Leri Hot

Свобода на двоих

Nihil dat fortuna mancipio

(Судьба ничего не дает навечно)

Сенека

Часть первая. Все сначала.

Глава 1

Сидя в машине у парадной, Вэл не хотела выходить. Шел нудный моросящий дождь, было серо и мокро, дома никто не ждал. «Дома. Да, теперь могу сказать, что я дома». И все же там было пусто, идти не хотелось. Она любила быть одна. Никогда не задавалась вопросом, что делать в одиночестве имея массу свободного времени, но сегодня пойдет туда чуть позже. Приняв решение, завела двигатель и поехала в поисках тихого кафе, отпраздновать сегодняшнее событие чашкой крепкого кофе и парой сигарет. Повод для празднования был. «Вот и закончилась моя адаптация к новой жизни, в понедельник на новую работу, не прошло и полгода». Улыбнувшись сама себе, она свернула на маленькую улочку, остановившись у неброской вывески «Espresso», по которой было понятно, что кофе тут точно есть.

Кафе было небольшим и уютным, запах кофе обволакивал собой все пространство. Найдя глазами маленький столик в дальнем углу зала, Вэл направилась к нему. Подошел официант, принял не сложный заказ. «Потом соберу друзей за чем-нибудь более крепким», подумала она, достав сигарету и закурив. Все прошло без ненужной нервотрепки, профессионально и спокойно. Первая рабочая встреча с генеральным директором была довольно информативна, содержала перечень основных вопросов, связанных с персоналом компании. Четко были определены критерии политики компании, проблемы, которые существуют в настоящее время.

Подошел официант, поставив чашку дымящегося терпкого напитка. «Что ж, сегодня пятница, осталась пара дней и окунусь с головой в работу, слава богам, отвлекусь от мыслей о своей личной жизни, полной случайных встреч, чередой незапоминающихся сексуальных контактов и напоминаний о прошлых отношениях, которые давно закончились, но продолжают накрывать меня, как волны время от времени. Да какое там время от времени, с завидной регулярностью». Вэл наблюдала за не многочисленными посетителями кафе и думала о том, как в свои неполные сорок круто изменила жизнь, оставив все, переехав в другой город. Не то чтобы совсем в никуда, тут жили друзья, знакомые, даже бывшие любовницы, но ритм жизни большого города, так сильно отличался от ее предыдущей размеренной жизни.

***

«Черт, черт, черт!!!! Надо было именно сегодня проспать, когда представляют нового директор по персоналу! Почему все так не справедливо?! Славка, я убью тебя сегодня вечером, за то, что не давал мне спать до четырех утра! Хотя ты был великолепен. Все равно убью, если со мной не сделают тоже самое сегодня утром или не уволят к вечеру». Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, Светлана плавно открыла дверь конференц-зала и направилась к своему месту за овальным столом. В полной тишине ее каблуки издавали, казалось, оглушительный звук. Сев, она посмотрела в сторону нового руководителя.

– Прошу прощения за опоздание, – произнесла она ровным голосом.

– Я так понимаю, что к нам присоединился ведущий специалист по рекрутингу.

От ледяного тона этого спокойного и мягкого по тембру голоса, у Светы все внутри сжалось. «Ну, вот я и успела», подумала она про себя, вставая.

– Светлана Суворова, да, я отвечаю за направление рекрутинга, еще раз прошу меня извинить за опоздание.

– Спасибо, госпожа Суворова, что представились. А теперь мы продолжим обсуждение наших текущих задач. Руководителей направлений рекрутинга, адаптации, мотивации, оценки и обучения персонала, а также руководителя кадрового сопровождения, прошу завтра к обеду представить мне отчеты за истекший период этого года, а та же тезисно обозначить основные достижения и проблемы по своим направлениям. С каждым мы еще встретимся лично и обговорим все, но это будет в процессе работы.

Светлана слушала ровный с нотками властности голос, наблюдая за своим новым руководителем. «Сколько ей лет? Не определишь». Зеленые глаза, колючие и чуть напряженные. Светлые волосы, натуральная блондинка надо же, стильная прическа, красивая фигура, видно даже сидя, я бы даже сказала спортивная. Легкий макияж, ухоженные руки с неярким и не длинным маникюром, тонкие, чуть нервные пальцы перебирают дужки очков в тонкой золотой оправе. Строгий деловой костюм серого цвета и такая же, чуть светлей шелковая блузка. «Детали не плохи, но общий вид говорит об одном. Стерва!»

– Надеюсь, что наше сотрудничество будет эффективным. Я ожидаю от всех вас профессионализма и инициативы. Спасибо за сегодняшнюю встречу. На этом закончим, можете приступать к работе, жду отчетов завтра к двум часам.

Все присутствующие встали и начали выходить и конференц-зала.

– Госпожа Суворова, задержитесь, пожалуйста.

У Светы все оборвалось внутри, но спокойно развернувшись, прошла и села на ближайший от стола руководителя стул.

– Вы чуть опоздали, я не имела возможности представиться Вам, так что исправляю это. Меня зовут Валерия Александровна Смирнова, как Вы уже поняли, я новый директор по персоналу. Мне рекомендовали Вас как грамотного и организованного специалиста, надеюсь, что сегодняшний инцидент не является правилом, в последующем мы избежим подобных недоразумений.

– Несомненно, Валерия Александровна, это не является моей привычкой и больше не повторится.

– Понимаю Вас, с каждым может случиться такое и, как правило, это случается в самый неподходящий момент. – Почти незаметная улыбка тронула губы. – Рада, что мы все выяснили, можете идти на свое рабочее место.

– Спасибо за понимание, – тоже чуть улыбнувшись, сказала Светлана и вышла.

Переведя дух, Валерия прошла в свой кабинет, откинувшись в кожаном кресле, чуть расслабилась. «Все прошло не плохо, завтра еще подойдет заместитель, обсудим остальные вопросы, пока пусть отдыхает, отпуск есть отпуск. Но как эффектно появился главный рекрутер». Усмехнувшись, она вспомнила появление высокой стройной брюнетки. «Даже без тени смущения, неловкости прошла уверенным шагом, села, как ни в чем не бывало. Что ж, посмотрим, госпожа Суворова, так же уверенно Вы руководите своим направлением?». Через полчаса ее ждала еще встреча с заместителями гендиректора. «Выпить кофе и идти знакомиться с топ-персоналом, чувствую, затянется все это, но надеюсь не до ночи, в любом случае, еще вернусь сюда». Взяв все необходимое, предупредила секретаря, милую девушку Настю, что будет отсутствовать, скорее всего, до конца рабочего дня, направилась пить кофе.

***

– Светка, привет! – К ней почти подбежал Олег Арсеньев, главный мотиватор компании, как его все назвали. – Ну ты и попала сегодня, с чего вдруг решила засветиться? Я так понял, шутки с опозданиями уже вряд ли прокатят с новым топом.

– Так уж получилось, Олег, хорошо хоть обошлось, и мне не откусили голову за это, – буркнула Света. Было видно, что она сама себя уже сто раз обвинила во всех смертных грехах, среди которых опоздание был не самым тяжким.

– Судя по тому, что мы сегодня увидели, головы нам откусывать не будут, их будут отпиливать медленно и болезненно. – Рассмеялся Олег. – Пошли по кофейку, что ли выпьем и за работу?

– Пошли, только вещи в кабинет закину, а то я так бежала, что все возле конференц-зала бросила на пол.

– Я тебя подожду возле кафетерия.

***

Кафетерий для персонала компании был светлым и просторным, тут собирались на утренний и обеденный кофе все сотрудники, пятнадцати минутные перерывы в работе были идеей Олега, она очень органично вписалась в общий распорядок работы, не нанося ущерба, снимая напряжение. Все равно, основной темой для разговоров за кофе была все та же работа.

Успокоившись после нервного начала рабочего дня, Света догнала Арсеньева. Они были друзьями, Олег всегда приходил на помощь, если был аврал на работе или надо было куда-то подвезти в обед. Машину Светлана не водила, после того, как попала в ДТП. А еще он был другом Славы, ее парня, с которым она встречалась уже два года и в обозримом будущем решила жить с ним вместе.

Валерия допивала кофе, погрузившись в список имен заместителей генерального и руководителей служб, директоров и их заместителей, когда услышала красивый мелодичный смех. Подняв голову, увидела Светлану Суворову, которая весело разговаривала с ведущим менеджером по мотивации Олегом Арсеньевым. Она решила повнимательней рассмотреть своих руководителей направлений. Видно было, что они хорошо ладили, беседа была дружеской. «Хорошо, значит, морально-психологический климат среди специалистов дружелюбный. Во всяком случае, между этими двумя». Взгляд остановился на темных, почти черных глазах. «В таких глазах можно потеряться и уже не найти дорогу назад», – подумала она.

Света ощутила на себе чей-то взгляд, окинув зал ее глаза встретились с внимательным и колючим зелеными. Улыбка стала сползать с ее губ. «Какого черта», – сказала она себе и снова улыбнулась, чуть кивнув Валерии Смирновой, которая внимательно смотрела на нее, потом тоже легко кивнула, встала из-за своего столика и направилась к выходу.

Было уже восемь вечера, когда Вэл подошла к своей машине, что бы ехать домой. Ожидания, что встреча с директорами служб не затянется, не оправдались. Она была утомлена от новых лиц и переизбытка информации. «Вот, дьявол, забыла вещи и ключи от машины в кабинете, надо возвращаться». Поднявшись на свой этаж, она вошла в пустые коридоры офиса, забрала вещи, выключила в кабинете свет. Идя вдоль дверей кабинетов, за одной из них увидела свет, и услышала тихую музыку, доносившуюся оттуда. Остановившись в нерешительности, посмотрела через немного приоткрытую дверь на сотрудника, который не щадя времени своего трудится на благо компании. Чуть сильней приоткрыла дверь. Перед глазами появилась сосредоточенно работающая Светлана Суворова.

– Что Вас так задержало на работе? Небольшое опоздание сегодня утром, не означает, что Вы не должны уходить после работы домой.

Светлана почти подскочила в кресле от неожиданности и вскинула голову в сторону двери.

– Вы меня испугали, – приходя в себя, сказала она. – Еще один такой визит и я уже никогда не приду на работу, потому что меня хватит удар.

– Извините меня, Вы правы. Я должна была сообщить о своем присутствии, – тихий и теплый смех, сопровождавший слова ее начальницы, удивил девушку. – Так что Вас так задержало?

– Завтра с утра и до самого вечера у меня назначено несколько собеседований, к которым сегодня весь день готовилась. А Вам к обеду надо предоставить данные, этим сейчас и занимаюсь, уже заканчиваю, верней. Вам их надо будет распечатать или достаточно файла?

– Распечатайте, пожалуйста. Можете отдать их завтра моему секретарю в удобное для Вас время до обеда или положите на мой стол, когда будете уходить. Кабинет не закрыт.

– Да, хорошо. – Светлана ждала, что еще она ей скажет.

– Что ж, мне пора. – Чуть замявшись, она продолжила. – Вы на машине или Вас куда-нибудь подвезти?

– Нет, спасибо, мне еще потребуется минут пятнадцать, что бы закончить, за мной приедут.

– Хорошо, госпожа Суворова, встретимся на работе завтра. – Вэл уже развернулась, что бы уйти, когда услышала за собой спокойный голос.

– Светлана.

– Что простите? – развернувшись назад, спросила она.

– Мне было бы комфортней, если бы вы называли меня просто Светлана, если можно.

– Да, конечно, Светлана, до свидания.

Когда шаги в коридоре стихли, Света вернулась к отчету. «Она что тоже работала до восьми вечера? Если так, то задержаться на работе будет легко, а уйти раньше не возможно». Тяжело вздохнув от такой перспективы, снова погрузилась в работу. Распечатав данные, Света решила положить их на стол руководителя. Кабинет был просторным, чистым и очень-очень не обжитым. После предыдущего директора по персоналу ничего тут не изменилось, только исчезли личные вещи бывшего хозяина. Света вспомнила, как они не редко всем составом руководителей направлений пили тут кофе, бурно обсуждали работу, или просто смеялись и шутили. «Как будет теперь? Пока ничего не понятно, какого стиля руководства она придерживается, один день не показатель, ну, посмотрим, как все будет». Оставив распечатку, быстрым шагом пошла из офиса.

Неделя пролетела быстро. Вэл входила в курс дел, изучала документы, встречалась с сотрудниками, поговорила со своим заместителем. Алексей был очень компетентным и приятным в общении молодым мужчиной, она решила, что работать с ним будет легко, быстрей бы закончился его отпуск, иначе состояние аврала ее доконает. Приходя на работу рано утром, она уходила поздно вечером. «Завтра суббота, надо будет сходить размяться к Лене». Приехав в этот город, она несколько раз в неделю ходила на занятия йогой к своей знакомой, которая их вела. Неделя сидячей работы и переутомление дали о себе знать, тело молило о том, что бы ему дали другую нагрузку.

Суббота радовала бездельем и ленью, Валерия валялась в постели, смотрела телевизор, несколько раз поговорила со знакомыми по телефону. Посмотрев на часы, стала собираться на йогу. Войдя в спортивный центр, направилась в зал, который арендовала Лена. Быстро переодевшись, присоединилась к немногочисленной группе и наслаждалась асанами, которые лечили ее тело и душу. В душевой уже было пусто, когда она зашла туда и встала под теплые струи воды. Приняв душ, и почти закончив одеваться, почувствовала мягкие руки, обвивающие ее сзади за талию.

– Ты меня совсем забыла, Вэл. – прошептала Лена ей на ухо. Ее ладони скользили по животу, дразня и вызывая приятные ощущения.

– Работала всю неделю, как проклятая, пришло время, когда пора уже чем-то заняться. – Валерия накрыла ладонями руки своего тренера.

– Я звонила тебе несколько раз, но ты не брала трубку, не перезванивала. – Сильные пальцы легко сжимали грудь, чуть прижимая соски.

Вэл тихо застонала, опираясь на тело Лены спиной и откидывая голову ей на плечо. «Не плохое продолжение занятий», подумала она. Они с Леной стали любовницами почти с самого начала занятий. Секс с ней был потрясающим и ни к чему не обязывающим.

– Я была правда очень занята, а приходя домой уже не могла думать ни о чем, кроме подушки. Но я же пришла сегодня. – Выдохнула Вэл дрожащим от возбуждения голосом и развернулась к своему тренеру. Их губы слились в поцелуе, настойчивом и интенсивном.

– Вэл, у меня через десять минут еще группа, – оторвавшись от поцелуя, сказала Лена.

– Тогда перестань так меня целовать и дразнить своими пальцами, – засмеявшись, сказала Валерия.

Лена отстранилась и наблюдала, как она одевается.

– Ну, все, я готова идти домой, а тебя отпустить к начинающим йогинам.

– Я провожу тебя.

Остановившись в почти безлюдном холле, Лена опять притянула Валерию к себе.

– Когда мы увидимся? И не говори, что придешь на занятия, как будет время.

– Тогда сегодня, – улыбнулась Вэл,- когда ты заканчиваешь?

– В семь примерно.

– Жду тебя у себя дома, я тоже по тебе соскучилась, – почти прошептала Вэл и легко поцеловала девушку в губы. Отстранившись, она неспешно пошла к своей машине.

– Конечно, я приду, – донеслось вслед.

***

Лена прошла мимо застывшей на одном месте высокой брюнетки, которая стояла с выражением удивления на лице.

«Это была Валерия Смирнова?». Светлана была не просто удивлена, была потрясена развернувшейся перед ней сценой. Мало того, что не ожидала увидеть своего руководителя здесь, она была под впечатлением услышанного разговора и увиденной близости двух женщин. В обтягивающих джинсах и черной облегающей футболке ее руководитель совсем не походила на ту строгую, сосредоточенную и официальную бизнес леди, которую привыкла видеть на работе. Она вспомнила, как рука Валерии обвила талию, а губы чувственно коснулись чуть открытых губ девушки. «Вот это да, кто бы мог подумать. Нет, я ошиблась, это была не она». Светлана посмотрела через окно холла на стоянку и увидела, как женщина, садится в машину. Это был автомобиль Валерии Смирновой, сомнения рассеялись. «Слава богу, меня не заметили».

***

Света приехала после фитнеса домой. В квартире пахло курицей гриль. Заглянув на кухню, она улыбнулась, увидев Славу в шортах и фартуке на голом торсе, колдовавшим с ужином.

– Привет. Я смотрю, меня ждет королевский ужин? – Она подошла, улыбаясь, и поцеловала молодого мужчину.

– Светка, я пришел, а тебя нет, опять на свой фитнесс бегала? Ты у меня и так красивая, даже очень. Переодевайся, скоро ужин готов будет.

– Ты мой ужин, – ближе прижимаясь, прошептала Света ему в губы, – я тебя ревную к этой курице.

Он засмеялся и поцеловал свою девушку.

– Я скоро с ней закончу, и знай, ты у меня единственная.

– Что мне остается? Только ждать, – шутливо вздохнула она и пошла переодеваться.

Спустя три часа, они лежали обессиленные после очень бурного секса, но Света не могла никак насытиться. Какой-то голод терзал изнутри, и она вновь начала ласкать мужчину.

– Светка, ты сегодня как дикая пантера, ненасытная, страстная. Что с вами на фитнесе делают? – голос стал хриплым от поднимающейся страсти.

Когда оргазм сотрясал тело, перед глазами Светы были губы Валерии Смирновой нежно прижимающиеся в поцелуе к губам другой женщины. «Боже праведный, что со мной». Дыхание восстановилось, она выскользнула из постели, в которой лежал уже засыпающий Слава.

Попив воды, она села на кухне и думала о своих ощущениях. «Наверное мне не хватает эротических фантазий, надо будет посмотреть со Славкой порно». Она засмеялась от этой идеи. «Приключение в холле спортивного центра было сегодня очень эротичным, чистая случайность, что в главной роли была моя начальница». На этой мысли она вернулась в постель, обняла Славу и начала проваливаться в сон. «Она выглядела так расслабленно, молодо и очень красиво» не успев осознать эту мысль, Света заснула.

***

Воскресный вечер проходил за ленивым общением в интернете со знакомыми и друзьями. Валерия была расслаблена и чувствовала себя отдохнувшей. Физическое напряжение сняли занятия йогой, а сексуальное было снято вчера ночью с Леной. Ее гибкое и упругое тело, сильные пальцы и страстные губы доводили Вэл до оргазма раз за разом весь вечер и всю ночь. «Хорошая работа, уютная квартира, красивая девушка, никаких обязательств и страданий душевных. Завтра новый день, пусть даже понедельник. Вот оно счастье».

***

– Прошел месяц, с начала нашей совместной работы. Команда специалистов в вашем лице мне очень импонирует, я рада оказаться в этой команде. Задачи, которые ставит перед нами руководство компании, решаются быстро и эффективно. В связи с расширением компании и открытием регионального отделения на наши плечи ложится очень серьезная и трудоемкая работа по подбору персонала различного уровня и профиля, кадровое сопровождение приема и оформления отобранных кандидатов, разработке адаптационных механизмов и внедрению систем мотивации начиная с первого дня работы. Три дня назад я раздала вам примерные схемы работы по вашим направлениям и сегодня я жду конкретных мероприятий, которые позволят нам уже со следующей недели приступить к этому проекту. Начнем с направления рекрутинга. Светлана, я хотела бы услышать Ваши предложения.

Света слушала этот спокойный, немного холодноватый голос. Она вспоминала, каким он может быть в другой обстановке, с каким придыханием он говорил «я тоже по тебе соскучилась». Память опять заставила вернуться к тому вечеру субботы в спортивном центре, о котором не вспоминала с тех пор и вот сегодня обратила внимание на губы Валерии, на ее руки и не могла оторваться от них, вновь и вновь прокручивая в голове поцелуй и слова «я тоже по тебе соскучилась». Кто-то потряс ее за руку, она очнулась от своих мыслей.

– Ты что творишь, решила ее загипнотизировать? Тебя уже третий раз просят рассказать о планах! – Олег шептал как сумасшедший.

– Каких планах? – прошептала она в ответ.

– Госпожа Суворова, Вам нехорошо?

Света повернулась к Смирновой с нескрываемой паникой в глазах и увидела удивленно изогнутую бровь и веселые искорки в зеленых глазах.

– Н-нет, все нормально, – Она вопросительно посмотрела на Валерию.

– Ну, если с Вами все нормально, тогда, может быть, поделитесь с нами своим планами по набору персонала для регионального отделения?

– Да-да, конечно, – поспешно сказала, Светлана, – у меня два направления набора, непосредственно на месте открытия отделения и тут среди соискателей, которые готовы переехать. Эти два направления включают в себя четыре источника поиска соискателей. Для того, что бы было более наглядно, я подготовила небольшие схемы и перечни направлений и источников. – Света передала одну папку Смирновой, остальные раздала всем присутствующим, продолжая пояснять свои разработки.

«Господи, боже мой, что это было? Она смотрела на меня, как будто мечтательно, в глазах было желание? Не может быть. Она живет с парнем, по всему видно, что очень с ним счастлива». Валерия довольно хорошо за этот месяц узнала своих сотрудников, изучила их личные дела. Светлане было двадцать девять лет. Маркетолог по образованию, после университета попробовала свои силы в рекрутинге и достигла хороших результатов, став грамотным и креативным специалистом по подбору персонала. На ее счету был не один успешный проект. Недавно она стала жить с молодым человеком, и выглядела очень даже счастливо. Светлана Суворова была, несомненно, очень привлекательной девушкой, стройной, с длинными и красивыми ногами, не большой, но высокой грудью, почти черные волосы красиво спадали на плечи и обрамляли правильное, классически красивое лицо, полные губы и черные как ночь глаза. «Да, не будь она такой гетеро, можно было бы просто влюбиться». Но все эти интрижки на работе никогда не были ее привычкой, да и с такими гетеросексуальными девочками связываться давно уже не хотелось. Поэтому их отношения были сугубо профессиональными. «Но будь я проклята, если в ее взгляде не увидела желания. Правда не факт что ко мне, просто я оказалась перед глазами, но видела она далеко не меня».

Выслушав всех руководителей направлений, Вэл еще раз просмотрела все схемы, графики и предложения, которые в течение этого совещания стекались на ее рабочий стол.

– Очень хорошо. Вы проделали не плохую работу, мы с Алексеем Семеновичем, еще раз подробно изучим ваши наработки, обобщим и предоставим руководству на рассмотрение, после утверждения наших планов, создадим рабочую группу и будем планировать выезд на место образования нового регионального отделения.

Когда совещание закончилось, Светлана пулей вылетела из конференц-зала. Вэл проводила этот побег задумчивым взглядом.

Не захотев ни с кем разговаривать, даже с Олегом, Света пошла в кафетерий, чтобы чуть успокоиться, попить кофе, разобраться в своих мыслях и поведении.

Валерия, разобравшись с бумагами, договорившись с Алексеем о времени работы по итоговому проекту, решила разыскать Суворову, что бы убедиться, что с ней все в порядке. Не найдя ее в офисе, но узнав, что Светлану видели по пути в кафетерий, она направилась туда. Взяв кофе, увидела Светлану, сидевшую в одиночестве со склонной головой о чем-то задумавшуюся.

– Не возражаете, если я присяду с Вами? – Валерия посмотрела на свою сотрудницу, у которой чуть вздрогнули плечи. – Я опять Вас напугала?

– Немного, просто я задумалась, конечно, присаживайтесь, я совсем не против.

Валерия присела и посмотрела на опущенные глаза, блуждающие по чашке уже остывшего кофе.

– Светлана, что с Вами случилось? У Вас проблемы или Вы больны? – Валерия чуть дотронулась до руки девушки, почувствовав, что она вздрогнула от прикосновения. Чуть подумав, полностью положила свою ладонь поверх ладони Светы. – Расскажите, что происходит, Вы сама не своя.

Валерия слушала нервное дыхание, видела смятение в ее поведении. Потом Светлана вдохнула глубоко и нервно.

– С момента Вашего появления, я постоянно себя неадекватно веду, Вы, наверное, думаете, что я ненормальная.

Валерия улыбнулась.

– Не говорите глупости, за время своего появления я поняла, что Вы один из самых профессиональных работников, но я не могу понять, что сегодня Вас так озадачило или взволновало?

Света ощущала мягкое прикосновение теплой руки и поняла, что наслаждается им. Она смотрела на тонкие пальцы, лежащие поверх ладони и чуть сжимавшие ее. Хотелось взять эти пальцы и погладить каждый из них. Ее рука вздрогнула от этих мыслей, она посмотрела на сидящую напротив женщину.

Увидев этот взгляд полный тоски и непонятных эмоций, Валерия затаила дыхание и погрузилась в эту непроглядную черноту, начиная тонуть в ней.

– Светлана, расскажите мне, что не так? Может быть, я Вас чем-то обидела или сказала не то, я вижу, что Вас мучают какие-то мысли.

– Нет-нет, все Вы правильно делали и говорили. «Наверное, именно поэтому, что слишком официально Вы со мной разговариваете, не прикасаетесь просто так, не улыбаетесь. Боже, откуда эти мысли у меня? Да что, черт возьми, происходит»? В общем, все Вы правильно делаете и ничего обидного. – Закончила Светлана, опять посмотрев на лежащую руку на ее ладони.

Валерия сильней сжала пальцы, почувствовав трепет? «Ох, черт, я придумываю».

Света почувствовала движение пальцев на ее ладони и более сильное пожатие, трепетное тепло растеклись по телу «почему я так реагирую на нее?»

– Валерия, я хотела, что бы Вы… – Телефонный звонок прервал ее, Валерия извинившись, убрала свою руку, что бы ответить на звонок.

Контакт их рук был разорван. Девушка почувствовала пустоту, но мысли прояснились, она опять запаниковала. «О чем я думаю, хотела сказать, что видела ее тогда и думаю о поцелуе и руках, вот дура, дура»!

Поговорив по телефону, Валерия опять посмотрела на девушку.

– Что Вы хотели мне сказать?

– Я хотела сказать, если Вы позволите, то я хотела бы вернуться к работе, у меня много дел, которые надо закончить на этой неделе, что бы полностью погрузиться в новый проект.

– Если Вам лучше, то конечно, работайте.

Света молча встала, уходя прочь, от женщины, к которой ее стало тянуть так сильно. Она шла все быстрей и быстрей под озадаченный провожавший ее взгляд. Выйдя из кафетерия, она побежала по коридорам здания к себе в кабинет, что бы начать работать и забыть обо всем этом. «Выбросить все из головы, иначе у меня будет нервный срыв, скоро уеду на месяц в командировку, все наладится. Просто нужно время»

***

И все наладилось. Светлана уже две недели занималась региональным подбором, дважды приезжал Слава, они проводили прекрасные ночи, гуляли по незнакомому городу. Все было замечательно, пока не поступила информация, что с целью проверки достигнутых результатов в город приезжает директор по персоналу компании. «Я справлюсь, да и с чем тут справляться, все позади, это были всего лишь временные не контролируемые импульсы, может у меня депрессия была или еще что. Но теперь-то со мной все в порядке».

Утром все началось как обычно, просмотр резюме, назначение интервью, телефонные бесконечные звонки. Света почувствовала оживление в офисе и посмотрела на источник, вызвавший это оживление. В профиль к ней стояла Валерия, разговаривая с одним из сотрудников. Черная блузка плавно облегала ее тело, такие же черные брюки свободно струились по ногам, не высокая шпилька тоже черных классических туфлей. Стройная, подтянутая, вся поза выражала сосредоточенность и энергичность, ворот блузки был расстегнут на две пуговицы, открывая красивую шею, на которой была тонкая золотая цепочка с небольшим кулоном в виде стилизованного знака «ОМ». Посмотрев на лицо своего руководителя, девушка затаила дыхание, легкая улыбка поселилась на губах женщины, но глаза в очках с тонкой оправой были внимательными и сосредоточенными. Сердце как будто замерло. «Ничего не прошло, все стало еще хуже, я скучала по ней, просто по ее присутствию рядом».

– Спасибо за информацию, где расположилась госпожа Суворова? – Валерии указали кабинет, в котором работала Света все эти две недели.

Вэл шла в указанном направлении, уже видя, как Света стоит в дверях и смотрит на нее. «Интересно, как долго она за мной наблюдает?»

– Здравствуйте, Светлана, – улыбнувшись, поприветствовала Вэл. – Вы тут неплохо устроились.

– Да, не плохо, проходите. Я расскажу, что мы успели сделать за это время. – Они расположились в кабинете и стали работать.

Оторвавшись от документов, Вэл посмотрела на часы.

– Где тут можно прилично поесть, с утра не пила ни ела, а уже почти шесть вечера.

– Я Вас загрузила в первый же день, Вы надолго приехали?

– Посмотрим, планировала дня на три, но Вы тут отлично справляетесь и без меня, – улыбнулась Вэл. – Руководство под боком лишний раздражающий фактор, особенно когда и так все идет как надо.

«Только не ты, будь рядом всегда. Я даже осмелела и говорю с тобой на «ты» у себя в голове».

– Тут рядом есть не плохой суши бар, как Вы относитесь к суши?

– Замечательно отношусь, – мягко сказала Валерия, от этой мягкой интонации по телу Светы разлилось тепло. – Вы составите мне компанию? Почему то я уверена, что кроме литров кофе Вы тоже ничего не ели.

– Да, с удовольствием составлю.

– Вот и хорошо, тогда пойдемте, надо ехать или можно пройтись пешком? Хочу размять ноги и подышать воздухом.

– Можно прогуляться, тут не далеко, несколько кварталов.

Идя к кафе, они в основном молчали, Света не знала как себя вести, а Вэл думала: «почему эта девушка так нервничает всегда, когда я рядом? Неужели ее так напрягает мое руководство»? Когда они сели за столик и получили заказ, она все же решилась и спросила:

– Скажите, Светлана, Вам действительно так некомфортно мое руководство и мое присутствие? Вы не обязаны были идти со мной ужинать, если это так, я не нуждаюсь в провожатых.

– Нет, Вы не правы, если бы знали, как Вы не правы! – Взволнованно заговорила девушка.

– Тогда что происходит? Я хотела бы знать, потому что мне тоже не комфортно, ищу причины всей этой ситуации и объяснение, не находя их.

– Причина есть, – спустя какое-то время почти прошептала Света, – я Вам давно хотела сказать, но никак не решалась…

И опять зазвонил телефон. Посмотрев с сожалением на Светлану, Валерия ответила на звонок. «Да, привет Лен, нет, уехала на пару дней в командировку, да… да… я тоже… конечно встретимся, я позвоню тебе, как вернусь… и я тебя, пока».

Слушая этот разговор, Света все поняла, перед ней всплыл образ инструктора по йоге, она не раз потом видела ее в спортивном центре, наблюдала, будто оценивая. И еще, она ревновала? «Только не это, все еще хуже, чем я думала, откуда ревность, она даже не смотрит на меня иначе, как на сотрудника отдела, что я себе придумываю? И, в конце концов, у меня есть Слава, что с ним? Что я скажу ему? Как все это ему объясню, если себе не могу объяснить ничего. Мне даже не нравятся женщины в сексуальном плане! Но когда она рядом у меня внутри все сжимается, я просто умираю от желания, что бы она ко мне прикоснулась, хотя бы как тогда в кафетерии, просто взяла за руку».

– Опять мой телефон нас прервал, извините меня.

– Ничего страшного, нам уже наверно пора возвращаться, завтра тяжелый день, Вы остановились в той же гостинице, что и вся наша группа?

– Да, там же, пойдемте, – Вэл опять заметила, что девушка так и не сказала, что хотела, а перевела тему разговора. «Сегодня хотя бы не сбежала, как в прошлый раз. Может, в следующую встречу, она мне что-нибудь объяснит».

Ночь для Светы была бессонной, она промучилась от своих желаний и мыслей до утра, так и не сомкнув глаз. А Валерия после перелета и дня в офисе заснула, крепко проспав до утра, проснулась отдохнувшей и полной сил.

***

Весь следующий день, он работали, почти не разговаривая друг с другом. Валерия видела темные круги под глазами и очень усталый вид девушки. Наблюдая за очередной кружкой кофе, которую пила Света и посмотрев на часы, на которых было уже пять, она вошла в ее кабинет.

– Вы сейчас пойдете в номер и хорошенько отдохнете и выспитесь.

– Я должна проверить еще несколько резюме и рекомендаций.

– Они никуда не денутся до завтра, ничего страшного не произойдет, если Вы это сделаете позже, считайте, что я Вас отстраняю от работы до завтрашнего утра.

– Хорошо, тогда я пойду.

Светлана пришла в свой номер. Не смотря на усталость и недосыпание, она не могла расслабиться и заснуть, включила телевизор, сидела в кресле, размышляя о том, что ей делать дальше. От всего этого не заметила, как слезы стали наполнять глаза, а уже через несколько минут Света сидела, свернувшись клубочком, и плакала, громко плакала от всех своих мыслей, неизвестности и желаний, которые были неосуществимы. «Она не заинтересована во мне, смотрит как на работника. Что я хочу от нее, что хочу от себя? У нее есть девушка, а я даже не знаю, как посмотреть, как говорить с ней». Так сидя свернувшись и плача, она не заметила, как дверь в номер открылась и вошла Валерия.

– Дверь была приоткрыта…, – слова оборвались при виде плачущей девушки. – Господи, что с Вами происходит? Что случилось, расскажите мне, наконец, или нет?

Вэл подошла и села на ручку кресла, дотронувшись до плеча Светы, которая посмотрела на нее полными слез глазами и опять ничего не сказав, прижалась к Валерии, расплакавшись еще громче. Вэл обняла ее за плечи и стала гладить по волосам.

– Успокойся. Я уверена, что нет ничего такого, чего нельзя было решить. – Она начала тихонько укачивать девушку, как ребенка, продолжая гладить волосы, «такие мягкие и гладкие как шелк».

– Мне даже не с кем поговорить, мои родители, они… – громкий всхлип прервал ее слова, – они погибли пять лет назад, у меня нет никого, с кем бы я могла поговорить, кроме Славы, но ему не могу это сказать, я не знаю, что мне делать, как быть.

– Шшшш, все хорошо, я могу выслушать тебя, не уверена, что могу что-то посоветовать, но выслушать точно смогу, расскажи, если хочешь.

«Она меня называет на «ты», я в ее объятьях, таких уютных, нежных, так мягко со мной говорит». Света даже перестала плакать от осознания всего этого и застыла, боясь случайно нарушить эту сказку.

– Вам я не могу этого сказать тем более, – почти неслышно прошептала она, сильней прижимаясь к Валерии. – Я хочу спать, Вы побудете со мной немного?

– Конечно, побуду, ложись и засыпай. «Вам я не могу этого сказать тем более» – эти слова встревожили. «Что она скрывает и как я с этим связана?»

Валерия села в кресло рядом с кроватью Светы и пока та засыпала, решила просмотреть бумаги, которые взяла с собой в номер, уходя с работы. Она не заметила, как сама заснула под размеренное дыхание Светы.

Девушка проснулась ночью и обнаружила своего руководителя спящим в кресле, рядом с ее кроватью. «Вот это да, она что не ушла к себе в номер, а осталась со мной рядом»? Присев на корточки, она стала изучать лицо Валерии, которое во сне было спокойным и умиротворенным. Высокий лоб, изогнутые светло-русые брови, высокие скулы, красиво очерченные губы «наверное, они мягкие и нежные», не большой, но волевой подбородок. Даже во сне в этом умиротворенном состоянии лицо источало уверенность и силу. Светлане захотелось дотронуться подушечками пальцев до него. Чуть помедлив, он решилась и протянула руку, что бы коснуться. Почти достигнув своей цели, увидела, как глаза Валерии открылись и прямо посмотрели на нее. Рука застыла, а потом резко отдернулась назад.

– Я заснула. С Вами все хорошо?

– Да, уже намного лучше, спасибо, – Света сидела в смущении, не знала что ответить, если вдруг ее спросят, что она только что делала.

– Я рада, что Вы пришли в себя, мне надо вернуться в свой номер. – Вэл встала и чуть поморщилась «поза для сна была не очень удобной, как я вообще могла тут заснуть и что она хотела сделать, протягивая ко мне ладонь?», но вслух она сказала, – Если Вам что-то потребуется, то не стесняйтесь, звоните мне.

– Хорошо, извините меня за истерику и за то, что Вы полночи провели в этом кресле. «Я бы предложила мою кровать, если бы ты согласилась».

– Не думайте об этом, ложитесь спать, завтра утром встретимся в офисе. – Вэл, покинула номер девушки, добравшись до своего, легла спать ни о чем больше не думая.

***

Света пришла на работу раньше всех, сразу приступив к недоделанной вчера работе. Потом провела небольшое совещание с сотрудниками, обсудив планы на день, опять вернулась к текущим делам. Было уже одиннадцать, а ее руководитель, так и не появился. Час спустя Валерия пришла, не присаживаясь, дала несколько указаний.

– У меня самолет через два с половиной часа, если у Вас будут какие-нибудь вопросы или проблемы, обязательно связывайтесь со мной. Уверена, что Вы закончите проект наилучшим образом. Встретимся, когда вернетесь, рассмотрим проделанную работу. До свидания, Светлана.

– До свидания, Валерия Александровна, – Это все, что она смогла сказать.

Девушка долго еще стояла, смотря на закрытую за Валерией дверь, и не понимала, как так быстро могли пролететь три дня, которые внесли еще большую смуту в ее душу. «Надо это заканчивать, вчерашний вечер и ночь, ее объятья, успокаивающие слова, были вызваны только моей истерикой. А сегодня утром она ясно дала мне понять, как ко мне относится, я ее подчиненная. На этом и остановлюсь. А что я вообще хотела»?

***

До окончания командировки, они ни разу не говорили, особых проблем не было, а других причин для звонка Света не могла придумать. Закончив проект и вернувшись в Петербург, Света поздоровавшись с коллегами, немного поболтав с Олегом, направилась к Смирновой, доложит результаты работы. Она заметно нервничала, но и радовалась этой встрече. Секретарь сказала, что Валерия Александровна вчера улетела в Москву, на курсы для топ менеджеров, и будет отсутствовать три недели. Потом сказала, что ее обязанности исполняет Алексей Семенович, он ее уже ждет.

Девушка поникла, все волнения были напрасны, она не увидит ее еще очень долго. «Так даже лучше, время дает мне шанс все забыть, так тому и быть, хватит уже мучиться от необъяснимых желаниях и непонятных чувств».

Вечером, как обычно, ее встретил Славка с огромным букетом цветов.

– Я ужасно соскучился по тебе, хорошо, что закончилась твоя командировка. – Он обнял ее и нежно поцеловал. – Поехали домой?

– Поехали, я тоже рада, что, наконец, вернулась. – Света ответила легким поцелуем.

Она наслаждалась поездкой по вечернему городу, даже пробки ее не раздражали. Вот только совсем не хотелось разговаривать. Отвечала на вопросы невпопад, а то и вовсе не слышала вопросов.

– Ты так вымоталась, что не слышишь меня?

– Наверно, мой хороший, почти засыпаю, только сейчас поняла, как устала. – Она думала о том, что очень сильно ждала встречи с Валерией, но все сложилось не так, как хотелось.

«Она стала моей навязчивой идеей, не могу с этим справиться. Может рядом со Славой смогу взять себя в руки. Завтра будет самый тяжелый день в году, вот уже на протяжении последних пяти лет». Пять лет, которые Светлана провела внутри выстроенной вокруг себя стены.

Она вернулась мыслями в тот теплый сентябрьский день, когда они всей семьей возвращались в город после проведенных на природе выходных. Она была за рулем машины, мама дремала в кресле рядом, а отец с младшим братишкой, которому едва исполнилось четырнадцать, обсуждали футбольный матч, который смотрели накануне. Света закрыла глаза, и сжала до боли зубы. Она помнила только стремительно вылетевший справа с второстепенной дороги грузовик и дальше темнота. Очнулась в больничной палате. Позже она узнала, что все, кроме нее погибли. С семьей для Светы умерла сама жизнь. Родственники взяли все расходы и хлопоты по похоронам. Посетить могилы своей семьи она решилась только через полгода. Придя туда утром, она просидела на мокрой, промозглой земле под нудный моросящий дождь весь день, крича, рыдая от горя, потери и навалившегося чувства вины.

Открыв глаза, Света посмотрела в окно автомобиля. «Я убила их всех. Я должна была быть более внимательной, должна была увидеть этот грузовик». Но с того дня, проведенного на кладбище не было слез, как будто она выплакала их на могилах любимых людей на всю жизнь вперед. Для нее не было оправданием то, что погибший в том грузовике водитель был пьян, что это была не ее вина. Ничто не может быть оправданием, когда в одно мгновение теряешь свою семью, а сама остаешься в живых.

– Опять думаешь о семье?

Светлана вздрогнула от вопроса, но промолчала. Слава появился в ее жизни, когда она была совсем одна. Те люди, которых она считала друзьями, отстранились от нее, или это она от них отстранилась. Ей ничего не было интересно, ничего не нужно, она просто существовала, пока к коллеге по работе Олегу Арсеньеву не пришел друг и не предложил подвезти домой. Так они начали встречаться, и вскоре с ним рядом почувствовала себя не так одиноко. Любила ли она его? Да, несомненно, любила, с ним все было просто и надежно.

– Я поеду завтра с тобой.

– Нет, я поеду одна, как и всегда, мне нужно побыть с ними наедине.

– Свет, нельзя так, давай я побуду с тобой, ведь мы же стали такими близкими.

– Я поеду одна, не настаивай.

Приехав домой, она легла спать, думая о завтрашнем дне.

***

«Здравствуй, мама, здравствуй, папа, братишка, привет». Света положила белые лилии на их могилы, сев на скамейку. «У меня все хорошо мои родные, со мной рядом есть человек, я вам рассказывала уже». Вдруг она осеклась, села на корточки рядом с могилой матери. «Мам, ты мне так нужна, ты всегда мне помогала, когда я попадала в трудные ситуации, вот и сейчас, не знаю, как мне быть, я запуталась и не справляюсь сама. Знаю, ты бы меня не осуждала, я уверена, помоги мне. Слава хороший, с ним тепло и спокойно, но в моей жизни появился человек, который переворачивает все у меня внутри. Я пытаюсь бежать от всего этого, потому что понимаю, это не правильно. И знаю, что не нужна этому человеку, но чем дальше пытаюсь убедить себя в этом, тем меньше сил у меня сопротивляться». Девушка нервно провела ладонью по памятнику матери, где было выгравировано ее лицо. «Мамочка, знаю, ты скажешь, что бы я доверилась своему сердцу и не отказывалась от счастья, что такие чувства просто так не появляются и что бы боролась за него. Ты всегда убеждала меня бороться. Все так, но есть еще одно. Меня это пугает, я никогда не была такой, а тут. Это женщина, мам, тот человек, который постоянно в моих мыслях – женщина. Ты так мне нужна, что бы выслушать и посоветовать, как мне быть дальше». Света с надеждой всматривалась в лицо матери. Но холодный мрамор молчал.

Домой она приехала уже поздно вечером, молчаливая и уставшая. Славы еще не было, не дожидаясь его, легла спать. «Я призналась маме о тебе так быстро» в памяти всплыли зеленые глаза, которые смотрели на нее с тревогой, участием и еще тепло смотрели, не было тех колючих искорок, которые всегда присутствовали во взгляде Валерии. Всегда, но только не в ту ночь в номере, когда она укачивала обессиленную девушку и гладила по волосам. Всматриваясь в эти глаза в своей памяти, она заснула.

Света избегала близости со Славой уже несколько дней, он не настаивал. Просто с тревогой смотрел на нее, объясняя это себе тем, что недавно Света была на кладбище.

Сегодня вечером он решил сделать ей предложение. «Да, так и сделаю, я люблю ее, будет правильным прекратить неопределенность в их отношениях». Слава был уверен в их чувствах, он был уверен в ней, за два года, что они были вместе, не проскользнуло ни тени сомнения.

Света крутила в руках телефон, набирая и скидывая номер, откладывая его в сторону и снова беря в руки. Наконец решившись, нажала кнопку вызова и стала слушать длинные гудки.

***

Зазвонил телефон, Вэл из-за шума, который стоял в стриптиз баре, не сразу услышала звонок, не смотря на монитор телефона, она взяла трубку.

Света уже хотела сбросить вызов, как вдруг в трубке раздался веселый, почти смеющийся голос

– Алло, – слышалась музыка, смех и веселые возгласы, – Алло, я Вас слушаю, – громче раздались в трубке слова, которые старались перекричать шум.

Потом другой голос рядом почти прокричал в трубку:

– Эй, Вэл, хватит болтать по телефону, вон та стриптизерша, которую ты хотела! Давай, заканчивай и пошли веселиться или ты нашла себе уже кого-то на эту ночь? – Раздался веселый женский смех вокруг.

– Да иду уже, иду.

Валерия слушала молчание в трубке и не понимала, кто мог ей звонить в такое время, точно не с работы. Потом услышала в трубке голос, который ей показался знакомым, но из-за громкой музыки приглушенным и не четким.

– Простите, я ошиблась. – Раздались короткие гудки.

«Ну, ошиблись и ошиблись», – подумала она, засунув телефон в джинсы, вернулась к подругам продолжать веселье. Курсы подошли к концу, завтра вечером домой, за это время в первый раз вырвалась отдохнуть со своими знакомыми и замечательно проводит вечер.

***

Света села в кресло тяжело дыша. «Друзья называют ее Вэл, красиво, ей идет, и будь я проклята, она отрывается в стриптиз баре, веселится и вполне счастлива. Хорошо, что она меня не узнала, ну что у меня за поступки»? Потом глаза расширились, а руки затряслись. «О, черт! У нее наверняка вбит мой номер телефона, она поняла – кто это был! И что я ей скажу»?! Ее панику прервал звук, открывающийся двери. Пришел Слава.

Выйдя встретить его, Света встала как вкопанная. В руках у мужчины был огромный букет любимых белоснежных хризантем. Слава стоял, смотрел на нее, улыбаясь, потом достал из кармана бархатную коробочку и открыл ее.

– Свет, я люблю тебя и хочу, что бы ты это знала. Хочу быть всегда с тобой, ты примешь это кольцо и подумаешь над тем, что бы выйти за меня?

Света стояла опешившая и не могла произнести ни слова, этот момент был очень красивым, она улыбнулась, глядя на этого молодого мужчину, который предложил только что ей руку и сердце.

Приняв ее улыбку за согласие, Слава взял ее руку в свои, не успела Света опомниться, как на ее пальце уже красовалось золотое кольцо с красивой россыпью бриллиантов.

***

Вэл проснулась только после обеда, голова побаливала от ночного веселья и выпитого спиртного, но все равно она чувствовала себя отдохнувшей.

«А это еще кто тут» – Откинув простыню, увидела спящую девушку у себя в постели. Усмехнувшись, Вэл направилась в душ, потом прошла на кухню «Хорошо, что сняла квартиру на это время, а не остановилась в отеле, можно кофе сварить». Сидя на кухне, потягивая ароматный напиток, она взяла телефон, проверить, не звонил ли ей кто. Вспомнив о вчерашнем звонке, открыла входящие, ее рука с чашкой кофе застыла, не достигнув губ. На вызове значилось имя Светлана Суворова. «И что же Вам нужно было от меня в двенадцатом часу ночи, госпожа Суворова?». Задумчиво положив телефон, Вэл пошла будить свою ночную гостью и собираться к отъезду.

***

Уром, придя в офис, Света встретила Олега, который хитро ей улыбался.

– Ну, хвастайся и показывай кольцо!

– Ты уже все знаешь, – Света улыбалась, протягивая руку.

– Конечно, знаю, я же его лучший друг, забыла?

Подошли еще коллеги, все смотрели на кольцо, поздравляли Свету, ей было приятно, хоть она и не знала, как к этому всему относится, подумать – не было времени.

– Красивое кольцо. – Голос за спиной заставил Свету вздрогнуть и застыть. «Ну почему она меня так пугает своими неожиданными появлениями»?

Девушка развернулась, их глаза встретились, улыбающиеся колючие зеленые и темные с затаившимся в них ожиданием. Взгляд продолжался несколько мгновений, глаза изучали друг друга, а потом контакт прервался. Вэл улыбнулась.

– Поздравляю Вас, Светлана, думаю, Вы будете счастливы. – И пошла в свой кабинет, оставив Свету смотреть ей в след.

«Ну, что ж, либо я вообще ничего не понимаю в женщинах, либо эта девушка меня хочет. Что это? Эксперимент по совращению начальницы»? Вэл видела, что со Светой творится, но не хотела вникать, надеясь, что это не имеет значения и пройдет также внезапно, как и началось. Но сейчас пятью минутами назад, смотря ей в глаза, она увидела достаточно, что бы все остальное сложилось в одну картину. И эта картина не радовала ее. «Надо ее остановить, уберечь от ошибки, у нее прекрасный парень, он сделает ее счастливой, тем более что эта девушка сама не знает, чего хочет, скорей всего, не отдает себе отчет в своих желаниях».

Они встречались за этот день не раз, Света ждала вопроса о звонке, искала ответ на него, который не выдал бы ее с головой. Но вопроса не было, ни в этот день, ни в последующие.

Слава не торопил с ответом, понимая, что ей надо привыкнуть к этой мысли, да он был уже счастлив от того, что Светка взяла кольцо, значит все хорошо и это дело времени, ведь девушки сами всегда предлагают оформить отношения.

– Слав, сегодня меня не жди рано, у нас день образования компании и будет корпоратив, пойдем в ресторан всем коллективом.

– Хорошо, Свет, ты только мне позвони, как надоест, я приеду за тобой.

– Конечно, не волнуйся за меня, все хорошо будет.

– Я и не сомневаюсь, что будет все хорошо, просто не хочу, что б ты на такси ехала.

– Я позвоню обязательно.

В ресторане они сидели почти друга против друга. Валерия часто ловила на себе взгляд девушки, когда та думала, что ее не видят. Было довольно весело, она позволила себе захмелеть. Коллеги весело болтали, танцевали, смеялись, вечер был уютным и веселым. Увидев, как Светлана пошла в сторону туалета, последовала за ней. «Пора все это прекратить и привести в чувство эту девочку».

Света зашла в туалет освежить лицо, после танцев. Она услышала, как дверь туалета открывается, «вот блин, я забыла закрыться». Развернувшись, увидела Валерию, вошедшую следом, закрывающую дверь, направившуюся к ней с ухмылкой на губах, и встала как вкопанная, наблюдая за неотвратимым движением женщины, которая занимала ее мысли, именно она, а не предложение Славы и не кольцо на пальце.

Подойдя вплотную, приблизив лицо, Вэл произнесла голосом, в котором был сарказм:

– Ну, а теперь ты мне расскажешь, что происходит?

– Я… я… я не могу ни о чем думать, кроме Вас.

– И что же такого ты обо мне думаешь, что заставляет тебя дрожать в моем присутствии, звонить ночами, смотреть с таким желанием на меня? – Вэл прислонилась к девушке, вжимаясь в нее бедрами, прижимая к стене.

Свету трясло от этой близости, ноги дрожали, она чувствовала аромат духов, который проникал, казалось в мозг. Она стояла и не могла сказать ни слова, но резкий нервный вдох, сказал больше, чем слова.

– Ты этого хотела? – с той же ухмылкой Вэл положила свою ладонь на грудь девушки, чуть сжав ее, поведя из стороны в сторону бедрами.

Света глотала ртом воздух, от тех ощущений, которые пронзали тело, но опять не произнесла ни слова.

– Или ты хотела большего? – Вторая ладонь легла на бедро и начала медленное движение вверх, поднимая юбку.

С губ Светы сорвался стон, а затем она почувствовала, как губы Валерии коснулись ее шеи, но это легкое движение превратилось в жесткие покусывания и настойчивые поцелуи.

– Или ты хотела еще большего? – голос звучал жестко и насмешливо, но Света не могла ничего поделать, ей надо было это остановить, но не могла, она жаждала любых прикосновений этой женщины, пусть даже таких.

Легко пробежав пальцами по трусикам девушки, Вэл почувствовала жар и влагу даже через ткань.

– Ну, значит, я все же не ошиблась, – усмехнулась она, – ты получишь этот эксперимент, которого так жаждешь, – и отодвинула рывком тонкую ткань в сторону.

– Я не хотела… – Света не успела закончить фразу, когда ее губы накрыл поцелуй, требовательный, захватнический, терзающий, жесткий, но губы девушки все равно раскрылись.

Вэл вдруг остановилась от осознания того, как легко эта девочка открывается для нее, не сопротивляясь, но отогнала сомнения и резко вошла в ее горячую и влажную плоть двумя пальцами, почувствовав стон, который ворвался в ее губы. И дальше уже не могла себя остановить, как будто электрический разряд пробежал по позвоночнику от этого стона и раскрывшихся губ. Она брала девушку быстро и глубоко, врываясь пальцами в ее лоно и языком в рот. Тело в ее руках дрожало и отдавалось, почувствовав что девушка начала сползать вниз по стене, прижалась сильней, обхватила за талию свободной рукой, ни на мгновение не останавливая движений пальцев, а потом она ощутила, как Света стала внутри вся содрогаться от приближающегося оргазма. Положив большой палец на клитор девушки, она провела по нему, чуть нажимая, и девушка сдалась, сдалась этим пальцам и языку, она сдерживала крик, но не смогла сдержать тело, которое выгибалось в сладком и горьком экстазе.

Валерия крепче обняла ее, ожидая, когда Света придет в себя, дыхание успокоится. Она ненавидела себя за то, что сделала, поняла, что хотела ее не меньше, что все это время в ней накапливалось желание, от ее взглядов, прикосновений, слов. Взглянув на девушку, она увидела слезы, тихо стекающие по щекам. Заглянув в глаза, увидела там боль. Мотнув головой, снова нацепила усмешку.

– Теперь ты попробовала, можешь с этим знанием выходить спокойно замуж и больше себя не мучить. – Она отстранилась, поправила свою одежду и помыла руки.

– Я Вас ненавижу, – прошептала Светлана, сползая по стене вниз и садясь на пол.

– Так и должно быть, госпожа Суворова, так и должно быть, – с этими словами Вэл, открыла дверь и вышла из туалета.

Не заходя в зал ресторана, пошла к выходу. «Достаточно на сегодня веселья». Поймав такси, она поехала домой. Уже в машине голова просветлела, внутри все сжалось в клубок. «Что же я натворила, вела себя как последняя сволочь. Даже, если права насчет нее и для девушки был это просто эксперимент, все равно не имела на это никакого права. Но так продолжаться больше не могло. Но с каких пор я перестала вести себя как нормальный человек и превратилась в такую тварь? И как мы после всего этого будем работать вместе?» – Вэл передернула плечами от ощущения брезгливости к самой себе.

Зайдя домой приняла душ, легла спать, «завтра будет день и будет видно». Проваливаясь в сон, она прошептала «я любила тебя так же сильно, как сейчас ненавижу, ты высушила мое сердце, и я уже никому не верю, не верю в любовь, в людей, но все равно не могу забыть, ни ощущения тебя рядом, ни боль от предательства».

Телефонный звонок вырвал из сна, она сняла трубку.

– Вэл, ты спишь уже? Хотела к тебе приехать, я как раз недалеко. – Валерия узнала голос Лены.

– Нет, Лен, мне рано вставать и да, я уже спала, давай отложим встречу?

– Жаль, я хотела тебя увидеть и провести ночь с тобой, – сказал разочарованный голос.

– Отложим на потом, ладно? Мне надо выспаться, а с тобой это вряд ли получится, спокойной ночи, Лен. – И она положила трубку.

Но как она не пыталась опять заснуть, сон не шел, встала и пошла на кухню, покурить. Что-то во всем этом было не так, почему ее терзал этот поступок, да – он был не этичным, с точки зрения корпоративной культуры, просто по-человечески неприглядным. Все это не вызывало ощущение неправильности растущее внутри нее. «Слишком сильно кричали ее глаза, кричали отчаянием, обидой и болью. Если бы это был просто эксперимент и желание попробовать чего-то необычное, то разве так себя вела бы тогда Светлана? Но нет, я не могу поверить в то, что она была искренна. Я не хочу в это верить. Она такая же, как и Юля, точно такая же и больше терзать свое сердце я не позволю, никому не позволю». Она сидела на кухне пила кофе и курила одну за другой сигарету, за этим занятием застал ее рассвет.

***

Сколько она тут просидела, Света не знала. Поднявшись на ноги, посмотрела на себя в зеркало и опять чуть не расплакалась. Выглядела именно так, как и должна была выглядеть. Использованной, растоптанной и опустошенной. Расправив одежду, она стала смывать растекшийся от слез макияж. Посмотрев в последний раз на себя в зеркало, и решив, что все более или менее, нормально, она вдруг увидела, как на шее проявился темно красный след от зубов и губ, он уже начинал синеть. «Что теперь мне делать еще и с этим»? Раздался стук в дверь туалета.

– Свет, ты там? Уже расходятся все. – Это был Олег, Светлана судорожно закрыла след своего падения рукой.

– Тут, Олег, выхожу уже. Подожди меня у выхода. «Что мне делать? Что говорить Олегу, что говорить Славе, что меня изнасиловали в туалете? Но что мне сказать себе? Я сама это допустила и сама хотела этого, получила то, что хотела. Поверила в выдуманную Валерию, а она оказалась другой и кто в этом виноват? Моя жизнь летит к черту, что будет на работе после всего этого, как я буду вообще находиться в одном помещении с этой женщиной? Что будет дома, когда Слава увидит явные следы измены? Что будет со мной, как я поднимусь после сегодняшнего вечера и пойду дальше»? Но тут захлестнула не просто обида, ее переполняла злость на себя и на Валерию. «Ну, нет, ты не победишь, думаешь, меня уничтожила и посмеялась? Посмотрим, как ты будешь крутиться, я никуда не денусь, сделаю все, что бы прочувствовала на себе боль моего унижения». Выйдя из этого треклятого туалета, пошла навстречу тем решениям, которые приняла.

Не позвонив Славе, Света приехала домой на такси. Он не спал, ждал ее.

– Светланка, я ж просил тебя позвонить мне, я жду, что бы ехать за тобой.

– Я решила приехать сама. Слав, нам надо поговорить. – Она зашла в комнату и села напротив него в кресло. Он моча смотрел на нее.

– Ты хороший, мне с тобой легко и спокойно, – начала Света, – но я не могу быть твоей женой, Слав, – она опустила голову, а потом подняла ее и уже прямо посмотрела ему в глаза. Она знала, что правильно поступает, даже, если бы не это происшествие сегодня вечером, все равно не смогла бы быть с ним всегда. Не было у нее того огня по отношению к Славе, который, как она думала, должен разгораться внутри от любви.

Слава смотрел на нее и не узнавал, блеск в глазах, яростный и отчаянный, в голосе уверенность, всегда мягкая Света вдруг твердо знала то, что говорит, в ее словах не было ни тени сомнения. Потом он увидел следы от зубов и яркий синяк на шее, который вопиюще свидетельствовал только об одном. Мужчина задрожал от ярости.

– И кто он? Как долго ты с ним встречаешься? Ты мне лгала все это время! – Закричал он.

– Не кричи на меня, – спокойно сказала Света, – я тебе не буду ничего объяснять. То, что ты должен знать, ты узнал и увидел. Мне жаль, что так все получилось, но ничего изменить не могу. Даже если бы могла что-то изменить, мои слова относительно нас с тобой, остались бы неизменными. Я не могу выйти за тебя замуж, Слав.

Молча встав, Вячеслав собрался и ушел из ее квартиры и из ее жизни. Света расслабилась. Она даже не предполагала, насколько внутри все было напряжено. Но все закончилось. «Закончилось? Ну уж нет, все только началось, за мою оскорбленную гордость ответственен один человек. И я знаю имя этого человека». Внутри она чувствовала, что не совсем права, но не время и не место для этих сомнений. Завтра она приступит к тому, начало чему было положено сегодня.

