Кейт Дэнтон

О будущем следует подумать сегодня

OCR – Goton

Spellcheck – Рада

Д94 О будущем следует подумать сегодня: Роман / Пер. с англ. И. Файнштейн. – М.: ОАО Издательство «Радуга», 2001. – 192 с. – (Серия «Любовный роман», № 440)

ISBN 0-263-81152-2

ISBN 5-05-005146-0

© Kate Denton, 1998

© Художественное оформление издательство «Арлекин Энтерпрайзиз Б.В.»

© Перевод на русский язык Издательство «Радуга», 2001

Kate DENTON "MAIL-ORDER MOTHER". 1998

Аннотация

Как дальше жить? Ни семьи, ни мужа, ни работы… Прекрасная топ-модель Джей-Джей, чьи фотографии печатались во всех модных женских журналах, всерьез задумалась о своем безрадостном будущем.

И вдруг это неожиданное объявление: Грег Меррифилд ищет жену и мать для двух своих детей.

Может, это счастливый шанс, который дарит ей судьба? Надо попытаться…

ГЛАВА ПЕРВАЯ

«Фермер ищет жену и мать для двух своих близнецов. Контактный адрес: почтовый ящик 826, Мартинсвилл, Техас…»

Черри Хенли с выражением прочитала вслух попавшееся ей на глаза объявление в «Амарилло Таймс» и, обведя веселым взглядом коллег – очаровательных фотомоделей, расположившихся в удобных креслах, – добавила:

– Как вам это нравится? Похоже, парень считает себя просто сокровищем.

Насмешливый комментарий Черри, да и само действительно странное объявление развеселили девушек, и они захихикали. Только Джейн Джаррет не нашла в ситуации ничего смешного и еле подавила негодование.

– Есть желающие? – все с той же насмешкой спросила Черри, сложив газету и бросив ее Энджеле.

– Ужасно соблазнительное предложение, – в тон ей ответила Энджела, перечитывая абзац, который Черри обвела шариковой ручкой.

– Очень напоминает прошлый век, – вступила в разговор Бонни. – Женщин тогда не хватало, и приходилось заказывать их по почте, как сельскохозяйственный инвентарь или мешки с мукой.

– Думаю, для такого объявления необходимы смелость и решительность, – раздраженно возразила Джейн. Она схватила газету и, не обращая внимания на недоуменные взгляды, спрятала ее в свою бездонную сумку.

Призыв неизвестного фермера вызвал в Джейн восхищение и зависть, очевидно из-за того, что в последнее время сама она потеряла контроль над собственной жизнью.

Последний в череде ударов судьбы Джей-Джей – как называли Джейн Джаррет в профессиональных кругах – получила только вчера: косметический гигант «Карвел инк.», «лицом» которого многие годы она была, отказался возобновить контракт с нею. Карвел, хозяин фирмы, объяснил свое решение тем, что ищет более юный образ. И эта съемка, вблизи сурового каньона Пало-Дуро на западе Техаса, завершала карьеру Джейн как фотомодели.

Интересно, кто заменит ее, думала Джейн. Черри? Энджела? Или любая из других двадцатилетних красоток? Впрочем, ее это не сильно волновало. Какая разница? Ей даже хотелось сказать: «Милости прошу на мое место…», хотя, конечно, не очень приятно в тридцать три года услышать, что ты уже стара.

Правда, Джейн и с этим готова была согласиться. Работа больше не удовлетворяла ее. Признаки профессиональной усталости она замечала в себе задолго до разговора с Карвелом. Чем заняться в будущем, Джейн еще не решила, однако точно знала, что горько плакать и даже просто сожалеть о прежней жизни не будет.

День тянулся бесконечно. Время словно остановилось. Джейн терпеливо ждала, пока фотограф выискивал наиболее удачные ракурсы, выполняла все указания, позировала, улыбалась по команде и наблюдала за остальными моделями. Она не позволяла себе ни малейшего намека на скуку или горечь, оставалась тем, чем и была все эти годы – высокопрофессиональной фотомоделью. Пусть это ее последнее выступление, но она сыграет свою роль с той же увлеченностью, даже одержимостью, что привела ее на вершину, выделила из массы не менее красивых конкуренток.

Только вечером, в уединении гостиничного номера, Джейн позволила себе поразмышлять над будущим… и прошлым. Она забралась в постель, подтянула колени к груди… Как же так случилось, что я стала ходячей мишенью для острых стрел судьбы? Сначала крушение вроде бы счастливого брака, теперь крушение карьеры. Господи, как тяжело! Но она справилась бы с горечью поражения, если бы не… если бы не…

Глаза Джейн наполнились слезами. Вот с этим ударом она до сих пор не смирилась. У нее никогда не будет детей! Бесплодна. Какое безобразное слово!

Прошло уже несколько месяцев, однако сокрушительный диагноз звучал в ее ушах, словно она услышала его только вчера. После пяти лет замужества и трехлетних попыток забеременеть она обратилась к специалисту. «Я на девяносто девять процентов уверен в том, что у вас никогда не будет детей, – сказал гинеколог. – Ни известные медицине терапевтические методы, ни хирургическое вмешательство ничего не изменят».

А Кевин, ее муж, счел бесплодность слишком серьезным изъяном и воспользовался им как предлогом для развода. Он даже не усомнился в приговоре врача, не захотел поддержать ее, хотя бы дождаться мнения других специалистов. Правда, это ничего бы не изменило. Джейн обратилась к другим врачам… с тем же результатом.

Итак, ни ребенка, ни мужа, ни профессии. Джейн устало откинулась на спинку кровати. Нельзя сдаваться. Надо как-то устраивать свою жизнь. Ведь не сдается же этот незнакомый фермер… Джейн покосилась на раскрытую газету: когда она успела вынуть ее из сумки и положить на тумбочку? Задержала взгляд на объявлении, схватила газету и, словно обжегшись, выпустила ее из рук. Схватила снова, внимательно изучила короткие строчки.

Надо признать, объявление интригует своей недосказанностью. Однако какая женщина в здравом уме хотя бы на секунду задумается над ним?! Я? Боже сохрани!

Джейн размышляла над газетными строчками почти целый час. И чем дольше она пыталась убедить себя в абсурдности возникшей идеи, тем больше привлекали ее возможные последствия. Этот фермер стремится привести в порядок свою жизнь, как и сама Джейн. Он потерял жену, она потеряла мужа. Фермеру необходима мать для его детей, а ей жизненно необходимо стать матерью. Похоже, это шанс…

Промедление смерти подобно, - подытожила Джейн, так как слишком хорошо себя знала: если станет сомневаться и выжидать, ей не хватит смелости ответить на объявление.

Пока решимость ее не покинула, Джейн достала конверт, листок почтовой бумаги, быстро набросала ответ и, вызвав коридорного, попросила отправить письмо.

Задержавшись на аукционе домашнего скота, Грег Меррифилд возвращался домой довольно поздно. Наконец свет фар выхватил из темноты узорчатую решетку арочных ворот, ведущих на ранчо.

Детей наверняка уже накормили ужином и уложили спать, и Грег упрекал себя за опоздание. Конечно, на его экономку Хельгу во всем можно положиться, да и Элтон, управляющий, и его жена Нита всегда рядом, если что случится. Однако этого недостаточно – близнецам необходимо присутствие отца.

Отпустив Хельгу, Грег поднялся к малышам поцеловать их на ночь. Они не проснулись, когда он легко коснулся губами бархатистых щечек, только крохотный ротик Сары надулся, а Шон моментально перестал посапывать. Грег спустился на кухню, разогрел в микроволновой печи оставленный для него ужин, затем устроился с тарелкой за кухонным столом и принялся машинально пережевывать мясо, не переставая думать о детях.

Только в этих малышах теперь смысл его жизни. Если бы не они… Грег покачал головой. Дети помогли ему пережить первое страшное время после смерти Шарлет, заставили поверить, что жизнь действительно продолжается… первый зубик, первый шаг, первое слово… «па-па»… Одним своим существованием малыши вернули радость в его жизнь.

Грег не сомневался, что они будут вполне счастливы втроем. Однако какая-то часть его души, скорее его разума, от которой он пытался отмахнуться, признавала, что детям этого недостаточно. Им нужна мать. Вот почему он поместил в газете то идиотское объявление, а теперь мучился и от своей глупости, и от того, что все, словно сговорившись, убеждали его: пришло время снова жениться и подарить Шону и Саре эту самую мать. Даже голос Шарлет, умершей больше года назад, не прекращал преследовать его.

Умирая, Шарлет взяла с него слово, что он снова женится, что у ее детей будет мать. Если бы она только предвидела, каким обременительным станет ее последнее желание, то – Грег был в этом уверен – она не стала бы настаивать. Однако теперь он чувствует себя обязанным выполнить ее предсмертную просьбу.

Грег уставился на горку писем, небрежно брошенных на край стола. Ответы на его объявление. Как минимум двадцать. А он рассчитывал не больше чем на два. Выхватив наугад один конверт, Грег вскрыл его.

До последнего письма он добрался лишь через несколько дней. Он уже успел совершенно разочароваться. Объявление принесло именно тот результат, которого он и ожидал, – нулевой. Ни одна из корреспонденток не возбудила в нем ни малейшего интереса. Как и ни одна из местных женщин. А многие пытались… и наверняка попытаются снова. Господи! Похоже, некоторые женщины готовы на все, лишь бы заполучить мужчину, любого мужчину. Грег иногда чувствовал себя больным теленком, атакованным стаей стервятников.

Не этого он искал. Ему нужен… партнер… да, партнер. Не романтичная идеалистка, а разумная женщина, готовая разделить с ним радости и тяготы воспитания детей. Вот почему он все же согласился на предложение Элтона дать объявление в газете. Не сработало. Ну и слава Богу. Скоро эксперимент закончится, и можно будет вернуться к привычной жизни. Вот только надо разделаться с этим последним письмом.

Еще два длинных сигнала – и включится автоответчик. Грег уже это знал, поскольку данный звонок был пятой попыткой. Остался один сигнал, и Грег почувствовал облегчение. Он обещал Элтону пять попыток, и вот она, пятая. Он же не обещал оставлять на автоответчике послание и ждать, пока женщина перезвонит! Грег взялся за шариковую ручку, чтобы вычеркнуть последнее имя из…

– Алло!

Живой голос, не запись! Грег мысленно выругался: ведь он почти сорвался с крючка, выпутался из сетей.

– Алло! – повторила женщина.

– Э… хм… позовите, пожалуйста, Джейн Джаррет.

– Я слушаю.

– Говорит Грег Меррифилд. Вы ответили на мое объявление.

Джейн застонала. О Боже! Может, бросить трубку? Всю неделю она сожалела о своем опрометчивом поступке. И о чем она думала, когда отправляла письмо? Временное помешательство. Самое настоящее помутнение рассудка. Нельзя решать свои проблемы опрометчивым браком с незнакомцем. Конечно же, нельзя. Невозможно получить мужа и готовую семью с помощью газетного объявления… В объявлении упоминалось о близнецах. Не об одном, а о двух малышах… Да, именно мечты о ребенке заставили ее ответить.

Джейн опустилась на диван, сжимая в руке телефонную трубку.

– Вы меня слышите, мисс Джаррет?

– …Да. Я не ждала, что вы позвоните так скоро, – вежливо ответила Джейн, но напряжения ей скрыть не удалось. – Я отправила письмо только во вторник.

– Я получил его в среду, а сегодня пятница. Теперь, когда мы разобрались с календарем, может, двинемся дальше? В обратном адресе указан Даллас. Как случилось, что вы увидели объявление в «Амарилло Таймс»? Это местная газета.

– Я была в Амарилло… листала газеты.

– Туристы обычно не интересуются местными делами.

– О, ваше объявление просто привлекло мое внимание, – уклонилась Джейн от прямого ответа. Она вовсе не собиралась объяснять, как объявление попало ей в руки.

– И что же заставило вас ответить?

Судя по разговору и по голосу с едва заметным техасским акцентом, женщина была образованной, утонченной. Что же, черт побери, заставило ее задуматься о семье в Мартинсвилле?

– Я ответила потому, что готова стать матерью.

А чем вам не угодил обычный способ? – захотелось спросить Грегу. Если Джейн Джаррет выглядит хотя бы наполовину так, как можно представить по ее голосу, в поклонниках недостатка быть не должно.

– Сколько лет вашим близнецам? – спросила Джейн, не дождавшись реакции.

– Год и три месяца.

– Мальчики или девочки?

– Мальчик и девочка.

– Как чудесно!

Грег окаменел. Только сюсюканья ему не хватало. И почему женщины думают о детях как о миленьких куколках, а о материнстве – как о райском блаженстве, куда не смеет вторгаться реальность? Видимо, эта женщина ничем не отличается от остальных.

– Для ответа на такое объявление требуется смелость, – сказал Грег, заметив, что пауза в разговоре снова затянулась по его вине.

– Не больше, чем для того, чтобы поместить такое объявление.

– Мне это показалось рациональным. Видите ли, я живу на большом и очень отдаленном ранчо, можно сказать, в глуши.

Хороший подход, - похвалил себя Грег. – Вежливо, но обескураживает.

– В глуши? Звучит довольно интригующе, – откликнулась Джейн, пытаясь разобраться в своих впечатлениях. Воспитанный мужчина с волнующим голосом, и явно не стремится ее заинтересовать. Пожалуй, ему даже наплевать…

– Для большинства вовсе не интригующе, – усмехнулся собеседник, усиливая ее подозрения. – Нужно обладать особенным вкусом, чтобы соблазниться задворками Техаса. Негде заказать пиццу, и уж точно никакой роскоши.

К изумлению Грега, девушка захихикала.

– Никакой роскоши? Думаю, с этим я смогла бы смириться.

Роскошью я сыта по горло, но ты этого от меня не услышишь.

– Вы всегда так покладисты?

– Не всегда. Вы предпочитаете непокладистых?

Теперь засмеялся он.

– Нет, покладистость меня вполне устраивает.

Ей понравился его смех. Раскатистый и словно приглушенный толщей воды.

Молчание снова затянулось.

– Простите… ваша жена… могу ли я…

Джейн спросила тихо, нерешительно, и Грег почувствовал, что она боится причинить ему боль. Ему действительно было больно говорить о смерти Шарлет. Боль со временем утихла, затаилась в самых укромных уголках его сердца. В общем, Грег не собирался вдаваться в подробности.

– Она умерла в прошлом году.

– Очень жаль.

– Да.

– Итак, вы решили снова жениться?

– Если встретится подходящая женщина, – ответил Грег, беря себя в руки. Черт побери, он не собирается объясняться с незнакомкой, особенно с этой, с которой вообще не хотел разговаривать. – Послушайте, мисс Джаррет, теперь, когда мы познакомились, так сказать… я все обдумаю и решу, подходим ли мы друг другу. Возможно, я вам перезвоню. Спасибо, что уделили мне время.

Грег бросил трубку, а Джейн уставилась на телефон, ошеломленная и абсолютно уверенная в том, что никогда больше не услышит об этом человеке. Последние слова прозвучали очень похоже на завуалированный отказ работодателя: «Не звоните нам, мы сами с вами свяжемся».

Джейн рассердилась, однако тут же испытала облегчение. Шлепая босиком в кухню, она вспоминала разговор и удивлялась, почему не может успокоиться. В конце концов, парень избавил ее от последствий ее собственной импульсивности. Она должна испытывать благодарность. Однако что-то мешало…

– Сексуальный. Вот каким он мне показался, – вслух произнесла Джейн. – Ну и что? Я все равно не заинтересована. Ни капельки!

Прошло два дня, а Меррифилд так и не перезвонил. И вряд ли перезвонит, думала Джейн, беспрестанно напоминая себе, что сама этого хотела. Но почему же тогда она бросалась к телефону каждый раз, как раздавался звонок? И почему в голове все время вертелся их короткий разговор? Она не находила логичного объяснения. Наверное, все дело в естественном любопытстве.

Желание поделиться с кем-нибудь происшедшим бурлило в ней с такой силой, что Джейн не выдержала. За завтраком в кафе торгового центра она последовательно изложила сестре Мелиссе все недавние события: газетное объявление фермера, ее ответ, его телефонный звонок.

Восторженное лицо сестры тут же подсказало Джейн, что следовало довериться кому-нибудь другому – тому, кто мог бы трезво взглянуть на ее действия, а не витать в облаках. Мелисса же, неисправимая мечтательница, с энтузиазмом сжала руки Джейн.

– Потрясающе! Я так отчетливо представляю его. Верхом на пегой лошади с белой гривой… лицо, бронзовое от техасского солнца, слегка прищуренные стальные глаза…

– Ну конечно, Мел. Тебе не кажется, что ты описываешь Роя Роджерса из старых вестернов, которые так любит папочка? Скорее всего, парень ездит в раздолбанном грузовичке и похож на футбольный мяч. И вообще, это не имеет никакого значения.

– Угу. – Мелисса подозрительно сощурилась. – Итак, ты уверяешь, что ни чуточки не заинтригована? – Она вытянула два пальца – большой и указательный, оставив между ними крохотную щелочку. – Совсем ни чуточки?

– Не выдумывай! – воскликнула Джейн, защищаясь от слишком проницательной сестры.

– Хм. А может, это именно то лекарство, которое тебе необходимо? По крайней мере ты была бы занята, а не хандрила целыми днями, слоняясь по квартире. За последние недели мне первый раз удалось вытащить тебя из дому.

К счастью, Мелисса заметила рекламу обувной распродажи со скидкой в пятьдесят процентов, и тема была забыта. Джейн вздохнула с облегчением, однако ее радость оказалась преждевременной. Прощаясь, Мелисса сжала плечо сестры и убежденно сказала:

– Думаю, тебе надо побольше узнать о таинственном фермере. В конце концов, что ты теряешь?

Джейн автоматически вела машину по знакомой дороге к дому. Действительно, что она теряет? Сколько она себя помнит, главной целью ее жизни была семья. Не известность, не куча денег, не собственный портрет на обложках десятков женских журналов. Все это было временным, а на самом деле она ждала воплощения своей мечты… И теперь этой мечте никогда не суждено сбыться. Пустота. Сплошная пустота, которую нечем заполнить. Если только…

В чем-то Мелисса права. Надо побольше разузнать о Греге Меррифилде и удостовериться, что он не из тех проходимцев, кто одурачивает доверчивых женщин. Она даст поручение своему адвокату. Пусть Стэн убедится, что Грег Меррифилд – тот, за кого себя выдает. Хотя бы для ее собственной безопасности, ведь у парня теперь есть ее адрес и номер телефона.

После небольшого расследования Стэн подтвердил существование Грегори Меррифилда, владельца ранчо «Сёркл Джи», уважаемого гражданина Мартинсвилла и вовсе не охотника за женщинами. А у Джейн возникло необъяснимое и страстное желание увидеть человека, который пока был для нее лишь именем, голосом и краткой характеристикой. И еще очень хотелось побольше разузнать о детях.

Когда энтузиазм, словно заразная болезнь, подхваченная от Мелиссы, начал потихоньку испаряться, Джейн стала упрекать себя в слабохарактерности. И все же… Мысль о возможности наладить отношения с Грегом Меррифилдом настолько ее захватила, что она даже отказалась от двух весьма заманчивых ангажементов.

Рон Гоулд, ее агент, суетился, как встревоженная наседка, и разражался длинными тирадами о ее «огромнейшей ошибке», но Джейн не поддавалась. Она не сможет сосредоточиться на работе, если не избавится от своей навязчивой идеи.

Искренне желая излечиться, Джейн все-таки согласилась поехать на экскурсию с подругами. Неделя в Национальном парке была бы ей полезна, даже развлекла бы. Однако в последнюю минуту она отказалась: перспектива непрерывно находиться в толпе знакомых людей показалась невыносимой.

Ты должна что-то сделать, лишь бы покончить с этим, - наконец сказала себе Джейн. Снова была пятница. После разговора с Грегом Меррифилдом прошла целая неделя, а таинственный фермер так и не покинул ее мыслей. Может, если бы она поговорила с ним еще раз… А почему бы и нет? Наверняка несложно узнать его телефонный номер. Мартинсвилл – маленький городок, и вряд ли многие из его жителей не желают вносить номер своего телефона в телефонную книгу. Джейн решительно подняла трубку и позвонила в справочную. Проблема разрешилась в считанные секунды.

– Меррифилд у телефона.

– Джейн Джаррет. – Представившись, Джейн сразу же перешла к главному. – Вы еще не решили, «подходим ли мы друг другу»?

Грег невольно улыбнулся, но тут же посерьезнел. Не похоже на безобидную болтовню, женщина настроена решительно.

– Вообще-то я больше размышляю, не совершил ли ошибку, поместив объявление в газете. Вероятно, я должен попросить у вас прощения за беспокойство.

Джейн чуть не наорала на него. Да как он смеет! Привлек ее внимание, поманил, как… Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Может, и хорошо, что он сомневается. Любой разумный человек стал бы сомневаться в такой ситуации.

– Ошибка, вы говорите? Именно в этом я обвиняла себя, ответив на ваше объявление. Однако, чем больше я думаю, тем больше скрытых возможностей вижу в вашем плане. Естественно, если вы были искренни, когда выбирали такой путь.

– Я старался выполнить свои обязательства. Хотел, чтобы мои дети выросли и с отцом, и с матерью.

– Ваш поступок достоин восхищения. – Джейн не кривила душой. Если мужчина готов искать мать для своих детей даже среди незнакомок, в нем наверняка есть что-то хорошее. – Я только прошу вас дать мне шанс: познакомьтесь со мной, прежде чем отвергать.

Казалось, он задумался над ее просьбой. Во всяком случае, именно так Джейн расценила воцарившееся гробовое молчание.

– В вашем письме не так уж много информации, – наконец выдавил Грег.

И это говорит человек, давший в газету коротенькое объявление!

– Вы правы. Спрашивайте. Я готова ответить на любые ваши вопросы, рассказать обо всем, что вы хотели бы узнать, – предложила Джейн, тщетно стараясь утихомирить разбушевавшееся сердце.

Грегу так сильно захотелось выкрикнуть: «Все!», что он прикусил язык. Боже, это смешно. Почти так же смешно, как то, что он не мог избавиться от мыслей об этой женщине всю прошедшую неделю. Он перечитывал ее краткое письмо раз десять и несколько раз хватался за телефонную трубку.

Почему Джейн Джаррет заинтересовала его так, как ни одна другая? Он ведь остался равнодушен и к назойливо преследующей его ветеринарше, и к дочери бакалейщика, вязавшей теплые свитера для близнецов, и к школьной учительнице, которая пекла столько пирогов и торгов, что хватило бы на городской праздник. И уж точно ко всем женщинам, откликнувшимся на его объявление.

– Ладно, давайте попробуем… – Черт побери, надо было разработать сценарий. – Вы были замужем?

– Да… пять лет… развелась семь месяцев назад.

– Хммм, – прокомментировал Грег.

– И что означает ваше «хммм»?

– Только то, что не могу понять, почему вы жаждете снова сунуть голову в петлю так скоро. Многие на вашем месте шарахались бы от нового брака, как от огня. Хотите расквитаться с бывшим мужем?

– Нет. – Джейн точно знала, что ею движет не разочарование в прежней любви. Ее мотивы не имели никакого отношения к Кевину. Тогда почему же она так настойчива? Дети! Ну конечно же, дети. И… и… – У вас есть еще вопросы?

О, да, – подумал Грег, – миллион вопросов. И слава Богу, мне хватает ума не задавать их.

Он точно знал, что еще пара шагов, и он завязнет в зыбучих песках. Даже находясь на расстоянии четырехсот миль от Джейн Джаррет, он испытывал головокружение. Может, ему и нужна жена, но он не собирается рисковать своим сердцем. Необходимо придушить опасный разговор в зародыше.

– Что-то не могу ничего больше придумать, – соврал он. – Уже поздно, и я смертельно устал.

Джейн взглянула на светящиеся цифры часов-радиоприемника. Еще нет и девяти!

– Пытаетесь таким образом избавиться от меня?

– Ну что вы. Конечно же, нет. – Слова показались неубедительными даже ему самому. – Не забывайте, что разговариваете с фермером. Мы встаем с петухами и ложимся спать, когда еще совы не отправились на охоту. И потом, столько хлопот с этим объявлением, – добавил Грег, щедро приукрашивая истину.

Хлопот? Похоже, не одна она стремится стать миссис Меррифилд, но почему-то именно ее, Джейн, исключили из списка претенденток. Хотя, если вспомнить все ее последние неудачи, удивляться нечему…

Ну нет, я так легко не отступлюсь! Я даже еще не начала борьбу. И вы, мистер Меррифилд, явно не сожалеете о своем объявлении, а просто отвергаете меня!

– Это несправедливо. – Голос прозвучал слишком тоненько, и Джейн попыталась успокоиться. – Я имею право на беспристрастное собеседование.

– И кто же дал вам такое право? – Его ледяной тон отрезвил Джейн. Нельзя так безрассудно давить на человека.

– Пожалуйста, передумайте, – взмолилась она. – Назначьте мне время… любое… когда вам удобно. Больше всего на свете я хочу стать матерью. Это для меня самое важное.

Ты круглый дурак, Меррифилд, - подумал Грег, понимая, что не сможет отмахнуться от ее искренности.

– Такие вопросы не решаются по телефону, – резко ответил он. – Если вы действительно так решительно настроены, как говорите, то получите свое собеседование. Только вам придется приехать сюда. Может, вы даже не представляете, чего добиваетесь.

– Когда?

– В среду. До среды у меня нет ни одной свободной минуты. – Грег коротко объяснил, как добраться до ранчо, и повесил трубку.

Джейн едва успела достать из холодильника готовый замороженный ужин, когда телефон снова зазвонил.

– Еще одно… – Грег не представился, но в этом и не было необходимости: Джейн уже запомнила его голос. – На всякий случай должен предупредить: эта встреча ни к чему меня не обязывает.

– И меня.

– Вполне возможно, вы зря потратите время и силы.

– Я рискну, – откликнулась Джейн и впервые за несколько месяцев улыбнулась совершенно искренне.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Джейн сорвала с себя очередное платье и швырнула его на кровать. Слишком деловое! Может, надеть красный костюм от Шанель? Слишком шикарный! Она беспомощно уставилась на аккуратно развешанную во встроенном шкафу одежду. Господи! Сколько всего, и ничего подходящего! Как следует одеться, когда претендуешь на должность жены и матери? Как произвести хорошее впечатление на мужчину, которого совершенно не знаешь?

В конце концов Джейн выбрала голубой костюм – точно в тон ее глаз. Во-первых, он ей очень идет, а во-вторых, яркий цвет должен понравиться детям. Господи, кого я обманываю? Будто бы не знаю, что облегающий жакет и короткую юбку придумали для соблазнения мужчин…

Джейн отбросила беспокоящую мысль подальше и взглянула на часы. Почти шесть утра. Пора в путь, не то она опоздает на самолет. Ну почему она согласилась на семичасовой рейс?

Прилетев в Амарилло, Джейн взяла напрокат машину и отправилась к цели своего путешествия. С каждой милей, сверяясь с набросанными в блокноте инструкциями Грега Меррифилда, она нервничала все больше и пыталась мысленно представить – наверное, уже в сотый раз – упрямого фермера.

Исходных данных у нее было маловато: лишь голос в телефонной трубке – хрипловатый, чуть насмешливый и безмерно сексуальный… почти как у молодого Клинта Иствуда. Только – не в пример многим женщинам, теряющим голову от призывного взгляда и мускулистого тела, – Джейн больше привлекали в мужчинах невидимые глазу качества: ум, чувство юмора… манера говорить. И голос Грега Меррифилда ей определенно нравился.

Джейн снова сверилась с инструкциями. Что-то здесь не так. Она проехала Пампу ровно полчаса назад, следовательно, должна бы уже увидеть поворот на Мартинсвилл. Значит, она все-таки заблудилась! Смирившись с неизбежным, Джейн остановилась у бензоколонки и выяснила, что проехала по меньшей мере двадцать лишних миль.

Медленно возвращаясь, она наконец разглядела валявшийся у съезда с шоссе дорожный указатель, свернула на узкую дорогу, проехала маленький ничем не примечательный городок и помчалась к ранчо «Сёркл Джи». Ее сжимавшие руль ладони вспотели, и она включила кондиционер на полную мощность. Она опоздала…

– Ну, Элтон, вот и все, что требовалось доказать, – с напускным равнодушием заявил Грег, указывая на старинные часы, украшавшие каминную полку. – Джейн Джаррет должна была появиться час назад. Она явно раздумала. Возможно, нашла Мартинсвилл на карте и решила, что не стоит тащиться в наше захолустье. – Грег посадил дочку в манеж рядом с сыном. – А у меня полно работы. Я и так потратил слишком много времени на эту женщину.

На самом деле Грег разрывался между двумя абсолютно противоположными чувствами: с одной стороны, ликование рыбешки, сорвавшейся с крючка, с другой – явное разочарование.

– А если она все-таки появится? – поинтересовался Элтон.

– Тогда избавься от нее. Скажи, что мы уже нашли подходящую женщину… пунктуальную.

– Но мы ведь не нашли, – упрямо напомнил управляющий.

– Ну и что? Она-то этого не знает. Это будет наш маленький секрет. Согласись же, Элтон, твоя идея оказалась никудышной. Самое умное теперь – признать поражение и забыть о проклятом объявлении.

Ничего, думал Грег, вспоминая дурные предчувствия, одолевавшие его в ожидании встречи с Джейн Джаррет, он найдет себе жену. В конце концов найдет, только на своих условиях, по своему собственному расписанию.

– А что потом?

Грег недоуменно посмотрел на управляющего.

– Не притворяйся передо мной, Грег. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Ты отвергаешь каждую женщину, осмелившуюся состроить тебе глазки, да и сам ни на кого не заглядываешься. И подумать никогда не мог, что Грег Меррифилд не сдержит данного слова.

– Тебе не кажется, что ты бьешь ниже пояса?

– А чего ты ждал? Прошло больше года, а жены я что-то не вижу. Когда Шарлет просила тебя найти детям мать, то не имела в виду няню. Ты поклялся, что у близнецов будет мать.

Грег тяжело вздохнул.

– Не помню, чтобы мы говорили о сроках. Годом раньше, годом позже, какая разница? Я пока еще не готов. Мне нужно больше времени.

– Дружище, твое время иссякает. Если дело пойдет такими темпами, дети поступят в колледж, прежде чем ты сделаешь первый шаг.

– Знаю, знаю. Я что-нибудь придумаю.

– Опять слова.

– Ну, может, добрая фея пришлет мне кого-нибудь!

– Может, этим кем-нибудь стала бы Джаррет, если бы ты дал ей хоть полшанса. По-моему, несправедливо отвергать ее, даже не познакомившись.

– Что-то я ее здесь не вижу.

– А если она все-таки появится? – Элтон нахмурился, вспомнив, что именно с этого вопроса и начал.

