Терентьев Дмитрий

Тринадцатый Клан

Дмитрий Терентьев

Тринадцатый Клан

...

Его Высокопреосвященству

Архиепископу Клементу

К делу № 14997

Строжайше секретно

Сии походные записи были обнаружены в «Запечатанных пещерах» Диавольских гор, известных Вашему Высокопреосвященству по делу, к коему данное приложение и относится. Доподлинно установлено, что рука, начертавшая нижеследующие строки, принадлежит брату Гюнтеру, инквизитору-страннику, благословленному на расследование сего беспокоящего дела и наделенному Вашим Высокопреосвященством особыми полномочиями.

Причины, кои побудили брата Гюнтера записывать свои наблюдения и суждения вопреки протоколу, очевидно, останутся нераскрытыми. Но, позволю себе смиренно домыслить, что стоит за сим лишь надобность некорыстная. Ибо известно негласно, что инквизиторы-странники, по причине частых угроз разуму, ведут такие записи, дабы, даже если впадут они в беспамятство, другие братья смогли продолжить следование предупрежденными.

Комментарий смиренно составлен

братом Михаилом.

День первый

Если этот дым из трубы меня не обманывает, то я наконец-то прибыл на место. Успел перед самой бурей – хороший знак. Интересно, что Церковь хочет от этих безлюдных и заснеженных земель? Кажется, эта заброшенная заимка, где меня должен встретить «человек», стоит на месте старого тракта. Дальше должен быть перевал, которым уже лет сто никто не пользовался, и земли гномов, вероятно, столь же обитаемые на той стороне гор, как и на этой…

Не могу отделаться от мысли, что дело это, вплоть от самого получения задания, какое-то уж слишком странное… даже для инквизиции. Если ситуация настолько сложная, что требуется участие инквизитора моего уровня, то почему всего один человек осуществляет поддержку операции? И кто он? Чем вызван такой скудный инструктаж в Ордене? Опасаются внутренних врагов? Или, если дело столь пустяковое, то почему не послали охотника на ведьм? Неужели я перешел дорогу кому-то ТАМ? Дерзкая версия, с моей стороны, но такие мысли, пожалуй, объясняют эту непонятную ссылку…

…Хм, нет, дело определенно непростое. Мой «человек» так старается выдавать себя за простолюдина, что явно им не является. Говорит-то правильно, и по движениям я бы ничего не заподозрил, но вот глаза… как раз глаза-то у простолюдина так не двигаются. Впрочем, в Серой Гильдии этим тонкостям пока не учат. А вот скрывать страх эти глаза умеют очень хорошо – я едва не поверил, что это всего лишь тот привычный и уже почти не замечаемый мной страх, который люди испытывают, находясь в обществе инквизитора…

Ладно, пожалуй, потерплю этот маскарад до утра – если дело непростое, то лучше отдохнуть с дороги, прежде чем заводить серьезные разговоры. Тем более, этот Гардхарус довольно неплохо готовит, что в такую стужу, пожалуй, даже лучше иного камина – зачем же обижать столь гостеприимного хозяина, указывая на то, что его профессиональное искусство пока уступает его поварским талантам… Ха-ха! Впрочем, нельзя не отметить, что такой поварской талант вполне может входить и в его профессиональный арсенал – столь тонко, не вызывая подозрительного, для любого инквизитора, притупления бдительности, меня мог задобрить только очень искусный мастер своего дела. Интересно, он уже понял, что я его раскусил?
День второй
Итак, мы действительно имеем дело с Серой Гильдией. Что ж, такое непопулярное, даже во внутренних кругах, сотрудничество, вполне объясняет столь малую вовлеченность людей в эту операцию.

Как я понял со слов Гардхаруса, его люди раскопали в здешних пещерах вход в какой-то подземный комплекс гномов. И в этом не было бы ничего необычного, если бы не отсутствие каких-либо исторических притязаний со стороны самих гномов на этот комплекс и если бы не совершенно уникальное начертание рун, которое поставило в тупик даже его – далеко не начинающего археолога. Впрочем, это определение, которое Гардхарус дал себе сам, еще предстоит проверить.
От моих осторожных попыток разузнать, кто был первоначальным заказчиком раскопок, и почему Серая Гильдия, в конечном итоге, решила обратиться к Церкви, он не менее осторожно и искусно уклонился, намекая на то, что мои старшие братья обладают всеми возможными деталями. И раз они не поставили меня в известность, то кто он такой, чтобы противиться воле инквизиции… Однако этот Гардхарус не так прост, как кажется даже на второй взгляд.
Когда я разглядывал листок с переписанными «странными рунами», Гардхарус с таким пристальным безразличием смотрел на меня, что из некоторого подобия уважения, которое я, кажется, уже испытываю к этому человеку, мне пришлось сказать, что да, возможно, я и видел эти руны раньше. От меня не ускользнуло то, что рука писавшего эти руны изрядно дрожала, но я пока приберегу это наблюдение. Кажется, Гардхаруса это даже немного успокоило. Он все еще знает больше, чем говорит…

