ЛАРИ РУБИН

ПЕСОЧНЫЕ ЧАСЫ ВСЕЛЕННОЙ

Книга 1

Начало

ПРОЛОГ

Когда взошло солнце, окрасив край неба розовым сиянием, Он уже не спал. Присев на камень, Он смотрел вдаль, на густой лес, на розоватые облака, слушал шелест листвы и ощущал дуновение ветра. Как долго Он не обращал внимания на такие мелочи, как облака и ветер, не замечал звезд и луны. Он просто жил, шел по жизни, подгоняя время и ища встречи с Ним, со своим Врагом. Борьба и погоня длились уже давно. Сколько дней, месяцев и лет Он, забыв о собственной жизни, покушался на чужую, мечтал обагрить его кровью свой меч. И, вот сейчас, Он сидел и смотрел на небо, дышал и не мог надышаться, ловил последние мгновения прекрасного осеннего утра, потому что его путь и погоня подошли к концу. Сегодня был последний день, и Он знал это. Знал также точно, как и то, что сегодня он убьет его. Это будет последний бой, который начался много лет назад и который должен будет завершиться именно сегодня, этим прекрасным солнечным днем.

Он вспоминал всю свою жизнь. Что в ней было хорошего? Борьба за жизнь, борьба за власть, борьба за любовь и вот уже борьба за смерть - за право убить и положить конец. Был ли Он счастлив? Пожалуй, да, потому что шел своей дорогой, не переходя дороги другим и не пропуская по своей дороге никого впереди себя.

Посмотрев еще раз на облака, Он встал. Ему предстоял последний, недолгий путь до встречи со своим Врагом. Он так много думал о нем, что успел с ним породниться. Так бывает, когда мысли слишком долго заняты одним человеком.

Войдя в лес, Он прислушался и тихим шагом, не задевая веток и кустов, двинулся вглубь леса. Особым, почти животным, чутьем Он находил малейшие следы присутствия в лесу человека. Он шел, не останавливаясь, пока не увидел своего Врага. Глядя на того,  кого он так долго искал, Он рассмеялся, громко и с удовольствием.

Враг сидел на поваленном дереве, скрестив руки на груди. Его глаза были закрыты, и казалось, он с удовольствием вдыхает пряный запах леса. Громкий смех, возникший почти из неоткуда, неожиданно, не удивил его и не заставил даже открыть глаз. Он был достойным Противником – сильным, волевым, жестоким и умным. Пока из-за деревьев не вышел тот, кто так долго его искал, Враг сидел неподвижно и спокойно. Медленно открыв глаза, он усмехнулся и смерил презрительным взглядом худую фигуру своего преследователя. Его цепкий взгляд быстро отметил износившуюся одежду, спутанные черные волосы и бледность, которая проступала сквозь смуглую кожу.

- Что смешного? – негромко спросил Враг.

- Ничего,  кроме того, что ты радуешься жизни, вдыхаешь ее запахи и греешься в ее лучах, - ответил Он.

- Долго идешь?

- Я давно иду.

- То-то я смотрю вид у тебя усталый.

- Чего  никак  не  скажешь  о  тебе, -  ответил  Он, глядя на богатую и чистую одежду, на сильную, крепкую фигуру, полную сил.

- Конечно,  я  ведь  не  утруждаю себя пустыми поисками, а живу в свое удовольствие. Что ты стоишь? Иди, садись рядом, места на этом бревне нам обоим хватит.

- На бревне места, может быть, и хватит, а на земле нет.

- Уж   не   собираешься    ли   ты   меня   убить? – наигранно и удивленно спросил его Враг.

- Ты стал догадлив.

- Разве стал? Я думал, что всегда был таким.

- Если бы это было так, ты бы давно уже понял, что я не отпущу тебя, а буду идти по твоему следу, пока не выслежу.

- За что же ты меня так сильно ненавидишь? – спокойно спросил его Враг.

- Ты мне не нравишься.

- И это все?

- Все.

- Уважительная причина.

- Да, достаточно уважительная, чтобы покончить с тобой раз и навсегда.

- Мне жаль тебя. Ты выбрал для себя непосильный и неблагодарный труд. Убив меня, ты ничего не добьешься. Меня убить можно, но идею убить нельзя.

-  Что ты называешь идеей, Дьявольское отродье?

- Идеей я называю веру людей, их жизненные законы, их слабости и пороки. Все это, вместе, образует нечто, что доминирует над идеей таких, как ты. Чтобы доказать тебе это, я могу спокойно выпить яду прямо сейчас, на твоих глазах. Но с моей смертью не уйдут ни мое имя, ни мои идеи.

- Ты стал болтлив, должно быть стареешь. Не надейся, что купишь меня своей бравадой. Никакого яда у тебя нет, разве что какое-нибудь зелье, которым ты поишь легковерных дурачков. Ты боишься меня, хоть и хочешь казаться бесстрашным и безразличным к выбору - жить или умереть. Даже если  с земли уйдешь только ты, уже станет легче, и птицы будут в этом лесу петь громче.

- Ну, раз птицы будут громче петь, - сказал его Враг, вставая с бревна, - тогда, конечно, ты можешь вызвать меня на поединок. Только, одолеть меня тебе все равно не удатся, ты слишком устал в своих скитаниях. Надоел ты мне, идешь по следу, словно пес за лисой. Я ждал тебя сегодня. Сидел вот тут и ждал, когда ты, к своей огромной радости, меня найдешь. Давай, вынимай свой меч, если он у тебя не заржавел совсем, и сразись со мной. Я ждал этого боя, так же долго, как и ты.

С этими словами Враг выхватил меч, и перебросил его из одной руки в другую. Его могучая фигура излучала зло и ненависть…

Бой длился долго, он был яростным и отчаянным, словно они сражались не за одну жизнь, а за несколько. Казалось, они остановятся только тогда, когда изрежут друг друга мечами на куски. Когда силы Врага изменили ему, на его лице удивление быстро сменилось страхом, потому что он видел, как его противник, пропитанный потом и кровью, падал и поднимался, словно не чувствовал ран и боли. Сделав невероятное, нечеловеческое усилие Он ударил своего Врага мечом в грудь и тут же почувствовал ответный удар…

Враг упал на одно колено. Сквозь хрипы, вырывавшиеся из груди Врага, Он услышал слова:

- Я ошибся, Господи, он не должен был…

Произнеся эти слова, он услышал такой же хриплый стон в ответ:

- Я передам Господу твои слова.

Открыв тяжелые веки, Враг увидел над собой сияние. Сияние окружало его противника, который стоял, пошатываясь, тяжело дыша, а его фигура медленно растворялась в золотом облаке.

Враг зажмурил глаза и открыл их снова. Жизнь дарила ему свои последние минуты, и возможность увидеть того, с кем он боролся долгие годы. Вместо щуплой фигуры он увидел над собой высокого молодого человека. Вместо слипшихся от пота и крови черных волос - по плечам молодого мужчины струились густые, светлые волосы, от которых исходило воздушное сияние. Карие глаза, стали голубыми, большими, несколько необычной для человека формы. За спиной у молодого мужчины были большие белые крылья.

- Кто ты? – прохрипел свои последние слова Враг.

Его душа уже покидала бренное тело, но словно сжалившись над ним, успела шепнуть его почти потухшему сознанию имя его победителя. Душа всегда знает больше самого человека и видит истинное лицо живущих на земле существ.

Видение с большими белыми крыльями возникло на минуту и исчезло вместе с последним мгновением жизни Врага. Враг был мертв, поэтому не увидел, как смертельно раненый последним ударом меча, его противник упал лицом в траву и больше не поднялся.

Они погибли вместе, выполнив свое предназначение.

Маленькая, воздушная девушка, которую называли Эйла, с розовыми волосами, заплетенными в тугие косички, стояла в большом зале и заворожено смотрела на идущих Небесных Воинов.

- Новенькая? – услышала она над своим ухом, и оглянулась.

Рядом с ней стояла такая же девушка  в зеленом платье и с зелеными косичками.

- Нет, - ответила Эйла, - но не могу привыкнуть. Как только вижу их, просто сил нет идти. Стою и смотрю.

- Понимаю, слишком много  энергии исходит от них. К тому же, сейчас они собрались в полном составе.

- Как они прекрасны, - произнесла Эйла, сложив на груди маленькие ручки, - как бы мне хотелось быть на их месте.

- Ты выбрала для себя плохое желание. Они прошли долгий и тяжкий путь, прежде чем стали Небесными Воинами.

- Тогда, хотя бы заговорить с ними, но они, должно быть, и смотреть на меня не станут.

- Кто знает, может быть, они тебя и заметят. Я, правда, сама никогда к ним близко не подхожу.

- Почему? – удивленно спросила Эйла

- Не люблю, когда на меня смотрят сверху вниз.

- Они слишком высокого роста.

Между тем Небесные Воины продолжали свое шествие по огромному залу, с прозрачным куполом вместо потолка, сквозь который были видны огромные голубые звезды.

- Видимо,   сегодня   должно   состояться   очень   важное совещание, посмотри, как они одеты, - сказала собеседница в зеленом платье.

- Я только однажды видела их с крыльями, это так красиво, - восторженно произнесла Эйла.

- Еще бы. У нас с тобой таких крыльев не будет. Но я согласна носить и свои, - сказала она и пошевелила за спиной маленькими, серенькими крыльями.

- Да, но их крылья…

Воины шли в полном своем обмундировании и за спиной у каждого из них были сложены большие крылья разных цветов, от которых шло сияние. Высокого роста, атлетически сложенные, они шли, казалось, не касаясь пола. Их строгие, мужественные лица были молоды, несмотря на прожитые тысячелетия своих и чужих жизней. Величие и сила, исходившие от них, поражали и вызывали уважение.

- И,  все-таки,  в  моей  душе  есть надежда, - тихо сказала Эйла.

- На что? – насмешливо спросила девушка в зеленом платье.

- Ведь, среди них есть женщины, может быть, когда-нибудь и я…

-  Вот им я особенно не завидую.

-  А, как ты думаешь, почему их собрали всех вместе?

- Видимо, наш Правитель задумал серьезные перемены во Вселенной.

- Боюсь я таких событий.

- Почему?

- Я   бывала   на   других   планетах,   когда   на    них происходили глобальные изменения. Это страшно.

-  Привыкнешь.  Ну,  что, так и будешь здесь стоять?

- Так и буду. Меня должны вызвать для объявления нового задания.

- Везет тебе. А я все дома. Ладно, желаю удачи, - сказала собеседница и быстро исчезла.

Оставшись одна, Эйла села на скамеечку, которая возникла в воздухе рядом с ней, и сложила свои ручки на коленках. Ее большие серые глаза мечтательно смотрели сквозь купол на мерцающие и далекие звезды. Время остановилось, замерло и позволило ей думать о сокровенных желаниях, которые жили в ее душе и не давали ей покоя…

Остановившееся время, вдруг, вздрогнуло и понеслось. Неожиданно, для замечтавшейся Эйлы, рядом возникла высокая фигура одного из Воинов. Вскрикнув от неожиданности, она вскочила со своего стульчика, который тут же исчез в воздухе.

Небесный Воин внимательно смотрел на милое существо с розовыми косичками и чему–то улыбался.

- Ты ждешь своего вызова? – спросил Воин.

Она кивнула.

- Я сообщу тебе о твоем новом задании. Пойдем со мной.

- Вы? – тихо прошептала девушка, завороженно глядя на Небесного Воина, который, хоть и смотрел на нее сверху вниз в силу своего высокого роста, но, словно, был с ней на одном уровне.

- Ты  когда-нибудь  была  на  Земле? – спросил Небесный Воин.

- Из  Солнечной  системы?  –  переспросила  Эйла,  и  ее маленькие крылья за спиной вздрогнули.

- Да, из Солнечной системы, – подтвердил Воин.

- Я была там.

- Тебе понравилась эта планета?

- Нет.

- Ничего не поделаешь, придется посетить ее еще раз.

- С   вами?  –   спросила   девушка   и  ужаснулась собственной смелости.

- Со мной, - ответил Воин и улыбнулся.

Эйла зажмурилась и прижала ручки к груди, из которой вырывалось ее маленькое сердечко.

- Ты испугалась? – строго спросил ее Воин.

- Нет, я обрадовалась.

Воин неопределенно хмыкнул.

- Хорошо,  нам  пора  идти, - сказал Воин.

Он взял Эйлу за руку, они растворились в воздухе.

Небесный Воин стоял на вершине снежной горы и смотрел вниз. Он прибыл сюда для того, чтобы выполнить свое очередное задание. Ему и прежде приходилось бывать на этой планете, и сейчас, глядя вдаль, он думал о том, что всего неполных двести лет отделяют его от того времени, когда он в последний раз был здесь. Это было воплощение в человека, гонимого по жизни вперед в борьбе за свои идеалы и погибшего со своим Врагом в один день. Прошло почти двести лет, и он снова прибыл на Землю, но уже с совершенно другой миссией.

Вокруг него сверкал ослепительный снег, но Небесный Воин не зажмуривал глаз потому, что его глаза могли смотреть даже на Солнце. Земля изменилась за время его отсутствия, но люди остались прежними. Он смотрел сквозь время и видел, что пройдет еще много сотен лет, прежде чем человек начнет меняться. Но до тех пор произойдет еще много горестных и радостных земных событий.

Воин переключил свое внимание на настоящее. Время, в которое он прибыл, было неспокойным, тяжелым, голодным и враждебным. Ему предстояло здесь родиться и жить. Выполнив свою миссию, он вернется вновь в свое тело и в свой Мир. Задачи, которые стоят перед ним и средства их выполнения он забудет и вспомнит о них только тогда, когда ему исполнится двадцать пять лет. А до тех пор он будет жить простой человеческой жизнью, перенося все тяготы этой жизни, не зная и не помня, кто он такой. Понимание и память вернутся к нему постепенно, удивляя человека, которым ему нужно будет стать и, заставляя постоянно сомневаться в себе и своих возможностях.

Он оставил свой дом, который будет жить без него своей жизнью, заботясь о себе сам. Дом сам будет ухаживать за его любимыми цветами, и заботиться о животных, которых он привозил домой из своих многочисленных походов.

Воин вспомнил, какими восторженными глазами смотрела на него маленькая Эйла с розовыми косичками. Она мечтала стать Небесным Воином, в мыслях ей представлялась его жизнь, полная романтики и приключений. Не дано ей было знать о сути всей его жизни.

Воин снова посмотрел вдаль и увидел своих будущих родителей. Сутулый, угрюмый отец, который целыми днями работал, чтобы прокормить свою семью. Уставшая, нездоровая мать, сидящая сейчас на кухне, положив руки на свой большой живот. Она и не подозревала о том, кого родит завтра ближе к полудню. Видел двух своих братьев. Один из них умрет вскоре после его рождения, а другой так и останется для него чужим и не взлюбит его потому, что будет считать не таким как все.

День клонился к закату. Небесный Воин был спокоен, для него еще одна прожитая в чужом мире жизнь, это всего лишь одно из заданий. Воин повел плечами, свободными от крыльев и с сожалением посмотрел на свои доспехи и оружие, с которыми ему придется сейчас расстаться. Впрочем, когда бывало нужно, Воин мог поражать и убивать голыми руками и на расстоянии.

Глядя на белоснежный снег, покрывающий землю, Воин подумал:

- Здравствуй, новая жизнь.

Вздохнув, Воин шагнул с вершины горы, покрытой снегом, вниз…

1

Крики толпы становились все злобнее и громче, казалось, что все эти люди хотели убить его. Он закрыл уши руками и побежал. Ноги скользили по снегу, он спотыкался и падал, поднимался, вставая на колени, но не отнимал ладоней от головы. Он боялся, что эти крики ворвутся в его сознание с новой силой, оглушат настолько, что сердце его не выдержит и разорвется на куски.

- Пусть каждый кусочек моего сердца достанется этим людям, - думал он, продолжая бежать, - пусть так и будет. Я любил всех этих людей, любил преданно, просто потому, что не мог иначе. Пусть моя любовь останется с ними. Я ни в чем не виноват. Люди, я ничего не сделал для вас плохого.

Но, люди, которых так любил этот, еще молодой человек, изгнали его, не дав даже сказать что-либо в свое оправдание. Он бежал все дальше и дальше. Крики давно уже остались позади, но он боялся отнять рук, боялся оглянуться, потому что надеялся, что она побежит за ним вслед. Наконец, он устал, сердце его бешено стучало, дыхание прерывалось.  Он остановился, опустил руки и услышал тишину, только карканье ворон доносилось откуда-то сверху.

Оглянувшись, он увидел, что город остался позади, вокруг была равнина, покрытая белым снегом. Редкие черные деревья покачивали своими скрипучими ветвями и, как будто, вздрагивали каждый раз, когда очередной черный ворон усаживался на них.

Молодой человек отдышался и почувствовал холод. Ветер развевал его бедный плащ. Начал падать снег и его длинные черные волосы вскоре стали седыми от снега.

- Мама, - подумал он, - только ты у меня и осталась. Ты никогда не прогонишь своего сына, никогда не станешь бранить меня. Ты всегда будешь любить и защищать меня, как в детстве.

Еле передвигая ногами, он побрел к той единственной женщине, которая навсегда останется в его сердце. Быстро темнело, равнина сменилась рощей. Деревья обступали его, надвигались из темноты, словно призраки, но он продолжал идти. Пройдя еще немного, он резко остановился.

- Наконец, я пришел к тебе, мама, - прошептал он.

Его ноги подкосились, и он упал. Уткнувшись в снег лицом, он обнял землю и заплакал.

- Встань с земли, сынок. Нельзя лежать на земле.

- У меня нет сил.

- Ты должен подумать о своем здоровье.

- Мне оно больше не нужно.

- Ты, что говоришь, сын?!

- Мама, они прогнали меня, они кричали мне в след, чтобы я убирался и никогда больше не приходил. Мне больше некуда идти.

- Ты должен бороться за свою жизнь.

-  Зачем она мне?

- Ты   должен   бороться   ради   себя и ради той девушки, которую ты любишь.

- Она больше не любит меня. Она была среди тех, кто гнал меня.

- Тогда борись ради самой жизни!

- У меня нет больше сил.

- Если ты сейчас же не встанешь, ты замерзнешь здесь.

- Как бы я хотел уснуть и, проснувшись, снова увидеть тебя. Снова обнять мою маму, ощутить, как твои руки гладят меня по волосам. Мама, как мне плохо…

Рыдания сотрясали одинокую фигуру, которая медленно покрывалась снегом. Снег падал крупными хлопьями, опускаясь на человека, лежащего на могиле своей матери. Сумерки все больше сгущались, и кладбище погружалось во тьму.

Он очнулся оттого, что кто-то хлопнул его по плечу. Оторвав от снега запорошенную голову, он посмотрел вокруг. Никого не было.

- Не для того, я прожила такую тяжелую жизнь и умерла молодой, чтобы мой сын замерз на моей могиле. Встань и иди.

- Куда?

- Тебе   нужно   сейчас   спасти   свою жизнь. Какой ценой – решай сам. Но, если ты погибнешь этой ночью, моя душа будет страдать вечно, - последние слова донеслись до его сознания уже издалека.

Заледеневшими руками он уперся в землю и встал на колени.

- Хорошо, мама, я сделаю так, как ты хочешь.

Еле поднявшись на ноги, он оглянулся. Рядом росло большое дерево. Негнущимися ногами он добрел до него и увидел, что нижние ветви расположены низко. С большим трудом он взобрался на это дерево и уселся на широкой ветке.

- Возможно, я здесь и не замерзну, - подумал он, - хотя…

Он улыбнулся, представив себе, как кто-нибудь увидит его мертвое тело, сидящее на дереве. Но мысль о матери заставила его подавить улыбку. Прижавшись всем телом к широкому стволу, он старался согреться, словно было возможно получить тепло от дерева, когда-то согретого летними лучами солнца. Глаза закрывались, очень хотелось спать. Но он понимал, что, если сейчас заснет, то никогда больше не проснется.

- Мне бы только эту ночь пережить, - думал он, - а там жизнь покажет. Если Богу будет угодно, я уйду с этой земли вслед за матерью, и ее душа не будет по мне страдать. Только бы пережить ночь…

Но силы оставляли его. Медленно, медленно, по каплям уходила из него жизнь, замерзая и падая на землю белыми снежинками. Его глаза сомкнулись, и холодная тяжесть легла на сердце…

Раздавшийся крик женщины настолько удивил его, что он резко дернул головой, прижатой к дереву. Это резкое движение болью пронеслось по его телу. Было уже совсем темно, только луна выглядывала из-за несущихся по небу снежных облаков. Все кладбище осветилось лунным светом, и он увидел закутанную фигуру, с развевающимися волосами. Женщина махала в воздухе руками и кричала.

- Что это? – подумал он.- Неужели я грежу?

Но несмолкающий крик заставил его поверить в то, что это реальность.

- Ты меня слышишь? Эй, ты, очнись, если не хочешь, чтобы я залезла на дерево и столкнула тебя на землю.

- Кто ты? – захотел он крикнуть, но вместо крика у него получился шепот.

- Ты что-то сказал? – не унималась женщина. – Спускайся.

- Я не могу, замерз, - чуть погромче сказал он.

- Что,   что?       А…     ты,     видно,    замерз.  Разожми руки и сваливайся, под деревом столько снега, что ты не убьешься.

Он пошевелился, убедился в том, что его руки гнутся и начал спускаться с дерева.

- Еще чего, свалиться, словно мешок. Нет, я, уж, постараюсь спуститься сам.

Ему это почти удалось, он упал только с последних веток. Молодой человек сидел на снегу и смотрел на приближающуюся фигуру, которая оказалась молодой девушкой.

- Вставай, нельзя сидеть на снегу, - строго сказала девушка, и ему показалось, что это сказала ему его мать.

Пошатываясь, он поднялся.

- Держись за меня и иди.

- Куда? Ты кто? – спросил он.

- Пойдем со мной, здесь недалеко. Я здесь живу.

- На кладбище? – удивленно спросил он.

- Ты хочешь замерзнуть или идти со мной? Умереть на кладбище и переночевать на кладбище – это очень разные вещи. Решай, - спокойно сказала она.

- Хорошо, я пойду.

Она хмыкнула, и они пошли. Довольно скоро, он увидел небольшой домик, вокруг которого росло много деревьев. Девушка открыла дверь, пропустила его вперед, и он оказался в маленькой, но очень теплой комнате.

- Отец, я нашла его на дереве, - сказала она.

Он увидел в комнате пожилого человека, который сидел за столом и делал какие-то заметки в тетради. При появлении гостей, пожилой человек поднял голову и посмотрел на них.

- На дереве? – переспросил он.

- Да,   он,   по-видимому,   решил   на   нем   переночевать, - ответила дочь.

- Проведи его  к огню, - сказал отец дочери. - Вам нужно согреться, - обратился он к гостю, - горячий ужин и хороший сон, вот, что вам сейчас нужно.

Уже засыпая, гость не переставал бормотать слова благодарности.

2

Утро принесло гостю неожиданное открытие того, что он спит у очага, в котором догорали угли. В комнате никого не было. Набросив на себя плащ, он вышел из дома.

- Уже проснулись? - услышал он за своей спиной и обернулся.

Он увидел молодую, красивую девушку, с несколько необычными чертами лица, которая шла к нему с охапкой хвороста.

- Это вы меня спасли? – просил он.

- Я, - ответила девушка.- Как вас зовут?

- Мартин.

- А меня - Лиззи. Что вы забыли ночью на кладбище? – спросила она.

- Мне некуда было идти, - ответил он.

- Как так? Откуда вы взялись? – удивилась девушка.

- Я жил в городе, но вчера… - он запнулся.

- Ну,   -   девушка   подошла   к   нему   почти   вплотную и, перехватив свою вязанку, с любопытством заглянула ему в лицо, - ну, так, что случилось вчера?

- Словом,     мне     нельзя     возвращаться.    Моя мать похоронена здесь. Мне некуда и не к кому было идти, поэтому вчера ночью я пришел сюда.

- Вы - преступник? – с восхищением спросила девушка.

- Нет, я не преступник, я не совершил ничего такого, что могло бы считаться преступлением.

- Ну, как хотите, можете хранить свою тайну, - пожав плечами, девушка пошла к дому. – Идемте. Вы, наверное, голодны, я покормлю вас, - сказала она ему, не оборачиваясь.

Он послушно пошел следом.

- Скажите, кто вы, чем здесь занимается ваш отец? – спросил он.

- Мой отец – смотритель этого кладбища, - ответила девушка и остановилась.

-  А вы? Вы тоже живете здесь? – удивленно спросил он.

-  Ну, да, - ответила девушка.

- И вам здесь не страшно и не скучно? Что здесь делать такой молодой девушке, как вы? – удивился он.

- Нет, мне не страшно. А работы всегда хватает.

- Но вы не можете не нуждаться в общении молодых людей, здесь же никого не бывает, а погребение – не повод для знакомства и общения.

- В общем, вы правы. Я жила некоторое время в городе, из которого вы сбежали вчера, работала у разных людей, но мне эта работа не по душе. И я вернулась к отцу.

- Ваш отец давно работает смотрителем? – спросил он, рассматривая ее лицо и стараясь понять, что ему кажется в нем таким странным.

- О, иногда мне кажется, что уже целую вечность, - ответила девушка и рассмеялась.

- Давайте, я вам помогу, - сказал он и забрал у девушки охапку хвороста. - Я очень благодарен вам, если бы не вы, сидел бы я сейчас на дереве, пугая ворон, - сказал он, улыбаясь.

- Не пугая, а скорее привлекая, - поправила она его.

- Что?  А,  ну,  да,  это  все  так страшно. Смерть, вообще, страшна.

- Вы думаете? – с улыбкой спросила девушка.

- Вы, конечно, уже привыкли, а я до сих пор содрогаюсь при воспоминании о том, как умирала моя мама, - с грустью сказал он.

- Ваша мама долго болела? – с участием спросила девушка.

- Нет, все случилось как-то вдруг, очень неожиданно для меня. У нее появилась слабость, она слегла и угасла, быстро, как зажженная свеча. Она понимала, что умирает и все время, пока у нее были силы говорить, давала мне советы. Словно, хотела уберечь меня от всевозможных бед на всю жизнь. Мне почему-то кажется, что ваше лицо мне знакомо. Вот только я никак не пойму, где я вас видел.

- На кладбище, - сказала девушка и улыбнулась.

- Нет, не здесь, это точно. Мне кажется, что я видел вас во сне, в очень длинном, страшном сне.

- Что  вы,  просто  вчера  вы  слишком  много пережили. Пойдемте, нужно подбросить хворост в огонь, а то очаг совсем остынет.

- Да, да, - задумчиво ответил он, и они вошли в дом.

3

- Что же вы намерены теперь делать? – спросил его вечером того же дня отец девушки.

- Пойду  искать себе работу и жилье.

Девушка выразительно посмотрела на отца. Тот, заметив, ее взгляд, слегка кивнул ей головой и сказал гостю:

- Если вам нужна работа, я могу вам ее предложить.

Гость удивленно спросил:

- Вы? Какую?

- Моим помощником. Лиззи уже сказала вам о том, что я - смотритель этого кладбища?

- Да,  -  растерянно  ответил  Мартин,  который никак не ожидал такого предложения.

- Моя дочь рассказала мне о вашем разговоре. Вы простите ей ее болтливость. Но я понял, что вы попали в сложное положение, а мне как раз нужен помощник. Так, почему бы вам здесь не остаться, по крайней мере, на зиму, а там видно будет. На самом деле, в этой работе нет ничего страшного и плохого, ведь кто-то должен следить за порядком на кладбище.

- Ваше предложение для меня очень неожиданно. Но я благодарен вам за желание мне помочь. Еще вчера утром я жил своей жизнью, а уже сегодня оказался здесь, - сказал с иронией Мартин.

- Я сам не скоро привык к этой работе. Но потом понял, что эта работа ничуть не хуже любой другой.

- Вы знаете, я должен подумать, извините меня, но я хотел бы немного пройтись, - сказал гость.

- Конечно, - сказал отец, - здесь не парк, но можно найти хорошие места для прогулки.

Гость вышел из дома и вздохнул с облегчением.

- Какое может быть согласие, - подумал он, - нужно проститься с мамой и уходить отсюда.

С этими мыслями он быстро шел к могиле, и, чем ближе он подходил, тем легче ему становилось. Был тихий безветренный вечер, звезды на небе спокойно мерцали, а лунный диск освещал все вокруг голубым светом.

Подойдя к могиле, он с удивлением увидел, что на ней лежат еловые и рябиновые ветки. Вместе они создавали красивое сочетание зеленого и красного цветов, хотя и теряли свою привлекательность в сумерках вечера. Он оглянулся на дом смотрителя.

- Спасибо тебе, - прошептал он, обращаясь к девушке, потому что кроме нее больше некому было это сделать. – Только, откуда ты узнала, где ее могила?

Подойдя ближе, он прошептал:

- Добрый вечер, мама. Я остался жив. Чудо спасло меня.

- Как я рада этому, сын. Теперь ты проживешь долгую и хорошую жизнь.

- Может быть… Кто это может знать?

- Я знаю. Здесь лучше начинаешь понимать жизнь.

- Я  пришел  проститься  с  тобой, мама. Не знаю, когда я приду к тебе снова. Может быть, никогда.

- Ты уходишь? Ты не хочешь принять помощь спасших тебя людей?

-  Да,    я    знаю,    что    поступаю неразумно. Но я не могу оставаться на кладбище. Здесь всюду смерть.

- Думаешь, среди людей – жизнь?

- А, что же еще?

- Жизнь    и    смерть   –   две    величайшие  иллюзии человечества. Не торопись с отказом. Я чувствую, что, если ты уйдешь, твоя жизнь снова может оказаться в опасности.

Он задумался, и его сердце наполнилось ощущением чего-то важного и хорошего. Он поднял голову и посмотрел на луну. Ему, вдруг, показалось, что луна придвинулась к нему ближе. Мечтательность овладела им. Непонятно отчего, к нему пришла уверенность в том, что он нашел то, что искал всю свою сознательную жизнь.

4

Мартин не спеша шел  к дому смотрителя, но, то и дело, останавливался. Остановившись в очередной раз, он задумался над сказанными матерью словами.

- Вы, я вижу, не боитесь ходить здесь ночью? – услышал он и оглянулся.

За его спиной стоял Смотритель.

Немного помолчав, он ответил:

- Нет. Здесь похоронена моя мать.

- Ваша мама? – удивленно спросил Смотритель.

- Да. Я хотел проститься и сказать ей… впрочем, это не важно.

- Позвольте мне дать вам совет. Если вы хотите о чем-либо поговорить с умершим человеком, для этого вовсе не обязательно идти к его могиле.

- Да?

- Да.  Попробуйте,  и  вы  в  этом убедитесь. Кстати, как собственно вы говорите с вашей мамой?

- Странный вопрос. Мысленно или вслух.

- И она слышит вас?

- Конечно, слышит, она отвечает мне.

- Отвечает? – спросил Смотритель, и голос его стал, вдруг, строгим. – И, как вы слышите ее ответ?

- Мысленно. Я не слышу ее голос, но ее ответ возникает в моей голове.

- А вы уверены в том, что вам отвечает именно ваша мама?

- Я не понимаю вас. Конечно же, это она. Кто же еще может мне ответить? Ведь, я обращаюсь к ней, а не к кому-то еще.

- Вам, должно быть, кажутся странными мои вопросы. Но, поверьте, они важны, и их смысл вы поймете несколько позже. Вы рассказывали кому-либо о том, что слышите ответы вашей мамы?

- Н-нет, - запнувшись, ответил Мартин.

- Вы   рассказали   об   этом   человеку,   которому  очень доверяли. Но отношение этого человека к вашей откровенности было таким, что теперь, отвечая на мой вопрос, вы солгали. Вы не привыкли лгать.

- Откуда вы знаете о том, что я не привык лгать? – настороженно спросил Мартин.

-  Вы запнулись, когда ответили.

- Да, я не привык лгать. И я говорил об этом с девушкой, которую любил, - тихо произнес он.

-  Вам  прежде  трудно  жилось,  и вам  непросто будет жить дальше.

- Почему?

- Потому, что прежде люди сторонились вас, теперь вы будете сторониться людей.

- Вы говорите со мной так, словно знаете, что со мной было, и что со мной будет.

- Вы любили свою маму?

- Очень любил. Я не могу спокойно думать о том, что она лежит здесь, в могиле, в холодной земле и… эта земля просачивается сквозь доски ее гроба, падает ей на лицо, на руки. Она была такой доброй, красивой, очень любила чистоту, у нее были такие горячие руки…

- Довольно, - строго сказал Смотритель. – Такими мыслями и подробностями вы доведете себя до нервного срыва.

- Нервного срыва? Что означают эти слова?

- Слова, быть может, вам и не понятны, но дело не в этом. Чтобы успокоить вас раз и навсегда, запомните следующее: никто из людей в могилу не попадает. Здесь, в холодной земле, нет вашей мамы, и никогда не было. Потому, что в могилу попадает только тело. А человек – это не тело, а его душа и его сознание.

- Сознание? – потрясенно повторил Мартин.

- Сознание – его мысли, его ощущения. Пока человек жив, его сознание при нем. Как только он умирает – сознание человека исчезает, а душа покидает тело. То, что люди кладут в гроб – не человек, а его оболочка, платье. А человеку  после его смерти нет никакого дела до своего тела. И, поверьте мне, никогда еще не было такого, чтобы в гробу оказывалась душа человека. Поэтому не думайте о том, что людям страшно лежать в сырой могиле, их там нет. Не оплакивайте мертвое тело, это все равно, что целовать платье своей возлюбленной, вместо того, чтобы целовать ее саму. Люди плачут над телом потому, что для них человек – это то, что они видят, то есть - тело. Если бы люди могли видеть не только тело, но и душу человека, они вели бы себя совсем иначе. Я достаточно вас успокоил?

- Откуда вы это знаете?

Смотритель молчал.

- Откуда вы знаете об этом? – потрясенно повторил Мартин свой вопрос.

- Важно не то, откуда я это знаю, а то, что я знаю правду. Так и есть на самом деле.

- Но, ведь, бывают случаи, когда хоронят живого человека, приняв его за мертвого?

- Такие случаи бывают по вине докторов, которые порой не могут четко определить грань, отделяющую мертвого человека от живого. Но, болезненное состояние, в котором пребывает такой человек, не имеет отношения к смерти. Мы говорим с вами о смерти реальной, и я еще раз вам повторяю, что после гибели телесной оболочки человека, истинная его суть – его душа - покидает тело. Кстати, вам доводилось видеть мертвых людей, кроме вашей матушки?

- Да, я видел мертвых людей, умер мой отец, брат, были и другие, чужие люди.

- Тогда скажите мне, замечали ли вы, глядя на мертвого человека, что он не похож на себя живого? Конечно, мы не берем в расчет то, что мертвый человек лежит неподвижно, и черты его лица меняются, заостряются или расплываются.

- Да-да, я обращал на это внимание.

- Вы думали о том, почему это так?

- Нет.

- Я вам скажу, почему. Образ живого человека создается его индивидуальностью, его душой. После смерти душа покидает тело, и привычный вид человека исчезает. Такого не бывает, если смотреть на человека спящего.

- Теперь я понимаю. Как это, однако, все и просто, и странно. Что же происходит с душой человека?

- Она уходит туда, откуда пришла на землю.

- Может  быть,  и  так,  но  тогда  скажите  мне, откуда появляются призраки, почему порой мы ощущаем присутствие мертвого человека рядом с собой?

- Призраки?  Призраки  –  это  нарушение механизма перемещения души, которое возникает при несчастных событиях в жизни этого человека.

- Как странно вы говорите, я никогда еще не слышал, чтобы кто-то говорил так, как вы.

- Но вы понимаете меня?

- Да,  я понимаю. Послушайте, если то, что вы говорите - правда, и людей на самом деле в могилах нет, тогда, зачем вы работаете на этом кладбище и следите за порядком?

- Вы сами ответили на свой вопрос. Для того, чтобы здесь был порядок. Порядок на земле – это очень важно. Нарушение порядка вызывает хаос, а он имеет весьма разрушительный характер.

- А ваша дочь? Неужели ей здесь нравится? Почему вы не отправите ее в город?

- В город к людям? Зачем? Чтобы она исчезла в серой людской массе, стала как все и прожила свою жизнь так же, как и другие женщины?

- Вы не правы. Разве люди – это серая масса? И, разве может один человек жить так, как не живет никто?

- Есть люди, которые хотят быть похожими на других, а есть люди, которые стремятся быть иными. Но это слишком серьезная тема, чтобы говорить о ней наспех, здесь, тем более, что мороз усиливается. Пойдемте, - сказал Смотритель и зашагал к своему дому.

5

Зима подошла к своему концу. Уже таяли снега, растопленные солнцем, появлялась молодая сочная трава и маленькие листочки первых цветов. Мартин жил в доме смотрителя, помогая ему во всех его делах и с трудом привыкая к своей новой жизни. Он часто думал - нужно ли ему оставаться у этих людей. Но, чем чаще он над этим задумывался, тем яснее понимал, что ему не следует возвращаться в город, где его хорошо знали и помнили. Его перестало даже тянуть туда, и с каждым днем он все больше убеждался в том, что его место здесь. Мартин не испытывал ни чувства тоски по людям, ни сожалений, ни скуки. Помимо работы на самом кладбище, он много времени беседовал со смотрителем, который был человеком умным и начитанным. Общество же его дочери было для него очень приятно, она ему нравилась все больше и больше.

Но наступил такой день, когда вся его жизнь перевернулась. Утром этого дня смотритель сказал Мартину:

- Нам нужно поговорить.

Мартин, почувствовав неладное, внимательно посмотрел на смотрителя. Но ничего необычного он не увидел. Смотритель, как и всегда, был спокоен, выглядел бодрым и здоровым.

- Что-то случилось? – спросил он.

- Нет, еще ничего не случилось. Но через три дня я умру, - спокойно сказал смотритель.

- Что? – испуганно вскрикнул Мартин, - Вы заболели?

- Я  совершенно  здоров. Но мне пора уходить. Мой жизненный путь подходит к концу.

-  Как же так? Может быть, вам это все только кажется?

- Мне уже давно ничего не кажется, я все знаю наверняка. Пришло время поговорить с вами откровенно, Мартин.

-  А ваша дочь? Она знает об этом?

- Не спешите, чуть позже мы поговорим и о моей дочери. Кстати, я отправил ее в город, у меня там живет моя старая тетя. Я не хотел, чтобы она нам мешала. Садитесь.

Мартин послушно сел на стул.

- Разговор нам предстоит непростой, - начал смотритель. - И, прежде всего, я хотел бы у вас спросить: почему вы бежали из города?

-  Странно, я столько времени живу у вас, и вы меня об этом ни разу не спрашивали.

- Каждому вопросу – свое время. Итак, почему вы бежали?

- Я не бежал из города. Меня из него выгнали.

- Вот как? За что?

- Я внушал людям подозрение и страх. Моя невеста и ее родители решили, что я - колдун. Очень скоро об их подозрениях узнали и другие. Люди сразу вспомнили обо всех моих слабостях и странностях. Им стало казаться, что я опасен, они говорили мне об этом в лицо. Стоило только заболеть какому-нибудь ребенку или, случись какая-нибудь другая беда, они тут же обвиняли во всем меня. Ну, а потом… они выгнали меня из города. Они бежали за мной, бросались камнями, и среди них была девушка, которую я любил.

-  Почему ваша невеста решила, что вы колдун?

- Я вылечил ее от болезни. Она тяжело болела. - Мартин вскочил со своего стула. - Я не мог спокойно смотреть на то, как она умирает. Наш местный лекарь мало, чем мог облегчить ее страдания. Но, что мог я? У меня ничего не было, ни знаний, ни порошков, ни трав, ничего.

- Ничего? – переспросил смотритель.

- Ничего, кроме моей любви к ней. И тогда, сам не знаю, как я, вдруг, почувствовал, что могу ей помочь. У меня, вдруг, возникла какая-то невероятная внутренняя сила. Я старался сдерживать те эмоции, которые переполняли меня, тихо сидел рядом с ней и держал ее за руку. Она лежала без сознания и стонала, потом ее стоны прекратились, дыхание, словно оборвалось, и она открыла глаза.

Мартин замолчал.

- Что же было потом? – спросил его смотритель.

Мартин молчал, он закрыл глаза и словно снова видел то, что произошло. Он покачнулся и уперся рукой о спинку стула.

- Потом? Потом она открыла глаза, посмотрела на меня, и, вдруг, ее лицо исказилось ужасом, словно, вместо меня она увидела какое-то чудовище. Вскрикнув, она закрыла глаза и снова потеряла сознание. Я сидел рядом, боясь пошевелиться, и только слушал ее дыхание. Оно становилось все более ровным, как мне показалось, бессознательное состояние сменилось сном, и она проспала целый день. А потом она проснулась совершенно здоровой и сказала, чтобы я убирался вон из ее дома. Я так был рад тому, что ее состояние улучшилось, что вначале ничего не понял. Но она встала с постели и сказала мне:

- Посмотри на меня. Вчера я уже была мертва, а сегодня я чувствую себя, как нельзя лучше. Я знаю, это сделал ты. Ты – колдун, я видела твое истинное лицо… - Мартин закрыл лицо руками. - Вы не представляете себе, как это было ужасно. Она кричала, вбежали ее родители. Они были испуганны, видя, что их дочь не только встала с постели, но и бегает по комнате. Моя невеста выкрикивала слова обвинения, и ее родители, потрясенные тем, что произошло, поверили ей. Вы понимаете, они не радовались тому, что болезнь отступила, они были переполнены ненавистью ко мне и считали меня колдуном. А вы знаете обвинения ужаснее, чем обвинение в колдовстве?

- Я знаю обвинения более ужасные, но ваша ситуация мне понятна.

- Так, в одночасье, я потерял все, что у меня было.

- Стало быть, своим добрым поступком вы сделали себя несчастным. Так стоило ли совершать этот добрый поступок?

- Я ни секунды не сомневаюсь в этом. Для меня важно то, что она жива и здорова.

- М-да. Однако, смотрите, что получается. Умри ваша невеста или останься она в живых, все равно она не стала вашей женой. Это, вероятно, судьба. А, как вы думаете, что это за сила, которая помогла вам вылечить эту девушку?

- Я не знаю.

- И никогда не задумывались над этим?

- Я   много   раз   думал.    Должно быть, сила моей любви помогла мне. Я очень хотел, чтобы она поправилась.

- Вы так верите в силу любви?

- Да, это единственное, во что я верю. Я думаю, что, если бы моя невеста любила меня, она приняла бы меня любым, даже, если бы я был колдуном.

- А вы не допускаете мысли о том, что она, действительно, видела вместо вас другого человека?

- Нет-нет, ей было очень плохо, но видений у нее не было.

- Да, видений у нее не было, и она видела именно вас. Скажите, это был единственный странный случай, когда у вас проявлялись такие удивительные способности?

- Я   не    знаю,   для   чего   вы   меня   обо  всем этом расспрашиваете, но уверяю вас, я не колдун. То, что моя невеста миновала смерти, было единственным  удивительным событием в моей жизни. Во всем остальном, моя жизнь была лишена каких-либо интересных событий.

- Я расспрашиваю вас обо всем вовсе не потому, что считаю вас колдуном. Я только хотел узнать, как много вы знаете о самом себе.

- О самом себе? Я не совсем понимаю вас. Конечно же, я знаю все о себе, ведь я не сирота, я знаю о моих родителях и их родных. Я знаю, что я не очень хороший человек…

- Да? – перебил его смотритель.

- Да. Я не достаточно смел, боюсь смерти, страдаю от людских обид и не могу их забыть.

- Ужасно, ужасно, - насмешливо произнес смотритель.

- Вам это, быть может, кажется смешным. А для меня это имеет значение.

- Итак, вы простой смертный со своими слабостями и недостатками, я вас правильно понял?

- Правильно.

- А, как быть с вашей способностью разговаривать с покойной матушкой? Кстати, ваша невеста была сильно удивлена этому?

- Когда умерла моя мать, и я понял, что могу говорить с ней, я рассказал об этом своей невесте. Тогда  она сказала мне, что это очень дурно думать, будто говоришь с умершим человеком. Она настолько испугалась и разволновалась, что я тут же соврал ей. Я сказал, что мне все это только кажется, так как я очень переживаю смерть матери и хочу утешить себя тем, что могу говорить с ней. Для себя я тут же решил, что никогда больше не буду говорить со своей невестой на эту тему. Меня очень огорчило ее отношение к этому. Хотя, чего я должен был ожидать?

- Действительно. Ее поведение вполне понятно. Многие люди разговаривают с умершими, но никто не слышит от них ответов. Никто не слышит, а вы слышите. Разве – это не удивительно?

- Для меня это стало обыденным.

- Однако, как быстро вы привыкаете к чудесному. Это даже хорошо. Хорошо и то, что вы не рассказываете мне всего о себе. Это правильно, довольно вы были откровенным. Я же, напротив, не стану ничего о себе скрывать и хочу говорить с вами откровенно. Вот вы меня спрашиваете о том, откуда я знаю, что будет со мной через три дня. Я вам охотно отвечу. Все дело в том, что на самом деле я вовсе не человек. Вернее сказать, не совсем человек, не здешний.

Мартин удивленно посмотрел на смотрителя, его лицо вдруг исказилось и он начал смеяться. Его смех, сначала тихий и прерывистый, стал громким и истеричным.

- О, дорогой мой, вот ведь не ожидал такой реакции на мою откровенность. Что же вы? Я ведь вам ничего смешного не сказал.

Мартин перестал смеяться, сел на стул и тихо ответил:

- Я вам не верю. Что вы хотите от меня?

- Я   только   хотел,  чтобы  вы  меня  выслушали. Вы должны меня понять, вас ведь не поняли и прогнали, из-за того, что вы совершили поступок не свойственный людям. Я тоже, в некотором роде, не такой, как все, и мне хочется поговорить с вами. Что касается того, чтобы верить мне… это не обязательно. Не заставляйте себя верить, просто прислушивайтесь к голосу своего сердца. Оно вас точно не обманет.

Мартин молчал.

- Если вы позволите, я продолжу. Итак, я только внешне похож на человека, но человеком, по сути, не являюсь, потому что пришел в этот мир из другого мира.

- Из другого мира? – вдруг заинтересовано спросил Мартин.

- Да,  из  другого. Этот  мир,  спустя много-много лет, в будущем,  назовут миром параллельным.

Мартин покачал головой:

- Я  не  понимаю  вас,  что  значит…  что  значит параллельным? – спросил он, с трудом произнося последнее слово.

- Я попытаюсь вам очень просто объяснить. Вот смотрите, за этой стеной есть другая комната. Между этими двумя комнатами – стена, она их разделяет. Понимаете?

- Да.

- Так вот, находясь здесь, вы не видите соседней комнаты и не знаете, что в ней сейчас происходит. И, если бы вы не имели возможность войти через дверь в соседнюю комнату, то так никогда и не узнали бы, что это за комната, что в ней находится, и что в ней происходит. Наш параллельный мир, словно соседняя комната, находится через стену с вашим миром. Только люди не видят ни наш мир, ни стену - грань между нашими мирами.

- Ну, хорошо, я могу себе представить, что существует невидимая стена, за которой находится другой, как вы говорите, параллельный мир. И этот мир люди тоже не видят. Но, как он возник, что в этом мире?

- Судя  по  вашим  заинтересованным вопросам, вы мне поверили?

- Нет, но мне интересно.

- Это уже хорошо. Я вам вкратце расскажу о своем мире. Как возник наш мир, и, как возникают другие параллельные миры, это вопрос такой же сложный, как и вопрос возникновения мира вообще. Как появилась эта планета, жизнь на ней, горы и реки – это сложный процесс, и  мы говорить о нем не будем. Первоначально наш мир был точной копией вашего мира. Это было словно гигантское отражение в зеркале всей планеты. Пока все понятно?

- Понятно, но, почему вы сказали, что первоначально ваш мир был таким же, как наш? Разве теперь он стал другим?

- Сейчас – это два совершенно разных мира.

- Почему он изменился? – спросил Мартин.

- Прежде, чем ответить на этот, очень важный для всех вопрос, я должен вам объяснить следующее. Каждый человек Земли обладает способностью мыслить. В его мыслях он разговаривает сам с собой, переживает происходящие с ним события, думает о событиях будущего и, конечно же, мечтает. В своих мечтах человек довольно часто представляет себя иным. По сути, именно в мыслях и существует настоящий человек. Представьте себе картину: сидит у своего очага бедный человек, который боится и слова лишнего кому-либо сказать, боится дня завтрашнего, боится нарушить закон и порядок, всего боится. Сидит вот такой человек и думает, мечтает, представляя себя смелым, отважным, дерзким и богатым, представляя себя человеком, способным нарушить любые законы, мешающие ему жить свободно и богато. В своих мыслях этот человек совсем другой, чем есть на самом деле. Так вот, скажите мне, кто из этих двух людей – настоящий? Тот, который сидит  смирно у своего догорающего очага? Или тот, который в своих мыслях греется у самого роскошного камина, окруженный богатством и роскошью?

- Конечно же, тот, кто сидит у очага.

- Почему?

- Ну, как же? Ведь его мысли, какими бы они ни были, никто не видит. Настоящий человек тот, что сидит у очага.

- Этот разговор напомнил мне наш с вами разговор по поводу смерти человека. Я сказал вам тогда о том, что люди ошибочно принимают за истину внешнее проявление человека, то есть его тело. Сейчас мы говорим о внешнем проявлении человека,  о его поведении. Вопрос о том, что есть истина: то, что внешне или то, что внутри – очень спорный и сложный. Но, суть нашего разговора уже свелась к тому, что вы поняли, человека может быть два. Один – это его внешнее проявление, поведение и поступки. Другой – это тот, каким человек видит себя в мыслях. С этим вы согласны со мной?

- С этем я согласен, но, я думаю, что есть много и таких людей, которые в своих мыслях лучше, чем есть на самом деле.

- Безусловно. Такие люди есть, и это замечательно. Теперь идем дальше. В другом, параллельном мире живут такие же люди, как и здесь. Они являются двойниками земных людей и населяют тот мир с того самого дня, как появился человек на этой земле. Но свойство другого мира заключается в том, что возникающие люди являются копией именно того человека, каким человек представляет себя в мыслях.

- То есть, вы хотите сказать, что, если человек представляет себя богатым, знатным и свободным, то там, в другом мире он таковым и является?

- Вот именно, Мартин. Вначале, когда в мыслях человек не представлял себя иным, наш мир был копией вашего. Но потом, по мере развития личности человека, по мере того, как в своих мыслях человек стал строить планы, не реализованные в жизни, наш мир стали населять уже совсем другие люди. Вместе с появлением таких людей постепенно стала меняться и природа, земля, вода и воздух. Время в вашем и в нашем мире идет теперь по-разному. Здесь время словно остановилось, там оно идет быстрее, события быстро сменяют друг друга. И вот сегодня параллельный мир – это мир сказок и грез.

- Не понимаю вас, почему это - мир сказок?

- Потому,   что   в   мыслях   человек   может сделать то, чего никогда не сможет совершить в реальной жизни. В нашем мире волшебство и чудеса – дело обыденное. Люди придумывают не только другие обстоятельства своей жизни, они придумывают сказки и волшебных существ. Все выдуманные сказочные персонажи живут в нашем мире. И, когда люди говорят о том, что видели каких-то странных существ, это - чистая правда, потому что иногда через двери из нашего мира в ваш мир проникают удивительные персонажи.

Смотритель замолчал, молчал и Мартин. Тот  задумчиво сидел и смотрел прямо перед собой, словно хотел представить себе этот необыкновенный мир.

- Это,   должно   быть,   удивительный   мир, - произнес, наконец, Мартин.

- Да, и удивительному в нем нет предела.

- Скажите,  а,   если   люди   перестанут   мечтать   и представлять себя другими, что произойдет с вашим миром? – спросил Мартин.

- Прежде, много-много лет назад, наш мир во многом зависел от вашего мира, от сознания и мыслей людей. Но потом наступил такой момент, когда все живущие в параллельном мире стали достаточно независимы. Они вобрали в себя столько людской энергии, что теперь могут существовать и без вашей помощи. Поэтому сейчас, о чем бы не думали люди, параллельный мир уже давно живет своей жизнью, но, конечно же, использует всяческую возможность для своего пополнения новыми жителями, которые становятся все более невероятными год от года.

- То, что вы говорите, очень интересно и удивительно. Но вот вы сказали, что некие сказочные жители попадают в наш мир через двери, неужели это может быть, и что это за двери?

- Это так, такие двери существуют, и через них в наш мир случайно попадают люди. Может быть, вы слышали когда-нибудь о том, что люди выходили из дома и бесследно пропадали? – спросил смотритель.

- Что-то подобное я слышал.

- Такие   случаи   происходят,   время   от    времени. Люди, совершенно того не подозревая, случайно проходят через грань между мирами и оказываются в невероятном для них мире. Иногда они возвращаются, но лучше бы они этого не делали.

- Почему же?

- Потому   что,   вернувшись   домой,   эти   несчастные рассказывают о своих приключениях. Но им, конечно же, никто не верит, их считают сумасшедшими. И потом, побывав в другом мире, где все невероятное становится вероятным и возможным, очень тяжело возвращаться к унылой обыденной жизни.

- А   сказочные   существа,   как   они   попадают  сюда, тоже случайно?

- В отличие от людей, которые могут проникнуть в другой мир, действительно, только случайно, жители нашего мира могут это делать вполне сознательно. Конечно, далеко не все знают путь и способ перемещаться по нему, но и среди них бывают не вполне серьезные личности, которые забывают закрывать за собой дверь. А случается и так, найдется какой-нибудь шутник и оставит дверь специально открытой. Оставит, а сам смотрит, что из этого выйдет. Но такие случаи довольно редки и за дверьми тщательно следят.

- Кто следит?

- Мартин,  как  и  в  любом  мире, в нашем мире есть правители, те, кто следит за порядком своих дел, имеет своих подданных и правит в своих владениях.

- Ну, что же, я благодарен вам за такой необыкновенный рассказ. Но, должен признаться, что все, что вы мне сказали, очень плохо умещается в моей голове. В это очень трудно поверить.

Мартин снова замолчал.

- Вы больше ни  о чем не хотите меня спросить? – удивился смотритель.

- У  меня,  должно  быть,  была сложная жизнь, которая сделала меня замкнутым и осторожным человеком. Какие бы вопросы я вам ни задавал, я все равно вам не верю. А, слушая ваш рассказ, я думаю о том, зачем вы обманываете меня? Вот, какой я человек.

- Вы абсолютно нормальный человек. На вашем месте я тоже ничему бы не стал верить. Не стал бы верить до тех пор, пока не увидел бы все это своими глазами.

- Вот именно. Своими глазами я, вряд ли, все это увижу, так что вам придется мириться с тем, что я вам не поверил. Хотя, повторяю еще раз, все, что вы мне рассказали, очень интересно.

- Я вас слушаю и думаю, от чего вы мне не верите? Вы, действительно, считаете невозможным существование иного мира, кроме этого?

- Знаете, я никогда не думал об этом. Я не знаю, может ли быть еще какой-нибудь мир или нет. Я даже не был нигде, кроме нашего города.

- И вам никогда не снились удивительные сны, вы никогда не летали во сне?

- Летать могут только птицы. Правда, иногда мне снится, что я падаю в глубокую яму. Я падаю вниз довольно долго и никак не могу упасть на дно этой ямы. И, только однажды, мне снился очень странный сон, во сне я видел девушку, удивительно похожую на вашу дочь. Но это был очень страшный сон.

- Это был страшный сон? Что в нем было страшного? – настороженно спросил смотритель.

- Об этом долго рассказывать, я бы этого не хотел. Может быть, когда- нибудь, я расскажу об этом вашей дочери. Кстати, ваша дочь… вы ей тоже рассказывали о себе и вашем мире?

- Лиззи - моя приемная дочь. Ей я никогда ничего подобного не рассказывал. Зачем ее тревожить. Ей и так непросто. Я ведь, действительно, умру через три дня, и она останется одна.

- Почему одна, с ней останусь я, - сказал Мартин.

- Кто знает, где вы будете через три дня… Однако, мы отвлеклись от темы нашего разговора.

- Разве? А я думал, что наш разговор закончен.

- Я бы с радостью его прекратил, но никак не могу этого сделать. Все дело в том, что я ждал вас, ждал давно и даже уже перестал надеяться на то, что вас встречу. Хотя, мне было четко сказано, что искать вас не нужно, вы придете сюда сами. Мне только было нужно взять в свой дом молодого мужчину, который будет сидеть на кладбищенском дереве.

- Что? Сидеть на кладбищенском дереве?

- Да. Забавно, не правда ли?

- Кто вам об этом сказал? Зачем меня нужно было ждать? И, откуда кто-то мог знать, что я буду сидеть на дереве? Вы должны мне ответить.

- Я рад, что мои слова вызвали в вас столько эмоций. Если вас это интересует, и если вы не против познакомиться с той, кто знала о вас заранее, я готов вас ей представить.

- О, ком вы говорите? Кто это?

- Это довольно высокопоставленная особа, и я надеюсь, что вы будете вести себя с ней учтиво.

С этими словами смотритель взял Мартина под руку и повел за собой. Пройдя совсем немного по комнате, они остановились напротив небольшого шкафа заставленного старыми книгами. Взявшись рукой за край книжной полки, смотритель потянул полку на себя, и шкаф открылся, словно дверь. Мартин не проронил при этом не слова, только сердце его заколотилось, бешено и громко.

- Не бойтесь, - спокойно сказал смотритель, словно услышал стук сердца Мартина.

Мартин, между тем, с удивлением смотрел на то, что было скрыто за старым шкафом. Там на стене висело большое зеркало. Оно отражало Мартина в полный рост, и было, должно быть, очень старым, его поверхность потемнела и местами покрылась темными пятнами.

- Смотрите, - произнес смотритель, и указал рукой на зеркало.

Мартин посмотрел на свое отражение в зеркале и не заметил ничего необычного. Он и смотритель выглядели в зеркале точно так же, как всегда. Но вот прошло совсем немного времени, и поверхность зеркала словно шевельнулась. Мартин моргнул раз, другой, но зеркало продолжало свое движение. Это напоминало мелкие волны, идущие по глади речной воды. Вскоре это движение прекратилось, и глазам Мартина предстала удивительная картина. Прямо перед собой в зеркале он увидел двух совершенно незнакомых  ему людей.

6

Мартин не часто смотрел на себя в зеркало, считая, что в этом нет необходимости. Свои длинные черные волосы он расчесывал и без зеркала простым деревянным гребнем, который еще в детстве купила ему его мама. Но, сейчас, глядя в зеркало, он четко понимал, что человек, который только что был его отражением, вовсе не Мартин. Мартин был среднего роста и довольно стройного телосложения. Его никогда не считали привлекательным, и, лишь однажды, одна девушка сказала ему:

- А, знаешь, Мартин, когда ты улыбаешься, то становишься симпатичным.

Как он был рад тогда…

Сейчас перед Мартином стоял и серьезно смотрел на него молодой мужчина довольно высокого роста, могучего телосложения, с красивым лицом. Волосы у него были светлыми, а глаза голубыми.

Мартин, вдруг, задумался, глядя на голубые глаза незнакомца, о том, какого цвета его глаза: Да, что же это? Глаза ведь у меня карие.

Что касается одежды незнакомца, то и тут Мартин не мог не удивиться. Одет незнакомец был чисто и богато. Его камзол был, видимо, сшит у дорогого портного и сидел на нем великолепно, отделка из кружев с серебром очень шла к его смуглой коже и светлым волосам.

Все эти размышления и удивления длились всего несколько секунд, за которые Мартин пережил целую гамму чувств, от потрясения до восторга оттого, что видит нечто, из ряда вон выходящее.

Смотритель тоже изменился до неузнаваемости. Он был пожилым человеком, седым и несколько сутулым. На вид смотрителю можно было дать лет шестьдесят. От его прежнего образа не осталось и следа. Рядом с незнакомым молодым человеком, сложив руки на груди, стоял высокий, стройный, молодой мужчина с несколько надменным лицом. Его брови были изогнуты, и одна из них была выше другой. Черные, блестящие волосы лежали на его плечах. Одет он был в белую шелковую рубашку, расстегнутую на груди и в черный строгий камзол. Высокие сапоги его были со шпорами.

Два отражавшихся в зеркале человека стояли рядом и разговаривали, по-видимому, о Мартине и смотрителе, потому что кивали в их сторону.

Мартин, наконец, заговорил:

- Что это? – тихо спросил он.

- Не что, а кто, - также тихо ответил ему смотритель.

Он снова взял Мартина под руку и шагнул к зеркалу…

Мартин, повинуясь какому-то непонятному для него влиянию, покорно шагнул вперед, и, вдруг, все вокруг него померкло. На какое-то время он перестал видеть, потом открыл глаза и снова увидел перед собой зеркало. В нем отражалась пустая комната, смотрителя и самого Мартина в комнате уже не было.

- Ну, вот и все, - услышал Мартин чей-то незнакомый, низкий с хрипотцой голос.

Оглянувшись, Мартин увидел перед собой того самого надменного незнакомца, которого он только что видел в зеркале. Незнакомец улыбнулся ему.  Улыбка не шла к его надменному лицу, от этого одна из его изогнутых бровей поднималась еще выше, придавая лицу чересчур высокомерное выражение. Мартин сразу понял, что каким-то невероятным для себя образом попал по другую сторону зеркала. Он тут же вспомнил, что рядом с Незнакомцем стоял красивый белокурый мужчина и посмотрел вокруг, ожидая увидеть его, он также не понимал, куда исчез смотритель.

- Вы кого-то потеряли? – спросил Незнакомец.

- Нет, - ответил Мартин и невольно прислушался к своему голосу.

Он поднес свою руку к лицу, желая прикоснуться ко лбу, но рука его так и застыла в воздухе. Мартин с испугом увидел, что поднятая им рука вовсе не его.

Незнакомец снова рассмеялся, искренне и весело.

- Почему  вы  смеетесь? –  спросил  Мартин  и  снова прислушался к своему голосу.

Видимо, удивление на его лице было настолько явным, что Незнакомец продолжал смеяться. Он взял Мартина под руку и подвел его к зеркалу на стене.

Мартин увидел в зеркале Незнакомца, а рядом с ним красивого белокурого мужчину, который смотрел в зеркало  с совершенно недоуменным видом.

- Посмотрите, Мартин, - сказал ему Незнакомец и указал рукой на отражение в зеркале, - это вы. Вот таким вас видела ваша невеста во время болезни. Не удивительно, что она приняла вас за колдуна. Посмотрите, вот ваше истинное отражение, такой вы и есть на самом деле.

Мартин снова поднял руку и приблизил лицо к зеркалу. Отражавшийся в зеркале мужчина сделал то же самое.

- Вы убедились? – спросил Незнакомец.

- Кто  вы?  –  спросил  Мартин Незнакомца дрогнувшим голосом.

- Я - бывший смотритель кладбища, - ответил Незнакомец. – Мы с вами, Мартин, только что перешагнули через грань, отделяющую наш миры.

- Позвольте, - воскликнул Мартин. - Как же это может быть? Что произошло?

- Только то, мой дорогой друг, что все, о чем я вам рассказывал – правда. Я предвижу множество вопросов и непонимания с вашей стороны. Поэтому, опережая их, я сам вам кое-что объясню. Мы с вами только что были в вашем старом, добром мире, сидели в моей комнате, я рассказывал вам сказки о другом мире, а вы мне не верили. Затем я показал вам зеркало, в котором вы увидели двух господ, вида для вас совершенно незнакомого. Один из них – был я. И вот он я, перед вами. Именно такой я и есть на самом деле в своем мире. А это – вы, Мартин. Конечно, вас трудно узнать, но это, безусловно, вы.

- Но, почему я так выгляжу? Не хотите ли вы сказать, что именно таким я представляю себя в своих мыслях? – спросил Мартин.

- О, нет. Такие бурные фантазии вам не свойственны. Все дело в том, Мартин, что вы, так же, как и я, на самом деле не тот, за кого вы себя выдаете.

- Вы говорите вздор. Я никогда не выдавал себя за другого человека, - возмущенно воскликнул Мартин.

- Выдавали, выдавали, и не раз. Просто вы не помните. Однако, не будем тратить на это время. Примем, как данное, то, что здесь вы именно такой, и все. Какой смысл доискиваться сейчас до причин вашего превращения, если вы все равно ничего не помните.

