Грей Мари

Лучше один раз попробовать...

Мари Грей

Лучше один раз попробовать…

***

Как прекрасна эта затяжка сигаретой! Ив передал мне ее, хорошо зная мои привычки. Едкий дым обжег мне горло и с упреком пощекотал ноздри, легко улетучиваясь – еще один гвоздь в крышке гроба, привычка, с которой я никак не могу порвать.

Пот, покрывавший мое тело, быстро испарялся, удары сердца становились все спокойней. Какой кайф! Ив постоянно меня удивляет; каждый раз, когда мы занимаемся любовью, оказывается лучше, чем прежде, хотя, казалось, лучше уж некуда. Постель красноречиво свидетельствовала об этом. Матрас сполз с одной стороны на пол. Простыни, до этого аккуратно застеленные, превратились в кипу, взбитую нашими ногами. Даже чехол на матрасе сполз. И мы вовсе не боролись!

Я не знаю, что делает наши забавы такими яркими. Мы каждый раз погружаемся в эротическую атмосферу, отдаваясь общему всепоглощающему наслаждению. Мы становимся почти животными, но животными, которые любят друг друга и хотят друг другу нравиться. Странно, Ив в жизни человек сдержанный, однако в постели он постоянно открывается с новой стороны. Он откровенно, без смущения рассказывает мне о своих фантазиях, объясняя их в мельчайших подробностях. И я с удовольствием включаюсь в игру. Мы столько раз разыгрывали эти сцены, что иногда я спрашиваю себя, настоящие ли Ив и Сара участвуют в них. Тем более, что я рассказываю ему такие вещи… Как правило, я смотрю, в каком он настроении, и действую в зависимости от этого.

Если он смешлив и настроен игриво, я становлюсь развязной служанкой, в одном лишь переднике и наколке. Он ведет себя, как капризный хозяин, бегающий за нахалкой до тех пор, пока мы не ослабеем от смеха и удовольствия.

Если, напротив, я вижу, что он грустит и подавлен, я становлюсь нежной и любящей любовницей; я нежно массирую его, медленно и деликатно вызывая желание. Мы долго и страстно занимаемся любовью.

Но больше всего мне нравится, когда он ведет себя как вояка, прямо и неприкрыто затаскивая меня в постель, следуя лишь потребностям своей страсти. Он может быть таким вульгарным мачо! Я превращаюсь в шлюху, как в словах, так и в поведении, мучая его до тех пор, пока он не вторгается в меня сзади, сжимая мои бедра, чтобы лучше насадить. Мы любим эти маленькие представления, которые сближают нас и оставляют столько приятных воспоминаний.

Однако наша «рутинная жизнь» изменилась с тех пор как… столько же прошло времени? Мне кажется, это был вторник; во всяком случае, где-то на неделе, так как мы оба пришли поздно с работы и были уставшими, и хотели заняться любовью без особых мудрствований. Ив был задумчив. Возможно, обдумывал следующий сценарий; пока он мыл посуду, я расстегнула его брюки. Я склонилась, дразня языком его живот, потом опустилась на колени. Он казался нерешительным… почему не взять инициативу в свои руки? Он ничего не предлагал, и тогда я принялась нежно посасывать его. Он продолжал оставаться молчаливым и задумчивым, потом, кажется, ему что-то пришло в голову.

– Что бы доставило тебе настоящее удовольствие? – спросил он.

Так как рот у меня был занят, а мое воспитание не позволяло мне говорить при этом условии, я промолчала, а он продолжил:

– Ты не хочешь почувствовать другой член?

Я чуть покачала головой в знак отрицания.

– Никогда? Давай, ты вполне можешь сказать мне об этом…

Я снова покачала головой.

– А если бы их было два, мой и чужой?

Это заставило меня поколебаться. Почему я никогда не думала об этом? Я всегда мечтала о стольких трюках, отнюдь не «консервативных», но никогда подобная мысль не приходила мне в голову. Я продолжила ласкать его с еще большим старанием, показывая свое одобрение.

– Ага! Как ты представляешь себе его, этот член? Больше, чем мой?

Хм, деликатная тема, я предпочитала не становиться на скользкую почву и притворилась глухой.

– Держу пари, что тебе понравился бы большой и черный, как бывает в фильмах.

