы мне вдруг стало не хватать приключений, то послал бы бойца за дисками с фильмами. Да, тяжелый случай…

Рино не ошибся. На центральном посту действительно уже прошла смена пажеского караула. За штурвалом сидел Ортан и со стареньким крейсером особо не церемонился. Дин сидел рядом. Ни пульт навигатора, ни происходящее за остеклением кабины его не интересовало. Он сидел спиной к разворачивающемуся за бортом великолепию. С ухмылочкой нацелив свой плазмомет на неудачливого капитана и дежурную смену. В компании нескольких техников, те сидели прямо на полу в углу отсека и уже ни во что не вмешивались. На правой щеке Дака горел свежий кровоподтек, а в остальном все было нормально. В отличие от веселого стража, пленники с интересом наблюдали за великолепием незнакомого мира.

А посмотреть было на что.

Укутанная в белоснежные облака планета, производила сильное впечатление. Юная невеста на роскошной свадьбе была способна на такое же. Не каждая, конечно, но что-то в этом всем похожее было. Было и еще кое-что. Ощущение трудно представимой грандиозности, умело смешанное с тонким изяществом.

— Что это за мир? — спросил Дак.

Новые хозяева положения оставили вопрос без ответа.

— Что вы собираетесь с нами делать? — не унимался капитан. — Вам нужен наш крейсер?

Опять тишина.

— Вы производите впечатление культурных людей. Если вам нужен корабль, то высадите команду в одном из портов Конфедерации и он в вашем полном распоряжении.

— Он и так в нашем полном распоряжении, — напомнил Ортан. — Дин, как там наши?

— Это Дин, как там у нас дела? — вызвал тот по своему устройству связи. — Все нормально, — доложил, выслушав ответ. — В отсеке тихо. К ним пока никто не совался.

— Передай, что за "игрушку" они отвечают головой. В случае чего, пусть включают сразу. И пусть только попробуют смалодушничать. Если выживу, им не жить.

— Вы слышали? — поинтересовался Дин. — Да они все слышали.

— Не жалко? — спросил Ортан, заламывая один из своих коронных виражей.

— Чего не жалко? — не понял Дин.

— Это я к капитану. Не жалко корабль?

— Жалко, конечно. Но он застрахован, и с этим не должно быть больших проблем.

— Ага, значит себя тебе больше жалко, чем корабль?

Капитан промолчал.

— Ну, я не слышу?! Себя больше?

— Больше. К тому же, вы должны учитывать, что я отвечаю, за всех своих людей.

— Уже моих.

— За всех этих людей, — капитан приподнялся с пола на колени.

Дин поднял плазмомет, и тот послушно уселся обратно.

— Но у вас же должны же быть хоть какие-то нормы морали? Что вы намерены с нами делать? Мы же не боевой корабль! Это же мирное спасательное судно!

Ортан повернул голову от накатывающейся на крейсер планеты и с улыбкой посмотрел на капитана. Под открытым, холодным взглядом черных, как ночь глаз, тому стало особенно неуютно. Он выдержал всего несколько секунд и опустил глаза.

— Нет никакой морали, — сообщил Ортан, возвращаясь к управлению кораблем. — Ее отменили четверо суток назад. Капитан, вам что, не объявляли?

Дак машинально качнул головой.

— Совсем отстали вы ребята от жизни. А нам объявили. Все было очень доходчиво и наглядно. Поэтому мне плевать, что это за судно. Плевать, есть на него страховка или нет. И плевать, во сколько вы там себе оцениваете ваши жизни. Только вы особо не обольщайтесь. Можете мне поверить, они и раньше были по цене мусора, а теперь, за них нужно даже приплачивать. Очень не выгодные условия.

Циничные слова молодого проходимца заставили капитана замолчать. Он опустил голову себе на руки, стараясь не встречаться взглядом со своими людьми. Адвин помалкивал, внимательно наблюдая за необычными действиями пилотировавшего корабль пирата. Ирта же, держалась очень независимо. Даже вызывающе. Разведенные плечи, выставленная вперед грудка и приподнятый подбородок. Взгляд — сама решимость. Но это почему-то негодяев ни грамма не трогало. Это же надо! Одно слово — негодяи.

По мере приближения к планете, душе захватывающий шарм таял, как кубик масла на раскаленной сковороде. Сквозь изодранную ветром мантию облаков, проглядывали бурые скальные массивы. Один голый камень и больше ничего. Крейсер нырнул в молочные облака. Когда он вынырнул, пейзаж за бортом оказался еще хуже, чем можно было опасаться. Перемена оказалась разительной и то же впечатляющей. Все как с той же невестой, только через год.

Бурые, выветренные скалы простирались от горизонта до горизонта. Сколько видел глаз, кроме серых, заплаканных небес и покрученных горных хребтов, больше ничего не было. Никакого другого цвета. Только серый и темно-коричневый.

— Ну вот, это здесь, — сказал Ортан и никого не спрашивая, включил оба локатора.

— Ты точно уверен?

— Кончено точно, — серьезно сказал тот. — Вот, посмотри на карту, — он чиркнул давно не стриженым ногтем по экрану локатора. — Видишь, этот хребет в форме завязанной в узел змеи. Мы еще тогда смеялись. Помнишь? Это же ты придумал. В форме завязанной в узел змеи! — Ортан сдержанно улыбнулся. — Плато находится в двадцати километрах северо-западнее.

— В воздухе никого нет?

— Кажется все чисто. Ни одного корабля, ни одного сигнала за все это время. По моему на этой планете нет сил безопасности. Помнишь? Когда мы садились, то тоже ничего не заметили. Будто все вымерло. Вот Парса и осекся. Они ударили почти через трое суток.

— Точно. Вначале никого не было видно. По крайней мере, на этом континенте. Интересно, а на остальных кто-то есть?

— Какая разница? Если и есть, то пусть себе сидят тихо, а то на этот раз им может и не повезти.

Заложники с интересом прислушались к разговору. Все, кроме Дака. Ему почему-то уже было все равно.

Крейсер еще несколько раз развернулся уже на горизонтальном курсе и стал тормозить.

— Кажется, приехали, — сказал Корас, поднимаясь с пола. — Транс галактическая компания "Тот свет" благодарит, что воспользовались ее услугами. Можно отстегнуть ремни.

— Интересно куда?

— Кто его знает? Куда-то приехали. Скоро узнаем.

Придерживая друг друга, Корас и Рино, неуверенной походкой направились к своему отсеку.

— Фу! Наконец-то дома! — повалился Рино на свою койку. — Что будем делать дальше?

— А кто его знает, что тут делать? Мы же ничего не знаем. Не знаем сколько их. Какое у них оружие. И вообще, где мы оказались. Может мы уже на их базе, и их здесь столько, что у нас никаких зарядов на них всех не хватит. Нужно разобраться в обстановке. Слушай, ты не можешь подключиться к какой-то из систем корабля? Отсюда это можно сделать?

— Одной рукой?!

— Ну что ты сразу, я помогу. Не все же руки у меня из одного места растут, а только левая. Правая же у меня очень даже ничего, и тебе будет как раз комплект.

Рино метнул в командира полный ненависти взгляд.

— Ну, я же тебе обещал трансплантацию, — спохватился тот. — Будет тебе кисть, не переживай. Какая захочешь. Но если мы не выпутаемся из этой переделки, то ничего тебе не будет. Ни тебе, ни мне. Вообще никому из нас.

Рино немного успокоился и сел. Корас открыл встроенный шкаф и стал выгружать его содержимое на свою койку. На скомканное одеяло грузно шлепнулся неучтенный на борту импульсник. За ним последовали штук пять обойм и компактный парализатор — коронная штучка любителей ночных прогулок по не очень спокойным районам. Рино полез в свой ящик. Его "добро" было не таким внушительным, как у командира. Несколько компактных электронных блоков, старенький портативный компьютер и целая охапка разноцветных жгутов. Не ожидая дополнительных указаний, он взялся за дело. Устройство внутренней связи было мастерски вскрыто за несколько секунд одной левой (в буквальном смысле). Далее, он подсоединил к нему компьютер через один из своих блоков. Когда "химия" была готова, он включил питание.

Командир тем временем продолжал рыться в своих загашниках. На свет продолжали появляться все новые, и новые вещи, умереть без которых было плевым делом, а вот жить весьма затруднительно. Среди них оказалась не початая упаковка небольших, ручных гранат и маска ночного видения. Венчала коллекцию квадратная магнитная мина с хорошим радиусом действия и дистанционным управлением.

— Нет, слишком тяжелая, — забраковал ее Корас и положил обратно в ящик.

— Она у тебя была здесь все время?! — отвлекся Рино на неожиданно сильный раздражитель.

— Ну, как тебе сказать? Кажется да. Осталась с того десантного транспорта, помнишь?

— Но это уже почти три года прошло. И что, она все это время пролежала здесь?! Ты же говорил, что на продажу.

— Оставил одну. Хорошая вещь. Ну, чего ты кипятишься? Не выбрасывать же. Хорошая вещь. Абсолютно безвредная. Знаешь, какой у нее срок гарантии?

— И знать не хочу. Я не думал, что ты на такое способен.

— Подумаешь, мина лежит под кроватью! Да за пятьдесят метров от этого отсека находятся четыре термоядерные бомбы, даже не скажу точно какой мощности! А он мне про какую-то ерунду. Да если там что-то пойдет не так, даже заметить не успеешь.

— Можно подумать, если она сработает, то я успею что-то заметить. К тому же, за реакторами постоянно следят.

— А за этой штукой даже следить не надо. Очень надежная. Видишь, не знал, и спал спокойно. А теперь начинаешь расстраиваться. Смотри в экран. Зачем тебе лишняя головная боль?

Рино продолжил. Не прошло и минуты, как на малюсеньком экране его компьютера появились коричневые горы. Они слегка раскачивались из стороны в сторону.

— Вот, это видно сейчас с центрального поста, — сообщил он.

— Молодец. Вот значит, куда мы прилетели. На горный курорт. Давно не отдыхал в горах?

— Никогда.

— Самое время попробовать. А звука нет?

— Тебя интересует свист рассекаемого воздуха?

— Нет. Меня интересует, что происходит на центральном посту.

— Сейчас поищу. Старая у нас система. Слишком много "блоков". Сколько раз говорил, что пора менять "операционку"?

— Да ладно тебе. Какая есть. Ты же знаешь Дака. Он китель себе не поменяет, прежде чем не заносит до блеска старый.

— Вот, кажется, нашел.

Крохотный компьютерный динамик ожил. Правда, совсем немного, так самую малость:

— Вот кажется эти "Боги огня", — услышали спасатели.

— Нет, это не тот поселок, — возразил другой голос. — Тот еще дальше. И "Боги огня" это не поселок. Это все эти горы так называются.

— Подумаешь, какая разница?

— Что это еще за "Боги огня" такие? — прошептал Корас.

— Название не хуже других. Не мешай слушать.

Компьютер продолжал транслировать:

— Вот этот поселок. Видишь шахты?

На крохотном экране, из-за покатой горной гряды показалась пара высоких, похожих на башни, строений. Компьютер обозначил их почти схематически.

— Ну, и зачем им нужны эти шахты? Как ты думаешь?

— Понятия не имею, — признался Корас. — Меня больше занимает, куда все подевались. Мы были на трех уровнях, прошли почти половину крейсера и никого не встретили. Неужели все так паршиво?

— Не думаю. Кажется, капитан задействовал систему блокировки отсеков. Помнишь, мы наткнулись на люк, сразу за изолятором.

— Да, не было там никогда этого люка.

— Был он там всегда, просто за хламом ты его не заметил. К тому же, можно подумать, ты там часто бывал. Мне так кажется, что все помещения, рядом со шлюзом точно так же блокированы. И со своими, и с чужими.

— Это конечно интересно, и может быть даже правда, но за штурвалом сейчас чужак. Для этого у тебя найдется объяснение?

— Нет. Для этого не найдется.

— Слушай, — загорелся Корас. — А ты не можешь найти сигнал с центрального поста. Интересно, капитан сейчас там или нет?

— Я пробовал. Там нет камеры. Не предусмотрена. Почти везде есть, а там нет. Там не снимают, там просмотровый зал.

— Тогда поищи сигнал из того отсека…

— Из которого нас вынесли?

— Да.

Рино прошелся по клавишам. На экране появилось странное меню, а в углу замелькали картинки из разных отсеков корабля. Наконец он обнаружил что искал.

— Кажется это он.

— Сделай побольше, — попросил командир.

Судя по всему, камера находилась в своем крайнем положении. Очень хорошо была видна переборка и ведущий из отсека люк. На полу распластался одетый в скафандр человек. Шлем лежал рядом. Человек не шевелился. Экран так "хорошо" показывал, что невозможно было даже определить, свой это был или чужой.

— Ты можешь повернуть камеру?

— Сейчас попробую.

Один из пиратов сидел рядом с адской игрушкой и равнодушным взглядом следил, как морщится от боли корабельный техник. Второй, с оружием наперевес прогуливался взад-вперед по отсеку. Этому не только не сиделось, но даже не стоялось спокойно.

Развернувшись, он в очередной раз направился перемерить шагами отсек, как его внимание привлекло какое-то движение. Боковым зрением, или какое там у него еще было, он заметил сдвинувшийся с места блок внутреннего наблюдения. Совсем маленький блок. Он резво отпрыгнул в сторону и стал стрелять сразу, как только приземлился. После того, как с блоком было покончено, он доложил о случившемся на центральный пост.

Прежде, чем картинка исчезла с экрана, спасатели успели заметить на полу еще одного лежащего на полу человека и стрелка, не желающего сниматься.

— Действительно, нарванные облюдки. Он что, отстал от своих? задумчиво произнес Корас.

— Кто отстал?

— Как кто? Этот прыгун в сторону. Если они уже в рубке, то почему этот остался там? И что у них есть такое, что даже на Дака подействовало? Ну, не уговорили же они его?

— Слушай, откуда я знаю?

— А я и не спрашиваю.

— А что ты делаешь?

— Думаю. Вслух. Видишь, как медленно. Не то, что твой компьютер.

Крейсер качнуло. Послышался какой-то далекий, посторонний шум. Взвыла автоматическая посадочная сирена, и он жестко коснулся поверхности. Рино не удержался на ногах и упал, обрывая по ходу дела все жгуты.

Ортан решил не использовать для посадки площадку заброшенного поселка горняков. Он посадил крейсер прямо посреди поселка. Как это делал со своим челноком в прошлый раз. Крейсер слегка отличался от челнока размерами. Двух кварталов как не бывало. Впрочем, хоть и в прошлом, но боевому кораблю, это нисколько не повредило. На свободном от построек пространстве находился только нос могучего корабля.

— Все, организованно выходим на свежий воздух, — сказал Ортан разворачиваясь вместе с креслом. — Давай Дин, выводи дедушку и его команду.

— Но вы же не оставите нас здесь?! — не поверил Дак. — Вы что специально выбрали это место? Здесь же никого нет. Вообще никого!

— Мы то же так думали. Везде кто-то есть. Даже на кладбище место долго не пустует.

Дин встал и скомандовал:

— Подъем! Шевелите поршнями!

Все встали.

— А какая там атмосфера? Разрешите надеть скафандры.

— С атмосферой все в порядке, — успокоил Дин. — Очень хорошая атмосфера. Ветрено, зато бодрит и освежает.

— Вы что, вот так просто вытолкаете нас из нашего корабля? — впервые за все время спросила Ирта.

Все происходящее развивалось так легко и так не правильно, что теперь и ей стало не по себе.

— А ты что, хочешь, чтобы перед этим я спел песню? А ну пошла.

— Слушай, — бросил вдогонку Ортан. — Я тут за всем присмотрю. А ты забирай на свежий воздух всех, кого встретишь. Проверь там все, как следует. Если хоть кто-то выжил, они должны быть в этом поселке и уже в курсе. Сирену этой развалюхи слышно, наверное, за двести километров. И осторожней там. Докладывай каждые пять минут.

— Хорошо.

Дин выгнал из отсека заложников и пошел следом. Уровнем ниже они повстречали трех техников. Двое из них были вооружены и даже попытались угрожать. Прикрытому живым щитом Дину даже не пришлось вмешаться. Капитан сам приказал своим людям положить оружие на пол. Конвоир подобрал импульсники и погнал свое стадо дальше. На выход.

Легкий трап для персонала уже был спущен, а шлюз распахнут настежь. Внутрь рвался влажный ветер, подслащенный своеобразным привкусом.

— Ну, как вам здесь? Нравиться? — поинтересовался Дин, когда под ногами заскрипел дикий гравий.

Ирта поежилась на пронизывающем ветру и метнула на него один из своих коронных, испепеляющих взглядов. Но ничего не случилось. Не появилось ни дыма, ни огня. Наверное, кончился порох? Или гранаты оказались не той системы? Дин открыто засмеялся.

— Закрывай, мы вышли, — доложил он своему сообщнику.

Трап дернулся и стал убираться на свое место. С шипением закрылся наружный люк шлюза.

— Вы тут погуляйте немного, только далеко не отходите. Можете потеряться. Когда я вернусь, чтобы все были здесь. С довольными лицами. Ни за кем посылать не буду. Кстати, если вы не знаете, то на восемьсот километров в любую сторону вообще нет людей. Я не знаю, может где-то на этом континенте кто-то и есть, но в этих горах точно никого нет. И зачем я это все вам говорю?

Дин забросил плазмомет на плечо и направился к ближней шахте. Сбившись в плотную группку, бывшие хозяева крейсера проводили его долгими взглядами.

После недавнего пожара поселок еще больше стал напоминать помойку.

— А тут была настоящая война, — доложил Дин. — Несколько кварталов выгорело дотла.

— Я видел, когда садился. Больше ничего интересного?

— Пока нет.

— Первым делом обследуй машинные залы шахт. Кажется, они единственные построены капитально. Только там можно было держать оборону.

— Кажется, я уже нашел. Это ближняя к крейсеру шахта. Ворота выбиты, все в копоти. На бетоне нет живого места. По-моему их обстреливали ракетами.

Дин подошел ближе и остановился перед развороченным взрывами порталом. У его ног лежала искореженная створка ворот. Он отбросил носком скафандрового бота несколько лежащий на ней камней. Сквозь сизую копоть четко проступал начерченный Парсой знак.

— Это точно здесь, — доложил Дин. — На створке знак Парсы. Я захожу внутрь.

— И кто только учил этого летчика! — продолжал ругаться Рино опять подсоединяя свою "музыку" к устройству оповещения.

— Интересно где мы? — спросил Корас.

Он уже успел переодеться и теперь рассовывал по карманам оружие.

— И зачем мы здесь? — развил тему его помощник.

— Проверь, в центральной рубке кто-то остался?

— Ага, легко сказать.

— Знаешь, что я подумал.

Рино оторвался от разъемов и вопросительно взглянул на командира.

— Если они до сих пор не делают обход, значит у них очень мало людей. А обход они точно не делают. Где-то бы обязательно случилась заварушка, и система безопасности растрезвонила бы об этом по всему кораблю.

— Ничего скоро сделают. Не грибы же они прилетели сюда собирать? У них здесь, наверное, что-то наподобие базы или лагеря.

Корас уже было, засобирался возразить, но не успел. Легкий люк каюты распахнулся от удара, со звоном ударил о переборку. Внутрь впрыгнул поджарый паренек в вылинявшей спецовке и заорал:

— Никому не двигаться! Буду стрелять!

Он резко переводил свой импульсник с Кораса на Рино и обратно. Костяшки пальцев побелели. Излучатель оружия заметно дрожал.

Рино от неожиданности выронил компьютер, и он опять оборвал провода. Корас медленно поднял руки и повернулся.

— Ну вот, начинается, — сказал он обиженным тоном. — Нападают уже в собственной каюте. И на что надеется создатель этого мира? Гонит сплошной брак и даже в ус не дует. Ты что, пацан, своих не узнаешь?

Парень дышал так, будто до этого как бежал минимум полчаса. И притом быстро-быстро. Широко раскрытыми глазами он уставился на заговорившего с ним командира спасателей. На правой панели импульсника светилось три красных точки. Оружие по первому требованию было готово выдать максимальную мощность.

Корасу надоело стоять под прицелом, и он крикнул:

— Ну, спокойнее! Мы свои. Отведи оружие в сторону!

Последний окрик подействовал на техника как пощечина. Он очнулся. Лицо мгновенно приобрело осмысленное выражение.

— Фу! — с облегчением вздохнул он и опустил оружие. — Я думал, это те.

Сразу за техником глубоко вдохнул и выдохнул Рино.

— Так и заикой можно стать, — пожаловался он и все начал заново.

— Отключи пока свой импульсник, — посоветовал Корас. — А то стрельнет еще случайно. Ты здесь сам?

— Да. Когда все случилось, я был в грузовом отсеке. Меня заставили менять датчики воздушной системы.

— Поменял? — улыбнулся Корас.

— Не все, — парень с готовностью ответил на улыбку.

— Как тебя зовут?

— Маккир Дорот. Можно просто Мак.

— Ну, можно, так можно. Я Корас, это Рино.

Рино кивнул.

— Почему я тебя раньше никогда не видел?

— Я здесь всего четвертый месяц. Может смены были разные?

— Может быть. Где пушку взял?

— У грузового отсека у нас есть небольшой склад. Совсем маленький отсек. Там хранятся инструменты, кое-что из оборудования и запасные детали. Со мной некому было идти в паре и мне доверили ключ. После нападения, я обследовал там все как следует, и нашел ящик с двумя импульсниками.

— Где второй?

— Вот.

Мак достал из инструментального подсумка еще одну смертельную игрушку.

— Дай ему, — кивнул Корас в сторону Рино.

— Слушай, — начал тот, только кивнув подарку. — Оказывается здесь все гораздо сложнее, чем показалось с первого раза.

— Оно всегда так.

— Нет, ты послушай. В их руках центральный пост, с которого управляется все на корабле. И еще отсек со шлюзовой камерой. Центральная часть корабля блокирована. Все аварийные люки закрыты. Их, конечно же, можно открыть вручную. По крайней мере, я думаю у меня получиться, но они сразу узнают о нашем передвижении. Что будем делать?

— Всем сразу надо что-то делать! — выпалил Корас. — Я пока не знаю, что нам делать. Да я вообще почти ничего не знаю. Я не знаю, сколько их, кто они такие и чего хотят. Я даже не знаю, где мы находимся.

— Кажется, они еще в грузовом отсеке, — сказал Мак.

— С чего ты взял? — не поверил Рино.

— Я видел одного из них рядом с модулем. Тем, который мы недавно подобрали. Какая-то инопланетная тварь. Ну и рожа я вам скажу. Я и не думал, что такое бывает. Пошел за ним, но оно куда-то исчезло. Будто растворилось в воздухе.

Спасатели переглянулись.

— Только этого нам сейчас не хватало, — свел брови Корас.

— Это точно.

Воцарилась липкая пауза. Мак смотрел на спасателей не понимая, что же он сказал такого страшного.

— Ладно, разберемся, — пообещал командир спасателей. — Попробуй связаться с отсеком техников. Должен же там хоть кто-то остаться. Только попробуй сделать так, чтобы наша система не зарегистрировала вызов.

— Тебе легко говорить. Знаешь, какая она у нас стерва?

— Попробуй, вдруг получиться? А не получиться, черт с ней. Ничего страшного. Если бы они могли, то давно бы уже прочесали этот крейсер вдоль и поперек. Их очень мало. Да их и не могло быть много на том челноке. "Попрыгунчик" берет на борт максимум двадцать человек. Но он был в таком состоянии, что даже при полной загрузке их там много в живых не осталось.

Маленький Дин вошел внутрь машинного зала. Его встретило басовитое гудение продолжающего работать энергоблока. Он обошел рухнувшую таль и направился к шахтному копру. Не доходя, он остановился. Среди бетонных обломков он заметил распластавшийся на полу труп. От тела уже довольно сильно попахивало. Кожа на лице потемнела и взялась пятнами. Сделав над собой усилие, Дин ногой повернул голову к себе. В лицо пахнуло удушающим смрадом. Борясь с приступом тошноты, он отбежал на несколько метров, и наткнулся на второй труп. Этот выглядел еще хуже и Дин даже не стал подходить к нему близко.

— Я нашел двоих наших, — доложил он на крейсер.

— Живые? — спросил Ортан.

— Нет. Мертвые. Шорни и еще один парень. Я не разобрал кто. Они здесь, в машинном зале. Знаешь, его здорово штурмовали. Здесь мало что сохранилось. Все побито взрывами.

— Если кто-то и остался, то они в шахте. Ее нужно проверить, как следует. С крейсером пока то же никто не связывался. Ни наши, ни кто-то еще. Сам справишься или прислать тебе еще кого-то?

— Справлюсь. Присылать то все равно некого. Вы держите крейсер. Мне не охота до смерти оставаться в этих горах. Они мне не понравились. Я постараюсь залечь в каком-нибудь другом месте.

— Как знаешь. Осторожней там.

— Хорошо. Я попробую спуститься в шахту. Энергоблок кажется, работает. Я не знаю какой глубины эта дыра, но кажется связь должна оборваться. У моей железки не хватит мощности. Так что ты паникуй заранее.

— Ладно, договорились.

Дин осмотрел индикаторные панели энергоблока. Все казалось как надо. Аварийные индикаторы не светились, а до остальных ему не было дела. Вернее, оно то было, но в подобной технологии он не разбирался. Собравшись с духом он направился к клети для персонала. На вызов подъемник никак не отреагировал. Дин нажал еще и еще раз, но катушка троса оставалась неподвижной. Будто ее заварили намертво.

— Не вовремя ты испортилась, — прошептал Дин.

