Соколова Марина Дмитриевна

В гостях у пигмеев

Марина Соколова

В гостях у пигмеев

Наташа не вернулась вовремя со Всеафриканского обезьяньего конгресса. Любава подождала два дня и начала беспокоиться. Её беспокойство разделял попугай Африка, который каждое утро будил девочку взволнованным басом: «Наташа пропала, Наташа пропала». С замиранием сердца и с попугаем на плече Любава обратилась к Маме. Но Мама писала очередную диссертацию и отмахнулась от дочери, как от мухи: «Не вмешивайся в обезьяньи дела. Наташа и раньше задерживалась в Конго. Не забывай, что она находится под защитой Великого Шимпанзе».

Не дослушав до конца, Африка полетел к Папе. Любава бросилась за ним следом. Запершись в кабинете, Папа готовился к шахматному турниру. Разговор происходил через замочную скважину. «Наташа пропала», – грустно сообщил попугай. «Она до сих пор не вернулась с конгресса», – уточнила Любава. «А что говорит Мама?» – донеслось из замочной скважины.

«Мама говорит, что надо подождать и что Великий Шимпанзе не даст её в обиду». «Е2 – Е4, – отозвался Папа. – То есть я согласен, что надо подождать до августа».

Выслушав родителей, Любава немного успокоилась, но попугай категорически отказывался ждать до августа. «И что ты предлагаешь?» – поинтересовалась девочка. «Телефон», – лаконично ответил Африка. Любава хлопнула себя по лбу – и тут же набрала Наташин номер. Затаив дыхание, она приготовилась услышать родной голос, но… в мобильнике раздались резкие, короткие звуки, несомненно, принадлежавшие мужчине. «Это не Наташа», – выдавила из себя девочка – и испуганно воззрилась на попугая. «Великий Шимпанзе», – посоветовал интеллектуальный попугай. Любава пулей вылетела в прихожую и, схватив телефонную книгу, лихорадочно зашуршала страницами, отыскивая телефон Великого Шимпанзе.

Смс-ку на французском языке Любава составляла вместе с Африкой. (Попугай был родом из Конго и французским владел не хуже русского).

В ожидании ответа Любава, неожиданно для самой себя, затянула «вояж, вояж…» Африка старательно подпевал, пытаясь подражать Жаку Брелю. Ответ из Конго не заставил себя долго ждать. В переводе на русский язык он содержал следующую информацию: «Конгресс закончился 15 июля. Наташа сразу же уехала. В каком направлении – неизвестно. Начинаем поиски». Спевшийся дуэт без промедления послал вторую смс-ку: «Любава намерена отправиться в Конго на поиски сестры». Великий Шимпанзе: «Высылаю из Киншасы свой личный самолёт „Гольфстрим“. В Посольстве Демократической Республики Конго необходимо получить визу. Приглашение будет оформлено завтра». Дуэт: «Виза будет получена незамедлительно».

Приняв на себя нереальное обязательство, Любава с приглашением в руках отправилась на Ленинский проспект. Первый секретарь Посольства встретила протеже Великого Шимпанзе с подчёркнутой любезностью. Когда же она узнала, что Любава является родной сестрой самой Наташи, любезность переросла в искреннюю радость: «Мы рады приветствовать у себя сестру великой учёной. Мы наслышаны о роли вашей семьи в научном эксперименте по превращению обезьяны в человека. Наташа вносит неоценимый вклад в развитие конголезской науки. По её стопам идут другие шимпанзе, которые столь же успешно превращаются в людей. Какие заботы привели к нам выдающуюся сестру уважаемой Наташи?»

Сконфуженная девочка сбивчиво поделилась своим горем. Внимательно выслушав Любаву, Первый секретарь Посольства сначала расстроилась, потом помрачнела, ненадолго задумалась и, извинившись, вышла из кабинета. Вернулась она не одна, а в сопровождении финансового атташе, который не сводил с девочки восхищённых глаз. Протянув Любаве оформленную по всем статьям однократную визу, Первый секретарь напомнила о важности прививки от жёлтой лихорадки, а финансовый атташе пожелал новых научных открытий.