- Я не понимаю ваших слов. Но вот вы только что сказали, что моя невеста видела меня именно таким? Почему?

- Потому, что она была уже на пороге своей смерти. А перед смертью люди иногда могут понять и увидеть то, что им не дано было видеть и понимать при жизни. Так бывает. Иногда судьба улыбается людям напоследок. Вот такое у нее чувство юмора. Умирая,  невеста увидела ваш истинный облик. Нужно ли объяснять, как испугалась бедная девушка.

Мартин смотрел на себя в зеркало.

- Зачем я здесь? – спросил он, не сводя глаз со своего отражения.

- Я пригласил вас, правда, довольно невежливым образом, по желанию моей Госпожи. Она долго ждала этой встречи. Именно для того, чтобы найти вас и привести сюда, я и был послан на землю в качестве смотрителя кладбища. По преданию вы должны были появиться на этом кладбище ночью и залезть  на дерево. И, все-таки, это забавно, - сказал Незнакомец и снова рассмеялся. - Но вот, слава Богам, я вас нашел. Правда, заслуга в этом принадлежит Лиззи, но я рад, что моя ссылка на земле подошла к концу. Пока я здесь, там, в том мире на земле, будет жить мой двойник. Завтра он заболеет, послезавтра сляжет в постель, а через три дня - умрет. У вас, к сожалению, нет своего двойника, поэтому вы просто исчезли. А сегодня вечером, мой двойник скажет Лиззи, что вы ушли от нас.

- Что это значит? Я больше никогда не вернусь обратно? Вы меня спросили о том, хочу ли я этого? - рассердился Мартин.

- Я не спросил вас об этом потому, что уверен - вы сами не захотите туда возвращаться, - спокойно ответил Незнакомец.

- Да откуда вам это знать? Там осталась могила моей матери, мне нравится ваша дочь…

- Мартин, проявите терпение. Очень скоро вы будете по-другому относиться к дорогим для вас людям.

- А, если вы ошибаетесь? Если я не захочу здесь остаться?

- Тогда …  ну,  тогда  вернетесь  обратно. Думаю, что Повелительница вам не откажет и поможет вернуться.

- Ваша Повелительница? Та, которая хотела меня видеть?

Незнакомец кивнул.

- А, о каком предании вы говорили?

- Вы обязательно узнаете об этом в свое время.

Незнакомец взял Мартина под руку и повел по длинному коридору, который вел, словно туннель, от зеркала в неизвестном направлении.

- Вы не представляете, какая скука этот ваш мир, - доверительно рассказывал Незнакомец.

Мартин практически не слышал жалобы Незнакомца на тяготы земной жизни, его внимание привлек необыкновенный коридор, по которому они сейчас шли. Достаточно широкий, с высоким куполообразным сводом, этот коридор вел их вперед. Стены коридора переливались живым зеленовато-синим цветом, который, то вспыхивал с новой силой, то угасал. Эти необычные переливы цветов действовали на Мартина успокаивающе, они завораживали и словно уводили от всех тревог и тягостных мыслей все дальше и дальше от старого зеркала на стене, по другую сторону которого оставалась земная, обыденная, быть может, скучная, но очень привычная жизнь. Купол этого необыкновенного коридора был темных тонов, но над головами идущих Незнакомца и Мартина неотступно бежали солнечные зайчики, неизвестно каким образом там появившиеся. Не менее интересным Мартину казался пол, он был выложен из неизвестного ему камня красного цвета, в котором поблескивали золотые искорки. В этом коридоре не было окон, но было достаточно много света и воздуха.

Мартин шел, уводимый Незнакомцем все дальше, не испытывая ни волнений, ни тревог. Ему было очень интересно и любопытно узнать, что там впереди. Его собственное превращение в другого человека сейчас не беспокоили, он совершенно не задумывался о том, что стал выше ростом, шагал вперед незнакомой ему поступью, а его правая рука непроизвольно сжималась в кулак. Все это было сейчас неважным для Мартина, все его мысли были заняты только ожиданием встречи. Кого он сейчас встретит, что последует за этой встречей, Мартин пока не знал, но всем сердцем чувствовал, что эта встреча очень важна для него.

Мысли Мартина были прерваны каким-то настойчивым вопросом, который задавал ему Незнакомец.

-  Что, простите? – спросил Мартин, и они остановились.

-  Вы меня не слушаете?

-  Нет, то есть, да, я слышу вас, - растерянно сказал Мартин.

- Вы, уж, простите меня, ради всех Богов, что я вот так сразу веду вас на важную встречу, не дав вам возможности осмотреться, прийти в себя, к себе привыкнуть. Должен вам сразу сказать, что наша Госпожа и Повелительница очень не любит ждать тогда, когда ожидание не оправдано.

- Ну, что же, - сказал Мартин, - если какой-то даме так не терпится меня увидеть, ведите меня прямо к ней.

- Я рад, что вы меня правильно понимаете. Мы почти уже пришли, - сказал Незнакомец и указал на что-то рукой.

Мартин посмотрел туда, куда указал ему Незнакомец, и увидел, что коридор, по которому они шли, вдруг, неожиданно закончился большой круглой комнатой. Сделав еще несколько шагов вперед, Мартин оглянулся и увидел, что за его спиной уже не было никакого коридора, а была стена комнаты, в которую они попали каким-то непонятным образом.

- Этот мир, действительно, удивителен, - подумал Мартин и посмотрел вокруг.

Комната была не менее интересна, чем тот коридор, по которому они в нее пришли. Все здесь словно жило своей жизнью, шепталось друг с другом, и передвигалось. Окна, высокие и узкие, были открыты настежь, и Мартин увидел, что, в отличие от его мира, за окном этого было лето. Прямо перед окнами цвели большие белые цветы на пышных от листьев кустах. По подоконнику вперед и назад шагала неизвестная Мартину птица, и, казалось, говорила сама с собой. Стены комнаты были выполнены из темно-синего камня с глубокими разводами, на полу лежал ярко-красный ковер. Мебель, черная, старая, тихонько поскрипывала. В центре комнаты на высокой подставке стоял большой котел, из которого шел белый пар. Запаха Мартин не чувствовал, но сразу понял, что ничего съедобного там не варилось. Не успев в деталях рассмотреть комнату, Мартин заметил, что  в ней кто-то есть. Неподалеку от окна на высоком троне, старом и черном, сидело некое существо, подобного которому Мартин никогда не видел. Оно спало, тихонько посапывая, положив голову на подлокотник, и сложив ручки под щекой. Незнакомец тем временем склонился в глубоком поклоне.

- Неужели особа, которая хотела меня видеть, спит сейчас на своем троне, - недоуменно подумал Мартин и тоже склонил голову.

Прошла минута или может быть две, и комната наполнилась ярким, синим светом, мебель перестала скрипеть, птица слетела с подоконника и села на ветку белого цветка за окном, а маленькое существо, проснувшись и подскочив на троне, быстро с него слезло и отошло подальше. Котел перестал испускать из себя белый пар и даже накрылся крышкой.

- Чудеса, - подумал Мартин, который, хоть и склонил голову, прекрасно видел, что произошло в комнате.

Раздались быстрые и решительные шаги. Они приближались. Сердце Мартина сжалось так, словно хотело спрятаться в его груди подальше от того, кто сейчас входил в комнату. Шаги тем временем приблизились, и стало тихо. Тишина эта длилась недолго, склоненный в поклоне Незнакомец поднял голову и произнес:

-  Он здесь, Госпожа.

- Я вижу, - ответил ему звонкий женский голос, эхом пронесшийся по всей комнате.

Мартин не знал, что ему делать. Он хотел поднять голову, но некая сила удерживала его.

- Я благодарна тебе, Нонсон, - сказал женский голос. – Я знала, что ты сделаешь то, о чем я тебя просила. Награда не заставит себя ждать. Ты можешь идти, я сама займусь нашим гостем. Тебя позовут позже.

Мартин хотел посмотреть вслед уходящему Незнакомцу, но так и не смог оторвать свой взгляд от пола. Когда шаги Незнакомца смолкли, женщина сказала Мартину:

- Вы можете смотреть на меня.

Мартин почувствовал, что больше уже ничто не мешает ему поднять голову. Он выпрямился и увидел перед собой женщину. Она стояла прямо перед ним, и Мартин, пренебрегая всеми правилами приличия,  уставился на нее во все глаза.

Стоящая перед Мартином женщина была выше среднего роста. Черные волосы, искусно собранные в косы, были покрыты прозрачной черной накидкой. Лицо женщины с высокими скулами было слегка серого цвета. Высокий, очень выпуклый лоб, тонкий нос с горбинкой и подвижными ноздрями, пухлые губы. Ее большие глаза, с черными пушистыми ресницами, были опущены. Она словно задумалась о чем-то или что-то слушала, слышимое только ей одной. Темно-синее, длинное платье подчеркивало стройную фигуру и падало пышными складками на пол. На груди у женщины на толстой, на вид серебряной, цепи лежал камень, похожий на горный хрусталь. Руки ее были скрещены на груди, и Мартин обратил внимание на ее тонкие пальцы. Казалось, что по этим пальцам струиться невидимая, но очень мощная сила. На одном из пальцев Мартин заметил кольцо. Что-то заинтересовало его в этом, на вид скромном, кольце, имевшем вид простого обруча с нанесенным на нем рисунком. Он, как завороженный, смотрел на кольцо, и тут женщина вздрогнула и подняла глаза. Мартин вскрикнул. Глаза женщины были необыкновенны, ни у одного живого существа он не видел прежде таких глаз. Они были огромны, темного неопределенного цвета, причем цвет глаз постоянно менялся от темного оттенка к светлому, и наоборот. Зрачки глаз были большими, круглыми, и в черной их глубине мелькали какие-то маленькие белые силуэты.

- Я рада приветствовать вас, Мартин, - сказала женщина.

Она взмахнула длинными ресницами, и глаза ее стали почти обычными, темно-синими с блестящими черными зрачками в которых уже ничто не мелькало.

Мартин в ответ еще раз поклонился.

- Позвольте называть вас именно этим именем, поскольку ваше истинное имя мне неизвестно, а вы его не помните. Я вполне понимаю ваше удивление, но надеюсь на то, что пребывание в нашем мире будет для вас интересным и приятным.

С этими словами женщина указала рукой вдаль комнаты, и Мартин увидел два больших черных стула, стоящих напротив большого, деревянного и такого же черного стола. Он был уверен, что только что этого стола в комнате не было.

- Вы, должно быть, устали, и, конечно же, проголодались. Не откажите мне в любезности, я хотела бы пообедать в вашем обществе.

- Благодарю вас, - сказал Мартин, а про себя подумал: - Черт, как хочется пить.

- Прошу вас, - женщина села в одно из кресел.

Мартин сел за стол, на котором не было скатерти. Черная блестящая поверхность стола отражала потолок комнаты, расписанный причудливыми узорами. Не успел Мартин сесть на стул, как перед ним оказался большой запотевший стакан с водой.

- Пейте, Мартин, - сказала женщина, - хочу вас сразу предупредить о том, что здесь, в моем замке, ваши мысли читаются. Вы хотели пить, но причем тут черт? Разве обычно черт приносит вам воду?

Мартин улыбнулся, взял стакан и с удовольствием выпил воду.

- Вкусная у них вода, - тут же подумал Мартин.

- Да, вы правы, - подхватила женщина. – Вода, которую вы пили, несет свои воды в подземной реке с довольно чудесными свойствами.

- Я, должно быть, еще не скоро привыкну к тому, что все мои мысли становятся известны, - сказал Мартин.

- Люди привыкли к тому, что можно думать о чем угодно, их мысли никто не узнает, если только, конечно, эти мысли не отразятся на  их лицах. Но, не переживайте, ваши мысли читаются только здесь. За пределами моего замка можете спокойно думать, о чем угодно.

На столе тем временем появлялись блюда с едой, тарелки и приборы.

- Простите мне мою дерзость, но мне очень хотелось бы узнать, с кем я имею честь обедать? – спросил Мартин.

- Ну, конечно, можете узнать, только мое имя вам все равно ничего не скажет. Вы, ведь, ничего не знаете о нас. Меня зовут Гинния, и я, к своему огромному удовольствию, обладаю властью над большей частью этого мира. Вы еще успеете в этом убедиться. А пока, давайте просто  пообедаем.

Бокал, стоящий перед Мартином, сам собой наполнился вином.

- В чем большое преимущество нашего мира, так это в том, что здесь можно вполне обходиться без слуг, у которых есть любопытные уши. Вам нужно только лишь подумать о том, что вы хотите положить себе на тарелку или что налить в свой бокал – и все будет сделано.

Мартин попробовал еду с блюда, которое стояло ближе всего к нему, и убедился в том, что оно было, действительно, вкусно. Он проголодался, к тому же ему не часто удавалось вкусно и сытно поесть. Мартин накладывал себе на тарелку еду, с удовольствием пробовал все, что было на столе и с любопытством смотрел на Гиннию, которая, ничуть его не смущаясь, ела много и с удовольствием. Ее бокал постоянно был полон, но выпитое вино никоим образом на нее не влияло.

Прожевывая очередной кусочек мяса, Мартин, вдруг, прислушался к себе. Ему показалось, что он слышит чей-то голос. Тут он вспомнил, что в комнате, кроме них, есть еще маленькое существо, которое стояло сейчас за пустым троном и украдкой поглядывало в его сторону.

- Скажите, а кто этот человечек? – спросил Мартин.

Гинния, не поворачивая головы в сторону человечка, спросила:

- Тот, что стоит у моего трона?

- Да.

- Это - моя совесть.

- Простите, что значит совесть?

- Иди сюда, - сказала Гинния.

Человечек быстро подошел и встал за ее стулом.

- Это в самом прямом смысле слова моя совесть. Здесь у нас, все чувства – радость, горе, зависть, жалость, и даже совесть, имеют вполне материальное воплощение, они также реальны, как и мы с вами. В нашем мире вы сможете увидеть множество существ, которые в вашем мире являются просто ощущениями, чувствами, проявлениями вашей души. Это – моя совесть.

- М-да, - проговорил человечек, и Мартин вздрогнул от его дребезжащего и шипящего голоса. – Мне только жаль, что моя Госпожа пожелала видеть свою совесть именно в облике тролля.

-  Тролля? – переспросил Мартин.

-  Тролли    –   это   существа,   придуманные   людьми, но живущие в нашем мире. Они довольно некрасивы. Да и характер у них бывает скверный.

Человечек вышел из-за стула Гиннии, и Мартин смог хорошо рассмотреть его. Очень маленького роста, обычному человеку чуть выше  колена, это существо имело треугольную голову с густыми волосами, низкий лоб, маленькие глаза, большой и длинный нос. Завершал портрет длинный рот с узкими губами. Тоненькие ручки и ножки, бочкообразное туловище, большие пальцы на руках и большие стопы ног. Одет тролль был в темно-синий камзол, с потертыми штанишками на коленях и потертой на локтях курточкой. На ногах его были одеты большие и, видно, очень старые башмаки. Что-то жалкое было во всем его облике. Его темно-карие глазки смотрели на Мартина жалобно, и, как ему показалось, с какой-то надеждой.

- Тролли вовсе не плохие, - проговорила Совесть, словно, извиняясь за свой внешний вид.

- Конечно, только мало кто знает об этом, - сказала Гинния.- Все дело в том, что моя репутация и вся моя жизнь таковы, что я, будучи честной, по крайней мере, сама с собой, решила, что моя совесть не может иметь вид красивого существа, и потому вы видите перед собой тролля.

- Интересно  было  бы  увидеть  свою совесть, - сказал Мартин.

Гинния улыбнулась ему.

Мартин надкусил фрукт очень похожий на яблоко и задумался. Его мысли были прерваны голосом Совести.

- Ты что задумала? – прошипел голос.

Мартин удивленно посмотрел на Совесть, но человечек смотрел в сторону открытого окна, и, казалось, был целиком поглощен наблюдением за птицей, которая подпрыгивала на ветке с белыми цветами.

- Что тебе не нравится? – ответила Гинния.

Мартин к своему ужасу увидел, что, произнося эти слова, Гинния не открывала рта.

- Не думаешь ли ты, что поступаешь правильно? – снова пошипела Совесть, по-прежнему глядя в окно.

- Разумеется, - молча ответила Гинния.

Мартин, наконец, понял, что слышит мысленный разговор Гиннии со своей Совестью. Не зная, что ему в таком щекотливом случае делать, он решил, что лучше сделать вид, что он ничего не слышит и продолжать есть свое яблоко.

- Этот гость очень опасен, Гинния. В любой момент он может стать самим собой и тогда…

- И, за что мне Боги послали такую осторожную cовесть.

- Не  нужно  было  приводить  его  сюда,  мы можем все погибнуть.

- Ты  забыла  пророчество?! –  воскликнула  мысленно Гинния.

- Я все помню.

- А, если помнишь, тогда думай, или ты способна лишь на то, чтобы совестить меня. Иди лучше поспи и оставь меня в покое.

- Если бы твоя совесть все время спала, ты натворила бы бед гораздо больше, чем тебе полагается.

- Сейчас мне лучше не мешай. Я знаю, что делаю.

- Гинния, тебя могут наказать за то, что ты пытаешься вмешиваться в ход истории и времени. Неужели зло настолько застило тебе глаза, что ты не видишь этого?

- Зло – мое естественное состояние, оно мне не мешает.  Я хочу спасти наш мир, оттого и иду на этот шаг, понимая ничуть не хуже тебя все последствия, которые могут обрушиться на мою голову. И довольно об этом.

С этими словами-мыслями Гинния отбросила от себя салфетку

- Надеюсь, вам понравился наш обед? - спросила Гинния, обращаясь уже к Мартину.

- Да, благодарю вас. Должен признаться, что я никогда еще так вкусно не обедал.

- Я знаю, но мне приятно, что вы признаете это. Не хотели бы вы немного погулять?

- С большим удовольствием, - ответил Мартин, и они встали из-за стола.

7

Гинния встала из-за стола, Мартин последовал ее примеру и они подошли к окну.

- Сейчас  прекрасная  погода,  и  наша  прогулка будет приятной, - сказала Гинния.

- Какие красивые цветы, - сказал Мартин, показывая рукой на цветущий куст за окном.

- Это не простые цветы. Здесь, растущие под окнами домов, цветы отражают качества внутреннего мира живущих в доме людей. Каждое качество человека имеет свой цвет. Мой цвет – белый.

- Белый цвет, видимо, указывает на доброту?

- Вы полагаете, что зло – черного цвета, а добро – белого цвета? – насмешливо спросила Гинния.

- Разве это не так? – удивился Мартин.

- Вы жили в мире несчастных и слепых людей, которые не видят и не понимают истинную природу происходящих событий. Им это не дано. Кстати, должна вас предупредить о том, что здесь Добро и Зло – вполне материальны. И вы можете их встретить, увидеть их истинное лицо и даже пообщаться с ними. Да вот и одно из них, - сказала Гинния и указала рукой вдаль.

Мартин посмотрел туда, куда указала ему Гинния, и увидел чудесное явление. В небе одно из белых облаков завернулось спиралью, потом быстро распрямилось и понеслось к земле. Долетев примерно до высоты самого высокого дерева, белое облако словно застыло в воздухе и начало менять свой цвет - от нежно розового до сиреневого. Затем облако приняло вид гигантского всадника на коне и понеслось к окну, возле которого стояли Мартин и Гинния. Всадник остановился неподалеку от окна, и Мартин смог увидеть его лицо. Трудно было понять, кто это - мужчина или женщина. В лице происходило некое движение, оно менялось. Но вот Всадник словно заметил у окна Мартина, его голова с длинными волосами слегка наклонилось к плечу, глаза, из которых шли лучики света, немного прищурились, и всадник улыбнулся. Потом, вскинув голову, Всадник повернулся к ним спиной и во весь опор поскакал все выше и выше на небо. Вскоре белый всадник превратился в облако и растаял в голубом небе.

- Господи, что это было? – спросил Мартин.

- Вам понравилось? – спросила Гинния.

- Очень. Нет никаких сомнений в том, что это было само Добро.

Гинния рассмеялась. Ее смех пронесся по всей комнате и вылетел в окно.

- Почему вы смеетесь? – удивленно спросил Мартин.

- Да потому, мой дорогой гость, что сейчас вы видели вовсе не Добро, а Зло собственной персоной.

- Как? – поразился Мартин.

- А, с чего вы взяли, что этот Всадник – Добро? Вас ввели в заблуждение его улыбка и белый цвет? Так нельзя судить ни о чем. Это было Зло.

- Простите мне мой вопрос, он, должно быть, покажется вам глупым и бестактным. Но, если вы говорите, что ваш цвет - белый, тогда почему сейчас на вас темное платье?

Гинния снова рассмеялась.

- Для меня цвет моего платья - это лишь отражение моего настроения, оно может быть любым. Но вы должны понять и запомнить следующее: оценивайте людей только по их поступкам, но не по цвету платья и внешности вообще. Это наиболее правильный подход к жизни. Ну, а теперь пойдемте гулять.

Они вышли из комнаты, Мартин еще раз поразился красоте отделки коридора из камня, хотя мысли его были заняты виденным им явлением. Он был поражен тем, что обманулся, и думал о том, как, в сущности, мало он знает. Они вышли в сад. Было тепло, и приятный ветер шевелил его волосы, пели птицы, под ногами стелилась мягкая зеленая трава, а растущие вокруг деревья поражали красотой изумрудных листьев и разнообразием цветов на них.

- Итак, мой дорогой гость, я не буду испытывать ни ваше терпение, ни ваше любопытство и перейду к делу.

Совесть, которая шла рядом с ними, тяжко вздохнула.

- Но для начала мы должны остаться одни.

С этими словами Гинния повернулась к своей Совести и подула на нее. Маленький человечек, словно поднятый ветром в воздух, приподнялся над землей, покружился и понесся к дому. Мартин видел, как человечек влетел в открытое окно, после чего окно захлопнулось.

Гинния отвернулась от дома, и они пошли дальше к беседке, оплетенной вьющимся виноградом. Она взяла гостя под руку, и они вошли в нее. Внутри беседки стоял стол и два стула. Гинния села на один из стульев и рукой пригласила Мартина последовать ее примеру.

- Прошу выслушать меня спокойно и внимательно, Мартин, - сказала Гинния. - Если у вас возникнут вопросы, можете спрашивать меня, но лучше не перебивайте.

После таких вступительных слов Гинния начала свой рассказ.

- Как вы уже поняли, рядом с вашим, вернее сказать земным, миром существует иной мир, который ваш старый знакомый, земной смотритель кладбища, назвал параллельным. Мне лично это  название не нравится. Наш мир в вашем понимании кажется миром сказочным, таким он и является на самом деле. Должна признать, что во многом мы обязаны именно людям и людской фантазии. В нашем мире многое возможно. Этот мир населяют существа видом своим напоминающие людей. Например, я. Я похожа на земную женщину, но человеком меня трудно назвать. Кроме растительного и животного мира, здесь также живут существа, которых нет на земле. Это тролли, гномы, эльфы, ведьмы, домовые и прочие знакомые вам сказочные персонажи. Я назвала только тех из них, о которых вы слышали. Но, кроме них, есть и много таких, о которых людям неизвестно. Иногда эти существа проникают в земной мир. Но это -  шалости, за которые провинившиеся наказываются. Чем меньше люди знают о нас, тем лучше.

- Простите, вы сказали, что здесь живут домовые. Но, как я слышал, домовые селяться в домах людей. Хотя их почти никто не видит.

- Домовые - это хранители порядка. О них можно долго рассказывать. Вам это интересно?

-  Да, если можно, расскажите.

- Что вы знаете о домовых? Какие они, как выглядят, знаете?

- Я знаю лишь то, что домовые живут в домах, роста они маленького и, рассказывают, будто они покрыты шерстью.

- Правильно, именно такой облик принимают домовые на земле. Селиться в дома людей в том виде, в котором вы описали – это их работа. Они наблюдают за людьми и контролируют их влияние на наш мир. На самом деле существа, выполняющие работу домового, имеют совершенно иной вид, и все они находятся на службе в Ведомстве Контроля  за  людьми. Хотите увидеть домового?

Мартин не ожидал такого предложения и растерянно пожал плечами.

Гинния щелкнула пальцами, и тут же рядом с ними возникло маленькое существо. Его тельце было покрыто серой густой шерстью. Маленькие зеленые глазки поблескивали на круглой мордочке. Усы и борода скрывали остальную часть лица. Ручки и ножки домового были маленькие с пятью пальчиками. Одежды на нем не было.

- Боги мои, почему в таком виде? Без штанов… - строго спросила Гинния.

- Извини меня, Госпожа, ты пожелала, чтобы я немедленно явился, вот и заторопился я, - ответил домовой приятным, словно бархатным, голосом.

- Ладно, уж, меня ты своей шерстью не смутишь, но, что гость о тебе подумает.

- Сию минуту, - сказал домовой, и тут же на нем оказались одеты длинная рубашка, на голове ночной колпак, а его ножки были обуты в вязанные полосатые чулки.

- Так-то лучше, - сказала Гинния. – Вот вам и домовой, - обратилась она к Мартину, - именно в таком виде он и живет у людей. А хотите увидеть истинный вид этого домового? – спросила Гинния.

- Хочу, - сказал Мартин.

Гинния щелкнула пальцами дважды и на том месте, где только, что стоял маленький мохнатый домовой в большой рубашке, оказался высокий седой человек, с длинным носом, на конце которого поблескивали очки. Он был одет в нарядный зеленый камзол.

- Рад приветствовать вас, Хозяин, - с достоинством произнес домовой, - именно я имел честь служить домовым в том доме, где вы не так давно проживали.

-   Вы - мой домовой? – пораженно спросил Мартин.

- Именно так, - ответил домовой. – Я работал при вашем присутствии в доме без малого одиннадцать лет. Общий срок моего пребывания в должности домового на земле насчитывает уже почти четыреста шестнадцать лет. Скоро я выхожу на земную пенсию, то есть перестаю работать домовым. Меня ожидает повышение в должности, - довольно произнес домовой.

- Ты можешь идти, - сказала Гинния.

Поклонившись, домовой исчез.

- Вот вам пример домового, хотя не все они выглядят прилично и говорят таким вежливым языком, попадаются и совсем невоспитанные типы. Находясь здесь, вы увидите еще много различных существ, у вас будет время и возможность с ними пообщаться. Но мы отвлеклись от сути нашего разговора, - продолжала Гинния. – В вашем мире есть добро и зло. Они борются  друг с другом посредством людей на протяжении того времени, как существуют сами люди. Здесь же Зло и Добро вполне материальны, и наш мир разделен на две части. Одна часть служит добру, другая служит злу. Причем, эти две части неодинаковы, одна сторона преобладает над другой. Я уже говорила вам о том, что мне принадлежит власть над большей частью этого мира. Думаю, вы уже поняли, над какой именно. То, что Зло побеждает Добро, во многом виноваты сами люди. В земном мире слишком много зла, алчности, подлости и предательства. Так что вы сегодня имели удовольствие обедать с Повелительницей Зла.

Мартин слушал Гиннию, словно во сне. Ее слова касались его сознания, но не вызывали в нем того удивления, которое должны были вызвать. Ему казалось, что он уже видел прежде эту женщину и эту беседку и улетающую в открытое окно Совесть. Тем не менее, он слушал ее очень внимательно.

- Что вы мне на это скажете, Мартин? – спросила, вдруг, его Гинния.

- Я и не знаю, что я должен сказать, - ответил он.

- Вас не возмущает тот факт, что я пригласила вас в гости?

- Нет, - ответил Мартин, хотя думал он обратное.

- Ну, что же… Вы знаете, Мартин, среди многих желаний людей, есть желание знать свое будущее. В моем мире это стало реальностью. Однако, здесь достаточно желающих не только увидеть свое будущее, но и изменить прошлое. Потому возможность узнать о развитии событий во времени дается лишь немногим, только избранным. Я – одна из них. Знания о будущем хранятся в одной удивительной книге. Это книга очень древняя и обладает многими волшебными свойствами. Ровно пятьдесят лет назад  я увидела в этой книге пророчество. Оно взволновало меня. Если бы я была простой земной женщиной, я бы сказала, что пророчество меня испугало. Но, поскольку мне чужд страх, я ограничилась только волнением.

Мартин, молча, слушал Гиннию, внимательно глядя ей в лицо, и что-то, отдаленно напоминающее радость, заполняло его сердце.

- В этом предании было сказано, - продолжала Гинния, - что нашему миру угрожает большая опасность, установленный строй и порядок может быть уничтожен. Это повлечет за собой очень серьезные последствия.

Гинния замолчала. Молчал и Мартин, он смотрел на Гиннию. Она сидела очень прямо, положив руки перед собой. Мартин снова невольно засмотрелся на ее тонкие пальцы и только сейчас обратил внимание на длинные и белые ногти, которые казались почти прозрачными.

- Интересно, какого цвета ее кровь? – неожиданно для самого себя подумал Мартин.

- Хотите увидеть мою кровь? – также неожиданно и совершенно спокойно спросила его Гинния.

- Нет, что вы, - смутился Мартин, который совершенно забыл о том, что его мысли легко читаются.

- У меня красная кровь, - тихо и невозмутимо сказала Гинния. – Если пророчество сбудется, то вы увидите много крови и много крови прольете лично.

- Что вы говорите? – возмутился Мартин.

- Только то, что может произойти. Мы подходим к самой главной части нашего разговора. По всей видимости, грядущие перемены неминуемы, если за дело взялись вы.

- Кто мы? – спросил Мартин.

- Вы, Небесные воины, - ответила Гинния. – В книге ясно сказано, что наш мир пошатнется от руки Небесного Воина. Он должен был появиться на Земле двадцать пять лет назад в виде простого человека, не знающего и не помнящего ничего. Но наступит час, и он вспомнит, кто он есть, и зачем он пришел! – торжественно произнесла Гинния.

- Да, я понимаю, это все ужасно, но, простите, причем здесь я? – спросил Мартин.

- Притом, что Небесный Воин – это вы.

Гинния резко встала из-за стола и зашагала по беседке.

- Из-за вас я нарушила все возможные правила, я вмешалась в ход истории. Удивляюсь, что меня не остановили в тот момент, когда я задумала пригласить вас сюда. Я могу многое потерять из-за своего поступка. Но, в любом случае, это ничто по сравнению с тем, что можете сделать вы, выполняя свое предназначение. Ради Богов не смотрите на меня такими глазами, я знаю, что вы ничего не помните, время для ваших воспоминаний еще не пришло, поэтому я прошу вас…

Мартин непроизвольно сделал какое-то движение рукой, и Гинния замолчала, ее лицо стало еще более серым, а глаза превратились в два черных озера из-за увеличившихся зрачков. Она сделала неловкий шаг в сторону, и тут же, словно из-под земли, возникли четыре существа в белых одеждах. Их длинные, белые волосы развевались так, словно на них дул сильный ветер, огромные, черные глаза смотрели зло, белые губы были плотно сжаты, рваная, белая одежда, вся в лохмотьях, скрывала их тела, и были видны только белые руки, которые подхватили Гиннию и усадили на стул. Двое из них встали по бокам от нее, а двое других с шипением стали наступать на Мартина.

- Стойте, - крикнула Гинния, и они остановились. – Это мой гость, он не хотел причинить мне вред.

Белые существа, наступающие на Мартина, отошли и встали за спиной у Гиннии. Четыре белые, зловещие фигуры стояли полукольцом вокруг нее.

- Интересно, что это было? – с усмешкой спросила Гинния.

- Что - то  произошло,  но  я  не знаю, что. Вам стало нехорошо?

- Вы чуть не убили меня, - ответила Гинния. – М-да, это было замечательно. Жаль, что я не могу позволить себе иметь на службе Небесных Воинов, - и она рассмеялась.

- Убить вас? Но, каким образом? – спросил Мартин.

- Простым движением руки. Замечательно, - восхищенно произнесла Гинния.

- Я не хотел этого! – воскликнул Мартин.

- Он лжет! – выкрикнуло одно из белых существ, и Мартин увидел, что во рту этого существа был ярко красный язык. – Лжет!

- Ну, что ты, - возразила Гинния. – Кстати, Мартин – это мои верные слуги, духи зла, которые всегда готовы прийти мне на помощь. Сейчас они явно подоспели вовремя. Вы можете идти, - сказала Гинния, обращаясь к своим слугам.

С легким шипением белые фигуры рассыпались бисером по полу, и поднявшийся ветер вымел их из беседки.

Мартин встал и подошел к Гиннии.

- Простите меня, я чувствую себя ужасно. Неужели я, действительно, мог причинить вам вред?

Гинния посмотрела на стоящего рядом Мартина снизу вверх и, улыбнувшись, сказала:

- Не стойте возле меня так близко.

Мартин отошел.

- Почему?

- Ваш энергетический поток мне мешает. Держитесь от меня подальше.

Мартин сделал шаг в сторону.

-  Я отошел от вас подальше, но я хотел бы, чтобы вы мне все объяснили. Я весьма спокойно, сам не знаю, как и почему, воспринял новость о том, что мой спаситель, пожилой смотритель кладбища оказался жителем другого мира. Я довольно сносно пережил то, что попал в ваш мир и стал выглядеть совершенно иначе. Что, кстати, мне мешает и не нравится. Я польщен тем, что мной заинтересовалась весьма влиятельная особа. Но я совершенно не понимаю, почему вы считаете, что какой-то Небесный Воин, который может разрушить ваш мир – это я. Откуда вы это знаете? Кто такие эти Небесные Воины? Ответьте мне.

- Небесные Воины… - несколько мечтательно начала Гинния. – Я расскажу вам-то немногое, что знаю о Небесных Воинах. Но сперва,  ответьте мне на вопрос, вы верите в Бога?

- В Бога? А, причем тут Бог? – удивился Мартин.

- Ответьте мне, верите ли вы в Бога?

- Да, безусловно, я верю в Бога.

- А, что вы знаете о Боге?

- Видите ли, я не слишком образованный человек, чтобы ответить на ваш вопрос.

- А здесь и не нужно никакого образования. Просто скажите мне, что вы знаете о Боге.

- Бог – всемогущ, он видит все деяния человека. За добрые дела – человек награждается, а за злые - будет наказан. Есть Божьи заповеди, которые человек должен выполнять.

- Так, что еще?

- Еще есть праздники и обычаи, которые люди празднуют, и во время которых они славят имя Бога. Еще есть святые покровители, которые помогают людям в их делах. Люди могут обращаться к Богу и Святым, молясь им.

- Это все?

- Все.

- Вам не кажется, что этого очень мало, для того чтобы верить?

- В вашем мире, может быть и так.

- А, где живет Бог, вы знаете?

- Где живет? Я не совсем понимаю, какое отношение ваши вопросы имеют к Небесному Воину.

- Значит, вы не знаете, где живет Бог?

- Бог повсюду.

- Вы смотрите на звезды?

- Да.

- Если вы смотрите на звезды, то наверняка думали о том, как их много. В небе очень много звезд, так много, что человек не смог бы их все сосчитать. На некоторых из них есть жизнь. Вы, кроме своего мира, успели увидеть наш мир и поняли, что жизнь у нас и у вас отличается. Мы можем гораздо больше, чем человек. Вот точно также и в небе. Там есть планеты, на которых живут разумные существа, и мир которых отличается и от вашего мира и от нашего. Они могут летать по воздуху, перелетать с одной планеты на другую, могут общаться друг с другом на расстоянии, не используя для этого ничего, кроме собственного разума. Представляете?

- С трудом.

- Пусть так… Так вот, далеко-далеко отсюда в небе есть такие планеты, на которых живут очень умные существа, они могут такое, что мы с вами и придумать не можем. Таким развитым существам поручено присматривать за планетами, на которых живут существа менее развитые. Это необходимо, потому, что все мы оказываем влияние друг на друга. Пока жители планеты не достигли нужно уровня умственного и нравственного развития за ними нужно присматривать особенно тщательно. Для этой цели существует, так называемое, Небесное Воинство, в котором много различных ступеней различия, как в армии. У каждого чина свои задачи и возможности для их выполнения. Как вы сказали, Бог награждает за хорошие дела, и он же наказывает за дела плохие. Для этого также существует Небесное Воинство, которое прекрасно с этим справляется, особенно с наказаниями.

- Но причем тут Бог?

- Должен же кто-то руководить этим Небесным Воинством.

- Что вы такое говорите? – возмущенно спросил Мартин.

- Что вас не устраивает в моем объяснении?

- Послушать вас, так окажется, что Бог – это всего лишь какой-то житель со звезды, который управляет солдатами.

- Не со звезды, на звезде жить нельзя. А вы думаете, что для того, кого все зовут Богом, это недостойная задача?

- Бог – это святое, то, что находится повсюду, рядом  с нами…

- Значит, вы хотите, чтобы Бог неустанно смотрел на людей, на их деяния, слушал их просьбы и мольбы, и при этом даже не имел, где голову преклонить после такой работы?

- Бог не может спать.

- Почему?

- Потому, что Бог – это не человек.

- Он не человек, но существо разумное, с этим вы не станете спорить?

- С этим я и не спорю, но допустить в мыслях, что наш Бог спит, словно простой человек, это для меня невозможно.

- Вы мыслите слишком примитивно и узко. Любой ребенок скажет, что Бог смотрит на нас с неба. Я вам и говорю, что тот, кого вы называете Богом, действительно, живет на небе, но он не летает по небу на облаке, а имеет вполне приличный дом. Согласитесь, что он заслужил то, чтобы жить в доме. Все святые, которым люди молятся, существуют на самом деле, и живут они в том же мире, в котором живет и сам Бог. Только все они - жители более высокоразвитой цивилизации, высокоразвитого мира. Они слышат и видят, что происходит на Земле, и вполне могут вмешиваться в людские дела. Когда тот, кого вы зовете Богом, считает, что нужно вмешаться в жизнь какого-нибудь общества, города, страны или мира в целом, он посылает для этой цели одного и нескольких своих Небесных Воинов. Каждый Воин имеет свое имя, свои возможности и обязанности. Кого именно посылает Бог на землю, зависит от того, что нужно сделать. На этот раз послали вас. Как вам не дико это слушать, но вы, действительно, являетесь одним из Небесных Воинов, который прекрасно знает, где живет Бог, потому что неоднократно его видел.

- Это невероятно. Я не могу поверить в это. Повторяю вам еще раз: я самый обыкновенный человек, и ничего не умею делать чудесного. Вам незачем меня бояться. Хотя вы и утверждаете, что я чуть… не убил вас, но я не сделал ничего и ничего дурного про вас не думал. Здесь какая-то ошибка.

Гинния молчала.

- Я могу вас попросить? У меня есть просьба, - сказал Мартин.

- И, чего же вы хотите?

- Вернуться домой.

- Конечно, вы можете вернуться домой в любой момент. Но я думала, что вам будет интересно побыть у нас. Я предлагаю вам задержаться, хоть ненадолго. Хотя я понимаю, вы, должно быть, торопитесь вернуться домой из-за девушки, дочери  смотрителя?

Мартин кивнул.

- Вы любите ее… Но, может быть, эта девушка - вовсе не человек. Вы не думали об этом?

- Вы хотите сказать, что Лиззи тоже из вашего мира?

- Я не знаю этого, только предполагаю.

- Разве вы можете этого не знать?

- К сожалению, я не могу знать все и обо всем. Если бы вы знали, сколько у меня дел помимо этого. Но не будем отвлекаться на меня. Хотя я на вашем месте обязательно воспользовалась бы приглашением и осталась. Кстати, даже если эта девушка и не имеет прямого отношения к нашему миру, то здесь обязательно должен быть ее двойник, ее истинное «Я», и вы можете ее встретить. Неужели вам не интересно посмотреть на истинную сущность той девушки, которая вам нравится?

Мартин молчал.

- Оставайтесь. Вы можете попасть обратно домой в любой момент, - снова предложила Гинния.

- Хорошо, я останусь, но с одним условием.

- С каким?

- Вы вернете мне мой прежний и настоящий вид.

Гинния усмехнулась.

- Неужели, вам больше нравится ваша прежняя внешность?

- Да, она мне нравится, потому, что она настоящая. Я не знаю человека с таким лицом, - сказал Мартин и прикоснулся пальцами к своей щеке.

- Закройте глаза, - сказала Гинния.

Мартин закрыл глаза, и все погрузилось во тьму. Вдруг, у него возникло ощущение легкости, что-то приподняло его над землей, повертело в воздухе и поставило на ноги.

- Открывайте глаза, - сказала Гинния.

Мартин осторожно открыл глаза и поднес к лицу свои руки, они были прежними, как и до перевоплощения. Он с облегчением вздохнул и провел руками по своей старой одежде.

- Спасибо вам, - с радостью произнес Мартин. - Словно родился заново.

- Я рада вам помочь. Что же теперь вы будете делать?

- Хочу воспользоваться вашим гостеприимством, - сказал Мартин.

- Вот и замечательно. Хотя мне даже боязно отпускать вас одного, - сказала Гинния. - Но мы поступим так, как только вам будет нужна моя помощь или вы захотите увидеть меня -  подумайте об этом, и вы, тут же, окажетесь здесь, в моих владениях.

- Спасибо вам. Теперь вы видите, что я не опасен для вас и вашего мира?

- Скажем так, вы - пока не опасны. Интересный у нас получился разговор. Каждый из нас остался при своем мнении. Я такого не ожидала.

- Мне жаль, что я разочаровал вас.

- Идите, Мартин, и пусть путешествие по нашему миру будет для вас безопасным.

8

Мартин исчез из беседки, словно его и не было. Беседка исчезла следом за Мартином, превратившись в кучку пепла.

- Нонсон, - крик Гиннии поднялся к потолку ее кабинета и, упав на пол, рассыпался тысячами осколков.

- Я здесь, - раздался спокойный голос, и Нонсон возник перед Правительницей Зла.

Видя, что платье Повелительницы сменила цвет с синего на белый, Нонсон сразу понял - настроение у Гиннии плохое.

- Он ушел, - произнесла Гинния резким голосом.

Ее совесть, довольно улыбаясь, сидела на троне и болтала своими маленькими ножками.

- Ушел? - спросил Нонсон. - Куда?

- Знакомиться с нашим миром.

- Нужно было отправить его домой, - сказала совесть, - он хотел вернуться домой, - повторила совесть, обращаясь к Нонсону.

- Почему же вы его не отпустили домой? - спросил Нонсон, и тут же пожалел о своем вопросе.

- Не знаешь? - прошипела в ответ Гинния. - Мне трудно проследить за ним, если он будет в земном мире. Он должен остаться здесь. Я уверена в том, что пока он ничего не помнит.

- Откуда у тебя такая уверенность? - спросила Гиннию совесть.

- Если бы он что-нибудь помнил, я бы это поняла по его мыслям.

Совесть громко рассмеялась и еще сильнее заболтала ножками.

Нонсон удивленно смотрел на совесть Гиннии.

- Гинния, если он все вспомнит, ты не прочтешь ни одной его мысли, - смеясь, проговорила совесть.

- Повелительница, наш гость поверил тому, что вы ему о нем рассказали? - спросил Нонсон.

- Нет. Так, по крайней мере, он мне сказал,  - ответила Гинния, смахнула, словно пыль, совесть со своего трона и села  в него.

- Странно, - растерянно произнес Нонсон.

- Это тебе странно. Скажи я тебе, что ты Небесный Воин, ты бы сразу мне поверил, - насмешливо произнесла Гинния.

- Да, уж, - подтвердила совесть, устраиваясь на полу, рядом с троном.

- Может быть, наш гость вовсе не Воин? - спросил Нонсон, не обращая внимания на колкости.

- Это он, так гласит предание, - ответила Гинния.

- Но это, же смешно - «Тот, кто будет сидеть на дереве», - начал было Нонсон.

- Сколько можно смеяться по этому поводу, - прервала его Гинния.

- Я только подумал… быть может, предание ошибается.

- Предание не может ошибаться, оно точно указывает на события прошлого и будущего.

- Хочу тебе напомнить о том, что будущее ты уже изменила. Не нужно было приглашать его сюда, - заворчала совесть.

- Если будущее изменилось, то книга Мудрости должна сказать нам об этом, - сказал Нонсон. - Может быть, следует еще раз взглянуть в книгу.

- Это невозможно, - ответила Гинния.

- Почему? - спросил Нонсон.

Совесть тихо простонала и сказала:

- Потому, что у нас нет больше такой возможности.

- Это последнее, что ты сегодня сказала, - прошипела Гинния и дунула на совесть.

Совесть исчезла.

- Теперь давай поговорим серьезно, - сказал Гинния, и поднялась со своего трона. - За нашим гостем нужно следить. То, что именно он является Воином, я нисколько не сомневаюсь.

- Позвольте спросить, почему? - спросил Нонсон.

- Для этого у меня две причины. Первая, это та, что он мне не поверил. А вторая - он чуть было не убил меня одним движением руки, - ответила Гинния, расхаживая по комнате.

- Что вы? Как он может вас убить? Это невозможно, - поразился Нонсон.

- Не знаю, как. Да и он ничего не понял, просто сделал это. Представляешь, что дальше будет?

Нонсон молчал.

- За ним нужно следить. Кстати, он рвался назад в земную жизнь из-за твоей дочери. Ты знаешь, где здесь живет ее двойник?

- Нет, - хмуро ответил Нонсон.

- Ты мало интересовался ею.

- Лиззи  простой  человек,  но  она  была  ко  мне очень привязана.

- Да, ей сейчас придется нелегко. И отец ее покинул, и Мартин исчез.

- Я оставил на земле свой фантом, который проживет некоторое время до моей кончины. Она не заметит подмены.

- Меня сейчас не интересуют чувства твоей дочери. Мы не должны отпускать Мартина одного, нам нужно решить, кто может нам помочь. Я поручу его домовому следить за ним, но этого не достаточно.

Нонсон задумался.

- Думай быстрее, - поторопила его Гинния.

- Я  уже знаю, кто может быть нам в этом полезен, - произнес, наконец, Нонсон.

- Кто? - нетерпеливо спросила Гинния.

Нонсон молча провел рукой в воздухе, и перед Гиннией повис небольшой шар. Внутри шара была маленькая фигурка. Гинния приблизила лицо к шару и стала внимательно всматриваться в него.

- Ну, что же, хорошо, - довольно произнесла Гинния и прикоснулась пальцем к шару.

Шар качнулся, поплыл по воздуху и лопнул.

9

Мартин стоял на дороге в совершенном изумлении. Только что он говорил с Гиннией и вот уже через мгновение оказался здесь, на дороге. Он оглянулся и увидел позади себя город. Его высокие, разноцветные башни поднимались ввысь, на высоких шпилях развевались знамена. Город был красив, над ним сияло голубизной небо, по которому плыли белые облака, солнце начинало клониться к закату.

Мартин отвернулся от города и посмотрел вдаль. Дорога уводила его из города по довольно ровной долине. Вдали Мартин увидел высокие горы, поросшие лесом, лес спускался с гор на равнину.

- Я захотел увидеть этот мир… И не знаю, куда мне идти, - сказал сам себе Мартин.

Вдруг, за его спиной раздалось тихое покашливание. Мартин обернулся и увидел высокую статную фигуру своего Домового.

- Простите меня, Хозяин, но я хотел поговорить с вами, - тихо произнес Домовой.

- Поговорить? О чем? У меня здесь нет дома.

- Речь пойдет не о доме. Я хотел бы поговорить о вас.

- Если я правильно понял, домовые состоят на службе и обязаны рассказывать о своих хозяевах, в доме которых они селятся, причем без спросу.

Домовой снял очки со своего длинного носа, его лицо было усталым и грустным.

- Хозяин прав. Но у меня и у других домовых нет выбора. Мы не делаем ничего дурного своим хозяевам и дому, в котором живем.

- Но вы поступаете нечестно. Вы шпионите за людьми. Знали бы люди…

- Нет, нет, только не говорите никому об этом. Здесь вы увидите многие тайны нашего мира. Неужели вы обо всем расскажете людям?

- Я не собираюсь ничего рассказывать, но боюсь, что уйду отсюда совершенно другим человеком.

- Вот именно об этом я и хотел с вами поговорить. Видите ли, люди не должны проникать в этот мир. Конечно, случается такое несчастье, когда какой-нибудь человек случайно попадает сюда, но это бывает крайне редко. Но никогда еще не было такого, чтобы человека сюда приглашали. Сегодня произошло что-то невероятное. Повелительница Зла сама пригласила в наш мир человека. Это более, чем невероятно. Из чего я могу сделать вывод о вашей исключительности, Хозяин.

Домовой замолчал, он казался очень взволнованным.

- Да, Гинния пригласила меня к себе… - начал, было, Мартин, но домовой его прервал.

- Только не говорите мне, зачем. Я не должен этого знать, - домовой даже замахал руками. - Я не хотел ни о чем вас выспрашивать, а только хотел вам помочь. - Домовой снова одел очки. - Мы столько лет прожили с вами в одном доме, что я успел к вам привязаться, и вот теперь я чувствую некую ответственность за вас. Чем бы ни был продиктован поступок Повелительницы, но сейчас вы совершенно беспомощны. Стоите на дороге и сами не знаете, куда вам идти. Возмутительно так обходиться с гостями.

- Ваша Повелительница уговорила меня здесь остаться. И я, действительно, хотел бы увидеть ваш мир, и, действительно, не знаю, куда мне идти, разве что, куда глаза глядят.

- Нет, нет, ни  в коем случае, - снова замахал руками Домовой. - Здесь нельзя идти, не представляя себе, куда и зачем вы идете. Иначе можно попасть в Никуда, и выбраться оттуда очень трудно.

- Да? А что такое, это Никуда? - удивленно спросил Мартин.

- Это гиблое место, хуже болота, попавший туда человек может долгие годы бродить по лабиринтам лесов, гор и пещер прежде, чем сможет выйти оттуда. К тому же в этих лабиринтах живут довольно мерзкие животные, - сказал домовой и фыркнул.

- Лабиринт из лесов, это не так, уж, и страшно, а ты говоришь, что это хуже болота, - сказал Мартин.

- Попавший в болото быстро погибнет, а попавший в лабиринт будет долгие годы мучаться - назидательно сказал Домовой. - Чтобы с вами не случилось никакой беды, я хочу предложить вам помощь.

-  Какую? - спросил Мартин.

Домовой протянул Мартину ладонь, на которой лежала цепочка с медальоном.

- Возьмите это, Хозяин, - сказал Домовой.

Мартин взял цепочку из белого металла, на которой висел квадратный медальон с надписью на непонятном  Мартину языке.

- Оденьте это, - сказал Домовой, - когда вам будет нужна моя помощь или просто совет, снимите этот медальон и снова оденьте его, но знаками к телу. Когда вы сделаете это, тут же услышите мой голос. Вы сможете мысленно говорить со мной.

- Спасибо, Домовой, - с благодарностью сказал Мартин. - Я никак не ожидал, что здесь мне кто-то захочет помочь.

Домовой вынул из большого кармана платок и промокнул глаза.

- Помните, сначала решите, куда вы идете, а только потом начинайте свой путь, - еще раз повторил домовой и пошел по дороге по направлению к горам. Чем дальше он уходил, тем прозрачнее становилась его фигура. Вскоре он просто растаял в воздухе.

Мартин повертел в руках украшение и одел на шею, надписью наружу.

10

Четыре девушки - Ани, Рина, Таира и Юнона сидели перед огромным зеркалом. Они смотрели на Ани, на груди которой переливались кравивые синие камни.

- Говорят, что на Луне можно найти такие же камни, - сказала одна из девушек.

- Если бы мой Герт не был бы таким ленивым, я попросила бы его слетать на Луну, но его, о чем не попросишь - ничего не хочет, - расстроенно произнесла другая девушка.

- А где ты их здесь нашла? - спросила третья.

- Нашла? – насмешливо спросила Ани. - Я их искала долго и упорно, мне пришлось спуститься на дно горного ущелья за этими камнями.

Она поправила на шее переливающуюся голубым сиянием цепь, на которой висели синие камни.

- Ты сама их достала? - восхищенно воскликнула одна из девушек.

- Да, - просто сказала обладательница камней, - и вот сегодня я одену их на праздник.

- Счастливая! - хором вздохнули все три девушки  и рассмеялись.

- Неужели, вы мне завидуете, вы, у которых горы сокровищ? - возмущенно воскликнула девушка.

- Что горы?  У нас нет таких камней, как у тебя, Ани, - расстроенно произнесла одна из девушек.

- Просто возмутительно, - сердито сказала Ани, - но посмотрите на солнце, нам уже пора собираться на праздник.

- Кстати, Ани, с кем ты придешь? - спросила одна из подруг.

- Одна, - ответила Ани.

- Ты так и не смогла забыть своего Ина? - с сочувствием спросила другая.

- Я буду помнить его всегда, - ответила Ани. – А, с кем пойдете вы?

- О… - воскликнула одна из девушек, - я недавно познакомилась с одним звездочетом, он обещал назвать звезду моим именем.

- Да? - хором воскликнули девушки.

- Да, представляете себе, вскоре все узнают, что одна из звезд носит имя Юнона. Это восхитительно!

- И сегодня ты будешь с ним на празднике? - спросила Юнону вторая девушка.

- Да, он такой… необыкновенный. А, с кем придешь ты, Таира?

- Я скромнее тебя, мой сегодняшний кавалер - властелин Поднебесной Горы, - ответила та.

- Он же такой некрасивый! - воскликнула Юнона.

- Он не просто некрасивый, он страшный, и я на его фоне буду казаться сказочно прекрасной. А ты, Рина, кто будет тебя сопровождать? - спросила она четвертую девушку.

- А я приду с лесным Птицем, - ответила Рина.

- С человеком-птицей?

- Да, он будет петь на сегодняшнем празднике.

- Ах, как же сегодня будет весело, но Ани права, нам пора уходить и готовиться к празднику.

Три подруги, весело болтая, поднялись и вышли за дверь, а Ани осталась одна. Она посмотрела на свое отражение в зеркале и сказала:

- Подумаешь, Человек-Птиц, Звездочет и Властелин Горы… А я вот пойду одна, если, конечно, мой кавалер неизвестно каким чудом не возникнет на пороге моего дома.

Но никто на пороге ее дома не возник.

Ани долгое время провела в горах, выполняя одно из заданий Повелительницы Зла. В горах жару сменяет холод, ветер бушует немилосердно, и вот сейчас Ани видела в зеркальном отражении не только свое новое украшение, но и обветренную, темную от солнца кожу.

- М-да, - с досадой произнесла Ани. - С таким лицом ни на каком празднике не появишься. Что же делать?

Ани бросила взгляд на окно и увидела лес.

- Ну, конечно, лес, вот что мне поможет.

Ани подбежала к окну, открыла его, потом подпрыгнула и черной кошкой оказалась на подоконнике. Еще минута и черная кошка, которая только что была девушкой Ани, мчалась по направлению к лесу.

11

Мартин надел на шею подарок домового, и ощутил неприятный холод на коже. Он потрогал медальон, тот был гладкий и теплый.

- Вот интересно, - подумал Мартин, посмотрел вдаль и увидел лес. - Пойду-ка я познакомлюсь с лесными жителями, - сказал сам себе Мартин и зашагал вперед.

Черная кошка шла по лесной тропинке, внимательно глядя по сторонам. Вдруг, она услышала булькающее пение и посмотрела вверх. На ветке дерева сидел лесной Птиц - птица с головой мужчины. Лесной Птиц был довольно толст, его короткие ножки с когтистыми лапами приплясывали в такт песни так, что все дерево тряслось под его тяжестью. Казалось, что он был очень рад и доволен собой.

- Уж не тот ли это Птиц, с которым Рина придет сегодня на праздник? - подумала черная кошка.

Вдруг, Лесной Птиц притих и посмотрел вниз. Птицелюди не любили кошек, особенно черных. Птиц прижал к груди крылья, на конце которых были человеческие пальцы, и смотрел вниз. Он переступал своими ножками по ветке и не сводил глаз с черной кошки, которая сидела под деревом и, не мигая, смотрела на Птица. Вздохнув, Птиц спрыгнул вниз, и опустился на землю уже человеком.

- Эй, полегче! - вскрикнула кошка.

Тут же,  лицом к лицу с Лесным Птицем, оказалась Ани.

- Ой,  как  же  вы  меня напугали. Что же вы мне сразу не сказали, что вы - девушка, - сказал Птиц и повел широкими плечами.

- И, что бы было? - насмешливо спросила Ани.

- Я бы вам спел свою песню.

- О, нет, увольте, я терпеть не могу слушать ваши песни.

- Как же так? - растерянно спросил Птиц.

- А вот так. Я давно спросить вас хотела: отчего вы так кошек боитесь? - спросила Ани, и, не дожидаясь ответа, пошла по тропинке, вглубь леса.

- Какая странная, - сказал Птиц вслед девушке, - очень странная. Ей не нравиться мое пение… как такое может быть… странно,  - сказал Птиц и снова взлетел на дерево.

Расправив свои перья, Лесной Птиц во все горло запел свою булькающую песню.

- Надо будет ему перья повыдергивать, - сказала сама себе Ани, до слуха которой доносились звуки песни.

Лес встретил Мартина неприветливо. Ему постоянно под ноги попадались какие-то коряги. Из - за кустов слышался чей-то ехидный смех. А встретившиеся ему лесные жители тут же прятались от него за деревья. Мартину очень хотелось рассмотреть поближе необычных лесных зверушек, но они, завидев его, сразу же убегали.

- Вот странно, - сказал сам себе Мартин.

- Вы тоже так считаете? - услышал Мартин чей-то голос сверху.

Он поднял голову и увидел прямо перед собой на ветке большую птицу с головой человека. Птица провела пальцами крыльев по своим волосам и сказала:

- Ей, видите ли, не нравится, как я пою.

Мартин очень обрадовался этой встрече, хоть кого-то в этом лесу ему удалось рассмотреть. Лесной Птиц заметив, что вызвал интерес, еще больше приосанился и сказал:

- Но вам-то нравится мой голос?

- Простите, я никогда не слышал вашего пения, - ответил Мартин.

- Как же так? – удивился Птиц.

- Я впервые в вашем лесу.

Лесной Птиц моргнул раз, другой и осторожно спросил:

- А вы кто?

- Человек, - ответил Мартин.

Лесной Птиц закрыл глаза и свалился с ветки на землю.

- Что с вами? - испуганно спросил Мартин, наклоняясь над Птицем.

Лесной Птиц молчал. Мартин просто не знал, что ему делать.  Но тут ему на помощь подоспела, словно из-под земли, появившаяся старушка. Она была сгорбленной, низенькой, с лохматыми волосами, которые скрывались за густым венком из лесных цветов. Старушка отодвинула в сторону Мартина и наклонилась над Птицем. Она наклонила к Птицу ухо, словно хотела прислушаться к его дыханию. Потом выпрямилась, насколько это было возможно для ее горбатой спины, и сказала:

- Это надолго. Ты что ему сказал?

- Я сказал ему, что я - человек.

Старуха покачала головой:

- Как   только   не   стыдно пугать Птица, он может потерять свой голос.

- Вы думаете, его это испугало? - удивился Мартин.

- Птиц очень боится людей, люди сажают птиц в клетки. Не мог придумать другую шутку?

- Я не шутил. Вы же видите, я - человек.

- Человек, - насмешливо произнесла старуха, - пользуешься тем, что я ничего не вижу?

- Что вы, я действительно, человек.

Старуха подошла к Мартину вплотную, наклонила к нему голову и прижалась ухом к груди. Постояв так немного, она отошла в сторону, хмыкнула и сказала:

- Мой тебе совет, не говори никому о том, кто ты есть на самом деле, добра не будет.

С этими словами старуха повернулась и ушла. Мартин наклонился над Птицем и прикоснулся к его груди покрытой перьями.

- Эй, вы слышите меня? Что с вами? Я совсем не страшен. Чем я могу вам помочь?

Но Птиц молчал. Мартин подумал о том, что не следует бросать его лежать одного и сел на траву рядом с Птицем. Он прислонился спиной к дереву, на котором совсем недавно пел довольный жизнью Птиц, и задумался о том, как жестоко люди обращаются с птицами, сажая их в клетки.

Старуха, тем временем, вышла на поляну, на которой стоял старый обгорелый пень. Возле пня в траве сидела черная кошка. Старуха увидела кошку и заворчала:

- Так я и знала. Стоит мне найти обгорелый пень, так тут же я вижу еще кого-то. Уходи, это моя поляна.

- Вот, уж, никогда не угадаешь, когда ты видишь, а когда нет, - ответила кошка.

- Уходи, - закричала старуха и затопала ногами.

Кошка легла на траву, потянулась и стала Ани.

Старуха хотела закричать еще что-то, но, видимо, передумала. Она осторожно стала подходить к Ани, всматриваясь в украшение на ее груди. Ани рассмеялась и встала.

- Не слишком ли ты стараешься стать молодой? И пень тебе нужен,  и камни мои тебе понравились?

- Ну, что ты, Ани, не сердись. Я вот всю свою жизнь злилась и ругалась, вот быстро и состарилась. А, ты, моя радость, на меня смотри и не повторяй моих ошибок.

Ани рассмеялась еще громче.

-  Мне это не грозит, - сказала она.

- Конечно, моя радость, конечно, - бормотала старуха, всматриваясь в украшение на шее Ани.

-  Довольно, - резко оборвала старуху Ани.

- Хорошо, хорошо, как скажешь… А нельзя ли мне посмотреть твои украшения поближе, хотя бы их потрогать, - сладким голосом попросила старуха.

- Нет, тебе нельзя, а то так помолодеешь, что превратишься в младенца.

- Да? Это правда? - настороженно спросила старуха.

- Правда.

- Тогда, может быть,  ты уступишь мне этот пень? Что тебе в нем? - попросила старуха.

- Опоздала, - сказала Ани и протянула к старухе ладонь, на которой лежал гладкий зеленый камень, круглый и блестящий.

Старуха издала громкий вопль и согнулась еще больше.

- Прощай, - сказала Ани, сжала ладонь в кулак и прошла мимо старухи.

- Подожди, - сказала старуха, - подожди меня.

Старуха побежала следом за Ани.

- Подожди, Ани.

Ани остановилась.

- Ани, давай меняться. Я скажу тебе новость, а ты мне отдашь сердце дерева.

- У тебя нет таких новостей, ради которых я отдам тебе сердце.

- Я понимаю, найти сердце дерева очень непросто. Но, ты такая молодая и  сильная, ты еще найдешь не одно такое сердце. А я очень стара, мое зрение все чаще изменяет мне. Неужели тебе не жаль бедную бабушку?

- А ты знаешь, не жаль. Я не знаю, что такое жалость.

- Конечно, моя радость. Ты же чуть ли не правая рука нашей Повелительницы Зла, какая, уж, тут жалость. Но хотя бы послушай меня, может быть, моя новость тебя заинтересует.

- Говори, - коротко сказала девушка.

- Лесной Птиц больше не поет.

- Ну, и что?

- Как, что? Ты же не любишь слушать, как он поет.

- Это и есть твоя новость? Не будет петь этот Птиц - будут петь остальные. Их много в нашем лесу, - с этими словами Ани вновь стала уходить.

- Ани, подожди, это не вся новость и даже не ее половина, - прокричала вслед девушки старуха и снова побежала за ней, - ты не хочешь знать, почему Птиц замолчал?

Ани остановилась и сказала:

- Должно быть, ты напугала его до смерти своей внешностью. Птиц любит молодых и красивых женщин, а таких, как ты, боится так же сильно, как и кошек.

- Нет, не угадала, моя красавица. Его испугала не я.

- А. кто?

- Угадай, - хитро сказала старуха.

- Да ты, как я вижу, еще и из ума выжила. Больше мне делать нечего, как только с тобой в угадайки играть.

- Нет, Ани, - торжественно сказала старуха, - я из ума не выжила. Я знаю очень много. Ты вот на праздник собираешься, у старой бабушки из-под носа сердце дерева унесла, еще более красивой хочешь стать, и не знаешь ты того, что бедой пахнет.

- Какой бедой? Мы сами - беда. Или забыла, в какой части мира ты находишься? - сердито спросила Ани.

- Молодая ты еще. Думаешь, что у зла беды не бывает? Дай мне зеленый камушек, я тебе еще не такое скажу, - глаза старухи жадно блестели.

- Сначала скажи, а там я посмотрю.

- Ну, хорошо. Птиц перестал петь потому… -  старуха замолчала и посмотрела по сторонам, - потому, что его испугал человек, - последнее слово старуха произнесла шепотом.

- Человек? - переспросила Ани.

- Да, да, человек… дай мне камушек, - старуха протянула к Ани свою сморщенную ладошку.

- Какой человек? - спросила Ани, не обращая внимания на протянутую руку.

