Патрисия Тэйер

Заветный талисман

Глава 1

Дженни Коллинс еще раз с сомнением прочитала объявление, украсившее этим утром входную дверь «Потайного стежка»: «Курсы шитья лоскутных одеял для начинающих каждую среду и субботу. Приглашаются все желающие».

Что ж, теперь все официально. Да, она учитель английского языка в средней школе, а не эксперт по шитью лоскутных одеял, но, по крайней мере, даже сейчас, когда ее размеренная жизнь пошла прахом, у нее есть работа и возможность провести в Керри-Спрингс столько времени, сколько она захочет. Вопрос на миллион долларов — как долго она собирается оставаться в этом милом техасском городке?

Со вздохом она открыла дверь и вошла в лавку.

— Привет! — радостно помахала ей помощница Милли Робертс, маленькая и изящная шестидесятилетняя женщина с подстриженными каре седыми волосами. Она была милой, энергичной и, что самое важное, знала все о лоскутных одеялах. — Мы только что получили новую посылку от Эллисон! — радостно сообщила она.

Дженни прошла вдоль стен, на которых красовалось несколько одеял, выполненных по личному дизайну Эллисон Касалли, хозяйки магазина и с недавних пор ее босса. Под ними находились стенды, демонстрирующие рулоны ткани всевозможных расцветок, которые удовлетворили бы даже самого взыскательного покупателя. На длинном столе для резки ткани стояло несколько больших коробок.

— О господи, похоже, Эллисон оптом скупила всю ткань, какую нашла! — изумленно воскликнула она.

Компания, с которой сотрудничала начальница Дженни, предоставляла ей гигантские скидки лишь за право включить в рекламу упоминание о том, что их продукцией пользуется сама Эллисон Коул Касалли. В результате ее поклонники не задумываясь сметали с полок их товары.

— Полагаю, это было необходимо, ведь ты распродала почти все запасы, которые были в магазине, — ответила Милли.

Дженни открыла коробку и начала аккуратно доставать рулоны ткани и выкладывать их на стол, когда услышала тихий детский голосок:

— Здравствуйте.

Перед ними стояла очаровательная темноволосая девочка, одетая в джинсы и пушистый розовый свитер. Ее огромные голубые глаза сияли любопытством, а щечки алели от смущения.

— Привет, я Дженни Коллинс. — Дженни приветливо улыбнулась и подошла к девочке.

— А я Грейс Анна Рефферти, но все зовут меня Грейси.

— Приятно познакомиться, Грейси Рефферти. Чем я могу тебе помочь?

— Я прочитала объявление на вашей двери. Хочу, чтобы вы помогли мне сшить лоскутное одеяло.

Дженни беспомощно оглянулась на Милли, но та была слишком занята, разбирая ткани.

— Что ж, Грейси, даже не знаю, что тебе сказать. Вообще-то эти занятия не для детей…

— Но мне уже восемь лет, и я умею шить, — возразила малышка. — Я даже начинала шить собственное одеяло… то есть мы с мамой начинали его шить, но она больше не может мне помогать.

Сердце Дженни сжалось от сочувствия, когда она увидела печаль в глазах девочки.

— Прости, Грейси, я бы очень хотела тебе помочь, но это занятия для взрослых.

Плечи девочки опустились, но она не собиралась сдаваться.

— Но я обещала маме, что закончу это одеяло! — воскликнула она.

Дженни присела на корточки перед Грейси и заглянула ей в глаза:

— Приходи на наши курсы вместе с мамой, чтобы вы смогли вместе сшить его?

Она помотала головой, а в ее огромных голубых глазах заблестели слезы.

— Мамочка не может этого сделать, она на небесах.

Эван осмотрел весь магазин «Аппаратура у Саэрса», но так и не нашел дочь. Он поспешил к своему грузовику, надеясь, что Грейси просто заскучала и решила выйти на улицу, но и там ее не оказалось. Он огляделся, не зная, что делать. Куда она могла пойти? Господи, а вдруг ее кто-то похитил? Глупости, только не в Керри-Спрингс. Посылая небу безмолвные молитвы, Эван заглянул в соседнюю дверь продуктового магазина, надеясь, что Грейси зашла туда купить конфет, но и там ее не было. Он не смог уследить за собственной дочерью. Возможно, он просто не создан для отцовства? Паника уже вонзила свои ледяные коготки в его сердце, когда его взгляд упал на витрину, в которой были вывешены разнообразные лоскутные одеяла и ткани для них. Эван вспомнил, что Грейси упоминала о том, что хочет закончить свое одеяло, и поспешил войти.

Уже с порога он услышал голосок дочери. Возможно, кому-то он мог показаться излишне заботливым отцом, но Грейси была его солнцем, смыслом жизни, только ради нее он каждое утро открывал глаза и вставал с постели, хотя порой тоска разрывала его сердце.

— Грейси Рефферти!

Она подпрыгнула и обернулась. Эван успел заметить, как счастливое выражение на ее личике сменилось виноватым.

— Ой, папочка, прости.

— Так просто вы не отделаетесь, юная леди, — строго начал он, но потом его голос смягчился. Он не мог подолгу сердиться на эту малышку. — Ты же знаешь, что не должна убегать без разрешения. Я не смог найти тебя и очень волновался.

— Прости, пожалуйста. Ты был занят, и я подумала, что могу пока посмотреть одеяла. — Она жалобно улыбнулась, на мгновение став очень похожей на свою мать.

— Надо было предупредить меня.

— Здравствуйте, мистер Рефферти, я Дженни Коллинс, — вмешалась в их разговор девушка, стоявшая рядом с Грейси. — Я новый менеджер «Потайного стежка».

Эван внимательнее пригляделся к ней: она была высокой, очень красивой блондинкой, с милой улыбкой и шоколадно-карими глазами, от глубины которых захватывало дух. Ее голубая блузка была заправлена в узкие джинсы, подчеркивающие ее тонкую талию и изящные линии бедер.

— Простите, что вам пришлось поволноваться за Грейси. Я не знала, что она пришла сюда без разрешения.

— А что вы подумали, когда маленький ребенок оказался в вашем магазине в одиночестве?

Дженни продолжала улыбаться, но ее взгляд стал холодным.

— Что через пару минут подойдут и ее родители, — раздраженно ответила она и посмотрела на девочку. — Грейси, когда в следующий раз захочешь прийти сюда, не забудь спросить разрешения.

— Хорошо, — кивнула малышка.

— А теперь почему бы тебе не умыться перед тем, как папа заберет тебя домой? — спросила она, с вызовом глядя на Эвана.

— Я провожу тебя, малышка, — сказала Милли, выходя из-за прилавка. — Привет, Эван.

Он почувствовал, как кровь прилила к щекам, когда узнал свою бывшую учительницу Милли Робертс.

— Здравствуйте, миссис Робертс.

— Пойдем, Грейси. — Милли обняла девочку за плечи и увела за собой.

— Вы не могли бы уделить мне минуту вашего времени, мистер Рефферти?

— Зачем? Уверяю вас, Грейси больше сюда не вернется.

— Почему вам так не нравится ее желание заняться шитьем? Грейси рассказала мне о том, что ее мама шила лоскутные одеяла, и она хочет закончить свое. В последнее время ей, наверное, очень грустно…

У него не было никакого желания обсуждать свою личную жизнь, тем более с посторонним человеком.

— Полагаю, это не ваше дело. Кроме того, Грейси еще слишком мала для подобных занятий.

Но она не могла не обратить внимание на то, что ни отец, ни дочь не выглядят счастливыми. Как только Грейси вошла в магазин, Дженни почувствовала с ней связь. Ее собственное детство не было счастливым, и теперь один взгляд на эту печальную девочку разбивал ей сердце.

— Возможно, если вы поговорите с ней…

— Послушайте, я не знаю, почему вы решили, что имеете право давать мне советы, но, будьте любезны, позвольте мне самому решать, как воспитывать дочь.

— Но ваша дочь вошла сюда и попросила меня о помощи, в которой я не собираюсь ей отказывать. Возможно, если мы подумаем вместе, то найдем решение этой проблемы.

— Нет, спасибо. Все, чего я хочу, — это чтобы меня и мою семью оставили в покое. — Он с облегчением вздохнул, когда Грейси вернулась. — Пойдем, малышка, пора ехать домой.

Взяв дочку за руку, Эван направился к двери. Он сам не знал, почему был так груб с девушкой, с которой познакомился всего пару минут назад. Возможно, чувствовал, что она может стать для него большой проблемой.

Он понимал, почему Грейси тянуло к этой красивой блондинке с теплыми шоколадными глазами и милой улыбкой, и ненавидел себя за то, что испытывал схожие чувства.

Эван мысленно приказал себе держаться подальше от этого места.

* * *

— Вот придурок! — пробормотала Дженни. — Ты слышала, что он сказал, Милли?

Сквозь стекло витрины она наблюдала за тем, как мистер Рефферти и его дочь садятся в грузовик с надписью «Ранчо «Тройное «Р». Еще один неотесанный ковбой, хотя, надо признать, очень привлекательный: высокий, черноволосый. Его светлая рубашка скрывала широкие плечи и оставляла открытыми сильные, мускулистые руки. И когда он смотрел на нее своими дымчато-голубыми глазами, ей казалось, что кожа начинает плавиться…

Великолепно! В первый раз за долгое время она почувствовала влечение к мужчине, и, конечно, им должен был оказаться Эван Рефферти, с которым она никогда не сможет найти общий язык. Она знала мужчин подобного типа — заносчивых, самоуверенных, раздражающих: ее собственный отчим был таким. Нет, она не станет терять свое время на мистера Рефферти.

Грейси, прижавшись носом к стеклу, с тоской смотрела на «Потайной стежок». Заметив Дженни, она помахала ей. Что ж, у этого мрачного ковбоя был один большой плюс — очаровательная маленькая дочка.

— Не будь к нему слишком строга, — попросила Милли, печально глядя из-за прилавка вслед отъезжающему автомобилю. — Год назад, перед Днем благодарения, Эван потерял жену Меган.

— Как это произошло?

— У нее был рак, — вздохнула Милли. — Эвану пришлось не только мириться с ее смертью, но и заботиться о маленькой дочери и следить за ранчо. Нельзя винить его за то, что он испугался, когда не смог найти Грейси.

Дженни кивнула. У нее не было детей, но она знала, через что прошла Эллисон, помогая своей дочери Черри, оправиться после аварии, в которой та едва не погибла, и понимала, что в подобной ситуации повела бы себя так же, как Эван.

— Что ж, думаю, нам пора возвращаться к работе, — сказала она Милли. — Через две недели начнутся занятия для новичков.

Она открыла заднюю дверь, через которую теперь можно было войти в соседнее здание, которое Эллисон купила, решив расширить свой магазин. Дженни стояла в дверях и смотрела на большое пустое помещение. Стены требовали покраски, в дальнем углу уже стояли новые комоды и полки. Здесь было достаточно места, чтобы проводить занятия и хранить ткани. И они наконец смогут перенести сюда швейные машинки, ожидающие своего часа на складе.

— Наверное, нам стоит поставить у окна большой круглый стол и несколько удобных кресел? — предложила она Милли. — Женщины смогут здесь болтать, обмениваться идеями и секретами мастерства. Можно назвать его «Уголком швеи».

— Это прекрасная идея. Не думаю, что у тебя возникнут проблемы с поиском желающих посидеть за этим столом.

Дженни с улыбкой кивнула. Она надеялась, что размышления об устройстве магазинчика помогут ей отвлечься от мечтаний об Эване Рефферти. Ей совсем не нравилось, что она никак не могла забыть о нем. В ее жизни сейчас не было места для мужчины, тем более для такого грубияна. У нее и без того достаточно проблем. Наверняка она думает об Эване только из-за его дочери. Внезапно ей в голову пришла замечательная идея.

— Милли, если мы передвинем занятия для взрослых на утро среды и субботы, это освободит субботний вечер?

— Да, что у тебя на уме?

— Возможно, нам стоит проводить занятия и для девочек?

Несколько мгновений Милли внимательно изучала ее лицо.

— Ты все это делаешь ради того, чтобы одна маленькая девочка смогла закончить свое одеяло?

Грейси нуждалась не только в этом. Дженни помнила свое детство, проведенное в тени старших братьев, постоянно обижавших ее, с отчимом, не обращавшим на нее внимания. А ее мать закрывала на все это глаза. Сейчас Грейси чувствует что-то похожее.

Оставался один вопрос: справится ли восьмилетняя девочка с занятиями на курсах шитья? Наверняка.

— Что плохого в желании помочь малышке закончить ее одеяло? — невинно поинтересовалась Дженни.

— Если мы говорим о лоскутном одеяле, которое начинала шить ее мать, все может оказаться сложнее, чем ты думаешь. Меган была настоящим профессионалом. Я видела ее работы на местной ярмарке, они выглядели потрясающе. Но ты права. Думаю, Грейси будет полезно посещать эти занятия, ведь она осталась без материнской заботы в доме, полном мужчин. — На губах Милли заиграла томная улыбка. — И кстати, чертовски красивых мужчин.

Дженни вспомнила боль в глазах Эвана, когда она упомянула о смерти его жены. Вот еще одна причина держаться подальше от этого ковбоя. Он мог быть сколь угодно привлекателен, но его сердце все еще принадлежало другой женщине.

* * *

На следующее утро Дженни направилась в младшую школу Керри-Спрингс, держа в руках стопку флаеров. Она надеялась, что Лилиан Перри, директор школы, поможет ей с рекламой курсов.

Войдя в кабинет директора, Дженни с изумлением обнаружила там женщину, которая выглядела не намного старше ее. Лилиан оказалась симпатичной брюнеткой с яркими зелеными глазами.

— Спасибо, что согласились встретиться со мной, миссис Перри.

— Пожалуйста, зовите меня Лили. Садитесь.

— Тогда вы меня — Дженни.

— Я слышала, что вы новая управляющая «Потайного стежка».

— Новости в этом городе распространяются удивительно быстро, — улыбнулась Дженни.

— Моя мать, Бет Стейли, практически живет в вашем магазине.

— О да, они с Милли близкие подруги.

— Итак, что я могу для вас сделать?

— Я надеялась, вы можете рассказать детям о наших курсах шитья лоскутных одеял для детей. Бесплатных курсах.

— Идея кажется мне очень интересной. И щедрой.

— Мы надеемся привлечь женщин, учившихся на наших курсах, к работе на этих занятиях. Они помогут девочкам освоить азы шитья. По-моему, это станет шагом к преодолению взаимонепонимания между поколениями.

— Уверена, моя мама будет в восторге от этой идеи. Она много лет пыталась заинтересовать шитьем мою дочь Кесси, но безуспешно. Теперь же, вместе с другими девочками ее возраста, она захочет поучаствовать.

— «Потайной стежок» обеспечит их всем необходимым, но мы будем рады, если кто-то принесет ткани из дома. У всех есть старая одежда, которую жаль выбросить, ее можно пустить на лоскутки.

— Конечно, Дженни. Мне очень нравятся эта идея и ваш энтузиазм. Я обязательно раздам флаеры ученицам. Давайте я провожу вас. Скоро прозвенит звонок, так что мне нужно быть снаружи. Люблю находиться среди учеников, чувствовать связь с ними.

— Я вас понимаю, мне это тоже очень нравилось. Правда, я преподавала в средней школе, так что дети были постарше.

— Вы больше не преподаете?

— Я взяла отпуск на семестр, — ответила Дженни, не желая вдаваться в подробности и вслед за директором выходя на залитый солнцем школьный двор, полный веселого гомона и смеха.

Ей было жаль, что в последние месяцы ее отношение к преподаванию так сильно изменилось. К преподаванию, но не к ученикам. Она всегда будет стремиться помочь каждому ребенку, будет бороться за него, пусть выстоять в этой битве удается не всегда.

Детский голосок, зовущий ее по имени, отвлек Дженни от невеселых размышлений.

Она обернулась и увидела бегущую к ней Грейси Рефферти.

— Дженни, почему вы в моей школе? — спросила девочка.

— Привет, Грейси. Я приехала, чтобы встретиться с миссис Перри.

Малышка повернулась к директору и улыбнулась:

— Здравствуйте, миссис Перри.

— Здравствуй, Грейси. Дженни пришла, чтобы рассказать мне о том, что она собирается проводить уроки шитья лоскутных одеял для девочек.

— Правда? — Огромные голубые глаза Грейси засияли от восторга.

— Правда, — улыбнулась Дженни. — Ты сможешь поработать над своим одеялом.

Прежде чем девочка ответила, они услышали, как кто-то окликнул ее. Оглянувшись, Дженни увидела Эвана Рефферти, быстро идущего в их сторону.

Лицо Грейси помрачнело.

— Я не могу. Это рассердит папу, — тихо произнесла она.

Беспомощно разведя руками, она побежала навстречу мужчине, который не выходил у Дженни из головы с момента их первой встречи.

— Простите, Лили, мне нужно кое с кем поговорить.

Дженни направилась к Эвану, который уже усадил дочь в грузовик. Увидев, как упрямо сжались в тонкую полосу его губы, она поняла, что простым и приятным этот разговор не будет.

— Здравствуйте, мистер Рефферти, вы могли бы уделить мне минуту?

Эван захлопнул дверь машины, затем отошел на несколько шагов, чтобы Грейси не могла его слышать, и повернулся к Дженни:

— Я сейчас немного занят. Кроме того, мне показалось, что вчера мы все обсудили.

— Так как речь пойдет о вашей дочери, я уверена, вы сможете найти для меня время, — покачала головой Дженни.

Глядя в эти карие бархатные глаза, Эван почувствовал, как из глубины его естества поднимается жаркая волна желания. Он резко мотнул головой, отгоняя наваждение.

— Что ж, вы ошибаетесь, мне действительно нужно сейчас быть в другом месте.

«Где угодно, лишь бы подальше от тебя!» — добавил он про себя, садясь в машину и заводя мотор.

Дженни смотрела вслед удаляющемуся грузовику, в ярости сжимая кулаки. Да как он посмел? Что за грубиян!

Похоже, ей придется найти другой способ помочь Грейси.

Глава 2

Дженни припарковала машину на подъездной дорожке к ранчо «Тройное «Р». Приехать сюда было не лучшей идеей, но она больше ничего не могла придумать, а отказываться от попыток помочь бедной девочке не собиралась.

Она точно знала, что чувствует ребенок, который остался в одиночестве, без поддержки родных. Ее собственная мама отказывалась верить, что отчим и сводные братья обижают ее, и не слушала просьб о помощи, хотя должна была приложить все усилия, чтобы защитить свое дитя.

Именно поэтому она решила стать учительницей — человеком, с которым дети всегда могли поделиться своими печалями, который всегда их поддержит. Дженни любила помогать ученикам раскрывать свой потенциал, реализовывать мечты, находить свой путь в жизни.

Но все ее усилия прошли прахом, когда она проиграла битву за одного из своих учеников. У Льюиса Гарсии были все шансы поступить в отличный колледж, и Дженни провела много времени, стараясь помочь ему подготовиться к вступительным экзаменам. Но однажды Льюис попытался защитить другого ученика и подрался. Оказалось, что у кого-то из ребят был с собой карманный нож. Директор предпочел встать на сторону богатого мальчика и его друзей, ненавидевших Гарсию, обвинил во всем Льюиса и немедленно исключил из школы без права восстановления. Дженни умоляла директора пересмотреть свое решение или хотя бы позволить мальчику сдать экзамены экстерном, чтобы он мог попытаться поступить в колледж, но натолкнулась на стену безразличия. Она знала, что Льюис больше никогда не вернется в школу, его жизнь была сломана, и она ничего не смогла сделать.

Ее охватило отчаяние. Дженни больше не могла находиться в школе, которой управляли бесчестные люди. Она взяла отпуск на время весеннего семестра, чтобы собраться с мыслями, понять, как быть дальше Она чувствовала, что сильно привязалась к своим ученикам, принимая их проблемы слишком близко к сердцу. А что она делает сейчас? Отец Грейси четко дал понять, что не хочет, чтобы она вмешивалась в жизнь его дочери, но разве это могло остановить Дженни? Если ребенок просил о помощи, Дженни должна была убедиться, что его услышат. Глаза Грейси Рефферти кричали о том, что ей нужна помощь и поддержка.

Дженни вышла из машины и оглядела большой двухэтажный дом, за которым располагались виноградник и пастбища. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, она поднялась на крыльцо и позвонила. Дверь открыл высокий, широкоплечий, седовласый мужчина.

— Кто это у нас тут? — Он широко улыбнулся. — Здравствуй, девочка.

— Здравствуйте, меня зовут Дженни Коллинс, и я ищу мистера Рефферти, — ответила она, чувствуя, как ее губы сами собой расползаются в ответной улыбке.

— И кто из нас тебе нужен: я или мои сыновья, Эван и Метью?

Теперь Дженни знала, от кого Эван Рефферти унаследовал свою привлекательную внешность. Жаль, что в комплекте не шло обаяние его отца.

— Я хотела бы поговорить с Эваном, надеюсь, он не слишком занят?

— Его еще нет дома. Почему бы вам не зайти и не подождать его вместе со мной? Выпьем чаю… Меня, кстати, зовут Син.

— Я не хотела бы вам мешать…

— Такая красивая девочка, как ты, не может помешать мне, — рассмеялся отец Эвана. — Входи, скрасишь день старика своим присутствием.

— Хорошо, спасибо за приглашение.

Дженни последовала за Сином по холлу мимо маленькой гостиной и столовой, где вокруг длинного антикварного стола выстроился почетный караул стульев, чересчур официальный для семейных встреч, в большую, светлую кухню, облицованную деревянными панелями.

— Мы, Рефферти, предпочитаем общаться в неформальной обстановке, находясь при этом как можно ближе к еде. Кухня идеально подходит. Садись. — Син кивнул в сторону большого деревянного стола. — Ты предпочитаешь горячий или холодный чай? — спросил он, подходя к холодильнику.

— Тот, который вам будет проще приготовить.

За соседней дверью виднелась еще одна гостиная, с большим, на вид очень удобным диваном, телевизором и длинной вереницей книжных шкафов.

— У вас прекрасный дом, мистер Рефферти.

— Во-первых, пожалуйста, зови меня Син.

— Только при условии, что вы будете звать меня Дженни.

Он с улыбкой кивнул в ответ и продолжил:

— А во-вторых, этот дом принадлежит Эвану и его дочери. Мы с Меттом переехали сюда примерно год назад, после смерти Меган.

— Сочувствую вашей потере.

— Спасибо. Это было непростое время для моего сына и для малышки, поэтому мы хотели сделать все, что в наших силах, чтобы поддержать их. Правда, я не помогаю на ранчо, это занятие Эвана, а теперь и Метта.

— Значит, вам принадлежит виноградник? — предположила Дженни.

— Нет, он тоже принадлежит Эвану. Я просто готовлю и мою бутылки для вина.

— По-моему, вы преуменьшаете свой вклад в жизнь этого ранчо.

Син весело рассмеялся:

— А ты мне нравишься, Дженни Коллинс. Давно ты живешь в Керри-Спрингс?

— Я работала здесь летом два года назад, а теперь взяла на себя управление «Потайным стежком».

— О, это тот очаровательный магазин напротив бара «Рори»?

— Да. В бар я еще не заходила.

— Это очень уютное место, я бываю там каждые выходные. Можно поиграть в бильярд или дартс и потанцевать. Вам стоит заглянуть туда. Но позвольте узнать, что моему сыну понадобилось в магазине лоскутных одеял?

— К нам зашла Грейси. Она хотела узнать о занятиях, которые я провожу.

— Почему-то это меня совсем не удивляет. Последнее время она все время говорила о лоскутных одеялах, которые шила Меган.

— Да. И я здесь, чтобы помочь ей осуществить свое желание.

— Надеюсь, у вас все получится, — кивнул Син, внимательно глядя ей в глаза.

— Папа, а можно я пойду в гости к Керри? — осторожно спросила Грейси.

Эван, заметив в зеркале заднего вида умоляющие глаза дочери, тяжело вздохнул:

— Не думаю, что это хорошая идея. Тебе завтра утром в школу.

— Нет, папа, я хочу пойти к Керри на выходные. Там будет пижамная вечеринка. Все мои друзья будут там, и я тоже очень хочу.

Но Эван совершенно не был готов отпустить свою маленькую дочь одну куда-либо на ночь.

— Твои друзья могут прийти поиграть к нам, — сдержанно произнес он.

Он ожидал, что Метт выскажет свое мнение, но брат промолчал. В отличие от его отца, который не уставал повторять, что ему не нравится, как Эван изолирует Грейси от других детей.

— Папочка, но это будет вечеринка с ночевкой. Старшая сестра Керри сделает нам всем макияж и покрасит ногти в любой цвет, который мы выберем.

Эван чуть поморщился — Грейси еще слишком маленькая для подобных мероприятий.

— Я подумаю, — уклончиво ответил он.

В этот раз Метт не смог промолчать:

— Это ей не повредит. Грейси нужно больше общаться с другими девочками.

— Не думаю, что она почувствует себя обделенной, если ее ногти на ногах останутся ненакрашенными, — ответил он, стараясь говорить спокойно.

— Откуда ты знаешь? Ты ведь не маленькая девочка. Мы с тобой росли как обычные мальчишки, и нам никто ничего не запрещал.

— И вспомни, в какое количество неприятностей мы успели влезть.

— Но мы выжили, Эван, — ухмыльнулся Метт. — И с Грейси все будет в порядке. Детям нужно учиться самим решать свои проблемы.

— Грейси уже достаточно пережила, она может не справиться с новыми сложностями, так что давай сейчас мы закроем эту тему?

— Чтобы тебе не пришлось справляться с новыми сложностями? У Грейси нет проблем, брат, они есть у тебя. Это ты не можешь двигаться дальше и не даешь ей делать это.

Эван подъехал к дому и недоуменно оглядел незнакомую машину, припаркованную у входа.

С порога он услышал звонкий смех, доносившийся с кухни. Когда он увидел Дженни Коллинс, что-то весело обсуждающую с его отцом, у него перехватило дух. Она была очаровательна в своих узких черных джинсах и красной блузке. Ее волосы мягкой золотистой волной ложились на узкие плечи.

— Неужели я умер и попал в рай? — промурлыкал Метт, входя на кухню.

Син наконец заметил их и широко улыбнулся:

— Ну, вот вы и дома.

Грейси выглянула из-за спин мужчин и с удивлением уставилась на гостью.

— Дженни? — На лице девочки засияла улыбка, и она подбежала к ней. — Ты у меня дома!

— Да, — с улыбкой кивнула Дженни. — Я приехала, чтобы поговорить с твоим папой.

Эван был не слишком рад этому сюрпризу.

— Грейси, тебе нужно отнести учебники в свою комнату и переодеться, — сказал он.

— Хорошо. Только не уходи, Дженни, я сейчас вернусь. Я хочу тебе кое-что показать.

— Обещаю, когда ты вернешься, я буду здесь, — ответила она, с вызовом взглянув на Эвана.

Грейси вышла из комнаты. Но до того, как Эван успел выразить свое мнение о присутствии Дженни в его доме, заговорил Син:

— Дженни Коллинс, познакомься, это мой сын, Метт.

Она улыбнулась молодому человеку, как две капли воды похожему на Эвана. Темные глаза Метта могли вызвать желание у любой девушки.

— Здравствуйте, Дженни, — промурлыкал он, пожимая ей руку. — Вы, наверное, недавно приехали в наш город? Или я ослеп и пропустил такую красавицу, даже не поздоровавшись с ней?

— Очень приятно познакомиться, Метт. Я стала управляющей магазина лоскутных одеял. И именно поэтому я здесь: хочу убедить вашего старшего брата в том, что Грейси уже достаточно взрослая и может посещать курсы шитья в «Потайном стежке».

— По-моему, это отличная идея.

— Это не может быть отличной идеей хотя бы потому, что у меня нет времени возить ее на эти занятия, — не выдержав, вклинился в разговор Эван.

Но Дженни не собиралась сдаваться:

— Мистер Рефферти, я уверена, что если мы все обсудим, то сможем что-нибудь придумать. Грейси очень хочет закончить свое одеяло, это важно для нее.

— Я не видел никакого одеяла.

