Рэдклифф

Когда трепещут мечты

Глава первая

— Ты уже приготовилась праздновать очередную победу, ЭлДжей?

Лесли Харрис обернулась на голос, оторвавший ее от изучения документов. Ей понадобилось сделать усилие над собой, чтобы скрыть недовольство таким грубым и фамильярным вмешательством в ее работу. Впрочем, злиться в первую очередь нужно было на себя: сама допустила ошибку, оставив дверь в кабинет открытой.

Сегодня Лесли пришла на работу необычайно рано — в половине пятого утра. И теперь, быстро взглянув на свои часы марки «Пьяже», обнаружила, что уже почти семь, а значит, народ начинает прибывать. Для нее было совсем несвойственным потерять счет времени.

Рассеянно поправив выбившийся локон пепельно-русых волос, Лесли улыбнулась своему помощнику, заглянувшему в ее кабинет. Она попыталась вспомнить некоторые факты о нем. Том Смит. Молодой, энергичный, амбициозный. И достаточно умен для того, чтобы понять, кто в фирме на первых ролях — это явный плюс. Немного навязчив в своих заигрываниях с ней — незначительный недостаток. Лесли откинулась в кресле, положив ногу на ногу, отчего узкая юбка строгого костюма от Армани тут же подчеркнула ее соблазнительную фигуру.

— Всего лишь очередной рабочий день, Том, — она пожала плечами, вкладывая в это движение как можно больше небрежности.

— О, да. Как будто мы каждый день противостоим федералам в деле, где решается судьба пары миллионов долларов.

Собственно говоря, дела такого масштаба для Лесли уже успели стать ежедневной рутиной, поскольку защищать крупные корпорации в весьма дорогостоящих процессах было именно ее специальностью. И она делала все для того, чтобы победить. Каждый раз. Лесли отличалась напористостью и умела безошибочно угадывать настроение присяжных, склоняя их на свою сторону. Именно это и послужило тому, что она так быстро взлетела вверх по карьерной лестнице. Прошло всего лишь семь лет с момента окончания юридического колледжа, а она уже являлась полноправным партнером адвокатской конторы. И за последний год темпы роста молодого адвоката лишь увеличивались.

Но сейчас у Лесли не было ни времени, ни желания напоминать Тому об этом. Нужно было подготовиться к важному слушанию. Сегодня ей вряд ли удастся найти время даже для того, чтобы заглянуть в спортзал, а заглядывать туда следовало бы каждый день. Кроме того, на Лесли висело еще шесть дел, ничуть не менее важных, чем то, с которым через пару часов ей предстояло выступить в суде.

Лесли протянула руку к чашке кофе, которая была уже четвертой за это утро, и вернулась к изучению документов.

— Тебе захватить что-нибудь из кофейни, ЭлДжей?

— Что? — Лесли снова оторвалась от бумаг и взглянула на Тома. Она уже успела о нем забыть, и была искренне удивлена, что он еще не ушел. Неужели ему нечем больше заняться? — Нет, спасибо, Том, мне ничего не нужно.

Обычно завтрак не входил в ее планы. Успеть бы съесть йогурт во время обеда — перерыв в середине дня был единственной возможностью для того, чтобы подвести предварительные итоги слушания и обдумать дальнейшую стратегию защиты. Поэтому обед редко включал в себя прием пищи. Но, к счастью, сегодняшнее дело было довольно обычным — Соединенные Штаты Америки против автомобилей «Харлан». К тому же, она знала все доводы обвинения и не собиралась строить свою защиту на одних только фактах, поскольку факты в данном случае играли против ее клиентов.

За последние девять месяцев компания «Харлан» импортировала одиннадцать тысяч бензиновых и дизельных двигателей. Это было правдой, а с правдой, как известно, не спорят. Как не спорят и с федеральным Законом о чистом воздухе, который гласит, что такая цифра превышает допустимую норму выхлопных газов. Да, спорить с этим было бы просто глупо. Лесли никогда не стала бы строить защиту на попытках опровергнуть науку — американцы запрограммированы верить фактам и цифрам, полученным научным путем. Но в арсенале адвоката было кое-что более понятное для рядового присяжного. И после того, как правительство обложило компанию многомиллионными взысканиями и штрафами, а приставы Департамента Юстиции и Таможни Соединенных Штатов конфисковали всю закупленную партию, это дало Лесли именно то оружие, которого ей сейчас не доставало.

Она не могла избавить компанию от обвинений, впрочем, в этом не было необходимости. В конце концов, давить нужно было в первую очередь на то, что если уж кто-то и пострадает от высоких штрафов компании «Харлан», так это простой потребитель, поскольку выплаты штрафов означают только то, что цены на продукцию компании возрастут. Именно поэтому в делах подобного рода настоящая победа — не снятие обвинений, а уменьшение потерь с миллионов долларов до десятков тысяч, которые для корпораций подобных размеров являются лишь мелким недоразумением.

Мысленно просматривая список своих свидетелей, Лесли допила кофе и поднялась, чтобы налить очередную чашку. Внезапно она почувствовала сильное головокружение, слабость волной пробежала по всему телу. Пустая чашка упала на густой ворс персидского ковра. Лесли рефлекторно ухватилась руками за край стола и сделала несколько глубоких вдохов. Чертовски сложно было отдышаться. Сердце билось с такой силой, что, казалось, грудная клетка не сможет его сдержать, и оно вот-вот выпрыгнет наружу. Лесли пыталась сфокусировать взгляд на бумагах и ручках на столе, стараясь не отрывать от них взгляда до тех пор, пока комната вокруг не перестанет кружиться. Наконец, темная пелена спала, а окружающие предметы снова приняли привычную форму.

Лесли медленно опустилась в кресло, она была практически уверена в том, что вот-вот потеряет сознание. Испугавшись, что кто-то мог заметить ее недомогание, девушка бросила взгляд на приоткрытую дверь. К счастью, коридор был пуст. Адвоката это немного успокоило: коллегам ни к чему знать о том, что она не в форме.

Те, кому Лесли противостояла в суде, были не единственными среди ее знакомых, кто не побрезговал бы воспользоваться любой ее слабостью. Разумеется, она ладила со своими партнерами, но вряд ли кого-то из них могла назвать своим другом. Не стоило забывать о том, что прежде всего они были соперниками, и никакая вежливость или даже дружелюбие не могли этого скрыть. Но Лесли это не пугало — она была намерена пройти этот путь до конца и добраться до самого верха.

— Готова к выходу, ЭлДжей? — окликнула из коридора ее ассистентка, Стефани Акерман. Роскошная рыжеволосая девушка одной рукой толкала перед собой тележку с двумя огромными кейсами, а в другой несла большую чашку ароматного капуччино.

— Как раз собираюсь, — Лесли весело улыбнулась, надеясь, что не выглядит слишком бледной. Дыхание хоть и пришло в норму, но в груди все еще чувствовалась странная слабость. Наверное, отсутствие завтрака после всего лишь трех часов сна было не слишком хорошей идеей. — Ты не сделаешь мне одолжение? Захвати, пожалуйста, булочку и чашку кофе.

— Конечно. Встретимся у лифта.

Через несколько минут Лесли чувствовала себя в полном порядке. Пока они со Стефани дожидались лифта, адвокат вцепилась зубами в принесенную помощницей булочку и пробежала глазами список сообщений на своем телефоне. Но как только двери лифта открылись, недоеденная булочка полетела в ближайшую мусорную корзину. Лесли не нуждалась в еде, предстоящая схватка в суде — вот что заряжало ее энергией.

На следующий день Лесли не просто предвкушала победу, она даже не сомневалась, что та уже у нее в кармане. Судебный процесс был в самом разгаре, и Лесли отчетливо видела смену в настроении присяжных. Сначала, оно было настороженным и даже озадаченным, что целиком и полностью являлось заслугой государственного обвинителя: сухой статистикой и перечислением нарушений он просто вогнал всех в сон. Но настроение поменялось, как только в бой вступила Лесли. Стоило ей упомянуть о том, что компания «Харлан» согласна подчиниться закону, пусть даже огромный штраф станет непомерно тяжелой ношей, присяжные прониклись к ней симпатией. И неудивительно — любой налогоплательщик поймет, в каком трудном положении оказалась компания.

Во время обвинительного выступления очередного ученого-эксперта, Лесли размышляла о том, насколько она сможет уменьшить штраф. По ее прогнозам выходила весьма внушительная сумма.

— Ваш свидетель, адвокат, — раздался голос судьи.

— Благодарю, Ваша Честь, — ответила Лесли. Она бодро шагнула из-за стола, но в следующий момент почувствовала невероятную слабость, сердце забилось чаще, а сознание пыталось ускользнуть от нее.

— ЭлДжей!

— Боже мой, Лесли! Кто-нибудь, принесите воды!

— Я в порядке, — слабым голосом ответила Лесли. Она попыталась сообразить, что происходит, и поняла, что лежит на полу в центре зала суда. Лесли хотела подняться, но кто-то остановил ее. Перед глазами все поплыло и дышать стало так трудно, что на какой-то момент показалось, будто она находится под водой. — Мне просто нужно немного воздуха…

Лесли услышала, как судья переносит заседание на следующий день. От того, что все внимание было приковано к ней, вдруг стало очень неловко, безумно захотелось спрятаться. Лесли сделала последнюю попытку сосредоточиться и увидела перед собой лицо Стефани. Та смотрела на нее испуганными светло-голубыми глазами.

— Со мной все в порядке, Стеф. Помоги мне подняться, — сказала Лесли. Кажется, она была полна решимости встать на ноги.

Стефани вместе со вторым помощником Биллом помогли адвокату встать. И Лесли почувствовала, как Стеф крепко обняла ее за талию, не давая упасть снова.

— Ты бледна как мел, ЭлДжей…

— Мне кажется… — Лесли не хватило воздуха. — Мне нужен… доктор.

А в пятистах километрах к северу от зала суда, по пояс в озере Лейк Джордж, стояла доктор Дэвон Вебер. Высокие резиновые сапоги не давали ногам промокнуть, но, к сожалению, не спасали от холода, поэтому, не пройдя и трех метров, Дэвон ощутила знакомую боль в правом бедре. И, несмотря на то, что по календарю была уже середина июня, а воздух успел прогреться до +20, вода в озере все еще оставалась холодной. Но Дэвон не боялась воды, холода и даже боли — все это было частью ее работы.

— Почему бы не делать все это сидя в лодке? — окликнула ее с берега сержант местной службы охраны — Натали Эванс. Это была миниатюрная брюнетка, одетая в униформу цвета хаки и бронежилет.

— Я могу чувствовать дно только тогда, когда иду по нему! — прокричала в ответ Дэвон. Она немного завидовала сержанту: в сухой одежде наверняка было тепло и уютно.

— Грязь все равно остается грязью, — ответила Натали.

Дэв улыбнулась. Она давно привыкла к тому, что люди считают ее интересы достаточно странными.

— Я могу принести тебе что-нибудь поесть, или, по меньшей мере, помочь с банками для этих образцов, — предложила Натали с берега.

— Спасибо, но лодка только взбаламутит воду. Сейчас закончу и вернусь, — Дэв одной рукой достала из рюкзака пластиковую банку, а другой медленно опустила в воду длинный металлический шест с всасывающей камерой на конце. Набрав образец ила, она убрала банку обратно в рюкзак. — Это первый.

Натали с берега фиксировала время взятия пробы, отмечая температуру воздуха, воды и точное место, где был извлечен образец.

— Спасибо, что согласилась поиграть в моего личного секретаря, — сказала Дэв, двигаясь в сторону берега. — Наверняка у тебя были дела поинтересней, чем ходить тут со мной.

— Ничего страшного, — на самом деле у Натали, конечно, имелись и другие дела, но они бы не доставили ей столько удовольствия. Она должна была патрулировать парк площадью почти восемьсот квадратных километров, раскинувшийся на западном берегу озера Лейк Джордж. Само озеро было чуть больше пятидесяти километров в длину и около пяти в ширину. Оно являлось очень популярным местом отдыха, поскольку располагалось в самом сердце горного хребта Адирондак. Стараниями экологов и служб охраны эти горы сохранились такими же дикими и восхитительными, как и столетия назад.

— На следующей неделе мне дадут помощника-практиканта, — с этими словами Дэв взялась за протянутую руку Натали и слегка неуклюже вскарабкалась на берег. От тяжести снаряжения нога болела еще сильнее, поэтому особенно приятно было ощутить теплоту сильных пальцев Натали. — Спасибо.

— Нет, мне действительно очень интересно, — Натали постаралась ничем не выдать истинную причину интереса к этой женщине. В Дэвон Вебер все — от кончиков ее светло-каштановых коротких волос и до отличной фигуры настоящей спортсменки — говорило о том, что она лесби. К тому же, Дэв просто светилась уверенностью и силой, это притягивало Натали как магнитом. Но нельзя было поддаваться соблазну — женщинам предстояло работать вместе несколько месяцев. Натали это прекрасно знала и очень боялась поставить Дэв в неловкое положение. — К тому же, у меня есть рация, и если я кому-то понадоблюсь, то просто брошу тебя здесь одну.

— Это очень мило с твоей стороны, — улыбнулась Дэв.

Натали улыбнулась в ответ:

— Сколько образцов ты собираешься взять?

— Ну, — задумчиво протянула Дэв, откидывая со лба прядь волос. Они шли по узкой тропе, которую проложили спускавшиеся к водопою животные. — Еще мне нужны образцы почвы, воды, растений, рыб… Примерно, пару тысяч.

— Ты наверно шутишь!

Натали резко остановилась, отчего Дэв, чуть было не наткнувшись на нее, прикоснулась грудью к спине Натали. Женщины еще никогда не оказывались так близко друг к другу. И Дэвон впервые заметила, как по-особенному были стянуты лентой длинные черные волосы Натали. Порыв воздуха подхватил их тонкий цветочный аромат, от чего Дэв почувствовала приятную дрожь в теле и отступила назад.

— Нет, я абсолютно серьезно. Последний раз озеро исследовали восемь месяцев назад. И теперь необходимо уточнить все данные, поскольку судоходство в последнее время очень возросло, да и промышленные зоны прилегающих территорий тоже не самым лучшим образом воздействуют на экологию.

— Это мне известно. Но я думала, что люди твоего уровня не лазают по болотам, а сидят в лаборатории и отдают приказания младшим сотрудникам, — поддразнила ее Натали.

Они подошли к бело-зеленому фургону с эмблемой Нью-Йоркского Департамента охраны природы.

— Наверное, я просто слишком старомодна, — ответила Дэв. Она стянула с себя защитное снаряжение и бросила его в багажник, оставшись в простых джинсах и футболке, после чего забралась в фургон и постаралась поудобнее устроить свою больную ногу. Натали села за руль. — Для того чтобы решить проблему, мне важно увидеть все собственными глазами. Если бы я прислала сюда кого-то, кто не является экспертом и не имеет представления о водных экосистемах, а только собирает образцы, мы рисковали бы не заметить ранние признаки загрязнения. А они оказывают огромное влияние на популяцию рыб.

— Рыбы — это твоя специализация? — Натали выехала со стоянки и повернула на трассу, пролегающую вдоль берега озера.

— Вроде того, — Дэв раскрыла карту, на которой были отмечены все запланированные места взятия проб. — Я специалист по пресным водоемам. Начинала с исследования популяций рыб, а потом заинтересовалась, как изменение окружающей среды влияет на динамику их развития и размножения.

— Вот, значит, как ты связалась с Департаментом Охраны Природы.

— Формально я независимый консультант, но этим летом я провожу совместное исследование с Дерринским Институтом Пресной Воды и правительством штата.

— Значит, рыбы… — в голосе Натали чувствовалась ирония. — А почему ты заинтересовалась именно ими?

Дэвон задумалась, стоит ли отвечать на этот вопрос честно. Как отреагировала бы Натали, узнав, что озеро Лейк Джордж было ее первым и, так уж вышло, лучшим другом. Найти общий язык со сверстниками не получалось, и все свое время девушка проводила у воды. Целыми днями Дэв лежала на прогретом солнцем причале и чувствовала себя счастливой, наблюдая за маленькими стайками рыб. И практически всегда она думала о том, каково это — быть частью такой стаи. Ей хотелось так же ловко двигаться вместе с остальными — как часть единого целого. Тогда, в детские годы, она чувствовала себя очень одинокой. Одинокой она чувствовала себя и сейчас, с той лишь разницей, что теперь она даже и не мечтала найти свою стаю. Но вряд ли обо всем этом стоило рассказывать. Дэвон плохо знала Натали и не собиралась раскрывать ей все свои секреты.

— Я очень много времени проводила на озере, когда была маленькой. Тогда мне казалось, что я наполовину рыба.

— Но ведь теперь ты уже большая девочка, — Натали окинула Дэвон долгим оценивающим взглядом.

Неожиданно для себя самой Дэв точно так же внимательно посмотрела на Натали и подумала о том, что та весьма симпатична. К тому же, у нее не было обручального кольца. Впереди их ждало долгое, жаркое лето, которое могло оказаться очень щедрым на приятные сюрпризы.

Откинувшись на спинку сиденья, Дэв с загадочной улыбкой произнесла:

— Здорово, что ты это заметила.

Глава вторая

К тому времени, когда приехала «скорая», Лесли чувствовала себя гораздо лучше. Причиной недомогания, очевидно, являлось то, что последние несколько недель она работала еще усерднее, а спала гораздо меньше обычного.

— Нет, подождите, — Лесли попыталась остановить загорелого блондина и его серьезную напарницу, которые хотели усадить ее в кресло-каталку. — Я чувствую себя совершенно нормально. Это просто небольшое головокружение, оно уже прошло. Пожалуйста, позвольте мне встать.

— Просто постарайтесь расслабиться, мэм, — автоматически ответила брюнетка, уверенным движением прикрепляя датчики ЭКГ под блузкой Лесли.

«Мэм, — раздраженно повторила про себя Лесли. — Ее рука под моей блузкой, а она называет меня «мэм». Что-то явно было не так в этой ситуации. Резким движением, слегка напугавшим даже ее саму, Лесли отбросила руку медсестры.

— Я не поеду ни в какую больницу, — она произнесла это с той же отточенной годами интонацией, которая заставляла присяжных выпрямляться в креслах.

Та, что назвала ее мэм, наклонилась к Лесли и положила обе руки на подлокотники кресла. Она говорила так тихо, что никто, кроме них самих, не мог этого слышать.

— Я понимаю, это очень неприятно, когда вокруг все так суетятся. Но сейчас у вас очень низкое давление и слишком частый ритм сердца. Если вы попытаетесь самостоятельно подняться, то рискуете снова упасть в обморок. И тогда это обеспечит вам занимательное путешествие в реанимацию. Будет лучше, если мы осмотрим вас в больнице.

Лесли слушала эту женщину и тонула в ее темных внимательных глазах. Она не могла вспомнить, когда в последний раз на нее смотрели с таким пониманием. Это было слишком давно. Как же так получилось, что совершенно незнакомый человек может с легкостью понять ее, когда те, кто казались близкими, не способны на подобное? На самом деле, медсестра была абсолютно права: Лесли ужасно себя чувствовала.

— Заберите меня отсюда, пожалуйста, — прошептала она.

— Хорошо. Кстати, меня зовут Эми.

— Какие у тебя красивые глаза, Эми, — успела прошептать Лесли, как тут же снова потеряла сознание.

Лесли открыла глаза и обнаружила, что лежит на узкой больничной кровати. Матрас оказался тонким и очень жестким, а одеяло пахло хлоркой. Вместо двери висела бледно-зеленая штора, зеленого цвета была и плитка на стенах. От слишком яркого света приходилось щуриться. Понадобилось мгновение для того, чтобы ощутить, что мигрень прошла, осознание этого принесло радость. Еще мгновение — и Лесли увидела, что множеством капельниц и катетеров она присоединена к устройству, которое, вероятно, отслеживало состояние организма. Что бы с ней ни происходило, это не должно было вызвать такого тщательного наблюдения. Подавив внезапно нахлынувшую волну паники, Лесли постаралась нащупать кнопку экстренного вызова медсестры. Раздраженная тем, что кнопки нигде не оказалось, Лесли уже приготовилась закричать на все отделение больницы, но решила, что это только привлечет к ней еще больше нежелательного внимания.

Она вытянула руку, пытаясь найти что-то, что опустило бы перекладины кровати. Но как только она нащупала нужную рукоятку, в палату вошел улыбающийся мужчина в белоснежном халате. Красными буквами на его нагрудном кармане было написано: дежурный врач, доктор Питер Эрхарт.

— Я доктор Эрхарт, — озвучил он и без того понятное, и слегка пожал руку Лесли. — Как вы себя чувствуете?

— Если не считать небольшой усталости, то все в порядке. Надеюсь, вы собираетесь меня выписать…

Доктор подтянул стальной стул к кровати, присел и слегка наклонился в сторону девушки:

— Для вас было бы лучше провести у нас еще одну ночь.

Лесли охватила тревога, но она точно знала, что выражение ее лица этого не выдает.

— Почему? — спокойно спросила она.

— ЭКГ показывает периодическую суправентрикулярную тахикордию, кратковременные вспышки учащенного сердцебиения, сопровождающиеся резким падением давления…

— Да, поэтому я и потеряла сознание.

Доктор Эрхарт выглядел слегка удивленным:

— Я думал, вы адвокат. Попадаются дела, связанные с медициной?

— Мои помощники разбирали несколько медицинских дел, поэтому я понимаю, о чем речь.

С Рейчел она обсудила достаточное количество дел, чтобы неплохо ориентироваться в терминологии. Одновременно появилась мысль, а позвонил ли кто-нибудь ее подруге… Но она тут же вспомнила, что ни у кого не могло и возникнуть подобной мысли. Пара человек во всем офисе, включая Стеф, могли лишь догадываться об их с Рейчел отношениях. Женщины никогда не проявляли на людях признаков того, что встречаются. Формально, они даже не были парой.

Лесли вдруг спохватилась, что витает в облаках. Это было совершенно на нее не похоже, и она заставила себя сосредоточиться.

— Что вызвало симптомы? И как это можно вылечить?

Доктор Эрхарт улыбнулся:

— Хотел бы я ответить на оба эти вопроса прямо сейчас. Причиной ускоренного сердечного ритма может быть очень многое, в том числе гормональные изменения, лекарства, наркотики…

Лесли нахмурилась:

— Я не принимаю лекарств, не употребляю наркотики, не курю и лишь изредка позволяю себе бокал вина.

— Ваше обычное давление тоже нельзя назвать нормальным, особенно учитывая ваш возраст. Возможно, причина в стрессе. Может быть, что-то случилось на работе или дома?

— Нет. Ничего такого, — Лесли сделала нервный жест и резко вздрогнула от натянувшегося катетера. — Послушайте, я понимаю, что мне нужно быть очень осторожной и…

Внезапно она почувствовала что-то, напоминающее вибрацию в области груди, один из мониторов издал пронзительный звук. Лесли попыталась вдохнуть, но поняла, что не может этого сделать. Будто сквозь туман она видела, как доктор Эрхарт отдает какие-то указания по устройству внутренней связи. Спустя некоторое время, показавшееся Лесли вечностью, в палату вошла девушка в зеленом больничном халате и тут же ввела лекарство в трубку ее капельницы. Спустя мгновение монитор замолчал, а напряжение в груди спало. Лесли снова могла дышать.

— О, Боже! — вскрикнула она, хватая ртом воздух. — Что это было?

— Еще один приступ тахикардии! — торжественно объявил доктор Эрхарт и повернулся к медсестре. — Позвоните в приемную и скажите, что нам нужна постель с телеметрией для мисс Харрис.

На этот раз Лесли не стала возражать.

— Мне хотелось бы сделать пару звонков. Может, кто-нибудь проверит, нет ли здесь Стефани Акерман?

Как Лесли и предполагала, ее помощница приехала в больницу сразу из зала суда. Как только та вошла в палату, Лесли почувствовала мгновенное облегчение.

— Как хорошо, что ты здесь, Стеф.

— Привет, — мягко прошептала девушка. Она оглядела мониторы по обе стороны кровати, после чего взглянула на начальницу. — Что происходит?

— Все в порядке, они просто перестраховались, — хоть Лесли и доверяла Стефани, но решила не посвящать ее во все подробности. — Это займет всего пару часов. Я, возможно, задержусь здесь до утра, чтобы у меня взяли все необходимые анализы. Свяжись с Биллом и выясни, как будет продолжаться ведение дела.

Стефани записала поручения Лесли, пообещав позвонить ей этим же вечером.

— Думаю, на этом все, — Лесли откинулась на подушку и закрыла глаза, чувствуя себя невероятно уставшей. — Спасибо. Я позвоню утром, когда доберусь домой.

— Хорошо, — улыбнулась Стефани. — Мм… Может быть, нужно позвонить еще кому-нибудь?

Лесли удивленно подняла брови:

— Я о чем-нибудь забыла?

— Я имела в виду личное…

Лесли покраснела:

— Не думаю, что в этом есть необходимость. Но все равно спасибо.

— Не за что.

— Я займусь этим, после того как перейду в другую палату, — добавила Лесли, как будто оправдываясь.

— Я понимаю. Если что-нибудь понадобится, я буду на связи.

— Спасибо, — Лесли улыбнулась на прощанье, радуясь вновь наступившей тишине.

Добродушный мужчина азиатской внешности отвез Лесли в ее новую палату. Оказавшись в другом отделении, пришлось в очередной раз ответить на все вопросы медсестер и врачей. После того, как Лесли наконец осталась одна, она взяла трубку прикроватного телефона. Оператор соединил с городской линией. Она ничуть не удивилась, когда номер, который она набрала, переключился на голосовую почту.

— Рейч, это я. Понимаю, что это звучит глупо, но я в… Даже не знаю, зачем я тебя вообще беспокою… — Лесли задумалась, стоит ли рассказывать все Рейчел. Поразмыслив секунду, она поспешно выпалила в трубку — Я в больнице. Ничего серьезного, просто какой-то гормональный всплеск или что-то вроде этого. Утром меня выпишут. Я понимаю, что ты сейчас очень занята подготовкой к слушанию, так что позвоню, как доберусь до дома. Не волнуйся.

Со временем в коридорах больницы стало совсем тихо. Глядя в потолок, Лесли мысленно перебирала предстоящие судебные дела, определяя приоритетные. Несколько раз она чувствовала в груди легкую дрожь, которая была признаком — теперь Лесли знала это — неровного сердечного ритма. Она старалась не обращать на это внимания, но после полуночи безумный ритм сердца уже не прекращался ни на мгновение.

— Боже мой, Лесли! — скорее раздраженно, чем обеспокоенно воскликнула Рейчел Хоторн, входя в палату около полудня. — Почему ты не сказала, что тебя не сразу отпустят домой?

— Тебе не стоило бежать сюда сломя голову, — ответила Лесли. — Я просто хотела сказать, что меня еще не выписали.

Рейчел, очевидно, примчалась сразу из зала суда. Безукоризненный, серый с металлическим отливом пиджак и такая же юбка тонко подчеркивали ее великолепное тело. Ослепительно рыжие волосы огнем разливались по плечам, а необычайно зеленые глаза, такие теплые и манящие во время секса, сейчас пылали от негодования. Тем не менее, Лесли была рада видеть Рейчел: вся ситуация воспринималась легче, когда ее партнерша была рядом, и страх, который одолевал Лесли все утро, постепенно отступал.

— Так почему ты все еще в больнице? — Рейчел бросила взгляд на часы и наклонилась, чтобы поцеловать Лесли. — У меня двадцать минут, потом снова надо бежать в суд.

— У меня внезапно обнаружилась нестабильность сердечного ритма, — тихо ответила Лесли. — Судя по всему, еще небольшие проблемы с давлением…

— Не увиливай, дорогая, — сказала Рейчел, складывая руки на груди и перенося вес тела на одну ногу — принимая невероятно женственную, но в тоже время агрессивную позу. — Теперь давай в деталях.

Лесли вздохнула:

— Ночью у меня был приступ повышенного артериального давления. Препараты справиться не могли, поэтому в семь утра меня подключили к дефибриллятору.

— Боже мой… Какого черта ты мне сразу не позвонила? — впервые за все время их знакомства, Рейчел выглядела по-настоящему обеспокоенной.

— Я же знала, что у тебя утром слушание. К тому же, ты ничем не смогла бы помочь, сидя здесь. Мне ввели наркоз, через секунду все закончилось. Я совершенно ничего не почувствовала, — Лесли улыбнулась. — Сейчас чувствую себя уже гораздо лучше, жду еще одной кардиограммы, которая подтвердит, что с моим сердцем все в порядке. И тогда я свободна.

— Я не смогу остаться, — Рейчел закрыла глаза и потерла переносицу, мысленно перебирая варианты. — Для тебя безопасно будет ехать домой на такси?

— Я вызову лимузин, — рассмеялась Лесли и сделала глубокий вдох. — Я не об этом хотела поговорить с тобой, Рейч. Понимаю, что сейчас не самый удачный момент, но не думаю, что для этого вообще какой-то момент может быть удачным.

— Что? — хрипло спросила Рейчел. — Что-то еще?

— Я собираюсь взять отпуск на пару недель, — Лесли на секунду отвела взгляд и потом снова посмотрела в глаза Рейчел. — Врачи уверяют, что это необходимо. Чертову тахикардию обычно можно усмирить лекарствами, но, похоже, у меня не тот случай. Приступы могут повторяться, а предсказывать их очень сложно.

— Тебе нужно беречь себя, — понимающе покачала головой Рейчел.

— Да, — поморщилась Лесли.

— Черт, это все так некстати.

— Да, я знаю.

— Ну, по крайней мере, сможешь использовать отпускные, которые накопились за это время. Даже и не вспомню, когда последний раз кто-то из нас двоих куда-то ездил.

Лесли тоже не могла вспомнить. За два года, что они были вместе, если это можно так назвать, они ни разу не уезжали куда-нибудь дольше, чем просто на выходные. И даже тогда приходилось брать с собой работу и много часов проводить на телефоне.

— И что ты собираешься делать? — поинтересовалась Рейчел. Мысль о том, что можно вот так просто уехать в отпуск, чтобы ничего там не делать, была настолько чужда ей, что вызывала ощущение практически физического дискомфорта.

— Это будет не совсем отпуск. Утром я разговаривала с Рексом Майерсом, — сказала Лесли, предупредительно поднимая руку в ответ на изумленный взгляд Рейчел. Рекс Майерс был партнером-распорядителем в конторе. — Мне надо было ему как-то все объяснить, и я сказала, что начала курс приема медикаментов, с которыми возникли проблемы, поэтому на некоторое время мне нужен будет сокращенный рабочий день. И ведь это правда, — Лесли нервно рассмеялась. — У нас есть региональный офис в Элбани, он находится недалеко от дома моих родителей в Болтон Лэндинг. Я поживу у озера, пока все не наладится, выжму из этого офиса все что смогу.

— И ты возвращаешься в тот дом? — Рейчел покачала головой. — Мне казалось, ты не очень ладишь со своими родителями. С тех пор, как мы познакомились, ты не ездила к ним даже на праздники.

— Не то, чтобы мы совсем не ладили, просто у нас разные взгляды на жизнь.

— Я не совсем понимаю, почему ты не можешь остаться здесь и работать на дому?

Это была хорошая мысль. Очень хорошая. Но Лесли не хватило бы слов, чтобы описать, как она напугалась этой ночью, когда едва могла дышать. Она не была суеверной, но этим утром, когда ее подключили к аппарату, способному полностью отключить сердце, ее последней мыслю, было нестерпимое желание навестить родной дом. Требовалось всего пару дней, чтобы снова дышать полной грудью. Лесли смотрела на Рейчел и понимала, что всегда сосредоточенная и целеустремленная партнерша не сможет ее понять. Рейчел жила для того, чтобы работать. Так же как и Лесли. Любовь к работе оказалась самым сильным связующим звеном в их отношениях.

Лесли не могла объяснить Рейчел то, чего и сама до конца не понимала.

— Я не хочу приходить каждый день в офис и чувствовать на себе эти заинтересованные взгляды. Как будто со мной что-то не так, — сказала она. Отчасти это являлось правдой. Как же много полуправды было сейчас в ее жизни. — Я вернусь, когда полностью поправлюсь.

— Не уверена, что смогу вырваться к тебе, дорогая, — ответила Рейчел. — Ты же знаешь мой график.

— Я и не прошу тебя, — Лесли коснулась руки Рейчел. Ее кожа была гладкой и мягкой. — Если ты не сможешь найти свободное время, я буду очень скучать по тебе, но пойму.

Рейчел наклонилась и поцеловала Лесли:

— Хорошо. Позвони мне, когда устроишься там. Я посмотрю, что можно сделать.

— Договорились. Беги, а то опоздаешь, — Лесли взглядом проводила подругу. Она задумалась о том, когда они смогут увидеться в следующий раз. Рейчел скорее всего не будет вспоминать о ней, по крайней мере пока не разберется с этим большим делом. Чувствуя нарастающую волну грусти, Лесли призналась самой себе, что на самом деле она не сильно огорчена.

Глава третья

В начале седьмого Дэв разбудили солнечные лучи. Утро в горах невозможно ни с чем спутать: пение птиц, гуляющий среди деревьев ветер и отдаленный шум мотора, издаваемый лодкой какого-нибудь вставшего с рассветом рыбака.

Домик, который арендовала Дэвон, находился рядом с озером, на небольшой полянке в лесу. Он стоял последним в ряду из десяти точно таких же простых деревянных срубов. Узкая дорожка соединяла домики со зданием гостиницы «Коттедж Приозерный». Большая часть домиков пустовала, поскольку купальный сезон только начинался. Уединение Дэв было приятным, и, несмотря на то, что в арендную плату входило и питание, она еще ни разу этим не воспользовалась. За три дня, проведенных на озере, Дэв все еще чувствовала себя неловко, оказавшись у Харрисов.

Когда месяц назад Дэвон связалась с местной службой охраны, чтобы объяснить, кто она и что будет делать на озере, Натали предложила ей свою помощь в поиске жилья. Дэв была просто счастлива, что у нее одной заботой меньше. В тот момент она и предположить не могла, к каким последствиям может привести столь опрометчивое перекладывание проблем с одних плеч на другие. Единственным ее пожеланием было найти отдельный домик подальше от популярных туристических маршрутов. Как выяснилось позже, многое Дэв не предусмотрела. К примеру, то, что Натали снимет для нее хижину в уединенной гостинице, принадлежащей Харрисонам. Но самым неприятным оказалось другое — выбор женщины из охранной службы оказался удачным по всем параметрам, и Дэвон просто не смогла придумать подходящей причины для отказа.

А вышло все так, как Дэв и опасалась — сразу же после приезда ее захлестнули воспоминания, и ей никак не удавалось избавиться от этого щемящего чувства. В душе женщина надеялась, что возвращение в город детства не будет волновать ее так сильно, она привыкла думать, что все переживания остались в прошлом. Убиты, похоронены и забыты навек.

Но сейчас, лежа под мягким, с ароматом свежего бриза, одеялом, Дэвон с некоторым удивлением отметила, что чувствует себя совершенно спокойной и счастливой. Все-таки она была очень рада оказаться здесь через столько лет. Повернувшись набок, Дэв посмотрела в окно, вид из которого был поистине великолепным. Она принялась вглядываться в горные пейзажи. «И почему я делаю это в одиночестве?» — с огорчением подумала она. Поэтому когда в конце рабочего дня Натали в своей непринужденной манере пригласила Дэв поужинать, казалось естественным принять это приглашение. Сегодня они отлично поработали — собрали большое количество образцов, распланировали следующие остановки и успели просто поболтать о жизни.

Их ужин не был похож на свидание — скорее просто приятная встреча двух женщин, которые сразу понравились друг другу, и теперь старались познакомиться поближе. На прощание Натали поцеловала Дэв — естественно и непринужденно. Вспоминая об этом, Дэвон понимала, что если бы она тогда ответила на поцелуй, сейчас они могли бы проснуться вместе. Дэв поймала себя на мысли, что, наверное, ей бы этого очень хотелось. Стоило признаться, что прошло уже немало времени с тех пор, как в ее жизни появлялся кто-то, похожий на Натали, — кто-то, кто мог бы предложить простую, но вполне удовлетворяющую ее близость. И вроде бы это вполне обычная комбинация, но найти ее оказалось крайне сложно. Наверное, именно поэтому у Дэв уже больше года не было секса. Но торопиться не стоило, она вполне могла ошибаться в предпочтениях своей новой знакомой, ведь все ее действия могли не иметь никакого сексуального подтекста.

Дэвон улыбнулась, еще раз представив их вчерашнее прощание с Натали. Потом она выбралась из постели и, сладко потянувшись, направилась в свою маленькую ванную комнату. Мысли о Натали не покидали Дэв и в тот момент, когда она принимала душ.

Около часа дня Дэв припарковалась на стоянке у «Коттедж Приозерный». Она планировала быстро переодеться и поехать на встречу в Трой. Выбираясь из машины, Дэв слегка кивнула Эйлин Харрис, которая внимательно наблюдала за ней, склонившись под капотом своего Чероки. К своему удивлению Дэвон узнала этот автомобиль: ему, наверное, было уже лет двадцать.

— Привет, — окликнула ее Дэв. — Что-то случилось?

Эйлин Харрис было чуть больше пятидесяти лет. Впрочем, ее белокурые волосы и подтянутая фигура в синих, мешковатых джинсах делали ее гораздо моложе.

— Этот чертов драндулет не заводится. В который раз! — раздраженно вздохнула Эйлин и стерла пот со лба, отчего на светлой коже осталась темная полоска. Она выглядела по-детски растерянной и от этого еще более молодой. — Пол обещал посмотреть, в чем дело, но ты сама знаешь, как это бывает. Он сейчас переправляет группу туристов на острова.

Туристические стоянки на островах Озера Джордж, до которых можно было добраться только на лодке, слыли одним из лучших мест для рыбалки, кемпинга, пеших и лодочных прогулок. Но для того, чтобы отважиться поехать туда, нужно было обладать поистине сильным характером и огромной любовью к природе — острова были полностью отрезаны от цивилизации и до большой земли было не близко. Муж Эйлин отправился туда с группой туристов, а это означало, что вернется он нескоро.

— Я бы с радостью помогла, — сказала Дэв. — Но даже не знаю, будет ли от меня толк. Может быть, мне лучше подвезти вас?

— Сегодня вечером я должна быть на станции в Ренселлере. Поэтому, даже если я смогу дозвониться до Пола, и он вернется и все починит, не уверена, что успею вовремя, — посетовала Эйлин.

— Я сейчас собираюсь в Трой. Если ваши гости приезжают поездом, то я могу забрать их.

Ренселлерская станция железнодорожной ветки «Нью-Йорк — Монреаль», располагалась всего в десяти минутах от того места, где была назначена встреча Дэвон.

— Мне неудобно просить тебя. Ты, наверное, очень занята.

Дэв вдруг стало стыдно — Эйлин Харрис стесняется принять от нее такую небольшую услугу. И неудивительно: гостья с самого приезда избегала Эйлин и ее мужа. И теперь ей очень хотелось сгладить свою неучтивость.

— С радостью помогу вам. К тому же, мне по пути, правда.

Смущенная Эйлин еще раз взглянула на свой старый грузовик, и благодарно улыбнулась Дэв.

— Это очень мило с твоей стороны. Моя дочь приезжает из Нью-Йорка. И я не хотела бы, чтобы у нее возникли проблемы с тем, как добраться до дома.

— Ваша дочь?! — Дэв услышала свой голос как будто из-под толщи воды.

— Да, Лесли. Она сейчас работает адвокатом в одной из фирм на Манхэттене. А сегодня утром вдруг позвонила и сказала, что приезжает. Она так давно не была здесь, что я…

Дэв старалась слушать сбивчивый рассказ Эйлин, но слова ускользали от ее разума. Лесли. Приезжает. Дэвон смотрела на Эйлин, но ничего не видела перед собой. Ее взгляд скользнул по зеленому склону, ведущему к озеру. Где-то там был лодочный ангар, который выглядел точно так же, как и пятнадцать лет назад. Дэв представила его и, казалось, даже услышала ту самую музыку.

* * * * * *

Дэв приехала к Харрисам около полуночи, вечеринка была уже в полном разгаре. Парковку заполонили пыльные пикапы и старые седаны, среди которых попадались и совсем новенькие машины — подарки на выпускной. Дэвон оставила свой мотоцикл на газоне и неторопливо спустилась к ангару, навстречу музыке и громким голосам.

Здесь собралась молодежь со всей округи, были даже те, кто приехал сюда только на время летнего сезона. Для половины подростков это была последняя, прощальная вечеринка. Осенью они разъезжались по колледжам.

Дэв не собиралась никуда уезжать. Она позже других пошла в детский сад, и до школьного выпускного ей оставался еще целый год. И, хотя до ее восемнадцатилетия оставалось еще полгода, она выглядела довольно взрослой. У нее никогда не спрашивали документы, когда она покупала пиво или пыталась пройти в «Раскрашенный Пони», одно из самых популярных мест в округе. Впрочем, на всякий случай у нее было поддельное удостоверение личности, присланное по почте откуда-то из Нью-Йорка. Но обычно надобности в нем не возникало. Тем летом на Озеро Джордж приехало так много туристов, что полицейские едва справлялись со своими обязанностями. И никому не было дела до того, что происходит на частных вечеринках.

Глядя прямо перед собой и не обращая никакого внимания на тех, кто пялился на нее, Дэв прошла через толпу людей на лужайке перед ангаром. Девушка не соизволила уделить внимание даже тем немногим, кто поприветствовал ее. Сейчас она думала совсем о другом. Дэв слишком отличалась от всех этих красоток в откровенных нарядах в первую очередь тем, что не хотела оказаться в объятьях парней, которые так бесстыдно обнимали подруг и упивались своим мужским правом тыкаться носами в их шеи. Дэвон понимала, что в любом случае будет выделяться, поэтому не особенно много внимания уделила своему внешнему виду: она даже не стала переодевать испачканные машинным маслом джинсы, тяжелые байкерские сапоги и растянутую белую майку с агрессивными львами. Не позаботилась она и о прическе.

Лодочный ангар был размером с баскетбольную площадку, но сейчас в нем стояла невыносимая жара: в воздухе висела пелена табачного дыма, запах пота и секса, исходившего от тел сотни подростков, извивающихся в последних конвульсиях уходящей невинности. Из огромных колонок ревел «Aerosmith», и почти все лампы были выключены, внутри ангара царил полумрак. Дэвон едва различала людей, но была уверена, что все равно отыщет ее. Так было всегда. Девушек как будто соединяла невидимая нить. Но эту связь чувствовала только Дэв.

Из корзины со льдом Дэв вытащила банку пива и, открыв, одним глотком осушила почти наполовину. За последние два часа это была уже четвертая банка, но Дэв все равно ничего не чувствовала. Прилив адреналина, который она ощущала от езды на большой скорости по извилистым дорогам, выжигал большую часть алкоголя в ее крови. Когда она мчалась на скорости девяносто километров в час и попадала в потоки встречного ветра, ей казалось, будто чье-то тело льнуло к ней, дышало вместе с ней, доводя до состояния экстаза. Дороги помогали ей на время забыть об одиночестве.

Лесли сидела на подоконнике и смотрела в сторону озера. Ветер развевал ее волосы, а в мягком лунном свете фигура девушки казалась еще более утонченной. Дэв увидела ее, и волнение с болью прокатилось по всему телу. Бойфренд Лесли, Майк, в другом конце ангара с друзьями катал шары на бильярде. Он держал кий так, будто тот был продолжением его члена. Дэв брезгливо ответнулась и достала из корзины еще две банки пива.

Незаметно подобравшись к Лесли, она дотронулась холодной банкой до ее обнаженной ноги и рассмеялась, когда та вздрогнула от неожиданности.

— Еще пива?

— Дэв! — Лесли расплылась в улыбке и приняла банку. — Ты же говорила, что не придешь.

Дэв пожала плечами и оперлась об оконную раму. Створки окна со скрипом открылись и нависли над водой, бросая отблески на темную гладь озера.

— Я передумала.

— Вот как? — Лесли сделала глоток «Будвайзера» и с отвращением поморщилась. Пиво было слишком крепким — любимый напиток парней. — И почему же?

— Просто решила потусить здесь немного.

— Я рада, что ты пришла.

— Ты уезжаешь в эти выходные? — Дэвон уже знала ответ, но почему-то продолжала надеяться, что Лесли скажет что-то вроде: «Нет, Дэв, я передумала. Я не хочу уезжать за пять сотен километров от дома. И от тебя». Впрочем, она знала и то, что Лесли так никогда не скажет, не стоило и мечтать.

— Да. В воскресенье. Родители меня отвезут.

Дэв на какое-то мгновение показалось, что она слышит тоску в голосе Лесли. Боль в груди от этого усилилась еще больше. Дэвон инстинктивно коснулась обнаженного колена Лесли. Ее кожа оказалась влажной от ночного тумана и показалась очень холодной под пылающими пальцами Дэв.

— Все будет хорошо.

— Да, я знаю, — Лесли весело улыбнулась. — Все будет просто замечательно. Не могу дождаться выходных.

— Ты все еще собираешься заниматься ландшафтным дизайном?

— Когда-нибудь. После колледжа и всего прочего…

Дэв кивнула, хотя и не знала ничего об учебе в колледже и о том, что за ней следует. Она никогда этим не интересовалась, поскольку после школы планировала работать в магазине родителей. Они не могли позволить себе нанять помощника, поэтому очень рассчитывали на дочь. Старший брат Дэвон уехал при первой же возможности, сбежав от ненавистной жизни с родителями. И теперь Дэв приходилось после школы и по выходным работать вместо него. Поэтому о будущем девушка не думала и не могла представить себя где-то в другом месте. Она будет жить здесь. Одна.

— А когда ты собираешься вернуться? — спросила Дэв. — Ну, в смысле, на каникулы…

— Ко Дню Благодарения, наверное, не раньше.

— Эй, Лесли! — одна из подружек окликнула ее, перекричав музыку. — Выползай из берлоги. Мы тут собираемся раскурить косячок…

Дэв знала, что это приглашение ее не касается. Для приятельниц Лесли ее дружба с Дэв была из тех вещей, которые проще игнорировать, чем пытаться понять. Дэв была странной девушкой. Другой. Но с Лесли они могли разговаривать часами. Их дружба началась совершенно случайно около года назад, когда они оказались за одним столом в читальном зале. У Лесли были проблемы с заданием по математике, а Дэвон любила этот предмет и все схватывала налету, поэтому без труда помогла девушке. Это повторилось и на следующий день, а потом они как-то незаметно начали разговаривать о чем-то кроме тождеств и уравнений. На самые разные темы.

Дэв была просто счастлива, раньше она не встречала никого, с кем было бы так легко общаться. Лесли умела и любила слушать. Но куда важнее было другое — впервые Дэвон почувствовала, что стала кому-то по-настоящему интересна. Девушки не виделись за пределами школы, если не считать редких прогулок к озеру и одного единственного случая, когда они прокатились на мотоцикле. Лесли весело хохотала, прижимаясь всем телом к Дэв, и обнимая ее обеими руками за талию. Дэв чувствовала, как грудь Лесли касается ее лопаток, и голова от этого шла кругом. Еще очень долго юная Дэвон лелеяла это воспоминание, мысленно возвращаясь к нему практически каждую ночь, тогда наслаждение горячей волной пробегало по ее телу, спускаясь все ниже.

— Иди. Все в порядке, — сказала Дэв, чувствуя нетерпение друзей Лесли. — Я всего лишь хотела… Увидеть тебя еще раз. Рассказать, как мне будет трудно, когда ты уедешь. Я так сильно буду по тебе скучать.

Дэвон не смогла произнести это вслух, но по ее лицу было видно, как плохо ей в этот момент. Наверное, Лесли все же смогла это увидеть.

— Идите, я скоро вас догоню, — сказала она окликнувшей ее девушке.

Сью издала возглас раздражения, но, тем не менее, удалилась. Лесли же взяла руку Дэв и спрыгнула с подоконника.

— Идем. Давай просто прогуляемся.

Лесли коснулась ее руки лишь на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы ноги Дэв стали словно ватными. Она безмолвно пошла следом, на той самой невидимой привязи, которую чувствовала постоянно и которая неизменно тянула ее к Лесли.

— Ох, здесь мне гораздо лучше, — сказала Лесли, как только они вышли на улицу.

Девушки неспешно двинулись вдоль кромки воды, оставляя позади шумный, заполненный сигаретным дымом ангар. Присев на одну из скамеек, Лесли посмотрела на небо.

— Интересно, в городе звезды такие же, как здесь?

Дэв не могла ответить на этот вопрос. Она никогда не была в большом городе, ее родители никогда не устраивали себе отпуск и не оставляли магазин в чужих руках.

— Наверное. Думаю, они везде выглядят одинаково.

Лесли повернулась к ней и улыбнулась.

— Да, наверное, это так.

Дэв не собиралась целовать Лесли. Она даже не чувствовала собственных движений, пока инстинктивно не коснулась давно желанных губ. Дэв и представить не могла, какие они мягкие и нежные. Дрожащие пальцы скользнули по шее Лесли, ощутив неистовое биение пульса. В следующий миг Дэв почувствовала, как руки обвили ее шею. Она поняла, что Лесли ответила на поцелуй. Их тела оказались непростительно близко. Дэв крепко сжала девушку в объятьях и, не отдавая себе отчета, запустила руку под ее футболку, тут же нащупав твердый сосок. Лесли слабо застонала, и от этого плотина в сердце Дэв прорвалась, и все чувства, которые она так долго сдерживала, вырвались наружу.

— О, Лес… — прошептала Дэв. Она взяла лицо Лесли в свои ладони и поцеловала еще раз. Их тела принялись изгибаться в унисон друг другу. Лесли обняла Дэв за талию, прижимаясь сильнее. — Лес, я люблю…

— Твою мать!

Кто-то схватил Дэв за плечо и, вырвав из объятий Лесли, бросил на землю с такой силой, что едва не вышиб из нее дух. Ошеломленная этим, Дэв хватала ртом воздух, но в следующую секунду тяжелый ботинок ударил ее в бок, заставив скорчиться от резкой боли.

— Какого черта ты тут вытворяешь? — заорал на нее бойфренд Лесли.

Сквозь далекий шум Дэв слышала, как Лесли кричит, чтобы он остановился. На боль она уже не обращала внимания. И она почти не чувствовала ударов, которые сыпались как будто со всех сторон. По-настоящему она ощутила боль лишь тогда, когда услышала слова Лесли.

— Майк, перестань! Это же просто шутка. Я просто дурачила ее. Она для меня ничего не значит!

Дэв моргнула, пытаясь стряхнуть воспоминания. Она постаралась сосредоточиться на словах Эйлин.

— Даже не знаю, как тебя благодарить, — сказала мать Лесли. — Надеюсь, тебя это не сильно затруднит.

— Нет, — ответила Дэв, пытаясь изобразить улыбку на онемевших от напряжения губах. — Совсем не затруднит.

Глава четвертая

Дэв припарковалась возле перрона ровно за десять минут до прибытия поезда. Сидя в машине и сжимая руль, она пыталась не поддаться нахлынувшим воспоминаниям. Но все-таки не получалось не думать о девочке из прошлого, которая так долго не покидала ее мечты. Если бы она только знала, что та девушка, которую нужно подвезти с вокзала, именно Лесли, она ни за что бы не согласилась выполнить просьбу Эйлин Харрис. Дэв искренне сомневалась, что эта поездка будет приятной. Последний раз Дэв была здесь лет шесть назад — в день новоселья родителей. Теперь они жили в поселке для пенсионеров во Флориде. Тогда она немного расспросила у местных о Лесли. Никто не видел ее здесь уже несколько лет. Лесли была одной из тех молодых, амбициозных и энергичных людей, которые покидают родные провинциальные города, чтобы никогда не вернуться обратно. Так в свое время сделала и Дэв.

Эйлин упомянула, что Лесли сейчас работает адвокатом на Манхэттене. Дэв вспомнила, что раньше Лесли часами могла рассказывать о ландшафтном дизайне, о том, как она хочет создавать такие места, где люди могли бы жить в абсолютной гармонии с природой. Она собиралась вернуться и открыть здесь свое дело и, может быть, даже работать в Службе Национальных Заповедников. Эта идея казалась настолько вдохновляющей, что каждый раз, когда они с Лесли беседовали, Дэв влюблялась в эту мысль все больше и больше. Сама она не строила никаких грандиозных планов на жизнь. На что Лесли обычно улыбалась и говорила, что она успеет еще что-нибудь придумать.

А после отъезда в Йельский университет жизненные приоритеты Лесли кардинально изменились. Дэв не была уверена, что узнает ту юную идеалистку, которой когда-то была ее подруга. Как бы то ни было, очень скоро ей предстоит это выяснить. Несколько свистков сообщили о прибытии поезда. Наблюдая за выходящими пассажирами, Дэв неожиданно почувствовала волнение.

Она напрасно думала, что не узнает Лесли. Но, несомненно, обе они сильно изменились. Лесли спускалась по лестнице с дорогим кожаным портфелем, свисающим с плеча на длинном ремне, а в руке держала небольшой чемодан. Она была намного стройнее и увереннее, чем Дэв себе представляла. Несмотря на это, женщина казалась невероятно напряженной, словно хищник, готовый в любой момент напасть на жертву. Ее глаза смотрели спокойно и оценивающе. Юношеская невинность сменилась острой, как бритва, элегантностью. Лишь на секунду Дэв показалось, будто воздух вокруг Лесли задрожал, и вновь натянулась та невидимая нить, которая когда-то их связывала.

Выходя из машины, Дэв еще раз напомнила себе, что даже если эта нить и существовала когда-то, то все равно разорвалась много лет назад.

Лесли остановилась на тротуаре, ища глазами старый джип своей мамы. Ренселлер не являлся большой железнодорожной станцией, поэтому машин было немного. И автомобиля Эйлин Харрис среди этих машин не наблюдалось.

— Черт, — пробормотала Лесли, запуская руку в портфель и извлекая оттуда свой BlackBerry. У матери не было мобильного телефона, поэтому Лес набрала домашний, и в этот же момент услышала, как кто-то окликнул ее по имени. Удивленная, она повернулась и встретилась с взглядом карих глаз, которые не могла забыть много лет. Тут же в сознании всплыли воспоминания о событиях пятнадцатилетней давности.

* * * * * *

Лесли даже не удивилась тому, что вечеринка начала ей надоедать. Майк как всегда много пил и постепенно переставал себя контролировать. К счастью, он сейчас был занят игрой на бильярде, поэтому оставил ее в покое. Лесли ненавидела, когда он, желая покрасоваться, приставал к ней на людях. Можно было подумать, будто она позволила бы трахнуть ее на глазах у всех его приятелей.

Чувствуя волнение, Лесли оставила Майка наслаждаться игрой и стремительно выбралась из толпы. В ангаре было жарко и душно, от чего пиво стало отвратительно теплым. Все это определенно не прибавляло веселья. Ей было грустно, несмотря на то, что все складывалось именно так, как она запланировала — она закончила школу с лучшими оценками и собиралась учиться в очень престижном колледже. В своей новой жизни она планировала избавиться от всего, что ее тяготило, в том числе и от Майка.

«Но от чего эта грусть?» — думала она.

Лесли открыла окно и села на подоконник. Она наслаждалась легким бризом и мягким светом, купающейся в облаках луны. Поразительно, каким ясным может быть ночное небо. Оно не было черным, скорее темно-темно синим. Будто волшебным. Лесли определенно будет очень скучать по всему этому. По озеру, по лесу и по невероятно чистому воздуху. Но было еще кое-что, о чем она будет скучать особенно сильно. Что-то, что она и сама хотела понять, но не могла найти подходящего объяснения. И каждый раз, когда она пыталась сделать это, ее охватывало чувство беспомощности. Лесли не понимала причину этого страха, ведь она в любой момент сможет вернуться домой.

Лесли вздрогнула от холодного прикосновения к ее ноге. И услышала голос, который ждала весь вечер.

— Дэв! Ты же говорила, что не придешь.

Даже полумрак не мог скрыть мягкой улыбки Дэв. Лесли взяла протянутую ей банку пива и лишь на мгновение коснулась пальцев своей подруги. Она почувствовала, как грусть начинает уходить.

* * * * * * * * *

Сейчас на лице Дэв не было и следа той улыбки. Лесли постаралась собраться и сохранить непринужденное выражение лица. Тени прошлого начали уходить, как исчезают с приходом утра морозные узоры на оконном стекле, оставляя после себя лишь капли воды. Лесли снова была собой — уверенной и держащей все под контролем взрослой женщиной.

— Привет, Дэв.

— Привет, Лес.

— Я полагаю, это не совпадение, — в голосе Лесли проскочили нотки недовольства. И Дэв сделала как будто извиняющийся жест.

— У твоей мамы не заводилась машина. А я снимаю у нее домик. Вот Эйлин и попросила забрать тебя. Извини, если…

— Нет, я очень благодарна. Спасибо, — Лесли автоматически смотрела на Дэв, как на потенциального свидетеля, пытаясь угадать, как все было на самом деле. К сожалению, сейчас по ее лицу невозможно было прочитать — говорит ли она правду или нет. — Надеюсь, тебе было по пути.

— Да, я как раз была неподалеку, — Дэв подняла чемодан Лесли. — Моя машина вон там…

— Ты не могла бы подождать минутку, я хочу взять кофе. Тот, что предлагают в поезде, пить просто невозможно.

— Конечно. Вон тот черный Шеви — мой.

— Тебе что-нибудь захватить?

— «Колу», если не трудно. Спасибо.

«Да уж, дорога домой покажется вечностью, — подумала Лесли, заходя в кафе. — Наверное, стоит пересмотреть планы на этот приезд, если мы с ней будем часто сталкиваться».

— Большую чашку черного кофе и колу, пожалуйста, — сказала Лесли, не отрывая взгляда от списка сообщений в телефоне. Она забыла, что ей нужно на какое-то время ограничить употребление кофе. Когда ее выписывали из больницы, выдали целый перечень инструкций. Кроме запрета на кофе, Лесли должна была отказаться от шоколада, побольше отдыхать и постараться не нервничать. Также ей прописали препарат для регулирования давления, который должен был способствовать нормализации сердечного ритма. А в завершение, настоятельно рекомендовали как можно скорее записаться на сдачу повторных анализов. Но единственной выполненной врачебной рекомендацией пока было только уменьшение количества утреннего кофе с пяти чашек до трех.

На самом деле, сейчас Лесли чувствовала себя прекрасно.

Вернувшись вчера домой, она решила, что серьезность произошедшего с ней сильно преувеличена. Что бы это ни было, наверняка, причина в том, что последние дни на работе выдались слишком напряженными. И поскольку теперь ее график не такой плотный, запрет на кофе можно и вовсе снять.

Подходя к машине, Лесли с интересом наблюдала за Дэв, сидящей за рулем. Возникла мысль, что если бы они столкнулись на улице, то вряд ли бы Лесли узнала ее. Но, наверняка, обратила бы внимание на такую привлекательную женщину. Волосы Дэв еще напоминали ту юношескую нечесаную копну, но теперь они были значительно длиннее. В школе Дэв была гибкой и стройной, теперь же ее фигура казалась сильной и мускулистой, особенно в этой белой обтягивающей майке и черных джинсах. Но изменилось не только тело Дэв. Было время, когда девушки могли непринужденно болтать часами, а теперь Лесли почти физически чувствовала вставшую между ними невидимую стену. И это было даже к лучшему, потому что снова броситься в омут воспоминаний ей совершенно не хотелось.

— Вот, держи, — Лесли отдала «Колу» и, ухватившись за ручку над дверью, забралась в машину. Ее юбка при этом задралась до середины бедра, но краем глаза Лесли успела заметить, что Дэв никак на это не отреагировала. Она смотрела прямо перед собой, это немного задело Лесли. Не то чтобы она хотела со стороны Дэв внимания подобного плана, скорее, она просто не привыкла к тому, что ее игнорируют.

— Спасибо, — Дэв поставила «Колу» в держатель для напитков и завела двигатель.

Пятнадцать минут они ехали в полной тишине, и Дэв, в конце концов, решила положить этому конец:

— Твоя мать сказала, что ты теперь адвокат.

— Да, партнер в юридической фирме на Манхэттене.

— Уже партнер. Ты, наверное, трудишься днем и ночью, — заметила Дэв, послушно удивившись тому, чему следовало удивиться.

— Не особо, — ответила Лесли. Машина уже достаточно прогрелась в лучах высоко парящего солнца, и Лесли расстегнула кофту, под которой оказалась белая шелковая блузка. Она прекрасно понимала, что через тонкую ткань просвечивается кружевной бюстгальтер. Лесли хотелось обратить на себя внимание Дэвон — слишком остро она ощущала ее присутствие рядом.

И вдруг Лесли поймала себя на мысли, что если бы она ничего не знала о Дэв, то все равно бы предположила, что та лесби. Дэвон Вебер была очень привлекательна в своем слегка грубоватом и неотесанном стиле.

Впервые за всю поездку Дэв повернула голову и посмотрела прямо на Лесли. Ее поразило с какой легкостью та отказалась от признания своих успехов. Взгляд Дэвон непроизвольно скользнул по упругой груди Лесли, заметной сквозь белый шелк блузки. Сейчас Лесли была настолько красива, что затмевала юношеский образ в памяти Дэвон. Но наступать на те же грабли женщина вовсе не собиралась.

— А что с ландшафтным дизайном?

Лесли нервно рассмеялась — это был вопрос, который мог задать только тот человек, который ее хорошо знал. Слишком хорошо.

— Я не вспоминала об этом уже много лет. Похоже, это мечта из категории «вырасту — стану космонавтом». Стоило только оказаться в колледже, как тут же все изменилось.

«Нет, — хотела сказать Дэв. — Все изменилось задолго до этого».

— Значит, тебе нравится то, чем ты сейчас занимаешься? — спросила она, стараясь обернуть разговор в пустую болтовню.

«Доберемся до озера и, надеюсь, больше никогда не встретимся», — Дэвон старалась унять свое волнение.

— Не уверена, что нравится это подходящее для моей работы слово, — сухо ответила Лесли. — Она меня скорее устраивает. Я люблю выигрывать дела в суде. А как у тебя? Занимаешься магазином родителей?

— Нет. Они продали его, и лет шесть назад переехали во Флориду, — обмениваясь даже такими рядовыми фразами, Дэвон осознала, как мало они знают друг о друге. А ведь было время, когда они понимали друг друга без слов. — Я биолог. Этим летом работаю на озере.

— Ты, наверно, шутишь, — вырвалось у Лесли прежде, чем она успела как следует подумать. — Черт, прости. Это было грубо с моей стороны.

Но Дэвон нисколько не обиделась, а только рассмеялась. Они свернули на шоссе, которое тянулось вдоль озера. Дэв знала эти места, как свои пять пальцев, и могла проехать по ним даже с закрытыми глазами.

— Да брось, я не обижаюсь. Уверена, никто из моих одноклассников не предположил бы, что когда-нибудь я займусь наукой.

— Просто я не помню, чтобы тебя это интересовало.

— Да, тогда не интересовало.

— Что же послужило такой перемене?

Свернув на дорожку у Приозерного, Дэв остановилась рядом с джипом Эйлин и повернулась к Лесли, встретившись с ее пытливым взглядом.

— После всего, что произошло, единственно верным решением было заняться учебой.

Дэвон всеми силами старалась не вспоминать тот эпизод своей жизни, поэтому сейчас даже побледнела. Чувство вины застигло Лесли врасплох и спазмом сдавило грудь. Резко открыв дверь, она выскочила из машины. Но все вокруг лишь сильнее напоминало о прошлом.

