Емельянов Денис

Лохматая незнакомка

Денис Эдвардович Емельянов

Лохматая незнакомка

Мышонок проснулся в своем домике. Он открыл глазки, потянулся, выгнув спинку, сел, оперевшись на свой маленький хвостик, и тщательно умыл мордочку лапами. Затем по-хозяйски огляделся по сторонам и, убедившись, что все в полном порядке, побежал по длинному и узкому коридору к выходу.

Теперь Мышонок отваживался на небольшие прогулки, ему было интересно узнавать новое о том месте, где он родился. Каждый день приносил с собой что-то интересное, и Мышонок научился радоваться своим маленьким открытиям. Каждое утро он с замиранием сердца наблюдал, как неспешно встает над вершинами деревьев Солнце, а потом подолгу сидел, не шевелясь, и слушал, как ласковый Ветер перебирает его мягкую шерстку. Но никто не знал про это, кроме него самого. Мама была все время занята по хозяйству, и Мышонку очень не хватало друга, с которым можно было поговорить по секрету.

* * *

И вот однажды утром, выглянув из своей норки, Мышонок увидел, страшное, лохматое существо, размером почти с него самого, которое двигалось, ужасно извиваясь, и было полностью покрыто колючими щетинистыми волосками.

– Не всегда нужно делать выводы о госте по первому впечатлению, – вспомнил Мышонок наставления Мамы. Он слегка зажмурился от страха, и, как только смог вежливо, пропищал:

– Здравствуй, меня зовут Мышонок. Он приготовился удирать со всех ног в свою норку, если эта колючая лохматина решит на него броситься. Но она вдруг остановилась, словно бы в нерешительности, затем медленно повернулась к нему и удивительно приятным голосом сказала:

– Здравствуй Мышонок, меня зовут Гусеница.

Вдруг она свернулась в клубок, растопырив свои волоски во все стороны.

– Ну что, тебе страшно? – спросила Гусеница.

– Не очень, – ответил Мышонок, но все же не решился подойти ближе.

– Странно, – пробормотала Гусеница удивленно, – все остальные боятся моих колючек и не смеют меня трогать. Сразу видно, что ты приветливый и хорошо воспитанный малыш. Так уж и быть, я не стану колоть тебя своими острыми иглами.
– Мне кажется, что ты совсем не страшная, а даже очень красивая, – тихонько сказал Мышонок.

– Красивая?! Ты правда так думаешь?

– Да, мне очень понравились твои лохматки, – Мышонок потянулся, и тихонько дотронулся до Гусеницы носом и зажмурился, – они такие… мягенькие.

– А я думала, что я такая же страшная, как еж или даже дикобраз, – растерялась Гусеница, – и все должны меня боятся.

– А мне кажется, что ты пушистая и … добрая, – признался Мышонок.

– Добрая? – удивилась Гусеница. – Наверное, ты сам очень добрый, раз так подумал обо мне.

Мышонок смутился и опустил глаза.

– А хочешь, давай играть вместе, – вдруг предложил он, – я буду тебя искать, а ты будешь прятаться, а потом наоборот. Или можем поиграть в догонялки, только чур, я первый убегаю, а ты догоняй.

– Ну, нет, бегать я не умею. Да и как, позволь узнать, ты стал бы бегать, если бы у тебя было бы столько же ножек, как у меня? – улыбнулась Гусеница.

Мышонок рассмеялся:

– Да уж, будь у меня столько же ног, я бы точно запнулся, и забыл какой ногой я уже бежал, а какой еще нет.

– Какой ты смешной, – снова улыбнулась Гусеница.

– А может, ты останешься здесь? В этом пне полно укромных местечек, ты могла бы удобно устроиться, и мы могли бы встречаться и играть каждый день, – предложил Мышонок.

Гусеница забралась в глубокую трещину старого пня, и оттуда донесся ее довольный голос:

– Ну что же, очень даже уютная квартира. Я бы хотела здесь отдохнуть, ведь я прибыла издалека.
– Конечно, конечно, – спохватился Мышонок, – отдыхай. А поиграть мы можем и завтра.

* * *

Прибежав к Маме, в родную нору, он немедленно рассказал ей об их новой соседке.