Эта мысль произвела неожиданный эффект. Я никогда не зацикливалась на этих больших и черных членах в порнофильмах. О! Они были великолепны, хотя и немного пугали. К тому же у чернокожих такие ягодицы! Хотя чаще всего думают об их члене!

Я представила одного из этих громадных парней, словно высеченных из скалы, с огромным жезлом. Это было весьма волнующе. Потом я представила Ива рядом и почувствовала приятное покалывание внизу живота. Я глубоко вздохнула, захватывая губами его головку и нежно лаская ее языком.

– Уммм… ты ласкала бы также другого парня?

Я продолжала молчать.

– Клянусь, мне было бы приятно на это посмотреть. Даже не думай…

Его член, вздрогнув, еще больше увеличился.

– Ну скажи, ты бы также ласкала его? Позволила бы заняться с собой любовью? Я мог бы наблюдать?

В моей голове смешались все мысли. Я увидела себя на коленях перед огромным парнем, чей фаллос спускается почти до колен. Я беру его, насколько могу, в рот, а Ив ласкает меня так, как он умеет это делать. Потом незнакомец отстраняется, и Ив занимает его место. Я бы жадно сосала его, а тот, другой, встал бы позади меня на колени и погрузился между моих влажных и раздвинутых бедер. Орган его огромен, и боль, смешанная с мучительным наслаждением, пронзает меня. Я чувствую себя наполненной… Затем пальцы, возможно мои, завладевают моим клитором, безжалостно терзая его, почти причиняя боль. Я испытываю приближащийся экстаз и ускоряю ритм, лаская Ива, в то время как чужак все быстрее и быстрее вторгается в меня. Он делает это так сильно и быстро, что я едва не кричу. Потом он выходит, и я ощущаю, как мою спину и ягодицы заливает теплая жидкость.

Представляя все это, я со рвением вбирала плоть Ива в рот и безжалостно ласкала саму себя. Когда он извергся в меня, я почувствовала теплую волну, накрывшую мое лоно и наполнившую меня удовольствием.

Та картина преследовала меня целый день. Я не переставая представляла себе, как было бы прекрасно обладать одновременно моим несравненным Ивом и тем парнем, которого я вообразила. Я говорила себе, что он должен где-то быть… но где? Каждый раз, когда мы теперь занимались любовью, я представляла себе третьего. Ив, конечно, не подозревал об этом. Мужское эго – вещь хрупкая, и я не могла представить себе, что он и вправду пойдет на это ради моего удовольствия. Однако…

Я не могла долго держать свой болтливый рот на замке. Через неделю после появления этого волнующего призрака я спросила Ива, согласился бы он в самом деле на любовь втроем. Я уточнила, что речь идет о еще одном мужчине для меня, а не о женщине для него, чтобы он не питал пустых иллюзий. Он среагировал так, как я и ожидала:

– Тебе больше меня недостаточно…

– Да нет, ты знаешь это!

Я сделала все, чтобы убедить его в этом. Я сказала, что у меня никогда не было лучшего любовника, и что он так расширил мои сексуальные возможности, что я буду признательна ему до конца своих дней. И добавила (что оказалось легко, так как почти полностью было правдой):

– Ты меня так вдохновил, что я хочу испробовать все твои фантазии, ты не можешь отрицать, что именно тебе пришла в голову эта идея!

– Ну, я польщен… Но если ты войдешь во вкус?

– Ладно, Ив… ведь речь идет о фантазии. Я вовсе не собираюсь устраивать оргии по выходным. И потом, не обязательно быть с ним знакомым, даже лучше не знать его. В этом случае, если он разочарует или не справится, мы не окажемся в неудобном положении. Это был бы самый замечательный подарок, который мог бы сделать мне мужчина!

– Дай мне подумать.

Я замолчала. По своей хитрой природе, я знаю, когда надо замолчать и предоставить все естественному ходу. Я сделала первый шаг, оставалось только ждать, когда он примет решение. Он держал меня в неведении три недели. Три долгих недели, в течение которых я по меньшей мере раз сто спрашивала себя, а не забыл ли он вовсе о моем предложении, или не знает, как отказать мне, не ранив, или все еще размышляет о моей причуде.