- Мужчина, моя красавица, мужчина, молодой, черноволосый да кареглазый, - быстро произнесла старуха и потрясла ладошкой перед Ани.

Ани задумалась, ее лицо стало суровым. Она посмотрела вверх, затем к чему-то прислушалась и сказала:

- Возьми, твоя новость стоит камня.

Ани положила на ладошку старухи зеленый камень, который нашла в сгоревшем пне древнего дерева, и который все здесь называли - сердце дерева.

Старушка сжала камень в ладони. Она присвистнула, подпрыгнула на месте и, вдруг, быстро проглотила зеленый камушек.

- Ну, и жадная же ты баба, - строго сказала, качая головой, Ани.

- Ничего, - произнесла не по возрасту мелодичным голосом старуха.

- Ну, давай, я хоть посмотрю, во что ты превратиться сможешь, даже съев такой камень, - насмешливо сказала Ани, сложила руки на груди и смотрела на старуху.

Довольно быстро старуха стала расти и выпрямляться, спутанные волосы стали черными и шелковистыми, лицо - молодым, и вот вместо старухи перед Ани стояла красивая девушка.

- Ну, как? - спросила бывшая старуха, уперев руку в крутое бедро.

- Да, ничего, вот только зубы у тебя по-прежнему кривые и черные, ты поменьше болтай, а то всех мужчин распугаешь, - равнодушно сказала Ани и, отвернувшись, пошла от старухи-красавицы прочь.

- Да,  чуть  не  забыла, -  сказала  Ани и повернулась к девушке. - Иди сюда, я тебе что-то на ушко скажу.

- Что еще? - настороженно спросила девушка, но подошла.

Ани что-то прошептала той на ухо. Девушка покраснела и закричала:

- Это неправда.

- Правда, как только… так и сразу… снова бабкой станешь, - Ани рассмеялась и ушла, уже не оборачиваясь.

- Мерзкая девчонка, мерзкая злая ведьма, - кричала ей вслед девушка-старушка. - Как же так, мне все говорили, что сердце дерева действует надолго, чуть ли не навсегда и без всяких условий. А тут вот что, оказывается… А может все это не так? Может быть, она нарочно меня пугает. Проверить? Ага, а, вдруг, так все и получиться  - как только… ой, нет. Что же мне, несчастной девушке, делать?

Разговаривая сама с собой, она ушла в чащу леса.

Ани быстро шла к тому дереву, на котором она видела Птица. Вскоре она увидела несчастного лесного певца, который лежал на траве, разбросав в стороны крылья. Возле лесного Птица, прислонившись спиной к дереву, сидел мужчина. Его глаза были закрыты и, казалось, что он спит.

- Похоже, праздника у меня сегодня не будет, - сказала сама себе вслух Ани и подошла к дереву.

12

- Да, у меня праздника не будет, но, если это тот самый Птиц с которым хотела пойти Рина… Будет нехорошо, если он окажется не в состоянии сопровождать ее и петь на вечере, - сказала сама себе Ани.

Она встала рядом с Птицем на колени и положила ему на грудь ладонь. Спустя некоторое время, Птиц громко вздохнул, потом чихнул и открыл глаза. Он увидел Ани, и гримаса ужаса сменилось на его лице капризным и плаксивым выражением. Он схватил Ани за руку и прошептал:

- Как я рад. Вы не представляете себе, что я пережил… Это было ужасно. Он пришел… я думал, он хочет послушать, как я пою. Как страшно быть таким беспомощным, ведь, пока я здесь лежал без чувств, он мог спокойно унести меня и… о…. А мы здесь одни?

Ани молчала и улыбалась, ей было очень смешно наблюдать быструю смену настроений и эмоций на подвижном лице Птица.

Но Птиц по-своему понял улыбку девушки и захотел ее обнять.

Ани, поняв его желание, не стала сопротивляться и позволила приблизить себя вплотную к Птицу.

- Только один поцелуй, он даст мне силы, - прошептал Птиц.

Ани прикрыла глаза, потерлась головой о щеку Птица, сказала «мур» и посмотрела в глаза Птицу зелеными кошачьими глазами с узкими зрачками. Птиц часто заморгал и с воплем оттолкнул девушку от себя.

От этого вопля Мартин проснулся. Он с недоумением смотрел на девушку, и на пришедшего в себя Птица. На него же Ани не обращала никакого внимания, так, словно его и не было рядом. Птиц, оттолкнув от себя Ани, увидел Мартина и тут же превратился в мужчину. Он испуганно смотрел то на Мартина, то на Ани. Девушка спокойно встала на ноги и спросила Птица:

- Как вы себя чувствуете? Немного волнений действуют так же, как и поцелуй.

- Какая  вы,  однако,  игривая  девушка, - сказал уже спокойным голосом Птиц, с опаской поглядывая на Мартина.

- Не стоит расточать мне комплименты, сохраните свое красноречие для Рины, - ответила Ани.

- Вы знаете Рину? - удивился Птиц.

- Конечно, она моя подруга.

- Надо же, а вы совершенно разные. Рина никогда не стала бы меня так пугать.

- Ну, что вы, Рина просто старается быть вежливой. Кстати, позвольте дать вам совет.

- Какой? - обиженно спросил Птиц.

- Не сердите Рину, и не заставляйте ее ревновать. В отличие от меня, Рина в плохом настроении сразу превращается в гепарда. Это - большая кошка, понимаете?

- Вы нарочно пугаете меня? - плаксиво спросил Птиц.

- Я только вас предупредила. Мне не нравится, как вы поете, но я хорошо отношусь ко всем птицелюдям.

Птиц галантно поклонился Ани, и сказал:

- Я благодарен вам за свое спасение и за предупреждение.

Затем, он наклонился к девушке, и шепотом спросил ее:

- Вы будете на сегодняшнем празднике?

- Скорее всего, нет, у меня появилась неотложная работа, - ответила Ани и кивнула головой в сторону Мартина.

- Вы не боитесь оставаться с ним наедине? - спросил Птиц.

- Ну, что вы, этот человек совершенно не опасен, - ответила Ани.

- Да? В любом случае, если вам понадобится моя помощь - вы только позовите, и я тут же прилечу к вам на крыльях дружбы, - сказал Лесной Птиц и быстро исчез за деревьями.

Пока Ани разговаривала с лесным Птицем, Мартин стоял в стороне и с интересом наблюдал за ними. Когда Птиц ушел, он подошел к Ани и сказал:

- Я, действительно, совершенно не опасен. Мне очень жаль, что эта удивительная птица, испугалась меня так сильно, что упала с дерева.

Ани наконец-то удостоила Мартина взглядом.

- Вообще-то, не испугалась, а испугался. Это - мужчина.

- Да, я понимаю.

- Теперь, займемся вами, - строго сказала Ани.

С этими словами, она  левой рукой нарисовала в воздухе какой-то знак, и они с Мартином тут же оказались в кабинете ее дома. Мартин с испугом оглянулся по сторонам:

- Я, наверное, никогда не привыкну к вашим чудесам.

- Никогда не привыкнете,  - сказала Ани и указала рукой на стул. - Садитесь.

Мартин сел на предложенный ему стул и на какое-то время потерял Ани из виду. Через минуту она уже стояла перед ним. Мартин никогда не видел женщин в подобной одежде. На ней были белые узкие брюки, заправленные в высоки сапоги и белая мужская куртка.

- Служба контроля перемещений, - строгим голосом сказала Ани. - Вы проникли через закрытый порт. Кто вам помог? Цель вашего прибытия?

Мартин молчал, пораженный произошедшими переменами и вопросами Ани.

- Если вы будете молчать, я немедленно отправлю вас на Землю без учета времени вашего на ней проживания. В ваших интересах проинформировать меня о месте и времени вашего нахождения на Земле.

- Хорошо, - сказал, наконец, Мартин, - отправляйте, я не имею ничего против этого. Меня там ждут.

- Вам осталось назвать имя того, кто помог вам проникнуть в наш мир.

- Если это так нужно, я назову вам имя, это Гинния - Повелительница Зла.

-  Вы лжете, - резко сказала Ани.

- Мне незачем врать. Еще сегодня утром я жил своей жизнью и даже не знал о существовании вашего мира, пока некий пожилой человек не сообщил мне о вас и не привел меня сюда.

- Пожилой человек? О ком вы говорите? Откуда вы его знаете?

- Я жил у него в доме, он смотритель кладбища, на котором похоронена моя мать.

- Кладбище, - растерянно повторила Ани, - смотритель и тот, кто…

13

Ани задумчиво прошлась по комнате, подошла к окну, повернулась к Мартину, который с новым удивлением увидел, что ее мужская одежда, в доли секунд, сменилась просторным светлым платьем.

- Значит, в последнее время вы жили на кладбище? - переспросила Ани.

- Так получилось. Я понимаю, это звучит, должно быть, нелепо…

- Нет, нет, это вовсе не нелепо, даже наоборот.

- Скажите, когда вы отправите меня назад, на Землю? - спросил Мартин.

- Думаю, что не скоро, - задумчиво ответила Ани.

- Вы передумали? - удивился Мартин. - Почему?

- Если бы вы знали, как вы мне нужны! - воскликнула, вдруг, Ани.

- Зачем?

- Я   вам   сейчас   все   объясню, - сказала Ани, взяла Мартина за руку, и они тут же оказались в парке, на берегу реки. Вокруг росли гигантские цветы, которые полностью скрывали их от посторонних глаз, впрочем, в этом парке сейчас никого не было.

- Прошу вас… Слишком много чудес сразу… - сказал Мартин, тяжело дыша.

- Ой, простите, ну, конечно, вы еще не привыкли к столь быстрому перемещению. Как мне вас жаль, вы, должно быть, очень устали за сегодняшний день.

Ани провела руками над головой Мартина, и он вскоре почувствовал, как усталость покидает его, и новые силы вливаются в его тело.

- Еще немного и я уже не захочу возвращаться домой. Мне кажется, что жизнь здесь во много раз лучше и интереснее, чем на Земле, - воскликнул удивленный своим состоянием Мартин.

- Никто из людей не хочет покидать наш мир, - с грустью сказала Ани. - Здесь совершенно иная жизнь… Но все здешние чудеса - ничто по сравнению с чудесами у нас дома. Не так ли, Воин? - тихо спросила Ани.

Мартин бросил на девушку быстрый взгляд.

- Меня зовут Мартин, - сказал он.

- Меня зовут Ани, - ответила она.

- Красивое   имя.   Вы  знаете, ваши глаза кажутся мне очень знакомыми, словно я их уже видел когда-то, очень давно - задумчиво сказал Мартин.

Он смотрел в глаза Ани и, вдруг, что-то взорвалось в его мозгу…

14

В резиденции Повелительницы Зла,  в огромном круглом зале  происходило собрание представителей всех подчиняющихся ей ведомств. В центре зала, за большим круглым столом сидели приглашенные. Над серединой стола в воздухе висел огромный шар, который светился изнутри ровным голубым светом.

- Сегодня нам предстоит принять несколько важных для всего нашего мира решений, - раздался громкий и резкий голос Гиннии.

Все смотрели на Гиннию, которая была сейчас в белоснежном платье. Ее белые волосы ровными прядями опускались на плечи, на бледном лице большие черные глаза, с мелькающими в них белыми приведениями, казались просто огромными. Остальные присутствующие были одеты в костюмы самых разнообразных цветов и оттенков.

- Вот уже на протяжении многих лет мы боремся за то, чтобы наш мир был признан в Галактическом союзе. Мы опережаем Землю  в научном, техническом и экономическом отношении на многие столетия. Но Земля, несмотря на все свое убогое существование, входит в Галактический союз, а мы нет, - Гинния на минуту замолчала, а затем продолжила, - этому  пора положить конец. Сегодня праздник, но пусть веселятся те, на плечах которых не лежит груз ответственности за будущее нашего мира. Мы же с вами сейчас будем говорить о делах далеко не веселых.

Никто из присутствующих не собирался на сегодняшний праздник, их мысли были заняты совсем другими делами.

- Инспектор по ведению военных действий, сообщите нам о военной ситуации нашего мира, - обратилась Гинния к статному мужчине с красными короткими волосами

- Наш мир не знает войн уже две тысячи восемьсот триста девять лет, - ответил инспектор по ведению военных действий. - Я не имею в виду непродолжительные и малые по своим потерям войны, которые происходили в нашем мире при разделении его на две составляющие – Добро и Зло. На Земле ситуация совершенно иная, там одна война сменяет другую.

Он протянул руку к висящему шару, и тут же внутри него возникло изображение городов и сел, лесов и полей, где мирно работали жители этого мира. Изображение внутри шара изменилось, и вместо мирной жизни параллельного мира, возникло изображение войн Земли.

Все возмущенно зашумели.

В разговор вступила худенькая женщина, Инспектор экономики.

- Жители нашего мира не знают, что такое голод. Наши дети никогда не голодают. Круглый год мы имеем возможность употреблять в пищу самые разнообразные фрукты и овощи. Дичь, птица, рыба - все это в изобилии есть у каждого жителя нашего мира, - говорила худенькая женщина, указывая рукой на шар.

Шар послушно показывал веселых детей, жующих фрукты, улыбающихся стариков за обеденным столом.

- У нас никто и никогда не умирал  от голода. Тогда, как на Земле голодная смерть стала обыденной. Вода отравлена, продукты не содержат и половины нужных организму веществ, - сердито вещала женщина.

Тем временем шар показывал земную жизнь, худых людей и животных, голодных детей, падающих от изнеможения крестьян и солдат. Присутствующие в зале шумели все больше.

- Однако,  это  ничто  по  сравнению  с  тем,  что они невежественны и глупы, они убивают друг друга из-за пустяков, - выкрикнул кто-то из приглашенных.

- А их одежда?

- Что одежда, вы видели их дома?

- А дороги, их попросту нет…

- Плевать   на   дороги,   меня  просто  бесит отношение мужчин к женщинам, - закричала одна из присутствующих женщин и стукнула кулаком по столу. Тотчас же ее кулак превратился в черную волосатую лапу.

По мере того, как присутствующие возбужденно обсуждали состояние земных дел, крича и перебивая друг друга, они все больше теряли человеческий облик. Вскоре вместо людей за столом сидели звери и птицы.

Гинния молча наблюдала за происходящим, и, наконец, сказала:

- Я вижу, насколько нас всех волнует положение дел на Земле.

Ее голос пронесся над залом и заглушил шум голосов. Все замолчали и, сквозь шерсть и перья стали проступать человеческие лица. Через несколько минут в зале снова сидели мужчины и женщины, молча и с уважением смотревшие на свою Повелительницу

- Сколько бы мы с вами не кричали по поводу различий наших миров, мы по-прежнему остаемся для Галактического союза миром, жизнь которого порождена мыслеформами человечества. И знаете, почему? - спросила Гинния, обращаясь ко всем присутствующим.

- Нет, - ответил сидящий ближе всего к ней мужчина с наградами на груди.

- Потому, что мы не можем оказывать такого влияния на другие миры, как это может делать Земля. Какая бы она ни была, о ней знают, и за ней наблюдают. Нас, несмотря на все наши достижения, никто всерьез не воспринимает. У нас не хватает нужного количества энергетических сил, чтобы вызывать изменения в системе. Мысли людей, этих ограниченных особей, смогли создать наш мир. Наши мысли на такое не способны.

- Но наши мысли помогают нам перемещаться в пространстве, и выполнять различные виды работ, - робко заметил юноша в берете, сжимавший в руках какую-то книгу.

- Да, это так, - ответила Гинния, - из словесных бормотаний заклинаний мы перешли к мысленным приказам. Но мы не способны изменить ментальную субстанцию системы.

- Как  же  это  удается людям? – крикнул кто-то из присутствующих.

-  Они  созданы  иначе, -  коротко  ответила  Гинния.

- Но, если люди могут влиять на ментальную субстанцию системы, то почему они не могут жить так, как мы? - снова спросил юноша в берете.

- А я хотел бы спросить о другом, - раздался чей-то громкий голос и все обернулись на огромного человека в черном камзоле.

- Да, Инспектор по созданию погоды, спрашивайте, - приветливо сказала Гинния.

- Существуют ли иные возможности для признания Галактическим союзом, кроме умения влиять на ментальную субстанцию системы? Быть может, у нас найдется нечто такое, что послужит нам пропуском в Галактический союз, - спросил инспектор по созданию погоды.

- Разумеется, Инспектор. На последнем совещании Галактического союза было сказано о том, что, если бы такие миры, как наш, смогли бы добиться единства мыслеформ, мы бы смогли создать нужную ментальную оболочку нашей планеты и выйти, наконец-то, из порочного круга, который нам мешает.

Присутствующие снова возбужденно зашумели.

- Как же так? – испуганно спросил юноша в берете.

- Это невозможно, - вскричала дама, которую волновали земные отношения мужчин и женщин.

- Позор,  мы  не  в  состоянии  хладнокровно мыслить. Малейший повод и мы начинаем терять контроль над собой, - громко крикнул Инспектор по ведению военных действий и выдернул из своих волос несколько красных перьев.

- Тише, тише, - совершенно спокойно произнесла Гинния. – Если бы все было так плохо, я не собрала бы вас сегодня. И вы все были бы на празднике. Но! Нам есть, о чем поговорить, а потому, соберите свое хладнокровие и слушайте спокойно.

15

Весь зал погрузился во тьму. Огромный шар над центром стола засветился и осветил лица присутствующих, которые с интересом смотрели в его, переливающуюся всеми цветами, глубину. Зазвучал голос Гиннии, и все, молча, вслушивались в каждое сказанное ею слово.

- Много миллионов лет назад возникла Солнечная система, - сказала Гинния,  и все присутствующие увидели в шаре систему планет, вращающихся вокруг Солнца.

- Три планеты этой Солнечной системы будут нести на себе разумную жизнь - это Земля, Фаэтон и Марс.

Изображение системы увеличилось, и каждая из названных планет занимала все пространство шара, словно над столом по очереди зависали сначала Земля, затем – Фаэтон и Марс.

- У каждой из планет своя судьба. Достигнет невиданных высот уровень цивилизации на Фаэтоне. Познают мудрость Вселенной на Марсе. Станет излюбленным местом для научных экспериментов Земля. Но время безжалостно к тем, кто не сумеет  узнать его законы и использовать их во благо. Разлетится в вихре осколков Фаэтон, уничтожится мудрейшая цивилизация на Марсе, и только скромница Земля останется на своем месте, вращаясь вокруг Солнца и не беспокоя никого своими знаниями. Беспощадное время будет стирать информацию, унося в небытие цивилизации Земли. Земля, словно замок из песка, будет терять свои знания и мудрость точно так же,  как рушатся песочные стены замка от воды. И, сколько бы люди не восстанавливали эти песочные стены, они беззащитны перед стихией времени. Возникают простые вопросы. Почему эта планета никак не может достичь высокого уровня развития? Почему, когда уровень интеллекта цивилизации достигает определенных высот – цивилизация уничтожается? Люди настроены на самоуничтожение? Нет, они безумно бояться смерти, хотят жить бесконечно долго, хотя они с легкостью убивают друг друга. Злой рок преследует эту планету? Нет, рок всегда находится в чьих-то руках и никогда не станет действовать сам по себе. И тут вам может прийти такая мысль. Может быть так, чтобы Некто не хотел роста земной цивилизации, опасаясь повторения судьбы Фаэтона и Марса? Может быть так, чтобы этот Некто предпочел посредственность Земли - ее гибели? Я вам отвечу – да. Это возможно. Тогда этот Некто должен обладать огромной властью и возможностями для того, чтобы сохранить единственную планету с разумной жизнью в Солнечной Системе. Кто он, этот Некто? Я думаю, вы догадываетесь. И, все же, этот Некто не лишен чувства юмора. Он придумал очень интересный проект – создать для Земли параллельный мир. Главная цель создания такого мира заключалась в том, чтобы не допустить рост уровня цивилизации на Земле.

Изображение в шаре Солнечной системы сменилось изображением иной планетарной системы.

- Эта наша система Солнца. В ней пятнадцать различных планет. Но одна из них, просто до удивления, похожа на Землю, похожа своей атмосферой, но различается мерностью пространства. Это - наша планета.

Изображение в шаре показывало планету со штормующими океанами, парящими в небе птицами, бегущими животными. Людей на планете видно не было.

- Наша планета была похожа на планету Земля, и это определило ее судьбу. Некто решил использовать ее в качестве параллельного мира для Земли.

Гинния замолчала, и тягостная тишина заполнила зал. Помолчав, она продолжила.

- Некоторые из вас до недавнего времени думали, что наши люди появились на планете вскоре после того, как люди планеты Земля научились фантазировать. Это не так. Появление наших людей связано с возникновением канала ментальной связи между нашими планетами. Этот канал создавался с нашей стороны, поскольку на Земле в тот момент было трехмерное пространство. Таким оно остается и сейчас. Насколько я знаю, когда-то на Земле пространство было иным. Это было еще тогда, когда красавец Фаэтон вращался вокруг Солнца по своей орбите. Не спрашивайте меня, почему был уничтожен Фаэтон, почему стерт разум с поверхности Марса и, почему Земля утратила свою многомерность. Этого я не знаю. Но теперь Земля влачит жалкое существование в своем трехмерном пространстве: длина, ширина, высота. Только три измерения. Только три. Право, я думаю, что, может быть, лучше стать легендой Фаэтона, чем так жить. Но теперешние земляне иной жизни не знают и не могут себе даже ее представить. Та же трехмерность касается и времени – прошлое, настоящее и будущее. Трехмерность и прямолинейность. Эти принципы касаются, как пространства, так и времени. Время на Земле движется только по прямой и только в одном направлении. Именно поэтому, несмотря на все усилия земных ученых, на Земле не будет создан способ перемещения во времени. Перемещение  в прошлое – это изменение прямолинейности движения времени, и, следовательно – оно невозможно. А, если нет движения в прошлое, не будет движения и в будущее. Однако, я отвлеклась…

Для того, чтобы мысли людей не задерживались на планете, не усиливали возможности людей, не способствовали быстрому росту уровня цивилизации, они передавались по каналу связи в наш мир. И вот теперь, спустя многие тысячи лет, благодаря Земле и нашему собственному разуму, мы стали тем миром, который заслуживает гораздо большего, чем быть просто параллельным миром Земли. Если Земля наказана и находится под неустанным контролем, то наша планета, и весь наш мир никто не тревожил с момента его сотворения. Наш мир был создан искусственно, но благодаря тому, что правда о нашем создании не скрывалась от нас, мы знаем – кто мы и какие мы. Если прежде мы зависили от Земли, то теперь она нам мешает.  Инспектор контроля за перемещением объектов, - вдруг обратилась Гинния к одному из присутствующих, - сколько людей попало в наш мир за последнее время?

- Двадцать восемь человек за последние три года. Количество таких людей увеличивается. Это связано с особо бедственным положением людей на Земле. Истеричное состояние, неуемное желание уйти от реальной жизни приводит к тому, что некоторые люди буквально притягиваются к каналу связи объектов, - ответил Инспектор контроля за перемещением объектов.

- Так. Нужно ли нам это?

- Нет. Ни в коем случае. Люди, попадая в наши условия, начинают излучать слишком сильные волны мысленной энергии, а это нарушает общий энергетический фон.

- А, что можно сказать о качестве поступающей ментальной энергии? – спросила Гинния, обращаясь к еще одному из инспекторов.

- Оно оставляет желать лучшего, - ответил Инспектор по качеству ментальной энергии. - Мы в большей степени независимы от людей. Но их мысли по-прежнему оказывают на нас серьезное влияние. Изучая будущее Земли, легко можно создать картину будущего нашей планеты. Оно внушает мне серьезное опасение. Мы можем утратить многое из того, что создавалось  нами с таким трудом. Мне не хотелось бы сейчас вдаваться в детали и подробности, но перспективы ужасны.

Присутствующие снова зашумели.

- Благодарю вас, - сказала Гинния. – Итак, продолжим. Каковы бы ни были цели того, кто затеял этот  проект, он должен был понимать, что наступит такой день, когда мы захотим избавиться от пагубного влияния людей. И этот день настал. Нам больше не нужны ни их мысли, ни они сами, сваливающиеся на наши головы и творящие здесь всяческие безобразия, до каких могут додуматься примитивные людские мозги. Не хочу казаться неблагодарной по отношению к землянам, но то, как трансформируются здесь их мысли – это не их заслуга. Опыт иных цивилизаций подсказывает нам, что мы вправе сами решать свою судьбу. Если бы Всевышним Богам было бы угодно, чтобы мы до конца своих дней оставались только лишь дополнительной частью Земли – мы бы об этом знали. Такой информации нет. Следовательно, мы можем взять на себя ответственность за прекращение связи между нашими планетами. Что касается единства на планете мыслеформ, о котором говорилось на совещании Галактического союза, то, боюсь, что с этим у нас возникнут большие трудности. Вы знаете о том, что наш мир разделен на две части: Добро и Зло. Создание единой мыслеформы означает - создание единого, гармоничного мышления, согласия между Добром и Злом, что само по себе, практически, невозможно. В то время, пока мы с вами пытаемся найти выход из создавшегося положения, пока мы с вами боремся с людскими мыслями и телами, поддерживая равновесие нашей планеты, Повелитель Добра занят совершенно иными делами.

Последние слова Гинния просто возмущенно выкрикнула, указывая рукой на шар. Шар засветился и внутри него был виден  мужчина с озабоченным и грустным лицом, который сидел перед подобным шаром, только меньшего размера, и что-то говорил изображению.

- Что он делает? – спросил кто-то.

- Он    помогает    землянам    пахать   землю, - злобно ответила Гинния.

- Что?

- А, откуда он сам умеет пахать?

- Это невозможно.

- Глупости, его никто не слышит.

- Объясните нам, Повелительница, что происходит?

- Я  объясню,  -  сказала  Гинния, и все замолчали, - происходит то, что Повелитель Добра внушает людям мысли о том, что нужно делать, чтобы лучше жить.

- О, Боги! – выкрикнул кто-то.

- Что вы на это скажете, Инспектор за контролем связи? - спросила Гинния.

- Канал связи рассчитан только лишь на то, чтобы мыслеформы перемещались в одном направлении, с Земли на нашу планету. Обратное перемещение – недопустимо, это противоречит всем принципам построения канала, - ответил Инспектор.

- Тем не менее, наш великодушный Повелитель Добра нарушает данные принципы, которые созданы многие тысячелетия назад, и которые поддерживают жизненную энергию нашего мира. Так, что есть Добро?

Все рассмеялись.

- Повелитель Добра не хочет слушать голос своего разума, он не задумывается о том, что его доброта по отношению к землянам может привести к пагубным последствиям для его собственной, родной планеты, - сказала Гинния.

- А, может быть, им движет элементарное честолюбие? – спросил один из инспекторов. – Может быть, он перемещается на Землю и хочет, чтобы люди его считали Богом, который все может и все знает?

- Откуда у него такие мысли? Он слишком добр для этого, - ответил ему юноша в берете.

- Что вы знаете о Добре, молодой человек? Разве желание осчастливить всех и каждого – не порочно уже само по себе? – возмущенно сказал инспектор юноше.

- Проверьте всю систему связи, Инспектор, никаких перемещений в обратном направлении быть не должно. Закон один для всех. Хватит с нас всякой нечисти, которую придумали люди, и которая стремится к ним же вернуться через открытые двери, - грозно произнесла Гинния. – Теперь вам всем очевидно то, что единой мыслеформы нам пока не добиться. Остается иной способ получить признание в Галактическом Союзе – добиться независимости. Мы собрались здесь, главным образом, для того, чтобы услышать мнение друг друга по поводу приобретения статуса независимости от Земли. Хотим ли мы этого отделения или нет? – спросила Гинния.

В зале раздался голос Инспектора по ведению военных действий:

- Я  могу  с  полной  уверенностью  сказать  за  всех  нас – только разделение и никак иначе. Не секрет, что каждый из нас не раз уже думал об этом. Я прав? – спросил Инспектор, обращаясь к присутствующим.

В зале одобрительно зашумели.

- Правильно ли я поняла, что вы все согласны со мной в том, что мы должны стать независимым миром? – спросила Гинния.

Все присутствующие стали выкрикивать свое согласие.

- Или кто-то из вас не согласен с этим? – спросила Гинния.

Все молчали.

- Тогда я жду от вас предложений по поводу того, как мы можем закрыть канал связи между нашими планетами.

- Надо обратиться к тому, кто создал этот канал связи, - робко предложил юноша в берете.

- Ну, что же, именно вам мы это и поручим, - сказала Гинния.

Все вокруг рассмеялись. Юноша снял берет, и вытер им пот со лба.

- Должны быть по этому поводу какие-нибудь древние предсказания, - сказал Инспектор по созданию погоды.

- Предсказания по этому поводу есть, - сказала Гинния. - Предсказания, пророчества, знание прошлого и будущего всегда играли большую роль для нашего мира. Избранные хранители тайн, перемещаясь во времени и пространстве, записывают узнанное ими в Великую Книгу Жизни. Немногие из нашего мира видели эту книгу, и лишь единицы открывали ее страницы. Такая честь выпала и на мою долю. Я читала одно из пророчеств. Вам всем понадобится ваше хладнокровие… Я сейчас сообщу вам то, что беспокоит меня уже многие десятилетия, то, что сбывается уже сегодня.

Гинния замолчала, все присутствующие нервно зашумели.

- Итак, в этом пророчестве было сказано, что наш мир будет разрушен… И это - очень хорошая весть, не так ли? – спросила Гинния.

- Но… Повелительница…

- Как это - будет разрушен?

- Вы находите эту весть хорошей, но почему?

- Да объясните нам…

- Я   объясню, -   спокойно    продолжала    Гинния. – Но вначале я хотела бы спросить, кто из вас умеет гадать на картах Таро?

- Я, - раздался мелодичный голос, и все обернулись на черноволосую женщину, - я гадаю на картах Таро, на картах, подаренных нам мудростью Земли.

- Замечательно, Повелительница случайными ненастьями, тогда скажите нам вот что, одна из карт Таро, а, именно, карта «Разрушение», может ли считаться абсолютно плохой картой, приносящей одни только несчастья?

- Ни в коем случае. Все зависит от самого содержания гадания и от последующих карт. Разрушение может касаться, как хорошего стабильного состояния ваших дел, так и всего того, что мешает благополучию.

- Вот! – воскликнула Гинния, - вот то, что я хотела от вас услышать. «Разрушение того, что мешает благополучию…». И, если в пророчестве сказано о том, что наш мир будет разрушен, то не означает ли это то, что разрушится наше теперешнее состояние параллельности Земли? Не означает ли это то, что нас всех ждут очень большие перемены, которые, если и будут сопровождаться битвами с Повелителем Добра, то закончатся они тем, что мы станем миром, который будет признан в Галактическом союзе?

- Так   нас   ждет   война? –   спросил Инспектор по ведению военных действий.

- Не исключено, - ответила Гинния. – Во всяком случае, я именно так понимаю прочитанное мною много лет назад пророчество. Это будет разрушение тех стен и оков, которые мешают нам выйти за существующие сегодня пределы.

- А, если мы проиграем? - тихо спросил юноша в берете.

- Да, было ли сказано в пророчестве, чем закончится это разрушение? Может быть, мы напрасно сейчас радуемся? – спросила Повелительница случайными ненастьями.

- К сожалению, время, данное мне для чтения этой книги, было невелико и я прочитала только половину предсказания.

- Тогда нужно прочитать продолжение этого пророчества, прочитать о том, что будет дальше, - предложила Повелительница случайными ненастьями.

- Сейчас это невозможно. Великая Книга Жизни больше не откроется никому из нас на протяжении сотни лет. Единственный, кто может попросить хранителей тайн взглянуть в эту книгу – это Повелитель Добра.

- Тогда нужно поручить ему прочесть это пророчество. Если он будет читать предназначенное для него пророчество, что ему стоит прочитать и то, которое не дочитали вы? - предложил Инспектор за перемещением объектов.

- Нет,  он  не  захочет, -  ответила  Повелительница случайными ненастьями, - я очень хорошо его знаю. Он считает, что знать будущее – это плохо.

- Какая недальновидность!

- Глупость!

- Когда   речь   идет   о   будущем   всего  мира, нужно набраться смелости и взглянуть в Великую Книгу, - крикнул Инспектор по ведению военных действий.

- Как   можно   смотреть   на   землян, помогать им, и совершенно не беспокоиться о будущем своих собственных поданных?  - возмущенно сказал Инспектор за контролем погоды.

- Однако, это еще не все, - сказала Гинния, - я произнесла вам только половину из того, что прочла.

Все тут же замолчали.

- Далее в пророчестве было сказано… Наш мир будет разрушен от руки Небесного Воина. Я думаю вам не нужно объяснять, кто такие Небесные Воины?

- Это Воины того, кто задумал создание параллельного мира для Земли? - робко сказал юноша в берете.

- Можно сказать и так, - согласилась Гинния.

- Значит, тот, кто создал наш мир, тот его и разрушит? – спросила Повелительница случайных ненастий.

- Я бы сказала иначе. Тот, кто создал нас, тот даст нам возможность обрести свободу, - сказала Гинния.

- Небесный Воин поможет нам? – спросил Инспектор по ведению военных действий. – Но как? Каким образом?

- Для этого он должен быть с нами, - сказал Инспектор по созданию погоды.

- Не беспокойтесь, - торжественно произнесла Гинния, - он уже здесь. Сегодня днем я говорила с ним.

- Как?

- Не может быть…

- Интересно,   как   он   выглядит? Я слышала, что они очень красивы.

- Что,   красивы?   Они опасны.   Никогда нельзя знать заранее, что у них на уме.

- Но, как вам, Повелительница, удалось…

- Что он сказал?

- Как он здесь оказался?

- Я вижу   у вас   много   вопросов, поэтому слушайте, - сказала Гинния. - В виденном мною пророчестве было сказано, когда и где на Земле появится Небесный Воин. Когда ему исполнится двадцать пять лет, он узнает о своем предназначении и приступит к выполнению своей миссии. До этого возраста Воин будет воспринимать себя, как человека, и ничего не будет знать о том, кто он такой и зачем прибыл на Землю. Благодаря моему верному Нонсону, Небесный Воин здесь. Он нашел его на Земле и пригласил к нам. Сейчас Небесный Воин ничего не помнит. Он даже не поверил мне, когда я ему сказала о том, кто он такой.

- Вы сами сообщили ему о том, кто он? – восхищенно спросил юноша в берете.

- Да, не смогла отказать себе в этом удовольствии. Я сказала ему все, почти все о том, кто он и что о нем говорит наше пророчество. Он был шокирован. Возможно, мне не следовало приглашать его сюда, но лучше пусть он будет здесь, среди нас.

- Где же он сейчас?

- Я думаю,   что   он   где-то рядом, он хотел увидеть наш мир, и я его отпустила. Пока он безопасен. Но он не один, за ним следят.

- Зачем же нужно следить за ним?

- Затем, что он не должен попасть на глаза Повелителю Добра, - ответила Гинния.

- Нет, если Повелитель Добра не интересуется будущим, то он вряд ли обратит внимание на Небесного Воина, скорее сочтет его за нового жителя нашего мира, - предположил Инспектор по ведению военных действий.

- Но, если пророчество существует, то этот Воин сам знает, что он должен делать, то есть, он должен знать для чего он здесь, - предположил юноша в берете.

- Юноша, - ответила ему Повелительница случайных ненастий, - Будущее, в отличие от настоящего, очень зыбко и его лучше творить собственными руками, а не надеяться на чужие руки.

- В любом случае мы готовы к переменам, - сказала Гинния. – А пока всем присутствующим думать о том, каким образом можно остановить поток ментальной информации с Земли. Думайте все, и все ваши мысли можете высказывать мне сразу же.

- А я не понимаю. Если миссия Небесного Воина связана с нашим миром, то почему он родился на Земле? – спросила Инспектор экономики.

- Мне трудно ответить вам на ваш вопрос, - искренне сказала Гинния.

- А мне непонятно другое. Если прибывший сюда Воин уничтожит то, что мешает нам попасть в Галактический Союз, тогда зачем нам искать способ уничтожения канала ментальной связи? – спросил Инспектор контроля за перемещениями.

- Да, действительно? – согласился с этим вопросом Инспектор по созданию погоды.

- Я вам отвечу. Пророчество – это только пророчество, к тому же недочитанное мной до конца. Наши планы могут не совпасть с планами Воина. Быть может, его миссия будет заключаться в создании единой мыслеформы, а не в разрушении канала связи, - ответила Гинния.

- И, что тогда произойдет, если наши, так сказать, интересы не совпадут? – спросила Повелительница случайными ненастьями.

- Что тогда? – переспросила Гинния, и, немного помолчав, сказала, - тогда у нас могут возникнуть проблемы.

- Повелительница, вы не показали нам, как выглядит наш гость, этот Небесный Воин, - сказала одна из женщин.

- Ну, что же, посмотрите, - сказала Гинния и указала на шар.

Шар засветился и внутри него был виден Мартин в своей старой одежде, с не очень причесанными волосами. Среди присутствующих пронесся разочарованный шепот.

- Такой некрасивый? А я слышала, что они все красавцы, - сказала та, которая попросила показать изображение Воина.

- О, успокойтесь. То лицо, которое вы видите - всего лишь земной человек по имени Мартин. Небесный Воин предпочел эту заурядную внешность своему настоящему облику, видимо не хочет обращать на себя внимание, - ответила Гинния.

- Повелительница, а можно ли увидеть его настоящее лицо, - снова попросила женщина.

Гинния усмехнулась и протянула руку к шару.

16

Праздник приближался к своему завершению. Огромный сад был украшен разноцветными фонариками. Музыка звучала отовсюду и кружила гостей по дорожкам сада. Многие уже не танцевали, стояли на балконах, весело болтали и любовались двумя взошедшими на небо лунами. По одной из темных тропинок сада шел Нонсон, за ним кралась на цыпочках Совесть Гиннии.

- Зачем ты идешь за мной? - спросил Нонсон.

- Нужно, ведь, и мне немножечко погулять, - ответила Совесть.

- Тогда, почему ты не танцуешь, не лакомишься ничем вкусным?

- Вы когда-нибудь видели, чтобы тролли танцевали и ели мороженое?

- Тролли тоже должны веселиться.

Совесть тяжко вздохнула.

- Наверное, хорошо быть просто троллем. А, если ты, помимо ужасной внешности, имеешь еще вдобавок и ужасную судьбу совести…

Совесть вытащила из кармана большой платок, высморкалась и, гнусавя, спросила:

- А, почему вы не радуетесь празднику, ни с кем не танцуете, здесь так много красивых девушек.

- Мне сегодня не повезло, Совесть. Я поцеловал одну очень красивую девушку, и она буквально на моих глазах превратилась в древнюю старуху. Согласись, после этого, пропадает всякое желание танцевать.

- Вы что-то путаете, господин Нонсон. Танцевать с девушкой и целовать  ее - это не одно и то же.

- Что делать, Совесть, я так долго был на Земле, к тому же в облике пожилого человека, что очень соскучился по нашим девушкам.

- Да, уж, вы ловелас известный.

- Однако, Совесть, я попрошу  тебя оставить меня.

- Да, конечно, господин Нонсон. Кому хочется гулять с совестью.

- Не драматизируй. Моя совесть всегда со мной.

- Кстати, господин Нонсон, а какая она, ваша совесть? Я никогда ее не видела.

- Я тебе покажу ее, как-нибудь, потом.

- Должно быть, она гораздо красивей меня.

- Увидишь.

- А сейчас нельзя ее увидеть?

- Совесть, если ты сейчас же не оставишь меня одного, я сообщу о твоем поведении Госпоже.

Выйдя из темной аллеи сада, Нонсон быстро зашагал к большой круглой площади, на которой было много гостей, одетых самым невероятным образом. Нонсон остановился рядом с площадью и оглядел толпу гостей. Затем, он провел рукой по своим длинным волосам, и они превратились в зеленые и синие перья. Прикосновением кончиков пальцев к своему камзолу он превратил его в тонкую шкуру леопарда, которая опоясывала его бедра. Превратившись, таким образом, в некое подобие первобытного человека, Нонсон быстро пошел к толпе весело смеющихся девушек.

17

В ночном небе было светло от сияния лун. Звезды таинственно поблескивали и подмигивали летящим в небе фигурам, за плечами которых развевались плащи. Но вот фигуры сделали крутой поворот и приблизились к скалам, у подножья которых бушевал океан. Скалы гостеприимно приняли своих гостей, словно давно их ждали. Один за другим гости мягко опускались с воздуха на твердую поверхность скал, проходили в каменную пещеру и снимали с себя плащи.

- Черт знает, что такое, - недовольно проворчала одна из прилетевших девушек, по имени Рина. - Никакой жизни. Лететь вот так, сразу после праздника.

Рина встряхнула свой плащ, щелкнула пальцами и прямо перед ней оказалась вешалка на трех высоких ногах.

- Ты что на дороге встала? - закричала Рина. - Можно было появиться где-нибудь в уголке?

- Пожалуйста, пожалуйста, я только хотела, как лучше, - ответила вешалка и зашагала на своих трех ногах в угол пещеры.

- А плащ? - крикнула Рина.

- Сама     повесишь, -    недовольно    ответила   вешалка и больше не сказала ни слова.

- Обиделась, -   сказала Рина,   подошла   к  вешалке и повесила на нее  плащ.

- Боги, как я устала, - проговорила вторая девушка, по имени Юнона.

Возникший за ее спиной стул с мягким сидением подтолкнул ее под колени, и Юнона плюхнулась на него.

- Что   за   фамильярности? -   недовольно   проворчала Юнона, но с удовольствием вытянула длинные ноги.

- Черт   знает,   что   с   этими вещами,  совершенно распоясались, - заметила Рина.

- Чего вы хотите от них? Другие вещи живут себе в домах и за всю  жизнь ни разу улицы не видели. А наши вещи вынуждены бывать с нами везде, где только ступает наша нога, - заступилась за вещи третья девушка, Таира.

Она спокойно взмахнула рукой, и посередине каменной пещеры возник очаг, на котором висел котелок.

- Таира, мы слишком устали, нельзя ли что-нибудь попроще? - попросила Юнона.

- Как хотите, - ответила Таира.

И тут же вместо очага с котелком появился стол, накрытый скатертью и заставленный разными блюдами.

- Спасибо. Это совсем другое дело, - сказала Рина и села к столу.

- Сил   нет   встать.   От   этих  полетов ног под собой не чувствую, - пожаловалась Юнона и  тут же  стул, на котором она сидела, повез ее к столу.

Юнона погладила мягкую обивку стула.

Таира отпила от высокого бокала, посмотрела на своих подруг и спросила:

- Что вы думаете по поводу нового задания?

- Великолепно! - ответила, не отрываясь от еды, Юнона.

- Очень вкусно, - поддержала ее Рина.

- Вкусно и великолепно? Вы о чем? О еде? - удивленно спросила Таира.

- Таира, мы летели четыре часа и двадцать пять минут, - сказала Рина.

- Мы и ты, в том числе, устали и проголодались, - сказала Юнона.

- Давайте спокойно поужинаем, - продолжила Рина.

- А потом обсудим наше новое задание, - сказала Юнона.

- Да, вы правы, - согласилась Таира, - сегодня был такой тяжелый день.

- Из чего приготовлен этот соус? Просто объедение, - перевела разговор Юнона, и девушки продолжали с аппетитом поглощать свой ужин.

Пещера, в которой ужинали три девушки - три агента Повелительницы Зла - была заброшенной, никто здесь не бывал. Пастухи не пасли в этих местах свой скот. Путешественники обходили эти скалы стороной. Влюбленные не искали здесь уединения. А кладоискателей не волновали здешние места. Тем более было удивительным, что маленькая темная фигурка кралась сейчас по узкому карнизу скал, с ужасом посматривая на бушующие внизу океанские волны. Добравшись до входа в пещеру, фигурка заглянула внутрь и увидела ярко освещенную невидимым светом пещеру, стол и трех оживленно говорящих девушек. В пещере было тепло и уютно. Свет в ней оставался внутри и не был виден снаружи. Трудно было бы себе представить, что в этом месте может быть чей-то ужин, тем более, вкусный ужин. Темная фигурка тревожно втягивала носом воздух, вдыхая ароматы незнакомой ей кухни. Ее голова просунулась в пещеру и внимательно слушала все, что в ней говорилось.

Сидящая спиной ко входу в пещеру Юнона взяла со стола нож и, ничего не говоря подругам, резко бросила его назад, через свое плечо. Нож пролетел и в одну секунду вонзился в лоб подслушивающей головы. Тихо ойкнув, фигурка упала. Таира и Рина спокойно повернулись в сторону упавшего незваного гостя.

- Надо сбросить тело в воду, - невозмутимо сказала Рина.

-  Сначала нужно его допросить, - предложила Таира.

- А еще раньше нужно посмотреть, кто это нас подслушивал, - сказала Юнона и встала из-за стола.

Девушки окружили фигурку, закутанную в черный плащ. Фигура не шевелилась.

- Он мертв? - спросила Таира.

- Сейчас узнаем, - ответила Юнона, - давайте затащим его внутрь.

Девушки взялись за плащ и потянули его.

- Он слишком тяжел, - сказала Рина, - просто не сдвинуть с места.

- Такой маленький и такой тяжелый, - сказала Юнона.

- Это он специально, - произнесла Таира, - отойдите.

Таира взмахнула рукой, тело в черном плаще поднялось в воздух и поплыло внутрь пещеры.

- Думал, мы не сможем его внести, - злорадно сказала Таира, хлопнула в ладоши, и тело тяжело упало на пол.

- Ну, а теперь, - сказала Юнона, протянула руку к капюшону плаща и отдернула его.

Рина хмыкнула, Таира - присвистнула.

Лицо, скрытое большими складками  капюшона, было светло-зеленого цвета, все в глубоких морщинах. Испуганные круглые  черные глазки бегали в разные стороны. Нос длинный и горбатый склонялся к такому же длинному подбородку. Во лбу человечка торчал нож.

- Ты что тут делаешь? - грозным низким голосом спросила Рина, ее мелодичный девичий голос бесследно исчез.

- Если не ошибаюсь, Горный Дух? - спросила Таира, ее голос прозвучал низко и рокочуще, словно гром.

- Подслушиваешь?! - завизжала Юнона так, что лопнул бокал, стоящий на столе.

Человечек еще чаще заморгал. Потом закрыл глаза, выдернул нож из своего лба и сел на полу. Он покрутил нож в тонких узловатых пальцах и стал быстро от него откусывать. Через несколько секунд нож исчез. Лоб человечка выглядел ужасно, но это, по-видимому, его не беспокоило. Он облизнулся, встал на ноги и поклонился.

- Милые ведьмы, - начал, было, он, но девушки его прервали.

- Какие мы тебе ведьмы? - пророкотала Таира.

- Если ты подслушивал, а ты подслушивал, то у меня найдется для тебя что-то получше ножа, - снова завизжала Юнона.

Горный Дух, зажав уши руками, побежал к выходу из пещеры.

Юнона, усмехнувшись, протянула вслед ему открытую ладонь, на которой блеснул фиолетовый шарик. Шарик полетел в сторону Духа, толкнул его в спину и тут же начал расти, обволакивая Горного Духа, который вырывался и кричал тонким голоском. Вскоре перед девушками в воздухе висел фиолетовый шар, внутри которого сидел несчастный Горный Дух.

- Ну, вот и все, Дух, - сказала Юнона, - этот шар просто съест тебя, точно также, как ты съел мой нож. И начнет он свое поедание после первого же слова лжи. Ты меня понимаешь? Тебе врать нельзя!

- Не слишком ли он испуган? - спросила Рина.

- Они ничего не боятся, - сказала Таира.

Горный Дух выглядел очень рассерженным.

- Что вы хотите от меня, гадкие девчонки? - сердито прокричал он. Его голос был хорошо слышен сквозь стенки фиолетового шара.

- Поиграть с тобой, - проворковала Таира и, протянув руку к шару, придвинула его к себе.

- Мы давно не играли с Горными Духами, - сладко произнесла Рина и подула на шар, который, отскочив от Таиры, понесся в сторону и шмякнулся об стену.

- А не превратить ли нам его в прекрасного юношу? А? - тихо прошипела Юнона. - Я так соскучилась по ласке, все работа и работа.

Юнона протянула к Духу руки. Тот закричал испуганным голосом:

- Нет, у вас ничего не выйдет, из меня получится плохой юноша. Это плохая идея, очень плохая. Не обижайте бедного, одинокого Горного Духа. Видите, я сказал правду, со мной ничего не произошло! - выпалил на одном дыхании Дух.

И тут же что-то затрещало, и край плаща Духа стал дымиться.

- А… ты обманул нас! - заверещала Рина.

- Ты будешь отвечать на наши вопросы? - спросила Юнона.

- Хорошо, - отрывисто произнес Дух, - хорошо. Что вам надо?

- Это, что тебе было надо? Зачем ты здесь? Кто тебя послал? - спрашивала Таира.

- Никто, никто не посылал. Я сам пришел. Я так одинок … и вдруг… такой запах еды. Я голодный, есть хочу… - кричал Дух.

Его плащ дымился все больше и больше. Девушки спокойно смотрели, как по краю плаща бежит синее пламя.

- Вы ужасные, плохие, что вы смотрите? Тушите меня немедленно!!! - кричал Дух.

-  Мы знаем, что мы плохие, - ответила Таира.

-  Работа  у нас такая, - сказала Рина.

- С такими, как ты и тебе подобными, нельзя быть хорошей, - твердо произнесла Юнона.

- А, если я сгорю? Вам будет стыдно, - кричал Дух, туша пламя своими руками.

- Говори правду и цел останешься.

- Вот я только выберусь! Я вам покажу! - сказал Дух, перебирая края плаща, пострадавшего от огня. И снова повалил дым.

- Ну?  - нетерпеливо спросила Юнона.

Дух громко засопел. Он ворочался в шаре и испуганно переводил свои глазки с одной девушки на другую.

- Решил? - спросила Рина.

- Говорить будешь? - прикрикнула на него Таира.

Дух вытащил из кармана плаща желтый помятый лист, обгрызенный карандаш и стал быстро что-то писать.

- Ты что пишешь? - строго спросила Таира.

- Завещание своей жене, - печально ответил Дух, его карандаш носился с огромной скоростью по бумаге.

Плащ Духа снова стал постепенно дымиться. Юнона не смотрела на Духа, она словно к чему-то прислушивалась. Уловив нечто, слышимое только ей одной, она с быстротой молнии вскинула вперед раскрытую ладонь, из которой вырвалось голубое пламя. Через несколько секунд от фиолетового шара и Горного Духа не осталось и следа.

Девушки вопросительно посмотрели на Юнону.

- Он писал не завещание, а отчет о том, что он здесь видел и слышал, - пояснила Юнона.

Не говоря друг другу ни слова, девушки взяли свои плащи, набросили их на плечи и подошли к краю скалы, о которую с грохотом разбивались океанские волны. Оттолкнувшись ногами, девушки, одна за другой,  плавно поднялись в воздух и полетели. Их плащи развевались на ветру, заслоняя собой мерцающие звезды. Вскоре они исчезли за темными облаками.

Оставшись без людей, пещера опустела. Исчез стол, словно сквозь землю провалился любимый стул Юноны. Раскачиваясь на трех своих ногах, вышла из пещеры вешалка и, постояв немного на краю обрыва, бросилась вниз, но не долетела до воды - исчезла в пене волн. Свет погас. Зарос диким кустарником вход в пещеру.

Кто бы ни посмотрел сейчас на эти скалы, никогда бы не подумал, что здесь, всего несколько минут назад горел свет, звучали голоса и смех, и был прерван смертью Горного Духа ужин трех особо секретных агентов Повелительницы Зла.

18

Гинния смотрела на небо из окна своего любимого кабинета. Настроение у нее было хорошим, поэтому белая птица спокойно сидела на подоконнике, котелок варил свое зелье, поднимая пар почти до самого потолка. И только угрюмая Совесть сидела на троне Гиннии и тихо жаловалась на свою жизнь.

Нонсон вошел в кабинет неслышным шагом и почтительно склонился в поклоне. Гинния обернулась.

-  Рада видеть тебя, - сказала она, - какие новости?

- Все, как нельзя лучше, моя Повелительница. Все четыре ваших агента уже выполняют свое новое задание.

- Надеюсь, что они справятся, в противном случае…

- Противного случая не будет, моя Повелительница. Они справятся.

- Возможно, но сознание того, что от их успеха зависит судьба целого мира, может им помешать, - задумчиво произнесла Гинния.

- Не думаю, они слишком хладнокровны и пожелают скорее погибнуть, чем не выполнить ваше задание.

- Опасное задание, Нонсон, слишком опасное. Я волнуюсь, многое поставлено на карту.

- Я понимаю, моя Повелительница, но пока нет повода для беспокойства. Они будут постоянно докладывать о ходе дел, таким образом мы всегда можем  вмешаться.

- Да, да… О, Боги, Нонсон, если бы ты знал…

- Моя Госпожа становится похожей на простую, слабую женщину?  - ехидно спросила  Совесть.

- А ты зачем путалась под ногами и мешала Нонсону работать? - строго спросила Гинния.

- Я разве мешала? - переспросила Совесть, но ее никто уже не слушал.

-  Как прошло собрание? - спросил Нонсон.

- Она не сказала и половину правды, - закричала Совесть.

- Я сказала всем то, что должна была сказать. Мои подданные должны знать о положении вещей. Вопрос о закрытии канала связи был мною сегодня озвучен.

- Не слишком ли это рискованно?

- Думаю, что все мы находимся на пороге великих событий.

Совесть, вдруг, громко закричала.

- Что еще? - строго спросила ее Гинния.

Совесть молча указала пальцем на кипящий котел, белый пар, поднимающий до потолка, стал ярко красным и теперь клубился вокруг котла.

Гинния быстро подошла к котлу и заглянула внутрь.

- Нонсон, он идет сюда, - тихо сказала Гинния.

- Он один?

- Да. Останься со мной. Мне будет нужен твой совет.

- Хорошо, Повелительница, - кивнул Нонсон и тут же превратился в маленького рыжего котенка, который беззаботно играл на ковре с клубком ниток.

- Ну, а тебе, моя дорогая, придется немного помолчать, - строго сказала Гинния, взяла свою Совесть за шиворот и поставила на появившуюся из воздуха поставку у окна.

Совесть  испуганно замахала ручками, указывала на свое горло  и что-то усиленно пыталась сказать. Гинния щелкнула пальцами, и тут же вместо Совести на подставке оказался небольшой круглый аквариум с единственной плавающей в нем рыбкой.

- Замечательно, - произнесла Гинния, - теперь займемся собой.

Она подняла руки над головой, раскрытыми ладонями вверх, закрыла глаза и сказала:

- Пусть будет так, как было прежде!

Нечто голубо-розовое посыпалось на Гиннию сверху, и она преобразилась до неузнаваемости. Волосы приняли нежно золотистый цвет и пышными волнами опускались на плечи. У висков золотые пряди были подняты вверх и собраны букетиками голубых цветов. Таким же нежно голубым стало ее платье, открывая плечи и руки Гиннии, которым могла позавидовать любая девушка. Ее лицо с легким загаром словно помолодело, большие синие глаза смотрели доверчиво и  открыто. От грозной и злой женщины не осталось и следа. Юная, немного наивная девушка стояла теперь в комнате, прижимая руки к груди.

Белая птица на подоконнике во все глаза уставилась на Гиннию, а затем вырвала из своего хвоста несколько перьев, видимо для того, чтобы убедиться в том, что она не спит. Рыба, в аквариуме выпучив глаза и выпустив изо рта большие пузыри воздуха, всплыла на поверхность брюхом кверху. Котенок на ковре сидел и улыбался. Гинния строго посмотрела на них и сказала:

- Только попробуйте мне помешать!

Рыба в аквариуме быстро перевернулась брюхом вниз и опустилась в воду, где и положено быть приличной рыбе. Белая птица вспорхнула на ветку куста за окном и нежно запела, усиленно подражая соловью. Котенок принялся катать по ковру клубок ниток.

Раздались чьи-то быстрые шаги, и дверь распахнулась. Гинния быстро обернулась и уронила книгу, которую держала в руках. Ее лицо было испуганным.

- Кто здесь? - нежным девичьим голосом спросила она.

- Это я, - ответил низкий хриплый голос с порога.

- Ты? - растерянно произнесла Гинния и медленно пошла навстречу гостю.

- Ния? - удивленно спросил гость.

- Я не ожидала тебя увидеть сегодня. Ты очень редко приходишь, - растерянно сказала Гинния.

- Да, - ответил гость. - Я не хотел приходить к тебе, не хотел тебя видеть.

- Не хотел видеть… - эхом повторила Гинния, и в ее голосе прозвучало такое горе, что гость шагнул к ней, но тут же остановился.

- Ты сегодня не такая, как всегда… ты похожа на прежнюю Нию, которую я знал.

- Это оттого, что ты пришел так неожиданно и застал меня врасплох. Теперь ты знаешь, что я все та же Ния, которая любила тебя, - сказала Гинния и прикоснулась к руке гостя.

- Да, я пришел, я заставил себя это сделать, но вовсе не для того, чтобы…

- Нет, нет, - перебила его Гинния, - помолчи. Продли для меня мгновения… Я хочу хотя бы еще немного поверить в то, что ты пришел ко мне, потому, что… потому что все еще любишь меня. Дай мне возможность посмотреть на тебя. Помолчи, не говори ничего. Потому что, если ты мне сейчас скажешь, что больше не любишь, мое сердце не выдержит. Я жила все эти столетия только мыслью о том, что твоя любовь ко мне жива.

Гинния стояла перед гостем, влюблено глядя в его глаза и сложив руки на груди, из которой было готово вырваться ее сердце.

- Это правда? - хрипло произнес гость.

- Да, - тихо ответила Гинния, - ты ведь сам знаешь. Я всегда тебя любила. Несмотря ни на что!

Из глаз Гинния полились слезы, она закрыла лицо руками и подбежала к окну. Ее гость подошел к ней и обнял ее за плечи.

- Ния, посмотри в окно, луны светят также,  как раньше.

Гинния резко повернулась, ее заплаканные глаза жадно смотрели в лицо гостю. Она положила ладони на его плечи, приподнялась на цыпочки и прикоснулась губами к его губам. Их поцелуй, казалось, длился вечность. В нем было все - страсть, месть, радость… Все слилось вместе в один поцелуй. Эти двое словно хотели выпить друг у друга жизнь. И жизнь отошла в сторону, оставив их вдвоем, вне времени и  пространства…

Птица за окном поперхнулась от своего пения и, открыв клюв, смотрела на эту пару. Ей словно нечем было дышать. Воздух стал плотнее, все вокруг словно вздрогнуло и поплыло. Пространство завибрировало. Задрожали стекла. Котенок жалобно замяукал… Но, эти двое ничего не видели и не слышали.

Гинния мягко отстранилась от гостя. Она стояла с закрытыми глазами и, словно, чего-то ждала.

- Ния, - наконец произнес гость, - это был самый счастливый миг в моей жизни.

Гинния тяжело вздохнула.

- Я виноват перед тобой. И не спорь, я виноват во всем. В том, что с тобой произошло, - сказал гость.

- Нет, нет, не вини себя. Это все неважно, поверь мне. Важно только одно… Если бы ты знал, как я счастлива. Как я теперь счастлива. Я так счастлива, что мне теперь уже ничего не страшно. И я мужественно выслушаю все, о чем ты мне хотел сказать. Все то, ради чего ты пришел ко мне. Говори. Я уже ничего не боюсь.

Гинния вложила свою руку в ладонь гостя и доверчиво посмотрела в его глаза.

- Я слушаю тебя, - тихо сказала она.

Гость растерянно смотрел на Гиннию, словно не мог собраться с мыслями.

- Ния, я думал, что смогу убить в себе все чувства. Я думал, что я достаточно смел и силен для того, чтобы убить любовь. Но я оказался слаб. Я не могу. Даже, если мне суждено будет погибнуть, пусть лучше я погибну от твоей руки и с твоим именем на губах.

Гинния вздрогнула.

- О какой гибели ты говоришь? - потрясенно спросила Гинния. - Зачем ты должен погибнуть, если мы снова вместе?

- Вместе? - переспросил гость. - Ты хочешь сказать…

- Я хочу сказать лишь то, что пока ты рядом со мной мне ничего не страшно, и я могу принимать себя любой, даже очень старой и злой женщиной.

- Старой? Что ты говоришь, Ния?

- Но, ты же знаешь, сколько мне лет. Ты единственный, кто знает обо мне правду. Я не хотела, но это уже произошло. Я стала злой и очень старой. Мы слишком долго ждали.

- Неужели уже ничего нельзя исправить?

- Я не знаю. Как мы виноваты, зачем мы все разрушили? Зачем мы воевали  друг с другом столько лет? Зачем? Я ведь догадываюсь, почему ты пришел ко мне. Ты хочешь мне сказать, что-то плохое…

И Гинния, закрыв лицо рукам, снова заплакала.

- Ния, я никогда не мог спокойно смотреть на твои слезы. Не нужно плакать. Давай поговорим.

- Хорошо, - кивнула Гинния и ладошками стала стирать слезы со щек. - Конечно, мы должны поговорить.

- Мне трудно говорить с тобой, как с Повелительницей Зла, Ния. Боюсь, что я, вообще, не смогу говорить сейчас о делах, - произнес гость и обнял Гиннию.

- Но, но… - растерянно пролепетала Гинния, - я так не могу.

- Почему? Мы так долго ждали. Я чуть не умер от тоски по тебе, - хрипло произнес гость и еще сильнее обнял Гиннию.

- Мне не удобно, я… Мне кажется, они смотрят на нас.

- Кто? - удивленно спросил гость, - здесь никого нет.

- Мой котенок, рыбка и птица. Они смотрят…

- Ния, ты все та же робкая девушка, - засмеялся гость, - хорошо, если они тебе мешают.

Гость провел рукой в воздухе, и они исчезли. Котенка, птицы и рыбы больше не было в комнате, аквариум был пуст.

- А… а где они? - удивленно спросила Гинния.

- Очень далеко от сюда, - ответил гость.

- Но, рыба! Она не может жить без воды! - воскликнула Гинния.

- Как ты добра, Ния. Ты все еще добра, - произнес гость, взглянул на аквариум и он тут же растворился в воздухе.

- Мы теперь одни, - тихо прошептал гость.

Гинния ничего не ответила, только погладила гостя по волосам.

19

Летящие в небе фигуры замедлили свое движение и стали кружить над лесом, высматривая место, где можно было бы приземлиться. Вскоре они увидели небольшую поляну и на большой скорости устремились вниз. Одна за другой, они буквально падали на траву.

- Нельзя ли чуточку повежливее, - простонал кто-то.

- Ты кто? - спросила Таира.

- Всего лишь маленький человечек, - ответил кто-то.

- А… - разочарованно произнесла Таира, - надеюсь, я тебя не сильно задела. Иди себе по своим делам.

- Я не могу,  вы сидите на моей мантилье, - ответил ей кто-то.

- Ты здесь видишь кого-нибудь? - спросила Таира, обращаясь к Рине, которая сидела с ней рядом на траве.

- А, что случилось? - спросила Юнона, подползая к ним, пригибаясь низко к траве.

- Здесь какая-то мантилья, вы ее видите? - переспросила Таира.

- Сейчас найдем мантилью, если нужно, - ответила Рина, и в воздухе, над их головами засветился небольшой шар.

Они удивленно смотрели друг на друга и на небольшого совершенно прозрачного человечка, который сидел рядом с ними и с отчаяньем пытался выдернуть из под Таиры край своей парадной мантильи. Его, действительно, было очень трудно заметить, потому что человечек был создан словно из воздуха.

- Это кто такой? - удивленно произнесла Юнона.

- Да, встаньте же вы, наконец, - простонал человечек, - помнете.

Таира быстро вскочила с травы и смотрела на человечка сверху вниз.

- То ли есть он, то ли нет. Ты кто такой? - спросила человечка Таира.

- Я просто маленький человечек.

- То, что ты маленький, мы видим. Ты назови нам свое имя.

- А, зачем вам оно? - недоверчиво спросил человечек.

- Мы хотели бы извиниться перед тобой, - сказал Таира.

- Конечно,   ты,   должно   быть,   очень испугался, - продолжила Юнона.

- Мы ведь свалились на тебя буквально с неба, - сказала Рина.

- Это правда? - переспросил человечек.

- Ну, конечно, - одновременно сказали три девушки.

- А вы не будете надо мной смеяться? А бояться?

Девушки переглянулись.

