Ююко Такэмия

ТораДора! Том 4

Глава 1

Да, симпатичным он не был.

Как не был ни храбрым, ни сильным, ни умным.

И у него был ужасно жалкий вид. Он выглядел отощавшим, ничтожным и явно подавленным.

Короче говоря, он был псом.

Он был один, когда заметил, что произошло. Даже от простой ходьбы он задыхался, а поскольку он был одиноким, помочь ему было некому. Выбора не было. Лежать — вот и всё что он мог делать.

Он униженно распростёрся перед «этой девушкой» и умолял её. «Пожалуйста, будь со мной» — сказал он. «Я не могу жить как пёс-одиночка, пожалуйста, выходи за меня замуж» — сказал он.

«Ничего не поделаешь» — сказала она, наступая туфлей ему на голову и тяжело выдыхая через нос. Её губы скривились, на лице появилось замысловатое выражение — смесь сочувствия и презрения. Она сказала ему «Если ты зашёл так далеко, что смог сказать это, то, думаю, ты уже готов».

Вот так пёс и «эта девушка» соединились.

Их новым домом стало жилище Такасу. Оно появилось из ниоткуда. Но он затруднялся описать, что с ним произошло. Двухэтажный дом полностью преобразился, теперь он выглядел как обычная конура с треугольной крышей…

«Рю-тя-ян, иди сюда… Посмотри, сколько детишек родилось. Этот белый, этот пятнистый, этот каштановый, только посмотри, сколько щеночков. Это всё Тайга-тян постаралась».

Похоже, Ясуко стала бабушкой этих щенков.

— …

Наконец он открыл глаза.

И даже после этого он чувствовал, как сильно сжимается его сердце.

Даже выйдя из первого в его жизни полупаралича, Рюдзи Такасу не мог утереть холодный пот со лба. Сделав несколько глубоких вдохов, он наконец смог выбраться из постели, просто выкатившись из неё. Словно пёс, он пополз на четвереньках по чистому, но старому татами. Затем, лёжа лицом вниз, он начал набирать воздух в лёгкие…

— Это… был… со-о-он?

…пока наконец у него не перестали течь слёзы. Продолжая чувствовать напряжение, он оставался неподвижным. Футболка вся промокла от холодного пота, а тело продолжало дрожать после пережитого кошмара. Он запустил одеревеневшие пальцы в волосы, тоже мокрые, словно только что из душа, и с силой дёрнул их.

Ну и сон. Точнее, кошмар.

Он, пёс-неудачник, распростёрся перед Тайгой и умолял её быть с ним. И у неё даже появились щенки. Существуй будущее хуже этого, он был бы поражён. Существуй оно, он бы хотел его знать, действительно хотел бы о нём услышать, чтобы хоть чуть-чуть ослабить потрясение от такого сна. Такая мрачная перспектива просто шокировала его. Пёс, униженная поза, Тайга и конура, и в довершение всего полная нищета — как минимум, такое у него сложилось впечатление. Бабушка Ясуко и Тайга, держащие в руках щенков, носили примитивную одежду из звериных шкур. Шкура Тайги была тигровой расцветки.

Довольно неожиданно, что это случилось в четыре утра. За окном разгоралась летняя заря. Он даже слышал стрекотание цикад.

Тяжело дыша, он чувствовал себя измученным. Покопавшись в своих мыслях, он кое-что вспомнил.

Это было прошлым вечером после ужина. Стояла жара, кондиционер сломался, по телевизору не было ничего интересного, и делать было решительно нечего. Им с Тайгой захотелось посмотреть фильм ужасов, и они взяли диск в прокате.

Правдивые истории: Ужасный Архипелаг Японии. Так назывался фильм. Почему-то они остановили свой выбор на нём, но он оказался такой дешёвкой, что они засомневались, а не пародия ли это. Более чем очевидная компьютерная графика, чётко просматривающаяся верёвка, на которой висел манекен, изображающий труп… В довершение всего, был виден ещё и человек, смахивающий на члена съёмочной группы, который эту верёвку тянет. Не стоит и упоминать, что тот же человек в следующей серии выступал уже как актёр, преследуемый женщиной-охотницей с длинными волосами, одетой во что-то вроде плаща.

Просмотр этого трёхсерийного на редкость паршивого продукта до конца, сопровождаемый критикой всего подряд, он не мог объяснить ничем другим, кроме редкостной скуки.

Похоже, это третья серия во всём виновата. Ужасный Архипелаг: Кансайская история — Я родила щенков! Единственное, что хоть немного пугало — это жутко визгливый голос какой-то безымянной актрисы. «Йя-а-а-а, на моих детках появились пятнышки!» Она баюкала щенка далматина и отважно пыталась имитировать кансайский акцент.

Они старательно смеялись на протяжении всего фильма, говоря друг другу «Это ж просто деньги на ветер» или «Пустая трата времени», пока наконец Тайга не утомилась и не отправилась домой в соседнее здание.

То, что ужасный фильм вызвал такой кошмар, заставило его почувствовать презрение к самому себе. Неужели это тот результат, который он хотел получить за потраченные деньги, подумал он. Если это и есть «испуг», такого ему и даром не надо. И даже если ему за это деньги предложат.

— Н-ну и ну… это было донельзя ужасно, это…

Ему даже не потребовалось уточнять, что именно он имеет в виду под «донельзя ужасно». Донельзя ужасным было всё, во всех смыслах этих слов. Непроизвольно вздохнув в который уже раз, он потёр лоб, застывший и намокший от холодного пота.

Желая хотя бы глотнуть свежего утреннего воздуха, в надежде избавиться от этого кошмарного ощущения, Рюдзи открыл окно напротив кровати. Но неожиданно спёртый воздух заставил его с омерзением высунуть язык.

А затем…

— …!

Он оцепенел.

Снаружи оказалось нечто более ужасное, чем его сон.

На той же высоте он видел второй этаж шикарного соседнего здания, отделённого забором. Перед открытым окном спальни Тайги Айсаки, одетая в грязную рубашку, на Рюдзи уставилась не кто иная, как сама Тайга.

Он удивился, что же такого с ней могло случиться. Её лоб прорезался морщинками, плотно сжатые губы дрожали от омерзения. Взъерошенные волосы торчали во все стороны, словно после взрыва бомбы как это обычно показывают в мультиках. На лице гримаса отвращения, словно у тигра, одним глотком пытавшегося проглотить ядовитую змею, но подавившегося ей. Она смотрела на Рюдзи, словно спрашивая «Ну и сколько ты тут уже торчишь?». Смотрела прямо в окно квартиры Такасу.

Он засомневался, стоит ли говорить ей даже простое «Доброе утро», поскольку всё её тело словно искрило ужасающими и недоброжелательными импульсами.

— Рюдзи…

С дрожью он ощутил, как холодная кровь поднимается из глубины живота. Затем…

— Я видела ужасный сон. Правда, очень… ужасный сон… Ты был псом, пёс был моим мужем, наши дети были щенками, я была в тигровом окрасе… В общем, это было самое ужасное, что только могло быть…

Сглотнув, он не нашёл ответа.

Невозможно.

Не могло быть простым совпадением, чтобы знакомые соседи видели один и тот же сон в одну и ту же ночь, в одно и то же время. Их синхронизация достигла такого максимума, что съёмная халупа и шикарный дом сливаются в одно целое?

Возможно, это был всего лишь сон. Надеясь на это, Рюдзи медленно закрыл окно, сделав вид, что он ничего не слышал, и улёгся на постель прямо поверх покрывала.

Он больше не хотел думать об этом…

* * *

— Кэйкокуму, — пробормотала Тайга Айсака.

— …Кэйко точка ком? Смахивает на порнографический сайт… Ох!

— Да не то, идиот. Я говорю сон-пре-дуп-реж-де-ние.

Просто потому, что он её не расслышал, эта девчонка прицелилась ему в глаза и метнула с помощью своих палочек для еды кусочек какого-то овоща.

— Я говорю об этом действительно ужасном утреннем кошмаре. Я думаю, что это может быть сон-предупреждение. Возможно, наше подсознание показывает нам такие вещи, потому что мы завтра отправляемся в поездку.

— …О чём ты говоришь?

Взглянув на Рюдзи, вытирающего соевый соус с лица, она глотнула своей лапши. Глядя на её рот, Рюдзи откусил кусочек японского имбиря. Его до невозможности кровожадные глаза испускали почти невероятное сияние, блестя, словно лезвие японского меча. Но не потому, что он принял какой-то препарат, вогнавший его в наркотический транс. Просто всё ещё оставались неприятные ощущения от того сна.

За окном уже ярко светило солнце, и пусть даже его лучи не могли попасть в квартиру напрямую, в двухэтажном доме в одиннадцать утра было всё так же тепло и сыро.

Хоть и наступили летние каникулы, в доме Такасу не было места такому понятию, как «слишком поздно для завтрака».

Напыщенно бормоча через стол «У тебя нет здравого смысла», Тайга жадно попыталась подцепить побольше лапши…

— Ох-х!

Лапша свалилась с палочек. Ловко набрав более подходящую порцию, Рюдзи молча пристроил её в соус Тайги. Как обычно, не выказав и крупицы признательности, Тайга всосала белую лапшу поджатыми розовыми губами, прикончив её через мгновение. И проглотив всё…

— …Говоря иначе, это похоже на сигнал. Этот сон — предупреждение. Видимо это то, что может случиться, если мы не постараемся избежать этого.

— Понятно… То есть ты говоришь, что это не имеет ничего общего с тем странным фильмом, что мы смотрели на сон грядущий. Тогда какая связь между этим сном и поездкой на виллу Кавасимы?

— Ха-а-а-а… — Она глубоко вздохнула и положила палочки, словно не находя слов. Вздёрнула подбородок, высокопарно подперев его ладошками, и свысока посмотрела на Рюдзи.

— Сегодня твоя тупость уже достала. Это изрядно действует мне на нервы. Я из-за тебя даже аппетит потеряла, так что можешь всё убрать.

— …Если ты в одиночку слопала два полных пакета лапши… позаботься хотя бы о своих чашках.

— Я так наелась, что не могу двинуться.

— Знаешь, ты так толстой коровой станешь.

— Уж лучше, чем бездарным псом.

Кажется, убрать самому будет несколько быстрее и не так утомительно, чем придумывать остроумные ответы. Обдумывая, как бы обругать её, вроде «Ну и становись коровой, а я тебя доить буду», Рюдзи начал собирать пустые чашки. Жить фермером с коровой тигрового окраса казалось привлекательнее, чем влачить дни подневольным псом.

— Ладно, вернёмся к теме. Этот сон, иными словами, наш сон, где у тебя даже не было возможности признаться Кусиэде, а у меня — быть с Китамурой, право, уже достаточно печальное будущее. Вы же не хотите, чтобы всё так повернулось, правда? Это ужасно, разве нет? Если так, то вы должны очень постараться! Вот что он говорит нам. Ты ведь тоже думаешь, что это было бы неприятно, правда?

— Да… Кажется, мы уже выяснили, что не хотим этого, — недовольно пробормотал Рюдзи, взглянув своими тускло блеснувшими глазами на Тайгу, и пальцем не шевельнувшую, чтобы помочь ему убрать со стола.

— …Ты довольно нахален, если учесть, что это ты во сне на коленях ползал… Но как бы то ни было, это верно. По существу это предупреждение, что если мы не добьёмся решающего успеха в предстоящей поездке — а это отличная возможность — то нас ждёт именно такое будущее. Вот что я вынесла из него.

Говоря это, Тайга сложила подушку, на которой сидела, и пристроила её под голову, улёгшись на татами. Развалившись на полу, она подняла свою белую ногу строго вверх, как в синхронном плавании, а затем упёрлась ступнёй в стену.

Что за дурные манеры, нахмурился Рюдзи, но возможности поспорить по основной теме не нашёл. Он просто хотел, чтобы она не выискивала сомнительные намёки, называя сон предупреждением.

Упомянутая Тайгой отличная возможность, иначе говоря, предстоящая поездка на три дня с двумя ночёвками на виллу Ами, намечалась на завтра.

В конце первого семестра они крепко поспорили, кто едет, вовлекая в это оставшуюся часть класса, и в конечном итоге решили вопрос состязанием по плаванию. В конце концов решили, что в поездку отправляются пятеро: Китамура, Минори, Ами и Рюдзи с Тайгой. Для Рюдзи и Тайги, обычно не участвующих в семейных поездках по разным причинам, это было важнейшим событием их унылого и скучного лета. Хотя сейчас они не были честны друг с другом. На самом деле они были настолько взволнованы, что буквально считали дни, оставшиеся до начала. Они даже запланировали на сегодня большой поход в привокзальный универмаг за покупками для этой поездки.

Главной причиной волнений была перспектива ночёвки под одной крышей с предметом своего обожания… Они оба рассчитывали, что может случиться что-то хорошее. Для Рюдзи, разумеется, это означало побыть вместе с Минори Кусиэдой.

Не прерывая работу, Рюдзи позволил себе расплыться в счастливой улыбке.

— Тебе действительно не стоит опираться на такие невнятные вещи, как предчувствия. Вряд ли такое случится. У меня действительно не получается поговорить с Кусиэдой в школе, так что если это возможно, я надеюсь, что теперь мне повезёт и я стану хоть чуть-чуть ближе к ней.

— Вот оно. На это ты мастер.

По-прежнему развалившись, Тайга посмотрела на Рюдзи своими пугающе яркими глазами.

— Ч-что?

— Это потому, что тебе это нравится. Вот почему мы дошли до такого кошмара, как тот сон-предупреждение.

Смахнув свои длинные волосы, мягко струящиеся до талии, Тайга подпёрла подбородок руками, по-прежнему лёжа на подушке и глядя вверх. Сквозь просветы в её длинной чёлке просматривались тонкие линии её лица, бровей, носа. Её тонкие губы напоминали бутон розы, а сонные глаза, глядевшие на Рюдзи, смахивали на мерцающие драгоценности. Хоть их и прикрывали длинные ресницы, сквозь них пробивался мерцающий свет…

— Блин, ты действительно до невозможности тупой пёс. Твой даси[1] слишком крепкий, знаешь ли. Только для законченных маньяков.

Если не принимать во внимание её характер, перед ним была действительно прекрасная девушка.

— …На что это ты уставился? Мне закутаться?

— …

Эта девушка слов на ветер не бросала — она что говорила, то и делала.

В созвучии со своим именем, Тайга Айсака была девушкой со свирепостью и отчаянностью тигра. Её так и называли — Карманный Тигр. Несмотря на 140 сантиметров роста, небольшую фигурку, не слишком подходящую старшекласснице второго года обучения, её энергия, темперамент и свирепость заставляли окружающих в страхе держаться на расстоянии.

С учётом сказанного, Рюдзи, сидящий рядом с ней по-японски, выглядел как минимум подходящей парой Карманному Тигру. Его глаза с маленькими зрачками сверкали безумной яростью — будь он обычным хулиганом, то мог бы ухлопать пятерых за раз, лишь взглянув на них. Но на самом деле это была лишь унаследованная от отца внешность, не более того.

Методичный, нескладный и мягкий человек, не слишком сильный, для кого заниматься домашней работой столь же естественно, как дышать — вот каким был Рюдзи Такасу. Рюдзи про себя думал, что для такого, как он, просто невероятно проводить время с такой девчонкой, как она.

Но конечно, он не собирался позволить Тайге узнать о таких своих мыслях.

— Ну так что? Так и быть, я объясню подробно, раз уж ты такой тупой, так что слушай внимательно, договорились?

— Угу.

Она сильно толкнула Рюдзи снизу в подбородок своим тонким пальцем и продолжала давить. Её глаза, взглянувшие на него, блестели презрением, граничащим с возмущением.

— Ты сказал что-то вроде «если это возможно», «хоть чуть-чуть» и «если повезёт», так?

— Т-так. И что с того? И прекращай тыкать людей в подбородок.

— Ты всегда так говоришь. «Если возможно», «если всё хорошо», «будет замечательно, если всё пойдёт хорошо», «уф-уф» (корчась), и так далее. Уже столько времени ты… Нет, мы оба так себя ведём, робеем и ждём, пока повезёт, а в результате всегда облом. Разве не прослеживается эта схема? Если мы и дальше так будем себя вести, то всю жизнь проживём таким макаром. Если мы не обратим внимания, что пора действовать, ты будешь псом, а я его женой, и на нашей свадьбе в собачьей конуре Минорин и Китамура, наверно, скажут что-нибудь вроде «Мы всё время поддерживали эту парочку!!», произнося искренний тост.

— Не… не может быть… это…

Он не припоминал «уф-уф» или корчи, но… Её мысль, что они вязнут в этой схеме, выглядела вполне резонно. Так могло быть. Он не мог этого отрицать. Взглянув на лицо Рюдзи, Тайга решительно кивнула…

— Верно? Вот почему мы увидели этот сон-предупреждение. Всё окончательно решится именно сейчас, так что если вы не покончите с этой схемой облома, вас действительно ждёт псиное будущее — вот о чём он говорит. Это тот долгожданный и единственный в жизни шанс, так что если мы упустим его, другой может уже никогда не представиться.

— …Иначе говоря, в этой поездке мы должны будем действовать совместно и надеяться на лучшее…

— Опять ты со своим пессимизмом! Всё тот же ход мыслей. Нет, мы должны сделать всё возможное именно сейчас. Мы совершенно, абсолютно не хотим закончить так, как в этом кошмаре. Ты не думаешь, что мы должны сконцентрировать все наши усилия, чтобы один из нас помогал другому? Это лучше, чем наш общий крах, верно?

— У-угу…

Поскольку её палец по-прежнему упирался ему в подбородок, он не мог кивнуть, но она, пожалуй, была права. Похоже, раз в жизни и Тайга могла сказать что-то умное…

— Хорошо, тогда забудь о своей собственной ситуации и помогай нам с Китамурой, потрудись как следует, лады? На кону наше будущее, займись им.

— …А?

Она говорила до смешного быстро. Верный признак того, что где-то таится подвох, словно глубоко запрятанный мелкий шрифт в письменном контракте. Полностью ошарашив Рюдзи своим беспрекословным высказыванием, она улеглась обратно на подушку для сиденья.

— А-а, пить хочу. Эй, ты, подай мне ячменный чай. И лёд туда кинь.

Немедленно подумав «Эй, погоди-ка!», Рюдзи продолжал сидеть по-японски, сурово глядя сверху на лицо Тайги, небрежно развалившейся на полу.

— …Кончай прикидываться. Я всё слышал, чтоб ты знала. Почему ты заговорила так, словно мы обо всём уже договорились? Исходя из того, что ты сказала, это ты должна меня поддерживать, верно?

— …

— Не игнорируй меня!

— Ты такой… шумный!

Он выдернул сиденье из-под головы Тайги.

— Я не шучу! Ты тут много и красиво разглагольствовала, а что на самом деле хотела сказать, сказала в самом конце, так ведь?! Как можно быть такой эгоисткой?!

— Какого чёрта ты делаешь, лысый?!

— Я не лысый!

— Я хочу сначала позаботиться о своих делах! Что тут неправильного?!

— С тобой так сложно договариваться…

— Отдай мою подушку!

— Это моё сиденье!

— Подушка!

— Сиденье!

Какое-то время они молча боролись за подушку. По-прежнему сидя, они тянули изо всех сил, словно её обладатель будет провозглашён победителем.

— Ух…

— …Ох…

Неожиданно, услышав, что подушка начинает рваться, Рюдзи инстинктивно отпустил её (назовём это правосудием Ооки). Разумеется, Тайга полетела назад.

— Ай!!!

Её затылок жёстко врезался в стол. Бам! Раздался ужасный звук, и она свернулась клубком, обнимая отобранную подушку и держась за голову.

— Э-эй… Ты как?

Судя по звуку, удар был нешуточным. Если она станет ещё большей дурой, будет действительно плохо. Когда Рюдзи придвинулся поближе и обратился к её спине…

— …!

— Что?!

Ничего не говоря, Тайга с перекосившимся от боли и ненависти лицом, став при этом похожей на якшу[2], принялась лупить Рюдзи подушкой. Рюдзи позорно отступал, пытаясь уклониться от ударов…

— Прекрати, не будь такой жестокой! Пыль всюду разлетается!

— Зат-ткнис-сь!

Это произошло, когда он уклонялся от всесокрушающих атак Карманного Тигра. Неожиданно дверь за спиной Рюдзи открылась, но Тайга не остановилась. В тот же момент от полной неожиданности его домашний любимец Инко-тян стал втрое уродливее и заорал…

— О-ой!

Однако подушка не остановилась.

— Бу-бух!.. Бух… ух-ух-ух…

Шлёп! Её удар был выполнен безукоризненно — прямо в лицо матери Рюдзи, 30-с-лишним-летней женщины с детским лицом, которая высунула голову из открывшейся двери. Подушка поразила главу семьи Такасу, только что улёгшуюся спать после того, как она, вся измученная, вернулась домой в восемь утра.

— И-и-и-из-изви…

Как и ожидалось, Тайга отбросила подушку и поспешила к Ясуко, которая держалась за лицо, словно готовясь заплакать. Но было похоже, что Ясуко, бесстыдно одетая в старые физкультурные шорты Рюдзи и полосатую кофту, оказалась не готова к такому сюрпризу. Она неожиданно рухнула прямо там, где стояла.

Глядя на лицо матери, Рюдзи потерял дар речи. Тайга, почувствовав неладное, отскочила назад. Они вдруг поняли. Если «Ой», которое Инко-тян сказал несколько секунд назад, записать кандзи, это на самом деле будет означать «Старуха!».

Ясуко стремительно постарела. То ли из-за жары, то ли от недосыпа, а может из-за того, что завалилась спать пьяная и не смыв косметику, её обычно гладкая, женственная и вполне юная кожа теперь сморщилась, становясь трагически стареющей.

— Ч-что за лицо… Как это случилось? Поторопись, прими витамины или что-нибудь ещё! Или намажь чем-нибудь лицо, быстрее!

— Фу… Это потому, что вы оба так шумите, не даёте спать… Когда Я-тян не может спать, она стареет…

Увидев свою мать горько плачущей, Рюдзи больше не мог ничего сказать.

Сын и нахлебница продолжали всячески извиняться. А чтобы быть уверенными, что её сну ничего не угрожает, покинули квартиру.

* * *

— …Поехали. Ты готова?

— Подавай в любой момент!

Они находились в парке по другую сторону дома Тайги.

Его центральная область была обсажена зелёными японскими дзельквами[3] по периметру. Владельцы собак приходили сюда со своими питомцами прогуляться и поболтать. Детишки, толпой прибежавшие поиграть из расположенного неподалёку детского сада, сидели в тени деревьев, жалуясь «Жарко…», или «Я устал…», или что-то в этом роде. Звук от проезжающих поблизости грузовиков напоминал взрыв, и хоть здесь и дул ветерок, он сильно смахивал на поток горячего воздуха из фена.

Это была середина летнего дня. Жарило так, что казалось, будто глазные яблоки сейчас поджарятся. Рюдзи и Тайга держали бадминтонные ракетки, одолженные у домовладелицы, и стояли лицом к лицу на импровизированном корте, навскидку начерченном собственными пальцами. Оба возбуждённо красные, со вспотевшими лбами.

Они смотрели друг на друга с суровой решимостью. Когда они заходили в квартиру Тайги, она сменила свободное платье, которое носила обычно, на футболку и шорты. Она даже собрала свои длинные волосы, и мерцающий огонь горел в её глазах.

— Кто первый наберёт три очка — выиграл. Победа или поражение — это окончательно, так? Проигравший будет… Ну ты понял, да?

— Я уже сказал, что согласен.

Это не был обычный бадминтон. Это была битва за будущее. Проигравший будет обязан всю поездку помогать победителю.

Воздух был напоён сильным запахом травы. Рюдзи небрежно поиграл воланом, втайне посмеиваясь. Он немного жалел Тайгу, но определённо собирался этот матч выиграть, несмотря на её рефлексы дикого зверя (плавание не в счёт). Может, по виду и не скажешь, но в средней школе он ходил в кружок бадминтона.

Битва на этом импровизированном корте, прямоугольнике без сетки, расчерченном пополам, обещала быть суровой. Они лишь нарисовали линии, но этого было достаточно. Разыграв право первой подачи в «камень-ножницы-бумага», они намеревались играть максимально быстро, чтобы успеть закончить до того, как погибнут от теплового удара.

Он полагал, что раз уж они называют этот кошмар предупреждением, им действительно надо сконцентрировать свои силы. Они действительно не хотели, чтобы дело повернулось именно так. Правда, он не думал, что Тайга окажет сколь-нибудь серьёзную помощь, но выпади ему помогать Тайге — это будет жуткая скука. Как минимум, он хотел не беспокоиться об этом. Всё для поездки, которую он ждал с таким нетерпением, всё ради счастливого будущего вместе с Минори.

— Я начинаю!

Легко подкинув волан, Рюдзи не стал сдерживаться и сразу же взмахнул ракеткой со всей силы. С прекрасным звуком «вап!» волан направился прямиком на столкновение с грунтом.

Или так казалось, когда…

— Йя-я!

Тайга рванулась вперёд как зверь, её ракетка, ковырнув траву вместе с землёй, слегка подбросила волан вверх. Теперь настала очередь Рюдзи бороться. Подумав «Никак не успеваю», он помчался к волану, падающему у самой центральной линии и без колебаний нырнул к нему, прежде чем тот упал.

Спасённый в последнюю секунду, волан взмыл вверх и начал опускаться, но Тайга только засмеялась. Замахнувшись из-за головы, она поймала медленно падающий волан на центр ракетки…

— …!

— О да!

Тайга встала в позу победителя. Рюдзи на другой стороне потерял дар речи. Что это сейчас свистнуло? Ракета?

— Подумать только, ты пропускаешь! Очко за мной!

Тайга рассекла ракеткой воздух и засмеялась, когда волан упал за спиной Рюдзи — точнее, был вбит. Он торчал из мягкого грунта.

— Э-эй… Ты что, мастер?

Он чувствовал, что проблема не в этом, он просто спросил. Тайга спокойно ответила.

— Думаю, нет. Но я ходила в частную начальную и среднюю школу и была членом теннисного кружка це-е-елых девять лет. Это могло сказаться.

Фьють!

…Это был чрезвычайно быстрый, мгновенный удар. Настолько сильный, что будь у неё в руке нож мясника вместо ракетки, она могла бы рассечь стадо бегущих быков. Тайга, обмахиваясь, с невозмутимым лицом говорила что-то вроде «Ах, жарко, давай закончим это», а он думал «Подожди-ка!». Поднимая волан, Рюдзи не смог скрыть нервное, озадаченное выражение лица. Что за чёрт? Значит ли это, что у него действительно нет преимущества? Хотя этот поединок ему никак нельзя проигрывать.

— Ну, похоже, теперь моя подача.

— Д-да.

Утерев вспотевший лоб, Рюдзи перебросил волан Тайге, пытаясь выглядеть беззаботно. Поиграв им некоторое время, Тайга легко подбросила волан на ладони, и затем…

— …Лови!

Она запустила волан высоко в голубое летнее небо. Далеко вывернув руку, Тайга использовала всё тело как рычаг и высоко взметнула ракетку. Рюдзи затаил дыхание и поглядывал по сторонам, стараясь убедиться, что он сможет достать волан, куда бы он ни летел…

— …А?!

Полностью выкладываясь, она нанесла удар… и промахнулась.

Ракетка Тайги лишь рассекла воздух, а волан упал прямо у её ног. Что же до Рюдзи…

— Ага, очко, моё очко! Ничья, ничья!

Он отбросил всю свою взрослость.

— Нет, нельзя, это не считается! Не считается!

— Нетушки. Так не разрешается, понятно? Недотёпа, недотёпа!

Стремительно подбежав к Тайге, он ловко подцепил ракеткой упавший волан. Но тут же был схвачен за шею.

— Стой, чего это ты пытаешься его стянуть? Это подло, подло-подло-подло-о!

— С чего вдруг? Ты сама его уронила! Это запрещено! Моя подача!

Двое яростно спорили на лужайке, толкая друг друга ракетками. Тайга колотила Рюдзи кулаком, пытаясь отобрать волан, зажатый в его руке, а Рюдзи оберегал его от её цепких пальцев, высоко подняв руку и используя своё преимущество в росте. Отступая назад, Рюдзи крутился и извивался, уберегая волан от Тайги.

Собравшись вокруг и наблюдая за этой парочкой, компания домохозяек, выгуливающих собак в свободное время, искренне хохотала. «Гляньте, как они активны, несмотря на эту жару» «Посмотри на парня, увидишь, какой он злой» «Какие энергичные» «Не думаешь, что они свалятся от теплового удара, если продолжат?» …Бессердечно брошенные собаки неопрятно раскрыли пасти и часто дышали «Эхе~хе~хе~», создавая впечатление, что они тоже смеются.

Но двое не обращали внимания на такие мелочи.

— Давай, отдай мне его! Переиграем последнюю партию!

Теперь раздражённая Тайга отбросила в сторону ракетку и, хрустнув костяшками, быстро шагнула вперёд. Однако…

— Гав!

Отброшенная ракетка пролетела несколько дальше, чем предполагалось, угодив точно в голову самому большому псу в группе. Рюдзи обернулся на звук, подумав «Вот дерьмо!». Тайга тоже развернулась, а хозяйка начала громко причитать…

— Ай, ай! Ты в порядке, Тико-тян?

— Гр-р… р-р-р…

Не полностью видимый с того места, где они стояли, Тико-тян, который, похоже, был не совсем в порядке, осмотрелся и уставился на Тайгу. Огромный, мускулистый, дюжий, о каких обычно предупреждают таблички «Осторожно, злая собака!». Покрытый густой шерстью, и это в середине лета.

Он смотрел на Тайгу с видом Праджняпарамиты [4]. Наморщив нос, Тико шагнул вперёд. Его глаза говорили «Это ты виновата, так? Если извинишься, я буду хорошим и прощу тебя».

Тайга мельком взглянула на Тико. Затем, повернувшись к хозяйке, стоящей позади него, примирительно склонила голову с видом неподдельного раскаяния.

В этот момент всё и случилось.

— Нет, нет, не беспокойтесь! У Тико очаровательная физиономия, но он со-о-овсем не такой, каким кажется. Он сам может постоять за себя и гордится своей силой. Мои друзья даже зовут его «ёкодзуна [5] Тико»… Ай!

Вырвавшись из рук хозяйки, Тико стремительно прыгнул прямо к Тайге. Домохозяйки дружно вскрикнули «Ай!», и даже Рюдзи инстинктивно начал быстро пятиться перед ликом Праджняпарамиты.

Тайга, однако, стояла на месте, глядя прямо перед собой.

— Напрашиваешься?

— Гау-у-у-у!

Они столкнулись, и Тайга сумела парировать атаку огромного Тико.

На зелёной парковой лужайке, в середине лета старшеклассница, практически одинакового роста что сидя, что стоя, свирепо сцепилась с эскимосской лайкой. Их силы почти полностью были равны. Задние лапы Тико дрожали, туфли Тайги прочно упирались в землю. Как раз когда показалось, что начинается затяжная война… «…Цк!» «…Гав!» Девушка и пёс расцепились, быстро отскочив друг от друга.

— Р-р-р, — хрипло зарычал Тико. Высоко подняв хвост и пригнувшись, он смотрел на Тайгу светло-голубыми глазами. Тайга зарычала в ответ, сфокусировав на нём свои жестокие кошачьи глаза и держа руки наготове. В их глазах уже не просматривался разум, это была схватка двух зверей.

Словно по очерченной окружности, два зверя кружили и кружили, сохраняя дистанцию, пока Тико не сделал ход первым, прыгнув вперёд. Встав на задние лапы и выпустив большие когти на передних…

— Гав!

Он ударил Тайгу в живот. Отшатнувшись назад и пристально глядя на Тико…

— Теперь моя очередь!

— Ау-у-у!

Тайга в ответ хлестнула Тико по носу.

— Какого чёрта она делает с псом?… Я-я очень извиняюсь!..

Этим смутившимся человеком оказался Рюдзи. Удивляясь, как Тайга может проделывать подобные вещи, он поспешно склонил голову перед хозяйкой. Но мужества встать между двумя зверями и попробовать разнять их ему не хватило.

— Н-нет, нет… Это мне надо извиняться. Я надеюсь, что с ней всё в порядке, с этой маленькой девочкой.

Сказав это, хозяйка, женщина среднего возраста, бросила взгляд на Рюдзи и добавила, покраснев: «Ах, какой красавчик». Другие домохозяйки стали перешёптываться «А у него не странные глаза?» «У этой женщины очень необычный вкус» и так далее. Не говорите так. Вы словно ставите моё лицо в один ряд с мордой Тико.

Зрители затаили дыхание (во всех смыслах слова), сосредоточившись на зрелище. Битва Тайги с Тико всё ещё продолжалась. Обмениваясь ударами, пристально глядя друг на друга, они оставались врагами.

— Йя!

— Гав!

Они снова напряжённо сцепились.

Полностью забыв о Рюдзи, Тайга билась с тяжело дышащим псом, словно пребывая в трансе.

Немного поразмыслив, Рюдзи пробормотал…

— …Эй, Тайга. То очко в конце концов можно и не засчитывать, давай я помогу.

Тайга бросила быстрый взгляд…

— А?! А?! Что ты сейчас сказал?! Я не расслышала, этот тупой пёс слишком громко дышит.

Ну и хорошо, что она не расслышала.

Вернувшись на самодельный корт с воланом в руках, Рюдзи ударил по нему. Волан приземлился на стороне Тайги. Рюдзи сходил за ним и снова ударил. Волан опять приземлился на стороне Тайги. Рюдзи снова сходил за ним и ещё раз ударил.

— …Отлично, всё кончено. Я первый набрал три очка, так что я победил. Видать, это ты будешь помогать мне в поездке.

— Ч-что?! Погоди, ты решаешь всё сам, не выслушав, что я скажу?! Это просто смешно… Блин, отвали, у меня нет времени играть с тобой!

Вернувшись в здравый рассудок, Тайга попыталась оттолкнуть Тико. Но Тико по-прежнему оставался в полном контакте с Тайгой. Подобно Праджняпарамите (или кому-то похожему), он не показывал никакого намерения отступить. Похоже, он думал, что если проиграет в этой силовой борьбе, он потеряет свою гордость, за которую его зовут ёкодзуна.

— Чёрт, ну давай же!.. Ай, хорошо, хорошо, я уже получила, я сдаюсь, сдаюсь! Я виновата! Я прошу прощения, извини! Хорошо, теперь отойди! Убирайся!

Ни слова Тайги, ни её попытки отползти никак не действовали на Тико. Лицо Тайги покраснело, с неё лил пот.

— Знаешь, я… Жарко, жарко! У него шкура горячая, помираю!

В такой близости к Тико она должна была чувствовать себя так, словно надела шубу и теперь запекалась на солнце.

Пытаясь отодвинуться от Тико, Тайга вывернула тело и сдвинулась назад. Держась за неё, Тико переступил задними лапами, сокращая дистанцию. Таким макаром Тайга двигалась по диагонали назад. Тико следовал за ней очень похожими шажками.

Глядя на отчаявшуюся Тайгу (и Тико), Рюдзи подумал (нехорошо, конечно), что очень похоже на то, что они танцуют вальс или что-то подобное.

— Чем они занимаются? Вам не кажется, что они двигаются очень слаженно?

Возможно, увлечённая этой сценой, хозяйка Тико не спеша достала свой мобильник и нацелилась на этот причудливый танец пса и старшеклассницы из соседней школы. Разумеется, она снимала видео.

— Уберите его! Уберите это чучело от меня! Ай, он и дышит горячо!

Середина лета. Солнце палило немилосердно, нагревая шкуру Тико и поджаривая Тайгу, плотно прижатую к нему. Ускорив шаги, они начали двигаться в более энергичном ритме. Но в глазах Тайги стояли слёзы, и с неё продолжал лить пот. Шаги стали неуверенными, теперь Тико работал первым номером.

— Ай, я уже получила! Я всё поняла! Ладно, парни, вы выиграли! Рюдзи, ты ведь тоже пёс, так убери его от меня! Поговори с ним за меня!

Продолжая двигаться, она наконец попросила Рюдзи о помощи.

— …Это действительно значит, что я выиграл?

Секунду-другую она молчала, пытаясь принять решение… Наконец, неохотно вздохнула…

— Л-ладно, хорошо!

После отчаянных усилий Рюдзи и хозяйки, Тико неохотно простил Тайгу, сдавшую матч. Итак, Рюдзи добился победы.

Если честно, Рюдзи, сумев выиграть матч, не ожидал серьёзной помощи от Тайги, любимицы бога неуклюжести. Он даже сомневался, что она вообще будет стараться.

Однако…

— …У меня есть о-о-очень хороший план.

Найдя убежище от жары в Судобаксе, Тайга в футболке, покрытой отпечатками лап, подняла глаза, продолжая тянуть холодный молочный чай. «Добро пожаловать в Судобакс». Когда отзвучал голос официантки, подрабатывающей студентки женского колледжа, Тайга продолжила шёпотом. Кстати, на самом деле это место называлось «Кофейный бар Судо». И никакого «бакс».

Шёпот, шёпот, шёпот… Тайга говорила тихо, и в середине разговора глаза Рюдзи, пьющего холодный кофе, широко раскрылись.