Дженни испугалась, что, сама того не желая, она выдала секрет дочери.

— Возможно, вам стоит поговорить с ней об этом? — осторожно спросила она.

— Я планирую поговорить с ней.

Дженни не знала, что теперь делать. Эван четко дал ей понять, что беседа окончена, но она ведь обещала Грейси дождаться ее возвращения.

Заметив ее волнение, Син пришел на выручку:

— Дженни, не хочешь ли остаться на ужин? Будут мои знаменитые отбивные.

Дженни взглянула на страдальческое лицо Эвана, мечтающего, похоже, только о том, чтобы выставить ее из дома, и упрямо нахмурила брови.

— Спасибо, как я могу отказаться от такого предложения! — улыбнулась она Сину, стараясь не смотреть в сторону Эвана. — Я могу вам чем-то помочь?

— Нет, ты ведь наш гость.

По лестнице простучала дробь шагов, и в комнату вбежала чуть запыхавшаяся Грейси.

— О, хорошо, что ты все еще здесь! — Она взяла Дженни за руку и потянула за собой. — Хочешь посмотреть мою комнату?

— Конечно, с удовольствием, — ответила она, следуя за девочкой.

Эван в ярости, которую он с таким трудом сдерживал в присутствии дочери, повернулся к отцу:

— Что ты творишь?!

— Это называется гостеприимство. Я и представить себе не мог, что придет день, когда один из моих сыновей будет груб по отношению к гостю. Тебе пора выбраться из пещеры, куда ты сам себя загнал. Возможно, ты и не понимаешь этого, но твоя дочь нуждается в тебе, Эван.

— Да уж, брат, как ты можешь грубить такой красавице? Если бы отец не пригласил ее, это сделал бы я, — встрял в разговор Метт.

— Успокойся, эта леди здесь ради Грейси, а не ради тебя. — Син погрозил младшему сыну пальцем. — Даже она, будучи посторонним человеком, видит, что девочке нужно внимание.

Эвану очень не нравилось, что все подряд вмешивались в его жизнь и в его отношения с дочерью. Он просто хотел, чтобы его наконец оставили в покое.

— Малышке не повредит общение с женщиной, которое не можем дать ей мы. Так что, сынок, пересмотри взгляды на происходящее, это не проблема и не проклятие, это дар божий!

Дженни рассматривала очаровательную маленькую спальню, оформленную в лавандовых и желтых тонах, пока Грейси показывала ей свои любимые игрушки, рядком выстроившиеся на полках и сидящие в изголовье кровати, накрытой красивым лоскутным одеялом.

— Моя мама сшила мне это одеяло в подарок на шестой день рождения.

Дженни с интересом изучила узор из цветных шестигранников с сердцем посередине.

— Очень красиво. Похоже, твоя мама проделала замечательную работу.

— Она сшила еще несколько одеял. Хочешь на них посмотреть?

— Конечно.

Грейси поманила Дженни за собой. Они спустились на первый этаж и вошли в другую спальню. Уже через секунду Дженни поняла, что не должна здесь находиться. Это была спальня хозяина ранчо. Она не ожидала увидеть на большой кровати обычное шерстяное одеяло, которое казалось теплым и уютным.

Грейси подошла к стоящему рядом сундуку и с трудом откинула крышку.

— Все одеяла, которые сшила мамочка, здесь. Папа убрал их сюда после смерти мамы.

— Возможно, тогда нам не стоит их трогать без разрешения твоего папы? — осторожно спросила Дженни, чувствуя себя так, словно вторглась в личное пространство Эвана.

На комоде у противоположной стены стояли рамочки с семейными фотографиями. На одной из них молодой Эван обнимал за плечи красивую темноволосую женщину с младенцем на руках. Оказывается, у него красивая улыбка.

Дженни заставила себя отвести взгляд от этой милой сцены.

— Грейси, я не хочу, чтобы у нас с тобой были неприятности.

— Но мое одеяло где-то здесь! — в отчаянии воскликнула девочка. — Оно мое, значит, мне можно его взять.

Поняв, что у нее не осталось выбора, Дженни опустилась на колени рядом с сундуком и начала помогать Грейси доставать сложенные одеяла. Все они были яркими, красивыми, с интересными и своеобразными узорами. Похоже, Меган Рефферти была настоящим мастером.

— Посмотри, вот оно! — наконец произнесла Грейси и вытащила из сундука спрятанное в пакет одеяло и развернула его на кровати, чтобы получше рассмотреть. Выбранный узор назывался «обручальное кольцо». Он был только начат: несколько разноцветных колец уже были сшиты друг с другом, и еще несколько ждали своей очереди в пакете.

— Мы с мамой вместе выбирали цвета и начинали шить, но потом она сильно заболела и не смогла работать дальше. Ей все время надо было оставаться в постели.

Дженни посадила ее к себе на колени и обняла. Сколько же пришлось пережить этой малышке? Ни один ребенок не должен проходить через подобное. Грейси положила ей голову на плечо и продолжила:

— Я не могла часто видеть мамочку, потому что она все время спала.

Дженни была уверена, что Меган Рефферти отчаянно боролась за жизнь, чтобы как можно дольше оставаться рядом со своей дочерью.

— Солнышко, твоя мамочка очень любила тебя и хотела быть рядом. Она очень старалась поправиться. Посмотри, какие красивые одеяла она шила для тебя.

Из глаз девочки потекли слезы.

— Она сказала мне то же самое, когда я пришла с ней попрощаться. А еще попросила закончить это одеяло, раз она не смогла. И я пообещала ей! Я должна, должна это сделать!

Эван стоял в коридоре у приоткрытой двери в спальню. Раньше эта комната безраздельно принадлежала Меган — именно она занималась ее оформлением, старалась, чтобы все было идеально. Так она и выглядела — для постороннего человека. Но сам Эван всегда чувствовал себя здесь чужим. Чувствовал, что подвел свою жену. А теперь он понял, что подвел и Грейси.

Странная боль клещами сдавила его сердце. Дженни Коллинс обнимала его дочь, гладила ее по голове, шептала ей что-то на ухо, пытаясь успокоить. Грейси не пришла со своей болью и печалью к нему, но она открылась незнакомке.

Вдруг Дженни подняла голову и встретилась с ним взглядом. Ее шоколадно-карие глаза были непроницаемы, он не мог прочитать ее мысли. Возможно, она думает, что он плохой отец, который не смог позаботиться о своем ребенке? Черт побери, какое ему дело до того, о чем она думает? Зачем она вообще вторглась в его жизнь?

Дженни очень надеялась, что Эван не войдет сейчас в комнату и не нарушит связь, установившуюся между ней и Грейси. Девочка отчаянно нуждалась в возможности разделить с кем-то свою боль.

— Что еще сказала твоя мама? — спросила Дженни, осторожно вытирая слезы со щек Грейси.

— Она попросила меня быть хорошей девочкой, — после секундного раздумья ответила она.

— Так и есть, — заверила ее Дженни. — Что-нибудь еще?

— Помогать папе, потому что он будет чувствовать себя очень одиноко. — Огромные, такие же как у Эвана, сапфировые глаза снова наполнились слезами. — Но я не знаю как.

Дженни пришлось глубоко вздохнуть, чтобы самой сдержать рыдания.

— О, моя милая, просто дай ему время. Он почувствует себя лучше, если ты напомнишь ему, как хорошо вам было всем вместе. Ты можешь рассказать ему о своих любимых воспоминаниях о маме, так она навсегда останется в ваших сердцах.

— Я могу рассказать ему, как весело было шить одеяло вместе с мамой?

— Конечно. И если он не разрешит тебе заниматься на моих курсах, не расстраивайся. Просто подожди немного. Твоя мама поймет.

Грейси крепче прижалась к ней, обняв обеими руками за талию.

— Я очень рада, что ты приехала повидать меня, Дженни. Ты будешь моей подругой?

Дженни сморгнула слезинку и сильнее прижала маленькую девочку к груди.

— Конечно, Грейси. — Она бросила взгляд на Эвана, который все еще стоял у двери. Она видела, что слова дочери повлияли на него так же, как и на нее. В голубых глазах Эвана она прочла боль и тоску.

Глава 3

Эван сидел за большим обеденным столом, печально глядя на свой бокал вина. Он слышал смех и разговоры, но не находил в себе сил включиться в беседу. Он смотрел на Грейси, расположившуюся рядом с Дженни, и вспоминал ее слова, которые слышал в спальне.

Его маленькая дочь страдала, и он не знал, как ей помочь. Только Дженни, с ее милой улыбкой и потрясающим обаянием, удалось сблизиться с малышкой, и сейчас он безумно завидовал ей. Он перевел взгляд на младшего брата, не упускавшего ни единой возможности пофлиртовать с Дженни. Она звонко рассмеялась над шуткой Сина, словно специально привлекая к себе внимание, хотя Эван прикладывал все усилия, пытаясь отвести взгляд. Она была безумно привлекательной.

Его влечение к Дженни вполне понятно. У него очень давно не было отношений с женщиной, кроме того, даже до болезни они с Мег очень редко были близки, так что нет ничего странного в том, что его неудовлетворенные гормоны так реагируют на красивую женщину.

Он сделал еще один глоток вина, наслаждаясь тонким вкусом винограда, малины и клубники, и почувствовал гордость за то, что вырастил виноград, из которого получилось такое великолепное вино.

Син с улыбкой повернулся к нему:

— Они так мило выглядят вместе. Сердце радуется, когда я смотрю на них.

Эван знал, что Грейси очень скучает по матери. Ему больно было слышать ее плач по ночам, он не знал, как ее утешить. Дженни же легко нашла ключик к сердцу его маленькой девочки, а также к сердцам остальных членов семьи. И он должен сделать все, чтобы не попасть под ее чары. Последнее, что ему сейчас нужно, — это роман. Дочь может пострадать, если у них ничего не выйдет.

— Грейси, я думаю тебе пора умываться и ложиться спать, — наконец произнес Эван.

Девочка собралась возразить, но под строгим взглядом отца сникла.

— Дженни, ты придешь пожелать мне спокойной ночи? — с надеждой спросила она.

— Конечно, я помогу прибраться и зайду к тебе, — пообещала она.

— Хорошо, — просияла девочка и убежала в свою комнату.

Дженни перевела взгляд на Сина:

— Ужин был потрясающим, большое вам спасибо.

— Тогда выпей еще бокал вина, чтобы растянуть наслаждение.

— К сожалению, мне пора возвращаться в город. Но перед этим я собираюсь помочь вам с посудой, и даже не думайте спорить! — Она быстро собрала тарелки и направилась на кухню.

Син обернулся к Эвану:

— А ты, молодой человек, сейчас пойдешь и поговоришь с Дженни. И слушай ее внимательно, потому что, по-моему, она искренне хочет помочь Грейси.

Эван не хотел признавать, что ему нужна была помощь в воспитании дочери.

На кухне Метт уже вовсю помогал Дженни рассортировывать посуду и загружать ее в посудомойку, но Син прервал их бурную деятельность.

— Оставь посуду в покое, девочка. Сегодня очередь Метта прибирать со стола, не нужно позволять ему отлынивать от своих обязанностей. Эван, почему бы тебе не показать нашей гостье виноградники.

Дженни неуверенно посмотрела на Эвана, потом перевела взгляд на его отца:

— В этом нет никакой нужды, правда. Уже довольно поздно, так что я пожелаю Грейси спокойной ночи и поеду домой.

— До заката еще масса времени, а я пойду почитаю своей внучке сказку, пока вы не вернетесь. — Он наклонился к уху Дженни. — Вот тебе шанс поговорить с моим сыном.

Дженни могла бы побиться об заклад, что Эван не испытывал ни малейшего желания вести ее на экскурсию. Как и она сама. Его присутствие тревожило ее. Если не считать сводных братьев, у нее не было опыта общения с людьми, которым она не нравилась.

— Вам не обязательно делать это, мистер Рефферти.

— Зовите меня Эван. — Он открыл дверь на веранду и жестом пригласил ее следовать за ним.

Он сел в припаркованный у входа гольф-кар, Дженни устроилась рядом с ним на пассажирском сиденье, и они поехали в сторону холмов, где располагались виноградники.

— Обычно я хожу пешком, но на машине будет удобнее, — пояснил Эван.

— И вы сможете быстрее избавиться от меня.

Он покачал головой, но ничего не ответил. Около полумили они ехали по холмистой дороге в полной тишине.

Остановившись у подножия холма, Эван вышел из машины и начал подниматься к вершине. Дженни пришлось поторопиться, чтобы успеть за ним.

— Вам не обязательно проводить для меня экскурсию, мистер Рефферти. Я всего лишь хотела поговорить с вами о Грейси, я не планировала оставаться на ужин или каким-то образом вмешиваться в жизнь вашей семьи.

Эван так внезапно остановился, что Дженни налетела на него и упала бы, если бы он не подхватил ее. Его прикосновение, словно электрический заряд, обожгло кожу даже сквозь одежду. На секунду они замерли, глядя друг на друга, не шевелясь, даже не дыша. Но уже через мгновение Эван с тихим проклятием отпрянул, отошел на несколько шагов и отвернулся.

— Простите, — наконец произнес он. — Я не такой общительный, как остальные члены моей семьи. Я предпочитаю одиночество. — Их глаза снова встретились. — Но это не оправдывает моего вчерашнего поведения. Я очень волновался за Грейси, но не имел права грубить вам.

— Я все понимаю. Грейси не должна была убегать без разрешения.

— Такое ощущение, что с каждым днем она хочет проводить со мной все меньше времени.

— Она растет, — мягко произнесла Дженни, заметив печаль в голубых глазах Эвана. — Но это не значит, что она отдаляется от вас. Поверьте, она вас обожает.

— Но нам сложно найти общий язык. Грейси всегда была очень близка с матерью, а со мной… — Он грустно покачал головой.

— Наверное, вам обоим сейчас очень тяжело.

— Мы справлялись, — пробормотал он и продолжил подниматься на холм, проходя между рядами виноградных кустов.

— Вам очень повезло, что у вас есть поддержка Сина и Метта, — сказала Дженни, размышляя о том, каково это, когда твоя семья так заботится о тебе.

Эван внимательно посмотрел на нее. Что она думает о Метте? Он всегда был более обходительным и обаятельным, особенно когда дело касалось прекрасного пола. Возможно, он даже нравится Дженни?

Черт побери, какое ему до этого дело? Ему не нужны отношения ни с Дженни, ни с кем-либо другим! Он уже доказал, что не может сделать женщину счастливой.

Наконец они поднялись на вершину холма, откуда открывался потрясающий вид на весь виноградник. Вдалеке виднелся каркас заброшенной постройки. Все работы здесь прервались два года назад, когда стало известно о болезни Меган.

— Что это? — спросила Дженни.

— Предполагалось, что это будет винодельня.

— Вы собираетесь расширяться?

— Уже нет.

— Давно вы владеете этим виноградником?

— Он принадлежал семье моей жены, Керчерам. Меган унаследовала его шесть лет назад, когда ее родителей не стало. Тогда мы решили, что нужно расширить производство и заняться не только выращиванием винограда, но и производством собственного вина.

— Вряд ли что-то, за что вы беретесь, можно назвать обычным. Могу поспорить, вы знаете все о каждом кустарнике в этом винограднике.

Эван постарался проигнорировать странное, теплое чувство, которое вызвал ее комплимент. Вместо этого он решительно сменил тему:

— Вы хотите поговорить о том, может ли моя дочь посещать ваши занятия?

— Да, очень хочу, — кивнула Дженни, с надеждой глядя на Эвана. — Я помню, вы упоминали о том, что вам некогда отвозить ее на занятия, но мы наверняка сможем как-то договориться. Ваша дочь действительно очень хочет закончить одеяло, начатое ее матерью.

— Мне кажется, это не слишком хорошая идея.

— Не слишком хорошая для вас или для Грейси?

— Это одно и то же.

— Но не для Грейси. Ей сейчас тяжело, и ее желание сосредоточиться на шитье маминого одеяла — это своеобразный способ справиться с потерей.

— И как ваши занятия ей в этом помогут?

— Последние полтора года ваша дочь провела в окружении мужчин, а маленькой девочке необходимо иногда поговорить с женщинами.

— Почему вы считаете себя экспертом?

— Потому что ваша дочь попросила меня о помощи. Кроме того, у меня есть сводные братья, которые на протяжении долгих лет делали мою жизнь ужасной, и мать, у которой никогда не было на меня времени.

Эван нахмурился и хотел о чем-то спросить, но она не дала ему этого сделать:

— Эван, вы меня не знаете, но я понимаю, как тяжело сейчас приходится вашей дочери. Вы должны пойти ей навстречу.

— Вы не знаете ничего обо мне и даже представить себе не можете, каково мне было одновременно управлять ранчо и воспитывать ребенка.

— Простите. Нам пора возвращаться. Грейси, наверное, уже переживает из-за того, что меня так долго нет, — тихо сказала она.

— Черт побери, Дженни, я не такой придурок, каким вы меня считаете!

Удивленная этим внезапным всплеском эмоций, она покачала головой:

— Я никогда не говорила ничего подобного. — Дженни на секунду прикрыла глаза, а затем продолжила: — Простите, мне не стоило приезжать. — Она опять влезла не в свое дело.

— Теперь уже поздно извиняться, — пробормотал он, когда они спускались к гольф-кару.

До дома они ехали в полном молчании, и Дженни была благодарна Эвану за это. Она не хотела еще больше вторгаться в его жизнь. Все это случалось с ней раньше, она уже была с мужчиной, который так и не смог забыть свою первую любовь.

Войдя через веранду на кухню, они обнаружили Сина и Метта, сидящими за кухонным столом.

— Вы быстро вернулись, — заметил Син.

— Мне нужно возвращаться в город, — с улыбкой ответила Дженни. — Большое спасибо за ужин и гостеприимство.

— В любое время, девочка, — широко улыбнулся Син, заключая ее в объятия.

Дженни позволила себе расслабиться на секунду, прикрыть глаза и представить, что ее обнимает ее собственный отец. Затем повернулась к младшему брату Эвана:

— Мне было очень приятно с вами познакомиться, Метт.

— Мне тоже, — ответил он, не отказав себе в удовольствии обнять Дженни. — Не позволяй этому угрюмому типу командовать. — Он кивнул в сторону Эвана. — Я буду тебе защищать от него.

Эвану захотелось отвесить брату затрещину, но он сдержался.

— Я пойду попрощаюсь с Грейси, — сказала Дженни и покинула комнату.

Эван хотел последовать за ней, но затем осознал, что дочери не понравится его вторжение.

— Не отталкивай ее, сынок, — сказал Син, заметив его взгляд. — Эта девочка искренне хочет помочь Грейси.

— А что, если ее помощь не нужна?

— Значит, ты просто дурак, — вмешался Метт. — Я бы принял от нее любую помощь не задумываясь.

— Тебе лучше держаться от нее подальше. Она не в твоем вкусе.

— Она красавица, а значит, определенно в моем вкусе.

— Она здесь ради Грейси, ты должен помнить об этом, когда станешь выбирать себе подружку на следующий месяц.

Метт был известен своей любовью к противоположному полу, а также тем, что в юности успел сходить на свидание практически со всеми симпатичными девушками в округе.

— Неужели я слышу нотки ревности в твоем голосе? — Метт хлопнул Эвана по плечу. — Добро пожаловать в мир живых, братец!

Грейси сидела в постели, одетая в симпатичную пижаму. Увидев Дженни, она радостно улыбнулась и похлопала по одеялу рядом с собой:

— Дженни, ты все-таки пришла! Садись ко мне.

— Конечно, моя хорошая, но ненадолго.

Папа сердится на тебя из-за того, что ты хочешь помочь мне закончить мамино одеяло? — печально спросила девочка.

— Нет. — Она погладила девочку по голове. — Мы с твоим папой просто немного поговорили. Скажи мне, что ты чувствуешь, когда смотришь на мамины вещи?

— Немножко грустно, но я счастлива. Я хотела бы… — Грейси смущенно отвела взгляд. — Я хотела бы поговорить с ней.

— Я знаю, это сложно, но ты все еще можешь разговаривать с ней. Она всегда смотрит на тебя с небес.

— Дедушка Син тоже так говорит.

— Она не может отвечать тебе, но она все слышит.

Грейси кивнула и подняла взгляд к потолку:

— Мама? Мамочка, я очень хочу дошить твое одеяло, но папа мне не разрешает. Он говорит, что я еще слишком маленькая. Ему очень грустно без тебя.

Дженни заставила себя улыбнуться, хотя на ее глаза навернулись слезы.

— А теперь расскажи ей о том, что делает тебя счастливой, — посоветовала она.

— Я получила пять за тест по правописанию. — Грейси на мгновение задумалась. — И Керри позвала меня на пижамную вечеринку с ночевкой, но папа меня не отпускает. Он думает, что я еще маленький ребенок. — Грейси умоляюще посмотрела на Дженни: — Ты можешь с ним об этом поговорить?

— Нет, Грейси, это ваше с папой дело, в которое я не стану вмешиваться.

— Но ведь ты попросила его разрешить мне посещать твои занятия! Я должна пойти туда! Если не пойду, все мои друзья решат, что я еще слишком маленькая, и перестанут со мной играть. — По нежным щечкам потекли слезы. — У меня совсем не будет друзей.

— Это неправда. Настоящие друзья ни за что не бросят тебя!

— В этот момент в комнату вошел Эван. Наверное, он услышал, что Грейси плачет. Что случилось? — обеспокоенно спросил он.

— Ничего. — Грейси покачала головой, пряча лицо у Дженни на груди.

— То, что заставляет тебя плакать, нельзя назвать «ничем»! Расскажи мне, и, возможно, мы найдем решение проблемы.

Грейси вытерла слезы и умоляющие посмотрела на отца:

— Я очень хочу пойти на пижамную вечеринку Керри.

— Грейси, ты еще слишком маленькая для таких вечеринок, — нахмурился Эван.

— Но Керри моя самая лучшая подруга, и все остальные девочки там будут.

— Ты можешь позвать своих друзей сюда.

— Правда, папочка? — Слезы мгновенно высохли.

— Конечно.

— С ночевкой? — Грейси сияла. — У меня будет собственная вечеринка с ночевкой!

Эван нахмурился. Такого поворота дел он не ожидал.

— Не думаю, что это хорошая идея, учитывая, что в нашем доме нет ни одной взрослой женщины. Мамам некоторых девочек такое может не понравиться.

— А Дженни? Она женщина!

— Грейси, я не уверена, что твоему папе это понравится, — вставила Дженни.

— Но ведь это сработает. — Эван провел рукой по волосам. — Вы наверняка сможете организовать что-то, что понравится детям. И даже займетесь шитьем одеяла Грейси.

— Нет, папочка, на пижамных вечеринках девочки занимаются совсем не этим! Мы делаем макияж, красим друг другу ногти, долго не ложимся спать, болтаем и смотрим фильмы.

— За вами обязательно должна будет присматривать взрослая женщина.

Эван понимал, что втягивать Дженни в жизнь его семьи — это безумие. Но Грейси растет, и есть веши, которые он, как мужчина, не сможет ей объяснить.

— Дженни сама должна принять решение, — заметил Эван.

— Нам с твоим папой нужно обсудить это наедине. А тебе пора спать. — Дженни наклонилась и поцеловала Грейси в щеку.

— Хорошо. Спокойной ночи, Дженни, спокойной ночи, папа.

— Спокойной ночи, малышка. — Эван поцеловал дочь и вслед за Дженни вышел из комнаты.

Не сказав ни слова, она спустилась по лестнице и выскользнула за дверь.

— Дженни, подождите! — Когда он догнал ее, она уже подходила к машине.

— Что вам нужно?

— Ничего. Абсолютно ничего. — Он вгляделся в ее лицо. — Почему вы сердитесь? Вы сами приехали ко мне, вторглись в мою жизнь. Я вас об этом не просил! Так что не надо лезть в бутылку, если моя дочь к вам липнет.

— Возможно, теперь вы поймете.

— Что?

— Что вы ничего не знаете о женщинах и предвзято к ним относитесь. Признайте, если бы Грейси была мальчиком, вы бы разрешили ему ходить на вечеринки с ночевкой.

— С мальчиками все по-другому, — поколебавшись, ответил Эван.

— Я слышала эту фразу столько раз, что мне хочется кричать! Ответьте, если бы у вас был сын, вы бы возили его в город, чтобы он мог играть в бейсбол в детской лиге? Так вот, шитье для вашей дочери — это как футбол. Дайте ей шанс, и вы об этом не пожалеете.

Эван тяжело вздохнул:

— Хорошо, в следующую субботу я привезу Грейси на ваши занятия.

Дженни радостно улыбнулась. Одного взгляда на ее счастливое лицо хватило, чтобы кровь Эвана забурлила в жилах.

Глава 4

Вскоре Дженни пожалела о своем решении организовать курсы для школьниц. По ее аккуратному магазинчику со звонким смехом носилось несколько маленьких девочек в возрасте от восьми до одиннадцати лет, и Дженни понятия не имела, как их успокоить. На предложение занять свои места, они не обратили ни малейшего внимания. Слава богу, у нее были помощницы, иначе все это могло бы обернуться катастрофой.

В комнату вошла Эллисон, ее подруга и хозяйка «Потайного стежка», и с интересом огляделась.

— Дженни, ты проделала великолепную работу! — радостно воскликнула она.

Прежде Эллисон видела это помещение пустым и безжизненным, но после небольшого ремонта оно превратилось в уютную, по-домашнему обустроенную комнату.

— Мне очень помогла Милли, тебе следует поблагодарить и ее тоже, — ответила Дженни.

Эллисон кивнула, с удовольствием разглядывая шкафы с сотней ящичков для всех необходимых мелочей, полок, подписанных именами женщин и девочек, решивших заниматься на курсах.

— Я подумала, что здесь незаконченные одеяла и отрезки ткани, которые наши гости планируют использовать, будут в большей сохранности, так что все желающие на время занятий смогут оставить их в магазине, — пояснила Дженни.

— Замечательная идея! А это что? — Эллисон кивнула в сторону большого круглого стола, окруженного удобными стульями.

— Мы назвали его «Уголком швеи». Его уже облюбовали подруги Милли, они иногда собираются здесь по вечерам: делятся секретами мастерства, перебирают ткани и перемывают косточки соседкам.

Эллисон с улыбкой кивнула:

— Ты молодец, Дженни. — Она обняла подругу. — Думаю, пора начинать занятие. Девочки и их матери уже здесь.

— Ты права.

Как только Дженни вышла на середину комнаты, разговоры стихли.

— Здравствуйте, девочки, дамы, — с улыбкой начала она. — Готовы ли вы начать работу над своими проектами?

— Да! — ответил ей нестройный, но радостный хор голосов.

— Я вижу, многие принесли с собой ткань. Тем, у кого ее нет, мы предлагаем выбрать что-нибудь из отрезков, лежащих на столе. Там же вы найдете все, что необходимо для работы. Давайте начнем. Скорее всего, сегодня мы не успеем приступить к шитью, просто определимся с расцветкой и подготовим лоскуты.

Когда девочки под руководством матерей и наставниц приступили к своему первому заданию, Дженни обошла все столы и побеседовала с каждой из матерей. Она была рада видеть Кейси, дочь директора школы миссис Перри. Всего пришло десять девочек. Даже восьмилетняя дочь Эллисон, Черри, была здесь. И только место, которое она приберегла для Грейси Рефферти пустовало.

— Грейси нет? — спросила Эллисон, оглядывая зал.

Дженни грустно покачала головой:

— Я сделала все, что могла, чтобы уговорить Эвана привезти ее сюда, но, видимо, этого было недостаточно.

— Я знаю, ты хочешь помочь всем вокруг, но некоторые люди просто не хотят, чтобы им помогали.

— Да, но Грейси так хотела закончить одеяло матери.

— И она обязательно это сделает. Однажды.

В этот момент звякнул дверной колокольчик и в помещение вбежала запыхавшаяся Грейси.

— Я все пропустила?! — воскликнула она, оглядывая девочек, склонившихся над своими работами.

— Нет, ты пришла как раз вовремя, — с облегчением рассмеялась Дженни, обнимая малышку.