Хотел бы и я больше понимать во всем этом. Все, что нам известно про тринадцатый клан, – это жалкие пара страниц в одном из строжайше охраняемых апокрифов. Попробую разговорить Гардхаруса после обеда – все равно из-за разыгравшегося бурана сегодня мы уже вряд ли отправимся к пещерам…

* * *

У этого Гардхаруса удивительная способность часами говорить ни о чем и уходить от самых интересных тем, не вызывая при этом даже раздражения. Есть чему поучиться.

К счастью, воспитание инквизитора позволяет деликатно лишать секретов даже таких людей… в чем, безусловно, заслуга наших наставников и учителей.

* * *

Итак, группа Гардхаруса состояла из шести проверенных, дисциплинированных и хорошо знающих друг друга людей, включая и его самого. Исследование только что открытого комплекса проводилось со всеми возможными предосторожностями, и Гардхарус, по его словам, был абсолютно уверен в том, что каждый член команды осознает недопустимость несерьезного отношения к вопросам безопасности. Тем не менее первый человек исчез уже через двое суток их работы в комплексе. И это притом, что каждый член команды должен был находиться в поле зрения хотя бы двух других компаньонов. Опуская ненужные подробности, Гардхарус считает, что его люди, по всей вероятности, уже мертвы. Таким образом, моя задача упрощается до поиска и ликвидации причины происшедшего.

Любопытен эффект, которым сопровождались исчезновения: никто из наблюдавших, как ни старался, не мог вспомнить момент, когда исчезнувший человек пропадал из поля зрения. Сам Гардхарус сравнивает это ощущение с моментом засыпания, который как ни лови и не вспоминай, все равно упустишь.

Никаких, даже малейших, следов борьбы на месте исчезнувших людей ни в одном из случаев найти не удалось. На мой вопрос о возможном присутствии в комплексе животных или других подземных обитателей Гардхарус также ответил отрицательно. Та часть сооружения, которую он и его люди успели исследовать, была совершенно чиста и находилась практически в идеальном состоянии. По его словам, даже светящиеся грибы и лишайники были в специально отведенных для этого неизвестным архитектором нишах и панно и совершенно не разрослись, что необычно, учитывая вероятный возраст этого комплекса.

На мои попытки услышать от Гардхаруса его мнение насчет возможного назначения столь огромного сооружения, он снова ушел от разговора – видимо опасаясь даже намеком выдать, что же они там искали. Люди порой так переоценивают свои секреты…

День третий

Бушевавшая всю ночь вьюга, кажется, стихла, но Гардхарус говорит, что в этих местах затишье не длится долго. До пещер два часа пути, и мы как раз можем успеть попасть в окно, которое подарила нам здешняя суровая погода. Славно, а то я уже начал чувствовать, что привыкаю к этому уюту.

* * *

Надо отдать должное погодному чутью Гардхаруса – мы действительно успели проскользнуть в это окно. Стоило нам ступить под своды пещеры, как небо тут же начало темнеть. Хм, второй раз за этот поход успеваю проскользнуть у бури между лап. У меня хорошее предчувствие: если все так пойдет и дальше, то уже через день-два можно будет с чистой совестью возвращаться в обитель. Снега и студеный ветер – это все же не мое.

* * *

А они весьма неплохо здесь обустроились. В этой пещере, которую группа Гардхаруса превратила в некое подобие перевалочной базы, пожалуй, можно переждать не одну бурю. Начинаю проникаться некоторым уважением к Серой Гильдии… Но, безусловно, не стоит забывать, что их методы и цели далеко не всегда угодны Всевышнему.

