Андрей Изюмов

Летун

Часть первая

"Что мы можем?"

1

– Вот в чем здесь основная проблема? – никак не унимался Дима. – В отсутствии псевдоответственности, конечно же! Все ведь смотрели "Телепорт"?

Трое студентов стояли у пешеходной "зебры". В их сторону горел красный свет, и огромный стальной поток машин, казалось, совершенно не хотел прерываться.

– Я смотрел, – ответил Андрей. – И что? Это ведь кино. Предельно пафосное, к тому же американское, там что ни фильм, то неубиваемый супергерой. Знаешь, меня ужасно веселило, когда ни один из них не умирал от напряжения, как было сказано в этом фильме, в несколько тысяч вольт, бьющих прямо в мозг. Блеск, нет?

Они с Димой были даже слегка похожи. Оба брюнеты с карими глазами и одинаковой комплекцией тела – высокие и мускулистые, но не раскачанные подобно бодибилдерам. Андрей разве что был выше сантиметров на пять-шесть, да и стригся исключительно под "бокс", оставляя сверху шесть, максимум девять, миллиметров волос, а по бокам и на затылке неизменные три миллиметра, что иногда делало его похожим на скинхеда, хоть он таковым и не являлся. Диму же из-за его густейшей длинной шапки волос и челки, едва не закрывающей глаза, в группе называли не иначе как "эмо", против чего он активно протестовал, и не всегда цензурно.

– Фильм зрелищный, безусловно, но как по мне – так он из категории "ни о чем", – последним внес свою лепту в беседу Олег.

В этой компании он был самым спокойным и рассудительным человеком. В отличие от того же Андрея, Олег, прежде всего, думал головой, а его разум абсолютно всегда брал верх над эмоциями. Сам Андрюха же как-то раз признавался друзьям, что во множестве конфликтных ситуаций внутренний голос нередко говорил ему: "Заткнись, придурок, а то по морде получишь!" Впрочем, еще ни разу голос не взял над Андреем верх.

У Олега была идеальная комплекция борца – он был среднего роста, широкоплеч и натренирован, как и все в этой компании. Плюс он обладал умением принимать правильные решения, что приносило ему пользу как в спорте, так и в жизни.

Именно последнего частенько недоставало Андрею. Вместе с Олегом они посещали занятия по боевому самбо, куда пытались затащить и Диму, впрочем, тщетно.

Парни учились на четвертом курсе Технического университета, на факультете Автоматизации и управления, получая образование по специальности "Мехатроника". Самым забавным было то, что все оказались здесь случайно. Андрей не поступил на журналистику, Дима и Олег – в военное училище. Поначалу они даже не могли никому объяснить, что же такое мехатроника, сходясь на том, что это нечто, приближенное к робототехнике и электронике. Знания о специальности приходили с трудом, приходилось много работать мозгом, однако никто из парней еще ни разу не пожалел о получаемом образовании.

Этот день был тяжелым до безумия. Головы друзей кипели, словно разрываясь на части после трех лекций по "Информационным и техническим системам и устройствам" подряд и завершающей учебный день практики по английскому языку с глубоким техническим же уклоном. Поэтому им как воздух была необходима расслабляющая беседа на любую тему. Сегодня это были фильмы.

– Дело не в том, насколько далеко они отошли от реальности в кино! – махнул рукой Дима. – Меня оно взяло за душу совершенно по другой причине. Они показали чистейшую правду по отношению к самому человеку!

– Супер! – Андрей хлопнул Диму по плечу. – Если это правда, то телепортируй меня сейчас на Фиджи! Я максимально крепко за тебя держусь!

Олег хохотнул. Пешеходам наконец-то дали зеленый свет, и друзья двинулись вперед.

– У эмо, оказывается, отличное чувство юмора! – не унимался Андрей.

– Пошел в задницу! – не выдержал Дима. – Правда не в возможностях организма, а в поведении! Вот действия его показаны абсолютно правильно! Ведь никто из нас при подобных способностях не стал бы спасать мир! Мы бы награбили тонну денег, обеспечивая себя шикарной жизнью до конца дней. Разве нет?

– Я не уверен, – мрачно ответил Олег, – слишком просто переступить грань. Мне больше по душе принцип: "Ты или умираешь героем…" – Или живешь до тех пор, пока не становишься негодяем, – закончил за него Андрей хорошо известную им всем цитату из одного очень известного кино, – только я бы навряд ли этому принципу следовал. Знаешь, если бы я получил какую-нибудь суперсилу лет десять назад, клянусь, что сейчас я бы парил в облаках в красных трусах и спасал бы бабушек, а вот если бы сила пришла сейчас… – Андрей сделал паузу.

– То все это потеряло бы смысл? – закончил за него Олег. – С возрастом наши идеалы меняются?

Андрей задумчиво кивнул в знак согласия.

– Только вот разница в том, что мои идеалы не изменяются на протяжении уже десятка с лишним лет, в отличие от вас, эгоисты, – поставил точку Олег, – я думаю головой, и жадность меня не влечет.

– Да брось! – Андрей раздраженно махнул рукой. – Это потому что сейчас ты живешь в человеческих условиях на всем готовом. За квартиру платят родители, они же отвечают за еду и все прочее. А вот если бы ты попробовал как я – пахать за четыре "штуки" в лаборатории на кафедре, получать еще две как стипендию и жить на шесть в месяц, ты бы думал иначе.

– Это ты сейчас к чему? – Олег нахмурился. – Хочешь сказать, что я иждивенец, существующий на всем готовом?! Я постоянно вкалываю на всяких дураков, которым высшее образование нужно для "корочки", делаю им курсовые, расчетные, чертежи блин! Денег у родителей я не беру, мне их просто нужно гораздо меньше, чем тебе! Да и ты сам отдельно от своих не живешь, а претензий ко мне выше крыши!

– Эй, парни, хватит! – вмешался Дима. – Давайте закроем эту тему, раз уж так выходит!

– Да нет же! На хрена ее закрывать?! – взмахнул руками Андрей. – Я не собираюсь отступать от мнения, что с возрастом из нас гораздо больше вырастает героев "Крестного отца". А Человеки-пауки и Бэтмены остаются в детстве. Люди перестают верить в картонное зло и добро и видят мир таким, какой он есть в реальности. А он – серый!

– Жестокий и мрачный, – вставил Олег, – и именно поэтому не следует уподобляться этому же миру.

Андрей уже приготовил язвительный ответ, но внезапно передумал, к собственному же удивлению промолчав, и поднял воротник пальто.

– Холодина такая, – поморщился Дима, – может, перехватим по горяченькому и безумно сочному хот-догу?

Они как раз проходили мимо одной из фаст-фудных забегаловок, которых на пути к автобусной остановке было великое множество.

– Я не хочу, – буркнул Андрей.

– Я тоже, – поддержал его Олег.

– Ну и ладно, – махнул рукой Дима, – один на таком холоде я есть не стану.

Был конец декабря, царили морозы, да и приближавшаяся сессия тоже тепла не приносила.

– У меня сегодня на вечер классные планы, – подал голос Андрей из-за высоко поднятого воротника.

– Какие? – тут же поинтересовался Дима.

– Мальчиков эмо туда не пускают, – ответил Андрей.

Дима вознес глаза к небу.

– Как же я тебя ненавижу!

– В общем, сегодня будет тусня у одного моего хорошего друга. Вечер пива и гитарной музыки. Пойду туда.

– Сам? – опять влез с вопросом Дима.

– Нет, возьму тебя! Алчущие крови металлисты и панки с удовольствием порвут эмо на части.

Дима уже устал отвечать, поэтому вместо ответа продемонстрировал Андрею довольно популярный среди их поколения оскорбительный жест.

– Короче, будет весело, – закончил Андрей.

– Одни пацаны? – поинтересовался Олег.

– Нет. Наверняка девчонки тоже будут. Хочешь сходить со мной?

– Я-то нет, у меня Ира есть, – Олег отрицательно махнул головой. – А тебе бы точно следовало кого-нибудь подцепить. Развеешься.

Андрей усмехнулся.

– Знаешь, после того, как Катя ни с того ни с сего бросила меня спустя два года уже практически семейной жизни, я глубоко задумался обо всем их женском поле. Или я чего-то не понимаю, или они. Скорее я, потому что причин ее ухода я до сих пор не вижу. И цеплять, кстати, никого не хочу.

– Зря, – внес свою лепту Дима, – хватит уже грузиться по ее поводу. Жизнь продолжается, старик.

– Да она и продолжается! – в тон ему ответил Андрей. – Просто, честное слово, не хочется мне сейчас ничего. Ни длительных отношений, ни даже одноразового развлечения.

– Ничего, будешь вот так вот пару месяцев один просыпаться – захочется! – ехидно сказал Дима.

Никто не ответил ему. Тема исчерпала себя. Некоторое время парни просто прошли, молча. Подул сильный ветер, и Олег с Димой синхронно натянули на голову капюшоны.

Наконец, они добрались до пешеходного перехода, на котором обычно расходились по разным сторонам. Пожали друг другу руки.

– Увидимся, – сказал Андрей.

– На тренировку завтра идешь? – окликнул его Олег, когда друг уже направился к своей остановке.

– Чтоб я, да пропустил? – оглянувшись через плечо, крикнул Андрей. – Не в этой жизни!

Он махнул парням на прощание рукой и двинулся вперед по "зебре".

Автобус подошел набитый по самое некуда. Андрей мысленно выругался и полез внутрь.

2

Спортивная сумка с глухим звуком упала на диван. Андрей расстегнул ее и достал синюю куртку-самбовку, которую не вынимал со времени последней тренировки.

Куртка была измятой, кое-где на ней виднелись засохшие капли крови.

"Давно пора ее постирать", – мужественно подумал Андрей, засунул куртку в пакет и кинул ее назад в сумку. Туда же отправились шорты и борцовки. Покрутив сумку в руках, он забросил ее за диван.

Андрей надел джинсы, вытащил из шкафа майку со своим любимым бойцом Фрэнком Миром, бывшим чемпионом американской лиги смешанных единоборств UFC, надел ее и натянул сверху черный свитер с неизменно приколотым ближе к воротнику значком анархии. Глянул в зеркало – одежда выглядела гораздо опрятней его спортивной экипировки, что не могло не радовать. Полез в шкаф за пальто и, уже на ходу набрасывая его, двинулся в прихожую.

– Пойду прогуляюсь! – крикнул он. – Если понадоблюсь – звоните!

– Куда? – тут же раздался вопрос его матери.

– В центр. Сто лет там не был. Давно уже пора прогуляться.

– С кем?

Иногда мама его просто раздражала своими постоянными допросами.

– Вечер встречи одноклассников. Незапланированный. Что еще интересно?!

– Снова пойдешь как нацбол? – ухмыльнулся отец.

– У тебя неверные о них представления! – ответил Андрей из прихожей, зашнуровывая высокие ботинки-камелоты.

Отец постоянно подшучивал над ним из-за очень короткой стрижки и привычки носить короткополое пальто вместе с камелотами, в простонародье – кэмами.

Андрей обулся, посмотрел на себя в зеркало и подумал о том, что на национал-большевика он уж точно не тянет. Наверное…

– Я ушел! – крикнул он напоследок.

– Надень шапку! – раздался вслед голос мамы.

Андрей поморщился и вышел из дома, оставив шапку в кармане. Он любил маму, но своей постоянной заботой она часто только лишь уничтожала его нервные клетки.

Он жил в частном доме. Ночное небо над головой было ужасно красивым. Андрей минутку постоял на месте, задрав голову вверх.

Внезапный порыв ледяного ветра заставил его тут же начисто позабыть все свои принципы и натянуть шапку на голову.

Выйдя со двора, он на несколько секунд достал из внутреннего кармана мобильник и включил музыку. В наушниках заиграла "Ария", музыка которой ни капли не соответствовала окружающей его обстановке. Холодная зима, порывы ледяного ветра и мрачная, но на удивление теплая, музыка в ушах.

Я вижу, как закат стёкла оконные плавит…

День прожит, а ночь оставит тени снов в углах.

Мне не вернуть назад серую птицу печали.

Всё в прошлом, так быстро тают замки в облаках…

Шел Андрей довольно быстро. Песня напомнила ему о своей бывшей девушке Кате. Он так и не узнал причину их разрыва, оказавшись просто брошенным. Думать об этом не хотелось ни секунды, и Андрей ускорил шаг еще больше, стараясь отвлечься. Слова текли мимо ушей, и, когда он вновь оказался разбужен порывом ледяного ветра, уже звучал припев:

Возьми меня с собой, пурпурная река,

Прочь унеси меня с собой, закат!

Тоска о том, что было, рвется через край, Под крики серых птичьих стай.

Внезапно музыка прервалась, и мобильник завибрировал во внутреннем кармане его пальто. Андрей снял перчатку с правой руки и достал телефон.

"Лобас", – увидел он на экране.

– Слушаю, – сказал Андрей.

Лобас был одним из его многочисленных друзей. На самом деле Лобаса звали Саша, но имя к нему никак не клеилось. Андрей довольно долго пытался узнать, откуда пошло это прозвище, но Лобас упорно молчал.

– Ты где, Андрюх?

– Иду по аллее, – ответил он, – народу уже много?

– Ты удивишься, – усмехнулся в трубку Лобас. – Уже человек двадцать пять.

Он жил в маленькой двухкомнатной квартире. Андрей представил в ней двадцать пять человек и ужаснулся.

– И, боюсь, что это не предел, – закончил Лобас.

– У меня руки замерзают, – ответил Андрей. – Позвоню, когда подойду к тебе во двор.

Он отключился и убрал телефон назад в карман. На улице стремительно темнело. Андрей искоса глянул на часы и перешел на легкий бег.

* * *

На вечеринке Андрей, откровенно говоря, скучал. Так уж вышло, что он не знал практически никого из той кучи людей, которая набежала к Лобасу. Сам хозяин квартиры сидел рядом с ним на диване и увлеченно дергал струны электрогитары. Андрей пил горячий кофе, который сделал себе сам, чудом пробившись через густую толпу на кухню.

– Ты не развлекаешься, – заметил Лобас.

Андрей кивнул и сделал глоток.

– Без большинства наших здесь как-то не так, – ответил он. – С ними было бы веселее. Намного.

– На кухне полно пива.

– У меня тренировочный режим, – отмахнулся Андрей.

Он огляделся по сторонам и случайно встретился взглядом с незнакомым ему типом. Тот выглядел, по меньшей мере, странно. Тощий, в мешковатой одежде, с бледным лицом и лохматыми волосами. На вид ему было лет тридцать, если не больше.

– Лобас, что это за экспонат?

Друг хохотнул.

– Ты же еще не в курсе! – он хлопнул Андрея по плечу. – Диана Синицына, одноклассница моя бывшая, помнишь ее?

– Это вот Диана? – заржал Андрей.

– Дай сказать! – вспылил Лобас. – Она ездила учиться по обмену в Америку. И сняла там этого типа. Или он ее. Короче, приехали они сюда уже вместе. И она всем рассказывает сказки, что назад они снова улетят вместе, чему я, кстати, совершенно не верю, потому что Дина, уже наскучивши этому задохлику, довела дело до скандала, который тут бушевал минут за двадцать до твоего прихода. Диана в ярости свалила домой, напоследок обозвав этого Капитана Америку зачуханной блохой. Ума не приложу, как она вообще его сюда уговорила приехать. Свалит американец назад в гордом одиночестве, как пить дать.

– Забавно, – улыбнулся Андрей, – он тут кого-нибудь вообще понимает?

– Ты удивишься, но у него даже акцент отсутствует. Только морда явно не русская, что и выдает в нем америкоса.

– Круто, – Андрей не нашелся, как еще можно прокомментировать это высказывание. – А чего он тут сидит тогда, если это она его притащила и свалила?

Лобас пожал плечами и вручил ему гитару.

– Импровизируй, Андрюха. А я все же выпью пива.

Андрей взял в руки гитару и, перестав пялиться на незнакомца, спросил вслух, в принципе, ни к кому не обращаясь:

– Что сыграть?

Из людской массы, набившейся в комнату, тут же один за другим полетели крики:

– Чувак, жги "Группу крови"!

– "Металлику" можешь?

– Только "Мастер"! Только хардкор!

Андрей проигнорировал все эти крики. Он встал и перекинул ремень гитары через плечо.

– "Ария", – объявил он, – "Баллада о древнерусском воине".

Народ взорвался радостными и восторженными криками. Андрей пробежался перебором по струнам и начал играть вступление.

Когда он брал в руки гитару, то все проблемы сразу же отходили на второй план. Музыка заполняла его всего, поднимая планку позитива на самый высокий уровень.

– Вдаль мчались стаи зимних птиц, – начал Андрей.

– Дым гнал их прочь быстрей лисиц! – подхватила толпа.

Песня пошла, что называется, "на ура". Андрей играл и тихо напевал себе под нос, все остальные голосили как можно громче. С кухни вернулся Лобас и, запрыгнув на диван рядом с Андрюхой, включился уже в последние строчки:

– В алтарях святыни плачут, и воин сходит в ад, сущий ад! Но ни шагу назад! – завопил он прямо в ухо другу.

Андрей поморщился и доиграл до конца, исполнив последнюю строчку:

– Вдаль мчались стаи зимних птиц…

Он мелодично провел по струнам и окинул взглядом собравшихся людей. Они радостно завопили.

– "Поле битвы" теперь давай! – крикнул кто-то из толпы.

– Здорово играешь. И поешь неплохо, – тихо прозвучал мягкий голосок рядом с ухом Андрея.

Он повернул голову влево и увидел рядом с собой симпатичную брюнетку с яркими зелеными глазами. Приятное лицо, хотя фигура самая обычная.

– Спасибо, – улыбнулся он.

– Давай играй! Чего молчать?! – раздался чей-то голос.

Девушка протянула Андрею руку.

– Юля, – представилась она.

– Андрюха, – ответил он на рукопожатие.

– Да ты играть будешь или нет?! – никак не унимался голос.

Андрей даже не повернул голову в сторону крика. Он снял ремень гитары с плеча и вернул инструмент другу.

– Лобас, поразвлекай народ, ладно? Пойду, подышу.

– Выйдем на балкон? – спросила Юля.

– Конечно, – кивнул Андрей.

– Моя куртка розового цвета с большим меховым капюшоном, – сказала она.

Андрей понял намек и снова полез через толпу в прихожую за куртками. Там он взял свое пальто, нашел нужную куртку и вернулся назад.

Они вышли на балкон и закрыли за собой дверь.

– Здесь потише, – улыбнулась Юля и вытащила из кармана куртки пачку сигарет. Достала себе одну и предложила Андрею. Он отрицательно покачал головой.

– Зря ты это, – сказал Андрюха с явным неодобрением в голосе.

Лобас жил на девятом этаже. С балкона открывался неплохой вид на ночной город.

Подул ледяной ветер. Юля надела капюшон на голову, Андрей поднял воротник пальто.

– Зря что? – спросила она, чиркнув зажигалкой.

– Куришь зря, – отчеканил он голосом без эмоций.

– Да ладно, – отмахнулась она, – я могу бросить в любой момент.

– Что ж тогда не бросишь? – скептически поднял брови Андрей.

Он слышал эту отговорку уже сотни раз и испытывал явное неодобрение, если даже не отвращение, к слабовольным людям. Ровно, как и к людям, которым курение доставляло удовольствие.

– А я не хочу, – лукаво улыбнулась она. – Попробуй, может, понравится?

– Пробовал однажды.

– И как?

– Не обижайся, но, наверное, дерьмо вкуснее. Хоть я его и не пробовал.

– На вкус и цвет, – пожала плечами Юля. – Ладно, давай не будем хамить. Поменяем тему? Неплохо играешь. Давно?

– Три года.

– А еще чем-нибудь увлекаешься?

– Баскетбол, штанга, смешанные единоборства, – ответил он.

– А это что?

– Не разбирающиеся в терминах люди зовут это "боями без правил", – усмехнулся Андрей. – Ну а сам я самбо занимаюсь.

– Танцуешь?

– Я похож на танцора? – засмеялся он. – Единоборство такое, исконно русское. Самбо – самооборона без оружия. Боевой раздел.

– Слышала что-то, – она всем своим видом показывала, что эта тема ей совершенно не интересна, – а учишься где?

– В Техническом универе. Четвертый курс.

– Я тоже, – удивилась она. – Третий только. Никогда там тебя не замечала…

Она прервалась и посмотрела в сторону квартиры.

– Похоже, что у нас будет компания, – заметила Юля.

Он обернулся и увидел, что к двери подошел незнакомый ему парень, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Он на несколько секунд остановился, застегивая куртку.

– Антон, – вздохнула Юля. – И опять напился.

– Я его не знаю, – ответил Андрей.

– Не лучший человек для знакомства, – ответила на это она.

Антон вышел на балкон.

– Сигарета есть? – спросил он у Андрея, дыхнув на него тошнотворным запахом всего ранее выпитого.

– Не курю, – поморщился тот в ответ.

– Мальчик, боишься зубки повредить? – загоготал Антон.

Андрей окинул его взглядом, оценив как возможного противника. Сильной угрозы пьяный "в дрова" отморозок не представлял.

– Мальчик, захлопни пасть, – посмотрев Антону в глаза, в тон ему огрызнулся Андрюха.

Юля побледнела.

– Не нужно, – только и выдавила из себя она.

Антон выхватил из кармана откидной нож, сверкнуло лезвие.

– Это ты кому, мразь?! – вскинулся он. – А ну повтори!

Андрей отшатнулся назад, едва не упершись спиной в край балкона и врезавшись поясницей в парочку коробок, на которых стояло ведро, полное льда.

Наверняка Лобас как-то после уборки в квартире, не задумываясь особо, сунул его сюда, где вода и замерзла. Изо льда даже торчал кусок половой тряпки. Андрей сжал ручку ведра.

– Кому это ты, урод?! – снова заорал Антон.

– Тебе, – ответил Андрей и, выдернув вперед руку с ведром, резко влепил эту глыбу льда Антону в голову.

От удара противник выронил нож и влетел боком в балконное стекло. Зазвенели осколки, кто-то вскрикнул внутри квартиры, и все внимание отдыхающих там мигом переключилось на балкон.

Но Андрей разозлился настолько, что не собирался останавливаться на полпути. Он испытывал просто бешеную ярость от того, что какая-то сволочь только что собиралась его, если даже не убить, то совершенно точно искалечить.

"В крайнем случае, тут же сорвусь отсюда как можно быстрее", – подумал Андрюха и, выдернув Антона с пола, широко размахнувшись, ударил его кулаком по лицу. Потом еще раз. И еще.

– Хватит! – закричала Юля и поймала Андрея за руку. – Он же пьяный в хлам! Оставь его!

– Что?! – проревел он. – Мне, может, еще бок ему под нож поставить?!

Он повернулся лицом к Юле только на мгновение и допустил этим самым ужасную ошибку. Антон, собрав последние силы, схватил его за пояс и швырнул на край балкона. Андрей ударился поясницей об перила и тут же вскинул руки для защиты.

Он опоздал всего на секунду. Огромный кулак Антона влетел ему точно в челюсть, и от удара Андрей перевалился через перила, только и попытавшись безуспешно схватиться за них руками…

Юля панически закричала…

Андрей устремился вниз к земле…

Говорят, что за несколько секунд до смерти у человека перед глазами пролетает вся жизнь.

Андрей не увидел ничего этого. Его сердце колотилось так, что в любую секунду могло разорваться на куски, и это было бы не худшим вариантом в данной ситуации.

Когда до земли оставались считанные метры, Андрей закрыл лицо руками и крепко зажмурился.

Сердце пронзила резкая боль, произошел чудовищный выброс адреналина в кровь, и Андрея внезапно дернуло, как будто он зацепился за что-то.

Шли секунды, смерть никак не наступала. Андрей убрал руки от лица и открыл глаза.

Он висел в метре от земли, словно его кто-то держал. Андрюха повернул голову назад и убедился, что он был абсолютно один.

Произошло чудо. Он висел в воздухе. Парил!

– Я лечу, – прошептал Андрей.

Вдруг что-то оборвалось, и он рухнул на землю.

– Живой, – срывающимся голосом сам себе сказал Андрей.

Сердце никак не хотело переходить на прежний ритм. Он перевернулся на спину и, лежа на холодном асфальте, раскинул руки в стороны. Как он смог выжить? Это ведь невозможно…

Он валялся на земле еще с минуту, пока не распахнулась дверь подъезда, откуда выскочил Лобас собственной персоной с бешеными выпученными глазами.

– Андрюха! – завопил он и кинулся к другу.

Андрей приподнял голову, окинув Лобаса взглядом. Что-то не сходилось. Балкон друга был на противоположной подъезду стороне дома. Андрей валялся прямо напротив двери метрах в двадцати.

"Я обогнул дом? – пронеслась в голове мысль. – Как?!" Сомнений не оставалось – он действительно пролетел вокруг девятиэтажки, при этом, совершенно не контролируя процесс. В голове стоял туман, здравые мысли отсутствовали. Собственно, как и нездравые. Любые мысли отсутствовали.

Увидев, что друга не только не размазало по асфальту, но он еще и шевелится, Лобас запутался в собственных ногах, споткнулся и пропахал лицом снег. Андрей сел на землю и уставился на рухнувшего приятеля. Шок постепенно проходил.

Лобас тяжело дышал. Он уперся руками в асфальт и, приподнявшись, сел рядом с Андреем, окинув его сумасшедшим взглядом.

– Как? – только и выдавил он из себя, хватая ртом воздух, словно рыба.

Андрей промолчал и взялся за голову. Мозг будто давил на череп изнутри, в глазах то темнело, то снова прояснялось.

– Как ты выжил? – повторил Лобас, вытирая снег с лица. – И как оказался с этой стороны дома?!

"Я сошел с ума, – подумал Андрей, – сдох уже, а это – чистилище".

– Зацепился телом за бельевую веревку, – ответил он, крутя головой по сторонам, – она и тормознула падение, похоже. Швырнула меня на дерево, а с него я скатился сюда. Наверное, так. Лобас, хрен его знает, на самом деле. Я, черт меня дери, вниз летел, мне было плевать на траекторию!

Веревку, тянущуюся от балкона второго этажа к фонарному столбу, он действительно зацепил и оборвал ко всем чертям, но она никак не смягчила падение и не изменила направления его полета. Хорошо хоть, что не перерубила пополам…

Андрей поморщился от собственных же мыслей.

"Я летел, – подумал он, – хрен знает как, но летел!" – Ты – восьмое чудо света, – радостно рассмеялся Лобас. – Блин! Как же здорово, что ты живой! Пошли назад! Найдем этого урода и размажем! И вышвырнем на хрен из моего дома!

Он подхватил Андрея под плечи и поднял с земли.

– Не, – потряс головой тот, – с ним я разберусь как-нибудь потом. А сейчас я лучше домой пойду. Давай, Лобас, – он протянул другу руку.

Они обнялись, затем стукнулись кулаками.

– Ты точно в норме? И ничего не сломал? Может, вызовем скорую? Пусть проверят хотя бы.

– Все супер. Я великолепно себя чувствую, – отмахнулся Андрей.

Он развернулся, поднял воротник пальто и двинулся в сторону своего дома.

– А из-за чего у вас мордобой начался? – окликнул Лобас его вслед.

– Спроси у Юли! – не оборачиваясь, ответил Андрей.

Он медленно приходил в себя. Шок отступал, но, все же, не до конца.

– Я парил. Парил, черт меня дери! – пробормотал Андрей себе под нос.

Он действительно восьмое чудо света. Лобас был прав. Андрюха каким-то странным образом выжил в абсолютно безвыходной ситуации. Внезапно его охватило безумное торжество.

– Да!!! – заорал Андрей, широко раскинув руки в стороны.

Его радостный крик напугал бездомную кошку, рывшуюся в мусорном баке, которая тут же убежала прочь с большой скоростью.

Андрей посмотрел ей вслед и рассмеялся.

3

Придя домой, Андрюха принял душ и лег спать. Мысли о внезапно отмененной неизбежной кончине никак не шли у него из головы. Он проворочался на диване около часа, когда его, наконец, сморил сон. Всю ночь Андрюха проспал в непроглядной темноте, первый сон пришел уже под утро.

Андрей летел в облаках над своим городом. Просто парил без причины и смотрел вниз. Это продолжалось бы, наверное, довольно долго, если бы его не разбудил будильник на телефоне.

Зомби!

Твой убийца крепко спит, но ты его найдешь!

Зомби!

Не спасут его мольбы и святая ложь!

Зомби!

Громкая музыка ворвалась в сознание Андрюхи и вырвала его из пучины сна. Он раскрыл глаза и с ужасом увидел диван в двух метрах внизу под собой. Он вновь парил…

В шоке Андрей нелепо взмахнул руками и камнем рухнул вниз. Диван спружинил, и Андрюха, немного подлетев вверх, грохнулся прямо на пол, приложившись локтем.

Выругавшись, он дотянулся до телефона и отключил разрывающийся "Арией" будильник. Девять утра. Хорошо хоть, что родители уже ушли на работу и не заметили его полет.

– Что же со мной происходит? – пробормотал Андрей.

Он встал на ноги и подпрыгнул. Ничего не произошло. Присев на корточки, Андрюха резко выпрыгнул вверх, всем телом стараясь удержаться воздухе. Ноль эффекта – он встретил ногами пол через секунду.

Андрей не понимал ничего. Он вздохнул и пошел на кухню готовить себе завтрак.

Еда прошла единым комом. Из головы никак не шли полеты, а все остальное Андрею сейчас было по боку. Наспех одевшись, он схватил сумку со своей спортивной экипировкой и вышел из дома. Начинался новый день…

* * *

– У меня мозг плавится! – измученным голосом простонал Андрей. – Я, наверное, сейчас сдохну!

Они с Олегом выходили из главного корпуса университета. Все одногруппники разбежались по домам, а друзьям еще предстояла тренировка.

– Пойдем сразу в зал? – попросил Андрей. – Ненавижу холод, а жрать перед треней смысла нет.

После выполнения и защит сразу трех лабораторных работ по программированию микроконтроллеров мозг Андрея категорически отказывался воспринимать любую учебную информацию, поэтому он сразу же предложил побегать, стоило им только перешагнуть порог легкоатлетического манежа, где проходили тренировки.

Олег согласился, и, переодевшись прямо посреди беговой дорожки и бросив там же сумки, парни пошли к стартовой зоне.

Манеж пустовал. Здесь не было ни единого человека кроме пары неизменных бабушек на вахте у входа. Но это только потому, что парни пришли рано. К началу их тренировки манеж заполнялся бегунами, легкоатлетами, кикбоксерами, штангистами и прыгунами с шестом. Но до столпотворения оставалось еще примерно полчаса. В самый раз, чтоб разогреться перед тренировкой.

– Рванем на сто метров? – предложил Олег. – Так, чтоб до предела?

Андрей кивнул и принял позицию низкого старта.

– Бежим на счет "три"? – уточнил он и, увидев согласный кивок друга, продолжил. – Тогда считай.

– Раз, два, три!

Они сорвались с места. Первые тридцать метров парни пробежали вровень, потом Олег начал медленно вырываться вперед. Андрей отстал на метр, потом на пять. Он вложил в ноги все свои силы, сердце переходило на бешеный ритм.

И тогда земля внезапно ушла у него из-под ног. Сам не понимая как, Андрей перешел в горизонтальное положение, нелепо взмахнул руками и пролетел всю оставшуюся дистанцию за пару секунд, обогнав Олега на тридцать с лишним метров.

Он стремительно приближался к стене. На такой скорости Андрей был уверен, что костей он при столкновении не соберет.

– Твою мать! – панически завопил Андрюха и внезапно рухнул лицом в пол, разбив нос и проехавшись еще метров семь на брюхе.

Олег подбежал к нему спустя несколько секунд.

– Твою мать! – в точности повторил он первую реакцию Андрея. – Как?! – дрожащим голосом выдавил из себя он. – Ты же летел!

Андрюха перевернулся на спину и размазал кровь по майке, вытерев нос ладонью.

– Я и не отрицаю, – пробормотал он.

– Как?! – повторил Олег.

Андрей принял сидячее положение, стянул через голову майку и приложил ее к носу, пытаясь остановить кровь.

– Пошли в туалет, – сказал он, вставая, – надо прополоскаться.

Олег, молча, отправился за ним следом, ожидая дальнейших комментариев. Андрей понимал это, хоть и не знал, каким образом это объяснить. Первые слова он выдавил из себя уже в туалете, когда остановил кровь и, как следует, умылся.

– Я уже два раза летал, – сказал Андрей, глядя в зеркало перед собой, – сейчас третий. Вчера на вечеринке меня вышвырнули с балкона. Девятый этаж. Я каким-то чудом тормознул в метре от земли. Сегодня с утра я проснулся в паре метров над диваном. Взлетел во сне. Ну и вот теперь…

Олег смотрел на него ошалевшим взглядом. Андрюха развел руками.

– Я просто вперед вырваться хотел, – выдавил из себя он, – и победить…

Олег подпер кулаком подбородок и надолго задумался. Андрей открыл ледяную воду и подставил голову под напор, стараясь хоть как-то отвлечься в ожидании ответа от друга.

– Выброс адреналина, – предположил тот, спустя несколько минут. – Твое сердце колотится с огромной частотой, соответственно, выбрасывается адреналин, и, возможно, что именно он и позволяет тебе летать.

Андрей недоверчиво взглянул на него.

– Нет, это, безусловно, очень грубая формулировка. Я не могу сказать, что с тобой происходит, только лишь предположить, – Олег окинул его серьезным взглядом, – может, ты новое звено эволюции?

– Я? – опешил Андрей. – Никогда в себе ничего подобного даже не замечал! Это же не может вдруг взять и появиться с бухты-барахты?

– Вполне возможно. Ты ведь за последние пару дней летал уже несколько раз. Я такое, кроме как в кино, и не видел нигде. С тобой ничего не делали в последнее время?

Андрей покачал головой и сел на раковину, проигнорировав скептический взгляд друга.

– Я слышал о теории, – начал Олег, – в которой говорилось, что человеческий мозг якобы работает на десять процентов, а то и меньше. Теоретически, в каждом из нас скрыты способности к левитации, телепатии и всему прочему.

– И, по-твоему, я как-то активировал неиспользуемую часть своего мозга?

– Все может быть! Я не знаю об этом ничего. Совсем ничего, – Олег развел руками, – ты головой бился? В аварии попадал? Может, клиническая смерть?

– Нет.

– Дрался?

Андрей задумался.

– Вчера Антон присадил мне по голове. От этого удара я вывалился с балкона.

– Сильно вмазал?

– Да так, прилично. Но бывало и посильнее, – задумался Андрей.

– Значит, удар по голове был?

– Был, но удар такой силы не мог ничего изменить!

– Не забывай, что ты вылетел с балкона. Шок был?

– Ты еще и спрашиваешь? Я удивился, что не откинулся от ужаса прямо во время падения!

– Может, это было вызвано тем, что удар совпал с шоком? Ну и с выбросом бешеной дозы адреналина во время падения, – предположил Олег. – В любом случае, тебе необходимо ответить на два главных вопроса.

– Кто виноват? Что делать? – поднял брови Андрей.

– Точно.

– А зачем?

– Как это, зачем? – удивился Олег. – Тебе вообще неинтересно, что с тобой такое?

– А сам я узнаю, что со мной творится? Вряд ли. А, если уж на то пошло, когда люди в кино идут с такими проблемами к ученым, то их сажают в клетку, анализируют, потом, возможно, убивают и извлекают мозг для дальнейших исследований. Нет уж, спасибо. Буду просто отталкиваться от того факта, что я летаю. Иногда счастье в неведении.

Олег непонимающе смотрел на него.

– Может, хотя бы эксперимент тогда небольшой? – предположил он.

– Давай, – согласился Андрюха, – а какой?

Вместо ответа Олег широко размахнулся и правой рукой со всего маху влепил Андрею по голове. Сила удара была такова, что Андрюха слетел с раковины на пол и проскользил по нему еще пару метров.

– Ты охренел, скотина?! – заорал он, прыжком вскочив на ноги.

– Сработало! – Олег, резво отскочив назад, указал ему на ноги.

Андрей опустил взгляд вниз и увидел, что висит в нескольких сантиметрах над полом.

– Класс, – прошептал он и развел руки в стороны, продолжая висеть. Голова после удара ужасно болела, но в глазах не темнело, и равновесие он не терял.

– Ты не падаешь, – заметил Олег.

– Спасибо, – ехидно ответил Андрей. – Без тебя я бы в жизни не догадался. Я сейчас полностью концентрируюсь на полете. Целиком и полностью. Блин! Шикарно! Это же какие возможности передо мной теперь открываются!

– Какие? – Олег взял его за плечо и, в буквальном смысле слов, опустил на землю. – Хочешь, чтобы все узнали? Думаешь, пролетишь над универом, и все придут в экстаз? А как же ученые, эксперименты, вырезание мозга? – привел он в пример страхи самого Андрея.

Тот всерьез задумался.

– Да уж… Наверное, ты прав.

– Я всегда прав. И мне кажется, что голову тебе это вскружит. Сто процентов. Ты из тех людей, которые не могут не быть исключительными. Сила теперь у тебя есть. А ответственность?

– Ты издеваешься надо мной? Да это дешевая цитата из не менее дешевых комиксов!

– Это правильная цитата, – отчеканил Олег. – А если ты так не считаешь, то поговори лучше с Димой. Он оценит тягу к беспределу при имеющейся силе.

– Да хватит блин! Какого хрена ты бесишь меня?! – вспылил Андрей. – На прочность проверяешь?!

Олег смерил его презрительным взглядом.

– Дешевая цитата из не менее дешевых комиксов призывает людей к тому, чтобы они своими же руками не сделали из себя отморозков. Знаешь, что отделяет тебя потенциального пути преступника?

– Удиви меня! – огрызнулся Андрей.

– Лишь одно неверное решение. Любое, – сказал Олег и вышел.

Андрей глубоко вздохнул и потряс головой. Плеснул в лицо ледяной воды. Стало чуточку полегче.

– Кто виноват? – спросил он сам себя и сам же ответил. – Хрен его знает. Что делать?

Он замолчал и провел ладонями по лицу.

– Хрен его знает, – повторился он и вздохнул.

4

На тренировку Андрей не пошел, вызвав очередной ехидный смешок Олега. Временами друг просто убивал его своей вечной ответственностью и стремлением везде успевать. Андрюха подумал о том, что Олег, наверное, и со сломанной рукой бы явился на тренировку.

Нос опух, да и челюсть побаливала. Лицо слегка отекло, и Андрей решил устроить себе выходной.

– Вот такой я безответственный, – пробормотал он себе под нос, кутаясь в воротник пальто, по дороге к автобусной остановке. – Плюю на спорт. Наверное, по мнению Олега, завтра же я сопьюсь или стану наркоманом. Целую тренировку же пропустил!

Естественно, никто ему не ответил. В минуты, когда его буквально раздирала на части злоба и раздражение к миру вокруг, Андрюха нередко разговаривал сам с собой. Всего то и нужно было – поорать в пустоту. Это неплохо успокаивало. Всегда.

Остаток пути до остановки он прошел в гармонии сам с собой, стараясь не думать вообще ни о чем. Мороз был ужасный, руки замерзали даже в перчатках.

И, конечно же, автобус подошел набитый до предела. Андрей вздохнул.

"Вот же ж твою мать", – мрачно подумал он.

Андрюха уже собрался втискиваться в автобус, как вдруг его осенило. В голове вспышкой возник единственный вопрос: "А зачем?" Он сделал пару шагов назад, развернулся и отошел от остановки. Спустился с центрального проспекта в глухую и темную подворотню и побежал.

Достаточно разогнавшись, Андрей прыгнул вперед, вытянувшись в струнку и взмахнув руками.

Он ожидал всякого, но не этого.

Андрюха грохнулся на землю и пропахал лицом снег.

– Тварь! – выругался он и вскочил на землю. – Да что ж такое-то?!

Он отдышался и задумался. Что-то он явно делал не так, как следовало. Значит, всего-то и нужно было, что понять, что именно. Проблема была в том, что это и являлось для Андрюхи самым сложным. Он абсолютно не знал, от чего отталкиваться.

Олег говорил про мозг. По его теории, именно серое вещество отвечало за происходящий процесс. Значит, нужно было заставить мозг выработать некий управляющий полетом импульс, грубо говоря.

Андрей постарался очистить свой мозг от всего постороннего.

"Вверх", – подумал он.

Ничего не произошло. Андрей выругался. Подумав еще пару секунд, он пришел к выводу, что мозг может и не понимать контекста слова в данной ситуации.

– Попробуем по-другому, – пробормотал Андрей и нарисовал в своем воображении картинку того, как он отрывается от земли и медленно поднимается в воздух.

Почва тут же ушла из под его ног. Угадал! Андрюха, продолжая концентрироваться только на взлете, медленно поднимался вверх.

"Хм, надо бы быстрее", – подумал он и тут же ускорил движение.

Наверное, мозгу, как и телу, нужно было поверить в саму возможность взлета, после чего команды можно было отдавать уже только словами. Точнее, мыслями. Андрей не понимал, как именно это происходит, но ведь работало же!

"Быстрее! Намного быстрее!" Он прорезал ледяной воздух, словно пуля, выпущенная из ствола. В лицо бил ветер, скорость все нарастала, а пейзаж внизу постепенно терял очертания.

"Стоп!" Андрей завис над ночным городом. Он находился примерно в сотне метров над землей. Внезапно, его сковал страх.

"А что, если я вдруг, потеряю способность?" И, словно, по заказу, что-то оборвалось. Андрюха камнем рухнул вниз, нелепо размахивая руками.

– Сука! – заорал он панически. – Стоп! Стоп, тварь! Вверх!

Крики не давали ничего, а земля приближалась. Чудовищным усилием воли Андрей кое-как сконцентрировался и вновь заставил себя поверить в полет. Недавняя картинка вспыхнула в голове, и он завис в ночном небе прямо напротив окна последнего этажа стоящей рядом высотки.

На него ошалело смотрел маленький мальчик, примерно десяти лет от роду. Ребенок не мог поверить своим глазам.

Андрей сделал над собой усилие, успокоился, улыбнулся, и мальчик, расценив это как жест доброй воли, полез на подоконник и распахнул форточку.

– Дядя, вы супергерой? – взволнованно выкрикнул он.

– Я супермен, – сориентировался Андрей, – и я реально существую. Только не говори никому, ладно?

– Хорошо, – прошептал мальчик.

Андрюха шутливо отдал ему честь и взлетел выше. Ребенок провожал его взглядом. Залетев на крышу, Андрей приземлился и осмотрелся.

Падая, он совершенно потерял ориентацию в пространстве. Покрутив головой, Андрей нашел примерное направление до дома.

– Ну ладно, – он встряхнул головой, прогоняя ненужные страхи, и побежал к краю крыши.

"Быстрее!" – мелькнула в мозгу мысль, когда он прыгал в пустоту.

* * *

Он пролетел с пятнадцать километров за семь минут, находясь достаточно высоко в воздухе, чтобы его не было видно с земли. Стараясь двигаться преимущественно темными районами, Андрей без проблем добрался до дома, пропахав при посадке довольно глубокую борозду в снегу.

И тогда, валяясь в холодном сугробе посреди безлюдной улицы, Андрюха окончательно поверил в свою уникальность. Он расхохотался, раскинув руки в стороны и глядя в ночное небо. Наступала новая пора жизни.

Он зашел в дом, минуту спустя. Бросил сумку с экипировкой в угол своей комнаты и швырнул на диван пальто.

– Почему ты так рано? – удивился отец.

– Я? – Андрей замешкался.

– Ты. Тренировка была?

Ее-то не было, но только тогда до Андрея дошло, что теперь он всегда будет добираться домой часа на полтора раньше, ведь какой смысл при таких возможностях стоять в пробках в автобусах?

– А… – протянул он, быстро соображая, что бы ответить. – Время тренировок сместили на час. Теперь буду раньше возвращаться.

Отец окинул его скептическим взглядом. У Андрея создалось впечатление, что он ему не поверил.

Впрочем, в случае с родителями, такое чувство посещало Андрюху довольно-таки частенько.

Он уже собирался было принимать душ, как вдруг в сознание закралась ужасно притягивающая идея. Секунду спустя, Андрей уже был уверен, что не уснет, пока не сделает этого.

* * *

Он настойчиво звонил в дверь около минуты, прежде чем Лобас открыл.

– Хрен тут выспишься перед экзаменом! – недовольно пробурчал друг и протянул Андрею руку. – Ты к сессии вообще не готовишься?

– Да зачетная неделя только через пару дней начинается. Еще учусь, – Андрюха посмотрел на часы. – Лобас, рано спать в семь вечера!

– В самый раз, если тебе вставать в пять утра! Говори, чего надо, и я пойду спать.

– Мне нужен Антон, – твердо сказал Андрей.

Лобас понял все сразу.

– Мстить собираешься?

– Лобас, мне сейчас вообще не до нравоучений! – вскинулся Андрей. – Из-за этой суки я мог в мясо разбиться! Где его искать?!

– В парке, – мрачно ответил друг, – они собираются возле колеса обозрения, там летом кафешка раньше была, а сейчас они там просто собираются пьянствовать на пустующих столах.

– Была бы охота в такой мороз.

– Ты имей в виду, что если сунешься туда один, то тебя изобьет вся его шпана. На атомы расщепят.

Андрей кивнул.

– Эх, судя по-всему, поспать мне сегодня не удастся, – тяжело вздохнул Лобас. – Сейчас обзвоню пацанов, будем собирать тебе группу поддержки.

– Не стоит, – ответил Андрей. – Я туда сегодня не пойду. Может, завтра. Насколько я тебя понял, их сборище всегда гуляет в парке?

– Ну да… – Лобас внезапно осекся. – А какого хрена тогда ты приперся ко мне сегодня?! Позвонить или "вконтакте" написать не мог?!

– Я звонил, – ответил Андрей, – ты трубку не брал.

– Конечно! Я же решил спать, а не в разборки втравливаться!

– Ладно, давай, – Андрей пожал ему руку и спустился на этаж ниже. Пошел дальше, но вдруг застыл.

"Зачем тратить время на то, чтобы спускаться вниз и выходить из подъезда через дверь?" – подумал Андрей и открыл окно на лестничной площадке.

Он разбежался и выпрыгнул в окно.

"Быстрее!" – мелькнула в голове единственная мысль.

* * *

Возле колеса обозрения Андрей увидел примерно человек двадцать. Среди них была и Юля. Там же он заметил и Антона. Больше людей вокруг он не наблюдал. Оно и понятно – вы сами будете гулять зимней ночью по местам, куда толпами стягивается вся уличная шпана?

Идти туда одному действительно было бы самоубийством, но никаких разборок "толпа на толпу" Андрею не хотелось. Это его личное дело, и у него уже возник примерный план.

Андрюха достал из кармана пальто шарф и завязал его на лице так, что было видно только глаза – лоб закрывала шапка.

"Ладно, погнали", – подумал он, сделал шаг в сторону из-за ствола дерева, прячась за которым проводил наблюдение, и прыгнул вперед.

"Быстрее!" Антон не понял, что произошло, ровно как и остальные люди из его компании. Секунду назад он пил пиво в окружении пары девиц легкого поведения, а потом что-то неведомое сгребло его в охапку и потащило вверх.

Внизу панически закричали. Антон и сам поучаствовал в этом процессе, вырываясь изо всех сил, раздирая себе глотку дичайшими воплями.

– Заткнись, твою мать! – рявкнул кто-то ему прямо в ухо, и полет прекратился.

Антон увидел перед собой очень злые глаза. Его держал человек, это было очевидно. Но от земли их отделяло не меньше семи метров, что не могло внушать Антону хоть какой-то уверенности в счастливом финале. Они улетели достаточно далеко от парка, под ногами был пустырь. Антон понял, что всего секунд за тридцать, если не меньше, его утащили за пределы города.

Человек обхватил его ногами, отпустил одну руку, снял шапку и спустил вниз шарф. Тогда Антону показалось, что он смотрит в глаза смерти. Перед ним был тот самый парень, которого вчера он выкинул с балкона.

– Как?! – дрожащим, срывающимся голосом выдавил из себя Антон. – Ты же должен быть мертв!

Андрей посмотрел ему в глаза.

– За все когда-то приходится платить, мразь, – отчетливо выговорил он.

– Ты же умер! – трясся Антон. – Я же сам вышвырнул тебя вниз!

– Хм, а Лобаса ты не дождался вчера? Сбежал, сука, сразу же, как я вывалился?

Антон не успел ответить, парень продолжил:

– Хотя нет. Ты ведь не выходил из подъезда. Где был?

Он молчал. Тогда Андрей чуть ослабил хватку и встряхнул Антона, разжав ноги.

– Стой! Пожалуйста, не надо! Я в подъезде прятался, пока Лобас не вернулся назад! И вышел потом на улицу! И сбежал!

– Ну, прямо супергерой, – хохотнул Андрей, – а летать умеешь?

– Пожалуйста, не надо! Дай мне шанс! – взмолился Антон.

– А как же я вчера? Ты дал мне шанс?! Дал, мразь?! Отвечай!

– Прости! – Антон уже чуть ли не плакал.

– Прощу, – ответил Андрей, – но поверь, я клянусь, что сброшу тебя с семнадцатиэтажки, если хотя бы кто-нибудь из твоих прихвостней узнает, что я умею летать. Ты меня понял?

– Конечно!

– Телефон! – скомандовал Андрей.

Антон мигом вытащил мобильник из кармана штанов и протянул его Андрюхе. Тот забрал его.

– Я тебя прощаю, – сказал Андрей и разжал хватку.

Антон мешком пролетел семь метров вниз и рухнул на землю. При ударе он сломал ногу, хруст которой почему-то напомнил Андрею звук трескающегося сочного арбуза. Кость на левой голени пробила штаны и торчала наружу. Таких воплей Андрей еще не слышал никогда. Он приземлился рядом с Антоном и бросил рядом с ним мобильник.

– Лови, а то вдруг бы ты его разбил. Звони своим шавкам, может, не испугаются тебя забрать, гнида.

– Сука ты конченая! – яростно завопил Антон. – Чтоб ты сдох, мразь!

Андрей размахнулся и ударил его своим тяжелым ботинком по лицу.

– Это лишь малая часть цены, которую ты был должен заплатить, – сказал он достаточно громко.

Месть согрела его сердце.

"Быстрее", – только и подумал Андрей и умчался прочь.

5

Утром Андрея разбудил телефон.

"Лобас" – увидел он на экране.

– Да, – зевнув, ответил Андрюха.

– Сегодня утром меня разбудила Юля, – начал Лобас.

– И что? – безучастно поинтересовался Андрей. – Какое мне дело до того, кто тебе звонит?

– Ты вчера разбирался с Антоном?! – Лобас говорил достаточно агрессивно.

– Я? Нет. Сегодня, наверное, – лениво напоказ зевнул в трубку Андрей.

– Ты опоздал!

– Почему?

– Антон в больнице с открытым переломом! Как ты сделал это в одиночку?!

– Лобас, ты что пьяный?

– Слушай, они все несут какую-то херню о том, что нечто спустилось с неба, схватило Антона и утащило его наверх!

Андрей открыто захохотал.

– Блеск! То есть, Лобас, ты считаешь, что это я прилетел? Да, по вечерам я супермен. Приходи, полетаем.

– Слушай, я прекрасно понимаю, что это все полная хрень, и что они были в хлам пьяные! Но не все же сразу до такой степени?!

– Слушай, чего тебе от меня надо, старик? – Андрей начинал злиться.

– Тебе вообще неинтересно даже, что кто-то искалечил типа, который тебя чуть не убил?!

Андрей выдержал паузу, прежде чем ответить.

– Нет. Неинтересно. Я вообще не понимаю, на хрена ты меня грузишь этим отморозком? Сломали ему ногу, и что?! Мне полагается прослезиться, мать твою?! Этот ублюдок мог меня убить! Я жалею только о том, что не лично поломал ему его гребаную ногу, Лобас!

– Я не говорил, что он сломал ногу.

Андрей сразу же понял, что по неосторожности проговорился аж два раза. Это было нехорошо, хоть Лобас и не сможет ничего доказать.

– Это ты сделал, – друг не спрашивал, а утверждал.

– Да мне по хрену, что ты думаешь, – сказал Андрей и отключился.

Он встал с дивана и потянулся. Утро начиналось неплохо, дома он был один. Андрей вышел на кухню, плеснул себе в лицо ледяной воды и окончательно прогнал сон. Позавтракал, побрился, налил себе кофе.

Дома абсолютно нечего было делать. Андрей сделал пару глотков. Горячий напиток разлился по телу, согревая его.

– Зачем сидеть дома, если можно слетать в любой уголок? – прошептал он себе под нос и улыбнулся.

Андрюха поставил кофе на стол и достал из шкафа джинсы.

* * *

Несмотря на пафосные фразы, фантазия в то утро не работала.

Андрей стоял у берега реки, которая протекала по окраине города и уже была покрыта пока еще тонкой коркой льда. Полетать над водой было бы вполне неплохо, но лета ждать не хотелось, так что вариант со льдом тоже годился.

Людей вокруг не было, так что страхи о том, что он может быть замечен, плавно отходили на второй план.

Очень хотелось полетать днем, но в голове кружились слова Олега: "Хочешь, чтобы все узнали? Думаешь, пролетишь над универом, и все придут в экстаз? А как же ученые, эксперименты, вырезание мозга?" Андрей прикинул варианты. Жил он практически на самой окраине города. Далее в десятке километров начинались поселки, расположенные вдоль реки, и людей практически не было. Разве что промышляющие подледным ловом рыбаки, но те пили горькую в таких количествах, что их словам о летающем человеке совершенно точно никто бы не поверил.

А уж в том, что там он не наткнется на ученых или представителей спецслужб, которые захотят провести над ним несколько экспериментов, Андрей практически не сомневался.

– Нельзя жить глупыми страхами, – пробормотал он себе под нос.

Андрюха прыгнул вперед и завис в паре сантиметров от ледяной поверхности. Взмахнул руками и развернулся по направлению течения реки.

"Быстрее".

Он рванулся вперед.

"Быстрее!"

Воздух свистел в ушах.

"Быстрее!" С Андрея сорвало шапку потоком встречного ветра.

"Быстрее!" Он развил куда большую скорость, чем вчера. Лед трескался. Проносясь над рекой, Андрей оставлял за собой растущий разлом.

"Быстрее!" И тогда он на собственной шкуре ощутил предел своих возможностей. В висках застучало, закололо сердце, в глазах стремительно потемнело.

"Медленнее!" – сама собой вспыхнула мысль в мозгу.

Он задыхался и уже не мог остановиться. На миг Андрею показалось, что мозг его больше не слушается.

"Медленнее!" Скорость падала, но недостаточно быстро.

"Медленнее!"

"Медленнее!"

"Да медленнее же!" Андрей потерял концентрацию, из носа на губы хлынула горячая кровь, которую ветром тут же размазывало по лицу. Каким-то чудом он смог свернуть в сторону, рухнул прямо на лед, который был намного прочнее ближе к берегу, и проскользил пару десятков метров. При ударе Андрей только и успел, что закрыть лицо руками.

С ладоней сорвало перчатки, он ободрал руки в кровь, получив новую дозу боли…

А потом его повело вбок.

Кувыркаясь и получая сильнейшие удары об лед, Андрей кубарем покатился уже непосредственно к берегу. Земля и небо успели для него с десяток раз поменяться местами. Влетев головой в замерзшие у берега снежные сугробы, Андрюха испытал удар такой силы, что сознание начало медленно покидать его.

"Как же глупо…" – только и успел подумать он напоследок.

6

Забрезжил свет. К Андрею медленно возвращалось сознание. Вместе с ним приходила и боль.

Он открыл глаза и сразу понял, что находится не дома.

Андрей лежал на кровати в очень просто обставленной комнате. Старые, местами пожелтевшие, обои, пружинная кровать с деревянным шкафом возле нее и полное отсутствие любой другой мебели.

Руки болели. Посмотрев на них, Андрюха увидел, что кисти были перебинтованы такими же как обои пожелтевшими от времени бинтами.

Он откинул шерстяное одеяло и встал с кровати, отметив, что из одежды на нем остались только трусы. Тело было сплошь покрыто синяками и ссадинами.

– Пристрели меня, дед Мороз, – простонал Андрей.

Он испытывал боль. В памяти вспышками проявлялись воспоминания. Полет над речкой, ушибы…

Потеря сознания.

– Довыделывался, идиот, – мрачно обратился Андрюха сам к себе.

Он подошел к деревянной двери, распахнул ее и вышел из комнаты, с недовольством ощущая, как тело ноет при каждом новом шаге.

Андрей попал в большую, судя по-всему, кухню. Посередине стоял немалых размеров стол, в одном углу стоял шкаф для посуды, в другом – старая газовая печь.

Возле нее, спиной к Андрею, хлопотала девушка.

Фартук был повязан поверх зеленого шерстяного свитера, по плечам спадали вниз густые черные волосы. Андрей залюбовался ее стройными ногами, на которых в обтяжку сидели синие джинсы.

– Эм, извините, – произнес он вслух.

Девушка вскрикнула и прыжком развернулась лицом к Андрею. Увидела, что он практически не одет и тут же вновь повернулась спиной.

