Альбина Десницкая

Невеста

Криминальный роман

Она лежала и глядела на другую половину кровати, которую занимал ее муж, неуверенно потянулась к нему рукой, закрыла глаза, их жгло. Она потушила свет, медленно, сантиметр за сантиметром, передвинулась на его место, под его одеяло, принюхалась к его подушке – да вот же он где, вжалась в кровать всем телом, распластав руки, ушла головой, зарылась в подушку.

Криста Вольф «Летний этюд».

Глава 1

Сентябрь 2010 г. Москва

Старший следователь по особо важным делам Управления Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков по городу Москве, Родион Сергеевич Изонов, обычно не засиживался допоздна, несмотря на большой поток текущей работы. Но иногда дождливыми осенними вечерами, когда не хочется покидать уютный кабинет, он позволял себе задержаться на часок, другой. На это порой влияло его мрачное настроение. Он очень не любил осень.

Так и сегодня, третьего сентября 2010 года, закончив работу со свидетелями по делу в отношении некоей преступной группировки, Изонов решил задержаться и еще раз изучить показания всех задержанных по подозрению в совершении самого громкого в этом году преступления, связанного с незаконным оборотом наркотиков.

Высыпав остатки растворимого кофе в кружку и залив их кипятком, Родион Сергеевич медленно перелистывал материалы дела, отпивая горячий кофе маленькими глотками. Как вдруг его мобильный телефон подал сигнал о входящем вызове. Он потянулся за своим стареньким «Нокиа х 2».

– Алло.

– Привет, дорогой, – услышал он взволнованный голос жены.

– Лера? Что-то случилось? Ты чем-то расстроена?

– Нет, я просто вернулась домой немного раньше. Ты был сегодня днем дома?

– Нет, конечно же, мне даже не удалось пообедать, много работы.

– Может тебе это покажется странным, но, похоже, что у нас в квартире кто-то побывал. Я вижу следы от обуви, а дверь в нашу спальню почему-то открыта.

– А может ты просто забыла ее закрыть? – Изонов, не торопясь, отпивая уже остывший кофе.

– Да нет же, я проверила, чтобы Фреска не осталась в спальне, и точно помню, что закрыла дверь.

– Хорошо, я хотел немного задержаться, но, в таком случае, отложу работу на завтра. Скоро буду.

– Я пока приготовлю ужин. До встречи, целую, – и телефон отключился.

Валерия Эдуардовна являлась второй супругой Изонова. После продолжительного бракоразводного процесса со своей первой женой – учительницей начальных классов Надеждой Николаевной – Родион Изонов длительное время делил свое жилище, трехкомнатную квартиру не далеко от станции метро Пражская, только со своей любимой кошкой Фреской, курильским бобтейлом. Она была подарена ему другом еще на новоселье. Поэтому лет ей было «не сосчитать». Кошки бобтейлы вообще обладают очень необычной формой, то есть – у них как бы отсутствует хвост, вместо которого виднеется спиралевидный отросток, покрытый шерстью, а окрас Фрески назывался «черепаха», то есть шерсть ее была окрашена в три цвета, белый, черный и рыжий, где преобладал черный. Когда кошечка была совсем молодой, то Изонов водил ее на разные выставки, где она непременно получала высший титул, именуемый в этой среде «цац» – и обозначает – кандидат в национальные чемпионы. После получения трех таких титулов на лицензированных выставках, от трех разных экспертов, кошке присваивалось звание – «чемпион»; таким образом, наград кошка имела даже больше своего хозяина.

Встреча Родиона с Валерией Эдуардовной Кусовой произошла абсолютно случайно. Это был жаркий июль 2006 года. Изонов, сам являясь личностью неприметной, мало обращал внимания на женщин, как впрочем, и они на него, однако, по долгу службы ему приходилось посещать даже такие общественные места, как ночные клубы – и не только.

Валерия Кусова обладала безупречной фигурой, была блондинкой, с глубоко посаженными зелеными глазами, изысканно-утонченным вкусом, аристократическими манерами, умела подать себя в высшем обществе. Она находилась в том самом возрасте, когда уже настало время подумать и о создании семьи. А оказалась она в ночном клубе «Велз» исключительно случайно, так как лучшая подруга именно там решила отметить свой день рождения.

«Велз» был ночным клубом, где познакомиться можно было, разве что, только на одну ночь, но Валерия Кусова верила в удачу, в то, что всегда и везде может вытащить выигрышный билет, что и случилось в тот вечером.

Если бы тот тип, ради которого в «Велз» появился Изонов, не заговорил с Валерией, то Родион даже не обратил бы на нее внимания. Он решил выждать момент и узнать что-либо об интересующей его личности через ту гламурную красавицу, с которой парень в течение десяти минут о чем-то беседовал.

Дождавшись, когда девушка осталась наедине со своей менее привлекательной подругой, Изонов подошел и представился, предъявив служебное удостоверение.

– Добрый вечер, не могли бы вы ответить на пару моих вопрос?

– С чего это вдруг? – отозвалась подруга Кусовой.

– Личность того человека, который только что отошел от вас, интересует органы предварительного следствия, – отчеканил следователь.

– Интересно, а мы здесь при чем? Нас, честно говоря, он совсем не заинтересовал, и мы с ним культурно попрощались, – безразлично пояснила Валерия.

– Вы часто посещаете это заведение? – настойчиво продолжал он.

– Мне кажется, мы не обязаны отвечать на эти ваши вопросы, – уже более раздраженно ответила Валерия.

– Хорошо, – не стал настаивать следователь, – возьмите на всякий случай мои визитки, а вдруг, все-таки, вы сможете помочь сотрудникам правоохранительных органов? – и он протянул каждой по визитной карточке.

Валерия Кусова позвонила Изонову на следующий день только лишь из любопытства. Она заметила одну необычную вещь – интересующий следствие человек постоянно кому-то звонил, и она пару раз видела, как он выходил из помещения каждый раз с новой девушкой, сажал ее в машину, которая затем уезжала. В принципе, что тут такого? – обычный сутенер. Но к следователю все же пошла.

Они встретились в кабинете Изонова. Больше часа Валерия проговорила со следователем Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков, отвечая на его вопросы, касаясь тем его профессиональной деятельности. За это время он ни мог не разглядеть в этой привлекательной девушке интересную собеседницу, да и с первых же минут ему захотелось, чтобы общение с Валерией Эдуардовной Кусовой продолжилось. То же почувствовала и она, посчитав Изонова человеком эрудированным и интересным.

Это, можно сказать, был безупречный союз мужчины и женщины, основанный любви, привязанности, влечении и, естественно, взаимных обязательствах. Валерия, будучи на восемь лет моложе Изонова, считала его человеком мудрым и во всем с ним соглашалась. Изонов же просто боготворил жену – красавицу с покладистым характером, ссоры в этом доме происходили очень редко и заканчивались быстрее, чем начинались. Ключевой предпосылкой гармонии этого супружества и прочности семьи явилась этико-психологическая готовность обоих супругов вступить в брак.

Изонов поспешно сложил на столе тома уголовного дела, закрыл кабинет и вышел на улицу. Он был немного взволнован и даже не заметил, что моросил дождь, а он без зонта. Пройдя в соседний дворик, он сел в свой форд фокус и, выехав на Варшавское шоссе, направился в сторону дома. На повороте на улицу Красного Маяка собралась небольшая пробка из-за столкнувшихся ситроена и Тайотой. Изонов решил позвонить жене, чтобы сообщить, что он скоро будет, что ему помешала маленькая дорожная пробка, однако, на его продолжительные звонки никто не отвечал. Добравшись до дома, Родион припарковал машину на свободное место около соседнего подъезда ипобежал к домофону. Не доставая ключи, набрал номер квартиры, на звонок никто не ответил. По телу пробежали мелкая дрожь, Родион быстро нащупал ключи в правом кармане своей кожаной куртки. Он вбежал в подъезд и вызвал лифт, который стоял на пятнадцатом этаже. Те несколько секунд, что он ждал, показались ему вечностью. Изонов рванулся по лестнице и, шагая через три ступеньки, за минуту преодолел пять этажей. Нажав на кнопку звонка, он одновременно вставил ключ в замочную скважину. Дверь открылась. Света в квартире не было. Родион нащупал выключатель, щелкнул им, в прихожей загорелся свет.

– Лера! Ты где?! – Родион, не снимая обуви, побежал в спальню.

Затем он быстро обежал все комнаты, включая в каждой свет. Квартира была пуста. Не было видно и следов пребывания кого-либо в квартире. У него свело желудок.

– Как же так? Ведь Лера звонила из дома, говорила о каких-то следах, – вслух размышлял Родион.

Он лихорадочно соображал что делать, но мысли путались, его трясло. Изонов метался из комнаты в комнату, но ничего подозрительного, что могло бы дать подсказку, он не заметил.

В дверь позвонили. От неожиданности он вздрогнул и опрометью кинулся к двери. Забыв даже посмотреть в дверной глазок, Родион распахнул дверь, но никого не обнаружил. Он уже плохо понимал, что происходит, может быть ему все это кажется? Боль в желудке обернулась яростью.

Зазвонил мобильный телефон. Он резким движением вытащил его из карманов брюк. На дисплее: «Номер скрыт».

– Алло, алло… Слушаю Вас, – нервно выкрикивал Изонов.

– Родион Сергеевич, – услышал он голос своего начальника, – где Вы сейчас находитесь?

Изонов Родион Сергеевич был значительно старше всех сотрудников следственного отдела, в том числе и своего шефа, а кроме того, старше и по званию, так как уже два с лишним года носил три большие звездочки на своих погонах, то есть проходил службу в звании полковника полиции. В связи с чем и следователи, и руководство отдела, и даже руководство Управления, уважая его возраст и заслуги, называли его только по имени-отчеству.

– Я уже дома, у меня жена пропала, – так же нервно отвечал на вопрос начальника Изонов.

– Что значит пропала? Время совсем раннее. Где она могла у вас пропасть, может с работы возвращается?

– Да нет, до дома она уже добралась и меня об этом известила по телефону.

– Так что, получается, вы с ней, находясь в одной квартире, друг друга найти не можете? – неудачно пошутил Семченков.

– Когда я пришел домой, ее уже не было.

– Но в любом случае вам придется вернуться на работу, у нас тут ЧП – проблемы с Вашим кабинетом.

– Что случилось?

– Видимо, кто-то посторонний проник в здание Управления. Наверное, была попытка взлома вашего сейфа. Мы предполагаем, что кого-то интересовали материалы уголовного дела, которое вы расследуете. Приезжайте и как можно скорее!

– Так дело все же не в сейфе? – пытался выяснить по телефону Изонов.

– В том-то и проблема, что не знаем, – Семченков отключился.

Изонов повторил набор номера Валерии, в этот раз оператор ответил: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Он повторил набор и услышал тот же ответ. Опустившись в кресло, он обхватил голову руками, мысли путались. Он пытался восстановить последний разговор с женой: «Я просто вернулась домой немного раньше. Ты был сегодня днем дома? …Может тебе это покажется странным, но, похоже, что у нас кто-то был в квартире. Я вижу следы от обуви, и дверь в спальню почему-то открыта…» Родион понимал, что все это неспроста. Он слишком хорошо знал свою жену. Вдруг он заметил одну странную вещь – кошки тоже не было дома. Обычно она встречает своих хозяев прямо у порога. Он метнулся в комнату, заглянул под кровать, проверил шкафы – все места, где могла находиться Фреска, но не нашел ее. Это, немного его успокоило и в то же время насторожило.

Рабочий кабинет Изонова находился на втором этаже пятиэтажного кирпичного здания, ранее там находилась налоговой инспекцией. Теперь все здание занимает Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков. На первом этаже располагались дежурная часть и некоторые вспомогательные службы, второй занимали следователи. За все время существования Федеральной службы подобных происшествий в кабинетах следователей не было. Несмотря на отсутствие решеток, в следственные кабинеты посторонним пробраться практически невозможно. Территория вокруг здания огорожена высоким бетонным забором. Расположение дежурной части и контролеров комендантского отделения на первом этаже исключало любую возможность доступа на второй этаж через улицу. Проход в здание осуществлялся только по пропускам, а кабинеты следователей в их отсутствие были опечатаны.

Оставаться в квартире Изонову становилось невыносимо. Он должен был что-то предпринять. Но что? Изонов набросил куртку и поспешно вышел из квартиры. Быстрым шагом он прошел от подъезда к подъезду, все время осматриваясь по сторонам, в надежде увидеть жену. Возле дома, как всегда, было спокойно. Тихий двор с высокими, многолетними березами. Детская площадка в глубине двора. Во многих окнах многоэтажки уже горел свет. Мужчина из соседнего подъезда выгуливал своего лабрадора на футбольном поле. Беспорядочно припаркованные на тротуарах автомобили. Все как всегда.

Сел в машину и помчался на работу. Ехать было проще… так как в это время основной поток машин движется из центра в сторону области, а он ехал в противоположном направлении. Уже через двадцать минут Родион был возле здания Федеральной службы. На втором этаже в трех кабинетах горел свет. Одно – это окно его, другое – начальника следственного отдела Николая Николаевича Семченкова. Изонов не торопился. Он достал пачку сигарет «Винстон», не спеша вытащил сигарету и, покручивая ее между большим и средним пальцами, стоял, высматривая что-то на уже потемневшем небе. И, хотя он все еще был в достаточном напряжении, его мысли постепенно становились все более ясными. По сути, еще ничего не произошло. Однако, он невольно пытался вспомнить, кто мог стать его врагом. Он был уверен лишь в одном, что его жена недоброжелателей не было. А ведь, как таковых, врагов не было и у него. Но вот, что касается его профессиональной деятельности, то здесь стоит, конечно, задуматься. За столько лет работы в следствии могло быть не все так гладко. А вот сам Родион Сергеевич Изонов, будучи самым опытным следователем отдела, имел в своем производстве самые сложные уголовные дела, и все они были в отношении групповых преступлений. Самое громкое из них – это дело группировки Догматова. Большинство обвиняемых являлись лицами таджикской национальности. Изонов вспоминал личность каждого обвиняемого. Маловероятно, чтобы кто-либо из этих лиц мог организовать похищение его жены, пытаясь ему таким образом отомстить.

Но все же, почему похищение? – размышлял он. – Может, пока рано бить тревогу?

Но нет, если это касалось любимого и самого близкого человека, не волноваться он не мог. Да и что-то подсказывало следователю Изонову, что произошло непоправимое. Он продолжал рыться в памяти, закурив вторую сигарету. И, наконец, ему пришла в голову одна мысль по поводу недоброжелателей, имевших место в результате его трудовой деятельности. Три года назад он расследовал уголовное дело в отношении двух лиц. Один из обвиняемых являлся двоюродным братом помощника прокурора одной из районных прокуратур Москвы. Долгое время никак не получалось направить дело в суд, два раза оно возвращалось на доследование. Изонову неоднократно угрожали физической расправой, но, в итоге, Печерин и Вешков были осуждены и приговорены к восьми годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима, каждый.

Следователь Изонов проводил параллели: Печерин, его двоюродный брат – помощник прокурора Рославльцев, адвокат Меланский, активно противодействовавший следователю; уголовное дело, два раза возвращавшееся на доследование без объективных причин; приговор – восемь лет лишения свободы; угрозы в его адрес. Не очень в это верится другого повода для беспокойства он пока не находил. Ровные отношения с коллегами, с руководством отдела и Службы в целом. Может быть, жена от него что-нибудь скрывала? Тоже вряд ли, учитывая ее открытый характер, Валерия не смогла бы и одной минуты скрывая от мужа какие-либо секреты.

Надо узнать все события сегодняшнего дня: с кем она общалась, кто звонил ей, кому – она, где была в течение дня, кроме работы, конечно же, почему раньше вернулась домой. Ответить на все эти вопросы могла только лучшая подруга Валерии – Алла Критова.

Изонов достал мобильный телефон, открыл телефонную книгу, номер Аллы Критовой записан под цифрой один. Он нажал кнопку вызова. Знакомая мелодия, а затем – частые гудки. Очень странно, она сбросила вызов.

Алла Геннадьевна Критова дружила с Валерией, как говорится, с младых ногтей. Они даже в ясли вместе пошли. Учились в одном классе, жили в одном подъезде. Словом, подруги – не разлей вода. Валерия – круглая отличница, Алла училась похуже, была хорошисткой. Уступала она подруге и во внешности. В юности она была совсем неприметная. Да и сейчас не блистала красотой. Но зато работа Алки, так часто называла ее Валерия, компенсировала все. Вот уже на протяжении трех лет Критова занимала должность главного бухгалтера крупной холдинговой компании «Феникст». Наличие высшего образования, большой опыт работы, хорошее знание бухгалтерского и налогового учета, отличные познания в области персонального компьютера, ответственный подход к работе и, плюс, безупречные характеристики со стороны руководства компании – все это и помогло Критовой занять столь высокую должность с очень приличной заработной платой. А вот на личном плане ей просто не везло. Встречались иногда особи мужского пола, но, по разным причинам, длительных отношений с ними не получалось. Так что проживала она в своей однокомнатной квартире улучшенной планировки совсем одна.

Родион попробовал набрать еще раз номер, и через несколько секунд услышал звонкий голос лучшей подруги жены:

– Алло, Радик, привет!

– Алла, я никак не могу понять, где моя жена? – он старался говорить как можно спокойнее. – Ты сегодня с ней общалась?

– Не-е-е-т, – протяжно начала та. – У меня был просто сумасшедший день: встречи, отчеты, совещания. Но я собираюсь ей позвонить, мы ведь в субботу встречаемся с одноклассниками, и надо договориться, во сколько и где мы с ней пересечемся.

– Может тебе покажется странным, – Изонов сделал короткую паузу, – но она куда-то пропала. Я не могу понять, что произошло. Попробуй, пожалуйста, вспомнить, не замечала ли ты что-нибудь необычное при общении с Лерой? Может, знаешь, куда она собиралась, или чего-то опасалась, ну, в общем, все, что знаешь?

– Подожди, что значит пропала? Как, вот так просто взяла и испарилась? Э-э-э, ты мне что-то не договариваешь, признавайся, поругались?

– Да нет же. Мы не ссорились. Примерно в половине седьмого она мне звонила и, как мне показалось, была взволнована, – попытался объяснить он. – Она сказала, что уже добралась до дома, и я ей пообещал побыстрее вернуться.

– Ну, а что здесь не так?

– Да то, что дома я уже побывал, Валерии там нет. Кошки тоже нет. Телефон у нее отключен.

– А не могла ли она отправиться в ветеринарную клинику с вашей ненаглядной кошкой, – предположила Критова, – вы же часто лечите ее в последнее время?

– Да, кошки тоже нет дома. Но Валерия сказала, что будет ждать меня. И, даже если предположить, что она отправилась в клинику, то почему не предупредила?

– Может, просто у нее закончился заряд на мобильник?

– Может, но она бы позвонила с домашнего телефона перед выездом.

– Радик, это все, конечно, очень подозрительно, но, я думаю, не стоит раньше времени паниковать. Ты где находишься?

– Вернулся на работу, – огибая четвертый круг возле ФСКН, ответил Изонов.

– Хорошо, я сейчас еще кое-что проверю и перезвоню тебе.

Дождь усилился, но Изонов этого не замечал. Он смотрел на темное небо и появляющиеся звезды и думал. Вздрогнул от раздавшегося сигнала мобильного телефона. На долю секунды в голове промелькнуло: «Наконец-то, она». Но на дисплее высветилось «Семченков вызывает».

– Слушаю Вас, Николай Николаевич, – ответил Родион, вспомнив о том, что при первом звонке Семченкова номер был скрыт.

– Родион Сергеевич, когда вас ожидать? – услышал он недовольный голос начальника.

– Я подъехал, поднимаюсь.

Ему никак не хотелось в общество своего начальника и коллег, и выяснять, что у них там произошло, поэтому он медленно перешагивал со ступеньки на ступенькой. Пройдя по коридору, он оказался возле открытой двери кабинета начальника.

В кабинете Семченкова, кроме самого Семченкова, находились – его заместитель, по всей видимости, не успевший улизнуть до происшествия, и еще два следователя отдела. Компания ломала головы над тем, кто мог проникнуть в кабинет следователя. Версии выдвигались самые разные, однако, все из разряда фантастики.

Изонов никак не мог сосредоточиться и влиться в общее проблему, все его мысли занимало одно: «Где же сейчас находится жена?»

– Она просто испарилась, – перебил царившее молчание Родион, – мистика какая-то, никак не пойму, что происходит?!

– Вы переживаете, что ваша жена не вернулась до сих пор с работы? – насмешливым тоном спросил Семченков.

– Да! Я переживаю именно по этому поводу. Моя жена вернулась уже с работы, при этом она была чем-то взволнована, но потом вообще испарилась, и телефон отключен.

– Попытайтесь взять себя в руки и понять, что это не единственная проблема, которая должна сейчас вас волновать, – Николай Николаевич встал и подошел к окну, повернувшись спиной к присутствующим. Прикурив сигарету, он продолжил. – А не думали вы, что исчезновение вашей жены может быть как-то связано с тем, что произошло у вас в кабинете?

Родион задумался над тем, что сказал Семченков. А что, вполне логично, попытка проникнуть в его кабинет – это всего лишь отвлекающий маневр. Кому-то надо было задержать его на работе.

– И что здесь, все-таки, произошло? – пробормотал Изонов. – Может пойдем посмотрим? Когда это обнаружилось?

– Во сколько? – переспросил шеф. – Если быть абсолютно точным, то без десяти семь я собирался домой, а когда вышел в коридор, то обратил внимание, что возле вашего кабинета были раскиданы листы бумаги, – продолжал Семченков. – Я подошел к кабинету и увидел, что дверь в открыта, а замок взломан.

– Как такое возможно? – удивлялся Ретков Борис Васильевич, заместитель начальника отдела. – В это время на втором этаже полно сотрудников, и кто-нибудь обязательно должен был заметить.

– В том-то и дело, что никто ничего не видел. Сработали быстро и профессионально. Если предположить, что в кабинет пытался проникнуть кто-то из своих, то встает вопрос: зачем ему понадобилось взламывать кабинет. Ведь у контролеров комендантского отделения имеются запасные ключи?