Лебедка проигнорировала укор.

Сориентировавшись, Дин обошел копер и оказался у грузового ковша. Он был пуст, только на дне было немного гравия. Дин отыскал панель управления и ткнул в первую понравившуюся ему кнопку. Где-то вверху протяжно завыл и вышел на обороты привод. Ковш дрогнул, но остался на месте. Он нажал еще несколько кнопок, прежде чем все пришло в движение. Ближний к нему ковш исчез в темном провале. Через несколько минут с лязгом открылась соседняя широченная створка. За ней находился еще один ковш. Этот был мокрым и ржавым. Дин подошел и прикоснулся к металлу. Он оказался теплым.

— Ага. Вот значит как здесь все работает.

От панели управления до ковша было около восьми метров. Дину пришлось повозиться, устраивая из куска страховочного тросика и увесистого камня устройство дистанционного управления. Когда все было готово, он забрался в ковш и осторожно потянул за тросик. Камень, подвешенный рядом с панелью управления, отделился от стены.

— Вот будет весело, если внизу не окажется такой же панели, — сказал Дин и отпустил трос.

Камень с размаху ударил по панели, нажав на нужную кнопку.

Ковш провалился в чернильную пустоту. Дин в последний момент успел ухватиться за один из его зубьев. Если бы он этого не сделал, то его бы выбросило из ковша. Спуск проходил стремительно, в полной темноте. Казалось, это никогда не кончиться. Наконец ковш стал немного притормаживать. Дин сгруппировался. Ковш с размаху зарылся в кучу породы. Отчаянный путешественник с трудом открыл глаза. Первое, что он увидел, это был нож погрузчика, толкающего к ковшу целую кучу битой породы. Он пулей выскочил из ковша и бросился искать панель управления.

Когда панель была обнаружена, ковш успел заполниться до отказа и отправиться наверх. Он остановил его где-то на полдороге. Гул подъемника медленно стихал.

Дин осмотрелся. К норным грызунам он не имел никакого отношения и раньше никогда не был в шахте. Эта его не потрясла. В свете уцелевших светильников загадочно поблескивало подземное озерцо. Застывшие посреди него горные комбайны, походили на странных животных, забравшихся в воду на время полуденного зноя. Первым делом он принялся обследовать подходы к грузовому подъемнику. Вскоре его поиски увенчались успехом. Он обнаружил первую мину. Несколько точно таких же находились сейчас в его кармане. Обезвредить знакомое устройство было делом нескольких секунд.

— Ортан, они здесь, — доложил он. — Я нашел мину.

Ему никто не ответил. Передатчик действительно уже не добивал.

Он закончил с разминированием грузового подъемника и направился к стоящим в воде проходческим комбайнам.

— Мне что, чтобы их найти нужно всю эту шахту обследовать? — спросил он сам у себя.

Ответа не нашлось. Иначе, зачем бы он спрашивал?

Постояв немного на сухом, он сплюнул, и полез в воду. У ближайшего комбайна, оказалось, по пояс. По наваренной узкой лестнице, он взобрался на машину. Один из люков был открыт. Дин полез внутрь. Узкий лучик карманного фонаря без разбору выхватывал фрагменты узкой кабины. Внутри то же оказалось мокро. Пол был по щиколотку залит водой. От постоянной влаги обивка на сиденьях поморщилась. Он сел в кресло оператора и блаженно вытянулся.

Передохнув несколько минут, он взялся за изучение органов управления. Вскоре выяснилось, что не так все сложно, как показалось вначале. С третьего раза удалось запустить силовую установку. Кабину залил мягкий, белый свет. Ярко вспыхнули наружные прожектора. Дин ногой зацепил за один из рычажков. Комбайн дрогнул. Валы камнедробилки раздвинулись и слегка приподнялись. Будто порождение ночного кошмара разинуло пасть перед прыжком. Дин стал переключать все рычаги подряд, стараясь сделать, как было. Вместо этого носовая дробилка пришла в движение. Валы стали медленно набирать обороты. Замелькали усеянные искусственными алмазами мощные шипы. Дин перепробовал все комбинации, но дробилка выключаться не хотела.

— Ну и не надо, — сказал он сам себе и тронул комбайн. — Так даже лучше. Можно ездить прямо сквозь камни. Только интересно куда?

Гусеничный монстр развернулся практически на месте. По его застывшим собратьям ударила тугая волна черной воды.

— По правой стороне. По правой, — пробубнил Дин и лихо влетел в ближайшую выработку. — Это же надо, сколько нарыли. Только бы не заблудиться.

— …потом рвануло, и Дак погнал всех в тот отсек, — рассказывал помощник бригадира техников. — Мы не успели туда добежать, как его уже отбили. Кажется, там остались наши раненые. С центрального поста блокировали зону. Мы были со стороны силовой установки. После второго взрыва с нами больше никто не связывался. Я вызывал рубку, но никто не отвечал. Послал двух человек, но ни один не вернулся.

— Орса захвачена, — просветил его Корас. — Я то же не знаю, как это получилось. Мы пытаемся выяснить. Сколько у тебя людей?

— Пятеро.

— У вас есть какое-то оружие?

— Есть два импульсника и огнемет.

— Хорошо, сидите там тихо и не высовывайтесь. Как только что-то выясним, мы с вами свяжемся. Ну, или с нами всеми свяжутся с центрального поста. В любой случае мы все узнаем.

Рино прервал сеанс и радостно сообщил:

— Кажется, система разговор не засекла.

— Это хорошо, — похвалил его Корас. — Какие будут предложения. Не можем же мы спокойно сидеть здесь и ждать развязки.

— Эта часть корабля блокирована, — начал Рино. — Любое наше передвижение будет замечено с центрального поста. Проще говоря, нам не откроют эти люки. Можно конечно, попытаться обмануть автоматику, но для этого нужна причина.

— В смысле? — не понял Корас.

— В смысле того, зачем нам это нужно? Что нам это даст?

— Именно об этом я и спрашивал. Что нам делать. Пробираться в рубку, к захваченному отсеку или вообще, выбираться из корабля и делать ноги?

— Кстати, — сказал Рино. Пока ты говорил, я выяснил, что часть экипажа уже сошла с корабля.

— Кто?

— Откуда я знаю кто? Вот отчет шлюза. Полчаса назад он пропустил восемь человек. Видишь? Здесь имена не указаны и фотографий нет.

— Только не заводись.

— Ладно, — вздохнул Рино.

Он отключил компьютер. Затем взял с койки еще один из своих блоков и стал над всем этим сосредоточенно шаманить.

— Если вы узнаете, куда нам всем надо, то есть еще один путь, — подал голос, помалкивающий до этого Мак.

— Это еще какой?

— Воздушная система.

— Она блокируется точно так же, как и остальные переходы, — начал Рино учить зеленого новобранца. — А воздух начинает подаваться по резервным контурам.

— Да, я знаю. Только я еще знаю, как это все работает. Вы думаете, какие датчики я менял в грузовом отсеке?

— Мы еще и не думали. Ты знаешь, как мы умеем думать? — пошутил Корас.

Засмеялся только Мак.

— Если ты говоришь, что справишься с этим… Рино, ты ему поможешь?

— Я постараюсь. Что ты опять придумал на нашу голову?

— Все очень просто. Если они продолжают удерживать тот отсек, то значит, у них там что-то есть. Какой-то козырь. Иначе бы они все перешли на центральный пост. Помнишь, как тот парень расстрелял камеру? У них там что-то такое, чего даже Дак испугался. Нужно попробовать это у них отбить.

— Ага. Нам всем за это дадут по большой медали и по пожизненной пенсии, — съязвил Рино.

— Да. Дождешься. Только просто так сидеть и ждать, пока кто-то придет и открутит нам головы, меня то же не устраивает.

— Ладно, — неожиданно легко согласился Рино. — Давай попробуем. Все равно больше ничего не остается. Может получиться.

— Шанс есть. Их там кажется двое или трое. Не больше. Заодно все разузнаем. Только нам понадобиться схема воздуховодов.

— У меня есть, — сказал Мак и достал из своей сумки толстенную распечатку.

— Тогда все нормально. Берите с собой все, что может понадобиться. Вы же специалисты. Ближайший люк большого воздухопровода здесь в коридоре. Через три отсека от этого.

Они быстро собрались и вышли.

Как и первые две выработки, эта то же закончилась тупиком. Дин развернул комбайн и дал гари. Кромсая мрак тугими прожекторами, свирепая машина направилась обратно к шахтному стволу. Очень часто на пути встречались многочисленные ответвления. Иногда они заканчивались просторными залами, но чаще это оказывались настоящие многокилометровые выработки. Проверять приходилось каждый закоулок.

Шел второй час, а Дин только начинал осматривать одно из направлений. Не жалея ни машины, ни себя, он носился по покинутому лабиринту на предельной скорости. Разгоняя заспанные тени прошлого.

На одном из поворотов, он как обычно рванул штурвал в нужную сторону, но машина его не послушалась. Заскользив гусеницами по ровной поверхности, комбайн со всего маху долбанул бортом о стену. Дин пролетел через всю кабину к креслу помощника оператора. Не успел он опомниться, как жуткий грохот перекрыл вой силовой установки. Когда все стихло, он, кряхтя, добрался до кресла оператора. На двух передних обзорных экранах привычной картинки не оказалось. Теперь они показывали завалившие камеры камни.

Он попробовал открыть люк, но ничего не получилось.

— Все, — сказал он сам себе. — Могилка готова.

Мак полз первым, стараясь поднимать как можно меньше пыли. Руки скользили по гладкому металлу. Воздухопровод оказался довольно узким. Следом за ним полз Рино. Замыкал процессию Корас. Он часто кашлял, борясь с приступами удушья.

— Почему никто из вас не сказал, что здесь будет так пыльно? упрекнул он, откашлявшись в очередной раз. — Что, Дак и на фильтрах экономит?

— Он на всем экономит, — ответил Рино. — Нужно закрыть чем-то лицо.

Они оба остановились. Старший спасатель перевернулся на спину, расстегнул комбинезон и оторвал от поддевки пару лоскутов. Вначале обвязал лицо Рино, затем себе.

— Почему никто не догадался взять респираторы? — спросил он.

— Мы и так много всякого барахла набрали. Ползем дальше. Наш новобранец уже куда-то делся.

Они поднажали. Несколько раз повернули, затем спустились на один уровень по хлипкой лесенке. Мак был здесь. Он как раз колдовал перед первым блокировочным люком.

— Здесь два датчика, — ввел он всех в курс дела. — Один я уже отсоединил. Еще один и система не узнает, что мы откроем люк.

— А с той стороны, нет таких же датчиков? — спросил Корас.

— Нет. С той стороны нет. Нам повезло, что все они с этой стороны. Оттуда бы мы так пройти не смогли бы. Они все стоят со стороны кормы.

— Да уж, сильно повезло, — проворчал Рино. — А как открыть его вручную?

— Вот рычаг, — показал Мак. — Он механически соединен с приводом системы. Просто нужно подергать за эту ручку.

Во время короткой лекции для ветеранов, он справился со вторым датчиком движения и захлопнул сенсорную коробку.

— Ну, можно открывать.

— Пробуй, чего ждешь? — подбодрил его Корас.

Мак несколько раз качнул рычаг. Усилие давалось ему с трудом. Как ни странно, все произошло так, как он говорил. Люк дрогнул. С причмокиванием оторвался от уплотнительной полосы и, повернувшись на оси, прижался к стенке воздухопровода.

— Ползем дальше? — спросил он.

— Да. Чего спрашиваешь. Слушай, зачем мы это делаем? — спросил Рино у Кораса, когда новобранец отполз на несколько метров. — Не нравится мне все это.

— Это не для Дака и не для компании. Мы это делаем для себя. Если у этих ребят все получиться, я не думаю, что они с нами будут церемониться. Нужно самим о себе позаботиться. Этим мы сейчас и занимаемся.

— Ты уверен, что делаешь, так как надо?

— Ни в чем я не уверен. Но думаю, хуже не будет.

Они опять стали догонять проворного Мака. На этом отрезке воздухопровод петлял как сознание шизофреника. Пришлось спускаться на три уровня вниз, затем опять подниматься на такую же высоту. После этого маневра воздухопровод стал ветвиться. Чем дальше, тем больше. Это оказался целый лабиринт чистого воздуха. Пыли то же заметно прибавилось.

Сверяясь со своей схемой перед каждой развилкой, Мак уверенно полз дальше. Вдруг он остановился.

— Что-то не так? — прошептал подоспевший Рино.

— Мы сейчас находимся рядом с каютами технического персонала. Может, захватим кого-то с собой?

— Корас, ты слышал?

— Слышал, слышал. Думаешь кто-то согласиться?

— Откуда я знаю? Давай попробуем.

Мак показал на одно из коротких ответвлений. В отличие от других, оно оканчивалось почти полностью прикрытыми жалюзи. Корас остановился перед преградой и достал импульсник. Он постучал несколько раз по металлическому препятствию рукояткой оружия.

— Открывайте. Кто есть дома?

На вопрос мгновенно ответили несколько выстрелов. Корас отпрыгнул от панели жалюзи. В ее створках, да и в самом воздухопроводе оказалось несколько небольших, аккуратных отверстий. Запахло своеобразным привкусом испаренного металла.

— Вы что там все!.. — крикнул он. — Совсем цокнулись?! Это свои! Не хватало еще, чтобы мы сами друг друга перестреляли!

— Ты кто такой? — спросили из отсека.

— Я Корас! Чтоб ты тебе!..

— Ты один?! Сколько вас там?!

— Я с группой поддержки! Можно зайти?! Или проходить мимо?!

— Заходи!

— Ну, спасибо!

Он вернулся к панели жалюзи и несколько дал по ней с ноги. После третьего удара перегородка не выдержала и полетела далеко в отсек. Он заглянул внутрь. Первое, что бросилось в глаза, это были излучатели двух импульсников, открыто глядящие ему прямо в лицо. Он перевел взгляд на хозяев оружия. Один из них улыбнулся, второй оставался серьезен, как президент во время своей первой "тронной" речи.

— Это же надо, каким ветром? — обрадовался более жизнерадостный техник.

— Свежим. Неужели не видно?

Корас спрыгнул в отсек, спрятал оружие и поприветствовал обоих техников за руку.

— Я уже говорил, что с группой поддержки. Они то же могут войти?

— Пускай заходят, — разрешил улыбчивый техник.

Мак проворно спрыгнул на пол. Рино подполз к самому проему воздуховода, но спускаться в отсек не стал.

— Сколько вас? — спросил Корас

— Ты что, считать не умеешь? — еще больше развеселился техник. — Двое.

— Я спрашиваю, есть ли еще кто-то поблизости?

— Нет, только мы. Когда отсекли эту зону, здесь остались только мы. Дак даже объявил по внутренней связи, чтобы никто ничего не предпринимал. Не слышали?

— Нет. Пропустили, наверное. И что он сказал?

— Сказал, что у Орсы поменялось командование. И что теперь мы должны выполнять приказы этих людей.

— Это все?

— Нет, не все. Еще он сказал, чтобы мы все ждали дальнейших указаний и оставались на своих местах.

— Он вечно что-то как скажет!.. — ругнулся Корас. — Совсем недавно, я говорил с каким-то бригадиром из ваших. Как думаешь, где они могут сейчас быть?

— А, ну, это там, — махнул он рукой в сторону дальней переборки. — Их то же отсекли. Они держали тот отсек. Ты случайно не знаешь, что там произошло? Мы уже все здесь извелись.

— Нет, но собираюсь узнать. Хотите с нами?

— По воздухопроводу?!

— А что же в этом такого? Мы попробовали. Вполне сносно. А кроме вас в этой зоне точно никого нет?

— Точно. Мы проверяли. Если не веришь, можешь сам проверить.

— Да нет, я верю. Так что, идете или нет.

Разговорчивый техник почесал затылок и махнул рукой.

— Можно и сходить. Правда, стрелок я не важный.

— Ага, я только что видел, — подбодрил его Корас.

Второй техник растянулся на своей кушетке и скрестил на груди руки.

— Я никуда не пойду, — заявил он.

В первый раз не званные визитеры услышали, как звучит его голос. Звучало так себе, но его все поняли. По крайней мере, никто переспрашивать не стал.

— Этого нет у меня в контракте. Мне за это не платят, — растолковал он после драматической паузы.

Рино застыл в ожидании воспитательного мордобоя, но его не последовало.

— Как хочешь, — неожиданно спокойно согласился Корас. — Твое дело. Извини, что побеспокоили. Мы уже уходим. Ты идешь? — спросил он у улыбчивого.

— Да.

— Ну, тогда пошли. Рино, отползи назад. Освободите мне полосу! Ой, чувствую, сегодня кому-то сильно не повезет!

8

Издалека Гриммени-11 не производил впечатления. На это он был просто не способен. Обыкновенная каменная глыба, кое-где покрытая льдом. Астероид был непривычно длинным и узким. Свет ближней звезды исчерчивал его тонкими штрихами теней.

— Ничего себе! — изумился Ильк. — Что, для перевалочной базы не нашлось лучшего места?

— Астероид очень удобен для таких целей, — стал раскрывать "азы" Брудо Старший. — Если база перевалочная, значит должен быть большой оборот судов. У астероида такая низкая гравитация, что ей вообще можно пренебречь. Стартовать с него и садиться очень дешево.

— Можно подумать военные когда-то считали деньги, — не сдавался Ильк. — Я бы еще поверил, если бы это было какое-то коммерческое предприятие. Здесь что-то другое.

— Может и другое, — легко согласился старый навигатор. — Начинай тормозить. А то проскочим мимо.

Ильк включил торможение. По пологой дуге транспортник стал обходить промороженную каменную глыбу. Обе бригады техников с изумлением глядели на разворачивающуюся перед ними картину. Астероид разрастался буквально на глазах. Вскоре стала заметна и сама база. Она располагалась на свободном ото льда пространстве. Станционные постройки были выполнены в наземном исполнении. По крайней мере, с такого расстояния они выглядели именно так. Спустя несколько минут стали видны квадраты посадочных площадок. По периметру каждой пульсировали сигнальные огни. Площадок, способных принять транспортник, Ильк насчитал пять штук. Одна из них была уже занята довольно большим корветом. Остальные пустовали. Зато мелких судов на базе было около двух десятков. Еще несколько челноков и штурмовиков находились в космосе, рядом с базой.

Ильк еще довернул штурвал. Сделал тормозную "петлю" еще круче, но все равно промахнулся. Глянул на навигатора. Тот промолчал. Транспортник отправился на еще один круг.

— Пора уже доложить, кто мы такие, — предложил пилот.

— Я думаю, там уже в курсе. Они уже должны были получить подтверждение от нашей диспетчерской службы. Интересно, что они запоют дальше?

— Гриммени-11, Гриммени-11, - стал вызывать Ильк.

Приемник молчал секунд пятнадцать. Затем опомнился и ответил:

— Гриммени-11 на приеме.

— Вас вызывает спасательная служба Амры. После карантинного досмотра это судно было отправлено на вашу базу. Как поняли?

— Вас понял. Посадку разрешаю. Третье поле.

Периметр одной из посадочных площадок вспыхнул ярче остальных. К транспортнику подлетел потрепанный штурмовик. Облетел его несколько раз и убрался.

— Что-то здесь не так, — проворчал Брудо Старший.

— Что именно? — не понял Ильк.

— Слишком просто нам дали посадку.

— Ну, ты же сам говорил. Что с ними уже должны были связаться.

— Все равно очень легко. Это же военные. Они сами ничего не решают. Им на все нужна санкция командования. Они же в туалет без приказа не ходят. А здесь диспетчер самостоятельно разрешил посадку. Ничего ни у кого не спрашивал.

— Хорошо хоть разрешил.

Транспортник завис в десяти километрах над базой и стал вертикально снижаться. Все происходило без обычного надрыва планетарной посадки. Силовой установки почти не было слышно. Ни перегрева корпуса, ни привычных перегрузок. Все происходило мягко и легко. Будто они спускались в скоростном лифте.

Наконец опоры коснулись бетона площадки. Ильк заглушил реакторы. Автоматически выключилась искусственная гравитация. Тело каждого из прибывших окутала неестественная легкость.

— Ничего себе! — послышались удивленные возгласы.

— Да здесь почти так же, как в космосе!

Самые молодые запрыгали по капитанскому мостику. Каждый из этих прыжков был рекордным.

— Хватит заниматься ерундой! — прикрикнул бригадир Уилдис.

Напомнила о себе радиостанция:

— К какому шлюзу подавать стыковочный рукав? — спросил кто-то.

— Он не подойдет, — ответил Брудо. — Мы выйдем так. Без рукава. Все равно мы все в скафандрах.

— Как хотите, — согласился голос. — В седьмом портале вас ждет открытый шлюз.

— Что-то у них здесь все слишком просто, — сказал Брудо.

— Ты имеешь в виду, что нас никто не досматривает?

— Да.

— А куда мы денемся? Мы же не на орбите планеты. Вот мы. Вот корабль. Все в одном месте. Если возникнут вопросы, все можно проверить за несколько минут.

— И то, правда. Может так и положено? Я вообще-то первый раз на военной базе. Как думаешь, мне стоит оставить кого-то на борту?

— Было бы неплохо, — улыбнулся Ильк. — Но только попробуй найти для этого добровольца. Лично мне оставаться не хочется.

— Хорошо. Идем все, — Брудо вылез из кресла. — Давайте потихоньку на выход. И не забывайте о наших пассажирах.

Уилдис принялся распределять обязанности. Минут пять техники торговались, кто должен выносить из корабля своих собратьев, находящихся в коме. А кто идти налегке. Утверждения бригадира, что при такой гравитации это "пара пустяков" действовали слабо. В конце концов, подействовали. Он разделил роли, и открыли ведущий с поста люк. Люди осторожно покидали отсек. Стали выносить первых пострадавших.

Ильк еще возился с пультом, когда в переходе завязалась схватка. Наушники шлема разразились чьими-то ужасными воплями. Крики утонули в страшной ругани.

— Опять начинается! — крикнул Ильк. — Проклятый корабль! Кажется, там сейчас горячо!

— Не забудь кассеты к огнемету! — напомнил Брудо.

— Ага! Как же! Только не кассеты.

Они выскочили из отсека. В переходе творилось что-то трудно передаваемое. Будто пекло открыло один из своих филиалов прямо на борту транспортника. Огнеметные вспышки. Мечущиеся в узком переходе, полупрозрачные арки. Их безмолвные оскалы. Крики людей.

Пара техников шли первыми и расчищали дорогу. Их огнеметы работали не переставая. Арки бесились и отступали. Очень неохотно, но отступали. Хуже всего было, когда каким-то образом арк "проявлялся" посреди процессии. Мгновенно вспыхивало пламя огнемета. Арк исчезал, но своим то же доставалось.

Ильк бежал последним. В его шлемофоне стоял ужасный винегрет из проклятий, ругани и криков боли. Он то и дело оглядывался. Сзади было чисто. Он нагнал Брудо за очередным поворотом.

— Что? Еще такого не было?! — крикнул он.

— Трудно сказать, — ответил тот. — Мы же все время просидели на центральном посту. А там было гораздо спокойнее.

— Откуда они берутся?! Что это вообще такое?!

Ильк выругался. Он не отставая бежал за старым навигатором, то и дело оглядываясь. Позади по-прежнему все было чисто. Атаковать со спины у привидений арков видно было не принято. Или просто не догадались?

Спустившись на несколько палуб, они оказались у небольшого отсека. Именно в нем были сделаны первые шаги по негостеприимному кораблю. Его люк был заперт. Арков стало немного меньше. Они уже гораздо дольше "проявлялись". На это у них уходило до нескольких секунд. И гораздо медленней двигались. Даже огнеметы головной команды стали работать с перерывами. Ильк присоединился к веселью.

Так как бригады попали на корабль минуя шлюз, то покидать его пришлось точно таким же способом. Несколько человек перекрыли отвод перехода. Затем открыли люк в отсек. Со свистом из перехода стал выходить воздух. В отсек стали перетаскивать находящихся без сознания людей.

— Еще трое! — тяжело дыша, сообщил капитану толстяк Уилдис.

Бригадиру пробежка далась тяжело. Не смотря даже на минимальную гравитацию. На стекле его шлема блестели капельки влаги. По покрасневшему лицу стекал пот.

— Выносите быстрее! — скомандовал Брудо и лично взялся за работу.

Несколько техников продолжали прикрывать отход. Азарт арков быстро угасал, как костер, которого перестали кормить хворостом. Ильк схватил одного из находящихся без сознания техников и рванул на выход. У прожженной дыры корпуса он остановился. До уровня посадочной площадки было около пятнадцати метров. Его качнуло. Все его нутро, весь жизненный опыт в один голос запротестовали против следующего шага.

— Бросай раненого! — крикнули снизу. — Мы подхватим.

Раздумывать было некогда. В полной уверенности, что он все это делает неправильно, Ильк столкнул вниз по детски легкое тело. Двое техников проворно его поймали. Положили рядом с остальными и опять замахали руками. Не раздумывая, пилот вернулся в отсек и приволок к месту врезки еще двух пострадавших. Один за другим сбросил из вниз. Затем глубоко вздохнув, переступил через себя и почти полуметровый металл корабельной брони.

В последний момент он невероятным усилием воли заставил себя открыть глаза. Его подхватили. По подошвам больно ударило. Впечатление было такое, будто он спрыгнул с полутораметровой высоты.

— Не смертельно, — сказал он сам себе.

На негнущихся ногах отошел немного в сторону и присел на бетон. С транспортника продолжали спрыгивать люди. Рядом с посадочной опорой вытягивался ряд из пострадавших.