– Ваша одежда еще сохнет, – пробормотала она.

– У меня никогда не было дурацких комплексов, – ответил Андрей.

Девушка молчала, возникла неловкая пауза. Андрей подошел к ней, мягко взял ее за плечи и развернул лицом к себе. Протянул ей руку.

– Андрюха, – он постарался максимально приветливо улыбнуться.

Она пожала руку.

– Лиза.

– Елизавета? – уточнил он.

Девушка покраснела и кивнула.

– Глупое древнее имя.

– Вовсе нет. Очень красивое имя, – возразил Андрей.

Он так и держал ее за руку, чувствуя тепло, исходящее от ее ладони.

Внезапно Андрей ощутил сильнейшее желание поцеловать ее прямо сейчас. Первый раз он лицезрел настолько выразительные голубые глаза, которые не отдавали холодным блеском, а, наоборот, словно согревали Андрюху изнутри. На губах Лизы заиграла улыбка.

– Спасибо, – прошептала она, – но, неужели нужно так откровенно стоять бревном и пялиться на меня?

"Целуй ее! Сейчас, или никогда!" – дал знать о себе внутренний голос.

Андрей уже был готов сделать это. Он улыбнулся, слегка наклонился к Лизе и…

Заскрипела дверь. Лиза тут же выдернула руку и развернулась к печке.

– Дедушка вернулся, – сказала она.

Андрей не нашел ничего лучше, кроме как метнуться к столу и сесть.

Через пару секунд в комнату вошел старик лет шестидесяти, одетый в черную зимнюю куртку ниже колен. Андрей заметил на нем валенки и улыбнулся. Старик носил густую длинную бороду, в которой застрял снег.

– Очухался, наконец, – сказал дед. – Вообще, рановато. Видно, здоровье у тебя, парень, лошадиное!

Андрюха тут же встал из-за стола, подошел к старику и протянул ему руку.

– Андрей.

– А я знаю, – усмехнулся дед и достал из кармана мобильник Андрюхи, протягивая его хозяину "трубки". – Нашел у тебя в кармане. Когда ты еще валялся мертвым грузом, тебе пришло сообщение.

Андрей взял телефон и просмотрел входящие смс.

"Андрюш, зайди в аську. Надо с тобой кое-что обсудить", – гласило сообщение от одной знакомой девушки.

Он посмотрел на часы. Половина шестого. На улице уже чернела ночь. Зима, ничего не поделаешь. А на речку он спустился около девяти утра…

– Я восемь с половиной часов в отключке был?! – в шоке воскликнул Андрей.

Он рухнул на стул и быстро начал приводить в порядок свои мысли.

"Родители!" – словно вспыхнул в его мозгу экстренный сигнал.

Андрей наскоро написал маме сообщение: "Я на дне рождения у Сани. Буду поздно". Через минуту ему пришел ответ: "Хорошо".

"Андрюш, зайди в аську…" – попалось ему на глаза самое первое сообщение.

"Да какая, к черту, аська?!" – разозлился Андрей.

– Я – Михаил Александрович, – наконец, представился дед. – Из-за тебя, парень, я чуть Богу душу не отдал!

– Вы на берегу меня нашли, да?

– Да, – дед снял куртку, повесил ее на крючок и сел за стол. – Лиза! Дай нам поесть! И не вздумай отказываться, – ткнул дед пальцем в Андрея, хитро улыбнувшись.

Андрей и не думал отказываться. Более того, в его голове был такой сумбур и хаос, что он и не отказался бы и от рюмочки горячительного.

К сожалению, дед не обладал его дальновидностью, Лиза тоже, поэтому Андрюха получил лишь большую тарелку борща. Да ну и ладно.

Лиза поставила чайник и села за стол рядом со стариком.

Только тогда Андрей сообразил, что до сих пор не видел собственного лица.

– Я не нашел здесь зеркала, – извиняющимся тоном сказал он, – мне нужно знать, что у меня с лицом. Просто эти ссадины по всему телу…

– Ничего серьезного, – улыбнулась Лиза. – Не бойся, красивый. Пара мелких ссадин и царапин, да синяк на нижней челюсти. Твоя девушка может спать спокойно.

Андрей благодарно ей улыбнулся.

– Нет у меня девушки, – ответил он.

– Когда я нашел тебя, то думал, что это труп, – сказал дед, – в шоке был. И еле нашел в себе силы подойти поближе и перевернуть тебя. Ты ведь не из этих мест?

И лишь тогда Андрей понял, что он не задал самый главный вопрос.

– Где я?

Он был готов услышать любой шокирующий ответ, но дед назвал ему деревеньку, расположенную максимум в пятидесяти километрах от города.

– Знаешь такую?

Конечно же, Андрей знал.

– А откуда ты сам? – спросила Лиза и, дождавшись ответа, снова задала вопрос. – И как тебя сюда занесло?

– Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? Просто врать совсем не хочется, а правда слишком странно будет для вас звучать. Да, собственно, не только для вас, а для всех вообще.

Дед очень серьезно посмотрел на Андрея.

– Да, тут ты прав, врать не стоит, – только и сказал он.

Андрей расценил это как согласие, благодарно кивнул и продолжил есть.

– Звони родителям. Скажи, что ночевать не придешь, а завтра утром я отвезу тебя домой, – предложил старик.

– Не стоит, – ответил Андрей. – Я серьезно. Мигом доберусь до дома.

– Это как же?

Андрей промолчал.

– Это снова вопрос из серии, где не хочется врать? – уточнил дед.

Андрей сокрушенно кивнул.

– Ну, раз ты такой упертый, подожди хотя бы, пока высохнет твоя одежда, – окинул его неодобрительным взглядом старик. – Эх, молодые, куда вы вечно торопитесь? Еще и скрываете все подряд.

– Живем мы так, – тихо ответил Андрей, – выбора нет.

– Притормози, дружок, а то всю жизнь так на скорости и промчишься. А когда оглянешься назад, ничего и не вспомнишь.

– Я уверен, мне будет что вспомнить, – постарался как можно мягче ответить Андрей, – а какой у меня может быть выбор? Не торопиться? А как же работа, учеба, тренировки? Шестнадцать часов практически непрерывного дня, потом восемь сплю. Так и живу. Спросите у Лизы насчет универа, она подтвердит.

– Не смогу, – улыбнулась она. – Я ведь еще в школе учусь – Да? – удивился Андрей. – А выглядишь очень взросло.

– Одиннадцатый класс все-таки. Скоро финиш, – подмигнула ему Лиза.

Андрюхе нравилась ее простота в общении. Девчонка, безусловно, выражаясь современным языком, цепляла.

Впрочем, интерес к ней никак не повлиял на то, что Андрей начинал вполне ощутимо мерзнуть.

– А где моя одежда? – спросил он.

Дед пожал плечами.

– Я повесила ее на батарею, – сказала Лиза и мгновенно вскочила с места. – Штаны промокли в снегу насквозь, мне пришлось их высушить.

Уже через минуту Андрей надел джинсы, которые, впрочем, были еще чуток сыроваты, и натянул майку со свитером.

– Носки там же, – извиняющимся голосом сказала Лиза. – На батарее. Я забыла про них.

– Я ужасно благодарен вам за все, – совершенно искренне ответил Андрей. – Никогда этого не забуду.

Он натянул носки и огляделся.

– А где мое пальто?

– Может, все-таки останешься? Там же темень такая…

Он улыбнулся.

– Извини, Лиза, не могу. Я не привык злоупотреблять чьим-либо гостеприимством. Лучше будет, если я пойду. Спасибо за все, прежде всего вам, Михаил Александрович, за то, что не бросили меня в снегу.

Дед улыбнулся в бороду и промолчал.

– Спасибо за знакомство, – улыбнулся Андрей девушке и вышел в прихожую.

Когда он надел пальто и уже зашнуровывал "камелоты", Лиза выскользнула за ним в прихожую и, ужасно краснея, протянула какой-то клочок бумаги.

– Тут номер моего мобильного, – неуверенно сказала она. – Позвони, как доберешься, мало ли что…

– У вас тут все настолько сильно заботятся о совершенно посторонних людях? – поднял брови Андрей. – Фактически, я с неба рухнул, только проблем вам притащив.

– Я все твои ссадины и раны сама обрабатывала, пока ты валялся без сознания. Вот и волнуюсь, – тихо ответила она.

– Надеюсь, я все время был в трусах? – недолго думая, хохотнул Андрей.

Он думал, что Лизе понравится шутка, и они вместе посмеются, однако девушка посмотрела на него как на полнейшего идиота.

– Я что выгляжу как шлюха? Или как нимфоманка? Может, как озабоченная стерва?

– Извини, – выдавил из себя Андрей, теперь уже действительно ощущая себя клиническим дебилом, – очень неудачно пошутил.

Она кивнула и пробурчала нечто вроде "так и есть".

– Ладно, – Андрей постарался разорвать созданную им же неловкую ситуацию, – надо бы мне сваливать. Мы же еще увидимся?

– Уже не уверена, – холодно ответила девушка.

– Я не идиот, – развел руками Андрей, – не думай плохого. Просто эта фраза… да, согласен, она предельно дурацкая, но, несмотря на это, у нынешнего поколения она вполне была бы в ходу.

– У вас, городских, всегда такое примитивное чувство юмора?

– Не утрируй, – Андрей уже испытывал даже какое-то раздражение, – я просто ошибся. С кем не бывает?

– Ладно, давай не будем, – Лиза сама поставила точку в разговоре.

– Я позвоню, когда доберусь.

Андрей вышел из дома, пробежался по коротенькому заваленному снегом двору и сразу же увидел реку, осознав, что не так уж и далековато старик его тащил. Поразмыслив, Андрей спустился к речке.

Проще всего ему было добраться домой тем же путем, каким он прибыл сюда. Река становилась своего рода дорогой, ориентиром среди практически пустынных берегов вдали от города.

Вот только оставался единственный вопрос. Сможет ли он после всего того, что пережил, взлететь?

Андрей оглянулся через плечо, убедился, что вокруг не было ни одной живой души, на всякий случай спрятался за дерево и вздохнул, приготовившись ко всему сразу…

Он поднялся в воздух на удивление легко, без малейшей боли.

"Старик оказался прав, – подумал Андрей, – здоровье у меня действительно лошадиное".

Главное для него теперь – не играть со скоростью и знать свой предел.

"Быстрее!"

И Андрей рванулся вперед.

7

– Вот в такую жопу я позавчера угодил, – сказал Андрей Олегу. – Если бы не эти люди, я бы, скорее всего, здесь с тобой сейчас не говорил.

Все воскресенье Андрей провалялся дома, считая, что восстанавливает силы после произошедшего. Как там выходило на самом деле, он не слишком себе представлял, но отдых мозгу и телу все-таки устроил. А сегодня парни пришли в университет, дабы получить первый в этом году зачет по "Информационным системам и технологиям".

– О чем я тебе и твердил! Родители-то хоть не заметили синяков и ушибов?

– Когда я завалился домой, то было уже поздно. Мама спала, отец работал за компьютером. Я очень быстро принял душ, прошвырнулся по дому в халате и нырнул под одеяло.

– А все-таки я был прав. Ответственности у тебя ни хрена.

Андрей отмахнулся от него будто от назойливой мухи. Вечное морализаторство Олега порой просто зашкаливало, что не могло не раздражать.

Выходя из университета, Андрей спрятал зачетку во внутренний карман пальто.

– Какие планы на сегодня? – спросил Олег.

– Позвоню Лизе, слетаю к ней, погуляем. Не зря ж я перед ней вчера полдня "вконтакте" извинялся.

– Она в курсе?

– Нет, конечно! Я при ней не летал. И не собираюсь. Просто… – на некоторое время он замолчал, собираясь с мыслями.

– В общем, у тебя появились виды на эту девчонку, – заметил Олег.

Андрей пожал плечами.

– А откуда у нее в глухой деревне компьютер?

– Она "вконте" с телефона сидела, – пояснил Андрей. – Кстати, насколько я понял, у нее есть родители в городе, но она всю осознанную жизнь провела с дедом в деревне. Как-то меня это настораживает. Ненормально.

– Ну, мало ли, что там могло произойти, – резонно заметил Олег, – но раз тебя это волнует, то у тебя точно на нее виды. И не пытайся делать отсутствующее лицо. Она тебе нравится.

– Да, пожалуй, так оно и есть, – признал Андрей.

– Ну и в чем тогда проблема? Бери ее с собой на Новый год. Почему бы и нет?

Этот Новый год парни планировали встречать дома у Олега большой и шумной компанией, хоть и состоящей практически только из их же одногруппников. Впрочем, кто-то собирался привести с собой друзей. Олег не возражал.

– А я уже думал об этом.

– И что надумал?

– Спрошу ее сегодня.

Олег усмехнулся.

– Скорее всего, она откажет. Девчонка ведь узнала тебя только позавчера. Да, допустим она обрабатывала твои раны. Ну и что? Экстренная помощь в трудной ситуации не означает того, что она прыгнет к тебе в постель по первому же зову.

– Что ты несешь? – поморщился Андрей.

– Я утрирую, конечно же, но ты смотри глубже. В корень. Будучи скромной и правильной девушкой, ты бы рванул в другой город на всю ночь с практически неизвестным тебе типом? Да даже если она вдруг захочет, дед ее точно не пустит. Ты для него – здоровенный мрачный бугай, свалившийся хрен знает откуда и тщательно скрывающий совершенно любую информацию о себе.

– Мне без разницы, кто и что там думает. Есть еще шесть дней впереди. Постараюсь раскрыться перед ней с самой лучшей стороны.

– Главное – не засвети свою худшую сторону. Циничную и мрачную.

Андрей промолчал.

Они шли по своему самому обычному маршруту. Людей на одной из центральных улиц города была просто тьма.

– Была бы ночь, подлетал бы уже к дому, – пробормотал Андрей. – А вот днем…

– А вот днем не стоит и пытаться, – оборвал его Олег. – Ты в своем уме?

– А чего бояться? Наберу скорость, и люди меня даже не заметят. А если вдруг все же заметят, то… – он замолчал.

– То что?

– То на один НЛО в желтой прессе станет больше, – отмахнулся Андрей, – и все будут пугать этой байкой малышню. Было бы чего бояться. Ладно, давай, – он протянул Олегу руку, – у меня не так уж и много времени.

Друг пошел дальше по центральной улице, а Андрюха свернул в ближайший переулок, а потом, спустя еще минут десять, попал прямо во дворы старых панельных многоэтажек.

Тут, на первый взгляд, не было ни души.

"Вокруг полно окон! – напомнил о себе внутренний голос. – Кто-то точно тебя увидит!" В ту же минуту из-за одного гаража появился бомж. Он был пьян, и запах перегара бил Андрею в нос даже на свежем воздухе всего с пяти метров.

– Пацан! – окликнул Андрюху бомж. – Эй! Брат! Подкинь денег на пиво!

Андрей с отвращением окинул его презрительным взглядом.

– А еще чего? – агрессивно спросил он. – Иди вагоны разгружай, вот и будут тебе на пиво деньги.

Бомж сразу же понял, что поживиться деньгами тут не получится, и пошел в словесную атаку.

– Суки! – рыкнул он. – Чертовы уроды! Прямо-таки ноги ни у кого по дерьму не ходили! Ты не на моем месте, сопляк! Так какого хрена ты мне указываешь, супермен гребаный?!

В мозгу Андрея словно что-то отключилось. Какой-то образный тумблер, отвечающий за осторожность.

– Да, ты прав, – ухмыльнулся он, разведя руки в стороны, – причем, ты прав практически во всем. Во-первых, я действительно не на твоем месте. Я пока еще человек, а не опустившееся спивающееся животное, которое вполне в состоянии работать, но из-за своей наглости хочет только требовать деньги у людей, которые реально вкалывают, а потом эти деньги пропивать.

Бомж сплюнул в сторону и показал Андрею средний палец.

– А во-вторых, я, и правда, супермен! – Андрюха картинно расхохотался и стрелой взлетел в небо.

Оглянувшись, он успел заметить, что бомж от шока рухнул на задницу прямо в снег.

* * *

– Знаешь, а я всегда любил воду.

– Даже после того, как дед нашел тебя в сугробе на берегу без сознания? – усмехнулась Лиза.

Андрей улыбнулся в ответ.

– Даже после этого.

К Лизе он прилетел очень быстро. Не настолько, как в прошлый раз, когда он чуть было не отдал концы, но, все-таки, быстро.

И сейчас они стояли на берегу речки и болтали о всяких разных вещах. Было очень красиво. Кромка льда начиналась сразу у берега и обрывалась на середине речки, ненадолго освобождая от своего покрова воду. Лучи медленно садящегося солнца озаряли лед багровым цветом, придавая окружающей обстановке долю романтики.

– Красота, – только и сказала Лиза. – Жаль, что нельзя прогуляться к самому ледяному краю.

Андрей тут же взял ее за руку.

– А в чем проблема? – он сделал шаг с берега на лед.

– Да ну! Ты что?! – воспротивилась Лиза, тормозя каблуками сапог изо всех сил. – Лед же только у берега прочный! А вода ледяная! Если провалимся, то не всплывем! Тебя жизнь хоть чему-нибудь учит?!

Не слушая никаких отговорок, Андрей резко дернул ее на себя, подхватил, забросил на плечо, перекинул на руки и сделал несколько шагов по льду. Лиза завопила.

– Да не кричи ты так! – рассмеялся он. – Лед крепкий, не провалимся.

– Пожалуйста, пойдем назад! Ну не надо!

– Все будет супер, – упорно гнул свою линию Андрей.

Он сделал еще пару шагов по льду к середине, теперь уже стараясь ступать осторожнее.

– Сейчас точно рухнем вниз! – никак не могла успокоиться Лиза.

Андрей тоскливо вздохнул.

– То ты хочешь к центру, то нет…

– Не хочу! – паниковала она. – Пойдем назад!

Он сделал всего один шаг вперед…

Лед очень громко захрустел, откололся и начал опускаться вниз кусок, на котором они стояли, Лиза крепко зажмурилась и завопила.

Андрей среагировал практически мгновенно. Вода только лишь и успела – что залить ему "камелоты". Он взлетел сантиметров на десять и тут же вернулся на пару метров назад. Быстро и резко. Зажмурившаяся от ужаса Лиза наверняка расценила это как прыжок.

– Уговорила, – усмехнулся Андрей. – Дальше не пойдем.

Лиза моментально соскочила с его рук и рванулась к берегу, увлекая Андрюху за собой.

– Мне, знаешь ли, на земле спокойнее! – возмущенно воскликнула она.

– А мне в последнее время очень нравится небо, – парировал Андрей.

– Я вижу! Ты в нем и витаешь постоянно! Ты вообще психопат что ли? Даже смерти не боишься?!

"Витаю в небе?" – подумал Андрей, пропуская ее вопли мимо ушей.

А, собственно, так оно и было. Последние дни небо в буквальном смысле манило его. А сейчас в мозг вкрадывалось сумасшедшее желание подхватить Лизу на руки и воспарить прямо к облакам.

"Сила теперь у тебя есть. А ответственность?" – всплыли в памяти слова друга.

"Да какая, твою мать, ответственность?! Как это вообще может быть связано с Лизой?!" – мысленно возмутился Андрей.

Словно в противовес постоянному морализаторству Олега Андрюхе внезапно захотелось тут же раскрыть девушке всю правду. Прямо сейчас.

– Лиз, я хочу тебе кое-что очень важное сказать, – твердо, уверенно и решительно начал он.

– Говори, – она заинтересовалась, это было видно.

Андрей видел искорки любопытства в ее голубых глазах, и на мгновение ему стало ужасно легко. Он понял, что ему не составит ни малейшего труда открыть Лизе правду.

– Фух, – собравшись с духом, выдохнул он, – в общем, хочу тебе сказать, что…

В кармане ее куртки прозвенел мобильник.

– Прости пожалуйста, – улыбнулась Лиза и отбежала на пару шагов в сторону.

Краем уха Андрей слушал ее разговор в какой-то подругой. Начало его откровения явно не задавалось.

– Ладно, я сейчас занята, – наконец, сказала Лиза и положила трубку.

Она вернулась к Андрею.

– Я слушаю. Так что ты там хотел мне рассказать?

И тогда Андрей внезапно глубоко задумался. И, словно по заказу, в его голове снова "заговорил" Олег.

"Хочешь, чтобы все узнали? Думаешь, пролетишь над универом, и все придут в экстаз? А как же ученые, эксперименты, вырезание мозга?" Не факт, что Лиза сможет сохранить его тайну. Действительно, он ведь совершенно ее не знает. И уже чуть было по глупости не доверил ей тайну, от которой в будущем легко могла зависеть его жизнь. Нет уж.

Лучше пусть тайна останется тайной.

– Хотел сказать, – начал он, быстро соображая, что бы такое выдумать, – в общем, день, когда твой дед притащил меня к вам домой, стал для меня особенным, Лиз.

"Боже, как же дерьмово звучит!" – воскликнул он уже в мыслях.

Но ей понравилось. Лиза даже слегка покраснела. Андрей воспринял это как удачу и продолжил.

– Мы собираемся праздновать Новый год дома у одного моего друга. Компания исключительно адекватная, ответить могу за всех. Просто уже два дня я думаю о том, что хотел бы взять тебя с собой.

Сказал, а только потом понял, что сделал это чересчур быстро. И глупо.

Лиза покачала головой.

– Я не могу, – сказала она.

– Понимаю, – мрачно ответил Андрей.

– И дело вовсе не в том, что я тебя практически не знаю и пока не могу до конца доверять тебе. Просто… – она замолчала.

Андрей терпеливо ждал.

– Просто я живу с дедушкой и не могу его бросить. Да и он не отпустит, это факт. Тем более с тобой. Ты его насторожил.

Андрей несколько секунд ждал чего-нибудь вроде: "Но, может быть, ты сам отпразднуешь с нами?" Он бы согласился.

Но эти слова так и не прозвучали.

И самое ужасное – это было правильно.

Действительно, а кто он для них такой? Свалившийся с неба нежданный гость. Да даже словом "гость" это трудно назвать.

Между ними повисла неловкая пауза. Андрей совершенно не знал, что ей сказать, потому что Лиза была права во всем.

Но она первая прервала молчание.

– Проводи меня, пожалуйста, домой, – попросила Лиза.

Андрей кивнул и взял ее за руку.

– Конечно. Пойдем.

8

Девять бокалов с шампанским радостно и звонко загремели при ударе друг о друга.

– С Новым годом! – хором поздравляли парни себя и друзей.

Шесть дней не дали Андрею ничего. Он провел все это время с Лизой, сблизился с ней настолько, насколько это было возможно на столь короткий срок, получил даже первый поцелуй, но…

Всегда, когда нам чего-то очень сильно хочется, всплывает самое мерзкое, паскудное "но", которое ломает все планы в одночасье.

Именно таким "но" для Андрея стало то, что Лиза так и не согласилась составить ему компанию. Не в этот раз.

– Пошли смотреть салют! – радостно завопил Дима и первым выскочил из-за стола. Шесть человек тут же устремились за ним, размахивая бутылками с шампанским.

– Пьяные дети, – усмехнулся Олег, – на вид взрослые мужики, но, все же, такие дети.

– Мужики и девушки, – поправил его Андрей. – Твоя Ира, да и Аня тоже.

– Ну да. Куда ж без нее теперь?

Андрей привел с собой на праздник подругу по ICQ, которую до этого видел всего пару раз в реальной жизни и почти каждый вечер в онлайне. Аня была вполне красивой девчонкой, и даже нередко проявляла к нему вполне явный интерес, но желания встречаться с ней у Андрюхи не возникало. Проблема была в том, что сейчас ему нужен был человек, с которым можно было напиться и поговорить честно и открыто. Без купюр. И в Ане он видел только такого человека и никак иначе.

– Вы идете? – окликнула она друзей.

– Следуй зову новой пассии, – усмехнулся Олег, вызвав этой фразой у девушки озорную улыбку.

"Проблема в том, что она мне не пассия", – подумал Андрей и, изобразив на лице что-то, отдаленно напоминающее радость, двинулся к ней.

Втроем они вышли из квартиры последними, заперев дверь, и вскоре присоединились к друзьям, которые, визжа и крича на всю округу, взрывали петарды под аккомпанемент громыхающему салюту.

– Посади меня на плечи, – требовательно заявила Аня, обхватив Андрея сзади.

– О, – он этого вообще не хотел, – там у меня все болит. Я вчера как раз тренировал спину, – попытался отвертеться Андрюха.

– А сегодня пьешь, – парировала она. – Не отмазывайся. Хочу на плечи!

Олег засмеялся. Андрей махнул рукой и, подхватив Аню под бедра, поднял ее вверх. Она уселась поудобнее и присоединилась к вопящим друзьям.

"Я сегодня пью, потому что испытываю такое отвращение ко всему этому, что его можно только залить", – подумалось Андрюхе.

Олегу тут же пришлось сажать на плечи Иру, что вызвало злорадную ухмылку Андрея.

– Ну а для чего мы им еще нужны? – улыбнулся Олег. – Я имею в виду, конкретно сейчас.

Андрей посмотрел на него весьма мрачно.

– Да брось, – Олег перешел на совсем уж тихий разговор, подойдя поближе. Девушки тут же взялись за руки и принялись танцевать, сидя на плечах, напевая что-то о Новом годе, – Андрюх, она ведь просто вешается на тебя. Нельзя жить в постоянном ожидании хрен знает чего. Ты Лизе пока еще ничем не обязан. Отдохни, развлекись. Проснись не один в кои-то веки за последние дни. В чем проблема?

– Я как-то вообще не верю, что эти слова выходят из твоего рта, – ответил Андрей. – А где же мораль? А где ответственность? Или это касается всего подряд, но только не секса?

Олег хохотнул.

– Нужно видеть разумную грань. Ты убиваешься по девчонке, которой вроде бы и не нужен. Ты ведешь себя просто по-идиотски. Развейся, будет лучше.

Андрей вновь вспомнил о Лизе и начинал медленно злиться.

– А откуда тебе знать, что будет лучше для меня? – огрызнулся он.

– О-кей, тогда ответь на единственный вопрос. Зачем ты притащил ее с собой? – Олег оставался подчеркнуто спокойным, что раздражало Андрюху еще сильнее.

– Напиться и поговорить. Ей всегда можно было излить душу в аське. А мне сейчас нужен человек, с которым хочется разговаривать откровенно и открыто, ничего не стесняясь.

– Вот оно как, значит. Скажи мне, как ты думаешь своей пустой башкой, а почему она для тебя является таким человеком? – Андрей не успел ответить, и Олег тут же закончил. – Да потому что ей это надо даже больше, чем тебе. Ты ей точно небезразличен, она не упускает ни единого шанса побыть с тобой вместе, а ты ведешь себя как самая настоящая эгоистичная тварь. Не задумывался?

Андрюха не знал, что ответить.

– Или рви с ней, или подари ей всего себя. Полностью, – поставил точку Олег, – а не мучай девушку.

– Как же пафосно, – через силу улыбнулся Андрей.

– А по-другому я не умею.

Внезапно между ними ворвался Дима, оборвав разговор за долю секунды. Обхватив Андрюху и Олега за плечи и вызвав недовольные крики сидящих на плечах девушек, он радостно завопил:

– С Новым 2012, парни! Я вас всех обожаю!

Его смех был настолько чистым и искренним, что Андрею и самому на какой-то миг стало легко и просто жить. Без всяких разрывающих мозг ненужных сейчас мыслей. По Диме было видно, что он говорит чистую правду, такую же чистую, как и его смех.

– Я тебя тоже люблю, Димон! – засмеялся Андрей и запустил руку в густые волосы друга, взлохматив ему прическу.

Вполне близкий к тому, чтобы состояться, конфликт рассосался сам собой.

– Мне холодно, – сказал Дима, – пошли в квартиру.

Он первым направился в сторону подъезда, и у Андрея появилась лишняя секунда.

– Я подумаю над твоими словами, – уже не шепотом сказал он Олегу, вызвав у друга улыбку.

– Над какими? – мигом заинтересовалась сверху Аня.

– Узнаешь позже, – ответил Андрей и, сорвавшись с места, побежал к подъезду, слыша ее заливистый смех.

* * *

Еда уже не лезла. Шампанское и коньяк тоже. Андрей валялся на диване и пялился в потолок. Аня лежала у него на груди. Олег с Ирой расположились в кресле с блюдом холодных закусок в руках, и только Дима, не выходя из-за стола, сосредоточенно вливал в себя рюмку за рюмкой, обильно закусывая салатом.

Все остальные отправились на прогулку, так сказать, подышать свежим морозным воздухом.

– Леха сегодня ужасно мрачный, заметили? – Дима окинул взглядом всех оставшихся. – Что с ним не так? Праздник же.

– С девчонкой у него проблемы. Валера сказал, – ответил ему Олег.

– Не дает? – усмехнулся Дима.

– Фу! – практически одновременно воскликнули Ира и Аня.

– Что такое? Что естественно, то не безобразно! – парировал он.

– Ну так давайте все будем вести себя как животные! – возмутилась Ира. – Что еще обсудим? Чье грязное нижнее белье выворачиваем первым?!

– В такие моменты я прекрасно понимаю, почему вы с Олегом так идеально подходите друг другу, – хохотнул Андрей. Он чуть привстал, потянулся к самому ближнему бокалу и залпом выпил все, что было внутри. – Ой, твою мать! – поморщился он. – Что за дрянь тут была?!

– Теперь-то какая разница? – философски заметил Дима. – Потом узнаешь, когда будешь с белым камнем обниматься.

– Да там, кажись, алкоголя не было…

– А стругают только от алкоголя? – мигом возразил Дима.

– Не только, – начал Андрей, – еще от…

– Да вашу ж мать! Завязывайте! – возмутился Олег. – Я ем, вообще-то!

Андрей усмехнулся, взял со стола бутылку "пепси" и сделал пару глотков прямо из горлышка.

– Вот негигиеничный свин, – прокомментировала Аня.

– Хочешь? – Андрей с улыбкой помахал колой перед ее лицом.

– Конечно, – она забрала бутылку и последовала его примеру.

– Киньте ее мне, – попросил Дима.

– Не вопрос, – Андрей схватил Аню и подбросил ее вверх, заставив окружающих снова смеяться.

– Дурак! – сквозь собственный же хохот воскликнула она и швырнула в Диму бутылкой с колой.

– Знаете, вы бы хотя бы тему умную для разговора придумали, – зевнула Ира, – а то трепетесь без разбора ни о чем, прямо как школота какая-то.

– Жду предложений, – тут же ответил Дима.

Андрей сделал вид, что задумался, хотя тема для разговора уже несколько дней непрерывно сверлила ему мозг.

– Димон, а вот если бы ты летать мог, что бы ты сделал?

Дима картинно, ужасно пафосно и коварно, рассмеялся.

– Я бы ограбил какой-нибудь банк и свалил бы в Майами. Купался бы там, в океане, в обществе роскошных красоток и непрерывно хлестал бы коньяк.

Идея Андрею очень понравилась. Олег заметил это.

"Идиот ты, Андрюха", – подумал он.

– Скажи мне, Дима, – начал Олег, – каким образом способность к полету помогла бы тебе ограбить банк?

– Ну, допустим, с банком это я, конечно, переборщил. Но взял бы самый обычный банкомат, взлетел бы с ним высоко-высоко, а потом бы отпустил. При падении он сто пудов бы разлетелся на куски, а мне только и остается, что собрать деньги.

"Гениально!" – подумал Андрей.

– А как бы ты его от земли оторвал? – уточнил он у Димы.

– Ломом бы отбил места крепления и все дела. Лицо только бы замотал перед делом, в банкоматах же камеры стоят все-таки.

У Андрея аж мурашки по коже пошли от простоты и гениальности идеи друга.

– Супер! – прокомментировал он. – Блеск!

– Ты умеешь летать, и мы завтра грабим банкомат? – улыбнулась Аня.

"Ты даже не представляешь, насколько ты близка к истине", – подумал Андрей, но ничего не ответил.

– Идея бредовая. Для всяких подонков, – резко сказал Олег.

– Для реалистов, – в один голос ответили ему Андрей и Дима.

– Вы оба – просто музей дебилизма! – разозлился Олег. – Взрослые ведь мужики, а мысли у обоих?! Банкоматы грабить, летать в облаках! На землю спуститесь, кретины. Даже если бы кто-то из вас и получил подобную силу, то ему, прежде всего, нужно было бы думать о самообладании и безопасности окружающих!

Ответом ему был единогласный хохот парней.

– Психи, мать вашу! – не выдержал Олег.

Он встал с кресла и вышел из комнаты. Хлопнула входная дверь.

– Идиоты! – Ира вскочила вслед за ним.

– Не надо! – прервал ее Андрей. – Подожди. Я сам с ним поговорю, ладно?

– Только быстро! Тоже мне, друзья! Довели мне парня до припадка!

– Что это на него нашло вдруг? – удивилась Аня. – Мы ведь просто фантазировали, по большому счету.

– Зимний воздух освежает скептически настроенный ум, – хохотнул Дима. – Все будет ништяк.

– Ладно, подождите нас здесь, – Андрей поднялся с дивана и вышел в прихожую. Накинул пальто и принялся зашнуровывать "камелоты".

– Удачи, – махнул рукой Дима и тут же перебрался на диван к Ане. – Пока Андрюха не вернулся, я тут подремлю немного, – улыбнулся он ей.

Жутко уставший, он вырубился прежде, чем Андрей вышел из квартиры.

Олег стоял у подъезда и смотрел на звезды.

– Я пока еще не собираюсь грабить банкоматы, – сказал Андрей.

– Дурак ты просто. И точка.

Андрей улыбнулся и ничего не ответил. Молча, они постояли у подъезда пару минут.

– Знаешь, это лучший мой Новый год в жизни, – сказал Андрюха, – жаль только все-таки, что со мной рядом не Лиза. Чем-то она меня зацепила, хоть я и сам не знаю, чем именно.

– Рядом с тобой есть другая длинноногая брюнетка, все действия которой просто орут: "Хватай меня в охапку и тащи с собой в любую точку планеты!" Что ж тебе не так-то? Пойми, ты этой Лизе безразличен!

– Она меня поцеловала, – упрямо возразил Андрей.

– И что?! Кольцо на пальце есть? Ты сейчас вообще с ней или как? А ты уверен, что она испытывает сейчас те же муки совести, что и ты? Хватит страдать чушью! Хватай Аню, тащи ее в спальню и влюбляйся в нее по уши уже в процессе. Забудь про Лизу.

– Да не могу, – Андрей сел на снег, а потом завалился на занесенный метелью асфальт спиной, – влюбился, что ли? После Кати я вообще не был уверен, что смогу кого-то полюбить.

– Блин, как же ты меня достал уже! – не выдержал Олег. – У тебя вообще хотя бы раз хоть с одной бабой были человеческие отношения?! Без всякого подобного дерьма?!

– Ты будешь смеяться, но нет. Не было.

– Ответь мне всего на один вопрос. Если ты влюбился, то почему ты сейчас не с Лизой? Может, ты сам себе эту любовь внушил? – Олег сердито смотрел на него сверху вниз.

– Я не с ней только потому, что… – Андрей не знал, что и сказать.

– Потому что она сама тебя даже не позвала. Твоя неземная любовь тебя банальнейшим образом игнорит. Блеск просто.

Андрюхе и на это было нечего ответить. Он так и валялся в снегу еще пару минут, пока к подъезду не вернулись те из их компании, которые выходили прогуляться. Все, кроме одного, тут же скрылись в доме.

– Надышались свежачком? – спросил Олег.

Андрей даже не вставал с земли, игнорируя все происходящее. Краем уха он слушал разговор Олега с их общим одногруппником Валерой.

– Куда Леха пропал? Вместе же уходили.

– Да там такая тема вышла… – неуверенно отвечал Валера. – Он сел в такси и уехал домой. Перед этим очень долго ругался со своей девушкой по мобильнику. А с этим-то что?

– Ситуация похожая. Он в депрессухе из-за девчонки, которая далеко.

– А как же Аня? Роскошная девушка же.

– Я ему о том же твержу, а он уперся рогами и все тут.

– Нравится? Забирайте ее себе, трепачи! – огрызнулся с земли Андрей. – И вообще – валите к черту назад в квартиру! Хватит взрывать мне мозги!

– Ладно, не кипятись, – Валера наклонился к Андрюхе и хлопнул его по плечу. Пойдем, выпьем и поговорим.

– Чуток позже.

– Ладно. Жду внутри, – Валера устремился следом за остальными.

– Здесь и заночуешь? – поинтересовался Олег, когда они снова остались вдвоем. – Дело твое, утром постараемся откопать от снега.

– Что-то я ступор поймал, – Андрей поднялся на ноги и отряхнулся от снега. – Достало уже все это. Хочется более размеренной и стабильной жизни.

– Валера прав. Надо выпить. Пойдем, братан.

Андрей покачал головой.

"Если Леха смог уйти, то чем же я хуже?" – подумалось ему.

– Я не хочу возвращаться. Придумай какую-нибудь байку, чтобы объяснить Ане, куда я исчез. А я полечу к Лизе.

– Я уже устал тебя убеждать, – Олег приложил ладонь ко лбу. – Хрен с тобой. Вали. Не заблудишься ночью?

Андрей покачал головой.

– Полечу вдоль речки. Точно не заблужусь. Главное только на скорости мимо не проскочить, но это вряд ли. Сотню раз уже летал.

Олег хлопнул его по плечу.

– Удачи. Делай так, как считаешь нужным.

Они обнялись на прощание.

– С Новым годом, – сказал Андрей.

– И тебя. Не теряй голову. Это главное.

Андрей приложил руку к голове.

– Есть! – хохотнул он.

Андрюха осмотрелся по сторонам. На улице не было никого. На часах была половина второго ночи – народ уже праздновал по домам.

– Пока, – сказал он, разбежался и прыгнул вперед.

"Быстрее!"

* * *

Андрей летел вдоль берега реки, постепенно снижая скорость.

"Медленнее!" Он свернул влево и пролетел еще пару десятков метров. Увидев дом Лизы, он спикировал вниз и приземлился, подняв в воздух тучу снега.

– Ну вот и все. Финишная прямая, – сказал он сам себе.

Он хотел быть рядом с Лизой. Теперь он совсем близко. Оставалось лишь пройти несколько метров и постучать в дверь. Отсюда он даже видел свет в ее окнах.

Андрей сделал еще шаг.

"А что ты сейчас ей будешь говорить?" – возник в его сознании внутренний голос.

Андрей остановился.

"Наверное, поплачешься в жилетку? Милая, я такой слабак и дурак. Прибежал, чтобы упасть перед тобой на колени. И плевать, что ты меня игнорила, я же все равно буду бегать за тобой как преданная собачка!" Словно какой-то невидимый тумблер переключился в его сознании, и впервые, за все двадцать лет жизни, внутренний голос взял над Андреем верх. Словно в припадке неадекватности внутри его закипела злость, разгорелось желание рвать, метать и разрушать.

"И действительно! Почему я исполняю роль собаки?!" – сама собой выскочила в его сознании мысль.

Ярость вскипела настолько быстро, будто он копил ее годами, сдерживаясь изо всех сил. Андрей развернулся на каблуках и побежал в сторону реки.

В этот миг, выражаясь простым языком, Андрюху накрыло. Он внезапно перестал понимать, почему он так привязался к этой девчонке, что же такого особенного в ней увидел. А еще он начинал проклинать себя сам. Олег прав – это каким же нужно было быть дебилом, чтобы рассчитывать на полную взаимность через шесть дней?! Через жалких шесть дней?!

– Гори оно все! – крикнул Андрей и прыгнул вперед. – БЫСТРЕЕ!!! – проревел он на всю округу и…

Рухнул в снег, воткнувшись головой в сугроб.

"Что за твою мать?!" – с этой мыслью Андрюха мгновенно вскочил на ноги.

Он не смог взлететь. И не знал причины.

Из-за его крика из десятка домиков вокруг повыскакивали люди. Андрей резко оглянулся через плечо и встретился глазами с Лизой.

– Кто кричал?! – раздавался отовсюду один и тот же вопрос.

Лиза двинулась к нему, лавируя в массе любопытных зевак.

"Валить надо!" – вспыхнул красный сигнал в мозгу Андрея.

Но как? Как?! Если он не мог взлететь, значит, он не мог и убежать.

Андрей в отчаянии сделал несколько шагов в сторону реки.

– Стой! – крикнула Лиза и ускорила шаг.

Злость закипала, растерянность резко ушла на второй план. Андрей подпрыгнул на месте вверх.

"Быстрее!" Ничего. Абсолютно ничего не случилось. Он снова не мог оторваться от земли. Ярость наполнила Андрея почти целиком.

"Да что ж такое, мать твою!" Лиза подбежала к нему почти вплотную и схватила за плечи. Развернула к себе.

– Как ты здесь очутился?

Андрей открыл было рот, чтобы ответить, как вдруг резко перестал чувствовать свои ноги. Он рухнул спиной на землю, нелепо взмахнув руками.

– Что с тобой?! – панически закричала Лиза и упала на колени рядом с ним.

Вокруг них тут же собрались все выскочившие из домов зеваки. Против своей воли Андрей согнулся пополам, приняв сидячее положение.

Его мозг пронзила чудовищная боль, руки взметнулись в стороны и…

Он почувствовал, как его мозг пронизывает мощнейший поток неведомой энергии. Рядом с ним взлетели в воздух все камни, с корнем вырвалось из земли молодое деревце…

Люди начали кричать и разбегаться в стороны.

Андрей взлетел вверх на несколько метров. Из его легких вырвался душераздирающий вопль. Руки и ноги разлетелись в разные стороны, он оказался будто распят посреди воздуха.

Все люди, окружающие его, штабелями начали падать на землю без единого движения.

Андрей кричал. Боль будто разрывала его на куски. Он не знал, что он делает, и не мог это контролировать.

Из носа и ушей пошла кровь. В висках стучало, а в глазах стремительно темнело, изредка вспыхивая яркими пятнами…

Сердце перешло на такой бешеный ритм, что уже давно должно было разорваться на части, как вдруг какая-то неведомая сила будто бы выключила все это. Андрей упал лицом в снег, оставив на нем кровавый след, и потерял сознание.

Все люди в радиусе ста метров валялись на земле безжизненным мусором. Андрей не мог видеть последствия своих неконтролируемых действий, чувства уже оставили его.

Лишь один человек остался на ногах, но никто из валявшихся на земле, даже будучи в сознании, никогда не узнал бы его.

Он был не из этих мест.

И он был не таким, как все остальные.

– Ни во что ты еще не врубаешься, новичок, – произнес он на чистом русском, – но ведь это еще только начало, парень.

Незнакомец усмехнулся, прыгнул вперед и молниеносной стрелой умчался в небо.

Часть вторая

"И чего мы хотим?"

9

Первым, что он увидел, придя в сознание, было ночное небо. Значит, прошло не так уж и много времени со времени его отключки.

Воспоминания нахлынули единым потоком. Андрей вскочил на ноги, огляделся по сторонам, и из его легких вырвался крик, полный ужаса.

Андрюха рухнул на колени. Его колотил озноб. Вокруг него все пространство было усеяно людскими телами. Они устилали собой почти весь переулок.

"Лиза!" – вспыхнуло в памяти имя.

Ее совершенно безжизненное на вид тело лежало прямо у его ног. Андреем овладел первобытный страх. Его словно парализовало. Он не мог даже проверить у Лизы пульс.

"Что, если ты убил всех этих людей?" – напомнил о себе внутренний голос.

Нет. Ни в коем случае. Он ведь не мог. Андрей никогда бы осознанно не причинил вреда такому количеству абсолютно незнакомых людей.

А, тем более, Лизе…

"А кто сказал об осознанности? Ты разве контролировал себя?" – Я не мог, – прошептал Андрей.

Всего-то и нужно было, что протянуть руку к ее шее и пощупать пульс.

Но такое, казалось бы, примитивное действие никак ему не давалось. Руки немели. Больше всего он боялся не почувствовать линии пульса на ее шее. Это означало бы, что он действительно убил ее…

Как и всех людей вокруг.

Если же она мертва, то какова вероятность того, что эта же участь не миновала и всех остальных?

И он – убийца…

Сколько человеческих жизней оборвалось по его вине? Десять? Он осмотрелся. Да нет, больше двадцати.

– О, Господи, – еле слышно прохрипел Андрей.

Как же он смог сделать это? И, главное, что именно он сделал? Что тут происходило? И почему все закончилось?

И как этим управлять?

Потому что, если он не сможет этим управлять, то дорога ему одна – вверх. Лететь, лететь, лететь все выше и выше, пока он не замерзнет насмерть и не рухнет вниз, потому что лучше умереть самому, чем постоянно служить причиной смерти такого количества людей!

Он посмотрел на часы. Половина четвертого. Еще ночь.

"Ты должен проверить, жива она или нет!" – не унималось его подсознание.

Андрей собрался с духом и протянул руку к ее шее.

– Пожалуйста, – выдавил он из себя, – окажись живой…

Он не успел дотронуться до Лизы. Когда он подносил руку к линии пульса, девушка внезапно резко закашлялась.

Две мысли пронеслись в мозгу Андрея со скоростью выпущенной из пистолета пули.

"Жива!" "Вали отсюда! После всего этого лучше будет, если она тебя не увидит!" В прошлый раз взлететь не получилось, но сейчас у Андрея не было времени даже подумать об этом. Он машинально вскочил на ноги, разбежался и прыгнул вперед.

"Быстрее!" Моментально набрав огромную скорость меньше чем за десять секунд, он по параболе взлетел на огромную высоту. И только потом Андрей осознал, что у него получилось взлететь. Получилось! Сила не исчезла, она только лишь пропала на неопределенное время по таким же неопределенным причинам. Это не особо радовало, но он хотя бы снова держался в воздухе.

Андрей завис на одном месте и посмотрел вниз. Дома расплывались. Людей он и подавно уже не мог разглядеть.

Но, если выжила Лиза, значит, наверняка, живы и все остальные.

Наверняка…

Какое паскудное слово в данной ситуации.

"Лучше об этом даже и не думать", – мелькнула мысль в его голове.

На смену ей быстро пришла другая:

"Что я сделал? Что это было? Как этим управлять?" Увы, в этом ему никто не мог помочь. Вряд ли кто-то из его знакомых что-то в подобном понимал.

Но ведь ему совершенно необязательно было знать научную точку зрения. Нужен был простой совет, хотя бы предположение.

На ум сразу же пришло одно единственное имя…

Андрей покрутил головой, пытаясь определиться в направлении. Наконец, он сориентировался.

"Быстрее!" Он оставил в небе лишь размазанный след.

10

Звонок, похоже, не работал. Или друзья спали очень крепко. Во всяком случае, Андрей давил на кнопку почти десять минут без малейшего результата.

В конце-концов, он не выдержал и начал колотить по двери кулаками.

Через пару минут дверь открылась, и оттуда выглянул Олег. Заспанный, с синяками под глазами.

– Твою мать! – он отшатнулся назад и врезался спиной в антресоль, стоящую возле входа. – Что с лицом?!

– А, – мигом сориентировался Андрей. – Кровь, да?

Олег кивнул. Андрюха зашел в квартиру, закрыв за собой дверь.

– Умоюсь и расскажу, – сказал он, сбросив промокшее пальто. – Я, наверное, потерял очень много энергии. Еле хватило сил на обратный полет.

Скинув ботинки, он добежал до ванной и подставил голову под ледяную воду. Смыл грязь и кровь с лица.

– Сейчас бы под душ, – сказал он сам себе.

– Откуда кровь? – спросил стоящий у порога ванной Олег.

– Из носа и ушей. Я поймал гигантскую перегрузку, и чуть не сдох прямо возле дома Лизы. И вполне мог поубивать пару десятков людей. Но, вроде бы, все они живы.

– Вроде бы?! – мигом прогнал остатки сна Олег. – Это как понимать?

Андрей прошел мимо него, капая стекающей с головы водой на пол, и устремился на кухню. Открыл холодильник.

– Какого хрена? – возмутился Олег. – Ты сюда жрать пришел?!

– Прилетел, – уточнил Андрей, – я теперь на длинные дистанции вообще практически не хожу. Дай перекусить. Я ужасно хочу есть, еле на ногах стою. Ужасная слабость.

Он достал из холодильника большую салатницу, полную оливье. Вернулся к столу и достал вилку из ящика кухонного стола.

Некоторое время он, молча, ел. Олег поначалу терпеливо ждал, первые минут десять, после чего не выдержал.

– Да твою мать! Может, ты меня, наконец, просветишь? Так, чисто для повышения кругозора!

– Я, похоже, потерял до хрена энергии, – повторился Андрей. – Внутри все сводит, ужасно хочется есть. Меня вымотало. И, похоже, я стал телепатом.

Олег, который, судя по-всему, тоже уже решил перекусить и приступил к салату, подавился и закашлялся.

– Ч-ч-чего? – выдавил из себя он.

– Телепатом, – усмехнулся Андрей, хоть ему и не было смешно. – Я в какую-то минуту перестал себя контролировать, вырвал на хрен растущее рядом дерево и положил неизвестным ударом человек двадцать вокруг себя. А как я это сделал? Да хрен его знает…

Олег положил вилку на стол.

– Твою мать, а какого хрена ты веселишься?!

Андрей вздохнул.

– На самом деле, мне не очень-то и смешно. Я пытаюсь как-нибудь разрядить ситуацию и не грузить себе мозг. Мне очень хреново и страшно! Я чуть Лизу не убил!

– Чуть?

– Ну да. Чуть. Она пришла в себя и закашлялась.

– А ты?

– Я? Я тут же сбежал! Ты бы знал, что это за страх! Двадцать людей! И все полегли один за другим как гребаное домино!

– Я представляю. Что с ними?

– Понятия не имею. Лиза жива, а по поводу остальных ничего не могу сказать. Я не понимаю, что произошло. И больше всего хочу узнать, что со мной. Поэтому я и здесь.

Олег скептически смерил его подозрительным взглядом.

– Не знал, что тяну на ученого.

– Мне и не нужен сейчас ученый. Мне бы какой-нибудь совет. Или самое простое предположение. Так уж вышло, – усмехнулся Андрей, – что из всех моих друзей ты – самый умный.

– Телепатия, говоришь?

Андрей кивнул.

– Ну а как это еще назвать? Просто я совершил нечто… эм, нечто. Даже не знаю, как это назвать. Когда я открыл в себе способность летать, это казалось великолепным…

– Уже не кажется?

Андрей нервно усмехнулся.

– Кажется, до сих пор. Летать это великолепно. Я уже даже не представляю себя без этого дара. Как наркотик.

– Ну, с наркотиком ты, конечно, перегнул, – улыбнулся Олег.

– Мне сейчас вообще не до смеха. Я не могу представить, что за чушь происходит. Если я буду убивать людей, сам того не осознавая, я лучше покончу с собой, пока меня не закроют, и не будут пытать и исследовать.

Олег недоверчиво окинул его взглядом, полным скептицизма.

– На самоубийцу не тянешь.

– Такие вещи не остаются безнаказанными. Лучше уж так, чем потом на операционный стол и частям в пробирки.

Олег задумался.

– Хм, ну, строго говоря, телепатия это, скорее, чтение мыслей. А перемещение объектов это телекинез. Если вспомнить все, что я тебе уже говорил, то я смогу лишь кое-что к этому добавить.

– Добавь, – Андрей вновь подошел к холодильнику и вернулся назад с бутылкой пива в руке.

– А тебе не многовато?

– Иногда проще думать, если выпьешь, – Андрей открыл бутылку.

– Кровь, говоришь, пошла от перегрузки? – спросил Олег.

– Ага.

– Не думал о том, что это вполне могло произойти от того, что ты тут сперва набухался, а потом полетел, хрен знает куда?!

– Э… – Андрей задумался. Друг действительно вполне мог быть прав.

– И где гарантия, что после того, что с тобой произошло, алкоголь не навредит тебе непоправимо? Или вообще не убьет?

После этих его слов Андрюхе совершенно расхотелось пить вообще, в принципе.

– Но я-то, слава Богу, самый обычный человек, – усмехнулся Олег и забрал у него бутылку. Сделал пару глотков и продолжил. – Так вот, насчет того, что я могу добавить. Помнишь о теории развития мозга на сотню процентов?

Андрей кивнул.

– Так вот, левитация это же наверняка не вся сотня, да? Более того, многие ученые, исследовавшие эту теорию, выдвигали на первый план вовсе не левитацию.

– А телепатию? – предположил Андрей.

– Да. Именно телекинез и телепатию. Ты только представь, на что способен человек с идеальным мозгом! Практически неуязвимая машина! Движением руки ты сможешь крушить бетонные стены, силой мысли ограждать себя от всего…

– Чего? – перебил его Андрей.

– Ну вот кинули тебе в табло кирпич, а ты его прямо в воздухе остановил и назад в морду тому, кто его швырнул!

– Да уж, на наглядном примере оно, конечно, понятнее! – рассмеялся Андрей. – Только вот что же я сделал со всеми этими людьми?

– Без малейшего понятия, – пожал плечами Олег. – Ты мог как-то воздействовать на их мозги или сердца посредством своей силы. Но как – я вообще не в курсе. И даже предположить не смогу. Есть вещи, которые выше моего понимания.

– Мне нужно научиться этим управлять, – заметил Андрей. – Раз уж Лиза пришла в себя, то, я склонен полагать, что и все остальные тоже.

– А если нет? Если у кого-то сердце не выдержало перегруза?

– Стараюсь об этом не думать.

– Тогда самое время учиться, – сказал Олег и поставил уже пустую бутылку на стол. – Попробуй ее сдвинуть.

Андрей вперился взглядом в бутылку и попытался привести ее в движение.

– Ни хрена, – сказал он, спустя пару минут. – Ноль эффекта.

– Похоже, ты просто не то делаешь. О чем думаешь?

– Одна мысль в голове.

– Какая?

– Бутылка движется, – нервно хохотнул Андрей.

Олег нахмурился.

– Попробуй представить себе сам процесс движения.

– Да нет, глупо. Пробовал уже. По-моему, это работает только с полетами. Тут надо нечто другое…

Андрюха вновь посмотрел на бутылку и зачем-то представил, как берется за нее рукой.

Прямо на бутылке из ниоткуда возникла серебристая кисть. Волосы на голове Андрюхи встали дыбом. Андрей сжал руку в кулак, и кисть взяла бутылку. Не веря своим глазам, он поднял руку чуть вверх. Кисть совершила то же самое действие, и бутылка поднялась над столом.

– Твою мать! – воскликнул Олег.

Андрей вытянул левую руку в сторону холодильника и потянулся к ручке его двери. Практически сразу же там возникла новая кисть. Андрей взмахнул рукой, и открыл дверь.

– Ты контролируешь сразу два объекта! – Олег не верил своим глазам и под впечатлением аж вжался в спинку стула.

– Так вот оно в чем дело, – прошептал Андрей. – Все из-за этих кистей…

– Каких кистей? – не понял Олег.

– Ну вот этих, серебристых, которыми я держу бутылку и дверь!

– Я ни хрена не вижу.

– Остается предположить, что видимы они только мне. Блин… – он задумался. – Как бы тебе объяснить. Это словно руки. Кисти рук. Появились из воздуха. Вот, смотри, сейчас я разожму одну кисть.

Бутылка упала на стол, скатилась вниз и разбилась об пол.

– Зашибись! – мрачно констатировал Олег. – Убирать сам будешь, козел!

Андрей только посмеялся в ответ.

– Сколько этих кистей у тебя? – спросил Олег.

– Что значит "сколько"? Две. Как и рук, собственно.

– А ты уверен, что это предел? Если это проекция мозга, то она может и не зависеть от количества твоих реальных рук.

– Сейчас и проверим, – Андрей, все еще продолжая держать холодильник, вновь поднял бутылку со стола. – Что мне взять?

Олег огляделся вокруг.

– Тарелку из раковины.

– О-кей, – Андрей перевел взгляд на раковину, уставился на самую верхнюю тарелку, лежащую на вершине горы грязной посуды, и полностью сосредоточил на ней свое внимание. Вздохнул и постарался очистить мозг от лишних мыслей.

Рядом с тарелкой возникла третья кисть. Андрей возликовал. Получилось! Он перенес тарелку на стол и оставил ее висеть рядом с бутылкой.

Посмотрев внутрь открытого холодильника, он вытащил оттуда тарелку с рыбой.

– Четвертая, – выдохнул Андрей.

Ему уже было сложно контролировать все четыре кисти сразу. На лбу выступил пот, мозг словно начинал давить на череп изнутри.

Андрей заметил на столе вилку…

Пятая кисть возникла натужно, через силу, но он еще мог удерживать остальные четыре.

– Пятая сейчас у вилки, – прошептал он. – Уже сложновато. Но, вроде, не предел.

– Не переборщи! – насторожился Олег.

– Я пока еще контролирую процесс, – сказал Андрей и поднял вилку со стола.

Резкая боль пронзила его мозг, участился пульс. Внезапно Андрея затрясло, а в глазах потемнело.

– Предел, – прохрипел он и выпустил все предметы.

Дверь холодильника захлопнулась, вилка, бутылка и тарелки рухнули на стол.

Андрей уперся руками в голову и медленно приходил в себя. Голова кружилась, стучало в висках.