Гардхарус говорит, что вход в комплекс находится в нескольких сотнях шагов в глубь пещеры. Что-то очень уж он демонстрирует уверенность в себе, и, кажется, речь его стала чуть быстрее, чем обычно, появилась даже какая-то невнятность. Нервничает? Сейчас он возится с какими-то инструментами, которые в большом количестве остались тут от его предыдущей экспедиции, но у меня такое ощущение, что он просто очень не хочет возвращаться в этот комплекс.

Я так и не добился от Гардхаруса подробного и правдоподобного рассказа о том, как же так случилось, что из всей группы ему единственному удалось выбраться. Этот его тщательно скрываемый страх, похоже, отнимает столько духовных сил, что он совершенно утратил способность смотреть на некоторые вопросы профессионально. Думаю, если сейчас я попрошу его остаться и прикрывать меня здесь, то облегчение, которое он должен будет испытать от того, что ему не придется быть моим проводником, разговорит его лучше дыбы… Да, пожалуй, брать его с собой – действительно, не лучшая идея. В конце концов, для того чтобы противостоять мороку, мне не нужна компания, а не тренированный в таком деле напарник будет только отвлекать внимание… Следи за ним там – то ли пропадет, то ли нападет…

* * *

Из-за вновь разыгравшейся бури снаружи темно, как ночью, хотя, по моим ощущениям, не прошло и половины дня. Думаю, не будет особого вреда, если я отправлюсь прямо сейчас, а переночую уже внутри. Гардхарус во всех деталях описал, как мне добраться до того места в комплексе, где работала его группа. Именно там пропал первый человек, и именно оттуда я собираюсь начать расследование.

* * *

Действительно, любопытное место – это подземное сооружение совершенно не похоже на то, что я когда-либо видел у гномов. В отличие от их грубоватых построек и столь же неряшливой отделки пещер, архитектура и отделка этого места просто пронизаны порядком. Впрочем, первое ощущение, которое испытываешь, ступая под эти своды, – это не столько даже «порядок», сколько «чуждость». Хотя изобилие руники, пусть и несколько иной, нежели у современных гномов, не оставляет сомнений об авторстве. Я не ошибся тогда: со всей очевидностью, это действительно объект тринадцатого клана.

Весьма интересна их задумка с освещением. Мне доводилось видеть, как в других кланах разводят светящиеся грибы для этих целей, но здесь места для столь необычных осветителей предусмотрены самой архитектурой. Еще более любопытны панно из светящихся лишайников, о которых упоминал Гардхарус. Эти странные картины идут вдоль всего коридора и его ответвлений. Если затушить факел, то у человека с воображением может создаться впечатление, будто шествуешь по галерее одержимого бесами художника, мне же это напоминает подводные переходы с окнами из кварцита, что я видел в руинах мерфолков. Впрочем, долго терпеть этот синий свет невозможно – начинают появляться головокружение, легкая тошнота и желание поскорей покинуть это место. Особенно неприятен он, если смотреть на светящиеся картины не прямым взглядом, а искоса, что неизбежно происходит, если двигаться по коридору ровным шагом.

Любопытно, что хочет найти Церковь в руинах этого забытого клана? Впрочем, не стоит отвлекаться на посторонние мысли – раз Всевышнему угодно, чтобы я очистил это место, дабы те, кому уготована такая роль, смогли продолжить здесь работу, то так оно и будет.

* * *

Прибыл на место, где работала группа Гардхаруса. Указания, которые он дал в пещере, были довольно точны, и весь путь не занял и часа. Впрочем, заблудиться здесь сложно – этот комплекс, несмотря на его очевидно огромные размеры, имеет очень четкую и легко воспринимаемую структуру.

Я тщательно осмотрел обозначенное Гардхарусом рабочее место первой жертвы и подтверждал отсутствие признаков борьбы. Такое ощущение, что работавший здесь человек просто отложил свои инструменты и решил ненадолго отлучиться. Хм, и в этом просторном зале совершенно не за что спрятаться: не представляю, как можно было незаметно выпасть здесь из поля зрения. Да, без морока все эти исчезновения, определенно, не обошлись.