Дубликаты ключей находились на первом этаже. И любой сотрудник Управления имел доступ к этим ключам. Конечно, существовали некоторые формальности в виде журнала учета, где каждый, кто получал дубликат, должен был записать свою фамилию, дату и время получения ключа, поставить подпись. Но эти формальности никто не обращал внимания. Существовали и другие способы проникнуть в следственный кабинет. В течение рабочего дня двери никто не запирал на ключ. Впрочем, это и не требовалось. До сегодняшнего дня самой большой пропажей считалась ручка или карандаш. Следует повторить, что с такой легкостью в кабинет следователя могли проникнуть только сотрудники управления, а вот посторонние граждане перемещались в здании только с сопровождающим сотрудником.

Родион мысленно высчитывал время. Он достал свой мобильный и еще раз убедился, что Валерия звонила в восемнадцать часов тридцать две минуты. Почти две минуты длился разговор. Еще примерно пять минут у него ушло на то, чтобы выключить компьютер, одеться, выйти из кабинета, закрыть и опечатать его. То есть, без двадцати семь он уже выходил из здания Управления и садился в машину. Из этого могло следовать только одно – за ним кто-то следил, потому что уже через десять минут Семченков увидел открытую дверь его кабинета и разбросанные рядом бумаги.

– Все понятно, – начал Изонов, – моя жена позвонила в половине седьмого, я сразу же собрался и отправился домой. А через двадцать минут кабинет взломали. Получается, что похитители моей жены инсценировали и похищение уголовного дела, чтобы я задержался на работе и раньше времени не приехал домой. И, значит, они немного просчитались по времени, ведь я уже уехал домой, но, к сожалению, все равно опоздал.

– А вот мне не понятно, – сделал паузу Семченков, прохаживаясь по кабинету, – если у них все было так четко распланировано и время рассчитано, то почему они не учли, что добираться до дома вы будете, как минимум, сорок минут?

– Они ведь не знали, что Лера вернется раньше обычного. Скорее всего, похитители следили за нашими с женой передвижениями.

Если я и задерживался на работе, то дома мы появлялись с небольшой разницей во времени, моей жене добираться с работы намного дольше, чем мне.

Да-а-а, – задумался Николай Николаевич, – как ни крути, что-то не вяжется. Кто-то взломал замок, проник в следственный кабинет, а дело – на месте.

Уголовное дело, находящееся в производстве у следователя Изонова, состояло из тридцати шести томов, и, конечно же, все эти материалы не могли поместиться в его рабочий сейф. Стопка из семи томов возвышалась на рабочем столе, часть находилась возле стола на стоявшей рядом тумбочке и, даже, на стульях. Одним словом – рабочая обстановка. Часть материалов была хаотично разложена в скоросшиватели. Если у кого-то и имелась заинтересованность в уничтожении этого дела, то проникнув в кабинет следователя в его отсутствие, избавиться от материалов можно было в два счета. Конечно, вынести тридцать шесть томов из здания и остаться незамеченным вряд ли удалось бы даже тому, кто умудрился проникнуть в кабинет, взломав замок, по сути, еще в рабочее время. Отсюда следует, что мотив у взломщиков был другой.

Изонов, Семченков и Ретков подошли к двери кабинета, а двое следователей остались сидеть у Семченкова, создавая видимость участия в общем деле. Уйти домой им просто совесть не позволяла.

Замок был действительно взломан. На полу разбросаны чистые бланки различных следственных протоколов и постановлений.

– Где лежали бланки протоколов допросов? – поинтересовался Ретков.

– В шкафу, вот здесь, – Изонов указал на стоящий справа от рабочего стола шкаф и начал медленно осматривать свой кабинет.

Все, кроме бланков было так, как Изонов оставил двумя часами раньше.

– Какие-нибудь вещдоки были в кабинете? – спросил Семченков.

– Все вещественные доказательства по делу, находятся в камере хранения, а деньги, изъятые при обыске, уже хранятся на депозите, – Изонов продолжал осматривать свой кабинет, – если бы это искали, то попытались бы взломать сейф.

Что можно было искать среди чистых бланков, для всех оставалось загадкой.

Алла Критова, лучшая подруга жены Изонова, знала о ней больше, чем сам Изонов. Но это касалось лишь их общих женских секретов. Например, о том, что Валерия регулярно посещала косметологический кабинет, где ей делали инъекции гиалуроновой кислоты – одного из наиболее популярных способов для безоперационного омоложения лица, Родион даже не догадывался. Маленькие женские секреты, о которых мужчине знать совсем не обязательно. Ведь женщина хочет всегда оставаться красивой, привлекательной и загадочной. Поэтому Алла, вспомнив о косметологе, сразу же позвонила в салон и спросила у администратора, не записана ли на сегодня Валерия Изонова. Оказалось, что нет. Алла знала, чем занимала свой досуг ее лучшая подруга – фитнес, бассейн, маникюр, шопинг. Но все это они проделывали вместе. Она бы очень удивилась, если бы ее лучшая подруга отправилось, например, в бассейн без нее.

Алла вновь попыталась дозвониться до подруги: «аппарат абонента выключен или временно не доступен», – услышала она в очередной раз голос автоответчика, после чего позвонила Изонову. Сразу после первого гудка она услышала взволнованный голос Родиона.

– Ну что? Выяснила что-нибудь?

– Нет, ничего конкретного. Ясно только одно, те места, которые я предполагала, она не посещала. Я звонила даже в салон красоты. В голову ничего не лезет, где еще ее можно искать. Давай я сейчас к вам приеду?

– Я на работе и не знаю, сколько времени здесь еще проторчу. Но нам есть о чем с тобой поговорить.

– Хорошо, я на телефоне, звони в любое время суток, – она отключилась.

Всю ночь Изонов провел на ногах. Три раза он съездил домой, после чего опять возвращался на работу. Каждый раз он заходил в квартиру, но все же надеялся, что произойдет чудо, но, чудо не произошло. Он очень ждал утра, чтобы поговорить с соседями. Наверняка кто-нибудь видел вчера Валерию.

В соседней квартире проживала Тамара Николаевна, одинокая женщина пенсионного возраста. Супруги Изоновы часто обращались к ней, когда уезжали на день или два, чтобы та присматривала за кошкой. Ей они не боялись доверять ключи от квартиры. Изоновы были знакомы с соседями этажом выше, этажом ниже, со всеми соседями из двух квартир на своей лестничной площадке. Но общались с ними гораздо меньше, чем с Тамарой Николаевной.

Изонова. Когда стало понятно, что его жена на самом деле пропала, ни у кого не осталось сомнений, в том, что произошедшее в следственном кабинете напрямую связано с ее похищением. Кроме того, о взломе замка в кабинете следователя необходимо было составить оперативное донесение, подготовить рапорт о назначении служебной проверки и заполнить еще много всяких бумаг.

Когда начало рассветать Изонов, полностью обессиливший и измотанный, сидел в своем кабинете. Он думал: о жене, о соседях, с которыми поговорит утром, о своих неприятелях, о жизни вообще; и не заметил, как задремал. Проснулся он через сорок минут, от того, что дверь его кабинет открылась. На пороге стоял Семченков, уставший и помятый.

– Родион Сергеевич, я думаю, что к девяти часам вам надо подъехать в Следственный комитет и написать заявление об исчезновении вашей жены. Это в их подследственность, пусть подключаются. А я тоже свяжусь с их руководством по своим каналам, так будет надежнее.

– Да, да. Я кажется задремал. Который час? – как бы извиняясь, поинтересовался Родион.

– Половина восьмого, – посмотрев на часы, ответил Семченков. – И возьмите с собой кого-нибудь из наших сотрудников, лучше Реткова, он там товарищ известный.

С Изоновым, по совету Семченкова, в Следственный комитет поехал заместитель начальника Борис Васильевич Ретков. После бессонной ночи они решили не рисковать на дороге и воспользоваться служебной машиной с водителем. По дороге Изонов пытался вспомнить своих недругов. Он вновь возвращался к личностям, проходившим по его уголовным делам. Но припомнить таких, которые способен похитить человека, не мог. Он мысленно вернулся к делу в Печерина и Вешкова. Это было одно из дел, когда обвиняемые и их адвокаты активно противодействовали следствию. «Надо бы проверить каждого из них, – думал Изонов, – сроки лишения свободы им назначены немаленькие, но все-таки условно-досрочное освобождение никто не отменял.»

Коридоры Следственного комитета были пусты. То ли девять часов утра – слишком рано для появления на работе следователей, то ли все отправились на проведение следственных действий. Начальник Харитоненко Денис Андреевич их уже ждал. Оказалось, что он был уже осведомлен о цели визита коллег из ФСКН и вызвал следователя, которому поручил заняться делом Изонова. Когда они втроем уединились в просторном светлом кабинете, совсем не таком, как в наркоконтроле, Изонов начал излагать что произошло. После чего следователь Юрий Борисович перешел к составлению протокола, в котором отразил, уточнив некоторые детали, все сказанное Изоновым. Затем Родион написал заявление о похищении жены, и на этом визит в Следственный комитет был закончен.

Домой Родион смог вернуться только к вечеру. К этому времени были обзвонены все морги и отделения милиции города Москвы. Похожих женщин никуда не привозили.

Изонову необходимо было отдохнуть хотя бы несколько часов. Несмотря на то, что последние сутки он ничего не ел, а пил только черный кофе, аппетит отсутствовал напрочь. Перед тем, как отправиться в спальню, Родион решил постоять под горячим душем. Но, открыв дверь в ванную комнату, он застыл в проеме двери. То, что он увидел, было настолько необычно, что он оторопел – На полу сидела кукла и смотрела прямо на него. Смотрела взглядом живого человека, в котором он рассмотрел усмешку. Такая красивая и, в то же время, отталкивающая кукла. Так изысканно одета… Если бы это был живом человеке, то можно было бы сказать, что она обладает безупречным вкусом. На голове у куклы была одета белая фата. Кукла-невеста. Чем-то эта кукла напоминала Родиону его Валерию. Кукла вместо жены. Он сходит с ума?!

– Не-е-е-е-е-е-т! – Изонов с гримасой ужаса захлопнул дверь в ванную.

На следующий день, в субботу, проходил вечер встречи выпускников одиннадцатого «А» класса Московской средней школы номер сто семнадцать, тысяча девятьсот девяносто седьмого года выпуска. Собралось немного – двенадцать человек. Некоторые из бывших одноклассников жили в других городах, и вообще ни разу не удосужились приехать, чтобы пообщаться с теми, с кем прошли самые лучшие годы – школьные.

Как обычно, Денис Мосин, один из бывших учеников класса, а в настоящее время очень удачный бизнесмен, заказал столик в ресторане «Крона» на Ленинградском проспекте – одном из самых дорогих и престижных ресторанов города. Атмосфера подлинного гостеприимства, необычная история и богатые гастрономические традиции создали репутацию ресторана «Крона», как месту, сочетающему в себе черты богатого частного клуба и ресторана высокой кухни. То есть, приятная, располагающая, атмосфера, спокойная музыка, вкуснейшая еда, – отличное место для отдыха.

Но достаток одноклассников был разный, поэтому половину стоимости банкета всегда оплачивали Мосин и Киселев. В школьные годы ни один, ни другой никак не выделялись. А вот ведь, как время расставляет все по своим местам. вырвались ребята из общего потока, важные такие, представительные стали.

Кроме них, из мужской части собрались, как обычно, Гущин и Мариков. А вот женская часть класса сегодня была не в сборе. Валерия Кусова, по мужу Изонова, и Алла Критова, лучшие подруги со школьных лет, не пропускали ни одной такой встречи. Их нынешнее отсутствие всех удивило, одноклассники не знали, что Лера уже четвертый день находится в розыске как без вести пропавшая.

Вечер пролетел быстро. Ребята из одиннадцатого «А» были очень дружными в школьные годы иподдерживали хорошие отношения после ее окончания. Гущин, как всегда, выпил лишнего и тихонечко посапывал в торце длинного стола. Ревкова и Левицкая без остановки болтали – делились друг с другом последними событиями своей жизни. Они и в школьные годы были лучшими подругами.

Создавалось впечатление, что живя в Москве им и увидеться-то некогда, кроме, как на встрече с одноклассниками.

Только Руслан Киселев почти весь вечер молчал, отделываясь односложными фразами от пытавшихся его разговорить бывших одноклассниц. Он не мог позволить себе выпить, так как был за рулем. И, кроме того, очень расстроился из-за отсутствия Леры. Ведь она была его первой юношеской любовью. И хотя Лера нравилась многим ребятам из класса, она выбрала его – с Русланом у них был первый юношеский роман. В настоящее время у каждого была семья, но они поддерживали дружеские отношения и интересовались жизнью друг друга. Накануне Изонова не позвонила ни Руслану, ни Светлане Степиной, с которой тоже иногда созванивалась по телефону. Светлана жила в Москве, у нее был свой туристическим бизнесом и часто бывала в разъездах. Но ради встреч с одноклассниками откладывала все свои срочные дела. В школе Светлана была, что называется, гадким утенком: неполная семья, отсутствие достатка, вечно не успевающая по учебе. Но, окончив школу, она наверстала свое, как говорится, гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя. Она завоевала уважение одноклассников, в школьные годы насмехались над ней и всякий раз пытались обидеть. Теперь это была целеустремленная, самодостаточная, всегда знающая, чего хочет, молодая женщина. То что у нее не было ни мужа, ни даже мужчины, с которым бы она встречалась, объяснялось ее постоянной занятостью.

Последний раз Светлана общалась с Валерией в социальных сетях. Они, как раз, вели переписку, касающуюся вечера встречи выпускников. И Лера с полной уверенностью заявляла, что непременно будет в ресторане вместе с Аллой Критовой. Светлана тоже очень расстроилась из-за отсутствия подруг, а главное – Валерии.

Глава 2

Октябрь 2010 г. Воронеж.

В этом году осень выдалась необычайно сухая и теплая. Казалось, что опавшие, пожелтевшие листья согревают, радуют, и ничто не предвещает наступления зимы. Дни стояли солнечные, хотя становились заметно короче, а ночи – длиннее. Временами солнце пряталось и дул холодный ветер, но перепады погоды были не резкими, среднесуточная температура составляла плюс девять градусов по Цельсию, что гораздо выше, чем всегда. Не вся листва еще облетела, хотя совсем скоро деревья лишатся пышного убранства и откроют ветви холодным дождям и вьюгам.

Сегодняшний день был исключением. С самого утра зарядил дождь, который, по всей видимости, собирался задержаться до вечера, а, возможно, и до завтрашнего утра. Но Лев Давыдович несмотря на отсутствие хорошей погоды все же собрался съездить на дачу, чтобы сделать необходимые дела до наступления холодов. Надо было проверить теплицы, разложить инвентарь, разобрать кое-какие вещи в доме.

Дача Льва Давыдовича Котова находилась в черте города на правом берегу Воронежского водохранилища. Миллионный город Воронеж условно делится на две части – правый и левый берег относительно водоема.

Так как сегодня был выходной день, и на дорогах города не было большого скопления машин, Котов смог преодолеть расстояние от дома до дачи, которое составляло примерно восемнадцать километров, за тридцать минут. Дача представляла собой неотапливаемый бревенчатый домик в два этажа. По виду можно было сразу сказать, что домик выстроен своими руками, и, что Котов всю душу в него вложил. Напоминал он чем-то деревенский… В зимнее время года дачу никто не посещал.

Дом, вместе с прилегающим к нему участком земли в шесть соток, был обнесен двухметровым деревянным забором. Внутри летнего жилища находилась необходимая мебель. Некоторые вещи, которые могли испортить мороз и сырость, супруги Котовы забирали на зиму в свою трехкомнатную квартиру на улице Двадцатилетия октября.

Котов подошел к калитке. Вокруг никого, тишина уши режет. Лев Давыдович полез в карман брюк за ключами, и в этот момент откуда-то со стороны дачи послышались странные звуки. Сложно было разобрать, то ли это стон, то ли крик. Кто его издает – человек или животное? Котов не торопился открывать калитку, прислушиваясь к насторожившим его звукам.

Что за черт? Мужчина хорошо знал, что не только у него на даче, но и в радиусе пятидесяти метров ни одной живой души быть не могло. С задней стороны дома начинался сосновый лес. Но звуки раздавались, вроде, не из леса. Справа стоял недостроенный дом, который уже три года никто не посещал. Возможно, туда кто-то забрался, хотя территория обнесена высоким забором. Слева от его участка – дача одной супружеской пары, в настоящий момент они отдыхали в Турции. Постояв минут пять в раздумьях, Котов не торопясь вставил ключ в замочную скважину калитки и приоткрыл ее. Так же не торопясь он прошел на свой участок.

Издаваемые неопознанным существом звуки не прекращались, а, кажется, даже усиливались. Он решил обойти вокруг дома, чтобы понять, откуда все-таки они слышатся. Обойдя дом три раза подряд, у него закралась сомнение, что звуки исходят прямо из его дома. Он невольно вздрогнул и почувствовал судорогу в области голени левой ноги.

Ключи от дачи были только у него, а запасные лежали дома. Лев Давыдович был уверен, что жена не была на дачу с тех самых пор, когда они вместе с другой супружеской парой отмечали закрытие сезона, а это было с двадцатых чисел сентября. Надежда Николаевна никогда без мужа сюда не ездила, так как машину водить не умела, а на общественном транспорте добираться было слишком сложно.

Лев Давыдович, вставил ключ в замок входной двери и замер в нерешительности. Его одолевало сомнение, стоит ли заходить в дом. Но все же, после минутного замешательства, он повернул ключ и вошел в прихожую, больше напоминающую гостиную. Переступив порог дома, Котов поморщился, и приступ рвоты подкатил к самому горлу – в нос ударил невыносимый запах. Он достал носовой платок и приложил его к носу. Прислонившись спиной к стене, Котов простоял так минут пять. Теперь ему было точно ясно, что звуки издавались из его дома и кажется, переходили в крик, с хрипотцой. Крик усиливался, и, кроме того, к нему присоединилось еще какое-то странные звуки, похожие на скрябание когтями.

Прихожая, где находился Лев Давыдович, соединялась с кухней. Межкомнатные двери, кроме санузла, на всем первом этаже отсутствовали. Он прошел в кухню. В сушке рядом с раковиной – чистая посуда, в стенных шкафах расставлены тарелки и стаканы. Причины невыносимого запаха он не нашел. Под издаваемые неопознанным существом крики и скрябание, Котов, не отрывая носового платка от носа, продолжал обход дома.

Пройдя в комнату, он первым делом поднял шторы. Тщательно заправленная постель, голые стены. В гардеробе знакомая, поношенная одежда, которой они с женой пользовались на даче. Заглянул в ванную. Чисто прибрано, никаких следов. Странно, ведь Котов теперь точно знал, что в доме он не один. Он решил пройти на второй этаж. Каждая ступенька давалась с большим трудом.

На втором этаже располагались две изолированные комнаты. Одна из них служила в летнее время спальней хозяевам. Там стояла двуспальная кровать, комод и небольшой платяной шкаф. Над кроватью висела фотография, на которой Лев Давыдович и Надежда Николаевна выглядели молодыми и счастливыми. Зайдя в эту комнату, Лев Давыдович опустился на кровать. У него было такое ощущение, будто целый день он трудился на своем приусадебном участке, и вот теперь боль в спине, мышцах рук и ног, в суставах дает о себе знать. В теплое время года Котовы часто оставались на несколько дней на даче. Другое комната больше напоминало кладовку. В ней были сложены коробки из-под обуви, бытовой техники, старые табуретки и, даже, давно вышедший из строя черно-белый телевизор, одним словом, все то, что жалко выбросить на свалку.

Котову стало уже понятно, что крики, сменяющиеся стонами доносились именно из этой комнаты – из кладовой. Лев Давыдович спустился вниз за кухонным ножом, вооружившись им – единственным в этом доме, что хоть как-то походило на оружие, во второй раз преодолел ступеньки лестницы на второй этаж. Теперь с неопознанным существом его разделяла лишь дверь. Он стоял в нерешительности, крепко сжимая в правой руке нож, обдумывая, как себя повести.

Через какое-то время, убрав от носа платок, но все еще держа его в руке, он резким движением распахнул дверь. и увидев то, что предстало перед его глазами он издал такой же душераздирающий крик, как и неопознанное существо, которым оказалась маленькая собачонка породы такса. Пол начал уплывать из под ног. Чтобы не потерять равновесие, он одной рукой схватился за дверной проем, в другой руке он продолжал держать носовой платок. Напротив двери ничком лежало человеческое тело. Вокруг головы нимбом расползлась красная лужица. Одежды на трупе не было, не было ее и поблизости. В некоторых местах участки тела были явно выедены. По запаху было ясно, что находится оно здесь, а вместе с ним и несчастное животное, уже очень длительное время. Естественно от продолжительного голодания, собаке ничего не оставалось, как питаться чтобы выживать, и питаться именно мясом убитого человека, так как другой пищи добыть не могла. Лев Давыдович успел заметить, что у жертвы были съедены уши, почти полностью съедена левая ягодица, до такой степени, что бедренная кость выглядывала в этом месте.

На миг Котов позавидовал этому смертному покою. Ему всегда казалось, что с возрастом страх перед небытием должен становиться все более невыносимым. Но у него получилось наоборот. В нем появилось какое-то нетерпение, напоминающее магнетическую тягу к смерти, которое сейчас проявилось еще больше. Чтобы не лишиться чувств и не оказаться на полу рядом с жертвой, Котов поспешил выйти из дома. На улице, он почувствовал, что весь взмок как в тридцатиградусную жару. Он набрал на своем мобильном телефоне номер сто двенадцать. Не было ни сил, ни желания объяснять в подробностях все обстоятельства произошедшего Службе спасения, он просто взывал о помощи.

Уже через четверть часа послышались звуки сирены. Оперативно-следственная группа прибыла на удивление быстро. Наряд сотрудников милиции из четырех человек: эксперт-криминалист, следователь, два оперативных сотрудника. Но проходить внутрь дома они не торопились. Так как убийства – это подследственность Следственного комитета, то пришлось вызывать и тех.

Для осмотра трупа и места происшествия требовалось парочка понятых, а найти их в этом месте было непросто. Поэтому до прибытия сотрудников Следственного комитета решили врем не терять и подыскать тех, кто засвидетельствует проведенные первоначальные следственные действия. Было решено проехать на соседнюю улицу и попробовать найти понятых там. В крайнем случае, придется идти в жилые дома и искать людей, согласных потратить свое личное время.