– Тогда с ней поговоришь ты. Если ты ее одобришь, я встречусь с ней, когда вернусь. А сейчас я отправляюсь в город за памперсами. У нас кончается последняя упаковка…

– Постой! – всполошился Элтон. – Что значит – если я одобрю?

– Постарайся понять, что она собой представляет. Ты справишься не хуже меня, может, даже лучше.

– Черт побери, – проворчал управляющий. – Я должен разбираться с твоим скотом, а не с кандидатками в жены.

– Ты прекрасно справился, когда выбирал Ниту, так что, уверен, и сейчас не оплошаешь. Просто отнесись к поручению как к нудной, но необходимой домашней работе. Ну, будто чистишь конюшню или укрощаешь того строптивого быка, что мы купили у Рейснеров. Кстати, о Рейснерах, я загляну к ним по дороге. Кен хочет продать еще часть своего стада.

– Черт побери! – Элтон положил руку на плечо Грега и посмотрел ему прямо в глаза. – Не смей придумывать дурацкие предлоги для бегства.

– Повторяю, Элтон, мисс Джаррет здесь нет, и я не собираюсь сидеть и ждать, даже если она и соизволит явиться.

Элтон крепче сжал плечо Грега.

– Если она приедет и я ее одобрю, я могу рассчитывать, что ты не откажешься?

– А куда мне от тебя деться? – обреченно спросил Грег.

– Действительно, некуда.

Вид гостеприимных арочных ворот и словно нарисованных пастбищ, раскинувшихся по обе стороны дороги, ни на йоту не уменьшил панику Джейн, однако она не привыкла отступать перед трудностями и, сколько себя помнила, всегда заканчивала начатое. Даже на незнакомой территории… как сейчас. Может, это ее единственный шанс на материнство, на создание собственной семьи.

В общем, когда Джейн остановила машину перед красивым двухэтажным домом с ухоженной лужайкой и аккуратным деревянным забором, коленки у нее дрожали, а реакция мужчины, неторопливо вышедшего из парадной двери и окинувшего гостью быстрым внимательным взглядом, лишь подлила масла в огонь. Мужчина даже не попытался скрыть мелькнувшее на его лице разочарование.

Джейн резко остановилась на ступеньках, ведущих к веранде, и вполне серьезно подумала, не броситься ли к автомобилю и немедленно уехать. Судя по виду хозяина, она не удовлетворяла ни одному из предъявляемых требований. Ну и наглец! Как будто сам – бесценный приз! Седой ковбой совершенно не соответствовал своему сексуальному голосу и вполне годился ей в отцы.

– Ну, поднимайтесь, – смягчился ковбой, жестом приглашая Джейн в тень веранды. – Простите, забыл о приличиях. Полагаю, я слишком таращился, только вы так… – Он поспешно протянул руку. – Элтон Джонс, управляющий «Сёркл Джи».

Джейн вздохнула с облегчением и пожала протянутую руку.

– Джейн Джаррет. Рада познакомиться с вами. Но где же мистер Меррифилд?

Управляющий смущенно откашлялся и провел ладонью по лысой макушке.

– Когда после назначенного времени прошел час, а вы не появились, он решил, что вы передумали, и отправился по делам. Входите в дом, там прохладнее, и я все объясню.

Джейн, смущенная и раздраженная, вошла в просторную прихожую и последовала за управляющим по длинному коридору. Дом был старый – построен лет пятьдесят назад, а то и все семьдесят, – но в прекрасном состоянии и явно недавно отремонтирован: свежеоштукатуренные стены, современные вентиляторы и светильники…

Они вошли в большую гостиную, где в огромном манеже играли двое малышей.

– По расписанию у них дневной сон, – заметил Элтон.

– О, какая прелесть! – воскликнула Джейн, не сдержав восхищения, и совершенно растаяла, когда малыши повернули к ней очаровательные мордашки. – Можно подержать?

– Ну… э… конечно. Только у них режутся зубки… так что берегитесь слюней. – Элтон настороженно покосился на Джейн. – Жаль, если они испортят ваш красивый костюм.

– Ерунда. Подумаешь, немного слюней. Какие счеты между друзьями?

Джейн взяла одного из малышей и села в кресло.

– Это Шон, – сообщил Элтон.

– Я кое-что привезла. Думаю, ему понравится. – Джейн ласково улыбнулась Шону, потянувшему ее за сверкающую пуговицу, и достала из сумки мягкую зеленую лягушку. Шон немедленно оставил в покое пуговицу и схватил лягушку. – А еще есть черепаха для его сестры, – добавила Джейн, глядя на сонную девочку в бледно-розовом комбинезончике, похожую на херувима.

– Сара, – подсказал Элтон.

Господи, есть ли на свете что-нибудь более драгоценное, чем эта парочка?

– Похоже, вы умеете управляться с детьми, – улыбнулся Элтон, принимая черепаху.

– Братья, сестры плюс племянники и племянницы. Большая семья. Я была средним ребенком и… – Джейн перевела взгляд на уткнувшегося в ее плечо Шона. Его глазки уже закрылись.

– Пора нести их в кроватки, – сделал вывод Элтон.

– Можно, я пойду с вами? Я могу нести Шона.

– Да, конечно, – легко согласился Элтон, поднимая девочку, и повел Джейн на второй этаж, в спальное крыло.

Они остановились у открытой двери залитой солнцем комнаты. Джейн увидела две маленькие белые кроватки, стоящие у стен под прямым углом друг к другу. Одну кроватку украшал Мальчик-с-Пальчик, другую – пастушка Бо-Пип, потерявшая своих овечек. На стенах, оклеенных белыми в желтую полоску обоями, висели эстампы с иллюстрациями к стишкам Матушки Гусыни.

Элтон показал на кроватки.

– Эта – Шона, а та – Сары. Шону надо поменять памперс.

Джейн тут же подошла к умывальнику в углу детской, вымыла руки и под внимательным взглядом Элтона сменила памперс Шону. Прижимая к себе малыша, она перенесла его с пеленального стола в кроватку. Уложив детей, они с Элтоном спустились в кухню.

– Хотите чая со льдом, мисс Джаррет? – предложил Элтон.

– Не откажусь.

Был конец июля, температура приближалась к сорока градусам по Цельсию, и мысль о холодном чае показалась Джейн очень соблазнительной. К тому же необходимо было поговорить с Элтоном о малышах и об их папаше.

Элтон кивком пригласил Джейн присесть за кухонный стол и разлил чай из кувшина по высоким стеклянным стаканам.

– Может, вы проголодались? Сандвич? Кусок пирога?

– Нет, спасибо. Просто чай.

– Ужасная жара, – заметил Элтон и пустился в пространные рассуждения о техасском лете вообще и этом в частности.

Джейн решила, что с нее хватит пустой болтовни и пора бы управляющему переходить к делу, а потому многозначительно посмотрела на часы. Ее намек остался незамеченным, так как Элтон сидел потупившись и помешивал ложкой чай.

– Что происходит? – в конце концов не выдержала Джейн и продолжила, не дожидаясь ответа на свой вопрос: – Почему меня встречаете вы, а не мистер Меррифилд? Пусть я опоздала, но я предупредила его о своем приезде.

Элтон нервно почесал покрытый седой щетиной подбородок.

– Грегу нелегко, мисс. Думаю, самый простой способ объяснить все – это выложить чистую правду. Шарлет, то есть миссис Меррифилд, умерла вскоре после рождения близнецов. Не в родах, а от лейкемии. Перед смертью она взяла с Грега слово снова жениться, чтобы у детей была мать. И как можно скорее. Вот почему он дал то объявление. Надеялся оттянуть необходимость принимать решение.

– Но почему объявление? Неужели здесь не нашлось подходящей женщины?

Элтон улыбнулся.

– О, женщины есть. И много. Но Грег считает, что ни одна из них не подходит. Вот почему я заставил его поместить то объявление. Сказал, что если уж он так разборчив, то пусть расширит круг поисков.

– Значит, объявление было вашей идеей?

– Да. Должен признать, Грег не проявил энтузиазма, ни тогда, ни сейчас. – Элтон наконец посмотрел Джейн в глаза. – Вам придется переубедить его. Вы твердо решили попробовать?

Джейн ответила не сразу, вспоминая голос мужчины, с которым говорила по телефону, свое раздражение и свое любопытство. Затем ее мысли переметнулись на прелестных близнецов. Боже, она влюбилась в них с первого взгляда. Сможет ли она полюбить их отца? Сможет ли он полюбить ее? Кто знает? Пока ясно одно: это авантюра. А собственно, что такое жизнь, если не сменяющие друг друга авантюры?

– Да решила. Когда я смогу поговорить с мистером Меррифилдом?

Элтон снова почесал подбородок.

– Ну, может, так оно и лучше. Пожалуйста, не обижайтесь, только, боюсь, боссу не понравится ваш вид.

– А что плохого в моем виде?

– Вы очень красивая женщина, мисс Джаррет, но слишком шикарная для нашей жизни. Грег точно скажет, что вы слишком «городская», что ваше место в Нью-Йорке, или Сан-Франциско, или в Далласе, но не в Мартинсвилле.

Озадаченность Джейн сменилась полным изумлением.

– Вы хотите сказать, что моя внешность может мне повредить?

Элтон пожал плечами.

– Я хорошо разбираюсь в людях, мэм…

– Зовите меня Джейн.

– …Джейн. И у меня предчувствие, что вы не только будете хорошей матерью, но и Грегу прекрасно подойдете. Только он это не поймет… Ну, с первого взгляда. В общем, я не хочу давать ему повод отвергнуть вас сразу же.

Господи! А она так старалась выглядеть получше! Похоже, следовало натянуть старые шорты и связать волосы в «конский хвост». И забот было бы меньше.

Если бы не Сара и Шон, Джейн, вероятно, со всех ног помчалась бы прочь. Достаточно ее отвергали в последнее время. Хватит с нее ударов судьбы и унижений! Слишком шикарная! Какой идиотизм! Джейн резко встала. Глаза ее разгорелись гневом.

– Это можно исправить. Уверяю вас, я могу стать совершенно незаметной.

– Сомневаюсь, – улыбнулся Элтон.

Джейн буквально испепелила его взглядом.

– Мне нужна всего пара часов, а потом я хочу встретиться с мистером Меррифилдом лично.

– Вы – решительная леди. Возможно, вам это и удастся, – согласился Элтон, ухмыльнувшись. – Как насчет завтрашнего утра? Постараюсь, чтобы босс был на месте.

Джейн переночевала в маленьком мотеле в Пампе и наутро, оглядев себя в зеркале, удовлетворенно подняла вверх оба больших пальца. Да, желаемая метаморфоза свершилась. Бесформенные юбка и блуза оливкового цвета, купленные накануне на распродаже в местном магазине, абсолютно не шли ей. Очки вместо контактных линз, тугой узел вместо роскошного водопада каштановых волос, из макияжа – лишь блеск для губ и крем от загара. Теперь можно встретиться с Грегом Меррифилдом.

Сев за руль, Джейн взглянула через ветровое стекло на манящую вдаль дорогу и вдруг подумала, что совершает самую большую глупость в своей жизни.

В прошлом году она весело посмеялась бы над возможностью брака с незнакомцем… Только в прошлом году ей еще не было тридцати трех лет, в прошлом году она была замужем, и в прошлом году… Сможет ли она смириться с тем, что никогда-никогда в ней не зародится новая жизнь, никогда-никогда у нее не будет ребенка?…

Нет, нельзя сдаваться. Ей представился единственный шанс. Она еще сможет стать матерью. Она нашла изумительных детей, детей, которых могла бы любить беззаветно. Пусть она не выносила Шона и Сару под своим сердцем, но они уже завоевали его. А теперь ей осталось лишь завоевать их отца.

Джейн включила зажигание и, укрепившись в своем намерении, вывела машину со стоянки. Над нею, в лучах восходящего солнца, торжественно сияли розовые облака, и она сочла это хорошим знаком.

– Итак, наконец вы здесь, – сказал Грег, надеясь, что вложил в свой голос максимум возмущения. Нельзя подавать виду, будто восторженные отзывы Элтона смогли повлиять на его решение. Да, девица с обожанием смотрит на Шона, сидящего в высоком стульчике, но это вовсе не значит, что она сможет стать хорошей матерью. Хотя Грег невольно смягчился. У некоторых женщин измазанное фруктовым пюре личико его сына вызвало бы чувство брезгливости, а Джейн, казалось, восторгалась попытками мальчика есть самостоятельно.

– Да, наконец я здесь, – запальчиво откликнулась Джейн. – Если бы ваши дорожные службы позаботились о наличии указателей, я бы вчера не опоздала ни на минуту. – И он еще смеет упрекать ее за опоздание, хотя сам не соизволил ее подождать! Джейн сумела бы как следует отчитать нахального фермера, если бы не крохотная Сара, сидевшая на его согнутой руке. Сердце Джейн таяло каждый раз, когда она смотрела в его сторону. И дело не только в том, как он держал девочку.

Грег Меррифилд оказался воплощением самых смелых женских грез. Сногсшибательная сексуальность, сочетание неукрощенной силы и врожденной элегантности. Его легко было представить и верхом на лошади, и среди утонченных гостей на великосветском приеме.

Вот это мужчина! Резкие черты лица, копна непослушных белокурых волос, внушительный рост – не меньше шести футов четырех дюймов, мускулы, отточенные физическим трудом. Для женщины, которая привыкла… вернее, которой приелись юношеская красота и тонкие фигуры мужчин-манекенщиков, Грег был необыкновенно притягателен. Неудивительно, что местные женщины преследуют его. Джейн словно наяву слышала восхищенные и завистливые вздохи и восклицания своих сестер, подруг, может, даже собственной матери, и с трудом игнорировала ускоренное биение попавшего в ловушку сердца.

– Я совсем не такой вас представлял.

Замечание Грега вернуло ее с небес на землю.

– И чего же вы ожидали? – спросила Джейн, пытаясь подавить острое разочарование. Когда она прибыла на ферму, Элтон жестом одобрил ее превращение в «серую мышку», а теперь она спрашивала себя, не напрасно ли послушалась советов управляющего. Как же она позволила совершенно незнакомому человеку убедить ее отказаться от образа топ-модели, всегда открывавшего перед ней любые двери?

– Нечто более… более… о, я не знаю… – Заурядное. Грег умолк, поняв, что не сможет объяснить ей свои впечатления, и покачал головой. Несмотря на все его усилия, эта далеко не заурядная женщина лишала его здравого смысла. Видимо, то же самое произошло и с Элтоном. Ну, у Элтона слабость на смазливые личики. Даже Нита это признает. А лицо Джейн Джаррет не просто хорошенькое. Никакого макияжа, но он ей и не нужен. Какой смысл улучшать и без того совершенное? Она прекрасна и так. Неброско, но все равно красива. Кожа – как безупречный фарфор, губы – полные и чувственные, ярко-голубые глаза сияют даже из-за очков.

А Джейн искренне переживала, что Грег Меррифилд не купился на ее новый образ. Боже, я все испортила! - решила она.

– Если что-то не так, я хотела бы услышать, что именно.

– Я не имел в виду ничего плохого. – На самом деле трудно представить себе нечто более совершенное. – Просто подумал, что вам, вероятно, было бы удобнее в джинсах, чем в платьях. И в джинсах легче бегать за близнецами… – Грег прикусил язык. Ну вот, черт побери, он уже вслух разглагольствует о том, что Джейн Джаррет может войти в его семью. – Они в таком возрасте, когда за ними приходится постоянно бегать, – поспешно добавил он.

– Думаю, я готова к этому. И у меня есть джинсы. – Кажется, она просто неправильно поняла его. Вероятно, все не так плохо, как она думала. Только вот если бы Грег Меррифилд не смотрел на нее так, словно хотел просверлить взглядом. Джейн бессознательно затеребила прядку, выбившуюся из тугого узла.

…И ее жест вмиг разбудил воображение Грега. Он представил эти шелковистые волосы, рассыпающиеся по ее спине, по подушке… Господи, он грезит наяву, словно перевозбудившийся подросток! Он же ищет мать для Шона и Сары, а не женщину, которая могла бы согреть его постель. Однако с Джейн его мысли неуклонно сворачивают именно в этом направлении. Необходимо освободиться от ее чар прежде, чем мозги превратятся в картофельное пюре.

– Послушайте, я предупредил вас по телефону, что поездка может оказаться напрасной. Ну так вот: чем больше я размышляю, тем более уверен в том, что не готов связать себя обязательствами. Думаю, и вы тоже. Недавний развод и все такое…

Грег уже решил для себя, что напирать надо на ее недавний развод. Пусть он почти ничего не знает о ней, но любому ясно: она страдает из-за крушения своего брака. Видит Бог, если бы это случилось с ним, он не оправился бы за несколько месяцев.

Что произойдет, когда обида и боль утихнут? Что, если тогда Джейн увидит все совершенно в ином свете и ее взгляды изменятся на диаметрально противоположные? Вдруг все, что она делает сегодня, покажется ей необдуманным порывом, ошибкой? Он не имеет права рисковать.

Выражение лица Джейн предупредило Грега: она не намерена прекращать дебаты. Только ему уже ничего не нужно. Он просто хочет, чтобы она уехала, пока он не начал умолять ее остаться. Видимо, единственный способ избавиться от упрямой дамочки – разозлить ее до смерти.

– В конце концов, – надменно заявил Грег, – если бы вы действительно были заинтересованы, то явились бы вчера вовремя.

Ему удалось разозлить ее.

– Я уже все объяснила, так что мое опоздание вполне простительно. – Джейн набрала в легкие побольше воздуха. – По крайней мере я появилась, а вот вас здесь не оказалось.

Ни ее свирепый взгляд, ни выговор не вызвали в Греге ни капли раскаяния.

– Вот именно. По-моему, вывод абсолютно ясен.

– Как это?

– Очень просто. Я передумал. Я не собираюсь жениться.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Что?!

Малыши вздрогнули. Грег нахмурился. И Джейн немедленно пожалела о том, что повысила голос.

– Я передумал. Мне не нужна жена.

– Но это невозможно.

– Очень даже возможно. Или легкомыслие бывает только у женщин?

– Мы же договорились, – процедила Джейн сквозь сжатые зубы. – Вы должны отнестись ко мне по справедливости…

– Я ничего вам не должен, леди, – сердито сказал Грег, раздраженный ее настойчивостью. Джейн Джаррет задела чувства, которые Грег совершенно не собирался воскрешать. Он считал себя обязанным выполнить данное Шарлет обещание – обеспечить Шона и Сару матерью, однако он не планировал в результате терять свое сердце. А именно это может произойти, если Джейн останется.

– Но вы разрешили мне приехать сюда, дали понять…

Его брови угрожающе сошлись на переносице, и Джейн умолкла.

– Согласен и, естественно, возмещу ваши расходы. – Грег встал, прошел в гостиную и усадил Сару в манеж, затем вернулся на кухню, где Джейн уже вытирала чумазую мордашку его сына. Забрав у нее салфетку, Грег умыл ребенка и отнес его в манеж, к сестре. Когда он вернулся, в его руке был чек.

– Это компенсация ваших расходов и хлопот, – заявил он, протягивая чек Джейн.

– Мне нужны от вас не деньги. – Джейн скомкала чек. – Я хочу… – Она чуть не выкрикнула: «Вас!» Нелепое желание, учитывая отношение к ней Грега. Нелепое… но довольно близкое к истине. Джейн не верила в любовь с первого взгляда, но верила во влечение с первого взгляда. А Грег Меррифилд привлекал ее, как мощный магнит. Добавить к этому парочку прелестных детей и…

– Почему вы так настаиваете? Держу пари, вы не понимаете, во что ввязываетесь, даже не представляете всех возможных последствий брака с совершенно незнакомым человеком. Поверьте, стоит вам все как следует обдумать, и вы согласитесь со мной.

– Соглашусь в том, что вам не нужна жена?

– И в этом тоже. – Грег выдвинул стул и уселся напротив нее. – Но главное: вы поймете, что рановато кинулись в новый брак.

Джейн надоели его нотации. Можно подумать, он видит ее насквозь!

– Вам не кажется, что это моя проблема, а не ваша?

– Ну ладно. А вы подумали о том, что придется сжечь за собой все мосты? У вас ведь наверняка есть работа, друзья, родственники, а обосновавшись в Мартинсвилле, на другом конце Техаса, вы должны будете от всего этого отказаться.

– Потрясающе! Неужели вы не слышали о современных средствах связи: самолетах, телефонах, электронной почте? А что касается моей карьеры, я вполне готова к переменам. Я… – Джейн осеклась. Она собралась было рассказать Грегу о конце своей модельной карьеры, однако передумала. Вряд ли ему понравится профессиональная модель в роли матери его детей, и незачем давать ему еще один козырь.

Успех дался Джейн тяжелым трудом, и она ценила свои достижения, однако многие считали позирование перед фотокамерой легкомысленным занятием легкомысленных людей. И Грег, похоже, один из этих многих.

– Я занимаюсь рекламой… – на ходу придумала Джейн.

– Так вы из-за этого оказались в Амарилло? – бросил подозрительно Грег.

– Да. Рекламный проект для одной косметической фирмы. – Джейн старалась держаться как можно ближе к истине, и в то же время ее не оставляло смутное ощущение, что ей еще придется расплатиться за свою ложь, когда Грег обнаружит – мягко говоря – неточности в ее рассказе.

Ну, это можно решить потом, когда… вернее, если она станет законной хозяйкой ранчо, женой Грега и матерью близнецов. Она выберет удобный момент и честно расскажет о своей прежней карьере, а Грегу уже некуда будет деваться. Понравится ему ее прошлое или нет, он ничего уже не сможет изменить.

А сейчас главная задача: преодолеть тупое упрямство Грега Меррифилда.

– Итак, вы в отпуске? – прервал ее размышления Грег.

– Обычно я работаю по контрактам, а сейчас свободна.

– Ни мужа, ни работы… Полная свобода. Как удобно…

– Босс, – предостерег Элтон, стоявший в углу с кружкой кофе и следивший за разговором почище ревностной дуэньи.

Грег хмуро взглянул на управляющего.

– Может, сваришь еще кофе? Похоже, ничто другое тебя сегодня не интересует.

Элтон ответил не менее хмурым взглядом и занялся кофеваркой.

Грег понял, что переборщил с сарказмом, но ничего не мог с собой поделать. Он физически ощущал опасность, исходившую от Джейн Джаррет, и чувства, которые она в нем возбуждала, ему не нравились. Когда она взмахивала длинными шелковистыми ресницами и смотрела на него огромными голубыми глазами, его пульс учащался, а от ее обворожительных улыбок его бросало в жар.

Единственное средство спасения – установить безопасное расстояние между собой и настырной мисс Джаррет. И сделать это как можно быстрее.

– Мне очень жаль, но все ваши доводы не изменят моего решения.

– Вот как? Значит, вы просто поняли, что брак не решит ваших проблем, и все?

– Давайте скажем так: я образумился быстрее вас. Вы избавите и себя, и меня от нежелательных осложнений, если согласитесь со мной и покинете нас.

Грег встал, но Джейн даже не пошевелилась.

– А как же Шон и Сара?

Горделивая улыбка на мгновение смягчила суровое лицо Грега и тут же исчезла. Он снова опустился на стул и обеими руками сжал ладони Джейн.

– Послушайте, Джейн, одно дело повосхищаться парочкой симпатичных малышей, совсем другое – обречь себя на годы тяжелого труда и самопожертвования. Речь идет о пожизненных обязательствах.

Джейн высвободила свои руки.

– Постойте. Неужели вы думаете, что я явилась сюда с шорами на глазах? Я прекрасно понимаю, что дети требуют сил, энергии, времени, однако я верю, что результат того стоит. Естественно, я понимаю, что мне… что любой женщине придется приспосабливаться, и…

– Но вам гораздо больше, чем любой другой. Даже уроженке Далхарта или Пампы было бы нелегко сорваться с места и жить здесь, а что говорить о человеке, привыкшем к такому большому городу, как Даллас? До ближайшего салона красоты сотни миль, единственное местное развлечение – субботние танцы в ветеранском клубе в Мартинсвилле. Из магазинов у нас лишь лавка братьев Франклин да пара бакалейных, и если я говорю «бакалейная лавка», то, поверьте, это не супермаркет, к которым вы привыкли. Мы слушаем музыку в стиле «кантри», а не симфоническую, и новомодным кулинарным изыскам предпочитаем жареных цыплят.

– Кажется, у нас есть кое-что общее. Я обожаю музыку «кантри», а жареные цыплята – моя самая любимая еда.

– Хорошее начало, – поддержал гостью Элтон.

Грег, казалось, не знал, что сказать, однако его оцепенение быстро прошло. Пропустив мимо ушей все возражения, он продолжил свой назидательный монолог.

– Если вам захочется купить новое платье, придется ехать в Пампу, где точно не найдется никаких «Нейманов-Маркусов» [1]. На ранчо невыносимо жарко летом и чудовищно холодно зимой. Иногда снегопады отрезают нас от остального мира.

– Как соблазнительно, – отозвалась Джейн, подливая себе апельсинового сока из стоявшего на столе кувшина.

– Это суровая действительность.

– Я привыкну. – Джейн маленькими глотками отпивала сок, настороженно следя за Грегом поверх края стакана. Грег мысленно признал, что эта женщина вполне смогла бы приспособиться, однако помотал головой.

– Она привыкнет, Грег, – поддержал Элтон.

– Мисс Джаррет не будет счастлива здесь, – объявил Грег, от всей души надеясь, что управляющий отправится наконец заниматься собственными делами. – Мое ранчо слишком далеко от цивилизации, и Мартинсвилл – не Даллас.

– Господи, да я знала это до того, как отправилась в путь, – рассердилась Джейн. Видимо, Грег Меррифилд насмотрелся телесериала «Даллас». Неужели он считает, что все представляют ранчо шикарными поместьями, а их владельцев – прыгающими из одной чужой постели в другую или с одного светского приема на другой? Ищет предлог избавиться от назойливой претендентки, только и всего. Ну, с нее довольно! Этот наглец еще смеет делать замечания в ее адрес, будто ее вообще здесь нет.

Грег наконец соизволил снова обратиться к Джейн.

– Я абсолютно серьезен, мисс Джаррет. Я пытаюсь указать вам лишь на некоторые трудности из тех, с которыми вам пришлось бы столкнуться.

– Нет, вы пытаетесь отговорить меня, и я не понимаю, почему. Однако я прекрасно понимаю, что вы решили так себя вести еще до моего появления. Зачем же тогда вы заварили кашу, если не собирались дать мне хоть один шанс?

– Она права, Грег, – снова подал голос Элтон. – Маленькая леди проделала длинный путь. Ты должен сначала выслушать ее, а затем уж решать, получится что-то или нет. Уж это-то она заслужила.

Грег мрачно уставился на Элтона, затем перевел взгляд на Джейн. С ростом в пять футов десять дюймов Джейн не казалась малышкой даже рядом с самим Грегом.

– Маленькая леди, будь я проклят! – буркнул себе под нос Грег.

Поддержка Элтона оживила угасшую надежду Джейн, и она решила воспользоваться, может, последней возможностью.

– Я прошу лишь одного: непредвзятого отношения.

– Да, Грег, непредвзятого, – словно эхо, отозвался Элтон. – Задай ей хотя бы пару вопросов.

– У меня сегодня нет времени на вопросы, – упрямо возразил Грег. – У меня полно дел.

Джейн уже не сомневалась: с подобным упрямцем ей еще не приходилось сталкиваться. Она чувствовала, что нравится ему! Вероятно, ему вообще не нужна жена, ни сейчас, ни в будущем. Между прочим, она тоже не уверена, нужен ли ей муж. Так почему же она не отступает? Малыши. Ну, конечно же, все дело в малышах. Если бы не они, только бы ее тут и видели. Она исчезла бы так быстро, словно ее сдул один из знаменитых техасских ураганов.

Джейн почувствовала, как гнев снова закипает в ней, и даже не попыталась скрыть недовольство.

– Похоже, вы просто меня выгоняете. Иначе что значит ваше заявление об отсутствии у вас времени? Странно, если вспомнить, что именно вы дали объявление в газете и именно вам нужна жена.

Грег поежился.

– Мне дадут об этом забыть или нет?

– Я точно не дам, – оживился Элтон.

– Ладно, ладно. Похоже, от меня не отстанут до тех пор, пока я не переговорю с маленькой леди.

Грег наполнил кружку свежим кофе и протянул ее Джейн. Его капитуляция оказалась неожиданной и обезоруживающей. Неужели он действительно передумал? Или просто пытается усыпить бдительность Элтона? Джейн решила удовлетворить любопытство и, подавив гнев, с улыбкой приняла кофе.

Грег прислонился к рабочему столу и лукаво улыбнулся.

– Итак, работой вы не обременены. Как насчет хобби? Чем вы занимаетесь в свободное время? Я имею в виду время, свободное от ответов на газетные объявления и охоты за мужьями.

Его слова оказались последней каплей, переполнившей чашу терпения Джейн. А она-то надеялась, что он передумал! Дети детьми, но она больше ни секунды не будет терпеть его издевательства.

Джейн вскочила, уперлась ладонями в стол и наклонилась к нему.

– Я надеялась, что вы образумились, но явно ошиблась…

– Не думаю, что Грег хотел вас обидеть, – вступился за друга Элтон.

Джейн недоверчиво взглянула на незваного адвоката, уже повернувшегося к Грегу.

– Скажи ей, что ты не имел в виду ничего плохого.

– Черта с два не имел, – возразила Джейн.

Грег даже не потрудился опровергнуть ее слова.

– Ну перестаньте, – взмолился Элтон. – Взрослые люди так себя не ведут. Подумайте о детях.

Дети! Волшебное слово. Если она сейчас сбежит, не видать ей детей как своих ушей. А как эти дети нужны ей!

Джейн заметила, что выражение лица Грега изменилось. Однако всего лишь на секунду.

– Элтон, мне казалось, ты хотел починить загородку загона. – Повелительный тон Грега не оставил никаких сомнений в том, что управляющий перешел все дозволенные границы, и Элтону пришлось подчиниться.

– Да, наверное, мне пора. Мы еще увидимся, мисс Джаррет?

Вопрос был обращен скорее к Грегу, однако Джейн поспешила перехватить инициативу:

– Возможно. Кто знает!…

Как только Элтон исчез за дверью, Джейн обратилась к Грегу:

– Ну, так я с ним увижусь?

– Если он не уймется, – уклончиво ответил Грег. – Вы его явно очаровали. И он говорит, что вы хорошо управляетесь с детьми. То малое, что я видел, подтверждает его правоту.

Джейн не верила своим ушам. Неужели она дождалась похвалы?

– Они очень милые. Правда, я вам уже это говорила.

– Естественно, как их отец я абсолютно с вами согласен, только никак в толк не возьму, почему вы сюда приехали и почему так чертовски настойчивы. – Грег нахмурился, запустил пятерню в густые волосы. – Вы красивая женщина. Вам не нужны никакие уловки, чтобы заполучить мужа.

– А вам понадобились уловки, чтобы заполучить жену?

– Ну, вроде того.