Ильк немного успокоился после схватки. Встал. Осмотрелся вокруг. Одно огромное посадочное поле отделяло транспортник от первых построек базы. Крайние строения были выполнены из почерневшего от времени металла. За ближними, приземистыми сооружениями, возвышалось несколько сферических куполов. Их металл в синеватом свете ближней звезды блестел, как новенький. Будто из только что закончили отхаживать бархоткой. У порталов ангаров замерли около десятка автоматических погрузчиков. Большие и поменьше грузовые платформы, сбились в кучу немного дальше. На посадочных полях не было ни души. Вообще никакого движения. Только размеренно вспыхивал и гас периметр прямоугольника, на который сел транспортник. На соседней площадке находились три челнока. Все разных фирм. И небольшой, сильно потрепанный транспортник. Из тех, какими пользуются мелкие торговцы.

С другой стороны посадочных полей, был заметен ряд приземистых построек. Ильк с трудом рассмотрел ту часть базы. Она выглядела давно покинутой. Ни одной искры света не было видно с той стороны. Ильк долго всматривался в объятые мраком корпуса. Наконец, он сообразил, что с ними не так. В нескольких местах наружные шлюзы были распахнуты настежь. Из одного такого шлюза валил темный дым. Он тонким слоем растекался по ближней посадочной площадке. Кое-где замысловато вихрился, поднимаясь на высоту около двух-трех метров.

— Смотри. У них там что-то горит, — показал он спрыгнувшему последним Брудо.

Тот долго смотрел в ту сторону. Наконец глаза привыкли к темноте и он различил дым.

— Может так надо? — предположил он. Затем отвернулся от труднообъяснимого зрелища: — Эй вы, двое. Пригоните сюда грузовую платформу. Берите ту, что поменьше. Бригадир, сколько осталось людей.

Уилдис быстро прикинул:

— С нами двенадцать человек. Пятнадцать вынесли. Остальные остались в морозильнике.

— Да, — помрачнел Брудо. — Путешествие что надо.

Басовито урча подкатила платформа. Стали грузить пострадавших. База молчала. С прибывшей командой никто не старался связаться, уточнить, что же происходит. А тем более, покинуть станцию и помочь лично.

— Какой нам нужен портал? — спросил Брудо, когда погрузка была закончена.

— Кажется седьмой, — напомнил Ильк.

— Давай к седьмому порталу.

Один из техников развернул платформу и погнал ее к освещенной части базы.

Вблизи это безмолвное царство из титана выглядело довольно внушительно. Подсвеченный прожекторами серый металл выглядел несокрушимо и величественно. Мимо платформы проносились рвущиеся в чернильный космос корпуса. Одни на своих стенах гордо несли выведенные белым цифровые индексы. Другие, видимо, разрисовать позабыли. Они теперь так и стояли, безымянные и неучтенные.

— Вот шестой, — сказал находящийся у рычагов парень. — Где-то здесь должен быть и седьмой.

Седьмой портал, оказался точно таким же, как шестой и пятый. Такой же, низкий, но очень широкий наружный люк. Сильно побитый погрузчиками бетон перед шлюзом. Точно так же нервно вспыхивающий проблесковый маячок.

Парень остановил платформу в нескольких метрах от шлюза.

— Что дальше? — спросил он.

— Эй! Слышит меня сейчас кто-нибудь или нет?! — стал вызывать Брудо используя радиостанцию скафандра.

Трудно сказать, услышали его или нет. Может быть увидели. Как бы там ни было, проблесковый маячок вспыхнул ярче. За несколько своих вспышек он плавно поменял цвет. С оранжевого на ядовито-зеленый. Люк дернулся и стал отъезжать. Шлюз внутри был ярко освещен.

— Платформа не войдет, — пожалел Уилдис. — Что будем делать?

Он первым тяжело спрыгнул на бетон.

— Оставим ее пока здесь, — распорядился Брудо Старший. — Первым делом зайдем сами. Узнаем, как там обстановка.

Все двенадцать счастливчиков перешли в клюз. Бригадир недолго рассматривал небольшую панель. Затем на что-то там нажал. Не дойдя до своей крайней точки люк остановился и пошел в обратном направлении. Оставляя под редкими, но крупными звездами платформу с пострадавшими.

Шлюз продуло удивительно быстро. Дернулся внутренний люк. Ильк протиснулся в образовавшуюся щель и первым ступил на территорию станции. Несколько широких коридоров вели в разных направлениях. Один из них упирался в грузовой лифт. Вокруг все тот же металл, только без следов эрозии. И по прежнему никого.

— Что у них здесь за порядки? — возмутился Брудо. — Здесь вообще кто-то есть или нет?

— Мы же с кем-то разговаривали.

— Да в наше время еще немного и носки начнут разговаривать! — Брудо развел раками. Вот так они заботятся о своих гражданах. Отправили куда подальше и все нормально.

— Нет. На базе кто-то есть. На полях стоят несколько челноков. Над базой висит штурмовик.

— И что? Мне нужно еще потратить два дня на поиски этого "кого-то"?

— Не нужно, — услышал он в своем шлемофоне незнакомый голос.

Все остальные, кстати, то же.

Один из коридоров преградили трое разношерстно одетых мужчин. На одном была вылинявшая до бела форма десантника. Без единой нашивки. На остальных двух была сильно поношенная гражданская одежда. Несмотря на такое разнообразие, у каждого из встречающих был штурмовой импульсник армейского образца.

— Чего уставились? — спросил "десантник". — Быстренько положили свои зажигалки на пол. Кому сказано?!

Из соседнего коридора появились еще двое вооруженных парней. Эти выглядели немного моложе. Одеты были приблизительно в том же ключе.

— Кто вы такие?! — пришел в себя Брудо. — Диспетчерская служба Амры направила нас на эту базу.

— А мне плевать, кто тебя сюда направил, — спокойно просветил его говоривший. — Быстро положили огнеметы на пол и сняли скафандры. Третий раз я повторять не буду. Я и два раза повторять не имею привычки, но чего не сделаешь для дорогих гостей!

Он заливисто заржал, неестественно задергав головой. Наушник крохотной радиостанции слетел и упал на пол. В шлемофонах прибывших щелкнуло и смех стал далеким-далеким. Как из-за запертых врат ада. Бледная шутка видимо пользовалась большим успехом, потому что ее тут же подхватили остальные оборванцы.

Повеселившись, как следует, "десантник" подобрал и надел свой наушник.

— Ну? Вы что, не поняли?

Он перевел свой протонный импульсник на максимальную мощность. Навел оружие на стоящего ближе всего техника.

Тот опустил глаза и покорно положил огнемет на пол. В сравнении с оружием проходимцев, огнеметы действительно были не страшнее зажигалки.

— Другое дело, — похвалил "десантник". — Все видели, как делается? — А ну, не расстраивайте папу.

Ильк опустил огнемет. Разжал правую кисть. Рукоять выскользнула из руки. На пол упали еще несколько огнеметов.

Один из парней подошел, собрал оружие и быстро убрался.

— А теперь — стриптиз! — издевательски ухмыльнулся проходимец. — Я кому сказал?! Быстро сняли скафандры!

— Ну и рейс, — впервые за все время заныл невозмутимый Брудо. — Я всегда думал, что с Даком может быть все что угодно. Но что бы такое!..

Он первым отстегнул шлем. Вдохнул. Поморщился, ощутив, знакомый до боли запах. Так пахло только на станциях с замкнутым циклом жизнеобеспечения. Трудно передаваемый коктейль из перегретой, маслянистой пыли, со своеобразным металлическим привкусом.

— Что не нравиться? — спросил "десантник" и подошел к Брудо вплотную.

— Бывало хуже.

— Ничего, это только начало, — успокоил тот. — Самое интересное, как и положено, впереди. Ну! Раздевайтесь быстрее! Вы что, думаете мне больше нечего делать?!

— Где руководство этой базы? — спросил Брудо, не сводя глаз с излучателя импульсника.

— У, какой любопытный! — десантник присел и, схватив Брудо за подбородок, посмотрел ему в глаза. — Все хочешь знать? Да? Умный, да? Ты здесь старший?

— Я.

— Вот и не правда! — рассмеялся тот. — Теперь старший здесь я. А ты так, лицо на дальнем плане. Понял?

Брудо молчал.

— Понял или нет?!

Глаза "десантника" превратились в две узкие щелочки. Между бровями от напряжения вздулись вены. Выпячивая наружу и без того уродливый шрам.

— Ты понял или нет?! — истерично закричал новый командир.

Он наотмашь ударил Брудо импульсником по лицу. Тот только крякнул от неожиданности. Его развернуло, и он упал. Ильк с бригадиром было, дернулись на подмогу. На них взглянул излучатель оружия, и они передумали вмешиваться.

— Ну, теперь то ты понял или нет?

— Да. Понял, понял, — тихо сказал Брудо, тяжело поднимаясь с пола.

Он прикрывал рукой правую бровь. По пальцам скапывала кровь.

— Так бы раньше, — неожиданно быстро успокоился "десантник". Скафандры складывать здесь. В углу. — Какой груз на корабле?

— Ничего особенного, — вставил Ильк.

— Тебя не спрашивают. Какой груз на корабле?

— Там нет груза, — пробурчал бывший капитан.

— Как это, может быть? — не поверил вооруженный псих. — Такой большой корабль и без груза? Порожняком гонять такие сараи не выгодно. Так никто не делает. Вы за кого меня имеете?

У Илька сильно зачесался язык. Он даже открыл рот, но вовремя опомнился. Сдержался, чтобы не сострить в самый последний момент.

— Так есть груз или нет?

— Один отсек пустой, — сказал бригадир. — Другой запакован всякой всячиной.

— Сразу видно своего человека, — похвалил "десантник". — Будешь старшим. — Он поймал удивленный взгляд Уилдиса. — Будешь, будешь. Раз я сказал, что ты старший, ты уже старший.

Последние несколько скафандров небрежно легли в угол.

— А где военные? Где руководство базы? — отошел Брудо Старший.

— Их больше нет, — спокойно сказал "десантник". Кончились. Кстати, если вы не в курсе, сейчас вы находитесь в нейтральном пространстве. Не знали? За новостями надо следить. Нет здесь больше вашей долбаной конфедерации. То же кончилась. Сначала она, а потом военные. Забирайте их в реакторный зал. И пусть только попробуют не наладить машинку.

К команде транспортника подошли двое конвоиров. Без лишних разговоров погнали людей к грузовому лифту.

— Слышишь старший? — крикнул застиранный "десантник" вдогонку. — Ну, я тебе говорю!

Все повернулись. В том числе и бригадир Уилдис. Глаза мерзавца не мигая, глядели именно на него.

— Я не знаю, разбираетесь вы в этом или нет. Но лучше, чтобы разбирались. Для вас лучше. На станции проблемы с энергоустановкой. Если справитесь, буду думать, что с вами делать дальше. Если не справитесь, то обижайтесь только на себя. Чинк, будешь расстреливать их по одному каждые три часа, — "десантник" ухмыльнулся. — Пока не сделают. Ну, или пока они не кончаться. А неплохой я вам стимул придумал!

Он опять продемонстрировал, как умеет смеяться и, не оборачиваясь, побрел по коридору.

Прибыла кабина лифта. Поднялась защитная сетка.

— Вперед, — приказал один из конвоиров.

Пленники стали медленно заходить внутрь.

— Резче! — рявкнул конвоир.

Его импульсник, будто хлыст три раза подряд рассек воздух. В полу кабины задымились три аккуратные отверстия. Все оказались внутри еще быстрее, чем смогли опомниться.

— К стене. Прижались к стене, — последовал новый приказ.

Все послушно сбились в кучу у дальней стены кабины.

— Теперь нормально.

С оружием наперевес в кабину вошли конвоиры. Один закрыл сетку, другой нажал на спуск. Лифт мягко пошел вниз. Между пленными и пиратами было около пяти метров. Ильк взглянул на одного, затем на другого. Прикинул расстояние до ближнего импульсника.

— Забудь, — посоветовал стоящий рядом конвоир. — Ничего у тебя не получиться. Пушка у меня что надо. Всех в куски порвет.

Пилот опусти глаза.

Кабина без рывков продолжала спускаться. Толстые бетонные перекрытия перемежались с совсем тонкими металлическими. Подземные уровни практически не были освещены. По редким дежурным светильникам невозможно было даже определить размеры уровней. Наконец кабина стала заметно притормаживать. Спустилась в ярко освещенный зал и остановилась.

— Конечная, — сказал конвоир и поднял решетку.

Реакторный зал оказался просторней, чем кто-либо ожидал. Привыкшие к корабельной компоновке, где с боем отдавался каждый кубический сантиметр, пленные были поражены размахом сооружения. Четыре реактора очень далеко находились друг от друга. С сопутствующими коммуникациями, они были установлены прямо на скальный грунт подземелья. При желании между ними можно было установить еще с десяток таких же установок.

— Что с ним не так? — спросил Брудо.

— Не знаю, — равнодушно ответил конвоир. — Чинк, ты не знаешь?

— Мощности мало выдает. Что же с ним еще может быть такое? Давайте, начинайте разбираться.

— А какие именно реакторы не в порядке?

— Я не знаю, — холодно ответил Чинк. — Это ваше дело, вы и разбирайтесь. Чем быстрее, тем лучше.

Конвоиры остались у лифта, предоставляя залетным полную свободу действий.

— Не волнуйся, — сказал бригадир неудавшемуся капитану. — Сейчас разберемся. Обычные реакторы синтеза. Должно получиться.

— Да будь оно, все проклято! — в сердцах казал Брудо Старший. — Меня же звали в торговый флот. И почему было не пойти? Пусть маленькие компании. Пусть небольшие суда. Зато у клиентов нет реакторов, которые им нужно отремонтировать.

Они шли вдоль вспомогательного оборудования, углубляясь в реакторный зал. Бровь командира продолжала кровоточить. Он машинально размазывал ее рукой по щеке. Ильк достал на ходу небольшую аптечку и вынул из пакетика лоскуток пластыря. Остановил Брудо и заклеил рану. Тот даже ничего не сказал.

— Ищите инструменты. Запоминайте, где расположены органы управления, распоряжался по дороге бригадир Уилдис. — Делаем все точно так же, как делали с тем транспортником. Тем более что это обычная человеческая технология.

Его люди по дороге вскрыли несколько контрольных панелей. После одной из таких манипуляций, в зале вспыхнули все светильники.

Оперативный зал диспетчерской вышки подсвечивался только редкими экранами мониторов. Круговое остекление позволяло видеть всю территорию базы. После спешной эвакуации осталось всего несколько рабочих мест. С их помощью видимо и производилась эвакуация. Все остальное оборудование было демонтировано. Места, где находились стойки локаторов, и дорогое навигационное оборудование теперь пустовали. Зал выглядел отвратительно. Будто пережил два набега подряд. Перевернутые кресла. Повсюду разбросанный бытовой мусор. Перед одним из сохранившихся мониторов сидел мужчина в полинялой "зеленке".

— Хватит тебе болтаться у нас над головой, — внушал он кому-то.

По бледно-сиреневому фону экрана лениво передвигалась одна единственная засветка.

— Они уже должны вот-вот вернуться, — отвечал кто-то по громкой связи. — Ты же знаешь. Они сами на этот астероид не сядут. Тот шутник еще ни разу нормально не сел. Нужно смотреть со стороны и командовать.

— Появятся, тогда покомандуешь.

— Та ну. Еще раз подниматься.

— Для тебя есть небольшая работа.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы вы вдвоем осмотрели тот сарай. Мне некого больше послать.

— Ты хочешь нас послать на тот транспортник?

— Да.

— Чтобы его только оббежать нужно трое суток! Странный он какой-то. Я такого раньше никогда не видел.

— Что, мало старья летает? Давай, не выламывайся. Меня пока интересует только груз. Осмотрите грузовой отсек и все. Мне кажется, там должно быть кое-что интересное. Слишком уж команда нервничала. Да, у них там кажется какие-то неполадки. Они были внутри прямо в скафандрах. Человек десять вынесли. Так что аккуратно там. Скафандров не снимать. И не задерживайтесь. Зашли, посмотрели и вышли.

— Хорошо. Мы посмотрим. Но кораблик вместительный. В него можно погрузить все наши челноки и лететь куда хочешь. С комфортом. Не то, что всегда.

— Я на вышке. Только появиться твой брат, я тебя сразу вызову. Поможешь ему сесть. Давай. Не задерживайся.

Старенький штурмовик сделал круг над посадочными полями. Стал снижаться. Он выглядел так, что ему была бы рада не каждая свалка. Судя по всему, уже прошло много десятков лет, как он оставил военную службу. Раскачиваясь, штурмовик сел рядом с транспортником. На фоне его глыбы он выглядел так ничтожно, что его можно было даже пожалеть.

Открылся люк. На площадку спрыгнул одетый в скафандр мужчина. Бегом направился к транспортнику. Остановившись у правой передней опоры, он задрал голову вверх.

— Картин, — вызвал он. — Ну, где ты там пропал?

— Что случилось? — ответили с вышки.

— Кажется это не их корабль.

— С чего ты взял?

— Трапа нет. Все шлюзы закрыты. Они прожгли корпус. Рядом с o`qq`fhpqjhl шлюзом.

— Ха! Надо же! А мне они показались обычными слабаками. Может, случайно к ним попал? Всякое бывает. Надо будет разобраться. Но им сейчас некогда. Они занимаются нашими реакторами.

— Хорошо, мы идем внутрь.

— Давайте.

Мужчина махнул рукой. Штурмовик поднялся на метр-полтора и двинулся в его сторону. У опоры он завис на месте. Он жестом показал, что и как необходимо сделать. Штурмовик развернулся и вплотную приблизился к транспортнику. Оказавшись как раз под местом врезки. Повисев немного, он опять встал на шасси. Мужчина добежал до штурмовика и скрылся в его люке.

Вскоре на штурмовике открылся верхний осмотровый люк. Оба пилота вылезли, прошлись по фюзеляжу и спрыгнули на куцее крыло. Они оказались как раз над местом врезки. Один подсадил другого. Тот ухватился руками за край дыры. Легко подтянулся и влез внутрь. Затем подал руку. Помог забраться своему напарнику.

Два узких луча шлемных фонарей выхватили небольшой, квадратный отсек. Несколько кресел и смятый столик валялись в углу. Стенные шкафы были сорваны со своих мест и находились на полу. Все вокруг покрывала бархатистая, серая копоть.

— Интересное место, — сказал один другому. — Не похоже, чтобы здесь кто-то сопротивлялся. Им что, просто так сдали корабль?

— Какая теперь разница? Сейчас зайдем и посмотрим.

Оба разведчика отстегнули оружие. Ведущий из отсека люк оказался закрытым. Один из мужчин нажал на кнопку, подсвеченную красным. Люк плавно открылся.

— Надо же! Работает, — изумился он.

Они вошли и оказались в узком переходе. Один его конец упирался в точно такой же люк. Другой, исчезал за поворотом.

— Куда дальше?

— Туда, — махнул один из них в сторону поворота. — Грузовой отсек находится в той стороне.

Они осторожно двинулись в выбранном направлении. Они свернули, затем еще раз. За первым же поворотом на стенах больше не было копоти. Здесь они были чистыми, будто по переходу только что прошелся робот-уборщик. Переход сильно петлял, предлагая любопытствующим на выбор разные люки и ответвления. Мелочи их сегодня не интересовали. Они продолжали продвигаться в выбранном направлении. Наконец он уперся в раздвижные двери лифта. Вызвали лифт. Кабина оказалась здесь же, так что металлические створки распахнулись мгновенно.

— Придется подняться хотя бы на несколько уровней, — сказал один другому. — Сейчас мы в самом низу. Как это у них называется? Нулевая палуба?

— Не знаю.

Вошли. Кабина закрылась и резко взяла вверх. Остановилась на четвертом уровне и выпустила пассажиров. Они оказались в довольно просторном отсеке. Тихо гудело оборудование. Из отсека вело несколько отводов. Люки были открыты.

— Где это мы?

— Не знаю. Нам кажется туда.

Один с недоверием взглянул на другого.

— Ты не волнуйся, — стал успокаивать тот. — Грузовой отсек большой. Он всегда большой. Не промахнемся. Вместо того чтобы волноваться, лучше запоминай дорогу. Чтоб потом не блудили.

Они прошли сквозь зал и опять оказались в переходе. Этот был гораздо ниже, так что пришлось пригибаться.

Идущий впереди мужчина в очередной раз поднял голову. Впереди он заметил слегка подрагивающее марево. Он мотнул головой, но оно не пропало.

— Впереди какая-то ерунда, — сказал он и остановился.

— Его напарник выглянул из-за его плеча.

Два фонарных луча сошлись в одной точке. Действительно. В нескольких метрах от людей творилось что-то необычное. Будто сворачивался воздух. Клубился. Замысловато дробя лучи фонарей на элементарные цвета. Оба заворожено глядели на необычное представление.

— Что это может быть?

Его напарник не обратил внимания на вопрос.

Прямо в этом воздушном мареве появился чей-то силуэт. Легко очерченный, заметный глазу только в преломлениях взбесившегося воздуха. Мужчина шедший первым, встал на колено и снял оружие с предохранителя. Силуэт постепенно добирал "контрастности", превращаясь в настоящую тварь из ночного кошмара. Клыкастая пасть. Кожа на морде вся в складках и симметричных пигментных пятнах. Из-под складок кожи на гостей глядели темные, как ночь глаза.

— Посмотри, на нем мундир! Что же это такое?!

На пришельце из воздуха действительно был мундир. Темно-фиолетовый. С разными блестящими цацками. Манжеты рукавов стыдливо прикрывали бородавчатые, когтистые лапы. Обуви на путешественнике с того света не было.

— Арк! — крикнул один из разведчиков. — Давай отсюда!

Их будто подбросило. Они развернулись и помчались в обратную сторону. Сапоги часто забарабанили по металлическому полу. На повороте их занесло. Бегущий первым остановился, как вкопанный. На выходе из перехода их ожидала картина не слабее первой. Арков было двое. Они невозмутимо висели в воздухе, перегородив весь просвет перехода.

— Суки! — крикнул один из мародеров и стал стрелять.

К первому импульснику тут же присоединился второй. Импульсы энергии беспрепятственно проходили сквозь хозяев корабля. Только подсвечивая их изнутри. Сразу за ними, на переборке, одна за другой возникали оплавленные пробоины.

— Их не берет! Что будем делать?!

— Зажали! Суки!

Не дожидаясь, пока у стрелков закончатся заряды, арки двинулись вперед. Как в сказке. Просто поплыли по воздуху. Ожесточенно отстреливаясь, люди попятились. Один из арков приблизился вплотную. Повисел какое-то мгновение неподвижно, продолжая получать заряд за зарядом. Затем наотмашь ударил когтистой лапой. Она без усилия, как сквозь дым, прошла сквозь шлем человека. Тот выронил оружие и повалился на бок. Никаких видимых повреждений на нем не было.

Не помня себя от ужаса, второй человек бросился сломя голову по переходу. Его импульсник свистел не замолкая. На встречу ему двигалось невозмутимое привидение. Заметив его, пилот штурмовика прибавил ходу. Он бежал прямо на врага, выкрикивая ужасные ругательства. Они относились ко всему, что только приходило ему на ум.

Не снижая скорости, он так и пробежал сквозь отвратительный призрак. Оружие смолкло, как только он его коснулся. Человек, взмахнув руками, машинально пробежал еще несколько метров и рухнул на пол. По стеклу шлема брызнула паутина трещин. Арк приблизился и завис прямо над ним. Несколько минут он находился рядом без малейшего движения. Затем стал терять очертания и быстро исчез.

Уилдис ковырялся в большом, распределительном щите. Снятая панель лежала рядом. Из стойки торчали только его ноги.

— А так?! — кричал он.

— То же не то, — отвечали ему.

— А так?!

— Нет.

— А вот так?!

В соседней стойке сухо щелкнуло. В дальнем конце зала басовито загудело какое-то оборудование.

— Да! То, что надо.

Бригадир попятился назад. Тяжело спрыгнул на каменный пол. Он тяжело дышал. Лицо покраснело.

— Хорошо, с этим разобрались. Теперь будем проверять следующий контур, — крикнул он кому-то через весь зал.

Он прошелся, разминая ноги. Подошел к сидящим без дела навигатору и пилоту.

— Ничего все будет нормально. Я имею в виду с мощностью. Мощность мы подымем. Перед отходом военные просто законсервировали энергоустановку. Оставили ее в ждущем режиме. Она так может храниться очень долго. Дольше всего. Если ее отключить полностью, то десяток лет и здесь все можно будет выбрасывать.

— Ага, — подтвердил Ильк прием сообщения.

Неудачно дебютировавший капитан молчал.

— Как вы думаете, нас отпустят? После того, как мы все закончим?

Капитан и пилот синхронно посмотрели на своего бригадира. Тот переплел пальцы на своем круглом животе и опустил глаза.

— Что, не отпустят? — уже тише спросил он.

Ильк за себя и за капитана покачал головой.

— А зачем мы им нужны? — не сдавался бригадир.

— Вот именно, что незачем, — ответил пилот. — Разве что отремонтировать энергоблок.

— А потом? Потом же мы им будем не нужны. Почему бы им нас не отпустить?

— Ага. И домой мы пойдем пешком. Слушай, надо что-то делать. Я пока не знаю что, но что-то надо. Вот… так вляпаться!

Бригадир опустил голову и поплелся к своим щитам и жгутам.

Пошел третий час, как штурмовик подсел рядом с транспортником. Картин по-прежнему находился на диспетчерской вышке базы. Он в очередной раз вызвал экипаж штурмовика, но ему никто не ответил. Он откинулся в кресле. Забросил ноги на пульт. Блаженно улыбаясь, с хрустом потянулся. Достал из кармана погнутую сигарету. Распрямил, прикурил. Блаженно выдохнул облачко сизой "дури".