Лесли увидела тот самый дом, в котором она провела свое детство, а потом и юность. Он выглядел точно также, как и много лет назад: большой, трехэтажный, обшитый белыми досками, он словно смотрел на нее своими глазами-окошками под остроконечными крышами. Лесли заметила, что не только дом остался прежним: ее мама, приветливо машущая ей с крыльца, тоже совсем не изменилась. На дальней стороне стоянки можно было рассмотреть практически полностью заросшую травой тропинку, которая вела вниз по склону к лодочному ангару. Тому самому.

«Некоторые вещи, наверно, забыть просто невозможно», — с грустью подумала Лесли и, обернувшись, посмотрела на Дэв.

— Мне так жаль. Прости. Я бы очень хотела все исправить. Но вряд ли это уже возможно.

Дэв смотрела, как Лесли быстро удаляется в сторону дома. И воспоминания снова накрыли ее снежной лавиной: в ушах звучали слова, которые вряд ли когда-нибудь забудутся. Я просто дурачила ее. Она для меня ничего не значит!

Да, изменить что-либо было действительно невозможно, да и не хотелось. Достав из машины чемодан Лесли, Дэвон направилась к дому. И сейчас, и много лет назад, те слова Лесли значили только одно: они всегда были далеки друг от друга. И если когда-то казалось, что это не так, — это было лишь фантазией Дэв. Миражом, созданным ее мечтами и глупыми надеждами.

Сейчас, те мечты остались далеко в прошлом, но Дэв все равно собиралась подыскать другой дом на лето. Она не ожидала, что встреча с Лесли обнажит былые раны.

Глава пятая

Лесли остановилась у входа в дом своего детства. На крыльце стояла мама и, Лесли попыталась вглядеться в ее глаза и отгадать, о чем та думает. С родителями Лесли не виделась уже три года, хотя для того, чтобы их навестить, нужно было проделать всего три часа пути. Но придумывать причину своей вечной занятости не составляло большого труда — Лесли действительно постоянно работала. Впрочем, довольно часто работа служила всего лишь удобным предлогом.

Сейчас в глазах матери Лесли видела тепло, которое омрачалось легкой тенью печали. И повод для грусти действительно был: когда-то Эйлин была очень близка со своей дочерью, а потом та уехала учиться в колледж и очень сильно отдалилась.

«Да, — подумала Лесли. — Пропасть между нами образовалась тогда, когда я решила поступать в юридическую школу».

— Привет, мам.

Эйлин крепко обняла дочь:

— Здравствуй, дорогая. Прости, что не смогла сама тебя забрать.

Лесли заметила в движениях мамы напряжение и поняла, что она чувствует себя неловко в присутствии дочери.

— Все в порядке. В конце концов, я же так внезапно приехала.

— Хорошо, что доктор Вебер смогла тебя подвезти, — сказала Эйлин, глядя в сторону.

— Доктор Вебер? — Лесли обернулась, чтобы увидеть, приближающуюся к ним Дэв, с портфелем в одной руке и чемоданом в другой.

Дэв смущенно пожала плечами:

— Все меняется.

— Тебе не стоило нести сюда мои вещи, — сказала Лесли, протягивая руку к чемодану.

— Мне нетрудно, — ответила Дэв, поднимаясь по ступенькам крыльца.

— Твоя старая комната свободна, — сказала Эйлин. — Я сдаю ее только в случае крайней необходимости, а сейчас клиентов не так много. Тебе никто не будет мешать.

«Только если не приедет Рейчел», — подумала Лесли. Она представила свою подругу под испытующим взглядом мамы. К тому же, и думать не хотелось о том, что можно заняться сексом в своей детской спальне. Ужасно, если Эйлин таким способом узнает, что ее дочь встречается с женщиной. Нет ничего хуже, чем видеть разочарование в глазах родителей.

— Я бы предпочла один из гостевых домиков. Они не все заняты?

— Еще не все. Но у нас есть несколько предварительных заказов.

— Наверное, — заметила Дэв. — Я… эм-м… мне лучше будет поискать дом поближе к лаборатории.

Эйлин удивленно обернулась.

— Мам, давай разберемся с этим позже. — Произнесла Лесли, пристально глядя на Дэв.

— Конечно. Я проверю книгу заказов, и мы все решим за ужином, — Эйлин бросила настороженный взгляд на Дэвон. — Надеюсь, ты присоединишься к нам сегодня вечером.

— Спасибо… — начала Дэв, пытаясь придумать повод для отказа. Но в этот самый момент, в доме раздался телефонный звонок.

— Вот и отлично, — торопливо проговорила Эйлин и поспешила внутрь, оставляя растерянную Дэв наедине с Лесли.

— Я пойму, если ты придумаешь какой-нибудь глупый предлог, чтобы не прийти.

— Я настолько предсказуема?

— Мне бы пришлось хорошенько поработать, прежде чем выпустить тебя свидетелем по какому-нибудь делу, — улыбнулась Лесли. — Тебя всегда выдают глаза.

— Неправда, — тихо ответила Дэв. — Только ты умела разгадывать мои мысли. Другим это не удавалось.

Лесли поспешно отвела взгляд. А Дэв понимала, что у нее нет ни одного хорошего предлога, чтобы отказаться от ужина у Харрисов. Все время своего пребывания здесь она старательно избегала пересекаться с ними — боялась, что случайно всплывет тема, о которой ей не хотелось ни говорить, ни думать. Но теперь прошлое повернулось к ней лицом, и не думать о Лесли было невозможно. От этих мыслей не спасла бы даже возможность прямо сейчас сесть в машину и уехать за тысячу километров. Оставалось только одно — понять, что эта бизнес-леди уже давно не та девушка, которую Дэв когда-то знала. Нужно было убедить себя, что их дружба умерла в тот самый день, когда вся жизнь Дэв перевернулась с ног на голову. И, возможно, именно обычный совместный ужин лучше всего сможет подтвердить, что у них больше не осталось ничего общего.

— Прости меня, — извинилась Дэв.

— За что? — спросила Лесли, переводя рассеянный взгляд со старого лодочного ангара на Дэвон.

— За то, что вспомнила о прошлом. Твой приезд застал меня врасплох.

— Я не планирую здесь задерживаться, — резко выдохнула Лесли, ощущая, как ее охватывает необъяснимый страх. Она стояла под теплым июньским солнцем, любовалась великолепным видом на лес и зеркальной гладью озера. Лесли надеялась в родных местах найти спокойствие, но вместо этого воспоминания стеной обступили ее. — Тебе не обязательно съезжать, мы вряд ли будем пересекаться. Я большую часть времени буду проводить за работой, да и ты, думаю, тоже.

«Доктор Вебер», — пронеслось в голове Лесли. Сейчас и представить было невозможно, что эта женщина когда-то была замкнутым, колючим подростком. Дэв никогда не относилась к учебе серьезно. Она практически провалила свой предпоследний год в школе, но Лесли знала, что на самом деле Дэв обладала очень большими способностями. Это было заметно по тому, как девушка говорила и чем интересовалась. Дэв разбиралась, кажется, в любой области. Но ее никогда не заботили хорошие отметки или еще что-то, чего от нее ждали другие. Именно это и привлекало Лесли.

— Я поживу в доме родителей.

— Ты должна жить там, где тебе хочется, — разумно заметила Дэв. — В конце концов, это твой дом.

— Нет, это не так, — Лесли закинула на плечо портфель и хотела сказать, что ей все равно, где спать. Но ее голова вдруг закружилась, а в глазах потемнело. Последовавший за этим приступ панического страха заставил ее сердце биться с невероятной скоростью. Лесли уронила свой багаж на пол и, судорожно хватая воздух, села в кресло, стоящее здесь же на крыльце.

— Лес, с тобой все в порядке? — Дэв тут же оказалась рядом с девушкой. Лесли была бледной, как полотно, и выглядела очень напуганной. Дэв присела рядом. — Лес?

— Все хорошо, — одними губами ответила Лесли. Дышать было все еще трудно, но сердце постепенно успокаивалось, приходя в свой обычный ритм. — Это из-за жары. Надо было заказать в поезде что-нибудь кроме кофе.

— Я принесу тебе попить, — сказала Дэв, поднимаясь, но Лесли схватила ее за руку.

— Не надо. Моя мама…

— Я ничего ей не скажу, — Дэв чувствовала себя неловко от того, что Лесли держала ее за руку. Странно, но ее пальцы были именно такими, какими Дэв их помнила, — мягкими, но в то же время сильными. Сталь под нежным шелком. Тело Дэв помнило каждое, даже случайное, прикосновение Лесли, и сейчас его едва ли не разрывало на части от нахлынувших эмоций. Дэв осторожно высвободила свою руку. — Я скажу твой маме, что это для меня. «Пепси», а не «Кока-кола», так?

Лесли прикусила губу. За два года отношений Рейчел так и не смогла запомнить это, а Дэв помнила. Даже спустя столько лет. Лесли чувствовала, что сейчас расплачется от этих мыслей. Она кивнула в ответ. Хотелось, чтобы Дэв поскорее ушла: Лес сейчас нужна была минутка, чтобы взять себя в руки, она не хотела, чтобы Дэв видела, как ее трясет.

— Да, спасибо. «Пепси» было бы отлично.

— Хорошо, — Дэв пришлось засунуть руки в карманы, чтобы побороть неистовое желание коснуться плеча или волос Лесли. Просто коснуться, чтобы успокоить и заверить, что все будет в порядке. Лесли все еще плохо выглядела, и на какой-то миг Дэв даже показалось, что та сейчас потеряет сознание. — Не вставай. Я сейчас вернусь.

Оставшись, наконец, наедине с самой собой, Лесли запрокинула голову и закрыла глаза. Прижав указательный палец к запястью, она проверила свой пульс. Сердце билось часто, но достаточно ровно. Дыхание постепенно возвращалось. Было действительно очень жарко для июня и, надо было признать, внезапная встреча с Дэв просто выбила ее из колеи. Для Лесли возвращение домой и так было делом не из легких, теперь же она вообще начинала жалеть о своем решении навестить родителей.

С тех пор, как ее жизненные приоритеты изменились, и вместо защиты окружающей среды она занялась юриспруденцией, отношения с родителями стали натянутыми. Особенно с мамой. Ее родители были настоящими хиппи. И Лесли хорошо помнила, как раньше они регулярно участвовали в маршах за равные права. Во время шествия, она сидела на плечах у отца, держа в руках какой-нибудь транспарант, посвященной жестокому обращению с рабочими-эмигрантами на фермах. Будучи ребенком, она постоянно слышала, как родители обсуждают со своими друзьями самые разные темы — от абортов до глобального потепления. И даже сейчас они выращивали овощи без удобрений, и во время переправки туристов на лодке ее отец не пользовался ничем, кроме паруса и весел. Поэтому решение Лесли стало для них большим разочарованием, и она это прекрасно понимала.

— Вот, держи, — сказала Дэв, присаживаясь на корточки рядом с Лесли и протягивая ей запотевший бокал. — Безо льда, но с соломинкой.

Как ты любишь. Дэв не произнесла этих слов, но Лесли все равно услышала их. Она взяла бокал и едва заметно улыбнулась:

— Спасибо.

— Как ты себя чувствуешь?

Лесли сделала глоток «Пепси», стараясь избавиться от головокружения, приступы которого начинались каждый раз, когда она задерживала свой взгляд на Дэв слишком долго. Кто бы мог подумать, что два дня назад Лесли была погружена в совершенно иной мир. В мир, который она сама выбрала и в котором точно знала, кем является. Там она чувствовала себя, как рыба в воде. Там все было под контролем. Но всего три часа на поезде — и от этого не осталось и следа.

— Лес? — Дэв осторожно взяла левую руку Лесли в свою ладонь. На ней не было ни обручального кольца, ни даже следа от него на безымянном пальце. Но внимание Дэв привлекло не это. Она заметила небольшую гематому, очевидно оставшуюся после медицинской иглы. — Лес, что с тобой?

— Ничего, — Лесли высвободила свою руку и повернула ее так, чтобы следов от капельницы не было видно. «Как я могла забыть про синяки!» — раздраженно подумала она. На правом предплечье был точно такой же след, но рукав блузки надежно прикрывал его.

Дэв не стала настаивать на том, чтобы Лесли обо всем ей рассказала, но в ее глазах читалось беспокойство.

Лесли вдруг поймала себя на мысли, что на железнодорожной станции она едва узнала Дэвон. Но теперь отчетливо видела те знакомые черты и жесты, которые никогда бы не смогла забыть. Лесли достаточно было лишь взглянуть в глаза Дэв, чтобы узнать ее где угодно и когда угодно. Да, эти глаза ничуть не изменились. И Лесли не преувеличивала, когда говорила, что они всегда выдавали Дэв с головой. Когда девушка злилась, то маленькие золотые искорки, которые так любила Лесли, исчезали без следа, глаза становились темнее, и из песочных превращаясь в темно-серые. Когда Дэв радовалась, они вспыхивали оттенком зеленого, таким же ярким и чистым, как трава весной. А когда Дэв беспокоилась, как сейчас, то ее глаза затуманивались и становились похожими на воды озера во время сильного дождя.

— Все действительно в порядке. Просто много всего навалилось, — не отдавая себе отчета, Лесли положила руку на плечо Дэв и неожиданно для самой себя почувствовала твердые мускулы под майкой. Это не было похоже на естественную подтянутость Рейчел или на ее собственное измученное спортзалом тело. Лесли всегда считала себя очень сильной, но то, что она чувствовала в теле Дэв, было настоящей мощью.

— Думаю, тебе стоит поспать до ужина, — сказала Дэв, не до конца поверив в то, что сказала ей Лесли. Но у нее не было никакого права устраивать допрос с пристрастием. Дэв поднялась на ноги, чувствуя, что дышать становится гораздо легче, когда на ее плече не лежит рука Лесли. Физический контакт заставлял ее нервничать. — Твоя мама просила передать, что она освободила для тебя домик. Я отнесу туда твой багаж.

Лесли отставила бокал с напитком в сторону и поднялась.

— Дэвон, ты и так сегодня столько всего для меня сделала. Не стоит быть еще и моим носильщиком.

— Я так частенько подрабатывала, — улыбнулась женщина. — За это неплохо платят.

— А где ты училась?

— В Сиракузах.

Лесли грустно улыбнулась: она сама когда-то хотела поступить в Сиракузский Институт Леса. Они с Дэв часто говорили об этом, сидя у озера после школьных занятий. Но когда ее приняли в Йель, куда она подавала заявку только потому, что на этом настояли консультанты по вопросам семьи, у нее не хватило сил сопротивляться соблазну учиться в одном из университетов Лиги Плюща. В то время ей хотелось вырваться из своего маленького городка и узнать о жизни как можно больше. В ее выпускном классе было около ста человек, и всех их она знала с детского сада. Они одинаково выглядели, одинаково думали, и имели схожие планы на будущее. Все, кроме Дэв. Она, по сути, была единственным интересным человеком, не похожим на других. И их дружба была чем-то, что постоянно нарушало размеренную жизнь Лесли.

— Думаю, у тебя найдется занятие поинтереснее, чем тягать мои сумки.

Дэв пожала плечами, но все равно подняла чемодан. У нее и в мыслях не было позволить Лесли самой тащить такой груз до ее домика, который находился довольно далеко.

— Лес, ты же на каблуках.

Лесли недовольно подняла брови:

— Я всегда так одеваюсь. И если уж я выдерживала спринт по аэропорту с двумя чемоданами и набитым бумагами портфелем, то прогулка по лесу мне уж точно под силу.

— Ну ладно, держи, — сказала Дэв, передавая ей портфель. Чемодан она все же оставила себе.

— Не помню, чтобы раньше ты была такой упрямой, — проворчала Лесли. В ее голосе одновременно слышались раздражение и смущение.

— Наверное, я изменилась.

Лесли вздохнула и повесила портфель на плечо:

— Наверное, мы обе изменились.

— Идем, я провожу тебя до дома, — улыбнулась Дэв.

Глава шестая

— Идем, я провожу тебя до дома.

Лесли с недовольством смотрела на спущенную шину своего горного велосипеда. Дэв стояла неподалеку, под кроной могучего клена. Она была одета в простые джинсы и любимые мотоциклетные сапоги, а в руках Дэв держала сразу два их рюкзака и улыбалась.

— Еще посмейся, — Лесли надула губы, но тут же спохватилась — теперь Дэв точно будет смеяться над ней. — И как назло забыла коробку с инструментами.

— У тебя все равно нет насоса. Так что одними гаечными ключами ты бы тут все равно не справилась, — с этими словами Дэв оглядела Лесли. — К тому же, это не совсем подходящая одежда для ремонта велосипедов.

— Ха-ха, — Лесли слегка дернула Дэв за рукав джинсовой рубашки. — Зато ты одета как раз для этого. Неужели в багажнике твоего мотоцикла нет ничего, чтобы починить шину?

Дэв рассмеялась:

— Вообще-то это немного разные шины, Лес.

— Я в курсе, Дэвон, — фыркнула в ответ Лесли, но на лице ее играла улыбка. Она знала, что если бы у Дэв были нужные инструменты, она бы уже поменяла ей колесо. Дэв нравилось делать что-нибудь для Лесли. Нести ее рюкзак, во время прогулок к озеру. Чинить замок на ее шкафчике, когда тот начинал заедать, а слесарь все забывал его заменить. Один раз Дэв даже расчищала от снега место на стоянке. Лесли тогда приехала в школу на джипе своих родителей, и за время занятий его замело почти доверху. Лесли могла и сама со всем этим справиться, но она знала, что Дэв приятно делать это для нее. Это было странно, но в тоже время очень мило.

— Ну, раз ты знаешь, что у меня нет ничего, чем можно было бы починить твою шину, — сказала Дэв. — То нам пора уходить. Скоро стемнеет.

— Тебе необязательно идти со мной. А то придется возвращаться за мотоциклом…

— Я не против прогуляться, — Дэв окинула взглядом пустую школьную стоянку. — Лес, до твоего дома почти два километра, я не позволю тебе одной толкать велосипед в такую даль, да еще и в темноте. К тому же, ты не сможешь нести свои книги и…

— Я придумала! Подвези меня домой на мотоцикле, — Лесли схватила Дэв за руку. — Я пристегну велосипед к ограде, и мы оставим его здесь, а завтра я привезу инструменты и насос — и ты сможешь все починить.

На мгновение Лесли показалось, что Дэв не согласится. На лице девушки появилось странное выражение, как будто она чего-то испугалась. Лесли задумчиво наклонила голову.

— Дэв?

— Конечно. Отличная идея, едем.

Лесли пристегнула велосипед и пошла вслед за Дэв к мотоциклу. Они закрепили учебники в подседельных сумках. Взобравшись на мотоцикл, Дэв протянула Лесли руку.

— Ты до этого когда-нибудь ездила на заднем сиденье мотоцикла?

— Нет.

— Тогда держись покрепче и наклоняйся, когда я наклоняюсь. Все время прижимайся ко мне, хорошо?

— Хорошо. Как насчет проехать еще и вокруг озера? У тебя есть немного времени?

Дэв на секунду задумалась, а потом кивнула:

— Конечно.

Лесли села позади Дэв. Байк оказался гораздо шире, чем она ожидала. Чтобы сохранить баланс ей пришлось наклониться вперед и прижаться грудью к спине подруги. Когда двигатель ожил и зарокотал, Лесли крепко обхватила Дэв за талию. От этого Дэв дернулась так, как будто это простое движение оказалось для нее неожиданностью.

— Так нормально? — спросила Лесли, едва касаясь губами уха Дэв.

— Ага, отлично, — Дэв оглянулась на Лесли, в тот момент ее глаза казались невероятно темными. — Ну что, ты готова?

Лесли кивнула, почувствовав легкую пульсацию внизу живота, когда она прижалась к Дэв. «Наверное, это от нервов», — подумала она. Дэв выехала со стоянки, и ветер с невероятной скоростью полетел им навстречу. Лесли чувствовала себя совершенно открытой огромному миру. Это чувство было таким необычным, но в то же время немного пугающим. Она еще крепче прижалась к Дэв, восхищаясь невероятной силой подруги. Бедра Дэв казались узкими и твердыми, а плечи были куда более широкими и мускулистыми, чем предполагала Лесли. Она прижималась щекой к спине, между лопатками подруги, позволяя телам сдвинуться еще плотнее. Рядом с Дэв Лесли чувствовала себя в безопасности.

— Хочешь, я занесу чемодан в дом? — спросила Дэв, останавливаясь на пути к дому.

— Нет, спасибо, я справлюсь, — Лесли забрала свой багаж из рук Дэв. — Ты не в курсе, в этих домиках имеется интернет?

Дэв рассмеялась:

— Лес, здесь даже телефона нет.

— Здорово, — вздохнула Лесли. — Я надеялась, что хотя бы это они уже сделали. Но, наверное, стоит быть благодарной уже за то, что есть, по крайней мере, электричество и нормальный туалет.

— Жизнь в городе сделала тебя слабой и беспомощной.

Лесли ответила ей полным возмущения взглядом:

— Ты точно понятия не имеешь, что такое Манхэттен.

— Это правда, — улыбнулась Дэв.

— А ты где живешь?

— В домике неподалеку от Озера Фингер, но мне часто приходится уезжать по работе, так что, фактически, половину времени я провожу в разъездах.

Любопытство разрывало Лесли изнутри, ей очень хотелось узнать, что же заставило Дэв так круто изменить свою жизнь. Но на часах уже было шесть вечера и, если за время ее отсутствия кардинально ничего не изменилось, то Эйлин будет ждать их обеих к ужину в половине восьмого, сразу после того, как приготовит закуски для клиентов. И если Лесли хочет успеть принять душ и подремать хотя бы пять минут, то самое время уединиться. К тому же, близость Дэв напоминала о вещах, о которых Лесли не думала уже очень много лет. Долгая дорога и эти воспоминания как будто погрузили ее в какую-то альтернативную реальность. Так что единственное, чего сейчас ей хотелось, — проверить электронную почту и позвонить в офис. Может, тогда она почувствует себя в своей тарелке.

— Еще раз спасибо.

— Без проблем.

Спустя пару секунд Дэв растворилась в лесу, оставив Лесли наедине со своими мыслями. Она отнесла сумки в свой маленький домик и осмотрелась. Все выглядело в точности так, как и много лет назад, когда ей приходилось прибираться здесь по выходным и во время летних каникул. Одна большая комната с кухней у дальней стены, спальня и маленькая ванная комната. Был даже камин и софа с невысокими столиками по обеим сторонам от нее. Два больших окна выходили на крыльцо, и через них можно было полюбоваться лужайкой перед домом и дорожкой, ведущей к озеру.

Лесли положила свой портфель на стоящий перед софой кофейный столик и оттащила чемодан в спальню. Кровать, чуть больше односпальной, была аккуратно заправлена синим покрывалом. Таких покрывал Лесли не видела с тех пор, как закончила школу. Она скинула туфли, повесила кардиган на спинку стула и выскользнула из шелковой блузки. Затем сняла юбку и чулки. Раздевшись, Лесли вытянулась на постели в одном белье и закрыла глаза. Уже засыпая, она вдруг ощутила возбуждение, мурашками пробежавшее по ее телу.

* * * * * * * * *

Дэв с ноутбуком сидела на крыльце дома и собиралась внести в таблицу новые данные исследований. Два последних дня они с Натали собирали необходимые образцы органических материалов. Но сегодня работать не получалось. И уже через несколько минут Дэв оторвалась от компьютера и посмотрела в сторону, как будто хотела увидеть сквозь деревья соседний дом. Ей все еще не верилось, что Лесли там.

Должно быть, Лесли сейчас спала. А у Дэв не выходили их головы ее болезненная худоба и напряженные черты лица. Лесли казалась такой изможденной и беззащитной — и это было совсем не похоже на ту Лесли, которую Дэвон помнила с детства. Она всегда была спортивной, подтянутой, очень сильной. И одновременно невероятно женственной. Лесли отлично плавала и в воде чувствовала себя гораздо лучше, чем Дэв, которая предпочитала с силой рассекать воду, а не поддаваться волне. Когда девушки соревновались, кто быстрее доберется до плавучего дока, который находился в сотне метров от берега, Лесли всегда побеждала. Выбираясь на деревянный настил дока, она хохотала, глядя, как Дэв барахтается позади.

— Черт, да забудь ты уже! — пробормотала Дэв, чувствуя, как по телу начинает разливаться тепло. — Вы тогда были детьми.

— Говорят, опасно жить одной в лесу, — раздался голос Натали, появившейся у крыльца. Она, как и всегда, лучезарно улыбалась. — И, наверное, это правда, раз ты уже через пару дней начинаешь разговаривать сама с собой.

— Привет, — сказала Дэв, поспешно закрывая электронные таблицы и выключая компьютер. Взглянув на часы, она с удивлением обнаружила, что витала в облаках добрые полчаса. Шел уже восьмой час.

Дэвон взглянула на Натали. На девушке были сандалии, джинсы с низким поясом и красная блузка, с расстегнутыми верхними пуговицами. Ее темные волосы, обычно собранные в пучок, теперь были распущены — они оказались длиннее, чем думала Дэв. Натали была красивой. Даже очень красивой.

— Надеюсь, ты никому не станешь рассказывать об этом. На самом деле я безобидна. Как ягненок.

— Как-то не очень в это верится, — кокетливо улыбнувшись, ответила Натали. — Но я обещаю, что твои слабости останутся нашим маленьким секретом.

Дэв изобразила галантный поклон:

— Благодарю вас.

— Надеюсь, ты не против, что я пришла без приглашения. Хотела узнать, не собираешься ли ты поужинать где-нибудь. Я не помешала твоей работе?

— Нет, я просто вводила некоторые данные. Подожди минутку, — Дэв вернулась в дом, чтобы оставить ноутбук. Когда она снова вышла на улицу, Натали стояла, прислонившись спиной к перилам. Мягкий свет вечернего солнца освещал ее лицо. Дэв мысленно отметила, что Натали накрасилась. Так она выглядела еще привлекательнее. — Я бы с удовольствием приняла твое приглашение, но уже пообещала миссис Харрис, что приду к ней на ужин. Мне очень жаль.

Натали едва ли удалось скрыть свое огорчение:

— Ничего страшного. Я просто решила попытать счастья, вдруг ты свободна. Может, как-нибудь в другой раз?

— Обязательно. Позволь мне проводить тебя до главного домика.

По пути, Дэв поведала Натали о своих ближайших планах:

— Я собираюсь провести пару дней на островах, чтобы собрать образцы с восьмичасовым интервалом. У вас найдется туристическое снаряжение, которое я могла бы арендовать на это время?

— Конечно, найдется. Я займусь оформлением всех нужных бумаг.

— Ты можешь сделать так, чтобы вокруг меня было как можно меньше людей?

Натали кивнула:

— Туристический сезон только начинается. Так что с этим проблем не возникнет.

— Спасибо тебе.

— Когда ты планируешь отправиться?

— Хотелось бы на следующей неделе собрать первые образцы. А потом еще раз — ближе к концу лета.

— Я обо всем позабочусь.

— Отлично, я подготовлю тебе список… — Дэв запнулась на полуслове, заметив Лесли, идущую по дорожке от своего домика. За мгновение до того, как выражение лица Лесли стало непроницаемым, Дэв заметила, с каким удивлением она посмотрела на Натали. — Привет, Лес.

— Добрый вечер.

Натали улыбнулась и приветственно взмахнула рукой:

— Добрый.

— Лесли, это Натали Эванс, она егерь в национальном парке. Натали, познакомься с Лесли Харрис.

Натали протянула руку:

— Дочь Эйлин Харрис, я полагаю. Вы очень похожи.

— Все так говорят. Приятно познакомиться, — довольно холодно ответила Лесли и быстрым шагом направилась к гостинице.

— Я что-то не так сказала? — в голосе Натали чувствовалось недоумение.

Дэв смотрела вслед Лесли и пыталась понять, что произошло. Лесли явно из-за чего-то разозлилась, но Дэв не могла даже предположить, что могло послужить этому причиной.

— Вряд ли. В любом случае, не думаю, что это повод для беспокойства.

— Ну что ж, не буду больше отвлекать тебя, — сказала Натали. — Я могу утром заехать за тобой. Часов в семь?

— Отлично. Прости, что не смогла принять твое приглашение.

Натали положила руку на плечо Дэв и, привстав на цыпочки, поцеловала ее в щеку.

— Я запишу на твой счет, — сказала она тихим голосом.

— Договорились.

Натали направилась к своему внедорожнику, а Дэв, помахав ей вслед, уже собиралась войти в дом, как вдруг заметила стоящую на пороге Лесли.

— Твоя подруга тоже могла бы остаться на ужин, — произнесла Лесли. Больше, чем просто подруга, судя по всему.

Дэв приблизилась к Лесли.

— Спасибо, это очень мило с твоей стороны. Может быть, в другой раз.

— Мои родители любят каждого, кто работает в национальном парке, — Лесли резко повернулась и направилась в дом, бросив на ходу. — Уверена, она бы им понравилась.

Лесли пересекла прихожую и вошла в довольно просторную комнату в форме буквы Г. Вдоль дальней стены на столах были выставлены закуски. Кивком поприветствовав посетителей, сидящих за маленькими квадратными столиками, Лесли прошла через кухню и вышла на застекленную веранду. Ее семья всегда обедала здесь.

— Привет, милая, — бросив через плечо короткий взгляд, сказала Эйлин.

— А папа дома? — поинтересовалась Лесли.

— Он возится с лодками. Сейчас подойдет.

— У нас есть вино?

— Только что открыла бутылку. Белое подойдет?

— Да, спасибо.

Эйлин приветливо улыбнулась вошедшей Дэвон.

— Привет. Хочешь чего-нибудь выпить?

— Мне то же, что и всем остальным. Может быть, нужно помочь?

— Да, — ответила Эйлин, протягивая бокал вина. — Составь компанию Лесли, а я пока закончу с приготовлениями.

Дэвон и Лесли расположились в плетеных креслах, и молча смотрели на заходящее солнце. Дэв думала о том, что есть вещи, которые со временем совершенно не меняются. У ее родителей стояли точно такие же кресла на крыльце с обратной стороны магазинчика. И пологий склон точно так же вел к озеру, на берегу которого ютился точно такой же узкий причал. Дэв часами лежала на нем, читая или предаваясь мечтам.

— Чем конкретно ты занимаешься, Дэв? — спросила Лесли, прервав неловкое молчание.

— Изначально моей специализацией была динамика популяции пресноводных рыб, — Дэв улыбнулась, заметив, как Лесли изумленно подняла брови. — Страшно звучит, да?

— Да, немного, — рассмеялась Лесли. — Я полагаю, твои исследования для чего-то нужны.

— Хочешь — верь, хочешь — нет, у таких исследований есть практическое применение. Я изучаю влияние загрязнения окружающей среды на пресноводные водоемы. В частности, на рыб. Впрочем, в моей работе есть и другие объекты изучения.

Лесли старалась во всем себя контролировать, и сейчас ни одна ее мысль не отражалась на лице. Она уже не помнила, как и когда научилась не показывать своих эмоций, но это умение сильно ей помогло в продвижении по карьерной лестнице. Вне зависимости от того, что она слышала или чувствовала, независимо от того, как оборачиваются события, ни ее лицо, ни голос, ни движения не выдавали ее истинного состояния.

— Ты работаешь на правительство? Так ты познакомилась с той девушкой-егерем?

— Нет, я независимый консультант, — Дэв потянулась, наслаждаясь прекрасным видом, теплым летним ветром и приятной компанией. — Сейчас я провожу некоторые исследования для Дерринского Института Пресной Воды, он находится в Болтоне. Но я очень часто сотрудничаю с Департаментом Охраны Природы, особенно когда дело касается промышленных отходов.

— Понятно.

Дэв заметила отстраненность в голосе Лесли.

— Что-то не так? — спросила она шутливым тоном. — Неужели ты против защиты природы?

— Нет, — резко ответила Лесли. — В первую очередь, я против действий правительства, которое принудительно вводит для частных компаний ограничения, основанные на непроверенных данных.

— На непроверенных данных? — Дэв отставила свой бокал в сторону и внимательно посмотрела на Лесли. — Какая у тебя специальность, Лес?

— В основном, я защищаю интересы крупных частных компаний.

Дэв заметила, что Эйлин вышла на веранду и молча слушала их разговор. Напряжение, повисшее в воздухе, ощущалось даже физически.

— Вроде тех, которые нарушают ограничения Управления по Охране Окружающей Среды? — спросила Эйлин.

— Да. Иногда и их тоже, — ответила Лесли, поднимаясь. И натянуто улыбнувшись, добавила. — Я прогуляюсь к озеру и позову отца ужинать.

Дэв тоже встала. Забыв про вино, она смотрела вслед удаляющейся Лесли и пыталась смириться с тем, что девушка, которую она когда-то безумно любила, теперь была совершенно чужим ей человеком.

Глава седьмая

Лежа обнаженной в своей постели, Дэв смотрела в потолок. Несмотря на распахнутые настежь окна, в которые врывался ночной бриз, в комнате было душно. Женщина никак не могла уснуть, и, к сожалению, жара тут была не при чем. Раз за разом Дэв прокручивала в своей голове события уходящего дня. Всего несколько часов назад Лесли снова ворвалась в ее жизнь. И вот уже Дэвон не в состоянии избавиться от мыслей, которые она гнала от себя долгие пятнадцать лет.

«Воспоминания обманчивы», — Дэв настойчиво пыталась убедить себя в этом. Она прекрасно понимала, что раньше и солнце светило ярче, и вода была прозрачнее, и чувства чище, — так уж устроена наша память. Но даже боль от предательства не могла затмить тех чувств, которые Дэвон испытывала к Лесли и которые пыталась забыть все эти годы.

Комната внезапно показалась слишком маленькой: она уже не могла вместить в себя все образы и воспоминания, которые нахлынули волной. Вот Лесли сидит на берегу озера под соснами. В воздухе чувствуется весна. Лес обхватила руками колени и увлеченно делится с Дэв своими мечтами. Вот Лесли свернулась калачиком на скамейке в парке и внимательно слушает, как Дэв рассказывает ей о книге, которую недавно прочла, и о том, как планирует украсить свой мотоцикл — надо только найти для этого деньги. Вот Лесли смеется и обнимает Дэв за плечи, пытаясь выдавить из нее улыбку, когда та строит из себя крутую девчонку. Вот Лесли в их последнюю совместную ночь. Она так близко, прижимается всем телом, касается губами, сжигая Дэв дотла своими поцелуями.

— О Боже! — пробормотала Дэв, вскакивая с кровати. Она не могла поверить, что воспоминания о поцелуе пятнадцатилетней давности могут так возбудить ее сейчас. Все тело пульсировало, и Дэв практически была близка к оргазму. Но мысль о том, что его можно достичь, думая о девочке, которой больше не существует, казалась ей дикой.

Нащупав в темноте свои джинсы и майку, Дэв оделась и вышла на улицу. Она пошла по тропинке к озеру. В свете луны вода казалась абсолютно черной, в ней отражались мерцающие в небе звезды. Дэвон подошла к самой воде. Волны издавали тихий, успокаивающий звук, так похожий на шепот влюбленных. Женщина глубоко вдохнула пахнущий соснами и землей воздух.

Напряжение внизу живота начало проходить. Сейчас она вспоминала, не сам поцелуй с Лесли, а то, чем он закончился. Мучающая ее страсть отказывалась умирать, но Дэв старалась сделать все возможное, чтобы не дать ей вырваться наружу.

Женщина сделала еще один глубокий вдох и уже собралась вернуться в дом, как вдруг заметила проблеск света метрах в тридцати от нее. Берег озера здесь изгибался, образуя небольшую бухту возле дома Харрисов. Их лодочный ангар, почти такой же большой, как и сам дом, нависал над водой, выдаваясь далеко за линию берега. Дэв замерла, вглядываясь в темноту. Она пыталась понять, действительно ли там мелькнул свет, или же это был всего лишь лунный блик на воде. Но потом она снова увидела огонек, блеснувший на мгновение в одном из окон.

Скорее всего, это был кто-то из клиентов, страдающих бессонницей, как и сама Дэв. Или влюбленная парочка, ищущая уединенное местечко. Но глядя как свет мерцает то в одном окне, то в другом, Дэв сама не заметила, как была уже на пути к нему.

Снова всплыли воспоминания пятнадцатилетней давности. В отличие от того дня воздух сегодня был неподвижен, и кругом царила полная тишина. Но в голове Дэв настойчиво играла та музыка. И тени, отбрасываемые деревьями, плясали на песке точно так же, как и много лет назад. Как будто мечты Дэвон навсегда остались жить здесь.

Дэв понимала, что сейчас, как и в ту самую ночь, у нее есть только один путь. И она ступила на него — пересекла ангар и оказалась у его дальней стены. Почему-то Дэвон ничуть не удивилась, увидев Лесли на подоконнике. Та сидела, запрокинув голову и закрыв глаза. В мягком свете луны Лес казалась совсем юной. Дэв судорожно вздохнула, ощутив знакомый укол боли, — нить, связывающая когда-то девочек, никуда не исчезла.

Лесли повернула голову и посмотрела на неясные очертания знакомой фигуры.

— Здравствуй, Дэв.

— Привет, Лес, — ответила Дэв, чувствуя, как понижается от волнения ее голос. — Не спится?

— Нет. Тебе тоже?

Дэв кивнула.

— Прости за то, что случилось за ужином, — тихо произнесла Лесли.

— О чем ты? — Дэв прислонилась плечом к оконной раме. Теперь их разделяли только несколько сантиметров горячего летнего воздуха и сердце, полное разбитых надежд.

— Вряд ли тебе было приятно ужинать в такой напряженной обстановке, — пожала плечами Лесли. — Я стараюсь как можно реже приезжать сюда. Родители так и не смогли одобрить выбранный мною путь.

— Мне показалось, они не одобряют только твою работу, — сказала Дэв, вспоминая, как старательно родители Лесли обходят любые темы, связанные с жизнью на Манхэттене или адвокатской практикой. Зато они с большим интересом расспрашивали Дэв о работе в Департаменте Охраны Природы.

— Разве есть какая-то разница? — Лесли не смогла скрыть горечь в своем голосе. — В конце концов, мы есть то, чем мы занимаемся.

— А почему ты этим занимаешься? — спросила Дэв.

— Потому что это у меня хорошо получается.

Дэв рассмеялась:

— Я и не сомневалась. Но я имела в виду, что тебя подтолкнуло к этому выбору? Что заставило изменить свои планы?

Лесли тянула с ответом, выбирая из множества вариантов тот, который не выдаст ничего личного. Быть откровенной с Дэвон сейчас Лесли боялась. Она вообще не любила откровенничать. Зато прекрасно умела уводить беседу в сторону, как только собеседник пытался коснуться больной темы.

— Давай сначала ты.

— Я? Ну, хорошо, — Дэв на секунду замолчала, обдумывая свой ответ. — Мне всегда нравились рыбы.

— Я же серьезно спрашиваю! — Лесли не смогла сдержать улыбку.

— Вообще-то, это правда. Я всегда хотела узнать больше о том, что вижу каждый день. Озеро всегда было частью меня. — Дэв вздохнула. — А рыбы… Они умеют быть по-настоящему преданными друг другу. К тому же, они еще и просто красивы.

— Звучит очень романтично, — заметила Лесли.

— Ты преувеличиваешь, — с юношеских лет представление Дэв о романтике сильно изменилось. — Теперь твоя очередь.

— Помнишь, как я ненавидела математику?

Дэв едва сдержала возглас возмущения.

«Как я могла забыла хоть что-то из того, что между нами было?» — подумала она.

— Ага. Я помню.

— Мне казалось, что это потому, что у меня нет способностей к логическому мышлению. Знаешь, тогда я хотела работать на свежем воздухе, быть ближе к земле и все такое. Возможно, это было просто воплощение желаний моих родителей, — Лесли развернулась и свесила ноги наружу. Ее кожа казалась удивительно гладкой в лунном свете. — Когда я уехала отсюда, то взглянула на многие вещи по-другому. Тогда я поняла, что у меня отличные способности к анализу сложных проблем. К тому же, я прекрасно умею находить слабые места в аргументах моих оппонентов.

— И тебя заинтересовала юриспруденция, — осторожно сказала Дэв, зная, какой напряженной становилась Лесли при упоминании об ее профессии. — А что с остальным? Почему ты выбрала именно эту специализацию?

— Я обожаю соревноваться с другими, — Лесли взглянула на Дэв. — Каждое мое дело — как очень важная шахматная партия.

— У тебя это всегда хорошо получалось. Но защищать крупные корпорации, которые ведут дела, не обращая внимания на возможные последствия… Боже, Лес!

— Самый простой ответ — каждый имеет право на защиту, в том числе и корпорации, — Лесли соскользнула с подоконника. — Но не все так просто. Конечно, многие из правил по сохранению природы вполне разумны. Но все их практически невозможно соблюдать. Даже мои родители, если бы хорошенько поразмыслили над этим, то признали бы, что природа в любом случае пострадает. А ее фанатичная защита иногда создает еще больше проблем.

Лесли повернулась, чтобы уйти, но Дэв поймала ее руку.

— Прости.

— За что? — удивилась Лесли. — Ты и мои родители на светлой стороне, это я перешла на темную. Все просто. И тебе не за что извиняться.

— Не мне тебя судить. И не им тоже.

— Ну что ж, большое спасибо за эти слова.

В темноте Дэв плохо видела Лесли, но чувствовала, как та дрожит всем телом. За ее раздражением и гневом пряталась боль, и Дэв чувствовала ее так, будто она была ее собственной. Проведя рукой по запястью Лесли и нащупав ее ладонь, Дэв крепко сжала ее пальцы в своих.

— Я не хотела поднимать эту тему.

— Забудь, — Лесли снова сделала шаг к окну и выглянула наружу, позволяя ночному бризу охладить ее пылающее лицо. — А как ты очутилась здесь в такое время?

— Я увидела свет. Что ты делала здесь одна?

— Пыталась понять, какого черта я сюда приехала.

Дэв почувствовала тонкий аромат духов Лесли. Она понятия не имела, что это за запах, но он идеально подходил Лесли — острый и горячий, с едва заметным оттенком грусти.

— Твоя мама говорила, что ты решила приехать очень неожиданно. Это как-то связано с тем следом от капельницы на твоей руке?

Лесли резко обернулась и испытывающе посмотрела на Дэв:

— Ты ничуть не изменилась. Всегда все замечаешь.

— Я изменилась, Лес. К тому же, не нужно быть сверхпроницательной, чтобы заметить, что с тобой что-то не так. Ты ведь чуть не потеряла сознание тогда, на крыльце, — Дэв взяла руку Лесли и коснулась того места, где был синяк. — Ты была в больнице?

Лесли была поражена тем, что Дэв замечала абсолютно все. Но еще больше Лесли удивилась самой себе: ей вдруг очень захотелось обо всем рассказать Дэв.

— Я понимала, что если останусь в городе, то снова стану ходить на работу и не смогу выдержать прежнего темпа, — сказала Лесли, завершая свой рассказ. — К тому же, мне просто хотелось сменить обстановку и немного побыть одной.

— Спасибо, что поделилась со мной, — сказала Дэв.

— Ты всегда могла заставить меня рассказать тебе все что угодно.

— Нет, не все, — Дэв вдруг поняла, что все еще держит руку Лесли. В этот момент ей безумно захотелось коснуться губами места, на котором остался след от капельницы. Этот след был немым свидетельством хрупкости и уязвимости Лесли. Дэв хотелось защитить ее, помочь справиться со всей этой болью, стереть усталость с ее лица. Дэв поспешно отпустила руку Лесли, боясь не справиться с непреодолимым желанием заключить ее в своих объятьях. — Ты рассказала родителям?

— Нет. Не хочу, чтобы они волновались. К тому же, со мной уже все в порядке.

— Когда ты собираешься сдать повторные анализы?

— Не знаю, Дэв, — раздраженно ответила Лесли. — Надо позвонить и назначить время.

С каждой секундой затея приехать домой начинала казаться Лесли все более абсурдной. Вряд ли здесь есть что-то, что может ей помочь. Не стоило и рассказывать Дэв, чужому человеку, о своей болезни все подробности. «Ведь их не знает даже моя партнерша… Рейчел. Боже!», — Лесли вдруг поймала себя на мысли, что даже не вспомнила о женщине, с которой встречалась уже два года. А ведь надо было позвонить и сообщить, что она уже добралась. Стоило только предаться воспоминаниям, как вся жизнь превратилась в хаос.

— Мне нужен свежий воздух. Я, пожалуй, прогуляюсь.

— Лес, сейчас второй час ночи.

— Мы одни в далекой глуши, Дэвон. Здесь абсолютно безопасно.

— Как ты можешь быть в этом уверена? — Дэв вышла следом за Лесли. — У тебя ведь есть фонарик? Я тогда заметила его свет и поэтому пришла. Он тебе понадобится, если ты собираешься гулять по лесу.

— Да, но я не хочу, чтобы все комары на десять километров в округе слетелись полакомиться моей плотью. Я хорошо ориентируюсь в темноте. И вернусь к дому вдоль берега.

Не спрашивая разрешения, Дэв догнала Лесли и пошла рядом с ней. Помолчав минутку, она сказала:

— Обещай мне, что договоришься завтра насчет повторных тестов.

— Завтра я собираюсь в наш офис в Олбани. Как только разберусь с работой, обязательно позвоню насчет этих чертовых тестов.

— Мне казалось, что тебе нужно отдохнуть от работы. Ты разве не за этим сюда приехала?

Лесли коротко рассмеялась:

— Уж поверь, какое бы дело мне не попалось здесь, — это будут самые настоящие каникулы.

— Почему бы тебе не провести завтрашний день со мной? — внезапно предложила Дэв.

— Хочешь, чтобы я помогла тебе ловить рыб? — Лесли резко остановилась и направила луч фонарика в лицо Дэв. В ответ на возмущенный возглас Дэв, она выключила его и сказала. — Просто хотела убедиться, что ты не выглядишь такой же сумасшедшей, как твои слова.

— А в чем дело? Тебе положено отдыхать, правильно? Так гуляй в лесу и валяйся на пляже. Тебе, может быть, именно это и нужно.

Лесли пришлось признать, что в словах Дэв есть здравый смысл. И, к своему удивлению, она обнаружила, что ей совершенно не хочется идти завтра в офис. Возвращение домой и встреча с Дэв пробудили в ее памяти давно забытые воспоминания из детства. Озеро, солнце, горы и ослепительный блеск воды — то, что в те годы она любила больше всего.

— К тому же, — продолжила Дэв. — Я не ловлю рыбу. Я собираю образцы воды, почвы и органики. Натали помогала мне с записями, но у нее есть и своя работа. Ты могла бы поработать секретарем вместо нее.

— Теперь я точно знаю, что ты сошла с ума. Такие навыки у меня явно отсутствуют, — сухо ответила Лесли.

— Это ничего, — проговорила Дэв, чувствуя, как легко у нее на душе от того, что они могут подшучивать друг над другом, совсем как в старые добрые времена. — Я тебя научу.

— О, благодарю, — Лесли была готова поддаться соблазну еще и потому, что в ушах звенела фраза: «Натали помогала мне с записями». — Значит, завтра?

— Да. Думаю, тебя не испугаешь необходимостью раннего подъема?

Лесли недовольно фыркнула.

— Тогда как насчет семи утра? Я позвоню Натали утром и скажу, что на один день она спасена.

— Приходи на завтрак в шесть тридцать, — задумчиво ответила Лесли, размышляя о том, посчитает ли Натали, что провести целый день не в компании Дэв — это везение.

— Хорошо.

Женщины, наконец, подошли к тропинке, ведущей к коттеджам. Лесли включила фонарик, но батарейки, которые она нашла в шкафчике на кухне, судя по всему, были далеко не новыми, и слабый луч света уже не мог разогнать тьму. Она протянула руку и нашла ладонь Дэв. Держась за руки, они вместе шли вверх по дорожке.

— Может мне тебя проводить? Совсем темно… — предложила Дэв, подходя к своему домику.

— Не стоит. Мне достаточно лунного света.

Какое-то время Лесли молчала, не решаясь попрощаться. Рука Дэв лежала в ее руке, а голос во тьме казался мягким прикосновением. Вдруг внутри у Лесли все сжалось, и горячая волна возбуждения покатилась по ее телу. Лесли напрягла все силы и безжалостно подавила ее. «Боже, о чем я думаю?!» Но все дело было именно в том, что ее тело, очевидно, восстало против разума и отказывалось ему подчиняться. Осторожно, стараясь ничем не выдать свое волнение, Лесли сказала:

— Значит, утром увидимся.

— Спокойной ночи, — Дэвон выпустила руку Лесли и заставила себя сделать шаг назад. Она не хотела уходить. Ее ладонь после прикосновения к руке Лесли, казалась обнаженной. Как будто с нее сняли кожу. Дэв сделала еще один шаг. Потом еще. И еще. Когда она дошла до двери своего домика, то почему-то не могла заставить себя войти внутрь, а ждала до тех пор, пока не услышала шаги Лесли на ступеньках крыльца и звук открывающейся двери.

— Приятных снов, — прошептала она во тьму. Неспешно войдя в дом, она скинула с себя одежду и легла в постель.

В комнате стало довольно прохладно, но тело Дэв пылало огнем. Она закрыла глаза и попросила Бога о том, чтобы он избавил ее от снов.

В это самое время Лесли сидела на краешке кровати, все еще одетая, и набирала номер Рейчел. Она ничуть не удивилась тому, что ее звонок был переадресован на голосовую почту. Лесли закрыла глаза и попыталась представить себе лицо Рейчел. Это было чертовски сложно.

— Рейч, это я. Я добралась, — Лесли на секунду задумалась, пытаясь вспомнить рабочий график Рейчел. Не верилось, что с тех пор, как она навестила Лесли в больнице, прошел всего один день. — Уверена, что ты выиграла дело. Отметь это и за меня тоже.

Она снова замолчала, чувствуя, как стена безмолвия между ней и Рейчел растет с беспощадной скоростью. Лесли глубоко вздохнула:

— Я скучаю по тебе.

Она очень хотела, чтобы это было правдой, и искренне надеялась, что усталость — это единственная причина, из-за которой она не верит собственным словам.

Лесли сбросила туфли и прямо в одежде свернулась калачиком на постели. Закрывая глаза, она откуда-то издалека, быть может, со стороны гор, слышала эхо давно ушедших дней. Или это был просто ветер.

Глава восьмая

— Ты рано встала, — заметила Эйлин Харрис, когда Лесли заглянула на кухню. На часах было начало седьмого.

— Я бы так не сказала, — ответила Лесли. — Обычно к этому времени я уже на работе. Ты варишь кофе?

Эйлин достала из духовки противень с пирогами и кивком головы показала на графин, стоящий на столе.

— Если тебе не трудно, отнеси это в столовую гостям. Я пока сварю тебе кофе.

— Конечно. Спасибо.

Когда Лесли вернулась, Эйлин поставила перед ней тарелку с дымящимся пирогом и большую чашку ароматного кофе.

— Ты все еще любишь черничные пироги?

— Да, — ответила Лесли, усаживаясь за стол. — Но в пекарнях они совсем не такие вкусные.

Эйлин улыбнулась:

— Я думала, ты встанешь гораздо позже. Ты ведь серьезно решила отдохнуть? Какие у тебя на сегодня планы? Если хочешь порыбачить, твой отец внизу у причала…

— Не совсем. Я буду помогать Дэв собирать образцы для ее работы.

— Вот как? — осторожно спросила Эйлин. — Вы с ней, похоже, старые приятельницы. Я и не знала, что вы были знакомы раньше.

— Мы учились вместе, она на год младше меня. У ее родителей еще был магазинчик в Даймонд Пойнт.

— Веберы. Конечно. Я знала их. Но почему-то совсем не помню ее. Мне казалось, что я знаю всех твоих друзей.

— Она не была в общей компании, — отмахнулась Лесли.

— Мы просто посидим в ангаре, — сказала Лесли, глядя как Дэв укладывает вещи в багажник мотоцикла. Гул автомобильных моторов и крики пьяных друзей окружал их плотным кольцом. — Прошу тебя, зайди ненадолго. Там будут только девчонки.

Дэв покачала головой:

— Я так не думаю, Лес. Мне надо ехать домой. Я должна помочь родителям в магазине.

— Еще слишком рано. Хотя бы на часок, — уговаривала Лес. Ей очень хотелось, чтобы Дэвон зашла к ней после уроков. Все время избегать остальных ребят было трудно и иногда приходилось ждать несколько дней, прежде чем им удавалось встретиться наедине. Сейчас Лесли думала о том, что совсем скоро она закончит школу. Начнется лето — Дэв будет еще больше времени проводить в магазине, а Лесли целыми днями придется помогать родителям в гостинице. Тогда встречаться станет еще сложнее. Если бы только Дэв смогла найти общий язык с друзьями Лесли, они могли бы видеться каждый день. Лесли очень по ней скучала.

— Дэв, прошу тебя.

— Перестань, Лес. Вы наверняка будете болтать про косметику или обсуждать парней.

— Обещаю, что не буду упоминать Майка при тебе.

Дэв напряглась и отвела взгляд. Лесли почувствовала тревогу: она знала, что Дэв слишком чувствительна, поэтому сложно было понять, что именно не так из того, что сказала Лесли.

— Мы будем играть на бильярде. Я обещаю, — заверила Лесли. Ей так хотелось снова увидеть улыбку на лице Дэв.

— С каких это пор ты играешь? — спросила Дэв, бросая на Лесли недоверчивый взгляд.

— Эй! — улыбнулась та и шлепнула Дэв по руке. — Я умею. Я чертовски хорошо играю.

Дэв хохоча схватила Лесли за руку, а потом поймала и вторую руку, которой Лесли пыталась еще раз ее в шутку ударить.

— А что мы будем делать через десять минут, после того как я разнесу тебя в пух и прах?

— Ты так в этом уверена? — Лесли попыталась вырваться из рук Дэв, но потеряла равновесие и чуть не упала прямо на нее. В попытке удержаться на ногах, Лесли обхватила Дэв за плечи. И их лица оказались так близко, что Лесли почувствовала дыхание Дэв, такое частое и прерывистое, будто девушка бежала несколько часов подряд. Дэв была всего на пару сантиметров ниже Майка, а ее тело казалось не менее крепким. От этих мыслей Лесли почувствовала слабость во всем теле, точно такую же, как и неделю назад, когда она ехала на заднем сиденье мотоцикла Дэв, и их тела плотно прижимались друг к другу. Рядом с Дэвон Лесли ничего не боялась — это была ее Дэв, рядом с которой мир становился гораздо ярче. И сейчас, оказавшись так близко, Лесли заметила, что глаза Дэвон светятся зеленым искорками гораздо ярче, чем обычно.

Лесли зачарованно смотрела, как зрачки Дэв расширяются, как медленно приоткрываются губы. Она чувствовала, как руки Дэв скользнули по ее бедрам.

— Тебе надо встать, Лес, — срывающимся голосом сказала Дэв. — А то мы опрокинем мотоцикл.

Лесли не хотелось двигаться. Ее дыхание участилось, а сердце, казалось, бьется в едином с Дэв ритме. Теплое майское солнце грело обнаженные ноги Лесли, но внутри сейчас было намного горячее. Казалось, будто ленивая, густая, как сахарный сироп, жидкость будоражит изнутри весь низ живота.

Дэв задрожала всем телом.

— Дэв, в чем дело?!

Дэв чувствовала, что ей становится тяжело дышать. Почти паникуя, срывающимся голосом, Дэв закричала:

— Лесли! Слезай! — Она схватила Лесли и отодвинула от себя. — Мне надо идти.

Ничего не понимая, Лесли растерянно смотрела, как Дэв садится на свой мотоцикл и через мгновение уносится прочь.

— Лесли, — окликнула ее Эйлин Харрис, озабоченно вглядываясь в лицо дочери. — Ты хорошо себя чувствуешь?

— Что? — переспросила Лесли, оглядываясь вокруг так, будто видит эту кухню впервые. Она встряхнула головой, и призраки прошлого растворились в воздухе. — Все в порядке, просто задумалась.

Эйлин вытерла руки полотенцем:

— Судя по всему, Дэвон была не из тех девчонок, которые вписываются в любую компанию.

Лесли нахмурилась:

— О чем ты?

— Я не имела в виду ничего плохого, — ответила Эйлин, искренне удивляясь раздражению дочери. — Она интеллигентная и очень милая. Просто я не могу представить, что она интересовалась тем же, чем ты и твои подруги.

— Спасибо, мам, — сказала Лесли, резко вставая из-за стола. Подойдя к раковине, она выплеснула остатки кофе и с громким стуком поставила кружку. — Ты так говоришь, как будто у нас всех был лишь ветер в голове, и мы не интересовались ничем, кроме сплетен и косметики.

Эйлин удивленно подняла брови:

— У меня и в мыслях не было осуждать тебя или твоих друзей. Я просто заметила, что Дэвон явно отличалась от остальных.

— Отличалась? — Лесли сложила руки на груди. — От кого? От тех, кем мы были, или от тех, кем мы были по твоему мнению? Разве ты знала, какой была я?

— Мне казалось, что знала, — тихо сказала Эйлин. — По крайней мере, на столько, на сколько ты мне позволяла тебя узнать.

— Я позволяла? — Лесли хотелось кричать во весь голос. Понимая, что теряет контроль над собой, она огромным усилием воли подавила гнев — как будто порыв холодного ветра охватил ее мысли и вымел все ненужные эмоции. — Дурацкий разговор. Все это осталось в прошлом и уже не имеет никакого значения.

Эйлин налила себе чашку кофе и тихо спросила:

— Ты на самом деле в это веришь?

— Верю во что? — переспросила Лесли, в тайне гордясь победой своего разума над эмоциями.

Подобные стычки с матерью происходили каждый раз, когда они оставались наедине. С тех пор, как Лесли уехала учиться в колледж, их отношения изменились: больше они ни в чем не соглашались друг с другом.

— В то, что незаконченные дела и неразрешенные проблемы не будут нас преследовать. В то, что мы можем просто забыть о прошлом, как будто ничего и не было? — в голосе Эйлин слышалась грусть.

— Я знаю, что люди меняются.

«И становятся чужими», — мысленно добавила Лесли.

— Тогда постараемся начать с нуля.

Лесли очень хотелось в это верить, но она понятия не имела, как это осуществить на практике. К тому же, она не была уверена в том, что хочет попробовать.

— Тебе нужно закончить с завтраком, а то гости с минуты на минуту начнут барабанить в дверь. Почему бы мне не помочь…

— Ты можешь достать яйца из холодильника, — сказала Эйлин, поворачиваясь к плите и помешивая что-то в большой сковороде. — Что-нибудь слышала о Майке?

Лесли замерла возле приоткрытой дверцы холодильника.

— Нет, а что?

— Он живет неподалеку. Я встречаю его время от времени. И он всегда спрашивает о тебе.

— Не думаю, что теперь у нас есть хоть что-то общее.

Эйлин вскрыла упаковку тонко нарезанного бекона и разложила его на сковороде.

— Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?

Вот она — возможность продемонстрировать матери, как мало она знает о своей дочери. Впрочем, было ясно, что Эйлин просто поддерживает беседу и не пытается залезть в душу Лесли. Решение должна принять сама Лесли — открыться или сохранить комфортную дистанцию, которую она создала между собой и своей семьей.

— Да, — сказала Лесли, гадая как ей описать их отношения с Рейчел. Довольно серьезные? Это, в принципе, было правдой. Они давно были вместе, практически никогда не ссорились, имели общие интересы. Разве не такие отношения считаются серьезными? На первый взгляд казалось, что все просто отлично. Но на уровне ощущений, все было совсем иначе. Вообще, единственное слово, которое казалось подходящим, — обычные. Абсолютно обычные отношения. — Это женщина.

На миг вилка в руке матери замерла над сковородой с беконом. Но Эйлин тут же взяла себя руки и продолжила переворачивать мясо.

— И давно? — она оглянулась на Лесли. — Никогда не думала, что тебя интересуют женщины.

«Ты мне никогда об этом не говорила», — немое обвинение Эйлин повисло в воздухе.

Лесли попыталась сохранить хладнокровие:

— Уже несколько лет. Еще с колледжа.

— Значит, уже давно, — с болью в голосе выдохнула Эйлин.

— Получается, что так, — Лесли вздохнула, понимая, что только усилила разочарование матери. — Просто не было удобного случая, чтобы тебе рассказать.

— Но это именно то, чего ты хочешь? Ты счастлива?

Счастье. Почему все используют именно это слово для обозначения того, что важно? Как будто это единственное, к чему стоит стремиться. Мимолетное, абсурдное и зачастую ложное ощущение.

— Просто я хочу быть самою собой, — Лесли налила себе еще кофе и, не оборачиваясь, направилась к выходу. — Я не буду завтракать.

Дэв вышла на крыльцо с кружкой кофе в одной руке и с тарелкой пирожков и яичницей в другой. Наслаждаясь одиночеством, она устроилась в плетеном кресле и поставила тарелку на колени.

— Ничего себе у тебя завтрак! — раздался за спиной голос Лесли.

Дэв вздрогнула от неожиданности.

— Это все свежий воздух. Как только я выбираюсь куда-нибудь в горы, мой аппетит утраивается, — Она улыбнулась Лесли, которая казалась невероятно красивой в лучах утреннего солнца. Все, что Дэв могла видеть, это темный силуэт с золотым ореолом вокруг головы. Лесли стояла, повернувшись к Дэвон боком, и в этом ракурсе линия ее груди просматривалась особенно хорошо. Дэв судорожно вдохнула воздух, ее голод внезапно переключился с еды на что-то более сильное. — Ты уже завтракала?

Лесли устроилась на перилах крыльца и сделала глоток кофе.

— Да.

Но Дэв догадалась, что кофе был основной частью завтрака. Она внимательнее разглядела Лесли: на той были джинсы, футболка с коротким рукавом и кроссовки. И хоть ее одежда была свободнее, чем вчера, в самой Лесли ничего свободного не наблюдалось. Все ее тело напоминало сжатую пружину, и Дэв, кажется, даже слышала, как воздух вокруг гудит от напряжения.

Дэв откусила пирожок, который оказался просто бесподобен, и сделала глоток кофе.

— Через пару минут я закончу, и мы можем идти.

— Можешь не спешить, сегодня ты расписываешь наш график.

— Нет никакого графика. Что не сделаем сегодня — закончим завтра. Или послезавтра.

Лесли тряхнула головой:

— Интересный подход.

— Наверное, совсем не то, к чему ты привыкла, — улыбнулась Дэв.

— Да, совсем, — Лесли проследила глазами за парой, которая, обнявшись, вышла из дверей гостиницы и скрылась за поворотом.

— Что-то случилось этим утром? — тихо спросила Дэв.

— Нет. А что?

— Просто не могу понять, ты всегда такая напряженная, или это чем-то вызвано.

— Я совсем не напряженная, — нахмурилась Лесли, думая о работе, которая осталась незавершенной. И вместо того, чтобы заняться полезными делами, она собиралась весь день бегать за Дэв. — Я просто не привыкла к безделью.

— Я полагаю, у тебя нет с собой медицинского набора «Помоги себе сам»?

— Что? — удивилась Лесли. — О чем ты говоришь?

Дэв поставила свою тарелку на стол возле кресла и поднялась.

— Мне кажется, тебе нужно раздобыть такой. Могу поспорить, что твое давление сейчас выше некуда.

— Могу спорить, что оно таким и будет, если ты не перестанешь меня раздражать, — огрызнулась Лесли, соскакивая с перил. — Я рассказала тебе о своих проблемах не для того, чтобы ты изводила меня.

— Прости, — Дэв подавила желание схватить Лесли за руку и удержать возле себя. — Это не мое дело.

Лесли обернулась. В ярком свете утреннего солнца выражение ее глаз было невозможно понять.

— Да, ты права. Не твое. Ты готова идти?

— Только отнесу посуду.

— Твоя мама спросила, запаковать ли нам обед. Но я думаю, что к тому времени мы уже вернемся, — сказала Дэв, выходя на крыльцо. — Она пожелала тебе приятно провести время.