Прижимая к груди бесценную визу, вне себя от радости и смущения, Любава предстала перед своим пернатым сообщником: «Ты не поверишь, Африка, – в Посольстве сказали, что мы – выдающиеся и даже великие». «Африка – великий», – не моргнув глазом, поддакнул попугай. Пока он упивался собственным величием, Любава составила текст смс-ки: «У меня виза на один месяц. Сообщите дату и время прилёта».

На сборы и на вакцинацию у отважной путешественницы были целые сутки. Ей очень помог Африка, как только вышел из состояния эйфории. Уроженец Конго сохранил о стране яркие впечатления. Он поделился с девочкой тёплыми воспоминаниями о богатой флоре и фауне, похвастался киншаским ботаническим садом и зоопарком. Вместе с тем он предостерёг Любаву от встреч с бандитами, ядовитыми змеями и пауками. Попугай так натурально изображал перестрелку, что поднял с постели перепуганных насмерть родителей. «Вы что тут устроили?» – всплеснула руками заспанная Мама.

«А где оружие?» – заглянул под диван взъерошенный Папа. «Ничего особенного мы не устроили, и оружия у нас нет, – принялась объяснять Любава. – Просто я собираюсь…» «Конспирация», – свистящим шёпотом напомнил попугай. «Куда это ты собираешься?» – насторожилась Мама. «Смотреть боевик», – ровным голосом ответила Любава. «А при чём тут Африка?» – не понял Папа. «З – з – з, та – та – та – та – та… Реклама», – красноречиво пояснил попугай.

Пожурив для порядка неразумных детей, родители отправились спать, а заговорщики в кромешной тьме детской комнаты взялись за составление плана действий.

Первым пунктом плана значилась поездка в аэропорт «Домодедово». Как только Любава покинула аэроэкспресс, к ней приблизился смуглый иностранец, похожий на… Наташу. «Меня зовут Патрис, – улыбнулся красавец белозубой улыбкой. – А вы – Любава, сестра Наташи?» «Здравствуйте, Патрис, – энергично отозвалась заинтригованная девочка. – Великий Шимпанзе сообщил о вас в смс-ке». «Не будем терять драгоценное время, – деловито произнёс конголезец. – Чем раньше мы примемся за поиски Наташи, тем скорее её отыщем. Пошли на взлётно-посадочную полосу. „Гольфстрим“ на месте». «А как же таможенный контроль?» – недоуменно спросила Любава. «Всё уже улажено. Там есть наши люди». «А…» «Там тоже есть наши люди. Поговорим лучше в самолёте. Время не терпит».

С этими словами юноша взял девочку за руку и повёл к самолёту. Пока «Гольфстрим» набирал высоту, Любава с удовольствием устраивалась на комфортабельном диванчике. Извинившись за предстартовую бесцеремонность, Патрис усиленно потчевал девочку конголезскими вкусностями. Напившись ароматного кофе и закусив его арахисом, Любава решилась задать первый вопрос: «Скажите, Патрис, а куда мы летим?»

«К Великому Шимпанзе, разумеется», – благожелательно ответил конголезец.

«Я понимаю. А куда именно?» «Сначала – в аэропорт „Нджили“, потом – в „Рай для бонобо“». «Настоящий рай?» – изумилась девочка. «Для обезьян – да, – белозубо улыбнулся Патрис. – Бонобо – это карликовые шимпанзе. А „Рай для бонобо“ – их заповедник. Именно там проходят обезьяньи конгрессы. Там нас ждёт Великий Шимпанзе». «Значит, Великий Шимпанзе – бонобо?»

«Нет, не значит. Он относится к другому виду – обыкновенных шимпанзе».