Пульт разразился предупредительным сигналом. Картин поморщился и вернулся к действительности. Переключил монитор на круговой обзор. Среди сетки координатной разметки, на экране пульсировала одна-единственная точка.

— На связи, — бросил Картин развязно в микрофон.

— Привет старик! — жизнерадостно поздоровался динамик. — Это мы!

— Ну, вы и возитесь!

— Та, были тут… трудности. Теперь все нормально. Где мой брат?

— То же задерживается. Это у вас фамильное. Транспортник на площадке видишь?

— Вижу.

— Ну вот, изучает. Что-то никак вы не можете вовремя встретиться. Ты пока сделай пару кругов, а я его вызову.

Он поднес к губам небольшую радиостанцию. Несколько раз подряд вызвал команду штурмовика. Никто не отвечал. Он попытался еще раз, но результат был тот же.

— Не отвечают. Наверное, сигнал не добивает. Здоровенная штуковина. Видел когда-то такую?

— Не а, не видел. Где взяли?

— Сама прилетела. Представляешь?!

— Бывает же! — удивился голос в динамике. — Тогда я попробую сесть сам.

— Попробуй. Только не жмись к нашим челнокам. Садись на свободной площадке.

— Ну! — обиделся голос. — Не такой я уже и безнадежный.

— Ты притормаживай, давай. Это же астероид.

— Подумаешь. Смотри как надо.

Челнок стал быстро снижаться. Теперь его было видно невооруженным глазом. Когда до площадки оставалось метров двадцать, он резко выровнялся. Плавно проворачиваясь, как бумеранг на излете, он сбросил скорость и продолжил снижение. Когда шасси коснулись поверхности, его слегка несло в сторону. Правое шасси начертило на бетоне извилистую линию. Затем к поверхности прикоснулись левое и переднее. Машина еще раз накренилась, но не перевернулась. Затем уже ровно покатила на собственных колесах. Подрулив к самым порталам, она клюнула носом, и встала.

— Видишь? Ничего страшного, — сообщил голос. — Не понимаю, почему со мной никто не хочет летать?

— Да. Ты это здорово подметил! — рассмеялся Картин.

Он закашлялся и выронил сигарету. Сполз на пол и отправился на ее поиски.

Включился лифт. Кабина остановилась. Открылась сетка. В реакторном зале станции появился еще один вооруженный человек. Под мышкой у него были зажаты несколько упаковок с суточными пайками. Он подошел и бросил их на стеллаж. Рядом с двумя охранниками.

— Угощайтесь, — пригласил он, не переставая жевать. — Только что нашли неприкосновенный запас. Что новенького?

— Все по старому. Сказал один из пиратов. Жратва, как всегда прострочена?

— Я не смотрел. Чтоб не испортить себе аппетит. Если хочешь, можешь посмотреть. Только мне не говори.

— Ну да. Ничего тебе не будет.

Он посмотрел.

— Нет. Все нормально. Еще два года осталось.

Герметичная упаковка легко поддалась. На стеллаж высыпались галеты, затянутые в пластик батончики и несколько продолговатых упаковок с мясом.

— Ну, кто хочет развлечься? — равнодушно спросил Чинк, впиваясь зубами в жесткий, как камень, батончик.

— В смысле? — не понял хлебосольный гость.

— В том смысле, что уже прошло три часа. Картин приказал расстреливать одного из них через каждые три часа. Кто хочет воспитать работяг?

— Слушай. Они же хорошо работают, — сказал ему напарник. — Кажется, разбираются во всем этом мусоре. Может, пусть пока работают?

Чинк встал.

— Не хочу я связываться с этим психом! Я уже раз попробовал. Если он хочет, чтобы мы укладывали по одному бедолаге каждые три часа, то так и будет. У Картина здесь слишком много людей, чтобы думать, делать, так как он говорит или нет. Если бы не он, где бы мы с тобой сейчас были. В общем, сейчас кому-то из них сильно не повезет.

Чинк взял со стеллажа импульсник. Снял с предохранителя.

— А мне можно? — вдруг спросил любитель неприкосновенных запасов.

— Как хочешь, — равнодушно сказал Чинк.

Протянул ему оружие.

Все трое направились к работающим техникам.

— Смотри, идут сюда, — сказал Ильк. — Три часа уже вышло?

— Да. Пошел четвертый.

Брудо Старший нагнулся и зачем-то поднял с пола отвертку. Техники один за другим перестали работать. Все взгляды были устремлены к приближающимся пиратам. Первым шел только что спустившийся на уровень здоровяк. Покачивая импульсником, он, не церемонясь, выбирал глазами жертву. Сразу за ним шли двое охранников. Техники, "отбившиеся" далеко от своих, попятились. Неосознанно стремясь обратно в толпу. В стаю. В которой всегда было легче выжить и легче умирать.

— Вот уроды, — прошипел Ильк, пряча за предплечьем увесистый, универсальный ключ. — На троих у них два импульника. Попробуем, капитан?

— Надо попробовать. Все равно, рано или поздно всех положат.

Брудо кивнул бригадиру. Тот ответил точно таким же, едва заметным кивком. Затем наклонился, и что-то коротко шепнул одному из своих подопечных.

Пират шел уверенно, широко расправив плечи. Прямо глядя перед собой. На ходу, продолжая отправлять в рот галету за галетой. Техники сбились в кучу и больше не пятились. Он подошел почти вплотную к бригаде. Остальные два охранника остались сзади в нескольких метрах и не вмешивались.

— Ты, — указал он излучателем на сутулого парня в подобранной не по размеру спецодежде. — Иди сюда.

Тот отрицательно замотал головой, ссутулился еще больше и понес скороговоркой:

— Не надо. Зачем вы это делаете. Мы все сделаем как надо. У вас с этим комплексом больше никогда никаких проблем не будет. Мы сделаем как надо. Все будет работать. Не делайте этого. Почему именно я?!

— Потому, что я тебя выбрал, — тоном Всевышнего ответил тот и положил на язык еще одну галету. — Давай, не задерживай остальных. Отойди в сторону. Если я выстрелю так, то будет больше, чем один труп.

Охранники в действо не вмешивались. Только наблюдали за всем со стороны.

— Ну! Я кому сказал?!

Парня нервно передернуло. Он рухнул на колени и стал молить пощады. Из обезумевших от страха глаз хлынули слезы. Он размазывал их по лицу, уже слабо соображая, кто он такой и что происходит. Бригада молча стояла за ним. Никто не двигался с места.

— А ну! Вставай, скотина! — пират подскочил к бригаде и попытался за шиворот оттащить жертву в сторону.

Ильк прыгнул молча, как кот. Он никогда бы даже мысли не допустил, что может сделать что-то подобное. Но он прыгнул. В воздухе сверкнул покрытый никелем ключ. Удар пришелся пирату немного выше левого уха. Голову резко развернуло. Отпустив парня, он грузно повалился на бок. Пилот ринулся за ним, продолжая наносить страшные удары.

Чинк выхватил оружие.

Несмотря на свою комплекцию, бригадир проворно нагнулся и подхватил выпавший из руки импульсник. Выстрелы раздались сразу, как только его палец коснулся пуска. По полу, от бригады к пиратам, быстро побежала линия частых пробоин.

Охранник стал стрелять в ответ. Две свистящих очереди слились в одну песню смерти. Техников одного за другим буквально отбрасывало назад с отвратительными хлопками рвущейся плоти. В разные стороны летели алые брызги. Ильк лежал на полу инстинктивно укрыл голову руками. Казалось, кровавой бойне не будет конца. Он с силой зажмурил веки.

Наконец импульсник бригадира нащупал свою цель. Очередь наискось пробежала по туловищу Чинка, он правого бедра до ключицы. Во все стороны полетели кровавые ошметки. Оружие захлебнулось кровью хозяина. Он умер мгновенно. На пол упало уже мертвое тело.

Его напарник метнулся в сторону, под прикрытие оборудования. Ему удалось даже сделать несколько шагов, когда Уилдис забраковал его попытку. На спине у охранника мгновенно расцвели алые цветы, и он ничком рухнул на пол.

Вдруг все стихло. Навалилась до боли неестественная тишина. Ильк сделал несколько судорожных вдохов. Отвратительно воняло жженым мясом, горелой краской и перегретым металлом. Он подтянулся на руках и сел. Рядом кто-то застонал. Ильк провел ладонью по лбу. Под ней оказалось что-то скользкое. Он взглянул на руку. Та была в крови. Борясь с приступом тошноты, он встал.

Брудо Старший стоял на коленях перед совсем молодым техником. Тот судорожно сжимал живот обеими руками. Сквозь пальцы толчками проступала кровь. Парень его о чем-то тихо-тихо умолял. Старый навигатор часто кивал, соглашаясь с каждым словом. Кто продолжал лежать. Кто уже старался подняться. Бригадир так и продолжал стоять на колене, сжимая в руке смолкшее оружие. Пол и расположенные рядом стойки все были забрызганы кровью и крохотными кусочками плоти.

Борясь изо всех сил с позывами тошноты, пилот закашлялся. Тяжело дыша, отошел в сторону.

— Умер, — тихо сказал Брудо. — Он умер.

Все, кто мог, посмотрели в его сторону. Он осторожно опустил голову парня на пол. Тяжело встал. Его левый рукав был весь пропитан кровью.

— Кто еще ранен? — спросил он.

Никто не отвечал. Люди поднимались молча. На полу остались лежать четверо. Еще один техник зажимал рукой рану на бедре, но раненым себя не считал.

— Вы ранены, капитан? — спросил Уилдис.

Тот попробовал поднять левую руку, но не смог.

— Кажется да.

Бригадир оторвал полосу ткани от поддевки одного из убитых и перевязал Брудо руку.

— Капитан. Что будем делать дальше?

— Попробуем прорваться, пока они ничего не знают. Я знаю, что это безумие. Знаю, что у нас нет никаких шансов, но другого выхода у нас то же нет.

9

Дин опять запустил смолкшую силовую установку. В кабине появился свет. Ожили приборные панели. С грохотом начала работать камнедробилка. Он вытер рукавом вспотевший лоб и включил задний ход. Комбайн дрогнул, гусеницы со скрежетом заскользили по камню. Дин поддал мощности, но ничего не изменилось. Комбайн продолжал оставаться под завалом.

Ругнувшись, он включил переднюю. Комбайн опять дернулся, но не далеко, на метр-полтора, не больше. Камнедробилка с хрустом стала перемалывать свежую порцию породы. Дин снова включил задний ход. Комбайн недалеко рванул назад. С обзорных камер обсыпались камни, открывая несколько метров отвоеванного пространства.

— А будешь! — с энтузиазмом крикнул Дин и опять "качнул" комбайн.

Он "раскачивал" его минут пять. Наконец завывая приводом, он вырвался на свободное пространство. Дин развернул машину и взглянул на свою ловушку. Просторная выработка оказалась перекрытой почти на две трети. Он улыбнулся. Завал закрыл только что обследованный участок выработок. Если бы он отрезал отход, то Дину пришлось бы туго. По крайней мере, повозиться пришлось бы по-настоящему. Подземный путешественник захлопнул люк и очень осторожно поехал дальше.

Поблуждав еще некоторое время по покинутому пеклу, комбайн выскочил в очень просторную выработку. В свете прожекторов она походила на роскошный тронный зал. Высокий потолок скрывала сплошная мгла. Он был так высоко, что казалось, его нет вовсе. Порода была так крепка, что оказалась способна выдержать колоссальное давление без дополнительного крепежа. Дин проехал метров двести, не снижая скорости. Вскоре он заметил, что это очередной тупик. Из зала не было другого выезда. Он притормозил и стал разворачиваться.

На одном из экранов приборной панели вспыхнула алая надпись. Как и все в кабине, она была на непонятном Дину языке. В такт с мерцанием надписи, в j`ahme стала завывать аварийная сигнализация.

— Чтоб вам всем!… - выругался он. — Только этого мне сейчас не хватало! Не ужели что-то кончилось?! И что именно?

Он остановил комбайн. Экран продолжал пульсировать непонятным предупреждением. Сигнализация не смолкала. Дин отбросил люк и вылез на комбайн. Он прошелся по плоской крыше исполинской машины, раздумывая, что же это все должно значить. Но ничего толкового не придумал.

В машине явно не хватало словаря.

Он уже по пояс влез в люк, как на выезде из "тронного" зала вспыхнул слепящий свет прожекторов. Не раздумывая ни секунды, он спрыгнул в кабину, и захлопнул за собой люк. Усевшись в кресло оператора, он стал следить, как к нему направляется точно такой же комбайн. Его руки крепко впились в штурвал. Правая нога застыла над педалью хода. Он сидел и напряженно вглядывался в небольшой экран.

Метрах в десяти пришелец остановился. Выключился верхний ряд его прожекторов. Остались только фонари ближней подсветки. Комбайны были абсолютно одинаковы. Даже выкрашены в один и тот же цвет. В отличие от комбайна Дина, на пришельце камнедробилка не работала.

Дин сидел и напряженно ждал продолжения.

Наконец на пришельце открылся верхний люк. Из него вначале показался плазмомет, а за тем и его владелец. Мужчина осторожно вылез на крышу комбайна. Присел и взял оружие наизготовку.

Дин присмотрелся и расплылся в широкой улыбке. Он "поморгал" прожекторами и стал выбираться из своего чудовища. Мужчина на втором комбайне прицелился. Дин высунулся по пояс из люка и замахал руками. Тот опустил оружие. Ответил на приветствие воинственным кличем. И взметнул вверх сжатую в кулак правую руку. Эхо бросилось сломя голову по просторному залу.

— Это Дин! — крикнул мужчина в люк своего комбайна. — Они вернулись! Они за нами вернулись!

Оттуда выскочило еще несколько человек, и бросились вниз. Дин спустился на утрамбованный гусеницами камень. Его подхватили на руки.

— Еле тебя догнали! — кричал один из мужчин. — Ты носился по этим тоннелям как местный!

— Как там на верху?! Спокойно?!

— Долго же вы возились, ребята!

На руках его донесли до второго комбайна и поставили в свете прожекторов. На крыше гусеничного монстра показался Парса. Его придерживал Мотан. Даже при таком освещении было видно, что Парса совсем плох. Изможденное, посеревшее лицо. Глубоко впалые глаза. Неуверенные движения. Парса поднял руку.

— А ну, прекратите галдеж! — крикнул Мотан.

Все смолкли и посмотрели наверх.

— Помогите ему подняться, — сказал тихо Парса и закашлялся.

Мужчины бросились выполнять приказ.

— Но, но! Только без рук! — запротестовал счастливый Дин. — По лестницам я пока и сам лазить умею!

Он взбежал наверх и подошел к своему предводителю.

— Парса, мы вернулись, — тихо сказал он.

— Садись малыш. Расскажи как там у вас. Вы привели обратно оба челнока или прибыли на одном? Нас осталось так мало, что мы поместимся и на одном. Еще и место останется.

Дин вопросительно глянул на старика.

— Мы знаем, что транспортника Тарика больше нет. Когда мы отходили, то видели, как он оттянул на себя штурмовики и его сбили. Все произошло на наших глазах. Молодцы, что улетели. Я хотел вам приказать, чтобы уводили корабли, но не сумел. Нечем было. Мой передатчик остался в том ангаре. Знаешь, мы верили, что вы вернетесь. Вы не могли не вернуться.

Парса глубоко вздохнул и замолк. Мотан, поднес к его губам флягу. Он сделал несколько маленьких глотков. Пока старик пил, Мотан глядя на Дина, отрицательно качнул головой несколько раз.

Все сидели на крыше горного комбайна и молча ждали продолжения.

Парса отдышался и продолжил:

— Спасибо, что поторопились. Мы бы здесь долго не продержались. У нас почти не осталось еды. Кормим только детей. Вода здесь есть. Воздух то же вполне сносный. Нет только еды. Видишь малыш? В этой жизни всегда чего-то не хватает. Расскажи нам, сколько вас осталось?

Дин опустил глаза и сказал:

— Парса, нас четверо. Один раненый и, кажется, не выживет. Если он еще конечно жив… Челноков наших то же больше нет. Одного нет вообще. Другой мы бросили в космосе. Мы здесь только благодаря Ортану. Если бы не он, ничего бы у нас не получилось.

Дин сел рядом с Парсой и стал рассказывать. Остальные молча слушали. Никто ничего не переспрашивал и не уточнял.

Когда он закончил, Парса кивнул Мотану. Тот подошел и помог ему подняться.

— Наверху спокойно? — спросил старик.

— Когда я спускался, было спокойно.

— Тогда нечего нам больше делать в этой норе. Забираем женщин, детей и уходим. Кто поведет комбайн Дина?

Хором прозвучало несколько возгласов "я".

— Я бы его сам повел, — улыбнулся Дин. — Только с ним что-то не в порядке. Кажется, там что-то кончилось. Перед тем, как вы подъехали, на экране появилось какое-то предупреждение, и завыла сигнализация.

— Это был наш вызов, — просветил его Мотан. — Эти комбайны могут связываться между собой. Вот мы и попытались привлечь твое внимание.

— Да. Это у вас получилось. А я уже было, подумал, что придется пешком к лифту выбираться.

Он спустился на поверхность. За ним последовало еще несколько человек. Комбайн Мотана развернулся, и двинулся на выход из "тронного" зала. Дин подождал, пока все усядутся, и тронул свою машину следом.

За спиной небольшого отряда остался уже четвертый люк. Мак открывал их быстро и без видимых последствий. Лабиринт регенерационной системы становился все сложнее и сложней. Сразу за вторым люком стали попадаться и вертикальные отводы. Несмотря на это, молодой проводник неплохо во всем этом ориентировался. На одной из развилок он остановился. Взмахом руки подозвал Кораса. Тот подполз к нему.

— Сразу за поворотом будет тот отсек, — прошептал еле слышно Мак.

— Хорошо. Теперь пропусти меня вперед. Передай всем, чтобы даже не дышали.

Они с трудом разминулись в узком воздуховоде. Следом за командиром спасателей двинулся Рино. В левой руке у него был зажат готовый к бою импульсник.

Корас замер у самого отвода в отсек. Осторожно выглянул за угол и быстро отпрянул.

— Решетки нет на месте, — сообщил он подтянувшемуся Рино.

— Ты же сам говорил, что здесь взрывали, — одними губами прошептал тот. — Вот ее и сорвало. Видишь, на воздухопроводе вмятина от ударной волны?

Командир глянул. Слабый металл действительно сильно прогнулся.

— Что-то увидел?

— Нет. Ничего кроме светильников и помпы для "химии". Не могли сделать этот отвод ниже.

— Что будем делать?

— Сейчас разберемся, — пообещал Корас.

Снизу доносился звук размеренных шагов. Будто кто-то прогуливался. Ank|xe ничего не было слышно.

Корас достал импульсник и осторожно пополз в отвод. Когда до отсека осталось не больше полуметра он замер. Осторожно поднял голову и осмотрелся. Посреди отсека прогуливался мужчина в скафандре, но без шлема. В руках у него был мощный плазмомет. Корасу повезло. Он как раз шел от него. Сразу у насосной установки находились два раненых из команды крейсера. Один лежал в луже собственной крови и был без сознания. Второй, заметил выглянувшего Кораса, но сразу опустил глаза. Что творилось прямо под стеной, разглядеть не удалось. Пират развернулся и Корас прижался к металлу воздуховода.

Очень осторожно он вернулся в магистральный тоннель. Жестом подозвал Мака и забрал у него его импульсник.

— Спрячься пока где-то. Теперь наша очередь.

Мак начал было рваться вперед, но Корас даже не стал вникать. Пришлось подчиниться.

— Сделаем так, — прошептал Корас и стал вставлять в оружие полные обоймы. — Я надеялся, что можно будет обойтись гранатами. Но там двое наших. Один кажется еще живой. Я подберусь к краю и попробую завалить дозорного. Затем спрыгну вниз, а там как получиться. Слушайте внимательно. Как только я спрыгну, оба дуйте к вентиляционному окну и стреляйте во все, что будет шевелиться. Наши лежат рядом с насосной установкой. Прямо перед окном. Если не заметите чужаков, то стреляйте по плафонам, переборкам, куда угодно, только чтобы было много шуму.

Капитан Дак сидел на холодном камне у опоры своего собственного крейсера. Рядом стояли Ирта и Адвин. Техники держались особняком. Капитан молчал. Говорить было не о чем. Да и незачем. Все что мог, он сказал до этого. Он просто сидел, опустив голову на грудь. Стараясь ни с кем не встречаться взглядом. А никто такой встречи и не искал.

Было довольно прохладно. Моросил дождь, загнавший прогуливающихся под брюхо крейсера. В сочетании с резким, пронизывающим ветром, условия для прогулки складывались довольно экстремальные. Поселок горняков выглядел ужасно. Ветер трепал отогнутые листы жести. Изредка протяжно подвывал где-то в глубине трущоб. Кладбища несбывшихся надежд. К разбросанному вокруг мусору добавилась еще одна. Надежда капитана Дака. Но он еще никак не мог с ней распрощаться.

Ирта с Адвином обсуждали что-то в полголоса. То она, то он поглядывали в сторону возвышающихся над поселком машинных залов. Их конвоир явно задерживался.

На центральном посту крейсера был только Ортан. Рубка заперта, люки заблокированы. Он сидел и смотрел в "круглосуточный" бинокль на шахтные корпуса. Затем отложил бинокль. Несколько раз подряд вызвал напарника. Связи по-прежнему не было.

Рино и сагитированный по дороге техник притаились по обе стороны от отвода в отсек. Командир спасателей лег на живот и осторожно подполз к вентиляционному окну. Часовой стоял на месте и смотрел себе под ноги. Корас приподнялся на локтях и подтянул под себя колени. Раненый опять заметил появление Кораса и окликнул охранника. Тот глянул в его сторону, но остался стоять на месте.

— Ты что, не понял?! — закричал раненый.

Пират круто развернулся и поднял плазмомет.

Корас рывком сел на лодыжки и прицелившись, выстрелил по пирату с двух рук. Первые же импульсы энергии нашли свою цель. На спине у часового полыхнуло. Полетели обрывки скафандра. Остальные пришлись по ногам. Его бросило на пол, но он каким-то чудом успел сгруппироваться. Перекувыркнулся и стал стрелять, куда попало. Отсек заполнил нестерпимый вой его оружия. Посыпались осколки осветительных панелей. Корас стрелял не останавливаясь. Бесовские огоньки отплясывали вокруг отбивающегося пирата. Часто попадали, отрывая от скафандра большие лоскуты материи. В стороны летели кровавые брызги. Часовой сделал отчаянный рывок под прикрытие насосной установки, но у него не получилось. Корас попал еще несколько раз и плазмомет смолк.

Корас сменил обоймы и прислушался к навалившейся тишине. Он уже было, собирался спрыгнуть вниз, как раненый крикнул:

— Еще один прямо под тобой!

Свистнул выстрел. Ему разворотило грудь, и он повалился на бок.

Корас отпрянул от вентиляционного окна. Выхватил из кармана пригоршню гранат. Нажал, бросил сразу все. Ударило четыре раза подряд. Он спрыгнул в отсек и пригнулся. Дал пару очередей по затянутому дымом углу. Оттуда никто не ответил.

Рино с техником устроили настоящую канонаду. Искристым дождем сыпались осколки стекла. Слетало со своих мест все, что плохо держалось. Что держалось хорошо, то же надолго не задерживалось. Но, казалось, летело еще дальше.

— Хватит! Хватит! — закричал Корас.

После еще нескольких попыток, огневая поддержка смолкла. Со звоном упали еще несколько деталей насоса, и все стихло. Отсек заполнял сизый дым. Командир спасателей закашлялся и сплюнул.

— Нет здесь больше никого! — крикнул он на всякий случай еще раз.

Из вентиляционного окна выглянули техник и Рино.

— Все нормально, — повторил старший спасатель. — Спускайтесь. И позовите того парня. Как его там? Вроде бы Мак.

Оба горнопроходческих комбайна стояли у грузового подъемника. В свете их прожекторов несколько человек быстро разминировали основание шахтного ствола. Остальные выгружали из комбайнов нехитрый скарб. Помогали спускаться женщинам и детям. Дин работал наравне с остальными.

Совсем юный "сапер" обследовал все вокруг подъемника и подошел и Дину.

— А ты молодец, — похвалил он. — Заметил мои ловушки. Ты очень большой молодец, что их заметил.

— Просто видел, как вы это делаете, — отмахнулся тот.

— Ну, — не отставал парень. — Я то же много раз видел, как ты обращаешься с навигационной системой. Ну и что? Думаешь, я так бы смог перебросить челнок куда надо? Если бы мне пришлось это делать… Это точно была бы последняя переброска.

— Подумаешь. Ничего сложного. Разобрался бы.

Грузовой подъемник уже гудел во всю. Мотан сумел отключить загрузочный нож. Теперь ковши гоняли вверх-вниз порожняком. На грузовом подъемнике наверх отправились самые отчаянные. Несколько мужчин возились с пассажирским подъемником.

Женщины и дети сидели в стороне, следя за всем происходящим голодными, сонными глазами. Рядом был свален в кучу нехитрый скарб этих людей.

Вскоре пассажирскому подъемнику объяснили, что умирать еще рановато. Он согласился и вернулся к жизни. Первыми наверх отправились дети. Как все ни старались, но Парса поднялся на поверхность одним из последних. Несколько человек находилось в машинном зале. Остальные были уже на улице.

