Буйнич Дмитрий Эдуардович

Стекло Ангела

Буйнич Дмитрий

Стекло Ангела

" Стекло Ангела — могущественный артефакт созданный алхимиком по имени Азарут. Артефакт создан из смеси жидкого стекла, которое было сделано из песка Пустыни Пяти Святых, и множества компонентов, я с уверенностью могу сказать, что перо из крыла Ангела, чешуя демона, Волос Чистого Паладина были одним из составляющих Стекла.

Сила, которой обладал артефакт, могла очень помочь в выслеживание и уничтожения демонов, но после часа Предательства, Стекло бесследно исчезло. Сила артефакта заключалась в разоблачение приспешников зла, Стекло раскрывало истинное лицо демонов. Так же есть мнение о том что оправа, в которую вправлено Стекло, даёт некий знак их обладателю, что демоны рядом…"

Залур захлопнул толстый томик, который был переплетён в чёрную кожу саламандры, все, что ему надо было, узнать он узнал. "Все артефакты Света и Тьмы" гласило заглавие, написанное красивыми, позолоченными, витыми буквами. Залур усмехнулся про себя: Скорее всего книга написал или "скромным" монахом (скромным потому что на переплёте не указан автор), который про эти артефакты узнал из таких же энциклопедий, или неудавшийся, но такой же скромный алхимик, который что бы похвастаться своими недюжеными знаниями своего дела, опустился до плагиата. Но все, же доля правды в таких книгах имеется, ведь первоисточник составлял добросовестный автор, который узнавал об артефактах от их создателей.

Лишь неделю назад Залур считал, что Стекло такой же миф, как и Цепь Божества и даже не задумывался о его существовании, но когда Святейший, за баснословную цену, нанял его для того что бы достать и вернуть артефакт, любой поверит в чудо. К тому же, место нахождение Стекла известно, а это уже сильно упрощает задачу. Покинутый Монастырь стал пристанищем гения Азарута. Святейший и его монахи сами не забрали артефакт лишь по той причине, что Монастырь стал домом для нечисти и демонов, Святая сила давно иссякла в стенах бывшего жилища святых. Но такая вещь как потусторонние твари могли остановить Серого Паладина перед крупной наживой? Конечно нет, это наоборот его раззадорит.

Целая неделя ушла на поиск информации об артефакте, местности и о планировке Монастыря. Серьёзное дело требует серьёзных приготовлений.

И вот, Залур, облаченный в свои лучшие, и единственные, лёгкие доспехи, попробуй в тяжёлых, предназначенных для военный походов, латах попасть в демоническую мелюзгу, и закрывающий шею шлем, с длинным рунным мечом за спиной, серебряных топориком на поясе и щитом Серого ордена на руке, гордо шествовал по окрестностям приближаясь к Монастырю, лошадей Залур не признавал принципиально, он привык обходиться своими двумя. В такт шагам Паладина звякал на груди кожаный ремень с огромным количеством скляночек с разными жидкостями внутри.

Солнце уже шло на убыль, как на горизонте появилась чёрная башенка Монастыря. Она была зловеща и одинока, как и вся окрестность. Душа впадала в уныние, если не в отчаяние.

И вот, перед Залуром возвышалась громада Монастыря, он больше походил на замок ежели на обитель монахов. Почерневшие от времени каменные стены поросли мохом, большинство башенных крыш прогнило и обвалилось, а немногочисленные оконца зияли чёрными провалами.

Залур подошёл к вратам, Они в отличие от самого Монастыря выглядели как новые, дело в том что они сделаны из кримзина, магического метала гномов. Эти врата способны простоять несколько тысячелетий и остаться на вид такими же сверкающими. На дверях красовалось изображение медитирующего монаха. Паладин знал, что сейчас было время медитации и что бы монахам никто не мешал медитировать, двери запирались магическим узлом.

