Михалков Сергей Владимирович

Лучшие стихи

Облака

Облака,

Облака —

Кучерявые бока,

Облака кудрявые,

Целые,

Дырявые,

Лёгкие,

Воздушные —

Ветерку послушные…

На полянке я лежу,

Из травы на вас гляжу.

Я лежу себе, мечтаю:

Почему я не летаю

Вроде этих облаков,

Я – писатель Михалков?!

Это было бы чудесно,

Чрезвычайно интересно,

Если б облако любое

Я увидел над собою

И – движением одним

Оказался рядом с ним!

Это вам не самолёт,

Что летает «до» и «от» —

От Москвы до Еревана

Рейсом двести двадцать пять…

Облака в любые страны

Через горы, океаны

Могут запросто летать:

Выше, ниже – как угодно!

Тёмной ночью – без огня!

Небо – всё для них свободно

И в любое время дня.

Скажем, облако решило

Посмотреть Владивосток

И – поплыло, и поплыло…

Дул бы в спину ветерок!..

Плохо только, что бывает

Вдруг такая ерунда:

В небе облако летает,

А потом возьмёт растает,

Не оставив и следа!

Я не верю чудесам,

Но такое видел сам!

Лично! Лёжа на спине.

Даже страшно стало мне!

А что у вас?

Кто на лавочке сидел,

Кто на улицу глядел,

Толя пел,

Борис молчал,

Николай ногой качал.

Дело было вечером,

Делать было нечего.

Галка села на заборе,

Кот забрался на чердак.

Тут сказал ребятам Боря

Просто так:

– А у меня в кармане гвоздь.

А у вас?

– А у нас сегодня гость.

А у вас?

– А у нас сегодня кошка

Родила вчера котят.

Котята выросли немножко,

А есть из блюдца не хотят.

– А у нас на кухне газ.

А у вас?

– А у нас водопровод.

Вот.

– А из нашего окна

Площадь Красная видна.

А из вашего окошка

Только улица немножко.

– Мы гуляли по Неглинной,

Заходили на бульвар,

Нам купили синий-синий,

Презелёный красный шар.

– А у нас огонь погас —

Это раз.

Грузовик привёз дрова —

Это два.

А в-четвёртых, наша мама

Отправляется в полёт,

Потому что наша мама

Называется пилот.

С лесенки ответил Вова:

– Мама – лётчик?

Что ж такого!

Вот у Коли, например,

Мама – милиционер.

А у Толи и у Веры

Обе мамы – инженеры.

А у Лёвы мама – повар.

Мама – лётчик?

Что ж такого!

– Всех важней, – сказала Ната,—

Мама вагоновожатый,

Потому что до Зацепы

Водит мама два прицепа.

И спросила Нина тихо:

– Разве плохо быть портнихой?

Кто трусы ребятам шьёт?

Ну конечно, не пилот.

Лётчик водит самолёты —

Это очень хорошо.

Повар делает компоты —

Это тоже хорошо.

Доктор лечит нас от кори,

Есть учительница в школе.

Мамы разные нужны.

Мамы всякие важны.

Дело было вечером,

Спорить было нечего.

Весёлые путешественники

Мы едем, едем, едем

В далёкие края,

Хорошие соседи,

Счастливые друзья.

Нам весело живётся,

Мы песенку поём,

И в песенке поётся

О том, как мы живём.

Красота! Красота!

Мы везём с собой кота,

Чижика, собаку,

Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая —

Вот компания какая!

Когда живётся дружно,

Что может лучше быть!

И ссориться не нужно,

И можно всех любить.

Ты в дальнюю дорогу

Бери с собой друзей:

Они тебе помогут,

И с ними веселей.

Красота! Красота!

Мы везём с собой кота,

Чижика, собаку,

Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая —

Вот компания какая!

Мы ехали, мы пели

И с песенкой смешной

Все вместе, как сумели,

Приехали домой.

Нам солнышко светило,

Нас ветер обвевал;

В пути не скучно было,

И каждый напевал:

– Красота! Красота!

Мы везём с собой кота,

Чижика, собаку,

Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая —

Вот компания какая!

Мы с приятелем

Мы с приятелем вдвоём

Замечательно живём!

Мы такие с ним друзья —

Куда он, туда и я!

Мы имеем по карманам:

Две резинки,

Два крючка,

Две больших стеклянных пробки,

Двух жуков в одной коробке,

Два тяжёлых пятачка.

Мы живём в одной квартире,

Все соседи знают нас.

Только мне звонить – четыре,

А ему —

двенадцать раз.

И живут в квартире с нами

Два ужа

И два ежа,

Целый день поют над нами

Два приятеля-чижа.

И про наших двух ужей,

Двух ежей

И двух чижей

Знают в нашем новом доме

Все двенадцать этажей.

Мы с приятелем вдвоём

Просыпаемся, встаём,

Открываем настежь двери,

В школу с книжками бежим…

И гуляют наши звери

По квартирам по чужим.

Забираются ужи

К инженерам в чертежи.

Управдом в постель ложится

И встаёт с неё дрожа:

На подушке не лежится —

Под подушкой два ежа!

Раньше всех чижи встают

И до вечера поют.

Дворник радио включает —

Птицы слушать не дают!

Тащат в шапках инженеры

К управдому

Двух ужей,

А навстречу инженерам

Управдом несёт ежей.

Пишет жалобу сосед:

«Никому покою нет!

Зоопарк отсюда близко.

Предлагаю: всех зверей

Сдать юннатам под расписку

По возможности скорей».

Мы вернулись из кино —

Дома пусто и темно.

Зажигаются огни.

Мы ложимся спать одни.

Ёж колючий,

Уж ползучий,

Чиж певучий —

Где они?

Мы с приятелем вдвоём

Просыпаемся,

Встаём,

По дороге к зоопарку

Не смеёмся, не поём.

Неужели зоосад

Не вернёт зверей назад?