— Ортан, мы выбрались, — доложил Дин. — Скоро будем. Как там у тебя. Все нормально?

— Да! У меня все тихо!

В его голосе было столько радости, будто, наконец, пришло счастье и сказало, что уходить больше не собирается.

— Давайте. Надолго не задерживайтесь. Старик живой?

— Да. Но сдал сильно. Его ранили. Похоже, что рана плохо заживает.

— Ладно. Не возитесь там долго. Ты что, взял с собой наших гостеприимных хозяев?

— Нет, а что?

— Что-то я не вижу их рядом с крейсером.

— Может быть, где-то спрятались от дождя? Нашел из-за чего волноваться. Ну, давай. Мы скоро будем.

— Будь проклята эта дыра, — сказал Парса ступая на бетон машинного зала. — И пусть будут благословенны те, кто вырыл ее в этом месте. — Он осмотрелся вокруг. Почувствовал запах немытых рук Смерти. — Нужно похоронить наших братьев. Они должны быть вон там, возле энергоблока.

— Могилу уже роют, — сказал кто-то.

Парсу подхватили под руки и помогли выйти на улицу.

Работая попеременно, двое мужчин рыли могилу ракетным стабилизатором. Недалеко от ворот в машинный зал.

— Здесь была воронка, — объяснил один из них свой выбор.

— Нормальное место, — согласился Парса.

Первым в отсек спрыгнул техник. Он помог спуститься Рино и Маку. Корас отдал новичку оружие.

— Ребята. Вы держите под прицелом люки, а мы с Рино осмотрим здесь все как следует. Валите всех, кого увидите. Они здесь могли быть не одни.

Оба заняли позиции у люков.

Первым делом спасатели подошли к своим. Оба парня были уже мертвы. Корас сорвал с их скафандров нашивки с личными номерами.

— Если бы не он, я бы лежал сейчас рядом с ними, — ни к кому не обращаясь, сказал Корас.

Рино с трудом поднял одной рукой трофейный плазмомет.

— А вот из этого, кажется, мне отстрелили руку, — сказал он.

— Я же тебе обещал трансплантацию.

— Ладно, ладно. Держи, — отдал он оружие командиру. — Мне с ним все равно не справиться.

От второго пирата почти ничего толкового не осталось. Так, одни сувениры. Если бы кому-то пришло в голову их собрать, то все бы поместилось в сигарной коробке. Еще бы осталось свободное место. Там, где взорвались гранаты, в нескольких местах пробило переборку. Соседний отсек оказался запакован каким-то оборудованием. Сквозь пробоины туда вытекали ручейки дыма.

— Смотри, что я нашел.

Не особо церемонясь, Рино бросил на середину отсека небольшой, пузатый контейнер.

— Это все. Больше, кажется, здесь ничего нет.

— А это что такое?

— Откуда я знаю? Я тебе что, эксперт по мусору? Может, уберемся отсюда, пока нас не накрыли? Поищем, может еще, кого-то найдем?

— Ладно тебе выламываться. Посмотри, что это такое.

Рино присел перед чемоданчиком.

— Кажется, что-то дорогое. Первый раз вижу такую штуку.

— Смотри, не сломай. Может пригодиться? Что, это что-то электронное?

— Сейчас все электронное или фотонное. Все, кроме твоей ложки.

Гений-самоучка прикоснулся к одному из кодовых замков. На небольшом внешнем индикаторе мгновенно вспыхнула полоса алых точек. Появились цифры таймера. Он "отбил" десять минут и стал их отсчитывать в обратном порядке.

— Смотри, работает, — сказал Коарс. — Посмотрю, может, у этого парня сохранился передатчик. Надо же нам доложить капитану о своей победе.

— Какому капитану?

— А все равно, какому. Какой будет на мостике, тому и доложим.

Абсолютно спокойно, как перевернул пирата на спину и снял с него передатчик.

— Кажется, работает, — сказал он и надел его на ухо.

— Что там у вас твориться?! — тут же услышал он.

— О! Да с нами уже хотят поговорить! Вернее, не хотят, а уже говорят. Не желаете представиться?

— С кем я разговариваю?! — кричал Ортан. — Что у вас случилось?

— Я хочу поговорить с капитаном, — сказал Корас. — Дай-ка мне моего капитана.

На том конце возникло короткое замешательство. Но там вскоре нашлись:

— Что с моими людьми? — спросил Ортан уже спокойнее.

— Больше им уже ничего не грозит. Где мой капитан? Переключи Дака на эту линию.

— Вашего капитана сейчас нет на борту. Вы себе не представляете, во что вляпались. Вы должны выполнить все мои указания. Иначе через десять минут этот крейсер разбросает по горам на двадцать километров.

— Мы ничего никому не должны. Ну, должны немного, но тебя это не касается. Так мы значит в горах? Давно мечтал побывать. Как там? Вид из окна хороший?

— Это все очень серьезно! Посмотрите в отсеке внимательно. Не замечаете ничего необычного?

— Да, ты прав. Светильники надо будет поменять. Подварить кое-что. А так все вроде нормально. Сам придешь или хочешь, чтобы мы зашли за тобой? Моему другу нужна твоя правая рука. Решай быстрее. Я сегодня еще не обедал.

В наушнике послышался глухой удар. Будто уронили что-то тяжелое. Ортан вздохнул и начал заново:

— Кто бы ты ни был, слушай меня внимательно. Там где ты сейчас находишься, есть небольшой контейнер. Это аннигиляционный заряд. Его хватит не только на этот крейсер, но и на глубокую воронку. Чтобы отметить место. Он включается автоматически. И как я вижу, уже включился. Чтобы его обезвредить, нужно знать целую кучу кодов. Это устройство дает очень мало попыток. Так что отключить его вам не удастся. Даже если бы среди вас был разработчик этой штуковины. У вас на это просто не хватит времени. Сдавайтесь, я его отключу, и все будет нормально. Долго думать не советую. На последних двух минутах автоматика заряда перестает реагировать на любые команды. Я читал его паспорт. У меня есть пульт. Так что я не советую вам думать слишком долго. Ваш капитан принял правильное решение. Я надеюсь, вы последуете его примеру.

— Да, говорить ты умеешь, — похвалил Корас. — Никуда не уходи, я тебя вызову.

Он снял наушник.

— Слышишь, у нас новая проблема. Оказывается, ты нашел аннигиляционный заряд. И он уже отсчитывает время.

— Я уже сам понял, что дело серьезное.

Рино уже успел подключить свой компьютер к универсальному порту чемоданчика. На его экране был настоящий винегрет из символов, обрывков схем и еще черт знает чего.

— Что-то очень сложное?

— Да уж. Кто-то постарался, — буркнул Рино, не отрываясь от экрана.

— Ну, ты попробуй. Вдруг что-нибудь получиться? Не сдаваться же этому козлу? Похоже, их было совсем мало. Сидят тихо и даже не собираются нас штурмовать.

Тот только несколько раз кивнул.

Командир спасателей присел рядом на пол. Но, тут же подхватился. Ему не сиделось. Он еще раз обошел отсек. С пристрастием осмотрел остатки разорванного взрывами пирата. Затем, принялся за его собрата. Без тени брезгливости выпотрошил все карманы.

— Смотри. Это не может быть пультом для этого чемоданчика?

Он протянул на ладони небольшой пульт. Передающей части и куска экрана на нем как ни бывало. Испарились после одного из выстрелов. Зато с кнопками все было в порядке.

Рино оторвался от дела и взглянул.

— Возможно и отсюда. Но теперь уже можешь засунуть его туда, откуда достал.

Корас повертел бесполезную вещь в руке и бросил на труп. Подошел к напарнику и уставился в монитор ничего не понимающим взглядом. Там колонки цифр перемежались со сложными блок-схемами. Рино только качал головой при появлении на экране очередной такой головоломки.

— У них здесь все свое, — пожаловался он. — Своя программа. Свои алгоритмы. Управление. Все не как у людей. Я даже не знаю, что с этим всем делать. Только что попробовал подобрать коды. На замки. Только для того, чтобы открыть крышку и добраться до клавиатуры.

Таймер стал пережевывать седьмую минуту.

— Эй! Где вы там делись!? — вызывал Ортан, но ему никто не отвечал. Вы что, не поняли, что это все очень серьезно?!

Заушная радиостанция находилась сейчас у Кораса в кармане и была слабовата, чтобы ее услышали с такого расстояния.

— Ты думай, думай, — сказал Рино.

— Сейчас же твоя очередь.

— На случай, если у меня ничего не получиться.

— Я уже придумал, — успокоил его Корас. — План, конечно, так себе, но лучшего у меня нет.

— Опять со стрельбой и мордобоем?

— Откуда я знаю? Как пойдет.

Таймер сплюнул пятую минуту и принялся за четвертую.

— Как ты думаешь, они не блефуют? — спросил командир спасателей после долгой паузы.

— Точно не знаю. По всем признакам нет. Но, знаешь? Проверять это мне что-то неохота.

— Мне то же. Хорошо. Пора спросить, как там они себя чувствуют.

Он надел заушный передатчик и тут же услышал:

— … вы там подевались? Что там у вас происходит? Скажет мне кто-то или нет?

— Нервничают, — сообщил Корас напарнику.

Он включил передачу и спросил:

— Как погода?

— Какая погода?! — на том конце на мгновенье растерялись. — Я вижу, вы так и не поняли, с чем столкнулись!

— Но, но. Спокойнее. Столкнулись и столкнулись. Что теперь делать? Слушай меня внимательно. Отключай свою штуку, тогда все спокойно обсудим. А то меня эти цифры уже начинают доставать.

— Вы должны выполнить все, что я вам скажу.

— Ну, это ты загнул, — улыбнулся Корас. — Я даже не выполнял всего, что говорил мне мой капитан! А тебя я даже не видел ни разу. И голос твой мне не нравиться. В общем, отключай свою штучку, тогда и поговорим.

Ортан стоял, прислонившись лбом к выгнутому бронированному стеклу. Сквозь рваную кисею дождя он видел, как к крейсеру приближается растянувшаяся группа людей. В его руке был зажат пульт дистанционного управления зарядом. На его крошечном экранчике высвечивались цифры таймера. Пульт коротко попискивал на каждой секунде.

— Ну, где ты там делся? — спросил Корас. Эй, ты что, заснул?!

— Я здесь, — ответил Ортан.

— Настало время принятия решений.

— Я понял.

— И что собираешься делать?

Ортан взглянул на таймер. На его экране умирала вторая минута. Он вздохнул и нажал несколько кнопок пульта. Цифры замерли. Пульт расхохотался заливистой трелью.

— Что? Жить-то все равно хочется? — спросил Корас.

— Разве это жизнь? — проворчал Ортан.

— Это точно.

— Ну, давай. Скоро мы с тобой свяжемся.

Корас отключил устройство связи.

— Так. Все сюда! — крикнул он. — Теперь нам надо на центральный пост. Все вооружены?

— Да.

— Угу.

— Хорошо. Не отставайте. Мак, понесешь этот чемоданчик. И возьми у Рино инструменты. Свои оставь здесь.

— Хорошо.

— Дин, — вызвал Ортан. — У меня осложнения.

— Что случилось?

— Отсек, в котором находился заряд, только что штурмовали. Даже не знаю, как они до него добрались. Автоматика молчала все время. Наверное, они что-то сделали с зарядом. Автоматически включился таймер. Мне пришлось его отключить. Я открываю шлюз. Гони всех сюда. Они не должны забрать у нас этот крейсер.

Больше ничего объяснять не понадобилось.

С тридцати метровой высоты Ортан заметил, как от основной группы отделилось человек десять и побежало к кораблю. Он склонился над рабочим местом пилота и открыл шлюз.

Корас несся по узким переходам, с трудом вписываясь в повороты. Его небольшой отряд за ним еле поспевал.

— Давайте быстрее! — кричал он не оглядываясь назад. — Сейчас они будут перекрывать люки. Ерунда осталась.

Они успели проскочить под двумя люками. Третий захлопнулся прямо перед лицом командира спасателей. Не долго раздумывая, он отбежал на несколько метров назад и поднял плазмомет. Завыло странное оружие. Во все стороны полетели ослепительные брызги металла. Все зажмурились. Через секунд двадцать из люка со звоном выпал неправильный кругляк. Края только что разрезанного металла светились ярко-малиновым.

— Не обожгитесь! — крикнул Корас и первым проскочил сквозь адский лаз.

Мак бросил в отверстие свою ношу и последовал его примеру.

Недалеко от центрального поста дорогу перекрыл еще один люк. Корас применил только что испытанный метод.

Стал выдвигаться трап. Наружный люк шлюза с шипением отошел в сторону. Капитан Дак поднял голову.

— Что, уже можно заходить? — спросил Адвин.

Ирта жестом подозвала скучающих невдалеке техников.

— Что-то у них пошло не так, — предположила она. — Тот человек еще не вернулся, а люк уже открыли. Попробуем войти?

Капитан Дак встал с камня. Не говоря никому ни слова, на затекших ногах, он направился к своему кораблю. Он успел ступить на первую ступеньку, когда раздались хлопки выстрелов. Оглянулись все, кроме капитана. Ирта даже присела от неожиданности. Техники бросились под прикрытие посадочной опоры. К крейсеру бежала толпа головорезов. На ходу они размахивали оружием. Время от времени кто-то стрелял. Так, для поднятия боевого духа. Капитан продолжал неспешно подниматься по трапу.

Ирта вскрикнула и спряталась за Адвина. Он почувствовал у себя на затылке ее порывистое дыхание. Весь подобрался и расправил плечи, но от этого они шире не стали. Молодой навигатор-стажер вздохнул и внутренне подготовил себя к худшему.

Но ничего не произошло. Банда пробежала мимо. По ступенькам трапа загремели их тяжелые сапоги.

— Быстрее! — подстегнул кто-то. — За люком направо!

Капитан уже добрался до середины трапа, когда его нагнала толпа. Столкнула с дороги и побежала дальше. Выкрикнув страшное ругательство, он полетел вниз. Затрещал проросший сквозь камни кустарник. Капитан исчез в реденьких зарослях. Все шестеро его подопечных бросились на помощь.

Адвин не выпускал из рук переговорного устройства. Перед ним на экране находился план нескольких крейсерских палуб.

— Где вы сейчас?! — кричал он.

— Прошли первый переход. Сейчас в подъемнике. Скоро будем на четвертой палубе.

— Хорошо. Давайте быстрее. Дойдете до люка, я вам его открою.

За люком центрального поста громыхнуло. Ортан вскочил с кресла и схватился за оружие. Звук повторился. В одном месте на плите люка задымилась краска. Пятно мгновенно почернело, затем раскалилось до бела. В следующее мгновение во все стороны брызнуло жидким металлом. Центральный пост залил вой плазмомета. Брызгая снопами иск, ослепительная звездочка замкнула на люке кривой овал и погасла. Вырезанный кусок металла выпал внутрь центрального поста. Ортан прицелился в образовавшийся провал. Веко смотрящего сквозь прицел глаза отказалось слушать хозяина. Оно вздрагивало, так как ему хотелось.

Вдруг оно замерло. Не потому, что одумалось. Просто в вырезанной дыре глаз увидел то, что меньше всего ожидал увидеть. Это был чемоданчик аннигиляционного заряда. Он был обращен экраном к Ортану. Даже с расстояния, хорошо были заметны желтые цифры таймера. Они показывали "1:08".

— Сюрприз! — услышал Ортан в своем наушнике. — Мы пришли к тебе в гости. Не рад?

Прикрываясь чемоданчиком, в отсеке показался небритый мужчина с растрепанными волосами. В другой руке он держал тяжелый плазмомет. От форсунки оружия поднималась струйка дыма. Следом за ним на центральный пост буквально вкатился еще один парень. С импульсником в левой руке. Правой кисти у него не было.

— Что, хочешь стрельнуть? — спросил Корас. — Попробуй, только уши может сильно заложить.

Он прижал чемоданчик к груди и сделал несколько шагов вперед. Рино держался сразу за ним.

— Ты что это, здесь один? Сынок? — улыбнулся Корас. — А шуму столько, будто вас не меньше сотни. Ловко вы обвели старика Дака. Бросай пушку, а то сейчас разбросаю тебя по всему отсеку.

Он качнул плазмометом. В продырявленном люке появилась еще пара рук с импульсниками. Глаза Ортана сузились до двух щелочек. Он неохотно опустил оружие. Упер его форсункой в пол, но бросать не спешил.

— Тебе что, все нужно повторять по два раза? — прошипел старший спасатель.

— Ты мне ничего не сделаешь, — неожиданно спокойно сказал пират.

— Это почему же?

— Потому же, что и я тебе ничего не могу сделать.

Он поднял руку. В ней была зажата небольшая, плоская коробочка. Корас напрягся.

— Это пульт к заряду, который ты держишь в руках. В нем есть одна интересная функция. Если ты выстрелишь, и я отпущу кнопку, заряд сработает.

— Неплохо придумано. Оружие на землю. Третий раз я повторять не стану!

Ортан отпустил рукоять плазмомета. Оружие с грохотом упало на пол. Его даже хватило на то, чтобы улыбнуться.

— Все в отсек, — скомандовал Корас. — Держите вход под прицелом. Рино, закрывай шлюз.

Стараясь не обжечься обо все еще красный металл, внутрь протиснулись оба техника. Старший залег прямо на полу. Мак укрылся за ближайшими креслами.

Корас подошел вплотную к пирату и отбросил его плазмомет в сторону. Тот завел руку с пультом за спину, но остался стоять на месте.

— Мак, возьми. Хорошая штука. Сейчас покажу, как пользоваться.

— Я разберусь.

Обезоружив Ортана, Корас опустил чемоданчик на пол и со знанием дела прошелся по его карманам. Ничего убийственного больше у него не было. Когда с обыском было покончено, он заглянул за спину. Ортан поднял руку вверх. На экране пульта был точно такой же таймер, как и на чемоданчике. Цифры так же замерли на "1:08".

— Командир, шлюз закрыт, — доложил Рино.

— Хорошо. А теперь, держи крепче свой пульт. И не дай бог тебе его выпустить, — прошипел по-кошачьи Корас. — Это ты, урод, обстрелял нас в шлюзе?

Он коротко, без замаха, ударил форсункой плазмомета Ортану в лицо. Удар получился сокрушительный. Пират упал. С вынимающим душу звуком ударился затылком об металлический пол.

Корас подошел и встал над ним.

— Вставай, сука, — прошипел он. — Это еще не все. Ты еще тому парню, он показал на Рино, — руку должен. Видишь, он без руки. Я тебе по связи говорил, что твоя может понадобиться. Вставай, падаль. И не забывай держать свою поганую кнопочку.

Ортан приподнялся на локте. Из рассеченной щеки скапывала кровь.

— Я ее сейчас точно отпущу, — прохрипел он. — Если я отпущу, то обратно нажать уже будет нельзя.

— Не отпустишь. Пока не отпустишь, — уверено сказал Корас. — Кое в чем я разбираться научился.

Он припечатал каблуком к полу правую кисть Ортана. Громко хрустнуло. Тот взвыл от боли и скрутился калачиком на полу, размазывая кровь по блестящему пластику.

— Не подходи ко мне! — крикнул он, когда отдышался. — Клянусь всеми богами! Если ты тронешь меня еще раз, то я отпущу эту проклятую кнопку!

— Я думал ты крепче. Вот он и есть, твой предел. Ладно. В расчете. Поднимайся. Сам поднимайся. Не буду я об тебя руки марать.

Корас нагнулся и подобрал слетевший с пирата наушник. Каждый раз, когда он приближался к нему ближе, чем на метр, Ортан отводил руку с пультом в противоположную сторону. Неосознанно на метр, или на секунду оттягивая мгновенную развязку.

— Не бойся. Не нужен мне твой пульт. Сам его держи. Сядь в кресло. Может, будет удобнее?

Ортану было хорошо и на полу.

Корас бросил наушник Рино. Тот положил на пульт импульсник и поймал. Осмотрел.

— Кажется, он был все время включен на передачу. Если еще кто-то остался, то они все слышали.

— Ну и хорошо, — равнодушно махнул рукой Корас. — Нам будет меньше объяснять. Возьми себе. У меня уже есть.

Он повернулся и взглянул на горняцкий поселок. Среди разрушенных построек, то появлялась, то исчезала еще одна процессия. Человек пятнадцать. Не больше. Они шли медленно. Помогая друг другу. Корас осмотрелся. Заметил лежащий на пульте бинокль капитана Дака. Навел на группу людей и подстроил увеличение. Хотя среди них и были вооруженные люди, но группа не походила на ударный отряд. Она выглядела так, будто только что вырвалась из окружения. Некоторых даже не могли идти самостоятельно.

— Это то же ваши? — спросил командир спасателей.

Ортан промычал что-то нечленораздельное с пола.

— Я спросил, это твои?! — повысил голос Корас.

Тот зажмурился и кивнул головой.

— С ними то же разберемся.

— Давай договоримся, — прохрипел Ортан.

— Рано нам еще договариваться. Держи пока свою кнопку и помалкивай.

— Может, разблокируем жилую зону? — спросил Рино.

— Пусть все пока побудет закрытым. Так надежней. А то потом отлавливай их всех по одному. Оно нам надо?

Из коридора ведущего на центральный пост послышались приглушенные возгласы. Несколько человек о чем-то спорили. Голоса быстро приближались. Послышался топот сапог по металлическому полу.

Спасатели схватились за оружие. Не дожидаясь особого распоряжения, Мак выстрелил сквозь дыру в люке из трофейного плазмомета. Вой оружия заполнил все пространство центрального поста. В ответ зашикали импульсники. С кресел поста полетели лоскуты дымящейся обивки. В перерывах между очередями были слышны крики и отборная ругань.

Корас надел на ухо отобранную у Ортана радиостанцию.

— Прекратить огонь! — приказал он.

Недаром он в свое время носил офицерские нашивки. Вот и натренировался. Команда была отдана так профессионально, что ослушаться ее было просто невозможно. Перестрелка мгновенно захлебнулась. Все смолкло. Отреагировали и свои и чужие.

— Слушайте меня внимательно, — начал Корас. — Мне не важно, кто вы такие и зачем это делаете. У вас неплохие доводы, но это крейсер наш. И вам придется с этим считаться. Нравиться вам это или нет. И вы, и мы находимся в таких условиях, что не можем безболезненно разойтись. Кто у вас старший? Мне необходимо поговорить с этим человеком.

— Что с Ортаном? — услышали Рино и Корас в своих наушниках.

— Ты Ортан? — спросил Корас у все еще лежащего на полу пирата.

Тот кивнул и зажмурился от боли.

— С ним все в порядке. Почти все в порядке, а скоро вообще будет что надо. Кстати, если бы не он, я бы с вами даже не разговаривал. Можете поблагодарить своего засранца за сообразительность. Я поговорю сегодня с вашим старшим или нет?

— Дай нам поговорить с Ортаном.

— Дома будешь командовать. Понял? Давай старшего.

— Его, кажется, нет на борту. Сейчас посмотрю.

Прошло несколько минут.

— Он не успел подняться на борт, — опять ожили радиостанции. Откройте шлюз.

Корас подумал несколько секунд.

— Хорошо. Рино открой шлюз.

Капитана Дака успели вытащить из кустов. Его перенесли к трапу. Один из техников и Адвин накладывали ему на сломанную ногу шину из веток и поясного ремня, как к трапу подошла основная группа пиратов. Они остановились. Несколько человек поднялись по трапу к закрытому люку. Две группы людей только глядели друг на друга, не говоря ни слова. Взгляд пострадавшего капитана был способен испепелить что угодно. Но на подошедших людей, почему-то, никак не действовал. Они вполголоса обсуждали какую-то свою проблему.

Лязгнули блокировочные замки. Наружный люк шлюза открылся. Дак повернул голову и посмотрел наверх. Ругнулся. Творилось черт знает что. И что самое обидное, он никак не мог повлиять на происходящее.

Из шлюза выскочил молодой парень и сбежал вниз. Что-то передал старику. Того осторожно усадили на камень и дали попить из фляги.

— А ну, куда-то денься! — прикрикнул один из пиратов на корабельного техника и пригрозил импульсником. Тот поднял руки и попятился.

— Черт знает что! — простонал капитан Дак.

— Не волнуйтесь, — принялась его успокаивать Ирта. — Видите, что-то у них не получается. На Орсе осталось много персонала. Может все еще образуется?

— Что образуется? Что они могут с ними сделать? И за что мне это на старости лет?

— С кем я разговариваю? — услышал Корас в наушнике утомленный голос.

— Какая тебе разница? Обойдемся без формальностей. И знакомств. Меня меньше всего волнует, как тебя зовут. Ты в этой банде главный?

— Да. Без формальностей, так без формальностей, — Парса отхлебнул из фляги. — Дай мне поговорить с Ортаном.

Шлюз закрылся.

— Потом поговорите. С ним все в порядке. Я думаю, ты уже знаешь, что он твой единственный козырь. Козырь конечно сильный. Даже я бы сказал, что слишком сильный. Но больше у тебя ничего нет. Конечно же, если он сделает, то, что пообещал, то вообще никого из нас не останется. Я хочу найти выход из этой ситуации. А как ты настроен?

— Я то же хочу, чтобы это все поскорее кончилось.

— Хорошо. Тогда я хочу узнать, чего вы хотите. Что вам нужно от нас.

Парса замялся.

— Ты еще не решил, чего хочешь? — не поверил Корас.

— Мы хотим, чтобы вы доставили нас туда, куда мы укажем.

— Это в этом скоплении?

— Да. Приграничная область.

— Хорошо. У тебя есть наше предварительное согласие. А теперь я хочу, чтобы твои люди пропустили капитана, дежурную смену на борт. Я жду их на центральном посту.