– Ваша уловка дала результат. Перед вами – кандидатка в жены, и вы не должны так легко от нее отказываться. Кто знает, когда появится следующая? А вдруг никогда?

– Я и не надеюсь на такое везение, – пробормотал Грег, и Джейн с трудом подавила улыбку. В данный момент Грег Меррифилд был очень похож на дикого мустанга, пытающегося сбросить седока. И это было странно. Он ведь уже был женат… Так, вероятно, в этом причина его сопротивления? Вероятно, он просто не может представить в своей жизни другую женщину?

– Если честно, я сосредоточилась на детях и не рассматривала эту поездку как поиски мужа. – Джейн от всей души понадеялась, что сумела развеять образ охотницы за мужьями, однако, похоже, ее слова обидели Грега.

– В объявлении было сказано «жена и мать».

– Я понимаю… – Джейн облегченно вздохнула. Хныканье в манеже спасло ее от необходимости закончить предложение. Да она и не представляла, что тут можно сказать. Неловко обсуждать возможность интимных отношений с мужчиной, которого знаешь лишь пару часов. И мысли о тысячах браков, осуществленных с помощью посредников – в прошлом и даже в настоящем, – не избавили ее от неловкости.

Джейн и Грег прошли в гостиную, взяли из манежа по ребенку, оба явно довольные возможностью отложить споры.

– Саре нужен свежий памперс, – сказала Джейн.

– Им обоим пора вздремнуть. – Грег уткнулся носом в нежную пухлую шейку сына. Малыш уже тер глаза кулачками.

Сменив памперсы и уложив детей в кроватки, Джейн и Грег вернулись в большую кухню, очевидно служившую и гостиной, снова сели за стол, взяли по кружке кофе.

– Вы с Элтоном одни ухаживаете за близнецами? – спросила Джейн.

– Нет. Львиную долю забот взяла на себя Хельга, наша повариха и домоправительница. А Элтон… ну, он им вроде дедушки.

– А где сейчас Хельга?

– Взяла выходные до конца недели. У нее муж заболел.

– Я могла бы помочь до ее возвращения, – предложила Джейн. – И мы познакомились бы поближе. Предоставьте нам обоим шанс.

Грег настороженно покосился на нее.

– Не сдаетесь, да?

– Кто-то из нас должен быть настойчивым.

– Может быть. Однако у меня сложилось впечатление, что вы ожидаете от всего этого больше, чем я готов дать. Если вы грезите о браке по великой любви…

– Вы этого боитесь? Думаете, я жду от вас любви? С чего вы взяли? – Джейн испугалась, что Грег услышит грохот ее сердца. Неужели он действительно прочитал ее мысли? Конечно, не надо было строить воздушные замки. Если ей не повезло один раз, где гарантия, что союз с Гретом сложится по-другому? Только согласиться с тем, что она никогда не будет счастлива в браке, – значит признать окончательное поражение.

– Это не боязнь, а реальность. Я получил много писем от женщин вроде вас и понял, как думают женщины. Только жизнь – не романтическая любовная история, детка. Жизнь – тяжелая штука, а счастливый конец никто не гарантирует. Так, может, схватите сумочку и смоетесь домой, как я и предлагал? Держу пари, через пару недель вы и не вспомните о нас.

– Начинаю думать, что вы правы. – Джейн и не попыталась скрыть горечь. – Как я вижу, вы не собираетесь сдержать данное Шарлет обещание.

Понимая, что нарушила приличия, Джейн приготовилась к взрыву. И он последовал. Грег покраснел до корней волос и грозно прищурился.

– Кто-то здесь слишком развязал язык, – рявкнул он. – Черт побери! Может, Элтон обрисовал вам и мое нижнее белье, и шрам на моей заднице?

Если бы взгляды могли испепелять, Джейн уже валялась бы на полу обугленной головешкой.

– Давайте договоримся: что бы ни случилось между нами, мои отношения с Шарлет и любые мои обещания ей вас не касаются!

– Я так не думаю, – огрызнулась в ответ Джейн. – То обещание – единственная причина моего появления здесь, и вы это знаете. Несмотря на все заявления о неготовности к новому браку, вы кажетесь мне человеком, серьезно относящимся к своим обещаниям. Вы дали то объявление не от одиночества. Вы выполняли обещание, и я хочу вам в этом помочь.

Джейн поняла, что попала в точку. Как ни противна Грегу мысль о новом браке, он женится… когда-нибудь. В конце концов, он поклялся это сделать. Проблема в том, что, если Джейн не воспользуется своим шансом, его женой и, следовательно, матерью Шона и Сары станет другая женщина. Если подумать о характере Грета, может, это и к лучшему, но Джейн не хотелось отступать. Вполне возможно, что его упрямство – защитный механизм, а на самом деле Грег совсем другой.

Время! Время – главное, и его нельзя упускать. Она не может ждать бесконечно. Очень скоро ей придется принимать решение относительно своего будущего. Если слишком долго пренебрегать поступающими предложениями, то вряд ли она сможет вернуться в модельный бизнес. Необходимо переубедить этого упрямца.

– Может быть, мне стоит побольше рассказать вам о себе? – предложила она.

Грег равнодушно пожал плечами, глотнул кофе и устремил взгляд куда-то поверх ее плеча.

– Хорошо, начнем, – как ни в чем не бывало объявила Джейн. – Я родилась и выросла в Далласе, закончила среднюю школу, училась в Даласском университете…

– Мне не нужна подробная биография, – проворчал Грег, вставая и отходя к раковине.

Джейн разочарованно вздохнула. Неужели ей так и не удастся пробить броню его равнодушия?

– Я уже говорила вам, что хочу стать матерью. А ваша парочка меня покорила.

– Да, это я слышал. Только не понял, почему вы так сильно стремитесь к этому.

Действительно, она еще не объяснила причины.

– Я всегда… всегда хотела иметь семью, свою собственную семью. И детей. Как бы я ни обожала своих племянников и племянниц, мне всегда хотелось быть не только любящей тетушкой. Недавно я узнала, что не смогу иметь детей. Не буду докучать вам медицинскими деталями, достаточно сказать, что это факт, а не предположение.

– Понимаю. А вы не думали об усыновлении?

– Это обычно занимает несколько лет… а для незамужней женщины еще больше. Я не уверена, что готова так долго ждать теперь, когда нашла двух очаровательных детишек без матери и с отцом, которому необходимо сдержать данное слово. – Джейн посмотрела ему прямо в глаза. – Я могу сделать вашу жизнь лучше, вы же знаете.

– Неужели? – резко спросил Грег. Он больше не мог этого выносить. Она сумела растравить его душу, а этого нельзя себе позволить. – Я уже говорил и повторю снова: мне не нужна жена. Мне не нужны вы, мисс Джаррет.

Не успели эти слова сорваться с его губ, как Грег понял, что лжет. Он страстно желал Джейн Джаррет и ненавидел и свое желание, и себя вместе с ним. Еще немного – и он потеряет последние остатки разума.

Судя по обиженному выражению ее лица, Грег достиг своей цели, однако он чувствовал себя последним подонком. И идиотом.

Джейн долго сидела не шевелясь и смотрела на него невидящим взглядом. Все. Полное поражение. Она пыталась уговаривать, пыталась шутить, она меняла свою внешность… она умоляла – ничего не помогло. Она не смогла повлиять на него. А если бы и смогла? На какие отношения можно надеяться, если он так груб с ней?

Она же не просила той любви и преданности, которые он испытывал к своей покойной жене. Однако он смог бы полюбить снова. Не сразу, конечно, но ведь так бывает. Если бы он хотя бы попробовал! Только, похоже, Грегу Меррифилду больше нравится жалеть себя, чем попробовать изменить свою жизнь.

И ведь с нею могло случиться то же самое. После первой неудачи в браке так легко стать пессимисткой, решить, что любовь не для нее. А она не сдалась, решила бороться. И подумала, что ее будущее – с Грегом Меррифилдом и его детьми. Ну что же, она ошиблась. В сердце Грега, в его жизни нет места ни для нее, ни для кого-то другого.

Джейн хотела попрощаться, но ком в горле мешал говорить. Только не смей плакать, - приказала она себе. – Ты и так сваляла дурака, выставила себя на посмешище. Довольно! Самое главное сейчас – достойно уйти и не смущать больше ни его, ни себя.

Горечь поражения вдруг сменилась гневом. Джейн резко поднялась и посмотрела сверху вниз на несостоявшегося мужа.

– Хорошо, что я не нужна вам, мистер Меррифилд, потому что мне не нужен циничный ковбой в качестве мужа. Я бы отказалась от вас, даже если бы вас преподнесли мне на серебряном блюде.

Джейн надменно прошествовала через прихожую, прихватив по дороге сумочку, села в машину, завела двигатель… и, только когда ранчо скрылось из виду, дала волю слезам.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Не успело осесть облако пыли, поднятое автомобилем Джейн, как Элтон тяжело протопал на веранду.

– Ну что, добился своего?! Такая хорошая женщина, и стала бы чудесной матерью твоим детям, но ты обращался с ней как с нищенкой, выпрашивающей милостыню. Мисс Джаррет не виновата в твоей беде, и ты это знаешь. Тебе должно быть стыдно за свое поведение. – Элтон достал из заднего кармана пачку сигарет, и Грег попытался переключить его внимание.

– Сколько можно напоминать тебе, что сигареты – яд?

– А сколько можно напоминать тебе об обещании, которое ты дал Шарлет? Похоже, ни один из нас не прислушивается к добрым советам. – Элтон вызывающе чиркнул спичкой о подошву сапога и прикурил. – Ну, и что ты теперь собираешься делать?

Грег пожал плечами. Он понятия не имел, что теперь делать. Элтон прав, он безобразно обращался с Джейн Джаррет. Если бы начать сначала, он сыграл бы всю сцену по-другому. Только проблема в том, что, попытайся он повторить эту встречу, вряд ли смог бы что-то изменить. Да, он обошелся с ней несправедливо, но это она загнала его в угол, и ему пришлось защищаться, а, как известно, нападение – лучший вид защиты… Однако он все равно чувствовал себя ничтожеством.

Элтон пыхтел сигаретой, явно готовясь к новой атаке, когда послышался шум приближающегося автомобиля. К дому подлетел черный джип. Джип Хельги. Грег мысленно поблагодарил Бога за волшебное избавление от ворчания Элтона, однако заметил, что разочарован: вернулась Хельга, а не Джейн.

Через мгновение ему пришлось испытать еще более глубокое разочарование. Хельга заехала всего на несколько минут. Именно столько ей понадобилось, чтобы сообщить: она вынуждена уволиться, так как ее мужу, Рафу, предстоит операция на сердце, и ей придется за ним ухаживать. Полчаса спустя Грег и Элтон все еще стояли на веранде, пытаясь переварить эту неожиданную новость и ее последствия.

– Неприятно говорить, но прав был я, – наконец заметил Элтон.

– Тогда не говори, – проворчал Грег с обреченностью беглеца, загнанного в угол. Он четко представлял себе, что не сможет управлять ранчо и одновременно заботиться о детях.

– А что еще прикажешь делать? Если бы ты был подобрее к мисс Джаррет, то не поставил бы себя в безвыходное положение. Теперь ты действительно нуждаешься в ней.

Элтон загасил сигарету и немедленно прикурил следующую.

– Продолжай в том же духе, – взорвался Грег, – и закончишь так же, как Раф, а я буду метаться по больничным коридорам и сходить с ума, пока тебе будут делать операцию.

– Терпеть не могу, когда ты прав, – заметил Элтон, попыхивая сигаретой. – Наверное, пора перестать вгонять гвозди в собственный гроб. – Он потрепал Грега по плечу. – Пока близнецами займется Нита, но я надеюсь, что ты пересмотришь свое мнение о мисс Джаррет. Новая мама – лучший выход из нашего кризиса.

– О, конечно. Дамочка будет счастлива, когда узнает, как я жажду жениться на ней из-за того, что уволилась моя экономка. Очнись, Элтон.

– Она влюбилась в малышей и, может, не заметит, что ею манипулируют.

Грег покачал головой.

– Давай забудем о ней, хорошо? Позвони Ните и узнай, не сможет ли она посидеть с детьми несколько дней, а я пока что-нибудь придумаю.

– Ты прекрасно знаешь, что Нита согласится. Я привезу ее.

– Спасибо. Когда Нита придет, я займусь делами, и думаю, что тебе не мешает сделать то же самое.

– Да, сэр, есть, сэр! – Элтон вытянулся по стойке «смирно», даже не пытаясь скрыть раздражение.

Грег понял, как высокомерно прозвучали его слова, и ему стало стыдно.

– Ты же знаешь, что я не такой. А насчет мисс Джаррет… Я сожалею о…

– Не сотрясай воздух, – прервал его Элтон. – Извиняться следовало бы перед ней, а не передо мной. – И он заспешил к своему грузовичку, прежде чем Грег успел ответить.

В последующие два дня Грег не мог забыть о словах Элтона, как ни пытался. Конечно, нельзя ожидать, что Джейн заменит Хельгу, но попросить прощения он должен. Ему очень не хотелось унижаться, однако как-то надо было избавиться от угрызений совести… и забыть обо всем. В общем, в конце концов Грег пусть неохотно, но все-таки набрал номер Джейн.

– Здравствуйте, это Грег Мерри…

Джейн бросила трубку, от всей души надеясь, что у наглеца лопнула барабанная перепонка. Как он смеет звонить! Что он может сказать?

После возвращения с ранчо Джейн бесцельно слонялась по своей квартире, погрузившись в еще более глубокое отчаяние. До встречи с Гретом Меррифилдом и его детьми ее представления о доме и семье были расплывчатыми, а теперь, когда она думала о детях, то видела Шона и Сару, а когда думала о муже…

Телефон затрезвонил снова, и на этот раз Джейн посмотрела на определитель номера. Снова Грег. Что он задумал? Разве он не все уже сказал? Нет, она не желает с ним разговаривать. Ни с ним, ни с любым другим мужчиной. Достаточно упрямых мужчин для одной недели. Пошли они все к черту. Особенно этот! Хватит с нее оскорблений и дурацких разговоров… А телефон все трезвонил, и наконец включился автоответчик.

– Я знаю, что вы дома. Могли бы с тем же успехом взять трубку, – услышала она раздраженный голос Грега. – Я все равно буду звонить, пока вы не ответите. Даже если это займет всю ночь и половину завтрашнего дня.

Джейн подумала, не выдернуть ли шнур из розетки… К чему? Вероятно, он успокоится на некоторое время, однако не может же она жить с отключенным телефоном. Грег, пожалуй, настойчивее бродячего торговца. Может, лучше поговорить с ним и покончить с этой идиотской авантюрой?

Джейн схватила трубку.

– Что вам надо?

– Ну, э-э…

– «Э-э» что? – Она не купится на его виноватое косноязычие. Не такая уж она дурочка. Он вовсе не застенчив, и красноречия ему не занимать.

– Не собираетесь сменить гнев на милость, как я погляжу.

– А с какой стати? Вы меня не щадили. Послушайте, Меррифилд. Я убралась из вашей жизни, чего вы и добивались, а теперь оставьте меня в покое.

– Я это заслужил, – согласился Грег, – однако я не собираюсь преследовать вас. Я просто хотел объяснить… сказать вам… я сожалею о своем поведении.

– О, неужели? Ваши сожаления запоздали. Раньше надо было думать.

– Я должен извиниться перед вами. Позвольте мне…

– Не пытайтесь успокоить свою совесть. Слишком поздно. – Джейн снова бросила трубку на рычаг, даже не пытаясь сдержать непрошеные слезы. Она никогда не простит его. Он пробудил в ней надежду, а потом безжалостно растоптал ее.

Грег начал набирать номер в третий раз, но остановился. Можно не сомневаться – и третья попытка окажется безрезультатной. Джейн не в том настроении, чтобы общаться с ним. Ну и чего тогда он волнуется? Он попытался извиниться. Если она не хочет прощать его, это ее личное дело.

Он поднялся на второй этаж взглянуть на близнецов. Они крепко спали. Элтон и Нита уехали к себе, и в доме было тихо. Невыносимо тихо. Впервые за много месяцев тишина не вызвала в Греге воспоминаний о происшедших в его жизни переменах. Почему-то он все время мысленно возвращался к телефонному разговору с Джейн. И чем больше он думал о ее упрямстве, тем больше злился.

Почему она не выслушала его? Он просто хотел объяснить ей, что она ни в чем не виновата. Это он вел себя грубо и глупо, и теперь ему стыдно. Вот и все.

Ну, черт побери, дамочка получит свои извинения, хочет она этого или нет! Совершенно ясно: пока он не вытравит все воспоминания о Джейн Джаррет, он не сможет сосредоточиться на поисках новой домоправительницы. Как только удастся освободиться, он попросит Элтона и Ниту переночевать в доме с малышами, а сам быстренько смотается в Даллас.

Грег достал из бара графин, налил в стакан на два пальца виски и, прихлебывая обжигающую жидкость, начал составлять план действий. Главное – внезапно появиться на ее пороге и принести извинения. Затем с этой историей будет покончено.

* * *

Когда в следующую среду вечером раздался звонок в дверь, Джейн чуть не выругалась от раздражения. Ей никого не хотелось видеть. Так и не нарушив своего затворничества, сегодняшний вечер она решила посвятить «чистке перышек». Ее намазанные бальзамом волосы были замотаны полотенцем, и она только что сняла с лица огуречную маску. В общем, выглядела она ужасно.

Джейн нацепила на нос очки, тихонько подкралась к двери и заглянула в «глазок», надеясь, что нежданного гостя, например, ее поверенного, можно будет проигнорировать…

Невероятно… но это был он - Грег Меррифилд собственной персоной! Последний человек из всех живущих на земле, кого она ожидала увидеть. И что еще удивительнее, он держал в руках огромный букет.

Пока Джейн колебалась, звонок зазвенел снова.

– Я знаю, что вы дома, – крикнул Грег. – Я слышу музыку. Или вы откроете, или я начну извиняться так, что услышит весь дом.

Джейн открыла дверь, и Грег сунул цветы ей в руки.

– Поскольку вы не пожелали принять мои извинения по телефону, я приехал извиниться лично. И может, пригласить вас выпить в знак примирения.

Джейн подняла руку к полотенцу, опустила взгляд на свой наряд: вылинявшие шорты и мятую футболку.

– Как видите, я не готова к выходу из дома. Однако за цветы спасибо. Извинения принимаются. – Она стала закрывать дверь, но Грег быстренько сунул в щель ногу.

– Уходите, – потребовала Джейн.

– Нет, – заявил Грег, налегая на дверь. – Я не уйду, пока не выскажусь.

– Ну ладно, – недовольно прошипела Джейн. Господи, надо было выслушать его по телефону. А теперь вот приходится расплачиваться за свою недальновидность. Она отступила, пропуская его в квартиру. – Заходите. Только высказывайтесь покороче.

– Благодарю за любезный прием, – протянул Грег, проходя в гостиную и без приглашения удобно устраиваясь на диване. Несколько секунд он внимательно осматривал помещение и затем добавил: – Милое местечко. Очень милое. Определенно дорогой район. Только не говорите, что можете позволить себе это благодаря своему… э… гибкому рабочему графику.

Джейн бросила цветы на ближайший столик и скрестила руки на груди.

– Вряд ли вы проделали весь этот путь, чтобы восхищаться моей квартирой или продолжать оскорблять меня.

– Да, конечно… забудьте о моих словах. Я приехал, чтобы объяснить вам: только я виноват во всем. Дело совсем не в вас.

– И вы полагаете, что ваше неожиданное появление и извинения заставят меня почувствовать себя лучше?

– Я на это надеялся, – признался Грег.

– Ну, можете еще разок поднапрячь мозги. – Джейн хандрила целую неделю, и только сейчас ей представилась возможность дать выход своему гневу. Грег невольно стал отличной мишенью. – С тех пор как я увидела ваше объявление, я словно превратилась в мячик от пинг-понга… да, он хочет, нет, он не хочет. Однако я больше не обманываю себя. Вы очень ясно дали понять, что не желаете даже слышать обо мне. А теперь позвольте сказать вам, Грег Меррифилд, что я чувствую то же самое. Я не желаю больше видеть вас и от всей души сочувствую женщине, на которой вы соизволите жениться… если вы вообще когда-нибудь решитесь. Вот так! А теперь сделайте нам обоим одолжение и исчезните!

Джейн почувствовала, как ее глаза наполняются слезами и рвется наружу боль, которую она тщетно подавляла все прошедшие дни. Нет, она не расклеится! Ни в коем случае нельзя реветь перед ним! Джейн шмыгнула носом, сдерживая слезы.

Грег был ошеломлен. Он не ожидал подобной реакции. Ну, может быть, несколько гневных слов, но не более. И слезы в глазах? О, Господи! Он не выносил женских слез.

– Послушайте, – наконец выдавил он, вставая с дивана. – Вы совершенно неправильно все поняли. – Он подошел к ней и взял за руку. – Я хотел попросить вас о втором шансе. Вот почему я здесь… чтобы попросить вас вернуться.

– Что? Это какая-то шутка?

– Нет, нет! – запротестовал Грег. – Мы просто начали с недоразумения… вот и все. Вы были совершенно правы: вы должны были остаться… на неделю, например… чтобы мы получше узнали друг друга. Такое серьезное решение невозможно принять с ходу, особенно когда Элтон толчется рядом и сует свой нос. Ну, что вы скажете?

Джейн потеряла дар речи. Она вообще не ожидала никаких известий от Грега Меррифилда и представить не могла, что когда-либо увидит его. Нет, это выше ее понимания.

– Все это так неожиданно…

Итак, предложение снова в силе. Как можно отказаться? Да, она заявила, что не желает больше иметь с ним никаких дел, но это не полная правда. Есть очень важная часть его жизни, которая ей необходима, – его дети. Только ли дети? - усомнился внутренний голос. Джейн отмахнулась от вопроса и взглянула на Грега.

– Вы уверены?

Он как зачарованный смотрел в ее сверкающие глаза.

– Конечно, уверен. Приезжайте как только сможете.

Джейн снова шмыгнула носом.

– Ну, тогда… ладно, я приеду. Я смогу приехать в пятницу.

Когда дверь за Грегом закрылась, Джейн сорвала с головы полотенце и прижала его к груди.

Может быть, еще не все потеряно! Может быть, Шон и Сара в конце концов станут ее детьми!

Неужели впереди новая жизнь с сексапильным и эксцентричным мистером Меррифилдом? Ну, не все сразу. Будем продвигаться потихоньку. Для начала сосредоточимся на приготовлениях к отъезду.

Грег, как в тумане, брел к своему автомобилю. Что я только что натворил, черт побери? Что на меня нашло?

Он приехал извиниться, загладить свою вину. Он не собирался делать ничего подобного. Цветы, извинения, поспешное отступление. Такова была повестка дня. Однако, не успев взглянуть в ее голубые глаза, он сошел с намеченного пути. Сначала приглашение выпить, а затем – он до сих пор не мог понять, как это сорвалось с языка, – приглашение вернуться на «Сёркл Джи».

Грег завел мотор и отъехал от тротуара.

Элтон точно будет в восторге, возможно, даже живот надорвет от смеха. Ну, необязательно посвящать Элтона в подробности, нечего признаваться, что растаял из-за наполнившихся слезами глаз, не то старик не оставит его в покое до конца жизни. Нет, просто можно сказать Элтону, что послушался его совета и признал, что Джейн им действительно необходима.

– Дежа вю. Это мы уже проходили, – произнесла вслух Джейн, утром в пятницу поворачивая свой «БМВ» на дорогу, ведущую к ранчо.

Грег встречал ее на крыльце.

– Вот вы и здесь, – сказал он, зачем-то констатируя и без того очевидное. Голос его прозвучал вежливо, но в то же время довольно скованно.

Соответственно ситуации, - сказала себе Джейн. Положение действительно довольно неловкое. Она неуверенно протянула руку для пожатия.

– Еще раз здравствуйте.

В дверях появился Элтон.

– Мисс Джаррет! – воскликнул он, явно довольный встречей. – Позвольте мне помочь вам с багажом.

– Меня зовут Джейн, помните? – Она вложила ключи от машины в ладонь старика.

– Конечно, Джейн.

Элтон поспешил к машине и открыл багажник.

– Проходите, – пригласил Грег, отворяя стеклянную дверь. – Должно быть, вы устали после долгой дороги. Вы приехали быстрее, чем я рассчитывал. Когда вы выехали из Далласа?

– Вчера. Я доехала до Вернона и там переночевала. Так что нет, я не устала.

– О… отлично. – Грег остановился и повернулся к Джейн, переминаясь с ноги на ногу. – Я покажу вам, где вы будете спать, – предложил он, когда Элтон появился с багажом.

Грег отнес ее чемоданы в свободную спальню рядом с детской. Комната с несколькими окнами оказалась светлой и просторной, на широких подоконниках – комнатные растения в керамических горшках.

– Я пока оставлю вас. Отдыхайте, – сказал Грег. – Дети спят, но могут проснуться в любую минуту. Если что-нибудь понадобится, обратитесь к Элтону или его жене, Ните. Они здесь.

Джейн начала распаковываться. На этот раз она привезла в основном джинсы и футболки, чтобы соответствовать атмосфере ранчо и – не забывая советов Элтона – чтобы привлекать как можно меньше внимания и не вызывать удивленных взглядов. Авторские модели знаменитых кутюрье и почти вся косметика остались в Далласе.

Только Джейн задвинула пустые чемоданы под кровать, как из детской раздалось хныканье. Дети проснулись. Замирая от счастья, Джейн бросилась к ним и не разочаровалась. Ее приветствовали две очаровательные улыбки.

– Привет, дорогуши, – воскликнула она, вынимая их из кроваток и опуская на ковер посреди разноцветных кубиков и игрушек.

Время летело незаметно, и, когда Джейн взглянула на часы, оказалось, что уже полдень. Посадив на каждую руку по ребенку, она осторожно спустилась в кухню.

Невысокая полная женщина в старомодном фартуке убирала в холодильник банку с майонезом. Услышав шаги, женщина обернулась.

– Меня зовут Нита Джонс. Добро пожаловать в «Сёркл Джи» и позвольте облегчить вашу ношу.

– Здравствуйте. – Джейн улыбнулась в ответ на радушное приветствие и передала Ните Шона. – Я играла с детьми, – добавила она, усаживая Сару в высокий стульчик.

– Знаю, – ответила Нита. – Я заглядывала в детскую, когда собирала белье в стирку. Вы так дружно играли, что у меня не хватило духу вмешаться. Малыши отлично приняли вас.

Джейн снова не сдержала улыбку. Действительно, Шон и Сара так естественно приняли ее, что не осталось никаких сомнений: вернувшись сюда, она поступила правильно.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – спросила она Ниту, которая уже готовила сандвичи, щедро накладывая салат из тунца на толстые ломти свежего белого хлеба.

Нита указала на две тарелки, разрисованные веселыми зверюшками.

– Если вы покормите близнецов, я закончу сандвичи.

Пока Джейн кормила малышей фруктовым пюре, Нита выложила сандвичи на большое белое блюдо, затем наполнила молоком бутылочки.

– Пора отучать их от бутылочек, но я посоветовала Грегу не спешить, – заметила Нита, беря Шона на руки и ставя одну бутылочку перед Джейн.

Когда малыши наелись, их снова усадили в высокие стульчики и дали игрушки.

Несколько минут спустя появились Грег и Элтон. Ленч прошел в неспешных разговорах. Мужчины говорили о делах, а близнецы развлекали взрослых, роняя на пол игрушки. Когда еда близилась к концу, Джейн вдруг спросила:

– А как муж Хельги? Он поправляется?

Воцарилась тишина. Гробовая тишина. Наконец заговорил Грег.

– К несчастью, нет. Его состояние оказалось хуже, чем мы думали. Он нуждается в операции на сердце, и Хельге пришлось уволиться, чтобы ухаживать за ним.

– О? – Это все, что удалось выдавить Джейн. Кровь бросилась в лицо, когда она поняла, почему ее вернули на ранчо и почему Грег так рассыпался перед ней в извинениях. – Ну, – сказала Джейн с принужденным смешком, – прежде чем вы предложите мне должность экономки, должна предупредить, что окна я не мою.

К ее изумлению, Грег воспринял ее слова очень серьезно.

– Я этого от вас и не ждал. – Затем, осознав свою ошибку, он невольно улыбнулся и встал из-за стола. – Поскольку все поели, прошу извинить меня, я еду в город. У меня важная встреча, которую я не могу отменить.

– А как же десерт? – спросила Нита. – Черносмородиновый пирог.

– Оставь для меня кусочек на вечер, – откликнулся Грег, покидая кухню.

Нита достала из буфета чистые тарелки.

– Я тоже не буду есть пирог, дорогая, – сказал Элтон, поднимаясь. – Надо заехать за антибиотиками к доку Притчету. У меня болен теленок. Увидимся вечером, девушки.

Пока Нита раскладывала пирог по тарелкам, Джейн обдумывала сложившуюся ситуацию. Конечно, Нита не могла полностью посвятить себя детям, и Грег оказался в безвыходном положении. Он ясно сказал, что не собирается снова жениться, однако уход Хельги лишил его надежной няни. Получается, что ее, Джейн, пригласили сюда скорее как временную помощницу, а не для более серьезного знакомства с перспективой брака.

Ну что же, Грег выполнил свою задачу на пять с плюсом. Интересно, как он теперь выпутается, как объяснит ей свои намерения? В общем, Джейн так и не решила, злиться или благодарить судьбу за неожиданный поворот. Как бы то ни было, все же, наверное, следует признать: судьба предоставила ей второй шанс.

Нита принесла кофе в гостиную и стала показывать Джейн семейный фотоальбом Меррифилдов и рассказывать о Шарлет.

– Она была очаровательна, особенно ее нежные зеленые глаза. Ростом, правда, на добрый фут ниже Грега, но такое щедрое сердце редко встретишь. Вам бы она понравилась. Ее все любили.

Листая альбом, Джейн ясно представляла себе Шарлет и прекрасно понимала, почему Нита углубилась в воспоминания: она хотела снабдить претендентку информацией. Однако Джейн не могла не сравнивать себя с Шарлет, глядя на ангельское личико и пышные белокурые волосы. Ее собственное лицо больше удовлетворяло стандартам современных фотомоделей: скорее экзотическое, чем ангельское, а цвет ее волос очень напоминал масть гнедой кобылы, которую она видела в загоне. И если Шарлет была миниатюрной, то Джейн – как наверняка выразился бы Элтон – была «чуточку побольше». Джейн всегда посмеивалась над самодовольными женщинами и свою красоту воспринимала как нечто само собой разумеющееся, однако в данный момент она почувствовала укол зависти.

Остаток дня прошел в заботах о детях, а Нита возилась по хозяйству. До ухода она успела состряпать первоклассный ужин: пожарила ростбиф и испекла булочки в форме клеверного листа. Правда, Джейн так нервничала, что не смогла оценить по достоинству ее кулинарное искусство. Пока, уложив детей спать, они с Грегом ужинали, ее дурные предчувствия все усиливались.