— Серьёзно?! Понимаю, что-то вроде этого… Ну, понимаешь, это так, а как мы…

— Мы сделаем это.

Тайга указала на себя и на Рюдзи своим тонким пальцем. Затем снова заговорила.

— Ты выиграл матч совершенно подлым способом, так что я действительно не хотела помогать тебе, и я не думаю, что ты подходишь Минорин. Но это всё-таки лучше, чем тот кошмар, так что помогу тебе на этот раз… Кстати, чем всю жизнь смотреть тот невыносимый кошмар, не лучше ли закончить благородно? Если ты сумеешь благородно умереть, пусть даже когда немного подрастёшь, то нам уже не придётся беспокоиться о таком жалком будущем, как в том кошмаре.

— …Разве это не значит, что я буду мёртв?

— Не говори так эгоистично. Сейчас тебя хватит лишь на то, чтобы таская взрывчатку, повредить спину, отправиться в больницу и стонать там, глядя в потолок.

Она посмотрела на Рюдзи, сидящего напротив. При этом взгляд её больших кошачьих глаз обжигали сильнее, чем летнее солнце.

* * *

Следующий день после полуденной бадминтонной битвы, шесть часов утра.

— …Хорошо!

Рюдзи успокоено кивнул, проверив содержимое холодильника на слабо освещённой кухне.

Он убедился, что там стоят пять пакетиков жареного риса, упакованных вместе с соответствующей посудой. Прочие продукты к этому рису были не ахти, но он выбирал или замороженную еду, или еду в вакуумной упаковке.

— Я хочу кое-что сказать, прежде чем уеду. Это непросто, но слушай меня внимательно. Конечно, я уже приготовил всю еду, поняла? Так что пожалуйста, пожалуйста, не зажигай плиту.

— …У~…

— Ешь йогурт «Каспийское море», он вкусный. Там есть небольшая баночка, которую я хочу сохранить невскрытой — её не трогай. Не забывай помешивать маринад каждый день. Надень на руку пластиковый пакет, думай «Спасибо за всё» и действуй очень осторожно. Кстати, огурцы будут готовы уже к вечеру, а баклажаны дозреют завтра.

— …У~…

— Даже если Инко-тян не выпьет всю свою воду, меняй её утром и вечером. То же и с кормом, меняй его дважды в день. И газеты на полу клетки каждый день меняй. Поговори с ним немного, накрывай клетку перед тем, как уходишь на работу, чтобы он не нервничал.

— …У~…

— О сборщиках долгов сейчас не беспокойся, они не должны прийти. Во всяком случае, я думаю, что не должны… хотя могут. Ну, просто будь готова.

Перед перескакивающим с темы на тему инструктором, иначе говоря, своим сыном, инструктирующим её, пошатывалась мать, не говоря ни слова.

— Эй, ты всё слышала? Всё поняла? Попробуй повторить, что я сказал.

— …У-у…

Как обычно, всё это происходило в тёмной двухкомнатной квартире, до которой не могло дотянуться утреннее солнце. Дыхание Ясуко по-прежнему сильно отдавало спиртным. Этого следовало ожидать, поскольку она вернулась домой лишь за час до того, как её подняли, невзирая на попытки снова заснуть, и притащили на кухню.

Ясуко, продолжая покачиваться, смогла разлепить глаза лишь на пару миллиметров. Ну ничего, есть же люди, которые даже учатся во сне. Повторение завершилось жалобными стонами, но она хотя бы отвечала, так что он решил, что всё хорошо. Наверное… Два года назад он уехал на школьную экскурсию, оставив дом на четыре дня и три ночи. Накопилось стирки, пустые пакеты из-под еды воняли в раковине, отбросы уже забродили, но во всяком случае и Ясуко, и Инко-тян остались живы.

— Ну, я пошёл.

— …Счстлвог пут… Э?

Похоже, только сейчас заметив, что её сын одет в футболку и шорты и прихватил сумку, Ясуко подозрительно наморщилась и покачала головой.

— Рю-тян… А ты куда?…

— Говорил же. В путешествие.

— Путе?… Путе…

Поняв, что бормотанием сложно передать, поняла она или нет, Ясуко несколько раз кивнула, пробормотала что-то вроде «Кргх…» и побрела обратно на свой футон. Подумав «Ладно, может и обойдётся», Рюдзи повернулся…

— Инко-тян… Я пошёл, лады?…

Подойдя к птичьей клетке возле окна, он аккуратно снял с неё покрывало.

— …Ох…

Даже этим утром, когда Рюдзи собрался уезжать, физиономия Инко-тяна шокировала донельзя.

Ну почему бы ему не держать клюв закрытым? Что за пена на его высунутом языке? Почему его слегка выпученные глаза совершенно белые? Почему он дёргается? Даже сейчас эти вопросы оставались без ответа.

Но всё равно, хоть он и выглядел нелепо, он без сомнения оставался любимым питомцем. Так что Рюдзи нежно посмотрел на него, сменил корм и воду…

— Вот так… Ну, я пошёл!

Наконец Рюдзи подхватил сумку, в которую аккуратно упаковал всё необходимое, и повесил на плечо.

Когда он открыл скрипучую входную дверь, всё ещё бодрящее прекрасное летнее утро повеяло прохладой на веки Рюдзи. Хоть из дома этого было и не видно, но погода стояла замечательная.

Высоко в небе уже начали разбегаться облака, обещая жаркий день.

К тому моменту они наверно уже будут на месте. Стоило лишь подумать об этом, как его лицо скривилось от волнения.

Итак, впереди три дня и две ночи. Он задумался, что же интересного может случиться. О чём ему говорить с Минори, и насколько они смогут сблизиться? И с Китамурой он давненько не встречался. Подумав, что Ами и Тайга обязательно сцепятся, он ощутил нехорошее предчувствие, но всё-таки это были летние каникулы. В этой короткой безнадзорной поездке определённо должно произойти что-то захватывающее.

Он осторожно спустился по ступенькам, опасаясь побеспокоить домовладелицу, и направился под утренним небом в краткий путь к соседнему дому.

Подумав «Это же она, небось, всё ещё собирается», он вышел из дома пораньше, но…

— …О!

Тайга взглянула на Рюдзи, стоя на ступеньках отделанного мрамором крыльца.

— Эй, что я вижу? Как необычно, ты действительно так рано вышла?

— …Да просто так вышло.

Несмотря на «просто так вышло», Тайга надела новое фирменное светло-зелёное платье, тщательно уложила волосы, заплетя их по сторонам, и слегка подкрасила губы. Перед такой свежестью, подобной цветущей розе в летнее утро, он смущённо отвёл взгляд, но всё же приветственно поднял левую руку. Тайга ответила тем же.

Хоть она и сказала, что будет во всём помогать ему, всё же в этой поездке участвовал парень, в которого она была влюблена. Рюдзи и Тайга явно были в одном положении — волнение подняло их ни свет ни заря. Рюдзи, пытаясь скрыть непроизвольно наползающую на лицо улыбку, быстро зашагал впереди неё.

До встречи оставалось пятнадцать минут. Этого хватило бы и на неспешную прогулку, но они почти бежали.

И вот когда они, несколько раньше срока, добрались наконец до входа на платформу, где все договорились встретиться, их взору открылось…

— …Хм?

— …Погоди, это же… Минорин… Разве нет? А?

Здесь не бродила толпа народу, но и пустынным это место не выглядело. Пассажиры с семьями, бизнесмены в бизнес-поездке проходили спереди, сзади, посередине, но кое-кто здесь стоял.

— До-оброе у-утро!

Рюдзи и Тайга увидели сияющую девушку с гибким телом, ни кого иную, как Минори Кусиэду. Как только Минори заметила их, она встала в широкую стойку, согнула колени, наклонилась вперёд и начала плавно двигаться, словно описывая лицом окружность. Позади неё точно так же задвигалась знакомая очкастая физиономия.

— Эй! Вы как раз вовремя!

Рюдзи и Тайга застыли перед этой не прекращающей ритмично двигаться парочкой, потеряв дар речи. Окружающие уставились на эксцентричную молодёжь, а группа бизнесменов лет тридцати прокомментировала: «Это из Зоо», «Да, это движения Зоо», ностальгически улыбаясь.

Пара софтбольных капитанов, Минори и Китамура, продолжали меняться местами, двигаясь словно пропеллер…

— Ха-ха-ха, мы слишком выделяемся! Слишком, Китамура-ку-у-ун!

— Зато потренировались.

Партнёры раздвинулись вправо и влево, весело хохоча и похлопывая друга по спине, поздравляя с успехом.

«Отличный танец!» «Настоящий Зоо!»… Похоже, от нетерпения сгорали не только Рюдзи с Тайгой.

— …Ну и ну, вы, ребята, даже рано утром полны энергии, хе… А что такое Зоо?

— Да не беспокойтесь насчёт этого, не беспокойтесь. Просто я была взволнована и пришла пораньше, а тут уже Китамура оказался.

— Там было зеркало, вот мы и решили попрактиковать такое приветствие.

— Как смешно, просто умора… Эй, очкастый, давно не виделись.

— Привет, привет, глаз санпаку[6]!

Честно говоря, даже вот так пикируясь с Китамурой и подталкивая его плечом, Рюдзи полностью сосредоточился на улыбке Минори Кусиэды.

Прекратив свой странный танец, Минори сияла как дитя солнца в утреннем свете. Ероша волосы обнюхивающей её Тайги, она сверкала ярче всех.

Одетая просто — в шорты до колен и куртку с короткими рукавами — она была невероятно привлекательна. Наверно, она много бывала под солнцем с тех пор, как они виделись в последний раз, так что её щёки и кончик носа покраснели, как у ребёнка, а глаза сжимались в щёлочки, когда она смеялась. Это было почти непереносимо, по крайней мере для Рюдзи. Её очаровательная манера перебрасывать ремень сумки через плечо, очаровательные тонкие лодыжки над кроссовками, невероятно радостные улыбка и смех, и лицо, слишком сияющее, чтобы можно было смотреть прямо на него.

— Э?! Что за дела, Такасу-кун! Это наша столь долгожданная поездка, так что не стесняйся и выскажись!

— У-угу.

Дружеский хлопок Минори по спине перевёл его из оцепенения в нервную дрожь. Столь долгая разлука перед встречей лишь усилила его робость.

С другой стороны, если бы он взглянул на Тайгу, стоящую рядом…

— Знаешь, Айсака, столько времени прошло, правда? Мы не виделись с церемонии закрытия.

— А… э… у…

Когда с ней, улыбаясь, заговорил Китамура, она застыла как деревяшка. Может, от желания показать «я не такая, как обычно», а может просто из-за того, что нервничала, но она лишь теребила свои волосы и, похоже, даже не могла ответить на приветствие. Да ещё и оглядывалась как параноик, безмолвно открывая и закрывая рот. Может, она просто не могла подобрать верные слова.

— Кстати, Кавасимы ещё нет?

Не то чтобы он хотел помочь ей, но Рюдзи задал вопрос Китамуре, нарушив тишину.

— Похоже на то. Она не присылала e-mail, но до назначенного есть ещё немного времени.

— Вот как… Хм, если это так… А ну-ка, давайте сюда!

Минори позвала Тайгу, Рюдзи и Китамуру к зеркалу. «Э?!» «Нет!» Голоса Рюдзи и Тайги были перекрыты и поглощены «Пошли, пошли» Минори, и…

Появившись в дверях несколько минут спустя…

— Ха, а где все… Хм?… Хм-м?!

Ами Кавасима нервно поправила солнечные очки, закрывающие почти половину её небольшого лица. Её губы мило раскрылись, словно лепестки цветка, и она потеряла дар речи.

— …Эй, Кавасима.

— Ты опоздала на две минуты, Ами.

— Доброе утро, Ами-и-ин.

— …У меня не было выбора. Меня Минори заставила.

Все выстроились в затылок по росту — Рюдзи, Китамура, затем Минори, и в конце Тайга. Все расставили руки в стороны и покачивали ими на разной высоте. С позиции Ами казалось, что у Рюдзи выросло восемь рук.

— …Интересно, где… Интересно, где же все…

— Эй, Кавасима!

— Ами, вот они мы!

— Ами, ты куда побежала?!

— Не убегай, тупая Чихуахуа!

— …Интересно, где же, где…

Она быстро бежала, словно не знала, кто они. Четвёрка преследовала её, театрально размахивая руками.

Учитывая, что у них было лишь пять минут на тренировку, сходство с Азурой было потрясающим — по крайней мере, так потом вспоминала Минори.

Глава 2

До виллы Ами было полтора часа езды на скором поезде.

Лето, но время Обона[7] ещё не наступило, поэтому поезд был заполнен от силы наполовину. На свободных местах (по три в ряд, ряды лицом друг к другу) размещалась наша пятёрка.

Ами быстро и аккуратно закинула свою суперфирменную дорожную сумку на багажную полку…

— Йя-а! Давно не виделись, ребята! У вас всё хорошо? Минори, я хотела тебя увидеть!

Изящно откинув свои прекрасные гладкие волосы, слегка подкрашенные (возможно, только на время каникул), она повернулась к Минори с ангельской улыбкой, словно готовая заплакать от ностальгии.

— И ты говоришь это после того, как убегала от меня? — шутливая нотация Минори была тщательно проигнорирована.

— Юсаку-у, ты такой же, как всегда! Разве не так, очкарик! А-ха-ха!

К своему другу детства она обращалась с поверхностной мягкостью и небрежной улыбкой. Затем…

— И Такасу-кун!

Повернувшись, она почти нырнула в грудь Рюдзи, придвинулась вплотную и улыбну-у-улась… Её лицо надулось, как у невинного дитя. Рюдзи непроизвольно отодвинулся. Продолжая демонстрировать наивную детскую улыбку, Ами придвинулась ещё, не оставляя Рюдзи места для отступления.

— Эх, парень! Эй, что с тобой случилось на каникулах? Ты мне не писал и не звонил! Я так скучала!

— …Вообще-то, ты мне ни номера, ни адреса не оставляла…

— Ха-а, правда? Фух, ладно, поездка должна быть весёлой… Ты так не думаешь? Я жду с нетерпением, а ты?

Ами понизила голос, проигнорировав ответ Рюдзи, в её уставившихся прямо на него глазах горел насмешливый огонёк. Вдобавок она осторожно скользнула холодными пальцами по запястью Рюдзи.

Её едва ли не чересчур длинные руки и ноги в простой рубашке и джинсах, её фигура с идеальными пропорциями сегодня, как, впрочем, и всегда, притягивали всеобщее внимание. «Знаешь, я уверена, что уже видела эту девушку» «Должно быть, она модель, тебе не кажется?» и так далее. Услышав разговор двух школьниц, она довольно улыбнулась, кивнув…

— О нет! Сегодня я надела солнечные очки сразу, как умылась. Я совсем без косметики! Бог мой, и кожа не так хороша… Кошмар…

Ами обхватила своё белое, безупречно гладкое лицо ладонями и подняла брови, словно и впрямь забеспокоившись. Оставаться такой красивой и без косметики… Она буквально купалась в завистливых взглядах окружающих…

— Ну вот, наша поездка началась! А косметика не так уж и нужна, верно? Это при-ми-тив-но!

Ой! Это был нокаутирующий удар. Собрав воедино даже безупречных и не сильно накрашенных женщин и сокрушив их единым махом, Ами засияла ещё ярче, словно вампирша, наслаждающаяся кровью своих жертв. Её большие глаза чихуахуа блестели, а в изящном, не накрашенном, но грозном лице сочетались оттенки молочно-белого и розового цвета, придавая ей ангельское очарование. Всем своим видом она словно кричала «Я-так-прек-рас-на! Вы, обычные женщины, будьте счастливы, что можете дышать одним воздухом со мной, избранной Ами-сама! Ха-ха-ха! Падите ниц и поклоняйтесь мне!». Ами, похоже, сегодня была в прекрасной форме. Как и всегда.

И в довершение…

— Ах да, Такасу-ку~ун, кажется, Айсаки-сан до сих пор нет, ты не хочешь ей позвонить? Хотя если она решила не приходить, я ни капли не расстроюсь.

Она полностью игнорировала Тайгу, которая прямо перед ней пробиралась мимо Рюдзи с угрожающим выражением на лице. Затем, лишь поезд тронулся…

— Ай!

Ами рухнула на сиденье у окна. В её глаза вонзились пальцы Тайги, погрузившись почти по первый сустав.

— …Б… больно… …?!

— Раз уж ты всё равно не пользуешься глазами, я подумала, что стоит их удалить. Я здесь, знаешь ли.

— …Э-э… Ты такая маленькая, вот я тебя и не заметила…

— Значит, они тебе и впрямь не нужны, не так ли?

Приготовившись к новой атаке (на сей раз до костяшек), Тайга зловеще развела пальцы маленькой руки, но…

— Нет, нет! Хватит на сегодня. Просто посмотри мне в глаза!

Это вмешалась Минори, вклинившись между ними и оттягивая пальцами свои изящные веки, словно пытаясь выглядеть иностранкой. От изумления глаза Рюдзи стали не менее причудливыми, но, не выказав удивления…

— Минорин, ты тоже не корчи гримасы и садись, а то шлёпнешься.

Тайга отчитала Минори и усадила её рядом с Ами. После этого она вцепилась в руку стоящего в проходе Рюдзи и буквально швырнула его на сиденье рядом с Минори, а сама уселась напротив Ами. Удивившись, что Тайга так демонстрирует свою поддержку, Рюдзи в какой-то мере был тронут. Китамуре же оставалось лишь сесть напротив Минори, то бишь рядом с Тайгой. Но та, максимально отодвинувшись к окну, старательно продолжала концентрироваться на Ами, практически игнорируя его присутствие.

— Ух ты, какая агрессивность… Ты коротышка, но смахиваешь на толстую стенку…

Ами с отвращением отвернулась, но…

— И раз я маленькая, агрессивности быть не должно, что ли?

Резко стукнув ногами по полу, Тайга продолжала сверлить взглядом лицо Ами. Затем…

— А. Тупая Чи.

Тайга укоротила кличку «Тупая Чихуахуа», которую дала Ами.

— Это ты обо мне?!

— Какие кошмарные морщины.

— Э-э?!..

Она ткнула пальцем, указав на глаза Ами. После этого даже Минори повернулась, внимательно вглядываясь в лицо Ами…

— Э, на прекрасной коже Ами ничего такого не будет, может… Ой…

Сказав «Извини», она глубоко вздохнула. Почему-то и Китамура вежливо кивнул, словно говоря «Не надо извиняться, спасибо за заботу». Теперь, когда об этом заговорили, даже Рюдзи заметил тоненькие обесцвеченные ниточки прямо под глазами на привычно безупречном, лучезарно розовом лице Ами.

— Да что с тобой… Похоже, у тебя морщины. Не высыпаешься?

— П-по-подождите, если даже Такасу-кун, глядя на чьё-то лицо, говорит «морщины», значит, так и есть… Чтобы такое появилось на моей коже… Ах!

Вытащив маленькое зеркальце, и внимательно изучив отражение своего прелестного лица, Ами громко вскрикнула. Зеркальце выскользнуло из рук.

Затем она осторожно потрогала кожу вокруг глаз дрожащими пальцами, и даже её голос задрожал.

— Ах, что за чёрт… Поверить не могу. Я знаю, что была занята в последнее время, очень занята, но… Ё-моё, что ж делать-то… Может, просто умереть…

Схватившись за голову и закрыв глаза, она, казалось, пребывала в шоке. Минори встряхнула её за плечо, пытаясь привести в чувство.

— А~мин, давай вместе! Что стряслось?

— …Когда начались каникулы, я уехала домой и всё время плотно работала. Когда, наконец, всё закончила, собиралась вернуться последним поездом, чтобы вечером быть уже здесь, но чуть-чуть опоздала. В результате пришлось ехать первым утренним. Спала только три часа… А-а…

Ох, на лицах Минори и Китамуры отразилась жалость. Даже Рюдзи чувствовал что-то похожее, но попытайся он выразить это мимикой, его могли принять за убийцу или, скажем, умалишённого. Что же до Тайги, она, к досаде Ами, попыталась потрогать те морщины протянутой рукой.

— Понятно, должно быть, это просто кошмар, А~мин. То есть, все твои каникулы — это следующие несколько дней?

— Так и есть, — ответила Ами.

— Ну так… В таком случае мы должны сделать всё возможное, чтобы Ами получила удовольствие от поездки. Эй, ребята, мы не должны позволять отбивающим делать то, что они хотят, знаете ли. Создадим очерёдность. Итак, пусть наша армия парней отправится на хоумран с весёлой беседой, чтобы облегчить страдания Ами. Отлично, постараемся!

Несмотря на её слова, армия состояла лишь из двоих. Одним из них был Китамура, сидящий напротив Минори…

— Очерёдность отбивающих, хе… Ладно, почему бы не попробовать поговорить на общие темы. Хотя мне интересно, какие темы предпочитает Ами? Может, о чемпионской гонке этого года? Или о ситуации со стадионом Косиэн? Или, раз уж нам в следующем году сдавать экзамены, как насчёт поговорить о сокращении набора в колледж?

Он выбил на милю. Очередь Рюдзи была следующей.

— Да кто захочет о таком говорить… Давайте лучше позавтракаем. Я приготовил онигири[8].

— Не может быть, правда? У-у, замечательно!

Едва не подпрыгивая, Минори захлопала в ладоши. Следом за ней заблестели глаза у Тайги и Ами, сказавшей «Онигири?! М-м, это может оказаться неплохо! Я сегодня вообще ещё ничего не ела и не пила!». Даже Китамура выглядел неожиданно довольным, поправляя очки. Как будто он словно выполнил первый удар в своём первом выходе на биту.

Открыв завёрнутую в ткань коробку, Рюдзи начал раздавать всем её содержимое. Держась как можно дальше от Китамуры, Тайга буквально ползла животом по Ами («Э-эй!») и Минори («О, я чувствую твою грудь!»), протягивая руки и получая свои рисовые шарики от Рюдзи. Держа их в обеих руках, она со счастливым видом вернулась на своё сиденье.

Минори откусила немножко от своего и немедленно воскликнула в полном восторге…

— О-о, здорово! Это Такасу-кун делал? Онигири, онигири, они невероятно вкусные! Ба, да тут ещё и слива! Обожаю сливы! Это хоумран на первом же выходе!

Размахивая в экстазе ногами, она несколько раз попала по ноге сидящего наискосок от неё Китамуры. Но, несмотря на эти пинки, Китамура довольно сказал «О, это действительно здорово».

— Ехать в поезде и есть что-нибудь простенькое вроде онигири — это замечательно! Как и ожидалось от Такасу-куна… Выйдешь за меня замуж?

Блестя большими глазами, Ами сказала нечто, живо напомнившее ночной кошмар…

— Нет.

Ответил он без колебаний. У него не было времени увлекаться этой Чихуахуа с рисом на губах. Мельком взглянув в сторону Ами, которая с холодным взглядом щёлкнула языком, Рюдзи быстро принял беззаботный вид.

— Кстати, ребята, а чем вы занимались на каникулах?

Хоумран весёлой беседой… нет, цель не в этом. Это было начало плана, который они с Тайгой разработали заблаговременно.

— Бог мой, я всё время работала.

Это сказала, добавив «Ох, я так устала», Ами. Следом, не прекращая жевать…

«Клуб, работа, клуб, клуб, работаработаработа, клуб, клуб, клуб, работа».

Это была неутомимая труженица Минори. Китамура согласно кивнул…

— Клуб и школьный совет затягивали меня день за днём. В прошлом году умер мой прапрадедушка, так что я ещё ездил в родной город на поминальную службу.

Следующей будет Тайга. Давай, сказал ей быстрый взгляд Рюдзи. Я знаю, слегка кивнула Тайга…

— Записала на CD сборник голосов пойманных привидений. Вот, Минорин, послушай.

Она аккуратно достала белые наушники, заранее приготовленные в сумке, и вложила их в уши Минори. С большой громкостью, с мерзким звуком потусторонний голос произнёс «…Сэмпа-а-ай…» — вот какую запись можно было услышать. В то же мгновение — «Бух!» — что-то вылетело изо рта Минори. Пронеслось как пуля и врезалось в лоб Китамуре. Китамура схватился за поражённое место, застонал и спрятал лицо. Между колен свалилось какое-то зёрнышко — это была косточка сливы, которой плюнула Минори.

— И-извини, Китамура-кун. Вернее… Какого чёрта, Тайга?!

Пока Минори извинялась перед Китамурой, вырывала из ушей наушники и ругала Тайгу, у неё нервно подёргивалось лицо. И даже голос стал неровным.

— Извини.

— Ты ведь совсем не сожалеешь, не так ли?! Что это сейчас было?! Это было «это», разве нет?! Словно из преисподней воззвал младшеклассник… А-а-а-а! Что мне делать, он же меня позвал! Он и меня затянет в преисподнюю! Точнее, обиды продолжаются!

— Ну, ну, Кусиэда, успокойся… Во-первых, сделай что-нибудь с этой косточкой.

— Ох, прости, семя судьбы Кусиэды.

Вернув косточку сливы Минори, он повернулся к Тайге с искренней улыбкой.

— Айсака, тебе действительно нравятся такие ужастики?

— Э?! Спрашиваешь… н-нравятся… или нет… наверно… …?…

— Удивительно!

Получив удар его улыбки в упор, Тайга занервничала и начала собирать зёрнышки риса с пальцев. Выбравшись из своего сиденья и усевшись на колени к Ами, Минори схватила Тайгу за плечо и затрясла…

— Что?! Так я не первая, кто это слышал?! На самом деле тебе такое не нравится, так ведь?!

Минори впала в состояние отрицания. Она кричала, не обращая внимания на окружающих, лицо покраснело, действия стали необузданными. Она полностью игнорировала слабость Ами, её жалобный стон «Тяжело…».

Видя её в таком состоянии, Рюдзи и Тайга обменялись взглядами и слегка кивнули друг другу. Похоже, Минори действительно не переносит всяческие ужастики.

Правильно… Тайга придумала величайший план, который поможет им добиться своей цели в этой поездке. Озаглавленный «Операция Напугаем Минори И Появится Рыцарь».

«Минорин, знаешь ли, терпеть не может ужастиков, привидений и прочего сверхъестественного. Она сказала это, когда мы все представлялись друг другу, перейдя в старшую школу. Она покрывается гусиной кожей, едва заметив рекламу ужастика в городе, так что думаю, что это правда…» Этой информацией Тайга поделилась с ним в Судобаксе.

Итак, в этой поездке Рюдзи и Тайга намеревались, действуя совместно, сыграть роль привидений и до смерти напугать Минори. Затем, когда страх её дойдёт до предела, появляется Рюдзи. «Всё хорошо, если кто-то нападёт, я защищу тебя». Привидения улетучиваются, и Минори охватывает облегчение.

«Такасу-кун, ты действительно защитил меня… Такасу-кун, ты мой ангел-хранитель…» или что-то вроде. Если им удастся провернуть что-нибудь такое эффектное, пусть это не слишком красиво, зато хороший шанс стать ближе.

Не ведая об их планах, Минори с криком «Конфискую!» схватила iPod Тайги и засунула в свою сумку…

— Чёрт побери, Тайга… Больше никаких ужастиков! Вообще ничего сверхъестественного! Вместо этого нам надо попробовать дать Ами отдохнуть, так что давайте поговорим о чём-нибудь более приятном или отвлечённом. Например, что вы предпочитаете класть в онигири? Или о друзьях детства, или о рамэне[9], или о животных, ну и так далее!

— О, раз уж вы заговорили об ужастиках, знаете, на прошлой неделе я…

Неожиданно открыла рот Ами, придерживающая Минори, которая сидела у неё на коленях, словно ребёнок. Минори яростно замотала головой…

— Не-не-не-не-не-не! Этого не нужно! Ами, лучше не рассказывай такие истории!

— О нет, это не ужастик. Это весёлая, забавная история!

Улыбнувшись, Ами начала нашёптывать Минори на ухо.

— …Итак, это случилось на прошлой неделе, когда я снималась для журнала в одной студии. Мне надо было поправить косметику, и я вернулась в гримёрную. Она в этой студии ужасно тесная (хоть и с раковиной), но о-очень старая. Трубы напоказ, свет слабый, зеркало треснуло, так что мне там правда не нравится. Но выбора у меня не было. Ну, гримёр велел мне смыть косметику, которую я наложила до того. Другого места для этого не было. Как только я вошла, то увидела… Это выглядело как кровь. На раковине, на зеркале, на полу, везде… кровавые пятна. Такие красные, и я чётко ощущала запах крови, так что это наверно… нет, точно… была кровь. Но чья она?

— …Как страшно…

Закрывшая лицо руками Минори выглядела так, словно готова отдать богу душу. Глаза её открылись невероятно широко, словно спрашивая «Это всерьёз, или просто шутка?». Тело обмякло, она начала соскальзывать с колен Ами. Ами крепко ухватила её и подтянула обратно.

— У-упс, извини, извини.

Весело улыбаясь, Ами начала покачивать Минори на своих коленях, словно пытаясь успокоить ребёнка…

— Да не было ничего такого, а теперь финал, финал! Ха-ха, это была просто кровь из носа одного из ассистентов. Фотографом в этот раз был человек со сложным характером, мужик средних лет, который частенько неистово размахивает камерой. Вот он и попал одному из ассистентов по лицу, похоже, сильно попал, совсем нос набок свернул. Очень смешно!

— Ха-ха-ха, — беззаботно расхохоталась Ами, её смех эхом разнёсся по покачивающемуся вагону. Рюдзи промолчал и лишь подумал, что этот финал получился не слишком приятным.

— …Т-так вот что это было… Это не так плохо…

Подняв глаза, Минори, которую по-прежнему держала Ами, вытерла со лба пот, проступивший во время рассказа.

— А я думала, что на верхнем этаже случилось какое-то странное убийство, что расчленённый труп спустили в канализацию, она засорилась, трубы треснули, и кровь с кусочками тела жертвы выплеснулась из сливного отверстия раковины на пол и заляпала всё вокруг… Похоже, части тела были нарезаны на кусочки филе толщиной с человеческий волос и тщательно перемешаны, вокруг разбросаны зубы, и… Ух, как страшно!

Минори снова прошиб холодный пот. На этот раз промолчав, Ами небрежно сдвинула её в сторону, усадив на сиденье. Группа погрузилась в мрачную тишину.

Ни история Ами, ни ужасный финал или что-то ещё — намного больше смущало воображение Минори, но… это было лишь её воображение. Однако Минори не остановилась. Картинно заламывая руки…

— И затем, знаете, глаза сделали «Пуф» и выскочили. Что мне делать, если я вижу это?… Эй, Тайга, а что, если и я так закончу? Эй, Ами, что мне делать? Не-ет, я не хочу закончить жизнь в канализации! Я не хочу умирать та-а-ак! — Минори зажала свои беспокойные руки между ног и застонала. Видя такую Минори, глаза Рюдзи блеснули словно клинки бритвенной остроты. Но он не примерял к себе эту ситуацию. Просто размышлял про себя.

Несомненно, она относится к определённому типу людей. Возможно, это можно назвать саморазрушительной трусостью? Последовательно придумывая ужасы, она, в конце концов, сама себя запугивает. В любом случае, с непреднамеренной помощью Ами план запугивания Минори стартовал просто отлично.

Неожиданно в этот момент…

— Ого!

Высказался Китамура.

За окном резко посветлело. Сначала Ами, сидящая у окна, затем Тайга и Рюдзи, и последней Минори, все подняли глаза. На её лицо быстро вернулся цвет, и глаза заблестели как обычно.

— Ура! Мы сделали это! Какая красота!

За окном поезда, везущего нашу пятёрку, летнее солнце сияло над сверкающей синевой Тихого океана, заставляя воду блестеть ещё ярче.

Под лазурным летним небом прекрасная августовская синева простиралась, насколько хватал глаз.

* * *

— ПОТ-РЯ-СА-Ю-ЩЕ! Потрясающе… ающе… ще… — голос Минори эхом взвился в небеса.

Сойдя на станции поблизости от виллы, они ещё добрых двадцать минут весело шлёпали вниз по дороге, огибающей гору.

Когда они вышли из-под деревьев, растущих вдоль песчаной тропинки, пейзаж открылся во всей своей красе.

— Знаете, мне очень жаль, что нам пришлось столько идти.

Ами оглянулась на остальных. «Ладно» проворчала Тайга, но остальные трое — Минори, только что закончившая выражать обуревавшие её чувства, Рюдзи и Китамура — остались безмолвными. Недвижимо стоя с широко раскрытыми глазами, сбившись вместе, словно маленькие пугливые зверьки, они продолжали благоговейно смотреть на представший перед ними пейзаж.

Они слышали про виллу у моря, но… не ожидали увидеть такое.

— …Т-ты действительно богатая… Грубо говоря, дом просто офигенный… Мне, наверно, не стоило удивляться, раз уж дом Ами в городе в три раза больше моего…

С трудом выдавливая из себя слова, Китамура изумлённо тряхнул головой.

— Ой, да брось ты, Юсаку, что ты такое говоришь. Это совершенно обычный дом, о-быч-ный.

Выходит, мы все тут ниже среднего? Как бы то ни было, не время хандрить.

Короткая дорожка, расширяющаяся после выхода из-под деревьев, вела к идущей вниз каменной лестнице. И за этой лестницей было море.

Сверкающий белый песок и чистое море глубокого синего цвета, волны, катящиеся под лучами яркого света с летнего неба, океанские брызги, сверкающие подобно звёздам. Всё вокруг было ярким и сверкающим. Пейзаж, простирающийся до края Тихого океана, казался просто картиной, но влажный бриз с запахом соли и звук мягко разбивающихся волн давали понять, что всё это реальность.

Полностью песчаный пляж, где красиво катящиеся прозрачные волны не встречали сопротивления, простирался вдоль всей бухты, окружённой скальными обрывами. Не стало бы сюрпризом, принадлежи весь этот пляж семье Кавасима.

Пляж — просто фантастика, кусочек рая. Плеск набегающих и откатывающихся волн, шум ветра, запах лета, лучи солнца, и ещё… здесь была вилла.

Деревянная веранда, выходящая к пляжу, а с другой её стороны — дом, похожий на небольшой европейский отель, с входом из изящного белого камня. И хотя его частично закрывали ветви противостоящих эрозии деревьев, тут было на что посмотреть. Каменные стены, сложенные без раствора — редкость для Японии, кринумы, растущие вдоль пляжа, создавая под ногами зелёный ковёр с розовыми цветками, окна, находящиеся вдвое выше, чем в обычном доме.

— М-м-м…

Ступив на каменную ступеньку…

— Мы действительно останемся здесь?

Резко развернувшись, Минори прыгнула к Ами. Её сумка крутанулась вместе с ней, едва не смазав Рюдзи и Китамуру по лицу. Парни с трудом избежали угрозы, инстинктивно отдёрнув головы.

— Добро пожаловать, Минори-тян. Конечно! Это не то, что ты ожидала?

— Ой! Ух, изумительно, слишком изумительно! Я так тронута! Получить разрешение остаться в воплощённой мечте! Ох, ну давайте, Ами, Тайга, побежали! Вы тоже, парни!

— Ха-ха, ну давай, от тебя столько суматохи!

Несмотря на эти слова, Ами, похоже, совсем не раздражали экстатические манеры Минори. Она неспешно поскакала на своих длинных ногах следом за Минори, которая буквально слетела по лестнице, едва ли не в свободном падении.

— Эй, подожди! Осторожнее, девчонки! Не споткнитесь!

Даже Китамура помчался по ступенькам, догоняя девушек…

— Ты так и впрямь споткнёшься, не беги, ладно?

— Э? Когда это я спотыкалась?

Как только Тайга собралась рвануть за этой парочкой, Рюдзи ухватил её за шкирку. Не только потому, что она была недотёпой, но и потому, что она только что продемонстрировала, что страдает амнезией.

— Спускайся осторожно. На песке можно поскользнуться, так что ступай аккуратно.

Держа раздражённую Тайгу за локоть, он попробовал помочь ей медленно спуститься, но…

— Слишком близко, ты, сексуальный маньяк!

— Се… кто?!

— Сексуальный маньяк! Что ты себе воображаешь, извращенец?!

Воспользовавшись моментом его замешательства, она выдернула руку. Затем — «бах» — от души врезала Рюдзи по спине, отталкивая его…

— Ай!

Пока Рюдзи с трудом пытался удержаться, слетев на несколько ступенек, она приняла надменную позу. Затем зло посмотрела на Рюдзи сверху вниз своим пронзающим взглядом…

— Иди передо мной. Тогда, если случится невероятное и я упаду, ты остановишь меня своим телом. Только в этом случае я разрешаю тебе прикоснуться ко мне.

Она была на редкость бесцеремонна. Покрывшись холодным потом, ошарашенный Рюдзи стоял недвижимо.

— Т-ты до того невозможная… Просто язык отнимается. У меня чуть сердце не остановилось…

— Ты же сейчас говоришь, разве не так? Ты такой болтун… Заканчивай!

— Э?!

— Заткнись! Пасть захлопни!

Он был захвачен штормом оскорблений несдержанной девчонки.

Заметив, что обстановка там накаляется, Минори резко развернулась.

— О-о, Тайга и Такасу-кун в раж входят… Ай!