В дверях появился Эван Рефферти. Дженни с трудом отвела взгляд от его ярко-голубых глаз, проклиная себя за то, что так реагирует на его присутствие. Он подошел к столу, за которым уже устроилась Грейси с большим пакетом, в котором лежало недошитое лоскутное одеяло и готовые кольца из ткани.

— Спасибо, что позволили Грейси ходить на наши занятия, Эван, — с улыбкой сказала она.

— Я всегда держу слово, Дженни. Надеюсь, и вы тоже.

— Да. И я все еще уверена, что эти занятия пойдут вашей дочери на пользу. Ей важно закончить дело матери, а здесь она сможет одновременно проводить время в компании сверстниц.

Эван с тяжелым вздохом перевел взгляд на дочь. Грейси вместе с Милли доставали и раскладывали на столе узор из лоскутов в виде двойных обручальных колец.

Он ненавидел чувствовать себя беспомощным. Он уже испытывал это раньше, когда узнал, что у Мег рак. Тогда он не справился, не смог спасти ее, не смог уберечь дочь от потери.

— Она очень похожа на мать, — тихо сказал он.

Пытаясь отвлечься от грустных мыслей, он перевел взгляд на Дженни, но и это было не самой лучшей идеей, потому что его тут же охватили совсем другие чувства. Ее золотистые волосы были собраны в высокий хвост на затылке, открывая красивую линию шеи, а длинная яркая юбка обрисовывала соблазнительные изгибы ее тела.

Мысли о Дженни не покидали его всю неделю, и ему это совершенно не нравилось.

— В последнее время Грейси говорит только о будущей вечеринке, так что если вы передумали, скажите об этом сейчас, — попросил Эван.

— Главное, чтобы вы не передумали. Готовы ли вы терпеть в своем доме двенадцать маленьких девочек и меня в придачу?

К ее присутствию он никак не был готов.

— Не уверен, что справлюсь с этим, но попробую. Во сколько закончится занятие?

— Через два часа или немного позже, если девочки увлекутся.

Эван взглянул на часы.

— Я буду здесь в три, — сказал он, поцеловал дочь и вышел из магазина.

Через секунду рядом с Дженни оказалась Эллисон — ее глаза сияли любопытством.

— Рассказывай, подруга, что происходит?

— Не понимаю, о чем ты. Эван только спросил, во сколько ему приехать за дочерью.

— Я спрашиваю о том, что происходит между вами.

— Ничего, я его едва знаю. Кроме того, с меня довольно ковбоев. — А ведь два года назад она готова была отдать все на свете за улыбку старшего ковбоя ранчо Касалли.

— Брайан просто тебе не подходил. Эван Рефферти совсем другое дело! — Зеленые глаза Эллисон сияли. — Он такой сильный, мужественный, красивый, сексуальный, надежный, у него есть очаровательная дочурка. А самое главное, ты ему нравишься!

— Разве тебе можно заглядываться на посторонних мужчин, Эллисон? — притворно возмутилась Дженни.

— Не пытайся уйти от темы. Я замужем за итальянцем и чувствую сексуальное притяжение за версту. А когда вы двое оказываетесь рядом, между вами летают искры.

— Между мной и Рефферти ничего нет и не будет, — твердо сказала Дженни. — Он совсем недавно овдовел, а я скоро возвращаюсь в Сан-Антонио. О каких отношениях может идти речь?

— Честно говоря, я надеялась, что ты все обдумаешь и останешься здесь, — призналась Эллисон. — А шикарный парень — это лучшая причина, чтобы остаться в Керри-Спрингс, разве нет?

Для самой Эллисон встреча с Алексом Касалли стала настоящим подарком судьбы. Он появился в ее жизни тогда, когда она больше всего в нем нуждалась. Муж бросил ее одну с покалеченной после ужасной аварии дочерью на руках. Алекс помог Эллисон пережить тяжелые времена, был очень внимателен к Черри, когда она проходила терапию, и через год малышка снова начала ходить. Эллисон нашла своего прекрасного принца, а точнее, богатого владельца ранчо, который сказочным образом женился на матери-одиночке. Сейчас они растят Черри и двух очаровательных близнецов, Уилла и Роуз.

В свои тридцать два Дженни мечтала о такой жизни и боялась, что этого никогда не произойдет.

Два часа занятия пролетели незаметно. Дженни была приятно удивлена энтузиазмом девочек. Ей очень повезло, что она смогла найти наставниц среди постоянных клиентов магазина, одна она не справилась бы. Но Дженни все еще очень беспокоил проект Грейси. Узор, который когда-то выбрала Меган для одеяла, был слишком сложным для восьмилетнего ребенка.

Дженни подошла, чтобы помочь Грейси с уборкой, и увидела, как они о чем-то шушукаются с Черри. Девочки познакомились еще в школе, но учились в разных классах, так что особой возможности сблизиться у них не было, но, похоже, сегодня они успели подружиться.

— Мамочка, а можно завтра Грейси поедет с нами покататься на лошадях? — спросила Черри, повернувшись к Эллисон.

Она улыбнулась в ответ и развела руками:

— Конечно, но только если ее отец не будет против.

Узкие плечики Грейси печально поникли.

— Папа меня не отпустит, он не разрешает мне никуда ходить одной.

— Давайте просто спросим, что он об этом думает, — предложила Дженни, надеясь, что Эван даст своей дочери хоть немного свободы.

— Спросите меня о чем? — раздался хриплый мужской голос.

Эван подошел к столу и поцеловал дочь в щечку:

— В чем дело?

— Папочка, познакомься, это Черри. Мы с ней друзья!

— Здравствуй, Черри. — Эван с улыбкой кивнул девочке с золотистыми кудрями, забранными в высокий хвост.

— Здравствуйте, мистер Рефферти.

— Как все прошло? — спросил Эван у Дженни.

— Все замечательно. Благодаря Эллисон Грейси смогла начать работу над своим одеялом. Эллисон, познакомься, это Эван Рефферти. Эван, это Эллисон Касалли.

— Очень рад с вами познакомиться, миссис Касалли. Я несколько раз разговаривал с вашим мужем, Алексом, он очень интересный человек.

— Скорее всего, Говорили вы, а мой муж лишь кивал, — улыбнулась она в ответ. — И пожалуйста, зовите меня Эллисон.

Грейси потянула отца за руку, желая привлечь его внимание:

— Папа, Черри позвала меня покататься на лошадях.

— Не думаю, что сейчас это возможно. Мне нужно возвращаться на ранчо…

Заметив, как сильно расстроились девочки, Эллисон решила вмешаться.

— Девочки, соберите свои вещи и положите их на полки с вашими именами. — Проводив их взглядом, она повернулась к Эвану: — Мы ездим на конную прогулку каждое воскресенье. Это стало традицией с тех пор, как Черри вылечилась после аварии. Будет очень здорово, если Грейси сможет присоединиться к нам. И вы, конечно, тоже! — Эллисон очаровательно улыбнулась. — Алекс тоже поедет с нами — я не разрешаю своему мужу работать по воскресеньям. — Она искоса взглянула на Дженни. — И Дженни приедет. Если вы согласитесь, для Черри этот день станет особенным.

Чувствовалось, что Эван колеблется — он не ожидал такого напора.

— Я должен подумать…

— Мы поедем на пикник к водопаду. Если вы с дочерью решите присоединиться, просто приезжайте на наше ранчо. Мы отправляемся в одиннадцать.

Эван взглянул на Дженни. Он не хотел провести с ней весь день. Она и так заняла слишком много места в его жизни и в его мыслях.

Вернулись девочки. Они взволнованно посмотрели на Эвана в ожидании ответа.

— Если мистер Рефферти не сможет завтра привезти к нам Грейси, он сделает это в другой раз, — пообещала девочкам Эллисон.

Но Грейси продолжала смотреть на отца огромными, полными надежды глазами. Если это сделает его дочь счастливой, то как он может ей отказать?

— Думаю, мы сможем присоединиться к вам завтра, — наконец произнес Эван.

— Правда?! — радостно взвизгнула Грейси.

— Да, — с улыбкой пообещал он и наклонился, чтобы малышка смогла его обнять.

— Спасибо большое-пребольшое, папочка, — прошептала она.

— Пожалуйста, Грейси.

Девочка тут же подбежала к своей подруге, и они радостно защебетали, обсуждая завтрашний день.

Эван заметил, что Дженни смотрит на него с улыбкой, и не смог не улыбнуться в ответ.

— С тех пор как вы появились в этом городе, у моей дочери началась очень активная общественная жизнь. — Он посмотрел в ее шоколадные глаза и почувствовал, что тонет в их манящей глубине. — Не надейтесь, что со мной вам удастся проделать то же самое.

— Оглянитесь вокруг, Рефферти, все уже произошло, — рассмеялась Дженни. — Вы здесь и приняли приглашение Касалли. Вам остается просто радоваться и получать удовольствие от процесса.

Дженни долго сомневалась, стоит ли ей ехать на ранчо Касалли. Чем сильнее она старалась держаться подальше от Эвана Рефферти, тем чаще они сталкивались друг с другом. Она хотела бы винить во всем сводницу Эллисон, но вместо того, чтобы придумывать оправдание отсутствию на верховой прогулке, она с нетерпением ждала ее начала.

Выйдя из машины, она увидела Брайана Перкинса. Все такой же высокий и красивый, он неторопливо шел к ней уверенной походкой человека, который знает, что ему нужно от жизни. Последний раз Дженни видела Брайана девять месяцев назад, но ей казалось, будто это было вчера. Он улыбнулся, и от его светло-зеленых глаз разбежались лучики морщин, выдавая возраст. Брайану было уже сорок пять, но он был красив, как черт.

— Привет, сладкая, — улыбнулся он. — Рад тебя видеть.

Дженни ожидала почувствовать знакомую тоску или грусть, но на этот раз она, к своему собственному изумлению, осталась совершенно спокойна. Она просто радовалась встрече со старым другом.

— Привет, ковбой.

— Я скучал по тебе. — Он крепко обнял ее. — А ты? Ты все еще ненавидишь меня? Я никогда не хотел причинить тебе боль?

Они встречались несколько месяцев, пока Дженни помогала Эллисон в работе над ее телешоу. Все было хорошо, но между ними всегда оставалась некая недосказанность, стена, которую они не могли преодолеть.

— Ты слишком высокого о себе мнения, Перкинс, — рассмеялась Дженни. — Я давно пережила наш разрыв.

— Неужели меня было так легко забыть? — с притворной обидой вопросил он.

— Думаю, ты тоже не слишком долго страдал в одиночестве.

— Эй, ты же знаешь, как нравилась мне. — Он заглянул ей в глаза. — Просто я был не подходящим для тебя парнем. Тот, кто завоюет твое сердце, будет настоящим счастливчиком.

Дженни не успела ответить, потому что услышала, как кто-то зовет ее. Обернувшись, она увидела бегущую к ней Грейси. Следом за ней со страдальческим видом следовал Эван Рефферти.

— Привет, Грейси. — Дженни нагнулась, чтобы обнять девочку, затем повернулась к ее отцу. — Рада видеть вас обоих. Брайан, это Эван Рефферти и его дочь, Грейси. Эван, это Брайан Перкинс, старший ковбой на ранчо и партнер Алекса по скотоводческому бизнесу.

Мужчины пожали друг другу руки, но в воздухе витало странное напряжение.

— Приятно с вами познакомиться, Брайан.

— И мне. Рефферти… Как виноградники Рефферти?

Эван молча кивнул, явно не желая поддерживать разговор.

Слава богу, из дома наконец вышло семейство Касалли и направилось к ним. Впереди бежала Черри, радостным визгом приветствуя подругу. Дженни улыбнулась, глядя на счастливых детей.

— Привет всем, — улыбнулась Эллисон.

Черри взяла подругу за руку и подвела к своему отцу:

— Папочка, это Грейси Рефферти. Она моя новая подруга.

— Здравствуйте, мистер Си, — стеснительно поприветствовала его Грейси. — Спасибо, что позволили мне сегодня приехать в гости.

Алекс присел на корточки, чтобы его лицо было на одном уровне с лицом девочки.

— Я очень рад, что ты здесь, Грейси. Все друзья Черри — желанные гости в нашем доме.

Он встал и крепко обнял Дженни:

— Дженни Коллинс, ты слишком редко навещаешь нас, я уже начал забывать, как ты выглядишь. Близнецы очень хотят узнать, когда ты придешь почитать им сказки на ночь.

— Я просто подумала, что, так как ты со всех сторон окружен женщинами, еще одна будет только создавать тебе лишние проблемы.

Алекс весело рассмеялся:

— Мне нравятся проблемы такого рода. Рад тебя видеть, Эван.

— Спасибо, что вы с женой пригласили нас, Алекс. Грейси была взволнована и не могла дождаться сегодняшнего утра. — И будем смотреть правде в глаза, он тоже.

Эван искоса взглянул на Дженни, весело болтающую со старшим ковбоем. Они выглядели близкими друзьями, прекрасно чувствующими себя в компании друг друга.

— Пойдемте посмотрим на наших лошадей, девочки, — с улыбкой предложил Алекс.

Малышки, держась за руки, побежали к конюшне. Вслед за ними направились Алекс и Эллисон.

Дженни поравнялась с Эваном и спросила:

— Вы хорошо ездите на лошади?

— Не беспокойтесь, в седле удержусь.

— Я просто думала, что работа в винограднике занимает много времени и вам редко удается покататься на лошадях…

— В свое время и я был ковбоем. — Он кивнул в сторону Перкинса. — Ваш друг тоже идет с нами?

— Наверное, нет, — чуть пожала плечами Дженни.

Глава 5

Возле конюшни их ждали несколько оседланных лошадей.

— Это Корица, — сказала Черри, указав на симпатичную невысокую лошадку. — Она моя. А вот Пятнышко, на ней поедешь ты. — Она подвела Грейси к черно-белой лошади с длинной белой гривой.

— Она очень красивая. — Грейси посмотрела на отца. — Папа, мне можно поехать на ней?

Видя, что Эван колеблется, Брайан сказал:

— Она очень покладистая девочка. Я сам объезжал ее.

— Звучит убедительно, но я должен быть уверен, что с моей дочерью ничего не случится, она пока не самая умелая наездница.

— Я понимаю. Если бы Грейси была моей дочерью, я бы тоже все проверил. А вот ваш конь, Диего. — Он кивнул в сторону большого черного жеребца. — Он очень быстрый, выносливый и послушный.

— Его выездкой вы тоже занимались лично?

— Я старший ковбой на этом ранчо, так что занимался почти всеми здешними лошадями.

Эван решил все же проверить подпруги своего коня, но тут заметил, что Брайан продолжает наблюдать за ним.

— Я вижу, что вас это интересует. Да, когда-то мы с Дженни встречались, но сейчас мы просто друзья, и мне не все равно, что с ней происходит. Я не хочу, чтобы ей разбили сердце. Она достаточно настрадалась из-за своей семьи.

Эван прекрасно понял, что хотел сказать ему Брайан.

— Жаль, что вы упустили свой шанс быть с ней, — произнес он.

Брайан ответил ему долгим взглядом, затем кивнул и пошел проверить, не нужна ли помощь остальным.

Эван сам не понимал, откуда взялись эти слова. Он провел рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.

— Черт, черт, черт! У меня нет сил, чтобы волноваться еще и из-за этого, — пробормотал он.

Мимо него проехала Дженни. Ее волосы сияли золотом, она была похожа на сказочную фею.

— Что же вы застыли? — насмешливо спросила она. — Нам нужно ехать.

Только сейчас Эван понял, что все, кроме него, уже готовы отправиться в путь.

Он вскочил на коня:

— Тогда чего мы ждем?

Грейси помахала ему:

— Папа, смотри как здорово! Сегодня будет замечательный день!

Эван уже очень давно не видел у своей дочери такой искренней, счастливой улыбки. Он взглянул на Дженни. Может быть, ему действительно нужна ее помощь?

* * *

Минут через двадцать они подъехали к водопаду и остановились под растущим у самой воды дубом, чьи раскидистые ветви формировали естественную беседку.

— Иди к нам, Дженни! — помахала ей Грейси. — у нас будет пикник!

Пока Дженни спешивалась и привязывала лошадь, Эллисон успела расстелить на траве плед, а Алекс поставил на него две корзинки с едой, которые до этого были приторочены к его седлу.

— Что ж, давайте посмотрим, что Тильда нам сегодня приготовила, — обратился Алекс к девочкам.

Грейси и Черри начали разбирать корзинки, с восторгом обнаружив там салат с курицей, сандвичи с арахисовым маслом, чипсы, фрукты и соки.

Компания разбилась на пары: Грейси и Черри что-то весело обсуждали, Алекс устроился рядом с женой, раскладывавшей еду по пластиковым тарелкам. Дженни ничего не оставалось, кроме как сесть рядом с Эваном.

— Расслабьтесь, я не кусаюсь, — усмехнулся он, заметив ее смущение.

Дженни не была в этом так уверена, но постаралась взять себя в руки.

Во время пикника Эван и Алекс разговаривали, стараясь под строгим взглядом Эллисон избегать тем, связанных с бизнесом, а девочки шушукались, периодически весело хихикая.

— Я слышал, что сейчас ты занимаешься одновременно и виноградниками и скотоводством, это так? — спросил Алекс Эвана.

— Да, это из-за брата. Сейчас мы с ним партнеры, и он разводит скот. Ему это всегда казалось более прибыльным бизнесом, чем выращивание винограда. Не могу с ним согласиться.

— У вас замечательные виноградники. Вы собираетесь производить свое вино?

Эван со вздохом кивнул:

— Когда-нибудь.

— Эй, парни, сегодня выходной, так что никаких разговоров о делах, — вмешалась Эллисон.

Покончив с сандвичами, девочки попросили разрешения погулять около водопада.

— Конечно, — кивнула Эллисон. — Но только так, чтобы мы вас все время видели, хорошо?

Черри и Грейси радостно кивнули и побежали туда, откуда слышался шум низвергающейся с большой высоты воды.

— Мы, пожалуй, тоже немного прогуляемся, — сказал Алекс, вставая и протягивая руку жене.

Глядя им вслед, Дженни почувствовала, что готова броситься вслед за ними. Она не хотела оставаться здесь одна с Эваном. Искоса взглянув на него, она заметила, что Эван тоже очень напряжен.

— В чем дело? — спросил он в ответ на ее взгляд.

— Ни в чем.

— Красивый вид, правда? — через пару минут произнесла Дженни, желая нарушить затянувшееся молчание.

— Да. Это ранчо вообще очень красиво. Когда у тебя столько денег, можно позволить себе все, что душе угодно.

Дженни тихо рассмеялась:

— Если бы вы знали, откуда Алекс, вы бы так не говорили.

— Я знаю, что его отец итальянец.

— Да, а его мать американка, но она не слишком интересовалась своими сыновьями, Алексом и Анджело. Всю юность братьям пришлось жить на улице, так что Алекс достаточно долго голодал, чтобы научиться ценить хорошую жизнь.

— Когда знаешь, ради кого работаешь, самый тяжелый труд в радость, — тихо сказал Эван, любуясь водопадом.

Дженни отвела взгляд, не зная, что ответить. Наверное, сейчас он говорил о Меган.

— Очень трудно терять того, с кем разделил все свои мечты и надежды, — промолвила она.

— Иногда общие мечты переоценивают, — прошептал Эван. — А вы с Перкинсом были очень близки? — неожиданно спросил он, внимательно глядя ей в глаза.

— С Брайаном? Мы встречались какое-то время, но все закончилось, когда я уехала в Сан-Антонио и начала преподавать английский в средней школе.

— Английский никогда не был моим любимым предметом, — усмехнулся Эван.

— Думаю, я смогла бы заставить вас передумать.

— Если бы вы были моей учительницей, я был бы куда более старательным учеником.

Казалось, взгляд его голубых глаз обжигал кожу. Дженни почувствовала, что краснеет.

— Почему вы уехали из Сан-Антонио? — спросил Эван.

— Я взяла отпуск на семестр.

— Что-то произошло?

— Одного из моих учеников несправедливо исключили из школы, и я встала на его защиту. У нас с директором вышла некрасивая ссора, после которой мы оба решили, что мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

— Почему-то это меня не удивляет, — улыбнулся Эван.

— Что именно? То, что у меня проблемы?

— Нет, то, что вы поставили на первое место интересы ребенка.

— Это ведь моя работа, я не могу поступать иначе. Кто-то должен всегда оставаться на стороне детей.

С мягкой улыбкой он прикоснулся кончиками пальцев к ее руке:

— А кто на вашей стороне, Дженни?

— Мои друзья. Брайан тоже теперь стал моим другом.

— Они все слепые, раз не видят, какая вы потрясающая женщина.

Дженни не знала, что и думать.

— Вы флиртуете со мной, Рефферти?

Эван резко отстранился, в его взгляде больше не было и намека на игривость.

— Нет, просто стараюсь поддержать разговор, — сухо ответил он.

Детский смех вернул их к реальности. К ним уже бежали Черри и Грейси, за которыми следовал улыбающийся Алекс с женой.

— Папочка, Черри хочет знать, можно ли мне у нее переночевать? — с надеждой спросила Грейси, умоляюще глядя на отца. — Ее мама и папа не против, и мне завтра не надо в школу… Пожалуйста, папочка!

— Ты уверена, что ее родители не против?

— Конечно, — вмешалась Эллисон. — Девочки примерно одного роста, так что Грейси сможет одолжить одежду Черри, а завтра утром я привезу ее домой.

Обе малышки повернулись к Эвану и уставились на него умоляющими глазами. Как он мог им отказать?

— Хорошо, ты можешь остаться на ночь, — с тяжелым вздохом кивнул он.

— Спасибо, папочка! — радостно воскликнула Грейси, бросаясь отцу на шею.

— Тогда нам пора возвращаться! — решительно сказала Черри. — Я хочу показать Грейси свою комнату.

— Соберите вещи, и можем отправляться, — согласился Алекс.

Девочки под руководством Эллисон начали убирать остатки еды и тарелки обратно в корзинки, а Алекс присел рядом с Эваном.

— Первый раз самый сложный, — заметил он. — Мы всегда хотим защитить наших маленьких девочек, а они стремятся к самостоятельности. Я знаю, что последние годы были для вас с Грейси непростыми. Я рад, что вы разрешили ей побыть с Черри.

— Просто раньше она не просила меня ни о чем подобном. А теперь она просит меня о том, что я не могу ей дать.

— Женщины! — рассмеялся Алекс. — Иногда их так сложно понять. Но зато они делают нашу жизнь очень интересной. — Он улыбнулся жене. — Очень, очень интересной.

Эван, в свою очередь, не мог не посмотреть на Дженни, помогающую девочкам упаковать корзины. Почувствовав его взгляд, она обернулась. Когда она улыбнулась ему, Эвану показалось, что его ударило током.

Он отвел глаза и заметил, что Алекс внимательно наблюдает за ним.

— Дженни — особенная девушка с большим, добрым сердцем. Я не хочу, чтобы ее кто-то обидел, — сказал он.

Эван прекрасно понял, что он имел в виду.

— Я уверен, что этого не произойдет, — ответил он.

* * *

Вечером того же дня Эван сидел за столиком в баре «У Рори», наблюдая, как его отец работает за стойкой, разливая посетителям пиво и смешивая коктейли. С тех пор как Грейси осталась на ранчо Касалли, он не мог найти себе места.

— Тебе надо почаще приезжать сюда, сынок, — сказал Син, подсаживаясь к нему.

— Я даже в юности не слишком любил проводить время в барах, а уж теперь и подавно, когда у меня есть Грейси.

— Просто ты женился слишком рано. И почти сразу обзавелся ребенком. Но теперь ты повзрослел и, я надеюсь, стал более осмотрительным. Кроме того, ты ведь не жалеешь о том, что наша маленькая Грейси появилась на свет?

— Я о многом сожалел, но только не об этом. Именно ради нее я столько работаю. Знаю, что не слишком часто демонстрирую ей свою любовь, но ты ведь знаешь, я стараюсь.

— Не люблю говорить плохо о покойных, но Меган не слишком помогала тебе сблизиться с дочерью.

Эван сделал большой глоток пива. Он не хотел ворошить прошлое.

— Может быть, если бы все сложилось иначе…

Он очень старался наладить отношения с женой.

— Ты не в силах изменить прошлое, Эван, но тебе давно пора двигаться дальше, найти свою любовь…

— Все, что мне нужно, — это уделять больше внимания Грейси.

— Если в твоей жизни появится хорошая, любящая женщина, твоей дочери это пойдет на пользу. Эван, тебе же только тридцать три, тебе рано хоронить себя!

— Тогда почему ты так и не женился после смерти мамы?

— Я просто не такой везучий, как ты. Мне кажется женщина твоей мечты только что вошла в эту двёрь, — заметил он и отошел.

Эван обернулся и увидел Дженни. Он не хотел видеть ее здесь. Он не хотел, чтобы его сердце застучало быстрее, а дыхание застыло в легких от одного взгляда в ее сторону, но ничего не мог с собой поделать.

Дженни обозвала себя сумасшедшей, когда в спешке натянула джинсы и футболку и сбежала по лестнице. Она убеждала себя в том, что просто хочет барбекю, которое так нахваливал Син, и ее внезапное желание никак не связано с машиной Рефферти, припаркованной у бара.

Повторяя про себя, что она должна держаться подальше от Эвана, Дженни распахнула дверь бара и шагнула в залитое желто-оранжевым светом помещение. Длинная стойка тянулась от стены до стены, играла музыка, почти все столики были пусты, кроме одного, за которым сидел Эван.

— Привет, — выдохнула она, едва дыша от волнения.

— Здравствуйте, Дженни, — кивнул он ей.

— Здравствуйте, Син, — крикнула она отцу Эвана, протирающему бокалы за стойкой.

— Привет, девочка. Рад, что ты заглянула к нам.

— Меня привело к вам чувство голода, — выдала она заранее заготовленную фразу. — Я слышала, здесь делают отличные барбекю-сандвичи.

— Самые лучшие, — гордо кивнул Син. — Что-нибудь еще?

— Немного жареной картошки, и все это навынос.

— Нет уж, так не пойдет. Ты же не собираешься пойти домой и есть там в одиночестве? Эван как раз собирался поужинать. Он составит тебе компанию, пока я буду готовить ужин. Что будешь пить?

— То же, что и Эван.

Син кивнул и ушел на кухню.

— Нам лучше делать то, что он велит, — услышала она голос Эвана. — Вы не выберетесь отсюда, пока не съедите все, что он приготовит.

— Простите, я не собиралась мешать вам наслаждаться вечером. Вам не обязательно развлекать меня, я и одна могу поесть.

— Разве я жаловался? — лукаво улыбнулся Эван. — Садитесь.

— Хорошо. — Устроившись за его столиком, Дженни еще раз огляделась. — Так вот как вы проводите свободное время, Рефферти?

— Думаете, я здесь, чтобы найти себе девушку? Нет, просто мне нравятся тихие, спокойные вечера, когда можно посидеть и поговорить с отцом.

— Ужасно быть одиноким, да? — вздохнула Дженни.

— Не знаю. С моего места все выглядит совсем неплохо. — Эван многозначительно скользнул взглядом по ее телу.

Дженни почувствовала, как кровь приливает к ее щекам:

— Могу поспорить, вы говорите это всем девушкам.

— Это Керри-Спрингс, а не Сан-Антонио. Общественная жизнь человека здесь крайне ограничена.

— Наверное, о вас мечтают все свободные представительницы слабого пола в округе.

— Вы путаете меня с Меттом.

— Вы все еще тоскуете из-за смерти жены? — осторожно спросила она.

Сейчас я думаю только о благе Грейси. Ей не просто общаться со мной. Не так, как было с Меган.

Но теперь все иначе. Вы разрешили ей посещать мои занятия, благодаря вам у нее появилась подруга.

— Пока оставьте бурные аплодисменты при себе, посмотрим, чем все закончится. Дженни, есть кое-что, за что я хочу извиниться. Простите, что я спрашивал про ваши отношения с Перкинсом. Это было не мое дело.

— Все в порядке. Эти отношения были серьезными лишь в моем воображении. Знаете, Брайан очень милый парень, и мне просто нравилась мысль о том, что я люблю его, но это было обманом.

— Говорят, любовь — это потрясающее чувство.