Пока водитель и один из оперативных работников занимались поиском понятых, следователь, молоденький парнишка по имени Сергей, начал расспрашивать хозяина дачного домика о том, что произошло. Но, попытавшись объяснить суть произошедшего, Котов понял, что каждое слово дается ему с большим трудом. А по сути, он знал о случившемся не больше прибывших стражей порядка.

В качестве понятых были приглашены двое парней, которые несмотря на раннее время уже успели употребить пиво, что возможно и подогрело их интерес участвовать в мероприятии.

Примерно через час прибыла бригада из Следственного комитета.

Следователя звали Дмитрий. Он начинал свою трудовую деятельность в районной прокуратуре, занимая должности помощника прокурора. В его обязанности входило поддержание обвинения в суде.

После того, как он изъявил желание пополнить ряды следователей прокуратуры, жизнь его круто изменилась. Эта работа кардинально отличалась от предыдущей. Следователь – это даже не работа, это призвание. Если желание работать в следствии, не является столь сильным, как у Дмитрия, то делать там нечего. Потому что вся жизнь переносится только на работу. Ночные дежурства, работа в выходные, такое не каждому понравится. Но, самое главное, привыкнуть к специфике этой работы. Бывали случаи, что молодые следователи, выехав на первое свое дежурство и увидев труп человека, не имели желания продолжать дальше трудиться в следствии.

Дмитрий не относился к такой категории людей. Пять лет он отработал следователем в прокуратуре. А когда из Прокуратуры выделили как самостоятельное ведомствоСледственный комитет, то он перешел туда вместе со всеми бывшими следователями Прокуратуры. За свой век следователя чего он только не видел! Имели место и расчлененки, и отрезанные головы. Так что прибыв сегодня на место происшествия, он живо выскочил из машины и подошел к ребятам из милиции.

– Ну что у вас тут? – обратился, протягивая по очереди руку всем присутствующим.

– Мы пока не поднимались, вас ждем, – ответил эксперт-криминалист Андрей Викторович. – Труп на втором этаже, но запах в доме невыносимый, надо было противогазы захватить.

– Понятно, – коротко бросил Дмитрий и вошел в дом. За ним проследовал Андрей Викторович.

– Хозяина и понятых пригласите, – крикнул Дмитрий, уже поднимаясь по лестнице.

Дмитрий стоял в комнате-кладовке, держа руки в карманах и размышлял.

– Давайте предоставим возможность эксперту сделать свою работу, – предложил он, – а вдруг с отпечатками повезет?

Несмотря на то, что в девяноста девяти случаях из ста либо отпечатки пальцев рук с места происшествия изъять не удавалось, либо они оказывались непригодными для идентификации личности, процедура эта была обязательной и неизбежной.

Эксперт-криминалист Андрей Викторович – мужчина средних лет, надев марлевую маску, вошел в комнату последним. Он подошел к остаткам человеческого тела и начал делать фотоснимки. Сфотографировав комнату с разных точек – полный вид комнаты, вид на комнату от входной двери, вид на комнату с противоположной стороны, сфотографировал труп в разных ракурсах. После чего, натянув резиновые медицинские перчатки, начал извлекать из своего чемоданчика различные принадлежности в виде пузырьков, кисточек, пакетиков и прочего.

– Понятые, – повернулся к двум уже абсолютно протрезвевшим парням Дмитрий, – не могли бы вы выйти из комнаты, пока я буду составлять протокол, это займет не менее сорока минут. Тесновато здесь.

– Да, мы можем подождать на улице, – отозвался один из парней, – такой вони я долго не вынесу.

– Пойдем, Дрон, подождем на лавочке, – поддержал второй.

Оперативные работники не торопились осматривать комнату, а следователь извлек из черной папки несколько бланков, авторучку и, стоя у входа в комнату, принялся заполнять протокол.

Андрей Викторович обработал специальным порошком те предметы, с которых необходимо было снять отпечатки: дверную ручку, подоконник, спинку стула, две пустые бутылки. Обрабатывая вторую бутылку он почувствовал, как холодок пробежал по спине. Неприятное ощущение у него вызвала кукла, которая сидела в углу рядом с бутылками. Выражение ее лица этой куклы было каким-то насмешливым, и глаза напоминали глаза живого человека. Ему показалось, что кукла смотрит прямо на него и смеется. Это кукла-невеста, на голове ее была красивая, долинная фата.

– Какая красивая и, в то же время, отталкивающая игрушка, – подумал криминалист.

– А с куклы отпечатки снимать? – обратился он к следователю.

– Не знаю, а зачем?

– Не могу понять причину, но она вызывает у меня какие-то странные ощущения.

– Может, спросим у хозяина?

Хозяин дома Лев Давыдович уже успел выйти на улицу.

– Мужчина, можно вас на минуточку? – позвал его Дмитрий, – Напомните, пожалуйста, ваше имя-отчество.

– Лев Давыдович, – вернувшимся даром речи произнес мужчина.

– Лев Давыдович, а кукла в той комнате, это что, игрушка ваших внуков, или просто для украшения интерьера?

– Какая еще кукла? – удивился Котов.

– В комнате на полу, рядом с трупом, сидит кукла, пойдемте посмотрите, может быть вспомните, откуда она у вас.

– Мне нечего вспоминать, – настаивал Лев Давыдович, – не было никаких кукол у меня в доме.

– Понятно, – следователь развернулся и пошел обратно в дом.

– Снимайте с куклы отпечатки и упаковывайте, – обратился Дмитрий к эксперту, – будем изымать.

– Зачем? – удивился Андрей Викторович.

– Хозяин утверждает, что никаких кукол в доме не было. Значит, можно предположить, что кукла имеет отношение к этому трупу.

Эксперт обработал твердые участки игрушки специальным порошком, и проклеил их скотчем, для того, чтобы на липкой ленте остался узор отпечатков. Затем он аккуратно перенес липкую ленту на бумагу и сложил в полимерный пакет. После этого он достал из своего чемоданчика пинцет, подцепил им куклу за краешек платья и поместил ее в другой прозрачный пакет. Перевязал пакет белой нитью, наклеил на концы бирку с оттиском круглой печати. Все остальные отпечатки на липкой ленте были помещены в прозрачные полимерные пакеты, а пакеты опечатаны.

– Ну что? – снимая перчатки, обратился к Дмитрию Андрей Викторович, – я закончил.

– Давайте перейдем к осмотру трупа, – предложил Дмитрий, – что мог, я уже описал, теперь перевернуть бы его.

– Я позову наших оперов, пусть помогут, – и эксперт направился на улицу.

Самым неприятным моментом оказалось переворачивание полуразложившегося человеческого тела. Когда до него только дотронулись, запах усилился. По своей консистенции человеческое тело было похоже на гнилой помидор.

Стало понятно, что это была женщине. В глазах торчали тонкие спицы, напоминающие вязальные.

– Намучилась бедолага, – изрек следователь, – пока даже сложно предположить, от чего она скончалась – от болевого шока или потери крови. Ясно только одно – убили ее совсем в другом месте, а затем сюда подкинули. Лев Давыдович, а каких животных вы тут держите, кто так беспощадно объедал тело?

– У меня ни кукол, ни животных, ни трупов никогда на даче не было, – раздраженно ответил измученный всем этим кошмаром пенсионер, – в комнате, кроме трупа и куклы была заперта собака. Как только я открыл дверь, она выбежала.

– Собака? – в один голос произнесли следователь и эксперт.

– А куда она подевалась? – продолжал мини-допрос Дмитрий.

– Она выскочила из комнаты, как только я приоткрыл дверь, – ответил Котов, – и больше я ее не видел.

– Как вы предполагаете, чья это могла быть собака? Вспомните, это очень важно. Может быть, вы видели ее у соседей?

– Нет, я даже предположить ничего не могу, кроме того, что ее оставил убийца вместе с трупом.

– Получается, убийца оставил труп, куклу и собаку? – продолжал следователь.

– Выходит, что так.

Когда осмотр был закончен, и труп помещен в черный полимерный пакет, следователь предложил всем присутствующим расписаться в протоколе осмотра места происшествия.

А ровно через неделю патологоанатом представил следствию свое заключение, в котором было установлено, что женщина умерла от болевого шока. Торпидная фаза экзогенного болевого шока была вызвана повреждением глазных яблок. А последовавшие за этим ножевые ранения в области печени вызвали наступление терминального состояния – предагонию и клиническую смерть. После остановки сердца и дыхания, убийца продолжал наносить удары острым металлическим предметом. Признаков изнасилования не выявлено. На теле обнаружена слюна животного в местах укусов.

После проведения физико-химической, биологической и трасологической экспертиз, а так же с помощью стоматологов удалось установить, что это тело некой Вытской Татьяны Александровны, которая уже три недели находится в Федеральном розыске, как без вести пропавшая. Кроме того, при опознании тела мать Вытской узнала татуировку в виде дракона в нижней части голени левой ноги.

Татьяна Вытская проживала одна в двухкомнатной квартире, которая досталась ей в наследство после смерти отца. Из родных и близких у нее была мать и молодой человек, по имени Вячеслав, с которым она встречалась на протяжении последних двух лет. Именно Слава первым узнал об исчезновении Татьяны.

, и Слава заехал за своей девушкой в шестом часу вечера. Татьяна не открыла дверь, это его очень удивило, но то, что у нее были отключены оба мобильных телефона, удивило еще больше. Вячеслав предположил, что она уехала к матери.

Может быть, мама заболела, – рассуждал Слава. – Татьяна очень волновалась и просто забыла ему сообщить. Он не знал, как связаться с матерью Татьяны – Любовь Ивановной, но зато знал номера телефонов всех ее трех подруг. Никто из подруг ничего вразумительного сказать не мог. Правда, одна из них смогла связаться с Любовью Ивановной и выяснить, что Татьяна к ней не приезжала.

На вторые сутки безуспешных поисков Вячеслав обратился в местное отделение милиции, где приняли его заявление, объяснив, что разыскивать девушку начнут только спустя трое суток с момента ее исчезновения. Вячеслава настораживало многое. Во-первых, Татьяна, даже в случае ссоры, не имела привычки прятаться и не отвечать на звонки. Во-вторых, они не поссорились. В-третьих, куда подевалась Матильда – такса, которую три года назад Татьяна приобрела на птичьем рынке? И, наконец, в-четвертых, даже ее мать ничего не знала о местонахождении дочери, чего раньше никогда не было.

Спустя три дня сотрудники милиции в присутствии Любови Ивановны проникли в квартиру, где проживала Татьяны, и обнаружили что квартира пуста, Матильды тоже нет, хотя прогулочный поводок лежит на месте. В общем, ничего особенного, кроме одной вещи – куклы-невесты, найденной на кровати. Ни Вячеслав, ни Любовь Ивановна, ни подруги девушки не припоминали, чтобы у Татьяны были игрушки. Она вызывала какие-то двоякие чувства: насколькобыла красива и привлекательна, настолько же обладала отталкивающими качествами. В связи с тем, что родные и близкие полностью отрицали тот факт, что у Татьяны куклы, игрушка была изъята и приобщена к материалам уголовного дела как вещественное доказательство.

Теперь, спустя три недели, когда тело несчастной девушки было найдено, следствию предстояла непростая задача – раскрыть это жестокое преступление.

Версии выдвигались разные. Но, так как врагов у Татьяны Вытской не было, и, по сути, быть не могло в силу ее спокойного и миролюбивого характера, основной оставалась версия, чтоубийство девушки – дело рук маньяка. Не понятно был то, что следов изнасилования на теле убитой не было. Характерной чертой маньяков-убийц являлась то, что с живой или мертвой жертвой.

Судя по всему маньяк застал Татьяну дома. Вячеслав поминутно вспомнил весь день. Он утверждал, что звонил ей за час до своего приезда. В разговоре Татьяна сказала, что приняла душ и укладывает волосы. Этого часа, прошедшего с момента их телефонного разговора до его приезда, ей могло хватить лишь на то, чтобы привести себя в порядок. Она даже вряд ли пошла бы выгуливать Матильду, так как время прогулок с собакой было всегда примерно одно – в восемь утра и между девятью и десятью часами вечера. Получалось, что Татьяна находилась дома, когда ее кто-то навестил. И это, судя по всему, был хороший знакомый Татьяны, так как взлома двери и следов борьбы следователи не обнаружили.

Когда получили детализацию телефонных разговоров, и обнаружили, что последним ей звонил именно Вячеслав, то отрабатывали и версиючто именно он причастен к исчезновению девушки. Однако этот версия был явно ошибочным. Во-первых, в шестнадцать часов пятьдесят три минуты был зафиксирован входящий вызов от Вячеслава, по биллингу, вызов был сделан совсем с другой базовой станции. Примерно в семнадцать часов сорок минут его видела соседка Татьяны, которая сидела на лавочке возле подъезда. А в семнадцать часов сорок шесть минут, согласно детализации его номера мобильного телефона, он звонил Татьяниной подруге. То есть, траектория движения Вячеслава был абсолютно ясен. Кроме того, у парня отсутствовали и цели и мотив преступления.

Следователями также отрабатывались все лица, освободившиеся из мест лишения свободы, которые были осуждены за убийства и другие преступления насильственного характера, в Воронеже и Воронежской области. Однако подобных преступлений в городе и области за последнее десятилетие не было, Были убийства на бытовой почве, в пьяной драке, но подобных дел в ИЦ УВД области не значилось.

Убийство тридцатилетней Татьяны Вытской имело большой общественный резонанс. Расследование уголовного дела было поставлено на контроль в Главном Следственном Управлении. На очередном заслушивании хода расследования всплыла одна очень интересная деталь.

Третьего сентября две тысячи десятого года в Москве произошло убийство жены следователя Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Изонова Родиона Сергеевича. Почерк киллера схож с убийством Вытской Татьяны. На месте убийства Изоновой также найдена кукла, происхождение которой неизвестно. В обоих случаях жертв каким-то образом выманивали из дома, убивали и увозили, а впоследствии находили далеко от дома. И в первом, и во втором случае жертв сопровождали их питомцы.

Изонову Валерию Эдуардовну нашли спустя месяц после исчезновения, и произошло это совершенно случайно. Андрейкин Степан Михайлович имел гараж, который находился не совсем рядом с тем местом, где он проживал. А так как его старенький опель-астра не требовал того, чтобы его прятали в гараж, Степан Михайлович не предпринял попытки приобрести его возле дома, продав гараж в Бутово. Он использовал в качестве склада для вещей, которые в квартире хранить было не где.

Тридцатого сентября он затеял в своем квартире небольшой ремонт, для чего ему понадобились ножовка, гвоздодер, молоток, зубило и прочее. Большая часть инструментов находилась как раз в гараже.

С этой целью ранним утром он туда и направился. Подъехав к гаражному обществу, он показал сторожу на въезде свой пропуск, после чего проехал в свой сектор. Большинство гаражей, находившихся рядом, также не использовалось их владельцами.

Андрейкин остановился, заглушил двигатель, достал большую связку ключей, среди которых выбрал самый большой, после чего не спеша вылез из машины и пошел к воротам гаража. Мужчина вставил ключ в замочную скважину, но не успел повернуть его даже на один оборот, как услышал дикий кошачий крик. Степан Михайлович даже предположить не мог, что в его гараже находится живое существо.

– Скорее всего, где-то по соседству, – подумал он. – Странно, конечно, держать в гараже животное, может быть кто-то привез его на передержку?

Однако, не успел Степан Михайлович приоткрыть одну воротину, как с еще более усилившимся криком из гаража выскочила кошка и скрылась из виду.

– Не может быть! Что это? – вслух удивился Андрейкин.

В гараже почему-то горел свет, и витал необыкновенно едкий и мерзкий запах. Андрейкин машинально отскочил ворот.

– Боже мой, – как человек глубоко верующий, начал с испуга креститься Степан Михайлович. – Нечистая сила!

Он никак не мог решиться заглянуть внутрь. То ли плохое предчувствие, то ли страх одолевали его. Но закрыть гараж и уехать – это тоже не выход. Надо пересилить себя и зайти в гараж.

Преодолев свое нежелание узнать что произошло, Андрейкин прикрыл нос рукавом куртки так как неприятный запах исходил из гаража, второй рукой потащил дверь на себя и полностью распахнул ее. После чего последовала истерическая реакция: Степан Михайлович, нечленораздельно выкрикивая какие-то слова, помчался к выходу из гаражного общества. Он бросил открытыми и гараж, и машину.

– Сюда, пожалуйста, сюда, – кричал Андрейкин, добежав до сторожа, дежурившего в домике у центрального въезда.

– Прошу вас, пойдемте со мной, – не унимался Степан Михайлович.

– Да что, черт возьми, вы от меня хотите? – не торопился подняться с дивана сторож. – Куда вы меня зовете?

– В моем гараже… Там… Не могу поверить своим глаза… Там кто-то лежит…

– Кто лежит? – удивился сторож.

– Труп, там труп.

– Какой еще труп? – недоумевал сторож. – Я же не могу бросить въезд и идти разглядывать труп. Может это еще и не труп?

– Он уже начал разлагаться, – немного успокоившись, продолжал Андрейкин.

– Значит, надо звонить в милицию, если вы настаиваете, что это, действительно, труп, и вам не показалось.

– Нет, – замотал головой Степан Михайлович, – это жуткое зрелище, перепутать ни с чем нельзя.

Сторож Илья Спиридонович снял трубку телефонного аппарата и нажал на кнопки с цифрами ноль и два.

– Дежурный, слушаю, – услышал он после двух гудков мужской голос.

– Это сторож из гаражного общества в Бутово. Один владелец гаража только что обнаружил труп в своем гараже.

– В скорую звонили? – поинтересовался мужской голос, представившейся дежурным.

– Вряд ли они уже смогут помочь.

– В любом случае медики должны констатировать смерть, так что вызывайте их тоже.

– Хорошо, я позвоню.

– Называйте ваш адрес, – продолжал дежурный.

– Бульвар Дмитрия Донского, после дома номер восемь – направо, и, через двор, будет въезд в гаражное общество.

– Ожидайте, – дежурный отключился.

Не успел Илья Спиридонович положить трубку, как услышал сигнал только что подъехавшего Рэнж Ровера черного цвета. Он сразу узнал хозяина, но поднимать шлагбаум не торопился. Он поспешил спуститься из будки и подойти к открытому окну машины.

– Вам придется подождать, в одном из гаражей произошло убийство, и с минуты на минуту должны приехать сотрудники милиции.

– А я-то тут при чем? – удивился водитель внедорожника.

– Скорее всего, они будут обследовать всю территорию, и до их прибытия я не могу вас пропустить.

– Этого еще не хватало, – возмутился водитель, но сторож уже поднимался по лестнице в свою будку.

Затем Илья Спиридонович подошел к телефонному аппарату, снял трубку и опять набрал две кнопки, на этот раз ноль три.

– Скорая помощь, – услышал он звонкий женский голос.

– Здравствуйте, это вам звонят из гаражного общества на бульваре Дмитрия Донского. В одном из гаражей найден труп человека. В милиции сказали, что вы должны констатировать смерть.

– Что за труп – мужчина, женщина? Фамилия, имя, отчество погибшего? При каких обстоятельствах погиб?

– Да не знаем мы, – отозвался сторож, – это посторонний труп, хозяин одного из гаражей обнаружил. Мы не стали до приезда милиции входить, поэтому никакие подробности нам не известны.

– Называйте адрес.

– Бульвар Дмитрия Донского, – начал объяснять Илья Спиридонович, – после дома номер восемь – направо и – через двор, увидите въезд в гаражное общество.

– Ожидайте, – последовали короткие гудки.

Первыми прибыла оперативно-следственная группа из Следственного комитета. Их было три человека и водитель. Степан Михайлович сел в машину к сотрудникам правоохранительных органов и показал, как проехать. На крыше противоположного гаража издавал странные звуки кот или кошка. Машина, в которой прибыла оперативно-следственная группа, остановилась, и молодой следователь Алексей, который сидел на переднем пассажирском сидении, первым вылез и подошел к открытому гаражу.

– Ни фига себе! Вот это да-а-а-а! – он прикрыл нос ладошкой и перешагнул порог.

Степан Михайлович стоял в пяти шагах, но приблизиться не решался. А двое прибывших сотрудников и водитель дежурной машины, не торопясь, подошли к входу.

– Никогда ничего подобного не видел, – медленно произнес парень невысокого роста, прикрывая нос рукой.

– Ничего не трогайте, – скомандовал Алексей, – будем снимать отпечатки, откуда это возможно, и назначать дактилоскопическую экспертизу.

– Такое впечатление, что труп кто-то объедал. Может быть, он лежал в лесу, а потом его перетащили сюда? – предположил невысокий сотрудник.

– В гараже была заперта кошка, – отозвался Степан Михайлович, – если она долго находилась в закрытом помещении с трупом, может быть, от голода и объедала тело этого несчастного.

– Ни вон та ли, случайно, кошка? – указал Алексей на курильского бобтейла, сидевшего на крыше противоположного гаража.

– Она самая, – вскрикнул Степан Михайлович.

По изуродованному телу не сразу можно было определить, кому оно принадлежало, мужчине или женщине. Одежды на нем не было, а то, что могло указать на принадлежность к тому или иному полу, было выедено кошкой. Больше всего пострадало лицо и гениталии. Хотя сложно было до конца понять, что съедено, а что изуродовано убийцей.

Следователь тщательно осматривал труп и все записывал в протокол. Эксперт тем временем выполнял свою работу: снятие отпечатков со всех предметов, до которых предположительно мог дотрагиваться убийца, фотографии. Он снял вид гаража с улицы, сделал несколько снимков внутри гаража, сфотографировал отдельные части тела и труп полностью. В качестве понятых пригласили водителя Рэнж Ровера и водителя автомобиля ЛадаКалина, который также подъехал к гаражному обществу. За это время возле въезда образовалась целая пробка из машин, желающих пробраться к своим гаражам. Но никто не скандалили, все обсуждали происшедшее, пересказывая друг другу, кто что услышал.

Работы у оперативно-следственной группы было ни на один час, поэтому территорию попытались огородить. От соседнего гаража к противоположному протянули буксировочный трос. А с другой стороны перекрыли проход дежурной машиной и лентой красного цвета. После чего въезд в гаражное общество открыли, и за буксировочным тросом собралось много зевак.

Оперативному сотруднику предстояло тщательно осмотреть помещение, а следователь, тем временем, брал объяснения у владельца гаража и сторожа.