Посмеиваясь над этими двумя, кое на что намекая, она в величественной манере промахнулась мимо последней ступеньки. В результате зарылась физиономией прямо в пляж, разбросав руки по раскалённому песку.

— Горячо-о-о-о!

— Ми-Минори-тян, что с тобой?

Ами поспешно подбежала к ней, но…

— По-орядок! Просто трение и горячий песок немножко обожгли мне лицо!

Перекатившись вперёд и с улыбкой приняв позу победителя, она проигнорировала отпечаток человеческого тела, оставленный ею на песке, повернулась к деревянной веранде виллы и снова безудержно помчалась, выкрикивая что-то вроде «Плата за проезд!»

С другой стороны…

— Ох… Песок в сандалии набивается…

Когда Тайга наконец преодолела каменные ступени, осталось загадкой, куда подевалась её былая энергия и почему она стала такой робкой. Она остановилась, когда в её сандалии набился песок, и тщетно по очереди трясла обеими ногами.

— Если такое тебя беспокоит, ты не сможешь гулять по пляжу, так?

Сказал Рюдзи, шествуя перед ней, но она лишь бросила на него злой взгляд и пожаловалась, что песок горячий. Она просто не могла сделать очередной шаг. Раздражённый, он подумал «Что за упрямая девчонка. Я даже не знаю, что ещё можно сделать», когда…

— Что случилось, Айсака? Ты в порядке? Я помогу нести вещи.

— А…

Неожиданно появился Китамура и очень ловко подхватил большую сумку из её рук. Легко неся две сумки, он продемонстрировал неожиданно мускулистые руки…

— Тебе больно? Мы шли совсем недолго… Извини, что не предупредил.

Пристально вглядываясь в лицо Тайги, его большие глаза буквально переполнились заботой.

— Я… всё в порядке! Со мной всё хорошо!

— Правда? Ну, тогда пошли!

Он двинулся раньше Тайги, продолжавшей мотать головой, но вместо того, чтобы оставить её позади, пошёл медленной походкой, держа её в поле зрения.

Конечно, Тайга покраснела до кончиков ушей. С чем-то средним между улыбкой и гримасой боли на лице, она почти дрожала, сжимая зубы с такой силой, что лицо выглядело ввалившимся. Спина стала жёсткой как доска, правая рука двигалась синхронно с правой ногой, но она всё-таки начала двигаться.

Рюдзи интроспективно обдумал свои слабые места. Он не мог выказывать такую учтивую заботу девушкам, как Китамура, да и привлекательным телом не отличался. Если бы он относился к парням, которые такое умеют, он бы провернул то же самое с Минори. Если бы он мог просто спокойно подхватить сумку Минори, сказав что-то вроде «Лицо горит, да? Извини, что не смог защитить тебя, когда ты падала»… Но в реальности он мог лишь смотреть, как она падает, прекращает смеяться, снова встаёт и бежит дальше.

Это безнадёжно, я ничего не могу добиться, вот о чём он подумал. Он начал постепенно впадать в депрессию, когда…

— Здесь целый год никого не было, так что если не сделаем уборку, всё будет в пыли.

— Что-о?

Услышав, что сказала Ами, сбросив сумку на веранду, Рюдзи быстро посмотрел вверх.

— Т-ты сказала «уборка»?

Его жуткие глаза, даже в обычной ситуации выглядевшие грозно, разгорались огнём страсти. «Уборка — фу, это совсем не прельщает, да гори оно огнём»… нет, это и близко не было к тому, что он думал. На самом деле он любил уборку. Да, Рюдзи до невозможности любил убираться.

Возьмём, к примеру, пыльный пол. Ему нравилось, как половая тряпка чернеет после первого прохода. Или когда поверхности, не защищённые от влаги и оставленные на какое-то время, покрывались грязью и чёрной плесенью… Момент, когда он со средством от плесени в руках отправлялся на проверку, насколько всё поплохело за прошедшее время, тоже радовал его.

Загнать ёршик в загрязнившийся слив и выдрать оттуда накопившуюся грязь — этого было достаточно, чтобы заставить его подрагивать от наслаждения. После чистки нагревателя в ванной, где перестали расти красные дрожжи, момент, когда он задавался вопросом «Действительно ли чисто?» и слышал скрип под пальцами, проверяя это, был просто неотразим. Когда он видел чёрную плесень в трещинах, он говорил что-то вроде «Вот дерьмо, да сколько ж можно», но на лицо неудержимо наползала экстатическая улыбка.

Итак, он просто не мог не содержать дом в безукоризненном состоянии. Он поддерживал такую чистоту, что не стал бы колебаться, прикажи ему кто-нибудь лизать пол. Храня под рукой всё снаряжение, облегчающее уборку и чистку, он обожал расставлять всё в правильном порядке, так что мог постоянно поддерживать безукоризненную чистоту. И не спрашивайте, почему. Повсюду так — кто любит аниме, кто игры, кто музыку, кто-то даже полностью посвящает себя кумирам, так что есть и те, чья страсть — уборка.

Стоит ещё упомянуть тайное хобби Рюдзи — листать зарубежные журналы по дизайну интерьеров. Будь у него лишние деньги, он бы купил полный комплект этих роскошных тканей и холстов всех цветов. Его желание опробовать что-нибудь столь элегантное отчасти утолялось ежедневной помощью в работе по дому в шикарных апартаментах Тайги, но…

— Такой большой… Почти слишком большой…

Инстинктивно схватившись руками за лицо, как это делают молоденькие девушки, он с благоговением рассматривал виллу. Он действительно хотел вычистить этот особняк…

Это было то, что он ожидал от виллы неудачливого детектива из отдела убийств Рэйко Юдзуки. Здесь чувствовалась абсолютная правильность, в отличие от безвкусицы типичных японских нуворишей. Обстановка должна быть невероятно элегантной. И наверно, до сих пор вся покрыта пылью, ждущей Рюдзи.

— Эх, — вздохнул он, ставя сумку на деревянную веранду. — Хорошо… Если надо убраться, неважно, насколько всё здесь запущено, я займусь этим…

Возбуждённо бормоча про себя, он вытащил из сумки тряпку и палочки Такасу (в небольшом припадке безумия Рюдзи сделал их из деревянных палочек для еды и хлопковой ткани, на манер известного чистящего средства «Палочки Мацуи»).

Теперь, когда он был готов, он развернулся со словами «Ну, Кавасима, открой дверь и дай мне войти», но…

— Нет-нет, Ами, перед нами такой великолепный пляж, не говори ни о чём вроде уборки!

Э? Эти невероятные слова слетели с губ драгоценной Минори. Она ловко перемахнула через перила и приземлилась на песок пляжа…

— Ура! Море, море! Это море!..

Скинув туфли и носки, она помчалась к воде. Проигнорировала набегающие волны и зашла в воду по лодыжки.

— Йя, холодная! Ха-ха-ха, ну давайте, волны! Я не проиграю!

Среди плещущейся воды, сверкающей под летним солнцем, она встречала набегающие волны пинками. Беспрерывно улыбаясь, она крутилась и махала руками, крича «Эй, ребята-а! Скорее, давайте сюда-а!» Видя такую Минори, Ами скинула свои сандалии и закатала джинсы.

— Держу пари, это здорово! Я тоже бегу-у!

— Уборкой займёмся потом!

Даже Китамура разулся и побежал. «Ой!», «Как холодно!» — радостно кричали они…

— Эй, давайте, ребята! Нам надо сначала прибраться, верно?!

Раскольническая мольба Рюдзи мгновенно рассеялась в солёном воздухе. Подумав «Вот дерьмо», он повернулся к последней оставшейся на веранде, не умеющей плавать, которая, похоже, не проявляла никакого интереса к морю. Конечно, она осталась здесь.

— Эй, Тайга! Как я вижу, ты осталась здесь. Ты чувствуешь то же, что и я, хочешь сначала прибраться, вместо того, чтобы развлекаться в океане, верно?! Правильно, вдвоём мы можем поработать над нашим планом прямо сейчас, во время уборки.

Но стоило ему лишь шагнуть к ней, она отшатнулась как о прокажённого…

— Не-ет, не подходи ко мне!.. Ты сейчас… У тебя было лицо извращенца.

— Э?…

— Отвратительно.

Её сузившиеся глаза наполнились презрением, Тайга холодно и надменно отвернулась, полностью игнорируя его. Скинув сандалии, она побежала к остальным, веселящимся у воды.

— О, а вот и она! Тайга, давай сюда! Здесь столько рыб!

— Эй, где? Я хочу посмотреть!.. Ой, холодная!

— Не бойся, скоро привыкнешь!

Тайга, приподняв подол юбки и демонстрируя нижнюю половину снежно-белых ног, вошла в воду, держась за руку Минори. Единственный не примкнувший к остальным Рюдзи остался в полном одиночестве. Все радостно смеются. Похоже, им весело…

Хотя он всё ещё не мог совсем подавить своё стремление к уборке, не было никакого смысла оставаться в стороне. Не желая разрушать радостную атмосферу, Рюдзи нерешительно сошёл с веранды, постоянно оборачиваясь, чтобы посмотреть на виллу. Он дошёл до края беспокойного моря и, переминаясь с ноги на ногу, задумался, стоит ли снять ботинки, когда…

— Получай!

— Ай!

В лицо ударили холодные брызги. Он прочувствовал вкус соли на губах и в носу, глаза жгло. Ами тем временем хохотала.

— Давай, давай, Такасу-кун, поиграем вместе!

— Поиграем, говоришь… Фу на тебя!

— У-фу-фу, скорее, скорее!

Игнорируя тот факт, что он послал её, Ами своими прекрасными белыми руками безжалостно плескала водой в Рюдзи, который всё ещё был полностью одет. Хотя её улыбка была ласковой, как у ангела, а манящий голос напоминал мимолётный бриз…

— Давай, давай, давай!

Целясь брызгами точно ему в лицо, она демонстрировала свою переменчивую натуру и явно недобрые намерения.

— Проклятье… Хочешь получить?!

— Ой!..

В такой ситуации больше не было смысла сдерживаться. Он намеревался беспощадно отплатить ей вдвойне, но стоило лишь попытаться, как Ами со смехом отступила в море. Океанская пыль, сверкающая под летним солнцем, намочила края шорт Рюдзи раньше, чем он это заметил, а жаркое солнце обжигало его кожу.

— О-о, холодно! Холодно!

Смеясь и убегая, Ами закатала джинсы достаточно высоко, чтобы стали видны коленки. Если не брать её в расчёт, всё происходящее напоминало рекламу содовой или спортивного напитка. Плещущаяся у ног вода, общий смех — он начал чувствовать, что это действительно лето. Увяла даже его тяга к уборке. Поднимающиеся кучевые облака в голубом небе тоже добавляли летних ощущений.

Когда он осознал это, он уже гнался за Ами, громко хохоча. На его коже смешались пот и морская вода…

— Она действительно холодная! Бог мой, Такасу-кун — хулиган!

Однако…

— В самом деле — холодная? Прямо как это?

— Ай! Прекрати! Я… А?!

— Холодная как эти морские тараканы?

— О… Ой-ёй-ёй!!!

Незаметно для Рюдзи позади него появилась Тайга, вступившая в схватку с Ами вместо него. Сейчас она продолжала швырять в Ами морскими тараканами, в изобилии водящимися у ближайших камней. Белая майка Ами неожиданно вся оказалась в прилипшей живности.

— Чёртова коротышка, ты соображаешь, что делаешь?!

Выглядящая как Праджняпарамита, сердитая Ами начала швырять благоприобретённой живностью обратно в Тайгу.

— Заткнись и забирай своих тараканов, тупая Чихуахуа!

— Тебе они больше идут, коротышка!

Невероятно мерзкую схватку на этой во всех прочих отношениях приятной летней морской сцене прервало появление примирителя. Пока Рюдзи сжимался от страха и готовился драпануть, тем, кто не побоялся вмешаться, оказался…

— Послушайте, вы обе! Мы же так долго ждали этой поездки, что за драка!

…не кто иной, как Юсаку Китамура, настоящий староста класса. Однако, теперь морские тараканы, которыми девушки яростно швырялись друг в друга, прилипали к рубашке Китамуры, вставшего между ними, прямо на линии огня…

— Ай, эй, подождите… Вы не должны их трогать, верно?! Просто не верится… Я-я не могу сделать это, пожалуйста, снимите их с меня… Ами! Сними их, пожалуйста!

— Ни за что! Юсаку отвратителен! Не приближайся ко мне!

— Что?! Тогда ты, Айсака, сними их, пожалуйста!

— У… И-извини…

— Что за чёрт?! Вы не хотите снять их с меня?! Но вы же хватали их голыми руками всего секунду назад!

Он сказал правду, но видимо, когда за тобой гоняется парень, весь облепленный морскими тараканами — это поистине отвратительно. Рюдзи испытывал некоторое сочувствие, но даже просто посмотреть Китамуре в лицо — это было слишком, потому что они свисали даже с его очков…

Так что с криком «Ой!» две девушки, вплотную преследуемые очкариком, облепленным морскими тараканами, дружно помчались вдоль кромки воды. Похоже, они моментально нашли общий язык.

Затем…

— Ха-ха-ха, ну и потеха! Они и впрямь богатый урожай морских тараканов собрали!

— А-ага.

Захваченный врасплох Рюдзи неожиданно увидел широко улыбающееся лицо Минори. Она смотрела на бешено несущуюся троицу и улыбалась.

— Ну, на самом деле я сама поймала морской огурец…

— Чего?!

Она протянула руки, демонстрируя Рюдзи свежепойманную голотурию[10]. Он инстинктивно отшатнулся, но…

— Знаешь, вода, в которой живут морские огурцы, очень чистая. Они сами очищают воду. Кстати, они ещё и вкусные.

Минори была в хорошем настроении, разговаривала очень возбуждённо. Нелепо изобразив руками перекрещивающиеся кости, она бросила голотурию обратно в воду…

— Ха-ха-ха, теперь мои руки пахнут морем!

Обнюхав свои руки, Минори заулыбалась ещё веселее. Столкнувшись с бьющей через край живостью её беззаботного настроения, Рюдзи тоже начал улыбаться, но…

— …Кстати, Кусиэда…

— М-м?

Он не мог упустить из вида цель этой поездки. Надо использовать свой шанс и сделать всё возможное, чтобы продвинуться в реализации плана, вот о чём он думал.

— Вон там какая-то штука плавает, тебе не кажется, что она смахивает на человеческую голову?

— …!

На самом деле он указал на обычные водоросли, болтающиеся на поверхности воды. Но если присмотреться, они действительно смахивали на плывущую человеческую голову. Как бы то ни было, он имел дело с Минори, которая в итоге подключала собственное необузданное воображение и сама себя запугивала. Как он и ожидал, всё тело Минори начало покрываться гусиной кожей…

— Ух… Ой! Труп… Это труп! Эта вода, в которой гниют трупы… А-а-а!

Развернувшись, чтобы бежать, она потеряла равновесие и вцепилась в руку Рюдзи, навалившись на него всем весом. Ощущения от её пальцев и ладони оказались горячее, чем он мог ожидать…

— Э… Ты в порядке?

Он почувствовал, что может прямо сейчас умереть. От затылка по спине побежали мурашки. Он чувствовал… Нет, он чувствовал себя хорошо, действительно хорошо.

— Как я могу быть в порядке? Мы стоим в трупной воде!

Рядом с возбуждённым Рюдзи лицо Минори совершенно покраснело — она выглядела неподдельно напуганной. Хотя так бодро улыбалась всего за несколько мгновений до того. Естественно, он чувствовал себя виноватым, что так эгоистично возбудился…

— И-извини, что помянул нечто ужасное… Это просто водоросли.

Рюдзи признался, не задумываясь, но…

— Ой! Так это трупы водорослей!

Кувыркнувшись из своей неустойчивой позиции, она выкатилась на мокрый песок. «Значит, по её логике мясо, рыбу и всё прочее в супермаркете тоже можно рассматривать как трупы?» — подумал он, но, не давая ему возможности утешить её, Минори уже умчалась к веранде. Он заметил несколько шокированную Ами, наблюдавшую эту сцены со стороны.

Хотя план всё ещё находился на предварительном этапе, Минори уже глубоко залезла в ловушку.

Глава 3

— Эй, Такасу, Ами дала мотоцикл и попросила съездить в магазин. Пока девушки занимаются уборкой, садись сзади, и мы…

— …Хм?

При виде поднявшего глаза Рюдзи красивое лицо Китамуры в очках моментально оцепенело.

В правой руке Рюдзи держал «палочку Такасу». В левой — флакон с чистящим средством. На поясе сухая тряпка, а позади ведро с мокрой. Он надел на руки резиновые перчатки и на четвереньках энергично надраивал импортную раковину совершенной формы, словно находясь у себя дома. Процесс был в самом разгаре.

Освободив руки, чтобы иметь возможность нормально ответить Китамуре, он снял перчатки…

— Что такое? Что ты сейчас сказал?

— А, ничего… неважно. Продолжай… Ты весь в уборке, верно?

— Ну, да, это то, чем стоит заниматься.

Вздохнув, Рюдзи опустился на колени на пол в японском стиле и осмотрелся. Его налившиеся кровью глаза грозно блестели, он свирепо облизывал губы… но только потому, что они пересохли.

Эта вилла оказалась ещё более изумительной, чем ему показалось поначалу. Двухэтажное здание. На первом этаже гостиная размером в двадцать татами[11], с камином. Затем столовая с прекрасным видом на пляж. Кухня со столом, отделённая стойкой, похоже, не меньше шести татами размером. Он слышал ещё, что на втором этаже находятся пять спален. Ну и конечно ванные здесь и там — на обоих этажах.

— Ами говорила нам, что здесь всего пять комнат… Смешно, тут одна гостиная побольше всей моей квартиры будет.

— Дом Ами, когда она жила по соседству со мной, был даже больше этого, и держу пари, что её апартаменты в городе ещё больше… Даже в голове не укладывается. Как бы выразиться… Думаю, можно сказать, что она из элиты.

— Элита, хе…

Схватившись руками за лицо, словно пожилые дамы, юноши посмотрели на высокий потолок. Над их головами, словно в иностранной пьесе, крутился вентилятор. Они действительно почувствовали, что попали в другой мир… Ни Рюдзи, ни Китамура не могли представить себе, зачем он нужен. Они непроизвольно вздохнули, пребывая в рассеянности, когда…

— Ладно, Юсаку, вот ключ. Ну что? Такасу-кун едет с тобой в магазин?

Элита неожиданно показалась в дверном проёме. Удивившись «Что ещё за магазин», Рюдзи несколько опешил.

— Нет, похоже, у него уборка в разгаре, так что я сам управлюсь.

— Э? Не выйдет. На нём нет корзины, и это не мотороллер, в ногах покупки не пристроишь. Или ты хотел их верёвкой привязать? Так у нас и её нет, так что нужен кто-то, кто будет держать покупки. Говорю тебе — иначе никак.

— Ладно, может, ты поедешь?

— Если я поеду, здесь не останется никого, кто знает эту виллу, верно?

М-да, теперь понимаю… Разобравшись наконец в ситуации, Рюдзи поднял руку, высказывая своё предложение.

— Возьми Тайгу. Эта девчонка всё равно уборкой не занимается, так что если и останется здесь, всё равно ничем не поможет. Э-эй, Тайга-а!

— Ну, вот чего ты орёшь?

— Ого!

Он был удивлён. Тайга неожиданно оказалась рядом.

То ли она мыла пол, то ли просто сидела недалеко, а может, почувствовала присутствие Китамуры и втихаря подкралась поближе. В любом случае, она стояла на четвереньках и выглядывала, просунув голову между длинных ног Ами.

— Какого чёрта?! Не суй свою башку в интимные места!

Вопль Ами был проигнорирован. Тайга, словно постоянный покупатель, просовывающий голову в магазин с вопросом «Вы ещё открыты?», из-за колен Ами смотрела только на Рюдзи, старательно не обращая внимания на Китамуру.

— Слушай, нужен кто-нибудь, кто съездит в магазин с Китамурой. Я подумал, что ты сможешь.

Поддерживая предложение Рюдзи, Китамура поднял к лицу полученные от Ами ключи и позвенел ими.

— Ну что, поедешь со мной? Помнишь гору, с которой мы спускались? Держу пари, будет здорово взлететь на неё на мотоцикле.

— …!

Неожиданно оцепеневшая Тайга сложила губы в маленький треугольник. Её круглое лицо порозовело, глаза сузились и самопроизвольно сошлись вместе. Такое выражение появлялось на лице Тайги, когда она нервничала или боялась. Верно, верно, кивнул своим мыслям Рюдзи. Проехаться с Китамурой по побережью… Наверно, она и в мечтах представить себе не могла такую ситуацию. Хорошая помощь. По счастливой случайности он наконец-то смог помочь Тайге. Хотя, раз уж это просто совпадение, это не…

— Я-я не поеду.

— Что?!

Рюдзи, опьянённый собственной доброжелательностью, бездумно огляделся вокруг с демоническим выражением лица. Не потому, что разозлился — просто он был ошарашен. Хорошая помощь, замечательная возможность, ну почему она ей не пользуется?

Не подозревая о мыслях Рюдзи, Тайга прижалась лицом к тыльной стороне коленок Ами, пряча его, словно старшая дочь в бедной семье, наблюдающая из-за дерева за младшим братом, стремящимся присоединиться к Гигантам, и своим слегка параноидальным отцом.

— Мотоциклов боюсь… Не поеду.

Она непроизвольно потёрлась о спину Ами, которая раздражённо отскочила. Теперь Тайга стояла у стены, нервно ёрзая.

— Думаю, Минорин поедет, схожу за ней.

Зовя «Ми-но-рин!», она сбежала в холл.

Она не только уничтожила представившуюся ей счастливую возможность, но и собиралась проделать то же самое с его шансом поговорить с Минори? Да что она творит? подумал Рюдзи, быстро вскочил на ноги и помчался за Тайгой. Поймав её за локоть и потянув обратно…

— Подожди-ка! О чём ты вообще думаешь?!

Он убедился, что говорит достаточно тихо, чтобы Китамура и Ами не слышали из кухни, как он её допрашивает, но…

— …Заткнись.

— Ух!

Она сильно врезала локтем Рюдзи в живот, заставив его упасть на колени, не в силах сказать ни слова. Затем посмотрела на него сверху вниз невероятно ледяным взглядом, словно замороженное тело саблезубого тигра, найденное в вечной мерзлоте через тысячи лет…

— У меня есть идея. Я не ты, я действую организованно и последовательно.

— …Да ты просто застеснялась. Я всё видел… О-ох!

— Комар. Это был комар, знаешь ли.

Получив этот удар по губам, он не рискнул спрашивать что-либо ещё.

— Магазин? Еду, еду! –

…Подрядившись на поездку, Минори небрежно отбросила свою швабру, вскочила на мотоцикл и вместе с Китамурой отправилась в супермаркет возле станции. Она ещё успела крикнуть что-то вроде «Полетим как ветер», прежде чем они умчались.

Недалеко от входа, на веранде, откуда они только что проводили эту парочку, Тайга тихо сказала…

— Понял? Пока Минорин не вернулась, мы найдём место, где сможем реализовать наш план. Например, на чердаке или забравшись к окну Минорин снаружи. Найдём все места на вилле, где можно спрятаться, места, где можно застать Минорин врасплох. Раз уж ты пёс, для тебя это должно быть несложно.

Сделав вид, что не расслышал оскорбительную добавку, Рюдзи кивнул.

— …Ладно, сделаю. Но будет нехорошо, если нас заметит Ами. Вот я и думаю, куда она пошла?

Обнаружив, что Ами тут нет, он огляделся, но не заметил никаких признаков её присутствия. Тайга просто фыркнула и пожала плечами…

— Без понятия. Да и если она нас застукает, нам всего лишь надо будет убедиться, что она не поняла, что мы делаем.

Она ткнула Рюдзи в спину и велела поторапливаться. Хоть она и заявила себя как «организованная и последовательная», эти её слова больше смахивали на действия наобум. Хотя другого варианта всё равно не было. Продолжая подталкивать Рюдзи, она зашла с ним в дом.

— Ты проверишь второй этаж. Начиная от лестницы, сначала будет комната Китамуры, затем твоя, моя, Минорин и затем тупой Чихуахуа. Раньше та дура сказала, что она меняла простыни или что ещё.

— Замётано. А ты займись первым этажом. И осторожнее, здесь водятся тараканы.

— Э?!..

Оставив Тайгу со сложным выражением на лице, Рюдзи поднялся по лестнице на второй этаж. Хорошо, что это Тайга, вряд ли она уступит тараканам.

Осторожно двигаясь по деревянному полу, он поражался ширине коридора и дверям в спальни, выстроившимся по южной стороне. Он почувствовал, что они сделаны куда более тщательно, чем в жалких пансионатах или небольших отелях.

Квартира Тайги и дом Ами — похоже, в мире чертовски много богатых людей… Думая о своём сравнительно уютном жилище, Рюдзи быстро подошёл и заглянул в комнату Минори. Он собирался проскользнуть внутрь и проверить, можно ли постучать в окно снаружи. А если будет время, он планировал ещё и на чердак слазать.

По правде говоря, Тайга и Рюдзи намеревались напугать Минори до полусмерти. Конечно, это достойно презрения, думал Рюдзи, но если сегодня или завтра у них не получится, от появления рыцаря следующим вечером толку не будет. И они безнадёжно застрянут в том псином будущем, сломленные и растоптанные. Вместе со щенками. Конечно, это крайне эгоистично, но когда дело касается неразделённой любви, люди всегда эгоистичны. В первую очередь придумывают себе всяческие фантазии и подходящие недоразумения… Несмотря на все попытки оправдать свои действия, чувство вины никак не хотело его покидать.

Он понимал, что входить в её комнату сродни сталкерству. Но он был совершенно уверен, что она ещё ничего не распаковала и ему не доведётся трогать её вещи, так что на самом деле тут ничего страшного… Споря сам с собой, он направился в коридор, когда…

— А? Что тут такое?

Напротив дверей в спальню расположенной на южной стороне оказались ещё две непонятные двери рядом с лестницей. Рюдзи осторожно попробовал открыть одну из них и затем пожал плечами. Это был всего лишь туалет. Я вернусь и вычищу тебя, так что готовься — отложил приговор Рюдзи, указывая на унитаз.

Значит, рядом должна быть ванная… Он открыл дверь, решив заглянуть и туда.

— Хм? …Что за чёрт?

Он не включал свет, но раздевалка и комнатка со стиральной машиной были ярко освещены. Хоть Рюдзи не отвечал за оплату здешних коммунальных услуг, он и не относился к тем, кто позволяет подобное расточительство. Он хотел выключить свет, но не знал, где здесь выключатель. Наверно, где-то за полуоткрытой скользящей стеклянной дверью. Рюдзи зашёл внутрь и огляделся. Увидел раковину и ванну, задёрнутую занавеской. И да, на стене рядом со стеклянной дверью был выключатель.

А? Задумался он на секунду. Похоже, здесь почему-то сыро… Да быть того не может, отверг он смутные предчувствия, шагнул вперёд и щёлкнул выключателем.

— Эй?!

— Ой, прости!.. А?

Вскрикнула девушка. Рефлекторно снова включив свет, Рюдзи склонил голову. Но кто…

— Бог мой, да это ты, Такасу-кун? Не мог бы ты не входить в ванную, когда там девушка?

…По другую сторону занавески.

…Послышался звук открываемого крана и звук работающего душа.

…Потянуло паром.

…Этот был голос Ами.

Ой.

— И-и-и-и-извини-и! Я не заметил… Ай~!

— …Хм, фу-фу…

Из-за закрытой занавески ванной неожиданно высунулась белая рука. Отчаянно пытаясь увернуться, Рюдзи хотел смыться, но мокрая рука цепко держала его за запястье. Влекомый с невероятной силой, Рюдзи безуспешно боролся в попытке сбежать, хватаясь за плитки.

— Ка-ка-какого чёрта ты делаешь?!..

— Э-эй…

Голос Ами, похожий на голос котёнка, резко заполнил собой ванную.

— Такасу-кун, да ты храбрец, правда? Я и не догадывалась… Так ты пришёл удовлетворить своё желание?

— Да ничего подобного! Не хотел я! Я просто тебя не заметил!

— Давай… Не надо извиняться, верно? Никто не увидит… Мы здесь только вдвоём…

— Ты что, дура?

Из-за занавески донёсся сдавленный смешок. Ами смахивала на демона. На попавшегося в ловушку Рюдзи её журчащий голос, отдающийся эхом, действовал как парализующее заклинание.

— Ты не рад?… Я сохраню всё в тайне ото всех… И от Юсаку, и от ревнивого тигра… И даже для Минори-тян это будет секрет…

— Ай!

Занавеска качнулась. Через тонкую ткань он мог видеть медленно встающий силуэт. Подожди, пожалуйста, подожди — Рюдзи почти не мог дышать и в диком смущении отчаянно прикрывал глаза рукой.

— О-о-о чём ты вообще думаешь?!

— Это замечательно… Это то, чего хочет Такасу-кун…

— Я не хочу этого, не хочу!

— Правда?… Эй, ты серьёзно?… Ты на самом деле этого не хочешь?…

— Хочу чего?!

— …Этого!

— Ай-я-а-а-а!

— …А?

Рюдзи отчаянно отвёл взгляд от неожиданно отброшенной занавески, отвернул лицо, беззвучно крича и опрокидываясь назад. Глядя на него сверху вниз…

— …Фу-фу!

Надувая щёки, демон истерически расхохотался.

— Ай-я-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Она громко хохотала над идиотом, прилипшим к полу, разбросав ноги. Этот смех казался пулемётной очередью. Она безжалостно отшвырнула и высмеяла его.

— Ч-чт… э?!

Тело Ами, стоящее в покрытой пеной ванне, скривилось от дьявольского смеха. Весело приплясывая и радуясь до слёз, она показывала на выглядящего донельзя жалко Рюдзи и корчилась от хохота.

— О боже! Та-ка-су-ку-ун?! Интересно, а чего ты ожидал?! Посмотри на своё лицо… Уха-ха-ха-ха-ха! Как смешно! Ой, не могу! Ха-ха-ха-ха-ха!

Ами в футболке и джинсах, с губкой в руке, колотила рукой по стене и, похоже, получала массу удовольствия.

— Ты… Да что ты тут делаешь?…

— Мо-ю-ван-ну. Раз уж Такасу-кун так любит уборку, я подумала, что могу уступить ему своё место, если он захочет.

— А, Рюдзи! Ну что со вторым этажом? Я нашла лестницу, ведущую на чердак… Да что такое?

Шокированный почти до оцепенения, смущённый и униженный, он сбежал вниз по лестнице. Воткнувшись в стоящую Тайгу, он начал пытаться объяснить ей, яростно жестикулируя всем телом, что Ами с ним сотворила. Его дикие глаза налились кровью и слезами. Он был совершенно уверен, что окажись сейчас перед ним не Тайга, а кто-либо ещё, его бы арестовали, обвинили, судили и послали бы на каторгу.

— Э? Фу… что сделала тупая Чихуахуа? Вот это? Притворилась, что принимает душ? Она… дразнила тебя? Рюдзи? Сделала вид, что она голая, и пыталась тебя соблазнить?

Как ему удалось добиться, чтобы его поняли, осталось загадкой даже для него самого, но ущипнув себя за уши, Рюдзи яростно закивал, давая понять, что она попала в точку.

— …Ладно, а что с нашим планом? Ты как следует проверил комнату Минорин?

Он старательно замотал головой из стороны в сторону.

— Ты бесполезен!

От мгновенной и резкой ругани Тайги сверхчувствительный Рюдзи отступил к стене, машинально потянувшись рукой к телефону в заднем кармане… Может, если он сейчас позвонит домой, Ясуко возьмёт трубку и даст ему поговорить с Инко-тяном…

— Не ищи утешения! Что за бесполезный парень, как можно было попасться на розыгрыш тупой Чихуахуа? О боже, ну хорошо, это сделаю я. Я пойду и сама проверю комнату, а заодно скажу пару слов этой дуре.

Он не был уверен, что пары слов хватит, но сейчас Рюдзи хотел свалить всё на Тайгу. Да, скажи ей, неважно, пару слов или тысячу, недовольство или ругань. Пожалуйста, отчитай этого демона. Он жалок? Неважно. Гордость и рыцарство Рюдзи уже были безжалостно стёрты в прах.

Поднявшись по лестнице с явно раздражённым выражением на лице, Тайга громко крикнула «Эй! Тупая Чи!». Для Рюдзи, ждущего на первом этаже, это прозвучало очень многообещающе.

Затем он услышал звук открывающейся скользящей двери, затем пронзительный вопль, затем что-то, смахивающее на потасовку, и наконец… тишина.

На некоторое время воцарилась неприятная тишина. Не зная, что же там произошло, Рюдзи уже начал волноваться, когда…

— …П-поверить не могу, ё-моё, о чём ты вообще думаешь, в самом деле…

Щедро расточая недовольство, по лестнице спустилась Ами, оттолкнув стоящего внизу Рюдзи. Она выглядела более потной, чем раньше, и, пожалуй, раздражённой. От её мокрых волос донёсся сладкий запах.

…Мокрых волос?

Затем спустилась Тайга.

— Ч-что случилось?

Почему-то она слегка дрожала всем телом, да к тому же на её лице чётко просматривалась красная отметина в виде пятерни. Лицо застыло, глаза невероятно расширены, словно у кошки, попавшей под автомобиль. Затем…

— …Эта тупая Чихуахуа действительно принимала ванну…

Сказала она.

— И не смей больше ничего говорить!

Ами стремительно развернулась. Рюдзи гадал, что же произошло между ними, но прямо спросить об этом было выше его сил. Уверен он был лишь в одном — глаза Тайги теперь косили.

— Та… Тайга?… Да соберись же, что ты там увидела?

— Рюдзи, знаешь… Тупая Чи, она… бум!

Резко открыв правую руку у правой груди…

— Вот так, бум!

Так же открыв левую руку у левой груди, она под конец поднесла обе руки к нижней части тела, сложила их вместе, и затем преувеличенным броском раскрыла их.

— …Бу-у-ум!.. Понимаешь ли.

Ами одним прыжком оказалась рядом с ними…

— Я уже сказала, заканчивай!

Она врезала Тайге по голове. Конечно, в обычной ситуации это бы не прошло (Карманный Тигр просто уклонился бы), но Тайга была явно не в себе. Она нетвёрдо добрела до телефонной стойки и взяла листок бумаги и карандаш…

— Знаешь, Рюдзи… Тупая Чи, здесь у неё вот так… И поразительно, здесь вот так… А здесь так, бу-ум!

— Не смей рисовать других в голом виде!

Эта далёкая от реальности картинка была немедленно выхвачена и порвана в клочки. Несмотря на то, что она совсем не получилась (точнее, именно из-за этого).

Прошло добрых полчаса, прежде чем Тайга пришла в себя.

* * *

Это случилось примерно час спустя. Сразу после того, как он услышал, что снаружи затормозил мотоцикл…

— Мы вернулись! Э-эй, Такасу-ку-ун!

Рюдзи с видом преданного пса оторвал взгляд от столового серебра, которое он полировал. Да, сейчас Минори действительно обратилась к нему.

Когда он в тапочках пробежал по длинному коридору и выскочил к входу, откуда она его позвала…

— Прости-прости, не поможешь дотащить это?

— Ого, да вы, ребята, неслабо накупили!

— Ага, но нам же надо было набрать на пятерых на сегодняшний ужин, на три раза завтра, и, может быть, ещё и на послезавтрашний завтрак. Ещё здесь и чай Улунг, и приправы, и кое-что ещё.

— Вообще-то, здесь ничего нельзя оставлять.

— А мы всё съедим, и всё будет замечательно. Ох.

Минори заволокла на веранду четыре здоровые сумки, набитые продуктами. Услышав, что в них хрустнуло что-то хрупкое, Рюдзи поспешно выхватил сумки из её рук.

— Не надо их волочить. Чёрт возьми, чем Китамура занят?

— Мотоцикл в гараж ставит. Извини, эту понесу я. А чем занимаются Тайга и Амин?

— Кавасима смотрела телевизор, но взбесилась от плохого качества приёма и теперь звонит родителям. Тайга… в ванной, наверно. Как бы то ни было, давай отнесём всё это на кухню.

Когда Минори согласно кивнула, он был отчасти счастлив, отчасти смущён, потому что почувствовал себя так, словно они только что поженились. Хе-хе-хе… Скрывая своё расплывшееся в улыбке лицо, он пошёл впереди, таща тяжелые сумки на кухню. Но бездумно поддаться этой короткой радости он себе позволить не мог. Это всё хорошо, но о своей главной цели нельзя забывать.

Конечно, всё уже подготовлено. В конце концов, вряд ли Тайга ограничилась взглядом в ванну Ами. Прислушавшись к тихому скрипу наверху, Рюдзи хладнокровно прикинул расстояние. Может, здесь?

— А давай пока оставим эти продукты здесь, ага? Разберём, что класть в холодильник, а что нет.

— Хо-ро-шо.

Он как бы невзначай остановил Минори перед входом в кухню. Присев в коридоре, Минори начала разбирать сумки.

— Посмотрим… Соус хранится при комнатной температуре, верно? Это заправка для карри… наверно, при комнатной. А что с тобой, лук, тебя куда?