Глаза Эвана наполнились тоской и одиночеством.

Неужели сейчас он признался в том, что его брак был не таким счастливым, как казалось всем вокруг?

— Но у вас есть ваша семья и Грейси, — осторожно сказала она.

— Да, отец, который во все сует свой нос, и брат, который все хочет делать по-своему. От него вам, кстати, стоит держаться подальше. Метт может быть совершенно очаровательным, но его нельзя принимать всерьез.

Из кухни вышел Син с двумя большими тарелками, полными еды, и поставил их на стол.

— Прости, что заставил ждать, но поверь, это того стоило. Нет ничего лучше, чем хорошая беседа за хорошей едой: О, привет, Михаэль! — Он направился к посетителю, только что вошедшему в бар.

Эван вдруг почувствовал себя как подросток на первом свидании. Дженни оказывала на него слишком сильное воздействие. Чем больше времени он проводил с ней, тем сильнее она ему нравилась. Оставался вопрос: хочет ли он сделать следующий шаг?

— Пахнет очень вкусно, — с улыбкой заметила она.

— Отец ведь сказал, что это лучшее барбекю в округе, а его словам можно верить.

Дженни приложила немало труда, чтобы откусить от огромного сандвича, приготовленного Сином, но сделать это аккуратно ей не удалось. На ее щеке осталось немного соуса, и Эван понял, что сходит с ума от желания стереть его губами. Вместо этого он взял салфетку.

— Вот, у вас соус на щеке, — сказал он и, протянув руку, вытер ей лицо.

Дженни замерла, глядя в глаза Эвана, не в силах пошевелиться. Пару секунд они молчали, потом Эван резко отстранился:

— Черт возьми, что вы со мной делаете? Ешьте свой ужин, пока у нас обоих не начались проблемы.

Дженни послушно опустила взгляд в свою тарелку. Пятнадцать минут они молча ели.

— Это невозможно, — жалобно вздохнула она, когда на тарелке осталось чуть меньше половины. — Я не могу столько съесть.

— Да? — удивился Эван. — Разве эта порция была большой?

Только сейчас он понял, насколько был голоден. И речь шла не только о еде. Стоило ему взглянуть на Дженни, как из глубин его тела поднималась жаркая первобытная волна желания, которому он едва мог противостоять.

— Что ж, наверное, мне пора идти, — вздохнула Дженни. — Завтра рано вставать. Ненавижу понедельники, давно пора отменить их.

— Полностью поддерживаю. Эй, даже не думайте об этом! — возмутился он, заметив, что Дженни потянулась за кошельком.

— Но вы не должны платить за мой ужин.

— А что, если я так хочу? Что, если я изначально хотел провести с вами вечер, поужинать в приятной компании, поговорить?

— Я просто не хотела, чтобы вы чувствовали себя обязанным.

— Если бы это действительно было так, я бы позволил вам взять вашу еду навынос и сидел в одиночестве. Разве вам не понравился сегодняшний вечер?

— Очень понравился.

— А теперь я провожу вас до дома. И надеюсь, что вы не будете спорить.

Дженни кивнула, тепло попрощалась с Сином и вслед за Эваном вышла наружу. Когда они пересекали улицу, он взял ее за руку. В почти полной темноте они прошли мимо вывески «Потайного стежка» и завернули за угол, где находилась квартира Дженни.

— Спасибо за приятный вечер, Рефферти.

Дженни хотела достать ключи, но он остановил ее.

— Я бы хотел, чтобы ты звала меня Эван, — тихо сказал он.

Разумом он понимал, что сейчас ступает на опасный путь, но ничего не мог с собой поделать.

— Скажи мое имя, Дженни.

— Эван, — выдохнула она за секунду до того, как их губы соприкоснулись.

Глава 6

Около девяти утра лавка уже была полна посетителей. Милли вместе с подругами сидели за круглым столом, перебирали только что приобретенные ткани и пили чай.

— Что происходит? — удивленно спросила Дженни.

— Встреча в «Уголке швеи». Дорогая, ты уже знаешь Бет Стейли, а это Луиза Меррик и Лиз Паркер.

— Доброе утро, дамы, — улыбнулась Дженни. — Надеюсь, вам здесь удобно.

— Конечно, — кивнула в ответ Луиза Меррик. — Обычно, когда несколько женщин собираются вместе, начинается настоящая драма, но это место предназначено исключительно для шитья. Благодаря моему мужу, политику, в моей жизни и так достаточно драмы.

— Наверное, у вас очень интересная жизнь, — улыбнулась Дженни, вспомнив о скандальной репутации сенатора Меррика.

— Я бы предпочла, чтобы у меня был полный дом внуков, но мой сын, Слоан, не торопится исполнить мою мечту. — Луиза с внезапным интересом оглядела Дженни. — А у тебя есть кавалер, моя милая?

«О нет, только не надо пытаться устроить мне свидание!» — испуганно подумала Дженни.

— Слоан больше интересуется разведением скота, чем хорошенькими девушками, — покачала головой Бет. — А Дженни слишком занята: ей нужно управлять магазином и вести занятия.

— Но Слоану она наверняка понравится.

— Простите, Луиза, но я собираюсь в скором времени вернуться в Сан-Антонио и продолжить карьеру учителя.

Печально вздохнув, дамы переключились на обсуждение успехов своих внучек. Дженни оставалось порадоваться тому, что она больше не является основной темой их беседы. Интересно, что бы сказали эти кумушки, если бы узнали, что вчера вечером она целовалась с Эваном Рефферти?

* * *

Для Эвана этот день начался так же, как и много лет подряд: он шел между виноградными кустами, проверяя, как поспевают плоды.

Последние двенадцать часов он не мог думать ни о чем, кроме Дженни. Он прикрыл глаза и вновь ощутил на губах вкус их первого поцелуя. В тот раз он едва заставил себя оторваться от ее пленяющих губ, попрощаться и уйти.

Но ему сейчас меньше всего были нужны серьезные отношения, а у Дженни на лбу было написано желание иметь семью и полный дом детей. Нет, брак — это не для него. Он уже доказал, что муж из него некудышный, одного раза вполне достаточно. Кроме того, Дженни так подружилась с Грейси. Как скажется на его дочери их возможный разрыв — страшно представить.

Вернувшись домой, он услышал звук подъезжавшей машины и вскоре увидел блестящий черный джип. Первой из машины выпрыгнула Грейси и бросилась к нему на шею. Вслед за ней появились Алекс и Черри.

— Привет, папочка!

— Привет, Грейси. Ты хорошо провела время?

Он мог бы не спрашивать — его малышка сияла от счастья, как маленькое солнышко.

— Все было просто замечательно! Мы смотрели мультики и играли в видеоигры!

Неужели она совсем по нему не скучала?

— Папочка, а когда мне можно будет устроить вечеринку с ночевкой?

— Не знаю. Мы должны обсудить это с Дженни.

— Дженни будет присматривать за нами во время пижамной вечеринки, — объяснила Грейси подруге. — Папа сказал, что мамы других девочек могут не отпустить их, если узнают, что за нами будут присматривать только мужчины, поэтому он попросил Дженни нам помочь.

— Хорошая мысль, — улыбнулся Алекс.

— Папочка, ты скоро поговоришь с Дженни?

Эван был совсем не уверен в том, что уже готов к разговору с Дженни.

— Да.

— Сегодня?

Что ж, по крайней мере, теперь у него есть повод для встречи с ней.

— Да.

— Замечательно! — Грейси повернулась к подруге: — Пойдем, я покажу тебе свою комнату!

— Черри! Не больше десяти минут! Мне нужно возвращаться к работе! — крикнул им вслед Алекс. — Не думаю, что они меня слышали, — вздохнул он. — Эван, может, пока устроишь для меня маленькую экскурсию?

— Конечно, — кивнул он. — Пойдем, я покажу тебе виноградник. Сейчас здесь тихо, но уже скоро начнется пора сбора урожая, и тогда работы будет очень много.

— Сколько акров земли отведено под виноградник?

— Сейчас двенадцать.

— Ты собираешься расширяться?

— Да, но не в ближайшем будущем.

— Прекрасный виноград. Ты продаешь его винодельне Соломона?

— Да, сначала пино гриджио, он плодоносит первым, а потом мускат и знфандель. Почти все его вино делается из моего винограда.

— Я впечатлен.

— Да, но твой скотоводческий бизнес приносит куда больший доход.

— Возможно, но благодаря Эллисон я понял, что прибыль — это не главное. У тебя были тяжелые времена, но ты все преодолел, и сейчас твой виноградник процветает.

— Это все ради Грейси. Это ее наследство.

— Ради нее ты хочешь построить винодельню? У тебя есть мечта?

— Да, и она очень проста: растить виноград и начать выпускать собственное вино.

— Человек должен мечтать, — сказал Алекс, пристально глядя на Эвана. — Я долгие годы чувствовал себя совершенно потерянным, потому что у меня не было мечты. Я слишком много думал о деньгах, росте прибыли, не наслаждался процессом. Очень важно иметь рядом человека, с которым сможешь разделить свой успех.

Эван кивнул, понимая, что сейчас Алекс имел в виду не только Грейси.

Дженни дотянулась до лежащих на прикроватной тумбочке часов. Без пяти семь — будильник прозвонит через пять минут, а значит, оставаться в постели не имеет смысла.

Но стоило ей оторвать голову от подушки, как к ней вернулись мысли об Эване. С момента их поцелуя прошло два дня, а Дженни до сих пор не могла простить себя за то, что зашла так далеко в их отношениях. Она не должна была идти тем вечером в бар, не должна была разговаривать с Эваном, не должна была позволять ему целовать себя.

Она не готова к отношениям с этим мужчиной! И что гораздо более важно, Рефферти к ним не готов. Он еще не оправился после смерти жены, он только начал налаживать отношения с дочерью Грейси. О, как бы она хотела иметь такую очаровательную маленькую дочь!

— Хватит мечтать, Джен, — приказала она себе голосом матери.

Марша Коллинс-Ньюсом была реалисткой, она не верила в мечты и не поощряла их в своей дочери. Ее, мать-одиночку, достаточно побила жизнь, чтобы она перестала питать какие-то иллюзии. Когда представился шанс, она вышла замуж за первого парня, который пообещал ей дом и стабильность, вдовца Карла Ньюсома, отца троих несносных сыновей — Майка, Карла и Тодда. Все они были старше Дженни и приложили много усилий, чтобы сделать детство своей сводной сестры невыносимым. Особенно старался Тодд, ни на минуту не оставляя ее в покое. Она вздохнула с облегчением, когда его посадили в тюрьму, и очень надеялась, что больше никогда его не увидит.

Ньюсомы и Коллинсы начали жить под одной крышей, но их нельзя было назвать настоящей семьей. Дженни вспомнила о семействе Рефферти. Их отношения тоже были неидеальными, но они заботились друг о друге. Сердце Дженни сжалось от тоски — она всегда мечтала о настоящей, теплой, любящей семье.

Но с Эваном Рефферти у них не могло быть будущего. Она навсегда останется для него лишь второй, заменой покойной жены, а Дженни не хотела быть на вторых ролях. Лучше сконцентрироваться на работе в «Потайном стежке», а с начала следующего семестра — в школе в Сан-Антонио.

И ничто не должно ей мешать. Даже невероятно красивый и привлекательный Эван Рефферти.

Когда над дверью «Потайного стежка» прозвенел колокольчик, Дженни как раз заканчивала обслуживать очередную покупательницу. Она подняла взгляд и увидела Эвана Рефферти.

— Здравствуй, Дженни, — сказал он.

Дженни почувствовала, что ее тело охватывает дрожь под взглядом этих ярко-голубых глаз.

— Здравствуй, Эван, что я могу для тебя сделать? — сказала она, надеясь, что голос не выдаст обуревающих ее чувств.

— Мы можем поговорить?

— Конечно.

— Наедине, если это возможно, — добавил он, взглянув на покупательниц, с интересом косившихся В их сторону.

— Не знаю. — Сейчас Дженни совсем не хотела оставаться наедине с Эваном.

— Идите, я здесь за всем присмотрю, — пришла ему на помощь Милли.

— Спасибо, — благодарно кивнул ей Эван, затем без всякого предупреждения обошел прилавок, взял Дженни за руку и повел в глубь магазина.

Он остановился, лишь закрыв за собой дверь ее маленького кабинета.

— Что случилось? — спросила Дженни, отступив на несколько шагов.

Его взгляд и запах кружили ей голову.

— Я хотел узнать, не передумала ли ты взять на себя организацию пижамной вечеринки Грейси.

— Я ведь обещала ей, не так ли? А я всегда держу свое слово. А что?

— Я просто подумал, что ты могла изменить свое решение после того, что произошло вчера.

— Все в порядке. — Дженни заставила себя рассмеяться. — Это был всего лишь один поцелуй. — Один поцелуй, от которого она до сих пор не может прийти в себя.

Он приблизился к Дженни, пристально глядя ей в глаза:

— Рад, что это так, потому что приглашения на вечер пятницы уже разосланы.

Она знала, что Эван имеет в виду пижамную вечеринку Грейси, но воображение рисовало ей совсем другие картины: большая кровать Эвана, смятые простыни, их обнаженные, сплетенные в порыве страсти тела.

— Во сколько вечеринка?

— Начало назначено на семь часов, но, думаю, тебе стоит приехать чуть раньше, чтобы освоиться в роли хозяйки. Не удивлюсь, если у отца и Метта приготовлена пара сюрпризов.

— Похоже, будет весело, — улыбнулась Дженни.

— Да, особенно если нам все же удастся пережить эту ночь.

— Расслабься, приятель, все только начинается, — звонко рассмеялась она, глядя на его угрюмое лицо.

— Вот этого-то я и боюсь, — мрачно кивнул он.

Наконец пришел вечер пятницы, а вместе с ним и дюжина шумных, смешливых девочек, чей топот и визг вот уже пару часов сотрясал ранчо Рефферти.

— Да поможет нам Бог, — пробормотал Син, с непритворным опасением глядя на потолок. — Что они там делают?

— Не знаю, но очень надеюсь, что к утру дом все еще будет на своем месте, — вздохнул Эван. — Конечно, Дженни обещала присмотреть за ними, но, возможно, ее уже связали и спрятали в шкаф.

— Вы с Меттом наверняка так бы и поступили. Может, тебе стоит подняться наверх и спасти нашу принцессу?

Прекрасный план, но кто в этом случае спасет его самого?

Детские голоса и топот раздались на лестнице.

— Спасайся кто может, они идут, — вздохнул Син.

Одна за другой, в комнату вбежали три маленькие брюнетки, две блондинки и одна рыженькая девочка. На ангельских личиках каждой из них была наложена как минимум тонна косметики, волосы были уложены в высокие прически, а глаза сияли от восторга. Невероятно довольная собой, Грейси устроилась на стуле рядом с отцом, остальные девочки последовали ее примеру, рассевшись вокруг стола.

— Папочка, это так весело!

— Охотно верю, — кивнул Эван, пытаясь разглядеть свою малышку под толстым слоем косметики. — Новый имидж?

— Ой, папочка, сейчас мы накрашены в стиле восьмидесятых, как Мадонна. Папа, ты знаешь, что лунная походка получается у Дженни совсем как у Майкла Джексона!

— Невероятно, — отозвался Эван, одними губами прошептав «О господи!».

— Все девочки считают, что Дженни просто потрясающая, — продолжала тараторить Грейси. — Она сказала, что мы устроим путешествие по десятилетиям, закончив Ханной Монтаной и Тейлором Свифтом!

Услышав шаги, Эван обернулся и увидел Дженни. Ее волосы тоже были уложены крупными волнами, глаза и губы были накрашены так же ярко, как и у девочек. Широкая футболка оставляла открытым одно плечо, а облегающие лосины подчеркивали длинные ноги.

— Ну что, девочки, вы уговорили этих суровых мужчин дать вам что-нибудь поесть? — весело спросила она.

— Еще нет, — рассмеялся Син, вставая. — Чувствую себя так, словно я снова в баре и у меня неожиданный наплыв клиентов. Что я могу вам предложить, юные леди? Пиццу? Чипсы? Мороженное?

После того как каждая девочка решила, чего ей хочется больше всего, они гурьбой убежали обратно в комнату. Только Грейси осталась, обняла отца, а потом отстранившись, строго сказала:

— Только не входите! Эта вечеринка для девочек!

— Хорошо, мы оставим еду под дверью, а вас известим о ее появлении условным тройным стуком.

Грейси радостно кивнула и поцеловала отца в щеку:

— Спасибо, папочка!

Приближалась полночь, девочки все никак не желали утихомириваться, а у Дженни постепенно начали иссякать идеи, как еще их развлечь. Они не хотели больше играть в видеоигры, танцевать или смотреть мультики.

Она была уже на грани отчаяния, когда услышала странный стук, словно что-то ударилось о стекло. Выглянув в окно, она увидела отца Эвана.

— Син? Что-то случилось? — спросила она.

Рядом с ней вдруг стало тесно: малышки тоже решили узнать, что происходит, и собрались у подоконника.

— Простите, что отвлекаю вас, но я ищу маленьких, храбрых девочек, которые захотят вместе со мной поджарить на костре зефир и послушать пару историй. Среди вас таких нет?

— Есть! — ответил ему восторженный хор детских голосов.

— А я боюсь, — прошептала Керри, глядя в темноту за окном.

— Не бойся! — приободрила ее Черри. — Мистер не допустит, чтобы с нами что-то случилось.

— Давайте пойдем все вместе, — предложила Дженни. — Вместе нам будет совсем не страшно.

— Я буду ждать вас внизу! — крикнул им Син. — И приводите Эвана. Он прилег отдохнуть, но вы можете безбоязненно его будить.

Девочки были уже в пижамах, но они решительно накинули поверх них свитера и халатики и поспешили навстречу приключениям.

Дженни хотела последовать за ними, но остановилась у спальни Эвана. Она тихо постучала и заглянула в комнату. Эван, полностью одетый, лежал на кровати. Во сне его лицо было таким спокойным, умиротворенным, исчезли вечно нахмуренные брови и суровая складка у рта. Он был невероятно красив.

— Эван, — прошептала она, подходя поближе.

Когда он не проснулся, она осторожно прикоснулась к его руке:

— Эван.

Он открыл глаза и резко сел.

— Что произошло? — напряженно спросил он.

— Ничего, все в порядке, — успокоила она его. — Просто твой отец велел мне разбудить тебя.

— Хорошо, — с облегчением вздохнул он. — Чем сейчас занимаются маленькие чудовища?

— Они вышли на улицу. Син собирается рассказывать истории у костра.

— Значит, какое-то время он за ними присмотрит, — промурлыкал Эван, поднимаясь и неожиданно притягивая Дженни к себе.

— Рефферти, это не слишком хорошая идея.

— Ты, как всегда, права, — согласился он, находя губами ее губы. — Но мне плевать.

Но через секунду они услышал детские голоса, зовущие Дженни. Она попыталась отстраниться, но Эван не хотел отпускать ее. Он с тихим стоном положил голову ей на плечо и тяжело вздохнул:

— Иногда дети становятся настоящей головной болью. Это определенно один из таких моментов.

— Я должна идти. Девочки будут меня искать.

Эван со вздохом опустил руки, проводил Дженни тоскливым взглядом и отправился в ванную — ему срочно был нужен ледяной душ!

— Дженни, я нашла тебя! — радостно воскликнула Грейси. — Куда ты пропала?

— Я кое-что забыла наверху, пришлось вернуться.

Она смотрела на счастливое личико Грейси и вспоминала о мужчине, с которым была всего минуту назад.

Похоже, оба члена семейства Рефферти твердо вознамерились похитить у нее сердце.

Глава 7

Неделя пролетела незаметно, но если днем Дженни еще как-то удавалось сосредоточиться на работе, то ночью мысли об Эване, его руках и губах не давали заснуть.

Ее беспокоил не только старший Рефферти. Занятия шитьем продвигались успешно для всех, кроме Грейси. Она очень старалась, но узор был слишком сложен для маленькой девочки. Даже самой Дженни иногда требовалась помощь Эллисон, чтобы разобраться в нем.

Она долго обсуждала эту проблему с Эллисон и директором школы Лили Перри, и наконец у них родилась идея, как убедить малышку на несколько лет оставить работу над одеялом матери и потренироваться на чем-то более простом.

В конце занятия Дженни отвела Грейси в сторону:

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Я сделала что-то не так? — испуганно спросила девочка.

— Конечно, нет. — Дженни посмотрела на подошедшую к ним Эллисон и со вздохом продолжила: — Просто у нас появилась идея, которую мы хотели бы с тобой обсудить. Я беспокоюсь за тебя, Грейси. Мне кажется, что одеяло, над которым ты сейчас работаешь, слишком сложно для тебя.

— Все не так плохо, — ответила девочка, но было видно, что она сама не верит в то, что говорит.

— Да, но все же этот узор слишком сложен для ребенка твоего возраста, — сказала Эллисон, погладив малышку по поникшей голове.

— Нам с Эллисон пришла в голову мысль, как помочь тебе. Почему бы тебе не оставить на время одеяло твоей мамы. Ты обязательно вернешься к нему, когда станешь старше и опытнее.

— Но я обещала мамочке! — Грейси была готова расплакаться.

— Мы знаем, милая. Но не думаю, что твоя мама ожидала, что ты закончишь его прямо сейчас. Она ведь выбрала узор «Обручальное кольцо», а значит, планировала, что ты закончишь шить это одеяло к своей свадьбе. Ты собираешься выходить замуж в ближайшее время, Грейси?

— Нет, — помотала головой малышка. Теперь она улыбалась.

— Тогда у тебя впереди еще масса времени, чтобы закончить его.

— Наверное, это так. Но ведь ты все равно поможешь мне сшить его, когда я подрасту, правда, Дженни?

Дженни не знала, что ответить на этот вопрос, ведь к началу следующего учебного года она планировала вернуться в Сан-Антонио. Но она не хотела расстраивать Грейси.

— Конечно, я сделаю все, что в моих силах. А ты продолжишь практиковаться и скоро научишься шить лучше меня.

— Но если я не буду шить мамино одеяло, я больше не смогу посещать твои занятия, да?

— Нет, что ты. Мы очень хотим, чтобы ты продолжила заниматься вместе с остальными девочками. Ты согласишься работать над другим, более простым проектом?

Грейси с энтузиазмом закивала.

— Замечательно! У нас появилась идея очень интересного проекта, над которым вы будете работать все вместе. Возвращайся на свое место, Грейси, и я расскажу, что мы придумали.

Грейси поспешно села за свой стол.

— Кажется, она хорошо это восприняла, — прошептала стоящая рядом с Дженни Эллисон.

— Да, — кивнула она.

Но она не была уверена, что все проблемы позади. Ей еще предстояло объясниться с Эваном.

Дженни тяжело вздохнула и вышла на середину комнаты:

— Девочки, послушайте! Наше сегодняшнее занятие подходит к концу, и я хотела бы поговорить с вами. — Болтовня учениц стихла, а взгляды устремились в ее сторону. — Во-первых, я хотела бы сказать, что вы молодцы. Результаты, которых вы достигли всего за пару недель, невероятны. Надеюсь, вам всем нравятся ваши работы?

Девочки энергично закивали.

— Замечательно! Тогда мы хотели бы предложить вам более сложное и интересное задание. Изначально планировалось, что благодаря нашим занятиям каждая из вас сможет сшить собственное лоскутное одеяло. Но это большой и сложный проект. А как насчет того, чтобы сделать общее одеяло, для которого каждая из вас сошьет несколько секций. Ваш индивидуальный кусочек будет рассказывать об истории вашей семьи, а сшитые воедино, они расскажут нам об истории Керри-Спрингс и людях, которые здесь жили. Многие из вас уже используют для своих проектов веши родственников. Это замечательно. Вы можете вышить их имена, тогда мы узнаем, кому какая ткань принадлежала. — Она оглядела группу. — А теперь миссис Перри расскажет вам подробнее о самом проекте.

— Здравствуйте, миссис Перри, — хором сказали девочки.

— Надеюсь, вас заинтересовала наша идея запечатлеть историю города на лоскутном одеяле, — с улыбкой начала она. — Мы также предлагаем каждой из вас написать небольшое эссе о члене вашей семьи, который внес свой вклад в историю города. Перед Днем основателей мы проведем конкурс ваших сочинений, и победители получат призы. Кроме того, законченное одеяло Дженни и Эллисон повесят в витрине «Потайного стежка», чтобы все жители могли им любоваться и видеть, как здорово вы потрудились. Вам нравится наша идея?

Девочки радостно закивали.

— Да, да, это так интересно, — повторяли они.

— Замечательно. Тогда у нас есть три месяца, чтобы закончить этот проект. Вы продолжите работать здесь, но также вы должны будете расспросить родных об истории вашей семьи, послушать истории бабушек и дедушек и выбрать человека, о котором захотите написать эссе. Удачи вам всем!

Девочки отложили шитье и принялись радостно обсуждать будущую совместную работу, советоваться, рассказывать подругам о том, что они сделают в первую очередь.

Дженни обернулась на звук колокольчика, висевшего над дверью, и увидела Эвана. Ей предстоял непростой разговор.

Эван с грустью смотрел, как Дженни ходит от стола к столу, проверяя, как идут дела, подбадривая и подсказывая, как проще справиться со сложной работой. Неудивительно, что девочки ее обожали. Как и все остальные вокруг. Он вдруг почувствовал себя очень одиноким.

Грейси заметила отца и бросилась к нему на шею:

— Папочка, папочка, а знаешь что?

— Что?

— Мы все вместе будем шить большое лоскутное одеяло! А еще будет конкурс эссе! Мне нужна старая одежда дедушки, потому что я хочу написать о том, как он переехал сюда из Ирландии, и твоя, и дяди Метта!

— Так ты теперь работаешь над новым проектом? — не совсем понимая, что происходит, переспросил он, глядя на Дженни поверх головы дочери.

К ним подошла Эллисон и взяла Грейси за руку:

— Пойдем поедим мороженого в кафе, Дженни и твоему папе нужно поговорить.

— Конечно, — обрадованно кивнула девочка. — Папочка, мне можно пойти?

Эван достал из кармана несколько долларов и протянул их дочери.

— Да, но только один шарик, и не задерживайся надолго, — сказал он и, проводив Грейси взглядом, повернулся к Дженни: — Итак, похоже, нам нужно поговорить.

— Да.

— Здесь есть место, где мы могли бы все обсудить наедине? — спросил он, взглянув на женщин, с любопытством косившихся на них.

— Но я не могу оставить Милли одну.

— Иди, дорогая, все будет в порядке, — подбодрила ее Милли.

Эван ожидал, что они отправятся в кабинет Дженни, но вместо этого она открыла другую дверь, за которой скрывалась скрипучая лестница, ведущая в ее квартиру.

Оглядевшись, он подошел к большому окну и сказал:

— Отсюда видно всю Мейн-стрит.

— Я согласилась на это жилье только ради вида, — рассмеялась Дженни.

Эван перевел взгляд на нее и вновь почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Она была удивительно хороша в своих узких черных джинсах и приталенной зеленой блузке. Ее золотистые волосы струились по плечам, а большие карие глаза сияли.

Он отвел взгляд, стараясь сосредоточиться:

— Итак, насчет изменения в планах?

— Ты был прав, — вздохнула Дженни.

— Насчет чего?

— Грейси действительно слишком маленькая, чтобы шить такой сложный узор, как «Обручальное кольцо».

— Разве я не говорил об этом с самого начала?

— Да, но ты не обращал внимания на все остальное. На то, что твоя дочь уже подросла и ей нужно немного независимости. А еще ей нужно было хотя бы попытаться начать шить то одеяло, чтобы убедиться в том, что без практики и соответствующего опыта она не справится. Посмотри на нее, разве ты не видишь, как она изменилась всего за пару недель?

— Да, она стала счастливее. Но наверное, сейчас она в полном отчаянии из-за того, что не может закончить одеяло Меган.

— Она обязательно закончит его, когда немного подрастет. Она сама решила, что нужно подождать. А еще она получила то, в чем по-настоящему нуждалась.

— Что?

— Твое внимание.

— Я всегда уделял ей внимание, — возмутился Эван.