Я сгорала от нетерпения узнать его ответ, особенно когда я увидела во плоти мужчину, который мог бы воплотить мои фантазии в жизнь. Я увидела его через два дня после того, как рассказала о своем желании Иву. Вепрь! Когда я узнала, что он существует, было невозможно выкинуть его из головы.

Никогда бы не могла предположить, что встречу его на работе. Однако именно так и случилось… Мужчина, который был воплощением самых невероятных грез. На нем был просторный жилет со знаком службы доставки, с которой мы работали. Но я никогда не видела его раньше. Если бы увидела, то никогда бы не забыла! При виде его я почувствовала легкие мурашки внизу живота, как если бы Ив касался меня языком. Моя мечта обрела реальные черты: это был он, второй мужчина, еще одно средоточие мужской силы, с которым бы я хотела заняться любовью в компании моего возлюбленного.

Но он не был чернокожим. Скорее всего, по происхождению он был индеец. Высокий, с широкими плечами, с длинными сильными ногами. У него были длинные черные волосы, завязанные в хвост и перехваченные кожаным шнурком. Огромные темные, чуть раскосые, широко расставленные глаза делали его лицо необычным. Его медная кожа была восхитительна, его сильная шея походила на шею дикой лошади… я хотела его, как не хотела ни одного мужчину в своей жизни. Я так и застыла там, с сумкой на плече, в полушаге.

Секретарша приняла пакет с обычной улыбкой и подписала квитанцию. Мой Индеец ослепительно улыбнулся ей, и улыбка словно осветила его лицо. Взглянув на меня, он чуть поклонился и ушел.

Я была поражена – мне никогда не встречался столь соблазнительный мужчина! Я хотела увидеть его обнаженное тело перед собой, тело, так великолепно сложенное, ощутить его плоть во рту, почувствовать его сильные руки на своем теле… Короче говоря, я была просто сражена, и чтобы хоть немного прийти в себя, мне пришлось сделать вид, что я ищу что-то в сумке. Взяв себя в руки, я вышла из здания и направилась к машине. Я спешила к стоянке, и чуть было не упустила его машину – машину моего медного божества, – роясь в бумагах. Почувствовав прилив адреналина, я пропустила его вперед, так как он собирался выезжать.

Словно загипнотизированная я последовала за ним, почти не отдавая отчет в том, что делаю, и доехала до коммерческого центра. Там я потеряла его из виду. Разочарованная, я тут же пришла в себя. Ну что меня дернуло следить за ним? Что он подумал бы? Я чуть не оказалась в дурацком положении.

В последующие дни я находила предлог, чтобы оказаться в приемной в нужное время, надеясь увидеть его. Он приходил три раза, и каждый раз мое белье становилось влажным, а его лицо преследовало меня весь оставшийся день. Теперь он – его образ – участвовал в моих забавах с Ивом, а не какой-нибудь воображаемый персонаж. Его черты словно отпечатались в моей памяти, и я представляла его, когда ко мне тянулась рука Ива.

Однажды вечером все повторилось… Я жадно сосала его , потом позволила грубо, болезненно овладеть собой, занимаясь одновременно Ивом. Милый Ив! Должна ли я спросить, что же он в конце концов решил? Может, мне стоит рискнуть и выдвинуть ультиматум? Сигарета чуть не обожгла мне пальцы. Я вскочила, чтобы взять пепельницу, и Ив воспользовался этим, чтобы поправить сбившиеся подушки, перед тем как нежно притянуть меня к себе и сказать:

– Я согласен.

Я решила, что ошиблась, и чтобы не обнадеживать себя зря, притворилась, что не понимаю, о чем это он.

– Я согласен, ты знаешь… на то, что ты попросила… другой мужчина.

– Ты шутишь!

– Нет, нет.

Он шумно вздохнул:

– Я только надеюсь, что это произойдет лишь однажды. Если ты войдешь во вкус или перестанешь хотеть меня, я никогда не прощу себе. Со своей стороны, я приложу усилие, чтобы то, что я увижу тебя с другим, не слишком повлияло на меня.

– Любовь моя, я думаю лишь о тебе, и я так возбуждена…

Это было правдой. Я, конечно, опустила то, что меня так возбудило. Я не стала подливать масла в огонь признанием, что это его более пассивная роль в этой фантазии привела меня в такое возбуждение. Я просто сочилась от возбуждения. Я притянула его руку, и он принялся ласкать меня. Потом мы страстно занялись любовью и заснули в объятиях друг друга.