Залур сел, оперевшись об врата спиной, Паладин знал, что Монастырь откроется лишь в когда луна пройдёт треть своего пути по небесам. Есть время подумать, поразмышлять.

План похищения Стекла был отработан до малейших деталей, и поэтому Залур решил погрузиться в воспоминания. В его памяти проносились все моменты его жизни. Хотя он и прожил относительно небольшой срок, 32 года, но видел многое. И богатство, и нищету, и боль, и славу, и унижение. Особенно хорошо он помнил час Осквернения, тогда все Паладины, по воле короля, разделились на Светлых, верных церкви, Серых, продажных наёмником обладающих святой силой и Тёмных или Заблудших, отвернувшиеся от церкви и принявшие Тёмную веру. Разделение произошло из-за Предательства одного из Паладинов, вслед за его примером многие изменили делу света, и стали служить тьме. Залур всё это помнил, он тогда был учёником в школе Меча. Всех воинов, учеников, учителей поделили ведомым только для короля способом, так получилось, что юноша с огромным потенциалом стал жалким наёмником…

Именно после этого настало время упадка церкви. От прежнего величия ордена паладинов ни осталось и следа, нечисть свободно бродит по окрестностям, демоны грабят крестьян, маги жулики, утверждающие, что избавят королевство от напастей за символическую цену, обворовывают казну, а некроманты и Предатели который год держат в напряжении Западные границы. И лишь Серые, хоть и за звонкую монету, хотя какая прибыль с бедного крестьянина, стараются уничтожить, или хотя бы ослабить натиск сил зла.

Мысли воина прервал металлический шорох, он посмотрел на луну, она уже прошла треть пути, а это значит монах на вратах поменял своё положение. Сейчас он стоял, словно приглашая путника войти, раньше монастырь назывался "Пристанище заплутавшего".

Монастырь состоит из пяти квадратных и разных по размеру, од треугольной и пяти коридоров, которые соединяли между собой башни. В самой большой квадратной башне располагались кельи монахов, в самой маленькой, часовня, в двух одинаковых по размеру, хранилище и трапезная, а в последней, мастерские. В треугольной башне жил наблюдатель, башню так и называли, башня наблюдателя. Треугольная башня самая высокая, и поэтому задача наблюдателя заключалась в наблюдении за окрестностями. Раньше монахи заступали на вахту посменно, но однажды, некий старец-алхимик, по имени Акро, попросил у Высшего отца, что бы он поставил его на эту должность навсегда, отец согласился, у святых и так много важных дел, а ещё стоять на вахте, сторожить окрестность. Потом оказалось, что этот алхимик по совместительству учёный, астролог и астроном, и уже через три дня на башне красовался огромных телескоп. Этот телескоп остался даже после смерти старца, он стал частью монастыря, и ни у кого не поднималась рука, чтобы выбросить эту железяку. Многие наоборот, хаживали за ним, смазывали, меняли детали, чистили. Часто монастырские астрологи запирались в башне и долго наблюдали за ночным небом. Даже сейчас, через столько времени, силуэт телескопа чернее на крыше, а его разбитая линза отражает лунный свет.

Врата, через которые вошёл Залур, разделяли коридор, соединяющий хранилище и мастерские, на две одинаковые половины.

Двор храма был очень обширный, сюда поместились храм Божества, алтарь, башня путников, место ночёвки путешественников, сад и небольшой огородик, монахи не могли жить лишь на пожертвования, они вели своё хозяйство и продавали лишнюю продукцию.

Сейчас здесь всё было запушено, сад зачах, от огорода остался лишь клочок земли, у башни путников обветшала и обвалилась крыша, а о алтаре напоминают лишь груда камней и лишь храм остался таким же новым и нетронутым, святая сила в храмах не иссякаема.

На дворе никого не было, но из стен монастыря доносились странные шорохи, тихие вздохи. Вся нечисть живёт в монастыре, на двор выходить боятся из-за храма.