«Так он живёт вместе с бонобо?» – Любаве очень хотелось докопаться до истины. Казалось, Патрис читал её мысли: «Жизнь Великого Шимпанзе окутана тайной. Одно могу сказать наверняка: он не живёт в заповеднике рядом с бонобо». «Вы можете мне сказать, почему его так уважают?» – нерешительно поинтересовалась девочка. «Конечно. Это знают все конголезцы. Великий Шимпанзе – очень умный, образованный, сильный и справедливый. Он – самый авторитетный среди всех обезьян». Любава надолго задумалась, а потом спросила: «Патрис, скажите, пожалуйста, кто такие „наши люди“, которых так много в „Домодедово“?» «Охотно. Они – такие же, как мы с Наташей, превратившиеся из шимпанзе в людей. Наших немало не только в „Домодедово“, но в самых разных местах. В настоящее время мы с Наташей занимаемся организацией общества бывших шимпанзе». Любава смотрела на Патриса во все глаза. Она искала в его облике знакомые черты – и без труда их находила. «А чем вы занимаетесь на Всеафриканском обезьяньем конгрессе?»

Неожиданно юноша закрыл глаза и заплакал, как настоящий шимпанзе, – без слёз и с громкими криками. Взяв себя в руки, он тихо произнёс: «Этого я не знаю. Меня туда не приглашают. Спросите у Великого Шимпанзе или у Наташи… когда разыщется», – по-человечески всхлипнул Патрис.

Однако Любаве не пришлось расспрашивать Великого Шимпанзе – он оказался словоохотливым и откровенным с родной сестрой с а м о й Наташи: «Каждый конгресс посвящён определённой теме. Сначала мы её обсуждаем и, если находим нужным, впоследствии внедряем в жизнь. Например, один из конгрессов был посвящён лингвистической теме. Она заинтересовала обезьян – результат перед вами. Я лично теперь свободно разговариваю не только на французском, но также на суахили и на русском языках. Многие обезьяны как в Конго, так и в других странах стали гораздо грамотнее, освоили иностранные языки и язык глухонемых. А благодаря III-му Всеафриканскому конгрессу было поставлено на научную основу превращение обезьян в людей. Без сомнения, мы бы не добились таких успехов, если бы не подвижническая деятельность многоуважаемой Наташи. По её инициативе последний, шестой конгресс был посвящён теме бедности. К сожалению, наша страна – одна из беднейших в мире. Порой обезьянам здесь живётся лучше, чем людям. ООН немало делает для сохранения природных богатств Конго. Но ведь человек – тоже природное богатство. Мы избрали комиссию для подробного изучения нужд конголезцев. Эта информация ляжет в основу обращения в ООН».

Ловя каждое слово Великого Шимпанзе, Любава из вежливости отводила в сторону свой любопытный взгляд. Однако он никак не хотел сосредоточиваться на постороннем предмете и всё время возвращался к уникальному существу. Трудно было определить на глаз возраст примата: мешали борода и бакенбарды. Но выразительные, человечьи глаза блестели молодо и задорно. Около Великого Шимпанзе стоял карликовый, который буквально смотрел в рот примату, готовый выполнить любое его желание. Впрочем, бонобо абсолютно не был похож на карлика, разве что потоньше и поуже обычного шимпанзе. Время от времени он испускал негромкие короткие звуки, на которые примат реагировал мимикой своего подвижного лица. После одного из таких звуков Великий Шимпанзе изменил тему разговора. Раздвинув губы и обнажив дёсны в обезьяньей улыбке, радушный хозяин призвал дорогую гостью отведать обезьяньего угощения. Любава уже давно положила глаз на красивый резной стол, полный экзотических яств: плоды, орехи, птичьи яйца, клубни, семена и даже… шашлык из леопарда. Проголодавшаяся девочка не стала ждать повторного приглашения. Глядя на слоновий аппетит, овладевший гостьей, хозяин последовал её примеру и вооружился вилкой и ножом. Утолив голод растительной и животной пищей и запив её соком манго, Великий Шимпанзе и Любава продолжили разговор.

«Я уже собрал команду по розыску Наташи, – сообщил великий примат. – В данный момент члены команды обмениваются версиями. У вас есть своя версия исчезновения Наташи?» «Нет, версии у меня нет… – замялась Любава. – Есть предположение, что Наташу похитил какой-то конголезец». «Почему вы так думаете?» – нахмурился Великий Шимпанзе. «Потому что я позвонила сестре, а мне ответил незнакомый мужской голос на каком-то африканском языке». «Позвонили Наташе… – задумчиво произнёс Великий Шимпанзе. –

Просто позвонили. Как это мы сами не догадались? Немедленно пригласить ко мне Главного Лингвиста».