Я спала неспокойно и вскоре вообще проснулась. Меня заботило то, как, имея согласие Ива, достичь своей цели. Как заполучить прекрасного незнакомца? Все возможные способы и уловки начали мелькать в моей голове. Как я должна выглядеть, чтобы добиться его? Должна ли я, воспользовавшись каким-либо предлогом, хитростью привлечь его, чтобы потом, в зависимости от его реакции, привести в нашу, почти супружескую кровать? Говорят: утро вечера мудренее, но мне казалось, что я ничего не смогу придумать.

Уже почти рассвело, когда, угнетенная тем, что мне не удалось найти какого-либо приемлемого решения, я заснула. Моей последней мыслью было: «А хватит ли у меня смелости осуществить задуманное?»

* * *

Его звали Ше. Он оказался из племени гуронов. Я видела его дважды на этой неделе, и все не решалась приблизиться, чтобы познакомиться поближе. Однако я кое-чего достигла, теперь он знал о моем существовании. У меня появился шанс…

В этот день клиент передал мне важную посылку, которую я должна была получить лично в руки. Когда секретарша попросила подождать в приемной, я не сомневалась, что он придет. И наконец я услышала его теплый голос:

– Это вы Сара Л…?

Я чуть не упала в обморок. Он произнес «Сара» как-то необычно. Он стоял в нескольких сантиметрах от меня, протягивая мне ручку, чтобы я расписалась. Но, остолбеневшая от его присутствия, я не двигалась, любуясь его протянутой рукой. Я представила, как он звонит в мою дверь. Я открываю ему, едва одетая, предоставляя природе сделать все остальное. Все получилось бы, Ив мог бы присоединиться к нам, если бы пожелал, или просто наблюдать. Выбор – самое меньшее, что я могла ему предложить. Ну… это могло пройти.

Надо же мне было ляпнуть напоследок, когда он уже уходил!.. Возвращая ему ручку, я ослепительно улыбнулась, и когда он сказал: «Спасибо, мадам Сара!», я возразила: «Мадемуазель» и залилась краской. Я думала, что умру от стыда, когда он обернулся и спросил: «А, так вы не замужем?», на что я не нашла ничего лучшего сказать, кроме как: «Ну, пока не совсем».

В конце концов, возможно, моя глупость сослужила мне службу. Я решила претворить свой план в жизнь и заманить его под предлогом делового письма, которое нужно отправить завтра, а то, что он считал меня несвободной, поможет избежать недоразумений. В принципе, что я теряю, кроме самолюбия, чести и репутации?

Я изложила свой план Иву. Он оставался молчаливым, не прерывая меня ни вопросами, ни замечаниями. Я была возбуждена и только что не подпрыгивала на месте. Когда я закончила и немного успокоилась, Ив сказал:

– Ты выглядишь так, как будто влюблена в этого парня…

Я попробовала переубедить его, сказав, что Ше просто настолько привлекателен, что любая женщина была бы взволнована его присутствием. Кажется, это его не успокоило, и он дулся, как школьник, у которого украли пирожное. Только бы он не оказался! Только не сейчас! Пребывая на грани паники, я все же смогла сдержаться:

– Дорогой, если хочешь, забудем об этом. Это не страшно, больше не будем говорить об этом, – я довольно смело пошла на этот блеф.

Он проглотил наживку и, почувствовав себя хозяином положения, улыбнулся мне, сказав:

– Да нет, все в порядке! Ведь это я подкинул тебе эту идею. Я не дам задний ход! Слушай, твой план кажется мне подходящим. Расскажи-ка мне детали…

Я кратко описала ему Ше, чтобы изложить ему свой сценарий. В то время как я рассказывала, Ив снимал с меня одежду. Затем он прервал меня, чтобы заполнить собой мой рот. В итоге мы предались бешеной страсти. В моем мозгу мелькало тело и лицо Ше. Я не могла ждать; я хотела обладать ими обоими. Этим же вечером. Когда? Завтра? Невозможно. Послезавтра? Мы заснули, обнявшись: я – представляя будущее событие, Ив – пытаясь задушить последние сомнения. Возможно, он думал, что влип… Мне хотелось его успокоить. Все это не меняло моих чувств к нему, хотя он считал по-другому.