К горлу подступило все, что он съел несколько минут назад. Андрей вскочил со стула и рванулся к раковине. Все пять кистей до сих пор висели в воздухе рядом с ним. Андрюха из последних сил направил две из них на гору посуды и выдернул все это из раковины.

Олег, увидев этот процесс, понял все сразу.

– Ты блевать что ли…

Андрюху вырвало раньше, чем Олег закончил говорить. Одновременно с этим он потерял концентрацию, и посуда с бьющим по ушам грохотом рухнула на газовую плиту.

Его рвало около минуты. Потом наступила ужасная слабость. Андрей сполз на пол, развернулся лицом к Олегу и оперся спиной на стенку.

– Пять. Вот предел, – выдохнул он. – Больше я не могу…

Олег встал со стула и помог Андрюхе подняться. Оттащил его к столу и посадил за стол.

– Хреново-то как, – закашлявшись, выдавил из себя Андрей.

– Не сомневаюсь, – Олег подошел к раковине и набрал кружку воды. – Выпей.

Кружка вырвалась из его руки и прямо по воздуху перекочевала к Андрюхе. Поймав ее, он жадно выпил всю воду за каких-то пару гигантских глотков.

– Спасибо.

– Ты рискуешь, – заметил Олег.

– На одну кисть я даже большой нагрузки не чувствую. Реально. Тут уже без риска.

Олег промолчал, а Андрюха глубоко задумался. Когда он понял свой предел, то практически сразу же ему в голову влезла вполне логичная мысль. Пора было ее, наконец, озвучить.

– Если у меня на пятой кисти все, что съел, изнутри полезло, то как же я блин смог выключить двадцать человек, выдернуть дерево и поднять почти все камни в округе? Через меня хлынула волна энергии, я чувствовал ее! Я перенапрягся настолько, что из ушей и носа пошла кровь, но не видел ни одной кисти, а все вокруг меня кружилось в каком-то гребаном хаосе! Я там чуть не сдох, блин. И, уверен, это точно не из-за двадцати кистей. При таком напряге, чтобы умереть, мне хватило бы десяти, если не меньше.

Олег серьезно слушал его и молчал, пока Андрей не закончил. Потом он задумался.

– Мне на ум приходит только одно объяснение…

– Какое? – тут же вскинул голову Андрей.

– Это все сделал не ты. Через тебя прошла энергия, ты это сказал сам.

– Точно…

– А что, если это не ты создавал ее, а кто-то пустил энергию через тебя? И устроил это представление для отвода глаз? Кто-то, кто стоит неизмеримо выше тебя.

Андрей судорожно выдохнул.

– Значит, нужно будет его искать. И я вообще не представляю, как это делать.

Олег промолчал, всем своим видом показывая, что и сам не обладает какими-либо знаниями по данному вопросу. Андрей встал со стула и повращал головой, разминая шею.

– Пойду посплю, ладно?

– Конечно, – Олег посмотрел на него как на идиота, – тебе на это разрешение требуется?

– Фигура речи, – пожал плечами Андрей. – Где там свободно?

– Пожалуй, только на моей кровати. На ее половине. Но там спит твоя Аня.

– Попробую туда и приткнуться.

– Я думаю, что она тобой уже по горло сыта, – мрачно покачал головой Олег. – Как ты свалил, ее взяла истерика и депрессия. Ира уложила ее спать. Тебе мало? Хочешь ее добить?

Андрею стало очень хреново на душе.

– Я тебе клянусь, я сам не знаю, чего именно я хочу. Но в чем уж я стопроцентно уверен – мне не хочется причинять ей боль.

– Тогда вообще обходи ее стороной.

– Не думаю, что так будет правильно. Короче… я пойду к ней. Если проснется – поговорю. Не проснется – даже лучше, потому что, если честно, я и не знаю, что ей сказать…

– Делай, как знаешь, – обреченно махнул рукой Олег.

Добравшись до кровати в комнате друга, Андрюха, естественно, увидел там крепко спящую Аню. От нее пахло алкоголем, а на лице засохла потекшая от недавних слез тушь.

Такой сволочью Андрей себя еще не чувствовал никогда.

11

Андрюха вновь шел к дому Лизы. После долгого разговора с Олегом он решил, что, прежде всего, должен объясниться с ней. Как можно быстрее дать ей понять, что все вышло случайно, не по его вине.

Он проснулся раньше всех и постарался уйти, не попавшись никому на глаза, разбудив лишь хозяина квартиры. Андрею никак не давала покоя мысль Олега о другом человеке, способном на то же, что и он, если не на большее.

Однако возможность объясниться перед Лизой он ставил выше этого.

В голове роились ужасные мысли. Он не представлял себе, что сейчас скажет ей. Проще всего было продемонстрировать силу и ждать реакции.

Он постучал в дверь.

Лиза открыла, спустя полминуты. Андрей посмотрел ей в глаза и глубоко вздохнул.

"Сейчас, или никогда!" – твердо решил он.

– Привет, Лиз, – выдавил он из себя, наконец.

Она окинула его непонимающим взглядом.

– Здравствуйте. Мы знакомы?

– Э… – он абсолютно ничего не понимал. – Я – Андрей. Ты чего?

– Мне это имя ни о чем не говорит, – пожала плечами Лиза. – Говори, кто ты, откуда знаешь моё имя, и что тебе нужно. Или уходи, пока я не позвала своего дедушку.

Она забыла. Забыла всё, что с ним было связано. Наверняка, это были последствия того ментального удара, который она получила.

– Кто ты? – повторила она свой вопрос.

Он вспомнил ее бесчувственное тело у своих ног и подумал о том, что всё это может повториться ещё не раз и не два.

– Никто, – улыбнулся он. – Я никто, ничто, нигде и никак. Забудь.

Андрей развернулся к ней спиной и пошел прочь.

– Парень, ты псих какой-то! – крикнула Лиза ему вслед.

– Нет, – громко ответил Андрей. – Я просто ошибся!

– Ты знал моё имя!

– Я угадал!

– Кто ты?!

– Призрак! – крикнул Андрей и свернул за угол ближайшего дома.

Оказавшись вне поля зрения Лизы, Андрюха сразу же прыгнул вперед.

"Быстрее! Быстрее! Быстрее!" Он промчался над землей вдоль ряда домов, свернул к реке, а потом, пролетев примерно с километр, взмыл в небо так быстро, что не оставил за собой ни малейшего намека о своем пришествии. Когда Лиза добежала до дома, за которым исчез Андрей всего секунд пять назад, то встретила там лишь пустоту.

Девушке стало ужасно страшно, она перекрестилась и очень быстро побежала назад в дом.

* * *

Аня не брала трубку. Он пытался дозвониться до нее не меньше десяти раз, но она лишь однажды ответила и довольно резко обругала его не совсем цензурной бранью, ясно дав понять, что общаться с ним более не хочет.

Более того, попасть к ней домой Андрей тоже не мог – Аня жила в элитном доме, где, кроме домофона, вход блокировал также и здоровенный бугай-охранник, не пропускающий никого, кто не получил бы личного приглашения от конкретного жильца.

Андрей не хотел оставлять на душе у подруги черное пятно, связанное непосредственно с ним, да что уж тут – им и вызванное. Ведь поступил Андрюха действительно как самая последняя грязная свинья. Позвав с собой девушку отмечать Новый год, бросил ее в самый разгар праздника и улетел к другой…

Погано, тут без вариантов. В конце-концов, у него остался лишь единственный выход.

* * *

Аня жила в непрекращающейся депрессии уже два дня. Она чувствовала себя не больше, не меньше – брошенной собачонкой, с которой поигрались, а потом отшвырнули в сторону, как только раздобыли игрушку занятней. А своего некогда лучшего интернет-друга и собеседника Андрея она начинала просто ненавидеть всем сердцем.

Проснулась она ближе к пяти вечера. День для нее, а, точнее, уже вечер, начался с выкуривания тонкой сигареты на балконе двадцатого этажа. Аня закуталась в халат и согревалась горячим кофе и дымом. Не курила она никогда, но теперь все как-то завертелось само собой без каких-либо логических объяснений.

После сигареты и кофе был скудный обед из полуфабрикатов – ей совершенно не хотелось готовить. В дальнейших планах на вечер стояла лишь еще парочка сигарет, от которых ее уже начинало тошнить.

Не было никакого желания что-либо делать. Отвращение ко всему окружающему миру лишь возрастало с каждым новым часом пребывания в одиночестве в своей комнате.

Ни родители, ни друзья совершенно не понимали, что с ней творится, а она никому и не рассказывала, предпочитая запираться ото всех и огрызаться и хамить любому, кто пытался хоть как-то залезть ей в душу.

В пачке оставалась последняя сигарета. Аня мрачно подумала о том, что теперь ей придется выходить в магазин. Для этого нужно было приводить себя в порядок.

– Ладно, это потом, – пробормотала она, достала сигарету и вышла на балкон. Потеряла дар речи, споткнулась и чуть не вывалилась за его пределы.

Перед ней, примерно в семидесяти метрах над землей парил Андрей с гигантским букетом роз в руках, который закрывал его почти полностью. Аня хлопала ртом как выброшенная на сушу рыба, и совершенно не знала, что же ей говорить.

– Пусти меня на секундочку, – улыбнулся Андрюха, – нам нужно очень серьезно поговорить. Да и, в конце-концов, я убил на этот букет всю свою зарплату.

Мысль о том, что все это – какой-то идиотический сон и не более, пришла к Ане как раз в ту самую секунду, когда она, теряя сознание от пережитого шока, падала на пол собственного же балкона.

* * *

Аня проснулась на своем диване. Вздрогнула и облегченно выдохнула. Ей приснился странный сон, поверить в реальность которого было просто невозможно. Хоть все и выглядело слишком уж правдоподобно.

Перевернувшись на бок, Аня увидела гигантский букет роз, стоящий в вазе прямо посреди ее комнаты. Андрея нигде не было.

Ее сердце судорожно заколотилось. Вспомнилось все то, что она посчитала сном. На какой-то миг девушке стало очень страшно. Аня прислушалась. В глубине квартиры раздавались приглушенные голоса. Похоже, что с кухни. Аня выбралась из-под одеяла и заметила, что одета не в тот халатик, в котором выходила на балкон.

– Свинья, – яростно прошипела она вполголоса, – ты меня еще и раздевал?!

Осмотревшись, она заметила свой халат висящим на стуле рядом с компьютером. Подошла поближе и увидела, что он был почти насквозь мокрым. Тут же Аня вспомнила, как упала на занесенный снегом балкон. Картина постепенно вырисовывалась. Не понимала она одного – куда делся Андрей.

Аня накинула другой халат и вышла из комнаты. Прошла по коридору и свернула на кухню, чуть не потеряв дар речи, переступая ее порог.

Андрей сидел за столом и пил кофе вместе с ее мамой.

– Анюта, проснулась! – возликовала мама. – Объясни мне, почему ты не говорила о том, какой у тебя замечательный молодой человек?

Аня не знала что ответить. Андрей нагло улыбался, попивая кофе и глядя ей прямо в глаза.

– Мы уже не встречаемся, – холодно ответила она, спустя пару секунд молчания.

Она абсолютно не представляла, каким образом он вообще попал в квартиру. Разве что залетел с балкона, переодел ее, а потом вышел из комнаты, бросившись ее маме в объятия с криком: "Здравствуйте!" – Мы вместе уже пару месяцев, а позавчера просто слегка повздорили, – соврал Андрей, глядя ее маме в глаза. – Мне ужасно стыдно, и я пришел извиниться за свою ошибку. Как тебе розы? – спросил он уже у Ани.

– Обычные, – совершенно безэмоционально ответила она. – Мам, оставь нас, пожалуйста, на минутку. А, хотя, нет. Пошли лучше в мою комнату. Там и поговорим.

Она вышла первой, ничего не понимая.

– Я и понятия не имела, что у моей дочери такой хороший вкус, – улыбнулась ее мама, глядя на Андрюху. – Надеюсь, что вы найдете общий язык.

– Найдем, – пообещал он, вставая. – Спасибо вам за кофе, Инна Александровна. И за общение.

Маме он явно очень понравился. Что не могло не радовать. Андрей собрался с мыслями и, пройдя по коридору, зашел в комнату к Ане. Она сидела на диване и яростно сверлила его взглядом.

– Я спрашиваю – ты отвечаешь. И никак иначе. Понятно?

Андрей кивнул.

– Я присяду? – уточнил он.

– Постоишь, не помрешь.

– Ладно, – он слегка взлетел и принял такую позу, будто бы развалился в кресле. У Ани глаза полезли из орбит. – И это был не сон, не рассчитывай.

– Черт, – ругнулась она, – невероятно. Как ты это делаешь?

– Сам не знаю. Меня выбросили с балкона в пьяной драке, я пролетел почти все расстояние и затормозил в метре от земли. Бывает, наверное, – хохотнул Андрей.

– Как ты вышел на кухню?!

– А я и не выходил, – ответил он. – Я переодел тебя, уложил спать. Потом взял букет, вылетел из окна, полетал вокруг дома и нашел открытое оно на лестничной площадке. Курил кто-то, наверное, и забыл закрыть. Так я попал внутрь, потом поднялся к тебе, со второй попытки угадал, в какую квартиру звонить, и мне открыла твоя мама. Я ей рассказал, что я твой парень, что мы повздорили, и что я пришел извиняться. Она сходила к тебе в комнату, увидела, что ты спишь, и предложила мне выпить кофе. Кстати, белье у тебя супер. Мне понравилось.

– Ну ты и зараза, – сказала на это Аня.

– Какой есть, – ухмыльнулся Андрей. – Я просто чертовски обаятельная зараза. Даже с твоей мамой общий язык нашел сразу же.

– Ладно, допустим. Чего ты явился сюда вообще? Ты выдернул меня праздновать, подарив какую-то призрачную надежду, а потом просто взял и выбросил меня в мусорку. Твой одногруппник пришел и заявил с порога, что ты завещал меня ему. В дар, твою мать! Потом приходит Олег и говорит, что тебе пришлось срочно уйти! Ну не сука ты после этого?!

– Вот ты, Валера, урод, – только и выдавил из себя Андрей. – Слушай, – он подлетел к Ане, обнял ее и поднялся под потолок. – Дай мне минуту на объяснения.

– Охренеть, – только и выдавила из себя она, глядя вниз. Это казалось настолько невероятным, что она даже не сопротивлялась и только крепче схватилась за Андрюху.

– Хочешь, полетаем над городом? – улыбнулся он.

– Нет, – Аня собралась с мыслями. – Я хочу, чтобы ты мне все объяснил.

– Ладно, – он кивнул, – но не обещаю, что тебе все это понравится.

– Мне все равно. Я хочу узнать все.

– Хорошо. Тогда слушай.

Андрей рассказал ей абсолютно все, что происходило с ним с того самого момента, как он пришел на вечеринку к Лобасу. Он говорил и говорил, ничего не утаивая. Искренне поведал все о Лизе, о том, почему он улетел, и о том, что произошло потом. Наконец, рассказал Ане, почему именно он прилетел сегодня к ней.

– Ань, ты классная, – честно сказал он, – ты всегда была мне в аське незаменимым другом и собеседником, но сейчас я тебя не люблю. Может быть, смогу полюбить. Скорее всего, так и будет. Все, о чем я хочу попросить сейчас – не держи на меня зла и дай мне шанс попробовать вызвать в себе чувства.

Аня не знала, что и ответить.

– А как же твоя Лиза? – наконец, нашлась она. – Почему не вернуться к ней? Будешь мучить меня и себя? Так лучше?

– Не буду я тебя мучить, – в тон ей ответил он. – Честно говорю, я хочу тебя полюбить. Дай мне шанс.

Это звучало, как черт знает что, но у Ани, по большому счету, не было выбора. Ее очень сильно тянуло к Андрею, поэтому ответ она могла дать только один.

Но в данную секунду она решила промолчать. Андрей ждал ответа с пару минут и, так и не дождавшись, спустился на пол и отпустил девушку.

– Ладно. Я, в принципе, все понимаю, – сказал он. – Нужно дело, а не слово. Что ты хочешь, чтоб я сделал?

– Сейчас – ничего, – ответила она. – Думаешь, это здорово? Ты два года встречался со своей Катей, она тебя бросила, и я помогала тебе успокоиться, забыть ее и жить нормальной жизнью. Да я, блин, реально хотела видеть тебя своим парнем! Но ты пару месяцев без остановки твердил о том, что тебе жить не хочется, что у тебя пустота в душе, и я это терпела, играя роль друга! Когда ты позвал меня на Новый год, я была счастлива, как никогда, а что из этого вышло? Ты, оказывается, собирался со мной напиться и опять-таки жаловаться на нестабильные отношения с другой! У тебя хотя бы капля совести есть, свинья?! А теперь она забыла тебя, и ты тут же переключился на меня! Я в шоке! Нет, Андрей, без обид, мне такие отношения не нужны, потому что это – хрен знает что! – мгновенно спустила Андрюху с небес на землю Аня. – Лучше уходи.

Он стоял перед ней в непроходимом шоке, не зная, что и сказать.

– Чего ты ждешь? – уперев руки в бока, рассержено поинтересовалась Аня.

Андрей, молча, развернулся и вышел из комнаты. В коридоре встретившись с ее мамой, он только и развел руками.

– Извините. Не вышло у нас примирение.

– Ничего страшного! Она просто очень импульсивная девушка! – попыталась успокоить его Инна Александровна. – Все у вас будет хорошо, если, конечно, вы сами этого хотите.

Андрей грустно улыбнулся, накинул пальто и открыл входную дверь.

– Я-то хочу. Дальше пусть она решает. До свидания.

– До свидания, Андрюша.

Домой он пошел пешком. Летать сегодня больше не хотелось.

* * *

Телефон зазвонил в кармане пальто, когда Андрей уже почти подходил к дому. Он достал его, в надежде на то, что это будет Аня, и взглянул на дисплей.

"Лобас", – светился экран.

Андрюха вспомнил, чем закончился их последний разговор, и отключился.

Не прошло и тридцати секунд, как телефон зазвонил снова. И опять это был Лобас.

"Не хочу я с тобой разговаривать!" – Андрей снова сбросил.

Только тогда, когда телефон завибрировал в третий раз, Андрюха подумал о том, что не просто так друг никак не может от него отстать. Он поднял трубку.

– Я слу… – начал он.

– Андрюха, помоги мне! – панически завопил Лобас в трубку, тут же перебив его на полуслове. – Я в парке! Рядом с колесом! Меня ножом в бок пырнул какой-то черный! – его голос было очень плохо слышно, в трубку постоянно врывался свист ветра, как будто друг убегал. – Помоги! – и тут в ухе Андрея загрохотало, и связь оборвалась, как будто Саша выронил телефон.

Сердце заколотилось так, будто он сам оказался в такой ситуации. За секунду у Андрея потемнело в глазах, участился пульс и задрожали ноги.

– Твою мать! – закричал он в ужасе и мигом прыгнул вперед, даже не обратив внимания на то, мог ли его кто-нибудь увидеть.

"Быстрее!" Андрей по гиперболе взлетел вверх, крутанулся через голову и устремился в сторону парка.

"Быстрее!"

"Быстрее!"

"БЫСТРЕЕ!"

От дикой нагрузки у него периодически темнело в глазах, но Андрей просто не мог остановиться. Промедление всего на секунду могло стоить другу жизни, а он уже и так два раза проигнорировал его призыв о помощи.

Ветер бил в лицо, Андрюха мчался над городом, стремясь к парку на пределе своих возможностей. Колесо обозрения было на его границе. Дальше за парком начинался бывший пустырь, на котором сейчас вовсю кипела стройка нового спального района. В воскресенье вечером навряд ли можно было бы кого-нибудь там встретить.

"Как же тебя туда занесло, Саня?!" Он залетел с совершенно другого конца парка, противоположного тому краю, где стояло колесо. Спикировал вниз и промчался метрах в трех над землей, совершенно наплевав на любую осторожность.

Подлетая к колесу, он словно в замедленной съемке увидел следующую картину – какой-то нерусский бородатый мужик топтал ногами скорчившееся на земле тело. В руке нападавший держал нож…

– Мразь! – закричал Андрей и сбил этого мужика с ног прямо в полете, схватив его в охапку точно так же, как он сделал это с Антоном, после чего резко устремился вверх.

Бородатый вопил, в панике даже выронив нож, а Андрюха набирал и набирал высоту. В ярости он не отдавал себе отчета в том, что делает, и даже не заметил, как влетел прямо в центр густого облака.

– Сдохни, сука гребаная! – заорал Андрей и выпустил мужика из рук, по инерции продолжив движение вверх.

Тело исчезло из поля его видимости практически мгновенно, а сам он вырвался из облака и моментально всем телом ощутил лютый собачий холод. Города внизу Андрей не мог увидеть, как не мог и понять, насколько далеко получилось улететь. Зато, к своему страху, он прямо чувствовал, как леденеют волосы и лицо, промокшие внутри облака…

"Стоп!" Сердце билось медленнее, чем обычно. Андрей в ужасе ощутил, что не может нормально дышать. Набрав чересчур большую скорость, он взлетел слишком уж высоко. Намного выше, чем позволял безопасный предел для человеческого тела…

"Вниз! Вниз, твою мать!" – красным сигналом вспыхнула мысль в его практически парализованном паникой мозгу.

Андрею не хватило буквально пары секунд…

Последним, что он ощутил, будучи в сознании, был одинокий, медленный и тягучий удар его собственного сердца.

Андрей камнем устремился к земле, потеряв остатки чувств и ощущений.

Тут бы его история и должна была бы закончиться. Жизнь Андрея легко могла оборваться из-за нелепой случайности, из-за порыва ярости, вследствие которого он потерял над собой контроль.

Это было бы настолько же глупо, насколько и грустно…

Он пролетел сквозь облако, отсырев еще сильнее, и помчался вниз, раскинув руки и ноги в стороны как тряпичная кукла.

Над Андрюхой мелькнула неуловимая тень, и он замер в воздухе, обвиснув, как безвольная марионетка. Тело дернулось, а потом резко приняло вертикальное положение.

За талию его держали две серебристые кисти, подобные тем, что создавал он сам, а за спиной Андрея в воздухе висел незнакомец, тот самый, которого Андрюха не мог заметить тогда, возле дома Лизы, поскольку также потерял сознание.

Парень притянул тело к себе, взвалил его на плечи и устремился вниз.

При скорости, которую развил этот незнакомец, Андрей терял над собой контроль и начинал истекать кровью. Парень же этот, похоже, не испытывал никаких перегрузок и чувствовал себя вполне комфортно.

Он спикировал в парк прямо на то самое место, откуда Андрюха вырвал вверх напавшего на Лобаса нерусского, а затем положил его тело рядом с еле дышащим Сашей, уже находившимся в бреду.

Парень вытащил из кармана телефон и набрал какой-то номер.

– "Скорая?" – сказал он через несколько секунд. – В парке, возле колеса обозрения, на земле два тела без сознания. У одного из них неоднократные ножевые ранения и, похоже, что он в предсмертном бреду. Поторопитесь.

Сбросив звонок, он создал кисть, взял ею мобильник и за пару секунд смял его в неровный комок, не оставляя никакого пути себя найти. Зашвырнул этот прессованный кусок пластмассы подальше и посмотрел на лежащих на земле парней.

– Ты уже не жилец, – мрачно констатировал он, глядя на Лобаса. – А с тобой, может быть, еще свидимся, если выкарабкаешься, – ткнул он пальцем в Андрея. – Два – ноль в мою пользу в спасении твоей шкуры.

Незнакомец осмотрелся по сторонам и увидел нож, лежащий на земле в десятке метров. Видимо, им и был порезан один из парней.

– Хм, – потер он подбородок и, создав кисть, подхватил ножик с земли. – Надо ведь отвести от тебя подозрения, парень. Ибо, иначе тебя повяжут за убийство, которого ты не совершал.

Он несколько раз ударил Андрея ножом в бедро, напоследок воткнул лезвие ему в плечо, развернулся и, сперва сделав пару шагов по земле, стрелой растворился в темном небе.

12

Придя в себя, Андрей обнаружил, что находится в больничной палате. Его одежда была здесь же, кто-то аккуратно сложил ее в стопку и поместил на стул возле койки. Плечо немного саднило, а бедро просто разрывалось вспышками боли. Андрей ничего не понимал.

"Неужели, перелом? – подумалось ему. – Только этого, твою мать, не хватало".

Кроме него в палате лежала только незнакомая Андрюхе девушка. Рыжая, лет на пять младше его, с интересом рассматривающая своего соседа.

– Привет, – пробормотал он, отметив, что подключен к капельнице. – Давно я тут?

– Часа три, может, даже дольше. Тут были, видимо, твои родители, но минут двадцать назад они вышли. Я, кстати, Катя.

Это имя Андрюха недолюбливал в последнее время очень уж сильно. Машинально он поморщился, вспомнив, как был брошен без объяснения каких-либо причин.

– Что не так? – заметила его реакцию рыжая.

– Да ничего, – соврал он, – больно мне до сих пор.

– У тебя два ножевых, понятное дело.

– Что?! – Андрюха мигом сел на кровати, чуть не оборвав капельницу.

Сбросив с себя одеяло, он увидел перевязку на бедре. Сквозь бинты кое-где проступала кровь. Кусок подобной повязки Андрюха усмотрел и на плече, насколько позволяло его поле зрения.

"Как это вообще могло произойти?" – он был в шоке от случившегося и ничего не понимал.

Мог ли тот мужик ударить его ножом в полете? Вряд ли, Андрей ведь не почувствовал абсолютно никакой боли. А если все же удар был? Болевые ощущения ведь могли быть погашены адреналином. Или нет? Да нет, бред, уж два удара ножом он бы заметил. Но как вообще это произошло?! Мысли на эту тему отсутствовали как класс.

Он постепенно приходил в себя. Последним его воспоминанием было зависание над облаком с последующей остановкой сердца. Андрей совершенно не понимал, как ему вообще ужалось выжить.

"Кто-то точно меня спас…" Но вот кто? Порой, конечно, даже неведение лучше, но что-то подсказывало Андрею, что это вовсе не тот случай.

Он выжил.

"Ладно, примем это как факт, от которого нужно отталкиваться", – подумал Андрей.

– А что с тобой произошло? – спросила Катя, прервав его размышления. – Тебя привезли вообще каким-то обледеневшим.

– Влез в разборку с кавказцами, – машинально ответил Андрей. – Не хочу вообще об этом говорить.

Он вернулся к своим мыслям и мрачно отметил, что для того, чтобы оттолкнуться от чего-либо, нужен непосредственно сам толчок, которого у Андрея просто не было.

"Абсолютный нуль", – сказал бы Олег относительно его знаний о случившемся.

И это было правдой. Андрей не знал ничего, он совершенно не представлял, каким вообще образом эти знания можно было бы получить. Он даже понятия не имел, что случилось с Лобасом, что удручало еще больше, ведь последним, что он успел увидеть тогда, был тот самый нерусский с ножом в руке, топчущий Сашу ногами.

– Слушай, – обратился Андрюха к Кате. – А я был один? Или меня с кем-то привезли?

– Сам ты был, – помрачнела девчонка, – но доктора говорили, дословно: "Второго мы так и не довезли. Артерии перебиты, потерял огромное количество крови".

– Твою мать, – выдавил из себя Андрюха, чувствуя, как начинает кружиться голова. – Сука… мразь… ублюдок гребаный!

– Это был твой друг? – округлились глаза девушки.

– Да, – прошептал Андрей, ощущая, как слезы катятся по лицу. – Это был мой очень хороший друг…

– Жаль его. Это вообще какая-то проклятая ночь. Я в интернете в новостях прочитала, что в центральном парке нашли какого-то мужика, размозженного просто в мясо. В заметке писали, что он изуродован настолько, как будто был вышвырнут с вертолета. От лица и головы вообще ничего не осталось…

"Отлично", – с какой-то лютой ненавистью в душе подумал Андрюха.

В палату зашел врач. Увидел слезы на лице Андрея и тут же поинтересовался, испытывает ли он боли, и с чем связан плач.

– Со мной должны были привезти парня, – ответил Андрюха, – но я уже узнал, что он скончался в "скорой" по пути сюда. Это правда?

– Увы, – развел руками доктор, – семнадцать ножевых ранений. Ужасная смерть. Вас обоих нашли рядом. А в плече у тебя – нож, которым, по всей видимости, были нанесены удары. Его милиция забрала на экспертизу. Они проверяют отпечатки, наверное, чтобы установить, не вы ли сами друг друга порезали.

– Я не убивал своего друга, – выдавил Андрей.

– Ну я тут ни при чем, – развел руками доктор. – Только он сам мог бы сказать, кто его убил. А я просто лечу тебя от ранений гораздо меньшей тяжести.

– У вас у врачей всегда такой запредельный градус цинизма?

Доктор на это ничего не ответил.

– Там твои родители снаружи, – сказал он, спустя пару минут молчания. – Пустить их сюда?

– Да. Давайте, – махнул рукой Андрей, приготовившись к расспросам.

* * *

Лобаса хоронили только через два дня. Вышло так, что сперва тело забрали в морг, Андрюхе дали сутки, чтобы отлежаться, потом допрашивали его несколько часов, а после проверяли результаты экспертизы. Менты пришли в шок, когда на ноже обнаружили отпечатки пальцев размозженного в фарш трупа, у которого их взяли по стандартной процедуре, дабы опознать личность.

Опер, который вел дело, никак не мог поверить в то, что Андрей непричастен к гибели того самого кавказца. Но никаких доказательств обратному не было, поэтому Андрюху отпустили, а дело закрыли. По всему выходило, что убийца погиб после того, как порезал двух человек. Ничего больше следствию установить не удалось. Был, правда, один алкаш из парка, утверждавший, что видел издалека только двух человек, а потом только то, как кавказца внезапно схватил демон и утащил под небеса, но ему, естественно, никто не поверил.

Андрей вышел из-под следствия чистым, вне всяких официальных обвинений и подозрений, почвы для которых просто не было. Потом ему пришлось перенести очень тяжелый разговор с матерью Лобаса, для которой у него просто не было ответов. Закончилась эта беседа истерикой, слезами и проклятьями в адрес Андрюхи. Правду он по понятным причинам сказать не мог, а врать получалось очень плохо. Итогом стало то, что ему пришлось сбежать от нее, получая в спину удары попадающимися под руку вещами.

Андрей даже не мог ее ни в чем обвинить. Он и сам ужасно тяжело пережил гибель друга, что уж тут говорить о его матери…

Самой давящей на душу была мысль о том, что, если бы он ответил сразу же, не теряя тех десяти-пятнадцати секунд, друг мог бы остаться жив. Он получил бы меньше ранений, Андрюха раньше бы убил того гада, и…

Если бы – все упиралось именно в эти слова.

Если бы…

Может быть…

Вдруг…

Как не назови – суть не изменится. Он упустил долю времени и не мог знать, повлияли бы эти несколько секунд на жизнь друга или же нет. Но не думать об этом у Андрея не получалось.

Понятное дело, на похороны он не пошел. Не знал просто, как избежать новой волны скандала с матерью Саши и избежать возможной ненависти всех его родственников. На могилу Лобаса Андрей прилетел поздно ночью и просидел рядом с крестом больше пары часов, после чего, наконец, сказал пару слов, обращаясь к умершему другу, а, может, и к самому себе.

– Сань, вот я и здесь, – тихо прошептал Андрюха, – со всеми не смог, прости. Твоя мама думает, что я виноват в твоей смерти, а я ведь даже не знаю, права ли она, или нет. Я же сразу не взял трубку…

Он замолчал, глаза подло наполнялись слезами. Впервые за последние лет восемь.

– Я убил того урода, Лобас, – продолжил Андрей, – утащил его под небеса и сбросил вниз на землю. Его нашли в парке в состоянии куска мяса, а я сам… да я даже вины не чувствую. Все произошло так быстро, что я даже подумать не успел. Инстинкты сработали. Ты умер, и он подох… две смерти на мне, но только твоя имеет душевную тяжесть, на остальное мне насрать…

– Так, значит, это все-таки ты убил того кавказца, – раздался голос в кромешной тьме за спиной Андрюхи. – Признание будем делать?

Страх накатил такой бешеной волной, что Андрюха, инстинктивно разворачиваясь, грохнулся на спину, уставившись в направлении голоса.

Чиркнула зажигалка, и в ее небольшом пламени Андрей рассмотрел черты лица напугавшего его человека. Им оказался тот самый опер, допрашивающий его относительно гибели Лобаса и всего произошедшего.

– Забавно, да? То ты рассказываешь, что получил ножом в бедро, а потом ударился головой при падении и потерял сознание, то на могиле друга признаешься ему, что он отомщен. Здорово, – мент закурил.

Андрюха медленно поднимался на ноги, стараясь не делать лишних движений.

– Имей в виду – улетишь отсюда сейчас, и потом я приду к тебе прямо домой с каким-нибудь липовым ордером и шитым конкретно под тебя делом, – предупредил мент.

"Твою мать! – Андрей ничего не мог понять. – Он меня на понт пробует взять, или же реально знает о моей силе?!" – Почему же ты не пришел на похороны вместе со всеми?

– Его мать считает, что это я его убил, – осторожно ответил Андрей. – Ну или, как минимум, что я прямо причастен к его смерти, потому что очень уж легко отделался.

– Давай начистоту, – мент цинично присел на оградку могилы, – мне о вас кое-что известно. Не все, конечно же, но, думаю, немало. Суть в чем – вы не причиняете никаких неудобств, пока летаете в небе, но стоит только кому-нибудь из вас поверить в собственную неуязвимость, как начинаются грабежи, разбой и беспредел. Ты только летун или еще и телекинетик?

Андрей испытывал настолько непроходимый шок, что даже не сразу нашелся, что и ответить.

– Мы? – только и выдавил он из себя нелепо.

Опер засмеялся.

– Ты серьезно думал, что ты один такой?

Андрей не знал, что ему ответить. Мозг отказывался думать, поддаваясь панике.

– Я прошел вторую чеченскую, – сказал мент. – И, как-то раз, чехи подорвали с земли наш вертолет. Мой сослуживец схватил меня в охапку и выпрыгнул без парашюта прямо из дыры в боку машины, которая появилась там за пару секунд под его взглядом. Он просто вырвал кусок металла и улетел в образовавшийся проход, прихватив меня. А потом кое-что и рассказал. Но это неважно, парень. Вопрос в другом – что будешь рассказывать ты?

Андрей молчал. Признаваться оперу в совершенном убийстве, от которого только недавно отмазался, он не собирался. Но и четкого плана действий он совершенно не имел.

– Я тебе честно скажу, – продолжил мент, – твой случай предельно ясен для меня. Более того, уверен, что я и сам в твои годы поступил бы точно так же. Знаешь в чем разница между тобой и преступником?

– В одном неверном решении, – вспомнил Андрей слова Олега.

Мент кивнул.

– Разница в том, что теперь ты фактически преступник. Доказательств нет, но и ты, и я это знаем. И я тебя уверяю, теперь ты будешь под постоянным колпаком, и как только ты сорвешься, начнешь грабить, убивать или просто беспределить, ты тут же дашь мне повод засадить тебя очень надолго. Я буду за твоей спиной всегда. Всякий раз, как ты неверно пошевелишь пальцем, ты должен знать, чем это может для тебя обернуться. Ясно?

Андрей медленно сделал пару шагов назад, обдумывая все то, что сейчас услышал.

– Я вот что скажу, – начал он, – есть одна мыслишка… хм, скажем, я посылаю тебя в задницу и не позволяю себя запугивать!

"Быстрее!" – Андрей стрелой рванулся вперед и сгреб опера в охапку, собираясь взлететь как можно выше, как вдруг отключился и распластался по земле, придавив собой служителя закона.

Мент, совершенно ничего не понимая, резво выбрался из-под тела потерявшего сознание Андрюхи и уставился на неизвестно каким образом здесь очутившегося третьего человека.

Он не был похож ни на охранника кладбища, ни на гробовщика и ни на кого-то из тех мрачных парней, выкапывающих здесь ямы под новые могилы.

– Четвертый раз уже я спасаю этого парня, – ткнул незнакомец пальцем в Андрея, – и где результат? Он ничему совершенно не учится.

В этот раз опер не дал застать себя врасплох. Он даже успел выхватить пистолет, который, впрочем, смялся в комок прямо на его глазах. Незнакомец не пошевелил ни единым мускулом, но четыре серебристые кисти мигом распяли мента в воздухе.

– Мразь, – прохрипел опер. – Поотрываешь мне руки, урод?

– Нет, – хохотнул тот, – зачем? Про ложные воспоминания ты не в курсе?

Мент не ответил. Он действительно и понятия не имел о таких силах. Незнакомец снова усмехнулся.

– Сначала ты, а потом тот, – он ткнул пальцем в сторону Андрея, и серебристая кисть, которую опер не мог видеть, легла ему же на голову.

* * *

Андрей проснулся в середине дня. Депрессия так никуда и не делась. Вчера он просидел на могиле Лобаса практически до самого утра, разговаривая сам с собой, а потом побрел домой, где моментально отрубился, рухнув в глубокий сон.

Андрюха сделал себе кофе и плюхнулся в кресло. Практически залпом выпил всю кружку, обжигая горло.

– Саня, ну как так… – прошептал он сам себе.

На душе было очень тоскливо. Он взял мобильник и просмотрел список последних вызовов. Три входящих от Лобаса, с десяток вызовов неотвеченных Аней.

Андрей набрал ее номер и прослушал голосовое сообщение о том, что аппарат вызываемого абонента был выключен или находился вне зоны действия сети. Он только лишь тоскливо вздохнул и поплелся на кухню за новой порцией кофе.

Ложь о вчерашнем очень прочно укоренились в его голове.

13

Истина так и не пришла к нему, не постучалась однажды в дверь ранним утром или пусть даже поздней ночью.

Ничего не происходило. Месяц Андрей жил как самый обычный человек. Сдавал экзамены, редко гулял с друзьями, постепенно мирился с гибелью Лобаса…

Летал он только в университет и обратно, дабы просто экономить время. Способностью кистей вообще старался не пользоваться.

Андрей твердо решил для себя, что не стоит постоянно злоупотреблять своим даром, пока это не привело к непоправимым последствиям.

Уже несколько раз он практически брал Смерть за руку, тормозил буквально на самом краю, где заканчивалась жизнь. С него хватит. Всему есть какой-то предел.

* * *

В тот день они сдали последний экзамен. Андрей и Олег получили его автоматом и сидели в студенческом кафе. Пили кофе и ждали остальных своих одногруппников.

Про случай с Лобасом Андрюха не рассказывал даже Олегу. Обо всех событиях прошедших дней он умолчал, рассказав лишь вкратце, что Лиза его забыла, а Аня вообще не захотела слушать. И даже Олег признал, что это все только к лучшему.

– Я, наконец, понимаю, что такое полная свобода, – задумчиво сказал Андрей, уставившись в стакан с кофе. – А после случая с Лизой стал задумываться и об ответственности.

"Скорее, после случая с Лобасом", – мелькнула грустная мысль, которую он не собирался озвучивать.

– А какие планы на этот месяц? – поинтересовался Олег.

– Даже не знаю. Еще не думал об этом. Совершенно точно уверен лишь в том, что, наконец-то, буду очень много спать.

Олег ухмыльнулся.

– Рай для студента? – спросил он. – Кстати, а по Лизе не скучаешь?

Андрей задумался.

– Нет, не скучаю, – ответил, а только после понял, что не соврал. Он на самом деле не тосковал по Лизе. Он оставил ее позади, как обычно забывают неудачный вчерашний день. – Знаешь, Олег, вот чему я удивляюсь, так это тому, что… – он запнулся.

– Ну? – подтолкнул его мысли друг.

– Хм, я удивляюсь тому, что до сих пор не послал все это к собачьим чертям и не улетел куда-нибудь в Америку к океану. В Майами, например. Я об этом столько думал…

– Идиотская идея Димы не дает тебе покоя, – мгновенно посерьезнел Олег.

– Наверное, я потому и не сделал этого, что идея глупая. Хотя… я вот даже не знаю, а глупая ли она. Тут проблема в другом.

– В чем?

– Я не могу взять и просто так сказать всему, что окружает меня "Пошли на хрен!", а потом улететь, ограбив по пути ближайший банкомат.

Олег посмотрел на него очень серьезно.

– Хорошо, что даже при таких возможностях ты не меняешься и остаешься все тем же парнем, которого мы знаем.

Андрей улыбнулся.

– Если я начну грабить, беспредельничать и убивать, ты узнаешь об этом первым.

Олег хохотнул и хлопнул его по плечу.

– Не сомневаюсь!

Некоторое время они молча пили кофе, потом Олег поинтересовался, как дела с Аней.

– Видимо, ей я уже не нужен, – развел руками Андрюха. – На Новом году она была готова за меня хоть замуж в ту же секунду, а сейчас я ей на хрен не нужен. Хотя, с замужеством это я, конечно, перегнул, но принцип, думаю, понятен, да?

– Она просто не может оценить всю картину, – философски произнес Олег. – Знала бы о тебе все, может, и думала бы по-другому.

– А она знает, – максимально непринужденно попытался сказать Андрей. – Я при ней пару раз летал.

Олег подавился и закашлялся.

– Ты вообще в своем уме? Ты ей настолько сильно доверяешь?!

Андрей пожал плечами.

– Что сделано – назад не повернуть, – философски заметил он, разведя руками в стороны. – Но, почему-то я уверен, что она меня не выдаст. А, даже если и выдаст, сам подумай, ну кто ей поверит?

На самом деле, поверить ей мог любой человек, уже сталкивающийся с подобным, вроде того самого опера, который вел дело о гибели Лобаса, но проблема была в том, что обо всем, что было с ним связано, Андрюха начисто позабыл.

– Любой человек, вроде меня, который видел это все в деле! – мигом возразил Олег.

– Да ладно, давай быть проще, – попросил Андрей, – у меня уже голова на куски раскалывается от всех этих проблем.

Он осмотрелся и заметил, что в кафе вошла девушка, на первый взгляд, их же с Олегом возраста. Блондинка, длинные ноги, неплохая фигура. Довольно короткая юбка, черная обтягивающая блузка, поверх которой была накинута кожаная куртка. На плече девушка несла самую обычную дамскую сумочку.

– Ножки супер, – ухмыльнулся Олег, проследив взгляд друга.

– Не только они одни, – в тон ему тут же ответил Андрей. – Ничего так, классная блондиночка. Я бы с ней полетал…

Он продолжал провожать девушку взглядом. Вдруг она поскользнулась на недавно вымытом полу, взмахнула руками, резко наклонилась вперед, и сумка слетела с её плеча.

Вначале Андрей решил, что у него галлюцинации. В воздухе из ниоткуда появилась серебристая кисть, которая поймала сумку и бросила ее назад в руки девушке.

Андрюха вжался в спинку стула. Девчонка совершенно невозмутимо поймала сумку и посмотрела по сторонам. Андрей тут же уставился в стакан с кофе.

– Твою мать! – прошептал он.

– Что? – насторожился Олег. – Смерть увидел?

– Кое-что намного более крутое! Я могу видеть телекинетические кисти подобных мне людей!

– Кто? – просто спросил Олег, слегка повернувшись, чтобы зал просматривался лучше.

– Блондинка, только что прошедшая мимо. Уронила сумку, а потом создала кисть и поймала ее!

– Уверен, что это не глюки?

– На все сто!

Девушка купила себе чай с пирожными и села за отдельный столик.

– Когда ты говорил про людей, стоящих выше меня, ты как будто в воду глядел!

– Надеешься, что это была она?

– Я бы не сказал, что это надежда, – сказал Андрей, поднимаясь из-за стола, – но, безусловно, шанс!

– Осторожней с ней!

– Я всегда осторожен.

– Ни хрена подобного! – прошипел Олег.

Андрей усмехнулся и пошел к ее столику. Остановился рядом.

– Я присяду? Можно?

– Сядь куда-нибудь в другое место. Вокруг полно тупых студенток, их и снимай, – грубовато ответила девушка.

Приятный даже в такой ситуации голос. Красивые карие глаза, нежные, чуть пухловатые губы.

Андрей проигнорировал это предложение и сел напротив ее.

– Ну ты и хам! – возмутилась она. – Уйди, хуже будет!

Рядом с ней в воздухе возникла кисть. Всего одна.

– Ух ты! – напоказ задрожал Андрей и улыбнулся. – Ты хочешь прибить меня этой своей телекинетической рукой?

Блондинка замерла, будто бы испытав шок.

– Ага! – хохотнул Андрей. – Я кое-что о тебе знаю!

14

Блондинка уставилась на Андрея взглядом, полным презрения.

– Кто ты такой?

Он усмехнулся.

– Скажем так, я – некто, кому известно о твоей третьей руке.

Блондинка, похоже, не на шутку взбесилась. Она ткнула в Андрея пальцем.

– Слышишь меня, паренек? Я не знаю, что толкнуло тебя на такие умозаключения, но ты несешь какую-то немыслимую хрень, которую я не собираюсь слушать!

Девушка встала со стула. Андрей тут же создал две кисти, поймал ее за запястья и посадил назад. Она панически уставилась на свои руки. Андрюха заметил это и победно ухмыльнулся.

– Ты их тоже видишь, – сказал он.

Девушка, наконец, сдалась.

– Вижу, – она тяжело вздохнула. – И не могу в это поверить.

– Думала, что ты одна такая?

Блондинка кивнула.

– Отпусти меня, – попросила она.

– А, конечно, – Андрей убрал кисти, – если ты хочешь, то можешь уходить.

На этот раз блондинка не сдвинулась с места.

– Я не могу в это поверить, – повторила она. – А ты тоже думал, что единственный?

Андрей вспомнил слова Олега и покачал головой.

– Нет, я практически был уверен в том, что есть и другие летуны и телекинетики.

– Летуны? – девушка подняла брови.

Андрей кивнул.

– Ты умеешь летать?

Он с удивлением посмотрел на девушку. Она, похоже, была в шоке и выглядела так, будто ни капли не понимала, что же именно здесь происходит.

– Да. Я умею летать, – ответил он. – А ты нет?

Блондинка внимательно изучала его. Наконец, она отрицательно покачала головой.

Андрей тут же привел свои мысли в порядок. Кое-что не сходилось. Навряд ли телекинетик спас бы его от падения. Тут нужен был еще один летун.

– Значит, не ты меня спасла, – пробормотал он машинально.

– От чего? Ты о чем вообще говоришь?

Андрюха потряс головой.

– Это неважно, – сказал он и протянул блондинке руку. – Забудь. Мы до сих пор не знакомы. Я Андрей.

– Лена, – ответила она на рукопожатие.

– Будем знакомы, – улыбнулся Андрюха.

Она ответила такой же дружелюбной улыбкой.

– Ты здесь учишься? – спросила Лена. – Какой курс?

– Четвертый. А ты?

– Я на вечернем. А сессию поставили в первую смену.

– А, ну тогда это объясняет, почему я тебя тут ни разу не видел. Такую девушку бы точно запомнил.

– Ты меня клеишь в первую же пару минут? – усмехнулась Лена.

– Нас же, как выяснилось, очень мало на земле, разве нет? – картинно поднял брови Андрей. – А даже если и не мало, то мы все равно никогда не встречали себе подобных. И ты считаешь, что, найдя такого человека, тем более классную девушку, я ее так вот просто отпущу? Ну нет уж.

Она улыбнулась, а потом вдруг посмотрела на него ужасно серьезно.

– Слушай, можешь ответить мне на один вопрос?

– Конечно, – Андрей кивнул. – Спрашивай.

Лена взяла его за руку.

– Раз уж нас тут таких двое, только ты мне можешь ответить на этот вопрос. Скажи мне, каково тебе было все это время? Расти, наблюдать, как страдают люди от постоянных и неконтролируемых вспышек твоей силы? Не знать, как этим управлять и как это себе подчинить.

Андрей сглотнул образовавшийся в горле ком.

– Ты с этим родилась? – только и спросил он.

Лена вытаращила глаза.

– Да…

Она замешкалась. Видно было, что Лена ждет комментариев.

– А я нет. Я получил силу в результате несчастного случая, – ответил Андрей, отметив, что Лена так и не выпустила его руку.

– А как это случилось? – она посмотрела ему прямо в глаза.

Олег наверняка осудил бы его за излишнюю откровенность к почти незнакомой девушке, но Андрей словно почувствовал, что должен открыть ей всю правду.

– Меня в драке вышвырнули с девятого этажа. Я пролетел вниз все это расстояние, а перед землей резко остановился. Так я, собственно, и осознал, что летать умею.

Он решил не загружать девушку и оставить за бортом теорию о ста процентах мозга.

– Похоже, ты сильнее меня, – сказала Лена, – раз у тебя кистей аж две под контролем.

– Вообще-то, я могу создавать пять кистей, – улыбнулся он, – но контролировать мне под силу только четыре из них.

Лена покачала головой.

– Когда я пытаюсь удерживать сразу две, то испытываю ужасные боли и теряю сознание.

– Да, понимаю. У меня такое на пятой.

Лена, похоже, наконец, заметила, что держит Андрея за руку уже несколько минут, ойкнула и отпустила его.

– Извини, – неуверенно произнесла она.

– За что? – удивился Андрей. – Похоже на то, что я против?

Лена вновь улыбнулась. Ему это очень в ней нравилось. Девушка уже одним своим видом излучала позитив.

– А как ты училась пользоваться кистью? – вернулся он к теме.

Девушка мгновенно помрачнела.

– Я не могла это контролировать. Не понимала, как. И началось все с того, что я обрушила дверной косяк, ударив в него спонтанно возникшей кистью…

Андрей хохотнул.

– На маму, – закончила Лена, стерев улыбку с его лица. – Она тогда кричала на меня, ужасно ругалась. Мне было тринадцать лет. И я безумно разозлилась.

– Она выжила? – осторожно спросил Андрей.

Лена кивнула.

– Да, но после этого все в доме начали меня бояться. Я росла и становилась для них все более чужой. Было ужасно.

– Ты так просто об этом говоришь, – заметил Андрей.

– А что здесь сложного? Сперва, конечно, было плохо, но потом я взяла и смирилась. Примерно четыре года назад, когда мне исполнилось пятнадцать, я ушла из дома. И после этого там вообще не появлялась.

Андрей помрачнел.

– Жизнь порой бывает жестока, – только и сказал он, не найдя более подходящих слов.

– Не жизнь, – покачала головой Лена, – а люди. Вот скажи мне, что говорят тебе твои? Они ведь не знают, готова спорить.

– Именно. А зачем им знать? Я контролирую процесс, неожиданностей быть не должно.

– Вот именно, что незачем. А если узнают, то отвернутся от тебя, словно ты прокаженный.

– Вряд ли, – твердо сказал Андрей.

– Ты хороший парень, – начала Лена, – но в этом мире не нужно быть хорошим для всех. Надо видеть в первую очередь себя в толпе муравьев вокруг. Основная масса людей – тупое стадо, среди которого приходится жить. И это стадо гниет год за годом.

"С чего она вообще взяла, что я хороший парень? – подумал Андрей. – И почему так открыто обо всем рассказывает?" – Потому что ты должен кое-что уяснить, – вздохнула Лена. – Потому что правила для тех, кто стоит ниже нас с тобой. А открылась я так быстро по той же причине, что и ты сам. Я верю в то, что люди, подобные нам, действительно должны держаться вместе. А ты?

– Как ты вообще…

– Узнала, о чем ты думал? Ах, да, забыла. Мои возможности не ограничиваются только лишь одной кистью. Я читаю мысли людей и могу изменять им память, если потребуется. Мозг предстает в моем сознании подобием гигантской картотеки, в которой я ищу ненужный день, час или год, а потом стираю его или переписываю на свой лад.

Андрей сидел с открытым ртом.

– Да брось, – усмехнулась Лена, – это только звучит так странно, на деле все интуитивно понятно. Ну, по твоей реакции, я хотя бы поняла, что кое в чем я опережаю тебя.

Андрюха вообще не знал, что же можно ей на это ответить.

– И теперь представь, каково мне было проходить рядом с мамой и слышать в своем мозгу нечто вроде: "О, Боже, только бы не снова! Пусть она ничего не сделает!" Это ужасно, Андрюш. Я копила в себе ненависть несколько лет подряд. И однажды настал день, когда я смогла все оборвать. А сегодня, встретив тебя, я словно вижу себя лет семь назад. Сила только пришла, ты добр и наивен, полагаешь, что все будет безоблачно и прекрасно.

– Да нет уж, тут я более прозаичен. Летать в розовых очках в облаках я не собираюсь.

– Править тоже.

– А если я не хочу править? – мрачно ответил Андрей.

– Править – не значит "править миром". Начни с самого себя. Управляй хотя бы собственной жизнью.

Лена открыла сумочку и достала ручку и лист бумаги. Что-то на нем написала и положила на стол.

– Когда я уйду, перевернешь и посмотришь, – сказала она.

А потом Лена встала из-за стола и пошла прочь, не сказав ни слова на прощание. Андрей задумчиво смотрел ей вслед, любуясь стройными ногами.

Потом он перевернул лист и увидел на там номер мобильного.

"Личность и свобода – неразделимые вещи", – было написано аккуратным почерком прямо под цифрами.

Андрюха улыбнулся и спрятал лист в карман джинсов. К пирожным и кофе Лена так и не притронулась. Он забрал их и вернулся за столик к Олегу.

"Свобода, говоришь?" – промелькнула мысль.

– Это что? – ухмыльнулся Олег. – Дары? Чтоб ты ее оставил в покое?

– Разговор был очень напряженным и интересным. У нее времени не было поесть, – объяснил Андрей. – Не пропадать же добру, да?

Непонятно почему, но ему вдруг стало очень грустно. В сознании резко вспыхнула яркая, отчетливая картинка – они с Леной вдвоем где-нибудь на пляже в Майами. Лежат на шезлонгах под жарким солнцем…

"Да уж, было бы неплохо".

– О чем разговаривали? – поинтересовался Олег.

Андрей уже собирался было ответить, как вдруг его прервал зазвучавший мобильник.

Бесконечна пытка тишиной!

Тишина смеется над тобой!

Застывает время на стене -

У часов печали стрелок нет!

Эти слова каким-то ядовитым жалом врезались в его сознание, принося с собой уныние и печаль.

Ночь за ночью, день за днем один -

Сам себе слуга и господин!

А года уходят в никуда,

Так течет в подземный мир, в подземный мир Вода…

Телефон все продолжал и продолжал звонить. Андрей сидел в ступоре, по ходу звучания мелодии понимая, что вещи, которые пыталась объяснить ему Лена, не так уж и глупы на самом деле. Даже наоборот…

Боль, только боль

До конца честна со мной!

И она бывает сладкой,

Но все чаще злой!

Снег за окном

Снова слился с дождем!

Это ангелы без крыльев

Плачут о былом!

Я выключаю…

В комнатах свет!

Мне не хватает…

Лишь сигарет! Их нет…

И правда ведь, за его окном солнце как-то не преобладало, образно выражаясь. Да там, по большому счету, кроме серости, в последнее время вообще ничего не было. Лена появилась из ниоткуда и тут же открыла ему глаза на все.

И в первую очередь на то, что все решает не судьба или какое-то неведомое знамение, а самый банальный случай.

– Андрюха! – Олег хлопнул в ладоши прямо перед его лицом. – Тебе что внезапно музыку захотелось послушать?!

Андрей тупо уставился в телефон, прорываясь сквозь охвативший его ступор.

– Случайно, наверное, придавил кнопку, – он потряс головой и выключил плеер.

– Что с тобой? – насторожился Олег. – Что там у вас за разговор был?!

– Я должен буду ее найти. Обязательно, – пробормотал Андрей.

– Для чего?

"В этом мире не нужно быть хорошим для всех. Надо видеть в первую очередь себя в толпе муравьев вокруг", – вспомнились слова Лены.

"Управляй хотя бы собственной жизнью".

"Начни с самого себя".

"С самого себя…"

"Себя…" И тогда в мозгу Андрюхи ярко вспыхнула единственная мысль.

"Я!"

Он закрыл глаза и ненадолго задумался, взвешивая все "за" и "против".

"Обязательно ей позвоню. Сегодня же", – твердо решил Андрей.

15

Луна ярким пятном сияла в кромешной тьме ночного неба. Андрей сидел на занесенной снегом лавочке, наплевав на холод, и ждал.

Ждал ответов, ждал перемен, ждал…

Он и понятия не имел, чего конкретно он ждал.

Лена появилась из подъехавшего такси, опоздав минут на двадцать.

– Привет. Не замерз? – поинтересовалась она.

Андрей задумчиво смотрел вслед удаляющейся машине.

– Да не особо, – вернулся он в реальность, – немного. Я долго думал над твоими словами… – он запнулся.

– И что надумал? – подтолкнула его Лена.

– Давай немного полетаем? – он взял ее за талию, прижал к себе и плавно взлетел вертикально вверх.

Он поднялся примерно на пятьдесят метров и завис.

– Боже, как страшно то, – пробормотала Лена и вцепилась в него мертвой хваткой.

– Теперь ты смотришь на мир так же, как делаю это я, – тихо ответил Андрей.

Она была настолько близко, что он испытывал гигантское желание ее поцеловать. Алые губы будто манили к себе, притягивали и заставляли голову слегка кружиться.

Она была очень красивой. И она была рядом. Большего Андрею сейчас и не нужно было.