- Нет, ты совсем не смешной и, уж, конечно, не страшный, - сказала Юнона.

- Тогда, позвольте представиться - Призрак, - сказал человечек и низко поклонился.

Девушки еще раз переглянулись, и, казалось, с облегчением вздохнули.

Таира снова опустилась на траву.

- Но, неужели вам не страшно? - удивился Призрак.

- Почему ты думаешь, что мы должны тебя бояться? - спросила Рина.

- Все девушки боятся меня, именно поэтому я не называю свое имя и стараюсь выглядеть гораздо меньше, чем есть на самом деле, - ответил Призрак.

- Прежде всего, извини нас, Призрак, за то, что мы налетели на тебя, - сказал Юнона.

- За то, что я чуть не помяла твою мантилью, - сказала Таира.

-  И за то, что мы тебя не боимся, - закончила Рина.

- Еще никто не извинялся передо мной, - сказал Призрак, - а вы здесь зачем?

-  У нас очень важное дело, - ответила Рина.

-  Но здесь начинается Никуда, вы, видимо, ошиблись, - испуганно сказал Призрак.

- Нет, нам нужно быть именно здесь, - сказала ему Таира.

- Вы - девушки, которые не боятся призраков, гуляющие по земле Никуда и летающие по воздуху, - прошептал Призрак, - значит, вы…

- Тсс, - перебила его Юнона.

- О, мне просто повезло, что я встретил вас.

- Почему? - удивились девушки.

- Видите ли, я все потерял, свой дом, хозяина. Когда-то я жил в семье очень старого волшебника. Но потом мой хозяин умер. Его сыновья улетели в другие миры и не вернулись. Дом перешел по наследству дальним родственникам волшебника. А я остался не у дел. Тогда я решил, что могу быть полезен другим людям. Но те хозяева, которые брали меня в свой дом, хотели, чтобы я только летал по ночам, стонал и кричал, пугая их гостей. Вы понимаете, им не нужен был мой жизненный опыт Призрака, который пятьсот семьдесят три года прожил под одной крышей с волшебником. Мой прежний хозяин никогда не заставлял меня изображать из себя простое привидение. И вот я встретил вас. Возьмите меня с собой.

- Нам очень жаль, Призрак, но у нас и дома своего нет, - ответила за всех Рина.

- Мы агенты, понимаешь? - продолжила Юнона.

- Мы только похожи на симпатичных девушек, но мы - солдаты, которые выполняют различные задания нашей Повелительницы.

- Мы постоянно летаем с одного места на другое.

- Ночуем, где придется.

- Встречаемся с самыми мерзкими типами.

- Деремся и убиваем.

- Мы не сможет обеспечить тебе спокойную и достойную Призрака жизнь.

- Мы даже не знаем, доживем ли до старости, и будем ли когда-нибудь иметь свой настоящий дом.

Призрак испуганно смотрел на девушек.

- Это правда?

- Правда, Призрак, - сказала Таира.

- Но, зачем тогда вы стали агентами?

- Это долгая история, печальная и ужасная, - сказала Юнона.

- Нам очень жаль, Призрак, - сказала Рина.

Девушки встали с травы, сняли с себя плащи и, набросив их на руку, пошли по направлению к темному лесу.

Призрак смотрел им в след, а потом быстро побежал за ними.

- Подождите меня, пожалуйста, подождите, - закричал на весь лес Призрак.

Девушки остановились.

- Ты, что кричишь? - спросила его Юнона.

- Но, ведь, вы не просто агенты, вы, ведь, волшебницы. Я это чувствую. Не оставляйте меня одного. Я готов помогать вам. Я могу быть очень маленьким или очень большим, милым или страшным. Мне не нужна еда и одежда. Я хочу быть полезным. Я могу стать совершенно прозрачным, и меня никто не увидит. Разве вам не нужны такие помощники?

Девушки переглянулись.

- Я очень-очень много знаю. Вы только подумайте.

- Хорошо, Призрак, пойдем с нами. Может быть, тебя нам послала сама Судьба? - ответила за всех Рина.

- А, куда вы сейчас идете? - радостно спросил Призрак.

- В Черную Топь, - ответила Юнона.

Призрак остановился. Девушки продолжали идти.

- Испугался? - спросила, не оглядываясь, Юнона.

- Я? Призраки ничего не бояться.

- Тогда поторопись, а то отстанешь от нас, - сказала Таира.

Черная Топь была сердцем земли под непонятным названием Никуда. Ею пугали маленьких детей, зазнающихся подростков и неверных мужей. Что представляла собой Черная Топь, никто не знал, потому что попавший в нее обратно не возвращался.

Все эти сведения вспоминал сейчас маленький Призрак, с беспокойством поглядывая на девушек, которые спокойно шли впереди, о чем-то болтая так, словно направлялись не в саму Черную Топь, а на прогулку в парк.

Лес, между тем, становился все темнее и темнее. Неба уже не было видно. Ни единого звука не доносилось до слуха Призрака, кроме голосов девушек. Призрак оторвался от земли и полетел над их головами, боясь потерять их из виду, потому что было так темно, что он не видел ничего дальше своей вытянутой руки.

Девушки остановились неожиданно, а Призрак продолжал лететь вперед, пока не ударился обо что-то впереди себя. Удар был не сильным, но Призрак тут же в испуге отскочил назад и упал к ногам Юноны. От страха Призрак сразу утратил свою прозрачность и стал похож на небольшого гнома.

- Ты что? - спросила Юнона.

- Там кто-то есть, - ответил испуганно Призрак.

- Это не кто-то, а что-то, - сказала ему Рина.

- А, что? - спросил Призрак.

- Это вход в Черную Топь, - пояснила Таира.

- О, зачем? Зачем таким милым, хорошим девушкам идти туда? Может быть, пойдем куда-нибудь в другое место? Я знаю множество чудесных мест, - запричитал Призрак.

- Тише,  Призрак,  ничего  страшного  не  происходит, - сказала ему Юнона.

- Как же? Как же не происходит? Мы погибнем. Оттуда еще никто не возвращался.

- О, нет! - воскликнула Рина, - если это привидение будет стонать по каждому поводу и мешать нам, то ничего хорошего не будет.

- Да, уж, Призрак, лучше тебе вернуться, - сказала Таира.

- Вернись на поляну, для тебя так будет лучше, - согласилась с подругами Юнона.

- Вернуться?! Бросить женщин одних?! Никогда! Если, уж, вам так нужно идти туда, то, пожалуйста. Я даже готов идти первым, - вскричал Призрак.

- Нет, первыми пойдем мы, ты не найдешь сам дорогу, - сказала Рина.

- А вы знаете туда дорогу? - спросил Призрак.

- Конечно, мы были там неоднократно, - сказала Юнона.

- Да? - удивился Призрак, - значит, вы уже там были?  Тогда зачем я беспокоюсь?

- А мы тебе так и сказали, ничего страшного не происходит, - сердито сказала ему Рина.

Девушки пошли вперед, Призрак полетел за ними, удивляясь тому, что они видят в этой тьме. Он чувствовал, что они поворачивают за какой-то угол все чаще и чаще, и вскоре понял, что они идут по спирали.  Вскоре их движение прекратилось. Раздался какой-то очень странный всхлипывающий звук, что-то с силой потянуло Призрака вниз, и он начал падать с огромной скоростью в бездну.

- Ошиблись, они ошиблись, - с ужасом думал Призрак. - Мы все  погибнем. Из Топи еще никто не возвращался…

Мысли Призрака погасли вместе с его сознанием, он продолжал падать все ниже и ниже…

20

- Теперь, ты понимаешь? - спросила Ани Мартина.

- Даже трудно в это поверить, - сказал Мартин.

- И, тем не менее, все обстоит именно так. Я давно знаю об этом замысле Гиннии, и уверена в том, что она приложит все свои усилия для того, чтобы его осуществить.

- Значит, ее цель - уничтожить канал ментальной связи между двумя планетами?

- Гинния поручила эту задачу лучшим своим ученым. Они определили природу этого канала и должны были найти способ его уничтожения.

- Над этой задачей думают ученые? Тогда почему она поставила перед Собранием цель найти способ уничтожения ментальной связи?

- Это военная хитрость. Никто из них не знает и половины ее тайн, одна из которых заключается в том, что в нашем мире, который имеет слишком сложное строение, находится некое подобие космической черной дыры. Именно там и расположен научный центр. Чтобы помешать проникновению туда, эта черная дыра называется  - Черной Топью, и о ней ходят легенды, одна ужаснее другой. Правда, эти легенды подтверждаются тем, что попавшие туда, обратно не возвращаются. Сложная система ловушек не позволяет выйти оттуда. Беспрепятственно входить в Черную Топь и перемещаться в ней могут только очень немногие, те, кто знает, как это сделать.

- Что же происходит с теми, кто проникнет в Черную Топь?

- В конце концов, они погибают.

- Понятно. Так, в чем состоит военная хитрость?

- Это просто. Никто из присутствующих на собрании не додумается до нужного решения. И тогда Гинния предложит им свое. Если ее решение окажется правильным - она станет самым главным Правителем нашей планеты.

- А решение разработают ученые?

- Да.

- Но его за свое выдаст Гинния?

- Нет.

- Нет?

- Гинния слишком умна. Выдать подобное решение за собственное - это глупо. Она этого не сделает. Такое решение не может найти один человек, даже если это самый умный и выдающийся ученый. Такое может сделать только коллектив ученых.

- Тогда, в чем смысл, что Гинния предложит свое решение?

- Смысл в том, что каждый, кто сейчас ломает голову над этой задачей, может пользоваться чем угодно - книгами, мыслями ученых, пожалуйста. Но, если даже имея полную свободу, ты не нашел нужного решения, то грош тебе цена. То, что Гинния предложит  свое решение данной проблемы, разработанное ее учеными, не противоречит никаким научным поискам. Кто мешает делать тоже самое другим? Никто.

- Значит, ученые этого мира способны найти способ уничтожения канала. Задача Воина – помешать этому. Разговаривая со мной, Гинния дала мне понять, что я являюсь причиной уничтожения этого мира. А на собрании, она сообщила, что Воин может помочь в разрушении старого мира и создании мира нового. Почему ее слова так противоречивы.

- Гинния верит в пророчество. Она не дочитала его до конца, но верит в то, что будущее возможно изменить. Она верит, что именно рука Воина сможет разрушить этот мир, мир параллельности, для того, чтобы обрести свободу. Верит, но боится того, что все может оказаться иначе.

- У этой женщины, поистине, грандиозные планы.

- Я думаю, что тебе пора действовать.

21

Призрак очнулся. Ему показалась, что он снова стал человеком. В его голове мгновенно возникла мысль:

- Я сейчас разобьюсь.

Отчаянно замахав руками, Призрак надеялся задержать полет или смягчить свое падение. Но у него ничего не получилось, он продолжал свое движение, к тому же над самым его ухом раздался чей-то ехидный смех. Призрак открыл глаза и был просто шокирован. Девушки шли по длинному туннелю, и одна из них, та которую звали Юнона, несла его за своей спиной.

Призраку стало так стыдно, что он сделался совершенно невидимым и выскользнул из рук Юноны, та остановилась и посмотрела вокруг себя.

- Ну, как ты, Призрак, цел? - спросила она.

- О,   я   не   знаю,   как   мне   вам  на глаза показаться, - простонал Призрак.

Все остановились.

- Я надеялся быть вам полезным, а вместо этого от страха лишился чувств. Мне стыдно, - говорил Призрак.

- Было бы, чего стыдится, - сказала Рина.

- Ты,   должно   быть,   очень     испугался, - пыталась подбодрить его Таира.

- Видите   ли,   все   дело   в том, что до того, как я стал призраком, я был человеком и очень боялся высоты, - плачущим голосом сказал Призрак.

- А, как же ты летаешь? - пораженно спросила Юнона.

- А, как мы будем теперь летать, если с нами Призрак, который боится высоты, а? - взволнованно спросила Рина.

Призрак испугался еще раз. Ему очень не хотелось оставаться одному. Он быстро поднялся, отряхнул свою мантилью, стал почти видимым и сказал:

- Я   сделаю   все,   чтобы   вы   не пожалели о том, что взяли меня с собой. Подумать только, Призрак, который сам должен внушать страх,  боится стольких вещей. Пойдемте, вы, должно быть, торопитесь.

- Да,   уж,   потеряли   мы   с тобой время, - раздраженно сказала Рина.

- Пойдем, - позвала его Юнона, и они все пошли вперед.

Призрак смотрел по сторонам. Туннель, по которому они шли, был чистым и сухим, в нем было светло, вот только откуда поступал свет, было не понятно.

Таира взглянула на свою ладонь и сказала:

- Туннель скоро закроется. Нам нужно поторопиться.

- Ну, что, Призрак, полетаем? - спросила его Юнона.

Призрак кивнул. Девушки надели на головы капюшоны своих плащей, оттолкнулись от пола и понеслись. Призрак с изумлением посмотрел на удаляющихся девушек и полетел за ними следом.

- С какой скоростью они летят? - думал он, с трудом догоняя своих спутниц.

Стены туннеля мелькали, менялось направление полета, плащи девушек развевались от бешеной скорости,  но вот показался выход из туннеля. Снизив скорость, они вылетели из этого бесконечного коридора и оказались под открытым небом. Казалось, что вокруг было одно только ночное небо. Миллиарды звезд нависали над ними, и от этого Призраку стало опять не по себе. Но он отогнал от себя эти мысли и бордо спросил:

- И, где это мы?

- А Нигде, - смеясь ответила Таира.

Призрак посмотрел вокруг. Над ним было небо, справа и слева - тоже небо, он посмотрел себе под ноги и почувствовал, что снова начинает бояться. Под его ногами также мерцали звезды. Призрак неуверенно шагнул вперед, он явно чувствовал под ногами пол, но у него было ощущение, что он висит в воздухе. Девушки, между тем, чувствовали себя очень уверенно. Зажегся свет, часть звезд погасла и Призрак увидел, что это была просто большая прозрачная комната.

- Удивляться будем потом, Призрак. У нас много работы, - сказала ему Рина.

Девушки уселись прямо на полу. Перед ними в воздухе плавал большой шар, заполненный голубым светом. Призрак подумал и сел рядом с Юноной, она казалась ему самой безопасной.

- Итак, Призрак, то, что ты будешь видеть и слышать должно оставаться тайной для всех. Ты никому не должен ни о чем рассказывать. Понимаешь? - спросила Таира.

- Для тебя лучше умереть, чем выдать тайную информацию. Понимаешь? - спросила Рина.

- Если ты предашь нас, мы будем вынуждены…  - начала Юнона.

- Я все понял, я никогда не выдаю чужих тайн. Я понимаю, что если выдам вас, то вы будете вынуждены расстаться со мной, - ответил им Призрак.

- Нет, ты неправильно понял. Если ты предашь нас, мы будем вынуждены тебя уничтожить. Извини, таковы правила игры. Они - одни на всех. Если нужно, агенты расстаются с жизнью, но не предают и не отступают,  - сказала Рина.

- И у вас уже кто-то погибал? - спросил Призрак.

Лица девушек омрачились.

- Да, Призрак, за двести сорок четыре года моей службы я видела, как двадцать шесть наших агентов расставались со своей жизнью, - ответила ему Юнона.

Призрак сидел пораженный и думал о том, много это или мало - двадцать шесть агентов. О себе он, почему-то, забыл.

- Ну? - спросила его Таира.

- А, - очнулся от своих размышлений Призрак, - о, да, конечно, я все понял и согласен. Уж, лучше погибнуть в бою с такими очаровательными волшебницами, как вы, чем всю свою оставшуюся жизнь летать над болотами.

- Тьфу на тебя, чертов Призрак, - воскликнули все три девушки разом.

- Я сказал что-то не то?  - шепотом спросил Призрак у Юноны.

- Итак, начнем, - сказала Таира. - Прежде всего, мы должны обсудить наше новое задание. Оно заключается в том, что нам необходимо узнать, где сейчас хранится Великая Книга Жизни.

- К сожалению, наша Повелительница объявила всем о Книге и том пророчестве, которое ее интересует. Это очень усложняет выполнение задания, - продолжила Рина.

- Почему? - спросил Призрак.

- Потому,   что   за   нами   стали следить, - пояснила ему Юнона.

Призрак оглянулся.

- Это все ерунда. Плохо то, что наш разговор подслушивал сам Горный Дух, - сказала Рина.

- Ты знаешь Горных Духов? - спросила Призрака Юнона.

- Конечно, - ответил Призрак.

- Горные Духи - гордый и своенравный народ, они никому не подчиняются и никому не служат. И, вдруг, один из этих Духов стал следить за нами. Более того, он решил переправить кому-то отчет о том, что он успел узнать, - возмущенно сказала Таира.

- Вот вопрос, кто этот Некто, кто заставил Горного Духа  работать на себя? - спросила Юнона.

- Дух не выдал бы этого Некто, он был готов погибнуть, - воскликнула Рина.

- Кто может иметь такую власть над ним? - спросила Юнона.

- А, может быть, вам только показалось, что он подслушивал? Горные Духи могут быть очень любопытными, - предположил Призрак.

- Нет, он обманывал нас, когда говорил, что пришел только потому, что был голоден, - сказала Юнона.

- А, откуда вы знаете, что он говорил неправду? – спросил Призрак.

- Его одежда дымилась, - ответила Рина.

Призрак не понял, что означает дымящаяся одежда, но промолчал.

- Он врал нам, его явно кто-то подослал, - сказала Таира.

- Не было никакого смысла разговаривать с ним долго и ждать, когда он отправит свое донесение, - сердито сказала Юнона.

- Не было смысла? А, где теперь этот Дух? Что  с ним? – спрашивал Призрак.

Юнона махнула рукой.

- Уже ничего, - ответила Рина.

- Он погиб, - сказала Таира, - Юнона сожгла его.

Призрак с ужасом посмотрел на Юнону и слегка от нее отодвинулся.

- Мы были вынуждены улететь от скал, где встретили Горного Духа, как можно дальше, поэтому мы здесь.

- А я так и не понял, где это мы? – спросил Призрак, глядя на пол комнаты, где были видны мерцающие звезды.

- Мы тебе потом объясним, Призрак, - сказала Таира. - Итак, продолжим. Сейчас нам трудно предположить, кем может быть тот, кто заставил работать на себя Духа. Этим Некто может быть, кто угодно. Пока оставим это, но будем помнить о том, что нам нужно быть очень острожными. Я думаю, что этот Горный Дух не единственный, кто будет идти по нашему следу. Теперь мы должны узнать, где находится Великая Книга Жизни. Как это сделать? – спросила Таира.

- Книга Жизни не лежит на одном месте? – удивленно спросил Призрак.

- Нет, хранители книги меняют ее месторасположение для того, чтобы ее трудно было найти, - ответила Юнона.

- А, для чего это нужно? – спросил Призрак.

- Насколько мы знаем, книгу не может читать каждый желающий, поэтому ее местонахождение находится в тайне, - ответила Таира.

- Чтобы с чего-то начать, мы можем спросить у Повелительницы, где она видела эту книгу, и, кто помог ей ее открыть, - предложила Юнона.

- Кто предложит что-нибудь другое? – спросила Рина.

- Можно попробовать, - с сомнением в голосе сказала Таира.

- Хорошо, тогда выходи на связь с Повелительницей, - сказала Юнона.

Таира поднесла указательный палец к шару. От кончика пальца пошел красный лучик, который стал закручивать голубой свет шара по спирали. Голубое сияние внутри шара закрутилось и стало опускаться вниз кольцами, одно кольцо в другое. По мере того, как кольца голубого света опускались вниз, открывая внутреннее содержание шара, лица девушек становились все более удивленными. Открытый до половины шар вызвал у них такой вопль, что Призрак, который сидел вдали от шара, подскочил на месте и хотел рассмотреть, то, что так поразило девушек, но, Таира тотчас же набросила на шар свой плащ.

Все три агента потрясенно смотрели друг на друга.

- Что там такое было? Я плохо рассмотрел, – говорил Призрак, дергая за рукав Юнону, но она совершенно не обращала на него внимания.

Первая заговорила Таира.

- Повелительница не отключила связь!

- Она забыла это сделать. – тихо сказала Рина.

- Это  о   многом   говорит, - также тихо произнесла Юнона.

- Кто этот мужчина? – спросила Таира.

- М… мне кажется, я его знаю, - неуверенно сказала Юнона.

- Это Нонсон? – спросила Рина.

- Нонсон?   Никогда!   Чтобы   Повелительница… с Нонсоном и при этом забыла отключить связь?! Никогда! – категорично заявила Таира.

- Тогда, кто? – спросили Рина и Таира, глядя на Юнону.

- Ну, я не могу точно утверждать…

- Послушайте, - перебил ее Призрак, - объясните мне, что вы там видели? Что произошло?

Все посмотрели на Призрака, как на маленького ребенка, о котором забыли взрослые и, вдруг, обнаружили, что он сидит и внимательно слушает то, что не должны слышать его детские уши.

- Ну, понимаешь, Призрак, э… когда мужчина и женщина нравятся друг другу… - начала объяснять Рина, - то, они, ну, в общем…

- Вы хотите мне сказать, что ваша Повелительница занималась любовью? – спокойно спросил Призрак.

- Пожалуй, мы его недооцениваем, - сказала Таира.

- Да, в конце концов, он намного старше всех нас, к тому же был человеком, - задумчиво произнесла Рина.

- Да, чего нам стесняться Призрака, - воскликнула Юнона.

Призрак, казалось, не обратил внимание на обсуждение своей персоны.

- Так, что вам показалось в этом таким странным? – удивленно спросил он. – Только то, что ваша Повелительница не ожидала, что за ней будут подсматривать и не отключила связь?

- Нет, здесь дело не в этом. У меня такое чувство, что мы сейчас увидели краешек страшной тайны нашей Повелительницы, - задумчиво сказала Таира.

– Юнона, признавайся, ты знаешь этого мужчину? – с нетерпением спросила Рина.

- Я не могу точно утверждать, хотя сама мысль мне кажется просто абсурдной.

- Ну, же, - нетерпеливо произнесла Рина.

- Да, Юнона, зачем нам стесняться друг друга, рассказывай, - сказал Призрак.

- Это был…

- Ну!

- Сколько можно?!

- Ты забыла, как его зовут?

- Это был… Повелитель Добра.

После этих слов наступило молчание. Призраку показалось, что к ним в комнату влетела, готовая в любую минуту взорваться, шаровая молния.

Таира, вдруг, резко сдернула с шара свой плащ и наклонила к нему лицо, две другие девушки сделали тоже самое. Призрак был просто потрясен.

- Девушки, что вы делаете? Там нельзя. Это же неприлично, - говорил он.

- Неприлично? – яростно воскликнула Рина и повернулась к Призраку.

В это мгновение Призрак был готов поклясться, что вместо лица Рины на него смотрела морда гепарда. Повернувшись на секунду к Призраку, Рина снова стала смотреть в шар.

Девушки смотрели в шар с мрачной сосредоточенностью, в лицах не было любопытства, казалось, они видели в шаре нечто большее, чем просто сцену любви.

Шар погас.

- Что скажете? - первой заговорила Таира.

- Я думаю, что Повелительница не скажет нам, где она видела Книгу Жизни, - задумчиво сказала Юнона.

- У меня все мысли в голове перевернулись, - сказала Рина, держась за голову.

- Что же вас так потрясло? – не мог понять Призрак.

- В шаре мы видели, как сместилось пространство, - сказала ему Юнона.

- Это очень плохо? – робко спросил Призрак.

- Так. Все! Пока забыли. Слишком большая роскошь предаваться эмоциям. Призрак, скажи-ка нам, твой хозяин волшебник говорил когда-нибудь о Великой Книге Жизни? – спросила Таира.

- Да. Мой хозяин часто говорил об этой книге. Я думаю, что именно из-за нее его сыновья уехали искать другие миры и не вернулись, - печально ответил Призрак.

- Откуда твой хозяин знал о ней? – спросила Рина.

- Дело в том, что, когда мой хозяин был еще очень юным, он служил у одного из хранителей Великой Книги. Потом он стал очень известным волшебником и часто рассказывал о чудесной книге своим сыновьям.

- А разве можно рассказывать тайные знания книги? – возмущенно спросила Рина.

- Говорить о книге никому не запрещено. Хозяин никогда не говорил о том, что написано в книге, он говорил о свойствах этой книги.

- Вы слышали когда-нибудь о свойствах Великой Книги Жизни? – спросила Таира.

- Нет, - ответили ей Юнона и Рина.

- Призрак, ты можешь вспомнить, что говорил твой хозяин? - спросила Таира.

- Конечно, вы думаете, что я такой старый, что могу забыть, что со мной было каких-нибудь четыреста-пятьсот лет назад?

- Мы этого не говорили, - сказала Юнона.

- Дайте подумать, я должен вспомнить, что именно из того, что говорил мой хозяин, может вам пригодиться.

Девушки переглянулись.

- Прежде всего, он говорил, что хранителей книги было двенадцать. Каждый хранитель соответствовал своему часу времени. Таким образом, каждому из хранителей нужно было находиться рядом с книгой два раза в сутки. Следовательно, не было ни одного часа, когда книга не была бы под их неустанным контролем. Если вы говорите, что книга меняет свое местосположение, то это значит, что ее сопровождают все двенадцать хранителей.

- Это звучит, обнадеживающе, книгу неустанно стерегут, - сказала Таира.

- Значит, мы можем быть за нее спокойны, - сказала Юнона, и девушки рассмеялись.

- Вам это кажется смешным? Как же ваше задание? – удивился Призрак.

- Не обращай на нас внимание. Продолжай, мы тебя внимательно слушаем, - сказала Рина.

- Хорошо, - сказал Призрак. – Хранители лишь стерегут книгу, а заносит в нее знания один волшебник, но и он нужен только для того, чтобы записывать в книгу то, что ему рассказывает Великий Дух Планеты.

Юнона присвистнула.

- Великий Дух Планеты имеет множество слуг, которые носятся в пространстве и во времени, собирают самые различные знания. Великий Дух решает, стоят ли эти знания того, чтобы быть записанными в Великую Книгу Жизни или нет, - продолжал Призрак.

- А, кто решает, кому показывать информацию в книге, а кому нет? – спросила Призрака Таира.

- Вот тут-то и начинаются свойства книги, - торжественно произнес Призрак. – Мой хозяин говорил, что эта книга вмещает в себя так много знаний и тайн, что давно уже стала вполне разумным существом. Книга сама решает, кто может ее прочесть.

- Подожди, Призрак, здесь что-то не сходится, - сказала Таира. – Наша Повелительница говорила, что следующий кому откроется книга – это Повелитель Добра. Откуда она могла это узнать?

Призрак на минуту задумался, а потом закричал:

- Я, кажется, вспомнил. Еще одним свойством книги является то, что она, если захочет, может разговаривать с тем, кто ее читает. Возможно, книга сама сообщила вашей Повелительнице, с кем она хочет поговорить в следующий раз.

- Ох, неспроста это, - сказала Рина.

- Ну, что же, все это очень интересно, но это не приближает нас к ответу на вопрос, где может быть книга сейчас, - задумчиво произнесла Юнона.

Призрак загрустил. Он отчаянно думал о том, чем может помочь, и, вдруг, ему пришла в голову неожиданная мысль.

22

Совесть Гиннии, Нонсон и белая птица сидели на берегу моря. Нонсон кидал в море камушки, птица тоскливо пела, Совесть держала в руках пустой аквариум, ее большие башмаки стояли рядом на песке.

- Ну, вы что-нибудь придумали? - с нетерпением спросила Совесть у Нонсона.

- Еще нет, - озабоченно ответил Нонсон.

Птица тяжко вздохнула.

Спустя полчаса Совесть толкнула локтем Нонсона и снова спросила:

- Ну, вы что-нибудь придумали?

- Еще нет, - ответил Нонсон.

- Как это можно?! Я сижу тут на песке, ничего не помню, ничего о себе не знаю, да еще, вдобавок, держу в руках этот чертов аквариум! - закричала совесть.

- Эта вещь называется аквариум? - недоуменно спросил Нонсон.

Белая птица покачала головой.

- Кто эта птица? Кто вы такой? И, кто, в конце концов, я сам? - кричала Совесть.

- Я не помню, - растерянно произнес Нонсон.

- А, почему эта птица молчит? - не унималась Совесть.

- Разве птицы разговаривают? - удивился Нонсон.

- Я сейчас утоплюсь! - заявила Совесть.

- Да? А это, что такое?

Совесть закрыла руками лицо и стала раскачиваться из стороны в сторону.

- Вы топитесь? - спросил Нонсон.

Совесть отняла руки от лица и тихо рассмеялась. Она слышала чей-то знакомый голос.

- Зачем ты путалась под ногами и мешала Нонсону работать? - строго спросили у Совести.

- Я разве мешала? - спросила Совесть.

Она оглянулась вокруг, встряхнула головой, и стала следить глазами за своей хозяйкой, которая шагала по своему кабинету.

- Как прошло собрание? - спросил Нонсон.

- Она не сказала и половину правды, - закричала Совесть.

- Я сказала всем то, что должна была сказать. Мои подданные должны знать о положении вещей. Вопрос о закрытии канала связи был мною сегодня озвучен.

- Не слишком ли это рискованно?

- Думаю, что все мы находимся на пороге неких великих событий…

Совесть, вдруг, громко закричала.

- Что еще? - строго спросила ее Гинния.

Совесть молча указала пальцем на кипящий котел, белый пар, поднимающий до потолка, стал ярко красным и теперь клубился вокруг котла.

Гинния быстро подошла к котлу и заглянула внутрь.

- Нонсон, он идет сюда, - тихо сказала Гинния.

- Он один?

- Да. Останься со мной. Мне будет нужен твой совет.

- Хорошо, Повелительница, - кивнул Нонсон.

Вскоре, дверь открылась, и на пороге кабинета Гиннии возник Мартин. Он сделал шаг вперед и поклонился.

- Я рада видеть вас, Мартин, - воскликнула Гинния.

- Друг мой, как ваши дела? Где вы были? Я беспокоился о вас, - сказал Нонсон и, шагнув к Мартину, пожал ему руку.

- Благодарю вас, господин Смотритель, - ответил Мартин.

Нонсон рассмеялся.

- Зовите меня просто Нонсон, это мое настоящее имя.

- Хорошо, - любезно улыбаясь, сказал Мартин, - мое настоящее имя вам мало что скажет, поэтому зовите меня, как и прежде - Мартин.

- Что это значит? - тревожно спросила Гинния.

- Это значит, что все ваши подозрения в отношении меня оправдались, - просто ответил  Мартин.

- Вы уже все знаете? - упавшим голосом спросила Гинния.

Мартин кивнул.

- Как это произошло? - спросила Гинния.

- Этому я обязан одному из ваших агентов, - ответил Мартин, - девушке по имени Ани.

Гинния и Нонсон переглянулись.

- Мне трудно сказать, что случилось, но, глядя в ее глаза, я все вспомнил.

- Невероятно! Вот бы и мне, глядя в глаза девушек вспоминать то, что я забываю. У меня же происходит совершенно обратное, - наигранно весело  сказал Нонсон.

Мартин улыбнулся.

- Я пришел, главным образом, для того, чтобы еще раз поблагодарить вас за приглашение в этот удивительный мир. Я, действительно, вам благодарен, хотя, быть может, в вашем поступке совершилось желание самой судьбы, - сказал Мартин.

- Рада тому, что наш мир не показался вам враждебным. Это удивительный мир, который я очень люблю. Надеюсь, что ваши воспоминания не станут причиной разрушения этого мира, а сделают его достойным того, чтобы он был признан Галактическим союзом, - торжественно произнесла Гинния, ее голос слегка дрожал.

- Мне известны, Повелительница, ваши планы в отношении изменения этого мира. Вы хотите закрыть канал ментальной связи между двумя планетами. Должен признать, что такие планы достойны Повелительницы всей Системы, а не просто Повелительницы Зла одного отдельного мира. И, насколько я знаю, это мысли, которые могут превратиться в реальность. Я даже думаю, что вы очень близки к этому.

- Так вы считаете, что нам удаться найти способ закрыть этот канал? - спросила Гинния.

- Я думаю, что закрыть канал ментальной связи - возможно, тем более, что над этой проблемой работают ваши ученые, - ответил Мартин. -   Но, я надеюсь, что помимо решения этого вопроса, ваши ученые сумеют вам объяснить и обо всех последствиях, которые возникнут после того, как будет прекращено движение ментальной энергии от планеты Земля на вашу планету, - тихо сказал Мартин.

- Что вы хотите этим сказать? - также тихо спросила Гинния.

- Только то, что последствия такого вмешательства могут быть весьма губительны, - ответил Мартин.

- Губительны для кого? - спросила Гинния.

- Для обеих планет.

- Земля меня не интересует, - резко сказала Гинния. - Чем это может быть губительно для нашей планеты?

- Вы остановите свое развитие.

- Этого не может быть! - воскликнула Гинния. - Многие наши ученые сошлись во мнении, что после прекращения поступления к нам земной энергии, мы сможем существовать.

- Существовать - еще не значит развиваться. Если вы точно передаете слова ваших ученых, то они имели в виду именно существование планеты, а, точнее, возможность поддержания в ней жизни. Вы еще слишком слабы для того, чтобы оборвать эту связь. Ваше решение, хоть и грандиозно, но ошибочно.

- Почему я должна вам верить? По какому праву вы вмешиваетесь в жизнь нашей планеты? - резко спросила Гинния.

- Вы верите мне, хотя и не хотите этого признать. Ваше желание попасть в Галактический союз может быть осуществлено другим способом.

- Каким?! Мы хотим независимости!

- Независимости от того, что дало вам жизнь?

- Это всего лишь часть какого-то космического эксперимента. Если бы не этот эксперимент, мы жили бы своей собственной жизнью, а не чужими людскими мозгами.

- А вы уверены в том, что на вашей планете, вообще, была бы жизнь?

- Конечно, если есть жизнь на Земле, значит, была бы жизнь и на нашей планете.

- Жизнь на Земле создана искусственно.

- Этого не может быть.

- И, все-таки, это именно так.

- Откуда вы это знаете?

- В силу различных причин, Повелительница, я знаю все об истории Земли. Вы можете начать свои действия по ликвидации ментального канала, но я буду вынужден помешать вам.

Гинния с ненавистью смотрела на Мартина. Ее лицо становилось все бледнее и бледнее.

- Я рассчитывала на вашу помощь, - тихо произнесла Гинния, а затем продолжила более уверенным тоном. - Я отдаю себе отчет в том, что вы - Небесный Воин, наделенный не только полномочиями, но также и возможностями. Вы действуете от лица более могущественного Повелителя, чем я. Но, тем не менее, я не могу смиренно принять ваше решение и не пытаться отстаивать свою точку зрения.

- Вы можете иметь и отстаивать свое мнение. Это ваше право. Но Галактический союз, о котором вы так часто говорите, тщательно следит за планетарной структурой, и ему может очень не понравиться тот факт, что вы слепо пытаетесь разрушить то, что не вами было создано, разрушить то, что поддерживает некое равновесие. Уверен, что после этого поступка, в том случае, если он произойдет, вы никогда не будете приняты в Галактический союз.

- Это ложь! Мне известно, что многие миры, подобные нашему, уничтожили факт параллельности и были признаны в союзе.

- Я нисколько не отрицаю того, что в упомянутых вами мирах параллельность была прекращена. Я только хотел бы уточнить для вас, потому что вы этого, по-видимому, не знаете, что эта параллельность была прекращена не силами ученых этих миров, а тем, кто эту параллельность создал.

- Следовательно, я должна верить именно вам и никому другому? У меня нет возможности проверить ваши слова?

- Мои слова могут быть вами проверены. Но я здесь для того, чтобы помочь вам, а никак не для того, чтобы способствовать разрушению вашего мира.

- Допустим. Вы говорили о том, что существует иной способ быть признанными Галактическим союзом. Что это за способ?

- Этот способ заключается не в разрушении, а в создании в вашем мире единой ментальной формы.

- Это невозможно! - выкрикнула Гинния.

Ее Совесть, до этого тихонько слушавшая разговор у ног Гиннии, отбежала в сторону и спряталась за черный трон. Нонсон, стоящий в стороне и не желающий мешать беседе Гиннии и Мартина, подошел поближе к своей Повелительнице.

- Напротив, это вполне возможно, - спокойно сказал Мартин. - Другое дело, что вы этого не хотите. Так, что же в вас сильнее? Желание войти в Галактический союз или желание того, чтобы ваш мир был разделен на две части?

- Вы не смеете. Я стала Повелительницей не в силу случая, интриг и колдовства, я - Повелительница от рождения и по воле Судьбы. Вы не оставляете мне никакого выбора. Я не могу способствовать созданию единой мыслеформы, но я могу оборвать ментальную связь между планетами. Однако, мои возможности не соответствуют планам того, чье имя вы здесь представляете. Какой вывод мне остается сделать?

-  В ваших силах создать единую ментальную форму. Вы можете это сделать.

-   Я повторяю вам - нет! Не могу.

- Я не спрашиваю вас, почему вы не хотите этого. Должно быть, у вас есть для этого свои причины.

- Да, причины есть. Давайте подведем итог. Вы здесь для того, чтобы помешать моим замыслам. Вы один против многих. Равнозначно ли это? Может быть. Я стою на вашем пути и на пути того, что должно будет случиться. Помогать вам - значит идти против самой себя. Противостоять вам - быть может, означает погибнуть. И тот, и другой путь для меня разрушителен. В первом случае - наступит разрушение моральное, во втором - физическое. Вы не оставили мне выбора. Мне суждено погибнуть, но я могу выбрать причину своей гибели, и я ее уже выбрала. Я не буду вам помогать, я встану на вашем пути. Это означает, что я объявляю вам войну.

- Я благодарен вам за откровенность. Должен признать, я не ожидал от вас иного решения. В ответ на вашу откровенность, также откровенно скажу и я. Моя миссия помочь вам, и я надеюсь ее выполнить.

Мартин поклонился Гиннии, Нонсону, помахал рукой Совести и исчез.

- Что вы намерены делать? - спросил у Гиннии Нонсон.

- Оставь меня, - тихо проговорила Гинния, - это конец.

- Но он один. Не представляю, как и что он может сделать? - спросил Нонсон.

- Госпожа, госпожа, - жалобно обратилась к Гиннии Совесть, - мне страшно. Я боюсь.

- Не бойся, Совесть, мы войдем с тобой в историю этого мира, - сказала Гинния, и,  вдруг, рассмеялась.

- Может быть, разумно было бы не мешать тому, что все равно должно произойти? - спросил Нонсон.

- То, что должно произойти, совершается сейчас, совершается нами.

- Повелительница, отчего бы вам не подумать, и не начать переговоры с Повелителем Добра? - осторожно спросил Нонсон.

- С Повелителем Добра? Он уже был здесь. Пытался начать вести переговоры, но потом передумал и ушел ни с чем, -  спокойно сказала Гинния.

- Он был здесь? Когда? - удивился Нонсон.

Совесть задумчиво посмотрела на свои башмаки, сняла один из них и вытряхнула из него песок. Она недоуменно рассматривала желтые крупинки песка и о чем-то думала.

- Недавно, - уклончиво ответила Гинния.

- Он хотел начать переговоры, но отчего же тогда передумал?

- Видимо, не смог решиться. Он, должно быть, тоже не готов к тому, чтобы мыслеформа стала единой. Нонсон, займитесь нашими агентами. Спросите у них, как скоро я смогу узнать полный текст пророчества Великой Книги Жизни. И будет лучше, если вы это сделаете не здесь. Идите.

Нонсон, поклонившись, ушел. Гинния устало опустилась на свой трон. Совесть подошла к Гиннии в одном башмаке, свой второй башмак она держала в руке.

- Госпожа, откуда у меня песок в башмаке? - спросила Совесть у Гиннии.

Этим вопросом Совесть отвлекла Гиннию от ее мыслей.

- Что? Какой песок? - с непониманием спросила Гинния.

- В моем башмаке песок. Откуда он?

- Это я тебя должна спросить, где ты была и что делала, после чего не помнишь, как в твоих башмаках оказался песок, - закричала Гинния. - Нашла время думать о своих башмаках.

Гинния встала со своего трона и протянула руку в сторону открытого окна. В ту же секунду в комнату влетели четыре существа в белых одеждах, с длинными развевающимися белыми волосами. Это были Духи Зла. Они встали напротив Гиннии, их глаза злобно сверкали, они смотрели на Совесть.

Совесть прижала к груди свой башмак и тихо прошептала:

- Мне не нужны новые башмаки.

Духи громко рассмеялись.

- Не отвлекайтесь! - строго сказала Гинния. - Нам сейчас не до смеха. Вы должны будете выполнить мое задание.

23

Призрак задумался, но, видимо, на что-то решился и спросил:

- Вам, действительно, очень нужно найти эту книгу?

- Конечно, - ответила Таира.

- Разве похоже на то, что мы шутим? - рассердилась  Рина.

- Нам, действительно, очень нужно найти книгу, Призрак, - сказала Юнона.

- Тогда мы можем попросить о помощи моего хозяина, - тихо сказал Призрак.

- Но он, ведь, умер! - воскликнула Рина.

- Вам должно быть известно о том, что призраки имеют возможность общаться с умершими людьми, - пояснил Призрак.

Девушки переглянулись.

- Хорошо, - сказала Таира. - Если ты можешь это сделать, давай попробуем.

Призрак обрадовался и взял в руки висящий в воздухе шар. Он что-то прошептал, и голубой свет в шаре сменился белыми облаками. Вскоре облака рассеялись, теперь шар был заполнен мелкой золотой пылью, но в ней постепенно проступал чей-то образ. Спустя несколько минут, внутри шара все увидели седого старичка. Девушки приблизились к шару, чтобы лучше его рассмотреть. Старичок был  в бархатной синей мантии. На голове - малиновая шляпа, длинная седая борода клочьями торчала в разные стороны. Лицо старичка было все в морщинах, маленькие глазки хитро поблескивали сквозь очки.

- Здравствуйте, Хозяин, - почтительно произнес Призрак, крепко держа в руках шар.

Старичок посмотрел поверх своих очков прямо на Призрака и произнес старческим, скрипучим голосом:

- А я думаю, кто это обо мне вспомнил! А это мой старый друг Призрак! Как поживаешь?

- Очень хорошо, Хозяин, - бодро ответил Призрак.

- Должно быть, не очень хорошо, если решил позвать меня, А мои сыновья не появлялись? - спросил старичок с надеждой в голосе.

- Нет, Хозяин, еще нет, - ответил Призрак.

Старичок тяжело вздохнул.

- Я очень беспокоюсь о них, Призрак. Одно только меня радует, их нет среди мертвых. Может быть, они еще вернуться.

- Конечно, Хозяин, они обязательно вернутся, - закивал головой Призрак.

- Однако, у тебя есть ко мне какое-то дело? К тому же, если мне не изменяет зрение, ты, Призрак, находишься в окружении таких красивых девушек! Что это значит? - спросил старичок и хитро подмигнул Таире.

Таира заулыбалась.

- Эти очаровательные девушки - агенты Повелительницы Зла, - пояснил Призрак.

- Ты встал на сторону Зла? - удивился старичок. - А, впрочем, все относительно, мой Друг, все относительно. Итак, чем я могу быть вам полезен?

- Хозяин, нам нужна ваша помощь. Речь идет о Великой Книге Жизни, - сказал Призрак.

- О Великой Книге Жизни? - удивился старичок и покачал головой. - Что ты хочешь о ней узнать?

- Нам нужно найти эту книгу, для того, чтобы прочитать в ней одно пророчество. Но мы не знаем, где ее искать.

- Это пророчество написано для тебя? - строго спросил старичок.

- Нет, Хозяин, я, должно быть, неверно выразился. Конечно же, читать пророчество будет тот, кому оно предназначено. Но, как найти эту книгу? - ответил Призрак.

Старичок сердито посмотрел на девушек. Его взгляд задержался на Юноне и Рине, лицо его сморщилось, словно старичок хотел расплакаться, но он, видимо, передумал и сказал:

- Главное свойство этой Книги заключается в том, что она сама находит того, кому должна открыть свои знания, того, кому должна передать свою мудрость именно в определенный момент истории. Я подскажу, как найти книгу. Но для начала скажите мне, не было ли в вашем времени упомянуто имя того, кто следующий должен открыть Великую Книгу?

- Да, да, это известно, - сказала Юнона. - Мы точно знаем, что книга откроется Повелителю Добра.

- Что вы сказали? Повелителю Добра?! Мне это кажется очень серьезным. Должен вас предупредить. Вы все стоите на пороге великих событий. Теперь вам легко будет найти месторасположение этой книги. Вам нужно всего лишь увидеть в своем шаре изображение Повелителя Добра, затем вы произносите волшебные слова. Запомните их! Вы должны сказать: «Пусть будет так, как должно быть». И тут же вы увидите, как от Повелителя потянется луч цвета радуги. Проследите, где заканчивается этот луч, и вы найдете Книгу! Но, предупреждаю вас, будьте готовы к самым серьезным последствиям.

- Я очень благодарен вам, Хозяин, - сказал Призрак.

- Спасибо вам, вы, должно быть, были удивительным волшебником, - сказала Юнона.

- Не только удивительным, но и мудрым, - продолжила Рина.

- Мы очень благодарны вам за помощь, очень, - взволнованно произнесла Таира.

- Милые девушки, я уже давно не попадаюсь на женскую лесть, но я рад, что смог быть вам полезен. Эта Книга не давала мне покоя при жизни, не даст, видимо, покоя и после моей смерти. Однако, мы заболтались. Наше время общения истекает, до свиданья, мой друг Призрак.

После этих слов старичок исчез в дымке из золотых песчинок, затем закружились белые облака, и вот, внутри шара снова сиял ровный голубой свет.

- Призрак, даже если ты не захочешь летать, из-за боязни высоты, я готова перевозить тебя по воздуху за своей спиной, - радостно сказала Юнона.

- Мы еще не нашли книгу, - смущенно ответил Призрак.

- Этим займусь я, - сказала Юнона и наклонилась к шару.

Таира и Рина посмотрели друг на друга, но никто из них даже не улыбнулся. Между тем в шаре возникло изображение мужчины. Он что-то писал большим белым пером и задумчиво смотрел прямо перед собой, но, вдруг, его взгляд изменился. Он удивленно посмотрел на Юнону, улыбнулся и спросил:

- Ты сменила гнев на милость?

Юнона заулыбалась в ответ.

- Я только хотела сказать, ты был прав, я не должна была становиться агентом своей Повелительницы.

- Что-то случилось? - взволнованно спросил Повелитель Добра.

- Случилось. У меня очень серьезное задание и плохие предчувствия. Мне бы хотелось, так, на всякий случай, сказать тебе, что я очень благодарна тебе и всегда буду тебя помнить. Вспоминай и ты обо мне, ладно?

- Юнона, что еще за задание? Что там с тобой происходит?

- Я не могу сказать. Это уже не важно, пути обратно нет. Будь счастлив. Прости меня, пусть будет так, как должно быть.

Тут же, после последних слов Юноны, над головой Повелителя вспыхнула облако радужных бликов, и от облака оторвался луч. Повелитель что-то еще хотел сказать, но Юнона, улыбнувшись ему, переместила изображение в шаре и стала следить за направлением луча. Луч несся по шару, то, петляя, то, выпрямляясь, наконец, он оборвался над неким мрачным на вид сооружением.

- Что это за местность? - спросила Рина.

- Минолд, заброшенный город, - ответила Юнона.

- А здание? Кажется, оно нам знакомо? - сказала Таира.

- Да, это старая часовня. Все, мы нашли книгу, - сказала Юнона и отошла от шара.

Таира подошла к Юноне и тихо спросила:

-  Ты, что такое говорила Повелителю? Зачем ты с ним прощалась?

- Сама не знаю. Хотела сказать одно, а увидела его и решила попрощаться, - растерянно сказала Юнона.

- Нужно сообщить Ани о том, что мы знаем, где книга, - сказала Рина.

- А, кто это - Ани? - спросил Призрак.

- Ани, это наш четвертый агент, - ответила Рина.

- Она наша подруга, - добавила Таира, - любимый агент Повелительницы, самая смелая и удачливая из всех нас.

- Почему она удачливая? - спросил Призрак.

- Потому, что уже несколько раз ей удавалось избежать гибели. В последний раз она чуть не погибла при выполнении одного задания. Ее сбил во время полета Дух Тьмы. Никто уже не ожидал ее увидеть, она падала с огромной высоты на необитаемый пляж Восточного Океана. Как она выжила, не знает никто. Видимо, какое-то чудо спасло ее. Она мало об этом рассказывает, но из того, что она говорит, и так понятно, какие страдания выпали на ее долю, - рассказала Юнона.

- Это были тяжелые времена для нее. В это же время погиб ее возлюбленный, известный путешественник Ин, - сказала Рина.

- О, это очень тяжело терять того, кого любишь, - сокрушенно произнес Призрак.

- Мы все это знаем, - резко сказала Рина.

- А, почему Ани не с вами? - спросил Призрак.

- Ей нужно было остаться, она встретила Небесного Воина, и теперь начинает сбываться пророчество, которое не давало покоя нашей Повелительнице последние десятилетия.

- Небесный Воин? - испуганно переспросил Призрак, - я много слышал о Небесных Воинах. Это очень опасные типы. Почему она осталась одна с этим Воином? Почему вы не все вместе?

- Так было нужно, Призрак. К тому же, этот Небесный Воин для нас не опасен, - ответила Юнона.

- Разве могут быть не опасные Небесные Воины? - сердито спросил Призрак.

- Мы благодарны тебе и за помощь, и за заботу о нас, - сказала Таира.

Она подошла к голубому шару и взяла его в руки. Вскоре он засветился, и в нем появилось изображение Ани. Призрак сел рядом с Таирой и с любопытством смотрел на Ани, которая показалась ему очень красивой. Ее светлые, почти белые волосы были гладко зачесаны и собраны в большой узел на затылке. Смуглая, слегка обветренная кожа оттеняла большие серые глаза с длинными черными ресницами.

Ани радостно улыбнулась.

- Как прошел праздник? - спросила она.

Юнона и Рина, услышав голос Ани, быстро подошли и сели вокруг шара.

- И не спрашивай. Нонсон явился в самый разгар веселья и срочно отправил нас искать Великую Книгу Жизни. Он спросил нас о тебе, почему мы не все вместе. И я объяснила ему, что ты вынуждена была заняться попавшим в наш мир человеком, - сказала Рина.

- Он спрашивал вас о том, что это за человек? – спросила Ани.

- Нет, он как-то странно посмотрел на нас и сказал: «Понятно».

- Мне жаль, что я не с вами и не могу помочь вам найти книгу.

- Книга найдена. Мы познакомились с Призраком, который помог нам найти ее. Книга Жизни сейчас находится в заброшенном городе Минолде, в старой часовне, - ответила Юнона.

- Вам так быстро удалось найти ее? Это замечательно, - Ани посмотрела на Призрака и улыбнулась ему. – Спасибо, Призрак.

- Нам о многом надо поговорить, - сказала Таира.

- Да, о многом. Сколько у вас есть времени? - спросила Ани.

Таира взглянула на свою ладонь.

- Через двадцать пять минут туннель откроется, и мы улетим, - сказала она.

- Вы в Черной Топи? - уточнила Ани.

- Да, - ответила Таира.

- Хорошо. Слушайте новости. Небесный Воин, которого я встретила в лесу, прибыл в наш мир для выполнения своей миссии. Повелительница была права в отношении пророчества, хотя она и не знает его полный текст. Как сообщил мне Воин, его задача заключается в том, чтобы помочь нам создать на нашей планете единую  мыслеформу. Такую мыслеформу могут создать только два наших Повелителя, но Повелительница Зла категорически против этого. Более того, она решила приложить все силы для того, чтобы уничтожить канал ментальной связи между планетами.

- Неужели это возможно? - удивилась Юнона.

- По-видимому, да. Я вас прошу, вы сейчас рядом с нашими учеными, узнайте у них, как близко они подошли к решению этого вопроса.

- Хорошо, Ани, мы сделаем это, - пообещала Таира.

- Разве у нас есть такое задание? - спросила Рина.

- Нет, Рина, такого задания у нас нет. Более того, вы должны будете убедить ученых, что вас прислала Повелительница. В противном случае, они не скажут вам правды, - сказала Ани.

- Зачем нам обманывать их? - спросила Юнона.

- Таира, Рина, Юнона, до сих пор мы слепо выполняли все, что нам приказывали, не задавали вопросов и не впускали в свои души сомнения. Но сейчас наступил момент, когда всем нам нужно сделать свой выбор. Сделать выбор нужно сейчас, иначе будет поздно, - сказала Ани.

- Да, что случилось? - тревожно спросила Юнона.

- Случилось то, что Повелительница объявила войну Небесному Воину. Она сделала свой выбор, потому что не может поступить иначе. Она не может способствовать созданию единой мыслеформы, и она хочет остановить поток ментальной энергии. Все это противоречит задачам Воина, который прибыл сюда для того, чтобы помочь нам встать на новый путь развития. Он прибыл к нам с доброй и созидательной миссией. Но он один против многих и против самой Повелительницы. Поэтому я останусь с ним и буду ему помогать, - сказала Ани.

Все молчали, наконец, Таира спросила:

- Ты переходишь на сторону Добра?

- Я перехожу на сторону Разума, я хочу способствовать развитию Вселенной, а не ее разрушению, - ответила Ани. - Повелительница Зла осознает, что может погибнуть, но сделала свой выбор. Я тоже понимаю, что могу погибнуть, но уже приняла решение. Очень скоро с вами свяжется Нонсон и пошлет вас на войну против Воина. Если он не справится, а такого, в принципе не может быть, наша планета погибнет. Поэтому я прошу вас подумать, - сказала Ани.

Призрак так разволновался, что не обращал внимания на то, как обрывал нитки с подола своей парадной мантильи, которая от всех его эмоций стала вполне реальной. Он с тревогой всматривался в лица девушек, они были суровы.

- Что скажешь, Юнона? - спросила ее Ани.

- Я не пойду против Пророчества Великой Книги, - ответила Юнона.

- Спасибо, Юнона, - сказала Ани. - Рина, знаешь, я нашла Небесного Воина именно благодаря твоему замечательному Лесному Птицу, - добавила с улыбкой Ани.

- Теперь понятно, почему он отказался петь на празднике, - грустно сказала Рина. - Знаешь, Ани, твой поступок - это предательство по отношению к нашей Повелительнице. А мы никогда не были предателями.

- И, что ты решила? - спокойно спросила Ани.

- Я не люблю действовать за спиной, лучше открыто объявить о своем решении Нонсону, - ответила Рина.

- Ты хочешь сказать Нонсону, что решила помогать Воину? - воскликнула Ани.

- Да, - твердо ответила Рина.

- Это безрассудство. Ты все испортишь. Никто не должен знать, до… до последнего момента. Я прошу тебя, Рина, не рискуй собой, - грустно просила Ани.

- Ани, - вмешалась Таира, - у меня можешь не спрашивать о моем решении. Мы вместе пришли, вместе и уйдем. Давайте не будем тратить время на сантименты. Поговорим о деле. Какие ваши планы?

- Мы должны немедленно увидеться с Повелителем Добра. Сейчас он единственный, кто может хоть как-то помочь в создании единого мира, не разделенного на две части. Но сначала узнайте у ученых, в каком состоянии находится решение вопроса о закрытии канала ментальной связи. Пока это все. Как только узнаете - скажите мне. Скоро увидимся. Призрак, береги их, и спасибо тебе за все, - сказала Ани, улыбнулась, и шар погас.

- Вот, черт! - воскликнула Рина.

- Что теперь будет? - робко спросил Призрак.

- Ничего особенного, мы пойдем в гости к нашим самым выдающимся ученым умам, - спокойно сказала Таира.

- Подождите, я не понимаю, что происходит? Вы говорили мне, что лучше смерть, чем измена. А теперь сами решили изменить своей Повелительнице?

- Видишь ли, Призрак, все это так. Когда мы служили своей Повелительнице – мы служили ей честно. Но теперь ситуация изменилась.

- Ну, и что?! Мы должны быть со своими Повелителями до конца. Что же это будет, если солдаты будут бежать с поля боя? – возмущенно спросил Призрак.

- Ты что, Призрак? Ты хоть понимаешь, к чему ты нас призываешь? Может быть, ты хочешь выступить вместе с Повелительницей Зла против того, кто создал весь этот мир? – спросила Рина.

- Я об этом как-то не подумал, - растерянно сказал Призрак. - А сейчас мы, действительно, в Черной Топи? - спросил он.

- Да, мы в Черной Топи, которая на самом деле представляет собой пространство, в которое очень трудно попасть и еще труднее из него выйти. Здесь работают ученые над различными секретными проектами. Здесь хранятся тайны нашей планеты. А эта прозрачная комната - нечто вроде гостиной, но не для слабонервных, потому что не все выносят вид звезд под своими ногами, - объяснила Юнона.

- А, как же все эти страшные истории о том, что в Черной Топи пропадают люди? - спросил Призрак.

- К сожалению, это правда. Люди, действительно, здесь пропадают, - ответила Рина.

- А, почему? Что с ними происходит? - допытывался Призрак.

- Время вышло, - сказала Таира, - пора лететь, и, чем быстрее, тем лучше.

Она щелкнула пальцем, и голубой шар исчез.

- Призрак, что будем делать? Полетишь сам или со мной? - спросила Призрака Юнона.

- Ни  в коем случае! Не такой уж я трус, - возмутился Призрак.

- Тогда помчались! - крикнула Рина.

Девушки надели свои плащи, и одна за другой вылетели из комнаты. Призрак летел рядом с Юноной, он набирал скорость, чтобы не отстать, и ничего вокруг себя не видел, кроме мелькающих стен длинного туннеля.

Никто из них не заметил того, как длинная черная тень вылетела из звездной гостиной и  полетела следом за ними.

24

Вылетев из звездной гостиной, агенты в сопровождении Призрака пролетали некий запутанный лабиринт, петляя по разным коридорам, и, наконец, они влетели в низкий туннель, который внезапно оборвался в огромной круглой комнате залитой светом. Агенты опустились на белоснежный пол, сняли с себя плащи и посмотрели по  сторонам.

Призрак никогда прежде не был в помещении с таким количеством света, который, казалось, лился отовсюду, с потолка, со стен, здесь все было погружено в свет. Комната имела правильную круглую форму, ее потолок имел форму купола, из центра которого на длинной цепи спускался черный фонарь.

- Вам лучше подождать здесь, - сказала Таира.

- Нет, мы пойдем все вместе, - не согласилась с ней Рина.

- Это может показаться им подозрительным, - предположила Таира.

- Агенты службы контроля за перемещением не могут казаться подозрительными, - сказала Юнона. - Но нам нужно переодеться.

- Переодеться? - спросил Призрак. - Тогда я отвернусь.

- В этом нет необходимости, Призрак, - улыбнувшись, сказала Юнона.

Девушки посмотрели друг на друга. Одеты они были в темные свободные платья. Их волосы, слегка растрепанные от полетов, опускались на плечи.

- Да, вид у нас не приемлем для посещения ученых, - сказала Рина.

- Придется надеть форму, - сказала Таира.

- А ордена одевать? - спросила Рина.

- Конечно, - рассмеялась Юнона.

- У вас есть ордена? - удивился Призрак.

Девушки посмотрели на Призрака, но ничего не сказали.

Спустя несколько секунд перед Призраком стояли агенты в своей форме службы контроля за перемещением. Они были в облегающих белых костюмах, состоящих из коротких курток и брюк, заправленных в высокие белые сапоги. На груди у каждого агента был знак службы - песочные часы, лежащие в горизонтальной плоскости, словно знак бесконечности. Волосы агентов были гладко зачесаны и собраны на затылке в тугой узел. Лица девушек стали почти белыми. В руках у каждой из них был короткий жезл.

- Ну, вот теперь порядок, - сказала Юнона.

- А тебе, Призрак, придется стать невидимым, - сказала Таира, обращаясь к Призраку.

- Тебя никто не должен видеть, - сказала ему Рина.

- И, что бы ни случилось, ты не должен ни во что вмешиваться, - добавила Юнона.

- А, что может случиться? - тревожно спросил Призрак и стал менее прозрачным.

- Призрак, когда ты волнуешься, то становишься вполне видимым. Ты должен следить за своими эмоциями, - сказала Таира и  посмотрела на свою ладонь.

- Таира, а что у тебя на ладони? - спросил Призрак, который давно уже обратил внимание на то, что Таира смотрит на свою ладонь, как на часы.

- Посмотри, - просто ответила Таира и протянула Призраку руку

Призрак быстро подлетел к Таире и посмотрел на ее ладонь. Он тут же ойкнул и зажмурился.

- Испугался? - спросила Рина. - У нас у каждой есть искусственные части тела.

- Зачем ты его пугаешь, Рина, - сказала Юнона. - Ничего в этом страшного нет, - сказала она, обращаясь уже к Призраку, - у Таиры вместо ладони - экран, на котором она видит ближайшее пространство. К сожалению, ее рука пострадала в одном из поединков. Что есть искусственного у тебя, Рина, я не буду говорить Призраку, если хочешь, скажи ему об этом сама, - добавила Юнона.

- Ладно, вам, - примирительно сказала Таира.

Призрак переводил взгляд с одной девушки на другую, недоумевая от мысли, что у них могут быть искусственные части тела.

- Ты готов? - спросила Таира и вывела его из состояния задумчивости.

- Да, - коротко ответил Призрак, тут же его силуэт полностью растаял в воздухе.

Четкой поступью агенты подошли к стене, и Таира коснулась своим жезлом какой-то точки. Незаметная на стене дверь с легких шорохом поднялась вверх, и агенты прошли внутрь. Они оказались в широком и длинном коридоре со многими дверями. У каждой двери стояли верные слуги Гиннии, в белых, рванных одеждах. Каждый из них смотрел прямо перед собой.

- Вот черт, - тихо произнесла Рина, - она поставила у каждого входа духов зла. Раньше она такого не делала.

- Ничего, не в первый раз, - также тихо ответила ей Таира.

Они шли военной выправкой по коридору мимо духов, не обращая на них никого внимания и ощущая на себе их холодный взгляд в спину. Подойдя к предпоследней двери, они остановились и, как по команде, развернулись к духу.

- Служба контроля за перемещением, - четко произнесла Таира глядя в глаза духу.

Дух сверкнул на Таиру красными, как кровь глазами и спросил:

- Зачем?

- Поручение господина Нонсона, - ответила Таира, не сводя глаз  с духа.

- Какое? - прошипел дух.

- Ты считаешь, что имеешь право знать о поручении Повелителя свободных Душ? - резко спросила Юнона.

- Мы доложим ему о твоем недопустимом поведении, - сказала Рина.

Дух зашипел, открывая рот и высунув свой красный язык.

Таира ни говоря больше ни слова, толкнула дверь, и все вошли в комнату, где стоял шум от голосов.

- А разве вы работаете с самим Повелителем свободных Душ? - тихо спросил невидимый Призрак.

- Приходится, - также тихо ответила ему Рина.

При появлении агентов шум в комнате несколько смолк, многие из присутствующих повернулись в сторону вошедших. Призрак был поражен. Он был готов увидеть ученых в шляпах, в мантиях и в очках, похожих на его хозяина-волшебника. Но в комнате, у длинных столов, заваленных бумагами, стояли люди самого отталкивающего вида.

К агентам, припадая на левую ногу, медленно подошел низенький горбун. Его горб заставил его склоняться, и он смотрел на высоких девушек изподлобья. Сощурив свои маленькие глазки, горбун вопросительно смотрел на агентов.

- Агенты службы контроля за перемещением, - громко произнесла Таира, - по поручению господина Нонсона.

В комнате стало еще тише.

- Что нужно господину Нонсону? - каркающим голосом спросил горбун.

- В связи со сложным положением в нашем мире господин Нонсон просил нас узнать о состоянии вопроса ликвидации канала ментальной связи, - сказала Таира.

- Не слишком ли много вопросов за один день, красавицы? - злобно произнес горбун. - Нас уже спрашивали сегодня об этом, и мы дали полный ответ.

Рина строго посмотрела на горбуна и сказала:

- Хорошо, именно такой ответ мы и передадим Повелителю свободных Душ.

- Есть ли у вас какие-нибудь пожелания? – вдруг, спросила Юнона.

- Что? - вскричал человек с лицом больше похожим на лицо тролля и с руками почти до пола. - Пожелания?

- Мы можем просить? - выкрикнул еще один ученый с огромными рыбьими глазами и зеленой кожей.