Осмотревшись с минуту, Залур отправился к башне хранилища. Хоть весь монастырь и выглядел обветшавший, но двери как и врата выглядели как новые.

Паладин резко дёрнул ручку массивной двери и сразу же кинул в дверной проём одну из своих склянок, и сразу закрыл дверь. Через мгновенье изо всех щелей башенки вырвались пучки света, и послышался оглушительный визг сотен голосов. После этого Залур высунул из ножен меч и тихо прошептал:

— Нахара, — после этого руны на клинке засверкали, и после этого паладин вошел в хранилище.

Сразу же в голову ударили запахи спёртого воздуха, зловония и сгоревшей плоти. Свет рун осветил кромешную тьму башни. Хранилище представляло из себя каменную комнатку, которая занимала весь этаж, посередине была лестница, ведущая на верх. Везде валялись обломки бочек, ящиков, кувшинов. Так же пол был усыпан неприятно пахнущим пеплом.

Внезапно из темноты донёсся писк, потом ещё один, потом ещё… Вскоре воздух был наполнен оглушающим писком. Ещё через мгновенье полотно кромешной темноты замерцало сотнями круглых, как блюдца, глаз. Это были нахри — мерзкие существа, порождения смерти, поодиночке не представляя опасности, нападая кучей они становятся смертельными, вооружены острыми длинными пропитанными трупным ядом когти.

Залур в мгновение метнул в темноту топорик. Послышался резкий визг и через секунду сотни горящих глазок метнулись в сторону паладина. Но он этого только и ждал: сорвав с ремня ещё одну склянку и швырнул в толпу. Яркая вспышка на мгновение озарила каменную комнатку хранилища. Из-за этого света большинство нахрий превратилось в пепел, а остальных, ошеломлённых вспышкой, Залур добил мерцающим мечом.

Когда темнота оцепенела тишиной, паладин быстро забаррикадировал дверь и стал ждать. И уже через пару минут в дверь застучали первые когти, потом стук усилился и вскоре дверь не прерывно вздрагивала от ударов нечисти. Среди мелких постукиваний внезапно раздался сильный и гулкий удар.

"Вот и демоны подоспели", — подумал Залур вставая с отёкших ног. Выждав ещё несколько минут, дверь угрожала вот-вот распахнуться и впустить внутрь толпу озлобленных монстров, паладин освещая мечом стены нашёл рычаг замаскированный под факел. После того как Залур повернул в сторону, и после этого с тихим скрежетом в стене отъехала потайная дверь ведущая во двор монастыря. Как серый паладин, Залур знал повадки многих монстров: живя продолжительное время вместе, в данном случае 90 лет, между ними возникает чувство товарищества и во время беды каждый старается помочь пострадавшему или отомстить за мёртвого собрата. Сигнал тревоги нечисть передаёт обычно телепатически.

Зная что некоторое время монстры будут пытаться сломать баррикаду и разорвать на куски чужака, Залур поспешил к Башне наблюдателя: там находился вход в катакомбы.

"Надо не забыть поблагодарить Акора и Мелорана", — думал паладин рубя по полам оставшегося на вахте демона и открывая люк в подземелье.

Акор и Мелонар самые известные гномы во всём Святом королевстве. Эти два брата близнеца, проживши около 250 лет, смогли собрать библиотеку, которая занимает 4 надземных и 20 подземных этажей. Для таких любителей, как Залур, готовиться к каждому заданию с невероятной щепетильностью, это место было раем: здесь есть всё: начиная с рецептов вкуснейших мясных пирогов и закусок, и кончая тайными планами дворца святого короля. И поэтому каждый за бешеные деньги пытается лишь несколько часов побродить между огромными стеллажами, а взять что-то на руки, невероятная роскошь. Украсть из библиотеки себе дорожи, каждый том и свиток означен сверхсильным магическим письмом, которое позволяло при потере найти пропажу. Но Залур пользовался огромными привелеями: в библиотеке он мог находиться сутками, а при надобности братья позволяли взять что-нибудь с собой, просто однажды он спас их драгоценное детище от Восточных варваров, которые пытались сжечь хранилище бесценных знаний, а потом не раз помогал с библиотечными делами.