Само помещение представляло собой склад старых вещей. С правой стороны вмонтированы деревянные полки, уставленные запылившимися банками разного объема и вида. Под полками – склад рыболовных принадлежностей – старые удочки и прочее. Возле задней стенки – деревянные ящики, составленные друг на друга и набитые различными строительными инструментами, гвоздями. Рядом инвентарь огородника: лопаты, грабли и, даже, вилы. Вся эта свалка старых вещей не вызывала никаких подозрений. Пересматривать и описывать в протоколе их никто не собирался. Единственная вещь, не вписывающаяся в интерьер гаража– кукла. Красивая, в красном платье с гипюровыми оборками, на голове белая фата… Она сидела на раскладном стульчике, прямо возле трупа. Кукла вызывала очень неприятное ощущение. Что-то отталкивающее было в ее взгляде. Глаза похожи на глаза живого человека. На лице у куклы растянулась улыбка, но не добрая улыбка детской игрушки, а злая, насмешливая. Эта кукла скорее походила не на детскую игрушку, а на художественное произведение.

Хозяин гаража Степан Михайлович подтвердил, что никогда не увлекался куклами, и эта находка такая же загадочная, как кошка и труп человека. Поэтому кукла была упакована в полиэтиленовый пакет, который, в свою очередь, был опечатан и скреплен подписями понятых. Единственное вещественное доказательство, которое не удалось упаковать – это кошка. Она так и сидела на крыше соседнего гаража, уже перестав дико кричать, и наблюдала за происходящим. По всей вероятности, хозяином этой кошки являлся обнаруженный в гараже труп человека.

Машина скорой помощи подъехала спустя час после приезда следственно-оперативной группы. С переднего пассажирского сиденья вылез врач в синей медицинской одежде.

– Как я понимаю, от нас требуется только констатировать смерть, – начал медицинский работник.

– Ну, это только, чтобы соблюсти формальности, – вступил в разговор Алексей, – необходимо ваше заключение, а констатировать смерть смогла бы даже вон та кошка. Он указал рукой на курильского бобтейла.

Следственно-оперативная группа заканчивала свою работу, Алексей предложил понятым расписаться в протоколе на каждом листе. Труп был уже направлен в танатологическое отделение морга. А количество зевак все увеличивалось.

То, что тело жертвы принадлежит Изоновой Валерии Эдуардовне помогли определить специалисты-ортопеды. Узнать, кому принадлежало тело с множеством ножевых ранений и частично съеденное кошкой можно было только по зубам.

От того что пропала жена сотрудника правоохранительных органов, и, возможно, это связано с его профессиональной деятельностью, расследование уголовного дела было поручено одному из самых опытных следователей города Москвы Селезневу Игорю Анатольевичу.

За тот месяц, который прошел с момента исчезновения жены следователя Изонова, было выстроено несколько следственных версий, одна из которых подтвердилась. Следствие вышло на след ранее судимого Артемова Дмитрия Игоревича. Доказательств было достаточно: Артемова опознала соседка Изоновых. Точнее, она помогла составить фоторобот этого мужчины. В день похищения Валерии Мария Павловна обратила внимание на незнакомого мужчину, который долго стоял возле подъезда, и, по всей видимости, пытался проникнуть внутрь. Мария Павловна с тех пор, как умер ее муж, была женщиной одинокой. Детей у нее не было. И поэтому любимым ее занятием сидеть на табуретке возле кухонного окна, и наблюдать за жизнью соседей: кто опаздывает на работу, а кто, наоборот, поздно возвращается, кто в отсутствие жены не прочь пообщаться с милой дамой. Но обсуждать сплетни она не любила и то, что видела, держала при себе.

При сборе характеризующих данных Артемова, было установлено, что он ранее судим за разбой, затем – за изнасилование. А вот зачем он убил Валерию Изонову, было несовсем понятно. Разрабатывалась версия ограбления. Наверняка, он действовал не один. План ограбления был четко спланирован. Убивать Изонову никто не собирался, но женщина пришла домой раньше обычного, когда Артемов был уже в квартире, и ему ничего не оставалось делать, кроме как убить и свидетеля и потерпевшую в одном лице. А соучастники Артемова пытались сделать так, чтобы Изонов задержался на работе, инсценировав взлом его рабочего кабинета.

Артемову и его подельникам удалось узнать, что Изоновы в августе продали квартиру, в которой до самой смерти жила мать Родиона. Но они не знали о том, что полученные денежные средства дома не хранились. Часть вырученных денег Родион сразу же истратил на то, чтобы рассчитаться с долгами. Все, что осталось, положил на депозитный счет, открытый в Сбербанке.

При проведении осмотра в квартире Изоновых на пуфике в прихожей был обнаружен человеческий волос. После проведения биологической экспертизы установлено, что волос принадлежал именно Артемову. Так же были изъяты отпечатки обуви возле квартиры, которые, согласно трасологической экспертизе, принадлежали Артемову. Неопровержимые доказательства.

Сам подозреваемый какое-то время сопротивлялся и никак не хотел признавать свою вину. Однако, после двухнедельного пребывания в следственном изоляторе, после продолжительных допросов с применением некоторых оперативных приемов, он все же был вынужден сознаться в содеянном и даже раскаяться.

Артемов утверждал, что преступление совершил один. Он никак не хотел сдавать соучастников. А когда в Следственном управлении всплыло еще одно похожее убийство, совершенное в городе Воронеже в то время, когда Артемов находился уже под стражей, следователи были просто обескуражены. Получается, что Артемов арестован, а его подельники продолжают совершать зверские убийства. Следователь Селезнев был сбит с толку. Зачем соучастники Артемова продолжают убивать? С целью ограбления? Не похоже. Грабить у Татьяны Вытской было нечего. Такой дерзкий вызов правоохранительным органам, чтобы отомстить за следственно-арестованного Артемова? Но это же глупо. Артемов мог в любой момент расколоться, и тогда все окажутся в руках правосудия.

Во время следственного эксперимента Артемов не смог точно показать, где была найдена жертва, не смог в деталях рассказать, как убивал ее, как наносил удары. Он ничего не знал про куклу и кошку, или делал вид, что не знал. Следователи не исключали, что Артемов таким образом пытался ввести следствие в заблуждение.

Что-то в этом деле не вязалось. В частности и то, зачем преступная группировка подкидывала кукол. Для того, чтобы найти разгадку, была создана целая следственная группа, руководителем которой остался Селезнев.

После вечера встречи с одноклассниками Руслан Киселев решил отыскать Валерию в социальных сетях, на сайте «Одноклассники». Он зашел на ее страничку и, первое, что заметил – это дата, когда она последний раз посещала сайт – второе сентября. Прошла ровно неделя, а она не заходила в «Одноклассники». Возможно, уехала с мужем отдыхать. Самое время, бархатный сезон. Почему же она обещала быть на вечере? Незапланированный отдых? Руслан пересмотрел ее фотографии. Открыл фотоальбом «отдых», затем – «моя семья». Он сидел, откинувшись на спинку стула, и любовался фотографиями женщины, любовь к которой была первой и запоминающейся. Мысленно вернулся в школьные годы, когда они были еще детьми. Валерия – такая юная, всегда улыбающаяся, добрая и открытая девчонка. В ней настолько все гармонировало – и внешность, и склад ума, и характер. На фотографиях, где они с мужем отдыхают в Турции, она почти не изменилась. Лицо такое же детское и открытое, улыбка мягкая и добрая. Пролистывая ее фото, он проставлял оценки.

Затем Руслан перешел в раздел «Друзья» и пересмотрел, кого она добавила. Десять человек из шестидесяти двух, отмеченных Валерией, как друзья, были их одноклассники. Он наткнулся на Аллу Критову – лучшую подругу Валерии. Кстати, она тоже отсутствовала в субботу на вечере встречи одноклассников, хотя раньше всегда приходила.

– Поехали отдыхать вместе, – подумал Руслан, – или просто Алла не захотела идти без Леры. Но все же странно, собиралась прийти – и не пришла.

Он еще раз открыл сообщения и нашел переписку с Валерией Изоновой.

Последнее сообщение от нее было такого содержания: «Приветик. Как дела? На встречу собираешься? Придет ориентировочно пятнадцать человек. Мы с Аллочкой будем обязательно». Он ответил ей, что, конечно, придет, он знает о том, что будет не меньше пятнадцати человек.

Спустя неделю Руслан опять зашел на страничку Валерии в «Одноклассниках». Он надеялся увидеть там ее новые фотографии. Но последняя дата посещения ею сайта так и осталась – второе сентября.

Глава 3

Октябрь 2010 г. Москва

Не только группа под руководством Селзнева, но и весь личный состав Главного следственного управления был ориентирован на раскрытие этих жестоких преступлений. Игорь Анатольевич, как говорится, был «следователь от бога». Его профессионализм, большой опыт работы, а так же трудолюбие не заставляли никого сомневаться, что преступление будет раскрыто.

Он проходил службу в звании полковника юстиции и занимал должность старшего следователя по особо важным делам. Большую часть своей жизни он посвятил любимой работе. Жену и пятнадцатилетнюю дочь он любил не меньше, но уделять им столько времени, сколько уделял своей профессиональной деятельности, не мог. А теперь, когда в его производстве находилось дело о жестоком убийстве двух молодых женщин, он вообще стал редко появляться дома.

Все неотложные следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия были выполнены. А соучастники Артемова еще не установлены, хотя, были установлены все контакты обвиняемого. Результаты компьютерно-технической экспертизы показали, что в списке мобильного телефона предполагаемого убийцы числится более двухсот контактов. Каждый из них отрабатывался. Сто двенадцать отпало сразу. Это были телефоны различных организаций, родственников Артемова, которые вряд ли были с ним в сговоре, и других лиц, на которых не могло пасть подозрение. А вот с остальными номерами пришлось поработать. Эти лица проверялись по всем базам данных на предмет семейного положения, рода занятий, судимости, переездов и перелетов, круга общения. Выяснилось, что многие из номеров были зарегистрированы не на тех людей, которые ими пользовались.

Из всех восьмидесяти шести человек ни один, согласно базе данных «Экспресс», не ездил в Воронеж. Но если учесть, что по вышеназванной базе можно отследить только железнодорожный транспорт и авиаперелеты, то остается небольшой процент сомнений, что в другой город преступники отправились на машине.

Согласно полученной детализации телефонных переговоров, самое большое количество звонков Артемов получал от своего приятеля «по зоне», некоего Михаила Турикова, больше известного в криминальных кругах как Чеченец – так Клички являются непременным атрибутом криминальной субкультуры… Все звонки были сделаны Чеченцем из города Смоленска. Вероятнее всего, последний проживал именно там. Следователи не торопились работать с возможными сообщниками Артемова, чтобы не спугнуть их и добыть как можно больше доказательств. На всякий случай за Туриковым было установлено наружное наблюдение.

За две недели работы техников ничего подозрительного в действиях Чеченца никто не заметил, кроме того, что он, похоже, употребляет наркотики. Быт Турикова скрашивала такая же сомнительная особа, как и он. Парочка, похоже, не работала, непонятно на какие средства существовала. Постоянные гости, из числа местных алкоголиков, ночные потасовки и различные нарушения правопорядка. Возможно, Туриков был причастен и к сбыту наркотических средств, зарабатывая, таким образом, но следователи не стали фиксировать это преступление, чтобы была возможность раскрыть убийство молодых женщин. Хотя всем было ясно, что человек, зависимый от наркотиков, озадачен в жизни лишь одной целью – где добыть очередную дозу. Поэтому следствие не исключало и той версии, что убийства помогал совершать Артемову совсем другой человек.

Сегодня Селезнев решил позволить себе отдохнуть, и, так как была суббота, в два часа дня он отправился домой побыть с семьей. Когда Игорь Анатольевич тихонько вошел в квартиру, жена Светлана даже вздрогнула от неожиданности.

– Нашли всех убийц? – удивилась она.

– Нет, просто очень устал, и с Вами хочется побыть. Где Катерина?

– Она пошла в магазин, уже должна вернуться.

Игорь Анатольевич нежно обнял жену и поцеловал в затылок.

– Что сегодня на обед? – проходя на кухню, спросил он.

– Твоя любимая картофельная запеканка.

– Отлично! Дождемся Катьку и сядем обедать, я очень проголодался.

– Да, ты заметно похудел и осунулся, – вздохнула Светлана, расставляя тарелки на трех человек, – когда вы уже поймаете всех злодеев?

– Сложно сказать, – Селезнев сел за кухонный стол, – нет ни одной зацепки. Единственный источник, откуда можно что-либо выудить – это Артемов. Ему уже было предъявлено обвинение. Но он молчит, стоит на своем, что был один.

– Так, может быть, он и был один?

– Не может, – твердо заявил Селезнев. – Когда убили женщину в Воронеже, Артемов уже был арестован и находился в следственном изоляторе. А почерк этих двух убийств один и тот же. Слишком много похожих деталей, животные, куклы. Таких совпадений не бывает.

Тут в дверь позвонили, и Светлана поспешила открыть дочери.

– Купила только сметану и творог, а кефира однопроцентного не было, – начала Катерина.

– Будем обедать с папой, он сегодня рано!

– Что, уже пришел? – удивилась Катя.

– Пришел, – услышала она голос любимого папочки.

– Ура! Мы уже забыли, как ты выглядишь, – и она чмокнула в щеку Игоря Анатольевича.

– Ну, садитесь, будем обедать, – пригласила всех к столу Светлана.

– Пап, что там у вас на работе? – подняла ту же тему дочь.

– Да ну ее, на работе про работу, дома про работу, расскажи как в школе, – решил сменить тему Селезнев.

– Нет, папочка, мне очень интересно, как у тебя дела, – настаивала на своем Катерина, – от этого зависит, скоро ли ты сможешь вести нормальный образ жизни и бывать почаще с нами.

– Ну, как на работе, – ласково погладив дочь по голове, переспросил Селезнев, – один преступник сидит, а его подельники продолжают убивать.

– Пап, очень странно, что они подбрасывают игрушки, – не унималась Катя.

– На этот вопрос никто пока ответа не нашел, даже наш злодей ничего не поясняет.

– А мне кажется, если убийца на месте преступления оставляет игрушки, значит это воспоминания из его детства. Вряд ли это групповое преступление. Маньяк – преступник, сумасшедший, испорченное детство, мстит людям.

– Эту версию мы рассматривали, но после того, как убийца был арестован, совершено точно такое же преступление в Воронеже. Доказательств, что первое преступление совершил именно Артемов предостаточно, – Игорь Анатольевич понял, что опять уходит и мыслями и разговорами в работу. – Все закончили, всем приятного аппетита.

Катя и Светлана наперебой рассказывали об успехах дочери в школе. Игорь Анатольевич вроде бы участвовал в семейном разговоре, иногда вставляя слова «молодец», «похвально», «ага», но мыслями так и остались о работе.

– Да, действительно, игрушки – это испорченное детство, – размышлял он, – надо начинать копать с самого детства Артемова. Мы ведь располагаем характеризующим материалом только за время его пребывания на зоне и после освобождения. А что было до этого?

Селезнев доел свою порцию запеканки, и, отказавшись от чая, решил подремать.

Изонов тяжело переживал убийство жены, и решил, во что бы то ни стало, найти преступников. Начав свое независимое расследование, он восстановил все контакты жены. Кроме Аллы Критовой, Валерия общалась с двумя коллегами по работе. Они жили в разных районах, поэтому иногда после работы заходили куда-нибудь в кафе, выпить чаю.

Накануне своего исчезновения Лера как раз ужинала возле работы с Ириной и Ксюшей. Родион встретился с ними. И та, и другая утверждали, что Валерия была в прекрасном настроении, никаких опасений не высказывалаи очень радовалась предстоящей встрече с одноклассниками. Родион расспросил все до мелочей, какие имена она называла, о каких своих планах рассказывала им. Ничего, что дало бы хоть какую-то подсказку, не было.

Он уже несколько раз переговорил со всеми соседями. Кроме одной женщины, которая видела возле подъезда Артемова и впоследствии опознала его, никто никакими сведениями не располагал.

Изонов старался поддерживать связь с Аллой Критовой. Она помогала Родиону узнать подробности последних дней Валерии, но тоже пока безуспешно.

Пятнадцатого октября Руслан Киселев опять зашел на сайт «Одноклассники», и, увидев на странице Валерии Изоновой, что дата ее последнего посещения, по-прежнему, второе сентября, почувствовал что-то неладное. Что могло случиться? Заболела? Лежит в больнице? Он старался не звонить ей по мобильному телефону, но терпение его закончилось, и он набрал номер Валерии. А когда услышал голос оператора – «Аппарат абонента выключен или находится не в зоне действия сети», решил выяснить все через ее подругу. Он зашел на страничку к Алле Критовой и настрочил сообщение: «Привет. Как дела? Почему с одноклассниками встречаться не хочешь? Кстати, и Валерии не было! Она вообще куда-то исчезла!»

Через день он получил ответ, что с Валерией случилось несчастье. Алла, не писала подробности, единственное, что он узнал, что Леры больше нет. Он решил встретиться с Критовой и все у нее узнать. Там же, через сеть одноклассники, он узнал телефон Аллы и позвонил ей. Они договорились встретиться в кафе на Пушкинской.

После всего, что Руслан узнал от Аллы Критовой он погрузился в настоящую депрессию. Он и не предполагал, что одно из тех страшных убийств, о которых каждый день вещали средства массовой информации, это и есть трагедия, коснувшаяся девушки, которую он так любил с самых юных лет, и любовь к которой, наверное, не остыла до настоящего времени. В интересах следствия имена погибших в СМИ не называли.

Каждый день Руслан заходил на страничку Валерии в одноклассниках, туда, где она, еще живая, как всегда веселая и добрая. В очередной раз он машинально набрал в поисковой системе Яндекс «Одноклассники», когда открылся нужный сайт, ввел пароль и зашел на свою страничку. Не просматривая новости в социальной сети, Руслан нашел среди своих друзей Валерию. Щелкнув мышкой, зашел на ее страницу. На какое-то время он провалился в воспоминания… Детство, школа, девчонка с длинными волосами и голубыми глазами, похожая на Мальвину из сказки. Его дружба с ней, веселой и жизнерадостной. Ее завораживающее имя – Валерия. Их первый медленный танец на «Огоньке» в седьмом классе. Ее взгляд, честные и добрые глаза. Первый поцелуй в подъезде. Прогулки по парку летними солнечными днями. Он вспоминал все до мельчайших подробностей: как держал ее за руку, как зимой на катке она скользила по льду, а он догонял ее, и они, смеясь, стояли, прижавшись к забору под светом фонаря.

Он навел курсор в основной строке на странице Валерии на слово «прочее» и щелкнул мышкой. Вышел список: «подарки», «форум», «праздники», «закладки», «о себе», «черный список», «аукционы», «ссылки». Он выбрал «форум». Выскочили все люди, писавшие ей на форуме, и их сообщения. Руслан не стал все пролистывать, его пальцы автоматически, действуя отдельно от его разума, начали строчить по клавиатуре:

Словами горю не помочь,

Беду стихами не прогнать,

Стал темен ясный день, как ночь,

А что осталось мне, рыдать?

Уменьшить в сердце боль хочу,

Добавить что-то здесь – едва ль,

Я так же, как и все, скорблю,

Всего два слова – очень жаль…

Глава 4

Ноябрь 2010 г. Челябинск

Снежана Ленская была замужем, но ей часто приходилось оставаться дома одной, чего она очень не любила. В связи с этим, любимого мопса Чипа она укладывала рядом с собой на подушку, и, осознавая, что дома есть живое существо, спокойно засыпала. Муж Снежаны, Артем, очень часто уезжал в командировки. Она уже к этому привыкла. В это раз он уехал в Краснодар на целую неделю. В отсутствие мужа Светлана больше времени уделяла подругам. Одиночество ее очень тяготило. Так как она была домохозяйкой, ей недоставало общения. Назавтра у нее была запланирована встреча. А сегодня она сходила в баню, пришла домой, выпила заранее заваренный в термосе отвар шиповника и решила пораньше лечь спать. Полежав в кровати без сна минут двадцать, она поняла, что сразу уснуть не сможет, и принялась читать журнал «Караван историй». Ее верный пес Чип гордо восседал на соседней подушке, на которой обычно спал Артем. На пятой странице Снежану начало клонить в сон и, она, отложив журнал, погасила лампу. В полной темноте, не смотря на то, что ее охранял Чип, Снежане стало не по себе. Такое бывало с ней и раньше. Она ворочалась с боку на бок, ее преследовало чувство, что в квартире кто-то находится. Хотя никаких звуков и шорохов слышно не было. В очередной раз перевернувшись, она оказалась лицом к окну и вздрогнула всем телом так, что Чип соскочил с кровати.

– Что это? – с ужасом произнесла Снежана.

Прямо из окна на нее смотрела кукла. Совсем как живая… Красивая, нарядная, на голове белая фата, кукла надсмехалась над ней. На окнах были прозрачные занавески, которые служили просто украшением, так что через них все хорошо было видно.

От страха у девушки перехватило дыхание, она почувствовала, что все тело похолодело, и потянулась к выключателю лампы. От волнения пальцы никак не могли нащупать кнопку. Наконец-таки удалось, свет загорелся, и кукла исчезла. Ее верный друг Чип смирно сидел рядом с кроватью. Если бы в доме был кто-то посторонний, то первой это почуяла бы собака.

В сознании всплыли те ужасные убийства с куклами, о которых говорили в новостях, писали в газетах. Скорее всего, она слишком часто об этом думала, и ей просто померещилась эта кукла. Несмотря на то, что она с мужем проживала на первом этаже семнадцатиэтажного дома, дотянуться до окна было невозможно, первый этаж был слишком высокий. Да и сам дом находился на центральной улице города – улице Кирова, где даже ночью полно народу. Двор дома не был засажен растениямии деревьями, поэтому все окна хорошо просматривались.

Снежана понимала, что все это ей просто кажется, начиталась газет, насмотрелась про кукол-убийц по телевизору, и ее очень впечатлительный характер дал о себе знать. Она решила попробовать уснуть при свете настольной лампы. Девушка закрыла глаза и повернулась к окну спиной. Но уснуть не получалось. Она невольно оборачивалась и смотрела в сторону окна. Вот… опять…. Та же самая кукла. Она отчетливо видела ее силуэт в темноте, там, за окном. Она встряхнула головой. Это был не сон. Ей это не кажется. Кукла была одета в фату невесты и, кажется, смеялась над ней. Улыбка была насмешливой, а глаза, почти как глаза живого человека, зловеще смотрели не нее. Что это? Она сходит с ума?