Встав на колени перед ней, Рюдзи зарылся в другую сумку. Он взглянул на мягкое склонённое лицо Минори и заметил, что кожа в том месте, где расходились её блестящие волосы, покраснела от солнца и что её верхняя губа тонкая и слегка надутая. Ох, это так привлекательно… Нет, погоди. На это нет времени.

Он прочистил пересохшее от волнения горло.

— Ку-Кусиэда. А вот это надо класть в холодильник? Может, где-то здесь написано?

— Э? Дай-ка посмотреть. Хмм…

Он передал Минори банку томатной пасты (которой со всей очевидностью в холодильнике делать нечего), чтобы она прочитала написанное мелким шрифтом. Когда она начала читать, её большие сияющие глаза сузились, а затем…

— …Ай?!

Неожиданно она судорожно взвизгнула.

— Хм? Что случилось?

Взглянув вверх, Рюдзи попытался выглядеть удивлённым, но голос его прозвучал скорее беспечно.

— Н-н-нет, нет, нет, н-н…

Минори словно превратилась в Дзюндзи Инагаву [12]. Глаза широко раскрылись, лицо оцепенело, она яростно крутанулась, бросая взгляды то на Рюдзи, то назад через плечо.

— Н-нет, нет, нет, п-просто… что-то… позади меня… Э-это было, ох… Что это?

Оглядываясь вокруг, словно что-то ища, и энергично отбрасывая чёлку, словно желая показать, что не верит своим глазам, она снова посмотрела в лицо Рюдзи.

— Здесь же ничего нет, может, это просто твоё воображение?

— …

— Что-то не так?

— Нет… ничего… полагаю. Должно быть… я ошиблась. Верно… Дол-жно-быть-так…

Нараспев пытаясь убедить себя, она с застывшим лицом пошлёпала себя по щекам и снова опустила взгляд на банку.

Позади неё.

Снова. Как и перед этим, кое-что произошло. Конечно, Рюдзи видел, что именно.

Панель в потолке откинулась в сторону. Из темноты проёма появились свежие морские водоросли, незадолго до этого собранные на пляже, и стали опускаться к шее Минори. Круглый пухлый комок водорослей двигался к откинутому капюшону куртки беззащитной Минори. И наконец, мягко коснулся её кожи. Да, целое приспособление «Тайга и чердак». Кстати, об этом «пакостном» комке водорослей — «Это летающая имитация привидения, Тупая Чи № 1»… примерно так сказала ему Тайга. Честно говоря, ему хотелось всё это прекратить.

— …~…

На лице Минори застыла гримаса. Очень, очень медленно она повернулась. Конечно, Тупая Чи № 1 уже успела вернуться, исчезнув без следа.

— Да что такое, Кусиэда?

Извини… Хоть Рюдзи и подумал так, его лицо честно выражало вопрос. Минори смущённо указала куда-то не туда, её глаза выдавали полную растерянность…

— П-прямо сейчас, я уверена, совершенно уверена, что-то коснулось меня… Это было… что-то скользкое… точнее, липкое… Это было похоже на… водоросли? Как будто…

Потому, что это на самом деле были водоросли…

— …Волосы трупа похожи на водоросли… Это смахивает на историю о призраке существа, которое запуталось в водорослях и погибло… Морская выдра? Раз запуталась в водорослях, это должна быть морская выдра, верно? Труп морской выдры?.. Морская выдра, набитая трупами моллюсков?!

Вот оно, вздохнул Рюдзи. Как и ожидалось от Минори, прорезалась её безграничная способность выдумывать нечто странное и исступлённо раздувать это до невероятных размеров. Вскоре она уже судорожно стиснула зубы и задрожала от страха…

— О-оно мокрое… Место, где меня коснулись, мокрое! Оно пахнет…

Потрогав след от водорослей на шее, Минори понюхала руку…

— Ай! Я знала это, оно пахнет водорослями-и-и-и-и-и-и!

В яблочко.

— Э-эй!

— Это труп морской выдры!.. Вонь водоросле-е-е-е-е-е-е-е-е-ей!..

Вытянув руку как можно дальше, словно она коснулась чего-то мерзкого, Минори помчалась по коридору так, словно от этого зависела её жизнь. Для неё так просто чего-либо напугаться… Рюдзи почти что был благодарен небесам за то счастье, которое испытал, глядя, как она бежит.

Немного погодя…

— …Кажется, я чувствую себя виноватым…

Шаги Минори затихли. Потолочная панель откинулась, оттуда показалось покрытое пылью лицо Тайги. Она посмотрела на Рюдзи.

— За этим можешь отправляться в преисподнюю, знаешь ли.

Так мог бы сказать астролог.

— …Что до тебя, ты настоящая преступница.

— Преступник в первую очередь ты. Ладно, давай избавимся от Тупой Чи № 1. Как думаешь, я смогу здесь спрыгнуть?

— Что за безрассудство… Даже не думай об этом, слишком опасно.

Со словами «Не волнуйся, не волнуйся» Тайга распахнула панель шире. Лицо исчезло в темноте, вместо него появились ноги.

— Спускаться по лестнице будет слишком сложно.

— Эй, подожди… Ты что, серьёзно? Только не упади, хорошо?

— Да ладно, не такая уж я недотёпа.

Она свалится. При её неуклюжести этого не избежать.

Полностью уверенный в этом, Рюдзи расположился прямо под ней и протянул руки, готовый подхватить её при необходимости. Помахав босой ногой и взглянув вниз, оценивая расстояние до пола, Тайга начала медленно опускать тело в отверстие в потолке, когда…

— У-ух…

Что она сейчас сказала?… Прежде, чем он успел спросить, Тайга неожиданно скользнула, опустившись на несколько десятков сантиметров. Вовремя ухватив её босую ногу, Рюдзи удержал Тайгу от падения на пол.

— О-о-ох… Наверно… плохо… Руки скользят!

Тайга еле-еле держалась на локтях, ничем больше не цепляясь. Она тщетно махала ногами, в голосе звенело беспокойство.

— Ай, вверх, вниз, пожалуй, иначе не получится…

— Вот видишь, а я тебе говорил! Я тебя подхвачу, так что сдвинься вперёд и прыгай!

— Н-ни в коем случае!

— Почему?

— Держу пари, ты хочешь посмотреть на мои трусики, похотливый пёс! Пытаешься заглянуть под юбку даже в такой ситуации! Ты невозможен!

— Это ты невозможна! У меня в мыслях даже буквы «Т» от трусиков не было!

Хотя Рюдзи наконец подхватил её, Тайга пыталась ударить его, шлёпая босой ногой по лицу, и как раз, когда он собирался сдёрнуть её вниз…

— О-ой! Призрак морских водорослей на самом деле появился!

— Дух водорослей? А что это?

— Должно быть, это был дух Тэцуо Исидатэ![13]

— Э-э? А кто это? Кто-то из родственников Минори-тян?

— Или это было привидение морской выдры!

— Дар морской выдры? Звучит мило, да?

Рюдзи резко побледнел. Не потому, что его резко расширившиеся глаза стремились превратить двух подходящих девушек в оболочки из водорослей или нечто подобное. Нет, просто он был столь взволнован, что сердце, казалось, готово выпрыгнуть из груди.

— Ай, нет-нет-нет-нет-нет!..

Этими девушками, разумеется, были Минори и Ами. Тайга, услышав, наверно, их разговор, стала брыкаться ещё яростнее. Она отчаянно пыталась вскарабкаться обратно. Рюдзи, не обращая внимания на пинки, поддерживал босую ногу Тайги обеими руками, изо всех сил стараясь запихнуть её обратно на чердак. Однако…

— Быстрее… Ай-й!

Разнервничавшаяся Тайга уронила свой фонарик, угодив им Рюдзи точно по носу. Он скрючился от боли. Тайга же наконец сумела влезть обратно на чердак и быстро вернула потолочную панель на место.

— Э, так это был дух Тэцуо, да? Я тут вижу только сидящего Такасу-куна… Такасу-кун, а что ты делаешь?…

— Хм-м, как странно… Такасу-кун, что случилось?

Когда он повернулся сказать им, что ничего не было…

— Э-э-э-э-э?!..

Нечеловеческий вопль ужаса вырвался одновременно из уст Минори и Ами. Гадая, с чего бы это, Рюдзи невзначай поднёс руку к травмированному носу…

— …Ой!

Он тоже был шокирован, ощутив горячую вязкую жидкость. Взглянув на руку, он увидел, что она вся красная — кровь из носа текла довольно сильно. Может, это была божья кара… Хотя, истины ради, орудием возмездия послужил фонарик Тайги. Не в силах дать никаких объяснений, Рюдзи молча забежал в кухню и вымыл руки и лицо.

— Что так неожиданно случилось с Такасу-куном? Это дело рук призрака морских водорослей?

Минори озабоченно спрашивала это, небрежно шлёпнув Рюдзи по загривку, а он даже не мог ответить. Лихорадочно пытаясь остановить кровотечение, он зажал нос и задрал голову. Ами удивлённо уставилась на лицо Рюдзи…

— На, возьми салфетку. Знаешь, я удивляюсь, ну что такого могло случиться?! Ах, может… может, ты перевозбудился от того, что случилось чуть раньше, «тогда»?

Старательно притворяясь, что он не расслышал шёпот Ами с неуместным «Фу-фу»…

— Да нет. Просто я слишком глубоко поковырялся в носу.

— Ну ты даёшь, прямо как первоклассник!

Делая вид, что она сильно страдает от уязвлённой гордости, Ами безупречно сыграла роль цуккоми[14], заставив Рюдзи смутиться. Так что, пока Минори не видит, он плотно скрутил салфетку и осторожно засунул её в нос, думая при этом, Ох, ненавижу себя… Я негодяй… негодяй…

— Эй, что происходит, почему все тут собрались?

Отчётливым голосом спросил Китамура.

— Ох, призрак морских водорослей Такасу-куну кровь из носа пус… Боже, что с тобой?

Услышав неожиданную взволнованность в голосе Минори, Ами и Рюдзи повернулись и взглянули на Китамуру. Это зрелище лишило их дара речи.

— Ха-ха-ха!

— Эй, это не та ситуация, в которой надо смеяться, так ведь?!

— Ну, я уже почти поставил мотоцикл в гараж, а он такой тесный… Попытался запихнуть за какой-то тяжёлый агрегат… и немного застрял.

Смеющийся Китамура в очках, теперь похожих на солнцезащитные, был весь в чёрном масле, капающем с него на пол. Пятна крови от небольших порезов покрывали лицо и руки. Его вид полностью затмил впечатление от крови из носа Рюдзи.

— Ох, поверить не могу. Ты цел, Юсаку?

Забрав салфетки из рук Рюдзи, Ами направилась к гораздо более пострадавшему Китамуре. Затем…

— …Что за шум? Что стряслось?

Последней появилась Тайга. Взглянув на Китамуру, похожего на искупавшуюся в мазуте птицу, и на Рюдзи с заткнутыми ноздрями, она наморщила лоб…

— …Апчхи!

И оглушительно чихнула. Однако.

— Ох… О нет-нет-нет-нет-нет… С Тайгой тоже что-то случилось?!

— Э-э? А, нет, просто… Апчхи! Я прибиралась… Апчхи! И там было столько пыли, что мой нос слегка… Чхи! О-ох… Чхи! А-а…

Жалобно хлюпая носом, Тайга тёрла покрасневшие глаза. Её волосы, одежда, руки и даже ноги, всё её тело было обильно усеяно хлопьями пыли. Наверное, потеряв фонарик, она вслепую весь чердак исползала. Поднимая клубы пыли даже при малейшем движении, она делала всю сцену похожей на страницу из девичьей манги каждый раз, когда чихала. Разве что вместо цветов её окружали клубы пыли.

— Ну вы, ребята, странные. Каждый из вас, все-е странные!

Заявив это без тени сомнения, Ами забрала коробку с салфетками у Китамуры и отдала Тайге, у которой текло из носа. Не беспокойся, ты и сама весьма странная — мог бы подумать он, но высказать эти мысли вслух было решительно невозможно.

* * *

Во всех этих заботах — вроде игр в море сразу по приезду, генеральной уборки, поездки в магазин, создания Тупой Чи № 1 или атаки ею — время пролетело как одна секунда, так что никто из них так до сих пор и не перекусил, а время уже катилось к четырём пополудни.

— …Какой прекрасный закат…

Стоя на кухне, которую он самолично надраил до зеркального блеска, Рюдзи смотрел в окно, словно пытаясь убежать из окружающей его реальности. Кстати, кровь из носа уже не шла. Он сменил пахнущую пляжем футболку, и, кажется, наслаждался приятным морским бризом, стоя у открытого окна. Да… Это действительно светлое пятно.

Сияющие лучи солнца уже начали темнеть, и через окно он ясно видел море, мерцающее оранжевым блеском до самого горизонта. Слышал плеск разбивающихся волн и шум ветра снаружи, а порой и жалобные крики чаек.

Для Рюдзи, живущего в изрядно населённом городке (хоть его и не назовёшь большим городом), это место было словно другой мир. Сама атмосфера, когда парень может пригласить нравящуюся ему девушку на прогулку и говорить с ней о совместном будущем, неспешно бродя по пляжу и слушая плеск волн… Но тут в мысли Рюдзи вторглись резкие крики, выдернув его обратно в реальный мир.

— Я сказала, будем это! Проклятая коротышка!

— Ни за что! Я не выношу эти специи! Эта заправка не годится!

— Ты такая шумная. Если ты только о себе и думаешь, почему не поехала в магазин?! Это отличная заправка! И мне правда нравятся специи! Эй, Такасу-кун, лови!

— …

Поймав брошенный Ами, пакет с заправкой, он понял, что его втянули в эту кутерьму, когда…

— Ох!..

Рюдзи скривился от боли. Тайга в акробатическом прыжке вцепилась в руку Рюдзи, обхватив его босой ногой пониже талии, словно краб клешнёй, и повиснув на нём.

— Не-е-е-е-е-ет!

— Ой… больно!

Затем она начала трясти его, как гигантская обезьяна могла бы трясти дерево, с такой силой, что он всерьёз испугался, как бы ему руку не вывихнули.

— Какого чёрта?! Ты вообще думаешь, что творишь?! И зачем ты залезла на меня?!

— Рюдзи, ты можешь приготовить вкусную еду даже без этой заправки, правда?! Ты же делал это раньше, так?! Обжарить с мукой и добавить специи, ты же знаешь, как всё это делается, верно?! Так вот, просто сделай это на ужин, потому что эта заправка не годится!

Не дожидаясь ответа Рюдзи, Ами пробормотала «ну и эгоистка», прежде чем попытаться оторвать Тайгу…

— Использовать полуфабрикаты — это проще всего, да и вкусно получается!

— Рюдзи готовит намного, намного вкуснее!

Рюдзи, которому орали практически прямо в уши, цеплялись за руку и трясли его помимо его воли, в конце концов рухнул на колени. Он стащил с себя Тайгу одной рукой и оттолкнул Ами другой…

— …Хорошо! Я уже понял!.. Но, Тайга, у меня с собой нет моей фирменной коллекции пряностей, так что я не смогу приготовить так же, как обычно.

— Э?!

Ами насмешливо фыркнула, словно говоря «Ну, посмотрим».

— И ещё… Это потому, что ты не любишь острое, верно? Я приготовлю отдельную порцию специально для тебя, добавлю больше молока и кетчупа, чтобы сделать послаще.

Тайга оставалась несколько недовольной, но хотя бы перестала кричать. Зато, подхватывая эстафету…

— Ты её балуешь!

На этот раз надулась Ами. Нахмурившись и прищурив глаза, она приложила руку к губам, словно маленький ребёнок.

— О боже, Такасу-кун, опять спец-обслуживание исключительно для Айсаки-сан! Если так и дальше пойдёт, разве остальные девушки тебя не возненавидят?

Она по-прежнему оставалась в своей обычной позе скромницы. Даже её злость была лишь частью игры. Но вдруг криво ухмыльнулась половиной лица, глаза начали наливаться неприязнью, пока ещё удерживая её внутри. Понизив голос до предела, чтобы её не слышала Тайга…

— …Даже Минори-тян в конце концов может возненавидеть тебя, знаешь?

— Чт… …!

Что ты сказала? Рюдзи оцепенел. Она была так близко, что он чувствовал на ухе её дыхание. Он до глубины души был поражён её словами, прозвучавшими как отрывок из песни.

— Ага, понятно, побледнел. Фу-у…

Дразнящие глаза Ами сеяли хаос в душе Рюдзи. Она растянула губы в лёгкой улыбке…

— Такасу-кун, если ты и дальше будешь так себя вести, может быть, я расскажу Минори-тян про «это»… Что-нибудь вроде «Такасу-кун подсматривал за мной в душе»…

— Н-но ты же на самом деле не принимала душ!

— …Фу-фу. Может и так, но кто это подтвердит?

Откинув волосы, Ами отошла. С дьявольской улыбкой на прекрасном лице она выглядела просто замечательно. Но в этом явно было что-то неправильное, потому что внутри неё была тьма, которая, в конце концов, просочилась наружу. В любом случае, Рюдзи больше не мог произнести ни слова. Почему она вдруг… Иначе говоря, как она узнала про мои чувства к Минори?

В центре этого неприятного напряжения вдруг появилась Тайга…

— …Что там насчёт Минорин?

Она посмотрела вперёд и назад, на Рюдзи и Ами, с подозрением вглядываясь в их лица. Ами со своей обычной ангельской улыбкой сказала «Ничего», а Рюдзи лишь сглотнул. Но здесь был кое-кто ещё…

— Вы звали? Звали меня?

В узком пространстве между Тайгой и Ами стояла Минори… И давно она уже здесь? Невинно улыбаясь, она тепло смотрела на друзей сверкающими глазами. Всё-таки, похоже, что она не слышала слова Ами, произнесённые несколько секунд назад. Рюдзи осторожно облизнул свои пересохшие губы.

— Хм? Минорин, ты уже хорошо себя чувствуешь?

— Угу, полежала немного, и мне уже гораздо лучше. Так что теперь пришла помочь на кухне. Хе-хе-хе, а ещё я наслышана про «Божественный Нож Такасу» и хочу на это посмотреть. Кое-кто говорил, что Такасу-кун может полностью нашинковать луковицу всего за десять секунд, да?

Ах, от улыбки Минори Рюдзи готов был простереться перед ней. Из-за того, что Тайга напугала её Тупой Чи № 1, ей пришлось до сих пор отлёживаться. И теперь здесь, где собрались настоящий преступник, исполнитель и даже прототип Тупой Чи № 1, она мягко дарила улыбку более прекрасную, чем чья-либо ещё.

— Ну, десять секунд — это вряд ли… Но…

Даже отчаянно отворачиваясь от её сверкающего великолепия, он хотел оправдать её ожидания, насколько это только возможно. Он профессионально подхватил три луковицы одной рукой…

— …пятнадцати секунд должно хватить.

Заявил он.

— О-о! Ты и правда сказал это! Отлично, позволь мне взглянуть на твоё умение. Я могу чем-то помочь? Догадываюсь, что Такасу-кун сегодня будет шеф-поваром, верно?

Он прослезился, но не от лука, который даже ещё не начал резать. «Я могу помочь?» От этих простых слов. Он был бы счастлив, кто бы их ни сказал, но сказал их человек, от которого он больше всего хотел их услышать. Без раздумий развернувшись…

— …Хм? Что за взгляд?

Он упёрся взглядом в Тайгу. Конечно же, она помогать совсем не собиралась. Шлёпнулась на стул и играла со стоящим на столе йогуртом, словно собираясь слопать его, пока Ами не попыталась отобрать. Конечно, он бы рад услышать от неё предложение помочь, пусть и не так, как услышав его от Минори, но… Ну и ладно. Может, оно и к лучшему.

— Ладно, Кусиэда, тогда… Почему бы тебе не почистить картошку.

— Хо-ро-шо. А картофелечистки тут нет? Сколько надо начистить?

Как только Минори запустила руку в мешок и подцепила несколько небольших картофелин своими тонкими пальцами…

— Ах, как свежо!

…на подходе к кухне неожиданно послышалось шлёпанье босых ног по полу…

— О, ты уже начал готовить обед? Я знаю, что повар из меня никакой, но мог бы позвать меня помочь хотя бы стол накрыть!

Свежо пахнущий мылом Китамура, который в первую очередь принял душ, чтобы смыть грязь, хлопнул Рюдзи по плечу. Однако.

— …Э-эй! Твоя одежда…

— Ну, было так жарко… Упс! Ой, виноват, так здесь девушки?

— …?!

Обернувшаяся на голос Китамуры Тайга уронила йогурт. Откинулась на спинку стула, ударилась затылком о стену и свалилась на пол. Лицо судорожно мерцало красным, синим и белым оттенками, словно она проглотила смертельный яд. Прильнув к стене, она отчаянно искала, где можно спрятаться, пока наконец не заныкалась за Ами, с которой ругалась лишь секунду назад. До сих пор не обращавшая внимания на происходящее, Ами раздражённо крутанулась…

— Какого чёрта ты… А?!

Теперь и она заметила. Словно не веря собственным глазам, Ами ошеломлённо поморгала, уставившись на своего друга детства, и убедившись, что это ей не мерещится…

— Юсаку!!! Ты спятил?!

Да, так она и сказала. Рюдзи вполне разделял её реакцию. Но Китамура лишь захихикал и мотнул мокрой головой без малейших признаков смущения.

— Я просто забыл свежую одежду в своей комнате. И как раз шёл туда одеться.

— Тогда зачем ты сначала сюда зарулил?!

— Ну, потому что увидел Такасу.

— Ты что, идиот?!

— Ха-ха-ха, ну кто мог предположить, что вы, девушки, тоже здесь окажетесь. — … Этот парень, староста класса, вице-президент школьного совета, капитан софтбольного клуба, что он пытается скрыть, так смеясь… Да нет, он вообще ничего не скрывает. Демонстрируя натурально туземный стиль, лишь прикрывая самые важные детали нижней части тела полотенцем, он стоял в твёрдой стойке. Даже с мужской точки зрения Рюдзи, в его умеренно атлетичном телосложении отлично сочетались завидная стройность и достаточная сила… Но не время думать об этом. Сейчас он был даже больше открыт, чем в плавках в бассейне. Похоже, при взгляде сзади будет виден весь его тыл.

— Та-Тайга, возьми себя в руки!

— …Фух…

Тайга, занимающая идеальную позицию, чтобы обозревать этого взбалмошного парня именно сзади, была на грани взрыва. Её глаза совсем потускнели, она уставилась на стенку, скрючившись в позе эмбриона. Похоже, она увидела это, его «open-source» тыл. Он не мог не подумать, что она действительно склонна смотреть на других в голом виде.

— Это такая разновидность эксгибиционизма или что? Кошмар…

С фамильярностью друга детства Ами бросила холодный взгляд на обнажённое тело Китамуры, но…

— Фу-фу-фу… Для меня, Кусиэды, эксгибиционист не столь неприемлем…

Прошептав это почти рычащим тоном, Минори подняла опущенное лицо.

— Ты, нарцисс, послан свыше! Дай-ка мне запечатлеть тебя в таком виде!

Прыгнув, словно кузнечик, она нырнула к полу. Затем, скользнув плечом по полу, словно исполняя брейк-данс, кувыркнулась к ногам почти обнажённого Китамуры…

— Какого чёрта, прекрати, убирайся!

— Поздно так говорить! Ты уже зашёл слишком далеко, ага?! Как ты можешь говорить «нет» или «прекрати», словно ты невинное дитя, а?! Блюди деревенские обычаи в деревне, раздевайся догола среди нудистов, какая неожиданность, извращенец!

Она выхватила из кармана мобильник и решительно нацелилась объективом на Китамуру. Непонятно было, действительно ли она сделала снимок, но широкую стойку, открытый тыл и бесстыдство они забыть не могли.

— П-почему-то это и впрямь смущает!

Под влиянием изрядно подзадержавшегося смущения Китамура, наконец, собрался покинуть кухню. Именно в этот момент…

*Потрясение*

— …!

В этот момент полотенце, сохранявшее хоть какое-то приличие, упало на пол. Рюдзи стремительно метнулся вперёд, уберегая глаза девушек от неподобающего зрелища. В этом нырке он непостижимым образом сумел прикрыть некоторые области тела Китамуры тарелкой…

…Я, кажется, что-то увидела… Что-то вроде… Чёрное?…

Гримасничая, Минори, похоже, что-то заметила краем глаза. Резко усевшись на пол, она наклонила голову…

— Это… Это был призрак морских водорослей. Наверно.

Делая всё возможное, чтобы прикрыть наготу, Рюдзи молился про себя. Забудь, пожалуйста, забудь всё это. Он повернулся к Минори.

— Кусиэда, я здесь и сам могу управиться, почему бы тебе не пойти в гостиную ещё отдохнуть? Мы позовём тебя, когда карри будет готово, хорошо?

— …Правда?… Думаю, я так и сделаю, тогда… Почему-то вид призрака водорослей застрял у меня в голове… Или он выжег своё изображение у меня на сетчатке, я не совсем уверена…

Минори неуверенными шагами покинула кухню. Как только она исчезла из поля зрения Рюдзи, его глаза наполнились звериной яростью, словно он превратился в демона…

— Чёрт тебя побери, ты действительно ужасен! Отвратителен!

Он от души врезал тарелкой Китамуре по голой заднице (Здорово будет потом подсунуть эту тарелку Тайге).

— Так ты отправился в эту поездку только потому, что можешь здесь вытворять подобные трюки?! Даже если ты собираешься стать председателем школьного совета на следующих выборах, я не буду за тебя голосовать!

— Я подумаю о том, что я сделал!

Рюдзи выпихнул парня, который даже назывался его лучшим другом, вон из кухни и пинком задал ему направление на второй этаж, к спальням. Серьёзно, ну что за тип… Он действительно хотел бы показать всё это Мае, Нанако и прочим поклонницам Китамуры. Он действительно хотел бы, чтобы они узнали, что их «любящий подразнить, но милый Маруо-кун» способен на столь безрассудные поступки. Эй, не правда ли, Ното, Харута? Он непроизвольно вспомнил улыбки своих друзей, которых здесь не было. Их воображаемые образы крутились вокруг него, перешёптываясь. Да, ты прав, Такасу… Действительно странно, что этот тип так популярен… Это совершенно непонятно… Он ещё и дурак… Нет, он полный идиот… Да, верно, верно, как в этот раз.

— …Вот дерьмо, проклятье, этот тип…

Даже когда он приготовил мешок для мусора, чтобы вернуться к чистке лука, которым он занимался до того, его злоба ещё не угасла. Он наконец-то здесь, на кухне, получил шанс сблизиться с Минори, но никогда не подозревал, что именно Китамура поведёт себя подобным образом.

— Ах, несчастная Минори-тян…

Тем, кто довольно пробормотал это без намёка на сострадание, оказалась Ами. Развернувшись в ярости…

— …Кавасима, иди сюда и помогай. Выходка твоего друга детства в итоге лишила нас пары рук.

Подбородком он указал на картофелины, которые Минори не успела почистить. Но…

— Ха?

Ответ последовал практически мгновенно.

Лицо Ами тут же перекосилось, так что ему захотелось сказать ей, что не надо строить такие гримасы. Ами почти что сплюнула, словно говоря «Да ты, наверно, шутишь», прежде чем продемонстрировать ему слабую улыбку…

— И почему Ами-тян должна этим заниматься?

Он не мог выбрать одну характеристику, точно отражающую её личность, из множества таких, как «эгоистичная», «деспотичная», «ограниченная», «высокомерная» и так далее. Почему Ами-тян занимается готовкой? Почему я, прекрасная и привлекательная Ами-тян, должна возиться с этой картошкой? Почему, ну почему я, Ами-тян, богатая, из элиты, да ещё и модель, должна помогать кому-то вроде тебя?

Рюдзи точно знал, что Ами на самом деле хочет ему сказать, так что он просто кивнул.

— …Ладно, тогда отнеси Кусиэде ячменного чая.

— Э?! Но я собираюсь остаться здесь и посмотреть, как Такасу-кун готовит… Фу!

Когда он ловко очистил луковицу до половины, Ами, смотревшая в свой мешок, быстро отвернулась.

— …Л-ладно, я сделаю это! Я отнесу чай!.. Похоже, меня прогоняют… Я этого не вынесу…

Её глаза моментально покраснели. Ами с недовольным видом покинула кухню с чашкой чая в руке. Остались только Рюдзи и Тайга, но…

— Эй, ты как?

— …

Тайга по-прежнему сидела у стены, её плечи заметно дёргались при дыхании. Шок от созерцания обнажённого тыла Китамуры, должно быть, был чудовищный. К тому же она, похоже, ещё не отошла от травмы после встречи с голой Ами. Не раздумывая, он протянул руку, чтобы подхватить её и помочь встать, но…

— Эй, ты, сейчас не время заботиться о других.

Стряхнув его руку, Тайга нетвёрдо встала на ноги, держась за стену.

— Я и правда в порядке… Я просто подавлю эту травму более сильной… У Я-тян большая грудь, у Я-тян большая грудь, у Я-тян большая грудь… О-ох…

— Не используй для этого чужих родителей.

Во всяком случае, Тайга наконец встряхнула головой, и её дыхание, похоже, вернулось к нормальному. Взглянув в глаза Рюдзи, который обеспокоенно всматривался в её лицо, она сказала только одно.

— Ты тупой пёс.

Ха-а, подчёркнуто вздохнув, Тайга вернулась к неприязненной манере общения.

— Я совершенно шокирована. Как ты мог именно сегодня упустить возможность готовить ужин вместе с Минори, после всего, через что мы прошли? И это, по правде говоря, был твой первый и единственный шанс продемонстрировать ей свои таланты.

— Даже если и так, делу уже не поможешь, верно? Я не виноват. Это всё из-за Китамуры.

— Опять ты сваливаешь вину на других! Вот почему собаки лишь пресмыкаются! Похоже, ты не представляешь себе, в насколько сложном мы положении, совершенно не представляешь!

Отбросив волосы, Тайга придала лицу выражение глубокой депрессии и ещё большей жалости. И посмотрела прямо на Рюдзи.

— Ч-что ты подразумеваешь под сложным положением?

— В этой поездке, прямо сейчас, всё идёт не так, не замечаешь? Мы прошли только полпути, запугивая её, и даже не пытаемся сделать что-то ещё. Ты почти не прикладывал усилий, чтобы сблизиться с Минорин. Даже не верится.

— …Постой, не говори так. Кроме того, разве мы не напугали её? Ну, ты помнишь, этой штукой. Тупой Чи № 1.

— Но наш план совсем не продвигается. Ты же не можешь думать, что уже сделанного достаточно, так ведь?

— …Да не думаю я так, но…

Резко щёлкнув языком и пожав плечами, Тайга прервала Рюдзи, словно говоря, что его расплывчатый ответ для неё ничего не значит.

— Хватит пустых оправданий. Я помогаю, я делаю практически всё возможное, чтобы избежать этого псиного будущего. Но я просто не могу зайти так далеко, чтобы управлять сердцем Минори. Это полностью на тебе. Откровенно говоря, до сих пор я не видела, чтобы ты хоть чуть-чуть постарался.

— …

Выслушав всё это, он не мог представить, что же можно сказать в ответ. Посмотрев на луковицу, которую он разрезал пополам и забыл, Рюдзи молча подумал, Она совершенно права.

— Бог мой, какое неприятное лицо… Отныне ты должен прилагать все силы, с кровью, потом и слезами, чтобы всё перевернуть, понятно? Я просто помогаю, чем могу. И прямо сейчас, если говорить о помощи, я могу сделать лишь что-нибудь вроде этого…

Продолжая бормотать, она осторожно открыла холодильник. И достала то, что они спрятали на случай, если оно понадобится снова. Тупую Чи № 1. Известную также как призрак морских водорослей.

— …Это повтор, но у нас нет выбора. Думаю, лучше это, чем ничего.

Голыми руками она оторвала длинную нитку, на которой эта штука спускалась с потолка. Затем, прикрепив водоросли к концу швабры, стоявшей в углу кухни, она продолжила…

— Вот. Теперь это тычущая имитация привидения, Тупая Чи № 2.

— …Ха, как просто.

Тайга посмотрела на ту стенку кухни, в которой было окошко, изначально предназначенное для выметания мусора, но вместе с тем непосредственно выходящее на веранду. Внимательно осмотрев его, словно кошка…

— Если я вылезу здесь, то смогу пройти по веранде к гостиной. Поскольку Минори сидит на диване со стороны окна, я смогу осторожно открыть окно и устроить ей сюрприз этой штукой прямо сейчас… Конечно, ты должен симулировать, что я ещё здесь.

— Симулировать, говоришь, но как?…

— Хотя бы сделай, что в твоих силах, блин.

Скинув туфли, чтобы шагать неслышно, Тайга уже приготовилась вылезти наружу, когда…

— …!

Катится посуда, катится… Она свалила миску. Оба моментально замерли и прижались к стене, не дыша. Но, похоже, этого никто не заметил. Аккуратно подхватив эту миску, Тайга поставила её на место и, крадучись, выскользнула на веранду через окошко для мусора.

Так, если ему надо симулировать, что Тайга ещё здесь, тогда… может, что-нибудь вроде этого?

— …О! У тебя хорошо получается, Тайга! Ты удивительно умелая!

Стук, стук, стук, стук… Мастерски орудуя ножом, нарезая лук тонкими ломтиками, Рюдзи громким голосом симулировал разговор. Надеясь, что этого будет достаточно, чтобы любой мог услышать его чётко и ясно.

— Эй, не могла бы ты подать мне ту миску? О! Спасибо! Теперь займись морковкой! Замечательно! У тебя здорово получается, Тайга!

Этот фарс в исполнении одного актёра звучал совершенно неправдоподобно. Но делать это было необходимо, по крайней мере сейчас. Даже когда лицо Рюдзи онемело, он продолжал неистово повышать голос.

— Отлично, Тайга! Теперь давай…

Затем это случилось.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!.. — Из гостиной донёсся крик ужаса. Через секунду после того, как он посмотрел вверх и подумал, Отлично…

— …Я действительно сделала это. Всё прошло замечательно!..

Крадучись, Тайга проскользнула обратно в кухню через окошко для мусора. Осторожно закрыв его, они беззвучно хлопнулись ладошками.

— Минорин сидела на диване, так что я просто стукнула её этой штукой по плечу из-за занавески!

— Хорошо сделано!

Показав друг другу большой палец и кивнув, они взяли в руку нож и морковку, чтобы выбежать с ними…

— Кто-то кричал, что случилось?!

— Минорин, что с тобой?

Симулируя спешку, они с большим шумом побежали к гостиной. Добежав, они увидели Минори лежащей на полу, с раскинутыми руками и ногами.

— Минори-тян, в чём дело? Возьми себя в руки!

— Кусиэда, держись!

Ами и уже одетый Китамура помогали Минори. Та выглядела совершенно измученной и почему-то указала на Китамуру…

— О-о-о-он появился… Он действительно пришёл… Дух, овладевший Китамурой… Призрак Китамуры!..

— Что?! Мой?!

Каким-то образом это превратилось в историю о призраке Китамуры. Совершенно обессиленная Минори вся покрылась гусиной кожей и начала неудержимо дрожать. Возможно, из-за сверхвозбуждения её лицо было уже не белым, а розовым.

— Ми… Минорин…

Как настоящий преступник, Тайга приближалась очень неуверенно. Должно быть, она испытывала такое же чувство вины, как и Рюдзи. Осторожно присев рядом с Минори…

— Та-Тайга… э-это действительно ты?…

— Да.

Полная раскаяния, она вытерла пот со лба Минори.

— Тайга… Будь осторожна… В этом доме водятся злые духи… О-ох…

— Ч-что такое?…

Глаза Тайги подозрительно забегали. Правильно, правильно, как причина слов «злые духи», Тайга должна чувствовать себя сейчас просто ужасно. Что же до Рюдзи, он даже не мог посмотреть Минори прямо в глаза, чувствуя резкую боль в груди.

— Ми-Минорин, если есть что-то, что я могу сделать для тебя…

— …Карри… Карри уже готово?…

— Даже Рюдзи не может приготовить его за пять минут, Минорин…

— Понятно… Тогда… Сделайте его очень-очень острым, пожалуйста… Я думаю… это действительно прогонит страх прочь… если не возражаете…

Мягко и ласково коснувшись щеки Тайги дрожащей рукой, Минори исчерпала остаток сил и закрыла глаза. Твёрдо кивнув, Тайга утешающе шепнула «Конечно, я сделаю это для тебя». Раз это было ради Минори, похоже, даже Тайга решительно отбросила свой эгоизм насчёт отдельно приготовленной порции.

Рюдзи тоже пришёл к твёрдому решению. Если острое карри может облегчить эти ужасные угрызения совести, он пойдёт на всё, чтобы сделать его достаточно острым для неё. И неважно как.

Итак, Рюдзи превратился в повара-демона.

— Ого! Потрясающе!

Умело орудуя сковородкой, Рюдзи заставлял еду свободно танцевать в воздухе так, что заглянувшая Ами потеряла дар речи. Он задействовал бар отца Ами, чтобы приготовить фрукты фламбе на десерт. Затем, поменяв сковородки, принялся за соус чатни в стиле Такасу…

— Я могу чем-то помочь?