– Это Лохматая Гусеница, малыш, она сосем не опасная, просто своим длинными волосками она отпугивает птиц, которые могли бы запросто склевать ее. Ты не смотри, что она такая страшная сейчас, из гусениц вырастают бабочки. А они бывают очень красивые.

– Из такой лохматины вырастет бабочка? Как это может быть? Вот я – мышонок, из меня вырастет большой мышь, но я ведь уже сейчас похож на тебя Мама, а не на лохматого червяка, – засмеялся Мышонок.

– Все правильно, малыш, – улыбнулась Мама, ты и должен быть похож на меня. А вот у бабочек все не так, гусеницы совсем не похожи на тех бабочек, которые из них вырастут. Но, наверное, тебе будет интересно узнать, кто же скрывается в нашей лохматой соседке? Наберись терпения, и возможно, ты будешь очень удивлен.

Укладываясь на ночлег, Мышонок все время думал о своей новой знакомой. Ему очень хотелось поиграть с Гусеницей и еще больше ему хотелось узнать, какая из нее вырастет бабочка. Мышонок был счастлив.

– Кажется, у меня появился новый друг, – пробормотал он, сквозь окутывающий его сон.

* * *

На следующее утро маленький Мышонок выбрался из норки и огляделся по сторонам.

– Как он красив, этот Мир, – опять подумалось ему. – Не знаю, кто все это так правильно устроил, птиц, деревья, ручей и Ветер… Должно быть он очень добрый.

– Вот Солнце, оно очень теплое и одинаково любит всех сильных и слабых, красивых и не очень. Оно одинаково светит и цветам на лужайке и хитрой и коварной лисице. Наверное, это очень трудно, любить всех вот так, не делая ни каких исключений. Мне кажется, для этого нужно быть таким же мудрым и сильным как Солнце, – решил Мышонок.

Ветер шумел в молодых листьях деревьев, окружающих полянку, на которой стоял старый пень. Щебетали разные лесные пичуги, и вдруг, среди нестройного хора их голосков, звонко и далеко разнесся голос первой кукушки. Самой первой в этом году: «Ку-Ку, Ку-Ку, Ку-Ку». Кукушка все куковала и куковала, а Мышонок замер и слушал ее нехитрую весеннюю песню.

– На помощь, ой-ой-ой, спасите меня! – услышал Мышонок отчаянный крик. Это вопила Лохматая Гусеница, – слышите это они, они настигают меня, это конец!

– Кто они? – удивился Мышонок, и принялся оглядываться по сторонам. – Я никого не вижу. Не бойся, здесь никого нет.

– О нет, я слышу их кровожадные вопли. Они настигнут и разорвут меня на части. Я так беззащитна! Ты слышишь это жуткое «Ку-Ку»? Да, да это они. Какой ужас! Ни что не может спасти меня!

– Как это странно, – подумал Мышонок, – бояться Кукушку, – но вслух сказал:

– Прячься скорее вот здесь, между корней, и никого не бойся, здесь ты в безопасности.

Он побежал в норку к Маме и рассказал ей о перепуганной Гусенице.

– Все правильно Малыш, все птицы боятся длинных волосков гусеницы, принимая их за иголки, а вот на Кукушку ее пугалки ни как не действуют. Если увидит такую гусеницу – проглотит в один миг. И поминай, как звали, – объяснила Мама.

В этот день перепуганная Гусеница наотрез отказалась показываться из своей новой квартиры в старом пне. Но на следующий, когда все страхи улеглись, Мышонок смог убедить свою новую соседку немного поиграть.

Что же за веселая это была игра! Гусеница пряталась в трещины старого пня, а Мышонок искал ее. А когда находил, Гусеница всегда смешно пугалась, и Мышонок заливался от смеха. Он был просто счастлив. Никогда ему еще не было так весело. Теперь каждое утро он с нетерпением ждал, когда же, наконец, наступит время, и можно будет опять поиграть с его лохматой подружкой.

* * *

Но вот в один из дней, когда Мышонок прибежал и ждал начала игры, он увидел, что Гусеница как-то изменилась.