* * *

Я была готова. Предстояло лишь найти серьезный предлог, чтобы заманить Ше к себе домой. Если мне нужно будет доставить что-то совсем «официальное» из тех документов, которые я должна собрать, я рискую получить счет. Кроме того, нельзя забывать о том, что могут послать совсем другого курьера. Я представила, как буду выглядеть… Нет, надо было сослаться на доставку личных сведений, связаться с ним напрямую, сказав, что на работе не в курсе и поэтому важно, чтобы он зашел вечером ко мне домой. При этом пообещать большие чаевые и объяснить, что я выбрала его за его добросовестность и т. д. и т. п. Это должно сработать.

Часы тоскливо тянулись, наконец подошло время, которое я определила себе для звонка. Документ был так важен, что я могла доверить его доставку только ему. Много раз в течение дня мне казалось, что я взорвусь. Если бы я всерьез задумалась над тем, что собираюсь делать, то, скорее всего, отступилась бы. Но я грезила о том наслаждении, которое испытаю, совершенно отринув все опасения.

Шестнадцать часов. Сейчас или никогда! Дрожащей рукой я набрала номер телефона, повторяя себе, что, скорее всего, его нет, что он выполняет срочное поручение. Но секретарь попросила меня подождать, и я услышала его мягкий голос. Почти шепотом – и у стен есть уши! – я попросила его помочь. Он сразу же согласился, записал мой адрес, и заверил, что приедет завтра, ровно в восемь вечера.

Весь оставшийся день я была рассеяна, напрасно пытаясь работать. Провозившись с одним важным делом до последней минуты, в семнадцать часов я вышла из офиса и бегом понеслась домой, чтобы рассказать Иву о произошедшем и навести порядок.

* * *

Следующий день показался мне бесконечным! Кажется, минуты тянулись без конца, не желая приближаться к вечеру. Я постоянно спрашивала: удастся ли мне задуманное; вдруг Ив переменит решение или Ше не поддастся так легко, как я надеялась… или моя мама решит неожиданно навестить меня. Последняя мысль заставила меня подскочить от ужаса и броситься к телефону, чтобы предотвратить подобное. Я обожаю свою мать, но не этим вечером!

Было семнадцать часов. Я вышла с работы еще более стремительно, чем накануне и добралась до дома в рекордное время.

Ив был уже дома, и я убедилась, что он не переменит решение. У него был возбужденный вид. Тем лучше! Я не смогла бы найти силы, чтобы переубедить его. Мы поели, только чтобы быть в форме. В девятнадцать часов я не находила себе места. Ив потянул меня в ванную; наполнил ванну и щедро добавил пены. Потом раздел меня и нежно погрузил в горячую пену. Он осторожно мыл мое лицо, массировал виски и щеки, вымыл все мое тело, задержавшись на животе, который он ласково погладил. Я погрузилась с головой, потом вынырнула, смакуя его ласки. Он медленно возбуждал меня, вызывая в животе сладкое томление. Потом присоединился ко мне, от чего я приятно вздрогнула. Я опустилась перед ним на колени, пропуская его между своих бедер, терлась об него своими полураскрытыми губами. Ив позволял мне это несколько минут, потом поднялся:

– Продолжай без меня… уже почти восемь, я буду в спальне.

Оставшись одна, я рассеянно поглаживала себя. Ив действительно помог унять мое волнение, и я почти спокойно отнеслась к звонку в дверь. Я вышла из ванной, прикрывшись влажным пеньюаром.

Он был передо мной. Наконец.

– Я вас побеспокоил! Извините…

Я возразила, что это не так, и заставила его войти. Я незаметно распахнула пеньюар, открыв тело, по которому стекала вода, и задела твердым соском его пиджак. Я нашла в себе смелость посмотреть в его огромные глаза, пытаясь понять, что он думает. Он посмотрел на меня, потом улыбнулся. Я встала на цыпочки, приблизив лицо к его шее и вдыхая его запах. Его руки были уже на моем теле, стягивая пеньюар, я оказалась полностью обнаженной и прижатой к брюкам, уже натянутым его желанием. Я обрадовалась своему везению. Проще, чем я думала! По крайней мере, на данный момент.