Мы проходим мимо клеток,

Мимо строгих сторожей.

Сто чижей слетают с веток,

Выбегают сто ежей.

Только разве отличишь,

Где какой летает чиж!

Только разве разберёшь,

Где какой свернулся ёж!

Сто ужей на двух ребят

Подозрительно шипят,

Сто чижей кругом поют,

Сто чижей зерно клюют.

Наши птицы, наши звери

Нас уже не узнают.

Солнце село. Поздний час.

Сторожа выводят нас.

– Не пора ли нам домой? —

Говорит приятель мой.

Мы такие с ним друзья —

Куда он, туда и я!

Бумажный змей

Я взял бумагу, щепки, клей,

Весь день сидел, потел,

Бумажный змей – воздушный змей

Я смастерить хотел.

Я делал всё по чертежам,

Заглядывал в журнал,

И я работал только сам —

Я помощи не знал.

Так появился змей на свет

Из дома моего.

Мой друг сказал: – Такого нет

Нигде! Ни у кого!

Лиловый нос, багровый рот,

Из ниток борода,

И всё же вовсе не урод,

А просто хоть куда!

Мы змея вынесли на луг.

В то утро ветер был,

И здесь он вырвался из рук

И над землёю взмыл.

Своим трепещущим хвостом

Он распугал ворон,

Он, видно, чувствовал при том,

Что на свободе он.

Змей был над нами высоко,

А мы вдвоём – под ним,

Но удивительно легко

Мы управляли им.

Он так и рвался в облака,

Чтоб скрыться в облаках,

Но мы-то знали: нить крепка

И змей у нас в руках!

Пятерня

Две руки у меня,

И на каждой – пятерня!

Пятерня! Пятерня!

Выручаешь ты меня:

С ней не надо расставаться —

Пятерня всегда со мной!

Если надо причесаться —

Причешусь я пятернёй!

– Но, пожалуй, мой дружок,

Всё же лучше гребешок!

Пятерня! Пятерня!

Выручаешь ты меня:

Если надо мне сморкаться,

Я сморкаюсь пятернёй.

С ней не надо расставаться —

Пятерня всегда со мной!

– Но не лучше ли, дружочек,

Если всё-таки в платочек?

Пятерня! Пятерня!

Выручаешь ты меня:

Если надо будет драться —

Буду драться пятернёй,

С ней не надо расставаться —

Пятерня всегда со мной!

– Ну, а если, милый друг,

И тебя ударят вдруг?

Сколько пальцев на руке,

Столько их и в кулаке!

Пятерня! Пятерня!

Для чего ж ты у меня?

– Для того, чтобы не драться,

А лопату в руки брать,

Чтобы в пальцы не сморкаться,

А здороваться, прощаться

И с друзьями в мяч играть!

Ёлка

Ёлку вырублю в лесу,

Ёлку в школу принесу!

Всю в сосульках ледяных,

В крепких шишках смоляных,

Со смолою на стволе,

Со снежинкой на смоле.

Если встречу я в лесу

Настоящую лису,

Я на ёлку покажу

И в лесу лисе скажу:

– Ты, лиса, меня не трогай,

Ты беги своей дорогой,

Не задерживай, прошу:

Я Новый год встречать спешу.

Мне навстречу выйдут волки,

Скажут: «Стой-ка, паренёк!

На опушке вместо ёлки

Почему торчит пенёк?»

Дятел клювом простучит:

«Почему пенёк торчит?»

На деревья снег ложится,

Всё в сугробах, всё в снегу.

И от зверя и от птицы

Я на лыжах убегу.

Я принёс из лесу ёлку —

Наглядеться не могу!

От подставки до макушки —

Сто четырнадцать огней,

На ветвях висят хлопушки,

И звезда горит на ней!

Разноцветные флажки,

Золотые петушки,

А под ёлкой – Дед Мороз,

Ватный снег его занёс.

Приходите к нам, друзья!

Эту ёлку выбрал я.

Белые стихи

Снег кружится,

Снег ложится —

Снег! Снег! Снег!

Рады снегу зверь и птица,

И, конечно, человек!

Рады серые синички:

На морозе мёрзнут птички,

Выпал снег – упал мороз!

Кошка снегом моет нос.

У щенка на чёрной спинке

Тают белые снежинки.

Тротуары замело,

Всё вокруг белым-бело:

Снего-снего-снегопад!

Хватит дела для лопат,

Для лопат и для скребков,

Для больших грузовиков.

Снег кружится,

Снег ложится —

Снег! Снег! Снег!

Рады снегу зверь и птица,

И, конечно, человек!

Только дворник, только дворник

Говорит: – Я этот вторник

Не забуду никогда!

Снегопад для нас – беда!

Целый день скребок скребёт,

Целый день метла метёт.

Сто потов с меня сошло,

А кругом опять бело!

Снег! Снег! Снег!

Круглый год

Зима приходит ненароком,

По всем статьям беря своё.

Она должна уж быть по срокам,

А вот, поди ж ты, – нет её!

И вдруг однажды спозаранку

Взглянул в оконное стекло

И видишь «скатерть-самобранку» —

Везде вокруг белым-бело…

Весна приходит постепенно:

В полях неслышно тает снег,

Побег из ледяного плена

Готовят тайно воды рек.

Уж по ночам не те морозы,

И вот уже летит скворец

В свой домик на стволе

берёзы…

Пришла Весна. Зиме конец!

А за Весной приходит Лето,

За Летом Осень в свой черёд,

И вновь Зима. И снова где-то

Весна торопится в поход.

Лифт и карандаш

В новом лифте ехал Саша

На тринадцатый этаж.

Вместе с ним на том же лифте

Ехал синий Карандаш.

Поднимается кабина

На тринадцатый этаж,

А на стенке той кабины

Что-то пишет Карандаш.

Пообедал дома Саша,

Вызвал лифт – спускаться вниз.

Лифт в пути остановился

И над шахтою повис.