До наступления ночи, по моим расчетам, осталась пара часов, и я планирую устроить ночевку в этом импровизированном археологическом лагере. Из зала ведут шесть коридоров – четыре боковых и два главных, расположенных друг напротив друга. Один из главных коридоров ведет к выходу – через него я сюда и попал, а другой, вероятно, ведет к центру комплекса – туда я планирую совершить небольшую вечернюю прогулку перед завтрашним марш-броском. Есть у меня такая версия, что все пропавшие найдутся именно в центре комплекса… или на пути к нему. Там, в пещере, Гардхарус поделился со мной предположением, что все это сооружение представляет собой соединенные коридорами концентрические окружности и, возможно, располагается на нескольких ярусах. Самое простое, что приходит на ум из его описания, – это нечто вроде колес от телеги, сложенных одно над другим, где спицей колеса как раз и является главный коридор.

* * *

Час пути, и пока никаких отличий от того коридора, по которому я пришел в «зал археологов»: те же светящиеся грибы, те же картины из лишайников, те же боковые ответвления, которые, вероятно, ведут или на другие ярусы, или соединяются с такими же главными коридорами. Ничего нового. Подозреваю, что этот поход будет скорее долгим и нудным, чем трудным. Пора возвращаться в лагерь.

* * *

Хм, а вот это уже интересно. Где-то на половине обратного пути у меня выгорел факел, и сейчас я вынужден идти при свете грибов и этих панно из лишайников. Я уже упоминал о несколько неприятном эффекте, который сопровождает созерцание этих «картин», особенно если двигаться вдоль них по коридору в полной темноте. Но, оказывается, что если идти вдоль этой галереи в обратном направлении, то эффект будет несравнимо сильнее. Мне даже пришлось остановиться на отдых, так как, кажется, я уже начал терять чувство времени… М-да-а, любопытные картины, но почему-то мне совершенно не хочется разгадывать их тайну… Попробую передвигаться с закрытыми глазами. Коридор прямой – надеюсь, не заплутаю…

* * *

Это будет несколько сложнее, чем я думал, – даже с закрытыми глазами этот синий свет лишайников не дает покоя. Кажется, будто он… цепляется за кожу своим липким сиянием… Что за невыразимое отвращение!

* * *

Наконец-то вернулся в «зал археологов». По сравнению с этим сумасшедшим коридором – почти родное место. Не знаю, сколько времени прошло, но разум подсказывает, что я не должен был блуждать слишком долго. Скорее всего, сейчас только начало ночи. Эта прогулка меня так измотала, что создалось ощущение, будто я уходил отсюда не два часа назад, а как минимум, сутки.

День четвертый

Забавные сны тут снятся. Этот морок несколько раз за ночь пытался устроить мне «ложное пробуждение». Должно быть для людей Гардхаруса, которых никто не учил отличать миры морока от яви, такие сны были настоящим кошмаром. Впрочем, по сравнению с действием этих светящихся картин, местные кошмары выглядят лишь неказистыми чудищами, нарисованными детской рукой.

Перед тем как мы вчера расстались, Гардхарус говорил о том, что если двигаться по главному коридору быстрым шагом, то путь к центру комплекса не должен занять больше двух суток – он как-то вычислил это по кривизне боковых коридоров. Но меня больше беспокоит обратная дорога – определенно, без запаса факелов в коридоры лучше не соваться. Впрочем, думаю, в этом лагере найдется что-нибудь подходящее. Не могли же археологи работать при столь слабом «естественном» освещении. Кажется, вчера я даже видел где-то здесь масляную лампу. Ловлю себя на мысли, что мне не хочется даже думать об этих «картинах», не то, что идти туда… Если бы не вспомнил ту сосредоточенную возню Гардхаруса с его инструментами, то почти наверняка точно так же начал бы сейчас возиться с поиском факелов. М-да, забавно.

* * *

Решил пока поберечь факелы – хочу быть уверенным, что мне хватит на обратную дорогу. Несмотря на неприятный эффект от света лишайников, полную силу которого я испытал вчера, возвращаясь в «зал археологов», при движении в сторону центра он, пожалуй, вполне терпим и где-то даже подгоняет.

* * *

Почти десять часов легкого бега, и я вышел на еще один зал, идентичный тому, где работал Гардхарус со своими людьми. Следов пропавших не обнаружено. Пожалуй, не буду останавливаться для сна, пока не изведу этот морок. Не хочу излишне затягивать свое пребывание в этом месте. К тому же вряд ли поиск и уничтожение источника займет так много времени, что моему разуму понадобится столь серьезный отдых, – я вполне способен не терять концентрации в течение трех суток.