- Молчать! - крикнул горбун, - Вы, что, не видите, это вовсе не агенты, они пришли сюда для того, чтобы узнать наши секреты!

Таира подняла свой жезл и ткнула его в горб горбуна.

- Тебе показать, кто мы? - злобно спросила она.

Горбун замер и с ужасом смотрел на Таиру, боясь произнести еще хоть слово. Таира между тем нажала на свой жезл, и по нему пробежал зеленый огонек, повалил зеленый дым, который полностью окутал фигуру горбуна. Он исчез из глаз, и был слышен лишь его каркающий голос:

- Нет, нет, не надо…

Дым быстро рассеялся, и ученые ахнули, глядя на горбуна, потому что его просто не стало. Вместо него стоял высокий статный человек с прямой спиной, с седыми длинными волосами, схваченными на затылке черной лентой. Этот человек закрыл лицо руками и простонал:

- Зачем вы сделали это?

Призрак недоумевал. Таира превратила горбуна в нормального человека, но тот, по-видимому, был недоволен такими переменами.

- А меня вы можете превратить в самого себя? - робко спросил человек с рыбьими глазами.

- Молчать! - снова рявкнул бывший горбун, но все возмущенно зашумели. - Вы, что, не понимаете? - снова закричал он. - Что вам нужно? - спросил бывший горбун, обращаясь к Таире.

- Мы уже передали вам вопрос господина Нонсона, - сухо ответила Таира.

- Я уже не сомневаюсь в том, что вы - агенты. Но у меня вызывает сомнения тот факт, что именно Повелитель свободных Душ просил вас узнать о состоянии наших дел, - сказал бывший горбун.

- И, тем не менее, - резко сказала Рина.

- Вы ничего не добьетесь у нас красавицы, - также резко сказал бывший горбун.

- Хорошо,  смотрите, - сказала Юнона и протянула к нему ладонь, на которой появился голубой шар.

Внутри голубого шара возникло изображение кабинета со множеством книг, затем появилось изображение господина Нонсона, который в этом мире занимал весьма высокое положение – Повелителя свободных Душ. Лицо его было бледно, черты заострились, черные глаза сверкали злобно и устало. Господин Нонсон заговорил:

- Да, и еще, вам нужно будет спуститься к нашим умнейшим ученым. Узнайте у них, как обстоят дела с проектом по ликвидации канала ментальной связи. Хотелось бы, чтобы они закончили его побыстрее. События не терпят промедления. И вы поторопитесь, как только все узнаете, сразу же сообщите мне. Вам все понятно? – сказал господин Нонсон.

Изображение померкло, и Юнона вопросительно посмотрела на бывшего горбуна. Тот недоверчиво переводил взгляд с одного агента на другого и, наконец, сказал:

- Интересные, должно быть, происходят на верху события. Передайте тому, кто так сильно хочет знать: мы закончили свою работу. Канал связи может быть прерван в любой момент.

Таира кивнула и снова прикоснулась к бывшему горбуну своим жезлом. Тот тут же согнулся, съежился и превратился в прежнего горбуна.

-  Мы передадим ваш ответ, - сказала Таира.

- Я хотел бы кое-что вам сказать, - раздался голос из глубины комнаты.

Ученые оглянулись и расступились. К агентам шел карлик, в крошечной мантии и с золотыми очками на носу. Он подошел к горбуну и сделал жест рукой, словно сметал его на своем пути. Горбун, хромая отошел в сторону, почтительно глядя на карлика. Карлик снял свои очки, грустно посмотрел на агентов и сказал:

- Я хотел бы предупредить вас о весьма неблагоприятных последствиях, которые не замедлят  проявиться, как только мои коллеги закроют канал, давший всем нам жизнь. Я единственный, кто не участвовал в создании этого чудовищного способа разрушения космического равновесия. К сожалению, мои коллеги весьма тщеславны, они взялись за решение этой задачи и блестяще с ней справились. А теперь идите, и каждому своё.

Все молчали, горбун зло смотрел на агентов и, когда они вышли за дверь, сказал карлику:

- Зачем вам было нужно говорить с ними?

- Ты стал очень злым, Аргус, очень злым, - задумчиво сказал карлик.

- Но их никто не присылал, они сами пришли для того, чтобы узнать у нас о канале связи. Они обманули нас!

- Разве ты всегда в своей жизни говорил правду, Аргус?

Горбун что-то заворчал себе под нос.

- Я помню тебя еще юношей и таким, каким ты был прежде. Ты был очень далек от совершенства, единственное, что есть в тебе ценного, так это твой ум.

Карлик отвернулся от горбуна и пошел между расступившимися учеными.

- Они мне не понравились. Я чувствую опасность! - закричал горбун вслед карлику.

- Нет большей опасности, чем наше собственное непонимание сути событий, Аргус, - сказал карлик и снова повернулся к горбуну.

- Вы проявляете не свойственную вам беспечность, почему бы нам не сообщить духам зла о том, что эти агенты узнали у нас то, о чем не должны были узнавать? – спросил горбун.

- Ты сам сказал им правду. Если ты был уверен в их опасности, тогда почему ты не отказался им отвечать?

- Я не хотел говорить! Они околдовали меня!

- Это ложь. Ты испугался, девушки владеют очень сильным волшебством, если смогли показать тебе господина Нонсона, который сказал тебе то, что было нужно им. Ты просто испугался их, а теперь хочешь послать по их следу духов? Неужели ты никогда не станешь благородным человеком, Аргус? Мне тебя очень жаль. Боюсь, ты еще не один раз родишься таким, прежде, чем жизнь сумеет сделать из тебя хорошего человека.

Сказав это, карлик подошел к винтовой лестнице в конце комнаты и спустился вниз. Как только он исчез из виду, все снова зашумели.

- Аргус, что теперь будет? - спросила горбуна женщина в черном длинном платье. Она была так худа, что, казалось, сама смерть сменила свой белый саван на черный.

- Ничего не будет, - зло ответил ей горбун, - как работали, так и будем работать.

- Я чувствую, что все наши старания никому не пригодятся. Всё было напрасно, - горестно сказала женщина, сжимая пальцы рук так, что ее кости затрещали.

- Почему? Что ты чувствуешь? - обеспокоено спросил горбун.

- Ты же знаешь, у меня всегда была обостренная интуиция. Когда я увидела здесь этих трех агентов, я сразу поняла - они пришли для того, чтобы все погубить. Все плоды наших трудов, бессонных ночей и мучений, все погибнет!

Горбун смотрел на женщину с заботой и беспокойством, у него даже увлажнились глаза. Он очень тяжело вздохнул и тихо произнес:

- Главное, что мы вместе…

- Все это вздор, Аргус! Я устала от твоего научного безумия. Ты посмотри на меня, на кого я стала похожа, ты на себя посмотри. Во имя чего все это? Во имя того, чтобы в один прекрасный, как сегодня, день, все рухнуло. Я знала, что это плохо кончится, но чтобы вот так…

- Успокойся, я прошу тебя, - горбун взял женщину за руку.

- Не тронь меня! - закричала женщина. - Я не хочу, чтобы моя жизнь прошла впустую. Я еще помню, как все начиналось, и что ты мне при этом говорил. Ничего не получилось, ничего не сбылось…

Все с сочувствием смотрели на эту странную пару и испытывали смешанные чувства. Многим было их жаль, но многие понимали, что она права. Прислушиваясь к крикам женщины, никто не заметил, как по винтовой лестнице поднялся карлик и, протискиваясь сквозь толпу ученых, подошел к женщине.

- Сегодня явно не твой день, Аргус, - сочувственно произнес карлик. - А ты, что кричишь, Берта? - спокойно спросил он женщину.

Женщина посмотрела на карлика глазами полными отчаянья.

- Мне плохо, Карлин, - срывающимся голосом сказала она.

Карлик покачал головой.

- Я вижу, сегодня никто не будет работать спокойно, и мне от вас покоя не будет, - сказал он.

- Карлин, помоги нам, ты один можешь внести ясность, - сказал человек с рыбьими глазами.

- Вам давно следовало бы забыть о том, что когда-то я писал Великую Книгу Жизни, - ворчливо сказал карлик. - Зачем вам дан ваш ум? Ведь вы пользуетесь им исключительно в научных целях. Выдерни вас из мира цифр и формул, и вы тут же превратитесь в несмышленых детей. Где ваша мудрость и дальновидность? Когда я говорил вам о том, что мы можем создать способ уничтожения канала ментальной связи, но не должны этого делать, что говорила мне ты, Берта? Помнишь?

Берта молчала и только судорожно скрещивала пальцы рук.

- Тебе хотелось славы, - ответил за нее карлик. - А, что сказал мне тогда ты, Аргус? - спросил он у горбуна.

- Мы просим твоего совета, Карлин, а не нравоучений, - ответил горбун. - Всем известно, что ты отличаешься от нас чрезмерной рассудительностью и осторожностью…

- Нет, - перебил его карлик и встал на стул. - Нет, я отличаюсь от вас не осторожностью.

Он замолчал, и все вокруг замолчали.

- Я отличаюсь от вас тем, что родился карлой, а вы стали теми уродами, которых видит сейчас ваше зеркало.

Все молчали, никто не издал ни звука.

- Каждый из вас знает, что внешность человека меняется в зависимости от его мыслей и дел. Вы пришли сюда нормальными людьми, но ваши мысли и результаты научных исследований исказили до неузнаваемости ваши тела. Почему вы не остановились? Почему вы продолжали свою работу тогда, когда знали, что результаты вашего труда принесут вред нашему миру? Почему ты, Аргус, и ты, Берта, не сказали «нет» тогда, когда наша Повелительница захотела невозможное?

- Мы не могли перечить воле нашей Повелительницы, - ответил Аргус.

- Ложь! - крикнул карлик, - ложь, потому что на первом месте у вас всегда было тщеславие, вы всем хотели доказать, что для вас не существует невозможного. Вы не думали о последствиях, вы думали о результате вашей работы, вам нужно было сделать ее во что бы то ни стало, а, что будет потом - для вас было не важно, как используется ваше научное творение - вас это не волновало… Именно поэтому вы сейчас и похожи на тех уродов, которых показывают на ярмарках, и никогда уже вам не стать иными. Аргус, отчего ты испугался, когда агент Повелительницы вернул тебе твой истинный вид? Отчего ты не попросил ее оставить тебе новое тело?

Аргус молчал.

- Молчишь. Ты не сделал этого, потому что ты отказался от себя, ты предал свое собственное «Я», забыл, каким ты был прежде, чего хотел и к чему стремился. Вы все зашли в тупик, и подошли к последней черте, за которой нет ничего, кроме бездны. Это было ваше последнее научное достижение. Вы подняли руку на ментальный канал связи, который дал нам всем жизнь. Но у вас еще остался выбор, последний выбор… Либо вы приводите в действие программу разрушения, либо вы скажете Повелительнице, что отказываетесь выполнять ее волю. Это последнее, что вы можете сделать.

Карлик замолчал.

25

Как только за агентами Повелительницы закрылась дверь все духи зла, стоящие в коридоре, повернули к ним головы. Не разговаривая друг с другом, и не глядя на духов, агенты шли по коридору и ощущали на своих спинах холодный взгляд стражи. Вдруг, в воздухе, на пути у агентов возник зеленый светящийся шар. Внутри шара что-то переливалось белым светом, потом это белое свечение исчезло, и девушки увидели, как прямо на них смотрит господин Нонсон.

Девушки замедлили шаг, но неуклонно приближались к шару. С каждым их шагом, выражение лица господина Нонсона становилось все более суровым. От последнего стража, духа Зла, их отделяли всего лишь несколько метров, когда в воздухе прозвучал грозный голос:

- Что вы там делаете?

Этот вопрос, словно спусковой механизм, привел в движение всех духов. Они отошли от своих дверей и начали, не спеша, идти за агентами.

- Что вы там делаете? – снова прозвучал вопрос. – Разве я давал вам распоряжение спускаться к ученым? Вы решили действовать самостоятельно?

Лицо Нонсона выражало гнев. Но вот Юнона протянула руку по направлению к шару, и выражение лица Нонсона мгновенно исказилось яростью, он  перевел взгляд на идущих за агентами духов, и выкрикнул им:

- Взять их.

Возможно, господин Нонсон хотел сказать что-то еще, но зеленый шар взорвался и разлетелся в разные стороны. В ту же секунду агенты уже неслись по коридору на предельно возможной для них скорости, следом за ними, в развивающихся белых лохмотьях мчались духи зла…

Призрак остался в пустом коридоре один. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и смотрел прямо перед собой. Так прошло несколько минут, и, вдруг, он словно очнулся, вздрогнул и огляделся по сторонам. Рядом с ним никого не было. Никого не было, если не принимать во внимание то, что дверь, из которой несколько минут назад вышли агенты, была приоткрыта, и чей-то внимательный глаз смотрел в коридор. Этот глаз хорошо видел, как стоящий у стены маленький человечек, вдруг, подскочил, и полетел по коридору, набирая скорость…

Они давно уже вылетели из запутанной системы коридоров, из той местности, которую называли Никуда, и неслись над лесом. Белые костюмы агентов сменились темными платьями, волосы разлохматились от быстрого полета, они меняли направление, петляли в разные стороны, поднимались ввысь и падали камнем вниз, но духи зла не отставали от них, они летели без устали и настигали. Казалось, что ничто уже не сможет помешать этим, что-то яростно кричащим в ночи, духам, настигнуть девушек. Но вот Юнона, вдруг, резко остановилась. Духи, словно по команде, так же встали. Остальные агенты продолжали лететь, но, спустя некоторое время, Рина оглянулась назад и увидела вдали маленькую фигурку Юноны, окруженную духами.

- Таира, - закричала Рина, - Таира, стой!

Таира не сразу услышала крик подруги из-за сильного ветра, но, когда голос Рины долетел до нее, она резко оглянулась и вскрикнула. Вокруг было пустое ночное небо, ни духов, ни Юноны с Риной рядом не было. Таира была одна. Она смотрела вокруг себя, но никого не было видно, и только вдали она с трудом смогла различить неясные темные силуэты.  Таира полетела в ту сторону, надеясь на то, что именно там она найдет своих подруг. Встречный ветер развевал ее волосы, глаза начали слезиться, Таира с трудом различала вдали темные фигуры, но они приближались, увеличивались, и она уже не сомневалась в том, что летит в правильном направлении.

Юнона висела в воздухе и смотрела на духов,  которые окружали ее со всех сторон. Она их ненавидела, ненавидела с самой первой встречи, когда она и они были по одну сторону и представляли интересы Повелительницы Зла. Уже тогда в ней возникла беспричинная ненависть, которая росла с годами и сейчас переполняла ее душу. Всю свою ненависть она выплеснула в одном крике, который, вылетев из нее, материализовался в стаю огромных красных птиц. Красные птицы набросились на духов, их огромные когти  впивались в белые волосы, клювы немилосердно клевали их тела. Летавшая к Юноне Рина остановилась в стороне и с тревогой смотрела на клубок из мелькающих красных и белых пятен, в центре которого была Юнона.

- Почему она там? – думала Рина, - почему она не отлетает от них. Мы бы могли скрыться за то время, которое птицы отвлекают духов.

Рина не могла применить какое-либо волшебство, боясь, что может повредить подруге, которая была в самой гуще клубка из духов и птиц.

Юнона торопливо оглядела духов, которые яростно отбивались от огромных птиц, и увидела, что один из духов стоит в стороне от всех и внимательно смотрит на нее. Ни одна из птиц к нему не подлетела. Этот дух был совершенно спокоен, он просто стоял и смотрел Юноне прямо в лицо. Юнона повернулась к нему и, вдруг, некая невидимая и непонятная ей сила потянула ее прямо к духу. Она сопротивлялась, как могла, но чья-то невидимая рука приближала ее к нему. В лице духа не было торжества, радости или злобы, оно было абсолютно спокойно. Когда Юнону отделяло от духа чуть больше метра, он протянул ей руку.

- Не подавай ему руки, ты погибнешь! – услышала Юнона свой собственный голос.

Дух чуть улыбнулся и продолжал протягивать ей руку. Рука Юноны вздрогнула и потянулась к чужой руке.

- Нет! – крикнул ей голос.

Но было уже поздно. Сначала ее пальцев коснулось тепло, потом на душе стало спокойно, и постепенно окружающее стало терять свое значение для нее…

Рина и, подлетевшая к ней, Таира видели, как клубок из белых и красных пятен замедлил свое движение, и они уже смогли отчетливо различить духов и медленно летавших над ними птиц. Птицы и духи отлетели в сторону, и подруги увидели Юнону, которая зависла в воздухе. Рядом с Юноной был один из духов, который держал ее за руку.

- Юнона, нет! – крикнули ей подруги, но Юнона их не слышала, она смотрела на духа.

Юноне казалось, что время замедлило свой ход. Все происходило очень медленно. Ощущения тепла неожиданно сменились холодом, рука духа не отпускала ее и притягивала к себе все ближе. Приблизив свое лицо к лицу Юноны, дух прошептал:

- Твои пальцы стали совсем холодными. Ты боишься меня?

Его глаза были широко раскрыты, и в огромных черных зрачках Юнона увидела собственное лицо. Оно было испуганным.

- Не смотри в его глаза, - крикнул Юноне собственный голос.

Юнона отвела взгляд в сторону и только тут подумала:

- Зачем я стою, держась за руки с этим духом? Что стоит оттолкнуть его от себя и улететь? Я ведь могу это сделать, так, почему не делаю?

Вторая рука духа коснулась щеки Юноны и повернула к себе ее лицо. Их взгляды снова встретились, Юнона смотрела в глаза духу, и ей стало казаться, что она видит перед собой вовсе не духа. А, ведь, действительно, кто видел истинное лицо духа зла? Что скрывается за этой маской? Ей казалось, что она увидела его настоящее лицо, лицо, которое он никому и никогда не показывал. Это было лицо юноши, которого она знала очень много лет назад, в юности. Он был влюблен в нее, но ее сердце было отдано другому.

- Но, он же умер! Ах, ну да, он умер… и потом стал духом, - подумала Юнона.

Ее мысли текли также медленно, как и время вокруг, которое было готово совсем остановиться.

- Это ты? – спросила духа Юнона.

- Ты меня видишь? – тихо спросил ее дух.

- Да, - кивнула в ответ Юнона.

- Ты еще помнишь меня? – спросил дух.

- Да, - ответила Юнона.

Дух снова улыбнулся Юноне.

- Зачем ты летаешь одна в ночном небе? – заботливо спросил ее дух. – Ты, ведь, всегда боялась высоты.

- Я не одна, со мной мои подруги, - ответила Юнона, оглянулась, но никого не увидела.

В ее душе возникла тревога.

- Странно, нас было трое, - рассеянно сказала Юнона.

- Возможно, но теперь ты - одна, - ответил ей дух.

Он по-прежнему держал ее руку в своей руке.

Тревога Юноны усиливалась. Она посмотрела вокруг себя, посмотрела вниз и увидела далеко внизу берег моря и черную гладь воды.

- Не смотри вниз, - крикнул ее внутренний голос.

- Мамочка, - зашептала Юнона.

К ней вернулся давно забытый страх высоты.

- Тебе нельзя бояться. Страх погубит тебя. Погубит тебя… Погубит… - повторял внутренний голос, но Юнона плохо слышала его.

- Ты что, испугалась? – заботливо спросил дух.

- Я вспомнила, что когда-то, действительно, боялась высоты, - ответила Юнона.

Подул сильный холодный ветер. Он развевал ее волосы, проникал под платье и остужал не только ее тело, но, как ей казалось, проникал в самую душу.

- В юности бывает много страхов, - сказал дух, - а некоторые преследуют человека всю его жизнь.

Юнона посмотрела в его огромные глаза и увидела в них  давно забытую картину. Это был луг. Зеленый луг с густой травой и яркими цветами. Именно здесь, на этом лугу закончилась ее счастливая жизнь простого человека, и брала свои начала жизнь агента Повелительницы Зла. Именно здесь закончился свет в ее жизни, и началась тьма. Юноне стоило многих усилий, чтобы забыть обо всем и относиться к тому, что здесь произошло, иначе. Она уже почти все забыла, ее перестали мучить страшные сны, но, глядя в глаза духу, она снова видела все то, что случилось, и снова пережила все это с первой и до последней минуты.

- Не думай об этом, - крикнул ей внутренний голос, - ты можешь.

- Что ты, Юнона? – спросил ее дух.

- Я… я, вдруг, вспомнила…

- Ничего не бывает вдруг.

- Зачем только я именно сейчас вспомнила об этом? – спросила сама себя Юнона.

- Должно быть, потому, что пришло время.

- Для чего время? – тихо спросила Юнона, и ее сердце сжалось от плохого предчувствия.

- Время подвести черту и ответить за все то, что произошло по твоей вине, - строго ответил ей дух.

- Но моей вины ни в чем нет, - неуверенно произнесла Юнона.

- Ты в этом уверена? А ты вспомни, - сказал дух.

- Нет! – крикнули одновременно Юнона и ее внутренний голос.

- Почему? – удивился дух. – Если ты ни в чем не виновата, тебе не будет страшно вспомнить.

- Страшно… да, мне страшно… - сказала Юнона.

- Тебе нельзя бояться, страх погубит тебя, - кричал сам не свой внутренний голос Юноны.

Но воспоминания уже унесли Юнону далеко от этого ночного неба. Она вернулась назад, в свою юность, в свой, заброшенный сейчас, город. И на этот луг за городом. Вот она увидела себя бегущей по лугу в летнем платье. Это было летнее легкое платье с пришитыми на нем мелкими желтыми цветочками. Ее рыжие волосы были подвязаны шелковой зеленой лентой. Она бежала по лугу, смеялась и пыталась поймать свою маленькую дочь. Сколько было лет ее дочери? Какая она была? Была ли она похожа на Юнону или на своего отца? Сознание Юноны вычеркнуло образ ребенка из памяти. Но сейчас воспоминания вернули ее в тот самый день…

Ее дочь, маленькая рыжеволосая девочка трех лет от роду, была подвижной и смешной девочкой. Она очень любила убегать и прятаться. Вот и сейчас она убежала от Юноны, и ее почти не было видно в высокой траве луга. Юнона смеялась и бежала за своей дочерью, видя среди цветов мелькающие рыжие волосы. Девочка то останавливалась, то снова убегала, весело смеясь и дразня маму. Но вот ее смех неожиданно оборвался, и Юнона остановилась. Она прислушивалась, звала ее по имени, но было тихо. Тогда Юнона пошла вперед, внимательно всматриваясь в траву, раздвигая каждый высокий куст. В ее сердце возникло раздражение, затем гнев, который очень быстро сменился волнением. Юнона бежала по лугу, но нигде не было видно маленькой девочки…

Юнона с испугом оглядывалась и звала свою дочь, понимая, что, если с ней что-то случилось, то ее трудно будет сразу найти в этой высокой траве. Страх сковывал ее движения, парализовал ее ум, и она уже с трудом представляла себе, где она видела свою дочь в последний раз. Она металась в разные стороны, звала дочь по имени, и чувствовала, что у нее сейчас начнется истерика. Юнона готова была отдать все, что угодно за то, чтобы все это оказалось глупой детской шуткой. За то, чтобы найти свою дочь тихо хихикающей где-нибудь в траве и наблюдающей за тем, как ее мать носится по лугу, как полоумная.

- Господи, господи, - неустанно повторяла Юнона, но ничего не слышала в ответ.

Она пыталась взять себя в руки, сосредоточиться и, вспомнив, что, когда она видела дочь в последний раз, впереди рос высокий дуб, пошла прямо на видневшиеся вдали дерево. Она шла, внимательно всматриваясь перед собой и по сторонам, пока не увидела…

Сердце Юноны остановилось и, нехотя, снова заработало. Прямо перед собой она увидела вырытую яму, которая зияла своей чернотой. Юнона упала на колени возле ямы, и ее ладони уперлись в рыхлую землю, набросанную по краям. Она наклонилась над ямой и увидела, что та очень глубока.  Как ни пыталась Юнона рассмотреть что-нибудь внутри ямы, ей ничего не было видно.

Срывающимся голосом Юнона позвала свою дочь, но ничего не услышала. Что ей оставалось думать? Ее дочь бежала, и, не заметив ямы, упала в нее. При падении с ней что-то случилось, и она потеряла сознание, поэтому не слышит ее и не может ей ничего ответить. Кто вырыл эту яму, зачем, и, насколько она может быть глубока, можно ли в нее спуститься? Что же делать? Пытаться спуститься самой или позвать кого-нибудь на помощь? Юнона вскочила на ноги и посмотрела вдаль. Город  был далеко от луга, и, пока она встретит хоть кого-нибудь, кто бы мог ей помочь, пройдет много времени, и все это время ее крошка будет одна в этой яме. Рассудок был готов покинуть ее. Упав от бессилия на землю, Юнона плакала и кричала, и была уверена, что ее дочь находится именно в яме…

- Я не виновата, - срывающимся голосом произнесла Юнона.

- Разве? – воскликнул дух. – Твоя дочь медленно и ужасно умирала в холодной и тяжелой земле…

- Нет, - крикнула Юнона, - моей дочери там не было.

- А, кто сказал тебе об этом? – насмешливо спросил ее дух. – Кто? Кто обманул тебя, пожалев столь юную и убитую горем мать?

Юнона собрала все свои силы и попыталась вырваться от духа.

- Это неправда. Мою дочь не нашли, - сказала Юнона, пытаясь вырвать свою руку из руки духа.

- Твоя дочь умерла, я сам видел ее в стране мертвых. Я видел ее маленькой трехлетней девочкой, с черным от грязи лицом и в таком же черном платье.

- Не верь ему! Не верь, - закричал внутренний голос Юноны.

Но в сердце Юноны снова вполз страх, он обвил ее сердце холодной змеей и сдавил его так, что ей нечем стало дышать.

- Видел? Ты видел ее? – срывающимся голосом спросила Юнона.

- Видел, - коротко ответил дух, - мне жаль, но это так. Ты далеко не все сделала для того, чтобы спасти своего ребенка. Она была еще жива, когда…

Юнона перестала его слышать. Что-то потянуло ее вниз, и она приблизилась к водной поверхности моря.

- С этого все и началось, - донесся до нее голос духа. – Твой муж… я тоже видел его там, среди мертвых. Он так и не простил тебя, не смог.

Воспоминания услужливо обрушились на Юнону с новой силой. И вот она стоит, одетая в черное платье, перед своим мужем, который не сказал ей ни слова утешения. Он оттолкнул ее, когда она хотела найти у него понимание и жалость. Узнав о том, что его дочь исчезла, и, возможно, погибла, он во всем обвинил Юнону. Она была согласна. Конечно, в этом никто не виновен, кроме нее самой. Она очень любила своего мужа, и потерять его вслед за дочерью она не могла. Но, что она могла сказать ему в свое оправданье? Она молчала, когда он обвинял ее, молчала, когда он сказал ей, что уходит, молчала, когда дверь за ним закрылась, закрылась навсегда. Больше она его никогда не видела. Ей не хотелось жить, и она взяла в руки нож. Ее тело еще хранит этот шрам, который затерялся среди множества других шрамов, полученных ею на протяжении долгого жизненного пути.

- Из-за тебя, - донесся до ее сознания голос духа, - из-за тебя он погиб. Ты виновна в смерти близких тебе людей, Юнона.

- Нет, - неуверенно произнесла Юнона и почувствовала, что ее снова потянуло вниз.

Она посмотрела вниз и увидела, что морская вода совсем близко.

- Что ты смотришь? – спросил дух. – Ах, вода… Ты ведь и воды когда-то боялась.

Дух рассмеялся. Юнона посмотрела на него, и спросила:

- Зачем ты пугаешь меня и мучаешь? Ты хочешь отомстить мне за то, что я выбрала не тебя, а вышла замуж за другого?

Дух рассмеялся еще громче. Его глаза прикрылись, и Юнона с ужасом увидела, что когда-то знакомый ей юноша исчез, и прямо перед ней стоял дух зла, с искаженным от злобы белым лицом и горящими красными глазами. Он быстро развернул Юнону спиной к себе и, схватив ее за плечи, наклонил вперед и толкнул вниз. Юнона видела перед собой абсолютно черную гладь воды, в которой отражалось ее собственное отражение. Искаженное от страха лицо летящего над водой, словно птица, человека. Человек был один, никакого духа за его спиной не было. Юнона удивилась тому, что ощущала на своих плечах пальцы духа, но его самого она в воде не видела. И только его голос шептал ей в самое ухо:

- Как жаль. Бесстрашного агента погубит страх. Ты всегда боялась утонуть. А вода совсем близко. Она холодная, тяжелая и глубокая, как бездна, в которую ты сейчас полетишь.

Его пальцы толкали Юнону все ниже и ниже к воде. Она уже чувствовала брызги воды на своем лице, страх отнял у нее возможность думать и сопротивляться. Этот давно забытый страх высоты, воды и смерти сейчас завладел ею полностью и рвался наружу последним криком ужаса.

Вода приближалась, она была совсем близко. Медленно, очень медленно Юнона погружалась в ледяную воду. Ее тело входило в море, опускалось все глубже и глубже, ей не хватало воздуха, хотелось сделать вдох. И этот вдох был последним, он ворвался в ее легкие вместе с холодной водой, заливая последние искорки сознания отчаянно борющейся с водой Юноны…

Для Таиры и Рины все произошло мгновенно. Вот они увидели, как духи и птицы замедлили свое движение. Вот красные птицы застыли в воздухе, а затем словно испарились, освободив духов от своих когтей и клювов. Юнона и державший ее за руку дух стояли в стороне. Казалось, что Юнона услышала крик подруг и посмотрела в их сторону. Вот дух выпустил руку Юноны и она… она камнем полетела вниз. Юнона вошла в черную воду моря, и эти воды жадно сомкнулись над ней.

26

Рина задохнулась от того, что произошло. Она кинулась к воде, но Таира с трудом удержала ее.

- Рина, поздно, ты не спасешь ее, - кричала Таира. – Мы ничего не можем сделать.

Отчаянно вырвавшись, Рина хотела броситься в воду, но понимала, что подруга права. Никто из агентов Повелительницы Зла не выходил живым из воды. Понимая, что спасти Юнону она бессильна, Рина была готова броситься на духов, и выплеснуть на них все свое горе и ненависть к ним. Но Таира снова ее удержала и тихо сказала:

- Зло порождает зло, Рина. Ты только поможешь им. Я сама.

С этими словами Таира оттолкнула от себя Рину и посмотрела на духов. Все это время они  стояли в стороне и не сводили с них глаз. Трудно было понять, о чем они думают и что замышляют. Таире стоило большого труда изменить характер своих мыслей и чувств. Она раскрыла руки, подняла лицо к небу и закрыла глаза. Духи с любопытством смотрели на нее. А, между тем, душу Таиры наполняла любовь. Она росла, переливаясь золотым светом, наполняла ее сознание, направлялась от мысли к кончикам пальцев. Вскоре вся фигура Таиры была окутана легким золотистым облачком. Любовь  к этим существам, которые когда-то были людьми, а теперь стали духами, волнами расходилась от Таиры. Этого чувства становилось все больше и больше. Духи заулыбались, они медленно подходили к Таире все ближе и ближе. Вот первые волны любви коснулись края их одежды, вот они скользнули по их фигурам, и вот все они погрузились в золотое облако. Некоторое время духи улыбались друг другу и Таире, они медленно раскачивались в воздухе, словно танцуя, под только им  слышимую, музыку. Глаза их закрывались, казалось, что им нестерпимо хочется спать. Золотое облако окутывало их все гуще и гуще, и, вдруг, раздался легкий хлопок. Облако и духи внутри него рассыпались золотыми искорками, которые медленно опускались в воду.

Таира смотрела на последние золотые блестки, достигавшие поверхности воды, и слезы катились по ее щекам. Рина подлетела к подруге и, подхватив ее, понеслась к берегу. Они слишком долго были в воздухе и смертельно устали. Опустившись на пляж, они обе упали в изнеможении на песок.

Призрак долго летал по запутанной системе коридоров, ругая себя за то, что не полетел вместе со всеми. Ему показалось, что он окончательно запутался, когда, наконец, он вылетел из пугающего его Никуда и увидел лес. Здесь он остановился и посмотрел по сторонам, гадая, куда могли улететь агенты. Никого не увидев, Призрак полетел над лесом.

Легкая тень скользила над самыми верхушками вековых деревьев, то, опускаясь вниз, то, поднимаясь ввысь. Она старалась не показываться на глаза Призраку, который то и дело останавливался и оглядывался по сторонам, пытаясь увидеть кого-нибудь из агентов. Эта тень неслышно летела следом за Призраком, но увидела агентов раньше него. В тот самый момент, когда Таира наблюдала за последними опускающимися в воду золотыми искорками, тень увидела двоих агентов и тревожно стала искать третьего, но Юноны нигде не было видно. Тем временем, Призрак с радостным криком замахал руками и полетел к подругам, которые направлялись уже к берегу.

Темная тень, наблюдавшая за агентами уже не первый день, не стала лететь вслед за радостным Призраком. Она внимательно смотрела вокруг, пытаясь понять, что здесь только что произошло. Полетав над морем, тень остановилась и стала смотреть на воду. Словно, что-то заметив, тень опустилась ниже, и, почти касаясь воды, стала всматриваться в воду. Видимо, что-то заинтересовало тень, потому что она взволнованно заколыхалась, коснулась поверхности моря, и буквально растворилась в воде.

Призрак, уже подлетая к берегу, понял, что что-то случилось. Он опустился рядом с девушками, но они его даже не заметили. Всходило солнце, и его первые лучи осветили край неба. Призрак тревожно посмотрел на солнце и сказал:

- Скоро утро.

Рина поднялась и села, она смотрела на небо и молчала. Таира села рядом с ней и тоже посмотрела на небо.

- Новый восход без Юноны, - сказала Рина.

- Мне   кажется,   что   у   нас   впереди   осталось мало рассветов, - поддержала разговор Таира.

- Всему приходит конец, - согласилась с ней Рина.

Призрак переводил взгляд с Рины на Таиру, и только теперь стал понимать, что с Юноной что-то произошло.

- А Юнона где? – тихо спросил он.

- А Юнона теперь в море, Призрак, - ответила ему Рина.

Ее голос звучал спокойно.

- Как это в море, - спросил Призрак, - зачем?

Девушки молчали.

- Она… погибла? – еле слышно спросил Призрак.

- Да, - также тихо ответила Таира.

- Не может быть. Как? Как это могло случиться? Это духи? – вскричал Призрак.

Девушки молчали.

- Это духи, - сказал сам себе Призрак, - конечно, кто же еще. Бедная, бедная Юнона, - причитал Призрак, ухватив себя руками за голову.

Солнце поднималось по небосклону все выше, окрасив розовым цветом ночные облака. Все сидели и молчали. Спустя некоторое время, Рина толкнула Призрака локтем и спросила:

- Слушай, я у тебя так и не спросила, ты только ночной призрак или еще и дневной?

- Ночной, - уныло ответил Призрак.

Он с тоской смотрел на море, и казалось, не обратил внимание на вопрос Рины.

Таира с любопытством смотрела на Призрака.

- А? – переспросил вдруг Призрак. – Что ты у меня спросила?

- Да так, я хотела для себя уточнить, какой ты призрак.

Тут Призрак посмотрел на небо и подпрыгнул на месте.

- Солнце, - закричал он. – Я не могу находиться на солнце.

- Почему? – спросила Таира, - что с тобой случится?

- Может быть, и ничего, но таков порядок. Мне срочно нужно найти какой-нибудь замок, желательно старинный и заброшенный.

- О… где же ты сейчас найдешь для себя такой замок? Раньше думать об этом нужно было, - сказала Рина.

- И, что? Вот так каждое утро ты ищешь для себя убежище? – с сочувствием спросила его Таира.

- Нет, не каждое. Обычно я довольно осторожен в этом вопросе. Но, встретив вас, я совершенно обо всем забыл.

- Что же заставило тебя забыться, Призрак? – спросила Рина.

- Должно быть, жажда приключений на свою голову, - ответила за него Таира и поднялась с песка, - пошли, знаю я тут один дом. Это как раз то, что тебе нужно.

- Что значит пошли? Время… мы теряем время, - торопливо и с тревогой сказал Призрак.

- Пошли, значит, пошли, - сказала, поднимаясь Рина, - нет у нас больше сил лететь.

- Тогда, может быть, вы мне скажете, где этот дом, и я полечу вперед? Солнце уже почти взошло.

- Как? Ты бросишь нас здесь одних? – возмущенно спросила Таира.

Девушки медленно шли по пляжу, уходя от моря. За ними уныло плелся Призрак, который светился изнутри от солнечных лучей.

27

Быстрым шагом, бормоча себе под нос ругательства, Нонсон вошел в кабинет Повелительницы Зла. В кабинете никого не было.

- Кто там? – раздался голос Совести из трона.

- Где твоя госпожа? – спросил Нонсон, подходя к трону.

- Там, - сказала Совесть и махнула рукой в сторону окна.

Нонсон посмотрел на окно и увидел, что оно открыто.

- Где? – снова спросил Нонсон, начиная терять терпение.

- Там, - снова ответила Совесть и опять махнула рукой на окно.

Нонсон высунул голову из окна и только столкнулся с большой белой птицей, которая испугалась неожиданно появившегося Нонсона и влетела в комнату.

- Ты мне скажешь, наконец, где твоя Госпожа, или нет? – закричал Нонсон.

- За окном, - спокойно ответила Совесть, - неужели вы не видите?

Нонсон посмотрел в окно и только сейчас увидел, что от подоконника вверх, в небо тянется дорога, сотканная из белого облака. Эта дорога широкой лентой уходила ввысь. Справа и слева от дороги росли белоснежные деревья. На самой дороге никого не было видно.

- Что она там делает? – раздраженно спросил Нонсон, отходя от окна.

- Гуляет, - ответила Совесть, которая сидела в троне и держала в руках большие, чуть ли не с нее ростом, песочные часы в деревянной опоре.

-   Зачем тебе часы? – спросил Нонсон.

- Смотрю, как уходит время. А знаете, господин Нонсон, какие мысли приходят мне в голову, когда я смотрю на песочные часы?

- Нет, - ответила Нонсон, нетерпеливо постукивая носком сапога об пол.

- Я думаю о том, что два мира, наш и мир Земли, удивительно похожи на вот эти старые песочные часы. Точно также из одного мира в другой, словно песок, перетекает ментальная энергия. А, как вы думаете, господин Нонсон, может такое быть, чтобы после того, как песок из одного мира полностью высыпется в другой, часы перевернутся, и песок начнет сыпаться из нашего мира в земной мир? А? Господин Нонсон, как вы думаете, может такое быть? – настойчиво спрашивала Совесть, вертя в руках часы.

- Не знаю, может быть, - рассеянно ответил Нонсон, мысли которого были заняты совершенно иным.

- Песочные часы Вселенной, вот что такое наши миры, - заявила Совесть.

Она вытянула часы в одной руке перед собой, и часы в тонкой руке тролля задрожали.

- Осторожно, разобьешь, - предупредил Совесть Нонсон.

- Да? – насмешливо спросила Совесть, - и, что? Если  разобью, что будет?

- Ничего хорошего, - ответил Нонсон.

- В самом деле? А, когда вы хотите уничтожить песочные часы Вселенной и сломать эту тонкую часть часов, соединяющую две ее половины, вы не боитесь того, что произойдет что-то нехорошее? – ехидно спросила Совесть.

- Что за глупые мысли приходят в твою голову, Совесть?

- Нормальные у меня мысли, здравомыслящие.

- О, Боги, - прошептал Нонсон.

- Нет, серьезно, господин Нонсон, вот посмотрите, если я сейчас возьму и сломаю эти часы - песок высыпется, осколки будут повсюду, наступит беспорядок, хаос... Неужели вам не страшно уничтожать канал ментальной связи между планетами?

- Я понимаю, твоей госпожи нет, и ты решила совестить меня.

- Да, господин Нонсон, поскольку подозреваю, что своей совести у вас, попросту, нет. Нет ее у вас, иначе я бы обязательно ее увидела.

- Это не твоего ума дело. Долго твоя Госпожа будет гулять?

- Кто ее знает, как захочет. А, что, у вас к ней какое-то срочное дело?

- Да, - зло ответил Нонсон, - очень срочное.

- И, должно быть, важное?

- Да, и важное.

- Тогда, может быть, вам ее позвать? – спокойно спросила Совесть, которая не обращала никакого внимания на злой и раздраженный тон Нонсона.

- Ты, что, можешь позвать свою Госпожу? – пораженно спросил Нонсон.

- Конечно. Уходя, Гинния сказала: «Если придет господин Нонсон и у него будет ко мне какое-то важное дело – позови меня».

- Так, что же ты… Зови немедленно, - прошипел от злости Нонсон.

- Хорошо, - также спокойно ответила Совесть, и, вдруг, завопила, что есть силы. - Сколько можно?! Вас жду-у-у-т!!!

Нонсон пораженно уставился на Совесть. Совесть, выкрикнув слова, снова принялась спокойно вертеть часы в руках и сказала Нонсону:

- Сейчас придет.

Нонсон непроизвольно посмотрел в окно и вскоре увидел, что на белой дороге появились две фигуры. Это были всадники на белоснежных лошадях. По мере приближения фигур стало ясно, что один из них был мужчина в развевающемся за спиной плаще, а вторая фигура принадлежала женщине. Их лошади шли неспеша, а сами всадники вели, по-видимому, приятную беседу.

- Кто этот всадник? – спросил скорее сам себя Нонсон.

- Это господин Зло, - ответила ему Совесть.

Между тем, пройдя, примерно, половину пути до окна, они остановились. Мужчина взял руку женщины и поцеловал ее. После этого, он развернул свою лошадь и помчался обратно ввысь, на самое небо. Женщина коснулась шпорами своей лошади и вскоре оказалась возле окна.

Белая птица, которая все это время летала под потолком комнаты, решила, наконец, вылететь из окна в сад. Но, вылетев из окна, она увидела прямо перед собой в воздухе огромную лошадь, издав крик ужаса, птица упала на подоконник.

- Господин Нонсон, - сказала Совесть, - помогите птице.

Нонсон взял птицу в руки, которая не сопротивлялась, по-видимому, решив, что лучше уж быть в руках человека, чем еще раз увидеть прямо перед собой лошадиную морду.

Тем временем Гинния сошла с лошади, вступила на подоконник и спрыгнула на пол.  Белая лошадь и белая дорога за окном исчезли.

- Что за спешка, Нонсон? – спросила Гинния, превращая свой костюм для верховой езды в белое платье.

- У меня срочные новости, Повелительница, - ответил Нонсон, по-прежнему держа в руках белую птицу.

- Господин Нонсон, - подала Совесть снова свой голос из трона, - отпустите птицу.

Нонсон подошел к окну и поставил птицу на подоконник. Птица осторожно вытянула шею, словно хотела посмотреть, не прячется ли где-нибудь поблизости за кустами лошадь. Но лошади не было, и птица, взмахнув крыльями, уселась на ветку с цветами.

- Так, что у вас за новости, Нонсон, - снова просила Гинния.

- У меня две новости.

- Одна хорошая, а другая плохая? – спросила Совесть.

- Не надо меня перебивать, - крикнул на Совесть Нонсон.

- Не отвлекайтесь, - сказала ему Гинния, - продолжайте.

- Новости,   действительно,   плохая   и   хорошая. Хорошая новость заключается в том, что наши ученые завершили свою работу, и канал ментальной связи может быть уничтожен.

- А плохая новость? – спросила Гинния.

- У нас измена, моя Повелительница, - тихо произнес Нонсон.

- Измена, - повторила Гинния, - я знаю об этом.

- М-да, мы уже знаем об этом, - повторила Совесть.

- Мне жаль, Повелительница, - виновато произнес Нонсон.

- Вам жаль? И, кого вам жаль, себя, их или кого-то еще?

- Я не совсем понимаю вас, - растерянно произнес Нонсон.

- Да, что тут непонятного. Уцелевший Дух зла уже донес мне о том, что мои агенты ведут себя, как бы это выразиться, несколько странно. Они умудрились уничтожить с десяток моих слуг. И, как вы думаете, чем?

- Чем?

- Чувством любви.

- Невероятно.

- Да, уж, трудно поверить. И, где только они набрали в себе столько этого чувства. Кстати, один из агентов погиб.

- Кто? – спросил Нонсон.

- Юнона.

- Жаль.

- Вам опять жаль? Ну, что же…

- Не нужно тебе было доверять этой, своей любимице Ани. Она обманула тебя, - заворчала в троне Совесть.

- Слезь с моего места, - несколько устало произнесла Гинния.

Совесть поспешно встала с трона, чуть было не уронив часы.

- Я еще не говорила с ними, - сказала Гинния, сев на свой трон, - хорошо, что вы здесь. Сейчас нам многое станет ясно.

- Вы так спокойны? – удивился Нонсон.

- Когда события приобретают особую ответственность и рискованность, от подчиненных можно ожидать неожиданной смены взглядов. Это естественно. Я знала, что кто-то из моих поданных испугается и отступит. Может быть, и вы, Нонсон, решите перейти на другую сторону?

- Гинния, я думаю, что нам нужно поторопиться и успеть вмешаться в события, пока они не приобрели характер необратимости.

- Здравая мысль, - сказала Совесть, которая теперь сидела на полу, рядом с песочными часами.

- Хорошо, - сказала Гинния и провела рукой в воздухе.

Прямо перед ней возник большой светящийся шар. Внутренняя часть шара словно разделилась на две части. В одной части шара возникло изображение Ани, в другой Гинния увидела Рину и Таиру.

- Неплохо сделано, - похвалила свою госпожу Совесть.

- Я не вижу своего четвертого агента, - сказала Гинния, обращаясь к возникшим изображениям.

- Юноны больше нет, Гинния, - ответила Рина.

- Как это произошло?

- Дух зла убил ее, - сказала Таира.

- Духи зла никогда не нападают просто так, - напомнила ей Гинния.

- Да, это было не просто так. Господин Нонсон приказал им напасть на нас, - ответила Рина.

- Чем был вызван такой приказ? – спросила Гинния.

- Господин Нонсон посчитал, что мы не должны были спускаться к ученым.

- Значит, вы были у наших ученых. Что вас интересовало?

- Мы хотели узнать, закончили ли они свою работу, - ответила Таира.

Ани, которая все это время серьезно и спокойно слушала своих подруг, вмешалась в разговор.

- Это я попросила их спуститься к ученым, - пояснила она.

- Ты? Зачем тебе это было нужно, Ани? И, почему вы не вместе?

- Мы должны все объяснить вам, Гинния,- сказала Ани. – Не в нашем характере лгать и хитрить. Мы не согласны с вами и не можем больше служить вам. Мы хотим помочь Небесному Воину остановить то бедствие, которое надвигается на нас и, которое может повлечь за собой губительные для всей планеты последствия.

- Это очень похвально, Ани, что ты имеешь собственное суждение в отношении блага и опасности нашей планеты. Тем не менее, мне удивительно слышать от тебя подобные рассуждения. Прежде ты, не задумываясь и не останавливаясь, выполняла все мои приказы, как бы ужасны и губительны они не были. Чем вызвана в тебе такая перемена?

- Это в двух словах не расскажешь. Видимо, для каждой из нас наступает такой момент, когда мы должны задуматься о смысле своей жизни.

- Небесный Воин с тобой, Ани? – спросила Гинния.

- Да.

- Хорошо. Я принимаю ваше решение, и еще раз убеждаюсь в том, что не ошиблась тогда, когда много лет назад я предложила вам стать на мою сторону. В вас есть смелость. Вы узнали, где сейчас находится Великая Книга?

Девушки переглянулись.

- Где она? – спросила Гинния.

- Мы… мы не можем этого сказать, - нерешительно ответила Таира.

- Почему? – спросила Гинния. – Думаете, что, не сказав мне, где Книга, вы мне этим помешаете?

- Мы знаем, где Книга, но не скажем вам, - сказала Рина.

- Хорошо. Мне достаточно того, что вы узнали, где она. Можете считать, что свое последнее для меня задание вы выполнили.

- Что же теперь? – спросила, непонятно к кому обращаясь, Рина.

- Теперь? Вы будете уничтожены, - ответила ей Гинния, и большой шар погас.

- Как ты узнаешь, где эта книга? – спросила у Гинни ее Совесть.

- Узнаю, - ответила Гинния.

- Каким образом? – просил Нонсон, который все это время стоял в стороне, потому что не хотел, чтобы агенты его увидели.

- Мы вернемся к разговору о книге позднее. А пока нужно объявить нашему собранию о том, что решение способа закрытия ментальной связи мной уже найдено. Займись этим Нонсон, спасибо за новости и можешь идти.

- Да, я сообщу всем… Но я не совсем понимаю…

- Что ты не понимаешь?

- Перемену   вашего   настроения   и  отношения к этому, Небесному Воину. Он уже не внушает вам прежнего опасения?

- Для меня сейчас эмоции излишны, они только мешают. Опасения мои несколько уменьшились, в этом ты прав. И причина этого кроется в том, что я кое-что поняла. Этот Воин вспомнил только содержание своей миссии. Все его необыкновенные способности не разовьются у него в полную силу. Он слабее нас.

- О, Боги, что ты говоришь? – закричала Совесть. - Новая блажь. Да, кто тебя надоумил, что Воин ничего не может?

- В любом случае на его стороне только трое, - продолжила Гинния, не обращая внимания на Совесть, - только трое. К тому же обо всех их планах нам будет известно. Иди, Нонсон, у меня много дел.

Нонсон нехотя ушел. Совесть вскочила на ноги.

- Расскажи мне, - жадно произнесла Совесть, и ее глазки сверкнули.

- Тебе о чем рассказать?

- Обо всем.

- Совести много знать не положено.

Совесть обиженно отошла в сторону и о чем-то задумалась.

А Гинния, тем временем встала со своего трона и подошла к высокому шкафу, стоящему в углу комнаты. Выдвинув один из ящиков, Гинния достала из него маленькую коробочку. Открыв крышку коробочки, Гинния довольно улыбнулась и подошла к своему дымящемуся котлу. Внутри коробочки был порошок. Взяв двумя пальцами щепотку порошка, Гинния бросила его в котел. Тут же из котла повалил густой черный дым. Он выходил из котла и опускался на пол, сгущаясь и закручиваясь. Вскоре в комнате возникла некая фигура из черного дыма. Фигура была одного роста с Гиннией и слегка колыхалась в воздухе.

- Это кто? – строго спросила Совесть. – Это живое?

- Это не только живое, но еще умное и разговорчивое. Где книга? – спросила Гинния, обращаясь к фигуре.

В ответ фигура что-то прошелестела, понятное только одной Гиннии. Ответив на вопрос, фигура, продолжала говорить, долго рассказывая о том, что она видела и слышала. Гинния  внимательно слушала и кивала в ответ.

28

- Ну, так что теперь? – снова повторила свой вопрос Рина, обращаясь уже к Ани и Таире.

- Теперь нам нужно действовать, и, как можно скорее, - ответила ей Ани. – Итак, у нас с вами две задачи. Во-первых, нам нужно убедить ученых в том, что необходимо отказаться от идеи разрушения канала. А вторая задача – нужно прочитать то самое пророчество, которое хранит в себе Книга Жизни.

- Одна задача лучше другой, - сказала Таира, - книга хранится в разрушенном городе Минолде, в часовне. И прочесть ее может только Повелитель Добра.

- Почему бы Повелителю Добра тоже не побеспокоиться о спасении нашего мира? – спросила Рина, - почему он не хочет найти общий язык с Гиннией?

- Как ты себе это представляешь? Они враги, - сказала Ани.

- Однако, этих двоих связывает нечто очень серьезное, - сказала Таира.

- Ты о чем? – спросила Ани.

Рина  и Таира переглянулись.

- Видишь ли, Ани, совершенно случайно мы вышли на связь с Гиннией и увидели ее вместе с Повелителем Добра, - сказала Таира.

- Да? – удивилась Ани, - и что?

- А то, что Гинния забыла выключить связь, и мы увидели, ну, в общем…

- Что увидели, не тяни?

- Они занимались любовью, - закончила вместо подруги Рина.

- Это просто невероятно! – воскликнула Ани.

- И, тем не менее. Но это не самое главное, что мы видели.

- Что же еще? – взволнованно спросила Ани.

- Мы увидели, как вокруг них изменилось пространство. Это было страшно. Как ты думаешь, что это значит? – спросила Рина.

- Боги мои, я поняла, - воскликнула Ани, - послушайте, в этом мире есть только один человек, который может влиять на Гиннию, и может ее остановить - это Повелитель Добра. Вам нужно немедленно лететь к нему и поговорить с ним. Я уверена, что этих двоих связывает общее прошлое, и связь эта довольно серьезна. Он должен вместе с вами отправиться в Минолд, и прочесть пророчество.

- Мне все понятно, кроме одного, - сказала Рина, - почему мы с вами придаем такое значение этому тексту. Гинния хочет его узнать, это понятно. Нам этот текст зачем?

- Нам этот текст ни к чему. Но вам нужно заставить Повелителя Добра прочесть пророчество. Он должен понять всю важность сложившейся ситуации, он должен действовать, и в соответствии с этим пророчеством убедить Гиннию не делать глупости. Но, учитывая то, что Повелитель не верит ни в какие предсказания, вам нужно будет убедить его сделать это. Может быть, это будет нелегко. Но это нужно сделать и, как можно скорее.

- Хорошо, значит, мы идем к Повелителю Добра, но, как мы проникнем в его владения? Нас не пропустят, - сказала Таира.

- Да, вас не пропустят, придется вам подумать над тем, как туда попасть, - ответила Ани.

- Может быть, мы пойдем туда вместе? – спросила Таира.

- Нет, наши задачи разделятся, мне нужно в Черную Топь, - ответила Ани.

- Ты хочешь сама решить проблему с учеными? – тревожно спросила Рина, - но там, должно быть, по-прежнему, стоят Духи зла. Идти туда одной очень опасно.

- Ани, а где Воин? – спросила Таира. – Что с ним, мы, ведь, о нем ничего не знаем.

- Да, это же из-за него все началось. Если бы не он, Гинния еще долго бы не решилась вмешиваться в структуру мира. И мы бы сейчас не рисковали своей головой, - сказала Рина.

- Были случаи, когда мы рисковали головами не меньше, а, может быть, даже, больше, чем теперь, - ответила Ани. – Но вы правы в том, что с появлением в нашем мире Воина события стали разворачиваться быстрее. Гинния боится его и потому торопится. Я думаю, что ее страх оправдан. Нам пора прощаться. Держите меня в курсе своих дел и удачи вам.

- Ани, Юноны больше нет, - неожиданно сказала Таира.

- Мне очень жаль Юнону, очень, -  печально сказала Ани.

- Неужели мы все погибнем? – спросила Таира.

- Не говори так. Такие мысли приходят из-за страха. Помните, нам нельзя бояться. Быть осторожными нужно, а бояться нельзя. Я всегда говорила это Юноне, повторяю и вам, - сказала Ани. - Будьте осторожны и берегите себя, - еще раз повторила Ани, и ее изображение погасло.

- Хотелось бы мне взглянуть на этого Воина и понять, почему Гинния его боится, - сказала Рина.

- Я чувствую, что мы очень скоро его увидим, - сказала ей Таира.

- Ну, хорошо. Теперь давай будем думать, как нам попасть к Повелителю Добра.

- Вы меня, конечно, простите, что прерываю ваш разговор, но я тут подумал, а, зачем нам идти к этому самому Повелителю Добра? Почему бы вам сейчас не связаться с Повелителем, и не объяснить ему ситуацию? - спросил Призрак, который во время всех разговоров летал под высоким потолком комнаты, радуясь прохладе.

- Я вижу, твое настроение исправилось? – спросила Призрака Таира.

- Да, я мечтал о таком доме, с тех самых пор, как умер мой хозяин, - ответил Призрак.

- Кстати, а, почему ты покинул свой дом? – спросила его Рина.

- Как же я мог поступить иначе? Сыновья моего хозяина уехали в неизвестном направлении, дом перешел во владение их далеким родственникам. Первое, что они сделали, увидев меня, это стали бросать в меня тапки.

- Ужас, какой-то, - сказала Таира.

- Ну, так что? Сможем мы связаться с Повелителем Добра, не идя в его владения? – снова спросил Призрак.

- Нет, Призрак, мы не можем этого сделать, - ответила ему Рина.

- Как же так? Я ведь видел, как Юнона вызвала его изображение и говорила с ним.

- Юноны больше нет. Без нее мы не сможем связаться с Повелителем Добра, - объяснила ему Рина.

- Почему? – расстроенно спросил Призрак и спустился с потолка на пол.

- Разве ты не знаешь, как происходит связь между жителями нашего мира? Для этого нужно иметь какое-то отношение к тому, кого вызываешь. Ты вызвал своего Хозяина потому, что знал его, общался с ним. Мы вызываем Повелительницу Зла, потому что служили ей. Юнона вызывала Повелителя Добра, потому что хорошо его знала. Ни я, ни Рина не знакомы с Повелителем Добра и, потому не сможем вызвать его. Теперь понятно?

- Так что, нам придется лететь в его владения? – обреченно спросил Призрак.

- Да. Прощайся с понравившемся тебе домом потому, что мы можем сюда больше не вернуться, - сказала Призраку Рина.

- Мне не хочется туда лететь, – сказал Призрак, сидя на полу и перебирая полы своей мантильи.

- Почему?  Мы полетим к добру. Нужно бояться нашу часть мира, - бодро сказала ему Таира.

- Ага, как же… предчувствия у меня нехорошие, - плаксиво сказал Призрак.

- Послушай, Призрак, оставайся здесь. Тебе, ведь, здесь нравится. А мы, когда вернемся, придем сюда и все тебе расскажем, - сказала Таира.

Призрак посмотрел на Таиру и ответил:

- Нет, я полечу с вами. Я вас не оставлю. А там будь, что будет. Понятно?

- Понятно, - сказала Рина, - тогда пошли.

Агенты набросили на головы капюшоны своих черных плащей, и вышли из дома.

- Как мы будем туда добираться? – спросил Призрак, летя над девушками.

- Сначала мы будем лететь столько, сколько будет возможно, - ответила Таира.

Они летели долго. Над ними проплывали облака, закрывая их от лучей солнца. Над ними мерцали далекие и холодные звезды. Редко они позволяли себе отдохнуть и снова взмывали в небо. Наконец, они остановились и опустились на берег какой-то узенькой речушки. Был тихий, теплый вечер. Призрак уже не был прозрачным, от усталости и волнений он теперь больше походил на маленького  замученного человечка. Не лучше чувствовали себя Рина с Таирой. Таира разожгла костер, и в котелке над костром что-то варилось. Но девушки, несмотря на голод, не радовались еде и отдыху.

- Я больше не могу лететь, - сказал Призрак.

- И не надо, мы уже прилетели, - устало сказала Таира.

- Как? Разве это владения Повелителя Добра? - удивился Призрак.

- Нет, это еще наши владения. Но дальше лететь нельзя, - сказала ему Рина.

- Почему? – настороженно спросил Призрак.

- Небо под охраной. Нас тут же собьют, - сказала Рина.

- Кто собьет?

- Воины Повелителя Добра.

- Нужно идти пешком? – с ужасом прошептал Призрак.

- Послушай, Призрак, ты не можешь лететь и не хочешь идти. Ты предпочитаешь другой способ передвижения? – весело спросила Таира.

Призрак с грустью вздохнул, вспоминая Юнону, которая была добра  к нему и носила за своей спиной.

- Нет, я так… - прошептал Призрак.

Поужинав, они пошли вдоль реки и остановились у маленького, ветхого мостика.

- Ну, вот и пришли. Призрак, сейчас мы перейдем через мостик и вступим в другую часть мира.

- Ой, что-то мне не по себе, - сказал Призрак.- Жаль, я не ужинал с вами. Может быть, мне было бы сейчас веселее.

- Мы ужинали, но нам тоже что-то невесело, - сказала Рина и вступила на мост.

Они медленно шли, один за другим, по скрипучим доскам мостика, спустились с моста, и, вдруг, вокруг них что-то завертелось, сбивая их с ног и обволакивая холодом.

- Ай, - закричал Призрак, - что это?

- Призрак, держись за нас, - прокричала сквозь шум ветра, Рина.

- Откуда такой ветер? Только что было так тихо! – закричал Призрак.

- Во владениях Повелителя Добра нет контроля за погодой. Он считает, что нельзя вмешиваться в природу. В этой части мира погода такая, какая есть на самом деле. Сейчас здесь сильный ветер, - объяснила Таира, крича Призраку.

- Я не могу, я сейчас улечу, меня уносит, - кричал Призрак, хватаясь за плащ Рины.

- Ничего. Пойдем. Мы просто не привыкли к такому ветру.

- А…а… как здесь живут призраки? Меня сейчас унесет от вас, – причитал Призрак.

- Здесь не живут призраки, - ответила Таира.

- Как это? Разве так бывает, что нет призраков? – поразился Призрак настолько, что даже на минуту забыл про ветер.

- Бывает. Повелитель Добра не разрешает призракам жить в своем мире.

- Это еще почему? – спросил Призрак.

- Он считает, что призраки пугают его поданных и наводят их на грустные мысли, - пояснила Таира.

Между тем, они продолжали идти вперед. Звезды скрылись за мохнатыми черными тучами, которые носились по небу, готовые в любую минуту обрушиться на землю потоками воды. Сияющее черное, звездное небо осталось по другую сторону моста.

- Это несправедливо по отношению к призракам. И, кто же рассказывает здешним жителям сказки, истории и легенды? Кто поет им старинные песни? – спросил Призрак, но ему никто не ответил. - Долго нам еще идти? – снова спросил Призрак.

- Мы не знаем, - откровенно ответила Таира.

- Как это? – удивился Призрак, - что это значит? – Он беспокойно заглядывал в лица девушек, - почему не знаете?

Девушки остановились и поплотнее запахнули свои плащи.

- Мы не знаем, где живет Повелитель, оттого и не можем сказать тебе, сколько нам еще идти, - пояснила Рина.

- А, как же нам найти его? – спросил Призрак.

- Нужно спросить кого-нибудь из местных жителей, - сказала Рина.

- Но здесь же нет никого, - сказал Призрак, оглядываясь вокруг и никого не видя.

- Это потому, что сейчас ночь, - ответила Рина, и они продолжили свой путь.

- Ну, и что? Почему здесь никого нет? – продолжал спрашивать Призрак.

- Потому, что ночью здешние жители спят, - пояснила ему Таира.

- Да? – удивился Призрак, - тогда давайте подождем утра, когда все проснутся. А, почему мы перешли сюда сейчас, а не утром?

- Потому, что утром нас могли увидеть. А в такое время суток нас, скорее всего, никто не заметил.

- Мы что, будем идти под этим ветром всю ночь? – беспокойно спросил Призрак.

- Да, - ответила Таира.

- Зачем?

- Нам нужно, как можно дальше отойти от границы.

- Почему?

- Мы и так внешне отличаемся от здешних жителей. Если они увидят нас у самой границы, у них могут возникнуть подозрения.

- А, чем это мы отличаемся? – удивился Призрак.

- Хотя бы тем, что среди местных жителей нет прозрачных и полупразрачных, - ответила ему Рина.

- Это ты меня имеешь в виду? – испуганно спросил Призрак.

- Именно тебя, - подтвердила Рина.

- И, как же мне быть? Как я сразу не подумал об этом? – заволновался Призрак.

- Да  ты  не  переживай,  Призрак,  ты  уже  почти непрозрачный. Если к тебе не присматриваться, ты похож на гнома, - бодро сказала Призраку Таира.

- А гномы здесь живут? – спросил Призрак.

Рина с Таирой переглянулись.

- Что? Что вы от меня скрываете? Что здесь с гномами?

- Гномы здесь живут, но они все работают на рудниках Повелителя, добывают золото и драгоценные камни.

- А… ну, это не страшно. Это, ведь, любимое занятие гномов.

- Да, любимое занятие, если делается оно по желанию. Здесь гномы работают по принуждению и никуда не могут уйти с рудника, - печально сказала Рина.

- Как же так? Они не гуляют под векомыми деревьями лесов, не курят свои длинные трубки, сидя на камнях, согретых лунным светом? Они не шутят над заблудившимися людьми, не пугают жадных и хитрых, не помогают трудолюбивым? Они все время работают под землей?

- Да, Призрак, именно так.

- За что Повелитель заставил их всех работать?

- Они должны служить своему Повелителю, отдавать ему все найденные и скрытые под землей сокровища. И теперь каждый желающий может купить золото или драгоценный камень, если у него есть на это деньги.