— Да, но на твоих условиях. Грейси растет, ей нужно общение, и не только в школе. Эти занятия очень полезны для нее.

— Не забывай, что я разрешил ей провести ту безумную пижамную вечеринку. — Он помолчал. — Я просто хочу защитить ее.

— Конечно. И она всегда будет нуждаться в твоей защите и любви.

— У нее было и то и другое со дня ее рождения, — с грустью ответил Эван. — И я надеялся, что ей никогда не придется усомниться в этом. Бывали дни, когда Грейси оставалась единственной причиной, по которой я заставлял себя открыть глаза и встать с постели.

— Ты помог ей пережить смерть матери. А теперь она хочет помочь тебе, хоть и не понимает как.

— Похоже, ты уже много знаешь о ней.

— Иногда с незнакомым человеком проще делиться секретами, чем с близким.

— Дело не в том, что ты незнакомка. С тобой просто найти общий язык. Спасибо тебе за то, что помогаешь Грейси. И особенно за вечеринку с ночевкой.

Его слова заставили Дженни вспомнить об их поцелуе. И она хотела большего, хоть и знала, что это плохая идея. Она на секунду представила себя частью его дружной любящей семьи, как раз такой, о какой она всегда мечтала, и печально вздохнула:

— Не нужно вспоминать об этом, Эван. Если мы сделаем следующий шаг, то пути назад уже не будет. Ты не готов к этому.

— К чему? К тому, чтобы поцеловать тебя еще раз? Черт побери, ты не представляешь себе, насколько сильно ошибаешься. — Он приблизился к ней. — И если ты будешь честна с собой, то поймешь, что тоже этого хочешь.

— Это не значит, что это правильно.

— Нет, не значит. Сейчас вся моя энергия уходит на то, чтобы заботиться о дочери и поддерживать ранчо на плаву, но, Дженни, я ни на секунду не могу прекратить думать о тебе. Эти мысли будят меня по ночам. Я хочу обнимать тебя, целовать…

— О, Эван, что ты делаешь со мной? — Она уперлась руками ему в грудь, не давая приблизиться. — Мы не можем начать встречаться, мы слишком разные. Я собираюсь вернуться в Сан-Антонио, а ты…

А он еще пару недель назад мог бы поклясться, что не собирается завязывать отношения ни с одной женщиной. Но все уже произошло.

— Ты права во всем. Это полное безумие.

— Впервые мы в чем-то пришли к согласию. Пока между нами был лишь один поцелуй. Мы еще не причинили друг другу никакого вреда.

Если не считать бессонницы, временного помутнения рассудка и бесконечного количества нервных клеток.

В дверь деликатно постучали. На пороге появилась Милли:

— Прости, Дженни, тебе звонят.

— Пусть оставят сообщение.

— Но он говорит, что это важно. Это Тодд Ньюсом.

Эван заметил, как побледнела Дженни, услышав это имя.

— Что-то не так? — обеспокоенно спросил он.

— Нет, все в порядке. — Она покачала головой, отстраняясь, и вышла их комнаты.

Ему не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней. Похоже, Дженни не собиралась рассказывать ему, что происходит.

На мгновение она остановилась и обернулась к нему:

— Будет лучше, если ты сейчас сосредоточишь все свое внимание на дочери, Эван. Через пару месяцев я уеду из города, вернусь на работу. И все закончится.

Не дав ему ответить, она развернулась и бросилась вниз по лестнице. Когда он догнал ее, она уже отошла в дальний угол и разговаривала по телефону.

Дженни молила Бога о том, чтобы больше никогда не слышать голос Тодда, но, похоже, он не внял ее молитвам. Ее сводный брат отравил ей не только детство, периодически он появлялся в ее жизни, круша все вокруг.

— Чего ты хочешь, Тодд? — холодно спросила она.

— Разве так следует приветствовать старшего брата, сестричка?

— Ты мне не брат. И я думала, что ты до сих пор тюрьме.

— Меня выпустили раньше за хорошее поведение.

— Замечательно. Счастливой тебе жизни и прекрати создавать мне проблемы.

— Эй, полегче, сестричка. Не стоит быть такой суровой, что скажет мама?

— Позвони ей, и сам узнаешь, а мне нужно возвращаться к работе.

— Я хочу сделать то же самое, но для этого мне нужна работа. Может быть, кто-нибудь из твоих богатеньких друзей наймет меня?

Откуда он знает о ее друзьях и ее жизни? Черт побери, это все мать! Наверное, в одном из разговоров она упомянула ее работу у Касалли.

— Я не буду просить своих друзей дать тебе работу. На тебя нельзя положиться. Кстати, разве твой полицейский надзиратель не должен помочь тебе с поиском?

— Я, знаешь ли, не собираюсь мыть посуду или драить полы.

— Почему? Это честная работа.

— Я думаю, ты можешь найти для меня что-то получше.

— Нет. Много лет назад я сказала тебе: оставь меня в покое.

— Очень плохо, сестричка. Ты у меня в долгу, и на сегодняшний день ты мой лучший вариант. Разве тебе сложно помочь члену своей семьи?

— Мы никогда не были семьей, так что держись от меня подальше.

Когда она клала трубку на рычаг, ее руки тряслись. Нет, она больше не даст ему вмешиваться в ее жизнь. Хватит! Она обернулась и увидела, что Эван обеспокоенно смотрит на нее.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

— Конечно, — кивнула она, заставив себя улыбнуться.

Колокольчик над дверью объявил о возвращении Эллисон и девочек.

— Папочка, нам нужно ехать домой! — заявила Грейси. — Я должна собрать ткань для моей части одеяла.

— Не волнуйся, до следующего занятия еще целая неделя.

— Да, но у остальных девочек есть мамы, которые помогут им выбрать материал. А еще дедушка сегодня готовит спагетти, и он велел привезти Дженни, которая должна попробовать его коронное блюдо и белый хлеб. Пожалуйста, папочка!

Эван с улыбкой повернулся к Дженни:

— Похоже, тебе не оставили выбора. Принимаешь ли ты приглашение на семейный ужин Рефферти?

Это была не слишком хорошая идея, но Дженни не хотела сейчас оставаться одна. Кроме того, Грейси была бы ужасно разочарована, если бы она отказалась.

— Конечно, с удовольствием.

Глава 8

Дженни безумно хотела забыть о Тодде. Похоже, время совершенно не изменило его. Осталось надеяться, что она смогла убедить злобного сводного братца оставить ее в покое.

— Дженни, — позвала ее сидящая на заднем сиденье Грейси. Они ехали на ранчо Рефферти.

— Да, милая?

— Все девочки думают, что мне очень повезло, потому что ты будешь помогать мне с проектом.

— Тебе, как и всем остальным, нужна помощь в работе над проектом, так что все честно, — улыбнулась она.

— Папа, а можно я возьму одну из твоих рубашек? Ту, которая нравилась маме.

Эван удивленно посмотрел на дочь. Мег нравилась одна из его рубашек? Она никогда не говорила ему об этом.

— Конечно. Но тебе придется напомнить мне, какая именно рубашка ей нравилась.

Он заметил внимательный взгляд Дженни.

— Та, которую ты одевал, когда мы ходили в церковь на пасхальную службу.

— Тогда я обязательно найду ее для тебя, — пообещал Эван, услышав печаль в голосе дочери. — Последнее время я не слишком часто хожу в церковь, — пояснил он Дженни.

— Священник говорил, что, если кто-то сделал что-то плохое, он должен покаяться. Что значит каяться, папа?

— Это значит просить прощение за то, что поступил неправильно, — объяснил Эван, размышляя, чем вызван неожиданный вопрос.

— А если человек очень-очень плохо ко мне относится, я все равно должна просить прощение? И не только ко мне. Аарон Якобс плохо обращается со всеми. Он довел Сару до слез.

— Ты рассказала об этом учителю? — нахмурился Эван.

— Да. Но он все равно обижает девочек.

— Тогда я сам поговорю с ним и с его родителями.

— Правда?

— Конечно, Грейси. Ты должна была раньше рас сказать мне об этом.

Он остановил грузовик у ранчо, вышел из машины и помог выйти Грейси.

Присев на корточки перед дочерью, он заглянул ей в лицо:

— Грейси, если тебе что-то нужно или у тебя проблемы, ты всегда должна говорить мне об этом. Я помогу тебе.

Девочка отвела взгляд.

— Что не так?

— Мамочка говорила, что я не должна беспокоить тебя по пустякам, потому что у тебя очень много работы, — тихо ответила Грейси.

Эван с трудом сдержал гнев.

— Запомни хорошенько, Грейси Анна Рефферти. Я никогда не буду слишком занят для тебя! — строго произнес он.

На лице девочки засияла радостная улыбка.

— Хорошо, папочка!

— А теперь отнеси дедушке хлеб, он его ждет.

Эван печально смотрел ей вслед. Неужели все эти годы он был настолько далек от своей семьи? Или Мег специально не давала ему сблизиться с дочерью? Он знал, что их брак не был идеальным, но почему она не хотела, чтобы он стал хорошим отцом для Грейси?

— Эван, с тобой все в порядке? — встревоженно спросила Дженни.

— Нет. Моя собственная дочь боится просить меня о помощи.

— Очень многие дети в первую очередь идут к своим матерям.

— И ты тоже? — Внезапно он вспомнил фразу Дженни о том, что ее мать всегда была слишком занята, чтобы обращать внимание на ее проблемы. — Как ты боролась с хулиганами?

— В основном мне приходилось справляться самой.

— А твои отец?

Дженни отвела взгляд, стараясь скрыть свою грусть:

— Его никогда не было в моей жизни.

— Мне очень жаль, Дженни. — Он вспомнил о хулигане и сжал кулаки. — Но я не позволю этому негодяю Аарону больше донимать девочек. Нужно поговорить с этим мальчишкой.

— Как учитель, хочу предупредить, что это не самая лучшая идея. Для начала тебе следует поговорить с Лили Перри. Она директор школы и может взять ситуацию под контроль. Если это не поможет, тогда придется поговорить с родителями мальчика.

Эван кивнул, осознавая, как мало знает об этой сфере жизни дочери.

— Спасибо, Дженни. Наверное, если бы об этой проблеме узнала Меган, она бы даже не стала мне говорить. Теперь ты знаешь, что наш брак был далек от идеала.

— Мне жаль, Эван. Зато сейчас у тебя есть шанс стать для Грейси рыцарем на белом коне.

— А кто был твоим рыцарем, Дженни? — тихо спросил он, заглянув в ее карие глаза.

— Не всем девочкам повезло иметь своего рыцаря.

Эван не мог оторвать глаз от Дженни. Она была такой милой, нравилась всем вокруг. Грейси была совершенно счастлива, когда Дженни приезжала к ним в гости. Он не помнил такой теплой, семейной и веселой атмосферы во время семейных ужинов с Мег. По правде говоря, его жена не слишком любила устраивать семейные ужины. Она предпочитала проводить время одна или с дочерью. Почему раньше он не замечал этого? Неужели он был настолько занят собой?

Очередной взрыв смеха прервал его невеселые размышления.

— Папочка, оказывается, Дженни знает столько смешных историй. А ты знаешь какой-нибудь анекдот? — спросила Грейси.

— Ну, вот, например, как заставить хот-дог стоять? — произнес Эван после минуты раздумья.

— Как? — Глаза дочери загорелись в предвкушении шутки.

— Нужно просто украсть его стул.

Дженни и Грейси застонали, не в силах больше смеяться.

— Я тоже знаю один! — воскликнула Грейси. — Где снеговик держит свои деньги?

— Не знаю, где?

— В снежном банке!

Эван весело рассмеялся и погладил малышку по голове.

— Это очень весело, правда, папа? Может быть, после обеда во что-нибудь поиграем?

Эван с удивлением посмотрел на дочь. Она не слишком часто предлагала поиграть вместе с ней.

— Конечно, — с улыбкой кивнул он. — Но для начала нужно прибрать со стола, правда?

— Я помогу, — сказала Дженни, вставая.

— Я тоже. — Грейси подхватила свою тарелку и побежала на кухню вместе с Эваном, который нес целую стопку посуды.

Дженни нравилось смотреть на то, как мило они общаются. Она собрала со стола остатки посуды и последовала за ними. Син уже начал загружать посудомоечную машину.

— Эй, повару не полагается мыть посуду!

— Прекращу, как только загружу эту партию, — улыбнулся он.

Дженни услышала смех и увидела, как Грейси что-то весело рассказывает отцу.

— Мое сердце радуется, когда эти двое так счастливы, — улыбнулся Син. — И это все благодаря тебе, девочка. Жаль, что иногда мой сын не видит того, что находится у него под самым носом.

— Они сблизились бы и без моей помощи, — покачала головой Дженни. — Просто на это потребовалось бы немного больше времени. Но Эван хочет быть частью жизни Грейси, а значит, так и будет.

— Это могло бы произойти много лет назад, если бы не Меган. Жаль, что их с Эванам брак оказался неудачным. Они никогда не были идеальной парой, какой их считали в городе. Зато у них получился идеальный маленький ангел, — улыбнулся он, глядя на внучку.

— Грейси замечательная девочка, и она очень любит своего отца.

— И Эван ее обожает, хоть и не всегда показывает это. Слишком часто ему приходилось скрывать свои чувства, и теперь это вошло у него в привычку.

— Думаю, Эвану очень повезло, что у него есть вы с Меттом и Грейси.

Син крепко обнял ее:

— Девочка, у тебя все мы тоже есть. Любой отец был бы счастлив иметь такую дочь, как ты.

Дженни почувствовала, как ее глаза наполняются слезами.

— Спасибо большое. Что ж, давайте наконец включим посудомоечную машину, иначе не успеем поиграть с Грейси до того, как ей будет пора ложиться спать.

* * *

Два часа спустя грузовик Эвана затормозил в переулке около «Потайного стежка».

Дженни уже собралась выходить, когда Эван вдруг взял ее за руку:

— Я хотел бы поблагодарить тебя. Я никогда не проводил вечер так замечательно. А Грейси… я уже очень давно не видел ее такой счастливой.

— Она счастлива, потому что ты уделяешь ей внимание.

— А ты, Дженни? Возможно, тебе тоже нужно немного внимания? — Казалось, время застыло, когда Эван осторожно притянул ее к себе, провел горячими руками по ее шее и плечам. — Потому что мне очень нужно твое внимание.

— Я думала, мы решили, что не станем этого делать? — Она сделала слабую попытку отстраниться.

— Прости, но я ничего не могу с собой поделать.

Дженни поняла, что тоже больше не в состоянии сдерживать чувства, охватывавшие ее каждый раз, когда она оказывалась рядом с Эваном. Это было выше ее сил. Когда их губы встретились, она не смогла сдержать стон наслаждения. Приоткрыв рот, она позволила его языку проникнуть внутрь. Его пальцы скользнули по ее волосам, по шее, превращая огонь ее желания в настоящий пожар. Она попыталась взять эмоции под контроль, но поняла, что в этой битве ей не победить — слишком сладостным было поражение.

Собрав остатки силы воли, она заставила себя отстраниться.

— Нам нужно остановиться, — пробормотала она.

— Это последнее, чего я сейчас хочу.

— Нет, тебе пора возвращаться домой. Тебя ждет Грейси.

— Моя дочь крепко спит. Сейчас время для более взрослого общения.

Эван притянул Дженни ближе к себе. Его рука скользнула под ее блузку, нашла грудь. Он еще никогда так страстно не хотел ни одну женщину.

— Ох, Дженни, что ты со мной делаешь?

— Ты сам это начал.

Эван хотел ответить, но что-то за спиной Дженни отвлекло его внимание.

— В магазине кто-то есть, — прошептал он, пристально всматриваясь в темноту окон.

Он тихо вышел из машины и еще раз оглядел окна «Потайного стежка».

— Вызывай шерифа! — прошептал он.

— Нет, Эван! — воскликнула Дженни, поймав его за руку. — Не ходи туда!

— Просто позвони ему, все будет хорошо, — пообещал он и исчез в проеме двери.

Трясущимися руками Дженни набрала 911.

— Алло, мне нужна помощь! Кто-то вломился в мой магазин «Потайной стежок», который находится на Мейн-стрит. Пожалуйста, пришлите кого-нибудь как можно скорее.

— Мисс, вы находитесь внутри магазина или снаружи?

— Снаружи, в переулке около черного хода, но мой друг пошел внутрь.

— Оставайтесь там и никуда не ходите, патрульная машина уже выехала.

Дженни собиралась отключить телефон, как вдруг увидела, как дверь магазина открылась и из нее выбежал одетый в черное человек.

— Алло, из магазина только что вышел человек! Он бежит вниз по улице к Мейпл-авеню.

— Понятно, мисс, я пошлю туда офицера.

Дженни перевела взгляд на дверь в ожидании Эвана. Но его не было. Господи, а вдруг он ранен? Она выскочила из машины и бросилась в магазин.

— Эван! Господи, пожалуйста, пусть с тобой все будет в порядке! Эван!

Она услышала стон и тихое проклятье. Пошарив ладонью по стене, она включила свет и увидела поднимающегося с пола Эвана.

— Что произошло? Ты ранен?

— Не знаю, этот подлец ударил меня сзади по голове чем-то чертовски тяжелым. Голова болит адски. Не могу поверить, что позволил ему подкрасться ко мне сзади.

— А я не могу поверить, что позволила тебе вообще сюда входить, тебя могли ранить или даже… — Дженни вытерла слезы.

— Дженни, все хорошо, — прошептал он, протянув к ней руку.

Но тут раздался крик «Ни с места, полиция!» и в магазин ворвался рослый офицер Чак Рейнольдс с пистолетом в руках.

— Эван, Дженни, как вы? С вами все в порядке?

— Нет, Эван ранен. Его необходимо осмотреть.

— Со мной все в порядке. Чак, нам нужно поговорить.

Дженни никак не могла унять дрожь. Еще никогда в жизни ей не было так страшно. Оглядевшись, она поняла, что от рук взломщика пострадал не только Эван. Рулоны с тканями были в беспорядке, а касса была вскрыта. Хорошо, что перед закрытием магазина Милли отнесла деньги в банк.

Нужно было срочно проверить, что творится в ее квартире. На лестнице ее догнал Эван:

— Дженни, тебе пока не стоит туда ходить.

— Конечно, стоит! Там ведь все мои вещи. Их не слишком много, но они мои.

— Я тоже иду с вами! — крикнул Чак. — Я должен составить список всех пропавших вещей и опечатать помещение, так что ничего не трогайте.

Дженни кивнула и открыла дверь в комнату. Эван услышал испуганный вздох, когда она увидела, в каком плачевном состоянии находится ее квартирка: перебитая посуда вперемешку с вещами валялась на полу, мебель была перевернута, матрас на кровати изрезан.

— Сколько вас не было в магазине?

— Около трех часов. Я была на ранчо Рефферти.

— В нашем городке так редко случаются кражи. Возможно, это работа какого-нибудь бродяги, который хотел найти денег на наркотики? — предположил Чак, с недоумением осматриваясь.

Дженни нагнулась и подняла с пола свою любимую шкатулку, которую в детстве называла своим «сундучком с сокровищами». По ее щеке прокатилась слеза. Все это было так ужасно.

— Он забрал подвеску, которую мне в прошлом году подарили Алекс и Эллисон, — золотое сердечко с сапфиром в центре.

— Что-нибудь еще пропало?

— Украшения. И около трех сотен долларов, — добавила Дженни, заглянув в ящик комода. Она подобрала завалившегося под кровать и выглядевшего весьма потрепанным плюшевого мишку и прижала к груди. — Кто мог это сделать?

На секунду она замерла, словно ее поразила страшная догадка. Она встретилась взглядом с Эваном, внимательно наблюдавшим за ней, но тут же отвела глаза.

— Мне нужно позвонить Эллисон и рассказать ей о том, что случилось. — Она развернулась и быстро вышла из комнаты.

— Что подсказывает твое полицейское чутье? — поинтересовался Эван у Чака.

— Ничего, кроме того что кому-то срочно понадобились деньги. — Он еще раз оглядел комнату. — Странно другое. Почему магазин почти не пострадал, а здесь все разгромлено? — Он внимательно посмотрел на Эвана. — Скажи, у Дженни есть враги?

Глава 9

П ару часов спустя Дженни сидела в приемной больницы, дожидаясь, когда Эвана осмотрит врач. Было уже одиннадцать вечера, она чувствовала себя измотанной и опустошенной. Недавние события потрясли ее.

— Дженни Коллинс. — К ней подошла медсестра.

— С Эваном все в порядке? — взволнованно спросила она, вставая.

— Доктор ответит на все ваши вопросы, пойдемте.

Она отвела Дженни в кабинет, где на столе для осмотра сидел Эван. Без рубашки. О господи!

Дженни отвела глаза, чувствуя, как полыхают ее щеки, и попыталась вспомнить, как дышать. Как он красив! Не выдержав, она снова взглянула на его широкие плечи, мускулистый плоский живот, сильные руки.

Заметив ее реакцию, он улыбнулся:

— Доктор сказал, что я выживу, так что можешь прекратить волноваться.

— Замечательно!

В кабинет вошел пожилой полный мужчина.

— Здравствуйте, я Чарли Михаельс, но все зовут меня доктор Чарли. Я лечу этого мальчишку и его брата всю их жизнь, но, похоже, они так и не научились держаться подальше от неприятностей.

— Приятно познакомиться, доктор, я Дженни Коллинс. Это я виновата в том, что Эван пострадал. Я управляю магазином, в котором на него напал грабитель.

— Ты ни в чем не виновата, Дженни, — возмутился Эван. — И я рад, что ты не оказалась там одна.

— А ты не должен был врываться внутрь и строить из себя героя.

— Док, мне уже можно идти? — недовольно поинтересовался Эван.

— Да, но не забывай, что у тебя небольшое сотрясение, так что постарайся поберечь себя хотя бы ближайшие пару недель. И еще нужно найти того, кто отвезет тебя домой и ночью будет раз в несколько часов проверять твое состояние.

— Я все сделаю, — пообещала Дженни, которая все еще чувствовала себя виноватой за то, что Эван пострадал.

— Ты счастливчик, Эван Рефферти, — широко улыбнулся доктор. — Что ж, раз ты в хороших руках, я пойду проверю пациентов, которые нуждаются в моем внимании куда больше, чем ты.

Попрощавшись, он вышел из комнаты. Эван встал и начал одеваться. Ему было непросто держаться на ногах, голова раскалывалась, но он был рад, что Дженни не пострадала. Сейчас главное не допустить, чтобы она ночевала одна в магазине, пока подонка не поймают.

— Прости, Эван, я не собиралась напрашиваться к тебе на ночь, — смущенно сказала Дженни. — Я подвезу тебя до ранчо и сдам с рук на руки Сину, он присмотрит за тобой гораздо лучше.

— Ну уж нет! — возмутился Эван. — Ты обещала доку позаботиться обо мне, а обещания надо выполнять. И ты не можешь сегодня вернуться домой — там все опечатано полицией, кроме того, это небезопасно.

Он подошел к Дженни и взял ее за руки:

— Грабитель до сих пор не пойман. Он может оказаться каким-нибудь сумасшедшим наркоманом или убийцей. Ты должна остаться на моем ранчо.

— Я могу поехать к Эллисон.

— Нет. Я уже позвонил отцу и рассказал ему о том, что случилось. Он знает, что ты приедешь вместе со мной. Комната уже готова, и в этот раз тебе не придется делить ее с шестью маленькими девочками. Поехали. — Не дав ей шанса возразить, он взял ее за руку и повел через больничный холл к парковке.

Эван больше не собирался оставлять Дженни одну. Она должна была находиться рядом с ним, чтобы он мог ее защитить.

Так как взять вещи из квартиры, которая теперь была местом преступления, Дженни не могла, они заехали в круглосуточный магазин, чтобы купить все необходимое. Эван настоял на том, чтобы самому вести машину, так что у Дженни появилась возможность позвонить Эллисон и предупредить ее, что на ночь она останется на ранчо Рефферти. Подруга в свою очередь рассказала ей о том, что в магазине продолжается полицейская экспертиза.

— Если хочешь, ты можешь остаться на ночь у нас, — предложила Эллисон.

— Нет, спасибо, сегодня ночью я должна присмотреть за Эваном: у него сотрясение, и первые несколько часов ему лучше не оставаться одному.

— Хорошо. Кстати, завтра «Потайной стежок» тоже будет закрыт, так что на работу можешь не торопиться.

— Я могу помочь с уборкой.

— Поверь, справимся и без тебя. Лучше приезжайте вечером к нам на ужин вместе с Эваном и Грейси.

— Обязательно.

— Береги себя. И Рефферти. — На последней фразе голос Эллисон стал игривым.

— Хорошо. — Дженни попрощалась и повернулась к Эвану: — Эллисон и Алекс решат все вопросы с полицией и приведут в порядок магазин. Мы завтра приглашены к ним на ужин. И Грейси тоже.

— Я рад, что они стараются помочь тебе. Не забывай, ни в чем из того, что случилось, нет твоей вины.

Дженни совсем не была в этом уверена. Мысли о Тодде не покидали ее ни на минуту.

В окнах дома горел свет. На кухне за столом сидел Син. Когда они вошли, он поднялся им навстречу. Он внимательно оглядел сына с ног до головы, а затем крепко обнял его и Дженни. Именно такими, теплыми и сильными, она всегда представляла настоящие отцовские объятия.

— Девочка, скажи, что ты не пострадала.

— Син, вам следует волноваться об Эване. А еще вы должны серьезно поговорить с ним о том, что не стоит вламываться в помещение, где скрывается опасный преступник.

— Вряд ли это поможет. Мы, Рефферти, все очень упрямые — это наша семейная черта. Идите спать, я буду здесь на случай, если вам что-то понадобится.

Эван кивнул, взял Дженни за руку и повел вверх по лестнице. Это вышло у него так естественно, словно они уже давно были парой и всегда вместе отправлялись спать.

Дженни помотала головой, отгоняя эти ненужные мысли.

Эван открыл дверь в маленькую уютную комнату. Она могла быть одновременно спальней и кабинетом. У дальней стены стояла кровать с горкой подушек, а с другой стороны письменный стол и ряды полок с книгами.

— Если тебе будет здесь неудобно, можешь занять мою комнату. Все равно я сегодня не засну.

Дженни нахмурилась:

— Ну уж нет, я не могу спать в твоей постели… То есть я не могу отобрать у тебя комнату. Эта кровать тебе не подойдет, она слишком маленькая, а ты должен хорошо отдохнуть.

Эван притянул ее к себе и с лукавой улыбкой заглянул в глаза:

— Я бы не отказался рискнуть, лишь бы ты ждала меня в ней.

Он наклонил голову и нашел губами ее губы. Мысли о том, что она не должна позволять ему делать это, вылетели из головы Дженни, как только она почувствовала его жаркое дыхание на своей коже. С тихим стоном Эван крепче обнял ее, прижимая к себе, и она почувствовала, как сильно его желание.

— Ты просто убиваешь меня, Дженни, — выдохнул Эван, усилием воли заставляя себя оторваться от ее губ.

— Не забывай, что ты это начал.

— Ты не должна быть ко мне так жестока. Я ранен.

Дженни тут же испуганно отстранилась:

— Прости, тебе больно?

— Зависит от того, какую часть моего тела ты имеешь в виду.

— Хватит, тебе нужно отдыхать. Возвращайся в свою комнату и ложись спать.

— Ты уверена?

Раньше Дженни слишком легко соглашалась сделать следующий шаг в отношениях, и ничем хорошим это не заканчивалось. Теперь она должна была все серьезно обдумать.

— Да. Но мне нужно в чем-то спать. У тебя нет лишней пижамы?

— Со своей последней пижамой я расстался, когда мне исполнилось восемь. Тебя устроят шорты и футболка?

— Конечно, — кивнула она, стараясь не думать о том, что же Эван надевает, когда ложится в постель. Или не надевает.

Через пару минут он вернулся и вручил Дженни белую футболку и шорты.

— Вот это лучшее, что я могу тебе предложить. Спокойной ночи, Дженни. — Он повернулся, чтобы уйти, но задержался в дверях. — Боксеры.

— Что?

— С тех пор как у меня появилась маленькая дочь, я сплю в боксерах. Не хочу, чтобы ты лежала без сна, гадая, в чем же я сплю, — усмехнулся он и вышел из комнаты.