Я призналась ему:

– Я захотела тебя, как только увидела в первый раз.

Я не ждала и не надеялась на ответ. Я принялась покрывать его губы поцелуями, на которые он стал яростно отвечать. Я подумала, наблюдает ли за нами Ив… но предпочитала думать только о Ше. Я набросилась на него, стягивая одежду, пиджак, рубашку, расстегивая дрожащими руками его брюки. Его член превзошел мои самые смелые ожидания. Он был мощный, красивый, длинный. На самом деле, все его тело казалось статуей из бронзы, я была в восторге. Я не удержалась и принялась гладить эту кожу, покусывая его плечи, шею, облизывая его живот, мускулистые руки. Я была вне себя. Насколько я помню, это я увлекла его на диван, стянув с него трусы. Я удобно расположилась перед ним на коленях, как служанка перед хозяином. Его плоть подрагивала, гипнотизируя меня. Я скользнула по ней языком, наслаждаясь тонкостью кожи, обрисовывая все выпуклости, все вены. Мне казалось, что я не смогу взять ее, но мне это удалось, я почувствовала, как она уперлась мне в горло. Она была восхитительна, совершенно другой вкус, чем тот, к которому я привыкла, более нежный. Ше, судя по всему, понравилось то, что я с ним делала, он запустил руки в мои волосы. Мне показалось, что его орудие достигло максимального размера, и Ше воспользовался этим, чтобы прервать мои ласки и, скользнув своим телом вдоль моего, начал тереться своей плотью о створки моей раковины, любуясь этим и не произнося ни слова… Любой звук мог все испортить. Наконец я вобрала его в себя. Он был невероятно велик, я с трудом приняла его. Но в тот момент это беспокоило меня меньше всего! Его руки почти раздавили мои груди, сжимая их. Потом он наклонился и стал покусывать мои напрягшиеся соски. Я наслаждалась этими действиями и ощущением его внутри себя. Он оставался неподвижным, ожидая моего сигнала. Мои мышцы сжималась вокруг его естества; я надеялась, что он почувствует мое напряжение, и начала двигаться медленно, чтобы дать ему возможность судить о моих возможностях. И, предощущая неминуемое наслаждение, стала двигаться все быстрее, втягивая его все глубже. Я встала на ноги, чтобы усилить дрожь, боль, удовольствие. Он понял и приподнял меня на своих сильных руках. Потом он отстранился и повернул меня. Я уперлась руками о спинку дивана, предлагая ему свои расставленные ягодицы. Он раздвинул мои ноги, и – приятный сюрприз! – также опустился на колени, облизывая мою раковину, уже пылающую. Я выждала несколько минут, потом взмолилась о том, чтобы он ворвался в меня. Он выполнил это, и я с трудом сдержала крик от наслаждения этой болью. Он пронзал мое тело, мне казалось, он хочет разорвать меня. И это было восхитительно. Я приоткрыла глаза и увидела приближающегося Ива. Я совсем забыла о нем! Меня кольнуло чувство вины. Возможно, он был прав? Возможно, я не смогу забыть о Ше и после этого вечера еще сильнее буду хотеть его… Слишком поздно, чтобы думать об этом. То, что Ив был рядом с нами, возбужденный и с уверенным взглядом, вызвало во мне жаркую волну удовольствия. Я чувствовала себя красивой, желанной, соблазнительной. Я желала, чтобы он принял участие в происходящем. Я чуть привстала, и, глядя на него, медленно сжала свои груди. Я пощипывала их, гладила, подтягивала вверх, чтобы лизать их. Ив был рядом, а Ше оставался невозмутимым. Великолепно! Все идет так, как я задумала! Я постоянно боялась, что произойдет что-то, что все испортит. Теперь, когда Ив поднялся на диван, взялся за спинку и выставил свой член пред моим лицом, я утонула в блаженстве. Не знаю, смотрел ли он на Ше, и мне все равно, даже если последнего смущало его присутствие. Так или иначе, но происходившее не прервалось, а Ив, похоже, начал получать от этого удовольствие. По крайней мере, он быстро возбудился и извергся у меня во рту. Но он оставался таким же твердым. Я выпустила его изо рта и принялась ласкать его руками, облизывая заодно в ритме ударов Ше. Он снова обрел свое величие, но я чувствовала, как Ше ускоряет движения. Он увеличил силу натиска, прижимая мои ягодицы к своим бедрам, наконец, он сжал их и взорвался во мне. Он так и оставался внутри, поглаживая мне спину и зад, пока восстанавливал дыхание.