- Купить? Купить драгоценный камень, который хранился в сокровищнице гномов веками? Ничего святого! – возмущенно воскликнул Призрак.

Он задумался, замолчал и летел следом за девушками, посматривая по сторонам. Ветер постепенно стих, но тучи продолжали скрывать звезды. Они шли по дороге по направлению в город. Вскоре им стали попадаться первые прохожие,  которые везли тележки или сами ехали верхом на лошади. Кто-то не обращал на них никакого внимания, кто-то, напротив, внимательно смотрел на них, удивленно качая головой. Призрак, только заметив первого прохожего, сразу же спустился на землю, и, взяв Рину за руку, пошел с ней рядом, надеясь, что его не примут за гнома. Приближалось утро, небо посветлело и окрасилось у горизонта в розовый цвет.

Они вошли в город. Призрак, забыв о своих тревогах, с любопытством рассматривал дома, улицы, вывески на огромных цепях, которые покачивались и поскрипывали, приглашая прохожих зайти в маленькие лавочки. Засмотревшись на человека, одетого в черную одежду, Призрак остановлся.

- Что ты? – спросила его Рина.

- Что он делает? – спросил Призрак, указывая на человека в черном, который карабкался по крыше.

- Это трубочист, он поднимается на крышу, чтобы почистить трубу, - объяснила ему Рина.

- А, зачем он с таким трудом поднимается на крышу, почему не превратиться в птицу или в кошку и не добраться до крыши без всякого труда? – интересовался Призрак.

- Он не может этого сделать, - сказала Рина и потянула Призрака вперед.

- Почему не может?

- В   этой   половине   мира   запрещено   превращаться в различных животных и птиц, - ответила ему Таира.

- Почему? – снова спросил Призрак.

- Ой, Призрак, ты не только ростом напоминаешь ребенка, - сказала ему Рина, - ты задаешь так много вопросов.

- А, как же иначе. Должен же я знать обычии этого края. Так, почему они не могут превращаться в зверей?

- Повелитель  запретил  им  менять  свою внешность на внешность животных для того, чтобы здесь не было беспорядка и нарушений законов.

Призрак замолчал и только сочувственно смотрел на жителей города, которые тащили по улицам тяжелые тележки или несли большие мешки, чинили фонари, стоя на лестнице или ехали верхом на упрямых и медленных ослах.

Увидя женщину, которая копала землю у своего дома, Призрак снова остановился. Рина и Таира тоже остановились и посмотрели на женщину. Она была одета в простое темное платье, с черным фартуком, на ее седых волосах была черная шапочка. По всему было видно, что это очень бедная женщина.

- Может быть, у нее спросить, где найти Повелителя? – предложила Рина.

- Давай спросим, - согласилась Таира.

- Что она делает? – спросил Призрак.

- Копает землю, - сказала Таира.

- А, почему сама?

- Это бедная женщина, у нее нет слуг, - сказала Рина.

- Нет, я хотел спросить, почему она сама работает с этой тяжелой и грязной землей, почему не применит волшебство?

- Потому, что местные жители должны все делать сами, без волшебства, - терпеливо объяснила ему Таира, - Повелитель считает, что труд полезен его подданым, а волшебство только способствует развитию у них лени и праздности.

- А, скажите, никакой путаницы не произошло в наших мирах? Может быть, мы все живем у Повелительницы Добра, а это – владения Повелителя Зла?

- Нет, Призрак, никакой путаницы нет. Это - владения Повелителя Добра.

- А я бы так не сказал. Он жесток со своими поддаными! – решительно заявил Призрак.

В это время женщина увидела, что кто-то стоит возле ее дома, и перестала копать.

- Добрый день, - сказала Рина, воспользовавшись тем, что женщина на них смотрит.

Женщина кивнула им в ответ и, отложив свою лопату, подошла к ним.

- Извините, мы хотели бы у вас спросить, как можно найти нашего Повелителя, где он сейчас находится? – спросила Таира.

Женщина хмуро посмотрела на девушек, остановила свой взгляд на Призраке и строго ответила:

- Идите отсюда. И скажите спасибо, что я добрая.

- Почему? – удивленно спросила Рина.

- Потому, что вы задаете нехорошие вопросы. Каждый ребенок знает, где живет Повелитель Добра и как его найти. Каждый ребенок знает,  не говоря уж о взрослом. Почему вам это неизвестно?! Может быть потому, что вы пришли к нам оттуда? – сердито сказала женщина и махнула рукой, точно указывая направление, откуда пришли агенты. - Зачем вы пришли к нам, да еще и привели с собой это привидение? – спросила женщина, брезгливо глядя на Призрака.

- Так вы говорите, что урожай в этом году будет плохой? – сочувственно спросила Рина, проводя рукой в воздухе.

Женщина улыбнулась и поправила на волосах свою старую шапочку.

- Да, чего еще ждать, целое лето дожди шли, солнца совсем не было. Даже и не знаю, что буду делать зимой, - устало сказала женщина.

- Да,  нелегко  нам  придется,  когда наступят морозы, - грустно сказала Рина, - ну, ничего, будем надеяться. Ладно, не будем вам мешать, пойдем мы, а то, столько еще дел. Вот младшенького своего веду к лекарю, - сказала Рина, указывая на Призрака.

- А, что с ним? – поинтересовалась женщина.

- Не спит ночами, все стонет, да ворочается, совсем меня измучил. Уж и не знаю, что и думать, что за болезнь у него такая, - жаловалась Рина.

- Да, что они понимают, эти лекаря, в детях. Вы подите лучше к нашему Повелителю, он вам больше поможет, скольких уже ребятишек вылечил, - предложила женщина.

- Да не хотела я отвлекать Повелителя, вон у него сколько своей заботы и дел, а тут я еще со своими болячками. Неудобно как-то, - сказала Рина.

- Это вы зря. Я вижу, вы снова ребенка ждете? – спросила женщина, кивая на живот Рины.

- Да, скоро уже, - ответила Рина и положила руку себе на живот.

- Так вот и подите к Повелителю. Трудно ведь придется. Тут ребенок родится, его надо смотреть, а тут еще и этот не спит, болеет. Что ж это будет-то? Обязательно подите, он вам не откажет.

- Спасибо вам, вот только слышала я, что Повелитель переехал в новый дом. Торговка на базаре рассказывала - дом у него теперь новый, под красной крышой, окна все круглые, сад у дома, а в саду птицы невиданные живут.

- Торговка рассказывала? Это та, которая овощами торгует?

Рина кивнула.

- Так это известная сплетница и болтушка. Ей бы за своим товаром глядеть, а она покупателям байки рассказывает. Нет у нашего Повелителя нового дома. Как жил у горной мельницы, так и живет.

- Вот спасибо вам. А то я уже думала, где искать-то Повелителя нашего в случае чего. Торговка та адреса нового не говорила. Оно и понятно, раз выдумки все это.

- Ну, и ладно. Заходите еще, - сказала женщина.

- Обязательно зайдем, - сказала Рина, - скажи тете: «До свиданья», - сказала Рина, дергая Призрака за руку.

- До свиданья, - сказал Призрак, недоуменно поглядывая то на женщину, то на Рину с Таирой.

- Хороший мальчик у вас, подите к Повелителю, жалко, что такое хорошее дитё мается да не спит, - сказала напоследок женщина и ушла.

- Вот это да! – восхищенно воскликнул Призрак. – Я уже думал – всё, конец мне пришел.

Рина с Таирой усмехнулись и пошли по дороге.

- Осталось только узнать, где находится горная мельница, - сказала Таира.

- Надеюсь, что у других не будет такой же реакции: «Как?! Вы не знаете, где находится горная мельница?! Каждый ребенок знает, где она. Каждый!»

Девушки рассмеялись. Немного пройдя, они увидели старичка, который собирал рассыпавшиеся овощи. Таира бросилась ему помогать. Она ловко собирала овощи и складывала их в корзину. Старичок с трудом выпрямился и с улыбкой смотрел на Таиру.

- Вот спасибо тебе, внучка. Стар стал, совсем не вижу. Споткнулся об камень и вот…

- Да, что вы. А, давайте я вам помогу корзину донести?

- Корзину донести? Тяжелая она.

- Да, что вы! Какая же она тяжелая. Мне совсем не трудно.

- Не трудно? Ну, тогда ладно. Пошли. Добрая у тебя душа. Старому человеку трудно живется. Силы уже не те. Это раньше я был, ого-го какой. А теперь, что?

Рина с Призраком неспеша шли за Таирой и старичком.

- А, где ваши дети, внуки? – спросила Таира.

- А нету у меня никого.

- Как же так? Случилось что-нибудь?

- Так   и   не   было   у   меня   детей.  Я  с  малолетства в серебрянном лесу работал. А там жизнь какая, сама знаешь. Так неженатым и остался. А из лесу ушел и годы уже не те. Вот теперь один и доживаю.

- Ах, как жаль. Трудно вам одному?

- Нет, я к одиночеству привык. Вот только сил почти не осталось. А ты, как поживаешь, небось, отбоя от женихов нету?

- Я, дедушка, уже замужем.

- А, вон оно как. Ну, и что, у мужа твоего работа хорошая?

- Была хорошая работа, а теперь вот снова работу себе ищет, - грустно сказала Таира.

- Без работы тяжело, - покачал головой старичок. – А он у тебя по какому делу, чем занимается?

- Мельник он, - ответила Таира.

- Мельник?

- Мельник.  Говорят,  что   на  горной  мельнице работники нужны.

- Так это когда было-то. Там, ведь, уже не работает никто.

- Почему?

- Умер хозяин мельницы, вот и стоит она без дела.

- Это точно?

- Точнее не бывает. Я живу возле той самой мельницы.

- Так это вы возле самого нашего Повелителя живете?

- Можно сказать и так, - уклончиво сказал старичок.

- Жаль, что мельница не работает, а я уже надеялась, что будет у моего мужа работа.

- Ты, вот что, передай своему мужу, пусть пойдет на мельницу, посмотрит, что там к чему. Как знать, может, будет у нас на мельнице новый хозяин.

- А мне можно на эту мельницу посмотреть?

- А, почему нельзя? Можно. Вот дойдем до моего дома, я ее тебе и покажу.

Рина с Призраком шли немного позади Таиры и прислушивались к ее разговору со старичком.

Вскоре дорога из города свернула в сторону, дома стали редкими, повсюду росли деревья и кустарники.

- Дальше идти за ними нельзя. Старичок увидит нас, - тихо сказала Призраку Рина. – Но и отпускать Таиру одну я тоже не хочу. Нужно сделать так, чтобы он нас не заметил. Ты можешь стать совсем прозрачным?

- Могу, - ответил Призрак, и стал медленно таять в воздухе. – А, что будешь делать ты? – спросил ее Призрак.

- Я попытаюсь слиться с природой, - сказала Рина, и тут же превратилась в серую кошку.

Призрак воскликнул от удивления.

- Если вы умеете превращаться в животных, отчего тогда мы боялись того, что нас увидят на дороге? Нужно было сразу превратиться в кошек и идти себе спокойно.

- Нет, Призрак, здесь мы можем превращаться в животных только в крайнем случае. Для этого требуется слишком много ментальной энергии, а здесь ее нам непросто найти, - ответила серая кошка и побежала между кустов догонять Таиру.

Таира шла, разговаривая со старичком, внимательно всматриваясь во все, что видела вокруг. Тропинка, по которой они шли, вдруг резко оборвалась и исчезла среди зарослей. Вдали поблескивала вода.

- Почти пришли, - сказал старичок, указывая рукой на гладь воды.

- А, где же ваш дом? – удивленно спросила Таира.

- Сейчас увидишь, - ответил старичок и бодро зашагал впереди Таиры, по направлению к воде.

- Не нравится мне это, - сказала серая кошка Призраку.

- Тогда я полечу вперед и посмотрю, что там, - предложил Призрак и полетел.

Призрак догнал Таиру, увидел удивленное выражение на ее лице, полетел дальше, пролетел мимо старичка и вылетел на берег какого-то водоема с темной, словно застывшей  водой. Никакого дома Призрак не увидел.

29

Мартин смотрел на приготовления Ани, и ему не верилось, что все это происходит именно с ним. Он чувствовал себя словно в затянувшемся сне, из которого никак не мог уйти и проснуться. Вспышка озарения осветила его сознание, он, наконец, вспомнил то, что забыл. И вот все это забытое им когда-то, а теперь вспомнившееся и понятое, было для него не облегчением, а тяжелым бременем. Приобретя память другого существа, он не утратил своей сущности, и совместное пребывание двух, совершенно различных существ в одном сознании вызывало у Мартина дискомфорт. Но он четко понимал всю серьезность данного ему задания и знал, что неприятные ощущения пройдут. Только на это нужно время.

Ани в последний раз оглянулась в своем кабинете и сказала:

- Ну, вот и все. Сейчас нам нужно будет лететь в Черную Топь, хотя я уже догадываюсь о настроении ученых. Для них настают тяжелые времена. Как, впрочем, и для нас. Надеюсь, что Рина с Таирой быстро найдут Повелителя Добра и убедят его в том, что и ему пора начать действовать.

- Он знает о планах Гиннии? – спросил Мартин.

- Должен знать. Хотя, в последнее время он стал несколько пассивен, совершенно не обращает внимания не только на то, что происходит в наших владениях, но и на то, что происходит в его собственных. Он все свое время посвящает изучению мира землян.

- Чем может быть вызван такой интерес?

- Этого я не знаю. Очередные чудачества. Но, если нашим агентам удастся разговорить его, они узнают много интересного. Как ты думаешь, ты сейчас сможешь пролететь несколько часов подряд?

- Думаю, да, - ответил Мартин и повел плечами.

- Одень вот это, - сказала Ани и бросила Мартину плащ.

Мартин стал надевать плащ, и тут Ани заметила у него на шее цепочку.

- Какое интересное украшение. Давно оно у тебя?

- Нет, недавно. Это подарил мне мой домовой.

- Домовой? Зачем? – удивилась Ани.

- Сказал, что волнуется за меня, подарил вот этот медальон и сказал: «Когда вам будет нужна моя помощь или просто совет, снимите этот медальон и снова оденьте его, но знаками к телу. Когда вы сделаете это, тут же услышите мой голос. Вы сможете мысленно говорить со мной».

- Любопытно. Ты уже пробовал говорить с домовым таким образом?

- Нет. У меня не возникало желания спрашивать совета у домового.

Ани подошла вплотную к Мартину и взяла в руки медальон.

- Здесь написаны слова. Он не объяснял тебе смысл этих слов?

- Нет.

- А, между тем, смысл слов очень серьезен и неоднозначен. Здесь написано: «Двойная линия поворачивается вокруг себя и уходит в небо». Мне непонятно откуда такой медальон может быть у домового. Мне кажется, что это не его медальон. Спроси его о чем-нибудь.

Мартин снял медальон и, повернув его обратной стороной, снова надел на себя. Но ничего не произошло. В мыслях Мартин не слышал голос домового. Что ни спрашивал Мартин, в ответ была только лишь одна тишина.

- Молчит? – беспокойно спросила Ани.

- Да.

- Дай мне его.

Мартин снял медальон и отдал его Ани. Ани зажала медальон в кулаке, и вскоре сквозь ее пальцы потекла белая, как молоко, жидкость. Большие белые капли опускались на пол и тут же испарялись. Ани разжала пальцы и встряхнула рукой, словно держала в руке не медальон, а кусочек таявшего льда.

- Ты прав, этот медальон не был собственностью домового. Это был способ следить за тобой.

- Гинния хотела следить за мной?

- Этого следовало ожидать. Но вот странность. Эта вещица не работала. Домовой передал тебе медальон, как ему и было приказано. Но никаких сведений она не получила.

- Откуда ты это знаешь?

- Смотри, капли  все  испарились.  Если  бы  с  помощью медальона Гинния получала бы о тебе информацию, эти капли на полу приняли бы вид текста.

- Откуда ты все  знаешь? – удивился Мартин.

Ани только улыбнулась ему в ответ.

- Домовой пошел наперекор своей Повелительнице, отдавая тебе испорченного «шпиона». Теперь его ожидает отставка.

- Ани, а это правда, что ты была в хороших отношениях с Гиннией? – вдруг спросил ее Мартин.

- Гинния всегда отличала Ани от других своих агентов, которых у нее было большое многожество. Она может быть довольно сентиментальной, когда не занимается своими правительственными делами, - ответила Ани.

- Гинния действительно зла? – задумчиво спросил Мартин.

- Что значит – зла? Она может быть жестока и беспощадна ради достижения своей цели. Но, ведь, и Повелитель Добра может пойти на многое ради поддержания равновесия в своем мире. Эти две части одного мира сильно отличаются друг от друга. Гинния весьма преуспела в магии и позволяет своим подданным использовать волшебство и дома, и на работе. Самое большое количество необычных, волшебных существ живет именно здесь. Мир Повелителя Добра больше напоминает земной мир, хотя бы потому, что он не одобряет волшебство.

- А сам он его использует?

- О, да. Он - великий маг.

- Тогда,   почему   он  не  разрешает  другим  пользоваться магическими силами?

- Это уже политический вопрос. Однако, нам пора улетать. Мы можем поговорить и по дороге, - сказала Ани.

Она набросила на себя плащ, открыла окно, вспрыгнула на подоконник и, оттолкнувшись от него, понеслась в небо. Следом за ней вылетел и Мартин.

Так уж повелось, что агенты совершали свои полеты ночью. Мрак ночи скрывал их от любопытных глаз и не привлекал  к ним внимания. Многие из жителей этого мира знали, что там, где находятся агенты Повелительницы Зла, будут происходить важные события.

Все время, начиная от встречи Мартина с Ани и до того момента, когда они вылетели из окна кабинета, Ани учила Мартина разным премудростям, в том числе и тому, как можно передвигаться по воздуху. Полеты в воздухе без средств передвижения было занятием не простым, и требовало серьезной подготовки. По воздуху могли летать немногие, лишь те, кто прошел специальную школу обучения Технической Магии. Поэтому вид летящей фигуры вызывал не только любопытство, но и зависть тех, кто не мог учиться в специальной школе, для поступления в которую требовалось разрешение Повелительницы Зла. А Гинния давала такое разрешение весьма неохотно, и в случае крайней необходимости. Школа Технической Магии была школой необычной и готовила лишь тех, кто по долгу своей службы должен был решать сложные магические задачи.

Мартин летел немного позади Ани, смотрел на мелькающие под ним дороги, дома и думал о том, что ждало его впереди. Задачи, которые стояли перед ним и Ани были настолько ответственны, что невыполнение их могло повлечь за собой серьезные проблемы. За годы своей службы в ведомстве Повелителя своего мира, Мартину не всегда удавалось выполнить задание, иногда он погибал раньше, чем успевал закончить свою миссию. Но это были редкие случаи, о последствиях которых знали и сожалели, в первую очередь, те, кто мешал Мартину и был виновником его гибели. Об этом Мартин не любил вспоминать и думать. Сейчас в его сознании отчетливо был виден план действий, который не должен был закончиться провалом. Но до конца этой операции было еще далеко. Он мысленно благодарил домового за то, что тот помешал Гиннии следить за ним. Гинния … Какие действия предпримет она по отношению к своим бывшим агентам? Будет ли она целенаправленно преследовать их, чтобы выполнить свое обещание об уничтожении? Мартину не хотелось, чтобы были жертвы, необоснованная потеря жизней была не в его характере.

За время полета Ани и Мартин обменивались незначительными фразами. Полет оказался не настолько утомительным, как думал Мартин. Ани сказала ему, что до Черной Топи им придется лететь несколько часов, и Мартин радостно поздравлял себя с тем, что недурно справился с таким сложным полетом, который требовал постоянного внимания, изменения траектории полета, в зависимости от направлений ветра, хорошей координации движений и умения ориентироваться в небе.

Вдруг, радость Мартина сменилась ощущением опасности. Ничто вокруг него не предвещало ничего плохого. Разве, что звезды стали почему-то светить не так ярко, словно некая пелена затмила их блеск. Мартину почему-то вспомнился его давний сон, который он видел на земле, живя счастливой человеческой жизнью с мечтами о скорой женитьбе на любимой девушке. За что он ее любил? Теперь Мартин этого не понимал, ведь даже свой сон он не решился ей рассказать. Сон, который многие месяцы не давал ему покоя и о котором он вспомнил, глядя в глаза дочери Смотрителя кладбища – Лиззи. Не хотел бы он, чтобы этот сон сбылся.

Ани летела немного впереди Мартина, определяя направление полета. Она слышала шелест его плаща за своей спиной и знала, что с ним все в порядке. Черная Топь приближалась. Решив, что нужно немного спуститься вниз, Ани оглянулась на Мартина, и сердце ее замерло. Мартина не было.

30

Призрак не увидел ничего, кроме водоема и кустарников вокруг него. Он с удивлением оглянулся на старичка, который спокойно пробирался сквозь заросли кустов к воде.

- Что происходит? – спросил сам себя Призрак, не обратив внимания на то, что спросил себя об этом вслух.

- Ничего, Призрак, плохого не происходит, - ответил ему старичок.

Призрак подскочил на месте, если только это было возможно, плывя в воздухе.

Таира, которая шла следом за старичком, остановилась.

- Вы видите Призрака? - спросила она старичка.

- Конечно, - спокойно ответил он. – Скажи своей подруге, что она может превратиться в саму себя, ей этот вид больше идет.

Рина, услышав эти слова, тут же стала сама собой и подошла к Таире.

- Я приняла свой истинный вид, старик. Теперь ты говори, кто ты такой? – произнесла Рина с угрозой в голосе.

- Я? Старик я здешний. А вы, небось, уже что-то дурное подумали? Это понятно. У вас там зло на каждом шагу.

- А у вас здесь только добро повсюду? Зачем ты привел сюда Таиру, из добрых побуждений? Где твой дом? Или хочешь сказать, что ты водяной здешний? – с издевкой спросила Рина.

- Может, и водяной, - ответил старичок.

- Тогда,  отдавай  Таира  ему  корзину  и  пошли отсюда, - решительно сказала Рина.

- Да, -  вступил  в  разговор Призрак, ставший вполне видимым. – Нехорошо девушек заманивать неизвестно куда, пользоваться их добротой.

Старичок рассмеялся.

- Ты рассмешил меня, Призрак. У агентов Повелительницы Зла появилось такое качество, как доброта. Право, это смешно.

- Что ты знаешь о нас? – спросила с вызовом Таира.

- Ничего, но часто видел вас при  дворе Гиннии, - ответил старичок.

- Никакой это не старик, - вскрикнула Таира.

- Ты кто? – спросила его Рина.

- Водяной здешний. В гости зайдете ко мне? – спросил старичок, указывая рукой на водоем.

- Нет, - твердо сказала Рина. – Мы не любим воду и с водяными не общаемся.

- Откуда здесь водяные? Повелитель Добра избавился от всех волшебных существ, - сказала Таира.

- Да, действительно, - сказал Призрак, стараясь держаться  подальше от старичка.

- Нет, еще не от всех. Еще остались волшебные существа. Ну, так как? Зайдете в гости? – добродушно спросил старичок.

- Нет, - ответили Рина с Таирой.

- Ну, как хотите, - сказал старичок, пожал плечами, взял корзину с овощами и пошел к воде.

Рина, Таира и Призрак поспешили выбраться из зарослей кустов на тропинку. За их спинами раздался какой-то странный звук, словно ключом открывали дверь. Призрак оглянулся и потерял дар речи, он только и смог, что дернуть Таиру за волосы, потому что летел над ней.

- Ай, - вскрикнула Таира, - что же ты делаешь?

Но Призрак продолжал тянуть прядь ее волос, словно хотел повернуть ее голову в сторону водоема.

Таира ударила рукой по руке Призрака и повернулась.

- Ой, ну, ничего себе, - воскликнула она. – Рина, посмотри.

Рина повернулась и тоже произнесла нечто невразумительное, но передающее ее ощущения.

Вода водоема поднималась над уровнем берегов, но не разливалась по суше, словно между ней и берегом была невидимая стена. Поднимаясь вверх, вода превращалась в большой дом, с остроконечными башенками. Перед домом росла ажурная ограда, сквозь которую была видна извилистая дорожка к дому. Вдоль дорожки стояли фонари в форме гномов, каждый из которых держал в руке светильник. Справа от дома стояла старая мельница. За домом возвышались горы с белоснежными вершинами.

- Дом у горной мельницы! – воскликнула Рина.

Старичок тем временем открыл ключом дверь в ограде, вошел в нее, прикрыл за собой дверь и зашагал по дорожке. По мере его продвижения по дорожке зажигались светильники в руках гномов.

Не договариваясь, Рина и Таира побежали к дому. Подбежав ближе, они увидели, что от водоема не осталось и следа. Он исчез, как исчезли и заросли кустарников. Теперь вдоль ограды шла хорошая дорога. Вокруг дома росли высокие деревья. Под деревьями резвились какие-то маленькие человечки, с блестящими крылышками за спиной. Человечки смеялись, и, похоже, играли в прятки.

Старичок почти дошел до дома, когда его остановили крики Рины и Таиры. Он поставил корзину на дорожку и повернулся к ним.

- Подождите! Скажите, здесь живет ваш Повелитель? – кричала сквозь ограду Рина.

Старичок кивнул.

- Он нам очень нужен!

- Нам очень нужно поговорить с ним!

- Это срочно!

- Очень срочно!

- Заходите, - сказал старичок, и дверь в ограде открылась.

- Это, должно быть, его слуга, - сказал Призрак.

Таира и Рина вошли через дверь и вступили на дорожку, ведущую к дому. Старичок скрылся за дверью. Девушки шли по дорожке, и гномы освещали им дорогу. Призрак просто перелетел через ограду и засмотрелся на играющих маленьких человечков. Один из них, одев на себя цветок колокольчика, присел и полностью скрылся из глаз. Девушки подошли к двери и остановились. В доме зажигались огни, за окнами мелькали какие-то тени, слышались голоса. Рина решительно взялась за ручку двери и потянула ее на себя.

31

Совесть Гиннии сидела на подоконнике и не знала, что и сказать от злости.

- Если бы я могла, я замолчала бы навеки, - выпалила она, наконец.

- Вот была бы радость для меня.

- У меня просто слов нет. Ты погрузилась на самое дно черной магии. Привести в дом такую нечисть! Черная Тень! Да до такого даже не додумался бы сам господин Зло.

- Да откуда тебе знать, до чего додумывается господин Зло. Черная Тень, как раз,  одно из его удачных творений.

- Нет, это невозможно…

- Помолчи, - перебила Совесть Гиннию. – помолчи, дай мне подумать над тем, что сообщила мне Тень.

- А, что ты ей приказала? – завопила Совесть. - Это что? Это как?

- Тише, - сказала Гинния и, подойдя к своему котлу, заглянула в него: - О, у нас гости. Пусть только попробуют сообщить мне какую – нибудь гадость, убью на месте.

- О, только трупов мне здесь не хватало, – заворчала Совесть.

Между тем послышался шум шагов, они остановились за дверью кабинета, словно раздумывая над тем, входить им или нет. Наконец дверь тихонечко открылась, и на пороге появился горбун Аргус. За ним Гинния увидела целую толпу ученых.

- Входи, Аргус. Остальные пусть тоже зайдут, - приказала Гинния.

Вскоре кабинет заполнился учеными, чей вид совершенно расстроил Совесть.

- Зачем ты пришел ко мне Агрус? Проделал такой дальний и сложный для вас путь? - спросила Гинния, обводя взглядом толпу ученых. Она обратила внимания на худую женщину в черном, чье лицо показалось Гиннии знакомым.

- Мы пришли сюда для того, чтобы сказать… - начал, было, говорить Аргус и замолчал, было видно, что он очень волнуется.

- Что же вы хотите сказать мне? – спросила Гинния и снова посмотрела на женщину в черном.

Женщина в черном, Берта, по-своему поняла взгляд Гиннии, и потому решительно сказала:

- Повелительница, мы пришли к тебе, проделав, действительно, сложный для нас путь, только лишь для того, чтобы сказать: мы с тобой. Мы нашли способ уничтожения канала ментальной связи и готовы в любой момент запустить программу уничтожения. Мы готовы это сделать.

- Значит, трупов не будет? – спросила Совесть у Гиннии.

Ученые с интересом смотрели на Совесть, которая сидела на подоконнике и болтала ножками.

- Какой очаровательный тролль, - прошептала одна из ученых, чья внешность очень напоминала внешность Совести.

- Я благодарна вам за ваше решение и верность. В такое время, как теперь, когда решается судьба целого мира, от подданных можно ожидать всего. И я рада тому, что вы оказались верны своему слову и долгу, - сказала Гинния, не обращая внимания на вопрос Совести.

- Да, Повелительница, так и будет, - сказал Аргус.

- Как много должно пройти времени от момента запуска до того момента, когда канал будет уничтожен? – спросила Гинния.

- Несколько часов. Но этот процесс будет необратим. Начав, его уже нельзя будет остановить.

- Что мы будем ощущать при этом? – спросила Гинния.

- Раньше думать надо было о том, что ты будешь ощущать, - сказала Совесть.

- Какой смелый тролль, - мечтательно прошептала одна из ученых.

- Мы надеемся, что никаких неприятных ощущений не будет, - ответил Гиннии Аргус.

- Хорошо. Команду о запуске программы вам даст господин Нонсон. А теперь можете идти. После завершения работы программы вы будете награждены. Да, и еще, можете не беспокоиться о возвращении, вас переместят в Черную Топь.

- Какая может быть награда? Для настоящего ученого единственной наградой может быть только итог его работы. Когда мы увидим, что созданная нами программа выполнит свою задачу, мы уже будем вознаграждены, - торжественно произнесла Берта.

- Скажите, я не могла видеть вас прежде? – спросила Гинния.

-  Нет, Повелительница, - ответила Берта.

- М-да, возможно, мне показалось, - сказала Гинния. – Возвращайтесь к себе и ждите распоряжения господина Нонсона.

Ученые не спеша покинули кабинет Гиннии, а маленькая ученая, с внешностью тролля, еще несколько раз оглянулась на Совесть.

- А ты понравилась этой коротышке, - сказала Совести Гинния.

- Я бы попросила тебя, не называть коротышкой существо, похожее на меня. А, если ты и впредь будешь отзываться о подобных мне существах неуважительно, я не скажу тебе, кто эта  женщина в черном.

- Кто? – резко спросила Совесть Гинния.

Сложив ручки на груди, Совесть демонстративно отвернулась к окну.

- Кто? -  крикнула Гинния.

- Ой,  да  не  кричи  ты  так, – сказала Совесть и слезла с подоконника. – Дай посидеть на троне, целый день провела на жестком подоконнике,  пусти на мягкое.

- Кто эта женщина? Кто? – продолжала кричать Гинния.

- Видела бы ты себя со стороны. Твои манеры оставляют желать лучшего, - назидательно сказала Совесть.

- Скажи  мне,  пожалуйста,  кто  эта  женщина, - мягко произнесла Гинния.

Совесть с минуту помолчала, и, наконец, сказала:

- Эта женщина - дочь вашего Смотрителя с земного кладбища.

- Кто? – переспросила Гинния.

- Вспомни, ты спросила у господина Нонсона, знает ли он, где в нашем мире живет двойник его дочери Лиззи. Приемной дочери, разумеется. Помнишь? – терпеливо спросила Совесть.

- Помню.

- Ну, вот. Он тебе еще сказал тогда, что не знает этого. Так вот, эта женщина и есть двойник его дочери.

- Что за ерунду ты мне наговорила? Я никогда не видела его земную дочь. Откуда лицо этой женщины могло показаться мне знакомым?

- Хорошо, я тебе все объясню. Дело все в том, что в нашем мире два двойника этой самой Лиззи. Один из них – вот эта самая ученая. А второй из двойников, твоя Черная Тень, которая являлась сюда недавно.

Гинния схватила Совесть за шиворот.

- Так ты видела ее лицо? Видела, и ничего мне не сказала?

- Перестань  меня  трясти.  Что  толку?  Глядя  на  эту несчастную, высушенную ученую ты увидела в ней свою гостью – Черную Тень.

Гинния выпустила воротник Совести из рук.

- Откуда ты знаешь, что Тень и ученая - сестры?

- А, нет, они не сестры. Это две совершенно одинаковые сущности. И знаю я об этом, потому что внимательно смотрю вокруг и наблюдаю.

- Допустим. Тогда, скажи, откуда ты знаешь, что обе они имеют отношение к этой земной Лиззи?

- А вот это уже тайна.

- Если ты мне сейчас же не скажешь, я превращу тебя в рыбу, и ты до конца своих дней будешь плавать в холодной воде и молчать, - пригрозила Гинния.

- Плавать и молчать? – задумчиво переспросила Совесть.

- Говори!

- Я скажу, но это не моя тайна, а господина Нонсона.

- Что ты знаешь о Нонсоне?

- Только  то,  что  он  знает,  кто  здесь  двойник его разлюбезной доченьки.

- Откуда же ты могла это узнать? Ты, ведь, все время при мне.

- Нет, Гинния, не все время я при тебе. Каждый раз, когда ты хочешь отделаться от меня, я спокойно ухожу и бываю там, где мне заблагорассудится.

- Где ты бываешь?

- Ну, проще говоря, я бываю у разных ваших знакомых, вот у господина Нонсона, например.

- И, что, Нонсон знает о твоих посещениях?

- Нет.

- Так ты шпионка?

- Зачем же ты меня оскорбляешь?

- И, почему он скрыл от меня это?

- Ну, кто его знает, что у него на уме?

- И он знает о том, что Черная Тень – это двойник его дочери?

- Вот за это я не могу ручаться. А вот то, что он знает об этой самой ученой – это точно. Кстати, ее зовут Берта. И прежде, до того, как она стала работать в вашей лаборатории, она была очень красива.

- Ну, хорошо. С этим я разберусь после. А теперь…

Гинния создала голубоватый шар, висящий  в воздухе. В нем возникло изображение Нонсона. Он стоял в своем саду и ел какой-то фрукт.

- Рада видеть тебя, Нонсон, в хорошем здравии и аппетите, - сказала Гинния.

- Простите, Повелительница, - сказал Нонсон, отбрасывая в сторону недоеденный фрукт.

- У меня к тебе одно поручение. Я некоторое время буду занята, поэтому ты заменишь меня вот в каком деле. Как только я попрошу тебя, ты отдашь распоряжение нашим ученым о запуске программы уничтожения канала ментальной связи. Они будут ждать твоего распоряжения. Ты понял меня?

- Да, это понятно. Только, почему вы сами не отдадите им этот приказ?

- Нонсон, не обсуждай моих распоряжений, иначе я буду думать о тебе плохо.

- Хорошо, Повелительница.

- И, еще. Будь готов  к тому, чтобы прибыть ко мне на помощь, где бы я ни была.

- Нас ждет сражение?

- Нет,  но  твоя  помощь  может  понадобиться, - сказала Гинния и отключила связь, шар погас.

- Вы вели себя по-королевски. Ни единым словом не дали ему понять, что только что узнали о нем, - сказала Совесть.

- Ну, а теперь займемся Великой Книгой жизни, - сказала сама себе Гинния, и шар снова вспыхнул, на этот раз зеленоватым огнем.

В шаре показалась совершенно иная обстановка, комната с обилием книг и приборов была пуста. Но, спустя некоторое время в ней появился мужчина. Он застегивал на ходу свой камзол, его длинные волосы были взлохмачены.

- Откуда ты в таком виде? – спросила Гинния.

- Я только что пришел, - ответил ей мужчина.

- Мне нужно очень серьезно поговорить с тобой.

- Я весь во внимании.

- Кин, ты знаешь о том, что следующий, кому откроется Великая Книга Жизни – это ты?

- Нет, я не знаю и даже не интересуюсь этим.

- Я знаю твое мнение по этому поводу. Но ты бы мог открыть эту книгу ради меня?

- Что значит, ради тебя?

- Я, в отличие от тебя, верю в предсказания.

- Да, я это знаю.

- Поэтому я и прошу тебя, открой эту книгу. И, если тебе не интересно, не читай свое пророчество, прочитай мне мое. Когда-то я не дочитала его, не успела, но мне очень нужно знать, чем оно заканчивается.

- Это и есть то, что я должен сделать ради тебя?

- Да.

- Для этого нужно хотя бы знать, где находится книга.

- Это уже известно. Она в Минолде, в старой часовне.

- Как?

- Да.

- Странно.  Тебе  не  кажется,  что  в  этом е сть  какой-то скрытый смысл.

- Смысл заключается лишь в том, что эта книга хранится в самых различных местах, на этот раз она в часовне, только и всего.

- Только и всего… Ну, хорошо, если ты так это воспринимаешь… - разочарованно сказал Повелитель. - Когда ты хочешь, чтобы я прибыл в Минолд?

- Чем раньше, тем лучше.

- Хорошо. Это мы сделаем. Ты мне вот, что скажи. По всему миру несется слух о том, что ты близка к тому, чтобы решить вопрос о закрытии канала, это так?

- Это сплетни.

- Ты понимаешь, что не можешь решать эти вопросы сама, не спрашивая моего мнения?

- Не хотела отвлекать тебя от твоих дел.

- Ния…

- Гинния, мой дорогой, Гинния. Не нужно нас путать.

- Ты чудовище, которое погубит нас всех.

- Кин,  я  хочу  прибыть  в  Минолд  вместе  с  тобой, - неожиданно сменила тему разговора Гинния.

- Со мной? – удивился Повелитель Добра.

- Да,  с  тобой.  Мне  хочется  вспомнить,  как   это – путешествовать с тобой. Я прибуду к тебе, а потом мы отправимся в Минолд вместе, хорошо?

- Ты… ты… нечестно со мной поступаешь.

- Это ты сам с собой нечестно поступил, сделав меня своей слабостью, - тихо сказала Гинния, и шар стал медленно гаснуть.

32

Рина потянула ручку двери на себя, и дверь со скрипом открылась. Переступив порог, Рина, Таира и Призрак оказались в просторном холле. Они увидели, как по холлу торопливо перемещаются слуги, занятые своими делами. Как только дверь за агентами и Призраком закрылась, все слуги остановились, и посмотрели на вошедших.

- Добрый день, - сказал Призрак.

- Добрый день, - ответил им молоденький человек, должно быть поваренок, который нес в руках поднос с едой.

- Простите, мы хотели бы видеть Повелителя, - сказала Рина.

- Кто вас сюда впустил? – строго сказал один из слуг.

- Сюда только что вошел старичок с корзиной овощей. Он любезно предложил нам зайти, - пояснила Таира.

Все переглянулись.

- Повелитель сейчас занят, - сказала женщина в белом фартуке. – Подождите.

Движение в холле снова возобновилось, и все снова поспешили по своим делам.

- Как много у него слуг. У моего прежнего хозяина не было столько слуг, - шепотом сказал Призрак.

- Нашел, о чем сейчас думать, - тихо произнесла Таира.

- Как все, однако, странно. Кто был тот старик? Куда он делся? Мог бы, и подождать нас, а не исчезать за дверью, - ворчливо заметила Рина.

- Какая разница. Главное, что мы здесь. Считайте, что половина дела сделана, - сказала Таира.

Они прождали довольно долго, пока к ним не подошла женщина в белом фартуке и  не предложила провести их в кабинет Повелителя.

Войдя в большой кабинет, агенты  и Призрак увидели здесь много различных и непонятных вещей. Единственным узнаваемым здесь были книги и мебель. У стола стоял Повелитель Добра, высокий человек, с взлохмаченными длинными волосами.

-  Здравствуйте, - сказала Таира.

- Ну-с, вы хотели меня видеть? Зачем? – спросил их Повелитель.

- Да, мы хотели увидеть вас. Дело, по которому мы пришли – довольно серьезное, - начала разговор Рина.

- Серьезное дело? Понятно. В противном случае, вы бы не стали предпринимать столь рискованное для вас путешествие.

- Наше путешествие, напротив, было очень успешным, - сказал Призрак, который собирался блеснуть своими манерами и показать Повелителю добра, что призраки заслуживают большего к себе уважения.

- В самом деле? – спросил Повелитель, - садитесь, - добавил он, сел в свое кресло и указал рукой на кресла, стоящие вокруг его стола. – Так, что за дело привело вас ко мне? Вас, по-видимому, прислала ваша Повелительница?

- Нет, Повелительница Зла не знает того, что мы здесь, - сказала Рина.

- Даже так, - удивился Повелитель, - это уже становится интересным.

- Мы больше не служим Гиннии, - сказала Таира.

- Так вы - изменницы?

- Да, мы - изменницы. Нас было четверо агентов, одна из нас погибла несколько дней назад. Вы ее знали, - сказала Рина.

- Подождите, подождите, - сказал Повелитель вставая. – О ком вы говорите? – в его голосе появилась дрожь.

- О Юноне, - сказала Рина.

- Юнона была нашей подругой, - сказала Таира.

- И моим другом, - добавил Призрак.

- Как она погибла? – потрясенно спросил Повелитель.

- Ее убил дух зла, один из слуг Гиннии.

- Ужасно, ужасно, - повторял Повелитель.

- Мы знали, что нас ждет, когда прямо дали понять, что больше не служим Гиннии и выступаем против того, чтобы канал ментальной связи был уничтожен, - твердо произнесла Рина.

- Вот оно, что? Неужели вы надеялись, что, находясь в своем мире, сможете открыто выступить против своей Повелительницы?

- Скажите лучше, что лично вы думаете о проекте Гиннии, который может в любой момент осуществиться? – спросил Призрак, чем вывел Повелителя из горестного состояния.

- Я против этой идеи, и не раз говорил ей об этом, - ответил Повелитель.

- Только говорили и все? Вы больше ничего не предприняли для того, чтобы не позволить ей сделать это? – резко спросила Таира.

- А, между тем, вы имеете влияние на Гиннию. Вы можете и должны помешать ей сделать это, - сказала Рина.

- С чего вы взяли, что я имею влияние на Гиннию. Это не так.

- И, тем не менее, мы уверены в том, что вы не должны сидеть, сложа руки, - добавил Призрак.

- Что, по-вашему, я должен сейчас сделать?

- Для начала вы должны прочесть Великую Книгу Жизни, она ждет вас для того, чтобы открыть вам ваше пророчество, - сказала Рина.

- Может быть, вас и не прислала Гинния, только желания у вас совпадают. Она тоже убеждает меня в том, что я должен открыть книгу, до которой мне и дела нет.

- Я уверена, что она просит вас об этом неспроста. У нее есть свой план, - предположила Рина.

- Какой там план? Она хочет, чтобы я прочел ей не свое, а ее пророчество, которое она не успела когда-то прочесть, - пояснил Повелитель.

- И вы согласились? – спросила Таира.

- И я согласился. Она должна прибыть сюда для того, чтобы вместе со мной отправиться в Минолд. Как все, однако, странно. Почему именно Минолд?

- Почему вы согласились? Почему вы не можете быть более решительным? Впрочем, все эти вопросы ни к чему, пустая трата времени. У вас есть причина для этого. Вы ее любите? – то ли спрашивая, то ли утверждая, сказала Рина.

- Послушайте, представители враждебного мне мира, я могу запросто посадить вас в тюрьму. Вы знаете, что это такое?

- Нет, не знаем, но уверены, что вы позаимствовали эту идею от землян, - с вызовом сказала Рина.

- Посадив нас тюрьму, вы тем самым, встанете на одну сторону с Повелительницей Зла, - заявил Призрак.

- Они и так стоят на одной стороне, Призрак, - сказала ему Таира.

Повелитель удивленно смотрел на своих гостей, не зная, что ему на это ответить.

- Да, вы правы, мы на одной стороне… должны были стоять. Но, встали по разные стороны, - обреченно произнес Повелитель.

- Должны были? Что с вами произошло? – спросила Таира.

- Произошло то, что я был глуп и жесток… Вы спрашиваете меня - почему я ничего не предпринимаю? Почему не пытаюсь ее остановить? Я вам отвечу. Этот мир дал трещину когда-то много лет назад. Он разделился на части, и в этом моя вина. Такая трещина не может не разрушать мир, и теперь это разрушение неминуемо. Должно быть, я сам хочу этого. Хочу, чтобы все погибло, исчезло и унесло с собой мою боль.

- По - моему,  он  -  сумасшедший, -  объявил   всем присутствующим Призрак.

- Я напоминаю вам безумного? – спросил Повелитель.

- Нет, вы напоминаете нам человека, у которого опустились руки. Но вы не один. Мы пришли, чтобы помочь вам справиться и с самим собой и с той ситуацией, которая существует сегодня в нашем мире, - сказала ему Рина.

- Может быть, вы расскажите нам, что с вами произошло? Что на протяжении стольких лет не дает вам покоя? – предложила Таира.

- Рассказать вам? Зачем?

- Кто знает, может быть, если вы поделитесь с нами, вам станет легче, - сказала Таира.

- Легче? Мне станет легче? Не знаю. Но я готов вам рассказать. Пусть хоть кто-нибудь узнает правду обо мне и о том времени, когда все началось.

33

Мартин потерял Ани из виду. Он всматривался, но ничего не видел. Тьма окружила его. Померкли звезды, исчезло все вокруг. В какую бы сторону не смотрел Мартин, он видел одну только тьму. С приходом тьмы исчезли и звуки. Он больше не слышал шума ветра, шелеста плаща и шума леса, над которым летел.

Вытянув перед собой руки, словно слепец, Мартин ощутил вокруг себя плотный воздух, настолько плотный, что каждое движение давалось ему с трудом.

Одна часть сущности Мартина готова была завопить от страха, другая – хладнокровно принимала решение о том, что следует предпринять в такой ситуации.

Вдруг прямо перед собой Мартин увидел расплывчатое пятно. Что-то приближалось к нему, и через некоторое время он понял, что это - лицо. Лицо надвигалось и, приблизившись, остановилось. Лицо, скорее похожее на маску, не имело головы, никакие эмоции на нем не отражались, кроме спокойствия, граничащего с равнодушием.

Это было лицо из его страшного сна. Огромные глаза несколько необычной формы, тонкие брови, нос и рот лица были размыты и неясны.

- Лиззи, - сказал Мартин и не узнал свой голос. – Ты?

Лицо по-прежнему ничего не выражало, только смотрели глаза.

- Я сплю? Я уснул в полете? – спросил сам себя Мартин.

Бровь на лице слегка приподнялась, словно выражая насмешку.

- Нет? Тогда, чего ты хочешь?

Глаза стали еще холоднее и равнодушнее.

- Ты спасла мне жизнь, зачем сейчас ты хочешь отнять ее у меня.

Лицо отвернулось от Мартина.

Между тем в сознании Мартина возник сильный импульс, он был направлен на тьму, которая, словно вспоротая ножом, образовала брешь, сквозь которую Мартин ощутил свежий воздух.

В ту же секунду, он словно потерял опору под ногами и стал стремительно падать. С огромной скоростью он летел вниз, во тьме, ничего не видя, и не зная, куда летит. Падение, которое показалась Мартину вечностью, внезапно оборвалось. Он упал, и боль пронзила его тело. Руками он пытался определить, на что он упал, но его ладони натыкались только на острые края камней.

- Хочешь увидеть, где ты находишься? – раздался голос рядом с Мартином.

- Да, - ответил он.

Тотчас вспыхнул свет, и Мартин снова ослеп от ярких лучей. Когда его глаза привыкли к свету, он увидел, что стоит на маленькой площадке, вокруг него возвышались скалы. Серое небо клубилось тучами. Было холодно и ветрено. Рядом с ним на большом камне сидела женщина, обхватив колени руками, и смотрела прямо перед собой. У женщины были длинные черные волосы, которые лежали вокруг нее, на камнях. Черное платье было словно из дыма. Женщина с лицом Лиззи была совершенно спокойна и смотрела вдаль. Мартин проследил за ее взглядом и увидел, что вокруг него были только скалы, одна выше другой.

- Зачем я здесь? – спросил Мартин.

- Так надо, - ответила женщина.

- Кому?

- Той, которой ты мешаешь.

- Кто вы?

- Никто.

- Так не бывает.

Женщина повернула к Мартину свое лицо, и он снова поразился сходством с лицом Лиззи.

- За свою жизнь я называлась по-разному. Теперь я - Черная Тень.

- Черная Тень, ты долго собираешься держать меня здесь?

- Ровно столько, сколько будет нужно.

- Для чего?

- Ты   вернешься   обратно   только   тогда,   когда   уже  не сможешь вмешаться в ход событий, - ответила Тень.

- Ты понимаешь, что совершаешь ошибку?

- Нет.

- А то, что Гинния совершает ошибку – ты понимаешь?

- Что тебе за дело до ее ошибок. Она уже сделала свой выбор.

- Это неправильный выбор. Он принесет много бедствий.

- В твоих силах помешать ей?

- Я должен сделать это.

- А, если не должен был, сделал бы?

- Сделал.

Женщина ничего не ответила и снова посмотрела вдаль.

- Ты будешь держать меня здесь силой?

- Хочешь   уйти   отсюда   сам? –   равнодушно   спросила женщина.

Мартин подошел к краю площадки и увидел под собой огромную пропасть. Где начинаются эти скалы, видно не было.

- А, если я захочу уйти отсюда, не спускаясь вниз по этим камням?

Женщина снова посмотрела на Мартина.

- Тогда я тебя уничтожу, - равнодушно сказала она.

- Думаешь, тебе будет легко меня убить?

- Не беспокойся о том, насколько трудно мне будет сделать это.

Мартин сел рядом с женщиной и задумался. Некоторое время они молчали.

- Самому мне не спуститься, ты меня не отпускаешь, если я найду иной способ уйти – ты меня убьешь. Невеселая ситуация.

- Она станет еще более унылой, когда твой Повелитель узнает, что ты не выполнил свое задание.

- Да, меня ожидают неприятности.

- Можешь броситься вниз, это будет означать, что ты боролся  с этой невеселой ситуацией.

- Ты сказала, что за свою жизнь называлась по-разному, что это значит?

- Неужели в тебе еще сохранилось любопытство?

- Я думаю, что любое живое существо должно стремиться к познанию до конца своих дней.

- Это твоя мысль, или ты услышал ее от других?

- Моя.

- Хочешь, чтобы я скрасила твое ожидание рассказом о себе?

- Это тайна?

- И да, и нет. Но тебе скажу. Когда-то я была душой одной женщины. Но она продала меня Господину Злу, - спокойно сказала Черная Тень.

- Ты была душой? И так спокойно об этом говоришь.

- У тени не может быть своих эмоций.

- Как же эта женщина продала свою душу? Это была сделка?

- О, нет. Все произошло совершенно иначе, не сразу, а постепенно, шаг за шагом, так, что эта женщина и сама не заметила, как потеряла меня.

- Расскажи мне, как это случилось?

- Женщина эта обладала большим умом, она занималась алхимией, превращала одни вещества в другие. Потом она стала работать в лаборатории Черной Топи. Сколько планов было тогда у этой жещины, ей казалось, что для нее не существует невозможного, к тому же она полюбила одного, не менее умного человека, и решила для себя, что лаборатория станет ей домом. Это был первый шаг к моей потере. Вскоре иллюзии развеялись, она поняла, что поручения Повелительницы Зла выполнять не так-то просто. Далеко не все у нее получалось, а так хотелось. Меньше всего ее заботило то, для каких целей используются все созданные ею вещества. А все то, что она создавала своими руками,  было использовано во зло. Зло росло, множилось и захлестнуло ее полностью. В один ужасный момент она сказала сама себе: я готова на все, только бы все задуманное Повелительницей я могла выполнить… Вот так и случилось, что я была вырвана из тела этой женщины и попала к Господину Злу, а женщина даже не почувствовала, что осталась без души.

Черная Тень замолчала.

- А, что же дальше?

- Дальше я стала служить Злу, потому что ни на что иное я не была способна. Со временем он превратил меня в Тень.

- А, что будет с тобой, если когда-нибудь, ты не сможешь выполнить свою задачу?

- Это невозможно.

- Я понимаю,   но,   если,   все-таки,   допустить   такую вероятность, что тогда?

- Моя жизнь зависит от Зла, если я не смогу выполнять свои задачи, тогда, зачем я буду ему нужна? Скорее всего, меня не станет, - также спокойно ответила Тень.

- Но, если ты погибнешь, что случиться с той женщиной?

- Мы разлучены, но связь между нами существует. Если погибну я, погибнет и она.

- Как жаль.

- Это закономерно.

- Тень,   твое   лицо   очень   похоже   на   лицо   одной   моей знакомой девушки с Земли.

- Может быть.

- Что это значит?

- Однако, твое стремление к познанию не уменьшается. Ты хочешь знать все больше и больше.

- Когда у меня еще будет возможность беседовать с Тенью? Согласись, такое случается не часто.

- У тебя еще много вопросов ко мне?

- Нет, последний остался.

- Хорошо. Твоя знакомая дожна иметь в этом мире своего двойника. Если я на нее похожа, следовательно, женщина, оставшаяся без души, и есть ее двойник.

- А, если погибает двойник в этом мире, что случается с земным человеком?

- Ничего.

- Это точно?

- Насколько я знаю, с земным человеком не может ничего случиться  в том случае, если что-либо произойдет с его двойником здесь. Но возможны и исключения. Однако, ты задал мне два вопроса, вместо одного.

- Это был последний.

Мартин встал и прошелся по площадке. Он посмотрел на темные облака, на скалы, возвышающиеся вокруг, и подошел к краю обрыва.

Тень пристально на него посмотрела, но продолжала также спокойно сидеть на своем камне, обхватив колени руками.

- Тень, мне жаль, но тебе придется погибнуть, - сказал Мартин и бросился со скалы вниз.

Он летел вниз стремительно, но недостаточно быстро. Черная Тень неслась за ним следом, протягивая к нему руки и пытаясь его схватить. Мартин сделал все от себя возможное и тяжелым камнем полетел вниз еще быстрее. В тот момент, когда он должен был удариться о выступы скалы, все вокруг него исчезло.

34

Ани всматривалась в темноту и не могла поверить в то, что Мартин исчез.

- Мартин, - снова позвала она его.

За ее спиной раздался шум, и она оглянулась.

- Мартин,   что   случилось,   куда   ты    пропал? – с беспокойством спросила Ани.

- Извини, я немного задержал тебя, - ответил Мартин.

- У тебя лицо в крови, что произошло?

- Да? Я не заметил. Мне пришлось познакомиться с Черной Тенью, видимо при общении с ней, я немного поранился, - ответил Мартин, прикасаясь пальцами к щеке, по которой струилась кровь.

- Сейчас я помогу тебе.

- Нет, это не к спеху. Мы должны торопиться. Оставаться в воздухе небезопасно.

Вскоре под ними показалась местность, называемая Черной Топью, и они стали спускаться. Миновав систему запутанных коридоров, по которым не так давно летели агенты с Призраком, Ани и Мартин оказались в белой круглой комнате с черной лампой.

Ани сняла с себя плащ и набросила его на руку.

- Теперь начинается самое главное, - сказал Мартин.

- Я чувствую, что здесь есть духи зла, нам мимо них не пройти, а надо, - сказала Ани.

Она на какое-то время задумалась и превратилась в черную кошку. Кошка муркнула и пошла к скрытой в стене двери. Понюхав воздух, она повернулась к Мартину и сказала:

- Стань невидимым.

Мартин посмотрела на свои пальцы, испачканные в крови, вытер их о плащ и растворился в воздухе.

Кошка снова муркнула и пошла мимо тайной двери в конец круглой комнаты, где оказалась небольшая лесница. Поднявшись по леснице, они прошли коридором до следующего лесничного марша, опустились по другой лестнице и оказались в большой белом коридоре, в котором у каждой двери стояли духи зла в своих оборванных белых одеждах.

Кошка неспеша шла по коридору мимо духов, и те не обращали на нее никакого внимания, лишь только один из них наклонился к ней и хотел погладить, но кошка, дернув своим хвостом, увернулась и пошла дальше. Дойдя до нужной двери, она потерлась о косяк, и, встав на задние лапы, стала царапаться о створку двери. Стоящий у двери дух, посмотрел на кошку, неопределенно хмыкнул и открыл ей дверь. Кошка муркнула ему и, неспеша, по-королевски прошла внутрь. Дух заглянул в комнату и закрыл за кошкой дверь.

Комната оказалась пуста. В ней никого не было, кроме маленького карлика, который стоял спиной к двери и смотрел на висящую на стене картину с пейзажем. Он заложил свои маленькие ручки за спину и пребывал в глубокой задумчивости.

- Простите, - раздался голос за его спиной, - вы бы не могли закрыть эту дверь, чтобы нам не мешали говорить.

Карлик оглянулся, но никого не увидел, кроме черной кошки, которая сидела у стола и умывалась.

- Кто здесь? – спросил карлик.

Кошка перестала приглаживать свою шерсть и посмотрела на карлика своими большими зелеными глазами.

- Мы можем поговорить так, чтобы нам не мешали? – спросила кошка.

- А… - воскликнул карлик, - говорящий кот! Кто же это умудрился сделать?!

Кошка отвернулась от карлика и сказала в сторону:

- Я знала, что с учеными трудно разговаривать, но не предполагала, что настолько трудно.

- Простите, как это у вас получается – разговаривать? – спросил карлик и наклонился к кошке.

- Дверь закрой, - прошипела кошка, - а то я стесняюсь рассказать вам о том, как это у меня получается.

- Дверь? Да-да, конечно, я могу закрыть дверь, - сказал карлик и повернул ключ в замке, - теперь вы можете говорить совершенно свободно.

- Вот и хорошо, - произнесла кошка и превратилась в Ани.

- А… -  снова  воскликнул  карлик,  и  в  его  возгласе почувствовалось разочарование оттого, что говорящая кошка оказалась не настоящей.

- Что вам угодно? – настороженно спросил карлик, глядя на свою гостью, - а это еще кто? – снова воскликнул карлик, увидев Мартина.

- У нас к вам срочное дело, которое касается программы уничтожения канала ментальной связи. Мы знаем, что вы были единственным, кто не участвовал в создании этой программы, - сказал Мартин.

- Да, это так. Я был против этого и считаю эту идею полнейшим безумием. Что вам от меня надо, кто вы и зачем появились здесь таким загадочным способом? – спросил карлик.

- Кто мы – это сейчас неважно. Мы просто те, кто так же, как и вы против выполнения этой программы. Однако, просто удача, что здесь сейчас никого нет, - сказала Ани.

- Да, здесь никого нет, и сегодня никого не будет, - с грустью ответил карлик.

- Вы должны помочь нам остановить эту программу. Нужно убедить ученых не совершать этой роковой ошибки, - сказала Ани.

- Вы опоздали.

- Почему? – спросил Мартин.

- Наших   ученых   уже   не   переубедить.   Сегодня   они отправились к Повелительнице Зла для того, чтобы лично сообщить ей о завершении работы по созданию программы. Вот так! – с горечью закончил карлик и отвернулся к картине на стене.

- Это следовало ожидать, - сказала Ани.

- Безумцы, безумцы, безумцы! – закричал, вдруг, карлик. - Один из них уже погиб, погибнут и остальные, все погибнет, а они никак не остановятся, - закричал карлик и нервно зашагал по комнате.

- Кто погиб? – спросил Мартин.

- Кто погиб? Какая вам разница, кто погиб, - со слезами в голосе ответил карлик.

- Это   была   женщина?   Это   женщина? –   настойчиво спрашивал Мартин.

- Вы откуда знаете? – уже спокойнее спросил карлик. – Да, это была женщина. Наша Берта. Я только что узнал о ее смерти. Она скончалась по дороге сюда. Бедный Аргус, как он переживет ее смерть… А… ну их всех в Черную Топь, надоело все. Что еще можно сделать, чтобы не допустить этой катострофы? – резко спросил карлик. – Вы ведь за этим сюда пришли. Нечего время терять. Они только и ждут приказа Нонсона.

- Какого приказа? – спросила Ани.

- Нонсон должен отдать им приказ о запуске программы, - пояснил карлик.

- Почему Нонсон, а не Гинния? – спросил Мартин.

- Этого я не знаю, но предполагаю, что она в это время будет чем-то занята.

- Где сейчас ваши ученые? – спросил Мартин.

- Они сказали мне, что не будут работать сегодня из-за смерти Берты.

- А, если приказ? Кто же тогда запустит эту программу? – спросила Ани.

- Кто-то из них. Мне они этого не доверят.

- Нужно остановить… - начала, было, Ани.

- Кого? Ученых? Нонсона? Гиннию? Кого? Они не станут вас слушать, - продолжал кричать карлик.

- А  уничтожить  эту  программу  вы  можете? – спросил Мартин.

- Нет, - обреченно ответил карлик, - не могу.

- Что же остается? – спросил Мартин.

- Только  одно.  Как мы и предполагали, - сказала Мартину Ани.

35

Повелитель Добра закрыл глаза и заговорил. Было заметно, что рассказ дается ему с трудом. Но постепенно картины прошлого всплывали в его сознании, и он погрузился в воспоминания, в свою прежнюю жизнь, юность и в те далекие времена, когда мир еще не был разделен на добро и зло.

Воспоминания Повелителя были не просто рассказом, они были чем-то большим для Рины и Таиры, которые, слушая Повелителя, видели перед своим внутренним взором и свое прошлое, о котором они старались не вспоминать…

После холодной и дождливой весны наступило теплое и солнечное лето. Природа радовалась солнцу, балуя себя разноцветьем цветов и пышностью лугов. В старинном городе Минолде был праздник. В голубом небе величаво проплывали разноцветные змеи и воздушные шары. Воздух в городе был наполнен песнями, музыкой, криками торговцев, которые наперебой предлагали горожанам всяческие лакомства. Все весело и беззаботно радовались лету, празднику и просто жизни.

Это был необычный город. Минолд был одним из самых старинных городов страны, с таинственной и запутанной историей и насыщенной настоящей жизнью. Горожане давно забыли, что такое вражда, болезни и голод. Все, от мала до велика, были заняты свои делом. Город мастеров, город знахарей, город комедиантов, город садоводов, город торговцев…

Пестрая толпа смотрела на площадь, где начиналось представление приезжих артистов. Сквозь толпу пробирались четыре девушки в пестрых платьях и с живыми цветами в волосах. Смеясь и толкаясь, они выбрались из толпы и огляделись.

- Куда пойдем? - спросила одна из девушек.

- А пойдемте на Задумчивую гору, - предложила другая девушка.

- Пойдемте, - согласились ее подруги, и они направились в сторону от главной площади города.

Смеясь и поминутно останавливаясь возле каких-нибудь торговцев, девушки, в конце концов, забрались на высокий холм, который возвышался над городом. Этот холм был покрыт высокой густой ярко зеленой травой, в которой росли полевые цветы. Взобравшись на вершину холма, девушки посмотрели вниз и увидели, что весь город, его улицы и веселящийся народ были видны им, как на ладони.

- Как же здесь хорошо, - произнесла одна из девушек, потянулась и села в траву.

- Здесь так тихо, - сказала ее подруга.

- Иногда хочется отдохнуть от всей этой суеты, - сказала третья девушка, и тоже опустилась на траву.

- Да неужели? - весело спросила четвертая.

Сидя в траве, девушки смотрели вдаль на город, и смеялись над тем, как глупо выглядит их суетливая жизнь.

- Интересно,   на   Земле   люди    также празднуют свои праздники? - спросила Рина.

- А, кто их знает, - ответила Юнона. - Кто этих землян видел.

- Как подумаю о том, что наши миры параллельны, у меня сразу мурашки по коже бегают, - сказала Таира.

- Да, мне бы было страшно с ними встретиться, - сказала Ани, - ну, если бы, вдруг, мы встретились, - пояснила она.

- Да уж, лучше жить в своем мире и не встречаться ни с чем непонятным и страшным, - сказала Таира.

- А, может быть, эти земляне не так уж и опасны. Зачем верить всему тому, что говорят, - сказала Рина.

- И вот, ведь, что интересно, землян никто толком и не видел, а рассказов о них хватает, - сказала Юнона.

- Ну, что мы заговорили о землянах, словно и поговорить больше не о чем, праздник, все-таки, - сказала Ани.

- А вы обратили внимание на гадалку? - спросила Рина.

- Это та, которая стояла  возле фонтана? - уточнила Таира.

- Да, какая она красивая, - сказала Рина.

- Она слишком красива для настоящей гадалки, - уверенно произнесла Ани.

- Что ты имеешь в виду? - спросила ее Рина.

- Настоящая гадалка - это женщина со сложной судьбой, которая многое пережила и познала мудрость жизни. Только тогда она сможет понимать линии на твоем лице и руке. Это женщины с особой внешностью. А та гадалка настолько красива, что, кажется, будто жизнь только и делала, что баловала ее, - пояснила ей Ани.

- Да, я согласна с Ани, - сказала Юнона.