Солнце только выглянуло из-за горизонта, а Дженни уже вскочила. Было еще только пять тридцать утра, но она больше ни минуты не хотела оставаться в постели. Этой ночью ей не удалось нормально поспать, потому что каждые два часа она вставала, чтобы проверить, как себя чувствует Эван. В последний раз он заявил, что у него все прекрасно и, если она немедленно не вернется в собственную постель, он придумает, как иначе занять время.

Еще ни одного мужчину она не хотела так страстно, как Эвана. Она была готова, более чем готова для следующего шага, но… Все предыдущие отношения закончились провалом, и это сделало ее очень осторожной. Она не знала, как совместить свое желание быть с Эваном и работу с Сан-Антонио. Он должен был заботиться о дочери и заниматься ранчо. А после ограбления, в котором, возможно, был замешан ее сводный брат, все еще больше усложнилось.

Решив, пока не думать об этом, Дженни быстро приняла душ, оделась и направилась на кухню, чтобы помочь Сину готовить завтрак.

Спускаясь по лестнице, она почувствовала запах яичницы с беконом, услышала голоса и поняла, что ее помощь уже не требуется. Из кухни выглянул Син и помахал ей рукой:

— Я был уверен, что слышал шаги. Доброе утро, девочка, иди к нам.

— Доброе утро, Син. Я пришла помочь с завтраком, но вы, похоже, прекрасно справились сами.

Она оглядела стол, уставленный тарелками с яичницей и беконом, блюдо с хот-догами и большой яблочный пирог.

— Доброе утро, Дженни! — воскликнул Метт, с улыбкой поднимаясь из-за стола. — Теперь я знаю, что мне нужно для хорошего начала дня.

— Поосторожнее, братец, — посоветовал Эван. — Эта девушка слишком умна, чтобы обращать внимание на твои ухаживания.

Вдруг Эван оказался совсем рядом, и на секунду Дженни показалось, что он хочет поцеловать ее, но этого не произошло.

— Как тебе спалось? — спросил он.

— Хорошо. Как ты себя чувствуешь?

— Замечательно. Головная боль прошла.

— А как же иначе, ведь сегодня ты обещал помочь мне перегнать и клеймить скот, — напомнил Метт.

— Возможно, вам пригодится дополнительная пара рук? — спросила Дженни.

Братья Рефферти в изумлении уставились на нее.

— Ты шутишь, да? — пробормотал Метт.

— Я часто помогала отчиму на ранчо. Для него не имело значения, что я девочка, я должна была работать вместе со всеми. — В последней фразе Эван почувствовал нотки горечи. — Дайте мне пару перчаток и шляпу, и я покажу вам, чего стою.

Метт театрально опустился на одно колено:

— О, Дженни, ты девушка моей мечты, умоляю, выходи за меня замуж!

— Я подумаю, — рассмеялась она, краем глаза заметив недовольную гримасу на лице Эвана.

— Может, немного отложим ваше обручение, — посмеиваясь, предложил Син. — Завтрак стынет.

— А что происходит? — В дверях стояла все еще одетая в пижаму Грейси. — Дженни! Как ты тут оказалась?

— Сегодня я ночевала в комнате для гостей. Похоже, вчера в мою квартиру кто-то вломился… — Она нерешительно взглянула на Эвана, не зная, все ли может рассказать его дочери.

— Грейси, вчера кто-то ограбил «Потайной стежок» и квартиру Дженни, поэтому я предложил ей переночевать у нас, — серьезно объяснил Эван девочке.

Грейси подошла к Дженни и крепко обняла ее:

— Я рада, что с тобой все хорошо и что ты здесь. Может, останешься с нами подольше?

— Мой магазин будет закрыт всего один день, завтра я должна буду вернуться на работу, а сегодня помогу твоим папе и дяде перегонять скот.

— Папочка, а можно я не пойду в школу и тоже вам помогу? — спросила малышка.

— Прости, солнышко, не сегодня. Но если ты быстро сделаешь всю домашнюю работу, вечером мы поедем в гости к Касалли, договорились?

— Конечно! Я все сделаю! Спасибо, папочка!

— А я помогу тебе, — предложила Дженни, чем привела малышку в полный восторг.

С улыбкой, которая вряд ли смогла бы стать еще шире, она устроилась за столом рядом с Сином и занялась яичницей.

Чудесное, теплое чувство переполнило сердце Эвана. Он хотел запомнить этот замечательный момент. Он и так слишком многое упустил в жизни дочери и больше не собирался терять ни мгновения. Его больше не устраивали те отношения, которые были между ним и Грейси, когда Мег была жива. Он собирался завоевать сердце маленькой девочки.

Через пару часов Дженни и Эван проводили Грейси к месту, откуда ее каждое утро забирал школьный автобус.

— Пообещай мне, что, когда я вернусь из школы, ты все еще будешь здесь, — потребовала Грейси.

— Обещаю, — улыбнулась Дженни.

Когда школьный автобус скрылся из вида, Эван притянул Дженни к себе и поцеловал так нежно и страстно, что у нее закружилась голова.

— Так я хотел поприветствовать тебя сегодня утром. Но на кухне на тот момент было слишком людно.

— Лучше поздно, чем никогда. А сейчас нам нужно возвращаться на ранчо и приступать к работе.

— Ты так любишь перегонять скот или просто избегаешь меня?

— Я не избегаю тебя, Эван. Просто думаю, что наши отношения развиваются слишком быстро.

— Разве не мужчина должен произносить эту фразу?

— Я пытаюсь думать о будущем. Я уезжаю через несколько месяцев, у тебя тоже есть своя жизнь…

— Твой отъезд — это уже решено?

Дженни кивнула. Даже наедине с собой она не позволяла себе надеяться на то, что их с Эваном странные отношения могут превратиться в нечто серьезное. Последнее, чего она хотела, — это стать заменой жены или матери. Она хотела быть для Эвана на первом месте, хотела, чтобы без нее он не мог жить…

Не сказав ни слова, Эван направился в сторону конюшни, где их уже ждал Метт.

Глава 10

После трех часов изнурительного труда работа подошла к концу. Они перегнали скот, отделили телят от взрослых животных и развели их по двум отдельным загонам.

Дженни спрыгнула с лошади и чуть не упала. Каждая мышца ее тела дрожала и болела, а ноги едва держали вдруг ставшее невыносимо тяжелым тело. Она уже давно не проводила столько времени в седле и совсем забыла, как это утомительно. Пыль покрывала ее с ног до головы, а между лопатками струился пот, но она была рада, что смогла помочь и не ударила в грязь лицом.

В это время к загонам подъехал грузовик, из которого вышла Эллисон.

— Привет, — помахала ей Дженни. — Что ты тут делаешь?

— Я привезла тебе сменную одежду, — ответила подруга, помахав увесистым пакетом.

— Спасибо большое, вчера я совсем забыла об этом.

— Наверное, твои мысли были заняты чем-то другим? — Эллисон с усмешкой кивнула в сторону Эвана.

Он выглядел просто великолепно в расстегнутой на фуди рубашке, подчеркивающей широкие плечи, и джинсах, облегающих сильные бедра. Рядом с ним ехал Метг, ни в чем не уступавший старшему брату, но все же только при взгляде на Эвана сердце Дженни начинало биться чаще.

— Зря я за тебя беспокоилась, — рассмеялась Эллисон. — Вижу, ты была в хороших руках.

— Я не была ни в чьих руках, — возмутилась Дженни. — Я работала!

— Привет, Эллисон, — поздоровался Эван.

— Я думала, доктор порекомендовал вам обоих хороший отдых, — заметила Эллисон.

— Да, но я прекрасно себя чувствую. Шериф уже связывался с вами? Что известно об ограблении?

— Ничего нового. Алекс звонил шерифу, но они до сих пор исследуют магазин, надеясь найти какие-то улики. Возможно, к концу дня что-нибудь прояснится. — Она еще раз внимательно оглядела Эвана. — Ты уверен, что тебе уже можно работать?

— Я обещал помочь, — пожал плечами Эван и повернулся к брату: — Метт, познакомься, это Эллисон Касалли. Эллисон, это мой младший брат, Метт.

— Очень рад нашей встрече, миссис Касалли.

— Пожалуйста, просто Эллисон. Вам еще нужна помощь Дженни или я могу похитить ее?

— Думаю, мы справимся, — улыбнулся он.

— Тогда мы пойдем в дом, — предложила Дженни.

— Можете заодно узнать у отца, когда будет ланч? — попросил Эван. — Эллисон, вы ведь присоединитесь к нам?

С удовольствием, говорят, Син готовит лучшие барбекю-сандвичи в округе.

— Они действительно очень вкусные, — кивнул Эван, подмигнув Дженни.

— Не могу дождаться, — улыбнулась Эллисон, подхватила Дженни под руку и потащила ее в сторону дома. — Значит, я там сижу, переживаю, а ты тут развлекаешься с красавцами Рефферти, — притворно возмущалась она.

— Я просто помогала им перегнать скот. Если ты хорошенько присмотришься ко мне, то увидишь, что сейчас я вряд ли могу заинтересовать мужчину.

— Дорогая, ты их уже интересуешь: Метт вовсю флиртует, а Эван, похоже, настроен очень серьезно. Он не сводил с тебя глаз.

— Просто я помогаю ему найти общий язык с дочерью, — смутилась Дженни.

— Так же как Алекс когда-то помог мне с Черри.

— Нет, Эллисон, наши отношения с Эваном не похожи на ваши с Алексом. Мы уже говорили об этом, и он знает, что через пару месяцев я уеду.

— Я помню. Но если есть хоть какой-то способ уговорить тебя остаться, дай мне знать. У тебя есть работа в «Потайном стежке», ты учишь девочек шить. Кто будет с ними заниматься, когда ты уедешь?

— Я учительница английского языка, Эллисон, а не швея. Каждый раз, когда я учу кого-то шить, я чувствую себя мошенницей.

— Главное, что дети любят тебя. Ты умеешь находить к ним подход. Ты управляешь замечательным магазином, ведешь курсы и даже находишь время выпить чаю с нашими дамочками.

— Эллисон, милая, мне нравится работать в твоем магазине, но мне ничуть не меньше нравится преподавать в школе.

— Могу поспорить, ты изменишь свое решение, если один мужчина попросит тебя остаться в Керри-Спрингс.

И Дженни знала, что это правда. Знала, что еще немного и она без памяти влюбится в Эвана Рефферти и будет счастлива провести с ним остаток своих дней.

Около пяти Эван остановил свой грузовик у главного входа на ранчо Касалли. Он посмотрел в зеркало заднего вида, в котором отражались Дженни и Грейси, и у него потеплело на сердце. Сейчас они были похожи на настоящую семью. Эван до сих пор не был уверен в том, что готов пойти на риск и впустить ее в свое сердце.

Они вышли из машины как раз тогда, когда двери дома открылись. Похоже, все Касалли вышли поприветствовать их. Черри первой сбежала по ступенькам крыльца и бросилась обнимать Грейси. Вслед за ней вышла Эллисон с двумя детьми на руках. Она опустила их на траву. Оглядевшись, близнецы увидели Дженни и потянули к ней маленькие ручки.

— Энни! Энни!

— Идите ко мне, малыши. — Дженни опустилась на колени и обняла детей. — Эван, иди сюда, познакомься: это Уилл, а это Роуз.

— Привет, — улыбнулся он.

Дети жались к Дженни, недоверчиво глядя на него снизу вверх.

— Для них ты слишком большой, — улыбнулась Дженни. — Ты должен присесть на корточки, чтобы быть с ними одного роста, тогда они не будут тебя бояться.

Эван присел рядом с детьми, стараясь улыбаться искренне.

— Уилл, Роуз, это мой друг Эван. Он папа Грейси.

— Эйси! — воскликнул Роуз.

— Да, Грейси. Она моя маленькая девочка, — объяснил Эван, получив в награду беззубую улыбку.

— Мои дети стесняются незнакомцев, — объяснила Эллисон. — Дженни была рядом с ними с момента их рождения, поэтому они так любят ее. Думаю, ты им тоже понравишься.

— Я не слишком хорошо лажу с детьми, — смущенно ответил Эван.

— Это не так, ведь ты смог вырастить прекрасную дочь.

— Она больше времени проводила с Меган, чем со мной, — печально покачал головой Эван. — А Алекс уже вернулся?

— Да, пару часов назад. Вот и он. — Эллисон указала в сторону амбара, из которого как раз вышел ее муж. — Смотрите, папа! — крикнула она близнецам. — Давайте поймаем его.

— Папа, папа! — радостно залепетали малыши и поползли к нему по траве.

Алекс подбежал к ним и со смехом подхватил обоих детей на руки.

У Дженни сжалось сердце. Она безумно хотела иметь такую теплую, любящую, счастливую семью. Она взглянула на Эвана и увидела отражение своих чувств в его глазах.

— Алекс так долго мечтал о семье, — тихо сказала она. — Когда я впервые его встретила, он был сказочно богат, но несчастлив, потому что ему не с кем было разделить свое богатство. Эллисон и Черри изменили его жизнь. У вас с Грейси тоже все получится.

— Он настоящий счастливчик, — откликнулся Эван. — А мне иногда кажется, что я все делаю неправильно.

— Это не так. Взгляни на Грейси. Она счастлива с тобой, у нее появилось много новых друзей, она ходит на занятия по шитью, участвует в жизни города. Не будь так строг к себе.

К ним подошел Алекс с детьми на руках:

— Рад видеть вас обоих, пойдемте в дом.

В холле их встретила полненькая седовласая женщина.

— Дженни, рада тебя видеть. А вы должно быть отец Грейси, — поприветствовала она Эвана. — Меня зовут Тильда. Добро пожаловать. Проходите в столовую, я приготовила ужин.

От запахов тушеного мяса со специями кружилась голова. Близнецов усадили в детские стульчики, остальные расселись вокруг стола, произнесли молитву и занялись ужином.

Через час, пока Эллисон и Дженни купали близнецов, а Черри и Грейси смотрели мультики в детской, мужчины отправились в кабинет, чтобы поговорить о делах.

— После того как шериф закончит проверять магазин, я найму рабочих, которые поменяют двери, вставят новые замки, в том числе и в ту дверь на лестницу, которая ведет в квартиру Дженни. — Алекс сокрушенно покачал головой. — Черт побери, я должен был проверить, насколько безопасно это место, до того, как она переехала туда! Если потребуется, я найму охранника, который будет двадцать четыре часа в сутки находиться в магазине, пока полиция не найдет этого грабителя.

Эван с удивлением понял, что он не отказался бы сам стать этим охранником. Больше всего на свете он хотел защитить Дженни. Но позволит ли она ему сделать это?

— Никаких улик? — спросил он.

— Ничего. Остается надеяться, что это был единичный случай.

В комнату вошла Эллисон и со стоном опустилась в кресло:

— Я так устала! Ты даже не представляешь, через что меня заставили пройти твои дети.

— Так, значит, это только мои дети? — с усмешкой уточнил Алекс.

— Что ж, надо признать, я тоже приняла некоторое участие в их создании. В следующий раз купай их сам, а потом посмотрим, чьими детьми ты их назовешь.

Эван с улыбкой наблюдал за шутливой перепалкой супругов.

— Мне нелегко даже с одним ребенком. Не представляю, как вы справляетесь, — заметил он.

— Я тоже! Мне кажется, я старею с каждой минутой, — простонала Эллисон.

— Ну, хорошо, в следующий раз я буду их купать, — не выдержал Алекс.

— И опять устроишь всемирный потоп? Ну уж нет! Твоя инициатива не стоит капитального ремонта.

— Пожалуй, нам пора ехать домой. Пойду поищу Грейси и Дженни, — сказал Эван, вставая.

Он собирался подняться на второй этаж, где находилась спальня Грейси, но заметил Дженни, весело болтающую с Брайаном Перкинсом у заднего входа.

Великолепно!

Он подошел к ним.

— А я все думал, куда ты пропала. — Он улыбнулся Дженни, а затем, приложив немалые усилия, обратился к стоявшему рядом с ней мужчине: — Здравствуйте, Перкинс.

— Как поживаете, Рефферти?

— Неплохо. — Не сдержавшись, Эван положил руку на плечо Дженни. — Совсем не плохо.

Брайан не мог не заметить этот жест.

— Я зашел узнать, как Дженни. Радость моя, если я могу чем-то помочь тебе, дай знать.

— Не волнуйся за меня, Брайан, все в порядке.

— Что ж, тогда оставляю ее на вашем попечении, — кивнул ковбой, задержав пронзительный взгляд на лице Эван. — Пока, Дженни.

— Пока, Брайан.

Как только Перкинс отошел на достаточное расстояние, Дженни отскочила от Эвана:

— Не смей так со мной обращаться!

— О чем ты говоришь?

— Не надо изображать святую невинность, Рефферти. Ты хотел, чтобы Брайан подумал, что между нами что-то есть.

— Что, если так? Что, если я действительно хочу, чтобы между нами что-то было?

Ее карие глаза сверкали от гнева.

— Тогда в следующий раз потрудись сообщить мне об этом первой!

Она развернулась на каблуках и вышла за дверь.

— Папа, Дженни сердится на тебя?

Эван обернулся и увидел стоящую на лестнице дочь.

— Да. Я расстроил ее.

— Тогда ты должен попросить у нее прощение.

Он обнял дочь:

— Я так и сделаю, моя хорошая.

К девяти вечера они вернулись на ранчо. Дженни помогла Грейси принять ванну, уложила ее в постель и села читать сказку. За все это время она ни разу не заговорила с Эваном.

Он должен был положить конец этой ссоре. Собравшись с духом, Эван заглянул в комнату дочери. Дженни закончила с чтением, поцеловала девочку перед сном и пожелала спокойной ночи. При этом на Эвана она даже не взглянула.

Поцеловав Грейси перед сном, он собрался уходить, но на пороге его догнал голос дочери:

— Папа, не забудь.

— Не забуду, моя хорошая. Все будет в порядке, не волнуйся.

— О чем ты не должен забыть, — спросила Дженни, когда он закрыл дверь в детскую.

— О том, что я должен извиниться за свое поведение. Прости, Дженни, я вел себя как придурок, но я лишь хотел защитить тебя. Перкинс когда-то причинил тебе боль.

— Я взрослая девочка, могу позаботиться о себе.

— А что, если я хочу заботиться о тебе, Дженни? — мягко спросил он, привлекая ее к себе. — Может быть, останешься здесь еще на одну ночь, а завтра утром я отвезу тебя в «Потайной стежок»?

— Спасибо, но я должна взять себя в руки, перестать бояться и вернуться туда.

— Хорошо, но перед тем, как оставить тебя там одну, я еще раз все проверю.

— Буду благодарна тебе за это. А теперь отвези меня домой, ковбой.

Эван припарковался у черного хода в «Потайной стежок». Теперь весь магазин был подсвечен дополнительными фонарями, а над каждой дверью стояли камеры слежения.

— Этот парень сумасшедший, если вернется сюда, — заметил он, оглядываясь.

— Да уж, — слабо улыбнулась Дженни. — Надеюсь, у меня получится самой отключить сигнализацию, когда мы откроем дверь, иначе сюда сбежится вся полиция.

— Давай попробуем.

Дженни открыла оба новых замка, вошла в магазин и увидела на стене мигающую красными огоньками панель. Она быстро набрала код и отключила сигнализацию.

— Ну вот. — Дженни вздохнула с облегчением. — С этим разобрались, что дальше? — Она подошла к двери, ведущей в ее квартиру.

Дженни была приятно удивлена, когда открыла дверь и вошла в свою комнату. Все было прибрано, стояла новая мебель, заменили даже разбитые лампы и телевизор.

— Здесь стало даже лучше, чем было, — неуверенно улыбнулась она, оглядываясь вокруг.

Дженни была счастлива, обнаружив свой сундучок с сокровищами в целости и сохранности на столе.

Эван подошел к Дженни сзади и положил руки ей на плечи.

— Мне очень жаль, что это произошло, — тихо сказал он. — Но я не устаю благодарить Бога за то, что тебя не было дома в тот вечер. Я не хочу, чтобы ты оставалась одна, Дженни. Я хочу быть с тобой, заботиться о тебе.

Дженни безумно хотела поверить ему. Но ей было страшно. Слишком много раз ее предавали люди, которым она доверяла.

— Скажи мне, что чувствуешь, Дженни, — прошептал Эван, поворачивая ее лицо к себе. — Скажи, как помочь тебе. Скажи, чего ты хочешь?

Эван прижал Дженни к себе, его горячие руки обжигали кожу сквозь тонкую ткань блузки. Он наклонил голову и нашел губами ее призывно приоткрывшийся рот, прогнав ее сомнения. Она прерывисто вздохнула, когда его руки скользнули под ткань блузки, накрыли округлые холмики груди с внезапно ставшими безумно чувствительными сосками. Она не смогла сдержать стон, когда он начал ласкать их сквозь тонкое кружево бюстгальтера.

— Я так хочу тебя, Дженни. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя! — выдохнул Эван, покрывая быстрыми поцелуями ее лицо и шею.

— Думаю, представляю, — улыбнулась Дженни, вставая на цыпочки и целуя Эвана. — Я тоже хочу тебя, Эван. Пожалуйста, не оставляй меня.

Она больше не хотела сопротивляться сжигающему ее изнутри желанию. Прижавшись к нему всем телом, она провела кончиком языка по его губам, которые с готовностью приоткрылись, позволяя ей проникнуть в его рот.

— Я здесь. Я буду рядом с тобой столько, сколько захочешь, — прошептал он.

«Я хочу, чтобы ты был со мной всегда!» — эта фраза была готова сорваться с ее губ, но Дженни не посмела произнести ее вслух. Она лишь крепче прижалась к нему, желая спрятаться в его объятиях, впитать его силу, его тепло.

На мгновение Эван прервал поцелуй, чуть отстранился и заглянул ей в глаза:

— Я хочу заняться с тобой любовью, Дженни. Но если ты не готова к этому сейчас, я отпущу тебя и буду спать на диване. Но я хочу, чтобы ты знала, я никогда не испытывал ничего подобного ни к одной женщине. Никогда.

— Эван, я тоже хочу этого.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — прошептал он, обдавая горячим дыханием ее кожу.

Он подхватил ее на руки и отнес в спальню, осторожно опустил на постель и начал медленно снимать с нее вещь за вещью, одновременно лаская поцелуями каждый дюйм ее кожи, заставляя ее стонать от невыносимого желания.

Дженни помогла ему освободиться от рубашки и провела ладонями по мускулистой груди.

— Ты такой красивый, — выдохнула она.

— Я рад, что ты так думаешь, — улыбнулся Эван уголком рта. — О Дженни, ты сводишь меня с ума.

Глава 11

Дженни проснулась рано и с радостным удивлением обнаружила, что Эван все еще был здесь, правда уже не в постели. Он стоял в дверном проеме в джинсах и распахнутой рубашке. Один взгляд на его тело напомнил Дженни о том, каким нежным и страстным он был прошлой ночью.

— Прости, я не хотел тебя будить, — сказал он.

Неужели он собирался просто уйти, даже не попрощавшись?

— Все в порядке, я привыкла вставать рано. — Неожиданно она почувствовала смущение от своей наготы и натянула одеяло на плечи. — Ты давно проснулся?

— Нет. Я приготовил тебе кофе. — Он протянул ей чашку, от которой поднимался ароматный пар.

Дженни чувствовала напряжение, наполнившее комнату. Они разговаривали, словно два незнакомца.

— Эван, что-то не так? — спросила она, ставя чашку на тумбочку у кровати.

Он отвел взгляд:

— Я не знаю, как вести себя в таких случаях.

Дженни поняла, что он имеет в виду утро после бурной ночи.

— Я тоже.

— Может быть, ты хочешь, чтобы я ушел? Скажи, если тебе это нужно…

— Нет, я хочу, чтобы ты остался, но только если ты сам этого хочешь.

Эван резко провел рукой по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями:

— Черт побери, Дженни, я безумно хочу остаться с тобой, но я должен быть дома. Грейси забеспокоится, если не найдет меня.

— Да, это не так уж легко объяснить восьмилетнему ребенку, — кивнула она.

Чувствуя себя не в своей тарелке, Дженни быстро натянула висевший на спинке кровати халат. Значит, он не может сказать дочери, что был с ней?

Она встала и вышла на кухню, достала бутылку воды из холодильника и остановилась, не зная, что делать дальше.

— Дженни?

— Что? — спросила она, не поднимая взгляда.

— Вчерашняя ночь была особенной.

— Для меня тоже, — тихо ответила она.

Эван притянул ее к себе и поцеловал так нежно, что можно было потерять голову и влюбиться. Но Дженни было слишком поздно волноваться об этом, она уже без памяти влюбилась в него.

— Прости, я должен идти, — наконец сказал он, с неохотой отпуская Дженни и отступая на шаг. — Я позвоню тебе.

Дженни не знала, что ответить, поэтому просто кивнула. Смела ли она надеяться на то, что эта ночь станет началом чего-то большего? Она всегда была оптимисткой и верила, что когда-нибудь наступит ее собственное «долго и счастливо». Она взглянула на Эвана. Возможно, он и есть тот самый, единственный?

Войдя на кухню, Эван обнаружил, что завтрак уже в самом разгаре. Его родные с интересом уставились на него, и он понял, что не знает, что сказать. Заметив это, отец пришел к нему на выручку:

— Ты починил водопровод у амбара?

— Да, теперь все в порядке, — с облегчением кивнул Эван. — Доброе утро, моя радость. — Он поцеловал дочь.

— Доброе утро, папочка! — Грейси дотронулась до его щеки. — Твой подбородок колется.

— Это потому, что сегодня я еще не успел побриться и принять душ, но я обещаю, что, когда ты вернешься из школы, щетины уже не будет.

— Ты поможешь мне сегодня загнать скот в трейлеры для перевозки? — спросил Метт.

— Конечно, я же вчера тебе обещал.

— Да, но это было до… поломки водопровода.

— Ну и что? Это ничего не меняет. Грейси, солнышко, тебе нужно поспешить, иначе опоздаешь на автобус.

— Хорошо, только соберу учебники. Сегодня у меня будет тест по правописанию.

— Да? А я и не знал.

— Все в порядке, Дженни занималась со мной, — с улыбкой сообщила Грейси и убежала.

Как только она ушла, Эван обернулся к отцу и брату. Они оба старались вести себя так, словно ничего не произошло, но у них это не слишком хорошо получалось.

— Облегчите душу, выскажите мне все, что накипело, — обреченно предложил Эван, зная, что этого не избежать.

Син пожал плечами:

— Что тут говорить? Ты взрослый мужчина, а Дженни очаровательная девушка.

Метт выглядел слишком радостным.

— А ты ничего не хочешь мне сказать? — спросил Эван.

Брат отложил вилку и пристально посмотрел на него:

— Просто я не хочу, чтобы ты ранил чувства Дженни. Я вижу, как она смотрит на тебя. Она сходит по тебе с ума. И если тебе нужен лишь флирт, сделай ей одолжение и оставь ее в покое. — Он встал из-за стола и отнес свою тарелку в раковину. — Я буду ждать тебя у загонов.

С этими словами он вышел за дверь.

— Какая муха его укусила? Какое право он имеет читать мне лекции, если сам каждую неделю меняет девушек, — возмутился Эван.

— Это так, но ни одну из них не зовут Дженни Коллинс, — откликнулся Син.

У Дженни выдалось тяжелое утро. Узнав, что «Потайной стежок» вновь открыт, все постоянные клиентки решили зайти и лично убедиться в том, что с их любимым магазинчиком все в порядке.

Когда у нее выдался перерыв, она присела за стол, где уже расположились завсегдатаи «Уголка швеи»: Бет Стейти, Лиз Паркер и Луиза Меррик. Женщины встречались несколько раз в неделю, шили, обменивались идеями.

— Тебе не страшно оставаться здесь одной, дорогая? — спросила Бет.

— Все в порядке. Муж Эллисон, Алекс, поставил новые замки и сигнализацию, а шериф постоянно патрулирует этот район, так что я в безопасности.