Лесли тяжело вздохнула и вслед за Дэв направилась к автомобильной стоянке.

— Я рассказала ей, что еду с тобой. Надеюсь, ты не против.

— Почему я должна быть против? — Дэв открыла для Лесли пассажирскую дверь своего внедорожника.

— Некоторые люди придают большое значение неприкосновенности личной жизни. К тому же, раньше ты не была такой общительной.

Дэв обошла машину и, открыв водительскую дверь, забралась внутрь. Вставив ключ в замок зажигания, она не стала заводить двигатель, а вместо этого обернулась к Лесли, которая встретила это подозрительным взглядом.

— Прошло слишком много времени, Лес. Тогда у меня было очень мало общего с людьми, которые меня окружали.

— Косметика и мальчики, — пробормотала Лесли.

— Что?

Лесли покачала головой:

— Ничего.

— Может быть, взять тебя с собой было не самой лучшей идеей, — тихо сказала Дэв. — Мне казалось, что несколько часов на озере поднимут тебе настроение, но, судя по всему, это только злит тебя еще больше. Я не хочу портить тебе отпуск.

— Дело не в тебе.

— Кроме меня тут никого нет.

— Утром у меня был сложный разговор с мамой, — сказала Лесли, с силой выдавливая из себя слова. — Я рассказала ей о том, что я лесби.

Дэв на мгновение показалось, что ее одним ударом сбили с ног. Перед глазами все поплыло. Вцепившись в руль, она пыталась заставить мир остановиться, но он продолжал вращаться. «…о том, что я лесби», — гудело у Дэв в ушах. Это было последнее, что она ожидала услышать. Слова отдались болью во всем теле. Лесли бросила ее, отвергла, забыла все, что было между ними. И все потому, что Лесли ее не хотела. Потому что не чувствовала то, что чувствовала она. Потому что она была правильной, такой как все, и не понимала страданий Дэв. Долгие годы Дэвон жила с этими мыслями, прежде чем смогла, наконец, похоронить их. А теперь прошлое восстало из мертвых, сведя на нет все ее титанические усилия. Как может Лесли быть лесби?

Дэв повернула ключ в замке зажигания. Но все ее тело свело судорогой так, что она не могла нащупать педаль газа. Мотор работал вхолостую. В кабине повисла тишина, которая душила Дэвон и не позволяла наполнить легкие воздухом.

Лесли заметила, как отлила кровь от лица Дэв. Она была уверена, что Дэвон, так же как и ее мать, считает, что прошлое — это призрак, который преследует человека до тех пор, пока самая последняя ошибка не будет исправлена. У них с Дэв было много общих призраков, и Лесли понятия не имела, как заставить их исчезнуть.

Когда Дэв, наконец, повернулась к ней, ее глаза были наполнены печалью больше, чем Лесли могла вынести. Понимая, как сильно она виновата, Лесли отвела взгляд.

— Дэв, я не знала.

— Ты не виновата, — прошептала Дэв.

Лесли покачала головой и заставила себя посмотреть в глаза Дэв.

— Виновата. Ты сама знаешь, что виновата.

— Лес…

— Ты чуть не умерла, Дэв. Из-за меня.

Глава девятая

Туман плыл над водой, как это часто бывает в горах. Эта туманная дымка, в сочетании с дикой болью и алкоголем в крови, мешали Дэв сосредоточиться на узкой полоске дороги, то появляющейся, то исчезающей перед ней. Все ее тело сжималось от боли, пиво плескалось в желудке и пыталось найти выход наружу. Но самым страшным было другое — девушка страдала от обиды. Боже, как же она страдала. Слова Лесли эхом отдавались в ее голове и разрывали сердце на куски. Она для меня ничего не значит!

Дэв смахнула слезы, но ее зрение от этого нисколько не прояснилось. Она сгорала от стыда и вины за то, что сделала. Она не хотела. Она не хотела ее целовать. Не хотела даже прикасаться к ней. Нет. Это ложь. «Ты можешь признать это хотя бы сейчас?» — Дэв ненавидела себя в эту минуту.

Но даже после всего, что произошло, Дэвон все равно желала коснуться Лесли. Так давно и так сильно. Долгие месяцы она не могла думать ни о чем другом. Она хотела только видеть ее, быть рядом, касаться ее украдкой. Все ее мысли были только об улыбке Лесли. Она думала о ее глазах, о том, какой нежностью они светились, когда девушки оставались наедине. Она думала о ее губах, о том, как они приоткрывались, когда Лесли удивлялась, и какими влажными становились, когда она смеялась. Она думала о ее груди, о том, как она соблазнительно выступала под обтягивающим купальником.

Дэв проглотила стон и еще сильнее вцепилась в свой мотоцикл. Она прекрасно знала дорогу, и могла добраться до дома даже с закрытыми глазами. На поворотах она наклоняла мотоцикл так низко, что ее колено практически касалось асфальта. Признайся. Скажи правду самой себе. Она думала о груди Лесли, о ее бедрах и о том, что находилось между ними. Она желала прикоснуться к ней, ласкать ее. Дэв долго притворялась, что не понимает, какие чувства ею овладели. Но больше она не могла убеждать себя в том, что ощущение бездны внутри нее и то горячее, пылкое желание, которое эту бездну наполняет, никак не связаны с Лесли.

Слезы лились по ее щекам. Она для меня ничего не значит! Вдруг Дэв услышала приближающийся звук мотора. И в тот же момент яркий свет фар пронзил туман и ослепил девушку.

Дэвон вылетела на S-образный поворот, изо всех сил пытаясь сохранить контроль над мотоциклом. Ей было больно. Ее тошнило. Внутри нее все клокотало.

Метал заскрежетал по асфальту, выбрасывая искры в разные стороны, подобно фейерверкам на День Независимости. Дэв сгорала. Сгорала от стыда и боли. Сгорала от невыразимой агонии разбитого сердца.

Дэв выскочила из машины и едва успела добежать до деревьев у края стоянки, прежде чем ее вырвало. Дрожа всем телом, она оперлась рукой о ствол и пыталась справиться с острыми приступами тошноты.

— Боже мой, Дэв! — Лесли бросилась к ней. — Что с тобой?

Не поворачиваясь, Дэв жестом прогнала ее.

— Уходи. Я в порядке.

Разумеется, это было не так. Дэвон чувствовала, что тело напрочь отказывалось слушаться ее, а земля уходила из-под ног. Последний раз ей было так плохо, когда она очнулась в больнице через три дня после аварии. Но тогда ее измученное физической болью тело не давало ощутить безжалостные мучения от предательства любимого человека. По-настоящему ощутить их она смогла лишь несколько недель спустя, и это было сущим адом, из которого, казалось, невозможно вырваться.

— Прости, — тихо сказал Лесли. — Боже, я не хотела делать тебе больно.

— Ты тут не при чем, — Дэв вытерла губы тыльной стороной ладони и, отойдя чуть в сторону, без сил упала на траву. Прислонившись к дереву, она закрыла глаза. — Плохие воспоминания. Давно мне уже не было так плохо.

Лесли чувствовала, как ее начинает охватывать отчаяние. Хотелось кричать. Казалось, ничто в этом мире не могло вывести ее из равновесия. И сейчас она смотрела на измученную Дэвон, и все ее тело сжималось от боли. От той боли, которая должна была умереть еще много лет назад. Но, как оказалось, не умерла и теперь вырывалась наружу из глубины души. Из той глубины, где раны оставались незалеченными, а ошибки неисправленными.

Пытаясь взять себя в руки, Лесли поспешила обратно к машине. Найдя в багажнике банку содовой, она вернулась к Дэв.

— Вот, держи.

— Спасибо, — Дэвон открыла глаза, взяла банку и одним глотком практически осушила ее. Дэв видела, что глаза Лесли до краев были наполнены печалью. Она казалась такой бледной и испуганной, что Дэв очень захотелось прикоснуться к ее щеке. Хотелось почти так же сильно, как и пятнадцать лет назад. Но так же, как и пятнадцать лет назад, она не имела на это права. — Не вспоминай об этом, Лесли. Не мучай себя.

— Я позволила тебе уехать на этом чертовом мотоцикле, — прошептала Лесли. — Я знала, что нужно было удержать тебя, не дать тебе сесть за руль. Знала, что поступила неправильно. Но все равно отпустила тебя…

— Лес, я сама села за руль, — Дэв смяла пустую банку в кулаке. — Никто кроме меня не виноват в том, что случилось.

— Я причинила тебе боль. Прости меня.

— Тебе не нужно извиняться. Просто ты не чувствовала того, что чувствовала я. Нам не всегда отвечают взаимностью, к этому просто нужно быть готовым, — Дэв сделала глубокий вдох и заставила себя подняться на ноги. — Если ты не против, я бы хотела вернуться домой. Давай отложим нашу поездку.

— Конечно, — Лесли тоже встала. Она пыталась убедить себя в том, что чувства, которые были между ней и Дэв, закончились той злосчастной ночью пятнадцать лет назад. — С тобой все в порядке? Я могу проводить тебя, если хочешь.

— Нет, не стоит, — Дэв покачала головой. — Все хорошо. Прости, что испортила наши планы. Со мной такое редко случается.

Лесли грустно улыбнулась:

— Я не совсем понимаю, что происходит. Но отпуск, который должен был внести в мою жизнь покой, обернулся сплошными переживаниями.

— Тогда не добавляй к своим неприятностям еще и мои. Я не винила тебя даже тогда. И уж точно не виню сейчас.

Лесли смотрела, как Дэв уходит. Так хотелось обнять ее, защитить, стереть слезы с ее лица. Но она прекрасно понимала, что не может этого сделать. Дэв сейчас была не с ней, а где-то очень далеко. И путь туда для Лесли закрыт. Но самое страшное то, что в этом была только ее вина: она навсегда потеряла Дэвон тогда, когда не впустила ее в свое сердце, позволила уйти одной, унося с собой их общую боль. Боль, справиться с которой они должны были вместе.

Дэв уже не было видно, а Лесли все стояла и молилась о том, чтобы когда-нибудь ей хватило сил во всем себе признаться и избавиться, наконец, ото лжи, которая не только ее делает несчастной.

В кармане завибрировал телефон. Лесли автоматически достала его и взглянула на экран. Рейчел.

— Привет, — она все так же автоматически ответила на звонок.

— Я получила твое сообщение. Прости, что не перезвонила сразу. Здесь настоящий ад. Наконец-то появилось решение суда по делу Доу Корнинг. Я просто сбилась с ног, чтобы найти экспертов. Лето, и все вдруг стали недоступными.

— У некоторых людей есть еще и личная жизнь, — пробормотала Лесли, спускаясь к озеру. Она надеялась увидеть там Дэв.

— Что? Не расслышала. Я сейчас в гараже.

— Ничего.

— Ты, наверное, там уже сошла с ума от скуки.

Лесли рассмеялась:

— Все несколько иначе.

— Когда ты планируешь вернуться домой?

Домой. Лесли задумалась над этим словом. Они с Рейчел никогда не жили вместе. «О чем она говорит? У нас нет общего дома», — промелькнула мысль. Квартира, где она ела, спала и работала, не имела никакого отношения к семейному уюту, и была лишь продолжением офиса. Пожалуй, именно офис и был ее домом. Там она по-настоящему жила. Там она стала тем, кем стала. «Нужно срочно уезжать, чтобы снова стать собой», — заключила про себя Лесли.

— Пока не знаю.

— Держи меня в курсе. Все, дорогая, мне надо бежать. Созвонимся позже. Чуть не забыла! Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке, — Лесли никак не могла понять, почему Рейчел, будучи профессиональным адвокатом, даже не замечает собственной лжи.

— Отлично. Пока, дорогая.

— Пока.

Лесли вышла на причал, открывая себя утреннему солнцу. Вода в озере была такой прозрачной и чистой, что легко можно было разглядеть песчаное дно. Стайки мелких рыбешек сновали у самой поверхности. В голове звучал голос. Мне всегда нравились рыбы.

«О, Дэв. Как я могла с тобой так поступить? Я должна была еще пятнадцать лед назад разобраться в своих чувствах к тебе».

Услышав за спиной чьи-то шаги, Дэв обернулась и увидела Натали, которая спускалась по тропинке, ведущей к озеру. Ее темные волосы были собраны в пучок на затылке и зафиксированы заколкой, которая на солнце блестела как настоящее золото.

— Привет, — сказала Натали и обворожительно улыбнулась. — Мне показалось, это твоя машина стоит у перекрестка. Разве вы не собирались сегодня на озеро?

— Планы изменились. Решила немного поработать здесь.

— Все ясно, — Натали присела рядом с Дэв. — Ты могла бы позвонить мне.

— Что-то мне подсказывает, что у тебя есть другие занятия, более важные, чем нянчиться со мной.

— Другие занятия… — Натали коснулась кончиками пальцев лица Дэв. — Другие занятия не такие интересные. Как насчет того, чтобы рассчитаться за пропущенный ужин?

Намерения Натали были предельно ясными. И честными. Ей следовало ответить также честно.

— Мне кажется, сегодня из меня никудышная компания.

— Ты удивишься, когда узнаешь, как влияют на настроение хороший ужин и бутылочка вина, — Натали была настойчива. — На озере есть отличный ресторанчик. Примерно в пятнадцати километрах к северу отсюда. Там отличный вид на закат.

Дэв эта идея показалась хорошей, ей вовсе не хотелось проводить этот вечер в одиночестве, сидя дома наедине со своими мыслями. Надо было хотя бы один вечер не думать о Лесли.

— Звучит заманчиво. Но есть одна вещь, которую тебе нужно знать.

— Какая же?

— Ты чертовски привлекательна.

— Рада, что ты наконец это заметила, — улыбнулась Натали и, прильнув к Дэв всем телом, нежно поцеловала в губы. — Ты, кстати, тоже очень привлекательна. Настолько привлекательная, что я не могу спокойно спать по ночам.

— Я не уверена, что мы с тобой движемся в правильном направлении, — осторожно заметила Дэв.

— Сначала ужин, — весело ответила Натали. — А потом посмотрим.

— Ты уверена?

— Да, — Натали провела пальцами по руке Дэв. — Уверена. Я заеду за тобой часа через полтора.

— Ловлю на слове, — Дэв помахала рукой удаляющейся Натали, собрала свои вещи и пошла обратно в «Приозерный».

Ей пришлось сделать небольшой крюк, не хотелось проходить мимо крыльца Лесли. Им не стоило видеться какое-то время. Как минимум до тех пор, пока Дэвон не избавится ото всех воспоминаний, которые не дают ей двигаться вперед.

Уже вечером, когда они с Натали, взявшись за руки, возвращались домой, Дэв была почти уверена, что снова обрела душевное равновесие. Ресторан оказался таким, каким его и описывала Натали. Еда была восхитительной, а вид просто великолепным. И даже после заката совсем не похолодало, и можно было немного задержаться, чтобы посидеть под звездами.

Дэв в очередной раз поймала себя на мысли, что с Натали ей очень легко. Легко болтать. Легко шутить. Легко смеяться. И так легко целоваться. Ее губы были нежными и мягкими, а язык словно дразнил, слегка касаясь Дэв. Натали прижималась так близко, так нежно обнимала. И Дэвон чувствовала себя почти счастливой, слушая ее сладкое дыхание и касаясь ее сильного, но одновременно очень женственного тела.

Натали приглушенно застонала и крепко сжала пальцы в волосах Дэв. Поцелуй стремился перейти в нечто большее, и Дэв почувствовала, что это ее не возбуждает, а скорее беспокоит. Она слегка подалась назад, отводя голову, и сказала:

— Если мы продолжим здесь, то привлечем внимание всех медведей, которые только есть в округе. Давай переберемся в дом. И я верну тебе долг с процентами. Как и обещала.

Зайдя внутрь, Дэв сразу прошла на кухню и достала бренди из шкафчика над раковиной. Натали нежно обняла ее сзади, и Дэвон почувствовала, как упругая грудь прижалась к ее спине. На какое-то мгновение она снова оказалась на мотоцикле. Лесли сидела за ней и точно так же нежно обнимала. Дэв вздрогнула. В последние дни воспоминания стали для нее настоящим проклятием. Они так внезапно настигали ее, что, кажется, просто сбивали с ног, не давая возможности остановить их безумный рой.

Дэв напряглась и резким движением оттолкнула от себя Натали.

— Что случилось? — Натали отступила на шаг назад. В ее взгляде читалось недоумение. — Тебя только что унесло куда-то далеко от меня. Я права?

— Откуда ты знаешь?

— Я почувствовала.

— Прости.

— Как я и говорила, сначала ужин, а там посмотрим, — Натали взяла бренди. — Предлагаю выйти на свежий воздух и выпить под луной.

— Да, — растеряно кивнула Дэв.

— Мне следовало спросить об этом раньше, — сказала Натали, когда они вышли на крыльцо. — У тебя кто-то есть?

— Нет.

— Недавний разрыв?

Дэв рассмеялась:

— Опять нет. Я стараюсь избегать серьезных отношений.

Натали заглянула ей в глаза.

— Всегда?

— Да. Это совсем не мое. Наверное, стоило сказать тебе раньше.

— Не понимаю, зачем, — Натали улыбалась. — Мы всего лишь поужинали вместе. О свадьбе думать как-то рановато.

— Все равно ты должна знать.

— Что я точно знаю… — Натали отставила бокал в сторону. — Так это то, что ты мне нравишься. И мне нравится тебя целовать. Для одной недели и этого много.

— Наверное, ты права, — прошептала Дэв, невольно обнимая Натали. Какая-то часть ее уже сдалась лунному свету, теплому бризу и жарким поцелуям. Но глубоко внутри Дэвон все равно чувствовала отстраненность. — Тебе трудно противиться.

— И не стоит, — голос Натали звучал низко и глухо.

— Я так не думаю.

— Я могу привести миллион аргументов в мою пользу, — сказала Натали, касаясь губами шеи Дэвон. — И в некоторые из них ты, быть может, поверишь. Но… впереди еще целое лето. Проводишь меня до машины? Или я могу налить себе еще бренди и переночевать на диване?

— Вопрос с подвохом?

Натали рассмеялась.

Лесли понимала, что уже давно пора было зайти в дом. Снаружи становилось холодно. И даже одеяло, в которое она завернулась, не могло ее согреть.

После того, как они с Дэв расстались утром на стоянке, Лесли вернулась домой и взялась за работу, которую уже давно следовало завершить. Целый день она провела за бумагами и только поздним вечером решила, что можно, наконец, расслабиться на крыльце с бокальчиком вина.

Лесли заметила, что весь вечер в домике Дэв было темно, и лишь часов в одиннадцать там зажегся свет. Пару минут спустя, Лесли уловила чьи-то голоса, но слов разобрать не могла. Впрочем, и без этого было понятно, что Дэвон не одна. Лесли пыталась убедить себя в том, что очень рада тому, что Дэв уже лучше и что она не чувствует себя одинокой. Но в глубине души ей было обидно, что не она сейчас помогает Дэв вернуться к жизни. Вскоре Лесли услышала приглушенный стук закрывающейся двери. Голоса стихли. Лесли почувствовала, как ревность больно кольнула ее сердце. Но единственно верным решением было вернуться в дом и постараться заснуть. В одиночестве.

Заснуть, разумеется, не удалось. Лесли долго лежала в темноте, и воспоминания-призраки вновь кружились перед ее мысленным взором. Вот она тащит Майка обратно в ангар. Он в ярости обвиняет Лесли. Мелькает Дэв, нетвердой походкой идущая к своему мотоциклу. Она уезжающая в ночь. Одна. Уже второй раз за день отчаяние парализовало Лесли. Она зажмурилась и выдохнула из груди остатки воздуха. Прошлое и настоящее вдруг стали так похожи друг на друга, что Лесли уже не могла их различить.

Глава десятая

Натали всегда спала очень чутко, и даже легкого шороха было достаточно, чтобы разбудить ее. Она повернулась на бок, пытаясь устроиться поудобнее, и увидела Дэв, которая босиком стояла у плиты и варила кофе. Натали могла бы сказать, что уже проснулась, но делать это ей совершенно не хотелось. Она решила воспользоваться возможностью понаблюдать за Дэвон, такой забавной в своем утреннем обличии. На ней была потертая, нелепая майка и выцветшие широкие трусы в клеточку. Упругие мышцы ее рук и бедер напрягались каждый раз, когда она брала что-нибудь из кухонных шкафчиков. Ее волосы, еще не высохшие после душа, торчали смешными завитками на затылке. Это придавало Дэв неожиданно беззащитный вид, и Натали почувствовала, как ее сердце сжалось от умиления. Но волнение внизу живота, появляющееся каждый раз, когда она видела Дэв, ее ничуть не беспокоило. Более того, это чувство было для нее желанным. Натали верила, что если рядом с красивой женщиной ее сердце начинается биться сильнее, она жива. Ее скорее испугало бы то, что при виде Дэвон она бы вдруг ничего не почувствовала.

Но просто смотреть на Дэв ей не хотелось. Натали прекрасно понимала, что ее чувства к Дэвон из простого любопытства перерастают в нечто большее. Во влюбленность. А это было уже совсем ни к чему. Особенно учитывая то, что открывать свое сердце Дэв, Натали вовсе не собиралась. Она видела желание и страсть своей подруги. Но при малейшей настойчивости Дэвон отстранялась. Что-то явно сдерживало ее. Я стараюсь избегать серьезных отношений. Но когда-то они у нее были. И, очевидно, причинили много боли. В этом Натали была просто уверена.

Где-то и когда-то была женщина, которая много значила для Дэвон. И она оставила после себя достаточно глубокие шрамы. Но на теле Дэв сохранились и другие шрамы. И их Натали совершенно не ожидала увидеть. Ее взгляд вдруг упал на длинную цепочку рубцов, протянувшуюся по всему правому бедру. Грубые следы — напоминание о давней страшной ране. И, быть может, эта рана была не только физической. Натали больно было даже представить, что могло случиться с ее подругой.

Дэв обернулась и, увидев, что Натали уже не спит, ласково ей улыбнулась:

— Доброе утро. Прости, я не хотела тебя будить.

Улыбнувшись в ответ, Натали отложила до более подходящего момента вопрос о том, откуда взялись эти шрамы. Сейчас было важно только то, что Дэв стоит перед ней и выглядит невероятно сексуально.

Натали потянулась, соблазнительно выгибая спину, и издала довольное урчание. Под одеялом она была совершенно обнажена, и по искоркам в глазах Дэв догадалась, что тонкое одеяло этого ни капельки не скрывает.

— Ты — это прекрасная причина для того, чтобы проснуться.

— Могу я соблазнить тебя чашечкой кофе?

— Ты можешь соблазнить меня чем угодно.

Дэв рассмеялась:

— Надеюсь, бренди и ночь на диване не вызвали никаких пагубных последствий?

— Совершенно никаких, — Натали приподнялась и села на диване, прижимая одеяло к груди. — Я великолепно себя чувствую.

«И выглядишь ты тоже великолепно», — подумала Дэвон. Глаза Натали блестели в свете утреннего солнца, а темные волосы еще сильнее подчеркивали красоту ее лица. Она была поистине прекрасна и свежа. Дэв и сама не понимала, почему до сих пор не сорвала с нее одеяло и не приняла все то, что Натали готова была ей предложить.

Может быть, Дэвон не решалась переступить черту потому, что Натали ей нравилась, по-настоящему нравилась. А такое случалось крайне редко, поскольку Дэвон не имела близких друзей. К тому же, что она могла предложить Натали взамен? Ей хотелось, чтобы их отношения строились на чем-то большем, чем просто желание секса.

Как будто прочитав ее мысли, Натали тихо сказала:

— Дэв, иногда лучше все оставить в том виде, в каком оно есть.

Дэвон разлила кофе в две белые фарфоровые чашки с надписями «Я ♥ Озеро Джордж».

— Ты пьешь черный?

Натали кивнула.

— Дело совсем не в тебе, — Дэв поставила кружки на столик у дивана и нежно поцеловала Натали. — Последние пару дней я сама не своя. Прости меня.

— Спасибо за кофе, — Натали не стала искать продолжения поцелуя, хотя ей казалось, что если она надавит чуть сильнее, то Дэв не выдержит и сдастся. Натали не хотела просто овладеть этой женщиной. Только не такой ценой. И что-то подсказывало ей, что случайный секс может причинить Дэв еще большую боль. — Если тебе нужна будет жилетка, чтобы поплакаться, — обращайся. В любое время.

— Спасибо, но есть вещи, которые не исправишь разговорами, — Дэв взяла свой кофе и сделала большой глоток. — Я знаю, что как только ты уйдешь, я пойму, что совершила большую ошибку.

— Это хорошо. Так и должно быть, — Натали обернула одеяло вокруг себя и поднялась. — Мне нужно в душ. Подождешь немного?

— Конечно. Кстати, в гостинице готовят замечательный завтрак. Как насчет того, чтобы заглянуть туда?

— Через пять минут буду готова.

Лесли проснулась около шести. Лучи утреннего солнца, скользящие по постели, ее очень обрадовали. Ночь была тяжелой. Лесли накрыло волной эротических снов, в которых она занималась сексом с Рейчел, которая превращалась в Дэв, а потом в Майка. А после и в саму Лесли. И все эти фантазии метались, кружились в беспорядочном вихре безумной и безответной страсти. Лесли уже проснулась, но ее тело все еще била крупная дрожь. Пораженная этим, женщина провела пальцами внизу живота и убедилась, что от возбуждения стала совсем мокрой. Очевидно, ее доктор был прав, когда сказал, что гормоны — это корень всех проблем с сердцем и давлением. С телом Лесли определенно было что-то не так.

Раньше мысли о сексе не отключали разум Лесли, не мешали ей концентрироваться. Секс вообще был не слишком важной частью ее жизни. Разумеется, она любила долгие прелюдии и нежные прикосновения Рейчел. Но даже в те редкие случаи, когда они с Рейчел оставались вместе на всю ночь, Лесли не просыпалась от такого сильного возбуждения. Даже когда чувствовала рядом обнаженное тело Рейчел. Ее партнерша очень любила заниматься утренним сексом, но инициатива в этом никогда не принадлежала Лесли. Впрочем, близость с Рейчел была действительно очень приятной и Лесли почти всегда достигала оргазма. Но когда все заканчивалось, она снова могла сконцентрироваться на том, что действительно занимало ее мысли.

А сейчас Лесли, которая умела во всем себя контролировать, практически умирала от острого желания ощутить на себе чьи-то прикосновения. Такое с ней случилось впервые.

— Это все от того, что у меня слишком много свободного времени, — пробормотала Лесли, прогоняя последние обрывки сна.

Не стоило ей брать отпуск. Это еще больше выбило из колеи. Принимая душ, Лесли пыталась убедить себя:

— Сегодня все изменится. Нужно просто поехать в офис и заняться работой.

В половине седьмого на ней уже был деловой костюм — темные брюки, блузка и туфли на низком каблуке. Взяв портфель с документами, она направилась к гостинице, твердо намереваясь вернуть контроль над своей жизнью. Но уже через мгновение она столкнулась с Дэв и ее ночной гостьей. В этот момент Лесли поняла, что этот самый контроль уже безнадежно потерян. Спутница Дэвон так непринужденно обнимала ее за талию. Обе они выглядели расслабленными. И счастливыми.

Лесли вежливо поприветствовала женщин, удивившись тому, как покраснела Дэв.

Натали снова представилась, хотя Лесли отлично помнила ее имя.

— Собираешься на работу? — спросила Дэв.

— Да, — Лесли поравнялась с ними. Она могла бы уйти вперед, но не хотела показывать, что компания Натали ей неприятна. Дэв имела полное право развлекаться с кем угодно. «Какое мне дело до того, с кем спит Дэвон Вебер?» — раздраженно думала Лесли.

— Работаете во время отпуска? — вежливо поинтересовалась Натали.

— Скорее, навещаю родителей во время работы, — пытаясь отвлечь внимание от себя, Лесли спросила. — А как у вас проходит лето?

— Начало было многообещающим, — поведала Натали, бросая мимолетную улыбку в сторону Дэв. — С учетом экономической ситуации в стране мы ожидали, что многие люди предпочтут более дешевый отдых. Но, не смотря ни на что, людей здесь становится с каждым днем все больше.

— У тебя есть время, чтобы позавтракать вместе с нами, Лес? — спросила Дэв, останавливаясь у крыльца гостиницы.

Лесли открыла дверь и придержала ее, чтобы Натали могла войти внутрь, и взглянула на Дэв, которая в нерешительности стояла на пороге.

— Нет, спасибо. Я просто выпью кофе и узнаю, можно ли взять машину мамы. Надеюсь, отец починил ее.

— Можешь взять мою.

— Спасибо, я очень ценю твою заботу. Но я всегда могу взять машину напрокат.

— Предложение остается в силе, — Дэв посмотрела вслед Натали, которая уже заняла место за столиком у дальней стены. — А остальное?

— Остальное? — Лесли нахмурилась, но тут же поняла, что Дэв спрашивает о ее самочувствии и повторных тестах. — Разберусь с этим, как только навещу наш офис. Не уверена, что еще долго здесь пробуду. Так что если не увидимся, желаю тебе приятно провести лето.

— Мне казалось, ты собиралась остаться здесь на пару недель.

— Тишина и покой начинают мне надоедать.

— Лесли, если это из-за меня…

— Нет, не из-за тебя, Дэв, — резко оборвала ее Лесли. Сколько еще она будет позволять Дэв брать на себя вину за всю боль, которую они не могут перестать причинять друг другу? Лесли легким кивком указала на Натали. — Твоя подруга ждет тебя.

Дэв резко схватила Лесли за руку:

— У твоей мамы есть номер моего мобильного. Позвони, если понадобится машина. Или еще что-нибудь. Что угодно.

Лесли закрыла глаза и вздохнула:

— Дэв, ты всегда была слишком добра ко мне.

— Не беспокойся, я уже совсем не та девочка, которая при любом удобном случае бросается тебе на помощь.

— Мне так не кажется. Береги себя, Дэв.

Дэв проводила взглядом Лесли. А потом, налив себе кружку кофе из стоящего на буфете кофейника, присоединилась к Натали.

— Готова хорошенько подкрепиться?

— Еще как готова, — пока они дожидались своей очереди, чтобы получить завтрак, Натали спросила. — Похоже, вы с Лесли давно друг друга знаете?

— Мы учились в одной школе. А как ты это поняла?

— Это сразу заметно. Вы по-особенному смотрите друг на друга, в вашем разговоре мелькают словечки, которые используете только вы. Особые. Ну, ты понимаешь.

Но Дэв не понимала. У нее никогда не было подруг. Лесли была единственной. И даже будучи взрослой женщиной, Дэв стремилась знакомства оставлять просто знакомствами. Но обсуждать эту тему с Натали совсем не хотелось. Она думала лишь о том, что Лесли за эти дни стала выглядеть еще более утомленной. Тем не менее, Дэв не сомневалась в том, что Лесли даже не собирается записываться на повторные анализы.

В этот момент Лесли вышла из кухни с кружкой кофе в руке и быстро прошла через столовую к выходу. Больше всего на свете Дэв хотела броситься за ней. Мысль о том, что эта их встреча может стать последней, опустошала ее изнутри.

Тем не менее, Дэв осталась стоять рядом с Натали. К тому же, здравый смысл подсказывал ей, что отъезд Лесли был самым лучшим из всех возможных вариантов. Тогда они обе смогли бы продолжить жить своей жизнью. Без навязчивых воспоминаний о том, что случилось много лет назад. Дэв глубоко вздохнула, принимая эту простую мысль и наслаждаясь спокойствием, которое она принесла.

— Ты раздобыла разрешение для кемпинга на острове? — спросила Дэв.

Натали опешила от такой неожиданной смены темы разговора, но не подала виду:

— И разрешение, и снаряжение. Я уже устроила все для твоего комфортного пребывания на острове. Можешь отправляться туда хоть завтра.

— Отлично. Я планирую пробыть там дней пять. Натали, ты просто чудо!

Убраться подальше от «Приозерного» и от того, что будоражит ее память, было именно тем, чего Дэвон хотела сейчас больше всего. Если повезет, она сможет вернуться к работе. И окончательно выбросить Лесли из своей головы. Забыть ее глаза, ее голос, ее улыбку.

— Черт! В четверг мне не удастся отвезти тебя, — сказала Натали. — Я буду на совещании почти весь день. Но постараюсь что-нибудь придумать.

— Это не проблема. Я почти уверена, что Пол Харрис не откажет мне в этом, — Дэв коснулась плеча Натали. — Ты и так очень сильно мне помогла.

— Мне нетрудно, — Натали под столом коснулась ноги Дэв. — Я сказала тебе об этом еще в день нашего знакомства, помнишь?

— Я действительно припоминаю что-то такое…

Натали провела рукой вверх по ноге и добралась, наконец, до того места, к которому уже столько дней стремилась. Обычно она не была настолько прямолинейна в своих ухаживаниях, но Дэв зацепила ее слишком сильно. На сколько Дэв сдерживала себя физически, на столько же Натали была откровенна. За такое короткое время Дэв целиком и полностью завладела ее мыслями. Может быть, именно поэтому от ее внимательных глаз не ускользнуло и то, какие сильные чувства у Дэв вызывает Лесли. Натали с горечью отметила, что глаза Дэвон в присутствии Лесли наполнялись беспомощной страстью.

— Вы встречались в школе? — спросила Натали, наконец, все поняв. «Неужели она могла все эти годы хранить свою безответную любовь?»

— Нет, — хрипло ответила Дэв. — Я не знала никого из лесби. К тому же, я еще не очень хорошо понимала себя и свои чувства. Не была уверена до…

До той ночи, когда поцеловала ее.

Боль на лице Дэв была такой сильной, что Натали даже испугалась. Повинуясь импульсу, Натали взяла Дэвон за руку.

— Забудь. Все это в прошлом, ведь так?

— Да, — ответила Дэв. Еще пару дней назад она верила в это. Дэвон осушила свою кружку одним глотком и отодвинула нетронутую тарелку с едой. — Спасибо тебе за прошлую ночь. Это было как раз то, что нужно.

Натали пристально посмотрела на Дэв, раскрывая ей в этом взгляде все свои мысли. Глаза Натали пылали страстью. Да, прошлая ночь была великолепной. Но Натали нужно больше, чем просто поцелуи. Она хотела бесконечно наслаждаться великолепным телом Дэв. Хотела навсегда прогнать боль из ее глаз. Хотела быть для нее единственной. Опасные мысли. Но Натали все же решила рискнуть:

— Тогда давай повторим. И посмотрим, что еще тебе нужно. Сегодня? Завтра?

Дэв отодвинулась на стуле и вытянула ноги.

— У меня есть пара свободных дней. А потом я отправлюсь на острова.

Натали не спеша скользнула взглядом по телу Дэв, даже не пытаясь скрыть своих мыслей.

— Буду молить Бога, чтобы он послал шторм.

Засмеявшись, Дэв поднялась со своего места:

— Только не говори так при туристах.

Выходя, она помахала рукой Эйлин Харрис, которая стояла в дверях между кухней и столовой и с задумчивым видом наблюдала за ними.

Глава одиннадцатая

В районе шести часов вечера Дэв подъехала к «Приозерному». Ее рабочий день в лаборатории прошел просто прекрасно: Арно Родригез, практикант, присланный ей на лето, оказался очень способным молодым человеком. И хотя он был не слишком полезен в сборе образцов, да и его практические навыки оставляли желать лучшего, с компьютером он управлялся просто великолепно. Это во многом упрощало работу Дэв, поэтому против такого распределения обязанностей она не возражала. Ей всегда больше нравилось работать на природе, чем заниматься рутиной. А в последнее время подготовка скучных отчетов занимала все больше и больше времени. К тому же, с недавних пор она должна была выступать экспертом на судебных заседаниях, касающихся нарушений природоохранных правил и норм. И эта новая обязанность совсем ее не радовала.

Так что теперь Дэвон пребывала в прекрасном расположении духа: в лаборатории можно было и вовсе не появляться, и это лето имело все шансы стать настоящим отпуском. Тем не менее, весь сегодняшний день Дэв была поглощена работой, и даже воспоминания давно ушедших дней не терзали ее. Но стоило ей оказаться на Озере Джордж, как знакомые с детства пейзажи не оставили и следа от прежней сосредоточенности, мысли о Лесли снова не давали покоя. «Вернулась ли она в Нью-Йорк?» — этот вопрос сейчас мучил Дэв. Она пыталась убедить себя в том, что не хочет видеть Лес, но прекрасно понимала, что это ложь. И на душе от этого становилось тяжело, почти так же тяжело, как в тот день, когда она первый раз потеряла Лесли.

На подъезде к гостинице, Дэв заметила машины скорой помощи. Ее сердце сжалось. «Боже, Лесли!» — пронеслось в голове. Дэвон вдавила педаль газа и, пролетев оставшуюся сотню метров, выскочила из машины. Подбегая к людям, собравшимся на заднем крыльце, Дэв увидела, что все они смотрят в сторону озера. Она побежала в ту сторону, но тут же увидела поднимающихся по склону медбратьев. С носилками. За ними спешила испуганная Эйлин Харрис. В этот момент Дэв почувствовала, как паника начинает овладевать ею.

«Ведь было очевидно, что Лесли больна! Но почему никто ничего не сделал? Почему я сама ничего не сделала?» — мысли беспорядочным роем носились в голове Дэв. К сожалению, эти вопросы не были риторическими. И ответы на них Дэвон прекрасно знала: она ничего не сделала потому, что это было не ее дело. Отстраненность Лесли и ее вспыльчивый характер держали всех на расстоянии. И Дэв не хотела своими расспросами оттолкнуть ее окончательно. «Давно ли ты стала такой трусливой, — злилась на себя Дэв. — Или ты всегда была такой, когда рядом оказывалась Лесли?»

Спеша вниз по склону, Дэв крикнула Эйлин:

— Что случилось? Что-то с Лесли? Она не пострадала?

Эйлин выглядела растерянной и напуганной. Но было заметно, что она почувствовала облегчение при виде Дэв.

— О, нет. Нет. Это Пол, — женщина стиснула руку Дэвон. — Одну из лебедок сорвало, и лодка соскочила с… Боже, что теперь делать?

Кажется, Эйлин была готова расплакаться. Дэв крепко сжала ее руку в своей.

— Успокойтесь, не надо спешить. Все будет хорошо. Что говорят врачи?

— Судя по всему, перелом ноги. Они не уверены по поводу остального, — сдавленным голосом проговорила Эйлин. — Я не могу связаться с Лесли. Ее телефон не отвечает.

— Мобильная связь здесь не слишком устойчивая, — кивнула Дэв. — Куда они собираются отвезти его?

— В Гленс Фолз.

Когда женщины дошли до машины «скорой», Эйлин наклонилась, чтобы прошептать что-то своему мужу. Лицо Пола было закрыто кислородной маской, и Дэв не смогла понять, ответил он или нет. Санитары загрузили носилки в машину, и Эйлин, дрожа всем телом, уже не могла сдерживать слез.

— Мне надо к нему, в больницу, — пробормотала она. — Но гостиница… Я должна остаться до возвращения Лесли…

— Нет, поезжайте. Я присмотрю здесь за всем, — Дэв достала свою визитку из кармана. — Вот мой номер. Позвоните, как только что-нибудь будет известно. Я передам Лесли, где вы. И она сможет вас навестить.

Эйлин покачала головой:

— Ты гость, Дэвон. И не обязана взваливать все на себя.

— Раньше я была просто соседкой.

— Ты очень добра, — Эйлин едва заметно улыбнулась и сжала ладонь Дэв. — Спасибо тебе. Мне пора. Я позвоню. Номер Лесли…

— У меня есть. Вы дали мне его, когда я встречала ее на станции.

Дэв смотрела, как Эйлин садится в машину скорой помощи, и не могла прогнать чувство облегчения, что это не Лесли сейчас пристегнута к носилкам и не за ней сейчас захлопнулись двери. Как только «скорая» скрылась из виду, Дэв поспешила в свой домик. Ей нужно было принять душ, переодеться и вернуться в гостиницу. И позвонить Лесли.

Двадцать минут спустя Дэв, наконец, смогла дозвониться до Лесли. Это оказалось непросто — почти дюжину раз ее звонок переадресовывался на голосовую почту.

— Лес! Это я… Дэв.

— Дэв? Что-то случилось?

— Ты сейчас где?

— Еду по Северному шоссе. Минут через 15 буду в гостинице. А что?

— Ты можешь остановиться на минутку, чтобы не потерялся сигнал?

— Секунду… Говори, — голос Лесли был спокойным и ровным.

— С твоим отцом произошел несчастный случай. У него сломана нога. Твоя мама поехала с ним, они сейчас на полпути в больницу Гленс Фолз.

— Так… — Лесли сделала глубокий вдох. — Он серьезно пострадал?

— Я не знаю, Лес. Не думаю, что есть какая-то опасность. Когда я приехала, его уже увозили…

— Я прямо сейчас поеду туда. Спасибо, Дэв.

— Позвони мне, если что-то понадобится, — сказала Дэв. Но в трубке уже раздались гудки. — Лес? Лес…

Дэв отложила телефон, чувствуя полное бессилие. Она понимала, что сейчас ее помощь вряд ли понадобится Лесли, но все равно очень хотела быть рядом. Дэвон резко встряхнула головой, пытаясь отогнать от себя эти мысли. Но все равно чувство беспомощной привязанности к Лесли не покидало ее, а ведь их связь, казалось, была так давно разорвана.

Когда около полуночи Лесли подъехала к гостинице, почти все окна в ней были темными. Девушка чувствовала себя такой уставшей и разбитой, что единственное, чего ей действительно хотелось, — это накрыться одеялом и уснуть. Но нужно было еще проверить, все ли в порядке с постояльцами. Бросив свой портфель на заднее сиденье, Лесли заперла машину и направилась в гостиницу.

Одинокая лампа горела у входной двери. Большая гостиная и обеденная комнаты были пусты. Но на кухне горел свет, и Лесли направилась туда. Распахнув дверь, она застыла от удивления: Дэв в темно-синей майке и джинсах стояла возле кухонного стола и накрывала пленкой тарелки с едой. На ней красовался белый фартук, такой, который обычно носят мясники.

— Дэв? — удивилась Лесли.

Дэв отложила в сторону нож, которым нарезала ветчину, и повернулась к Лесли:

— Привет. Как твой папа?

— Пришлось ввести обезболивающее, а так все в порядке. Что ты делаешь?

— Прибираюсь после ужина, — Дэв подошла к холодильнику и достала бутылку «Хайнекена». — Присоединишься?

— О Боже, да, — Лесли буквально рухнула на стул. — На завтра назначена операция. Мама захотела остаться с ним и сняла комнату в мотеле напротив больницы.

Откупорив бутылку, Дэв протянула ее Лесли и села в кресло напротив.

— Что конкретно говорят врачи?

Лесли пожала плечами.

— А что они обычно говорят? Нога сломана. Небольшая трещина в тазовой кости. Возможно, задет нерв, — голос Лесли сорвался, и она закрыла глаза. Дэв заметила, как дрожат ее веки.

— Ты выглядишь очень уставшей, — сказала она, кладя руку на колено Лесли. — Может быть, мне проводить тебя до дома?

— Нет. Я обещала матери, что завтра утром первым же делом привезу ей кое-какие вещи. Сейчас мне нужно их собрать, — Лесли оглядела кухню. — К тому же, тебе явно нужна помощь. Черт! Ты вообще не обязана быть здесь.

— Почему? — Дэв казалась обиженной. Она кивнула в сторону холодильника, к которому магнитами был прикреплен целый ряд заметок. — У твоей мамы расписано меню на каждый день, и она почти все готовит заранее. Было несложно найти все необходимое. — Дэв улыбнулась. — По крайней мере, никто не жаловался. Пока.

— Сколько сейчас гостей? Восемь? Через неделю будет тридцать. Ты хочешь забросить свою собственную работу? — Лесли накрыла руку Дэв своей. — Как же я тебе благодарна… Если бы не ты, маме пришлось бы остаться здесь. А это бы просто свело ее с ума.

— Мне нетрудно, — пожала плечами Дэв. — И я совсем не претендую на постоянное дежурство по кухне. От меня будет толк до тех пор, пока не закончится все, что твоя мама успела приготовить.

— Я думаю нужно нанять помощников, — Лесли отставила бутылку и принялась ходить по комнате. — Обязательно нужен повар. И еще кто-нибудь, кто будет заниматься лодками и ремонтом, потому что отец не сможет работать до конца сезона. И еще надо починить этот чертов грузовик. Мне дважды пришлось останавливаться и ждать пока двигатель остынет.

Дэв пила свое пиво и наблюдала за тем, как Лесли без видимых усилий из уставшей и расстроенной дочери превращается в сосредоточенную деловую женщину. Это впечатляло. Должно быть, умение контролировать и себя, и ситуацию стоило Лесли неимоверных усилий. Неудивительно, что в конечном итоге это привело к проблемам с давлением.

— Пары дней на это вряд ли хватит, — заметила Дэв.

— Я смогу остаться еще на недельку. Или на две, — отрешенно сказала Лесли, составляя в уме список дел. — Все равно я собиралась пробыть здесь несколько дней. Если потребуется больше времени, я могла бы работать в местном офисе.

— Тебе нельзя напрягаться, Лес, — осторожно прервала ее Дэв. — Ты приехала сюда, чтобы отдохнуть от работы. А теперь собираешься взвалить на себя еще и гостиницу.

Лесли раздраженно отмахнулась от Дэвон:

— Со мной все в порядке. С тех пор, как я приехала, у меня не было никаких проблем со здоровьем.

— В день своего приезда ты чуть было не потеряла сознание.

— Я тогда только выбралась из больницы и совсем не спала, — Лесли бросила в сторону Дэв пронзительный взгляд. — Не думаю, конечно, что это твое дело, Дэвон, но я записалась на эти чертовы анализы.

— Хорошо, — улыбнулась Дэв.

— Еще бы, — фыркнула Лесли, пытаясь найти в ящиках стола ручку и бумагу. — Теперь придется их перенести.

— Почему?

Лесли начала составлять список дел:

— Потому, что мне нужно пройти их завтра во второй половине дня, а это невозможно.

— Невозможно?

— Знаешь, я что-то не припоминаю, чтобы раньше ты была такой занозой в заднице, — пробормотала Лесли.

— Ты тоже.

Лесли исподлобья посмотрела на Дэв, но потом все же улыбнулась:

— У отца завтра операция, мне нужно быть там все утро. А после обеда нужно будет разобраться со всеми делами в гостинице.

— У меня гибкий график, я спокойно могу присмотреть за постояльцами.

— Но у тебя есть и своя работа.

— Я собиралась послезавтра отправиться на острова, но могу отложить поездку на пару дней. У меня и здесь найдется куча дел, — Дэв поднялась, чтобы нарезать оставшуюся ветчину. — По крайней мере, до тех пор, пока здесь все не наладится. Я не против. Честно.

Лесли вздохнула:

— Мне очень нужна твоя помощь.

— Одно условие.

— Обычно я не заключаю сделки, — Лесли сложила руки на груди и окинула Дэв оценивающим взглядом. — Но тебе, наверное, стоит попробовать.

Дэв спокойно встретила взгляд Лесли. Глядя, как та напряженно перебирает в уме все возможные варианты, Дэв впервые порадовалась тому, что перед ней совсем не та девочка, которую она помнила. «Лесли, как же сильно ты изменилась», — думала Дэвон. Но все же время от времени, когда черты Лесли на миг смягчались, Дэв отчаянно пыталась найти в ней ту самую девчонку, которую когда-то так сильно любила. Тогда, много лет назад, Дэв очень нравилась нежность и ранимость Лесли, и сейчас ее высокомерие и излишняя самоуверенность вызывали лишь раздражение.

— Ты сдашь анализы завтра, — твердо сказала Дэв.

— Дэв, — запротестовала Лесли. Но тут же вспомнила, как сильно помогла ей Дэв и с каким вниманием она относилась к ее здоровью. — Хорошо. Если смогу, то сделаю.

— Хотя бы так, — Дэв открыла холодильник и сунула поднос с нарезанным мясом на нижнюю полку. — Я думала приготовить яичницу с беконом на завтрак. Как ты считаешь?

Лесли рассмеялась:

— Я считаю, что ты сумасшедшая.

— Вот видишь, некоторые вещи не меняются, — улыбнулась Дэв.

Раздеваясь перед сном, слишком уставшая даже для того, чтобы принять душ, Лесли вспомнила эти слова.

Некоторые вещи не меняются.

В реальности же все изменилось слишком сильно. И в особенности изменилась Дэв. На смену колючести пришла мягкость и, что самое удивительное, уверенность. Ее движения больше не были скованными, в них появилась сила и невероятная сексуальность. Особенно, когда рядом была Натали.

И сейчас образ Дэв, стоящей на кухне в дурацком фартуке или сидящей на крыльце с чашкой кофе в руках, заставлял Лесли чувствовать запретное тепло внизу живота. Она хотела Дэв. Это было бесспорно.

Но самое страшное заключалось в том, что в глубине души Лесли всегда это знала, но не признавалась даже самой себе. Еще подростком, с ее странной манерой одеваться, Дэвон была чертовки привлекательной. Слишком поздно Лесли поняла, как сильно ее влекло к Дэв.

Лесли стало стыдно от этих мыслей. Долгие годы она старалась не вспоминать о том, что произошло тогда между ними. Эти воспоминания были слишком тяжелыми, иногда Лесли казалось, что груз вины раздавит ее. Смертельно уставшая, но слишком возбужденная чтобы уснуть, она размышляла о том, кого же видит Дэв, когда смотрит на нее сейчас.

Глава двенадцатая

В половине шестого утра Лесли уже не спала. Она сидела на крыльце гостиницы и смотрела, как на водной глади озера танцуют блики утреннего солнца. Небо меняло свой цвет с пурпурного на оранжевый. Когда-то у Лесли захватывало дух от этой безмолвной красоты. Тогда она считала, что самое большое счастье — сидеть вот так и смотреть на озеро. Но за последние годы жизнь слишком изменилась, и в ней не было больше места для романтических настроений.

А сейчас, глядя на то, как все вокруг наполняется светом, Лесли чувствовала, что прошлое оживает в ней: будто на мгновение она снова стала девчонкой, которая мечтала жить в гармонии с природой.

— Это та самая красота, что всегда завораживает, правда? — тихо спросила Дэв. Она поднялась на крыльцо гостиницы и встала, облокотившись на перила.

— Даже не знаю, почему так происходит, — пожала плечами Лесли. — Может быть, я просто никогда не встречала чего-то более красивого. Даже на картинах или фотографиях.

— Да, это невозможно повторить. Поэтому этот пейзаж такой особенный, — Дэв смотрела, как восходящее солнце освещает лицо Лесли и озаряет его мягким золотистым светом, в лучах которого Лес казалась совсем юной. В ее глазах отражались блики озера, и вся она дышала молодостью и свежестью. Как и тогда, много лет назад. На какое-то мгновение Дэв почувствовала, что Лесли ей также близка, как и этот рассвет.

Лесли внимательно смотрела на Дэв и пыталась разгадать, о чем та думает. Она казалась грустной, но в ее глазах было столько нежности, что Лесли ощутила это даже на физическом уровне. В прикосновениях этого взгляда было столько чувственности, что Лесли оказалась не в силах отвести взгляд. Женщина вздрогнула от этих мыслей, всеми силами стараясь их прогнать. Она пыталась убедить себя в том, что просто не ожидала увидеть Дэв так рано. Но от этого стало только хуже, поскольку желание тепла моментально превратилось в укол ревности. «Дэв вчера, наверное, даже не возвращалась домой!» Но потом Лесли обратила внимание на то, что теперь на ней были штаны цвета хаки, темная рубашка и рабочие ботинки. Да и выглядела она спокойной и отдохнувшей. «Очевидно, спала она все-таки в своей постели. Одна», — подумала Лесли и с удивлением для себя ощутила странное умиротворение от этой мысли.

— Почему мне всегда с тобой так спокойно?

Увидев растерянность на лице Дэв, Лесли поняла, что произнесла это вслух.

— Правда? — тихо спросила она. — Мне всегда казалось, что я навожу ужас на окружающих. И все считают меня немного сдвинутой.

— Я никогда так не думала. И ты это знаешь, — Лесли хотела рассказать, что она чувствовала себя более защищенной, когда рядом была Дэв. Как будто ее непохожесть на других позволяла и Лесли чувствовать себя особенной. Быть кем-то еще, а не просто девчонкой, какой все ее друзья и даже родители ожидали, что она должна быть. Да, обо всем этом Лесли хотелось, наконец, рассказать. Но она сдержалась. Она была уверена в том, что это уже ни к чему, прошлого все равно не вернешь. И от этой мысли вдруг стало невероятно грустно. — Я забыла кое-что из вещей, которые надо передать маме. Вчерашний вечер был не самый лучший в моей жизни, да и соображала я с трудом.

— Кофе уже готов, — сказала Дэв, заходя внутрь вместе с Лесли. — Думаю, это немного поправит ситуацию.

— Тебе хоть чуть-чуть удалось поспать?

— Да, немного. Но для меня этого вполне достаточно. А ты? — Вчера, когда Дэв проходила мимо домика Лесли, свет в нем уже не горел. Тогда в ее голове промелькнула безумная мысль — постучать в дверь. Но что бы она сделала, если бы Лесли вдруг открыла? Этого Дэв не знала. И сейчас, при свете дня, она была рада, что не поддалась вчера внезапному порыву. Прошлое с неимоверной силой тянуло Дэв, но она была уверена в том, что это происходит только с ней, врядли Лесли горела желанием возвращаться к тому, от чего сбежала. Да, ей и самой не стоило бы.

— Мне сегодня плохо спалось, — ответила Лесли. Она оглядела столовую и с удивлением обнаружила, что Дэв уже расставила на столах приборы. — Это просто невероятно, Дэв! У меня нет слов, чтобы выразить тебе мою признательность. Мне следовало самой все разложить.

Поддавшись какому-то необъяснимому импульсу, Лесли схватила Дэв за руку и притянула к себе. Но, тутже опомнившись, безумно разозлилась на саму себя за минутную слабость. «Что, черт возьми, со мной происходит?» — судорожно думала она. Конечно, болезнь и внезапный приезд домой полностью выбили ее из привычного жизненного ритма: за все это время она ни разу не заглянула в тренажерный зал, совсем не выполняла рекомендаций врачей и вот уже несколько дней не могла нормально выспаться. Но раньше — во время особенно сложных дел — она прекрасно обходилась без еды, сна и физических упражнений. И никогда при этом не теряла контроля над собой. Лесли быстро выпустила Дэв из своих объятий. Но Дэвон ласково взяла ее за руку:

— Лес, все в порядке. Я сама только пришла. А тебе сейчас нужно думать не о гостинице, а ехать в больницу к родителям. Мы все это уже обсуждали, помнишь?

— Почему помогаешь мне, Дэв?

Этот вопрос удивил Дэвон. Лесли редко проявляла хоть малейший намек на свою слабость. Но сейчас даже элегантная блузка, черные строгие брюки, стильная прическа и безукоризненный макияж не спасали ее: Дэв видела перед собой не уверенную бизнес-леди, а изможденную женщину с темными кругами под небесно-голубыми глазами.

— Наверное, потому, что когда-то я была влюблена в тебя. Это самый простой ответ.

Лесли, шокированная этими словами, нервно рассмеялась. Впрочем, слышать это было очень приятно.

— Я даже боюсь услышать сложный ответ.

Дэв пожала плечами и сунула руки в задние карманы джинсов — она всегда так делала, когда чувствовала себя неуверенно, но не хотела показывать это.

— Я прекрасно понимаю, что наши отношения далеко в прошлом. Но, как ни стараюсь, не могу избавиться от чувства, что мы все еще подруги. А подруги всегда готовы помочь, ведь так?

На этот раз Лесли, теперь уже абсолютно осознанно, обняла Дэв и нежно поцеловала в щеку.

— Наверное, так. Спасибо тебе.

Дэв неподвижно стояла и смотрела, как Лесли исчезает, поднимаясь по лестнице на второй этаж, где располагалась спальня ее родителей. Если все, что было между ними, давно похоронено, то почему близость Лесли заставляла Дэв чувствовать, будто земля уходит у нее из-под ног? Она не знала ответа на этот вопрос и сомневалась, что когда-нибудь сможет узнать. Поэтому решила сделать то, что было самым простым способом отвлечься: прошла на кухню и принялась готовить завтрак.

— Ты совершенно не обязана сидеть здесь весь день, — сказала Эйлин, когда Лесли после очередного телефонного звонка вернулась в комнату ожидания.

— Прости, — пробормотала в ответ Лесли, присаживаясь рядом со своей матерью. Комната была устлана мягким ковром, а кресла и столики расставлены так, чтобы у ожидающих родственников была хоть какая-то возможность уединения. Лесли и ее мама сидели в дальнем углу у окна, из которого был виден небольшой скверик. — Мне нужно было уладить кое-какие дела в офисе.

— Похоже, тебе так и не удастся отдохнуть.

— Если я не позабочусь о делах сейчас, то ими придется заняться потом, — ответила Лесли, устало откидываясь в кресле. — Проблемы не исчезнут сами собой только потому, что у меня отпуск.

— Да, — вздохнула Эйлин. — Прятать голову в песок очень заманчиво. Но таким способом невозможно что-то решить.

— Это точно, — рассмеялась Лесли.

— Но все равно тебе не обязательно находиться здесь все утро. Я позвоню, как только врачи выйдут из операционной. Думаю, это случится не раньше, чем через час.

— Я бы хотела остаться, — Лесли взглянула на часы. На три часа дня она была записана к врачу, чтобы сдать все анализы. Лаборатория располагалась в соседнем здании. К сожалению, она будет там за несколько часов до приема. Ее невероятно расстраивала сама мысль о столь бесполезной трате времени. Ее самочувствие было в норме, если не считать того эпизода перед Дэв и совсем незначительного ощущения дискомфорта в груди сегодня утром, когда она резко поднялась с постели. Нарушение сердцебиения длилось недолго. На самом деле оно прекратилось так быстро, что не стоит и вовсе обращать на него внимания. — Ты думаешь остаться здесь еще на одну ночь?

— Это будет зависеть от состояния твоего отца. Возможно, придется остаться. Особенно учитывая ненадежность нашего пикапа.

— Эта проблема решается очень просто. В ближайшее время я намерена избавиться от вашей старой развалюхи. Как думаешь, какую машину отец захочет взамен?

— Думаю, лучше спросить об этом у него. К тому же, я не уверена, что у нас найдутся на это средства.

— Об этом не беспокойся.

— Лесли, — сказала Эйлин, внимательно посмотрев на дочь. — Это очень щедрый подарок. Я ценю твою доброту. Правда. Уверена, и отец оценит. Но это вовсе не твоя обязанность.

Обязанность. Разве так называется то, что ты хочешь сделать для самых дорогих тебе людей? А как тогда назвать то, что ты хотела сделать, но не сделала? Лесли знала ответ на этот вопрос. Это называется трусостью.

Солнце, освещающее спальню Лесли, было настолько ярким, что от него начинали болеть глаза. К горлу подступила тошнота, а голова казалась неимоверно тяжелой. Лесли перевернулась на бок и крепко зажмурилась — хотелось прогнать от себя утро и снова заснуть. И проснуться сразу в воскресенье и как можно скорее уехать в колледж. Уехать, как будто не было прошлой ночи. Не было Майка. Не было Дэв. Не было этого сдавливающего чувства вины, справиться с которым, казалось, не было никакой возможности. Хотелось плакать — навзрыд, как в детстве. И пусть все видят ее огромное горе.

Вчера вечером, как только Дэв уехала, Лесли напилась. Напилась так, как не напивалась никогда в жизни. Но от пива и вина — уже и не вспомнить, сколько было бутылок — ей стало только хуже. И никак не удавалось забыть звук тяжелых ботинок Майка, врезающихся в тело Дэв. Не удавалось забыть и тяжелый стон девушки, которую она так сильно любила. И которую не защитила, отпустила. Одну.

Дальше все было как в тумане. Кажется, подруги пытались расспросить Лесли о том, что случилось. Но что она могла им сказать?

«Майк избил Дэв. Из-за меня! А все потому, что она поцеловала меня. И я позволила ей это сделать. Я хотела, чтобы она меня целовала. Я хотела поцеловать ее в ответ». Она должна была ответить так. Но на это не хватило смелости.

Лесли не знала, что делать со всем этим и просто пыталась заснуть. Но сон отгоняли звуки обычной утренней суеты — были слышны голоса постояльцев, которые спешили на завтрак, переговаривались и смеялись. В ангаре сейчас, наверное, творился настоящий погром, и Лесли нужно было прибраться там, прежде чем все это увидят родители. С глухим стоном она заставила себя подняться с кровати и, шатаясь, направилась в ванную комнату. Казалось, что ее опять стошнит, хотя желудок был совершенно пуст. Лесли твердила себе, что больше никогда не будет так много пить. Что больше никогда не позволит случиться тому, что случилось прошлой ночью. Что больше никогда и никому не позволит себя так целовать. Не подпустит так близко. И не допустит, чтобы кто-то пострадал из-за ее ошибок.

В надежде привести себя в чувство, Лесли долго стояла под холодной водой. Ледяные струи лишали чувствительности ее тело, но не душу. Она обхватила себя обеими руками и задрожала. Хотелось забыть Дэв, забыть ее тело, которое было так близко, забыть жар ее губ. Забыть тот ужасный звон разбивающихся сердец.

Когда Лесли, наконец, почувствовала, что может посмотреть в глаза своим родителям, не вызвав у них никаких подозрений, она спустилась вниз.

— Доброе утро, дорогая, — весело сказала Эйлин Харрис. — Завтрак в самом разгаре. Хочешь блинчиков? Апельсиновый сок в холодильнике.

Едва справившись с внезапно нахлынувшей тошнотой, Лесли быстро отвернулась и сделала вид, что смотрит в окно.

— Нет, спасибо. Пока не хочу. Я возьму «Пепси» и прогуляюсь к лодкам. Хочу убедиться, что весь мусор вчера собрали в пакеты.

— «Пепси» утром? Тебе следует нормально поесть.

— Я поем. Попозже, — Лесли быстрым шагом направилась к задней двери, чтобы мама не увидела ее вблизи.

— Я так рада, что ваша вечеринка прошла у нас, — сказала Эйлин, ставя тарелки в посудомоечную машину. — Хорошо, что все твои друзья такие сознательные и, слава Богу, не ездят на этих ужасных мотоциклах. Это же так опасно!

— Что? — переспросила Лесли, с трудом улавливая смысл слов.

— Кто-то из местных подростков прошлой ночью разбился на мотоцикле.

Лесли замерла у двери. Ее сердце бешено билось в груди, от чего дышать стало неимоверно трудно. Сдавленным голосом она спросила:

— Разбился?

— Да. На Лейкшор Роуд этой ночью. К северу отсюда, — Эйлин достала из духовки чугунные сковородки и положила их в мойку. — Твой отец слышал об этом в новостях.

Лесли выбежала из гостиницы. Она едва успела спуститься по ступенькам крыльца, прежде чем ее вырвало. Лесли рухнула в кресло, больше не пытаясь удержаться на ногах или просто сделать вид, что все в порядке. «Это Дэв! — судорожно думала она. — Это она разбилась на мотоцикле». Лесли чувствовала это. Чувствовала и умирала от осознания своей вины. Вчера Дэв пила не так много. И она хорошо водила мотоцикл. Но ей было больно. И она злилась. На Лесли. На Майка.

Майк. Он ушел сразу, как Дэв уехала. Его не было около часа. Когда он вернулся, то был уже, кажется, совсем спокоен. Но разговаривать с Лесли он все еще не хотел. Впрочем, она и не настаивала. Майк до конца вечера просидел со своими друзьями. Также как и Лесли, он много пил.