- Жаль, - грустно произнесла Рина, - я хотела бы, чтобы она мне погадала.

- Нашла о чем грустить, - бодро сказала ей Таира.

- Посмотрите на старую часовню, - вдруг, сказала Ани.

- А, что с ней такое? - спросила Таира.

- Вы ничего не замечаете?

- Нет, вроде бы с ней все в порядке.

- А, что ты видишь? - поинтересовалась  Рина.

- Эта старая часовня, словно, не хочет участвовать в жизни города. Весь город в празднике, а она стоит, вроде бы в центре, но как-то сама по себе, сердитая за то, что вокруг слишком громкий шум.

- Какая ты выдумщица, - сказала Таира.

- А, почему часовне может не нравиться шум праздника? - серьезно спросила Юнона.

- Не знаю, может быть, этот шум мешает ей думать? - задумчиво ответила Ани.

- Разве часовни могут думать? - серьезно спросила Таира.

- Мне кажется, что все здания могут думать, - ответила ей Ани.

- Когда я была маленькой, моя бабушка столько мне всякого рассказывала об этой часовне, - сказала Рина, - и страшного и таинственного, но больше страшного.

- Страшного? - переспросила ее Юнона.

- Да, страшного. Эта часовня уже несколько сотен лет не работает, стоит с открытой дверью, но в нее никто не заходит, - ответила Рина.

- А, кто знает, почему она не работает? - спросила Ани.

- Здесь замешаны какие-то таинственные события, - тихо сказала Рина.

- Не вижу я в истории этой часовни ничего страшного и таинственного, - твердо сказала Таира.

- Да? А, почему часовня не разрушается, она выглядит так, словно выстроена только недавно? Почему она не разрушается, ведь за ней никто не следит? Ее словно не замечают, проходят по привычке мимо, спеша по своим делам, - сказала Рина.

- Вот вам и ответ на вопрос, почему часовне не нравится наш праздник, - весело сказала Юнона, - ей просто обидно, что ее никто не замечает, никто даже не подумал о том, чтобы украсить ее к празднику, тогда, как все дома вокруг украшены.

- Все может быть, - задумчиво сказала Ани, - Кстати, это неправда что в часовне никого нет. Я точно знаю о том, что в часовне хранятся старые книги, а, значит, там должен кто-то быть.

- Моя бабушка мне говорила о том, что в часовне живет одна из древнейших жительниц нашего города. Она, якобы, слегка  не в своем уме, но зато она помнит очень многое из истории города и умеет предсказывать будущее, - сказала Рина.

- Знаете, я думаю, что каждая из нас и так знает свое будущее, - сказала Таира. - Разве нет?

- А, что, ты права, - ответила ей Ани. - Я, например, хочу поступить в ученицы к нашему лекарю. Я уже умею заваривать лекарственные отвары, - гордо сказала она.

- Значит, ты станешь лекарем, будешь собирать травы, сушить их, заваривать и приносить облегчения всем болеющим и страдающим, - весело сказала Таира.

- Да, ну тебя, - отмахнулась от нее Ани, - а ты что будешь делать?

- Я? - рассмеялась Таира, потом смущенно улыбнулась и сказала. - Кажется, у меня будет ребенок.

- Ребенок? - воскликнула Юнона, широко раскрыв глаза так, словно не знала, что на свете бывают дети.

- Ну, да, то есть, я так думаю, что будет, - смущенно сказала Таира.

- А… ну, да, понятно. Это, должно быть, наш трубадур. Он слишком долго пел свои песни под твоим окном, вот ведь чем все закончилось, - сердито сказала Рина.

- А, что от песен бывают дети? - спросила Юнона с невинным и удивленным видом.

- Хватит дурочку из себя изображать, - прикрикнула на нее Рина.

Удивленное выражение исчезло с лица Юноны, и она радостно рассмеялась.

- А ты-то, чего сердишься? - спросила она Рину, - радоваться надо, ребенок - это так прекрасно.

- А трубадур-то где? Нет его, спел свою песню и исчез, - также сердито ответила ей Рина.

- Таира, Трубадур твой где? - спросила Юнона.

Таира грустно улыбнулась.

- Рина права, нет его. Он… ну, в общем, он уехал.

- Как уехал? Ты сказала ему про ребенка? - тревожно спросила Ани.

Таира кивнула.

- Понятно. Ты сказала, а он уехал. Не о чем больше говорить. Ты у нас будешь - одинокая женщина с ребенком, - сказала Рина.

- Как ты можешь, - упрекнула ее Ани, - Таира не одинока, у нее есть мы. Что же мы  вчетвером одного ребенка не вырастим, что ли? А появятся у нас дети, и все они будут друг другу, как братья и сестры. Ничего не бойся, Таира, - сказала Ани.

- Я и не боюсь, только… - начала, было, говорить Таира, и расплакалась.

Ани обняла Таиру, Рина придвинулась к ней ближе и сказала:

- Таира, не плачь. Ну, прости, я ведь не хотела тебя обидеть. Я переживаю за тебя. Мне этот парень сразу не понравился, только и толку, что красивый.

- Таира, ты не плачь. Ты обязательно встретишь хорошего человека, и вы всегда будете с ним вместе. А, может быть, твой трубадур еще вернется, а? Послушайте, а, может быть, он, действительно, вернется? - с воодушевлением спросила Юнона. - Может быть, он и не уходил никуда? А?

- Ну? - спросила Таиру Ани. - Может быть такое, что он никуда не уезжал?

- Нет, - покачала головой Таира и смахнула с ресницы слезу, - ладно, не будем об этом говорить.

- Ладно, у нас будет ребенок, это замечательная новость. Чем похвастаешься ты, Юнона? - спросила Рина.

- Ой, - сказала Юнона и закрыла лицо руками.

- Что? Еще один ребенок? - строго спросила ее Рина.

Юнона покачала головой и убрала от лица руки.

- Я замуж выхожу, - тихо сказала она.

- За кого? - спросила ее Таира.

- Он   самый   замечательный,   такой   умный,    добрый, внимательный, он так меня любит и понимает.

Девушки переглянулись.

- Кто бы это мог быть? - спросила Ани.

- У нас, вроде, такие не водятся, - с сомнением произнесла Рина.

- Да   и   бывают   ли,   вообще,   такие   мужчины? - поинтересовалась Таира.

- А вот бывают, - сказала Юнона.

- Кто же это? - хором спросили ее подруги.

- Вы его знаете.

- Да???

- Да. Это каменщик, он строит дома.

- А мы-то думали, почему ты исчезла на все то время, пока твои родители строили новый дом, - воскликнула Ани.

- Ну, что же, за таким мужем ты будешь, словно, за каменной стеной,- сказала Рина.

- Как я за тебя рада, - улыбнулась подруге Таира.

- Когда свадьба? - спросила Рина.

- Я думаю, что скоро, - ответила Юнона.

- Вот будущее троих из нас известно. Что скажешь ты, Рина? - спросила Ани.

-  У меня все по-прежнему. Я всегда рисовала картины, хочу нарисовать наш город, его улицы, дома, площадь, фонтан и эту старую часовню.

- А, все-таки, мы счастливые, - тихо сказала Таира.

- Еще бы, - согласилась с ней Ани.

- Надо же, наша жизнь только начинается, а нам почти все наперед известно, - задумчиво произнесла Юнона.

- Когда я смотрю на наш город, мне кажется, что ничего в мире не может произойти такого, что может изменить эту мирную жизнь и наши планы. Ани станет лекарем, у Таиры родится чудесный малыш, Юнона выйдет замуж за надежного и доброго каменщика, а я буду рисовать свои картины, - сказала Рина.

- Но, что-нибудь обязательно произойдет. И нас ждут многие перемены, - не согласилась с ней Ани.

- А я поняла, о чем говорит Рина, - сказала Таира, - она имела в виду не то, что нас не ожидают самые различные события, а то, что наша жизнь, словно прямая дорога, у которой не может быть неожиданных поворотов.

Никто ей не ответил, все сидели и молчали, глядя на веселящийся вдали город. Но вскоре внимание Таиры привлекли две фигуры. Юноша и девушка шли по направлению к часовне, они смеялись, обнимались и целовались, казалось, одновременно. Их темные и светлые волосы переплетались от теплого летнего ветра. Юноша был высоким и стройным с длинными черными волосами, девушка, напротив, была невысокого роста со светлыми волосами. На эту пару оглядывались прохожие, но, они ни на кого не обращали никакого внимания.

- Вы только посмотрите на них, - весело сказала Таира, показывая рукой на влюбленную пару.

- Любовь, любовь, - нараспев сказала Рина.

- Ой, ну, ничего себе, - воскликнула Ани, - они заходят в часовню. Как вы думаете, зачем?

Все рассмеялись.

- Должно быть, они решили пожениться, - сказала Юнона.

- В часовне не происходит сочетание браком, - ответила Таира.

- Это, как посмотреть, - игриво произнесла Рина.

И девушки снова рассмеялись…

Между тем юноша и девушка проскользнули в открытую дверь часовни. Внутри было настолько тихо, что им показалось, что, закрыв за собой дверь, они напрочь отделились от внешнего мира с его суетой и шумом.

- Может быть, не надо? - робко спросила девушка.

- Не бойся, здесь никого нет, - ответил ей юноша.

Прежде они никогда не заходили в это здание. И теперь с любопытством рассматривали круглый высокий зал со многими узкими и высокими окнами.

- Как здесь чисто и воздух абсолютно свежий. Но такого не может быть, верно, Кин? - спросила девушка.

- Тем лучше, Ния, - тихо ответил юноша и крепко прижал к себе свою подружку.

Они стояли и целовались и ничего не замечали вокруг. А, между тем, они были в зале не одни. Темная тень человека отделилась от стены с незаметной дверью и остановилась, наблюдая за Кином и Нией.

Оторвавшись от губ своей возлюбленной, юноша жадно схватил ее за руку и повел за собой к одной из стен зала туда, где стояли скамьи.

- Кин, Кин, - шептала девушка, - я боюсь, давай не будем. Я не хочу здесь, нехорошо это.

- Чего ты боишься? Здесь никого нет, - хрипло ответил юноша.

- Я не этого боюсь, я вообще боюсь.

- Не бойся, я люблю тебя.

- Нет, если бы ты меня любил, ты не стал бы меня заставлять.

- Глупенькая, я тебя не заставляю, я люблю тебя, разве ты сама этого не хочешь?

- Я не знаю, может быть, и хочу, но не так…

Темная тень, наблюдая за этой сценой, не стала вмешиваться в ход событий. Она скользнула обратно в дверь, и девушка с юношей остались одни. Стены часовни равнодушно взирали на эту пару, хотя они имели все основания для удивления. Еще никто за все время существования часовни не совершал в ней таких поступков. Сюда приходили молиться, сюда приходили за советом, здесь хранилась история и мудрость города, здесь собирались необыкновенные существа и принимались глобальные, по своей значимости, решения.  Но еще никогда стены этой часовни не видели два обнаженных тела, которые лежали бы среди разбросанной одежды. Часовня была слишком мудра, чтобы испытывать негодование, она уже знала о том, что эти двое очень скоро пожалеют о своем поступке. Информационные и энергетические волны исходили от  этих людей, и часовня понимала все их чувства и мысли. Не сдержанный в своих желаниях юноша, разочарованная и обиженная девушка. Этого и следовало ожидать. Один человек удовлетворил свое желание за счет другого человека, просто использовав его для этого. И это люди называют любовью? Если бы стены часовни могли, они бы усмехнулись.

- Ния, ну, ты что?

- Ничего, отстань.

- Тебе не понравилось?

- Ты что, дурак?

- Ну, почему я дурак? Я что ли придумал все это? Люди хотят друг друга, и, почему это плохо? Что изменилось? Я по-прежнему люблю тебя. Ты - самое дорогое, что у меня есть. Ну, Ния?

Юноша, говоря все это, заглядывал в лицо девушке, которая торопливо одевалась.

- А вот я теперь сильно сомневаюсь в том, что по-прежнему тебя люблю, - сказала она сердито.

- Почему?

- Знаешь, я думаю, что ты не поймешь, даже, если я начну тебе все подробно объяснять. Должно быть, мужчины вообще не могут понимать женщин.

Они стояли напротив друг друга и сердито смотрели один на другого. Юноша застегнул последнюю пуговицу на своей рубашке и пригладил взлохмаченные длинные волосы. Внезапно тишина часовни разрушилась и где-то громко хлопнула дверь. Молодые люди вздрогнули, и юноша взял девушку за руку. К ним медленно приближалась высокая темная фигура.

- Что вы здесь делаете? - спросил резкий высокий голос.

Девушка покраснела и посмотрела на юношу.

- Простите, мы просто зашли посмотреть,  - спокойно ответил юноша.

- Посмотреть? На что? - спросил  голос.

Высокая фигура приблизилась, и молодые люди увидели женщину в черном платье, с седыми гладко зачесанными волосами. На груди у женщины висела цепь с необычной по своей конфигурации фигурой. И звенья цепи и сама фигура были выполнены из сверкающих красных камней.

- Так на что вы собрались здесь смотреть? - строго повторила свой вопрос женщина.

- Мы никогда не были здесь и захотели посмотреть, что внутри  этой старой часовни, - тихо сказала девушка.

Женщина внимательно посмотрела в лицо девушки, и переспросила:

- Никогда не были и решили посмотреть?

- Да, - сказала девушка.

- И, что же вы здесь увидели? - строго спросила женщина.

Девушка покраснела еще больше.

- Мы, по-видимому, совершили ошибку, что пришли сюда, - сказал юноша.

- Простите, мы пойдем, - робко сказала девушка и потянула юношу за руку.

- Не торопитесь, - резко остановила их женщина.

Девушка испуганно посмотрела на юношу и остановилась.

Женщина положила левую ладонь на фигуру из красных камней и на минуту задумалась.

- Сегодня праздник, - сказала она, - вы пришли в эту старую и всеми забытую часовню и должны уйти отсюда с подарком.

Молодые люди переглянулись.

- Я могу предложить предсказать вам вашу судьбу. Это очень ценный дар, если воспользоваться им с умом. Пойдемте со мной, - сказала женщина и, повернувшись к молодым людям спиной, медленно пошла к одной из затерявшихся в стене темных дверей.

Девушке стало по-настоящему страшно, ей захотелось убежать, но некая сила влекла ее вперед за плавно скользящей впереди фигурой.

Протянув руку к массивной потемневшей ручке в форме рога какого-то животного, женщина открыла дверь и вошла в нее. Молодые люди последовали за ней следом, оглядываясь и удивляясь тому, что видят.

Комната, в которую они вошли, была небольшой. Длинные узкие окна впускали в комнату яркие лучи солнца. Но солнечный свет не смог затмить сияние, исходящее от множества зажженных свечей. Свечи стояли в высоких подсвечниках, двумя строгими рядами, образуя нечто вроде огненного коридора. Женщина медленно шла по этому коридору, юноша и девушка шли следом за ней. Огоньки свечей торжественно колебались над их головами, такими высокими были подсвечники. Выйдя из огненного коридора, незнакомая женщина остановилась перед высоким столом, на котором стояло множество кубков, низких и высоких, богато украшенных и самых скромных. За столом стояли только три стула, два стула по одну сторону стола и один стул по другую сторону.

Женщина обошла вокруг стола и сказала:

- Выберите каждый себе по кубку. Выбирайте тот, который вам понравится.

Юноша гордо вскинул голову и обвел взглядом весь стол. Ему сразу же бросился в глаза массивный кубок из белого металла, украшенный зелеными камнями, и с ножкой в форме меча. Он решительно взял понравившийся ему кубок и поднес к глазам, чтобы лучше его рассмотреть.

Девушка, робко взглянув на женщину, посмотрела на стол. Ни один из кубков ей не нравился. Она пошла вдоль стола, чтобы лучше рассмотреть стоящие кубки, как, вдруг, что-то кольнуло ее в самое сердце, и она оглянулась. Ее друг, вытянув вперед руку, смотрел на свой кубок и улыбался собственным мыслям. Пригласившая их женщина спокойно стояла и смотрела на юношу. Что же заставило девушку оглянуться? Она еще раз посмотрела на стол и увидела собственное отражение в одном из кубков. Она подошла к нему поближе. Круглая и высокая чаша из красного металла отражала на своей поверхности удивленное и бледное лицо девушки с большими голубыми глазами. Сердце девушки радостно забилось, и она протянула к чаше руку.

- Я вижу, вы сделали свой выбор, - торжественно произнесла женщина, и юноша вздрогнул. Голос женщины вывел его из состояния задумчивости и мечтаний.

После этих слов все остальные кубки со стола исчезли.

- Садитесь, - пригласила женщина и села на свой стул.

Юноша и девушка сели и поставили выбранные ими кубки перед собой.

- Ваш выбор о многом говорит, - прошептала женщина. - О многом. Покажите мне свои ладони.

Переглянувшись, молодые люди протянули женщине свои руки. Та внимательно посмотрела на ладони сначала юноши, потом девушки. Она кивнула. Ее лицо не выражало никаких эмоций.

- Этого достаточно, - сказала она. - Теперь слушайте меня внимательно. Ваши судьбы переплетены самым невероятным образом. Это, пожалуй, самые сложные жизни, какие я только видела. У вас руки короля и королевы.

- Ух, ты, я стану королем? - воскликнул юноша, и женщина при этих словах нахмурилась.

- Вы станете тем, от кого будут зависеть жизни многих людей. Это огромная ответственность, молодой человек. От вас и ваших отношений друг с другом зависит судьба целого мира.

- От наших отношений друг с другом? - переспросила девушка.

- Да, именно так. Как вы относитесь друг к другу? Насколько серьезны ваши чувства?

- Мы любим друг друга, - ответил юноша.

- Любите? А вы знаете, что такое любовь? - спросила женщина, и в ее голосе скользнула ирония.

- Любовь - это чувство, - ответил юноша.

- Я не стала бы говорить с вами о том, что такое ваши чувства друг к другу. Но судьба уготовила вам большой сюрприз. Вы рождены для того, чтобы вести за собой людей и создать новый мир. Именно вы и никто другой. Но на троне власти вы должны быть вместе. Запомните это, только вместе. И именно любовь сможет помочь вам в этом. Если вы расстанетесь, мир расколется на две части, и из-за этого произойдут многие бедствия. Но я читаю в ваших лицах сомнения.

- Да, мне трудно представить себе, что мы, я и Кин, можем стать  такими важными господами, - сказала девушка.

- Это случится не вдруг, это произойдет со временем и станет для вас естественным событием. Но я хотела бы сказать вам самое главное и надеюсь на то, что вы не забудете моих слов. В союзе мужчины и женщины не должно быть сильной и слабой стороны, не должно быть возвышенной и униженной стороны. В союзе мужчина и женщина должны быть равны, в их отношениях должно быть равновесие и гармония. Слабые и сильные стороны мужчины и женщины должны дополнять друг друга. Вы не должны спорить о том, кто главный и кто важный, вы равны. Эти понятия пока чужды не только вам, но и другим людям. Но именно в этом залог вашего успеха.

Женщина замолчала, снова коснулась рукой сверкающей на груди фигуры и продолжила.

- Теперь ваши кубки. Посмотрите в них.

Юноша и девушка взяли в руки выбранные кубки и посмотрели внутрь.

- Что вы видите? - спросила женщина.

- Ничего, - ответил юноша.

- Посмотрите еще раз.

Юноша стал всматриваться в дно своего кубка, и тут что-то сверкнуло ярким светом, зашевелилось, и на дне появилась четкая картинка.

- Что вы теперь видите?

- Я вижу дым, что-то горит, бегут люди. Это, кажется, пожар.

- Вы видите разрушение, - сделала вывод женщина. - Что видите вы? - обратилась она к девушке.

Ния посмотрела внутрь своего кубка и ясно увидела веточку молодого дерева с распустившимися цветами.

- Я вижу, как цветет сад, - ответила девушка.

- Вы видите жизнь, - пояснила женщина. - Один из вас увидел разрушение, а другой - созидание.

Женщина взмахнула рукой, и в ту же секунду внутри каждого кубка вспыхнул огонь. Молодые люди испуганно вздрогнули, но женщина их успокоила.

- Не бойтесь, смотрите на огонь.

В кубке юноши огонь пылал ярким красным, как кровь, светом, от огня пахло копотью и бедой. В кубке девушки огонь горел мягким желтым светом, от огня шло согревающее тепло.

- Что это значит? Почему у нас пламя разного цвета? - спросил юноша.

- Это значит, что один из вас несет в своей душе зло. Это зло в вашей душе, - пояснила женщина, указывая рукой на юношу. - В вашей душе, напротив, живет добро, - сказала женщина, обращаясь к Ние. - Если вы будете вместе, добро и зло в ваших душах преобразятся, и наступит та гармония, которая позволит вам стать непобедимыми властителями мира. Если же вы расстанетесь, один из вас так и останется злым, а другой - добрым. Но ваша судьба предрешена, и власть у вас никто не отнимет. Однако, мир расколется на две части - добро и зло.  Вы, юноша, станете Повелителем Зла, а вы – Повелительницей Добра. Это будет большое бедствие для всего мира.

- Не знаю, как я теперь буду жить после всего того, что вы нам сказали. Вы говорите такие ужасные вещи. Кто вы? - спросила девушка.

Лицо женщины выразило удивление, словно она подумала о том, почему ее раньше не спросили об этом.

- Кто я? Сейчас уже трудно сказать об этом. Я слишком долго живу на свете. И ваше потрясение мне понятно. Ваша жизнь потребует от вас большого мужества. Удивление и сегодняшнее потрясение - ничтожно по сравнению с теми испытаниями, которые ждут вас впереди. Возьмите свои кубки и зажгите эти две лампы.

С этими словами женщина встала и указала на две лампы, которыми начинался огненный коридор, и которые сейчас не горели.

- Пойдемте, - сказала женщина и вышла из-за стола.

Юноша и девушка взяли свои кубки, и пошли за женщиной по освещенному свечами коридору. Остановившись у ламп, женщина указала каждому на свою лампу. Юноша и девушка поднесли свои кубки с огнем к лампам. Пламя из кубков переметнулось к лампам, и кубки опустели. Из них еще шел легкий дым, потом металл кубков стал холодным, по нему пошли мелкие трещинки, что-то в них захрустело, и сквозь державшие их пальцы посыпался золотистый песок. Кубки исчезли, словно их и не было.

Девушка испуганно посмотрела на женщину, но в ее лице не было никаких эмоций. Строгим голосом она произнесла:

- Эти чаши с огнем будут гореть здесь ровно столько, сколько продлится ваша жизнь. Если на своем жизненном пути вы столкнетесь с серьезными трудностями, приходите сюда, и ваш огонь даст вам силы. А теперь можете идти и помните о том, что я вам сказала.

Выйдя из часовни на улицу, Ния наконец-то пришла в себя. Все то, что произошло с ней в этой часовне, казалось ей каким-то кошмарным сном. На душе было тяжело и тоскливо. Сердце ныло, словно от предчувствия неминуемой беды. Прислонившись спиной к стене, Ния смотрела на своего друга, который, в отличие от нее, был в прекрасном настроении. Подставив лицо ветру, он наслаждался сильным потоком воздуха, развевающим его длинные волосы. Его глаза были закрыты, лицо выражало удовольствие. Весь его вид вызывал у девушки раздражение и досаду, он казался ей чужим и далеким.

Кин открыл глаза и повернулся к Ние.

- Ты чего грустишь? Разве можно грустить именно сейчас, когда нам был обещан весь мир?

- Ты поверил всему тому, что сказала эта женщина?

- А ты сомневаешься? - недовольно спросил Кин.

- Я думаю, что таким, как ты, нельзя предсказывать такие вещи, - устало произнесла Ния.

- Это еще почему?

- Ты несерьезный.

- Да брось ты, Ния. Я стану королем. Вот ведь интересно, как же это, все-таки, случится? Что же должно произойти в мире такого, что я, простой парень, стану королем?

- Должно быть, это будут ужасные перемены, - грустно сказала Ния.

- Если ты перестанешь быть такой вредной, я женюсь на тебе, и ты станешь королевой.

- Да? Ты и в самом деле думаешь, что для того, чтобы я стала королевой ты должен на мне жениться? - с иронией спросила Ния.

- А, как же иначе? Как ты себе это представляешь по-другому?

- И, что потом?

- Потом ты будешь жить в прекрасном дворце, и растить наших детей.

- И все?

- А, что еще?

- Тогда, зачем мне выходить за тебя замуж? Если моя жизнь сведется только к тому, чтобы сидеть дома и растить детей, я могу выйти замуж за нашего молодого булочника. Буду жить в его уютном доме, пахнущем сдобными булочками, и растить наших детей.

- Ты, что, с ума сошла? Он булочник, а я - король, - воскликнул юноша.

- Да, он булочник, а ты - просто мальчишка-бездельник, который стоит тут и мечтает о всякой ерунде.

С этими словами, девушка отошла от стены, прошла мимо Кина и пошла по улице.

- Я не бездельник! Не хотел тебе говорить, но через два дня я ухожу в поход, - крикнул ей вслед Кин.

Девушка остановилась и оглянулась.

- Куда ты уходишь? - насмешливо спросила она.

- В поход. Думаю, что это будет опасное мероприятие.

- Чем   это   оно   будет   для   тебя   опасно? -   недоверчиво спросила Ния, подходя к Кину.

- Хотя бы тем, что я должен буду найти Ундорда.

- Зачем? - спросила девушка, и в ее голосе прозвучало волнение.

- Мы решил покончить с ним раз и навсегда, - решительно ответил Кин.

- Вы? Это твои друзья, такие же глупые мальчишки, как и ты?  Зачем это тебе? Тебе что плохого сделал старый и злой Ундорд?

- Мне лично он ничего не сделал. Но мой долг помочь товарищам в уничтожении этого злодея.

- Не делай этого, Кин, это слишком опасно. Вам не справиться с Ундордом.

- Глупости, мы хорошо вооружены.

- Тогда возьми меня с собой.

- Еще чего, кто возьмет тебя на такое серьезное дело?

- Почему ты не хочешь взять с собой меня? Я могу быть полезной, - просила Ния.

- Ты, должно быть, хочешь, чтобы я вместо того, чтобы сражаться со страшным и опасным Ундордом, все время оглядывался на тебя, смотрел как ты, и, что с тобой?

- Но эта женщина сказала, что мы должны быть вместе, только тогда мы сможем все победить, - с мольбой в голосе произнесла Ния.

- Она так сказала? Я этого не помню, - решительно сказал Кин.

- Значит, я ее неправильно поняла?

- Выходит, что так, - холодно ответил юноша.

- Ты знаешь что, Кин, я не буду тебе навязываться. Мои чувства к тебе не настолько сильны, чтобы терпеть такое твое отношение ко мне. Можешь считать, что сегодня между нами ничего не было. Ты не был мне близким человеком, а теперь и вовсе кажешься мне чужим. Прощай.

Девушка отвернулась от Кина и ушла.

Юноша долго смотрел ей вслед, и пошел за ней.

- Кажется, они поссорились, - сказала Ани, наблюдая за юношей и девушкой, которые вышли из часовни.

- Уже? - спросила Рина.

- И в часовне они что-то долго были, - сказала Юнона.

- Нехорошо подглядывать за людьми, - усовестила их Таира.

- Мы не подглядываем, этих двоих видит вся улица, - ответила ей Юнона.

- Но все равно, нечего наблюдать за людьми, может быть у них неприятности, и они не хотели бы, чтобы об этом кто-то узнал, - продолжала настаивать Таира.

- Пойдемте вниз, - сказала Ани и встала.

Остальные девушки также поднялись с травы и медленно стали спускаться с Задумчивого холма вниз.

Город встретил их шумным весельем. Проходя через центральную площадь, девушки снова увидели красавицу гадалку, которая стояла у фонтана и крошила хлебные крошки птицам. Рядом с гадалкой никого не было. Но вот она оторвала свой взгляд от птиц и увидела четырех девушек. Ее лицо выразило радость, словно именно их она и ждала здесь весь день. Гадалка замахала руками и закричала:

- Идите сюда.

- Это она кому? - спросила Юнона.

- Кажется, нам, - неуверенно ответила Таира.

- Давайте подойдем, - попросила Рина.

Ани пожала плечами и сказала:

- Пойдемте, надо дать человеку заработать.

Приблизившись к гадалке, девушки остановились. Юнона с недоверием смотрела на женщину. Таира, напротив, с восхищением смотрела на гадалку с взлохмаченными рыжими волосами.

- Отчего такие красивые девушки так серьезны в такой день? Давайте я расскажу вам ваше будущее. В такой день, как сегодня, я скажу вам всю правду, - с радостью сказала гадалка.

- Разве сегодня особый день для гадания? - спросила Таира.

- А вы не знаете? - недоуменно спросила гадалка.

Девушки покачали головами.

- Сегодня день Звезд. Именно в такой день судьба человека явственно проступает на его ладони, и все, что будет ему предсказано сегодня - сбудется.

- Тогда, может быть, нам не стоит рисковать и пытаться узнать, что с нами будет? - спросила Ани.

- Отчего же не позволить себе маленькую слабость, не побаловать себя рассказом гадалки?

- Погадайте мне, - сказала Юнона, - скажите, я выйду замуж?

Гадалка взяла руку Юноны и стала внимательно смотреть на ее ладонь, при этом она улыбалась.

- Да, - закивала она головой, - ты выйдешь замуж.

- Как хорошо, - обрадовалась Юнона, - а дальше?

- Ты выйдешь замуж, но потом вас ожидает разлука.

- Почему? - удивилась Юнона.

- Он уйдет от тебя. Да, да, уйдет, - радостно кивая, произнесла гадалка, - тебя ждут серьезные испытания, потери, горе, слезы и трагический конец, - также радостно закончила гадалка.

Девушки удивилась не только такому ужасному предсказанию, сколько тому, с какой радостью оно было сказано. Юнона недоуменно отошла от гадалки и стала смотреть на свою ладонь, пытаясь понять, какие знаки поведали её печальную судьбу. Такому предсказанию Юнона не поверила.

- Скажите, у меня будет много детей? - спросила Таира, спокойно протягивая гадалке руку.

Едва бросив взгляд на ладонь, предсказательница радостно объявила:

- Нет, у вас не будет детей.

- Как? Но один-то ребенок точно есть, - настойчиво сказала Таира.

- Нет, - покачала головой гадалка, - нету.

- А, куда…? - начала было спрашивать Таира, но Ани перебила ее и спросила гадалку:

- Что вы хотите сказать, что наша подруга потеряет ребенка?

- Этот ребенок должен был родиться, но сегодня… праздник Звезд. Сегодня что-то переменилось в небе, и ваш ребенок не родится, - улыбаясь, сказала прорицательница.

- Не слушай ее, - резко сказала Рина Таире.

- А я? - спросила Ани, - я стану знаменитым лекарем?

- О, да, - воскликнула предсказательница, - вы будете очень знаменитой. Но вы никогда не станете лекарем. Вы не будете лечить людей, вы будете убивать.

- Вы сумасшедшая! - воскликнула Юнона.

- Нет, - улыбаясь, спокойно сказала гадалка, - я не сумасшедшая.

- А, что вы скажете мне? - с вызовом в голосе спросила Рина.

- У вас все будет хорошо. Вы будете солдатом, - твердо произнесла прорицательница.

Подруги дружно рассмеялись.

- Кем я буду? Солдатом?! Я - художница, как я могу стать солдатом?

- И, тем не менее. Вы - солдат, - решительно подтвердила гадалка.

- Я думаю, что этого достаточно, - сказала Юнона, - вы нас здорово рассмешили. Возьмите, - и протянула гадалке монету.

Ее подруги отошли в сторону и медленно шли, переговариваясь. Юнона задержалась и спросила гадалку:

- Вы, должно быть, пьяны. Какую чушь вы наговорили мне и моим подругам.

Гадалка ничуть не обиделась и ответила.

- Я стою на этой площади и зарабатываю себе на жизнь. Обычно я никогда не говорю людям плохое, зачем расстраивать людей за их собственные деньги? Но вам я сказала правду. Сегодня здесь на площади я, вдруг, почувствовала, что нас всех ожидают ужасные перемены. Глядя на линии ваших ладоней, я увидела, что ваши жизни резко изменятся. Я не стала вас обманывать. Вашим надеждам не суждено сбыться.

- Что вы такое говорите? Какие перемены?

- Увидим, эти перемены не заставят себя ждать. Хотите, дам вам совет?

- Совет? Какой?

- Не выходите замуж.

- Как? Но мы уже обо всем договорились.

- Да, но вы ни с кем не договорились о том, чтобы печальные обстоятельства не заставили вашего мужа бросить вас.

Даже не попрощавшись, Юнона отошла от гадалки и медленно пошла к подругам. Те стояли и ждали ее. Подойдя к ним, Юнона оглянулась и увидела, что гадалка машет им рукой.

- Нет, ну, какая дура! Такое сказать! Я - солдат, - яростно говорила Рина.

- Ты о чем с ней говорила? - спросила Ани.

- Я? - рассеянно переспросила Юнона. - Я только сказала ей о том, что мы ей не поверили.

- Это она нарочно нам гадости наговорила, - сказала Таира.

- Зачем? - спросила Ани.

- Из зависти, - решительно ответила Таира.

- Вы думаете? - с надеждой спросила Юнона.

- Конечно, ну, посуди сама. Какой я солдат?- сказала Рина.

- Действительно, - с надеждой сказала Юнона.

- А я так ничуть не расстроилась. Я точно знаю, что мой ребенок родится, и у него все будет хорошо, - сказала Таира.

- Да, давайте забудем все то, что нам сейчас наговорили. Будем считать, что мы не встречали этой гадалки.

Четыре подруги пересекли маленькую улочку, прошли по еще одной площади и затерялись среди толпы горожан, которые радовались празднику, лету и просто жизни.

36

Повелитель Добра закончил свой рассказ, который поразил Рину и Таиру. Они вновь пережили события далекого прошлого, которые болью отозвались в их сердцах. Агенты не стали говорить Повелителю о том, какие воспоминания они только что пережили. Они только с горечью подумали, что все предсказания гадалки  с точностью сбылись.

Повелитель задумался и замолчал.

- Что же было с вами дальше? - спросила его Рина. - Вы помирились?

- Да, вы не рассказали нам самого главного? – подал голос Призрак.

- Мы совершили серьезную ошибку, за ней последовали другие, и, в результате, мы расстались. Расстались врагами, которым нет примирения в этой жизни. Может быть, когда-нибудь, но не теперь.

- Но, почему? - удивилась Таира. - Я думаю, что вы не обидели Гиннию настолько, что вас нельзя было бы простить?

Повелитель посмотрел на Таиру и горестно улыбнулся.

- К своему стыду я именно так и сделал. Меня нельзя простить. Я себя не простил.

- Что же это может быть такое? - с любопытством спросила Рина. - Ведь она вас любила.

- Да, любила. Но ее любовь погибла вместе с той Нией, которую я когда-то знал. Я вижу вам очень любопытно узнать, как это произошло? Я расскажу вам.

Как я вам уже говорил, мы с моими товарищами, с такими же самоуверенными и отчаянными, как я, глупцами, решили отправиться в поход за злым волшебником по имени Ундорд. У меня не было личной неприязни к этому волшебнику, я даже мало знал о нем. К несчастью, слишком мало, иначе, я бы не стал участвовать в этой затее. Да, что там говорить, никто из нас не имел личных обид на Ундорда. Это было просто ребячество. Ния очень переживала за меня, ей хотелось быть рядом со мной, но я был против этого. Хотя в то время участие девушек в походах не было редкостью, многие смелые девушки наравне с мужчинами добивались победы в своих путешествиях. Но, я… я не хотел делить свой успех с Нией. Мне не понравились слова таинственной прорицательницы часовни о том, что Ния должна быть равной мне, должна быть рядом. Я так не считал.

Итак, через два дня после предсказания наш немногочисленный отряд отправился в поход за головой злого волшебника Ундорда. Это был тяжелый путь по каменистой дороге, которая вела нас в горы. Мы поднимались все выше и выше, и, наконец, наш подъем завершился. Перед нами была вершина горы, которая имела слишком гладкую поверхность. Видимо, кто-то помог природе соорудить ровную площадку, на которой мы увидели  зеленый сад. Деревья словно висели в воздухе, а на зеленых раскидистых ветвях росли неизвестные нам плоды. Несмотря на красоту деревьев, в целом впечатление создавалось отталкивающее. Никто из нас не знал, куда идти дальше. Но отступать нам было некуда, и мы пошли по гладкой поверхности вершины. Приблизившись к деревьям, мы увидели, что растут они на самой обыкновенной почве, что между деревьями зеленеет сочная трава, и нет никаких намеков на то, что этот удивительный сад висит в воздухе на вершине горы. Я прикасался к листве деревьев, она была настоящей. Когда я оглянулся назад, то уже не увидел той тропинки, по которой мы поднялись сюда. Мои товарищи, казалось, совсем забыли о цели нашего похода. Они ходили между деревьями, срывали плоды и с аппетитом их ели. Я понял, что здесь действуют какие-то волшебные чары, и мне очень не хотелось бы, чтобы волшебник справился со мной как с ребенком, подсунув вкусные фрукты, которые затуманили бы мой разум. Между тем, моих товарищей клонило в сон, они ложились под деревьями, устраивались поудобнее, и засыпали. Все мои просьбы встать и идти дальше ничего не дали. Они отвечали мне, что устали и имеют право отдохнуть. Спустя какое-то время я остался один, все спали. Я не знал, что мне делать. Оставить моих товарищей и идти дальше? Или остаться и следить за тем, чтобы с ними ничего не случилось. Я стоял в нерешительности и думал, когда услышал какой-то звук. Этот звук был совсем рядом. Он не встревожил меня, не заставил волноваться, это был какой-то мирный звук, и я пошел посмотреть на его источник.

Пройдя немного, я увидел человека, который спиливал с деревьев сухие ветки. Вид этого человек был таким обычным, мирным и безопасным, что я подумал о том, может ли здесь, вообще, что-нибудь причинить нам вред? Человек, между тем, спокойно работал и складывал ветки в плетеную корзину, стоящую под деревом. Одет этот человек был так, как одеваются обычно садовники. Его седые длинные волосы были заплетены в косу, лицо было смуглым, словно он много времени проводил на солнце.

Заметив меня, он кивнул мне и продолжал свою работу. Я подошел к нему поближе.

- Вы, я вижу, издалека? - спросил меня он.

- Да, - ответил я, гадая о том, кто этот  человек.

- Дорога сюда не из легких. Что привело вас в наши края?

- Я… мы ищем Ундорда, - ответил я.

- Ундорда? - переспросил он и, положив маленькую пилу в корзину, повернулся ко мне. - Это я, - сказал он и вытер руки о свой передник.

Я не знал, что и сказать. А Ундорд продолжал.

- Ну, что же, пойдемте в дом, - сказал он и указал рукой вдаль. - Вы проделали длинный и сложный путь, должно быть, устали.

Я был поражен. Признаться, я плохо представлял себе, каким должен быть злой волшебник. Но я меньше всего ожидал увидеть его именно таким. Я оглянулся назад посмотреть, как там мои товарищи. Ундорд увидел, куда я смотрю, и сказал:

- Вы пришли не один. Оставьте их, пусть поспят, они, ведь, устали с дороги. Проснутся и присоединятся к вам. Пойдемте, - сказал волшебник и, оставив свою корзину под деревом, зашагал среди деревьев. Я пошел за ним, переживая сложные чувства. Вскоре мы подошли к небольшому двухэтажному каменному дому, вокруг которого зеленели лужайки и цвели цветы.

- У вас очень красиво, - искренне сказал я.

- Вам нравится? - спросил волшебник, и в его голосе была радость. - Я, знаете ли, не силен во всех этих садовых премудростях, и очень горжусь, когда у меня что-либо получается.

Мы вошли в дом, и я увидел просторный холл с большим ковром посередине, на второй этаж вела лестница. Каменный камин потрескивал горящими дровами.

- Я живу один. Так и не женился. Женщины меня недолюбливали. Обидно. Вот теперь приходится проводить все свои дни в одиночестве.

- Почему вы поселились вдали от всех, в горах?

- Видите ли, мои предки жили здесь многие годы, вот теперь и я живу в нашем фамильном доме. Если вы проголодались, у меня найдется, чем вам накормить. Пойдемте.

Волшебник прошел в столовую, в которой стоял большой стол, накрытый скатертью. Стоящий рядом шкаф сверкал посудой.

- У вас такой порядок. У редкой хозяйки бывает такая чистота, - невольно сказал я.

Волшебник усмехнулся.

- Не приписывайте этого мне. Сам я бы с этим ни за что не справился бы.  Только волшебство меня и спасает. Моя семья всегда славилась умением показывать разные волшебные фокусы. Собственно говоря, именно эта способность и послужила причиной того, что мои предки поселилась здесь, в горах, подальше от всех. Садитесь, - волшебник указал мне на стул.

Я сел, и хозяин поставил передо мной большую тарелку с жареным мясом и овощами.

- Где-то у меня была старая бутылка с вином, - произнес хозяин сам себе, открывая дверцы шкафа и вытаскивая большую пыльную бутыль темного стекла. Он поставил на стол два бокала и до краев налил в них вина.

Сев на стул, напротив меня, он сказал.

- Ну, что же, давайте выпьем, - сказал он и, не спеша, опустошил свой бокал.

Вино и жареное мясо мне очень понравились. Я с аппетитом ел, а мой хозяин смотрел на меня, как смотрят на проголодавшихся детей родители. Когда я доел, тарелка со стола исчезла, и мой бокал снова наполнился, только при этом хозяин ни к чему не притрагивался и с удовольствием смотрел на мое удивление.

- Так, что же привело вас ко мне? - спросил волшебник. - У вас, видимо, есть какое-то дело?

Я не знал, что мне ответить и чувствовал себя совершенно дурацким образом.

- Отчего вы молчите? Может быть, у вас есть ко мне какая-нибудь просьба? Не стесняйтесь. Что вы хотите? Победить вашего врага? Убрать с дороги того, кто вам мешает? Вернуть любовь девушки? Добиться славы?

- И вы все это можете? - удивился я.

- Да, я могу все это сделать, хотя и не считаю нужным вмешиваться в чужую жизнь.

И тут я почувствовал, что должен сказать ему правду. Это было глупая затея, но слова сами вертелись у меня на языке, и я сказал:

- Нет, Ундорд, мы пришли к вам с совсем другой целью…

Но волшебник не дал мне договорить.

- Уж не пришли ли вы за моей головой? - спокойно спросил он.

Я кивнул.

Хозяин отпил от своего бокала и сказал:

- У вас ничего не получится.

В его голосе не было ни злобы, ни страха, он был совершенно спокоен.

- Почему? - спросил я.

- На это есть много причин. Но вас, должно быть, удивляет мое спокойствие?

- Да, - простодушно ответил я.

- Вы не первые, кто приходил сюда за этим, - он пожал плечами, - и, что я плохого сделал? Так, сущая ерунда.

- Вы, должно быть, владеете очень сильным волшебством, если не боитесь нас?- спросил я, молодой безумец.

- Как вас зовут? - вдруг спросил волшебник.

- Меня все зовут Кином.

- Так вот, Кин, сколько бы вас ни было, вам не справиться со мной. Хотя, должен признать, что вы оказались самым умным из всего вашего отряда.

- Почему? - удивился я.

- Да потому, что ваши товарищи уже давно мертвы, - по-прежнему спокойно ответил волшебник.

- Как? - вскричал я, и мое сердце сжалось от страха.

- Так. Они не только мертвы, но и кости их заросли травой.

- Как? - снова спросил я, и в моем голосе уже не было сил.

- Вам страшно? - спросил волшебник.

- Да, - кивнул я.

- Не бойтесь. Я уважаю ум. Вы будете жить.

И тут кровь бросилась мне в голову. Я схватил кинжал, который висел у меня за поясом и замахнулся на волшебника. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

- Я не буду с вами драться. Поединок – это лишь череда движений, в которых побеждает тот, чьи движения ловчее, чьи  мышцы сильнее и выносливее. Нет, настоящий поединок - здесь, - с этими словами, волшебник указал пальцем себе на лоб.

Я опустил кинжал и почувствовал себя уничтоженным. Действительно, что я мог сделать? Да и сама затея приехать сюда показалась мне совершенной глупостью. Мне было стыдно. Желать чужой смерти, ничего не зная о человеке, не имея ни одной обиды на него, это ли не жестокость и бессмысленность? В изнеможении я сел на стул и закрыл лицо руками.

- Они отравились плодами с ваших деревьев? - устало спросил я.

- Нет, - ответил волшебник.

- Тогда, как они погибли, отчего?

- Вам лучше не знать этого. Вы не захотели разделить с ними их участь, так не стоит теперь разделять с ними их предсмертные знания.

Я мало понял из того, что мне сказал волшебник, но у меня уже не было желания узнать причину гибели моих товарищей. Я, вдруг, вспомнил Нию, и подумал о том, как хорошо, что она осталась дома. Кто знает, может быть, она также разделила бы участь моих друзей.

- Кстати, Кин, вчера меня посетила одна гостья. Мне везет на гостей в последнее время. Не хотели бы вы увидеться с нею?

Неприятные предчувствия заполнили мою душу.

- У вас гостит гостья. Может быть, вам следовало бы и ее угостить вином? – спросил я.

- Нет, нет, не думайте обо мне, что я негостеприимный хозяин. Только не это. Моя гостья не любит вина. Иначе, как бы я мог обделить ее своим вниманием. А заговорил я с вами о ней потому, что вы, быть может, возьмете ее с собой в обратный путь. Мне бы не хотелось, чтобы молодая девушка возвращалась одна по сложной горной дороге.

- Как же она пришла к вам одна по этой горной дороге?

- Должно быть, ей пришлось нелегко, - ответил волшебник.

- И, что хотела от вас ваша гостья?

- Я рад, что ваше настроение исправилось. Моя гостья не выражала никаких желаний. Ей было нужно дождаться здесь одного человека.

- Ее зовут Ния? - спросил я дрогнувшим голосом.

- Так вы с ней знакомы? Должно быть, она именно вас ждет здесь?

- С ней все в порядке?

- Разумеется. Сейчас я ее приведу, - с этими словами волшебник встал из-за стола и вышел из комнаты.

Еще никогда я не чувствовал себя хуже. Злоба переполняла меня. Я был зол на Нию. Зачем она сюда пришла, как смогла добраться одна раньше нас? Мои мысли были прерваны шумом шагов, в комнату вошел волшебник, рядом с ним шла Ния. Она была одета в мужской костюм, ее длинные светлые волосы были заплетены в две косички, которые лежали на плечах.

Я встал и подошел к ней. Ния улыбнулась мне.

- Думаю, вам есть, о чем поговорить. Вы можете погулять по саду, - предложил нам волшебник.

Я промолчал, а Ния взяла меня за руку и повела за собой. Мы вышли из дома, и пошли вдоль цветочных клумб.

- Что ты здесь делаешь? - резко спросил я, вырывая свою руку из ее руки.

- Я ждала тебя.

- Зачем ты мне здесь нужна?

- Не кричи на меня. Где остальные твои товарищи?

- Моих товарищей больше нет. Они погибли.

Ния вскрикнула.

- Какое счастье, что ты остался жив. Не нужно было…

- Я, Ния,  чувствую  себя  хуже  некуда.  Мои  товарищи погибли неизвестно, как, непонятно отчего. Ундорд прямо спросил меня: а не пришел ли я за его головой? Я не знаю, куда мне деть себя от стыда и горя.

- Да, это была глупость. Пойдем отсюда.

- Пойдем отсюда?! Как бы ни так! А, кто отомстит за моих товарищей?

- Ты что, собрался  отомстить волшебнику? - тихо спросила меня Ния.

- Я собираюсь сделать то, чего не смогли, не успели сделать мои товарищи.

- Ты - сумасшедший. Он оставил тебе жизнь, давай уйдем отсюда поскорее.

- Скажи лучше, ты что-нибудь знаешь о нем? Он, что, действительно такой непобедимый?

- Я знаю только, что его волшебство необычно. Он очень опасен.

- Чем он опасен?

- Хотя   бы   тем,   что   его  действия,  в  основном, непредсказуемы. Послушай меня, и даже не думай ни о какой мести. Ты не победишь его.

- Это все он внушил тебе, пока ты у него гостила?

- Нет, когда мы с тобой расстались, я не поленилась узнать, как можно больше о волшебнике Ундорде. Нам лучше уйти отсюда и немедленно.

- Никогда, - закричал я и пнул ногой какое-то подвязанное растение.

Несчастный куст хрустнул и сломался. Его цветы как-то жалко лежали теперь на земле. Казалось, что цветок умирал, как умирает любое живое существо. Словно из-под земли передо мной возник Ундорд. Ния вскрикнула.

- Кин, - жестким голосом обратился ко мне Ундорд, - ты пришел в мой дом, чтобы меня убить. Я не стал причинять тебе зло, я оказал тебе гостеприимство. Я отпустил тебя, но ты не хочешь уйти отсюда с миром. Ты уничтожил невинное растение только потому, что в этот момент оно оказалось у тебя под ногами!

Последние слова Ундорд буквально выкрикнул мне в лицо.

- Вам цветок жалко? – зло спросил я. – А тех людей, чьи кости теперь лежат под вашими чудесными деревьями вам не жалко?

- Эти люди пришли сюда за моей смертью. Если бы я вступил с ними в бой, они погибли бы более страшно и мучительно. Я поступил с ними снисходительно. Они ушли в иной мир без страданий.

- Но, если вы такой непобедимый и снисходительный, не лучше ли было просто сделать так, чтобы мы целыми и невредимыми ушли отсюда?

- Вы не ушли бы отсюда просто так. То зло, что бушует в вашей душе, и бушевало в их душах, не дало бы вам покоя. Вы стали бы возвращаться сюда снова и снова.

- Откуда вы это знаете?

- Я знаю это. На вашем лице написано неплохое будущее, юноша, но вы слишком самовлюбленны, эгоистичны и злы, чтобы сделать для этого мира что-нибудь хорошее.

- Довольно мне рассказывать о моем великом будущем. Я об этом уже слышал, - раздраженно сказал я.

- От кого?

- От какой-то старой прорицательницы, которая живет в заброшенной часовне моего города, - небрежно ответил я.

- Да вы, к тому же, еще и не уважаете старость, - сделал вывод Ундорд. - Вам пора покинуть эти края и вернуться  домой.

- Нет, - крикнул я, плохо понимая, что говорю.

- Нет? – удивился Ундорд. – Ну, что же, воля ваша, юноша. Пусть так и будет. Вы не хотите покидать меня, вы молоды и злы. Прекрасный будет у меня помощник, - сказал Ундорд и, вдруг, неожиданно рассмеялся таким смехом, от которого у меня чуть сердце не остановилось от страха.

- Кин, - крикнула Ния и схватила меня за руку, - бежим отсюда, скорее.

Ния кричала и тянула меня, но я словно оглох и только смотрел на смеющегося Ундорда, который прямо на моих глазах утратил свой вид садовника. Теперь он стоял перед нами в белых развевающихся одеждах. Его белые волосы разметались, словно от сильного ветра. Смех стал похож на раскаты грома. На небе над нашими головами повисли черные грозовые тучи. Сразу стало темно и холодно. Ундорд также неожиданно перестал смеяться  и указал на меня пальцем. Его рука стала высохшей и темной, словно тонкая темная кожа обтянула костяшки скелета. Направляя на меня свою ссохшуюся руку, Ундорд произнес:

- Ты будешь наказан за свое зло и невежество. Ты навсегда останешься на этой вершине, и будешь посылать беды на живущих внизу людей. И когда-нибудь отважные смельчаки придут сюда за твоей головой, и для того, чтобы остаться в живых, тебе придется убить их всех.

Ундорд сомкнул в воздухе свои пальцы так, словно схватил меня за горло, и я почувствовал на своей шее удавку, которая затягивалась на мне все сильнее и сильнее. Я словно очнулся ото сна, дернулся в сторону, подальше от его руки и выхватил свой кинжал.

- Тебе придется убить и меня, но в честном бою. Я буду драться  с тобой, - прохрипел я, по-прежнему ощущая давление на своей шее.

Ундорд снова засмеялся, а Ния, которая все это время пыталась мне что-то говорить, обратилась к Ундорду:

- Господин Ундорд, господин Ундорд, простите его. Он не понимает, что говорит и делает. Отпустите нас, отпустите нас…

С плачем Ния упала перед Ундордом на колени. Тот перестал смеяться и протянул ей руку. Словно завороженная Ния оперлась на его ладонь и встала. А Ундорд сказал:

- Никогда не становись перед мужчиной на колени, Ния. Не унижай себя. Это он должен просить меня о пощаде и о том, чтобы я отпустил вас домой, где вы могли бы жить в мире и покое. Но он не думает о тебе, не думает о том, что может случиться с тобой, если он сейчас здесь погибнет. Не проси за него, Ния.

Лицо Ундорда смягчилось, пока он говорил с Нией, и я, недолго думая, замахнулся кинжалом, пользуясь тем, что он на меня не смотрит. Быстрее молнии Ундорд взмахнул своей рукой в мою сторону. Его рука прошла сквозь лезвие кинжала легко, словно мое оружие было соткано из воздуха. Ни единого следа не осталось на его коже, хотя я ожидал увидеть много крови и страшную рану. Но рука, пройдя через клинок, продолжила свой путь по воздуху. Я смотрел на свой кинжал, который стал покрываться трещинами, раскалываться и рассыпаться на моих глазах. Через минуту от моего кинжала ничего не осталось. Я остался безоружным.

- Как ты подл, - тихо сказал Ундорд.

Лицо его побелело и стало таким же белоснежным, как и его одежды. Его рука снова плавно поднялась в воздух. Движение было медленным, словно он, не спеша, натягивал тетиву на луке.

Ния вся задрожала и с громким криком бросилась ко мне. Она заслонила меня в тот момент, когда что-то с громким шипением вырвалось из ладони Ундорда и понеслось в мою сторону…

Ния упала. Я растерянно смотрел то на нее, то на Ундорда. Ундорд быстро наклонился над Нией, я стоял, не зная, что мне делать, и плохо понимая, что произошло. Между тем, Ундорд поднялся и посмотрел на меня с таким отвращением, словно видел перед собой какую-нибудь гадину.

- Что с ней? – спросил я. – Она жива?

- Да, - тихо ответил он, - жива. Но лучше  бы ей было умереть.

- Почему?

- Она заслонила тебя. Все мое зло, адресованное тебе, досталось ей. Она уже никогда не станет прежней. В ее душе поселилось Зло.

- Я…

- Ты… ты останься пока с ней, - тихо сказал Ундорд и исчез.

Ния лежала на траве, ее светлые косички расплелись. Она дышала тяжело и хрипло, ее руки подрагивали, глаза были закрыты. Я сел с ней рядом на траве. Я помню, что я тогда испытывал. Во мне не было, почему-то, жалости, во мне было раздражение и досада. Я смотрел на Нию и не знал, чем ей можно было помочь. Ее веки еще раз вздрогнули и открылись. Она смотрела на меня жалобно, словно больной ребенок.

- Кин, - прошептала она, - мне плохо.

-  Зачем ты сделала это?

- Я не могла поступить иначе… мне плохо Кин, плохо, - шептала она снова и снова.

Я молчал. Она ждала от меня утешения, но я ничего не сказал. В моей голове постоянно слышались слова Ундорда: «В ее душе поселилось Зло».

Он хотел наградить меня злом. Разве могло быть зла еще больше, чем жило тогда в моей душе. Я был жесток с девушкой, которая, не задумываясь, встала между мной и Ундордом.

Ния тяжело дышала. Ее большие синие глаза с длинными ресницами были широко распахнуты. Вдруг, она вскрикнула, ее дыхание, словно, остановилось, глаза закрылись и тут же открылись снова. Теперь вскрикнул я. Вместо синих глаз на меня смотрели бездонные черные глаза, в которых мелькали какие-то белые фигурки.

- Я не хочу, Кин, не хочу, - прошептала она.

Ее лицо, вдруг, перестало быть жалким, оно стало серьезным. Спокойным голосом она мне сказала:

- Наклонись ко мне, я хочу тебя поцеловать.

Мне было страшно, я не хотел этого, но я не хотел и обижать ее. Я наклонился к ней. Наши губы сомкнулись. Дыхание мое прервалось, и я, вдруг, почувствовал, что нечто странное, необъяснимое вместе с поцелуем Нии передалось мне.

- Это моя доброта. Она мне больше не нужна. Мне было бы жаль, если бы она погибла во мне от зла, которое теперь переполняет мою душу. Пусть моя доброта останется с тобой. Это самое дорогое, что у меня было. Храни ее, Кин, храни.

Ния, вздрогнула, закрыла глаза, и ее дыхание прекратилось.

Я сидел на траве и плакал. Мое сердце разрывалось от горя, и я знал, что причиной этому было та доброта, которую отдала мне Ния. Таких страданий я не испытывал никогда в жизни. Мне хотелось умереть. Я лег рядом с Нией на траву и тут снова увидел тот цветок, который сломал совсем недавно. Как хрупка жизнь, ее ничего не стоит сломать. Ния была жива вот только что, она тянула меня за руку и звала уйти. Почему я не ушел с ней? Она жаловалась мне. Почему я не пожалел ее? Она просила поцеловать ее? А я боялся это сделать. Уткнувшись лицом в холодное плечо Нии, я плакал…

Прошла ночь, и наступило утро. Мои слезы высохли, лицо было сухо, но внутри меня все кровоточило и кричало от боли. Когда я увидел приближающегося Ундорда, я вскочил на ноги и пошел ему на встречу.

- Господин Ундорд, прошу вас, я не могу с этим жить. Я хочу умереть. Я хочу быть рядом с ней, - кричал я, но он меня не слушал.

Не останавливаясь, Ундорд подошел к Нии и, не глядя на меня, сказал:

- Уходи!

- Куда? – растерянно спросил я.

- Туда, откуда пришел.

- Что же я будут делать?

- Страдать и расплачиваться за свои ошибки.

- Ошибки… да, ошибки. Я виноват, я знаю, но как же Ния. Я не хочу оставлять ее здесь.

- Она останется там, где сама пожелает. Если она захочет, ты встретишь ее там, среди людей.  Если нет - она останется здесь.

Я не понимал, что имеет в виду Ундорд, говоря такие странные слова. Я был уверен в том, что Ния мертва.

- Не понял? – спросил меня он и повернулся ко мне.

- Нет, - растерянно ответил я.

- Она не мертва.

- Не мертва? Не мертва? Не мертва! Она не мертва! Жива!!!

Я кричал, как сумасшедший, боясь поверить тому чуду, что моя Ния все еще жива.

Ундорд равнодушно смотрел на меня. Потом отвернулся и протянул Нии руку. Я подошел поближе и увидел, что происходит что-то странное. Ния, которая, еще только минуту назад, лежала на земле без дыхания, казалось, спала, тихонько посапывая. Потом она улыбнулась, открыла глаза, потянулась, как от сладкого сна, и протянула свою руку Ундорду, который так и стоял над ней, протягивая ей свою руку.

- Пойдем, нельзя долго лежать на траве, - тихо сказал Ундорд, и Ния встала.

Она посмотрела на меня бездонными черными глазами так, как смотрят на чужого человека, холодно и равнодушно. Но мне было все равно. Я смотрел на нее, как на чудо. Для меня главным было то, что она жива.

- Ния, Ния, - шептал я, беря ее за руку.

Ее рука была теплой. И я вспомнил, каким холодным было ее тело, над которым я плакал всю ночь.

- Кин, уходи. Все кончено, -  спокойно сказала мне она.

- Куда? Я никуда не пойду без тебя. Мне все равно, что ты стала злой. Это не страшно. И твои новые глаза мне очень нравятся. Нет, нет, мы сейчас пойдем домой, пойдем вместе. Я виноват во всем, но ты, ведь, простишь меня? Простишь, правда?

- Кин, - оборвала мои слова Ния, - я не могу идти с тобой.

- Почему?  Ты  устала?  Давай  ты  отдохнешь.  Господин Ундорд очень хорошо к тебе относится, он, я думаю, позволит тебе отдохнуть у себя дома. А я подожду тебя там, в саду.

- Кин, Нии больше нет.

- Глупенькая, как же нет. Я ведь вижу тебя. Вот же ты. Я понимаю, что ты очень зла на меня…

- Кин, Нии больше нет.

- Ну, хорошо, Нии нет, как ты хочешь, чтобы я называл тебя?

- Можешь звать меня Гинния.

- Гинния?  Хорошо.  Красивое имя,  я не против. Пошли домой.

- Кин, - закричала Гинния, - той девушки больше нет. Есть Зло в теле той, которую ты, может быть, когда-то любил.

- Довольно, Ния… - начал, было, я.

- Ния умерла! – крикнула она.

Поднялся ветер. Волосы Нии разметались по бледному лицу. Они росли на глазах, и из белокурых превратились в белые волны, колыхающиеся за ее спиной. Дорожный костюм сменился белым платьем. Глаза сверкали. Ее руки протянулись ко мне, и я почувствовал, как что-то подняло меня в воздух. Я кричал и махал руками, а некая сила вращала меня в воздухе, а затем плавно опустила на землю. Мои ноги подкосились, и я упал.

Ния стояла надо мной и усмехалась.

- Ну, что, могла твоя Ния так? Запомни, Нии больше нет.

С этими словами она исчезла.

Я сидел на траве пораженный и тут заметил Ундорда, который все это время стоял в стороне.

- Господин Ундорд, что произошло? – спросил я его.

Но он ничего мне не ответил, а только взмахнул рукой, и я сразу же очутился у подножья той горы, на вершине которой только что сломалась моя жизнь. Испуганно озираясь по сторонам, я понял, что оказался далеко от жилища Ундорда. То, что Ния больше никогда не станет прежней, я еще не понимал, но я знал, что мне нужно делать. Я решил найти помощь и объяснения у старой прорицательницы, которая жила в заброшенной часовне моего города.

Повелитель Добра замолчал. Его молчание затянулось, но никто не решался его ни о чем спросить. Помолчав какое-то время, Повелитель Добра заговорил снова.

- Я долго возвращался домой. Моя одежда оборвалась, я сбил себе ноги и ладони в кровь, но не обращал на это внимания. От голода силы покидали меня, мне пришлось питаться только тем, что я мог найти по дороге на ветках кустарников и деревьев. Как не была похожа дорога домой на веселую дорогу к вершине горы, когда мы с моими товарищами горланили свои песни и подбадривали друг друга шутками и насмешками. Но дороге моей пришел конец, и я вступил на улицы своего города. Прохожие оглядывались на ободранного и окровавленного юношу, который шатался от усталости и голода. Я не стал заходить домой для того, чтобы умыться и переодеться. Я дорожил каждой минутой и спешил к старой часовне.

Когда я подошел к часовне, мне показалось, что она выглядит более старо и обветшало по сравнению с тем, что я видел совсем недавно. Я толкнул дверь, но она не поддалась с легкостью, а тяжело и со скрипом открылась. Войдя внутрь, я остановился. В часовне было холодно, сыро и пыльно. В моих ушах зазвучал голос Нии:

- Как здесь чисто и воздух абсолютно свежий. Но такого не может быть, верно, Кин?

Теперь же все внутри часовни выглядело иначе. Я оглянулся и увидел тот дальний угол часовни, где я дал волю своим чувствам. Мне стало стыдно. Боль с новой силой ворвалась в мое сознание. Тут я пожалел о том, что так и не узнал  имя нашей прорицательницы.

- Эй, - крикнул я, - здесь есть кто нибудь?

Но мне никто не ответил. Я шел по залу часовни к той двери, за которой прорицательница предсказала наше с Нией будущее. Задержавшись перед дверью, я еще раз крикнул, и, услышав тишину, открыл дверь.

Внутри все было по-прежнему. Все также горели свечи, и все также горел огонь в тех лампах, которые мы зажгли. Вдали комнаты за столом сидела седая женщина и читала книгу. Увидев ее, я несказанно обрадовался.

- Здравствуйте, - сказал я.

Женщина подняла голову и посмотрела на меня. Ее спокойный взгляд сменился ужасом и она целую минуту молча на меня смотрела, затем резко встала и подошла ко мне.

- Что с вами случилось? – спросила она.

- Это долго рассказывать и не это главное. Ния попала в беду, - выпалил я.

- Ния? Девушка, которая была с вами?

Я кивнул.

- Она жива?

- Да, но с ней что-то случилось. Что-то ужасное.