Мальчик Саша в новом лифте

Оказался взаперти —

Лифт стоит, и он не хочет

Дальше мальчика везти.

Нажимал на кнопки Саша,

«Помогите-е!» – голосил,

Проходящих мимо лифта

Вызвать мастера просил.

Наконец лифтёр явился

(Он обедать уходил),

Из кабины, как из плена,

Сашу он освободил.

Но теперь, как только Саша

В лифт пытается войти,

Тот ни вверх, ни вниз не хочет

Одного его везти.

К сожаленью, есть немало

Всяких Шуриков и Саш,

У которых не по делу

Пишет синий Карандаш!

Финтифлюшкин

У папы Финтифлюшкина,

У мамы Финтифлюшкиной,

У сына Финтифлюшкиных

(Ему девятый год!) —

Не драма, не комедия,

А личная трагедия:

Семейную фамилию

Малыш не признаёт.

Конечно, Финтифлюшкины —

Совсем не то, что Пушкины…

Но всё же Финтифлюшкины —

Рабочий русский род:

Он был прославлен предками —

Кондитерами редкими,

Их плюшками, ватрушками

И чудо-финтифлюшками,

Что сами лезут в рот.

Но Феде Финтифлюшкину

Нет дела до того,

Поскольку друг за дружкою

Все дети «Финтифлюшкою»

Теперь зовут его.

Как жить с такой фамилией

И как её терпеть?

Вот хорошо бы личную,

Совсем, совсем обычную,

Серьёзную, приличную

Фамилию иметь!

Бывают же фамилии

Без разных глупых слов.

Ну, скажем, просто Сидоров!

А лучше – Иванов!

Но так уже положено,

Что там, где есть семья,

Там папина фамилия

И мамина фамилия —

Семейная фамилия,

А стало быть, твоя!

И Феде Финтифлюшкину

Я свой совет даю:

Носи, малыш, с достоинством

Фамилию свою!

А если ты научишься

Работать и мечтать,

Великим Финтифлюшкиным

Ты в жизни можешь стать!

Моя неделя

Мне сказали в ПОНЕДЕЛЬНИК,

Что я лодырь и бездельник.

Я схватил во ВТОРНИК «двойку»,

Перенёс головомойку.

И мячом футбольным в СРЕДУ

Залепил в окно соседу.

Весь ЧЕТВЕРГ его боялся —

Всё ходил и извинялся.

Хуже ПЯТНИЦЫ не видел —

Так себя я ненавидел.

Выходной для всех СУББОТА,

Для таких, как я, работа.

От ученья нет спасенья!

Слава богу! ВОСКРЕСЕНЬЕ!

Фома

В одном переулке

Стояли дома.

В одном из домов

Жил упрямый Фома.

Ни дома, ни в школе,

Нигде никому —

Не верил

Упрямый Фома

Ничему.

На улицах слякоть,

И дождик,

И град.

– Наденьте галоши,—

Ему говорят.

– Неправда,—

Не верит Фома,—

Это ложь…—

И прямо по лужам

Идёт без галош.

Мороз.

Надевают ребята коньки.

Прохожие подняли воротники.

Фоме говорят:

– Наступила зима.—

В трусах

На прогулку выходит Фома.

Идёт в зоопарке

С экскурсией он.

– Смотрите, – ему говорят,—

Это слон.—

И снова не верит Фома:

– Это ложь.

Совсем этот слон

На слона не похож.

Однажды

Приснился упрямому сон,

Как будто

Шагает по Африке он.

С небес

Африканское солнце печёт,

Река, под названием Конго,

Течёт.

Подходит к реке

Пионерский отряд.

Ребята Фоме

У реки говорят:

– Купаться нельзя:

Аллигаторов тьма.

– Неправда! —

Друзьям отвечает

Фома.

Трусы и рубашка

Лежат на песке.

Упрямец плывёт

По опасной реке.

Близка

Аллигатора хищная пасть.

– Спасайся, несчастный,

Ты можешь пропасть!

Но слышен

Ребятам

Знакомый ответ:

– Прошу не учить,

Мне одиннадцать лет!

Уже крокодил

У Фомы за спиной.

Уже крокодил

Поперхнулся Фомой:

Из пасти у зверя

Торчит голова.

До берега

Ветер доносит слова:

– Непра…

Я не ве…

Аллигатор вздохнул

И, сытый,

В зелёную воду нырнул.

Трусы и рубашка

Лежат на песке.

Никто не плывёт

По опасной реке.

Проснулся Фома,

Ничего не поймёт…

Трусы и рубашку

Со стула берёт.

Фома удивлён,

Фома возмущён:

– Неправда, товарищи,

Это не сон!

Ребята,

Найдите такого Фому

И эти стихи

Прочитайте ему.

Про мимозу

Это кто накрыт в кровати

Одеялами на вате?

Кто лежит на трёх подушках

Перед столиком с едой

И, одевшись еле-еле,

Не убрав своей постели,

Осторожно моет щёки

Кипячёною водой?

Это, верно, дряхлый дед

Ста четырнадцати лет?

Нет.

Кто, набив пирожным рот,

Говорит: – А где компот?

Дайте то,

Подайте это,

Сделайте наоборот!

Это, верно, инвалид

Говорит?

Нет.

Кто же это?

Почему

Тащат валенки ему,

Меховые рукавицы,

Чтобы мог он руки греть,

Чтоб не мог он простудиться

И от гриппа умереть,

Если солнце светит с неба,

Если снег полгода не был?

Может, он на полюс едет,

Где во льдах живут медведи?

Нет.

Хорошенько посмотрите —

Это просто мальчик Витя,

Мамин Витя,

Папин Витя

Из квартиры номер шесть.

Это он лежит в кровати

С одеялами на вате,

Кроме плюшек и пирожных,

Ничего не хочет есть.

Почему?