Хм, любопытно… Кажется, ко всему прочему, я начинаю испытывать некое подобие азарта. Это неестественно для меня. Очевидно, чем ближе к центру я подбираюсь, тем возбужденней становлюсь.

Да, только что проверил: пульс учащен. Пожалуй, здесь нужно быть более бдительным… Такие симптомы для обычного морока… гм, необычны.

* * *

Еще три часа бега – все такой же коридор.

Замечаю, как азарт и возбуждение начинают плавно сменяться чувством тревоги. Сердце здесь бьется еще сильнее, чем прежде. Определенно, это не от усталости. Думаю, что по мере приближения к источнику, чем или кем бы он ни был, тревога будет перерастать в страх, а ближе к эпицентру – в ужас. Это уже больше похоже на действие морока, хотя меня по-прежнему смущает та начальная стадия с возбуждением.

* * *

Два часа бега – тот же коридор. Ничего нового.

Изменения в состоянии. Как я и ожидал, тревога начинает перерастать в страх. Чувства обострены, тело начинает лихорадить, как перед лицом смертельной опасности. В отличие от естественного страха, эти симптомы пока не затрагивают разум. Впрочем, обычный человек, не имеющий подготовки инквизитора, уже потерял бы эту грань…

Полагаю, что это даже не морок, а так называемый «низкий звук». Если эта версия верна, то для человека, не знающего нужные мантры, двигаться дальше смертельно опасно. А вот мне это бы облегчило задачу. Попробую проверить…

* * *

Пятнадцать минут ходьбы. Мантры не дают эффекта – это морок, хотя и весьма странный. С каждой тысячей шагов каждый орган тела работает все лихорадочней. Не только страх, но и все другие чувства обострены, кажется, до предела. Обостряется и восприятие «картин». Они просто гонят вперед на этот уже почти ощутимый ужас. Физически невозможно оборачиваться и смотреть назад, через эту галерею, по которой шел, – отвращение неимоверное, но, в отличие от страха, это отвращение почему-то кажется более естественным, знакомым, «понятным». Впрочем, сознанием я не могу этого объяснить – действие светящихся картин на разум мне понятно не более чем действие этого странного морока на тело. Могу только предположить, что у них, вероятно, разная природа.

* * *…

Еще десять минут ходьбы. Нашел первое тело. Старик. Ран и других следов насильственной смерти нет. Вероятно, не выдержало сердце. Удивительно, как он вообще смог пройти такое расстояние в таком почтенном возрасте. И не стыдно было Гардхарусу брать с собой старика в столь сложную экспедицию…

* * *

Пять минут ходьбы. Еще два тела, на расстоянии двух сотен шагов друг от друга. Оба старики. Следов насильственной смерти нет. Вообще-то, это немного странно – из разговора мне почему-то показалось, что в группе Гардхаруса все же не было такого количества стариков. Но их экипировка определенно указывает на принадлежность к археологам Серой Гильдии. Чертовщина какая-то. Это была не первая экспедиция?

Что любопытно, все три тела лежали так, как будто двигались в обратную от центра сторону, но ни при ком из них не было ни факелов, ни масляных ламп. Эти «картины», что, только на меня так сильно действуют? Впрочем, возможно, тот из пропавших, кто шел последним, просто забрал у них эти факелы. Да, пожалуй, это разумное объяснение. Хм, кажется, мороку на секунду удалось сбить меня со здравого мышления…

* * *

Еще пять минут, еще одно тело. Опять старик. Следов насильственной смерти нет. Судя, по положению тела, шел от центра к выходу. Более выраженные, чем у предыдущих трупов, следы тления заставляют меня еще раз задуматься о том, что эта экспедиция не была первой. Все сложнее чувствовать время, и что-то не то с этими стариками…

Хочу повнимательней осмотреть тело… Хотя, на самом деле, просто ищу повод остановиться – этот морок силен. Да, и галерея этих отвратительных картин позади ощущается уже затылком… Очень странно, но смотреть вперед я по-прежнему в состоянии. Чувствую, что если так будет продолжаться и дальше, то скоро придется зажигать первый факел.

* * *

Нашел последнее тело. Очень надеялся увидеть нечто иное, но и этот оказался стариком. Почти истлел. Факелов или лампы при нем тоже не обнаружилось. Сомнений нет – это группа Гардхаруса. И все они умерли от старости. От очень быстрой и преждевременной старости…

Не могу понять, зачем они шли туда на этот страх? Или, если их гнали «картины», но в какой-то момент страх пересилил, то, как они смогли повернуть и идти обратно, не имея нормального света? Если я здесь даже спиной под броней чувствую это отвратительное сияние… Его действие индивидуально? Тогда почему на меня, тренированного инквизитора, он действует так остро?