Однако Грег не спешил обсуждать возможный союз и непринужденно болтал о своем ранчо.

– Мы держим несколько сотен голов скота, выращиваем кукурузу и пшеницу. Не очень большое дело по техасским меркам, но на жизнь хватает.

Это все прекрасно, – хотелось сказать Джейн. – Однако не пора ли поговорить о нас?

– Может быть, – неторопливо вещал Грег, – не на такую прекрасную жизнь, к которой вы привыкли. Должен признаться, у вас шикарная квартирка.

Джейн без аппетита ковыряла вилкой в своей тарелке, стараясь помалкивать и не встречаться с Грегом взглядом. Он явно выуживал информацию. Ему было очень любопытно, откуда у нее средства на «шикарную квартирку». Но он напрасно старался – пока не время посвящать его в детали ее модельной карьеры или финансов. Пока еще он не заслужил право это знать.

– Сознаете вы это или нет, но там вы были бы гораздо счастливее, – не унимался Грег.

– А вы у нас авторитет в области счастья? – огрызнулась Джейн.

– Когда-то был.

Его голос дрогнул, и Джейн устыдилась.

– Мне очень жаль.

– Очень жаль, – повторил Грег. – Я слышал это столько раз, что и сосчитать не могу. Моя мать любила повторять: «Смейся – и весь мир будет смеяться вместе с тобой. Рыдай – и будешь рыдать в одиночестве». Я рыдал не в одиночестве, когда умерла Шарлет, многие проливали тогда слезы. Но через некоторое время я уже плакал один. Мои слезы иссякли, однако подозреваю, что ваши – нет. Я слышал, что развод похож на смерть, а если так, то семь месяцев вряд ли достаточный срок для преодоления скорби.

Неожиданная откровенность Грега смягчила Джейн. Такой честный разговор – хорошее начало для будущих отношений, только в причинах ее скорби Грег явно заблуждается.

– Кое-что из ваших слов – правда, – признала она, – но недавний развод не исключает долго копившихся проблем.

– Между проблемами и окончательным решением – огромная пропасть. В проблемах таится надежда. Я все еще думаю, что вы торопите события, что вы приехали сюда, не оправившись после развода. Я пытаюсь оградить вас от новых разочарований.

Симпатия Джейн к Грегу мгновенно улетучилась. Похоже, они снова вернулись туда, откуда начали. Джейн уже устала от того, что Грег использует ее как оправдание собственной нерешительности.

– Вы дипломатично предлагаете мне собрать вещи и уехать домой?

Грег окинул Джейн изучающим взглядом, и она уже мысленно слышала утвердительный ответ, но, оказывается, ошиблась.

– Нет, конечно же, нет. Не сердитесь. – Грег промокнул губы салфеткой и взглянул на часы. – Восемь. Может, посмотрим телевизор?

Вот этого ей хотелось меньше всего. Она хотела продолжить разговор, сказать: «Забудьте обо мне и моем разводе, расскажите о себе – не о ранчо, не об урожае… просто о себе». Но Грег уже не раз отказывался говорить о себе, и Джейн решила не спешить, как он и предлагал.

Следующие несколько дней текли примерно так же: Джейн заботилась о детях и знакомилась с фермерской жизнью. Да, как и предупреждал Грег, «Сёркл Джи» – не Даллас, но Джейн видела в этом преимущество, а не недостаток. Она давно устала от огромного города, от транспорта, от толпы, и мысль о переезде в более тихое место давно привлекала ее. Конечно, она с удовольствием будет приезжать домой, к родственникам и друзьям, но ей очень нравится на ранчо, она с удовольствием пойдет навстречу новой жизни и истинному счастью, если только Грег встретит ее на полпути.

Прошло четыре дня, и Джейн – несмотря на разительные отличия – привыкла к новому распорядку. Ранний подъем, легкий завтрак: кофе, хлопья и сок. Затем она кормила завтраком малышей, одевала их, играла с ними, читала первые книжки, пела песенки. Когда Шон и Сара не нуждались в ней, она гуляла по окрестностям или помогала Ните с домашними делами. Между обеими женщинами быстро установились непринужденные дружеские отношения. Нита с удовольствием компенсировала недостаток женского общества.

Вечера Джейн проводила с Грегом, и эти часы позволяли ей представить, какой могла бы быть их совместная жизнь. Он – изумительный отец, добродушный, веселый, он обожает детей и не стесняется выказывать свою любовь, а дети отвечают ему взаимностью. Сара постоянно повторяет «па-па», и оба малыша визжат от счастья и тянутся к отцу на руки, как только он появляется в комнате.

И во взрослой компании Грег не теряется. Джейн обнаружила в нем и незаурядный ум, и хорошо развитое чувство юмора. Они разговаривали о книгах и кинофильмах, о телевидении, и у них оказались удивительно сходные вкусы. Но ни разу их беседы не коснулись темы брака – главной ее причины появления здесь. Терпение Джейн иссякало. Ну, хватит. Достаточно она ждала первого шага от Грега. Пора переходить в наступление.

Итак, на четвертый день, когда ужин был закончен, близнецы уложены спать, а Грег устроился перед телевизором, Джейн подняла наболевший вопрос:

– Ты думал о… о нас?

Грег внутренне вздрогнул. Только об этом он и думал все последние дни, а Элтон и наемные работники подшучивали над ним не далее как сегодня утром: он так глубоко задумался о Джейн, вместо того чтобы смотреть под ноги, что вляпался в кучу свежего конского навоза.

Так дальше нельзя… Джейн не может больше оставаться на «Сёркл Джи», но и отпустить ее Грег не мог. Так приятно возвращаться вечерами домой и знать, что она его ждет, так приятно разговаривать с кем-то, чей словарный запас превышает несколько слов. Он обожает Шона и Сару, но беседовать с ними пока невозможно.

Грег поднял глаза на Джейн и вдруг понял, что уже привык к ее присутствию и, если она уедет, ему придется заполнять новый вакуум. Было бы так естественно придвинуться к ней, притянуть ее в свои объятия… Грег не мог себе это позволить. Как только он поддастся, считай, что пропал, придется распроститься со своим сердцем.

Грег мог назвать сотню причин, по которым ничего у них не получится, начиная с того, что Джейн разочаруется в их соглашениях. Как только притупится чувство новизны, она просто все здесь возненавидит… заскучает по своей работе, друзьям, городскому шуму. Она начнет грустить, дуться. И в конце концов сбежит, бросит его и детей.

Джейн должна уехать. Да, он будет тосковать по ней, но по крайней мере сможет защитить себя и близнецов от боли новой потери. Хватит с него боли.

– Мыпоговорим завтра, – выдавил Грег, очнувшись от мучительных размышлений.

Он взял пульт управления и переключил канал, давая понять, что на сегодня разговор окончен. А потом, словно забыв обо всем, в чем только что убеждал себя, взял ее за руку. Так давно он не чувствовал женского тепла, но это единственный раз…

Среди ночи, когда Джейн забылась наконец тяжелым сном, ее разбудил крик. Она вскочила и бросилась в детскую, испугавшись, что ребенок плачет давно, а она и не слышала. Шон сидел в кроватке и рыдал, растирая кулачками слезы по покрасневшему личику. Джейн подхватила его, прижала к себе, и он немедленно упокоился.

– Не спится, мой сладкий? – заворковала она и, укачивая мальчика, подошла к Саре. Как ни странно, девочка спала крепким сном.

Малыши – белокурые и пухленькие – были необыкновенно похожи внешне, но характеры у них были абсолютно разные. Шон, легко поддающийся переменам настроения, весь в отца, а Сара, спокойная, кроткая, видимо, в мать.

Меняя Шону мокрый памперс, Джейн заметила в дверях детской Грега. Он пристально следил за ней с совершенно непроницаемым лицом. Его глаза показались Джейн холодными, даже отчужденными, и мгновенно лишили ее надежды, затеплившейся накануне вечером, когда он держал ее за руку. Джейн растерялась. Неужели Грег никогда не смирится ни с ней, ни с какой другой женщиной, претендующей на роль, по праву принадлежащую Шарлет?

Когда Джейн сменила памперс Шону, Грег потянулся к сыну и заявил тоном, не терпящим возражений:

– Я возьму его.

Явно стараясь не касаться Джейн, Грег забрал сына, прислонился к дверному косяку и снова стал спокойно наблюдать за ней.

И только тогда Джейн вспомнила, что не надела очки, и волосы, не собранные в «конский хвост», рассыпались по плечам. Ситцевая ночная рубашка скрывала все, что необходимо было скрыть, но заканчивалась гораздо выше колен, обнажая ноги.

Поскольку Джейн думала о Шарлет, то, естественно, предположила, что и мысли Грега направлены в ту же сторону, однако в его взгляде появилось что-то новое. Теперь он смотрел на нее так, как никогда прежде, и она вздрогнула, различив вспышку страсти в его темных глазах.

Неужели Грег передумал? Неужели я все-таки нужна ему? - спрашивала себя Джейн, купаясь в лучах его желания… Только одного желания недостаточно, нельзя позволить гормонам победить здравый смысл.

– Уже можно идти спать, – выпалила она, быстро ретируясь в свою комнату.

Спать? Легче сказать, чем сделать, злился Грег, колотя кулаками подушку. Влечение разрасталось в нем всю неделю, и потребовалась недюжинная сила воли, чтобы держаться от Джейн на расстоянии. Только это неправильно. Все это неправильно. Он не может дать Джейн то, в чем она нуждается, чего заслуживает. Джейн ждет любви, и не только от Шона и Сары, но и от него. А влюбиться в нее… влюбиться в кого-либо он не может позволить себе ни в коем случае.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Грег услышал шум льющейся воды: Джейн принимала душ. Обычно Грег вставал рано, но сегодня проснулся вместе с близнецами и целый час не мог отделаться от воспоминаний о том, как чертовски соблазнительно выглядела она ночью, и весь этот час ненавидел и проклинал себя за подобные мысли.

Он пригласил Джейн на неделю, однако через пять дней физическое напряжение стало почти невыносимым, он не мог сосредоточиться ни на чем, кроме нее. Надо отправить ее домой, пока еще есть силы не умолять ее остаться навсегда.

Когда малыши доели овсянку с бананами, Грег отнес их в манеж, налил себе вторую кружку кофе и, прихлебывая горячий бодрящий напиток, попытался разработать стратегию дальнейшего поведения.

Джейн наконец спустилась в кухню. Грег поднялся и налил ей кофе, но сам не сел, а ухватился обеими руками за спинку стула.

– Я думал…

– И что?

– Мне совершенно ясно, что тебе очень скоро здесь все наскучит.

Джейн разозлилась. Ну что за упрямый осел – зациклился на одной идиотской причине, а она-то ночью решила, что он в конце концов освободился от своих сомнений. Но нет, только не Грег Меррифилд! Стоит незыблемой скалой и с умным видом объясняет ей, как она должна себя чувствовать!

– Я тоже думала, и ты даже отдаленно не представляешь себе, как счастлива я могла бы быть здесь. Ты почему-то вбил себе в голову, что мне нужны постоянные развлечения. Ну, так ты жестоко ошибаешься. Я немало поездила по миру. Моя жизнь с Кевином была очень бурной. Мы оба вкалывали по десять-двенадцать часов в день, а вечерами мотались по популярным ночным клубам. Ему это нравилось, а мне – никогда. Не смей даже предполагать, что я когда-нибудь вернусь к такой жизни.

– Вы поэтому развелись?

– Отчасти. Были и другие проблемы… может, я когда-нибудь расскажу тебе о них. Но уверяю тебя, я не жажду возобновлять эти гонки по кругу… совсем наоборот. Я очень много размышляла и совершенно уверена, что нашла наконец то, в чем действительно нуждалась в последние несколько лет, – покой.

Грег печально улыбнулся:

– На «Сёркл Джи» больше монотонности, чем покоя.

– Я так не считаю. Я смотрю вокруг и вижу чудесное место, уютную гавань, где мне хочется бросить якорь. Мне тридцать три года. В таком возрасте естественно изменить свою жизнь, пустить корни. Помнишь, как сказано в Библии? «Всему свое время. Время жить и…»

– Время умирать.

Джейн на секунду отвела глаза, затем серьезно посмотрела на Грега.

– Я не хотела будить грустные воспоминания, поверь, однако это могло бы стать нашим временем, нашим временем обновления. И я точно уверена в том, что моя новая жизнь не в Далласе.

– Ты думаешь, что она здесь… со мной?

– И с близнецами.

– Я даже и не знаю. – Грег опустился на стул, задумчиво почесывая подбородок. В устах Джейн все казалось таким логичным, таким достижимым.

От продолжения мучительного разговора Грега избавил стук в дверь черного хода.

– Доброе утро всем, – поздоровался Элтон. – Грег, ты мог бы до встречи с парнями подскочить со мной на дальнее пастбище? Пруд высыхает, и мы должны отвезти воду для скота.

– Конечно. – Грег вскочил, схватил с крючка шляпу. – Поговорим позже, Джейн.

Откуда в ней такая уверенность? Почему она не желает увидеть его правоту? Зачем откладывать неизбежное? Грег облокотился о руль пикапа, ожидая, пока Элтон откроет ворота, ведущие к самому северному пастбищу «Сёркл Джи». Им предстояло отобрать бычков на продажу, однако мысли Грега витали где-то совсем далеко от дел.

Утром он почти не сомневался, что сможет переубедить Джейн, и вот она снова переспорила его, почти заставила поверить, что его дурацкий план осуществим. Неужели права она! Он не нашел другой подходящей женщины, так, может, пересмотреть свое мнение? Только надо установить основные принципы взаимоотношений, объяснить Джейн, каким будет их брак… если будет, конечно.

– Эй, парень, очнись. О чем ты думаешь все утро? – Элтон протянул руку в открытое окно пикапа и щелкнул пальцами перед лицом Грега. – Или это глупый вопрос? Сам вижу, что Джейн околдовала тебя.

– Тогда проверь свое зрение, – возмутился Грег.

Элтон пропустил совет мимо ушей.

– Тебя беспокоит, что подумала бы обо всем этом Шарлет, не так ли? Ну, я знал малышку всю ее жизнь и уверен на все сто, она была бы счастлива, если бы ты снова нашел любовь.

Грег хлопнул ладонью по рулю.

– Итак, мы перешли от колдовства к любви.

– Пытаешься сказать, что равнодушен к Джейн, а она – к тебе? Черт побери, и слепой бы заметил, что это не так.

Элтон достал из кармана пачку антиникотиновой жвачки и развернул одну пластинку.

– Не могу говорить за нее, но мои чувства к Джейн Джаррет не имеют ничего общего с любовью, – возразил Грег. Элтон недоверчиво забормотал, и Грег добавил: – Вожделение, возможно, но не любовь.

– Вожделение? – Элтон хмыкнул. – Ну что ж, хорошее, начало. Ничем не хуже любого другого.

Он сунул жвачку в рот и стал энергично жевать.

– Не хочешь сдаваться? – проворчал Грег, включая зажигание. – Брось играть в сваху и залезай в машину. Мы не даем проехать Вайли с его командой.

Тяжелая физическая работа под жарким солнцем занимала руки и тело Грега, однако его мысли вертелись вокруг двух женщин. Одной уже нет, но данное ей обещание висит над ним как дамоклов меч. Другая… вот она рядом, на ранчо, готовая помочь ему выполнить обещание.

Грег честно пытался взвесить все «за» и «против» брака с Джейн, и как он ни старался достичь обратного результата, «за» все время перевешивали. Джейн будет прекрасной матерью. За несколько дней Шон и Сара уже привыкли к ней. Они будут скучать, если она уедет. И он тоже будет скучать. Джейн внесла в их жизнь радость. И покой. Забавно. Она тоже говорила о покое.

Но как же одновременно и разрешить ей остаться, и защитить себя? Вот главный вопрос. Он не желает влюбляться, а с каждым часом его оборона слабеет. Сможет ли он жениться на Джейн, стать ей нормальным мужем и защитить свое сердце от любви?

К несчастью, с какой бы стороны Грег ни смотрел на сложившуюся ситуацию, главное оставалось неизменным: жена ему необходима. Может, разумнее продолжить поиски, найти женщину, которая не будет так волновать его? Вот только удовлетворит ли его такая женщина после того, как он познакомился с Джейн Джаррет? Сомнительно. Так чего же он сопротивляется? И на этот вопрос он не мог найти разумного ответа.

Поздним вечером того же дня, когда Джейн уложила малышей спать, Грег поманил ее:

– Можно поговорить с тобой?

Она прошла за ним в маленький кабинет в задней части дома. Это была очень мужская комната, удобная, не загроможденная безделушками. В одном углу – мягкое кресло и кушетка, в другом – огромный старинный письменный стол с современным рабочим креслом.

Грег указал Джейн на мягкое кресло и уселся на край письменного стола. Джейн сидела молча, ожидая, пока заговорит Грег.

– Я уже говорил тебе, что не хочу жениться.

– О да, и не один раз. – Джейн умолкла, собираясь с мыслями, не поднимая глаз от сложенных на коленях рук. – Должна признаться, что я или пыталась игнорировать твои слова, или убеждала себя, будто на самом деле ты просто не знаешь, чего хочешь. – Она снова заколебалась. – Когда ты приехал за мной в Даллас, я поверила – так как мне очень хотелось поверить, – что со временем ты передумаешь. Однако, судя по твоему мрачному лицу, я проиграла сражение.

Джейн неуверенно поднялась. Ей казалось, что она уже привыкла к боли, однако разочарование оказалось еще мучительнее, чем она предполагала.

– Не волнуйся, я больше не буду навязываться тебе. Дай мне полчаса на сборы, и я…

Грег вскочил и схватил ее за плечи.

– Черт побери, выслушай меня сначала, а потом уж беги. – Он внезапно осознал, как близко притянул ее к себе. Их лица почти соприкасались, и он зачарованно смотрел в ее глаза – синие, как утреннее небо, неотразимые глаза. Ради удобства она давно сменила очки на контактные линзы – меньше соблазна для близнецов и раз в десять больший соблазн для него. Без очков ее глаза казались бездонными, и Грег чувствовал, как тонет в них. Он наклонился ближе, затем заставил себя отступить.

Он терзался целый день и наконец выработал приемлемое предложение. Об этом он и хотел переговорить. Он вовсе не собирался обнимать ее и целовать до одури – хотя с трудом удержался, – а просто хотел объясниться.

– Э… ну… может, присядешь и выслушаешь то, что я хочу сказать? Пожалуйста!

Джейн подчинилась, еще больше растерявшись. Грег опустился во вращающееся рабочее кресло.

– За эти дни я пришел к выводу, что ты именно такая мать, какую я надеялся найти для Шона и Сары. Невозможно отрицать связь, возникшую между вами, и, если бы они могли голосовать, ты победила бы без борьбы. Однако мы сейчас говорим не только о близнецах, мы говорим о нерушимом союзе между нами – тобой и мной. Ты готова на это?

– Ничего другого я и не желаю. Я видела, как разводы влияют на детей. Я не хочу быть их матерью только сегодня или на следующей неделе. Я хочу стоять на трибуне и подбадривать Шона, когда он будет играть в бейсбол в матчах «Малой лиги», я хочу, чтобы они делились со мной своими мечтами, я хочу слышать их…

– Я не об этом. Удовлетворит ли тебя брак, в котором все будет посвященно двум детям, но никак не тебе самой? Я хочу быть честным: вряд ли мое предложение справедливо по отношению к тебе.

– Тогда объясни, что ты предлагаешь, и позволь решать мне.

– Я не влюблен в тебя. – Вот. Проклятые слова вылетели. Он не хотел быть таким жестким, но выпалил их, словно ткнул кулаком в живот противника. Однако Джейн должна смириться с тем, что любовь в их соглашение не входит. К такому решению онпришел сегодня, и только так он сможет уберечь себя от возможной катастрофы. Он уже любил и терял любовь и теперь сделает все возможное, чтобы это не повторилось. – Брак со мной будет больше похож на деловое соглашение, – продолжал Грег, пытаясь не обращать внимания на обиженный взгляд Джейн. – Сможешь ли ты смириться с этим?

Ком в горле мешал Джейн говорить, и она просто кивнула.

Смириться? Вероятно. Понравится ли мне это? Никогда.

За последние дни она поняла, что ее чувства к Грегу Меррифилду становятся все сильнее. Выйдя за него замуж на предложенных им условиях, она отказалась бы от того, о чем настойчиво нашептывает сердце.

– А как же ты? – наконец спросила она. – Сможешь ли ты смириться с присутствием в твоем доме женщины, которую не любишь?

Грег побледнел. Собственные слова, повторенные Джейн, показались ему еще холоднее, еще отвратительнее.

– Вряд ли каждый из нас ожидал любви в обычном смысле слова, если учесть наше знакомство по газетному объявлению. Но это не исключает возможности дружбы и заботы.

Дружба и забота. Ну что же, для начала неплохо, - подумала Джейн. И гораздо лучше жизни с Кевином, становившимся все более эгоистичным и самовлюбленным. Однако Джейн колебалась. Хотя с самого начала о романтике речь не шла, она чувствовала себя разочарованной.

Грег напряженно следил за выражением ее лица, нетерпеливо ожидая ответа. Теперь, когда он решился сам, отсрочка казалась невыносимой и неоправданной. А вдруг Джейн струсит?

– Пожалуй, мне надо подумать.

– Мне казалось, что ты уже приняла решение. Всю неделю ты твердила одно и то же… почему же не можешь ответить сейчас?

– Такая неожиданная спешка. – Вдруг ее осенило. – Это из-за Хельги, да?

Грег ответил не сразу.

– Я знал, что ты решишь, будто ее увольнение подтолкнуло меня, но это не так. Нита всегда под рукой, да и в Мартинсвилле полно людей, которые не отказали бы в помощи. Но я не хочу, чтобы Шона и Сару воспитывали все время меняющиеся няни. Я хочу для них стабильности, чтобы их воспитывал один человек, желательно – ты.

У Джейн закружилась голова. Ей предлагают то, о чем она мечтала, без всяких уговоров с ее стороны! Именно в тот момент, когда она смирилась с поражением, Грег пустился в дискуссию о браке… их браке.

– Хорошо, – вздохнула она. – Похоже, что осуществятся желания всех сторон. Мои, твои… наши.

– Наши? – Грег приподнял бровь. – Что ты имеешь в виду?

– Детей. Мое желание стать матерью, твое – найти им мать.

Грег настороженно покосился на нее.

– И это единственные наши желания?

Джейн почувствовала, как жаркий румянец поднимается от шеи к щекам.

– Ну… э… после того, как мы получше узнаем друг друга, – заикаясь, выговорила она, – я… э… готова исполнять… э… обязанности жены.

В конце концов, она же нормальная женщина, а Грег, безусловно, нормальный мужчина, так что, вполне вероятно, наступит день, когда они… когда у них будет нормальный брак.

– Обязанности жены? – фыркнул Грег. – Как лестно. Не бойся, милая, я не стану тебя принуждать. Если захочешь спать в моей постели, то исключительно по собственной воле, а не из чувства долга.

Сжав зубы, Грег отвернулся от Джейн и уставился в окно на свои земли, озаренные лунным светом. И даже эта картина не успокоила его. Ему хотелось удушить сидевшую перед ним женщину.

Интересно, почему? Он же сам придумал это деловое соглашение и не должен бы злиться на замечание Джейн… Только оно прозвучало так, словно она сделала бы ему одолжение, придя в его спальню.

– Ну прости, если я тебя обидела. – Джейн разрывалась между смущением и яростью, а ее щеки стали пунцовыми. – То, что ты так любезно обрисовал мне, в прежние времена называлось «браком по расчету» и подразумевало отдельные спальни.

– Если ты так хочешь. – И, уже совершенно потеряв голову от злости, Грег воинственно добавил: – Естественно, если ты передумаешь, я готов пересмотреть это условие и впустить тебя в свою спальню.

– Впустить? Ты! Самовлюбленный… – Джейн вскочила с кресла и хлопнула ладонью по столу. – С чего ты взял, что твоя спальня представляет для меня какой-то интерес? Да я скорее повисну на балке в сарае, как летучая мышь, чем лягу в твою постель. – С этими словами Джейн развернулась и бросилась к двери.

Уже взявшись за дверную ручку, она резко обернулась.

– С самого первого телефонного разговора ты только и делал, что унижал меня. Обращался со мной как с чокнутой, готовой вцепиться в любого мужика. Но ты так сильно ошибаешься, что мне даже тебя жалко.

Джейн не смогла бы припомнить, когда так орала на кого-нибудь. Да как он смеет! А теперь еще… после того, как он так нагло указал ей ее место, развалился в кресле и… и… – Джейн смогла бы поклясться, что Грег с трудом сдерживает смех.

– И ты еще надо мной смеешься? Да я сейчас вышибу тебя из этого проклятого кресла! Я мирилась с твоим хамством, пыталась найти оправдание твоему поведению, пыталась понять твое горе…

Как бы Джейн ни презирала слабых, хныкающих женщин, сейчас ничего не могла с собой поделать, лишь смахнула навернувшиеся на глаза слезы.

И именно ее слезы чуть не сорвали Грега с кресла, хотя он еще злился, ведь близость с ним она поставила в один ряд с такими обязанностями, как поход с детьми к дантисту или вынос мусора. Он не пошевелился и только смотрел во все глаза, как она стояла у двери, отчаявшаяся, несчастная… и вдруг в нем вспыхнула надежда. Пусть говорит, что хочет, но ее действия противоречат словам. Ей совершенно не нравится мысль об отдельных спальнях… так же, как и ему. Женщина не сходит с ума, не орет и не плачет, если мужчина ей не нравится. Пусть его назовут извращенцем, но в этот момент он был в восторге от ее взрыва.

Джейн снова смахнула слезы, и Грег понял, что в таком состоянии он не может ее отпустить. Он встал и подошел к ней.

– Конечно, ты совершенно не виновата в моих прошлых несчастьях, и я никогда больше не буду срывать на тебе зло. – Он положил ладонь на ее плечо, решив прекратить эту бессмысленную борьбу. – Ты любишь моих детей, так ведь?

О, близнецы - вполне безопасная тема.

Джейн недоверчиво подняла на него глаза.

– Ты что, совсем не слушал? Конечно, люблю. А как же иначе?

– И сможешь смириться с таким деревенщиной, как я?

Джейн промолчала.

– Я просто довольно неуклюже пытался предупредить тебя, что вряд ли ты мечтала о таком браке. – Грег отступил и прислонился к столу.

– Я это и сама поняла.

– Ну, хорошо. Вот мы все и прояснили… Теперь я хочу торжественно пообещать тебе – а ты знаешь, что я не даю напрасных обещаний, – что всегда буду относиться к тебе с уважением. Я буду обеспечивать тебя материально, создам тебе достойную жизнь. Пусть официально ты будешь называться мачехой, но на самом деле ты будешь единственной матерью Шона и Сары. И чертовски хорошей матерью, я в этом не сомневаюсь.

Несколько долгих секунд Грег ждал ее ответа. Пытаясь выиграть время, Джейн вернулась к своему креслу, медленно опустилась в него, собираясь с мыслями.

– Ну, так как же? Ты выйдешь за меня замуж? Ты станешь матерью моих детей?

Все еще ошеломленная, Джейн наконец согласно кивнула. Не очень энергичный ответ, но вполне достойный делового предложения Грега. Дай Бог, чтобы ей не пришлось потом сожалеть о своем согласии.

– Да, с определенными условиями.

Грег вопросительно выгнул брови, начиная сомневаться в мудрости своего решения. Он собирался просто выложить свои карты, ясно дать понять, как относится к их соглашению, затем получить четкое «да» или «нет». Он не был готов ни к спорам, ни к перечислению условий.

– Ты хочешь привлечь адвокатов и составить брачный контракт? – Он усмехнулся. – Хочешь все предусмотреть?

– Не язви. Я не прошу ничего невозможного. Однако ты должен признать, что после твоих ханжеских заявлений я имею право по меньшей мере на одно условие.

– Я пытался честно объяснить свои чувства, чтобы не возбуждать пустых надежд, только и всего. Это ты упомянула раздельные спальни.

– Оставайся при своем мнении, но я соглашусь на неполноценный брак, только если ты поклянешься, что не обратишься к другой женщине за… за…

– Сексом? – закончил за нее Грег. Он встал, сжимая и разжимая кулаки, затем подошел к Джейн, уперся руками в подлокотники кресла и наклонился к ней.

– На этот счет можешь не беспокоиться. Я согласен жениться на тебе. Это означает, что я не буду рыскать по округе в поисках женщин. Не мой стиль.

– Рада за тебя. Остается только тебе поверить.

Грег мрачно уставился на нее.

– Поверь. Если я и стану искать женского общества, то исключительно со своей женой.

Он выпрямился и вышел из кабинета, а Джейн сидела как громом пораженная. Пожалуй, только что она стала участницей события, достойного Книги рекордов Гиннеса как «самого неромантичного предложения». Так почему же она согласилась, вместо того чтобы бежать сломя голову? Единственный ответ: потому что в Далласе она стала бы еще более несчастной, чем раньше. И все же… Джейн прекрасно видела все грядущие проблемы этого брака… Наверное, что-то не в порядке с ее головой… не помешала бы консультация психиатра.

Грег достал из холодильника ледяную воду и жадно выпил целый стакан. Все эти разговоры о спальнях совершенно выбили его из колеи. Его бросало в жар и прошибал холодный пот каждый раз, как он представлял Джейн в своих объятиях. Она излучала такую энергию, такую жизненную силу! Их перепалка была безумной, но он почувствовал себя ожившим. Если такие молнии мелькали между ними в его кабинете, то он прекрасно представлял, что могло бы произойти в спальне, ночью.

В первый раз Грег с абсолютной ясностью понял, что с любовью или без, но он хочет этого брака. В общем, он бросил жребий, теперь все зависит от нее.

Грег решил вернуться в кабинет и столкнулся с Джейн в коридоре.

– Ну, мы все обсудили? Мы пришли к соглашению?

– Полагаю, да, – ответила Джейн, еще явно раздосадованная.

– Какую ты хочешь свадьбу? – спросил Грег, надеясь отвлечь ее. – Скромную, или ты хотела бы пригласить свою семью, друзей… устроить что-нибудь шикарное?

Вопрос застал Джейн врасплох, однако она ответила без колебаний:

– Скромную. – И только сейчас вспомнила о семье. Господи! Они ведь понятия не имеют о ее намерениях. Она не посвятила их в свои планы, прекрасно представляя их реакцию. Ну, ничего. Эту проблему она разрешит позже. Еще один из множества мостов через бурную реку ее жизни, который она перейдет, когда наступит подходящее время.

* * *

В следующую субботу Джейн и Грег поженились. День стоял прекрасный, во всяком случае, для техасского лета. Было не очень жарко: пушистые облака прикрыли безжалостное солнце. Получив согласие Джейн, Грег договорился о венчании в местной церкви вместо гражданской церемонии у мирового судьи.