Парса опять замолчал.

— Если ты еще не понял, то я тебе объясню, — опять сказал Корас. — Так случилось, что нам не остается ничего другого, как быть вместе. Можешь за это поблагодарить своего… Как его там?

— Ортана, — подсказал Парса.

— Точно. Ортана. Он сделал так, что теперь мы все должны или выбраться или сдохнуть. Все вместе. Интересная ситуация? Да? Как только капитан будет в рубке, я приглашу и тебя. Не волнуйся. Будешь лично за всем следить. Только без оружия. Мне с лихвой хватает одного твоего камикадзе.

— Хорошо, — согласился Парса. — Открывайте. Мои люди проводят на борт твою дежурную смену и капитана.

— Договорились. И не вздумай штурмовать центральный пост. Как только начнется штурм, я сам отожму эту проклятую кнопку. Понял?

— Да. Проводите их до центрального поста, — приказал предводитель пиратов и закашлялся. — Мотан, сынок, проследи, чтобы все было спокойно.

Шлюз опять открылся. Несколько пиратов подошли к группе с крейсера.

— Пошли, — сказал один из них. — Вас вызывают на корабль.

Дак перевел взгляд со старого предводителя, на подошедших мужчин. Захныкал ребенок, и капитан опять посмотрел в сторону пиратов. Мать взяла его на руки, и он успокоился.

Техники подхватили под руки своего капитана. Помогли ему встать. Коротко прыгая на здоровой ноге, Дак начал новое восхождение по крейсерскому трапу. За ними шли Ирта, Адвин и еще четверо техников. Следом, не отставая, на борт поднялось несколько человек Парсы.

— Мы то же можем заходить? — спросил тот, когда капитан поднялся на судно.

— Заходите, — разрешил Корас. — Только на пост пока нельзя. Я тебя позову немного позже. Будем все делать постепенно. Без резких движений. Что-то в последнее время они мне слишком разонравились. Договорились?

— Хорошо, — согласился Парса. — Поднимаемся на борт, — махнул он своим людям.

— Не стреляйте, — крикнул кто-то из коридора с сильным акцентом. Парса приказал доставить сюда этих людей.

В дыре испорченного люка первым появился Адвин. Он сощурился от яркого света и пролез внутрь.

— Где капитан? — спросил его Рино.

— Здесь.

Внутрь втащили капитана. Тот сильно сопел, но помалкивал. Следом за ним появилась второй пилот и техники.

— Все в сборе? — спросил Корас.

— Что значит все в сборе? — проворчал Дак.

— Я спросил, здесь ли все те, кто сходили с крейсера? — улыбнулся Корас.

— Да. Кажется все.

— Капитан, что с вами случилось.

— Эти люди очень плохо воспитаны, — поморщился капитан.

Ему усадили. Помогли уложить поломанную ногу на соседнее кресло. Устроившись, он пристально посмотрел в сторону Ортана. Тот уже успел оправиться после воспитательной процедуры. Теперь он находился в самом дальнем кресле центрального поста. Его взгляд буквально впитывал все, что происходило вокруг. Близко к нему старался никто не подходить. Как величайшую ценность он прижимал к груди пульт управления адскими вратами.

— Все на борту? — спросил Корас.

— Да, мы все поднялись, — ответил ему наушник голосом Парсы. — Теперь я хочу поговорить с Ортаном.

Опять закрыли шлюз.

Корас передал радиостанцию. Присел рядом с пиратом. Тот весь подобрался в кресле. Несколько минут он говорил с главарем, искоса поглядывая на своего обидчика. Затем командир спасателей забрал радиостанцию.

— Слушай, как тебя там. Можешь подняться на пост. Только без оружия и один.

— Что это ты собираешься делать? — стал отходить от шока капитан.

Старший спасатель оставил вопрос без ответа.

— Я не могу передвигаться один. Я ранен и мне нужна помощь.

— Хорошо, — согласился Корас. Возьми с собой одного человека. Только чтобы при вас не было оружия. Лишние волнения не нужны ни нам, ни вам. И так все на ерунде держится.

— Что это ты делаешь?! — продолжал оживать, а, следовательно, и порыкивать капитан Дак.

— Стараюсь вытащить наши задницы. Вашу кстати то же.

— На этом судне пока я еще капитан! И я буду приказывать, что делать, а чего не делать.

— Вы уже попробовали. Если вы еще немного покомандуете, то от нас всех скоро вообще ничего не останется.

Дак замолчал, продолжая метать во все стороны огнеопасные взгляды.

Вскоре появился Орса в сопровождении Мотана. Их обыскали. Мотан осторожно усадил своего предводителя. Сам сел рядом.

— Мне нужно, чтобы вы доставили моих людей вот сюда, — протянул он скомканный лоскут пластика. — Как ты, сынок? — спросил он у Ортана.

— Все нормально, — кивнул головой тот.

Адвин взял координаты. Они были напечатаны на самом дешевом аппарате. К тому же, очень странным шрифтом.

— А что это за место? — присел рядом Крас.

— Это в нейтральном пространстве. Это станция. Брошенный завод на небольшом астероиде.

— А что там сейчас происходит?

— Не знаю, — ответил Парса. — Вокруг все время что-то происходит. За всем не уследишь.

— Это все, что ты можешь сказать?

— Да. Скоро сами все увидите.

— Хорошо. Навигатор, заводи координаты.

Ирта с Адвином заняли свои рабочие места.

— А вы не расслабляйтесь. Держите вход под прицелом.

— У меня есть еще одна просьба, — с трудом сказал Парса. — Со мной на борту дети и женщины. Их можно покормить? Они не ели уже почти неделю.

Корас задумался, затем ответил:

— Нет, пусть потерпят еще немного. Жилая зона корабля перекрыта. Я не хочу лишний раз рисковать. Мы и так все сильно рискуем. Если тебя это успокоит, то я сам уже не помню, когда ел.

Запустились обе реакторные группы.

— Взлетаем, — сообщила Ирта и мягко оторвала крейсер от поверхности.

10

Включилась радиостанция.

— Картин. Пропала связь с энергоблоком.

— Каким энергоблоком?

— Нашим энергоблоком. Ты туда послал экипаж транспортника с теми чужаками. Не нужно было брать с собой этих оборванцев. Сами бы управились.

— Ты мне еще расскажи, что нужно было делать, а чего нет! Они нормальные ребята. Хорошо показали себя в деле. Я им доверяю. Что-то с этой связью сегодня…

— Так что нам делать?

— А ты сам не можешь догадаться?! Сходите и выясните, почему они замолчали. Как можно вообще быть такими придурками?!

Главарь резко встал.

— Да, и пошли кого-нибудь на тот транспортник. Пусть гонит сюда тех двоих бездельников. Уже давно пора было вернуться. Четвертый час уже возятся. Будут делать все, что угодно, только бы ничего не делать!

— Хорошо. Я пошлю кого-то.

Кабина лифта медленно поднималась. Ильк и бригадир с трофейными импульсниками наготове стояли перед решеткой. Неудачливый капитан с остатками команды позади них. За решеткой проносились один за другим хозяйственные неосвещенные уровни. Наконец кабина добралась до нулевого уровня. Сквозь решетку хлынул яркий свет. Ильк взялся за рычаг и поднял решетку.

— Ну, наконец-то, — рядом послышался чей-то голос. — Сколько вас можно вызывать? Вы что там, совсем попухли? Картин рвет и мечет.

Выходить никто не спешил.

Наконец перед открытой кабиной появился двухметровый верзила с трехдневной щетиной. Увидев два направленных на себя излучателя, он резко изменился в лице. Оно вытянулось. Глаза распахнулись так широко, как только были способны. Он потянулся к своей пушке. Это оказалось последним, что он сделал в своей жизни. Ильк и Уилдис выстрелили одновременно. Пирата развернуло и бросило на переборку. По ней он и добрался до пола.

Ильк выскочил в коридор. Сорвал с убитого ремень с оружием и запасными обоймами. Уилдис осторожно выглянул из кабины.

В коридоре заливисто засвистели очереди. По тупиковой стене часто забарабанили выстрелы. Металл оказался очень толстым, и его не пробивало насквозь. Энергия на нем оставляла только глубокие рытвины. Расплавленная сталь струйками стекала вниз. Ильк припал к полу, укрывшись за убитым. Осторожно выглянул. Метрах в сорока два пирата лежали на полу и вели прицельный огонь. Пригнувшись, к ним подтягивался третий. Пилот дал длинную очередь и рывком метнулся обратно в кабину лифта. На выпад ответили так дружно, что с тупиковой стены в разные стороны полетели брызги.

— В лоб не пробиться, — выдохнул Ильк. — Нужно придумать что-то лучше. — Если мы сейчас рванем по коридору, то за десять метров они всех уложат.

— Уилдис, — капитан постепенно приходил в себя. — А что если нам спуститься в реакторный зал и попытаться их шантажировать подрывом реакторов.

— Капитан, они не взрываются. Это же реакторы слияния ядер. Если бы они были аннигиляционные… те можно подорвать. А с этими ничего не получиться. Разве что их разогнать на полную мощность… но все равно не получиться. Они их не позволят, как следует нагрузить. Отключат на станции все, что можно отключить, и мы не разгоним реакторы. Там очень сложная, многоуровневая система защиты.

Пилот выставил руку из кабины и дал очередь "примерно туда". С противоположного конца коридора внушительно огрызнулись.

— Брудо, что делаем дальше? Решай быстрее.

— Возвращаемся вниз. Попробуем заблокировать лифт. Может, продержимся некоторое время. Не лезть же на верную смерть?

Кабина лифта опять провалилась в пустоту и темень. Приблизительно на полдороге, вверху что-то затрещало. Кабина дернулась и резко остановилась. Единственными источниками света были кнопки на панели лифта.

— Кажется, приехали, — сказал кто-то.

Ильк открыл заградительную сетку. У кого-то нашелся небольшой фонарь. Его луч выхватил у мрака узкое металлическое перекрытие, располагавшееся примерно посередине кабины. Она встала как раз между двух уровней.

— Куда идем? — спросил Уилдис. — На нижний этаж или на верхний?

— На верхний, — приказал капитан.

— Ничего, пусть попробуют нас здесь выловить, — зло сказал Ильк, и первым взобрался на перекрытие.

Осмотрелся. Очень далеко, как за двумя морями, бледно светились несколько дежурных светильников.

Прожекторы осветили портал седьмого шлюза. Люк дернулся и стал отъезжать в сторону. Из шлюза вышли двое. На одном скафандр был еще ничего. Зато у другого — одни заплаты. Он был таким старым, что практически полностью состоял из ярких, разноцветных аварийных заплат.

— Ну, ты и клоун в этом скафандре! — рассмеялся более удачливый.

— Рот закрой, — угрюмо посоветовал тот.

Они оставили шлюз открытым, и подошли к грузовой платформе.

— Ничего себе, — присвистнул "клоун". — Откуда столько народу? Какого это они здесь валяются?

— Ты только посмотри, какие на них скафандры! — не переставал доставать разговорчивый. — Полный цикл. Новенькие. Даром добро пропадает. Не хочешь себе такой?

— Будем возвращаться, посмотрим.

Он наклонился над платформой. Стекла некоторых шлемов были запотевшими.

— Смотри! Еще живые остались.

— Это ненадолго. Давай, сбрасывай их с платформы. Не возить же за собой столько покойников? Надо поторапливаться. Картин приказал долго не возиться. Он сегодня злой, как черт. Еще эта заварушка с пришлыми. Совсем уроды страх потеряли.

Они бесцеремонно, как мешки с мусором, стали сбрасывать с платформы людей. Рядом со шлюзом выросла гора тел. Платформа развернулась и направилась к освещенной посадочной площадке.

— Побудь тут, — сказал мужчина в подлатанном скафандре. — Я быстро.

Он спрыгнул и направился к открытому люку штурмовика. Оставшийся на платформе откинулся на спинку единственного кресла и стал ждать. Не прошло и минуты, как ушедший был уже на фюзеляже штурмовика. Ловко перепрыгнув через растяжки антенн, он оказался на крыле. Под местом врезки в транспортник. Подпрыгнув, он ухватился за край отверстия. Легко подтянулся и скрылся в темном овале.

Фонарь осветил разгромленный отсек. Не задерживаясь на месте, мужчина направился к первому закрытому люку.

— Эй, где вы тут? — вызвал он. — Картин уже разошелся во всю. Для полного счастья ему не хватает только вас.

Никто не отвечал.

Он встал в стороне от люка. Открыл. Наружу тугой волной хлынул воздух. Он подождал, пока выйдет весь, и вошел внутрь. Закрыл люк.

— Ну, некогда мне здесь лазить! — вызвал он еще раз.

Вызов опять остался без ответа.

— Что, никто не отвечает? — поинтересовался напарник с площадки.

— Нет. Похоже, они меня не слышат. Наверное, сигнал не добивает.

Как ни странно, но он оказался прав. Туда, где сейчас находился экипаж штурмовика, сигнал действительно не добивал. Не было у него такой способности.

Разведчик в стареньком скафандре осторожно двинулся по коридору. Остановился перед одним из люков.

— Я захожу. Они здесь из двух отсеков сделали шлюз. Как меня слышишь.

— Нормально. Тебя долго ждать, или можно заехать попозже.

— Я тебя заеду! Жди.

Люк лязгнул и скрылся в переборке. Мужчина от неожиданности отпрянул назад. В полуметре от его лица находилась клыкастая пасть. Какое-то мгновение он глядел прямо в омут пустых, черных глаз. Его рука судорожно елозила по наглухо застегнутому, оружейному зажиму. Тугая застежка не поддавалась. Арк висел в воздухе вообще без движений. Наконец мужчина опомнился и отпрянул назад. С размаху ударил рукой по кнопкам люка. Тот с сухим щелчком резко встал на место.

— Арки! — крикнул мужчина и рванул на выход. — Разворачивай платформу! Здесь арки!

Он пулей пронесся по коридору. Открыл последний люк. Не дожидаясь, пока сравняется давление, вырвался в ведущий наружу отсек. Его никто не преследовал, но это не ему мешало демонстрировать чудеса ловкости. Через мгновение он уже был на крыле штурмовика.

— Давай отсюда быстрее! — махнул он рукой. — На транспортнике арки!

— Что там у тебя такое? — не понял второй.

— Гони отсюда! Здесь арки!

Третий раз повторять не пришлось. Грузовая платформа задним ходом рванула прочь от негостеприимного корабля. Не прошло и нескольких секунд, как на штурмовике завыла силовая установка. Он приподнялся над площадкой и, завалившись на левое крыло, боком отлетел от транспортника. Оба люка на нем так и остались открытыми.

— Ну, мне некогда играть с вами в прятки, — злилась радиостанция голосом Картина. — Я знаю, что вы меня слышите. — Последовала пауза. — Не злите меня лишний раз! Давайте договоримся. Если мы начнем на вас облаву, то вы позавидуете своим мертвым!

Ильк взвесил на ладони радиостанцию.

— Хочешь поговорить? — спросил он у Брудо.

— Нет, не хочу.

— Как хочешь. Я то же не буду. Он мне сразу не понравился.

Несколько раз свистнул импульсник. Полетели искры.

— Что с лифтом? — спросил капитан.

— Мы заварили шкивы. Но если сверху мощный привод, то трос будет скользить по ним и так. Может срезать кабину?

— Пока не надо. Это кажется единственный лифт в этом корпусе. А если и не единственный, то он, то же может нам пригодиться. Если будем отступать.

— Куда отступать? — спросил пилот.

— Не знаю.

— Ну, вы, наконец, опомнились или нет? — опять ожила радиостанция. Вы же на моей базе. Деваться все равно некуда. Рано или поздно мы вас отловим. По одному или всех скопом. Это только дело времени.

— Уровень большой, — доложил вернувшийся из разведки техник. — Там дальше склады. Были склады, теперь пусто. Есть еще один грузовой лифт. Я проверил, работает. Это его самый верхний уровень. Наверное, здесь, на складах, хранилось что-то для энергоблока или еще для какого-нибудь отсека qmhgs. За складами насосная установка и водяные фильтры. Больше нет ничего интересного.

— Молодец, — похвалил его капитан. — Из еды ничего не нашел?

— Все пусто.

— Попробуй спуститься на том лифте. Обследуй уровень под нами. Давай. Долго не задерживайся.

Разведчик опять удалился. Лучик его фонаря еще некоторое время кромсал окружающую темень.

На крышу лифта что-то гулко обрушилось. Подпрыгнуло несколько раз.

Стоящие рядом бросились врассыпную под прикрытие оборудования. В следующее мгновение гулко ударил взрыв. Во все стороны со звоном сыпануло осколками. Ударной волной застопоренную кабину протолкнуло не несколько метров вниз.

— Ну, как, понравилось? — поинтересовался Картин. — У нас "химия" то же есть. "Нервная" и обычная отрава. Что пожелаете?

— Да пошел ты! — не выдержал Ильк.

Он подскочил к освободившейся шахте и дал вверх несколько очередей. Отпрыгнул в сторону. Сверху дружно ответили.

— Ты это зря, — резко ответил Картин. — Скоро ты будешь блевать кровавой пеной, и молить, чтоб тебя пристрелили. Думаешь, тебя кто-то послушает? В общем, подыхать ты будешь долго и мучительно. Остальные, кстати, тоже. Вы готовы? — Он сделал паузу, но ответа не было. — Тогда мы начинаем.

— Да. Травануть им нас легче всего, — прошипел капитан из-за стеллажа пустых контейнеров. — Не думал, что они будут это делать на закрытой станции.

— А какая им разница? Это же не их станция. Они только ломать и умеют. А до того, как это все сделать, им нет никакого дела. Не их предназначение.

— Хватит болтать. Срезайте кабину и уходим. Они могут начать в любую секунду.

Ильк выставил максимальную мощность и выстрелил. Затем еще и еще раз. Затем отошел в сторону и попробовал под другим углом.

— Капитан, — сказал он после третьей попытки, — очень хорошие тросы. Эта штука их не берет. Они не то, что гореть, даже плавиться не хотят.

— Ну и черт с ними. Уходим.

Капитан, придерживая раненую руку, первым пошел к недавно обнаруженному подъемнику. Шестеро оставшихся членов команды двинулись следом.

— Я не знаю, что вы будете делать! — носился по коридору Картин. Меня не волнует, как вы это сделаете! Но все эти ублюдки должны лежать в ряд на взлетном поле. Это же надо! Такая хорошая была база. И главное ничья. На вот тебе. Если не из космоса нас атакуют, то бьют в спину.

Несколько человек подкатили тележку и стали разгружать. У шахты лифта выросли две стопки небольших контейнеров. Верхние контейнеры вскрыли. В каждом, оказалось, по десятку вороненых металлических цилиндров.

— Только протравите здесь все аккуратно. Вначале нужно полностью отсечь зону. Кто-то был в пункте управления? Интересовался планами этого корпуса?

— Да, — сказал сухощавый парень. Под поверхностью он ни с чем больше не сообщается. Связь имеет только самый верхний уровень. Этим самым коридором. Его можно перекрыть за блоком порталов. Там есть люк.

— Вот и хорошо. Действуйте, пока они там ничего не испортили. Когда отсечете зону, предупредите меня. Я хочу переговорить с ними напоследок.

По коридорам станции бежал мужчина в пятнистом от заплат скафандре. Он на ходу отстегнул и бросил на пол шлем. Следом полетели перчатки.

— Где Картин?! — кричал он. — Где этот проклятый Картин?! Почему его никогда нет, когда нужен? Трудно оставаться на канале?

Его лицо покраснело. Он часто стирал рукавом со лба пот. Получалось плохо. Скользкая ткань скафандра только размазывала влагу, но не стирала. Наконец он повстречал живого человека и его провели к главарю.

Он подбежал. Бесцеремонно схватил Картина за локоть и оттащил в сторону.

— Ты что! — крикнул тот. — Опять таблетками объелся?!

— На том транспортнике арки, — прошептал мужчина.

Картин перестал сопротивляться. Они отошли еще дальше.

— Ты точно уверен?

— Видел одного, так как тебя сейчас.

— Только одного?

— Мне хватило. Ты же знаешь, они как федералы, по одному не ходят.

— Какой он был, живой или уже созревший?

— Живого арка я еще в жизни не видел. Откуда им живым взяться? Этот был созревший, как дым. Сквозь него светил фонарь и я видел все, что было за ним. Слушай, Картин. Ну, ее, эту базу. Давай поищем себе другое место. Ты же знаешь, как ко всему липнет эта зараза. Она держится за все, что считает своим. И попробуй, оторви. Может, бросим здесь все. Что, мало места в этом проклятом космосе?

— Вот значит, откуда у них было столько трупов. Наверное, на корабле еще больше. Интересно, где это они их подцепили?

— Мест хватает.

— Это точно.

Главарь запахнул куртку и поежился.

— Как его отсюда убрать? — спросил он ни к кому не обращаясь, спустя несколько минут.

— Кого? — не понял один из его людей.

— Корабль этот проклятый!

— А что с ним не так?

— Там арки, — просветил его мужчина в пятнистом скафандре.

— А что это такое?

— Тебе лучше об этом не знать. Автоматически его поднять нельзя. Я даже не представляю, есть у него такая функция или нет. Первый раз вижу такое старье. Наверное, есть, но черт его знает, как к ней подключиться. Он включил радиостанцию. — Эй, где вы там. Мы передумали. Нужно поговорить.

Ему не ответили. Он вызвал еще несколько раз, но результат не изменился.

— Поднимайте лифт, я спускаюсь. Оставайтесь здесь и будьте наготове. И уберите эту "химию", — Картин показал на контейнеры. — Уже не надо.

— Зачем они тебе нужны? Вытравим их и все. Через пару часов внизу все будет чисто. Очень хороший препарат, без побочных действий! — рассмеялся один из "химиков".

— Делайте, как я сказал, — хмуро произнес главарь. — Да, и притащите сюда все их вещи. Скафандры, оружие. Спустите, когда я скажу.

С третьей попытки кабина со скрежетом стала подниматься. Тросы начали грызть заваренные шкивы.

— Кажется, за нами уже идут, — сказал Ильк, услышав далекий скрежет. Быстро спохватились.

Все находились у второго лифта. Поджидали возвращения разведчика. В его кармане опять ожила радиостанция:

— Я спускаюсь один. Без оружия. Нужно поговорить. Сообщите хоть на каком вы уровне, чтобы я вас долго не искал. Я еще ни разу не был в этом блоке.

— Что-то у них не так, — сказал Ильк. — Может, поговоришь?

— Давай.

Брудо взял зализанный футлярчик.

— Что ты хочешь?

— Ну, наконец-то, — с неподдельным облегчением выдохнула радиостанция. — Я уже думал, что с вами что-то случилось.

— А с нами все время что-то случается.

— Вам нужно к какому-то колдуну. Не пробовали?

— А что, помогает?

— Нет. Я пробовал, не помогает. Не стреляйте. Я спускаюсь к вам. Нужно поговорить.

— Говори так. Тебя хорошо слышно.

— Хорошо. Я решил вас отпустить. Если будете вести себя спокойно, то никто не пострадает.

— С чего вдруг такая милость?

— А вот это уже другой разговор. На каком вы уровне?

Капитан замолчал.

— Ну, куда вы опять делись. Специально для непонятливых объясняю еще раз. Мне плевать, что вы там сделали в реакторном зале. Если моих людей уже нет в живых, то я это, то же прощаю. Мне нужно чтобы вы как можно быстрее убрались с этой базы. Вот и все. А чтобы все вышло так, как я хочу, я даже согласен побыть для вас подстраховкой. Ну, давайте, соображайте быстрее.

— Хорошо, — согласился Брудо. — Мы…

— На шестом уровне, — подсказал Уилдис.

— Мы на шестом уровне. Только без резких движений.

— Ладно. Ждите.

— Если ты нас обманул, то лучше тебе не спускаться, — он отключил радиостанцию. — Все кто с оружием к лифту.

Ильк первым побежал к шахте. Бригадир и техник рванули следом.

Кабина опускалась рывками, сильно раскачиваясь, норовя в любую секунду соскочить с направляющих. Наконец замерла гораздо ниже уровня перекрытия. Первым к лифту подоспел пилот. Рядом с ним не оказалось никакого укрытия, и он распластался прямо на полу. Прицелился. Поднялась защитная сетка. В кабине попыхивал длинной сигаретой худощавый мужчина в застиранном камуфляже. Тот, кто несколько часов назад послал их в реакторный зал. Так как лифт остановился примерно на метр ниже, то его было видно только по пояс.

— Вытяни перед собой руки, — приказал пилот.

— Да ладно тебе, — улыбнулся парламентер. — Если бы я хотел вашей смерти…

— Вытяни руки, я сказал! — крикнул Ильк и выстрелил поверх головы курильщика.

От защитной сетки полетели брызги металла.

— Хорошо, хорошо! — Картин быстро вытянул руки. — Как скажешь. Кругом одни психи!

Подоспела подмога. Тяжело дыша, рядом с Ильком остановился Уилдис со своим человеком.

— А теперь вылезай.

— Хорошо, вылезаю. Я вообще-то хотел только поговорить.

— Сейчас поговорим.

Картин с кошачьей легкостью покинул кабину. Лучи двух фонарей обшарили вначале его, а затем кабину лифта. На его куртке тонко дымились десятка два точек, оставленных брызнувшим металлом.

— Вас же вроде было больше? Что, только трое осталось? Кто у вас старший?

— Чего ты хотел? — спросил из темноты Брудо.

— А так вас больше, чем кажется. Всегда мне вечно что-то как покажется…

Капитан и остальные вышли в круг света.

— …в общем, я хочу вас отпустить.