Тотчас бонобо, с лёгкостью сохраняя вертикальное положение, бросился вон из хижины исполнять приказ. Не прошло и получаса, как в просторную хижину ступил, опираясь на костяшки пальцев, великолепный Главный Лингвист. Когда горилла распрямилась во весь рост, Любава замерла от восхищения. Перед ней стоял рослый красавец, такой же мускулистый и широкоплечий, как её Папа, и смотрел на неё ласковыми Папиными глазами.

Великий Шимпанзе вкратце объяснил ему ситуацию и протянул свой мобильный телефон. Главный Лингвист набрал Наташин номер – и прислушался. «Это язык эфе», – произнёс он убеждённо. «Разузнай всё, что возможно», – приказал Великий Шимпанзе.

Несколько минут длился разговор на гортанном наречии. Любава навострила уши, но не поняла ни единого слова. Положение прояснилось, когда Главный Лингвист перешёл с языка эфе на русский. К счастью для Любавы и для всех её друзей стало известно, что Наташа – жива и здорова и находится у пигмеев. Пигмеев зовут мбути, и они проживают на реке Итури.

«Надо срочно выезжать к пигмеям», – распорядился Великий Шимпанзе.

«Я поеду с вами», – твёрдо заявила Любава. «Я не могу отказать замечательной сестре многоуважаемой Наташи. Но должен вас предупредить о вооружённых бандитах, диких зверях и плохих дорогах», – покачал головой великий примат. «Диких зверей я хорошо изучила в зоопарке, а плохими дорогами меня не испугаешь», – с ходу парировала Любава. «Хорошо, – скрепя сердце, согласился примат. – С вами поедет Главный Лингвист. Он будет служить переводчиком, а в случае опасности поможет разобраться с врагами. Огнестрельного оружия у нас нет, но копья могут пригодиться. Джип поведёт Патрис. Он – отличный шофёр, исполнительный служащий и, как превращённый, хорошо разбирается в психологии и обезьян, и людей. Возьмите с собой для обмена с мбути верёвку, леску и колокольчики. Обмениваться, может быть, и не придётся, зато расположение пигмеев завоюете обязательно. Да, чуть не забыл: сейчас у нас сухой сезон, но зонт никогда не помешает». Последние слова Великий Шимпанзе произносил, медленно поднимаясь со своего красивого резного стула. Удерживая вертикальную осанку, необыкновенный примат не без труда приблизился к девочке, дружески пожал ей руку и, пожелав «доброго пути», с достоинством удалился.