А потому,

Что только он глаза откроет,

Ставят градусник ему,

Обувают,

Одевают

И всегда, в любом часу,

Что попросит – то несут.

Если утром сладок сон —

Целый день в кровати он.

Если в тучах небосклон —

Целый день в галошах он.

Почему?

А потому,

Что всё прощается ему,

И живёт он в новом доме,

Не готовый ни к чему.

Ни к тому, чтоб стать пилотом,

Быть отважным моряком,

Чтоб лежать за пулемётом,

Управлять грузовиком.

Он растёт, боясь мороза,

У папы с мамой на виду,

Как растение мимоза

В ботаническом саду.

Мой щенок

Я сегодня сбилась с ног —

У меня пропал щенок.

Два часа его звала,

Два часа его ждала,

За уроки не садилась

И обедать не могла.

В это утро

Очень рано

Соскочил щенок с дивана,

Стал по комнатам ходить,

Прыгать,

Лаять,

Всех будить.

Он увидел одеяло —

Покрываться нечем стало.

Он в кладовку заглянул —

С мёдом жбан перевернул.

Он порвал стихи у папы,

На пол с лестницы упал.

В клей залез передней лапой,

Еле вылез

И пропал…

Может быть, его украли,

На верёвке увели,

Новым именем назвали,

Дом стеречь

Заставили?

Может, он в лесу дремучем

Под кустом сидит колючим,

Заблудился,

Ищет дом,

Мокнет, бедный, под дождём?

Я не знала, что мне делать.

Мать сказала:

– Подождём.

Два часа я горевала,

Книжек в руки не брала,

Ничего не рисовала,

Всё сидела и ждала.

Вдруг

Какой-то страшный зверь

Открывает лапой дверь,

Прыгает через порог…

Кто же это?

Мой щенок.

Что случилось,

Если сразу

Не узнала я щенка?

Нос распух, не видно глаза,

Перекошена щека,

И, впиваясь как игла,

На хвосте жужжит пчела.

Мать сказала: – Дверь закрой!

К нам летит пчелиный рой.

Весь укутанный,

В постели

Мой щенок лежит пластом

И виляет еле-еле

Забинтованным хвостом.

Я не бегаю к врачу —

Я сама его лечу.

О тех, кто лает

На свете множество собак

И на цепи и просто так:

Собак служебных – пограничных,

Дворовых «шариков» обычных,

И молодых пугливых шавок,

Что тявкать любят из-под лавок,

И тех изнеженных болонок,

Чей нос курнос, а голос тонок,

И ни на что уже не годных —

Бродячих псов, всегда голодных.

В любой момент готовы к драке

Псы – драчуны и забияки.

Псы – гордецы и недотроги

Спокойно дремлют на пороге.

А сладкоежки=лизоблюды

Всё лижут из любой посуды.

Среди собак любой породы

Есть и красавцы и уроды,

Есть великаны, это – доги!

Коротконогие бульдоги

И жесткошёрстные терьеры.

Одни – черны, другие – серы,

А на иных смотреть обидно —

Так заросли, что глаз не видно!

Известны всем собачьи свойства:

И ум, и чуткость, и геройство,

Любовь, и верность, и коварство,

И отвратительное барство,

И с полуслова послушанье,

И это всё – от воспитанья!

Ленива сытая хозяйка,

И такса Кнопочка – лентяйка!

Бесстрашен пограничник-воин,

И пёс Руслан его достоин!

Хозяин пса – кулак и скряга,

Под стать ему Репей-дворняга.

Не зря собака тех кусает,

Кто камень зря в неё бросает.

Но если кто с собакой дружит,

Тому собака верно служит.

А верный пёс – хороший друг —

Зависит от хороших рук!

Мои стихи для пионеров,

А не для такс и фокстерьеров.

Мир

Женя празднует рожденье —

Юбиляру восемь лет!

Подарили гости Жене

Пушку, танк и пистолет.

И, совсем как настоящий,

Как бывает у солдат,—

Чёрный, новенький, блестящий,

С круглым диском автомат.

Гости кушали ватрушки,

Женя в комнате играл —

Он военные игрушки

По частичкам разбирал.

– Что же ты наделал, Женя?!

Всё сломал? Какой кошмар!..

– У меня разоруженье! —

Громко крикнул юбиляр.

Про девочку, которая плохо кушала

Юля плохо кушает,

Никого не слушает.

– Съешь яичко, Юлечка!

– Не хочу, мамулечка!

– Съешь с колбаской бутерброд! —

Прикрывает Юля рот.

– Супик?

– Нет…

– Котлетку?

– Нет…—

Стынет Юлечкин обед.

– Что с тобою, Юлечка?

– Ничего, мамулечка!

– Сделай, внученька, глоточек,

Проглоти еще кусочек!

Пожалей нас, Юлечка!

– Не могу, бабулечка! —

Мама с бабушкой в слезах —

Тает Юля на глазах!

Появился детский врач

Глеб Сергеевич Пугач,

Смотрит строго и сердито:

– Нет у Юли аппетита?

Только вижу, что она,

Безусловно, не больна!

А тебе скажу, девица:

Все едят —

И зверь и птица,

От зайчат и до котят

Все на свете есть хотят.

С хрустом Конь жуёт овёс.

Кость грызёт дворовый Пёс.

Воробьи зерно клюют,

Там, где только достают,

Утром завтракает Слон —

Обожает фрукты он.

Бурый Мишка лижет мёд.

В норке ужинает Крот.

Обезьянка ест банан.

Ищет жёлуди Кабан.

Ловит мошку ловкий Стриж.

Сыр швейцарский

Любит Мышь…—

Попрощался с Юлей врач

Глеб Сергеевич Пугач.

И сказала громко Юля:

– Накорми меня, мамуля!

Тридцать шесть и пять

У меня опять:

Тридцать шесть и пять!

Озабоченно и хмуро

Я на градусник смотрю:

Где моя температура?

Почему я не горю?

Почему я не больной?