Лесли знала, что вчера случилось что-то очень плохое. И она должна была что-то с этим сделать. Она должна была кому-то обо всем рассказать. Быть может, маме. Кому угодно. Она должна была рассказать, что она одна во всем виновата.

— Прости, что я так давно не была дома, — сказала Лесли.

— Я очень хочу, чтобы хотя бы сейчас все изменилось, — в голосе Эйлин чувствовалась грусть. — Чтобы мы снова стали семьей…

— Я рада, что приехала, — Лесли взяла маму за руку. — А теперь нам нужно решить, что делать с машиной.

Эйлин рассмеялась:

— Твой отец ездит только на «Джипах». Только на «Джипах» зеленого цвета! В противном случае, он даже не сядет за руль.

Лесли улыбнулась:

— Не дай Бог, мы купим ему желтый «Хаммер».

— Если ты все же купишь новую машину, мы обязательно вернем тебе деньги. Только я не знаю, как быстро нам удастся это сделать.

— Мам, перестань. У меня есть деньги. К тому же, это не такая уж большая сумма.

— Хорошо, — осторожно сказала Эйлин. — Раз уж мне не удается уговорить тебя взять деньги, то почему бы тебе не рассказать истинную причину твоего приезда?

— Это шантаж.

— Когда это делает твоя мать — нет.

Лесли хотелось пойти на попятную. Не было никакого желания продолжать этот разговор. Как не было и ответа на вопрос матери — по крайней мере, такого ответа, которым Лесли была готова поделиться. Особенно сейчас, когда у мамы и без того хватало волнений. Поэтому Лесли усилием воли заставила себя успокоиться и сказать что-нибудь нейтральное.

— Я много лет не брала отпуск, а в этом году решила устроить себе небольшие каникулы. И мне показалось, что приехать сюда на недельку было бы отличной идеей, — Лесли заглянула в глаза мамы и с удивлением обнаружила в них невероятное тепло.

— Забавно, — тихо проговорила Эйлин. — Когда ты уезжала в колледж, мне казалось, что ты очень хотела уехать как можно дальше отсюда. Но я не могла понять, почему.

— Наверное, тогда я действительно хотела уехать. Прости.

Лесли все еще была не готова к откровенному разговору. Она не могла рассказать маме обо всем, что случилось тогда, — о Дэв, о Майке, о том, что в тот момент ей просто необходимо было уехать как можно дальше и начать новую жизнь. Потому что в старой жизни было слишком много проблем, и справиться с ними вряд ли бы хватило сил. Зато сил хватило на то, чтобы начать все с нуля и стать другим человеком. И в этом Лесли, как никто другой, преуспела. Она стала успешным адвокатом, ее уважали коллеги, у нее была красивая и умная партнерша. И тем не менее, сейчас она была здесь. Почему?

Первое что пришло на ум — это образ озера, мерцающего в лучах рассветного солнца, легкий ночной бриз с ароматом сосен, проникающий в открытое окно ее спальни и то, как Дэв смотрела на нее сегодня утром. «Потому что когда-то я была влюблена в тебя».

Лесли встряхнула головой. Все это уже позади. Несбывшиеся мечты. Неисправленные ошибки. Все это нужно оставить в прошлом.

— Я схожу за кофе в «Старбакс». Взять тебе?

— Лучше чаю. Спасибо.

— Скоро вернусь.

Как только Лесли вышла из здания больницы, то сразу позвонила Рейчел. И, к ее удивлению, та ответила.

— Привет, Рейч, это я.

— Здравствуй, дорогая. У меня всего минутка. Ох, столько дел. Но я собиралась тебе позвонить. Ты сможешь приехать в город на эти выходные? В субботу будет благотворительный вечер, на котором нам надо быть.

— Я не могу. С моим отцом произошел несчастный случай, у него сломана нога. Он сейчас в операционной.

— Черт. Мне обязательно нужно появиться на этом ужине, — Рейчел несколько секунд молчала, — Может быть, я смогу в воскресенье приехать к тебе на пару часов.

— Спасибо, но в этом нет необходимости. Просто я сейчас не могу выбраться.

— Мне так жаль, дорогая. Ты уверена?

— Да. Все в порядке. Мне всего лишь нужно помочь маме с гостиницей.

— И надолго тебе придется задержаться? — осторожно спросила Рейчел.

— Как минимум на неделю, — в голосе Лесли чувствовалась неуверенность. — Может быть, тебе удастся приехать сюда на День Независимости?

— Вполне возможно. Давай поговорим об этом позже.

— Хорошо.

— Люблю тебя, дорогая. Пока.

— Пока, — Лесли сунула BlackBerry обратно в сумочку. Заняв очередь в кафе, она попыталась вспомнить лицо Рейчел. Ничего не вышло. Лесли твердо сказала себе, что это совсем ничего не значит, как тут же перед ее мысленным взором возник кристально-ясный образ Дэв, и от глубины ее взгляда у Лесли даже перехватило дыхание.

— Я могу вам чем-то помочь, мэм?

Лесли вздрогнула и пристально посмотрела на молодого человека за стойкой. Она была ему даже благодарна за то, что он вмешался в ее мысли.

— Да. Двойной американо, пожалуйста. И чай.

— Что-нибудь еще?

«Небольшая доза здравого смысла бы не помешала», — подумала Лесли и слабо улыбнулась.

— Нет, спасибо. Больше ничего не нужно.

Лесли взглянула на часы. До сдачи анализов было еще полно времени. Но она успокаивала себя тем, что как только она решит проблемы со здоровьем, уже ничто не сможет помешать ей вернуться к прежней жизни. Нужно лишь немного потерпеть.

Глава тринадцатая

— Доктор Вебер?

Дэв оторвалась от микроскопа и подняла глаза на молодую рыжеволосую девушку, которая стояла на пороге лаборатории.

— Привет, Сьюзен. Что случилось?

— Вас внизу ждет посетитель. Мисс Эванс. Мне проводить ее сюда?

— Нет, не нужно. Я сейчас спущусь сама. Спасибо.

Дэв положила в холодильник образцы, с которыми работала, бросила белый лабораторный халат на спинку кресла и направилась по широкому, ярко освещенному коридору к лестнице. Ее летний офис в Институте Морской Биологии располагался на четвертом этаже, поэтому понадобилось не так уж много времени, чтобы добраться до вестибюля. Спустившись, Дэв увидела Натали, которая стояла у большого панорамного окна и смотрела на озеро. Без униформы она выглядела гораздо свободнее, если не сказать больше — легкая блузка и шорты делали ее очень соблазнительной. Услышав шаги, Натали обернулась и как обычно лучезарно улыбнулась Дэв.

— Я оторвала тебя от работы? — спросила она.

— Работа подождет, — игриво улыбнулась Дэв. — Ты взяла выходной?

Натали кивнула:

— До Дня Независимости всего неделя. И, по опыту знаю, с завтрашнего дня туристы повалят сплошным потоком. О выходных можно будет забыть. А я очень хотела еще раз увидеться с тобой до того, как ты уедешь на острова.

— Мне придется отложить поездку на пару дней, — сказала Дэв. — Может, пообедаем сегодня вместе?

— У меня есть идея получше. Предлагаю взять с собой бутерброды и покататься на лодке. Как ты на это смотришь?

Дэв глянула на часы:

— Мне нужно вернуться к шести.

Натали ловко взяла Дэв под руку:

— Не беспокойся, я верну тебя домой до сигнала к отбою.

Дэв весело рассмеялась и позволила Натали увести ее из лаборатории — навстречу яркому летнему солнцу. По пути к причалу она поведала Натали о случившемся с Полом Харрисом.

— Значит, ты помогаешь в гостинице? — спросила Натали, с любопытством заглядывая в глаза Дэв.

— Немного.

— Как мило с твоей стороны, — Натали припарковала машину на стоянке и показала на переносной холодильник на заднем сиденье. — Можешь прихватить это?

— Конечно.

Натали принялась проверять мотор лодки и отвязывать ее. А Дэв никак не могла понять, почему ее подруга вдруг внезапно стала такой молчаливой. Но стоило им отплыть от берега, как Натали мигом пришла в себя и принялась рассказывать о работе и показывать свои любимые места на озере.

Минут через двадцать они бросили якорь в небольшой бухте, у самого маленького острова группы Глен Айленд. Девушки были совсем одни среди бескрайней водной глади, и лишь иногда вдалеке проплывали одинокие лодки, не нарушая при этом тишины.

— Отличный катер, — весело сказала Дэв. На семиметровом «СиКрафте» было все для незабываемого отдыха: уютная кабина с местом для сна и туалетом, и просторная задняя палуба для рыбалки и отдыха. — Ты часто в нем ночуешь?

— Время от времени, — улыбнулась Натали. — Полезная штука, когда хочешь бросить все и отправиться куда глаза глядят.

— Могу себе представить, — Дэв раскинула руки на бортике и запрокинула голову, вглядываясь в ясное небо. Она уже не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя настолько расслабленно.

— В джинсах и майке ты рискуешь поджариться на солнце, — сказала Натали, доставая две бутылки «Сент Паули Герлз»[1]. — Как насчет прохладного пива?

Дэв повернула голову и лениво улыбнулась Натали:

— Спасибо. Надеюсь, ты не имеешь ничего против нижнего белья?

Натали замерла с бутылкой пива:

— Думаю, это зависит от того, будет оно надето или нет. И еще от того, какое именно на тебе белье.

— Увы, самое обычное, — Дэв принялась стягивать с себя джинсы. Под ними оказались темно-синие плавки. Затем Дэв сняла майку, открывая взору Натали черный спортивный топ.

— Хорошо, что оно все-таки надето, — сказала Натали, с трудом выговаривая слова. Тело Дэв выглядело именно так, как она себе и представляла. Плоский, сильный живот и упругие мышцы плеч грациозно подчеркивали округлости ее форм. Но шрамы на бедре при ярком свете солнца были еще более заметны. Натали передала Дэв пиво и села рядом. — Правильно, что ты решила оставить свои прелести прикрытыми.

Дэв приподняла одну бровь.

— Здесь слишком оживленное движение, чтобы рисковать показываться au naturel[2], — быстро добавила Натали.

— Спасибо, что вытащила меня из офиса, — сказала Дэв.

— Поверь, я тебе благодарна больше.

Дэв улыбнулась. Отметив быстрый взгляд Натали, уже второй раз скользнувший по ее бедру, она решила удовлетворить ее любопытство:

— Авария на мотоцикле. Следы бурной молодости.

Натали с грустью посмотрела Дэв в глаза.

— Думаю, это было ужасно. Прости, тебе, наверное, не хочется об этом вспоминать.

— Все в порядке, — Дэв отставила бутылку и принялась задумчиво разглядывать шрамы. До последнего времени она редко вспоминала о прошлом, но сейчас воспоминания, казалось, подкрадываются со всех сторон. — Мне преподали пару очень важных уроков. И к счастью, я смогла выжить, чтобы оценить это.

— Сколько тебе было лет?

— Семнадцать.

В груди Натали все сжалось:

— Боже, наверное, это было трудно.

— Мне еще повезло. Я раздробила бедро, и получила довольно сильное сотрясение, но я не сломала себе шею и не повредила позвоночник. И я не потеряла ногу. — Дэв пожала плечами и сделала глоток пива. — Так что я еще легко отделалась.

Но Натали так не считала, она видела, что воспоминания об аварии до сих пор причиняют Дэвон боль. Заходить далеко со своими вопросами она просто не имела права. Поэтому она просто погладила Дэв по руке, желая хоть как-то помочь.

— Ты говоришь так, как будто тебя за что-то наказали.

— Разве? Может быть. В каком-то смысле меня действительно наказали. Я тогда была пьяна.

— Ох, черт. Как все непросто.

— Да уж. Я была порядочной дрянью, — с грустной улыбкой сказала Дэв. — Зато я смогла оценить тот факт, что я не очнулась в инвалидном кресле.

— Иногда я думаю, как нам вообще удалось пережить свою юность.

— Тебе тоже? — спросила Дэв.

Натали пожала плечами:

— Да, я очень хотела быть как все, приспособиться к этой жизни. И надо сказать, это было довольно болезненно. Первый год в колледже я спала практически с каждым встречным парнем. Потом забеременела. Потом сделала аборт. И только после этого я поняла, что пора перестать себя обманывать и принять свое влечение к девушкам.

— И это решило все твои проблемы?

— Большую часть решило, — рассмеялась Натали. — Конечно, первые две девушки, в которых я влюбилась, разбили мне сердце. Но с этим я справилась.

Дэв взяла Натали за руку.

— Наверное, было бы проще, если бы кто-то в самом начале сказал нам, что быть лесби — это нормально?

— Знаешь, — сказала Натали, придвигаясь ближе к Дэв. — Если бы мы были знакомы в школе, то я бы рискнула.

— Не будь такой самоуверенной, — усмехнулась Дэв. — К тому же, мы вряд ли были бы знакомы, я старалась держаться подальше от разных компаний.

Натали положила голову на колени Дэв и подтянула ноги к себе.

— Совсем никаких друзей?

— Только Лесли, — тихо сказала Дэв, думая о том, чего ей стоила эта дружба.

— Лесли Харрис? — переспросила Натали, немного напрягаясь.

Дэв отрешенно смотрела вдаль:

— Да.

— Вы были вместе?

— Боже, нет! — нервно рассмеялась Дэв. — Лесли была совсем не такая, как я. Она скорее походила на тебя — красивая, популярная. Каждая девушка мечтала быть ее лучшей подругой, а каждый парень — пригласить ее на свидание.

— Но не ты, — осторожно сказала Натали.

— Что не я?

— Ты не хотела быть ее лучшей подругой.

— Нет, — резко сказала Дэв — Это не то, чего я хотела.

— Трудно видеть ее сейчас?

— Не очень, — вздохнула Дэв. — Особенно, когда я напоминаю себе, что мы уже не дети. Да и вообще чужие люди.

— Знаешь, я иногда задаюсь вопросом, насколько каждый из нас изменился и изменился ли вообще? — задумчиво пробормотала Натали. — Я, конечно, уже не тот сумасшедший, запутавшийся в себе подросток, каким была десять лет назад, но я бы не сказала, что так уж сильно изменилась.

— Если бы ты спросила меня недели две назад, сильно ли я изменилась, я бы ответила, что очень сильно, а теперь я уже не уверена.

Натали поднялась и села на колени Дэв, положив руки ей на плечи. Их лбы едва не касались друг друга.

— Неужели? Сейчас ты конечно уже не кажешься плохой девчонкой, — прошептала она. — Но могу поспорить, ты легко можешь ею стать, при правильном подходе. Хочешь, проверим?

Дэв мягко положила руки на бедра девушки. В золотистых лучах солнца Натали казалась невероятно красивой, от нее приятно пахло, а близость ее тела была еще более приятной. Все тело Дэв напряглось и задрожало, дыхание с хрипом вырывалось из ее горла.

— Если бы мы с тобой были едва знакомы, я была бы рада продемонстрировать тебе свою темную сторону.

Зрачки Натали резко расширились.

— Я была бы не против. Я не против и сейчас. Боже, Дэв, я так хочу тебя.

— Я тоже хочу тебя, — едва дыша, сказала Дэв, изо всех сил стараясь держать себя под контролем. Но больше всего в этот момент ей хотелось поддаться своим желаниям, впечатать Натали в пол и жадно поцеловать ее аппетитную грудь. Она хотела ее. И это было проблемой. Дэв осторожно приподняла Натали со своих коленей и посадила обратно на скамейку. — Нат, прости, наше знакомство зашло слишком далеко для случайного секса. Мне очень жаль.

— Вот ты вредина! — сердито сказала Натали, но на лице ее была улыбка. Она запустила руки в волосы Дэв. — А если я хочу просто дружеского секса?

— Что ж, я подумаю над этим, — рассмеялась Дэв и вытащила еще две бутылки из холодильника. — Но для этого ты не должна сидеть у меня на коленях, потому что это меня так возбуждает, что я и двух слов связать не могу.

— А ты еще та заноза в заднице, Дэв, — проворчала Натали, поднося бутылку к губам.

— Многие так говорят.

— Но я не сержусь на тебя. Просто ты выглядишь слишком соблазнительно.

— Прости, — Дэв взглянула на Натали.

Вздохнув, Натали повернулась так, чтобы ее спина упиралась в плечо Дэв, и вытянула ноги. — Я могу попросить тебя об одолжении?

— Конечно.

— Я уже большая девочка и знаю, что делаю. Так что просто подумай над этим.

— Хорошо, — тихо сказала Дэв. — Это я могу.

Дэв припарковалась на стоянке у «Приозерный Коттедж» за большим черным «Чероки». Увидев, как из него выходит Лесли, она поспешила к ней.

— Отличная машина.

Лесли улыбнулась.

— Посмотрим, что скажет мой отец.

— Как он?

— Вроде, все в порядке. Операция закончилась в начале двенадцатого, и хирург сказал, что нерв задет совсем немного и серьезных повреждений нет.

— Это хорошая новость.

— Через пару дней станет известно больше, — Лесли заперла машину, и они с Дэв направились к гостинице. — Я звонила тебе, как только операция закончилась, но меня переключили на голосовую почту. Ты получила сообщение?

— Прости, я была на озере, когда ты звонила, и буквально пару минут назад увидела его.

Лесли подняла голову и взглянула на Дэв:

— Ты загорела. Работала?

Дэв покачала головой:

— Нет. Натали заехала за мной в лабораторию, и мы покатались на лодке пару часов.

— Понятно. Очень мило, — холодно проговорила Лесли. И, остановившись у крыльца, добавила. — Сегодня я сама справлюсь со всеми делами. Ты и так много для нас сделала. Спасибо тебе еще раз.

Лесли открыла дверь, желая поскорее остаться в одиночестве, но Дэв последовала за ней внутрь.

— Утром я приняла четырех новых постояльцев. Сегодня гостиница почти полная.

— Мама всегда справлялась с этим. Думаю, у меня тоже получится.

Лесли прошла на кухню. Но когда Дэв все равно не оставила ее, она резко обернулась и сказала с явным раздражением в голосе:

— Давай я выражусь яснее. Мне не нужна твоя помощь!

— Я не стану помогать. Только посмотрю, — скрестив руки на груди, Дэв оперлась спиной о стену.

Лесли пристально посмотрела на нее, изо всех сил стараясь не скрипеть зубами от негодования. Повернувшись, она пошла к холодильнику и сняла с него меню на сегодняшний день. Стон сорвался с ее губ — она ненавидела делать салаты.

— Ладно, — Лесли распахнула дверцу холодильника. — Вот.

Дэв легко поймала первый пучок салата. Поймать второй, когда одна рука уже занята, было немного сложнее. Третий и четвертый порядком пострадали, когда она прижала их к груди.

— Нет, — крикнула она, когда Лесли приготовилась бросать пятый.

— Боже, не могу поверить, что швыряюсь салатом на кухне моей матери, как будто мне пятнадцать, — хохотала она. — Почему это место на меня так влияет?

— Тут особенный воздух, — усмехнулась Дэв, полностью понимая ощущения Лесли.

— Да, наверное, — Лесли осторожно положила пучок салата на стол и подошла к Дэв, чтобы освободить ее руки. — Прости меня. Давай, я заберу их.

— Я займусь ими. А ты разберись с остальными блюдами.

— Уверена?

— Да, — выдохнула Дэв, пытаясь найти дуршлаг. — Расскажи мне про джип. Когда, черт побери, у тебя нашлось на это время?

— Ты удивишься, узнав, как быстро совершаются покупки, когда ты точно знаешь, чего хочешь. Если исключить переговоры, то весь процесс удивительно упрощается, — Лесли пожала плечами. — Когда не обращаешь внимания на альтернативные варианты, сделка закрывается просто и быстро.

Дэв почувствовала, что та девочка, которая еще минуту назад, бросала в нее пучки салата, снова исчезла. Теперь перед ней стояла деловая женщина, которая привыкла побеждать соперников, гораздо опаснее какого-то там продавца машин.

— Мне их искренне жаль.

— Кого?

— Юристов, которым приходится выступать против тебя.

Лесли рассмеялась:

— Обычно они переоценивают свои силы, когда руководствуются личными взглядами и верят недостоверным данным. Не так трудно победить, когда оперируешь не эмоциями, а фактами.

— Тебя совсем не беспокоит тот факт, что мы уничтожаем свою планету?

Лесли засунула в духовку противень с лазаньей.

— Ты только что подтвердила сказанное мной ранее.

Дэв так резко разорвала пучок салата, что он рассыпался в ее руках.

— Считаешь, что я руководствуюсь эмоциями? — теперь в ее голосе слышалось раздражение. — Наверное, ты забыла о том, что я ученый. И легко приведу тебе множество фактов. Или еще лучше — отведу тебя к озеру и наглядно продемонстрирую на примере рыб, как промышленное загрязнение влияет на нашу флору и фауну.

— Уверена, ты отличный ученый, Дэв, — спокойно ответила Лесли. — Но не забывай о том, что бизнесом занимаются люди. Люди, а не рыбы. И они страдают от этих многочисленных ограничений правительства.

Дэв напряглась. Слова Лесли казались ей чересчур циничными. Но она понимала, что сейчас не время и не место для подобных споров. И из этого вряд ли выйдет что-нибудь хорошее. Лесли не стала бы выполнять работу, которая ей не нравилась и в которую она не верила всей душой. Дэв бросила салат в дуршлаг и потянулась за следующим пучком.

— Рыбы тоже люди.

— Вот это как раз тот аргумент, с которым можно выиграть в суде, — тихо сказала Лесли.

Дэв бросила на нее короткий взгляд и увидела, что Лесли улыбается. Напряжение, повисшее в комнате, немного спало.

— Давай сменим тему на что-нибудь попроще, — предложила Дэв. — Ты сдала анализы?

Лесли покачала головой:

— Какая же ты упрямая!

— Не увиливай.

— Да, сдала. Большую часть. Самые долгие, — Лесли повернулась и вытащила из корзины у плиты два длинных батона итальянского хлеба.

— Какие именно?

— Эхокардиограмму и стресс-тест.

Дэв почувствовала, как внутри нее все сжалось от одной мысли, что Лесли нужны были эти исследования. Как можно более непринужденно, она спросила:

— И как результаты?

— Нет никаких структурных аномалий.

Дэв бросила пучок салата на стол и, схватив Лесли за плечи, развернула к себе.

— По-твоему, это должно меня успокоить?

— Я не собираюсь тебя успокаивать. Я вообще не обязана ничего тебе рассказывать, — Лесли была вне себя от негодования. — И убери от меня свои руки.

— Да, ты права, — Дэв убрала руки и сделала шаг назад. — Прости.

— Дэв…

Но Дэв уже выбежала через заднюю дверь. Она страшно злилась на себя. «Я не хотела ее трогать. Не хотела тогда и не хотела сейчас», — с горечью думала она. Лесли ранила ее, взбудоражила в ее душе то, что было давно забыто. И какой же наивной была Дэв, думая, что тот безумный фонтан эмоций, который Лесли когда-то в ней вызывала, безвозвратно погиб. Дэвон так долго искала в себе силы для того, чтобы снова начать жить, так долго залечивала раны и изгоняла призраков прошлого. Она была уверена, что ей это удалось. И сейчас, осознание того, что она обманывала саму себя все это время, причиняло боль.

Глава четырнадцатая

Сидя на каменной скамейке на берегу, Дэв наблюдала, как солнце садится за горизонт, и пыталась определить, что же более красивое — начало дня или его конец. Рассвет всегда приносил с собой новые возможности и какое-то внутреннее наслаждение. Но все-таки Дэв больше любила закат. Вот и сейчас она, в надежде отвлечься от тяжелых мыслей, смотрела, как сквозь легкую дымку тумана, которым было укрыто озеро, заходящее солнце разлило свои последние пурпурные лучи. Это было похоже на ангельское сияние, исходящее с небес.

— Если бы этот вид был хоть чуточку красивее, то на него стало бы невозможно смотреть, правда? — тихо спросила Лесли.

Дэв, не отводя взгляда от озера, ответила:

— Иногда мне кажется, что дом твоих родителей расположен в самом лучшем месте на Земле.

— Ты не будешь против, если я присяду?

— Нет, присаживайся.

Несколько секунд они сидели в полной тишине под яркими, льющимися с небес лучами, оставляющими после себя металлически-серое небо, которое вскоре станет непроглядно черным.

Дэв взглянула на Лесли. Та переоделась в джинсы и свитер с V-образным вырезом. Ее волосы были распущены. И в полумраке казалось, что она стала моложе лет на десять. Дэв смотрела на нее и не могла отвести глаз — ей до боли в суставах хотелось прикоснуться к этой женщине. Горячая волна желания медленно разлилась по всему телу.

— Прости за то, что случилось на кухне. Я не хотела…

— Нет, — оборвала ее Лесли. — Это ты меня прости. Я пришла сюда, чтобы попросить прощения.

— Откуда ты знала, где меня искать?

— Я не знала. Но в твоем доме не горел свет, а машина все еще была на стоянке.

Позаботившись о постояльцах, Лесли отправилась на поиски Дэв. Сначала она решила, что Дэв, наверное, где-то с Натали. Было очевидно, что женщин связывало нечто большее, чем просто дружба. Подобные мысли портили Лесли настроение, хотя она изо всех сил старалась убедить себя в том, что это не ее дело. Всю дорогу из госпиталя она ждала встречи с Дэв, и когда та рассказала ей о прогулке на лодке с Натали, Лесли почувствовала себя глупо. Разговоры о ее работе и явное презрение Дэв к тому, чем Лесли занимается, стали последней каплей. И Лесли сорвалась. Это злило еще больше, поскольку Лесли никогда не срывается. Руководствуясь эмоциями, она сказала то, чего на самом деле говорить не хотела.

— Ты очень помогла нам, — сказала Лесли, пытаясь вернуть беседу в безопасное русло. — И я хотела, чтобы ты знала, как я благодарна тебе.

— Я не хотела ссориться, — ответила Дэв. — И не должна была приставать к тебе с расспросами.

— Все в порядке. Мне приятно знать, что ты так сильно беспокоишься обо мне, — Лесли говорила от чистого сердца. В глубине души ей было обидно, что это Дэв за нее так переживает. Дэв. А не Рейчел.

— Все остальное тоже в порядке? — не выдержала Дэв. — Кроме эхокардиограммы?

Лесли вздохнула:

— Не совсем. В самом конце стресс-теста у меня был небольшой приступ аритмии. Ничего ужасного, и я нормально себя чувствовала, только дышать было немного трудно.

— Так что сказали врачи?

— Ничего нового. Мне нужно следовать указаниям моего лечащего врача, принимать прописанные мне лекарства и избегать стресса и возбуждения, — Лесли усмехнулась. — Последнюю рекомендацию выполнить будет несложно.

— Значит, ты прислушаешься к советам врача?

Уже почти стемнело, но Лесли все равно видела, как сияют в бледном лунном свете глаза Дэв. Пронзительно и настойчиво. Она бы узнала ее глаза где угодно. И голос. Такой низкий и хриплый.

— Да, — ответила Лесли. Она уже приняла решение пить лекарства, по крайней мере, в качестве пробной меры. Но вот от кофе Лесли не собиралась отказываться. Что же касается стресса, то Лесли верила, что прекрасно может контролировать свою жизнь.

— Это хорошо, — Дэв старалась выглядеть спокойной, на самом же деле она изо всех сил боролась с желанием коснуться Лесли. — Есть какие-нибудь новости о твоем отце?

— Я разговаривала с мамой перед тем, как спуститься сюда. Она говорит, что папа голоден и хочет домой. — Лесли рассмеялась. — Это хороший признак.

— Отличная новость.

— Да. Уверена, что здесь ему будет гораздо лучше, чем в больнице.

— Даже не сомневаюсь.

У Лесли перехватило дыхание. «Неужели мы никогда не сможем просто по-дружески общаться? Никогда не сможем забыть о том, что произошло той ночью», — с отчаянием думала она. И слова, кажется, сами собой слетели с ее губ:

— Прости, что не пришла к тебе в больницу.

— Я бы все равно об этом не узнала, — тихо сказала Дэв.

— Это не имеет значения. Я должна была прийти, — Лесли подтянула колени к себе и обхватила их обеими руками. Положив на них голову, она смотрела на Дэв. — Я никогда не смогу себе этого простить.

Дэв провела кончиками пальцев по руке Лесли.

— Тебе не нужно извиняться. Мы были детьми. И все казалось таким запутанным.

— Дэв! Не пытайся меня оправдать! Ты была моей подругой. И я позволила Майку сделать тебе больно, — Лесли готова была расплакаться. — Но самое ужасное то, что я и сама сделала тебе больно. Дэв, я не жду, что ты простишь меня. Просто хочу, чтобы ты знала, как я сожалею о том, что случилось.

— Лесли… — мягко сказала Дэв. — Ты не смогла бы остановить Майка. А я… Я не должна была целовать тебя. Все это было ошибкой.

— Я не ожидала, что ты поцелуешь меня. Даже представить себе не могла. Клянусь, — Лесли схватила Дэв за руку. — Я не осознавала своих чувств. Не понимала, что происходило между нами.

Сердце Дэв готово было разорваться от страдания, которое слышалось в голосе Лесли. Она взяла ее лицо в свои ладони.

— Я знаю. Ты не виновата. Это все из-за меня.

— Нет! Не из-за тебя, — Лесли взяла руку Дэв и поцеловала ее ладонь. — Как ты можешь быть виновата в том, что мы любили друг друга?

Слова Лесли, ее прикосновения, ее близость сводили Дэвон с ума. «…мы любили друг друга», — эхом раздалось в ее голове. И она не сдержалась, запустив пальцы в волосы Лесли, она поцеловала ее. Этот поцелуй был так похож на тот, который случился много лет назад. Но, в то же время, он был наполнен чем-то несоизмеримо большим. Тогда Дэв не знала, что лежит за мягкой теплотой губ Лесли, также как и не знала, чего жаждет ее собственное тело. Но сейчас ее желания были предельно ясны, когда губы Лесли раздвинулись, пуская ее внутрь. С каждой секундой поцелуй становился все более чувственным и глубоким. Дэвон обняла Лесли за талию и крепко к себе прижала. Их языки встретились — не испуганно и нерешительно, как в первый раз, а уверенно и требовательно.

Лесли сжала рубашку Дэв в своих кулаках, прижимаясь еще крепче. И Дэв закружило в водовороте чувств. Губы Лесли были такими жаркими, а тело таким гибким и упругим, что, казалось, оно повторяло каждый изгиб тела Дэв.

Дэвон невероятно боялась, что Лесли может остановиться в любую секунду. Но она не останавливалась. Их ноги сплелись. И Дэв застонала, чувствуя, как теплая волна разливается по ее телу. Она касалась губами шеи Лесли и совершенно теряла ощущение реальности.

— Боже, Лес, — простонала она.

Лесли запрокинула голову и, обхватив руками Дэв, прижалась к ее губам, нисколько не противясь желанию раствориться в них. Она просунула одну руку за пояс Дэв и высвободила ее рубашку, жаждая прикосновения к обнаженной коже. И когда Дэв скользнула рукой под свитер и накрыла ладонью ее грудь, Лесли вскрикнула, непроизвольно вонзая ногти в свою подругу.

Дэв и сама не помнила, как оказалась сверху. Ее губы блуждали по шее Лесли, а бедра раздвигали ее ноги. Почувствовав, как Лесли вонзила свои пальцы в ее ягодицы, и приподняла бедра, в поисках более плотного контакта с ее телом, шум в голове Дэв мгновенно заглушил все ее мысли. Но оказавшись в водовороте чувств, Дэвон снова очутилась во власти воспоминаний. Память вновь вернула ее в ту ночь. В ту ночь, где Лесли была ответом всему. Где Лесли была всем.

— Лесли… — прохрипела Дэв, задирая ее свитер и покрывая поцелуями ее живот. Дрожащими пальцами она пыталась расстегнуть пуговицу джинсов Лесли. Ей нужна была Лесли. Больше, чем воздух, которым она дышала. Больше, чем биение ее собственного сердца.

Забыв обо всем, Лесли погрузила пальцы в волосы Дэв. Ее спина изогнулась, а голова запрокинулась назад от наслаждения. Мир, казалось, потерял резкость, его краски поплыли, растворяя луну в ночном небе. Лесли крепко вцепилась в Дэв, опасаясь, что все это мираж и Дэв может раствориться и улетучиться в воздухе.

Дэв застонала:

— Лес, я люблю…

Голос Майка разорвал темноту ночи:

— Черт побери, какого хрена!

— О Боже! — Лесли вздрогнула. — Нет!

Дэв дернулась всем телом. Казалось, ее снова ударили с огромной силой. Понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и понять, где она находится и что делает. Одежда на Лесли была в полном беспорядке, джинсы расстегнуты, рука Дэв запущена в них, а сама Лесли выглядела напуганной.

— Прости, — прошептала Дэв.

Лесли задрожала, слезы покатились по ее щекам. Она смотрела в окружающую их темноту, почти ожидая, что руки Майка снова отнимут у нее Дэв. Но спустя миг наваждение растаяло, и Лесли поняла, что она опять натворила.

— Дэв, — одними губами произнесла она. — Я не могу…

— Я знаю, — Дэв заставила себя подняться. Все ее тело сжималось от возбуждения, а ноги тряслись так, будто она только что пробежала марафон. — Прости. Не понимаю, что на меня нашло.

Она сделала шаг назад, потом еще один, и темнота леса поглотила ее.

— Дэв! — позвала Лесли, но вокруг была только ночь.

Дэв ехала по дороге. В этот раз она была трезвой и очень осторожной, но разум все еще затмевали воспоминания о Лесли. Как и в тот раз. Или даже сильнее. Дэв чувствовала ее запах, ощущала ее вкус на своих губах, каждый сантиметр ее кожи помнил прикосновения Лесли. Женщина отчаянно вцепилась в руль, все ее тело била дрожь.

— Боже… — застонала она. — Почему я не могу от нее освободиться?

Дэвон даже и не пыталась найти ответ на этот вопрос — очевидно, его просто не существовало. Потому что вовсе не Лесли — женщина, с которой Дэв только что чуть было не переспала — терзала ее сердце. Не она, а девушка из прошлого, с утратой которой Дэвон так и не смогла смириться.

И сейчас Дэвон, преследуемая мечтами и призраками прошлого, ехала вперед — просто вперед, рассекая ночь и пытаясь убежать от своей несчастной любви. Но время и скорость все же сделали свое дело — возбуждение сменилось усталостью, заполняя сердце опустошающим и тоскливым спокойствием.

Когда Дэв припарковалась на стоянке Приозерного, была уже глубокая ночь. В гостинице давно погасили свет, а домики казались совершенно безжизненными. Освещая дорогу фонариком, Дэвон направилась к своему уединенному жилищу, стараясь при этом не смотреть на дом Лесли, что оказалось не так-то просто и стоило ей огромных усилий. Подходя к своему домику, Дэв почувствовала чье-то присутствие и замедлила шаг.

— Лес?

— Мы можем поговорить? — отозвалась из темноты Лесли. Ее голос звучал устало и слабо.

— Хорошо, — сказала Дэв, поднимаясь по ступенькам своего крыльца и усаживаясь рядом с Лесли. — Ты была здесь все это время?

— Да.

— Ты, наверное, замерзла. Я принесу тебе куртку.

Лесли схватила Дэв за руку, чтобы остановить ее. Но тут же отпустила.

— Не нужно, у меня есть. Ты сама не замерзла?

— Нет, — голос Дэвон звучал так, будто она молчала сотню лет и вдруг заговорила.

— Дэв, я должна тебе кое-что сказать, — с трудом проговорила Лесли.

— Нет, не должна. Что случилось, то…

— Позволь мне закончить. Хотя бы сейчас перестань вести себя так, будто знаешь все мои мысли.

Дэв хотела возразить, но сдержалась:

— Хорошо.

— То, что случилось с нами на озере той ночью было…невинно. Ты поцеловала меня. Я поцеловала тебя, — она легонько усмехнулась. — С подростками такое случается постоянно. Только с нами такого произойти не должно было. Потому что мы обе девушки. Боже!

— Все было не так уж невинно, как кажется, — тихо проговорила Дэв. — В глубине своего сердца я все понимала. Понимала, что я чувствовала. И знала, что все это значит.

— И все равно, это было невинно, — резко ответила Лесли. — Разве могло быть иначе? Мы были влюблены.

Слова острой болью пронзили сердце Дэв, и она как можно сильнее сжала кулаки.

— Майк поступил ужасно, — Лесли на секунду запнулась, и дыхание с хрипом вырывалось из груди. — Но то, как поступила я, было еще ужаснее. Мои слова… — Она повернулась, пытаясь в темноте разглядеть глаза Дэв. — Я не знаю, почему сказала то, что сказала. На самом деле я так не думала. Наверное, я просто испугалась. Вряд ли теперь это имеет значение. Но все же я хочу, чтобы ты знала, эти слова не были правдой.

— Спасибо, — прошептала Дэв.

— Ты должна знать еще кое-что, — сказала Лесли. Все эти признания стоили ей огромных усилий.

Дэв покачала головой:

— Пришло время оставить все это в прошлом, Лес. И мне. И тебе.

— Знаю. Но я хотела сказать не о том, что было. А о том, что есть сейчас, — в голосе Лесли появилась отстраненность. Именно этого Дэвон боялась больше всего. И в этом заключался парадокс их отношений: Дэвон никогда не обладала Лесли, но всегда боялась ее потерять. Озноб пробежал по ее телу. Она замерла в ожидании.

— Я не совсем уверена в том, что именно произошло с нами сегодня на озере, — нерешительно начала Лесли. — Мне кажется, будто часть меня вернулась в ту ночь, когда мы впервые поцеловались. Я вспомнила, как хорошо мне было с тобой в тот момент, все казалось таким естественным. — Голос Лесли стал хриплым. — И как я хотела, чтобы ты коснулась меня.

Ногти Дэв вонзились в ладони. Чтобы сдержать тяжелый стон, ей пришлось до крови прикусить губу.

— Когда ты поцеловала меня сегодня, это было в точности так же, как и тогда. И все старые чувства нахлынули, мне казалось, что передо мной прежняя Дэв. Я хотела тебя…

— Но теперь мы совсем другие, — у Дэвон заныло в груди.

— Дело не в этом, — Лесли хотела было взять ее за руку, но тут же передумала. Сейчас уже ничего изменишь. — Дэвон, ты встречаешься с Натали. И я состою в отношениях. Мы не свободны…

Свобода. Это слово как будто издевалось над Дэв — она уже не знала, сможет ли когда-нибудь почувствовать себя свободной. Свободной в сегодняшнем дне, оставив всех своих демонов в прошлом. Бессмысленным казалось объяснять, что Натали всего лишь подруга, ведь Лесли была в отношениях с кем-то.

— Может быть, я плохо тебя знаю, — сказала Дэв, поднимаясь. — Но ты кажешься девушкой, которая встречается только с одной женщиной.

— Ну, по крайней мере, стараюсь, чтобы не было пересечений, — пошутила Лесли, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. Она тоже встала, заметив, как дрожит Дэв. — Тебе лучше зайти в дом. Я просто хотела сказать, что ты не сделала ничего плохого. Ни тогда. Ни сейчас.

Дэв сунула руки в карманы, понимая, что Лесли собирается уходить. Как же не хотелось ее отпускать. Даже не смотря на то, что чуть ли не каждое слово Лесли пронзало Дэв болью, она все равно хотела любым способом задержать ее. Но кто-то должен был закончить этот разговор. И как можно скорее.

— Спасибо тебе, Лесли, — тихо сказала Дэв.

— За что?

— За то, что ты смогла сказать «нет».

Лесли задрожала, чувствуя, как волна возбуждения накрывает ее с головой. Чужие они друг другу или нет она не знала. Но то, что она чувствовала, находясь в объятиях Дэв, наполняло жизнью каждую клеточку ее тела. Страшно было подумать, что это могло значить.

— Я рада, что ты понимаешь, — единственное, что Лесли смогла придумать в ответ. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — прошептала Дэв. Она стояла на крыльце до тех пор, пока не услышала, как закрылась дверь дома Лесли. Потом она снова опустилась на ступеньки и, уронив голову на колени, заплакала о любви, которую они когда-то делили на двоих.

Глава пятнадцатая

И снова ночь Лесли была заполнена обрывками снов и ощущением нависшей опасности. Впрочем, все тревоги исчезли, как только она открыла глаза.

Быстро приняв душ, натянув джинсы и майку, Лесли направилась в гостиницу. Увидев машину Дэв, припаркованную рядом с новым джипом ее родителей, она очень обрадовалась, хотя и понимала, насколько это глупо с ее стороны. Вчера ночью Лесли была абсолютно уверена, что Дэв просто исчезнет, оставив ее наедине с пугающей пустотой, наполнявшей ее изнутри.

Лесли отбросила тревожные мысли — раз машина здесь, то и Дэв тоже здесь. Сразу потеплело в душе, и с легким сердцем Лесли принялась готовить завтрак. Она уже доставала из духовки второй противень с бисквитами, когда неожиданный звук за спиной страшно напугал ее.

— А-ах! — воскликнула Лесли. Она все же удержала противень и, с трудом водрузив его на стол, обернулась. На пороге кухни стояла Дэвон. — Перестань так ко мне подкрадываться!

— Прости, — сказала Дэв без тени сожаления в голосе. Она в очередной раз поймала себя на мысли, что Лесли выглядела просто великолепно. — Помощь нужна?

— Конечно, нужна! — Лесли обвела рукой хаос, творившийся вокруг: на столах в полном беспорядке лежали формы для выпечки, миски и продукты, из которых и должен был состоять сегодняшний завтрак. — Мне просто необходим повар, уборщик, садовник, слесарь и кто-нибудь, кто сможет объяснить, как, черт подери, родители одни управлялись со всем этим.

Дэв нахмурилась:

— Все так плохо?

Лесли отбросила со лба прядь волос:

— Я, наверное, смогу продержаться еще день. А к вечеру должна вернуться мама. Но все равно ей нужна будет помощь с лодками и со всем тем, чем раньше занимался отец.

— Почему ты до сих пор не наняла помощника?

— Сегодня должны подойти несколько человек для собеседования. И судя по тому, что дела в гостинице близки к катастрофе, на работу придется принять кого угодно, кроме разве что сбежавших из Синг-Синга[3].

Дэв открыла холодильник и стала передавать Лесли упаковки с яйцами.

— Яичница готовится очень быстро, — она сверилась со списком на дверце. — Сосиски тоже.

Дэвон извлекла из холодильника большой пакет с сосисками.

— Что ты делаешь? — недоуменно спросила Лесли.

— Свою часть работы, — Дэв указала вилкой на сложенные упаковки яиц. — Тебе бы я тоже не советовала терять время.

Лесли открыла упаковку с яйцами, но тут же закрыла и положила обратно на стол. Она смотрела, как под джинсовой рубашкой двигаются мышцы плеч Дэв. Ее рубашка была заправлена в черные джинсы. Тогда — в детстве — Дэв одевалась точно также, но теперь она не была угловатой девочкой-подростком. Сейчас перед Лесли стояла сильная и уверенная в себе женщина, с которой когда-то она была по-настоящему близка. «Возможно ли вернуть то время?» — с грустью подумала Лесли. Она понимала, что должна сделать первый шаг для преодоления пропасти, которая вновь возникла между ними. В конце концов именно Лесли сбежала прошлой ночью. Собственно, как и всегда.

— Я боялась, что ты уедешь, — тихо призналась Лесли.

Дэв никак не отреагировала на эти слова, продолжая выкладывать сосиски на гриле. Вчера она как никогда была близка к тому, чтобы собрать свои вещи и уехать. Она просто не знала, как будет утром смотреть в глаза Лесли и делать вид, что не испытывает к ней никаких чувств. Ведь она все еще чувствовала ее вкус на своих губах. И не уехала по той причине, в которой боялась признаться даже самой себе. Она надеялась. Надеялась на то, что их любовь все еще можно вернуть. А отъезд поставил бы на этом жирный крест.

— Я думала об этом.

— Я рада, что ты осталась, — сказала Лесли, наконец, приступив к приготовлению яичниц.

— Почему? — хрипло спросила Дэв, по-прежнему не оборачиваясь. Она так хотела услышать ответ.

— Твоя помощь на кухне просто бесценна, — Лесли задержала дыхание.

Молчание затягивалось. И Дэв обернулась. Легкая улыбка играла на ее губах:

— Видела бы ты, как я управляюсь с инструментами.

Лесли выдохнула. Чувство облегчения было невероятно сильным. На какой-то момент ей даже показалось, будто Дэв с ней флиртует. Впрочем, она была абсолютно уверена в том, что это не так: очевидно, Дэв просто хотела снять напряжение, повисшее в воздухе. Но благодаря этой пустой болтовне Лесли впервые за последнее время почувствовала себя легче.

— Может быть, с разводным ключом ты прекрасно справляешься, но твои сосиски явно дымятся.

— Черт! — Дэв повернулась к грилю и принялась спасать завтрак.

Следующие пару секунд Лесли с удовольствием наблюдала за действиями Дэв: та не теряла своей удивительной грации даже в отчаянных попытках удержать разбегающиеся сосиски.

Вчера, добравшись до постели, Дэв казалось, была сражена физической и эмоциональной изможденностью. Она мгновенно провалилась в сон, а утром проснулась с тяжелой головой и долго еще не могла прийти в себя. Потрясение от того, что случилось ночью у озера, было таким же сильным, как и в тот вечер, когда она впервые поцеловала Лесли. Но тогда она хотела поцеловать Лесли, хоть и не признавалась себе в этом. А прошлой ночью все произошло совершенно спонтанно.

— Я благодарна тебе за то, что ты смогла ударить по тормозам прошлой ночью, — не оборачиваясь, сказала Дэв.

— Правда? — тихо переспросила Лесли. В ее душе боролись противоположные чувства: с одной стороны, она ужасно боялась причинить Дэв боль, но, с другой, мысль о том, что Дэв так легко справилась с очередным отказом, была не из приятных.

— Встреча с тобой оживила много старых воспоминаний, — сказала Дэв. — Всю последнюю неделю я была немного не в своей тарелке.

— Мне очень жаль.

Дэв повернулась и внимательно посмотрела на Лесли.

— Все в порядке. Возможно все это к лучшему, — она попыталась улыбнуться, — Уверена, я буду думать именно так, оглядываясь на вчерашний день спустя лет так десять или двадцать.

Лесли слабо улыбнулась в ответ.

— Лес, если бы я могла рассуждать здраво, то не допустила бы ситуации, где тебе пришлось говорить «нет».

— О, Дэв… — Лесли закрыла глаза и тряхнула головой. Открыв глаза на глубоком выдохе, она с улыбкой произнесла, — Давай договоримся о том, что с этого момента никто из нас не станет больше извиняться за то, что было.

— Хорошо, — мягко сказала Дэв. — Твоя яичница уже готова.

Ориентируясь на запах еды, Натали прошла через столовую, где только один постоялец пил кофе и читал газету.

Натали остановилась на пороге кухни, наблюдая за тем, как Дэв и Лесли суетятся у плиты. Обе они казались бледными и уставшими. Но, несмотря на это, была заметна поразительная легкость, с которой они кружили по кухне со сковородками и лопатками в руках. Натали не могла точно объяснить свои чувства словами, но в какой-то момент ей показалось, будто Дэв и Лесли были связаны невидимой нитью. Натали почувствовала укол ревности.

— А я вовремя! — весело сказала Натали, сбрасывая с себя неприятные ощущения.

Дэв улыбнулась ей:

— Привет! Думала, ты будешь целый день работать.

— Доброе утро, — сдержано поприветствовала гостью Лесли.

— Привет, Лесли, — Натали повернулась к Дэв. — Да, придется потрудиться. Весь чертов день расписан по минутам. И чувствую, к обеду мои мозги просто вскипят. Но я решила привезти твои вещи. Вдруг ты решишь отправиться на острова сегодня.

— Спасибо, я… — Дэв взглянула на Лесли. Хотелось остаться рядом с ней. Но разум подсказывал, что если есть возможность убраться подальше от этого места, то этим нужно непременно воспользоваться. Быть может, следовало бы остаться еще на пару дней, чтобы попытаться наладить отношения, но у Лесли хватало забот и без путающейся под ногами Дэв. — Да… Наверное, я прямо сегодня и отправлюсь. Кто-нибудь сможет меня отвезти?

— Думаю, Джимми сейчас свободен, — сказала Натали, имея в виду одного из егерей. — Я ему сейчас позвоню…

— Дэв, я могу отвезти тебя, — предложила Лесли. — Если подождешь до десяти, мне еще нужно забрать маму из больницы.

— Мне вовсе не хочется напрягать тебя, Лес, — ответила Дэвон.

— В этом нет необходимости, — вмешалась Натали. — Я уверена, что смогу найти кого-нибудь, кто…

— Ты здесь гостья, Дэв, — сказала Лесли, игнорируя слова Натали. Она толкнула дверь кухни тележкой с завтраками. — И отвозить постояльцев на острова входит в наши обязанности. Я позвоню тебе, когда вернусь из больницы.

Дверь с громким стуком захлопнулась за ней.

— Ну, — сказала Натали, улыбнувшись Дэв. — Похоже, с этим разобрались.

Дэв нахмурилась, глядя на закрытую дверь, и пробормотала:

— У нее дел по горло и без того, чтобы играть в лодочника.

— Как ее отец? — спросила Натали. Лесли явно была не в ее вкусе — высокомерная и убийственно красивая. Но все же Натали восхищалась ее твердостью и решительностью. В других обстоятельствах они, наверное, могли бы подружиться.

— Вроде в порядке. Врачи говорят, что он может вернуться домой уже через пару дней.

— Здорово, — Натали хорошо относилась к Харрисам и искренне радовалась за них. К тому же, когда Пол поправится, Лесли очевидно вернется в город. Натали уже не сомневалась, что когда-то между Лесли и Дэв было нечто большее, чем просто дружба. В присутствии Лесли Дэв выглядела совершенно несчастной. Казалось, что все ее тело сковывала боль, и это очень беспокоило Натали. — Не забудь взять с собой рацию, чтобы можно было связаться с Харрисами. Они передадут мне, если тебе что-то понадобится или возникнут проблемы.

— Не беспокойся, все будет в порядке, — с улыбкой ответила Дэв. — Не думаю, что мне придется подавать сигнал SOS.

— Всякое может случиться, — серьезно ответила Натали. — Ты будешь далеко от большой земли. На том маленьком клочке земли, окружать тебя будут лишь километры воды. Если что-то случится, ты не сможешь доплыть до берега, а телефон там не работает.

Дэв кивнула:

— Я знаю. Обязательно возьму с собой все необходимое, — она склонила голову набок и улыбнулась Натали. — Довольна?

Натали подалась вперед и погладила Дэв по руке.

— Пока нет. Но я не оставляю надежды.

Дверь распахнулась, и на кухне снова появилась Лесли. Она бросила быстрый взгляд на то, как Натали прильнула к Дэв, но тут же отвела глаза.

— Нужны еще тарелки.

Натали не сдвинулась с места и даже не повернула голову. Но Дэв отступила на шаг и взяла стопку тарелок со стола.

— Они здесь.

Лесли решительно повернулась на каблуках и вышла из кухни. Натали лишь рассмеялась, когда Дэв с тарелками последовала за ней.

Дэв заехала в лабораторию и убедилась, что Арно найдет, чем себя занять всю следующую неделю. Затем она разобралась с почтой, скопировала свою работу с ноутбука на сервер и сложила необходимое оборудование в два водонепроницаемых контейнера. Погрузив все это в машину, Дэв поехала обратно в гостиницу.

Она вернулась в «Приозерный Коттедж» сразу за Лесли и Эйлин.

— Доброе утро, — Дэв помахала Эйлин. — Давайте я помогу вам с чемоданом.

Эйлин выглядела очень уставшей.

— Спасибо, с удовольствием приму твою помощь.

— Как себя чувствует ваш супруг?

— Очень хорошо, — Эйлин взяла Дэв под руку. — Лесли рассказывала, что ты каждый день помогала здесь по хозяйству. Спасибо тебе огромное.

Смутившись, Дэв бросила взгляд на Лесли. Но та лишь пожала плечами и улыбнулась, как будто говоря: «Извини, придется тебе самой отдуваться».

— Мне было совсем не трудно, миссис Харрис.

— В любом случае, я больше не возьму с тебя ни цента за аренду, — твердо заявила Эйлин.

Дэв резко остановилась.

— Миссис Харрис, мое проживание оплачивает Институт. И я совсем не хочу лишать вас заработка. Я помогала лишь потому, что… я до сих пор люблю вашу дочь, — Дэв почувствовала на себе взгляд Лесли. — Потому что у меня было свободное время.

— Я не собираюсь ставить тебя в неловкое положение, — Эйлин крепче сжала руку Дэв. — Лесли сказала, что ты сегодня отправляешься на острова…

— Да.

— Обычно мы совершаем по два рейса, но я уверена, мы сможем делать их чаще.

— Не стоит, — быстро ответила Дэв. — Все в порядке. Мне не нужно никаких особых условий.

Они поднялись по ступеням крыльца, и Лесли протянула руку, чтобы забрать у Дэв чемодан.

— Всю эту неделю управляться с лодками буду я. Мне не составило бы труда иногда навещать тебя.

Дэв покачала головой:

— Лес, туда добираться не меньше часа, а я знаю, как много у тебя работы.

— Поверь, я умею делать несколько дел сразу, — беззаботно ответила Лесли. — Давай, я быстренько введу маму в курс дел, и мы встретимся у лодки через пять минут. Тебе помочь принести вещи из машины?

— Нет, я справлюсь.

Тридцать минут спустя Лесли уже вела катер на север к цепочке островов Глен Айлендс. Погода была довольно теплой, температура подбиралась к двадцати пяти градусам. Встречный ветер плотно прижал рубашку Дэв к телу, равно как и одежду самой Лес.

— С какой стороны причаливать? — крикнула Лесли, бросая через плечо взгляд на свою спутницу. На секунду ее взгляд задержался на четко очерченных формах Дэв, и воспоминание о том, как близко Дэв была к ней прошлой ночью, захлестнуло ее. Она почувствовала, как все ее тело начинает напрягаться, и поспешила отвести взгляд.

— Северо-восточная оконечность, — ответила Дэв. Когда Лесли подвела лодку поближе к берегу, Дэв показала ей на небольшую песчаную бухту, окаймленную густыми зарослями. — Что ты думаешь об этом местечке?

— Я думаю, что ты хорошенько исцарапаешься, пока будешь пробираться через кусты.

Дэв улыбнулась:

— Да, ты права.

— А еще я думаю, что это единственное подходящее место для стоянки, — Лесли снова посмотрела на Дэв. — Местность здесь не самая приятная. Ты не можешь провести исследования на одном из других островов?

— Там слишком оживленное движение, — гул мотора стал тише, и Дэв могла говорить не повышая голоса. — Даже если в день будет проходить пара лодок с туристами, поток от винтов взбаламутит дно. Ты можешь дальше идти по инерции?

Лесли заглушила двигатель в трех метрах от берега:

— Я вылезу и подтяну лодку.

— Не надо. Ты же промокнешь, — прежде чем Лесли успела что-то сказать, Дэв прыгнула за борт катера и, оказавшись по колено в воде, схватила буксирный трос. Уже через минуту лодка была доведена до берега и привязана к дереву.

— Неужели поднятый со дна ил так сильно влияет на то, что ты исследуешь? — спросила Лесли. Ей действительно было интересно: она выросла на этом озере, но никогда не думала о нем с точки зрения науки.

— Еще как влияет. Давай начнем выгружаться, — попросила Дэв. Принимая из рук Лесли ящики, палатку, спальный мешок и другое снаряжение, Дэв пояснила. — Мы исследовали скорость течений допплеровскими измерителями и изучали турбулентность оптическими сенсорами обратного рассеивания — даже моторные лодки, идущие со скоростью 10 километров в час, поднимают со дна осадочные отложения и изменяют прозрачность и питательный состав воды.

— И?

— Это влияет на развитие водной флоры и, в свою очередь, изменяет пищевые модели рыб, — Дэв бросила взгляд на искрящуюся поверхность озера и снова посмотрела на Лесли. — А еще потоки, создаваемые винтами, способствуют распространению загрязнителей в другие части озера.

Лесли выбралась из лодки, прихватив с собой последнюю сумку со снаряжением.

— Чем ты собираешься питаться?

— Индивидуальный паек, обезвоженная пища. У меня есть таблетки для химического очищения воды, так что я могу просто кипятить воду из озера. Лес, я не в первый раз в таких условиях. Все будет в порядке, — Дэв забрала сумку из рук Лесли. — Не стоит волноваться.

Лесли окинула взглядом островок. Он находился очень далеко от остальных. Его каменистая почва густо поросла кустарниками и казалась совершенно дикой. Это место точно не подходит для кемпинга. «Дэв будет здесь одна», — только сейчас Лесли осознала, насколько ее подруга смелая и решительная.

— У тебя есть запасные батарейки для рации?

— Да.

— Я буду звонить тебе два раза в день, и если вдруг ты не отзовешься, я тут же…

— Лес, тебе не о чем волноваться, — нахмурилась Дэв. — Ты только взболомутишь воду, которую я исследую.

— Дэвон, я не собираюсь это обсуждать. Или ты регулярно отвечаешь, или я прилечу сюда, перемешав все твои чертовы образцы. Так что тебе придется держать рацию при себе, в противном случае, я просто останусь сейчас с тобой.

— Чтобы защитить меня? — Дэв не смогла сдержать улыбку.

— Ты думаешь, я не способна?

Дэв знала, что Лесли была способна на многое, но вряд ли борьба со стихией являлась ее основной специализацией. И тем не менее, забота Лесли была ей приятна. Даже слишком.

— Я буду выходить на связь. Спасибо.

Дэв смотрела на Лесли. Внезапно она почувствовала всю нелепость ситуации: всегда уверенная в себе Лесли в растерянности водила носком ботинка по песку и смотрела куда-то в сторону.

— Ты уверена? — тихо спросила Лесли.

«Нет. Когда дело касается тебя, я не уверена ни в чем», — подумала Дэв. Сдержав себя, Дэв кивнула:

— Уверена.

Лесли, освещенная мягкими лучами солнца, была невероятно красивой. И Дэв понимала, что им нужно прощаться. И как можно скорее. Но сладкая боль уже разливалась по всему ее телу. Она сделала еще одно усилие над собой, и сдавленно проговорила:

— Со мной все будет в порядке. Тебе пора.

Лесли нерешительно забралась обратно в лодку. А Дэв оттолкнула ее от берега и вернулась на узкую полоску пляжа.

— Я заберу тебя через пять дней! — крикнула Лесли.

— Да.

— Береги себя.

Дэв помахала рукой, а Лесли завела мотор, осторожно выводя лодку с мелководья. И только потом начала набирать скорость. Дэвон провожала взглядом катер до тех пор, пока он не превратился в маленькую точку на горизонте.

Глава шестнадцатая

— Как продвигаются дела? — спросила Лесли. Прошло уже четыре дня с тех пор, как она оставила Дэвон на острове. Сейчас Лесли стояла на крыльце и, прислонившись к перилам, представляла себе Дэв в ее неизменных джинсах, майке и тяжелых сапогах. Радиосвязь, на удивление, была очень хорошей, и Лесли слышала свою подругу так, будто та стояла рядом.

Лесли ловила себя на мысли, что в глубине души она ждала этих утренних и вечерних сеансов связи. И делала она это не только потому, что беспокоилась за Дэв. Ей просто нравились эти короткие переговоры. Нравилось слышать знакомый с детства голос, который так много для нее значил.

— Все по плану. Сегодня работаю на южной оконечности острова. К завтрашнему дню должна закончить. А у тебя как?

— Отец сегодня возвращается домой. А еще у нас новый повар. Жизнь прекрасна, — Услышав в ответ веселый смех, Лесли осознала, что жизнь действительно прекрасна. С возвращением матери, дела наладились, вдвоем они хорошо со всем управлялись, и у Лесли еще оставалось достаточно времени для работы в местном офисе. Времени хватало, чтобы нормально высыпаться и оставалось даже время на прогулки по пляжу.

— Отличные новости! — сказала Дэв. — Значит, увидимся завтра утром?

— Увидимся. Береги себя.

— Хорошо.

Лесли выключила рацию и улыбнулась, представив себе Дэв за работой. Она никогда бы не подумала, что Дэв станет ученым, да еще и специалистом по рыбам. Но теперь это казалось таким естественным. И так ей подходило, ведь Дэв всегда была наблюдательной, отстраненной и очень замкнутой. И когда Дэв делилась с ней своими чувствами или мыслями, Лесли чувствовала себя немного особенной — той единственной, которой Дэв открывала свою душу.

— Это была Дэв? — Эйлин появилась из ниоткуда.

Лесли вздрогнула от неожиданности. Она не слышала, как ее мать вышла на крыльцо.

— Да, — ответила Лесли, ощущая на себе пристальный взгляд матери. — У нее все в порядке.

— Это хорошо. Я рада, что вы держите связь, — непринужденно сказала Эйлин. — Почему я никогда не встречала ее раньше? Вы ведь были подругами.

Лесли попыталась придумать какое-нибудь нейтральной объяснение, но вдруг поняла, что это и есть тот самый момент, когда можно рассказать правду.

— Я дружила с ней совсем не так, как со всеми остальными. Мы никуда не ходили вместе. Просто общались.

— Но ведь вы были близки, не так ли? Это очевидно по тому, как ты с ней разговариваешь. И по тому, как она смотрит на тебя.

— Что ты имеешь в виду…. как она на меня смотрит? — Лесли почувствовала, что краснеет.

Эйлин мягко улыбнулась дочери:

— Даже если бы я не знала о том, что вы лесби, то поняла бы это по тому, как Дэвон провожает тебя взглядом — так мужчина смотрит на женщину.

Лесли фыркнула, вспомнив о Майке и о нескольких парнях, которые были после него:

— Сомневаюсь. Дэв не ведет себя как мужчина.

— Есть мужчины, которые на самом деле ценят женщин, — сказала Эйлин. — Твой отец один из них.

— Я знаю. Папа особенный, — Лесли положила локти на перила и наклонилась вперед, наслаждаясь ароматом летнего воздуха. — Дэв всегда относилась ко мне, как к самому дорогому ей человеку. Наверное, я хотела, чтобы это оставалось только моим. Поэтому никогда не приводила ее домой.

Впервые Лесли решилась выразить словами те чувства, которые испытывала к Дэв.

— Наверное, ты думала, что я не пойму тебя, — с грустью в голосе сказала Эйлин. — Прости за то, что не поддержала тебя тогда.

Лесли покачала головой:

— Нет. Дело было не в тебе. Я сама не могла разобраться в своих чувствах.

— И не могла до тех пор, пока не уехала в колледж?

— Не совсем, — со вздохом сказала Лесли. Прислонившись лбом к деревянному столбу крыльца, Лесли думала о том, как долго она противилась своим чувствам. — Мне и в голову не могло прийти, что нас с Дэв может связывать нечто большее, чем просто дружба. Я даже понятия не имела. — Лесли встряхнула головой. — Черт, я тогда совсем ничего не понимала. Она поцеловала меня. Нет, мы поцеловались. И я не справилась с этим.

Эйлин ничего не сказала, только коснулась руки Лесли.

— А потом случилось несчастье. Дэв попала в аварию, — Лесли закрыла глаза. — И в этом была моя вина. Но это долгая история. И мы с Дэв уже, кажется, все решили. Только вот мне понадобились годы, чтобы я призналась самой себе, что то, что было между нами, и есть то, что я действительно хочу.

— А сейчас у тебя кто-то есть?

— Да, — нерешительно ответила Лесли.

— Удалось ли тебе почувствовать это снова? — спросила Эйлин. — То, что ты испытывала к Дэв?

— Нет, — Лесли взглянула на свою маму.

— Может быть, у тебя все еще получится.

— Назад пути нет. К тому же, всем известно, что первая любовь слишком горяча, чтобы длиться долго.