Хм, не помню, в какой момент я начал воспринимать всю галерею этих светящихся пятен единым образом, но так, пожалуй, действительно будет точнее, чем воспринимать каждое панно отдельно…

Еле сдерживаю свое тело, чтобы не броситься в панике обратно, навстречу этому отвращению… И это, пожалуй, единственное, что заставляет меня не зажигать факел, – я здесь выполняю волю Всевышнего, и эту работу нужно доделать! Каким бы сильным ни был морок – я сильнее! Пора двигаться. Думаю, уже скоро…

* * *

Какой удивительный баланс… С одной стороны дышит разрывающий сердце ужас, а с другой – выворачивающее наизнанку отвращение, вызывающее теперь еще и непонятный гнев, желание разрушить это уродливое нагромождение камней, чтобы просто увидеть, почувствовать, вдохнуть небо… Можно было бы даже сказать, что я нашел некую «точку комфорта», дальше которой двигаться в ту или иную сторону просто невозможно. Этакая паутина из иллюзий. Впрочем, нет ничего проще – нужно только зажечь факел, и путь назад открыт. Будь это моя идея, я бы обязательно ею воспользовался…

Пока я размышлял об этих постаревших трупах, мне пришла в голову одна интересная мысль. Думаю, у местного страха гораздо более глубокая природа, чем мне казалось ранее. Возможно, что это даже и не страх совсем… То, что находится в центре комплекса, очевидно, ускоряет некоторые процессы и, возможно, даже само время! А страх – это всего лишь попытка сознания дать определение новому незнакомому чувству, которое, как и страх, сопровождается ускорением работы всего организма. Это объясняет и смерть людей Гардхаруса, и то, что последние два тела, которые я нашел, истлели больше других. Отчасти это объясняет и то, почему я все еще жив и даже не начал стареть. Как инквизитор, я несу в себе порядок более высокого уровня, а воздействие времени, как известно, наиболее разрушительно в первую очередь для наименее упорядоченных структур. Грешник, чья душа полна хаоса, не прошел бы здесь и половину пути.

Ну да, пофилософствовали, и будет – кажется, я уже вижу выход. По моим расчетам, центр всего этого безумия будет как раз за той рунной аркой.

* * *

Я почти подошел к выходу. Отсюда хорошо видно, что зал, в который выходит мой коридор, невероятно огромен. Каждый шаг дается с неимоверным трудом. В голове шумит так, будто на нее разом решили обрушиться тысячи водопадов. Надеюсь, если сознание отключится, то тело не подведет, и десятилетия тренировок направят мою руку так же твердо, как это сделал бы я сам. Всевышний Отец, дай мне сил!

* * *

Не понимаю, что случилось… Неужели я сорвался и убежал? Сколько же я был без сознания? И где я сейчас? Кажется, это один из тех боковых коридоров…

Факелы и лампа пропали. А значит, теперь у меня только один путь. И судя по тому, что тело по-прежнему испытывает это подобие ужаса, я где-то недалеко от центра, и работа все еще не выполнена. Нужно остановиться и попытаться вспомнить, что произошло… Так, главное – не отключаться…

День пятый?

Я все-таки отключился. Тело плохо слушается. Что это? Усталость? Откуда она? Сколько же я блуждал без сознания? Кажется, я снова в главном коридоре. Не знаю, тот ли это коридор, через который я шел, или один из соседних… Освободи.

* * *

Уже несколько раз ловил себя на мысли, что бездумно бреду куда-то. Серьезный у меня противник. Давно таких не было… Освободи.

Если так будет продолжаться и дальше, то я просто умру от истощения. Это под небом я легко смог бы прожить без еды и воды месяц, а то и два. Но здесь… Здесь я не чувствую дыхания звезд. За таким толстым камнем, я знаю, даже дети рождаются либо мертвыми, либо уродцами – взгляд Всевышнего не проникает на такую глубину и душа не может найти предназначенное ей тело… Нужно убираться отсюда, пока этот морок не извел меня. Я был не готов к такому… Освободи!