Глава 2

На следующий день для Валерии Смирновой на работе начался ад. Поначалу она просто игнорировала Суворову, стараясь давать указания через своего заместителя, но когда поняла, что они не выполняются, начала раздражаться. Девушка вела себя независимо и вызывающе, не просто не исполняя, а, напротив, делая все наперекор, благо на результате работы это не сильно сказывалось. Это приводило Вэл в ярость, «да что она о себе возомнила? Думает не найду на нее управы? Сильно ошибается!». В тоже время продолжала бездействовать, не решаясь надавить на своего сотрудника. Боялась ли она? Вряд ли. Чувствовала вину? Скорее всего.

На плановом совещании руководства компании, Смирнова должна была отчитаться о проделанной за полгода работе по замещению вакантных должностей и перспективах приема на следующий период. Отчета у нее не было, как всегда в последние два месяца, все, что она просила у руководителя направления рекрутинга, улетало в никуда, оставалось невыполненным.

– Валерия Александровна, – начал генеральный директор, – Вы сказали, что отчет не совсем готов, я правильно понял?

– Да, Дмитрий Сергеевич, дело в том, что по моему указанию еще две недели назад был начат мониторинг некоторых направлений по подбору персонала и потребности в нем в центральном офисе компании, а так же региональных отделениях. Как Вы понимаете, это довольно объемное исследование, оно продлится еще пару недель. Что бы быть полностью объективной, четко представлять себе перспективы развития в вопросах персонала, прошу Вас дать мне это время. После окончания всех работ – предоставлю исчерпывающий отчет. – Вэл лгала, лгала от начала и до конца. Никаких распоряжений она не давала, никакого мониторинга и в помине не было. Но как она скажет совету директоров о том, что ее сотрудница просто не выполняет ее указания, только потому, что она повела себя по отношению к ней непростительно и непрофессионально?

– Хорошо, Ваша просьба обоснована, сообщите мне, как будут готовы результаты исследования.

– Да, конечно.

Валерию всю трясло от негодования. Зайдя в кабинет, она позвонила секретарю, почти крикнув в трубку:

– Настя, Суворову ко мне, немедленно!

– Сейчас, Валерия Александровна, – испуганно сказала Настя, которая в первый раз за полгода работы Смирновой, видела ее в бешенстве.

Немедленно наступило через полчаса, когда в кабинет спокойной походкой вошла Светлана сев без приглашения в кресло.

– Госпожа Суворова, мне надоело то, что Вы полностью отказываетесь выполнять мои указания, мне надоело то, что Вы стали напрямую противопоставлять себя моим решениям. Это стало уже вопиющим и отрицательно влияет на работу. – Валерия с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться на крик, но сидящая в кресле напротив сотрудница никак не проявляла своего волнения.

– Я дала указание о подготовке отчета еще две недели назад. Так вот ввиду того, что Вы не выполнили его, я даю новое и на него у вас 10 дней. Провести мониторинг по всем нашим отделениям, включая центральный офис. В случае невыполнения, я вынуждена буду принять к Вам меры.

Света подняла глаза и посмотрела на Смирнову, улыбаясь.

– И что Вы сделаете со мной, госпожа Смирнова? Уволите? – Потом, помедлив, добавила, – Или ты просто трахнешь меня у себя в кабинете?

Валерия сжала до боли кулаки, так что ногти впились в кожу.

– Послушайте, Светлана, тот вечер…

– Достаточно! Я не хочу ничего слышать ни про тот вечер, ни про другие вечера и дни. Ваш отчет будет готов в срок. – Больше ни слова не говоря, она вышла из кабинета.

Звук закрывающейся с силой двери кабинета как взрыв прозвучал в голове Валерии. «О, боже, надо что-то делать или мне просто придется уйти отсюда и искать новую работу». На сегодня потрясений было больше, чем достаточно, она собрала вещи. Сказав секретарю, что появится только завтра, ушла с работы.

Света видела ярость в глазах своего руководителя, ей хотелось разозлить ее еще больше. «Но в чем она права, так это в том, что от этих военных действий начала страдать работа. «А еще правда в том, что я больше не злюсь на нее, но если прекращу так себя вести, она перестанет меня замечать, а я этого не хочу. Пусть лучше война, чем равнодушие. Но в любой войне есть жертвы, и в нашей войне, жертвой стану я, она добьется моего увольнения». Света села за телефон, давая указания своим региональным сотрудникам о сборе данных для отчета.

После разрыва со Славой они с Олегом почти не общались. Он избегал ее, хоть и старался при встречах вести себя естественно. За то время, что они были знакомы, Света стала считать его своим другом. Наверное, она ошиблась. Оторвавшись от монитора, посмотрела на часы, было почти девять вечера. С самого обеда Света не отрываясь делала отчет. На ее плечо легла чья-то рука.

– Свет, что за саморазрушительные действия у тебя в последние месяцы? – Олег присел рядом, взял ладони девушки в свои. – Я друг Славе, но стал другом и тебе. Мне не хочется вставать на чью-либо сторону. Это из-за твоего ухода от него ты так ведешь себя на работе?

– Олежик, понимаешь, я просто осознала, что не смогу дать то, чего он хочет. Слава замечательный и достоин большего, чем жена, которая не испытывает к нему любви в полном смысле этого слова.

– Я тебя понимаю, но ты изменяла ему.

– Я изменила ему всего один раз и в тот же вечер сказала об этом, это был один единственный раз.

– Тогда ты просто поторопилась, со всеми случается, поговорили бы, ты попросила бы прощения, он простил бы тебя, я знаю это.

– Мне не за что просить прощения, Олег, я сделала то, что хотела сделать. «Верней со мной сделали», – с болью подумала она.

Как бы она не злилась на Валерию, все равно не могла ее ненавидеть. Света помнила, что сделали с ней прикосновения и поцелуи. Как она, невзирая на здравый смысл, позволяла ей целовать, кусать, брать ее. Да – не нежно, да – в этом действии не было и тени на влечение со стороны Вэл, но предательское тело это не волновало. Одного присутствия рядом этой женщины было достаточно, что бы превратить ее в трепещущее от волнения и желания существо.

– Я так понимаю, что это произошло там в ресторане? Но там не было никого из посторонних. Свет, скажи мне кто он и почему вы все еще не вместе?

– Я не буду говорить, кто этот человек, так как это не имеет никакого значения. Это было один единственный раз, больше не повторялось и, вряд ли повторится.

– Ну как хочешь, – вздохнул Олег. – Тогда скажи мне, что ты за войну развязала со Смирновой? У нее скоро кончится терпение, все видят, как она невероятными усилиями сдерживает вулкан эмоций, дает тебе шанс за шансом, что бы преодолеть твое упрямство. Все это видят, хочу тебе сказать, что большинство отдела на ее стороне.

– На ее стороне?! Большинство на ее стороне?! – Света не верила своим ушам. – Смирнова может идти к черту! Меня бесит ее манера руководства, она сама меня бесит! – Взорвалась Света.

– Ну вот, понеслось, что ты так на нее взъелась? Да, она не самый сердечный человек на свете может, перегибает с официозом в отношениях с нами, но согласись, с ней легко работать, никаких некомпетентных требований не предъявляет.

Света молчала, Олег, конечно же, был прав, как руководитель Валерия была очень компетентна, в работе с ней не было лишней суеты, все шло четко и не давало сбоев. «Но я хочу ее не как руководителя».

– Ты знаешь, что сегодня на совете директоров из-за того, что ты не сделала отчет, она попала в очень трудную ситуацию? Ее компетентность была под угрозой.

– Я не сомневаюсь, что она сказала, что некая Суворова, не подготовила данные. – Зло сказала Света.

– Ты ошибаешься, не знаю, как и что она сказала, но ответственность взяла на себя.

Светлана удивленно посмотрела на Олега. «Она меня защитила? Или она защитила себя? Она могла грамотно преподнести информацию о некомпетентности своего сотрудника и при этом не кинуть тень на свою. Тогда почему это сделала?»

– Ладно, я постараюсь засунуть подальше мою нелюбовь к Смирновой, что, собственно, я сейчас и делаю, готовлю этот отчет.

– Поздно уже, давай я тебя до дома довезу?

– Спасибо, Олег, я сегодня на фитнесс иду, уже пару месяце не ходила, надо размяться, до центра подкинешь меня, а то я уже опаздываю?

– Поехали, конечно, подвезу.

***

После этого безумного дня Вэл покаталась по городу. Вечером пошла на йогу, не затем, что бы увидеть Лену, пригласить к себе или поехать к ней, а просто забыться, привести себя в норму. Позанимавшись и попрощавшись с тренером, она выходила из спортивного центра, когда на нее кто-то налетел.

– Куда ж вы так спешите, чуть не сбили меня с ног. – Придержав налетевшего за талию, чтобы не дать упасть ни себе, ни налетчику, Вэл подняла глаза. На нее смотрели черные как ночь и удивленные глаза Светланы Суворовой.

Их взгляды застыли не в силах оторваться друг от друга. Они стояли в этом странном объятии в дверях и молчали. Наконец, Света начала отталкивать Валерию.

– Отпустите меня, – прошипела девушка.

– Простите, я не знала, что это Вы, – разомкнув руки и чуть отходя назад, тихо сказала Вэл.

– Не удивительно, Вам, видимо, все равно кого и где прижимать к стенке.

Слова больно ударили Валерию, но она промолчала.

– Светлана, нам надо поговорить, прошу Вас, мне надо объяснить Вам все.

– Что Вы мне можете объяснить? Вы разрушили мою личную жизнь, Вы превратили для меня работу в пытку! «Что я несу, не она виновата, не только она».

Вэл вздрогнула от этих обвинений, но она знала, что Света рассталась со своим парнем и она догадывалась почему, на следующий день после корпоративного вечера, придя на работу, она увидела следы своих губ и зубов на самом видном месте на шее у девушки. Никакие свитера с высоким воротом не скрыли этого.

– Да, я виновата перед Вами и, наверно, уже не смогу ничего исправить, конечно, не смогу вернуть вашего мужчину, но с работой то мы можем разобраться и договориться как нам вести себя друг с другом?

В голосе Валерии девушка услышала раскаяние и вину. «Ты можешь все исправить, но как нам выбраться из всего этого я не знаю. И я не знаю, хочешь ли ты исправлять все тем способом, который мне бы понравился».

– Я опаздываю на тренировку, пропустите меня.

– Да, конечно. – Вэл освободила проход и смотрела, как девушка бегом помчалась от нее. «Как мне ее вызвать на разговор, если она вся как ёжик выставила свои иголки и не подпускает? А если она согласится, что я ей собралась объяснять?»

Валерия села в свою машину и закурила. «Меня тянет к ней, в первый раз за два года меня к кому то тянет сильней, чем просто провести ночь. И что она сделала такого, что бы обошлась так с ней? Я видела ее неуверенность, неловкость, напряженность в общении со мной и когда я поняла причину этой неловкости, я просто взяла, скомкала и выбросила ее чувства и терзания в мусорное ведро, оставив сидеть на полу в туалете ресторана. Она не предавала меня как ты». Мысли Вэл вернулись в прошлое.

Они встретились у общих друзей. Юля была дизайнером и предложила помочь с оформлением квартиры, которую Вэл только что приобрела. Вместе они проводили вместе много времени, до позднего вечера сидели над эскизами, спорили, смеялись, потом все переросло в любовь. Эта квартира стала их общим домом на три счастливых года.

Закурив еще одну сигарету, Вэл завела двигатель и включила печку, было уже холодно, но так и не тронулась с места.

***

В ее жизни не было такого всепоглощающего счастья, как то, что внесла Юля. Она не видела никого, кроме нее, и это было взаимным. «Когда наступил этот момент, который я упустила? Почему не поняла по твоему поведению, что все уже давно не так, как раньше? Почему не задавалась вопросами, когда ты все чаще задерживалась за проектами на работе, а потом звонила и говорила, что останешься у родителей ночевать? Потому что любила тебя и верила тебе, верила во всем. В тот день я хотела рассказать тебе, что хочу купить нам домик, не большой, но уютный на берегу моря и ты сможешь все там устроить так, как тебе нравится, я даже не буду вмешиваться. Я хотела с тобой проводить там наши отпуска, наслаждаясь солнцем, морем и друг другом. Смотреть на твое загорелое тело и слушать твой смех».

– Вэл, нам надо расстаться.

– Почему, что ты говоришь, Юленька?

– Я выхожу замуж.

– Что? Я не понимаю, ты шутишь? Скажи, что ты шутишь.

– Мы подали заявление в ЗАГС сегодня, я познакомилась с его родителями, а он с моими. Ты же понимаешь, что у нас все было временно, такие отношения просто развлечение. Ты взрослый человек, была замужем, я тоже хочу быть счастливой, что бы был муж и дети и сидеть с бабушками и душками за столом и, – она перевела дух, – я хочу семью, это то, что ты мне дать не можешь.

– Будь счастлива.

С того разговора они больше не виделись и не разговаривали. Вэл знала, что у Юли все хорошо, она родила сына и была счастлива в браке. Но в небольшом городе не пересечься, не слышать друг о друге просто не возможно. Приняв решение, она все продала и уехала сюда, начинать новую жизнь. Любила ли она еще Юлю? Нет, это она знала точно, но с тех пор убегала от любых отношений. «Эта девочка напомнила мне тебя, но я ошиблась, она не убежала от трудностей и не кинулась в ЗАГС быстрей бы забыть все. Она приняла совсем другое решение, да она вымотала мои нервы своим поведением, она воюет со мной и не берет пленных, бросая мне в лицо обвинения, но она никуда не уходит. Она не ты и если я смогу, если ей все еще от меня что-то нужно, то попытаюсь все изменить».

На улице было уже темно, Вэл увидела фигуру Светы, выходящей из центра. Выйдя из машины, поежилась от порывистого холодного ветра, направилась к девушке. Догнав ее, осторожно взяла за локоть. Света быстро развернулась.

– Черт Вас побери! Вы намерены все же убить меня? Хватит ко мне подкрадываться как змея на охоте! – Света тяжело дышала от испуга.

– Пойдем в машину, я довезу тебя до дома.

– Я не нуждаюсь в Ваших услугах! Если хотите спокойной жизни на работе, то я обещаю, что так оно и будет, не буду притворяться и улыбаться при виде Вас, но все указания и распоряжения будут выполняться без промедления! Вы это хотели услышать? Вы услышали!

– Ты после тренировки, а на улице холодно, поехали, не будь ребенком, просто довезу тебя и все. – Вэл отпустила ее локоть. Света, не ответив ничего, пошла дальше.

Валерия вернулась к машине и подъехала к идущей по тротуару Светлане, остановилась и открыла дверь.

– Садись, ты мне нужна завтра на работе, а если ты простудишься, то отчет опять зависнет.

Помедлив, Света села в тепло салона.

– Ну как я могла подумать что-то другое, конечно, отчет.

Вэл улыбнулась.

– Пристегнись. Прости, что тут накурено.

– Я переживу, а Вы курите? Что-то я не замечала этого на работе.

– А на работе я и не курю, говори куда ехать.

– А с каких пор мы перешли на «ты»?

– С недавних, так куда ехать? – Светлана назвала адрес, всю дорогу они промолчали.

Когда они подъехали к дому, Света вышла из машины, буркнув «Спасибо» и скрылась в парадной. Чуть постояв, Вэл тоже поехала домой.

Зайдя домой, Света, не раздеваясь, села в прихожей. «Как все это понимать? Что она хотела мне показать и доказать? А может быть ничего, просто пытается наладить хоть какие-нибудь нормальные отношения, что бы работать спокойно». По спокойной работе она и сама соскучилась, надоело противостоять нормальным решениям руководителя, придумывать, как вставить ей палки в колеса. Решив, что с завтрашнего дня будет вести себя профессионально и адекватно, но при этом держать дистанцию, Светлана разделась и прошла в комнату.

***

«По крайней мере, она меня не ударила, не стала и дальше обвинять во всех тяжких грехах и жизненных неудачах. Это прорыв, а остальное мы будем исправлять завтра. Настойчивая, упрямая и решительная девушка, и еще очень красивая». Сегодня Вэл посмотрела на Светлану Суворову другими глазами. Ни как на сотрудника, ни как на желающую сексуальных экспериментов девушку, а как на девушку, которой она – Валерия, не смотря на их противостояние, была не безразлична. Видно было, что злость у нее прошла. Осталась досада, обида и все та же неопределенность, но то, что она больше не будет мстить и ставить подножки – это очевидно. «Может, на этом и остановиться? Наладятся рабочие отношения и, со временем, забудется мой поступок? Что я смогу ей дать, тем более, что давать мне нечего. Да, надо пока все наладить на работе, об этом и буду думать».

***

– Вот видишь, чуть справилась со своей неприязнью, и она оставила тебя в покое, не давит и дает спокойно работать. – Олег шел рядом со Светой по коридору. – Да куда ты так несешься?

– У нас сейчас сбор всех моих сотрудников, будем верстать проект отчета, поступили почти все результаты исследований. Наисследовали такого, что работы и мне и тебе на год вперед предстоит. Хочешь, посиди с нами послушай, со стороны свежим взглядом посмотри, может, что скажешь умного.

– Давай посижу, ты и правда успокоилась, так ведь?

– Потом о моих внутренних переживаниях поговорим, сейчас пойдем поработаем, мои уже там все, я ждала факс из Мурманска последний.

Зайдя в зал для совещаний, Олег сел чуть в стороне, не мешая рекрутерам.

На работе наступило перемирие. Валерия уделила внимание другим направлениям, видя, что группа подбора работает без встрясок, спокойно и решила не вмешиваться пока в их деятельность. Но к концу недели сроки с отчетом уже поджимали, надо было просмотреть хотя бы проект исследований.

Проходя мимо зала для совещаний, она услышала оттуда голоса. Приоткрыв дверь, увидела всю группу подбора персонала.

Заметив руководителя, Олег хотел поздороваться, но она остановила его движением руки, давая понять, что не стоит привлекать внимание к ее персоне.

Постояв так пару минут, она наблюдала, как слажено работают сотрудники, хотела уже выйти, как вдруг, сидевшая к ней спиной, Светлана повернулась и вопросительно посмотрела.

– Не хотела вас отвлекать, я уже уходила, извините, что оторвала от работы. Ну, раз уж вы прервались, то можно взглянуть что получается? Если все еще слишком сыро, то я не настаиваю и могу подождать итогового проекта.

– Нет, у нас почти все готово, если хотите, то вот тут, можно с монитора посмотреть. – Света чуть отодвинулась в сторону, давая доступ.

Вэл подошла не присаживаясь в кресло, чуть склонилась над столом, опираясь на спинку кресла, в котором сидела Света. Девушка вся внутренне напряглась. «Опять она так близко, вот протяни руку и можно дотронуться до нее. И ее духи приятно ласкают своим ароматом и можно почувствовать запах кожи». Она так сильно сжала столешницу, что костяшки пальцев побелели, и закрыла глаза. «Лишь бы не вскочить и не убежать от этой близости или, того хуже, не обнять ее за талию и не привлечь к себе».

Олег видел, что Света стала как натянутая струна. Вся ее поза говорила о том, что она очень напряжена и сдерживает какой-то порыв. «Надо с ней поговорить, она старается, но видно, что плохо справляется, что могло вызвать такую сильную неприязнь у нее? Ведь видно, что Смирнова спокойно общается, Света не является ее нелюбимым сотрудником, скорей, наоборот, она уделяет ей времени и внимания больше, чем остальным. Конечно, это связано с тем, что Смирнова пытается привести взаимоотношения в рабочее русло, но надо выяснить, в чем причина».

Вэл изучала данные и неосознанно положила руку на мышку, что бы прокрутить текст. Ее рука легла поверх руки Светланы. От неожиданности она дернулась, но взяла себя в руки. «Что подумают другие, если я сейчас отбегу отсюда и отдерну руку?», поэтому она просто посмотрела на Светлану.

– Вы позволите? – она замерла, ожидая реакции.

Света сглотнула комок, подкативший к горлу от теплоты руки Валерии, от ощущения ее прикосновения.

– Да, пожалуйста. – Она медленно вынула руку из-под руки Валерии.

Внутренне расслабившись, что все обошлось, Вэл еще пару минут пробегала глазами выкладки. Потом выпрямилась.

– Когда будет печатный вариант?

– Думаю, что завтра к обеду мы сможем все закончить.

– Замечательно. Не буду вас больше отвлекать, спасибо. – И Вэл быстро вышла из зала.

«Черт, надо сегодня куда-нибудь сходить выплеснуть энергию или Лену пригласить. Я впервые так остро почувствовала, как мне нравится эта девушка и то, как она на меня смотрит ожидающе-настороженно, и то, как она пахнет, и то, как реагирую я сама на ее близость. Меня в жар бросило от этого прикосновения. Меня начало затягивать, надо от этого бежать». Валерия чувствовала, как руки дрожат от этого контакта с ладонью Светы, вспомнила как раньше дрожали руки девушки, когда она ее касалась до того злосчастного вечера. «Если бы я обратила на это внимание раньше. Ну, обратила бы, и что бы я сделала?» Не найдя ответа на этот вопрос, Вэл вернулась к работе.

***

Когда все разошлись из зала заседаний, Олег подошел к Светлане.

– Сядь и объясни мне, что у тебя с ней произошло. Я думал, что ты ее готова была ударить, когда она дотронулась до тебя!

– Олег, я, правда, сейчас очень занята, давай потом поговорим, мне надо все это обобщить и сверстать, ты же слышал, она хочет это завтра к обеду.

– Она НЕ ХОЧЕТ это завтра к обеду, это ты сказала, что будет все готово завтра к обеду. Думаю, она была бы не против, если б ты и в понедельник ей принесла отчет.

– Ладно, умник – это я сказала, доволен? – Света собирала бумаги и выключала ноутбук.

– Если ты не скажешь, что происходит, то я вынужден буду стать телохранителем Смирновой, потому что опасаюсь, что однажды ты ее убьешь.

«Скорей уж поцелую». Света не заметила, что произнесла эту фразу вслух, чуть слышно, но вслух.

– Что ты сказала?

– А что я сказала? Говорю работать мне надо!

– Светка, ты только что сказала «скорей поцелую» я слышал.

Света зажмурила глаза и тяжело опустилась в кресло, обхватив руками голову.

– Я так сказала?

– Да, Свет, ты так сказала. – Олег сел рядом и обнял девушку за плечи. – Что это все значит и что означают твои слова? Нет, не говори, я, кажется, начал догадываться. Так как ты ведут себя только те, кто ненавидит и те, кто любит.

Она молчала, что тут говорить, оправдываться глупо, сказала ведь. Доказывать, что все не так, как он решил? Она этого делать не будет, потому что лгать бессмысленно.

– Светочка, посмотри на меня, пожалуйста, ты должна кому то сказать все. – Света подняла глаза, и он увидел в них столько боли, что сильней сжал ее плечи. – Все так плохо?

– Все так плохо, Олег. Я сама не рада тому, что происходит, но я ничего не могу поделать, я решила лучше возненавидеть, чем вот так мучиться, но у меня и это не получается, я не могу ее ненавидеть.

– А есть за что ее ненавидеть?

– Нет, совсем нет.

– Ты из-за нее отказала Славе?

– Нет, не из-за нее, а потому что не любила его по-настоящему.

– А та измена была… – Олег не успел закончить фразу.

– Нет! Она не имеет к этому никакого отношения! – Света лгала, но она хотела защитить Вэл. «Все же я солгала ему, но так будет лучше». – Ты же видишь, как она ко мне относится? Холодно и официально, меня это убивает.

– Откуда это в тебе, Свет? Ты что и раньше женщинами интересовалась?

– Нет, конечно, раньше я не интересовалась, даже не думала об этом, пока не появилась она.

– Вот так дела и что будешь делать?

– Да что тут сделаешь, пройдет, может, скоро все.

– Это что насморк что ли? Пройдет у нее. Надо с ней поговорить.

– Пошли работать, а? И так вытянул из меня всю душу.

– Давай я поговорю с ней Свет, если ты не можешь.

– Дурак что ли? Работать пошли, все пройдет. «Я не допущу, что бы надо мной опять посмеялись, как бы меня к ней не тянуло».

***

Вэл мчалась в аэропорт. Маринка, ее лучшая подруга, была в очень тяжелом состоянии. Вчера она родила малыша и после родов, потеряв сознание, до сих пор не пришла в себя. Муж у Марины был в командировке где-то в Австралии и еще не прилетел. Из Шереметьево она поехала сазу в больницу. Заплатив персоналу, она практически не выходила из палаты вот уже третьи сутки, уходя только спать в маленькую подсобную комнату, где стояла старая медицинская кушетка. Они подружились с Мариной еще в университете и вот уже двадцать лет делили свои радости и беды друг с другом. Вэл была свидетельницей на свадьбе у Марины и ее мужа Саши. Маринка долго не могла забеременеть и вот, наконец, у них получилось, но беременность протекала тяжело, ребенок родился раньше срока.

– Что это меня тут за привидение охраняет?

Вэл вздрогнула и отвлеклась от воспоминаний.

– Маришка, солнце мое, ты очнулась. – Вэл вскочила из кресла и подошла к кровати.

– Очнулась, что мне было еще делать, иначе ты б ты тут умерла сидя без воды и еды, – улыбнулась подруга.

– И не надейся, посидела б еще дня три и ушла, сколько можно, – Вэл вытирала лицо и грудь Марины влажным полотенцем. – Ты как?

– Все со мной нормально, отдыхала после родов.

– Замечательно просто, мне бы так отдохнуть, вырубиться дня на три, ни о чем не думать.

Они улыбались друг другу.

– Я позову врача, тебя надо осмотреть.

– Только не уходи, ладно? Побудь еще немного со мной.

– Я никуда не уйду, пока Саша не приедет, – отдыхай, я быстро.

После ухода врача, Вэл села рядом с кроватью, на которой лежала Марина.

– Может, ты поспишь?

– Я уже наспалась, а вот тебе надо выспаться.

– Утром прилетит Саша, а мне надо в Питер, на работе меня уже потеряли, вызванивают по нескольку раз на дню. Так что я побуду с тобой до утра и улечу.

– Как ты, Вэл? Выглядишь хуже меня, – Марина посмотрела озабоченно на свою подругу.

– Да нормально все, работаю, живу – не тужу.

– Ну, я наслышана, как ты живешь. Прошло много времени, тебе пора уже придти в себя. Жизнь не закончилась с тем предательством. Пора идти дальше.

– Я и иду, вон работу поменяла, город, развлекаюсь на всю катушку, что еще надо, Марин? – Вэл не хотела говорить о себе.

– Лерочка, неужели нет никого, кто б тебя интересовал хоть чуть-чуть, я имею в виду, чуть больше, чем просто переспать и утром пока солнце не встало убежать из постели, что б вдруг не подумали, что ты готова к отношениям?

– Не знаю, что и сказать, а чем плоха такая жизнь, ты так говоришь, потому что завидуешь мне, – тихо засмеялась, Вэл.

– Ты меня раскусила, – улыбнулась Марина. – Но я серьезно. Я помню, как ты переживала уход Юли. Но, Вэл, прошло уже два года.

– Марин, я защищаю свою психику, и Юля не ушла, она сбежала тайно, не забыв при этом нанести удар в спину, эти тайные игры и ложь меня больше не прельщают, нет никакой гарантии, что такого не повториться, так что, я даю гарантии сама себе.

– Играя в Казанову, ты не даешь себе гарантий, ты просто спряталась от всех чувств и сидишь там. Вэл, дай людям шанс, не все такие, как Юля. Но знаешь, в твоей жизни я не уверена, может ты все же обратишь внимание на мужчин опять? Они надежней.

– Ой, не начинай, Марин. Ты сама не веришь в то, что говоришь. Тебе повезло, но это не значит, что повезло также всем остальным женщинам, живущим с мужчинами.

– Ладно-ладно, ты права. Но обещай мне, что ты дашь шанс человеку, если вдруг заинтересуешься кем-то. Просто попробуй.

– Я подумаю, Марин, ничего обещать не буду, но подумаю.

Они проговорили до утра, пока в палату не влетел Саша с цветами и тревогой на лице.

– Оставляю вас, ребята, мне пора в аэропорт, а то опоздаю на самолет. Приеду к вам скоро, надеюсь, крестины без меня не пройдут?

– Какие крестины, без крестной матери? – Саша обнял Вэл. – Спасибо тебе, я чуть с ума не сошел, только то, что ты с Мариной, помогло мне пережить эти дни.

– Я рада была побыть с подругой и не выслушивать ее нескончаемую болтовню, а спокойно посидеть рядом. – Улыбнулась Вэл.

– Я тоже тебя люблю – засмеялась Марина. – Как долетишь – позвони нам.

– Обязательно, ну все меня нет.

***

Питер встретил теплой погодой и ярким солнцем. Решив не заезжать домой, Валерия поехала сразу на работу. «Там есть одежда, так что переодену свои джинсы и поработаю немного, завтра надо будет представлять совету директоров отчет, почитаю его, а потом уж домой».

Переодевшись, Валерия пошла в кафетерий попить кофе и потом приступить к работе.

Увидев, Валерию, заходящую в кафетерий, Светлана заметила, как осунулась ее начальница. Под глазами лежали темные тени, черты лица заострились и говорили о сильной усталости. «Куда она ездила и что у нее случилось. Зачем же ты пришла на работу, отдохнула бы сегодня. А, точно, завтра совет директоров». Ей хотелось подойти обнять Валерию, поинтересоваться что случилось, выслушать и побыть рядом. Но ничего такого, конечно не сделала.

Глава 3

– Господи, откуда тут осы?!!! – Света носилась по кабинету, как ужаленная и била себя по груди.

– Да остановись ты, дай посмотрю! – Олег схватил Свету за руку и притянул к себе.

– Она у меня под блузкой, я чувствую, как она ползает там!!

– Снимай блузку сейчас же, иначе она тебя укусит, ее надо выпустить!

Света начала расстегивать судорожно блузку, и когда последняя пуговица была расстегнута, а блузка распахнута, Олег склонился над ней посмотреть, нет ли укусов и где эта треклятая оса.

Вэл слышала, что Светлана еще на работе, не смотря на то, что рабочий день был уже закончен, решила зайти и уточнить некоторые данные по отчету. Она открыла дверь и увидела, Свету с расстегнутой блузкой и склоненного над ней Арсеньева и застыла в дверях. Оба были возбуждены с раскрасневшимися лицами и тяжело дышащими. «М-да, все так, как я и думала, еще сомневалась». Вэл подавила вздох разочарования.

Света застыла с открытым ртом, когда в дверях увидела Валерию. Она посмотрела ей в глаза и опять увидела в них тот же взгляд, как там, в туалете ресторана. Холодный, издевающийся, чужой. Она резко запахнула блузку, ее крик слился с хлопком закрывающейся за Валерией дверью.

– Она меня укусила! Черт, черт, черт! Олег, Валерия только что застала нас в этой позе!

– Дай посмотрю укус, надо его обработать.

– Нет, я должна ее догнать, она подумала черте что!

Вэл зашла в кабинет с тяжелым чувством. «Завтра уточню с утра. Пусть развлекается девочка, по всему видно она одумалась и встала на свой истинный путь». Она собрала вещи, уже собралась уходить, как в кабинет просто вбежала Света.

– Валерия Александровна, я хотела Вам все объяснить, то – что Вы видели это совсем не то! – Светлана говорила быстро и сбивчиво.

– Госпожа Суворова, мне нет дела до Вашей личной жизни. – Холодно сказала Валерия – Единственное, о чем я прошу, это оставить свои сексуальные отношения за стенами работы.

– Да не было никаких сексуальных отношений! Мне под блузку залетела оса!

– Я видела эту осу, довольно симпатичная оса мужского рода. Я рада, что Вы пришли в себя и, надеюсь, все наши недоразумения остались позади. А теперь, позвольте мне уйти. – Вэл двинулась на Свету, стоящую в проеме закрытой двери.

Света стояла и не знала, что ей делать, позволить уйти сейчас Валерии означало, что все было кончено, уже никакие объяснения и действия ее не убедят. Она так и стояла в дверях, не пропуская ее. Потом решившись, расстегнула блузку.

– Вот, видите, она меня укусила. – На животе у Светы было красное припухшее пятно.

– Что Вы творите?! – Вэл посмотрела на живот девушки и увидела свежий укус, воспаленная кожа пылала. – О, боже, больно? Надо обработать укус чем то, у меня в машине есть аптечка, надо принять противоаллергическое средство. У тебя нет аллергии?

– Вроде бы нет, болит немного, но страшно было, когда она ползала по мне под одеждой.

– Надо посмотреть, нет ли жала и все равно выпить таблетку. – Вэл провела пальцами по укусу. – Вроде бы нет ничего.

Когда ее пальцы оторвались от кожи девушки, Света взяла руку Валерии в свою ладонь и сжала.

– У нас ничего не было. Олег только хотел выгнать осу из-под моей одежды, – прошептала она. – Глупая ситуация, я предполагаю, как все это выглядело со стороны, но все не так.

– Тебе так важно, как это выглядело в моих глазах?

– Мне очень важно. Может я все испортила. Верней не я, верней все это так некстати и вообще, – Света опять путалась в словах. Валерия молча наслаждалась прикосновением, не торопясь убрать свою руку. Потом она улыбнулась.

– Тебе не кажется, что это знак, что бы все уже было закончено?

– Нет. Мне кажется, что если бы не этот укус, я бы никогда не решилась ворваться к Вам в кабинет и тем более, никогда бы не позволила себе все остальное.

– Пока из нас двоих только я позволила себе слишком много, чего не должна была позволять. – Валерия отвела взгляд.

– А мы можем забыть о том инциденте и, может быть, будет все иначе, если начать все сначала? – Света затаила дыхание, ожидая ответ.

– Зачем тебе все это нужно?

– Я не могу забыть, не могу не думать о Вас. Я понимаю, что я Вам не нужна, но ничего не могу поделать с собой.

– Света, послушай меня, – девушка подняла на нее глаза, в них Валерия увидела ожидание и надежду. – Мы работаем вместе, но даже не это главное, ты очень красивая девушка, в тебя можно влюбиться и полюбить, но я не тот человек, который нужен тебе. Ты даже не знаешь, что ты начала. Ты не знаешь этого мира, он не открыт, ты не сможешь ни рассказать друзьям, ни порадовать родителей, понимаешь меня?

– Мой самый близкий друг – это Олег Арсеньев, и он знает о моих чувствах к Вам. А родителям я уже все рассказала. Рассказала, что думаю постоянно о женщине и хочу быть с ней ближе, так близко, как она мне позволит.

Валерия стояла и не верила в то, что слышала.

– Как это ты рассказала родителям? Света, ты слышишь себя?

– Я Вам все могу объяснить, только… только, дайте мне шанс. Я ничего не прошу от Вас, и ничего такого сверхъестественного не жду, просто я хочу, что бы Вы были рядом со мной, хотя бы иногда.

Валерия привлекла Свету к себе и обняла. Это объятье так отличалось от того жесткого и агрессивного, что помнила Света, что она просто растворилась в нем, впитывая всем своим телом нежность рук и пьянящий запах, она уткнулась в волосы Вэл и тоже обвила ее руками.

– Мне надо подумать, я не планировала чего-то подобного, понимаешь меня? – Вэл поглаживала тихонько спину девушки. – Я не буду ничего обещать, потому что знаю – это все не правильно. Но твоя настойчивость сбивает меня с толку.

– Я тебе совсем не нравлюсь, да? – Чуть слышно прошептала Света.

– Нравишься, очень нравишься, но пойми, все не так просто.

– А ты всегда планируешь все в своей жизни и не допускаешь, что может случиться что-то неожиданное и восхитительное?

– Да, в последнее время я так и делаю, ты все мои планы пускаешь под откос, я не уверена, рада ли я этому, – губы Вэл были напротив шеи девушки, которая так доверчиво прижималась к ней. – Давай сейчас мы закончим на этом. Есть кому довезти тебя домой?

– Да, Олег довезет, он там нервничает сидит, наверно.

– Ну, иди к нему и успокой.

– Это ведь не последний наш разговор?

– Я обещаю подумать обо всем, договорились? – Вэл разомкнула руки и, отстраняясь, легко дотронулась губами до шеи девушки. – Иди, мы еще поговорим.

Когда дверь за Светланой закрылась, Вэл опустилась в кресло. «Судя по всему, я попалась, но я все еще не знаю, хочу ли я этого».

***

– Ну как все прошло? Я не понял, ты улыбаешься что ли? – Олег смотрел на улыбающуюся Светлану и сам стал улыбаться.

– Улыбаюсь. Мы поговорили, я надеюсь, что не в последний раз. Олег, я ей сказала, потому что она подумала, что мы тут с тобой сексом занимались.

– Ты так говоришь, как будто заниматься со мной сексом – это что-то не естественное и ужасное.

– В моем случае – это так и есть! – Засмеялась девушка.

– Слушай, а откуда ты взяла, что она вообще заинтересуется твоими чувствами и вообще отношениями между женщинами? Я, честно, удивлен, что она просто не выставила тебя из кабинета как сумасшедшую.

– Просто знаю, и не спрашивай откуда.

– Не буду спрашивать, договорились. Значит наша железная леди – та еще горячая штучка? – Олег лукаво улыбался. – Кто бы мог подумать!

Света была поглощена своим ощущениями после встречи. «Может все будет по-другому, я измучена всем этим, месяц за месяцем я только все больше чувствую, что мне не хватает ее внимания, ее прикосновений. Как она меня сегодня обнимала и легонько прикоснулась губами. Такие мягкие и теплые губы, которые могут быть властными и требовательными, какими они могут быть еще?». Света ждала с нетерпением завтрашнего дня, впервые ждала с надеждой.

***

Но на завтра ничего не изменилось, как будто и не было вчерашнего разговора, объятий и ладони Вэл, лежащей в ее ладони. Все, как обычно, было предельно официально. Света решила, что после работы просто поговорит с Валерией, пусть ни о чем, может, попросит подвезти ее до метро или до дома. Но и это не осуществилось. Валерия ушла чуть раньше, а Света пропустила этот момент. «Надо просто дать ей немного времени, она же вчера сказала, что ей надо подумать».

Вэл ушла с работы как можно незаметней, чтобы не встретиться со Светой. «Трусливо убегаю, но придумать ничего не могу». Ее пугало, что день то дня у нее перед глазами все чаще стоял ее образ, преследовало ощущение трепетных губ, которые она яростно целовала, дрожащего в ее руках тела, которое она так нещадно брала, солоноватый вкус кожи, которую она легко коснулась губами. И глаза… глаза, смотрящие на нее с затаенным желанием и вызовом одновременно.

Света ждала, терпеливо ждала обещанного разговора и принятого решения. Зима уже закончилась, в небе, все чаще стало появляться солнце, согревая все вокруг. Уже кое-где на островках, появилась трава и стали желтеть цветы мать-и-мачехи. Но на душе было серо и тревожно. «Я не сдамся. Я еще подожду». Она ни с кем не встречалась, иногда выходила в кафе и клубы со своими знакомыми, но чаще всего проводила время одна или с Олегом. Они не разговаривали о Валерии, но Олег видел, что, не смотря на весеннее солнце, сердце у Светы осталось в зиме.

***

Вэл, брела по весеннему городу, по старым улочками, иногда присаживалась на скамейку в каком-нибудь маленьком сквере, для того, что бы выкурить сигарету. Была суббота, она все же решилась поговорить с собой откровенно. «Она молчит, только вопросительно смотрит на меня, а я отвожу взгляд». Валерия все это время пыталась найти хоть какой-то признак того, что девушка передумала. Однажды она увидела, как возле работы ее встретила веселая компания, они направились, смеясь и шутя, в клуб. Неосознанно пошла за ними, но ничего, кроме пары танцев со стороны Светы она там не увидела, девушка все больше сидела, потягивая коктейли. А потом она ушла, простившись с друзьями. Клуб был не далеко от дома, где жила Светлана, она шла пешком. Вэл хотела догнать ее и проводить, но передумала, просто сопроводила ее до парадной дождавшись, когда за девушкой закроется дверь.

Встречи с Леной постепенно сошли почти на нет, но ни одну, ни вторую это сильно не тревожило. Так было даже лучше, не надо ничего никому объяснять, кроме себя самой. «Твое терпение и молчаливое ожидание подкупают меня, твои губы и глаза притягивают меня, так чего же я жду, почему не могу поверить тебе? Или не могу поверить себе, в том, что я смогу решиться на большее, чем просто встречи раз в неделю. Ты не этого от меня ждешь, веришь в меня, простив и дав возможность принять решение самой».

***

– Вы сегодня рано, Валерия Александровна, время полвосьмого, что-то срочное? – Игорь, охранник офиса, допивал свой утренний кофе, когда Вэл пришла в понедельник на работу.

– Доброе утро, Игорь – улыбнулась она. – Да, надо кое-что успеть сделать до начала рабочего дня. Как прошла ночь?

– Все нормально, спокойно и без происшествий.

– Ну и замечательно, хорошего утра и дня Вам.

Она поднялась к себе в кабинет, достала из сумки маленький букет нежных весенних крокусов и маленькую вазу белого фарфора, налив в нее воды, она поставила в нее нежные белые и сиреневые цветы, решительно направилась в кабинет Светланы.

***

Настроение с утра было пасмурным, как и небо над городом. Света плелась на работу как невольница. «Сколько еще я выдержу это ожидание?» Ничто не радовало, на работе было затишье, а в личной жизни полоса невеселых раздумий и ожиданий. Зайдя в кабинет, она сняла куртку. Обернувшись, она застыла в недоумении, взгляд приковал маленький букет цветов в белоснежной фарфоровой вазочке.

Сев за стол она подвинула цветы ближе и обвила ладонями не в силах оторвать взгляд. Света легонько поглаживала прохладный фарфор, а на губах расцветала улыбка. «Это она, я хочу верить, что это она. Мог еще Олег, но пусть это будет она». Девушка набрала номер Олега.

– Олег, ты где?

– Подъезжаю к работе, а что? Тебя где то забрать?

– Нет-нет, все нормально, просто так позвонила.

Положив трубку, Света опять стала улыбаться. «Мне надо увидеть ее, срочно». Выйдя из кабинета, направилась по коридорам, в надежде встретить Валерию. Она подошла к секретарю руководителя.

– Привет. Насть, – улыбнулась Света.

– Здравствуй, Свет, что это у тебя с утра такое улыбающееся настроение?

– Да вот зашла узнать, Валерия Александровна у себя или еще не пришла?

– Да она появилась ни свет ни заря, часов с семи, наверно тут. Я на работу пришла, а у меня на столе уже ворох бумаг, не знаю когда все это делать. Ты может, не пойдешь к ней, а то опять поругаетесь, мне потом крутись. – Настя посмотрела на Светлану, – А ты что все улыбаешься и улыбаешься, задумала что то?

– Да не пойду я к ней, просто спросила. Мне надо будет документы занести. Попозже, она никуда не собиралась уходить? – Дверь кабинета открылась и появилась Валерия.

– Настя, готовы те документы, которые я дала с утра распечатать? – Вэл говорила со своим секретарем, а сама смотрела на Свету и видела ее улыбку, которую та никак не могла скрыть, как не старалась. «Несомненно, она догадалась, кто подарил ей цветы и мне нравится, как светится ее лицо, наверно я хочу видеть эту улыбку чаще». Незаметно для себя самой она тоже начала улыбаться.

– Светлана, Вы сегодня всех заражайте своей улыбкой? Вон и Настя улыбается, определенно мне нравится Ваше настроение.

– У меня просто замечательное настроение. – Светлана смотрела в зеленые глаза, видела в них теплоту и веселых чертиков, эти глаза рассказали ей все, что она хотела знать. «Да, это она, все сомнения развеяны».

– У Вас ко мне дело или зашли к Насте?

Света замялась, вроде бы она узнала, что хотела, но возможность оказаться с Вэл наедине упускать нельзя.

– Да, я шла к Вам, надо обсудить некоторые вопросы о предстоящей работе.

– Заходите, только у меня минут двадцать, не больше, затем мне надо уехать.

– Да мне не долго, я не займу много времени.

Настя стояла, не веря своим глазам, еще недавно эти двое вели войну и не могли без грома и молний смотреть друг на друга, а сейчас стоят и улыбаются как давние знакомые. «Чудны твои дела, Господи», – подумала Настя, провожая взглядом Смирнову и Суворову.

Валерия зашла первой и остановилась возле стола. Закрыв за собой дверь, Светлана подошла почти вплотную к ней.

– Спасибо за цветы, они такие красивые, очень нежные, они самые лучшие, потому что они от Вас. – Света опустила глаза, но потом опять посмотрела на улыбающуюся женщину.

– Я рада, что они тебе понравились. – Вэл мягко коснулась пальцами щеки Светы.

– Так Вы подумали? – Светлана накрыла палацы Вэл своей ладонью, сильней прижимая их.

– Я подумала, – нежно произнесла Вэл, – но мы поговорим об этом в более подходящем месте, хорошо? Мне на самом деле пора ехать.

– Может быть сегодня вечером? – Света поглаживала ладонь Валерии и потихоньку терлась о нее щекой.

– Да, дождись меня, и мы пойдем, поговорим в какое-нибудь кафе, – ладонь скользнула вниз и Валерия провела большим пальцем по губам Светланы. – Какие мягкие у тебя губы.

Ее глаза тоже задержались на губах девушки, она продолжала проводить по ним подушечкой снова и снова, пока не почувствовала, как дыхание девушки стало боле прерывистым и быстрым.

– Сейчас только утро, мне нужно будет много сил, что бы дождаться вечера или какой-нибудь стимул, – прошептала Света.

Вэл привлекла девушку к себе и коснулась ее губ своими, потом полностью накрыв губы девушки она провела языком сначала по верхней, а затем по нижней губе. Но когда почувствовала, что губы Светы начали раскрываться, отстранилась, услышав разочарованный стон.

– Такого стимула будет достаточно? – Спросила Валерия чуть срывающимся голосом.

– Ну, может быть теперь мне ждать будет полегче, но если бы еще чуть-чуть, то было бы еще проще. – Улыбнулась Света.

– Если еще чуть-чуть, я тебя уже не выпущу из этого кабинета, мои встречи сорвутся, а Настя будет в шоке от доносящихся отсюда звуков. Так что давай остановимся и отложим на попозже, – тоже улыбаясь, ответила Вэл.

– Я не могу перечить своему руководителю, поэтому просто смиряюсь.

– О, ну конечно, она не может перечить, а кто мне пару месяцев назад выматывал все нервы? – сузив глаза, весело парировала Валерия.

– Понятия не имею, кто Вам что выматывал, – сделав невинный взгляд, ответила Светлана.

Они обе рассмеялись.

И Настя действительно была в шоке, услышав смех из кабинета, «Видимо, я что-то я упустила из виду или прохлопала важное событие, что могло произойти, что бы так разительно изменились их отношения? И когда это Смирнова смеялась вообще на работе, да и с кем со вчерашним врагом, ну может не врагом, суть в том, что происходит что-то необычное и нелогичное».

Весь остаток дня Светлана просто летала на работе, улыбка до вечера не сходила с ее губ.

***

– Добрый вечер. – К охраннику подошла стройная шатенка чуть выше среднего роста. Ее волосы струились ниже плеч, свободный брючный костюм в стиле сафари только подчеркивал плавные изгибы тела, а глаза цвета ртути были обрамлены длинными ресницами. Идеальный макияж дополнял красоту молодой женщины.

– Здравствуйте, чем могу Вам помочь?

– Мне нужна Валерия Смирнова, Вы не могли бы сказать, как ее найти?

– К сожалению, Валерии Александровны в настоящее время нет в офисе, но должна уже вернуться, Вы может подождать ее в холле на креслах.

– Спасибо, я так и поступлю.

Заходя в офис, Валерия посмотрела на часы и улыбнулась, наступил вечер, все дела на сегодня закончены, сейчас они со Светланой пойдут в какое-нибудь уютное маленькое кафе и поговорят о планах на будущее. «Или пригласить ее к себе? Нет, позже, надо просто поговорить. Если я с ней останусь наедине, да еще у себя дома, то вряд ли смогу сказать то, что хотела, а просто займусь с ней сексом. Мое воздержание в течение месяца превратило меня в пуританку».

Боковым зрением она увидела, как сидящая в кресле холла женщина поднялась и направилась в ее сторону. Повернув голову, Вэл застыла, улыбка сползла с лица. Она не сделала ни шага навстречу приближающейся к ней фигуре. Когда та подошла на расстояние вытянутой руки, Вэл вскинула голову.

– Что ты тут делаешь? – Голос Валерии был наполнен металлом.

– По-моему, это очевидно, я пришла к тебе.

– Как ты меня нашла и зачем я тебе потребовалась?

– Я хотела тебя увидеть и поговорить, мне многое надо сказать, но не тут. Вэл, мне необходимо с тобой поговорить.

– Ты мне все сказала два года назад, Юля, я не думаю, что хочу еще что-либо слышать и слушать. Так что, твои усилия по моему поиску были напрасными. Не появляйся больше. – Вэл развернулась и пошла к лифтам.

– Постой, мне надо тебе многое сказать, просто выслушай меня!- Юля быстрым шагом подошла опять к Валерии.

– Ты долго собиралась и все, что ты собираешься мне сказать, не имеет для меня никакого значения.

– Послушай, просто дай мне немного времени. – Юля взяла ее за руку, которую та резко выдернула.

– Я тебе дала три года моей жизни, вряд ли каких-то полчаса будут достаточными, да и получаса у меня нет для тебя.

– Вэл, я ошиблась, фатально ошиблась, я сделала самую большую ошибку, так поступив и потеряв тебя. Я давно расплатилась за это, страдала, хоть ты и не веришь, не переставала тебя любить на протяжении всего этого времени, мне не просто далось решение разыскать тебя. Дай мне шанс просто поговорить, прошу тебя.

Сердце Валерии остановилось после только что услышанного. «Как же долго я ждала этих слов, надеялась, верила, что так оно и будет, что она позвонит, или придет ко мне и скажет: "Я люблю тебя, я ошиблась". Но настал момент, когда я перестала этого ждать и верить в подобную возможность. И вот спустя два с половиной года она заявляется в мою новую жизнь. Но что скрывать, даже спустя все это время я не могу не отреагировать на эти слова». Валерия внутренне уже дала ей этот шанс, как только увидела, как только воспоминания захлестнули ее, их прижимающиеся друг к другу тела, сплетенные руки и ноги, жадные слившиеся в поцелуе губы. И вот она стояла так близко и говорила о том, что любит.

– Хорошо, пошли, но тебе многое надо сказать, что бы я поверила хоть одному слову. И не просто сказать, а убедить меня, если этого не произойдет, то…

– Я все знаю, Вэл, все знаю, пойдем, тебе надо подниматься или мы можем уйти прямо сейчас?

– Мы можем уйти сейчас.

***

Увидев, что уже десять минут седьмого, Светлана узнала у Насти, что Валерия еще не пришла, но звонила сообщить, что с минуту на минуту будет в офисе. Решив перехватить ее при входе в офис, Света спустилась в холл. Она увидела, как незнакомая девушка, что-то страстно говорила Валерии и держала ее за руку. «Ну почему, как только все налаживается, появляется кто-то или что-то и отодвигает мое счастье»?

Было видно, что Вэл приняла решение и кивнула своей собеседнице, когда они пошли в сторону выхода, Света, как она и поступала в последние полгода, вдруг разозлилась, и это придало ей решимости. «Нельзя все оставить так, просто нельзя, она уходит с другой, я опять чувствую себя как в том туалете. Не могу позволить ей это опять, не могу позволить это себе!». Выйдя из здания, она быстрым шагом сравнялась с Валерией и ее спутницей и как можно небрежней произнесла:

– Валерия, мне жаль, но я не смогу сегодня с тобой встретиться, открылись кое-какие непредвиденные обстоятельства, я должна их разрешить. Извини меня, конечно, но как только смогу уделить тебе время, то сообщу. – Она, стараясь изо всех сил, такой же небрежной походкой направилась в сторону машины Олега.

Вэл встала, как будто запнулась и сжала кулаки. «Света, я забыла о ней, что у меня за талант все портить». Не раздумывая, она оставила Юлю стоящую с удивленным видом и почти бегом догнала Свету.

– Послушай, прости меня, это ничего не меняет, я хочу с тобой провести сегодняшний вечер, но ты права, вновь открывшиеся обстоятельства вынуждают меня поступить иначе.

– Валерия, второй раз я чувствую себя просто использованной, не пойму за что и чему ты меня хочешь этим научить, но я выучила свой урок, третьего раза не будет. Понимаешь, Вэл, ты притягиваешь меня, как магнит, я все забываю от твоей мимолетной ласки, мир для меня сверкает всеми красками от твоей улыбки. Но… Но я не смогу больше терпеть это ощущение, после которого хочется помыться, да так, что бы кожу снять, а еще лучше снять ее вместе с душой.

– Мне надо это разрешить, – Вэл чуть двинула рукой в направлении Юли. – Я не смогу ничего начать, если не разрешу это. Понимаешь? Поверь мне, поверь мне в первый и последний раз, я вела себя с тобой как свинья, но просто проверь.

– Я хочу тебе верить, и я поверю, просто вспомни мои слова, если ты передумаешь.

– Я не забуду их, не забуду. – Валерия взяла руки девушки в свои и легко сжала. – Я не забуду. Встретимся завтра?

– Ну, если ты не встретишь меня завтра на работе, то тебе придется меня уволить. Твой вопрос прозвучал как «Ты ведь придешь завтра на работу?» Можно подумать, что я могу не прийти.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись, натянуто, но улыбнулись. На душе у одной и другой стало чуть легче.

– Я не хочу туда идти, весь день думала о сегодняшнем вечере с тобой.

– Ты сама сказала, что не сможешь ничего начать, пока не разберешься, так ведь?

– Да, так.

– Тогда иди, – Света сжала в ответ пальцы Вэл. – Только вернись ко мне. Я так долго тебя ждала, и после утра, которое было сегодня, я поняла, что все возможно. Понимаешь?

– Да, понимаю, я тоже хочу сказать себе, что все возможно.

Валерия пошла назад к ожидающей ее Юлии. Та с нетерпением и растущим раздражением ждала Вэл.

– Кто эта девушка? – Не сдержавшись, спросила Юля.

– Ты хотела поговорить? Я согласилась, пошли, поговорим, на остальное я тебе согласия не давала, так что советую не отступать от нашего плана.

– Когда ты стала такой жестокой, Вэл? Ты же была мягкой и доброй.

– Может быть, ты плохо меня знала? Далеко не поедем, есть недалеко кафе, там сможем поговорить.

– Разговор не простой и не быстрый, может, пойдем к тебе или ко мне в отель, там будет спокойней.

– В отель, так в отель. Поехали, я на машине.

Сев в машину, Вэл закурила.

– Можешь начать разговор здесь, смысл терять время? У меня его не так много.

– Ты опять куришь, ты же бросала. – Задумчиво сказала Юля.

– Юль, давай перейдем все же к тому разговору, который ты ждешь, не будем ходить вокруг да около и вдаваться в лирику.

Юля собиралась с силами. Решительность, которая в ней жила все это время, после такой холодной встречи, исчезла. Она ожидала злости, раздражения, эмоций… любых эмоций. Но она столкнулась с какой-то бетонной стеной, холодной и бездушной. Как вести разговор с этим холодом она не знала. Вэл молчала, просто вела машину и курила.

Наконец Юля решилась.

– Я совершила ошибку. Я думала, что буду счастлива, смогу жить «как все» и быть вполне довольной своей жизнью. Все мои подруги к тому времени, что мы жили с тобой вместе уже вышли замуж, у них появлялись дети. Видя все это, я задавалась вопросом, а как буду я жить дальше? Мне было хорошо с тобой, но я не отдавала себе отчет в том, насколько сильно люблю тебя. – Юля говорила медленно, как будто взвешивая каждое слово, изредка смотря на Валерию, та никак не реагировала, но было видно, что слушает.

– Не буду рассказывать, что и как у меня было в жизни, ты и так знаешь, я вышла замуж и родила ребенка. Вэл, я пыталась себя убедить, что все как и должно быть, что я счастлива, да и видимых причин для обратного не было. Только все больше и больше раздражалась, впадала в депрессию. Любовь к мужу, которую я ожидала и была уверена, что она придет, так и не пришла. Ты снилась мне каждую ночь. Я сказала себе правду и приняла ее. Я любила тебя, мне без тебя было плохо, настолько плохо, что стало невыносимо. Все что удерживает меня в браке – это ребенок. Муж любит сына, души в нем е чает.

К тому времени они уже подъехали к отелю.

– Я поняла твою мысль, что ты хочешь от меня? – Вэл остановила машину.

– Пошли в номер, я тебе все расскажу.

– Пошли, но мне на самом деле скоро надо будет уехать, меня ждут.

Чуть поколебавшись, Валерия все же вышла из машины и пошла за Юлей в отель.

Когда они поднялись в номер, и за ними закрылась дверь, Юля прильнула к ней, обняв за талию.

– Я мечтала об этом очень долго. Почувствовать родное тело рядом, ощутить запах, услышать голос, вспомнить вкус губ. Мы так долго не виделись, Вэл. – Голос Юли постепенно превратился в шепот, очень страстный, горячее дыхание обжигало шею Валерии.

Она закрыла глаза. «Сколько времени прошло, а я не забыла ничего, не забыла ее ласки, ее вкус, ее стон, но не забыть – не значит желать их опять. Я так же не забыла и ее поступок, ее ложь». Она открыла глаза и мягко, но неотвратимо отстранила Юлю от себя.

– Вэл, я все понимаю, я хочу вернуться, позволь мне все исправить?

– Ты не спросила меня, хочу ли я, что бы ты возвращалась.

– Ты скажешь «нет», но ты имеешь право, ты зла на меня, я лгала, но разве нельзя все исправить?

– Я думала, что зла на тебя, но теперь поняла, что давно не злюсь и не обижена, я пережила это одна, без тебя и я готова идти дальше. – Валерия вдруг улыбнулась. – Я не зла на тебя, Юль, даже благодарна тебе. Избитое выражение, но как его не вспомнить «То, что нас не убивает – делает нас сильнее». Ты сделала меня сильнее. Я изменила свою жизнь так, как сама того хотела. Я любила тебя, но не правильно вела себя с тобой. Старалась быть лучше, чем есть, хотела дать больше, чем могу, стремилась быть всем. Не ты одна ответственна за ту ситуацию, скорей всего я сильно давила, стремясь заполнить твою жизнь только собой. Моя любовь была эгоистична и слепа. Я не спрашивала тебя, чего ты хочешь от жизни, а была уверена, что ты хочешь того же, чего хочу я. Нельзя начать жизнь заново не имея за спиной опыта из побед и поражений. И я благодарна тебе, что ты стала стимулом, в первоначальном смысле этого понятия, который подхлестнул меня попробовать выстроить другую жизнь. И знаешь, чему я рада еще? Все, что я сейчас имею и все, что я еще потеряю, за все мои победы мне не приходится никого благодарить, а за все мои ошибки некого винить, кроме себя самой. Долго тут говорю. Пытаюсь донести тебе, что буду рада, если ты поймешь что же тебе нужно в жизни и кого ты сможешь полюбить или кого не сможешь. Но, Юленька, дважды в одну воду войти нельзя, как говорил Цезарь. Я, как та вода, в которую ты пытаешься войти, я изменилась, как, впрочем, и ты. Спасибо тебе за эту попытку, она для меня многое значит. Это не потешило мое самолюбие. Пока мы ехали, пока стоим вот тут я искала ту искру, в которую превратился костер наших отношений, но увы, Юль, не нашла, все холодно в душе и в сердце. Вроде и не за что мне просить прощения, но я говорю тебе, прости меня, что не оправдала твоих ожиданий.

Вэл легко поцеловала Юлю в щеку и улыбнулась.