- Вы мне все сейчас расскажите, но прежде…

Женщина взяла меня за локоть и повела к еще одной, малозаметной двери в стене. Так я вошел в еще одно помещение старой часовни, где увидел множество книг. Но женщина повела меня мимо старой библиотеки в еще одну совсем маленькую комнату, где стоял кувшин с водой.

- Умойтесь, - с этими словами женщина дала мне в руки чистое полотенце, - умойтесь и идите в библиотеку.

Кое-как я смыл грязь со своего лица и рук, и пришел туда, куда мне было велено. Женщина указала мне на стул у стола, на котором лежал нарезанный хлеб и кувшин с молоком.

- Поешьте.

Я думал, что не смогу проглотить и кусочка, но, едва откусив от хлеба, я почувствовал звериный голод и набросился на еду. Запивая последние крошки хлеба молоком, я с благодарностью посмотрел на женщину, которая смотрела на меня суровым взглядом.

- Спасибо, - робко сказал я.

- А теперь рассказывайте, - сказала она.

Я рассказал ей все, начиная с нашего разговора с Нией у стен часовни и заканчивая тем, как я оказался, благодаря волшебству Ундорда, у подножья горы.

Женщина слушала меня, не перебивая и ни о чем не спрашивая. Чем больше я рассказывал, тем суровее становилось ее лицо. Когда мой рассказ закончился, я вопросительно посмотрел на Предсказательницу.

- Я надеялась на вашу любовь и благоразумие. Видимо, я ошиблась и переоценила вас, - горестно произнесла она. – Вам нужно было быть вместе, понимать, уважать и любить друг друга. Разве это трудная задача для влюбленных людей? Ах, как я ошиблась, - снова произнесла предсказательница и покачала головой.

- Но смогу ли я вернуть Нию, сделать так, чтобы она простила меня? – спросил я.

- Вы, видимо, так и не поняли до конца того, что произошло. Силой волшебства Ундорда все то, что было хорошего в вашей Ние, погибло, она стала совсем другой. И дело здесь не только в ее личности и характере. Все дело в том, что теперь она стала злой волшебницей, владеющей огромной разрушительной силой. Именно так хотел наказать вас волшебник Ундорд, он хотел, чтобы то зло, что есть у вас - преумножилось и заставляло вас творить зло другим. Вам уже никогда не вернуть себе Нию.

- Но это не так, - сказал я.

- Что, не так?

- Не все то, что было в Ние хорошего, погибло.

- Не все? Откуда вы знаете?

- Она отдала мне всю доброту своей души.

- Что? – потрясенно вскрикнула предсказательница. – Как она могла это сделать?

- С поцелуем, - смущенно ответил я.

- Ну,  конечно,  с  поцелуем.  Она  успела это  сделать. Успела…

С этими словами прорицательница отошла от меня и стала в задумчивости ходить по комнате.

- Что же теперь? – нетерпеливо спросил я.

Мои слова, видимо, отвлекли прорицательницу от ее мыслей, она растерянно посмотрела на меня и ответила:

- Этот мир разделится на две половины, на Добро и Зло. Вам не уйти от своей судьбы, вы станете королем и королевой, но вам уже не быть вместе, вы будете врагами, которых сможет примирить лишь смерть. Вы станете Повелителем Добра, а Ния – Повелительницей Зла. Ваше безрассудство привело к этому…

- Вот,  собственно,  и  все,  -  закончил  свой   рассказ Повелитель Добра.

- Какая ужасная история, - сказала Таира.

- Да, я согласен с вами, это ужасная история. Ния так и не простила меня. Изначально зло было ей чуждо, оно вселилось в ее душу против ее воли и помимо ее желания. Она не простила мне этого. Мы встречались с Нией и не раз. Но ничего хорошего эти встречи нам не приносили. Встречи, расставания, вражда, ненависть, месть. Наш привычный мир стал рушиться, возникали войны, они сменялись перемирием, и снова были войны. Время шло, образовалось две империи – добро и зло. Войны прекратились, и каждый из нас зажил своей жизнью, лелея свои тайные желания. Мои желания сводились к тому, чтобы помочь людям с планеты Земля, у Гинии все помыслы сошлись на том, чтобы уничтожить ту хрупкую связь, которая соединяет наши планеты.

- Но вы по-прежнему любите ее? – спросила Рина.

- Да. Сколько лет прошло, а в моей душе так и не утих голос любви к Ние, голос раскаянья и страданий.

- Тогда, хотя бы ради своей любви, не позвольте Гиннии сделать это. Помешайте ей. Вы можете! – воскликнула Таира.

- Обязательно отправляйтесь с ней в Минолд и прочтите это злощастное пророчество. Оно должно подсказать вам, как мы можем остановить это безумие, - сказала Рина.

- Я уже обещал ей сделать это. Я думаю, что скоро она будет здесь, и мы совершим с ней еще одно совсместное путешествие, возможно в последний раз. А вам, я думаю, лучше поторопится с уходом. Возможно, Гинния скоро появится.

- Если Гинния может вскорости прибыть сюда, нам лучше побыстрее уйти, - сказала Рина.

- Да-да, лучше, если она вас здесь не увидит, - согласился Повелитель.

- Она грозилась нас уничтожить, - сказал Призрак, - а мы не можем рисковать собой, у нас еще много важных дел.

- Уничтожить? Это в ее стиле, - задумчиво произнес Повелитель.

- Вы знаете, мы смогли вас найти только благодаря одному старичку, который шел сюда с большой корзиной. Скажите нам, кто он? – спросила, вдруг, Таира.

Повелитель усмехнулся.

- Это я, - застенчиво произнес он.

- Вы? – хором воскликнули Рина с Таирой.

- Я.

- Мы желаем вам удачи, она вам понадобится, - сказала Рина, и они покинули кабинет.

- Нужно торопиться, - сказал Призрак, - она может явиться сюда в любой момент.

Они вышли из дома, и пошли по тропинке. Гномы зажигали им свои лампы, а один из них даже помахал им на прощанье рукой.

- Куда теперь? – спросил Призрак.

- В Минолд, - ответила Рина.

- В Минолд? – удивился Призрак.

- Да, в Минолд, - сказала Таира.

37

- Как мы доберемся до этого города? – спросил Призрак у девушек, которые шли по дорожке сада.

- Стойте, - сказала Таира, - пока здесь никого нет, и нас никто не видит, нужно поговорить с Ани.

- Да, верно, - согласилась Рина, - неизвестно, что ждет на впереди.

Они выбрали самое большое дерево с раскидистой кроной и сели под ним на траву.

- Призрак, ты должен внимательно смотреть по сторонам. Если кого-нибудь заметишь, скажи, - дала поручение Призраку Рина.

Призрак сразу отлетел от них и стал поворачиваться вокруг себя, всматриваясь во все деревья и кусты. Под деревом засветился голубой шар, но Ани в нем не было.

- Что это значит? – спросила Таира подругу.

- Не знаю, - расстроено ответила ей Рина.

- Что это за помещение?

- Не  понятно,  хотя,  подожди,  эта  лаборатория  наших ученых! – воскликнула Рина.

- А, вдруг, ее схватили духи зла?! Может быть, она погибла так же, как и Юнона? – испуганно прошептала Таира.

- Нет, тогда бы шар не засветился. Она жива.

Прождав некоторое время, и никого не увидев, девушки убрали шар, и пошли к Призраку.

- Какие новости? – спросил их Призрак.

- Нет новостей, - расстроено сказала Рина.

- И  Ани  тоже  нет.  Что   там  у  них  происходит? – взволнованно сказала Таира.

- Так, как мы доберемся до Минолда, это далеко? – поинтересовался Призрак.

- Далеко. Какие у нас есть возможности добраться до нужного места? Мы можем добираться туда так, как передвигаются все добропорядочные жители этого края. Это не вызовет ни у кого подозрений, но займет много времени. Мы можем применить волшебство, это рискованно, но зато быстро. Так, что мы выберем? – спросила Рина.

- Есть ли у нас время, для того, чтобы перемещаться так, как это делают все? – спросил Призрак.

- Нет, - ответила Таира.

- Тогда,  что  мы  обсуждаем?  Рисковать,  конечно, - воскликнул Призрак.

Таира посмотрела на свою ладонь и сказала:

- До Минолда три дня пути – это, если перемещаться безопасно, по воздуху – ну, дня полтора. Если же применить запрещенную магию, можно добраться и за несколько часов.

- А, что такое запрещенная магия? – спросил Призрак.

- О, это, Призрак, очень секретная магия, которую знают только наши Повелители, ну, и мы с Риной, - ответила ему Таира.

- А вы откуда ее знаете? – спросил Призрак.

- Это наш секрет. Могут быть у девушек свои секреты? – спросила Рина.

- Это, конечно. А я смогу переместиться вместе с вами при помощи этой секретной магии? – с беспокойством спросил Призрак.

- Будем надеться, - задумчиво ответила Рина.

- А обедать мы сегодня будем? Этот добрый Повелитель даже не предложил нам воды с дороги, не говоря уже о еде, - обиженно сказала Таира.

- А мне он вообще не понравился, - заявил Призрак.

- И, где мы могли бы пообедать? – спросила Рина Таиру.

Таира снова взглянула на свою ладонь и мрачно хмыкнула.

- Есть тут неподалеку одно место. Но публика там…

- Тогда, лучше не рисковать. А, может быть, приготовим, что-нибудь сами? – предложила Рина.

- Ты думаешь, здесь это возможно?

- Я думаю, что да.

- Вы знаете, я тоже не вижу ничего плохого в том, что вы расположитесь, где-нибудь на травке и пообедаете, - успокоил их Призрак.

Таира быстро разожгла огонь, и вскоре по саду понесся аппетитный запах. Призрак беспокойно летал над костром.

- А без огня нельзя было обойтись, холодными закусками, например? – спросил он.

- Нельзя, для того, чтобы применить особо секретную магию, надо обязательно съесть что-нибудь горячее, - серьезно ответила ему Таира.

- Это так? – спросил Призрак у Рины.

- Если Таира сказала – значит, так оно и есть, - ответила ему Рина.

- А, почему мы, собственно, беспокоимся, разве местные жители никогда не разводят костров? – спросила Таира.

- Да разводят они костры еще чаще,  чем мы, - ответила Рина.

Пообедав, девушки сидели у костра и смотрели на огонь.

- Мы не торопимся? – беспокойно спрашивал их Призрак.

- Сейчас  нет.  При  перемещении  мы  будем  иметь  дело  с фактором времени и прибудем в Минолд вовремя. А сейчас нам нужно немного успокоиться и отдохнуть. Впереди нас ждет немало трудностей, - сказала Таира.

- А я сейчас, почему-то, вспомнила о Горном Духе. Мы, ведь, так и не знаем, кто его к нам послал, – сказала Рина.

- Ты думаешь, это сейчас важно? – спросила ее Таира.

- Не знаю, но это меня волнует.

- Горный  Дух  писал  кому-то,  –  задумчиво  произнесла Таира.

Призрак, усевшись на ветку дерева, задумчиво смотрел на розоватые облака. Неожиданно его задумчивость была прервана. Он с недоумением смотрел на облако, которое опускалось с неба и плыло по направлению к ним. Призрак слетел с ветки и показал рукой на облако:

- Смотрите, что это такое? – спросил он.

- Что? – спросила Рина, но, посмотрев туда, куда показывал Призрак, вскочила на ноги.

- Это еще что? – забеспокоилась Таира.

А облако, между тем, опускалось все ниже и ниже, и вскоре мягко коснулось травы.

- Давайте уйдем, - предложил Призрак, - что-то мне не по себе.

Однако, девушки его не слушали, они, как завороженные, смотрели на облоко, которое постепенно меняло свою форму и превращалось в нечто напоминающее того самого Горного Духа, о котором они только что вспоминали. Девушки переглянулись.

- Это что за явление? – спросила Рина.

А явление, в виде Горного Духа, совершенно утратило свое сходство с облаком и выглядело почти натурально. Оно шумно выдохнуло воздух, и уставилось на горящие угли.

- Все съели? – спросил Горный Дух.

- Все, - ответила ему Таира.

Дух уселся перед костром.

- Вспоминать обо мне вспоминали, а чем угощать будете – не подумали? – обиженно произнес Дух.

- Мы не знали, что ты появишься, - сказала Рина.

- Как это вы не знали? А зачем вспоминали? – недоуменно спросил Дух.

- Э, простите, любезнеший Горный Дух, мы никак не предпологали, что, вспоминая о вас, мы будем иметь честь вас видеть у нас в гостях. Если бы мы только могли себе представить, какой сюрприз нас может ожидать, мы бы, конечно, не только  оставили бы вам еду, мы бы специально для вас приготовили что-нибудь этокое, вкусненькое, - вступил в разговор Призрак, стараясь показать все разнообразие своих изысканных манер.

Горный Дух смахнул неожиданно появившуюся на глазах слезу.

- Ладно, уж, - махнул он рукой, - к хорошему обращению я и не превык. Так, зачем вы меня звали? – спросил он, обращаясь к девушкам.

- Прости, мы тебя не звали, мы только вспоминали, - пояснила Таира.

- А-а-а, - Дух хлопнул себя ладонью по лбу, - теперь я вас узнал. Вы агенты Повелительницы Зла, - закричал он на весь сад.

- Тише, что же вы, любезнеший Дух, так кричите. Еще услышит кто-нибудь, - предостерег его Призрак.

- А вы здесь инкогнито? Но это неважно. Вы здесь ничего не знаете? Что вы за агенты, которые так плохо знают враждебный для вас мир? – с иронией спросил Дух. – А, где ваша треться подруга, та, которая была так жестока к бедному Духу? – спросил Дух уже жалобным голосом.

- Нашу подругу звали Юнона, и ее больше нет, она погибла, - ответила Рина.

- Как, погибла? – с интересом спросил Дух.

- Она утонула, - сказала Таира.

- А-а-а, вон оно как. Меня, значит, живьем спалила, а сама в воде погибла. Вон оно как, - завыл Дух.

- Но насколько мы можем видеть, ты жив и здоров, - строго сказала Рина.

- Если бы, - снова завыл Дух, - если бы я был жив, а еще лучше, здоров, я бы к вам в виде тучи не спустился бы. И увидеть вы меня могли бы только в горах. Если бы… - завывал Дух все громче и громче.

- Ты что-нибудь понимаешь? – спросила Рина подругу.

- Хватит выть, объясни толком, как ты здесь появился, - строго сказала Таира Духу.

Дух шмыгнул носом.

- Они меня на небеса отправили, и я еще должен их уму-разуму учить, - проворчал он.

- Видите ли, уважаемый Дух, я, насколько вы можете заметить, тоже являюсь, некоторым образом, не совсем живым. Я – Призрак, но я не считаю для себя оскорбительным сопровождать этих юных дам, и помогать им в их благородной миссии, – торжественно произнес Призрак.

- Простите, коллега, но так ли они юны и благородны, как вы думаете? – зло спросил Дух у Призрака. - Но я окажу им такую любезность и объясню, что к чему. Видите ли, юные и благородные дамы, в этом и только в этом замечательном краю, погибшие существа могут появиться перед теми, кто о них напряженно думает. Вы, - сказал Дух и показал пальцем на Рину, - много думали обо мне, и вот результат. Я был вынужден  прервать свои занятия, и явиться к вам.

- Ты хочешь сказать, что здесь можно увидеть тех, о ком думаешь? – взволнованно спросила Рина.

- Не всех. Людей ты, таким образом, не увидишь, - сказал Дух.

- Почему? – спросила Таира.

Дух постучал себя костяшками кулака по лбу.

- Думай. Знаешь, что будет, если здесь начнут появляться все, о ком вспоминают? Людям нельзя. А нам, волшебным существам – можно. Кто о нас вспомнит? - горестно сказал Дух.

- Но, ведь, здесь не живут волшебные существа. Почему вы появляетесь именно здесь, а не во владениях Повелительницы Зла? – спросила Рина.

- Этого я не знаю. В такие тонкости меня никто не посвящал. Однако, заболтался я с вами. Говорите, зачем я вам нужен, и я пошел.

- Ты живешь на небе? – спросила его Рина.

- Можно сказать и так, на небе. Но это не точный адрес.

- Хорошо, ты спешишь, и мы спешим. Мы вспоминали о тебе потому, что хотели узнать, почему ты следил за нами, кто тебя послал, и кому ты писал? – спросила его Таира.

- Это все? – уточнил Дух.

- Все, - сказала Рина.

- Ну, так вот, я не следил, никто не послал, а писал я своей жене. Все? Вопросов больше нет? Я пошел, - скороговоркой проговорил Дух и поднялся с травы.

- Минуточку, любезнеший. Вы, простите меня за откровенность, неправду говорите, - сказал ему Призрак.

- Спасибо, Призрак, - сказала Таира, - мы согласны с тобой, любезный Дух нам опять  соврал.

- То есть, как это соврал? Я посчитал для себя невозможным разглашать государственную тайну, - торжественно объявил Дух.

- Но тебя, ведь, нет, какой тебе смысл хранить тайну, тем более государственную? – спросила Рина.

- Меня здесь нет. А там, - Дух указал пальцем в небо, - своя жизнь и свой порядок. У нас болтунов не любят. А мне там еще жить и жить.

- Милый Дух, если бы ты только знал, как нам важно узнать правду. Мы, ведь, теперь не служим у Повелительницы Зла. Именно поэтому погибла Юнона, - сказала Рина, сложив умоляюще руки и жалобно глядя на Духа.

- Не служите? Выгнали вас, что ли? – насмешливо спросил Дух.

- Нет, мы ушли сами и открыто сказали об этом Гиннии, - сказала Таира.

- Впервые вижу сумасшедших агентов, - сказал Дух.

- Да скажи ты им правду, - попросил Призрак, - они, ведь, тебе покоя не дадут. Будут думать о тебе постоянно.

Дух сморщил нос и посмотрел на небо.

- Эх, из двух зол нужно выбирать меньшее. Ладно. Слушайте. Горные Духи гордый народ и никому прежде не служили. Когда-то мы жили везде, где стояли горы. Но Повелитель Добра посчитал наше присутствие в своем мире нежелательным. Он грозился применить ужасное заклятье к нашему роду Духов, если мы не покинем его владения. Многие из нас не поверили его угрозе и остались на своих местах, но очень скоро пожалели об этом. Среди оставшихся Духов была и моя семья. Нам немного понадобилось времени, для того, чтобы понять, заклятье действует - мы потеряли всю свою магическую силу, которая обеспечивала нашу жизнь. Мы просто были обречены на гибель. После того, как мы поняли это, нами было решено просить Повелителя разрешения покинуть его страну и просить вернуть нам наши магические возможности. Передать Повелителю просьбу должен был я. Повелитель выслушал меня, но поставил условие: я буду работать на него, узнавать и рассказывать ему различные сведения, а взамен он отпустит всю мою семью и вернет нам магические способности. Что мне оставалось делать? Наша семья очень большая, от меня зависела их жизнь. Я дал свое согласие работать на него при жизни и после смерти. Я ответил на ваши вопросы?

- Да, Дух, теперь нам все ясно. Как это жестоко, - сказала Таира.

- Какая удача, что я не стал Призраком во владениях Повелителя, трудно поверить, добра, - воскликнул Призрак.

- Теперь вы знаете обо мне все. Поэтому не удивитесь, если узнаете и то, что я вернусь на небо с одной из вас, - зловеще прошептал Дух.

- Ты о чем? – спросила пораженная Рина.

- Я ясно сказал вам. Я дал обещание служить Повелителю при жизни, и после смерти. Мне посчастливилось встретить агентов чужого мира. Такая удача случается не часто. Одна из вас погибнет.

- Нет, Дух, нет, ты не сделаешь это! – закричал Призрак.

- Не надо было вызывать дух умершего! – закричал ему в ответ Горный дух. – Если вы не знаете этого, то я вам скажу: умерший человек или волшебное существо имеет много возможностей и может отравить вам жизнь гораздо сильнее, чем любой живой. Не надо вызывать дух умершего, если ты не знаешь его природы, не знаешь откуда он пришел и не можешь противостоять его силе!

С этими словами Горный Дух схватил за руку Рину, и они тут же исчезли. Таира, как подкошенная упала на землю, и потеряла сознание…

Придя в себя, она, не говоря Призраку ни слова, который был в состоянии паники от того, что случилось, очертила вокруг себя с Призраком магический круг. Круг загорелся огнем, повалил сизый дым, и, когда он рассеялся, ни Таиры, ни Призрака в саду уже не было.

38

Минолд, один из самых старинных городов страны, с таинственной и запутанной историей… Город мастеров, город знахарей, город комедиантов, город садоводов, город торговцев теперь был мертв. Не разносились больше по его улицам крики торговцев, смех детей, разговор горожан. Опустел город. Окна домов смотрели одиноким взглядом на пустые улицы. Высохли городские сады. И только полевые цветы продолжали свое цветение на Задумчивой горе, которая возвышалась над пустым городом, как напоминание о жизни. Жители покинули этот город, как покидают зараженные и опасные места, быстро и без сожаления. И только историки остались, чтобы записывать ход событий. Когда жизнь в городе прекратилась, и в записях историков была поставлена последняя точка, ушли и они.

Старая часовня, пережив многие события, постарела еще больше. Ее окна были затянуты серой паутиной, входная дверь на ржавых петлях давно никем не открывалась. Но совсем недавно она открылась, пропуская внутрь часовни Хранителей Великой Книги Жизни. Теперь в существовании часовни появился смысл, ибо в ней хранилась книга тайн и предсказаний.

Два Повелителя этого мира появились в городе, воспользовавшись самым совершенным волшебством, миновав огромное расстояние, буквально из воздуха. Они опустились на одну из улиц города и их плащи, взмахнув за спинами в последний раз, опустились на пыльную мостовую. Была лунная ночь. Огромные лунные диски светили холодным голубым светом, освещая дома.

Постояв некоторое время, повелители пошли по улице. Они  шли молча, не обмениваясь, друг с другом, своими мыслями и воспоминаниями. Повелитель Добра хотел понять, что чувствует Гинния, снова попав в город своего детства и юности, но на ее холодном и строгом лице не отражались никакие чувства. Проходя мимо знакомых ей домов и даже пройдя мимо своего дома, Гинния смотрела прямо перед собой, не останавливаясь и ничего не говоря.

- Вот и она, - были первые слова, произнесенные Гиннией, когда она увидела часовню.

Они остановились перед ее дверью.

- Открывай, - сказала Гинния.

Повелитель Добра взялся за ручку двери, и дверь со скрипом открылась. Внутри часовни было темно, они вошли внутрь, и их шаги заглушились пылью и мусором. Узкие окна часовни плохо пропускали лунный свет, но, немного привыкнув к темноте, Повелитель стал лучше видеть вокруг себя. Он увидел, что по стенам часовни разбегались глубокие трещины, которые опускались на пол. В некоторых местах пол был расколот, и оттуда росла чахлая трава. Он закрыл глаза, и в его памяти возникли картины прошлого – Кин и Ния жадно целовались стоя на этом самом месте. Где они теперь? Эти юные, влюбленные и не знающие жизни? Что осталось в них от самих себя? Только память.

Гинния остановилась в центре зала, посмотрела по сторонам и сказала:

- Книга может быть только там, - она указала рукой на маленькую дверь в стене.

Повелитель вздохнул и пошел к той двери, за которой древняя Прорицательница когда-то, рассказывала им их судьбу.

- Иди первый, - сказала Гинния.

Повелитель открыл дверь и тут же зажмурился от ярких лучей. Вся комната была залита светом. Гинния отвернулась и отошла от двери. Повелитель Добра, прикрыв глаза ладонью, шагнул в комнату. Дверь за ним тут же закрылась. Гинния осталась стоять возле двери, прижавшись к стене и превратившись в слух.

Повелитель Добра остановился у порога комнаты, не зная, куда ему дальше идти и что делать. Свет погас так же неожиданно, как и появился. Он убрал руку от лица и огляделся. Все в этой комнате была таким, как и много лет назад. Также стояли две чаши на высоких поставках, и в них горел огонь, зажженный когда-то Нией и Кином. Эти две лампы начинали коридор из горящих свечей. Заканчивался этот огненный коридор возвышением, на котором стоял стол. Отодвинутый от стола стул словно говорил о том, что здесь только что кто-то сидел.

- Жива ли еще Прорицательница? – подумал Повелитель.

Он задержал свой взгляд на чашах, огонь в которых уменьшился, но еще давал много света. Пройдя по огненному коридору, Повелитель увидел, что на столе лежит книга. Никого в комнате не было. Книга была закрыта, и некому было подсказать Повелителю, на какой странице хранится нужное ему предсказание. Поднявшись по трем ступенькам, он подошел к столу, и, обойдя его, посмотрел на книгу. Книга была большой, очень старой, в потертом красном переплете. Повелитель нерешительно коснулся книги, и она сама открылась. Он внимательно стал смотреть страницы и увидел, что перед ним два предсказания. Левая страница была посвящена предсказанию Гиннии, а на правой странице было предсказание для него. Каждая страница и текст предсказания начинались словами – Повелительница Зла и Повелитель Добра.

- Неужели то, кем мы станем, было уже давно известно? – подумал Повелитель. – А, если так, то стоит ли винить себя за то, что произошло? Но у нас был выбор…

Повелитель помнил обещание, данное Гиннии, он отвернулся от своей страницы и стал вслух громко читать предсказание, написанное для Гиннии.

Гинния, стоя за дверью, слышала каждое слово. Она воспользовалась всеми своими возможностями, чтобы отчетливо слышать все. Никто не помешал Повелителю Добра читать вслух чужое предсказание. Никто не остановил его, словно он произносил не великие слова, а просто читал вслух обычную книгу. Великая Книга Жизни вмещала в себя столько мудрости, что стала разумной. Она отдавала свое тепло пальцам Повелителя, ее страницы четко показывали текст. Она не торопила его и не мешала ему. Она знала и понимала то, что он делает, и не вмешивалась.

Гинния услышала все, что хотела. Ничто не изменилось в ее суровом лице. Она отошла от двери и взмахнула рукой. Тут же рядом с ней оказались ее слуги, духи зла.

- Вы встаньте у двери и никого оттуда не выпускайте, - распорядилась она, и пятеро слуг встали у двери, за которой был Повелитель Добра.

- Вы, встаньте у входа, - сказала она, махнув рукой остальным, и еще пятеро направились к входной двери.

Гинния щелкнула пальцами и тихо сказала:

- Нонсон.

В воздухе раздался такой же тихий ответ:

- Я слушаю вас, Повелительница.

- Нонсон, отдавай распоряжение ученым, пусть приступают к своей работе.

- Хорошо, Повелительница. Вам нужна моя помощь?

- Спасибо, Нонсон, пока нет.

Между тем, Повелитель Добра, дочитав предсказание Гиннии, задумался над его смыслом. Он не мог спросить Гиннию о том, все ли она услышала, но надеялся на то, что читал достаточно громко. Повелитель оторвал свой взгляд от книги и посмотрел вокруг. Было тихо и спокойно, глядя на мерцание свечей, Повелитель впервые за многие годы почувствовал в душе покой.

- Жаль, что нельзя остаться здесь, забыться и ни о чем не вспоминать, а просто отдохнуть, - сказал сам себе Повелитель.

Он сел на стул и посмотрел на книгу. Ее желтоватые страницы притягивали его взгляд, и он начал читать свое пророчество. Воздух, согретый горением свечей, стал горячей, его тепло окутывало Повелителя, слегка дурманило, и его сознание поглотил текст книги. Он не слышал того, что происходит вокруг, и не замечал течение остановившегося для него времени.

39

Отдав распоряжение Нонсону, Гинния обвела взглядом своих слуг:

- Теперь займемся вами, - сказала она.

Гинния не успела договорить, так как один из духов, стоявший у входной двери, подошел к ней и сказал:

- Там за дверью кто-то хочет войти. Впускать?

- Кто там может быть? В городе никого нет, - удивилась Гинния.

- Если вы нас там поставили, значит, кто-то может войти, - ответил тот.

- Впускайте, - раздраженно сказала Гинния.

Дверь с шумом распахнулась и перед Гиннией предстала следующая картина – Таира  в форме агента Повелительницы Зла тащила за шиворот сопротивляющуюся и орущую Совесть. Следом за ними летел Призрак.

- Пусти, пусти, тебе говорят. Да, что же это происходит? – кричала Совесть и выворачивалась из рук Таиры.

- Что это значит? – спросила Гинния. – Я тебя спрашиваю, - повторила свой вопрос Гинния, обращаясь к Совести. – Это ты привела ее сюда? – снова спросила Гинния, указывая на Таиру.

- Еще чего, зачем это? Никого я не приводила, - ответила Совесть, перестав на минуту выкручиваться из рук Таиры.

- Она подслушивала под дверью, -  сказала Таира и выпустила воротник Совести.

Почувствовав свободу, Совесть подбежала к Гиннии и спряталась за ее спиной.

- Тебе что здесь надо? Уж, не хочешь ли ты вернуться в мою армию? – спросила Гинния Таиру, показывая на ее форму.

- Нет, я пришла сюда для того, чтобы помешать тебе настолько, насколько позволят мне мои силы. А эта форма нужна лишь для того, чтобы ты поняла – с тобой борется не противоположная сила, Добро, а то Зло, которое ты создала. Мы не переходим на сторону Добра – оно фальшиво. Мы становимся на сторону Разума, который делает тебе вызов.

- Ты говоришь «мы». Где остальные? Почему ты явилась сюда одна, лишь в сопровождении этого милого привидения? Как ты хочешь мне помешать?

- Опоздала, опоздала, - дразня, сказала Совесть, показываясь из-за спины Гиннии.

Таира вопросительно посмотрела на Совесть.

- Опаздала, - повторила Гинния, - программа уничтожения запущена, и ничего уже сделать нельзя.

- Опоздала? Это еще неизвестно. Зато я успела увидеть тебя здесь. Не хочешь вспомнить боевые занятия? - спросила Таира, выпуская из ладони зеленый луч, который взметнулся к потолку, осыпая с него куски штукатурки.

- Ты хочешь драться? – удивленно спросила Гинния.

- Да,  -  просто  ответила  Таира,  и  ее  луч  коснулся выглянувшей Совести. Волосы на ее макушке задымились.

- Убивают! – закричала Совесть.

Гинния схватила Совесть за шиворот и отшвырнула от себя. Духи зла стали надвигаться на Таиру.

- Стойте, где стоите, - сказала им Гинния, - мне не нужна помощь для того, чтобы справиться со своим бывшим агентом.

Она сняла с себя плащ и бросила его в сторону. Совесть подняла плащ и прижала его к себе.

Гинния в простом темном платье стояла неподвижно и спокойно смотрела на Таиру, словно размышляя о том, как лучше справиться с ней. Затем она подняла правую руку и посмотрела на свои пальцы. Из каждого пальца сверкнул голубоватый луч. Пять убийственных лучей заскользили по стенам, по фигурам духов, которые замерли и с удивлением смотрели на Гиннию. Цвет лучей сменился, они стали белыми и меняли свое направление от движения пальцев.

- Ты встала на сторону Разума. Так, неужели, ты будешь со мной драться, Таира?

- Я буду драться с тобой, чтобы ни подсказывал мне мой разум. Потому, что это мой выбор, - ответила ей Таира и резко выбросила вперед руку.

Луч, мгновенно преодалев расстояние между ними, коснулся груди Гиннии, но та даже не пошатнулась. Совесть громко закричала, пряча лицо в плаще.

- Ты слаба, Таира, это значит, что вера твоя не настолько сильна, чтобы ты могла поразить меня, - сказала насмешливо Гинния.

Но Таира не ответила. Размахивая лучом, словно мечом, она наносила удар за ударом, но все они либо не достигали цели, либо были отражены лучами Гиннии. Таира носилась вокруг Гиннии, стараясь поразить ее, но все усилия были напрасны. Гинния не спеша отражала все удары, но не наносила ударов ответных.

- Ты не устала? – спросила она Таиру.

Таира, тяжело дыша, посмотрела на белого от переживаний Призрака, и сказала ему:

- Не грусти, Призрак. Я обещаю тебе, ты не останешься один. Я стану привидением, и мы найдем с тобой старинный дом, который станет нашим домом. У меня никогда не было своего дома, Призрак.

Призрак громко зарыдал. Совесть посмотрела на Призрака с жалостью и высморкалась в плащ своей хозяйки.

Луч Таиры исчез. Костюм агента сменился веселым платьем, нежнозеленого цвета с зелеными цветочками. Волосы волнами опустились на ее плечи. Глубоко вздохнув, Таира сказала:

- Как вы мне надоели. Как все мне надоело. Это ваше Добро и Зло, борьба за власть, войны, кровь, месть. Неужели вы не понимаете, что все это бессмысленно. Я не хочу больше участвовать во всем этом. Я ухожу. Ухожу сама, не дожидаясь, когда меня попросят выйти или убьют.

Гинния не ответила Таире, она только тихонько кивала в ответ. Подмигнув Призраку, Таира посмотрела на свои ладони, от которых появилось красное сияние, а затем коснулась пальцами своей груди.

Вся фигура Таиры, словно изнутри засветилась красным светом. Раздался громкий счастливый смех Таиры, который заполнил часовню. Смех, переливаясь разными нотами и оттенками, носился по часовне, словно птица, и, вдруг, смолк.

Исчезло красное сияние, Таира улыбнулась, закрыла глаза и упала на пол. Совесть ахнула, посмотрела по сторонам, желая увидеть Призрака, но его в часовне не было.

Гинния не спеша подошла к Таире, и наклонилась над ней. Она коснулась руки Таиры и прошептала:

- Ты правильно сделала. Я пока так не могу.

Затем Гинния поднялась, и, словно очнувшись, посмотрела по сторонам.

- А, что с нашим Повелителем Добра? Неужели ему не интересно знать, что здесь происходит? Или чтение книги настолько увлекло его, что он не замечает ничего вокруг? Эй, вы, откройте эту дверь и посмотрите, что там с ним, - сказала Гинния, обращаясь к духам, стоящим у двери, за которой находилась Великая Книга.

Один из духов попытался открыть дверь, но у него ничего не получилось. К нему на помощь пришли другие духи, но, сколько они не тянули дверь, она не открывалась.

- Госпожа, мы не можем открыть дверь, - сказал один из Духов.

- Странно, - тихо произнесла Гинния.

- Гинния,  мне  страшно,  пойдем  домой.  Мне  здесь  не нравится, - заныла Совесть.

- А  зачем ты здесь появилась? Нужно было дома остаться, - ответила ей Гинния.

- Дома мне одной скучно.

- Так пошла бы к кому-нибудь в гости, к господину Нонсону, например, - с иронией сказала Гинния.

- Ой, вы ведь ничего не знаете. У господина Нонсона такое горе, такое горе, - запричитала Совесть и схватила себя руками за голову.

- Какое горе? – спросила Гинния.

- Та  женщина, помните, которая приходила к вам. Такая страшная вся… Умерла.

- Как это умерла? – пораженно спросила Гинния.

- А вот так. Но и это еще не все, - Совесть шмыгнула носом, снова высморкалась в плащ Гиннии и только потом продолжила, - Черной Тени тоже больше нет. Они обе умерли.

- Ты,  что  говоришь  такое? –  еще  больше поразилась Гинния.

- Я правду говорю. А Нонсон сейчас, вообще, в трауре.

- Он мне ничего не сказал.

Гинния щелкнула пальцами и произнесла:

- Нонсон.

Тут же последовал ответ:

- Я здесь, Повелительница.

Голос у Нонсона был спокойный.

- Нонсон, как дела? Ты отдал приказ ученым?

- Да. Они приступили  к работе.

- Спасибо. Я слышала, что один из ученых умер. Мне очень жаль. Но не повлечет ли потеря этого ученого на завершение программы?

- Нет, этого не произойдет.

- Ты знаешь, кто был этот ученый?

- Да, эта Берта – главный алхимик.

- Ты ее хорошо знал?

- Я хорошо знаю всех ученых. Когда вы вернетесь?

- Скоро, - ответила Гинния, и связь прервалась.

- Он не убит горем, и это уже хорошо, - сказала Гинния. – А откуда ты знаешь про Тень? – спросила она у своей Совести.

Но Совесть ей не ответила. Она к чему-то прислушивалась, ее глаза стали огромными от страха. Аккуратно положив плащ на пол, Совесть поклонилась Гиннии и исчезла.

Духи зла взволнованно зашумели, отошли от дверей и стали перемещаться по часовне, всматриваясь во все ее углы.  Пол часовни задрожал. Старая штукатурка, не выдержав толчков, стала осыпаться. Задрожали стекла, некоторые из них разбились, и осколки посыпались на пол.

Гинния взволнованно смотрела на купол часовни, словно именно оттуда ждала главную опасность. И опасения ее не обманули. Купол часовни затрещал, в нем образовалась дыра, обломки рухнули вниз, придавив собой двоих духов.

Гинния подошла к центру часовни и посмотрела на образовавшуюся дыру. Сквозь отверствие в куполе были видны большие яркие звезды.

- Звезды привлекают взоры многих. Они своим блеском внушают надежду, - раздались слова за спиной Гиннии.

Она медленно повернулась и увидела две темные фигуры.

Голос принадлежал Ани.

- Я согласна с тобой, Ани. Но, к чему такой переполох? – спросила Гинния.

- Извини, немного не рассчитали, - ответила Ани.

- Грубая работа. Кто так появляется? Ты посмотри, сколько мусора, разрушений, двое моих слуг погибли. Приходить и уходить нужно красиво. Жаль, ты не видела, как ушла Таира, - сказала Гинния, указав Ани на лежащую на полу Таиру.

- Таира! – воскликнула Ани и подбежала к подруге.

Она опустилась перед Таирой на колени.

- Боги мои, что же это? - сокрушенно произнесла она. – Это ты убила ее? – спросила Ани у Гиннии.

- Нет. Она сама ушла. Гордо и красиво, - ответила Гинния и повернулась ко второй темной фигуре.

- А это, если я не ошибаюсь, наш Небесный Воин. Вас давно не было видно. Я уже даже стала забывать о вас. Должно быть, это именно вы разрушили нашу старую часовню, - сказала Гинния.

Воин не ответил.

- Зачем вы здесь? – спросила Гинния у Ани. – Вы, должно быть, скучаете по своей Повелительнице. Не успела я прибыть сюда, как следом появились мои бывшие агенты.

- Вы  уже  знаете  свое  предсказание? –  спросила  Ани, поднимаясь с колен.

- Да, я его знаю. Вот только наш второй Повелитель никак не хочет оторваться от чтения книги.

- Что с ним?

- Не знаю. Дверь заперта. Должно быть, Хранители Книги решили не отпускать его.

- Вас не беспокоит, что с ним? – спросила Ани.

- Нет. Однако, почему наш Воин все время молчит? Уж, не потеряли ли вы голос? – спросила Гинния у Воина.

- Я благодарю вас, вы заботитесь обо мне больше, чем о своем друге юности, - ответил Воин.

Гинния вздрогнула.

- Зачем вы прибыли сюда? Я уже спросила вас об этом, но вы мне так и не ответили. Вы, также как и Таира, хотите помешать мне, остановить, рассказать мне о моих заблуждениях?  - резко спросила Гинния. - Я узнала свое пророчество. Я уже отдала распоряжение о запуске программы. Я сделала все так, как хотела, как считала нужным. Мне больше нечего здесь делать. Если вам угодно, вы можете остаться. Это довольно романтичное место. Жаль, что купола нет.

- Вы ошибаетесь, - сказал Воин.

- В чем я ошибаюсь? В том, что у часовни нет купола? – насмешливо спросила Гинния.

- Купола, действительно, нет. Ваша ошибка в другом. Вы не сделали так, как вам хотелось, - ответил ей Воин.

- Не сделала? Вы намекаете на то, что Нонсон меня обманул и не отдал распоряжение ученым? – настороженно спросила Гинния.

- Нонсон верен вам. Он отдал распоряжение ученым, и они запустили программу. Но ничего из того, что вы ожидаете, не произойдет, - сказал Воин.

- Почему? – спросила Гинния. – Это сделал ты? Ты! За всю мою жизнь я не встречала существа, к которому я испытывала бы столько ненависти, - тихо сказала Гинния.

Неожиданно в часовне поднялся ветер, что-то завыло и застонало. Гинния взмахнула рукой, и мгновенно появившиеся из ее ладони лучи обрушились на голову Воину.

Мартин схватил себя за голову и упал.

- Гинния, нет! - закричала Ани.

Гинния подошла к Воину, посмотрела на него и сказала:

- Жив еще. Ты все можешь. Планы мои нарушить можешь? А бессмертным ты быть можешь? – прошипела она.

Ани подбежала к Гиннии и оттолкнула ее от Мартина.

- Не трогай его! – закричала Ани.

- Ани, не заслоняй его. Никогда не заступайся за мужчину. Не повторяй моих ошибок. Зачем он тебе? Он Небесный Воин и уберется на свои небеса. Свое задание он выполнил. Я могла ранить тебя, зачем тебе отдавать за него жизнь? – прокричала в ответ Гинния.

- Ты ведь Небесного Воина  убить хочешь. Так, зачем тебе этот юноша? Небесный Воин – это я, - тихо ответила Ани.

40

- Ты, что говоришь! Ты сошла с ума! Что с тобой, Ани?! – потрясенно спросила Гинния.

- Ты хочешь знать, что с Ани? Ани мертва. Ее уже давно нет в живых. Она погибла, выполняя одно из твоих сумасбродных желаний. Глупая, напрасная смерть. Ты обрекла ее на гибель, -  спокойно ответила Ани.

- Нет! Нет! Ты лжешь! Я не верю тебе. Пророчество… Книга… Это он – Воин. А ты моя лучшая и любимая… Ты, Ани, - сбивчиво произнесла Гинния.

- Да, Ани была твоей лучшей и любимой. Но слишком много в ней было смелости и дерзости. Она любила риск. Я давно наблюдал за ней, и видел, что ее смерть ходит с ней рядом. Я был рядом с ней тогда, когда она погибла. Когда это случилось, и ее душа покинула тело, я воспользовался этим моментом. Мне было нужно тело того, кого ты хорошо знаешь, и кому ты доверяешь.

- Ты – Небесный Воин в теле Ани?! – воскликнула Гинния и отшатнулась от Воина.

Воин кивнул.

- А, он? Кто такой, этот Мартин? Почему пророчество сказало неправду? – спрашивала Гинния и сама не слышала свой голос.

- Это? Это мой маленький помощник, который должен был только отвлечь твое внимание. А пророчество… сделать так, чтобы в Великой Книге Жизни была сказано то, что было мне нужно – это нетрудно.

- Мы не попадем в Галактический союз, – с дрожью в голосе сказала Гинния.

- Вы обязательно будете признаны в Галактическом союзе. Это я тебе обещаю.

- Что ты сделал с программой? Почему этот юноша сказал мне, что у меня ничего не получится?

- Я всегда знал, что решить задачу одними убеждениями практически невозможно. И не стал тратить на это время. Мне было нужно сделать так, чтобы никакие программы никаких ученых не смогли бы уничтожить канал ментальной связи, соединяющий две планеты, - ответил Воин.

- И, как ты это сделал? – спросила Гинния.

Воин растегнул свой плащ. На его груди было украшение из синих камней. Он снял с себя это украшение и показал Гиннии.

- С помощью этих кристаллов я сделал все возможное для того, чтобы канал не был разрушен, ни теперь, ни потом, - сказал Воин.

- Какое красивое украшение. Но, как с помощью этих камней можно что-то сделать? – спросила Гинния.

Воин прикоснулся к одному из камней, и тот стал прозрачным, в нем были видны какие-то точки и линии. От точек в разных направлениях поднимались лучи. Они соединялись в одну точку, преломлялись, образовывали сложный рисунок в виде схемы. Воин прикоснулся к этому камню еще раз, и все исчезло.

- И так далее, - сказал он.

- Ты  не  боишься  мне  все  это показывать? – спросила Гинния.

- Нет. Во-первых, ты не сможешь воспользоваться этими камнями, даже если я тебе их подарю. Для этого у тебя нет таких рук, - сказал Воин и протянул к Гиннии свою руку.

Гинния посмотрела на руку Воина. Кожа его руки стала прозрачной, и сквозь нее было видно, что вместо костей идут мерцающие лучи.

- Во-вторых, нужно четко знать, как пользоваться этими камнями. А, в-третьих, мне хотелось хоть немного удовлетворить твое любопытство.

- Но, если у тебя было такое украшение, зачем нужно было посылать сюда этого Мартина, зачем ты настроил моих агентов против меня, они, ведь, все погибли.

- Я отвечу тебе. Пребывание в чужом теле, дело непростое. Мне нужно было не только внешнее сходство, мне нужно было стать таким, чтобы никто не смог понять, что Ани – это не Ани. Как я достиг этого, тебе знать не нужно. Когда я прибыл в ваш мир, у меня не было с собой кристаллов. Мне пришлось их искать.

- Они находились в моих владениях? – удивилась Гинния.

- Они всегда были там. С момента создания параллельного мира для Земли было создано и то, что могло бы обеспечить его безопасность – эти кристаллы. Камни хранились в старых горах, там, где их никто не смог бы увидеть. Мне эти камни нужно было найти и придать им вид украшения, которое могла бы носить девушка.

Дальше. Я не мог привести в действие эти камни в любой момент по своему желанию. Началом для их работы должно было послужить появление в ментальности планеты явной угрозы. Однако, ты не решалась на последний шаг, и явной угрозы в ментальности планеты не было. Появление в вашем мире Небесного Воина, было именно тем, что запустило в действие реальную ментальную угрозу.

Я появился здесь раньше Мартина. И мне повезло, что я быстро его нашел. Он, действительно, тогда ничего не помнил и не знал о своем истинном задании. Мартин должен был убедить тебя в том, что он сделает все возможное для того, чтобы помешать твоим планам. Чем ближе был момент запуска этой программы, тем в большей готовности были эти камни. Мне нужно было попасть в лабораторию ученых. А остальное – это технические вопросы и знать их тебе не нужно.

Что касается твоих агентов. Я должен был объяснить им свое отсутствие, объяснить - почему меня с ними нет. Я сказал им, что решил помогать Небесному Воину. Зная, что ты отдашь им приказ помешать нам, я просто попросил их сделать свой выбор. Они его сделали. Их гибель огорчила меня. Если Ани погубило безрассудство, то Юнону погубил страх. Рина погибла из-за своего невежества. Действительно, не стоит иметь дело с тем, о ком ничего не знаешь. Таира проявила слабость, ей не хватило сил бороться с вами. Но у нее хватило мужества уйти самой. Вот, собственно, и все.

- А, почему ты все это мне рассказал? – спросила Гинния.

- Из уважения, - ответил Воин.

- Бедный  юноша, -  сказала Гинния,  глядя  на  лежащего Мартина. – Он поправится? – спросила она Воина.

- Да, с ним все будет хорошо. Сейчас он просто спит, - ответил Воин.

- Я чувствую, что прожила свою жизнь совершенно напрасно. К чему все это? Воин, если бы ты знал мою историю. Как бы мне хотелось, чтобы ничего этого не было, - обреченно говорила Гинния.

- Я знаю твою историю и понимаю твое желание, - сказал Воин.

- Знаешь и понимаешь? – переспросила Гинния.

- Да, и знаю, и понимаю. Очень тяжело жить под чужой маской и играть чужую роль.

- Я сказала неправду. Ты не единственный, кого я очень сильно ненавидела. Есть человек, которого я ненавижу еще сильнее, - сказала Гинния и указала рукой на дверь.

Повелитель дочитал последние слова, и рыдания перехватили его дыхание. Он плакал, не стесняясь, как ребенок, вытирая слезы. Время снова начало свой ход. Повелитель немного успокоился, закрыл книгу и посмотрел на огненный коридор ровно горящих свечей. Его руки лежали на книжном переплете, и он, наконец-то, удивился тому, что здесь никого нет. Нет Хранителей Книги, которых он ожидал увидеть. Никто не торопил его и не мешал читать. Повелитель почувствовал непонятное волнение. Он посмотрел на книгу в старом потертом красном переплете и снова ее открыл. Страницы книги были чисты. Повелитель лихорадочно перелистывал страницы, но не увидел ни единой записи. В книге не осталось ни одного слова. Тогда он закрыл книгу и встал из-за стола. Непонятно откуда, в комнате поднялся сильный ветер и задул все свечи. Возник полумрак. И только два огня еще продолжали гореть в лампах, которые он когда-то зажег с Гиннией.

Он подошел к двери, открыл ее и вышел из комнаты.

Повелитель с недоумением смотрел на зал часовни, который теперь выглядел совершенно иначе, чем менее получаса назад. Лежащие на полу тела, руины потолка – все это потрясло Повелителя.

- Гинния, что здесь случилось? Что произошло? Я ничего не слышал. Ты цела? – спрашивал Повелитель, подходя к Гиннии и  беря ее за руку.

- Надеюсь, мы не потревожили тебя, - сказала Гинния, отнимая свою руку из рук Повелителя.

- Я думаю, что вам есть, о чем поговорить, Гинния. Мы не будем вам мешать, - сказал Воин. – Вам тоже лучше убраться отсюда, - сказал он, обращаясь к слугам Гиннии.

Гинния не успела ничего ему ответить. Все исчезли из зала. Она осталась с Повелителем одна. Гинния оглядела совершенно пустой зал и спросила Повелителя:

- Ты, действительно, ничего не слышал?

- Ничего. Я, вообще, не понимаю, как за то время, что я читал две страницы, могло столько всего произойти. Здесь кто-то лежал? Что с ними произошло?

- Одна умерла, а другой просто спал. Что интересного о себе прочел? - спросила она.

- Не спрашивай меня. Мне не хотелось бы говорить об этом, - отмахнулся он.

- Покажи мне книгу, - вдруг, попросила она.

- Пошли, посмотришь, только в ней, почему-то все записи пропали.

- Все равно, - сказала она и вошла в комнату. – Смотри, лампы, те самые. Неужели в них горит все тот же огонь? Твой красный и мой желтый.

Гинния прошла мимо ламп, подошла к столу и увидела книгу. Она открыла ее и на первой странице прочитала вслух слова: «Там, где все начинается, там все и закончится».

- Что? Ты увидела запись? – удивился Повелитель и подошел к книге, но Гинния уже закрыла ее.

- Как ты думаешь, что это значит? – спросила она Повелителя.

За их спинами раздался шум, Гинния резко обернулась, но, вздохнув, с облегчением,  сказала:

- Это ты.

- Я. А ты кого здесь ожидала увидеть?

Повелитель тоже оглянулся и спросил:

- А это кто?

В комнату вошли двое - Совесть Гиннии и никому не знакомый человечек, такого же маленького роста, как и Совесть. Похоже, что человечек проделал долгий путь. Его одежда была в пыли, плащ забрызган грязью, свою шляпу он нес в руке. Этот человечек был очень опечален. Бледное лицо, обрамленное длинными темными волосами, похоже, никогда не улыбалось. Он с грустью посмотрел на Повелителя и сказал:

- Я - твоя Совесть.

- Ты,  что,  никогда  не  видел  своей  Совести? - удивленно спросила Гинния у Повелителя.

- Никогда, - ответил он, разглядывая человечка.

Между тем две совести подошли к горящим чашам и сняли их с поставок. Как они смогли это сделать при своем росте, оба Повелителя так и не поняли.

- Что вы делаете? - спросила Гинния, чувствуя, что ее сердце начинает неровно биться.

- Там, где все начинается, там все и закончится, - одновременно произнесли две совести.

Ния и Кин посмотрели друг на друга, они все поняли.

- Прости меня, Ния, - сказал Кин.

- И ты меня прости, - сказала ему Ния.

Это единственное, что они успели сказать друг другу. Совести приблизили одну чашу к другой. Пламя чаш потянулось друг к другу. В следующую секунду между чашами вспыхнуло новое пламя, и сознание покинуло повелителей.

ЭПИЛОГ

Четыре девушки стояли на Задумчивой горе и смотрели вниз, на свой город Минолд.

- Когда я смотрю на наш город, мне кажется, что ничего в мире не может  произойти такого, что может изменить эту мирную жизнь и наши планы. Ани станет лекарем, у Таиры родится чудесный малыш, Юнона выйдет замуж за надежного и доброго каменщика, а я буду рисовать свои картины, - сказала Рина.

- Но что-нибудь обязательно произойдет. И нас ждут многие перемены, - не согласилась с ней Ани.

-  А я поняла, о чем говорит Рина, - сказала Таира, - она имела в виду не то, что нас ожидают различные события, а то, что наша жизнь, словно прямая дорога, от которой не может быть неожиданных поворотов.

Никто ей не ответил, все сидели и молчали, глядя на веселящийся вдали город. Но вскоре внимание Таиры привлекли две фигуры. Юноша и девушка шли по направлению к часовне, они смеялись, обнимались и целовались, казалось, одновременно. Их темные и светлые волосы переплетались от теплого летнего ветра. Юноша был высоким и стройным с длинными черными волосами, девушка, напротив, была не высокого роста со светлыми волосами. На эту пару оглядывались прохожие, но они ни на кого не обращали никакого внимания.

- Вы только посмотрите на них, - весело сказала Таира, показывая рукой на влюбленную пару.

-  Любовь, любовь, - нараспев сказала Рина.

-  Ой, ну, ничего себе, - воскликнула Ани, - они заходят в часовню. Как вы думаете, зачем?

Все рассмеялись.

-   Должно быть, они решили пожениться, - сказала Юнона.

-  В часовне не происходит сочетание браком, - ответила Таира.

-   Это, как посмотреть, - игриво произнесла Рина.

И девушки  рассмеялись…

Между тем юноша и девушка проскользнули в открытую дверь часовни. Внутри было настолько тихо, что им показалось, что, закрыв за собой дверь, они напрочь отделились от внешнего мира с его суетой и шумом.

Девушка, оглядевшись вокруг, воскликнула:

- Кин, как здесь интересно. Подумать  только, этой часовне так много лет. У нее, должно быть, своя история. Как ты думаешь?

- Должно быть, - согласился  с ней юноша. - Смотри, Ния, какие странные следы на камнях. А, это что? - Сказал юноша, указывая рукой на старинный купол часовни. - Ты только посмотри, в этом куполе когда-то была огромная дыра. Её заделали.

Девушка подошла к нему и посмотрела наверх.

- Что же могло сделать в куполе часовни такую дыру?

- Трудно сказать.

Внезапно где-то громко хлопнула дверь. Молодые люди  вздрогнули, и юноша взял девушку за руку. К ним медленно приближалась высокая темная фигура.

- Что вы здесь делаете? - спросил резкий высокий голос.

- Простите, мы просто зашли посмотреть,  - спокойно ответил юноша.

- Посмотреть? На что? - спросил  голос.

Высокая фигура приблизилась, и молодые люди увидели женщину в черном платье, с седыми гладко зачесанными волосами. На груди у женщины висела цепь с необычной по своей конфигурации фигурой. И звенья цепи и сама фигура были выполнены из сверкающих красных камней.

- Так на что вы собрались здесь смотреть? - строго повторила свой вопрос женщина.

- Мы никогда здесь не были и захотели посмотреть, что внутри  этой старой часовни, - тихо сказала девушка.

Женщина внимательно посмотрела в лицо девушки, и переспросила:

- Никогда не были и решили посмотреть?

- Да, - ответила девушка.

- И, что же вы здесь увидели? - строго спросила женщина.

- В этой часовне были такие серьезные разрушения? - спросил юноша, показывая рукой на потолок.

Лицо женщины смягчилось.

- Да, у  нашей часовни богатая событиями история.

- Это так интересно, - сказала девушка.

- Вы интересуетесь историей? - спросила женщина.

- Мы думаем, что знания истории могут помочь в будущем,- ответил юноша и посмотрел на девушку.

- Это похвально. Однако, здесь только старые стены, смотреть здесь не на что. Идите себе с миром. Не нарушайте покой часовни.

- Скажите, а это правда, что здесь хранится мудрость нашего города? - спросила девушка.

- Нет, это неправда. Здесь храниться не мудрость, - ответила женщина.

-  А, что? - спросил юноша.

- Вы, действительно, хотите это узнать? - спросила их женщина.

- Очень хотим, - сказала девушка.

- Конечно, хотим, - подтвердил юноша.

- Тогда, пойдемте со мной, - сказала женщина и повела их к маленькой незаметной двери.

- Кин, мне что-то стало страшно, - прошептала девушка.

- Не бойся, Ния, - ответил юноша и еще крепче сжал ее ладонь в своей ладони.

Женщина медленно открыла дверь и вошла внутрь. Они оказались в небольшой квадратной комнате. Она была пуста, и только в центре комнаты, на постаментах, стояли две большие чаши, в которых горел огонь.

- Смотрите, - сказала женщина, - здесь покоятся Добро и Зло.

- Как это? - спросила Ния.

Женщина подошла к чашам и встала между ними.

- В одной из чаш горит огонь Добра, а в другой чаше горит огонь Зла. Когда-то эти чаши принадлежали двум великим Повелителям, Повелителю Добра и Повелителю Зла. Но правление их длилось недолго. Мир не может быть разделен на две половины. Мир может существовать только в единстве. Здесь, в этих чашах горят частицы душ этих повелителей. Однажды наступит день, когда сюда войдут новые правители, и у них будет только одна чаша. Они зажгут ее от огня Добра и Зла, и новое пламя Жизни  придаст этому миру новое величие. Не будет больше войн, наступит гармония и Великое равновесие.

Торжественная речь женщины, вдруг, сменилась другим доброжелательным тоном:

- Вам это, должно быть, сейчас не совсем понятно. Вы еще слишком молоды. А теперь идите на праздник, веселитесь, и никому не рассказывайте о том, что вы здесь видели.

Юноша и девушка сами не заметили, как оказались на улице. Шум и веселье окружили их.

- Ния, я никогда не забуду ее слов, - сказал Кин

- Неужели наступит такое время? - спросила Ния.

- Я думаю, что обязательно наступит, - ответил ей Кин.

Они взялись за руки, и пошли по улице, уходя все дальше и дальше от старой часовни и унося в своих сердцах мечту о новом мире, с удивительной жизнью.

- Пойдемте вниз, - сказала Ани и встала.

Остальные девушки также поднялись с травы и медленно стали спускаться с Задумчивого холма.

Город встретил их шумным весельем. Проходя через центральную площадь, девушки увидели гадалку, которая стояла у фонтана и крошила хлебные крошки птицам. Вид у нее был задумчивый, но она все время улыбалась, словно вспоминала о чем-то хорошем.  Рядом с ней никого не было. Она оторвала свой взгляд от птиц и посмотрела на девушек. Ее лицо выразило радость, словно именно их она и ждала здесь весь день. Гадалка замахала руками и закричала:

- Идите сюда.

- Это она кому? - спросила Юнона.

- Кажется, нам, -  ответила Таира.

Девушки подошли к прорицательнице.

- Сегодня день Звезд. Именно в такой день судьба человека явственно проступает на его ладони и все, что будет ему предсказано сегодня - сбудется. Хотите узнать вашу судьбу? Дайте мне посмотреть на ваши ладони, и я скажу, что ожидает вас в будущем, - пообещала им гадалка.

- Хорошо, тогда погадайте мне первой, - сказала Ани.

Гадалка взяла ладонь Ани в свои руки и стала внимательно всматриваться в линии на руке.

- Я вижу хорошую, долгую жизнь. Вы будете учить детей,- сказала прорицательница.

- Как? Я хотела быть лекарем. Я уже научилась заваривать травы, - расстроено сказала Ани.

- Это хорошо. Многим детям вы замените мать, знания трав поможет вам их лечить.

- Ну, если так, - сказала Ани.

- А мне? – попросила Юнона, протягивая свою руку. – Я буду счастлива с моим мужем?

- Да, вы будете счастливы. Но вашим мужем станет совсем не тот, о котором вы сейчас думаете. Вы еще не знакомы с ним. Так что со свадьбой придется подождать. А тот молодой человек, за которого вы собрались выйти замуж, разочарует вас, и вы расстанетесь, - ответила ей прорицательница.

- Как же так?! Он такой хороший, добрый, милый. Как он может разочаровать меня? – плаксиво спросила Юнона.

- Вы знакомы слишком мало времени. Подождите, разочарования придут позже, - пояснила ей гадалка.

Таира нерешительно подошла к прорицательнице.

- Я боюсь, - сказала она. – Вдруг, вы увидите, что нибудь плохое.

- Можете не давать мне руку. На вашем лице я вижу нежданное счастье. Тот, кого вы считаете потерянным, на самом деле, сам ищет вас, и скоро вы будете вместе. Все у вас будет хорошо. Вот только не слишком балуйте своих детей. Вы оба очень добрые и ваши малыши рискуют вырасти чересчур озорными и проказливыми.

- Это правда?!  Неужели  это    правда?!  Спасибо вам! – закричала Таира и обняла гадалку.

- Как я за тебя рада, - сказала Рина.

- А мы как рады, верно, Юнона? - сказала Ани.

- Еще бы, у меня сразу легче на сердце стало, - подтвердила Юнона.

- Ну, а вы… - начала свое предсказание для Рины гадалка.

- Я стану художником. Я это точно знаю, - твердо сказала Рина.

- Нет, - покачала головой гадалка.

- Нет? – испуганно спросила Рина. – А, кем же?

- Вы будете солдатом, - уверенно сказала гадалка.

- Кем? – воскликнули в один голос девушки.

- Солдатом, но это случиться нескоро. Настанет такое время, когда будет открыт путь к звездам и другим мирам. Для полетов и путешествий в пространстве будет создан специальный отряд. Вы будете одна из них. Вас научат многим премудростям, необходимым для дальних путешествий. Вы даже сможете летать по воздуху без средств передвижения, - воскликнула гадалка, глядя на ладонь Рины.

- Я сейчас умру от ужаса. Как это летать по воздуху? Я не хочу летать, и в отряд я тоже не хочу, - решительно заявила Рина.

- Я пошутила, - тихо сказала гадалка. – Конечно, зачем вам летать неизвестно куда, когда и здесь будет предостаточно сюжетов для ваших картин, - закончила она свое гадание и весело рассмеялась.

- Как вы меня напугали, - сказала Рина.

- Не бойтесь ничего. Идите по жизни смело, вам нужно только четко знать, что вы хотите, - сказала гадалка.

- Спасибо вам, - сказали девушки.

Довольные, они отошли от гадалки, но не удержались и оглянулись на нее. Она весело помахала им рукой. Вокруг нее снова стали слетаться птицы. Недалеко от гадалки стояли двое – хрупкая девушка с яркорозовыми волосами и высокий статный мужчина. Мужчина улыбался и протягивал девушке воздушный шар. А она,  смеясь, взяла нить с красным шаром, который рвался на свободу, в небо.

- Какая красивая девушка. Никогда не видела таких волос, - сказала Таира.

- Вы  посмотрите  на  мужчину.  Вот это красавиц, - восхищенно сказала Юнона.

- Хватит засматриваться на мужчин, - сказала Ани.

- А, по-моему, в них есть что-то странное - сказала Рина.

Хрупкая девушка с яркими волосами смотрела на красный шар, которому так хотелось улететь от нее.

- Может быть, отпустить его? - спросила она мужчину.

- Не стоит. Улетев, он очень скоро потеряет свою легкость и упадет, или, зацепившись за ветку, будет висеть на дереве.

- Тогда, пусть лучше он останется со мной. Какой красивый сегодня праздник.

- Очень красивый. Мы с тобой сделали все для того, чтобы этот праздник состоялся.

- Знаете, я все время думаю – о чем было пророчество в Книге Жизни для Повелителей Добра и Зла.

- То, что там было сказано, предназначалось только для них.

- И я никогда об этом не узнаю?

- Как знать.

- Подумать только, эти двое где-то совсем рядом, они также радуются празднику, ничего не помнят и не чувствуют.

- Я так не думаю.

- Вы думаете, они предчувствуют свою необычную судьбу?

- Возможно. А судьба у них, действительно, необычная. История повторится, но уже с другим продолжением.

- А наша история уже подошла к концу, - грустно сказала Эйла.

- Да, тебе пора возвращаться. Спасибо тебе, мой маленький Небесный Воин.

- Вы знаете мою мечту? – удивилась Эйла.

- Ты   хочешь   быть   Небесным   Воином? – ответил Воин, и немного помолчав, добавил, -  А  знаешь,  ты им станешь.

- Правда? – радостно спросила Эйлин

- Правда, - ответил ей Небесный Воин.

Он взял Эйлу за руку, и они пошли по площади. Вскоре они затерялись среди горожан Минолда, которые радовались празднику, лету и просто жизни.

Content

ЛАРИ РУБИН
ПЕСОЧНЫЕ ЧАСЫ ВСЕЛЕННОЙ
Книга 1

Начало