* * *

Как же мне обмануть эти картины? Как заставить себя преодолеть это отвращение? Нужно собраться с силами. Нужно попытаться понять… Освободи! Да, понять! Если я пойму природу этого страха или природу этого отвращения, то путь откроется. Куда бы он ни вел, но это будет путь! Чтобы освободить тело, нужно сначала выпутать свой разум. Освободи!

* * *

Как будто два продавца зазывают сразу в оба уха… Освободи! В голове только их слова и нет места для собственных мыслей… Освободи! И не разобрать, чего они хотят, и невозможно уйти… Освободи! Хотят ли они одного и того же? Освободи! Или у каждого из них свой товар и свой язык? Освободи!

Тело слушается все хуже. Освободи! Пишу эти строки, и не покидает ощущение, будто кто-то очень большой заглядывает в мою тетрадь из-за левого плеча… Освободи! Подсматривает… Освободи! И пишет что-то в ней своей длинной темной рукой. Освободи! Но нет, это всего лишь моя левая рука. Освободи! Правда, я ее совсем не чувствую… Освободи! В глазах все плывет, как только пытаюсь понять, что она делает… Освободи! Нужно бежать отсюда и не думать об этих картинах. Освободи! Закрыться от них. Освободи! Я смогу, ведь это всего лишь замкнутое и темное пространство. Освободи! Я сам сотни раз видел, как слабые личностью и душой еретики используют этот прием в своих сектах, чтобы стирать все ценности из души человека. Освободи! Чтобы сделать разум слишком слабым, дабы он принял любое лживое учение без малейшего сопротивления. Освободи! Тьма открывает лишь пустоту, а наполняет ее лишь свет… Освободи! Но свет, как и ангел, – лишь носитель, и не всякий свет – есть добро, как и не всякому ангелу чужда зависть… Освободи! Нужно просто понять это там, глубоко в душе, и путь к спасению откроется… Освободи! Нужно просто бежать… Освободи! Молитва поможет мне… Освободи!

* * *

Нет! Я больше не могу смотреть на эти картины! Что за чудовищный разум додумался устроить здесь галереи из этих отвратительных мерцающих пятен? Как будто знал, что рано или поздно тот, кто придет сюда, будет вынужден тянуться к нему, такому уродливому, тошнотворному, но единственному здесь свету. Но я больше не могу позволить этой липкой гнили просачиваться в мою душу! Как глуп я был, когда считал тогда, в другой жизни, что это отвращение мне ближе и понятнее! Их нельзя понять! Их нельзя принять! Все мое существо противится этому! Или, быть может, этот странный морок, который выдает себя за страх, так обостряет мое восприятие?

Но нет, здесь он слабее, я пробежал столько, что, в сравнении с тем, что было Там, почти не чувствую, как он давит мне на плечи… Однажды обострившись, это чувство теперь не может угаснуть, ибо таково и есть мое к ним отношение. Я все еще помню, что когда-то я наступал на горло самому сильному ужасу, но никогда не шел по пути отвращения. Другие – да, но это был их выбор. Зачем я пытаюсь быть здесь тем, кем не являюсь? Зачем пытаюсь бежать от себя? Зачем пытаюсь уподобиться им, живым мертвецам, стареющим под тяжестью собственных грехов? Обратный путь в этот мир отвращения для меня закрыт, я знаю… И есть лишь одно место, где нет этого гнилого света. Но и туда я боюсь возвращаться…

* * *

Теперь я вспомнил, что увидел там, в сердце этой тюрьмы, выстроенной богами. Да, теперь я понимаю, что это за место. Тогда, шесть тысячелетий назад Всевышний позволил оказаться в заточении не только Бетрезену… И теперь я знаю, что искала Церковь. Теперь я понимаю, почему смог выбраться Гардхарус и почему я не смогу. Теперь я понимаю его страх. И понимаю, как смешон страх перед инквизицией, за который я поначалу принял то, что было в его глазах, по сравнению с тем, что он испытал здесь. Ибо здесь он, действительно, нашел себя, свое неискаженное отражение, свой Истинный СУД.

Теперь у меня есть ответы на все те пустые вопросы, которые когда-то я считал важными… Остался последний, самый главный вопрос. Но на этот вопрос, кроме меня самого, никто не даст ответа. И, кажется, я уже знаю, каким он будет.