Я здоровый! Что со мной?

У меня опять:

Тридцать шесть и пять!

Живот потрогал – не болит!

Чихаю – не чихается!

И кашля нет! И общий вид

Такой, как полагается!

И завтра ровно к девяти

Придётся в школу мне идти

И до обеда там сидеть —

Читать, писать и даже петь!

И у доски стоять, молчать,

Не зная, что же отвечать…

У меня опять:

Тридцать шесть и пять!

Я быстро градусник беру

И меж ладоней долго тру,

Я на него дышу, дышу

И про себя прошу, прошу:

«Родная, миленькая ртуть!

Ну, поднимись ещё чуть-чуть!

Ну, поднимись хоть не совсем —

Остановись на «тридцать семь»!»

Прекрасно! Тридцать семь и два!

Уже кружится голова!

Пылают щеки (от стыда!)…

– Ты нездоров, мой мальчик?

– Да…

Я опять лежу в постели —

Не велели мне вставать.

А у меня на самом деле —

Тридцать шесть и пять!

Как у нашей любы

Как у нашей Любы

Разболелись зубы:

Слабые, непрочные —

Детские, молочные…

Целый день бедняжка стонет,

Прочь своих подружек гонит:

– Мне сегодня не до вас! —

Мама девочку жалеет,

Полосканье в чашке греет,

Не спускает с дочки глаз.

Папа Любочку жалеет,

Из бумаги куклу клеит —

Чем бы доченьку занять,

Чтобы боль зубную снять!

Тут же бабушка хлопочет,

Дать совет полезный хочет —

Как лечили в старину.

Только дедушка спокоен —

Он бывалый, старый воин,

Не одну прошёл войну.

Заглянул он внучке в рот:

– Всё до свадьбы заживёт!

Грипп

У меня печальный вид —

Голова моя болит,

Я чихаю, я охрип.

Что такое?

Это – грипп!

Не румяный гриб в лесу,

А поганый грипп в носу!

В пять минут меня раздели,

Стали все вокруг жалеть.

Я лежу в своей постели —

Мне положено болеть.

Поднялась температура.

Я лежу и не ропщу —

Пью солёную микстуру,

Кислой горло полощу.

Ставят мне на грудь горчичник,

Говорят: «Терпи, отличник!»

После банок на боках

Кожа в синих пятаках.

Кот Антошка прыг с окошка

На кровать одним прыжком.

– Хочешь, я тебе, Антошка,

Нос засыплю порошком?

Кот Антошка выгнул спину

И мурлычет мне в ответ:

«Прибегать к пенициллину?

Мне? Коту? С таких=то лет?!»

Я коту не возражаю —

Бесполезно возражать,

Я лежу, соображаю,

Сколько мне ещё лежать?

День лежу, второй лежу,

Третий – в школу не хожу.

И друзей не подпускают —

Говорят, что заражу!..

Эх, подняться бы сейчас

И войти в четвёртый класс:

«Зоя Павловна, ответьте,

Что тут нового у вас?

Зоя Павловна, ответьте!..»

Зоя Павловна молчит…

Я на Марс лечу в ракете…

На меня медведь рычит…

– Как дела, неугомонный?

Как здоровье? Спишь, больной? —

Это – лечащий, районный

Врач склонился надо мной.

Прививка

– На прививку! Первый класс!

– Вы слыхали? Это нас!..

Я прививки не боюсь:

Если надо – уколюсь!

Ну, подумаешь, укол!

Укололи и – пошёл…

Это только трус боится

На укол идти к врачу.

Лично я при виде шприца

Улыбаюсь и шучу.

Я вхожу одним из первых

В медицинский кабинет.

У меня стальные нервы

Или вовсе нервов нет!

Если только кто бы знал бы,

Что билеты на футбол

Я охотно променял бы

На добавочный укол!..

– На прививку! Первый класс!

– Вы слыхали? Это нас!..

Почему я встал у стенки?

У меня… дрожат коленки…

Прогулка

Мы приехали на речку

Воскресенье провести,

А свободного местечка

Возле речки не найти!

Тут сидят и там сидят:

Загорают и едят,

Отдыхают, как хотят,

Сотни взрослых и ребят.

Мы по бережку прошли

И поляночку нашли.

Но на солнечной полянке

Тут и там – пустые банки

И, как будто нам назло,

Даже битое стекло!

Мы по бережку прошли,

Место новое нашли.

Но и здесь до нас сидели;

Жгли костёр, бумагу жгли —

Тоже пили, тоже ели,

Насорили и ушли!

Мы прошли, конечно, мимо…

– Эй, ребята! – крикнул Дима.—

Вот местечко хоть куда!

Родниковая вода!

Чудный вид!

Прекрасный пляж!

Распаковывай багаж!

Мы купались,

Загорали,

Жгли костёр,

В футбол играли —

Веселились, как могли!

Пили квас,

Консервы ели,

Хоровые песни пели…

Отдохнули – и ушли!

И остались на полянке

У потухшего костра:

Две разбитых нами склянки,

Две размокшие баранки —

Словом, мусора гора!

Мы приехали на речку

Понедельник провести,

Только чистого местечка

Возле речки не найти!

Недотёпа

«Талантливые дети

Надежды подают:

Участвуют в концертах —

Танцуют и поют.

А детские рисунки

На тему «Мир и труд»

Печатают в журналах,

На выставки берут.

У многих есть возможность

Объездить целый мир —

Проводят в разных странах

Где – конкурс, где – турнир.

Лисичкина Наташа

Имеет пять наград,

А Гарик, твой приятель,—

Уже лауреат!

И только недотёпам

К успеху путь закрыт…»

Моя родная мама

Мне это говорит.

Но я не возражаю,

А, губы сжав, молчу,

И я на эту тему

С ней спорить не хочу.

Пускай другие дети

Надежды подают:

Картиночки рисуют,

Танцуют и поют,

На скрипочках играют,

Снимаются в кино —

Что одному даётся,

Другому не дано!