– Рада была тебя увидеть, все у тебя хорошо будет, ты это преодолеешь, не прощаюсь, потому как жизнь штука сложная, может, еще встретимся.

Юля стояла и понимала, что ее демарш с отелем и поцелуями не прошел. Она приехала в Санкт-Петербург на две недели, до этого узнав, где работает Валерия. На что она надеялась? На то, что эта женщина уверенная и сильная бросится к ней на шею? А что бы она делала, если б бросилась или хотя бы все простила. Разводиться она не собиралась, но быть с Валерией ей хотелось все сильней и сильней. Приняв решение, время от времени приезжать в Петербург и быть с Вэл, она убрала для себя этический барьер под названием «измена». Но не получилось. Отойдя в сторону, она пропустила бывшую возлюбленную, направившуюся к двери.

– Ты отомстила мне, ну что ж, я особо не надеялась, займу себя еще кем то, пока я в Петербурге. – Со злой насмешкой бросила она в спину уходящей женщине.

Валерия не обернулась и не остановилась после этих слов. Горько улыбнулась и сказала, открывая дверь:

– Месть – это сильное чувство, а у меня их нет по отношению к тебе, не за что мне больше мстить, может быть, ты это когда-нибудь поймешь. – И она ушла, ни о чем не сожалея, убрав с плеч и с души огромный камень, имя которому «прошлое». Камень… Вэл улыбалась, а в голове звучал диалог:

– Видишь ровную поверхность воды? Такой я была раньше. А потом (в озеро брошен камень), вода покрылась морщинами. Такая я сейчас.

– Но если подождать, она станет как раньше, ровной и спокойной.

– Но камень останется в воде. Вода будет выглядеть как раньше, но она изменилась».

Валерия улыбалась. «Мой камень остался на дне, он меня изменил, и я успокоилась. Будем жить дальше». Она направила автомобиль к дому Светланы.

Глава 4

Света шла домой, слезы душили ее. «Она опять ушла, все, что она делает – это играет со мной. Кто я для нее, влюбленная, не знающая что делать дура? Ну, может и не дура, но все остальное чистая правда. Поверить ей, а в чем ей поверить? В том, что она еще раз когда-нибудь обратит на меня внимание? А пока у нее дела поважней, встречи поважней, женщины вокруг нее, которым она дарит свое внимание. Что если она не хочет тратить время на ту, которая не знает, что значит такие отношения? И что мне делать идти опыт приобретать? Глупость это». Она услышала, как ее кто-то окликнул.

– Светка! Привет! Сто лет не виделись, все думала ты это или не ты, идешь никого не замечаешь! – Перед Светой улыбаясь, стояла ее университетская подруга Ира Яковлева. Они не виделись с университета, разошлись пути дорожки, вроде она уезжала в другой город.

– Ирка, привет! Я тебя не заметила, да и не узнать тебя, – Света осматривала сокурсницу, и увидела, как та изменилась. – Где твои шикарные волосы?

Посмотрев внимательно на сокурсницу, Света отметила, что чуть полноватая раньше фигура стала стройной и поджарой. Светлые пышные и длинные волосы были коротко острижены. Кожаная куртка темные джинсы и полувоенные ботинки придавали вид скорее пацанский.

– Обрезала давно, – засмеялась Ира. – А ты стала еще красивей, чуть повзрослевшей, выглядишь просто потрясающе!

– Спасибо, – почему то смущено прошептала Света.

– Да ладно тебе! Это чистая правда! Ты как тут оказалась, куда направляешься?

– Я живут тут недалеко, пешком решила чуть пройти после работы.

– Ясно, не хочешь поболтать? Не виделись столько лет, – предложила Ира. – Или у тебя какие дела и планы? Муж, ребенок дома ждут или еще что-нибудь важное?

– Нет никаких особых планов, кроме как завалиться на диван и телевизор смотреть. И мужа с ребенком тоже нет, – улыбнулась она.

– Ну и здорово, может, пойдем, посидим где-нибудь или еще лучше потанцуем? У меня сегодня что-то настроение паршивое, я б с удовольствием подвигалась под музыку.

– Какое совпадение, у меня тоже настроение дрянь. Мы нашли друг друга, – весело ответила Света. – Пошли танцевать, почему бы нет? Только мне надо снять костюм и залезть в джинсы. Вон мой дом, пошли, я быстро.

Девушки взяли такси и поехали в центр, нашли клуб с большим танцполом. Выпив пива, они танцевали, смеялись, вспоминали студенческую юность. Вечер проходил замечательно. «Я могу о тебе не думать, могу, значит, я не безнадежна. Хотя, думая, что я о тебе не думаю, все равно думаю о тебе. Черт! Сама не поняла, что сказала, но это правда». Натанцевавшись вдоволь, они решили передохнуть, сев за столик в дальнем углу, где не так сильно слышна музыка, поговорить.

– А что насчет тебя? Я слышала, что ты уезжала из Питера. Давно вернулась и как у тебя вообще в жизни? – спросила Света.

– Да, уезжала вслед за любовью, как я думала, оказалось все не так, просто иллюзии. Вернулась уже год назад. Работаю рекламщиком. Да не плохо, в общем, все. А я про тебя слышала недавно, что ты вроде замуж вышла.

– От кого слышала? Я ни с кем из наших не общаюсь давно.

– Ну, ты не общаешься, а знакомые знакомых, через своих знакомых, в общем, цыганская почта, сама знаешь, как это бывает.

– Испорченный телефон получается в таких случаях. Не вышла я замуж, свободна, как птица в небе.

– Такая как ты не может быть одна. – Задумчиво сказала Ирина.

– Какие такие?

– Ты на себя в зеркало смотришь? Ты красивая, у меня аж дух захватило, как тебя увидела. Тебе в модельном бизнесе работать, а, кстати, может ты там и работаешь?

– Нет, не там – улыбнулась Светлана. – Я обычный офисный планктон, в компании одной работаю, персонал набираю.

– Это не справедливо! Нам надо подумать, как тебя раскрутить, беру это на себя, мы через год будем миллионерами, лучшие бренды, всякие Лореали и Диоры будут драться за тебя! – Девушки сидели еще около часа и смеялись.

– Ириш, танцы меня добили, на работе вымотали нервы, тут скинула напряжение, но усталость все равно сваливается, да и на работу завтра, а время уже первый час.

– Тогда пошли, я тебя до дома довезу и тоже поеду.

– Да ты что, я сама доеду, телефонами обменялись, теперь не потеряемся, где ты живешь?

– В Купчино, ехать и ехать. Но тебя все равно довезу до дома, даже не спорь, не позволю, что бы девушка без провожатого до дома так поздно добиралась, мало ли что? На работу мне завтра рано не вставать, так что не страшно.

– Ты будешь моим рыцарем сегодня? – Шутливо спросила Света.

– Могу не только сегодня. – Вполне серьезно ответила девушка.

Повисло молчание. «Она лесби – осенило Свету. – И что мне делать? Да ничего не делать, что мне шестнадцать лет что ли»?

– Тогда поехали, рыцарь, только пока доедем, будет поздно, у меня переночуешь, а завтра утром уедешь. И тоже не спорь со мной!

– Даже не собиралась спорить – улыбнулась Ира.

Доехав до дома, Ира спросила:

– Ты уверена, Свет? Может, я все же поеду домой?

– Конечно, я уверена, чего мне бояться? Ты же не изнасилуешь меня в первую ночь? – отшутилась она.

– Ну, в отличие от тебя, я не так уверена в этом, – засмеялась подруга.

Так подшучивая друг над другом, и смеясь, девушки зашли в квартиру. Разместив подругу в соседней комнате, Света тоже легла спать, чувствуя себя намного лучше, чем несколькими часами ранее.

***

Вэл не застала Светлану дома, несколько раз набрав номер ее квартиры, она слышала только вызов домофона. «Просто замечательно. Остается только ехать домой, утро вечера мудренее».

Утром, паркуя машину на стоянке возле работы, увидела подъехавшее такси, из которого выходила Светлана. Валерия пошла к ней, что бы успеть до работы сказать, что вчера решила все вопросы, что приезжала к ней, но не застала, но остановилась, когда увидела, что вслед за Светланой из такси вышла еще одна девушка. Чуть ниже ростом, чем Света, короткие русые волосы, отсутствие макияжа, одежда унисекс, вполне миловидная. Внешний вид не оставлял сомнений о ее сексуальных предпочтениях. До Вэл доносился их разговор.

– Я встречу тебя сегодня после работы? Когда ты заканчиваешь? – спросила блондинка.

– Вообще я до шести работаю, но, не знаю, когда сегодня освобожусь, если не будет ничего срочного, то, может, вовремя уйду.

– Давай я перезвоню тебе часов в пять? Ты не против провести со мной еще вечер? Мне давно не было ни с кем так легко и весело, как вчера с тобой.

– Конечно не против, мне тоже понравился вчерашний вечер. Я рада, что мы встретились после стольких лет. – Улыбнулась Светлана.

– Тогда до вечера?

– Да, буду ждать звонка.

Блондинка, чуть помедлив, легко обняла Светлану и поцеловала в щеку, а потом, сев назад в такси, уехала. Света дотронулась до щеки пальцами, улыбнулась и пошла на работу.

«Кто не успел, тот опоздал? Госпожа Суворова решила нырнуть с головой в омут однополых отношений? Видимо, актуальность моих объяснений утрачена. Надеюсь – это не выглядело как подслушивание и подглядывание». Хмурая, с испортившимся настроением, Валерия тоже пошла в офис.

Работа навалилась на нее массой вопросов, документов, звонков, встреч, думать о Светлане было некогда, но настроение директора по персоналу не осталось незамеченным. Еще более холодная и официальная, чем обычно, она несколько раз, чуть не сорвала раздражение на подчиненных, но сдержалась. Светлана не решилась подойти к руководителю с рабочим вопросом, он был не очень важным, и она отложила его на потом. «Все так плохо прошло вчера? Почему ты сегодня такая злая и хмурая, как грозовая туча? Может подойти к ней и просто сказать, что я рядом? Да мало ли кто с ней рядом!». Вечером позвонила Ира, они решили встретиться после работы.

Ира стояла с широкой улыбкой на лице, а в руках была одна небольшая белая роза. «Очень романтично – подумала Света. – Выглядит так, как будто у нас свидание. А может правда свидание? Я не чувствую, что мне это неприятно или не комфортно. Пусть идет, как идет, Ира очень привлекательна и тело у нее красивое, вчера засмотрелась на ее упругие мышцы, даже дотронуться захотелось. Очень даже может быть, что это не Валерия на меня так действует, а просто во мне просыпается моя истинная сексуальность. Но что бы знать это точно, надо иметь к тому основания. Так что, сопротивляться не буду, пойду за своими ощущениями. Ну, а то, что я нравлюсь Ирке, это даже не вопрос, а очевидность».

Вэл стояла у окна своего кабинета и наблюдала за встречей двух девушек, за цветком, который перешел из рук одной в руки другой, за смущенным и быстрым поцелуем в щеку и на отъезжающее такси. Постояв так еще немного, она опять села за стол, решив покончить с бумагами. Вышла с работы ближе к десяти вечера и истощенная поехала домой.

***

– Я хочу пригласить тебя завтра в клуб, пойдешь со мной? – Ира держала Светлану за руки.

– Пойду, завтра выходной и никаких дел у меня нет.

– Только это не обычный клуб, а женский, лесби в смысле.

– Хотелось бы побывать в таком клубе, тем более, что ни разу не была.

– Заеду за тобой часов в девять вечера, там будут мои знакомые и друзья, я бы хотела познакомить тебя с ними…

– Договорились, – мягко сказала Света, – до завтра?

– Да, с нетерпением буду ждать завтрашнего вечера, я сегодня весь день думала о тебе и скучала. Даже не думала, что ты на меня так подействуешь. – Решившись, девушка привлекла Свету к себе и легко поцеловала в губы. Чувствуя, что та не сопротивляется, не отталкивает, чуть углубила поцелуй.

«Мне это приятно или не очень? – думала Света, – Это не так, когда меня целовала Вэл, нет дрожи, сердце не выпрыгивает из груди, ноги не подкашиваются, но это не неприятно уж точно».

Все же не дав поцелую стать более глубоким и интенсивным, она чуть отстранилась, разомкнув их губы.

– Ир, давай не будем торопиться, хорошо?

– Да, прости меня, я просто…

– Не говори ничего, и не извиняйся, просто давай не будем спешить. – Света поцеловала в ответ губы девушки, чуть коснувшись их. – До завтра, – улыбнулась она и скрылась в парадной.

***

«Надо сегодня пойти развеяться, позвоню Лене, выберемся куда-нибудь потанцевать и выпить». Решив не откладывать, Валерия позвонила, они решили сходить вечером в клуб, который недавно открылся и, может быть, еще не превратился в приют для подростков непонятного вида.

– Что-то не внушает мне доверия этот клуб – Вэл, скептически обвела взглядом обстановку.

– Ну, если совсем будет паршиво, то уйдем, а раз пришли, давай выпьем чего-нибудь и потом потанцуем. Я поищу столик поинтимней и поприличней.

– Давай, я пока к бару схожу, посмотрю что тут и как.

Сев за столик, Вэл и Лена болтали ни о чем, наблюдая за приходящей в клуб публикой.

Она увидела Свету, входящую в зал с той самой блондинкой, которая держала девушку за талию. Укол ревности пронзил ее с ног до головы. Она наблюдала за компанией, в которой была Светлана, видя, как девушка, с которой она пришла, время от времени кладет руку ей на плечо или чуть-чуть обнимает.

– Ты что притихла, Вэл?

– Да так, сижу, наблюдаю, слушай, пойду потанцую один танец, а потом домой, что то не хочется мне тут быть, а ты смотри сама.

Она направилась к столику, где сидела Света. Подойдя, обратилась к блондинке.

– Вы позволите пригласить вашу девушку на один танец?

– Мою девушку? – Ира вопросительно и настороженно посмотрела на подошедшую незаметно женщину, потом перевела взгляд на Свету. Та сидела удивленная и как будто пораженная.

«Откуда она тут появилась? И, как обычно, выбила меня из равновесия и что значит ее «вашу девушку?!». Света хотела возразить и против танца и против этого обращения к ней, но ее слова опередила Ира.

– Если она согласится, то конечно.

– Вы согласитесь? – Вэл смотрела в глаза девушки и Света утонула в них, в этой зелени в колючих искорках. Валерия протянула ей руку и Света взяла ее, поднимаясь и следуя за ней на танцпол.

Идя чуть позади, она видела, как плотно облегают ягодицы и ноги Вэл тонкие светло-коричневые кожаные брюки. Туфли на каблуке делали их почти одного роста, кремовая короткая футболка чуть облегала спину. Рука, что держала Света, была горячей и мягкой, вызывала электрические разряды. «Не в сексуальности дело, а в ней, одно ее присутствие рядом сводит меня с ума». Когда зазвучали первые аккорды музыки, Вэл обняла девушку за талию и, прижавшись вплотную, повела в танце, напевая тихонько на ухо Свете вслед за певицей.

D’accord il eistait

D’autres facons de se quitter

Quelques eclats de verre

Aurraient peut-etre pu nou aider

Dns ce silence amer

По спине девушки пробегали волны, от того, как дыхание обдавало теплом ее шею и ухо, вырываясь вместе со словами песни, как звук тихого голоса обволакивал ее, как их тела соприкасались в танце, как руки Вэл прижимали ее к себе. А страстный и чувственный голос певицы продолжал резонировать не менее чувственным голосом Валерии возле ее уха.

J’ai decide de pardoner

Les erreurs qu’on peut faire

A trop s’aimer

D’accord souvent la petite flle

Она пела вслед за певицей, прикрыв глаза, ощущая запах кожи Светланы. Девушка двигалась за ней так, как будто они танцевали до этого много раз. Она прижала ее к себе еще плотней, крепко обняв одной рукой за талию, а вторую положив на спину и чуть поглаживая. Любимая песня и близость этой девушки пьянили. По ее телу, как и по телу Светы, пробегали волны дрожи, она их ощущала так же отчетливо, как и свои. А потом их взгляды встретились и уже неотрывно смотрели глаза в глаза, переплетаясь, утопая друг в друге.

Когда закончилась песня, они остановились и стояли, прижавшись, еще несколько мгновений. А из зала за ними наблюдали две пары глаз, одна с интересом, а вторая с тревогой и волнением. Наконец Вэл, вышла из этого магического оцепенения и, взяв Свету за руку, подвела ее к столику.

– Спасибо за танец, – голос прозвучал сдавленно и почти сорвался. Уже не смотря на Светлану, она направилась к своему столику.

– Пошли домой или ты еще хочешь остаться? – Спросила она Лену.

– Скажи мне, что было там на танцполе? Вы знакомы с этой девушкой?

– Я должна знать всех девушек, с которыми танцую? – Нервно бросила Вэл. – Ты идешь или нет?

– Есть предложения на продолжение вечера?

– Я еду домой, завтра рано надо встать, масса дел накопилась, так что придется тебе самой что-то придумывать.

– Вэл – это конечно не мое дело, но…

– Это не твое дело, – оборвала ее Валерия, – ты правильно сказала, поэтому прекратим то, что не начато, хорошо?

– Как скажешь, дорогая, любой каприз, – засмеялась Лена, – только не дуйся и не психуй, поехали, я тоже домой, завтра у меня четыре группы, надо отдохнуть перед работой.

Вэл тоже улыбнулась, разряжая обстановку и они пошли к выходу, рассчитавшись с официанткой.

«Мне надо встать и побежать вслед за ней, не дать уйти с другой. Это кажется не правильным, так больно от этого». Ничего не замечая вокруг, Светлана сидела и смотрела уже на закрывшуюся дверь.

– Свет, ты меня слышишь? Ты куда от меня убежала? – Ира дотронулась до плеча Светы.

– Тут я, ты хочешь еще тут побыть?

– Мы же только пришли, уйти хочешь?

– Нет, побуду, просто спросила.

– С тобой все в порядке? – Ты какая-то отстраненная.

– Нормально, закажи вина, выпьем и танцевать пойдем, вон и музыка уже быстрая и народ подтянулся.- В голове у нее звучал голос, тихо и переходя на шепот, напевающий «Je t’aime, Je t’aime, Comme un fou, comme un soldat, comme une star de cinema…».

Чуть позже, немного потанцевав, она все же уехала домой, одна, не смотря на настойчивость Ирины, сказав, что перезвонит ей завтра. Она перезвонила, но пришел Олег, они сходили в кино, потом погуляли еще, ей нужно было побыть с другом, кому-то рассказать о своих переживаниях.

***

Утром понедельника как обычно, припарковав машину, Валерия, погруженная в мысли, почти врезалась в Светлану и Ирину.

– Извините, – бросила она, уходя от них уверенным шагом.

– Свет, кто это был? – Ира смотрела вслед столкнувшейся с ними женщине, в строгом деловом костюме и очках, но она узнала ее.

– Это моя начальница, мне надо уже бежать, а то опоздаю и мне не сносить головы.

– Серьезно? – Ира задумчиво посмотрела на нервничающую подругу. – А мне кажется, после вашего танца, твоя голова останется на месте.

– Ир, понимаешь… – Светлана нервничала, она не хотела ничего объяснять и рассказывать.

– Я понимаю, теперь понимаю, она много для тебя значит? – Света молчала, опустив глаза. – Ты знаешь мой номер, если вдруг ты решишь…

– Ира, я хочу, что бы мы остались друзьями, не могу ничего сказать, ни тебе, ни себе, это работа и чувства, все переплелось и я…, мы можем быть друзьями?

– Можем, конечно, – чуть грустно улыбнулась Ирина. – Ты только не подумай ничего плохого обо мне, ты мне правда нравишься, и как девушка и еще больше, я поняла, что нравишься как человек. Поэтому я хочу быть твоим другом.

– Спасибо, я побегу, ладно? Правда, уже опаздываю. – Света поцеловала подругу в щеку и пошла работать.

Света вбежала в кабинет, в котором трезвонил телефон, и поспешно сняла трубку.

– Светлана, Вы можете ко мне зайти?

– Да, Валерия Александровна, через пять минут буду у Вас.

«Что на этот раз ждет меня или просто по работе что-то срочное?» Света захватила ежедневник и ручку и пошла к своему руководителю. Постучавшись, она открыла дверь кабинета.

Глава 5

– Здравствуйте, можно войти?

– Да, заходите, – Валерия встала и направилась к Светлане, обойдя ее, она закрыла дверь, взяла девушку за руку и отвела вглубь кабинета.

– Что ты делаешь сегодня после работы? – Вэл отпустила руку девушки.

– Не было никаких планов. – Света насторожено смотрела на своего руководителя.

– Тебе не надо будет ни чего никому объяснять, если мы вечером все же поговорим?

– Не надо будет.

– Даже твоей девушке, с которой так часто тебя вижу в последнее время? – Хотела ли она слышать ответ на этот вопрос, Вэл не была уверена, но он уже был задан.

– Да с чего ты взяла, что она моя или я ее девушка!? Я не успела в клубе по этому поводу возмутиться, так что восполняю упущенное. Это моя университетская подруга! И вообще, с какой стати я тут оправдываюсь?

– Может потому, чтобы я не нервничала напрасно? – Вэл улыбалась этому возмущенному тону, а еще больше тому, что она ошибалась и была рада этому.

– А ты нервничала? – Света тоже улыбнулась.

– Признаться, да.

– Наверно мне надо было дать тебе понервничать еще немного, не все же мне нервничать и переживать, что вокруг тебя постоянно кто-нибудь есть и ты уходишь с ними всегда.

– Спасибо, что не позволила мне нервничать еще больше, так как насчет вечера?

– Мне кажется, что мы никогда не поговорим, постоянно обстоятельства и люди мешают этому. Боюсь загадывать, день только начался, до вечера может случиться все что угодно.

– Рискну все же понадеяться, что сегодняшний день не принесет ничего, что бы помешало нам вечером. – Вэл любовалась Светой, тем, как засветились ее глаза, нестерпимо захотелось обнять ее и поцеловать. Однако не стала этого делать, кто знает, что принесет этот день, девушка была права.

День на редкость прошел спокойно, причин задерживаться дольше положенного не было. Светлана, выходя из офиса, увидела машину Валерии, чуть помедлив, направилась к ней.

– Куда мы едем?

– Поговорить.

– Ага, поговорить,… хорошо,… поговорить,… а есть специальные места для разговоров, о которых я не знаю?

Вэл закурила, она улыбалась, наблюдая за Светой. Девушка чуть нервничала, пыталась избежать молчания, которое могло повиснуть между ними. «Надо поддержать разговор, но она так мило выглядит в этой своей легкой нервозности». Валерия продолжала молчать, улыбаться и краем глаза наблюдать за девушкой.

– Ты очень хорошо танцуешь, ты ведь знаешь это? – Света чуть смутилась.

– Я когда то занималась танцами, в прошлой жизни, но, видимо, навыки еще не все утеряны.

– Определенно не все. Почему сейчас не занимаешься?

– Времени нет, как ты успела заметить, единственное, что я не делаю на работе – это не сплю, но иногда настигают мысли, что смысла уходить нет даже для сна, все равно возвращаться.

– Оставь эти мысли, иначе многие будут поступать так же, чтобы ты не подумала, что они бездельники и не хотят работать. – Светлана изобразила наигранный испуг от такой перспективы.

– Я так всех запугала? – Вполне серьезно спросила Вэл.

– Нет. На самом деле нет. Я просто пошутила. Но на некоторых ты производишь впечатление как удав на кролика, но это ты тоже наверняка знаешь. – Светлана, наконец, расслабилась и вела себя более непринужденно.

– Надо учесть, что я тоже могу нервничать, коллектив для меня новый, да и работа несколько отличается от той, что была раньше…

– О, прекрати, можно подумать, если б тебе было все знакомо, ты бы всех приглашала домой на чашечку кофе и болтала о всяких жизненных глупостях с сотрудниками. – Света засмеялась, представив такое поведение Валерии.

– Скорее всего, нет – тоже засмеялась Вэл. – но некоторых бы пригасила, вернее одну сотрудницу точно, что и делаю прямо сейчас.

– Так мы едем к тебе домой на кофе? – девушка удивленно посмотрела на женщину рядом.

Валерия замялась, от прямо поставленного вопроса. Нет, она не планировала отвезти ее к себе домой, это было бы неуместно в данной ситуации. «Или уместно?»

– Я хотела просто посидеть где-нибудь в тишине, где нам не помешают, поужинать и поговорить, – наконец произнесла Валерия, оторвавшись от дороги, посмотрела в, ожидающие ответа, глаза.

Света только кивнула и отвела взгляд. Молчание все же наступило. Валерия хотела быстрей доехать в маленький ресторанчик, который она нашла недавно.

– Приехали.

Они прошли в полуподвальное помещение небольшого ресторана.

– У вас кабинки свободны? – спросила Вэл у подошедшего администратора.

– Да, есть свободная кабинка, пойдемте я вас провожу.

Он прошли в кабинку, какое-то время изучали меню, приняв заказ, официантка выпорхнула из кабинки.

– Жаль, что тут не танцуют. – Задумчиво произнесла Света.

– Любишь танцевать? – улыбнулась Вэл, закурив.

– Ты много куришь.

– Да, много, все хочу опять бросить, но не нахожу достаточных мотивов для этого.

– А в прошлой жизни были такие мотивы? – Светлана хотела узнать побольше о женщине, сидящей напротив.

– Прошлая жизнь осталась в прошлом. Я не сторонник возвращаться туда, ни в мотивации, ни в желаниях, ни в памяти. Поэтому предпочитаю искать все мотивы в настоящем и думать о будущем.

– Хорошая позиция, только трудноосуществимая на практике. Волей не волей, мы все равно возвращаемся к тому, что было и что повлияло на нас. Думаю, что ты тоже так поступаешь, нельзя стереть память.

– Можно. Можно стереть память, не в прямом смысле, но если нечего вспоминать, кроме оставленной позади пустыни, то не вспоминается.

– А ты оставляешь после себе пустыню? – Света внимательно смотрела, пытаясь понять, лукавит Валерия или нет. Вэл сидела, небрежно откинувшись на спинку кресла, но твердо сжатые губы, чуть с вызовом вскинутый подбородок, говорит о том, что она вряд ли сомневается в сказанном. «И зачем мне человек, который оставляет после себе безжизненные пески, во что я ввязываюсь так упорно? Меня отталкивают, даже унижают, а я все равно иду вперед. Скорее всего, так она пыталась остановить меня, а я не слушаю. Вот сейчас, то же самое, она сказала это для того, что бы я передумала?»

Валерия смотрела на задумавшуюся девушку, по лицу которой пробегали тени сомнения. «Мои слова достигли цели? Если она сейчас передумает или верней одумается – это будет правильным. Меня тянет к ней, но готова ли я дать этой девушке больше, чем простые встречи ради совместного времяпрепровождения? Готова ли я хоть что-то чувствовать сверх сексуального возбуждения? Могу, ведь почувствовала укол ревности, когда увидела ее с другой. Или это было нечто иное? Мне нравится находиться рядом с ней и просто разговаривать. У меня поднимается настроение, когда она приходит на работу. Я стала чувствовать одиночество, когда ее нет рядом, все чаще думаю о ней. Тогда зачем я ей все это рассказываю?»

Принесли ужин. Какое-то время они ели в тишине.

– А что насчет тебя? – Спросила Вэл.

– А что насчет меня? У меня не так много событий и людей было в прошлом, а те, что были, стараюсь не забывать. Может быть, у меня не такой большой жизненный опыт.

– Ты только что назвала меня старой? – Улыбнулась Валерия.

– Я? Нет, я не это имела в виду. Ты потрясающе выглядишь! – С пылкостью отреагировала Света. «Господи, я как восторженный влюбленный подросток делю ей комплименты». – Расскажи мне еще.

– Рассказать еще? О чем ты хочешь услышать?

– Я хочу знать о тебе больше. Я чувствую, то, что я видела и вижу сейчас – это не правда, верней, не та правда, которая говорит какая ты. Ты постоянно стараешься показать мне вещи, которые должны оттолкнуть меня, я права?

– Не оттолкнуть, а уберечь от ошибки. Ведь может так статься, что ты просто ошибаешься, и не возражай.

– Я знаю, что это не ошибка.

– Откуда и как ты можешь это знать? – Резко сказала Вэл. – Извини, я не хотела быть резкой, но практика показывает, что девушки вроде тебя, просто хотят попробовать чего-нибудь необычного в жизни, немного себя развлечь.

– Девушки вроде меня? Ты уже навесила на меня ярлык! Откуда ты знаешь, какая я, если даже не пытаешься узнать, а только бьешь меня словами и отталкиваешь поступками? Откуда тебе знать какая я?! – Света почти кричала. – Ты… ты ничего обо мне не знаешь!

– Я ничего о тебе не знаю, – тихо сказала Вэл, протянула руку через стол и сжала ладонь девушки. – Прости меня, ты права, я делаю все не правильно. Может быть я не тебя, а себя хочу уберечь.

– От меня?

– От… – зашла официантка, принеся счет.

– Пошли?

– Наш вечер подошел к концу? – Света остановилась, выйдя из ресторанчика.

– Я бы хотела еще побыть с тобой, еще рано и ужин так быстро закончился.

– Я тоже хотела бы, тем более, что так и не услышала, от чего ты хочешь себя уберечь.

– Куда поедем?

– Ты пригласила меня на этот вечер и спрашиваешь куда ехать? – Света с сарказмом посмотрела на Вэл, по виду которой было видно, что она ищет варианты. – Ко мне, мы поедем ко мне. – Твердо сказала девушка.

– Хм, ладно, чувствую на твоей территории мне не избежать объяснений. – Улыбнулась Валерия.

– Не избежать, этот коварный план тщательно продуман, что бы у тебя не было выбора.

– Да уж, я попалась.

***

Квартира у Светы показалась Валерии очень уютной. Пока девушка готовила кофе и переодевалась, женщина осматривала интерьер, заметив папку с выглядывающими оттуда листами художественного картона, она решилась их посмотреть.

Рисунки были сделаны углем, на большинстве из них была изображена она сама.

Рассматривая рисунки, Вэл не заметила, как подошла и стала позади Светлана.

Положив папку на место, она обернулась, наткнувшись на черные полные тревоги глаза.

– Очень красиво, я не должна была без спроса брать твои работы, но не удержалась.

– Теперь ты думаешь, что я одержимый маньяк?

– Теперь я думаю, что ты очень талантливо рисуешь, – Вэл подошла вплотную к девушке. – Спасибо, так меня еще никто не изображал, слишком красивой сделала, боюсь, я мало похожа на себя.

– Я не могу тебя не рисовать, это все, что у меня есть, так я становлюсь к тебе ближе, когда рисую твои глаза, как ты задумчиво держишь в руке свои очки. Мне нравится наблюдать за тобой, а еще, когда о чем-то сосредоточенно думаешь, то у тебя между бровями появляется черточка и ты, время от времени потираешь ее указательным пальцем или дужкой очков или когда ты сжимаешь пальцами переносицу. А еще у меня сердце замирает, когда ты выгибаешь бровь, когда удивлена или смотришь с иронией.

Света говорила все тише и тише, когда почувствовала, как ее талию обвили руки, в щеку ласкало теплое дыхание Валерии.

– Это не эксперимент, не ошибка, я не знаю, почему и как так случилось, но знаю одно, ты нужна мне, нужна до боли и до слез, до бессонных ночей и до дрожи в коленях. Ты нуж…

Она не успела договорить, губы накрыл такой долгожданный поцелуй. Целующие ее губы были горячими и нежными. Этот поцелуй не был похож на тот жесткий, требовательный несколько месяцев назад, он не был похож на недавний дразнящий в кабинете. Поцелуй изучал и как будто приглашал, становясь то более настойчивым, то, почти невесомым. Язык пробегал по губам, чуть дотрагиваясь, но когда он надавил на губы девушки, они раскрылись и приняли его с жадностью и страстью. Света услышала сдавленный стон, она почувствовала, что женщина, целующая ее, не играет. «Она хочет меня, пусть не любит так, как я, но я ей нравлюсь, нравлюсь… я постараюсь, что бы ты меня полюбила, ты все, что мне нужно». Девушка отдалась своим ощущениям, страстным губам, языку и блуждающим по ней ладоням любимого человека.

Почувствовав вкус губ Светы их жажду и ожидание, Вэл не могла сдержать стон. Когда поцелуй был разорван, обе судорожно вдохнули воздух.

– Вэл, я не хочу, что бы ты останавливалась, – на выдохе прошептала Света.

Валерия посмотрела на нее и опять дотронулась поцелуем до губ. Легкие поцелуи покрывали лицо Светланы, медленно спускались вниз, целуя шею. Грудь Светы судорожно вздымалась, дыхание стало быстрым и отрывистым. Отстранившись, Валерия медленно раздела девушку, любуясь ее телом, чуть резкими линиями ключиц и бедер и уложила на ковер. Проведя пальцами по ребрам почувствовав, как тело Светы отреагировало на прикосновение, Вэл, склонившись, целовала шею, плечи, проводя языком по линии ключиц, чуть прижимая губами нежную кожу, легко покусывая. Когда язык дотронулся до возбужденной груди девушки, та вздрогнула, выгибаясь навстречу. Горячие губы дразнили и ласкали, вызывая стоны одной и другой, которые слились в один.

Света терялась в ощущениях, не понимая, как можно чувствовать то, что она чувствует. Такие ласки не были для нее новыми, но никогда не вызывали ощущения, будто тело превращается в одну точку, сжимаясь и одновременно теряя границы, сознание путалось, сама того не осознавая, она сильней прижимала голову Валерии к себе.

Вкус кожи под губами пьянил, впервые ей не хотелось обладать кем-то, а просто наслаждаться, даря страсть и нежность. Когда пальцы нежно пробежали по бедру Светы, она почувствовала, как ноги девушки подрагивают и сгибаются в коленях. Вэл вопросительно посмотрела в темные глаза.

– Да – прошептали губы. Да! кричали глаза.

Легким движением, едва касаясь, она провела по шелковистой, покрытой горечей влагой коже, по пальцам пробежало легкое покалывание. «Я влюблена, влюблена в нее, как бы я себя не заставляла думать иначе, как бы ни убегала от этого». Она разделась и легла на девушку, ощутив под собой такое желанное тело, и почувствовала, как ее обивают руки и ноги Светы, прижимая к себе. Приподнявшись на локтях, Валерия нежно поцеловала Свету.

– Такая красивая, ты сводишь меня с ума. – Еще один поцелуй лег на губы девушки, становясь интенсивней и глубже. Когда пальцы медленно и нежно вошли в горячую плоть, поцелуй наполнился стоном.

Медленные и ласкающие движения внутри, сводили Свету с ума, заставляя желать большего. Она двинула бедрами навстречу, почувствовав, как пальцы скользнули чуть глубже, но тотчас устремились назад. Девушка опять направила бедра вслед за дразнившими ее движениями, заставляя заполнить ее всю без остатка, вызывая волну, захлестнувшую все внутри.

Вэл прижалась губами в изгиб шеи и плеча девушки, время от времени издавая стон от ощущения упругих и нежных мышц сжимающих ее, постепенно найдя ритм волшебного стаккато, доводящих обеих до грани, за которой теряется пространство. Когда все ощущения, волнами пробегающие внутри слились в одну яркую точку, а затем взорвались, Света сдалась им, сильно выгнувшись и закричав. Валерия в последний раз, сильней вжалась и скользнула по бедру девушки, последовала вслед за ней с продолжительным стоном.

Биение сердец постепенно замедлилось, дыхание стало ровнее… Вэл, приподнялась над девушкой, намереваясь лечь рядом.

– Не уходи, останься на мне. – Света притянула ее обратно.

– Тебе же тяжело. – Женщина провела пальцами по щеке Светы.

– Мне хорошо чувствовать тебя, я даже не могла представить, что это будет так. Теперь я понимаю, почему становятся лесби. – Света улыбалась.

– Эй, не обольщайся, так только со мной, – Шутливо возмутилась Валерия.

– Правда? Значит, мне везет, ты у меня есть, мне никто не нужен больше, – Светлана тоже улыбалась, глядя в зеленые глаза, которые смотрели на нее с такой нежностью и обожанием.

Они заснули на полу в объятиях друг друга.

***

Проснувшись от того, что было прохладно, Вэл обнаружила Свету, трогательно прижавшуюся к ней и обвив своими невероятными ногами. Посмотрев на часы, она решила, что до работы надо заехать домой, переодеться. Осторожно освободившись от объятий, она встала, положила под голову девушки подушку и накрыла пледом. Затем одевшись, она склонилась для поцелуя.

– Малыш, проснись на минутку, – произнесла она в губы девушки, которая открыла сонные глаза.

– Ты куда? Не уходи. – Сон как рукой сняло, Света села, плед упал на пол, открывая Валерии великолепный вид.

– Я поеду домой переоденусь, а ты поспи еще пару часов, хорошо? Но я не успею уже вернуться, ты доберешься?

– Да, доберусь, если что Олег подкинет.

– Не опаздывайте, пожалуйста, госпожа Суворова. – Улыбнулась Вэл, склонилась и поцеловала губы, чуть помедлив, оставила легкий поцелуй на груди девушки.

– Мне пора, скоро увидимся. – Она отстранилась со вздохом разочарования.

– Меня выводит из себя, когда ты меня так называешь, ты ведь догадываешься об этом? – возмутилась Светлана.

– Конечно, догадываюсь, иначе бы не называла. – Засмеялась Вэл. – Поспи, рано еще.

– Ладно, но я по тебе уже скучаю.

– Я по тебе тоже.

Валерия вышла в холодное весеннее питерское утро и, поежившись, села в машину, направилась домой, ожидая начала рабочего дня, что бы увидеть Свету.

***

Олег заехал к Славе после работы. Они договорились съездить за вещами, которые его друг так и не забрал после разрыва со Светланой. Он выбрал этот вечер, потому что знал, что девушки вечером дома не будет. Можно будет спокойно забрать все коробки, которые она давно приготовила.

– Ну, что, ты готов? Ключи не забыл?

– Нет, не забыл, когда все заберем, ты передашь их?

– Передам, конечно. Ты все еще зол на нее?

– Она мне изменяла, как я должен к ней относиться?

– Вам надо поговорить спокойно.

– Наверно ты прав. Знаю, что она живет одна, может, просто ошиблась, и мы сможем быть вместе.

Олег ничего не ответил на это, но понимал, что не такой разговор им нужен. Слава изменился, веселый модой мужчина стал раздражительным, часто злился, срываясь на всех. Они редко стари встречаться, но узнав, что Вячеслав хочет забрать вещи от Светы, Олег согласился.

– Подожди меня тут, там не много, пара коробок, я сам донесу. – Сказал Слава, когда они подъехали.

– Хорошо, если нужна будет помощь, позвони, я поднимусь.

Вячеслав поднялся, аккуратно открыл квартиру своим ключом, тихо прошел внутрь. Услышав из комнаты звуки, мужчина приоткрыл дверь. Его взору предстала картина сплетенных в страстном танце тел. Он стоял и наблюдал за двумя женщинами, которые его не замечали, отдавшись всецело друг другу. Так же тихо он прикрыл дверь и вышел из квартиры.

– Ты что так быстро? – Олег удивился.

– Да не те ключи взял, давай перенесем.

– Смотри сам, тебя куда подбросить?

– Домой, мне надо съездить еще в одно место сегодня, спасибо, что хотел помочь мне.

– Да не за что, мы вроде как друзья, хотя ты редко вспоминаешь об этом в последнее время. – Олег не хотел ни обвинять, ни упрекать, но он скучал по другу.

– Да закрутился что-то, работы много, сам понимаешь, как это бывает.

– Понимаю. – Он высадил Славу и поехал домой.

Дождавшись, когда машина Олега скроется из вида, мужчина быстро сел в свою и рванул к дому Светланы. «Только не пропустить момент, когда эта сука выйдет». Он был зол, очень зол. «Она не такая. Я знаю, что не такая, она сбилась с пути, ее надо вернуть к нормальной жизни. Надо дождаться эту блондинистую тварь, она испоганила всю мою жизнь, такое прощать нельзя. Забрала у меня мою женщину. Да что она такого могла ей предложить, что Светка ушла от меня?!» Мужчина сидел час за часом, накручивая свою злобу, когда в пять утра, увидел выходящую из парадной Валерию. Она села в свою машину, он поехал за ней. Машина женщины остановилась на стоянке, возле одного из домов.

Открыв бардачок, Вячеслав достал оттуда нож и быстрым шагом пошел за ней, догоняя.

Вэл хотела уже открыть дверь подъезда, когда услышала быстрые шаги рядом. Она развернулась, в нее почти врезался какой-то мужчина.

– Осторожно, не видите куда идете? – Вэл начала разворачиваться назад, когда почувствовала толчок в спину. Ее прижали к металлу двери.

– Я очень хорошо вижу куда иду, сука. – Злость в голосе мужчины заполнило все пространство вокруг.

Она попыталась оттолкнуть нападавшего, но он был намного выше и сильней. Ее развернули рывком, и тело несколько раз пронзила острая жгучая боль. А затем сознание окутала тьма, она уже ничего не слышала и не чувствовала.

Нанеся несколько ударов, Вячеслав отпустил тело женщины, посмотрел, как она сползла на землю и лежит без движений. «А теперь детка, я успокою тебя в твоем горе, но подожду, когда ты узнаешь, что эта тварь сдохла и приду к тебе. Все будет как раньше, мы будем счастливы». Мужчина сел в машину и уехал. Остановившись на набережной, он выбросил нож в воду. Дома он помылся и лег спать, «вечер, надо дождаться вечера и новостей».

***

«Опаздываю, опаздываю, опаздываю»! Света носилась по квартире, собираясь на работу. «Нельзя опоздать, я обещала. Какой был вечер и ночь и утро! Я счастлива, даже надеяться не могла, что так все получится». Она позвонила Олегу и выбежала на улицу, почти залетая в его машину.

– Привет, Олежка! Мы не опоздаем на работу?

– Привет, ураган, вовремя приедем, не переживай.

– Здорово! Поехали тогда, что стоишь?

– Раскомандовалась тут, – улыбнулся Олег. – Ты чего такая возбужденная с утра, обычно вялая как муха на зимовье.

– Поехали-поехали, никакая я не муха.

– Поздно вчера пришла? Мы приезжали часов в девять вечера со Славой за вещами, но он ключи перепутал, не забрали ничего.

– Нет, – задумчиво произнесла Светлана. – В девять я уже дома была.

– Так рано? Не удался вечер? – Олег взглянул на довольное лицо девушки.

– Удался, очень удался, мы приехали, потом поговорим, пошли работать.

Придя в офис, Света поняла, что Валерии еще нет. Не пришла она и через час, не появилась и к обеду. Настя ничего не знала о том, где ее босс. Точнее сказать, никто не знал, где Смирнова.

«Где ты? Не поступай со мной так, не сбегай. Да о чем я думаю, ее просто нет на работе, и никто не знает где она. Так не может быть, она бы предупредила либо Настю, либо кого-нибудь еще, но все ее ищут, даже генеральный звонил раза два». Света опять пришла в приемную.

– Насть, Валерия Александровна не появлялась?

– Нет, я оборвала все телефоны и мобильный и домашний. Домашний никто не берет, а мобильный отключен. Я уже не знаю что думать. Послали машину к ней домой, еще не позвонили, ой вот звонят, подожди.

Света смотрела с тревогой на секретаря, внутри у нее поднималась паника. Увидев, что Настя поговорила по телефону, она опять подошла к ней.

– Ну что там?

– Да странно как то все. Машина на стоянке возле дома, квартиру никто не открывает. Милиция возле подъезда, там у них случилось что-то в доме.

– Что случилось, когда?

– Да откуда я знаю, Свет. Смирновой нигде нет. У меня уже варианты закончились. – Тут опять раздался звонок. – Да, слушаю вас, да я ее секретарь, но Валерии Александровны нет на работе, скажите свое имя и я… Как она у вас? Где? В больнице?

Света вслушивалась в разговор, не выдержав, она выхватила у нее трубку.

– В какой больнице, что с ней случилось? – Лицо девушки побледнело, как полотно, пошатнувшись, она оперлась на стол. – Да, я поняла, я сейчас приеду. Нет, нет, я не секретарь…я ее…друг.

– Свет, что случилось, где она? – Настя смотрела с тревогой на Светлану.

– Она в больнице и она умирает, – Свету начала бить мелкая дрожь, вдруг она выпрямилась и выбежала из приемной.

– Олег, поехали срочно в больницу, Валерия там.

– Что она там делает, персонал набирает? – Пошутил Олег, он только пришел в офис, с утра выезжал по работе на встрече и еще не знал, о том, что Смирнову нигде не могут найти.

– Она там умирает. Олег, поехали, пожалуйста, быстрей. – Парень стоял ошарашенный этой новостью.

***

Приехав в больницу, Света понеслась в справочную, там узнала, что Валерию привезли несколько часов назад с ножевыми ранениями, сейчас она находится в палате интенсивной терапии после операции.

Найдя хирурга, который проводил операцию, она прорвалась к нему в ординаторскую и добилась того, что бы ей все рассказали.

– Сами по себе ранения не смертельны, проблема в том, что она потеряла много крови. Мы нашли мобильный телефон, но он был разряжен, пока отыскали зарядное устройство, пока решили, кому позвонить, прошло много времени. Ее к нам привезли в восемь утра, почти сразу сделали операцию, но она без сознания.

– Она выживет, доктор? – Света слушала и по щекам катись слезы.

– Будем наблюдать, но сейчас ничего определенного сказать не могу, мы сделали все, что могли, дальше все зависит от организма, а мы ему поможем.

– Я могу ее увидеть?

– Вообще-то нельзя, ну-ну успокойтесь, не надо так плакать, кто она вам? Родственница?

– Позвольте мне побыть с ней. Пожалуйста, я буду тихо вести себя, ни до чего не буду дотрагиваться, надену стерильную одежду, только позвольте мне побыть с ней.

– Пойдемте, я вас провожу, только держите себя в руках, вы не поможете ей, если будете там сидеть и рыдать.

– Да, да, доктор, я все сделаю – Света поспешно шла за врачом, на ходу вытирая слезы.

Зайдя в палату, Светлана остановилась как вкопанная, увидев лежащую на кровати Валерию. Она была бледной до такой степени, что кожа отдавала синевой. Дыхание поддерживалось аппаратом искусственного дыхания. Света сползла по стене вниз, закрывая лицо руками. Немного придя в себя, девушка подошла к постели и, встав на колени, взяла женщину за руку.

– Не оставляй меня, прошу, не оставляй. За многие годы моя жизнь впервые наполнена счастьем и надеждой, причина этому – ты. Вэл слышишь меня? Я знаю, что слышишь, ты тут, я чувствую тебя. Не смей опять убегать даже таким способом!

Света прижалась губами к холодной руке.

– Вэл, я никуда не уйду. Слышишь? Никуда не уйду, я люблю тебя, как бы ты не старалась, буду рядом, тебе прядется принять мое присутствие. Тебе надоест, что я постоянно маячу перед твоей постелью, ты вынуждена будешь очнуться и сказать, чтобы я уходила. Но пока ты этого не сделаешь, я буду тут.

Олег заглянул в палату. Перед постелью на коленях стояла Света, прижимаясь к ладони Валерии что-то непрерывно шепча. Она не повернулась на звук открывшейся двери.

– Свет, что мне делать? – Олег старался говорить тихо, девушка не отреагировала на его вопрос.

– Света. – Снова позвал он.

Девушка подняла на него глаза, не отрывая губ от холодных пальцев Валерии. От боли в этих глазах у Олега все сжалось внутри.

– Как она? Что говорят врачи? – Света только закрыла глаза в ответ на эти вопросы, из ее глаз полились слезы. Он понял, что положение тяжелое. – Ты не можешь тут так сидеть все время, Света ты уже час тут, выйди ненадолго давай решим, что делать и как быть.

– Я не оставлю ее.

– Я не прошу тебя оставлять, просто выйди на минутку, ладно? Давай все решим, и ты вернешься.

Света кивнула, осторожно положила ладонь Валерии на постель, с трудом поднявшись. Ее ноги затекли и нестерпимо покалывали.

– Я понял так, что ты намерена тут остаться, да? – Она кивнула. – Хорошо, но на ночь тебе все равно не разрешат оставаться. Давай сделаем так. Сейчас ты умоешься, мы поедем на работу, ты сдашь свои дела кому-нибудь, напишешь заявление на отпуск. Потом я отвезу тебя домой, ты поспишь, а утром каждый день буду перед работой привозить тебя сюда, а вечером забрать.

Светлана протестующее замотала головой.

– Я никуда отсюда не уйду, я должна быть с ней рядом. Ты не понимаешь, я не могу потерять еще и ее, ты не понимаешь, Олег.

– Я все понимаю и вижу, как она тебе дорога. Но ты ей не поможешь, если будешь тут тихо умирать рядом с ней. Ты должна быть сильной и уверенной. Чтобы она чувствовала, что можно на тебя опереться в этой борьбе за жизнь. Послушай меня и доверься мне. Я твой друг я все устрою.

И девушка сдалась. Она зашла в плату, склонилась над Валерией.

– Я скоро вернусь, слышишь? Дождись меня. Только дождись меня. – Она поцеловала Валерию в щеку, постояла еще несколько минут, всматриваясь в лицо, пытаясь отыскать хоть какой-то признак жизни, но лицо Вэл было слишком спокойным.

***

В офисе Света не реагировала на вопросы коллег, не обращала внимания на их удивленные взгляды, вызванные ее видом и состоянием. Как можно быстрей закончила все дела, в заявлении указав причину отпуска «по неотложным личным обстоятельствам» и ушла. Вслед ей смотрела Настя, только она была свидетелем волнений и переживаний Светы из-за происшествия со Смирновой. «Она представилась звонившему из больницы, как друг Валерии Александровны, но не так давно они готовы были бить руг друга, такая была между ними неприязнь. Или это было совсем не неприязнь, а другое чувство? Что тут происходит вообще? Света почти обезумела от известия о нападении. Надеюсь, все прояснится и надо пораспрашивать Арсеньева, он явно что-то знает».

***

«Пришло время навестить свою ненаглядную. Дать ей выплакаться на своем заботливом плече». Вячеслав решил не звонить, а под предлогом забрать вещи приехать к Свете домой.

Подъехав к дому Светы, он увидел ее выходящей из машины Олега. Выглядела она подавленной и убитой. «Как ты сильно переживаешь по поводу смерти своей блондиночки. Видно сильно она тебя обработала. Горе у тебя просто неподдельное». Вячеслав подошел к Олегу и Свете.

– Что вы такие понурые, что случилось? – Слава изобразил искреннюю озабоченность.

– Привет, Слав, ты какими судьбами тут? – Олег обнял за плечи Свету, которую била мелкая дрожь.

– Решил все же вещи забрать. Света, солнце, что с тобой случилось? – Девушка молчала. – Олег, давай я провожу ее сам, спасибо тебе, что помог. – Слава быстро завладел плечами Светланы, отстраняя своего друга.

Олег неохотно уступил место, но решив, что ничего страшного не случится, если со Светой побудет сегодня Слава.

– Завтра утром я заеду за тобой, Свет, постарайся отдохнуть и набраться сил, помни, что они нужны не только тебе. – Светлана кивнула в ответ и пошла со Славой домой.

Девушка молча прошла в душ, не обращая внимания на вопросы мужчины, даже не слыша о чем он у нее спрашивает. Струи прохладой воды немного взбодрили ее. «Вэл, я скоро приду к тебе, утром, скучаю по тебе, верю, что ты меня слышишь и чувствуешь». Выйдя из душа, Света застала Славу, готовящим на кухне яичницу.

– Походи, красавица, я тебя ужином накормлю, смотрю, ты немного пришла в себя. Проходи, садись и расскажи, что тебя так расстроило?

– Я не хочу есть, почему ты все еще тут? Я не просила тебя готовить мне ужин. Я ушла от тебя, помнишь, Слав? Ничего не изменилось, просто возьми свои вещи и уходи. Благодарна тебе за заботу, но я хочу побыть одна.

– Свет, зачем ты так? Я просо хочу помочь, чем могу, расскажи мне, я не претендую ни на что больше. Только позаботиться о тебе. Я ушел и не объявлялся, но я не престал к тебе тепло относиться. – Внутри у мужчины закипала ярость, его прогоняли. Подавив ее, он попытался обнять Свету. – Свет, не отталкивай меня, побуду немного с тобой и уйду, когда ты заснешь, соглашайся.

– Хорошо, давай свою яичницу, я правда проголодалась, только потом тебя все же придется уйти.

– Что происходит? У нас случилось недоразумение, но я успокоился и понял, что с каждым может произойти ошибка. Давай попробуем сначала?

– Недоразумение? Слава, я люблю другого человека и это не недоразумение – это реальность, тебе придется с этим смириться.

– И где твой любимый человек, когда ты в таком состоянии?! – закричал Вячеслав, опять охваченный яростью.

– С моим любимым человеком случилась беда! – тоже закричала Света. – И я должна быть в больнице, рядом, а я тут с тобой выясняю какие-то отношения, которые не стоят выеденного яйца!

– Как в больнице? – Мужчина замер и замолчал «Она не умерла, жива и в больнице. Надо что-то делать. Бежать! Идиот, куда бежать, надо решать проблему. Иначе она опознает меня. Надо продумать все и закончить начатое».

– Так в больнице! Уходи, прошу тебя.

– Да. Извини, я пойду. – Не сказав больше ни слова. Слава поспешно ушел.

***

Прошла неделя, в течение которой Света ежедневно находилась у постели Вэл. Днем она читала ей книги, разговаривала с ней, протирала влажными полотенцами лицо и руки женщины. Она наблюдала, как убрали аппарат искусственного дыхания, потому что состояние немного стабилизировалось, как меняют повязки и снимают показания приборов, которые были подключены датчиками к голове и груди Валерии. Иногда, как сейчас, отчаяние и боль затмевали все вокруг. Света опустилась на колени и опять прижалась губами к руке Вэл, покрывая ее поцелуями, смешанными со слезами.

– Любимая, вернись ко мне, я так много тебе хочу сказать и еще больше, я так много хочу сделать вместе с тобой. Гулять, ходить в кино, рассказывать тебе всякие истории, рисовать тебя, засыпать и просыпаться с тобой.

– Я сомневаюсь, что если я буду ложиться спать с тобой, то посплю больше пары часов ночью.

От этого тихого, хриплого голоса Света подскочила как от грома, раздавшегося у нее над головой.

– Вэл, моя Вэл… Ты очнулась… Ты жива. – Света стала целовать лицо, руки, целовать все, что попадалось на пути ее губ.

– Постой. Постой малыш, дай на тебя посмотреть. Я постоянно слышала твой голос, но не могла открыть глаза, успокоить, сказать, что со мной все хорошо. Ну же, давай, посмотри на меня.

– У тебя дар подкрадываться ко мне, даже сейчас твое появление чуть не остановило мне сердце. Не разговаривай много, тебе нельзя, скорей всего нельзя, я так рада, ты опять со мной. Теперь все будет хорошо.

Они смотрели друг на друга, неотрывно, долго и всепоглощающе.

– Как я скучала по твоим глазам, по тебе. – Света опять взяла ладонь Валерии и поцеловала ее. – Мне надо позвать врачей, что бы осмотрели тебя.

– Еще немного побудь со мной наедине, а потом позовешь. – Вэл закрыла глаза, она устала. – Кому ты сказала, что со мной произошло?

– Прости. – Света заволновалась. – Никому не говорила, надо было посмотреть твои контакты в телефоне, сообщить родным, у тебя же есть родные? Но я так боялась, что мне не разрешат быть рядом с тобой и не сделала этого.

– Ты правильно все сделала, теперь я сама позвоню, не переживай по этому поводу. – Вэл слабо пожала ладонь, удерживающую ее пальцы. – У меня есть мама, она живет в другом городе, но если бы она увидела меня без сознания, то было бы еще хуже. Я сама ей все расскажу. Слышишь меня, малыш, не переживай. Еще есть подруга в Москве, Марина, но у нее только недавно родился ребенок, ее тоже не надо было тревожить понапрасну.

– Понапрасну? Что ты такое говоришь? Ты чуть не умерла!

– Не умерла ведь. Твой голос был ниточкой, которая не позволяла мне уйти. Я слышала его, ты мне читала, говорила со мной. Ты единственный человек, которого я хотела бы видеть, очнувшись. Ты спасла меня, малыш.

– Мне нравится, когда ты меня так называешь. – У девушки опять потекли слезы.

– Не плачь, поцелуй меня и зови врачей, только будь не далеко, не хочу больше отпускать тебя.

Света наклонилась и легко дотронулась до губ Вэл. «Они теплые и живые, ты вернулась, я тоже больше не отпущу тебя никуда и ни к кому». Еще на несколько мгновений задержавшись на губах любимой, Света отстранилась, и пошла, звать медиков.

Глава 6

Несколько раз он приходил в больницу, но возможности незамеченным проникнуть в палату так и не представилось. Там целыми днями находилась Светлана или работники больницы. В тот день он тоже находился неподалеку. Вячеслав увидел, что девушка выбежала из палаты с заплаканными глазами, уставшая и осунувшаяся, но на лице ее светилась улыбка, а глаза блестели радостью.

«Значит, она очнулась, другого времени не будет. Или сейчас или уже никогда». Расправив медицинский костюм, который купил сразу, как ушел от Светы, надев на лицо медицинскую маску, он вошел в палату.

На его приход, женщина, лежащая в палате, никак не отреагировала. Только мерно вздымающаяся грудь выдавала то, что она жива. «Может она не очнулась? Надо все сделать быстро». Подойдя вплотную к постели, мужчина столкнулся с затуманенным взглядом, смотрящим на него из чуть прикрытых глаз, на губах у женщины дрогнула улыбка.

– Здравствуйте, доктор. – Тихо произнесла Вэл.

Слава застыл, как вкопанный. «Я не смогу сделать это еще раз, что я наделал? Пусть будет так, что она меня не запомнила. Да что там запомнишь, она меня не видела практически! Но я не смогу это сделать». Он вышел из оцепенения и быстро покинул палату. Как раз вовремя, потому что по коридору уже шли несколько медиков, а за ними показалась фигура Светы. Завернув за угол, мужчина быстро направился к лестнице.

***

Девушку попросили остаться снаружи. Опустившись на корточки возле двери, она стала ждать, когда вновь может увидеть любимую. Дверь открылась, медики вышли, она догнала врача.

– Доктор, скажите мне, как она?

– Что ж, девушка, думаю, что довольно скоро нам придется расстаться, за это время мы уж привыкли к Вам. – Врач улыбался. – Все хорошо, теперь процесс выздоровления пойдет быстрее. То, что Ваша знакомая пришла в себя достаточно быстро, я так подозреваю, есть Ваша заслуга. После выписки ей нужен будет уход еще какое-то время. Не сомневаюсь, что он у нее будет.

– Спасибо Вам. – Все что смога сказать Света.

Врач обнял девушку за плечи.

– Не знаю кто она для Вас, но Вы еще раз доказали, там где бессильна медицина, на помощь приходит любовь. Идите к ней, Вы ей нужны сейчас больше, чем все врачи этой больницы.

Зайдя к Вэл, Света увидела, что многие приборы убрали.

– Устала от такого количества народа? Ты всегда была популярной, к тебе трудно пробиться. – Света пригладила взъерошенные волосы Вэл.

– Домой мне уже пора, врач сказал, что я здорова. – Валерия смотрела на девушку, сидящую возле постели, и видела, как темные круги легли вокруг глаз, черты лица заострились. – А вот ты устала, тебе надо хорошо выспаться.

– Со мной все нормально. Я не работаю и сплю дома.

– Давай договоримся, ты вернешься на работу, за мной уже не нужен будет такой уход. Будешь приходить, когда будет свободное время.

– Ты не хочешь меня видеть? – Света болезненно сжала ручки кресла, в котором сидела.