Да, лучше испытывать самый жуткий страх, чем самое жуткое отвращение. Я возвращаюсь, чтобы пройти сквозь то безумие мира, которое копилось здесь с тех самых времен, когда Невендаар впервые познал горе войн и предательство ангелов. Я возвращаюсь, чтобы открыть Ему свою душу и разум. И я чувствую, как легка стала моя дорога. Ведь путь на суд не может быть труден, если СУД Справедливый…

День???

Справедливость… справедливость нужна лишь единицам, а богам и толпе нужна ложь, ибо все трое заодно. И, чтобы этот мир существовал, справедливость должна быть в цепях. Это так просто, что никому не приходит в голову. Забавно. Я думал, что иду на свой СУД, но это оказалось всего лишь экзаменом и… «приглашением».

Возвращаюсь к своей старой и уже почти забытой привычке писать в походной тетради, чтобы хоть как-то собрать и упорядочить мысли… Сколько времени я провел здесь в этом бреду, в этой духовной лихорадке? Уже сотни, тысячи раз я хотел предать этот мир огню и тысячи раз я хотел его спасти. Тысячи жизней я прожил, и мне многое открылось, но теперь рассудок возвращается, и нужно принять решение…

Простой выбор. Или остаться здесь навеки, или вынести на свет то, что когда-то заковали в эти цепи из камня и отвращения несколько алчных до власти богов, поделивших Невендаар. Вынести, и будь что будет…

Сколько же завистливых ангелов падет? Сколько лживых богов покинет этот мир обличенными? Кто станет новым отцом этого мира? Правильно – тот, кто является им изначально… Это справедливо, и именно это произойдет, если я приму решение разорвать цепи вековой лжи. Вселенная состарится в мгновение, как те, несчастные, или вернется в первозданный хаос, в те времена, когда Всевышний судил справедливо и создавал ангелов, еще не способных к зависти. Стоит мне лишь вынести под небо запертую здесь, с Его молчаливого согласия, часть Его же собственной души…

И сейчас я пытаюсь найти хоть какие-то причины, чтобы этого не делать. Пытаюсь найти удобные ответы на вопросы, столь долго бывшие для меня неудобными. Но Истина здесь, словно жгучий яд, проникает в душу сквозь все поверхностные суждения и заблуждения, обращая их в тлен, оставляя нетронутым лишь то, с чем находит свое родство. И каждый ответ звучит как приговор.

Почему Всевышний был так слеп? Почему позволил себе казнить невинного? Потому что разум Его был в цепях собственной лени? И стоило ему только раз отвернуться, как мир наполнился паразитами, которые со счастливым визгом ринулись быть его глазами, руками и ушами.

И вот они теперь, Его истинные глаза. Его Справедливость. Его Суть. Томится здесь уже шесть тысячелетий, в ожидании того, кто выдержит Ее СУД. Она взирает на меня, и мне страшно за свои грехи, ибо все мои оправдания, бывшие любимыми столько лет, все то, что дарила мне Церковь и собственная глухая совесть, осыпалось мне под ноги прахом моей смертной плоти. Но оторваться невозможно, так как еще более мне страшно за грехи Всевышнего…

Видел ли Он несовершенство своих первых творений? Способен ли Он будет оправдать себя, случись предстать Ему перед Судом, что был доступен когда-то только Ему самому? А если нет, то способен ли Он будет излить на себя тот праведный гнев, что был обрушен Им на невинного тогда еще Бетрезена?

* * *

Я не готов к таким вопросам, но и оставлять все как есть я не вправе. Как нет у меня и права казнить этот мир. Ведь я уже «творил справедливость» там, где дела людей и богов не касались меня лично, и я видел отражение этих дел и себя в них. И я не хочу повторять эту пытку снова…

Есть только один выход.

* * *

Я возвращаюсь в мир, но теперь Я – соСУД Справедливости, и там, где моя новая СУДьба проложит мне путь, Возмездие больше не будет медлить, а лукавые языки, пытающиеся размыть истину, будут стираться в кровь об ее острые края. И, быть может, это еще не та свобода, которой достоин этот Дар, но только так я могу дать шанс и тому миру, в котором был рожден, и тому, во что все еще верю.

И если Всевышний заслуживает Суда, то рано или поздно он сам перейдет мне дорогу, и тогда… он будет казнен.

Content

Терентьев Дмитрий Тринадцатый Клан

Дмитрий Терентьев Тринадцатый Клан