Нита забрала детей к себе домой, освободив Джейн утро для подготовки к свадьбе. Грег не показывался, только прислал Элтона сообщить, что увидится с Джейн в церкви.

В другой ситуации Джейн высоко бы оценила соблюдение традиции – жених не должен видеть невесту, пока она не подойдет к нему в церкви, однако Джейн подозревала, что Грег просто нервничает. Она прекрасно его понимала, так как тоже нервничала.

Джейн была уже почти готова, когда Элтон окликнул ее из коридора.

– Ваш официальный шафер явился. Поспешите. Жених ждет.

– Вот и все, – натянуто улыбнулась Джейн своему отражению в зеркале. Отражение – со спрятанными под маленькую шляпку с вуалью волосами, в шелковом розовом костюме и розовых лодочках, спешно заказанных у друга-модельера из Далласа, – так же натянуто улыбнулось. Душераздирающее отличие от ее первой свадьбы.

Тогда Джейн была в белом платье до пола, с пышной юбкой и расшитым стеклярусом шлейфом. Летящая фата скрывала ее лицо, когда она плыла по устланному ковром проходу между скамьями под сводами большого старого собора. Перед нею шли восемь подружек невесты, а вокруг стояли многочисленные друзья и родственники. Сегодня Джейн не тосковала по пышности торжественной церемонии, но отсутствие семьи ее печалило. Она постаралась отогнать грустные мысли. В данных обстоятельствах самое уместное – скромная свадьба. Если бы только это была настоящая свадьба!

Но ведь свадьба настоящая, напомнила себе Джейн. Во всяком случае, с точки зрения юридической. Она сама согласилась с условиями, и разочарование неуместно. Она уже выходила замуж по любви, а брак закончился катастрофой. На этот раз все по-другому.

Упрекая себя за дурацкие мысли, Джейн схватила букет невесты, к ее немалому изумлению присланный Грегом, и покинула спальню.

Маленькая белая деревенская церковь дышала теплом, которого не встретишь в величественных соборах. Внутри она тоже была побелена, а солнечные лучи, проникающие сквозь витражные окна, создавали на стенах радужные узоры. Джейн, совсем одна, медленно шла между скамьями под мелодию, наигрываемую на органе женой священника.

Грег ждал у алтаря, а слева от него стояли Элтон и Нита с близнецами на руках. Грег никогда еще не казался Джейн таким красивым. Ослепительно белая сорочка под серым летним костюмом подчеркивала его загар. Когда Грег увидел Джейн, его карие глаза вспыхнули, а на губах мелькнула улыбка.

Хотя его реакция была мимолетной, Джейн подумала, не выдала ли себя взглядом, и потупилась. Дойдя до алтаря, она снова взглянула на Грега и решила, что ей померещилось. Холодные глаза, сурово сжатые губы. Грег был больше похож на осужденного на каторгу, чем на жениха. Может, он и считал себя приговоренным… к пожизненному заключению с нелюбимой женщиной. Джейн вдруг смертельно захотелось броситься к ближайшему выходу.

А в это время Грег пытался подавить охватившую его панику. Он с трудом дышал. Ему казалось, что церковные кондиционеры сломались. Господи, только бы в ближайшие десять минут его не прошиб пот! И чего он так трясется! Он же подготовился, настроился на свадьбу. Можно подумать, в первый раз. Он уже прошел через это, и тогда церковь была полна народа.

Все дело в Джейн, понял он. Он с самого начала сознавал ее красоту, но сейчас она была так великолепна, что могла бы остановить движение на запруженной транспортом улице. Он не замечал прежде ее элегантности, ее изысканности. Конечно, он не ожидал, что она явится на собственную свадьбу в лохмотьях, но не предполагал, что будет стоять перед алтарем с этой богиней, с этим воздушным видением в розовом.

Грег немедленно вспомнил все свои опасения. Неужели я был прав? Неужели испортил себе остаток жизни? А ей?

Преподобный Хайтауэр уже открывал Библию. Поздно отступать. Во всяком случае, поздно отступать с достоинством.

Грег оглянулся на близнецов. Их крохотные улыбающиеся мордашки подействовали на него успокаивающе. Малыши выглядели прелестно в ярких нарядах, купленных для них Джейн. Сара утопала в облаке кружевных воланов, а Шон щеголял в коротких бархатных штанишках и белой рубашечке с крохотным галстуком-бабочкой.

Повернувшись к Джейн, Грег заметил, что и она смотрит на близнецов, и от нежности, светившейся в ее глазах, воспрянул духом. Безусловно, впереди множество трудностей, но время и терпение помогут их преодолеть. Какой у него был выбор? Или этот брак, или жизнь без Джейн. Так, может, хватит мучиться сомнениями?

Грег кивнул, и священник начал нараспев:

– Грегори, повторяй за мной…

Пока Грег произносил слова клятвы, Джейн не спускала с него глаз, надеясь прочитать его мысли. А может, и к лучшему, что это не в ее силах? Когда подошла ее очередь, Джейн заговорила тихо, но твердо. Пусть Грег не любит ее, хватит пока и ее любви… да, любви. Каковы бы ни были первоначальные причины этого брака, теперь все изменилось. Для нее, во всяком случае. Она любит Грега Меррифилда. И, может быть, когда-нибудь…

– Грег, можешь поцеловать новобрачную.

Джейн повернула голову, подставила лицо для короткого поцелуя, однако Грег привлек ее к себе, крепко прижал к своему телу, впился губами, жадными и требовательными, в ее губы. Джейн растерялась, но через мгновение ее губы поддались, смягчились, раскрылись.

Все мысли вылетели из головы. Она не видела ни свидетелей, ни вспышек фотокамеры, и только раскатистый смех Элтона вернул ее на землю. Грег отпустил ее, но тут же обнял за плечи одной рукой и, повернувшись к священнику, попытался беззаботно усмехнуться, пожимая протянутую руку.

Джейн была благодарна ему за поддержку. Она запросто могла бы свалиться на каменные плиты, от неожиданного поцелуя еще кружилась голова, и было очень трудно вспомнить, что ее чувства безответны и что для Грега поцелуй был лишь традиционным окончанием брачной церемонии.

Наконец все вышли из церкви, и Элтон вручил фотокамеру седовласому священнику.

– Если вы не против, преподобный Хайтауэр, помогите увековечить это знаменательное событие. Нам нужно много-много снимков.

Грег держался превосходно: сначала новобрачные сфотографировались между Элтоном и Нитой, державшими близнецов; затем одни новобрачные, затем новобрачные с детьми. Грег безупречно изображал безумно любящего мужа, даже один раз поднес руку Джейн к губам. Неужели он просто талантливый актер? – подумала Джейн и не нашла ответа.

После фотосъемки вся компания вернулась на ранчо, где Нита сервировала стол в парадной столовой: кружевная скатерть, тарелки из тонкого фарфора, хрустальные бокалы, серебряные столовые приборы и бумажные салфетки со свадебными колокольчиками. Элтон вкатил столик с двухъярусным свадебным тортом и бутылкой шампанского в серебряном ведерке со льдом, затем перенес торт на стол. Взявшись за нож, Джейн и Грег разрезали торт, затем Грег произнес: «За Джейн, которой я бесконечно благодарен». И хотя тост был безупречен, он не пролил ни лучика света на истинные чувства Грега и лишь усилил неуверенность Джейн.

Вскоре священник с женой уехали, за ними последовали Элтон и Нита.

– Мне так жаль, что мы не можем забрать детей на ночь, – сокрушалась Нита.

– Ну что вы, – успокаивала Джейн. – Вы не должны пропустить встречу с родственниками. Это очень важное событие.

– Но ваша первая ночь… вам следовало бы побыть немного одним.

– У нас впереди целая жизнь, – вмешался Грег. – Отправляйтесь к своим родственникам в Уичито-Фолс и забудьте о нас. Вы и так сделали более чем достаточно.

Пока Джейн мыла и убирала посуду, Грег переоделся в джинсы и легкий свитер.

– Надеюсь, ты извинишь меня. Мне необходимо уехать. Через пару часов я вернусь.

– Хорошо, – разочарованно ответила Джейн. Ему явно не терпится убраться от нее подальше. А на что она надеялась? На то, что Грег вдруг упадет на колени и признается ей в безумной любви? Он четко объяснил ей свои чувства, и потому – нравится ей это или нет – она сделает все возможное и невозможное, чтобы примириться с условиями сделки и не сожалеть о том, от чего сама отказалась. Однако она не могла совладать с тоской, вспоминая свадьбы в своей семье – шумные и веселые, с толпой тетушек, дядюшек, кузин и кузенов.

Переодевшись, Джейн отправилась в детскую. Только здесь она могла восстановить душевное равновесие. Хорошо, что Элтон и Нита не смогли забрать близнецов. Она нуждалась в детях. Мои дети! Вот – самое главное. И пусть этот день не идеален… подумаешь! Любой день без Шона и Сары был бы куда хуже. Она вполне проживет без любви, смирится с равнодушным мужем.

– У меня есть дети, и больше мне ничего не нужно, – произнесла Джейн вслух. Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Собственные слова прозвучали не очень убедительно.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Больше часа Джейн играла с детьми в прятки и в ладушки, смотрела с ними мультфильмы, кормила ранним ужином. Полный событий день утомил Шона и Сару. Их глазки начали слипаться, и Джейн поняла, что надо немедленно укладывать их спать. Она выкупала детей, переодела в пижамки, уложила и спустилась вниз ждать Грега.

Где он может быть? Он сказал, что вернется через пару часов, но два часа уже прошли. Джейн не знала, что и думать. Ей необходимо было поговорить с кем-нибудь, кто действительно интересуется ею, кто сумеет поддержать ее и развеять грусть. Однако те, на кого она всегда могла рассчитывать – ее семья, – даже не подозревали о перемене в ее жизни.

Джейн почувствовала угрызения совести. Все думают, что она отправилась отдыхать, а она сбежала и вышла замуж… за незнакомца. А что она могла сказать родителям? Они бы стали возражать и часами обсуждать ситуацию с разных сторон. Вот почему она решила рассказать все только после свадебной церемонии. Но стоит ли тянуть дальше? Стоит ли откладывать неизбежное?

Джейн набрала телефонный номер родителей и все рассказала.

– Дженни, это безумие!

Ну вот, именно такую отцовскую реакцию она предвидела.

– Но мы любим друг друга. – Джейн знала, что только это может успокоить отца, однако врать не любила. – И дети прелестны.

– Если это настоящая любовь, – не согласился Джим Джаррет, – то вы могли бы подождать. Во всяком случае, ты сначала должна была привезти его и близнецов познакомиться с нами.

Рене Джаррет тоже осудила дочь.

– Такая опрометчивость совершенно не в твоем духе, дорогая.

– Если я не ошибаюсь, – возразила Джейн, – вы с папочкой поженились меньше чем через месяц после знакомства. Почему то, что сделала я, хуже?

– Нельзя сравнивать нашу ситуацию с твоей. Мы потеряли голову от любви. Ты уверена, что Грег Меррифилд значит для тебя не меньше, чем его дети?

Зная о переживаниях дочери из-за бесплодия, Рене безошибочно уловила суть дела. Правда, еще несколько недель назад она была бы права на сто процентов, но теперь все изменилось.

– Мама, я уже сказала папочке – я влюблена.

– О, милая, любовь к двум малышам и любовь к мужчине – совсем разные вещи.

Джейн поняла, что спорить бесполезно. Сама виновата. Надо было как следует подготовить родителей. Если бы она дала им хоть чуточку времени, они сумели бы преодолеть шок.

– Мамочка, все будет хорошо. Пожалуйста, помоги мне. Объясни ситуацию родственникам и постарайся, чтобы они все поняли.

Видимо, Рене уловила отчаяние в голосе дочери, потому что умолкла на пару секунд, затем согласилась.

– Я сделаю, что смогу. Мы любим тебя, Дженни.

– Я тоже вас люблю. Скоро опять позвоню. Пока.

Вешая трубку, Джейн громко вздохнула.

– Уже сожалеешь?

Она даже не заметила, что Грег вернулся домой и стоит за ее спиной.

– Никаких сожалений, просто я только что сообщила родителям о нашей свадьбе и чувствую себя виноватой, так как не предупредила их заранее. Они, конечно, простят меня, – сказала она, преодолевая искушение прижаться к Грегу, и прислонилась к дверному косяку, – но сейчас это не помогает.

– Кажется, у меня есть именно то, что рекомендует доктор. – Грег повернулся к кухне, и в открытую дверь Джейн увидела на столе пластмассовые контейнеры с едой и бутылку вина. – Я заказал свадебный ужин в ресторане в Амарилло.

– Ты ездил в Амарилло? Так далеко?

– Уайли подбросил меня на самолете. Не думал, что так задержусь. – Грег ухмыльнулся. – Амарилло, конечно, не Даллас, но, надеюсь, тебе понравится.

Джейн стало немного стыдно. Она куксилась, думая, что муж игнорирует ее, а он, оказывается, старался доставить ей удовольствие.

– Поверить не могу, что ты согласился на такие хлопоты.

Грег поцеловал ее в лоб.

– Ты стоишь любых хлопот. Вот уложим Шона и Сару и сможем спокойно поесть и поговорить. – Он огляделся. – Кстати, где они?

– Уже спят. Они очень устали сегодня.

– Я только поцелую их, и начнем пировать.

Грег на цыпочках вошел в детскую и оглядел своих отпрысков. Оба крепко спали, однако, когда он поцеловал их, улыбнулись. Грег готов был поклясться, что они улыбнулись с облегчением. Он сам испытывал необыкновенное чувство облегчения. Словно, когда он и Джейн произнесли в церкви брачные обеты, исчезли остатки печали и неуверенности и в его жизнь вернулась надежда. Улыбаясь, Грег спустился в кухню к своей жене.

– Нет, я сам накрою на стол, – сказал он, когда Джейн начала открывать контейнеры. – А ты посиди где-нибудь, пока я не позову.

Пятнадцать минут спустя Грег пригласил ее к столу. Горели свечи, в центре красовался ее свадебный букет.

– Ты все это сделал сам?

– С помощью советов менеджера ресторана, – признался Грег, разливая по бокалам вино.

Ужин – баранина на вертеле и греческие салаты – был изумителен. Сначала они говорили о меню, о детях, затем стали вспоминать свадьбу.

– Элтон ходил гордый, как петух, ведь его идея с газетным объявлением так прекрасно осуществилась.

– Мне все же не верится, что он сам все придумал. Ты уверен, что не Нита?

– Точно не она. Оба признают, что это заслуга Элтона. Старик чуть не вывихнул плечевой сустав, хлопая себя по спине. Боюсь, теперь он решит завести колонку советов в мартинсвиллском еженедельнике.

– Больше всего люблю греческую кухню, – заметила Джейн, с удовольствием отправляя в рот маслину.

– Я тоже.

– Удивительно, что скотовод любит баранину.

Грег прижал палец к губам.

– Обещай, что никому не расскажешь, но я действительно люблю баранину. Правда, я неприхотлив, ем почти все. Даже суши [2].

– Суши? Интересно. Не помню, чтобы видела в этих краях суши-бар. Снова Амарилло?

– Твой фермер иногда покидал ранчо и бывал кое-где подальше Амарилло, – расхохотался Грег.

– Неужели? И чем же ты занимался в этих путешествиях?

– Узнаешь все в свое время. Если я сразу раскрою все свои секреты, нам не о чем будет говорить, и тебе скоро станет скучно со мной.

Вряд ли это случится и через миллион лет. Джейн облокотилась о стол, водя пальцем по краю своего бокала.

– Подведем итог. Любовь к греческой кухне и суши – это все, что ты собираешься раскрыть сегодня? Думаю, можешь рискнуть и поделиться еще парой крошек информации.

– Ну, если только парой крошек. Теперь мой любимый цвет – зеленый. – Грег коснулся пальцем воротника блузки Джейн цвета свежей мяты. – И я все больше люблю высоких женщин, чтобы при поцелуе не свернуть себе шею.

– Женщин? – поддела Джейн.

Грег моргнул.

– Нет, в единственном числе.

В последнее время его волновала только одна женщина, а поцелуй в конце свадебной церемонии до сих пор горел на его губах. Если он не будет следить за собой, то набросится на Джейн еще до того, как они перейдут к десерту.

Для других новоиспеченных мужей в этом не было бы ничего необычного, но Джейн еще не готова, и Грег намеревался предоставить ей столько времени, сколько потребуется. Он уважал ее чувства и не хотел, чтобы она подумала, будто праздничный ужин или другие знаки внимания – лишь средство заманить ее в свою постель.

Грег даже не пытался объяснить себе – почему, но он очень хотел в этот вечер совершить что-нибудь необыкновенное, хоть как-то возместить Джейн отсутствие романтических ухаживаний. Отсюда и возникла идея свадебного ужина – очень неплохого старта новой жизни, по его мнению. Именно новой и полноценной жизни, ибо Грег собирался сделать Джейн своей женой во всех смыслах этого слова. Но сейчас секс не был для него главным. Главным был их брак, долгий и счастливый.

– Ну вот, ты уже знаешь о моем любимом цвете и тайных пристрастиях. – Во всяком случае, некоторых. – А теперь расскажи побольше о Джейн Джар… Меррифилд.

– Что именно? Разве не ты совсем недавно заявил, что тебя не интересует моя биография?

– Не может быть. Не мог я такое сказать.

– С чего начать?

– Расскажи о своем муже, Кевине… начни с него, – предложил Грег. – Расскажи мне о том болване, которому пришло в голову отказаться от тебя. – Грег грустно улыбнулся. – Я не имею в виду маньяка Меррифилда, который пытался прогнать тебя с «Сёркл Джи».

Наконец-то Грег действительно хочет побольше узнать о ней! Джейн счастливо рассмеялась и начала рассказывать о годах, прожитых с Кевином. О том, как он ревновал ее к работе, как обвинял в том, что она не может забеременеть.

– Поверить не могу, неужели он не видел, как отчаянно ты хочешь иметь детей?!

– Кевина вряд ли интересовало что-нибудь, кроме собственных нужд и желаний.

– Эгоистичный подонок!

– Он бы сказал, что ты выслушал только одну сторону. Как бы то ни было, наш брак был ошибкой и в любом случае развалился бы рано или поздно.

Поскольку Грег сам обратился к воспоминаниям, Джейн решила рискнуть.

– Я не хочу расстраивать тебя, – осторожно начала она, – но я бы хотела побольше узнать о Шарлет. Мне это необходимо, чтобы стать хорошей матерью близнецам. Когда-нибудь Шон и Сара начнут расспрашивать о ней, и я должна быть готова ответить.

Грег перенес тарелки в раковину, подлил вина в бокалы и снова сел. Ему не хотелось говорить о Шарлет, однако Джейн права. Она честно рассказала о своем первом браке. Он в долгу перед ней. Может, действительно вызвать всех призраков прошлого и утихомирить их?

– Мы знали друг друга всю свою жизнь. Наши родители были соседями и лучшими друзьями. Их земли разделяло только одно ранчо. Шарлет была на десять лет моложе меня, но мы всегда были вместе. Дни рождения, семейные обеды, вечера, проведенные за домино или картами… Многие годы я относился к ней как к младшей сестре, а потом вдруг увидел взрослую девушку, и мои чувства изменились. В какой-то момент все стали спрашивать, когда мы поженимся. В общем-то, никто в этом и не сомневался.

– А вы не возражали?

– О нет, Шарлет легко было любить.

– Она, вероятно, была совсем юной, когда вы поженились.

– Слишком юной… всего восемнадцать, она только-только закончила школу. Я чувствовал себя виноватым, мне казалось, что из-за меня она много недополучила. Я закончил колледж, отслужил в армии, путешествовал… а у нее еще ничего в жизни не было. Но сама она не считала себя обделенной, а наши родители горячо поддержали наше решение пожениться. Может, предчувствовали…

– Элтон рассказал, что они погибли вскоре после вашей свадьбы.

Грег кивнул.

– У моего отца был маленький самолет. Они вчетвером полетели в Вегас на уикенд и над Нью-Мексико попали в жуткую бурю. Самолет упал в горах. Никто не выжил.

– Вы с Шарлет оба были единственными детьми?

– Да. Вдруг мы остались только вдвоем… и с двумя хозяйствами на руках. Мы несколько лет откладывали рождение детей, слишком заняты были. А тут еще представилась возможность купить землю между нашими ранчо. Старики Ибсены решили уехать в город и сделали нам предложение, от которого мы не смогли отказаться. В результате пришлось нести тройную ношу.

Грег оттолкнулся от стола и вытянул длинные ноги.

– Когда мы наконец решили завести детей, у Шарлет начались выкидыши. Близнецы стали нашей последней надеждой.

– Шарлет уже была беременна Шоном и Сарой, когда обнаружилась лейкемия?

– Да. Врачи предлагали аборт, чтобы применить методы лечения, которые могли бы спасти ее жизнь, однако она и слышать об этом не хотела. Свято верила, что жизнь детей важнее. Теперь ты, вероятно, понимаешь, почему драгоценнее Шона и Сары в этой жизни для меня ничего нет.

Джейн кивнула. Грег столько страдал… Однако его согласие говорить о прошлом – хороший признак.

– Скажи, как это – быть членом большой семьи? – спросил Грег, явно желая сменить тему, и Джейн не стала возражать. Действительно, хватит на сегодня душераздирающих воспоминаний.

– Тихий ужас. Сам увидишь, когда встретишься с ними всеми: мамой, папой, двумя братьями, двумя сестрами, их женами, мужьями и детьми. Приготовься к урагану. Все живут в Далласе или недалеко от города, так что семейные сборища следуют одно за другим и часто в честь рождения нового внука.

– Тяжело жить среди детей, когда не можешь иметь собственного?

Удивленная проницательностью Грега, Джейн снова кивнула.

– Я узнала, что не… – она на секунду умолкла под грузом болезненных воспоминаний, – что не смогу забеременеть… когда жена брата родила мальчика. Это был их первый ребенок, так что, естественно, они были на седьмом небе от счастья. Однако все ходили на цыпочках вокруг «бедняжки Джейн», оберегая мои чувства, и мне казалось, что я обкрадываю их.

– Ты уже развелась к тому времени?

– Да. Кевин думал, будто я просто оправдываюсь медицинскими заключениями, обвинял меня в том, что я слишком забочусь о своей… – О, Господи! Она чуть не сказала «о своей карьере». Еще не время доставать из шкафа этот скелет.

– О чем? – спросил Грег.

– О своей фигуре.

– Болван.

– Мои братья использовали более крепкие выражения и хотели отколотить Кевина. Я еле их отговорила. Тогда они утешились тем, что стали придумывали ему разные пытки, одна страшнее другой. Джефф хотел подвесить Кевина над костром, а Крэг мечтал привязать его голым к столбу посреди муравьиной кучи.

– Твои братья мне нравятся.

Джейн улыбнулась.

– Думаю, когда вы познакомитесь, они понравятся тебе еще больше.

– Я хочу познакомиться со всеми, Джейн, и как можно скорее, – удивил ее Грег. – Шон и Сара должны знать своих кузенов, тетушек, дядюшек и новых дедушку с бабушкой. Я как-то не думал об этом раньше, но, пожалуй, им нужны не только мама и папа.

Джейн не ожидала, что Грег так горячо воспримет идею знакомства с ее родственниками, однако он сразу увидел преимущества большой семьи. Еще одно подтверждение его необыкновенной любви к сыну и дочери. Если бы только он смог хоть немного полюбить ее!

Грег заварил кофе, и они уже собирались перейти в гостиную, когда Джейн услышала плач.

– Похоже на Сару, – воскликнула она, бросаясь к лестнице.

И несколько следующих часов они нянчились с заболевшим ребенком.

– Мы, наверное, должны вызвать врача? – спросила Джейн, прижимаясь губами к горячему лобику.

– Нет, пока нет. Давай попробуем сами сбить температуру. – Грег достал бутылочку «тайленола». – Может, обойдется.

– Ты явно уже сталкивался раньше с чем-то подобным.

– В первые месяцы я паниковал и бросался к педиатру, стоило детям кашлянуть или чихнуть, потом научился распознавать, что серьезно, а что нет. Если к утру Саре не станет лучше, проконсультируемся с доктором.

Грег взял на руки Шона, разбуженного сестрой и требовавшего своей доли внимания.

Возня с детьми вернула Джейн с небес на землю. Может, Грег и постарался сделать вечер праздничным, однако это всего лишь хорошая еда и немного разговоров. Не более того. Не следует искать признаков влюбленности, иначе она сойдет с ума. Пусть они поженились, но им только еще предстоит познакомиться друг с другом. Слишком рано желать большего… хотя за последние несколько часов они стремительно продвинулись вперед.

Дети успокоились лишь к трем часам ночи. Джейн прикрыла Сару легким одеяльцем и погладила лобик девочки – никаких следов лихорадки. Она вышла из детской, и Грег последовал за ней.

– Ну, спокойной ночи, – сказала Джейн, останавливаясь в коридоре, встала на цыпочки, поцеловала Грега в щеку… и отступила.

Какое-то время, показавшееся Джейн вечностью, Грег молча и пристально смотрел ей в глаза. Ее пульс участился, но она держала себя в руках. Следующий шаг должен сделать Грег.

Однако он даже не попытался задержать ее. Тогда Джейн довольно сухо пожелала ему еще раз спокойной ночи и открыла дверь в свою спальню.

Почему он не спорит, почему не говорит, что я должна провести ночь с ним?

Грег все молчал.

Джейн закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной, надеясь услышать стук. Не дождалась. Вскоре свет в коридоре погас.

– Ну и первая брачная ночь! – простонал Грег, срывая с руки часы и швыряя их на тумбочку. Конечно, он сам так решил, однако от этого не легче. Он надеялся, что Джейн возьмет инициативу в свои руки, однако она по-сестрински чмокнула его в щеку и этим очертила границы сегодняшней ночи. Проклятье!

Ну, во всяком случае, эта женщина теперь принадлежит ему. Они крепко-накрепко связаны друг с другом, и деваться ей некуда. Грег улыбнулся. Он просто даст ей время свыкнуться с этой мыслью… а пока придется привыкать к холодному душу.

– Хорошо спала? – спросил Грег, когда на следующее утро Джейн вошла в кухню, держа на руках близнецов. Он встал из-за стола, помог ей посадить детей в высокие стульчики, налил им яблочного сока и снова углубился в чтение газеты, передав несколько листов Джейн.

– Ты говоришь о тех жалких четырех часах? – Джейн налила себе кофе, села напротив Грега, подперев голову рукой и не обращая внимания на газету. Если за ночь не разразилась третья мировая война, вряд ли она найдет там что-нибудь интересное.

Джейн почти не сомкнула глаз, и все из-за Грега. Она не могла не думать о его знаках внимания, о его загадочных взглядах. Она так хотела быть с ним. И вот посмотрите на него! Углубился в изучение спортивных страниц. Словно они женаты десять лет, а не один день!

Грег исподтишка поглядывал на Джейн. Напрасно он пытался успокоиться, напрасно пытался притвориться, что это обычный семейный завтрак. В данный момент он мог думать лишь о том, как соблазнительна его полусонная жена, и не мог вспомнить ни одного слова из того, что прочитал о футбольном чемпионате.

– Ну уж ты-то наверняка спал хорошо, – сказала Джейн, заметив, что муж наблюдает за ней.

– Отлично, – солгал Грег и пробормотал, прикрывшись газетой: – Правда, первая брачная ночь в одиночестве – довольно необычно.

– Что?

– Ничего.

– Если тебя что-то мучает, так скажи прямо.

– Просто размышлял вслух о наших соглашениях.

– И что в них плохого?

– Ничего. Моя комната в одном конце коридора, твоя в другом. Лучше и не придумаешь, – съязвил он.

– Ты серьезно?

– Конечно, нет. А если бы у нас был медовый месяц, я бы отметил избыток луны и недостаток меда.

– Ну, спасибо, что не отметил.

– Пожалуйста. Однако не могу гарантировать, что не подниму этот вопрос парочку раз в следующие пятьдесят лет.

Пятьдесят лет. Сколько же им предстоит перебранок, если они продержатся пятьдесят лет?

– Послушай, может, попробуем начать заново?

– Я готов… Доброе утро. Завтракать будем?

– Будем. Поскольку ты приготовил ужин, я займусь завтраком.

Только они начали есть, как раздался телефонный звонок. Грег подошел к телефону, затем передал трубку Джейн.

– Это тебя.

– Всю жизнь считалось, что легкомысленная сестра – это я, а ты – сама осторожность. – Кэтрин, младшая сестра Джейн, весело захихикала. – Этот сексуальный голос принадлежит новобрачному?

– Да, – согласилась Джейн.

– Зря я сразу не сказала, как мы рады принять его в нашу семью. Умираю от любопытства, какое же тело идет в комплекте с таким голосом. Надеюсь, никаких контрастов?

– Уверена, ты их не найдешь. – «Это моя сестра», – тихонько сказала Джейн Грегу, прикрыв ладонью микрофон и радуясь, что Грег не слышит болтовни сестры.

Он кивнул и продолжал завтракать.

– Ты же знаешь, я обожаю красивых мужчин, – снова захихикала Кэтрин. – Подумать только! Всего месяц назад ты познакомилась с парнем в Амарилло и – влюбилась. Очень романтично.

Так вот как мать представила семье происшедшее!

– А у вас как дела?

– Никаких комментариев? Значит, твой красавчик сидит рядом и слушает разговор?

– Можно и так сказать. Ты разговаривала с родителями?

– О да. Папочка заламывает руки, а мамочка твердит, что ты заслужила немного счастья. Ты действительно счастлива, Джейн?

– Конечно. Шон и Сара замечательные.

– А Грег Меррифилд тоже замечательный?

– Как ты сама поняла, он сидит рядом и слушает каждое слово. Зачем же раздувать его самолюбие?

– Думаю, заполучив тебя, он уже должен лопнуть от раздутого самолюбия. Я рада, что ты счастлива, Джейн. Приезжай поскорее домой и привози свою новую семью.

Джейн повесила трубку и, взяв свою тарелку, соскребла остывшую еду в мусорное ведро. Аппетит пропал начисто. Если бы только она действительно была счастлива, а не притворялась перед сестрой!

– От чего должно раздуться мое самолюбие?

– Просто женская болтовня.

– Секреты от мужа? Так-так-так.

– У всех есть секреты.

– Не слишком много, я надеюсь. В конце концов… – Новая трель прервала Грега на середине предложения. Он снова взял трубку и снова позвал Джейн. – Надеюсь, это один из твоих братьев.

Однако это был не брат, а ее агент Рон Гоулд.

– Что за дурацкие новости? Неужели ты действительно все бросила и спряталась в глуши? – с места в карьер начал он.

– Я тоже рада тебя слышать, – огрызнулась Джейн, пытаясь найти предлог, чтобы удрать с телефоном в другую комнату. Ничего не выйдет. Грег уже подколол ее насчет секретов. Ему не понравится, если своим поведением она подтвердит, что ей действительно есть что скрывать.