Вот и сейчас при магическом свете меча в уголке карты катакомб, которую он вынул из набедренной сумки, маленькими и аккуратными буковками мерцала надпись "Великое хранилище мудрости Акора и Мелорана", фирменная подпись библиотекарей.

Паладин, умея хорошо ориентироваться по карте, без проблем нашёл в лабиринте вход на второй уровень катакомб не, при этом не встретя ни одного демона, они просто не знают как сюда проникнуть. Второй уровень представлял из себя огромный зал с каменным постаментом по центру, на котором лежало стекло Ангела в серебряной оправе. И вот здесь паладин испытал первую трудность, сделав несколько шагов по направлению к артефакту, прямо из неоткуда возникло пять светящихся из нутрии мягким светом человеческих фигур в доспехах Легендарных паладинов.

— Пришедший, друг или враг, назови святое слово! — пробасили пятеро хором.

"А ведь должен был догадаться, что монахи придумали свой способ защитить артефакт. А думал, почему стекло не смогли достать до сих пор, зная о его место нахождении?"

— Во имя Божества, — произнёс Залур традиционное приветствие светлых паладинов и сделал святой знак ладонью.

— Грешный чужак, уйди или умри.

— Помоги всем в трудную минуту, даже Тьме, — сделал вторую попытку паладин, вспоминая лозунг Творящих добро.

— Грешный чужак, уйди или умри, — так же беспристрастно произнесли воины.

Внезапно Залур заметил на оном из их клеймо алхимика Акро.

— Святое слово, созвездие Четырёхлистного клевера, — назвал Залур любимое созвездие старца.

— Приветствую тебя брат монах, — сказали пятеро и растворились в воздухе.

"Хорошо что до рукоприкладства не дошло, сразу видно, что с одним я едва справился бы, а с пятью… Если я забуду поблагодарить Акора и Мелорана, то я себе никогда не это не прощу"

Ещё одна хитрость монахов: катакомбы были построены таким образом, что вход находился в башне Смотрителя, а выход в храме. И Залур знал об этом. Через пол часа паладин уже осматривал изнутри храм. Всюду висела паутина, слой пыли поднимался в воздух от малейшего движения и резал глаза, но красивые, нетронутые временем статуи, огромный и величественный алтарь, великолепно сохранившиеся фрески напоминали о былом величии монастыря.

Дверные петли храма заржавели настолько, что дверь открыть было невозможно, пришлось её выбить. За сохранность храма Залур не волновался: нечисть боится храма, а грабители боятся нечисти.

"Надо предложить Главному восстановить монастырь", — думал паладин, выбираясь из храма. За стенами монастыря слышалось постоянное шуршание нахрий.

Небо уже посветлело, приближалось утро, а ещё целый день тащиться к братьям. Залур медленно шёл по знакомой тропе, ведущей в город Трёх Народов, разглядывая артефакт в руках. Он был такой красивый, серебряная оправа сверкала на солнце, а ремешок из кожи чёрного единорога переливался всеми цветами радуги. Ради баловства, Залур надел на себя стекло, а сверху прикрыл шлемом, не хватало, чтобы в таком нелепом виде его кто-нибудь встретил.

Внезапно впереди послышались звуки приближающихся шагов. Это приближались трое паладинов Святейшего Ланака, но лишь внешне, через стекло Залур видел их истинное обличье. Они были демонами, слабыми, обычными оборотнями, умеющие лишь вводить в заблуждение, обманывать, ссорить, неизвестно: нет ли таких оборотней среди власти. Но зачем они прикинулись паладинами? Или пытаются украсть артефакт позволяющий видеть их истинное лицо, или здесь некая интрига? Кто его знает? Но ясно одно, стекло им отдавать нельзя.