– Это действительно очень круто, – восхитилась Лена, – к сожалению, мне это вряд ли когда-нибудь станет доступно.

– Зато рядом есть я, – ответил Андрей.

– Надолго ли?

Он вздохнул и приготовился к разговору.

– После разговора с тобой я взвесил все свои мысли и просто решил пересмотреть убеждения. Ты действительно была права. На все сто.

Лена улыбнулась.

– Да уж, не каждый день меня уносят под облака и там признаются в сильнейшем влечении, прикрываясь уже прошедшим разговором.

Андрей даже не знал, что ей на это сказать. На какое-то время он просто завис, пока Лена сама не внесла ясность.

– Ты ведь думаешь об этом. Все время, пока мы летели вверх, да и теперь тоже. И боишься поцеловать, как какой-то первоклассник, – мягко улыбнулась она. – Я на тигра похожа?

Андрей испытал какое-то невероятное облегчение от того, что она так хорошо ко всему этому отнеслась. Он продолжил говорить.

– Согласен, я действительно очень хочу тебя поцеловать, но разговор…

Лена оборвала его, прижав палец к губам Андрея.

– Так целуй, зачем эти пустые разговоры?

И он поцеловал. Почувствовал ее холодные от мороза губы на таких же своих и на несколько секунд весь его разум улетучился куда-то, где не было никаких проблем. Где вообще не было никого и ничего кроме Андрея, Лены и их непрекращающегося поцелуя…

Она отстранилась первой, вернув его в реальность.

– Все это, конечно, очень приятно, – в глазах Лены замелькали озорные искорки, – но не стоит забегать вперед. Теперь мне интересно узнать, о чем ты хотел поговорить. Кроме, конечно же, влечений и желаний.

Она над ним издевалась, не убирая с лица ехидную улыбку. Но ему это даже нравилось.

– Знаешь, – начал Андрей, – это странно, что я веду себя так неуверенно. Никогда ничего подобного не было. Наверное, это ты на меня так влияешь. Честно скажу – мне это нравится. Поговорив с тобой сегодня утром, я кое-что для себя уяснил. Не подумай, что это глупо. Может быть, слишком быстро, но точно не глупо. Во всяком случае, я так считаю.

Он выдохнул и посмотрел ей в глаза.

– Да ведь ты же уже и так знаешь, что именно я сейчас скажу, – обреченно выдавил из себя Андрей, – может, сразу ответишь?

– Нет, – ухмыльнулась Лена, – лучше я сделаю вид, что слышу это в первый раз.

* * *

В каждом из нас живет эгоист. В одних он доминирует, в других подавляется.

Андрей решил, что хватит подавлять свою, в принципе, не самую плохую сторону.

"Мои родители забыли меня меньше чем за пару минут. Их жизнь наполнилась картинками, где дочери не было вообще. Я свободна как ветер, меня здесь не держит ничего, поэтому я не смотрю назад на свою старую жизнь. И если хочешь, я могу сделать то же самое для тебя", – предложила ему Лена меньше часа назад.

"Нет. Так не хочу. Сделай элегантнее. Скажем, я учусь в Гарварде уже четыре года и приезжаю только летом на каникулы. Я гений, поэтому за меня платит государство. И связь со мной только через электронную почту, иначе слишком дорого звонить. Годится?" "Дело твое, но уверен ли ты, что вернешься к ним?" "Уверен".

Он, наконец-то, стал полностью свободен от всего. Обладая поистине божественными способностями, Андрей твердо решил, что настало время что-то кардинально поменять.

В книгах или фильмах главный герой решается сжечь все мосты только в том случае, если в его жизни происходит ужасная трагедия или случай, после которого просто невозможно было бы оставаться на старом месте.

Андрей не испытал ничего этого. Его просто все достало. Откровение наступило за пару часов, расставив все нужные точки над всеми неопределенными i.

Андрей шел к одному очень знакомому месту. Возле автобусной остановки, с которой он каждый день отправлялся домой, был расположен банк. А прямо на улицу был выведен вмонтированный в стену банкомат.

Андрюха договорился о встрече с Леной уже сразу в аэропорту, а непосредственно сейчас он собирался обзавестись необходимой суммой денег. Он не был уверен, что сможет сам осилить такой долгий перелет, который они спланировали, да и к тому же не знал куда лететь и не хотел придумывать себе нелепые трудности.

Из дома Андрей не взял с собой никаких вещей. Да и зачем? Все, что ему было нужно, он и так уже имел. Этим всем были пять кистей и способность к полету.

Подходя к банкомату, он завязал на лице шарф и надел солнечные очки. Видимость тут же стала хуже, на дворе все-таки царила ночь, но предосторожность никогда не бывала лишней.

Андрей создал сразу четыре кисти и, долго не думая и не теряя времени, резко швырнул их в сторону стены под экраном банкомата. Загрохотала рушащаяся стена, повалились кирпичи вместе с клубами пыли, и тут же взревела сигнализация.

В образовавшемся разломе Андрюха увидел корпус банкомата на расстоянии примерно около полутора метров от созданной им дыры. Экран был вынесен вперед в форме буквы "г", но Андрея это не удивило. Примерно так он себе все это и представлял. Проблема заключалась только в стальной решетке, оказавшейся прямо за кирпичной стенкой.

Времени у него оставалось совсем немного. Кистями он разогнул прутья в стороны, освободив себе проход. Нырнув в разлом, он вцепился все теми же четырьмя кистями в металлический корпус банкомата.

"Ты гений, Дима, – мелькнула в голове мысль, – но я слегка скорректировал твой гениальный план".

Сосредоточившись на процессе, Андрей потянул все кисти в разные стороны. Заболела голова, застучало в висках, сказывалось недавнее такое же предельное усилие в разгибе решетки, но он не сдавался. Секунды тянулись безумно медленно, Андрею показалось, что прошла целая вечность, как вдруг давление на мозг резко ослабло.

Одновременно с этим кисти разорвали корпус банкомата на четыре части, освободив полившийся наружу поток денег.

"Четвертовал", – подумалось Андрею.

Он перестал подпитывать кисти, и они исчезли. Андрюха подобрал с земли целый ворох пятитысячных купюр и засунул их в висящий за спиной пустой рюкзак. Этого вполне должно было хватить.

Он выскользнул назад на улицу и оказался нос к носу с охранником банка, направившим на него пистолет.

– Стоять, сука! – завопил тот. – Ты куда полез, падла?! Мой банк грабануть вздумал, тварь?! На землю!

Андрей сам не знал, как он смог действовать настолько слаженно, но четыре кисти он сотворил чисто инстинктивно и тут же ударил ими охранника в живот, отправив его в полет. Тот даже не успел выстрелить – через пару секунд его тучное тело с грохотом влетело в газетный киоск.

"Чуть не попался! Твою-то мать! Быстрее!" – и Андрей взмыл в небо под дикий вой сигнализации, забыв о всякой предосторожности.

* * *

Лена ждала его в одной из многочисленных кафешек аэропорта, как они и договаривались. Андрей рухнул к ней за столик, тяжело дыша.

– Что случилось? – Лена увидела его красное запыхавшееся лицо и не на шутку испугалась. – И где ты шлялся столько времени?!

Андрей осмотрелся. Ночью здесь практически не было людей. Только какой-то вдрызг пьяный мужик, допивающий пиво в десяти метрах от них, да сладкая парочка возлюбленных, видимо, ожидающих рейс.

– Я сейчас чуть не попал, – тихо сказал он, – не получилось достать деньги без происшествий. Из банка успел выскочить охранник и поставил меня под ствол. Но я, слава Богу, успел его вырубить до выстрела и улететь.

– Что?! Какого хрена?! Какие вообще деньги?! Ты банк грабанул?! – прошипела Лена. – Придурок, тебе что проблем мало?!

– Не банк. Банкомат, – уточнил он. – А где бы мы деньги достали на перелет?!

Лена закатила глаза.

– Значит, тебя, судя по-всему, совершенно не смущает отсутствие у нас виз и загранпаспортов, а вот деньги тут, конечно же, решают, да?!

– С визами и загранниками ты сама говорила, что просто пошаманишь в мозгах контроллеров, и все… – Андрей запнулся, его внезапно осенило.

– А билеты таким же образом я достать, по-твоему, не могла?! – озвучила его мысли Лена.

Иногда Андрюха и сам удивлялся тому, какие косяки ему удается вытворять, делая все наспех, не просчитывая план наперед.

– Твою мать, – только и прошептал он, – черт! Как же так?

– Давай, ты вначале будешь обговаривать подобные гениальные решения со мной, ладно? Сколько ты спер вообще?

– Не знаю. Но, думаю, не меньше сотни, – прошептал он.

– Тысяч?! – Лена вытаращила глаза.

– Фантиков, блин! – Андрей откинулся на спинку стула. – Не мы ли с тобой говорили о свободе и безграничных возможностях?

Лена посмотрела на него, как на полнейшего кретина.

– Знаешь, – попытался объяснить ей он, – я всю свою жизнь жил только так, как мне говорили. Стремился к чему-то, искал везде цель. А теперь я, наконец-то, понимаю, что именно я решаю все, а не чей-то план или чья-то воля. Есть я. Есть ты. И есть наши желания.

– При чем тут откровенно глупый грабеж банкомата?!

– Да, я повел себя глупо, но какая теперь-то разница? Я уникален, поэтому смог быстро оттуда уйти. Все. Никакой ответственности, я замаскировал лицо. Любой человек на моем месте поступил бы так же, обладая подобной силой. Нет?

– Нет. Я бы не поступила.

Андрей вздохнул, не зная даже, что ей ответить.

– Ладно, я совершенно не умею отмазываться на ходу, так что скажу прямо. Да, я упорол косяк, признаю. Буду умнее впредь.

– Попробую в это поверить, – Лена сложила руки на груди.

– Сколько до нашего рейса?

– Час.

– Отлично. Значит, успею выпить чашку кофе.

* * *

– Посадка на рейс номер 128, Москва – Нью-Йорк начинается через десять минут, – прозвучал голос диспетчера.

– Наш, – Андрей встал и протянул руку Лене. – Идем.

Держась за руки, они двинулись в сторону места посадки.

– Не мучает совесть? – тихо спросил Андрей.

– По поводу?

– По поводу тех двух возлюбленных, вместо которых летим мы с тобой?

– Нет. А должна? Или тебя муки на части разрывают?

Андрей задумался.

– Да нет, не разрывают, – ответил он, спустя несколько секунд, – знаешь, честно говоря, мне как-то и наплевать, что ли. Я просто понимаю, что держу в своих руках возможность, которая может позволить изменить совершенно все. Обстановку, принципы, даже самого себя. Мне, такому вот правильному и положительному во всем не составит ни малейшего труда послать все к чертям собачьим.

– А что мешало раньше?

– Мое дурацкое воспитание, – ни секунды не задумывался с ответом Андрей, – образ "правильного мальчика", которым меня пичкали с самого раннего детства все мои родственники! Ответь мне на один вопрос.

– На любой. Валяй, – улыбнулась Лена.

– Мы знакомы чуть больше полутора суток. И теперь уходим вместе. Тебе не страшно?

– Я люблю перемены, – подмигнула ему Лена.

– Не валяй дурака. Ответь мне на вопрос. Ты ведь и так уже прочитала у меня в мыслях всю его подоплеку!

– Ты сам ответил на свой вопрос. Я знаю, о чем ты скажешь, прежде чем из твоих губ раздастся звук. Чего мне бояться?

– Меня к тебе сильно тянет. Мне с тобой легко и хорошо, – признался Андрей.

– А кто такие Катя, Аня и Лиза? – ухмыльнулась Лена. – С которыми были не отношения, а черт знает что?

Андрей нервно хохотнул.

– Может, мне вообще ничего не говорить? Какой смысл, если ты читаешь все наперед?

– Учись скрывать мысли и не думать о том, чего не хочешь афишировать, – посоветовала Лена. – Хотя, в нынешней ситуации, будет, как минимум, некрасиво скрывать от меня подобное, разве нет?

– Давай я позже расскажу? – устало перебил ее он. – Ты и так уже выразила всю суть. Не отношения, а черт знает что. Но сейчас есть ты.

– Но отношений как таковых еще нет, – погрозила ему пальцем Лена.

Эта девчонка просто издевалась над ним, как только хотела. Самым странным было то, что Андрею это даже нравилось. Обижаться на нее не хотелось совершенно.

– Отношений нет, согласен, – ответил он, – но могут же быть?

"Точно будут. Чтобы упустить такую девушку – нужно быть законченным идиотом", – специально подумал он, маскируя это под случайные мысли по ходу разговора.

Уловка сработала. Лена чуть покраснела.

– Это и называется судьбой, – ответила она.

– Судьбы нет, – тут же возразил Андрей. – Наша жизнь зависит только от нас самих.

Лена промолчала.

"Я узнал, что я могу, – размышлял Андрей. – Теперь я железно знаю, чего именно хочу".

– Свободы? – спросила Лена.

Андрей кивнул.

– Глупо же было бы жить по правилам и сидеть на месте с такими-то возможностями, – ответил Андрей.

– Не просто глупо. Тупо и бездарно. Для таких, как мы с тобой, правил нет. Есть только собственная мораль и личные принципы.

– Как же здорово это звучит! – улыбнулся Андрюха.

* * *

В самолете Лена безмятежно спала, а вот Андрей совершенно не мог сомкнуть глаз. Лихорадочно вцепившись в подлокотники кресла, он сидел с закрытыми глазами уже пару часов, стараясь не думать ни о чем, связанном с авиаперелетами. Но одну мысль никак не получалось выгнать из своего подсознания.

"Если этот чертов стальной гроб вдруг начнет падать, успею ли я разорвать кистями его корпус и вылететь наружу?" – Боитесь летать? – вырвал его из ужасных мыслей мужской голос.

Андрей вздрогнул и, открыв глаза, встретился взглядом с соседом по креслам, на которого раньше просто не обратил внимания.

Да и выглядел тот странновато. Одет был будто на парад – черный костюм, белая рубашка, красный галстук. Все идеально отглажено, будто в ожидании какого-либо политика или суперзвезды. Но вот обладатель костюма в своем внешнем виде ему явно не соответствовал.

Небритый и очень лохматый, с безумно бледной кожей на лице, кое-где прикрытой трехдневной щетиной. На вид лет тридцати, но весь какой-то слишком уж тщедушный.

Но чем-то он показался Андрею знакомым, хотя где они могли встречаться? Скорее всего, нигде и никак.

– Ага. Боюсь, – честно ответил Андрюха. – А вы нет?

– В перелетах я провожу как минимум треть своей жизни, если не больше, – усмехнулся незнакомец, – но, как правило, собственным чартерным рейсом. Сегодня исключение. Я Альфред, – он протянул ладонь для рукопожатия.

– Я Андрей. Вы иностранец? Каким ветром в Россию? Бизнес? – Андрюха был рад любой возможности отвлечься от гнетущих его мыслей.

– Иностранец. Хотя, знаете, пусть даже я и родился в Новой Зеландии, для делового человека в нашем виде не бывает ничего иностранного. Мотаясь туда-сюда по миру, быстро понимаешь, что везде все слишком похоже, да и воспринимается практически одинаково. Разве нет?

– Даже не знаю, – развел руками Андрей. – За неимением большого опыта, пока я так не считаю. Более того, смена обстановки действует на меня только лишь позитивно.

– А почему, если не секрет, меняете обстановку?

– Просто наступил такой период. Не знаю, как еще это пояснить. Так каким ветром в Россию-то? – улыбнулся он, давая понять, что эта тема ему как минимум любопытна. – Языком владеете просто превосходно.

– Язык учится намного проще, если действительно в нем нуждаешься. А что до России… одному парню нужна была моя помощь, – пояснил Альфред. – Я четыре раза вытаскивал его из серьезных передряг за последнее время. При этом он даже не знает меня лично. Разве не забавно?

– Какая-то деловая благотворительность? – поинтересовался Андрей. – Вроде помощи фирмы другой фирме?

– Не совсем, – уклончиво ответил тот, – но принцип похож. Я бы, в принципе, не возражал, если бы мне удалось переманить того парня в свою фирму. Таких людей как он в последнее время маловато. Ценные кадры могут помочь сделать многое на пути к конечной цели.

– Хорошо, когда у человека есть эта самая конечная цель. Тогда он становится личностью, а без этого мы – всего лишь обычные люди, – согласился Андрей.

– Звучит прямо как тост, – улыбнулся Альфред. – Может, выпьем по глоточку виски? За людей, которые движутся к цели?

– Не возражаю, – согласился Андрей. – Быть может, именно этот самый виски позволит мне поверить в аэродинамику.

Часть третья

"Грани цы свободы"

16

Пафос всегда был его неотъемлемой частью. Черные очки-консервы, черная кожаная куртка-косуха, завязанная на шее бандана, покрытая рокерскими рисунками, и черные же джинсы вместе с тяжелыми армейскими ботинками.

Естественно, тоже черными.

И бизнес свой он наладил очень даже неплохо. Людям частенько требовался человек, у которого хватало бы духа неоднократно переступать через закон, оставаясь при этом неуловимым профессионалом.

Сила позволяла это. Она ставила его выше всех этих тщедушных людишек-муравьев, копошащихся где-то внизу, под ногами.

Цель была уже близко, и охотник следовал за ней по пятам, лавируя в плотном потоке людей.

За всю свою карьеру он ни разу никого не убил. Лишать кого-то жизни не дано никому, в этом охотник был твердо уверен. Если ему заказывали устранить человека, то он просто убирал того с дороги заказчика, вычищая бедолаге мозг. Полная потеря памяти у жертвы охотника совершенно не волновала. Он не забирал жизнь – это было главным.

Переступать через закон можно многими способами. Даже слишком.

Охотник выбирал бескровный способ.

Пару раз он обчищал квартиры, бывало, угонял дорогие машины, перевозил важные и не всегда легальные грузы, наконец, убирал с дороги нежелательных клиентам людей.

Как сегодня.

До цели оставались считанные метры. Охотник дошел до перекрестка и свернул налево.

Спустя пару минут, он уже стоял перед входом в один из множества расположенных в бизнес-части города небоскребов.

"Вроде бы здесь", – охотник достал из кармана куртки КПК и уточнил адрес.

Сто процентов здесь.

Он сделал шаг вперед, и механические двери расступились в стороны, пропуская парня внутрь. Первым делом он направился к столу секретарши, располагающей информацией обо всех бизнесменах, чьи фирмы размещались в этом здании.

Девушка настороженно окинула его взглядом, полным скепсиса и недоверия.

– Чем я могу помочь вам, сэр?

Охотник улыбнулся ей.

– Меня зовут Ричард Доусон. Я хотел бы получить аудиенцию у мисс Николь Стампс.

Девушка бросила короткий взгляд на монитор и вновь внимательно посмотрела на парня.

– У мисс Стампс на сегодня не назначено ни единой встречи, – ответила она.

– А я в курсе, – улыбнулся парень и сотворил прямо на ее лице кисть, которую этой девушке видеть было не дано.

Не прошло и минуты, как охотник поднимался в лифте на тридцать первый этаж. Девушка внизу не вспомнит ничего, что связано с неожиданным появлением не менее неожиданного гостя, который словно забрел сюда с рок-фестиваля.

Охотник не в первый раз извлекал необходимую информацию из чьих-то мозгов. При этом никогда он не оставлял ни единой мысли о себе в чужом мозгу, вычищая все зацепки до единой.

Он поднял бандану на лицо, закрыв все, кроме глаз, и приготовился к решительным действиям.

Двери лифта расползлись в разные стороны, и парень вышел.

Весь тридцать первый этаж был отведен под единственный огромный офис, и цель была именно здесь. В личном кабинете, расположенном на другом конце зала, после громадного количества рабочих мест простых клерков.

Прямо у лифта охотника встретили сразу же трое охранников, которые среагировали очень быстро, тут же выхватив пистолеты при виде настолько шокирующе выглядевшего гостя. Два стали по бокам, один по центру, беря его в полукольцо.

– Пропуск, – потребовал центральный. – И снимите платок с лица, сэр!

– У меня назначено у вашего босса.

– Мисс Стампс никого не ждет!

Две серебристые кисти легли прямо на сжатые кулаки охотника. Это всегда на порядок увеличивало его ударную силу и нокаутирующую мощь. Еще три он создал на шеях охранников, а последнюю, шестую, преобразовал в щит, направив объем кисти в площадь, и, закрыв свою грудь и голову тонкой, но непробиваемой для пуль пластиной, выдохнул. Повращал плечами.

– Стоять на месте, или мы стреляем, твою мать! – сдали нервы у центрального охранника.

"Пора!" – подумал охотник.

Действуя очень быстро, он резко притянул к себе стоящих по бокам секьюрити, сдавив их глотки, и встретил каждого пушечным ударом, усиленным кистями. Сила удара была столь велика, что лопнули их губы, брызнула кровь, и тела безвольными марионетками разлетелись в разные стороны согласно направлениям ударов.

Центральный охранник выстрелил четыре раза, когда сразу же два кулака врезались в его грудь, отправив тело в затяжной полет. Пули упали на пол, смявшись об невидимую людям серебристую пластину, и охотник убрал свой щит.

Потеряв сознание, своей спиной секьюрити выломал дверь, ведущую в своего рода поле рабочих мест.

План офисов охотник знал наизусть. Его информаторы снабдили его совершенно всей необходимой информацией.

Две кисти метнулись к оружию на поясах бесчувственных секьюрити. Со стороны все выглядело так, будто пистолеты сами прыгнули в руки охотника. Он ворвался в офисы, где уже все всполошились от влетевшего тела, сорвавшего дверь, и, выстрелив несколько раз в потолок, выкрикнул:

– Стоять на месте, суки, не двигаться! Первый герой получит пулю в рожу!

Пробежав через офис с молниеносной скоростью, охотник услышал, как за его спиной взревела сигнализация. Он выругался. Все происходило так же, как и всегда, к тому, что всегда оказывается смельчак, жмущий на кнопку тревоги, охотник привык. Ускорившись до предела, он врезался всей своей массой в последнюю дверь, сразу же сорвав ее с петель.

Сирена резала уши, значит, спецназ будет здесь, спустя минут пять, но к этому охотник был готов.

А вот то, что хрупкая дамочка всадит в него пулю, он как-то не догадался предположить.

Выстрел загрохотал тогда, когда охотник ворвался в кабинет Николь. Через секунду в левом бедре вспыхнула дикая жгучая боль.

Дамочка выхватила револьвер из ящика сразу же, как только услышала звуки выстрелов и крики собственных подчиненных, и выстрелила тогда же, когда кто-то вломился прямо в ее офис.

Боль мгновенно прибавила охотнику ярости. Действуя чисто инстинктивно, он кистями перехватил сорванную дверь и швырнул ею в женщину.

Охотник планировал лишь оглушить жертву, а потом, как водится, почистить ее мозг.

Но на этот раз все сорвалось.

Дверь врезалась в мисс Стампс и отбросила ее хрупкое тело на стену.

Хлюпающий звук и последовавший за ним предсмертный крик острым лезвием резанули охотника по ушам.

Дверь упала на пол, и его глазам открылась ужасная картина…

Во многих офисах, да и даже в обычных домах, нередко стены украшают декоративными оленьими рогами. Это считается признаком благородства и солидности.

Но не в том случае, если на этих рогах висит уже мертвое, но еще теплое женское тело, прошитое ими насквозь.

Солидностью тут и не пахло.

– Твою мать, – прошептал охотник.

Он нарушил свое незыблемое правило. Не убивать.

– Твою мать… – еще раз обреченно повторил охотник, не веря своим глазам.

Цель устранена… но не теми методами, к которым привык он и его учитель. Тому это точно не понравится…

Серебристые кисти выбили из оконной рамы дорогой стеклопакет, открывая дорогу к отступлению.

"Скорость!" – мелькнула паническая мысль в мозгу охотника. Он тут же сорвался с места и вылетел в окно.

* * *

– Пошел вон! – прогрохотал голос прямо в трубку мобильного, неприятно резанув по ушам охотника. – Мы не можем идти к цели вместе, если ты позволяешь себе убивать людей!

– Брось, Эл, я же не виноват! – пытался что-то доказать он. – Кто мог знать, что такое произойдет! Это вышло непредумышленно! Случайность!

– У моих людей не бывает случайностей! – никак не мог успокоиться его собеседник. – Все кончено! Ты более мне не нужен! Катись к черту, Уэсли!

– Твою мать, Эл, подумай сам головой! Я не хотел убивать ее сам! Я остаюсь верен твоим принципам! Это случайность! – повторил охотник.

– Я скажу всего один раз, Уэс. Запомни. Мне не нужны люди, на поступки которых влияет случай! Я не могу идти к цели с подобными людьми!

– Да ты ведь даже не дал мне ни малейшего намека на то, что это вообще за цель такая, Эл!

– И теперь я безумно рад этому! – разъяренно рокотал собеседник. – Я дал тебе способность летать! Поднял тебя на новый уровень, Уэс, а теперь ты даешь мне понять, что ты так же ненадежен, как и огромное количество людей вокруг!

Охотник и сам начинал беситься.

– Тогда ты не найдешь никого, кто пойдет с тобой к твоей мифической цели, Эл! – огрызнулся он. – Потому что идеальных людей не существует!

– Их не существует для тебя, потому что ты не идеален, Уэсли! Я не требую быть идеальным во всем! Ты лишь должен был следовать единственному правилу! Не убивать, твою мать! И я тебя предупреждаю, запомни… – собеседник на секунду прервался, переводя дух, и тут же продолжил, – если ты начнешь и дальше творить подобные вещи в рамках своего бизнеса, то я порву тебя на мелкие части всеми двадцатью пятью своими кистями!

– А тебе-то уже не по хрену?! – машинально огрызнулся охотник.

– Не имеет значения, часть ли ты моей системы, или же уже нет. Я покараю любого из подобных нам, кто посмеет нарушить этот принцип! Запомни!

В трубке зазвучали короткие гудки.

– Тварь! – разозлился охотник и швырнул телефон в стену.

Он перевел дух и рухнул на диван. На удивление – после случайной расправы над Николь его даже не мутило. Сцена убийства не стояла перед глазами, а рассудок оставался все таким же твердым.

Единственное чувство, никак не уходившее от охотника – чувство едкой несправедливости, обиды, вызванной осознанием собственной неудачи.

Звонок от Эла поступил сразу же, как только Уэс перешагнул порог собственного дома. Он не знал, каким образом его учителю, теперь уже бывшему, удавалось отслеживать его действия и перемещения, но факт оставался фактом – Эл знал о нем абсолютно все, что было хоть как-то связано с использованием кистей.

Изначально Уэсли был не настолько универсально развит, как сейчас. В своем арсенале он имел только три кисти. Когда он случайно пересекся с Элом, тот провел над ним эксперимент и, выражаясь современным языком, "прокачал" мозг Уэсли на пару порядков. Добавились еще три кисти, появилась способность к полету и возможность сканировать мысли других людей. Сделал Эл это каким-то хитрым способом, наложив одну из своих кистей прямо на поверхность мозга Уэса сквозь черепную коробку. Тогда же он и рассказал о том, что имеет далеко идущие планы на всех подобных им с Уэсли людей.

При этом он ничего не требовал, объясняя все тем, что придет час, и тогда он и откроет правду. Уэса это вполне устраивало. Эл учил его правильно пользоваться кистями, раскрыл некоторые тонкости полета. Правда, были у него и обязательные условия. Вернее, всего одно.

Никого не убивать.

Эл был утопичным идеалистом, не позволял никому хоть на йоту осуждать его действия и мотивы и требовал беспрекословного соблюдения этого единственного правила. Уэс не являлся в душе маньяком или убийцей, но не понимал этого фанатичного рвения к сохранению человеческой жизни. Эл не выглядел любителем всего живого. Более того, он был человеком жестким, принципиальным и педантичным, что только вносило неясность в его личность при подобных требованиях.

Не понимал его Уэс и сейчас. Эл появился из ниоткуда, помог ему развиться, а потом так же быстро исчез, а, вернее, послал своего ученика ко всем чертям, непонятно каким образом узнав о совершенном по неосторожности убийстве.

Уэсли потряс головой, прогоняя все мысли о произошедшем. Он был циником, но не убийцей. Неприятные ощущения никуда не делись.

Настоящее его имя было Уэсли Дональд Тайлер. И никому, кроме него самого, известно оно не было. Родных у Уэса не осталось, а друзей он заводить не стремился.

Он подумал о том, что неплохо было бы узнать что-то о родственниках Николь, если таковые были, но его прервал звонок в дверь. Уэсли насторожился, создал вокруг себя все шесть телекинетических кистей, на которые был способен, и двинулся к входу, всем телом ощущая западню.

Резко распахнув дверь, он метнул все кисти наружу, приготовившись атаковать, но ни на кого не наткнулся.

"Твою мать", – Уэс захлопнул дверь и, развернувшись, машинально отшатнулся и врезался в нее же спиной.

Напротив него стоял Эл.

– Я передумал, – сказал он, – нам с тобой действительно не по пути, но оставлять тебе память обо мне было бы слишком глупо.

– Попробуй, забери ее, – ощетинился Уэс, готовясь ко всему сразу.

– Это не будет сложно, наверное, даже забавно, – усмехнулся Эл, и вокруг него появилось столько кистей, что у Уэсли зарябило в глазах.

17

В темном подвале светился только монитор компьютера, да тусклая лампочка, болтающаяся под потолком, но, впрочем, дающая свет явно в меньших пропорциях, если сравнивать с экраном.

Повсюду клубились целые тучи серого сигаретного дыма, которые испускал сидевший за компьютером старик, сейчас практически беспрерывно куривший одну за одной. Пепельница на компьютерном столе уже не вмещала в себя все окурки, некоторое количество которых уже несколько дней валялось на столе.

– Боже, благослови сетки видеонаблюдения, – пробормотал старик, – но только лишь те, к которым можно без проблем подключиться, не выдавая себя.

На экране постоянно повторялся один и тот же видеоролик. Парень, одетый во все черное и сжимающий в руках два пистолета, врывается в офис Николь Стампс. Не выпуская оружия из рук, он получает пулю от дамочки, которая, казалось бы, даже стрелять не умеет, но при этом не стреляет в ответ. Затем прямо перед парнем в воздух взлетает дверь и обрушивается на Николь, нелепо ее убивая.

Старик погасил монитор и откинулся на спинку стула. Ему надоело постоянно смотреть на одно и то же, все было понятно и без слов.

– Телекинез. Я начинаю верить в чудеса, – тихо произнесла девушка, стоящая за спиной деда. – Билл, я вот только никак не понимаю, как ты собираешься его ловить, если уже три дня только и делаешь, что пялишься в экран?

Старик недовольно покосился на нее.

– Мои связи не позволяют быть всеведущим, Кэт, и они не настолько широки, как ты себе представляешь, – мрачно ответил он. – Этот парень не занесен ни в одну базу из тех, в которые мне удалось проникнуть.

– АНБ тоже?

– В АНБ, ЦРУ, ФБР и им подобные структуры просто так не залезешь, – ответил Билл, – это тебе не сетка полицейского участка, Кэтрин.

– Готова поставить на то, что мы откопаем этого парня в архивах АНБ или ЦРУ, – девушка указала на монитор, где крупным планом застыло лицо Уэса, скрытое банданой. – Он ведь уже в федеральном розыске?

– Там его нет, – потер лоб Билл, – понятное дело, что никто не будет развешивать по стенам фотографию лица, где открыты только глаза, но я понятия не имею, почему они скрывают сам факт убийства. Не обязательно ведь выдавать журналистам само видео в качестве доказательства, можно же разбросать по всем веткам СМИ вот это самое лицо, придумать липу и искать его в соответствии с этой самой липой, разве не так это обычно делается?

– Билл, а ты сам бы отыскал человека по одним только глазам?

– Не только. Еще мы имеем волосы и форму его лица. Допустим, волосы он может сбрить, но форму лица менять вряд ли станет. Операция болезненная, дорогая и в подворотне не делающаяся, так что вряд ли он решится. То есть мы имеем глаза и форму головы. А это уже какая-никакая, но зацепка.

– Билл, ты утопист, – закатила глаза девушка. – И ты хватаешься за соломинку. Так тебе его ни за что не поймать. А у меня есть одна неплохая идея.

Старик молчал, ожидая, что же она скажет дальше. Кэт потянула немного времени, для вида, а потом продолжила:

– Есть один парень, известный только в самых узких кругах. Сразу говорю, Билл, это нелегально. Мы обращаемся к наемнику. Но плюс в том, что этот парень еще не провалил ни одного своего заказа. Во всяком случае, говорят о нем именно так. Запросит немалую сумму, но, если обратишься к нему, считай, что убийца Николь Стампс у тебя в кармане.

Старик задумался. Ему это не особо нравилось.

– Думаю, что ему по силам проникнуть даже в АНБ, – привела последний аргумент девушка.

– Ладно, – скрепя сердце, согласился Билл. – Надо же, телекинетик… я прожил уже несколько десятков лет, а вот теперь, впервые, сталкиваюсь с невероятным…

– Забей, – сказала девушка, нажимая кнопки на мобильном. – Уверена, что этот парень справится.

– Откуда у тебя его номер? – насторожился Билл. – Ты уже когда-то пользовалась его услугами?

– Да, как-то раз, – ответила она. – Но это другая история, позже объясню.

Несколько секунд она, молча, ожидала, пока на другом конце кто-то поднимет трубку. Наконец, гудки оборвались.

– Коротко, – ответил мужской голос.

– Мне нужен Призрак, – произнесла в трубку девушка.

– Я вас слушаю, – ответил тот же голос.

* * *

Тем утром Уэса разбудил телефонный звонок. Динамик мобильника будто на части разрывался, выдавая во всю свою мощь "Aerosmith", стоящий у Тайлера на сигнале.

Он потянулся за трубкой. Номер не определялся. Значит, скорее всего, предстоял новый заказ.

– Коротко, – резко ответил Уэс.

– Мне нужен Призрак, – услышал он отчетливый женский голос.

– Я вас слушаю.

Она изложила всю суть проблемы довольно быстро. Уэса заказ совершенно не удивил. Шпионажем он тоже изредка занимался, правда, не в таких масштабах, как в архивах ФБР или ЦРУ, но это не выглядело такой уж огромной проблемой. Всегда ведь можно стереть кому-нибудь память, переодеться и пошарить в нужном месте. Рискованно, без вопросов, зато за такое дело он вполне имел право требовать кругленькую сумму на свой счет.

Иногда Уэсу казалось, что его услуги необходимы каждому живому человеку в Майами. Он неплохо наладил свой бизнес, бывали периоды, когда заказы буквально сыпались на него один за другим.

На встречу с позвонившей девушкой он пришел, спустя пару часов по окончании разговора. Боль в бедре все еще давала о себе знать. К счастью, пуля, которую пустила в него Николь, лишь ободрала кожу на ноге, слегка задев мясо. Уэсли смог остановить кровь, продезинфицировал рану и, напоследок, туго перетянул бедро бинтом, что, впрочем, полностью не остановило постепенно притупляющуюся боль.

Девушка назначила деловую встречу в неизвестном Уэсу пабе, о котором он даже не слышал, не то чтобы посещал, но Тайлера это совсем не пугало.

Во всяком случае, не пугало до того момента, как он лично предстал перед входом в это заведение.

Паб находился в подвале, и в памяти Уэсли сразу же всплыла фраза из недавно просмотренного фильма:

"Мать твою, ты вообще слышал о том, что очень сложно держать оборону в подвале?! А знаешь, почему, идиот?! Прежде всего, потому, что ты, черт возьми, в подвале!" – Не в бровь, а в глаз, – прошептал Уэсли себе под нос.

Но он все равно старался сохранять спокойствие. О его услугах знали только лишь люди не самого низкого, скорее даже весьма высокого положения. А какой был смысл этим людям убирать полезного им Уэса с дороги?

Он поймал себя на мысли о том, что думает о глупых вещах. Но, впрочем, осторожность еще никогда никому не мешала. Даже наоборот.

Тайлер создал вокруг себя все шесть подвластных ему кистей – на всякий случай – и шагнул на первую ступеньку лестницы, ведущей к месту рандеву.

Зайдя в паб, он тут же увидел барную стойку. Подошел к бармену и, осмотревшись, задал самый логичный в данной ситуации вопрос:

– Здесь всегда настолько пусто?

Бармен покачал головой.

– Старик с девчонкой за седьмым столом заказали весь паб на целый день, – сообщил он, – так что, простите, но вам придется поискать другое место, чтобы выпить пива.

– Вовсе нет, – возразил Уэс. – Мне назначена встреча именно здесь и, кстати, именно за седьмым столиком. В это самое время.

Бармен искоса посмотрел на него, будто оценивая, может ли этот странный на вид парень, одетый под рокера, удостоиться настолько конфиденциальной встречи.

– Ну попробуйте попытать счастья, – наконец, произнес он и подал какой-то знак старику за столиком.

Уэс кивнул и направился туда. Девушка сидела к нему спиной, а вот дед пристально изучал его, как будто стараясь запомнить абсолютно все мелочи во внешности Тайлера. Это его слегка беспокоило.

– Присаживайся, – дед указал на стул между ним и девушкой, когда Уэс поравнялся с их столиком.

Тайлер сел, и старик с девчонкой мгновенно выхватили пистолеты и направили их Уэсу в лицо.

– Цель! – завопила девушка одновременно с этим.

Уэс даже не успел ничего предпринять. Распахнулись двери сразу нескольких подсобных помещений, и оттуда, в буквальном смысле этого слова, повалил спецназ.

Тайлер оказался под прицелом около тридцати стволов, направленных в сторону его лица и тела.

Кистей было всего шесть…

А пули летят быстрее, чем мысли…

"Вот это попал", – только и подумал Уэс.

* * *

Пока что все проходило бескровно и мирно. Дед сидел за столиком и курил какие-то паршивые сигареты, от которых голова Уэсли постепенно начинала кружиться, а девка просто изображала из себя манекен, не двигая ни единым мускулом.

Ее лицо казалось Тайлеру смутно знакомым, но ему никак не удавалось вспомнить, где же именно они могли встречаться.

Сам Уэс сидел напротив старика и ждал развития ситуации. Его нервы были напряжены до предела, а шесть кистей уже лежали на шеях деда и пяти ближайших спецов.

"Если пойму, что живым не уйду, то хотя бы заберу с собой побольше этих уродов. Хотя бы шесть", – подумал Тайлер.

Старик затянулся в последний раз и воткнул сигарету в пепельницу.

– Меня зовут Билл, – представился он. – Это Кэт, – указал дед на девушку слегка скрюченным пальцем, – и ты нас с ней очень сильно интересуешь, друг мой.

– Я догадался, – мрачно процедил Уэс. – Давай сразу к делу. ФБР, ЦРУ?

– Я? Ничего из этого, – ответил Билл, – и даже не АНБ. У меня своя контора и своя цель. Знаешь, когда мне сообщили, что есть один профи, который берется за любую работу, независимо от ее сложности, угадай, что я предположил в первую очередь? – старик достал новую сигарету и закурил.

– Наверное, то, что скоро подохнешь от рака легких, – резко ответил Уэс, которого уже подташнивало от обилия дыма возле своего лица.

– Может, ты и прав, – пожал плечами Билл, не выпуская сигарету из губ, – но подумал я о том, что шансы того, что этот профи и убрал Николь Стампс, никак не меньше пятидесяти процентов.

– Супер. Ты гений антикриминальной мысли, – ответил Уэс, – только при чем тут я? Кто тебе вообще сказал, что я имею какое-либо отношение к тому профи?

– Не нужно держать меня за идиота, – хохотнул старик. – Я ведь говорю, что контора у меня своя, я вне юрисдикций ФБР и им подобных, поэтому мне плевать и на твои отстраненные ответы и все прочее. Может, ты еще потребуешь адвоката вызвать?

– Тогда у меня встречный вопрос, – сжал кулаки Уэс, – какого хрена ты не грохнешь меня прямо здесь и сейчас, а?

После последних произнесенных стариком слов, Тайлер уже не сомневался, что для него все закончится очень и очень скоро. Но сидеть всю жизнь за совершенное убийство он не собирался. Уэс знал, что, если он начнет бойню, то его тут же расстреляют прямо в этом пабе, но в складывающейся ситуации это был не худший вариант.

"Лучше умереть стоя, чем жить на коленях", – вспомнилась Уэсу старая классическая цитата одного великого человека.

И пусть даже снова придется нарушить свое незыблемое правило "никого не убивать".

Тайлер был готов, но старик за один миг оборвал все его мысли.

– Убивать тебя было бы очень глупо, парень. Я думаю о том, чтобы предложить тебе сотрудничество.

Уэс замер, как вкопанный. Такого поворота событий он, признаться, совсем не ожидал.

– Мы обсудим с тобой сейчас все дела, которыми пестрит интернет, – продолжил Билл. – Я натыкался на такие, которые обычному человеку не под силу, поэтому хочу задать тебе один единственный вопрос. Что ты знаешь о телекинезе, Уэсли Тайлер?

Уэс был шокирован.

– Имя-то откуда узнал? – выдавил он из себя.

– Ты ведь играл в баскетбол за Миннесотский университет, – сказал Билл, – в одной команде с Фрэнком Тейлором шесть лет назад. Было ведь?

– Было, – признал Уэс, будучи шокированным еще сильнее, – нас еще постоянно путали из-за схожести фамилий, но откуда тебе известно это?

– Моя работа обязывает меня иметь отличную память на лица, сынок, – ответил старик. – Фрэнка полностью звали Франциско Уильям Тейлор.

– Уильям, – озарило Тайлера. – Он твой сын?!

– Он был моим сыном, – помрачнел старик. – Фрэнк погиб в Ираке в две тысячи седьмом. Но мы не об этом сейчас говорим. Совпадение, конечно, уникальное, но я тебя прекрасно запомнил.

– Ладно, что будет дальше?

– Я хочу предложить тебе работать вместе, – повторился Билл. – Не нужно упускать возможность иметь в напарниках такого человека. Даю тебе минуту на размышления.

18

Яркое солнце светило в окно. Несколько его лучей попали Андрею прямо на лицо. Он проснулся, зажмурился и широко зевнул. Начинался новый день.

Андрей аккуратно выбрался из кровати, стараясь не разбудить спящую Лену, и подошел к окну.

"Я бы ограбил какой-нибудь банк и свалил бы в Майами. Купался бы там, в океане, в обществе роскошных красоток и непрерывно хлестал бы коньяк", – говорил Дима три месяца назад.

Еще тогда Андрей и представить себе не мог, что он действительно воплотит слова друга в реальность. Ведь, в конце-концов, фантазировать можно было на любые темы, а вот воплотить их…

Совсем другое дело.

Но банкоматы рвались в клочья мимолетным движением мысли, деньги лились на Андрюху нескончаемым потоком, да и надобность в прекрасных девушках рядом тоже автоматически отпадала. Такая девушка была рядом все это время, и они не нуждались ни в чем.

И, наконец, Майами и океан…

Андрей был уверен, что Дима оценил бы размах.

В первые же пару недель они награбили столько денег, что их хватило на шикарный трехэтажный особняк, расположенный в сотне метров от океана. Конечно же, возникали некоторые проблемы с покупкой недвижимости, учитывая отсутствие у Андрея и Лены всех документов, но все эти препятствия были с легкостью обойдены ими за несколько секунд. Точно так же, как когда им были необходимы загранпаспорта и визы. А все нужные бумаги, гражданство и прочие мелочи жизни были сделаны Андреем и Леной, спустя примерно месяц с начала жизни в США. Проблемы всегда отпадают, если вы обладаете достаточным количеством денег для того, чтобы решить их все сразу и скопом.

Кое в чем Андрюха реально завидовал своей девушке. Читать мысли и управлять чужими воспоминаниями ему было не дано, хотя очень хотелось. Впрочем, когда он сравнивал себя с простыми людьми, снующими по городским улицам, он никогда не чувствовал себя хоть в чем-то неполноценным.

Андрей вышел на балкон и вдохнул свежий воздух полной грудью. Солнце стояло уже достаточно высоко, и на песчаном пляже было невозможно протолкнуться от огромного количества отдыхающих там людей.

– Рай, – вполголоса пробормотал Андрюха, любуясь океаном.

Лена очень тихо подкралась к нему сзади и обняла за плечи.

– Точно, рай? – спросила она.

– Еще какой, – прошептал он и развернулся к ней.

Лена игриво улыбнулась. Эти искорки в ее глазах всегда означали одно и то же.

– Мне не нужно читать мысли, чтобы понять, – сказал Андрей и подхватил ее на руки.

Одна кисть резко задернула шторы на окне, другая стащила с Лены халатик, третья откинула одеяло на кровати в сторону.

– Обожаю, когда ты так делаешь, – прошептала она и обвила Андрюху ногами.

* * *

Иногда люди считают, что просто невозможно постоянно отдыхать и отдыхать. Рано или поздно это надоедает, и организм требует нагрузок, физических или умственных.

Андрей бы рассмеялся лично каждому из таких людей в лицо. Он мог бы прожить десять жизней так, как жил сейчас, получая нескончаемый кайф от роскоши и богатства, которые его окружали.

Разве что иногда ему сильно недоставало друзей и их неповторимых качеств: веселого, разнузданного и нескончаемого идиотизма Димы и серьезного подхода к жизни в трудных ситуациях, что исходил от Олега.

Друзья…

"Интересно, как они там? И что с родными?" Подобные мысли вгоняли его в тоску. Андрюха потряс головой, стараясь отвлечься. Нужно было сосредоточиться на предстоящем.

Андрей достал из шкафа смокинг. Сегодня они собирались в покер-клуб со своими новыми друзьями. Предстояло бурное веселье. Ну, точнее, Лена находила это веселым. Сам Андрюха, с намного большим удовольствием, поиграл бы в покер со своими старыми друзьями дома, вместо настоящих денег ставя на кон спички, и попивая при этом дешевое пиво под вечный аккомпанемент баек из чьей-то жизни.

Дом…

Андрей впал в глухую депрессию. Отшвырнув смокинг в сторону, он просто сполз вниз по стенке шкафа на пол и прижал руки к лицу. Хотелось назад. Оказалось, что веселиться без конца можно только с теми, с кем это не будет утомлять и вызывать желание закрыться где-то вдали от всего этого пафоса и самовлюбленности класса богатых людей…

В такие мгновения он бы отдал все, чтобы вновь вернуться домой…

– Андрюш? – услышал он голос Лены.

Он поднял голову и встретился с ней взглядом.

– Что с тобой? – печальным голосом поинтересовалась она.

– Ничего. Не бери в голову, – махнул он рукой, – накрыло что-то вдруг. Пройдет.

– Как я тебе? – спросила она, покрутившись вокруг своей оси.

Обратив, наконец, внимание на то, во что она одета, Андрей даже слегка приоткрыл рот. Лена выглядела поистине божественно. Она облачилась в ярко-красное вечернее платье-трубу без плеч, доходящее до пяток и обтягивающее ее фигуру, подчеркивая все изгибы. Белоснежные волосы падали на плечи и на грудь.

– Охренеть, – только и выдавил из себя Андрей.

Лена хитро улыбнулась.

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, только вот через двадцать минут нам нужно уже быть в клубе. Питер и Сьюзен будут ждать нас.

– Да и ну их всех на хрен, – пробормотал Андрей. – Какой тут теперь покер, скажи мне?

Лена рассмеялась и вышла из комнаты.

– Одевайся! – крикнула она. – Я жду в гараже!

Андрей слегка потряс головой, пытаясь прогнать все то, что нахлынуло волной с приходом Лены, и, подняв смокинг с пола, стянул майку и джинсы.

Он оделся за пару минут, потом открыл оборудованную ими бронированную комнату-сейф и забрал оттуда кейс, наполненный исключительно пачками стодолларовых купюр.

Весь автопарк их гаража выбирала Лена, потому что Андрей так и не удосужился научиться водить ничего, кроме мотоцикла, который он купил себе уже здесь, естественно, даже не имея на него прав. Его "Yamaha YZ85LW" одиноко стоял возле стены, подавленный десятком дорогущих спорткаров.

Безусловно, здесь было на что посмотреть. От "Porsche" до "Lamborghini", включая всякие ответвления в виде "Ferrari" и выглядевший здесь белой вороной "Hammer H2", который Лена приобрела исключительно для Андрея, хоть он в нем и совершенно не нуждался.

Сегодня она выбрала огненно-красный "Porsche carrera gt".

– Садись давай, – махнула она рукой.

Андрей ухмыльнулся.

– Машину под цвет платья подбирала?

– Так на то и расчет, – улыбнулась Лена. – Подходит идеально.

– Были в моей жизни времена, когда девушки под платья подбирали сумочки и туфли, а не машины стоимостью полмиллиона баксов, – хохотнул он.

– Вот видишь, насколько круто все изменилось, – рассмеялась она в ответ. – Разве тебе не нравится мой вкус?

– О, твой вкус я просто обожаю, – сказал Андрей и сел на пассажирское сидение, – особенно, в выборе парней.

– Еще бы, – Лена наклонилась к нему и запечатлела на щеке поцелуй.

– Слушай, а нам точно надо в этот покер-клуб? – задумался Андрей. – За десять минут-то вряд ли успеем.

Лена повернула ключ зажигания. Взревел мощный движок спорткара.

– Ты меня недооцениваешь, – улыбнулась она.

* * *

Визг покрышек диким скрежетом ворвался в его уши, когда Лена затормозила перед входом в клуб.

– Девять-тридцать две! – провозгласила она радостным голосом.

Андрей сидел, вжавшись в кресло, и не мог поверить в то, что это, наконец, закончилось.

– Давненько я уже не размышлял о смысле жизни и о том, что я после себя оставлю в случае внезапной гибели, – выдавил из себя он и выбрался из машины.

– Не говори, что тебе не понравилось! – расхохоталась Лена и бросила ключи от машины подошедшему парковщику.

– Ладно. Я этого не скажу, – усмехнулся Андрей.

– Заразка! – Лена улыбнулась и взяла его за руку. – Я же знаю, что ты больше выпендриваешься сейчас.

Одновременно с ее словами к входу в клуб подкатил бежевый "Aston Martin DB9", из которого появились парень и девушка с аристократической осанкой и манерными движениями.

– Вот они, мажоры твои, – презрительно скривился Андрей. – Опять сейчас будем слушать тошнотворные рассказы о том, как хреново живется без личного самолета.

– Это – высшее общество! – назидательно сказала Лена. – И люди нашего уровня доходов, если, конечно, это можно назвать доходами, должны вращаться именно в таких кругах! Или тебе было бы веселее играть с неграми в баскетбол в подворотнях под их неизменный рэп?

– Знаешь, с неграми точно было бы веселее, – не мог не поиздеваться Андрей. – Во всяком случае, по духу ближе.

– Да ты бы не понимал половины всего того, что они на своем жаргоне выдают!

– Да брось, у меня вполне неплохой английский, я прекрасно пойму здесь практически каждого!

– Ну так в чем тогда проблема? Снимай смокинг, крась задницу гуталином и вперед! Негры примут за своего, и никто из них не пожалуется на отсутствие личного самолета! – разозлилась Лена.

Андрей не смог ответить, потому что Питер и Сьюзен поравнялись с ними. Эта пара напоминала ему классическую отвратную его сердцу "золотую молодежь", разбрасывающуюся деньгами налево и направо. Нет, конечно же, Андрей и сам особо не аккуратничал в распоряжении своими награбленными долларами, однако он при этом не ставил себя выше других, приравнивая бедных людей к недостойной челяди. Он ненавидел такую позицию, потому что прекрасно помнил, как сам жил пару-тройку месяцев назад.

Андрюха изобразил на лице нечто, отдаленно напоминающее улыбку, и протянул Питеру руку, снова вспомнив своих старых друзей.

В ту секунду ему не хотелось развлекаться и выигрывать или проигрывать деньги в покер. Андрей думал абсолютно о другом.

"Взлететь бы сейчас в небо и рвануть в сторону дома!" – Милый, почему ты молчишь? – окликнула его Лена.

Только тогда Андрюха заметил, что чисто автоматически идет вместе с ней, Питом и Сьюзи к кассе, где деньги обменивались на фишки.

Несомненно, Лена знала, о чем он подумал секунду назад. И он был уверен, что ей это ни капли не понравилось.

– Сегодня у меня нет настроения на игру, – сказал Андрей.

– Что ж так? – высокомерно спросил Питер.

Андрей его ненавидел. И с удовольствием разрисовал бы ему лицо в кровь руками и ногами. Но такие мысли он даже не пускал себе в голову, когда Лена была поблизости. За три месяца он более-менее научился скрывать от нее кое-что.

К сожалению, не все.

– Играть я буду, – сказал Андрей, усмехнувшись. – Как же я могу отсюда уйти, не раздев тебя догола?

– Ты так считаешь? – надменно произнес Пит. – Ну поглядим.

– Начни, пожалуйста, игру без меня, милая, – обратился Андрей к Лене, – я выпью в баре немного виски, а потом присоединюсь к вам.

– Так, может, пойдем туда вместе? – тут же предложила она.

– Да нет уж, спасибо, – ответил Андрюха на русском, чтобы его поняла только она, – я хотя бы выпить хочу без этих осточертевших мне донельзя унылых мажоров.

Он протянул ей кейс, проигнорировав недовольный взгляд, и чмокнул Лену в щеку.

– Скоро вернусь.

"А, может быть, мы встретимся уже дома", – подумал он, зная, что Лена прочтет его мысли.

– Я знаю, – грустно ответила она вслух.

– Что знаешь? – удивилась Сьюзи.

– Андрей меня понял. Правда, ведь?

– Правда, – он развернулся и направился к бару.

Спустя минуту, он уже сидел за стойкой, задумчиво перекатывая двойную порцию "Джека Дэниэлса" по пузатому бокалу. Мысли текли все те же самые, что одолевали его и дома. Веселья это не добавляло.

– Грустно? – прервал его приятный женский голос.

Андрей повернул голову влево и встретился взглядом с неизвестной ему блондинкой. Своей одеждой и внешним видом она напомнила ему бездушного компьютерного бота "Женщину в красном" из кинофильма "Матрица". Вроде бы ярко, однако, пусто внутри. Ничего такого, что Андрея бы заинтересовало.

– Ага, – скучающим тоном ответил он. – Приехал поиграть в покер, а теперь вот заливаюсь здесь вискарем.

– Не нашлось компании для карт?

– Нашлось. Просто не хочется играть. Да и вообще, мне все чаще кажется, что здесь не мое место.

– Так что мешает нам направиться в другое место? – улыбнулась она.

– Нам? – он допил весь оставшийся виски в бокале. – Нам с тобой мешает совершенно все. Честно скажу, детка, я не из тех дурачков, которых в этом баре можно раскрутить на веселье, а потом выдоить их кошелек до дна. Поищи удачи в другом месте, о-кей? Бармен, повтори мне порцию. Тоже двойную.

– Сию минуту, сэр!

– Хамишь? – она, кажется, ни капли не обиделась. – Здесь такое часто бывает. Ну и что? Я не шлюха, не угадал. Я просто хочу отвлечься, не более того.

– Здорово, – сухо ответил Андрей. – Но все, чего сейчас хочется мне – это выпить еще немного виски и уйти отсюда подальше. Одному.

– А что пьешь?

– Хрен его знает. Бармен, что я пью?

– "Джек Дэниэлс" выдержки 1911 года, сэр, – тут же ответил он, ставя новый бокал перед Андрюхой.

– Здорово. Вот, что я пью, – обратился Андрей к блондинке, разведя руками в стороны. – Хотя вначале я просто попросил вкусный и качественный виски, не глядя на цену.

– А по твоему костюму и не скажешь, что ты не разбираешься в выпивке, – заметила она. – Бриони?

– Черт его знает, вроде бы да, – ответил Андрей. – Его выбирала моя девушка.

– На твои деньги? – она остановила взгляд на его часах, коими сегодня были "Омега".

– На наши деньги, – ответил он и залпом выпил все, что было в бокале. – Тебе-то это зачем?

– Не могу понять, как ты оказался в этом месте, в этом костюме и в этих часах с бокалом этого виски в руке, глядя на твое поведение и повадки.

– Знаешь, а ведь все просто, – он встал и положил на стойку три стодолларовые купюры. – Как-то быстро все вышло. Я – раз, и уже тут. Удачи.

Он вышел из бара, прошел по длинному холлу и, спустя несколько секунд, уже вдыхал свежий воздух. Немного помогло. Во всяком случае, он прогнал часть глупых мыслей из своей головы.

– Вашу машину, сэр? – стрелой подскочил к нему парковщик.

– Нет, – покачал головой он, – ее заберет моя девушка.

Андрей расстегнул пиджак, достал из внутреннего кармана свой телефон, надел наушники и побрел вперед по улице, толком даже не зная, куда именно он направляется. Музыка лилась, а он все шел, шел и шел, наверное, пару часов, а, может, и меньше…

Пока не обнаружил за собой хвост.

Андрюхе нравилось бродить по ночным улицам. Для него они не представляли никакой опасности, ведь он мог воспарить в небо и улететь в любой момент, только лишь почуяв угрозу.

А ночной город был прекрасен…

Постепенно Андрюха уходил с центральных улиц, меняя пейзаж вокруг себя. Непоколебимой деталью оставалась лишь только четверка неизвестных за его спиной.