– Я слышал, ты вчера вышла замуж… и за парня, с которым едва успела познакомиться. Побойся Бога, Джейн! Я даже не знаю, что и подумать. То ли беситься из-за того, что ты портишь свою карьеру, то ли тревожиться, что ты чокнулась.

Джейн мысленно досчитала до десяти. Если кто-то и чокнулся, так это Рон. Какого черта он звонит ей сразу после свадьбы и так с ней разговаривает! Но, в общем-то, это в его духе. Дело для него главное. И он действительно переживает за нее. Они прекрасно работали вместе, хотя Джейн иногда казалось, что когда он смотрит на нее, то видит не ее, а денежные купюры.

– Ты сама прекрасно понимаешь, что не будешь счастлива в захолустье, – громыхал Рон. – Забудь о своем скоропалительном браке и немедленно возвращайся домой, в Даллас. Займись своей карьерой. Согласен, Карвел безобразно с тобой поступил, но мы найдем что-нибудь и получше. В любой момент!

Судя по хмурым взглядам Грега, разговор слишком затянулся.

– Мне пора идти, – заявила Джейн, обрывая монолог Рона.

– Ну, если ты думаешь, что я сдамся без боя, ты меня не очень хорошо знаешь.

– Я знаю тебя прекрасно, но ты напрасно тратишь время.

Рон только фыркнул.

– Мне лучше знать, напрасно или нет. Пока. Я еще свяжусь с тобой.

– Это вовсе не брат, а отставленный дружок, – возмутился Грег, как только Джейн повесила трубку.

– Нет, не дружок. Рон – мой… – Должна ли я сказать «агент»? Пора ли рассказать Грегу правду? Джейн подумала и решила, что еще рано. – Рон – просто мой знакомый.

– Знакомый? Ну, если он еще раз позвонит, я скажу ему, что он напрасно тратит время, – пригрозил Грег и, забрав детей, вышел из кухни.

Жаль, что он не сделал этого несколькими минутами раньше. Тогда Джейн смогла бы убедить Рона, что ее модельная карьера осталась в прошлом. Она начала новую жизнь и отступать не собирается… Странно, что ее новоиспеченный муж ведет себя как ревнивый поклонник. Ревнивый? Джейн улыбнулась от удовольствия.

Телефон зазвонил в третий раз, как раз в тот момент, когда Грег вернулся в кухню.

– Наверняка тебя, так что подходи сама, – проворчал он, но не удалился, а начал собирать со стола посуду.

– Просто хотела поздравить тебя. – Это оказалась ее вторая сестра, Мелисса, – единственная, которой Джейн рассказывала о газетном объявлении.

– Спасибо, – осторожно ответила Джейн.

– И как начался медовый месяц? – с энтузиазмом спросила Мелисса. – С безудержной страсти?

– Я даже не собираюсь отвечать. – Джейн постаралась засмеяться как можно убедительнее.

– Понимаю. – Мелисса тоже рассмеялась. – Скажи только… он действительно похож на Роя Роджерса?

– Мел…

– О, слышу недвусмысленное предупреждение. Не волнуйся, я ничего не скажу маме с папой. Я никогда не разбалтываю чужих тайн. Только у моего молчания есть цена.

– Называй. – Джейн мысленно распрощалась с черным расшитым стеклярусом платьем, на которое Мелисса давно положила глаз. Ну, и не жалко. Ей теперь вряд ли понадобятся наряды, которыми забиты стенные шкафы далласской квартиры.

Однако Мелисса, как оказалось, имела в виду не одежду.

– Будь счастлива со своим ковбоем, договорились?

– Сделаю все, что в моих силах, – ответила Джейн, пристыженная тем, что так плохо подумала о сестре.

– А пока поцелуй за меня счастливого новобрачного.

– Хорошо. И еще одно, Мел…

– Да?

– Как только мы встретимся, то черное платье – твое.

Не дослушав восторженных возгласов сестры, Джейн повесила трубку. Поцеловать счастливого новобрачного? Забавно. Они целовались всего один раз, в конце свадебной церемонии… и с тех пор она только и думает о новых поцелуях. Но, судя по поведению Грега, это случится не скоро… если только самой не проявить инициативу.

Сначала Джейн ужаснулась, однако чем больше она размышляла, тем более привлекательной казалась ей идея.

Когда Грег обернулся, Джейн чмокнула его в губы.

– Сестра велела поцеловать моего мужа.

Грег обхватил Джейн за талию, и она оказалась в ловушке между ним и столом.

– Думаю, она имела в виду нечто более выразительное. – И он прижался к ее губами в поцелуе гораздо более жарком, чем тот, который она не могла забыть. Ноги вдруг стали ватными, но тело Грега, прижимавшее ее к столу, не давало упасть. А поцелуй Грега становился все настойчивее, все требовательнее, казался бесконечным… и прервался, на ее взгляд, слишком быстро. Продолжая обнимать ее за талию, Грег улыбнулся.

– Может, прогуляемся? Захватим малышей…

Мысли Джейн витали очень далеко от прогулки. Ее сейчас тревожило одно: только бы Грег не догадался о ее чувствах.

Джейн выскользнула из его объятий и потуже затянула пояс халата. Она не ожидала такого жаркого поцелуя, хотя сама все затеяла. Она не ожидала этой улыбки, не ожидала нестерпимого желания улыбнуться в ответ… улыбнуться так, как улыбается женщина любимому мужчине.

Они провели день, объезжая окрестности: Джейн и Грег – на переднем сиденье пикапа, Шон и Сара – в автомобильных креслицах на заднем. Джейн и до этого знала, что ранчо не маленькое, однако не была готова к его просторам, к безграничным пространствам выжженной солнцем земли, лугам с пасущимися стадами, к пшеничным полям, уже распаханным под новый посев.

В полдень они наслаждались барбекю в ресторанчике, куда, судя по припаркованным грузовичкам и огромным фурам, заглядывали окрестные фермеры и проезжающие мимо шоферы.

Официантка Джеки, дружелюбная деревенская девушка с пышной прической и явным избытком макияжа, сразу же влюбилась в близнецов.

– Какие очаровашки! Я таких никогда не видела! – взвизгнула она, пощипывая пухлые щечки. – Джеки вас заберет к себе домой.

Сара в ответ расплылась в улыбке и захлопала по пластмассовому подносу высокого стульчика, а Шон заколотил по своему стулу. Малыши ухитрились даже перекрыть шум, царивший в ресторане, и привлечь всеобщее внимание. Грег поспешно разорвал целлофановый пакет и сунул детям крекеры.

– Вряд ли теперь Джеки захочет забрать их к себе домой, – заметил Грег, указывая на живописные кучи из крекеров и бананов, залитых молоком, на детских подносиках.

– Скорее она заставит нас поклясться, что мы никогда больше не привезем их в ее смену, – отозвалась Джейн.

Однако Джеки оказалась неустрашимой.

– Можно я сама их умою? – обратилась она к Джейн. – Какая же вы счастливица! Такие прелестные близнецы и муж, за которого любая убила бы.

Когда официантка отошла, Грег не удержался от смеха.

– Своей проницательностью Джеки заслужила хорошие чаевые. Пошли, счастливица, наша экскурсия еще не закончена.

Именно такой день Джейн представляла себе в самых радужных фантазиях. Теперь у нее есть все, о чем мечтает любая женщина. Официантка абсолютно права.

Джейн таяла от счастья, стараясь не вспоминать о том, какая тонкая грань отделяла ее от поражения. Если бы она вернулась в Даллас, то все еще была бы одинокой, бездетной, безработной и совершенно не представляла бы, что делать дальше… то есть была бы беспредельно несчастна. Да, выйдя замуж за Грега, она изменила свою жизнь к лучшему и теперь сделает все, что в ее силах, чтобы удержать свою мечту.

После легкого ужина они играли с детьми. Шон научился ходить еще до приезда Джейн на ранчо, а сегодня явно готовился к восхождению на Эверест. С помощью любимого изодранного медвежонка он взбирался на журнальный столик, затем перебирался на спинку дивана, и его трижды приходилось оттуда стаскивать.

Однако и на полу таилось множество опасностей, поскольку мальчика завораживали электрические розетки и телефонные шнуры, так что и Джейн, и Грегу скучать не приходилось.

– Я уже весь взмок, – заметил Грег, – только не люблю держать его в манеже. Мне это очень напоминает загон.

Сара же спокойно сидела в креслице-качалке и листала яркую книжку.

– А ты, Шон, не хочешь почитать? – спросила Джейн, подхватывая малыша.

– Ма-ма, – сказал Шон, расплываясь в улыбке. Джейн задохнулась от счастья, но тут же испуганно взглянула на Грега. Как он отреагирует? – Ма-ма, – повторил Шон.

– Наконец-то он начинает говорить, как сестренка. – Грег взял малыша у Джейн. – Теперь скажи «па-па». Ну, давай, Шон. Па-па.

Затаив дыхание, Джейн мысленно молила Шона повторить.

– Па, – сказал малыш, хлопая отца по щеке.

– Молодец. Теперь иди к Джейн… то есть к маме.

Джейн опустилась на диван, прижимая к себе сына и расплываясь в блаженной улыбке. День оказался почти идеальным. Не хватало только одного: любви Грега. Но она не будет омрачать эти счастливые минуты, не будет молиться о новых чудесах, ведь она и так получила столько подарков!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

После свадьбы Грег на целую неделю забросил дела и сосредоточился на семье, предоставив заботу о ранчо своим работникам. По утрам они вчетвером отправлялись на прогулки, обедали в окрестных кафе или ресторанчиках и возвращались домой, когда наступало время для дневного сна малышей.

Тогда они отдыхали: смотрели взятые напрокат видеофильмы, читали, разговаривали. И именно в эти неспешные часы крепла связь между ними.

В среду Грег вспомнил о делах.

– Ненавижу бумажную работу, – сказал он, когда Джейн принесла ему в кабинет только что приготовленный лимонад.

– Помочь тебе?

– Я почти закончил. Пытаюсь подвести итоги. Я слишком долго откладывал документы, все руки не доходили.

Грег даже не сознавал, как непростительно долго откладывал, пока не занялся счетами. Самое главное упущение – он до сих пор официально не вступил в права наследства Шарлет. Неприятное и длительное, однако необходимое дело. А он с головой ушел в заботы о детях, потом занимался газетным объявлением… и Джейн. Нельзя было так долго тянуть с завещанием. Еще немного, и он совсем увязнет в финансовых проблемах. Необходимо на следующей же неделе встретиться с адвокатом.

– Ну, не буду тебя отвлекать. – Джейн замешкалась в дверях. – Я была бы рада помочь, только скажи.

Грег погрозил ей пальцем.

– Поосторожнее, не то поймаю тебя на слове.

– Я с радостью помогу хоть чем-нибудь. Пусть я мало понимаю в сельском хозяйстве, максимум – могу отличить один конец коровы от другого, однако я неплохо знаю компьютер, так что могла бы взять на себя переписку и счета.

– У тебя и так полно дел. Дети, еда… – Грегу не хотелось, чтобы Джейн подумала, будто он ее эксплуатирует.

– Ничего подобного. – Она подошла и села напротив. – С тех пор как племянница Ниты помогает по дому, мне не приходится ни стирать, ни убирать.

Грег пристально посмотрел на Джейн, затем передал лист бумаги с колонками цифр.

– Ты могла бы проверить итог? Вот калькулятор.

Так Джейн начала принимать участие в управлении ранчо.

В четверг Грег предложил ей прокатиться в город и познакомиться с магазинами Мартинс-вилла. Еще один показатель изменения в их отношениях: Грег проявил желание познакомить ее со своим миром.

В тот вечер после ужина Джейн испекла шоколадное печенье, свое любимое.

– Снова шоколад? – Грег довольно погладил себя по животу. – Продолжай в том же духе, и мне придется расширять дверные проемы.

– Насколько я помню, это ты в магазине загрузил в тележку три пакета шоколадных чипсов, но если у тебя нет аппетита, Элтон с парнями с удовольствием завтра полакомятся.

– О, ни в коем случае. – Грег схватил горячее печенье и стал перебрасывать его с руки на руку. – Мы не отдадим наше печенье этим типам.

Грег с каждым днем вел себя все непринужденнее, и Джейн находила все больше плюсов в своем новом существовании. Ей нравилась размеренность фермерской жизни. Она наконец могла не подавлять свои желания, носить все, что вздумается, а не то, что требуется для фотосъемок или официальных приемов. Ей нравилось дружелюбие Элтона и работников ранчо, заглядывавших выпить чаю или колы. Они проявляли удивительный такт, стараясь не мешать молодоженам, и – каждый по-своему – давали понять, что рады ей.

Да, ее жизнь стала размеренной, но вовсе не скучной. Предсказания Грега о том, что она затоскует по городу, не оправдывались. Она все больше узнавала о ранчо, заботилась о детях, проводила вечера с Грегом, и ее дни были насыщены радостными событиями. Каждая минута, особенно проведенная с Шоном и Сарой, приносила новую радость, новые открытия.

В субботу вечером Джейн и Грег сидели в гостиной на диване и с умилением смотрели на играющих на ковре детей. Когда Шон устанавливал третий кубик на качающуюся башенку из двух других, Джейн схватила Грега за руку, привлекая его внимание:

– Посмотри на него. Какая координация! И как он сосредоточенно хмурится. – Кубики с грохотом обрушились, и Джейн подумала, что малыш расплачется, а он просто начал строить новую башню. – Молодец, солнышко, не сдавайся.

– Меррифилды очень целеустремленные, – заявил Грег, закидывая ногу на ногу. Сара, покачиваясь, подошла к нему и протянула ручки. – Как и женщины. Иди сюда, красотка. – Грег подхватил Сару и поцеловал ее в макушку.

Девочка погладила Грега по щеке.

– Лю-лю, па!

– Правильно, радость моя. И па тебя любит. Теперь иди к маме. Папа поможет Шону построить башню.

Грег отдал Сару Джейн и уселся рядом с сыном на ковре, скрестив ноги.

Какая идиллия, думала Джейн, глядя на свою новую семью. Еще прекраснее, чем она мечтала. Сегодня исполняется ровно неделя со дня свадьбы. И за это короткое время Грег принял ее как мать близнецов, он так легко говорит о ней «мама»… а она тает от удовольствия каждый раз, как слышит это слово.

Иногда Джейн задумывалась, сможет ли когда-либо стать для Грега большим, чем только матерью его детей. Пока она не видела в его поведении намеков на это. Он иногда касался ее, однако его прикосновения были скорее дружескими, чем любовными. Странно, что он еще не толкает ее кулаком в бок, как старого приятеля!

Сколько бы Джейн ни уговаривала себя, что должна удовлетвориться сложившимся положением, в темноте ночи она безумно тосковала по любви.

А как же его поцелуи? – спрашивала она себя. Ну, тот, первый, можно объяснить тем, что Грег не хотел огорчать Элтона, Ниту, преподобного Хайтауэра и его жену, однако свидетелей второго поцелуя – в кухне – не было.

Джейн так хотелось объяснить второй поцелуй страстью, что воспоминание о нем превращалось в одержимость. Хотелось забыть, что она сама спровоцировала тот поцелуй, а Грег просто ответил на ее вызов.

В понедельник Элтон и Грег заготавливали корм для скота на зиму.

– Я горжусь тобой, парень, – сказал вдруг Элтон.

Грег перекинул очередной мешок и утер пот со лба носовым платком.

– Чем именно?

– Ну, честно говоря, я побаивался, вдруг ты женился только потому, что я слишком сильно давил на тебя, слишком часто напоминал о твоем обещании Шарлет. – Элтон достал из кабины грузовичка термос, налил себе холодной воды и ухмыльнулся. – Но, кажется, зря я боялся. Похоже, ты даже готов меня простить.

– А мне кажется, что ты лопаешься от гордости.

– Может, и так. Просто хотел сказать, что ты молодец: и к браку относишься серьезно, и за Джейн ухаживаешь.

– Я действительно очень хочу, чтобы этот брак оказался удачным, но ты совсем спятил,если говоришь об «ухаживаниях».

– А твоя блаженная физиономия говорит совсем о другом. Ты смущаешься как мальчишка, когда видишь свою жену…

– Тебя послушать, так Купидон носит памперсы, а не лук со стрелами, – проворчал Грег, краснея. – Удивляюсь, что ты не заставляешь меня таскать домой полевые цветы и коробки конфет.

– Между прочим, неплохая мысль. Женщины такое любят. – Элтон обнял Грега за плечи. – Прошло больше года, мальчик. Ничего плохого, если ты вспомнишь о любви.

Грег прекрасно знал: когда на его управляющего находит такое настроение, спорить бесполезно, потому просто подхватил следующий мешок. Может, работа отвлечет Элтона?

Правда, работа не отвлекла самого Грега. Неужели он действительно превращается в преданного щенка, когда видит Джейн? Он готов был признать, что все больше восхищается ею, но ведь так и должно быть: она – его жена. И, согласен, его тянет к ней… точно так же, как любого нормального мужчину.

Но не только красота Джейн привлекает его. Джейн столько отдает, ничего не требуя взамен… Грег невольно улыбнулся, вспомнив, как настойчиво Джейн рвалась в его жизнь. Ничего себе, нетребовательная. Однако все изменилось. Может, пора забыть о своих опасениях и наслаждаться тем, что имеешь? Может, позволить себе влюбиться в Джейн? А может, он уже влюбился?

Джейн возилась в кухне, когда Грег вернулся домой. Она никогда еще не видела его таким: заляпанные грязью джинсы и рубашка, чумазое небритое лицо. Шляпу и сапоги он предусмотрительно оставил на веранде.

– Мы с Элтоном чинили заборы, когда внезапно поднялся ветер и полил дождь, – объяснил Грег, посмеиваясь. – Грузовик застрял, пришлось его вытаскивать. Представляю, как я выгляжу.

Джейн обрадовалась его хорошему настроению. Ей необходимо было обсудить с ним очень важный вопрос. Рене Джаррет позвонила и сообщила, что ее друг, торгующий недвижимостью, нашел покупателя на жилье Джейн.

– Дождь очень нужен, даже если и застал вас врасплох.

– Да, Элтон в восторге. Конечно, это он сидел за рулем, а я толкал грузовик. – Грег замешкался, поглядывая на Джейн, словно подыскивал слова, но в конце концов лишь сообщил, что пойдет отмываться.

Через полчаса он присоединился к Джейн и детям, игравшим в гостиной. На журнальном столике его уже ждала бутылка холодного пива.

– О, какое удовольствие иметь заботливую жену!

Джейн осмелела и решила высказать все, что мучило ее целый день.

– Мама звонила сегодня. Насчет моей квартиры.

– И что ее беспокоит? – Шон уже вскарабкался на столик, и Грег, схватив бутылку, вручил сыну игрушечную пожарную машину.

– Мама спрашивала, когда я перевезу сюда свои вещи и освобожу квартиру.

– Разумно… если ты готова.

– Нет смысла сохранять квартиру в Далласе… я права?

– Конечно, – согласился Грег, старательно скрывая ликование. – Думаю, мы могли бы все вместе съездить в Даллас. Пусть дети познакомятся с родственниками.

Такого осложнения Джейн не ожидала. Было бы легко объяснить продажу квартиры, но как отреагирует Грег, узнав, что у нее целый дом?

Одно объяснение неизбежно повлечет за собой другое… потом следующее. И как она выберется из паутины, которую сама же сплела? Во всяком случае, пока еще не время.

– Ну, не очень удачная идея. Я буду занята… сортировкой, упаковкой… У меня не останется времени на близнецов и на визиты. Если ты сможешь обойтись без меня пару дней, я все улажу, а потом мы как-нибудь съездим вместе.

Грег насторожился. Джейн чем-то обеспокоена. Чем? Он весь день думал о ней, а она, выходит, строила планы возвращения в Даллас. В одиночестве. После свадьбы мысли о ее возможном бегстве перестали терзать его, а сейчас он растерялся и рассердился. Правда, она говорит лишь о паре дней, но…

– Ты уверена, что не торопишь события? Может, рано еще все перевозить?

– Минуту назад ты сказал, что это разумно.

– Беру свои слова обратно. Может, тебе не стоит спешить?

– Я правильно расслышала? – холодно спросила Джейн.

– Я знаю, ты любишь детей.

– И, несмотря на любовь, могла бы их бросить? Твоя вера в меня очень трогательна.

– Тогда не веди себя так, будто ждешь не дождешься, когда сбежишь от нас. Правда, тоска по дому вполне объяснима. Вовсе не преступление признать, что тебе хочется вернуться на некоторое время.

– Ты забыл, что мой дом здесь? Мое желание на пару дней слетать в Даллас вовсе не означает, что я хочу там остаться. Я просто должна сама позаботиться о своей собственности. Только я могу решить, что куда отправить. Вероятно, я должна была сделать это до свадьбы, но все случилось так быстро.

И я боялась, что, если уеду, ты опять передумаешь, - мысленно добавила Джейн.

– Ну, тогда поезжай, когда тебе удобно. Я уверен, что Нита поможет. На нее я всегда могу положиться.

А на меня – нет? – чуть не спросила Джейн. Да, рано думать о любви, если Грег ей до сих пор не доверяет. И, похоже, ему совершенно безразлично, когда и куда она отправится… и вернется ли.

Грег смахнул пот с глаз и взглянул на часы. Ее нет уже двадцать шесть часов. Он понимал, что Джейн права: близнецы мешали бы ей приводить в порядок свои дела, однако обида не проходила. И все страхи возвратились. Джейн вполне может сообразить, как много потеряет, возвращаясь к нему.

Он пытался убедить себя, что мучается только из-за детей. Они уже потеряли одну мать; несправедливо, если потеряют другую. Хотя он не ожидал, что сам так сильно будет скучать по Джейн. Прошло чуть больше суток, а ему кажется, что вместе с ней он потерял часть себя.

Грег пытался отогнать тревожные мысли. Оставив детей на Ниту, он погрузился в заботы о ранчо: клеймил скот, делал прививки, запасал сено на случай ранних заморозков. В общем, надеялся, что тяжелый физический труд отвлечет его. И действительно помогало… днем.

А когда, уложив детей, Грег оставался один, тоска наваливалась с новой силой. И хотя усталое тело требовало отдыха, мысли как сумасшедшие кружились в голове.

Если бы он был горьким пьяницей, то напился бы, однако он не имел права искать забвения в бутылке. Он был нужен детям.

Третий день отсутствия Джейн был таким же долгим и тоскливым, как предыдущие. Грег очень хотел позвонить ей, но не подумает ли она, что он ее проверяет? Он не хотел превращаться в ревнивого мужа, однако в конце концов поддался искушению – позвонил. И напоролся на автоответчик. Как будто с размаху налетел на каменную стену. В проклятой машинке таилась угроза… она уже доставила ему кучу неприятностей.

Грег вспомнил, как звонил Джейн насчет объявления, как она подняла трубку в последнюю секунду его последней попытки. Еще мгновение, и он никогда бы не познакомился с ней. Она никогда не вошла бы в его жизнь.

Прекрати, черт побери, – оборвал он себя. – Может, она у родителей…

Грег снова поднял трубку и тут же бросил ее на рычаг.

Если бы она хотела с ним поговорить, позвонила бы сама. Вернется ли она завтра, как обещала, или нет? Сможет ли он убедить ее вернуться, если она передумала? И все же она могла бы позвонить, поинтересоваться детьми. Видимо, в привычной обстановке она совершенно забыла и о детях, и о нем…

Джейн свернула на дорогу, ведущую к «Сёркл Джи», и из темноты показался ярко освещенный дом. Она так спешила вернуться, что крутилась, словно белка в колесе, и теперь сама удивлялась, как быстро уладила все дела. Риелтор взял на себя переговоры с потенциальным покупателем, и они быстро завершились выгодной сделкой, а мама вызвалась обеспечить уборку и отключение телефона, так что у Джейн было время и на сборы, и на встречи с родственниками, и на решение финансовых проблем. Часть полученных за дом средств она вложила в ценные бумаги, а часть распорядилась присылать ей ежеквартально в течение десяти лет.

И все эти дни она боролась с желанием позвонить на ранчо, уговаривала себя, что это ни к чему. Дети – в хороших руках, а ей необходимо поскорее все закончить. И может быть, правда, маловероятно, за время ее отсутствия Грег наконец перестанет дуться и просто заскучает по ней…

Джейн открыла дверцу машины и уставилась на заваленное вещами заднее сиденье своего «БМВ». Она привезла только то, что сочла самым необходимым: одежду, семейные фотографии, важные документы и подарки для детей, Элтона, Ниты и даже для Грега. Более громоздкие вещи пришлет транспортная компания, остальное она раздарила родственникам или пожертвовала в приют.

Краткость ее визита и отсутствие Грега с детьми расстроили родных, но Джейн пообещала, что скоро привезет свою новую семью в Даллас для знакомства.

Грег мерил шагами кухню, когда услышал шум приближающегося автомобиля. Сердце его забилось раза в два быстрее, он выбежал на веранду и увидел Джейн. Он даже не смог сразу заговорить. Пришлось вдохнуть побольше воздуха.

– Наконец-то ты вернулась, – произнес он как можно непринужденнее, отчаянно пытаясь скрыть облегчение.

– Только сейчас смогла вырваться. Надеюсь, ты рад меня видеть?

Грег не ответил, да слова были и не нужны. Он молча подошел к Джейн, обхватил ее, оторвав от земли, и крепко обнял. Так крепко, что она задохнулась, а царапанье его небритого подбородка показалось ей самым чудесным ощущением на свете. Джейн обвила руками его шею, и это показалось таким же естественным, как дыхание. Она счастливо вздохнула, прижалась лицом к его рубашке. Если это обычное приветствие Грега, то, может, следует уезжать почаще?

Грег наконец отпустил ее.

– Близнецы ужасно по тебе скучали… и я тоже. Они уже спят, но мы можем поцеловать их, если хочешь.

Рука об руку они на цыпочках вошли в детскую. Джейн погладила детские щечки, едва удержавшись, чтобы не обнять и не поцеловать малышей. Однако у нее уже было достаточно опыта: если она их разбудит, то они будут бодрствовать полночи, а потом полдня капризничать. Не стоит их тревожить. К тому же ей просто необходимо побыть наедине с их отцом.

Грег внес в дом ее багаж и многочисленные пакеты с подарками.

– Я думал, что ты поехала очищать свою квартиру, а не далласские универмаги.

– О, мне удалось все совместить. Не могла же я вернуться домой с пустыми руками.

Грег многозначительно посмотрел на один из пакетов.

– И даже заглянула к «Нейману-Маркусу». Не смогла удержаться?

– Ничего подобного. – Джейн улыбнулась и чмокнула его в губы. – Я рада, что мы теперь подшучиваем над этим, а не ссоримся.

– Я тоже. – Грег поцеловал ее так же мимоходом. Ему было трудно держать себя в руках, но он старался изо всех сил. Если бы он поцеловал Джейн так, как хотел, эта ночь не закончилась бы одними поцелуями. Он нестерпимо желал этого, однако был преисполнен решимости сделать их первую ночь идеальной, что подразумевало полное уединение. Близнецы же могли прервать их в любой момент. Грег задумал уговорить Элтона и Ниту понянчиться с близнецами и сбежать с Джейн на медовый месяц. Настоящий медовый месяц. Колорадо-Спрингс вполне бы подошел. Они провели бы уикенд в Броудмуре, в полной роскоши. Он показал бы Джейн, как сильно полюбил ее. И может, она ответит ему тем же.

Грег ухмыльнулся. Теперь, как совершенно верно заметил Элтон, Грег Меррифилд намерен по-настоящему поухаживать за своей женой. Поухаживать так, чтобы ей и в голову не пришло покинуть «Сёркл Джи» без него и детей даже на пару дней.

Однако сначала необходимо встретиться с адвокатом, уладить все юридические формальности с завещанием Шарлет и страховками, то есть сделать все, чего он так долго избегал. Он не сможет уделить все свое внимание Джейн, пока не избавится от груза прошлого.

Совершенно ошарашенный, Грег угрюмо уставился в окно кабинета своего адвоката. Он и не представлял, в какую финансовую яму угодил.

– Майк, я не понимаю. Что значит, нет денег?

– Все очень просто. Если помнишь, страховка Шарлет ушла на оплату похорон.

Грег устало отмахнулся.

– Я помню. Там были крохи. Но страховка ее родителей…

– Она получила бы ее, если бы дожила до двадцати пяти лет.

Грег потер лоб.

– Шарлет умерла за пару недель до двадцатипятилетия, но я думал, что все перешло ко мне.

– Перешло бы, если бы не близнецы. Она завещала, что, если умрет до того, как вступит в права наследства и оставит детей, все перейдет к ним, когда им исполнится двадцать пять. Единственное исключение – расходы на обучение в колледже. Так что у Шона и Сары есть деньги на образование, но сейчас – ничего.

Грег поднял глаза к потолку, словно там можно было найти ответы на его вопросы, затем перевел взгляд на адвоката.

– Майк, я рассчитывал, что оплачу этими деньгами земли Ибсенов. Скоро наступает срок последнего и самого большого платежа. – Грег покачал головой. – Без денег Шарлет мне нечем расплатиться.

– Если я не ошибаюсь, то в эту сделку входит и вся остальная твоя собственность. – Майк покопался в папках и вытащил пачку документов. – В качестве залога и первого платежа ты внес оба своих ранчо.

Грег кивнул.

– Тогда это казалось очень умным ходом.

– Не казни себя. Еще можно получить отсрочку. В банке поймут.

– Майк, у тебя, похоже, размягчение мозгов. Банки не должны ничего понимать. Какое им дело, сколько я истратил на лечение Шарлет и все остальное. И потом, любая отсрочка – не способ избавиться от долгов. Я истратил всю наличность, покупая новое стадо. Нельзя было расширять дело, не думая о последствиях. – Грег тяжело вздохнул и печально улыбнулся. – Как я мог быть таким легкомысленным? И разве не ты обязан защищать меня от глупостей?

Майк похлопал его по плечу.

– К несчастью, я всего лишь умный, а не ясновидящий.

– А сколько других расходов: зарплата работникам, налоги и такие мелочи жизни, как еда и памперсы…

– Прости, Грег. Жаль, что я не могу тебе помочь.

– Да, мне тоже жаль.

– Вряд ли стоит говорить, что мои деньги всегда к твоим услугам.

– Спасибо, Майк.

До отъезда из Пампы Грег заглянул в банк. Ответ оказался неутешительным, как он и предполагал.

– Мы могли бы рассмотреть вашу просьбу, но, честно говоря… Даже если мы предоставим вам отсрочку, ежемесячные выплаты процентов будут слишком большими. И учитывая все обстоятельства, сомневаюсь, что вы вообще сможете добиться отсрочки или кредита, – добавил банковский служащий, лишая Грега последних надежд. – Например, осложнения с вашим правом собственности на землю. Вы сами сказали, что завещание вашей покойной жены еще не утверждено официально.