Я знаю, кем я буду

И кем я стать могу:

Когда-нибудь из дома

Уеду я в тайгу.

И с теми, с кем сегодня

Я во дворе дружу,

Железную дорогу

В тайге я проложу.

По рельсам к океану

Помчатся поезда,

И мама будет сыном

Довольна и горда.

Она меня сегодня

Стыдила сгоряча —

Строитель тоже важен

Не меньше скрипача.

Велосипедист

На двух колёсах

Я качу,

Двумя педалями

Верчу,

За руль держусь,

Гляжу вперёд —

Я знаю,

Скоро поворот.

Мне предсказал

Дорожный знак:

Шоссе

Спускается в овраг.

Качусь

На холостом ходу,

У пешеходов

На виду.

Лечу я

На своем коне,

Насос и клей

Всегда при мне.

Случится

С камерой беда —

Я починю её

Всегда!

Сверну с дороги,

Посижу,

Где надо —

Латки положу,

Чтоб даже крепче,

Чем была,

Под шину

Камера легла.

И я опять

Вперёд качу,

Опять

Педалями верчу

И снова

Уменьшаю ход —

Опять

Налево поворот!

Несбывшиеся мечты

Когда мне было восемь лет,

Мечтал я лишь о том,

Чтоб небольшой велосипед

Ко мне вкатился в дом.

Я утром, вечером и днём

Катался бы на нём.

Обидно было мне до слёз,

Когда я слышал: – Нет!

С тобой, малыш, и без колёс

Не оберёшься бед.

О санках я зимой мечтал

И видел их во сне.

А наяву я твёрдо знал:

Их не подарят мне.

– Успеешь голову сломать!—

Мне всякий раз твердила мать.

Хотелось вырастить щенка,

Но дали мне совет,

Чтоб не валял я дурака

В свои двенадцать лет,

Поменьше о щенках мечтал,

А лучше – что-нибудь читал.

Я редко слышал слово: «Да!» —

А возражать не смел,

И мне дарили все всегда

Не то, что я хотел:

То – шарф, то – новое пальто,

То – «Музыкальное лото»,

То – Михалкова, то – Барто,

Но это было всё не то —

Не то, что я хотел!

Как жаль, что взрослые подчас

Совсем не понимают нас.

А детство, сами говорят,

Бывает только раз!

Лапуся

Я не знаю, как мне быть —

Начал старшим я грубить.

Скажет папа:

– Дверь открыта!

Притвори её, герой! —

Я ему в ответ сердито

Отвечаю: – Сам закрой!

За обедом скажет мама:

– Хлеб, лапуся, передай! —

Я в ответ шепчу упрямо:

– Не могу. Сама подай!

Очень бабушку люблю,

Всё равно – и ей грублю.

Очень деда обожаю,

Но и деду возражаю…

Я не знаю, как мне быть —

Начал старшим я грубить.

А они ко мне: – Голубчик,

Ешь скорее! Стынет супчик!..

А они ко мне: – Сыночек,

Положить ещё кусочек?

А они ко мне: – Внучок,

Ляг, лапуся, на бочок!..

Я такое обращенье

Ненавижу, не терплю,

Я киплю от возмущенья

И поэтому грублю.

Я не знаю, как мне быть —

Начал старшим я грубить.

До того я распустился,

Что грублю я всем вокруг.

Говорят, от рук отбился.

От каких, скажите, рук?!

Подушечка

Ах ты, моя душечка,

Белая подушечка!

На тебя щекой ложусь,

За тебя рукой держусь…

Если жить с тобою дружно,

И в кино ходить не нужно:

Лёг, заснул – смотри кино!

Ведь покажут всё равно.

Без экрана, без билета

Я смотрю и то и это…

Например, вчера во сне

Что показывали мне?

Всех родных оставив дома,

Я поднялся с космодрома

И, послав привет Земле,

Улетел на корабле.

Я вокруг Земли вращался —

Сделал множество витков —

И при этом назывался

Почему-то Терешков.

Я крутился, я крутился,

А потом я «приземлился»

От кровати в двух шагах

И с подушечкой в руках…

Ах ты, моя душечка,

Белая подушечка!

Сашина каша

Живёт на свете Саша.

Во рту у Саши каша —

Не рисовая каша,

Не гречневая каша,

Не манка,

Не овсянка

На сладком молоке.

С утра во рту у Саши

Слова простые наши —

Слова простые наши

На русском языке.

Но то, что можно внятно

Сказать для всех понятно,

Красиво,

чисто,

ясно,—

Как люди говорят, —

Наш Саша так корёжит,

Что сам понять не может:

Произнесёт словечко —

И сам тому не рад!

Он скажет:

«До свидания!»

А слышится:

«До здания!»

Он спросит:

«Где галоши?»

А слышно:

«Это лошадь?»

Когда он вслух читает,

Поймёшь едва-едва:

И буквы он глотает,

И целые слова.

Он так спешит с налёта

Прочесть,

спросить,

сказать,

Как будто тонет кто-то,

А он бежит спасать…

Он может, но не хочет

За речью последить.

Нам нужен переводчик

Его переводить.

Не спать

Я ненавижу слово «спать»!

Я ёжусь каждый раз,

Когда я слышу: «Марш в кровать!

Уже десятый час!»

Нет, я не спорю и не злюсь —

Я чай на кухне пью.

Я никуда не тороплюсь.

Когда напьюсь – тогда напьюсь!

Напившись, я встаю

И, засыпая на ходу,

Лицо и руки мыть иду…

Но вот доносится опять

Настойчивый приказ:

«А ну, сейчас же марш в кровать!

Одиннадцатый час!»

Нет, я не спорю, не сержусь —

Я не спеша на стул сажусь

И начинаю кое-как

С одной ноги снимать башмак.

Я, как герой, борюсь со сном,

Чтоб время протянуть,

Мечтая только об одном:

Подольше не заснуть!