Брудо подошел к нему вплотную. Взглянул в глубокие, зеленые глаза. В них безумие, казалось, боролось с еще большим безумием. И еще казалось, что оно эту борьбу безнадежно проигрывает. Картин легко выдержал оценивающий взгляд. Затянулся, выдохнул дым. Завоняло прелой жженой травой. Навигатор поморщился.

— Дать тебе сигарету? — спросил Картин.

— Нет не надо. Пусть побудет у тебя.

— Ну что, тогда поднимаемся?

— Не так быстро. Рассказывай, что случилось? Еще час назад ты хотел нас на куски разорвать.

— Мне не понравился ваш корабль. Если бы он был хоть немного нормальнее, то мы бы точно вас всех в куски порвали. Кстати, его я то же возвращаю. Не говорил?

— Что с ним еще не так?

— Там арки.

Губы пирата брезгливо изогнулись. Реальная эмоция была видна всего мгновение, затем быстро скрылась за натянутой улыбкой.

— Мы и сами знаем, что там арки. Ну и что из этого.

— Вы, наверное, очень счастливые люди, — позавидовал Картин. Побывать в такой компании и после этого выжить, мало, кому удается. Я точно таких не знаю.

Капитан стоял перед пиратом и ничего не говорил.

— Где вы взяли этот корабль? Я вижу, вы даже не знаете, что такое, эти арки!

— Ну, хоть ты нас просвети.

Картин бросил окурок, сплюнул.

— По науке я не знаю, как это у них устроено. В общем, когда оно живое, то не на что даже смотреть. Клыкастая жаба и все. Да, хватает всяких уродов. Но вот если эту тварь убить, то тогда начинается самое интересное. Оно не умирает как ты или я. Эта штука продолжает существовать на полевом уровне. Не знаю сколько. Говорят что вечно. Но разве что-то может быть вечно? В общем, очень долго. За счет чего оно живет, я то же не знаю. Знаю только, что у человека разозлившего созревшего арка нет никаких шансов. Так что не надо думать, что я вам делаю что-то хорошее.

— Откуда ты про них знаешь?

— Это давняя история. Я тогда был совсем маленьким. Мы жили с матерью на брошенном орбитальном заводе. — Картин улыбнулся. — Веришь? Я только в тридцать лет попал на свою первую планету. А так все время в космосе, будь он проклят. Тогда на эту станцию что-то привезли. Какие-то обломки. Не помню. А с ними и этих арков. Через четыре месяца нас осталось двенадцать человек. А было почти полторы тысячи. Мать то же умерла. И деться было некуда. За все время было несколько челноков, но никто не хотел с этим делом связываться. Спасибо патрулю. Попался зеленый лейтенант. Он нас и снял. Да, эти арки быстро обживают то место, куда попадут. Но больше всего держаться за свои вещи. Наверное, на этом корабле есть что-то связанное с ними.

— Это вообще их корабль, — грустно улыбнулся Брудо. — А перед ним, мы нашли их спасательный модуль. Там было даже несколько живых. В анабиозе.

— Их корабль?! — главарь даже слегка присел от неожиданности. — В полукилометре отсюда, стоит настоящий транспортник арков?! Ребята, вы не могли бы поторопиться?

— Ты нас отпускаешь?

— Отпускаю?! Да я вас гоню! На все у вас пять минут. Чтоб через пять минут этого дерьма на моей базе не было! Что вам для этого нужно?

— Наши скафандры и огнеметы.

— Эй, где вы там?! — крикнул Картин в радиостанцию.

— На месте, — ответила та.

— Спускайте скафандры. Быстро!

Лифт дернулся и пошел вверх. Вернулся действительно очень быстро. Стали одеваться, по очереди держа главаря пиратов на мушке. Брудо послал за ушедшим вниз техником. Парней не было довольно долго. Картин успел истосковаться, а затем выкурить еще одну свою вонючую сигарету. Когда к выходу в свет все было готово, Ильк уже в кабине взял Картина за шею и приставил к его голове импульсник.

— Так, на всякий случай, — объяснил он. — Если ты нас обманул, то не быть тебе в гробу красивым.

— Эй, осторожнее, — запротестовал тот. — Может же выстрелить.

— Еще как может, — подбодрил заложника пилот. — Не дергайся.

С предсмертными судорогами лифт добрался до своей верхней точки. Снаружи открыли защитную решетку. В прибывших не сговариваясь, прицелилось человек десять.

— Стрелять будем завтра, — спокойно сказал Картин. — Вы двое на диспетчерскую вышку, остальные за нами.

Процессия двинулась к шлюзам.

— Ты то же с нами выйдешь, — сообщил Ильк главарю пиратов.

— Зачем? Я же сказал, что вас отпускаю. Вот и идите себе.

— Выйдешь, проводишь. Ну, как, капитан?

— Да, — кивнул тот. — Пройдешься немного под звездами. Тебе не повредит.

— Принесите скафандры, — приказал Картин уже у шлюза. — Вы трое идете со мной. Пойдем, проводим дорогих гостей.

Над базой ярко светились звезды. Прямо в "зените" пурпурной кляксой распласталась небольшая туманность. Переход цвета в ней от темно-красного до фиолетового был способен поразить фантазию любого художника. Только они здесь не водились. Космос здесь начинался сразу над бетоном площадок и крышами корпусов. Это накладывало свой, неповторимый отпечаток на это место.

Брудо остановился у горы тел.

— Что, хочешь забрать их с собой? — спросил главарь. — Как хочешь. Можно устроить.

Тот молчал. Затем повернулся и пешком направился к транспортнику. Грузовая платформа догнала его метров через двести.

— Вы в кабину штурмовика, — приказал Картин. — Если сунуться стреляйте. Они должны убраться отсюда на своей развалюхе, а не на нашем штурмовике.

Не ожидая больше никаких подвохов, Ильк отпустил главаря пиратов.

— Ну, наконец-то, — вздохнул тот, и отошел подальше от проклятого места.

— Приготовьте огнеметы, — приказал Брудо. — Кто хорошо помнит дорогу в рубку?

— Я помню, — сказал Ильк.

— Ты пойдешь последним, ты пилот. Я тебе уже говорил, что ты единственный и больше пилотов у нас нет.

— Я поведу, — вызвался бригадир Уилдис.

— Хорошо, поднимаемся.

Все восьмеро, один за другим скрылись в темном пятне проема. Внутри несколько раз полыхнул огнеметный огонь.

— Отводите штурмовик, — приказал Картин. — Все возвращаемся на базу. Где моя тележка?

Штурмовик вырулил из-под могучего корпуса и на бреющем полете пошел в сторону ангаров. Грузовая платформа подобрала главаря и еще несколько человек.

Минут через пятнадцать на транспортнике запустились реакторы. Вспыхнули габаритные огни. Он оторвался от площадки и убрал опоры. Картин наблюдал за происходящим с диспетчерской башни, шумно выдыхая сигаретный дым.

— Ничего себе! — удивленно воскликнул он.

Транспортник продолжал вертикально подниматься. Когда он отдалился от астероида на несколько километров, его объяло пульсирующее, алое сияние. Затем последовала яркая вспышка, и его не стало. Главарь пиратов еще некоторое время стоял и наблюдал как, переливаясь, рассеивается выделенная энергия.

Ветер неистово трепал вековые деревья. Казалось, их верхушки касаются низко нависших, почерневших от гнева небес. Косые потоки воды с шумом хлестали по темной листве. Иногда ярко вспыхивала молния. За ней следовал оглушительный раскат грома. Но он тут же тонул в шуме дикого леса.

Крейсер приземлился прямо на лес. Под его брюхом вповалку лежали вывороченные с корнем исполинские деревья. Под опорами было много переломанных стволов. Сквозь бьющиеся в агонии кроны виднелась свежая, красноватая древесина.

Метрах в двухстах от места посадки виднелась небольшая расчищенная площадка. На ней находилось десятка два щитовых домиков и несколько небольших ангаров. Остальное скрывала бьющаяся на ветру листва и плотная пелена дождя.

За толстым, бронированным стеклом крейсерской рубки грома не было слышно вообще. Только сполохи, да потоки воды на стекле. Будто смотришь фильм по испорченному экрану. Без звука.

— Ну, долго он еще там будет возиться? — спросил Корас. — Уже полчаса прошло. Его уже, наверное, сожрал кто-то в этом лесу.

— В такую погоду звери не охотятся, — тихо сказал Парса.

— Такие как вы охотятся все время.

Парса промолчал. Мотан исподлобья глянул на командира спасателей. Корван сидела в пилотском кресле. Расфокусированными зрачками она глядела, как по стеклу стекает вода. Капитан Дак изредка постанывал. Он проклинал все на свете, притом самыми разными способами. В углу центрального поста находился Ортан — главный виновник торжества. Он сидел прямо на полу, прислонившись к переборке. Обеими руками он сжимал невзрачный футлярчик пульта.

— Кажется, возвращается, — сказал Адвин. — Радар показывает движение.

— Та тут все в движении, — буркнул Корас. — Откроешь шлюз, только когда он вызовет. Не раньше. Больше никого не видно? Он один?

— Кажется один.

Сквозь листву поваленных деревьев продирался человек. Он то исчезал в бушующих зеленых волнах, то появлялся снова. Вскоре он добрался до упершегося в крону трапа. Скользя перепачканными в грязи сапогами по мокрым сучьям, он с трудом на него взобрался. Оббил об стойку поручня грязь и поднялся к шлюзу.

— Он вызывает, — сказал Адвин.

— Посмотри, чтобы больше никого не было и открывай.

Люк открылся. Мужчина проскочил в шлюзовую камеру. Внешний люк тут же встал на место.

— Я его в рубку не пущу, — сказал Корас. — Пусть так все расскажет.

— У наших людей не осталось радиостанций, — сказал Мотан. — Если хотите, я выйду послушаю, что он скажет.

— Хорошо, — согласился Корас. — Пусть заходит. Только без оружия. Здесь его и так хватает.

Из перехода окликнули.

— Можешь заходить, — махнул рукой Мотан.

Техники отвели оружие от дыры в люке. Согнувшись в три погибели, в проеме появился вымокший до нитки мужчина. Со слипшихся волос ему на лицо продолжала стекать вода. С одежды обильно скапывало. У его ног мгновенно образовалась лужица.

— Парса, там никого нет. — Он вытер лоб рукавом и виновато развел руками. — Похоже, недели две.

— Что, вообще никого?

— Нет. И челнок уже долго не садился. На площадке уже вот такой кустарник, — он поднял руку выше своего роста.

— Ты тайник смотрел?

— Да. Кроме этого, — он достал из-за пазухи сложенный в несколько раз лист пластика, — там больше ничего не было.

— Дай сюда.

Парса закашлялся и поморщился от боли. Затем развернул послание.

Корас скрестив руки на груди, стоял между креслами и терпеливо ждал продолжения.

— Они бросили поселок, — сказал Парса когда дочитал. — Нашли другое место.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Корас. — Как раз домики освободились. Поживете на природе, восстановите силы. Ну, давайте, выметайтесь. Пока дождь не кончился.

— Мы летим в другое место, — сообщил главарь.

— Ты что, думаешь, мы будем твою свору катать по галактике, пока тебе не надоест?! — вспыхнул Корас.

— Будете, — спокойно ответил тот. — Ортан, как там у тебя?

— Все нормально, — ответил он с дальнего угла.

Кровь на его щеке уже запеклась и успела потемнеть. С рукой, видимо, было хуже. Он все время прижимал ее к животу.

— Вот координаты, — Парса протянул лист. — Теперь нам надо туда.

Корас взял. Прочитал и передал Адвину.

— Далеко? — спросил капитан Дак.

— Нет не очень, — ответил молодой навигатор. — В противоположной части этой галактики. На границе конфедерации.

— Отвезите их туда, — сказал капитан.

— А если окажется, что и там никого нет? — спросил Корас.

— Тогда уже будем думать, как нам с ними разойтись.

Ирта молча поддала реакторам и подняла крейсер с поверхности. Считанные секунды потребовались для того, чтобы достичь напоенных влагой небес. Слой туч оказался гораздо толще, чем можно было ожидать. Но зато, когда он кончился, ярко вспыхнуло желтое солнце. По еще мокрому стеклу кабины брызнуло всеми цветами радуги. Глубокое, синее небо поманило к себе с такой силой, как манит только несбыточная мечта.

Переход занял около двадцати минут.

— Астероид, — сказал Адвин. — Не охраняется. На свободном ото льда пространстве какая-то база. Больше пока ничего сказать не могу.

— Быстро не подходи, — напомнил пилоту капитан.

— Хорошо, — согласилась Ирта.

Когда огромный, обледенелый булыжник занял впереди все пространство, включилась радиостанция:

— Кого там еще черти несут? — спросил хрипловатый голос. — На сегодня прием окончен.

— Дайте мне поговорить, — попросил Парса.

— Ну, поговори, — разрешил Корас.

Мотан, помог старику подняться.

— Это я, Парса. Были на Верне, но никого не застали. Вот прилетели сюда.

— Какой еще Парса?! Что сегодня за день?! Ну, никому не спиться! — из динамика послышался кашель. — А!.. Парса! Здоров! Ты прости, я тут задумался.

— Картин, это ты?

— А кто же еще?! Как жизнь?

— Могло быть лучше.

— Ну вот, опять начинаем жаловаться. Ты бы видел, как со стороны выглядит твоя новая колымага!

— Это не моя. Так, добрые люди согласились подбросить.

— Значит, будет моя, — заржал Картин. — Выбирайте любое поле. По-моему этот крейсер будет высоковат для переходного рукава. Я пришлю за вами платформу.

— Слушай, нам нужны скафандры. У тебя есть?

— Скафандры будут.

Ирта развернула крейсер. Бывшая военная база лежала внизу, как на ладони.

— Слушай, откуда у тебя эта база? — залюбовался Парса. — Как ты о ней узнал?

— У меня кое-где есть свои люди, — загадочно ответил тот.

— Ладно, — Корас абсолютно не вежливо оттолкнул старика от микрофона. — Он тебе потом все расскажет.

Мотан было, ринулся на защиту, но Парса его придержал. Они вернулись на свое место. Корван самостоятельно выбрала одно из дальних полей и теперь плавно снижалась.

— Капитан, вы позволите? — спросил командир спасателей.

— Давай, — махнул рукой капитан.

— Значит, сделаем так, — начал он распоряжаться. — Ты со своим героем останетесь на центральном посту до тех пор, пока не сойдут все твои люди. Вы пойдете в последнюю очередь. Иди сюда, — подозвал Корас промокшего пирата.

Волосы у него успели высохнуть. Одежда сохла хуже. Он унял дрожь и послушно подошел.

— Иди, передай своим, что сейчас будем высаживаться. Я сейчас подойду. И чтоб никто не дурил. Стрелять будете в другом месте. А здесь уже хватит. Понял?

Тот кивнул.

— Пусть все спускаются к шлюзу. Я выйду за тобой. И чтоб там все было спокойно. Без меня все равно ничего не начнется. Понял?

Тот кивнул еще раз.

— Хорошо, иди.

Мужчина проскользнул сквозь отверстие в люке.

Крейсер коснулся площадки.

Корас подошел к аварийным шкафчикам. Вскрыл, достал новенький скафандр. Капитан молча следил за тем, что он делает.

— Мак, идешь со мной, — позвал Корас техника. — Одевайся.

Мак подошел и вскрыл еще один шкафчик.

Скафандры одели быстро. Командир спасателей включил передатчик шлема:

— Как меня слышно? — спросил он.

— Нормально, — ответила Корван. — Осторожнее там.

Сигнал со скафандров выводился на ее пульт.

— Хорошо. Мы пошли. Говори нам все, что будет происходить рядом с крейсером. Рино, если что-то пойдет не так, стреляй не раздумывая. Я хочу, чтобы эти выползки подохли первыми.

Рино кивнул, что услышал и пересел напротив гостей.

В переходе, ведущем от центрального поста, было темно, как в голове религиозного фанатика. Пришлось включить инфракрасную подсветку. Синеватая картинка проецировалась прямо на стекла шлемов. На полу перехода валялось какое-то тряпье, перепачканные кровью бинты. Пассажиров уже не было.

— Нагадили здесь, — ругнулся Корас.

Далеко пнул попавшую под ноги пустую упаковку из-под воды. Он шел первым с плазмометом наперевес. Мак едва поспевал за его размашистыми шагами. Подъемник их спустил к уровню шлюзов. Здесь то они и встретили своих пассажиров. Не успела еще отойти в сторону защитная сетка, как среди гостей начался настоящий переполох. В сторону спустившихся глянули около десятка стволов, излучателей, форсунок, и еще черт знает, какого оружия.

Корас прикоснулся к одной из кнопок на левом запястье. Пискнул крошечный динамик на его плече.

— Вы что, совсем страх потеряли?! — неожиданно низко гаркнул динамик его голосом. — Ты передал им все, как я говорил?

— Да, — ответил посланец.

— Тогда в чем дело?!

Из-за широкой спины командира на толпу поглядывал Мак.

— Не слышу!? В чем дело?! Вы хотите сегодня высадиться, или устроим еще одну бойню?

Одно за другим оружие опускалось. Из-за спин мужчин выглянули женщины. Заплакал ребенок.

— Другое дело, — похвалил Корас и забросил плазмомет на плечо. — А ну, пропустите меня, мне нужно к шлюзу.

Толпа послушно расступилась.

— Мак оставайся здесь, и следил за порядком.

Корас вошел в шлюз для персонала и закрыл за собой люк.

— К Орсе подъезжает платформа, — услышал он в шлемофоне голос Ирты. На ней двое. Везут скафандры.

— Вижу, — подтвердил командир спасателей. — Что-то не очень они и спешат. Трап спустишь только тогда, когда я скажу.

— Хорошо.

Он стоял в открытом шлюзе и следил за тем, как подходит платформа. Та действительно не спешила к крейсеру. Подобно мелкому, но очень наглому хищнику, она издалека изучала обстановку. Платформа сделала вокруг крейсера широкую дугу. Она стала приближаться только тогда, когда на ней убедились, что на площадку еще никто не высадился. Наконец у встречающих прошел приступ страха, и они подъехали к шлюзу. На платформе было свалено около двух десятков скафандров. Пассажир приветственно махнул рукой. Водитель от приветствий воздержался.

Среди допотопного старья Корас заметил что-то знакомое. Он присмотрелся. Это были скафандры с Орсы. Приблизительно такой же был сейчас на нем. На рукавах и шлемах некоторых из них была хорошо заметна эмблема базы.

Новость была настолько неправдоподобной, что он несколько секунд стоял, размышляя, как так могло случиться. Нормальных вариантов не возникло, и он вызвал центральный пост:

— Ирта, дай мне капитана.

— Даю.

— Что там у тебя такое? — услышал он ворчливый голос.

— Капитан, вы не продавали кому-нибудь скафандры в последнее время?

— …

— Штук десять-пятнадцать.

— Нет. Продал как-то парочку, но это было очень давно. А что такое?

— Эти парни привезли скафандры с нашего крейсера. Как такое могло случиться?

— Помогите мне встать, — услышал Корас в шлемофоне. — Ничего пока не делай. Пусть ждут. Сейчас мы все выясним.

Адвин встал и помог капитану. Опираясь на его плечо, тот добрался до пульта Ирты. Та уже настраивала увеличение обзорной камеры. Через секунду платформа заняла полностью весь экран.

— Действительно, наши скафандры, — прошептал Дак. — Из последней партии. Новенькие. Вызывай диспетчера.

— Какие-то проблемы? — развязно спросили с вышки. — Парса, что у тебя там происходит? Что за прятки?

— Откуда у тебя эти скафандры? — спросил капитан.

— Какие скафандры?

— Замкнутого цикла, белые, с синими эмблемами?

— А, эти. Перед вами у меня были гости. А что, есть какая-нибудь разница?

— Да, есть. Что это был за корабль?

— Слушай, не кипятись. Кто ты вообще такой? Дай мне поговорить с Парсой.

— Потом поговорите, — отрезал капитан. — А сейчас рассказывай о скафандрах.

— Вот прицепился! Нужны ему эти скафандры.

— Они с моего крейсера. И будет лучше, если ты все расскажешь.

— Ну и денек сегодня! Это не база, а проходной двор какой-то. Хорошо. Пять, нет, уже шесть часов перед тобой была здесь одна развалюха. Транспортник. Такой старый, что я раньше вообще таких не видел. Не знаю, почему они сюда приперлись? Кажется, их кто-то направил. Я их отпустил.

— Ну да! — не поверил Дак.

— На транспортнике были арки. Созревшие арки. Ты не знал?

— И что же из этого?

— Я вижу, ты даже не знаешь, что это такое!

— Не знаю, и знать не хочу. Если ты всех отпустил, то откуда у тебя скафандры?

— После посадки они вынесли мертвых.

В эфире воцарилась пауза.

— Это что, действительно были твои люди?

— Так много? — спросил Дак, прослушав вопрос.

— Да, человек пятнадцать, не меньше. Кажется, на борту остались еще. Хоть они мне и попортили нервы, но я их отпустил. Что ты еще хочешь знать?

— Куда они полетели?

— Я не спрашивал. Ты будешь высаживать людей Парсы или еще хочешь поговорить?

— Знаешь, Корас, здесь были наши.

— Я слышал, капитан. Что будем делать.

— А что тут делать? Давай, высаживай этих оборванцев.

— Ирта, спускай трап, — сказал командир спасателей.

Он открыл шлюз и показал жестом, что можно заносить скафандры. Двое мужчин неохотно спрыгнули с платформы и взялись за работу.

Первой партией пошли дети, женщины и раненые. Во время второй высадки даже остались неиспользованные скафандры.

— У меня здесь чисто, — доложил Корас, когда платформа со второй партией людей отошла от крейсера. — Пусть на верху все остается, как было. Мы поднимаемся.

На верху Рино все так же держал гостей под прицелом. Ортан забившись в угол, все держал свою кнопку.

— Соскучились? — спросил Корас. — Поднимаемся, и на выход. Были рады, что воспользовались услугами нашей транспортной компании. Давайте быстрее. Замахали вы меня все.

Парса, опершись на руку своего провожатого, тяжело встал. Закашлялся.

— Ну-ну. Только без смертельных случаев на борту! Испортите нам всю статистику. А тебе что? Нужно особое приглашение?! — прикрикнул он на Ортана. — Сам поднялся и на выход!

Тот медленно встал. Гримаса боли исказила его лицо. Неуверенно он направился к выходу. Его пошатывало.

— Шевели поршнями. Всех задерживаешь.

Когда провожатый уже помогал Парсе пролезть сквозь дыру в люке, Корас окликнул гостей:

— Эй! Вы кое-что забыли.

Он показал плазмометом на стоящий посреди поста чемоданчик.

— У нас самообслуживание. Клиенты сами убирают за собой.

Мотан вернулся и взял чемоданчик. Дорога к шлюзу заняла минут пятнадцать.

Пираты с трудом оделись в скафандры. Особые сложности возникли у Npr`m`. Он не мог раненой рукой перехватить свой пульт. Как самую большую реликвию в мире, он передал его старику. Затем оделся и забрал обратно.

Корас открыл шлюз. Платформа уже ждала. Террористы молча вышли и стали спускаться по реденькому трапу. Мак выбросил из шлюза оставшиеся скафандры.

— Все, они сошли, — доложил командир спасателей. — Убирай трап.

— Я вижу, — сказала Корван. — Осторожнее там, мы взлетаем.

Они успели закрыть шлюз и добраться до подъемника, когда крейсер резко качнуло в сторону. И Корас и Мак чудом удержались на ногах.

— Кажется, нашу девочку здорово разозлили, — растолковал маневр старожил. — Ну, теперь только держись.

Объяснение пришлось как раз кстати. Крейсер еще раз дернуло в сторону. Техник выпустил из рук оружие и ухватился за поручень.

Не убирая опор, на небольшой высоте крейсер пошел в сторону стоящих неподалеку челноков. Когда до них оставалось метров пятьдесят, Ирта резко снизилась, почти коснувшись задними опорами площадки. Затем опять пошла с небольшим подъемом. Правая передняя опора с грохотом задела первый челнок. Его шасси подломились и он, ломая крылья, полетел в сторону. Пилот взяла штурвал на себя. Соседнему челноку досталось он задних опор крейсера. Они были гораздо мощнее передних, и за них нечего было бояться. На этот раз удар получился прямой и сокрушительный. Старенький челнок буквально разворотило правой задней опорой. Во все стороны полетел мусор.

— Ты что делаешь!? — кричал Картин с вышки. — Да я ж тебя найду, где бы ты ни спрятался! Я тебя достану даже в пекле!

— У тебя не получиться, — спокойно сказала Корван.

С дальней площадки от шлюзовых порталов поднялся штурмовик. Он развернулся и, открыв огонь, пошел в лоб. Ирта сделала головокружительный вираж, подставив под его огонь бронированное брюхо крейсера. Залпом сорвало с десяток пластин теплозащиты. Тех, которые еще оставались на своих местах. Очень многих в этот момент спасла искусственная гравитация на корабле. На время маневра она пропорционально усиливалась. Если бы не эта техническая хитрость, доктору Трасу работы бы подвалило. И притом, все за то же жалование.

— Жалко выстрелить не из чего! — воинственно крикнул Дак.

Его почему-то устраивали действия подчиненной. Бывает же такое! Никогда не устраивали, и вдруг на тебе.

— Осторожно, он сейчас зайдет сзади! — предупредил он, когда отдышался после очередного маневра.

— А ни чего он нам не сделает! — разгоряченно ответила Ирта

— Ну, ты, сука! — изнывал в бессилии Картин. — Я тебе устрою. Будешь мечтать, чтобы мама родила тебя обратно!