Ему стало любопытно, и, когда вокруг уже не было ни души, Андрей свернул в узкий переулок позади какого-то дешевого стриптиз-клуба и услышал топот ног за своей спиной.

– Костюмчик-то заметный, ублюдок! – прокричал грубый голос позади его.

Андрюха развернулся и увидел в начале переулка преследовавших его уже достаточно долгое время людей.

Все четверо были неграми. Отморозки из гетто, для которых что-либо святое отсутствовало как класс.

– Не боишься шляться по нашей земле, сука?! – агрессивно крикнул негр, стоявший слегка впереди остальных.

"Явно лидер, – подумалось Андрею, – а остальные – шестерки, пока даже голоса не подают. Не разрешил еще".

– Странно, – нарочито громко ответил он, зная, что в любую секунду сможет воспарить в небо и сбежать от опасности, – твоя земля настолько необъятна, что ты, шваль, полтора часа уже меня на ней пасешь?!

Негр даже на какое-то мгновение опешил, переваривая то, с какой грубостью отреагировала на явную агрессию, казалось бы, обычная зажравшаяся от денег и роскоши жертва.

– Твою мать, ты бессмертный что ли, урод?! – наконец, собрался с мыслями он, одновременно со словами выхватывая нож.

"Бежать?" – мелькнула мысль у Андрюхи.

Негр резко сорвался с места и побежал к нему, замахиваясь ножом.

"А на хрена мне убегать?!" Инстинкты сработали молниеносно. Андрей выбросил вперед правую руку, продолжением которой немедленно стала серебристая кисть, мертвой хваткой вцепившаяся негру в куртку.

Андрюха картинно описал рукой круг, противник оторвался от земли и, взлетев на добрых пять метров вверх, промчался по дуге, в конце-концов со всего маху приложившись спиной об асфальт.

Его вопль заглушил даже хруст костей при ударе.

"Ничтожество!" – подумал Андрей.

– Ты на кого наехать решил, мразь?! – заорал он уже вслух.

– Это дьявол! – взвизгнул кто-то из оставшейся тройки, после чего все негры пустились прочь из переулка.

– Куда, суки?! – в ярости крикнул Андрей и швырнул им вслед три серебристые кисти.

Сила проснулась в нем, забурлила, забила ключом. Казалось, будто он не использовал ее уже сотню лет. Сознание помутилось пеленой ярости, вслед за которой пришло яркое желание наказать этих уродов как можно жестче.

Он поймал каждого из них за голень и потянул к себе. Негры рухнули на асфальт и покатились к Андрею, отчаянно цепляясь руками за гладкую поверхность.

Он расхохотался.

– Классно, да?! На кого вы полезли, твари?! Кому тут моих денег?! – мимолетным движением мысли Андрей схватил их за шеи, оторвал от земли и впечатал в стену какого-то здания рядом друг с другом.

Боковым зрением он увидел, как лидер преступников пытается подняться с земли. Мелькнула четвертая кисть, и негр со смачным шлепком влетел в стену рядом со своими сообщниками.

– Отпусти! – прохрипел один негр. – Мы разойдемся спокойно…

Четыре кисти сжимались на горле каждого из них. Андрей окинул негров взглядом, полным презрения и ненависти. Он был на грани вершения собственного суда, но не знал, что делать дальше.

Перед глазами всплыла отчетливая картинка – Лобас лежит на земле, а его топчет какой-то подобный этим отморозкам грабитель…

Злоба вскипела в Андрее моментально.

– Отпустить?! – он исподлобья посмотрел на негров и сплюнул. – Суки гребаные! Отпустить вас?!

Лидер грабителей запустил руку под куртку и выхватил из-за пояса штанов пистолет. Андрей успел среагировать. Он перенаправил кисть на ствол и выдернул его из рук противника.

Негр упал на землю, а Андрюха чисто машинально сжал кисть с оружием, сминая пистолет в комок.

Вот только кое о чем он забыл…

Андрей был настолько взвинчен, что даже не думал о том, чтобы как-то контролировать кисти по отдельности. Поэтому, чисто машинально, он сжал их все четыре…

Три шеи хрустнули в унисон, ярким алым фонтаном брызнула кровь, окатив Андрюху, тела упали мешками, а головы покатились по асфальту.

Четвертый негр уже даже не кричал. Он бился в истерическом припадке, разговаривая на каком-то абсолютно неизвестном Андрею языке.

В глазах потемнело. Андрюха упал на залитый кровью асфальт, и его тут же вырвало.

– Пощади, – прохрипел негр уже на английском.

Его нельзя было оставлять в живых, и Андрей это понимал даже своим помутившимся в данный момент сознанием. Всплыли в памяти слова девчонки, с которой он лежал в палате после смерти Лобаса:

"Сам ты был, но доктора говорили, дословно: "Второго мы так и не довезли. Артерии перебиты, потерял огромное количество крови"".

– У меня был друг, – прохрипел Андрей, глядя негру прямо в глаза. – Его зарезали на улице. Такая же шваль, как и ты, падаль гребаная. Я убил того ублюдка, убью и тебя!

В ярости Андрюха схватил негра в охапку и взмыл вверх. Пролетел около тридцати метров и выпустил его из объятий.

– Прости-прощай, мразь! – заорал Андрей вслед несущемуся вниз телу.

Адреналин в его крови, казалось, зашкаливает. Сердце никак не могло перейти на прежний темп.

– Быстрее! – крикнул Андрей и растворился в ночи.

19

Когда Лена вернулась домой, уже близилось утро. Андрей также не сомкнул глаз всю ночь, но на то были совершенно другие причины.

Он сидел на балконе, свесив ноги между перилами, и смотрел на океан абсолютно пустыми глазами. Кровь на его костюме была повсюду. Присмотревшись, Лена увидела ее на лице и руках Андрея.

Она похолодела и испугалась. И, конечно же, первым делом просканировала его мозг.

"Зачем?" – прочитала Лена в его голове единственную мысль.

Опасности он не представлял. Более того, Андрей выглядел просто как выжатый лимон, а обреченность в глазах вызвала у Лены мурашки по коже.

– Андрюш, – она мягко взяла его за плечо, – что произошло?

Он ничего не ответил, но по его взгляду Лена поняла, что он излучал вовсе не обреченность. Его глаза просто источали боль, холод и страх, а лицо не выдавало совершенно никаких эмоций.

"Будто гипсовая маска", – подумалось Лене.

– Что ты наделал? – спросила она, сразу почуяв неладное.

Андрей не стал говорить ей ничего. Он бы просто не нашел в себе сил пересказать случившееся.

Поэтому Андрей просто взял и прогнал все воспоминания еще раз по кругу.

Признаться честно, он ожидал от Лены любой реакции, но только не такой. Она не изменилась в лице ни на йоту, только лишь некоторая грусть заискрилась в глазах.

– Ни хрена себе в бар сходил, да? – выдавил из себя Андрюха. – Впору теперь в зеркало на себя не смотреть…

Лена вздохнула и села на пол рядом с ним, крепко обняв Андрея за плечи.

– Это не конец света, – сказала она.

– Я убил четверых! – выдавил из себя Андрей.

– Это были не люди. Скот. Животные. Жизни такие недостойны, и таких людей должно быть как можно меньше, – печально произнесла Лена. – Не было бы подобных им – был бы жив твой друг.

Андрей смотрел на нее и ничего не понимал.

– Если бы ты убил хороших людей, моя реакция была бы совершенно другой, – пояснила она. – Но ты убил грязный скот. Да, твои руки теперь в крови. И это может быть плохо только в том случае, если ты чувствуешь вину.

– Да какая разница, по сути, кем они были? Я завалил четверых людей! – выдавил из себя Андрей. – И хрен бы с ними с первыми тремя – это вышло случайно, но последнего… – он запнулся. – Я убил его совершенно осмысленно и сделал это с сильнейшим удовлетворением! Я готов был убить десятки, сотни, да, мать их, даже тысячи таких вот охреневших ниггеров! Я и не подозревал, что в моих кистях скрыта такая сила! Всего одна мысль – и хана человеку! Мне реально страшно сейчас, Лен! Страшно, потому что я не знаю, в кого могу такими темпами превратиться!

– Тебе страшно. Это я понимаю, – примирительным тоном произнесла она. – Но чувствуешь ли ты вину? – Лена посмотрела Андрею прямо в глаза.

Он ненадолго задумался, взвешивая все мысли и ощущения. Когда пришло осознание, ему стало еще страшнее.

– Не чувствую, – прошептал он. – Господи…

Лена положила свои ладони ему на щеки, и они соприкоснулись лбами.

– Запомни то, что я скажу тебе сейчас. Нам даны силы, которых нет ни у кого. Но не дано право судить людей!

– А я о чем? – начал Андрей.

– Не перебивай! Я не закончила! Твоя сила дает тебе возможность убивать, но права на это тебе не даст никто! Однако умей чувствовать разницу ситуаций! Это были нелюди! Грязь, скоты, уроды! Ради денег они убили бы и тебя, и еще сотню людей после! Знаешь, во что верю я?

– Мысли мне читать не дано.

– Мир без грязи будет только тогда, когда эту грязь смоет волнами крови. Потому что такая вот уличная падаль будет убивать всегда, пока кто-нибудь не заставит их бояться.

Андрей промолчал.

– Я не побуждаю тебя убивать! Более того, ты не должен этого делать! Но, пойми, что ты не чувствуешь вины, потому что защищался, а потом и вовсе принес в этот мир частичку справедливости.

– Как невыносимо пафосно, – выдавил из себя Андрей.

– Ты не убийца. Ну, во всяком случае, не серийный убийца. И я верю в то, что ты таким никогда не станешь.

Лена всегда могла объяснить что-нибудь так, что на душе у Андрюхи становилось спокойно. Так вышло и на этот раз. От души отлегло, стало несколько спокойнее.

– Ты приносишь в мой мир частичку душевного равновесия, – сказал он, перефразировав мысли любимой.

– Иногда и серое становится белым, если учесть все происходящее, – ответила Лена.

Андрей прижался к ней всем телом. Ему хотелось бы сидеть так вечно, забыв обо всех своих проблемах.

– Желание мне нравится, – прошептала Лена ему на ухо. – Тем более, что времени у нас с тобой безумно много.

Андрей положил голову ей на плечо. Силы медленно покидали его.

Минуты не прошло, как его сморил сон.

* * *

Проснулся он, лежа на полу, в обнимку с Леной. Спина ужасно затекла, ноги тоже. Лена еще спала, уткнувшись головой ему в грудь.

Андрей очень аккуратно встал, взял ее на руки и отнес на кровать, даже не разбудив. Секунду спустя, он понял, что легко мог сделать это не сам, а воспользоваться кистями. Тут же всплыла в памяти чудовищная картина устроенной им вчера казни…

Андрей тяжело вздохнул. Порой ему даже приятно было быть обычным человеком. Ну, во всяком случае, чувствовать себя таким.

Он спустился на этаж вниз и распахнул дверцы висевшего в огромном зале для гостей минибара. Немного поразмыслив, он выудил оттуда бутылку коньяка. Плеснул себе немного в бокал, выпил и попытался успокоиться.

Наконец, сняв окровавленные рубашку и пиджак, он швырнул их прямо на пол и поплелся в сауну, на первый этаж дома, прихватив коньяк с собой.

Там он провалялся с полчаса, после чего быстро принял контрастный душ и вышел во двор особняка.

Почему-то он подумал о том, что давненько уже не плавал. Океан был в сотне метров от дома, бассейн – в десятке.

"Возле океана тьма народа", – подумал он.

Андрей поставил коньяк на землю, разбежался и нырнул в бассейн, уйдя вниз на пару метров. Некоторое время подержавшись под водой, он вернулся на ее поверхность.

Настроение медленно, но, все же, поднималось. Освежившись, Андрей почувствовал себя намного лучше. Он подплыл к бортику, выпил немного коньяка и сел на край бассейна, свесив ноги в воду.

На балконе появилась Лена, уже поменявшая платье на атласно-черный купальник.

– Заметила тебя в бассейне пару минут назад! – крикнула она. – Против компании не возражаешь?

– Нет, конечно, – улыбнулся он. – Прыгай, я поймаю.

Лена усмехнулась и бесстрашно перемахнула через перила балкона. Андрей швырнул к ней две кисти и схватил девушку за талию, притянув к себе. Над водой он перестал контролировать кисти, и Лена рухнула в бассейн, подняв тучу брызг.

– Готово, – хохотнул Андрюха.

Прямо из-под воды Лена схватила его за ноги и сдернула с бортика. Он едва успел поймать коньяк кистью и аккуратно поставить его на землю.

– Что бы ты без кистей делал? – рассмеялась Лена, когда Андрей, отплевываясь во все стороны, появился на поверхности воды.

– Уничтожал бы отличный коньяк, – отмахнулся он, встряхнувшись, – раз за разом. Да и, строго говоря, не жил бы здесь сейчас. И не плавал бы с тобой в этом бассейне. Да и, что уж тут, мы бы с тобой и не познакомились тогда.

"И я не был бы убийцей…" – пронеслось в его мозгу.

– Хватит! – раздраженно крикнула Лена. – Ты вообще можешь об этом не думать?!

– Не могу! – жестко ответил Андрей и вылетел из бассейна, взмыв вверх по кривой, и плавно и грациозно приземлился прямо на балкон особняка.

– Андрюш, вернись! – крикнула вслед ему Лена.

– Не сегодня!

Он подбежал к шкафу, распахнул дверцы и выдернул из горы одежды майку, джинсы и кеды.

Оделся Андрей тогда же, когда к нему в комнату вбежала Лена.

– Стой! – крикнула она. – Куда ты?!

Андрей не ответил. Он спиной прыгнул в окно и, развернувшись в воздухе по спирали, ушел в небо.

Это было ужасно пафосно, но Лена, без сомнения, оценила красоту его взлета.

* * *

Ветер бил в лицо, глаза слезились и начинали болеть, но Андрей все набирал и набирал скорость. Он мчался над океаном, удаляясь от берега все дальше и дальше.

Думая раз за разом о той жестокой расправе, которую он учинил ночью, Андрей ловил себя на мысли, что уже не ощущает той вины, что была раньше.

А сейчас он превратил свое тело в летящий снаряд просто для того, чтобы выпустить пар. Получалось довольно неплохо. Чем дальше он был от берега, тем лучше ему становилось на душе.

Он все летел и летел, когда вдруг красным стоп-сигналом в мозгу замигала единственная мысль:

"А куда я собрался?" Андрей резко выбросил руки вперед и принял вертикальное положение.

"Стоп!" – дал мозг команду, и Андрей завис в метре от водной глади.

Океан был на сотни метров вокруг него. Где-то далеко позади виднелась кромка берега. И ни единой живой души вокруг.

Вода навевала спокойствие. Андрей висел в воздухе и просто дышал свежим и чистым воздухом, пытаясь успокоиться.

В какой-то момент он поймал себя на мысли о том, что был чересчур резок и вспыльчив в последнее время. В том числе и с Леной – теперь самым близким ему человеком.

"Надо учиться собой управлять, пока не наделал еще больших глупостей", – подумалось Андрею.

Он глубоко вздохнул и развернулся лицом к берегу. Пора возвращаться домой.

"Быстрее!"

* * *

Как уже с ним не раз бывало, Андрей поменял цели прямо на лету. Он не направился к дому, туда вообще больше не хотелось. Сам не зная, зачем, но он двинулся туда, где учинил жестокую расправу над уличными грабителями.

От полиции некуда было деться. Копы перекрыли весь переулок с помощью своих желтых лент и патрулей. На земле лежали четыре тела, накрытые брезентом.

И, разумеется, здесь не было прохода от зевак, которых сдерживало полицейское оцепление.

Андрей влез в толпу и, стараясь не увязнуть в огромном количестве тел вокруг, двинулся в сторону копов. Он не испытывал никакого страха, подобно тому, что испытывает возвращающийся на место преступления убийца. Андрею просто нужно было услышать как можно больше информации о произошедшем ночью от сторонних наблюдателей.

Тела никто не увез. Это было весьма странно, учитывая то, что с момента убийства прошло уже более полусуток. Распихивая зевак в стороны, Андрей продирался к копам, надеясь хоть на какую-то информацию. Тут и там раздавались плодящиеся крики сплетен:

– Я слышал, что у них нет голов!

– Кто-то оторвал им руки!

– А кишки болтаются прямо из распоротого живота, представляешь?!

– Правда, что им вырезали глаза?!

Андрей поморщился.

"Такими темпами глас народа сделает из меня слетевшего с катушек психопата", – подумал он.

Внутренний голос не заставил себя ждать:

"А ты-то ангел, нахрен! Всего-то поотдирал головы с трех ниггеров! Хорошо, что не додумался вырвать кому-нибудь из них сердце!" Андрей протолкался, наконец, сквозь зевак, оказавшись нос к носу с одним из держащих оцепление копов.

– Сэр! – обратился к нему Андрюха. – Я из газеты "Дэйли Ньюс"! – врал он просто на автопилоте. – Сэр, прокомментируйте, что здесь произошло?!

– Отвали! – грубо ответил коп.

– Сэр, нельзя оставлять никого в неведении!

– Парень, шел бы ты отсюда на хрен! – не выдержал полицейский. – И без тебя хватает любопытства со стороны идиотов!

Андрюха не собирался отступать.

– Сэр, ну а как же люди?! Как им теперь выпускать детей на улицу в этом районе?! Что-то же здесь произошло, и четыре тела тому доказательство! Просто пару слов для дневной выписки!

– Никаких интервью! Пошел к черту, или я тебя арестую!

– Но ведь мы должны знать, что это за мразь такая убивает людей! – выдал Андрей последний аргумент.

Коп нахмурился и наклонился ближе к Андрею.

– Я тебе скажу пару слов, но не для прессы, понял?

– Безусловно.

– Ты сказал, что мразь убивает людей. Только это не так. Здесь сегодня ночью человек убил мразей, ясно? Жестоко убил, да только собаке и смерть собачья. Ты не можешь этого знать, парень, но сегодня ночью тут свершилось правосудие. Самосуд, фактически, но справедливый. Двоих из четверых убитых мы искали уже пару месяцев за убийство семьи во время грабежа квартиры.

У Андрея мурашки пошли по коже, и его пробил озноб.

– Спасибо за информацию, – пробормотал он.

– Катись отсюда! – махнул рукой коп.

Андрей развернулся и полез через толпу назад. Его раздирали мысли, прущие в голову просто волной.

"Это были нелюди! Грязь, скоты, уроды! Ради денег они убили бы и тебя, и еще сотню людей после!" "Здесь сегодня ночью человек убил мразей, ясно?" "… сегодня ночью здесь свершилось правосудие".

"Скоты!"

"Животные!"

"Куда, суки?!" "На кого вы полезли, мрази?! Кому тут моих денег?!" "Пощади!" "У меня был друг. Его зарезали на улице. Такая же шваль, как и ты, падаль гребаная. Я убил того ублюдка, убью и тебя!" Андрей шел по улице, убрав руки в карманы джинсов. Его трясло, сердце билось в бешеном ритме, пот лился ручьями, а поток мыслей все усиливался с каждой новой секундой.

"… принес в этот мир частичку справедливости".

Лена была права. Не до конца, конечно, но, все же, права.

Андрей двигался все быстрее. Он думал о том, что являлся законченным эгоистом. Получив поистине божественный дар, он лишь обеспечил себе слащавую жизнь, катаясь в ней, как сыр в масле. Он грабил банкоматы и воровал деньги, не руководствуясь никакой моралью. Он сам стал в ряды мерзких потребителей, которым наплевать на всю ту грязь, в которой утопает мир вокруг них…

"Хватит!" – резко возникла в мозгу единственная мысль.

Андрей остановился и вытер пот со лба. Глубоко вдохнул и тут же выдохнул. Повторил это несколько раз, стараясь успокоиться.

"Весь этот гребаный мир уже давно прогнил насквозь!" – тут же присоединилась к первой мысли другая.

Сила, которую он направлял на удовлетворение собственных прихотей, могла очистить все вокруг от скопившейся за долгие годы погани… Ну а если не все, то хотя бы этот город.

"Мир без грязи будет только тогда, когда эту грязь смоет волнами крови. Потому что такая вот уличная падаль будет убивать всегда, пока кто-нибудь не заставит их бояться", – словно зазвучал в мозгу голос Лены.

"Значит, пришло, наконец, время проливать кровь!" – подумал Андрей.

Он стоял выше всех, а думал только о себе, хотя мог попытаться что-нибудь изменить.

"Пощади!" – последний убитый им негр возник перед глазами.

– Ну уж нет, – прошептал Андрей себе под нос, – пощады не будет никому!"

* * *

Лена сидела на краю бассейна и смотрела в небо, жалея, что ей не дано летать. Иначе она могла бы сорваться вслед за убежавшим Андреем, не отпуская его от себя…

На деле вышло так, что Лена просто спровоцировала в нем злобу и боль, от которой он даже отдохнуть не успел. Он пропал уже на целых четыре часа, бросив мобильник дома, и до сих пор так и не объявился.

Неуловимая тень мелькнула за спиной Лены, заскрипели подошвы кроссовок об асфальт, еще мгновение – и Андрей стоял в метре от нее.

Она, конечно же, мигом вскочила на ноги и бросилась ему на шею. Андрей обнял Лену и прижал ее к себе. Огромных усилий ему стоило очистить свою голову от недавних мыслей, которые Лене знать уж точно не нужно было.

– Не делай так больше, пожалуйста! – попросила она. – Я боялась, что ты наделаешь глупостей, уже даже думала о том, что потеряла тебя навсегда!

По ее щеке скатилась слеза. Затем еще одна. А потом слезы заструились ручейками.

Андрей глубоко вздохнул.

– Я контролирую себя. И не собираюсь больше поступать глупо.

Он не лгал.

Часть четвертая

"Палач"

20

Лена спала очень крепко, так что Андрюха смог выбраться из-под одеяла, аккуратно убрав с себя ее руку, не разбудив девушку. Он слегка поднялся в воздух и, чтобы не топотать, медленно вылетел из комнаты.

На первом этаже он достал из шкафа мотоциклетную куртку, черную майку и черные же джинсы, раскрашенные так, что обе их штанины снизу и до колен покрывало яркое красное пламя. Оделся и посмотрел на себя в зеркало. Выглядело все это просто отлично. Мрачновато, правда, но Андрей не мог не признать, что именно этого он и хотел.

Черный цвет символизировал ночь. Тьму, поглощающую все вокруг. Андрюха усмехнулся. Порой даже он сам считал себя ужасным позером.

Хотя, в данной ситуации это было как нельзя кстати.

Наконец, Андрей вытащил из шкафа свою неизменную обувь – "камелоты". Зашнуровался и еще раз осмотрел себя с ног до головы.

– Годится, – тихо прошептал он.

Он спустился в гараж и прихватил шлем со своего мотоцикла, дабы скрыть лицо. Не нужно было светить своей внешностью налево и направо, ведь это только способствует появлению новых врагов. Шлем для полетов ночью подходил на все сто процентов. Стекло в поднятом состоянии открывало только глаза и часть лба, так что раскрытию внешности ничего не угрожало.

Андрей вышел на улицу, запер за собой дверь и взлетел в небо.

Начиналась охота.

Ночь была очень темной. Луну закрывали густые тучи, и это было как нельзя кстати.

"По сути, шлем для меня – только лишняя предосторожность", – подумалось ему.

Так и было. Свидетелей Андрей оставлять не планировал. Но подстраховаться, в любом случае, стоило.

Андрюха пока еще недостаточно хорошо знал Майами, но проблем в том, чтобы найти неблагополучные районы, не возникало никаких. Эти кварталы были самыми настоящими язвами на теле города. Нормальных людей столь поздней ночью там можно было по пальцам пересчитать, а всякую шваль – очень сложно не заметить.

Андрей спикировал на землю, приземлился на ноги и осмотрелся.

Этот переулок был пуст, хотя Андрюха готов был поставить на то, что все это ненадолго. Он пошел вглубь района, осматривая все темные углы и заглядывая в ответвляющиеся переулки. Шаг за шагом Андрей продвигался все дальше и дальше, пока в одной подворотне ему на глаза не попалась троица стоящих возле мусорных баков людей.

Он сделал вид, что не заметил их, и двинулся дальше. Реакция этих людей не заставила себя ждать. Стоило им сделать шаг за Андреем, как он тут же остановился и развернулся на каблуках.

Преследователи от неожиданности практически синхронно споткнулись, резко встав на месте. Андрей окинул их взглядом и даже в какой-то степени разочаровался. Все они выглядели практически одинаково: ужасно тощие, с огромными синяками под глазами. Двое чесали запястья, третьего трясло во все стороны, а изо рта тек неконтролируемый поток слюны.

"Наркоманы, – понял Андрей, – и одного уже конкретно ломает на части".

– Чем я вас заинтересовал, господа? – нарочито пафосно обратился он к нарикам. – Хотя… чем я вообще могу заинтересовать морально опустившуюся падаль?

Они никак не отреагировали на его слова, словно они вообще пролетели мимо их наркоманских ушей.

– Деньги есть? – прохрипел один, лицо которого было скрыто глубоко натянутым на голову капюшоном.

"Да уж, – подумалось Андрею, – совсем не те убийцы, на которых я наткнулся в прошлый раз. Скорее, просто законченные дебилы, которые однажды прочно сели на иглу, а потом так и не слезли. За такими ли вообще я пришел?" Мысли в его голове поменялись сразу же, как только этот "капюшон" выхватил пистолет из-под полы потрепанного пальто.

– Ты, ублюдок конченый, гони бабки, тварь! – истерически завопил наркоман. – Выворачивай карманы, сука!

Андрей даже не пошевелился, ведь ему и не требовалось двигаться.

Кисть возникла сразу на стволе. Еще секунда, и пистолет вырвался из рук наркомана и на его глазах смялся в неровный шар, который Андрюха отшвырнул в сторону.

После пятисекундного ступора, охватившего нариков поголовно, они практически синхронно попытались убежать от Андрея. Он, все так же не сдвигаясь с места, швырнул вслед каждому одну кисть. Поймал за горло стальной хваткой и поднял наркоманов над землей.

– Кто ты такой? – прохрипел "капюшон", хватаясь за вроде бы свободное горло, сдавленное как будто стальной кистью.

– Я? – Андрей посмотрел на него исподлобья. – Я твой палач, гнида!

Открывать свою личность было ужасно глупо, но Андрею нужно было показать системе вокруг, что нашелся кое-кто сильнее ее, стоящий на несколько голов выше и вершащий свой собственный суд. Был один способ указать на это, оставаясь неизвестным.

"Я должен оставлять за собой какой-то знак. Единый почерк".

Тут же он вспомнил свою расправу над неграми.

– Кто ты такой? – хрипел наркоман. – Что ты за тварь такая?

– Я твой палач, – повторил Андрей и сжал пальцы кисти, которой держал его за глотку.

Прозвучал неприятный хруст, после которого тело упало на землю, а голова выкатилась из капюшона, сопровождаемая бьющей фонтаном кровью.

Двое, пока еще живых, наркоманов истошно завопили, словно по команде. Их крики прервались так же синхронно, как и начались. Вновь захрустели шеи, и снова глухо рухнули на землю уже безжизненные тела.

– Быть может, я спас жизни тем, кто будет проходить по этому кварталу после меня, – пробормотал Андрей себе под нос.

Он чувствовал себя на удивление легко. Ни о каких душевных муках в этот раз не было и речи. Андрей прыгнул вперед и по гиперболе взлетел в небо.

* * *

Женский крик резал уши. Молодая девушка лет двадцати изо всех ног убегала по узкому переулку сразу от троих преследователей.

Ее крик Андрей услышал за пару кварталов, которые он, тут же сорвавшись с места, преодолел не больше чем за десять секунд. Андрюха спикировал на балкон второго этажа самого ближнего к нему здания и оценил ситуацию.

"Снова трое. Не проблема вовсе".

Он даже не собирался спускаться на землю. Девушка пробежала прямо под балконом, на котором он стоял, и поймать отсюда сверху ее преследователей представлялось лишь вопросом реакции.

Планы рухнули в небытие, когда в другом конце переулка возникли еще пятеро. Андрей даже успел заметить, как они повыскакивали из подъезда уже практически разваливающейся многоэтажки.

– Гони эту шлюху на нас! – крикнул один из этой пятерки.

Девушка споткнулась на бегу, упала и кубарем покатилась по земле, путаясь в собственных руках и ногах одновременно с тем, как Андрей, окружив себя четырьмя кистями, спрыгнул с балкона точно на голову последнему из замеченной первыми тройки.

Оглушив его, он хладнокровно, не размениваясь на мелочи вроде пафосных фраз, швырнул вслед первым двум кисти и оторвал им головы, после чего повторил эту, так сказать, процедуру с оглушенным. Переулок практически не освещался, поэтому с расстояния примерно в пятьдесят метров никто из оставшихся в другом конце насильников не разглядел, что произошло с их подельниками.

Девушка кричала, а четверо ублюдков окружали ее со всех сторон, издевательски хохоча. Только один из них проигнорировал расцветающий вокруг кураж и заметил, что подкрепление с другого конца улицы так до сих пор и не появилось.

– Джонни! – закричал он. – Что там за дела?! Где ты?!

– Уже иду, мразь! – заорал незнакомый голос в ответ, и преступник сам не успел понять, что же именно с ним произошло.

Будто какая-то неведомая сила смела его на невероятной скорости, а потом отпустила. Влетев спиной в кирпичную стену, он успел услышать только лишь хруст собственного позвоночника, после чего потерял сознание.

Девушка в ужасе крепко зажмурилась и свернулась клубком на земле. Она уже даже не кричала, а только без остановки рыдала, ожидая неизбежного.

Какой-то твердый и мокрый предмет упал на нее сверху, спустя секунду после того, как захрустело и захлюпало нечто рядом с ней. Девушку обдало брызгами чего-то теплого, и она открыла глаза.

Вопль все-таки вырвался из ее легких, а потом сознание оставило несчастную девчонку. С ног до головы девушку окатила кровь, фонтаном бившая из обезглавленного тела, голова которого и рухнула на нее только что.

А Андрюха тем временем медленно подходил к троим оставшимся в сознании насильникам, крутость которых испарилась мгновенно, как только оторвалась голова их подельника.

– Как дела, суки? – тихо спросил Андрей.

Они не ответили ему ни единого слова. Будучи недавно преисполненными крутизны, подонки тряслись словно листья на ветру. С каким-то садистским удовлетворением Андрей отметил, что все они, как один, обмочились прямо в собственные штаны.

– Забавно ведь иногда бывает, да? – тихо сказал он, подняв с земли кистью за глотку первого. – Справедливость подобна ножницам. В умелых руках она просто режет все на корню.

Хруст, брызги крови, тело упало на асфальт, а голова, уже привычно для Андрюхи, покатилась куда-то в сторону. Насильники даже не пытались убежать.

– А ведь это не охота даже, – сказал Андрей, отрывая голову второму. – Это больше похоже на сафари, да? – он заглянул последнему в глаза и не увидел там ничего, кроме первозданного страха. – Стоило оно того?

Насильник молчал. Андрюха схватил его кистями за воротник и рванул вверх, подняв над собой.

– Отвечай, сука! Стоило оно того, мразь?!

– Нет, – выдавил из себя тот, – не стоило… мы бы не убили ее, клянусь…

– Что?! – взбесился Андрей. – Как мне вообще это понимать?! Сучары, вы собирались изнасиловать ее ввосьмером! Но, мать вашу, не собирались убивать! Охренительно!

Ярость закипала в нем. Андрей был взбешен настолько, что уже совсем себя не контролировал.

– А, знаешь, я покажу тебе разницу между жизнью и смертью, мразь, – мстительно прошептал он. – Снимай рубашку!

– Что? – ошарашено выдавил из себя насильник.

– Снимай, сука, рубашку и рви ее напополам, гнида! – оскалился Андрей, швырнув его на асфальт.

Преступник подчинился.

– Завязывай теперь одну часть на левом плече, а вторую – на левом бедре! – приказал Андрей. – Как можно туже!

Он беспрекословно выполнил это. Андрюха словно ощущал, как по нему разливалась ярость.

– Эта несчастная девчонка после встречи с вами, ублюдки, осталась бы инвалидом на всю жизнь. Не физическим, но моральным уж точно. Более того, больше всего бы ей не повезло, если бы она случайно забеременела от одной из таких паскуд, какими являешься ты и твои дружки! – Андрей осмотрелся. – Ну, точнее, являлись. А ты говоришь, что вы бы даровали ей жизнь после всего этого?! Класс! Тогда я тоже дарую тебе жизнь, мразота!

Андрей сотворил кисти прямо под двумя импровизированными жгутами и, не моргнув глазом, отрезал обе конечности, сомкнув серебристые пальцы под чудовищный аккомпанемент воплей последнего оставшегося в живых насильника.

– Звони 911, может быть, они успеют подобрать тебя до того, как ты подохнешь от болевого шока, – только и сказал Андрюха. – Вот она – разница между жизнью и смертью!

Он сделал шаг в сторону и поднял тело несчастной девушки с земли.

"Здесь ее оставлять точно не стоит", – подумал Андрей и взлетел.

Можно было позвонить в Службу Спасения с одного из городских таксофонов, дождаться их и передать девчонку непосредственно в руки спасателям.

"Наверное, так я и сделаю".

* * *

Полеты были чем-то незабываемым. Тем, что Андрей просто не мог выразить словами. Только действиями. В такие минуты, как сейчас, он действительно искренне верил в то, что является уникальным.

Хоть здесь и было очень холодно.

Андрюха сидел на краю крыши самого высокого здания в Майами – отеля "Четыре сезона", свесив ноги вниз и глядя на город с высоты в двести сорок метров. Зрелище захватывало дух и вызывало мурашки по всей коже.

Девушку Андрей отдал в руки здоровенному чернокожему врачу из "скорой помощи", после чего, почувствовав себя свободным, он решил провести хотя бы полчаса наедине с самим собой.

Крыша этого отеля подходила для подобного как нельзя кстати. Андрей ел купленную в круглосуточной пиццерии "Неополитану", запивая ее горячим кофе. Мысли текли рекой.

Странно, но ожидаемый им голос совести все никак не просыпался. Не было и страха перед возможным наказанием. Не изменилось совершенно ничего, кроме того, что Андрей убил уже пятнадцать человек.

Вдуматься только – пятнадцать! По всем понятиям он уже попадал под понятие серийного убийцы.

– Да и наплевать, – тихо сказал себе под нос Андрюха, подумав об этом.

Он закрыл глаза и постарался оценить все происходящее.

– Наверное, я не такой как все вокруг, – задумчиво произнес он вслух, – СМИ постоянно пичкают людей страхом убийства. Вроде бы это самая страшная черта, через которую только можно переступить. Переступил. И что теперь? Я изменился? Нет. А должен был? Никому я ничего не должен.

Он замолчал, внезапно осознав глупость разговоров вслух.

"Если бы ты убил хороших людей, моя реакция была бы совершенно другой, – уже в который раз вспомнил Андрюха слова своей любимой. – Но ты убил грязный скот. Да, твои руки теперь в крови. И это может быть плохо только в том случае, если ты чувствуешь вину".

Он не чувствовал вины. Более того, Андрей верил в то, что он стоит на верной стороне. И уходить с нее он не собирался.

Ему снова вспомнился Лобас, скорчившийся на сырой земле. Вот именно поэтому Андрей и не собирался отступать. Не теперь.

– Как ты там говорила, Лена? – спросил он вновь вслух. – Мир без всей этой погани возможен, когда волны крови смоют таких вот подонков? Как-то так… – он прервался. – Значит, надо продолжать вызывать волны.

Андрей допил кофе, поставил пустой стаканчик на край крыши и спрыгнул вниз.

* * *

– Деньги гони, – мразь! – орал грабитель ему в лицо, брызжа слюной.

– У меня ничего нет! – сквозь слезы ответил Дик, понимая свою обреченность.

Четыре тяжелейших удара сотрясли его голову, в глазах потемнело, и ребенок упал на землю. Он должен был пробежать всего один квартал, возвращаясь от друга, у которого засиделся до глубокой ночи, увлекшись новыми играми. Сотня метров по ночному городу – ничего страшного, такое бывало уже десятки раз. Только сегодня все вышло иначе…

– Деньги, тварь! – завопил приставший к нему негр и новый сокрушительный удар ботинка в живот заставил Дика скрючиться и снова закричать. Нападавший выхватил из кармана нож-бабочку, откинул лезвие и шагнул к ребенку. – Лучше выворачивай карманы, мразь мелкая!

Негр был не в адеквате, ребенок понимал это, но абсолютно ничего не мог сделать. Он лишь закрыл глаза, ожидая самого плохого, того, что не раз видел со стороны в интернете и по телевизору.

Негр истошно завопил, как будто испытывая невыносимую боль, потом что-то хрустнуло, и Дик открыл глаза, уставившись на неизвестно откуда взявшегося человека.

Он был высоким и широкоплечим, облаченным в байкерскую куртку, "камелоты" и джинсы со штанинами, раскрашенными в пламя. Лицо незнакомца закрывал мотоциклетный шлем с поднятым вверх забралом. В кромешной тьме Дик не смог разглядеть даже его глаз.

– Как ты, парень? – спросил байкер.

Ребенок посмотрел себе под ноги, не понимая, куда делся напавший на него черный, и наткнулся на отрезанную голову, валявшуюся на асфальте. И тогда он завопил так, что предыдущие крики на фоне этого казались едва слышным писком.

Байкер был настолько ошарашен, что даже опустил руки.

– Ты чего, малыш? – обескуражено выдавил из себя он. – Я ведь не убийца…

Дик не услышал ни единого слова. Он лишь зажмурился и обхватил голову руками.

– Пожалуйста, не убивайте меня! – кричал Дик. – Я не хочу умирать! Я только шел домой! Просто шел домой!

Раздался топот удаляющихся ног, ребенок открыл глаза и увидел, как убивший негра байкер сворачивает за угол ближайшего дома.

Самому Дику нужно было в другую сторону. Он с трудом поднялся на ноги и, держась за стенку, побрел в сторону своего дома.

* * *

– Я ведь не убийца… – сквозь охвативший его шок выдавил из себя Андрей, стоя над спасенным ребенком.

Малыш словно не услышал. Он продолжал кричать, не проявляя никаких признаков адекватности. Внезапно Андрею стало страшно. Он словно увидел себя со стороны, представил, как выглядело это "спасение жизни" в глазах ребенка.

– Пожалуйста, не убивайте меня! – закричал малыш. – Я не хочу умирать! Я только шел домой! Просто шел домой!

В ту самую секунду у Андрюхи сдали нервы. На глаза навернулись слезы, он развернулся на каблуках и побежал изо всех сил, скрывшись за углом первого попавшегося дома. Тут же взлетев, он помчался вверх и приземлился на крышу. Сорвал шлем, отбросил его в сторону и рухнул на спину.

Не такой реакции Андрей ожидал… совершенно не такой.

"Вот так тебя этот мир и примет, – откликнулось его сознание. – Точно так же, как простой мальчик, которого ты не дал зарезать. Ты считаешь, что убиваешь диких зверей, а для обывателей ты сам – такой же точно зверь".

Сам не зная, почему, Андрей заплакал. В одну секунду у него изменилось совершенно все восприятие окружающей действительности.

– Ребенок среагировал на меня точно так же, как на чуть не зарезавшего его черного, – сказал он сам себе.

"Но ты спас его. И девчонку спас. И тех, на кого могли наткнуться после тебя те наркоманы в подворотне. Убийство этих мразей не дало допустить последующей резни таких же девушек и детей за дозу, за деньги, да за что угодно!" – тут же отчетливо укрепилась в сознании мысль.

Обратная сторона есть у всего. Даже у таких людей как он. И только что Андрей сам увидел и крепко осознал свою темную сторону.

Он собрался с духом, глубоко вдохнул и постарался очистить свой разум. Получалось, сказать честно, не очень.

– Значит, так и должно быть, – произнес он вслух, поднялся на ноги и побрел к выброшенному им же шлему. Поднял его с крыши, опустил забрало и посмотрел в него.

Было слишком темно, и своего лица Андрей так и не увидел. Он вздохнул, надел шлем на голову и побежал к краю крыши.

"Я палач. А палачу плевать, что о нем думают. Он лишь делает то, что должен!" Андрюха прыгнул вперед и через пару секунд растворился в темном небе. Ночь только начиналась, а, значит, у него еще было достаточно времени до рассвета.

21

В тускло освещенной комнате висел настолько густой сигаретный дым, что Уэсу он напоминал туман.

– Билл, это уже не смешно даже, – поморщился он, как следует прокашлявшись. – Совсем скоро я подохну от вони твоих сигарет, я в этом даже не сомневаюсь.

За три месяца, проведенные на своей, если так можно выразиться, новой работе, Уэсли кардинально изменил свой имидж. О рокерских шмотках он даже не вспоминал, надевал рубашку, пиджак и джинсы, да и, наконец, Тайлер также коротко подстригся и отрастил бороду по контуру лица, стараясь максимально отойти от своего прежнего облика.

Билл действительно кое-что изменил в его осознании реальности. Старик, по сути, занимался тем же самым, чем в свое время промышлял сам Уэс, но только находился при этом по другую сторону. Официально это называется "Частный детектив", Тайлер же именовал Билла не иначе как наемником, что последнему категорически не нравилось.

Под раздраженным взглядом Уэсли старик наморщил лоб, вздохнул, проведя рукой по седым волосам, и потом погасил сигарету.

– Спасибо, – поблагодарил Уэс. – Осталось лишь подождать с часок, пока наша крайне хреновая вентиляция вытянет все это наружу. Ад! Это просто ад, Билл!

Несмотря на его возмущения, старик только лишь улыбнулся.

– Поживешь с мое – притерпишься и к такому, Уэс.

Тайлер раздосадовано махнул рукой.

– Что мы имеем? – спросил он.

Старик взглянул на монитор ноутбука и тяжело вздохнул.

– Шестьдесят семь лет уже прожил на этом свете, а такого еще не видел никогда. Двадцать три трупа за ночь. У всех оторвана голова. Кроме того, есть один живой…

– По-моему, лучше сдохнуть, чем вот так вот живым оставаться, – поморщился Тайлер, глядя на экран. – С одной стороны ему оторвали руку и ногу. Фу, гадость какая!

– Самое ужасное тут в том, что я знаю только одного человека, способного на подобное.

– Я спал у себя дома, Билл, – покачал головой Уэсли. – Плюс, ты же знаешь, на такое я бы никогда не пошел.

Он взял у старика мышку и прокрутил страницу снизу доверху. Она пестрила фотохроникой вчерашней ночи. Тайлер сдержал рвотный порыв.

– Дерьмо…

– Не то слово, – поддержал его Билл. – Я не отрицаю и возможности того, что это сделала группа людей. Или группы. Как такое провернуть в одиночку – я понятия не имею.

Уэс нахмурился.

– Если он подобен мне, Билл, то сумел бы. Легко. Думаю, мне было бы под силу перерезать и большее количество народа. Но физически, а не морально. А то, что здесь вот выложено, – Уэсли указал на монитор, – это… это аморально и бесчеловечно.

Старик наморщил лоб.

– В любом случае, мы хотя бы знаем, что делать дальше. Проберешься в палату к этому новоиспеченному инвалиду и посмотришь в его голове. О-кей, Уэс?

– Твой запредельный градус цинизма меня поражает!

– Меня кое-что настораживает, – продолжил старик. – Даже если принимать все, что случилось этой ночью за единичный случай, то он все равно не первый, Уэсли. Смотри, – он щелкнул мышкой.

Тайлер покосился на монитор и тут же отвернулся, тяжело задышав.

– Мать твою, как ты вообще можешь на это так долго глазеть?!

– Этих нашли вчера утром, – проигнорировал дед его возглас. – У троих нет голов, а последний расплющен так, словно летел с тридцатого этажа.

– Случай единичный? – спросил Уэс.

Старик кивнул.

– Их вырезали в Маленьком Гаити. Очень похоже на начало расправы. Точка отсчета такая вот своеобразная. Эксперты считали, что это сделали Колумбийцы, но такая теория отпадает, если мы посмотрим уже на сегодняшнюю ночь.

– А сегодня ночью, надо понимать, завалили Колумбийцев?

– Не только их. Кстати, до кучи снова попали двое Гаитян и несколько Кубинцев. Умирают только бандюки, Уэс. Из разряда таких, которые шляются по улицам ночью, разыскивая загулявшую наживу. Но теперь их там жестоко режут. У нас появились судьи.

– Или один судья, – Уэсли потер лоб. – Говоришь, один убитый пролетел тридцать метров?

– Примерно так.

– Знаешь, о чем я сейчас подумал, Билл? Если он действительно подобен мне, то скоро мы заскучаем по старым временам. Когда людей люди убивали.

– Он тоже человек. Как и ты. Сильнее обычных людей, но такой же смертный. Я не сомневаюсь, что теперь все будет повторяться именно так из ночи в ночь. Вряд ли после такого он внезапно возьмет и остановится.

– Если он реально подобен мне, то будет действительно сложно.

– Когда нам было легко?

– Нам было легко тогда, когда ты сидел в своем подполье, не используя меня как основную ударную силу. Не знаю как тебе, Билл, а мне было легко.

– Я использовал тебя потому, что мне, в отличие от тебя, неподвластны силы, которыми ты, Уэс, швыряешься налево и направо. Ты бы не был мне так нужен, если бы я сам мог парить в облаках и двигать вещи силой мысли…

– Кистями, – машинально поправил старика Тайлер.

– Думаешь, для меня есть разница?

– Думаю, навряд ли, – ехидно ответил Уэс, – раз уж ты гниешь в этом подвале.

– Я? Гнию?! – моментально завелся старик. – А какого же хрена ты гниешь здесь вместе со мной, сынок?! Тебя бы больше устроило жить так, как раньше?! Грабить, убивать?!

Тайлер промолчал.

– Я закрыл глаза на твои прошлые грехи только потому, что только с твоей помощью я могу сделать мир немного чище, Уэс!

Парень нахмурился.

– А что, если и тот тип, если, конечно, он одиночка, тоже думает, что делает этот мир чище и лучше, Билл? Им ведь вполне может двигать чувство извращенной справедливости. Хотя, честно тебе скажу, то, что он делает пока – это не извращение. Я не против, если кто-то режет шваль вроде Колумбийцев, Гаитян и им подобных. Естественно, я имею в виду банды.

– Где гарантия того, что, закончив с бандами, он не перейдет на мирное население? И не начнет резать кого-нибудь вроде одиноких матерей из бедных семей, которые воруют еду в магазинах, чтобы прокормить своих детей?! Где гарантия, что следом за ними не пойдут эти же самые дети, Уэс?! Судить не дано никому! Я найду его, а ты поймаешь. Точка. Только Богу дано решать, кто достоин жизни, а кто нет!

– Бога нет, – тут же парировал Уэсли. – Есть бурная фантазия людей, которые ищут надежду там, где ее нет и в помине!

Старик лишь отмахнулся от него, словно от назойливой мухи. Некоторое время Билл сосредоточенно читал какую-то очередную сводку с экрана своего компьютера.

– Есть еще одна зацепка, Уэсли! – вдруг резко выкрикнул он. – Смотри! Девчонка лежит в больнице. Говорит, что ее пытались изнасиловать, а потом кто-то начал рубить головы нападавшим на нее. Девушку доставили по уши в крови, но при этом на ней нет ни единого ранения. У нее психическое расстройство. Вот она – наша надежда! Шанс!

– В какой больнице мне ее искать?

Билл тут же вывел адрес на экран крупным шрифтом. Уэс хмыкнул.

– Больше всего, Билл, меня удивляет то, что ты сидишь в подвале, перебиваясь работой частного детектива, и даже не думаешь о том, что тебя бы с руками оторвали правительственные структуры! Им такие люди точно лишними не будут.

Билл протянул Уэсу лист бумаги с распечаткой адресов обеих клиник, которые Тайлеру следовало посетить, и язвительно улыбнулся.

– Закончил?

Уэс кивнул.

– Я ненавижу наше правительство, Уэсли! И лучше уж буду вести свою тихую войну, используя тебя как личную тяжелую артиллерию, чем буду выполнять идиотские приказы нашего долбанного правительства! Работа частного детектива тем и хороша, что она не отвлекает от дела всей моей жизни, и я вполне могу параллельно ловить вот таких вот ублюдков! – старик ткнул пальцем в монитор.

Тайлер забрал лист с адресами.

– Ладно, не буду спорить, Билл, – сдался он. – Ты тут мозг, значит, тебе и карты в руки. Я ведь лишь исполнитель, верно?

– Так иди и исполняй! Даже если девчонка не скажет ничего вразумительного – обязательно пошарь в ее мозгах. Мало ли, что она могла увидеть, а потом промолчать! Могла даже случайно боковым зрением зацепить нечто очень важное и не придать этому вообще никакого значения! Выполняй!

Уэс тихо ругнулся и пошел к лифту, который обычно доставлял его из подвала на поверхность.

– Поторопись! – не забыл окликнуть его напоследок старик.

22

Уэсли шел по больничному коридору и считал номера палат. Остановившись у двери с табличкой "Палата интенсивной терапии Љ32", он чуточку помедлил, проверив, нет ли вокруг случайных свидетелей, и вошел внутрь.

Медсестра, находившаяся у кровати пострадавшей ночью девушки, забыла Уэса за мимолетное мгновение мысли. Она потеряла сознание и обмякла в кресле раньше, чем Уэс приблизился к девчонке.

"Элисон МакУотер", – прочитал он в лежащей на тумбочке истории болезни.

Девушка спала. Уэс ненадолго задумался и подпер дверь палаты изнутри стулом. Затем снова подошел к Элисон, сел на край больничной койки и сотворил одну телекинетическую кисть.

– Странно, что тебя положили здесь, а не в отделении психотерапии, – пробормотал Тайлер себе под нос.

Элисон спала достаточно крепко. Уэс направил кисть к ее голове. На глазах Тайлера серебристые пальцы просочились сквозь лоб и проникли в мозг девушки. Теперь оставалось только настроиться и ждать.

Уэс закрыл глаза. Не прошло и минуты, как в его сознание хлынули все воспоминания несчастной девчонки за последнюю ночь.

Он смотрел на происходящее ее глазами. Топот ног, узкий переулок, бедная девчонка изо всех ног рвется вперед, пытаясь оторваться от троих преследователей сзади. За ее спиной то и дело раздаются грязные крики напавших.

Она пробегает до середины переулка, когда в другом его конце появляются еще пятеро. Элисон спотыкается и падает, переворачиваясь на спину, пытаясь снова вскочить на ноги, впрочем, безуспешно.

Она кричит, а четверо насильников окружают ее со всех сторон, гогоча подобно падальщикам, наткнувшимся на сочный кусок. Только один остается вне ее, а теперь и Уэса, поля зрения, и она слышит его крик:

– Джонни! Что там за дела?! Где ты?!

– Уже иду, мразь! – разрывает ночь полный ярости вопль, и, прямо на глазах Элисон, откуда не возьмись, появляется человек, сметающий насильника с места и швыряющий его прямо в бетонную стену многоэтажки.

Картинка резко пропала. Уэса, уже не первый раз копавшегося в человеческой памяти, это совсем не удивило. Он сразу же догадался, что Элисон просто закрыла глаза.

Ее полный ужаса и боли плач разрывал сознание Уэсли на части. Он не мог передать всей силы того чувства, с которым он жалел несчастную девушку. Тайлер даже не представлял, как именно она теперь сможет жить дальше. Чаще всего подобные травмы отпечатывались на всю жизнь.

Картинка появилась, спустя несколько секунд, когда нечто упало на девушку сверху. Она открыла глаза и увидела, точнее Уэс увидел, оторванную голову рядом с собой.

Уэсли словно услышал собственный крик, который, конечно же, принадлежал бедной девчонке. Поскольку именно Тайлер сейчас являлся ее сознанием – вопль прогремел в его голове до боли в висках.

А потом картинка исчезла. Уэс понял, что на этом моменте Элисон потеряла сознание от пережитого ею ужаса.

Но также он осознал еще и одну очень важную вещь…

Уэс не заметил в том переулке никого, кроме мелькнувшей тени. Тот парень взялся из ниоткуда, пролетел квартал и уничтожил нападавших. Тайлер видел все это. Теория Билла о судьях провалилась. Вершитель правосудия был только один.

Кто-то такой же, как и сам Уэсли.

А, может быть, даже сильнее.

Тайлер не был глупцом и никогда не ставил под сомнение тот факт, что он не является единственным и неповторимым летающим телекинетиком в этом мире. Уникальных и неповторимых особей за пределами фильмов и комиксов просто не существует. Во всяком случае, Уэс придерживался именно такой логики.

Он встал с кровати и внимательно посмотрел на пострадавшую девушку. Ее лицо было покрыто парочкой ссадин, возможно полученных ею при падении на асфальт. Но, все же, сейчас оно было абсолютно безмятежным.

– Как же ты теперь будешь с этим жить? – тихо пробормотал Уэс, сотворив серебристую кисть. – Давай, я тебе помогу…

Незримая ткань прошла сквозь черепную коробку Элисон и легла прямо на поверхность ее мозга. Перед глазами Уэсли словно выстроилась картотека событий, которые ее мозг помнил. Тайлер не знал, видит ли подобным образом человеческое сознание каждый проникающий в чей-то мозг телекинетик, но именно такое представление получал он сам.

Уэс коснулся пальцем другой кисти выбранной им даты и, проведя по сплетенным нитям воспоминаний, стер их, как будто ластиком в тетради. А потом там же написал: "Сидела весь день дома, скучала. Кофе, телевизор, интернет".

Нужно было лишь задать базовые действия, а далее человеческий мозг сам выстраивал внутри себя картинку, которая заполнялась ложным произошедшим за стертый день. Все просто. И, фактически, ее судьбу теперь вершил сам Уэсли.

А девушка была очень красивой…

Уэс улыбнулся.

"Познакомилась в интернете с парнем, – добавил он туда же и мысленно нарисовал в сознании Элисон свою фотографию, – договорились о встрече в итальянской пиццерии на следующий день".

Вроде бы так. Напоследок, Тайлер открыл сегодняшний день и также стер оттуда все подчистую, хотя, кроме больничных воспоминаний, там ничего и не было.

"Всю первую половину дня спала", – написал Уэс, поднял девушку с кровати, взяв ее на руки, и, захватив ее историю болезни, вылетел в окно, которое открыл очередной серебристой кистью.

* * *

Адрес Элисон он подсмотрел тоже в ее сознании. Оставил девушку в одиночестве на кровати, записал номер ее мобильного и отправился на последнюю часть своего сегодняшнего задания.

"Проберешься в палату к этому новоиспеченному инвалиду и посмотришь в его голове. О-кей, Уэс?" Проникнуть в больницу не составило ни малейшего труда. Раздобыв по пути больничный халат, Тайлер зашел в палату к перебинтованному огрызку, тому, что еще недавно было человеком, лежавшему посреди больничной койки и почти безостановочно рыдающему. Лицо его он узнал сразу же. Видел во время просмотра воспоминаний Элисон.

"Хотя, был ли ты вообще человеком? – задумался Уэс. – После того, как с семью другими ублюдками пытался изнасиловать беззащитную девчонку?" – День добрый, – холодно поздоровался Тайлер.

– Добрый? – прохрипел калека. – Доктор, ты вообще думаешь, что говоришь?! – мигом сорвался он на истерику. – Мне оторвали руку и ногу! РУКУ И НОГУ, ТВОЮ МАТЬ!

Уэс захлопнул дверь и все так же подтолкнул под ручку стул.

– Заткнись, погань, – прошептал он отчетливо, так, что бывший насильник мигом замолчал, не проронив более ни единого звука.

Тайлера это удовлетворило. Он подошел к калеке вплотную и сложил руки на груди.

– Так вот, значит, как в наше время расправляются с подобными тебе тварями на улицах, – задумчиво пробормотал он. – Ты видел, как отрывались головы с плеч?

Инвалид испуганно закивал головой.

– Он ничего не сказал? – тут же задал вопрос Уэс.

– Ты ведь не доктор…

– Он ничего не сказал?! – заорал Уэс и, сотворив невидимые человеческому глазу серебристые кисти, поднял в воздух койку, на которой лежал допрашиваемый им насильник.

Тот даже не кричал. Только лицо побледнело за считанные секунды прямо на глазах Тайлера.

– Что он тебе говорил, урод?!

– Ты такой же… – трясущимся голосом выдал калека. – Кто вы такие, твари?!

В дверь настойчиво заколотили с другой стороны.

"Твою мать, – Уэс запустил кисть прямо в мозг насильника, – наигрался в плохого копа, идиот?!" Казалось бы, Тайлеру вовсе не нужно было самому допрашивать преступника, ведь его голова по своей внутренней структуре ничем не отличалась от головы Элисон. Но, стоило только Уэсу увидеть это лицо, которое он так недавно наблюдал глазами бедной девушки, как он сразу же понял для себя тот факт, что простой зачисткой памяти этот урод не отделается. Не в этот раз.

Воспоминания влились в голову Уэсли единым потоком. За какую-то пару секунд он увидел весь вчерашний вечер и ночь глазами искалеченного насильника.

– Откройте, полиция! Мы взломаем дверь! – закричали с той стороны.

Ну, конечно же, у каждой палаты, где бы находился соучастник или выживший после такой бойни, должна быть собственная охрана.