— Некоторые бы с тобой не согласились, — осторожно заметила Эйлин.

Лесли пожала плечами. Она была не в настроении спорить — не сейчас, когда они с матерью впервые за десять лет нормально разговаривают.

— Если хочешь, я могу отвезти тебя в больницу, чтобы забрать папу, — Лесли взглянула на небо. Еще минуту назад оно было совсем чистым, но теперь над горными вершинами виднелись темные облака. — Похоже, будет дождь.

— Ты же говорила, что хочешь сегодня поработать в офисе?

— Дэв оставила мне ключи, так что я могу взять ее машину и поехать туда после обеда.

— Поезжай. В больнице я и одна управлюсь.

— Будет здорово снова видеть отца дома, — Лесли вместе с матерью направилась в дом.

— Это уж точно.

— Мы все еще собираемся устраивать вечеринку на День Независимости?

— Конечно. Гостям всегда это нравится, да и местным жителям тоже. На этот раз я планирую заказать еду, так что нам останется лишь позаботиться о том, чтобы ангар прилично выглядел.

— Беру это на себя.

Эйлин сжала руку Лесли:

— Я рада, что ты вернулась домой. Но мне так жаль, что на тебя здесь навалилось столько дел.

— Иногда я даже забываю, что где-то там у меня другая жизнь, — рассмеялась Лесли. — Совсем другая жизнь.

— Здесь ты очень естественно смотришься, — заметила Эйлин, открывая дверь.

«Да, здесь я чувствую себя на своем месте». Лесли оглянулась через плечо на заросший травой склон, ведущий к старому ангару. Несколько лодок уже вышли на озеро. Кое-кто из гостей прогуливался по пляжу, некоторые держались за руки. Солнце было невероятно ярким, небо невыносимо голубым, а серебристая поверхность озера невозможно великолепной. Где-то в глубине ее мыслей снова зазвучал смех Дэв: «В конце концов, это ведь твой дом».

Лесли сделала большой глоток кофе и открыла следующую папку. Удивительно, как быстро она включилась в работу. Здесь, в офисе, ей было комфортно — просматривать дела, анализировать, вычленять важные факты из общей информационной массы. Здесь она чувствовала себя охотником, борющимся с коварством дикой природы. И победить должен был сильнейший, а точнее — умнейший.

Она сделала несколько пометок, оставила записку своим помощникам и встала, чтобы налить себе еще одну кружку кофе.

— Извините, мисс Харрис, — окликнула ее администратор, очень красивая блондинка. — Мистер Карпентер просил предупредить вас, что сегодня из-за шторма мы закроемся пораньше. Он так переживает, что с его новым катером может что-нибудь случиться!

Девушка звонко рассмеялась, но спустя мгновение покраснела, сообразив, что Лесли, хоть и внештатный сотрудник, но все равно ее босс.

Лесли нахмурилась:

— Какой еще шторм?

Девушка указала на окно:

— С севера надвигается странная гроза. Как будто летний Альберта Клипер[4], только без снега. Предупреждали об очень сильном ветре и…

— Когда шторм начнется? — выпалила Лесли, поспешно запихивая папки в свой портфель.

— Ох, вы же знаете этих синоптиков. Зимой они предсказывают снег на всю неделю, а его нет. А потом внезапно что-нибудь серьезное случается. В любом случае, говорят, что этот шторм будет очень сильным и…

Лесли не дождалась, когда девушка договорит, и выбежала из офиса. По дороге она бросила короткий взгляд на часы — было уже почти четыре. «Родители, наверное, добрались до дома», — размышляла она. Лесли с нарастающим ужасом смотрела на небо, которое темнело с невероятной скоростью. Кристально чистая утренняя голубизна сменилась зловещим пурпуром, а к северу небо было почти черным от грозовых туч. К тому же, температура упала градусов на пятнадцать. Лесли вздрогнула и побежала к машине. Швырнув портфель на заднее сиденье, она села за руль, одновременно набирая номер гостиницы. До дома ехать минут сорок…

— Мам! Как там дела?

— Ветер поднялся и озеро неспокойно. Будет настоящая буря. Ты где сейчас?

— Еду домой.

— Говорят, ветром повалило деревья, и кое-где пропало электричество. До нас гроза должна добраться через пару часов, так что ты успеешь. Веди аккуратно.

— Что там с Дэв? Ты ей звонила? — нетерпеливо спросила Лесли. Офис был вне радиуса действия рации, и поэтому Лесли оставила ее в гостинице.

— Как раз собиралась вызвать ее.

— Скажи ей, что я выйду к ней на лодке, как только доберусь до дома.

— Лесли, малым судам запретили выходить на воду.

— Ее нельзя там оставлять!

— Тогда я свяжусь с егерями. Но ты за ней не пойдешь.

— Хорошо. Свяжись с Натали Эванс. Скажи, что нужно забрать Дэвон. Позвони ей прямо сейчас! — начался дождь, и Лесли включила дворники. — Мам?

— Ты главное следи за дорогой, я обо всем позабочусь.

— Перезвони мне сразу, как что-нибудь выяснишь! — Лесли бросила телефон на пассажирское сиденье. К счастью, Северное Шоссе было относительно свободным, и Лесли смогла разогнать джип Дэв до ста двадцати километров в час. Она включила радио и, не отрывая глаз от дороги, стала бить по кнопкам в поисках местной радиостанции. В конце концов, у нее получилось найти волну со сводкой новостей.

— …скорость ветра до двадцати метров в секунду, предупреждение всем небольшим судам на всех водных линях во всех регионах. На многих второстепенных трассах возможно затопление. Губернатор объявил…

Лесли не стала слушать сводку до конца. Летние штормы часто сопровождались сильным ветром и проливными дождями, но обычно они длились не больше пары часов. А вот внесезонные дожди могли лить сутки напролет. Перед глазами Лесли появился образ Дэв — вдали от людей, совсем одна, в крохотной палатке, которую терзает беспощадный ветер, и захлестывают высокие волны. Она снова схватила телефон, и он, как будто подчинившись ее воле, завибрировал.

— Алло!

— Дэв сказала, что у нее все в порядке. Беспокоиться не нужно.

— Чушь собачья! У нее не может быть все в порядке! — Лесли так резко дернула рычаг поворотника, что чуть не сломала его. — Я уже сворачиваю с трассы и через двадцать минут буду дома. Что сказала Натали?

— Я смогла дозвониться только до дежурного на посту. Они сейчас все заняты эвакуацией туристов с островов.

— Скажи дежурному, что тебе нужно поговорить с Натали Эванс. Скажи, что это срочно. Скажи, что если он не найдет Натали, то его заднице не поздоровится! — Лесли свернула на трассу номер девять и крепче вцепилась в руль, пытаясь выровнять машину, которую начало заносить на скользкой дороге. — Черт подери!

— Что?

— Ничего. Позвони им еще раз! — Лесли повесила трубку и переключила дворники на самый интенсивный режим.

Внезапно грудь Лесли сдавило, и в ту же секунду начался приступ. Женщина попыталась сфокусировать взгляд и несколько раз тряхнула головой, чтобы прогнать волну головокружения, которая накрыла ее. К счастью, приступ продолжался недолго. И вскоре Лесли смогла сконцентрироваться. «Если мама не смогла найти Натали, то выбор у меня небольшой. А точнее, выбора у меня вообще нет», — рассуждала она про себя.

Лесли влетела на пустую стоянку и резко затормозила. Выпрыгнув из кабины, она помчалась к гостинице через плотную пелену дождя. Ветер усилился. Лесли заметила, что почти все листья на деревьях перевернулись нижней стороной вверх, а это был верный признак того, что давление быстро падает, и надвигается сильный шторм.

Эйлин встретила Лесли у порога.

— Ты дозвонилась до Натали?

Эйлин покачала головой:

— Дежурный егерь пообещал, что передаст ей сообщение. Натали знает, что Дэв там. И заберет ее, как только сможет.

— Натали повезет, если она успеет эвакуировать всех туристов с их стоянок. Это она обязана сделать в первую очередь. К тому же, она знает, что у Дэв снаряжение лучше, чем у других. Поэтому наверняка будет забирать ее в последнюю очередь, — Лесли схватила рацию. — Дэв! Дэв, ты слышишь меня?

— Да, Лесли.

Голос Дэв, даже сквозь помехи и шипение, успокоил Лесли.

— Привет. Я буду у тебя примерно через час. У тебя все хорошо?

— Не … жай … да. Ты слышишь, е … до … Лес.

— Через час, Дэвон. Увидимся через час! — Лесли выключила рацию и, обернувшись, увидела своего отца, сидящего в кресле-каталке. Лесли чмокнула его в щеку. — Привет, пап. С возвращением. Прости, мне надо бежать прямо сейчас.

— Эйлин рассказала мне о твоей подруге, — Пол отъехал назад, давая Лесли возможность пройти. — Милая, на воде сейчас придется несладко.

— Хорошо, что ты научил меня управлять катером! — бросила Лесли набегу.

— Проверь все снаряжение перед тем, как отправиться, — крикнул он ей вслед.

— Обязательно. Не беспокойся! — Лесли схватила плащ своей матери с вешалки у двери и выбежала наружу. Натягивая его, она направилась к причалу. В запасе было совсем мало времени, и шторм вот-вот должен был набрать полную силу. Но Лесли надеялась, что времени хватит на дорогу туда и обратно.

Она запрыгнула в катер и быстро проверила шкафчики, в которых хранились все необходимые вещи: фонарики, GPS-навигатор, надувной плот. Лесли надела на себя спасательный жилет и, отвязав веревки, с силой оттолкнула лодку от причала. Поворачивая ключ в замке зажигания, Лесли совсем не думала о том, что своим внезапным появлением поднимет весь ил и испортит работу Дэвон. Сейчас ее волновало только одно — скорее добраться до острова и забрать оттуда свою подругу. Ничего не могло быть важнее этого.

Она склонилась над штурвалом, всматриваясь сквозь струи дождя в линию горизонта, и до упора выжала дроссель. Мощный мотор взревел, и катер рванулся вперед. Лесли смертельной хваткой вцепилась в штурвал. Она не думала ни об усиливающемся шторме, ни о волнах, которые становились все выше и выше. Она думала только о Дэв. На этот раз Лесли не собиралась оставлять Дэв одну.

Глава семнадцатая

— Лесли! Ты меня слышишь? — Дэв одной рукой держала рацию, а другой пыталась прикрыть брезентом ящики с оборудованием. Около минуты она ждала ответа, но, не дождавшись, запихнула рацию в нагрудный карман куртки. — Черт подери!

Дождь монотонно стучал по листьям деревьев. Ветер усиливался. И Дэв знала, что совсем скоро обычная непогода превратится в настоящую бурю. Она прижала брезент камнями и сделала небольшую канаву для отвода воды. Затем она вбила несколько крюков, укрепляя таким образом палатку. Раскатисто прогремел гром, и, кажется, тонны воды хлынули с небес. Одежда Дэв в один миг промокла насквозь. Но женщина даже не удостоила этот факт очередным ругательством, а просто натянула капюшон на голову.

Убедившись еще раз, что ее оборудование и снаряжение вне опасности, Дэв поспешила к берегу по узкой тропинке, которую сама и проделала ежедневными вылазками к озеру. К тому времени, когда она добралась до воды, ветер просто сбивал с ног, и Дэв приходилось наклоняться вперед, чтобы сохранять равновесие. Тонкая песчаная полоска пляжа исчезла, смытая взбунтовавшимся прибоем. Стоя на скользкой насыпи, Дэв обхватила ствол дерева и снова вытащила из кармана рацию.

— Лесли? Лесли, это Дэв. Где ты?

Дэв надеялась, что родители и близко не подпустят Лесли к озеру. Вода словно взбунтовалась, и озеро превратилось в настоящий океан, непредсказуемый и опасный. Небо стало зловеще темным. И Дэв даже пришлось воспользоваться фонариком, чтобы посмотреть, который час. С тех пор, как она говорила с Лесли по рации, прошло уже больше часа. И Дэв по-настоящему нервничала и напряженно вглядывалась в ту сторону, где должен был показаться катер. Но дальше пятидесяти метров ничего не было видно. Ледяной дождь бил по лицу, а штормовой ветер готов был сбить с ног. Но Дэвон не замечала всего этого.

Спустя пять минут, которые показались вечностью, Дэв услышала то, чего с таким нетерпением ждала. Из чернильной темноты донесся звук мотора. Дэв судорожно включила фонарик и помахала им, очерчивая дугу над своей головой.

С каждой секундой буря усиливалась. Воздух стонал, словно живой. Все вокруг гудело. В какой-то миг Дэв даже подумала, что звук мотора ей почудился. Но спустя мгновение она заметила свет другого фонарика, который то пропадал, то появлялся. Это был свет носовой фары катера — он настойчиво пробивал себе дорогу к берегу.

Дэв напряженно всматривалась, но не могла различить фигуры на борту — лодку швыряло в разные стороны, вертело и едва не переворачивало вверх дном. Но тот, кто ее вел, невероятным образом справлялся, раз за разом поворачивая лодку в нужном направлении. Тем не менее, сильные волны не давали лодке пристать к берегу. Подняв фонарик высоко над собой, Дэвон зашла в воду почти по пояс и протянула свободную руку вперед.

— Бросай веревку! — крикнула она, пытаясь перекричать ветер и понимая, что это бесполезно. Она чувствовала, как ее слова затихали, даже не сорвавшись с губ. Но все же тот, кто был на борту, чудесным образом услышал Дэв. Веревка взметнулась в воздухе и оплелась вокруг торса Дэв. Женщина рефлекторно схватила ее и обмотала вокруг руки. Еще мгновение — и веревка натянулась, как струна. Дэв чувствовала, как она с режущей болью впивается в кожу. Стиснув зубы, женщина отклонилась назад и потянула лодку к берегу. Каждый раз, когда веревка ослабевала, Дэв делала шаг назад и снова натягивала ее.

Шаг. Другой. Третий. У самого берега Дэв споткнулась и упала на спину, уронив фонарик. Веревка мгновенно ослабла. Кашляя и задыхаясь, Дэв безуспешно пыталась подняться, борясь с сапогами, которые успели набрать воды. Внезапно чья-то рука подхватила ее за талию и потянула вверх. Дэв поднялась, судорожно хватая ртом воздух.

— Ты с ума сошла? — кричала ей Лесли. — Ты же могла оказаться под лодкой! Тебя бы затянуло под винт. Я едва не убила тебя!

— Кто бы говорил! — прокричала в ответ Дэв. — Какого черта ты вообще тут делаешь? Тебе очень повезло, что ты не перевернулась!

— Шторм движется быстрее, чем обещали синоптики, — сказала Лесли, не обращая внимания на крики Дэв. — Озеро слишком неспокойно, чтобы возвращаться прямо сейчас.

— Давай привяжем лодку и переберемся повыше!

Вдвоем ухватившись за веревку, они подтянули катер как можно ближе к береговой линии. Лесли вскарабкалась по скользким камням и начала наматывать конец веревки на выступающий кусок скалы. Дэв присоединилась к ней, и вместе они, наконец, смогли привязать лодку.

— Нам повезет, если ее не смоет, — сказала Дэв, наклоняясь к Лесли.

— Нам повезет, если не смоет нас!

— Идем! — сказала Дэв, взяв Лесли за руку. — За мной.

Как только они пробрались через прибрежный кустарник и оказались в относительной безопасности, раздался оглушительный треск. Огромная сосна, надломившись, начала падать прямо на них. Дэв рванулась в сторону с тропинки, увлекая за собой Лесли. Теряя равновесие, они упали у самого основания огромного дерева, которое приняло на себя удар и удержало ствол падающей сосны всего лишь в полуметре от них.

— С тобой все в порядке? — прокричала Дэв.

— Поцарапалась чуть-чуть, но цела, — отозвалась Лесли.

— Нам нужно выбраться отсюда и идти дальше. Я буду продвигаться вперед, а ты держись за мои джинсы и следуй за мной.

— Будь осторожна.

Дэв прикрыла лицо рукой и стала пробираться среди ветвей упавшего дерева. Они беспощадно царапали ее лицо и руки, но все тело Дэв и без того было в синяках, так что пара новых ссадин не сильно ее волновала. Расчистив дорогу, она протянула руку Лесли и вытащила ее из-под завала. Лесли с трудом выбралась наружу и, обессилев, рухнула на Дэв.

Дождь лил так сильно, что женщинам казалось, будто они лежат под струями водопада. Дэв чувствовала, что начинает захлебываться. Лесли своим телом нависла над ней, закрывая ее лицо от дождя.

— У тебя кровь!

Дэв прижалась щекой к груди Лесли и смогла, наконец, вдохнуть воздух, а не воду.

— Все в порядке. Моя стоянка в сотне метров отсюда. Идем.

— Ты не ранена?

— Нет.

Лесли неохотно отодвинулась, давая Дэв возможность подняться на колени. Обвив одной рукой талию Дэв, она помогла ей встать. Но когда та, уже твердо стоя на ногах, попробовала отодвинуться, Лесли только крепче прижала ее к себе.

— Не упрямься. Просто показывай дорогу.

Они начали медленно подниматься вверх по склону, который сейчас больше походил на дамбу, построенную бобрами. Дождь лил стеной, поваленные деревья мешали идти. Наконец, эта схватка, казавшаяся бесконечной, закончилась. Дэв упала на колени возле своей палатки. Онемевшими от холода и боли руками, она нащупала застежку и открыла их убежище. Женщины быстро забрались внутрь и рухнули на спальный мешок.

Несколько минут они неподвижно лежали и пытались отдышаться. Затем Дэв приподнялась и, пошарив в темноте, включила светильник. Крыша и стены палатки с гулом поднимались и опускались, как будто были живыми.

— Ну и погодка, — пробормотала Дэв, ставя светильник на металлическую крышку от кастрюли.

— Да уж, — отозвалась Лесли.

Дэв стянула с себя мокрую куртку.

— Ты не должна была приезжать.

Лесли со стоном перевернулась и посмотрела на Дэв.

Палатка была четырехместной, но поместиться в ней могли только два человека, поскольку вдоль стен стояли ящики с оборудованием и снаряжением. Дэв перенесла сюда все самое ценное и хрупкое. Так что теперь едва хватало места для двух человек.

— Ты, наверное, не заметила, но мир вокруг сошел с ума, — сказала Лесли.

— Поэтому тебе следовало остаться дома! — глаза Дэвон сверкали. — Лесли, что за сумасшедшие поступки! Давай сюда свою куртку.

Лесли передала Дэв промокшую верхнюю одежду.

— Если бы прогнозы синоптиков были верны, мы успели бы вернуться.

— И когда мы теперь туда доберемся? — Дэв легла рядом с Лесли, опершись на локоть и вытянув ноги.

— Хороший вопрос, — запнулась Лесли. Увидев улыбку на лице Дэв, она продолжила уже мягче. — Я действительно думала, что у нас будет еще час. Или даже два.

— Спасибо, что не бросила меня здесь одну, — тихо сказала Дэв. — Но я слишком напугана, чтобы быть благодарной.

— Напугана? — Лесли удивленно посмотрела на свою подругу.

— Да, я боялась за тебя, — Дэв коснулась шишки на лбу Лесли. — Тебе, наверное, больно.

— Всего лишь ветка, — Лесли провела кончиками пальцев по щеке Дэв. — У тебя кровь.

Дэв фыркнула и вытерлась рукавом:

— Досталось нам… — ее начала бить дрожь. — Становится холодно. Надо снять мокрую одежду.

— У меня нет запасной.

— Придется надеть мою, — улыбнулась Дэв.

Лесли приподнялась и села, обхватив себя руками.

— У тебя есть аптечка? Нужно промыть рану на твоем лице.

— Эта царапина меня не убьет. Давай сначала переоденемся.

— Отличная мысль.

Пока Дэв подтягивала к себе сумку и расстегивала молнию, Лесли разглядывала обстановку внутри палатки. Уединиться здесь было попросту негде. Лесли понимала, что это не должно было ее волновать — они обе взрослые женщины, которые оказались в чрезвычайной ситуации. Да, это не должно было волновать. Но волновало. Лесли понимала, что начинает нервничать — раньше она никогда не видела Дэв обнаженной. В школе они не ходили вместе на физкультуру или в спортивную секцию, а других причин раздеваться друг перед другом не было.

— Вот свитер и джинсы. Они должны тебе подойти, — Дэв передала одежду Лесли. А потом достала сухие вещи и для себя. Расшнуровав ботинки, она продолжила. — У меня найдутся сухие носки, но запасной обуви нет.

— Спасибо, — Лесли решила, что скорость будет лучшим решением. Она быстрым движением стянула с себя верх вместе с лифчиком. — Черт, какое же все мокрое!

— Держи полотенце. Оно у нас одно, так что придется подели… — слова застряли в горле Дэв, когда она обернулась к Лесли. То, что она увидела, ее по-настоящему испугало. Лесли подняла руки над головой, пытаясь надеть свитер. Даже в тусклом свете лампы ее полная грудь с затвердевшими от холода сосками была прекрасно видна. Но не это поразило Дэв, а то, что кожа ее подруги приобрела голубоватый оттенок. — Боже, Лес. Ты же замерзаешь.

— Я просто… — Лесли замерла с поднятыми руками, в оцепенении глядя на Дэв, которая наклонилась к ней.

Встав на колени, Дэв быстро завернула Лесли в полотенце и принялась энергично растирать.

— Ты же вся дрожишь.

Лесли дрожала не от холода. Даже через полотенце она ощущала руки Дэв на своем теле. Ее разум говорил, что Дэв просто помогает ей высушиться, но тело не хотело слушать разум. Лесли почувствовала, как ладони Дэв накрыли ее грудь, а большие пальцы задели соски. Это прикосновение отдалось волной по всему телу. Против собственной воли Лесли выгнула спину и подалась бедрами вперед, ища более тесного контакта. Наконец она коснулась Дэв и с трудом сдержала вздох.

— Дэв, твоя одежда совсем мокрая. Переоденься, прошу тебя…

— Одну минутку, — пробормотала Дэв, наклоняясь вперед, чтобы достать руками до спины Лесли. — Почти закончила.

Лесли больше не могла себя сдерживать. Она понимала, что если сейчас же не отодвинется от Дэв, то уже вряд ли сможет себя контролировать. Резким движением она опустила свитер и оттолкнула Дэв от себя.

— Тебе и самой нужно согреться, Дэв!

Не понимая, откуда взялось раздражение в голосе Лесли, Дэв растеряно переводила взгляд с нее на полотенце и обратно. Зрачки Лесли были расширены, глаза казались почти черными, как будто она была сильно рассержена. Или возбуждена. От этих мыслей по телу Дэв пробежало волнение. Она искренне хотела помочь, даже не подозревая, что ее действия оценят как-то иначе. Более того — она даже не обратила внимания на то, что прикасалась к груди Лесли. Но теперь, даже в отсутствии физического контакта с Лес, Дэв ощущала вес ее груди в своих ладонях. Как же хотелось снова прикоснуться к ней.

— Снимай штаны и забирайся в спальник.

Лесли подождала, пока Дэв отвернется, и быстро расстегнула молнию на джинсах. Стянув их вместе с трусиками, она забралась в спальный мешок.

Она лежала и наблюдала, как играли мышцы на спине Дэв, пока та вытиралась полотенцем. Упругие мышцы и все еще влажная кожа Дэвон с неистовой силой манили Лесли к себе. Она даже закрыла глаза, боясь, что не сможет противостоять соблазну, и не открывала их до тех пор, пока Дэв не улеглась рядом поверх спальника.

— Я не смогу надеть штаны, если ты не слезешь со спальника, — сказала Лесли, ощущая себя закутанной, словно мумия.

Дэв улыбнулась. Она уже надела сухую майку и джинсы.

— Далеко уйти я не смогу, но постараюсь, — она встала на четвереньки и перекинула одну ногу через Лесли. — Все, что я могу предложить.

— Здорово, — пробормотала Лесли. Она извивалась в спальнике, задевая при этом коленями внутреннюю часть бедер Дэв, пока, наконец, не заехала ей между ног.

— Ох-х, — застонала Дэв. — Хорошо, что у тебя мало места для размаха. Иначе я побоялась бы здесь оставаться.

Лесли не смогла сдержать смех и расхохоталась:

— Заткнитесь, Дэвон, и забирайтесь ко мне.

— Что? — уставилась на нее Дэв.

— Ты думала, что я буду лежать в тепле, пока ты замерзаешь? — спокойно спросила Лесли.

— Не беспокойся, я не замерзну…

— Залезай ко мне! — приказным тоном сказала Лесли и откинула край спальника. — Как думаешь, крыша выдержит такой дождь?

Ливень снаружи и не думал стихать.

— Палатка надежная, должна выдержать, — Дэв погасила фонарь и как можно аккуратнее заползла в спальный мешок. Женщины оказались слишком близко друг к другу, отчего обе испытывали неловкость, не зная, как лучше расположить колени и локти. В конце концов, Дэв не выдержала:

— Удобно будет только в одном случае: если кто-то из нас ляжет на спину, а кто-то частично сверху и на боку. Ты где предпочитаешь, сверху или снизу?

В темноте Лесли не видела лица Дэв, но в ее голосе отчетливо слышалось удовольствие.

— Сверху, — напряженно сказала Лесли.

— Хорошо.

Поворачиваясь, Дэв обняла одной рукой Лесли и прижала к себе. Устраиваясь удобнее, Лесли положила на Дэв одну ногу и опустила голову на ее плечо.

Дэв понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть к незнакомому, но, в то же время, такому естественному ощущению — держать Лесли в своих руках было очень приятно.

— Тебе удобно?

— Да, отлично, — с деланным сарказмом ответила Лесли. Она была абсолютно уверена, что Дэв не догадается, насколько все действительно было отлично.

Глава восемнадцатая

— Ты спишь? — прошептала Лесли.

— Нет, — Дэв немного подвинулась и снова уложила голову Лесли на свое плечо. Она совершенно не чувствовала усталости. Впрочем, даже если бы это было не так, она вряд ли смогла бы уснуть. То, что Лесли была так близко, до предела обострило ее чувства. Запах волос Лесли, ее дыхание, приятная тяжесть груди… Дэв казалось, что она находится под водой — погружаясь в запах Лесли все сильнее и сильнее, она понимала, что больше всего на свете хотела бы в нем утонуть. Все ее тело пульсировало, и Дэв боялась, что Лесли почувствует это биение.

— Тебе холодно? — спросила Лесли, прижимаясь сильнее и обнимая Дэв за талию.

— Нет. А тебе?

— И мне. Тут тепло.

Лесли слегка подвинулась и положила голову на грудь Дэв, чуть выше сердца. Его биение успокаивало Лесли. Раньше она никогда не оказывалась в такой интимной обстановке. Рейчел всегда спешила, всегда была занята, и времени едва хватало даже на секс, и она совсем не любила без дела валяться в постели. Лесли тоже не любила. По крайней мере, она всегда так считала. Но сейчас бездействие рядом с Дэв было очень приятным. Она невольно ловила себя на мысли, что тело Дэв было не таким мягким, как у Рейчел, в нем чувствовалась сила и невероятная сексуальность. Теряя над собой контроль, Лесли вспомнила о том поцелуе на скамейке у озера, о том, как Дэв прижимала ее к себе, исследуя жаркими губами ее обнаженный живот. «Боже, не вспоминай об этом. Только не сейчас, когда она так близко», — взмолилась про себя Лесли. Она постаралась сосредоточиться на чем-нибудь более безопасном — например, на грозе.

— Ливень не прекращается.

— Возможно, мы здесь застряли еще часов на двена…

Резкий звук, похожий на выстрел, раздался где-то совсем рядом. За ним мгновенно последовал глухой удар, от которого задрожала земля. Лесли вздрогнула и инстинктивно заслонила собой Дэв. Она понимала, что и Дэв пытается защитить ее, прижимая к себе как можно сильнее.

Спустя какое-то время, Лесли пришла в себя.

— Если мы все еще живы, значит, оно упало не на нас, — сказала она шепотом. Ее сердце бешено колотилось в груди, но она не чувствовала ни головокружения, ни нестабильного ритма. Она была просто очень напугана. — Я должна была добраться до тебя раньше. Для стихии мы очень легкая добыча. Как подсадные утки.

Дэв рассмеялась:

— Уткам сейчас приходится гораздо легче. К тому же, еще утром ничего не предвещало шторма, — она прислонилась щекой к макушке Лесли. — Ты примчалась, как только смогла. Ты вообще не должна была приезжать.

Лесли ткнула Дэв в живот.

— Не начинай. Я не сделала ничего такого, чего бы ты не сделала для меня.

— Сделала, — твердо сказала Дэв. — Ты смогла довести лодку до самого острова. Я бы точно сюда не добралась.

Лесли было приятно это слышать, и она провела кончиками пальцев по шее Дэв, едва касаясь кожи.

— Я начала водить сразу, как только рост позволил мне видеть из-за штурвала. В детстве я обожала скорость.

— Я помню, как ты гоняла по воде. А я… по дорогам на мотоцикле.

Лесли услышала боль в голосе Дэвон.

— Ты больше не водишь мотоцикл?

— Нет. От тряски очень болит нога.

— Даже спустя столько лет? — тихо спросила Лесли. Она знала, что Дэв серьезно пострадала. Но что именно случилось, для нее так и осталось тайной. Она ведь не пыталась выяснить это тогда и не расспрашивала сейчас. Она все еще убегала от своего прошлого и ненавидела себя за трусость. — Ты совсем не хромаешь. Я даже не думала, что твоя нога все еще болит.

— Она не болит. Почти. Только изредка, когда мне холодно. Или когда я сильно напрягаюсь, но…

— Боже, Дэв! Ты же лежишь на земле. Еще и я навалилась сверху! Тебе, наверное, больно… — Лесли хотела приподняться, сгорая от чувства вины и злясь на саму себя за то, что не подумала об этом раньше. — Почему ты ничего мне не сказала? Черт подери, Дэв…

Но Дэв лишь крепче прижала Лесли к себе. В спальном мешке было слишком мало места, поэтому удержать своенравного адвоката не составило труда.

— Здесь тепло, и нога отлично себя чувствует. Прекрати дергаться, пока кто-нибудь из нас не получил локтем в глаз.

Лесли неловко улеглась на место, и ее колено непроизвольно скользнуло между ног Дэв. Она услышала, как у Дэв перехватило дыхание. Впрочем, ее резкий вдох тоже был отчетливо слышен.

— Прости, — сказала Лесли, безуспешно пытаясь освободить ногу.

Ей нужно было отодвинуться от Дэв. Немедленно. Место, где сейчас находилось ее колено, было горячим. И воображение Лесли тотчас заставило ее почувствовать весь жар страсти Дэв. Больше всего на свете сейчас хотелось, провести коленом вверх, а потом вниз, выпуская эту страсть наружу. Возбуждение переполняло Лесли и, кажется, даже пульсировало в висках. Ощущение упругого тела Дэв так близко просто сводило с ума и толкало на сумасшедшие поступки. Внутри нее все сжалось, и она почувствовала, как мгновенно стала мокрой. Оттолкнув Дэв, она попыталась выбраться.

— Мне надо наружу. Ты можешь дотянуться до застежки?

— Что случилось? Куда ты? — хриплым голосом спросила Дэв. Она попыталась ее удержать, и Лесли начала терять равновесие. Дэв понимала, что если Лесли упадет на нее и окажется сверху, случится настоящая катастрофа. Но она безумно хотела этой катастрофы. Хотя разум подсказывал, что нужно срочно взять себя в руки, снаружи творился настоящий хаос, и сейчас явно было не место и не время. — Когда же это время настанет? — простонала Дэв.

— Что? — прошептала Лесли, не понимая, что Дэв имеет в виду.

Но Дэв лишь покачала головой в ответ. Лесли провела рукой по ее щеке, чувствуя дрожь. Она понимала, что Дэв сейчас очень больно. Что им обеим сейчас больно.

«Господи, скажи, наконец, ей правду!» — приказала себе Лесли.

— Я хочу заняться с тобой любовью…

— Я тоже хочу, — одними губами ответила Дэв. Она лежала абсолютно неподвижно и с болью смотрела на Лесли, будто дожидаясь приговора. Как же она боялась снова ее потерять. Возбуждение наполнило все ее тело тягостной негой, от которой, кажется, уже не было спасения. Пытка воздержанием была невыносимой, и доставляла почти физическую боль. — Я так давно хочу тебя.

Звенящая тишина наполнила палатку, заглушая даже раскаты грома.

«Скажи ей правду!» — заставляла себя Лесли. Она была просто обязана это сделать. Но слова застревали в ее горле.

— Я боюсь, что это может быть ошибкой.

— Я уверена, что это будет ошибкой, — Дэв запустила пальцы в волосы Лесли.

Лесли подняла голову, собираясь что-то сказать, но Дэв прервала ее нежным поцелуем. Боль от наслаждения пронзила ее тело, и слова вырвались вместе с рыданиями.

— Я знаю, что это ошибка, Лес. Но я так устала бороться со своими чувствами. Когда ты рядом, когда я прикасаюсь к тебе, все вокруг наполняется солнечным светом.

— Боже, Дэв… — прошептала Лесли. Она так хотела поцеловать ее снова. Знала, что стоит этому случиться, и страсть Дэв заполнит ее — так происходило каждый раз, когда они целовались. Сила этих чувств повергала Лесли в ужас. — Я больше не могу отличить реальность от фантазии. Я всегда точно знала, кто я, что я делаю, и что меня ждет впереди. Но теперь я едва узнаю себя.

— Ты ее любишь?

Вопрос, который Лесли никогда не задавала самой себе, пронзил ее сердце. Она закрыла глаза, боясь прочесть боль на лице Дэв. Она знала, чего стоил ей этот вопрос. Не открывая глаз, Лесли пыталась найти ответ. «Скажи правду!» — ее внутренний голос уже не приказывал, он вопил, что есть мочи, желая наконец быть услышанным. Правду. Но что на самом деле есть правда? Существует ли какая-то шкала, по которой можно определить процент истины? Лесли не знала. Любит ли она Рейчел? Этого она тоже не знала. Два года они пытались создать отношения. Два года — это большой срок. Рейчел не виновата в том, что не могла дать Лесли то, о чем Лесли никогда не просила. И Лесли не откажется от Рейчел, как когда-то она отказалась от Дэв. Она сделала глубокий вдох и, несмотря на все протесты своего сердца, твердо сказала:

— Да.

Лесли чувствовала, как дрожащие пальцы Дэвон коснулись ее лица, нежно гладя губы, глаза, лоб. Потом Дэв расстегнула молнию спального мешка.

— Я выберусь наружу. Закрой спальник, чтобы не терять тепло.

— Что ты собираешься делать? — Лесли сделала над собой усилие, чтобы отпустить Дэв. Она снова отпускала Дэвон куда-то в темноту и холод.

Дэв села и, пошарив в темноте, зажгла светильник и посмотрела на часы.

— Уже полночь. Если шторм не прекратится к утру, то нам нужно будет подумать о костре, чтобы просушить кое-что из снаряжения. Палатка держится, но земля под ней промокла.

Лесли схватила Дэв за руку:

— Что ты собираешься делать сейчас?

— Хочу поискать сухую древесину и перенести ее под навес.

— Ты никуда не пойдешь, — Лесли решительно откинула верх спальника и тоже села. — Снаружи опасно. Может быть, ты забыла, деревья ломаются как спички.

— Лес, все будет хорошо.

— Нет.

Дэв отвела взгляд. Сейчас, даже гнев Лесли казался сексуальным. Дэв все еще была слишком возбуждена. И пальцы Лесли, впивавшиеся в ее руку, казались нежным прикосновением. Дэвон понимала, что если они начнут бороться в крохотной палатке, то она не сможет себя контролировать и поддастся своим желаниям.

— Хорошо. Тогда нам обеим нужно хорошенько выспаться. Я надену побольше одежды и буду спать снаружи спальника. Со мной все будет в порядке.

— Чушь! — рявкнула Лесли. — Неужели мы не можем спокойно спать рядом. Мы же больше не подростки, черт подери!

Дэв хрипло рассмеялась:

— Нет, мы не подростки. Это я понимаю очень хорошо.

— Тогда забирайся обратно! — Лесли схватила Дэв и притянула к себе. Подавив в себе спонтанное желание прикоснуться к лицу Дэв, Лесли смягчилась. — Забирайся, застегивай молнию и поворачивайся спиной ко мне.

Дэв согласилась, поскольку это казалось более разумным, чем всю ночь препираться друг с другом. Вскоре, они смогли удобно устроиться. Лесли всем телом прижималась к спине Дэв, обхватив ее одной рукой. Дэв понимала, что это безумие, но все равно была благодарна обстоятельствам за возможность этого плотного физического контакта с Лесли, пусть даже на столь короткое время, как одна ночь. Сознание Дэвон постепенно отключалось: она слишком устала, чтобы думать о чем-то еще.

Лесли прижалась щекой к спине Дэв и закрыла глаза.

— Ты ее любишь?

— Да, но совсем не так, как я любила тебя.

Лесли проснулась в серой утренней дымке, с ощущением влаги, тесноты и возбуждения. Она лежала в том же положении, в котором заснула — прижавшись к спине и ягодицам Дэв. Джинсы, которые Дэв одолжила ей, были велики на пару размеров, но она все равно чувствовала сдавленность внизу живота — глубокое, пульсирующее напряжение, требовавшее немедленного освобождения. Никогда еще Лесли не ощущала свое тело так остро, или тело другой женщины, или это нестерпимое желание прикосновений. Лесли попыталась немного отодвинуться, и тут же почувствовала, как напряглась спина Дэв. Она, должно быть, уже не спала.

— Который час? — шепотом спросила Лесли.

— Около шести.

— Даже не знаю, чего я хочу больше. Вчера мы остались без ужина и я чертовски проголодалась. А еще мне нужно почистить зубы и сходить в туалет.

Дэв рассмеялась и, нащупав молнию, расстегнула спальник. Выбираясь из мешка, Дэвон стиснула зубы, когда резкая боль пронзила ее ногу. Без резких движений Дэв перевела свое тело в сидячее положение. Ее правое бедро горело.

— С первыми двумя пунктами я смогу тебе помочь, а с последним разбирайся сама, — Дэв наклонилась и вытащила из кучи снаряжения герметичный пакет. — Шоколадный батончик поможет тебе не умереть голодной смертью?

— Для начала я на минутку выйду наружу, а после мы вернемся к этому вопросу, — Лесли подняла свои промокшие ботинки и поморщилась. — С ними все кончено. Ты не против, если я надену твои сапоги?

— Конечно, нет.

Когда Лесли вышла из палатки, Дэв попробовала включить рацию. Батарейки еще работали, но ей не удалось вызвать никого из «Приозерного». Судя по раскатам грома, мир все еще был во власти шторма. Натянув вторую пару резиновых сапог, Дэв вышла наружу. Она внимательно исследовала канаву вокруг палатки. Ливень порядком размыл ее, но она все равно спасла их от потопа. Вздохнув, Дэвон вернулась в палатку за лопатой, чтобы немного углубить канаву.

— Твоя нога сильно болит? — спросила Лесли, выходя из-за деревьев. — Ты слегка хромаешь.

— Слишком долго пролежала в одном положении, — Несмотря на ноющую боль в ноге, усталость и эмоциональное истощение, Дэв не смогла сдержать улыбку. Лесли стояла, закатав рукава и штанины, в одежде, которая была ей слишком велика. И в таком наряде она выглядела совсем юной, как и много лет назад, когда они обе были подростками.

— Что? — нахмурившись, спросила Лесли.

— Ничего.

Лесли смахнула капли дождя со своего лица. Ливень ослаб и превратился в спокойный, даже умиротворяющий дождь.

— Что нам делать теперь?

— Для начала я обновлю канавы, чтобы земля под палаткой оставалась сухой. Если нам придется снова здесь ночевать, нельзя допустить, чтобы спальный мешок намок.

— Я не собираюсь оставаться здесь еще на одну ночь.

— Не волнуйся, все будет в порядке. Как только мы разведем костер, то сможем более-менее подсушить вещи.

— Где лопата? — Лесли поспешила к тенту.

Даже мысль о том, что придется еще одну ночь провести на острове, приводила Лесли в ужас. Нет, она не боялась проснуться в затопленной палатке. Она не боялась даже спать под открытым небом во время проливного дождя. Ее пугало совсем другое — близость Дэв. Она понимала, что не может больше на себя полагаться — ее собственное тело напрочь отказывалось ей подчиняться. От одного взгляда на Дэвон все внутри нее отдавалось истомой. Под глазами Дэв пролегли темные круги, ее намокшие волосы спутанными прядями липли к шее, а на майке и джинсах проступали грязные полосы. И все равно она выглядела великолепно.

— Я сама займусь этим, — сказала Дэв.

Лесли резко обернулась и чуть ли не наткнулась на Дэв. Борясь с неистовым желанием запустить пальцы в ее волосы, Лесли изо всех сил сжала кулаки.

— Нет, не займешься. Ты заберешься в палатку и будешь сидеть там. Ты же едва ходишь…

Дэв стиснула зубы. Даже в неясном утреннем свете глаза Лесли горели огнем. Как же хотелось ее поцеловать. И не только поцеловать. Дэв безумно хотела ощутить под собой ее тело, обнаженное, возбужденное и принадлежащее только ей.

— Иди в палатку, Дэв! — почти закричала Лесли. Она видела, как в глазах Дэвон разгорается страсть. Никто и никогда не смотрел на нее так. В отчаянии она прошептала. — Пожалуйста, иди…

— Лесли…

— Как я рада, что вы обе целы! — окликнула их Натали, выбегая на поляну.

Дэв вздрогнула от неожиданности и сделала шаг назад. Лесли глубоко вздохнула, стараясь успокоиться и только потом обернулась к егерю.

Натали смотрела на женщин с нескрываемым любопытством. Она выглядела уставшей, но была до неприличия сухой в дождевике-пончо, непромокаемых штанах и резиновых сапогах. Лесли постаралась не фыркнуть, при виде этого.

— Простите, что не смогла приехать раньше, — сказала Натали. — Вы готовы отправиться на большую землю?

— Я вернусь на своей лодке, — сквозь зубы проговорила Лесли.

— Я остаюсь здесь со своим оборудованием, — в голосе Дэв слышалась неимоверная усталость.

Покачав головой, Натали сунула руки в карманы под полами своего пончо.

— Извините, дамы, вынуждена сказать «нет» вам обеим. Мы эвакуируем все стоянки на островах, так что, Дэв, тебе придется побыстрее упаковать все самое важное. А вы, мисс Харрис, — Натали многозначительно посмотрела на Лесли. — Вам сильно повезло, что вы добрались сюда живой и невредимой. Напомню вам, что действует штормовое предупрежденье. Так что вы обе поедете со мной.

Лесли очень не нравилось когда ей выдвигали ультиматумы, но сейчас она была не в том положении, чтобы спорить. К тому же, она хотела наконец оказаться подальше от Дэв. Вся эта ситуация становилась невыносимой.

— Я хочу удостовериться, что с моей лодкой все в порядке.

— Я помогу вам, пока Дэв собирает вещи.

Натали повернулась и направилась в сторону берега, не оставляя Лесли другого выбора, кроме как последовать за ней. Женщины увидели, что маленький катер Лесли швыряло в разные стороны на неспокойных волнах. Служебный катер Натали, который был гораздо больше и тяжелее, был пришвартован неподалеку. Было очевидно, что стихия не собиралась сдаваться, поэтому лодку Лесли необходимо было привязать парой дополнительных канатов — иначе она могла сорваться.

— Кому-то из нас придется слегка намокнуть, — пробормотала Лесли, размышляя о том, каким образом лучше подобраться к лодке.

— Я принесу парочку канатов. Они должны быть у меня на катере.

— Я промокла до нитки, — сказала Лесли, когда Натали вернулась. — Так что без вариантов, к лодке иду я.

Когда Лесли начала спускаться по крутой, скользкой насыпи, Натали, схватившись за дерево, протянула ей руку.

— Держись, а то упадешь.

— Спасибо, — Лесли повернулась, чтобы взять Натали за руку, и их глаза встретились.

Взгляд Натали был задумчивым.

— Ты сильно рисковала, когда отправилась сюда, — сказала Натали самым обычным тоном.

— Она была здесь одна, — ответила Лесли. — Ты бы сделала то же самое.

— Я и хотела.

— Могу себе представить.

Натали слабо улыбнулась:

— Можешь?

— Да, — тихо ответила Лесли. — Могу.

Глава девятнадцатая

Натали стояла за штурвалом, широко расставив ноги для равновесия. Лесли и Дэвон сидели на скамейках вдоль бортов друг напротив друга. Небо было грязно-коричневым, а вода пепельно-серой. Таким же было и настроение, хотя, казалось бы, стоило радоваться тому, что все закончилось благополучно. Но Лесли ненавидела, когда ее спасали, хотя прекрасно понимала, что должна быть благодарна Натали. Таких высоких волн на озере она никогда не видела, с ними справляться было сложно даже тяжелому служебному катеру. Но не это было главной причиной тоски. Лесли безумно хотела поговорить с Дэв, но та, очевидно не была настроена на беседу. Она сидела с невозмутимым лицом, слегка повернувшись вперед. К Натали.

Лесли гадала, о чем Дэвон сейчас думает. С тех пор как, Натали объявилась возле палатки, у них не было возможности поговорить. Впрочем, Лесли отчасти даже радовалась этому, поскольку понятия не имела, с чего стоит начать разговор.

«Прости меня!»

Это вряд ли исправило бы все ее ошибки. Их последняя ночь в палатке могла бы быть по-настоящему волшебной, ведь они больше не были импульсивными детьми, которые не понимают своих чувств. Но Лесли снова струсила. От этой мысли становилось больно даже на физическом уровне.

«Мне почти удалось соблазнить Дэв, — Лесли мысленно поморщилась, но другого слова просто не подобрать. — Черт подери, я же сказала, что хочу заняться с ней любовью! И в следующий же момент сказала ей «нет»… И о чем я только думала? Судя по всему, не думала вовсе».

Оглядываясь на историю их отношений, Лесли понимала, что о совершенных ею поступках можно только сожалеть. И за все это время единственным правильным шагом, было то, что она все-таки решилась поговорить с Дэв о том, что произошло между ними в ту злополучную ночь. Впрочем, этот единственный правильный шаг чуть было не закончился безумным сексом на пляже, что, честно говоря, ставило под сомнение его правильность. Возможно, лучше было бы не вспоминать о прошлом… Лесли посмотрела на Дэв, и сердце в ее груди забилось чаще. Нет, все таки будет лучше, если они будут держаться на расстоянии друг от друга.

Глубоко вздохнув, Лесли закрыла глаза. Ее отец вернулся домой и шел на поправку, мама наняла повара, а сама Лесли прошла медицинские тесты. А это означает, что жизнь налаживается, и с отдыхом пора завязывать — иначе можно сойти с ума. Разумеется, она останется еще на несколько дней, чтобы помочь с подготовкой ко Дню Независимости. А потом сразу же вернется на Манхэттен. Назад к привычной, упорядоченной жизни.

— Ты в порядке? — спросила Дэв, перекрикивая шум ветра.

Лесли открыла глаза, и ее пульс снова участился, стоило ей только встретиться взглядом с Дэвон.

— Да. А ты?

Дэв слегка улыбнулась и пожала плечами.

Перспектива возвращения в привычный мир принесла Лесли облегчение, но, в то же время, сложно было игнорировать щемящее чувство от мысли, что она больше не увидится с Дэв. Ее тело все еще ощущало Дэв, а разум не хотел расставаться с этим воспоминанием. И Лесли опасалась, что расстоянию вряд ли удастся охладить ее чувства. Звук стихающего двигателя заставил Лесли отвести взгляд от Дэв.

Натали подводила лодку к широкому, мокрому от дождя причалу. Все вокруг было таким серым и печальным. Гостиница казалась заброшенной. Машины, которыми была забита стоянка, исчезли, и Лесли предположила, что большая часть постояльцев решила вернуться домой, когда погода испортилась. И в этом были свои плюсы: Эйлин сможет немного отдохнуть перед очередным наплывом посетителей.

Натали заглушила двигатель и, не оборачиваясь, крикнула через плечо.

— Кто-нибудь хочет забраться наверх и привязать лодку?

Лесли, которая сидела ближе к причалу, поспешно выбралась наружу, схватив один из кормовых канатов. Подтянув лодку вплотную к причалу, она закрепила конец на одном из столбиков, а Натали, перемахнув через борт, сделала то же самое с носовым канатом.

— Спасибо, — сказала Натали, пытаясь устоять на ногах. Ветер все еще был слишком сильным.

— Без проблем, — боковым зрением Лесли увидела, как Дэв оступилась, выбираясь из лодки. Боль отразилась на ее лице. — Дэв!

Лесли бросилась к ней, но Натали была ближе.

— Держись! — крикнула Натали, подхватывая Дэвон за талию одной рукой. Ее лицо выражало искреннюю заботу, а в движениях чувствовалась нежность. — При такой погоде твоей ноге приходится несладко, да?

— Точно, — напряженно ответила Дэв, опираясь на плечо Натали.

Лесли потянулась к Дэв, но остановилась, понимая, что та вряд ли нуждается в ее помощи. Миниатюрная Натали без особых усилий удержала Дэвон. К тому же, было очевидно, что Натали знала о том, что у Дэвон проблемы с ногой. Скорее всего, Дэв рассказала ей об аварии. И Лесли гадала, что еще Натали может знать о той ночи. Мысль о том, что их тайна известна кому-то еще, была неприятна.

— Тебе необходимо срочно переодеться в сухую одежду, — Натали крепче обхватила Дэв.

Женщины втроем пошли по скользкому склону вверх.

Добравшись до крыльца, Натали повернулась:

— Дэв, я дам тебе знать, когда ты сможешь вернуться на остров за своими вещами. Скорее всего, пару тройку дней тебе придется посидеть без работы.

— Да, думаю, это займет неделю или около того, пока дно уляжется, — Дэв освободилась из объятий Натали и осторожно встала на обе ноги. — Спасибо тебе.

— Не за что. Я наверное буду занята весь день, но вечером с радостью навещу тебя, — Натали мягко улыбнулась Дэв, а затем повернулась к Лесли. — Завтра можем попробовать забрать твою лодку, если погода успокоится.

— Спасибо за помощь, — Лесли попыталась казаться любезной, но не очень-то вышло — тон ее был ледяным.

— Берегите себя, — на прощанье сказала Натали.

Когда она повернулась, чтобы уйти, Лесли схватила ее за руку. Она понимала, что Натали проявила настоящее мужество: более двух часов в нечеловеческих условиях она вела лодку, чтобы забрать их и привезти домой.

— Давай зайдем в дом, выпьешь с нами кофе. Думаю, у тебя впереди тяжелый день.

В глазах Натали мелькнуло удивление, но она все же кивнула в ответ:

— Спасибо. Может быть, твоя мама снова угостит меня своим фирменным печеньем.

Лесли улыбнулась, понимая, что Натали невозможно не любить. В конце концов, у нее не было никаких причин для неприязни. Да, Натали встречается с Дэв и нисколько этого не скрывает. Но ведь она имеет на это полное право. Лесли стиснула зубы, ругая себя за то, что даже думает об отношениях Натали и Дэвон. Она повернулась и решительно вошла в дом.

Несколько постояльцев сидели у камина в большом зале, читая газеты или слушая прогноз погоды по телевизору. Лесли провела Натали и Дэв на кухню.

— Мам! Пап! — позвала она.

— Лесли! — крикнула Эйлин, появляясь на пороге кухни. — Слава Богу, ты вернулась…

Лесли коротко обняла мать и, наклонилась, чтобы поцеловать отца.

— Привет, папочка. Как ты себя чувствуешь?

— Теперь, когда ты дома, намного лучше. Трудно было?

— Вроде того. С лодкой все в порядке, но ее пришлось оставить на острове. Прости.

Пол лишь покачал головой:

— Хорошо, что ты не попыталась вернуться на ней.

Эйлин улыбнулась Натали и Дэв:

— Судя по вашему виду, вам не помешает горячий душ, сухая одежда и вкусный завтрак.

— Мне нужно вернуться к работе, так что от первых двух пунктов я вынуждена отказаться, — улыбнулась Натали. — А вот последнего жду с нетерпением.

Эйлин взяла Натали под руку:

— Идем со мной. И спасибо, что доставила мою дочь домой.

— Не стоит благодарности, — ответила Натали, исчезая за дверью вместе с Эйлин.

— C тобой все в порядке? — тихо спросила Лесли, когда они с Дэв, чуть медленнее, двинулись следом. Дэв казалась абсолютно обессиленной.

— Да. Просто устала… — Дэв попыталась не хромать, но за прошедшие несколько часов ее спина и бедро дошли до такого состояния, что каждый шаг вызывал острую боль, которая огнем растекалась по ноге. Последний раз ей было так же плохо в ноябре, когда она исследовала кишечных паразитов в популяции рыб Фингер Лейкс. Тогда рано выпал снег, и температура на причале, где Дэв три часа стояла на коленях и потрошила рыбу, не поднималась выше минус пяти. Она смогла закончить сбор образцов, но заплатила за это двумя днями, проведенными в постели.

— Ты едва двигаешься, — Для Лесли стало очевидно, что каждый шаг давался Дэв с болью. Сердце Лес сжалось в комок от собственного бессилия, она не могла ничем помочь.

— Мне нужно согреться, принять пару таблеток ибупрофена, и я буду в полном порядке, — Дэв попыталась произнести это беззаботно. Но ее голос дрожал.

Лесли сомневалась, что это хоть чуточку поможет, но ничего не сказала. Она принесла для Дэв стул, стараясь хоть что-то сделать. Эйлин разливала кофе в большие белые кружки и обсуждала с Натали последствия шторма.

— Не опирайся на больную ногу так сильно, — Лесли взяла кружки с кофе и отнесла их к столу, за которым сидела Дэв. — Вот, держи.

— Спасибо, — тихо сказала Дэв, делая глоток ароматного напитка. — Ты почти не спала два дня. С тобой точно все в порядке?

Лесли сначала хотела уверить Дэв в том, что замечательно себя чувствует. Но передумала и решила сказать правду:

— Отвратительно. Я чувствую себя просто отвратительно… Но это из-за того, что я вымокла, замерзла и чертовски голодна, — Лесли слабо улыбнулась. Конечно же, она опять не сказала самого главного: пребывание в постоянном возбуждении причиняло ей гораздо больше дискомфорта, чем дождь, холод и голод. Но больше всего ее пугало то, что она до сих пор не могла взять себя в руки. Казалось бы, во время чрезвычайной ситуации можно думать о чем угодно, только не о соблазнительном теле Дэв. Но думала оно именно об этом. И ее пыл не смогли охладить, ни дождь, ни пронизывающий ветер, ни Натали. Стоило ей только взглянуть на Дэв, как она оказывалась во власти воспоминаний и приятных ощущений от физической близости с ней на протяжении всей ночи. Лесли намеренно старалась не смотреть на губы Дэв, потому что это тут же вызывало ощущение бабочек внизу живота.

— День выдался не из легких, — Дэв видела, как голубые глаза Лесли темнеют и становятся цвета индиго. Она — невыспавшаяся и лохматая — все равно была безумно красивой.

— Не из легких? Это сильное преуменьшение! — Лесли хотела рассмеяться, но не стала этого делать, поскольку не хотела привлекать к ним внимание. Она понимала, что у них остается лишь пара минут уединения. — Вчера у меня был небольшой приступ. Но он был совсем коротким. Не думаю, что на это вообще следует обращать внимание. — Она бросила взгляд в сторону матери, чтобы убедиться, что та ее не слышит. — Врачи, которые проводили тесты, сказали, что лечения медикаментами должно быть достаточно.

— Это хорошо, — Дэв слегка сжала руку Лесли, но тут же отпустила. — Разве ты не должна завязать с кофе?

Взгляд Лесли стал ледяным:

— Не дави на меня, Дэвон.

Дэв тихо рассмеялась, и Лесли тоже, наконец, смогла улыбнуться.

— Этот шторм испортит все исследование, которое ты проводила на острове? — спросила Лесли, желая сменить тему разговора. Она знала, насколько важна для Дэв ее работа.

— Нет, я почти все успела сделать.

— Я рада.

— Угощайтесь, — Эйлин поставила перед ними тарелку с печеньем.

Натали взяла одно из них и села рядом с Дэв.

— Как ты?

— Уже получше, — ответила Дэв.

— Не стесняйтесь, берите все, что хотите, — сказала Эйлин. — А я проверю, как дела у Пола и присмотрю за постояльцами. Кстати! Чуть не забыла. Твоя подруга Рейчел звонила из Нью-Йорка. Она не могла дозвониться тебе на мобильный.

Лесли застыла на месте. Дэв тоже замерла. А на лице Натали появилось заинтересованное выражение.

— Хорошо. Спасибо, — сдавленным голосом произнесла Лесли.

— Я рассказала ей про шторм. Она, наверное, волнуется, так что тебе стоит ей позвонить.

— Мам, я позвоню, — напряженно ответила Лесли.

— Тебе дать ее номер? Она оставила и мобильный, и…

— У меня есть.

Эйлин секунду помедлила и, направляясь к выходу, сказала: — Будь осторожна, Натали.

— Обязательно. Спасибо, — Натали дождалась, пока Эйлин выйдет, и небрежно обронила. — Подружка?

Лесли смерила ее долгим оценивающим взглядом. Этот вопрос в обычной беседе показался бы безобидным, но Лесли понимала, что сейчас не тот случай.

— Что-то вроде, — она встала и, подойдя к раковине, вылила в нее свой кофе. Затем она обернулась и посмотрела на Дэв. — Ты сможешь добраться до своего домика?

— Я ее провожу, — сказала Натали. — Как только допьем кофе.

— Ладно. Ну все, пока. Увидимся. — Сквозь зубы проговорила Лесли. Она взяла свою куртку и вышла под дождь, оставив Натали наедине с Дэв. Стараясь не обращать внимания на ревность, от которой внутри все клокотало, она направилась к своему домику.

«Всего несколько дней, и весь этот кошмар останется позади», — уверила она себя.

Добравшись до своего коттеджа, Лесли первым же делом пошла в ванную. Включив горячую воду, она начала освобождаться от одежды. «От одежды Дэв, — с болью подумала она. — Ее майка. Ее джинсы. Ее руки. Ее поцелуи. Ее губы. Ее губы. Боже! Ее губы». Какие прекрасные ощущения они дарили, скользя вниз по ее животу. Закрыв глаза, Лесли оперлась о столик и засунула руку в джинсы. Внизу ее живота было очень жарко. И мокро. И до боли напряженно. С тихим стоном Лесли начала гладить центр этой боли. Но боль от этого становилась лишь пронзительнее. Желая дать выход своим желаниям, Лесли надавила сильнее и застонала от удовольствия. Ее ноги задрожали. Пришлось схватиться за столик свободной рукой. Лесли сделала последнее усилие, желая, чтобы это поскорее закончилось. Чтобы мучившее ее весь день возбуждение наконец ушло.

— О, Боги! — воскликнула она, запрокидывая голову. Оргазм, мощной волной, пронесся по всему телу. Пребывая на вершине блаженства, она тихо застонала. — Да. О, да.

Когда бьющая ее дрожь утихла, Лесли смогла выпрямиться. На шатких ногах, она повернулась к зеркалу и, опираясь руками на раковину, посмотрела на свое отражение. Пока уходящее эхо оргазма отдавалось в ее плоти, она смотрела на себя в зеркало, поражаясь выражению блаженства на лице.

«Кто ты? Я не узнаю тебя».

Приняв душ, обнаженная Лесли рухнула в постель и проспала девять часов.

Проснувшись, она почувствовала внутри себя невероятную пустоту, которую невозможно было списать на один только голод. Она постаралась не придавать этому значения и потянулась за телефоном.

— Это Рейчел Хоторн. Я сейчас не могу поговорить с вами, поэтому, пожалуйста, оставьте…

Лесли нажала отбой и уставилась в потолок. Она думала о том, что сейчас делает Дэв, болит ли ее нога, сможет ли она прийти на ужин в гостиницу. Может быть, стоит ее навестить.

— Что я делаю? — пробормотала Лесли, с раздражением сбрасывая с себя одеяло. — Теряю рассудок. Вот что я делаю.

Телефон завибрировал, и Лесли резко схватила его.

— Алло.

— Привет, дорогая. Я за рулем.

Лесли почувствовала облегчение. Голос Рейчел напоминал о том, что у нее все еще есть нормальная жизнь.

— Привет. Мне сказали, ты звонила. Как ты?

— Нормально. Работа кипит. Твоя мать говорила, что у вас была буря.

Лесли рассмеялась:

— Можно сказать и так.

— Послушай, дорогая, я сейчас еду навстречу с клиентом, но у меня отличные новости…

— У меня тоже. Я вернусь до…

— Я вылетаю к тебе на День Независимости. Боюсь, одна ночь — это максимум, что я могу.

В животе Лесли все сжалось.

— В этом нет необходимости, Рейч. Я знаю, как ты занята…

— Ерунда, моя дорогая. Мы отлично проведем время, — она хрипло рассмеялась. — Я заезжаю в подземный паркинг, так что отключаюсь. Увидимся.

— Рейчел, подожди! Рейч? — Лесли неподвижно сидела с телефоном в руке. Она не понимала, почему не хочет, чтобы Рейчел приезжала. Может быть, Приозерный просто не был частью их совместной жизни. И Рейчел незачем было знать о прошлом, которое уже не имеет значения. Или же Лесли боялась, что за последние дни изменилась слишком сильно, чтобы вернуться к своей обычной жизни.

Глава двадцатая

Лесли надела джинсы, теплую водолазку и самые толстые носки из тех, что взяла с собой. Осталось только что-то придумать с обувью. Весь ее выбор сводился к кроссовкам и выходным туфлям. И, как можно догадаться, ни один из вариантов не выдержал бы прогулки по размытой дождем лесной дороге. Вздохнув, Лесли натянула сапоги Дэв. Она надеялась, что сможет одолжить подходящую обувь у мамы, а эти — вернуть их законной владелице.

С фонариком в одной руке и свертком с одеждой в другой, Лесли пошла к гостинице. Ливень стих и превратился в небольшой дождь. И, тем не менее, Лесли чувствовала себя так, будто уже несколько дней пробивается сквозь толщи воды. Лесли медленно шла, вглядываясь в затянутое тучами небо, сквозь которые луне так и не удалось пробиться. Вдруг яркий свет фонаря больно ударил по ее глазам.

— Эй! — возмущенно воскликнула она.

— Ой, простите, — отозвался женский голос, и луч света опустился вниз.

Лесли осторожно приблизилась. Но когда она поняла, что перед ней стоит Натали, ее нерешительность сменилась каким-то другим чувством, о котором она не хотела даже думать.

— Привет.

— Отличная ночь, — весело сказала Натали.

— Неужели, — Лесли заметила рюкзак за плечами Натали и пакет с продуктами под мышкой. Она явно шла к Дэв и, вероятно, несла ей ужин. То, что хотела сделать Лесли. То, на что у нее не было никакого права. А в рюкзаке скорее всего одежда, чтобы остаться на ночь. Настроение Лесли мгновенно испортилось. Она сделала шаг в сторону, освобождая дорогу Натали. — Будь осторожна, тропинка в ужасном состоянии.

— Ты тоже. Кстати, я оставила лодку у вашего причала. Завтра, если захочешь, можем отправиться на острова.

«Она точно останется на ночь», — мысль, от которой Лесли стиснула зубы.

— Было бы просто здорово. Большое спасибо.

— Сразу после завтрака?

— Да, — безразлично ответила Лесли. — Спокойной ночи.

— Спокойной, — рассмеялась Натали.