Спросившему это Китамуре, в недавнем прошлом главе колонии нудистов, он приказал «Помой рис. Мой так, словно от этого зависит твоя жизнь!»

— …Тайга. Ты поняла, да?

Блеснув глазами, словно лезвием меча якудзы, он устремил взгляд на Тайгу. Вряд ли он собирался продать куда-то Тайгу, чтобы заработать на покрытие просроченного кредита; просто он надавил на неё, чтобы она приняла решение.

— Да. Раз уж у тебя нет с собой твоей коллекции пряностей, будет правильно, если мы их чем-то заменим…

Тайга кивнула. В руках она держала пакетик с красным перцем, который был прикреплён к заправке для соуса. Этикетка на нём гласила: «Дополнительные специи для приправки. Невероятно ОСТРО (из-за чрезвычайной остроты добавляйте очень маленькими порциями; также предупреждаем, что этот продукт может повредить вашему здоровью)». Но раз этого хочет Минори, остальное уже не важно… С решительным выражением на лице он полностью раскрыл этот пакетик. Для Тайги, которая не пробовала ничего, кроме лёгких специй, это было настоящее приключение. Нет, это было совершенно безрассудно и отчаянно.

Трясём, трясём, трясём… Всё пошло в кастрюлю, где должно было готовиться примерно пятнадцать минут. Затем, сказав «Я нашла вот это. Прошлогодние, но может мы их всё равно используем?», Ами показала пакетик с карри и перцем чили, которые нашла в кухонном шкафу, и ни секунды не раздумывая, бросила в кастрюлю и их, обнулив отсчёт пятнадцати минут до полной готовности блюда.

Таким образом, соответствуя невысказанному плану Рюдзи избежать излишне долгой готовки и доведения карри до вида, в каком его подают в школьной столовой, картошка оставалась аккуратными кружочками, лук тоже был узнаваем, когда простое карри с морковкой и слегка обжаренной свининой наконец было готово.

— …Даже если я попробую уложить всё это в одно слово вроде «острый» или, к примеру, «солёный», васаби будет жечь вам нос, перец чили — язык, они будут жечь вам горло… Думаю, после этого ваш опыт поедания пряных блюд изрядно обогатится. Я уже попробовал этот карри, и должен сказать, что у него экстремальный вкус, который ударил мне прямо в голову. Я выполнил просьбу Кусиэды, но даже при этом я старался сделать его попроще, следуя канонам деревенской кухни.

Наложив рис и карри на свои тарелки, все расселись вокруг стола, внимательно глядя на губы представляющего своё творение Рюдзи, потому что они заметно припухли и почти дрожали.

Такое состояние, вызванное всего лишь дегустацией блюда, заставило всех задуматься, что же их ждёт. Над столом, в тишине, нарушающейся лишь звуком разбивающихся волн, уже поплыл пряный запах.

— …Как бы то ни было, приготовимся и начнём. Приятного аппетита!

— Приятного аппетита! — вернулось эхом. Все взяли ложки, открыли рты и быстро набили их. Тишина над столом царила не более секунды.

— …Хм? Разве это не деликатное?

Отреагировала Минори.

— Да, да, но хорошо, что вкус нормальный.

Ответила Ами.

— Эта свинина, мне достался жирный кусок.

Высказалась Тайга.

— Да, неплохо, неплохо, как и ожидалось от Такасу.

Заявил нудист.

Около трёх секунд — вот сколько это продолжалось, прежде чем было достигнуто всеобщее согласие «Да что за чёрт», выразившееся в беззвучном вопле.

— …!..

— Э-это оно! Меня действительно пробрало!

— Ж-ж-жё-о-о-от! Воды, воды, скорее, воды!

— Жжёт… ой… как остро… ай… Я пролила воду!

— А-а… *кхе*, *кхе*… моя глотка… *кхе*!

Пока остальные корчились в муках, Рюдзи предусмотрительно сосредоточил всё внимание на Минори.

— Да! Это оно! Как пробрало! Я действительно чувствую это! Вот опять! –

…Минори действительно оживилась, отважно отправляя карри в глотку раз за разом. Затем, заметив взгляд Рюдзи…

— Т-Такасу-кун! Ты самый лучший! Супер остро, так здорово! Остро, великолепно, первоклассно! Я действительно счастлива! Это превзошло все мои ожидания, оно полностью прогнало мои страхи и печали!

Она показала ему большой палец. Его рот словно горел в огне чистилища, но где-то глубоко внутри он не мог не почувствовать поднимающуюся волну смущения и счастья.

— А, ну… Это потому, что ты сказала, что любишь поострее…

— Э, так ты действительно сделал его таким острым специально для меня?! Бог мой, я глубоко тронута! Ну, тогда, похоже, что я возьму вторую порцию!

Улыбаясь и смеясь, хотя её лицо покраснело от специй, Минори показала Рюдзи свою тарелку, которую уже успела очистить. Подумав про себя «Ух!», он практически растворился в эйфории. Если такое может дать подобное блаженство, он готов заниматься этим каждый день всей оставшейся жизни… Конечно, высказать это вслух он не мог, поэтому молча взял тарелку Минори и наложил ей вторую порцию.

Глава 4

После шокирующе острого ужина…

— Отлично, посуду можете оставить на меня!

Единственная пребывающая в хорошем настроении Минори собрала в стопку пустые тарелки и понесла их на кухню. Все остальные лежали недвижимо — их мысли метались от «было вкусно, но остро» к «было остро, но вкусно» и обратно. Несмотря на пульсирующую боль в губах и во рту, они не могли не взять добавки, и теперь, с полным брюхом, распухшими губами и уставшие до невозможности, похоже, даже не могли подняться.

Однако было бы неправильно позволить Минори убирать со стола в одиночку. Рюдзи встал, намереваясь ей помочь, но Тайга схватила его за футболку.

— Хм? Что такое?

— …Похоже, я нежданно съела слишком много острого. Мне нужны желудочные таблетки…

— Живот болит?

— …Не уверена…

Нахмурив лоб, она посмотрела так, словно не может выразить, как себя чувствует. Потёрла живот и покачала головой.

— У меня нет ничего желудочного. Кавасима, а у тебя?

— Э, вряд ли… У меня только аспирин от головной боли.

Подумав «Хм, ну и что нам делать?», Рюдзи пощупал лоб Тайги, нет ли у неё жара, когда поднялся Китамура.

— У меня кое-что есть. Болеутоляющие, желудочные и смешанные. Пошли в мою комнату, посмотришь этикетки и выберешь, что тебе подойдёт.

— …

— Что не так?

Хотя Китамура говорил весьма доброжелательно, Тайга, играя с кружевами на рукаве, беспокойно заёрзала, словно кошка, намывающаяся в преддверии хорошей погоды. Подумав «Не время стесняться, верно?», Рюдзи подхватил её за локоть и заставил встать.

— Давай, иди с ним.

Рюдзи слегка подтолкнул её в спину. На мгновение показалось, что Тайга сейчас рухнет от этого толчка, но она всё-таки заставила ноги двигаться и пошла за Китамурой. Они покинули гостиную. Ни о чём не думая, он озабоченно смотрел ей вслед…

— …Ай!

— Ты действительно бестолковый.

Он слишком поздно обнаружил приближающуюся Ами. Тихо подойдя поближе, она слегка наклонилась над столом прямо перед глазами Рюдзи, прежде чем он заметил её…

— Если Такасу-кун так беспокоится об этой девушке, тебе стоит пойти с ней.

Её большие глаза слегка сузились в притворно недоброжелательной манере, розовые губы растянулись в улыбке, намекая, что на самом деле она нашла способ развлечься.

— …И что с того, что я беспокоюсь о Тайге?

— О-ох, ушёл в оборону.

— Если бы на боль в животе пожаловался кто-то другой, будь то Китамура, Кусиэда или даже ты, я беспокоился бы точно так же.

— Э-э, правда? Ну, тогда Ами-тян ду-умает, что у неё то-оже, может быть, живот боли-ит.

Заставив свои глаза чихуахуа увлажниться, Ами шлёпнулась рядом с Рюдзи.

— Просто шучу.

Не дав ему возможности попасться на уловку, она непосредственно улыбнулась, слегка высунув язык и пожимая плечами. Да о чём эта девчонка думает — Рюдзи, которому уже надоело, что его дразнят, лишь посмотрел на холодное и привлекательное лицо Ами.

— …Да чтоб тебя…

— Что-о?

Наверно, вполне понимая раздражение Рюдзи, Ами надела свою ангельскую улыбку. Её губы сжались, глаза расширились, ярко мерцая, словно звёзды. Но хоть её облик и был до невероятности прекрасен, под столом она выглядела отнюдь не скромницей. Заложив ногу за ногу, она бесстыдно демонстрировала свои бёдра, покручивая лодыжкой. Похоже, она даже не пыталась как-то прикрыть их.

Ох… Рюдзи поднял взгляд к потолку, сочувствуя фанатам Ами по всей стране и непроизвольно улыбаясь.

— …Как бы это сказать… С тобой не соскучишься.

— Это что, комплимент?

— Это сложно, тут тонкая грань.

Он на самом деле так думал. То есть, что она действительно странная.

На первый взгляд, она была бесподобной красавицей, настоящим бриллиантом. Но по правде — неприятно злой особой. Как бы то ни было…

— Тонкая грань? Э? Я… сложная?… Что это должно означать… Сказать, что я сложная…

Сидящая рядом с Рюдзи сделала серьёзное лицо и наклонила голову. Это выражение само по себе почему-то было привлекательным. Такое нормальное, что даже удивительно. Или, может, лучше сказать удивительно нормальное. Или ему следует сказать, что оно заставило его пересмотреть своё мнение, подтвердив, что даже она похожа на любую другую шестнадцати-семнадцатилетнюю девчонку.

Такие девушки, чья внешность не соответствует содержанию, всё-таки довольно странные, как ни посмотри, думал Рюдзи. Но это не было неприязнью.

— …Что-о такое, ты уже довольно долго на меня пялишься. Хм-м, может, ты очарован? М-м, это хорошо, это замечательно, я знаю, что тут ничто не поможет, потому что я самая-самая поразительно привлекательная…

Да-да, всё понятно, конечно, самодовольно кивнула она. Но что удивительно, на довольное лицо Ами, словно лёгкая вуаль, постепенно наползала странная детская улыбка.

— О, я знаю! Кстати, Такасу-кун, мы можем прогуляться по пляжу и…

Когда она хотела что-то сказать…

— Упс, я забыла часть посуды, да?

Они услышали чьи-то лёгкие шаги. Бормоча про себя, из кухни в гостиную вернулась Минори. В приподнятом настроении, нисколько не обижаясь на Рюдзи и Ами, которые просто болтают, ничем не помогая, она собрала оставшиеся на столе чашки и тарелки, пытаясь унести всё одним махом…

— Это опасно, бери только чашки.

Позади неё появился Рюдзи и забрал тарелки.

— Ты хочешь помочь, Такасу-кун? Не стоит, ты готовил ужин, а я уберу со стола.

— Да всё нормально, я помогу.

Держа тарелки в одной руке, он поспешно протёр края стола тряпкой. Затем развернулся, рассчитывая, что Ами тоже поможет, но…

— Я и правда терпеть не могу ковыряться на кухне, знаешь ли. Я ухожу.

Слегка улыбнувшись, Ами поднялась. И поразительно быстро улетучилась, не дав ни малейшего шанса остановить её. Хех, так она действительно ненавидит уборку. Но это действительно удача, что я буду работать вместе с Минори, только я и она. Сейчас он даже был благодарен Ами за её королевские замашки.

— Правда, всё в порядке? Разве вы с Ами-тян не беседовали?

Рюдзи лишь махнул рукой, словно говоря, что это неважно, и они направились на кухню.

Минори тщательно вычистила её. Всё — от сковородок до ножей — было вымыто и расставлено в образцовом порядке, так что даже Рюдзи оценил это. Пока он изумлённо оглядывался, Минори забрала у него тарелки. И не успел он сказать «Да я сам»…

— Вот так, с посудой разобрались!

Она сделала всё в мгновение ока и уже стремительно расставляла тарелки на сушилке. Конечно, у него не было причин быть недовольным уровнем её мастерства.

— …Ха, да у тебя совершенная техника, да?

— Хе-хе, догадываюсь. Мне на работе всё время уборка достаётся, знаешь ли, и я всегда стараюсь закончить так быстро, как только могу!.. Так что я всё время ковырялась с этим и, в конце концов, отлично научилась.

Итак, он открыл ещё одну хорошую сторону Минори. То есть, он имел в виду красоту её улыбающегося лица, когда её хвалят. Застенчивое и смущающееся, а ещё печальное и немножко гордое. Говоря честно и откровенно, он хотел бы родиться таким, как она. Он до глубины души восхищался её скромной чистотой. Будь он похож на Минори, его не волновали бы ни обстоятельства его рождения, ни доставшаяся от отца физиономия, не пришлось бы то и дело терзаться тревогами. Он мог бы расти твёрдым и непоколебимым, как росток бамбука. Да, будь все в этом мире похожи на Минори, такие вещи, как война или стихийные бедствия, исчезли бы без следа. И все могли бы жить так же радостно, как она.

Не замечая сияющего взгляда Рюдзи и продолжая смеяться с растянувшимися в щёлочки глазами, Минори неожиданно подняла взгляд и сказала «Ах да».

— Я дам Такасу-куну кое-что вкусненькое.

Открыв холодильник и заглянув в него, она извлекла оттуда пару мороженых. Таких же, какие они ели на десерт после ужина, но…

— Как видишь, остались ещё два. Я думала, что мы можем потом устроить соревнования по сумо, вроде королевской битвы без запрещённых приёмов или что-то вроде, но… Хе-хе, это будет наш маленький секрет, так что давай съедим их на пару. Тебе какое больше нравится, ванильное или с зелёным чаем?

— С… с зелёным чаем.

— Хо-ро-шо.

Широко улыбаясь, Минори отдала одно из мороженых Рюдзи. Затем, оглядевшись вокруг…

— Будет нехорошо, если нас застукает Тайга. Она такая обжора. Такасу-кун, слопаем их одним глотком.

Решившись отправить большое мороженое в желудок одним глотком, она сорвала обёртку. Подожди, подожди, это же невозможно, намеревался остановить её Рюдзи…

— …Мы можем прямо отсюда выйти на веранду, давай съедим их снаружи.

Он показал на окошко для мусора, через которое недавно вылезала Тайга с Тупой Чи № 2. Минори, отреагировавшей «Э-э?» и широко распахнутыми глазами, он ответил «Тс-с», приложив палец к губам. Оставаясь в тапочках, через которые хорошо чувствовался песок, он тихонько открыл окошко и вылез на веранду.

На секунду ему пришлось закрыть глаза от сильного порыва ветра, едва не затолкавшего его обратно. Осмотревшись, Рюдзи увидел, что на небеса над океаном легло покрывало ночи. Только звёзды и луна слабо подсвечивали разбивающиеся волны. Звук прибоя в пугающей темноте казался более мирным, чем полная тишина.

— Осторожно.

— Угу.

Молча пройдясь по направлению к морю, подальше от гостиной, они уселись на краю веранды, свесив ноги наружу. Даже забыв об открытом мороженом, Минори просто смотрела на ночное море.

— …Ох… Как здесь темно… Подожди, что это, отражённый свет луны?

Недалеко от берега, куда она показала, на воде блестела сверкающая белая дорожка. Рюдзи заметил в небе медленно двигающуюся блестящую точку. «Смотри, НЛО!» — конечно же, он такого не сказал. Он точно знал, что это. Просто спутник, творение рук человеческих.

Нарушая тишину, Рюдзи начал срывать обёртку с мороженого…

— Как… Как здесь красиво, правда?

Он откусил кусочек. Конечно, он едва почувствовал вкус — такой подарок судьбы, им вдвоём удалось скрыться из виду. Морской бриз трепал волосы Минори, ровный свет Луны очерчивал в темноте её профиль…

— …Такасу-кун.

Его плечи нервно вздрогнули. Восторгаясь Минори этой прекрасной ночью, он с трудом мог отвести взгляд от неё, словно она притягивала его.

— Как зелёный чай, вкусно?

— …Ага.

— А какое досталось тебе до того?

— …С фасолью.

— И какое лучше?

— …С зелёным чаем.

Два кусочка, три кусочка, он яростно вгрызался в своё мороженое. Всё, что было до сих пор, произошло естественно и случайно, но он понятия не имел, что делать дальше. Может, это и есть «шанс»? Но что это за шанс? О чём вообще говорят люди в такой ситуации?

— Э-эй, Ку… Кусиэда, хочу у тебя спросить…

— Хм-м?

— У-у тебя есть парень?

…Он взял и сделал это. И немедленно раскаялся. Слишком нетерпеливый, он нечаянно перешёл границу. Он действительно сказал что-то подобное.

Минори ничего не ответила. Она просто молчала, словно не слышала его. Такое молчание — это скверно. Минори Кусиэда, прошу тебя, пожалуйста, поскорее развей эту ужасную атмосферу какой-нибудь своей обычной вспышкой. Пожалуйста, сделай вид, что никакого вопроса не было.

Не молчи так, что мы практически тонем в этом молчании, пожалуйста.

Пусть прошло всего несколько секунд, он уже всерьёз думал о том, чтобы умереть…

— Эй, Такасу-кун. Как думаешь, тот призрак морских водорослей всё ещё бродит где-то здесь?

— У… Э?

— Э-эй! Призрак во-до-рос-лей! Ты откуда родом?

— …Пф-ф.

Он непроизвольно выплюнул кусок мороженого, но это было хорошо. Вот оно, её шутовские речи. Прекрасно, просто прекрасно, это её обычная странность, именно та вспышка, о которой я думал. Ты свела на нет моё фальшивое па… Встретившись с Минори взглядом, Рюдзи почувствовал, что его сердце на секунду замерло. Словно его жизнь на самом деле подошла к концу.

— Такасу-кун, а ты когда-нибудь видел привидение?

Минори смотрела Рюдзи прямо в глаза. Несмотря на абсурдность вопроса, её глаза были серьёзны и решительны, хотя до сих пор её взгляд оставался мягким и необычно нежным.

— Что… Ну, нет, но…

— Знаешь, я действительно верю, что привидения существуют.

Она утвердительно кивнула своим словам, но затем решительно подчеркнула «Однако».

— Однако, честно говоря, до сих пор я ни одного из них не видела. Ты знаешь этих медиумов, так называемых «людей, которые видят привидений»? По правде, я им совсем не верю. Нет оснований думать, что они действительно могут что-то видеть. И вряд ли есть люди, которые на самом деле разговаривают с призраками. Люди, которые говорят, что могут делать это, просто обманом вымогают деньги, вот во что я верю.

Не понимая, к чему она ведёт, Рюдзи бездумно смотрел на профиль Минори. Повернувшись к тёмному морю, она внимательно всматривалась во что-то, непонятное Рюдзи, совсем незаметно дыша.

— …И насчёт этого я думаю так же. Я верю, что когда-нибудь встречу того, в кого влюблюсь. Мы начнём встречаться, поженимся и будем жить счастливо. Но до сих пор ничего подобного ни с кем не испытывала.

Глядя на море и покачивая ногами, Минори своими носками словно очерчивала белую кривую на краю поля зрения Рюдзи.

— Вполне естественно, что уже в средней или старшей школе есть люди, которых влечёт друг к другу. Они знакомятся, начинают встречаться, теряют интерес друг к другу и расходятся. Обычные отношения. Они говорят, что это настоящая любовь… Эти люди, похоже, очень далеки от меня. Разве мало людей, которые говорят «Я действительно что-то чувствую» или «Я вижу это»? Они заявляют «Ах, я чувствую тяжесть на плечах, их здесь так много, только посмотрите». И тут, похоже, что-то подобное. Так и хочется усомниться в них. Я начинаю думать «Действительно ли они видят призраков?» и дохожу до «Действительно ли они любят?». Я просто не вижу этого. Стоит мне почти поверить, как оно продолжает ускользать от меня. Знаешь, я никогда не переживала ничего подобного. Того, о чём другие говорят как о совершенно естественном, никогда со мной не было. Вот почему я не могу в такое поверить. Я остаюсь снаружи… Я хочу верить, но я почти сдалась. Всё, что я могу, это смотреть на «тех, кто может видеть», кусая пальцы и приветствуя их со стороны. Просто здесь есть что-то общее, я думаю… «Сколько лжи! Это всё обман! Плод вашего воображения!» …вот что мне хочется кричать, потому что я до сих пор не могу побороть свои сомнения. Так что ответ на твой вопрос — «Нет».

Высказав всё одним махом, она повернулась и всмотрелась в лицо Рюдзи, понял он всё сказанное, или нет.

— Такасу-кун, а ты… можешь видеть привидений?

Он медленно облизнул губы.

Убедившись, что он не перевозбуждён и не дрожит, Рюдзи осторожно заговорил…

— …Я никогда их не видел, но думаю… я верю, что они существуют.

— То есть, ты такой же, как я?

Он покачал головой.

— Я из тех, кто «хочет видеть». Я даже хожу по всяким местам, где они должны обитать, и всматриваюсь в темноту… Похоже, ты из тех, кто просто верит. Это не то же самое. Потому что на самом деле ты боишься, верно? Больше похоже, что ты думаешь, что их не существует. Потому что ты что-то чувствуешь, но боишься этого, так?

Минори странно молчала, продолжая смотреть на Рюдзи и даже забывая моргать. Отчаянно пытаясь сообразить, почему же он начал спорить, он наконец кое-что понял. Он не хотел слышать такое от Минори. Он совершенно не хотел слышать, что такой человек — иначе говоря, любимый — никогда не появится. Рюдзи, который надеялся в один прекрасный день добиться взаимности от Минори, воспринял эти слова как смертный приговор. Как что-то, чего она никогда не должна говорить.

Сейчас, пусть даже Минори не сказала это прямо, он болезненно осознал, что она не любит его. Он не мог не почувствовать боль от таких её слов. Но вместо того, чтобы плакать от этой боли, он хотел ухватиться за возможность потом, в будущем, стать кем-то для неё.

И если он хочет понять, почему Минори, такая привлекательная и, несомненно, нормальная девушка, которая может спокойно общаться с парнями, думает такое, у него просто нет выбора.

— …И ещё. Если человек, который чувствует призраков, вдруг на самом деле увидит их, он может сильно удивиться.

— Э?…

— Увидев призрака, очень многие люди удивятся, верно? Даже если они увидят его, они запросто могут просто отмести увиденное — «этого не может быть». Так же, как люди, увидев что-то поначалу и не увидев потом, начнут задаваться вопросом, а не было ли это иллюзией или сном. А ещё есть люди, которые изначально думали, что увидеть такое совершенно невозможно, но в конце концов всё-таки видели это. И у них появлялась новая перспектива. Иначе говоря, как бы это сказать… Не думаю я, что это дело обычное. Наверное, они решили «я хочу видеть» и прилагали для этого неимоверные усилия. И действительно начинали видеть. Значит, ты не должна считать, что в твоей жизни никогда не случится такое, верно? И ты не должна думать «это всё ложь», не взвесив всё хорошенько ещё раз. Я… то есть… как бы это сказать…

Рюдзи заметил, что Минори затаила дыхание и смотрит на него широко раскрытыми глазами. Он пока не мог понять, о чём она думает, но она хотя бы услышала его.

Да, он смог сказать это.

— …Я надеюсь… что когда-нибудь… ты сможешь… увидеть привидение. Я надеюсь, что ты захочешь увидеть его. Может, я неудачно выражаюсь, ведь ты так легко пугаешься, но… наверняка где-то есть привидения, которые хотят, чтобы ты их увидела… Вот что я думаю.

Он смог сказать, что думает, и не сожалел об этом.

— …Знаешь… Сегодня случались странные вещи, правда? Это попытка привлечь твоё внимание. «Взгляни на меня», «я здесь», «найди меня»… вот что хотел сказать тот призрак.

Иначе говоря, это был я… Конечно, он не мог зайти так далеко, чтобы сказать это вслух.

— А…

Мгновение спустя Минори неожиданно замолчала. Она внимательно всмотрелась в ночное небо, явно чем-то ошарашенная, запнулась и ничего не сказала.

— …А почему ты говоришь мне всё это?

Прошептав лишь в своём сердце «для меня это то же, что привидение для тебя», Рюдзи отвёл глаза от профиля Минори. Чернота её глаз, вглядывающихся в ночное небо, была слишком глубока. Он чувствовал, что начинает таять. Глубоко вздохнув и подарив ему лёгкий намёк на улыбку, она ответила…

— Знаешь, я сегодня почему-то думала, что меня преследует привидение. Но до сих пор никого не видела. А теперь что-то вижу. НЛО — или просто спутник, смахивающий на НЛО. Сперва я подумала «О!», но потом поняла, что это, конечно же, не оно… Так что в итоге я так ничего и не увидела, хотя чувствовала, что оно так близко… или что-то ещё… Не знаю почему, но мне просто нравится говорить с Такасу-куном об этом.

— …Как странно…

Да, Рюдзи ответил так, но сам кое-что понял. Что блестящая точка, ползущая по небу, очень похожа на НЛО. И он понял, что так удивило Минори. Это была его любовь.

Не существует никакой мистики вроде призраков или НЛО. Здесь он был на стороне Минори. Это должно быть ясно, как ни посмотри.

Сидя рядом с Минори, ощущая порывы ветра, Рюдзи просто смотрел на волнующееся море и думал. Если Минори сможет увидеть это, этого будет достаточно, чтобы он был счастлив. Лишь бы она заметила. Пусть даже он надоест ей и она отвернётся от него, это всё равно гораздо лучше, чем если бы она просто не замечала его чувств.

* * *

— …Рюдзи…

Он только что закончил мыть руки и открыл дверь ванной.

— Хм?… Тайга, это ты?…

Час ночи.

Может потому, что они рано встали, а может потому, что переволновались, но все разошлись по спальням сравнительно рано. Мирная ночная атмосфера. Из-за одной из дверей высовывалась маленькая физиономия, слабо освещённая светом из ванной.

— Что такое? Не спится?

Тихо спросив, чтобы никого не разбудить, он осторожно закрыл дверь ванной. Тайга, тихонько, словно кошка, выскользнула из своей комнаты — даже тапочки надевать не стала, так и пошлёпала к нему босиком.

— …Я услышала твои шаги.

— …Ну ты мастер, почти сверхчеловек.

Её длинные волосы уже были заплетены на ночь. Утирая нос рукавом летней хлопковой пижамы, которую она и дома часто носила, Тайга кивнула. Это выглядело совсем по-детски, но сонной она не казалась — её большие кошачьи глаза были широко раскрыты. Да и у Рюдзи глаза не слипались, раз он только что был в ванной.

— …Пойдём вниз?

Он показал на лестницу.

— Ага… Мы должны подумать насчёт завтра, и крепко подумать.

— Да, верно… Мы не можем целиком полагаться на Тупую Чи № 1 и № 2.

Перешёптываясь, они тихонько спустились по лестнице. Пройдя по коридору, они вошли в гостиную, включили настольную лампу на маленьком столике и уселись на диван.

В тишине еле слышно доносился шум прибоя. В этой тихой темноте, где лампа ярко освещала лишь стол, они могли видеть только контуры лица собеседника. Рюдзи попытался подкрутить лампу, чтобы она дала немножко больше света…

— Ох… Это очень дорогая лампа…

Он заметил, с каким мастерством она сделана. Светло-розовый абажур из матового стекла, тонко отделанный пурпуром. Проходя через такое стекло, свет лампочки становился похожим на свет очага, словно мягко окутывая теплом. Рисунок в модерновом стиле изображал стрекозу, парящую над лесными цветами. Он не удивился бы, окажись лампа работой знаменитого дизайнера, такого как Лалик или Галле, но с уверенностью определить не мог.

Тут прямо под глаза Рюдзи, продолжавшего восхищаться лампой, неспешно вторгся неучтивый палец.

— Что за отвратительная штуковина?

— …Чёрт бы тебя побрал…

Тайга небрежно поскребла тонкую гравировку рисунка. Такое искусство было не в её вкусе. Или стоит сказать, что людям вроде неё, которые не ценят элегантность, стиль модерн, лучше смотреть «Адского учителя Нубэ» или что-нибудь подобное.

Какая дура… Ни о чём не думая, он уставился на привлекательное как у феи лицо Тайги, когда…

— Давай поедим оставшегося карри.

Сказала она. И добавила «Иди, разогрей». «О-ох», вздохнул Рюдзи…

— …Погоди, ты знаешь, что уже час ночи? Хочешь, чтобы снова живот заболел? Кстати, а сейчас-то ты как?

— В полном порядке. Мой желудок забастовал в начале ужина. В результате я не брала вторую порцию и слишком мало съела.

— Я и не заметил, что ты не брала добавку… Очень необычно. Должно быть, ты и впрямь чувствовала себя отвратительно, хе-хе.

— Ага. Когда я пошла за таблетками Китамуры, он всё время оставался рядом. Знаешь, он всё спрашивал «Хватит ли тебе воды?», «Может, дать ещё одну?», «Как ты себя чувствуешь?», «Таблетка подействовала?»… Я здорово занервничала и быстро ушла. Потом подремала, и теперь больше ничего не болит.

— Не могу поверить, что у тебя живот болел…

— …Кстати, а ты где был, пока я лечилась? Я тебя нигде не видела.

Я был с Минори — почему-то он не хотел ей признаваться. Пока он не мог понять почему. Его горло сжалось, и, глядя на слабо освещённые контуры персикового лица Тайги, почему-то, по какой-то совершенно непонятной причине Рюдзи…

— Я убирался в своей комнате.

…соврал. В свете лампы он заметил, что длинные ресницы Тайги слегка дрогнули. Её глаза блеснули, когда она неожиданно отвернулась, глядя в темноту за окном, где не было ничего интересного.

— …Пф-ф.

— …Пойду подогрею карри.

Почему-то… Прежде, чем Тайга взглянула на него, он быстро поднялся с дивана.

В гостиной, мягко освещённой лампой в стиле модерн, явственно пахло карри.

— …Ох, я так наелась…

— Да и я тоже….

К тому времени, как он понял это, перед ним образовались две пустые тарелки — просто кошмар. Очаровательный вкус слегка забродившего карри уже не укладывался в разумные пределы.

Он отнёс тарелки на кухню, быстро вымыл их и вернулся в гостиную с двумя стаканами ячменного чая. А тут…

— Эй… Только спать здесь не надо, ладно?

Набивший живот тигр лениво развалился на диване. Покачивая пальцами босых ног, она сладко зевнула.

— Э-эх… Да не сплю я. Разве я не говорила, что нам надо обсудить планы на завтра? Я просто… немного перенапряглась… и устала… вот и всё. Хотя прошёл всего один день.

— …Знаешь, ты на самом деле засыпаешь…

Такое уже случалось в прошлом, и каждый раз Тайга действовала по коровьему сценарию — набить живот, лечь, быстро заснуть. Поэтому Рюдзи, не раз наблюдавший это трёхступенчатое действие, не счёл её заявление «Я не сплю» достаточно убедительным. И каждый раз, когда она так поступала, он и сам в конце концов оказывался на полу, пуская слюни. Каждый раз, когда он видел счастливое спокойное выражение на лице спящей Тайги, казалось, его тело тут же само расслабляется. Словно она испускала какую-то ауру, гипнотизирующую людей и заставляющую их проваливаться в сон.

— …Если ты заснёшь в таком месте, только подумай, что завтра скажет Кавасима…

— …Глупая Чихуахуа?…

— …Ага…

— …

…Сидя на полу, прислонившись к дивану, на котором развалилась Тайга, пристроив голову в районе её живота, он почувствовал, что голова тяжелеет, а перед глазами всё расплывается… так неожиданно…

— …Ты спишь?

Вернувшись в вертикальное положение, Рюдзи заставил себя проснуться. Нехорошо, таким макаром и я скоро отрублюсь.

— Тайга, не спи. Сядь нормально.

— …

— Эй.

Подхватив под голову, он перевёл её из распростёртого положения в сидячее. Всё такая же расслабленная, Тайга начала сворачиваться в клубок…

— Холодно… так холодно…

— Ай-й, щекотно! Отпусти!..

Рюдзи, пытаясь разбудить Тайгу, встал одним коленом на диван. Неожиданно она прижалась головой к его бедру, словно обнюхивающая кошка. Но…

— …!

Совершенно неожиданно она удивлённо подскочила. Только что закрытые глаза широко распахнулись.

— Это была твоя промежность!..

— Ты сама туда сунулась!

Не-е-е-е-ет… Пока она обиженно смотрела на него, Рюдзи смог хорошо повеселиться, шлёпнув её по голове.

— Блин… Ну всё, теперь я окончательно проснулась… Хорошо бы снять кожу с лица, продезинфицировать и натянуть обратно.

Зевнув ещё раз, несмотря на заявления насчёт «окончательно проснулась», Тайга наконец уселась рядом с Рюдзи на диване. И решила высказаться…

— Как бы то ни было, кое в чём я совершенно уверена… Поездки очень утомляют.

— Да о чём ты говоришь?

Беззащитно потянувшись, Тайга посмотрела на потолок.

— Думаю, тут много чего заставляет напрягаться… Я думала, что это счастье — быть с Китамурой с утра до вечера, но… похоже, я больше нервничаю, чем радуюсь.

— Ну, я понимаю, о чём ты… Он в довершение всего даже голым показался.

— …Ты чувствуешь то же самое? Вряд ли Минори показывалась голой, но ты всё равно устал, верно?

— Угу, очень.

Хоть он не мог рассказать Тайге об этом, проводить время вместе было очень приятно, но… это ещё и вымотало его. Через сколько неожиданных стрессов прошло сегодня его сердце. Он задумался, во сколько лет жизни это ему обойдётся.

— …Знаешь, я думала, что брак — это что-то очень приятное, но на самом деле это совсем непросто… Только ты и любимый, наедине, долгое время, верно? Я чувствую, что если всё время так будет, я умру молодой.

Тайга распустила заплетённые волосы, заставив их мягко прыгнуть в темноту. Затем занялась концами волос, распутывая их в темноте, пропуская пряди через свои красивые руки снова и снова. Тихо добавив «Теперь я понимаю, почему папа и мама развелись». Сейчас Тайга была беззащитна настолько, что её всё ещё болящие раны были совершенно открыты.

Неожиданно взглянув на Рюдзи, безмолвно слушающего её, Тайга высокомерно хмыкнула.

— Только подумать, когда я с тобой, таких проблем нет… Похоже, мы уже заражены тесной квартиркой.

— …Как грубо. Какого чёрта ты несёшь?

— Сам посмотри. Такая большая комната, не думаешь, что мы здесь дурачками выглядим? Ощущаем себя как в маленькой комнатке в шесть татами[15] и жмёмся друг к другу.

— А… понимаю. Синдром шести татами, хе.

Слушая Тайгу, Рюдзи почему-то понял. То, что она сказала, имело смысл. Вряд ли здесь был только диван. Если они хотели поговорить, они могли бы усесться за стол. Но вместо этого сентиментально жались друг к другу, не пытаясь даже отвести ноги, и разговаривали, чуть не прижавшись друг к другу. Он только что заметил, что даже их босые ноги соприкасались.

Но Тайга не выказывала никаких признаков беспокойства по этому поводу. Она не кричала «Отойди!», или «Убирайся!», или ещё чего подобное. Ну и к тому же была уже поздняя ночь, так что это действительно в самый раз для тихого разговора. Да и не похоже, чтобы у Рюдзи было сильное желание отодвинуться.

— …Мда, с тобой не соскучишься. Это просто необычные обстоятельства. Не уверен, что смогу выдержать, если что-то подобное будет каждый день повторяться.

— М-м-м… апчхи!

Несильно чихнув, Тайга наклонилась вперёд. Когда он протянул ей салфетку, она осталась в той же позе, энергично высморкавшись.

Они знали, что между ними не больше десятка сантиметров. Их ноги соприкасались. Тишина, лишь слабое эхо прибоя. Для юной пары, юноши и девушки в такой ситуации логично было бы ожидать, что сейчас ещё что-то произойдёт, но…

— Дай ещё салфетку. Я не закончила.

— Ох, должны быть ещё.

— Холодно.

Глядя на профиль Тайги, остающийся изящным даже когда она сморкалась, Рюдзи чувствовал странную лёгкость. Он наконец мог перевести дух от шумного и незнакомого окружения, почти как если бы вернулся домой. Несмотря на то, что рядом была красивая девушка. И что ещё более важно — это был Карманный Тигр, Тайга, экзотическое существо, чьи цели и намерения были весьма далеки от понятия «спокойный».

— …А может, у меня аллергия…

— Ты захватила какие-нибудь лекарства от простуды?

— …Нет… О-ох, если Китамура увидит меня с сопливым носом…

Пока она перебрасывались короткими фразами, Рюдзи тоже стал бездумно зевать. Прикрывая рот ладошкой, он погрузился в размышления.

И вот так каждый раз рядом с Тайгой, где бы они ни были, в усадьбе знаменитости или в его съёмной квартирке. Попросту говоря, в конце концов получается именно такая семейная атмосфера. Он почти что мог представить себе, что рядом стоит клетка с Инко-тяном или что Ясуко уже идёт домой, пьяно пошатываясь. Прислушавшись сейчас, он мог услышать её мягкую невнятную речь и стук каблуков в такт нетвёрдым шагам. Каждый раз рядом с Тайгой он чувствовал эту атмосферу.