– Где же вы были, когда я сюда прошел?! – машинально, вслух возмутился Тайлер. – Набивали брюхо пончиками?!

Перед его глазами всплыла картинка – парень был одет во все черное, только штанины джинсов раскрашены под яркое пламя, охватывающее ноги. Лицо, как назвал его Уэс, судьи скрывал мотоциклетный шлем с поднятым забралом, что, впрочем, не давало никаких подсказок о его внешности – даже глаза скрывались в кромешной ночной тьме.

Этот байкер возвышался над валяющимся на асфальте насильником, глазами которого Тайлер видел все более чем отчетливо.

"Эта несчастная девчонка после встречи с вами, ублюдки, осталась бы инвалидом на всю жизнь. Не физическим, но моральным уж точно. Более того, больше всего бы ей не повезло, если бы она случайно забеременела от одной из таких паскуд, какими являешься ты и твои дружки! – громогласно отчеканил байкер и огляделся на обезглавленные им самим тела. – Ну, точнее, являлись. А ты говоришь, что вы бы даровали ей жизнь после всего этого?! Класс! Тогда я тоже дарую тебе жизнь, мразота!" Брызнула кровь, насильник закричал так пронзительно, что у Уэса заболела голова. Больше ему ничего не требовалось знать.

Дверь аж прогнулась под тяжелым ударом. Тайлер понял, что настало время валить.

– Ты прав, я такой же, как он, – прошипел он напоследок преступнику в лицо. – Более того, мне тебя ни капли не жалко, как и ему. Собаке – собачья жизнь! – Уэс распахнул окно. – А ты бойся, падаль, и рассказывай о нем всем, кому только сможешь. Потому что таких как ты теперь будут резать постоянно!

Уэсли разбежался и вылетел в окно, резко взмыв высоко в небо, в надежде, что никто не заметил его.

А если и заметил – кто же такому поверит?

* * *

В пиццерию он немного опоздал. Забыл про небольшую коррекцию мозга своей теперь уже подопечной, которую провел в больнице. Но, потом, все же вспомнил, а самое главное – вспомнил достаточно вовремя, чтобы успеть на сотворенное им же самим свидание.

Уэсли даже заскочил домой и переоделся в свежие джинсы и нежно-голубую рубашку, дабы соответствовать образу.

Элисон ждала его за столиком. Она была одета просто и со вкусом. Бордовая блузка, расстегнутая не слишком низко, но вполне соблазнительно приоткрывающая упругую грудь, и плотно облегающие ноги джинсы. Уэс остался в восторге. Девушка же слегка смутилась, увидев его, и опустила глаза, пока он не сел к ней за столик, тут же обнаружив причину ее неловкости.

На лице Элисон осталось несколько ссадин после вчерашнего происшествия, которые она, как получилось, скрыла косметикой, впрочем, не слишком хорошо.

"Как же ее мозг объяснил ей это?" – задумался Тайлер.

– Привет, – сказал он вслух, постаравшись улыбнуться как можно приятней. – Как жизнь?

– Могла быть и лучше, – смутилась девушка. – Я упала на пол прямо во время занятий фитнесом и повредила лицо. Такая неуклюжая…

– Все в порядке, – Уэсли взял ее за руку и чисто машинально поцеловал ее кисть, чем заставил Элисон смутиться еще сильнее. – Ты все равно очень красивая, и эти небольшие ссадины совершенно ни на что не влияют.

– Я сначала даже хотела отменить встречу, – покраснев, призналась девушка.

– Видишь как хорошо бывает, когда мы принимаем правильные решения, – улыбнулся в ответ он.

"Я вот одно такое уже принял", – сама собой появилась в подсознании мысль.

23

Андрей с самого начала повел себя неправильно, в основном полагаясь на инстинкты и импровизацию. Убежав в Америку, он жил слишком уж открыто. Награбив уйму денег, он тут же купил себе огромный особняк и напару с Леной наполнил его обеспечивающими сверхроскошную жизнь вещами. С девушкой ему действительно очень повезло, потому что именно она была тем самым барьером, который ограждал его от непрошеных гостей, вычищая их память.

Но, в любом случае, особо аккуратное отношение к осторожности у них отсутствовало, ведь если бы под них начали копать, то люди, нигде не работающие и живущие богатой жизнью, безусловно, мигом вызвали бы чересчур много подозрений.

Андрюха иногда допускал ошибки, выражаясь простым языком – банально тупил. Его спасало чудовищное везение.

Между тем, продуманный и серьезно мыслящий на пару шагов вперед человек, коим Андрей никогда не являлся, обладая подобной силой, предусмотрел бы все подобные мелочи.

Альфред Лонг, или для друзей просто Эл или Фредди, всегда просчитывал ситуации до мелочей. Сила, данная ему, просто обязывала к осторожности, не говоря о его амбициозных планах.

Мощь, данная Элу, была огромной. Создавая одновременно двадцать пять телекинетических кистей, он контролировал их все, без исключения, не испытывая при этом ни малейшей боли. Достигая своей максимальной скорости, Альфред мог потягаться с легкими самолетами, впрочем, это было чревато некоторыми перегрузками, так что Эл летал в специальном шлеме и не игрался со скоростью.

Мысли любого человека были для него открытой книгой. Эл прочищал чей-нибудь мозг за несколько секунд, не прилагая к этому никаких усилий. Также он знал больше двадцати языков, поэтому вполне понимал мысли, извлеченные из памяти практически кого угодно.

Но самым полезным для него было не все вышеперечисленное, а кое-что другое. Поимев зрительный контакт с любым сверхчеловеком вроде него самого, Альфред словно ставил на него своего рода маячок слежения, хоть и сам не мог объяснить, как именно это у него получается. Факт оставался фактом – Эл мог чувствовать и отслеживать подобных себе, о существовании которых знал абсолютно точно.

И для них он был своего рода ангелом-хранителем, не позволявшим своим подопечным совершать неприемлемые для него вещи. У Эла были свои собственные далеко идущие планы на каждого из тех, за кем он следил.

Альфред верил в идеалы и сам являлся идеалистом. У него была конкретная цель в жизни, к которой он неустанно стремился.

Хотя, этой цели зачастую кое-что мешало.

Эл всегда был пацифистом в душе. На то были причины, весьма веские. И одна лишь мысль о том, что на пути к идеальному миру необходимо проливать кровь, вызывала у Альфреда омерзение.

Эл добивался своих целей, используя только низшие людские страхи, комплексы и пороки, бывало, вычищал подчистую мозги мешающих ему людей, но никогда не проливал их крови.

Его принципы были нерушимы и непоколебимы. И если через эту черту перешагивал кто-то из его подопечных, Эл, не раздумывая ни секунды, убирал его со своего пути, стирая себя из его памяти.

Именно поэтому Альфред испытывал искреннее омерзение по поводу появлявшихся в последнее время в немалом количестве обезглавленных людских тел.

Обычные люди такого сделать не могли. И Эл был уверен, что этим занимался кто-то из телекинетиков. Другого не дано.

Уже три дня Альфред проверял всех своих подопечных, наведываясь по очереди к каждому "в гости". Он отслеживал их по очереди, ожидая, таким образом, однажды подобраться к убийце.

Конечно же, он мог просто отслеживать тех, кто бродит ночами по улицам, игнорируя остальных. Именно так Эл и делал, вот только проблема была в том, что для людей, не входящих в бедный рабочий класс, Майами – круглосуточный город, где веселье не прекращалось и с заходом солнца, оставляя с полтора десятка телекинетиков на ночных улицах.

Так что оставалась только слежка.

Впрочем, пока что его попытки оставались тщетными.

Уже четыре-пять ночей подряд все подозреваемые один за другим оказывались ненужными пустышками, но Альфред не терял надежды. Он твердо знал, что наступит день, и он найдет разбушевавшегося психопата.

Парадоксальным было то, что Андрей был в этом личном списке Эла на последних местах. По перемещении Андрюхи в Майами Лонг следил за ним первые пару месяцев, имея на то особые причины. Именно образ жизни Андрея и Лены в то время и стал своего рода спасательным кругом. В понимании Альфреда они являлись самыми обычными бездарными прожигателями жизни, купающимися в излишней роскоши, так что интерес к первоочередной проверке был потерян.

Порой даже самые сильные и продумывающие все наперед люди ошибаются. Этого ни у кого не отнять. Этой ночью Эл снова направился не туда, собираясь проверить пятерых последних в списке перед Андреем телекинетиков.

* * *

Иногда Андрея "пробивало" на творчество. В короткие сроки он мог состряпать рассказ, написать парочку стихотворений, бывало, он даже писал музыку и тексты собственных песен. Однако, стоило ему только оставить позади свою прошлую привычную жизнь, как вместе с ней же где-то затерялось и это хобби.

После очередной ночи расправ он проспал до середины дня. Андрей успел вернуться до того, как проснулась Лена, забрался под одеяло и довольно быстро заснул, на этот раз, сохранив конфиденциальность.

Однажды поднявшись среди ночи и не заметив его рядом, Лена устроила Андрюхе перекрестный допрос. Он соврал ей, что вступил в байкерский клуб, в котором частенько происходят ночные собрания, сопровождаемые уличными гонками. Безусловно, Лена за него волновалась, но Андрея спас природный талант убеждать людей. Уверив ее в том, что при малейшем признаке грядущей аварии он тут же улетит ввысь, Андрюха получил свое собственное ночное время, за которое ни перед кем не приходилось отчитываться.

Проснулся он, как и уже несколько раз до этого, совершенно один. Посмотрел на часы. Было четыре часа дня.

– Неслабо, – протянул Андрей, зевнув, и выбрался из кровати.

Выглянув из окна, он убедился, что бассейн пустовал. Это означало, что Лена либо где-то в доме, либо на очередном сеансе шопинга вместе с новоиспеченными богатенькими друзьями.

После короткого звонка подтвердилась вторая версия. В доме Андрюха был совершенно один. Он перекусил, надел шорты, захватил со стола блокнот с ручкой и вылетел из окна к одному из расставленных вокруг бассейна шезлонгу.

Впервые за все прошедшее время вдохновение ударило его, словно это был высоковольтный разряд. Андрей плюхнулся в шезлонг, открыл блокнот и задумался…

Счет времени он потерял. Через полтора часа его оторвал знакомый до боли голос:

– Чем занят?

Андрей поднял голову вверх от блокнота. Лена смотрела на него, улыбаясь. В руках она держала огромное множество пакетов.

– Стихи пишу. А ты, судя по-всему, прожигала честно награбленные деньги? – усмехнулся он.

– Ну а то. Стихи дашь почитать?

Андрей, молча, протянул ей блокнот. Открыв первую же страницу, Лена прочитала вслух:

– "Цитадель ненависти". Название супер, милое, ничего не скажешь.

Он проигнорировал этот ехидный комментарий. Лена уставилась в строки.

На моих костяшках нет давно уже кожи

Там кровавая корка, тверда как секира!

Я руки размазал о мерзкие рожи

Всех тварей и ублюдков этого мира!

Я – адский сын, я – ребенок порока,

Моя мама – анархия, она презирает

Весь этот приторный мир примитивных пророков!

Таких, как они, жестоко я убиваю!

Пустите зло наружу, дайте мне свободу!

Пусть с плеч слетят к чертям все головы уродов!

Я буду сильным, в душе прекрасным палачом!

Вершить, судить, кромсать и резать, не сожалея ни о чем!

Злоба живет каждый день со мной рядом,

Агрессия, из-за нее зовут меня гадом

Те твари и уроды, что не видели зеркал!

Я ненавижу подлость, я от подлости устал!

Живем как нелюди, зверье!

Удел кровопийцы – совсем не мое!

Моя бедная душа уже затерта до дыр,

Мы сами подарили тварям этот мир!

Лена закончила читать и картинно вздохнула.

– Ну как тебе? – поинтересовался Андрей, заранее зная ответ.

Она нахмурилась и слегка наклонила голову.

– Ты не обижайся, но дерьмо редкое! Грубо, мрачно, мерзко и жестоко!

– Я и не ожидал, что ты поймешь, – вздохнул Андрей.

– А что тут понимать, скажи мне?! Набор слов, наполненный словами без смысла и пропитанный жестокостью!

Андрей покачал головой. Для него-то смысл во всем этом был. Да и еще какой.

Лена пролистала пару страниц.

– "Человек-птица", – озвучила она еще один заголовок.

"Это тебе понравится больше", – подумал Андрей.

Почему человек не летает как птица?

Почему нам в полете суждено всем разбиться

Об острые скалы жестокого мира,

О злую пучину адского пира?

Летим, приземляемся, в небо снова…

Что же такого в небесах тех родного?

Нас тянут и манят к себе облака,

И к яркому Солнцу стремится рука…

Но мы на земле, а хотим только в небо,

Туда, где, кроме ангелов, никто еще не был.

Где белоснежная гладь не имеет предела,

Где мы свободны бы были, где парили бы смело…

Так почему человек не летает как птица?

Потому что всем нам суждено вмиг разбиться…

Лена дочитала и задумчиво посмотрела на Андрея.

– Философское, – оценила она. – Я бы даже сказала – "крик души". Но, чересчур депрессивное.

Андрей встал с шезлонга и рывком забрал у нее блокнот.

– Ну уж извини! Вот такой я депрессивный, мрачный и жестокий! Я, что, заказывал критику? Просил читать это, чтоб потом слушать идиотские предъявы?

Он отбросил блокнот в сторону, разбежался и прыгнул в воду, подняв целую тучу брызг.

Лена бросила блокнот на землю и сказала, гордо подняв голову:

– Не смей на мне срываться, скотина!

Андрей отмахнулся от нее и нырнул на дно. Лена развернулась на каблуках и направилась в дом.

* * *

Альфред был в растерянности. Он проверил уже четырнадцать человек и не получил ни единой зацепки. Трупы продолжали появляться, новости пестрили яркими заголовками, мэрия города ратовала за введение комендантского часа, хотя СМИ освещали только десятую долю тех зверств, что происходили на ночных улицах.

Иногда Эл просто поражался тому, сколько фактов правительству получалось скрыть от простых обывателей, дабы не провоцировать приступы массовой паники. Альфреда раздражали те крупицы информации, что попадали в средства массовой информации. Сведения об убийствах были необходимы ему так же, как воздух. Оставалось всего четыре человека, но Эл упорствовал и отказывался принимать тот факт, что убийца вполне способен оказаться во сто крат умнее и сильнее его.

В такое Фредди не верил, поэтому этой ночью он отправился на проверку последних двух человек.

* * *

Андрей стоял у дверей гаража, сжимая в руках свой байкерский шлем, глядя на свое отражение в зеркале. Шла уже семнадцатая ночь.

– Как же я устал, – измученным голосом прошептал он, глядя в глаза собственному отражению. – Мне очень нужен отдых…

Все указывало на то, что он, все-таки, смог сделать шаг вперед на своем пути по очистке города. Судя по-всему, слухи об уличных зверствах, распространялись все быстрее и быстрее, потому что с каждой новой ночью он находил все меньше всякой кучкующейся швали на улицах Майами. В людей вселялся страх, это было очевидно. Андрюха, наконец-то, достиг хотя бы малой толики того, к чему стремился.

Страх – это тоже оружие. К тому же, массового поражения.

Почти три недели Андрей казнил городское отребье. И вел счет своим приговорам. Восемьдесят четыре трупа. Громадных ворох смертей на его совести. Но ее угрызений он не чувствовал ни за одну сорванную голову. Каждый раз, стоило ему только задуматься об этом, в голове отчетливо звучали последние слова Лобаса, которые Андрею довелось услышать:

"Андрюха, помоги мне! Я в парке! Рядом с колесом! Меня ножом в бок пырнул какой-то черный! Помоги!" Он не успел, и оборвалась жизнь. Вот именно поэтому совесть уходила куда-то вглубь Андрея. Он не дал бы и десятка тысяч жизней подобных ублюдков за одну. За Сашину. За жизнь друга, который за минуту до смерти из сотни номеров в телефонной книге выбрал только один номер.

Андрюхин номер.

Теперь им двигало только одно желание. Сократить подобные случаи, сдвинуть их к нулю. Максимально близко к нулю, если хотите. Да, друг погиб не здесь. Его убили в небольшом городке России, коих великое множество. А какая разница? Неужели подонки здесь, в Америке, другие? Или тут людям разрешено умирать от рук уличной шпаны? К тому же, теперь Андрей был уверен, что когда-нибудь он вернется домой. Не знал, как скоро, но в самом факте не сомневался. Только так.

За вчерашнюю ночь он нашел лишь двоих латиносов, неудачно попытавшихся его ограбить. Две головы – восемь потраченных впустую часов после.

– Устал, – повторил Андрей и отшвырнул шлем в сторону.

Хотя бы этой ночью следовало взять себе небольшой отпуск. Этому было несколько причин. Прежде всего, он безумно устал, а Лена сегодняшним утром закатила дикую истерику, когда он отказался брать ее с собой на "ночные мотогонки".

"Ты лжешь мне, сволочь! – вопила она. – У тебя появилась другая! Ты изменяешь мне!" Этого Андрей вовсе не ожидал. Глупо. Зачем бы он прятался и скрывал что-то, если бы вдруг вздумал уйти от Лены? Он ведь ни в чем от нее не зависел. Но женская логика – ужасная вещь, не поддающаяся никакому объяснению. Поэтому Андрюха решил провести несколько ночей в этих, уже почти родных, стенах.

Хотя, он долго колебался. Даже оделся по привычке, и только в гараже, возле мотоцикла, который теперь приходилось брать с собой, чтобы не вызывать подозрений у Лены, Андрюха принял окончательное решение.

– Все, в топку! – потряс головой он и кинул куртку на сидение байка.

Его ночные похождения окончательно выбили Андрея из колеи. Он засыпал никак не раньше пяти утра, а просыпался уже ближе к вечеру. Так что этой ночью, в любом случае, предстояло бодрствовать.

Лена с ним демонстративно не разговаривала, так что Андрюха запасся едой, прихватил с собой бутылку отличного шотландского виски и спустился к бассейну.

Из головы никак не шел Лобас. Та глава жизни, ошибку в которой Андрей, теперь уже, наверное, никогда не сможет себе простить. Он выпил залпом полный бокал вискаря, который оказался настолько крепким, что на глазах даже выступили слезы. Андрюха закашлялся, начал хватать ртом воздух, словно рыба, и запихивать себе внутрь всевозможные закуски, стараясь забить горький вкус.

На какую-то минутку его это, конечно, отвлекло. Но друзья никак не шли из головы. Пару часов Андрей просидел в шезлонге практически без движения, в голове текла его прошлая жизнь в мыслях и вспыхивающих картинках.

То он с Олегом в туалете смывает кровь с лица после падения…

"Ты из тех людей, которые не могут не быть исключительными. Сила теперь у тебя есть. А ответственность?" Потом уже дома у Лизы. В тот самый случайный первый раз.

"Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? Просто врать совсем не хочется, а правда слишком странно будет для вас звучать. Да, собственно, не только для вас, а для всех вообще".

И, конечно же, первое совершенное им убийство…

"Это вообще какая-то проклятая ночь. Я в интернете в новостях прочитала, что в центральном парке нашли какого-то мужика, размозженного просто в мясо. В заметке писали, что он изуродован настолько, как будто был вышвырнут с вертолета. От лица и головы вообще ничего не осталось…" Знакомство с Леной, перевернувшей его жизнь.

"Личность и свобода – неразделимые вещи".

Почему-то вспомнились и слова, сказанные незнакомой ему девушкой в баре покер-клуба:

"Не могу понять, как ты оказался в этом месте, в этом костюме и в этих часах с бокалом этого виски в руке, глядя на твое поведение и повадки".

Казнь, конечно же…

"У меня был друг. Его зарезали на улице. Такая же шваль, как и ты, падаль гребаная. Я убил того ублюдка, убью и тебя!" Шок, который Андрей испытал, когда спасенный им ребенок испугался его еще сильнее чем напавшего подонка…

"Ты чего, малыш? Я ведь не убийца…" Кожа покрывалась мурашками вновь и вновь при каждом новом воспоминании. Андрей чувствовал себя ужасно, пожалуй, впервые, за все прошедшее время, на него навалился нешуточный груз ответственности. Ему было необходимо с кем-нибудь поговорить.

А ведь он мог связаться со своими друзьями через интернет в любую секунду, хоть так и не сделал этого до сих пор. Они должны были помнить его, потому что Лена обработала мозги всех родственников Андрюхи, и только. Они ведь спешили, поэтому не было времени на полную зачистку.

"Интересно, что они теперь думают обо мне? Пытались ли вообще выяснить хоть что-то, когда я исчез?" Он был уверен, что пытались, но не получили никаких ответов на свои вопросы.

Андрей поставил бокал и тарелку с закусками на край бассейна. Подпрыгнув, он поднялся в воздух и влетел в окно второго этажа, через минуту уже вернувшись назад, но уже с ноутбуком в руках и USB-модемом к нему.

Включив ноут, Андрюха первым делом скачал себе ICQ-клиент, ввел свой UIN и пароль, который помнил наизусть до сих пор, и открыл список контактов.

Впрочем, он не собирался писать друзьям, используя старый профиль. Оттуда он лишь переписал номера Олега и Ани и сохранил их в отдельном текстовом документе.

Зарегистрировавшись заново, Андрей вошел уже под новым номером и приступил к заполнению анкеты. Пропустив имя и фамилию, он лишь ввел в графе "nickname" слово "Flyboy". Указав в интересах, что он летчик-экстремал, Андрюха написал, что живет в Майами, и на этом закончил.

Ввел в чистый лист контактов UIN Олега, а затем и Ани, и подключился.

Аня отсутствовала. Олег был онлайн.

"Привет", – написал ему Андрей.

"Кто это?" – тут же пришел ответ.

За месяцы, в течение которых Андрей отсутствовал, в "аське" Олега не изменилось ровным счетом ничего. Та же девственно чистая анкета, с единственной заполненной графой – ником СкЕпТиК.

"Ну так, Flyboy же", – ответил Андрюха, поставив смеющийся смайл.

"И о чем мне это должно сказать?" "Да кто знает? Быть может, вспомнишь что-нибудь о летающих людях? Времени-то немного прошло", – усмехаясь, набрал Андрей ответ.

Ответ пришел, спустя пару секунд.

"Андрюха, это ты, что ли?!" Андрей ухмыльнулся, хоть друг и не мог этого увидеть.

"Прилетел из небытия", – напечатал он.

"Графа "Место жительства", надеюсь, заполнена в качестве хохмы?" "А сам ты как думаешь?" "Думаю, что не в шутку, раз уж ты бесследно исчез".

"Дима мне подсказал шикарную идею одним новогодним вечером", – нарочито пафосно набрал ответ Андрей.

"Грабеж?" "Да брось. Не думай плохого, – соврал Андрюха. – Честный заработок. Унылая однокомнатная квартирка, зато с океаном и свободой под боком".

"При отсутствии гражданства и документов? Заработок?" – Олег ответил наугад, но попал в точку.

"Знаешь, а решение-то очень простое".

"Настолько же простое, как и промывка мозгов твоим родителям, да? Когда мы заявились к тебе домой, спустя пару недель с твоей пропажи, твои родители нас попросту не узнали!" "Тут все просто. Лена постаралась на славу".

"Лена?" "Блондинку помнишь с кистью? На нее я в столовке наткнулся, кстати, при тебе".

Андрей выдержал паузу. Олег, видимо, также ждал последующих комментариев.

"Как выяснилось, телекинетики ограничиваются не только полетами и кистями. Некоторые могут навязывать людям ложные воспоминания, ну и чистить мозг от старых. Для своей семьи я учусь в Москве, а дома бываю только летом. Может, увидимся где-нибудь в июле-августе. Круто, да?" "Круто, – пришел ответ. – Только, в таком случае, я вообще не верю в честный заработок".

"Ну не сомневаюсь, – усмехнулся Андрей. – Но это твое личное дело".

– Тебе придется отложить свою переписку, – внезапно услышал он разорвавший ночную тишину мужской голос за своей спиной.

Незнакомец, невидимый глазу Андрюхи, кем бы он ни был, появился настолько бесшумно, что Андрей его даже не заметил. Андрюха быстро захлопнул ноутбук, отбросив его в сторону и, прыжком вскакивая на ноги, развернулся к голосу лицом, готовясь сразу ко всему.

24

– Итого, всё, что мы имеем, это под сотню трупов, да и факт того, что этот тип подобен мне! – устало подытожил Уэс.

Голова кружилась, ее словно разрывало на части. Неведомый убийца прибавлял им проблем каждой новой ночью. Дошло до того, что Биллу пришлось влезть в сотрудничество с ФБР, от которого он был явно не восторге, почему и срывал малейшую злобу на Тайлере, который, кстати, учитывая его криминальное прошлое, и сам не был в порядке из-за постоянного присутствия федералов под боком.

Их гонка за уличным призраком ни к чему не приводила. Убийца больше не оставлял свидетелей, не спасал никому постороннему жизни, хотя, здесь могли молчать сами спасенные, напуганные жестокой расправой над нападавшими на них. Никто не знал правды. Зацепок не было.

С каждой ночью происходило все меньше и меньше убийств. Люди боялись выходить по ночам на улицы, а всего через пару дней в действие вступало принятое мэрией положение о комендантском часе.

Последнюю неделю Уэсли самолично патрулировал город по ночам, надеясь, что ему улыбнется удача, и убийца сам прыгнет к нему в руки.

Но ничего не происходило. Удача не улыбалась, а тихо скалилась за спиной Тайлера. Майами – слишком большой город, с огромным количеством гнилых районов, охватить которые единовременно попросту невозможно.

– Да, это похоже на тупик, – согласился Билл. – Но не все, что похоже, является тупиком на самом деле. Ты собираешься сдаваться? Хочешь сказать, что отступаешь?

Уэс разозлился.

– Билл, а ты можешь без своего дурацкого пафоса?! Ты еще давай попытайся на слезу меня пробить! Естественно, я не отступлюсь! Мы поймаем этого гада!

– Любой ценой, – подытожил старик.

– Да нет! Не любой! – сорвался Уэс. – В отличие от тебя, я не фанатик, Билл! И если получится так, что этой ценой станет моя жизнь или жизнь моих близких, то на меня не рассчитывай! Я верю в правосудие, Билл, но не отдам за него свою жизнь!

Старик достал из кармана пачку сигарет и закурил.

– Погаси это дерьмо!

Билл покачал головой.

– Я нервничаю.

– Ты знаешь, а мне наплевать! Я не могу работать под запах этой дряни!

Тогда и у Билла наступила точка кипения.

– Плевать?! Тогда катись на хрен отсюда! Вали, рука правосудия! Пошел вон, щенок! Убивай за деньги и дальше! Может, наш маньяк тебя в напарники возьмет, а, Уэс?!

Старик всегда знал, на что давить, и пользовался этим уже не в первый раз. Стоило ему лишь сравнить Уэсли с любым преступником, как Тайлер мигом сникал и прекращал перепалку.

Неизменным всегда оставались лишь крики Уэса о его жизни. И, хотя Билл упорно пытался не думать об этих словах, в глубине души он понимал, что парень действительно может бросить эту, в общем-то, бессмысленную и ненужную ему погоню за правосудием. В его возрасте и сам старик поступил бы точно так же. Скорее всего. И он даже не хотел упрекать Уэса. Парень помогал ему, надеясь, судя по-всему, искупить свои предыдущие грехи.

– Да, я на это надеюсь, Билл! И хочу тебе кое-что сказать! Это дело, как бы оно для тебя не закончилось, для меня станет последним! Я в последние пару недель все чаще стал думать о том, что, в общем, можно жить жизнью нормального человека, а не крысы в темном подвале!

Билл промолчал. Уэс не в первый раз прочитал его мысли.

– Все! На сегодня с меня хватит! Я ухожу домой, – огрызнулся напоследок Тайлер и направился к выходу.

– Скажи мне, Уэс! – все-таки крикнул вслед старик. – А когда это ты успел обзавестись близкими, о которых ты здесь в порыве ярости упомянул?!

– Не твое собачье дело! – Тайлер плюнул на пол, даже не оборачиваясь назад, и продолжил свой путь.

* * *

Мягкие волосы Элисон легли ему на лицо, погружая Уэса в пучину спокойствия.

– Ты сегодня опять на взводе, – тихо прошептала она, целуя Тайлера в щеку. – Снова проблемы на работе?

Он не стал скрывать от нее ничего, что, так или иначе, касалось бы его рабочих будней. Разве что оставил в стороне то, как именно они познакомились.

Уэс даже продемонстрировал Элли свои способности, не прошло и недели с момента их знакомства, и, что было самым важным и приятным для него, она ни капли не испугалась. Более того, девушка осталась в полном восторге от всего того, что Тайлер ей продемонстрировал. Мало кого ведь не впечатлит полет по ночному городу с последующим ужином на крыше одного из небоскребов.

Так ему было проще. Уэсли не хотел больше врать и скрывать свою сущность. С этой девушкой он даже чувствовал себя как-то иначе.

– Да, проблемы, – так же тихо ответил он, закрывая глаза. – Я не знаю, как вообще можно поймать этого парня. Он либо чертовски везуч, либо настолько расчетлив, что всегда ходит на шаг впереди нас. Это угнетает. Я не знаю, как ловить призрака.

– Может быть, вам станет проще с введением комендантского часа? На улицах уже не будет столько народа…

– И он вряд ли будет убивать в это самое время. Он не идиот, наверняка понимает, что теперь ночами на него будут вести охоту, Элли. Этот парень не настолько прост, чтобы так вот взять и отдаться нам в руки. Я в такое не верю.

– А Билл как считает?

– Он фанатик. Билл, в смысле, а не этот байкер. И для него этот парень – абсолютное воплощение зла. Нечисть, которую нужно остановить как можно быстрее.

– Ты не согласен с ним? – Элли безошибочно улавливала суть того, что говорил Уэс.

– Как я могу согласиться с подобным? Мы находили хотя бы один обезглавленный труп, который был бы обычным жителем, а не одним из тех уличных мразей, которые насилуют, грабят и убивают каждый день?! Да, я не согласен с Биллом, потому что как по мне – так пока он валит всякую шваль, остальным от этого хуже не становится.

"Как я вообще могу испытывать ненависть к человеку, который фактически подарил мне тебя?" – подумал Уэс, молча проведя рукой по щеке Элисон.

– Но ведь может же случиться так, что он перейдет на остальных? И вы будете находить трупы женщин и детей… – неуверенно пробормотала Элли.

– Билл твердит то же самое, – вздохнул Уэс. – Только вот я в это не верю ни капли. Честно. Не могу поверить. Но и уйти от Билла не могу. Все сложно.

– Иди ко мне, – нежно сказала Элли и каким-то неуловимым движением выскользнула из халатика. – Забудь обо всем этом хотя бы на час-другой. Ты ведь тоже человек.

– Я тебя обожаю, – прошептал Уэс и, сотворив кисть прямо на выключателе, погасил в комнате свет.

"Ну вот как мне ненавидеть этого палача?" – мелькнула последняя мысль в голове Уэсли, перед тем, как он ощутил прикосновение губ Элисон.

* * *

Андрей стоял лицом к лицу с напугавшим его парнем, сотворив, на всякий случай, вокруг себя четыре кисти. Незнакомец выглядел не слишком устрашающе, скорее, наоборот. На две головы ниже Андрюхи, худой, даже, можно сказать, тощий. Длинные лохматые черные волосы практически до плеч, небольшие зеленые глаза, узкий нос, тонкие губы…

Андрей был готов дать голову на отсечение, что знает его. Видел уже где-то, но теперь не может вспомнить, настолько минутное это было знакомство.

Он еще раз окинул этого задохлика взглядом.

"Минимализация, в общем, процветает", – подумал Андрюха.

Незнакомец усмехнулся. Он слегка настораживал Андрея. Уже не так сильно, как в ту минуту, когда он впервые услышал его голос, но все же…

Да и впервые ли он его услышал?

Андрей подумал о том, что навряд ли перед ним коп, таким обычно требуется ордер. Скорее уж – агент каких-либо спецслужб, как же иначе объяснить то, что он смог подобраться настолько близко, не проронив по пути ни единого звука?

– Нет. Ни то, ни другое, – покачал головой незнакомец. – Но ты прав, мы с тобой знакомы. И виделись минимум два раза. Ну, точнее, ты помнишь два раза.

Брови Андрея поползли вверх. До этого случая лишь Лена могла читать его мысли. И, значит, этот человек мог мигом узнать обо всем, что Андрей натворил за этого время.

Слава Богу, жизнь с Леной бок о бок научила Андрюху очищать голову от ненужных мыслей. Это мастерство он оттачивал ежедневно уже на протяжении трех с лишним месяцев. Оно же ему пригодилось и сейчас.

– Да убери ты, наконец, кисти, – добавил незнакомец. – Их же всего четыре, на что ты вообще рассчитываешь? Даже если бы я хотел тебя убить, я бы сделал это быстрее, чем ты успел бы моргнуть, Андрей.

Вопрос "Откуда ты узнал мое имя?" так и не вырвался изо рта Андрюхи, поскольку, закончив реплику, незнакомец сотворил вокруг себя столько кистей, что у Андрея зарябило в глазах.

– Их двадцать пять, – сообщил этот тощий тип, усмехнувшись. – Понимаешь теперь, насколько жалко выглядят твои потуги?

Выражаясь простым языком, Андрей охренел с такого зрелища настолько, что даже не знал, что ему говорить и как задавать вопросы. К счастью, незнакомец сам вышел из ситуации неловкого молчания.

– А что до России… одному парню нужна была моя помощь. Так именно я тебе и сказал при нашей последней встрече. Потом добавил, что я четыре раза вытаскивал того парня из серьезных передряг за последнее время. При этом он даже не знает меня лично. Диалог был в…

– Самолете, – одновременно с ним произнес последнее слово Андрюха.

Теперь-то он вспомнил все.

– Альфред, да? – возникло откуда-то из глубин памяти имя. – Мы летели рядом рейсом из России.

Тот утвердительно кивнул головой.

– Но мы и до этого встречались. Хотя, сейчас это неважно. Я хочу поговорить с тобой.

– Что тебе нужно? – выдавил из себя Андрей, прекрасно понимая, насколько опасный человек сейчас стоит перед ним.

– Просто поговорить, только и всего, – сказал Альфред и сел в шезлонг. – Ты бы тоже присел, а то мне даже неловко как-то.

Андрея разрывали на части сомнения.

– Даже не думай сбегать. Предположим, ты успеешь взлететь, а дальше-то что? Длина моих кистей примерно тридцать метров, а в полете я и некоторые самолеты смогу обставить. Так что сядь и послушай меня.

Андрей не понял, о чем говорил Альфред, упомянув длину кистей, но уточнять не стал и просто сел рядом с ним.

– Ты ведь боишься меня. Неспроста, – открыто заметил Эл. – Причина? Врать не стоит, я ведь почувствую.

Титанических усилий Андрею стоило сохранять пустоту в голове, ни единой мыслью не указывая на казни, им совершенные. Он отбросил голову на спинку шезлонга и постарался врать уверенным голосом.

– Я награбил столько, что хватило на этот особняк, роскошный автопарк и прожигание денег в казино в Вегасе или в местнячковых покер-клубах. Как думаешь, есть мне чего бояться? Вдруг существует какая-то особая полиция для сверхлюдей, а? – Андрюха врал машинально, даже не задумываясь над словами.

– А для чего тогда так жить, если потом ты будешь шарахаться каждой встречной собаки? – резонно заметил Эл.

– Лучше было сидеть в той помойке, где я вырос?

– Это твой родной дом. Отдаешь себе отчет в словах?

– Слушай, – Андрей слегка наклонился вперед, – разница есть только в одном. В том, нужно ли тебе сидеть в дыре, если тебе открыт весь мир. Я вот не стал. И именно поэтому я могу себе позволить назвать помойку помойкой.

Эл смерил его презрительным взглядом.

– Вы никто не отличаетесь друг от друга. Ни один.

– Мы? – тут же зацепился за его слова Андрей. – То есть, ты, как минимум, с двумя подобными нам людьми имел контакт. Если не с большим количеством. Отсюда вполне логичный вопрос – как ты меня нашел? Почувствовал тогда в самолете?

– Не совсем. Почувствовал, но не тогда. Мы встречались намного раньше. В тот самый день, когда ты впервые полетел.

И тогда, наконец, в голове Андрея все частички головоломки стали на свои места.

"Лобас, что это за экспонат?" … одноклассница моя бывшая… ездила учиться по обмену в Америку. И сняла там этого типа. Или он ее. Короче, приехали они сюда уже вместе…" Куски этого диалога всплыл в памяти Андрюхи, и Эл тут же снял оттуда информацию.

– Да, – подтвердил он, – там я тебя впервые и спас.

– Ты? – выдавил из себя Андрей. – Как?

– Я и сам, по правде говоря, направлялся на балкон покурить. Пролез сквозь толпу как раз вовремя, чтобы заметить, как ты ловишь удар в челюсть и вываливаешься за перила. Дальше все очень банально. Выскочил на балкон, сотворил кисть, поймал тебя за пальто и швырнул в сторону, стараясь забросить за дом, чтобы никто не увидел твоего чудесного воскрешения…

– Так вот как я на другой стороне очутился, – у Андрея аж мурашки по коже пошли. Отсутствующие части головоломки постепенно становились на место.

– Именно, – кивнул Эл. – Только вот в длине я немного не рассчитал, и кисть оборвалась на пике разворота, так что дальше ты летел уже сам, по инерции.

Андрей мало что понял из этого, но спросить не успел, и Альфред продолжил:

– Спустя пару секунд в моем мозгу вспыхнул своего рода маячок, я ощутил всплеск силы совсем рядом. Видимо, я и пробудил в тебе способности, случайно направив в тебя часть энергии кисти. Хоть я этого и не заметил. Но ошибка была счастливой, не правда ли?

Андрюха, молча, переваривал весь ворвавшийся в его мозг поток информации, постепенно собираясь с мыслями.

– Значит, никакое я не звено эволюции? – спросил он. – А самый заурядный человек? Вернее, был заурядным…

– Никто не знает ответа на этот вопрос, – пожал плечами Эл. – Может, и так. А, может, сила сидела внутри тебя, и вырвалась из-за толчка, который я дал. На этот вопрос однозначно ответить невозможно.

– Ты спасал меня не один раз. Сам сказал… – у Андрюхи аж голова заболела от переполнявших ее мыслей. – Неужели тогда, в парке? Когда убили Лобаса… иначе выжить я бы не смог.

– Твоего друга? Хм, а ты догадливый, – развел руками Альфред. – Да, тогда я тоже появился рядом. Видишь ли, после того, как я ощущаю силу подобного мне человека, он будет постоянно подавать о себе сигналы в мое серое вещество, если мы с ним находимся рядом. Я отслеживаю вас лучше любого навигатора. А городок у тебя был сравнительно небольшой. Так что, делай выводы, эксперимент.

– Эксперимент? – поднял брови Андрей.

Эл хохотнул.

– Ага, именно так. Ты ведь стал своего рода экспериментом для меня. Я никогда и никому не повышал силовой предел, за исключением себя, конечно же. Но тебя я прокачал, в качестве подопытной крысы, ради безумно важного для меня знания. Знания о том, что способ развития мозга работает не только в собственном направлении. Это важно. Помнишь, как ты вырубил толпу людей возле дома той девчонки, к которой наведывался? Лиза, вроде бы?

– Конечно, помню, – у Андрея пересохло в горле.

– Так вот, их вырубил не ты. Эффектность нужна была мне для того, чтобы ты ни о чем не заподозрил. Я кое-что поменял в твоем мозгу, поковырявшись там кистью, так, что ты даже этого не заметил. Я же отключил и всех людей вокруг, и деревья повырывал для пущей убедительности, – Эл веселился вовсю, рассказывая это, – готов спорить, для тебя это выглядело просто как небольшой локальный апокалипсис, да?

– Ну ты и сука, – прошептал Андрей.

– Даже не обидел, – махнул рукой Эл. – Предсказуемо. Знаешь, я за тобой еще понаблюдал некоторое время тогда. Ты не разочаровал. Догадался довольно быстро. Хотя, что уж тут врать, догадался скорее твой умный друг. Цитирую: "А что, если это не ты создавал ее, а кто-то пустил энергию через тебя? И устроил это представление для отвода глаз? Кто-то, кто стоит неизмеримо выше тебя".

Если бы метафоры приводились в действие силой мысли, то гром уже разразил бы Андрюху прямо на этом месте не менее десяти раз. Ощущение затянувшегося сна исчезло напрочь, теперь он жадно внимал каждому слову Альфреда, наблюдая историю своего становления со стороны.

– У тебя очень умный друг. Честно скажу, без обид, он стал бы куда более ценным приобретением для нашей лиги, чем ты. Но тут уж как карта легла. Не всегда бывает "каре", порой приходится довольствоваться "парой".

– С твоих слов я насчитал три случая, когда ты помогал мне, – медленно произнес Андрей. – Ну а с четвертым что?

Эл на какую-то секунду задумался, а потом покачал головой.

– Хватит уже на сегодня историй. Я и так что-то разговорился. Слишком многое уже рассказал.

– Ну а теперь-то что? Зачем ты пришел?

Альфред усмехнулся.

– Ну вот, наконец, мы и подошли к самой сути, Андрей, – сказал он.

25

Бутылка виски оторвалась от земли, увлекаемая серебристой кистью. Альфред поймал ее и сделал пару глотков прямо из горлышка.

– Во что ты веришь? – спросил он, слегка поморщившись.

– В смысле? – не понял Андрей.

– Ты веришь в справедливость? – перефразировал Альфред.

В ту секунду Андрюха окончательно понял, зачем именно Эл явился к нему этой ночью. Он искал убийцу. По-другому и быть не могло. Для каких целей? Этого Андрей знать не мог, хотя не был уверен, что хочет узнать ответ. Непонятным было только то, почему Альфред задал настолько явный вопрос. Может быть, Андрюху мучила паранойя, и Эл не вкладывал в этот вопрос настолько глубокий смысл…

Но это вряд ли.

– Справедливость? – Андрей напоказ усмехнулся, стараясь выглядеть как можно естественнее. – Да, я в нее верю, как же иначе? – он обвел рукой свой двор. – Все это и есть справедливость. Это компенсация за то, что я гнил в помойке всю свою сознательную жизнь. А вообще, если по сути, какая справедливость, о чем ты? Сейчас деньги правят. У кого их больше – тот и вершит. Так что, все, что сейчас необходимо, это приспособиться. Я вот так и сделал.

– Я уже давно слежу за тобой… – начал Эл.

Андрей похолодел. Страх сковал его за пару секунд, но голова все так же оставалась пустой, хоть это и стоило Андрюхе неимоверных усилий. -… и в процессе слежки я понял, что создал самого обычного потребителя. Ты не сделал ничего хорошего для этого мира, кроме… – Эл на секунду запнулся и задумался. Немного помолчал и продолжил. – Да ничего ты хорошего не сделал! Совсем. Я вот попытался оценить твои поступки, но кроме самоудовлетворения тупых потребностей так ничего и не обнаружил. Как же это пусто…

– А что ты хотел? – возмутился Андрей. – Мне нужно было надеть синие лосины, поверх них красные трусы, а потом летать по небу и расцеловывать старух, которых я бы периодически спасал? Так ты видишь жизнь современного летуна? В случае со мной, на такое не стоит рассчитывать.

Эл поднялся с шезлонга.

– Скажу честно, именно такого ответа я от тебя и ждал. Ты – потребитель и прожигатель жизни. Хотя, многие бы повели себя так, свались вдруг на них подобная сила. Такой великий дар вы, жалкие муравьи, используете лишь для того, чтобы сделать мягче место под собственной задницей. Что ж, это ваш выбор. Твой. Но кое-что я все равно обязан сделать, раз уж пришел сюда. Хоть и вижу, что вряд ли угадал с выбором проверки.

Альфред создал кисть и сделал шаг к Андрею.

– Какого хрена?! – Андрюха вскочил как заведенный. – Что за дела?!

– Спокойно, – тихо произнес Эл. – Ты ведь все равно не сможешь убежать, силенок не хватит. Я просто просканирую твой мозг и уйду. Чего тебе бояться?

– На хрена?! – автоматически Андрей сделал шаг назад и, потеряв под ногами опору, рухнул в бассейн, подняв тучу брызг.

Всплыл он одновременно с тем, как во внутреннем кармане пиджака Эла внезапно зазвучала рация.

– База! Внимание, база, это патруль 98! Мы взяли их! Чертовы сукины дети попались! – Далее говорящий по рации коп назвал адрес. – При задержании подозреваемые проявили агрессию и сопротивление силам полиции, нам пришлось открыть огонь. Сержант Мартинез ранен, высылайте "скорую", немедленно!

Рация захрипела, после чего раздался голос диспетчера.

– Фрэнк, не для протокола, скажи мне, это они?

– Да, черт возьми! Почерк тот же – эти парни отрубили головы пятерым людям в Маленьком Гаити! Все кончено, Салли!

Эл вытащил рацию и отключил ее. Одновременно с этим он перестал подпитывать кисть.

– Ну извини, – развел руками в стороны он. – Видимо, я ошибся. Ты мне больше не нужен.

– Ты искал убийцу? – выпалил Андрей, отплевываясь от воды. – И прослушивал копов?!

Эл кивнул.

– Иногда люди действуют эффективнее таких, как мы с тобой, – сказал он. – Все же они не безнадежны. Не все, во всяком случае. Извини, что потратил твое время. Теперь ты можешь и дальше бесцельно прожигать свою жизнь, – он повернулся к Андрюхе спиной.

– Слушай! – окликнул его Андрей. – А ведь, помнится, в самолете ты мне говорил, что хотел бы взять к себе на работу того парня, которого спасал несколько раз. Для достижения какой-то общей цели, вроде бы. Раз уж я оказался тем парнем, могу я спросить, что за работа такая? И что за цель?

Альфред покачал головой, даже не оборачиваясь.

– Кто ты такой, чтоб я озвучивал перед тобой свои цели? Убедившись в твоей бесполезности, я и планы на тебя в сторону отбросил. Спи спокойно.

– Я и так не ворочаюсь, – огрызнулся Андрей.

Эл окинул взглядом бассейн, особняк, припаркованную во дворe "Lamborghini Gallardo" и кивнул.

– Это я заметил, – сказал он. – Ответь мне напоследок всего на один вопрос. Вот ты награбил столько денег, фактически отобрал их у людей, которые, может быть, горбатились на них полжизни. Совесть не мучает?

– Нет. А должна?

Альфред оглянулся и посмотрел на Андрея взглядом, в котором просто сквозило презрение.

– В твоем случае – нет.

Эл взмыл в небо, а Андрей выбрался из бассейна и рухнул на землю. Его трясло, и пот лился ручьями, несмотря на то, что пару секунд назад Андрюха еще плавал в ледяной воде…

* * *

Сержант полиции Фрэнк Долахью очень любил уличную работу. Ему было абсолютно безразлична перспектива повышения, карьерного роста, перевода в другой отдел. Фрэнк ощущал себя созданным именно для того, что он делал в данное время. Улицы давали ему огромную дозу адреналина и уверенность в том, что хоть что-то в жизни он делает правильно.

Сегодня они с напарником прыгнули выше головы. Неведомые убийцы, вот уже почти три недели рубящие головы на ночных улицах Майами, наконец, отправились к праотцам. Фрэнк даже ни секунды не жалел о том, что им не удалось взять их живыми. Тут уж ситуация была простой. Или копы, или убийцы, третьего не дано.

Парни бросились на них, вооруженные топорами, и напарник Фрэнка сержант Роберт Мартинез за неимением другого выхода открыл огонь. Спустя секунду, к нему подключился и сам Долахью.

Как известно, пули разят куда быстрее топоров, но это не помешало Бобу поймать тяжелейший удар под ребра, прежде чем его придавило мертвое тело убитого. Фрэнк отделался только лишь легким испугом, второй даже не успел приблизиться на достаточное для атаки расстояние, поэтому и был застрелен безо всяких проблем.

Сейчас Долахью сидел на асфальте рядом с Мартинезом и как можно туже затягивал его рану жгутами, одновременно зажимая ее бинтами, дабы хоть как-то остановить кровь.

– Держись, Боб! – неустанно повторял Фрэнк практически каждую минуту. – "Скорая" уже близко!

Человек небольшого роста в длинном пальто, облаченный в темные цвета, появился настолько неожиданно, что Долахью на какой-то миг даже растерялся.

– Сэр! – крикнул он, придя в себя. – Сэр, это место преступления! Приказываю вам немедленно покинуть его!

Незнакомец повернул к Долахью свою лохматую голову и создал кисть, которую Фрэнк, в силу того, что являлся обычным человеком, видеть просто не мог.

– Покинул, – сказал он одновременно с тем, как сержант Долахью, потеряв сознание упал на асфальт.

Эл, а это был именно он, окинул быстрым взглядом второго и удостоверился, что этот, скорее всего, уже не жилец.

– Печально, – прокомментировал Лонг. – Лес рубят, щепки летят.

Он сделал еще несколько шагов и приблизился к двум изрешеченным пулями телам, валяющимся на мокром от их собственной крови асфальте. Эл тут же заметил, что в руках убийцы держали по топору. Телекинетик навряд ли воспользовался бы оружием в данной ситуации.

– Люди?! – Альфред не мог поверить собственным глазам. – Это все делали обычные люди?!

Хотя, это кое-что объясняло. Например, то, что он так и не смог найти убийцу среди известных ему телекинетиков.

Впрочем, то, что они оказались обычными людьми, не мешало Элу извлечь всю информацию из мозгов убитых.

Попытка провалилась. Мозг каждого уже был мертв, оттуда было просто нечего извлекать. Альфред закрыл глаза и попытался успокоиться. Подумав секунду-другую, он подошел к телам полицейских, которые все еще пребывали в мире живых, и положил по кисти на голову каждого.

Однако и их воспоминания не дали Элу ничего. Лишь кусочки памяти о том, как копы совершенно случайно наткнулись на дикие вопли, вызванные развернувшейся в подворотне кровавой баней.

Альфред внимательно осмотрел переулок и с омерзением заметил чуть поодаль пять обезглавленных тел. Сканировать мозги этих не стоило и пытаться.

– Убийства ведь прекратились? – сказал он сам себе. – Значит, все стабилизировалось. Тебе теперь нет до этого дела, а информация об убитых не так полезна, как хотелось бы, раз уж они – только люди.

Он поднялся в небо, покинув залитую кровью подворотню. Эл подумал о том, что если бы он заранее знал, что это простые люди убивают друг друга, то не стал бы тратить и дня на поиски убийцы. Какое ему дело до людей с их мелкими интересами?

– Невероятно, – Альфред потряс головой, – немыслимо просто.

Убийцы, если бы они были телекинетиками, вполне могли помешать Элу реализовать его самую главную цель в жизни, к которой он неустанно стремился уже много лет. Эта цель была полня тщеславия и идеализма. Эл отрицал саму идею насилия, убийств и жестокости. Если бы ночной киллер оказался телекинетиком, он вряд ли когда-нибудь прекратил бы череду казней. Слишком уж возносили они его над жертвами, очень натурально давали понять свое превосходство над низшей расой. И именно такой человек вполне был способен помешать Элу в достижении цели – в мире без насилия, но в мире отнюдь не демократическом.

Альфред хотел править с помощью ужаса и трепета.

Главная проблема заключалась в том, что вокруг Эла не было таких же точно идеалистов, коим являлся он сам. Очень сложно было найти презирающего насилие человека среди телекинетиков, которые купались в своем превосходстве.

Да и, по большому счету, всем этим сверхлюдям было наплевать на власть. Каждый из них плавал в личном море свободы, не ощущая границ, а большего основной их массе и не нужно было.

Но среди людей было полным полно подходящих кандидатур. Чего хочет обычный человек? Власти и силы. Эл мог наделить его первым, а что до второго…

Он уже дважды убеждался в том, что может повышать пределы сил одаренных людей. Сначала на Андрее, спустя некоторое время, на Уэсли Тайлере, который, впрочем, совершил достаточно грубую ошибку, вследствие чего и был изгнан с последующей чисткой мозгов.

Но теперь Альфред понял, что пора переходить к новой ветке экспериментов. Пытаться простых людей наделить его силой.

Конечно же, не всех, а только тех, кто в полной мере удовлетворит Эла во всех его требованиях. Цель была слишком значима, чтобы подвергать ее риску из-за нестабильного человека.

Или нескольких…

Точнее сказать – армии людей.

Эл не знал, был ли Андрей простым человеком до того самого рокового падения с балкона. Если да – то путь к созданию собственной армии был открыт, следовало только лишь протоптать дорожку. Если же нет, и гены сидели в нем с рождения, а адреналин, вкупе с силой Альфреда, лишь активировал их, то Эл оставался на том же месте, с которого начал.

В любом случае, стоило все выяснить, проведя пару опытов с кистями над простыми людьми. Цель оправдывала средства. А она была проста и гениальна.

Эл подготавливал почву для огромной армии сверхлюдей, для силы, которой никто и ничто в мире не сможет противостоять. А если есть такая сила, то с ее помощью нужно править. Сперва Америкой, потом и всем миром.

И Альфред видел именно себя во главе подобной армии. Такой силой, при должной подготовке, он мог бы держать в страхе всю планету. Править, не проливая крови, если это будет возможно.

Эта идея заключалась прежде всего в ее утопичности, но Эл не собирался отступать. Он верил в то, что сможет достигнуть своей цели.

Над этим стоило только лишь много работать.

Но это его ни капли не пугало.

* * *

Андрей постепенно отходил от пережитого им ужаса. Находясь на волосок от смерти, он в полной мере осознал, насколько он беспомощен перед, если можно так выразиться, "сильнейшими мира сего". Гигантский поток информации обрушился на его голову, перемешав все мысли к чертям собачьим.

Его спасло чудо. Это факт. Все, что Андрей смог понять из разговора, услышанного по рации – у него появились подражатели. Именно они его и выручили, в конечном счете.

Эл искал убийцу среди телекинетиков, это было очевидно. Иначе не пришел бы сюда. Но это и логично – все факты для посвященного указывали на то, что убийства совершаются с помощью кистей. Значит, нашлись другие телекинетики, поверившие в правосудие? Или это были обычные люди, вооруженные до зубов?

Такая перспектива Андрея, если честно, пугала. Сам он контролировал себя, но стали бы это делать другие? Не случится ли так, что скоро ему придется охотиться не на банды, а на одержимого психопата, режущего всех на корню?

Прогнозы не отличались радужностью. Андрей глубоко вздохнул и на секунду закрыл глаза, стараясь прийти в себя. Получалось плохо.

Зачем Эл искал убийцу? До этого он дал ясно понять, что имеет виды на одаренных людей. Потом он опять-таки напрямую сказал, что Андрея в их списках больше нет. Убийца-телекинетик каким-то образом нарушал планы Эла? Или являлся угрозой чему-то, что Альфред уже сделал?

Вопросов было намного больше, чем ответов, и это угнетало.

– И что же теперь мне делать, раз с меня сняты все подозрения? – вслух пробормотал Андрей. – Прекратить свои ночные рейды?

"Андрюха, помоги мне! Я в парке! Рядом с колесом! Меня ножом в бок пырнул какой-то черный! Помоги!" Отступать он не мог. Не сейчас, когда страх перед ним на ночных улицах рос семимильными шагами. Но следующие несколько дней в любом случае следовало затаиться и переждать, дабы не провоцировать Эла все же вернуться и на всякий случай просканировать ему мозг.

26

Следующей ночью Андрей снова остался дома. Он сидел в обнимку с Леной на берегу океана. Царила непроглядная тьма.

Уже в который раз он убеждался, что любой конфликт можно решить, если просто сеть вместе и высказать все, что наболело.

Впрочем, правду Андрей открыть Лене не мог. Особенно после того, как, не без помощи Эла, выяснил, что своими казнями он сотворил своих последователей. Еще не наступило время для настолько уж шокирующих признаний. Он врал ей, что увлекся азартными играми и выпивкой, старался говорить как можно убедительнее, раскаивался в том, чего не делал, и, кажется, это сработало.

Он крепко обнял Лену и притянул ее к себе. Она положила голову ему на грудь и тихо прошептала:

– Ненавижу с тобой ругаться.

Андрей промолчал. Не хотел снова начинать бесконечную полемику, в которой он обычно старался доказывать, что беды приходят только лишь из-за глупейшей женской логики.

– Я знаю, – медленно процедила Лена, – о чем ты только что подумал…

– Только я же этого не сказал, – возразил Андрей. – И вообще, лезть в чужую голову – все равно, что читать чужой дневник. Даже хуже, потому что в дневник обычно не все записывают, что в мозгу накопилось!

– О, а ты еще и дневник пишешь?

– Знаешь же, что не пишу.

Лена кивнула. Некоторое время они просидели в абсолютной тишине, пока она ее не прервала снова:

– Скучаешь по родителям? Или по друзьям?

Андрей ответил не сразу. Лене даже пришлось повторить вопрос, прежде, чем он все-таки прервал свое молчание.

– Иногда мне их не хватает. А тебе?

Лена покачала головой.

– Для меня их нет. Пять лет уже скоро будет, как их нет для меня, а меня для них.

– Это ужасно, – покачал головой Андрей.