– Хочу, очень хочу, но я не хочу, что бы твоя жизнь превратилась в больничное времяпрепровождение. Я и так отняла у тебя столько времени. Эй, ты почему плачешь, малыш?

– Не прогоняй меня. – Свету душили слезы досады и обиды.

– Я не прогоняю, ну что ты? Иди ко мне, ну что ты придумываешь? Просто я, правда, волнуюсь за тебя. На тебе лица нет из-за меня.

Света села на постель и положила голову на подушку рядом с Валерией.

– Если ты волнуешься, то не прогоняй, с работой я разберусь, у меня отпуск вообще. Я тут телефон твой принесла, зарядила его.

– Спасибо, малыш. Завтра буду звонить, сегодня отдохну и приду в себя. Хотя, много отдыхать не придется, врач сказал, что из милиции уже кто-то ждет, когда смогу дать показания.

– Ты помнишь, что с тобой сучилось? – Девушка с тревогой смотрела на то, как глаза Вэл закрылись, а брови нахмурились. Она погладила пальцами ее лоб и брови. От этого движения, черты лица женщины снова расслабились и смягчились.

– Мало что помню, неожиданно все произошло, я хотела зайти в парадную, но на меня налетел какой-то мужчина, назвал сукой, а потом жар, боль и темнота. Я так понимаю, меня даже не ограбили, если телефон остался при мне.

– Не ограбили, я забрала все твои вещи, там и бумажник, и ключи от квартиры и машины, и документы, все на месте.

– Да, странно. Такие преступления совершаются или на почве мести или психически больными. Но меня не мучили, не насиловали, на случайность тоже мало похоже. Остается месть. Интересно, кому я так насолить успела, что меня готовы были убить. – Вэл задумалась и опять старалась вспомнить события того утра.

– Ты говоришь, как следователь. – Света продолжала поглаживать пальцами волосы и лицо Вэл.

– Следователем я никогда не была, но кое-что из криминологии еще помню. Я как-никак юрист по образованию, да еще со специализацией по уголовному праву. – Вэл перехватила блуждающие по ее лицу пальцы, свободной рукой, другая была зафиксирована для капельницы. Она прижала ладонь к своим губам. – Не могу об этом думать, все, о чем я могу думать – это горячая ванна. Смыть с себя все это.

– Как только будет можно, я тебя помою. – Света улыбалась, представив, как будет осторожно мыть любимую, как будет поддерживать ее и целовать.

– Мне нельзя волноваться, ты же знаешь, а от твоих слов у меня давление сейчас подскочит и сюда сбежится полбольницы. – Валерия улыбалась.

– Хорошо-хорошо, не буду тебя волновать. Пока не буду. – Девушка склонилась, и поцеловала Валерию мягко и нежно. Именно в этой позе их застал лечащий врач, зашедший в палату.

Кашлянув для приличия, он с интересом наблюдал, как склонившаяся над его пациенткой девушка чуть дернулась, но, все же, осталась на месте, а потом медленно отстранилась выпрямляясь.

Света не отрывала взгляда от глаз Валерии, ожидая ее реакции на появление доктора. Но та, только чуть улыбнулась и сжала пальцы девушки.

– Ты в порядке, малыш?

– Да, а ты?

– Я прекрасно. – Она перевела взгляд на доктора. – Опять какие-нибудь обследования?

– На сегодня обследований хватит. Вас там милиция хочет видеть, каждый день интересуется, пришли Вы в себя и можно ли вас допросить.

– Допрашивать меня не стоит, а вот опросить могут. Пусть проходят, если они уже тут.

***

Все последующие дни в палату стало приходить все больше и больше посетителей. Света, скрепя сердце, каждый раз выходила из палаты, когда приходили коллеги, знакомые, друзья Валерии. «Это правда трудно, делать вид, что я просто посетитель с работы и прятать свои чувства. А хотела бы я огласки наших отношений? Знает Олег, знает Ира, доктор знает теперь, но это все не то. А если узнают другие? Как мне себя вести, что говорить, как объяснять и надо ли объяснять? Будут шептаться за спиной, а может даже презирать, кто знает, как люди, которые меня окружают, относятся к подобным взаимоотношениям».

Света сидела в кафе, рядом с больницей, в задумчивости водила вилкой по тарелке с греческим салатом. Мысли ее были полны вопросов, ответы на которые она не знала. «А может быть, Вэл права и я сама не знаю, чего хочу? Но ведь я люблю ее. Но так ли сильно люблю, что готова пойти дальше с гордо поднятой головой через непонимание, неприятие, да бог знает что еще, ради этой любви»?

Так она рассуждала, когда у столика, за которым сидела, возникла женская фигура, Света подняла голову. Она сразу узнала эту красивую девушку, именно с ней была Вэл в холле компании, именно с ней она ушла в тот вечер, отказавшись от встречи.

– Я могу присесть за Ваш столик? – Вся фигура этой молодой женщины источала уверенность и решимость, голос звучал ровно и спокойно.

Света легко кивнула, внимательно всматриваясь в лицо, севшей напротив, гостьи. Она положила вилку, оставив в покое салат, к которому так и не притронулась. «Что ей от меня надо»?

– Хочу сказать Вам спасибо за то, что были все это время с Валерией. Я понимаю, что она не хотела меня волновать, особенно после того, как мы пришли к решению забыть наши разногласия и начать наши отношения с начала.

«Что она говорит? Что значит, они решили начать все сначала?». Света молча ждала продолжения.

– Мне кажется, что Вы меня не совсем понимаете. Меня зовут Юлия, мы с Вэл были очень долгое время вместе, в том смысле, что жили вместе, были парой во всех смыслах этого слова. Вы понимаете меня? – Юля сделала паузу, заглянув в полные вопросов и тревоги черные глаза своей собеседницы.

– И что Вы хотите от меня? – Светлана как можно спокойней задала этот вопрос.

– Я не совсем понимаю, что она к Вам чувствует, хотя догадываюсь, зная ее. Скорей всего она с Вами переспала, раз или два и Вы решили, что она Вас любит. – Юля неопределенно улыбнулась. – Но поверьте мне, таких как Вы в ее списке больше, чем достаточно.

– Вы лжете, если Вы решили быть вместе опять, зачем наговаривать на нее? – Но в голове у Светы возникли образы инструктора по йоге, потом фраза, услышанная в трубке, когда она звонила ей и Валерии была в стриптиз баре. Видимо, ее мысли отразились на лице.

– Вы сами знаете, что я не лгу и, судя по Вашему лицу, знаете, о чем я говорю. – Юля улыбнулась чуть шире, продолжая неотрывно наблюдать за Светланой. – Но я могу ее понять, всегда ищешь замену тому, кого любил или пытаешься забыться в новых отношениях, не находишь и ищешь снова. Я совершила ошибку, мы расстались, но я поняла, что мне никто не нужен, кроме нее и сказала ей об этом. Наши разногласия остались позади, она меня простила. Ваша забота и чувства, не могли ее оставить равнодушной, конечно же, она откликнулась на них. Но поймите, у Вас нет будущего. Я не пытаюсь тут Вас уберечь о сердечной раны, когда она Вас бросит, я просто хочу, что бы нашим возобновленным отношениям ничто и никто не мешал. В любом случае, теперь Вы все знаете и мне сказать больше нечего.

Юлия встала и, не прощаясь, ушла, оставив Свету сидеть пораженной услышанным. «Она сказала мне неправду! А вдруг правду? Вэл, конечно же, не ангел, но она не могла так цинично поступить со мной. Но однажды она поступила со мной цинично и жестоко, что мешало ей сделать так еще раз? Она не притворялась, а все ее слова, взгляды, то, как она смотрит на меня, как касается, не может это быть ложью! Я должна с ней поговорить, сейчас же поговорить».

Заглянув в палату, Света с облегчением увидела, что там никого нет.

– Где ты так долго была, я уже почти час тут скучаю без тебя. – Валерия правда соскучилась по Свете. «Валерия Александровна, да ты и правда влюбилась и, надо признаться, рада этому, не так ли?» она мысленно засмеялась. – Ну что ты там стоишь? Иди сюда, я хочу тебя поцеловать.

«Все ложь, как я могла сомневаться в ней? Но, все же, спросить надо». Света подошла и, склонившись, дотронулась до теплых, ставших такими родными, губ. Она почувствовала, как Валерия ее обняла.

– Что ты такая тихая? – Валерия нежно поцеловала девушку.

– Вэл, я хотела тебя спросить. Увидела тут сегодня ту девушку, с которой ты ушла из офиса, шатенка.

– Да, Юля, она была у меня сегодня, никак не могу понять, каким образом она меня постоянно находит.

– Вы с ней…

– Да, раньше мы были вместе три года, но прошло много времени, как мы расстались – это прошлое, почему ты спрашиваешь о ней? – Она внимательно посмотрела на Свету.

– Что она сделала такого, что вы расстались? Ты же любила ее, раз так долго была с ней.

– Любила, но она мне лгала, она предпочла другого человека, в таких условиях любовь теряет почву под ногами и проходит.

– Ты сильно переживала ее уход?

– Сильно, для меня это все было полной неожиданностью. Я не видела или не хотела видеть то, что происходит. Для меня это было потрясением. – Вэл взяла девушку за руку. – Малыш, все в прошлом, почему ты вдруг спрашиваешь об этом?

– Скажи, ты простила ее?

– Простила. – Валерия отпустила руку Светы. – Сама удивляюсь себе, но простила. Знаешь, все не так просто в жизни, да и не сторонник я тотальной ненависти и не прощения. Всегда надо дать человеку шанс, если не исправить случившееся, то хотя бы объяснить. Я понимаю мотивы ее поступков и ее желания. В тот вечер, когда ты видела нас, мы встретились впервые, после расставания, поговорили и я простила. Поняла, что не могу больше злиться и просто отпустила это.

«Простила, она простила ее, все правда!»

– Я тут вспомнила, мне надо срочно сделать кое-что, я попозже приду. – Света, не дав, Валерии задать вопрос и вообще сказать ни слова, быстро вышла из палаты и выбежала из больницы.

Вэл смотрела с недоумением за тем, как девушка выходит из палаты. «Что вообще происходит? Откуда эти вопросы и такое поведение»?

***

После разговора с девушкой, Юля чувствовала себя удовлетворенной. «Что бы там у них не было, а что-то есть – это точно, то сейчас удача на моей стороне. Я сумела посадить зерно сомнения в голову этой девушки, и оно даст плоды. Теперь мне надо решить главное. Вэл. Как заставить ее вернуться? Она непреклонна. Почти выгнала меня из палаты утром. Главное не останавливаться». Купив букет цветов, Юля решила опять ее навестить.

С лучезарной улыбкой на лице она прошла к постели Вэл и стала ставить букет в вазу, вынув оттуда уже чуть подвявшие розы.

– Красивые были розы, ты пользуешься популярностью. – Юля посмотрела на хмуро молчавшую Валерию. – Не надо на меня так угрожающе смотреть. Вэл, перестань дуться, правда. Или у тебя что-то болит?

– Ничего у меня не болит, я же просила не приходить больше.

– Оставь, ты не можешь мне запретить приходить к любимому человеку, я слишком долго была без тебя, что бы твое «не приходи больше» остановило меня. Ты знаешь меня лучше всех и должна понимать, что я не остановлюсь, потому что хочу быть с тобой.

– Значит ты никого не нашла больше, что б провести весело время в Питере? – Язвительно спросила женщина.

– Да ладно тебе, я сказала это от обиды и досады. Я приехала сюда ради тебя, ради себя, ради нас.

– Нет никаких нас, ты заблуждаешься.

– Нет, но ведь мы можем все исправить. Я скучаю по тебе, слышишь? Неужели ты ничего не чувствуешь, я не поверю в это.

– Юль, поверь в то, что все прошло, я не буду скрывать, что безумно скучала по тебе, только невероятные усилия не позволили мне встретиться с тобой, набрать твой номер телефона. Но у всего есть своя критическая точка, понимаешь? Я просто стала жить дальше без тебя.

Юля присела на край постели и начала потихоньку касаться руки, а потом лица Валерии.

– Я виновата, очень виновата, но ведь все мы совершаем ошибки, ты тоже совершала, неужели в тебе нет ни капли сожаления, что у нас все так закончилось. – Девушка склонилась, и губы сменили ее пальцы.

Губы скользили и ласкали лицо, они были такими знакомыми, что Валерия непроизвольно зарыла глаза. А потом она почувствовала поцелуй на своих губах. «Не те губы, знакомые, но не те». Она уперлась руками в грудь Юлии и отстранила ее, насколько смогла.

– Юля, нет. Я не могу и не хочу. Давай оставим все. Просто услышь меня.

– У тебя кто-то есть? – Она выпрямилась, но не ушла с постели.

– Да, думаю есть. Я хочу верить, что есть.

– Понятно, если ты говоришь о той черноглазой стройной и красивой девушке, которую я вижу постоянно рядом с тобой, то думаю – ты ошибаешься.

– Что ты имеешь в виду под словами «ты ошибаешься»? – Валерия вся напряглась.

– Ничего особенного не имею в виду. Просто знаю, что она относится к этому не так как ты. Вэл, прекрати, сколько было таких у тебя до меня и после меня? Одной больше, одной меньше.

– Что ты ей сказала? – Ее голос был похож даже не на шепот, а на угрожающее шипение.

– Правду и ничего кроме правды. Что я люблю тебя, что ты меня простила, ведь все это правда, не так ли? И знаешь, она поверила, а как тут не поверить. Только со мной ты была верной и постоянной. Я так подозреваю, что она уже имеет кое-какую информацию о твоей непостоянной натуре.

– Черт тебя побери, Юля! Ты постоянно приносишь мне неприятности! И ты после всего этого думаешь, что мы сможем начать все сначала?

Дверь в палату открылась, вошел лечащий врач.

– Что тут происходит? Девушка, я попрошу вас покинуть палату. – Обратился он к шатенке. – Вы доставляете ненужное волнение моей пациентке – а это, при ее состоянии недопустимо.

Юля встала.

– Простите, доктор, этого больше не повторится. Я зайду позже, – обернула она к Вэл.

Доктор посмотрел на встревоженное и пылающее гневом лицо Валерии.

– Вы правы – это больше не повторится. Я дам распоряжение, что бы Вас ни пускали больше в палату. Если Валерия Александровна посчитает необходимым с Вами встречаться, то придется это делать после того, как она выпишется, а пока я беру на себя право запретить ваши встречи в этих стенах.

Когда дверь за Юлей закрылась, Валерия чуть расслабилась. «Надеюсь, что Света не поверила ей. Или поверила? Она так быстро ушла от меня. Светочка, просто доверься себе и поверь в меня». Она посмотрела на врача, который измерял ее давление и осматривал повязки.

– Спасибо Вам.

– Не благодарите. Есть еще кто-то, кто будет выводить Вас из себя и ухудшать Ваше состоянии?

– Надеюсь, что нет, – тяжело вздохнула Вэл.

– И я надеюсь. Отдыхайте. – Врач вышел, оставив ее наедине со своими мыслями и ноющей болью от ранений. А потом она заснула, от усталости, нервного напряжения и лекарств.

***

Олег утром вез Свету на работу.

– Все уже хорошо? – Прервал он молчание.

– В каком смысле? – Света не повернулась, отвечая вопросом на вопрос.

– Ты решила прервать свой отпуск. Значит у Валерии все хорошо?

– А, ты об этом. Да, все хорошо, ее скоро выпишут, да и народа у нее там достаточно. Мое присутствие уже вряд ли так необходимо.

В тот день Света так и не вернулась в больницу. Не пришла она и на следующий, провалявшись в кровати, рисуя себе ярке картины воссоединения Вэл и Юли. Убежденная, что Валерия не звонит именно потому, что у нее Юля, и они обсуждают их дальнейшие отношения, она тоже не решилась набрать ее номер. На душе скребли кошки, заставляя сомневаться в своей правоте, а потом боль от уверенности, что все именно так, как она себе представила. Эти скребущие кошки постепенно сменились опустошением и апатией. А к ночи она приняла решение выйти на работу, что бы ни зацикливаться на этой ситуации и чем-то себя занять.

– Свет, а Свет? Мне показалось, что у вас все наладилось.

– Мне тоже так показалось. Я ошиблась. Наверно я уволюсь, Олег. Буду искать работу потихоньку. Не смогу я работать с ней. Да и не в ней даже дело – во мне, я не уверена, что смогу все это вынести. Я не уверена, что готова к таким отношениям. Да какие там отношения, у меня чувство, что я просто заменитель более важно человека в ее жизни. Сама виновата, она делала все, что бы меня остановить, оттолкнуть, но моя настойчивость вынудила ее ответить на мои порывы.

– А ты не ошибаешься? Она тебе сама сказала об этом?

– Нет, не сказала, сказал другой человек.

– Надеюсь, что ты не делаешь ошибки. Я конечно не в восторге о твоей сменившейся ориентации, но все, что я заметил, так это то, что в ее присутствии ты живешь.

Девушка ничего не ответила, ее друг был прав. С Валерией она чувствовала себя живой, сердце было наполнено любовью, а душа позволила себе жить надеждой, чего не было со смерти ее родных. «Она чуть не умерла, я могла бы ее потерять, как и их. А разве перед лицом смерти люди могут так цинично вести себя? Она так была рада, что я рядом с ней и не хотела никого видеть, кроме меня. Что-то тут не сходится. Как там эта Юля сказала, она не хотела ее волновать? Какая чушь, ведь когда тебе плохо ты находишься с тем, кого любишь и кто нужен. А рядом была я и никто иной. Почему я услышал ее слова о том, что простила Юлю, но ведь она говорила, что все в прошлом и простив – отпустила».

– Олег, поехали в больницу.

– А как насчет увольнения и всего остального? – Друг улыбался.

– Отложу на время, мне надо в больницу.

***

В палате Валерии не было, девушка побежала в ординаторскую, но и лечащего врача не было. Спросив у персонала, проходящего мимо о пациентке из четвертой палаты, но не получила никакого ответа, она опять вошла в палату. «Ее не могли выписать, вещи на месте». Проведя по подушке рукой, она взяла ее и прижала к лицу, вдыхая запах. «Люблю тебя. Не знаю, как я буду реагировать на отношение других ко мне, если узнают, но я знаю, что люблю тебя».

Через минут двадцать в палату зашла медсестра, а на кресле-каталке сидела Вэл, они весело разговаривали и смеялись. Света посмотрела на расстегнутый сверху на две пуговицы халат медсестры, симпатичной и игривой девушки. Увидев Свету, Валерия престала смеяться, лицо стало серьезным и немного хмурым.

Подъехав к постели, медсестра обхватила Валерию за талию, помогая подняться и лечь. Когда она склонилась над Вэл, халат распахнулся сильнее, не оставляя шанса для воображения, что бы понять, что под ним, а под ним был только тонкий кружевной бюстгальтер. Света скрипнула зубами, подошла помочь, взяв Валерию с другой стороны.

– У Вас халат расстегнулся, застегнули бы. – С раздражением посоветовала Светлана медсестре.

На этот совет остальные, находящиеся в палате отреагировали по-разному. Валерия подавила улыбку, а медработник передернула плечами, хмыкнув. Но никто не возразил вслух. Удобней расположившись в постели, Вэл посмотрела на неохотно застегивающую халат медсестру.

– Спасибо, Зина, Вы меня немного развлекли, а то от лежания у меня уже бока ломят.

– Не за что, завтра у меня вечерняя смена, если захотите еще прогуляться, только позовите, доктор разрешил Вам уже эти прогулки.

– Если решу прогуляться, найду Вас, спасибо. – Валерия улыбалась девушке с благодарностью.

Когда та, наконец, вышла из палаты, молча посмотрела а Свету, которая стояла чуть поодаль, сжимая кулаки. Отведя взгляд, она закрыла глаза, прогулка была приятной, но все еще утомительной.

– Как ты их находишь? Эта медсестра готова была броситься в твои объятья на газах у всей больницы.

– Она помогла мне, когда рядом не было никого. Ее не в чем упрекнуть. – Валерия лежала с закрытым глазами. Она услышала, как Света нервно вдохнула воздух после этих слов.

– Я… мне надо было подумать. После всех тех слов, что я услышала, мне надо было просто подумать.

– Не знаю, о чем ты думала, но могла бы поговорить со мной. Если веришь в то, что для тебя это не эксперимент и не игра, то я не понимаю твоего поведения.

Света подошла и уже привычным движением опустилась возле постели Вэл, взяв ее руку.

– Не игра, тут другое. – Это движение и слова заставили Валерию открыть глаза и посмотреть на стоящую рядом на коленях девушку.

– И что же другое?

Света перебирала в своих руках пальцы Валерии, проводя по всей их длине, поглаживая, сжимая.

– Я испугалась, не наших отношений – нет. Я испугалась того, что нет никаких отношений, понимаешь? Она была так убедительна, а ты сказала, что простила. Вэл, послушай…

– Нет, малыш – это ты меня послушай. – Черты Валерии смягчились. – Не просто послушай, а услышь меня. Все в прошлом, я тебе и два дня назад это говорила и сейчас говорю.

– Услышала, поэтому я здесь, что бы сказать тебе. Я люблю тебя. – Света замера после этих слов, осознав, как легко их сказала, что они правдивы. Любовь – это то чувство, которое она испытывает к этой женщине.

«Любит». Валерия опять закрыла глаза, ее сердце стучало громко и быстро. Как давно она не слышала этого слова, а еще дольше она не верила в это слово. Верит ли она в него сейчас? Когда его произносит эта девушка, к которой ее тянет, в которую сама влюблена. Влюблена, но любит ли? Готова ли она поверить в ее любовь, в любовь человека полного сомнений и недоверия к ней. Вэл просто погладила Свету по голове, привлекая к себе.

– Я рада, что ты вернулась, мне было одиноко без тебя.

Эти слова растеклись теплом в сердце девушки. Она сильней прижалась к Валерии и поцеловала ее ладонь.

– Тебя нельзя оставлять без присмотра ни на минуту. Место рядом с тобой готовы тут же занять другие. Я сама буду возить тебя на прогулку, не доверяю твоей Зине.

– Ты еще и ревнивая? – засмеялась Вэл.

– Выходит, что так. До тебя я этого не замечала.

– О, значит, я пробуждаю в тебе не самые хорошие качества.

– Пробуждай, тебе можно пробуждать во мне все, что ты захочешь.

– Ловлю на слове и не думай, что я не воспользуюсь твоим разрешением.

Их губы нашли друг друга, изголодавшиеся по ласке и страсти. Поцелуй перестал быть нежным почти моментально, превратившись в битву за господство. Языки сплетались и проникали глубже, губы отчаянно стремились завладеть другими губами, вызывая стоны обеих.

– Выздоравливай скорее, я тоскую по твоим губам, пальцам, по ощущению тебя внутри. – Шептала Света, разорвав поцелуй, и снова сливаясь в поцелуе с Валерией.

– У меня есть хороший стимул для этого. Я поправлюсь очень быстро, если ты будешь продолжать меня так целовать. – Валерия сильней обняла Свету за шею и прижала к себе. Но от этого жаркого объятья боль пронзила ее тело. – Малыш, прости…

– Тебе больно? Прости меня, я забылась, – Света отстранилась, с тревогой глядя на Валерию.

– Все хорошо, просто еще немного надо подождать.

– Позвать кого-нибудь? Вдруг швы разошлись или еще что-нибудь?

– Ничего не разошлось, никого не надо звать. Побудь со мной и поговори, все сразу пройдет.

И они были вместе, разговаривая обо всем на свете, касаясь друг друга, иногда легко целуясь, пока веки Вэл не потяжелели, и она не заснула с легкой улыбкой на губах.

Света еще долго сидела и смотрела на любимое лицо, пододвинув кресло вплотную к кровати, она положила свою ладонь поверх ладони Вэл и тоже задремала. Проснулась от того, что ее кто-то легко тряс за плечо.

– Девушка, Вам пора уходить, часы приема закончились, все посетители должны уйти.

– Да-да, сейчас, – шепотом ответила Светлана. – Дайте мне минуту, и я уйду.

Когда она осталась в палате одна, Света склонилась и легко поцеловала мирно спящую Валерию.

– Я вернусь утром, не приставай больше к медсестрам, – тихонько прошептала она.

Глава 7

– Валерия Александровна, еще примерно месяц Вам придется находиться под наблюдением участкового хирурга, но дольше удерживать Вас в больнице, необходимости нет. Я написал все рекомендации. – Доктор протянул необходимые бумаги своей пациентке, уже бывшей пациентке.

– Спасибо Вам за то, что спаси мою жизнь и за теплое отношение. – Вэл рада была, наконец, покинуть это место.

– В спасении Вашей жизни принимали участие не только мы, одному человеку удалось это, по-моему, лучше, чем нам. – Доктор улыбался.

– Я это знаю и за то, что позволили быть ей рядом со мной, тоже спасибо.

Пронизанный ярким солнцем воздух ворвался в легкие, слепя глаза, лаская легким ветерком кожу. Вэл чуть пошатнулась, и, отперевшись о стену, стала ждать Светлану, которая уже спешила к ней.

– Ты не могла меня дождаться, обязательно надо было выбегать одной? – Девушка заботливо обняла ее за плечи. – Ты можешь дойти до машины?

– Теперь я могу дойти куда угодно, только побыстрей отсюда. Пошли, со мной все хорошо.

– Ты хочешь домой?

– Да, только домой, я так давно там не была. – После этих слов, Света чуть поникла. – И ты поедешь со мной, ты ведь не оставишь больного человека без присмотра? Или тебя другие планы были?

Вэл спрятала улыбку.

– Нет! Мои планы – это ты. Просо подумала, что ты захочешь побыть одна.

– Поехали. Думать потом будем, как говорил один герой, мудрый и прекрасный «Не раздумывай – действуй!».

– Что за герой? Я его знаю?

– Может, и знаешь, но видимо, не так хорошо, как я.

– Расскажешь мне о нем?

– Обязательно и даже покажу, если захочешь.

– Захочу, раз он такой мудрый. Мне стоило бы набраться мудрости.

Дойдя до подъезда, Вэл вдруг остановилась. Закрыв глаза, она вновь переживала то злополучное утро, когда на нее напал этот ненормальный. «Я помню тебя, теперь я вспомнила тебя. И узнала. Напрасно ты меня не убил, у тебя был шанс. – Глаза открылись в новом узнавании – у тебя было два шанса, ведь ты хотел там, в палате, завершить начатое. Третьего не дам, оставлю его за собой, а как я им распоряжусь, ты узнаешь позже, только дай мне время».

– Вэл, ты что-то вспомнила? – На спину легла теплая рука.

– Нет, попыталась, но нет. Пойдем домой, я хочу, наконец, помыться нормально, а кто-то, как мне помнится, грозился помочь.

– Этот кто-то ждет с нетерпением, когда сможет помочь тебе помыться, – игриво отозвалась Света.

***

Теплые струи приятно окутывали собой ослабевшее тело, даря забытые ощущения. Сквозь тонкую границу воды Валерия чувствовала, как ее легко и бережно касаются нежные пальцы. Эти прикосновения были робкими и несмелыми. Чуть дотронувшись, пальцы опять отступали, как будто боясь сделать прикосновение более ощутимым. Она прикрыла глаза, отдавшись ощущениям, вызываемыми водой и этими прикосновениями. Взглянув сквозь ресницы, она наблюдала за сосредоточенным лицом девушки. Казалось, Света полностью сосредоточена на том, чтобы не задеть повязки. Только легко подрагивающие губы, когда пальцы иногда задевали кожу, выдавали ее волнение. Вэл решила никак не комментировать ни сосредоточенность девушки, ни ее волнение. «Пусть сама решит, чего она хочет».

Света аккуратно водила пенной губкой по телу любимой, ей хотелось сменить эту губку своими ладонями и губами. «Это будет не правильно. Она только вышла из больницы, а я только и думаю о том, как заняться с ней любовью». Видя, что глаза Валерии закрыты, Светлана стала рассматривать ее более внимательно. Бледная от длительного пребывания в помещении и от слабости кожа, была как будто прозрачной. Кое-где виднелись тонкие голубые дорожки вен. Взгляд скользил от шеи, на которой просматривалось легкое биение пульса, задержался на мраморной округлости груди. Света провела легко губкой под нижней их частью, нежная кожа, затвердевшие от бьющих струй воды соски, были похожи на розовые ягоды. Непроизвольно девушка облизнула губы. Рука, окутанная пеной, двинулась ниже по плоскому животу, надавливая немного сильней. «Она в потрясающей форме, даже не смотря на месяц бездействия. Не мешало бы мне тоже йогой заняться». Как завороженная, Светлана смотрела, как пена стекает с губки и заполняет собой пространство между бедер, она судорожно сглотнула. Преодолев себя, она подняла газа и столкнулась с зеленым взглядом, смотрящим тепло и лукаво, а бровь была приподнята и изогнута.

– Увидела что-то интересное? – В голосе была улыбка.

– Много чего, – голос дрогнул, но взяв себя в руки, девушка приняла этот шутливый вызов.

– Поделишься? – За этим вопросом последовала пауза.

– Нет, не поделюсь ни с кем. – Ответ прозвучал серьезно, без тени улыбки.

Сердце в груди у Валерии стукнуло сильней и замерло, запоминая этот момент. Прерывая короткую паузу, женщина провела ладонью по щеке Светы.

– Давай покончим, наконец, с моими водными процедурами и сменим повязки.

– Да. Я все сделаю, меня научили, как обработать швы и сделать перевязку, долго мочить еще нельзя.

***

– Тебе не было больно? – Закончив перевязку, Света наблюдала, как Валерия застегивала просторную мужскую рубашку, доходящую ей до середины бедра.

– Нет, ты сделала все хорошо, даже лучше, чем медсестры в больнице. – Улыбнулась Валерия. – Пошли кофе сварим? Соскучилась по нормальному кофе.

– Пойдем, ты посиди, а я сварю, только покажешь, где у тебя что лежит.

– Я вполне дееспособна – это ты посиди, оценишь мое искусство варить кофе.

Когда квартиру заполнил аромат сваренного кофе, они сели друг напротив друга. Валерия закурила, затянувшись, откинулась на высокую спинку стула, закрывая глаза.

– Может не стоит курить?

– Может и не стоит, – ответила Вэл, делая еще затяжку. – Тебе домой не надо?

– Домой? Да, как скажешь, кофе допью и пойду, – поникшим голосом сказала, девушка. – Ты позвонишь мне сегодня или я позвоню, попозже?

Валерия открыла и чуть прищурила глаза. Глядя на Свету, она думала о том, как меняется их общение от бешеного притяжения до неуверенности и полного непонимания друг друга. Затушив сигарету, Вэл продолжала смотреть на девушку.

– Я думала, что тебе надо будет взять кое-какие вещи, ты же обещала врачу присмотреть за мной. Но я могу и сама справиться, ты, конечно же, можешь звонить мне, когда захочешь.

Не успев опомниться, она уже ощущала на себе жаркие поцелуи.

– Хотя я думаю, что это можно сделать и завтра. – Вэл притянула девушку к себе, запустив пальцы в черные волосы, целуя ее в губы.

Уложив любимую в постель, Света расстегнула ее рубашку.

– Я хочу любить тебя, но никогда раньше не была с женщиной, – увидев удивленно изогнутую бровь и готовые сорваться с губ Вэл слова, она быстро продолжила, – в том смысле, не любила сама и не знаю, смогу ли сделать все правильно.

– Иди сюда, – Валерия привлекла девушку ближе, – нет ничего правильного и не правильного, малыш, просто делай то, что тебе хочется.

Света кивнула и поцеловала женщину в ямку между ключицами, вдыхая запах кожи. Дотронувшись ладонью до груди Валерии, она услышала глубокий вдох. Склонившись, взяв в рот сосок, удивляясь, как в ее губах он твердеет и наливается. Отдаваясь таким необычным и безумно приятным ощущениям, которые вызывало сочетание твердости и нежности, девушка сильней сомкнула губы, они покалывали от нарастающего возбуждения, постепенно разливающегося по телу.

Вэл ощущала, как девушка исследует ее губами и ладонями, целуя и поглаживая каждый миллиметр тела. Несмелые, почти невесомые поцелуи постепенно стали более настойчивыми и страстными. Горячее дыхание обжигало кожу, влажные губы вызывали легкую дрожь. Было сложно сдерживать свое тело, стараться не напрягать его чрезмерно, отдавая уважение ранам, все еще дающим о себе знать волнами боли, смешанной с ощущениями наслаждения и возбуждения. Ее любили бережно и нежно, постепенно вознося на вершину, а когда она, достигнув этой вершины, сорвалась в полет, ее поддерживали теплые, заботливые руки, не давая сорваться в бездну нарастающей боли.

Когда Света поняла, что волны оргазма, захлестнувшие Вэл, успокоились, она взглянула в лицо своей возлюбленной, увидела, что из глаз тонкими струйками текли слезы.

– Я все-таки сделала тебе больно. – Губы касались солоноватых дорожек на щеках. Пальцы легко обследовали повязки.

– Нет, ты сделала все замечательно. Ненавижу свое беспомощно состояние. – Боль, вызванная напряжением, не хотела проходить отдавалась пульсацией в области ранений и растекалась дальше по всему телу.

– Ты не виновата, я не должна была быть такой эгоисткой. Думала только о себе. – Света ощутила прилив вины за то, что вызвала боль у любимой женщины. «Этот урод ее чуть не убил, совсем недавно она была без сознания и с едва теплящейся жизнью, а я пошла на поводу своего желания и опять причинила ей боль».

– Тише, малыш, я хотела тебя не меньше, не вини себя за то, что желала меня, никогда не вини себя за это. Боль сейчас утихнет, да не такая она и сильная.

– Я ненавижу этого ублюдка, что сделал с тобой такое. Знай я – кто это, убила бы собственными руками.

«Знай ты – кто это, бы была очень удивлена, моя девочка» – подумала Вэл, вслух же произнесла:

– Принеси мне обезболивающее, не переживай – он получит свое, рано или поздно.

Потом они лежали прижавшись друг к другу в темноте спальни.

– Если бы ты знала, какие ощущения меня наполняли, когда я любила тебя. Не передать просто, невероятные ощущения. Твое тело такое чувственное, нежное, сладкое, и в то же время сильное, у тебя мышцы как камень, покрытый шелком кожи. Это восхитительно. Не могу рассказать тебе, у меня слов не хватает.

– О, поверь мне – представляю, что ты ощущала, – тихонько засмеялась Вэл, привлекая еще ближе к себе Свету.

– Я могу привыкнуть к этому и уже не захотеть ничего и никого другого, тебя это не пугает?

– Я на это надеюсь, – продолжала посмеиваться женщина.

– Да? Тогда хорошо, – тоже улыбнулась девушка. – Тебе получше?

– Со мной все хорошо, давай спать, а завтра погуляем, будем заниматься всем, чем захотим весь день.

Девушка положила голову на плечо Валерии, вдыхая запах ее кожи и засыпая в этих уютных объятьях под мирное дыхание и стук любимого сердца.

***

Месяц пролетел незаметно. Состояние Валерии становилось с каждым днем все лучше, ежедневные прогулки, короткие вначале превратились в длительные. Света уже две недели, как вышла на работу. Ее отпуск закончился, но каждый вечер после работы она спешила к Вэл, изредка забегая в свою квартиру, что бы поменять вещи. Видя, как ее любимая приобретает свою прежнюю форму, Света радовалась, однако стала замечать, что она все сильней уходит в себя, что-то обдумывая, замыкалась. Девушка пыталась вывести Валерию на разговор, но та как могла – избегала этой темы. Нежелание поделиться со Светой своими мыслями и переживаниями, вызывали у последней обиду. Но Вэл была непреклонна и не желала обсуждать свое состояние.

Валерия думала, что делать с тем, что она знала нападавшего. Следствие по делу о нападении зашло в тупик, не было никаких зацепок, ни одно из проведенных оперативно-следственных мероприятий не принесло результата. Она надеялась, что появится зацепка и освободит ее от необходимости предпринимать что-либо самой, но зацепок не было.

«Пойти и рассказать все, было бы правильным, но это выявит причины нападения и принесет немало проблем, прежде всего Светлане. Огласка этой истории будет не совсем приятной. Снимать показания будут со всех, знакомых, коллег, соседей. Нет, я не хочу этого. Значит, придется решить все самой. Гарантий того, что этот брошенный жених не повторит свою попытку, нет. Кто знает, что ему в голову взбредет, следующей жертвой могу стать не только я, но и Света». Плана никакого не было, не убивать же его, в самом деле, но и оставить все как есть она не могла.

«Были причины на то, что он не убил меня в палате? Раскаялся, испугался? Мне надо с ним поговорить. Поговорить с моим почти состоявшимся убийцей? Я и правда слишком насмотрелась сериала о благородном воине и всепрощающем барде». Валерия все-таки приняла решение. Слово всегда было ее оружием для нападения и защиты. Значит, так тому и быть.

Особого труда не составило узнать номер телефона, и адрес бывшего жениха, теперь уже ее девушки. Номер телефона был в списке контактов Светланы, а уж по номеру, через своих знакомых, узнала и адрес. Несколько дней она приходила к дому этого человека, смотрела на него и видела, что уверенный в себе мужчина превратился в тень. «Неужели это приключение со мной, так подкосило тебя, герой? Боишься, что тебя найдут или извело чувство вины?»

***

От звука телефонного звонка Слава, как это происходило в последний месяц регулярно, вздрогнул. Высветившийся номер был ему не знаком. «Это может быть клиент или ошиблись номером. Так продолжаться больше не может! Я боюсь собственной тени!»

– Слушаю Вас. – Ответил мужчина на телефонный звонок.

В трубке была тишина, за которой последовали короткие гудки. «Точно ошиблись номером, а я боялся». В душе, от этого звонка затаилась тревога и страх, который липкими ладонями блуждал по его внутренностям. Все попытки убедить себя в том, что причин для тревоги нет, ведь прошло столько времени, ничего не предвещало того, что его вычислили – шли прахом.

Телефон зазвенел опять. Номер был тот же. Уже не раздумывая, Вячеслав ответил на вызов.

– Я слушаю Вас. – И снова тишина, он хотел было сбросить звонок, но тут в трубке раздался голос.

– Нам есть о чем поговорить. Я знаю, что это ты. Если не хочешь провести лучшие годы своей жизни в какой-нибудь колонии на краю географии нашей страны, заходи в кафе «Наутилус», оно как раз напротив тебя, через дорогу. Я тебя вижу и жду здесь.

Вячеславу не нужно было гадать, кому принадлежит этот спокойный голос. «Вот и все». Положив телефон в карман, он посмотрел на кафе, которое на самом деле было напротив него. Слава увидел Валерию, которая сидела за столиком возле самого окна и смотрела на него.

Вэл перехватила взгляд мужчины и не отпускала его ни на мгновение.

Он шел на этот взгляд, все мысли оставили его голову, просто шел навстречу расплате за содеянное.

Визг тормозов, неизвестно откуда взявшейся «Газели» летящей на бешеной скорости, прервал этот взгляд. Тело мужчины подкинуло в воздух, а затем оно упало и осталось лежать неподвижно.

Потрясенная Валерия, застыла не в состоянии отвести глаз от лежащего на проезжей части разбитого тела, под которым уже растекалась темная лужа.

Постепенно собиралась толпа возле места происшествия. Выйдя из кафе, Вэл тоже присоединилась к людям. Увидев неподалеку от тела Вячеслава полуразбитый телефон, она, убедившись, что на нее никто не смотрит, подняла его, положив в карман. «Там мой номер. Вот и поговорили». Так же незаметно она стала уходить отсюда. Шансов, что мужчина жив, не было. Открытые глаза остекленело застыли, шея была свернута, все остальное тело имело неестественные повороты.

«Не так я все это представляла. Но случилось именно так. Вот все и закончилось».

Доехав на метро до центра города, Валерия брела по набережной канала Грибоедова. Достав телефон, который она подобрала, размахнулась и бросила его в воду. Женщина даже не подозревала, что двумя месяцами раньше, владелец этого телефона, почти в этом же самом месте предавал воде орудие своего преступления. Круг замкнулся.

У всех поступков в нашей жизни, которые мы совершаем сами, которые совершаются ради нас или с нашим участием – есть последствия. Видим мы их или нет, осознаем мы их или нет, желаем мы их или пытаемся избежать.

Вэл стояла и смотрела на темную воду, погладившую последнее свидетельство произошедших с ней событий последних месяцев. Последнее, если не считать колотых ран, которые еще давали о себе знать. И эти свидетельства со временем затянутся, перестанут болеть, но никуда не уйдут, оставшись с ней навсегда.

«Слишком бурно протекает моя жизнь, смена города, смена работы, новые отношения, старые воспоминания, взбудораженные появлением Юли, это нападение, больница, боль, теперь еще образ искалеченного, разбитого вдребезги тела с остекленевшим взглядом, смотрящим в небо. Все слишком… мне нужна передышка».

Зазвонил телефон.

– Вэл, ты где? Я уже дома.

– Скоро буду, малыш, гуляю, забыла о времени.

– Жду тебя, пока ужин приготовлю.

– Хорошо, полчаса и я тоже буду дома.

«Мне нужна передышка». Она знала, где сможет привести мыли и душу в состояние покоя и гармонии. Ей нужно туда, где уже приходила в себя, где не было бешеной гонки городской жизни, где забывались проблемы, где не нужно было ничего и никому доказывать. В ее душе зрело еще одно решение.

«А пока я поеду домой, где ждет горячий ужин и нежные объятья».

***

«Месяц счастья, которого у меня никогда не было, рядом с человеком, которого люблю. Но почему тогда в последнее время все чаще возникает ощущение незавершенности, ненаполненности искусственности происходящего?»

Светлану так же сильно притягивала Валерия, эта женщина была для нее загадкой. В ней переплетались страсть и холодность, нежность и жесткость, граничащая с жестокостью. Девушка хотела узнать больше, но и боялась этого. Вэл была внимательной с ней, ни разу с того злополучного корпоративного праздника не проявляла по отношению к Свете и намека на жестокость и цинизм. Их интимные отношения были всепоглощающими и страстными с тех пор, как она стала чувствовать себя намного лучше. Каждую ночь они обессиленные проваливались в сон, а на следующий день страсть вспыхивала с новой силой, сжигая как огнем. Поначалу она затмевала собой все остальное, но постепенно жизнь стала вторгаться в их уединенный рай. Вэл пробудила в Свете жажду жизни, вытащила ее из забытья, которое не мог разрушить никто до нее, после трагедии с семьей. И вот эта жажда жизни день за днем требовала большего. Девушке хотелось встречаться с друзьями, беззаботно, открыто говорить с коллегами о своей жизни. Захотелось ходить в гости и приглашать гостей к себе. Но как на все это посмотрит Вэл?

Стоило бы поговорить об этом, но девушка не решалась, чувствуя свою вину, она вряд ли будет в восторге от всего этого. Несколько раз звонил вечерами Олег, Ира тоже звонила, приглашали в кино, клубы, на разные мероприятия. Вэл убеждала девушку, что нужно сходить, не закрывать себя с ней в квартире, но Света не шла, объясняя это нежеланием, говорила, что ей не интересно, что она хочет быть рядом с ней. Потом девушка ловила на себе задумчивый, чуть грустный взгляд. Светлана знала, что ее любимая встречается со своими друзьями днем, когда она сама была на работе, слышала, как они договаривались о встречах, да и не скрывалось ничего от нее. Вечерами они снова были вместе, наслаждаясь друг другом. Они были вместе, но их жизни текли по-отдельности друг от друга.

«Нам надо все обсудить вместе. Я не хочу ее терять, просто не могу потерять, все можно решить, мы справимся».

– Малыш, я пришла, прости, что загулялась. – Валерия зашла домой и почувствовала запах готовящейся еды.

Света вышла и невольно засмотрелась, щеки женщины были чуть розоватыми, глаза светились, с влажных волос и ресниц скатывались маленькие капли воды.

– Там дождь пошел, а я без зонта и машину не брала, немного промокла, пока от метро шла.

– Ты такая красивая, – девушка провела по влажным волосам ладонью, дотронулась губами до мокрых ресниц. «Я не хочу ее терять, потому что люблю, мое сердце замирает всякий раз, когда вижу ее».

– Такая же красивая, как мокрая курица, ты сумасшедшая девчонка, хватит меня целовать, дай раздеться, а то тоже вся промокнешь.

– Я и так уже… соскучилась по тебе, – не прекращая покрывать лицо любимой поцелуями, Света стала стягивать с нее мокрую одежду.

– Я породила нимфоманку, – смеялась Вэл, но отвечала на эту безудержную страсть. Об ужине никто уже не вспомнил.

Спустя несколько часов они вышли на кухню, уставшие и голодные.

– Может, покормишь меня, наконец? – Валерия встала за спиной девушки, обвив ее талию руками наблюдая, как та разогревает и накладывает еду. – Ммммм, как вкусно пахнет.

Вернувшись после позднего ужина в постель, уже привычным движением обняла Свету за плечи, положив ее голову себе на плечо.

– В понедельник я выхожу на работу. Мой вынужденный отпуск закончился, сегодня звонила генеральному директору, подтвердила свой выход.

– Это хорошо, там без тебя все не так. – Светлана обняла Валерию, прижимаясь к ней плотней.

– Да, хорошо, но это внесет изменения в наши отношения, малыш. Ты понимаешь, что мы не можем на работе проявлять свои чувства друг к другу? Ты сможешь вести себя как обычно?

Света молчала, осознавая, что начинаются те трудности, о которых предупреждали ее в самом начале – говоря, что жизнь, к которой она стремится, не открыта в условиях их реальности. Придется скрывать свои чувства, доверять их только самым близким людям, которые могут понять и принять.

– А ты сможешь? – Света почувствовала, как к ее волосам прижались губы женщины.

– Думаю, что смогу, хоть у меня никогда на работе не было человека, к которому я испытывала больше, чем просто приятельские чувства. Не жди от меня там поцелуев и объятий, просто нам придется постараться, понимаешь?

– Я понимаю, почему то мне кажется, что когда я услышу твое фирменное «госпожа Суворова» мне самой не захочется тебя целовать.

– Кто тебя знает, может тебя это заведет еще больше. После сегодняшнего вечера я уже не уверена ни в чем. – Шутливо парировала Валерия.

– Пока ты не на работе, я не намерена загонять себя в рамки корпоративной этики, надеюсь, ты отдохнула уже? – Света перекатилась и легла сверху любимой. Засыпали они уже под лучи давно вставшего солнца.

Глава 8

Жизнь входила в обычный рабочий ритм. Обычный, если не считать того, что скрывать отношения было совсем не просто, это вызывало напряжение, раздражение и создавало трудности при решении рабочих вопросов.

«Угораздило меня влюбиться коллегу, да еще в подчиненную. Сколько раз я себе говорила не делать так и все равно сделала». Они обе устали от этого. Валерия все чаще стала задерживаться после работы, навалилась череда деловых ужинов, фуршетов и других полуслужебных мероприятии, на которых ее присутствие было необходимо. Она убеждала девушку поехать к себе домой, потому что придет поздно и вряд ли они смогут побыть вместе. Поначалу эти доводы не убеждали Светлану, она все равно приезжала к ней в квартиру и ждала возвращения любимой, что бы иметь возможность поцеловать, побыть рядом, истосковавшись за день. А потом ей надоело быть одной в пустой квартире, она чаще стала посвящать вечера встречам со знакомыми или уезжать к себе домой. Выходные, как и прежде, они проводили вместе.

Трагическая гибель Вячеслава еще больше сблизила Свету с Олегом. После похорон друзья много времени проводили вместе. Валерия так никому и не рассказала о роли погибшего в покушении на нее, да и зачем, никому эта информация ничего не принесет. Высшие силы совершили свой суд, суровый и непреклонный.

Прошло три месяца, как началась их двойная жизнь, одна на работе – официальная и публичная, занимавшая основное время, где не было места проявлениям чувств и привязанностей. Вторая – протекала урывками, когда они отдавались занятиям любовью и непродолжительным разговорам. Не было измен, скандалов, но ощущение отдаления возникало все чаще.

«Неужели я так и не смогла отдаться этой зародившейся любви, не пускаю эту девочку в свою жизнь, не пытаюсь понять жизнь, которая есть у нее. Если так будет продолжаться дальше, то в скором времени НАС не станет. Она так стремилась быть со мной, а когда это произошло – все оказалось намного сложней. Вижу, как ты мечешься и мучаешься, малыш. На тебя свалился выбор между желанием быть со мной и возможностью вести открытую жизнь. Я не могу тебе помочь в этом, каждый сам для себя должен принять решение, свое решение».

***

Проработав без малого год в компании, Валерия понимала – это не та жизнь, к которой она стремилась. Опять эта, надоевшая ей в прошлом, возня по решению вопросов, не связанных с ее истинными интересами, опять эти отношения руководитель-подчиненный, которые ей осточертели за 16 лет на предыдущей работе. Катастрофическая нехватка времени для того, что бы просто жить, не думая о престиже и богатстве. «К этому я стремилась? Этого я хотела? Нет. Так зачем снова прыгнула в эту пучину?» Вэл сидела в кабинете, просматривая последние документы.

Шел последний месяц лета. Завтра Света улетает в отпуск в Черногорию, без нее, а со своим другом Олегом. «Друг ли он ей все еще или у них отношения развиваются давно по другому сценарию»? Вэл не чувствовала, что ей изменяют «Но я не чувствовала это и в прошлый раз, однако это произошло. Я все еще не доверяю. Юля, Юля, ты давно перестала быть частью моей жизни, но оставила во мне такую червоточину, которая никак не затянется. Душевные раны залечить сложней, чем те, которые нанесены ножом. В конце концов, я сама убедила ее поехать с Олегом в отпуск, покупаться, отдохнуть, отвлечься, тем более, что продлиться эта поездка всего десять дней».

– Вэл, ты, правда ничего не имеешь против того, что я с Олегом поеду?

– Малыш, ну что тебе тут сидеть, когда ты в отпуске? Я все равно буду работать, и буду ждать тебя, – Валерия провожала Свету в аэропорт.

– Я буду скучать, может, в следующий раз мы поедем на море вместе?

– Думаю, что так и будет, иди вон Олег уже ждет, регистрация заканчивается. – Кивнув приветственно мужчине, Вэл легко поцеловала Свету и подтолкнула к стойке регистрации.

***

«Море, солнце, отдых, прогулки по ночному южному городу и все это без нее. Как много всего происходит теперь без нее. А была ли она у меня? Только когда была слаба после больницы. Трудность мы преодолели вместе, а вот обычную жизнь преодолеть не можем. Я не могу, а она мне не помогает, почему так?»

– О чем задумалась, красавица? – Олег удивился, узнав, что именно Валерия была инициатором того, что бы он сопровождал Свету в этой поездке.

– Скажи, что я не правильно делаю, почему у меня ничего не получается?

– Что конкретно у тебя не получается? Ты летишь на отдых с потрясающим мужчиной, дома тебя осталась ждать не менее потрясающая женщина. Карьера твоя идет в гору. Так что у тебя не получается?

– То, что я хотела бы обратную последовательность. Лететь на отдых с потрясающей женщиной, а этот скромный потрясающий мужчина, сидящий рядом, остался меня ждать.

– Свет, у вас проблемы?

– Я даже не знаю, как определить то состояние, в котором мы находимся. Мы не ссоримся, мы вместе… но мы не вместе. Я нахожусь в постоянном напряжении, понимаешь, постоянно сдерживаюсь, что бы никоем образом не открыть всем свои чувства. И я не хочу никому открывать свои чувства. Но я хочу быть с ней. Я люблю ее, Олег, но…

– Тебе трудно, просто ты, солнце мое, не предполагала, с чем столкнешься, идя на поводу у своей страсти.

– Ты думаешь, что это только страсть?

– Я думаю, ты просто не готова к этим отношениям. Предполагаю, что любить такую женщину, как Валерия, трудно даже будучи мужчиной. А ты была совсем неопытна в подобных вещах, вся эта двойная жизнь – думаю это не для тебя.

– Ты прав, мне сложно, хочется жить полной жизнью, понимаешь? Я не умею жить по тем правилам, которые диктуют гомосексуальные отношения, даже не смотря на то, что я тоскую по ней, когда не прикасаюсь в течение дня, забываю в ее присутствии обо всем. Знаешь, когда она меня целует или…

– Так, хватит, я не железный. Давай без интимных подробностей, а то я за себя не ручаюсь!

– Да ну тебя, – шутливо обиделась девушка, – ты извращенец!

– Я еще и извращенец, после того, как моя подруга чуть не рассказала мне все свои эротические переживания со своей любовницей. Не логично!

– Что мне делать? – Уже серьезно спросила девушка.

– Отдыхать, Свет. Я уверен, что Валерия прекрасно понимает все твои переживания, она просто дала тебе время, что бы ты подумала, приняла решение сама, без ее участия.

– Откуда ты такой умный? Отдыхать, так отдыхать, полетели.

– Да летим уж полчаса, все утрясется, поверь мне. Если вам суждено быть вместе – то будете.

– Знать бы, суждено ли?

***

После возвращения Светланы ничего кардинально в их отношениях не изменилось. Все шло так, как до этого короткого отпуска, данного им обеим для того, что бы подумать. Те же выходные вместе, но уже не всегда, те же встречи после работы в квартире у Вэл, раз или два в неделю. То же молчание и нежелание выяснить, что происходит с ними. Да и выяснять было нечего, Вэл прекрасно понимала, что творится с ней и со Светланой, что их отношения постепенно сходят на «нет». Секс был таким же, как в самом начале, в нем было все, страсть и нежность, но он не может быть фундаментом для более серьезных отношений. «Беда в том, что я не хочу быть ни с кем другим, но и с ней быть не получается. Не в Свете дело, пора мне менять себя, а не только место жительства и род занятий».

***

– Я собрала вас сегодня, что бы сделать одно объявление. Мы проработали вместе год. Работать с такой командой было очень приятно, вы все стали мне в каком-то смысле близки.

По конференц-залу прокатился легкий шепот, сотрудники переглядывались в недоумении, слыша такую необычную речь своего руководителя. Еще вчера в этом же зале раздавались указания и выслушивались отчеты. Лиричность сегодняшних слов слегка сбивала с толку присутствующих на утреннем совещании, которое сегодня неожиданно собрала Валерия Смирнова.

– Вижу, что вы все удивлены. С завтрашнего дня я не буду работать в компании. Сегодня с утра подписано мое заявление с просьбой – уволить меня по собственному желанию.

Воцарившаяся тишина, казалось, позволяла слышать дыхание и стук сердца. Света сидела и не понимала, что происходит. Глядя на Валерию, она видела совсем другого человека, улыбающегося, совсем не официального, расслабленный, а не как раньше, напряженный, взгляд. «Вэл, что ты хочешь этим сказать? Почему ты уходишь?»

– Спасибо вам всем, что были терпеливы к моему руководству и помогали мне. Вот, собственно, и все, что хотелось сказать. Хотя нет, последнее, я приглашаю всех сегодня на небольшой прощальный ужин, в итальянский ресторанчик, буду рада вас видеть. Вот теперь, вроде бы и все, но сегодняшний день, я еще на работе, так что, дамы и господа, приступаем к работе и до вечера. – Валерия улыбалась, глядя, как сотрудники ее отдела тоже отвечали ей улыбкой.

– Ты знала, что тут сегодня утром будет? Почему мне не сказала, что она увольняется? – Олег, с укором смотрел на подругу.

– Я не знала, – Света отвечала Олегу, но смотрела на Валерию, которая выходила из зала и направлялась в свой кабинет, – потом поговорим, прости.

Девушка догнала ее уже входящую в кабинет и зашла за ней следом, закрывая за собой дверь.

– Вэл, что происходит? Объясни мне, что это было, почему ты мне не сказала?

– Шшшш, тише, ты выглядишь, как пантера. Что ты так волнуешься, я никуда от тебя не пропадаю, а просто ухожу с работы. – Вэл улыбалась. – Давай дома поговорим обо всем, нам будет проще, если между нами не будут стоять эти рабочие регламенты и корпоративная этика, ты так не думаешь?

Притянув девушку к себе, она нежно поцеловала ее в губы.

– Ты приносишь эту жертву для нас? – удивленно выдохнула Света.

– Малыш, во-первых, я не приношу никакой жертвы, а, во-вторых, в каком-то смысле я делаю это для себя, для тебя и да – для нас. Поговорим дома, хорошо?

– Хорошо, ты не перестаешь меня удивлять. Я совсем не знаю тебя.

– Понимаю тебя, девочка моя, поцелуй меня и иди работать, мы поговорим позже.

Когда их губы слились в совсем не дружеском поцелуе, дверь в кабинет открылась и вошла Настя. Секретарь застыла от увиденной ею картины. «Вот это да! Все встало на свои места, а я все думала, что с этими двумя не так!»

Оторвавшись от губ Светланы, Вэл улыбнулась.

– Видишь, чем могли грозить наши отношения, продолжай я работать тут. – Прошептала она.

– Проходите, Настя, будем заканчивать наши с Вами дела, и передавать документы. – Посмотрев на своего секретаря не гася улыбки, позвала Валерия. – Надеюсь, картина, увиденная Вами только что, останется между нами тремя.

– Да-да, конечно, Валерия Александровна, простите, мне следовало позвонить сначала.

– Все нормально, да Светлана? – Света не могла сказать ни слова, но потом кивнула, расслабившись.

– Да, нормально, мне пора идти уже. А с тобой мы поговорим потом, – кинула девушка Насте, выходя из кабинета.

– Моей жизни ничего угрожать не будет? Я могу и не прийти, если ты мне не гарантируешь безопасность, – весело кинула ей в след Настя.

***

Вернувшись домой после ужина в ресторане, который прошел очень тепло и непринужденно, Света опять задала вопрос, который остался без ответа утром.

– Почему ты не сказала мне, что собираешься уйти?

– Хотела сделать сюрприз, у меня получилось? – шутливо ответила Вэл.

– О, еще как получилось, но я все равно не понимаю до конца, твоего поступка. Мне казалось, что тебе нравится то, что ты делаешь. Я думала ты очень рациональный человек, а тут такой шаг!

– Даже самые рациональные люди способны на импульсивные поступки, раздевайся, что ты стоишь в прихожей, пошли в душ, а? – Вэл чувствовала себя замечательно, легкость чувствовалась в каждом слове и движении.

– Сомневаюсь, что этот шаг был таким уж импульсивным. Если так, то я не знаю женщину, которая стоит рядом, кто ты? – Света сузила глаза, всматриваясь в Валерию.

– Я ее убила и заняла ее место! – засмеялась Вэл, – Если ты не хочешь раздеваться, то я сделаю это сама.

Такой ночи у них еще не было. Вэл любила Светлану отчаянно и неистово. Когда пространства ванны им стало не достаточно, не разрывая объятий, женщины перебрались в спальню. Губы Валерии впивались в губы девушки, терзая их, тело вжималось сильней и сильнее, желая раствориться в теле возлюбленной. От этих поцелуев дыхание Светы замирало, а сердце готово было выскочить из груди. Целуя и покусывая кожу, Вэл спускалась вниз, чуть задержавшись, на красивой груди, повторяя языком ее очертания и снова продолжив спускаться ниже. Она любила ее языком и губами, без устали и остановок, когда оргазм захлестнул девушку, Валерия плотней прильнула к ней губами, ловя каждое движение. Чуть успокоившееся тело девушки вновь возносилось ввысь, вбирая в себя пальцы, без устали двигающиеся внутри. Стоны превратились во всхлипы, охрипший от страсти голос просил не останавливаться и одновременно просил пощады. Но пощады не было, тело вновь выгибалось от сладких спазмов, сотрясавших тело.

Когда у обеих не осталось больше сил, они обессилено лежали в объятьях, слушая бешеный ритм сердец.

– Ты меня любишь сегодня так, как будто прощаешься.

Повисла тишина, Валерия приподнялась над девушкой.