Грег покинул банк совершенно деморализованным. О романтическом медовом месяце теперь не могло быть и речи. И как он будет теперь заботиться о семье? Что он сможет предложить Джейн?

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

По кухне разливался аромат персикового пирога, любимого десерта Грега. Джейн развязала тесемки фартука и вышла в гостиную, где тихо играли на полу дети. Она уже успела принять душ и переоделась в блузку без рукавов с глубоким круглым декольте и шорты – один из нарядов, специально привезенных из Далласа для соблазнения Грега. Легкий безупречный макияж, распущенные волосы… Она готова к возвращению мужа.

Около шести вечера Джейн услышала шум приближающегося автомобиля и выбежала на веранду, однако Грег лишь мимоходом бросил ей «привет» и исчез в своей спальне. Переодевшись, он спустился и, стараясь не встречаться с Джейн взглядом, вышел из дому.

Из кухонного окна она видела, как Грег облокотился о верхнюю жердь забора и стал следить за кобылой с жеребенком. Его поникшие плечи и угнетенное выражение лица встревожили Джейн.

Где он провел весь день, она не знала. Однако причина наверняка была важной, потому что он надел свою лучшую рубашку и новые брюки вместо обычных джинсов. Джейн прекрасно помнила, как озабочен он был перед отъездом, но оживлен. Его бодрое настроение и воспоминание о счастливой встрече накануне не оставляли места дурным предчувствиям, однако явно случилось что-то непредвиденное.

Джейн кормила детей, не переставая поглядывать в окно. Грег стоял неподвижно, погруженный в свои невеселые мысли. Прошел целый час, а она так и не знала, подойти к Грегу или терпеливо ждать его возвращения.

Наконец она решила: хватит ждать. Подхватив близнецов, Джейн направилась к загону. Нести их обоих было уже не так-то легко, они подросли, стали тяжелее, но Джейн не хотелось оставлять их одних даже на несколько минут.

Спустившись с крыльца, Джейн окликнула Грега. Он помахал рукой в ответ, подошел и взял Шона, сказав лишь пару ничего не значащих слов, что было совсем на него не похоже. Тревога Джейн усилилась. Грег всегда оживлялся рядом с детьми, а сегодня практически онемел.

– Ты голоден? – спросила она, входя за ним в дом.

– Пока нет. Если не возражаешь, я прокачусь.

Грег посадил Шона в манеж и покинул их.

Он опять не сказал, куда и зачем поехал и когда вернется, и Джейн почувствовала, что лучше его не расспрашивать.

Она искупала малышей, почитала им книжки, уложила спать, затем спустилась в гостиную, устроилась в любимом кресле Грега и включила телевизор. Тихонько, чтобы услышать хныканье детей в портативном мониторе, если они проснутся, и не пропустить возвращение Грега.

Где-то после одиннадцати скрипнула дверь черного хода. Джейн услышала, как открылась и захлопнулась дверца холодильника, затем тихо зажужжала микроволновая печка. Джейн понадобились некоторое время и вся ее решимость, чтобы покинуть гостиную и войти в кухню. Грег сидел за столом, устало ссутулившись, словно забыв о полупустом стакане молока и нетронутой тарелке с ужином.

– Что случилось?

Грег резко поднял голову и изумленно взглянул на жену, однако его растерянность длилась не более секунды.

– Почему ты не спишь? – Он перевел взгляд на настенные часы, удостоверился, что действительно поздно. – С близнецами все в порядке? Ты не из-за них не ложишься?

– Все в порядке. Я ждала тебя. Не хочешь поделиться своими заботами? – Джейн намеренно задала вопрос так, чтобы не нарываться на возмущение, однако дала понять Грегу, что ждет от него откровенности.

– О, пустяки… не стоит внимания.

Уклончивость Грега не обманула Джейн. Его поведение и печаль в глазах говорили об обратном, и Джейн решила докопаться до истины.

– Не пытайся обмануть меня. – Поскольку тактичность ни к чему не привела, Джейн решила не церемониться. – Может, мы и недавно женаты, но я прекрасно чувствую, когда у тебя серьезные неприятности.

Грег настороженно покосился на нее.

– Неужели?

– Да. Поговори со мной, Грег, – почти взмолилась Джейн, усаживаясь напротив него.

– У меня что-то нет желания болтать. – Он оттолкнул тарелку и сложил руки на столе.

– Очень жаль, потому что у меня есть.

– Хочешь поссориться?

– Нет, просто мне нужны ответы. – Джейн подошла к Грегу, присела перед ним, заглянула ему в глаза. – Что бы ни случилось, поделись со мной… как муж с женой. Не отдаляйся от меня.

– Все не так просто, Дженни.

Она не ожидала, что он назовет ее уменьшительным именем, не ожидала нежности, прозвучавшей в его голосе. Она поднялась, прошлась по кухне, наконец остановилась и повернулась к нему.

– И все-таки – где ты был сегодня?

Грег взглянул на нее и тут же отвел глаза. Конечно, она имеет право на честный ответ, но он не находил в себе сил признаться, что оказался несостоятельным ничтожеством. Он найдет какой-нибудь выход, обязательно найдет.

Грег расправил плечи, покрутил головой, пытаясь расслабиться. Не помогло. Шею свело, голова раскалывалась. Не разговоры нужны ему от Джейн, а утешение… ему необходима ее близость, ее ласка… один поцелуй разогнал бы его неприятности… Парень, ты совсем расклеился.

– Я был у своего адвоката, – наконец выдавил Грег. – Пытался уладить дела, которыми надо было заняться давным-давно. – Надеясь, что допрос закончен, Грег схватил тарелку, вскочил, вышвырнул нетронутую еду в мусорное ведро. – Довольна?

– Нет, совсем не довольна. И не успокоюсь, пока ты не объяснишь, почему так взвинчен.

– Я не взвинчен, – солгал Грег, – просто устал. У меня был тяжелый день. Не могли бы мы поговорить завтра?

Он достал из холодильника кувшин и подлил себе молока.

– Но… – запротестовала было Джейн и вдруг поняла, в чем дело. Шарлет! Грег ездил к адвокату, чтобы поговорить о чем-то, связанном с его первым браком! Не нужно много воображения, чтобы понять, о чем он сейчас думает. Грег, вероятно, снова погрузился в воспоминания о своей прежней жизни. Вот в чем причина его тоски, и раз так, то новой жене не дождаться от него откровенности. А она-то уж поверила, что они начали двигаться вперед.

– Мы поговорим завтра, – уже решительнее сказал Грег. – Спокойной ночи.

Со стаканом молока в руке он направился к лестнице, оставив Джейн в совершенно расстроенных чувствах.

Утром Джейн проснулась очень рано и сразу же заглянула в комнату Грега. Такое впечатление, что он, даже не разбирая постель, просто вздремнул поверх покрывала. Джейн не нашла его ни в доме, ни поблизости. И только ближе к вечеру, когда солнце уже катилось к горизонту, она увидела, как Грег подскакал к загону и спешился. Несмотря на романтические представления Мелиссы о ковбоях, Джейн редко видела Грега в седле. Обычно Элтон заезжал за ним на своем грузовичке. И даже накануне вечером Грег уезжал на машине. Видимо, эта прогулка верхом нужна была ему, чтобы проветриться или подумать.

Оставив лошадь на попечение одного из работников, Грег направился к мощеному дворику, где Джейн сидела возле детей, играющих в маленьком надувном бассейне.

Шон и Сара, одетые в одинаковые полосатые купальники, плескались в воде среди пластмассовых корабликов. Грег наклонился, поцеловал детей в макушки.

– Па! – воскликнула Сара, а Шон начал выбираться из бассейна, но Грег подтолкнул его обратно, вручив – в качестве утешительного приза – резиновую утку.

– Я принесу пива, – сказал Грег жене, – и мы поговорим.

Джейн даже замутило от страха. Грег долгие часы обдумывал, что сказать ей, и она уже была совсем не уверена, хочет ли его выслушать. Не передумал ли он? Не решил ли объявить, что их браку конец?

Грег вернулся с двумя бутылками «Будвайзера», вручил одну Джейн и сел в шезлонг напротив.

– Салют! – Он поднял свою бутылку.

Джейн не чувствовала никакого оптимизма, но повторила тост Грега и даже заставила себя сделать глоток.

– Встреча с Майком Мэрфи… моим адвокатом, была… – неуверенно начал Грег, уставившись в точку где-то над плечом Джейн, – непростой.

Он умолк и стал потягивать пиво. Джейн ждала, ждала продолжения и наконец не выдержала:

– Пожалуйста, не испытывай моего терпения. Я должна знать, чем это нам грозит.

Грег перевел на нее взгляд, долго и пристально всматривался в ее лицо, затем взял за подбородок и приподнял ее голову.

– Не тем, о чем ты, похоже, думаешь. Шарлет ушла навсегда. Я смирился с потерей и из кожи вон лезу ради нашего будущего.

– Ты сказал «нашего»…

– Для меня твое и мое будущее неразделимы. По меньшей мере так было до вчерашнего дня.

– И что же случилось вчера?

– Помнишь, я говорил тебе о покупке ранчо Ибсенов?

Джейн утвердительно кивнула.

– Я не все тебе рассказал. Видишь ли, у нас с Шарлет не было достаточно денег, но мы просто не могли упустить шанс и заложили родительские ранчо. – Грег глотнул пива. – Тогда я думал, что ничем не рискую… Когда погибли родители Шарлет, большая часть их состояния – земля, дом, личные вещи – перешла непосредственно ей, а ценные бумаги и выплаты по их страховкам она получила бы по достижении двадцати пяти лет. Вот этими деньгами мы и надеялись расплатиться, а до тех пор должны были лишь выплачивать ежегодные проценты. Но…

– Я слушаю тебя.

– Шарлет не дожила до двадцатипятилетия. – Грег снова слепо уставился вдаль, явно проклиная судьбу, затем повернулся к Джейн. – Мне было тогда не до финансов, я был слишком убит горем и поглощен заботами о Шоне с Сарой. Не говоря уж об обещании, данном Шарлет… Выполнив ее волю, я смог заняться юридическими делами. Дети счастливы. Ты явно привыкаешь к жизни на ранчо, и я жаждал двинуться дальше, оставить прошлое прошлому. Клянусь тебе, Джейн, я искренне старался смотреть в будущее.

И ухаживать за тобой, - мысленно добавил Грег. – Только к чему тебе мои ухаживания? Я поклялся обеспечивать тебя, а сам вот-вот потеряю ферму.

– И что же случилось с деньгами Шарлет?

– Весь фонд перешел близнецам. Его нельзя тронуть, пока им не исполнится двадцать пять, исключая расходы на образование.

Грег сжал коленями безвольно повисшие руки, не отрывая взгляда от каменных плит дворика.

– Я не могу внести главный платеж. Я надеялся найти выход и не смог. Честно говоря, я вообще не представляю, что мне делать.

– Что нам делать, – поправила его Джейн.

– Это несправедливо по отношению к тебе.

– А кто сказал, что жизнь справедлива? Разве мы сами – не доказательство обратного?

– Я не хочу, чтобы ты стала жертвой моего… моего… Я не так уж много обещал тебе, но я обещал, что позабочусь о тебе, а теперь… теперь я думаю только о том, как выкрутиться… – Он потер шею. – То есть я пытаюсь сказать… если ты захочешь выйти из… тогда…

– Выйти? Развод? Ты говоришь о разводе? – Она неосознанно повысила голос, и это сразу привлекло внимание детей. Сара поджала губки, и Джейн пришлось пойти успокоить ее. Затем она снова села, повернулась к Грегу и заговорила – на этот раз как можно тише.

– Ты предлагаешь развод? Ты именно этого хочешь?

Он не ответил.

– Повторяю, ты этого хочешь, Грег? Только потому, что попал в полосу невезения, ты…

– Полоса? Похоже, я чемпион по части невезения.

– Ой-ой-ой! Упиваешься жалостью к себе, да? Может, лучше ответишь прямо? Ты говорил о разводе?

– С самого начала я говорил тебе, что этот брак навсегда. Шон и Сара привязались к тебе. Я скорее утопился бы, чем лишил их… – Грег вздохнул. – Только обстоятельства изменились. Я просто пытался предложить тебе безболезненный выход.

– Какая щедрость, – прошипела Джейн. – Проблема в том, что мне она не нужна. Я не желаю «выходить». – Она взглянула на детей, весело плещущихся в бассейне, затем посмотрела Грегу в глаза. – Я не собираюсь бросать моих детей. Я не уступлю… если только ты не лишишь меня опеки через суд.

Грег вскочил на ноги.

– Я так и думала, – заметила Джейн, верно поняв его возмущение. – Итак, предлагаю не тратить понапрасну время и энергию, а попробовать найти решение.

Хотя Грег только что сам предлагал ей свободу, Джейн увидела, с каким облегчением он воспринял ее ответ. Все ясно: он не хочет прогонять ее, это просто была мужская бравада. Может, Грег и думает, что женился на ней лишь для того, чтобы обеспечить своих детей материнской заботой, но вполне можно надеяться и на большее.

– Итак, деньги – это все, что тебя беспокоит?

Грег застонал и процедил:

– Да. Всего лишь деньги. А еще крыша над нашими головами.

– Может, я смогла бы помочь?

– Если ты предлагаешь сыграть в Бонни и Клайда, то забудь. Вооруженные ограбления – не моя стихия.

– Нет, я вовсе не думала о вооруженных ограблениях. – Джейн выдавила смешок и уже решила было объясниться… Не так она планировала рассказать Грегу о себе, но, видимо, деваться некуда. – Грег, у меня есть деньги.

– Забудь. – В его взгляде явно читалось: забудь о своих жалких сбережениях. – Я не собираюсь начинать совместную жизнь с ограбления собственной жены.

Очень трогательно, подумала Джейн. Только он даже отдаленно не представляет размеров ее сбережений. Она начала модельную карьеру в тринадцать лет и за двадцать лет сколотила приличное состояние. Плюс кругленькая сумма за проданный дом.

– Лучше забудь свой мужской шовинизм. Это мои деньги, и я могу тратить их так, как хочу.

– Не сотрясай воздух зря. Я не возьму у тебя ни цента.

– Брак – партнерство. Позволь…

– Хватит, Джейн.

– Но мы же потеряем ранчо!

Господи! Я уже разговариваю как героиня старого вестерна.

– Дай мне пару дней, и я что-нибудь придумаю, – неуверенно сказал Грег.

– Пару минут назад ты признал, что ничего не можешь придумать. Давай посмотрим на это…

Грег решительно поднялся.

– Вопрос закрыт. Я дам тебе знать, когда что-нибудь придумаю.

– Вопрос не закрыт, – возразила Джейн.

– Закрыт. – Грег сурово сжал губы, затем смягчился: – Послушай, Джейн, я очень признателен тебе за желание помочь, но эту кашу заварил я, мне ее и расхлебывать.

Джейн захотелось отколотить Грега за упрямство, но в данный момент он нуждался в поощрении, а не в выволочке.

– И сколько тебе нужно?

– Господи, ты не собираешься сдаваться? Ладно, леди Щедрость, двести пятьдесят тысяч долларов, четверть миллиона. Теперь ты понимаешь? Твой скромный вклад ничего не изменит.

Если бы ты только знал…

– О… да, я понимаю… – пробормотала Джейн, делая вид, что обескуражена такой огромной суммой. На самом же деле она могла собрать эти деньги в любой момент, не трогая основных фондов.

Единственный камень преткновения – сам Грег. Вполне вероятно, он отвергнет любое ее предложение, даже если узнает, что у нее полно денег. Он ясно дал понять, что это его проблема, а не их общая.

Ну, и ладно. Оставайся при своем ослином упрямстве, а я возьму дело в свои руки, - решила Джейн.

На следующее утро Джейн, сгорая от нетерпения, еле сдерживалась, чтобы не вытолкать Грега из дому. А он почему-то не спешил: непомерно долго завтракал, а потом добрый час сидел в своем кабинете. Только когда Элтон заехал за ним, он наконец покинул дом. Убедившись, что ей никто не помешает, Джейн позвонила Сиду Снайдеру, своему менеджеру.

– Ты правильно меня понял, Сид, двести пятьдесят тысяч долларов. Свяжись с банком в Пампе и переведи деньги немедленно. Оплати земельную сделку Грегори Меррифилда и постарайся успеть до ленча. Мне плевать, как, просто сделай. Ты прекрасно знаешь, что деньги не проблема. Начни с наличных, поступивших за дом, пощипли сбережения, ликвидируй что-нибудь из акций или депозитных сертификатов. Делай все, что необходимо…

– Если мы тронем депозиты, то потеряем проценты, а за акции придется платить лишние налоги.

– Сид, ты лучше меня понимаешь, что я могу позволить себе и потерю процентов, и лишние налоги.

– Ты уверена, что не пожалеешь? – недоверчиво спросил Сид.

Джейн уже была сыта по горло. Сначала Грег, а теперь и Сид обращаются с ней как с десятилетней дурочкой.

– Я взрослая женщина, Сид. Я заработала эти деньги и имею право делать с ними все, что пожелаю.

– Тихо, Джейн. Я не хотел тебя обидеть…

– Ладно. Просто позаботься о переводе. И как можно быстрее, пожалуйста.

Через час Сид перезвонил и сухо сообщил, что дело сделано. Теперь Джейн оставалось пережить реакцию Грега. Ну, ничего. Она признает, что, вмешавшись в его дела, поступила не очень хорошо, затем осторожно расскажет о себе… после ужина. Только все равно неприятностей не избежать.

Надеясь, что вкусная еда и бутылка вина смягчат Грега, Джейн отправилась обследовать холодильник и кладовку.

Она как раз вынимала из духовки лазанью, когда Грег вошел в кухню.

– Привет. – Не замечая праздничной сервировки и соблазнительных ароматов, Грег выдвинул стул и уселся, закинув ногу на ногу. Выражение его лица было непроницаемым, как у опытного игрока в покер.

– Привет, – откликнулась Джейн, оборачиваясь. Что-то в его тоне смутило ее. Грег был неестественно спокоен. Точно затишье перед бурей.

Он знает! Он узнал, что она сделала, и теперь только ждет удобного момента для взрыва.

– Не хочешь вина? – осторожно спросила Джейн, протягивая ему штопор. Бутылка «Каберне» и два хрустальных бокала уже стояли на столе.

Грег открыл бутылку, наполнил бокалы, передал один Джейн.

– Шон и Сара спят?

– Да, они устали. Приезжала Хельга навестить их, и они пропустили дневной сон. – Джейн отставила бокал и с удвоенной энергией стала мешать салат, исподтишка наблюдая за Грегом.

– У тебя был напряженный день, – процедил Грег с улыбкой, больше похожей на звериный оскал.

– Не больше, чем обычно. Если не считать визита Хельги. Ее муж поправляется, – отозвалась Джейн, не отрываясь от салата.

– Очень рад. – Грег забарабанил пальцами по столу.

Нервы Джейн натянулись до предела, и она резко обернулась.

– Тебя что-то мучает?

– Можно и так сказать.

Джейн поняла, что ей предстоит выдержать еще более сильный шторм, чем она ожидала.

– Ты хотела услышать что-нибудь вроде: «О, дорогая, спасибо, где ты достала все эти деньги»?

Джейн стойко выдержала его обвиняющий взгляд и вложила в свой все разочарование, какое испытывала. С той самой минуты, как она приняла решение, ее мучали дурные предчувствия. Она не ожидала от Грега благодарности… ну, во всяком случае, не сразу. Он очень горд, и ему нелегко будет смириться с ее помощью. Да, все это она понимала и все же надеялась, что, почувствовав облегчение, Грег милостивее отнесется к ее признаниям и простит ее.

А вместо этого лишь лед в глазах.

– Сколько еще ты намеревалась лгать мне? Считала меня ничтожным грязным ковбоем? Но я не такой. Теперь уже не такой. – Вскочив, Грег выдернул из заднего кармана журнал и бросил его на стол перед Джейн. Журнал был раскрыт на ее огромном цветном портрете.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

– Ты мне лгала. Говорила, что занимаешься рекламой, и намеренно создавала впечатление, будто работаешь секретарем или помощником… да кем угодно. И вот, полюбуйтесь! Топ-модель. – Грег ткнул пальцем в подпись под рекламой. – Джей-Джей – не так ли?

– Да, Джей-Джей. – Собственное прозвище показалось Джейн угрожающим.

– Я наконец прозрел. Скромный служащий Кларк Кент по мановению волшебной палочки превращается в Супермена, а Джейн Джаррет – в Джей-Джей, топ-модель.

– Кларк Кент не пользуется волшебной палочкой, – автоматически поправила Джейн. – Я сама видела, как он вертится вокруг своей оси.

– Не пытайся отвлечь меня. Мы говорим о тебе и о твоей тайной жизни. – Грег вцепился в спинку стула так, что побелели суставы пальцев.

– Ну, ладно, я не сказала тебе всей правды, но ведь моя модельная карьера – в прошлом, а прошлое больше не важно.

– Достаточно важно, если ты моментально нашла огромную сумму денег. – Грег снова сел и закинул ноги на соседний стул. – Почему ты смолчала?

– Потому что предвидела именно такую реакцию.

– Это не оправдание… ты все время намеренно вводила меня в заблуждение…

– Я не ищу никаких оправданий, просто пытаюсь объяснить… Как ты узнал?

– О чем именно? О финансовой помощи? Или о том, что портреты моей жены продаются в супермаркетах и газетных киосках по всему Техасу?

– Хватит говорить о моей работе как о чем-то постыдном… Я же не порнозвезда!

– Только этого не хватало! – Грег прищурился. – Надеюсь, ты не делала ничего подобного?

Джейн с такой яростью швырнула на стол полный салатник, что куски помидоров, огурцов и салатные листья разлетелись по праздничной льняной скатерти.

– Если я и ущемила твою проклятую гордость, это не повод оскорблять меня.

Грег пожал плечами.

– Наверное, ты права.

– Ты все еще не сказал мне, как узнал.

– Случайно наткнулся.

Грег осторожно взял свой бокал, понюхал содержимое, словно боялся обнаружить там яд, и сделал маленький глоток. Джейн хотелось поторопить его, но она понимала, что сделает только хуже. Грег явно собирался сдирать с нее кожу маленькими лоскутками.

– Я сказал, что сам решу свои проблемы, и как раз этим занимался, – заговорил он, когда Джейн уже готова была завизжать. – Я не нуждался в твоем вмешательстве.

– Неужели? Когда мы последний раз обсуждали это, ты не видел никакого решения. Была бы счастлива, если бы ты соизволил просветить меня.

– Я и собирался, но, пока улаживал детали, ты ворвалась, как техасский рейнджер… и я все узнал от посторонних.

– Почему бы не отбросить живописные сравнения и не изложить все последовательно?

– С удовольствием. Для начала я поговорил с Элтоном, и он чуть не убил меня за то, что я сразу не обратился к нему. Когда мы сошлись на том, что я вел себя как последний идиот, он кое-что посоветовал и предложил приличный заем… И то, и другое я принял.

– Значит, ты готов принять деньги Элтона, но не мои.

– Он предложил мне заем открыто, и я согласился, уговорив его на приличные проценты. Ты же действовала за моей спиной и выложила кругленькую сумму так легко, словно купила зубную щетку.

– Я пыталась объяснить, но ты твердил о мужской гордости и женской никчемности.

– Потому что не знал, что женился на миллионерше.

– Мы же договорились: без оскорблений. Расскажи остальное.

– Элтон посоветовал мне обратиться в банк Мартинсвилла. У них небольшие возможности, поэтому я и начал с Пампы… Но в банке Мартинсвилла я знаю всех, и меня все знают. Иногда это играет решающую роль в предоставлении кредита. Потом я поехал к Майку, моему адвокату, и он напомнил, что я могу взять краткосрочный кредит под залог моего пенсионного фонда. Если бы я не запаниковал, то, вероятно, до всего этого дошел бы собственными мозгами. Итак, я выиграл бы пару месяцев, а там завещание Шарлет вошло бы в законную силу. А при необходимости я продал бы часть дальних пастбищ.

– Итак, ты отправился в банк Мартинсвилла.

– Ага. Сразу после разговоров с Элтоном и Майком. Ральф, мой старый приятель, работает там управляющим. Первым делом мы позвонили в Пампу, и представь наш шок, когда мы услышали, что «управляющий делами миссис Меррифилд оплатил все до цента полчаса назад»! – Грег снова окатил Джейн ледяным взглядом. – И я, как последний дурак, делал хорошую мину при плохой игре… посмеивался… видите ли, «моя жена опередила меня». А Ральф жал мне руку, поздравлял и просил познакомить с моей «предприимчивой женушкой».

Джейн рухнула на стул и жадно глотнула вина. Все оказалось еще хуже, чем она опасалась.

– Мне пришлось провести собственное небольшое расследование, и я выяснил, как ты заработала эти четверть миллиона. Мой университетский приятель, Райан Уильямс, живет в Далласе, работает на телевидении. И представь, он не только слышал о тебе, но и сказал, что вы хорошо знакомы.

– Да, мы встречались, – подтвердила Джейн. – Несколько раз на официальных приемах.

– Мир тесен, – заметил Грег, подливая себе вина.

Чертовски тесен!

– И сколько же ты надеялась держать меня в неведении, если миллионы людей знают тебя в лицо? Всю жизнь?

– Нет, но если бы я призналась тебе сразу, ты вышвырнул бы меня в ту же минуту.

– Совершенно верно. Только сначала взял бы у тебя автограф.

– И где же ты нашел этот старый журнал?

– В салоне красоты «У Флорин». Выбравшись из банка, я отправился прямиком к Флорин и перелистал все ее старые журналы. Еще пришлось отбиваться от Флорин: ей вдруг приспичило меня подстричь. Нет нужды описывать, как возбудились ее клиентки, просто умирали от любопытства, с чего это я увлекся рекламой фирмы «Карвел». Уверен, что они уже смекнули, в чем дело. Неужели ты думаешь, что женщины Мартинсвилла не интересуются модой и не знают, кто есть кто?

– Никогда ничего подобного не думала. Скучная жизнь маленьких городков – это твое мнение.

– Забудь о моих навязчивых идеях. Мы говорим о тебе и твоем обмане. – Грег встал и швырнул журнал на кухонный стол. – Это еще цветочки. Я видел и «Космополитен», и «Домоводство», и «Мадемуазель», и несколько не таких известных изданий. И в каждом огромная статья или как минимум реклама на всю страницу. Твоих фотографий хватит, чтобы обклеить все стены в Национальной галерее. Я уж не говорю о тысячах рекламных плакатов. Не знаю, что меня больше мучает: то, что я был так глуп и слеп, или то, что моя жена – обманщица.

– Я хотела все рассказать тебе сегодня вечером.

– Угу. – Грег взял в руки винную бутылку, внимательно прочитал этикетку. – Хорошее вино… и все это… – Он взмахнул рукой и обвел выразительным взглядом свежие цветы и лучший сервиз. – Хотела, чтобы я размяк, прежде чем начнешь признаваться?

Джейн решила не обращать внимания на его колкости.

– Я сделала все, что считала необходимым, лишь бы остаться в твоей жизни. Чтобы стать матерью Шона и Сары.

– Другими словами, цель оправдывает средства. Пошевели-ка мозгами, – прорычал Грег. – Ты должна была все рассказать честно, не думая о последствиях. А что будет в следующий раз, когда правда покажется тебе невыгодной?

– Грег, следующего раза не будет. Больше никаких ухищрений, я обещаю. А я, как и ты, не даю пустых обещаний.

Грег почесал подбородок, словно размышляя, стоит ли ей верить.

– А как насчет будущего? Ты и дальше собираешься вмешиваться в мои дела? Как понимаю, для тебя двести пятьдесят тысяч баксов – мелочь, случайно завалявшаяся в кармане. Судя по тому, что здесь написано… – Грег снова схватил журнал и помахал им перед ее носом, – ты за час зарабатываешь больше, чем я за неделю. И все равно я намерен сам решать свои финансовые проблемы.

– Я думала лишь о том, что мы можем потерять «Сёркл Джи» из-за наших финансовых проблем. Я тоже здесь живу, это и мой дом тоже.

– Пока, во всяком случае. Пока не сотрется чувство новизны и ты не начнешь скучать по обожающей тебя публике. Тогда ты затоскуешь и… – Грег осекся. Она обвела его вокруг пальца, это точно… но он должен защитить остатки своего достоинства, не дать ей увидеть, как ему больно. – Надо было прислушаться к интуиции. Надо было все узнать о тебе, а не жениться так опрометчиво.

– Возможно, однако мы уже женаты. А что касается твоей так называемой опрометчивости, может, подумаешь, если я собираюсь бежать, то почему вложила приличные деньги?

– Откуда мне знать, почему? Я никогда не общался с шикарными моделями.

Джейн положила руку ему на плечо.

– Дай мне еще полшанса, и у нас все получится.

На мгновение Джейн показалось, что она его убедила. Он стоял неподвижно, глядя сверху вниз в ее глаза, словно собирался обнять ее, но затем отпрянул.

– Получится? Не думаю, что положение, в которое ты меня поставила, может быть фундаментом прочного брака.

Грубые слова, но Грег остро ощущал свое унизительное положение. При всех опасениях относительно их союза о финансах он даже не задумывался. Он понимал, что Джейн не нуждается в деньгах, это было видно по ее одежде, автомобилю, квартире… Однако он почему-то предположил, что всем этим ее обеспечила состоятельная семья, и честно намеревался поддерживать жизненный уровень, к которому она привыкла.

В самых буйных фантазиях ему и привидеться не могло, что Джейн – знаменитость, безумно богатая топ-модель. Даже сейчас ему трудно было соединить в один образ журнальные фотографии и женщину, на которой он женился. Но, черт побери, лицо было тем же самым плюс чуточку макияжа.

В общем, в результате он совершил именно то, против чего сам предостерегал себя, – влюбился. Весь его жизненный опыт не помог. Он говорил Джейн, что в их браке не будет любви, однако сам попался в ловушку и терзается из-за собственной ошибки. Как же это больно!

– И что же дальше? – тихо спросила Джейн.

– Будь я проклят, если знаю!

– Тогда, если не возражаешь, скажу я. Мы двинемся дальше. Нравится тебе это или нет, но больше не надо волноваться, что потеряешь ранчо. Теперь мы сможем сосредоточиться на нас, на…

– Я впишу в список своих ближайших дел «не волноваться» и «сосредоточиться», – с нескрываемым сарказмом пробормотал Грег.

Джейн вздохнула. В ближайшем будущем Грег явно не уступит.

– Может, поужинаешь?

– Ах, какая забота! Играешь в идеальную жену? Спасибо, я не очень голоден. Пожалуйста, ешь, а я займусь документами.

Грег вышел из кухни. Джейн поднялась, сделала пару шагов за ним, но остановилась. Что еще можно добавить к сказанному? Может, завтра Грег станет благоразумнее? Она убрала нетронутую еду. У нее тоже пропал аппетит.