— Рядом со мной тоже нет сильного мужчины, мне даже думать страшно о том, что в нашем городке есть кто-то, кто может напасть на женщину, — вздохнула Бет, зябко поежившись.

— Шериф считает, что грабитель просто искал легких денег. Правда, здесь он не смог их получить, потому что тем вечером Милли отнесла всю выручку в банк.

— Но он был в твоей квартире и устроил настоящий погром.

— Теперь там тоже новые замки, так что я чувствую себя в безопасности.

Конечно, Дженни лгала. Она всей душой хотела, чтобы этого парня поскорей поймали, ведь Эван не сможет проводить здесь каждую ночь.

К ним подошла Милли с телефонной трубкой в руке.

— Дженни, тебе звонят, — сказала она.

Ее сердце забилось быстрее. Вдруг это Эван?

— Алло?

— Привет, маленькая сестричка, — услышала она голос сводного брата.

Дженни с такой силой сжала трубку, что костяшки пальцев побелели.

— Тодд, я же сказала, чтобы ты больше никогда мне не звонил.

— С каких пор ты указываешь мне, что делать? — Его тон стал угрожающим.

— Я не хочу иметь с тобой ничего общего, оставь меня в покое.

— Перестань, Джен, мы же семья. Я прошу тебя о маленьком одолжении. Если ты попросишь своих богатеньких друзей взять меня на работу, я больше тебя не побеспокою.

— Я не стану этого делать, Тодд.

— Очень жаль, сестренка. Я слышал, вчера ночью кто-то вломился в твою милую лавочку и устроил в ней ужасный беспорядок.

Дженни застыла. Он не мог знать об этом, если только он не…

— Так это был ты, — прошептала она.

— Джен, Джен, Джен, ты снова обвиняешь меня, совсем как в детстве. Но у тебя нет доказательств. Конечно, если бы у меня была работа и источник дохода, все было бы в порядке, а так я могу поддаться искушению и свернуть с пути истинного, — насмешливо проговорил он. — И это будет твоя вина. Подумай об этом!

— Оставь меня в покое! — выкрикнула она и отключила телефон.

Дженни никак не могла унять дрожь, охватившую все ее тело. Так это был Тодд, о господи! Но что она может сделать? Ничего, ведь у нее нет доказательств. Кроме того, она знала, что ее сводный братец способен на гораздо более страшные поступки. Она не могла допустить, чтобы ее друзья пострадали.

Другого выхода нет. Она должна уехать.

К полудню они закончили загонять скот в трейлеры для перевозки. За все это время Мегг не обменялся с братом ни единым словом. В конце концов, Эвану это надоело.

— Слушай, может, скажешь, в чем дело, и закончим с этим? — потребовал он, подъезжая к брату.

Метт лишь пожал плечами:

— Мне не нравится, как ты обращаешься с Дженни. Ты вообще думаешь о ее чувствах?

Почему все вокруг считают своим долгом вмешиваться в его дела?

— Конечно, — возмущенно ответил Эван.

— Тогда почему ты до сих пор не позвонил ей? В конце концов, вы ведь провели ночь вместе!

Он собирался позвонить ей чуть позже, возможно, пригласить на ужин, но его брату не нужно было об этом знать.

— Мы уже не в школе.

— Возможно, но женщины всегда хотят одного и того же — внимания. Ты должен дать ей понять, что она много значит для тебя. Ты понимаешь, Эван? Или мне нужно вбить немного мозгов в твою пустую голову?

— О чем ты говоришь? Ты меняешь женщин как перчатки, а теперь читаешь мне нотации, потому что я провел ночь с одной?

— Если бы мне повезло найти кого-то похожего на Дженни, мне бы не нужны были все остальные женщины.

Эван и без напоминаний брата знал, что Дженни — особенная девушка. Она разбудила в нем чувства, о существовании которых он даже не подозревал.

Но Метт еще не закончил:

— Я знаю, что ваш с Меган брак был неудачным, но Дженни не похожа на нее, она честная, открытая и любящая. Ты хоть понимаешь, как тебе повезло?

— Да, — тихо ответил Эван.

— Так сделай же хоть что-нибудь! Скажи ей, что ты на самом деле чувствуешь, пошли ей цветы.

— Я не знаю, готов ли я к серьезным отношениям.

Метт нахмурился:

— Хорошо, слово на букву «л» пока можешь не произносить, но ты должен дать ей понять, что думаешь о ней. Ты ведь думаешь, да?

— Каждую минуту.

— Так позвони же ей! — наконец улыбнулся Метт. — Нет, пошли ей цветы и позвони.

Эван вытащил из кармана мобильный телефон. Видимо, его дела действительно очень плохи, раз уж он слушает советы младшего брата.

Дженни все еще не пришла в себя после звонка Тодда, когда в магазин вошел курьер с букетом роз.

— О господи, для кого это?! — восхищенно воскликнула Милли.

— Для Дженни Коллинс.

Дженни в полном изумлении уставилась на курьера. Кто мог послать ей цветы?

— Для меня?

— Прочитай карточку и все поймешь, — с улыбкой предложила Лиз.

На карточке было написано: «Не могу перестать думать о тебе. Ты поужинаешь со мной сегодня? Эван».

— От кого это? — с любопытством спросила Милли.

— От Эвана Рефферти, — ответила Дженни, надеясь, что ее голос звучит спокойно. — Я помогаю его дочери с проектом на курсах шитья, и он очень благодарен за это, — поспешно добавила она.

Женщины, сидящие за столом, зашушукались, обмениваясь улыбками и многозначительными взглядами, а сама Дженни была готова расплакаться. Господи, неужели он обязательно должен быть таким милым?

С тяжелым сердцем она взяла телефон и набрала номер средней школы Сан-Антонио.

Она закончила разговор как раз тогда, когда в магазин вошли шериф Рейнольдс и Алекс. Дженни заставила себя улыбаться и подошла к ним.

— Как прошла эта ночь? — спросил шериф. — Какие-нибудь проблемы?

— Нет, все в порядке, — ответила Дженни, надеясь, что он не заметит легкий румянец на ее шеках.

— Рад это слышать, — улыбнулся Алекс. — И не забывай, что, если кто-то еще попытается проникнуть сюда, у тебя есть кнопка экстренного вызова полиции.

— Да, но я надеюсь, что этого парня давно уже нет в городе.

— Возможно, но если ты боишься оставаться здесь одна, то всегда можешь переехать к нам на ранчо, — предложил он.

О лучших друзьях, чем Касалли, нельзя было и мечтать. Именно поэтому она не могла допустить, чтобы Тодд навредил им.

— У меня все будет в порядке.

— Кстати, ко мне на ранчо заглядывал твой сводный брат.

На лице Дженни отразился испуг.

— Что? — пробормотала она.

— Тодд Ньюсом. Он искал работу на ранчо и сказал, что ты можешь дать ему рекомендации.

Дженни едва могла дышать.

— Я не знаю, почему он так сказал, мы с Тоддом никогда не ладили, — ответила она.

Алекс пристально посмотрел ей в глаза и кивнул:

— Это все, что мне было нужно знать. Спасибо, Дженни.

Когда они с шерифом вышли из магазина, Дженни закрыла лицо руками и заплакала.

Выбора нет, она должна уехать. Не важно, как сильно она любит этот город и своих друзей. Тодд не покинет Керри-Спрингс, пока она здесь. Он не остановится ни перед чем и может причинить кому-нибудь вред.

Дженни смогла договориться о работе с директором школы в Сан-Антонио.

Чем раньше она уедет из Керри-Спрингс, тем лучше. Для всех. Кроме нее.

Весь день Эван пытался дозвониться Дженни, но каждый раз слышал лишь безучастный голос автоответчика. Вечером она позвонила его отцу и попросила передать, что не сможет с ним встретиться.

В конце концов, Эван не выдержал, сел в грузовик и поехал в город. Он должен был узнать, что происходит. Войдя в «Потайной стежок», он увидел Дженни, упаковывающую что-то в большие коробки.

— Привет, — сказал он.

Она подняла на него удивленный взгляд:

— Эван? Ты не получил мое сообщение о том, что я не смогу с тобой поужинать?

— А ты получила мои цветы?

Дженни смущенно улыбнулась:

— Да, они очень красивые. Спасибо тебе. — Она нервно провела рукой по волосам. — Прости, но я должна собирать вещи. Я возвращаюсь в Сан-Антонио.

Что произошло?

— Семейные проблемы?

— Нет, мне предложили работу учителя на летних курсах.

— Дженни, я знаю, что сегодня утром все было неидеально, но я должен был вернуться домой…

Эван, ты не должен оправдываться. Это помогло мне понять, что, делая новый шаг в наших отношениях мы не думали о Грейси. Все произошло слишком быстро. Я еще не готова.

Господи, он не хотел терять ее.

— Если тебе кажется, что все происходит слишком быстро, мы можем притормозить. Я сделаю так, как ты скажешь.

— Мы неизбежно притормозим, ведь я перееду в другой город, — вздохнула Дженни. — Все знают, что отношения на расстоянии невозможны, так что вряд ли у нас что-то получится. Прости, Эван, но я говорила тебе, что хочу преподавать.

— Но почему сейчас? Я думал, ты планируешь уехать в конце лета?

Так и было, но открылась вакансия учителя, и я согласилась. Эван, так будет лучше для всех.

Возможно, только для тебя. Но не для меня. А как же Грейси? Господи, Дженни, поговори со мной! Какая настоящая причина твоего отъезда?

Она отвела глаза:

— Мне нечего тебе сказать. Ты прекрасный мужчина, Эван, но я должна уехать.

— Как скоро?

— Через пару дней.

Эвану показалось, что земля уходит у него из-под ног.

— Я думал, что между нами что-то есть. Видимо, я ошибался, — с горечью произнес он. — Ты изменишь свое решение, если я попрошу тебя остаться? — тихо спросил он.

По щекам Дженни потекли слезы.

— Я не могу, Эван. Так будет лучше для всех, поверь мне. Мне очень жаль.

Ему тоже было жаль.

— Тебе не за что извиняться. Ты или что-то чувствуешь ко мне, или нет.

На мгновение он крепко прижал ее к себе, затем резко отстранился и посмотрел на женщину, которой готов был отдать свое сердце. Похоже, он опять ошибся.

— Счастливой тебе жизни, Дженни. Прощай.

Дженни была уверена, что хуже этот вечер стать уже не сможет, но поездка на ранчо Касалли изменила ее мнение. Она помнила, как впервые встретила Эллисон, записавшись на ее уроки шитья лоскутных одеял. На ее глазах развивалась история их с Алексом любви. История со счастливым концом. Дженни так хотела, чтобы и ее жизнь была похожа на сказку.

Было видно, что Эллисон удивлена неожиданным приездом Дженни.

— Я не знала, что ты собиралась заехать к нам сегодня, — сказала она. — Что такое важное произошло, что ты не могла ждать до завтра?

— Я возвращаюсь в Сан-Антонио. Мне предложили место учителя.

— Когда?

— Через пару дней.

Не произнеся ни слова, Эллисон вышла за дверь и через минуту вернулась вместе с Алексом.

— Здравствуй, Дженни. Я слышал, ты нас покидаешь? Скажи, что я должен сделать, чтобы уговорить тебя остаться? Если дело в деньгах, мы можем повысить тебе зарплату. Ты определенно этого стоишь.

Господи, она и представить себе не могла, что расставаться будет так больно.

— Дело не в деньгах, Алекс, прости. Вы оба знали, что я хочу учить детей. В моей школе появилась вакансия учителя, летом я буду преподавать на курсах, но к работе надо приступить немедленно.

Несколько мгновений он внимательно изучал ее лицо.

— Не знаю почему, но я уверен, что это не единственная причина твоего отъезда, просто пока ты не готова рассказать нам об этом. — Он подошел к Дженни и крепко обняла ее. — Если тебе понадобится помощь, ты всегда можешь рассчитывать на нас. Ты часть нашей famiglia. Per sempre.

«Семья навсегда». Дженни едва сдерживала слезы, готовые хлынуть из глаз.

— Спасибо. Я очень люблю вас обоих и малышей. — Но она не могла остаться — это разрушит все. — Как только я устроюсь на новом месте, я позвоню или даже приеду в гости.

— Конечно, — с грустной улыбкой кивнула Эллисон. — Или мы приедем к тебе в Сан-Антонио, это ведь не так уж далеко.

Дженни заставила себя улыбнуться и кивнуть. Мысль о расставании причиняла ей боль.

Глава 12

Грейси в ужасе взглянула на отца:

— Дженни уезжает? Навсегда?

— Она возвращается домой, в Сан-Антонио, — ответил Эван, стараясь скрыть терзающую его боль.

— Но она не может. — В глазах Грейси был настоящий ужас. — Она ведь помогает мне шить мою часть одеяла.

Это было последнее, о чем Эван хотел сейчас думать, но он должен был поддержать дочь.

— Не переживай, моя хорошая, мы что-нибудь придумаем. Тебе поможет кто-нибудь другой.

— Но я не хочу никого другого, — всхлипнула Грейси, бросаясь в объятия отца.

Эван прижал девочку к себе, чувствуя, как маленькое сердце сотрясается от рыданий. Он еще никогда не видел, чтобы Грейси так горько плакала.

— Все будет хорошо, моя хорошая. Я здесь, с тобой. Я всегда буду рядом с тобой.

— Я точно знаю, она хочет быть с нами. У нее нет семьи, которая любила бы ее так же сильно, как мы. Кто позаботится о ней, кроме нас?

Эван поморщился, вспомнив слова Дженни о том, что у ее матери никогда не было на нее времени, и страх, отразившийся на ее лице при звонке сводного брата.

— Она сказал, что хочет учить детей.

Интересно, волнует ли Дженни, скольких людей она сделает несчастными, если уедет?

Син положил руку на плечо внучки:

— Я приготовил для тебя все, что ты любишь.

Грейси печально взглянула на тарелку, полную фруктов, тонко нарезанного сыра и крекеров, и покачала головой:

— Нет, спасибо, я лучше пойду делать домашнее задание.

Эван смотрел на ее поникшие плечики.

— Попозже я зайду к тебе, — пообещал он, дождался, когда Грейси выйдет из комнаты, и повернулся к отцу: — Отъезд Дженни разбивает ей сердце, и я не знаю, что делать.

— А как насчет твоего собственного сердца, сынок? — спросил Син, внимательно глядя на него.

— Какая разница? — Он не желал обсуждать свои чувства. — Дженни уезжает, и я не могу ее остановить.

— Может, ты просто приложил недостаточно усилий?

— Поверь мне, я сделал все, что мог. Я даже напомнил ей о том, как ее отъезд расстроит Грейси, но это ничего не изменило.

— Я не могу поверить. Наверное, произошло что-то еще, о чем ты не знаешь. Дженни не из тех девушек, которые сближаются с парнем, а потом сбегают.

Эван вспомнил ночь, которую они провели вместе. Тогда в ее глазах он видел отражение чувств, которые переполняли его самого.

Он должен был понять, что на самом деле происходит с Дженни. Он взял телефон и набрал номер ранчо Касалли.

— Алло? — Это был Алекс.

— Здравствуй, Алекс, это Эван. Я должен узнать настоящую причину отъезда Дженни.

— Поверь мне, я сделал все, чтобы уговорить ее остаться, но ничего не вышло. Эллисон и дети ужасно расстроены.

— Тогда мы должны придумать что-нибудь еще. Есть идеи?

— Я подозреваю, что этот экстренный отъезд как-то связан с ее сводным братом, Тоддом Ньюсомом. Недавно он заходил ко мне на ранчо, пытался устроиться на работу, сказал, что он от Дженни. Но Дженни не дала ему рекомендаций, а когда я попросил шерифа проверить его, оказалось, что его недавно выпустили из тюрьмы.

— За что он сидел? — нахмурился Эван.

— За наркотики.

— Ньюсом звонил Дженни на той неделе, и она не выглядела слишком счастливой, когда услышала его голос.

— И почему-то меня не оставляет подозрение, что он связан с ограблением «Потайного стежка». — Алекс тяжело вздохнул. — Кстати, у меня плохие новости. Произошла еще одна кража, кто-то вломился в ломбард Гарри.

— Думаешь, Тодд замешан и в этом?

— Мне просто кажется странным, что кражи начались одновременно с появлением этого парня. А теперь Дженни вдруг решила уехать. Похоже, она пытается защитить нас от своего сводного брата.

Наконец происходящее начало обретать какой-то смысл.

— А мы должны защитить ее, — твердо сказал Эван.

На следующее утро Дженни, собравшись с духом, сообщила о своем отъезде Милли и ее подругам. Она уже упаковала практически все вещи. Оставалось решить вопрос с квартирой, потому что в доме матери она жить не собиралась.

Над дверью звякнул колокольчик, и в магазин вошла Грейси. Сегодня на ней была синяя юбка и оливковый свитер, темные волосы были убраны в высокий хвост. В руках девочка держала школьный ранец. На лице отражалась печаль.

— Грейси, милая, твой папа знает, что ты здесь? — обеспокоенно спросила Дженни.

Она помотала головой.

— Дорогая, ты ведь знаешь, что тебе нельзя никуда ходить без папиного разрешения.

— Но я должна уговорить тебя остаться! — По щекам Грейси потекли слезы. — Пожалуйста, Дженни, останься, я не хочу, чтобы ты уезжала.

Дженни опустилась на колени рядом с девочкой и прижала ее к себе.

— Милая, я очень хочу остаться, но у меня есть работа.

— Но почему ты не можешь остаться здесь, выйти замуж за папу и стать моей мамой? — всхлипнула малышка.

— О, Грейси, это прекрасная мысль, но… — Она не знала, что ответить на этот вопрос.

Дженни и мечтать не могла о большем, но ведь Эван никогда не предлагал ей ничего подобного.

— Если ты скажешь папе, что хочешь стать частью нашей семьи, он обязательно женится на тебе, — настаивала Грейси. — До того, как он познакомился с тобой, он был таким грустным. Ты сделала его счастливым, Дженни. Пожалуйста, попроси папу жениться на тебе, пожалуйста.

Девочка снова начала всхлипывать.

— Я поговорю с ним, милая, — пообещала ей Дженни.

Отойдя так, чтобы Грейси ее не слышала, она достала из кармана телефон и набрала номер Эвана.

— Алло, Дженни? — раздался в трубке знакомый голос.

— Эван, я звоню, чтобы предупредить тебя, что Грейси в моем магазине. Думаю, она пропустила школьный автобус.

— Пусть ждет меня. Я в городе и через пару минут приеду за ней.

— Хорошо, — ответила Дженни, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Значит, она должна еще раз встретиться с Эваном. Стоять рядом с ним, разговаривать, улыбаться, когда ее сердце разрывается на тысячу кусочков.

Вернувшись, она увидела рядом с Грейси мужчину, который показался ей смутно знакомым. Нет, только не это! Он похудел, оброс мускулатурой, на его коже чернели татуировки, но это по-прежнему был он — Тодд Ньюсом. Его разговор с Грейси выглядел вполне невинно, но Дженни не могла обмануться. Тодд пришел, чтобы продемонстрировать свою власть.

С трудом сдерживая охватившую ее панику, Дженни приблизилась.

— Грейси, твой отец приедет через пару минут. Ты пока можешь пойти в мой кабинет и заняться домашней работой.

Тодд на шаг приблизился к девочке, заставив Дженни вздрогнуть.

— Эй, сестричка, мы ведь только познакомились, — заметил он.

— Делай, что я сказала, Грейси, — строго велела Дженни и, дождавшись, когда малышка скроется за дверью, повернулась к сводному брату: — Тодд, я же сказала, что не хочу тебя видеть.

— Жаль, что мы не всегда получаем то, чего хотим, да, сестричка? — криво усмехнулся он. — Ты помешала мне получить работу у Касалли, так что мне пришлось взять дело в свои руки.

— Я не мешала тебе. Наверное, они просто узнали о твоем темном прошлом.

— Если бы ты замолвила за меня словечко, это не помешало бы им нанять меня, — прорычал Тодд, до боли сжав ее за локоть. — Разве это так сложно? Ведь это ты отправила меня за решетку. За тобой должок, моя милая.

— Ты вломился в мой магазин и квартиру и, скорее всего, причастен к краже в ломбарде! Это так ты берешь дело в свои руки?!

Тодд лукаво улыбнулся, еще сильнее сжав ее руку. Было очень больно, но Дженни старалась не показывать этого.

— Ты опять обвиняешь меня, не имея доказательств, — прошипел он. — Из-за твоего болтливого рта у меня уже были неприятности с копами.

— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое?

— Потому что ты в долгу у меня. Так как ты не послушалась мамочку и не стала мне помогать, мне пришлось самому найти работу.

— Здесь? Ты нашел работу в Керри-Спрингс?

— Да, это такой милый городок, столько интересных возможностей. И ты живешь здесь — родственники ведь должны держаться вместе.

— Не надейся, скоро я уеду отсюда. Может, и ты тоже?

— Зачем, сестричка? Боишься оставлять меня с твоими друзьями? — Тодд кивнул в сторону двери, за которой скрылась Грейси. — Наверное, ты права.

Звякнул колокольчик над дверью, и Эван вошел в магазин. Тодд наконец отпустил ее локоть и повернулся к нему.

— Какие-то проблемы? — нахмурившись, спросил Эван и приблизился к Дженни.

— Я просто навещал мою маленькую сестренку, — невинно улыбнулся Тодд. — Я Тодд Ньюсом. — Он протянул руку.

— Эван Рефферти, — холодно откликнулся Эван, пожав протянутую ладонь.

— Ладно, пока, сестренка, мне пора возвращаться на работу. Увидимся, Рефферти.

Эвану совсем не понравился этот парень.

— Не сомневаюсь, — пробормотал он.

Эван подошел к окну, внимательно наблюдая за тем, как Тодд садится в грузовик и уезжает. Достав из кармана блокнот и ручку, Эван записал номер машины и позвонил Касалли, чтобы рассказать о визите Ньюсома в «Потайной стежок». Алекс тоже был обеспокоен и пообещал, что свяжется с шерифом.

Попрощавшись, Эван повернулся к Дженни:

— Твой отъезд из города не имеет никакого отношения к работе, правда? Все из-за твоего брата. — Она хотела ответить, но Эван жестом остановил ее. — Расскажешь все, когда сюда приедут Алекс и шериф. Где Грейси?

— В моем кабинете.

— Ньюсом угрожал тебе или Грейси?

— Нет. Не волнуйся, как только я уеду, все наладится.

Эвану невыносимо было видеть страх в глазах Дженни. Он сделает все, чтобы этот парень исчез из ее жизни. Навсегда.

Пока они ждали шерифа, Дженни занималась делами, практически полностью игнорируя присутствие Эвана. Возможно, она не хотела обсуждать с ним свои проблемы, злилась, но сейчас это было не важно. Эван хотел во что бы то ни стало защитить ее. Он не мог потерять Дженни.

— Дженни, ты не виновата… — тихо начал он.

— Не надо. Я не хочу втягивать тебя во все это. — В ее глазах стояли слезы.

— Все эти проблемы создал Ньюсом, не ты.

— Возможно, но даже ребенком ему всегда все сходило с рук. — Она поежилась. — У меня есть причины, чтобы бояться. Ты себе не представляешь, на что он способен. Тодд — злой, жестокий. Когда его посадили в тюрьму, я испытала облегчение, но он вернулся, и я не могу позволить ему навредить тебе или Грейси. Поэтому я должна уехать.

— А как же ты, Дженни? Кто позаботится о тебе?

— Со мной все будет в порядке.

В магазин вошли Алекс и Эллисон в сопровождении шерифа Рейнольдса. Дженни повесила на двери табличку «Закрыто» и приготовилась к тяжелому разговору.

— Дженни, ты должна была рассказать нам о том, что твой брат угрожает тебе, — сразу перешел к делу Алекс.

— Я клянусь, до сегодняшнего дня я не знала, что он ответствен за кражи. Тодд не признал этого, но и отрицать не стал. Мне очень жаль, что он причинил городу и магазину столько неприятностей. И что он ранил тебя. — Она грустно посмотрела на Эвана.

Он не мог выносить тоски в ее глазах.

— Перестань, Дженни, не смей винить себя за поступки этого ублюдка! Боюсь даже представить, что бы произошло, если бы ты была здесь одна…

— Но нам все еще необходимы доказательства его причастности к краже, — резонно заметил Алекс.

— Тодд слишком умен, чтобы так легко попасться, — вздохнула Дженни. — А я уеду в Сан-Антонио, и ничто больше не будет удерживать его здесь, так что он оставит вас в покое.

— И будет угрожать кому-то еще, — нахмурился шериф. — Я кое-что узнал об этом Ньюсоме. Он действительно искал работу в городе. После ранчо Касалли он ездил к Меррику, но там ему тоже отказали. Но он все же нашел работу. В баре «У дороги».

— Они наняли его? — Дженни не могла в это поверить.

— Возможно, вы просто не все знаете про это заведение, мисс. Ходят слухи, что оно связано с продажей наркотиков и проституцией. Последние несколько месяцев там под прикрытием работают несколько федеральных агентов, именно они рассказали мне, что Ньюсома взяли туда уборщиком и вышибалой. — Он повернулся к Дженни. — Мы сделаем все возможное, чтобы защитить вас. Насколько я слышал, он опять вернулся к продаже наркотиков.

— Разве вы не можете арестовать его за это? — с надеждой спросила Дженни.

— Нет, пока не будет доказательств. Кроме того, раз в деле замешаны федералы, мы должны согласовывать с ними все действия. Похоже, ваш сводный брат затесался в окружение босса, Цезаря Санчеса, на которого они давно уже охотятся.

— О господи! Алекс, Эллисон, простите меня, простите, что поставила безопасность вашей семьи под угрозу. — Дженни чуть не плакала.

— А как насчет тебя, Дженни? — неожиданно зло спросила Эллисон. — Почему ты не думаешь о себе? Ты тоже часть нашей семьи и тебе нужна защита!

— Мисс Коллинс, мы приложим все усилия для обеспечения вашей безопасности и постараемся как можно быстрее собрать доказательства против вашего сводного брата.

Глава 13

Касалли и шериф уехали, Метт забрал Грейси домой, а Эвану еще нужно было уговорить Дженни позволить ему остаться. Отступать перед ее упрямым стремлением к независимости он не собирался.

Он запер двери, включил сигнализацию и вслед за Дженни поднялся в ее квартиру.

— Эван, я уже говорила, что не хочу втягивать тебя в свои проблемы. Если с тобой что-то случится… — На секунду Дженни прикрыла глаза, отгоняя страшное видение. — Ты должен думать о Грейси.

— Я думаю о ней, Дженни. Я не хочу, чтобы такой подонок, как Ньюсом, оставался на свободе, рядом с невинными людьми. Его нужно остановить.

Дженни молча кивнула. Она должна была держаться подальше от Эвана, не дать ему разгадать ее истинные чувства.

— Он что-то тебе сделал? — спросил Эван, пристально глядя на нее. — Если он прикоснулся к тебе хоть пальцем, я его убью!

Она покачала головой:

— Нет, разве что в детстве, но я быстро научилась вовремя убираться с его дороги.

— Почему твоя мать не пыталась вмешаться?

— Она делала все, что могла. Она очень боялась, что, встав на мою сторону, разрушит свой брак.

— О, Дженни, это так неправильно.

Эван шагнул к ней и заключил ее в объятия. В кольце его теплых сильных рук было так уютно, что Дженни не нашла в себе сил сопротивляться. Было так здорово иметь возможность довериться кому-то… хотя бы ненадолго. Но реальность не желала давать ей время. Она грубо вторглась в ее сознание трелью телефонного звонка. Она взяла трубку:

— Алло?

— Привет, сестричка. Ты хорошо провела время со своими друзьями? — Господи, он что следит за ней? — Как я понимаю, мистер Совершенство решил остаться на ночь? Как мило.

— Это не твое дело, Тодд.

— Это мне решать.

— Оставь меня в покое!

— Разве так ты должна разговаривать со старшим братом?

— Мне все равно, особенно после того, как ты разгромил мою квартиру и ограбил ломбард.

— Тебе лучше прекратить бездоказательно обвинять меня, это может плохо кончиться.

— А может, у меня есть доказательства? Может, я собираюсь показать их шерифу? Держись от меня подальше, Тодд! — Она зло бросила трубку на рычаг и поняла, что все ее тело бьет крупная дрожь.