Мне кажется, что они договорились, так как Ив отвел мою руку и, спустившись с дивана, уступил место Ше. Тот был так велик, что мне стало жалко наш диван, жертву наших экспериментов… Ив уже был во мне. Я узнала его касания, его ритм, его плоть. Я с радостью впустила его и завладела тем замечательным стержнем, который оказался теперь передо мной. Но произошло что-то странное. В то время как я захватила Ше и начала его возбуждать, Ив вышел и принялся просто наблюдать за происходящим. Он стоял, с бесстрастным лицом, сжимая в руке свой орган. Возможно, он не хотел заниматься со мной любовью сразу после другого? Я, наконец, поняла двусмысленность этой ситуации, и мне показалось, что наша с ним жизнь уже не будет прежней. Ведь хотя я и дала клятву, что подобное не повториться, мои губы ласкали плоть другого мужчины, и я никогда не забуду его. Я вдруг испугалась. Испугалась, что Ив больше не будет смотреть на меня, как прежде, что он чувствует себя, в каком-то смысле, обманутым. Я поспешила довести Ше до оргазма, помогая себе руками. Его тело подчинилось моему внезапному желанию, и на меня выплеснулось его семя. Несмотря на последние мысли, я не могла отрицать, что это было чудесно. Если нужно будет молчать об этом вечере, я все равно сохраню великолепные воспоминания. Зная, что подобное не повторится, я задержала Ше у себя во рту, нежно поглаживая его языком. Я почувствовала, что мне неудобно и распрямилась с помощью сильных рук Ше. Он нежно сжал меня, поцеловал волосы, веки, щеки, губы. В последний раз прикоснувшись, он медленно отстранился:

– Иди к нему, думаю, так будет лучше. Я сейчас уйду.

Ангел! Он избавил меня от выбора, от того, как мне вести себя с ним, и от ответов на его вопросы. Я поцеловала его в последний раз и пошла к Иву. Я молча скользнула в нашу кровать и обняла его. Через несколько минут я услышала, как за Ше (за моей реализованной фантазией) захлопнулась дверь. Я попыталась заснуть, но противоречивые мысли роились в моей тяжелой голове. Не совершила ли я худшей ошибки в своей жизни? Стоило ли этого то необычайное наслаждение, которое я испытала? Я прижалась к своему возлюбленному и другу. Я была уверена, что его мучают те же мысли, и с трудом сдержалась, чтобы не заговорить с ним. Я так хотела, чтобы он сказал о том, что чувствует! Я ощущала его напряжение, его дыхание было ровным, но не расслабленным, что говорило о том, что он не спит. Он взял мою руку и прижал ее к сердцу. Этот жест немного меня успокоил, обещая избавить меня от долгой напряженности в отношениях. Сон завладел мной, унося на своих крыльях и давая надежду на то, что завтра снова встанет солнце и все будет так, как прежде.

* * *

Я проснулась в пустой постели; никаких следов моего возлюбленного. Посмотрев, который час, я решила, что маловероятно, чтобы он уже ушел на работу. Вчерашние события роились в моей сонной голове, и дурное предчувствие заставило меня подняться, несмотря на ранний час и возможность еще поваляться в постели.

Его не было ни на кухне, ни в гостиной. Напрасно я искала записку, которую он, как правило, оставлял мне. Ничего… Кроме кота, трущегося о мои ноги и мурлычущего, и совершенно не озабоченного моими проблемами. Кофе готов… Это уже кое-что. Я решила выпить чашку обжигающего напитка, присев на край стула и пытаясь сообразить, что могло заставить Ива уйти так рано. Но мне ничего не пришло в голову, разве что роскошное тело Ше, касающееся моего, и горящий от желания взгляд Ива. Я с трудом отогнала эти воспоминания, решив вернуться к ним позже. Сейчас мне было страшно. Все то же предчувствие тяготило меня. Я чувствовала себя совершенно беспомощной и решила заняться утренними делами, надеясь, что это поможет мне прийти в себя.