– Завтра вечером я уезжаю. Давно не видела маму, немного побуду у нее, потом мне надо в Москву, к подруге на крестины ребенка, я стану крестной. – Опять повисло молчание. – А оттуда, на какое-то время улетаю в Индию.

– В Индию? Почему именно туда? – голос Светы был почти не слышен.

– Потому что меня туда тянет, там я нахожу силы, что бы жить дальше.

– Вэл…

– М?

– Ты бросаешь меня? – В голосе чувствовались слезы.

– Нет, моя любимая девочка, я даю нам шанс понять – нужны ли мы друг другу. Мы так и не смогли поговорить о том, что между нами происходит. Я понимаю все твои сомнения, знаю о своих. Как бы сильно нас не тянуло друг к другу, нас может не стать, если оставить все как есть.

– Что нам мешает поговорить теперь? Зачем надо расставаться? – Голос так же предательски дрожал. – Я не хочу быть без тебя.

– Потому что мы теперешние не сможем изменить того, что у нас происходит. Ты должна решить, какая жизнь тебе нужна. Молчи – я знаю, ты скажешь, что я нужна тебе и верю в это, но я – это не вся твоя жизнь. Ты должна решить это сама, малыш, понимаешь меня? Не под влиянием других, даже меня, ты должна хотеть этой жизни сама, без условностей и ограничений, принять ее и быть готовой к ней. Пока у тебя не будет такой уверенности, вряд ли наши чувства смогут преодолеть трудности, с которыми нам придется столкнуться в дальнейшем.

– А ты?

– И я. Я тоже должна изменить себя, попробовать изменить. Надеюсь, у меня это получится, я ушла из прошлой жизни с желанием жить иначе, другими ценностями и другими интересами, но снова въехала в ту же колею, сменив только декорации. Это основная причина, почему я ушла с работы.

– Ты любила меня?

– Почему любила, я люблю тебя Светочка, девочка моя. – Вэл коснулась дрожащих губ, почувствовала солоноватый вкус слез. – Не плачь, нет для этого причин, поверь мне.

– Мы встретимся еще?

– Если мы этого захотим, то обязательно встретимся, я очень хочу, что бы встретились.

– Тебе можно будет хотя бы звонить?

– Тебе можно все, звони, пиши, я всегда буду рада тебе. Мы не прощаемся, пусть это будет моим отпуском, давай так решим?

– Так мне нравится больше, – всхлипнув, ответила девушка.

Их тела снова переплелись, отдаваясь нежности, приправленной горечью ожидаемого расставания.

Часть вторая. Найти себя.

Глава 1

От автора: события этой части являются в своем большинстве реальными. Имена многих людей не изменены, пусть простят меня за это. Несколько слов тем, кто никогда не прочтет этих строк, но кто оставил в жизни неизгладимый след.

Садху, из касты браминов, мой Учитель, открывший мне волшебный мир и указавший Путь, знай – я спотыкаюсь, падаю, сворачиваю, но неизменно поднимаюсь и возвращаюсь на него.

Ахмад, без тебя мое пребывание в твоей стране было бы, несомненно, более трудным. Спасибо судьбе, что свела меня с тобой.

Мариса, глядя на тебя, я поняла, что значит жить там, где требует душа и сердце, твоя энергия и уверенность в правильности собственного выбора, вдохновляет меня.

Дэвид, ты просто классный парень.

Сюзи, Сюзанна Геваркян, ты замечательная девушка и потрясающий фотограф, я все еще постоянный посетитель твоего сайта.

Мадлен… конечно же Мадлен. Наше знакомство никогда не забудется. Ты всегда будешь олицетворять для меня образ истинной француженки, обворожительной, свободной и воздушной.

Невероятная непостижимая и такая притягательная для меня – Индия. Если ты меня снова позовешь я не задумываясь приду. Если ты мне предложишь кров и себя, я приму, оставив все и, скорее всего, всех…

Глава 2

Самолет вновь перенес ее в далекий северный город, который покинула полтора года назад. Покинула, что бы начать все сначала. Сыктывкар встретил Валерию не дружелюбно. Порывистый ветер рвал светлые, отросшие волосы, жесткие струи дождя обжигали лицо.

«Здравствуй, так и не ставший мне родным, город. Злишься на меня? Ну, позлись, я не в претензии».

Получив багаж, застегнув под горло короткую кожаную куртку, Вэл взяла такси, направляясь к маме. Она так и не рассказала ей о нападении, ранении, больнице. Впрочем, не рассказала она этого почти никому.

– Мам, я прилетела, в такси еду, минут через двадцать уже буду. – Убрав телефон, Вэл смотрела в неуютную серость за окном машины.

Мать и дочь говорили до поздней ночи, делясь новостями, спрашивая и рассказывая о жизни. Вэл с радостью отметила, что мама выглядит очень хорошо, такая же подтянутая, ухоженная, этот год, казалось, не отразился на ней. Они были похожи, те же зеленые глаза, правильные черты лица, высокий лоб. Только волосы у Валерии были намного светлей. Что изменилось, так это то, что в общении появилось больше теплоты. Мама всегда была очень властной женщиной, успешной и сильной. Не то, что бы она была чересчур суровой с дочерью, нет, но старалась не показывать ей свои слабости, за редкими моментами, когда не показать их было уже не возможно. Мария Николаевна воспитывала дочь одна. Воспитание было строгим, она заменяла ей и отца и мать одновременно. Валерия выросла сильной, сдержанной, решительной, еще более скупой на эмоции, чем ее мать, решающей все жизненны трудности сама. Лет с двадцати она не обращалась к матери за помощью, как бы трудно не приходилось. Но сейчас этой ночью в полумраке комнаты сидели два человека – мать и дочь, между которыми не было ничего, кроме теплоты родных душ.

– Полгода назад ко мне приходила твоя, как зовут то ее… Юля. – Мария Николаевна, конечно, помнила имя бывшей любовницы дочери, но не смогла не показать своего отношения к ней, а заодно к сексуальным пристрастиям единственной дочери.

– Да? И что она хотела? – Вэл заметила тон мамы, но не отреагировала на него, промолчав.

– Адрес твой просила – я дала, подумала, что ты захочешь после стольких лет поговорить с ней. Она объявлялась?

– Так это от тебя она узнала, где я живу? Объявлялась, поговорили. Нового сказать мне нечего. Почему ты не сказала, что она приходила, и ты сказала ей, где я живу?

– Ну и славно, она мне никогда не нравилась. Не сказала, потому что предполагала, что ты, из-за своего упрямства не захочешь встречаться.

– Мам – это не упрямство. Ладно, дала и дала, дело прошлое.

Вэл вспомнила, когда впервые открылись ее предпочтения. Было это не так что бы и давно. Она была уже самостоятельной взрослой женщиной тридцати четырех лет, когда однажды ее мама задала прямой вопрос.

***

– Лера, я видела тебя вчера с девушкой, вы целовались, ты была пьяна и это была случайность? – Вопрос прозвучал с вызовом и требовал объяснений.

– Нет, мама – я была абсолютно трезвой. Это не случайность, а мой выбор.

– Теперь понимаю, чем объяснить всех твоих подруг, внезапно появляющихся в твоей жизни и так же внезапно исчезающих.

– Мам, я не буду оправдываться, обещать исправиться.

– Я и не прошу этого. Об одном прошу, у тебя серьезная работа, серьезная должность. Будь внимательна к тому, где, с кем и как себя вести. Я мать и принимаю тебя, твой выбор и не перестану любить. Но люди – они разные, не совершай ошибки.

– Спасибо, мама, я буду внимательной, ты абсолютно права. – Валерия была поражена реакцией матери, с ее души упал огромный груз, не придется притворяться перед самым дорогим и близким в жизни человеком.

Мария Николаевна обняла дочь.

– Вкус у тебя отменный. Все, кого я видела очень красивые девушки».

***

Вэл вспомнила этот момент и улыбнулась, она была благодарна матери за то, что та предоставила ей самой решать как и с кем ей жить, преподав ей еще один урок. Урок не силы и выдержки, а любви и терпимости.

– Ты надолго приехала, Лерочка, чему ты там улыбаешься?

– Да вспомнила кое-что, побуду неделю или дней десять, потом полечу к Маринке на крестины, стану крестной матерью.

– Как там у них? Давно не видела Маринку, привет ей, я ей подарок еще передам.

– Нормально все, она тебе тоже передает приветы постоянно… А потом я улечу в Индию, мам, поживу там немного.

– Значит, ушла-таки с работы. – Это был не вопрос, а констатация факта. – Что ж, доченька – твоя жизнь, ты знаешь, что делаешь, если так тебе велит сердце, то поживи в своей Индии. Не пропадай только, как в прошлый раз.

– Не пропаду, мамочка, – Вэл обняла мать, – я буду звонить хоть каждый день. Приеду, куплю там сим карту и скину тебе номер. Не переживай за меня, ничего там со мной плохого не случится.

– Не пойму, почему ты рвешься именно туда, нашла бы у нас какой-нибудь буддистский монастырь и ездила бы туда совершенствовать дух.

– Я не буддистка, мам! Там вообще буддистов мало! – рассмеялась Вэл. – Просто там я прихожу в себя, не знаю, как это объяснить. У меня ощущение, что я там оживаю, чувство легкости и покоя.

– Ладно-ладно, езжай, все равно я в ваших этих восточных философских вывертах ничего не понимаю.

– Спасибо за разрешение, – не переставала смеяться дочь. – А хочешь, прилетай ко мне, я в конце своего путешествия на Гоа поеду, там можно хорошо отдохнуть, туристический район.

– Ну да, на старости лет я в Индию полечу, одного перелета наверно часов десять, я со своей гипертонией в самолете и помру.

– Ой, мам, не преувеличивай. Тогда так сделаем, я вернусь, и мы поедем куда-нибудь все равно отдохнуть вместе.

– Вот и договорились, пошли спать дочка, утро уж скоро.

– Да, пойдем, спокойной ночи, мам. – Валерия поцеловала мать. Спустя пять минут она уже спала.

***

Время тянулось скучно и долго, пока гостила у мамы. «Я понимаю, почему уехала отсюда – эта серая трясина меня почти поглотила, как я тут прожила так долго? Единственный человек, ради которого я вернулась сюда – это мама, больше ничто и никто меня сюда не тянет».

Сегодняшний вечер был повещен встрече с приятелями, которых не видела все это время, даже не разговаривала со многими по телефону. «Для разнообразия можно выйти из дома и провести его в разговорах ни о чем, выслушивая новости, которые мне уже не нужны. Послезавтра уезжаю отсюда и вряд ли вернусь. Надо перевезти маму поближе к себе или в ее родной город, где все родственники живут, что ей тут одной делать?»

Как и предполагала Вэл, вечер не стал выдающимся, притворно зевнув, она стала собираться домой.

– Ребята, я пойду, все равно у меня страйки не идут сегодня, не мой день.

– Лер, ну ты чего? Только начали, разыграешься еще, не виделись столько, – все наперебой начали ее уговаривать остаться.

– Да приеду еще, куда я денусь. Не в последний раз, пойду я, пока, звоните, пишите письма, шлите переводы, – улыбалась Валерия, прощаясь со всеми.

«Слава Богу, отделалась, а что я ждала вообще? Знала, что так и будет, но все равно поперлась». Вэл быстро выходила из боулинга, боясь, что кто-нибудь из знакомых тоже решит уйти и догнать ее.

– Услуги такси не нужны? – В спину прозвучал знакомый женский голос, притворно растягивающий слова, в шутливой попытке сделать его томным.

– С каких пор ты стала заниматься частным извозом, что муж не обеспечивает? – Вэл не остановилась и не обернулась.

– О, ты продолжаешь быть со мной сукой. Раз уж ты тут, давай для разнообразия объявим перемирие. Хотя, я уже привыкла к твоему поведению. – Женщина все так же шла позади.

Валерия резко остановилась и развернулась. Не успев среагировать, спутница врезалась в нее.

– Не привыкай ни к какому моему поведению, Юля – тебе это не потребуется. Ты за мной следишь?

– У меня нет другого выхода, ты же меня избегаешь, на звонки не отвечаешь, на sms тоже, что мне остается? – Юлия прислонилась к Вэл, почти повиснув на ней.

– Я не успела соскучиться, слишком часто с тобой встречаюсь в последнее время. Так что жди звонка. Как соскучусь, так сразу позвоню. – Валерия скривила губы в мрачной усмешке, она отстранилась от девушки, так же резко, как и повернулась.

Юля чуть не упала, потеряв опору, чертыхнулась, но последовала за Валерией.

– Давай подвезу тебя до дома, отдам долг. Ты же меня подвозила до гостиницы. А где, кстати, та девушка, к которой ты так трепетно относилась? Она еще не достойна того, что бы ты ее представила маме, как, когда то меня? Или ты ее уже бросила? – Юля старалась задеть Вэл этими словами.

– Это не твое дело. Чего ты добиваешься?

– Тебя, мне казалось – это очевидно. Я скучаю по тебе, по твоим поцелуям, по твоему телу. – В девушке затеплилась надежда, что эта знакомая и такая незнакомая женщина, смягчится.

– Скучаешь по моему телу? Замечательно, где твоя машина? Не будем откладывать, надеюсь, места в ней достаточно, что бы ты получила то, чего добиваешься.

Юля застыла как вкопанная от наглости и циничности предложения.

– Я тебе что, шлюха по машинам спариваться, может и деньги мне оставишь? – В голосе было возмущение.

– Может и оставлю, если попросишь, не все же таксовать тебе.

– Ну, ты и сволочь, – девушка прошла мимо Валерии, оттолкнув Вэл с пути, в спину ей раздался смех. Не оборачиваясь, она села в машину и уехала.

«Вот и славно, надеюсь, ты больше не будешь тратить время напрасно». Поймав такси, она поехала домой.

***

«В Москву, в Москву, в Москву»!

Валерия вдохнула полной грудью, выйдя из самолета. «Как будто вырвалась из темницы. Не подумала бы, что будет настолько невыносимо возвращение туда. Я даже не понимала, в какой тюрьме себя держала столько лет. Год за годом вместе с этими снегами, морозами и дождями из меня уходила жизнь. Короткие побеги во время отпуска оживляли меня на время, но от этой жизни мало что оставалось уже спустя наделю после возвращения».

Она любила Москву. Тут нашла друзей, тут ее ждали, любили, ненавидели, страстно желали. Тут она щедро дарила любовь и слезы, любила и страдала сама. Любила бешеный ритм дня и разгульную ночь. Тут были места, которые она посещала каждый раз, как приезжала. Этот город для нее был символом свободы желаний и чувств. Этот город был для нее мостиком, который не позволял до конца погрузиться в безысходность города, где жила. Этот город был многим, но не домом и когда встал вопрос, куда уезжать она, не задумываясь, выбрала Санкт-Петербург. Там прошла ее студенческая юность, там она впервые влюбилась. В Петербурге она стала осознавать, кем является. Влюбившись однажды в город на Неве, она пронесла эту любовь до сегодняшнего дня, возвращаясь туда, как к себе домой, даже тогда, когда дома там не было. Но Вэл оставила за Москвой право оставаться праздником в ее жизни.

Суета вокруг предстоящих крестин, наконец, закончилась самим обрядом. Родственники Марины и Саши разъехались по домам. Саша со своим другом, который по совместительству стал еще и крестным отцом, с согласия жены уехал в спортивное кафе смотреть футбол, оставив подруг пообщаться наедине.

– Пойдем, уложим твою крестницу спать. – Марина выглядела уставшей, но довольной. – Как тебе понравился крестный отец? Правда, замечательный? Красивый, богатый, холостой.

– Какая прелесть, буду иметь в виду. – Улыбнулась Вэл.

– Все тебе шуточки, он с тебя глаз не сводил весь день.

– Марин, еще слово и я уйду! Спать!

– Уж и слова ей не скажи. – Подруги шептали и посмеивались, укладывая маленькое чудо, по имени Варенька, спать.

Когда ребенок мирно засопел – перебрались на кухню. Марина открыла бутылку вина, поставила фужеры.

– Отметим? Я тоже пару глотков сделаю, хоть и кормлю грудью, думаю не страшно, если чуть-чуть выпью.

– Смотри сама, покрепче есть что? Не хочу вино. – Вэл исследовала холодильник, доставая закуски. – И есть хочу.

– Для тебя в моем доме всегда твоя любимая текила стоит. Только лайма нет, даже лимона нет.

– Ерунда, так сойдет. – Выпив изрядную дозу обжигающего напитка, Валерия расслабилась. – У тебя есть все, чего ты хотела, приятно смотреть, что ты счастлива. Спасибо за Вареньку и что я крестной матерью стала.

– Можно подумать, кто-то другой мог ею стать, мы с тобой полжизни знакомы и ближе подруги у меня нет. Поешь, запьянела уже вон, как ты ее пьешь, не понимала никогда. А ты так и не нашла своего счастья? Почти не общались последние полгода с тобой.

– Не знаю, Мариш. Может, нашла, а может, нет. Мне перезагрузка жесткая нужна. До сорока лет дожила, а куда дальше идти не знаю, не говоря уж о том, чтобы идти с кем то. Не поверишь, я в этом году даже пропустила свой день рождения, не вспомнила даже, если б не звонки и смс.

– Помнишь, сразу после университета ты начинала писать всякие рассказы, у тебя получалось ведь, может быть, этим займешься, если другая работа не нравится?

– Да что я там писала, муть всякую и нравилось только тебе.

– Это потому, что ты никому больше не показывала. – С укором сказала подруга. – Надолго уезжаешь?

– Не знаю, сколько проживется, полугодовую визу сделала. Я человек, не обремененный обязательствами, работой, имеющий средства к существованию.

– Значит надолго, надеюсь, ты найдешь там то, что ищешь.

– И я надеюсь.

***

Друзья провожали ее в Шереметьево.

– Лер, а где твои вещи? – Марина с недоумением смотрела на небольшую спортивную сумку, которую несла подруга.

– Это все, наши вещи там не потребуются. Что потребуется куплю на месте.

– Ты ненормальная, как можно уезжать с таким багажом?!

Вэл улыбалась удивлению и возмущению подруги, услышав объявление регистрации на рейс Аэрофлота «Москва – Дели», она сняла верхнюю одежду и отдала ее подруге.

– Вот, держи, будешь встречать, привезешь их, что б я в Москве не замерзла, если прилечу назад осенью или зимой. Все ребята, я пошла. Вареньку поцелуйте за меня, позвоню, как будет немного понятно все, где жить буду и так далее. – Попрощавшись, Вэл пошла на регистрацию.

«Восемь часов и я в Дели. Восемь часов впереди и три года позади. Долгим был мой путь назад». Рейс Москва – Дели отличался для нее от всех авиарейсов, которые были у в несметном количестве. Если другие перемещают тебя только в пространстве, то этот – в пространстве и времени. Летя в Индию, вы увидите жизнь, застывшую в тысячелетней истории. Вы увидите жизнь в аду и насладитесь фантастическими красотами земного рая. Увидите перемешивающие представление о времени и развитии цивилизации вещи, такие как интернет и мобильная связь в условиях родового строя. Спустя уже неделю пребывания там, вас перестанет это удивлять.

Закинув сумку в багажный отсек над сиденьем, удобней сев в кресло у иллюминатора, Вэл наблюдала, как заполняется салон самолета. Рядом расположилась молодая пара. Не хотелось разговаривать, достав плеер и надев наушники, Валерия чуть отвернулась к иллюминатору, закрыв глаза. «В первый раз лечу в Индию одна, безрассудный поступок, но так надоело быть рассудительной, просто отдамся этой стране, а там будь, что будет». Под размышления о трудностях, опасностях, неожиданностях, которые могут подстерегать иностранку, путешествующей в одиночку по Индии, а эти опасности и трудности не были секретом, она заснула и проспала почти весь перелет.

Горячий ночной воздух, смешанный с пылью, гарью, запахом специй резко ударил в нос, заполнил легкие, обжигая их и погружая в незабываемую атмосферу Дели.

Перекинув через плечо сумку, Валерия уверенным шагом направилась в здание аэропорта. Поменяв немного денег, набрала номер, который хранился в телефоне все эти годы.

– Ахмад, здравствуйте – это Валерия, мы с Вами познакомились несколько лет назад, возможно Вы меня не помните, но мне нужна Ваша помощь. – Валерия, говорила по-русски, на другом конце трубки повисла короткая пауза.

– Валерия! Я вспомнил, мало у меня клиентов, с кем я на русском общаюсь! Вы где, чем могу Вам помочь? – приятный энергичный мужской голос с акцентом заставил улыбаться и облегченно перевести дух.

– Я в Дели, буду у Вас примерно через час, мне будет нужна комната на пару дней, ну а дальше мы договоримся.

– Очень хорошо! Я жду Вас! На сколько человек комната нужна?

– Только на меня, Ахмад, я одна. – Опять последовала пауза.

– Вы смелая женщина. Приезжайте, не задерживайтесь нигде и денег много не меняйте, я все устрою, у меня все в лучшем виде будет, лучший курс в Индии!

Валерия засмеялась, кто бы сомневался, что все лучшее в Индии только у Ахмада, она представила себе этого мужчину, чуть полноватого, смуглого, пребывающего, казалось, в вечном движении. Они познакомились совершенно случайно в прошлый приезд, когда она с тремя своими друзьями прилетела в эту страну, что бы окончательно в нее влюбиться. Тогда она убегала от душевной боли, разрывающей после предательства любимого человека. Но нет худа без добра, все так, как должно быть.

Рикша отвез их, не знающих, куда податься в поисках ночлега, именно к Ахмаду. Выяснилось, что владелец небольшого отеля, долгое время жил в Москве, когда был студентом, облучаясь в РУДН им. П. Лумумбы. Тогда он устроил им все перелеты, переезды, забронировал номера в отелях во всех городах, где они планировали остановиться, и даже предоставил машину с водителем. Ахмад был настоящей находкой, как, впрочем, и они для него. За все про все, взяв с четверых 2,5 тысячи долларов, которые показались просто смешными деньгами, для веселой компании. Только потом, немного освоившись в Индии, Вэл поняла, что эти деньги тут целое состоянии. Но удача, благоволившая им в лице Ахмада, стоила намного больше.

Выйдя из здания аэропорта, она была просто атакована кишащим морем таксистов, гидов, рикш. Этот город был полностью их. Излучаемая ими энергия, направленная на то, чтобы заманить Валерию к себе, готова была разорвать на части. Она стала объектом такого внимания и желания, как никогда еще в своей жизни. Крики «Йес-c-c, мэм!», «Тэкси, мэм!», «чип тэкси, мэм!» были исполнены такой страсти, что стоило большого труда выбраться из этого людского моря. Не останавливаясь, Вэл прошла чуть дальше и села в первую попавшуюся рикшу, назвав адрес.

По дороге в отель, она вспоминала, каким предстал район, в который ехала сейчас, в первый приезд сюда. Расположенный возле железнодорожного вокзала Мэйн Базар, а именно там располагался Ахмад, был облеплен лавочками, магазинчиками, ресторанчиками, интернет-кафе. Улица была забита коровами, нищими, калеками, прокаженными, торговцами с тележками, туристами, мото и велорикшами. Над всем этим витал запах тлеющих благовоний, которые жгли тут просто в промышленных масштабах и коровьего помета, он был повсюду, как и сами коровы. Вокруг улицы вилась паутина трущоб. Валерия была шокирована увиденным. Местный антураж ввел в состояние ступора, ничего, кроме ада ей на ум не приходило. В свой самый первый раз в Индии, будучи еще студенткой, она по обмену посещала Калькутту, но там они с другими студентами жили в студенческом городке и мало что видели.

Ночью все выглядело иначе, тьма была настолько непроглядной и плотной, что казалась осязаемой. Расплатившись с рикшей, она вышла и тут же наступила ногой в здоровую коровью лепешку.

«Вот черт!! Здравствуй, Индия!» – она не смогла не рассмеяться. Тут же открылась дверь, в проеме появился Ахмад.

– Валерия! Как я рад!

– Я тоже, Ахмад! Но сначала давай ка проводи меня в туалет, смою удачу со своей ноги. – Он увидел, где она стоит, теперь уже оба прыснули от смеха.

Приводя обувь в порядок, Валерия вспомнила, как в Пушкаре (Пушкар – город в штате Раджастан, Индия. Является одним из древнейших городов и священных мест паломничества в индуизме. Там расположен единственный храм Брахмы и священное озеро Брахмы.), так же попав на такую мину, она стояла и ругалась, а проходящая мимо туристка, хиппарского вида улыбнулась искренне и очень светло, объяснив, что не надо ругаться, это к удаче! «Я очень удачливый человек», про себя смеялась Валерия.

– Ахмад, я сюда ненадолго, завтра пойду покупать билет до Варанаси (Варанаси – город в штате Уттар Прадеш. Индия.), переночую у тебя сегодня и завтра. Мне надо как можно быстрей принять нормальный вид.

– Я смотрю, ты знаешь в этот раз куда ехать. – Индиец внимательно посмотрел на женщину. – Пошли, у меня магазин есть, там одежду продаю.

– Да, пошли, чем раньше сниму с себя эти вещи, – Вэл посмотрела на себя, льняные брюки и футболка были не плохи, но не тут и не для нее, которая решила совершить это путешествие в одиночку, – тем лучше. Оденем меня по-человечески.

Подобрав пенджаби (Пенджаби – (сальвар камиз) традиционная индийская женская одежда, состоящая из брюк (шаровар) и платья доходящего до колена с разрезами по бокам, доходящим до талии.), один шелковый, один из легкой хлопчатобумажной ткани, Вэл удовлетворенно кивнула.

– Еще бы волосы куда-нибудь мои спрятать, давай еще дуппата (Дуппата – длинный, широкий шарф, дополняющий пенджаби.) посмотрю. – Выбрав два длинных легких шарфа, она осталась довольна.

– Купи еще, это мало тебе будет. – Валерия посмотрела на него, улыбаясь, этот мужчина, как любой другой индиец, готов был выжать из туриста по максимуму.

– Завтра посмотрим. Пошли, покажешь мне мой номер.

– Да у меня не дорого, ты же знаешь! Покупай, нигде такого не купишь больше! Всего сто пятьдесят долларов за все!

– Ахмаааааааад, – предупреждающе сказала Вэл, она вспомнила, как ей сказал один парень из Англии, живший полгода в этой стране: «отношение к белым людям в Индии очень уважительное. Их, конечно, все хотят нае***ть, но при этом очень уважают!», повеселив этим замечанием.

– Ладно! Только для тебя по дружбе, за сто!

– На тебе восемьдесят и все остались довольными, да? – Посмеиваясь, Вэл наблюдала, как индиец довольно закивал, беря деньги. Даже сейчас она, конечно же, переплатила, но пусть он останется довольным.

Приняв душ, Валерия прилегла на постель и, не смотря на то, что весь перелет проспала, опять задремала. Когда проснулась – был уже день. Одев купленную ночью одежду, накинув на голову длинный, легкий цветной шарф, закинув оба конца за спину, Вэл посмотрела на себя в зеркало. «Не плохо, меньше буду привлекать внимание, вот если бы еще лицо не выдавала во мне европейку, вообще было бы замечательно, но с этим уж ничего не поделаешь». Она оставила только легкие мокасины, для удобства передвижения.

***

Улица встретила запомнившимся хаосом, ничего не изменилось тут за эти годы. Одежда помогла, Валерия наблюдала, как атакуют туристов местные жители, предлагая всевозможные услуги и товары, почти не обращая на нее внимания. Дойдя до вокзала, она прошла внутрь здания, стараясь не сталкиваться со спешащими и снующими индийцами, осторожно переступая через нищих, спящих почти плотным ковром на полу.

Увидев очередь для женщин – встала в нее и терпеливо стала ждать. Очередь была не большая, в отличие от нескольких очередей для мужчин. Купив билет в спальный вагон, внимательно его изучив, не нашла информации о времени отправления, ни номера вагона, ни, тем более, места. Вэл поинтересовалась у кассира, во сколько отбывает поезд.

– Завтра в 10 утра, мэм, но уточните в справочной.

Найдя глазами вывеску «Информация» и встав в очередь, таких же интересующихся, быстро поняла, что эта затея не из лучших, мало того, что она женщина, так еще и иностранка, что вызывало бешеный интерес окружающих. «Началось веселье, надо уходить, но прежде узнать, во сколько же поезд».

Пользуясь отношением к иностранцам, Вэл решила пройти с черного входа. Перед ней открылась следующая картина. Вдали у окошка толпится народ, пытаясь что-то прокричать и услышать. Четверо служащих, которые должны выдавать информацию, мирно сидят в тесном кругу и пьют спокойно чай, беседуя друг с другом, лишь изредка кто-то обращает свое внимание на окошко в стене, отвечая на вопросы.

Увидев иностранку, зашедшую с черного входа, эта группка отнеслась к ней с большим пониманием.

– Вы не поможете мне с информацией? Мне нужно время отправления поезда на Варанаси, номер вагона и мое место. – Валерия протянула одному из служащих свой билет.

– Конечно, мэм! Поезд уходит завтра в 8:40 утра, места на билетах Вам проставит главный инспектор, обратитесь туда!

Найдя нужный кабинет, Валерия увидела, как у кабинета инспектора какой-то человек подметает пол. Открыв дверь, она никого внутри не обнаружила. Собравшись уже уйти, заметила, что человек у двери, продолжая уборку, поглядывает на нее.

– Извините, не подскажите, где я могу найти главного инспектора? – С улыбкой спросила она.

– Конечно, мэм – я инспектор, чем могу помочь?

«О, боже, тут все Махатмы Ганди?» (Махатма Ганди считал позорным, что среди индийцев существует неравенство, обязывающее людей из касты «неприкасаемых» заниматься самой грязной и тяжелой работой. Однажды в знак протеста этой недостойной традиции, будучи представителем высшей касты, он стал сам убирать общественные туалеты.)

– Господин инспектор, мне нужно, что бы вы проставили мне место, завтра я выезжаю в Варанаси.

– Я напишу номер поезда, место узнаете завтра в вагоне. Не забудьте, мэм, поезд отходит в 8:50 утра. – Очень обходительно сообщил он ей.

«Просто замечательно, у меня есть три времени отправления и что с этим делать?» Поблагодарив, Вэл отправилась в отель.

Предусмотрительно пораньше придя на вокзал, в половину восьмого утра, с помощью многочисленных вопросов удалось узнать номер вагона. Поезд подали к восьми, заняв место, она удовлетворенно вздохнула и расслабилась. Ровно в 8:20 поезд тронулся!

«Что за безумие?» – Валерия посмотрела на часы.

– Простите, почему поезд тронулся на полчаса раньше? – Спросила она у соседа по купе, статного индийца.

– Это Индия, мэм. – Философски произнес он.

Впрочем, поезд тут же затормозил, остановился и окончательно отправился в девять утра, прибыв в Варанаси с двухчасовым опозданием на десятичасовом отрезке пути.

«Что ж, расписание, спешка, планирование – все оставить позади. Я в другой реальности». Валерия вышла из поезда и направилась в город, в которой стремилась.

Глава 3

«Вот и все. Она пропала, телефон больше не отвечает, говоря, что абонент не доступен, в интернете признаков присутствия тоже нет. Все закончилось». Первые недели после расставания Вэл и Света изредка звонили друг другу. Разговоры были короткими ни о чем, но они были свидетельством того, что эти двое не потеряли друг друга. Для Светланы эти разговоры были ниточкой, которая тянулась к любимому человеку, и вот этот человек исчез из жизни так же внезапно, как появился.

Она скучала, искала причины в себе, тому факту, что Валерии нет рядом. Просыпаясь ночами в одиночестве, в голове проскальзывала мысль: «Она сейчас вернется, покурит, как это было раньше, и вернется». Но никто не возвращался. «Где ты, помнишь ли обо мне?»

Для многих работа является спасением в трудные периоды жизни. Необходимость решать вопросы, не связанные с возникшими в жизни проблемами, отвлекает, мобилизует, переключает мозг, не давая зацикливаться. Для многих, но не для Светланы.

Девушка с трудом отбивалась от расспросов Насти, о ее отношениях с Валерией Смирновой. В конце концов, расспросы прекратились, лишившись почвы. Интересы Насти переключились на нового шефа.

Неожиданности в назначении на эту должность не было. Заместитель Валерии, Алексей Котов, занял ее кресло. Олег Арсеньев, поднявшись по карьерной лестнице, стал заместителем. Все были рады таким назначениям, не надо было подстраиваться под новых руководителей, под новые требования. В общем, все шло своим чередом, без потрясений и нервозности.

Все было бы хорошо, если бы Света не прислушивалась к звуку каблуков, слышащихся в коридоре, заставляя невольно оборачиваться в несбыточно надежде, увидеть Валерию. Если бы она не пыталась догнать скрывающуюся за поворотами коридоров офиса, женскую фигуру в деловом костюме, а догнав, убедиться, что это не та, кого она жаждет увидеть.

«Да что со мной происходит? Ее тут нет! Ее уже не может тут быть! Так больше продолжаться не может, я осталась одна…» – призналась себе девушка.

В последней попытке однажды она поехала в спортивный центр, где вела занятия знакомая Валерии. Увидев Лену, выходящую из зала после занятий, Света подошла к ней.

– Извините, пожалуйста. Мы не знакомы, но у меня к Вам есть просьба.

– Здравствуйте, Вы хотели бы записаться на занятия? – Елена едва взглянула на подошедшую к ней девушку, она устала сегодня, проработав весь день и мечтая быстрей добраться до дома. – Я Вам дам визитку, позвоните мне завтра и мы договоримся.

– Нет, у меня просьба другого рода. Вы не знаете, где Вэл?

Лена остановилась, имя ее бывшей любовницы из уст этой девушки прозвучало чуть слышно. Она внимательно посмотрела на стоящую рядом высокую и красивую девушку. «Где то я ее видела, но где не могу вспомнить. Вид у тебя, милая, не очень», про себя отметила Лена. Лицо девушки хранило на себе следы усталости, глаза полны грусти, плечи опущены. «Наверное это та, ради которой Вэл отказалась от встреч со мной. Но и ей, видимо, повезло не больше. Хорошо, что я не влюбилась, а то такой же сейчас ходила, потерянной и разбитой».

– Увы, все, что я знаю, так это то, что она улетела в Индию. Как надолго уехала, не знаю и куда конкретно в Индию, тоже не знаю. Так что мало чем могу Вам помочь, мы не общались после ее отъезда из Санкт-Петербурга.

– Спасибо, еще раз извините. – Света уходила, чувствуя на себе взгляд. «Она смотрела на меня с жалостью. Не могу этого терпеть, я себя жалею, Олег весь извелся в своей молчаливой жалости, теперь еще твои бывшие любовницы смотрят на меня с жалостью. Хватит. Ты мое наваждение, но любое наваждение рано или поздно развеивается. А если ты та, которую я действительно люблю – мне надо это понять окончательно, с тобой или без тебя».

***

Светлана стала посвящать свое свободное время рисованию. Поначалу это отвлекало от мыслей о Вэл, а потом захватило окончательно. Она отдавалась своему увлечению страстно, не замечая потраченного на него времени. Часто ложилась спать далеко за полночь, чтобы утром встать и бежать на работу. Возвращаясь вечером, вновь погружалась в мир образов, вдыхая запах красок, холстов, получая удовольствие от мягкого скольжения кисти или успокаивающего поскрипывания карандаша, пастели или угля по бумаге.

Олег, видя как Света каждую свободную минуту, даже на работе, делает в блокнот зарисовки, а все вечера и выходные проводит за холстами, однажды принес ей мольберт. Мужчина был рад тому, что девушка, наконец, вышла из подавленного состояния, после отъезда Смирновой, всячески поощряя это увлечение.

– Олег! Какой он красивый и большой, спасибо тебе! Какой замечательный, теперь я смогу рисовать с полным комфортом. – Света обняла друга и принялась устраивать подарок в комнате, перенося его с места на место.

– Не за что, солнце мое. Если тебе еще натурщик для обнаженной натуры нужен – я всегда готов тебе позировать!

Девушка засмеялась. Олег всегда мог ее развеселить, успокоить, отвлечь от грустных мыслей, помочь и поддержать в трудной ситуации. «Как здорово, что он у меня есть. Надежный, понимающий, добрый, ничего не требующий в замен».

– О, ты будешь моей музой! Как… как Гала для Сальвадора Дали!

Друзья смеялись и шутили. Олег перебирал эскизы, наброски, думая про себя, что образ Валерии, который был основным еще пару месяцев назад, практически не присутствовал в работах Светы, лишь иногда проглядывали узнаваемые черты.

– Ты про работу только не забудь, художник. – Тепло сказал он.

– Забудешь тут, когда начальство даже домой приходит по выходным. Пойдем, погуляем куда-нибудь, вина выпьем, мне проветриться надо, а потом приду и буду осваивать свое сокровище. – Светлана опять перенесла мольберт в другое место.

– Да оставь ты его уже в покое, – улыбался Олег, он был рад, что доставил Светлане радость своим подарком.

Девушка стала посещать мастер классы по изобразительному мастерству, записалась в школу художественных искусств, все больше погружаясь в этот красивый и красочный мир, оставив работу только в качестве источника для получения средств к существованию.

Однажды позвонила Ира, они давно не виделись, лишь иногда разговаривая по телефону. Их общение возобновилось, было непринужденным и веселым. Света чаще стала выходить из дома, они изредка ходили в клубы, танцевали и веселились. Ира купила машину, и они выезжали за город, к ее друзьям, жарили шашлыки, катались по заснеженным горкам на санках.

– Ириш, пошли я тебя кофе напою, спасибо тебе за этот день, давно так не отдыхала, не помню даже, когда я так отдыхала в последний раз. – Света чувствовала себя замечательно. Весь день на свежем воздухе в приятной компании, наполнил ее душу умиротворенностью.

Зайдя в квартиру, Ирина стала ошеломленно ходить и разглядывать царившую там обстановку.

– Светка, у тебя тут целая мастерская художника! – Вдоль стен, на полу стояли и лежали холсты. Некоторые картины были уже закончены, другие находись в процессе работы, стопками лежали еще девственно чистые холсты, ожидая своей очереди.

Когда то свободная квартира была почти завалена набросками. Подоконники, любая свободная поверхность мебели теперь превратились в хранилище тюбиков с красками, кистей, карандашей, мелков пастели.

– У меня тут бардак несусветный, скоро надо будет летать, что бы пробраться хоть куда-нибудь. Никак не могу упорядочить этот беспорядок.

– Когда ты все это успела нарисовать? Я и не знала, что ты на такое способна, талант пропадает.

– У меня много свободного времени в последнее время. А про талант я бы так не говорила категорично, просто делаю то, что нравится. Пошли кофе попьем, сварился.

– Ты училась этому или само пришло? Ты обманщица! В университете, всегда убеждала нас, что не умеешь рисовать, когда набирали редколлегию!

– Вот и пришел час моей расплаты, все тайное становится явным. – Смеялась Света. – В детстве в художественную школу ходила, а учусь я как раз сейчас.

– Кто все эти женщины, которых ты рисуешь? – Ира один за другим листала альбомы для эскизов.

– Натурщицы, просто прохожие, лица, которые всплывают в памяти, как образы, никто конкретно, мне нравится рисовать женское тело и лица. Заканчивай там, иди сюда на кухню, я кофе разливаю.

Ирина, взяла папку с вложенными туда листами картона, которая лежала под многочисленными альбомами. Ту самую папку, которую держала в руках Вэл, когда впервые пришла к Светлане. Ирина смотрела на многочисленные изображения женщины, которая, как она думала, была той, что занимает мысли и сердце ее подруги.

– Да, иду, Свет. Я вижу, что не все, кого ты рисуешь, не знакомы тебе и являются случайными прохожими.

Светлана вошла в комнату, увидела, какие наброски рассматривает подруга, молча взяла папку, закрыла и положила в один из ящиков комода. Девушки прошли на кухню. Ира украдкой наблюдала за Светой. В теплом неярком сете маленькой лампы над столом глаза Светланы казались абсолютно черными.

– Где она? Почему не с тобой?

– Где то в Индии, – голос звучал задумчиво и чуть отрешенно.

– В отпуск поехала? Почему не вместе поехали? – Не отступала Ира.

– Не в отпуск, Ириш, давай оставим эту тему.

– Хорошо, прости, если задела. – «Ошибки быть не может, по всему видно – они не вместе, расстались, а может и не были вместе, ведь та женщина была ее начальницей. Могло все остаться на уровне желаний у Светки, а потом объект ее желаний просто исчез. Значит, она свободна, все говорит о том, что живет одна. Может быть – это шанс для меня? Но надо быть поосторожней, не торопиться».

Ира осторожно пыталась выяснить, встречается ли Света с кем-нибудь, проявляла едва заметные знаки внимания к ней, как к девушке, а не просто как к другу. Светлана прекрасно видела попытки подруги, но делала вид, что не замечает их. Не то, что бы ее не привлекала эта симпатичная, хорошо сложенная и умная девушка. Привлекала. Не раз она чувствовала, как реагирует ее тело на близость с Ирой. Реагировало тело, чувства же оставались по-дружески теплыми. Ей не хотелось терять друга, ради удовлетворения сексуального желания, которое постепенно накапливалось в ней и не находило выхода.

– Свет, ты так и будешь жить одиноким отшельником? – Как то спросил ее Олег. – Если тебя не интересуют больше мужчины, а они тебя явно не интересуют, глядя на твои рисунки, может какая-нибудь девушка привлекает тебя?

– Ты сводничеством решил заняться? Я что на следующий день, как прекратились одни отношения, должна прыгать в постель к другому человеку? – С раздражением парировала Света.

– На следующий день не надо, но прошел не день, солнце, прошли месяцы. Чего ты ждешь? Или ты хранишь верность? Кому или чему?

– Ничего я не жду, а может, жду, не в этом дело. Просто я не могу, у меня нет на это время и человека, который бы меня привлекал настолько.

– Она не пишет, не звонит?

– Нет, я думала, что расставание будет не таким длительным, а теперь даже предположить не могу, насколько долгим оно может быть.

– Тогда в ресторане, когда ты вся в слезах вышла из туалета, она была причиной? Ты же мне солгала, что она не имеет к этому никакого отношения? – Олег давно хотел задать этот вопрос. Он решил, что пошло достаточно времени для честного ответа.

– Солгала, прости меня за это. Не могла рассказать тебе всю правду тогда и позже не могла. – Света с надеждой о прощении посмотрела на друга.

– Я понимаю, солнышко. Единственное, чего не могу понять, так это того, зачем она тебе? Ты так часто страдала от ваших отношений, и продолжаешь это делать, хороня себя, отказываясь впускать в жизнь других людей. Она холодная, жесткая, чем могла привлечь тебя, мягкую, открытую и добрую девушку, такая женщина? – Олегу всегда этот союз казался не правильным. Он считал Валерию циничной и рассудительной, не способной на проявления душевного тепла к людям. Да, он уважал ее как руководителя, но то немного, что он знал о ней вне работы, не делало Валерию Смирнову хорошим человеком, в его глазах.

– Я где то прочитала, если бы мы понимали, за что любим, это не была бы не любовь. Мы или любим, не смотря ни на что, либо нет. Я много думала, зачем она мне и нашла только один ответ.

– Какой?

– Она мне нужна. Другого ответа нет. Без объяснений, без анализа происходящего. Встретимся мы еще или нет, будем мы вместе или нет – это вопросы следующие. Но то, что благодаря моим чувствам к ней я поняла, чего мне хочется. Я многое поняла в себе и о себе. Вэл научила меня многому и прежде всего тому, что нужно быть свободным человеком. Свободным от своих внутренних оков. Уезжая, она мне сказала одну фразу, над которой я много думала и которую только-только начала понимать.

– Что за фраза?

– «Будь свободной, не для кого-то, ни ради чего-то. Будь свободной, малыш». Так она сказала и улетела. Я начала освобождаться, у меня появилась жажда жизни, а не желание существования с появлением в моей жизни этой женщины.

– Надеюсь, что так. Странно слышать это о ней. Но не верить тебе, у меня оснований нет. Что ж, я надеюсь, ты найдешь свою свободу.

Глава 4

Сколько бы книг вы не прочли, сколько бы фильмов не посмотрели, сколько не слушали рассказов друзей под демонстрацию фотографий, вы никогда не увидите Индии, пока не побываете там сами.

Попробуете не дышать, попробуете не смотреть, попробуете закрыться в номере своего отеля. А потом, одолеваемые скукой, страхом и голодом вы, наконец, выйдите на улицу, аккуратно, не касаясь руками каких-либо предметов, людей и животных вы пойдете по узким улочкам, то и дело подскакивая от неожиданности, что вас кто-то коснулся, перескакивая через кучи нечистот, вскрикивая от радости, удивления и отвращения одновременно, вы начнете переживать настоящую Индию. Вы будете плакать, ругаться матом и смяться одновременно. Пока этого не случится, Индия не откроется перед вами. И тогда, от вашего первого вымученного смеха, от ощущения «с меня хватит!» и «я хочу еще!», на вас свалится огромное счастье – счастье быть здесь, счастье жить, чувствовать жизнь и ощущать ее всем своим существом.

Так было в Пушкаре в прошлое ее пребывание в Индии, так случилось в Варанаси. Вэл шла сквозь толпы торговцев, паломников и туристов, находясь на грани истерики и экстаза от нереальности, сакральности происходящего вокруг. Один из самых древних городов планеты, Таинственный Город Шивы, где Жизнь и Смерть идут бок обок, переплетаясь, дополняя друг друга, где нет между ними различия, где одно следует из другого. Весь город пропитан дыханием Смерти, она тут везде – в движении тел умерших, которые были, казалось, участниками дорожного движения, в неповторимом приторно-ужасающем запахе сжигаемой плоти, этот запах пропитал собою все от воздуха до земли. Этот запах, перемешанный с запахом благовоний, специй, подгнивающих фруктов и жарой, проникал в рот и заставлял слезиться глаза.

Немного привыкнув к обстановке и запахам, Валерия направилась на поиски комнаты для проживания. Проблем с жильем не возникло, в первом же отеле она сняла небольшой номер. Бросив сумку и приняв душ, она решила немного прийти в себя от эмоций, захлестнувших по прибытии в Варанаси, погрузившись в воспоминания.

***

Тремя годами ранее.

«- Ну что, пошли к священному озеру Брахмы? Не зря же мы до Пушкара доехали! – Бодро сказал Дима, один из спутников Вэл в этой экзотической поездке.

Она собралась быстро, подождали немного остальных двух друзей, и пошли по многолюдной улочке к священному озеру. Вид белоснежных гхатов (Гхат – (хинди) каменные ступенчатые сооружения, служащие для ритуального омовения и (или) как места для кремации.) озера поразил ее.

Увидев озера, она зачарованно села на ступеньки, не в силах оторваться от воды. Повисла тишина, не было туристов, не было паломников, не было браминов, исчезли друзья, исчез город, исчез мир, только вода и она. Тишина была такой всепоглощающей, абсолютной, что время перестало навязывать свои правила, Вэл погрузилась в неведомое доселе состояние. Чем было это состояние? Трансом, отрешенностью? Какая разница, она была наедине с ощущением божественности окружающего.

– Ты знаешь, где ты находишься? – Незнакомый голос прозвучал рядом, в нем было спокойствие и теплота.

– Да. – Ответила она голосу, не поворачиваясь к нему, продолжая смотреть на воду.

– Дай руку, пойдем со мной. – Перед глазами возникла рука, которую Валерия взяла без раздумий. Они направлялись к самой воде, спускаясь со ступенек.

Обладатель руки и она сели на каменных плитах. А потом он заговорил, о ее прошлом, настоящем, не спрашивая, повествуя. Голос, как эта вода, был глубоким и тихим.

– Что со мной? – Спросила, Валерия, когда голос стих и повисло молчание.

– Тебе надо будет самой понять, что с тобой.

– Я это пойму?

Ответа не последовало, на голову упали капли воды, с руки собеседника, которую он зачерпнул из озера. Затем взял ее руку и погрузил ее полностью в воду. Пальцы, находившегося рядом человека, коснулись ее лба, оставляя на нем алую отметину и рисовое зерно, запястье обвила оранжево-красная нить.

В сознание начали проникать звуки окружающего мира.

– Вэл! Вернись к нам, этот безумный старец тебя загипнотизировал? – Дима тряс ее за плечо. – Ты вообще не отвечала, мы тебя звали, а ты не реагировала. Почему не сказала, что знаешь санскрит?

– Я знаю санскрит? Ты о чем, Дим? Я кроме английского «разговорного», испанского «так себе» и французского «плохого» не знаю ни одного языка. – Она еще не совсем пришла в себя, все слышалось, как будто издалека.

– О том, что ты вон с тем стариком на санскрите говорила. Да брось, притворяться и вообще, пошли к остальным, мы есть все хотим, ты тут час сидела, я уже не вытерпел и пришел за тобой.

– С каким именно стариком я разговаривала? – Когда спутник указал на одного из браминов. Валерия направилась к нему. – Идите, ешьте, я вас догоню.

– Да как ты нас найдешь? – Удивился Дмитрий.

– Дим, здесь одна улица, а не найду, так встретимся в отеле. – Не сказав больше ни слова, она направилась к старцу.

– Извините меня, садху (Садху – (хинди) аскет, святой, йогин, полностью посвятивший себя достижению освобождения посредствам медитации и познания Бога.), – обратилась она на английском. Старец посмотрел на нее и улыбнулся. – Я бы хотела еще поговорить с Вами.

– Я уезжаю через полгода в Варанаси, там меня найдешь для следующего разговора. – Снова улыбался, этот святой человек, глядя на ее удивленное лицо.

– Через полгода? – Вэл была в недоумении, какие полгода? Она через две недели улетает домой, через полгода точно никуда не поедет, у нее отпуск заканчивается и не предвидится еще неизвестно сколько.

– Я буду там чрез полгода, а когда ты придешь ко мне поговорить, на то не моя воля, да и не твоя. Иди.

И она пошла, пораженная, озадаченная. Друзей не искала, ходила по улице, проходя ее неоднократно из конца в конец. Когда ночь опустилась на город – вернулась в отель».

Свидетельство благословения на лбу смылось на следующий день. Шерстяная яркая нить на руке была напоминанием пережитого еще несколько месяцев. Часто дотрагиваясь до нее, Валерия ощущала, как по пальцам пробегало тепло. А потом ее не стало, она не рвалась, ее просто не стало. Но в жизни стали происходить изменения, которые вылились в неодолимое желание, которое привело назад в эту страну.

***

«Вот я здесь, три года потребовалось для того, что бы продолжить разговор. Я не знаю, как зовут того садху, не знаю где его искать. Как я буду его тут искать в этом потоке людей?».

На город опускался вечер, Валерия вышла из отеля и направилась к Священной Ганге по узким улочкам. Великая река, казалось, не текла, а лениво лежала перед ней, серые ступени гхатов спускались прямо в воду. Над всей набережной стояла дымка от погребальных костров, окутывая сбой возвышающиеся храмы и дворцы. Как все паломники она купила цветочную корзиночку со свечой, опустила ее в воду, сделав подношение Священной Реке. Ее свеча присоединилась к тысячам и тысячам таких же, плывущим по водам Ганги.

Вэл села на ступеньку, наблюдая за цветным многообразием людской массы, сидящие за столиками вокруг гхата туристы, паломники заполонили всю лестницу и площадь. На деревянном помосте монахи в желто-красных одеждах стуча в барабаны, размахивая лампадами, распевали мантры, сопровождая их танцами, начали церемонию благодарения Ганги. Действо постепенно превращается в шоу, привлекая многотысячною зрительскую аудиторию, частичкой которой была и она. С этой ночи началась ее жизнь в Варанаси.

Каждое утро, просыпаясь, она шла к реке, садилась на ступеньки и смотрела, смотрела, смотрела, как днем и ночью горят погребальные костры. Смотрела, как одно за другим кидают в них тела, а тут же рядом коровы и козы поедают погребальные венки. Наблюдала за обыденностью всего происходящего вокруг, без пафосного драматизма. Вглядывалась в лица людей, вслушивалась в их разговоры, наблюдала за ритуалами. Вэл начала любить каждую минуту этого кошмара, когда тело человека, брошенного в костер, превращается в ничто. Она слышала голос Смерти, которая, как лучшая подруга шептала ей: «посмотри, что ты есть на самом деле». Смерть ерошила ей волосы, трепала нити сознания, щекотала нервы, обнимала, как мать. Сметь танцевала перед ней каждое мгновение, проведенное в этом городе, и ничего не было больше, кроме нее.

В один из дней она увидела его, подсев, как когда-то в Пушкаре он подсел к ней.

– Намастэ (Намастэ – (санскрит) принятое в Индии слово при приветствии и прощании. Происходит от двух слов «намах» – поклон и «те» – тебе. В более глубоком смысле обозначает «Божественное во мне приветствует и соединяется с Божественным в тебе».), садху.

– Намастэ и тебе. – Ответил он.

Конечно, он ее не помнил, да и не нужно Валерии было это узнавание. Она ощутила легкость и завершенность от этой встречи, как будто они договорились, и вот каждый их них пришел в назначенный час в назначенное время.

– Я могу приходить к Вам каждый день, иногда задавая вопросы?

– Приходи, ты же за этим приехала опять.

Вэл не удивилась ничему, может он узнал ее? Нет, он просто знал, как там, в Пушкаре, как с ней говорить, как говорить с каждым.

***

Шла неделя за неделей, окончательно освоившись, Вэл стала помогать вновь прибывшим туристам, найти отель, советовала, куда и когда сходить, что посмотреть. Ей было просто приятно открыть это невероятный город тем, кто впервые его видел. Занятия йогой превратились в ежедневные и продолжались день ото дня все дольше. Вечерами и ночами она начала записывать и описывать все, что видит, все беседы, которые вела с людьми и своим садху, а записав, шла его искать, находя не каждый день, но когда видела – садилась рядом.

– Здесь есть духи?

– Я вижу их постоянно.

– А где еще есть духи?

– Они повсюду.

– И здесь сейчас?

– Да, здесь они светлые и сильные. В больших городах, как твой или Мумбай – они слабые и темные.

Он встает и направляется к белому песку Ганги. Уже стемнело, от ночного ветра одежда и без того светлые волосы Вэл светятся, как осыпанные новогодними блестками.

– Я не могу спать третью ночь подряд.

– Конечно, сейчас полная луна. Она разговаривает с тобой, а ты уже умеешь ее слышать.

– Я слышу ветер. Он иногда смеется.

– Ветер здесь – это игры живых духов. Они спускаются с гор каждую ночь, и кружатся среди мостов, висящих над Гангой. Не бойся их, просто слушай.

И ветер свистел и шептал. Он колыхал вершины деревьев на другом берегу реки, от них на поверхности Ганги появлялись большие танцующие тени.

– Ночью, когда люди спят, можно увидеть душу места. Силу и магию, которыми наполнены река и горы. Ты можешь получить часть этой энергии, даже просто наблюдая за этим местом. Города, наоборот, высасывают людей.

– Я наблюдаю уже третий месяц, – эти слова вызвали улыбку у старца, он наблюдал всю жизнь. – Но Варанаси тоже город.

– Варанаси особый – он дает, но не каждому. Все зависит от отношения к смети. И ты его не сможешь любить, пока не примешь смерть. Белые люди боятся смерти, они, приехав сюда, бегут назад к своему страху.

– Я не боюсь, хоть я и белая.

– Я вижу, но скажешь это мне, когда будешь умирать.

– Это обещание новой встречи? – Садху улыбается.

– Вернувшись в свой город, ты можешь опять заснуть.

– Я сплю?

– Уже не так крепко, как многие другие. Ты начинаешь видеть, раз вернулась и живешь тут. Но будь осторожна.

На протяжении всего разговора Вэл не могла оторваться от его лица. Оно меняется каждые полчаса. То это молодой человек, то старик, то мужчина средних лет, то мелькает нечто звериное.

– У вас все время разное лицо, может быть, поэтому я не сразу нашла Вас.

– Мой учитель сказал мне, что это прошлые жизни.

– Кем Вы были раньше?

– Не знаю. Этого никто не знает.

Опять они шли молча. Уже почти утро, совсем перед рассветом к реке спускается человек в белых одеждах. Он садится на камень и начинает играть на флейте. Ветер подхватывает звуки. Духи, которыми наполнено пространство, успокаиваются и смиряются. Ветра нет совсем. По реке, по ее молочно серой глади поднимается предрассветный туман. Когда Вэл хотела задать очередной вопрос, садху уже не было рядом.

***

«… Там, где великая Ганга принимает в свои воды реки Варуну и Аси, тысячи лет шумно кипит жизнь Варанаси, древнейшего города Земли. Много раз он был разрушен дотла, но, как Феникс, восставал из пепла под разными именами. Самое необычное из них Махашмашана – «Великое место кремации» и проще «Большое кладбище». Почему такое мрачное имя у вечно живущего города? И почему миллионы людей, не только индийцев, едут сюда? Потому что Яма, Бог смерти, получил власть над всеми мертвыми мира, кроме тех, кто умирает здесь – в Варанаси. И теперь живые едут прикоснуться к таинству смерти, дарующей освобождение».

Вэл, сидя в кафе, интерьер которого смешал в себе индийский и европейский стиль, потягивала espresso, записывала на нэтбуке свои заметки. Она часто в последнее время приходила сюда, познакомившись с владельцем, очень предприимчивым индийцем и его семьей, стала завсегдатаем. Тут, в относительной тишине, под прохладой кондиционера, неустанно набирала слова на клавиатуре, которые превращались в мегабайты текста, повествующего о ее переживаниях и впечатлениях. Быстро привыкнув к еде, изобилующей перцем и другими специями, Валерия, все-таки скучала по нормальному кофе. Перепробовав те напитки, которые в Индии именовались этим названием, полостью от них отказалась. Она обрадовалась, как ребенок, обнаружив в городе место, где кофе варят вполне сносно.

Заказав еще чашку кофе, хотела вернуться к своим заметкам, но ее отвлек звук, открывающейся дери, машинально посмотрела на входящих. В кафе зашли пятеро европейцев, три девушки и два парня. Одетые, как и подобает европейским туристам, в футболки и хлопчатобумажные брюки, они оживленно разговаривали по-французски. Компания расположилась за соседним столиком. Веселые голоса, в которых слышались эмоции, еще недавно переживаемые ею самой, нарушили даже ту относительную тишину, которая царила в кафе.

«Придется закончить на сегодня мои опусы, эти ребята производят слишком много шума, не удастся сосредоточиться». Закрыв нэтбук, Вэл допивала кофе, глядя через окно кафе на ставшую уже привычной, жизнь города. Ее знаний французского хватило, что бы понять, компания за столиком рядом только прибыла в Варанаси. Молодые люди решали, где им найти ночлег.

«Впервые тут. – Улыбнулась про себя Вэл. – Вас ждет много необычного, ребятки. Может, стоит им помочь, как и другим туристам? Садху говорит, что не надо отворачиваться от того, что встречается у тебя на пути, ничего нет случайного. В моем путешествии не раз встречались люди, которые были посланниками судьбы, ведя меня по Индии, помогая ее постичь или просто помогая в путешествиях. Почему б и мне не стать для этих ребят таким человеком?».

Повернувшись к туристам, Вэл мобилизовала все свои знания во французской словесности и, наконец, решив, что ее поймут. Обратилась к ним.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, мне б хотелось вам помочь, вижу, вы только приехали. – Выдала она, подозревая, что наговорила много неправильного, но по улыбающимся лицам, обращенным на нее, было видно, что смысл они уловили.

Девушки и парни начали что-то бойко ей объяснять, она понимала не так много, но ей удалось понять одно, надо найти общий язык и это, явно, будет не французский.

– Я, конечно, сильно извиняюсь, но может нам будет проще общаться на английском? Мои познания во французском языке не так хороши и почти все ограничиваются знанием текстов Лары Фабиан. – Произнесла она шутливым тоном на английском, чем вызвала взрыв веселого смеха ее новых визави.