Он подумал, что это, в общем-то, странно, но неприятным это определённо не было. На самом деле он мог бы даже сказать, что она приносит с собой ощущение безопасности, словно амулет удачи… Конечно, если не принимать во внимание свирепую личность Тайги.

Пока он задавался вопросом, что об этом думает сама Тайга, та сонно тёрла глаза.

— Эй, Рюдзи… Знаешь, я вот думаю сейчас… о том сне… удивительно…

— Хм? Ты говоришь о том сне-предупреждении?

Когда он повернулся к ней, Тайга замолчала. Затем, немного отведя взгляд…

— …На самом деле… Ладно, забудь. Важнее, что нам делать завтра? Ещё один вариант Тупой Чи — слишком шаблонно.

Почему-то его немного волновало, что же она пыталась сказать, но они уже перешли к планам на завтра. Снова вздёрнув себя, Рюдзи сел попрямее и задумался.

— М-да, ты права… Она не говорила, что завтра хочет порезвиться в море или что-то вроде того?

— В воде радостно и весело, да и спрятаться негде. Нет, тут у нас ничего не выйдет.

— Похоже на то… Что же нам делать…

— Что-то, что может напугать Минорин…

Они оба одинаково покачивали головой в раздумьях, когда…

— …Что вы имели в виду под «что-то, что может напугать Кусиэду»?

Неожиданно спросил голос из темноты.

Ни слова не говоря, эти двое практически слетели с дивана на ковёр. Напуганные, они сжались в комок у ножек дивана, пытаясь как-то спрятаться…

— Ка… Какого чёрта это было?

— Э-эк!..

— Ай!..

Их крепко ухватили за плечо и практически вздёрнули вверх. Сверху на них смотрело лицо в очках — нудист, Китамура. Бежать было поздно.

— Так, ребята… Если вы спустились сюда водички попить, то что вы тут замышляете?… И вроде здесь карри попахивает.

— Д-да ничего мы не замышляем…

— Ну, тогда что насчёт того, что Кусиэда вела себя сегодня необычно? Эти фокусы — ваших рук дело, так?

Поскольку он был совершенно прав, Рюдзи и Тайга потеряли дар речи. Они неловко и обеспокоенно смотрели друг на друга с застывшими выражениями лиц, не в силах объясниться. Такое молчание, по сути, было прямым признанием «Да, это сделали мы».

— …О боже…

Поправив очки, Китамура недоверчиво вздохнул.

— Но почему вы занялись этим… Вам совсем не жалко Кусиэду?

Как и следовало ожидать, в его тоне прорезалась строгость старосты класса. Ощущая себя наказанным, Рюдзи непроизвольно уселся по-японски рядом с диваном, положив руки на колени и отчаянно пытаясь сообразить, что же ему сказать…

— Э-это… Это подарок для Минорин, правда.

Тайга, сидящая рядом с ним в точно такой же позе, принялась отчаянно придумывать оправдание.

— Подарок?

— Ага. Хотя так и не подумаешь, но Минорин на самом деле любит всяческие ужасы. Даже больше, чем есть три раза в день… Я говорю это как её подруга, так что ошибки быть не может. Вот так удивляться и пугаться — это её самые любимые занятия. Вот я и пугаю её, чтобы у неё остались хорошие воспоминания о лете.

Рюдзи подумал про себя, Ну кто поведётся на такую байку, в самом деле?…

— О!

Он получил ответ.

Вот этот стоящий перед ним парень, хлопнувший в ладоши и блеснувший очками.

— Понима-аю, так вот что это было? То-то её глаза алчно блестели, хотя по идее она должна была быть напугана.

Наверно, это лишь привиделось Китамуре, но если он так думает, значит, на их счастье байка сработала. Энергично кивая в ответ, Рюдзи и Тайга искренне надеялись, что Китамура займёт позицию «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу» и позволит им действовать, но…

— Отлично, я понял. Ну, тогда я вам помогу.

Вляпались? — подумал Рюдзи в отчаянии.

— Если мы будем действовать вместе, то завтра действительно сможем удивить её, верно?

Обмениваясь взглядами, Рюдзи и Тайга спрашивали друг друга «И что теперь? Что нам делать?», но всерьёз увлёкшийся идеей Китамура не обращал внимания на их тревогу и недовольство. Похоже, он что-то придумал…

— Правильно, позовём ещё и Ами.

— Э?!

— Тупую Чи тоже?!

— Угу. Она же знает эти места лучше всех и, к тому же, уже раздумывала над этим. Ами и правда любит такие вещи, будьте уверены. И она обидится, если окажется единственной, кто в этом не участвует. Сейчас сбегаю за ней.

Придумывать, как можно остановить его, времени не было, так что Китамура побежал на второй этаж за Ами. Стоило его спине скрыться из поля зрения, эти двое обмякли, прислонившись друг к другу…

— Ч-что нам теперь делать, Тайга? Весь первоначальный план летит к чертям!

— Да что ты теперь спрашиваешь, мы всё равно ничего не можем сделать! Если всё и дальше так пойдёт, мы должны просто сотрудничать с ними.

— Хоть ты и говоришь, что надо просто сотрудничать…

[Все пугают её], [Минори напугана], [Появляется рыцарь Рюдзи], [Все собираются вместе], [Напуганная Минори злится], [Но Такасу и Айсака сказали…]… Если всё так и выйдет, с какой радости считать, что это позволит нам сблизиться? Если сеять страх и ложь, не станет ли она в итоге презирать меня? Да ещё и Ами в это впутываем. Она может просто всё бросить или даже, продолжая провоцировать Тайгу, всё сорвать.

Однако облизывающая губы Тайга, похоже, что-то придумала, пока вглядывалась в темноту.

— Тут уже ничем не поможешь… Но раз так случилось, мы просто пересмотрим наши планы. Ты теперь будешь только защищать Минорин. Затем, когда всё раскроется, скажи ей: «Я просил их прекратить. Я беспокоился. Я пытался защитить тебя».

— Ч-что… Ты действительно думаешь, что она на это купится?! Как такая фигня может сработать?!

— Постарайся, чтобы сработала! У нас нет выбора!.. Ты же не хочешь иного, верно? Псиное будущее!

Глаза Тайги горели в темноте. Но не успел он кивнуть в ответ, как услышал жалобный и раздражённый голос Ами «Я сплю-у-у-у-у-у!» и шаги двоих, приближающиеся к гостиной.

— Вы что, ребята… дураки? Больше заняться нечем? Так спать хочется, ё-моё…

Вот что сказала Ами, как только Китамура стащил её вниз.

Она уже отказалась от попыток пококетничать, потому что усталость и плохое настроение выдавали её сварливую натуру с головой.

— Успокойся, не надо так говорить.

— Не трогай меня, паразит!

Когда друг детства попытался утешить её, похлопав по спине, она оттолкнула его, яростно сверкнув глазами. Несмотря на такую агрессивность Ами, Тайга подобралась к ней поближе…

— Эй, Тупая Чи.

— …Что?

— Если будешь помогать, я позволю тебе поразвлечься с твоим дорогим Рюдзи три дня и ночи.

Тайга ухватила лицо Рюдзи обеими руками и повернула его прямо к Ами. «Почему ты толкаешь на меня на это?», всерьёз спрашивали глаза Рюдзи, когда он повернулся и посмотрел на неё, но…

— …Если откажешься, она всё разболтает Минорин.

Услышав её тихие рассудительные слова, он не нашёл, что ответить. В конце концов, она почти полностью права.

— Смотри, Тупая Чи, я даже могу предоставить нудистскую версию, если так больше нравится.

— А…

Прямо перед Ами Тайга нагло задрала футболку Рюдзи, открывая его сексуальные чёрные соски, но…

— …Не хочу.

Грубо отпихнутый отвернувшейся Ами, Рюдзи рухнул на диван. Почему-то ему было немного обидно. Тайгу же, с другой стороны, это нисколько не смутило…

— Нет, нет, нет, Тупая Чи должна быть вместе с нами, я и правда этого хочу! Эй, эй, ну давай вместе, ну давай!

— Ау, ау, ау, ау…

Уткнувшись, словно кошка, носом в живот Ами, скрестив ноги сидящей на диване, Тайга прилипла к ней и раскачивала её. Глаза Ами были полузакрыты от сонливости, казалось, у неё даже нет сил, чтобы остановить это, и она продолжала раскачиваться помимо своего желания. Затем, качая Ами вперёд-назад и вроде бы подлизываясь к ней, как к ребёнку, в один прекрасный момент…

— …Спектакль на 150 перевоплощений…

— Чт…

Тайга посмотрела вверх и едко прошептала, угрожая. Глаза Ами моментально широко раскрылись.

— Эй, эй, да!.. Какое унижение… Ну ладно, ладно!.. Если это попадёт в сеть… Да, да!.. Мне никогда не услышать, что с этим покончено…

Как и следовало ожидать, теперь Ами проснулась окончательно. Она крепко ухватила Тайгу за голову и оттолкнула её…

— Хватит уже! Поняла! Говорю же, поняла я, ё-моё!.. И я быстро укачиваюсь, завязывай уже…

Резко и раздражённо взъерошив волосы, она посмотрела на Тайгу и Китамуру. И бросила мгновенный взгляд на Рюдзи.

— …Итак, мы пугаем Минори-тян, чтобы развлечь её… Почему Ами-тян должна делать что-то этакое… Бог мой, как это раздражает… Эй, Юсаку, дай мне что-нибудь пишущее.

Задействовав своего друга детства, Ами получила шариковую ручку и начала рисовать на листке бумаги что-то похожее на карту.

— …Вот вилла, где мы сейчас находимся. А вот тут пещера, про которую я вам рассказывала на пляже.

— …Какой ужасный почерк…

Мрачно посмотрев на Тайгу, пробормотавшую это, Ами продолжила.

— Вот здесь поднимаются скалы, а здесь мы можем войти в пещеру. Бок о бок там могут идти двое, может трое. Ну, дальше она расширяется, но свет туда не проникает. И ходить там не очень удобно, особенно когда туда заносит морскую воду. Так что если вам охота пройти испытание смелости с карманными фонариками… Там очень легко кого-нибудь напугать, не думаете?

Ох… В слабо освещённой гостиной раздались негромкие аплодисменты.

— Как и ожидалось от Ами, всё-таки она местная.

— Когда дело доходит до интриг, вряд ли кто сможет потягаться с Кавасимой.

— …Не называйте меня «местная», это на ругательство смахивает…

Ухватив Ами за плечо, пока она смотрела на ребят…

— Хорошо придумано! Если ты придёшь ко мне домой, я позволю тебе поиграться с моим попугаем!

Тайга хлопнула его по спине.

— Эй, ты, когда ты говоришь «мой», ты на самом деле говоришь о моём доме и моём питомце…

— …Что именно ты подразумеваешь под «поиграться», Айсака?

— …А, так ты говоришь об этом безобразном попугае? Да не хочу я с ним играться…

Скорчив гримасу раздражения, Ами мельком посмотрела на Рюдзи. У неё были глаза человека, думающего о чём-то, совершенно не связанном с тем, что продолжали обсуждать друзья. Словно у девушки, весьма далёкой от такого рода банальностей.

* * *

После примерно часового обсуждения планов насчёт пещеры и испытания на смелость Ами и Китамура разошлись по своим комнатам. Что же до Рюдзи и Тайги…

— …Чёрт тебя побери, уж в туалет могла бы и одна сходить…

— Но тут темно.

Вынужденный сопровождать Тайгу в ванную, он поднимался по лестнице сразу позади неё. Затем, расставшись с ней перед своей дверью, Рюдзи вошёл в тёмную спальню.

— …Ну всё, надеюсь, теперь можно поспать…

Почти как шум прибоя, накатывала и откатывалась сонливость. Откинув практически совсем остывшие простыни, он уже готов был снова улечься в кровать, но…

— …! Что за чёрт!

Забыв даже приглушить голос, Рюдзи подпрыгнул. На подушке он нащупал какое-то странное переплетение. Тонкие, длинные, совсем как нитки… Да к тому же, похоже, ещё и липкие?

Как бы то ни было, он попытался включить свет, который ослепил его привыкшие к темноте глаза…

— Ух…

Разнервничавшись, он рефлекторно напрягся.

Несколько прядей длинных волос прилипли к дорожному полотенцу, которым он накрыл подушку. Не сказать, чтобы они были повсюду, но здесь словно спала какая-то женщина, оставив после себя такой след. Он посмотрел на руку, которой прикасался к подушке — с неё свисало несколько прядей. Его замутило и едва не вытошнило. Отпрыгнув от кровати, он схватил салфетку и начал яростно вытирать руку.

Понятно, что это не его волосы — слишком длинные. К тому же, когда он уходил некоторое время назад, их тут не было… Правда, тогда он свет не включал.

Когда же они здесь появились?

Конечно, здесь не было никого, кто мог бы ответить на его вопросы, так что спинным мозгом чуя нехорошее, Рюдзи непроизвольно задержал дыхание. Звук прибоя за окном… Шум ветра… Ну, это не страшно. И правда, нечего опасаться. Начнём с того, как они тут оказались. Должно быть, я случайно по ошибке прихватил одно из полотенец Ясуко. Это её волосы. Слизь… должно быть, моя слюна или что-то вроде этого. Других разумных объяснений нет.

Пытаясь оставаться спокойным, Рюдзи осторожно покинул комнату. Может быть, эти волосы — дело рук Тайги. Он не представлял, как она могла сделать это, но может быть, всё-таки за этим стоит она. Это на самом деле не страшно… Он повторял себе это снова и снова, пока быстро шёл по коридору, почти бежал. Остановившись у двери соседней спальни, спальни Тайги, он без стука открыл дверь.

— Та-Тайга, в моей комнате, это ты… э-э?…

— Рюдзи…

Свет в комнате был включён. Тайга стояла, она даже не легла в постель.

— Эй… ты знаешь что-нибудь об этом?…

Спрятавшись за спиной Рюдзи, Тайга показала на одно из своих платьев, распластанное на полу.

— …Ты переодевалась? Я уже говорил тебе, что вещи нужно развешивать как следует.

— Это не то… Я их вообще пока не надевала. Я собиралась надеть их завтра. А сейчас они должны были быть сложены и лежать в сумке…

— …Т-ты не могла ошибиться?…

— …И я сначала так подумала. Но когда я хотела поднять его… оно было тёплым. Словно кто-то только что его снял… так что…

Тайга крепко вцепилась в его футболку. Чувствуя, что его сердце словно зажато в тиски, Рюдзи не мог и шагу ступить. На полу вокруг брошенного платья кто-то оставил мокрые следы ног. Нет, это не вода в следах, это какая-то вязкая жидкость.

— Я… В моей комнате тоже что-то странное… Словно кто-то… уже поспал на моей постели… И оставил слизь на подушке…

— …

На комнату опустилась тишина. Только докатывался повторяющийся звук разбивающихся волн, словно ритм бас-гитары…

— Ох!

Неожиданно вздрогнуло окно.

Наверно, это всего лишь ветер, подумал он, но Тайга пригнулась. Даже забыв подать ей руку, Рюдзи оцепенел.

Я чувствую это… Присутствие. Чьё-то присутствие. Словно кошка, оборачивающаяся, чтобы осмотреть пустое на вид пространство, Тайга нервно оглядывалась, отчаянно цепляясь за стену, чтобы не упасть…

— Н-не может быть… Это… действительно странно… П-пойдём к кому-нибудь в комнату…

Она схватила Рюдзи за руку и потянула. Но как только она попыталась выйти из комнаты через остававшуюся открытой дверь — «БАМ!» — та захлопнулась снаружи.

— …!

Тайга рухнула. Даже Рюдзи, подхвативший её маленькое тело, больше не мог стоять. Проползя друг рядом с другом, они съёжились у стены…

— Э-э-эт-это сон… да? Это должен быть сон, да, Рюдзи!

— Ага… Это должен быть сон… Должно быть, это продолжение того сна про щенков и конуру!

— Если мы просто закроем глаза, то проснёмся в любую секунду!

— Давай проснёмся!

…Рюдзи с Тайгой отчаянно зажмурились. Они чувствовали, что если они откроют глаза, может случиться что-то действительно невероятное, и по-прежнему неудержимо дрожали.

Глава 5

— …Сил нет…

— …М-м-м…

В залитой утренним солнцем кухне за обеденным столом, наискосок друг от друга сидели две тени (одна маленькая, другая побольше), мрачно глядя на стоящий на столе пакет с хлебом.

Они собирались приготовить бутерброды, как на завтрак, так и на обед. Они даже удостоверились, что ветчина и салат закуплены.

Но Рюдзи не мог и пальцем пошевелить. А его покрасневшие от недосыпа глаза казались втрое грознее обычного. Тайга выглядела не лучше. С нерасчёсанными волосами, неумытым лицом, с трудом переодевшаяся, она просто сидела на стуле и безучастно смотрела в окно.

По сути, этим двоим совсем не удалось поспать. Они на самом деле были сонными, очень сонными.

Прошлой ночью они никак не могли больше оставаться в той комнате. Так что они быстро выскочили из неё рука об руку и, шагая в унисон, снова направились вниз по лестнице. Включили свет и телевизор и сидели до шести утра, перекидываясь фразами вроде «Я сегодня точно не смогу спать!» или «Один раз не поспать — ничего страшного, будем бдеть ночь напролёт!».

Он помнил, что предложил Тайге «А не прогуляться ли нам по пляжу?». Он даже помнил, что она согласно кивнула и сказала «Звучит неплохо». Но прежде чем они успели осознать это, два тела рухнули на стол, провалившись в прерывистую дремоту. Было уже почти семь, когда он попробовал разбудить Тайгу, сидящую перед ним в той же позе.

За окном вдохновляюще сиял утренний пляж. Под прекрасным чистым небом на него всё так же мягко накатывались волны. Ритмичный звук прибоя, казалось, обладал очищающим эффектом. Наверно, это лучшее время для прогулки по песчаному пляжу, может даже с золотистым ретривером.

Но здесь не было никого, хоть отдалённо напоминающего ретривера. Только дворняга и тигр, оба не выспавшиеся, продолжающие безмолвно смотреть друг на друга.

— Э-эй, э-э-эй, — позвал Тайгу голосом древнего старика Рюдзи, безжалостно протирая глаза.

— Я совсем сонная… Забудь про завтрак, я пошла в свою комнату, спать…

Пробормотала Тайга, подняв голову. Прозвучало это на редкость уныло.

— …Не стоит… До полудня продрыхнешь, и к гадалке не ходи.

— Может быть… Наверно, ты прав…

Он покачал головой. Его оцепеневшие плечи заскрипели, что никак не подходило семнадцатилетнему парню. Наверное потому, что он дремал в неудобной позе и суставы застыли. Но при всей своей непродолжительности эта краткая дрёма всё же противостояла отупляющему недосыпу, помогая Рюдзи вспоминать всё и приводить мозг в порядок.

Итак, вот о чём он думал. Вчерашнее должно быть какой-то ошибкой, каким-то недоразумением. Как минимум, могло быть. Вовсе незачем было так пугаться… Надо было просто завалиться спать в свою кровать, несмотря ни на что.

Конечно, полотенце он просто забыл постирать. И привёз его с уже прилипшими волосами Ясуко или Тайги. Что же до разбросанной одежды… Тайга, наверно, сама вытащила и бросила её, когда рылась в сумке после ванны, а потом просто забыла. Вполне логичное объяснение. Мокрые следы — просто ерунда… а может, пот с ног Тайги.

Зевнув и как следует потянувшись, Рюдзи собрался с силами и встал.

— Хорошо, давай теперь сделаем сэндвичи. А ещё возьмём остатки карри и сварганим из него суп.

— Суп?… Звучит аппетитно…

Затем Рюдзи ещё сконцентрировался и открыл наконец пакет с хлебом. Тайга наблюдала. Сердитыми глазами он… смотрел на хлеб. Не потому, что питал какую-то извращённую страсть к нему, а потому, что его сухие глаза зафиксировались на… эй, подожди.

— …Ну и какого чёрта я просто пялюсь на этот хлеб? Сначала надо подготовить всё остальное.

Его разум явно оставался слегка затуманенным.

— Всё остальное?

— Ну да… Рубленые варёные яйца с майонезом, а ещё добавим банку тунца, так? Затем салат, помидоры и ветчина… Эй, сделай хоть что-нибудь. Как ты собираешься мне помогать?

— Я тебя ободряю.

Ох уж эта девчонка… Он резко взглянул на Тайгу своими покрасневшими глазами…

Цок-цок, из коридора донёсся звук приближающихся лёгких шагов.

— Хм? Э? Да вы, ребята, уже встали! Доброе утро, Тайга!

Тем, кто столь неожиданно появился, оказалась Минори.

Она стояла в ослепительно белом свете, похоже, со свежеумытым лицом — от неё приятно пахло туалетным мылом. Чёлка, спрятанная под тюрбан, полностью открывала гладкий лоб. Минори прижала пальцем нос Тайги, превращая его в поросячий пятачок. Затем…

— Привет, Такасу-кун! Уже готовишь нам завтрак? Я проснулась и подумала, что должна этим заняться, потому что ты вчера готовил ужин на всех. Но, похоже, я опоздала!

В ночной одежде, включающей только футболку и шорты, она даже ранним утром улыбалась.

— Ах, какая замечательная сегодня погода!

Она повернулась к Рюдзи, энергично приветствуя его. Но…

— А… ага.

Все силы Рюдзи ушли на открывание пакета с хлебом. Неожиданно начать утро со встречи с ней… Минори была слишком ослепительна, чтобы Рюдзи смог выдержать её присутствие.

— Ха? Вы оба почему-то выглядите не слишком бодрыми. Не спалось?

— А, угу… Очень даже…

— Мы всю ночь не ложились, смотрели телевизор…

— Э, ну и дела! Вы в порядке? Или плохо себя чувствуете?

Нет-нет, Тайга в ответ помотала головой. Воспользовавшись случаем уткнуться носом в Минори, она, похоже, вошла в «режим баловства». Я тоже так хочу, подумал Рюдзи, но он мог лишь завистливо смотреть на них.

Энергично гладя Тайгу по спине, со словами «всё хорошо, успокойся» Минори ласково похлопала её чуть выше пятой точки опоры, словно задумавшись о чём-то.

— Вам обоим надо бы душ принять, не думаете? Держу пари, после этого полегчает! Похоже, Ами-тян и Китамура-кун всё ещё спят.

Несмотря на «Э-э» и пожимание плечами, словно её не заинтересовало это предложение, Тайга неожиданно остановилась. Затем повернулась и на секунду встретила взгляд Рюдзи непостижимо спокойными глазами…

— …Пожалуй, я и впрямь приму душ. Минори, одолжи твоё полотенце.

— Это? Оно вообще-то для лица, ты в курсе? К тому же, я им уже попользовалась.

— Вот и отлично. Помоги Рюдзи вместо меня, если не возражаешь.

— Такасу, ты не против, если Тайга пойдёт первой?

Рюдзи пробормотал «Э, ну я…», Тайга вклинилась с «Пф-ф»…

— Рюдзи оставит после себя и волосы, и пот, и ещё какую-нибудь дрянь. Ни в коем случае!

Она отказалась очень резко… Я что, какой-нибудь бездомный пёс, который полгода не мылся? Но, не слушая никаких протестов, Тайга сняла полотенце с шеи Минори и быстро покинула кухню. Она не похожа на человека, который лишь после утреннего душа восстановится, подумал Рюдзи, глядя ей вслед.

— Ну, Кусиэда, занимай место Тайги и помогай как следует!

Понимаю, осознал он неожиданно. Тайга ушла, чтобы он мог провести какое-то время наедине с Минори… Похоже, она подходит к делу серьёзно и иногда у неё хорошо получается. Как, например, сейчас.

— Хм-м, так что надо? Что мы готовим? Что мне делать?

Улыбаясь так, что глаза превратились в полумесяцы, Минори смотрела на руки Рюдзи. Неожиданно до Рюдзи донёсся приятный аромат её волос. Его руки задрожали.

— Н-ну тогда… Я сварю яйца, а ты нарежь лук, ладно?

— Так точно. А для чего я это делаю?

— Для сэндвичей.

— О, дойти, как здорово!

Явно не замечая нервозность Рюдзи, Минори пробормотала «Больше всего на свете ненавижу английский» (пародируя одного из их одноклассников, Дои-куна по прозвищу «Дойти»). Вымыла руки и подхватила луковицу. Быстро срезала верхушку и основание, сняла кожуру, аккуратно отправив её в мусорную корзину, и замурлыкала что-то, быстро работая ножом.

— …Да у тебя отлично получается…

Рюдзи не мог не задуматься, слушая ритмичный стук-стук-стук ножа Минори. Впервые он видел кого-то его возраста, кто мог вот так умело работать на кухне. Она нарезала лук одинаковыми ломтиками, такими тонкими, что они даже казались прозрачными. Хотя, конечно, это не могло сравниться с божественной техникой Рюдзи.

— Э, ты сейчас сделал мне комплимент? Ого, ай да я!

— Не хуже, чем ты вчера посуду мыла, хе. И этому на работе наловчилась?

— Ну, давно уже прошло то время, когда я не умела готовить. Потому что мои родители работают, а младший брат много ест.

— Младший брат? Я и не знал…

— Я усердный бейсболист! У-ха-ха! Только посмотри, ломтики такие тонкие, словно прозрачное бельё!

Не отводя глаза от ножа, она весело улыбнулась. Но…

— Ой-ёй, в глаз попало… Глаза, мои глаза…

Из её глаз покатились крупные слёзы. Но даже красноту её хлюпающего носа можно было счесть привлекательной…

— …Ох… Надо порезать салат…

У Рюдзи была серьёзная проблема, откровенно говоря. Поскольку Минори и впрямь в полном смысле слова была рядом, он был счастлив и смущён сильнее, чем мог вынести. Может, это было не слишком заметно со стороны, но Рюдзи явно нервничал, нарезая салат. Затем он от резки перешёл к мытью. Набрал воды в чистый ковшик, внимательно следя, чтобы её не было слишком много. Бросил немного льда. В завершение, одной рукой вытер воду вокруг раковины. Другой проверил температуру кастрюли с яйцами.

— И правда, должна сказать, что Такасу-кун действительно хорош в готовке. Я знала об этом только от Тайги, но теперь и сама это увидела. Вчерашнее карри в самом деле было очень вкусным, и даже нарезаешь ты быстрее. А главное, много ли найдётся старшеклассников, которые вспомнят о вещах вроде того, что салат обязательно надо помыть? М-м, я просто восхищаюсь.

— П-правда?… Да не такое уж большое это дело…

Если хочешь, я даже покажу тебе, как я умею использовать огурцы, морковь и редиску для украшения… Рюдзи даже мог сваять феникса из овощей.

— Неправда, ты действительно нечто. Я думаю, это на самом деле замечательно, что Такасу-кун так здорово умеет готовить. Держу пари, никто из девчонок нашего класса не знает об этой стороне Такасу-куна, верно? Только Тайга и я. Ну, и Ами-тян. Хм, как бы это сказать? Чувствую себя избранной.

Тихо порадовавшись про себя, Рюдзи лишь пожал плечами. Она сказала очень многое. Иначе говоря, похоже, что она пыталась заставить его умереть от волнения.

— Я уверена, что девушка, которая станет женой Такасу-куна, будет по-настоящему счастлива.

…Это был нокаутирующий удар.

— Да что ты такое говоришь, в самом деле, — лишь пробормотал Рюдзи, открывая банку тунца и отслеживая огонь под кастрюлей с яйцами. В мыслях он уже умер.

— Кю… Кюсиэда!

— Что такое, Такясу-кюн?!

Лихорадочно обдумывая её ответ, взяв секундную паузу «Подожди, что?», смущённый и сбитый с толку, он разволновался ещё больше, чем до того. Наверно, лучшее решение…

— Н-насчёт вчерашнего!

Сказал он наконец. Он и сам не был уверен, что именно хотел сказать. Конечно, не в силах пойти дальше, Рюдзи в смущении прикусил язык. Что делать, что делать, это молчание убивает меня… Что мне делать?

Однако рядом с побледневшим Рюдзи, Минори бросила ломтики лука в воду замачиваться вместе с салатом…

— Вот что, Такасу-кун.

Она взяла разговор в свои руки. Резко и внимательно посмотрела на Рюдзи своими тёмными глазами и приложила палец к губам. Затем, сказав «Тс-с» и понизив голос…

— …Обо всём этом никто не знает. Я никогда ни с кем об этом не говорила. Это… ну, я догадываюсь, что ты можешь сказать… я облажалась. Распустила язык, правда.

Её лицо смягчилось улыбкой.

— Но даже если я сболтнула лишнего, я рада, что говорила именно с Такасу-куном… Спасибо, что выслушал меня.

— …Кусиэда…

Они стояли совсем рядом друг с другом. Неожиданно их взгляды встретились. Рюдзи показалось, что за улыбкой Минори кроется что-то ещё. Время словно остановилось, когда…

— Ай, ва-ва-ва-ва! Яйца!

Кипяток из кастрюли с яйцами начал с шипением выплёскиваться наружу, погасив огонь в портативной плитке. Они вместе бросились закрывать кран и нюхать, не идёт ли газ…

— Надеюсь… всё в порядке?

— Ага, наверное.

Вытирая стойку полотенцем, он неожиданно заметил, что они стоят вплотную друг к другу. «Ах!», Рюдзи собрался было быстро отойти, разорвав дистанцию, когда…

— Такасу-кун — растяпа. Как мило.

Неожиданно сказала Минори, очаровывая его беззащитной улыбкой. … Рюдзи онемел. Не желая показывать, что краснеет, и поддерживая шутливую атмосферу…

— …Ох.

Он шагнул вперёд и хлопнул Минори по плечу. Это было его первое прикосновение к девушке, которую он любил. «У-хе-хе-хе» — затряслась от смеха Минори.

* * *

— …Отлично, сделаем всё, как планировали.

Быстро сказал Китамура, одетый только в плавки и с полотенцем на плечах, бодро шагая чуть впереди них. Рюдзи и Тайга кивнули, таща в руках множество вещей. На первый взгляд это были бутерброды, напитки и полотенца которые они взяли с собой на пляж. На самом же деле в просвечивающих мешках лежало ещё и такие вещи, как фонарики, нарисованная Ами карта и множество непонятных штук, взятых с тайными целями.

В гостиной, в которую с самого утра весело светило солнце, наконец появилась Минори, сказав, «Ай, подождите, подождите». Она была одета в рубашку с длинными рукавами, шорты из какой-то блестящей материи и открытые сандалии с прикреплённым цветком. Минори быстро прошла к Тайге, размахивая из стороны в сторону своими волосами, собранными в хвостик. Когда она проходила мимо Рюдзи, до него донёсся приятный запах её крема от загара.

На Рюдзи были тоже лишь футболка и плавки, чтобы не пришлось переодеваться для купания. Кстати, футболку он надел лишь потому, что не хотел, чтобы его тело сравнивали с телом Китамуры. Что до Тайги, поверх купальника с накладными грудями она надела лёгкое платье в зелёно-белую клетку с бретельками на плечах. Оно открывало её белую спину, но Рюдзи всё равно думал, что она одета больше, чем надо. В конце концов, вряд ли у неё есть какие-то причины быть столь застенчивой. Ну, она наверно не хочет, чтобы её сравнивали с Ами в купальнике…

— …А? В самом деле, где Кавасима?

— Амин наверху, мажется кремом от загара. Я сказала ей, что мы пошли, а она ответила, чтобы её не ждали.

— Чёрт, она говорила, что хочет прихватить пляжный зонт… Наверно, ей самой не дотащить. Пойду, посмотрю, что там.

Рюдзи направился к лестнице, оставив Минори и Тайгу. Хотя они «шли на пляж», на самом деле для этого достаточно было лишь сойти с веранды. Так что если не ждать Ами, вряд ли это создаст проблему.

Подумав, что он может сначала отнести зонт, Рюдзи осмотрелся, но не заметил ничего, хоть отдалённо его напоминающего. Решив, что он может быть в комнате Ами, Рюдзи постучал в дверь.

— Эй, я понесу твой зонт. Где он?

Спросил он и услышал ответ из-за двери «Да здесь, заходи и бери». Подумав «Что она так копается», он повернул ручку и вошёл…

— Он где-то здесь.

— …Ч-что ты делаешь?

— Любуюсь.

Он увидел противную самовлюблённую девчонку (а может, ему следовало сказать «дуру»), стоящую в купальнике перед зеркалом в полный рост, довольно хихикающую «Ху-ху-ху» и играющую своими волосами. Держась как можно дальше, чтобы она его не втянула в этот процесс, он начал не спеша искать зонт, но…

— Ну, как тебе мой купальник?

Неожиданно развернувшись, Ами встала в позу перед Рюдзи. Джинсовый бикини хорошо подходил к её светлой коже, подчёркивая отличную стройную фигуру.

— …Думаю, неплохо.

— Э? И это всё, что ты можешь сказать?

Сказав «И это всё?» она дала понять, что на самом деле спрашивала о чём-то большем? Ну, Рюдзи думал о многом, стоящим за простым «неплохо». Например, о соблазнительной кривой, очерчивающей тело от груди к ягодицам. О красоте подтянутого живота, дающей ей сходство с мраморной статуей. О том, что она может стать кумиром, если появится на первой странице одного из тех фотожурналов, что выстроились на полках книжных магазинов. И что она достаточно красива, чтобы никто не смог говорить о ней без доли восхищения… Но скажи он всё это вслух, это было бы равноценно домогательству.

— М-м, ах да, я же приходила в бикини на занятия по плаванию… Потеряна свежесть впечатления?

Ами разговаривала сама с собой, надев выражение озабоченности и покачивая головой…

— Но вот эта часть отстёгивается, ты в курсе?

— Ай!

Дёрнув, она отцепила от верней части бикини большую ленту, которая шла вокруг шеи. Теряя самообладание, он закричал «Где она отстёгивается?», когда перед ним, словно чёртик из коробочки, закачался вверх и вниз бюст Ами…

— Так намного лучше, тебе не кажется?

Теперь это напоминало крышку на тюбике, открывая взгляду гораздо больше. Когда она наклонилась перед зеркалом, стала хорошо видна молочно-белая ложбинка. Мягкие на взгляд выпуклости казались напряжёнными, словно они готовы выскочить наружу…

— Пристегни это, пристегни!

Закричал он, чувствуя, что его терроризируют.

— Почему-у?

— Просто сделай это!

— Тогда… ты пристегни.

— Нет!

Решительно воспротивившись, он отскочил к зонту. Заберу его поскорее, подумал Рюдзи, понимая, что когда они наедине, атмосфера становится небезопасной. Хотя он знал, что её ангельская улыбка и влажные глаза чихуахуа лишь притворство, это не меняло уровень риска. Пожалуйста, кто-нибудь, пометьте бёдра этой девушки словом «Опасно».

— Бог мой, Такасу-кун, это потому, что ты такой холодный.

Обиженно надув губы, Ами отвернулась. Однако когда она скользнула взглядом по Рюдзи, её выражение на секунду стало таким, словно её душил отказ, точнее, злоба, так что…

— …А я для разнообразия была скромницей.

Сказала она. Если она это называет «скромница», то я святой, усмехнулся Рюдзи.

— Да, да, спасибо за всё. Не увлекайся своим нарциссизмом, поспеши собраться. Или я пойду один.

— Э? Что у тебя за манеры?

Если тебе не нравится, как я говорю, почему бы мне не показать тебе кое-что. Лениво хмыкнув, Рюдзи занял место перед зеркалом. Как и Ами раньше, поиграл своими короткими волосами, посмотрелся в своё отражение, повернулся кругом. Хотя эта демонстрация была противна ему самому, он точно повторил все действия Ами. И в довершение…

— Эй, Кавасима, что ты думаешь об этом купальнике? Хорошо смотрится?

Он задрал футболку, открывая свои простые плавки за четыре тысячи восемьсот девяносто иен. Прекрасные брови Ами сошлись вместе. Рот раскрылся в крике ужаса «Не-е-е-е-е-ет!». На ангельском лице отразился непритворный страх.

— Вот скажи мне, тебе это не нравится, верно? Это неприятно, да? Но это была ты.

— …Такасу-кун, ты знаешь, что начинаешь походить на Карманного Тигра?

— Эй, а я могу это снять.

— Не надо!

Конечно, он хоть и коснулся передней пуговицы, расстёгивать её не собирался, так что быстро убрал руку. Демонстрируя свой натуральный облик, Ами посмотрела на Рюдзи туманно холодными глазами и цинично поджала губы.

— …Если ты собираешься так вести себя, я не буду сегодня вам помогать.

Это был удар в слабое место. Конечно, под «помогать» она, должно быть, имела в виду план напугать Минори. Рюдзи резко повернулся к Ами.

— К-как ты можешь так говорить?

— Ха. Ты ведёшь себя так, будто я тебя предала.

Ох, он не мог ничего сказать. С другой стороны, он видел, что Ами восстановила своё ангельское хладнокровие, демонстрируя довольную улыбку. Затем…

— Хорошо, тогда спрошу тебя серьёзно… Такасу-кун, почему ты заходишь так далеко, чтобы развлечь Минори-тян?

— …

— Давай, скажи мне почему, м-м? Должно быть несложно ответить, да?