К счастью, я должна была участвовать в утреннем совещании. Это должно было помочь скоротать время… Но собрание закончилось, а я по-прежнему пребывала в неведении. Было уже одиннадцать часов, но об Иве ничего не было слышно. Я пыталась дозвониться ему на работу, но мне сказали, что он еще не приходил, хотя его ждали – он должен был присутствовать на совещании, назначенном на девять утра… Я притворилась, что не имею понятия, что происходит. «Да, конечно, если я что-нибудь узнаю, то попрошу его сразу же перезвонить».

Оставшееся время тянулось долго, не принеся никакого успокоения. Мой звонок ему на работу в пятнадцать часов был также бесполезен, как и предыдущий. По тону секретарши я догадалась, что она тоже беспокоится. Я больше ничего не могла с собой поделать и ушла с работы.

Я вернулась домой взвинченная, расстроенная, издергавшаяся. И поняла, что Ив уже побывал здесь до меня. Сложно было не заметить, что исчез музыкальный центр, опустел шкаф, где висела мужская одежда, а в ванной больше не было ни лосьона после бритья, ни бритвы. Три верхних ящика комода также были пусты. Ушел… ушел навсегда.

Я была опустошена. Мой мозг отмечал все эти перемены, мелочи, но я чувствовала лишь, как внутри меня нарастает холод. Все перевернулось в моей голове, вспомнились лучшие моменты нашей жизни, которых я лишилась по своей глупости, уступив мимолетной и пустой фантазии. В конце концов, он был прав, бросив меня. Будучи честной сама с собой, я признавала, что мне трудно выбросить из головы воспоминания о теле Ше. Сейчас я понимала, что эта картина всегда стояла бы между нами, отравляя наши отношения.

Одна в пустой квартире, где столько всего напоминало об Иве, я чувствовала себя несчастной. Абсурдность моего поведения приводила меня в ярость. Почему я не могла довольствоваться одним потрясающим мужчиной, как все остальные женщины в мире? Нет. Мне захотелось больше, я возомнила, что сильнее всех и могу не считаться с чувствами других. Я часами плакала от гнева и печали. Мне уже отчаянно не хватало Ива; он сумел бы утешить меня… если бы я заслуживала этого! Я расплакалась еще больше. Устав, я уснула прямо на диване, где и провела всю ночь.

Каждый день без новостей об Иве угнетал меня все больше. Мне его так не хватало, что я ощущала физическую боль. И в то же время я не могла прогнать образ Ше из моей глупой головы, спрашивая себя, захотел бы он снова встретиться со мой. Я ненавидела себя за такие мысли, но ничего не могла с этим поделать.

Прошло почти два месяца, когда я решила развеяться с одной приятельницей, прогуляться в пятницу вечером. Мы медленно брели по Бульвару Сан-Лоран в поисках какого-нибудь местечка, чтобы присесть. Мы не знали, что именно ищем; у нас уже урчало в животе, но мы хотели найти что-нибудь с приятной музыкой, напитками и хорошей компанией. Это был славный вечер; впервые с тех пор как меня бросил Ив, я чувствовала, что не так уж отвратительна, что, несмотря на ужасную ошибку, он однажды сможет простить меня.

Потом я словно увидела призрак. Я узнала эту высокую статную фигуру, возникшую ниоткуда. Узкая талия, бронзовая кожа, конский хвост… Я была так взбудоражена его появлением, что чуть было не упустила, что он не один – кто-то шел с ним рядом, очень-очень близко, держась пальцем за пояс джинсов Ше. Это успокоило меня. Не будем нервничать. Он не один: следовательно, не надо заявлять о своем присутствии. Но мое сердце бешено колотилось, руки стали влажными. Лишь бы он не заметил меня!

Парочка – это явно была парочка – продолжала идти, не подозревая о моем присутствии. Потом Ше остановился, чтобы поцеловать голову своей спутницы… и тут я поняла, что это не женщина, а… мужчина. Его профиль заставил меня вздрогнуть. Я окаменела.

Конечно, у него были более длинные, чем прежде, волосы, немного изменившийся стиль одежды, «легкая небрежность», но это был точно он – мой Ив!

Content

Грей Мари Лучше один раз попробовать...

Мари Грей Лучше один раз попробовать…