– О, прекрасно! – Сказал один молодой человек. – Мы, правда, только приехали, нам сказали, что смысла заранее заказывать отель не надо и можно легко найти на месте.

– Вам правильно сказали. – Улыбалась Вэл. – Вы надолго сюда?

– Не знаем еще, но планировали остаться дней на десять.

– Заканчивайте планировать свою жизнь в Индии тем более в Варанаси, может случиться, что вы уже через два дня сбежите отсюда, а может быть, задержитесь больше, чем на десять дней. Это уж, какая карма у вас. – Продолжала улыбаться Валерия. Ее слова явно вызвали интерес. – Будем исходить пока из десяти дней. Я сейчас сделаю один звонок и попробую устроить вам номера в отеле. Сколько вам требуется?

– Три номера! Два двухместных и сингл.

«Я становлюсь похожей на индийцев, поддерживаю бизнес знакомых людей». Она не раз уже помогала устроиться туристам, в том отеле, где жила. Хозяин этого небольшого не дорогого, но уютного отеля был благодарен ей за то, что она помогает находить клиентов, и недоумевал, почему не берет денег за это. А Вэл чувствовала удовлетворение от того, что и туристы и хозяин отеля оставались довольны, да и в средствах она не нуждалась. Прекратив попытки заплатить за клиентов, Радж, так звали владельца гостиницы, каждое утро посылал Валерии ее любимый кокосовый ласси (Ласси – традиционный индийский прохладительный напиток из взбитой смеси дахи (йогурта), воды, специй, фруктов.) и тост с медом. Это было трогательно и приятно.

– Намастэ, Радж, это Лери, у меня для тебя клиенты, пятеро, нужно три номера, могу им сказать, что номера есть? – Спросила она на хинди, почти за четыре месяца, она освоила его довольно хорошо, что бы общаться. Все кого она узнала в Варанаси, после того, как называла свое имя, предпочитали называть ее Лери. Она привыкла к такому обращению.

– Намастэ. Лери! Веди всех сюда, у меня всегда есть номера! – Голос Раджа был довольным.

Закончив разговаривать, она повернулась к компании, их лица выражали удивление и восхищение одновременно.

– Что? – В своей излюбленной манере, Вэл выгнула бровь и лукаво посмотрела на ребят.

– Где Вы так научились говорить на хинди? Вы давно в Индии? Вы тут живете? Откуда Вы сами? – Перебивая друг друга, ребята сыпали вопросами.

– Я тут уже четыре месяца. Научилась говорить тут, не училась, просто само пришло, так проще с индийцами общаться, не все английский знают, сама я из России. Если это все вопросы, то я хочу вас обрадовать, номера у вас есть, готовы отправиться в отель? – Молодые люди закивали, взяли свои вещи, и все они направились в отель.

По пути она внимательнее рассмотрела туристов. Всем было лет по двадцать пять-тридцать. «Интересно, кто в сингле будет жить, один из парней? Тогда можно предположить о паре двух девушек? Ради Шивы, может они просто подруги. Может быть, девушка будет жить одна, а остальные составляют парочки влюбленных. Твой аскетичный образ жизни закончился, если такие мысли появляются»? Ребята и две девушки были темноволосыми, а третья девушка была обладательницей светлых прямых до плеч волос.

Доведя компанию до отеля, она поговорила с Раджем, который был не против, если она покажет номера, расскажет расписание завтраков, обедов и других услуг, которые есть в отеле.

– Вот ваши номера, оплачивайте, как считаете нужным, но советую внести вперед за три дня, а там уже посмотрите. Меня зовут Валерия, можете называть Валери, – сказала она, делая ударение на последнюю гласную. Улыбнувшись, она добавила, – А вообще, как вам будет удобно, так и называйте меня.

– Поль, а это моя девушка Жаклин. – Представился один из парней, взяв за руку одну из брюнеток.

– Рауль и Софи, – представилась другая пара.

– Мадлен. – Прозвучал мелодичный голос, принадлежащий блондинке. На Вэл смотрели голубые, как небо Индии глаза и такие же большие.

«Ой, ой, вот это взгляд». Вэл с трудом оторвалась от этих глаз.

– Мне приятно. Располагайтесь, если будут какие-то вопросы или проблемы, то я утром часов до семи, иногда до восьми в номере, встаю рано, так что не стесняетесь, заходите смело с пяти утра. Потом обычно бываю на гхатах, но там вы меня вряд ли найдете, или в самом городе, изображаю добрую самаритянку, а после обеда, примерно в тоже время, что и сегодня в кафе, где мы с вами встретились. Ну, или после девяти-десяти вечера, бываю в своем номере, он в конце коридора, слева. – Объяснила Вэл. – Хорошо вам провести здесь время.

Компания горячо поблагодарила ее за все и стала расходиться по номерам. Вэл тоже направилась в свой, оставить компьютер и направиться к Ганге.

«Какие у этой девушки потрясающие глаза, чистые и светлые, так не похожие на глаза цвета ночи». Вспоминала ли Валерия Свету? Вспомнила, часто вспоминала. Желание услышать ее иногда было почти непреодолимым. Но все же, ни разу не позвонив, Вэл опять отдавалась во власть городу. Ей не хотелось возвращаться даже в мыслях, не к Светлане – нет, а к ее неуверенности и неопределенности. В глубине души понимала, что оставила девушку наедине с собой, не попытавшись помочь понять себя. «Я всегда принимала решения самостоятельно, именно такие решения являются свободными от желания и давления других людей. Но это я, все люди разные, вдруг ей нужна помощь, была нужна именно моя помощь? Нет, уверена, что она должна все понять сама. Уверена ли? Хорошо, не уверена, но мне хочется, что бы было именно так». Подобные этому диалоги с собой велись часто, оставаясь незавершенными.

И снова, придя на набережную Ганги, она заворожено наблюдала за нескончаемым конвейером сгорающих тел. И снова смотрела на облака серого пепла, оседающего на поверхность воды, смешиваясь с ней, утекая в вечность. Проведя за этим занятием, несколько часов, уже в полной темноте Вэл вернулась в отель.

***

«… Воды Ганги пришли на землю по милости Богов, что бы даровать людям возможность очищения от грехов, освобождения от плохой кармы и обретения духовного сознания. Они наделены мистической силой, простое омовение в них может избавить вас от многих недугов тела, сделать жизнь более цельной, устремленной к самопознанию.

По легенде Вишну, ногтем большого пальца левой ноги пробил оболочку вселенной, и оттуда потекли духовные воды причинного океана, омыв стопы Бога Вишну. Так появилась Ганга, отсюда ее второе название Вишнупади (омывающая стопы Вишну).

Каждый, кто омылся в водах Ганги очищается от материальной скверны. Сама же река всегда остается чистой. Как бы это не казалось странным, но она всегда выглядит чистой, не смотря на то, что в ней омываются миллионы людей, купаются коровы, сюда сбрасывают остатки погребальных костров и даже отходы фабрик по производству всемирно известного шелка.

Ученые обнаружили, что в водах Священной Реки содержится огромное количество серебра, а еще особый вид бактерий, очищающий воду. В том ли причина такого явления, как всегда чистая вода? Или все же в духовном происхождении реки?»

– Добрый день, Валери. – Поприветствовал женский голос.

Она оторвалась от монитора, взглянув на приветствующую ее девушку.

– Добрый день, Мадлен. – Улыбнулась она. – Как дела? Мы не виделись несколько дней с вашего приезда. Присядете?

– Да, спасибо. Все просто замечательно. – Девушка присела за столик.

– Почему Вы одна? Где спутники? Закажите кофе, если любите, здесь он почти такой же, к какому мы привыкли, в остальных местах пить его не возможно. – Посоветовала она.

– Спасибо большое, так и поступлю. Ребята поехали в Сарнатх, город первой проповеди Будды.

– Он не далеко, километров десять от Варанаси, а Вы почему не поехали с ними? – Поинтересовалась Вэл.

– Захотелось немного личного пространства и времени. – Принесли кофе, девушка сделала глоток. – И, правда, кофе.

– Так почему Вы поехали в путешествие одна на такой длительный срок? – Повторила интересующий ее вопрос Валерия, уже в другом контексте.

– Наверно потому, что не с кем. – Ответила задумчиво девушка, потом продолжила с легким вызовом. – Но Вы то тоже одна, как я поняла, и не один месяц.

– Правильно поняли, – усмехнулась Вэл. «А девушка то не проста».

– Что пишите? – Перевела тему Мадлен. – Ничего что я спрашиваю?

– Просто заметки, пропускаю через себя увиденное, услышанное, узнанное, прочувствованное, возникло желание еще и записать.

– Здорово, Вы тут уже как своя, разговариваете со всеми, Вас многие знают, относятся как к своей.

– Это видимость, я никогда не стану тут своей. Индийцы очень уважительно и тепло относятся, но я не стану частью их. Придет время, и я уеду отсюда, они это знают, и я это знаю.

– Спасибо Вам за компанию, Валери, я пойду, не буду мешать. – Девушка ждала, когда принесут счет.

– Мне было приятно с Вами поговорить, – Улыбнулась Вэл. Она смотрела на девушку. Мадлен была чуть выше нее, совсем на немного, стройная, гибкая, элегантная. Тонкие черты лица, чувственные губы. Белая по приезду кожа лица приобрела легкий матовый загар, на котором как два озера сияли обрамленные длинными ресницами глаза. «Прекрасное видение».

Вэл почувствовала, как ее молчавшее все это время тело, отреагировало на сидящую рядом девушку. «До освобождения от оков тела мне далековато».

Последующие дни Вэл ежедневно общалась со своими новыми знакомыми. Они приехали в Индию из Парижа, где и жили. Мадлен часто просила взять ее с собой, когда Вэл направлялась к гхатам или в город, они сидели в кафе, подолгу разговаривая о жизни. За несколько дней так привыкла к присутствию этой французской девушки рядом, что испытывала легкое чувство нехватки, когда ее не было рядом. По всему было видно, что и Мадлен тянется к ней. «Вот мне и захотелось других впечатлений, другого общения, других людей. Одной Индии мне стало недостаточно».

***

Садху сидел на ступеньках возле самой воды. Как уже повелось, она молча села рядом.

– Я чувствую, что все изменилось. Но я не могу понять, получила ли то – зачем сюда приезжала. Не могу найти определение, не могу сформулировать.

– Ты чувствуешь, а формулировать не нужно. Это либо есть, либо нет.

– Значит, уже не будет так, как было неделю назад, месяц назад?

– Так как было, никогда не бывает, даже спустя мгновение.

– Я хоть что-то смогла понять за это время?

– Ты ответь на этот вопрос.

– Через неделю отвечу или через две.

– Тебя не будет тут.

Валерия опять с недоумением посмотрела на старца. Она никуда не собиралась, что может произойти через неделю в городе, который жил в вечности? У нее сложилось впечатление, что и она стала жить в этой вечности. Озадаченная словами садху, она возвращалась в отель.

Включив компьютер, по привычке стала отдавать ему свои мысли, погрузившись в пережитое за день.

«…Огонь, который используется для погребальных костров, горит в главном храме. Он поддерживается негасимым с незапамятных времен. Многие индийцы еще при жизни приезжают в Варанаси, поселяются тут и ждут своей очереди, что бы умереть и быть сожженными в этом священном очистительном огне. А когда время приходит, они просто ложатся и умирают…».

Стук в дверь вернул ее к реальности. Открыв, она увидела Мадлен.

– Можно мне зайти ненадолго? – Девушка нервно, переступила с ноги на ногу.

– Конечно, входи. – Валерия посторонилась, пропуская гостью внутрь.

– Валери, мы завтра вечером уезжаем, у нас еще есть две недели и решили провести их на Гоа, покупаться, позагорать, повеселиться.

– Хорошее решение, там здорово. – Слова Мадлен вызвали в ней грусть.

– Да, все говорят, я там ни разу не была. – По поведению ночной гостьи было видно, что она не решается сказать то, зачем пришла. Вэл ждала. – Валери… Тебе необходимо оставаться тут?

– Необходимо? Нет, я тут, потому что этого хочу, другой причины нет.

– Просто, я подумала – ты могла бы полететь с нами, а если захочешь, то всегда можешь вернуться в Варанаси, так ведь? – Нервозность девушки усилилась. Она почти не смотрела на Валерию, когда говорила.

– Мадлен, посмотри на меня. – Дождавшись, когда голубые глаза, мерцающие в полумраке номера, посмотрели на нее, Вэл задала вопрос. – Скажи мне хоть одну причину, по которой мне следует лететь на Гоа?

– Я не хочу расставаться с тобой, но и остаться тут тоже не могу. – Прошептала девушка после долгой паузы, не отводя взгляда от глаз Валерии.

«Мне нравится эта девушка. Нет. Мне ОЧЕНЬ нравится эта девушка». Она дотронулась ладонью до лица Мадлен. Ей не нужны были другие объяснения, уточнения. Не раз она ловила ее взгляд, не раз чувствовала, как девушка ведет себя в ее присутствии, как ищет любой повод для того, что бы быть рядом. Уже давно поняла из разговоров друзей и самой француженки, кого она предпочитает в качестве партнера, но сама никак не подавала вида, что заинтересована этим. «Видно не совсем удалось не подавать вида».

– Завтра уехать я вряд ли смогу, но как только оформлю билеты – прилечу. Оставь мне свой номер телефона, я позвоню.

– Буду тебя ждать, – девушка накрыла своей ладонью ладонь Валерии. – Я пойду?

– Да, иди, весь день завтра меня не будет, так что до встречи на Гоа. – Вэл легко поцеловала ее в щеку и убрала руку.

Когда за девушкой закрылась дверь, на ум пришли слова садху «Тебя не будет тут». Как всегда он оказался прав. «Все так, как должно быть, доверюсь себе и Индии». Завтра она пойдет прощаться с Варанаси, а сегодня будет просто спать.

Глава 5

Как часто мы задумываемся над тем, что есть наша жизнь? Свою ли жизнь проживаем? Являемся мы теми, кем являемся на самом деле? Как часто совершаем поступки, которые стали следствием сделанного нами самими выбора, выбора сердца и души, а не в угоду ожиданиям близких нам людей или под давлением жизненных обстоятельств? Почему нам часто на ум приходит мысль: «вот если бы я могла, я б стала геологом, врачом, писателем, но жизнь расплодилась иначе и я с утра до ночи перебираю бумажки в душном офисе, потому что надо на что-то жить».

Кто-то мечтает жить у моря, встречая рассветы и провожая закаты, наблюдать резвящихся дельфинов и ощущать приливы счастья и отливы спокойствия. Вместо этого, как в раковине живет в душных стенах городской квартиры и изнывает от смога мегаполиса, загоняя свои мечты подальше от глаз посторонних.

Другие, мечтая о личной свободе, подчиняются прихотям тех, кто «сильней» и определяет их жизнь, пишет регламент дозволенного, выдавая его за благо, а в тишине ночи доверяя подушке мечты, начинающиеся словами «вот если бы…».

Третьи находятся в потоке нескончаемых дел, которые взваливают на себя, нужны они или нет, производя впечатление востребованного жизнью человека, чтобы не остановиться, и не дай Бог, не вспомнить, что бегут по беговой дорожке, а в конце пути не будет ничего, кроме истощенности.

В чем причины наших страхов, нашей неуверенности и нашей покорности жизни, которая нас не устраивает? Неужели страх потерять то, что уже есть, сильней желания быть собой, а значит быть счастливым? А что есть? Есть ли главное? А что главное? Вопросы, ответы на которые даем мы сами, а если ответ не устраивает, то прячемся от него, убеждая себя – так для нас лучше. Может и лучше, кто ж спорит. Но перестаньте тогда говорить «а вот если бы…», перестаньте выть по ночам от несбывшейся мечты, перестаньте… или не обманывайте себя и начните жить, совершая ошибки, терпя поражения, одерживая победы.

Не смотря на промозглую погоду зимнего Санкт-Петербурга, Светлана чувствовала прилив сил. Позади неделя работы, вечер пятницы обещал отдых, дома ждал разноцветный мир. Одевшись, она входила из кабинета.

– Свет, постой. – Олег быстрым шагом направлялся к ней. – Чем думаешь заниматься вечером?

– Да ничем особо и всем сразу. Не говори мне, что есть еще работа, я не задержусь! Света предупреждающе подняла руку. – Все дела до понедельника оставим.

– Никаких дел, одни развлечения, только не бросайся на меня! – Мужчина, попятился назад.

– Не бойся, трусишка, – засмеялась девушка. – Какие развлечения на повестке дня?

– Меня пригласил знакомый на одно мероприятие, я решил, что тебе может понравиться, поэтому согласился.

– Вкладывай, что за мероприятие?

– Открытие художественной галереи. Там будут вставлены работы современных художников, сами художники тоже будут. Тебя заинтересовало?

– Очень заинтересовало! Во сколько надо там быть?

– Да хоть во сколько, начало в восемь, окончание неизвестно когда. Я на таких мероприятиях никогда не был, так что не знаю. Единственное, мой знакомый сказал, что форма одежды – вечерняя. У нас до начала есть еще пара часов.

– Всего два часа, а мне надо еще переодеться, привести себя в порядок, накраситься. Олег! – Остановилась девушка.

– Что?! Что случилось, у тебя паника в голосе.

– Мне нечего надеть туда, срочно нужно платье, туфли! Все, я никуда не иду. – Света поникла.

– О, Господи, о чем ты думал, когда сотворил женщину? – Олег закатил глаза. – Ты меня испугала, я решил, что-то ужасное случилось. Поехали, купим тебе платье и туфли. Не пугай меня так больше!

– Поехали! Олег, ты самый лучший! – Света обняла друга.

***

В галерею они приехали уже к девяти, опоздав к началу.

– Светлана, ты выглядишь божественно. – Мужчина был потрясен, когда Света сняла верхнюю одежду.

Черные волосы высокой стройной девушки были собраны сзади в тугой узел, только несколько прядей свободно падали на обнаженные плечи. Черное длинное платье, доходящее до пола, плотно облегало гибкую фигуру. Неброские золотые серьги, тонкое кольцо, кулон в виде капли воды на тонкой цепочке, были усыпаны мелкими брильянтами. Их блеск, вызываемый ярким освещением салона, отражался в черных, как ночь глазах девушки яркими искрами. Украшения остались Светлане от мамы.

– Светка, мне придется сегодня отбивать тебя у всех мужчин, тут присутствующих. Ты совершенна. – Олег любовался другом «Почему эта прекрасная девушка до сих пор одна?».

– Я согласна, отбивай меня у мужчин, только у женщин не надо. – Засмеялась Света. – И, спасибо тебе за комплименты. Это твой знакомый открыл галерею? Ты мне никогда не рассказывал о нем. Пойдем, посмотрим картины.

– Нет, не он, мы учились вместе, он психолог практикующий. Эта галерея его сестры. Год назад она вернулась из Милана. Познакомилась там с каким-то художником, вернулась сюда и занялась устройством галереи. Она, то ли искусствовед, то ли что-то вроде этого, я точно не знаю.

– Ладно-ладно, мне достаточно информации, будем наслаждаться.

– Подойдем только к моему знакомому, поблагодарю за приглашение.

– Давай ты один подойдешь, а я картины все же посмотрю, не обидишься?

– Договорились, как освобожусь – найду тебя. – Олег направился на поиски своего сокурсника.

Атмосфера галереи понравилась Светлане. Мужчины и женщины в вечерних туалетах свободно передвигались от картины к картине, собираясь небольшими группами, парами или поодиночке. Среди гостей выделялись люди, одетые небрежно или просто, «художники», решила Света. На столиках возле стен стояли фужеры с винами, в вазах лежали фрукты.

Взяв бокал шампанского, Света пошла к экспонатам. Разнообразие направлений, представленных в галерее, вызывало интерес. «Хорошее место, мне нравится тут быть, чувствовать себя частью прекрасного. В этих картинах нет границ, особенно в этой». Света смотрела на холст в лаконичном багете, изображение было словно живым, подвижным, цвета мерцали и перетекали друг в друга, завороженная она меняла угол просмотра и картина наполнялась уже другим движением.

– Вижу, Вам нравится эта картина. Великолепно, не правда ли?

– Да, просто потрясающая. Не могу вспомнить, как называется этот стиль.

– Оп-арт (Оп-арт – направление абстрактного искусства, построен на эффектах обмана зрения. Художник как бы играет со зрителем, заставляя свои образы мерцать и пульсировать. Хотя само по себе изображение остается статичным, формы и цвета подобраны так, что бы создать оптическую иллюзию движения.), когда я впервые увидела эту работу, то невольно прикоснулась, что бы убедиться, что это краски, а видела я немало работ в данном стиле.

Света оторвала взгляд от картины, впервые взглянув на обладательницу глубокого и красивого голоса. Рядом стояла молодая женщина, одного с ней роста, в белоснежном струящемся брючном костюме. Волосы цвета меди волнами струились до середины спины. Точеный профиль лица, красиво изогнутая бровь, не полные, но четко очерченные губы. Собеседница тоже оторвалась от созерцания и взглянула на Светлану. На девушку посмотрели глаза цвета яркой зелени, безмятежной, мягкой зелени.

– Вот ты где, еле нашел тебя, – подошел Олег, рядом с ним стоял мужчина в светло-сером костюме, который сидел на нем как на принце крови. – Хочу представить тебе Михаила Ланского, это он пригласил нас, а это моя спутница Светлана. – Представил их друг другу Олег.

– Очень приятно и спасибо за приглашение, я получила огромное удовольствие от выставки. – Света протянула руку для рукопожатия, но Михаил склонился и поцеловал протянутую руку.

– Мне тоже очень приятно, Светлана, я очарован. О, извините, я хочу вам представить мою сестру. Виктория, не могла б подойти поближе? – Женщина, с которой минуту назад разговаривала Света чуть отошла во время их приветствия, сейчас же она подошла к ним вновь. – Вика, позволь тебе представить моего университетского друга Олега и его спутницу Светлану.

– Я рада, что вы пришли ко мне в галерею. – Виктория пожала руки Олегу и Свете, что-то изменилось с момента их разговора о картине. Женщина стала как будто более отстраненной. – Было приятно познакомиться, мне пора возвращаться к гостям, прошу меня извинить.

Виктория улыбнулась одними губами и пошла к другим посетителям. «Чем вызвана такая перемена, только что она была заинтересованной и милой и вот уже такая отстраненная. Поди пойми этих арт персон». Светлана смотрела вслед удаляющейся фигуре молодой женщины.

– Прошу извинить мою сестру, у нее сегодня много обязанностей хозяйки, надо уделить внимание другим гостям. – Михаил выглядел озадаченным поведением сестры, было видно, что пытается сгладить неловкую ситуацию.

– Все нормально, Михаил. Нам все равно уже пора уходить, не успела сказать вашей сестре, что мне очень понравилось в галерее, я надеюсь, Вы передадите ей. – Света взяла Олегу под руку, давая понять, что хочет уйти.

– Обязательно передам, жаль, что вам пора. Олег, обещай мне, что в ближайшем будущем ты со Светланой придете ко мне в гости на обед или ужин.

Попрощавшись с Михаилом и пообещав, что придут в гости, они направились на выход.

***

– Странно, что Вика так себя повела, я ее видел пару раз до этого, она произвела впечатление приятной девушки, милой и веселой. – Уже в машине сказа Олег.

– Эта Виктория просто снобка, она мне не понравилась. – Света думала, что же могло повлиять на смену настроения хозяйки галереи.

– Почему не понравилась, она очень красива или это не твой тип? – Олег улыбался.

– Боже, вечно ты переведешь тему на постель. Не мой тип, если тебе так будет понятней. – Сердито ответила девушка.

– Как я забыл, тебе нравятся блондинки среднего роста с зелеными глазами.

– У Виктории тоже зеленые глаза, между прочим. – Света вспомнила глаза Вэл, зеленые, смотрящие, как будто сверля собеседника. Создавалось впечатление, что колючие искорки придают металлический оттенок их зелени. У Виктории были другие, глубокие и спокойные.

– И когда только успела это заметить? – Продолжал улыбаться Олег.

– Ой, прекрати, просто я внимательна. – Света раздражалась от этих намеков. – Она мне абсолютно не понравилась, если ты об этом.

– Да понял я, понял. Не злись, Свет.

Придя домой, сняв вечерний наряд и приняв душ, Света решила провести остаток вечера за просмотром телевизора. Если бы не эпизод с Викторией, вечер был бы идеальным.

***

Сегодняшний вечер у Светы был посвящен истории изобразительных искусств. Бросив в сумку блокнот для записей, она поспешила с работы, чтобы успеть к началу лекции, которая была организована в мастерской для начинающих художников, где девушка занималась уже несколько месяцев. Заняв место в первом ряду импровизированной аудитории, организованной в студии, предназначенной для рисования. Все мольберты были сдвинуты в угол. Место, где обычно позировали натурщики, было оборудовано небольшой кафедрой, а позади, расположился экран для слайдов.

– Друзья, сегодня у нас в гостях консультант в области современного изобразительного искусства, организатор многих художественных галерей, а также владелец собственной – Виктория Ланская.

«Вот черт», Светлана была неприятно удивлена. «Опять эта снобка, радует, что она разбирается в том, что мне интересно, буду просто поглощать информацию». Выглядела Виктория потрясающе. Распущенные в галерее, когда ее видела Света, темно-медные волосы были собраны в тугой конский хвост. Стройные ноги были обтянуты черными брюками и высокими бежевой замши сапогами без каблука. Сверху был надет довольно откровенный такой же замши топ без рукавов с глубоким вырезом на груди.

Лекция была интересной. Виктория говорила страстно, образно, останавливаясь на деталях, много шутила. Света узнала столько интересного и была захвачена лекцией, что даже смогла забыть – кто ее читает. После окончания она как можно незаметней выскользнула из студии, надела длинное черное пальто, собираясь уже уйти, как в спину ей прозвучал вопрос.

– Я вижу, что Вы поспешили восполнить свою неграмотность в художественных стилях, после нашего разговора в МОЕЙ галерее. – Голос звучал с издевкой, но был веселым.

«С какой стати она ко мне цепляется, что я ей сделала вообще? Хамка».

– Если б знала, что это ВЫ будете читать лекцию, будете уверены – не пришла. – Света приняла вызов, ее тон был не лучше, чем у оппонента.

– Значит Вы тут частый посетитель? Неужели открыли в себе талант и пытаетесь стать известным художником? – Виктория не собиралась отступать.

– Кто знает, может так и будет. А Вы даже не пытаетесь скрыть отсутствие такого таланта, рассказывая всего лишь о том, как талантливы другие?

– Никто не жаловался на то, КАК я рассказываю об этом.

– О, ну конечно, если стараться затмить всех этих художников, отвлекая слушателей на собственные прелести. – Света сделала красноречивый жест в сторону полуоткрытой груди Виктории.

– Неужели я Вас отвлекла своими прелестями? – Виктория смотрела насмешливо и вызывающе.

– Не льстите себе, я предпочитаю другой тип. – Света успешно копировала тон Виктории.

– И как я забыла. Ваш тип элегантные мужчины в деловых костюмах. – В голосе послышалось раздражение.

Девушки скрестили взгляды, как шпаги и в следующий момент отвернулись друг от друга, уходя в разных направлениях.

***

«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Зажав телефон в ладони, Света впервые за эти месяцы набрала номер Валерии. Позади Новый Год, который она встречала с семьей Олега, родителями и сестрой. Этот семейный праздник, теплая обстановка, царящая в семье Олега, напомнила девушке о ее утраченной семье, горечь утраты не прошла, вряд ли она пройдет когда-либо. Однако, нещадно терзавшее девушку раньше чувство вины, стало успокаиваться. Сидя в этот вечер дома, она захотела хотя бы услышать того человека, которого хотела еще недавно считать семьей, но телефон Вэл, все так же был отключен. «Так странно, одна в пустой квартире в длинные новогодние праздники, а не чувствую себя одинокой. Грущу по родным, скучаю по ней, в моей жизни нет никого, к кому могу прижаться и почувствовать тепло, если не считать Олега, но он друг, у него своя жизнь. И не смотря на все это – не чувствую себя одиноко. Ты это состояние имела в виду, когда сказала, что внутренне свободный человек не одинок? В мою жизнь вошло творчество, вошло вместе с тобой и вспыхнуло пламенем, когда ты исчезла».

Света не заметила, как мысли плавно переключились на мелькавшие в голове образы, а пальцы, сжимающие брусочек угля, заскользили по бумаге.

***

– Привет, ты готова? – Голос в телефонной трубке принадлежал Олегу.

– Почти, во сколько идем? – Сегодня они шли на обещанный ужин к Михаилу Ланскому.

– Через час заеду за тобой, не мучайся с нарядом, все будет просто и по-приятельски.

– Договорились, жду тебя.

«По-простому, так по-простому». Света надела обтягивающие светлые джинсы и черную водолазку. «Надеюсь, что это достаточно просто».

Вечер получился приятным и легким, сокурсники вспоминали смешные истории из студенческой юности, Света искренне смеялась над приключениями студентов-психологов.

– Какая у вас тут веселая компания, почему я не была приглашена на этот ужин? – Полувозмущенный полушутливый голос Виктории прервал смех.

«Ну, конечно, как я могла подумать, что вечер удался»? Света посмотрела на, прервавшую их разговор девушку. «Неужели всегда надо выглядеть так, как будто снимаешься на обложку глянцевого журнала»? Она не могла не отметить, что Виктория была великолепна.

– Вика! Ты мне сказала, что идешь в какой-то там новомодный клуб, а мы тут просто решили поболтать и поужинать в домашней остановке, которая тебе никогда не нравилась. Но я рад, что ты пришла, сестренка. – Михаил встал и поцеловал сестру. – Я знакомил тебя с моими друзьями, если ты помнишь, в галерее.

– Да, конечно помню, добрый вечер Светлана, здравствуйте… – она замялась, вспоминая имя мужчины.

– Олег, здравствуйте Вика. – Олег пожал протянутую руку.

– Вообще я на минуту, как раз еду в клуб, зашла забрать кое-что, забыла в прошлый раз у тебя свою папку с эскизами, завтра они мне потребуются с утра.

– Она на комоде, может, останешься с нами?

– О, нет, вам и без меня хорошо, не так ли Светлана? – Вика не сдержалась и решила немного поддеть девушку.

– Даже не сомневайтесь, Виктория. Вы абсолютно правы. – «Что с ней не так? У меня что, на лбу написано: «достань меня»?

Мужчины удивлено переглянулись, наблюдая за этой перепалкой. Виктория отошла к комоду, что-то заинтересованно рассматривая.

– Миша, откуда у тебя это? – Виктория подняла с комода картину в строгой черной тонкой рамке под стеклом. Оформленный в паспарту лист художественного картона содержал очень лаконичный рисунок, сделанный тушью. Две плавные линии, в которых угадывалось изогнутое в экстазе женское тело.

– Мне подарили, верней я выпросил, просто понравилось. Это не профессиональный художник рисовал, не думал, что тебе это будет интересно, собирался в кабинете повесить.

– Миш, художник – это не профессия, а состояние души. Ты посмотри, тот, кто это изобразил, испытывал страсть и жажду, всего две линии, а в них целый океан чувств.

Света застыла, увидев, что за картину держит в руках Вика. Она отвела Олега в сторону.

– Какого черта мой рисунок тут делает!? – зашептала она.

– На днях Миша приходил ко мне, увидел его и выпросил, я не думал, что ты будешь против. – Таким же шепотом ответил Олег.

– Он знает, кто его нарисовал?

– Нет, я не говорил.

– Вот и помалкивай!

– Ладно, не скажу, а что ты так разволновалась, им же понравилось, рада должна быть. – Удивился мужчина.

– Олег, я сказал, что ты мне подарил этот рисунок! – донеслось до стоявшей в дальнем углу комнаты парочки. – Расскажи моей перевозбужденной сестре, где ты его взял.

– Да мне нечего рассказывать, купил у уличного художника на Невском. – Он скосил глаза на Свету, которая чуть заметно кивнула.

– Вы должны мне показать этого художника, выберем день и пройдемся по Невскому, Вы же сможете его узнать? – Вика не отрываясь смотрела на картину.

– Сомневаюсь, давно уже было, да и не рассматривал я его.

Вика посмотрела на Светлану.

– Что Вы скажете об этой работе, как ХУДОЖНИК?

Света неопределенно пожала плечами и ничего не ответила.

– Я, почему то так и думала, что Вы вряд ли сможете что-то сказать. – Тут же обращаюсь к брату. – Ты должен, нет, просто обязан подарить мне ее!

– Сестренка, дареное не передаривают, так что приходи ко мне чаще и любуйся, если так понравилось, тем более мне тоже нравится.

Вика положила картину на место, взяла папку с эскизами, за которыми приехала и пошла на выход.

– Не все можно получить в этой жизни. – Произнесла Света, когда девушка поравнялась с ней.

– Вы так в этом уверены? Я найду того, кто нарисовал ее, тогда и посмотрим, все или не все можно получить.

– Ну-ну, удачи Вам, с ног не сбейтесь в поисках. – Света впервые почувствовала, что одержала победу в перепалках с этой высокомерной и сверхсамоуверенной женщиной. Это чувство ей понравилось, она весело улыбалась.

Виктория ничего не ответила, только раздраженно произнесла что-то напоминающее «пффф» и вышла из квартиры.

– Свет, что у тебя с ней происходит? Вы как кошка с собакой, ищите любой повод, что бы сцепиться.

– Откуда я знаю, она цепляется ко мне первая, я вообще не понимаю за что? – Света и правда не понимала, но спускать этой самовлюбленной красотке дерзость была не намерена.

«Ей, в самом деле, понравился мой рисунок? По-видимому, так и есть. Как там она сказала, страсть и жажда? Это именно то, что не находит выхода в моей жизни, если не считать, что я их выплескиваю на холст. Олег прав, так дольше продолжаться не может, а если и может, то скоро на стенку лезть буду. За это время никого не встретилось в моей жизни, кто мог быть хотя бы партнером по сексу, не говоря уж о большем. Хотя… Ира. Нет, она друг. Да, друг… забудь об этом, она друг! А с другой стороны, просто сходить поразвлечься куда-нибудь с друзьями же можно, так ведь? Можно. Олег все больше поглощен своей новоявленной пассией, она ему вроде как нравится, значит, пойти выплеснуть эмоции, потанцевать, выпить, расслабиться, остается только с Ирой».

***

– Светка, здорово, что ты предложила повеселиться, мне тут посоветовали одну вечеринку. – С энтузиазмом восприняла Ира звонок подруги. – Довольно свободная, открытая такая, там всякого народа полно будет.

Девушка и правда была захвачена разношерстной публикой, в числе которой были и гомосексуальные пары и обычные гетеро, то тут, то там бродили какие-то фрики вперемешку с фигурами в смокингах и вечерних нарядах.

– Ир, я никогда не видела в одном месте столько разных людей.

– Классно тут, да? – Ира принесла бокалы вина для Светы и себе.

– Классно не то слово – здорово просто! Будем сегодня танцевать и пить!

– За этим и пришли, развлекаться!

Энергетика вечера будоражила сознание. Находясь в состоянии эйфории от проведенного в движении танца и легком дурмане спиртного, Света решила чуть передохнуть, сказав Ире, что будет в соседнем зале на диванах переводить дух, перед новым танцевальным заходом.

– Сейчас принесу нам попить. – Подруга ушла в сторону бара.

Найдя на одном из мягких низких диванов свободное место, девушка почти упала на него в изнеможении.

– Какая неожиданная встреча. Вот уж кого в последнюю очередь была готова увидеть тут, так это такую чопорную и правильную девушку, как Вы.

– Советую Вам лучше готовиться, что бы быть готовой, мало ли что. – Света узнала голос, но закрытые глаза, отказались открываться, даря девушке иллюзию темноты после длительного беспрерывного мерцания огней танцпола.

– Как это Вы решились прийти одна в такое место? – Вика смотрела на полусидевшую, полулежащую с закрытыми глазами Светлану.

– А с чего Вы решили, что я пришла одна? – Света открыла глаза и посмотрела на Викторию.

– А с того, что недавно разговаривала с братом, и он сказал, что они с вашим мужчиной, Олегом, кажется? Так вот они вместе где-то проводят время.

– Что ж, остается им пожелать его хорошо провести – усмехнулась девушка.

– Ну, надо же. Ваш мужчина проводит время без Вас, а Вы проводите тоже не одна, да еще тут. Вы прямо таки девушка широких взглядов.

К ним подошла Ирина, держа в руках два стакана чего-то прохладного и шипучего. Вид у нее был, прямо скажем… брутальный, если этот термин можно применить к девушке. Затертые джинсы, такая же жилетка с имитированными оторванными рукавами, широкий кожаный ремень и тяжелые ботинки. Света усмехнулась, встала, обняла Иру за талию, чуть оперевшись на нее.

– Вы даже не представляете насколько широких. – Света усмехнулась, наблюдая за удивленным лицом Виктории. – Спасибо, Ириш за коктейль, пошли танцевать, там медленный танец как раз.

Вика осталась сидеть с таким же удивлением на лице. «Я ошиблась? Надо проверить!».

Глава 6

Доехав на поезде до Дели, Валерия направилась в аэропорт. До вылета оставалось еще три часа. Решив никуда не ходить, открыла свой компьютер.

«…Запах погребальных костров, липкий вечерний воздух на коже, тепло горячей масалы (Масала – индийская смесь специй. Здесь имеется в виду масала-чай (корица, имбирь, кориандр, гвоздика, перец, мускатный орех, бадьян, фенхель, кардамон томятся в молоке, затем молоко со специями вливается в черный чай, подается горячим или теплым)) и утренний привет первых лучей солнца над Гангой. Все это нужно однажды пережить самому. Город, в котором есть жизнь, и есть смерть, здесь Шива танцует свой космический танец особенно красиво и ярко. Разрушение ради созидания, бесконечное творчество…»

Объявили регистрацию на рейс до Добалима (Даболим – единственный аэропорт штата Гоа. Индия.). Вэл уложила нэтбук в сумку и пошла к стойке регистрации. «Вернусь ли я когда-нибудь туда?», легкая улыбка тронула ее губы «на то не моя воля».

Пройдя регистрацию, набрала номер Мадлен, узнала, что они остановились в одном из отелей южного Гоа. «Что ж, не ожидала иного, южный, так южный, все будет цивилизовано и пятизвездочно, окунусь в комфорт». Это был не ее Гоа, не тот, который она запомнила, который полюбила. «Всему свое время, мой Гоа меня дождется, а я к нему приду».

Весь аэропорт был забит туристами, прилетевшими из всех уголков мира на берег Аравийского моря, на модный курорт. В потоке людей случайно столкнулась с молодым мужчиной.

– Куда прешь, б***дь, глаза открой не русская. – Мужчина, заплывшего вида с явным водочным перегаром и красным лицом, смотрел на одетую в национальную индийскую одежду смуглую женщину, с шарфом вокруг головы.

Вначале Вэл решила извиниться, но после такой колоритной речи, передумала. Она подняла на мужчину глаза.

– А не пошли бы в на х**, уважаемый. – Сказала она по-русски, опешившему туристу. Не задерживаясь для дальнейшей дискуссии, направилась к такси.

«Вот и милая Родина дала о себе весточку». Не так часто в Варанаси она слышала русскую речь, а говорить, так вообще пришлось пару раз. «Отрадно, что самые важные слова я все еще понимаю и даже могу сказать», улыбнулась она внутренне.

Подъехав к отелю, опять позвонила Мадлен, через пять минут, стоя на ресепшене она увидела выбегающую в холл девушку. Ее волосы были намного короче, чем в Варанаси, обнажая высокую гибкую шею, она выглядела просто потрясающе, короткие локоны представляли собой стильный беспорядок.

– Валери! – Мадлен подошла вплотную, чуть поколебавшись, обняла Валерию.

– Здравствуй, – улыбнулась Вэл и вернула объятье, затем легко взъерошила волосы девушки. – Ты просто красавица, тебе так намного лучше.

– Пошли в номер, ты с дороги, наверно, хочешь освежиться. – Мадлен взяла ее за руку.

– Да, сейчас оформлюсь, получу ключи и пойдем. – Валерия направилась к стойке ресепшена.

– Я уже все сделала, сняла номер для нас обеих. – Девушка смотрела, как удивление отражается на лице Вэл, а правая бровь медленно устремляется вверх. – А что? Ты не согласна?

– Все уже решила сама? Занятно, уверенности тебе не занимать, тогда пошли.

Направившихся в сторону номера девушек догнал молодой индиец, все это время стоявший за стойкой ресепшена и наблюдавший за ними. Он остановился перед ними в поклоне.

– Извините меня мэм, – он взглянул на только что приехавшую женщину.

Мадлен наблюдала, как Валери о чем-то разговаривает с парнем на хинди, потом он взял ее за запястья, чуть постоял и отошел улыбаясь.

– Чего он хотел и что сделал? – Спросила девушка, когда они снова направились в номер.

– Видишь эти нити на моих запястьях? – Валерия подняла руки, запястья которых были просто унизаны разноцветными нитями. – Это благословения почти всех храмов Варанаси, многих садху и учителей, которых я повстречала там. Этому парню долго еще не заработать на поездку туда, а в Индии есть такое поверье, если дотронуться даже до благословения, то часть его распространится и на тебя, вот я и разрешила.

Тем временем, они зашли в номер. Окинув взглядом помещение, Вэл поняла, как давно не была в комфортных условиях.

«Хорошо, что захватала из дома все же пару вещей», взяв их из сумки, Вэл прошла в душ.

Когда она вышла, Мадлен застыла от неожиданности. В таком виде она не видела женщину никогда. Короткие шорты, топ, прикрывающий только область груди, влажные, чуть волнистые светлые волосы спадали на плечи, тело было гибким, стройным и тренированным ежедневными многомесячными занятиями йогой. Все, что напоминало женщину, которую она знала в Варанаси, были нити, цветными браслетами обвивающие запястья.

– Не привычно выгляжу? – Улыбнулась Вэл. – Я сама уже отвыкла от подобного вида и волосы отрасли сильно, забыла, когда в последний раз были такими длинными.

– Оставь их такими, тебе очень идет. – Девушка подошла вплотную и провела ладонями воль влажной кожи рук Валерии.

От этого прикосновения тело как будто очнулось от забытья, в нем постепенно начала нарастать энергия – первобытная, рефлекторная. Энергия, устоять против которой она не могла и не хотела. Никакой неловкости, размышлений о правильности, либо не правильности происходящего не приходило в голову. Только эта девушка и она, без вопросов, раздумий, без сомнений и решений.

Вэл привлекла Мадлен к себе, целуя глубоко и страстно. Нарастающее постепенно напряжение выплеснулось в страсть двух тел, сплетенных в единое целое. Валерия оказалась практически уложенной на лопатки. Резко вдохнув от неожиданности, она попыталась обозначить превосходство, но голубой взгляд приковал ее, руки прижали запястья к кровати, бедра с силой прижали ее, лишая движения.

– Даже не думай, – наклонившись к уху, прошептала Мадлен.

И она не думала, покоряясь страстному натиску, отдаваясь забытым ощущениям. Она не могла осознать сколько времени продолжалось это безумное действо, когда ощущала себя разлетающейся на молекулы, для того что бы снова почувствовать нарастающую волну и очередной взрыв. Когда сознание вернулось, она открыла глаза и увидела улыбающееся лицо и глаза, в которых плескался океан.

– Ты меня чуть не убила, никакого уважения к моему аскетичному прошлому и возрасту. – Притянув девушку к себе, Вэл легко дотронулась губами до губ Мадлен, ощутив на них свой вкус.

– Я еще не закончила. – Глядя неотрывно глаза в глаза, произнесла Мадлен.

Девушка чуть отстранилась, давая больше пространства, которым не замедлила воспользоваться Вэл. Пальцы медленно вошли в горячую влагу. Она видела, как небесная голубизна начала темнеть и превращаться в океан цвета индиго. Застонав, Мадлен опустила бедра, начав двигать ими, откинувшись назад, прогибаясь и опускаясь ниже. Ее тело блестело от выступившей на коже влаги, сдав последние толчки бедрами, она с громким и хриплым стоном упала на Валерию, накрывая ее собой. Обняв девушку, Вэл провела языком по влажной, чуть солоноватой коже шеи.

– Теперь закончила? – Так же прошептала она.

В этот и последующий день, Валерия так и не увидела Аравийских вод. Они тонули в океане нерастраченной страсти, не реагируя на звонки и стук в дверь номера друзей Мадлен, забыв о времени.

***

Десять дней были наполнены весельем, отдыхом и занятиями любовью. Изумрудная зелень садов, песок, играющий оттенками от золотого до абсолютно белого, пустынные, потрясающие своим спокойствием пляжи, создавали то умиротворенное состояние неги, которое присуще курортам южного Гоа. Днем компания веселых французов занималась виндсерфингом и дайвингом, дурачились в теплых водах Аравийского моря, бросаясь в волны, преодолевая их мощь и сопротивление, загорали, а вечерами пропадали в клубах, танцуя и развлекаясь.

Выбежав из воды, Мадлен, смеясь, отряхнула капли на лежащую под навесом из пальмовых ветвей Валери.

– Скучаешь? – Она присела рядом на топчан и поцеловала горячие от солнца губы.

– Нет, занималась организацией одного мероприятия для всех нас. Позвонила знакомому, узнала кое-что. Сегодня вечером мы едем веселиться по-настоящему. Быть на Гоа и не посетить хотя бы одно транс-пати – это не быть на Гоа.

Глаза девушки засветились интересом и возбуждением.

– Я слышала, что тут целое направление трансовой музыки, но еще мне рассказывали, что эти пати вне закона. Это не опасно, нас полиция не заберет?

– А если и заберет? – Поддразнивала она Мадлен. – Да, они не законны, но все происходит мирно, даже когда полиция делает рейды и просит разойтись. Не бойся, дайвингом ты и во Франции позаниматься можешь.

***

Дэвид приехал за ними вечером. Они познакомились в Арамболе в прошлый ее приезд. Парень был из Англии, по полгода жил на Гоа, держа свой тату салон. Однажды, поддавшись любопытству и искушению, Вэл решила сделать татуировку и зашла к нему, но так и не решилась, зато они до вечера просидели, болтая и попивая чай.

Пестрая толпа ошеломила ребят. Люди со всех мыслимых и немыслимых уголков света заполонили пространство между двух холмов. Хиппи всех возрастов, молодые, взрослые, уже почти старые, но все такие же, дети цветов, обкуренные и открытые для любви и мира. Трансеры всех видов и направлений. Невероятного вида фрики, взглянув на некоторых из них, можно было упасть в обморок от страха и удивления, что люди вообще могут с собой сделать, наколотые, проколотые во всех местах, шрамированые, Бог знает какие. Узнать в некоторых человека, а не жителя другой планеты, было почти невозможно. Другой публики тоже хватало. Множество огромных динамиков, из которых выплескивалась оглушительная ритмичная музыка, которую нельзя было спутать ни с одной другой. Все танцевали, приводя себя в состояние транса. И, не смотря на это, везде царила атмосфера доброжелательности, всеобщей любви и дружбы. Незнакомые друг для друга люди здесь представляли собой одну большую дружную компанию. Все это освещалось мощными фонарями, установленными на импровизированных вышках.

Ошеломленные всем увиденным и услышанным французы, постепенно проникались атмосферой ночи. Уже через полчаса все самозабвенно отдались музыке, двигаясь под нее, танцуя, прыгая, дурачась. К Мадлен подошел улыбающийся хиппи, протягивая чилим. Она удивленно на него взглянула и взяла, а он как шел, так и пошел дальше с улыбкой на лице.

– Валери!- прокричала она сквозь музыку. Вэл наклонилась к ней и увидела в руках девушки знакомую трубочку, с идущим из нее дымком характерного запаха.

Она вспомнила, как в первый раз, при посещении транс-пати, поддалась искушению и накурилась конкретно. Не то что бы было не весело. Нет, конечно, просто потом плохо помнила, чем все закончилось. Для того, что бы поймать нужное настроение и состояние в следующий раз ей хватило музыки и танца.

Вэл, отрицательно покачала головой. Делая приглашающий жест рукой, что бы Мадлен оставила себе, если хочет. Девушка подумав, с улыбкой передала трубочку танцующей рядом девушке, та энергично кивнула, поблагодарив, взяла ее.

Вернулись они в отель уже утром, изможденные, уставшие, но довольные. Разойдясь по своим номерам, без сил завалились спать.

***

Проснувшись уже к вечеру, Вэл осторожно выбралась из постели, чтобы не разбудить все еще спящую Мадлен, направляясь к морю. Искупавшись, она бросила на песок полотенце и прилегла, солнце уже садилось, пляж был почти пустым и тихим.

«Прошло без малого полгода. Скоро закончится срок моей полугодовой визы, надо возвращаться или не надо? Позвонить и оформить еще на три месяца? Как раз времени хватит на оформление и пересылку сюда».

– Почему ты не разбудила меня, а убежала одна? – Еще сонная и зевающая Мадлен, опустилась на песок, ложась рядом, устроив голову на плече Валери.

– Хотела, что б ты выспалась – Вэл обняла девушку, прервавшую ее размышления.

– Валери, ты была когда-нибудь в Париже? – Мадлен лежала с закрытыми глазами и, казалось, дремала.

– Никогда, не хочу умирать.

– Умирать? Почему умирать? – недоуменно посмотрела на нее девушка.

– Есть такое выражение: «увидеть Париж и умереть», как выражение того, что Париж сам по себе является достаточным смыслом жизни, после которого и умереть не жалко.

– Как красиво. Но ты отшучиваешься опять. Не хотела бы поехать в Париж?

– Ты приглашаешь или просто так интересуешься? – опять шутливо ответила Вэл.

– Я приглашаю. Тебе нужна виза, если ты согласишься?

Валерия посмотрела на нее, легкость их отношений нравилась, наполняла энергией и свободой. Будет так и дальше, если она согласится?

– У меня действующая шенгенская виза, с этим не будет проблем.

– Через четыре дня заканчивается наше путешествие. Я бы хотела показать тебе мой город.

«Вот и решение. Париж, так Париж, почему бы и нет».

– Значит покажешь. Пойдем купаться? – встав и взявшись за руки, они направились к воде.

Оставшиеся четыре дня были заполнены уточнением организационных вопросов по вылету во Францию.

***

Мадлен снимала небольшую двухкомнатную квартиру на улице Сен Мартен, почти в самом центре города. На первом этаже располагалась маленькая булочная, из которой каждое утро доносились запахи свежевыпеченных булочек и круасанов. Парижский ритуал распития кофе с круасаном пришелся Валерии по вкусу, она им наслаждалась.

Мадлен на следующий день вышла на работу в свое агентство недвижимости, где работала агентом. Дни были наполнены прогулкам по городу. Ее поразили и восхитили чугунные решетки практически на всех окнах центра Парижа. Резные, витиеватые, изящные и массивные, они были сами по себе произведением искусства. Ее поразили парижанки, свободные, независимые, дерзкие, раскованные и безумно притягательные. В голове всплыли строки из дневника Виктора Гюго:

«Я спросил ее:

– Вы замужем?

Она ответила с видом настоящей парижанки:

– Помилуйте, сударь!».

Уже месяц прошел с ее приезда. Вечерами они гуляли по освещенным и не очень, улицам, сидели в кафе. В выходные посещали достопримечательности. Все было все так же легко и непринужденно. «Пусто» – все чаще приходило на ум Вэл слово. Но оставшись опять одна в будний день, она шла бродить по Парижу, не открыточному, а тому, который принадлежал не туристам, а парижанам. И снова неустанно набирала строчки, теперь они были о Париже.

«…Вы читали Виктора Гюго и обожаете его «Отверженных»? Ведь только в Париже и только его преданный поклонник может сидя под мостом на берегу Сены, в прямом смысле слова, примостившись рядом с парижскими бомжами, наслаждаться дыханием этого города. Ловя прямо-таки физическое ощущение тайны и ожидания того, что вот-вот из ближайшего канализационного люка вылезет Жан Вальжан в бегстве от преследования несносного жандарма! Ах, эта парижская клоака! Лишь немногие тебя понимают.

Вы любите Эмиля Золя и готовы хотя бы мысленно наслаждаться запахом публичных домов, копотью низов французского общества, ощущать присутствие тайных телесных наслаждений? Вкушать запретные плоды, приближаться к обманным перипетиям высших чиновников и творческих кругов? Падшие женщины – они вокруг, они повсюду… Лживые мужчины и грязные деньги, стекающиеся в спальни куртизанок под шелест нижних юбок и стук каблучков.

Ваше воображение богато настолько что бы, находясь на третьем уровне Эйфелевой красавицы представить себе Париж океаном плывущих крыш? Волны, вздымающиеся и опускающиеся под шторм житейских бурь, гром былого исторического величия этого прекрасного города и шторм эмоций, вихрь человеческих судеб, затихающий и уходящий в летописи и забытье…

Вам нравится произведение Патрика Зюскина «Парфюмер» и вы прямо таки прочувствовали на страницах книги зловоние парижских стоков смешанное с первыми французским парфюмом? О, эти запахи грязи, сладости, ванили, лаванды, муската и секса, смешанные с вонью парижских стоков, рыбных рынков и свежих устриц. Творения величайших мастеров аромата на улицах города свободной любви и наслаждений.

Вы любите устрицы и наслаждаетесь ощущением ее скользкой холодной плоти во рту с привкусом тины и ила? Скользкая, холодная, почти как живая она проскальзывает по языку в горло и оседает где-то в глубинах вашего нутра. И вы наслаждаетесь этим, запивая запах тины во рту прекрасным Шабли.

Ночь и секс – ваша стихия? Ночная жизнь, новые знакомства и поиск приключений, кутерьма. Парижанка с сигаретой во рту, запах мочи по закоулкам, свобода отношений и действий, черные люди в белых рубашках, шикарные машины и метрдотели у позолоченных дверей на входе в Ритц. Дамы в вуалях и шалях с запахом алкоголя и дорогих духов. Предвкушение ночи наслаждений. Шоу красоток в Мулен Руж, сладость вкушения греха.

Это все про Вас? Ах! Вы – счастливчик, умеющий наслаждаться жизнью, Париж в таком случае для Вас».

А еще любила проводить время на площади Тёртр, заполненной художниками, их работами, зеваками и туристами, наблюдая, как чистые холсты заполняются штрихами и мазками. По мановению этой волшебной палочки в руках художника, перед ней представал другой мир. В такие минуты она вспоминала… Вспоминала листы картона, на которых была изображена она. Вспоминала ту, которая ее рисовала. «Я скучаю?» – задавала себе вопрос Вэл. «Нет. Нет? Нет.». – Давала себе ответ и отгоняла эти воспоминания. Для них было не время.

Любила каждое утро, проходя мимо музея Помпиду, который располагался неподалеку от квартиры Мадлен, улыбаться уличному актеру. Все что он умел, это глотать лезвия и курить несколько сигарет одновременно, изображая факира. Валерия вспоминала то, что видела в Индии, и это уличное парижское представление казалось ей детским и наивным.

Любила расположиться на небольшой наклонной площади рядом с этим же музеем, где отдыхали, загорали, общались парижане и туристы, выступали уличные актеры.

***

А потом они с мамой решили, что Париж – это именно то место, где нужно встретиться после полугодового расставания. Мадлен сделала гостевой вызов, по которому Мария Николаевна оформила визу. Через три недели, после оформления всех документов мама прилетела. Так вышло, что Мадлен уехала в Марсель к родителям на семейный праздник.

– Лера, я не могла представить себе, что когда-нибудь буду сидеть на площади Пигаль и есть жареные каштаны. Это сказка, о которой я даже не мечтала. – Мария Николаевна была искренне растрогана и в голосе звучали слезы.

– Ну, в Индию ты не захотела приехать. – Вэл обняла маму.

– Ты когда домой собираешься и как ты сюда вообще попала? Когда мы встретимся в следующий раз, это не будет Австралия? И как у тебя с деньгами? – Тревога матери была написана на лице. Хотя, то, что они сидели в Париже, уже само по себе не должно было вызывать тревоги. Но мамы, наши мамы – они тревожатся за нас всегда, сколько бы лет нам не было, где бы мы ни находились.

– Пока не вернусь, мам. Нормально все с деньгами, не волнуйся.

«А денег то остается все меньше, на Париж точно надолго не хватит, зато хватит на другое».

***

Когда мама уехала, Вэл набрала номер подруги.

– Маринка, привет.

– Привет, парижанка! Как у тебя дела? – ответил веселый голос подруги.

– Нормально все. Мама вылетела, встретите?

– Уже едем, я не забыла! Сама-то как? Когда тебя встречать?

– Звоню как раз для этого, Марин. Передала с мамой свой загранпаспорт. Помнишь то агентство, где я визу в Индию делала?

– Помню, конечно, как паспорт, а ты? – встревожилась Марина.

– Не перебивай и выслушай, виза за десять дней делается. Я позвонила им, без проблем. Все документы в запечатанном конверте тебе передала. Как наклеят визу в паспорт шли его сюда, адрес тоже тебе отправила полный. Визу на три месяца.

– Так надолго? Ты что еще три месяца не появишься? Уже август, Лер, ты домой то собираешься?

– Собираюсь, но не сейчас и эта виза самая короткая, в общем, не буду объяснять, просто отдай документы, забери их, когда готовы будут и мне пришли.

– Не переживай, все сделаю. Веди себя там хорошо. – Рассмеялась подруга.

– Я всегда себя хорошо веду. – Тоже поддержала смех Вэл.

***

Они лежали в темноте квартиры. Мадлен курила, Валерия вдыхала забытый запах сигаретного дыма.

– Все собрала? – Голос девушки был чуть утомленным.

– Да что там собирать? Спасибо за эти месяцы…- Вэл хотела продолжить, но поняла, что сказать больше нечего.

– Не пропадай насовсем, звони иногда.

– Ты тоже.

– Тебя проводить завтра?

– Не надо, иди на работу, я захлопну дверь.

Последняя ночь с Мадлен, последняя ночь в Париже. Страстная, как эта девушка, наполненная чувственным наслаждением, как эта девушка. Легкая, как эта девушка.

Глава 7

– Ириш, я уже натанцевалась, навеселилась, пойдем отсюда?

– Пойдем, я тоже устала, да и поздно уже. – Ирина возлагала большие надежды на остаток ночи. Света вела себя весь вечер довольно игриво, иногда даже флиртуя, а то, как она обняла за талию перед той женщиной, убеждало Иру, что все возможно.

При выходе из клуба, внимание Светланы привлек громкий разговор. Два охранника клуба пытались добиться от девушки, находящейся в сильном подпитии, куда ее следует довезти и какой адрес назвать таксисту. Но та не только не могла внятно говорить, но и на ногах держалась только за счет удерживающего ее охранника.

«Надо же было так набраться». Не узнать девушку она не могла. Охранники продолжали допытываться у Виктории Ланской, есть ли у нее тут знакомые, кто бы мог позаботиться о ней. Вика только невпопад качала головой, изображая то «да», то «нет», чем явно не помогала в получении информации.

«Мне нет до нее никакого дела. Не одна же она сюда пришла, вот пусть они и помогают».

Но этот затянувшийся театр сюрреализма, говорил о том, что хорошо он не закончится.

«Черт! За что мне это? Видимо, я нашла себе приключение».

– Я ее знакомая, – подойдя ближе, сказала Света. – Спасибо вам, я ее заберу.

– Слава Богу, что Вы появились, мы уже полчаса тут бьемся. – Охранники отошли, оставляя беспокойную посетительницу.

– Ир, помоги мне ее держать и до такси довести.

Кое-как усадив Вику в такси, девушки переглянулись.

– Куда ехать? – Спросил водитель.

– Без понятия. – Ответила Светлана. – Подождите пять минут, сейчас дам адрес.

Достав телефон, она позвонила Олегу, вспомнив слова Вики о том, что он отдыхает вместе с Михаилом.