Любава с некоторой опаской приблизилась к Главному Лингвисту. «Давайте знакомиться», – отважилась девочка, протягивая гиганту дрожащую руку. «Вы делаете мне большую честь. Зовите меня просто Коко», – галантно откликнулся африканский джентльмен, поднося Любавину ладонь к короткой верхней губе. Ошарашенная обезьяньими манерами, девочка на всякий случай отвела взгляд от внимательных карих глаз и старательно изобразила книксен. Коко широко открыл рот и предложил Любаве руку, чтобы проводить к джипу. Патрис уже сидел за рулём и нетерпеливо сигналил. Он действительно был первоклассным водителем и удачно сглаживал дефекты конголезских дорог. В пути не понадобились ни зонт, ни копья, поскольку на путешественников не упала ни одна капля и не напал ни один бандит. Правда, однажды джип остановил агрессивный полицейский. Для общения с вымогателем из машины вылез двухметровый Коко. Стоило горилле встать в гордую позу, ударить себя в грудь и издать предупреждающий крик – как полицейский всё понял и сбежал – только его и видели. В благодарность Любава погладила Коко по чёрной шерсти, а лингвист в ответ пригладил ей волосы. Что касается Патриса, то он нажал на акселератор – и прибавил скорость. Автомобиль на полной скорости чуть не врезался в маленького человечка. Им оказался сын вождя Пеке, ровесник Любавы. Однако взрослые пигмеи по росту от него не отличались. К удивлению девочки, они носили не юбки из коры и листьев, а штаны и рубашки. Пеке рассказал переводчику, что его отец и Наташа уплыли к другим пигмеям и должны скоро вернуться. У него в руках Любава увидела Наташин мобильник. Сын вождя объяснил, что выменял его на мбугу – накидку из лубяной материи. Девочка вспомнила, что привезла с собой леску и колокольчики для обмена с пигмеями. Узнав об этом, Пеке очень обрадовался и пригласил гостей в деревню. Любава попала в самый разгар пигмейских танцев. Удачливые охотники имитировали охоту на слона. Они подкрадывались к «слону» из веток и листьев, подрубали ему ноги ударом мачете, а потом добивали копьями. Под аккомпанемент тамтамов и трещоток к поверженному «животному» подбегали женщины и, положив в свои корзины куски «мяса», с радостными возгласами скрывались в хижинах. Оторвавшись от красочного зрелища, Любава стала вслушиваться в заунывные песни мбути. «Тебе нравится?» – спросил Пеке, а Коко немедленно перевёл. «Очень красиво», – ответила девочка, не покривив душой. «Они всем нравятся, – удовлетворённо кивнул Пеке, – и белым, и чёрным. Папа сказал, что Ассоциация в защиту пигмеев хочет выпустить их диск». «А что это у тебя на шее?» – полюбопытствовала Любава.

«Это клыки кабана и леопарда, – с чувством превосходства ответил сын вождя. – Могу обменять на леску или верёвку».

Пока девочка общалась с Пеке, женщины готовили еду. Сидя на циновках из пальмовых волокон, уставшие с дороги путешественники жадно поедали копчёное слоновье мясо и запечённые клубни. Ночь они провели на тех же циновках в тесной низкой хижине, по форме напоминавшей туристическую палатку.

Рано утром Любаву разбудил сын вождя и жестами предложил покатать на пироге. После короткой внутренней борьбы девочка приняла предложение. Прогулка по реке в очередной раз подтвердила, что «у страха глаза велики». Плавание проходило спокойно: пороги и водопады не встречались, крокодилы тоже не атаковали утлое судёнышко. Лишь стайки неугомонных макак резвились у самой воды. Правда, при возвращении Пеке увлёкся, не вписался в поворот извилистой протоки и сильно накренил лодку. Пирога тут же черпнула то одним, то другим бортом – и быстро пошла ко дну. Однако ни Пеке, ни Любаве утонуть не удалось, так как глубина в этом месте была по пояс. Многоопытный сын вождя без особых усилий вернул судно в рабочее состояние – и благополучно продолжил путь.

Когда искатели приключений добрались до деревни, в ней протекала обычная, размеренная жизнь. Мужчины готовили яд и стрелы для охоты, а женщины плели циновки. Детишки играли с собаками и искоса поглядывали на шамана, который вдумчиво курил свою бамбуковую трубку. «Общается с духами предков, чтобы обеспечить удачную охоту», – пояснил подошедший Коко, проследив за направлением Любавиного взгляда. «А когда они едят?» – чуть слышно спросила девочка. «Редко, – отрубил присоединившийся Патрис. – Однако жители деревни очень гостеприимны и голодными нас не оставят». «Прошу вашу руку, сударыня», – изысканно произнёс Коко, провожая девочку в хижину вождя. Там Любаву ждали остатки слоновьего мяса, маниок и кокосы.