Лесли стояла под моросящим дождем и смотрела, как Натали исчезает в темноте. Внезапно Лесли отчетливо представила себе картинку: Натали лежит, прижавшись к Дэвон, как прошлой ночью лежала Лесли. От этой мысли ее пронзила такая боль, что она едва удержалась на ногах. Дышать стало очень сложно. Лесли собрала все свои силы и направилась к гостинице. В этот момент она безумно хотела, чтобы Дэв никогда не было в ее жизни, чтобы исчезло все, связанное с ней. А в особенности — воспоминания. Казалось, что эта мука никогда не закончится.

Лесли с трудом дошла до гостиницы, стараясь думать о чем угодно, только не о Дэв. На кухне горел свет, и Лесли направилась туда. Ее мать сидела за центральным столом на том самом стуле, на котором утром сидела Дэв, и разгадывала кроссворд.

— Привет, милая, — Эйлин собралась подняться, но Лесли движением руки остановила ее.

— Не вставай, — она кивнула в сторону гостиной. — Папа здесь?

— Нет. Он плохо спал прошлой ночью и решил лечь пораньше, — взглянув на сверток в руках Лесли, Эйлин спросила. — Что это у тебя там?

— Вещи, которые нужно постирать. Ты не против, если я воспользуюсь машинкой?

— Конечно, не против. Ты не ужинала, не так ли?

— Еще нет. Я только недавно проснулась.

Эйлин встала:

— Я закину вещи в стирку, а ты пока найди себе что-нибудь поесть.

— Ты не обязана…

— Я знаю, что не обязана. Давай сюда свои вещи.

Лесли была не очень голодна, но понимала, что все-таки стоит подкрепиться. Может быть тогда, терзающая ее боль отступит. Лесли вздохнула:

— Спасибо, мам.

— Это твои вещи? — крикнула Эйлин из маленькой прачечной, которая находилась рядом с кухней.

— Нет, — сказала Лесли, доставая из холодильника бутылку «Бекса» и коробку с холодной пиццей. Заглянув под крышку, она обрадовалась тому, что там оставалось еще два куска. — Это вещи Дэв. Мои надо будет отдать в химчистку. Правда, я не уверена, что даже химчистка сможет их спасти.

— Разогрей в микроволновке, — машинально сказала Эйлин, возвращаясь на кухню.

— И так сойдет, — Лесли оперлась локтем о стол, налила себе в стакан пива и принялась поглощать холодную пиццу.

Эйлин покачала головой, едва заметная улыбка появилась на ее лице:

— Как дела у Дэв? Утром она выглядела очень уставшей.

От этого вопроса Лесли напряглась всем телом и сделала еще один глоток пива.

— Не знаю. Я не разговаривала с ней с тех пор, как мы вернулись.

— Я позвоню ей. Узнаю, вдруг ей что-нибудь нужно. Ты могла бы отнести ей ужин…

— Нет, — резко оборвала ее Лесли. Заметив удивленный взгляд Эйлин, она постаралась взять себя в руки. — Уверена, если ей что-нибудь понадобится, она позвонит сама. По дороге сюда я встретила Натали, она шла к Дэв. У нее с собой были продукты.

— Это хорошо.

«Просто великолепно». Лесли отодвинула от себя недоеденный кусок пиццы и одним глотком допила пиво. Затем она подошла к холодильнику и взяла еще одну бутылку.

— Ты перезвонила своей подруге? — спросила Эйлин, рассеянно заполняя очередную строчку в кроссворде.

— Да, — Лесли на мгновение замолчала. — Она приедет на День Независимости и останется до утра.

Эйлин внимательно посмотрела на дочь:

— У нас не будет свободных мест, но мы можем принести раскладушку в твой домик.

Лесли покраснела, вспомнив о своей не-очень-то-и-двуспальной постели:

— В этом нет необходимости.

— Ясно… — произнесла Эйлин с хорошо отрепетированным безразличием в голосе. Она подошла к соседнему столу и налила себе кофе. — Ее зовут Рейчел?

— Да. Рейчел Хоторн.

— И она твоя… прости. Она твоя подруга?

— Мы встречаемся, — спокойно сказала Лесли. — Она тоже юрист.

— В твоей конторе?

Лесли очень ценила усилия матери, но говорить о Рейчел совсем не было желания. Тяжело вздохнув, она ответила:

— Нет. В другой. Она занимается делами о врачебных ошибках.

— Наверное, идти против медицинских учреждений непросто.

— Чаще всего Рейчел защищает больницы и фармацевтические компании, — заметив, как на лице матери появилось неодобрение, Лесли едко добавила. — Похоже, ни одна из нас не стоит на стороне добра.

Эйлин вздохнула:

— Я знаю, что наговорила лишнего, когда узнала о твоей специализации. Но я твоя мать, и во всем тебя поддерживаю…

— Правда? — выпалила Лесли. Эмоции снова вырвались из-под контроля.

«Черт, зачем снова поднимать эту тему? Особенно сегодня!»

— Я бы очень хотела, чтобы ты работала в Союзе Защиты Гражданских Свобод. Или что-то в этом роде… — Лесли фыркнула, и Эйлин сдержанно рассмеялась. — Хорошо, не будем об этом. По крайней мере, меня успокаивает то, что корпоративными делами занимаешься ты. Это лучше, чем если бы ими занимался кто-то напрочь лишенный совести. Твоему мнению я всегда доверяла.

— Мое мнение — последнее, чему ты можешь доверять, — Лесли слишком устала, чтобы тщательно продумывать свои слова. Хотя она понимала, что потом пожалеет о сказанном.

Искренне удивленная Эйлин, наклонилась вперед и мягко коснулась руки Лесли:

— Зачем ты так говоришь? Что случилось?

Лесли покачала головой и потерла лоб. К числу прочих проблем добавилась еще и мигрень.

— Ничего. Это неважно.

— Конечно, это важно. У меня было много времени, чтобы подумать о том, что случилось между нами, — внимательно глядя на нее, сказала Эйлин. — Что произошло, когда ты уехала в колледж? Ты стала замкнутой. Закрылась от меня. И я позволила тебе это сделать…

— Мама, — сказала Лесли. — Это совсем не то…

— Это Дэв?

Лесли была потрясена догадкой матери. Наконец, собравшись с мыслями, она произнесла сдавленным голосом:

— Почему ты так думаешь?

— Если бы я не знала про Рейчел, то решила бы, что ты встречаешься с Дэвон.

Лесли попыталась скрыть шок, вызванный словами Эйлин. Но ничего не вышло:

— Почему?

Эйлин рассмеялась и взмахнула руками, будто на свете не было ничего более очевидного:

— Из-за того, как вы ведете себя, когда вместе.

— Нет, мы не вместе! — с нажимом сказала Лесли. — И, конечно же, мы не встречаемся! Последний раз я видела Дэв за два дня до своего отъезда в колледж.

Эйлин нахмурилась:

— Почему вы не поддерживали связь?

— Потому что! — Лесли отвернулась и закрыла глаза. Слезы сами собой лились из глаз и обжигающими струйками скатывались по щекам. Она задрожала всем телом и рухнула на стул. Сделав несколько глубоких вдохов, Лесли попыталась восстановить дыхание. А заодно и утраченное самообладание. Затем она быстро вытерла слезы и повернулась к матери. Ее голос звучал ровно, без эмоций, как будто сказанное никак ее не касалось. — Я была знакома с Дэв в школе. Я закончила учебу на год раньше. И с тех пор, как уехала в колледж, ни разу с ней не виделась.

— Это я уже знаю. Но ты ведь не рассказала мне самого главного.

Лесли закусила нижнюю губу. Она понимала, что не сможет скрыть от мамы ни слезы, ни правду.

— Майк увидел, что мы целовались. И избил Дэв. Он бил ее, а я не сделала ничего, чтобы ему помешать.

— Боже, Лесли!

Лесли закрыла лицо ладонями и опустила голову.

— Я не помешала ему. Боже… Я не помешала, — когда она снова посмотрела на маму, в ее глазах было отчаяние. — А потом Дэв попала в аварию. А я уехала в колледж и сделала вид, что ничего не случилось.

— Прости, что тебе пришлось пройти через все это одной, — Эйлин встала и обняла Лесли. — Я бы убила Майка. Мне так жаль, что ты и Дэв пострадали.

— Пострадала только Дэв. А я просто сбежала.

Эйлин поцеловала дочь в макушку и осторожно спросила:

— Так значит, вы с Дэв тогда были вместе?

— Нет, — со вздохом ответила Лесли. — Мы сами не понимали, что происходило между нами. До последней ночи. А потом я испугалась. И мне понадобилось несколько лет, чтобы разобраться в себе.

Эйлин внимательно посмотрела на Лесли.

— А что происходит сейчас? Вы с Дэв снова подруги?

— Сейчас я с Рейчел. Мы встречаемся уже два года.

— Вы живете вместе на Манхэттене?

— Нет, — Лесли покачала головой, чувствуя облегчение от того, что они больше не говорят о Дэв. — У каждой из нас своя квартира. Мы очень много работаем, поэтому видимся не часто. Так что нет никакого смысла жить вместе.

— Строить совместную жизнь — не значит проводить много времени в одном месте.

— Мы не из таких пар, — нахмурилась Лесли. — У каждой из нас своя жизнь, мам. Мы уважаем работу друг друга. У нас нормальные отношения.

— Понятно, — осторожно проговорила Эйлин. — В таком случае я буду рада с ней познакомиться.

— Спасибо, — сказала Лесли, понимая, насколько странно звучит ее краткий рассказ об отношениях с Рейчел. Но все это было чистой правдой.

— Суп готов! — крикнула Натали.

Дэв медленно вышла из спальни, на ходу заправляя клетчатую рубашку в потертые джинсы. Натали, босиком, в белой шелковой майке и легких брюках, разливала томатный суп по тарелкам. В камине горел огонь, наполняя все вокруг теплом и уютом. На кофейном столике стояли бутылка белого вина и корзинка с нарезанным хлебом и сыром.

— Выглядит здорово. Спасибо, — сказала Дэв, чувствуя, как в глубине души зарождается беспокойство. Когда она вернулась домой, то просто рухнула на диван и тут же погрузилась в сон. Она все еще спала, когда пришла Натали и объявила, что собирается готовить ужин. Дэв не желала ничьей компании, ей хотелось просто уснуть и обо всем забыть. Но на улице шел дождь, и Дэв ничего не оставалось, как пригласить Натали в дом.

Сейчас, приняв душ и немного согревшись, Дэвон окинула взглядом комнату и поняла, что Натали не планирует ограничиться одним лишь ужином. Ее белая майка была такой тонкой, что сквозь нее проступали темные соски, которые Натали, очевидно, решила не прикрывать бюстгальтером. А от распущенных волос исходил приятный аромат. Что и говорить, Натали выглядела чертовски сексуально.

— Как твоя нога? — Натали поставила тарелку с супом на кофейный столик перед Дэв и устроилась рядом с ней, подогнув под себя ноги и поместив свою тарелку у себя на коленях.

— Неплохо, — сказала Дэв, попробовав суп. — Это так мило с твоей стороны.

— Утром ты ужасно выглядела. Если бы мне не нужно было забирать остальных туристов, я бы тебя ни за что не оставила одну.

— Со мной ты вряд ли бы хорошо провела время. Я провалилась в сон, как только зашла в дом. И проснулась лишь тогда, когда ты постучала в дверь.

Натали пожала плечами, нежно улыбаясь Дэв:

— Я бы с удовольствием понаблюдала за тем, как ты спишь.

Дэв осторожно поставила свою тарелку на стол. Ей нравилась Натали. Она была не только умной, но и очень красивой женщиной. Еще месяц назад Дэв всерьез рассматривала возможность провести с ней ночь. Или даже растянуть удовольствие и превратить их знакомство в приятный летний роман. Но сейчас все ее мысли занимала лишь Лесли. Дэвон не могла думать ни о ком другом с того самого момента, как увидела ее на вокзале. Она все еще помнила запах ее волос, все еще чувствовала тело Лесли, помнила поцелуи и прикосновения. И слова, которые били так больно, что хотелось упасть на колени и молить о том, чтобы все было иначе. Боже, как это глупо.

— Почему тебя так беспокоит мое желание соблазнить тебя? — спросила Натали, отодвигая тарелку.

— Такая прямолинейность! — рассмеялась Дэв. — Это мне в тебе нравится.

Натали вытянула ногу и коснулась ею Дэв. Затем медленно провела пальцами ноги вверх и снова вниз по джинсовой ткани, за которой Дэв прятала свое тело.

— Я хотела затащить тебя в постель с тех самых пор, как впервые увидела тебя, стоящей по пояс в воде. И поправь меня, если ошибаюсь, но сейчас никто не греет твою постель.

Дэв развернулась к Натали, закинув одно колено на диван так, чтобы смотреть ей прямо в глаза. У нее перехватило дыхание, когда Натали проведя ногой по внутренней стороне ее бедра, прошлась прямо по центру между ног Дэв.

— Скажи мне, разве тебе это не нравится? — голос Натали звучал низко и хрипло.

Дэв обвила пальцами щиколотку Натали и отодвинула ее ногу на несколько сантиметров. Разум подсказывал, что от ночи, проведенной с Натали, станет только хуже. Но тело настойчиво требовало освободить свою страсть после долгих часов возбуждения. А Натали точно умела доставить удовольствие.

— Я не бесчувственна, Натали. Ты очень привлекательная женщина и просто сводишь меня с ума…

Натали придвинулась ближе и положила руку туда, где только что были пальцы ее ноги — самая высокая часть внутреннего бедра Дэв. Она сжала крепкую мышцу, отпустила и снова сжала. Дэв резко вздохнула.

— Позволь мне доставить тебе удовольствие. Я знаю, что тебе нужно. Позволь…

— Натали, — оборвала ее Дэв хриплым голосом. — Это будет неправильно.

— Дэв, ради Бога! Я знаю, что ты меня хочешь. Почему ты боишься? — Натали отняла свою руку от бедра Дэв и погладила ее по щеке. — Все, что я хочу — это разделить с тобой то, что мы обе хотим разделить. Я не прошу ничего больше.

— Я знаю. И я верю тебе, — Дэв запрокинула голову и уставилась в потолок. Дыхание с хрипом вырывалось из ее груди. Она чувствовала физическое влечение и боялась ему поддаться. Слишком часто все заканчивалось внутренней опустошенностью. Дэв повернула голову и встретила обеспокоенный взгляд Натали. — Я не могу заняться с тобой любовью, потому что я… я…

— Потому что ты влюблена в Лесли Харрис.

Волна боли прокатилась по всему телу, и Дэв закрыла глаза. Натали наклонилась и нежно поцеловала ее. Губы Натали были такими мягкими, влажными и теплыми. Ее упругая грудь касалась руки Дэв. Она пахла дождем, пахла жизнью. А Дэв так страдала. Хотелось закрыть глаза и позволить Лесли распахнуть на ней рубашку, расстегнуть ее джинсы и чтобы нежные руки Лесли дарили наслаждение. Дэв хотела, чтобы Лесли… Лесли. Она хотела Лесли. Дэв открыла глаза. — Да. Потому что я люблю Лесли.

— Ее здесь нет, Дэв, — сказала Натали. Ее нежные прикосновения смягчили горечь этих слов. — Я не знаю, почему ее здесь нет. Но причина не имеет значения. Важно только то, что ты одна, что тебе больно. А я хочу быть с тобой. Мы обе почувствуем себя лучше, я обещаю.

— Я не могу, — застонала Дэв. — Я не могу заниматься любовью с тобой, думая о ней. Прости. Не могу.

Натали откинулась на спину дивана, не отпуская при этом руки Дэв.

— Не волнуйся. Пока ты со мной, ты не будешь думать о ней, — она уверенно улыбнулась. — Я это точно знаю. Когда-нибудь это узнаешь и ты. Я обещаю тебе ночь, которую ты никогда не забудешь.

Дэв рассмеялась, но глаза ее оставались серьезными.

— И это тебя совсем не беспокоит? То, что я чувствую к Лес?

— Конечно, беспокоит, — ответила Натали. — Но гораздо больше меня беспокоит то, что ты так возбуждена. И то, что я безумно хочу тебя и никак не могу получить. Пока. Но я умею ждать. Впереди еще целое лето.

Глава двадцать первая

Когда на следующее утро Лесли вошла в столовую гостиницы, Дэв и Натали уже завтракали. Натали была в своей униформе и Лесли стало интересно, взяла она ее с собой к Дэв или их вчерашний вечер надолго не затянулся. Дождь стих незадолго до рассвета и вряд ли ночная прогулка обратно до гостиничной стоянки была бы очень приятной. Скорее всего, Натали все-таки ночевала у Дэв. В крохотном домике с одной кроватью. Лесли скрипнула зубами и помотала головой. Дэв жестом пригласила ее к своему столику, но Лесли, не останавливаясь, прошла на кухню.

Она услышала голоса своих родителей, доносившиеся с заднего крыльца, и налив себе кофе, направилась к ним.

— Привет, мам. Привет, папочка. Как ты себя чувствуешь?

— Как черепаха, которая упала на спину посреди Северного Шоссе. — Заворчал Пол Харрис. Его костыли находились у кресла, а поврежденная нога покоилась на расшитой скамеечке для ног, которая, судя по ее виду, едва выдерживала возложенный на нее вес. — Я не могу спуститься к причалу на этих подпорках, особенно сейчас, после дождя.

— Вам понадобится моя помощь? — спросила Лесли, прислоняясь бедром к креслу и делая глоток кофе. — А то я собиралась с утра съездить за лодкой.

— Это было бы очень кстати. — Ответил отец. — Мы хотим подыскать кого-нибудь, кто мог бы доставлять гостей на острова вместо меня. — Он взглянул на Эйлин, потом на Лесли. — Врачи сказали, что мне еще два месяца носить этот чертов гипс.

— Два месяца это как минимум, — вмешалась Эйлин. — Такие вещи нельзя торопить, Пол.

— Я тут подумал, Лес. — Нерешительно, начал ее отец. — Может быть, ты смогла бы приехать на выходные, ближе к Дню Труда[5], чтобы помочь матери на закрытии сезона?

— Я смогу справиться сама, Пол. — С ноткой упрека в голосе, сказала Эйлин. — Лесли и так загружена на своей работе.

Лесли представила длинный список всего необходимого, что обычно делалось на закрытии сезона и ее первой мыслью было отказаться, сославшись на плотное расписание. Даже управлять всеми делами, не говоря уже о том, чтобы делать все самой, было непростой задачей. Но этим летом все ложится на плечи ее матери и даже если нанять помощь, все равно будут вопросы, которые нельзя поручить наемным рабочим. Лесли в самом деле лучше приехать и помочь. К тому же Дэв сказала, что будет здесь все лето. Этот аргумент делал выбор намного проще.

— Я приеду, мне не трудно. — Лесли понимала, что возвращаться в Приозерный, пока там оставалась Дэв, было настоящим сумасшествием. Особенно учитывая, что она решила уехать сразу же после Дня Независимости, чтобы больше никогда не видеть Дэв. Но она ничего не могла с собой поделать. Когда она думала о возвращении на Манхэттен, к своей привычной жизни, то чувствовала одновременно облегчение и печаль. Ее полностью устраивала жизнь, которую она сама себе создала. Ей будет приятно снова погрузиться в работу, не терзая себя противоречивыми желаниями, и не чувствуя ежеминутно вину за то, что она так отчаянно желает Дэв. Но стоило Лесли всерьез представить свой отъезд и то, что она больше никогда не увидит Дэв, ей хотелось плакать. С другой стороны, к сентябрю она могла бы вернуть самообладание, и спокойно общаться с Дэв. Она могла бы разобраться в их отношениях, и тогда у их дружбы было бы будущее. Да, так будет лучше всего. — Это будет здорово.

Эйлин рассмеялась. — Значит, ты совсем забыла, как обычно проходит закрытие сезона.

— Забавно как возвращение домой позволяет вспомнить самые мелкие детали прошлого. — Лесли улыбнулась и тряхнула головой. — Я пожалуй пойду, узнаю готова ли Натали отвезти меня за нашей лодкой.

— Увидимся позже, милая. — Махнул рукой Пол.

— Мам, днем я собираюсь заглянуть в офис. Скорее всего, к ужину меня не ждите.

На самом деле Лесли уже решила проводить в гостинице как можно меньше времени вплоть до самого отъезда. Чем меньше они с Дэв будут видеться, тем лучше.

— Ты просто обязана попробовать пиццу от «Иннучи». — сказала Натали, отодвигая тарелку. — Тонкая корочка и восхитительная начинка. В общем, вечером я возьму одну для тебя.

— Сегодня я могу задержаться в лаборатории, — ответила Дэв.

— Значит, привезу прямо туда.

— Ты совсем не обязана это делать…

— Мне хочется. — Глаза Натали едва заметно сощурились, и Дэв проследила за ее взглядом. С вещами в руках, Лесли приближалась к их столику.

— Спасибо, что одолжила одежду, Дэв. — сказала она, оставляя чистые и аккуратно сложенные джинсы и футболку на пустом стуле рядом с Дэв.

— Пожалуйста. — Дэв видела, как Лесли с непроницаемым выражением лица смотрит на Натали и гадала, догадывается ли она о том, что Натали провела ночь у нее. Глупо, но Дэв хотела, чтобы Лесли знала, что Натали снова спала на диване.

— Готова к отплытию? — С улыбкой спросила Натали.

— Еще бы. Жду не дождусь.

Натали рассмеялась и встала. Погладив Дэв по плечу, она сказала. — Я загляну с обещанной пиццей.

— Я вас провожу, — сказала Дэв, тоже поднимаясь и забирая свой портфель и чистые вещи. — Мне тоже пора уже выдвигаться.

Спустившись с крыльца их дороги разделились, Дэв повернула в сторону стоянки, а Лесли с Натали пошли прямо по дорожке к причалу. Не дойдя до стоянки, Дэв на секунду задержалась, глядя вслед девушкам — миниатюрной брюнетке Натали и гибкой блондинке Лесли. Обе умные, образованные и невероятно красивые. Дэв нравилась уверенность Натали, ее смех, внезапные вспышки властности. Но от одного взгляда на Лесли, внутри вспыхивал огонь. Улыбка Лесли освещала путь Дэв в самые темные ночи и бесчисленное количество раз она засыпала под звуки мелодичного смеха Лесли, хранящегося в ее сердце. Теперь у Дэв были воспоминания о Лесли, заключенной в ее объятиях и на какое то время, хотела этого Дэв или нет, в ее сердце не было места для кого-то еще. Возможно, когда Лесли уедет и мечты, наконец, перестанут терзать покой, что-то и изменится.

Лесли обернулась, прикрывая одной рукой глаза от яркого утреннего солнца, и Дэв вздрогнула. Хотя Лесли и была слишком далеко, чтобы их взгляды могли найти друг друга, Дэв все равно ощутила натяжение невидимой нити, которая их связывала. Даже когда лодка пропала из виду, и шум двигателя затих вдали, Дэв все равно ощущала присутствие Лесли.

Когда-нибудь эта связь снова исчезнет и Дэв не знала, будет она этому радоваться или печалиться.

Три дня спустя, Дэв стояла на том же самом месте, наблюдая, как мать Лесли поднимается по склону от ангара. Стоял тихий субботний вечер Дня Независимости и погода благоволила празднику. Было жарко и практически каждое окно в основном здании Приозерного было распахнуто настежь. Большие деревянные рамы, казалось, нависали над водой и были похожи на выставленные в ряд костяшки домино. Огромные двойные двери, были отодвинуты в сторону, вероятно, в надежде создать хоть какую-то вентиляцию.

Эйлин помахала рукой и Дэв пошла к ней навстречу.

— Здравствуй, незнакомка. — Сказала Эйлин, отбрасывая влажный локон со своего лица. — Я не видела тебя с того самого утра после шторма.

— Мне нужно было наверстать упущенное, поработав в лаборатории. — Ответила Дэв, и это было чистой правдой. К тому же, это было удобным поводом держаться подальше от Лесли. Дэв уезжала на работу рано утром и возвращалась после десяти вечера. По пути она прихватывала кофе с пончиком в придорожном магазинчике, который когда-то принадлежал ее родителям, и заказывала обед с доставкой в лабораторию. Натали, как и обещала, один раз заехала к ней с пиццей, но накануне праздничных выходных у нее тоже хватало работы и с того раза они больше не виделись. В общем, Дэв приезжала в Приозерный только, чтобы переночевать, а в остальное время она была достаточно занята, чтобы не думать о Лесли.

— Лесли то же самое говорила про свою работу. — Эйлин пристроилась рядом с Дэв и они вместе пошли по гравийной дорожке, по направлению к гостинице. — Она каждый день пропадала в своем офисе. А мне очень не хватало вас обеих за обедом.

— Простите. — Отозвалась Дэв.

— Не нужно извинений. Я понимаю, что у вас полно работы. — Эйлин остановилась в том месте, где от дорожки отходила тропинка к коттеджам. — Надеюсь, ты заглянешь на сегодняшнюю вечеринку. Там соберутся все гости и, даже, кое-кто из местных.

— Ну, хм… — взгляд Дэв блуждал по верхушкам деревьев. Она не планировала идти. — Может быть загляну на пару минут. Я не особый любитель вечеринок.

Эйлин рассмеялась. — Надеюсь, ты придешь. Ты все еще планируешь остаться у нас до сентября?

— Да, — ответила Дэв, слегка нахмурившись. — Что-то не так?

— О нет, вовсе нет. — Улыбнулась Эйлин. — Пока. Еще увидимся сегодня.

Помахав на прощанье, Дэв направилась к своему домику. Почему-то она ничуть не удивилась, увидев Лесли. Похоже, избежать встречи с ней было невозможно, как бы Дэв ни старалась. По крайней мере не сейчас, когда они живут по соседству друг от друга. Одним взглядом она окинула фигуру девушки. На Лесли были брюки телесного цвета, бледная шелковая блузка и сандалии на небольшом каблуке. Светлые волнистые волосы касались плеч и поблескивали на солнце. Даже с расстояния нескольких метров Дэв поняла, что Лесли оделась для кого-то особенного. Осознание этого факта поразило ее словно удар по лицу.

— Привет, Лес. — Сказала Дэв, приближаясь.

Обе девушки замедлили шаг.

— Дэвон. — Тихо поприветствовала ее в ответ Лесли.

Она знала, что день будет не из простых. Вообще, предстоящие двадцать четыре часа виделись ей самыми трудными за многие годы жизни. Сегодня приезжает Рейчел и Лесли не была до конца уверена, что готова встретиться с ней. Дэв все еще была здесь и это все усложняло. Но у Лесли имелся большой опыт в трудных ситуациях, где любой неверный шаг или одно неосторожное слово могли привести к катастрофическим последствиям. Поэтому она приняла душ, оделась и подготовила себя, как обычно готовилась к любому противостоянию. Ее щиты были подняты, а эмоции запрятаны глубоко внутри. И на момент выхода из дома она была готова к любому повороту событий. И, тем не менее, увидев Дэв, идущую навстречу в своих привычных джинсах и синей рубашке с расстегнутым воротником, ее сердце пустилось в пляс. Лесли знала, что ее лицо не выдало истинных эмоций от встречи с Дэв и была очень этому рада.

— Ну как, ты уже оправилась после той грозы?

— О, конечно. Я… — замявшись, Дэв провела рукой по своим волосам и выдавила печальную улыбку. — У меня всегда плохо получается болтать ни о чем.

— Я знаю. — Мягко улыбнулась ей Лесли.

— Как долго ты еще пробудешь здесь? — услышала собственный вопрос Дэв и поняла как глупо он звучит. Как будто ответ на него может быть приятным.

— Скорее всего, уеду завтра вечером.

— Так скоро? — Не смогла сдержать своего удивления Дэвон.

— Прошло уже почти три недели, Дэв.

— Время летит так быстро! — Дэв приблизилась к Лесли, чтобы пропустить молодую, оживленно болтающую парочку. — Правда иногда, один день здесь может тянуться целую вечность.

Лесли окинула взглядом лес, мерцающую сквозь деревья голубую гладь воды и теплые блики солнца на своей коже. — За столько лет ничего не изменилось, правда?

— Почти. Это лето с тобой напомнило мне об ощущениях из детства, когда взрослая жизнь казалась так далеко. — В голосе Дэв послышались грустные нотки.

Лесли заглянула в ее орехового цвета печальные глаза, и увидела одиночество, которое Дэв никогда не удавалось полностью скрыть, даже за внешностью крутой девчонки. Каким-то образом, они всегда могли разглядеть друг в друге правду. Когда они были вместе, все частички, которые не раскрывались ни перед кем, бесшумно и без каких-либо усилий вставали на свои места. Она чувствовала это даже сейчас. Но ведь это чувство недолговечно? Прошлое существовало только в ее воспоминаниях, полных печали и тоски о забытых мечтах.

— Кажется, будто все это было с нами в другой жизни.

— Я знаю. — Хрипло ответила Дэв. Трудно было не принять этот факт, когда настоящее готово рухнуть и погрести их под собой. — Сегодня приезжает Рейчел?

Лесли едва удалось сдержать свое удивление. — Да. — Она взглянула на часы. — Самолет приземлится около шести.

— Если тебе будет нужно, моя машина свободна.

— Она возьмет машину на прокат. Спасибо.

— Ты никогда не говорила, чем она занимается…

— Она юрист.

Дэв улыбнулась:

— Похоже, у вас с ней много общего.

Лесли не хотелось обсуждать Рейчел с Дэв. Это было очень похоже на то, как она все время пыталась избегать разговоров о Майке. Отношения с Дэв всегда были чем-то очень личным, интимным, чем-то принадлежащим только им двоим. Сейчас, оглядываясь на свое прошлое, Лесли видела, что они никогда не позволяли проблемам внешнего мира коснуться их. Они оберегали свои отношения. Вплоть до самого конца.

Лесли протянула руку и коснулась кончиками пальцев руки Дэвон.

— Ты так много для меня значила, Дэв…

Дэв легонько коснулась губами щеки Лесли. — Спасибо тебе, Лесли. — И сделав шаг назад, попрощалась. — Если мы больше не увидимся, удачного тебе пути.

— Наслаждайся остатком лета. Надеюсь, с твоей работой все будет в порядке.

— Спасибо. Прощай.

— До свидания, Дэвон.

Лесли посмотрела в след Дэв и продолжила свой путь. Может быть, она ошибалась по поводу этих последних двадцати четырех часов. Может быть, самое трудное уже позади. Лесли дрожащими губами втянула воздух, не в силах представить, как что-то может быть хуже, чем только что пережитое расставание с Дэв.

Глава двадцать вторая

Лесли выбрала бутылку красного вина из запасов своих родителей в небольшом, но хорошо заполненном погребе. Прихватив штопор и два бокала, она разместилась на крыльце гостиницы. Медленно потягивая вино, она смотрела, как вечер утопает в сумерках. Гости приходили и уходили, и изредка по дорожке проходили влюбленные парочки отдыхающих, и до Лесли доносились обрывки разговоров и их счастливый смех. Она попыталась представить себя с Рейчел, как они проводят неделю в местечке вроде этого. Но картинка не рисовалась, и ее блуждающие мысли повернули к временам, когда они с Дэв любили коротать время на берегу озера, болтая обо всем на свете. Усилием воли Лесли вернула себя в настоящее. Вновь наполнив бокал, она стала мысленно перебирать подробности дел, которые вела за последнюю неделю.

Еще не было восьми, когда серый Линкольн подъехал и остановился на парковке у гостиницы. Секунду спустя из него вышла Рейчел. Лесли не видела ее три недели и первым ее впечатлением был шок от того насколько великолепно выглядела ее партнерша.

Рейчел была одного с Лесли роста, но немного пышнее в груди и бедрах, которые сейчас обтягивали шитые на заказ черные брюки, дополненные туфлями на низком каблуке и белой, мужской рубашкой с открытым воротом. Многие ее противники попадались на удочку чувственности и привлекательности Рейчел, но Лесли знала, что эти изящные черты скрывают твердый и смертельно опасный разум хищника.

Лесли отвела взгляд, наполняя второй бокал и давая себе несколько секунд, чтобы привести нервы в порядок. Под звук шагов по ступенькам крыльца, она подняла голову.

— Здравствуй, дорогая. — Промурлыкала Рейчел и, наклонившись, поцеловала Лесли. Ее губы задержались на несколько секунд дольше обычного. Со вздохом облегчения, Рейчел присела в кресло напротив. — Я очень надеюсь, что этот бокал для меня. Мне бы он очень не помешал.

— Как прошел полет? — Лесли протянула бокал Рейчел.

Они не виделись три недели и не занимались любовью еще несколько недель до расставания. Поцелуй показался каким-то чужим, но Лесли тут же попыталась списать это на долгую разлуку.

— О, полет прошел нормально. Но я едва успела на рейс, потому что ждала, пока курьер доставит в офис бумаги по предстоящим на следующей неделе делам. — Она скривилась. — Иногда мне кажется, что мир наполняют одни лишь посредственности. Нет, вообще-то, я точно это знаю.

— Тебе в самом деле не стоило прилетать сюда, Рейч. Я уже заказала себе билет на завтрашний вечер.

Рейчел пригубила бокал, сохраняя бесстрастное выражение лица. — Завтра в девять утра, я вылетаю в Детройт и меня не будет почти неделю.

— А, — сказала Лесли, чувствуя странное облегчение. — Но все равно, не было никакой необходимости втискивать в твое расписание поездку сюда.

— Знаешь, мне кажется, была. — Голос Рейчел упал до хриплого шепота, а ее взгляд скользнул по губам Лесли и вновь вернулся к ее глазам. — У меня был адский месяц. Я работала по восемьдесят часов в неделю, большую часть времени разбираясь с идиотами всех мастей, и впереди у меня то еще минное поле. Вытащить из огненной задницы исполнительных директоров Фармкора потребует приличных усилий. — Палец Рейчел скользнул вдоль подбородка Лесли. — Я скучала по тебе.

Лесли сумела выдавить улыбку. Она тоже скучала по Рейчел. Она скучала по обсуждению их дел в суде, разработке стратегий, празднованиям побед. Она скучала по едкому юмору Рейчел и по ее нескончаемой энергии. Они понимали страсть друг друга к победам, и она скучала по ощущениям, когда ей не нужно было защищать саму себя. Но она не скучала о том, что сейчас безошибочно читалось в глазах Рейчел. Она не скучала по их напряженным и зачастую неистовым сексуальным схваткам. Рейчел всегда хотела секса чаще, чем Лесли. Для Рейчел это была отдушина, способ снять напряжение и успокоить расшатанные нервы. Лесли без труда могла определить, когда у Рейчел трудное дело в суде, потому что в это время Рейчел хотела видеться чаще. И в сексе Рейчел была более требовательной и агрессивной. Лесли не имела ничего против, потому что часто забывала о своих физических потребностях. И позволить Рейчел удовлетворить их, даже если Лесли сама не чувствовала в этом необходимости, всегда было приятно.

— Мне жаль, что мой отдых затянулся дольше, чем я думала. — Сказала Лесли, чувствуя себя все более и более неловко от своих собственных мыслей.

— Это неважно. Я все равно вряд ли смогла бы видеться с тобой. — Рейчел осушила свой бокал и, отставив его в сторону, наклонилась к Лесли. Ее лицо едва можно было разглядеть в сгустившихся сумерках. — Последние два часа я мысленно представляла все, что хочу сделать с тобой в постели. Давай пойдем туда, где я могла бы это продемонстрировать.

Внутри Лесли пробежал холодок, и она почувствовала не знакомый до этого толчок паники. Она не была готова. Она еще не успела перестроиться из той, кем была последние три недели в ту, которой она была с Рейчел. Сейчас Рейчел казалась ей чуждой и незнакомой. Нет, не так. Рейчел не изменилась. Ничего не изменилось, просто Лесли нужно немного времени, чтобы вернуться в прежний ритм и тогда все снова станет ясным и понятным.

Сердце Лесли бешено колотилось, и в голове мелькнула благодарная мысль о том, что она не зря согласилась на курс лекарств, потому что ее сердце как будто с цепи сорвалось. — Рейчел, прости. Я обещала матери, что помогу ей подготовить ангар для празднования. Вечеринка должна начаться через полчаса. Я не могу все бросить…

Рейчел что-то протестующе пробормотала, но ее голос был скорее дразнящим, чем обиженным. — Ты же знаешь, что когда мы с тобой не видимся так долго, то мне нужно гораздо больше чем полчаса.

Лесли покраснела. Но не из-за возбуждения, а из-за его отсутствия. Что-то было не так. Совсем не так. Последний раз она хотела бежать куда глаза глядят той самой ночью, когда впервые поняла, что хочет заняться любовью совсем не с Майком, а с Дэв. Но ей больше не семнадцать и она больше не может просто убежать от своих проблем. Лесли решила попробовать ответить игриво. — Ты сможешь потерпеть еще пару часов?

— Может быть смогу. — Медленно произнесла Рейчел, бросая быстрый взгляд по сторонам. Она наклонилась к Лесли и вцепилась пальцами в ручки плетеного кресла. Ее шепот был едва различим в вечерней тишине. — Но я не могу обещать, что не уволоку тебя в какой-нибудь укромный уголок. Я ужасно, ужасно хочу тебя.

От тела Рейчел исходил такой жар, будто между ними сейчас была раскаленная печь. Едва губы Рейчел коснулись губ Лесли, как на крыльце вспыхнул свет и Рейчел поспешно выпрямилась. Лесли быстро поднялась, услышав звук открывающейся двери и чьи-то шаги. Обернувшись, Лесли увидела мать, резко остановившуюся в метре от нее с выражением нерешительности на лице.

— Мам, — поспешила прервать повисшее молчание Лесли. — Это Рейчел. Рейчел, это моя мама.

Эйлин Харрис улыбнулась и протянула руку. — Меня зовут Эйлин. Приятно познакомиться.

— Мне тоже очень приятно. Спасибо, что позволили мне так внезапно приехать. — С благодарностью в голосе ответила Рейчел. — Здесь очень красиво.

— С этим мы полностью согласны. — Эйлин повернулась к Лесли. — Милая, тебе не нужно…

— Нет, все в порядке. — Поспешно оборвала ее Лесли. — Честно. Я только покажу Рейчел домик, чтобы она могла переодеться и тут же вернусь помочь тебе по хозяйству. — Лесли сжала руку Рейчел. — Хорошо?

Рейчел кивнула. — Конечно. Я только достану свою дорожную сумку из машины.

— Ты весь день на ногах. — Остановила ее Лесли. — Посиди здесь и дай мне ключи, я сама заберу твою сумку.

— Спасибо тебе, дорогая. — Рейчел протянула Лесли ключи. — Я не брала с собой много вещей. Возможно, у меня не найдется ничего подходящего для праздника.

Лесли рассмеялась. — Не волнуйся, тебе не придется надевать джинсы и походные сапоги, я обещаю.

— Ты даже не представляешь, как мне полегчало. — Рейчел улыбнулась Эйлин, которая с интересом наблюдала за этим обменом любезностями. — Я тоже буду рада чем-нибудь помочь в приготовлениях к празднику.

— Категорически нет, — Эйлин выразительно тряхнула головой. — Ты гостья. Кстати, почему бы тебе не зайти и не познакомиться с отцом Лесли, пока я ищу фонарик. А потом я провожу вас обеих к коттеджу.

— Спасибо, мам. Рейчел, я сейчас.

Лесли поспешила вниз по ступенькам, стыдясь своего облегчения от того, что они с Рейчел не смогут остаться наедине еще несколько часов. Конечно же, к концу вечера, к тому времени, когда пора ложиться спать, это отвратительное ощущение потерянности пройдет. Потому что если это будет не так, то им с Рейчел придется серьезно поговорить и Лесли даже представить не могла, что она может сказать.

Дэв сидела на ступеньках крыльца своего домика, слушая звуки музыки и звонкого смеха, доносившиеся сквозь деревья. Было уже почти одиннадцать, она допивала вторую бутылку пива и пыталась оттянуть тот момент, когда придется идти к ангару и присоединяться к всеобщему веселью. Дэв обещала Эйлин, что заглянет, но не это было главной причиной, по которой она все-таки встала и пошла по лесной тропинке. Там будет Лесли, и Дэв хотела увидеть ее.

Она понимала, что это безнадежная затея, которая принесет лишь боль и страдания. В сотый раз Дэв спрашивала себя, почему она не позвонила Натали и не провела ночь с женщиной, которая ее хочет. Оправдания, которые она придумывала, чтобы держать Натали на расстоянии звучали все более фальшиво даже для нее самой. И дело вовсе не в том, насколько справедливо или несправедливо это было по отношению к Натали. Натали не просила ничего большего, чем просто дружбу и взаимное удовольствие. Нет, причина отказа всегда была одной и той же. Дэв желала женщину, которую не могла получить. Потому что Лесли всегда была с кем-то еще.

Противясь мыслям, которые однажды уже привели ее на путь саморазрушения, Дэв стиснула кулаки в карманах своих джинсов. Впервые в подобной ситуации, она чувствовала гнев, а не покорное смирение.

Она остановилась на краю опушки, чуть выше ангара, в точности там же, где она стояла пятнадцать лет назад. Как и тогда из ангара проливался свет, люди толпились вокруг входа, и музыка прорывалась наружу из распахнутых окон.

Люди выпивали, флиртовали, любили, а она стояла в стороне и наблюдала. Должно быть круг замкнулся и она вернулась к началу, только теперь Дэв уже не была ничего не понимающей семнадцатилетней девчонкой, готовой подарить свое сердце за одну лишь улыбку. Теперь она была взрослой женщиной, которая хотела больше. Гораздо больше. Лесли снова была с кем-то, и чтобы обрести свободу, Дэв нужно было разорвать звено, связывающее ее с прошлым. Существовал лишь один способ сделать это. Она пробиралась сквозь толпу, ища глазами Лесли. Понадобилось не больше минуты, чтобы найти ее. Дэв не помешали ни тусклый свет, ни толпа людей, ее взгляд нашел Лесли, как будто луч света, невидимый для окружающих, соединял их сердца. Но вместо того, чтобы приблизиться к ней, Дэв скрылась в тени у одной из стен, чтобы незаметно понаблюдать за Лесли.

Рядом с Лесли стояла женщина и одной рукой обнимала ее за талию. Не было ни малейших сомнений, какие отношения их связывают.

Дэв моргнула, когда скатившаяся капелька пота попала в глаз, но не отвела взгляд. Никогда раньше она не видела Лесли с женщиной. Она видела их с Майком тысячи раз. На футбольных матчах, на танцах, на пляже. Майк тоже касался Лесли так, будто она принадлежала только ему, но Дэв никогда в это не верила. Лесли всегда немного сдерживала себя, всегда сохраняла настоящую Лесли для тех моментов, когда они с Дэв оставались наедине. Сегодня все было иначе. Рядом с Лесли стояла другая женщина, и истина была очевидна. Лесли была с той, с кем должна быть и Дэв не была той, кого она выбрала. Дэв смотрела, как рыжеволосая женщина склонила голову и поцеловала Лесли.

Узы, связывающие Дэв с Лесли на протяжении всей жизни, были милосердно разорваны этим простым поцелуем.

Лесли как будто тоже почувствовала это. Она слегка отстранилась и повернула голову в сторону Дэв. Дэв стояла в полутьме и знала наверняка, что Лесли не сможет разглядеть ее через толпу людей, но на какой-то миг ей показалось, что их взгляды встретились. Прощай, Лесли, — прошептала Дэв и на этот раз она была уверена в своих словах.

Дэв вышла из ангара и у конца бетонной рампы повернула к берегу. Приятный бриз веял с озера и, запрокинув голову, она подставила лицо его прохладным ласкам.

— Дэв!

Обернувшись, она увидела Лесли, бегущую к ней по песку.

— Возвращайся назад в ангар, Лес. — Сказала Дэв, поворачиваясь и уходя прочь.

— Я не могу.

Голос Лесли был лишь тихим шепотом на ветру, но боль в нем была настолько явной, что Дэв ощутила ее в самом сердце. Она остановилась и повернулась, чтобы встретить взгляд Лесли.

— Тебе нет места рядом со мной, Лес.

В свете луны, выражение муки на лице Лесли делало ее столь ранимой, что Дэв хотелось ее обнять, но гнев пересилил печаль.

Приблизившись к Дэв, Лесли кончиками пальцев провела по ее щеке:

— Мне так жаль. Я не хотела, чтобы ты это видела.

— Почему? — Дэв перехватила руку Лесли и отбросила ее, даже более резко, чем хотела. — Она твоя партнерша. Возвращайся к ней.

— Я знаю, что этим летом все было не так, но…

— Этим летом? — Дэв хрипло рассмеялась. — Нет, все было не так до этого лета.

— Я… Я не понимаю.

Лесли в самом деле ничего не понимала. Она не понимала почему, именно в тот момент, когда она повернула голову и увидела, что Дэв смотрит на нее, именно в этот момент Рейчел поцеловала ее. Почему все внутри Лесли как будто замерло и покрылось льдом. Почему все вокруг в миг исчезло и единственное, что она видела это лицо Дэв и полные боли глаза. Почему она придумала невнятную отговорку о том, что ей нужно проверить отца и выбежала в ночь вслед за Дэв. Но не могла же она просто дать ей уйти. Или могла?

— Всю свою жизнь я любила тебя. — Выговорила Дэв. — И до этого лета я не понимала, что я просто хваталась за мечту, которая умерла много лет назад. — От смеси горечи и гнева, переполняющих ее, Дэв дрожала всем телом. — Ты ушла, Лесли. Ты начала новую жизнь, исчезла из моей, а я никак не могла отпустить тебя. Вот что было не так.

— Дэв. — в голосе Лесли звучало отчаяние. — Мне было не все равно.

— Я любила тебя. — Надломившимся голосом проговорила Дэв, — О, Боже, я любила тебя всем сердцем. — Она отвернулась, не желая чтобы Лесли видела слезы, бесконтрольно струящиеся по ее щекам. Ее тело задрожало, давая волю рвавшимся наружу словам. — А ты оттолкнула меня.

— О Боже. — Прошептала Лесли, тоже не в силах сдержать слез. — Ты даже не представляешь, как мне было больно потерять тебя.

Дэв дернулась и повернула голову к Лесли. Ее тело напряглось. — Нет. Я не представляю. Потому что тебя не было со мной. — Она стиснула кулаки. — И сейчас нет. Возвращайся к своей партнерше.

— Но я люблю те..

— Нет! Не говори этого! Не смей! — Дэв схватила Лесли за плечи и тряхнула так, что чуть не вышибла из нее дух. — Я больше не живу мечтой.

Лесли вскрикнула и Дэв вдруг осознала, что ее пальцы впились в плечи девушки. Одернув свои руки, словно получив ожог, она отступила на шаг. — Прости.

— Все в порядке.

— Прости меня за все. — Покачав головой, Дэв скрылась в ночи, оставив свою мечту растворяться в горячем летнем воздухе.

Лесли кричала ее имя, но Дэв не остановилась. Она бежала, превозмогая боль в ноге и глотая слезы.

Перепрыгивая через ступеньки, Дэв взлетела на крыльцо своего коттеджа и, схватив ключи от машины, выбежала из дома. Она не собиралась проводить ночь по соседству с Лесли и ее партнершей. Она не знала, сможет ли выдержать, если еще раз увидит их вместе. Она не чувствовала ничего, лишь пустота заполняла Дэв в настоящий момент, но трудно сказать как долго это сможет продлиться. Ее собственный гнев страшил гораздо больше, чем боль.

Глава двадцать третья

Пробираясь через толпу, Лесли мысленно поблагодарила царивший внутри ангара полумрак. Ей не хотелось, чтобы Рейчел увидела, что она плакала. Как бы она смогла объяснить все произошедшее? Рейчел ничего не знала ни о Дэв, ни о Майке, ни и о том, что случилось. Если бы Лесли призналась, что плачет из-за подростковой любви, о которой она тогда даже сама не догадывалась, то Рейчел наверняка бы решила, что у нее нервный срыв. Но в действительности Лесли оплакивала нечто большее, чем потерю невинной любви. Она теряла Дэв, и не могла сейчас даже думать об этом. Только не в присутствии Рейчел. Лесли нужно было побыть вдали от них обеих, нужно было обдумать все, что случилось. Как только она окажется дома, в спокойной обстановке, то сможет во всем разобраться.

Сделав глубокий вдох, Лесли подошла к Рейчел. — Я вернулась. Надеюсь, я не пропустила ничего интересного?

— Ты не пропустила ничего, что могло бы показаться таким же интересным как то, что я запланировала для тебя. — Промурлыкала Рейчел, целуя Лесли в шею чуть ниже ушка. — Мы уже достаточно побыли на людях, теперь можем сбежать отсюда?

— Прости, ты наверное устала. — Опомнилась Лесли. — Конечно, пойдем.

— Спасибо тебе, дорогая.

Выйдя на улицу, Лесли взяла Рейчел за руку и повела по дорожке в сторону коттеджей. В одном из темных уголков Рейчел остановила ее и ткнулась носом в шею Лесли.

— Я не говорила, как хотела тебя все это время?

— Ты в курсе, что медведи могут учуять феромоны? — Слегка отстраняясь, спросила Лесли.

— Тогда идем скорее домой, дорогая, иначе нам грозит серьезная опасность. — Рассмеялась Рейчел.

Лесли заблаговременно оставила свет на своем крыльце включенным и теперь без труда шла на него. Она осмотрела деревья вокруг домика Дэв, пытаясь понять дома ли она, но вокруг была лишь темнота и зловещее чувство пустоты. Лесли не могла не вспомнить о том, что случилось в прошлый раз, когда Дэв покинула вечеринку, страдая от боли и гнева. В ту ночь она чуть не погибла. Но теперь Дэв была взрослой и трезвой, и Лесли отчаянно хотелось верить, что в этот раз она не причинила Дэв такой боли, как в прошлый раз. Усилием воли Лесли вернула свои мысли к Рейчел и они поднялись по ступенькам.

— Я определенно понимаю какой расслабляющей здесь может быть жизнь. — Устало сказала Рейчел, входя в дом.

— Что ты имеешь в виду?

— Даже не скажешь, что на дворе двадцать первый век. Я почти ожидала, что ты дашь мне свечу и проводишь к туалету во дворе.

Лесли рассмеялась и щелкнула выключателем настольной лампы. — Вуаля. Все достижения современной техники к твоим услугам.

Рейчел повернулась, приподняв брови и оглядывая обстановку в комнате. — Интернет? Кабельное телевиденье?

— Ах, нет кабельного. Только антенна — если ветер дует в нужном направлении.

— Ну, — сказала Рейчел, роняя свой голос до шепота и обнимая Лесли. — Значит, нам придется найти другое занятие, чтобы скоротать время.

Рейчел двигалась так быстро, что у Лесли не было времени догадаться о последовавшем за этими словами поцелуе. Они занимались любовью несчетное количество раз и, напор, с которым губы Рейчел исследовали ее, властное скольжение ее рук вниз по спине, чтобы потом сжать ягодицы Лесли и ее требовательный язык были такими знакомыми. Рейчел была искусной любовницей, и тело Лесли автоматически отозвалось на приятные ласки. Но стоило ее разуму оказаться здесь-и-сейчас, как тело Лесли напряглось и появилось ощущение неожиданной скованности.

— Погоди минутку, Рейч. — Сказала Лесли, высвобождаясь из ее объятий. — Я не хочу, чтобы нас сорвало с катушек прямо здесь. Давай перейдем в спальню.

— Зачем? — Промурлыкала Рейчел, покусывая шею Лесли и спускаясь к ключице. Ее рука протиснулась к груди девушки. — Здесь нас никто не увидит.

Лесли невольно вздрогнула и ее соски мгновенно затвердели.

— Ммм. Мне очень нравится возбуждать тебя. — Рейчел расстегнула верхнюю пуговицу блузки Лесли и ее рука скользнула под тонкую ткань, а чувственные пальчики пробрались во внутрь шелкового бюстгальтера. — У тебя великолепная грудь, дорогая. Такая чувствительная.

Рейчел уверенно и нежно массировала грудь Лесли, задевая ее затвердевший сосок.

— О, Боже. — Прошептала Лесли, закрывая глаза и чувствуя, как наслаждение слабой волной прокатывается ниже и зарывается глубоко внутри нее. Где-то на краешке своего сознания она понимала, что что-то не так, но ощущения в ее теле кричали о другом. Дрожа и едва сдерживая себя, чтобы не поддаться хмельному огню желания, Лесли невероятным усилием воли заставила себя успокоиться и, положив руку на плечо Рейчел, мягко отодвинула ее. — Пожалуйста, Рейч. Не здесь.

Зеленые глаза Рейчел были затуманены, а дыхание вырывалось из ее груди короткими резкими толчками. Схватив Лесли за руку, Рейчел потянула ее в спальню. — Тогда давай поторопимся, дорогая, а то я сейчас взорвусь.

Возбужденная и смущенная, Лесли не могла разобраться в своих смешанных чувствах. Это была Рейчел, ее женщина и они сейчас не делали ничего, чем бы не занимались уже десятки раз до этого. А странное и пугающее чувство отстраненности появилось лишь потому, что они давно не виделись. Лесли принялась методично снимать с себя одежду. Рейчел поспешно скинула свою и нетерпеливо сорвала оставшуюся с Лесли. В следующий момент Рейчел затянула ее на постель и, перекатившись, оказалась сверху. Неистово протискиваясь меж ее бедер, Рейчел простонала ее имя и Лесли постаралась забыть о своей тревоге. Что бы ни происходило, что бы ни шло в разрез с ощущениями, в этом не было вины Рейчел. И сейчас Рейчел нуждалась в Лесли.

Обвив руками шею Рейчел, она прижала ее лицо к своей груди, выгибая спину навстречу ее страсти. Лесли знала, что таким образом Рейчел быстрее кончит и они смогут уснуть, а завтра все встанет на свои места.

Рейчел задрожала и вскрикнула. Спустя пару минут ее дыхание успокоилось и она сползла с Лесли, шутливо посмеиваясь. — Прости, дорогая. Я так долго была на взводе, что просто не выдержала…

— Я понимаю. Все в порядке. — Тихо ответила Лесли, натягивая на них одеяло. — Тебе нужно выспаться. Завтра тебе очень рано вылетать.

— Ты еще не кончила. — Прошептала Рейчел, поглаживая животик Лесли.

Лесли перехватила ее руку. Она была возбуждена. Она чувствовала влагу между своих бедер и томление внизу живота. Но она не хотела кончать. Напротив, она ощущала в себе ужасное желание расплакаться. Лесли повернулась набок и, повторив изгиб тела Рейчел, прижалась к ней. — Мне не нужно. Я себя еще не очень хорошо чувствую. Просто обними меня.

— Ты уверена? — Сонным голосом спросила Рейчел, поглаживая Лесли по волосам. — Ну, значит, утром…

— Спокойной ночи, Рейчел. — Лесли закрыла глаза, но еще долго лежала без сна в объятиях своей партнерши, слушая ее ровное, глубокое дыхание. Рейчел не была посторонней в их постели. Посторонней была Лесли.

Лесли наклонилась к открытому окну. — Веди осторожно. У тебя еще полно времени.

— Прости, что покидаю тебя так рано. — Сказала Рейчел, устанавливая в держатель на приборной панели походную кружку с кофе, сваренный для нее Эйлин. — Просто я хочу заглянуть в интернет-кафе в аэропорту, нужно проверить почту и подготовиться к слушанию.

— Удачи тебе в Детройте. Они даже не догадываются, с кем связались.

Рейчел ухмыльнулась. Она выглядела спокойной и уверенной и Лесли знала, что предстоящая схватка в суде причиной этому лишь отчасти. Рейчел разбудила ее на рассвете нежными ласками, которые довели ее до разрушительного оргазма прежде, чем она полностью проснулась. И пока Лесли все еще трясло от стихающих волн страсти, Рейчел взяла ее пальцы, погрузила в себя и быстро разрядилась, после чего поспешила в душ. Рейчел занималась любовью так же, как она делала все — умело и рационально.

— Все закончится быстро, но необязательно безболезненно. — Рейчел взглянула на часы и ее глаза блеснули. — Мне пора бежать, но знай, что эта поездка была именно тем, что мне нужно. Ты была великолепна. — Она завела машину и Лесли отступила назад. — Я позвоню тебе на недельке и расскажу про свое расписание. Пока, дорогая.

— Прощай. — Тихо сказала Лесли.

Рейчел поспешно выехала со стоянки, а Лесли не спеша направилась к гостинице. Через дверную сетку она слышала, как Эйлин расставляет закуски в столовой, но не стала заходить. Вместо этого она погрузилась в то же самое плетеное кресло, в котором она ждала приезда Рейчел прошлым вечером. Казалось невероятным, сколько всего произошло за какие-то двенадцать часов. Разум Лесли переполняли мысли о последних событиях.

Просто невероятно, сколько времени ей понадобилось, чтобы осознать, что кроме секса и работы их с Рейчел ничего не связывало. Лесли попыталась припомнить, когда в последний раз они разговаривали о чем-то кроме судебных дел, или проводили совместный вечер, в котором было нечто большее, чем несколько часов секса и сна. И не смогла вспомнить ни одного.

— Я заметила, что ты добавляешь много сливок в свой кофе. — Эйлин поставила кружку на столик возле Лесли и присела в соседнее кресло. — Надеюсь, у меня получилось сделать, как ты любишь.

— Спасибо. — Грустно улыбнулась ей Лесли. — Я стараюсь снизить свою зависимость от кофеина. Но возможно, вместо этого я заработаю тромбы в артериях.

— Рейчел уже уехала?

Горло Лесли сдавило, и она только кивнула в ответ.

— Вчера я не видела Дэв на вечеринке…

— Она ненадолго заглянула. — Тихо ответила Лесли.

— Наверное, есть лучший способ поговорить об этом, но я его не знаю. — Вздохнула Эйлин. — Ты выглядишь такой несчастной. Что случилось?

Лесли подтянула одну ногу на кресло и наклонилась вперед, положив подбородок на колено. Солнце взошло над лесом и озарило крыльцо теплым утренним сиянием. — Мне кажется, я очень сильно испортила свои отношения с Дэв.

На миг повисла тишина и потом Эйлин спросила. — Что случилось?

Лесли покачала головой. Она не собиралась рассказывать о том, что занималась сексом с Рейчел, в то время как большая часть ее сопротивлялась. И том, что утром, проснувшись от сокрушительного оргазма, ей хотелось верить, что это сделала Дэв. — Давай не будем об этом. Боже, я не могу обсуждать с тобой такие вещи.

— Это что-то, что, как тебе кажется, мать не в силах понять?

— Что-то вроде того.

— Тогда возможно тебе стоит поговорить об этом с Дэв.

— Зачем? — Резко спросила Лесли.

Поднявшись, Эйлин потрепала Лесли по голове. — Я видела тебя с обеими и не изменила своего мнения о том, в кого ты влюблена.

Лесли ничего не ответила, но возможно, мать была права.

Дэв повернула на стоянку и увидела Лесли. Она укладывала в джип свой багаж. И Дэвон почувствовала, будто проглотила кусок свинца.

Двадцать минут назад, вдруг ни с того ни с сего она ощутила резкий толчок нехорошего предчувствия и, бросив все дела в лаборатории, поспешила обратно в гостиницу. Все время пока она ехала, Дэв боялась, что Лесли уже уехала. Теперь же она не была уверена, что примчаться сюда было хорошей идеей.

Тем не менее, Дэв выбралась из машины и пересекла раскаленный асфальт, разделявший ее с Лесли. Лесли выглядела свежей и элегантной, и Дэв подумала, что сама она, должно быть, выглядит весьма паршиво, потому что ночью спала в одежде. — Когда ты уезжаешь?

Лесли ответила Дэв спокойным взглядом, хотя была счастлива видеть ее, но понятия не имела, что будет делать и говорить. — Примерно через час.

— Можешь прогуляться со мной?

— Конечно.

Дэв тихо шла впереди по узкой, усыпанной сосновыми иголками тропинке, ведущей от коттеджей к озеру с противоположной от гостиницы стороны. Никто никогда не спускался сюда. У берега она остановилась в полуметре от огромного каменистого выступа размером с автомобиль. Она протянула руку. — Путь будет не из легких, учитывая обувь, которая сейчас на тебе.

Лесли безмолвно взяла руку Дэв и осторожно взобралась на камень. В детстве Дэв любила загорать, лежа на таких камнях. Лесли присела рядом, и какое-то время, они молча наблюдали за скользящей по глади озера лодкой.

Повернувшись, Дэв посмотрела в глаза Лесли. — Прости меня за прошлую ночь, Лес.

— Я боялась, что все закончится как и в прошлый раз. — Призналась Лесли. Она чувствовала себя измотанной и практически опустошенной. — Ты так злилась. Я боялась, что ты слетишь с катушек, забудешь об осторожности и навредишь себе.

— Так и было. — Устало улыбнулась Дэв. — Я спала на диване таком же твердом, как гранитный камень.

Лесли тихо рассмеялась. — Выглядишь ты ужасно.

— Я чувствую себя ужасно. — Дэв погладила Лесли по щеке, и у нее перехватило дыхание. — Я… Боже. Мне так жаль, что я сорвалась. Я не сделала тебе больно?

— Нет.

На плечах Лесли остались синие отметины от пальцев Дэв. Утром она видела их в зеркале, когда принимала душ. Смешно, но Рейчел их даже не заметила.

— Я не хочу, чтобы ты уехала с мыслью, что я виню тебя во всем. — Дэв взяла руку Лесли прежде, чем осознала что делает. — То, что было, когда мы были детьми… давно в прошлом. Просто встреча с тобой напомнила о многом. И вчера все перемешалось.

— Я понимаю, о чем ты.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Дэв проснулась утром ничего не чувствуя, но с четкой уверенностью, что когда наконец осознает, что Лесли действительно уехала, ее душа будет болеть и очень долго. Она пообещала себе, что не станет пока говорить об этом. Она примчалась в гостиницу, потому что не могла позволить, чтобы боль и гнев остались в воспоминаниях об их последней встрече. На этот раз, она хотела, чтобы их расставание было наполнено любовью и дружбой.

— Вчера ты сказала… — горло Дэв внезапно сдавило, и она поспешила отвести взгляд. Через секунду, убедившись, что сможет сдержаться, она снова подняла свой взгляд на Лесли. — Ты сказала, что я была для тебя особенной… тогда.

— Ты была самым храбрым, самым сильным и самым замечательным человеком в моей жизни. — Руки Лесли дрожали, когда она взяла в них руки Дэвон. Поднеся ее пальцы к своим губам, Лесли нежно поцеловала их.

— Лес. — Прошептала Дэв, осторожно смахивая большим пальцем слезинки с глаз Лесли. — Не надо. Сейчас все хорошо.

Покачав головой, Лесли издала прерывистый вздох. — Никто никогда не понимал меня так, как ты.

— Любовь к тебе была самым лучшим, что случалось со мной в жизни. Я была для тебя особенной, и это делало меня сильнее. — Дэв встала на колени и ласково обхватила ладонями лицо Лесли. Наклонившись, она нежно поцеловала ее мягким, долгим поцелуем, который рассказал все, о чем Дэв боялась говорить вслух, когда была подростком и то, что она не хотела говорить никому другому. — Я люблю тебя, и никогда не буду жалеть об этом.

Лесли обхватила плечи Дэв, одной рукой поглаживая ее волосы, а другой спину. Она знала эту женщину, знала ее тело, ее душу — там, где никто другой не касался ее.

— Я тоже люблю тебя. — Прошептала Лесли, касаясь губами шеи Дэв, желая запечатлеть в своем сердце вкус и аромат ее кожи.

Дэв соскользнула с камня и протянула руки. Ухватившись за нее, Лесли последовала следом. Они стояли, сплетя пальцы, на берегу озера, которое всегда было главной декорацией самых лучших моментов в их жизни.

Спустя минуту Дэв промолвила. — Теперь, когда я буду смотреть на озеро на рассвете, или идти по освещенной лунным светом лесной тропинке, или просыпаться от утренних птичьих трелей, я всегда буду думать о тебе. — Она погладила Лесли по щеке и в последний раз поцеловала ее. — Если ты когда-нибудь устанешь от Манхэттена, разыщи меня.