– Олег, привет. У меня тут кое-какая проблема. Со мной Вика, сестра Михаила. Он может за ней приехать? Или я могу отвезти ее к нему домой, а то она… сильно переутомилась.

– Свет, мы за городом в сауне, нам добираться часа три четыре, вместе со сборами. С ней что-то серьезное?

– Да ничего серьезного, она просто упилась в стельку. Ладно, отдыхайте, придумаю что-нибудь.

«Все веселей и веселей. У этой дамочки просто талант портить мне отдых». Посмотрев на Викторию, она поняла, что от нее ничего не добьешься, назвала таксисту свой адрес.

Дотащив невменяемую девушку до квартиры, они уложили ее на диван в комнате, где когда-то ночевала Ирина.

– Ир, прости меня за это недоразумение, я не могла ее оставить на улице в таком состоянии. Ты доедешь домой?

– Конечно. – Разочарованно согласилась Ирина. – А кто это вообще?

– Человек, от которого одни неприятности. – Ответила Света.

Проводив подругу, Света приняла душ, проверила спящую нежданную гостью и легла спать.

***

Проснувшись наутро, Вика почувствовала запах свежесваренного кофе. Она открыла глаза, осматривая окружающую обстановку. «Что со мной? Где я? Не хватает еще вопроса: кто я?». Комната была обычной, что-то вроде гостиной. Она лежала на диване, укрытая пледом. «Пора дать ответ, хотя бы на вопрос: где я?». Встав, она вышла из комнаты. Идя на запах кофе, девушка дошла до кухни, где увидела одетую в черную майку и такие же черные домашние брюки Светлану. Встав в дверях, опираясь на косяк, в очередной раз отметила, что эта девушка, недоступная для нее, очень привлекательна. Собранные в хвост волосы цвета воронова крыла, гибкое тело. Решив, что пора обозначить свое присутствие, она постучала о стену.

– Доброе утро. – Голос прозвучал хрипло и приглушенно.

Света посмотрела на девушку, вид был у последний не очень то счастливый.

– Доброе, если оно доброе. Очнулась? Ты уж извини, что привезла тебя к себе, но выбора у меня не было.

– Я ничего не помню, но все равно, что бы там ни было, спасибо. Думаю, у тебя и правда не было выбора, раз привезла меня к себе, не смотря на наши стычки.

– Ну да, так напиваться еще уметь надо. Кофе будешь? – Предложила Света.

– Я вообще-то не пью, просто вчера накрыло меня неожиданно. Можно я в душ схожу? Чувствую себя, как будто из канализации вылезла.

– Конечно, в ванной чистый халат и полотенце, остальное найдешь.

– Спасибо.

«Какая ты сегодня милая и вежливая. Почаще тебя напаивать надо. Господи, зачем мне она милая или не милая? Напою кофе и отправлю с миром».

Через полчаса Вика вернулась посвежевшая и более оживленная.

– Ты кофе предлагала – это еще в силе? – Робко спросила она.

– Я и не знала, что ты можешь быть нормальным человеком, – покачав головой, тихо засмеялась Света. – Садись, тебе какой?

– Просто черный, без сахара.

За кофе Света в общих чертах рассказала, в каком состоянии ее нашла, что Михаил был за городом, а адреса ее квартиры она не знала, поэтому привезла к себе.

– Понятно. – Вика сидела с опущенной головой, явно испытывая неловкость. – Можно мне еще одну просьбу?

– Конечно, если это не что-нибудь сверхъестественное.

– Нет, просто, не могла бы ты мне дать какую-нибудь одежду, а то в своем платье я вряд ли доеду до дома.

– Допивай кофе, я сейчас найду что-нибудь – Света вышла из кухни. Найдя джинсы и свитер, она позвала Вику. – Посмотри – это подойдет?

Зайдя в комнату хозяйки дома, Виктория застыла, рассматривая обстановку. Оторвавшись от рассматривания холстов и набросков, она посмотрела на Светлану.

– Я нашла того художника, так ведь? Ты проиграла.

– Найти – не значит получить. На одежду – переодевайся, надеюсь, мои скучные ЧОПОРНЫЕ вещи тебе подойдут.

Вика взяла предложенные ей джинсы и свитер.

– Мне сейчас все подойдет. – Чуть помедлив, она добавила. – Прости меня. Я не должна была так себя вести с тобой.

– Не должна была, тем более, что для такого поведения не было оснований. Ладно, мы все выяснили.

– Я вспомнила, там, в клубе…, где твоя… эмммм… мужественная подруга? Я вам все испортила своим появлением у тебя в квартире?

– Моя подруга помогла донести тебя до дивана и уехала домой. – Ничего не добавив больше к этому, Света посмотрела на переодевшуюся девушку. – Все в самый раз? Я имею в виду одежду.

– Да, все отлично, спасибо. – Вика заметила, что разговор не поддержали и перевели в другое русло. «Ладно, значит, потом выясню остальное. Но она ничего не объясняла и не отрицала – это уже что-то».

– Свет, я бы хотела отблагодарить тебя за то, что ты сделала, давай посидим где-нибудь, поужинаем? Вещи как раз верну.

– Хорошо, – улыбнулась девушка. – Только на неделе вряд ли смогу, я, видишь ли, работаю полный рабочий день.

– Тогда в выходные? – С надеждой спросила Виктория.

– Договорились, позвони в пятницу вечером.

– Телефон дашь?

– Дам, – опять не удержалась от улыбки Светлана.

«Она может быть чертовски милой. И она мной заинтересована, если задает такие вопросы? Ей идут мои вещи, в них она выглядит не сукой, хотя бы. А мне есть разница в том, как она выглядит? Она красивая и очень… что очень?… все очень. Или это я в ней заинтересована? Она интересная, с ней «весело», да уж, не соскучишься».

***

Неделя выдалась наряженной. Новый проект занимал не только рабочее время Светланы, но и вынуждал задерживаться после рабочего дня. Приходя домой поздно вечером, Света валилась с ног от напряжения и усталости. Времени, на любимое занятие – рисование, совсем не было. К вечеру пятницы силы были на исходе, бесконечный поток соискателей, нескончаемые телефонные переговоры, обработка данных. Услышав очередной телефонный звонок, она, сняв трубку, автоматически ответила:

– Здравствуйте, руководитель службы рекрутинга, Светлана Суворова, чем могу Вам помочь? – В трубке повисло короткое молчание, затем она услышала глубокий, чуть насмешливый голос

– Здравствуйте, госпожа Суворова – это Виктория Ланская, – затем без насмешки продолжила. – Не отвлекаю? Мы договаривались созвониться в пятницу, вот я и звоню.

Света замерла от обращения к ней, ее так давно никто не называл.

– Ты все еще там?

– Да-да, извини, не сразу переключилась от работы. Я боюсь, что завтра не сможем встретиться, нужно будет кое-куда съездить. Мне неловко, что пообещала и не могу выполнить обещания.

В субботу будет день памяти ее семьи, прошел еще один год с их гибели. Год, за который изменилось очень многое в жизни девушки. Она собиралась замуж, но так и не вышла. Она нашла любовь, но не обрела ее. Слава погиб, Валерия исчезла. В ее жизнь вошел целый мир искусства, заполняя пустоту в душе. Неизменной осталась только работа, но и она, приносившая когда-то удовлетворение, превратилась в необходимую повинность.

– Конечно, я понимаю, у всех свои дела. – Голос Вики прозвучал немного грустно, чуть помедлив, она предложила. – Может быть, сегодня поужинаем вместе? Ты когда заканчиваешь работу?

Света хотела отказаться, слишком она устала для встреч, да еще с Викой. От нее можно все что угодно ожидать, а тратить вечер на противостояние подколкам и саркастическим замечаниям, она была не намерена.

Но потом, посмотрев на часы, стрелки которых приближались к семи вечера, и уже давно ощущалось чувство голода, она подумала: «Может быть, она иначе себя поведет? Например, как у меня дома».

– На сегодня я закончила. Давай поужинаем.

Поговорив еще минут пять, договорившись о месте и времени, девушки повесили трубки.

***

Вика пришла в ресторанчик к назначенному времени, Светлана задерживалась уже на двадцать минут. Наконец, она увидела Свету, идущую к столику. Черные классические брюки с идеальной стрелкой, шелковая строгая блузка бирюзового цвета с длинным рукавом, из расстегнутого ворота виднелся черный шелковый платок с такими же бирюзовыми полосками, повязанный на голую шею, как мужской галстук. Ничего лишнего, все лаконично и строго, но это выглядело очень элегантно. «Я определенно влюбляюсь» промелькнула в голове у Виктории мысль.

– Привет. – Поздоровалась подошедшая девушка.

– Привет, выглядите отлично, госпожа Суворова, не вся деловая одежда может быть скучной. – улыбнулась Вика.

– Спасибо, – чуть холодно, ответила Света. – Можно попросить тебя, не называть меня так?

– Наверное, тебя твой начальник так называет, когда требует отчета? – Продолжала чуть подшучивать она, не заметив тона присевшей за столик, девушки.

– Что-то вроде того, только бывший начальник.

– До сих пор неприятные воспоминания?

– Ты уже заказала себе что-нибудь? – Перевела разговор Света.

– Нет, тебя ждала. – «Опять ушла от ответа, болезненная тема? Уже вторая, насколько я помню. Сколько у тебя скелетов в шкафу? Все не так просто, как я думала».

– Тогда давай заказывать, я хочу есть.

Девушки взяли меню, изучая его, обмениваясь советами и спрашивая, что лучше заказать. Света была приятно удивлена, не смотря на не очень приятное начало вечера, тем, что Виктория была доброжелательной, с искристым юмором и очень внимательной собеседницей.

«Такая как сегодня она настоящая? Тогда почему вела себя до этого иначе? А начало их разговора… она ничего не сказала обидного, кто виноват, что у меня все еще рефлексия на все, что напоминает Вэл. Где же ты? Я уже без слез вспоминаю тебя, но забыть не могу».

– Я не принесла твои вещи, не думала, что сегодня встретимся.

– Не страшно. Это не единственное, что у меня есть, что бы носить. – Пошутила Света.

***

«Никуда не пойду сегодня, завтра начинается еще одна сумасшедшая неделя на работе. Вчерашний день дался тяжело, хоть и не так, как раньше. Они все такие же, смотрели на меня с фотографий, нанесенных на мрамор памятников. Закончу проект и возьму дней десять отпуска, мне нужен отдых». Светлана чувствовала изможденность и физическую и, что было еще тяжелей, эмоциональную. Валяясь в постели уже полдня, она, без особого энтузиазма, водила карандашом по листу бумаги. Звонок в дверь, отвлек от этого машинального занятия. «Кто это может быть. Соседи, наверно, иначе бы в домофон позвонили». Решив не утруждать себя наведением красоты, Света чуть пригладила растрепанные волосы, как была в пижаме, так и пошла к двери, не глядя в глазок, открыла ее.

На пороге стояла Виктория с пакетом в руках.

– Я набралась наглости прийти без приглашения и предупреждения, вот, вещи принесла. – Девушка приподняла пакет. – Зашла в подъезд с кем-то из жильцов.

– Тебе ее набираться надо? По-моему, у тебя ее через край. Заходи, раз принесла. – Света отошла в сторону, пропуская незваную гостью. «Теперь я веду себя, как хамка». Уже мягче пригласила.- Заходи.

– Мне надо было позвонить, я понимаю. Если я некстати, то просто оставлю пакет и уйду. – Вика смотрела на хозяйку квартиры. «Вид у нее… даже слова не подберу… истерзанный какой-то, а тут я еще…».

– Ничего, раздевайся, кофе будешь? Прости за мой вид, не ждала гостей.

– Буду. – Вика сразу воспользовалась предоставленной возможностью.

Когда напряжение первых минут прошло, и девушки сидели мирно пили кофе, разговаривая о всяких мелочах. Вика решилась задать интересующий ее вопрос.

– Свет, я все хотела спросить. Вы с Олегом кто друг для друга? Если не хочешь, не отвечай, конечно.

– Друзья и никто больше, хотя нет, еще коллеги. А ты решила, что мы любовники. – Фраза прозвучала как утверждение, а не вопрос.

– Вообще-то да, до того момента, как не увидела тебя в клубе с той девушкой, потом я засомневалась. – Вика замялась, решаясь на следующий вопрос.

– По логике следующим вопросом должен быть: «а кто для тебя та девушка?», я правильно понимаю? – Опередила ее Света и немного улыбнулась, увидев, как Вика кивнула, не поднимая глаз. – Тоже не то, что ты подумала – это моя университетская подруга.

– Ясно, прости, что лезу в твою жизнь. – Вика решила прервать временно допрос о личной жизни девушки. – Вообще то, я пришла еще по одному поводу.

– И опять я догадываюсь, что это за повод. Мне тоже будет полезно, если ты посмотришь мои рисунки. Кроме друзей и нескольких знакомых их никто не видел и никто из них не является специалистом. Пойдем, будешь моим критиком.

– Ты меня читаешь, как открытую книгу, – усмехнулась Виктория, вставая и направляясь за Светой.

***

Заправив кровать, Света предложила гостье присесть, доставая папки с рисунками и пододвигая ближе стопки холстов на подрамниках. Рассматривая работы Светланы, Вика делала очень полезные замечания по технике, некоторые откладывала в сторону, те, которые на ее взгляд, получились лучше всего.

– Вообще ты молодец. Училась когда-нибудь рисовать?

– В детстве только, художественную школу окончила. Потом долго не брала в руки ни кисть, ни карандаш. Год назад снова начала, так и продолжаю до сих пор.

– Вот эти работы у тебя замечательные. Нравится женское тело? – Вопрос был задан опять с заминкой.

– Как видишь… все твои вопросы для того, что б выяснить какой я ориентации? – Она лукаво посмотрела на Вику, видя, как девушка испытывает неловкость от прямо поставленного вопроса. «Надо же, а она не такая уж и самоуверенная».

– Да. – Все, что смогла ответить Вика.

– И поэтому, думая, что я предпочитаю мужчин, ты начала на меня нападать? – Света улыбалась уже шире.

– Близко к истине.

Девушки продолжали разговор о рисунках, вперемешку с воспоминаниями о прошлых стычках. Их общение стало легким и приятным. Свете нравилось, как стали складываться их отношения, невольно она вспомнила, как у них все начиналось с Вэл. Все было сложно с самого начала и никогда не было такого общения «на одной волне», нашла она нужное определение. «Мы никогда не были на одной волне. Я жила в норе своей вины, сомнений и неуверенности. Трудно удержать на волне человека, который не умеет плавать, да Вэл? Ты научила меня плавать, самым простым и жестоким способом, бросив в воду и оставив в ней. Жестоко, но, как выяснилось, эффективно ты меня научила. Выбор у меня был не большой, научиться или утонуть. Я научилась. Поблагодарила бы тебя, если бы нашла после того, как встала на свою волну». Очередной вопрос вырвал ее из размышлений.

– Свет, у тебя есть кто-нибудь? Я имею в виду, человек, которого ты любишь.

Девушка не поняла, как и что произошло. В голове острой болью отозвался этот вопрос. «Есть ли у меня такой человек? Или нет? Вэл! Ты есть или тебя нет?».

Вика смотрела, как Света замерла, а потом ее плечи вздрогнули. Девушка обняла себя руками и, чуть покачиваясь, начала произносить как заклинание:

– Я устала… я устала… я устала… я устала… я устала… я устала…

Вика опешила от такого развития событий, вызванного ее вопросом. Потом она просто обняла Свету. От этих объятий и теплоты человеческого тела рядом, слезы неконтролируемым потоком хлынули из глаз девушки. Прижавшись ближе, она плакала, не сдерживаясь. Плакала… и с этими слезами выпускала из себя все то, что мучило ее. С каждой новой каплей слез освобождаясь от боли. Эти слезы смывали оковы, сковывающие ее сердце и душу. Когда слезы закончились, а плечи перестали вздрагивать, Света не отстранилась от этих рук, предложивших ей свою защиту и заботу. Они долго еще сидели молча.

– Прости меня за эту истерику. – Прошептала Света.

– Не извиняйся – это я виновата, допытывала тебя весь день. – Опять повисло молчание. Света вдруг почувствовала, как до ее виска дотронулись теплые губы.

– Мне умыться надо. – Света не могла сама отстраниться от Вики. Но после этих слов руки последней покинули ее плечи.

– Конечно, а мне, наверно, пора уже идти, дать тебе отдохнуть. – Вика встала с кровати.

Света, оставшаяся сидеть, взяла ее за руку.

– Останься со мной сегодня. – Прошептала она, глядя снизу вверх в зеленые глаза.

Эта ночь была наполнена нежностью. Бережные руки, нежные губы, чарующий шепот, жаркое дыхание, взгляды, проникающие в душу – все это слилось в одном прекрасном танце любви. Танец, который заставлял сердце Светланы биться в новом ритме, заставлял дышать по-новому, приглашая войти в новую жизнь. Жизнь, которая началась на следующее утро, наполнившись новым смыслом, новыми желаниями и стремлениями.

Глава 8

– В Арамболь, пожалуйста, к сёрфинг клубу. – Забросив сначала сумку, а затем сев сама, сообщила она таксисту.

Вэл направлялась в гэстхаус из десяти бунгало. Вот «Surfing club», безлюдный и тихий днем, она улыбнулась и замедлила шаг. Солнце пробивалось сквозь пальмовые кроны, рассеиваясь на песке с островками травы. Завидев высокую плетеную изгородь, которая тянулась вокруг стоящих рядом друг с другом таких же плетеных бунгало с крышами из пальмовых ветвей, опять ускорила шаг. Войдя внутрь изгороди, прошла к самому большому сооружению.

– Мариса, ты здесь? – Позвала на хозяйку.

На ее голос вышла статная женщина лет пятидесяти пяти, одетая в легкие брюки и такую же рубашку, невероятно ярких цветов. Всмотревшись в стоящую пред ней посетительницу, она вскинула в эмоциональном приветствии, присущем представителям Италии, руки.

– Валерия! Девочка моя! Я уж думала, что мы потерялись! Ты перестала мне звонить год назад. – Она обняла Вэл крепким объятьем.

– Зачем звонить, когда можно приехать. – Вэл так же крепко обняла итальянку.

Мариса Бринатти приехала на Гоа лет десять назад, влюбилась в это место и, продав в Италии свой небольшой бизнес, осталась тут, купив этот гэст. Уезжала в Италию на пару месяцев в году, два сына часто приезжали к ней с женами и детьми. «Мои дети выросли, у каждого своя семья, муж умер, я нашла себе райский уголок на земле. Уеду домой умирать, а пока есть силы и здоровье, буду жить здесь».

– Найдется для меня местечко?

– Вчера уехали постояльцы, так что три бунгало свободно, выбирай любое и приходи ко мне, накормлю тебя, расскажешь все новости о себе и твоей России.

– Я там давно не была, расскажу тебе новости Индии и Парижа, если захочешь. – Засмеялась Вэл. – Скоро закат, я сначала схожу к морю, а потом приду и мы поговорим.

Зайдя вовнутрь, Валерия осмотрелась. Знакомая обстановка согрела ее. Обтянутые тканью с национальным орнаментом стены. Вентилятор на потолке, торшер, пол, застеленный тонким ковром, стеллаж с вешалками, довольно просторная кровать, журнальный столик. За перегородкой туалетная комната с душем. Все что нужно для жизни. «Здорово, как будто не уезжала». Найдя в сумке купальник, взяв с полки большое полотенце и обмотав его вокруг тела, Валерия пошла на шум волн. Море находилось в ста метрах за небольшим песчаным барханом, на котором росли пальмы.

От открывшегося перед ней зрелища, Валерию обуяло такое чувство неистовой совершенной красоты и свободы, что захотелось закричать, что есть мочи, но величественный покой, окружающий ее, сдавил крик до шепота. Она заходила в море с восторгом. Когда глаза и сознание примирились с окружающим совершенством, она поняла, что счастлива. Солнце садилось в море, окрашивая все вокруг в золото.

Незабываемые закаты, которые она пронесла в сердце с первого раза, когда увидела это чудо. На пляж приходили люди, посмотреть на невероятную красоту. Подходили к воде и, стоя в полной тишине, с благоговением поклоняясь и провожая самое древнее Божество – Солнце. Когда последняя полоска света окончательно скрылась, а все вокруг погрузилось во тьму, Валерия направилась назад к бунгало.

Проснувшись утром, она пошла в поселок, где арендовала скутер. Бродя по лавочкам, купила себе пару широких брюк кингфишер в вертикальную полоску всех цветов, тут же переодевшись в купленные вещи, направилась в салон Дэвида.

– Дэйв, привет. – Увидев праздно развалившегося в низком кресле парня, поздоровалась она.

– О, Вэл! Привет, думал, что ты уехала пару месяцев назад. Чай будем пить? – Парень поднялся для приветствия.

– Уезжала, вернулась вчера. Чай подождет, я к тебе по делу. Я созрела, делай мне тату.

– Я знал, что ты рано или поздно решишься – Засмеялся он в ответ. Что и где будем колоть

– На правом плече, со стороны спины «ОМ».

Через два с половиной часа трехцветный черно-коричнево-белый стилизованный знак вечного звука был нанесен на ее тело.

– Я обработал и заклеил, там рана открытая, не мочи несколько дней, пока корочка не сойдет, не сдирай ничего, а то рисунок будет не ровным.

– Спасибо тебе, а теперь чай. – Они опять просидели до вечера, смеясь и разговаривая. Этот ритуал чаепития стал для них частым до самого расставания.

Атмосфера северного Гоа сильно отличалась от того, как это курорт выглядит на юге, где фешенебельнее отели и все прелести цивилизованного отдыха. Дикие пляжи, на которых ютились немногочисленные кафе из бамбуковых листьев, разношерстная публика свободных от условностей людей, хиппи, и просто люди, приехавшие «дикарем». Песок тянулся нескончаемой полосой, то тут, то там стояли лодки рыбаков, которые каждое утро выходили в море, что бы вернувшись, продать улов в кафе или туристам.

Вэл встречала каждое утро солнце, совершая пробежки по полоске отлива, занимаясь йогой и купаясь. Днем под скрежет вентилятора делала свои заметки. Ближе к вечеру, когда солнце палило не так сильно, шла на пляж, позагорать и дождаться заката. Два месяца прошли в состоянии близком к трансу. Этот покой, размеренность, одиночество, шум моря и жар солнца, заставили забыть обо всем. Ей это нравилось. Нравилось быть наедине с собой и нескончаемыми водами, то ласково плескавшимися у ног, то яростно вздымающимися в небо высокой волной. Нравилось подчиняться Солнцу, которое нещадно обжигало и нежно грело. Нравились люди, которых она знала и, в то же время, не знала. Люди, которые ничего не требовали от нее, а ей ничего не нужно было от них. Если в Париже она ощущала одиночество внутри как пустоту, то тут, то же самое ощущение вылилось в другое. Она была свободной от всего. Иногда, вырываясь из этого состояния отрешенности, она вместе с Дэйвом и его друзьями выезжала на транс-пати или сидела в баре, который располагался в самом рыбацком поселке Арамболь. Только звонки с Родины заставляли обратить внимание на время, напоминая, что есть другой мир.

Утро началось, как и все предыдущие, в кафе, где Валерия завтракала каждое утро, сегодня было на редкость много народа. Все четыре столика были заняты. Под навес кафе зашла хрупкая невысокая девушка. На ее плече висел невероятных размеров фотоаппарат. Оглядев столики, она произнесла вслух на русском языке:

– Черт, а мне сказали, что тут мало народа. – Развернувшись, она собиралась уйти.

– Садись за мой столик, если не против компании. – Предложила Вэл.

– Вот спасибо, ночью прилетела, есть хочу. Меня Сюзанна зовут. – Присаживаясь, представилась девушка.

– Меня Валерия, очень приятно.

Так они познакомились с Сюзи, она была из Москвы, прилетела на пару недель отдохнуть с группой каких-то йогов, среди которых был ее знакомый. Ничего общего с их занятиями не имела, просто прилетела за компанию, поэтому не особо пылала желанием проводить все время с ними. Вэл предложила показать окрестности и красивые места, на что Сюзи согласилась. «Что ж, на две недели у меня есть компания». Девушка была интересной, с ней было приятно и весело. Днем они встречались, катались на скутере до Ватагора, небольшого городка, гордо именующегося столицей штата Гоа. Ходили на священное дерево баньян, где якобы бывали Beatles, но сейчас там сидел один индус и куча обкуренных туристов. Съездили в Анжун на базар, невероятный по своим размерам.

– Сюзаннка, не покупай много, тебе тут всучат всякую ерунду, ты даже не опомнишься и не решишь, зачем она тебе, но купишь.

Но все было тщетно, выходя спустя часа четыре с этого базара, Сюзанна была увешана всякими дудочками, барабанами, бубенцами, какими-то струнными инструментами, не считая других вещей.

– Господи, Сюзи, зачем тебе столько всяких инструментов? – Вэл ужаснулась, увидев все это.

– Я решила, что буду собирать! – Девушка была довольной и счастливой. – И всегда можно подарить кому-нибудь! А ты не хочешь ничего купить?

– Да тоже накупила ерунды всякой, сама тебя предупреждала, но попалась несколько раз. Ты права, можно и подарить, – рассмеялась Валерия.

– Смотри, какой барабан классный!

– Вижу, я тоже в прошлый раз три штуки купила у торговца на пляже, в первый же день, не удержалась. Прилетела в Москву с барабаном на шее. Кстати, ты завтра улетаешь?

– Да, давай сегодня вечером посидим на пляже, я купила бутылку джина.

– Давай, джин это хорошо.

Вечером, набрав фруктов, сока, взяв пластиковые стаканчики, они расположились на песке. Сюзанна достала небольшие карманные колонки, включила свой плеер, из которого полилась волшебная музыка дудука.

«Странно, но эта музыка и это место дополняют друг друга, две разные культуры, но гармонично сочетаются».

– Почему тут все пьют джин ведрами, а не вино, ром или водку, например? – Девушка провожала взглядом солнце.

– В джине хинин, в Индии малярия, хинин лечит малярию. Все просто. Так думают, во всяком случае. А пьют тут все подряд. – Улыбнулась Вэл. – Только не индийцы, для них спиртное дорого. В прошлый приезд мы в Шереметьево в дьютифри набрали этого джина, ящик, наверное. Первые дня три даже руки им протирали и приборы столовые.

– А потом перестали или просто выпить его решили? – Засмеялась девушка.

– Выпили, конечно, не пропадать же добру. Но эта дурость с протиранием сама собой отпала, незаметно.

– Ты производишь впечатление счастливого человека, Вэл. Что ты для этого делала? Я тоже так хочу.

Валерия задумалась.

– Я произвожу впечатление. Ты мне напомнила одну легенду, я тебе расскажу, верней прочту, у меня в телефоне есть, когда-то учила ее, но боюсь, уже не вспомню полностью.

В предсумеречный час, у гималайской

Гряды, вдоль каменистого обвала,

Где не одна лавина побывала,

Тропой, ведущей к вечным ледникам,

Где обитает снежный великан,

Не пойманный людьми до сей поры,

Шли двое. У подножия горы

Остановились.

Если б некий зритель

Увидел их, то понял бы: Учитель -

Вон тот, седой как выцветший тростник.

А задает вопросы Ученик:

– Скажи, как долго надобно мудреть,

как жить, какие думы думать, что бы

от радости и счастья умереть?

Учитель: – Без ущерба для утробы?…

Прости, я не расслышал твой вопрос.

Плохая речь понять тебя мешает.

Язык твой шерстью путаной оброс,

А сердце дух нечистый искушает.

Я это вижу по твоим глазам.

– Ты прав… я от рожденья порчен,

корыстен, склонен смеху и слезам,

развратен в мыслях и в словах не точен.

Поэтому склоняясь пред тобой,

Молю, Учитель, разреши загадку:

Как умереть от счастья? Текст любой

Впиши в мой мозг как в чистую тетрадку.

Я выучу его и донесу

До всех. Теперь ты слышишь?

– Нет, не слышу,

Ты оглушил меня. Мы не в лесу,

Зачем вопить?… Скала – вон, видишь? Нишу

Я в ней пробил. Она уж не видна.

Все заросло… я там уединялся.

В молчании, без пищи и без сна

Жег свечи, над страницами склонялся.

Питьем была обильная роса.

В лучах восхода капли так дрожали,

Что я рыдал… я слышал голоса

Вселенских Магов, звоны их стрижалей,

Я наблюдал зачатья новых звезд

И черных дыр слепое колыханье,

Блудилищ смерти, сатанинских гнезд…

Там, там прозрел я, там обрел дыханье.

Меня коснулся Истины Исток,

Дал крылья, поднял ввысь, как ветер птицу,

И сбросил вниз как вялый лепесток.

– Не понимаю.

– Мне пришлось спуститься. Сюда. К тебе.

– Сюда…Ко мне… Нельзя?

– Все можно. Выбирается стезя

Сложеньем воли собственной и высшей.

А вычитаньем прячешься под крышей,

Сидишь под ней, покуда не облез,

И вдруг тебя зовут… жестокий бес

Погнал меня учительствовать всуе

И тем лишил доверия небес.

Теперь себя наверх не донесу я.

– Туда? Но разве это высоко?

– Не высоко, да круто. Нет дороги.

А сердце как квасное молоко.

– Но у меня и руки есть и ноги.

Позволишь ли помочь?… Я доведу,

Ответь мне только…

– Я уже ответил. Не слышал ты.

Закат сегодня светел.

Прости, мой сын. Останься. Я пойду.

…Потом случилось главное: Учитель

Из тела вышел. Тихо полетел

Наверх, в свою вселенскую обитель -

Сперва на ту скалу, куда хотел -

И дальше, ввысь…

Оставленное тело,

Пока он отлетал, окаменело.

От ужаса к нему прижавшись, вмиг

Окаменел навеки Ученик.

Душа его поспешно вниз спустилась

И в бабочку-ночницу превратилась.

А камни там остались навсегда,

Где дышит гималайская гряда

И воздымает снежные седины…

Два изваянья, слитых воедино.

– Здорово, я не вполне уловила кое-что. Скинь мне ее? Я еще прочитаю.

– Найдешь в интернете, эту легенду облек в стихотворную форму Владимир Леви, у него много интересных стихов. Пойдем, джин закончился, ночь уже, а вставать тебе рано.

– Пошли. Спасибо тебе, заходи ко мне на страничку иногда, мне приятно будет встретить тебя там.

– Буду заходить. Хорошей дороги домой.

Они разошлись по домам. «Скоро и мне домой улетать, осталось несколько дней».

***

Лето пролетело незаметно. Планируемый в августе отпуск, неожиданно сорвался из-за кадровых перестановок на работе, поэтому все лето Света работала. Они с Викой почти не расставались, не считая времени, проведенного на работе и нескольких дней, когда Вика улетала в Италию, куда ее пригласили на выставку. Их стычки никуда не исчезли, только приобрели шутливый характер, доставляя удовольствие обеим.

«Жизнь вошла в свою колею, так вроде бы говорится? Мне спокойно и уютно в этой жизни. Я так давно искала надежности и спокойствия. И вот, наконец, они у меня есть, но…». Размышления прервал Олег, это «но» не сформировалось, осталось в сознании.

– Свет, ты чего сидишь одна? – Олег подошел к подруге, сидевшей в кафетерии компании в одиночестве и задумчивости.

– Передохнуть решила, глаза устали за день. Кофе будешь?

– Нет, домой уже еду, нашел тебя, что бы спросить, подвезти или нет.

– Не надо. Спасибо, Олежка, Вика уже едет, будет минут через двадцать. – Мужчина наблюдал, как голос подруги каждый раз смягчался и наполнялся теплотой, когда она произносила это имя.

– Мне нравится, какой ты стала с ней. Умиротворенной, спокойной, никогда бы не подумал, что будете вместе, после вашей маленькой войны. – Улыбнулся Олег.

– Да, мне с ней хорошо. – Тоже улыбалась девушка.

– Хорошо? Это все, что ты можешь сказать? Вы отличная пара. Глядя на тебя, я бы сказал, что ты любишь ее. Ну, признайся, что любишь. – Он шутливо толкнул Свету плечом.

– «Есть вещи, которые я в ней люблю». – Ответила Света фразой из фильма.

– Ничего – это дело времени, если так будет продолжаться дальше, то полюбишь окончательно. – Света только кивнула и улыбнулась.

Выйдя из офиса, девушка немного постояла на свежем воздухе, пока не увидела подъезжающую машину Вики.

– Девушка, разрешите Вас прокатить?

– Конечно, мое любимое занятие кататься с незнакомыми. – Света села в машину и была встречена страстным поцелуем.

Когда губы в последний раз нежно дотронулись друг до друга, обе откинулись на свои сиденья.

– Мне повезло, что ты не успела сесть ни к кому другому в машину, иначе этот поцелуй принадлежал бы не мне. – Вика накрыла ладонь своей пассажирки своей.

– Да, на этот раз повезло, уж не знаю, повезет ли в следующий. – Улыбнулась Светлана. – Поехали домой.

– Поехали, у меня для тебя есть сюрприз. Но ты его должна заработать.

– Так не честно! Сначала говоришь, потом условия ставишь. Я пойду ждать другую машину, может там будет менее требовательный водитель.

– Я соскучилась по тебе, поехали скорей, этот поцелуй меня делает нетерпеливой.

– Ты невыносима, поехали – Засмеялась Света.

***

Засыпая под нежные поглаживания по спине после страстной борьбы и трепетных ласк, Света вдруг открыла глаза.

– Где мой сюрприз? Ты обманщица.

– Сюрприз? – Сонным голосом переспросила Вика. – А, да… сюрприз. Помнишь, я хотела организовать выставку этнической живописи?

– Помню, но как это связано с сюрпризом?

– Напрямую связано. Помнишь художника из Мумбая, он картины еще свои привозил сюда?

– Да, смешной парень такой, Абхей звали его, вроде. Все равно не понимаю.

– Он мне пару недель назад прислал по интернету работы индийских художников молодых. Интересные работы. Я решила попробовать отобрать на выставку именно это направление. Через две недели в Ватагоре будет что-то вроде слета у них, привезут свои картины. Мы поедем с тобой туда. Покупаемся, отдохнем. А я еще и делом займусь. Совместим полезное с приятным. Билеты забронировала уже, только визу оформить надо. Тебя загранпаспорт есть? А то вдруг я поторопилась, если нет, то не успеем.

– Есть паспорт. А Ватагор это вообще где территориально?

– На Гоа. Давай, соглашайся, ты же сама говорила, что аврал на работе закончился и можешь взять отпуск в любое время. Ты когда последний раз на море была, вообще отдыхала по-человечески?

– Прошлым летом, с Олегом летали. Гоа это же Индия, да? – В голове у девушки закрутились воспоминания, связанные с этой страной, а точнее, с той, которая сейчас там. «Она там. Индия большая, какая вероятность, что я ее встречу, ерунда. Кто знает, может она вернулась давно или в любом другом месте».

– Свет, ну что скажешь, ты заснула у меня что ли? – Вика поцеловала девушку в плечо.

– Нет, не заснула, поехали, конечно, с удовольствием отвлекусь от питерской осени. Хороший сюрприз, спасибо. – Света обняла лежащую рядом девушку и подарила ей поцелуй. Его было достаточно, что бы сон забылся, а ночь наполнилась жарким дыханием, прерываемым стонами наслаждения.

***

Море, солнце, красивые пляжи, интересные люди, рядом человек, который дарит радость и душевный покой. Все, что нужно для счастья. Света наслаждалась каждой минутой пребывания здесь. Совершенно неожиданно для нее, мысли о Валерии не приходили к ней. Девушка просто отдалась этой радостной и расслабляющей атмосфере.

– Сегодня опять идем смотреть картины? – Лежа под навесом из пальмовых ветвей, Света потягивала сок.

– Да. Только не днем, а ночью.

– Ночью? Странно, мне казалось, что их центр не работает ночью.

– Мы едем в одно интересное место, ночной базар. Там будут те, кто не смог участвовать в официальной выставке. Может быть, найдем еще интересных художников. А вообще, месяца через два можно будет готовить экспозицию.

– Здорово. – Улыбалась Света. – Мы съездим куда-нибудь на экскурсии?

– Конечно, у нас еще четыре дня есть. Сегодня ночью с делами закончим и поездим по экскурсиям.

***

«… Пришло время возвращаться к свинцовым водам Невы и Финского залива. Пришло время оставить страну, в которой спрятано настоящее сокровище. Сокровище, у которого нет имени. Сокровище, у которое есть имя. Сокровище, на которое можно смотреть и не видеть, которое можно слушать и не слышать, которое стремишься познать, но так и не познаешь. Сокровище, которое можно понимать и не понимать одновременно. Оно не требует от вас ничего, потому что оно уже внутри каждого из нас. Оно есть Жизнь, и есть Смерть. Сокровище, которое есть, и которого нет…»

«Что ж, дописаны последние строки, надо съездить на Night Market, купить подарки, другого времени не будет – завтра вылет». Дождавшись вечера, Валерия, сев на скутер, поехала в необычное, экзотическое место. Ночной базар был одним из достопримечательностей Гоа. Найдя место для парковки, направилась на поиски необычных вещиц для друзей и знакомых. Ночью торговля выглядела иначе, чем при дневном свете, наполняя все происходящее таинственностью и магией происходящего. Торговали всем без исключения, от сувениров, одежды, благовоний, предметов культа, фигурок всевозможных божеств, до произведений местных художников. На импровизированных площадках играли музыканты, на гитарах, барабанах, флейтах и других немыслимых инструментов. Рынок практически кишел народом. Тут же были устроены места для того, чтобы каждый желающий мог поесть или попить. От жаровен доносились дразнящие запахи. Набрав всяких экзотических штучек и кое-что из одежды, она шла на выход. Толкотня гоанских тусовок давно утомила, последний месяц она не посещала ничего, кроме музыкальных вечеров, проходящих каждую субботу в клубе сёрферов. Да и эти посещения длились не больше часа.

Проходя мимо большой группы людей, столпившихся возле картин индийских художников, ее взгляд остановился на высокой женской фигуре с черными волосами, рассыпанными по плечам и спине. «Все чаще думаю о ней, готова видеть ее в каждой похожей девушке». Вэл, хотела обогнуть эту группу, но потом девушка повернулась. «Она? Да нет, откуда ей тут взяться». Но это была Света, расслабленная, веселая, живо разговаривающая с другими участниками арт группы. Валерия слышала голос и смех, непринужденный, открытый. От той скованной, потерянной девушки, что она знала год назад, не осталась и следа. Она стояла и смотрела, к Свете иногда подходила высокая, очень элегантная девушка, чуть обнимая и дотрагиваясь до спины. В этих прикосновениях, взглядах не трудно было узнать отношения, далекие от дружбы. «А чего я ждала? Да ничего не ждала, пусть живет своей жизнью, она ее заслужила, нашла ту, которая рядом, в отличие от меня». Взгляд черных, как эта ночь глаз, застал ее врасплох. Они смотрели друг на друга всего мгновение – мгновение, после которого Вэл развернулась и ушла, не усложняя ситуации. «Или не усложняя себе жизнь»?

Она вернулась к бунгало, оставила скутер, подошла к морю, сев на песок в этой кромешной тьме. «Сигарету бы сейчас, а ведь есть, не выбросила…». Вернулась в бунгало, нашла в сумке открытую еще в Москве пачку сигарет и вновь присела возде моря.

«Кому я врала в Париже, говоря, что не скучаю? А если скучаю, то почему же ни разу не позвонила? Уехала, повинуясь только одному эгоистичному желанию – сделать лучше себе, невзирая на то, что нужна была ей. Уехала на поиски покоя и гармонии для себя. Нашла? Да, нашла, много нашла. Но остается вопрос. Сколько потеряла? И не потеряла ли намного больше, чем нашла?». Волны набегали на берег. Их рокот был похож на ответ.

***

Света увидела ее, стоящую поодаль, узнаваемую, но изменившуюся. Выжженные солнцем почти до белизны волосы, темный загар и глаза, мерцающие на загорелом лице, смотрящие на нее. А потом она развернулась и ушла. «Нет»! Не объясняя ничего весело разговаривающей Виктории, Света кинулась за Вэл. Отыскав глазами женскую фигуру с белыми волосами, она протискивалась сквозь толпы народа, неспешно гуляющие по рынку. «Не успела»! Света видела, как Вэл садилась на скутер и уезжала. Не раздумывая, села в первое попавшееся такси, показав водителю за кем ехать.

Подъехав на несколько минут позже, она увидела скутер, стоящий у бунгало. Убедившись, что внутри никого нет, пошла на шум волн. Увидела в темноте ночи одинокий мерцающий огонек сигареты, пошла на него. Села рядом…

Они сидели, чуть касаясь плечами. Молчание длилось долго, только волны шумели, заставляя их сказать что-нибудь, уговаривая, умоляя.

«Вот она рядом, у меня от одного ее присутствия опять неровно бьется сердце, то несется галопом, то замирает. Я уже забыла это ощущение».

«Как странно, она просто подошла и села рядом. Мы молчим, такое чувство, что, наконец, нашлось недостающее ощущение для того, что бы в душе наступила гармония. Глупо пытаться заменить одно другим, надо не заменять, а дополнять. Мне потребовалось так много времени, что бы понять это. А поняв, осознать… я упустила свой шанс?».

– Как ты меня нашла? – Первой прервала молчание Валерия, закуривая очередную сигарету.

– Поехала за тобой. – Опять молчание. – Ты так и не бросила курить?

– Бросила. – Усмехнулась Вэл.

Девушка слушала голос – не узнавая его, он стал более мелодичным, протяжным и глубоким.

– Ты другая, только глаза остались, но они тоже другие.

– И ты изменилась, даже не узнала тебя поначалу.

Опять молчание. Долгое, неуютное. Что сказать одной, что спросить другой? Солнце первыми лучами стало ласкать пляж. Море постепенно отступало, отдавая захваченную за ночь сушу, что бы следующей ночью начать новое вторжение.

– Что дальше, Вэл? – Девушка, наконец, взглянула на профиль сидящей рядом женщины.

– Дальше? – Вэл тоже посмотрела на Светлану. – Дальше жизнь, малыш, будем жить.

Глаза в глаза, знакомые и чужие, смотрели друг на друга, смотрели в души, изучая, как в первый раз.

От этого обращения у Светы замерло сердце. Остановилось в ожидании. «Дотронься до меня».

– Сегодня я улетаю в Россию. Пора возвращаться. – Вэл отвела взгляд. «Я ее почти поцеловала, но какое я имею теперь на это право?».

Сердце стукнулось и продолжило свой бег лениво и разочарованно.

– Что ж, значит, встретимся в Питере. Мы… я тоже через несколько дней улетаю. – Валерия улыбнулась этой оговорке и исправлению.

– Ты обещала, что мы будем в следующий раз на море вдвоем. Помнишь?

– Помню…

– Это мой следующий раз. Вот море, вот ты, вот я. «Но мы не вдвоем (про себя подумала девушка)». Так или иначе, ты сдержала слово. – Света горько улыбнулась. – Мне надо возвращаться. До встречи? – Она не могла больше оставаться рядом с ней, просто не могла.

– До встречи. – Валерия выдавила из себя улыбку.

Света, отойдя на приличное расстояние, обернулась. «Я ее опять потеряю, теперь уже ухожу я, но она не остановила. Вернуться и остаться? К кому? Кто остался сидеть на берегу, вглядываясь в набегающие волны? Кто эта женщина с глазами, смотрящими вовнутрь? Глазами, ставшими слишком спокойными, смотрящими без вызова и остроты, далекими и отстраненными. Нужна ли я ей, нет, была не нужна тогда, не нужна и сейчас – что может быть очевидней? Разрушать то, что у меня есть ради иллюзорных мечтаний – глупо». Помедлив, Света передумала, развернулась и пошла прочь.

Она смотрела, как по песку неспешно от нее уходит молодая женщина. В осанке, походке, в каждом движении и слове которой, чувствовалась уверенность и глубина, коих не было еще год назад.

«Стала бы ты такой, останься я рядом? Я этого не узнаю. Снова вопрос, не потеряла ли я больше, чем нашла?».

Посидев еще, Вэл, не раздеваясь, вошла в море.

Часть третья. Abiens abi?

Бесплодна и горька наука долгих странствий.

Сегодня, как вчера, до гробовой доски -

Все наше же лицо встречает нас в пространстве:

Оазис ужаса в песчаности тоски.

Ш. Бодлер. "Плаванье" (отрывок)

Глава 1

Внезапное ночное исчезновение и отсутствие до утра удалось объяснить самым простым способом – сказав правду. Света рассказала Виктории, что увидела знакомую, которую давно не видела, поехала за ней и проговорили до утра. Все было правдой, если не считать главного. «Не вся правда – не есть ложь. Так ты мне говорила, Вэл»?

– Свет, ты какая-то вялая, может, не поедем на экскурсию сегодня? – Вика приложила ладонь ко лбу девушки.

– Акклиматизация наверно. Поедем, со мной все нормально, душ приму приду в норму. Не волнуйся. – Она взяла ладонь Виктории и поцеловала ее.

***

По приезду домой, все шло как раньше. Почти все. Та встреча у ночного чужого моря, будто пробила брешь в плотине, именуемой памятью. Тоненькую, невидимую брешь, которая с каждым днем становилась все больше и больше. С каждым воспоминанием, с каждой мыслью, с каждым невысказанным словом, сквозь эту брешь просачивалось желание увидеться снова, услышать голос, задать вопросы и получить ответы. «Наша встреча не объяснила ничего. Мы даже не разговаривали, молчали. Но мне надо знать. Зачем? Что я хочу знать? Оставь это, просто оставь. У тебя все хорошо, а там пустота, какой смысл думать о том, чего нет. О том, что закончилось».

Девушка неосознанно взяла лист бумаги и карандаш. Она наблюдала, как ее мысли ложатся на бумагу, штрих за штрихом на нем стал проступать, казалось бы, уже забытый образ.

– Эй, ты со мной или в одном из далеких миров? – Вика легонько дотронулась до Светы.

Девушка вздрогнула от прикосновения, карандаш дернулся в руке, оставляя неровную черту.

– С тобой, просто задумалась, рисовала. – Света скомкала рисунок.

– Ты часто стала задумываться, что тебя тревожит? Зачем ты скомкала рисунок, он не плохо получился. Тебе удалось передать детали так, как будто ты рисуешь характер, а не просто лицо. Дай посмотрю.

Света сильней сжала рисунок в руке, сминая его еще больше и отводя руку от Виктории.

– Я что не могу просто задуматься? Неужели мне надо непрерывно говорить? Или мне запрещено думать и просто молчать? – Раздражение вспыхнуло, как пламя.

– Извини. – Вика удивилась реакции. Отойдя от Светы, она вернулась к компьютеру и продолжила занятие, от которого оторвалась, что бы немного побыть рядом со своей девушкой.

«Я веду себя как сволочь. Она этого не заслуживает. Такое чувство, что она застукала меня в постели с другой. Но в чем разница? Рисовала я определенного человека, все мысли были заняты тоже им. Нет разницы. Застать в постели было бы честней и правильней в моем случае. Я так хочу оказаться в той постели? Вот, дьявол, только еще этих мыслей мне не хватало». Теперь уже раздражаясь на себя, Света пошла на кухню, сделать кофе. Сварив две чашки, вернулась к Вике, молча поставив кофе, села на пол, положила голову ей на колени.

– Прости меня.

– Ничего, у всех бывает плохое настроение. – Девушка погладила лежащую у нее на коленях голову.

Это была их первая ссора, которая закончилась примирительным поцелуем. Когда волны освобождения пробегали по телу, на дальних границах сознания вспыхнуло чувство Deja Vu. Вспомнилось, как образ Валерии озарил сознание, после секса со Славой в самый первый раз. Засыпала она в объятиях Вики и с чувством вины.

***

Как она не старалась, эта струйка мыслей не останавливалась, напротив, превратилась в непрерывный ручеек. Ничто не могло его остановить, будто был запущен необратимый процесс. «Раз не могу это прекратить, то надо просто убедиться, что там ничего нет. Позвоню, завтра, не сегодня». Последующий день проходил точно так же, как на заезженной пластинке.

Светлана все чаще задерживалась на работе. Там было проще не придумывать объяснения своему молчанию. Сама мысль о том, что она здесь в городе, а не где-то за тысячи километров – не давала покоя. «Просто позвонить или приехать к ней домой. А вдруг она сменила номер телефона? Так возьми и проверь, просто позвони. Если номер не используется, то все встанет на свои места, значит, она не хочет возвращения к прошлому». И опять не звонила. То ли боясь, что номер заблокирован, то ли, наоборот, боясь услышать голос.

Командировка стала временным спасением. Вчера начальник сообщил, что она назначена руководителем проекта. Сидя на совещании, где присутствовали все сотрудники, участвующие в проекте, Света почти не слушала, что говорил начальник. Вспоминала такую же командировку, когда терзалась сомнениями и страхами от зарождающихся чувств. «Как много прошло времени с тех пор».

После совещания, Света зашла к Олегу, обговорить последние вопросы перед выездом. Закончив обсуждение рабочих тем, Олег налил кофе.

– Свет, ты сказала Вике, что уезжаешь в командировку на три недели?

– Еще нет, сегодня скажу.

– Вы поссорились? Ходите обе как в воду опущенные. В воскресенья даже не узнал вас. Куда делись те остроумные, веселые девушки?

– Не ссорились мы. Хватит выдумывать проблемы, которых нет. Мы что обязаны клоунами быть и веселить всех? У нас тоже могут быть свои трудности, но это не означает, что непременно должны ссориться. – Девушка не дала вставить ни слова своему другу. – Если мы все обговорили, то пойду работать. До завтра.

Мужчина наблюдал за выходящей из кабинета Светланой. Он услышал телефонный звонок, на столе лежал забытый ею телефон. Решив догнать девушку и вернуть его, но передумал, увидев, кто звонил.

«Вэл».

«О, нет, только не ты. Оставь ее в покое! Откуда ты появилась? Я начинаю понимать…». Олег дождался, когда звонок закончится. Зайдя в меню вызовов, он удалил только что поступивший звонок. «Так будет лучше. Прости меня, Свет, но так будет лучше. Может быть, она подумает, что ты не хочешь с ней говорить, и больше не позвонит. Буду на это надеяться».

Что он прервал своим поступком, чему не дал свершиться? Думал ли Олег над этим? Сколько таких поступков или подобных этому совершаем мы? Отговаривая. Пресекая. Советуя. Говорят, что благими делами усеяна дорога в ад. Задумайся он на минуту, что следовало бы самой Свете решать, как поступить с этим звонком, а не навязывать свое понятие «лучше» другим. Часто жизнь дает нам лишь один шанс, реже больше. Интересно, правду ли говорят, что настоящая любовь все равно пробьется как росток травы сквозь бетон? Цунами ли она, которая сметает все препятствия на пути? Верить в это и надеяться, что она все преодолеет? А может быть она такая же хрупкая, как морозный узор на стекле? Хрупкая и прекрасная, неповторимая и ранимая, та, которую надо оберегать всеми способами.

– Свет, ты телефон забыла у меня. – Олег догнал девушку.

– Спасибо. – Только сказала она, взяла телефон и пошла дальше.

«Три недели, там решу, как мне быть дальше. Если надумаю, то позвоню по приезду».

Вечером она сказала Виктории, что уезжает рано утром, что надо собрать вещи, поэтому будет ночевать дома. «А может быть, я успокоюсь, и эта разлука пойдет нам на пользу. Мне же хорошо с ней».

***

Задержавшись на пару дней в Москве у Марины, Валерия полетела домой. Серые нависшие над землей облака, моросящий нудный дождь. Санкт-Петербург как всегда был на одной волне с ее настроением. «Стоило ли возвращаться? Что у меня есть здесь, чего нет там? Ради Бога, перестань себя жалеть. Мой выбор, моя жизнь и там, не смотря на солнце, я изжила себя. Хватит бегать».

Подходя к дому, она услышала жалобное мяуканье. Возле мусорных баков, едва различимо виднелся маленький черный комочек.

– Что жизнь не сахар, да пушистик? – Валерия пройдя мимо, подумала и забрала это дрожащее мокрое создание. – Пошли домой, мы вернулись.

Уже дома она поняла, что даже накормить это чудо нечем, бросила сумку, осторожно опустила котенка на пол.

– Обживайся тут, а я пойду нам за едой.

Квартира не изменилась, да с чего ей было меняться. Накормив и искупав котенка, приняв душ, Вэл осматривала квартиру. Глаза наткнулись на футболку, забытую Светой в день отъезда. «Ты вернешься за ней»? Подержав в руках, положила ее на место.

Спустя два часа, котенок уже смело ходил по квартире и по ней самой, лежащей в постели. В конце концов, свернувшись рядом клубочком, он заснул.

– Ты кот или кошка? Завтра разберемся, будем тебе имя выбирать. Почитать перед сном. Все завтра, радует, что оно есть – это завтра.

«Я, странник и скиталец по горам, говорил он в своем сердце, – я не люблю долин, и, кажется, не могу долго сидеть спокойно.

И какова бы не была моя судьба, то, что придется мне пережить, – всегда будет в ней странствование и восхождение на горы: в конце концов, мы переживаем только самих себя.

Прошло то время, когда на моем пути могли еще становиться случайности…

Мое только возвращается ко мне, оно наконец приходит домой; возвращается и все части его, бывшие долго на чужбине и рассеянные среди всех вещей и случайностей.

И еще одно знаю я: я стою теперь перед последней вершиной своей и перед тем, что давно предназначено мне. Ах, я должен вступить на самый трудный путь свой! Ах, я начал самое одинокое странствие свое!

Но тому, кто подобен мне, не избежать этого часа – часа, который говорит ему: «Только теперь ты идешь своим путем! Вершина и пропасть слились теперь воедино!…

Твои собственные шаги стирали путь за тобою, и над ними написано «Неизбежность».

Чтобы видеть многое, надо научиться смотреть на себя…».

– Слышишь, пушистик? Нам придется научиться смотреть на себя. – Рука гладила котенка по черной спинке. Она причитала последние слова «И вскоре смеющийся заплакал – от гнева и тоски горько заплакал Заратустра». Закрыв книгу, а вместе с нею и глаза, Валерия погрузилась в сон.

Утро было хмурым и дождливым. «Никуда не пойду». Сделав несколько звонков, она отключила телефон, задернула шторы на всех окнах.

«Научиться смотреть на себя. Для того, что бы увидеть тебя. Для того, что хоть что-нибудь увидеть». Надев найденную вчера футболку, она залезла под одеяло с головой.

***

Через три дня пришлось выйти, теперь она в ответе не только за себя. Только магазин. Снова мрак квартиры… тишина. Пока…

Не смогла понять своих ощущений. «Что со мной? Где я? Что-то вязкое вокруг не дает двигаться. Не вижу ничего кроме этой стальной жидкости. Ртуть»? Она попыталась осмотреть себя, поднесла руку к глазам, ничего кроме переливов, серых, черных, серебряных. «Что происходит, вот моя квартира вижу ее отчетливо, почему не вижу себя? Позади должно быть зеркало! Повернусь и увижу. Спокойно… я просто немного нервничаю». Но повернуться никак не получалось, ноги, руки, все тело скованы… не видно ничего, только эта жидкая вязкая субстанция. «Она вокруг, она во мне, в каждой клетке. Ощущение тяжести вперемежку с ощущением нескончаемого движения, течения».

Оставив попытки, Валерия снова посмотрела вперед. «Я мыслю! Разум чист и соображает как никогда ясно. Кто прошел мимо? Ко мне никто не приходил!» Человек вернулся, прямо взглянул ей в глаза. «Я смотрюсь в зеркало. Нееееет!». Острые коготки безумия стали тихонько скрести в голове. «Так сходят с ума? Когда реальность меняется полностью? Это я отражение, но я мыслю! Я все понимаю»! Рванулась вперед, увязла сама в себе. Отражение зло ухмыльнулось и ушло вглубь квартиры.

«Она ходит, говорит по телефону. Все вижу. Пробежал котенок, маленький теплый пушистый. Остановился. Смотрит на меня. Шевелит ушами, лижет мне руку. Почему я не чувствую? Сидит рядом ждет, когда поглажу, возьму на руки». Она протянула руку. Блики, переливы, невидимая стена.

«Снова пришла Она. Присела на корточки рядом с котенком, гладит. Голос, слышу ее голос, свой голос. Мой котенок посмотрел на Нее, и прижался ко мне. Почему я не чувствую?» Отражение встало, посмотрело прямо в глаза жестким злым взглядом, в котором не было ничего, кроме пустоты, холодной злой пустоты. «Нет! Это я перед зеркалом! Она – мое отражение!».

«Я вырвусь отсюда. Займу свое место в том мире, мне тут нельзя, так не должно быть. Там все, что мне дорого, кого я люблю. А я кого-то люблю?

Я вырвусь отсюда.

Вырвусь.

Скоро.

Когда-нибудь.

Наверное».

Сознание прояснилось. Вскочив с постели, запутавшись в одеяле, Валерия полетела на пол. Поднялась, подбежала к зеркалу. «Да нормально все! Сон… приснится же». Мысленный монолог прервался, когда она посмотрела в зеркало и увидела свои глаза. Пустые, равнодушные…

– Я схожу с ума. Еще одно такое видение и Кащенко распахнет для меня свои двери. – Взяв котенка на руки, Вэл посмотрела в зеленые нефритовые глаза. – Если бы не ты, я бы сошла с ума. Тебя послали, что бы спасти меня?

«Нужно ее услышать, просто убедиться, что она есть, тогда все пройдет». Отыскав телефон, она нашла номер, который не набирала так долго. Набравшись решимости, нажала кнопку вызова. Долгие гудки, один за другим. Никто не ответил. «На работе, наверно, увидит, может быть перезвонит». Прошло еще несколько дней, никто не перезванивал, безумие опять начало потихоньку пробираться в голову.

«Я все поняла! Хватит! Просто хватит, прошу… поняла, что я одинокий не верящий ни кому, никого не любящий человек, зачем показывать все это?!».

«Затем, что ты теперь со мной, мы будем вместе, и тогда ты будешь не одна, никогда больше не будешь одна. Нам больше никто не нужен».

***

Звонок в дверь остановил агонию. На пороге стояла Лена.

– Господи, ты похожа на смерть. Куда пропала? Позвонила, как приехала и ни слуху, ни духу. Я до тебя уже три недели не могу дозвониться.

– Три недели? – Сомнение заползло в душу вкрадчивым голосом: «Она врет, не слушай ее». «Это ты врешь, заткнись!». – Проходи.

– У тебя тут как в могиле. – Девушка открыла шторы и балконную дверь. – Ой, а это кто тут у нас?

– Это мой котенок.

– Какой хорошенький, черный полностью. Как зовут?

– Баст, ее зовут Баст.

– Что за имя такое странное? – Лена хотела погладить котенка, но тот заскочил на колени к хозяйке.

– Ничего не странное, так звали или зовут? – Она вопросительно посмотрела на котенка. – Да, так зовут богиню у древних египтян.

Лена провела рукой по свалявшимся волосам Валерии. Потом ласкающим движением провела по щеке и шее.

– Не надо. – Вэл отстранилась.

– Хорошо, просто мы так давно не виделись, я подумала, что ты одна, а та девушка уже не часть твоей жизни.

– Та девушка? О ком ты говоришь? – Валерия закрыла веки, перед ней всплыло лицо Светланы. «Забудь, – все тот же вкрадчивый голос. – Она не позвонила, не взяла трубку, она не нужна тебе, есть я. Забудь». Вэл быстро открыла глаза.

– Перед отъездом ты с кем-то жила, а потом она ко мне приходила однажды, спрашивала о тебе, но что я ей сказать могла, сама ничего не знала.

– Мгмммм. Ты зачем пришла? – «Она меня искала».