– Ты не заболела? – заволновался Мышонок.

– Ты, мой маленький пушистый друг, и что бы я без тебя делала, – устало проговорила та своим бархатным голосом. – Сегодня я не могу играть с тобой, я хочу отдохнуть. Приходи завтра, я буду ждать тебя.

Мышонок не стал спорить, он решил, что Гусеница должно быть очень устала, раз отказывается от их любимой игры в прятки, и, стараясь не шуметь, вернулся в родную нору.

На следующий день, едва только взошло Солнце, Мышонок выбрался из норки и огляделся. Ему не терпелось поскорее снова начать игру. Но обежав кругом старый пень он не нашел своей знакомой.

– Может она ушла ночью, а может ее все-таки заметила и схватила Кукушка? – встревоженно думал Мышонок. Ему стало жаль Гусеницу. Вдруг у него защемило в груди.

– Мама говорит, что это сердце так тоскует, – подумал Мышонок. – Так же грустно мне было, когда ушел Подснежник. Кажется, мы только немного поиграли вместе, но теперь, когда я не вижу ее, мне почему-то так тревожно. Как незаметно это произошло. Оказывается, я уже успел привязаться к своей лохматой подружке.

В поисках Гусеницы Мышонок начал проверять все укромные места старого пня, в которых она обычно пряталась. И вот, в одной из глубоких трещин он увидел, что-то темное и плотное, как маленький сверток.
– Странная штука, вчера ее здесь не было, – подумал Мышонок и продолжил поиски. Так и не найдя Гусеницу, раздосадованный он вернулся домой и рассказал обо всем Маме.

– Ты зря расстраиваешься малыш, просто, наконец, началось самое интересное. Твоя знакомая Гусеница превращается в Бабочку. Этот сверток, в трещине старого пня – это куколка, твоя лохматая подружка внутри, и там происходит превращение. Когда оно закончится, ты увидишь свою Гусеницу совсем иной.

Теперь каждое утро, едва всходило Солнце, Мышонок бежал к глубокой трещине в старом пне и с замиранием заглядывал внутрь. Каждый раз он надеялся увидеть там красивую Бабочку, но плотный сверток ни как не менялся.

– Прошло еще слишком мало времени, нужно набраться терпения и ждать, – говорил сам себе тогда Мышонок. Затем он усаживался рядом с пнем на землю и тихонько смотрел на Мир вокруг. Его маленькое сердце наполнялось радостью и теплом от окружающей красоты.

– Жаль, что Гусеница ничего этого не может видеть, – вздохнул Мышонок, ей, наверное, очень трудно превращаться. Она ведь там совсем одна, спряталась от всех в своем маленьком убежище и очень старается превратиться в бабочку покрасивее, – а это трудная работа и на это нужно много времени.

И вот однажды, когда в очередной раз маленький Мышонок подбежал к знакомой трещине в старом пне, и, поднявшись на задние лапки, хотел заглянуть внутрь, он увидел, что из глубины ее выглядывает краешек чего-то яркого и переливчатого. От волнения Мышонок замер. Затем он в нерешительности отступил назад. И тут из трещины показалась и медленно выбралась на поверхность пня Бабочка. Лучи Солнца упали на ее крылья, и они засверкали всеми цветами радуги. Больше всего было синего и фиолетового, но был тут и желтый и оранжевый и еще много таких цветов, названия которых Мышонок даже и не знал. Бабочка несколько раз свела и развела свои шикарные крылья, будто позволяя всем получше их рассмотреть.

– Привет, Гусеница, как тебе спалось в своем домике? – радостно спросил Мышонок Бабочку. Но та даже не повернула в его сторону свою головку с большими красивыми глазами.

– Ты что не слышишь меня? – удивился Мышонок.
– У меня прекрасный слух, – услышал он в ответ такой знакомый бархатный голос. Но я уже давно не Гусеница и не понимаю, почему я должна отвечать на глупые вопросы какого-то Мышонка. Я такая яркая, сверкающая и могу летать так высоко, а ты ….. ты какой-то серо-бурый и летать совсем не умеешь. Скоро я улечу к самым облакам, и буду дружить с птицами. Они такие красивые и поют веселые звонкие песни.