Я раздеваюсь полчаса,

И где=то в полусне

Я слышу чьи-то голоса,

Что спорят обо мне.

Сквозь спор знакомых голосов

Мне ясно слышен бой часов,

И папа маме говорит:

«Смотри, смотри! Он сидя спит!»

Я ненавижу слово «спать»!

Я ёжусь каждый раз,

Когда я слышу: «Марш в кровать!

Уже десятый час!»

Как хорошо иметь права

Ложиться спать хоть в час! Хоть в два!

В четыре! Или в пять!

А иногда, а иногда

(И в этом, право, нет вреда!)

Всю ночь совсем не спать!

Автографы

Две подружки – Варя с Верой —

Это коллекционеры.

У подружек в двух альбомах

Сто фамилий, всем знакомых,—

Не коллекция, а клад!

Знаменитые артисты,

Футболисты, хоккеисты

И поэт-лауреат!

Как автограф получить,

Варю с Верой не учить!

Тех, кто марки собирает,

Тех подружки презирают.

Собиратели значков —

Дурачки из дурачков.

У подружек наших страсть:

На глаза тому попасть,

Кто сегодня знаменит,

Чья фамилия звенит!

На глаза сперва попасть,

А потом уже напасть:

– Очень просим, не спешите!

Распишитесь! Подпишите!

Кто-то девочкам в саду

Дал автограф на ходу,

И теперь уж не прочесть

И не вспомнить, кто он есть.

Кто=то шариковой ручкой

Через весь альбомный лист

Вывел подпись с закорючкой…

Шахматист или артист?..

Подписей собрали сто,

А спросите: «Кто есть КТО?»,

Наши коллекционеры —

Две подружки – Варя с Верой —

Не ответят ни за что!

Бедный костя

Если вдруг приходят гости

В дом, на праздничный пирог,

Папа с мамой просят Костю:

– Спой, пожалуйста, сынок!

Начинает Костя мяться,

Дуться, хныкать и сопеть,

И нетрудно догадаться:

Мальчуган не хочет петь!

– Пой! – настаивает мама.—

Только стой на стуле прямо!

Папа шепчет: – Константин,

Спой куплетик! Хоть один!

От досады и от злости

Всё кипит в груди у Кости,

Он кряхтя на стул встаёт,

С отвращением поёт.

А поёт он, как ни странно,

Серенаду Дон-Жуана,

Что запомнилась ему

Неизвестно почему.

Гости хлопают в ладоши:

– Ах, певец какой хороший!

Кто=то просит: – Ты, малыш,

Лучше спой «Шумел камыш…»!

За столом смеются гости,

И никто не скажет: «Бросьте!

Перестаньте приставать!

Малышу пора в кровать!»

Хорошие товарищи

Мальчик Миша мается —

Миша заикается.

Как другие – чисто, ясно,—

Он не может говорить.

И просить его напрасно

То, что скажет, повторить.

Нелегко ему даются

Все слова на букву «К»,

Но ребята не смеются —

Дружба классная крепка:

– Ты, Мишутка, не теряйся!

Ты с других пример бери!

Молча с духом собирайся

И смелее говори!

Миша выговорит слово,

А другого не видать…

Но товарищи готовы,

Если нужно, подождать!

Зяблик

Хотел иметь я птичку

И денег накопил,

И вот на птичьем рынке

Я зяблика купил.

Сидел мой зяблик в клетке

И зёрнышки клевал

И, как в лесу на ветке,

Всё пел и распевал.

Ребята заходили

На зяблика смотреть,

И каждому хотелось

Такого же иметь.

Я с зябликом возился,

Хоть было много дел.

А через две недели

Певец мне надоел.

Однажды я за город

Уехал на три дня,

И он на это время

Остался без меня.

Когда же из деревни

Вернулся я домой,

Лежал в пустой кормушке

Голодный зяблик мой.

Я спас его от смерти —

Я выходил его

И выпустил на волю

Живое существо.

Хотят ко дню рожденья

Мне подарить щенка,

Но я сказал: «Не надо!

Я не готов пока!»

Всадник

Я приехал на Кавказ,

Сел на лошадь в первый раз.

Люди вышли на крылечко,

Люди смотрят из окна —

Я схватился за уздечку,

Ноги сунул в стремена.

– Отойдите от коня

И не бойтесь за меня!

Мне навстречу гонят стадо.

Овцы блеют, бык мычит.

– Уступать дорогу надо! —

Пастушонок мне кричит.

Уши врозь, дугою ноги,

Лошадь стала на дороге.

Я тяну ее направо —

Лошадь пятится в канаву.

Я галопом не хочу,

Но приходится —

Скачу.

А она раскована,

На ней скакать рискованно.

Доскакали до ворот,

Встали задом наперёд.

– Он же ездить не умеет! —

Удивляется народ.—

Лошадь сбросит седока,

Хвастуна и чудака.

– Отойдите от коня

И не бойтесь за меня!

По дороге в тучах пыли

Мне навстречу две арбы.

Лошадь в пене,

Лошадь в мыле,

Лошадь встала на дыбы.

Мне с арбы кричат: – Чудак,

Ты слетишь в канаву так!

Я в канаву не хочу,

Но приходится – лечу.

Не схватился я за гриву,

А схватился за крапиву.

– Отойдите от меня,

Я не сяду больше на эту лошадь!

Чистописание

Писать красиво нелегко:

«Да-ёт ко-ро-ва мо-ло-ко».

За буквой буква, к слогу слог.

Ну хоть бы кто=нибудь помог!

Сначала «да», потом уж «ёт».

Уже написано «даёт»,

Уже написано «даёт»,

Но тут перо бумагу рвёт.

Опять испорчена тетрадь —

Страничку надо вырывать!

Страничка вырвана, и вот:

«Ко-ро-ва мо-ло-ко да-ёт».