Как раз в тот момент, когда мужчины уходили на охоту, в деревне появились Наташа и вождь племени. Младшая сестра выглядела такой озабоченной, что даже не очень сильно удивилась при виде старшей. «Ты что тут делаешь?» – всё-таки спросила Наташа. «За тобой приехала. Родители сильно волнуются», – не моргнув глазом, солгала Любава. «Тогда сейчас же в дорогу. Я только поблагодарю вождя за активное содействие». Наташа и вождь племени обменялись несколькими фразами на языке эфе, после чего Пеке отправился за своими соплеменниками. Несколько женщин, стариков, детей и две собаки (все оставшиеся жители деревни) провожали званых гостей до самого джипа. Наташа что-то сказала им на прощание, и в их глазах засветились нежность и привязанность. Такие же чувства Любава прочла во взгляде Патриса. «Мы так рады, что вы нашлись…» – пряча влюблённый взгляд, произнёс бывший шимпанзе. «Кто это – мы?» – кокетливо спросила Наташа. «Мы – все превращённые», – застеснялся Патрис, подробно разглядывая носки своих ботинок. «А вы лично рады?» – продолжала допытываться Наташа. «Я – очень!» – горячо воскликнул влюблённый, покраснев до ушей. «Тогда в дорогу!» – развеселилась девочка – и бойко полезла в джип. Едва дождавшись остальных пассажиров, автомобиль рванул с места. Патрис внимательно следил за дорогой, оберегая драгоценный груз. Время от времени он бросал на любимую призывные взгляды, которые оставались без ответа. Демонстративно отвернувшись от Патриса, Наташа потянулась к Любаве: «Скажи, сестричка, как ты меня нашла?» Подробно описав свои приключения, старшая сестра задала вопрос в свою очередь: «Если не секрет, для чего ты приехала к пигмеям?» «Тебе уже известно, – начала отчёт младшая сестра, – что последний конгресс был посвящён проблеме бедности. По моим сведениям, пигмеям живётся хуже всех. Почти все они недоедают и болеют рахитом. Я приехала, чтобы лично в этом убедиться». «Ну и что – убедилась?» «Да, вполне. Осталось убедить великого примата – и сразу же домой».

Великий Шимпанзе принял речь Наташи близко к сердцу: «Мы вам очень благодарны за эффективное содействие. Можете возвращаться домой с чистой совестью. А мы вплотную займёмся составлением обращения в ООН. „Гольфстрим“ готов к полёту. Передавайте большой привет вашим выдающимся родителям».

Великий Шимпанзе обменялся крепким рукопожатием с обеими сёстрами, после чего проводил их до самолёта. Улыбнувшись хмурому Патрису обаятельнейшей улыбкой, Наташа вприскочку взбежала по трапу. Любава не отставала от неё ни на шаг. За разговорами и специфической робустой время в полёте прошло незаметно. Поездка в аэроэкспрессе тоже не испортила настроение, так что порог родного дома сёстры переступили в прекрасной форме. К ним на шею бросились родители, а на плечо – попугай.

«Какое счастье!» – расчувствовался Папа. «Вы где пропадали?» – осведомилась Мама. «Родители всё знают», – проинформировал попугай.

«Что значит всё?! – возмутилась Мама. – Африка сказал, что Любава полетела в Конго и что скоро вернётся вместе с Наташей. Неужели это правда?!» «Хорошо то, что хорошо кончается», – замяла разговор Любава. Наташа моментально поддержала сестру: «Лучше взгляните на наши подарки!» Тотчас на стол посыпались луки, стрелы, клыки кабана и леопарда. Пока родители рассматривали пигмейские сувениры, сёстры выложили на стол последний аргумент. Это была бесподобная накидка мбугу, которая идеально подходила к маминым глазам.

«Ну хорошо, вы меня убедили», – растаяла Мама. «А мне…» – начал было Папа. «А тебе Великий Шимпанзе обещал подарить маску Чокве», – перебила его Наташа. «Великий Шимпанзе сказал, что вы – выдающиеся учёные», – подлизалась Любава. «Может быть, не стоит его утруждать и самому отправиться за маской?» – заулыбался Папа. «В таком случае полетим вдвоём», – категорично заявила Мама. «Почему же вдвоём? – подмигнула сестре Наташа. – От имени Великого Шимпанзе я приглашаю всю нашу семью на Всеафриканский обезьяний конгресс».

Усевшись за стол с конголезскими подарками, дружная семья принялась обсуждать тему грядущего конгресса.

Content

Соколова Марина Дмитриевна В гостях у пигмеев

Марина Соколова В гостях у пигмеев