— Обязательно. — Прошептала Лесли, отступая назад пока их руки не расцепились.

Оставив Дэв стоять на берегу, она возвращалась к своей жизни.

Глава двадцать четвертая

Телефон Лесли завибрировал в тот самый момент, когда она вышла из лифта подземной парковки. Она не хотела отвечать, потому что было уже почти восемь вечера и, если бы возникло что-то срочное, то кто бы это ни был, мог бы прислать ей е-мейл. Через полчаса к ней заедет Рейчел, и возможно, это звонила она, чтобы отменить их сегодняшнюю встречу. Лесли вытащила свой BlackBerry из портфеля, и ее сердце встрепенулось, когда на экране высветился номер гостиницы. А вдруг это Дэв? Мелькнуло у нее в голове.

— Алло?

— Привет, милая. — Услышала она голос Эйлин. — Я тебя не отвлекаю?

— Нет, я как раз выхожу с работы. — Ответила Лесли, чувствуя себя глупо и разочарованно одновременно. Зачем Дэв звонить ей? Они уже все сказали друг другу при прощании.

— Все еще работаешь допоздна?

— Это в принципе нормальный рабочий день. У вас все в порядке?

— О, да. Просто я давно тебя не слышала и… наверное, не стоит тебя задерживать если ты едешь домой.

— Нет, все хорошо. Я собиралась вам позвонить, но все эти дни было слишком много работы. — Лесли открыла машину, бросила портфель на заднее сиденье и вставила ключ в замок зажигания. Ей понадобилась значительная часть недели, чтобы наверстать упущенное на работе, и еще неделя, чтобы снова выйти вперед. Если она собирается взять небольшой отпуск в конце лета и снова съездить домой, то нужно все спланировать уже сейчас. К тому же, две недели напряженной работы помогли ей отвлечься от событий на озере, по крайней мере, на какое-то время. Но как только она оставалась наедине и не была занята работой, ее мысли снова возвращались к Дэв. Волна тоски прокатилась по ней и Лесли постаралась снова сосредоточиться на разговоре с матерью. — Как папа?

— Постоянно ворчит.

Лесли рассмеялась. — Ты не можешь найти ему никакого занятия? Он, наверное, сводит тебя с ума.

— Да, именно так, но теперь он может спускаться к лодкам и это уже хорошо. — Помолчав секунду, Эйлин спросила как бы мимоходом. — Как Рейчел?

— Нормально, кажется. — Лесли завела двигатель и переключила телефон на наушник с микрофоном. — Она вернулась на прошлой неделе, но мы обе были слишком заняты, поэтому еще не виделись. Вообще-то, она прямо сейчас должна ехать ко мне домой.

— Ну, тогда я точно не хочу тебя отвлекать.

Лесли почувствовала укол тревоги, но тут же поспешила отмахнуться от него. Может быть, стоит посоветоваться с мамой. Нет, она уже все обдумала и была уверена в своем решении. Это будет непросто, но Лесли приходилось справляться и с более сложными вещами. По крайней мере, она очень хотела убедить себя в этом.

— Как Дэв? — Лесли притормозила и провела пропуском по считывающему устройству на выезде из гаража.

— Я почти не видела ее с тех пор как ты уехала. Время от времени она заглядывает на завтрак или ужин. Она выглядит уставшей. Наверное, тоже много работает.

Лесли обдумывала, как задать следующий вопрос. — Как ваш бизнес? Натали говорила что-нибудь о заполнении туристических стоянок?

— Я с ней тоже редко пересекалась. Раз или два видела ее вместе с Дэв.

— В гостинице? — Осторожно спросила Лесли. — За ужином? Или за завтраком?

— Хм-м. Ты сейчас за рулем?

— Угу.

— Тогда я вешаю трубку, Лесли. Тебе лучше сосредоточиться на дороге.

Лесли улыбнулась. — Я знаю, мам. Я стараюсь.

— Вот и хорошо. Звони хоть иногда. Я скучаю.

— Я тоже. — Тихо ответила Лесли.

Рейчел сидела на диване в гостиной Лесли и, поглаживая тонкими, изящными пальцами хрустальные стенки бокала, потягивала Пино Нуар. Окинув Лесли оценивающим взглядом, она спросила:

— Так, давай посмотрим, я правильно тебя поняла? Ты хочешь изменить условия наших отношений, и в то же время ты ни с кем другим не встречаешься?

— Все верно. — Тихо ответила Лесли.

Рейчел забарабанила пальцем по краю бокала. — Ты не спишь ни с кем другим, но хочешь перестать спать со мной…

— Да.

— Прости за глупый вопрос, — Рейчел слегка наклонилась. — Просто мне казалось, что у нас с тобой все замечательно и в спальне и за ее пределами. По крайней мере, в спальне уж точно все в порядке.

— Так и есть.

Лесли знала, что будет сложно все объяснить. Не потому, что она боялась, что Рейчел сорвется или закатит сцену, но потому, что Лесли раньше никогда не давала понять, что хочет от их с Рейчел отношений чего-то большего. Она и не хотела до тех пор, пока не почувствовала, что такое настоящая любовь.

— Я обожаю, когда мы обсуждаем наши судебные дела и мне нравится быть с тобой. — Лесли потерла лоб. — Боже, Рейч, я очень хотела бы избежать стандартных фраз, но дело не в тебе. Дело во мне.

Рейчел слабо улыбнулась. — И теперь ты скажешь мне, что хочешь остаться друзьями.

— Я очень этого хочу. Если это возможно. — Лесли подняла свой взгляд на Рейчел и увидела в ее глазах смущение. Все шло не так. Рейчел заслуживала большего. Она заслуживала узнать правду. — Я ни с кем другим не встречаюсь. Но есть кое-кто, кого я люблю.

— Надеюсь, это женщина.

— Боже, да! — Коротко рассмеялась Лесли.

— Ты влюблена в другую женщину, но не спишь с ней.

— Я с ней даже не встречаюсь. Я же говорила, между нами нет никаких отношений.

Рейчел потрясла головой. — Я не успеваю за тобой, дорогая. Тебе придется мне это разъяснить.

— Когда я была на озере, то снова встретилась с… девушкой, которую знала раньше. Я была влюблена в нее в школе и, наверное, была влюблена всю свою жизнь. Теперь я это поняла и больше не могу быть с тобой.

— А она знает о твоих чувствах к ней? — Рейчел откинулась назад и скрестила ноги, ее угольно-черная строгая юбка задралась до середины бедра. Она положила одну руку на спинку дивана, ее жакет раскрылся, демонстрируя блузку, которая натянулась на груди.

Это была соблазнительная поза и Лесли знала, что Рейчел прекрасно об этом знает. Лесли отвела взгляд. — И да, и нет. О том, что было раньше, знает. О том, что теперь, не уверена.

— Значит, ты делаешь благородный жест, прежде чем вы с ней…

— Нет. — Оборвала ее Лесли. — Я не… У нас нет никаких планов.

— Ты собираешься порвать со мной из-за школьной любви? — Тон Рейчел был скорее недоверчивый, чем раздраженный. — И ты даже не собираешься добиваться ее?

— Я сейчас слишком плохо соображаю, Рейч. Не думаю, что сейчас я могу быть с кем-то вообще.

— Может быть, тебе надо еще немного отдохнуть. Я никогда не видела тебя такой.

— Ты имеешь в виду такой эмоционально разбитой? — Лесли знала, что всегда выглядела предельно собранной, потому что всегда контролировала свои чувства. Но сейчас у нее не получалось вернуть все как прежде. Она не могла не думать о Дэв, о своих чувствах к ней и о том, чего она не чувствует к Рейчел. У нее не получалось сосредоточиться только на работе и довольствоваться случайным сексом. Часть ее теперь всегда думала о Дэв. Где она сейчас, что она делает, с Натали она или нет? Счастлива ли она? Скучает ли по Лесли так же, как Лесли скучает по ней?

— Пара недель отпуска ничего не изменит. — Тихо ответила Лесли. — И мне кажется нечестным встречаться с тобой, когда все мои мысли совсем о другой.

— Да, радоваться тут нечему.

Лесли закрыла глаза и слабо улыбнулась. — Я и не радуюсь, просто это то, что я должна сделать.

— У нас все замечательно в сексе и мы наслаждаемся компанией друг друга. Ты ни с кем не встречаешься и я тоже… — Поднимаясь, Рейчел поставила свой бокал на стол и скользнула к Лесли. Она приподняла ее подбородок, не отрывая глаз от ее губ. — Зачем от всего этого отказываться?

Лесли почувствовала нежность знакомых губ. Длинные пальцы принялись ласкать ее шею, а теплая ладонь слегка сжала ее грудь. Под умелыми пальцами ее сосок затвердел, и Лесли услышала одобрительное бормотание Рейчел. Очень осторожно Лесли подалась назад, прерывая поцелуй и прикосновения.

— Рейчел, мое сердце не расположено к этому. Я так не могу. Прости…

Рейчел выпрямилась. — Я не собираюсь ждать.

— Я и не думала, что ты будешь. — Лесли тоже встала. — И я не стану просить тебя об этом.

— Но. — Начала Рейчел, пробегая пальцами по щеке Лесли. — Найти другую займет некоторое время, мне кажется. Особенно кого-то, кто будет так же хорош в постели. Так что звони, если соскучишься.

— Ты тоже звони. — Мягко сказала Лесли, зная, что Рейчел не станет. У Рейчел не было времени на друзей, поэтому и друзей у нее не было. У нее были только коллеги, чтобы было на ком оттачивать свой ум и любовница, чтобы удовлетворять ее тело. Лесли сомневалась, что Рейчел долго пробудет одна. Она загоралась слишком быстро и ярко, и не могла оставлять свои нужды неудовлетворенными. — Прости меня. Я не хотела сделать тебе больно.

— Я понимаю, дорогая. — Взгляд Рейчел стал холодным, а выражение лица безразличным. — Я буду скучать по тебе, но не буду страдать. Если бы я была человеком, способным страдать, то ты бы, наверное, не ушла от меня.

Лесли ничего не сказала. Даже если бы она считала, что Рейчел будет убита горем, то все равно бы нашла способ расстаться. Никому не было хорошо от притворства.

— Береги себя, Рейчел. — сказала Лесли, провожая ее до двери.

Рейчел взяла свои ключи и портфель. — Лесли, я никогда не думала, что смогу обвинить тебя в трусости. Если ты любишь эту женщину, то, черт подери, сделай что-нибудь.

— Спасибо, господин адвокат. — С легкой улыбкой ответила Лесли. — Я рассмотрю такую возможность со всей серьезностью.

— Уж постарайся. Я никогда не ошибаюсь. Прощай, дорогая.

Закрыв за Рейчел дверь, Лесли вернулась в гостиную и взяла свой бокал. Она медленно потягивала вино, сидя в полном одиночестве. И это наполняло ее чувством свободы и страха одновременно.

Дэв притормозила служебный джип у въезда на пустую туристическую стоянку, и Натали, соскочив с подножки, побежала по тропинке к месту, отведенному для шашлыков. В ее обязанности входило проверять потушен ли огонь после пикников. Прибежав обратно, она просунула руку в открытое окно и снова пристроилась снаружи двери.

— Всего пять осталось. — Улыбнулась она Дэв.

— Ты мне не говорила, что я должна буду заработать свой ужин.

— Я сказала, что ты можешь подождать меня в офисе.

— Так быстрее. — Ответила Дэв, сворачивая на последнее ответвление дороги, петлявшей между стоянками. — К тому же, если бы я осталась в офисе, мне пришлось бы выслушивать жалобы Джимми на жару.

— И насекомых.

— И туристов.

— И… — Натали рассмеялась и снова спрыгнула, когда Дэв притормозила в очередной раз.

Когда они продолжили свой путь, Натали спросила. — Есть какие-нибудь новости от Лесли?

— Нет. — Ответила Дэв, смотря прямо перед собой.

— Ты ей не звонила?

— Нет

— А собираешься?

Дэв отрицательно покачала головой.

— Могу я спросить почему?

— Ко всему прочему, у нее есть подружка.

— А…

— Твоя остановка. — Сказала Дэв, нажимая на педаль тормоза.

Натали проверила последние несколько стоянок пешком, а Дэв ехала по параллельной узкой дорожке. Вернувшись в машину, Натали села на пассажирское сиденье и положила руку на колено Дэв. — Прости.

— За что? — Недоуменно взглянула на нее Дэв.

— За то, что затронула эту тему. Я подождала две недели, мне казалось этого достаточно.

— Все хорошо. — Дэв свернула на стоянку за офисом егерей. Две недели. Они пролетели как две минуты. Дэв все еще чувствовала тепло рук Лесли в ее руках. Все еще слышала ее голос, ощущала тонкий аромат ее духов. Лесли была вокруг, но больше всего она была внутри, в ее мыслях. Она была частью ее жизни, и так было, сколько Дэв себя помнила.

— Эй, Дэв, не засыпай. В воспоминаниях нет ничего кроме боли.

— Я знаю. — Сказала Дэв. — Все в порядке.

— Еще не совсем, но время лечит.

— Твоя дружба много для меня значит. Спасибо.

— Даже не начинай. Мы подруги. И это значит, что ты не обязана благодарить меня.

Дэв улыбнулась и сдала назад, паркуясь на свободном месте. — Да-да.

— И я все еще собираюсь кое-что предпринять по этому поводу. — Натали наклонилась и нежно прикусила мочку уха Дэв. — Но я дам тебе чуть больше времени, чтобы подготовиться. Скажем, день. Может быть, два.

— Спасибо, что предупредила. — Рассмеялась в ответ Дэв.

— Обращайся. — Похлопала Натали по коленке Дэв.

— Я пока совсем не готова для отношений, Нат. — Тихо сказала Дэв, пока они закрывали машину.

— Не можешь ее забыть?

Дэв покачала головой. Лесли всегда была в ее мыслях, в ее снах. Лесли была внутри нее.

— Я могу помочь. — Натали взяла руку Дэв, пока они шли к внедорожнику.

— Ты и так помогаешь.

Натали рассмеялась:

— Я имела в виду в более активном смысле.

— Я знаю. — Улыбнулась Дэв.

— Так что, когда я сделаю тебе серьезное предложение… — Натали сделала выразительную паузу, прежде чем открыть машину. — Ты мне прямо скажи, интересует тебя это или нет.

— Нат, — осторожно сказала Дэв. — Я не хочу обманывать тебя. Я не дума…

— Нет-нет. — Тебе придется подождать, пока я сделаю предложение, чтобы отвергнуть его.

Дэв кивнула, поднимая руки и принимая свое поражение. — Хорошо. И чтобы ты не подумала, что я испугалась и сбежала, я сразу скажу тебе, что в конце месяца на пару дней собираюсь уехать из города.

— Ого? Что случилось? — Натали справилась с замком, и они сели в машину.

— Я записана для участия в качестве эксперта в судебном процессе об индустриальном загрязнении рек в северной части штата. Дату заседания постоянно переносили, но меня известили, что оно, наконец, состоится.

— Так значит, ты отправляешься на север?

— Нет. — Тихо ответила Дэв. — Суд будет в Нью-Йорке.

— А… — выворачивая на трассу, Натали бросила быстрый взгляд на Дэв. — И?

Дэв покачала головой — И ничего.

— Ну и ладно. — Натали положила свою руку на руку Дэв и, легонько сжав, сразу отпустила. — Значит, моим намерениям ничто не угрожает.

Дэв улыбнулась, но в глубине души она опасалась, что этого времени будет мало, чтобы забыть Лесли.

Глава двадцать пятая

— Я покину тебя на остаток вечера, Стеф. — Обратилась Лесли к своей помощнице. — Немного позже проверю сообщения и перезвоню тебе, если будет что-то срочное.

— Наконец-то берешь отгул на пару часов? Ты вернулась месяц назад и мне кажется, что с тех пор была здесь каждый день. — Стефани пригвоздила ее укоризненным взглядом и понизила голос. — Разве тебе не нужно изменить свой обычный распорядок? Отдыхать время от времени?

Лесли наклонилась, опершись обеими руками на стол Стефани, и прошептала в ответ. — На самом деле я отдыхала. Каждый день я заканчивала работу в восемь.

Стефани покачала головой. — Это не совсем уж отдых.

— Со мной все будет хорошо. Если что, я в суде.

— Подожди! — Стефани быстро пролистала свой календарь. — Я же помогаю тебе на каждом процессе. Разве я что-то забыла?

— Нет. — Лесли закинула на плечо ремень своего портфеля и направилась к двери. — Я просто хочу кое-где поприсутствовать.

— Что…

Не оборачиваясь, Лесли помахала ей рукой и исчезла в коридоре. Сорок минут спустя она тихонько проскользнула на задний ряд одного из залов федерального суда. Лесли устроилась за довольно массивным мужчиной и стала делать заметки по одному из своих будущих дел, слушая вполуха свидетельства тех, кого вызывал суд. Она мысленно отметила, что государственный обвинитель был хорошо подготовлен и вопросы, которые он задавал, выдавали его острый ум. Однажды она противостояла ему в суде, и это закончилось не очень хорошо. Для него. Лесли улыбнулась своим воспоминаниям. Молодой адвокат, представляющий корпорацию, которую обвиняли в сбросе отходов в необеспеченную нужным образом дренажную систему и загрязнении близлежащей реки, тоже был не лыком шит.

Двадцать минут спустя, после того как пришла Лесли, дверь снова открылась и вошла Дэв. Лесли немного отодвинулась, чтобы Дэв не заметила ее. Она не хотела нарушить ее сосредоточенность. Достаточно было, что ее собственная разлетелась на осколки, как только она увидела Дэвон. Поэтому она убрала свои заметки в портфель и приготовилась просто наблюдать. Пройдя по центральному проходу, Дэв села во втором ряду. Лесли со своего места хорошо видела ее профиль. Для заседания Дэв надела темный костюм и светлую рубашку. Ее каштановые волосы касались плеч и слегка завивались на концах. Она загорела, ее кожа сияла здоровьем, как часто бывает у женщин, которые работают на природе, но под всем этим лоском она казалась уставшей. И немного похудевшей. Она выглядела чертовски привлекательно, и Лесли пришлось сделать несколько глубоких вздохов, чтобы успокоить бабочки в своем животе.

Когда государственный обвинитель вызвал Дэв для свидетельствования, Лесли сместилась за мужчину, чтобы Дэв не могла ее увидеть. Обычно свидетелей инструктируют смотреть только на присяжных или на юриста, задающего вопрос. Они редко разглядывают присутствующих. Лесли прекрасно слышала Дэв, и ей не нужно было видеть ее, чтобы знать, как она выглядит, отвечая на вопросы. Внимательный взгляд ореховых глаз, открытое и чувственное выражение на красивом лице.

Дэв избегала трудных научных терминов и оперировала понятными любому человеку аргументами, которые должны были гарантированно повлиять на жюри присяжных. Ее манера говорить придавала еще большее значение ее словам, как мнению эксперта, защищающего реку и ее обитателей. Зная Дэв, Лесли понимала, что каждый ее ответ не был заранее продуман, а отражал ее реальное мнение.

Когда защитник частной компании начал перекрестный опрос в агрессивном тоне, Лесли лишь покачала головой, пожалев его. Она немного сдвинулась, чтобы видеть лицо Дэв, а та возражала каждому резкому слову адвоката в своей спокойной, уверенной манере. После очередного, слишком саркастически заданного вопроса, в лице Дэв что-то изменилось. Ее глаза загорелись, а черты лица обострились. Лесли затаила дыхание.

Дэв наклонилась вперед и посмотрела на адвоката так, будто он только что сказал самую глупую вещь на свете. Затем она повернулась к присяжным и пододвинула микрофон чуть-чуть ближе к себе, хоть ее голос и без этого был хорошо слышен. Присяжные очевидно с нетерпением ждали каждого ее слова, предчувствуя важное заявление, которое сейчас должна сделать Дэв.

— Вы должны понять, рыбы тоже люди. — Начала Дэв, стараясь встретиться глазами с каждым членом жюри.

Лесли закусила губу, чтобы подавить возглас одобрения и, радуясь, что это не ей нужно противостоять Дэв. Было очевидно, что все присяжные до единого верили каждому ее слову. Корпорация могла точно так же сбрасывать свои отходы на их заднем дворе, потому что именно так они теперь относились к этой загрязненной реке. Изящной силой своих убеждений Дэв сделала это решение личным для каждого члена жюри присяжных.

Лесли ненавидела, когда противостоящая ей сторона использовала ее же приемы против нее и, Лесли еще не видела, чтобы кто-то делал это лучше. Адвокат, очевидно, полностью разделял мнение Лесли и поспешил продолжить перекрестный опрос.

Завершив свое выступление, Дэв сошла со свидетельской трибуны, и на миг замерла, склонив голову и как будто к чему-то прислушиваясь, хотя в зале стояла полная тишина. Затем она развернулась и пошла на свое место, не отрывая взгляда от Лесли.

Лесли поприветствовала ее легким кивком, с волнением ожидая ответа. Дэв улыбнулась ей, той самой приветливой улыбкой, которой она встречала Лесли уже тысячу раз. От этой улыбки Лесли всегда чувствовала себя красивой и особенной. Так же было и сейчас.

Дэв взглянула на часы, стараясь не выдать своего волнения. Когда она закончила свое свидетельство, был уже поздний вечер и она знала, что заседание в любую минуту будет завершено на сегодня. Она хотела убедиться, что ее больше не будут вызывать как свидетеля, и после этого найти Лесли. Первая встреча за целый месяц, проведенный в постоянных мыслях о ней едва не заставила Дэв забыть обо всем. Сначала она подумала, что это какая-то галлюцинация, вызванная тем, что Дэв все три часа в поезде мысленно прокручивала в голове каждый разговор, который был у них с Лесли. К счастью, она уже знала все детали дела и ей не нужно было их заново просматривать, потому что, чем ближе она была к Нью-Йорку, тем труднее ей было сосредоточиться на предстоящем суде. От одной только мысли, что они с Лесли будут в одном городе, сердце готово было выпрыгнуть из ее груди. Дэв понимала, что это глупо, но ничего не могла с собой поделать.

А теперь, когда она увидела ее, сидящую в зале суда, такую спокойную и невозмутимую, в деловом костюме и с неброским макияжем, это едва не свело Дэв с ума. Ей обязательно надо поговорить с ней. Просто поговорить. Подруги ведь могут просто поболтать? Это же нормально.

Но живот Дэв скручивало как будто от голода, хотя она не была голодна. Ее кожу покалывало, и она намагничивалась, как воздух во время грозы, за мгновение до разряда молнии. И это не было нормальным.

Дэв посмотрела на свои руки. Они дрожали.

Она снова себя обманывала. Но это уже не важно. Она все равно должна увидеться с Лесли. Просто увидеться.

— Отличная работа. — Прошептал государственный обвинитель, резко возвращая Дэв из ее мыслей к реальности. Она огляделась и увидела, что ложа присяжных уже опустела, и присутствующие тоже начинали расходиться. Быстро обернувшись, Дэв обыскала глазами зал, но не смогла увидеть Лесли, проход уже был заполнен выходящими людьми.

— Я вам больше не понадоблюсь? — Торопливо спросила Дэв.

— Не думаю. Если вы можете побыть здесь до завтрашнего дня, то я позвоню и скажу точно. Я полагаю, вы остаетесь в городе на ночь?

— Да. Я остановилась в Хилтоне на пересечении пятьдесят четвертой и шестой улиц.

— Как вы смотрите на то, чтобы поужинать со мной. Думаю, мы уже можем праздновать победу. Вы так хорошо…

— О, нет, спасибо. — Ответила Дэв, боком отступая к центральному проходу. — Я очень ценю это приглашение, но у меня назначена другая встреча. Позвоните мне и расскажите про завтрашний день.

— Хорошо. Еще раз, спасибо!

В проходе стало свободнее и Дэв удалось быстро протиснуться через двойные двери в коридор. Лесли там не было. Боль от разочарования оказалась столь острой, что у нее перехватило дыхание. Почувствовав, головокружение, Дэв даже засомневалась, что на самом деле видела Лесли. Машинально она нажала кнопку вызова лифта и поехала вниз к холлу.

Она была уже на полпути к главному выходу, когда услышала свое имя.

— Дэв?

Развернувшись на месте, Дэв увидела ее, стоящую в стороне под мраморной аркой. Несколько секунд Дэв смотрела на нее, слушая как громко стучит ее сердце. Когда Лесли не исчезла, Дэв решилась осторожно приблизиться.

— Лес?

— Привет. — Улыбка Лесли казалась застенчивой.

— Что ты здесь делаешь?

— Мама рассказала, что ты приедешь, чтобы свидетельствовать в суде и я подумала, что нужно сделать небольшую разведку и узнать, чем вооружена противоположная сторона. — Лесли откинула волосы со своего лица — нервный жест, совсем на нее непохожий.

Впервые после того, как Лесли наконец осознала, что происходит между ними, Лесли оказалась наедине с Дэв. Несокрушимые барьеры недосказанности пали. Она еще никогда ни с кем так не нервничала, ни с Майком на их первом свидании, ни с Рейчел, когда они в первый раз занимались любовью. Единственный человек, при котором она чувствовала такое волнение, была Дэв, много лет назад. Тогда Лесли не смогла распознать, что это означает, но теперь она знала наверняка. — Ну, знаешь, полевые исследования.

— А. Ага. — Дэв не могла скрыть дурацкую улыбку. Ее голова шла кругом почти так же, как пятнадцать лет назад, когда она уходила из школы позже всех, потому что была наказана за опоздание или пререкания с учителем, а Лесли ждала ее. Все обиды и огорчения исчезали от одной улыбки Лесли. Дэв прислонилась плечом к мраморной колонне. Проблеск былой девчонки-тинэйджера мелькнул в этой позе.

— И так, госпожа адвокат. Что вы думаете?

Лесли придвинулась ближе, как будто их притягивало магнитом, и она была не в силах противостоять этому притяжению. Она едва сдержала себя, чтобы не скользнуть рукой под жакет Дэв и не прикоснуться к ней. Пальцы дрожали, требуя контакта.

— Я думаю, что ты была великолепна. Если я когда-нибудь увижу твое имя в списке свидетелей, то буду сразу рекомендовать соглашение сторон. — Голос Лесли звучал хрипло, но его она уже не могла контролировать.

Дэв рассмеялась, понимая что Лесли с ней заигрывает. И это было так здорово. Так здорово поддразнивать ее снова. Раньше ей казалось, что это озеро создает вокруг них магию, заставлявшую весь остальной мир исчезать. Наверное, она ошибалась, потому что сейчас они находились очень далеко от озера, но ощущения были те же. Магия. Глядя как счастье струится из глаз Лесли, она чувствовала как вновь пробуждаются ее мечты.

— Позволь мне пригласить тебя на ужин. — Выпалила Лесли. — Ты же не возвращаешься прямо сейчас?

Даже если бы Дэв собиралась ехать домой, она тут же изменила бы свои планы.

— До завтра я здесь.

— Где ты остановилась?

Дэв рассказала ей, поднимая свою сумку с вещами. — Мне, наверное, надо заехать в отель. — Но она не сдвинулась с места, не в силах выпустить Лесли из виду. — Где мы можем встретиться?

— Почему бы мне не поехать с тобой? — Спросила Лесли.

Оттого что каждый ее нерв, казалось, был натянут до предела, Лесли не могла четко мыслить. С тех пор, как неделю назад ее мать рассказала о судебном процессе Дэв, она разузнала все детали дела и с нетерпением ждала встречи с ней. С приближением назначенной даты ее нетерпение, отчасти возбуждение и отчасти нерешительность возросли настолько, что, в конце концов, ей едва удавалось поспать. Сейчас Дэв стояла перед ней и Лесли не собиралась терять ни минуты драгоценного времени.

— Мы можем пойти куда-нибудь прямо из твоей гостиницы.

— Конечно. Отличная мысль. — Дэв подумала, что любая мысль будет отличной, пока она может оставаться с Лесли. Как наркоман или алкоголик, который знает, что утром проснется в холодном, липком поту сожалений и раскаяния, но все равно тянется рукой к очередной рюмке, так и Дэв тянулась к руке Лесли. Она не думала о боли, которая неизбежно настигнет ее завтра. Сегодня терзающие ее, так и не зажившие до конца, раны, успокоятся на несколько милостивых часов.

— Идем.

Не выпуская руки Дэв, Лесли поймала такси и они забрались на заднее сиденье. Водитель с безрассудностью самоубийцы лавировал в плотном потоке машин и их бедра касались друг друга. В какой-то момент, машину дернуло так сильно, что Лесли бросило на Дэв и та машинально обняла ее за плечи. Чтобы сохранить равновесие Лесли обхватила талию Дэв, но когда такси продолжило двигаться по более-менее ровной траектории, она не сдвинулась с места.

Дэв смотрела прямо перед собой через лобовое стекло, но не видела, ни машин, ни дорожных знаков. Для нее сейчас не существовало ничего, кроме божественного ощущения Лесли. Сердце Дэв колотилось. Или это было сердце Лесли. Кровь толчками пульсировала в ее груди, в глубине живота пылало огнем, она дрожала, чувствуя, как возбуждение волнами прокатывается по ее телу. Она поглаживала Лесли по руке и ее пальцы горели.

— Я не могу так, Лес. — Прошептала Дэв, понимая, что в отличие от наркомана в ней нет снисхождения к своей зависимости. Удовольствие испепелит ее задолго до рассвета. — Я думала, что смогу. Но я не могу.

— Не можешь что? — Прошептала Лесли, сквозь опущенные ресницы наблюдая, как бьется пульс на шее Дэв. Ее тело было напряжено словно созревший плод, готовый лопнуть.

— Я не могу находиться в такой близости с тобой. — Дэв задрожала, почувствовав, как Лесли положила свою ладонь на ее живот и слегка погладила его.

— Ты дрожишь. — Лесли отодвинулась, с тревогой вглядываясь в лицо Дэв, и ее сердце едва не утонуло в темных глазах. — О Боже, Дэв, что случилось?

— Мне казалось, что мы можем остаться подругами. Проводить время вместе как подруги… — ее голос сорвался и Дэв судорожно сглотнула. — Но я не могу. Не сейчас. — Она отодвинулась от Лесли, но этого оказалось недостаточно. Трех сотен километров было мало. Не хватило бы и трех тысяч. — Мне придется отказаться от ужина.

— Хилтон. — Объявил водитель, резко останавливаясь.

Лесли не обратила на него никакого внимания, ее взгляд был сосредоточен на Дэв.

— Я поднимусь вместе с тобой. Мы только поговорим. Пожалуйста, Дэв.

В голосе Лесли была боль, Дэв слышала ее. И она представила, что если ей придется смотреть вслед такси, увозящему Лесли, то закончится это тем, что она завоет, словно дикое животное, попавшее в капкан. Она не могла ее отпустить и в то же время находиться рядом с ней, было все равно, что умирать миллиметр за миллиметром. Но если уж выбирать из двух несчастий, то она предпочтет то, о чем всегда мечтала. Лесли.

Не произнеся ни слова, Дэв кивнула и выбралась из такси. Пока Лесли расплачивалась с водителем, она обошла машину, открыла дверь и протянула ей руку. Пальцы Лесли сомкнулись на ладони Дэв, и это прикосновение едва не выбило из нее дух. Разве она могла сказать «нет»? Ей было бы проще приказать своему сердцу остановиться.

Глава двадцать шестая

Дэв нетерпеливо поглядывала через плечо, пока администратор отеля возился с ее кредиткой и программировал ключ от номера. Лесли все еще была на месте и ждала в холле. Она казалась совершенно спокойной и сидела в мягком кресле, скрестив стройные ноги, положив одну руку на спинку и повернувшись в сторону Дэв, которую в данный момент нельзя было назвать хоть сколько-нибудь спокойной. Ей нужно было что-нибудь, чтобы успокоить нервы, все равно что: сигарета, алкоголь, хоть что-нибудь. Но она не курила и очень редко выпивала больше одного-двух бокалов вина, а то, в чем она нуждалась, находилось в нескольких шагах от нее. Лесли. Боже, как она была нужна ей.

— Вот, готово. — С улыбкой сказал администратор. — Приятного пребывания у нас, доктор Вебер.

— Спасибо. — Ответила Дэв, отмахиваясь от носильщика и запихивая бумаги в карман жакета. С пластиковой карточкой-ключом в одной руке и сумкой в другой, она подошла к Лесли. — Все готово. Если хочешь подождать меня здесь, я могу отнести свои вещи наверх и спуститься через пять минут. И если ты голодна, то мы сразу пойдем ужинать.

Лесли встала и покачала головой. Она взяла карточку из пальцев Дэв и просунула туда свою ладонь. — Идем наверх.

— Хорошо.

Это было ошибкой, и Дэв знала об этом. Но она не могла представить себя сидящей напротив Лесли в ресторане, делая вид, что голодна и пытаясь вести непринужденную беседу. В отеле они хотя бы не будут зажаты в социальные рамки. На десятый этаж они ехали в полной тишине и их плечи соприкасались, когда они отступали, чтобы дать место другим постояльцам. Все это время Лесли держала свою руку в руке Дэв и их пальцы были переплетены.

Дэв нашла свой номер, поставила багаж на пол и протянула руку за карточкой. — Все хорошо?

— Да. Все замечательно. — Проворковала Лесли, думая о том, что если Дэв сейчас же не откроет дверь, то сама будет виновата в том, что случится прямо в коридоре. Дэв выглядела такой обеспокоенной и неуверенной, и Лесли понимала причину. Дэв всегда была рядом, всегда знала, что чувствует к ней и терпеливо ждала, пока Лесли поймет это. А теперь, Дэв не доверяла ей.

Внезапно Лесли поразила ужасная мысль, что Дэв могла перестать ждать и решила жить дальше. Может быть, ее сомнения в такси были не от того, что она не доверяла чувствам Лесли, а потому, что она больше не была свободна. Лесли испугалась, не в силах представить, что она может потерять Дэв. — Поторопись, Дэв.

Удивляясь настойчивости Лесли, Дэвон провела карточкой по замку и распахнула дверь. Забросив свою сумку в номер, она придержала дверь для Лесли. Ей хватило одного взгляда, чтобы осмотреть номер. Лесли сделала шаг навстречу Дэв, на ее лице было выражение, которое Дэв еще не доводилось видеть. Ее влажные, блестящие губы были слегка приоткрыты, а голубые глаза сияли, как гладь озера под лучами солнца и неотрывно смотрели на Дэв. Волна жара обдала Дэв настолько неожиданно, что у нее перехватило дыхание, и она отступила на шаг, как будто могла сбежать. Ее спина уперлась в дверь и Дэв беспомощно подняла руки, сдаваясь на милость Лесли.

— Лес, не надо.

— Почему? — Промурлыкала Лесли, поглаживая пальцами край жакета Дэв.

— Я не выдержу. — Прошептала Дэв в ответ. — Мне так тебя не хватало и я так сильно тебя хочу.

Обеими руками Лесли раздвинула лацканы жакета Дэв и провела вдоль линии ключиц, одновременно вжимаясь нижней частью тела в Дэв. Она чувствовала внутреннюю борьбу Дэв, та из последних сил пыталась сдержать свою страсть. Страсть, которую Лесли жаждала высвободить прямо сейчас. Боже, как она хотела, чтобы Дэв все еще желала ее так же безумно, как раньше. — Мне тоже тебя не хватало. Очень. Поцелуй меня. Дэв, пожалуйста.

— Ты меня сломаешь. — Хрипло предостерегла ее Дэв. — Если я поцелую тебя, то уже не смогу остановиться. Только не в этот раз. Не смогу…

— Я не хочу, чтобы ты останавливалась. — Рука Лесли ласкала шею и затылок Дэв, вплетаясь пальцами в ее волосы. Она медленно потянула, слегка запрокидывая голову Дэв назад, и прижалась нежными губами к ее шее. — Делай все что хочешь, только не останавливайся.

Дэв издала звук, в равной мере похожий на стон и всхлип. Ее ладони упирались в дверь и пальцы изогнулись, желая впиться в металл. Если она поддастся искушению, если коснется Лесли — она сама боялась того, что может сделать. Она хотела ее, хотела с тех пор как повзрослела настолько, чтобы понять свою страсть к женщине. И годы отрицания очевидно обострили ее желание до пограничного состояния, слишком близкого к первобытному инстинкту, когда секс служил размножению, а не удовольствию. Ее желание находилось за пределами разумного, просто без Лесли умрет какая-то очень важная часть ее самой. Она понимала, почему звери рвут и царапают своих партнеров в неистовстве соития. Точно такая же страсть жгла Дэв изнутри безжалостным, яростным огнем.

— Я боюсь, что могу сделать тебе больно.

Рассмеявшись, Лесли лишь плотнее прижалась бедрами к Дэв. В ее глазах светилось ликование, груди затвердели от возбуждения, а бедра начали вращаться в медленном приглашающем танце. Она сжала одну руку в волосах Дэв, а другой обняла ее за талию, и, вонзив ногти в плоть через тонкую ткань рубашки, притянула ее к себе.

— Ты не сделаешь мне больно. Не сможешь. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты взяла то, что принадлежит тебе.

Лесли чеканила каждое слово следами своих зубов на шее Дэв, совершенно не заботясь об отметинах, которые оставляла. Все эти годы она не знала, что такое страсть, что такое желание, что значит принадлежать кому-то. Казалось, будто ее тело пробудилось от долгого сна. Страсть бурлила в ней, словно погребенная тысячелетиями лава, наконец, нашла выход к свободе. — Ты так нужна мне, Дэв. Пожалуйста, прошу тебя. Боже, пойдем в постель.

Дэв не могла дышать. Лесли была рядом, ласкала ее, возбуждала ее, проникала в каждую клеточку и распахивала дверцу желанию, томившемуся в ней всю жизнь. Все ее тело дрожало, невыносимое напряжение сковало грудь и живот, готовое в любой миг прорваться.

— Рейчел… как же…

— Ее больше нет. — Лесли обняла Дэв обеими руками, сцепив их за ее спиной. — Мы расстались. Я должна была это сделать. — Она откинула голову назад, ее лицо светилось желанием, о котором молили ее глаза. — Я хочу тебя. Помоги мне, Дэв. Прикоснись ко мне.

Дэв сделала вдох, потом еще, и каждый был слаще предыдущего. Боль и напряжение отступали, сменяясь удовольствием. Зверь был освобожден, все еще опасный, но уже не загнанный. Больше не терзаемый. Впервые в жизни, она была рада своей страсти.

— Я люблю тебя, — прошептала Дэв, лаская лицо Лесли так нежно, как будто она держала новорожденного птенца. Она коснулась губами губ Лесли, таким нежным, словно пух:

— И всегда любила.

Закрыв глаза, Лесли откинула голову, предлагая свою шею для поцелуев. — Прости меня.

Дэв поцеловала ее шею, ямочку у самого основания и обнаженную часть груди в V-образном вырезе блузки. — Не говори так. Ни сейчас, ни потом. — Дрожащими пальцами Дэв расстегивала блузку Лесли пуговицу за пуговицей. Осторожно вытянув блузку из-за пояса юбки Лесли, она обнажила стройный живот и обтянутую атласом грудь. Дэв провела руками по груди, и Лесли выгнулась к ней, помогая освободить себя от одежды.

— Я мечтала об этом. — Проговорила Дэв. От ее прикосновений соски Лесли затвердели, Дэв чувствовала их даже через шелковую материю. — Я хочу исследовать каждый сантиметр тебя.

— Никогда раньше я не была так возбуждена. — Задыхаясь, предупредила ее Лесли. — Я едва сдерживаю оргазм.

— Все в порядке, если не можешь больше терпеть. — Дэв прошлась языком по пухлой губе Лесли и нежно ее прикусила. — Я буду любить тебя всю ночь.

— Я очень этого хочу.

На этот раз поцелуй Дэв был более проникновенным, ее пальцы зажимали и разжимали соски Лесли сквозь атласную ткань, пока ее язык исполнял чувственный танец во рту возлюбленной.

— Пойдем в постель? — Прошептала она на ушко Лесли.

Бедра и живот Дэв изнывали от постоянных попыток сдержаться и не спешить. Происходящее пьянило и казалось нереальным. Стоны, издаваемые Лесли, то, как она дрожала, отвечая на ласки, настойчивые движения и легкие нажимы ее бедер создавали сладостные колебания в глубине Дэв. Ее тело жаждало прикосновений, и Дэв с трудом удавалось сдерживать свою страсть.

— Да. Прошу тебя, пойдем прямо сейчас. — Простонала Лесли, прижавшись лбом к плечу Дэв.

Не размыкая рук и губ, спотыкаясь на ходу, они продвигались к постели. В спешке расстегивая пуговицы и застежки, они, наконец, почти избавились от одежды.

— Позволь мне. — Остановила ее Дэв, когда Лесли потянулась к застежке своего шелкового бюстгальтера.

Внутри Лесли все трепетало от возбуждения, и от одного прикосновения к ее обнаженной груди, ее дыхание задержалось на резком вдохе, будто это было впервые в ее жизни.

— О, да! — Одобряющий выдох вышел из грудины Лесли, прежде чем она смогла бы его перехватить.

Пальцы Дэв скользнули под тонкие лямки, и освободили плечи любимой девушки. Наклонив голову, она принялась покрывать поцелуями грудь Лесли, одну за другой, постепенно опуская чашечки миллиметр за миллиметром, пока не показались ее напряженные соски. Быстро расстегнув застежку, Дэв полностью обнажила грудь Лесли и обхватила сосок губами.

Лесли вскрикнула, ее ноги подкосились.

— Я так возбуждена, Дэв. — Простонала она, хватаясь за плечи Дэв. — Кажется, я уже так близка…

— Позволь этому случиться. — Прошептала Дэв, не отрывая губ от затвердевшей плоти Лесли. Ее ладонь легла на живот Лесли и медленно заскользила вниз по напряженным мышцам. Дэв почувствовала, как бедра Лесли приветственно подались ей навстречу. Одной рукой Дэв обнимала ее за талию, в то время как пальцы второй скользнули в стринги, и Дэв усилила нажатия губами, попеременно переключаясь с одной груди на другую.

Хватая ртом воздух, Лесли накрыла своей рукой руку Дэв, терзающую ее под влажной тканью шелка. — Ох, осторожней, а то я прямо сейчас…

— Я этого и хочу, — Прорычала Дэв. Ее взор застилала мутная пелена. В эту минуту Лесли принадлежала ей. Может быть, всего лишь на эти несколько мгновений, но ей и никому другому. — Я хочу услышать твой оргазм.

— Ты услышишь, я обещаю. — Лесли не узнала собственный голос. Ее тело больше не поддавалось контролю. И это было великолепно и ужасающе одновременно. — Но я хочу видеть твое лицо, Дэв. Мне нужно видеть тебя в момент блаженства. Пожалуйста.

В голосе Лесли звучала мольба, больше похожая на страх и Дэв подняла голову. Глаза Лесли были слегка приоткрыты, ее губы дрожали, лицо и шея горели, а грудь тяжело вздымалась. Она приближалась к оргазму. Жар, исходящий из самого центра Лесли манил и дурманил, и Дэв едва сдерживалась, чтобы не войти в нее.

— Давай приляжем, — Хрипло предложила Дэв, извлекая руку из трусиков Лесли. Она подвела ее к кровати с боку и одним движением руки сдернула покрывало. Лесли вытянулась на постели, а Дэв выпрыгнула из своего белья и осторожно сняла с Лесли бикини. Устроившись рядом, она поместила одну ногу поверх разгоряченного бедра Лесли и, тут же почувствовала настойчивое желание прижаться плотнее к ноге Лесли. Она прекрасно понимала, что если пойдет на поводу у своего желания, то уже через пару секунд достигнет апогея. Дэв пришлось сделать над собой усилие. Она замерла и оставалась неподвижной, пока разум не справился с желаниями тела и не задвинул вглубь сознания тягу к скорейшему оргазму.

Руки Лесли безостановочно блуждали по спине Дэвон. Уже неспособная говорить, она просто стонала.

— Детка, возьми мою руку. — Попросила Дэв.

Лесли схватила ее за запястье.

— Проведи меня внутрь, Лес. — Прошептала Дэв. — Я знаю, ты этого хочешь.

Едва дыша и не отрывая глаз от лица Лесли, Дэв наклонилась и поцеловала ее. Когда Лесли повела ее пальцы по нежной, гладкой коже, Дэв издала стон. Лесли была мокрой, горячей и открытой. Когда палец Дэв прошелся по чувствительному выступу, Лесли запрокинула голову и, со стоном выгнулась всем телом.

От внезапного напряжения в собственном лоне, Дэв стиснула зубы. Нет, она не позволит себе удовольствие. Не сейчас. — Еще. Прошу тебя, Лес. Проведи меня дальше.

— О, я уже на грани. — Сладостно простонала Лесли, прижимая к себе пальцы Дэв и приподнимая бедра навстречу им.

— Милая, это так здорово. — С восторгом сказала Дэв.

Лесли закусила нижнюю губу, ее широко раскрытые глаза казались черными из-за расширенных зрачков. Она потянула руку Дэв, стиснув ее запястье так, что на коже девушки наверняка остались следы от ее ногтей. Ее спина выгнулась еще сильнее, когда Дэв проникла в нее. Сладостное удовольствие доставляли ласки Дэв, а пальцы проникали все глубже, заполняя ее изнутри, и это было слишком.

— О-о, Боже! — Прокричала Лесли, едва ловя ртом воздух.

Дэв задержала дыхание, наблюдая за лицом Лесли, чувствуя каждую волну блаженства и наслаждаясь ее криком. Ей хотелось смеяться и плакать одновременно. Ей хотелось кричать от восторга. Когда Лесли прижалась к ней, тихонько всхлипывая, Дэв уткнулась ей в шею.

— Я люблю тебя. — Прошептала Дэв. — О Боже, Лесли, я так тебя люблю.

Обессиленная, Лесли пыталась восстановить дыхание и гладила Дэв по спине. Через несколько секунд, Лесли начала осознавать, что Дэв дрожит, а ее бедра прижимаются к ноге Лесли.

— Дэв. Позволь мне помочь тебе. — Прошептала Лесли, опуская свою руку и накрывая ладонью горячую промежность Дэв. Ее пальцы сразу стали мокрыми и в горле Лесли сдавило. — О, Дэв, ты прекрасна. Скажи, что мне сделать.

— Обхвати мой клитор. — Вырвалось у Дэв.

Лесли ласкала ее уверенными круговыми движениями, сжимала и отпускала, чувствуя, как нарастает напряжение.

— Так хорошо, любимая? Ты этого хотела?

— О, да. — Застонала Дэв. — О, да. Боже, да.

Дэв дернулась в руках Лесли и ее пальцы, все еще погруженные в Лесли, натянулись и продвинулись чуть глубже. Лесли вскрикнула, когда неожиданная волна второго оргазма накрыла ее, но она смогла остаться с Дэв, она продолжила ласкать ее, даря наслаждение и чувствуя ее сладостные спазмы, до тех пор, пока Дэв не обмякла в ее объятиях.

— Как насчет повторного оргазма? — Прошептала Лесли, отбрасывая мокрый от пота локон со лба Дэв. Она поцеловала ее, довольная затуманенным блеском в глазах Дэвон.

— Хм, может быть. Через год или два. — Вздохнула Дэв. — Господи, это было сильно.

— Да? — Широко улыбнулась Лесли.

Глаза Дэв светились умиротворенностью, а в голосе слышалась приятная нега. Это сделала Лесли. И Лесли хотела сделать это еще раз. Сейчас. Немедленно.

— Ты же понимаешь, что это была только разминка?

Брови Дэвон взлетели вверх. — Ты хочешь еще?

— О да. — Ответила Лесли. — Я хочу больше, гораздо больше.

— Я люблю тебя. — Тихо сказала Дэв.

— Я знаю. — Лесли погладила ее по щеке. — Прости, что мне понадобилось так много времени, чтобы понять это.

— Это ничего. — Прошептала Дэв, хоть и не была уверена в этом. Утром они вернутся каждая к своей жизни, и Дэв не могла даже представить, как она теперь сможет жить без Лесли.

— Ты погрустнела. — Озабоченно нахмурилась Лесли. — Дэв?

— Нет-нет. — Дэв выдавила улыбку. — Просто собираюсь с силами.

Смеясь, Лесли вытянула Дэв на себя и обхватила ее ногами. — Для того, что я задумала ты и так достаточно сильная. А теперь, заткнись и поцелуй меня.

Дэв с удовольствием сдалась желанию Лесли. В конце концов, до утра у них еще целая жизнь.

Глава двадцать седьмая

Лесли проснулась, лежа на боку, ее грудь и живот упирались в спину Дэв. Казалось, будто она проспала как минимум несколько часов, хотя часы на прикроватном столике высвечивали 3:20. В голове пронеслись обрывки этой ночи, и она почувствовала, как внизу живота прокатились короткие волны возбуждения. Лесли не могла поверить, что все еще способна так быстро возбуждаться после трех оргазмов. Или четырех? Она не помнила. Каждый пик удовольствия в ее памяти сливался с последующим, превращаясь в одну долгую скачку бесконечного блаженства. Улыбнувшись самой себе, Лесли тихонько поцеловала плечо Дэв.

— Привет. — Прошептала Лесли в ее ухо, обняв верхней рукой Дэв и начиная ласкать ее грудь. — Ты обещала заниматься со мной любовью всю ночь.

— М-м? — Проснулась Дэв. Ее соски затвердели под настойчивыми ласками.

— Ты, — Проговорила Лесли, едва сдерживая смех. — Обещала. — Она перевернула Дэв на спину и села на нее сверху. — Заниматься со мной любовью. — Она положила свои ладони на грудь Дэв и провела вниз к ее животу, впиваясь пальцами в упругие мышцы. — Всю. Ночь. — Лесли протиснула руку между бедер Дэв и нежно нажала.

Глаза Дэв мгновенно раскрылись, а бедра дернулись. Она застонала. Ее взгляд прошелся по обнаженному телу Лесли, спустился вниз и замер на ее руке у себя между ног. — Господи.

— Устала? — Спросила Лесли, ее голос сочился медом.

— Нет. — Дэв протянула руки к груди Лесли.

Лесли перехватила ее запястья и упала на Дэв, пригвоздив ее руки к постели над ее головой. Грудь Лесли едва коснулась лица Дэвон, и она выгнула спину так, чтобы ее возбужденные твердые соски оставались в считанных миллиметрах от губ Дэв. — Нет-нет-нет. Ничего не выйдет.

— Ну перестань, Лес. — Прохрипела Дэв, пытаясь оторвать свои плечи от простыни. — Позволь мне поцеловать их.

— О, нет. Я так не думаю. — С легкостью в голосе ответила Лесли, хотя в ее животе все трепетало от вида ненасытных глаз Дэв.

Страсть и неприкрытое вожделение читались на лице Дэв, и Лесли знала, что все это для нее. Только для нее. Ни для кого больше. Дэв жаждала ее, ее тела, ее прикосновений, и Лесли упивалась этой властью.

— Ты весь вечер делала, что хотела и как хотела, но теперь… — Лесли наклонилась и поцеловала Дэв так, что у них обеих перехватило дыхание. — Теперь моя очередь.

Дэв издала звук, в котором было что-то и от стона и от рычания. — Я всего лишь дала тебе небольшую передышку.

Брови Лесли взлетели вверх. — Неужели. — Она передвинулась повыше и прижалась своим горячим центром к животу Дэв. Медленно вращая бедрами, она терлась о Дэв пока касания и жар тела Дэв не заставили ее нежную плоть пульсировать. Приподнявшись, она посмотрела на влажный отблеск на напряженном животе Дэв. — По-твоему мне нужен отдых?

— Нет. — Дэв ловила ртом воздух. — Я ошибалась. Господи, позволь мне коснуться тебя. Я знаю, ты этого хочешь.

— О, ты так думаешь? — Лесли старалась не выдать силу собственного возбуждения. Желание во взгляде Дэвон, ее прерывистое дыхание, движения ее тела, все сводило с ума. Лесли нависала над Дэвон и ее ноги дрожали от напряжения.

— Что-то мне подсказывает, что сейчас именно твоя страсть жаждет выхода. Не так ли?

— Да. Нет. Позже. — Дэв попыталась вызволить свои руки из хватки Лесли, но кроме того, что на ней был вес Лесли, всепоглощающее возбуждение сделало Дэв слабой. Ее руки и ноги тряслись, а мышцы живота дрожали. — Прошу тебя.

Лесли наклонила голову и кончиком языка прошлась по соскам Дэв. Игнорируя свое собственное возбуждение, и рискуя преждевременным оргазмом, Лесли опустилась бедрами на Дэв и, соединив центры, поводила вверх и вниз. Дэв была мокрой. Такой мокрой. — Просишь о чем?

— О, Господи. — Заскулила Дэв.

— Просишь о чем? — Лесли стиснула зубы на соске Дэв, прикусывая до тех пор, пока Дэв с криком не выгнула спину. — Хм-м? Не слышу?

Дэв мотала головой, хватая ртом воздух:

— Я не знаю. Я не знаю. Боже. Ты нужна мне.

Ты нужна мне. Мольба в голосе Дэв и эти слова, такие беззащитные и хрупкие, попали в самое сердце Лесли и головокружительное ощущение власти, неограниченной власти, тут же было сметено всепоглощающей нежностью. Она поцеловала сосок Дэв, потом ее губы.

— Ш-ш-ш, тихо, любимая. Я здесь. — Лесли освободила запястья Дэв и быстро сползла вниз, пока не оказалась между раздвинутыми бедрами. Она провела пальцами по нежной, гладкой коже и ее дыхание задрожало. — О, ты такая мокрая.

— Это для тебя.

— Да. — Выдохнула Лесли, пробуя на вкус Дэв. — Моя. — Она прислонилась щекой к лону Дэвон, чувствуя как возбуждение ее любимой бьется совсем рядом. Затем слегка повернула голову и поцеловала пульсирующий центр.

— Боже, как хорошо. — Дэв запустила свои пальцы в волосы Лесли.

Лесли ласкала ее, чувствуя, как ее собственное тело наливается возбуждением с каждой секундой, приближающей оргазм Дэв.

— Лес. — Дрожащими губами прошептала Дэв. — Войди в меня.

Лесли застонала. Она была так возбуждена, что боялась разлететься на тысячи осколков, прежде чем сможет доставить Дэв все удовольствие, которое Дэв доставила ей. Скользнув внутрь, Лесли почувствовала сокращение мышц и услышала ее тихий стон.

— Вот так, любимая? — Проговорила Лесли, сдерживая слезы. Она никогда не хотела отдать так много и никогда не чувствовала себя при этом такой неспособной.

— О, да. — Дэв хотела погладить Лесли по лицу, но пальцы ее не слушались. Срывающимся голосом, она прохрипела. — Если ты… не перестанешь…

— Поздно. — Рассмеялась Лесли и взяла Дэв в свои губы и ласкала ее до тех пор, пока Дэв не попыталась отстраниться.

— Детка. — Простонала Дэв, — Детка, ты должна прекратить. Я сдаюсь.

Лесли облокотилась о край кровати и свободной рукой отбросила волосы со своего лица. Удовлетворенно улыбаясь, она смотрела, как Дэв сражается за каждый вдох.

— Дэв, ты такая красивая. — Лесли уставилась на шрам, на внешней стороне бедра Дэв. Она поцеловала каждый сантиметр поврежденной кожи. — Я люблю тебя.

— Иди ко мне. — Дэв попыталась сесть на постели. — Позволь мне обнять тебя.

— Лежи смирно. Тебе положено наслаждаться.

— Я буду наслаждаться, когда ты окажешься в моих объятиях.

Лесли устроилась рядом с Дэв, положив голову на ее плечо.

— С тобой я чувствую себя сексуальной. — Сказала она, медленно поглаживая Дэв по животу и груди.

Дэв недоверчиво рассмеялась. — Со мной ты чувствуешь себя сексуальной? После этой-то небольшой демонстрации, которую ты устроила? Я же ничего не делала кроме того, что позволила тебе делать все что угодно.

— М-м-м. Именно это я и имела в виду. — Лесли склонила голову и поцеловала ее шею. — Когда я довожу тебя до оргазма, то чувствую себя великаншей.

— Я понимаю. — Проговорила Дэв, целуя Лесли в лоб. — Когда я касаюсь тебя, то чувствую то же самое.

— Это как наркотик. — Лесли подперла голову рукой, неспешно теребя сосок Дэв кончиками пальцев. — Я снова хочу тебя.

Дэв с присвистом выдохнула. — Я рискую не пережить эту ночь.

— Ты уж постарайся выдержать.

— Даже так? — Дэв взяла Лесли за подбородок. — А ты утренняя девушка?

Лесли замерла, думая о том, что она понятия об этом не имеет. У нее никогда такого не было. Она никогда никого не хотела так настойчиво, никогда никого не жаждала до боли и никогда еще так сильно не хотела обладать другой женщиной.

— Мне кажется, с тобой я круглосуточная девушка. Надеюсь, это не будет проблемой?

— Только не в этой жизни. — Дэв перекатилась на бок и оказалась лицом к лицу с Лесли.

Она поцеловала ее и поцелуй, который должен был ободрить Лесли быстро превратился в страстный и пылкий. Не разрывая поцелуя, Дэв поместила руку между ног любимой. Лесли ответила медовым стоном и Дэв уложила ее на спину, продолжая целовать ее в том же ровном и уверенном ритме, в котором двигалась ее рука. Пальцы Лесли впились в плечи Дэв. Ее бедра прижимались к руке Дэв, ее страсть отчаянно просилась наружу и Дэв проникла в нее. Замерев на полпути, Дэв позволила Лесли самой задать ритм. Когда страсть Лесли с криком вырвалась наружу, Дэв прервала поцелуй и издала долгий, сладостный стон удовольствия.

— О, Боже. — Наконец, смогла произнести Лесли. — На пока что хватит. Мы не станем продолжать пока я не поем. — Обессиленная Лесли уткнулась в шею Дэв. — Мы ведь так и не поужинали, помнишь?

— Так значит, ты променяешь меня на еду? — Улыбнулась Дэв, и нежно поцеловав Лесли в кончик носа, соскочила с кровати.

— Ты куда? — Лесли села на постели, натянув одеяло до пояса. — Дэв?

Дэв пошарила по столу и вернулась с кожаной папкой в руках. Придвинув телефон поближе к кровати, она уселась рядом с Лесли. — Обслуживание номеров.

— Милая, сейчас половина пятого утра.

— Ну и что? — Дэв нашла меню и открыла раздел с ночными блюдами. — Мы в Нью-Йорке. Кухни здесь работают круглосуточно. — Она внимательно изучала меню, а Лесли свернулась калачиком и положила голову ей на колени. — Как насчет бургеров с шампанским? Подойдет?

— Дэв. — Тихо сказала Лесли.

— Мм? — Дэв обвила одной рукой плечо Лесли и положила меню на свое колено. — И, наверное, какой-нибудь шоколадный торт.

— Ты думаешь, мы сможем никогда не покидать этот номер?

Дэв рассмеялась. — Я, возможно, смогу остаться еще на одну ночь. Утром я позвоню и узнаю… — Она замолкла и отложила меню. Ее лицо утратило всякое выражение. — Когда тебе нужно уходить?

— Завтра утром у меня несколько встреч. — Ответила Лесли. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди, но не от возбуждения, а от страха. У них было лишь несколько часов. Несколько часов неожиданного и неописуемого счастья. И теперь Лесли чувствовала, что оно ускользает от нее. — Мне придется пойти на работу сегодня. Завтра. Черт, какая разница. Я рано утром позвоню и попробую перенести на завтра хотя бы часть моих встреч.

— Лесли. — Со вздохом произнесла Дэв. — Тебе не стоит этого делать. — Она запрокинула голову и уставилась в потолок. Тяжелые шторы были все еще задернуты, а плафон прикроватной лампы приглушал свет, направляя его вниз. Уже должно быть светало, но ей казалось, будто они заключены в изолированной от времени капсуле и если просто не выходить из нее, оставить двери закрытыми и весь остальной мир за ними, то можно сохранить эту драгоценную связь. Как бы ни хотело ее сердце поверить в это, Дэв понимала, что пытается обмануть саму себя. Она знала, что не им не удастся спрятаться от внешнего мира, от того какое место они занимали в нем и как сильно отличались их жизни.

— У нас есть еще несколько часов. Давай, используем это время как можно лучше.

Лесли села и развернулась на кровати так, чтобы оказаться лицом к Дэв. — И все? Ты вернешься на озеро, и мы запомним это как ночь, которая всего лишь запоздала на пятнадцать лет?

— Эй. — Мягко сказала Дэв, убирая локон со лба Лесли. — Ты прекрасно понимаешь, что это не так.

— Нет, Дэв. Я не понимаю. — Лесли покачала головой. — Я не понимаю, что это было. Я не ожидала, что окажусь здесь сегодня. Все что я знаю, я просто должна была тебя увидеть, потому что не могла перестать думать о тебе вот уже четыре недели.

— Лес, я не переставала думать о тебе с тех пор, как мне было семнадцать.

Лесли вздрогнула, но голос ее остался спокойным. — Понятно. Я получаю по заслугам.

— Нет, прости. Прости меня. — Дэв запустила пальцы в свою шевелюру. — Черт, все как-то по-дурацки выходит. — Она взяла Лесли за руку и потерлась щекой по тыльной стороне ее пальцев. — Дверь в мое сердце захлопнулась в ту самую ночь, когда я уехала от твоего дома на мотоцикле. Все эти годы внутри меня жила лишь пустота. Единственное что я чувствовала — это боль от того, что мне тебя не хватало.

— О, Господи, Дэв.

— Все в порядке. — Дэв выдавила кривую улыбку. — Но после всего, что было сегодня, я чувствую себя как никогда прекрасно. Со мной такого еще не было. Когда мы были подростками, и я поцеловала тебя, я чувствовала то же самое. Как будто ты и я одно целое. Ты была всем, что мне было нужно, ты была моей вселенной, но потом я потеряла тебя.

Слезы катились по щекам Лесли и Дэв осторожно стерла их с ее лица.

— Когда сегодня мы занимались любовью. — Продолжила Дэв. Ее горло сдавило, и слова давались с трудом. — Я снова почувствовала это. Ты заполняешь пустоту во мне, ты излечиваешь все мои раны. — Дэв положила свою голову на руки Лесли и закрыла глаза. — Эта ночь стоила любой боли на свете, но я не могу жить одним желанием быть с тобой. — Она подняла глаза, не в силах скрыть агонию потери, которая, она знала, была неизбежной. — Я никогда не пожалею о сегодняшней ночи, но я должна признать, что это всего лишь одна идеальная ночь, после которой всегда наступает утро. Ведь я не живу, пока гоняюсь за призрачным счастьем.

Дрожащие пальцы Лесли гладили волосы Дэв и ласкали ее лицо. Наклонившись, она поцеловала ее. — Очень долго я пыталась убедить себя, что мы с тобой были просто очень хорошими друзьями. Лучшими подругами. — Она рассмеялась, и смех этот закончился всхлипом. — И, Бог свидетель, разве мы не были? Подругами и даже больше. Ты была для меня самой близкой.

— Да. — Дэв погладила Лесли по руке. — Да. Ты для меня тоже.

— И после той ужасной ночи с Майком я не смогла признать своей трусости и попыталась забыть все, притворяясь, что ничего не чувствовала к тебе. А когда я, наконец, призналась себе, что я лесби, то все равно не позволяла никому быть для меня особенной. Такой, какой для меня была ты.

— А Рейчел?

Лесли покачала головой. — Я заботилась о ней, но я в ней не нуждалась и не хотела быть необходимой ей. Кроме Рейчел было еще несколько женщин и со всеми было примерно так же. Я держала всех на безопасной дистанции.