Она давила на него, моргая большими влажными глазами. Я не позволю тебе уйти, пока не ответишь, казалось, говорила она. Подталкивала, словно опасаясь, что он может убежать. Наверно, она уже знала ответ… Может быть. Но если и знала, всё равно хотела сама услышать это от Рюдзи. Так что она просто играла с ним… Очень похоже.

— Эй. Эй. Эй, послушай! Если не скажешь, я не буду вам помогать. У тебя десять секунд. Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре… Ну давай, разве это тебя не волнует? Три-и… два-а… оди-ин… Эй, ты действительно не собираешься отвечать?

— …

Он упорно молчал, сжав губы. Он не мог сказать это. Он не хотел говорить это. Вряд ли найдётся причина открывать свои сердечные тайны такой изменчивой девушке, как Ами. Он не хотел говорить ей, потому что чувствовал, что она просто играет с ним. И даже пытается подчинить его. Может и бесполезно демонстрировать упрямство, но позволить себе стать бесхребетным трусом он не мог.

Глаза Ами сузились. То ли зло, то ли насмешливо она смотрела на Рюдзи в упор. Затем…

— …Ноль. Отлично, я выхожу из игры.

Она вдруг отодвинулась, и Рюдзи наконец обрёл свободу. Ами тряхнула волосами, резко развернулась на пятках и быстро вышла из комнаты, оставив Рюдзи наедине с самим собой. Он подхватил зонт и быстро пошёл следом, но Ами не обернулась.

Слепящее летнее солнце и угнетающая душная жара.

Рюдзи расстелил подстилку на обжигающе горячем песке, установил пляжный зонт и устроился на этом месте.

— Йяху-у-у!

Первое, что сделала Минори — отшвырнула сандалии и стремительно бросилась к синему морю. Взметая за собой песок, она сняла и отбросила свою рубашку, не переставая бежать к белым брызгам волн, сверкающим на солнце…

— Ю-юп!

Она сделала удивительный пируэт. Рюдзи подвинулся, изумлённо наблюдая, как она летит, высоко подпрыгнув без видимых усилий. Приземляясь, она не удержалась и села в воду. Тут же её накрыла волна…

— …А-ха-ха-ха-ха! Вода в глаза попала!

Когда её лицо вынырнуло из воды, она тёрла глаза как ребёнок. Махая Тайге руками и крича «Давай быстрее-е!», Минори смотрелась как богиня лета.

Когда она сбросила рубашку, открылось полосатое бикини!.. вот во что она оказалась одета. На покрытой кремом от загара коже на солнце ослепительно блестели капельки воды. В прозрачной голубой воде казалось, что Минори просто искрится. Каждый раз, когда она встречала руками большую волну под горячим летним солнцем, её явно увесистая грудь под полосатым купальником (не знаю, можно ли так сказать) полностью приковывала внимание Рюдзи. Что же до живота, он был скрыт под шортами, но на самом деле её брюшные мышцы отличались упругостью и даже пупок был полон изящества.

С другой стороны, сидящая рядом с Рюдзи на той же подстилке Тайга, которую звала богиня, угрюмо стенала, нахмурившись. Свернулась калачиком в своём длинном платье, полная меланхолии, и не вылезала из-под зонта. Даже лицо её было полностью скрыто под длинными волосами. Откуда такая разница?

— В чём дело? Опять живот болит? Давай, видишь, Кусиэда зовёт тебя.

— М-м, но… но знаешь…

Она озабоченно потёрла платье в области маленькой груди.

— Я всё думаю… А что, если накладки вылетят от волны или ещё чего…

— …Ну хватит, это неприлично.

Оттянув её руки от этой области, Рюдзи понимающе кивнул.

— Больше такой проблемы не будет. После того случая я убедился, что накладки надо пришивать, а не ставить на крючках.

— …Н-но это ещё не всё. Я-я плавать не умею.

— И об этом не надо волноваться. Здесь все это знают. Никто не попросит тебя заняться с ним синхронным плаванием или чем-то подобным.

— …Я никогда не купалась в море до сих пор…

— Ну это просто смешно… Погоди, правда?

Смущённая Тайга кивнула, теребя край платья и пальцы ног. Скрывшись в тени зонта, её тело словно кричало «Я хочу попробовать, но море такое страшное. Я хочу пойти, но меня купальник смущает». Ну, этому не поможешь, подумал Рюдзи и пихнул её в спину, выталкивая из тени…

— Да не о чем тут волноваться, просто иди. Сегодня будет твоё «крещение в морской воде». Вот, возьми крем от загара.

— …О-ох… А если я начну тонуть?…

— Кусиэда тебя спасёт.

— …А тебе не кажется, что волны страшные?

— Ты намного сильнее их, я уверен.

Тайга подняла руки, нервно дрожа и ёрзая, и он снял с неё платье. Её бледная кожа словно сливалась с зонтиком. Тонкое тело обтягивал закрытый купальник, раскрашенный красными цветками. Это был купальник размера XS, который они позавчера так долго выбирали в привокзальном магазине, изрядно понервничав при этом. Он отлично подходил к её бледной коже и, по мнению Рюдзи, Тайга в нём выглядела замечательно.

Передав ей крем от загара, Рюдзи начал чётко руководить его нанесением. «Хорошо, ещё немного сюда — убедись, что шея намазана. Теперь посмотри, спину пропустила, ну всё, беги». Беспокойно посмотрев на Китамуру, чтобы убедиться, что он её не видит (и зачем эти сомнения?), Тайга быстро собрала волосы и побежала по песку к Минори.

— …Какая холодная!

Словно вступив в невероятно горячую ванну, она резко отдёрнула ногу, прикоснувшуюся к воде. С ненавистью посмотрела на накатывающиеся волны. Конечно, раз у Тайги кошачьи повадки, казалось, дружить с водой она не будет… Хотя тигры как минимум умеют плавать.

Что касается Китамуры, он немного в стороне о чём-то спорил с Ами. Рюдзи мог слышать обрывки разговора, пробивающиеся сквозь шум прибоя…

— Но для нашего плана нужны мы оба…

— Э-э? Ну и что, я не хочу…

— Если ты не пойдёшь, как я дорогу найду, а?

— Разве я не нарисовала тебе карту? Это так утомительно-о-о.

По плану Тайга и Рюдзи должны были отвлекать Минори, пока Китамура и Ами отправляются в пещеру и готовят ловушки. Но Ами уже сказала «Я устала», «Надоело», «Не хочу» и так далее. Похоже было, что Китамура обеспокоен, что она не собирается вести себя как хорошая девочка.

— Пойду вздремну. Извини, Юсаку, но действуй сам, и удачи. Я пас, и моё решение ты не изменишь.

Оборвав спор за явным преимуществом, Ами вернулась в тень зонтика. Элегантно улёгшись на подстилку рядом с сидящим Рюдзи…

— Хм-м, ты слышал? Не обижайся теперь, ведь, в конце концов, это твоё решение.

Прошептала она с безупречно обаятельной улыбкой и злорадным огоньком в глазах.

— …Может, если ты скажешь «очень прошу», я дам тебе второй шанс ответить, может такое быть? Не-е-ет, это была бы полная ложь. В первую очередь мне это совсем неинтересно.

— …

Прекратить сопротивление?

Но всё-таки он не мог сделать это по приказу. Игнорируя Ами, Рюдзи со вздохом встал и направился к идущему к нему Китамуре.

— Эта девчонка помогать не будет, так что этим займусь я.

— Чёрт бы побрал эту Ами… Всё нормально, Такасу, оставайся здесь. Если бы этим занялись мы с Ами, мы могли бы отговориться тем, что пошли проверить, не забрался ли кто на виллу или что-то вроде. Если бы Ами занялась этим одна — мы могли бы сказать, что она просто пошла куда-то по своим делам. Но если пойдём мы с тобой, это вызовет подозрения. Я сам всё сделаю.

— …Уверен, что получится?

— Да всё уже продумано. Очень просто… Эй! Кусиэда-а! Айсака-а!

— А? — Беззаботно ответила Минори, стоя среди волн. Она поддерживала за руку нервничающую Тайгу, пока они развлекались в море.

— Я пойду посра-а-а-ать!

От такого до невозможности странного крика Китамуры Минори рухнула в море. Тайга булькнула следом. Удивляясь «Неужели ты считаешь, что так и надо?…», Рюдзи вздохнул, но, похоже, так оно и было.

— Отлично, Такасу, оставляю всё на тебя.

Китамура отсалютовал, подхватил пакет со спецсредствами и направился в сторону виллы, делая вид, что возвращается. На самом деле он кружным путём двинулся к пещере.

Пересекая его путь…

— Ох, полный рот соли… И что важнее, какого дьявола, Китамура-кун? Сначала голым щеголяешь, теперь орёшь, что в туалет пошёл, что о тебе люди подумают?

— Я так устала…

Мокрые Минори и Тайга возвращались из моря, держась за руки. Правда, всё, что сделала Тайга — ненадолго нырнула, лишь на мгновение.

— Ты же пошла купаться секунду назад, как ты могла устать?

— …Кто угодно устанет, если его по песку пять раз волной крутанёт!

Она сурово взглянула на Рюдзи своими кошачьими глазами, покрасневшими и налившимися кровью. Казалось, что её взгляд сейчас полыхнёт огнём.

— Правда?… — Рюдзи замолчал. Минори и Тайга перед ним жадно хлебали чай из пластиковых бутылок, которые они прихватили с собой. Затем, хлопнув Ами по плечу, Минори сказала: «Амин тоже надо поразвлечься! Или подожди, как ты себя чувствуешь? Ты устала?»

Она озабоченно рассматривала бледный профиль Ами.

— …Нет, не устала… Потом…

Почти без усилий Ами надела самую подавленную из своих улыбок, мягко отказывая Минори. Проливая чай по подбородку (не страшно — она же в купальнике), Тайга разглядывала лицо Ами. Затем, словно что-то придумав…

— …Тупая Чи, иди купаться.

Положив руку на бледную спину, Тайга попыталась её встряхнуть.

— Э? Почему я должна идти, если я не хочу? Я спать хочу.

Разумеется, Ами немедленно отказалась. Но Тайгу это не остановило…

— Давай, развлеки меня как обычно своими смешными глупыми и непристойными выходками.

— …Чёрт тебя побери… вообще. Даже не знаю. Не хочу опускаться до твоего уровня.

— …Ну, тогда попробуй вот это.

Подхватив всё ещё мокрой рукой бутерброд, Тайга начала пихать его в рот Ами. Хотя её игнорировали, она продолжала тыкать бутербродом в губы Ами.

— Ё-моё, какого чёрта ты делаешь?! Ты такая докучливая!.. Успокоишься, если я его съем?

Ами встала, недовольно взяла бутерброд из маленьких рук Тайги и, словно доведённая до отчаяния, откусила изрядный кусок. Однако…

— Ай. Амин, это… это тот, что я сделала для себя.

— Минорин очень любит такие, поэтому мне было интересно, какие они на вкус.

— …М-н-г-р-р… У-у-у-у…

Ами словно билась в агонии. Внутри отброшенного ей бутерброда виден был цвет смерти… точнее, яркая жёлтизна горчицы. Неистово кашляя, Ами заглотнула чая Улунг. Пытаясь снова начать дышать, она так вцепилась в руку Рюдзи, что и у него дыхание перехватило…

— Та… Такасу-кун… ты…

Сгибаясь и разгибаясь, она крепко держала его. Затем поволокла по песку.

— К-как ты можешь сваливать свою вину на меня?! Нечего на меня злиться!

— Молчи. Просто заткнись… Выходки этого проклятого мелкотигра… Это всё вина Такасу-куна! Ты беспечен!

И неожиданно отвесила ему пинка. Кувыркнувшись и приземлившись в море, Рюдзи попал под волну, которая крутанула его по песку, раз, другой, третий… Он видел только белую пену волн и был полностью дезориентирован, пока не вцепился в песок и не встал. Следующей целью ярости Ами оказалась Минори…

— …Минори-тян, у нас для тебя есть кое-что действительно занимательное.

Улыбаясь, Ами смотрела на Минори с дьявольским выражением лица.

— Что-о такое, Ами-ин?

— …В этой бухте есть действительно прелестная пещера, знаешь ли. Это в самом деле замечательное место. Так что давайте все пойдём туда вечером, в экспедицию, так сказать. Прогуляемся по ней, как насчёт этого?

— Э-э, звучит здорово! Пойдём, пойдём!

Она и впрямь была злым демоном. Изобразив такое лицо, Ами наконец посодействовала выполнению плана. Затем она схватила за руку Тайгу…

— Понимаю, эй, эй, Айсака-сан! Я искупаюсь, как ты хотела. И поучу тебя плавать.

— Л-ладно. Хорошо, хорошо, хорошо… Хорошо, я сказала! Не надо так, Тупая Чи-и! Нет! Н-Е-Т, я сказала! Рюдзи, спаси меня-а-а-а!

С застывшим выражением на лице, таща за собой Тайгу, Ами двинулась по пляжу, направляясь прямо к морю.

Прощай, Тайга. Ну конечно, это просто шутка. Как бы далеко они ни зашли, в мелководной бухте вода едва доставала Тайге до пупка.

* * *

Нарезвившись на пляже, они вернулись на виллу и по очереди приняли душ. Переоделись. Нашли время перекусить супом и оставшимися бутербродами. К этому моменту солнце уже опустилось достаточно, чтобы прогулка по улице стала приятнее.

Чувствуя, что если пойти сейчас, когда ещё так светло, настроение будет не то, они ещё какое-то время собирались…

— …Эй, сюда!.. это?…

Они минут десять шли от виллы вдоль берега.

— Верно, это она.

— … — Минори онемела, глядя то на Ами, улыбающуюся ей слабой улыбкой, то на вход в пещеру.

Бухта уступила место скалам. Они выступали из воды вплоть до горных обрывов. Было жутковато смотреть на чёрную как смоль пещеру, в это время суток смахивающую на зияющую пасть.

Вход в пещеру был метра три в ширину и столько же в высоту. И неизвестно, сколько в глубину. Здесь даже висела табличка «ОПАСНО!». Хотя, честно говоря, её совсем недавно повесил Китамура.

Неуверенно вглядываясь, Минори крепко обхватила себя.

— …П-подожди, не хочешь же ты сказать, что мы пойдём туда? …Разве это слишком опасно? И атмосфера здесь такая… верно? Ох, написано «Опасно». А-ха-ха… ха-ха… П-пожалуй, я подожду снаружи…

Она вроде бы беззаботно попыталась развернуться на пятках. Но идущий за ней…

— Эй, что ты такое говоришь?

Китамура крепко ухватил её за плечо. Сильно загорелый, он потащил её, подталкивая в спину, и со смехом поставил прямо перед входом в пещеру.

— Тебе не кажется, что это место идеально подходит для прогулки? Останутся замечательные воспоминания о лете.

— Х-хорошо… Только знаешь… Т-тут не слишком жутко? Почему-то это место… У меня плохие предчувствия… И не нужны мне такие воспоминания, правда… Извините, давайте не пойдём туда, серьёзно. И табличка «Опасно», да? Так не слишком ли это опасно?

— Я частенько играла здесь, когда была маленькой, так что тут не может быть слишком опасно.

Немедленно ответила Ами.

Вдобавок, почти что осуждающе…

— Кусиэда, если ты будешь так говорить, и в самом деле может что-нибудь случиться, понимаешь?

…Непреклонно заявил Китамура, не расшифровывая «что-нибудь», пристально глядя на Минори. Её глаза дёрнулись.

— Вряд ли ты не слышала о таком, верно? Например, если вспомнишь фильм «Коккури-сан», там появляются существа с другой стороны. Или «Реквием из Тьмы», или…

— …Разве можно говорить такое человеку, который легко пугается?…

— Ну, всё будет отлично, пока ты веришь, что на самом деле не боишься. Как бы то ни было, здесь нет ничего, чего стоило бы бояться. Разве это не отличная возможность повстречаться с каким-нибудь творением природы? Мы можем даже найти неизвестный науке организм.

— …Я думаю… всё хорошо, если это обычное существо…

Рюдзи и Тайга немного в стороне вздохнули, глядя на эту пару.

— Думаю, хорошо, что мы взяли Китамуру в сообщники, а?

— Очень убедителен, он такой классный.

Так ли это? Рюдзи покачал головой, но у него не было ни таблеток, ни воды Кусацу[16] для улыбающейся и блестящей глазами Тайги. В любом случае было ясно, что Минори не устоять перед красноречием Китамуры, и пока для неё это было неудачей. Зайдя так далеко, они пойдут на всё, чтобы напугать её. Рюдзи оставалось лишь появиться после этого и защитить перепуганную Минори. Ситуация несколько изменилась по сравнению с первоначальным планом, но теперь, раз уж всё вот так повернулось, им оставалось только идти до конца.

— Отлично, мы, экспедиция Китамуры, отправляемся! Я — Красный, Такасу — Чёрный, Кусиэда — Синий, Айсака — Розовый и Ами тоже Чёрный!

«Я-я Розовый?…» «Почему я Чёрный?!..» «Ты краснокожий, понимаю…» Окружающие высказали и ещё кое-что, но Красный всё проигнорировал.

— У всех есть фонарики?! Хотите увидеть золотую кобру?

«Да!», участники ответили на первую часть вопроса, проигнорировав остальное. Все включили фонарики. Слабые лучи света попытались пробить темноту внутри пещеры. Внутри было достаточно широко, чтобы мог пройти взрослый человек, расставив руки. По углублению в скале рекой текла морская вода. Такой широкий вход выглядел безопасным, но полная темнота дальше явно волновала Минори.

— Шагом марш!

— О-ох, так темно… Подожди, Китамура-кун.

Минори нерешительно тронулась за ним. Тайга и Рюдзи пошли следом.

— …Давай, Кавасима. Пошли.

— …

Наконец двинулась и Ами. Да, да, она глубоко вздохнула, с явным раздражением почесав затылок.

В холодном воздухе звук шагов пяти человек, шлёпающих сандалиями по мокрому камню, смешивался с шумом потока морской воды.

— …О-ох… Темно-о, тесно-о, страшно-о…

Почти всхлипывая без причины, Минори нервно оглядывалась.

Теперь они в любую секунду могли оказаться в первой ловушке Китамуры, так что Рюдзи внимательно оглядывал всё вокруг бдительными глазами. Заодно он протянул руку и крепко ухватил Тайгу за бретельку платья. Тайга поначалу воспротивилась со словами «Раздражает!» и «Извращенец!», но споткнувшись четыре раза подряд и каждый раз будучи спасена от падения Рюдзи, прикусила язык.

Даже Тайга выглядела притихшей, лишь раз оглянувшись на Рюдзи. Чуть погодя… чуть погодя они нашли то, про что Китамура говорил «Первое препятствие… что-то летающее, неожиданный удар».

К сожалению, он не смог точно объяснить, что это значит. Но в любом случае, по его словам это была ужасно хитрая штуковина концептуального дизайна, требующая минимума усилий для достижения максимального результата. Или так понял его Рюдзи. После таких объяснений почему-то даже он почувствовал, что его сердце забилось быстрее. Но что за сюрприз им приготовили? Может даже удастся защитить от него Минори?

Сразу затем Китамура, идущий впереди, небрежно бросил многозначительный взгляд на Рюдзи. Похоже, эта штуковина готова была стартовать. Пока Рюдзи нервно всматривался, Китамура пнул какую-то струну, натянутую между камнями, незамеченную Минори. В результате что-то прилетело спереди, раскачиваясь как маятник и лишь слегка задев Минори, которая как раз повернулась к идущему за ней, бормоча «У меня плохое предчувствие, вроде…». К Рюдзи…

— Ого…

Слегка смазало Тайгу по лицу и снова вернулось…

— Ай…

Ами увернулась, отступив назад…

— …Эк…

И остановилось, врезавшись в затылок Рюдзи.

Это был кусок жареного тофу[17], подвешенный на нитке. Китамура обернулся с хитрым выражением лица. А ещё…

— Ну и ну… Просто поразительно!.. Что это, если не морской огурец!

К каменной стене прилепилась одиночная голотурия. Минори в шоке уставилась на неё.

— М-моё лицо…

От задевшего её тофу на лице Тайги осталось немного жира. Почему-то он был хорошо виден даже в темноте. «Слишком слабо», Рюдзи сердито посмотрел на Китамуру, но когда он заметил, что с Тайгой… Он непроизвольно хмыкнул. От обиды на то, что такой же жир был и у него на затылке. Но всё равно задохнулся от удара локтем в печень, упав на одно колено. Минори же явно ничего не заметила.

Первая ловушка… провалилась. Ах да, Рюдзи кое-что вспомнил. Хоть у Китамуры и были хорошие оценки, но когда дело доходило до таких вещей, он определённо оказывался дураком. «Это обаяние Маруо», «Маруо-кун такой милый»… Образы девчонок из отряда персональной охраны Китамуры затрепетали в темноте.

Они спускались глубже по извилистой пещере, когда…

— Ой!

Неожиданный вскрик Китамуры был сигналом о переходе ко второму этапу. После провала первого, казалось, здесь не было шансов на успех. Но если верить Китамуре, он приложил немало сил, чтобы эта попытка сработала. Он назвал её «неизвестный утопленник». Рядом с Рюдзи наклонилась вперёд измазанная Тайга. Похоже, она единственная ожидала что-то от плана Китамуры.

Когда Китамура вскрикнул, Минори крутанулась от неожиданности.

— Эй, в чём дело?! Что-то случилось?! Это был морской огурец?!

— Нет, ничего такого!

Громко ответив и ухватив Минори за плечо, Китамура подтолкнул её вперёд. Действительно взволнованная, она отчаянно тормозила каблуками сандалий.

— Нет, нет, нет, подожди минутку! Просто подожди!

Однако Китамура игнорировал её протесты и безжалостно указывал фонариком на трещину в скале чуть впереди. Затем очень отчётливо произнёс…

— Только посмотри, что тут такое!

— Как шумно, — эхом недовольно отозвалась Ами… и наступила тишина.

— …А? Что? Я ничего не вижу?

Ох, Рюдзи и Тайга схватились за голову. Как получилось… ох, хватит уже.

— Ну, просто посмотри, там действительно что-то есть… не видишь?

— Хм-м? На самом деле не вижу. А, знаю. Как у тебя со зрением? Может, мне тоже надо надеть очки, потому что в последнее время я не очень хорошо вижу вдаль. Я проверяла зрение весной, и они сказали, что острота 0.5.

— Э?! Разве это не значит, что ты официально близорукая?

— …Правда? Я? Ох, какая неприятность… А я думала, что всё будет хорошо, потому что у меня действительно нет никаких проблем ни в классе, ни где-нибудь ещё.

— Но во время игры это может стать проблемой, разве нет? Мне кажется, тебе стоит подумать над тем, чтобы носить очки или линзы.

Почему-то они свернули на разговор о зрении. Не зная, как остроумно прервать его, Рюдзи поскрёб свой измазанный жиром затылок. Это не столь важно, но он прихватил тот самый тофу в карман (у Рюдзи с собой всегда есть несколько пластиковых пакетов).

И ещё кое-то не столь важное, насчёт того утопленника, что сотворил Китамура… это было лишь чучело, сделанное из старой выброшенной рыбы и изношенных простыней. Ещё одно бессмысленное замечание — не стоило рисовать круг на месте рта. А так было похоже, что это планировалось использовать для чего-то другого.

— Эй, Тайга, что нам делать? Китамура — безнадёжный дурак.

— Не клевещи на Китамуру. Я уверена, что у него в запасе ещё что-то есть.

Шепнула Тайга и зло посмотрела на Рюдзи.

— Хм-м, а знаешь, здесь в пещере прохладно, тебе не кажется?

Когда же она заметила, что Минори легкомысленно болтает, полностью игнорируя красную надпись на стене, третий этап (оставшиеся брызги крови), нарисованную красной краской…

— …Так что нам делать?…

Спросила она уныло.

Рюдзи вздохнул, не в силах заставить себя даже обругать Китамуру. Он просто выдохся… Потому что Китамура говорил: «План состоит из трёх этапов атаки на Кусиэду! Мы заставим её визжать на первом, упасть в обморок на втором и доведём до предела на третьем! Как минимум, вот таков план!» К сожалению, ни Ами, которая должна была ему помогать, ни Рюдзи так ему и не помогли. В результате экспедиция в пещеру вот так вот бесславно завершилась. Значит, и лето Рюдзи тоже закончится без сколь-нибудь реального продвижения.

Он остановился, начав всерьёз размышлять, что же ему делать, когда…

— Эй, в чём дело, Такасу-кун? Будешь на месте торчать, отстанешь!.. А-а-а-а-а!!!

Испуганный крик Минори, которая тоже остановилась, эхом вернулся из темноты. Не может же это быть…

— …И-извини! Такасу-кун… Ну… В такой темноте тебя не было видно, пока ты не подсветил снизу лицо фонариком…

Так вот что это было.

Он был шокирован до ступора. Вот дерьмо. Иначе говоря, чтобы ужаснуться, достаточно посмотреть на его лицо…

— Ая-йя-йя-йя-йя-йя!

Рядом с ним неудержимо расхохоталась Тайга. Как будто какой-то странной девчонке из преисподней стало смешно, когда она из любопытства посмотрела на этот мир. Показывая на Рюдзи с искренним удовольствием на лице, она хваталась за живот и хохотала.

— Йя-йя-йя… Рюдзи, ты… Я имею в виду… Ая-йя-йя-йя!

— Чёрт бы тебя побрал!.. Ой!

Сердито разворачиваясь к ней, он поскользнулся на гладком каменном полу.

— Ох, ты в порядке, Такасу-кун? Осторожнее!

Минори даже побежала помочь ему. Чувствуя, что краснеет, он замахал ей рукой, словно говоря «Не надо, я в порядке». Пытаясь побыстрее подняться, он опёрся рукой о скалу.

Хлюпнуло.

— …!

Он почувствовал что-то влажное. Что-то переплетённое… Как нитки… Подняв это, он посветил фонариком.

— Э-э!..

Минори упала перед ним. Ни слова не говоря, подползла и вцепилась в ногу Тайги. Показывая на руку Рюдзи, она отчаянно пыталась что-то сказать, но не могла издать ни звука.

Мы наконец напугали её… но он был не в том положении, чтобы сказать это прямо сейчас. Потому что он и сам был ужасно напуган. С его руки свисали длинные волосы. Мокрые, все в какой-то вязкой жидкости, прилипшие к пальцам. Да какого чёрта тут происходит, думал он в смятении, пока наконец не сообразил, в чём дело.

Этот Китамура, он действительно способен устроить ловушку, которая может напугать кого угодно. В неё попался Рюдзи, но и Минори не увернулась. Стало быть, это четвёртый этап, а? Он наверно назвал его «выдернутые волосы» или как-то так.

— Та-Та-Такасу-ик-кун!.. Ч-ч-что это?!..

— Волосы… Фу, тошнотворные!

Стряхнув эти спутанные волосы с руки, Рюдзи сильно рассердился. Но тут его осенило. Если вдуматься, на ощупь эти волосы были точно такими же, как и те, что он вчера обнаружил на своей подушке… И он ничего не говорил о них Китамуре.

— Йа! Ай! Ай-я-а-а! Это действительно страшно! Это на самом деле!.. Мы будем прокляты, здесь нечто, а-а-а-а-а!

Никто не понимал, что она испытывает, но с Минори случился приступ паники. Она колотила стены с криком «Выпустите меня отсюда». Китамура попробовал её успокоить, а перед этим прошептал Рюдзи на ухо…

— …Хорошо сделано, Такасу! Я вижу, ты тоже подготовился, хех.

Э?…

На секунду Рюдзи показалось, что кто-то плеснул ему в лицо ледяной водой.

Нет, не так. Словно кровь в его жилах остановилась. Вся кровь, вся разом устремилась к ногам, а лицо и пальцы охватил ледяной холод.

— Та… Та… Та…

Он схватил Тайгу за руку. Он даже схватил Тайгу за плечо. Она оттолкнула его со словами «Что за фамильярность». Но он попробовал снова…

— Чёрт, что у тебя за лицо!

— …Тайга… Сейчас, эти волосы…

— Да, я видела… Так похоже на Китамуру, такую штуку провернуть. Вот видишь, в конце концов, он знает, что делает.

— Ты ошибаешься. Это не Китамура. И ещё — я ничего не рассказывал ему про вчерашнее. Ты что, не видишь, они такие же! Вспомни вчера, волосы на моей подушке, это должно быть…

В темноте взволнованно открылся рот Тайги, и блеснули широко распахнувшиеся кошачьи глаза. Затем…

— Ох, Тайга, держись за мою руку! Пойдём вместе! Китамура-кун, почему мы идём внутрь!..

— Нет, это путь к выходу. Всё верно.

Следуя за весело смеющимся Китамурой, Минори потащила Тайгу за собой. Оставшись позади, Рюдзи задрожал. Почему-то его ноги ему не повиновались.

— Ка… Кавасима!

Тут он увидел Ами, которая шла за остальными со скучающим видом. Отчаянно потянувшись к ней, он позвал её по имени.

— Что? В чём дело?… Быть того не может, ты действительно напуган?

Спросила она весьма презрительно. Однако сейчас было не время обижаться или злиться.

— Думай что хочешь, но давай пойдём вместе. Как насчёт этого?

— Н-Е-Т.

— Почему?

Пф-ф, на его жалобные слова Ами ответила совершенно безжалостно. Говоря через плечо, с выражением лица как у злодея в пьесе.

— М-м… По многим причинам. Весь этот шум и глупости — это совсем не весело. Мне скучно, и с меня хватит. Я уже говорила тебе, так ведь? Я больше тебе не помогаю. Я думала пойти до конца, но… Разве я зашла недостаточно далеко? Я вернусь другим путём, тут короче.

— П… Эй, подожди! Кавасима!

Он пытался позвать её обратно, но не мог идти за ней, так что он повернулся туда, где были Китамура и остальные. Однако пока он торчал здесь, эти трое уже ушли без него, оставив его далеко позади. Теперь у него не было другого выбора…

— …Я тоже иду!

— Что? Боже, ты такой шумный. Разве ты не собирался присмотреть за привлекательной Минори-тян и надоедливым Карманным Тигром, а, Такасу-кун?

— Заткнись!

Брошенный остальными, Рюдзи пошёл за Ами по одному из проходов, по-прежнему тревожно оглядываясь.

* * *

— Э-эй… Ты точно знаешь, куда идти?

— Конечно. Когда я была маленькой, у меня была здесь этакая секретная база, где я играла.

Широко шагая длинными ногами, Ами продолжала идти, невзирая на воду, затопившую половину пещеры. Рюдзи оставалось лишь следовать за ней, но он не мог скрыть свою тревогу. Нервно оглядываясь, он шёл следом, стараясь не отставать.

— Интересно, а если Китамура и остальные заметили, что мы ушли сами по себе? Может, нам стоит поискать их…

— Что ты так ухмыляешься? Беспокоишься, что ты не с ними?

Ами неожиданно остановилась и развернулась. В тусклом свете фонарика её глаза блестели как звёзды.

— Нет, но…

Он почти сказал это.

О странных событиях прошлой ночи и о том, что случилось только что. Рюдзи мог бы поклясться, что у него за спиной тяжело дышит что-то непонятное. Но рассказав всё это Ами, он мог бы напугать её. Если при том, что она находится в тёмном месте с таким ненадёжным партнёром как он, ещё и сказать что-то подобное — не может быть, чтобы она сохранила хладнокровие.

— …Просто я на самом деле этого не люблю. Темноту и всё такое.

— Хм-м?

Подняв подбородок почти как Тайга, Ами уставилась на него. Её лицо определённо было прекрасным, нельзя отрицать. Но сколько бы он ни смотрел в её глаза, он не мог сказать, какие мысли и эмоции клубились за фасадом её невозмутимости. Зато ощущение провокации он чувствовал точно.

— …А если я уйду без тебя, что будешь делать, а?

Её лицо скривилось в дьявольской ухмылке.

— Эй, напугался? Боишься, что я могу бросить тебя?… Чувствуешь одиночество?

— …А?

— Ответь мне… Такасу-кун, ты ведь не хочешь, чтобы я уходила? Думаешь, что я незаменима?

Ами мгновенно сократила расстояние между ними. Сузив свои большие глаза, по-прежнему пристально глядя на него, она приподнялась так, что её нос практически коснулся подбородка Рюдзи… Но он был не в лучшем расположении духа для подобных поддразниваний. Вздрогнув от мягкого прикосновения её кожи, он даже оттолкнул её.

— Не время для этого!

На самом деле он пытался придумать хороший способ рассказать Ами о сложившейся ситуации, о том, что они сейчас в несколько странных обстоятельствах. Он хотел, не пугая её, объяснить, что они не в той ситуации, чтобы дурачиться. Однако…

— Не время, ха? Ох, а что так? Итак, ты пытаешься сказать, что хочешь найти остальных и продолжить пугать Минори, верно?

Конечно, Ами не знала о его усилиях. Пробормотав «ну, хватит», она горько улыбнулась. Затем, слегка согнувшись, приложила указательный палец к его губам и быстро взглянула на него.

— …Такасу-кун, вы с Минори не подходите друг другу, понимаешь?

Что за чушь она несёт?

— П… Я… Нет… Просто… Почему ты вдруг заговорила об этом?

— А ты дрожишь.

Дьявольски хихикнув и шагнув в сторону, Ами развернулась спиной к нему. Затем отчётливо пробормотала…

— Тот, кто подходит Такасу-куну, это…

Она неожиданно сделала паузу. Вздохнула. Затем…

— …Хочешь узнать?

Спросила она вызывающе, оглянувшись на него. Её волосы раскачивались по рубашке. На мгновение Рюдзи сумел различить тонкий профиль её лица. Однако, обиженный что над ним смеются, тихо бормоча…

— Больно надо.

…просто ответил он.

— Ну, тогда не скажу-у-у. Я-у-хо-жу.

— Э?!!

Это было молниеносное поддразнивание. Узнав о страхе Рюдзи, она неожиданно бросилась прочь.

— Ка-Кавасима! Эй, подожди! Кавасима!

Она не ответила. Не обернулась. Она легко и стремительно бежала по пещере, словно горный козёл. Расплёскивая воду под ногами, сворачивала в узкие боковые проходы, чтобы уйти от Рюдзи.

Отчаянно гонясь за ней, следуя за слабыми отблесками света впереди, он тяжело дышал как от усталости, так и от страха. Бег Ами можно было описать разве что как безрассудный рывок.

— Эй!.. По-подожди!.. Прошу тебя, подожди! Ты вообще соображаешь, что делаешь?!

Наконец он догнал её и схватил за локоть. Удивительно, но она даже не попыталась оттолкнуть его, лишь огляделась…

— …А? Кажется, я заблудилась.

Вот что она сказала. Задыхаясь, он схватился за бок. А я тебе говорил. Ну и что нам теперь делать. Ты даже не понимаешь всю серьёзность ситуации. Вот что он думал, но не мог заставить себя сказать. Спокойно, он заставил себя устоять на ногах.

— В-всё будет хорошо. Я уверен, что Китамура и остальные найдут нас. Не бойся, я с тобой!

Хотя он сам был на грани, он фальшиво улыбнулся, успокаивая Ами. Это всё. Не задумываясь, он попытался положить руку ей на плечо…

— …Такасу-кун, извини.

— Нет, не надо извиняться!

— Нет, я действительно прошу прощения. Я наврала, что заблудилась.

Он почти расслышал звук, с которым отпала его челюсть. Изогнувшись всем телом, Ами посмотрела на Рюдзи влажными глазами чихуахуа…

— Ха, как будто я так глупа, чтобы так легко заблудиться. Почему бы тебе хоть раз головой не подумать?

«Ду-ра-чок» — она стукнула его по носу указательным пальцем. Схватив этот палец, Рюдзи…

— Ай! Нет! Прекрати-и! Я сказала, прости! Не-ет!

Убедившись, что она не вырвется, он выхватил тофу из пластикового мешка и начал лупить им Ами. Он был страшно зол. После того, как он так перенервничал — Эта девчонка, она просто…!

— Фу… А-ха-ха-ха!

Под градом шлепков Ами почему-то расхохоталась. Ему же казалось, что смешной здесь была лишь она сама. В конце концов, её щёки и подбородок жирно блестели после ударов тофу.

— Нечего хохотать! Я действительно зол, понимаешь?!

— Фух, ха-ха-ха! Прости, прости… Но послушай! Знаешь, Такасу-кун, ты совсем как ребёнок! А-ха-ха-ха, да убери наконец этот тофу!

— Проклятье… Сделала из меня дурака…

Отпустив трясущуюся от смеха Ами, Рюдзи взглянул на тофу. Как и следовало ожидать, с ним ничего не случилось.

— Правда, Такасу-кун, хм-м, как бы это сказать… Ты немножко смешной парень, да?

— Заткнись.

Продолжая хохотать, Ами опёрлась о стену, утирая слёзы.

— Но знаешь, эта твоя черта… Когда ты лупишь кого-то тофу, потому что зол, не то, чтобы мне это не нравилось… Эй, эй. Прекрати пялиться на тофу. Слушай, что тебе говорят.

— Да слушаю я.

— Такасу-кун, я уже сказала, что Минори тебе не подходит, верно? Это так. Ты не сможешь ударить Минори-тян тофу. Ты не сможешь перед ней сыграть самовлюблённого человека.