– Вообще-то по делу. Мы организовали свой центр йоги, уже зарегистрировали юридическое лицо. Хотим еще теорию там вести, что-то вроде лекций или курсов. Подумала о тебе. Если ты не работаешь, может, поможешь?

«Тебе это не нужно, пусть она уходит».

– Я подумаю, Лен. Вообще интересная идея. Давай созвонимся на днях, я тебе скажу.

– Да какое «на днях»? Надо чуть ли не завтра, у нас вела одна девочка, но ушла. Соглашайся, не понравится – уйдешь.

– Ладно, договорились, есть какие-нибудь пожелания к лекциям?

– Сама решай, просто хочется, что бы информативность была к самим занятиям.

***

Так появилось занятие, которому она отдавалась несколько дней в неделю. Новые лица, новое общение, которые отвлекали от разговоров с собственным безумием. Голос, звучащий в голове становился тише, появлялся все реже.

«Ты вернешься ко мне, тебе не к кому возвращаться, внутри у тебя пустота и только я ее заполняю».

«Уйди».

– Вэл, пошли пообедаем? У меня перерыв и ты занятия закончила. – Лена перехватила уходящую Валерию.

– Я не голодна, мне домой надо.

– Ты меня упорно избегаешь.

– Никого я не избегаю, пойдем, только не долго.

– Куда ты каждый день спешишь? У тебя кто-то есть? – Лена сомневалась в положительном ответе, но не могла его не задать. Ее непродолжительная «любовная» связь закончилась недавно полным крахом, возможность встречаться с Вэл, как это было раньше, вполне ее устраивала.

– Есть, меня дома ждет чудное создание. – Валерия улыбнулась.

– Кошка что ли? Я не об этом, имела в виду, ты любишь кого-нибудь?

– Поняла о чем ты. Ответ положительный. Мне пора, Лен, давай оставим наши совместные ночи хорошим воспоминанием, просто будем общаться без подтекстов?

– Поняла, жаль, конечно, но все равно здорово, что ты появилась, благодарна, что ты так выручила нас.

– Не за что, мне самой приятно этим заниматься, да еще за деньги. – Весело улыбалась Вэл.

«Домой, меня там ждут. Этот пушистик учит меня быть ответственной, заботливой и… любить».

Глава 2

Работа, если ее можно было так назвать, шла сама собой. Котенок рос, принося единственную радость в жизни. По большому счету в жизни не было ничего, кроме одиночества из которого не хотелось выбираться. Оно стало естественным и желанным. Даже телевизор включался все реже и реже, превращаясь в часть интерьера. В полумраке квартиры непрерывным потоком звучали Лакримоза, Адажио, и Бах.

Звуки омывали душу, ласкали слух.

«Я скорблю по собственной жизни, по нереализованному счастью, которое упустила сама. Где взять силы, чтобы бороться? С кем, с чем бороться? Завтра встречусь с ней».

– Пожелай мне удачи, пушистик.- Вэл взяла котенка на руки и поцеловала в нос.

Придя ближе к обеду к зданию фирмы, где проработала год, решила не входить вовнутрь. «Она всегда уходит в обед с работы, дождусь здесь».

– Валерия Александровна! – Окликнули ее.

– Настя, здравствуйте. – Валерия улыбалась своему бывшему секретарю.

– Вот уж не ожидала встретить Вас. Непривычно видеть Вас не в костюме. – Настя смотрела на затянутую в черные кожаные брюки и такую же короткую куртку женщину.

– Настя, подскажите, Светлана еще не ушла на обед? – Решилась она спросить.

– Ой, а ее нет, она в командировке уже неделю. Вы позвоните, у нее номер не изменился.

– Спасибо, конечно позвоню. Рада была увидеть Вас. – Улыбнулась она. – До свидания, Настя.

– До свидания, Валерия Александровна. – «Надо же, ее что не было все это время, и она не знает ничего о Свете? Странно все это». Но уже минутой позже девушку занимали совсем другие мысли, и она забыла об этой встрече.

«В командировке. Позвонить? Телефон ничего не решит, нужно встретиться. Я не спросила когда она приезжает. Что ж, подожду».

***

Этот трехнедельный период душевной скорби и плача закончился звонком подруги.

– Лер, привет, как ты там?

– Привет, Марин. Нормально все, живу потихоньку, ерундой всякой занимаюсь и психоанализом.

– О как. Кого лечишь? – Засмеялась подруга.

– Себя, но что-то плохо справляюсь. У тебя психиатра знакомого нет? А то у меня уже голоса в голове.

– Есть, могу по блату лоботомию без очереди организовать.

– Это – как раз то, что мне нужно, дорогая. Я знала, ты мне поможешь в трудное время. – Уже веселей сказала Вэл.

– А если серьезно? – Марина хоть и шутила, но по разговорам с подругой, чувствовала, что все не так безоблачно и что-то происходит с Лерой.

– А если серьезно, думаю о своей жизни, потихоньку схожу с ума от дилеммы «хочется» и «страшно».

– Не над философскими вопросами, надеюсь, думаешь?

– Не поверишь, над сердечными.

– Вот так удивила, неужели кто-то настолько задел, наконец, твое сердце и ты задумалась? Да еще до голосов в голове.

– Так и есть. К тебе может приехать? По Вареньке соскучилась и с тобой поболтать хочу, может полегчает.

– Приезжай, конечно, только через недельку, а пока мужа моего примешь? Сашка завтра прилетает в Питер по делам.

– О чем ты говоришь, конечно, приму! Даже встречу, если надо.

– Можешь с ним вместе прилететь назад.

– Нет, Марин, я пока не могу, у меня тоже ребенок живет, котенок совсем. Подрастет немного пусть, пообвыкнет, попозже приеду, попрошу кого-нибудь присмотреть пару дней за ним.

***

Саша приехал вечером после работы.

– У тебя тут царство тьмы, не меньше, – произнес мужчина, оглядев мрачную обстановку квартиры.

– Добро пожаловать в Мордор. – Устрашающе произнесла она, – Проходи, располагайся.

Саша приходил в течении недели только спать, они особо не разговаривали. Перед отъездом пригласил ее в ресторан, в качестве благодарности за «приют», посидеть поужинать.

– Это не обязательно, Саш, мне приятно было, что у меня остановился, я у вас с Маринкой вон по сколько живу.

– Все равно пошли. Только посоветуй, куда лучше, я второй раз в Санкт-Петербурге и оба раза по работе, так что не до развлечений особо было. – Настаивал он.

– Ладно, пойдем. Есть одно хорошее место, мне там нравится, не совсем маленький ресторан, два зала, но очень уютный, сегодня народа не будет много – будний день, надеюсь, что заказывать столик не придется. А поскольку этот светский выход я осуществлю с мужчиной, надо будет подобающе одеться. – Лукаво подмигнула она. – Так что отдыхай и раньше чем через час меня не жди.

«Что ж, вспомнить все – это называется». Валерия осмотрела свой гардероб. Остановившись на классическом прямом до середины икры платье черного цвета – примерила его. «Самое то». Надев туфли на высокой шпильке, зачесав и гладко уложив волосы, она скрепила их на затылке массивной дорогой заколкой. Серьги, кольца, подвеска выгодно дополняли строгость классики ее наряда. На макияж ушло больше времени, чем она думала. Покончив, в конце концов, со своим туалетом, она критично осмотрела себя. «Можно под венец» усмехнулась Вэл.

– Я готова. Не заснул еще?

– Почти, как у вас женщин получается столько времени тратить на то, что бы одеться. О, ты чудесно выглядишь. – Александр согнул в локте руку, которую она приняла.

***

Как и надеялась Вэл, в одном из залов нашелся свободный столик, второй зал был забронирован для какого-то торжества.

– Пойдем танцевать, вон музыка какая красивая. – Саша с надеждой посмотрел на сидящую рядом женщину.

– Пошли, я только «за». – Улыбнулась Вэл. Но их прервал телефонный звонок.

– Лер, привет. Где мой муж, я ему дозвониться не могу.

– Твой муж меня активно охмуряет, пригласил сначала в ресторан, теперь вот на танец зовет. – Улыбнулась Валерия.

– Какой молодец, я ему даже измену с тобой прощу, если вернет тебя на путь истинный. – Засмеялась подруга.

– Ему только этого не говори, а то вдруг меня с кем-то еще перепутает. Дать тебе его?

– Давай.

Поговорив несколько минут по телефону, Саша вернул его хозяйке.

– Нам дали карт-бланш на танцы. Я телефон забыл в куртке в гардеробе. Ну что, пойдем?

– Да, однозначно пойдем. – Вэл встала, услышав знакомую мелодию.

Она не танцевала с Парижа и с удовольствием отдалась танцу. Саша прекрасно вел, его уверенные движения раскрепощали и позволяли насладиться движением.

***

Вика ее встречала в аэропорту. Высокая, красивая с развивающимися на ветру длинными волосами, она была похожа на нимфу. Легко поцеловавшись, они пошли к машине.

– Как долетела? Уставшей выглядишь.

«Конечно уставшей, если в голове бардак и работа еще интенсивная была». Три недели она думала над сложившейся ситуацией. Три недели разум спорил с сердцем и проиграл этот спор. Проиграл безоговорочно, не имея никаких шансов привести хоть сколько-нибудь веские доводы, что бы сердце замолкло. Приняв окончательно свои желания, решила, во что бы то ни стало встретиться с Валерией. Дальше тянуть было уже нельзя. Жить в этих муках не имело никакого смысла. «Но пока не буду говорить ничего Виктории. Пусть это выглядит как «сохранение тылов для отступления», но я сделаю именно так. Нечестно, понимаю, но…но…и но…».

– Работы было много, и еще бессонница замучила.

– Отдохнешь дома, но сейчас нам надо быстро тебя переодеть и в ресторан.

– Поехали, Олег не принял моего отказа. Что за блажь праздновать день рождения день в день, неужели нельзя было до пятницы или выходных подождать? – Свете не улыбалась перспектива плестись в ресторан после дороги.

– Его девушка уезжает в пятницу, поэтому собрал всех сегодня. – Мы там недолго побудем, когда скажешь, тогда и уйдем.

– Договорились. – Улыбнулась Светлана.

***

Ресторан «Movin» показала ей Валерия, они сюда приходили несколько раз. «Одни напоминания, черт меня дернул рассказать об этом месте Олегу. Теперь все напоминает о ней, не в ресторане дело. Завтра утром я позвоню. Пережить этот вечер и ночь».

Компания собралась довольно большая. Несколько коллег, Михаил, брат Вики, еще несколько знакомых. Света почти не учувствовала в разговорах. Перекинулась с директором по персоналу, который тоже пришел, несколькими фразами о командировке, пообещав завтра к вечеру подготовить предварительный отчет.

– Пойду в туалет схожу, – шепнула она на ухо Вики.

– Хорошо, не задерживайся там. – Пошутила та в ответ.

Проходя мимо второго зала, Светлана чуть остановилась, звучала песня «J'y crois encore», которую слышала много раз. Мужчина и женщина двигались в танце, в такт музыке. «Вот и объяснение, конец всем моим терзаниям, всем размышлениям».

Света смотрела, как мужчина нежно обнимает за талию Вэл. «Почему же ты мне не сказала, Вэл, моя Вэл…не моя, уже не моя». Голос певицы на пределе эмоций и боли разрывал сердце и душу, но все равно призывал жить дальше. Она знала, о чем эта песня, когда то, в другой жизни, танцующая сейчас женщина, перевела для нее слова.

Прочь уйду, где звуков нет и нет движения,

Моя жизнь остановилась, как пленка кино.

Я осталась одна, побежденная и отверженная,

Мое сердце мертво.

Мне так хочется, что б вернули к жизни,

Но больше не верю в людей.

Умираю на дне своей ненависти.

Лишь боль – мой любовник последний.

Мне так необходимо, глубоко вздохнуть

Подняться с колен, снять тяжесть оков,

Стать сильной и без страха взглянуть.

Вырвать сердце из зыбучих песков.

Но я все равно вспоминаю ту, которой

Уже не стало, не помню себя.

Но заново надо стать непокорной.

Забыть приручившие руки меня.

Я все еще верю.

Пока есть силы – мы живы

Мы живем ненавидя и проклиная

И все же – мы верим,

И я все еще верю,

Навсегда и до самой смерти.

Тишина – ты была не права!

Я все еще верю.

И если то место, где я умираю,

Станет новой могилой,

И если небо скинет покровы тумана,

Разбудит меня, возвращая душу и силы.

Уйду без единого взгляда, не проронив ни слова.

Прошлое, я обойдусь без него!

Отброшу все, что так ранит больно.

Буду жить настоящим, глядя вперед!

Но я все еще верю.

Навсегда.

Еще сильнее.

Я все еще верю.

Когда песня сменилась другой, а танцующая пара, прошла к своему столику, Света очнулась от оцепенения. «Я должна подойти, я должна что-нибудь сказать». Когда она двинулась в направлении Валерии, сзади ее резко остановили чьи-то руки.

– Что ты творишь? Очнись! – Олег удерживал подругу.

– Отпусти меня!

– Свет, перестань, что хочешь доказать? Разрушаешь то, что у тебя есть. Одумайся, не совершай ошибки. – Мужчина продолжал удерживать вырывающуюся Светлану.

– Да какое ты имеешь право решать, что мне надо? Кто ты вообще такой?! Это моя жизнь! Разбирайся в своей, что ты все лезешь и лезешь? – Она, наконец, вырвалась.

– Не разрушай свою жизнь, Светочка. Это какая-то болезнь не находишь? Ты не нужна ей, неужели так и не поняла? Посмотри, она с другим, даже не с другой, тогда бы еще… Она не звонит, не объявляется. Она изменила свою жизнь и предпочтения. Конечно – это твоя жизнь. Делай что хочешь. – Он развернулся и ушел.

Но она никуда не пошла. «Он прав. Вика, у меня есть она. Как же все… больно, опять больно». Взглянув еще раз на мирно разговаривающую пару, она вышла из зала.

Виктория посмотрела на часы, Светы не было довольно долго, она решила посмотреть, не случилось ли чего.

Она увидела Светлану, стоявшую и неотрывно смотревшую с болью в глазах, с отчаяньем в сжатых в кулаки ладонях, на танцующую женщину. И еще в этом взгляде была любовь, всепоглощающая и отчаянная. «Она никогда не смотрела на меня так».

К Свете подошел Олег, Вика смотрела на развернувшееся действие. Она начала понимать все недосказанности, молчание, которое все чаще повисало между ними, задумчивость, расстроенный вид, которые посещали Свету без видимых причин. Все начало приобретать смысл.

«Кто же ты, незнакомка? Почему на тебя так реагирует моя девушка? Или она никогда не была моей, а всегда была твоей? Та истерика, которая сблизила нас, была связана с этой женщиной? Но почему? По всему видно, она слишком гетеросексуальна, и сопровождает ее мужчина. О, перестань, Свету тоже сопровождал Олег, когда ее увидела, я сама не редко бывала на людях с друзьями. Ничего это не значит».

Дождавшись, когда Светлана вернется к гостям, Вика пошла в свой зал. Неестественный блеск глаз у Светы свидетельствовал о непролитых слезах, но она держалась. Казалось, она стала веселой и оживленной. «Чего же я не знаю, Светочка? Ты мне расскажешь или это на самом деле не важно? У каждого из нас есть прошлое. Ты оберегаешь меня от него, или свое прошлое оберегаешь от меня? А прошлое ли это? Спросить у Олега? Нет, не буду опускаться до этого, если она мне не рассказывает… черт! Да ничего это не значит! Верить и доверять? А куда деть то, что я увидела?».

– Ты не устала еще? Поедем домой? – Девушка внимательно смотрела на Светлану.

– Да, поехали, приличия соблюдены. – Улыбнулась девушка. Улыбка была натянутой, неестественной.

– Поехали, простимся с виновником торжества. Я соскучилась по тебе.

– Тогда чего мы ждем? – Света взяла ее под руку. – Пошли прощаться.

«Ведет себя так, как будто ничего не произошло. А может и правда ничего не произошло? Посмотрим».

Когда они подходили к гардеробу, Света увидела, как уходит Вэл и ее мужчина.

– Спасибо за вечер. – Вэл обняла Сашу.

– Не за что – это тебе спасибо за все.

– Никуда не пойдем больше сегодня? Или еще какое-нибудь увеселительное заведение тебе показать – Вэл лукаво подмигнула.

– Нет, на сегодня достаточно, поехали домой.

– Я тебе ключи от квартиры отдавала? В сумочке что-то нет.

– Да у меня, вот. – Саша показал связку с ключами.

«Как мило. Домой, он сказал домой? Они что вместе живут и ключи. Ну и пошла ты к черту, Вэл».

Девушка сильней сжала руку Вики, но тут Валерия повернулась. Они застыли, как каменные статуи. Обе не знали, как реагировать, что говорить, пауза явно затянулась, а они все стояли и смотрели друг на друга. В глазах была полная растерянность.

– Валерия Александровна! Какая неожиданная встреча. – Олег, решивший все же проводить Светлану и Вику, увидел эту немую сцену и пришел на выручку.

Валерия, наконец, отвела взгляд от Светланы. Посмотрев на обращавшегося к ней мужчину, она заметила его нервозность, а в тоне явно чувствовалась агрессивность и негодование, не смотря на радушные слова. Он встал между Светланой и Валерией. «Защитник, тоже мне». Внутри вспыхнул протест. Взгляд стал жестким.

– Олег, да уж встреча более чем неожиданная. – Сарказм сквозил за каждым словом. Мужчина остановился, глядя прямо ей в глаза. «Он что ли угрожает своей позой».

«Опять эти искры в глазах, по которым я так скучала, колючие и насмешливые и изогнутая бровь».

– Разрешите Вам представить. – Олег чуть отошел в сторону. – Виктория, подруга Светланы. – Сказал он с нажимом.

«Да я не дура, давно поняла, кто она, хватит стараться уже, господин Арсеньев». Вэл кивнула представленной ей девушке.

– А это Валерия Александровна Смирнова, бывший наш коллега и руководитель. – Представил он ее.

Снова повисла пауза.

– Было приятно встретить вас, госпожа Суворова, господин Арсеньев, но нам пора. – Решив не затягивать больше этот фарс, Вэл взяла Сашу под руку, и они вышли из ресторана.

«Госпожа Суворова, бывший руководитель». Вика вспомнила, как Светлана попросила не называть ее так, потому что это вызывает неприятные воспоминания. «Нет, она не говорила «неприятные», просто не хотела вспоминать. По всему видно, там был служебный роман».

– Ну что, ты готова? – Вика чуть освободила свою руку, которую все это время сжимала Светлана.

– Да-да, – поспешно ответила она. – Олег, спасибо за вечер, еще раз с днем рождения. До завтра.

– Хорошо вам доехать, завтра на работе встретимся. «Вечер был просто незабываемым, надежды, что Валерия не перезвонит оправдались, а вот что не встретятся – это уж я бессилен. Но, черт возьми, между ними что-то сильное, вдруг правда любят друг друга и я все не правильно делаю? Все, пусть сами разбираются».

– Вэл, а что там вообще случилось? – Саша наблюдал со стороны за всеми актерами этого спектакля.

– Встреча после расставания это была. Неудачная. – Вздохнула Валерия. «Дотянула до этого кошмара, нужно было раньше встретиться».

Все разошлись в разные стороны. Эта встреча оставила еще больше вопросов и обеспечила бессонную ночь, как минимум троим участникам.

Глава 3

Не в силах заснуть, после происшествия в ресторане, Света осторожно вылезла из-под одеяла, направляясь на кухню, хотелось подумать в одиночестве. Вика не спросила ни о чем после возвращения. Обе старались вести себя «естественно». Даже сделали попытку заняться любовью, которая потерпела крах, превратившись в набор нелепых движений и прикосновений. Каждая из них думала о своем. Оставив попытки, обе сделали вид, что жутко хотят спать. Но, ни одна, ни вторая не заснула.

Сделав кофе, Света прилегла на маленьком диване, стоящем на кухне, включив неяркий ночник. «Вот и встретились. Только, почему то я не рада совсем этой встрече. Столько передумано, столько терзаний, страданий – все они были перечеркнуты этим вечером. Не зря я не хотела ехать на этот день рождения. Какая разница теперь, что я там себе надумала. Буду жить как раньше со знанием того, что все бессмысленно и просто надо оставить все в прошлом».

Кофе закончился, решение было принято, только вот возвращаться в постель совсем не хотелось. Сварив еще, Светлана вернулась к своим мыслям. В ночной тишине и одиночестве Светлана рисовала себе красочные сцены, как Вэл отдавалась в этот самый момент тому мужчине. Как он ласкает женщину, которая заполнила все мысли, а она выгибается ему навстречу в экстазе и наслаждении. Как засыпает в его объятьях, даже не вспомнив о ней.

Это было уже выше ее сил.

«А если попытаться бороться? За любовь надо бороться. За любовь? Может, Олег прав и это не любовь, а просто болезнь, наваждение? Если бы это была любовь, то я бы не думала обо всем этом – действовала. Или кидаться очертя голову – это страсть? Что мне от нее надо в жизни? Просто сжигающая дотла страсть или отношения, которые включают в себя намного больше, чем зажигательно-разрушительный секс? Он был тогда, но не смог удержать нас вместе, не смог сблизить нас воедино, как личностей, а не просто двух жаждущих друг друга людей».

Заглянув в спальню, девушка увидела, что Вика тихо спит, но так и не вернулась к ней. От кофе уже мутило, посмотрела на часы – через час все равно вставать на работу, поэтому решила принять подольше душ, а лучше поваляться в ванной.

«Я увидела ту, которая мне нравилась и которую я полюбила. Опять глаза колючие, даже холодные были, не такие, как в Индии, когда я ее видела. Только голос был холодный, ни намека на теплоту, даже когда она смотрела на меня. Пора собираться на работу и жить, как живется».

***

Вика слышала, как Света встала и ушла от нее на кухню, не остановила ее, не спросила ни о чем, просто сделала вид, что спит.

«Все началось с Гоа. Два месяца все идет не так, как раньше. Та встреча с якобы «подругой» была, скорей всего, причиной этих изменений и встретилась она там с этой женщиной. Не надо быть провидицей, что бы понять, что слишком острые чувства всколыхнулись у Светы. Видно, что она мучается, только вот от чего. Не уходит, не предлагает пожить отдельно. Такое чувство, что она чего-то выжидает. Не мешать этой борьбе или все же обозначить свои претензии. Я не вмешиваюсь, но правильно ли это? Я была рада, что моя разгульная жизнь, наконец, успокоилась, я нашла покой с другим человеком. Но чувствую, что придется мне в скором времени, с очередным разочарованием, кинуться в омут своего старого образа жизни. Только надо держаться, никаких истерик и никаких разборок. Если человек, движимый любовью решится на что-либо, его не удержишь».

Но Вика понимала, если все будет продолжаться, если Светлана не будет ничего предпринимать, а только терзаться своими мыслями и желаниями, то действовать придется ей. Она не могла допустить, что бы ее использовали в качестве «запасного варианта». Ее гордость не могла этого позволить, а еще здравый смысл, который диктовал отпустить человека, который не может быть с тобой всем своим сердцем и мыслями.

Встав, наконец, Вика услышала, что Светлана сушит волосы феном.

– Доброе утро. – Она поцеловала девушку в шею сзади, наблюдая за ее реакцией. – Ты рано встала сегодня.

– Привет. – Света чуть откинулась назад. «Мое место тут с ней, все и так понятно». – Пораньше на работу пойду, сегодня до ночи буду сидеть, отчет писать по командировке.

– Давай я нам кофе сварю и отвезу тебя. – Вика удивилась спокойному тону и этому интимному движению, в ответ на ее поцелуй. Как будто не было ничего вчера. Словно не было этих двух месяцев напряжения между ними.

– Я уже попила, сейчас оденусь и побегу, на такси доеду или на метро, лучше вечером меня забери с работы, если не будешь занята.

– Заеду, конечно, позвони только, как освободишься.

– Договорились. – Света улыбнулась и мягко поцеловала стоявшую рядом девушку. – Все, я одеваться и на работу.

«Значит не все там так однозначно и далеко не всепоглощающе, как мне казалось. Все мы страдаем, когда предыдущие отношения были закончены не по обоюдному решению, а прерываются на полуслове. Надеюсь, что она переболела и поставила точку, оставив прошлое в прошлом».

Проводив девушку на работу, Вика тоже решила заняться делами, направившись в галерею.

***

Не заснула в эту ночь и Валерия. «Неудивительно, что она мне не перезвонила. Ее девушка очень эффектна и красива. То, как она себя вела в той не очень приятной ситуации, вызывает уважение. Несомненно, она все прекрасно поняла, но держалась очень спокойно и достойно, даже улыбнулась, когда Олег представил нас друг другу. Весь ее вид говорил об уверенности. Возможно, что так оно и есть. Доказательство тому, что у них все, как нельзя лучше, и они любят друг друга, что Светлана ни разу не попыталась даже связаться со мной».

Этой бессонной ночью она тоже приняла для себя решение. «Упрямство и правда мое основное качество, когда дело доходит до критической точки, мама права. Пусть мой поступок поставит окончательную точку, пусть он будет ненужным для нее, но я его совершу. А потом начну все сначала, в очередной раз все сначала, может быть в последний раз. Надеюсь, что в последний раз. Я ее увижу. Для того что бы узнать, что все кончено. Увижу, для того, что бы перевернуть страницу. Хватит прятаться и бегать. Alea jacta est».

***

Проводив Сашу, Валерия поехала на занятия, после которых решила еще остаться на саму йогу.

– Решила вернуться к занятиям? – Лена увидела переодевшуюся Валерию и немного удивилась.

– Да, а то забросила все, тело уже ломит от недостатка нагрузки. Ты ведешь?

– Нет, у меня сегодня уже все, новый инструктор у нас. Я буду завтра вести, если хочешь со мной заниматься, то приходи.

– Да мне все равно, я и одна могу позаниматься, просто дома как то не то настроение постоянно, никак не могу расслабиться и отбросить мысли, а тут уже не раз себя ловила на том, что смогу нормально позаниматься.

– У нас есть еще зал, для маленькой группы, он пустой, хочешь туда иди.

– Нет, я с народом хочу побыть. – Валерия улыбнулась. – Мне пора, уже начинаются.

– Хорошо, увидимся. – Лена поцеловала Вэл в щеку и обняла.

Занятия закончились уже в десятом часу «Завтра с утра встречу ее перед работой, трубку она может не взять, как в прошлый раз. Домой приезжать не вариант, наверняка они живут вместе».

– Иди ко мне пушистик, расскажи мне, как быть?

Подросший котенок, залез на грудь и улегся там, неотрывно смотря на хозяйку, мурлыча свою песенку. Вэл улыбалась, перебирая мягкую шерстку руками.

… Двухцветной шкурки запах сладкий

В тот вечер я вдохнул слегка,

Когда ласкал того зверька

Один лишь раз, и то украдкой.

Домашний дух иль божество,

Всех судит этот идол вещий,

И, кажется, что наши вещи -

Хозяйство личное его.

Его зрачков огонь зеленый

Моим сознаньем овладел.

Я отвернуться захотел,

Но замечаю удивленно,

Что сам вовнутрь себя глядел,

Что в пристальности глаз зеркальных,

Опаловых и вертикальных,

Читаю собственный удел

Шарль Бодлер. Цветы зла. Отрывок из стихотворения « Кот »

– Каким будет мой, удел, богиня моя? – Котенок только зевнул в ответ и удобней растянулся на хозяйке, вызывая ее улыбку. – Понятно, наш удел спать – согласна с тобой.

***

Ощущая легкий мандраж перед предстоящей встречей, Валерия посмотрела на часы. «Должна успеть, не хочется заходить в офис. Что мне ей сказать? На месте придумаю, будет ясно, когда увижу, как она отреагирует на меня. Уже открывая дверь, что бы выйти, она услышала звонок телефона. Посмотрев на экран, она замерла от увиденного имени.

– Алло…

***

«Не выходит у меня, не выходит жить как прежде! Прошел всего лишь день, один единственный день, а все мои ночные решения зависли в воздухе».

Подходя утром к метро по пути на работу, Света остановилась. «Все, не могу больше, сейчас или уже никогда». Достав телефон, она набрала номер.

– Алло. – Послышалось в трубке довольно быстро.

– Это я.

– Вижу, что ты. – Голос на том конце вызова был удивленным.

– Я тебя ни от чего не отвлекаю?

– Нет, не ожидала тебя услышать.

– Вэл, ты можешь со мной встретиться сегодня после работы?

– Да… конечно, да. – Без раздумий ответила Валерия. – Скажи только, где и во сколько.

– В семь вечера, помнишь тот ресторанчик в подвале, где мы сидели, перед тем, как в первый раз…- Девушка замялась, голос дрогнул.

– Помню, я буду там. – А потом, услышав короткие гудки, Валерия опять удивленно посмотрела на телефон.

Света дав отбой, поняла, что на последние слова Валерии она просто кивнула. «Вот черт, что она подумает? Перезвонить? Нет, думаю, что она придет, все оставлю до вечера». Она спустилась в метро.

Валерия закрыла, уже открытую входную дверь квартиры.

– Бастик, будем ждать вечера. Это не успокоит меня, но она позвонила, слышишь? не знаю, что мне скажет, может просто попросить больше не появляться в ее жизни. Но я ведь и хотела определенности, вечером ее и получу.

***

К условленному месту они подошли одновременно. Быстро взглянув друг на друга, прошли вовнутрь, сели за столик.

– Здравствуй, – первой заговорила Валерия.

– Здравствуй. – Чуть слышно ответила девушка, было видно, что она нервничает, голос дрожал, руки тоже подрагивали.

– Не волнуйся, я не кусаюсь. – Попыталась чуть разрядить обстановку Вэл, хоть сама нервничала не меньше.

Света прямо взглянула на нее.

– Почему ты не сказала, что живешь с мужчиной?

Валерия опешила от такого начала и подобного заявления. У нее не то, чтобы не было ответа, она не могла понять вопроса.

– Я живу с мужчиной? Ты о чем, Свет? – Переспросила Вэл, не в силах скрыть удивления.

Девушка внутренне сжалась вся от этих вопросов, и тут напряжение вырвалось наружу.

– Хватит! Хватит уже, я видела вас в ресторане танцующими и, судя по вашему разговору, поехали оба к тебе домой. Я понимаю, что все может произойти в жизни и приоритеты могут поменяться, просто не понимаю одного, почему ты мне честно не рассказала. Я бы… я бы… просто рассказала бы и все. – «Я бы просто перестала строить иллюзии» подумала она про себя.

И тут до Валерии дошло. Единственным мужчиной, с которым ее видела девушка, был муж Маринки. Она рассмеялась, весело и искристо.

– Да как ты смеешь еще надо мной смеяться! Это уже слишком!

– П-п-поодожди, – сквозь смех произнесла Вэл. Немного успокоившись, она продолжила. – Это был муж моей подруги, лучшей подруги, он приезжал на несколько дней сюда и жил у меня.

– Правда? – Света выглядела растерянной, но уже улыбалась.

– Абсолютная правда, давай закажем что-нибудь. – Улыбалась Вэл. – Ты только за этим меня пригласила на разговор?

– Давай. Нет, не только, хотя, это меня мучило с той встречи.

Дождавшись, когда им принесут заказ, Света продолжила.

– Если ты не встречаешься с мужчиной, может быть, у тебя есть кто-то еще?

– Нет, у меня нет никого, в том смысле, в котором ты задаешь вопрос. – Уже серьезно ответила женщина.

– Я долго набиралась смелости позвонить тебе. Думала, раз ты не звонишь, значит…

– Я звонила тебе, но ты трубку не взяла и не перезвонила.

– Ты мне звонила? Когда? – Света не верила своим ушам.

– Месяц назад, думала, что ты не хочешь просто со мной говорить. Потом приходила на работу, что бы увидеть тебя, встретила Настю, она мне сказала, что ты в командировке.

– Я не видела и не слышала никакого звонка. Может быть, ты ошиблась номером? И Настя мне ничего не говорила.

– Нет, я не ошибалась номером, Свет. Ладно, не слышала и не слышала, дело прошлое.

– Странно. – «Как я могла пропустить ее звонок? Этого не может быть. Зная Настю, она уже давно бы мне рассказала о приходе Валерии. Она, наверное, лжет, другого объяснения нет».

– Вэл, я с нашей встречи там, на Гоа не перестаю думать о тебе. Не уверена ни в чем, нужно ли мне это и нужно ли это тебе. Смогу ли отказаться от того, что у меня сейчас есть. Но не могу не думать, просто не могу и я тут подумала…

– И о чем же ты подумала? – Вэл не хотела слышать продолжения, но его услышать было нужно.

– Мы могли бы с тобой встречаться? Я хочу просто понять…, я бы хотела…

– Света, послушай, не говори и не предлагай того, о чем потом пожалеешь. Только не ты…

– Опять ты меня перебиваешь! Прошло полтора года! Только подумай, полтора года! Твой «отпуск», как ты его назвала, затянулся, не находишь?! Ты просто пропала, исчезла, сбежала. Все твои слова, Вэл, все они – сплошная ложь. Помнится, ты меня однажды попросила «Поверь мне в первый и в последний раз». Я поверила и каков итог? Я тебе скажу, каков он. Твоим словам нельзя верить!

– Не кричи, на нас все смотрят.

– Да и пусть смотрят! – Но девушка понизила голос.

– Ты права, прошло много времени. За это время многое изменилось, мы изменились. Твоя жизнь изменилась. Ты не одна. Вспомни об этом. Ты сидишь тут со мной, хочешь предложить мне встречаться, верней, уже предложила. Но задумайся на мгновение… ты не одна – рядом человек, который вряд ли этого заслуживает. Я не пытаюсь выглядеть моралисткой, совсем нет. Я хочу… хочу…

– Чего ты хочешь?

– Не важно. Уверена, что это твое предложение, просто сиюминутный порыв, и ты о нем потом пожалеешь. Поэтому и попросила не предлагать ничего подобного.

– А ты? Что насчет тебя? Ты действительно свободна или просто не хочешь больше быть со мной? Или ничего не поменялось в твоих отношениях с людьми, которые тебя любят? Ну же, давай, скажи мне «правду» – сарказм, смешанный с болью сквозил в каждом слове.

Валерия сжала в руке салфетку. «Что мне делать? К чему приведет этот разговор? Надо просто уйти, иначе исчезнет последняя надежда хоть как-то наладить отношения. Или лучше?…».

– Ничего не изменилось. – Сказала она равнодушным тоном.

– Значит, Юля была права, сказав, что я одна из многих.

«Это не так, малыш. Я долго убеждала себя в том, что это на самом деле так, но ничего не выходит. Убегала от тебя и от себя. Не смогла. Это не так, Светочка, девочка моя любимая. Я хочу быть с тобой. В этом я уверена как никогда раньше не была уверена ни в чем другом». Слова готовые сорваться с губ, застыли, как только Валерия вспомнила, что Света живет с другой, она нашла ту, кто не убегал. «Но я не хочу так, больше не хочу, делить, встречаться урывками, обманывать себя и других, больше не хочу…».

– Называй это как хочешь, какая разница. – Вслух произнесла она, все тем же равнодушным тоном, опустив глаза, которые могли ее выдать.

– Если бы ты знала, как я тебя ненавижу. Ты потребитель, только берешь и ничего не даешь взамен, кроме надежды, но и ее растаптываешь тут же.

– Пусть так.

– Ненавижу, слышишь, ненавижу!- Девушку переполняло чувство негодования, смешанного с отчаянием.

– Мы это уже проходили. – Вырвалось у Вэл.

Дальше произошло то, чего она никак не ожидала. Увидела только, как Света встает, а дальше тупая боль, привкус крови во рту и она вместе со стулом летящая на пол.

«Вот черт. Она меня нокаутировала».

Подбежал официант, помогая подняться.

– Спасибо, со мной все хорошо. – Она поднялась на ноги, салфеткой промокнула кровь на разбитой губе. – Принесите счет, пожалуйста.

«Где она научилась такому? Хорошо хоть ухо не откусила. А вообще, я это заслужила».

Расплатившись, она вышла на улицу. «Вот и поговорили и что теперь делать»?

– Опять ни хрена не понятно! – В сердцах сказала она вслух, напугав проходящую мимо женщину.

– Извините. – Сказала она, увидев реакцию на нее прохожей.

«Точно сойду с ума». Поморщившись от боли в разбитой губе, она поехала домой.

Глава 4

Не дозвонившись до Светы, у которой был выключен телефон, Виктория решила не ехать вечером домой, оставшись в галерее. «Это та жизнь, к которой я стремилась? Разве та? Даже до появления этой женщины я чувствовала, что многого не хватает. Я влюбилась в Свету, в нее нельзя было не влюбиться, однако всегда оставалось «но». Я не открывалась до конца перед ней, она тоже, как выясняется. Дело не в Свете, не в любой другой девушке. Сколько в моей жизни было женщин? Много, но в итоге я уходила к мужчине. Встретив ее решила, что никогда раньше не испытывала таких сильных чувств к девушке, до нее так сильно не влюблялась ни в одну. Только однажды я испытывала любовь или влюбленность или… не важно, как назвать. Марио, он был…он есть, в глубине моего сердца, как та женщина всегда была в сердце Светы. Он все еще есть, я поступила по-свински, бросив его и уехав в Россию. А тут все закрутилось со Светой. Но как бы то ни было, мне нужен мужчина, нужен… старалась гнать от себя это желание, ведь рядом была она. Что это – ответственность? Или верность? А что если меня бы накрыло желание мужчины, и я не смогла бы с ним совладать – изменила бы? А вдруг я влюбилась бы в мужчину? Черт – только этих терзаний не хватало, никто не знает, что было бы… а вдруг не было бы»?

Вика решила не торопить события, не вполне уверенная в том, что все эти размышления не навеяны тем, что Света находится в состоянии смятения. «Может это во мне ревность говорит и так вот себя проявляет»? Но, в глубине души, она знала, что это не так, не ревность.

***

Приехав домой, увидела Свету с затянутой в эластичный бинт рукой.

– Что случилось? – Она легко дотронулась до перебинтованной руки и поцеловала девушку.

– Ударилась случайно. – Ответила равнодушным тоном Света.

«Что-то в ней не так, она как будто потухла. Может быть, плакала? Нет, глаза не красные, не воспаленные».

– Я устала сегодня, Свет, пойду отдыхать.

– Да, я тоже скоро приду, взяла бумаги кое какие домой. Поработаю немного.

«Все рушится, я все делаю не правильно! Вэл, сколько можно лгать? Сколько можно… а что если»? Света взяла телефон.

– Насть, привет.

– Привет, что так поздно звонишь, что-то случилось?

– Нет, ничего, скажи мне, ты Валерию Александровну не видела недавно? Или может она звонила? – Света замерла в ожидании ответа.

– Ой, а я тебе не говорила? Вот у меня голова дырявая. Она приходила на работу, я встретила ее у офиса, про тебя спрашивала. Но я думала, она тебе перезвонит. Ты в командировке была. А что, не перезвонила?

Девушка не могла вымолвить ни слова «она не лгала, а я…я не поверила».

– Свет, ты чего молчишь?

– А? Звонила, да…спасибо, Насть, пока, до завтра. – Девушка положила трубку.

«Приходила, она приходила…но, она еще сказала, что звонила. Что-то не так. Неужели я была не права»? Решив завтра поговорить с Олегом обо всем этом, потому что больше не с кем, не с Викой же, она пошла спать.

***

Утром она мчалась на работу узнать скорей подробности у Насти о приходе Вэл. «Она упала после удара, а я убежала, оставив ее на полу, вот дура, ну кто себя так ведет»?

Допросив с пристрастием Настю, направилась к Олегу в кабинет.

– Ты один?

– Да, заходи, решил перерыв устроить небольшой, с семи часов сижу. Ты что такая возбужденная.

– Олег, я запуталась. Вчера с Вэл встречалась.

– Света, ты опять за свое, ну сколько можно? – Олег налил кофе и поставил чашку перед Светланой.

– Послушай, вчера она сказала, что звонила мне, а я трубку не брала и приходила на работу, но я в командировке была. Подумала, что она лжет, но Настя сказала, что видела ее, она действительно приходила. Остается звонок, я не могла пропустить его, только не от нее.

Олег сидел сам не свой. «Валерия приходила и звонила – искала ее, неужели любит, а я все испортил? Не могу поступить так со Светкой». Решившись, он сказал:

– Она звонила. Ты телефон оставила у меня в кабинете, помнишь? Вот тогда и звонила, я думал, что поступаю правильно, удалил звонок, не сказав тебе.

Света смотрела на него, как будто не узнавала.

– Зачем ты со мной так, зачем? – Она встала, не сказав больше ни слова.

Олег догнал ее и обнял.

– Прости меня, Свет, прости, я видел, как ты мучаешься, наверно совершил ошибку. Прости, давай позвоню ей и все объясню, ведь можно все еще исправить? Ты на самом деле так ее любишь?

– На самом деле. Сомневаюсь, что можно что-нибудь исправить, но не твоя вина, я сама наделала достаточно. – Света освободилась из объятий друга и ушла.

***

Валерия два дня просидела дома. Губа немного зажила, опухоль спала, но боль в сердце от того, что ей не поверили, саднила намного сильней, чем разбитая губа. «Наверное – это точка. Она не хочет уходить от своей девушки, я для нее уже мало что значу. Не может еще совсем меня забыть, но согласна лишь на случайный секс со мной пару раз в неделю. Сколько раз я сама поступала подобным образом с другими и всегда знала, что они для меня ничего не значат. У нее та же ситуация, скорей всего. Но пусть это буду не я, пусть она найдет для этих встреч кого-то еще». Телефонный звонок отвлек от этих мыслей.

– Вэл, привет.

– Привет, Лена.

– Слушай, у нас сегодня был семинар в Российско-Индийском культурном обществе. Там гуру один проводил из Индии, я познакомилась с одним интересным человеком, он там в руководстве с индийской стороны, господин Ману.

– Я рада за тебя, и что?

– Мы разговаривали о том, о сем, обсуждали выезд в Индию наших посетителей в ашрамы всякие. Но не по этому поводу я звоню. У них один проект начинается, в общем, хотят выпускать серию путеводителей разных, но не совсем туристических, скорее культурных, для тех, кто не просто посмотреть едет, а с целью поглубже культуру узнать, религию, архитектуру и так далее. Я сказала, что у меня есть знакомая, которая долгое время жила в Индии. Ты мне рассказывала, что писать там начала заметки всякие, я ему и сказала, что ты можешь быть полезна для их проекта. Он хочет с тобой встретиться.

– Ну, круто ты за меня там все решила. Я не писатель, Лен, все, что я писала – это для себя. Просто потребность была.

– А что плохого в том, если встретишься? Не понравится – уйдешь, может, ты сама не заинтересуешь его.

– Хватит меня тут «на слабо» брать. Когда встреча? Схожу, вообще интересное направление.

– Завтра с утра сможешь?

– Смогу, давай адрес.

***

Амитабх Ману встретил Валерию, как договаривались в десять утра на следующий день. Они проговорили без малого три часа. Итогом этой встречи стала договоренность о том, что Валерия напишет несколько заметок о Варанаси.

Ознакомившись с центром подробней, познакомившись с несколькими сотрудниками редакторской группы по выпуску путеводителей, Вэл обговорила формат статей.

«Здесь интересно, может быть, наконец-то нашла себе занятие по душе? Впереди много работы, интересной, захватывающей и нужной мне, именно мне».

Неделя прошла за компьютером, к которому она не подходила уже долгое время. Просматривая свои заметки, фотографии, вспоминая ощущения и эмоции, Валерия отдалась написанию статей со страстью и энтузиазмом.

Уже в конце недели показала свои наброски, которые за небольшими изменениями были приняты. Так началось ее активное сотрудничество с Российско-Индийским культурным обществом (РИКО). Планы были большие, работы предстояло много. Это не могло не радовать, она отвлекала от мыслей о Свете, хоть на немного, но отвлекала. Окунаться в эту бездну безысходности, где она пребывала не так давно, запершись от всего мира в квартире, Валерия больше не могла и не хотела.

Днем она часто приходила в РИКО, вечером читала лекции, и писала, писала, писала. Жизнь начала потихоньку налаживаться, приобретая смысл. «Хоть какой-то смысл. Но без тебя это все лишь замена жизни».

Теперь она знала одну главную вещь. Она обрела то, к чему стремилась, а, скорее, освободилась. Она освободилась от страха любить другого человека, освободилась от страха, что кто-то будет нужен настолько, что ее сердце опять окажется открытым для отношений, для радости и для боли. Больше этот страх не был определяющим, его вообще не было. «Но нет и тебя – той, которая победила этот страх».

***

Света всю неделю думала о своей жизни, о Валерии, о Вике. Внутренние противоречия терзали все сильней. «Не могу больше так жить. Как я могла вообще предложить ей такое? Неужели я думала, что жить с одной и встречаться с другой – это правильно? Нет. Просто была в отчаянии. Но больше лгать не могу, себе лгать. Вэл мне не лгала, все, что она сказала, оказалось правдой. Она уехала в Индию, обрести определенность в жизни и душе. Наверное, медитировала там и своей йогой занималась. Да, ей потребовалось для этого много времени, но она вернулась и стала искать меня. А я тем временем стала встречаться и жить с другой. Я не дождалась, не поверила, предала. А всего то и надо было потерпеть еще несколько месяцев, просто поверить».

Рабочий день подходил к концу. С Олегом она почти не разговаривала все это время, только по работе. Света все еще переживала – друг ее предал, а Олег, чувствуя свою вину, боялся первым заговорить, сказать не правильные слова и еще больше усугубить тот обет молчания, что у них был. Решившись, он все же зашел в ее кабинет.

– Свет, я домой еду, давай я тебя подвезу? – С надеждой предложил Олег.

– За мной Вика заедет. Послушай, Олег, мы молчим всю неделю, я так не могу, ты мой единственный друг. Пусть ты совершил не правильный поступок, но, не один ты виноват, верней, совсем не ты.

– Спасибо. – Олег вздохнул с облегчением, он скучал по ней.

– Я хочу сегодня поговорить с Викой.

– О чем? Может…

– Нет, не может. Хватит мне трястись от неуверенности и неопределенности. Я достаточно была неуверенной в жизни, в себе. Пусть останусь одна, пусть не смогу никогда вернуть и быть с Вэл, но теперь я знаю одно, если действительно чего-то хочешь, надо убирать все «если», надо отбросить все эти «а вдруг». Хватит. Я уверена в своем решении. Хватит прятаться за чувство вины, за спины других людей, пора уже самой что-то решать в жизни.

– Ты повзрослела, если можно так сказать. Ты никогда не любила Вику?

– Любила, но не так…не всей душой, не всем сердцем. Мне было с ней интересно и комфортно, но это не то чувство, которое я испытываю к… как думаешь, она сможет меня простить?

– А тебя есть за что прощать?

– Я ее ударила, ударила и ушла, но прощать меня надо за измену, я ей такое предложила, мне самой стыдно.

Олег обнял свою подругу.

– Если так любишь – борись. Чувствую, мне придется просить прощения у госпожи Смирновой.

– Придется, в том случае, если она меня вообще еще увидеть захочет. – Вздохнула Света.

***

Дождавшись Вику, Света села в машину. «Здесь не буду, дома все скажу, что не смогу больше жить с ней и вообще не смогу с ней встречаться».

– Свет, я хотела с тобой поговорить. – Вика посмотрела на задумчивую девушку, сидящую рядом. – В общем, не подумай, что все, что я тебе сейчас скажу, как то вытекает из того, что с нами в последнее время происходит.

– Вика…

– Не перебивай меня. Просто выслушай и постарайся понять. – Света кивнула. – Я влюбилась в тебя, и любила, и буду любить, но немного не так. Я уехала из Милана почти год назад не просто так. Там есть мужчина, его зовут Марио, он любил меня и до сих пор любит. Иногда звонит, а я боялась потерять свободу, и неуверенна была в том, что тоже полюбила. Даже не об этом хотела сказать. Понимаешь, я… Я мужчин тоже люблю, верней, в сексуальном плане люблю их больше. Не подумай, что…

– Тише, не говори больше ничего, я все понимаю. – Света положила ладонь на ладонь Виктории. – Прости меня за последние два месяца. Я тоже хочу быть с тобой честной.

– И ты больше не говори ничего, я все поняла. Просто будь счастлива, ладно? Если так это важно для тебя. Постарайся все сделать правильно на этот раз, обещай мне.

– Спасибо тебе. – Света удивлялась. Как так все могло получиться, она была рада, что не будет сильно ее подтачивать изнутри чувство вины по отношению к Виктории. – Отвезешь меня домой? Я вещи потом заберу.

– Конечно. Завтра вечером я улетаю в Милан, меня там ждут. Отдашь ключи Мише, как все заберешь?

– Отдам. – Они подъехали к дому Светы. – Мы еще увидимся?

– Куда мы денемся, увидимся, конечно. – Вика улыбалась, в этой улыбке не было ни горечи, ни сожаления, только открытость и спокойствие.

Света обняла ее, они поцеловали друг друга в щеку.

– Ты тоже будь счастлива. – Улыбнулась Света, выходя из машины.

– Я буду.

Дождавшись, когда Виктория уедет, Света пошла домой.

Все выходные она убиралась в квартире, которая давно не видела свою хозяйку. Строила планы, как же все исправить, что сказать, как объяснить. Позвонить или прийти к Валерии домой. Ничего не придумав, она легла спать, «завтра на работу, утро вечера мудреней».

***

На улице было мерзко, шел мокрый снег с дождем, Света вызвала такси. Почти доехав до работы, она достала телефон.

– Олег, я сегодня не приду на работу.

– Что с тобой? Все в порядке? – Мужчина был взволнован.

– Со мной все хорошо, сегодня меня не будет, потом все объясню. Скажи, что у меня температура или еще что-нибудь придумай, если более высокопоставленное начальство мной вдруг заинтересуется, ладно?

– Хорошо, придумаю что-нибудь. Что бы там у тебя ни было, удачи тебе.

– Спасибо, она мне потребуется. – Положив трубку, она назвала таксисту адрес Валерии.

***

– Кто там к нам так рано, а Бастик? – Открыв дверь, она замерла.

Света нервничала, долго не решаясь нажать на звонок. Ключи от квартиры Валерии у нее были все это время, она положила их в сумку, что бы вернуть при их последней встрече, но забыла об этом после того, что между ними произошло. Наконец, решившись, она нажала звонок. Она не могла произнести ни слова, глядя на еще сонную, с взъерошенными волосами женщину.

– Заходи, – очнувшись, сказала Вэл.

Света разделась, сняла сапоги, не решаясь пройти, стояла в прихожей.

– Проходи на кухню, я кофе варю, ты будешь? – Она развернулась и пошла, девушка последовала за ней.

Зайдя она села на стул, продолжая молчать. Вдруг к ней на колени заскочил котенок, черный как ночь и пушистый.

– Чудо, откуда ты такое? – Света стала гладить зверька, который ластился и мурлыкал.

– Маленькая предательница, – улыбнулась Валерия.

– Это девочка? Как ее зовут?

– Баст, она ни к кому не прыгала на колени, кроме меня. Странно даже. Твои предпочтения в кофе не изменились?

– Не изменились. – Котенок, тем временем, наигравшись с гостьей, соскочил на пол и занялся своими кошачьими делами, пошел обнюхивать новые вещи, появившиеся в прихожей.

Света встала, хотела помыть руки, но взгляд остановился на плече Валерии, где была татуировка. Не сдержавшись, дотронулась до нее пальцами.

Вэл вздрогнула от прикосновения, не ожидая его, и развернулась.

Они стояли так близко друг от друга, что чувствовали дыхание и тепло тел.

– Света, я тебе сказала в прошлый раз, что не смогу…

– Я свободна, мне…я не могу без тебя, знаю, что ты меня предательницей считаешь, но…

Она не успела договорить, как это часто было с Вэл до того, как расстались. Ее прервали на полуслове, прервали самым восхитительным образом.

Тело Валерии, не в силах больше сдерживаться, подалось вперед, сердце замирало и колотилось в грудь так, что казалось, оно вот-вот выскочит, разум шептал: «вот она, та, которая тебе нужна». Света что-то говорила ей, только шестым чувством поняла, что именно и когда смысл этих слов дошел до нее, все было решено…

Такого не было никогда и скорей всего, такое случается только раз в нашей жизни. Когда забываешь – кто ты, видишь, чувствуешь, живешь другим человеком. Другим? Нет, не другим. Когда два тела сливаются в одно, две души парят рядом, два сердца бьются в унисон. Когда не разобрать где твои поцелуи, а где ее, где твои руки, где ее, когда смотришь в глаза напротив и видишь себя, когда уже не важно, где заканчиваешься ты и начинается она, потому что эти границы отсутствуют. Когда слезы текут, потому что ты счастлив, когда нет слов, потому что все они ничто и ни одно из них не сможет передать чувств. Когда самым понятным языком становится язык двух душ, которые ошибались и падали, поднимались, искали опять, и, наконец, найдя друг друга, не могут наговориться. Они шепчут и кричат, они ласкают друг друга и срываются в бешеный галоп, то взлетают, то несутся вниз.

***

– Уже темно на улице. – Света продолжала целовать шею и плечи Валерии.

– Рано темнеет, зима же. – Улыбалась Вэл, сильней прижимая к себе Свету, как самое драгоценное сокровище, боясь, что оно опять исчезнет.

– Ты простишь меня? – Света удобней улеглась на плече. «Я счастлива».

– За что мне тебя прощать, малыш?

– За то, что не дождалась…- Она волновалась, вдруг все закончится, вдруг Валерия не сможет простить.

– Я тоже не была безгрешной. – Руки крепче обняли девушку.

– Правда? Ты меня успокоила, а то я напридумывала себе, что ты там духовным поиском занималась, а ты, оказывается, развлекалась. – «Я рада, что у нее кто-то был? Кому расскажи, назовут сумасшедшей».

Валерия ничего не сказала, только тихо рассмеялась.

Увидев, что хозяйка и гостья, которая так нежно гладила по шерстке, на коленях которой было так приятно сидеть, успокоились, Баст легла у них в ногах, и задремала. Ей было уютно и спокойно.

– Расскажи мне, как ты там жила.

– Хорошо, все расскажу, но чуть позже…

«Ну вот, опять началось», котенок соскочил с кровати и улегся в кресле, когда эти двое начали заниматься непонятным делом, но это не тревожило Баст, она чувствовала, что хозяйка счастлива, волны счастья исходят и от второго человека, которого она приняла, «надо будет просить у нее лакомства, наверняка будет давать».

Эпилог

– Ты долго еще будешь возле монитора сидеть? – Светлана подошла и села на корточки рядом с Валерией.

– Да. – Рассеянно произнесла женщина, не отрывая взгляда от монитора, продолжая печатать.

– Да? Ты меня слышишь? – Света улыбнулась. – Теперь всегда «да» будешь говорить? Я могу воспользоваться и спросить или попросить что-то ужасное.

– А что ты спросила? – Вэл посмотрела на сидящую возле нее девушку.

– Я спросила, спать сегодня собираешься или просидишь всю ночь? Ты уже несколько часов не разгибаешься.

– Уже закончила, сейчас все выключу. – Валерия взъерошила черные распущенные волосы.

– Хорошо, потому, что я спать хочу. – Света встала.

– Спать? – Бровь поползла вверх в удивленном и одновременно дразнящем жесте.

– О, ну если ты можешь предложить что-то другое, то могу передумать. – Девушка улыбалась.

***

Они жили вместе почти год. Валерия часто уезжала на неделю-две, однажды почти на месяц, занимаясь сбором материала для своих статей и обзоров различных храмов, городов, культурных и туристических центров Индии. Но каждый раз, когда она уезжала, Света знала – она вернется, вернется к ней, вернется домой.

Однажды, в один из вечеров, они просто лежали, смотрели телевизор, какую-то комедию, смеялись и дурачились. Став внезапно серьезной.

– Ты не хочешь уехать туда жить?

Валерия ненадолго задумалась.

– Я думала об этом, раньше. Даже представляла себе, как это будет, мне нравился такой план, я готова была его воплотить в жизнь.

Затем она замолчала, Света не перебивала это молчание, потому что видела, Вэл ищет слова, что бы продолжить. А потом она сказала фразу, которая расставила все по своим местам.

– Мой дом там, где есть ты, а где он будет географически, не имеет значения.

Эти слова были сказаны без пафоса и, даже без особых эмоций, они просто были сказаны и от этой их обыденности, естественности, от ровного и спокойного голоса их произнесшего, внутри разлилась уверенность. Теперь Светлана могла сказать о них двоих «мы», теперь были «они», «вместе».

***

– Могу предложить закончить эскизы, которые ты мне обещаешь уже две недели, только обещаешь. – Валерия насмешливо смотрела на то, как на лице у девушки появилось возмущение.

– Я, между прочим, все это время работала! У меня совсем нет времени, что я разорваться должна? Я помню, еще неделя есть, успею. – Света развернулась, готовая выйти из комнаты.

– Мы договорились делать это вместе, помнишь? Я пишу – ты занимаешься рисунками. У нас много работы, малыш и, кстати, за эту работу нам не плохо платят, не вынуждай меня искать другого партнера. – Тон был серьезным, но глаза смеялись, Света не могла понять, серьезно все это было сказано или над ней подшучивают.

– Что ты этим хочешь сказать? – Решила она прояснить ситуацию.

– Я хочу сказать, что через месяц мне опять надо будет уехать. Признаться честно, устала это делать одна, без тебя, ты сумела вырваться всего один раз и то улетела через четыре дня назад. – Вполне серьезно сказала Валерия.

– И что ты предлагаешь?

– Пока ничего, сначала хочу тебя спросить. Рекрутмент – это дело всей твоей жизни и у тебя цель стать директором по персоналу? Если так, то у меня нет никаких предложений, мы справимся с этим, найдем способ. Иди сюда. – Вэл протянула руку. Девушка подошла и села на колени к любимой.

– Мне катастрофически не хватает времени для того, что бы рисовать. Это то, чем я хочу заниматься, а работа – она придавала уверенности, но давно уже не чувствую энтузиазма. Как начала рисовать, работа превратилась для меня в повинность, в средство для получения денег.

– Тебе нравится то, чем ты сейчас со мной занимаешься?

– Да, очень, я бы занималась этим с удовольствием.

– Так ведь можно, слышишь? Это возможно – это не работа на общественных началах, там тоже будет заработная плата, не думаю, что она сильно будет отличаться от твоей теперешней. Плюс возможность попутешествовать. Я не давлю, просто пытаюсь понять, что ты хочешь. Я хочу, что бы ты любила то, что делаешь.

– Не считай себя самой умной. – Девушка улыбалась, глядя на любимую. – Вообще-то – это должно было быть сюрпризом, но раз у нас тут серьезный разговор зашел, то мне придется раскрыть карты. Неделю назад господин Ману предложил мне работу, и я согласилась.

– Почему ты… – Света не дала ей закончить, легко поцеловав. – Подожди – это еще не все.

– С ума сойти, что ты еще мне приготовила?

– На следующий день после этого предложения, я написала заявление об уходе из компании. Пережила истерику Олега, потом расспросы коллег, особенно Насти. Не хотела тебя расстраивать всем этим, но не это главное, просто хотела сделать сюрприз, поэтому и не говорила. Если б ты знала, то какой это был бы сюрприз? Сегодня мое заявление подписали, значит, через месяц мы полетим вместе.

У Валерии не было слов, правильнее сказать, слов было так много, что она боялась – не хватит жизни, что бы сказать их все этой девушке. Она сделала то, что заменило все слова, поцеловала ее.

– Тогда я готова идти спать – переведя дух после поцелуя, сказала Вэл.

– Спать? – Передразнила Света вопрос, который ей задали немного раньше.

Acta est fabula

Content

Leri Hot
Свобода на двоих

Часть первая. Все сначала. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Часть вторая. Найти себя. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Часть третья. Abiens abi?

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Эпилог