Снежана вскочила и села на кровати. Она резко сбросила с себя одеяло и подбежала к выключателю. Когда вся комната озарилась светом, кукла исчезла. Снежана выскочила из комнаты и стала включать свет по всей квартире – в гостевой комнате, в гостиной, даже в душевой и туалете. Затем забежала в кухню, и, включив свет, остановилась возле мойки. К окну приближаться она боялась. На всякий случай, девушка вооружилась кухонным ножом, тем, который предназначался для разделки мяса. Все тело дрожало, сердце билось учащенно, так, что его удары отдавались в голове.

Она соображала, что делать: звонить мужу не имело смысла, он находился в другом городе. Позвонить в милицию, но ей нечего им сказать. Что за ее окном кукла? Глупо. Позвонить кому-либо из подруг? Время без двадцати одиннадцать. Может быть, набрать Светлане? Тем более, та проживала недалеко от нее.

После набора номера Светланы последовали длинные гудки. Ответа нет.

– Надо одеться, выйти на улицу и проверить, что там за окном, – решила Снежана.

На улице с ней точно ничего не случится, там полно народу. Она будет звать на помощь. Ленская сняла с себя пижаму, вместо нее натянула джинсы, футболку, одела кроссовки и, даже не завязывая их, схватив куртку, выбежала на лестничную площадку. При этом она крепко сжимала в правой руке кухонный нож. Собираясь закрыть дверь, девушка пыталась вставить ключ в замочную скважину, но руки дрожали и не слушались ее. Вдруг, как вспышка молнии, сильный удар по голове. Что было дальше, она не помнила. Когда девушка очнулась, все тело ее затекло, рот был чем-то заклеен, глаза завязаны, все тело вытянуто, как на веревке. Она попробовала пошевелить руками, но ничего не получилось, кажется, ее к чему-то привязали. С ногами было то же самое. Все горло пересохло, она хотела попросить воды, но рот был заклеен… Она не понимала, где находится и сколько времени провела в таком положении.

Через узкую щелку, оставшуюся между глазом и повязкой, Снежана пыталась хоть что-нибудь рассмотреть, и в какой-то момент поняла, что находится в кухне своей собственной квартиры. Вот она разглядела холодильник, весь увешанный магнитами, привезенными из тех мест, где они с мужем отдыхали. Она перевела взгляд и увидела мойку, рядом кухонный шкаф, на котором остался стоять термос и кружка с остатками отвара шиповника. Возле шкафу висели кухонные полотенца, стояла микроволновая печь. Здесь ничего не изменилось после того, как она поужинала. Продолжая водить зрачком одного глаза, Снежана рассматривала свою кухню, в надежде найти разгадку того, что с ней происходит. Вдруг все тело пронзила судорога: она увидела кухонный стол, на котором сидела та самая кукла, смотревшая в ее окно. И та же зловещая улыбка, и те же живые, человеческие глаза. Кукла смеялась над ней. Она услышала смех. Кукла смеялась все громче и громче. Снежана понимала, что впала в бредовое состояние. Галлюцинации, болезненные представления, искажавшие действительность, овладели ее сознанием.

Вдруг звонок ее мобильного телефона перебил зловещий смех куклы. Телефон звонил, не умолкая, какое-то время.

Это настойчиво пыталась дозвониться Светлана. Когда Снежана перед выходом из дома звонила ей, та находилась в душе. А выйдя оттуда и обнаружив непринятый вызов подруги задумалась, почему она звонила в столь поздний час. Светлана перезвонила, но безуспешно, на звонки Снежана не отвечала. Может, пропала надобность, она отключила звук в телефоне и легла спать? Но нет, если звонок был в столь позднее время, вероятнее всего, Снежана хотела поговорить о чем-то серьезном, не терпящем отлагательства. Девушка решила перезвонить через некоторое время.

Светлана Суркова проживала тоже недалеко от центра, примерно в двадцати минутах ходьбы от дома, где жила Снежана. На общественном транспорте это было три остановки. Светлана знала, что муж подруги в командировке. Она сделала телевизор погромче, там началась программа «Вести», и отчетливый голос диктора вещал о событиях сегодняшнего дня:

«Политический кризис в Греции, по мнению специалистов, продолжится. Малый и средний бизнес разорится. Но некоторыесчитают, что Греция получит шанс на восстановление в экономике».

Экономическое положение стран Евросоюза не очень волновало Светлану, и она стала перещелкивать каналы. По каналу «Россия» показывали, как всегда вечером, мелодраму, на канале «НТВ» – программа «НТВшники». Одна ерунда, и она выключила телевизор.

Спать Светлане не хотелось, да и не выходила из головы мысль, зачем же звонила Снежана в столь поздний час, а теперь еще не отвечает на ее звонки.

Светлана вторую неделю находилась в отпуске, но уехать из города у нее не получилось: во-первых, неподходящее время года, во-вторых, довольно-таки ограниченный бюджет. Но она не расстраивалась, так как у нее накопилась немало дел дома, да и вообще в родном городе Челябинске. Сегодня весь день она посвятила себе любимой. Так как Светлана была девушкой одинокой, она снимала всего лишь однокомнатную квартиру, неподалеку от работы.

Утром сегодняшнего дня она посетила косметологический кабинет, затем перекусила в пиццерии. Она не часто ела пиццу, только если ничего другого поблизости не было. Вторая половина дня была посвящена бассейну, она активно плавала в течение двух часов, а затем заглянула в солярий. Поэтому после насыщенного отпускного дня она решила немного расслабиться и выпить бокал красного вина.

Это взыгравшее в голове вино и заставило ее натянуть джинсы, куртку, свитер и отправиться в гости к своей подруге, проверить, чем она занимается.

С целью, в столь поздний час поймать маршрутное такси, Светлана вышла к остановке. Но, простояв там минут двадцать, она почувствовала, что совсем продрогла, и решила пойти к Снежане пешком, а заодно и согреться.

Несмотря на время, машин на улицах города было много. Пройдя часть пути, она попыталась еще раз связаться с подругой по мобильному телефону. Гудки шли, но подруга не отвечала.

Снежана не помнила, сколько времени она пребывала в сознании, но когда почувствовала острую боль в лодыжке, снова лишилась чувств. И опять она приходила в себя от новых ударов, а потом отключалась. Она чувствовала, как кровь течет по ее лицу, и вдруг услышала визг своего Чипа. Собаку тоже бьют, поняла девушка.

Снежана не могла увидеть своего мучителя и не могла понять почему ее связали и издеваются. Ей очень хотелось задать вопрос: «За что?» Но она уже не могла издать ни звука, а рот все также был заклеен. Она не почувствовала, когда ее раздели. Все тело было липким то ли от пота, то ли это кровь так струилась из ран. И сознание вновь покинуло ее.

Светлана почти подошла к дому подруги, как вдруг из-за угла многоэтажки выскочила машина на бешеной скорости, и она еле успела отскочить, чтобы не угодить под колеса. Какой-то сумасшедший, скорее всего пьяный водитель, сел за руль и разъезжает по городу. Светлана уже успела пожалеть, что на ночь глядя, да еще и пешком, отправилась выяснять, что же ей хотела сказать Снежана. Возвращаться к себе домой было намного дальше, чем дойти до дома подруги.

– А может, я у нее переночую, – вдруг осенило Светлану, – ведь Артема все равно нет.

Подойдя к дому, где проживала Ленская, Светлана обратила внимание на то, что во всех окнах у подруги горит свет. Светлана опять засомневалась в правильности своего поступка. Вдруг у подруги в отсутствие мужа появился любовник? С трудом верится, но чем черт не шутит? Вдруг она в самый неподходящий момент заявится к Ленской и поставит ее тем самым в неловкое положение?

Светлана стояла возле подъезда и размышляла. Но какая-то сила подталкивала зайти. Может быть, это простое любопытство? Она к двери подъезда и набрала на домофоне номер сто один, ключ, тридцать три. Дверь не открылась. Наверное, цифры перепутала. Светлана попробовала еще раз, но ничего не получилось. Так она пыталась проникнуть в подъезд в течение пятнадцати минут, пока из подъезда не вышел пожилой мужчина выгуливать свою собаку…

Когда к Снежане возвращалось сознание, она ощущала нестерпимую боль во всем теле и понимала, что ее били. Она опять стала бредить: ей послышалось, что кто-то звонит в звонок ее квартиры.

Господи, – пронеслось у нее в сознании, – неужели Артем? Он узнал, что со мной случилось, и пришел на помощь.

Звонки раздавались все настойчивее. Вскоре в дверь стали стучать. Ей послышалось, что кто-то произносит ее имя: «Снежана, открой. Снежана».

Вдруг она почувствовала, что опять проваливается куда-то. Может быть это конец?

Через некоторое время девушка вернулась в сознание. Вой сирены стоял у нее в ушах. Казалось, что сирена воет так громко, что у нее сейчас лопнет голова.

– Что это? Где я?

И опять бездна.

В очередной раз она очнулась на носилках скорой помощикак раз в тот момент, когда носилки пытались аккуратно поставить в машину. Она не понимала что происходит. Вокруг нее куча пузырьков, шнуров, привязанных к рукам. Она успела разглядеть толпу народа, в которой через людей в белых халатах, рыдая, пробивалась Светка и дико кричала:

– Снежана! Пустите, я ее лучшая подруга! Снежана, я с тобой!

Светку тащил за руку какой-то мужчина и что-то ей говорил. Но она, упиралась, пыталась прорваться к носилкам.

В следственную группу, прибывшую на место происшествия, входили три следователя Следственного комитета, три опера из районного отделения милиции и эксперт-криминалист. Оперы, прибывшие раньше всех, оцепили вход в подъезд, протянув красную ленту от двери до лавочки, затем до лавочки напротив, и еще раз до двери.

– Разрешите пройти, – предъявил удостоверение следователя Следственного управления следственного комитета города Челябинска один из сотрудников.

За ним последовали двое других следователей и эксперт-криминалист. Квартира, в которой проживала Снежана, была открыта, и только соседка приоткрыв свою дверь, высунула голову из любопытства.

– Гражданочка, понимаю ваш интерес, вы все же соседи с потерпевшей, – обратился к пожилой женщине следователь Купрясов, – поэтому, не могли бы вы нам помочь, к примеру, поприсутствовать при осмотре квартиры в качестве понятой.

– Конечно, конечно, сыночек, а как же, мы же жили с ними душа в душу. Безотказная была Снежана, что не попросишь, никогда не откажет, и муж ее Артем – душа парень.

– Почему была, врачи сейчас борются за ее жизнь, а медицина у нас, сами знаете, продвинулась далеко вперед, – уверенным голосом произнес следователь, – так что, надеяться надо только на хорошее.

– Ой, дай бог, дай бог, – повторила соседка и закрыла дверь своей квартиры. Через три минуты она уже вышла, накинув ветровку на халат.

– Куда мне пройти?

– Присядьте пока вот здесь, – Петр Ильич указал, на табурет, стоявший прямо в прихожей.

Да, – обратился он к своим коллегам, – на этот раз убийце не удалось замести следы, мы застали его в самый разгар событий.

– А где, кстати, спасительница нашей жертвы? – поинтересовался опер.

– В доме ее точно нет, – ответил один из сотрудников Следственного комитета.

– Так чего же мы ждем? – переходя на крик начал опер, – испугается, уйдет, а потом правды не добьешься!

Светлана Суркова уходить никуда не собиралась, нашли ее сидящей на лавочке возле подъезда и плачущей навзрыд.

– Пройдемте, пожалуйста, в квартиру, – предложил ей оперуполномоченный, поддерживая Светлану за локоть. – Вам должны задать несколько вопросов.

– Хо-ро-шо-о-о-о, – все так же рыдая, выдавила из себя Светлана.

Светлана поднималась медленно, и с каждой ступенькой ее рыдания становились все громче и громче.

– Петр Ильич, – начал докладывать старшему группы молодой оперативник, – вот наш главный свидетель, и, в одном лице, спаситель жертвы.

– Хорошо, извините, как вас зовут? – обратился Купрясов к соседке, которую пригласили участвовать в осмотре в качестве понятой.

– Раиса Сергеевна, я и Светочку вот тоже знаю, она дружила с нашей Снежаной, часто приходила к ней.

– Раиса Сергеевна, – продолжил Петр Ильич, – медики уже уехали с потерпевшей, а Светлане бы чего-нибудь успокаивающего выпить.

– Сейчас, сейчас, – засуетилась Раиса Сергеевна, – у меня и валокордин и валериана есть, и валидол, я ведь сердечница.

Пока Раиса Сергеевна ходила за содержимым своей аптечки, Светлана стала понемногу успокаиваться. Купрясов прошел на кухню и уткнулся взглядом в злосчастную куклу, которая погубила уже ни одну человеческую жизнь. В чем же ее секрет? – прокручивал он у себя в голове, рассматривая красиво одетую, с фатою на голове, «убийцу».

– Вот, у меня все есть, – суетилась Раиса Сергеевна, – я же вам говорю, и в аптеку не надо ходить.

– Накапайте, пожалуйста, в стакан с водой тридцать капель валокордина, не поможет, тогда еще валерианы, – попросил Купрясов.

После выпитого лекарства Светлана практически полностью успокоилась и изъявила желание побыстрее высказать все что видела.

– Извините, как вас зовут? – обратилась она к Купрясову.

– Петр Ильич.

– Я бы хотела рассказать вам все в подробностях, – еще немного заикаясь, начала Светлана.

– Да, конечно, для этого мы вас сюда и привели.

Пока прибывшие сотрудники, осматривали квартиру, Селезнев уединился с главным свидетелем в спальне Снежаны. Конечно, осмотр места происшествия является неотложным следственным действием, но допросить основного свидетеля по горячим следам тоже немаловажно.

– Вы знаете, – начала Светлана, – Снежана такой замечательный, светлый человечек, у нее даже врагов быть не могло. И Артем тоже.

– Хорошо, давайте так, – начал задавать вопросы следователь, – вы ей приходитесь кем, подругой?

– Да, мы дружим со Снежаной с тех самых пор, как она вышла замуж и переехала в Челябинск, – охотно отвечала Светлана.

– И Вы утверждаете, что врагов у нее не было, и у ее мужа тоже?

– Нет, что вы, они просто замечательные ребята. Вся наша компания очень дружная. У нас все как на подбор.

– Так, а что же произошло сегодня, как вы здесь оказались??

– Снежана мне позвонила, а я в это время была в душе, – встав с кресла начала Светлана, – но меня насторожило, что звонок был поздний, примерно около одиннадцати часов вечера. Мы после десяти стараемся друг другу не звонить. А назавтра у нас бала запланирована встреча с подругами.

– С какими подругами? – поинтересовался Купрясов.

– Ну, мы дружим с Аленкой и Ритой, все они замужем, кроме меня, иногда мы встречаемся просто с подругами, а праздники – это у нас семейные посиделки.

– Так, хорошо, что было потом? – перебил ее Петр Ильич.

– Что потом? – задумалась Светлана. – Меня звонок, конечно, удивил, но я не придала ему никакого значения, мало ли что бывает? Думаю, перезвонит.

– Хорошо, а вы не пробовали позвонить ей сама? – продолжал задавать вопросы следователь.

– Я, увидев непринятый вызов перезвонила. Я как-то интуитивно чувствовала, что-то неладно, поэтому собралась и побежала к Снежане. Было бы не так поздно, я бы на маршрутном такси доехала, а попутки ловить ночью опасалась.

– Хорошо, а дальше? – настойчиво требовал следователь.

– А что дальше? Дальше, я звонить – никто не отвечает, стучать, кричать, только соседей разбудила. Раиса Сергеевна милицию помогла вызвать.

– А почему Вы не подумали, что Снежаны просто нет дома?

– Да потому, что по всей квартире горел свет, – опять переходя на рыдания, продолжала Светлана, – приехала полиция, взломали двери квартиры, при этом меня и Раису Сергеевну записали как понятых.

– Попробуйте успокоиться, я задам вам буквально еще пару вопросов, а протокол мы с вами поедем составлять в Управление.

– Хорошо, – сдерживая рыдания, сказала Светлана.

– Что было дальше? – спросил Купрясов.

– Дальше, – она закрыла руками лицо, и сквозь всхлипывания пыталась что-то невнятно говорить, – Снежана, она лежала вся голая, вся кухня в крови, все ее тело изрезано, а Чип бегал вокруг и лизал эту кровь.

– Кто такой Чип? – переспросил Игорь Анатольевич.

– Это ее собака. А Снежана еле дышала, она издавала такие звуки, просто ужас.

При проведении осмотра квартиры, к удивлению стражей порядка, не было найдено ни единой улики, которая могла бы дать хоть какую-нибудь подсказку. Убийца, скорее всего, был хорошим знакомым семьи Ленских. Было понятно, что пока Светлана настойчиво пыталась дозвониться в дверной звонок и вместе с Раисой Сергеевной вызывала милицию, убийце удалось собрать все орудия преступления, и выйти через балкон. Единственным, что он оставил, была кукла. Учитывая, что на теле Снежаны медиками было установлено сорок шесть ножевых ранений, и большая часть приходилась на лицо жертвы, а также на половые органы, убийца был очень жесток и, по всей видимости, за что-то мстил жертве.

Изъятая кукла была не просто игрушкой, это была кукла-невеста, кукла-убийца. Ее живые глаза, насмешливая улыбка вызывали чувство ужаса даже у сотрудников правоохранительных органов.

– Что скажешь? – обратился следователь Купрясов к своему напарнику. – Работа профи?

– Вовсе нет. Скорее жестокого дикаря. К тому же, сделанная в спешке. Убийца и не пытается изощряться, это просто месть.

Да, это мало походило на работу профессионала. Но все детали говорили о том, что к убийству готовились. Да и ловкости ему не занимать, успел ускользнуть через балкон квартиры, оставшись незамеченным.

Отпечатков рук и следов ног в квартире, естественно, не обнаружено. Значит, работал в перчатках, а на ногах, скорее всего, были бахилы.

Всю ночь Светлана Суркова провела в здании Следственного комитета.

Ее привезли примерно в половине первого ночи. Облокотившись о подоконник, женщина молчала. Огни ночного города отвлекали ее от страшного события сегодняшнего дня. Иногда она забывалась, но потом опять начиналась дрожь. Вдруг ее осенило. Снежана чего-то остерегалась. В последнюю командировку Артема она очень настойчиво приглашала Светлану пожить у нее. Между фактами и ее подсознанием установилась связь. Снежана часто говорила о кукле-невесте. Но почему она ее боялась? Первые две жертвы были в Москве и Воронеже. Может она что-то предчувствовала или ей кто-нибудь угрожал?

Она попросила воды у молоденького парнишки, который находился все это время в кабинете. Утолила жажду, возникли новые потребности.

– А у вас сигаретки не найдется? – обратилась она к тому же сотруднику.

– Только «Кент четверка».

– Сойдет, – обрадовавшись, произнесла Светлана.

Она больше любовалась на тлеющий пепел, чем затягивалась. Докурив, Светлана почувствовала, что вся тяжесть перешла в ноги, и они с трудом выдерживают ее вес. Не спрашивая разрешения, Светлана плюхнулась на стул, стоявший возле окна, но глаза ее продолжали изучать ночной город.

Примерно в половине третьего ночи вернулись сотрудники, участвовавшие в осмотре места происшествия.

Светлану отвели в кабинет напротив. Один из мужчин назвал свое имя, которое сразу вылетело у нее из головы, и свою должность – старший следователь. Второй находился в кабинете скорее ради любопытства.

Следователь молча что-то печатал на компьютере, а она, тем временем, рассматривала свои кроссовки, как будто в первый раз их видела.

– Ну, Светлана Геннадьевна, – прервал молчание следователь. Слушаем вас.

– А что мне надо говорить? – удивилась девушка. – Я же все рассказала следователю Купрясову, когда мы еще были в квартире Снежаны.

– Вы правильно сделали, что все рассказали, а теперь все это надо записать в протокол. Все, с начала и до конца. Как вы познакомились с потерпевшей, в каких отношениях находились, ну и поподробнее о сегодняшнем происшествии.

Говорить, как сказал следователь «все с начала и до конца», Светлане не хотелось. Несмотря на время суток, она совсем не хотела спать, но и повторять все это в очередной раз ей было в тягость.

Она попробовала сократить монолог:

– Снежана была моей подругой. Мы дружили несколько лет. А сегодня она позвонила мне на мобильный телефон…

– Стоп, – прервал следователь, – где и как вы с ней познакомились, как часто общались, когда последний раз виделись?

Девушка неохотно вспоминала события. Когда допрос свидетеля был окончен, и следователь, и сама Светлана понимали, что все это формализм, ничего нового она сказать следствию не могла.

Уголовное дело было возбуждено сразу по трем статьям Уголовного кодекса, в отношении неустановленного лица по факту покушения на убийство Ленской Снежаны Витальевны, умышленного причинения тяжкого вреда здоровью и незаконного проникновения в жилище.

Светлана явилась домой под утро. Вымотанная, изможденная, обессилившая. Она не боялась оставаться в своей квартире одна, она не думала о кукле-убийце. У нее не было на это сил. Единственное, что она сейчас чувствовала, это то, что к горлу подкатывает ком. И она не стала себя сдерживать, упав на кровать, она разрыдалась. Она плакала, пока не почувствовала на душе облегчение. От чего она плакала? От усталости, от страха, от жалости к Снежане? Наверное, она плакала от того, что жизнь жестокая и порой несправедливая штука.

Глава 5

Ноябрь 2010 г. Москва

После того, как Руслан Киселев оставил скорбящее сообщение в форуме Валерии Изоновой, это всколыхнуло всех, кто общался с ней через социальные сети. Ведь о ее смерти почти никто не знал. Это считалось тайной следствия. Одно за другим посыпались письма скорби и соболезнования на форум ее странички. И это послужило поводом для того, чтобы все узнали, что в этом году погибла еще одна их одноклассница Татьяна Вытская. Наталья Процкая не была одноклассницей Татьяны и Валерии. О смерти Тани она знала, а вот о смерти Изоновой – нет, да и саму Леру она не знала. Это произошло чисто случайно. Она зашла на страничку Татьяны Вытской, чтобы зачем-то посмотреть на погибшую подругу, и увидела у нее в друзьях симпатичную девушку. Она зашла на страничку к ней и увидела ее форум, который весь пестрел сообщениями скорби, да еще то, что у нее стояла пометка с Татьяной Вытской – одноклассницы.