На следующий день не было даже намека на то, что Грег одумался. Они жили в одном доме но, казалось, на разных планетах. Не то чтобы Грег намеренно избегал ее, он даже не ушел из дому, а просто закрылся в своем кабинете, сортировал документы, очищал полки. Когда же он все-таки выходил из кабинета и сталкивался с Джейн, то настороженно следил за ней, словно оценивая, однако даже не пытался заговорить. Когда Джейн о чем-нибудь спрашивала, то получала в ответ краткие «да» или «нет», а то и просто нечленораздельное бурчание.

Усадив близнецов в манеж, Джейн замочила белье, предназначенное для ручной стирки, и возвращалась в гостиную, когда услышала голос Грега. Конечно, он еще сердился на нее, но сейчас в его голосе звучала только нежность. Заинтригованная, Джейн на цыпочках подошла к двери и заглянула в гостиную. Грег сидел на большом кожаном диване с малышом на каждой руке и почти мурлыкал:

– Когда вы подрастете, я куплю вам парочку пони. Может быть, пегих. Думаю, они вам понравятся.

Малыши с обожанием смотрели на него и улыбались.

Джейн стояла в дверях, наслаждаясь восхитительным зрелищем. За всю свою жизнь она не видела ничего более прекрасного, чем эта картина, и она будет бороться изо всех сил, чтобы все это не потерять. Она не станет упрекать Грега. Пусть позлится, подуется, но в конце концов здравый смысл победит, и он поймет, что она сделала то, что должна была сделать. Но полюбит ли он ее когда-нибудь? Кто знает? Джейн знала одно: она всегда будет мечтать о его любви.

Когда Грег поднял глаза и заметил ее в дверях, его улыбка растаяла, и Джейн поняла, что буря еще не прошла, а просто затаилась на время.

Следующие два дня доказали ее правоту. Грег словно лелеял свою обиду и возмущение и не собирался ее прощать. Джейн явно недооценила его упрямство и переоценила свое терпение.

Через семьдесят два часа почти полного игнорирования со стороны мужа ее терпение лопнуло. Уложив детей, Джейн решительно вошла в гостиную, где Грег невозмутимо разгадывал кроссворд.

– Значит, так ведет себя мужчина, которому кажется, что на его честь покушаются?

Грег оторвал взгляд от кроссворда.

– И как это понимать?

Ну, как минимум я привлекла его внимание.

– Как будто мои деньги умаляют твое мужское достоинство. Если бы я предвидела подобную реакцию, то организовала бы заем через анонимного благотворителя-мужчину.

– Можно подумать, что я поверил бы в анонимного благодетеля, мужчину или женщину!

Джейн устала от его цинизма и ожесточенности.

– Ты никому не веришь, Грег? Кроме Элтона и Шарлет?

– Оставь Шарлет в покое. Речь идет только о тебе и мне.

– Ничего подобного. Ты намеревался оплатить сделку ее наследством, но…

– Это совсем другое дело.

– Неужели? Может, объяснишь?

– Ладно… раз уж тебе хочется поспорить. Земля принадлежала не только мне, но и Шарлет, и покупка ранчо Ибсенов была нашим общим решением.

– Именно это тебя мучает? То, что решение не было нашим общим? Но мы могли бы прийти к общему решению, если бы ты посвятил меня в свои проблемы. Ты считаешь, что должен знать мои секреты, а как же быть с твоими? По-моему, скрывать финансовые затруднения, даже те, в которых ты, в общем, не виноват, – трусость. Можешь упиваться своим праведным гневом, только не забывай о реальной жизни.

Джейн развернулась и бегом поднялась к себе.

С полчаса она лежала на кровати с горстью бумажных салфеток в каждой руке и утирала потоки слез. Что же дальше? Так не может продолжаться бесконечно. Неужели она не сможет переубедить Грега? Такая напряженная атмосфера вредна Шону и Саре. Не говоря уж о ее собственных мучениях. За последние дни она плакала больше, чем за весь прошлый год… а тогда она пролила море слез. Как же все исправить? Неужели уже поздно? Неужели ничего нельзя изменить?

Прошло еще минут тридцать. Уже не в силах плакать, Джейн лежала на спине и следила за тенями, играющими на потолке.

– В чем проблема? – спросил Грег, открывая дверь ее спальни.

Глупее вопроса ты не мог придумать?

Свет, проникающий из коридора, не рассеивал полумрак комнаты, и покрасневшие, припухшие глаза Джейн не были видны Грегу.

– Просто стараюсь держаться подальше от поля боя. – Ей вовсе не хотелось продолжать сражаться, но дух ее не был сломлен. Если Грегу нужна хорошая драка, он ее получит.

Грег вошел в комнату.

– Тебе не кажется, что пора обсудить все разумно?

Слишком раздраженная, чтобы вспомнить о залитом слезами лице, Джейн включила ночник.

– Для этого требуются двое! Поверить не могу, что именно меня ты обвиняешь в неразумности.

Грег подошел и присел на край кровати, погладил ее по щеке.

– Я обдумал твои слова… ты права. Я должен был рассказать тебе о своих финансовых обязательствах. До свадьбы. И как бы я ни вел себя, я действительно благодарен тебе за помощь.

Джейн отвела голову.

– Теперь я тебе не верю.

– Ну, мне просто не понравилось, что деньги были навязаны мне без моего ведома. Пусть мне понадобится хоть тридцать лет, но я верну тебе долг до последнего цента.

– Будь ты проклят, Грег Меррифилд! Я ничего не давала тебе в долг. Можешь ты наконец понять это своей тупой головой? Мне ничего не надо возвращать… я просто пыталась спасти наш дом.

Грег явно не знал, что делать, что говорить, и Джейн продолжила:

– Никогда бы не подумала, что мужчина, решивший искать жену по объявлению, так носится со своей гордостью.

– Дело не в гордости, – возразил Грег.

– Черта с два!

Грег взял Джейн за руку.

– А в чем, по-твоему?

– В нашем браке, вот в чем. – Джейн уже не была настроена на объяснения. Пожалуй, Грегу надо еще подумать, но раз уж он здесь, может, довести дело до конца?

– Ты хочешь уйти? – с горечью спросил Грег.

– Нет. Хочешь меня выгнать? – с неменьшей горечью спросила Джейн.

Он не успел ответить: затрезвонил телефон. Грег взял трубку и тут же передал ее Джейн.

– Это тебя.

– О, привет! – Джейн вытаращила глаза и чуть не потеряла дар речи от изумления: – Вы что… когда? Ну, конечно… до встречи.

Забыв положить на рычаг трубку, из которой доносились короткие гудки, Джейн обернулась к Грегу.

– Мои родители… они будут здесь завтра около полудня.

– Мы решили, что раз уж гора не идет к Магомету… – со смешком сообщил Джим Джаррет, похлопывая Грега по спине. – Наш звонок застал тебя врасплох, Дженни?

Если бы вы знали правду, - подумала Джейн, глядя на родителей, словно это были призраки.

– Джейн удивилась, но обрадовалась, – пришел ей на выручку Грег. Узнав о визите новых родственников, он будто забыл о собственных проблемах и превратился в совершенно другого человека. – Она как раз думала, когда удобнее нас познакомить.

– Мы не хотели нарушать ваш медовый месяц, но я просто не могла дождаться встречи с внуками, – объяснила Рене.

– Тогда идемте в дом, – наконец произнесла Джейн каким-то не своим, тоненьким голосом.

Следующие восемь часов показались Джейн восьмью годами. Грег явно пытался очаровать Джима и Рене, и ему это прекрасно удавалось. Он показал им ранчо, познакомил с Элтоном и Нитой и вел себя так, словно до безумия влюблен в Джейн.

Джарреты обласкали Шона и Сару, как собственных любимых внуков, и стало совершенно ясно, что они так и воспринимают малышей.

– Вы скупили в Далласе весь игрушечный магазин? – Джейн показала на мягкие игрушки, кубики и книжки с картинками, усыпавшие пол вокруг Шона и Сары.

Рене взяла дочь за руку.

– Ты же знаешь, что твой папа – сумасшедший дед. Я боялась вторгаться к вам без приглашения, однако мы должны были убедиться, что ты действительно счастлива, и не видели другого способа. Вы – изумительная пара, я счастлива за вас. – С этими словами Рене протянула вторую руку Грегу.

Джейн натянуто улыбнулась. В данный момент она совершенно не чувствовала себя счастливой. Она была на грани нервного срыва и боялась испортить встречу. День она все же продержалась, но скоро наступит ночь. Новобрачные с отдельными спальнями? Джим и Рене сразу поймут, что брак их дочери далек от идиллии.

Шон и Сара, за день привыкшие к постоянному вниманию и ласкам, немного покапризничали.

– Они такие прелестные, даже когда капризничают, – восхитилась Рене, переодевая Сару в пижамку с ярким рисунком, представляющим персонажей передачи «Улица Сезам».

Поцеловав малышей на ночь, четверо взрослых покинули детскую и спустились вниз.

– Почему бы не выпить за ваше будущее? – предложил Джим. – Мы привезли шампанское.

– Конечно, – согласился Грег. – И я очень вам благодарен. Представляю, как скептически вы отнеслись к нашему браку…

– Это правда, – прервал его Джим, добродушно посмеиваясь. – Родители, как наседки, защищают своих детей. Ну, вы оба это и без меня знаете. Но должен заметить, что у Дженни так светятся глаза, когда она на тебя смотрит. Ничего подобного я никогда прежде не видел. Мы всегда хотели одного: чтобы наша дочь вышла замуж за хорошего человека и была счастлива. Теперь мы знаем, что это так.

– Спасибо, Джим. Обещаю все сделать, чтобы она не сожалела о нашем браке. А теперь я принесу шампанское. Ты не поможешь мне, дорогая?

Джейн впервые услышала такое обращение от Грега и, хотя понимала, что он сказал это специально для ее родителей, слово «дорогая» показалось ей небесной музыкой.

Грег вынул из холодильника шампанское и стал открывать бутылку, Джейн достала из шкафчика бокалы.

– Я очень благодарна тебе. Ты так прекрасно принял моих родителей. Только… только… – Ей было трудно говорить, но деваться некуда – этот неотложный вопрос надо было решать немедленно, вряд ли представится другой удобный момент. – Есть еще кое-что… Я не стала бы говорить… но мои родители не поймут и… и…

– Ты просишься в мою постель? – улыбаясь, подсказал Грег.

Ничего забавного в ситуации Джейн не видела, для себя во всяком случае, однако выяснять отношения было некогда.

– Ты прекрасно понимаешь, что я не могу оставаться в своей комнате. И нечего злорадствовать.

– Ну, не знаю, – задумчиво протянул Грег. – Если честно, мне очень нравится ситуация. Может, попросишь меня получше? – Делая вид, что не замечает закипающего гнева Джейн, он стал изучать пузырьки в бокалах.

– Хочешь, чтобы я упала на колени? – проворчала Джейн.

– Нет, твоего румянца мне вполне достаточно. – Грег снова ухмыльнулся. – Наверное, я должен отвлечь твоих родителей, пока ты перетащишь пижаму и зубную щетку в мою комнату?

Джейн вздохнула с облегчением. Пусть Грег развлекается. Выбора у нее все равно нет. Спасибо, что он согласился на ее просьбу, а это в данный момент самое важное.

– Да, знаешь, – озорно добавил Грег, когда они подходили к кабинету, где ждали родители, – забудь про пижаму. Она тебе не понадобится.

Джейн изумленно вытаращила глаза, и Грег хихикнул.

– Что-то ты сегодня непривычно весел, – процедила Джейн сквозь зубы.

– Тогда шутки в сторону. – Он опустил поднос на пол и взял Джейн за плечи. – Запомни только: если ты окажешься в моей постели, Джейн, то это навсегда. Ты не потащишь свои вещи обратно, когда твои родители уедут.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Когда все пожелали друг другу спокойной ночи, Джейн задержалась в кухне: засыпала порошок в машину для мытья посуды, протерла рабочие столы. Но сколько можно откладывать неизбежное? В конце концов она погасила свет и поднялась на второй этаж.

Проведав близнецов, Джейн скользнула в спальню Грега, прижалась спиной к закрытой двери. Ну и что теперь? Грег, босой и без рубашки, удобно расположился в единственном кресле и следил за ней, словно хищный зверь за беспомощной жертвой. Джейн не могла отвести глаз от его широкой мускулистой груди, расстегнутого пояса джинсов. Грег казался невозмутимым. Если он и нервничал, то это было не заметно.

Должна ли она сразу переодеться в пижаму? Или он сначала хочет поговорить? Значит, ей нужно сесть? Куда? На кровать? Или надо просто броситься в его объятия и одним махом разрядить невыносимое напряжение?

Грег разрешил ее сомнения. Он поднялся и медленно подошел к ней, закрыл за ее спиной защелку на двери. Джейн бывала раньше в спальне Грега, но никогда не оставалась с ним наедине и сейчас безумно нервничала. Казалось, кровь стучит прямо в висках.

Грег стал тихо поглаживать ее спину. Его пальцы, нежные и ловкие, скользили по ее позвоночнику. Она чувствовала на лице его теплое дыхание, вдыхала мятный аромат зубной пасты и лимонный – одеколона. Автоматически отметила, что в комнате горят свечи, почти не рассеивая мрака.

Грег начал целовать ее… сначала виски, затем щеки, потом спрятал лицо в ее волосах.

Она содрогнулась от вспыхнувшего желания. Страсть, тлевшая в ней с их первой встречи, взорвалась, как проснувшийся вулкан.

Когда их губы встретились, Грег перестал сопротивляться чувствам, обуревавшим его все последние недели. Он перебирал пальцами ее великолепные волосы, шелковистые и ароматные. Ее тело так естественно прижималось к нему, словно встретились две половинки единого целого.

Почему я так долго тянул? - удивился он.

– Может быть, мне раздеться? – прошептала Джейн.

– Отличная мысль. Я помогу.

– Нет, подожди минутку. Я… мне надо умыться.

– Хорошо, только поскорее. – Он снова поцеловал ее.

Оказавшись в ванной комнате, на приличном расстоянии от Грега, Джейн задумалась. Сейчас неподходящий момент для секса. Только вчера они ругались, как неразумные дети. У них столько нерешенных проблем… просто отложенных из-за приезда ее родителей. Родители! Смущение охватило Джейн с новой силой. Накинув на пижаму халат, она вернулась в спальню, полная решимости не уступать соблазнам.

Однако, когда увидела его брошенные на пол джинсы, его самого, чуть прикрытого простыней, решимость ослабла. Грег поманил ее к себе. Она подошла и осторожно присела на край кровати.

– Мы не должны… не должны…

– Что «не должны»?

– Ты сам знаешь.

– Я не должен раздевать тебя? – Грег дернул за пояс ее халата, развязал. – Не должен тебя целовать? – Он придвинулся ближе, стал покусывать ее губы. – Именно это я должен делать. Слишком долго я мечтал обнимать тебя, любить тебя.

Он сказал «любить». Что он имел в виду? Секс или действительно любовь? И вдруг все перестало иметь значение. Когда Грег стянул с нее халат и стал расстегивать пуговки пижамы, Джейн отбросила опасения. Она тронула ладонью его лицо, провела большим пальцем по нижней губе.

– Родители здесь, – прошептала она без прежней убежденности.

– В противоположном конце коридора.

– А вдруг они прислушиваются?

– В час ночи? Если они не вампиры, то наверняка крепко спят. – Грег уткнулся лицом в ее шею.

– А вдруг мы их разбудим? И детей тоже.

– А мы тихонько. Во всяком случае, я. А ты как хочешь.

Грег покрывал ее лицо и шею короткими ласковыми поцелуями, но Джейн хотелось большего. Губами, всем телом она пыталась выразить свои желания, и Грег ответил на ее мольбу. Тихо, как и обещал, но, Господи, как же чудесно…

Джейн спала, и ей снилось, что она лежит, уткнувшись лицом в широкую мужскую грудь, наслаждается ощущением сильных рук, гладящих ее спину, крепких ног, прижимающихся к ее ногам, нежных губ, ласкающих ее висок. Она чуть повернула голову и нашла губами его губы.

Где-то на пути к этой встрече, к этому долгому и страстному поцелую, она полностью проснулась и открыла глаза. Розовый свет зари проникал в комнату сквозь тонкие шторы, и она действительно лежала в крепких мужских объятиях, объятиях Грега.

– Грег? – прошептала она. – А я боялась, что это только сон.

Когда Грег спустился в кухню, все в доме еще спали. Он заварил и налил себе кофе, включил радио, однако не смог сосредоточиться на утренних новостях.

Теперь они с Джейн любовники. И что же это значит? Их совместная жизнь началась, мягко говоря, нетрадиционно, да, кроме того, она слишком много скрыла от него, и плюс его притворное равнодушие к ней…

Она – его жена. И она – его любовница. Хватит сомневаться, надо сделать все, что в его силах, и удержать этот дар судьбы. Если ему дарован еще лишь день, чтобы любить ее, он примет этот день с благодарностью. Если судьба подарила ему тысячу дней, значит, она от него не отвернулась.

Прошлое осталось в прошлом, а будущее – в его собственных руках. Он будет жить настоящим, ценить каждый час, каждую минуту.

Грег услышал на лестнице шаги. Джим и Рене. Больше нет времени на раздумья. Пора превращаться в гостеприимного хозяина. Нелегко откладывать разговор с Джейн, однако придется запастись терпением.

– Привет, – улыбнулся Грег. – Как спали?

После завтрака, когда родители Джейн уехали, Грег позвонил Элтону и попросил его приехать с Нитой и присмотреть за малышами, затем с самым серьезным видом объяснил Джейн:

– Нам необходимо поговорить.

Она и не ожидала ничего другого. Все утро Грег был озабочен, взволнован. К счастью, родители не так хорошо его знали, чтобы обратить на это внимание, однако Элтон сразу заметил. Ему понадобилось всего пять минут, чтобы объявить:

– Парень, ты вертишься, как уж на сковородке.

Грег попытался оправдаться слишком большой дозой кофеина и стрессом после встречи с тещей и тестем. Может, такое объяснение обмануло Элтона, но не Джейн. Она-то прекрасно знала причину нервозности Грега. Как ей не знать! Она с ужасом ждала последствий проведенной с мужем ночи. Все так изменилось… для нее, во всяком случае. В какую сторону изменилось отношение Грега?

Как только Элтон и Нита увезли детей, Джейн бросилась в атаку:

– Если ты волнуешься, что я слишком большое значение придаю прошлой ночи, пожалуйста, успокойся. – Джейн присела на край дивана. – Я понимаю разницу между любовью и…

– Понятно, – прервал Грег, садясь рядом с ней и закидывая руку на спинку дивана. – Значит, нет никакой любви?

– Я не знаю, что и думать, – призналась Джейн.

– Тогда позволь мне объясниться. – Он улыбнулся. – Я все обдумал. Вы должны кое-что знать, миссис Меррифилд. Вы только что купили себе ранчо. Я прослежу, чтобы ваше имя фигурировало в договоре наряду с моим.

– В этом нет необходимости.

– В этом есть необходимость. Я понимаю, что ничего моего тебе не нужно, однако «Сёркл Джи» отчасти твое, хочешь ты этого или нет.

– Хочу.

– Я так и думал. Итак, с первым вопросом мы покончили?

– А какой второй? О чем еще ты хочешь поговорить?

– Вообще-то с каждой минутой мне все меньше хочется разговаривать. Ты сводишь меня с ума. Может, нам лучше подняться в спальню?

Нежность, светившаяся в его глазах, добавила Джейн уверенности. Очень соблазнительное предложение. Определенно это гораздо лучше, чем ссориться из-за ее денег или оставшейся в прошлом карьеры.

Грег прикоснулся губами к ее лбу.

– Только сначала я должен знать точно… Ты действительно счастлива здесь, Дженни? Домашнее хозяйство – жалкая замена головокружительного мира моды. Ты уверена, что готова сжечь все корабли?

– Абсолютно уверена. Я точно знаю, чего хочу, Грег. После почти двадцати лет, прожитых в том «головокружительном мире», я точно знаю, что пора о нем забыть. И даже если бы я сомневалась, Карвел все решил за меня.

– Каким образом?

– Уволив меня.

– Тебя уволили?!

Джейн кивнула.

– Как видишь, я не просто отдыхала от работы, когда мы встретились, я уже была свободна.

Грег расхохотался, чем немало удивил Джейн.

– Ну, я подозревал, что у тебя что-то не ладится, но и представить не мог, в чем дело. Господи, мне еще многое предстоит узнать.

– Большинство людей, вступающих в брак, знакомы гораздо лучше, чем мы.

– Значит, нам немедленно надо восполнить этот пробел. Я хочу знать о тебе все, Джейн. Все, о чем нам следовало поговорить давным-давно.

– Самое главное ты уже знаешь. Остальные пробелы мы можем заполнить позже. – Она кокетливо улыбнулась. – Мне послышалось что-то насчет спальни? Уж не знаю, почему, но я что-то не выспалась прошлой ночью и не прочь вздремнуть.

Мужчина, энергично терзающий дверной звонок, был Грегу незнаком. Затерявшееся вдали от главных магистралей ранчо обычно не привлекало туристов и коммивояжеров. Может, парень заблудился, а теперь еще проблемы с машиной?

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Надеюсь. Полдня мотаюсь по окрестностям, пытаясь найти вас. Я ищу Джейн Джаррет. Она здесь живет, не так ли?

Грег медленно кивнул.

– Да. Но она больше не Джейн Джаррет. Она теперь миссис Меррифилд.

Грег подчеркнул миссис, намереваясь сразу же расставить все точки над «i». Хотя мужчина, стоявший перед ним, вел себя непринужденно и дружелюбно, Грег явственно ощущал исходящую от него угрозу. Лысоватый, полноватый, в чуть ли не трещавшем по швам белом костюме, он казался бы вполне безобидным, если бы не явная самоуверенность человека, привыкшего манипулировать другими.

– Джейн дома нет, – объявил Грег, не собираясь объяснять, что Джейн, поехавшая к Джонсам за детьми, вернется в любую минуту.

– Если не возражаете, я подожду. – Мужчина протянул руку. – Рон Гоулд. Агент Джейн.

Грег неохотно пожал протянутую руку и пригласил Рона в дом.

– Отличное у вас местечко, – заметил Рон, оглядывая кабинет и прихлебывая кофе. – Конечно, нелегко представить себе Джей-Джей, простите, Джейн, на ранчо.

– Похоже, ей здесь нравится, – ощетинился Грег. Гость вел себя безупречно вежливо, но с раздражающей снисходительностью, словно разыгрывал сцену «визит городского кузена к деревенским родственникам».

– Возможно, она думает, что ей нравится, но наверняка не устоит перед соблазном. Я собираюсь умыкнуть ее на пару недель. – Рон вытащил из портфеля пачку документов. – Карвел хочет вернуть ее. Господи, как же он хочет ее вернуть!

– Фирма мизинца ее не стоит, – возразил Грег.

– Думаю, деньги, которые они предлагают, смоют любую обиду. – Рон произнес семизначную цифру, от которой волосы на голове Грега зашевелились. Черт побери! Да с такими деньгами Джейн может десять раз купить его со всеми потрохами. Черт, она может купить половину округа, если захочет.

Неудивительно, что она глазом не моргнув оплатила его долги. А тут еще проклятый агент поднимает ставки. Грег с удовольствием вышвырнул бы Рона Гоулда с ранчо и приказал не приближаться на пистолетный выстрел. Однако если Джейн узнает, что он скрыл от нее визит Гоулда, то станет презирать его. Не может же он держать ее взаперти… Как же быть? Потерять ее теперь…

Стук захлопнувшейся автомобильной дверцы привлек внимание Грега. Он настолько погрузился в свои мысли, что даже не слышал, как подъехала машина.

– Джейн! – объявил он Гоулду, и они вместе бросились встречать ее, чуть ли не отталкивая друг друга локтями.

– О, привет, Рон! – удивленно воскликнула Джейн, вынимая близнецов из машины. Она передала Шона Грегу и натянуто улыбнулась. – И чему мы обязаны такой честью?

– Я приехал за тобой, – радостно начал Рон. – Дорогая Джей-Джей, такие новости можно сообщать только лично. Карвел осознал, что совершил ужаснейшую ошибку. Твоя публика жаждет снова видеть тебя. Я привез контракт. Только подпиши, и через десять дней ты в Париже.

– Невозможно. – Джейн покачала головой. – Если ты не заметил, Рон, я теперь мама. Шон и Сара нуждаются во мне здесь, а не на другом конце света.

– Ну и что? Многие мамаши работают. Найми прислугу. Найми няню. Пусть он, – Рон возмущенно ткнул пальцем в сторону Грега, – понянчится с ними. Управлялся же он как-то до того, как заманил тебя в свою берлогу.

Джейн привыкла к манерам Рона, но временами он переходил все границы. Судя по вспыхнувшему лицу Грега, ее муж готов был отколотить его.

Все вместе они вошли в дом, и Джейн попросила Рона подождать, пока она уложит малышей. Когда она вернулась в кабинет, то с удивлением обнаружила, что Грега там нет.

– Твой муж просил извиниться, – заявил Рон таким тоном, словно, избавившись от Грега, заслужил похвалу.

– Не ехидничай, Рон. Он действительно мой муж. Я очень люблю Грега Меррифилда и каждую секунду, проведенную без него, считаю потерянным временем. Так что запихивай контракт обратно в портфель и прощайся со своими процентами. Я ничего не подпишу. Я покончила с прошлым. Моя жизнь здесь.

– Ха-ха. Уверен, это временно. Через год ты бросишься назад сломя голову.

– Я так не думаю.

Рон театрально вздохнул.

– О, моя дорогая Джей-Джей, твоя преданность этому… даже не знаю как назвать его, восхитительна. Тем не менее я готов забыть все, что ты сказала, и дать тебе время подумать, от чего ты отказываешься. Я позвоню тебе завтра и, уверен, услышу совершенно другой ответ.

– Не трудись. Ответ будет тем же самым.

– И все равно я позвоню.

Рон собрал свои бумаги, запихнул их в портфель и с уверенным видом покинул дом.

Грег стоял у кухонного окна, опершись о подоконник, и смотрел вслед удаляющемуся автомобилю. Он чувствовал себя так, словно получил удар в солнечное сплетение.

Отвернувшись от окна, он взял со стола кружку уже остывшего кофе. Вылив кофе в раковину, Грег отправился на поиски Джейн. Он нашел ее в детской, увидел, как она вынула из кроватки сначала Шона, потом Сару, прижала их к себе, снова уложила. Раньше Джейн никогда так не делала, боясь разбудить малышей. Что это? Последнее «прости»?

Грег спустился в прихожую, вышел на веранду, прислонился к столбу и стал ждать Джейн.

Джейн никак не могла расстаться с малышами. Она снова с пугающей ясностью поняла: если бы Карвел обратился со своим предложением раньше, ее жизнь могла вернуться в прежнюю колею, снова стать такой же пустой и бесцельной. Джейн прижимала к себе малышей и думала о муже. Как же он ей необходим!

Спускаясь с лестницы, она увидела Грега.

Его мрачное лицо застало ее врасплох. Ей уже казалось, что они стали понимать друг друга, что их ждет счастливое будущее. Видимо, визит Рона нарушил их взаимопонимание. Как же глубоко Грег заблуждается!

– Ну, уже включила Париж в свое расписание?

– Я думала, что мое место теперь здесь.

– До того, как на сцену ворвался твой агент. Его визит, вероятно, все изменил.

– Ничего не изменил. Ты же слышал, как я сказала Рону, что меня это не интересует. Неужели ты думал, что он меня переубедит?

– Он предложил кучу денег.

– Ну и что? Я зарабатывала кучу денег большую часть своей жизни. Ты решил, что несколько лишних долларов заставят меня покинуть ранчо?

– И деньги, и шанс вернуться на свое законное место.

– Ну подумай сам: ни то, ни другое не принесло мне счастья раньше и не принесет теперь. Все, что мне необходимо, находится здесь.

– Ты уверена? Деньги многим кружат головы. Даже таким богачам, как ты.

– Не понимаю, почему ты не хочешь мне верить. Я получила свою долю славы. Ты, Шон и Сара принесли мне счастье. Я люблю тебя, Грег. Почему ты меня прогоняешь?

– Прогоняю? – Грег горько усмехнулся. – Я с ума схожу, представляя, что ты собираешь вещи, что не хочешь упускать шанс утереть нос Карвелу и его компании. Как я могу состязаться с ними?

– Забудь о состязаниях. Ты победил, а Карвел проиграл. – Джейн улыбнулась и обвила руками его шею. – Так почему ты не хочешь забрать свой приз?

Грег опустился на ступеньки, увлекая Джейн за собой.

– Я не могу потерять тебя, Дженни. Я люблю тебя сильнее, чем это возможно.

Поцелуи подтвердили его слова. Через некоторое время он неохотно отпустил ее и поднялся.

– Не двигайся… Я сейчас вернусь. У меня есть для тебя подарок. – Грег бросился в кабинет и скоро вернулся с маленькой коробочкой в подарочной упаковке. – Я купил это еще до свадьбы, но все не подворачивался удобный случай. Я мечтал о настоящем медовом месяце, а потом свалились все эти неприятности и…

Джейн открыла коробочку и вынула золотое кольцо с четырьмя драгоценными камнями: двумя бриллиантами, изумрудом и сапфиром.

– Это традиция – носить кольца с камнями, соответствующими месяцу рождения детей. Шон и Сара родились в апреле, так что бриллианты – их камни. Изумруд – твой, а сапфир – мой.

Джейн надела кольцо и повертела рукой. Кольцо засверкало, словно разбрызгивая разноцветные искры.

– Я… я не могу найти слов. Оно прекрасно… восхитительно.

Грег улыбнулся.

– Тебе правда нравится?

– Я его обожаю.

Грег притянул Джейн к себе и получил в награду поцелуй, полный любви, которую она так боялась проявлять прежде.

– Ты поняла? Выбирая это кольцо, я пытался сказать, как люблю тебя. Я люблю тебя, Дженни.

– О, Грег! Я тоже люблю тебя. И очень хотела бы показать, как сильно. – Она снова поцеловала его.

– Отличное начало. Надеюсь, ты будешь доказывать мне свою любовь каждый день. – Грег еще раз поцеловал ее и улыбнулся. – Миссис Меррифилд, останетесь ли вы навсегда моей женой и матерью моих детей?

Это было очень похоже на предложение руки и сердца влюбленного мужчины, и Джейн ответила, не колеблясь:

– Навсегда.

Несколько часов спустя Грег лежал в ночном полумраке, не сводя глаз со спящей Джейн. Счастье переполняло его сердце. Глядя на нее, он понимал, что настоящую любовь можно встретить не один раз… если повезет. Ну, Меррифилд, похоже, ты настоящий счастливчик.

Грег склонился над спящей женой и осторожно поцеловал ее.

Примечание

[1] Модные салоны. – Здесь и далее прим. ред.

[2] Японское блюдо из сырой рыбы с приправами.

Content

Кейт Дэнтон
О будущем следует подумать сегодня

Аннотация

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Примечание