Крейсер вальяжно провернул бочку, удерживая штурмовик у себя под брюхом. Не давая ударить ему по мене защищенным местам. Затем сделал крутой разворот и опять ринулся вниз. Прямо на диспетчерскую башню.

Картин вскрикнул. Но уже что-то непонятное. На каком-то странном языке. Передние опоры крейсера ударили по прозрачному верхнему колпаку. Во все стороны ударило стеклянными брызгами. С диспетчерского поста в космос вылетела мебель, техника и целая туча старинных, пластиковых файлов. Они целой тучей окружили поверженную башню. Ирта опять резко взяла штурвал на себя. Выровняла корабль и еще раз провернула его вдоль продольной оси, защищаясь от назойливого штурмовика.

— Что у нас с переходом?! — крикнула она.

— Все готово! — подтвердил Адвин.

— Только не далеко! Чтобы надолго не повиснуть без маневра! Этот гад слишком проворный!

— Нет, не далеко. Здесь рядом.

— Хорошо. Включишь, когда скажу.

Капитан сидел молча, обеими руками стиснув подлокотники кресла. Когда ожидаемый маневр был особенно рискованным, он делал зверски серьезное лицо. Когда он удавался, на его лице вспыхивала по-детски счастливая улыбка.

Крейсер уже находился над самой базой. Под ним проносились постройки. Сверху штурмовик опять делал боевой заход. Долго не раздумывая, Ирта качнула штурвал, и весь мир перевернулся еще один раз. База теперь была вверху, а звезды пропали. Корабль стал сбрасывать скорость. Штурмовик дал несколько бесполезных залпов по брюху крейсера. Проскочил мимо и пошел на еще один круг.

Ирта опять вернула кораблю более привычное положение и зависла над одним из ангарных куполов.

— Не надо! — наконец-то запротестовал капитан. — Опора может застрять!

— Останется целых три!

Она резко отжала штурвал от себя. Крейсер обеими задними опорами ударил по куполу. Нержавеющая сталь на титановых пилонах не выдержала. Корабль резко пошел вверх, выдирая по пути ажурные конструкции. В космос ударила тугая струя воздуха. Она выбрасывала из корпуса все, что плохо держалось.

— Вот это я понимаю вождение, — прошептал Корас стараясь уберечь от очередного удара раненую ногу.

Мак ничего не ответил. Ему было некогда.

— Убери опоры! — скомандовал Дак. — А то они здесь и останутся. Как потом сядем?!

— Точно, — опомнилась Ирта. — И что у нас за генераторы перехода?

На бывшей перевалочной базе аварийные сирены устроили настоящую перекличку. Не помня себя от ужаса, носились люди. С грохотом закрывались аварийные люки. Для поддержания стабильного состояния катастрофически не хватало энергии реакторов.

Астероид остался далеко в стороне. Пилот штурмовика зазевался и пропустил головокружительный подъем крейсера.

— Опоры забраны! Давай!

Адвин одним легким движением отключил всю Вселенную. С ее мирами и звездами, умными и безмозглыми, правыми и виноватыми. Все враз перестало существовать. Правда, совсем ненадолго.

11

— Капитан, мы получили ответ с базы, — сообщил Адвин.

— Читай, — разрешил Дак. — Ой, доктор! Полегче!

Трас отдернул обе руки от ноги капитана. Затем глубоко вздохнул и опять принялся разматывать изготовленную из подручных материалов шину. На соседнем кресле лежала пластиковая. Способная зафиксировать ногу в каком угодно положении.

— Транспортнику посадку не разрешили, — стал вольно пересказывать Адвин длиннющее сообщение. — Он не прошел карантинный контроль. На Амре ввели новые требования к безопасности.

— Интересно, как это он мог его пройти? Трас! Я же сказал вам, полегче!

— Капитан, не нойте! — разозлился доктор. — Я же дал вам обезболивающее! Терпите. Вы же не ребенок!

— Хорошо, хорошо док. Что там дальше?

— Для обеззараживания его отправили на Гриммени-11. Это перевалочная военная база.

— Я видел. Значит, она называется Гриммени-11? Они что, не знали, что там уже нет никаких военных?

— Здесь говорится, что это халатность. Диспетчер должен был знать, что военные ушли с базы. Его уже уволили.

— Да его надо было пристрелить!

— На базу от транспортника не поступало никаких сообщений.

— Сколько еще осталось?

— Еще двенадцать секторов. Но кажется, рядом с астероидом его нет.

Крейсер сделал еще один автоматический переход в следующий сектор. И опять принялся раскручивать одну из своих восьмерок.

— Почему ты думаешь, что их нет рядом с этим Гриммени? Как его там? А, одиннадцатым.

— Сектора пересекаются между собой, — зеленый навигатор стал объяснять азы своей профессии. — Мы уже обследовали почти всю зону поиска. Если бы сигнал рассылался в любом из оставшихся секторов, то мы бы уже его отловили. Конечно же, нужно довести дело до конца, но шансы уже упали до минимума.

Он показал капитану на один из своих экранов. Там высвечивалась статистика проводимого поиска. В разделе "вероятности обнаружения" пульсировало "0.16 %".

— Если не найдем Брудо здесь, то возвращаемся на базу? — спросила Корван.

— Надо подумать. Есть еще один запасной вариант. Я, конечно, не уверен, но попробовать стоит.

— Капитан, это Корас, — вызвал командир спасателей.

— Что у тебя там?

— Мы в грузовом отсеке. Здесь пострадал техник. Пришлите доктора. Он был один. Никто ничего не видел, но с ним так же, как было с Харди. Опять эти ваши голограммы. Я же вам докладывал, что они появились уже и на Орсе. Недаром же пираты не захотели иметь дело с тем транспортником. Только вам на это плевать! У вас всегда свой взгляд на вещи.

— Слушай, — сказал капитан. — Я не знаю, нравится вам это или нет, но модуль я не выброшу. Пусть хоть что-то. Он то же денег стоит. Закройте отсек и нечего там лазить! Разберемся на базе.

Через минут десять доктор прибыл в грузовой отсек. Вместе со своим неизменным кейсом, с эмблемой капли крови на крышке. Отсек зарыли, а пострадавшего перенесли в изолятор.

Злой, как черт Корас размашисто шел первым. Рино за ним еле поспевал.

— Да пошли они все! — взмахнул рукой командир спасателей. — Тоже мне работа! Никому ни до чего нет дела! Только свои проблемы и все!

— А что, есть предложения?

— Да, было одно. Не знаю или еще в силе? Правда, платят хуже.

— Хуже не будет, — пошутил Рино.

Корас засмеялся. На душе немного отлегло.

— Меня с собой возьмешь, или там безруких не берут?

— Куда ж я без тебя? Кто мне спину будет прикрывать?

За укутанным в дымке, далеким горным хребтом, разгоралась новенькая заря. Мрак холодной ночи бесследно выгорал в первых утренних лучах. Оказавшиеся на востоке облака светились бледно-розовым. С очень мягким переходом тона. Ночные тени в панике прятались по укромным местам.

Ровное, как стол горное плато равнодушно встречало еще один день. Встреча проходила в полном безмолвии. Ни пения птиц, ни треска насекомых. Ветер и тот почему-то отсутствовал. На искореженном "космическом" металле искрились капли утренней росы. Во все стороны, сколько видел глаз, беспорядочно валялись творения рук человеческих. Да и нечеловеческих то же.

Могильник поражал не только своими размерами, но и представленным ассортиментом. Чего здесь только не было! И потрепанные в сражениях боевые корабли самых разных классов, и самые разнообразные мирные суда. Хватало здесь и такого, о назначении чего можно было только догадываться. Хотя целых кораблей было предостаточно, но в основном плато было захламлено фрагментами конструкций. Двигатели, старые реакторы. Выгоревшие генераторы полей, пустые топливные кассеты и использованные ускорители. Здесь мирно соседствовали развороченные боевые машины давным-давно противоборствовавших армий. Некоторые "экспонаты" ушли глубоко в почву, но хватало и свежих "поступлений".

Транспортник акков стоял не в самом свободном месте. Опоры кормы подмяли небольшой фрегат, глубоко вдавив его в грунт. На взрыхленной почве валялись выдавленные ударом панели остекления и наружные люки корабля. Под брюхом транспортника находился целый склад брошенных реакторов слияния ядер. Недалеко возвышалась пара огромных рудовозов. У одного из них напрочь отсутствовала кабина. В остальном, они выглядели очень даже неплохо. По крайней мере, внешне.

Из-за лежащего вверх шасси челнока поднималась струйка белого дыма. У костра на выжженной солнцем траве сидели Ильк и Уилдис. Красноватое пламя с упоением облизывало подвешенный на корабельном поручне шлем скафандра. Краска со шлема успела сойти, и огонь уже добрался до титановой сферы. В шлеме закипала вода. Рождающиеся пузырьки были хорошо заметны сквозь закрытое стекло.

— Кажется, закипает, — сказал бригадир.

— Я вижу.

Пилот подбросил в огонь еще несколько кусков белой герметизационной полосы. Точно такая же свисала из раскрытого люка перевернутого челнока. Огонь охотно принялся за свежую порцию. Дыма стало еще больше.

Ильк вскрыл небольшую упаковку из неприкосновенного запаса. Бросил в кипящую воду сразу все "пуленепробиваемые" галеты. Те звонко ударили по металлу шлема.

— Думаешь, размокнут? — спросил Уилдис.

— А куда они денутся? Не ломать же зубы!

Помолчали.

На транспортнике арков из места врезки показался очередной призрак прошлого. Уилдис привычно поднял огнемет и загнал приведение обратно.

— Здесь бы Даку понравилось, — спокойно сказал бригадир, наблюдая за тем, как под транспортником опять задымилась трава.

— Почему?

— Ну, вокруг столько мусора. Он же ним бредит.

— Брудо говорил, что хоть этот могильник и большой, но здесь действительно, один мусор. Нет ничего стоящего.

— Ну да, будешь мне рассказывать! Посмотри сколько металла. И все очень хорошего качества.

— Здесь лежит только то, что нельзя переработать. Или что переработать дороже его стоимости. Здесь все или заражено, или потеряло структуру. Оружие же разное бывает…

Ильк помешал в шлеме отломанным замком перчатки.

— Только мы сюда, какой сюрприз пригнали. Кажется, начинают размокать.

— Жалко в моем скафандре не оказалось такого набора.

— Хорошо, хоть в моем был! — пилот улыбнулся.

Уилдис поднялся и сделал несколько кругов вокруг костра, разминая ноги.

— А если Дак не догадается, что мы здесь? Мало ли куда они с Брудо в молодости что-то перегоняли? Может, его уже вообще нет? Что будем делать?

Бригадир полил из огнемета выход транспортника. На этот раз так, на всякий случай.

— Зря ты слил со своего скафандра почти всю воду. Замкнутый цикл, это хоть и противно, но зато можно дольше продержаться.

— Не волнуйся, — успокоил Ильк. — Я же тебе уже говорил. Под плато, я знаю где, здесь есть небольшая конторка. Туда раз в две недели приходит челнок. Доставляет припасы. С ним и выберемся.

— Да когда это было? — неуверенно сказал бригадир. — Может там, уже давно ничего подобного нет.

— Ну, не стоит волноваться. Могильник действующий. Он один из самых больших в нашем скоплении. Сюда должны регулярно приходить суда. Выберемся на одном из них.

— Все равно не надо было сливать воду со скафандра. Кто его знает, когда это случиться?

— Не вешай нос. Сюда обязательно кто-то прилетит.

Ильк надел перчатки и осторожно снял шлем с огня.

— Пусть лучше так постоит, — объяснил он. — А то так вся вода выкипит. Нам ничего не останется.

Из врезного отверстия транспортника показался еще один арк. На этот раз он был с друзьями. Бригадир привычно поднял огнемет и загнал обратно всю компанию.

— Вот, — подбодрил его Ильк. — У нас еще есть два огнемета. Их факела нельзя не заметить ни днем, ни ночью. Выберемся. Это тебе не та могила, он махнул рукой в сторону транспортника. — Вот там действительно деться некуда. А здесь, — он встал и оглянулся вокруг, — здесь нормальный мир, хороший воздух.

— Хватит тебе меня уговаривать, — улыбнулся Уилдис. Если выбрались из такой передряги, значит еще поживем. — Давай будем пробовать, что там у тебя получилось.

— Только перчатки одевай. Еще горячее.

Бригадир взял шлем. Осторожно отхлебнул.

— Знаешь, я думал, будет хуже, — похвалил он.

— Специй не хватает, — улыбнулся Ильк. — Может где-то здесь они и есть, только искать не будем.

— Хорошо. Я думаю пару суток можно продержаться и без специй.

Несколько часов прошло без происшествий. Если не считать регулярного интереса давным-давно мертвых к еще вполне живым. Уилдис держал арков в транспортнике до обеда. Затем передал дежурство Ильку, а сам прилег отдохнуть. Ближе к вечеру стал сеять реденький дождик. Двоим выжившим, пришлось покинуть импровизированный очаг и укрыться в перевернутом челноке. Далеко внутрь они не заходили, а устроились прямо в шлюзе. Отсюда огнемет до транспортника арков еще добивал. Внутри челнок походил на мусорный бак. Упаковочный пластик, обрывки старых жгутов и куски трубопроводов.

Под вечер кладбищенскую тишину легко тронул далекий рокот.

— Ильк, я, кажется, что-то слышу, — толкнул бригадир пилота.

Тот продрал глаза и спрыгнул из шлюза на землю. Прислушался. Бурая трава оказалась еще мокрой. Дождя уже не было и в помине.

— Показалось, — сказал он. — Может гром. Где-то внизу. А на плато и не слышно.

Пилот уже было, собрался обратно забраться в челнок, как донеслась новая волна рокота. На этот раз гораздо сильнее прежней.

— Кажется, кто-то садиться, — занервничал Ильк.

Резво запрыгнул в шлюз. Через мгновение спрыгнул уже с огнеметом.

— Нужно влезть повыше. Дальше будет видно сигнал. Давай попробуем забраться на этот челнок.

— Та ну его, — замотал головой Уилдис.

Он терпеть не мог высоты, точно так же, как и разгрузочных диет. А их он не любил очень сильно.

— Давай, — подбадривал его Ильк. — Вон, выдвинуты скобы лесенки. По ним и влезем.

— Железо еще мокрое. Можно легко сорваться. Отсюда факел тоже будет хорошо видно.

— Ладно. Смотри за нашими попутчиками. Я сам.

Он полез на челнок. Добрался до торчащего вверх переднего шасси и побежал к приподнятой корме.

Далекий рокот постепенно набирал силу, тягуче растекаясь по плато. Казалось, он становился все ниже и ниже.

— Летит что-то большое! — крикнул снизу Уилдис.

— Это точно! Где твой шлем?!

— Был где-то здесь! А что?!

— Найди его на всякий случай! Вдруг, удастся связаться.

Бригадир бросился искать шлем.

— Какой канал выставить?!

— Любой, — крикнул Ильк после недолгого раздумья. — Хотя нет, передумал он. — Ничего не трогай. Оставь тот канал, что был.

Через какую-то минуту грохотало так, что проснулся бы и глухой. Так, что что-то начинало вибрировать в груди, в голове.

— Заходят прямо на нас! — крикнул пилот не сильно надеясь, что его услышат. — Сверху! Сейчас как вытряхнут сюда свои отсеки! Вот нам и будет могила!

Уилдис размахивал руками, и то же что-то кричал. Что именно, Ильк уже не слышал. Он лег на спину и стал наблюдать, чем же это все кончиться. Направив зачем-то в грохочущие небеса огнемет.

В разрыве облаков показался край темного силуэта. По такому фрагменту определить класс корабля мог разве что сам конструктор. Уилдис со шлемом в руках стоял, запрокинув голову и не отрываясь, следил за посадкой.

Корабль с ходу проскочил слой облаков. Так, что те даже завихрились. Грохот исчез, как обрезало. Только по плато продолжали перекатываться далекие раскаты. Корабль продолжал садиться на анти гравитационных генераторах. Теперь были слышны только биения ультразвука. Такие же, как от "тихого" собачьего свистка, только гораздо мощнее.

Из огнемета Илька вверх ударил столб огня.

— Тебе это ничего не напоминает?! — крикнул он.

— Не похоже на Орсу! У нее на брюхе больше защитных панелей!

— И не сомневайся! Наш крейсер. Послушай, может уже вызывают!

Бригадир надел шлем и тут же услышал голос Корван:

— Орса вызывает Брудо, — бесцветно повторяла она.

— Это Уилдис! — выкрикнул бригадир.

— Наконец-то мы с вами встретились! Перевожу на капитана.

В шлемофоне пискнуло. Дак прокашлялся.

— Брудо, это ты? — спросил он.

— Нет, это Уилдис! Бригадир.

— Дай мне Брудо, — без лишних эмоций потребовал капитан.

Крейсер завис прямо над транспортником арков. Метрах в пятидесяти от поверхности, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Ильк перестал кричать и подпрыгивать на перевернутом челноке, хотя вверх продолжала бить струя огня его огнемета.

— Капитан, Брудо больше нет, — сказал бригадир. — Нас только двое. Я и пилот. Больше никто не выжил.

Последовала натянутая пауза.

— Как это так? — не поверил Дак. — У вас же было тридцать пять человек на борту!

— А осталось двое. И я вам скажу, капитан, нам сильно повезло.

— Хорошо, мы садимся. Осмотрим, как следует, этот транспортник и решим, что с ним делать дальше. Покажите, что там у вас случилось.

— Как хотите, капитан. Только без нас.

— Как это так?! — гаркнул Дак.

— А как хотите, так и понимайте.

— Что они сказали? — спросил спустившийся с челнока Ильк.

— Хотят, чтобы мы устроили им экскурсию.

— А не пошли бы они! Дай мне поговорить.

Он взял шлем.

— Это пилот Ильк.

— Что там у вас случилось? — спросил Дак.

— Спасательный модуль еще на Орсе? — спросил пилот, пропустив вопрос мимо ушей.

— А где ж ему еще быть?

— От него нужно избавится как можно скорее!

— Этот вопрос не обсуждается! Ты еще меня поучи, что делать! В полукилометре северо-западнее есть свободная площадка. Чтоб через пять минут были там. Мы садимся.

— Вы можете садиться, взлетать и делать петли, но пока на Орсе будет тот модуль, мы на борт не поднимемся. Пока он там, у нас гораздо больше шансов выбраться отсюда самим, чем на вашем корабле. Можете нашими контрактами оклеить себе каюту.

— Ты полегче, — урезонил бригадир.

— Да пошли они со своими замашками!

Дак замолчал. Ильк снял шлем и отдал его Уилдису. Крейсер продолжал висеть над древним транспортником. Пилот сел на траву, бессмысленно глядя на свой корабль. Бригадир надел шлем, вызвал несколько раз, но ему никто не ответил.

— Зря ты так! — крикнул он собрату по несчастью. — Теперь они нас не подберут.

— Подберут, никуда не денутся. Иди один куда сказали. Я с этими тварями не полечу.

Крейсер висел минут десять, и ничего не происходило. Наконец, сухо щелкнув, стал открываться аварийный нижний люк. Его створки толчками расходились в стороны. Пилот даже вскочил от неожиданности. Когда они зафиксировались в своих крайних положениях, из грузового отсека выскользнул спасательный модуль. Он обрушился на корму транспортника с такой силой, что даже дрогнула почва, глубоко вмяв корпус. В стороны полетели наружные фонари, антенны и какие-то делали шлюза.

— Наконец-то до старика дошло, — пробубнил Ильк.

— Ну, где вы там подевались? — раздался в шлеме голос командира спасателей.

— Корас, ты? — обрадовался бригадир.

— Да, я. Куда вам было сказано идти?

— На северо-запад, к свободному месту.

— Ну, а почему вы еще здесь? Давайте бегом. Мы садимся.

Полтора месяца спустя.

Рино предъявил карточку дежурному. Тот взял, пропустил через детектор.

— Ты извини, — сказал молодой охранник. — Я здесь всего неделю. Еще мало кого запомнил.

— Ничего. Все нормально, — он забросил сумку на плечо и прошел через блокпост.

На территории базы было все как всегда. Поисковые суда стояли на площадках как попало. Свободные места были сильно захламлены самым разным оборудованием, а то и просто мусором. У доков бродил беспризорный погрузчик. Не нарушило этот сложившийся беспорядок вещей даже то, что это была совсем новая база.

— Да, — выдохнул Рино и улыбнулся. — Все как всегда.

— Двадцать один, двадцать два, — командовал Корас. — Двадцать восемь, двадцать девять.

Он прошелся по просторному жилому модулю и развернулся. От пола отжимались четверо зеленых новобранцев.

— Не сачковать! Касаться грудью пола. Спину держим ровной! Осталось еще двадцать. Кто не отожмется пятьдесят раз, будет тренироваться всю ночь! Мне здесь слабаки не нужны! Двадцать пять. Самим же потом будет хуже.

Новобранцы молча пыхтели изо всех сил. На покрасневших лицах начинал проступать пот.

— Давайте, давайте, — подбадривал командир. — Еще немного осталось. Потом будем пробовать подтягиваться. Двадцать восемь. Я же сказал ниже. Еще раз так сделаешь, и все начнем сначала. Тридцать один.

Дверь в комнату без стука отворилась. Корас резко обернулся, и уже было, открыл рот, чтобы воспитать наглеца. Но воспитывать было некого. На пороге стоял Рино.

— Ну, наконец-то, — расплылся Корас в довольной улыбке. — Сколько тебя можно ждать?

— А ждали? — спросил тот и вошел.

Бросил сумку на ближайшую койку. Новобранцы, все как один, залегли на пол счастливыми глазами глядели на своего спасителя.

— Конечно же, ждали! — деланно возмутился Корас и растянул щеки еще шире.

Рино то же улыбнулся. Корас машинально протянул для приветствия руку. Рино крепко ответил на рукопожатие.

— С ума сойти! — дошло Кораса. — А ну, покажи!

Не выпуская руки друга, он поднял ее к уровню груди. Закатал рукав. Осмотрел со всех сторон.

— Умеют же делать! — опять изумился он. — Шва даже не видно! Это такая как обещали? Искусственная, ну в смысле, синтезированная?

— Нет, та дороже. Да и ждать было долго. Пока они возьмут все пробы, пока вырастят то, что надо. Все затянулось бы месяца на четыре. А эта из заготовки. Ну, есть там у них такие заготовки. Они их называют болванками. У них там целый склад запчастей. Чего только нет!

— Интересно, они там мозги не вставляют? Вот бы умным стать!

Друзья дружно засмеялись.

— Ну, как, вообще, не болит.

— Сначала немного болела, а теперь все нормально. Знаешь, я уже успел потеряться в этих болях. После ранения кисть то же болела. Представляешь? Ее нет, а она болит. Потом болела новая рука. Странное ощущение. Но теперь прошло. Жму сорок килограмм.

— Не плохо. Я заметил.

— Врач сказал, что тренировкой можно будет еще килограмм на десять поднять.

— Да и так хорошо! — успокоил его Корас. — А я вот, пополнение воспитываю. Толковые ребята, сам отбирал, только немного слабоваты.

— Оставил бы ты их в покое. Им и без тебя достанется.

— Все, встали, — разрешил Корас. — Ладно, на сегодня закончили. Отдыхайте.

Новобранцы встали. Стали отряхиваться.

— И уберите здесь, а то живете, как в гадюшнике.

— Слушай, ты не знаешь, где Дак?

— А зачем он тебе понадобился? — серьезно спросил Корас.

— Да вот. Надо же доложить, что прибыл. Пусть обратно назначит в расписание корабля. Или место уже занято?

— Назначит, никуда не денется.

— Господин капитан, — сказал один из новобранцев. — Нам нужно уйти. Можно мы уберем здесь вечером?

— Господин капитан? — удивленно поднял брови Рино.

— Да, — непринужденно мотнул головой Корас. — Представляешь? Господин капитан!

— Капитан Орсы?!

— Да.

— Не ожидал!

— Я и сам не ожидал. Предложили хозяева после расследования того рейса. Не отказываться же. Вон она, наша красавица, — новый капитан махнул рукой в сторону открытого окна бокса.

Оно выходило на взлетно-посадочное поле. На ближней к боксу площадке стояла Орса. Вся в новой теплозащите. На белых, керамических панелях искрилось солнце. Рядом с крейсером еще работала бригада техников. Продолжалась облицовка брюха. Три универсальных робота мотались не останавливаясь.

— Да, так сразу и не скажешь, что это наш крейсер, — протянул Рино.

— Так можно нам уйти или нет? — напомнил о своей проблеме один из новобранцев.

— Не знаю, — сказал новый капитан. — Это уже не мое дело. У вас теперь есть командир, — он взял Рино за плечи и развернул к новобранцам. — У него и спрашивайте.

— …

Корас улыбнулся и вышел из кубрика.

— Ваша карточка, — остановил охранник Адвина уже на выходе из блокпоста.

Тот вернулся к стойке и полез по карманам. Он проверил китель. Карточки не было. Поставил бокс для дисков на стойку и вывернул карманы брюк. Из правого выпало и повисло на шнурке что-то металлическое. Карточка обнаружилась в брюках.

— Адвин Стик, старший навигатор, — прочитал охранник. — Проходите господин Адвин.

Тот забрал карточку, диски и прошел на территорию базы. Металлическая безделица продолжала болтаться на шнурке. Адвин взял ее в руку. Это была титановая заглушка разъема, свинченная со спасательного модуля арков. Он теперь постоянно таскал ее с собой. Просто так, на счастье…

2000 г.

Content

Лыхвар Александр
Три девятки

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11