– Ничего себе, две молодые девушки, две одноклассницы, погибли в один год, – тихо прошептала она и уставилась на фотографию Валерии. Она долго сидела однав тишине. Ее настолько это тронуло, что Наталья решила найти ее одноклассников и письменно им посочувствовать.

Первым, кто высказал свои соболезнования в форуме Валерии был Руслан Киселев. Вот она и немедленно ему написала:

«Здравствуйте, Руслан! Примите мои соболезнования! Потерять в один год двух своих одноклассниц – это очень больно! Держитесь. А я была подругой Татьяны Вытской».

Следователь Селезнев никак не находил разгадки, зачем Артемов и его банда убивали ни в чем неповинных женщин. Но что-то подсказывало ему, что Туриков был непричастен к совершаемым преступлениям. В тот момент, когда Селезнев хотел уже распорядиться снять наружное наблюдение, Турикова просто потеряли из виду. На поиски несчастного наркомана, которого хотели еще обвинить в соучастии четко спланированных зверских убийств, вышла вся местная милиция. Были проверены все возможные притоны, опрошены все алкоголики и наркоманы. Как сквозь землю провалился.

За это время всплыла новая версия, хотя маловероятная. После опросов соседей, подруг и сослуживцев Изоновой выяснилось, что Валерия очень нравилась одному человеку. Он уже длительное время пытался ухаживать за ней, но та была крепким орешком.

Васин Николай Николаевич имел свою фотостудию. И еще до знакомства смужем Валерия делала фото для визы в Чехию у этого самого Васина. Девушка сразу приглянулась фотографу, и он предложил ей сделать бесплатную фотосессию. Валерия очень обрадовалась, так как фотографироваться любила даже больше, чем посещать салон красоты. Затем последовали ненавязчивые предложения поужинать. И даже два раза Валерия приняла их.

Николай был замечательный мужчина, добрый, обходительный, щедрый. И внешность вполне приличной. Он был всего лишь на несколько сантиметров выше Валерии, плотного телосложения. Но девушку что-то отталкивало в нем.

Даже, после того, как Валерия Эдуардовна стала дамой замужней, Васин не прекращал с ней общение. Иногда он звонил ей на мобильный телефон. Они даже встречались.

Вообще, на Васина вряд ли бы пало подозрение, если бы ни одна деталь. Он был знаком и с Валерией Изоновой, и с Татьяной Вытской. Селезнев всего лишь предполагал. А вдруг он маньяк? Любит снимать своих жертв голыми, потом убивать их? Ведь зачем-то он так часто названивал Валерии?

Киселев проводил не так много времени в социальных сетях, поэтому, когда он в очередной раз зашел в «Одноклассники», у него было сразу пять сообщений. Два от друзей, не несущие никакой смысловой нагрузки. Одно, скорее всего, было спамом, его он сразу удалил. Еще в одном ему ответила «спасибо», за поздравление с днем рождения одна из его подруг. А вот пятое сообщение заставило его не только задуматься, но и потерять самообладание.

«Здравствуйте, Руслан! Примите мои соболезнования! Потерять в один год двух своих одноклассниц – это очень больно! Держитесь. А я была подругой Татьяны Вытской».

Он перечитывал раз за разом это сообщение и не мог понять, как такое вообще могло произойти. Татьяна Вытская никогда не приезжала в Москву на встречи выпускников. Она мало с кем общалась из одноклассников, разве что в социальных сетях с некоторыми девушками.

Отец Татьяны был военным, и, когда Татьяна заканчивала восьмой класс, отца перевели для прохождения дальнейшей службы в Воронеж. Никто из одноклассников практически ничего о ней знал. Поэтому и похоронили Татьяну, известив только тех, кто заканчивал с ней в Воронеже одиннадцатый класс.

Это настолько шокировало Руслана, что он решил с кем-нибудь разделить. Но с кем? Аллой Критовой, лучшей подругой Валерии.

Алла ответила сразу же после первого гудка:

– Алло.

– Привет, это Киселев.

– О, а ты-то откуда взялся?

– Ты помнишь Танюху? Училась с нами до восьмого класса.

– Вытскую, что ли? Конечно, помню. И что? Ты ищешь, где она сейчас обитает?

– На кладбище.

– Что ты несешь? – взорвалась Алла. – Что за чушь? Откуда у тебя такие сведения?

– К сожалению, это не чушь, это правда, мне в одноклассниках ее подруга писала.

– А как это случилось? – перешла на более мягкий тон Алла.

– Я не знаю никаких подробностей, – спокойно отвечал Руслан, – я всего лишь прочитал сообщение в одноклассниках.

– Я знаю, как выяснить, – выпалила Алла и отключилась.

Через минуту она уже набирала номер вдовца Изонова Родиона Сергеевича. Но по какой-то причине он был занят. Эта новость настолько потрясла Аллу, что она раз за разом набирала номер Изонова и с шестого раза услышала длинные гудки, после чего последовало:

– Привет Алла. Что случилось?

– Радик, ты представляешь, умерла еще одна наша одноклассница. Я ничего не знаю, как, при каких обстоятельствах, мне Руслан Киселев об этом сообщил.

– Подожди, успокойся, – начал Родион, – какая одноклассница у вас умерла?

– Танюха Вытская, она с нами до восьмого класса училась, – не переставая тараторила Алла, – Радик, две одноклассницы, в одно и то же время, вдруг это как-то связано?

– Аллочка, подожди, успокойся, я все проверю, – заверил ее Родион, – ты сообщила мне очень важную информацию.

Родион не торопился, он обдумывал услышанное от Аллы, так значит, две жертвы, которых по версии следствия убил один и тот же убийца или группа убийц, являлись одноклассницами? Почему же следствие не установило этот факт?

Изонов выждал время, обдумал свои действия, и на следующий день навестил следователя Селезнева.

– Игорь Анатольевич, – обратился он к Селезневу, когда они остались в кабинете одни, – вы же прекрасно понимаете, что я тоже следователь, и кроме того, больше всех заинтересован найти убийцу моей жены.

– И что вы предлагаете, – перебил его Селезнев, – включить вас, заинтересованное лицо, из другого ведомства в следственную группу?

– Я предлагаю объединить усилия, совершено уже два жестоких убийства. Вряд ли убийца на этом остановится.

– Говорите короче, что вы предлагаете?

– У меня есть очень ценная информация, – сказал Изонов, и сделал небольшую паузу. – Моя жена и убитая в Воронеже Татьяна Вытская были одноклассницами.

– Что? – удивленно переспросил Селезнев. – Одноклассницами? Как такое может быть?

– А так, – продолжал Изонов, – до восьмого класса Татьяна Вытская училась в одном классе с моей женой, а после восьмого их семья переехала в Воронеж. То, что убиты две одноклассницы, выяснилось случайно, через социальную сеть в интернете.

– Что же это получается, они одноклассницы и подруги, их обеих убивают, оставляют на съедение их любимым питомцам и подбрасывают кукол? – стал размышлять Селезнев сев в свое кресло. – И этот фотограф…

– Игорь Анатольевич, какой фотограф?

– Я, при всем желании, не могу вам ничего сказать, – закончил Селезнев и указал рукой на дверь, – прошу вас.

Оставшись один, Селезнев начал размышлять над тем, что сказал ему Изонов. Он вытащил скрученный в трубочку лист бумаги, где были расписаны все схемы предполагаемых действий преступников, и тупо уставился на него. Он не заметил, сколько времени просидел в таком полузабытье, а отвлек его звонок дежурного.

– Игорь Анатольевич, у нас опять кукла.

– Какая к черту кукла? – он еле сдерживал себя. – Где кукла?

– Вы не волнуйтесь, девушка осталась чудом жива. Она находится в больнице, а на место преступления выезжала оперативно-следственная группа, там даже, кажется, есть свидетель. Все это произошло в Челябинске, мы только что получили оперативное донесение.

– Я прямо сейчас спущусь к вам за сводкой, – сказал Селезнев и отключился.

Уголовное дело в отношении неустановленного лица, напавшего и зверски искалечившего Снежану Ленскую в городе Челябинске, было передано в Главное следственное управление Следственного комитета и соединено в одно производство с уголовным делом по факту убийства Валерии Изоновой в городе Москве и Татьяны Вытской в городе Воронеже. Причиной соединения дел в одно производство явилось объединяющее их доказательство – кукла-убийца. Можно, конечно, было предположить, что изощренный способ убийства перенял душевно больной. Но были и другие совпадения, например, домашнее животное. У всех жертв обязательно имелись домашние питомцы, убийца находил своих жертв в самом безопасном для них месте – в собственных квартирах. Все девушки были найдены абсолютно голыми.

Убийцы заранее планировали преступления, так как каждая из жертв, по той или иной причине, оставалась в своей квартире одна, где ее и настигали злодеи. Кроме того, все жертвы впускали в свою квартиру убийц, то есть почему-то им доверяли.

Первым делом Игорь Анатольевич попытался установить, какое отношение Снежана Витальевна Ленская имеет к убитым одноклассницам Валерии Изоновой и Татьяне Вытской. К своему удивлению он узнал, что Ленская, также училась в одном классе с этими двумя жертвами. После окончания школы она поступила в институт, где познакомилась со своим мужем Артемом. А окончив институт, они вместе уехали к нему на родину в город Челябинск.

Вспомнив разговор с Изоновым, Игорь Анатольевич принял решение изъять жесткие диски компьютеров всех жертв. Возможно, через интернет шла какая-то переписка между ними, может быть, что-то сохранилось в памяти компьютера.

На следующий день в квартире следователя Изонова провели изъятие жесткого диска компьютера. В Воронеж и Челябинск были направлены поручения о проведении аналогичных действий в квартирах жертв. Все изъятое Селезнев направил на компьютерно-техническую экспертизу. Однако, положительных результатов она не дала. Было установлено, что велась обычная переписка между одноклассниками, никаких угроз, никаких намеков, ничего, что могло распутать этот клубок, не обнаружено. Оставалось отрабатывать фотографа. Следователь Селезнев надеялся на положительные результаты обыска в квартире фотографа. Он готовил ходатайство в суд.

Глава 6

Следователи Следственного комитета с нетерпением ждали поправки Снежаны Ленской. Они надеялись, что она многое прояснит. Но состояние ее оставалось критическим. Убийца задел жизненно важные органы. Вот уже вторую неделю жизнь Снежаны Ленской поддерживалась с помощью аппарата искусственной вентиляции легких. Возле палаты Снежаны была выставлена охрана, так как имелись опасения, что убийца попытается все же с ней расправиться, чтобы уничтожить все улики.

Количество жертв увеличивалось, а количество подозреваемых уменьшалось. Сегодня следователь Селезнев узнал, что Туриков, известный в криминальных кругах как «Чеченец», предполагаемый подельник Артемова, скончался от передозировки наркотиков. Его нашли в помещении, чем-то напоминающем жилую постройку, в которой давно не ступала нога человека. При проведении обыска в подвале был найден труп Турикова, а в самом доме – трое, еще живых, наркоманов, которые как раз пребывали в том самом состоянии, когда сотрудники правоохранительных органов могли стать для них только объектом веселья.

Значит, получается, главный подозреваемый под следствием. Предполагаемый подельник мертв. А кто же продолжает совершать убийства?

По поступившей в органы предварительного следствия оперативной информации стало известно, что фотограф Васин знал только двух жертв, Изонову и Вытскую, а о Снежане Ленской никогда и не слышал. Последней надеждой оставалось проведение обыска в доме фотографа. После чего может быть выяснится, что он вовсе не фотограф-любитель, а фотограф-маньяк.

О том, что в городе найдена новая кукла – убийца, Изонов узнал из вечернего выпуска новостей. Он сразу же набрал номер Аллы.

– Ты слышала? – забыв поздороваться начал Родион.

– Что слышала? – удивилась Алла.

– Еще одна кукла-убийца!

– Да ты что?

– Некая Снежана Ленская, в городе Челябинске, – продолжал Изонов.

– Подожди, подожди, Снежана? Ленская? Это же наша одноклассница! После школы она поступила в институт, и вышла замуж за какого-то Ленского. А после окончания института они вместе уехали к нему на Родину.

– Ты в этом уверена? – еле выговаривая, произнес Изонов.

– Конечно, Снежанка, мы всегда дружили, я, Лера, Снежана, Танюха Вытская. Ну, Натусик еще входила в нашу компанию и Светка Степина. Может быть, в Челябинске проживала еще какая-нибудь Снежана Ленская, хотя это мало вероятно. Имя слишком редкое.

– Все понятно. Пока.

Родион поспешно отключился, и растянулся на диване в гостиной, сделав телевизор совсем тихо. Он лежал, уставившись в потолок, и разглядывал белые стыки плит. Получается, компания школьниц из шести человек дружит между собой. Но, окончив восьмой класс, одна из них уезжает из Москвы, так как отца переводят по службе. После окончания одиннадцати классов еще одна уезжает из города, а где же остаются остальные? Понятно, что две, Лера и Алла, остаются в Москве. Светлана Степина тоже проживает в Москве, Лера с ней иногда общалась. А вот Натусик находится неизвестно где. Теперь, когда стало ясно, что грабить Изоновых никто не собирался, а инсценировать на работе у Изонова вскрытие кабинета тоже никто не хотел, можно было сделать однозначный вывод, что все эти женщины, бывшие раньше одноклассницами и дружившие до сих пор, являются объектами маньяка-убийцы.

Спустя некоторое время, после того, как тело Валерии Изоновой было найдено и опознано, был найден и пытавшийся проникнуть в кабинет Изонова злоумышленник. Оказалось, все очень просто, один из сотрудников Следственной службы Управления ФСКН России по г. Москве Правусенков Георгий Валерьевич был страшным любителем употребить «горячительные напитки», причем прямо на рабочем месте, отмечая тем самым направление в суд очередного уголовного дела. И делал он это с таким размахом, что последующие два дня отсыпался не иначе, как под своим рабочим столом. Может даже не стоит останавливаться на том, что передвигаясь на четырех конечностях по коридорам управления, ему еще была присуща и мания величия. Руководство, конечно, перешагивало с гордо поднятой головой через подполковника полиции, и старалось не акцентировать на этом внимания. Ведь Георгий обладал уникальным даром – правильно подобрать следственно-оперативную группу для расследования особо важных дел и руководить ею так, что ребята вкалывали по двадцать четыре часа в сутки, а дела просто на ура проходили в суде. Всего лишь один раз у него вышла промашка, и в результате пропало более миллиона рублей, являвшихся вещественными доказательствами. Но проспавшись, он вспомнил, что проиграл их в игровые автоматы.

В этот раз вышла очередная промашка. Георгий в гордом одиночестве, с бутылкой водки, отмечал благодарность, полученную от самого Руководителя Следственного департамента. Когда спиртное подошло к концу, Правусенков решил, что сотрудники, не получившие благодарность, должны его, «царя следствия», угостить любимой горилкой. И передвигаясь, пока еще на двух ногах, он доковылял до кабинета Изонова. Дернув дверь пару раз, Правусенков понял, что сил-то у него хватает, чтобы дверь эту открыть, а Изонов гад, пускать его не хочет. Тогда Георгию пришла в голову изумительная идея, своими ключами открыть кабинет Изонова. Дури, после выпитой бутылки у него хватало, и, видимо, силы еще тоже, он со всего маху воткнул свой ключ, в замочную скважину двери Изнова, и повернул несколько раз вправо-влево, после чего хлипкий замок сдался. И вот наш герой, тщетно пытаясь удержаться на ногах, цепляясь за полки шкафа для страховки, принял свое обычное для этого состояния положение, то есть встал на четвереньки и двинулся вперед, бодая головой стоящую в кабинете мебель, а бланки, лежавшие на полках шкафа, естественно посыпались по всему кабинету и даже по коридору. Когда Правусенков понял, что кабинет пуст, а «зеленым змием» здесь даже и не пахнет, он в том же интересном положении, то есть на четырех конечностях, перебрался в свой кабинет, который находился напротив, закрылся изнутри и решил передохнуть, как всегда под столом.

Но незамеченным он не остался. Уборщица Анастасия Петровна, как раз заканчивала мыть коридор, и всю эту картину наблюдала с чрезвычайным интересом. Однако, значения этому не придала, ведь она, как и все, была осведомлена о слабостях Правусенкова. Прошло больше месяца, когда она, убираясь в кабинете Реткова, невольно услышала разговор про то, что якобы преступник проник вкабинет следователя и устроил погром, чтобы отвести тем самым внимание от главных событий.

– Вы меня извините, Борис Васильевич, – обратилась она к Реткову, когда тот положил трубку, – но это не преступник проник в кабинет, а следователь ваш, Правусенков.

– Как это? – приспустив очки строго взглянул на нее Ретков.

– Пьяный он был очень, вот и взломал дверь, – оправдывалась Анастасия Петровна.

– Так чего же Вы до сих пор молчали? – перешел на повышенный тон Ретков.

– Ну, как же, Борис Васильевич, – держа в руках половую тряпку, пыталась оправдаться уборщица, – вы же сами говорили, что следователь он не плохой, только вот пьет много, прямо беда.

– Ладно, идите, занимайтесь своими делами. Хорошо, что хоть сейчас вспомнили и рассказали.

Глава 7

Следователь Селезнев в полной тишине, царившей в его кабинете, сидел, откинувшись на спинку повернутого боком к столу кресла. Он задумался о том, что все жертвы куклы-убийцы были одноклассницами. Игорь Анатольевич решил перепроверить еще раз эту информацию. Подвинувшись к столу, он взял в руки телефонный справочник и отыскал номер телефона школы сто семнадцать. Дозвонился в учительскую он только с пятого раза. Договорившись о визите, он начал обдумывать вопросы, которые задаст директору.

На следующий день к девяти часам он прибыл в школу номер сто семнадцать. Старое здание было ему знакомо, он не раз проезжал мимо. Он припарковал свою машину возле центрального входа. Пройдя в здание школы, он предъявил служебное удостоверение охраннику, после чего направился в кабинет к директору, который уже ожидал его. Это был мужчина в возрасте лет сорока, поэтому сразу стало ясно, что четырнадцать лет тому назад он эту школу не возглавлял. После пяти минут беседы выяснилось, что классный руководитель одиннадцатого «А» класса одна тысяча девятьсот девяносто седьмого года выпуска, Елена Юрьевна, продолжает трудиться в этой школе. Елену Юрьевну пришлось вызывать с урока. Из беседы с ней Селезнев узнал, что все жертвы являлись не только одноклассницами, но и лучшими подругами. Елена Юрьевна дала подробную характеристику каждой. Все ее ученицы жили в благополучных семьях, хорошо учились, отличались хорошим поведением. Впрочем, весь этот класс учительница характеризовала хорошо. Она с теплотой вспоминала многих учеников.

– А сколько одиннадцатых классов выпускалось в тот год? – продолжал задавать вопросы Селезнев.

– Всего лишь два, наш и одиннадцатый «Б».

– Вы помните учеников этого «Б» класса?

– Почти всех, – отвечала на вопрос Елена Юрьевна, – в одиннадцатом «А» я была классным руководителем, а математику преподавала и в своем и в классе «Б», поэтому помню почти всех учеников.

– А не могли бы Вы вспомнить, – настойчиво продолжал следователь, – может быть между классами были враждебные отношения?

– Что Вы! – поспешила заверить учительница. – Ребята из обоих классов были очень дружны. В классе «Б» были сконцентрированы более слабые ученики, но это не вызывало вражды между ребятами. В нашем классе выпускалось два медалиста, а параллельном классе медалей не было.

– А после окончания школы, Ваши ученики продолжали с Вами общаться?

– Конечно, ежегодно они проводили вечера встреч, куда приглашали и меня. Один раз, это было лет десять назад, мы организовали встречу у меня дома. Ребята всегда в день встречи дарили мне цветы.

– А в этом году у них уже был вечер встречи?

– Был, но, к сожалению, я туда не попала. Я приболела, три недели пролежала на больничной койке с двусторонней пневмонией. Но ребята приходили меня навестить.

– А кто именно приходил?

– Денис Мосин и Руслан Киселев проведали меня на следующий день после встречи.

– А что они рассказывали по поводу прошедшего вечера? – продолжал допрос Селезнев.

– Да ничего особенного, сказали, что всего двенадцать человек собралось. Обычно больше собиралось. Очень расстроились, что Лерочки Кусовой не было, и подруги ее лучшей Аллы Критовой тоже. Они это мероприятие раньше никогда не пропускали.

– А о гибели ваших бывших учениц Вы от кого узнали?

– Руслан Киселев мне звонил. После его звонка у меня такая невралгия началась, я с трудом на работу ходила. Такое горе! Такие девчонки замечательные были!

Закончив опрос Елены Юрьевны, Селезнев попрощался и вышел из здания школы. Какое-то время он стоял на крыльце учебного заведения и перемалывал в голове разговор с классным руководителем.

В тот же день он решил еще раз поговорить с соседями Изоновых. Информация, полученная от соседей, была тоже достаточно загадочной. Васину Николаю Николаевичу действительно всегда нравилась Валерия Эдуардовна Изонова. Он был знаком с ее мужем, часто бывал у них дома. Так что предположение о том, что фотограф Васин мог быть любовником Валерии, и из ревности привлек Артемова к ее убийству, сразу отпадало. Более того, Кусова (Изонова) была знакома с Николаем Васиным еще с юношеских лет. Проведенный в квартире Васина обыск не дал положительных результатов. Все, что удалось найти в его квартире, касаемо расследуемых преступлений, – это негативы со снимками Валерии Изоновой.

Селезнев решил действовать так: официально даже не допрашивать Николая, а для начала выяснить все его контакты, передвижения за последние три месяца и, естественно, установить наружное наблюдение.

Изонов был уверен, что скоро будет следующая жертва из оставшихся трех подруг-одноклассниц. Действовать один, чтобы предотвратить преступление он не мог. Взять в помощь кого-то из числа следователей Следственного комитета он тоже официально не мог. А так как теперь очередная версия у следователя Селезнева=маньяк-фотограф активно отрабатывалась, то все силы Главного Следственного Управления были брошены на сбор доказательственной базы о причастности Васина к совершенным преступлениям.