– Нет. Это нормально. Для меня нормально. Придет день, и ты сам поймешь, что чувствую я. Просто для тебя прошло еще не так много времени.

– И не пройдет. Я вернусь домой, обязательно вернусь, – твердо сказал он. – Исчезать навсегда я пока что не собираюсь.

– Посмотрим еще, – скептически ответила Лена.

Андрей промолчал. Он не мог сейчас думать о том, что кое-что его все еще здесь держит. Эти мысли были не для Лены. Но знал, что не может уйти. Пока что нет.

Нужно нести ответственность за свои действия.

И пресечь деятельность своих фанатов, пока это не перешло все мыслимые и немыслимые границы. Хотя, может быть, те, о ком он вчера слышал по рации, были единственными…

Но в это Андрей поверить не мог. Если падает одна карта, то сразу за ней мигом рушится весь домик…

Его мозг разрывался на куски, отвергая любой цельный поток мыслей. Нужен был совет. И только один человек мог его дать.

* * *

"Привет. Нужно очень серьезно поговорить", – с места в карьер начал диалог Андрей, едва увидев Олега онлайн.

"Говори. Что такое?" – незамедлительно пришел ответ.

"Ты мировые СМИ проверяешь?"

"Ну… иногда. А что?" "Здесь в Майами уже некоторое время неизвестный ночной убийца пачками режет всякую уличную шваль. Отрубает им головы. У вас об этом говорили?" "Нет".

"Ладно, неважно. В общем, этот убийца – я".

Андрей судорожно выдохнул, ожидая ответа. Абсолютно любого ответа. Главное, чтоб по существу.

"Твою мать", – написал Олег.

Андрюха выждал пару минут и продолжил:

"Что, это все?!" "А что мне тут еще говорить?! Утренний диалог – Привет. Привет. А я людей режу. Ох, как круто-то нахрен! Так?!" Андрей нервно засмеялся, хоть ему и не было смешно.

"Я ребенка спас, – написал он, – так все и началось. Латинос избивал ребенка, грабил его. Скорее всего, убил бы там же, на месте. Я машинально схватил его за глотку кистью, а потом, с помощью еще одной, выхватил у него пистолет и сжал в комок. Чтоб он в меня не шмальнул, пойди все не так… Только вот я не подумал о том, что каждую кисть теперь нужно контролировать отдельно. Сжались обе, и башка слетела с плеч…" Андрей пробежал этот текст еще пару раз и отправил. Нельзя утверждать, что он врал. Скорее, просто объединил две реальные истории в одну. Суть передал, это было главным.

"Потом девчонку насиловали. Восемь отморозков. Убил всех, ни капли не жалею, – он намеренно сгущал краски, стараясь направить Олега на свою сторону, заручиться поддержкой и пониманием, – что нужно было делать? Бросить ее этим зверям на растерзание?" "Зафиксировано ВОСЕМЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ убийства! – пришел ответ от друга. – В городе вводится военное положение! Ты сдурел вообще?! Ты отдаешь себе отчет, что ты творишь?!" "Все же, прочитал новости, – написал Андрюха в ответ, – фото не забудь глянуть. У меня очень мало времени. Я пишу тебе с левого ноутбука, который купил десять минут назад. Я еду в автобусе. Еще пара минут, и я его брошу и выйду отсюда. Суть в чем – я не убивал ни одного нормального человека. Специально бродил по самым злачным местам ночного города, ловил отморозков на себя. И убивал. Да. Было. Хотел сделать мир чище. Но не в этом суть".

"Ты оставил в магазине свои данные?! Хоть какие-нибудь, когда брал ноут?!" "Нет, конечно. Я его и не брал. Заплатил парню, которого впервые встретил на улице, он мне его и купил. У меня мало времени, не перебивай. Я никогда не был параноиком, но никто не может знать на сто процентов, проверяются ли ICQ сейчас, или нет. Короче…" – от отправил сообщение, выдохнул и, наконец, перешел к сути.

"У меня появились фанаты. Может, найдешь информацию об убийствах в датах… позавчера убили пятерых. Я этого не делал, но им точно так же отрубили головы. Полиция убила рубак на месте. Я надеялся, что это будет финал, но вчера ночью убрали еще троих – это те, о которых известно СМИ. Я не убиваю уже третьи сутки, а люди сходят с ума. Фанаты. Или фанатики, тут уж все равно. По факту – что мне с ними делать? Проконтролировать это невозможно, а пускать все на самотек я боюсь. Честно".

"Дави их, – пришел ответ, спустя минуту. Видимо, Олег очень долго обдумывал все, прежде, чем написать это. – Устрой показательное мероприятие с одним подражателем для других. Напугай их как можно сильнее, дабы пресечь все, что творится".

"А дальше?" "Завязывай с этим. Сколько людей становилось убийцами, начиная с благих дел? Остановись, пока еще есть шансы, пока тебя не поймали!" "Я и так уже убийца, – набрал ответ Андрей, – не маньяк, которых ты имеешь в виду. Таким я не стану. У меня есть сила, способная изменить многое. Не хочу тратить ее впустую. Спасибо за совет".

Андрей захлопнул ноутбук, и положил его на сидение. Встал и направился к выходу из автобуса.

– Эй, чувак! Ты забыл свой лэптоп! – окликнул его вслед незнакомый подросток.

– Забери себе, – не оборачиваясь, ответил Андрюха и вышел из автобуса.

* * *

– А сейчас вы увидите вживую, что бывает с подонками, которые ставят себя выше других и сосут жизненную энергию из города изнутри! Мы – не убийцы! Мы – каратели! И нам надоело то, что мы живем, как сброд! Такого больше не будет!

Пожарный топор с силой опустился на шею стоящего на коленях мексиканца, брызнула кровь, покатилась голова, обмякшее тело распласталось по асфальту.

– Нельзя жить в страхе! – крикнул сжимающий топор парень прямо в камеру. – Нашелся человек, который изменил для нас все! И мы следуем его наследию! Мы строим мир без грязи! Тащи второго!

В кадре появился еще один мужчина, одетый в камуфляж и черную спецназовскую маску, так же как и говорящий в камеру. Он швырнул на землю следующую жертву.

– Осталось пять кандидатов в покойники! – громогласно объявил палач. – В эту лотерею все мрази выигрывают с вероятностью сто процентов!

Видео замерло, и Билл откинулся на спинку кресла, вытирая платком пот со лба.

– Это крах… такую волну мы уже просто так не потянем, – протянул он, о чем-то лихорадочно соображая.

– Напомню тебе, мы и самого байкера не потянули пока что, – мрачно ответил Уэс. – Он-то больше вообще так и не засветился.

– Я всякое мог предположить, но чтоб последователи у этого урода… – Билл тяжело вздохнул и уставился в монитор. – Город уже на грани, Уэс. Или это пресекут в кратчайшие сроки, или мы попадаем под анархию.

За четыре дня интернет оказался наводнен видеороликами, показывающими подобные зверства во всей красе. Кое-какие отцензуренные версии пропускали на "YouTube" и другие популярные видеосайты. Люди словно срывались с цепи, казалось, удержать теперь не получится никого. Одевались все по-разному, ни один не засветил лица. Исходя из роликов, Билл и Уэсли сделали вывод о том, что на улицах действуют три разные группировки с одним и тем же, не меняющимся составом.

А вот байкер больше так ни разу и не засветился…

Уэс взял со стола пульт и включил телевизор на новостной канал.

– В Майами введено военное положение, – вещала с экрана девушка-диктор. – Круглосуточно город будет патрулироваться войсками национальной гвардии. Выход из дома после двадцати двух часов строго запрещен. Войска имеют право стрелять без предупреждения, в случае применения кем-либо из гражданских любого вида оружия по отношению к другому гражданскому…

Дальше Уэс уже не слушал.

– Вот оно, Билл, – только и сказал он, – да уж, теперь пойдет потеха…

– У меня есть план, Уэсли, – ответил старик после некоторого молчания. – В тот день, когда мне удалось поймать тебя, я еще работал в паре с Кэтрин Старлинг. Она – не последнее лицо в ФБР, и именно она смогла организовать тот отряд спецназа, с помощью которого мы тебя взяли. И вот я подумал…

– Ты хочешь подключить ее к этому делу? – догадался Тайлер.

– И организовать ночную охоту на живца на всех новоиспеченных палачей, – добавил Билл. – Может быть, мы схватим и нашего байкера. Я не знаю, но надеюсь на это.

– Ну а что нам еще остается?

Старик не ответил. Уэсу на ум пришла одна странная мысль, и он тихо засмеялся.

– Что не так? – тут же насторожился старик.

– Да все в порядке, – махнул рукой Тайлер, – просто вспомнил, наконец, эту Кэт. – Знаешь, я ведь и для нее заказ как-то выполнял, еще в свою бытность нелегалом. Воровал какие-то важные бумаги из федерального банка. Видимо, иногда и федералы переступают через закон, да, Билл? Чертовски забавно. Мы живем в сумасшедшем мире.

– Тут ты прав, – согласился Билл и, устало вздохнув, достал свой мобильник. – Собственно, именно поэтому она и не стала предъявлять права на твой захват, когда выяснилось, что ты и есть тот самый профи. Ты ведь легко мог бы подвести ее под эшафот своими показаниями.

– Ну, в итоге мы все от этого только выиграли, – заметил Уэс.

– Тут ты прав, – слово в слово повторил старик и послал сигнал вызова. Его голос прозвучал, спустя десять-пятнадцать секунд. – Алло, Кэт? Билл говорит. Ты не хочешь поучаствовать в охоте на самых опасных в мире зверей?

* * *

– Дави их… легко сказать!

Андрей стоял в гараже, наблюдая собственное отражение в лобовом стекле шлема. Свой внешний вид он не изменил ни на йоту. Черный верх, пламенный низ. Камелоты. Хоть что-то должно оставаться постоянным.

Признаться честно, он не ожидал, что волна убийств захлестнет улицы настолько быстро. Это никак не вязалось с его представлениями о мире. Люди действительно увидели в нем символ. Вот только какой символ?

Хороший вопрос, но, увы, без однозначного ответа. Своими расправами он дал им цель в жизни. Извращенную, но цель.

И самое страшное – Андрей сам начал понимать это.

– Мы в ответе за тех, кого приручили, – пробормотал он и взял в руки шлем.

Предстояла долгая ночь. Впервые за последние недели он выходил из дома охотиться не на тех, кто этого действительно заслуживал…

Но, в любом случае, свободу новорожденным карателям дать он не мог.

Потому что мог наступить день, когда и они сами станут заслуживать этой охоты.

– Ну почему все настолько сложно?! – провел ладонью по лицу Андрей и выругался.

В памяти сами собой всплыли строки из когда-то давно услышанной им песни. Помнится, ее играл Лобас на одном из вечеров их старых сборищ…

Я принимаю бой.

Быть может, я много беру на себя,

Быть может, я картонный герой,

Но я принимаю бой…

Хотя кое в чем Андрей не мог согласиться с песней.

Он был уверен, что не берет на себя много в данной ситуации.

* * *

– Наша ночная программа "Каждой мрази – голову с плеч" продолжается! – глядя прямо в камеру, вещал одетый в черный джинсовый костюм мужчина с завязанным на лице платком. – Спасибо, что смотрите нас в интернете! Ваши десятки тысяч просмотров просто поднимают наш боевой дух! Начнем же!

Острие штыковой лопаты перерубило голову лежащего на земле парня с уже обыденным для подобных роликов хрустом. Билл грязно выругался. Уэсли потер лоб.

– Мрази, – только и сказал он.

Билл недовольно хмыкнул.

– А старому маньяку ты симпатизируешь, – ехидно вставил старик.

– Байкер не резал людей на показуху перед камерами. Он вершил свой суд, но держал себя в руках. В какой-то мере, – Уэс сжал кулаки, – а подобное поведение лично мне говорит об одном. Это – зарождение новой моды, Билл. И, честно тебе скажу, мне жутковато.

– К сожалению, сегодня у нас только два гостя в студии! – продолжал распинаться палач, глядя прямо в камеру. – И сейчас Скотт приведет мне второго!

– Имя слышал? – тут же оживился Уэс. – Зацепка.

– Я тебя умоляю! – махнул рукой Билл. – Не такие они идиоты, чтоб называть друг друга настоящими именами.

– Гостей сегодня трое! – громогласно заревел чей-то голос, после чего картинка резко исчезла, потом закувыркалась в камере, в конце-концов остановившись на уровне асфальта.

Мелькнули джинсы, раскрашенные пламенем, зазвучало несколько ударов, сдабриваемых криками боли. Уэс и Билл прилипли к экрану, толком не понимая, что именно там происходит.

– Встань! – приказал тот же голос. – И снимай меня, если жить хочешь!

Оператор подчинился беспрекословно. Момент – и камера в полный рост зафиксировала обладателя разъяренного голоса.

– А вот и он, – в шоке прошептал Уэс, мигом узнав образ из когда-то считанной памяти.

В каждой руке байкер держал шею обездвиженных им палачей. Те совершенно не проявляли никаких признаков жизни. Тайлер зачарованно смотрел в экран, боясь пропустить хоть секунду.

– То, что вы делаете – оскорбляет меня! – отчеканил байкер. – Я не для того начал этот путь, чтобы потом всякая гребаная шпана брала правосудие в свои руки! Люди! – проревел он прямо в камеру. – Хотите в кого-нибудь верить – верьте в меня! Но любой из вас, кто ступит на эту же дорожку, будет жестоко наказан! Ты понял меня?! – заорал байкер.

– Понял, – еле-еле выдавил из себя оператор.

– У тебя будет не больше минуты, чтобы спасти своих друзей. И имей в виду – если это видео не попадет в сеть, то я найду тебя и оторву руки и ноги, понял?! – рявкнул байкер, после чего руки обездвиженных им парней как по мановению волшебной палочки оторвались от локтей, брызгая кровью во все стороны. Затем он швырнул тела на землю и сорвался с места, бегом исчезнув из поля зрения камеры.

Видео оборвалось на том же моменте.

– Полтора миллиона просмотров за несколько часов, – прошептал Уэс, покосившись на счетчик в нижнем углу экрана, – охренеть просто…

– Ты что в восторге?! – тут же окрысился на него Билл. – Записался в армию фанатов?!

– Завязывай! Хватит, Билл! Если тебе не по силам этот телекинетик, то хватит срывать на мне свои комплексы! – разозлился Уэс. – Признай уже, что есть дела, которые тебе не по зубам! Ты видел, как отрывались их руки? Это не обычный парень, какими были те любители интернета! Этот не будет с тобой на камеру играть, он сделает то же самое, что и с ними!

Старик ничего не ответил, лишь достал из кармана телефон.

– Алло, Кэт? – произнес он после некоторого ожидания. – Собирай людей, охоту начинаем сегодня ночью.

27

Наступил тот самый момент, когда нужно было поменять все, и Андрей это прекрасно понимал. Он сознательно засветился в последнем видеоролике, дабы спустить всех собак на свой образ байкера, облачаться в который он больше не собирался ни при каких обстоятельствах.

К тому же, следовало поменять и почерк. Найти другой неотслеживаемый способ убивать, доступный только ему одному. Идеи, конечно же, уже были. Самое странное, что в реализации этих идей Андрюхе могла помочь только Лена.

За завтраком он задал ей ни с чем не связанный вопрос:

– Ты можешь пропустить свои кисти сквозь материю? Любую материю.

Лена недоуменно посмотрела на него.

– Ну да, а к чему этот вопрос?

Андрей задумчиво почесал голову.

– Видишь ли, меня раньше не особо интересовало, как именно ты изменяешь людям память, пока я не задумался о том, что не хочу быть ограничен своими нынешними возможностями. Если я – звено эволюции, то нужно ведь быть высшим звеном, разве нет? А кое-что мне явно недоступно пока еще. Как то – твои силы. Так можешь или нет? – повторил он.

– Могу, – ответила Лена. – Кисть это же порождение мозга. У нее нет объема, физической плотности, а все, что мы видим – визуализация нашего подсознания, не более. Только разница в том, что можно пропустить кисть через тело без малейшего вреда, а можно упереть ее в тело и сдвинуть его при попытке запустить кисть внутрь. А если сделать это на большой скорости, то и пробить к чертям собачьим.

– Вот именно это я и заметил, – мрачно кивнул Андрей. – И поэтому пытался понять, как именно привести свой мозг к тому, чтобы он генерировал кисть хотя бы в двух состояниях.

– Я никогда не рассказывала об этом, – начала Лена явно без особого желания, – но раз уж пошла такая тема…

– Ну, – подбодрил ее Андрей, спустя полминуты молчания.

– Как-то раз, задолго до встречи с тобой, я гуляла в торговом центре. Просто бездумно шлялась по магазинам с модными шмотками. Когда я вышла из одного из них, то увидела, как в коридоре у какого-то старика остановилось сердце. Он упал практически замертво, люди визжали, орали, разбегались по сторонам, там в основном дети были, школота всякая. И, в общем, сама не знаю, почему получилось именно так, и что вообще тогда на меня нашло, но я запустила кисть прямо в тело этого деда и сжала его сердце. Потом отпустила и снова сжала. Так и имитировала биение, пока сердце не забилось само, не вошло в прошлый ритм. Он пришел в себя, вокруг вообще никто не понял, что там произошло, а я просто ушла…

– И? – продолжил Андрей, когда Лена снова молчала примерно минуту.

– И я тогда впервые это сделала. Подсознательно. Честное слово, я не могу объяснить, как именно у меня это получилось. До этого я никогда не могла провернуть такой вот фокус, а здесь – словно кто-то мне на ухо шептал, что именно делать и как.

Андрей задумался.

– А никаких других телекинетиков поблизости ты не заметила, да?

Она покачала головой.

– Ни одного. Да это я так, образно говоря. Я, в любом случае, не учитель тебе в этом вопросе. Не знаю даже, чем я смогу помочь. Если у тебя не получается, значит, не настало еще время? Может, так оно и есть?

– Может быть, – кивнул он.

В голове прочно укоренилась уже новая идея. Действительно, а зачем нужно отрывать головы, когда можно тихо и аккуратно останавливать сердца? Конечно, этот способ против толпы будет слегка проблематичен, но поле для маневра никто не отменял. С его-то способностями…

– Давай вообще не будем об этом, – поморщилась Лена и включила телевизор, – не хочу перегружать голову мрачными мыслями. -… эти самые шокирующие кадры ночных расправ на улицах Майами, – произнес диктор, – уберите от экранов детей и чересчур впечатлительных людей.

Словно в полусне Андрей смотрел на то самое видео, на котором он наказал своих последователей, оторвав им руки. Его тело покрылось мурашками, а волосы на голове встали дыбом, насколько это было возможно при его короткой прическе.

Безусловно, он рассчитывал, что это видео попадет в СМИ, но не ожидал, что в этот момент рядом с ним окажется Лена.

Костюм она узнала сразу. Еще бы, вместе ведь выбирали его.

– Не верю, – прошептала Лена, медленно поворачивая голову в сторону Андрея, – не может такого быть…

Он провел ладонями по лицу, собираясь с мыслями.

– Послушай… – спокойным голосом начал Андрей, больше всего боясь, что сейчас все это может легко скатиться в истерику с ее стороны.

Так и произошло. Причем, гораздо быстрее, чем он этого ожидал.

– Сволочь ты паршивая! – заорала Лена, вскочив из-за стола, и отбежала на несколько метров назад. – Что же ты творишь, урод?! Выходит, это о тебе уже месяц твердят все СМИ этой гребаной страны!

– Стой, ты не понимаешь всей картины, – Андрей примирительно выставил руки перед собой и сделал шаг к ней.

– Не подходи! – заорала Лена нечеловеческим голосом, и тут же в воздухе перед ней возникла телекинетическая кисть. – Не смей даже приближаться ко мне, урод! Что ты мне говорил тогда?! Что не сможешь жить убийцей, что это мерзко, гнусно, противно! А теперь?! Резня людей в промышленных масштабах?!

– Да хватит уже! – проревел он в ответ. – Ты не видишь всей картины, не знаешь того, что знаю я!

– Да и знать не хочу! Уходи! Я боюсь тебя, ты животное! Взбесившийся пес! Уйди, оставь меня, прошу тебя!

Эти перемены наступили в ней настолько разительно, что Андрей просто не мог поверить своим глазам.

– Ты предаешь меня? – у него внезапно пропал голос, и эти слова Андрюха буквально прохрипел так, что Лена едва расслышала его. – Вот так у нас все закончится?!

– Уйди! – Лена плакала, и Андрей прекрасно понимал, что сейчас она просто-напросто боится его. Ее колотил озноб. Лена едва стояла на ногах, привалившись к стене. Она тяжело дышала и не знала, что делать дальше.

– Слушай, – предпринял Андрей последнюю попытку объясниться. – Просто дай мне десять минут, и я все объясню. Черт возьми, да я вообще не предполагал, что ты смотришь новости!

– А как бы ты предположил это, если ночью ты режешь на улицах людей, а днем спишь?! – завопила она. – Пошел вон! Уйди от меня, я же боюсь тебя, неужели ты не видишь?! Или ты это специально, чтобы причинить мне как можно больше боли?!

И вот тогда Андрея накрыло. Он развернулся на пятках и выбежал из комнаты. Рванул в гараж и, спустя минуту, взмыл в вечернее небо, облачившись все в тот же костюм палача, что и раньше.

Эмоции разрывали его на части. Контролировать себя в данную минуту должным образом Андрей просто не мог. Как и не осознавал он пока еще того, что подвергает себя нешуточной опасности, оставаясь в своем старом имидже.

Лена чувствовала себя ничем не лучше Андрюхи. Она плакала достаточно долго, прежде чем, наконец, смогла успокоиться. Ее мир рухнул в одну секунду, причем сделал это на ее собственных глазах. Она могла понять ту случайную расправу, которую Андрей учинил над четырьмя неграми в подворотне. Все-таки тогда он не контролировал себя в должной мере, действовал автоматически, что и привело к внезапной казни.

Но то, что он вытворял теперь… Лена не знала слов, с помощью которых могла выразить весь тот шок и всю ту боль, которую ей пришлось испытать.

Это уже не было похоже на случайную расправу. То была целенаправленная охота, и этого нельзя было не признать.

Лена перевела дух и сползла по стенке на пол, пытаясь расслабиться. Получалось, честно сказать, не очень. Из головы не шло все то, что ей довелось увидеть…

Она оглядела комнату. Чисто машинально, ничего не разыскивая. И наткнулась взглядом на тот самый блокнот, который Андрей давал ей недавно у бассейна. Тот самый, в котором он писал свои стихи.

Лена взяла блокнот с тумбочки и пролистала, особо нигде не задерживаясь. Наткнулась на то самое раскритикованное ею стихотворение. "Цитадель ненависти". Прочла еще раз и поняла теперь, какой именно смысл Андрей вкладывал в эти строки.

Пустите зло наружу, дайте мне свободу!

Пусть с плеч слетят к чертям все головы уродов!

Я буду сильным, в душе прекрасным палачом!

Вершить, судить, кромсать и резать, не сожалея ни о чем!

Да уж, для него-то это точно кое-что означало. На глаза Лены снова навернулись слезы. Она просмотрела оставшиеся листы блокнота. Все пустовали. Лишь только на последней странице, почерком Андрюхи было написано:

"Герой нашего времени"

16.09.2008

Этому стихотворению было почти пять лет, что Лену весьма удивило. Она и предположить не могла, что этот блокнот Андрей, как получается, прихватил с собой из дома в тот день, когда они сбежали. И зачем? Неужели он был настолько ценен для него? Лена уставилась в строки этого произведения.

Порой бывает сложно сделать выбор,

Решить все раз и навсегда, в момент…

Но ты идешь вперед, сейчас ты лидер.

А все проблемы – только лишь фрагмент.

Фрагмент большой истории героя,

Которому все беды – ерунда.

Готов решить проблемы все без боя,

Лишь бы она сказала тебе "Да"…

А все проблемы, подлости, невзгоды

С ухмылкой сможешь ты преодолеть.

Ведь это все внутри твоей природы,

Ты выше тех, кто просто хочет умереть!

Ты – тот герой, которого все ждут,

Ты борешься и не сдаешься никогда,

Ведь знаешь – беды все равно уйдут,

Она останется с тобою навсегда.

Ты твердым шагом мчишься над землёю,

Не отходя от цели ни на шаг…

Ты знаешь, что весь мир душой с тобою,

Пусть даже если говорят не так.

Твой острый меч все режет на корню,

Тебя боятся те, кто глуп и слаб,

Ты строишь мир, и непростую жизнь свою

Ты знаешь, что ты прав, и будет только так!

Стихотворение брало за душу, тут уж ничего не скажешь. Лене понравилось все, каждая строка и каждое слово. Этот стих читался так, как будто Андрей вкладывал в него всю свою душу, будто бы даже не он сам его написал, а кто-то другой, но именно о нем.

Лена снова перечитала стихотворение от начала до конца.

Ты – тот герой, которого все ждут,

Ты борешься и не сдаешься никогда,

Ведь знаешь – беды все равно уйдут,

Она останется с тобою навсегда.

Этот эпизод зацепил ее куда больше остальных. Слишком уж искренне он звучал. И хоть они тогда еще не знали друг друга, и Андрей, скорее всего, имел в виду какую-то другую, а, может быть, и вообще абстрактную девушку, Лена словно чувствовала, что эти строки – о том, что происходит с ними сейчас.

– Ведь знаешь – беды все равно уйдут, она останется с тобою навсегда, – прошептала Лена и снова заплакала.

Теперь она была готова выслушать его и поговорить. Вот только Андрей находился уже слишком далеко от нее. И она даже не представляла, насколько.

* * *

Все же страх – самый плодотворный способ управления людьми. Четыре с половиной часа Андрей летал по ночному городу, но так ни на кого и не наткнулся.

Ужас перед жестокой казнью вразумил не только уличные банды, но и его собственных фанатиков, что, в принципе, не могло не радовать.

"Еще полчасика, а потом вернусь домой, – подумал он, сидя на краю крыши десятиэтажного дома, – попробую поговорить с Леной еще раз, а если не выйдет – уйду навсегда".

Этим планам не было суждено сбыться. Словно по заказу, слух Андрея прорезал пропитанный отчаянием женский вопль:

– Отстаньте, твари! Не надо! Пожалуйста! Пустите, сволочи!

"Вот оно!" – вспыхнул сигнал тревоги в мозгу Андрюхи, и он тут же спрыгнул с крыши вниз, в свободном падении вытягиваясь в струнку.

"Быстрее!" Он помчался на крик с огромной скоростью. Женщина не переставала просить о помощи, Андрей петлял между зданий, думая лишь о том, чтобы не опоздать.

Звук был уже совсем рядом. Андрей приземлился и, не теряя скорости, бегом ворвался в подворотню, из которой доносился вопль.

Девушек было двое. Только вот одна из них уже лежала на земле без движения, а другую зажали в углу на стыке двух зданий четверо мужчин.

Андрей на бегу перепрыгнул через тело, здраво рассудив, что не имеет времени на то, чтобы проверять, жива она или уже нет. Так он мог только потерять возможность спасти последнюю.

Когда его и мужчин разделяло меньше десяти метров, Андрей закричал во всю глотку:

– Стоять, твари!

Одновременно с этим он сотворил четыре кисти и одним движением мысли расшвырял мужчин по сторонам, швырнув их об стены, здраво рассудив, что совершать массовое убийство при находящейся в сознании свидетельнице точно уж не стоит.

Только вот девушка, спасенная им, на до смерти перепуганную ну никак не тянула.

– Группа! На центр! – закричала она.

И только потом Андрей заметил в ее руках пистолет..

Выстрел прогремел раньше, чем Андрюха успел сориентироваться.

Не прошло и секунды, как пуля ядовитым жалом вонзилась в его живот. Майка тут же пропиталась кровью, а Андрея скрутила чудовищная боль. Падая на колени, он огромным усилием сотворил единственную кисть и, сам до конца не осознавая, что именно он делает, резко махнул ею наискось.

На его глазах размазанный серебристый след промчался от плеча девушки до ее талии по диагонали, а потом верхняя часть ее тела съехала набок, как и положено в таких случаях – с фонтанами крови и россыпью внутренностей.

Андрей рухнул на спину одновременно с тем, как из темного переулка выбежали пятеро бойцов спецназа, вооруженные до зубов.

– На колени, сука! Вставай, мразь, руки за голову! – заорал один из них, держа винтовку наготове.

Кровь не останавливалась, рана была глубокой. Андрей зарычал от боли и поднялся на колени, сложив руки на затылке, как и было приказано. В его глазах помутилось, когда он создал все четыре кисти и швырнул их в спецназовцев.

И…

Ничего не произошло.

Абсолютно ничего. Он не смог дотянуться до спецназовцев. Предел, как выяснилось, был и здесь. Все четыре кисти замерли перед горлами четверых "спецов" на расстоянии около десяти-пятнадцати сантиметров, не больше.

"Длина моих кистей примерно тридцать метров…" – совсем недавно сказал ему Альфред, а Андрей так и не удосужился узнать, что же именно это значило.

И эта ошибка легко могла стать для него последней.

Сзади спецназовцев с земли поднялась девушка, которую Андрей перепрыгнул, забежав в переулок. Тогда-то он окончательно и понял, насколько хитрую засаду они на него устроили.

В памяти сама собой всплыла фраза из давнишнего диалога с Олегом. Из разговора того самого дня, когда Андрюха впервые полетел у друга на глазах во время пробежки.

"… когда люди в кино идут с такими проблемами к ученым, то их сажают в клетку, анализируют, потом, возможно, убивают и извлекают мозг для дальнейших исследований".

Сдаваться в плен Андрей не собирался. Хоть жизнь и покидала его с каждой секундой все быстрее, вместе с вытекающей из раны кровью, он не мог не попытаться сыграть свой последний аккорд.

– Не подходите к нему! – закричала девушка спецназовцам. – Вы до сих пор живы, потому что он ограничен в дистанции!

Одновременно с ее словами, Андрей изо всех сил оттолкнулся от земли и швырнул свое тело на жалких полметра вперед…

Но этого хватило, чтобы кисти, наконец-то, вцепились в глотки четверых солдат.

Их шеи хрустнули одновременно с тем, как пятый открыл огонь по месту, где тело Андрея находилось секунду назад. Четыре пули очень кучно вошли в его правое бедро, Андрюха, оскалившись, крутанулся на земле, испытывая мучительные боли во всем теле, и, сорвал с плеч голову последнего.

– Быстрее! – проревел он и взмыл с запачканного кровью асфальта…

Девушка вскинула пистолет и выстрелила пять раз.

Три пули пролетели мимо, одна оцарапала правое плечо Андрея, а последняя пробила грудь навылет…

Он мгновенно потерял координацию в пространстве и, двигаясь чисто по инерции, врезался всем телом в бетонную стену здания, после чего мешком рухнул вниз с высоты около двух метров.

Голова кружилась, кровь заливала туловище, а свет в глазах мерк с каждым новым вдохом. Боль в груди перекрывала боль в животе. После удара об асфальт Андрею показалось, что из него вылилось литров десять крови, хоть такое в принципе было невозможно.

Он терял сознание.

Умирал.

Не радовала даже мысль о том количестве убийц, насильников и грабителей, на которое он сократил население этого города. В мозгу висело лишь чувство вины за смерти пятерых солдат, которые, по большому счету, лишь выполняли чей-то приказ…

Сил не хватало на то, чтобы перевернуться с живота на спину, не говоря уже о том, чтобы еще раз попытаться улететь.

– Как же глупо все вышло, – прохрипел он, обращаясь к самому себе и постепенно начиная бредить.

Девушка кричала что-то в рацию, но Андрей не расслышал ни единого слова. Он провел рукой по ране и измазался в кровь.

– Не верю, – выдавил он из себя.

Самым обидным было то, как именно он расстался с Леной. Теперь уж точно не будет возможности объяснить ей, почему он поступал так, а не иначе. Вышло так, что отныне в ее глазах он навсегда останется спятившим маньяком.

"Снова увидишь меня в новостях, – подумал он, уже с трудом формируя мысли, – как же хреново все кончилось… твою мать…" Сознание оставило его. Андрей лежал на земле лицом вниз в луже собственной же крови, окруженный обезглавленными телами пятерых спецназовцев.

Из темного переулка выбежали двое мужчин с носилками, сопровождаемые еще одним отрядом спецназа.

– Быстро! – закричала им девушка. – Грузите! Мы не должны его потерять!

Часть пятая

"По ту сторону баррикад"

28

Уэса пустили в палату только спустя неделю после проведенной на байкере операции. Убийце залатали живот, грудь и ногу, наложив швы, и дополнительно накачали снотворным, дабы он не пришел в себя раньше положенного времени.

Цель у Тайлера была простой и понятной – извлечь из мозга байкера абсолютно всю информацию. Подчистую. А далее действовать по ситуации, которую должны были обрисовать уже после оценки доставленной Уэсом инфы.

Вот только когда Уэсли, наконец, проник кистью в мозг парня, то увидел там не совсем то, что ожидали увидеть пославшие сюда Тайлера люди.

Андрей действительно оказался своего рода "романтиком революции" из разряда тех, которые хотят сотворить бриллиантовый мир для всех. Без убийц, насильников, воров и подобных им отребьев цивилизации.

Увидев глазами Андрея гибель его друга, Уэсли окончательно уверился в мысли о том, что не станет тем, кто отправит парня на эшафот.

– Я ничего не смог прочитать в его мозгу, Билл, – соврал он получасом позже. – Ни единой мысли и никаких зацепок в принципе. Он каким-то образом блокирует все попытки проникнуть в свой разум на подсознательном уровне. Это очень круто, Билл. Я вот так не умею.

– Твою мать! – старик со злости хлопнул ладонью по столу. – Ты все еще восхищаешься им, Уэс?! После того, как он зарезал девчонку и пятерых спецназовцев?!

Тайлер промолчал, потому что тут же вспомнил, как сам совершил убийство, за которое временами его мучила совесть. Андрей сделал, конечно, не то же самое, однако, в подобной Уэсу ситуации. Защищаясь от оружия.

– Не нам его судить, – произнес он вслух. – Не мне уж точно.

– Ты уверен в том, что ничего не нашел? – подозрительно покосился на Тайлера Билл. – Или просто сотворил себе кумира, Уэс?!

– Ничего не нашел, – твердо ответил Уэсли и вышел из комнаты в коридор. Выдохнул и провел ладонью по вспотевшему лбу.

Он не знал, что ему делать. Вспомнил лишь разговор со своей девушкой, которую, кстати, именно Андрей вырвал из лап насильников:

"Как я могу согласиться с подобным? Мы находили хотя бы один обезглавленный труп, который был бы обычным жителем, а не одним из тех уличных мразей, которые насилуют, грабят и убивают каждый день?! Да, я не согласен с Биллом, потому что как по мне – так пока он валит всякую шваль, остальным от этого хуже не становится".

И еще кое-что…

"Как я вообще могу испытывать ненависть к человеку, который фактически подарил мне тебя?" Теперь Уэс намертво замер на распутье, совершенно не зная, в какую же сторону ему свернуть.

* * *

Первым, что смог почувствовать Андрей, вернувшись в сознание, была тупая пульсирующая боль в животе и груди. Едва разлепив глаза, он покосился вниз и увидел два практически сросшихся шва в тех местах, куда попадали пули. Из одежды на нем остались лишь его собственные пламенные джинсы, из которых торчали две трубки. Судя по ощущениям, это была система, промывающая кишечник и обеспечивающая туалетные функции. Трубки вели к небольшой машине, которая слегка гудела, и этот звук сразу же начал раздражать. На ногах и руках он увидел замкнутые браслеты, которые обеспечивали сокращение мышц. Значит, кому-то было необходимо, чтобы он оставался подвижен.

– Неплохо, – пробормотал Андрюха.

Он осмотрелся. Место, в котором он очутился, никак не походило на больницу, скорее уж на тюрьму. Бетонные серые стены, единственная койка, к которой он был привязан кожаными ремнями по рукам и ногам, а также десять человек спецназа по периметру комнаты. Все – с автоматами наизготовку, облаченные в бронежилеты и шлемы, без единого уязвимого места для пуль.

– Он очнулся, – тут же сообщил один из бойцов в рацию, которую мигом сорвал с пояса, когда Андрей пришел в себя и начал бормотать.

"Неплохо, – повторился Андрей, но уже в мыслях, – хотя бы жив остался. А что теперь?" Мозг был словно чем-то одурманен. Соображалось весьма медленно, больше никаких побочных эффектов Андрей не ощущал. Нужно было выбираться отсюда как можно быстрее. Разве кожаные ремни способны удержать его на этой койке?

Чушь. Он ведь банкоматы разрывал с помощью кистей, головы откручивал. На что рассчитывали те, кто привязал его таким вот образом?

Оставалось лишь найти способ, как перебить десять человек охраны в комнате.

"Для начала надо удостовериться, смогу ли я выдержать дистанцию, – подумал Андрей, – не хватало еще не дотянуться, как в прошлый раз, твою мать".

Он сосредоточился на том, чтобы сотворить хотя бы одну кисть, и…

Ничего не произошло. Ровным счетом ничего. Его разум все так же плыл в облаке неведомого дурмана и отказывался воспринимать команды.

"Невозможно! – Андрюха был шокирован. – Каким дерьмом меня напичкали?! Наркотиками?! Что с моим мозгом?!" Он запаниковал и, собрав все силы, что у него только оставались, направил их на создание одной единственной кисти.

Она появилась, правда, лишь на пару секунд, после чего у Андрея потемнело в глазах, и он снова едва не потерял сознание.

В свете новых обстоятельств кожаные ремни не выглядели таким уж бесполезным способом сдерживания. Скорее наоборот…

Андрей осмотрел себя гораздо внимательнее, нежели в первый раз, и заметил слегка опухшее место на вене правой руки, которое выглядело так, будто туда наносили уколы, причем не один раз.

"Вот и ответ, – понял Андрей окончательно, – знать бы еще, что именно мне здесь колют".

Оптимизма ситуация совершенно не внушала. Впору уже было появиться ученым, которые должны были разобрать его на части…

Но, когда открылась дверь, внутрь зашел человек, на ученого не похожий даже отдаленно.

Короткая стрижка, но, впрочем, не настолько, как у Андрея, бородка по контуру лица, одет в рубашку с коротким рукавом и светлые джинсы. Довольно мощные руки, не накачанные, подобно бодибилдерским, а скорее просто сильные и функциональные. Своим телосложением и мускулатурой он очень напоминал самого Андрюху.

"Ты еще кто такой?" Уэсли, а это был именно он, внимательно посмотрел Андрею прямо в глаза.

"Послушай меня, байкер, – подумал он, – надеюсь, что ты умеешь читать мысли и поймешь, что все, что будет разыгрываться сейчас, не более чем фарс перед спецназом. Если ты слышишь это сейчас, то дай мне понять, что понимаешь меня. Подумай о чем-нибудь, я сосредоточен на твоих мыслях".

"Что это за тип? – подумал Андрей. – На ученого не похож. Неужели федерал?" Уэс считал эту информацию и не понял, как именно ее расценивать, поэтому предпринял еще один ход:

"Я не федерал. И не агент каких-либо спецслужб. Наемник, волею случая здесь оказавшийся. Ты понимаешь меня?" "Да какого хрена этот урод на меня пялится?!" – раздраженно подумал Андрей.

"Провал, – понял Уэс, – значит, придется играть свою роль".

– Попался, наконец, психопат? – с ухмылкой поинтересовался Тайлер.

В мозгу Андрея плыл туман. Сложно было привести все мысли в порядок, голова словно была создана из ваты.

– Трудновато соображать? – снова нарушил молчание Уэс. – Наверное, вообще все процессы в ступоре?

– Кто ты? – медленно выдавил из себя Андрей. – И почему я тут? Зачем я все еще жив?

– Меня зовут Уэс. Собственно, это все, что тебе нужно обо мне знать, – Тайлер задумался, прикидывая, как же невзначай слить байкеру часть информации, не вызвав подозрения спецназовцев, – а что касается второй части твоего вопроса… хм. А ты, урод, думал, что запросто перевалишь под сотню человек, а потом тебя в зад поцелуют?! Думал, что таким, как ты, можно везде летать, где только вздумается, творить то, что в голову придет, резать, кромсать?! А потом все просто так возьмет, да обойдется?! Последствия есть всегда.

– Тебе не понять, зачем я это делал, – еле слышно ответил Андрей.

"Да нет, я-то прекрасно тебя понимаю".

– Мир хотел лучше сделать? – цинично хохотнул Уэс вслух. – И как? Успешно? Знаешь, сколько я перевидал таких психопатов?

Андрей проигнорировал это.

– Почему вы меня не убили, сволочи? – задал он вопрос, внимательно глядя Уэсу прямо в глаза.

– Понятия не имею, – пожал плечами Тайлер, – но наркотой тебя точно накачали не для того, чтоб ты кайфанул здесь. Может, на органы пустят? Или будут изучать? Или пытать за убитых спецназовцев?

Андрей похолодел.

– Мозг под воздействием наркотика, – Уэс, наконец, нашел способ выдать хоть какую-то правду, напоказ издеваясь над Андрюхой, как только получалось, – поэтому и мысли плывут. Я искренне удивлюсь, если твоих сил хватит на единственную кисть.

– Если я выберусь отсюда, то оторву тебе руки и ноги! – прорычал Андрей.

Уэсли рассмеялся и открыл дверь.

– Ты будешь подыхать долго и мучительно, – сказал он напоследок и вышел.

В коридоре Тайлер привалился спиной к стене и потер лоб.

– Твою мать, насколько же все сложно, – еле слышно прошептал он.

В кармане джинсов зазвонил мобильник.

– Слушаю, – ответил Уэс.

– Зайди ко мне. Срочно, – прозвучал из динамика твердый мужской голос.

– Уже иду, – ответил Тайлер и сбросил вызов.

Он двинулся вперед по коридору подвального этажа полицейского участка, в котором и держали Андрея. Тайлер не знал, зачем они держат байкера живым, однако кое-что другое, весьма полезное, ему раскопать все же удалось.

Андрюху взяли без предъявления обвинений, ордера и прочей обязательной для американцев бумажной волокиты. Более того, эта операция не была санкционирована ни одной спецслужбой мира, поэтому все данные, которыми они располагали, хранились здесь же, в этом самом здании. Если бы их вдруг раскрыли, то в считанные секунды все то, что происходило здесь последнюю неделю, перестало бы существовать. Уэс был уверен, что не нашлось бы ни единого свидетеля, способного подтвердить это. Он и сам узнал это абсолютно случайно, мельком прочитав мысли Кэт, бывшей напарницы Билла, пока ехал с ней в лифте. В отличие от старика, девушка не знала о способности Уэса читать мозги других людей. Эту тайну Билл не открыл никому, используя ее как собственное личное преимущество перед всеми, с кем он и Тайлер имели общие беседы.

Только одно Уэсли успел уяснить на сто процентов. Кэт набирала группу телекинетиков. Зачем – он узнать не успел. Был, конечно, громадный соблазн просканировать ее мозг полностью, извлечь оттуда все подчистую, но…

Это было то самое "но", об которое обычно ломаются любые идеи. Уэс даже не представлял, как такое дело провернуть в этом без пяти минут бункере, не попавшись никому на глаза. К тому же, после того случая Кэт он не видел ни разу.

На самом деле, подключив ее в качестве основной поисковой силы, Билл практически самолично отдал девушке бразды правления операцией, мигом скатившись до очередной пешки. Тайлеру повезло немногим меньше, за исключением того, что его посвящали в несколько большее количество деталей, поскольку его способности были необходимы.

Уэс был назначен главой охраны палаты Андрея. Он же и отвечал абсолютно за все, связанное, так или иначе, с происходящим в камере, где того держали. Это было логичным, поскольку именно Тайлер являлся единственным, кто мог отследить создание заключенным кистей. Разумеется, назначен был неофициально, скорее даже поставлен перед фактом, потому что до конца раскрывать перед ним карты никто не собирался.

Сейчас Уэса вызвали в кабинет, в котором располагался солидного вида мужик в деловом костюме, имени которого Тайлер не знал, да и вряд ли узнал когда-нибудь. Ему было велено величать того не иначе, как "Босс".

Все, что Уэсли успел понять о нем, так это то, что по щелчку пальцев этого мужика все, и даже Кэт, которая была в этом деле завязана максимально близко к Боссу, тут же начинали прыгать, даже не спрашивая, насколько высоко это нужно делать. Приказы этого человека не обсуждались никем и никогда.

"Билл, зачем ты втянул себя и меня в это дерьмо?" – мрачно подумал Уэсли и толкнул дверь от себя.

Помимо Босса в кабинете находилась девушка, которую до этого Тайлер здесь ни разу не видел. Неплохая фигура, среднего роста, карие глаза, шатенка. Лицо строгое, если даже не сказать, что суровое, явно не по ее годам.

"Очень даже ничего, – отметил Уэс, – вполне в моем вкусе".

– Докладывай, – без всяких прелюдий тут же приказал Босс.

– Объект очнулся. Как мы и предполагали, он не может ничего. Наркотик блокирует его способности, хоть и не вызывает эффекта галлюцинаций, подобно тем, что ловят обычные наркоманы. Но это уже специфика усиленного мозга любого сверхчеловека. Это вам и без меня должно быть прекрасно известно.

Босс кивнул.

– О его личности все так же ничего не известно?

Уэс покачал головой.

– Ни в одной известной нам базе данных спецслужб и внутренних служб безопасности он не проходит. Парень чист. Фотография его лица, сделанная нами, не идентифицируется ни в одной базе данных. Непонятно, как он вообще попал в страну. У него есть паспорт, в котором стоит имя Фрэнк Мир, это все, что нам удалось пробить. По нему он покупал мотоцикл. Но это же чистой воды фарс! – развел руками Тайлер. – Документы явно поддельные, отследить не удалось.

– Почему поддельные? – не понял Босс.

– Фрэнк Мир, прописан в Лас Вегасе, день рождения 24 мая – все эти данные – о реально существующем человеке. Это боец UFC, бывший двукратный чемпион в тяжелом весе, – объяснил Тайлер. – Наш убийца – просто фанат смешанных единоборств.

Босс хмыкнул и потер подбородок.

– Ладно, а в мозгах его ты больше не копался?

– Нет, – честно ответил Уэс, – я пытался сканировать его мысли, пока говорил с ним, но не увидел ничего важного. Каким-то образом он их прячет от меня.

– Может, он уже имел контакт со способным прочесть мысли человеком?

– Откуда мне знать? Все возможно. Я вообще никогда не встречал еще подобных себе людей. Он первый.

– Ну это ты, – многозначительно возразил Босс. – В общем, мне все понятно. Можешь идти.

Уэс кивнул. Бросил заинтересованный взгляд на девушку, до сих пор не проронившую ни слова, и вышел из кабинета.

Босс ухмыльнулся.

– Надо же. Никогда он, значит, таких еще не встречал.

– Я просто прятала мысли и не пыталась даже залезть к нему в голову, мало ли, почувствует, – улыбнулась в ответ девушка.

Босс надолго задумался.

– Мы в любом случае обязаны проверить, знает ли объект людей вашей с ним категории, Ребекка. Но никому из простых людей он этого не скажет совершенно точно.

– Ты хочешь, чтобы я пошла к нему и выпытала всю информацию? Уверен, что это не опасно?

– Пойми, Бекки, – поморщился Босс, – он находится в полумертвом состоянии, там десять отлично вооруженных человек. Разве я отправлю свою дочь туда, где ей может грозить хоть какая-нибудь опасность?

– Ты отправил меня за тем летуном в Шанхай, – тут же парировала девушка, – а он оказался бойцом Триады! Я чудом оттуда выбралась живой! Сегодня первый день за последнее время стою на родной земле, и поверить в это до сих пор не могу!

– Бекки, пойми одно, мы не сможем достигнуть своей цели без подобных ему людей. Мне наплевать, по большому счету, почему он казнил всех тех людей на улицах. В конце-концов, после зачистки его мозг станет открытой книгой, а мы сами расскажем ему все, что необходимо знать. Если же он согласится сам примкнуть к нам, то это будет еще лучше, но…

Он промолчал, словно что-то прикидывая.

– Но ты лучше меня должна понимать, насколько громадную ценность представляют другие летуны и телекинетики. Мы не можем упустить подобного шанса. Не знаю, что рассказывал ему Уэс, но тебе я позволяю раскрыть перед тем парнем все карты. Поговори с ним, а если заподозришь хоть намек на подозрительность – зачисти его. Договорились?

– Ладно, – после минутного раздумья согласилась Ребекка. – Давай сделаем это.

29

Эл, как и половина населения Майами, конечно же, смотрел видео расправы палача над своими поклонниками. Этот ролик зародил в нем нешуточный интерес и новый стимул к поимке неуловимого киллера. Возобновив свои ночные патрули, Альфред, спустя пару дней, наткнулся на городские слухи о том, что какой-то парень в шлеме убил пятерых спецназовцев, после чего был расстрелян, погружен на носилки и вывезен в неизвестном направлении. Якобы кто-то увидел это из окна ближайшего к месту расправы здания. Рассказывали, что этот байкер летал, а головы спецназа отрывались сами по себе. Для любого обычного человека это прозвучало бы как полнейший бред, но Эл был не в их числе. Он начал серьезно обдумывать и анализировать имеющиеся у него на руках факты, и в конце концов пришел к выводу, что этим палачом на семьдесят процентов являлся Андрей.

Ведь все-таки, логика в этом имелась. Эл не успел проверить его единственного из тех, чьи возмущения в силе мог отследить. Альфреда спугнула информация о фанатах убийцы, что стало полезной информацией и для Андрея. Спустя некоторое время, начались расправы над последователями, а после – любые схожие по почерку убийства с отрезанием голов закончились сами собой.

В пользу теории Эла говорило также и то, что, последив пару дней за домом Андрея, он заметил там только его девушку, находившуюся в состоянии глубокой и непрекращающейся депрессии. Очевидно было, что для нее Андрей исчез так же быстро и бесследно, как и для Альфреда.

Значит, оставалось найти Андрюху, чтобы окончательно убедиться в правдивости этих предположений.

А в этом Альфреду, как ни странно, помог самый банальный случай.

Как-то раз ему на глаза попался Уэс Тайлер, выходящий из полицейского участка. На входе Уэсли остановился и перекинулся парой слов с наголо выбритым мужиком, одетым в строгий черный костюм, который у Эла мигом начал ассоциироваться с федеральным агентом.

Конечно же, Тайлер не узнал бы Альфреда, даже если столкнулся бы с ним лицом к лицу. Эл на совесть поработал с его мозгами после того несчастного случая с убийством девушки уже почти четырехмесячной давности. Альфред, в свою очередь, помнил, чем Уэс зарабатывал на жизнь, а также знал, что на службе в полиции Тайлер не состоял и вряд ли когда-нибудь обратился бы к ним за помощью. Так что выглядело это все весьма странновато.

Ни один телекинетик на памяти Эла еще ни разу не сотрудничал с копами. Никогда. слишком уж они все верили в свою исключительность, неограниченность и неуязвимость перед законами, обходить которые им прекрасно помогали сверхспособности. Хотя, выход Тайлера из участка вполне мог быть обычной случайностью, мало ли, что могло произойти? Нельзя было отмести вероятность того, что Уэс просто привлекался по какому-нибудь делу в качестве свидетеля, верно ведь?

Однако, Эл в это совершенно не мог поверить. Поэтому он провел свою собственную проверку и проследил за Тайлером в течение следующих трех дней.

Каждый раз тот приходил в участок строго в одно и то же время, уходя, напротив, постоянно по-разному. Эл нутром чувствовал, что именно в недрах этого здания он и узнает всю настолько интересующую его правду об Андрее.

Дождавшись начала очередного утреннего визита Тайлера, Эл выждал с полчаса, дабы не столкнуться с Уэсом в участке, и проник в участок под видом обыкновенного посетителя.

Прямо перед стендом с информацией, Альфред столкнулся с тем самым выбритым громилой, за разговором с которым он и заметил Тайлера. Это было ему только на руку.

– Сэр! – агент вытянул перед собой руку. – Немедленно покиньте территорию участка. Объект закрыт.

Мгновенно Эл сотворил кисть и запустил ею внутрь черепной коробки агента. Пара секунд – и Альфред знал подробнейший план здания, не оставив при этом не малейшего упоминания о себе в мозгу мужчины.

Игры с человеческим мозгом – крайне полезное умение. План участка в виде объемной картинки висел прямо перед глазами Эла. Теперь он в точности знал, куда ему следовало идти.

По подвальному этажу Альфред пронесся как тяжелый танк, моментально оглушая всех на своем пути, заодно стирая себя из их памяти. Еще через минуту он стоял перед массивной железной дверью, за которой отчетливо слышал голос Уэса. Спустя пару секунд, заговорил и Андрей. Пусть даже голос звучал слабо и натужно, не опознать его Эл не мог.

– Почему вы меня не убили, сволочи?

– Понятия не имею, – ответил Тайлер, – но наркотой тебя точно накачали не для того, чтоб ты кайфанул здесь. Может, на органы пустят? Или будут изучать? Или пытать за убитых спецназовцев? Мозг под воздействием наркотика, поэтому и мысли плывут. Я искренне удивлюсь, если твоих сил хватит на единственную кисть.

– Если я выберусь отсюда, то оторву тебе руки и ноги! – прорычал Андрей.

Уэсли рассмеялся и открыл дверь, все еще находясь к ней спиной. Эл мигом взлетел вверх, прижавшись спиной к потолку, и создал десяток кистей вокруг себя, готовясь ко всему.

– Ты будешь подыхать долго и мучительно, – сказал Уэс Андрею и вышел, захлопнув за собой дверь.

В коридоре Тайлер привалился спиной к стене прямо под Альфредом и потер лоб.

– Твою мать, насколько же все сложно, – прошептал он.

Эл уже прикидывал возможный план действий, но тут в кармане джинсов Тайлера зазвонил мобильник.

– Слушаю, – ответил Уэс.

– Зайди ко мне. Срочно, – прозвучал из динамика твердый мужской голос.

– Уже иду, – ответил Тайлер и сбросил вызов.

Он и впрямь тут же отделился от стены и двинулся вперед по коридору. Свернул направо, и Эл, наконец, смог приземлиться, не убирая при этом кистей.

На двери было крохотное окошко, через которое, видимо, когда-то передавали еду заключенным в камере. Эл осторожно приоткрыл его и заглянул внутрь.

Андрей выглядел ужасно. Он был бледен как мел, под глазами нависли громадные синяки, лицо было сплошь покрыто минимум недельной щетиной. Эл отметил, что Андрея привязали к кровати.

Альфред усмехнулся. Убийца, наконец, был пойман, а, значит, его работу все-таки выполнили за него же другие люди.

"Миром будут править сильнейшие, – подумал Эл, – крови не прольет никто!" Напоследок он кинул еще один быстрый взгляд на Андрея. Выбраться отсюда было практически невозможно.

– Подыхай здесь, – тихо сказал Эл и отошел от двери.

* * *

Лена обзвонила все морги и больницы, все полицейские участки, номера которых смогла найти. Каждый раз, когда кто-то попадал хотя бы приблизительно под описание Андрея, ее сердце начинало колотиться с невероятной скоростью. Но, приезжая в морг, участок или больницу, она вновь и вновь видела только лишь незнакомых людей.

Андрей пропал бесследно.

Из мозга Лены никак не шла мысль, что его схватили секретные спецслужбы. Кто знает причину? Они могли пронюхать о совершенных ими грабежах, а могли и о ночных казнях…

И Лена больше склонялась ко второму варианту, поскольку, если бы причиной всему стали ограбления, то кто-нибудь пришел бы и за ней. Однако, дни тянулись, а она все так же оставалась одна.

Но все это было совершенно неважно для Лены. Лишь одна мысль по-настоящему не давала ей покоя.

"Только бы Андрей не находился сейчас на волосок от смерти…" О том, что он уже может быть мертв, она запрещала себе думать.

* * *

Не прошло и десяти минут, как из камеры ушел Уэс, как дверь снова отворилась, и внутри появилась Ребекка. Она полностью проигнорировала спецназовцев, они тоже восприняли ее появление как нечто должное, и села на край кровати Андрея, окинув его оценивающим взглядом.

– Здравствуй, палач, – холодным тоном сказала она. – Имей в виду, я смогу отследить любое перемещение твоих кистей, хотя навряд ли тебе под силу будет их сейчас создать. Тебе, честно говоря повезло, что тебя до сих пор не перекачали наркотиками до смерти. Но это преимущество подобных нам мозгов. Обычный человек бы уже подох давно.

– Спасибо и на этом, – пробормотал Андрей.

– Чем тебя тут кормят? – внезапно спросила Ребекка.

– Не знаю. Я очнулся недавно. Кто ты? И что нужно от меня?

– Как тебя зовут? – вопросом ответила девушка.

– Фрэнк, – ответил Андрей.

– Хм, надо же, – Ребекка потерла подбородок. – Тогда ответь мне, зачем ты согласился на бой с Джуниором Дос Сантосом, имея всего месяц на подготовку? Голову не жалко было?

Андрей даже не знал, что и ответить.

– Я родом из Лас Вегаса, – пояснила девушка, – и Фрэнка Мира, двукратного чемпиона в тяжелом весе, у нас знают очень многие. Да и девушки тоже смотрят UFC. Так что твое липовое имя не подходит. Попробуй еще раз.