– Мне кажется, – тихо проговорил Мышонок, – когда ты была Гусеницей, ты была намного красивее. Красота – это не только яркие крылышки, это что-то внутри, а у тебя внутри совсем ничего не осталось. Со слезами на глазах от незаслуженной обиды Мышонок вернулся домой.

– Жаль мне эту Бабочку, – покачала головой Мама, – не будет тому счастья, кто старых друзей забывает.

Несколько дней расстроенный Мышонок не выходил из норы, так ему было обидно и горько. Но он все же соскучился по яркому Солнцу и теплому Ветру, по шуму листьев в кронах деревьев и решил выбраться наружу. Подойдя к знакомой трещине в старом пне, он с удивлением заметил торчащие из нее концы ярких крылышек. Он уже хотел было убежать прочь, что бы не разговаривать с заносчивой Бабочкой, но вдруг он услышал, что из трещины доносится плач. Это плакала Бабочка. Подойдя поближе, Мышонок тихонько спросил:

– Что случилось, тебя кто-то обидел?

Всхлипывания из трещины прекратились, и, через некоторое время, оттуда показалась заплаканная красавица.

– Прости меня милый Мышонок, я была так груба и несправедлива, – тихо попросила Бабочка. Ты был моим единственным другом, а я так плохо обошлась с тобой.

– У тебя должно быть теперь много друзей, они летают высоко и поют красивые песни, – ответил Мышонок.

Бабочка снова зарыдала:

– Никакие они мне не друзья, они набросились на меня, как только увидели. Я едва успела спрятаться здесь и сижу тут уже несколько дней и трясусь от страха. Я теперь такая заметная, у меня такие яркие и огромные крылья. Стоит мне только выбраться наружу, они меня сразу схватят. Как хорошо было быть Гусеницей, так уютно и просторно мне было здесь жить, и мы так хорошо играли с тобой.

– Не плачь, я спрошу у Мамы, она взрослая и уж наверняка знает, как тебе помочь, а пока сиди здесь и не реви, – сказал Мышонок и побежал домой.

– Мама, Бабочка вернулась. Ее новые друзья, птицы, чуть не съели ее. Она плачет, и хотя она очень сильно меня обидела, я все же хочу ей помочь.

– Самое трудное делать добро даже тому, кто поступил с тобой нечестно, не по-товарищески. Делать просто так, не требуя ничего взамен, не рассчитывая даже на благодарность. Немногие могут этому научиться. Но только так ты сможешь понять, действительно ли твое сердце открыто для добра или ты можешь быть добрым только тогда, когда это не требует от тебя ни каких усилий, – сказала Мама и внимательно посмотрела на своего Малыша.
– Мама, ей нужно помочь, научи меня как это сделать, – попросил Мышонок.

– Я видела разных бабочек на опушке леса, там, где растет много красивых цветов. Нашей зазнайке нужно держаться поближе к своим родственникам. Они уж не дадут ей пропасть и научат, как прятаться от птиц, – посоветовала Мама.

– Тебе придется набраться храбрости и лететь к своим, на опушку леса, там много разных бабочек, может найдутся и твои родственники, – сказал Мышонок вернувшись к заплаканной красавице. – Они смогут научить тебя, как справится с новыми опасностями. А пока ты можешь прятаться в высокой траве. Птицам там тебя будет не достать. Не лети высоко, тогда тебя ни кто не заметит.

– Спасибо тебе, ты очень добрый Мышонок. Ах, какая же я все-таки глупая гусеница, – всхлипнула Бабочка. – Прости меня и прощай.

Она замахала своими прекрасными крылышками и низко, над самой травой, полетела в сторону опушки леса. Лучик Солнца упал на летящую Бабочку, и она засверкала всеми цветами радуги.
– Прощай, – тихо проговорил Мышонок. – Оказывается, не все кто умеют летать – хищные и опасные, они могут быть даже очень красивые. И все-таки Гусеница мне нравилась больше, – подумал он, глядя в след улетающей Бабочке.

Content

Емельянов Денис Лохматая незнакомка

Денис Эдвардович Емельянов Лохматая незнакомка