— Уважаемый Залур, нас послал за вами Святейший что бы мы забрали у вас стекло Ангела.

— А золотые когда?

— Деньги вы можете забрать у Святейшего.

— Конечно, лучше я лично отдам ему артефакт и от его лично получу своё законное вознагражденье.

— Но у нас есть бумага от Святейшего в которой сказано об указе что бы артефакт прибыл к ему немедленно, сказал один из демонов и протянул Залуру свиток. Он внимательно изучил его, документ подлинный, даже печать настоящая, магическая.

— Я вас понимаю, но у меня есть кодекс чести, который я не могу нарушить.

— Святейший предупредил об этом кодексе, или вы сейчас же отдаёте нам стекло, или мы отнимаем его силой.

— Я выбираю второе, демон.

Они на мгновение застыли в ошеломлении, но вскоре кинулись на Залура. Битва была не долгой. Через несколько минут все трое превратились в пепел.

"Странно очень странно", — подумал паладин, продолжая с вой путь.

Через несколько дней Залур прибыл в замок Святейшего, стекло было надето на его. Святейший, когда паладин явился в тронный зал, прохаживался взад и вперёд.

— О, наконец-то, Залур, мальчик мой ты вернулся, ты принёс стекло? — с самой радостной интонацией поизнёс старик, хотя стариком его сложно назвать, на вид ему лет сорок, но за года правления Ланаки он стал дряхлым и немощным.

— Да.

— А почему мои люди не забрали у тебя стекло, я ведь издал указ?

— Этот? — сказал Залур, кинув свиток старику.

— Да, но как…?

— Они оказались предателями, демонами в человеческом обличье.

— Неужели! Ладно, с этим разберёмся потом. Отдай мне стекло.

— Сначала оплата.

— Хорошо.

Через мгновенье слуга принёс Залуру немаленький кошель с чем-то звякающим внутри.

— Я заберу эти деньги лишь потому, что я честно выполнил свою работу, но стекло я тебе не отдам.

— Ты что это говоришь, грязный наёмник?

— Как все серые паладины…

— Не смей называть себя паладином, — старик кипел.

— … я не доверяю светлым, — не обратив внимания, продолжил Залур, — но ещё больше я не доверяю демонам.

— Что!? Кем ты меня назвал?

— Демоном, — произнёс серый паладин и снял шлем.

— Ты, ты использовал его?

— Как видишь.

Через мгновение Залур метнулся к кипевшему яростью старику, на ходу обнажая меч и шепча:

— Уана! — после этих слов руны на мече замерцали синим.

В ответ на это, Святейший обнажил свой меч. Началась схватка. На этот раз противник попался сильный, не уступающий по силе Залуру. Скорее всего этот демон относится к Элитной орде. Вещества из колб на его не действовали, серебро тоже, лишь меч смог несколько раз оцарапать демона, но убить себя он не позволял.

— Сдавайся, дни твоего правления в Ланаке сочтены.

Демон окинул взором собравшуюся толпу слуг и паладинов и сказал:

— Да, ты прав, но знай: я не погиб и буду преследовать тебя всегда, и когда ты будешь умирать, я буду рядом и смеяться над тобой. Запомни моё имя, Жорак, оно принесёт тебе много бед, — После этого демон скинул человеческое обличье и взмыл вверх, разбивая стеклянный потолок.

Толпа стояла в заворожение.

— Ну, чего застыли? — сказал Залур будто ничего и небыло.

— Видящий Сквозь Пелену, — ропотом проплыло в толпе.

— Ладно, если я не нужен, я пошёл? — и не дожидаясь ответа побрёл к выходу.

Content

Буйнич Дмитрий Эдуардович Стекло Ангела

Буйнич Дмитрий Стекло Ангела