Ами наконец подавила смех и посмотрела на Рюдзи обычно хладнокровными блестящими глазами.

— И… Такасу-кун, ты как луна.

— …Ты о чём?

— Минори-тян как солнце. Рядом с ней ты просто сгоришь дотла… вот что я думаю. Только восхищаясь, ты никогда не станешь с ней наравне. Поэтому тебе нужен кто-то вроде… вроде меня.

— …У нас, пожалуй, только одно одинаковое — рост.

Минори — солнце… Это он понял отлично. Она была девушкой, сияющей как солнце, и он восхищался ей с той минуты, как увидел. Он готов был упасть к её ногам. Но это не значит, что Ами может осуждать его за это.

— …

— Вот как я вижу это… Такасу-кун и я, мы можем быть парой, я думаю.

Перед тем, как он услышал это, холодные пальцы сомкнулись вокруг его запястья. Стоя рядом с Рюдзи, Ами лишь держала его пальцами и спокойно и откровенно смотрела на него. Затем…

— Что же до Айсаки Тайги, это не имеет значения. Вот что я думаю… Ну, я всё сказала. И неважно, как ты это поймёшь.

Она мгновенно отдалилась, даже быстрее, чем приближалась. Развернулась почти танцевальным движением. Тряхнула волосами и оглянулась на него с ангельской улыбкой.

Они снова тронулись в путь, и чуть погодя…

— Что?… Батарейки дохнут?

Фонарик Рюдзи начал темнеть, даже замигал.

— Э? У меня тоже.

Как только Ами сказала это, её фонарик тоже замигал.

— Ох, это плохо. Если они сдохнут, здесь будет кромешная тьма.

— Ё-моё… Если это случится, не уверена, что мы сможем выбраться отсюда… До выхода ещё далеко…

— Давай найдём Китамуру-куна и остальных.

Посмотрев друг на друга и кивнув, они побежали одновременно. Это не шутка, положение было достаточно серьёзное.

Через некоторое время эти двое наконец услышали голоса остальных.

— Кавасима! Здесь Тайга и другие!

— Ага, я их слышу!

Надеясь на неверный свет, они начали спускаться по другому узкому проходу.

— Ай, мой сдох!

— …Держись за руку! Скорее!

Рюдзи, бегущий впереди, протянул руку. Фонарик Ами погас, и она ухватилась за пальцы Рюдзи. Он крепко сжал её руку. Ему было страшно, но Ами всё-таки девушка. Он должен сделать всё возможное, чтобы защитить её. Наконец они оба выскочили в основной проход…

— А-а-а-а-а! Мне страшно!..

— Блин!

Их встретили вопль Минори и не на шутку рассерженная Тайга.

— Такасу и Ами! Где вы шляетесь?! Мы уже думали, что вы потерялись, вы понимаете?!

— М-мы! Это вы нас бросили! К тому же, у нас что-то с фонариками. У Кавасимы уже погас, а мой ненамного лучше.

— Так вашим, похоже, тоже, хана!

Выслушав Китамуру, Рюдзи практически потерял дар речи. Теперь, вблизи, он видел, что фонарик Тайги, который несла Минори, уже сдох. Фонарики Минори и Китамуры оба мигают… и как они уже говорили…

— …Ох, мой скис!

Фонарик Рюдзи погас.

— Нельзя, эй, нет, нет, нет! Что нам делать, если они все сдохнут?! Мы останемся здесь?!

Крики Минори уже граничили с истерикой.

— Н-нет, если держаться за стену, мы сможем вернуться… Мы же никуда не сворачивали.

— Что?! Я устала! Я не могу снова пройти весь тот путь, которым мы пришли сюда! Это просто невозможно! К тому же, если мы будем держаться за стену, мы не сможем узнать, тем же путём мы идём, или нет! Мы начнём ходить по кругу! Ох, ах, он пога-а-ас!

Им не везло всё больше и больше. Фонарик Минори замигал и погас. В слабом свете последнего фонарика Китамуры Минори отчаянно вцепилась в руки Тайги и Ами. Рюдзи тоже подошёл поближе, чтобы быть уверенным, что они не разбредутся, почти прилип к спинам девушек.

— Эй, вы тоже, давайте сюда…

Он замолчал.

Фонарик Китамуры погас, как и остальные. Они остались в полной темноте. Ни лучика света. Его слух обострился, он услышал, как кто-то сглотнул. Поток продолжал течь…

— Извините… Я просто… Я… я потратила много сил, и мне нехорошо… Не могу стоять бо…

— Э?! Ми-Минорин?!

— О нет, Минори-тян?! Правда?!

— Кусиэда!

В темноте прозвучал глухой звук упавшей Минори. Словно охваченный навязчивой идеей, Рюдзи обеими руками начал нащупывать упавшее тело, но…

— …Всё в порядке, я нашёл Минори!

Голос Китамуры его утешил. Но…

— К-какого чёрта это… что это за звук?

«Да, похоже, это приближается… Э? Что это?»

Они слышали это, низкий звук где-то совсем рядом. Это было похоже на дыхание… Словно кто-то подползает.

— Рюдзи… Ты где? Рюдзи…

— Я здесь!

Маленькая рука коснулась его щеки. Сразу узнав Тайгу, он потянулся и ухватил её за талию. Только сейчас Тайга позволила схватить себя, не накричав на него. Однако странный звук всё не прекращался, и Рюдзи почувствовал, что близок к обмороку.

Это напоминало сон. Кошмар.

Если это на самом деле… Прямо сейчас на них может кто-то напасть. И даже убить. Он в мыслях представил себе лицо Ясуко. Если с ним что-то случится, Ясуко может даже умереть от шока. Тогда ничего не останется… Если ему предстоит умереть, он хотел бы сначала суметь признаться Минори. Отвергнет ли она его, начнёт ли презирать или их дружба распадётся — для мертвеца это уже не важно.

И если всё на самом деле, даже «это» было бы гораздо предпочтительнее. Под «это» он подразумевал псиное будущее, от которого содрогались и он, и Тайга. Оно было бы жалкое, даже скверное, но даже в нём была бы толика счастья — как минимум, могла бы быть. Вот что он чувствовал сейчас.

Тайга, Ясуко и даже Инко-тян — все были здесь. И пусть это была конура, но всё-таки это дом. Пусть щенки, но дети. И Ясуко казалась счастливой, обнимая внуков… Его, наверно, побили бы за глупость, но ему хватило бы просто сказать несколько слов.

Этот сон на самом деле не так уж плох, подумал он.

— Ой!

Крик выдернул его из размышлений. Это кричала Ами.

— Ты слышал это?! Эй, ты слышал или нет?! О нет, что это, что?!

Рюдзи тоже слышал это. Это был низкий рёв кого-то, ползущего по земле. Его не мог издать человек. Странный, пугающий, это мог быть только рёв какого-то монстра.

— Проклятье… это всё!..

Не желая сдаваться, Тайга прорычала низким голосом…

— …Если это… Тогда я его ………!! Иди и возьми меня, наглый ублюдок!

Наверно, проснулись её тигриные инстинкты. Выкрикнув эти слова в темноту, она начала бороться, стараясь вывернуться из захвата Рюдзи и встать. Подожди, не надо драться, Рюдзи изо всех сил пытался удержать её.

— Тайга, остановись! Это слишком опасно, даже для тебя!

— Заткнись! Будто я позволю случиться чему-то такому! Если мне суждено умереть, я умру в схватке!.. Эй, я что-то вижу!

— Не может быть?!

Рождённая под знаком тигра, эта девушка действительно принадлежала к кошачьим, даже могла видеть в темноте. Такой уж была Тайга Айсака.

Если ей что-то не нравится, она показывает клыки. И если она думает, что это настоящий враг, она когтями порвёт его в клочья. Полная боевого духа и свирепости, совершенно несоразмерных её маленькому телу, она рычала. Хотя она была сильной, хотя это была настоящая сила…

— Ор-р-р-ра! Я иду-у!!

— Сто-о-о-ой!!!

Крик Рюдзи, даже более громкий, чем крик Тайги, эхом разнёсся по всей пещере. Изумлённый, он подтянул обратно рассвирепевшую Тайгу и отчаянно схватил Ами…

— Всё хорошо, успокойтесь! Если мы запаникуем, всё будет кончено! Сначала проведём перекличку! Первый!

— В-вторая!

Ответил дрожащий голос Ами.

— Третья-а!

Это вой Тайги. Но затем…

— …Четвёртого и пятого здесь не-е-е-е-е-ет!!

Рюдзи едва не свалился в обморок. Четвёртый и пятый, иначе говоря Минори и Китамура. Тайга вылетела из рук Рюдзи словно пуля…

— Ми-но-ри-ин! Ки-та-му-ра-ку-ун!

Она отчаянно звала не отвечающих лучших друзей. Затем…

— …Ай!

Она поскользнулась. И упала. Он не мог ничего видеть в темноте, но был совершенно уверен в этом. Вне досягаемости Рюдзи прозвучал её вскрик. Затем всплеск.

— Та… Тайга?!! Ты упала?!

— …Буль! Буль-буль! Фу-у-у-у-ух!

Рюдзи пополз на четвереньках сквозь темноту, на звук плещущейся воды. Он отчаянно ощупывал всё вокруг и как-то нащупал что-то похожее на её руку. Он быстро потащил её…

— Тайга, что с тобой?

Голос Минори прозвучал со странной силой. Затем…

— Стоп! Сто-о-о-оп! Китамура-кун, здесь ЧП! Мы должны спасти Тайгу!

— Так точно!

Свершилось. Свет. Два фонарика.

Держа один из них, Китамура стоял чуть поодаль. Другой…

— …Т-ты…

— Ку-ку-ку… Думаю, нас узнали… Я не буду бежать или прятаться! Я Минори Кусиэда, известная как Минорин!

Она держала микрофон. Этот последний звук… Секрет звука, который он принял за рычание монстра, не похожего на изданный человеком, открылся. Она держала микрофон не у губ, а у живота.

А то, что Рюдзи принял за руку Тайги, оказалось её ногой. С одной ногой, зажатой и поднятой Рюдзи, она отчаянно сражалась, чтобы не показать свои трусики. Она даже не заметила, что вообще произошло. Честно говоря, ни Рюдзи, ни Ами не имели понятия, что же это было такое.

Что? Почему? Известная как Минорин, что вообще тут происходит?…

Глава 6

— Преступником была я!

Бу-бум!

…Видя указывающую на себя Минори, Рюдзи, Тайга и даже Ами были потрясены до онемения. Сидя плечом к плечу на диване, они разинули рты, словно дети в ступоре.

Затем Минори указала на сидящего рядом Китамуру.

— А он — мой сообщник!

— Простите.

— Я очень извиняюсь!

Они низко склонили головы.

В гостиной виллы воцарилась тишина, нарушаемая лишь непрекращающимся шумом прибоя. Солнце уже село, и небо за окном напоминало прозрачный полог тёмно-синего цвета.

— …Что именно… ты имеешь в виду?…

Слабый, жалобный, едва ли не с паническими нотками голос Тайги немного дрожал.

Сначала Минори и Китамура сознались насчёт подушки в комнате Рюдзи. Затем про разбросанные вещи в комнате Тайги. Ещё о дрожащем окне и захлопнувшейся двери. И даже про волосы в пещере. И на закуску — про ужасного монстра.

— Ну и, понимаете… Это так… Вы оба были такими наивными, что я решила показать вам, ребята, как делать это правильно, понимаете? Кстати, вязкая жидкость — это всего лишь концентрированный лосьон. А волосы мои собственные.

Ухватив волосы на затылке, Минори продемонстрировала пучок коротко обрезанных волос.

— Наивными, говоришь… Тогда… Это значит, что ты всё знала? О нашем с Тайгой плане?

Недоверчиво спросил Рюдзи. Минори кивнула.

— Я с самого начала думала, что тут что-то не так. Случилось много странного. А Тайга и Такасу всё время шушукались. Я решила, что эти двое что-то замышляют. Но что окончательно убедило меня, так это «двойник» Китамуры, когда вы готовили карри. Такасу-кун, ты должен был изображать, что Тайга всё время с тобой, верно?

— У-угу.

— Вот тогда я и убедилась в верности своих подозрений. Как, спрашиваешь? Хотя Тайга ненавидит работу по дому, Такасу-кун всё время говорил «как хорошо, как умело», и тому подобное.

Ну, он подумал, что если бы это слышал Китамура, было бы неплохо улучшить его мнение о ней… Конечно, сказать это во всеуслышание Рюдзи не мог.

Совершенно не выглядя раскаивающимся, Китамура поскрёб затылок, прежде чем сказать Рюдзи…

— Но тебе не показалось, что это странно? В пещере шла сплошная череда провалов. Ты не подумал «Да не может быть, чтобы Китамура оказался таким ненадёжным» или что-то вроде?

— А, нет, я просто подумал «этот парень действительно идиот»…

— П-правда?

Услышав столь невысокую оценку от лучшего друга, Китамура помрачнел. Что угодно, только не это…

— …Я был полностью одурачен выдающейся игрой Кусиэды… Я думал, что ты действительно напугана.

— Э? Так это не смотрелось неестественно? Такая странная реакция не слишком похожа на действия напуганной девушки, разве не так?

— Нет, это же Кусиэда. Я думал, ты должна реагировать именно так.

— П-правда?

На лице Минори появилось непонятное выражение. Но она на самом деле его полностью одурачила. Он и не думал, что Минори из тех людей, которые с лёгкостью могут обмануть других. Но может, он решил это слишком поспешно.

— …Ох… блин… так всё это было зазря, ха…

Крепко схватив измученную Тайгу за плечо, Минори улыбнулась.

— М-м, ну это было очень весело! Спасибо тебе, Тайга. И тебе, Такасу-кун.

— …Ты не сердишься? Что мы пытались сыграть на твоём страхе перед ужастиками? Ну, мы облажались, но…

— Я не сержусь.

Минори показала двойной знак мира и покачала головой.

— На самом деле, все рассказы, что я легко пугаюсь, были рассчитаны именно на такой случай. Другими словами, это… Я говорю что-нибудь вроде «Я боюсь ужастиков, очень боюсь» или «Зомби такие страшные». Это всё просто приманка.

— Ум-м… Э? Что ты имеешь в виду?

— То есть, если я продолжаю рассказывать, как я боюсь, рано или поздно кому-нибудь в голову придёт идея «А давайте её напугаем». И я получаю удовольствие. Говоря начистоту, я правда-правда очень люблю это. Ужастики, триллеры, потустороннее, зомби — мне всего этого просто недостаточно. Я вскрикиваю «Ой, ай!» и суечусь, но на самом деле получаю массу удовольствия. Ну, и ещё я люблю американские горки.

Меня совершенно одурачили… Полностью обессиленный, Рюдзи уставился в потолок. Рот Тайги беззвучно открылся. В изнеможении она положила голову на руки и закрыла глаза. Та выдумка, что она рассказала Китамуре прошлой ночью, оказалась правдой. Минори разгромила Тайгу и Рюдзи в прах. С самого начала.

— Знаете, на самом деле прошлой ночью, когда я поняла, что к чему, я уговорила Китамуру-куна помочь мне. Мы устроили тактическое совещание. А затем этим же занялись Тайга и Такасу-кун. Пользуясь случаем, я послала его как шпиона.

— На всякий случай подключили Ами.

Названная «на всякий случай», Ами ничего не сказала, лишь скорчила какую-то гримасу. Похоже, главной неудачницей оказалась именно она.

Глядя в потолок, Рюдзи не мог даже пошевелиться. Да что ж я такое творил?

Такая поездка, такая возможность, как всё могло вот так закончиться?

Тайга, должно быть, ощущала то же самое. Она, свернувшись, сидела на диване и озабоченно морщила лоб. Она даже отказалась от шанса сблизиться с Китамурой, и ради чего? Никакого результата, пустышка, верно?

Это было такое расточительство. А теперь их лето заканчивается.

Больше ничего. И его отношения с Минори не изменились. И заканчивается его первое и единственное семнадцатое лето.

— Ну, гм, как бы то ни было… Та-да!

Возможно, чувствуя свою вину, Минори и Китамура подчёркнуто весело вытащили большой мешок.

— На самом деле мы вчера купили ещё и фейерверки. Пошли на пляж!

Рюдзи был не в настроении что-либо делать, но подумал, что тоже может пойти. Возможно, именно это ему и нужно.

Расцветающие, рассыпающиеся фейерверки — ну, у него самого не было шанса расцвести…

Вечерний бриз, веющий над пляжем, доносил от гор печальный плач цикад. Солнце село быстрее, чем ожидалось, и даже показалось, что уже приближается осень.

Слушая шум прибоя, Рюдзи в сандалиях брёл по неожиданно холодному песку. Незадолго до того, когда они возвращались с прогулки, он был хорошо прогрет солнцем.

— Ай!.. Страшно, это страшно, Минорин!

Он повернулся на крик Тайги.

— Да всё хорошо, тут нет ничего страшного. Просто смотри! Как здорово!

Тайга протянула руку, и Минори зажгла её фейерверк. Неожиданно цилиндр, который Тайга держала, стал выбрасывать устойчивые струи бледно-зелёного пламени, с шумом и искрами, затмевая слабый свет звёзд. Словно не уверенная, что она делает, Тайга просто стояла и глазела на него. Пламя подсвечивало очень бледное лицо Тайги и улыбку Минори.

— Отлично, который бы мне взять… Может, этот?

Вытащив выбранный фейерверк из пакета, Минори подожгла его. После небольшой паузы…

— Упс!

— Ай!

Минори и Тайга вскрикнули от яркой розовой вспышки и вырвавшегося пламени. Оно ярче горело и лучше освещало…

— А-ха-ха! Потрясающе!

Минори закружилась в экстазе. Протянув руки и размахивая в темноте этим розовым пламенем, она оставляла за ним ленту света, замыкающуюся в кольцо вокруг неё.

Какая удивительная улыбка, подумал Рюдзи. Жемчужные зубы улыбающейся Минори сияли даже ярче фейерверка. А блестящие глаза сверкали ещё сильнее.

Что же до того, кто наблюдал за ней, он собирался исчезнуть. Не оставив следа в жизни Минори, не оставив даже крохотного доказательства своего существования. Стать её другом, сблизиться с ней, суметь удивить её — ничего этого он не смог… Он даже пошёл на то, чтобы использовать столь презренную тактику запугивания, но, в конце концов, это даже не сработало. Сделать её счастливой — это совершенно не в его силах.

Он почувствовал, что готов заплакать. И не только потому, что лето кончается.

Немного в стороне Китамура настроил устройство для запуска фейерверков и поджёг шнур. С пронзительным свистом ракеты взмыли в небо. «Ого!» крикнула Минори. Тайга безмолвно смотрела, разинув рот. Там, куда глядели девушки, гремели взрывы, распускаясь красными и зелёными цветками над морскими волнами.

В другой стороне сидела Ами. Делая вид, что тоже любуется фейерверками, на самом деле она ни на что не смотрела. С отсутствующим взглядом она просто обнимала свои колени, выглядя скучающей и немного одинокой.

Ами видимо знает об его чувствах к Минори. И как только это могло случиться… Затем, когда он смотрел на лицо Ами, она, кажется, заметила его взгляд.

Посмотрев на Рюдзи, она пожала плечами. Даже без намёка на смех, лишь лёгкое движение.

Он задумался над этим. Ами что-то спрашивала у него в пещере… «Такасу-кун, ты чувствуешь себя одиноким?» — вот что она спрашивала. Тогда Рюдзи не ответил. Теперь он подумал, что да.

Может быть, то, что он отвечал раньше, заставляло её чувствовать то, что он чувствовал сейчас. Словно исчезни он сейчас, и никто этим не заинтересуется. Может быть, она чувствовала именно это. Что значит Минори для него и что значит он для Ами — сколько ни думай, он не мог поверить, что это соразмерно.

Рюдзи поднялся. Преодолев свою неприязнь, он встал рядом с ней.

— Эй… Сегодня было смешно, хех.

— …

С досадой взглянув на Рюдзи, Ами быстро отвела глаза.

— Насчёт нашего разговора тогда. Я ничего не ответил… Знаешь, мне было бы одиноко, если бы тебя не было здесь. Но, как бы это сказать…

Он понимал, что должен сказать.

— …Это… Это не значит, что одинок кто-то другой, речь о том, одинока или нет ты, верно? Если чувствуешь себя одиноким или начинаешь так чувствовать, то хочешь найти решение… разве не так? Послушай. Это как с нами. Просто ты сказала… мы похожи. Если ты одинока, я думаю, что будет лучше просто сказать это.

Упорно избегая смотреть него, Ами ярко блеснула своими большими глазами. В них чётко отразились фейерверки, которые Китамура запустил в небо. Это было очень красиво. Неважно, правда это или ложь, он просто чувствовал, что это прекрасно.

— …Такасу-кун…

Ами заговорила.

— Знаешь, я… я…

По-прежнему отворачиваясь, не встречаясь с ним взглядом, она шептала почти неслышно. Заглушаемый прибоем, её слабый голос опадал, как вспышки фейерверка.

— …никогда не задумывалась, одинока я или нет, — сказала она.

— Подумай. Подумай как следует.

— …Это… не будет больно?

— Если ты можешь что-то с этим сделать, я не думаю, что это будет очень больно.

Одиночество… Он понял. И пошёл. Всё, что он говорил Ами, было и про него тоже. Было кое-что, что он определённо должен сделать. Что-то, что позволит ему встать наравне. На самом деле, это что-то — очень просто.

— Эй, Кусиэда.

— Хм?

Минори повернулась, держа в руке несколько фейерверков. Он печалится тем, что ему нет места рядом с ней. Они точно не наравне. Значит, он должен попытаться докричаться до неё. Использовать любую возможность найти себе место, что-то крикнуть ей, всё равно что. Он хотел крикнуть «Я здесь!»

— Ум-м…

Тайга, стоявшая рядом с Минори, побежала прочь, пробормотав «Отнесу Тупой Чи несколько фейерверков». Она освободила ему дорогу. Выражая свою признательность за её поддержку, он собрался с духом.

— …Ум-м, Кусиэда. С-спасибо.

— Э?

— Я действительно испугался. Но теперь я думаю, что это было весело. Ты полностью меня одурачила. Когда ты рядом, как бы это сказать, это всегда удивительно. Когда ты рядом — это всегда интересно. В любой ситуации.

Словно утомившись, Минори была на удивление молчалива. Но затем…

— …А-ха-ха, так должна говорить я!

Она оглянулась на Рюдзи со своей обычной улыбкой.

— Мне в самом деле было весело в этой поездке. Правда, спасибо тебе. Ты действительно подарил мне замечательное время. Призрак морских водорослей, а ещё острый карри. Очень вкусный… Да, и когда мы вместе делали сэндвичи. Ты попробовал мой «особый Минори», с горчицей. И… ещё… ты без смеха выслушал мои бредни. Ты действительно понял.

Минори медленно крутила фейерверки в руках, внимательно глядя на потоки пламени и улыбаясь.

— И прости, что напугала тебя. И за испачканное полотенце тоже прости. В следующий раз я сделаю тебе подарок… Просто я на самом деле хотела показать тебе привидение, но перестаралась.

— Ты хотела показать мне?…

— Да. Правда.

Минори наклонилась, глядя на искры, но затем медленно подняла взгляд. Огонь ярко отразился в её глазах, когда она посмотрела прямо на него.

— Ты говорил мне, что хочешь увидеть привидение. Вот я и решила показать его тебе… В конце концов, Такасу-кун, похоже, очень старался, чтобы показать его мне. Хоть насчёт страха я притворялась, но разговаривали мы вполне серьёзно. Это мои настоящие чувства.

Слушая объяснения Минори, Рюдзи молчал. Минори снова нарушила тишину.

— Такасу-кун, а почему ты решил попытаться напугать меня?

— Э… Ну… Потому, что Тайга сказала, что ты не любишь ужастики, наверное…

— Подшутить надо мной?… Просто поиздеваться?… Вряд ли. Такасу-кун не тот человек, который открыто демонстрирует свою неприязнь к кому-то. Ты скорее из тех, кто стремится сделать других счастливыми.

Он онемел. Но, хоть он и молчал, Минори не злилась, не смеялась, лишь просто продолжала смотреть на него.

— …Пугая меня, ты наверно чувствовал, что можешь как-то порадовать меня, верно, Такасу-кун? Мне действительно хочется в это верить… Думаю, это на самом деле непостижимо.

Он облизнул сухие губы. Его колотило, словно рыбу, раненую в сердце.

Но он заговорил.

Он хотел сказать это.

— …Я хотел, чтобы ты поверила, что привидения существуют. Я хотел показать их тебе. Это не обман. И ты не одинока, вот… вот почему.

Он лишь молился, чтобы Минори правильно поняла его путаные слова.

— …Я понимаю.

Минори ничего больше не сказала, но её лицо смягчилось. Может, она и впрямь была способна понять то, он пытался выразить. Это очень хорошо, хотя он не был полностью уверен.

Со слабой улыбкой она продолжила.

— Такасу-кун, а ты видишь привидения?

Он медленно кивнул. Да. Я точно нашёл одно.

Может быть, Минори заметила. Привидение — и его самого, может быть, она найдёт их. Ничего не спрашивая, Рюдзи уставился на песок под ногами.

Он на самом деле надеялся, что она заметила.

Он надеялся, что она уделит ему хоть немного места в своих мыслях… Может даже не как привидению, а как кусочку духа, этого хватит.

— …Ну, тогда в следующий раз… О, я знаю. Эй, Такасу-кун. Почему бы нам вместе не поискать НЛО? Не спутник, а настоящее.

Внимательно вглядываясь в небо, её глаза сузились в улыбке.

— После привидений будет НЛО… А после этого — Цутиноко[18]. Если мир вот так будет постоянно меняться… Если я буду искать то, что хочу найти… когда мой мир изменится, тогда, может быть, однажды…

В этот момент.

Краем глаза Рюдзи увидел свет.

Он быстро указал на море.

Развернувшись, Минори увидела, на что показывал Рюдзи.

Это был шарик света, взлетающий над тёмным горизонтом. Затем он взорвался.

В тёмно-синем небе расцвёл большой круг. Через секунду донёсся сильный грохот.

Прямо над головой Минори это выглядело, как дождь падающих обломков.

Минори раскинула руки. Её широко распахнувшиеся глаза сияли даже ярче звёзд. Свет фейерверков слегка подкрашивал кончик носа. Затем она пробормотала. Может, не хотела, чтобы её слышали, а может просто говорила сама с собой…

— Он взорвался… Это был НЛО.

Китамура тоже смотрел вверх.

Даже Тайга и Ами так же подняли глаза к небу.

Они все онемели. Это было так неожиданно, блеск пламени в небесах.

Огни продолжали взлетать, взрываться, сопровождаемые грохотом, и осыпаться обратно на землю. Красные, жёлтые, синие, зелёные — летние фейерверки блестели и рассыпались в ночном небе.

— Это… начало галактической войны?…

Пробормотала Минори, простерев руки к небу, словно не могла в это поверить. — Снова и снова, как во сне, я вижу их, — сказала она.

Под ослепительным небом было кое-что, чего не замечал Рюдзи.

Поднятые руки Тайги медленно упали. Фейерверки пугают, только посмотри на них, глупый пёс… Не имея возможности ухватиться за его футболку, как она обычно делала, Тайга уронила руки.

Затем она наконец поняла. Что ничего не понимает.

Понимаю.

…Раз это похоже на то, это то, подумала она.

Только глаза находящейся неподалёку Ами внимательно смотрели на лицо Тайги. Под небесами, где продолжали сверкать фейерверки, в её взгляде было больше ошеломления, чем жалости. Но она по-прежнему стояла рядом с ней, не говоря ни слова.

* * *

— …!

Проснувшись, Тайга не понимала, где она сейчас находится. Она чувствовала, что только что видела странный сон. И все её чувства ещё оставались в атмосфере сна. Она испугалась, подумав, что её бросили в каком-то ужасном месте.

— Что ты делаешь, поднимайся, мы приехали!

— …А? …Э?

Перед ней стоял Рюдзи. Рядом с ним был Китамура, вытащивший вещи Ами и навьючивший их на себя. Сама Ами, ни на что не обращая внимания, смотрелась в пудреницу от Шанель и причитала «Ах, я знала, что этот поезд иссушит меня-а-а!»

— Тайга! Мы выходим!

Улыбающаяся до ушей Минори вытащила Тайгу с сиденья и сунула ей её багаж.

Конечно, поездка закончилась, подумала Тайга. Прежде чем она осознала это, поезд уже подошёл к знакомой им всем станции. Платформа заполнилась выходящими пассажирами.

Торопливо подхватив сумку, она уцепилась за руку Минори и двинулась по узкому проходу между сиденьями. Она не помнила, как заснула, но теперь от пересыпа у неё сильно болела голова. Да и живот тоже.

— Минорин… Кажется, у меня живот болит…

— Э? Правда? Ум-м, ничего серьёзного? Такасу-кун, Тайга говорит, что у неё живот болит!

Что такое? Рюдзи повернулся. Китамура тоже.

— Хочешь принять таблетки? Мы немного отдохнём на платформе.

Из-за очков его добрые глаза, один взгляд на которые мог бы заставить прослезиться, мягко смотрели на лицо Тайги. Но Тайга затрясла головой, говоря, что с ней всё в порядке, и отвернулась.

Всё хорошо.

Всё хорошо как сейчас.

Всего лишь за несколько дней закончились летние каникулы. Жизнь будет продолжаться как обычно.

Неизменный статус, неизменный класс, неизменные дни и ночи. И может быть, что-то хоть немного изменится.

Ничего, подумала Тайга, всё хорошо. В конце концов, нет причин, чтобы всё не было хорошо.

У турникетов, где они встретились два дня назад…

— Поездка не закончилась, пока мы не вернулись в дом! Удостоверьтесь, что ваш разум вас не покинет, пока не доберётесь до дома!

Китамура выдал несколько смущающую речь. Полностью игнорируя его, Рюдзи погрузился в раздумья…

— Может, зайти в супермаркет… Сегодня пятница, должен быть дешёвый тунец.

А что Тайга? Он попробовал спросить её…

— Умолкни, я устала! Вечно ты как домохозяйка, блин.

…и был безжалостно отвергнут.

Ами тоже потерялась в своих мыслях. Видимо, озабоченная своим слегка обгоревшим носом…

— Может, мне стоит съездить сегодня в поместье к родителям…

Величественно заявила она. Насильно таща дезорганизованную группу, Минори была серьёзна.

— Эй, эй, эй! Давайте, идите сюда!

— Эх, очень важно завершить поездку без каких-нибудь ЧП! Ну, в любом случае, увидимся! До нового семестра! Встретимся в школе!

…«Хотя у нас завтра занятия в клубе…» Китамура со своими банальными словами остался позади. Они помахали, прощаясь. Затем отделилась Минори. Она свернула к северному выходу, к стоянке велосипедов. Но вдруг развернулась и позвала Рюдзи по имени. «Знаешь, я в следующий раз захвачу полотенце! Ты какой цвет предпочитаешь?» — спросила она. «Ум-м, синий!» «Э? Ярко-розовый?» «Я сказал синий!» «Э? Хочешь отделанное золотом и серебром?» «С-И-Н-И-Й!» «А, поняла, хаки!» Минори продолжала не понимать, улыбаясь всё шире и шире. «А, ну… пусть… Хаки…» согласился он.

Что за дураки, с холодным взглядом сказала сидящая Тайга. Мельком глянув на неё со слабой улыбкой, Ами попрощалась «Увидимся!», хлопнув Рюдзи по спине и надела солнечные очки. Лицо старшеклассницы на летних каникулах снова превратилось в лицо модели. Она пошла к турникетам, собираясь отправиться к родителям. Китамура дал Тайге несколько таблеток, перед тем как попрощаться. «Я тоже оставил здесь велосипед», сказал он, прежде чем отправиться вслед за Минори.

Вот так закончились летние каникулы ученика второго года старшей школы Рюдзи Такасу.

Заметки автора

Случилось невероятное: на моих штанах отлетела застёжка.

Не могу поверить, но это правда… Привет всем, здесь Такэмия. Хоть это не и слишком важно, я не думаю, что ещё кто-то в Японии использует слово «штаны» для обозначения женского белья, верно? Я, правда, извиняюсь за это. Я думаю, теперь для этого используется слово «трусики», так ведь? И потом есть ещё один термин для чёрных женских колготок… или те трусики… нет, это «гетры»! Теперь они даже его не используют, вместо него «гамаши», нет? Я даже не уверена, как это пишется, поскольку не часто использую. Посмотрим… г-а-м-а-ш-и (не могу поверить, что приходится выяснять, как пишется это слово, в моём-то возрасте)… или г-о-м-а- (нет, я не знаю).

В любом случае, что самое важное…

Спасибо всем вам, мои читатели, что вы прочитали первый выпуск 4 тома «ТораДора!» в 2007! Я очень признательна.

Фразы, которые раньше естественно слетали с моего языка, теперь стали «штампами». Не перестаю удивляться, как быстро летит время. Много раз я пыталась вставить «хромые шутки» (я думаю, они тоже сейчас называются иначе… они называются — «гэги»…?). Но сколько бы я ни придумывала, их убивал редактор, говоря, что это совсем не смешно. Я надеюсь, что читатели удовлетворены, что эта книга наконец-то опубликована после множества таких инцидентов. Пока моя работа позволяет читателям расслабляться и радоваться, я буду довольна! Эта история продолжится, так что, пожалуйста, поддержите этот том, равно как и следующий. Спасибо вам!

Сегодня я дам моим читателям небольшой магический подарок. Пожалуйста, примите его. Это заклинание, которое поможет вам умять пару чашек риса, даже если у вас нет аппетита:

1. Возьмите треску, нарежьте её и снимите шкурку.

2. Нарежьте лук по вашим предпочтениям. Хотя если вы добавите его слишком много, вкус будет мягким.

3. Перемешайте треску с яичным желтком и нарезанным луком. (Вы можете также добавить яичный желток в суп мисо).

4. Съешьте с рисом.

…Вы и не заметите, как рисоварка похудеет на пару чашек риса. Если вы вместо этого едите спагетти, вы слопаете не меньше двухсот грамм! (Восклицательный знак — не преувеличение).

Пока вы придерживаетесь этого метода, вы можете присоединиться ко мне в качестве жителя деревни. Какой деревни, спрашиваете? А вот приходите, и узнаете. Поехали! Объединимся! Калории? Не будем думать о том, что будет после. Не надо бояться… потому что это вкусно! Налегайте!

Если серьёзно, это заклинание (точнее, блюдо) действительно великолепно. Треска, которая могла бы дать десятки тысяч мальков, яйцо, которое могло бы превратиться в цыплёнка, и тысячи рисин, которые могли бы вырасти в миллионы и миллионы зёрен, и я всё это заглатываю… Вместо того, чтобы удивляться количеству холестерина в них, я восхищаюсь возможностями ингредиентов, они бесконечны. Может ли быть, что я люблю поесть именно из-за этих возможностей? Если говорить об этом, я ещё люблю рис с лососёвой икрой (возможности сотен лососёвых икринок * возможности сотен рисовых зёрен * 1000). Гм, разумеется, я и лососину люблю.

Правда, надо сказать, что потакая себе насчёт всех этих возможностей, я ещё и безжалостно отказываюсь от своих возможностей «женщины». Мой бог! Я в кровь стёрла пальцы о клавиатуру!!!

…

Ну и в завершение! Я правда, правда благодарна вам за то, что вы, несмотря ни на что, читаете этот вздор до конца. Я надеюсь, что вы по-прежнему будете поддерживать мою работу, а я по-прежнему буду стараться изо всех сил! Дайте мне силы, чтобы идти дальше! Ясу-сэнсэй и редактор, я должна сказать большое спасибо и вам, ребята. Пусть это будет наш маленький секрет, и будем втроём идти до конца, как проклятые — автор, художник и редактор этой романтической истории.

Ююко Такэмия.

______________________________

Переводчик — Bas026

Редактор — Трампо

Примечания

1

традиционный японский бульон, основа различных блюд — прим. ред.

2

одна из разновидностей природных духов в индуизме, буддизме и джайнизме — прим. ред.

3

род деревьев семейства вязовые — прим. ред.

4

женщина-бодхисаттва, являющаяся феноменальным воплощением совершенной мудрости — прим. ред.

5

высший ранг борца сумо — прим. ред.

6

признак физического дисбаланса и чрезвычайно сильного эмоционального возбуждения — прим. ред.

7

трехдневный праздник поминовения усопших — прим. ред.

8

блюдо из пресного риса, слепленного в виде треугольной или круглой формы — прим. ред.

9

японская пшеничная лапша — прим. ред.

10

беспозвоночное животное типа иглокожих — прим. ред.

11

примерно 33 кв.м. — прим. перев.

12

известный японский режиссёр ужастиков — прим. перев.

13

японский актёр — прим. перев.

14

наряду с бокэ, является частью мандзай дуэта — прим. ред.

15

примерно 10 квадратных метров — прим. перев.

16

курорт с горячими источниками, вода которых считается целебной — прим. перев.

17

соевый творог — прим. перев.

18

мифическая змея — прим. перев.

Content

Ююко Такэмия
ТораДора! Том 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Заметки автора

Примечания