— Когда я увидела тебя на станции, мне показалось, что тех пятнадцати лет как будто не существовало. — Сказала Дэв. — Когда я тебя целовала, когда мы занимались любовью, я почти верила в это. Но я понимаю, что это всего лишь иллюзия. У тебя своя жизнь, у меня своя. И они такие разные.

— Я только-только нашла тебя. — Прошептала Лесли. — И не хочу потерять снова. Я люблю тебя.

Дэв с трудом сглотнула, изо всех сил пытаясь сдержать слезы, но это оказалось ей не под силу. Ее тело, ее душа, ее сердце были открыты после нескольких часов любви. Она впустила Лесли в места, где еще никто и никогда ее не касался, и теперь была совершенно беззащитна. Дэв прижала Лесли к себе и уткнулась лицом в ее шею. Ее плечи бесконтрольно тряслись.

— Прости. Я не могу. Черт. Мне так страшно.

— Все будет хорошо. — Успокаивала ее Лесли, поглаживая по голове. — Все будет хорошо, любимая. Я обещаю. — Она не была уверена в том, что надо делать, но знала, что просто обязана выполнить обещание. — Ты можешь сделать для меня одну вещь?

Выпрямляясь, Дэв сделала глубокий, дрожащий вдох и отерла лицо рукой. — Все что угодно.

— Пусть сегодня будет лучшим днем, потому что это на самом деле так. — И она нежно поцеловала Дэв. — Мы обе знаем, что у нас есть, давай посмотрим, что у нас может быть еще. Не сдавайся, Дэв. Прошу тебя.

Дэв закрыла глаза и прислонилась лбом ко лбу Лесли. — Ты будешь звонить?

— Конечно. — Лесли знала, что Дэв могла не поверить ей на слово. И почему она должна была ей верить? Ведь Лесли уже исчезала раньше. И не раз. — Через месяц я снова приеду на озеро. Возможно, я смогу выбраться и пораньше…

— Нет, через месяц хорошо. — Подняла голову Дэв. Слабая улыбка промелькнула в уголках ее губ. — Мне, наверное, понадобится некоторое время на восстановление. И, пожалуйста, скажи мне, что ты здесь не сильно перегружена.

Лесли вздохнула. — Я по уши в работе. Но я справлюсь.

— О, да. Ты справишься. Поэтому от перегрузки ты потеряла сознание… когда… шесть недель назад?

— Сейчас со мной все в порядке. — Уверенно ответила Лесли. — Честно. Все в порядке. Я принимаю эти чертовы таблетки.

— И никаких симптомов?

Дэв, любимая, если бы у меня и был бы приступ, то он бы случился где-нибудь этой ночью. — Лесли быстро чмокнула Дэв. — Мое сердце знатно потрудилось.

Дэв не смогла сдержать довольной улыбки. — И, тем не менее, ты только-только поправилась.

— Увидимся через пару недель и… тогда посмотрим.

— Ты же будешь там, когда я приеду?

Дэв кивнула.

— Обещаешь?

Дэв крепко обняла Лесли и постаралась не думать о том, что это могут быть их последние объятия.

— Я обещаю.

Глава двадцать восьмая

— Мам? — Окликнула Лесли, входя в гостиную Приозерного. — Есть кто-нибудь?

— Лесли? — Отозвалась Эйлин с верхней площадки второго этажа.

Лесли остановилась и задрала голову, улыбнувшись при виде матери. — Привет.

— Какой сюрприз! — Обрадованная Эйлин, поспешила спуститься на первый этаж. — Я ожидала тебя не раньше завтрашнего вечера.

— На этой неделе удалось освободиться пораньше, и я решила приехать сегодня.

Лесли старалась говорить непринужденно, чтобы не выдать главную причину, по которой она покинула Манхэттен в четверг днем, вместо того чтобы подождать до пятницы, как было запланировано. Она больше не могла ждать ни дня, чтобы увидеться с Дэв. За последний месяц они с Дэв несколько раз разговаривали по телефону, но их рабочие графики редко совпадали и каждый раз разговор выходил быстрым и поверхностным. По крайней мере, она надеялась, что так было из-за нехватки времени. Дэв казалась какой-то сдержанной, и они ни разу не упомянули о ночи, которую провели вместе. Или будет ли у них еще.

— Надеюсь, на этот раз ты собираешься на самом деле отдохнуть. Я не позволю тебе все время работать.

— Я все еще собираюсь помочь вам закрыть сезон. Но… — Лесли увидела, как ее мать нахмурилась и быстро добавила. — Но я обещаю и отдохнуть тоже.

Обняв дочь, Эйлин показала на ее багаж. — Раз уж ты здесь ненадолго, подготовить тебе комнату наверху?

— Хм. — Замялась Лесли, чувствуя, что краснеет. — Я бы предпочла тот же домик, который был у меня раньше, если он свободен.

— На этих выходных довольно тихо, все дети уже вернулись в школу. Так что он свободен.

— Отлично.

— Ты не проголодалась?

Лесли рассмеялась. — Вообще-то, я просто умираю от голода. Дай мне пару минут, я отнесу вещи, и сразу вернусь. А где папа? — Она окинула взглядом большую гостиную, но среди немногочисленных постояльцев отца не было.

— Он внизу у причала вместе с Дэв.

— С Дэв? — Голос Лесли застрял в горле, и она знала, что от Эйлин это не ускользнуло. — То есть, я думала, что в это время дня она будет в лаборатории.

— А она знает, что ты должна приехать?

Лесли покачала головой. — Не про сегодня.

— Дэв оказалась поблизости, когда вытягивали одну из лодок, а потом они с твоим отцом разговорились о рыбалке. — Эйлин улыбнулась. — Судя по всему, Дэв сама не рыбачит, но как никто смогла оценить, познания рыбаков о видах рыб в озере и местах их скопления. Если не ошибаюсь, твой отец развлекает ее рыбацкими историями уже целый добрый час.

Слушая рассказ матери, Лесли медленно перемещалась поближе к окнам. Отодвинув кружевную занавеску, она осмотрела причал. Ее отец сидел на складном стуле недалеко от ангара и что-то увлеченно рассказывал, а Дэв стояла, опершись плечом об обшитую темно-зелеными досками стену, непринужденно скрестив ноги и засунув руки в карманы. Лесли разглядела, что на ней были джинсы и красная фланелевая рубашка, и, даже на таком расстоянии она выглядела настолько сексуально, что Лесли до боли захотелось коснуться ее.

— А как поживает Натали? — Не отводя глаз с Дэв, спросила Лесли.

Эйлин присоединилась к дочери у окна и ответила так, будто вопрос был вполне безобидным. — Ну, она всегда, похоже, в прекрасном расположении духа. Этим летом у нее довольно много работы, так что она, я думаю, сейчас обходит туристические стоянки и следит за тем, что происходит на озере.

— Так значит, ты редко ее видишь?

— Милая, — мягко сказала Эйлин, — почему бы тебе просто не спросить у Дэв встречается ли она с Натали?

Лесли задумалась. — Потому что я боюсь того, что она может сказать в ответ.

— Не слишком бестактно будет с моей стороны спросить тебя о Рейчел?

— Нет. — Тихо ответила Лесли, все еще глядя на Дэв. — Мы больше не встречаемся. Я порвала с ней сразу после Дня Независимости.

— У тебя все хорошо?

— Думаю, да. Мы случайно встретились на акции по сбору средств неделю назад. Она была такой же, как и всегда.

Разговор с Рейчел, как и ожидалось, был коротким, приятным и без излишних эмоций. Рейчел была со своей новой девушкой, хотя большинству присутствовавших, скорее всего, и в голову не могло прийти, что длинноногая брюнетка, не сводившая глаз с Рейчел, была чем-то большим, чем просто знакомой. Но Лесли сразу это определила и это совсем ее не беспокоило.

— Я знаю, что Натали имеет виды на Дэв.

— Хм, может быть. — Эйлин похлопала Лесли по плечу. — Но куда важнее, что думает по этому поводу сама Дэв.

Лесли вздохнула. — Ах, если бы все было так просто.

— А почему все должно быть сложно? Ты же влюблена в нее, не так ли?

— Безумно.

— И она тоже любит тебя?

— Мы абсолютно несовместимы. — Вздохнула Лесли. — Ее и моя работа, наши образы жизни, то где мы живем. И Дэв совсем неинтересны случайные связи.

— А тебе?

Лесли прислонилась головой к оконной раме, размышляя о том, что все отношения в ее жизни были поверхностными, вне зависимости от их продолжительности. Так было удобнее, проще и в каком-то смысле приятнее. Она провела одну ночь с Дэв, женщиной которую знала в юности гораздо лучше, чем сейчас и сразу поняла, что та единственная ночь значит для нее гораздо больше, чем все ночи, проведенные с другими женщинами. — Я думаю, она та, кто мне нужен.

— Тогда тебе лучше пойти и сказать ей об этом. Она все лето была нервной и как будто чем-то обеспокоенной, и я готова поспорить, что это связано с тобой. — Эйлин положила руки на плечи Лесли и быстро обняла ее. — Не думай о том, что будет. Просто скажи ей.

— Хорошо, мам. — Улыбнулась ей Лесли.

— Теперь, если хочешь поймать большого окуня, то нужно отходить на север на тридцать километров дальше, чем десять лет назад. — Сетовал Пол Харрис. — Но даже там ты вряд ли встретишь крупных особей.

Дэв кивнула, но ее взгляд был сосредоточен на женщине, спускавшейся по травянистому склону. Свет вечернего солнца приобретал янтарный оттенок приближающейся осени и Лесли, со своими мягкими золотистыми волосами, светлой блузкой и темно-синими слаксами, казалось, сияла.

Проследив за взглядом Дэв, Пол повернулся на своем стуле и широко улыбнулся. — Эй, смотрите, кто пришел.

Лесли улыбнулась в ответ и наклонилась, чтобы поцеловать отца. — Привет, пап. Как твоя нога?

— Еще одна неделя и я в дамках. — Ответил он, стукнув по своему гипсу. — Отличное время, да? Чуть-чуть опоздаю к закрытию сезона.

— Очень умно с твоей стороны. — Лесли легонько сжала плечо отца, но все ее внимание было приковано к Дэв. — Привет.

Дэв оттолкнулась от стены, ее сердце колотилось так громко, что ей казалось, будто она находится в эхокамере[6].

— Привет. Я думала ты только завтра…

— Я знаю. Я не смогла… Я взяла отгул.

— Это здорово. — Дэв понимала, что сейчас едва ли способна связно выражать свои мысли, она не ожидала увидеть Лесли раньше, чем через сутки. Застигнутая врасплох, она оказалась не готова к тому, как ее тело среагировало на близость Лесли. Она чувствовала, что нетвердо стоит на ногах, у нее появилось легкое головокружение и стало жарко. Казалось, будто она горит внутри и снаружи и Лесли могла бы быть той холодной водой, которая бы потушила этот пожар.

— Мама сказала, что вы болтаете о рыбах.

— Да.

— А как твоя работа?

— Почти все сделала.

Пол переводил взгляд с одной девушки на другую, на его лице появилось любопытствующее выражение. Вытащив себя из складного стула, он пересел в стоящий неподалеку карт, который в свое время настояла купить для него Лесли.

— Я, пожалуй, пойду в дом. Лес, за ужином увидимся?

— Угу. Скорее всего.

— Ну, — Пол повернул ключ в замке зажигания. — Еще увидимся как-нибудь на выходных, милая.

На несколько минут рев мотора сделал общение невозможным, а когда шум затих, Дэв пересекла причал и приблизилась к Лесли.

— Как ты?

— Я? Нормально. А ты?

— Хорошо. — Дэв улыбнулась. — Отлично выглядишь.

— Спасибо. — Мягко ответила Лесли. — Я наблюдала за тобой из дома.

— Да? — Дэв наклонилась к Лесли, ее взгляд прошелся сверху вниз по телу девушки.

— Я хочу сорвать с тебя одежду.

— Наши желания совпадают.

— Может быть сначала поговорим?

Дэв видела, как затвердели соски Лесли под тонкой блузкой. — Нет. Только после того, как услышу твой оргазм хотя бы раз.

Губы Лесли раздвинулись от удивления и удовольствия. — Тебе бы это понравилось, да?

— О да. Целый месяц я засыпала, вспоминая, как ты кричишь в моих руках.

— Ох, так нечестно. — Лесли взяла Дэв за руку и завела в ангар. Воздух внутри был плотным от жары и пыли и наполнен запахами воды и старого дерева. Она оперлась спиной о стену в слабо освещенном углу и притянула Дэв к себе, одновременно опуская руки, чтобы схватить ее за ягодицы. — Ты хотя бы представляешь, что только что сделала со мной?

— Я хочу возбудить тебя так, чтобы ты трепетала от одного неосторожного выдоха в твою сторону.

— Продолжай в том же духе, и я долго не протяну. — Лесли оседлала бедро Дэв. — Я уже такая мокрая.

Дэв запустила свои пальцы в волосы Лесли и наградила ее грубым поцелуем.

Каждый день в течение всего месяца она говорила себе, что Лесли вернется на озеро, хотя ее сердце не было в этом уверено. И теперь, когда Лесли была так близко, Дэв хотела удостовериться, что это не сон. Она поймала губами кончик языка Лесли и вдохнула ее в себя, ее руки жадно блуждали по всему телу девушки, а бедра крепко прижали Лесли к стене. Наконец, Дэв оторвалась от ее губ. — Я не стану заниматься сексом здесь. Но, Бог свидетель, я безумно этого хочу…

Лесли вонзила свои пальцы в упругую попку Дэв. — Нет, пожалуйста, не останавливайся. Прошу тебя.

— Лес, — Воскликнула Дэв, жадно целуя ее шею и не в силах противостоять собственному желанию, в то время как интенсивность движения бедер Лесли стремительно нарастала. — Кто-нибудь может войти.

— Нет. Здесь никого нет. — Лесли наклонила голову и вонзила свой язык в рот Дэв.

Постанывая, Дэв зажала сосок Лесли, накручивая его в том же ритме в котором двигались ее бедра.

— Я уже близко. — Простонала Лесли, роняя голову назад и упираясь в стену. — О, Дэв, боже мой, я правда…

Дэв почувствовала, как слабеют ноги Лесли и подхватила ее за талию. Прижав к себе, она удерживала дрожащую девушку, прятавшую свое лицо в плече Дэв, чтобы приглушить свои крики. Оргазм Лесли постепенно стихал, и Дэв успокаивала ее, поглаживая по голове и по спине.

— Все хорошо, детка? С тобой все в порядке?

— Я просто уничтожена. — Тихо рассмеялась Лесли. — Это к слову о самоконтроле.

— Ты такая сексуальная, что я боялась, что мое сердце остановится в любую секунду. — Дэв ткнулась носом в шею Лесли. — Ты не представляешь, какая ты красивая в эти моменты. Когда хочешь меня.

— О, Дэв. — Лесли подняла голову и нежно ее поцеловала. — Я так сильно хочу тебя, что едва могу себя сдерживать. — Она погладила Дэв по щеке. — Но и это еще не все…

— Нам лучше перебраться в домик.

— Неужели все так серьезно? — Поддразнила ее Лесли, заметив, как низко и хрипло звучит голос Дэв.

— Боюсь, что-то может взорваться.

— Ты слышала мой оргазм. — Лесли слегка прикусила Дэв за подбородок. — Позволь мне услышать твой.

Дэв затаила дыхание. — Что, прямо здесь?

Лесли погладила ее грудь и спустилась руками вниз, расстегивая пуговицу на ширинке Дэв. — Да. Меня сводит с ума одна мысль о том, как ты доводишь себя до оргазма.

— Ты довела меня до такого состояния, что это займет не более двух секунд. — Прошептала ей на ухо Дэв, упираясь одной рукой в стену за плечами Лесли. Другую руку она запустила в свои джинсы и застонала. — Ты тоже коснись меня. Просто коснись хоть где-нибудь.

— Как пожелаете. — Промурлыкала Лесли, поглаживая живот и бедра Дэв, и чувствуя, как мышцы напрягаются под ее прикосновениями. — Вот так, тебе нравится?

— Ух-ху. — Смогла выдавить Дэв сквозь стиснутые зубы. Мышцы ее шеи напряглись, а ноги задрожали, когда волна огня разлилась по низу ее живота. — О господи, вот сейчас.

Лесли накрыла своей ладонью место, где под плотной тканью двигались пальцы Дэв. — М-м-м, я чувствую, как ты готовишься к финалу. Ты почти уже там, не так ли?

— Близко. — Пробормотала Дэв. — Скоро. Ох, почти. Лес!

— Нужна помощь, любимая? — Проникновенно спросила Лесли, лизнув шею Дэв.

— Надави на мои пальцы. — Когда Лесли выполнила ее просьбу, Дэв застонала. — Быстрее, детка. Быстрее, быс… о… о да…

Сраженная оргазмом, Дэв едва держалась на ногах, а Лесли целовала ее, глотая ее крики удовольствия.

— Это было прекрасно. — Вздохнула Лесли, прижимая лицо Дэв к своему плечу и поглаживая ее по щеке. — Спасибо тебе.

— И тебе. — Проговорила Дэв, пытаясь восстановить контроль над своими ногами. Опершись обеими руками о стену, она выпрямилась и, улыбнувшись, поцеловала Лесли. — По-моему, мы точно определили, что скучали друг по другу.

— Похоже на то. — Лесли никогда в своей жизни не чувствовала себя так прекрасно и не собиралась задумываться о том, что все это могло значить.

— И поскольку я не хочу оказаться в плену соблазна раньше, чем мы на самом деле уединимся. — Она застегнула ширинку Дэв на все пуговицы. — Вот. Идти можешь?

— Не совсем.

Лесли обхватила рукой талию Дэв. — Идем к тебе домой.

— Только без глупостей по дороге. — Дэв одной рукой обняла Лесли за плечи, крепко прижимая ее к себе. — Я умею быстро восстанавливаться и скоро буду готова к продолжению.

— Это я помню. — Лесли потерлась щекой о плечо Дэв. — У меня тоже есть парочка любимых воспоминаний на сон грядущий.

Дэв застонала. — Вот, ты уже начинаешь.

— Тогда нам лучше поторопиться…

Когда они добрались до коттеджа, Дэв первым делом подошла к холодильнику и достала две бутылки светлого индийского эля. Открыв обе, она передала одну Лесли. — Я так рада, что ты приехала.

— Я тоже. — Лесли сделала глоток освежающего напитка. — Могу я спросить тебя о чем-то личном?

Уголки губ Дэв поползли вверх. — Мне кажется, мы уже достигли этой точки в отношениях.

Внезапно смутившись, Лесли принялась изучать этикетку на своей бутылке. — Ты встречаешься с кем-то еще?

Дэв поставила свое пиво на стол и, подняв голову Лесли за подбородок, посмотрела ей прямо в глаза. — Нет. За последний год у меня не было никого кроме тебя. — Она помолчала, изучая реакцию Лесли. — Мы с Натали только подруги.

— Я должна была спросить. — Тихо призналась Лесли. — Постоянные мысли о тебе с другой женщиной сводят меня с ума.

— Мне это нравится. — Дэв нежно поцеловала Лесли. — Очень нравится.

— А еще…

Дэв остановила ее очередным поцелуем, после чего отодвинулась и вновь взяла свое пиво. Все так же, не отрывая взгляда от Лесли, она сделала глоток из бутылки. — Когда я была моложе, то изводила себя, представляя тебя с Майком. Последний месяц, когда я думала о тебе и Рейчел, мне было так больно, что даже в своих мыслях я не могла зайти так далеко. Наверное, это в какой-то степени прогресс.

— У меня никого нет, Дэв. Я не хочу, чтобы ко мне прикасался кто-то кроме тебя.

— Я люблю тебя, ты знаешь. — Тихо сказала Дэв.

— Я тоже тебя люблю. Безумно. Ты имеешь хотя бы примерное представление, что нам теперь с этим делать?

— Нет. — Ответила Дэв, на ее лице отразилась неожиданная неуверенность.

— Вот что я тебе скажу. — Лесли взяла руку Дэв. — Для начала, давай поужинаем с моими родителями, они хотят меня видеть и нам надо что-то поесть, ведь впереди у нас еще целая ночь.

Дэв улыбнулась.

— А завтра мы обо всем поговорим.

— Значит, пока никаких прикосновений.

Лесли вздохнула. — Надеюсь, дождя не будет, потому что единственный вариант, когда я могу контролировать себя — это если мы будем сидеть на улице на виду у моих родителей и всех остальных на веранде.

Но учитывая, что одного взгляда на Дэв было достаточно, чтобы утратить самоконтроль, Лесли не была уверена, что даже присутствие посторонних будет достаточным, чтобы сдержаться.

Глава двадцать девятая

Как думаешь, мама заметит, что мы появляемся только ради еды? — Они шли, взявшись за руки через лес к гостинице, где их ждал завтрак. — Учитывая, что вчера мы исчезли сразу после ужина.

Дэв притормозила. — Если мы снова войдем вместе, и у тебя будет такое же выражение лица, то твоя мать будет точно знать, чем мы всю ночь занимались.

— Какое выражение лица?

— Такое «у меня только что был классный секс»

— У меня нет такого выражения. — Изобразила возмущение Лесли.

Дэв потянула ее в сторону с тропинки и прижала к дереву всем своим телом. — Есть. В твоих глазах мечтательность и ласка. — Она поцеловала веки Лесли. — И твои губы немного искусаны. — Она провела кончиком языка по нижней губе Лесли. — И ты доооолго думаешь, прежде чем ответить. — Она накрыла своими ладонями грудь Лесли и поцеловала ее более страстно. — И ты постоянно заигрываешь со мной.

— Возможно, я хочу чтобы ты была постоянно возбуждена и изголодалась по мне. — Промурлыкала Лесли. Она вернула поцелуй и, резко оттолкнув Дэв, проскользнула у нее под рукой. Лесли тяжело дышала, она снова возбудилась и почти боялась показать Дэв, как сильно она ее хочет. — Но лично я изголодалась по блинчикам.

— Тогда постарайся вести себя прилично, пока мы на людях. — Пригрозила Дэв, снова захватывая руку Лесли. — Потому что ты сводишь меня с ума.

— О, это хорошо.

— Сжалься. Я не хочу, чтобы твоя мама видела, как я всхлипываю и истекаю слюной.

— Почему нет? Она же знает, что между нами что-то происходит.

— Знает? — Удивленно переспросила Дэв.

— Ну, она знает, что ты мне очень нравишься.

— Откуда?

— Потому что я ей рассказывала.

Дэв остановилась как вкопанная. — Рассказывала? Когда?

Внезапно смутившись, Лесли опустила голову. — Почти все лето. Мне кажется, она еще раньше меня поняла насколько все серьезно.

— Серьезно, да? — Дэв обвила талию Лесли и притянула к себе. Прижавшись щекой к ее щеке, она прошептала Лесли на ухо. — А насколько все серьезно?

— Очень. — Лесли обняла Дэв и положила голову ей на плечо, наблюдая, как туманная дымка над озером исчезает, сгорая под лучами утреннего солнца. — Мы так никогда не доберемся до гостиницы, если ты продолжишь хватать меня.

— Ничего не могу с собой поделать. — Дэв погладила Лесли по волосам. — У меня еще есть время, чтобы все наверстать.

— Это может занять много времени.

— Я знаю.

— Я ужасно проголодалась.

Дэв рассмеялась. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Дай мне чашку кофе и что-нибудь поесть, и я продемонстрирую насколько.

— Вчера ты обещала отцу помочь с утра в ангаре.

Лесли нахмурилась. — Я обещала? Наверное, я в это время думала о чем-то другом, например, о шелковых шарфах, которыми я собираюсь связать тебя.

— Ого. Звучит заманчиво. — Дэв быстро чмокнула ее. — Но нам необязательно делать все в один день. У нас еще будет время.

— Будет? — тихо спросила Лесли.

— Помни про наш уговор. — Мягко ответила Дэв. — Сначала поесть, потом помочь отцу. А после обеда мы поговорим и обязательно до того, как пойдем домой.

Лесли с серьезным видом кивнула, изо всех сил желая, чтобы они чуточку дольше могли делать вид, что их волшебное время на двоих никогда не закончится. — Ладно.

— Все будет хорошо, Лес. — Сказала Дэв, но в ее глазах появилась тревога.

— Я знаю. — Ответила Лесли, искренне желая поверить.

Дэв откинулась назад и, опершись локтями на покрытую травой землю, наслаждалась летним солнцем, легким бризом с озера и великолепным видом. Лучшей частью пейзажа была, конечно же, Лесли, которая чистила и складывала что-то на причале под руководством своего отца. Для грязной работы она оделась в обрезанные синие джинсы, потрепанную майку и старые кроссовки. Дэв никогда не видела ее так просто одетой и такой расслабленной с их последнего лета в школе. Лесли теперь была взрослой женщиной, но ее веселый смех, разливавшийся над берегом, постоянно напоминал Дэв о том времени, когда они были детьми, и каждое лето казалось бесконечным. И впервые воспоминания о прошлом не причиняли ей боли.

Лесли подошла к ней, с интересом разглядывая лицо Дэв. — О чем задумалась?

— О тебе.

К удивлению Лесли, она почувствовала, что краснеет. С тех пор как она приехала, они почти все время проводили в постели и на ее теле уже не осталось мест, до которых бы не дотрагивалась Дэв. Но нежность, с которой она говорила и смотрела на нее, как будто Лесли была самой красивой женщиной на свете, задевала гораздо более глубокие струны ее души, чем сладость их физической близости. Лесли плюхнулась рядом и поцеловала шею Дэв. — И что конкретно ты обо мне думала?

— Я думала о том, что с тех пор как мы с тобой вместе, ко мне вернулись самые драгоценные моменты моей жизни. — Дэв накрыла ладони Лесли своими. — Мне кажется, что я любила тебя всю жизнь. — Их взгляды встретились. — И теперь все хорошо.

Губы Лесли раскрылись, а глаза тут же затуманились от слез. — О, Дэв. Мне кажется, что я не смогу без тебя.

Вздохнув, Дэв поднялась и села, подогнув под себя ноги. — Мне предложили должность исследователя в Институте Пресной Воды.

— В Болтоне? — спросила Лесли, представляя себе лабораторию в двадцати минутах от дома ее родителей и в трех часах от Манхэттена.

— Да.

— Ты хочешь принять это предложение? — Спросила Лесли, сомневаясь в том, что Дэв будет счастлива безвылазно сидеть в лаборатории.

— Я не приму его, если они не разрешат мне самой составить собственное расписание, включающее полевую работу. — Дэв встретилась глазами с Лесли. — Я буду намного ближе к тебе большую часть времени.

— Но ты сама хочешь эту работу?

— Единственное что я хочу — это ты.

— А как же насчет моей работы? — Тихо спросила Лесли. — Ты, должно быть, ненавидишь то, чем я занимаюсь.

Улыбнувшись, Дэв пожала плечами. — Я достаточно времени провела в качестве эксперта в суде, чтобы понять, что природоохранные законы не идеальны. В каком-то смысле, я понимаю, что тебе в них не нравится, и почему ты защищаешь людей, обвиняемых в нарушении этих законов. — Она посмотрела на озеро, думая о стаях рыб, уничтоженных загрязнением и неправильным использованием воды. — Но эти законы лучшее, что у нас есть, и я должна отстаивать их. Я должна сделать, что смогу, пока еще есть время.

— И ты не думаешь, что когда-нибудь это может встать между…

— Всем привет! — Окликнула их Натали, спускаясь к ним по склону. На ней была униформа, а волосы стянуты сзади в конский хвост и заправлены под зеленое кепи с эмблемой егерской службы посередине. — Привет, Лесли. Дэв говорила, что ты приедешь, но мне казалось, что это должно быть сегодня вечером.

— Я приехала на день раньше, как видишь.

Глаза Натали метнулись к Дэв и Лесли увидела, как выражение ее лица изменилось на задумчивое.

— Вот как. Ну и как у тебя дела?

— Хорошо. Даже очень. — Ответила Лесли, немного откидываясь назад и задирая голову, потому что Натали остановилась почти прямо за ней. — А у тебя как?

Присев на корточки, Натали покачала головой. — Спросишь в конце этой сумасшедшей недельки. Сейчас последний большой наплыв туристов и до бабьего лета будет спокойнее. Все хотят поймать последние дни уходящего лета.

— Я чувствую то же самое, хотя озеро уже слишком прохладное для купания. — Лесли поняла, что не ревнует, хотя знала, что Натали наверняка хотела застать Дэв одну. Дэв была с Лесли, проснулась в ее постели, звала ее по имени ночью. — Надеюсь, все у тебя обойдется без происшествий.

— Может быть. — Со вздохом сказала Натали, хмуро глядя на озеро. — Если люди перестанут совершать идиотские поступки вроде этого.

Лесли проследила за ее взглядом. Недалеко от берега проходил туристический катер, один из многих таких же плоскодонных судов для осмотра достопримечательностей, в котором большую часть пространства занимают скамейки. Экскурсионный катер был явно переполнен, и многие люди, которым не хватило места, стояли.

— Представляю как там сейчас весело. — Сказала Лесли. — Жаться друг к другу как сарди… О Боже мой!

— Господи боже. — Вскочила Дэв.

Лодка накренилась на борт и через какую-то долю секунды перевернулась.

Лесли, Дэв и Натали помчались к берегу. До них уже начали доноситься панические крики людей, оказавшихся в воде в тридцати метрах от берега.

— Нужны спасательные катера в Болтон Лэндинг возле Приозерного. — Прокричала Натали в рацию. — И скорая. У нас тут люди за бортом. Человек двадцать пять как минимум.

Пока Натали организовывала спасение, Лесли и Дэв скинули свои ботинки и бросились в воду. Некоторые из людей уже двигались к берегу, но остальным очевидно нужна была помощь. Они барахтались в воде и кричали. Лесли быстрыми и сильными гребками миновала тех, кто был достаточно близко к берегу и мог самостоятельно справиться с опасностью. Она видела как минимум троих, которым нужна была помощь, их головы то появлялись над водой, то исчезали. Дэв не сильно отстала от Лесли и держалась в паре метров позади. Она никогда не была так же ловка в воде, как Лесли.

Лесли добралась до первой жертвы кораблекрушения меньше чем за минуту.

— Перестаньте бить по воде и позвольте мне помочь. — Прокричала она, остановившись в метре от мужчины, чтобы не попасть под случайный удар его руки.

— Я не умею плавать. — С выпученными от страха глазами, прохрипел он. — Моя жена. Моя жена. Я не вижу где моя жена.

— Я отбуксирую вас к берегу. — Крикнула Лесли, осторожно приближаясь. — Я собираюсь ухватить вас за рубашку. Не ударьте меня случайно.

Ее слова, похоже, усмирили его панику, потому что мужчина немного расслабился, и Лесли смогла перекинуть руку через плечо и подхватить его за подмышку. — Просто расслабьтесь и гребите ногами. Я сделаю все остальное.

— Жена. — Воскликнул он. — Пожалуйста, найдите мою жену.

Подплыв достаточно близко к берегу, где уже можно было нащупать ногами дно, Лесли отпустила его. Натали, мать Лесли и еще несколько человек из постояльцев помогали людям выбираться из воды. Не останавливаясь, Лесли развернулась и тут же поплыла обратно к перевернутой лодке. Покрытое белой краской днище неестественно ярко блестело на солнце. Лесли нырнула под лодку, она знала, что под перевернутым днищем должен был остаться воздух, а значит, могли быть и выжившие. Но под лодкой не было ничего кроме тела, медленно дрейфующего в воде. Сдержав готовый вырваться крик ужаса, Лесли дернулась в сторону и, поднырнув за борт, выплыла наверх. Хватая ртом воздух, она быстро отдышалась и, схватив ближайшего пострадавшего, поплыла к берегу.

— Катер здесь. — Прокричала Натали, стоявшая по пояс в воде и ожидавшая, пока Лесли с пожилой женщиной на руках подплывет ближе.

— Сколько… сколько еще ты видишь? — Задыхаясь, спросила Лесли. Ее ноги и руки начинали наливаться свинцом. Она уже потеряла счет времени и тому, сколько раз она уже отправлялась к медленно тонущей лодке.

— Шесть или семь. — Ответила Натали. — Лесли, ты слишком устала. Останься на берегу.

Но Лесли все еще слышала крики. Не обращая внимания на слова Натали, она повернулась и снова погрузилась в воду. Ей показалось, что она увидела Дэв, которая тащила мужчину без сознания. Вернувшись, Лесли рухнула на колени на мелководье, хватая ртом воздух.

— Лесли. — окликнула ее Эйлин. — Не возвращайся туда. Ты едва стоишь на ногах.

— Где… Дэв? — Прокричала Лесли. — Она… там?

Эйлин тревожно огляделась по сторонам. Склон у берега был наполнен спасенными людьми, одни были без сознания, другие стонали и плакали. Вой сирен добавлял свой штрих к атмосфере хаоса и работники «скорой» сновали туда-сюда с носилками. — Я не вижу ее. Она должна быть где-то здесь.

Внезапный выброс адреналина заставил Лесли подскочить, ее сердце бешено заколотилось. Она окинула берег внимательным взглядом. Натали показывала медбратьям тех, кто пострадал больше других. Несколько постояльцев гостиницы выносили одеяла, а отец Лесли перевозил пострадавших вверх по склону в своем карте. Дэв нигде не было видно. Лесли бросилась к озеру. Она увидела Дэв, та медленно гребла в двадцати метрах от берега, буксируя одного из пострадавших. Лесли видела, как женщина замолотила руками по поверхности и они с Дэв обе ушли под воду. Лесли бросилась обратно в ледяную воду. Она гребла под водой, рывок за рывком. Под водой она плавала значительно быстрее, и ей не нужно было видеть, она знала это озеро, этот берег так же хорошо, как собственное отражение в зеркале. Она точно знала, где Дэв. Ее легкие горели, но она оставалась под водой, пока не добралась до места. Вырвавшись на поверхность, Лесли огляделась вокруг.

— Дэв! Дэв!

Спасательный катер был всего в паре метров от нее и Лесли показалось, что она узнала женщину, которую они вытаскивали в этот момент. Ту, которую спасала Дэв. Но самой Дэв там не было. Ее нигде не было видно. Нет. Нет-нет-нет. Лесли огляделась вокруг еще раз и внезапно Дэв всплыла на расстоянии вытянутой руки от Лесли. Ее лицо исказилось от боли и не успело сердце Лесли обрадоваться, как она снова ушла под воду и больше не вынырнула обратно. Резко сложившись пополам, Лесли ринулась вслед и, не прошло и пары секунд, как она дотянулась до Дэв. Схватив ее за руку, Лесли вытянула ее на поверхность. Дэв кашляла и сплевывала воду, а Лесли подтянув ее к себе, схватила за рубашку и повторяла. — Все в порядке. Все в порядке, любимая. Я держу тебя.

— Та… женщина… потеряла… ее… — задыхаясь, выдавила Дэв. — Надо… найти…

— С ней все хорошо. Она в лодке. Ты можешь плыть? Дэв! Ты можешь плыть?

Дэв покачала головой. — Ногу свело судорогой. Не могу.

— Тогда держись за меня. — Лесли так крепко схватилась за рубашку Дэв, что ее пальцы онемели. — Слышишь меня? Держись и я дотащу нас до берега.

Дэв ничего не ответила, но изо всех сил постаралась помочь Лесли. Натали вошла в воду по грудь, чтобы встретить их и подхватила Дэв за талию.

— Я держу ее. — Крикнула она.

Лесли продолжала плыть, не ослабевая хватки. Она не чувствовала ни холода, ни боли в своих руках и ногах, ни того как горели ее легкие. Она думала лишь о том, чтобы не потерять Дэв. Больше никогда.

— Лесли! — Крикнула Натали. — Отпусти. Я держу ее.

Эйлин присоединилась к Натали и подхватила Лесли.

— Все хорошо, милая. Все хорошо. Позволь Натали помочь. Отпусти ее.

Натали вместе с Эйлин вытащили Дэв и Лесли на берег.

Рухнув на землю, Лесли почувствовала, как ее тело бьет крупная дрожь. Она уложила Дэв к себе на колени и, спрятав свое лицо на ее груди, как могла крепко ее обняла. Губы Дэв были синие, а лицо мертвецки бледное.

— Дэв, любимая, все в порядке? — Окликнула ее Лесли. Она откинула прилипшие локоны с лица Дэв, похлопала ее по щекам и поцеловала в лоб. — Дэв?

— Все хорошо. — Отозвалась Дэв. — Лес, все в порядке.

Натали накинула одеяло на плечи Лесли и еще одним укрыла Дэвон.

— Мы еще нескоро сможем доставить ее в больницу. — Сказала Натали. — Скорая помощь перегружена, они перевозят пострадавших так быстро, как только могут.

— Скорая не понадобится. — Проговорила Дэв сквозь стук собственных зубов. — Мне просто нужно согреться.

— Помоги другим, Натали. — Сказала Лесли, растирая спину и руки Дэв. — Я о ней позабочусь.

Натали улыбнулась и коснулась кончиками пальцев щеки Лесли. — Я знаю, что позаботишься. Я скоро вернусь. Ты тоже постарайся согреться.

Лесли закрыла глаза и крепче прижалась к Дэв, понимая с абсолютной уверенностью, что ей не нужен никто и ничто в жизни, кроме Дэв. Звук приближающегося мотора выдернул ее в настоящее. Пол Харрис подъехал к ним на своем карте.

— Милая, вы сможете забраться сюда? Я отвезу вас обеих к гостинице.

Дэв открыла глаза и встретилась взглядом с Лесли:

— Я смогу, если ты мне поможешь.

— Можешь на меня рассчитывать. — Ответила Лесли, нежно целуя губы Дэв. — В любое время.

Глава тридцатая

Пол высадил девушек у входа в гостиницу и поспешил обратно, чтобы помочь перевезти остальных. Лесли помогла Дэв подняться наверх, и наспех проверив родительский гардероб в поисках подходящей одежды, провела Дэв в один из пустующих номеров.

— Давай я помогу тебе снять одежду. — Сказала Лесли, вытягивая мокрую рубашку из-за пояса Дэв.

— Я справлюсь, — хрипло ответила Дэв. — Тебе тоже надо переодеться, ты вся дрожишь.

— Я, по крайней мере, не синяя. — Выпалила Лесли. Ее еще не оставил ужас который она испытала, когда Дэв исчезла под водой. — О, Боже, прости, я не хотела. — Дрожащей рукой Лесли провела по лицу. — Просто я так испугалась. — Она притянула Дэв к себе и обняла, не обращая внимания на насквозь промокшую одежду. — Я так боялась, что потеряю тебя. Я бы этого не вынесла, Дэв. Я бы не пережила.

— Все хорошо. — Дэв обвила руками талию Лесли и встряхнула ее. — У нас все будет хорошо.

Все еще дрожа, Лесли немного успокоилась, почувствовав вернувшуюся к Дэв силу. Включая душ, она все еще придерживая Дэв одной рукой. — Давай для начала согреемся, и потом переоденемся в сухую одежду.

Молча сняв с себя оставшуюся одежду, Дэв ступила под поток теплой воды, оставив приоткрытой дверцу душевой кабинки. Какое-то время она просто стояла под согревающими струями, опершись о стену и не открывая глаз. В ее руке была рука Лесли, тепло обволакивало ее тело, и разум прояснялся. С ясностью мыслей пришло осознание всего произошедшего. Трудно было поверить, что все случившее на озере произошло наяву. Казалось, будто кошмарный сон, каким-то образом проскользнул в ее сознание и оставил после себя неизгладимые образы ужаса.

— Я все еще не могу в это поверить. — Прошептала Лесли, как будто прочитав мысли Дэв.

— Я тоже. — Дэв откинула волосы назад и встретилась глазами с Лесли. — Ты невероятная женщина. Я даже не могу представить, сколько жизней ты только что спасла.

Слезы брызнули из глаз Лесли. — Не больше чем ты.

Дэв покачала головой, я никогда не умела плавать, так как ты. Думаю, на каждый мой заход ты делала три. Господи, Лес. С тобой все в порядке?

— Понятия не имею. — Слабо улыбнулась в ответ Лесли. — Все что я знаю, это что ты здесь и это единственное что имеет значение.

— Я люблю тебя. — Прошептала Дэв, нежно возвращая Лесли обратно в свои объятия. Она прижалась щекой к мокрым волосам Лесли. — И это так здорово.

— Лучше чем что-либо на свете. — Лесли поцеловала шею Дэв и потом ее губы.

Спустя некоторое время, Дэв и Лесли одетые в позаимствованные штаны и футболки, босые, если не считать носков, спустились вниз.

— Солнце заходит. — Заметила Дэв, когда они подошли к окну. — Еще полчаса и резко похолодает. Похоже, скорая уже увезла почти всех.

— Ты сможешь разжечь камин в большой гостиной? — Спросила Лесли. — Я пока отнесу сухую майку Натали и заодно узнаю, как мои родители.

— Скажи Натали, что ей нужно передохнуть. Пусть она тоже зайдет и погреется.

— Обязательно. — Сказала Лесли, натягивая резиновые сапоги своей матери. — Скоро вернусь.

Лесли вернулась с Натали, родителями и помощником шерифа. К этому времени Дэв уже развела огонь, и жаркие всполохи пламени прогнали остатки тумана из ее головы и окончательно вытеснили холод из ее костей. Пока Натали, Пол и Эйлин переодевались наверху, помощник шерифа — блондинка с короткой стрижкой и с фигурой игрока в регби, представившаяся как Джулс Кайплинг — попросила Лесли и Дэв рассказать о том, что они видели.

Вскоре к ним присоединилась и Натали.

— Я сержант Натали Эванс, егерская служба. — Представилась Натали.

— Сержант. — Джулс кивнула в знак приветствия, а Натали уселась на диван рядом с Дэв. — Я полагаю, что когда все прояснится, то разбираться с этим инцидентом будет администрация природного парка, потому что это произошло на озере. Тем не менее, я предлагаю пока объединить наши усилия и провести совместное расследование.

— Хорошо. — Натали внимательно изучала блондинку. — Извините, я не услышала вашего имени.

— Кайплинг. — Помощница шерифа улыбнулась, и ее взгляд задержался на Натали чуть дольше, чем это было необходимо. — Но вы можете звать меня просто Кайп.

Натали сверкнула усталой улыбкой.

— Спасибо. Ну что, давайте переберем факты пока мы еще не слишком устали и все помним?

Джулс Кайплинг все аккуратно записывала и то же самое делала Натали, которая писала на планшете, который нашла в своем кабинете Эйлин. Рассказы всех трех свидетелей почти не отличались и сорок минут спустя все пришли к соглашению, что остальные формальности могут подождать до завтра.

— Сколько человек не выжило? — Тихо спросила Лесли.

Дэв протянула ей руку и Лесли обхватила ее своими ладонями.

— Благодаря вам, только один. — Ответила Джулс. — И врачи предполагают, что у погибшего был сердечный приступ.

Эйлин принесла второй кофейник и поставила его на низком столике, вокруг которого все сидели.

— Еда будет готова буквально через несколько минут. — Она посмотрела на Натали и Джулс. — Вы обе можете остаться. Горячая пища вам не помешает.

— Спасибо, Эйлин, я бы с удовольствием, — Натали поднялась. — Но мне еще нужно вернуться в офис и заехать в больницу, чтобы установить личности поступивших и предупредить их семьи.

— Вы не против, если я присоединюсь? — Вмешалась Джулс Кайплинг. — Я могу помочь, и это избавит нас обеих от необходимости делать одну и ту же работу дважды.

— Ничуть не против. Это было бы здорово. — Натали повернулась к Эйлин. — Спасибо за одежду. Я верну ее, как только смогу.

— Можешь не спешить. И не забывай про нас, несмотря на то, что лето уже закончилось.

Натали улыбнулась.

— Спасибо. Я буду заглядывать к вам.

Когда Натали с Джулс ушли, Лесли свернулась калачиком рядом с Дэв, накинув на ноги покрывало, несмотря на то, что в комнате было тепло. — Я все еще мерзну. А ты?

— Ужасно устала. — Призналась Дэв. — Все чего я хочу это забраться в постель и не выпускать тебя из своих объятий.

— Ты не голодна?

Дэв покачала головой.

— Мы можем вернуться попозже. Сейчас мне нужна только ты.

Откинув покрывало, Лесли поднялась с дивана и протянула руку Дэв.

— Значит, именно это мы и сделаем.

* * *

— Я заснула на полуслове? — Спросила Дэв, проснувшись в объятиях Лесли.

Оранжевые тени от камина в гостиной отражались на стенах спальни и мягко освещали ее. Она помнила, как они пришли домой, как Лесли развела огонь, как они забрались в постель. Она помнила, с какой нежностью и трепетом Лесли обняла ее, будто она самое драгоценное сокровище, которое в любой момент может исчезнуть. И как она гладила Лесли по щеке, желая уверить ее в обратном, помнила, как говорила, что ничто и никогда не разлучит их. Или может быть… она не успела сказать ей эти слова и провалилась в сон.

— Нет. — Ты закончила свое предложение. — Сказала Лесли, мягко поглаживая плечо Дэв. — Ты пробормотала, что любишь меня.

Дэв улыбнулась. — Это правда. — Она приподнялась, чтобы увидеть лицо Лесли. — И на случай если я не упоминала об этом раньше, я собираюсь принять предложение Института.

— Я тоже об этом думала. — Сказала Лесли.

Когда Дэв уснула, Лесли, уставшая ничуть не меньше, долго лежала без сна. Может быть, сон не шел потому, что все чего она хотела в жизни, она держала в своих руках.

— Я хочу быть с тобой. На самом деле быть с тобой. Я могу перевестись в офис в Элбани или найти другую работу здесь.

— Мне казалось, что ты адвокат с очень высокими способностями и амбициями. — Слегка нахмурившись, Дэв внимательно изучала лицо Лесли. — Адвокат из Большого Города. Думаю, здесь тебе будет скучно.

Лесли тихо рассмеялась. — Ну, есть люди, которые считают, что я сейчас в настоящих джунглях, но…

— Не думаю, что тебе стоит это делать.

— Дэв. — Лесли села на постели. — Я люблю тебя и хочу, чтобы мы были вместе. Для меня это важнее любой работы.

— И мне достаточно просто знать это. — Дэв взяла в свои ладони руку Лесли и, медленно поглаживая ее большими пальцами, продолжила. — Я не хочу, чтобы ты меняла свою жизнь из-за любви ко мне.

— Но ты же меняешь. — Заметила Лесли.

— Я меняю лишь место. Я все равно буду делать ту же работу.

— Ты передергиваешь.

Улыбнувшись, Дэв покачала головой. — Нет. Может быть я не буду проводить столько времени на природе, но и того немногого мне будет достаточно. Главное, что я буду ближе к тебе.

— Мы с тобой и так уже столько упустили. Я не хочу терять еще больше времени вдали от тебя.

— Я куплю дом здесь, на озере. Ты сможешь приезжать, когда будет возможность, и я буду наведываться в Манхэттен. — Дэв погладила хмурящуюся Лесли по щеке. — Многие пары из-за работы вынуждены жить раздельно. Мы справимся.

— Пусть так. А как насчет того, что я делаю, а не где я это делаю? — Лесли наклонилась и поцеловала уголок губ Дэв. — Как ты будешь себя чувствовать, общаясь с врагом?

— Я уже для себя решила, что ты — это необходимое зло. Образно говоря, конечно же.

Лесли выпрямилась. — Прошу прощения?

— Большие корпорации и даже само правительство нанимает хакеров, чтобы проверить их системы безопасности и обнаружить уязвимые места. Чтобы потом укрепить или построить более надежную систему.

— И как это относится ко мне?

— Ты как хакер, пытающийся взломать систему. Если законы плохо продуманы и в них есть лазейки, то ты выигрываешь дело. И это говорит нам, какой закон надо усовершенствовать.

— В твоих словах есть логика. — Признала Лесли, пытаясь скрыть улыбку. — Я могла бы оскорбиться, но не думаю, что мне стоит указывать тебе на ошибки в твоих суждениях. — Она снова поцеловала Дэв. — Особенно если ты готова оставить все как есть.

— Единственное, с чем бы я не смогла бы смириться, — Дэв, обняла ладонями лицо Лесли. — Это жить без тебя. Я пыталась всю свою жизнь и больше не хочу.

— Значит, таков будет наш план, на пока что. Но, — Лесли, наклонилась и проделала дорожку из поцелуев по шее Дэв. — Но если я не выдержу разлуки с тобой, то оставляю за собой право передумать.

Дэв уложила Лесли на спину и оказалась сверху. — Я забыла упомянуть еще кое о чем.

— О чем? — Спросила Лесли, отвлеченная внезапным ощущением ноги Дэв между своих бедер.

— Ты будешь работать не так много и будешь лучше о себе заботиться.

— Хм-м. — Лесли выгнула спину и поплотнее прижалась к Дэв, улыбнувшись вырвавшемуся у нее вздоху.

— Я серьезно. — Пробормотала Дэв, взбираясь губами по тонкой шее Лесли.

— Это хорошо, потому что я тоже о-очень серьезна. — Лесли запустила свои пальцы в волосы Дэв, ее тело пробуждалось так, как только Дэв умела пробудить его. — Ты нужна мне.

— Всю свою сознательную жизнь я мечтала быть с тобой. — Дэв нежно поцеловала ее. — И теперь я хочу, чтобы мечта стала явью.

— Что ты думаешь о долгосрочных обязательствах? — Прошептала Лесли, прижавшись губами к уху Дэв.

— Пятнадцать лет для тебя недостаточное доказательство?

Лесли рассмеялась. — Даже более чем.

— Вот и хорошо.

И она снова ее поцеловала.

Об авторе

Рэдклифф (настоящее имя Лен Барот) — автор более 30 изданных лесбийских романов и антологий лесбийской прозы. Начала писать свои книги, работая пластическим хирургом в частной клинике. Впоследствии ушла из медицины и полностью посвятила себя литературному творчеству. Создала издательство «Болд Строукс Букс», одно из ведущих в мире, специализирующихся на выпуске ЛГБТ-литературы, является его президентом, и продолжает писать романы. Ее книги были удостоены литературных премий Lambda (учреждена в области ЛГБТ-литературы) и Golden Crown (присуждается авторам и издателям лесбийской литературы). В качестве редактора Рэдклифф работала над большим количеством романов и сборников эротической прозы. Под псевдонимом Л. Л. Раанд она выпустила серию книг в жанре мистика «Полуночные Охотники».

Вот что говорит Рэдклифф о себе: «Я начала читать лесбийскую литературу, когда мне было двенадцать лет, это был роман Энн Бэннон про Бибо Бринкер. Эта и подобные книги убедили меня в том, что я не одна такая, и что есть и другие женщины, которые чувствуют так же, как я. Наша литература оказывает поддержку всем, кто принадлежит к гей-комьюнити, и очень часто дает нам надежду и веру, поскольку служит подтверждением того, что мы не одиноки, нас много. Я горжусь тем, что благодаря появлению издательства «Болд Строукс Букс» получила возможность публиковать прекрасные романы многих авторов и тем самым внести посильный вклад в развитие литературы, которая посвящена описанию нашей жизни». Рэдклифф живет со своей партнершей Ли в Нью-Йорке.

Более подробная информация об авторе Рэдклифф на сайте www.radfic.com

Книги от издательства «Солид пресс»

«Я БОЛЬШЕ НЕ ОДНА» Джерри Хилл

Случайная дружба двух женщин вырастает в сильную эмоциональную связь. Связь, которая вскоре выходит за границы дружбы. Несмотря на давление со стороны семьи о примирении с мужем, Сьюзан не в силах отрицать чувства, которые она испытывает к своей подруге Шон.

«ЗА ХВОЙНОЙ СТЕНОЙ», Джерри Хилл

С детства Кай и Джеки были лучшими подругами, пока их не разлучила судьба. Джеки была выслана из города собственной матерью после признания в своей нетрадиционной ориентации. 15 лет спустя Джеки, успешная и известная писательница, получает известие о смерти ее отца и вынуждена вернуться в родной город…

«КЛУБ ОДИНОКИХ СЕРДЕЦ», Рэдклифф

Три закадычные подруги еще со школьной скамьи в шутку называют свою дружбу «Клубом Одиноких Сердец». Каждая, с тех пор, добилась успеха на своем поприще. Лиз — адвокат, Бренда — известная писательница, Кэндис занимается недвижимостью. Но в свободное время «Клуб Одиноких Сердец» живет своей жизнью. К трем подругам добавляем парочку экс-возлюбленных и несколько новых персонажей, затем приправляем это тайнами и секретами и получаем отличный коктейль зажигательных страстей.

«ОПАСНЫЕ ЛЮБОВНЫЕ СВЯЗИ»

Ким Болдуин и Ксения Алексу

Домино — наемник-оперативник из элитного подразделения, где нет места страху перед опасностями. Всю свою жизнь ее обучали бороться с террористами и оставаться незаметной, смешиваясь в праздной толпе. Она опытна и может сыграть любую роль, необходимую для достижения ее цели. Она живет по принципу: цель оправдывает средства. Но ее последнее задание, где она должна исследовать деятельность журналистки по имени Хейли окажется настоящей проверкой не только ее навыкам, изобретательности, и храбрости, но и преданности. Потому что на сей раз, она окажется перед непростым выбором между преданностью своему подразделению и любовью.

«ИГРЫ С ДЬЯВОЛОМ», Али Вали

Кейн Кэйси возглавляет крупную криминальную организацию в Нью-Орлеане, принадлежащую ее семье. Никто не смеет перейти ей дорогу. Кейн осторожна со своим сердцем так же, как и с бизнесом, но встреча с Эммой переворачивает ее жизнь с ног на голову и ведет ее по опасной дороге. «Игры с Дьяволом» — это история о страсти, предательстве и о любви, которая подвергается испытаниям.

«ГОЛУБАЯ ЗВЕЗДА», Ким Болдуин и Ксения Алексу

Мишель Тейлор — ведущая оперативница Организации Элитных Наемников, находит утешение в бешеных скоростях, мчась с одной миссии на другую, под кодовым именем «Аллегро». В ее жизни молниеносно сменяются головокружительные романы. Но от чего она бежит? Заносчивая, уверенная в себе, привыкшая побеждать, Мишель, в буквальном смысле, проверяется на прочность заданием — украсть уникальный бриллиант «Голубая Звезда» у голландской графини. Аллегро приходится не только выиграть в невероятной погоне за алмазом у арабских террористов, но и бороться за свою любовь: ее сердце украдено роковой женщиной, которую ей обозначили как «цель».

Встречайте вторую остросюжетную историю в серии «Элитные Оперативники», продолжение сенсационно успешного триллера «Опасные Любовные Связи».

«НЕУКРОТИМАЯ СТРАСТЬ», Рэдклифф

Сакстон Синклер — главный врач травматического отделения Манхэттанской больницы, не слишком обрадовалась новости, что ее новая практикантка собирается быть предметом документального фильма. Ситуация еще больше обостряется с прибытием яркой и независимой кинорежиссерши Джуд. Происходит столкновение двух личностей. Но страсть ударяет без предупреждения, и они борются с желанием и с судьбой.

«НЕВИННЫЕ СЕРДЦА», Рэдклифф

В 1860-х годах юная Кейт Бичер переезжает с семьей из Бостона на Дикий Запад. На новом месте она сталкивается с трудностями и испытаниями, а также с нелегким выбором. Восемнадцатилетняя девушка, встречает женщину, которая сначала поразила ее воображение, а потом пленила сердце и поселилась в мечтах. Независимая и бесстрашная владелица собственного ранчо Джесси Форбс неожиданно проникается к Кейт всепоглощающей страстью, не подозревая, что именно этого ей не хватало всю жизнь. Их борьба за любовь разворачивается в жестокую и яркую эпоху в наделенном красотою краю, который американским переселенцам еще предстояло освоить.

«ПРЕДНАЧЕРТАННАЯ ЛЮБОВЬ» Рэдклифф

Когда молодая и перспективная хирург Катрин внезапно переводится на низшую должность в другой город, ее новая начальница Марго не скрывает своего недоверия. Тем не менее, они пытаются создать видимость мира, необходимого для совместной работы, но постепенно обе начинают бороться с неожиданным взаимным притяжением. Однако, понятия чести достаточно, чтобы не дать волю новым чувствам, не говоря уже о том, что сердце Марго принадлежит той, чье обручальное кольцо она носит.

Среди хаоса и драмы переполненного реанимационного отделения Катрин и Марго пытаются бороться не только за жизни пациентов, но также и с тайнами сердца и непреодолимыми силами судьбы.

«СЛИШКОМ БЛИЗКО, ЧТОБЫ КОСНУТЬСЯ», Джорджия Бирс

Жизнь усложняется, когда любовь оказывается не совсем то, что ты ожидаешь. Гретхен — одна из немногих женщин-руководителей, добившаяся успеха на корпоративной арене, переезжает в другой город, решать очередные задачи. В личной жизни она перебивается одноразовыми встречами. Ей не нужна любовь, она не чувствует необходимости в ней и уж тем более не ожидает встретить ее. Очаровательная помощница на новом месте, полностью меняет ее представления на всю последующую жизнь.

«ВЛЮБИТЬСЯ ЗА 13 ЧАСОВ» Меган О'Брайен

Реально ли влюбиться за тринадцать часов?

В день своего рождения, Дана работает в офисе допоздна. Ее работу прерывает неожиданное появление полуобнаженной девушки, исполняющей стриптиз. Стриптизерша Лорель еще ни разу не сталкивалась с более неблагодарным клиентом, чем Дана. Не желая быть оторванной от работы «подарком» от коллег, Дана настойчиво и грубо выпроваживает Лорель из здания. Две женщины застревают в лифте на целых 13 часов, и эта поездка меняет все. В этой быстротечной, эротической истории жажды, фантазии, одиночества и желания, Дана и Лорель намерены обнаружить: может ли их страстная встреча в лифте значить больше?

«СЛЕДСТВИЕ ВЕДЕТ ХАНТЕР», Джерри Хилл

Высококлассная детектив Тори Хантер привыкла поступать по-своему. И даже после шести различных напарниц за семь лет службы Тори не готова к тому, что ее новой напарницей назначат темпераментную Саманту Кеннеди. Саманта хочет отличиться на новой работе, чтобы угодить своему требовательному бойфренду. Но неожиданно для нее, ей в напарницы назначают самого сложного детектива во всем участке. В процессе расследования дела о серийном убийце обе женщины сближаются. Саманта ставит под сомнение свои многолетние отношения с бойфрендом, а Тори, которая всегда держит всех на расстоянии, чувствует, что ее стена рушится в присутствии Саманты. Расследование продвигается с трудом и оба детектива борются со своими чувствами, стараясь удержать свои отношения в профессиональных рамках.

«РАЗБИВАЯ ЛЕД», Ким Болдуин

Разрыв с подругой и смерть матери довели ее до депрессии. Но неожиданная находка в вещах матери приводит ее в одно из красивейших мест на планете. В поисках ответов и приключений, Карла Эдвардс отправляется за Полярный Круг, где она встречает сексуальную и притягательную девушку — смелую арктическую летчицу, которая открывает ей глаза на новые возможности.

«ЯРОСТЬ ДЬЯВОЛА», Али Вали

«Ярость Дьявола» раскрывает историю Кейн — главы мафиозного клана, и ее возлюбленной Эммы. Кейн под угрозой со всех сторон, и, чтобы защитить то, что ей дорого, она должна выпустить на волю Дьявола, что внутри нее. Накал преступных страстей растет, одновременно разгораются и страсти любовные…

«ВОЗВРАЩАЯ К ЖИЗНИ», Рэдклифф

Когда вся твоя жизнь проходит в постоянной схватке со смертью, как найти время для любви? Доктор Али Торво не понаслышке знает, насколько хрупка человеческая жизнь: работая в травматологии, она ежедневно сталкивается со смертью и людскими трагедиями. Она противостоит самой судьбе, спасая людей, и это для нее больше, чем просто работа. Али не хочет для себя другой жизни и не нуждается ни в чем, особенно в такой непостоянной вещи, как любовь. Многие женщины пытались переубедить ее, но ей не составляло труда отказывать им. Однако все изменилось в тот день, когда в травматологии появилась Бо Кросс, работающая в пожарной службе. С этого момента упорядоченную жизнь Али охватило пламенем.

Первый роман в серии «Спасатели».

«ПОЛНОЕ ПОГРУЖЕНИЕ», Эрин Даттон

Пожар — обычное дело для команды пожарных. Но именно после одного из подобных происшествий Рид Вебб теряет лучшего друга и напарника. Охваченная скорбью и чувством вины, Рид готова на всё ради его сына. Она берёт на себя заботу о мальчике и сталкивается с сестрой погибшего друга, Изабелл Грант. Всё осложняется растущим между ними влечением, ведь Изабелл винит Рид в смерти брата, а Рид хранит к ней симпатию со школьных времён.

«КОГДА ТРЕПЕЩУТ МЕЧТЫ», Рэдклифф

Визит Лесли Хэррис в свой родной дом, на берегу Онтарио, после десятилетия, полного побед и разочарований, больше походит на ночной кошмар, чем на спокойный отдых, которого ей хотелось. Неожиданное появление сильно изменившейся Дэвон Вэбер, с которой их связывает секрет, хранимый в сердцах, вновь разжигает былую боль и заставляет Лесли вспомнить о том, почему она покинула город. Несмотря на вновь вскипающее влечение к Дэв, Лесли не желает возвращаться к тому, с чем было покончено, особенно теперь, когда у неё есть желанная ею жизнь: востребованная и высокооплачиваемая юридическая практика, квартира на Манхеттене, партнёр, который удовлетворяет её, не претендуя на особую близость, которой Лесли так страшится. К сожалению, биолог Дэвон Вэбер не хочет играть по её правилам. Две женщины, судьбы которых сложились вовсе не так, как они некогда мечтали, внезапно осознают что порой очертания будущего можно увидеть лишь в прошлом, а любовь сильна — «Когда Трепещут Мечты»

ГОТОВЯТСЯ К ВЫПУСКУ:

«ПРОПАВШАЯ РЫСЬ», Ким Болдуин и Ксения Алексу

Когда правоохранительные органы вновь упустили серийного убийцу-садиста по прозвищу «Охотник за головами», найти маньяка может только Организация Элитных Оперативников. Миссия «Маска» досталась оперативнице с кодовым именем Рысь. У нее достаточно решимости, навыков и, что самое главное, она идеально подходит для этого задания, но ее молодость и недостаток опыта вполне могут поставить операцию под угрозу. Поиски заводят Рысь глубоко в Азиатские джунгли, где ей предстоит бороться не только с международной мафией по торговле живого товара, а также с растущими чувствами по отношению к таинственной наемнице, у которой свои планы на «Охотника за головами».

Третья книга в серии «Элитные Оперативники».

«БЕЗОПАСНАЯ ГАВАНЬ», Рэдклифф

У Риз Конлон, новой помощницы шерифа, голова идет кругом от обретенной свободы. Доктор Виктория Кинг пережила тяжелый разрыв, и больше не хочет рисковать своим сердцем. Дочь шерифа Брианна Паркер боится, что отец, узнав о ее отношениях девушкой, не сможет этого принять, но обстоятельства решают все за нее. Это безумное лето в Провинстауне многое изменит в их жизни.

Первая книга в серии «Провинстаун».

Примечания

1

Марка немецкого пива.

2

Au naturel — обнаженной.

3

Знаменитая тюрьма в штате Нью-Йорк.

4

Быстро передвигающийся зимний циклон, зарождающийся возле канадского города Альберта и сопровождающийся сильным снегопадом.

5

Национальный праздник в США и Канаде, отмечаемый в первый понедельник сентября.

6

Закрытое помещение, предназначенное для создания звука эхо и реверберации, обычно используется для записи музыкальных произведений.

Content

Рэдклифф
Когда трепещут мечты

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Об авторе

Книги от издательства «Солид пресс»

Примечания