Родион понимал, что следователи, расследовавшие уголовное дело, вышли на ложный след. От пережитого стресса он стал больше курить, иногда мог в полном одиночестве пропустить рюмку, другую, чего раньше никогда не допускал. Он понимал, что бессилен в продвижении расследования уголовного дела по факту убийства его жены, он даже не имеет права знакомиться с материалами дела. Вся его жизнь свелась к одной единственной цели – найти убийцу Валерии и отомстить, покарать его врагов. Он осунулся, очень похудел, за время, прошедшее после убийства жены. Все интересы ушли на второй план. Он мало времени уделял своей работе. Он перестал спокойно спать по ночам, часто просыпался весь в поту от очередного кошмара.

Небритый, с взлохмаченными волосами он сидел на диване в своей, теперь уже холостяцкой квартире, и выстраивал новые версии. Он не собирался сдаваться. Сварив четвертую чашку кофе, он включил телевизор. Родион не собирался смотреть передачи, просто ему стало слишком одиноко. Мысли двигались по кругу. Он подошел к окну и уставился на серое небо. Он стоял так минут пятнадцать, как вдруг его осенило: следующей жертвой может стать Алла Критова.

Родион набрал номер лучшей подруги его покойной жены.

– Привет. Что нового?

– Алла, тебе реально может грозить опасность, – начал Радик.

– Да что ты говоришь? Обалдел? Я-то тут при чем? – насмешливо передернула Критова.

– А Лерка при чем, а Таня Вытская при чем, а Снежана при чем?

– перешел на более резкий тон Родион, – Да при том, что вы шесть подруг. И кому-то Вы мешаете. Ты же поняла, что прослеживается связь.

– Елки-палки, – оторопела Алла, – и что мне теперь делать, запереться дома? Так именно дома он и вылавливал жертв.

– Нет, для начала найди оставшихся двух девушек. То есть, Наташу ты вроде бы называла и Светлану. Узнай, где они живут, есть ли у них семьи, домашние животные, и, где они сейчас находятся.

– Проще пареной репы, – отозвалась та, – Светка была на вечере встречи выпускников, Натусик живет или в Подмосковье, или где-то поблизости.

– Алла, ты меня поняла? Узнай все подробности! – настойчиво повторил Родион. – А главное, надо знать, где они сейчас находятся, не угрожает ли им опасность и попытаться помочь.

Селезнев сидел один в своем кабинете. У него скопилась масса бумажной работы, которую он не мог поручить следственной группе, но и заняться сам сейчас был не в силах. Он только что получил информацию, что фотограф Васин Николай Николаевич имел железное алиби, когда исчезла Татьяна Вытская, он был официально приглашен фотографом на торжественное мероприятие. И это мероприятие проходило в городе Воронеже.

Селезнев решил, что в данный момент вряд ли что-то прояснится в его голове, и лучше всего ему сейчас оформить командировку, и направиться в Челябинск, справиться о здоровье Ленской.

На оформление командировочного удостоверения, покупку билетов, и соблюдение всех формальностей ушло не менее суток. Селезнев летел вечерним рейсом. Естественно, ночью посещение больных запрещено. Поэтому, приземлившись в столице Южного Урала, Селезнев, на встретившей его служебной машине направился прямо в гостиницу.

Учитывая исключительный случай, возле палаты Снежаны Ленской была установлена круглосуточная охрана. Селезнев приехал в больницу ровно к девяти утра и прошел к медсестре, дежурившей на посту. Предъявив служебное удостоверение, Игорь Анатольевич представился, и поспешил с вопросами:

– Что-то изменилось у Снежаны Ленской за последние несколько дней?

– Товарищ следователь, Вы же знаете, большая потеря крови. Из реанимации ее, конечно, перевели, но состояние остается критическим, – старалась как можно тише объяснить медсестра.

– А врача я могу увидеть? – поинтересовался Селезнев.

– Да, конечно, дежурный врач Яков Сергеевич, находится в ординаторской, вот сюда пожалуйста, – и она указала на второй кабинет от лестницы с левой стороны.

Селезенев зашел в указанный кабинет, предварительно постучав.

Яков Сергеевич встал ему на встречу и протянул руку, – чем могу быть обязан?

– Я следователь Следственного комитета Селезнев Игорь Анатольевич представился он.

– Я так и понял, – усаживаясь на свое место, ответил врач. – Вы на счет Ленской?

– Так точно.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – предложил Яков Сергеевич, указав на кресло у входа.

– Спасибо, – Селезнев присел в кресло, – Яков Сергеевич, Вы же понимаете, от показаний Ленской будет зависеть успех всего дела, а еще надо понять, сможет ли кому-нибудь навредить этот маньяк.

– Я все понимаю, – начал врач, – но, к сожалению, положение ее критическое. Она до сих пор с трудом выговаривает слова. Ее муж прилетел сразу же, как его известили, но мы даже в палату к ней Ленского пустить не можем.

– А какие прогнозы? – совсем отчаявшись, поинтересовался Селезнев.

– Ну, какие прогнозы? – растягивая фразы начал Яков Сергеевич. – Вы понимаете, сейчас рано говорить о прогнозах. Учитывая то, что задеты жизненно важные органы, исход может быть различным. Но мы рассчитываем на молодой возраст, ее крепкий организм и делаем все возможное.

– Все понятно, – поднимаясь с кресла, сказал Селезнев и протянул врачу руку, – у меня командировка оформлена на трое суток. За это время может что-либо измениться?

– Я думаю завтра, послезавтра что-нибудь прояснится, – тоже протягивая руку Селезневу сказал врач, – обычно, если в течение первых десяти дней такие больные выживают, то потом идут на поправку. Всего доброго.

Выйдя из ординаторской, Селезнев прошел мимо поста медсестры и подошел к палате, где находилась Снежана Ленская. Дежурный – постовой из местного районного отделения милиции уныло сидел, прислонившись спиной к стене. Возле него, не находя себе места, туда-сюда маячил молодой мужчина, лет тридцати пяти. Игорь Анатольевич догадался, что это был муж Ленской.

– Добрый вечер, – Селезнев подошел к нему на встречу и стал посреди коридора, таким образом перекрыв проход для мужчины.

– Здравствуйте, – растеряно произнес Артем. – Вы кто?

– Я следователь, – он достал удостоверение и предъявил Артему, – меня зовут Игорь Анатольевич, и я расследую уголовное дело об убийстве двух молодых женщин, где им подбросили кукол, а теперь к этому делу присоединится еще и вот это, покушение на убийство Вашей жены.

– Я понял, – обрадовался Артем, – когда меня известили, я сразу же прилетел и практически не отлучаюсь. Вот врач обещал, что, возможно, завтра я смогу увидеть жену. Поэтому я буду здесь до утра.

– Нам бы с вами побеседовать, да у меня с собой нет бланка протокола, чтобы сразу записать. Может быть, мы пока так, на словах, а потом Вы ко мне заглянете, и я подготовлю бумагу, – предложил Селезнев.

– Я не против, – согласился Ленский.

– Тогда ответьте на самый главный вопрос, были ли у Вашей жены или у Вас враги?

– Что Вы, товарищ следователь, – заверил Артем, – ни у нее, ни у меня даже неприятелей не было. Я сам ломаю голову, что им понадобилось. Красть у нас нечего, кроме техники. Деньги есть, но мы их дома не храним.

– А какие подруги были у Вашей жены?

– Она же родом из Москвы. Основные подруги там остались. Я ее в Челябинск забрал. Мы вместе в институте учились, а с жильем в Москве сами знаете, совсем туго. А в Челябинске бабка моя, Мария, квартиру нам двухкомнатную оставила. Она старая совсем стала, вот и живет с моими родителями.

– Так все же, – настаивал Селезнев, – Вы можете назвать мне круг общения Вашей жены, кстати, и Ваш тоже.

– Конечно, могу, – с тем же энтузиазмом продолжал Артем. =Светка Суркова была ее лучшей подругой в Челябинске. Когда мы в Челябинск приехали, сразу после института, Снежана со Светкой в спортзале познакомились. С тех пор они лучшие подруги. И живет Светка не так далеко. Часто в гости к нам приходила. Они друг без друга жить не могли. Ну, еще есть Оксанка Серова и Вика Полевая. Иногда мы семьями встречались. Бывало, что у нас дома застолье устраивали, а иногда и рестораны посещали.

– Вот как раз та самая Светка и спасла жизнь Вашей жене.

– Да, я знаю, – тяжело вздыхая, ответил Артем.

– Вот Вам моя визитка, если вспомните что-нибудь важное, обязательно сообщите, – Селезнев протянул Артему свою визитку, – а завтра я обязательно сюда зайду.

На следующий день Следователь Селезнев смог пройти в палату Снежаны Ленской. Однако, это не принесло положительных результатов в расследовании громкого уголовного дела. Женщина открыла глаза, но не произнесла ни одного членораздельного слова. Она пыталась мычать, закрывала глаза, на изувеченном лице появлялись слезы, потом опять она произносила какие-то звуки. Но давать показания она не смогла, и скорее всего уже не сможет. Оставаться в Челябинске не имело смысла. Первым рейсом следователь Селезнев вылетел в Москву.

Глава 8

Декабрь 2010 г. Ярославская область г. Ростов Великий.

Есть в России места, полные особого смысла, значения и очарования, где застывшее в пространстве прошлое остается ощутимым и потому волнует. Ростов Великий – один из древнейших русских городов. Одной из достопримечательностей этого города является Озеро Неро – колыбель и купель Ростова. Возникшее почти полмиллиона лет назад, теперь оно не такое глубокое и полноводное, но без него не было бы, и нет Ростова. Имя озера – Неро, что на языке народа меря означает «тинистое», «болотистое». Средняя глубина его не превышает полутора метров. Под слоем воды находятся огромные залежи ила (сапропеля) толщиной до двадцати метров. В свое время Петр I назвал это озеро грязной ростовской лужей. Летописи свидетельствуют, что во времена хана Едигея в Ростов привезли казну с трех городов и хотели объединить с очень богатой на то время Ростовской казной. Однако, не успели это сделать, так как город уже окружили монголо-татары. Потому решили вывести на лодках и затопить все богатства, чтобы врагу не досталось. В последние годы к сокровищам, хранившемся в иле озера Неро, интерес все возрастал. Свою помощь по подъему драгоценностей на поверхность предлагали и американцы, и японцы, предложив шестьдесят процентов добытого забрать себе. Но губернатор Ярославской области Лисицин сказал, что это наше достояние. Так бы и лежало наше достояние на самом дне сапропелевого озера Нера, если бы один Московский меценат не инвестировал средства на подъем сокровищ. Работы велись с ноября месяца. Так как озеро Неро вообще никогда не замерзает, работы можно было не прерывать из-за времени года. Каждый день с утра до ночи десятки единиц техники перерывали залежи ила и вытаскивали на поверхность все, что попадалось.

Озеро Неро было богато не только сокровищами, но и всяким хламом. Масса старой посуды и железа были подняты из воды. Самой неожиданной находкой стал автомобиль Ниссан микро. Его обнаружили спустя месяц после начала работ. Он был недалеко от берега, носом зарывшись в ил, а задняя часть находилась в воде. Сколько же времени он там пролежал?

Когда его вытащили на берег, оказалось, что автомобиль успел покрыться тиной, краска в некоторых местах слезла. Эта находка заставила всех рабочих оторваться от своих дел и переключиться на автомобиль. Двери в автомобиле заклинило. Но одну дверь удалось взломать с помощью лома. Когда задняя дверь распахнулась, то прямо перед всей толпой из машины выпало изуродованное человеческое тело. Одежды на теле не было.

Руководитель работы по поиску и подъему сокровищ скомандовал одному из парней звонить в милицию. Парнишка достал свой мобильный телефон, объяснил, что найден утопленник вместе с машиной. Дежурный пообещал: ждите, скоро прибудет бригада сотрудников милиции.

– Ну чего собрались, что за интерес на покойного любоваться, – крикнул шеф своим работникам, – давайте – ка по местам.

– Вот вы, вдвоем, подойдите сюда, – он кивнул двум парням, которые больше всех интересовались находкой и не переставая разглядывали труп, – становитесь вот здесь, и вот здесь, и никого не пускать. А остальные по своим местам.

Работников местной милиции пришлось ждать не менее полутора часов.

– Ну что, опять жмур? – вылезая с первого пассажирского сидения, резво поинтересовался рыжеволосый капитан.

– А что, часто бывают? – вытирая руки, подошел бригадир.

– Да как везде, – ответил капитан, – вода ведь всегда привлекает молодежь, особо под градусом.

– Ну, что стали? – обратился он к высыпавшим из уазика сотрудникам, которые и по званию, и по возрасту были гораздо моложе его, – давайте, начинайте, понятых ищите, труп осматривайте. Что, первый раз? Пока Следственный комитет приедет, вся черновая работа должна быть закончена.

После того, как самый старший сотрудник раздал указания, он решил прогуляться, осмотреть окрестности.

– Товарищ капитан, товарищ капитан, – его догонял молоденький лейтенантик, и совсем запыхавшимся голосом затараторил, – товарищ капитан, смотрите что нашли, наверное, ребенок?

– Где ребенок? За рулем в машине утонул ребенок? – недоуменно переспросил капитан.

– Дело в том, что рядом с трупом кукла, совсем новая, в целлофане, кукла, да еще фата у нее на голове. Скорее всего в машине находился ребенок, его наверное через окно вынесло водой.

– Тебе должно быть известно, что до приезда Следственного комитета мы ничего трогать не должны, – хмуря брови, объяснил капитан.

– Да мы и не трогали, – начал парнишка.

– Пойдем, – перебил его капитан.

И они вернулись к тому месту, где два часа назад искатели драгоценностей нашли машину с сюрпризом. К этому времени подъехала машина со следователями из Следственного комитета. После всех неотложных следственных действий тело доставили в танатологическое отделение Ростовской центральной районной больницы. Найденная в машине кукла вызвала особый интерес у следователей. Машина покрылась тиной, тело утопленника разложилось и наполовину съедено млекопитающими, а кукла осталась невредима. Она вызывала какие-то смешанные чувства: очень красивая, нарядно одетая, на голове белая фата, и, почти живые, человеческие глаза, насмешливая улыбка. Ее изъяли как вещественное доказательство. А впоследствии эта кукла стала причиной соединения уголовного дела в одно производство с делами по факту убийства двух женщин, Валерии Изоновой и Татьяны Вытской, и покушения на убийство Снежаны Ленской.

Через неделю следователи получили заключение патологоанатомов. Такого они, конечно, не ожидали. Во-первых, найденным трупом являлась молодая женщина. Во-вторых, эта женщина совсем не была утопленницей. Ее убили и вместе с машиной скинули в озеро. На теле несчастной было обнаружено двадцать четыре ножевых ранения. И это еще не все. Тело во многих местах было съедено рыбами водоема.

В четверг вечером Изонов, пребывая в нескончаемой депрессии и непреодолимом желании найти убийцу своей жены, тупо смотрел в телевизор. Он поставил перед собой стул, на который поставил пару бутылочек пива «Старопрамен», положил чипсы и решил хоть немного расслабиться. Сначала по телевизору показывали какой-то сериал, потом программу «давай поженимся», которая его никогда не интересовала, ну а потом, как всегда, последовали вести. Когда диктор начал вещать, что тело девушки, найденной вместе с автомобилем в озере Неро, принадлежит некой Наталье Михайловне Журковой, Изонов прямо подпрыгнул на диване.

Он быстро набрал номер телефона Аллы Критовой, гудки шли и шли, но трубку никто не брал. Родион начал нервно ходить по комнате, закуривая одну сигарету за другой. Он опять набрал ее номер, и ждал до тех пор, пока гудки не закончились, а оператор известил «абонент не может ответить на ваш звонок, оставьте сообщение».

– Алла! Что случилось?! Ты где? Отзовись! – вслух сам с собой заговорил Изонов.

Буквально через три минуты телефон Изонова зазвонил приятной мелодией, которая стояла у него на входящем звонке.

– Где ты?!

– Радик! С ума сошел? Ты чего кричишь?

– Алка, ты уже слышала?

– Что слышала?

– Журкову вашу в жмурика превратили.

– Подожди, говори спокойнее. Ты что пьян?

– Та девушка из Ростова, которую в машине, в озере Неро нашли, кстати, вместе с куклой, это Журкова Наталья Михайловна. Одна тысяча девятьсот семьдесят девятого года рождения. Тебе это ничего не говорит?

– Наташка? Да ты что? Этого не может быть? – повисла пауза. =Значит, следующая я … или Светка Степина.

– Я думаю нам надо немедленно встретиться, – предложил Родион, – но так как тебе сейчас передвигаться опасно, то я сам к тебе приеду.

– Да мне, кстати, и дома сидеть тоже опасно. Их же всех именно из дома и вытащили.

– Закрой все двери и окна, не отвечай ни на какие звонки, я позвоню тебе на мобильный. Больше никому не отвечай, ты меня слышишь? – уже перешел на крик Изонов.

– Конечно, слышу. Все будет хорошо, Родион, я тебя жду.

Здоровье Снежаны Ленской с каждым днем шло на поправку. Ее отключили от аппарата искусственного дыхания, она могла сама принимать пищу, и начала вставать без поддержки. Муж дежурил у ее койки, не отходя ни на минуту. Зато психика женщины явно пошатнулась. Ей требовалась хорошая реабилитационная помощь. Как и предполагал Селезнев, следствию она помочь ничем не могла.

Она могла часами лежать и смотреть в потолок. Иногда, состояние ее принимало особо буйные формы, и в эти минуты она требовала позвать Чипа. Ее не известили о том, что собака от нанесенных побоев тоже скончалась.

Следователь Селезнев понимал, что на Артемова он может повесить только убийство жены Изонова, и это уголовное дело давно пора выделять из основного и направлять в суд. Игорь Анатольевич сердцем чувствовал, что к остальным убийствам причастен фотограф и действовал он один. Пути Артемова и фотографа никогда не пересекались. По всей полученной информации они даже не знакомы. Но ведь конспирация могла быть частью сговора преступников. То, что Артемов совершил убийство жены следователя Изонова доказано, да он и сам в этом сознался. То, что, все преступления, включая покушение на убийство Снежаны Ленской и убийство Натальи Журковой, взаимосвязаны – тоже установленный факт. Хотя не исключено, что Журкову убили совсем по другой причине, а куклу подбросили, чтобы это преступление замаскировать под серийные преступления маньяка-убийцы.

Но фотограф все же замешан. Если он с юношеских лет был знаком с Валерией Эдуардовной Изоновой, навязчиво добивался встреч с нею, в ходе обыска у него изъяли негативы с ее снимками, а также он знаком с Татьяной Вытской, и в день покушения на Вытскую находился в Воронеже, этого уже хватало на предъявление ему обвинения. То, что все жертвы являются одноклассницами, Селезнев, конечно же, проследил, но связывал это как раз с фотографом.

Глава 9

Изонов выскочил из квартиры, даже забыв проверить, захлопнул ли он дверь. Он не стал дожидаться лифта, а перепрыгивая через две ступеньки, выбежал во двор. Его форд стоял в соседнем дворе на газоне, так как, накануне проехав три круга по своему двору, он не нашел места парковки. Он, не помня себя, несся в соседний двор, на ходу нажимая на пульте кнопку разблокировки. Впрыгнув в машину, он воткнул ключ в замок зажигания, и резко повернул его, двигатель взревел, он включил заднюю передачу, нажал на газ, и вылетел со двора.

Садясь за руль своей машины, он даже и не вспомнил о том, что несколько минут назад пил пиво. Хотя этого и не требовалось. В кармане следователя ФСКН всегда имеется визитная карточка на этот случай, то есть так называемая ксива. А солидарность между сотрудниками, хоть и различных правоохранительных ведомств, существовала всегда. Да и не такой уж он пьяный, чтобы ему вообще задавали вопросы.

Езду его иначе, как сумасшедшей, назвать было нельзя. Иногда приходилось пролетать светофор, когда желтый свет уже успел смениться на красный. Пару раз он чуть не «поцеловал» едущий впереди автомобиль. А когда он вылетел на МКАД, вот уж фантастика, при очень плотном движении, он умудрялся держать скорость от ста шестидесяти до ста семидесяти километров в час, при этом, то подрезая, то чуть не налетая на другие автомобили, еле успевая увернуться и притормозить. В таких случаях говорят, «родился в рубашке». Припарковал он машину примерно так же, как и вел ее, передняя часть занимала площадку перед подъездом, почти уткнувшись бампером в крыльцо подъезда.

Родион делал все одновременно: набирал номер домофона Аллы и номер ее мобильного телефона. Вспомнив, что они договорились созвониться по мобильному, на домофоне он дал отбой.

– Алле, Радик, ты звонишь в домофон?

– Я, открывай скорее, – нервничал Изонов.

– Уже открываю, мы же договорились, связь через мобильный.

Замок входной двери пару раз пиликнул, и дверь распахнулась, из подъезда выбежали двое ребятишек. Родион проскользнул в подъезд. Он вызвал лифт, нажал кнопку седьмого этажа, а когда лифт остановился и двери распахнулись, то Алла уже стояла на пороге своей квартиры с распахнутой дверью и улыбалась Родиону.

– Ну что, Шерлок Хомс, входи.

– На самом деле, смеяться здесь не над чем, – обиженно ответил Изонов.

– А я и не смеюсь, – проходя на кухню, ответила Алла, – представляешь Изонов, чтобы спасти меня от верной гибели тебе придется жить со мной в одной квартире.

– Ну и что, – удивился Родион, – что здесь такого, места у тебя в квартире много, где ты меня поселишь?

– Где? Где? На коврике, перед своей кроватью, – посмеялась Критова.

– Ладно, хватит шутить, давай лучше еще раз посмотрим, что мы имеем, – предложил Родион.

– Мы имеем, то есть они имеют, только меня и Светку, а учитывая то, что со Снежаной они уже расправились, сумасшедшей ее называть не хочется, но, после пережитого, мозги у нее вряд ли на место встанут.

– Алл, давай вернемся в ваше детство, – настаивал Изонов, – то, что ты и Лера были лучшие подруги, знала даже наша кошка. Что с остальными?

– А что с остальными? Класс у нас был очень дружный. Но нас было всего шесть человек, как говорится, не разлей вода.