«Корова молоко даёт»,

А нужно все наоборот:

«Даёт корова молоко»!

Вздохнём сначала глубоко,

Вздохнём, строку перечеркнём

И дело заново начнём.

«Да-ёт ко-ро-ва мо-ло-ко».

Перо цепляется за «ко»,

И клякса чёрная, как жук,

С конца пера сползает вдруг.

Одной секунды не прошло,

Как скрылись «ко» и «мо», и «ло».

Ещё одну страничку вон!

А за окном со всех сторон

И стук мяча, и лай щенка,

И звон какого=то звонка.

А я сижу, в тетрадь гляжу —

За буквой букву вывожу:

«Да-ёт ко-ро-ва мо-ло-ко»…

Да! Стать учёным нелегко!

Рисунок

Я карандаш с бумагой взял,

Нарисовал дорогу,

На ней быка нарисовал,

А рядом с ним корову.

Направо дождь, налево сад,

В саду пятнадцать точек,

Как будто яблоки висят

И дождик их не мочит.

Я сделал розовым быка,

Оранжевой – дорогу,

Потом над ними облака

Подрисовал немного.

И эти тучи я потом

Проткнул стрелой. Так надо,

Чтоб на рисунке вышел гром

И молния над садом.

Я чёрным точки зачеркнул,

И означало это,

Как будто ветер вдруг подул —

И яблок больше нету.

Ещё я дождик удлинил —

Он сразу в сад ворвался,

Но не хватило мне чернил,

А карандаш сломался.

И я поставил стул на стол,

Залез как можно выше

И там рисунок приколол,

Хотя он плохо вышел.

Находка

Я выбежал на улицу,

По мостовой пошёл,

Свернул налево за угол

И кошелек нашёл.

Четыре отделения

В тяжёлом кошельке.

И в каждом отделении

Пятак на пятаке.

И вдруг по той же улице,

По той же мостовой

Идёт навстречу девочка

С поникшей головой.

И грустно смотрит под ноги,

Как будто по пути

Ей нужно что-то важное

На улице найти.

Не знает эта девочка,

Что у меня в руке

Её богатство медное

В тяжёлом кошельке.

Но тут беда случается,

И я стою дрожа:

Не нахожу в кармане я

Любимого ножа.

Четыре острых лезвия

Работы не простой,

Да маленькие ножницы,

Да штопор завитой.

И вдруг я вижу: девочка

Идёт по мостовой,

Мой ножик держит девочка

И спрашивает: – Твой?

Я нож беру уверенно,

Кладу в карман его.

Проходит мимо девочка,

Не знает ничего.

И грустно смотрит под ноги,

Как будто по пути

Ей нужно что-то важное

На улице найти.

Не знает эта девочка,

Что у меня в руке

Её богатство медное

В тяжёлом кошельке.

Я бросился за девочкой,

И я догнал её,

И я спросил у девочки:

– Твоё? Скажи, твоё?

– Моё, – сказала девочка.—

Я шла, разиня рот.

Отдай! Я так и думала,

Что кто-нибудь найдёт.

Светлана

Ты не спишь,

Подушка смята,

Одеяло на весу…

Носит ветер запах мяты,

Звёзды падают в росу.

На берёзах спят синицы,

А во ржи перепела…

Почему тебе не спится?

Ты же сонная легла!

Ты же выросла большая,

Не боишься темноты…

Может, звёзды спать мешают?

Может, вынести цветы?

Под кустом лежит зайчиха,

Спать и мы с тобой должны.

Друг за дружкой

Тихо-тихо

По квартирам ходят сны.

Где-то плещут океаны,

Спят медузы на волне.

В зоопарке пеликаны

Видят Африку во сне.

Черепаха рядом дремлет,

Слон стоит, закрыв глаза.

Снятся им родные земли

И над землями гроза.

Ветры к югу повернули,

В переулках – ни души,

Сонно на реке Амуре

Шевельнулись камыши,

Тонкие качнулись травы,

Лес как вкопанный стоит…

У далёкой

У заставы

Часовой в лесу не спит.

Он стоит —

Над ним зарницы,

Он глядит на облака:

Над его ружьём границу

Переходят облака.

На зверей они похожи,

Только их нельзя поймать…

Спи. Тебя не потревожат.

Ты спокойно можешь спать.

Я тебя будить не стану:

Ты до утренней зари

В тёмной комнате,

Светлана,

Сны весёлые смотри.

От больших дорог усталый,

Тёплый ветер лёг в степи.

Накрывайся одеялом,

Спи…

Сила воли

Я откровенно признаюсь,

Что в темноте я спать боюсь.

Мне так и хочется вскочить

И поскорее свет включить,

Когда вокруг меня темно

И занавешено окно.

Я чувства этого боюсь,

Но силой воли с ним борюсь —

Я говорю себе: «Лежи!

Глаза закрытыми держи!»

И я лежу, лежу, лежу,

Глаза закрытыми держу

И засыпаю наконец.

Ну, разве я не молодец!

А можно было бы начать

С того, чтоб свет не выключать

И, чтобы не было темно,

Не занавешивать окно.

И до утра при свете спать…

Но так же можно трусом стать!

Content

Михалков Сергей Владимирович
Лучшие стихи

Облака

А что у вас?

Весёлые путешественники

Мы с приятелем

Бумажный змей

Пятерня

Ёлка

Белые стихи

Круглый год

Лифт и карандаш

Финтифлюшкин

Моя неделя

Фома

Про мимозу

Мой щенок

О тех, кто лает

Мир

Про девочку, которая плохо кушала

Тридцать шесть и пять

Как у нашей любы

Грипп

Прививка

Прогулка

Недотёпа

Велосипедист

Несбывшиеся мечты

Лапуся

Подушечка

Сашина каша

Не спать

Автографы

Бедный костя

Хорошие товарищи

Зяблик

Всадник

Чистописание

Рисунок

Находка

Светлана

Сила воли