– Фрэнк, – упрямо повторил Андрей.

Ребекка рассмеялась.

– Ладно, – пожала плечами она. – Фрэнк, значит Фрэнк. И как же ты попал сюда, мистер Мир?

– Прилетел. Из Вегаса.

– Сам?

– Да. Я прилетел один.

– Сам летел? – повторила девушка.

– На самолете. Думаешь, что мне под силу такой перелет?

– Понятия не имею, – сказала она. – Я ограничена в способности летать, так что в этом не разбираюсь. Да и твоих возможностей не знаю, кроме того, что рассказали очевидцы в эпизоде со спецназом недельной давности.

– Ровно как и я не знаю твоего имени, – парировал Андрей.

– Джина Карано, – в тон ему соврала Ребекка, назвавшись именем бывшей чемпионки лиги StrikeForce.

Андрей усмехнулся. Она приняла правила игры, и это было забавно.

"Если бы еще не эти гребаные петли и наркотик, – подумал он, – лучше бы мы говорили где-нибудь в другом месте…" – Другого места не будет, – холодно возразила Ребекка, дав понять Андрею, что для нее не составит проблем прочитать его мысли, – во всяком случае, сейчас. Но я задам тебе несколько вопросов, в зависимости от ответов на которые и будет решаться твоя дальнейшая судьба.

– Я слушаю, – ответил он.

– Зачем ты убивал людей, Фрэнк?

Андрей вздохнул.

– Это были не люди. Скот. Сброд. Животные. Насильники, убийцы, грабители. Один из них убил бы ребенка, не задумываясь, если бы я не вмешался.

– А ты сильно задумывался, когда сам их убивал?

– Нет, – сходу ответил Андрей. – Там думать было не о чем. Я не принес в этот мир столько грязи, сколько они.

– А как же фанаты? Думаешь, эти убивали выборочно? Разыскивая самых отмороженных уличных бандюков?

– Вряд ли, – честно ответил Андрей, – но с ними я сам разобрался, в довольно сжатые сроки.

– Забавно звучит. А что бы ты сказал семьям тех, кого убил ты или твои фанаты? Ведь у каждого из тех, чья голова отделялась от тела, были родители, может, братья и сестры, а у некоторых жены и дети. Что бы ты сказал им, Фрэнк?

Андрей поморщился.

– Мир, весь этот гребаный мир, который вокруг нас с тобой, уже давно прогнил насквозь. Он разрушен именно такими вот тварями, которые убивают женщин и детей, не думая, что эти женщины и дети немногим отличаются от тех, что ждут их дома. Они ради денег или дозы легко зарежут беременную девушку, отрежут голову ребенку! И что мне сказать их семьям? Только одно. Мне в корне наплевать, есть ли у них вообще семья, потому что не это меня интересует, а то, сколько грязи подобный поддонок принес в мир. И будь он хоть отцом-одиночкой десяти детей сразу – уверяю, меня это не остановит, если он убьет другого ребенка ради денег в его карманах! Кем бы они не были – такие выродки жизни не достойны! А если вы считаете иначе, то посмотрите сперва на себя, ублюдки! – не выдержал Андрей и сорвался на крик. – Вы носите строгие деловые костюмчики, играете в службу справедливости, а за вашими спинами процветает подобный сброд. Да вы такие же точно суки, как и все они! Как все те, кого я убивал! А, может, даже и хуже! Гораздо хуже! Разница между мной и тобой в том, что у меня хватило духа попытаться исправить все это с помощью силы, которой я обладаю! За свою попытку изменить мир я отвечу не перед такими как вы, трусливые, лицемерные мрази! Вы бездействуете, а потом говорите, что символизируете справедливость! В задницу такую справедливость! Сидите дальше в своих удобных креслах, а отребье на улицах пусть убивает. Я попытался противостоять, и уже поэтому я лучше всех вас, вместе взятых! А ты так никогда не сможешь! Потому что слабакам на роду написано сидеть и ждать, пока в один прекрасный день не придут и за ними! Ты же наделена силой высшей расы! Так почему в подворотнях вокруг тебя до сих пор умирают люди?!

Девушка мрачнела на глазах.

– Лучше убейте меня! – сердце в груди Андрея колотилось так, что он даже не ощущал уже действия наркотика. – Потому что, если я каким-то чудом выберусь отсюда, клянусь, я перережу вас всех до единого!

Ребекка встала с кровати.

– Понятно, – только и сказала она. – Ну что ж…

Две кисти появились настолько быстро, что Андрей не успел даже попытаться что-нибудь предпринять. К горлу подступила паника. Первая кисть заткнула рот Андрюхи, накрыв его лицо, а вторую Ребекка запустила прямо в его черепную коробку, полностью игнорируя широко распахнутые от ужаса глаза.

* * *

Каждый вечер без разъездов по моргам, больницам или полицейским участкам проходил для Лены одинаково. Она сидела на балконе второго этажа, свесив ноги между перил, и думала обо всем подряд, так или иначе связанном с ее нынешней жизнью. Она просто не могла найти в себе силы, чтобы успокоиться, принять все происходящее как должное и теперь уже неизбежное.

Каждый день она ждала Андрея, не переставая надеяться на чудо, в ходе которого он возьмет и спикирует на балкон, громко стукнув подошвами своих тяжелых ботинок об пол…

Шли дни, но ничего этого так и не происходило. Ее надежда не угасала, Лена не переставала ждать чудесного возвращения Андрюхи, но, увы, тщетно.

Вспомнился кусок их разговора, произошедший на этом самом месте…

"Ты приносишь в мой мир частичку душевного равновесия", – сказал тогда ей Андрей. В то утро его терзали муки совести от впервые совершенного убийства. Груз вины казался невыносимо тяжким, а она смогла убедить своего любимого в том, что все не настолько ужасно, как ему кажется на первый взгляд.

"Иногда и серое становится белым, если учесть все происходящее".

По ее щекам покатились слезы. Изо дня в день повторялось одно и то же. Лена поднялась на ноги и вернулась в дом, оставив дверь на балкон открытой.

Не прошла она и пяти метров, как почувствовала ударивший в спину плотный поток воздуха. Прозвучал мимолетный свист, после которого раздался столь желанный стук подошв об пол…

"Вернулся!" – пронеслась в голове Лены полная счастья мысль. Она резко развернулась к балкону и…

Торжествование моментально сменилось испугом и чувством тревоги.

Перед ней стоял не Андрей. Незнакомец ни капли не походил на него. Ниже головы на две, ужасно тощий и узкоплечий. Длинные лохматые волосы на голове вообще напоминали гнездо, а лицо выдавало в нем человека отнюдь не молодого, а вполне себе зрелого.

Лена, телом не совершив ни малейшего движения, метнула телекинетическую кисть в незнакомца. За долю секунды она оценила ситуацию, поняв, что этот парень подобен Андрею, после его влета на балкон. А значит, он представлял опасность. Нервы были на пределе, так что она приняла быстрое решение напасть первой.

Незнакомец, как и сама Лена, не совершил ни единого движения, но перед ним возникла такая же кисть, отбившая атаку девушки в сторону.

Это было для нее очень неожиданно. До этого момента Лена и не подозревала, что порождение мозга, по сути, материализацию мысли, можно было отбить в сторону с помощью другой такой же мысли. И это ее напугало, поскольку тут же наступило ощущение беспомощности.

– Стой! Я хочу просто поговорить! – выкрикнул незнакомец. – Я хочу поговорить об Андрее!

Лена замешкалась.

"Кто он такой, если знает об Андрее?!" – Дай мне рассказать! И не размахивай кистью налево и направо!

Лена нахмурилась. Выбора у нее уже не было.

– Говори.

– Можно, я сяду? – поинтересовался парень.

– Постоишь, не сдохнешь, – резко ответила Лена.

– Спасибо, – нагло усмехнулся парень и развалился в кресле.

– У тебя десять минут. Потом я звоню в полицию, – наобум ляпнула Лена.

Парень расхохотался, и вокруг него появилось столько кистей, что она даже не смогла их сосчитать.

– Валяй, – подмигнул он ей, – повеселюсь, что ли. Почему нет?

Лену обуял самый настоящий страх.

– Кто ты такой? – медленно спросила она.

– Меня зовут Альфред Лонг. Можешь звать меня Эл или Фредди, мне все равно.

Сказав это, он замолчал и внимательно осмотрел ее.

– Это все, что ты хочешь сообщить? – прошипела Лена.

– А о чем ты хочешь узнать? Спрашивай. Могу рассказать о том, что я – самый сильный из всех существующих на земле телекинетиков. Нет? Ну, могу также сообщить о том, где сейчас лежит Андрей, прикованный к кровати и накачанный наркотиками…

В глазах Лены потемнело, ноги стали ватными, а земля ушла из-под ног за какие-то пару секунд. Эл метнул к ней две кисти, поймал за талию и посадил девушку на диван.

– Он… он жив? – еле выдавила из себя Лена.

– Да. Жив. Только он давно уже не тот человек, которого ты знала раньше. Уж поверь мне. Он убил около сотни человек на улицах Майами…

– Я знаю, – перебила его Лена, – и все они были убийцами, грабителями, насильниками…

– И отрядом спецназа, выполнявшим свой долг, всех членов которого он хладнокровно перерезал до кучи к остальным. Спецы должны были остановить убийцу, он остановил их. Головы катились по земле практически синхронно, – отчеканил Эл.

– Он не маньяк… – прошептала Лена, – и он не смог бы поднять руку на невиновных…

– Но он все-таки смог. И растерзал уйму народа, не моргнув глазом. У этих спецов были семьи. Дети, жены. Эти парни просто служили своей стране!

– Пошел на хрен отсюда, ублюдок! – не выдержала Лена. – Вали, тварь! Я не верю тебе, лживый сукин сын!

Ее ярости не было предела, но Эл никак не отреагировал на эти ее слова.

– Я был в том месте, где его держат. И считал абсолютно всю память одного из охранявших то здание агентов. И все, связанное с тем, что сотворил твой Андрей. Он уже не тот человек, которым был раньше. Он животное, и его влечет желание убивать. Позволь, я тебе все это покажу, – сказал он и сотворил перед лицом Лены кисть, – не нужно бояться.

30

Не прошло и минуты, как Ребекка извлекла из мозга Андрея абсолютно всю информацию, которая накопилась за двадцать с лишним лет его жизни, и перестала подпитывать кисть.

– Здравствуй снова, Фрэнк Мир из Лас Вегаса, – зло прошипела она. – Я даже не сомневалась, что ты не из этих мест. Вы, русские, всегда были гнилым пятном, мешающим всем и вся. Я даже не удивлена, что именно у представителя твоей нации в мозгу родилась такая дерьмовая концепция справедливости. Еще бы – вырасти в стране, где тебя всю жизнь имеют все, кто только хочет!

– У нас есть одна отличительная черта, – оскалился Андрей, – мы всегда сможем дать хорошенько просраться ублюдкам вроде таких мразей, как ты!

– Да уж. Такой ты нам уж точно не нужен! – хищно усмехнулась Ребекка и снова сотворила кисть. – Значит, придется тебя зачистить!

* * *

Уэсли шел по коридору, направляясь к камере Андрея. Преодолев последние метры, он толкнул дверь и вошел, сразу же заметив девчонку из кабинета Босса перед кроватью байкера.

– Да уж. Такой ты нам уж точно не нужен! Значит, придется тебя зачистить!

Действуя чисто инстинктивно, Уэс швырнул в сторону Ребекки сразу две кисти, прежде чем она успела влезть в черепную коробку Андрея, но немного не рассчитал свои силы.

Удар оказался довольно мощным, и девушка потеряла сознание и впечаталась в стену, после чего сползла на пол, а Уэс тут же оказался под прицелом десяти стволов.

– Все под контролем! – крикнул он в сторону спецназа. – Она превысила служебные полномочия, пыталась убить его с помощью кисти, хотя объект все еще нужен нам живым! Вам проводили инструктаж, вы должны представлять себе, с чем имеете дело!

Андрей жадно глотал воздух. Уэс подошел к телу Ребекки, поднял ее на руки и двинулся к двери.

"Твою мать, вот ведь дерьмо какое!" – раздраженно подумал Уэс и вышел, а Андрюха внезапно осознал, что каким-то образом смог прочитать его последние мысли.

Всего одна мысль тут же максимально прочно укоренилась в голове, не желая из нее уходить.

"КАК?!"

"Твою мать, вот ведь дерьмо какое!" – подумал Уэс, и эти слова тут же спроецировались в голове Андрея.

Он не был способен на подобное раньше. Факт. Значит, произошло нечто, изменившее его.

Шок от осознания новой способности, возникшей спонтанно и неожиданно, никак не проходил. Адреналин, казалось, бил прямо в мозг, снимая даже дурман от наркотика.

"Ну, суки, – подумал Андрей, – надо уходить отсюда! Теперь мне точно не дадут жить!" Положение уже не казалось настолько безвыходным. Он вернул себе способность разумно мыслить, а вместе с ней тут же и появилась надежда на побег. Проблема была в том, что теперь Андрей не знал, как именно чтение мыслей способно помочь ему вырваться на свободу.

В голове было на удивление чисто. Он все еще чувствовал слабость в теле, но она постепенно проходила, действие наркотика очень медленно, но все же сходило на "нет".

Олег в таком случае предложил бы просто подумать, приняв что-то за основу, не жалея потраченного на размышления времени.

"Ну времени-то у меня до хрена!" – мелькнула мрачная мысль в голове Андрюхи.

На ум ему пришел Эл, который открыто говорил о том, что мозг можно развивать. Совершенствовать. Даже признался, что он сам "раскачал" мозг Андрея и подарил ему способность кистей, пропустив через Андрюху волну энергии с помощью кистей. А что, если эта девушка, выкачивая из него информацию, каким-то образом случайно направила поток энергии кистей слегка не в то русло и "разогнала" ему мозг? Это бы объяснило факт отсутствия "плывущих" мыслей в его голове…

Не говоря уже о прямом прочтении мыслей Уэса.

"Ладно, с этим более-менее понятно, – Андрей от напряжения аж вспотел, – теперь осталось только научиться этим управлять".

Читая его мысли, Лена никогда не пользовалась кистями. Значит, это исходило непосредственно из мозга. Только такой вариант Андрей мог предположить. По большому счету это вполне тянуло на правду, ведь способность кистей и полет тоже между собой никак не перекликались.

Андрей окинул взглядом спецназовцев.

"Мне нужны ваши мысли!" – подумал он, отчетливо расставляя слова.

Не произошло ровным счетом ничего.

Андрей выругался. Глупо, на самом деле, было ожидать, что сейчас мысли спецов сами полезут ему в голову. Нет, здесь какой-то другой подход…

Лена ни разу не жаловалась на то, что ей докучают мысли множества посторонних людей, следовательно, Андрей предположил, что для чтения нужно сосредоточиться непосредственно на конкретном человеке.

Он тут же вперился взглядом в самого крайнего спецназовца, не отводя глаз в сторону.

Шли секунды, ничего не менялось. Андрей постепенно начинал злиться на собственную беспомощность, когда вдруг в его сознании совершенно отчетливо вспыхнула чужая мысль, а вернее зазвучала чужим мужским голосом:

"Твою мать, какого хрена этот урод на меня пялится?!" "Сработало!" – от пережитого шока и радости Андрей вспотел всем телом, сердце заколотилось так бешено, что он на какой-то миг ощутил себя полностью готовым к внезапному нападению.

"Ну а что? Когда будет момент лучше?! Когда они снова уколют меня этим дерьмом и вгонят в ступор, прежде чем казнить?!" Кое что прояснилось окончательно после самой последней фразы "Джины", и Андрей прекрасно понимал, что долго держать живым его здесь не будут.

"Фактически, мне очень сильно помог Уэс, сам того не осознавая. Вряд ли его по голове погладят теперь за это. Хотя, мне-то, какое дело?" Его мозг работал с практически предельной скоростью, а действие наркотика на сознание Андрей более не ощущал вообще. Он прикинул, как именно можно расположить кисти, чтобы успеть положить всех до того, как его тело нашпигуют пулями до полностью нежизнеспособного состояния. Все же численное преимущество противника его не на шутку напрягало.

Открылась дверь, и вернулся Уэс, сохранивший все то же мрачнейшее выражение лица, а с ним – молоденькая девушка. Медсестра. Наверное, студентка колледжа. В ее руке был шприц с сероватой жидкостью.

"Твою мать! – Андреем овладел страх. – Вот оно! Сейчас или никогда!" Уэсли заметно насторожился, Андрюха не мог не заметить этого. Прочитал ли он его мысли? Нельзя было исключать вероятность того, что да, прочитал…

Но точно так же нельзя было и бездействовать.

"И я тогда впервые это сделала. Подсознательно. Честное слово, я не могу объяснить, как именно у меня это получилось. До этого я никогда не могла провернуть такой вот фокус, а здесь – словно кто-то мне на ухо шептал, что именно делать и как", – говорила ему Лена о проникновении кисти внутрь человеческого тела.

Андрей тоже не мог этого объяснить, но был абсолютно уверен в том, что сейчас и у него это получится. Других вариантов попросту не существовало.

Девушка проверила шприц, выпустив из него пару капель, после чего ввела иглу в вену Андрея, в то самое слегка припухшее место на его руке.

Он тут же полностью сосредоточился на создании одной кисти, зарычал от боли, потемнело в глазах, но все-таки у него получилось.

Единственная кисть возникла прямо рядом с иглой в его руке одновременно с тем, как из носа пошла кровь.

– Что делать?! – запаниковала девушка и замешкалась.

Испытывая адские боли, прежде всего внутри собственной головы, Андрей запустил серебристые пальцы кисти прямо сквозь свою руку, не почувствовав никакого сопротивления, и намертво сплющил кончик иглы, заблокировав подачу наркотика в кровь.

– Да у него же передоз, твою мать! – закричал Уэс, конечно же, видевший всю картину в полной мере. – Коли ему адреналин!

Девушка выхватила из сумки на бедре другой шприц и, даже толком не прицеливаясь, воткнула его Андрею прямо в грудную клетку.

Сказать, что он испытал чудовищную боль – ничего не сказать. Но, сразу же за ней, хлынула волна настолько бешеной энергии, что Андрюха выгнулся дугой, насколько это позволяли ремни, приковывающие его к койке.

Лучшего момента для побега и придумать было нельзя.

Вокруг Уэса появилось шесть телекинетических кистей. И все они тут же легли на шеи ближайших к нему спецназовцев.

"Душим их! Но не убиваем!" – подумал Тайлер, не сводя взгляда с Андрея.

Андрюха не понимал, что происходит. Уэс собирался ему помочь?! Зачем?! Невозможно!

"Кивни, если ты можешь читать меня сейчас!" – Тайлер даже поддался панике, будучи совершенно не уверен в Андрее.

Это казалось чем-то до предела нереальным. Голова, казалось, собиралась взорваться сию же секунду. Андрей вперился взглядом в Уэса и пустил в мозг следующую мысль:

"Душить неэффективно. Слишком большая вероятность, что они успеют начать стрелять по нам. Ты должен понимать, что варианта всего два. Их нужно либо убивать, либо вырубать!" – Что делать будем с ним, Уэс?! – резко выкрикнул один из бойцов, не опуская винтовку.

– Все в норме, кистей я не вижу! – ответил Тайлер. – Его просто перекачали наркотой, организм не выдержал такой нагрузки. Адреналин вернет его в порядок, а потом просто снизим дозу, пока руководство не решит, что с ним вообще делать. Нелли! – обратился он к медсестре. – Жди здесь, нужно будет все-таки ввести ему инъекцию, но не полную.

"Тогда бьем. Кистями в голову. Постарайся создать максимальное количество кистей! – послал Уэс мысль в сторону Андрюхи. – У нас не будет шанса на повторную попытку!" Андрей закрыл глаза и постарался успокоиться. Все произошедшее казалось ему глупым сном. Да нет, глупым – не то слово. Абсолютно невероятным сном!

Но упустить такую возможность он попросту не мог. Тем более, что после укола адреналина прямо в сердце он чувствовал в себе настолько громадную волну энергии, что с трудом мог сдерживать ее.

"Дерись, или сдохни!" – вспыхнул сигнал в мозгу.

Четыре кисти появились настолько просто, что он даже не сразу поверил в то, что это были не галлюцинации. Однако, Андрей помнил, что его пределом всегда была пятая. При этом нормально контролировать остальные кисти у него не получалось.

Но кроме десяти бойцов в комнате была еще и медсестра, которая легко могла успеть поднять панику и собрать на свой крик половину здания. Андрей насчитал у Уэса шесть кистей. Целей было одиннадцать.

"Значит, пришло время максимально вывернуть себя наизнанку", – подумал Андрей.

Пятая кисть возникла безумно легко. Поначалу Андрей даже не осознал произошедшего.

"Твою мать!" – только и пронеслось у него в голове.

На волне адреналина он тут же создал и шестую, и вот уже с ней Андрей всем телом почувствовал, что это и есть предел.

Только вот ощущения были не такими, как раньше. Его не мутило, голова не кружилась, тело не разрывали спазмы и боли, он просто каким-то образом знал, что седьмую он не потянет.

Но не попытаться Андрей, в любом случае, не мог.

Седьмая кисть не появлялась ни в какую. Мозг отказывался воспринимать команды по ее созданию.

"Ну, шесть, так шесть. Спасибо тебе, Джина Карано", – подумал Андрей и криво усмехнулся.

"Начинаем!" – скомандовал Уэс и направил все кисти на лица бойцов.

"О-кей, принял!" Тайлер ударил одновременно всеми шестью кистями. Андрей опоздал буквально на полсекунды с синхронным ударом, но за этот ничтожный промежуток времени панику поднять никто не успел. Спецназовцы с одинаковым грохотом рухнули на пол, тело медсестры Уэс успел подхватить на руки.

– Освобождайся! – приказал он Андрею.

Кисти перекусили ремни еще быстрее, чем раскаленный нож проходит сквозь сливочное масло. Андрюха освободился от трубок, испытав крайне неприятные ощущения.

– Мать твою! – огрызнулся он, когда закончил. – Браслеты снимать?

– Электростимуляторы? – повернул голову Уэс. – Моя идея была. Если бы мышцы атрофировались, ты бы потом хрен знает сколько не мог нормально ходить. Пока лучше не снимай, первый час с ними побегай… хотя, я не врач, их медсестра проверяла, я в этом мало что понимаю.

– И что, никто не заподозрил?

– Спецы – шестерки, их начальник – я. Мой начальник сюда не заходит, медсестра никому ничего не говорила.

– Почему ты мне помогаешь?

– Я объясню чуть позже, когда выведу тебя из этого гадючника, договорились?!

Вопрос Уэса был риторическим, так что Андрей не стал отвечать.

– Что теперь? Как будем уходить? – спросил он вместо этого.

– Ты видишь здесь камеры? – раздраженно огрызнулся Уэс.

– Нет… – Андрей осмотрел тела спецназовцев и внезапно он понял, почему Тайлер разозлился. – Переодеваемся в спецуру?!

– Точно! Я зачищаю их мозги – ты переодеваешься. И не теряй время, постарайся угадать с размером, тут есть ребята и побольше тебя!

Андрей подлетел к валяющимся телам, осмотрел их и выбрал самого похожего на себя спецназовца. Стащил с него шлем и маску и первым делом закрыл лицо.

– Почему здесь нет камер? – спросил он Уэса, который орудовал кистями над головами поверженных солдат.

– Та девчонка, которая хотела тебя зачистить после того, как извлекла всю информацию, вела свою игру, как выяснилось! – быстро объяснил Уэс. – Они собирают себе отряд из таких парней, как мы с тобой. Только отбирают самых сильных, как будто им нужна основательная поддержка. Я кое-что успел считать из ее головы, когда не дал тебя завалить. Суть в чем – ты привлек ее босса тем, что меньше чем за месяц завалил под сотню человек на улицах! Да и на последнем рывке охоты на тебя, они не просто так использовали два отряда спецуры…

– Два? – перебил его Андрей.

– Точно! – кивнул Тайлер. – Первых послали как пушечное мясо, чтобы посмотреть, как ты справишься с небольшим до зубов вооруженным отрядом. Вторая группа, а она появилась уже после того, как ты потерял сознание, была предназначена для того, чтобы повязать тебя наверняка. Но вышло иначе, ты потерял много крови и отрубился сам.

– Откуда тебе это известно?!

– Я прочитал все, что смог откопать в твоем мозгу. Поэтому и вытащил тебя из этого дерьма. Потом поблагодаришь! А камер, кстати, здесь нет потому, что эти ребята сами замазаны по самое некуда. Работа на ФБР – фальшивка, прикрытие и не более того. Из настоящих федералов здесь только босс Ребекки Палмер – той девки, что тебя сканировала. Но и он ведет свою игру, так что никаких видеозаписей, никаких протоколов, ничего кроме его личного ноутбука, где есть досье на каждого из нас. Ничего больше, что в любой мере могло бы хоть как-то его компрометировать. Думаю, кроме него никто этот ноут и не откроет.

– Так, ладно, а ты тут каким боком? – Андрей никак не мог собрать из всех кусков общую картину.

– Я работал в паре с одним частным детективом, который тебя искал за ночные казни в Майами, – ответил Уэс. – В какой-то момент он понял, что только своими силами мы не справимся, и обратился за помощью к бывшей напарнице. Та вывела нас на того самого федерала, который здесь всем заправляет. Оказалась его подчиненной. Совпало удачно. Для них. Ты готов? Я закончил с мозгами спецуры, они теперь нас при всем желании не вспомнят.

– Я готов, – Андрей полностью облачился в экипировку спецназовца, для пущего сходства взял в руки винтовку и вопросительно взглянул на Уэса. – Они все видели мое лицо? Я о людях, которые в подчинении у этого федерала.

– Совершенно точно нет, – покачал головой Уэс. – Они шестерки, как и охрана этой комнаты. Они охраняют внешний периметр, здесь появляются лишь изредка, по особо важным поручениям. Только спецура по-любому бы видела тебя, там выбора не было. Но остальные и понятия не имеют, что здесь происходит. Им платят, они молчат и не спрашивают. Выполняют приказы.

– Понятно, – это уже делало план побега намного более простым. – Тогда все. Выводи.

– Идешь за мной на расстоянии пары метров, – предупредил Уэс. – Мы пойдем за тем самым ноутбуком. Избавим их всех от информации в наших досье. Ты ведь не хочешь, чтобы когда-нибудь они нашли тебя?

Андрей отрицательно покачал головой.

– Значит, двинули, – Уэс открыл дверь и быстро вышел в коридор.

Андрюха двинул за ним, незаметно от Тайлера подхватив кистью с пола шприц с наркотиком, который изначально предназначался ему самому. Игла была сплющена, и он просто отломил эту ее часть. Шприц отправился в боковой карман на куртке, Уэс ничего не заметил.

– Что именно повлияло на твое окончательное решение? – не удержался Андрюха от вопроса.

– Мотивация. Твой погибший друг, – ответил Тайлер, – и моя нынешняя девушка, которую ты спас, если коротко.

– Спасенных девушек у меня было несколько, – заметил Андрей.

– Это да, но только одну ты донес до больницы. И оставил в живых одного из тех, кто пытался ее изнасиловать.

– О… – того случая Андрей просто не мог забыть. Та ночь вечным клеймом отпечаталась в его памяти.

В таком бешенстве он не пребывал более ни разу за все время своих ночных охот.

"Отвечай, сука! Стоило оно того, мразь?!" "Нет, не стоило… мы бы не убили ее, клянусь…" "Что?! Как мне вообще это понимать?! Сучары, вы собирались изнасиловать ее ввосьмером! Но, мать вашу, не собирались убивать! Охренительно! А, знаешь, я покажу тебе разницу между жизнью и смертью, мразь…" – Пришли, – Уэсли выбил его из воспоминаний. – Я первый, ты следом. Никого не убиваем, просто чистим мозги. Понял?

Андрей кивнул.

Тайлер открыл дверь и зашел в комнату. Андрюха шагнул следом и увидел, сидящего за столом человека. Тот работал за ноутбуком. Такой шанс терять было нельзя. Тем более, что, по словам Уэса, именно этот мужик инициировал весь план. И уж совершенно точно он знал Андрюху в лицо…

– Тайлер, какого хрена ты привел сюда охранника?! – возмутился Босс, поднимаясь из-за стола.

Кисть Андрея появилась сразу же на его горле, и голова с неприятным хрустом и фонтаном крови отделилась от тела меньше чем за пару секунд…

Надо отдать должное реакции Уэса – за это мгновение он полностью оценил ситуацию и даже успел развернуться к Андрею лицом…

Тут же нарвавшись челюстью на сильнейший встречный удар прикладом винтовки.

Уэс рухнул на пол, и Андрюха тут же изо всех сил вмазал ногой ему по голове, вырубив своего спасителя. Захлопнул дверь и ввел в вену на шее Тайлера наркотик.

– Извини, – непонятно зачем сказал Андрей и метнулся к столу с ноутбуком. Уставился на экран и не поверил своим глазам.

Оттуда на него смотрело собственное лицо. Босс просматривал досье Андрея, где была подробно изложена вся информация о нем, очевидно, взятая из головы той девки, которая подчистую скопировала себе все содержимое мозга Андрюхи.

Внизу мигало незавершенное действие о передаче файла. Открыв диалоговое окно, Андрей обнаружил, что федерал как раз собирался отослать кому-то это самое открытое досье.

"Отправить файл? Да – Нет".

– Пока еще нет, – прошептал Андрей себе под нос и взялся за клавиатуру.

В поиске он нашел досье на Уэса и удалил его подчистую, скопировав лишь фотографию. Это самое фото он вставил вместо собственного, после чего, стерев всю информацию ниже, вписал в пустое окно – "В последний раз замечен в Будапеште". Сам не знал, почему именно там, этот город пришел на ум первым. Сохранил.

Подтвердил отправление.

Если досье пересылалось кому-то впервые, то сейчас принимающая сторона получит ложный след и ложное лицо. Если нет – тогда все сложнее. Остается вероятность того, что где-то еще есть уже отправленные копии, по которым можно установить истину.

Андрей надеялся, что это не так. По короткому рассказу Уэса он понял, что этот федерал не из тех людей, которые будут сливать такую информацию налево и направо. Нет. Только самым важным компаньонам. А таких редко когда бывает больше одного.

Шито белыми нитками, но только на это Андрюха мог надеяться.

Он уничтожил ноутбук. Выковырял с помощью снятого с пояса спецназовского ножа жесткий диск и разбил его в щепки прикладом винтовки. Обыскал труп и растоптал найденные в карманах флешки. Отшвырнул бесполезный теперь клинок в сторону.

Оставалось еще две цели. И первой была Ребекка. Она уж точно являлась последним источником информации. Самым надежным, на который не повлияют все его фальсификации с поддельными досье.

Андрей взял со стола мобильник мертвого федерала и в списке контактов нашел имя Ребекка. Набрал сообщение: "Срочно ко мне в кабинет! Возьми всю информацию по русскому!" Отослал. Вернулся к двери и вышел в коридор, замерев с оружием наизготовку.

Она появилась, спустя пару минут, неся в руках еще один ноутбук. Естественно, не узнав Андрея, чье лицо было скрыто маской и шлемом, Ребекка все равно окинула его подозрительным взглядом.

– По какому случаю ты здесь прохлаждаешься?! – ядовитым голосом прошипела она.

– У нас побег. Русский летун сбежал, – сообщил ей Андрюха.

Лицо Ребекки в ужасе вытянулось прямо на его глазах за какие-то пару секунд. Не задавая больше никаких вопросов, она распахнула дверь и ворвалась в комнату своего отца, тут же замерев при увиденном внутри…

Андрей скользнул за не следом и оторвал голову без малейших колебаний прямо со спины. Кто-то назовет это подлостью, но другого выбора у него просто не было. На одной чаше весов была его жизнь, на другой – Ребекки и федерала.

Он уничтожил ее ноутбук точно так же, как и предыдущий. Избавил ее от двух флешек, напоследок разбил, мобильник, вместе с тем, который принадлежал ее отцу.

Нужно было уходить. Перед ним на полу лежал последний человек, который хоть каким-то образом мог выдать Андрея. Уэсли Тайлер. Его личный стражник, который, как ни странно, и позволил ему бежать.

Андрей не хотел его убивать. И не знал, что делать дальше.

Как будто по заказу, Уэс застонал и скорчился на полу, медленно приходя в себя. Андрей отбросил винтовку за спину и сотворил вокруг себя все шесть кистей.

Уэс открыл глаза, сплюнул на пол кровью и с ненавистью уставился на Андрея.

– Мразь… – прорычал он, – дерьмо поганое, что ж ты творишь?! Как ты собираешься уйти отсюда теперь?!

– Ты мне поможешь, – тихо ответил Андрей. – Извини, другого выбора у меня не было. Я не должен оставлять после себя ни единого источника.

Уэс резко дернулся вперед, как вдруг его сковал мучительный спазм. Тайлер вскрикнул от боли и снова упал лицом на пол.

– Пытался создать кисть? – догадался Андрей. – Я вколол тебе то же самое дерьмо, что и ты мне. Извини, но твои мысли сейчас плывут не только от ударов по голове.

– И это цена за то, что я тебе помог, сука?! – оскалился Тайлер.

– Ты останешься жив, если поможешь мне. Расскажи, как ты стирал людям память. У меня не было времени обсуждать это с тобой при живом федерале, – Андрей указал на труп, – его ноутбук был включен, и необходимо было действовать как можно быстрее, пока он не захлопнул его, а мы не потеряли доступ к информации. Девушка – еще один источник, и я бы не убил ее, если бы знал, как именно ты чистишь людям мозги.

– А теперь ты решил поиграть в благородство, тварь?! – выдавил Уэс. – Стереть мне память, но оставить в живых?!

– Если ты предпочитаешь умереть, то нет, – отчетливо ответил Андрей. – У меня нет времени. Говори, или сдохни. Тебе решать.

Уэс судорожно выдохнул.

– Ладно… пропускаешь кисть через череп, кладешь ее на поверхность мозга. Думаешь о конкретном дне. Я это так делаю. И вижу картотеку. По годам, неделям, дням, думаю, у каждого свое восприятие. Находишь день, представляешь себе, что стираешь его из картотеки, и он реально исчезает…

Тайлер замолчал. Андрей недоверчиво посмотрел на него.

– И это все?

– Это так работает, – подтвердил Уэс. – Других способов я просто не знаю!

– Ладно, – Андрюха сосредоточился и направил кисть прямо к голове Тайлера.

С нечеловеческим ревом Уэс сорвался с места и, схватив с пола армейский нож, которым Андрюха раскурочил ноутбуки, вонзил лезвие Андрею в бедро.

Боль нахлынула волной. Андрей потерял равновесие и упал на спину. Уэсли выдернул клинок и, собрав все свои силы, вложил их в прыжок, замахиваясь в полете…

Все дальнейшее Андрюха переживал словно в замедленной съемке.

Кисть слилась с его кулаком, он резко согнулся и, приняв сидячее положение, уже второй раз за сегодня, ударил Уэса навстречу, но на этот раз рукой, а не прикладом.

Эффект получился впечатляющим…

Кисть увеличила мощь его удара настолько, что Тайлер описал несколько оборотов вокруг своей оси, изменил направление полета и впечатался в стену, начисто отключившись. Из его рта текла кровь, нос был сломан, челюсть, кажется, тоже. Андрей подполз к нему, пощупал пульс на шее и убедился в том, что Уэс жив.

Как ни странно, он не держал на Уэсли ни капли зла. Его реакция была более чем оправданной. Сам Андрей в подобной ситуации поступил бы так же…

– Да уже поступал, – прошептал он, вспомнив расправу над спецназом в подворотне.

Бедро кровоточило достаточно обильно. К счастью, штаны были тактическими, предназначенными для военных операций. Прямо внутри штанины Андрей обнаружил несколько ослабленных жгутов и затянул тот, что располагался выше раны.

– Неплохо, – пробормотал он, почувствовав, как кровь постепенно останавливается.

Уэс. Оставалось разобраться с ним, и можно было валить.

Андрей сделал все точно так, как и говорил Тайлер, и, к своему удивлению, действительно получил перед своими глазами некоторое подобие картотеки.

"До того времени, как я попал в плен, никто из них моего лица не знал. Факт. Значит, нужно чистить все дни после".

Он нашел соответствующую дату и мысленно выделил все, что было после, вплоть до сегодняшнего дня.

"И теперь все это стирается. Навсегда", – послал Андрей мысленный приказ.

На его глазах выделенная им часть картотеки испарилась, как будто ее никогда и не было. Невероятно, но это действительно работало. Но зачем Уэс все-таки рассказал правду, если собирался нападать? Не смог быстро придумать правдоподобную ложь? Или понадеялся, что в случае провала Андрей его пожалеет?

Андрюха подумал о том, что, в любом случае, правду он теперь уже никогда не узнает. Он с трудом поднялся на ноги и поднял с пола тело Уэса. Бросать его здесь, после того, как выдал Тайлера за убийцу, было равносильно тому, чтобы просто оторвать ему голову.

Такого Андрей делать не собирался.

Он покрепче взял тело Уэса своими обычными руками, сотворил над головой импровизированный щит из всех шести кистей прямо над собой и выдохнул.

"Ложки нет", – вспомнилась ему цитата из фильма "Матрица".

Андрей резко взмыл вертикально вверх, пробив потолок подвального этажа и двух последующих, молниеносной стрелой уйдя в ночное небо.

"Вырвался, – крутилась одна и та же мысль в его голове, – ВЫРВАЛСЯ!" Это казалось невероятным.

31

Эл почувствовал гигантский выброс силы в ту же самую секунду, когда в сердце Андрея вонзился шприц с адреналином. Чутье Альфреда мигом определило местонахождение Андрея, но туда он не торопился. Нельзя было исключать возможности попадания под шквальный огонь из всех спецназовских винтовок. К тому же, Эл прекрасно знал, что Андрей может направиться только в одно место.

Альфред не мог понять одного. Сам факт побега из тех условий, в которых содержали Андрея, Элу казался невозможным. Но, в том случае, если тот вновь окажется на свободе, все возвращалось на круги своя. Андрей вновь становился опасным для окружающих. Более того – он снова попадал в категорию проблем, вредящих лично Альфреду. Никак иначе. И такие проблемы стоило решать сразу же. Как показывал его опыт – нельзя бездействовать, пока это не привело к непоправимым последствиям.

* * *

Двигаясь на почти предельной скорости, Андрей приближался к своему дому. Больше недели он провел вне этих стен, прикованный к кровати и накачанный наркотиками. Столько же времени он не видел Лену…

Потратив около получаса на то, чтобы избавиться от Уэса, Андрюха помчался домой.

Честно говоря, больше всего он сожалел о том, как именно разошелся с Леной при их последней встрече. Сейчас он больше всего хотел поговорить с ней, объясниться и постараться забыть все то, через что ему пришлось пройти. Он не был уверен, что их встреча будет стремительной и радужной, однако надеялся на лучший исход.

Резко спикировав вниз, Андрей, значительно снизив скорость, плавно и ровно влетел в окно второго этажа. Мягко приземлился на пол. Как только он сделал пару шагов, тут же ощутил, насколько саднило и давило тупой болью бедро. Андрей посмотрел вниз и мрачно отметил, что штанина пропиталась кровью.

– Черт… – он добрался до кресла и рухнул в него. Сорвал с себя всю экипировку по пояс, оставшись только в ботинках и штанах.

Лены поблизости не было, иначе она наверняка услышала бы, что в комнате кто-то появился. Андрей подумал, что, прежде всего, он должен промыть, обработать и перевязать ногу. Поговорить можно было и чуть позже.

Поднявшись в воздух, он пролетел расстояние до лестницы и столкнулся нос к носу с Леной, спускающейся с третьего этажа.

Не произошло никаких пламенных приветствий с поцелуями и объятиями. Лена испуганно закричала и отскочила как можно дальше, врезавшись спиной в стену.

– Не подходи ко мне! – завопила она. – Стой там, где стоишь!

Андрей смотрел на нее в непроходимом шоке, не понимая ровным счетом ничего.

– Ты ведь знала обо всем, что произошло… – выдавил из себя он, пытаясь упорядочить все мысли в своей голове. – Что…

– Ты перерезал обычных людей! Солдат, которые искали убийцу! И девушку, которую пополам разрезал! Ты убийца! Психопат! Я любила тебя! Я верила тебе!

– У меня не было выбора! – он сделал к ней шаг, но бедро тут же пронзило очередным спазмом. Нога подвернулась, и Андрей повалился на пол. – Ты не знаешь, о чем говоришь!

– Альфред показал мне все! Я видела это глазами одного из солдат, которые появились после того, как ты убил всех остальных! Ты урод и маньяк!

Рядом с Леной возникла телекинетическая кисть.

– Я могла понять все, пока ты не перешагнул черту! Но то были люди! Обычные люди, вышедшие искать убийцу! Им было все равно, КОГО ты убиваешь, для них было неприемлемо, что ты УБИВАЕШЬ!

Андрей взбесился настолько, что уже еле держал себя в руках.

– Я не знаю, какие именно цели преследовали эти люди! Не успел узнать! Только вот они сплошь и рядом состояли из наемников, которые отлавливали подобных нам с тобой людей! Я не псих! И не сошел с ума! Тот ролик, который ты видела в новостях… – он перевел дух, – я специально вышел на улицы, чтобы остановить тех, кто начал убивать, подражая мне! Я не хотел этого! Я хотел просто, чтобы на этом свете было меньше мразей, подобных тому ублюдку, который убил Лобаса!

– Да, у его могилы ты тоже говорил нечто подобное, – прозвучал голос Эла прямо за спиной Андрея.

Андрюха тут же попытался вскочить на ноги, мелькнули кисти, и он оказался распятым в воздухе прямо перед Леной и Элом. Еще одна кисть сжимала его горло.

– Если я увижу хоть мизерный серебристый отблеск, я оторву тебе голову, – холодно процедил Эл.

– Ах ты сволочь… – только и смог произнести Андрей, глядя на Лену. – Ты умом повернулась?! Я никогда не причинил бы вреда ни тебе, ни вообще никому, кто не заслуживал бы этого! Я спасал детей от гибели, убивая уродов на улицах! Девушек от групповых изнасилований! Да и тех, кто мог бы попасться этим мразям в руки следующим! Разве я убивал тех, кто нес добро?!

Лена не отвечала. Она сползла вниз по стене, уткнулась в ладони и плакала практически без остановки.

– Прости… – в какой-то момент выдавила она из себя. – Я не звала его сейчас, правда…

Ослепленный яростью, Андрей не смог в это поверить.

– Лгунья! – заорал Андрюха, перестав себя сдерживать. – Трусливая, лживая тварь! Ты предала меня! Сдала этому уроду!

Эл засмеялся.

– Перед тем, как завершить твою историю, – он насмешливо поднял брови, – я хочу удовлетворить собственное любопытство и понять, как же ты сбежал из того подвала.

Кисть неумолимо легла на лицо Андрея. Он закричал, не от боли, но от дикой ярости, вызванной его беспомощностью перед Альфредом.

– Сука! Гребаная тварь! Да убей же ты уже меня, паскуда! – орал Андрюха в лицо Элу, погрузившемуся в его мысли.

– Надо же, – Альфред прервался и рассмеялся. – Уж кого-кого, а Уэса Тайлера я совершенно не ожидал увидеть. И где он сейчас? Я просто еще не досмотрел это забавное кинцо до конца. Ты тоже грохнул его как ту сотню людей?

– Я бы и тебя грохнул, не будь ты такой трусливой мразью, боящейся мужских разговоров! – оскалился Андрей.

Эл захохотал настолько искренне, что остановился только через несколько минут. Он утер слезы и взглянул Андрею в глаза.

– Знаешь, я вот одного не пойму… – он снова засмеялся и продолжил сквозь хохот, проглатывая слова. – Ты всерьез думаешь, что я сейчас, прямо как в боевичках эпохи восьмидесятых, отпущу тебя, и мы будем драться врукопашную?

– Лена… помоги мне! – прохрипел Андрей.

– Да брось, куда ей? – Эл покосился на боящуюся даже пошевелиться девушку. – Она этим и отличается от тебя, что никогда в жизни не сможет отнять чью-то жизнь, ты уж прости за тавтологию. А я вот уже думаю о том, что было ошибкой – вытаскивать тогда тебя, падающего с балкона.

– Так исправь же ее, сука! Чего ты ждешь-то, урод?!

– Да, в сущности, ничего особенного, – Эл развел руками, – просто ты настолько беспомощен, что мне доставляет удовольствие развлекаться с тобой таким вот образом. Я прекрасно понимаю, что ты хотел поднять знамя революции на прогнивающих останках этого мира. А потом показать всем людям, что может произойти, если вокруг не будет грязи. Бриллиантовый мир, да? Только вот ты не заметил, как сам скатился в такую же грязь. Скажу тебе честно, – впервые Андрей увидел на лице Альфреда ярость и отвращение, – мне было бы насрать, если бы эту бойню затеяли люди! Но не такие, как мы! Не высшей расе скатываться до того, чтобы делать лучше жизнь подобного стада!

– Я не думал ни о какой революции! И огромная часть представителей этого стада намного лучше таких сволочей как ты! Мне не наплевать! Я делал то, что считал нужным!

– Скажи мне, – сощурился Эл, если оглянуться назад с позиции твоего нынешнего состояния, стоило ли оно того, а? Попытался бы ты сделать мир лучше, если бы знал, чем это все для тебя закончится?!

– Безусловно, – прошептал Андрей. – Попытался бы. Гори в аду, мразь чертова!

Эл сотворил еще одну кисть и положил ее на голову Андрея.

– Я не проливаю крови. Я не ты, – сказал он очень отчетливо, – можешь попрощаться со своей сущностью, ибо больше тебя не будет. Теперь ты – не более чем зачищенный овощ!

Андрей увидел зареванное лицо Лены, она вытянула вперед руку…

Перед глазами мелькнула серебристая кисть, Андрюха так и не понял, кому она принадлежала…

А потом шею Эла перерубили серебристые пальцы. Откусили, словно плоскогубцами…

Голова упала на пол и покатилась вниз по ступенькам. Андрей всем весом рухнул на лестницу, приложившись раненой ногой…

Лена тряслась всем телом от только что пережитого ужаса…

– Зачем я это сделала?! – прокричала она, вкладывая в крик столько боли, что у Андрея волосы на голове встали дыбом. – Что же я натворила?! Господи, что же я натворила?!

Он подполз к ней и крепко прижал к себе. Лена дрожала как осиновый лист, слезы лились ручьями, шок никак не проходил.

– Ты жизнь мне сохранила, – прошептал Андрей ей на ухо, – как и я множеству людей…

Боль никак не проходила. Тупым клином она въедалась в ногу. Пошатываясь, Андрей поднялся на ноги, совершенно забыв о возможности летать, и потянул за собой Лену. Взял ее на руки – девушка даже не сопротивлялась, продолжая рыдать – и отнес на диван в ту комнату, через окно которой влетел сюда совсем недавно.

– Что будет со мной? – сквозь слезы выдавила Лена. – Что будет с нами теперь?!

Они встретились взглядами. Боль просто сквозила во взгляде Лены. Андрей осознал, что она все еще боится его, даже после того, как спасла ему жизнь.

Наплевав на боль в ноге, он остался сидеть с нею на руках, прижимая девушку к себе и не говоря ни слова. В какой-то момент ее голова начала становиться все тяжелее и тяжелее, стала давить ему на плечо.

Лена заснула. Умудрилась каким-то образом успокоить свой организм, а потом провалиться в пучину сновидений. Андрей посмотрел на ее лицо и содрогнулся. Тушь залила щеки, глаза опухли, под ними образовались синяки.

– Ты права, – тихо прошептал он, – я и правда животное. И причиняю только боль всем тем, кто оказывается рядом.

Мысли текли непрерывным потоком.

Какова вероятность того, что его все-таки будут искать люди, так или иначе связанные с Ребеккой и убитым федералом? Или того, что найдется какой-нибудь другой Эл, пожелающий раз и навсегда разобраться с Андреем?

И рядом с ним всегда будет Лена… она будет страдать, испытывать боль, и совершать непоправимые поступки, после которых легко сможет сойти с ума…

Он не хотел для нее такой жизни. И никогда больше не собирался причинять ей боль. Андрей любил ее больше всех на свете, и с огромной тяжестью, нависшей на сердце, понимал, что выход, с помощью которого можно исправить все произошедшие с Леной ужасы, у него остался только один.

Серебристая кисть легла на голову Лены. Андрей принял окончательное и бесповоротное решение. Он наклонился и поцеловал ее в соленую от слез щеку.

– Я люблю тебя, – прошептал он, повторяя свои мысли, – и никогда больше не причиню тебе боль.

Часть шестая

"Возвращение к истокам"

32

Уэсли Тайлер открыл глаза и сразу же ощутил тупую боль, давящую на лицо. Он добрел до туалета, обнаружил там зеркало и с ужасом увидел свое отражение в нем.

Нос был переломан в двух местах, челюсть опухла, на половину шеи разросся гигантский синяк, лицо было покрыто кровоподтеками, словно он получил парочку мощнейших ударов.

Самое ужасное – Уэс не помнил совершенно ничего, что могло нанести ему такие увечья.

Вчера он, как обычно, искал с Биллом байкера-убийцу, потом отправился домой…

– Будь все проклято, – простонал Уэс и направился к холодильнику. Необходим был лед.

Передвигаясь по квартире, хватаясь за стены, Тайлер постепенно понимал, что находится вовсе не у себя дома. Он оказался в какой-то гостинице, судя по-всему. Голова раскалывалась, Уэс никак не мог прийти в себя.

На кухонном столике лежал целый ворох денег, неподалеку от него – разодранный на части банкомат. Входная дверь была заперта на все замки, а окно напротив – наоборот, раскрыто настежь.

Уэс, испытывая дичайший ужас, добрался до окна и захлопнул его, в панике все же отметив, что находится очень высоко над землей. Этаж двадцатый, не меньше. Наплевав на любую боль, он бегом вернулся к столу и наткнулся на записку, магнитом прикрепленную к холодильнику.

"Здравствуй, Уэсли Тайлер, – гласил лист, – ты меня не помнишь, но недавно мы с тобой очень сильно друг другу помогли. Деньги на столе – моя плата за ту услугу, которую ты мне сослужил. Извини, не было времени на полноценный грабеж, так что я вырвал банкомат из земли кистями и вместе с тобой приволок его в этот номер. Тебе не стоит задерживаться здесь, Уэс. Произошло слишком многое за ту неделю с лишним, которую вычеркнули из твоей головы. Да-да, уже двадцать третье число. Сомневаюсь, что ты сможешь восстановить свою память. Надеюсь, все было сделано правильно. Возьми эти деньги и как можно быстрее найди безопасное место. Тебя могут искать. Подлечись, устрой себе и своей девушке новую незабываемую жизнь где-нибудь подальше от этого проклятого города.

Многого написать здесь я не могу. Ты никогда не узнаешь меня, даже если встретишь на улице. Но ты очень помог мне, а теперь я помогаю тебе. Прости за травмы на твоем лице. По-другому случиться просто не могло.

П.С. Байкер, убивавший всякую шваль на улицах Майами, больше никогда не появится здесь. Его игра закончилась. Но учти, что могут найтись люди, которые будут свято уверены в том, что им совершенное – твоих рук дело. Твое фото попало на главную страницу досье байкера, так что теперь ты – это он. Тебя могут искать, Уэс. Береги себя, и еще раз спасибо".

Уэсли перечитал это еще раз. И снова. Голова разрывалась на части от того, что было сообщено в этом письме. Он достал из холодильника лед и сел прямо на пол, прижав холодный пакет к голове.

За последние пару минут его мир перевернулся с ног на голову неисчисляемое количество раз.

* * *

Порой обычному человеку не под силу пережить все то, что на него свалилось, ровно как и то, во что он влез самостоятельно.

Но Андрей смог.

Он прошел через ад, а потом вернулся назад. И после всего этого его душу и сознание на части разрывали черные молнии.

"Кто я такой? Сверхчеловек? Палач, которому дозволено все? Или простой парень, попытавшийся поднять непосильную ношу?" Он так и не узнал ответа на этот вопрос. И даже себе не мог на него ответить. Никак.

Лена забыла его точно так же, как забыл и Уэс. Единственным способом не навредить любимой для Андрея было держаться от нее как можно дальше. Заставить забыть весь тот ужас, через который он ее протащил. Он не видел других способов сделать ее счастливой.

Тело Альфреда Лонга покоилось где-то на дне океана вместе с отделенной от него головой. Лена никогда не узнает о том, что творилось в их доме в ту самую ночь.

Сначала Андрей верил только в то, что жизнь наградила его теми сверхспособностями, как величайшим даром, который только может свалиться на человека…

Теперь он понимал, что этот дар легко может превратиться в проклятие.

После всех чудовищных передряг, через которые ему довелось пройти, Андрей четко и ясно осознал единственную вещь – один человек не в силах изменить этот мир.

"Не могу понять, как ты оказался в этом месте, в этом костюме и в этих часах с бокалом этого виски в руке, глядя на твое поведение и повадки".

"Знаешь, а ведь все просто. Как-то быстро все вышло. Я – раз, и уже тут".

Он ужасно устал.

И теперь, впервые за несколько месяцев, он шел по своей родной улице, где вырос и провел счастливое детство, ничем не омраченное.

Он вернулся домой.

Ноги до сих пор помнили эту дорогу. И сердце тоже. За все время его отсутствия здесь абсолютно ничего не изменилось.

Андрей подошел к забору своего дома и перемахнул через него. Почти как в те самые времена, когда он возвращался под утро с бурных вечеринок. Он, как-будто, сам несся по проторенной дорожке, уже не контролируя ног.

Навстречу Андрюхе выскочили две маленькие черные как смоль собачки, тут же злобно его облаявшие. Он усмехнулся. Когда он исчез, у родителей еще не было домашних животных. Наверное, они завели их, чтобы хоть как-то заполнить брешь отсутствия в доме еще одного человека…

Андрей грустно улыбнулся и продолжил свой путь.

Может, когда-нибудь он вернется к Лене. И восстановит ее память так же быстро, как и стер ее. Покажет ей все недостающие воспоминания, которые заменят те ложные двадцать лет жизни, которые он для нее создавал…

"Кому я вру? Этот день, скорее всего, никогда не настанет…" Андрей шел налегке. Он не забрал ничего из дома в Майами. Надел джинсы, кроссовки, майку и легкую спортивную куртку, после чего направился в аэропорт. Пусть Лена верит в то, что весь этот особняк, роскошный автопарк и огромная куча денег – ее вечная и неотъемлемая собственность, доставшаяся от богатых родителей.

Пусть…

Так будет намного лучше для них обоих.

Андрей взбежал вверх по ступенькам и толкнул входную дверь. Сбросил кроссовки и сделал шаг внутрь.

– Родной угол, – прошептал он.

Сразу же на кухне он наткнулся на маму, мывшую посуду после завтрака. Она ни капли не изменилась.

– Андрей?! – удивленно воскликнула она и выронила из рук тарелку.

Тут же, через пару секунд, на кухню выбежал отец. Точно такой же, каким Андрюха его и запомнил.

Родители смотрели на него странными взглядами. Не испуганными, не удивленными, просто странными. Его неожиданное появление не совсем вязалось с той легендой, которую когда-то состряпала Лена.

В их глазах читалось осознание внезапно произошедшей приятной неожиданности. Он просто улыбался и смотрел на родителей, прекрасно зная, что сейчас произойдет.

– Сынок? – выдавила из себя мама. – Ты вернулся?

Рядом с головами родителей возникли две серебристые кисти. Увидеть их они, конечно же, не могли.

Андрей грустно улыбнулся.

– Да я никуда и не уходил.

От автора

Летун – мое самое любимое и, пожалуй, первое законченное произведение такого масштаба. Не стоит воспринимать его целиком и полностью всерьез. Прежде всего, это сказка. Жестокая, но, все же, сказка.

Единственное, что я хотел донести с ее помощью до читателей, заключается в следующих словах:

Неважно, на чьей ты стороне, точно так же, как и неважно, во что ты веришь, если твой путь ведет к благой цели. Главное – при любом раскладе оставаться человеком и нести своими мыслями и действиями только добро. Даже в том случае, когда отступать в случае поражения уже просто некуда.

Все персонажи и их действия в тех или иных ситуациях являются полностью вымышленными, любые совпадения – не более чем случайность. В повести использованы тексты песен групп "Ария" и "Алиса".

Спасибо моему постоянному рецензенту, Андрею Вирченко, за помощь в работе над этой повестью. И, опять-таки, спасибо абсолютно всем, кто прочитал ее и понял.

Оставайтесь людьми. И будьте счастливы.

Андрей "Jedi_Punk" Изюмов

Content

Андрей Изюмов
Летун

Часть первая "Что мы можем?"

1

2

3

4

5

6

7

8

Часть вторая "И чего мы хотим?"

9

10

11

12

13

14

15

Часть третья "Грани цы свободы"

16

17

18

19

Часть четвертая "Палач"

20

21

22

23

24

25

26

27

Часть пятая "По ту сторону баррикад"

28

29

30

31

Часть шестая "Возвращение к истокам"

32

От автора