Все шесть подруг жили в одном дворе, это их и объединяло. Валерию Кусову и Аллу Критову связывало еще то, что жили они в одном подъезде и даже в детский сад ходили вместе. Девчонки все из разных семей. Татьяна Вытская, конечно, выделялась из всех одноклассниц, и ей даже многие завидовали. Конечно, по тем временам, папа военный, мама научный сотрудник, своя машина, трехкомнатная квартира, дача. Таня, единственная из своих подружек, каждый код отдыхала с родителями на море. Но, окончив восьмой, класс Татьяне пришлось переехать в город Воронеж. Она, конечно, по-прежнему поддерживала связь со всеми своими подругами, но ни разу на вечер встречи выпускников так и не явилась. Да это и понятно, семьсот верст. Самой скромной из подруг была Светлана Степина. Но девчата всегда, как могли, помогали ей. Светлана жила с одной мамой, так как папа ушел от них, когда Светлане исполнилось шесть лет. Училась девочка тоже не блеск. Говоря русским языком, с двойки на тройку перебивалась. Учителям жалко было ее, и поэтому одиннадцать классов с горем пополам она закончила. Зато Светлана была очень добрая. Одевалась она, конечно, хуже всех, да и внешностью не вышла, за что и прозвали ее «Гадким утенком». Про моря и отдых, кроме как в деревне «Грязи» в Московской области, где проживала ее бабушка, она и слыхом не слыхивала. Но Светлана никогда не обладала таким негативным чувством, как зависть. Характер у нее был – кремень. Как только школу закончила, так в гору и пошла. Вон теперь у нее свой бизнес, одежда от кутюрье, машина дорогая, от женихов отбоя нет, только не нужны они ей пока. Всего добилась в жизни, чего хотела.

Наталья Журкова так, середнячком была. Из обычной советской семьи. Училась не плохо, но звезд с неба не хватала. Впрочем, так же, как и Снежана Ленская. А вот Валерия Кусова отличалась от своих подруг какой-то особенной красотой. Красота, конечно, деловкуса, а о вкусах не спорят. Восприятие красоты – это вопрос личного субъективного мнения. Но к Валерии можно было применить самое богатое описание красоты, дающееся в русских сказках и былинах. Чем не могла похвастаться ее подруга Алла Критова. Так себе девчонка, сказал бы кто-нибудь из ее одноклассников. Но зато она была самой изобретательной, самой большой затейницей. Сорвать урок – обращайтесь, пожалуйста, к Алле Критовой. Обстрелять ребят камнями – да без проблем, в пятом классе насмотревшись фантастики про Алису Селезневу, в фильме «Гостья из будущего», даже милафон пыталась изобрести. А затем весь класс подбила след снежного человека искать в лесу, половина ребят заблудились, после чего, практически целые сутки, их искала бригада спасателей.

Прошло четырнадцать лет. Кому понадобились безобидные девчата из одиннадцатого класса одна тысяча девятьсот девяносто седьмого года выпуска?

Да, был у Валерии Изоновой и Аллы Критовой дружок общий – Коля Васин. С детства увлекался фотографией. И отец его фотографом был. Но версия следствия, что он причастен ко всем этим убийствам была просто абсурдна – так рассуждал Родион Изонов. Фотограф Коля по уши был влюблен в Валерию. Но он ей никогда не нравился. Он и во взрослом возрасте продолжал общаться с Валерией, и даже ухаживать пытался. Изонов это все знал, но значения не придавал. Если двадцать лет он ее добивался и не добился, то чем же теперь он ее удивить может?

Но если даже предположить, что из-за несчастной любви этот Васин Валерию и убил, то при чем здесь остальные подруги?

Следователь Селезнев так не считал. Согласно полученных из психоневрологического диспансера данных, Васин Николай Николаевич состоял на учете в психоневрологическом диспансере № 15 с диагнозом расстройство личности. В Воронеж он отправился под видом выполнения заказа, а это тот город, где жила и была убита Татьяна Вытская, при чем убита в то время, когда Васин был в городе. Разве могут быть такие совпадения? Про Челябинск выяснить ничего не удалось. Но он вполне мог отправиться туда, убивать Снежану Ленскую на машине.

Сегодня Игорь Анатольевич должен был принять решение в отношении Васина, о чем доложить руководству отдела и Управления.

В кабинете начальника Следственного управления собралась вся следственная группа, расследовавшая уголовное дело по факту убийств молодых женщин, в прошлом являющихся одноклассницами. Настроение у всех было мрачным. Несмотря на то, что имелись предполагаемые убийцы, и один из них даже находился в следственном изоляторе, существовал ряд версий относительно совершенных убийств, подтверждающихся косвенными доказательствами, женщины продолжали погибать.

Первым решили выслушать руководителя Следственной группы, Селезнева Игоря Анатольевича, и остановиться на основной версии. Он предложил выделить в отдельное производство уголовное дело в отношении Артемова и направить его в Суд, так как считал что доказательственная база хорошая: Артемова опознали, есть вещественные доказательства – волос Артемова, изъятый в квартире Изоновых, полное признание вины самим обвиняемым. Коллеги поддержали Селезнева и решили, что уголовное дело в отношении Артемова в ближайшие дни будет выделено в отдельное производство. Несмотря на то, что в отношении Васина прямых доказательств собрано не было, Артемов убедил коллег в необходимости избрания ему меры пресечения, связанную с заключением под стражу.

Для задержания подозреваемого, Васина Николая Николаевича, была выделена целая группа оперативных сотрудников. Однако, дома его не оказалось. По соседям решили не ходить, чтобы не спугнуть парня. А возобновить ранее снятое наружное наблюдение прямо возле дома, где он живет.

Васин не появился в течение двух суток, в связи с чем у Селезнева возникли подозрения, что кто-то сливает ему информацию. А этот кто-то был либо членом Следственной группы, что мало вероятно, либо же это Изонов Родион Сергеевич, так как он знал об отношении следствия к личности Васина и пытался защищать его. Было принято решение официально объявить Васина в розыск.

Глава 10

Родион Изонов временно поселился у Аллы Критовой, исключительно в качестве ее телохранителя и взял на работе двухнедельный отпуск. Он не отходил от нее ни на шаг, сопровождал на работу, встречал с работы, ходил с ней по магазинам. Алла и сама понимала, что очередной жертвой должна стать именно она. Вечерами они обсуждали одну лишь тему, и проводили свое расследование.

– Ты понимаешь, что сейчас самое главное найти твою подругу Светку, – уговаривал Радик, – ей, так же как и тебе, грозит опасность.

– Я все понимаю, только и ты пойми, что Светка – женщина независимая, и сидеть прятаться от какого – то маньяка она не станет. У нее куча персонала, в том числе и телохранители, – убеждала его Алла.

– В любом случае разыщи ее. Я же не смогу всю жизнь тебя охранять, через две недели отпуск закончится, и я выйду на работу. К этому времени мы должны выйти на след этого негодяя.

– Как интересно ты собираешься его искать, если у нас даже предположений никаких нет?

– Алла, я тебя прошу, набери сейчас же номер Светланы, а лучше, пусть она к нам приедет. Мы вместе спланируем наши дальнейшие действия, так как убийца обязательно выйдет либо на тебя, либо на нее.

– Хорошо, – сдалась Критова и достала мобильник, – но это совсем не значит, что она взяла и припорхала к тебе прямо сейчас. Она ведь все время в разъездах.

– Звони.

Алла порылась в записной книжке своего мобильного телефона и тут же набрала номер Светланы Степиной.

– Привет дорогая, – услышала она после второго гудка, – как жизнь?

– У меня все нормально, а как ты?

– Я вся в работе, так хочется отдохнуть, я уже шесть месяцев пашу без отдыха. Вот думаю через недельку на Крит сгонять, если, конечно, получится.

– Да, это здорово, там сейчас самый сказочный сезон, – вздохнув, сказала Алла.

– Слушай, подруга, а может, компанию составишь? Ты и на вечере встречи выпускников не была? А?

– Да нет, Светуль, я тебе по делу звоню.

– Ого, и что же за дело у тебя? – с неподдельным интересом спросила Светлана.

– Ты знаешь, нам бы его надо обсудить тет-а-тет. Ты не могла бы сегодня-завтра ко мне домой заскочить?

– А чего к тебе домой, хочешь, пойдем в какой-нибудь приличный ресторанчик, я угощаю.

– Да нет, Светик, лучше бы ко мне домой. Ну так как?

– Так, – полезла в свою записную книжку Светлана, – ты же знаешь у меня сплошные разъезды по работе.

– Ну да, слышала.

– Хотя, сегодня вечером я вроде свободна.

Васин был объявлен в розыск, но Селезнев понимал, что уже слишком поздно. Как же он, следователь с многолетним стажем работы, никогда не ошибавшийся в таких мелочах, дал промашку?

Он решил получить разрешение Суда на проведение обыска в квартире родителей Николая Васина. Может быть, он настолько предусмотрителен, что в своей квартире ничего не хранил.

При обыске в квартире родителей Васина было найдено семь профессиональных фотоаппаратов. Несколько флэш-карт с изображениями милых дамочек без всякого одеяния… Но самое главное, что было найдено у фотографа – это фотографии тех самых кукол, которые «участвовали» в убийстве молодых женщин.

Светлана появилась у Аллы без четверти девять. Такая ухоженная, уверенная в себе дама, вся светящаяся от сытой жизни. Дверь открыл Родион. Они были знакомы, так как Валерия дружила со Светланой до момента гибели.

– Привет ребята, – Светлана плюхнулась на стоящий в прихожей топчан и принялась снимать обувь, – выкладывайте, что у вас тут стряслось.

– Проходи на кухню, обувь не снимай, – предложила Алла.

– Да я ненадолго, – промурлыкала Светлана, – а то мне еще в пару мест заскочить надо. Завтра срочно улетаю в командировку.

– Можно я начну? – спросил Родион.

– Начинай, конечно, – наполнив чайник водой из бочка, ответила Алла, – Светик, тебе какой чай? Черный, зеленый?

– Ой, чувствую надолго вы замутить решили, – задумчиво начала Светлана, – давай зеленый, если есть с жасмином.

– Ну, так вот, – начал Радик, – мы-то собственно по поводу подруг, ваших погибших одноклассниц поговорить хотели.

– Не поняла, помянуть что ли, – вскинув брови удивилась Света, – да, я, к сожалению, даже на кладбище не выбрала время съездить, стыдно.

– Светлана, – начал более серьезно Родион, – тебе не кажется, что за четыре месяца, четыре убийства, четырех одноклассниц, один почерк, куклы эти чертовы?

– Кажется, мне кажется, что все это ужасно, – с сожалением ответила Светлана.

– А тебе не кажется, = расставляя кружки и блюдца на стол, подхватила Алла, – что нас с тобой это тоже как-то касается?

– Не поняла, – с неподдельным интересом посмотрела на нее Степина, – я, ты, они, какая связь?

– Светка, да ты подумай, – попыталась как-то достучаться до нее Алла, – мы дружили с детства: я, ты, Валерия, Танюха, Снежана и Натусик. Четверо из нашей дружной компании убиты, то есть трое убиты, одну пытались, и это при всем том, что некоторые из нас жили совсем в других городах.

– И что, ты думаешь, нас попробуют того? – она сделала жест рукой у себя возле шеи.

– Да я не думаю, это очевидно.

– И что ты предлагаешь, – задумчиво продолжала Степина, – у меня, конечно, куча охраны, выделить часть охраны тебе?

– Светлана, – вступил в разговор Родион, – ты же понимаешь, что охрана тут не поможет. Если кто-то действительно хочет добраться до вас, рано или поздно он это сделает. Я готов две недели пожить у Аллы. А дальше что?

– Ну, к чему такие жертвы? – возмутилась Светлана, – вот завтра, например, я после четырех часов дня абсолютно свободна и могу приехать к подруге, заодно все и обсудим.

– Окей, значит, я на завтра свободен, – обрадовался Родион.

На самом деле, после смерти жены, Родион, как говорится, опустил руки. И бытовых дел у него накопилось не мало. Поэтому, он обрадовался предложению Светланы, и запланировал на завтра поездку в сервис для проведения технического обслуживания автомобиля. Он упустил много времени. Потом ему надо было заехать к нотариусу, обязательно надо было появиться в едином расчетном центре, где подавали сведения о воде. С момента смерти Валерии этим никто не занимался.

В таком порядке он и начал действовать. В сервисе машину приняли сразу, но сказали, что ждать придется не менее четырех часов. Значит, все остальные дела он должен был делать, пользуясь общественным транспортом. Все вроде бы шло своим чередом. Родион успел сделать все запланированное. В два часа он приехал в сервис, ему выписали квитанцию на двенадцать тысяч четыреста рублей и выдали автомобиль после технического обслуживания.

Время еще было раннее, половина третьего дня, к Аллке ехать не надо, там сегодня Света будет, и он решил съездить на кладбище, где похоронена та единственная, которая была ему и женой, и подругой, и смыслом жизни, и просто хорошим человеком. Перед тем как заехать через центральный въезд на кладбище, Изонов свернул в магазин, чтобы, как говорится, не с пустыми руками. Спиртное он покупать, конечно, не стал, взял немного карамели россыпью, такой как любила Валерия, и бутылку минеральной воды «Нарзан», другую она не пила. Цветы он купил в ритуальном ларьке возле кладбища.

Он оставил свою машину возле центрального входа и медленно побрел среди могил, читая надписи.

– Сколько молодежи. – удивлялся Изонов. – Как быстро расширяется кладбище.

Он дошел до еще свежей могилки своей жены, и присел на лавочку. Валерия Изонова была похоронена там же, где ее бабка Настасья, племянница Иришка и прапрадед Семен. Так что общая могила была вполне ухожена, даже лавочка имелась, которую родственники к празднику Великой пасхи всегда красили. На могилке Валерии ни фотографии, ни памятника еще не было, так как, по старорусским поверьям, памятник покойнику ставят только через год после погребения.

Родион поправил покосившиеся венки, подравнял искусственные цветочки, взял стаканчик с ее могилы и налил туда «Нарзан», а рядом положил две конфеты.

После этого он съел сам одну конфету, запил ее минеральной водой прямо из бутылки, и произнес: «Пусть земля тебе будет пухом, любимая моя, а убийцам твоим я отомщу, клянусь». После этих слов он опустился на лавочку и задумался.

Он вспомнил вчерашний день, визит Светланы. Ее безразличность к случившемуся, отсутствие какого-либо страха, хотя бы за свою жизнь, а самое главное слова: «Завтра срочно улетаю в командировку», «Вот завтра, например, после четырех часов дня я абсолютно свободна и могу приехать к подруге, заодно всеи обсудим».

Родион взглянул на часы: пятнадцать минут пятого.

– Боже, какой же я идиот, – схватил он себя за волосы.

Он вытащил мобильный и набрал номер Аллы. Гудки шли, но никто не отвечал. Он набрал телефон следователя Селезнева и через три гудка услышал его голос:

– Слушаю Вас.

– Игорь Анатольевич, – начал он, сбиваясь, – это Изонов, записывайте адрес, я знаю, где убийца.

– Подождите, как Вас там, Родион Сергеевич, если я не ошибаюсь, – старался как можно спокойнее говорить Селезнев, – убийцу сейчас ищут все спецслужбы города, и не только города, а всей страны.

– Я прошу Вас, послушайте меня, убийца сейчас в квартире Аллы Критовой, запишите адрес, пожалуйста.

– А почему я должен Вам верить? – удивился Селезнев.

– Да вы мне можете не верить, – пытался доказать Родион, – просто вышлите туда наряд. Вам же это ничего не стоит.

– Хватит торговаться, стоит, не стоит, – совсем рассердился Селезнев, – люди на рабочих местах.

– Я очень Вас прошу.

– Ну ладно, – сдался Игорь Анатольевич, – я отправлю туда двух оперуполномоченных и двоих ребят из отдела специального назначения, диктуйте адрес.

Изонов, диктуя на ходу адрес Аллы Критовой, выбежал из центрального входа кладбища, влетел в свою машину и только столб пыли остался на том месте, где только что стоял его форд.

Глава 11

Изонов успел добраться к дому Аллы Критовой, когда во дворе, возле ее подъезда, стояли уже две милицейские машины, машина скорой помощи, собралась куча зевак, а саму Аллу, лежащую на носилках выносили из дома. Вся простыня, которой была накрыта молодая женщина, от большой потери крови была ярко красного цвета. Лицо Аллы было открыто, но настолько изуродовано, что женщину с трудом можно было узнать. Если бы Родион не знал, кто сейчас на этих носилках, наверняка прошел бы мимо. У Изонова сжалось сердце и по щеке покатилась крупная слеза. Он резким движением рванулся к носилкам, и буквально через два шага уже держал Аллу за окровавленную руку. Двое сотрудников милиции взяли Изонова под руки и оттащили от носилок. Он стал сопротивляться, сам не понимая, зачем рвется к носилкам, где неподвижно лежало тело лучшей подруги его жены.

Новый всплеск эмоций вызвала у Изонова Светлана Степина. Когда он увидел, как ее в наручниках выводят из подъезда двое сотрудников милиции, одетые в бронежилеты и вооруженные пистолетами Макарова, он разъяренный кинулся ей на встречу.

– Сволочь, за что ты их убивала? – кричал, переходя на рыдания Родион.

Остановить его было сложно. Пришлось применять физическую силу и сотрудники милиции повалили его на землю. Он бился в приступе истерии об асфальт. А убийца его жены с невозмутимым лицом и гордо поднятой головой, в сопровождении конвоя, проследовала в патрульную милицейскую машину.

Следствие длилось четыре месяца. Светлана ничего не отрицала. Наоборот, она сожалела, что не все ее подруги, с которыми прошло детство, мертвы. На допросах она вела себя надменно и дерзко. В связи с чем ей была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, которая признала ее вменяемой и отдающей отчет своим действиям в моменты совершения преступлений.

Артемов, из статуса обвиняемых, был переведен в свидетели. Именно он видел Степину в момент ее проникновения в квартиру Валерии Изоновой. Он находился у входа в подъезд, где проживали Изоновы, когда к нему подошла брюнетка в темных очках, появившаяся из-за угла. Она заговорила с Артемовым, и попросила его помочь ей занести сумки, предложив за это, вознаграждение в двести рублей. Артемов с радостью согласился, такой легкий путь зарабатывания денег ему понравился. Степина набрала код на двери подъезда, и они вошли. Поднявшись на пятый этаж, Светлана достала ключи от квартиры, открыла дверь. Артемов зашел в квартиру, поставил сумки, и получив обещанные двести рублей удалился. После этого, спустя несколько часов, истратив двести рублей на бутылку водки, батон и консервы, он решил зайти еще раз к незнакомке и предложить выполнить еще какую-либо работу за вознаграждение. Однако. нажав на звонок входной двери в квартиру, быстро передумал, поняв, что у брюнетки, возможно, имеется муж. Он в три прыжка преодолел один лестничный проем и притаился на четвертом этаже. Дверь открылась, и Родион Сергеевич Изонов, никого не обнаружив за дверью, решил, что звонок в дверь ему послышался и закрыл ее. Он и предположить не мог, что навещавшая его жену подруга-одноклассница, успела сделать слепки их ключей от входной двери. А код на двери в подъезде был ей давно известен.

Если бы в тот момент он знал, что его жена еще жива и находится на балконе вместе с убийцей, связанная, с заклеенным ртом, сбитая слезоточивым газом, она не могла подать сигнал мужу. И только когда он уехал, а в подъезде воцарилась сонная тишина, после полуночи убийца, приставляя нож к горлу бедной женщины, вывела ее из подъезда по неосвещенной лестнице. Затем, вернулась за кошкой, которая находилась в мешке, с заклеенной скотчем мордой. Положив Валерию вместе с кошкой в багажник своей тойоты прадо, вывезла их в лес, где отомстила за счастливое детство, за то, чего не имела она сама. К утру, когда женщина была мертва, Степина доехала до гаражного общества, показала сторожу заранее приготовленный фальшивый пропуск, достала слепки ключей от полузаброшенного гаража, открыла его и въехала туда на своей тойоте. Годы физической подготовки не прошли для Светланы даром, она без особого труда извлекла тело своей бывшей подруги из внедорожника, и оставила надежного сторожа – куклу-невесту охранять это тело. Выехав из гаража и прикрыв ворота, она подбросила в узкую щель обезумевшую кошку, после чего ворота закрыла на ключ.

С Васина Николая Николаевича также были сняты все обвинения, и он также как Артемов являлся свидетелем по делу. На допросе он показал, что дружил не только с Валерией Изоновой и Татьяной Вытской, а также и со Степиной Светланой Александровной. Особенно в последнее время они были очень близки. Он знал об увлечении Светланы – коллекционировании красивых кукол. Он даже фотографировал их. Светлана покупала их в разных странах, многие даже были сделаны на заказ. Больше всего Светлана любила кукол, одетых в свадебную фату. Но Васин, до последнего дня и предположить не мог, что именно куклы из коллекции Светланы Степиной являются беспощадными убийцами молодых женщин.

Степина тоже сотрудничила со следствием: активно давала показания, участвовала в следственных экспериментах.

Рассказывать о совершенных убийствах, а также показывать на следственных экспериментах, как она это делала, доставляло Степиной огромное удовольствие. Она не раскаивалась и не сожалела о содеянном. Теперь она была самой счастливой из всех подруг, ведь она добилась всего в этой жизни, и даже смерти тех, кому завидовала с самых ранних лет, из-за которых провела много бессонных ночей будучи еще ребенком, плача навзрыд в подушку. Она еще тогда понимала, что не нужна даже собственной матери, которая занималась только устройством личной жизни, приводя в дом очередную пассию. Еще в детской душе зародился план мести тем, кого любили и баловали родители, тем, у которых было счастливое безоблачное детство, тем, у которых было все, чем была обделена она. Она дружила с ними, а в душе ненавидела их, ненавидела весь этот мир, который был к ней так жесток. Она любила своих кукол, потому что они жили по ее правилам, и тоже любили ее.

Степина из года в год строила план мести, навещала подруг, с той целью, чтобы изучить место совершения преступления, подыскивала малопосещаемые места, где собиралась оставлять трупы, чтобы месть была более полной, тела несчастных она не только уродовала и обезображивала, но также и оставляла на съедение их питомцам. Так как у Натальи Журковой домашних питомцев не было, ее тело вместе с машиной было утоплено в озере, на съедение обитателям водоема.

Светлана знала, что никогда не будет невестой и женой, она сама избрала себе этот путь. Невестами стали ее любимые куклы, куклы-убийцы.

Content

Альбина Десницкая
Невеста
Криминальный роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11