Она взглянула на Эвана.

— Как ты? — обеспокоенно спросил он.

— Все в порядке, — со слабой улыбкой солгала она. — Я очень устала, спокойной ночи.

С этими словами она ушла в спальню и закрыла за собой дверь.

Прошло несколько часов, а Дженни так и не смогла уснуть. Мысли о Тодде перемежались с мыслями об Эване, который спал в соседней комнате. Она закрыла глаза и вспомнила их единственную ночь вместе, то, как она чувствовала себя в его руках, какой восторг испытала. Тогда ей казалось, что она самая красивая и желанная женщина на свете. Дженни вздохнула и открыла глаза — она не должна была позволять себе предаваться глупым мечтам. Она должна пережить это и сделать все, чтобы поймать своего сводного брата с поличным и вернуть его в тюрьму. Если у них ничего не выйдет и Тодд останется в Керри-Спрингс, ей придется уехать, чтобы уберечь близких. Другого выхода просто нет.

Устав спорить с собой, Дженни встала и пошла в кухню выпить воды. Она пересекла гостиную, где спал Эван. Взяв из холодильника бутылку с водой, она сделала большой глоток, а потом, не в силах устоять, взглянула на Эвана. При слабом свете луны она могла различить только его силуэт, но даже этого хватило, чтобы все тело Дженни вспыхнуло, охваченное внезапной волной желания.

Дженни обессиленно прикрыла глаза.

— Дженни? С тобой все в порядке? — вдруг услышала она обеспокоенный голос Эвана.

— Я хотела пить. Прости, что разбудила.

Он сел на кровати, и лунный свет четко очертил линию его широких плеч.

— Я не спал.

— Я же говорила, что тебе следовало поехать домой.

Он встал и медленно подошел к ней:

— Возможно, но я хочу быть здесь.

— О Эван, ты не должен вмешиваться во все это. Я хочу, чтобы ты был в безопасности.

— А кто обеспечит твою безопасность?

— Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом. Надеюсь, ты позволишь Грейси и дальше посещать занятия.

— Сомневаюсь, что она захочет ходить туда, если тебя там не будет.

— Она хочет когда-нибудь закончить одеяло матери, а значит, будет учиться шить. — Эван слышал, как дрожит ее голос от едва сдерживаемых слез. — Ей необходимо это… завершение. Вам обоим.

— Дженни, моя жизнь с Меган давно закончилась, мы не были идеальной парой, мы даже не смогли стать друзьями. Возможно, это моя вина, но для того, чтобы родилось настоящее чувство, два человека должны быть влюблены, усилий одного недостаточно. Мы с Меган оставались мужем и женой только ради Грейси. Встретив тебя, я осознал, как одиноко мне было все эти годы. Я пытался бороться со своими чувствами, но не думать о тебе оказалось невозможно. И я уверен, что ты тоже думаешь обо мне.

Как бы она хотела сказать «да», но страх удерживал ее.

— Нет, Рефферти, конечно нет. С чего вдруг мне думать о тебе? Ты ведь не самый красивый, сексуальный мужчина на свете, и у тебя нет очаровательной дочки. Кстати, просто для справки: Меган была дурой.

Эван лукаво улыбнулся:

— Ты заметила, что называешь меня Рефферти, когда пытаешься оттолкнуть?

— Нет, я называю тебя Рефферти, когда хочу пробиться через твое упрямство. Я сама могу позаботиться о себе!

Он рассмеялся и притянул ее к себе. Тепло его сильных рук лишало Дженни остатков силы воли.

— А на тебе это сработает, Коллинс? Слушай внимательно. Не важно, что ты скажешь, я не уйду! Я останусь с тобой.

Нет, она не должна поддаваться.

— Ни одному из нас не нужны сложности.

— Дженни, ты нужна мне. — Он склонил голову и нежно поцеловал ее. — Поэтому прекрати пытаться избавиться от меня.

В его голосе слышались нежность и желание, и Дженни поняла, что больше не может противостоять ему. Ее руки легли на его широкие плечи, а губы призывно приоткрылись.

Может быть, им недоступна вечность, но сегодня ночью все это было не важно.

На следующее утро Дженни проснулась одна. Осознав, что Эвана нет, она горько усмехнулась — он уже нарушил свое обещание.

На кухне она обнаружила свежесваренный кофе и записку:

«Дженни!

Ты так сладко спала, что я не стал тебя будить. Мне нужно было поехать домой, чтобы отвезти Грейси в школу. Я предупредил шерифа, и он обещал, что его люди будут присматривать за тобой, пока меня нет.

Я скоро вернусь.

Эван».

Сердце Дженни застучало быстрее. Зачем этот невыносимый мужчина продолжает давать ей пустые надежды на чудо? Вчера ночью они опять занимались любовью, а после даже во сне он нежно обнимал ее, согревая теплом своего тела.

Но ведь, скорее всего, у их отношений нет будущего, так к чему все это?

Она набрала номер Мардж Бернс, директора школы в Сан-Антонио, и предупредила ее, что не сможет работать учителем на летних курсах, но до сих пор в сентябре собирается вернуться в школу.

Повесив трубку, Дженни почувствовала укол вины. Она до сих пор старалась обеспечить себе путь к отступлению на случай, если у них с Эваном ничего не получится. Разве она могла надеяться на то, что он вновь захочет жениться?

Помня о том, что Ньюсом на свободе, Эван сам отвез Грейси в школу. Теперь он должен был вернуться к Дженни. Он уже собрался уезжать, когда увидел подъезжающий джип Касалли, из которого выпрыгнула Черри и побежала догонять Грейси. Эван пожал руку подошедшему к нему Алексу.

— Как прошла вчерашняя ночь? — спросил Алекс.

— Спокойно.

— Хорошо, что ты был рядом с Дженни.

— Я хотел бы сделать для нее гораздо больше, но вряд ли подхожу для этого. Какая женщина захочет стать частью уже сформировавшейся семьи, вместо того чтобы создать свою собственную.

— Последние годы доказали мне, что с правильной женщиной все получается. Но только если ты любишь ее по-настоящему. — Он пронзительно взглянул на Эвана.

— Это самая легкая часть, — криво улыбнулся он.

— А какая сложная?

— Я хотел бы предложить ей будущее. У меня есть планы, но нет средств для их реализации.

Касалли внимательно посмотрел на друга и вдруг широко улыбнулся:

— Я всегда нахожусь в поиске новых удачных вложений и слышал, что техасское виноделие — очень многообещающая отрасль. Но мне нужен кто-то, кто разбирается в этом бизнесе. Мне нужен партнер.

В субботу Дженни ходила по классу, проверяя, как идет работа. Она ни на секунду не могла прекратить думать о Тодде. Почему он опять хочет разрушить ее жизнь? Да, она говорила об отъезде, но на самом деле больше всего ей хотелось, чтобы этот милый городок стал для нее настоящим домом. Наконец она нашла мужчину, который словно был создан для нее, а теперь теряла его. Она не могла остаться с ним, риск был слишком велик. Когда утром после той ночи Эван вернулся, она велела ему уходить.

— Дженни? — Детский голосок вернул ее к действительности.

— Да, моя хорошая? — Она повернулась к Грейси, державшей на вытянутых руках несколько сшитых вместе квадратов ткани.

— Ну как?

Дженни с улыбкой изучила шов и погладила малышку по голове:

— Замечательно! Ты стала шить гораздо лучше.

— Я тренировалась дома. Мне помогал папа, он даже достал мамину швейную машинку.

— Что ж, видно, вы не зря работали, — кивнула Дженни, стараясь скрыть удивление.

Бросив взгляд на часы, она увидела, что стрелки подползают к трем, а значит, занятие подходило к концу.

— Ты должна гордиться своими ученицами, — прошептала подошедшая к ней Лили Перри. — Эти курсы и проект с общим одеялом оказались блестящими идеями. Думаю, на следующий год запишется гораздо больше девочек.

— Мне очень помогли.

— Это так, но в первую очередь девочки полагаются на тебя. Это ты вдохнула в них энтузиазм и любовь к шитью. Хотела бы я иметь такого учителя, как ты. Но ты вряд ли станешь преподавать в младшей школе, да?

— Ты шутишь, да? — Дженни не смогла скрыть удивление.

— Если тебя это интересует, просто позвони мне, — улыбнулась Лили.

Глядя ей вслед, Дженни вновь и вновь проклинала Тодда. Она хотела жить в Керри-Спрингс. Впервые в жизни она чувствовала себя частью чего-то большего, чувствовала связь с близкими ей людьми: с семьями Касалли, Рефферти, с девочками и наставницами.

В пять она подошла к двери, чтобы, как обычно, запереть ее и включить сигнализацию, когда она внезапно распахнулась от сильного толчка — в магазин ворвался Тодд.

— Прочь с дороги! — прорычал он, с силой оттолкнул ее, и запер дверь.

— Что ты здесь делаешь? — Дженни пыталась хотя бы внешне сохранять спокойствие. — Уходи!

— Я уйду, когда сам так решу! — Он схватил ее за руку и оттащил от витрины в глубь магазина. — Нам надо поговорить.

— Нам не о чем говорить.

— Это мне решать, — огрызнулся он, сильнее сжав ее руку.

— Прекрати, мне больно.

— И будет только хуже, если ты не расскажешь все, что мне нужно знать. Кто следит за мной?

— Не знаю, — ответила она, надеясь, что ее голос не дрожит.

— Твой дружок и его брат постоянно шатаются возле бара. Вели им убраться оттуда, или босс сам об этом позаботится, но тогда ты их больше никогда не увидишь.

Эван был в баре «У дороги»? Чего он пытался добиться? Это же так опасно!

— Я не могу говорить им, что делать, мы с Эваном расстались.

— Постарайся все же убедить своего бывшего оставить это дело, если не хочешь, чтобы кто-то пострадал.

— Ты сам все это начал, когда вломился сюда.

— Всего лишь вернул должок за то, что ты отправила меня в тюрьму.

— Ты ограбил магазин и мою квартиру!

— Тоже мне проблема, — фыркнул Тодд. — Твои богатенькие друзья все тебе возместили.

— А как же хозяин ломбарда? У него нет денег, которые могли бы возместить убытки.

— Это его проблема. А теперь ты должна помочь мне убраться из города. Где сегодняшняя выручка? — Он попытался открыть кассу.

— Там, где и должна быть, — в банке. — Дженни не желала помогать Тодду в чем бы то ни было.

Он подошел к ней и, удерживая пальцами за подбородок, заставил посмотреть ему в лицо:

— Почему-то я тебе не верю.

— Мне все равно. Я не дам тебе причинить еще больший вред этому магазину.

— Ты будешь делать все, что я скажу, если хочешь, чтобы я ушел! Давай сюда деньги! — прорычал Тодд, сжав руку Дженни с такой силой, что она вскрикнула от боли.

— Хорошо, я отдам тебе деньги.

Она вырвала запястье, обошла прилавок, наклонилась, чтобы достать пакет с деньгами и нажала на кнопку экстренного вызова полиции, установленную на прошлой неделе. Затем протянула Тодду деньги.

— Забирай. Я хочу лишь одного, чтобы ты уехал далеко-далеко и навсегда оставил меня в покое.

Тодд схватил ее за волосы и притянул к себе:

— Ах ты дрянь! Думаешь, что можешь так со мной разговаривать? — Он оттолкнул ее с такой силой, что она ударилась о прилавок головой. — Ты никогда меня не уважала, всегда думала, что слишком хороша для меня. — Он навалился на нее всем весом.

— Я была ребенком, а ты хулиганом, который считал, что может силой заставить всех делать то, что хочет, — прошипела Дженни, пытаясь оттолкнуть его.

— Ты строптивая, но мне это даже нравится, — ухмыльнулся Тодд.

Одна его рука удерживала Дженни, а другая скользнула под ее блузку и накрыла грудь. Она не могла пошевелиться и едва дышала от отчаяния и страха.

«Господи, пожалуйста, кто-нибудь, помогите!» — молила она про себя.

— Отпусти меня!

— Давай же, я уверен, ты можешь поласковее. — Схватив Дженни за волосы, он заставил ее беспомощно выгнуться.

Когда Тодд на секунду ослабил хватку, Дженни изо всех сил ударила его коленом между ног. Со сдавленным стоном он отпустил ее и согнулся. В ту же секунду Дженни перекатилась через прилавок, который теперь разделял их.

— Убирайся отсюда! — крикнула она.

— Тебе это не сойдет с рук, маленькая дрянь, — прорычал Тодд, морщась от боли.

Дженни устремилась к задней двери, но Тодд догнал ее.

— Уходи, ты получил, что хотел!

— Ну уж нет!

Тодд завернул ей руку за спину с такой силой, что Дженни закричала от боли, и прижал ее к столу для резки ткани. Уже теряя сознание, она нащупала лежавшие на столе ножницы и со всей силы всадила их в тело Тодда.

Глава 14

Эван припарковал свой грузовик в переулке около «Потайного стежка». Он безумно хотел увидеть Дженни и не собирался ждать ни минуты. Он только что закончил обсуждать с Алексом детали их будущего партнерства. Это был важный шаг, и Эван хотел рассказать о нем Дженни. О нем и о своих чувствах. О том, что любит ее.

Выбравшись из грузовика, он поприветствовал помощника шерифа, сидящего в машине у заднего входа.

— Дженни все еще работает? — спросил Эван.

— Похоже на то.

В этот момент зашуршала рация:

«Код 7 в вашей зоне! Повторяю, код 7!»

— Что это значит? — забеспокоился Эван.

— Сработала кнопка экстренного вызова, — объяснил полицейский.

Эван бросился к двери, но она была заперта. Он нащупал в кармане запасной ключ, оставшийся у него с той памятной ночи, которую они с Дженни провели вместе, и открыл дверь. Ворвавшись в магазин, он увидел Ньюсома, стоящего с занесенным кулаком над лежащей на столе Дженни. Эван хотел остановить его, но не успел — Тодд неожиданно пошатнулся и со стоном упал на Дженни.

Одним прыжком преодолев оставшееся расстояние, Эван отшвырнул Тодда и с ужасом увидел, что Дженни вся в крови. Со свистом втянув воздух, он обшарил взглядом ее тело, пытаясь найти раны, но их не было. Затем он увидел, как поднимается и опадает в такт дыханию ее грудь. Она была жива.

— О господи, Дженни, прости меня. Вернись ко мне, милая, открой глаза, пожалуйста, — шептал он.

Дженни со стоном пошевелилась и приоткрыла глаза. На ее скуле уже наливался синяк.

— Эван…

Он нежно прижал ее к себе:

— Я здесь, моя хорошая, я с тобой. Я всегда буду с тобой, так что начинай привыкать к этому.

С момента, как Эван привез Дженни в больницу, прошло два часа. Он сидел в ожидании новостей, проклиная себя за то, что его не оказалось рядом, когда она больше всего в нем нуждалась.

Двойные стеклянные двери распахнулись, и в больницу вошли Алекс и Эллисон.

— Как она? — обеспокоенно спросил Алекс.

— Не знаю, — покачал головой Эван. — Ньюсому повезло, что его госпитализировали. Если бы этого не произошло, я бы сам отправил его в больницу со множественными переломами.

Эллисон положила руку на плечо Эвана.

— Теперь это дело полиции, — сказала она с мягкой улыбкой. — Я так горжусь Дженни. Она смогла защититься от этого маньяка.

— Ей бы не пришлось защищаться, если бы я не оставил ее одну, — горько прошептал Эван.

— Ты не мог быть с ней постоянно, Дженни бы тебе этого не позволила. Ты ведь знаешь, какой она может быть упрямой.

— Даже слишком.

— И это одна из причин, почему ты так ее любишь, — улыбнулся Алекс.

Прежде чем Эван нашелся с ответом, в больницу вошли остальные члены семейства Рефферти. Грейси сжимала в руках букет цветов.

— Папочка, Дженни не умрет, правда? — испуганно спросила она.

Последний раз Грейси была здесь, когда умерла ее мать, и это место вселяло в нее страх.

— Нет, моя милая, с ней все будет хорошо. Доктор просто хочет ее осмотреть.

— А того злого дядю посадят в тюрьму? — серьезно уточнила Грейси.

— Обязательно, и он больше никогда никому не причинит вреда, — пообещал он дочери. — Мы за этим проследим.

Син присел рядом с Эваном и положил ему руку на плечо:

— Сынок, ты не виноват.

— Нет, я должен был быть рядом с ней. Она уговорила меня уйти, потому что хотела, чтобы все мы были в безопасности, но никто не подумал о том, как защитить саму Дженни. Никого никогда не было рядом с ней.

— Теперь есть ты.

В этот момент к ним подошел пожилой доктор:

— Вы Эван Рефферти?

— Да, как Дженни?

— С ней все будет в порядке. Мы сделали рентген, чтобы убедиться в том, что все кости целы. У нее легкое сотрясение и несколько сильных ушибов, но шрамов не останется.

— Можно ее увидеть?

— К сожалению, нет. Дженни попросила передать, что сейчас не хочет никого видеть.

Боль сдавила грудь Эвана, но он постарался скрыть это.

— Всего пару минут. Мы не будем ее сильно утомлять.

— Простите, но это решение мисс Коллинс, — покачал головой доктор. — Думаю, она стесняется своих синяков.

— Мне плевать на чертовы синяки! — воскликнул Эван. — Я просто хочу убедиться, что с ней действительно все в порядке.

Эллисон положила ему руку на плечо:

— Эван, сегодня Дженни пришлось через многое пройти, нужно дать ей время, чтобы прийти в себя. — Она повернулась к доктору: — Вы собираетесь оставить ее в больнице до утра?

— Да, ведь у мисс Коллинс здесь нет семьи, которая могла бы присмотреть за ней.

Эван покачал головой. Ему было страшно от того, что он опять не смог рассказать Дженни о своих чувствах — словно сама судьба помешала ему.

— Вы ошибаетесь. Мы ее семья.

Эван дал Дженни три дня. Несмотря на то что она не хотела с ним разговаривать, он продолжал звонить ей и оставлять сообщения. Но сегодня, так или иначе, он заставит ее выслушать его!

Он искоса взглянул на сидевшего рядом Метта:

— Тебе не обязательно было ехать со мной.

Эван понятия не имел о том, куда спряталась Дженни, и решил начать поиски с ранчо Касалли.

— Ты шутишь? — усмехнулся Метт. — Как только она отвергнет твое предложение, я собираюсь попытать счастье.

Из-за его сиденья высунулась головка Грейси.

— Мы все хотим увидеть Дженни, — серьезно объяснила она Эвану. — Папочка, не дай ей уехать, ты должен уговорить ее остаться и стать моей мамочкой.

— Сделаю все, что смогу.

— Мы все сделаем все, что сможем, — добавил Син.

Эван припарковал машину у ранчо Касалли и с недовольным лицом обозрел свое семейство, собравшееся в салоне его машины.

— Просто великолепно! Клан Рефферти в полном составе под дверью — именно то, чего сейчас не хватает Дженни.

— Так и есть, — серьезно подтвердил Син.

— Ты любишь Дженни, правда, папочка? — взволнованно спросила Грейси.

Сердце Эвана сжалось от нежности.

— Да, милая, люблю. И я сделаю все возможное и невозможное, чтобы уговорить ее остаться с нами.

Грейси с улыбкой кивнула.

От дверей дома к ним уже шагал Алекс, вероятно заметивший из окна их грузовик.

Эван вышел ему навстречу.

— Послушай, Алекс, я знаю, что твоя жена и Дженни — лучшие подруги, я знаю, что это твоя земля и у тебя есть право выгнать меня отсюда, но если, для того чтобы найти Дженни, мне придется оглушить тебя, а потом обыскать каждый дюйм твоего ранчо, я сделаю это.

Уголки губ Алекса поползли вверх в хитрой усмешке.

— Рад тебя видеть, а то мы с Эллисон уже начали волноваться, что ты не приедешь.

Дженни чувствовала себя гораздо лучше. У нее до сих пор иногда кружилась голова, а синяки еще были видны, но она выглядела гораздо лучше, чем в день, когда ее выписали из больницы. Последние три дня она провела на ранчо Касалли. Здесь было тихо и спокойно. Идеально для человека, который хочет собраться с силами. Но Дженни сходила здесь с ума, она безумно скучала по Эвану, Грейси и всем остальным членам семейства Рефферти.

Сегодняшний день начался с хороших новостей. Она узнала, что ночью федеральные агенты арестовали весь управляющий персонал бара «У дороги», где работал Тодд. Когда ее сводный брат, наниматели которого быстро оценили его преступные таланты, обнаружил, что за ним следят, он решил бежать в Мехико и для этого явился к ней за деньгами. Теперь благодаря ее свидетельским показаниям Тодд отправится за решетку на очень долгий срок.

В дверь настойчиво постучали. Это была Эллисон.

— Сколько ты еще собираешься здесь прятаться? — поинтересовалась она.

— Хочешь выгнать меня отсюда? — слабо улыбнулась Дженни.

Эллисон внимательно оглядела собранные чемоданы и нахмурилась:

— Похоже, мне не придется этого делать. Ты все-таки уезжаешь?

— Да, думаю, так будет лучше. Эвану не нужны проблемы. Он и Грейси заслуживают лучшего. Сейчас он должен думать о дочери и о себе.

— Могу поспорить, все его мысли только о тебе. Дженни, я видела, как он смотрит на тебя. До этого я видела такой взгляд всего раз в жизни — у Алекса. Неужели ты не понимаешь, что он любит тебя?

Дженни нечего было ответить. Она безумно хотела верить в это, но не могла. Ее карие глаза наполнились слезами.

— Нам обоим надо продолжать жить. Мне предстоит судебный процесс, на котором я буду свидетельствовать против Тодда, после этого я наконец смогу спокойно думать о будущем, о работе.

— Великолепная речь, Джен, — фыркнула Эллисон. — Надеюсь, твоя работа сможет сделать тебя счастливой холодными и бесконечно одинокими вечерами, которые ты будешь проводить вдали от Эвана. Не забудь попрощаться с детьми перед отъездом.

С этими словами Эллисон вышла из комнаты, оставив Дженни оплакивать свою несбывшуюся любовь. Больше всего на свете она хотела остаться в Керри-Спрингс, но если она не уедет сейчас, потом уже не сможет заставить себя сделать это.

Она застегнула чемодан и открыла дверь и отпрянула от неожиданности, столкнувшись лицом к лицу с мужчиной, о котором пыталась забыть все это время.

— Эван! — выдохнула она, не в силах отвести взгляд о его неотразимых голубых глаз. — Я не ожидала тебя здесь увидеть.

Он увидел ее чемодан и нахмурился:

— Сбегаешь из города, даже не попрощавшись, да, Коллинс?

Она хотела солгать, но не смогла. Только не ему.

— Прости, Эван. Я подумала, что будет лучше, если я пошлю тебе письмо. Вряд ли ты хочешь со мной общаться после всего, что произошло.

— Ты сейчас говоришь о подонке, который избил тебя? Или о том, что произошло между нами? О тех ночах, которые мы провели вместе? Я надеялся, что они что-то значили для тебя.

Из ее карих глаз вновь потекли слезы.

— Они очень много значат для меня. Я никогда не чувствовала ничего подобного ни к одному мужчине.

— Тогда, ради всего святого, объясни мне, почему ты убегаешь от меня?

Сама не понимая, что делает, она призналась:

— Потому что я люблю тебя, Рефферти, черт бы тебя побрал, и не хочу, чтобы вся та мерзость, с которой мне придется иметь дело, коснулась твоей семьи! Теперь ты счастлив?

Эван мягко улыбнулся:

— Как насчет того, чтобы убрать «черт бы тебя побрал» и просто сказать «Я люблю тебя, Эван».

— Я люблю тебя, Эван, — прошептала она.

— А я люблю тебя, Дженни, — ответил он, почти касаясь губами ее губ, а потом нежно поцеловал.

Дженни прижалась к нему всем телом, отдавшись во власть его объятий. Эван любит ее. Если ей это снится, то это самый прекрасный из снов.

— Но Тодд…

— Он будет наказан. Он, а не ты. Ты больше никогда не останешься одна, Дженни. Я буду с тобой. Я и все Рефферти, ведь семья должна держаться вместе.

Он подвел ее к окну и указал на Метта, Син и Грейси, с нетерпением ожидающих ее ответа у машины. Они помахали ей.

— Эван, почему они там? Нужно позвать их в дом.

— Только не сейчас. Мы договорились, что я первый смогу сделать тебе предложение. Если ты мне откажешь, мое место займет Метт — как будто я подпущу к тебе этого гаденыша.

Предложение? Нет, ей точно все это снится. Она начала смеяться и плакать одновременно, не в силах контролировать переполняющие ее эмоции. Эван встревоженно смотрел на Дженни. Его предложение было слишком внезапным? Он поспешил и напугал ее?

— Прости, что расстроил тебя. Я понимаю, что все происходит слишком быстро. Но мы можем подождать, пока ты не будешь уверена.

Она помотала головой:

— Эван, неужели ты правда хочешь жениться на мне?

— Я люблю тебя, Дженни Коллинс. Господи, я даже не понимал, насколько сильно я тебя люблю, до тех пор, пока чуть не потерял. Я никогда не прощу себя за то, что не был с тобой тогда…

— Ты, милый, — прошептала Дженни, прижимаясь к нему. — Главное, что сейчас ты здесь.

— И если только ты мне позволишь, я буду с тобой всегда. — Эван тяжело вздохнул, заставляя себя продолжать. — Я знаю, что не самый лучший кандидат в мужья, что бываю груб и упрям, но я могу измениться, если ты будешь со мной. — Он нежно провел рукой по ее щеке. — Я не хочу жить без тебя, ты нужна мне. Ты станешь замечательной матерью для Грейси. Она уже очень любит тебя. И нашим будущим детям тоже очень повезет с матерью.

Дети. Дети Эвана.

— Я тоже люблю Грейси. И тебя, и твоего брата, и отца. Всю вашу семью.

— Но я надеюсь, меня все-таки немного больше? — усмехнулся Эван.

— Больше всего на свете, — с жаром ответила Дженни.

Это продолжалось до тех пор, пока за окном не раздался звонкий смех и свист.

— Ты уверена, что сможешь выдержать всю мою семью, Дженни? — с притворным беспокойством спросил Эван.

— Пока я с тобой, я выдержу все, что угодно, — счастливо улыбнулась она в ответ.

Эпилог

Последние два месяца Дженни была безумно занята работой в «Потайном стежке», курсами шитья и подготовкой к свадьбе. Со следующей недели она приступала к работе в школе. Конечно, это не значило, что она не будет скучать по магазину, его милым посетительницам и своим ученицам.

Ее собственная мать, узнав о том, что она будет свидетельствовать против Тодда, отказалась от нее. Это больно ранило Дженни, но Син объявил, что теперь она будет его любимой дочерью.

«Потайной стежок» навсегда останется для нее особенным местом. Дженни подошла к витрине, в которой было вывешено яркое одеяло, сшитое ее маленькими ученицами. Первое место в конкурсе эссе заняла Черри, потому что ничья история не могла сравниться с запутанной судьбой семейства Касалли, с их переездом из Италии в Америку. Грейси была немного разочарована, но поддержала подругу, хотя надеялась взять реванш в следующем году.

Над дверью магазина весело звякнул колокольчик, и в помещение вошли Эллисон с большим тортом, а за ней Грейси, Черри, Алекс, Эван и женщины, которые время от времени собирались в «Уголке швеи». Похоже, намечалась вечеринка, о которой Дженни ничего не знала.

— Итак, что происходит? — поинтересовалась она у Эвана, обнимая его.

— Мы просто решили, что нужно отметить твой последний день в качестве управляющей «Потайным стежком».

— Да, мы подумали, что тебе будет грустно, и решили тебя развеселить, — добавила Грейси.

Дженни оглядела большую коробку:

— А это что такое?

— А это подарок для вас, — ответила Эллисон.

— Можешь считать его первым свадебным подарком, если тебе так проще, — предложила Лиз Паркер. — Мы хотели вручить его именно здесь, в магазине. Думаю, он будет прекрасно смотреться в вашей с Эваном спальне.

Дженни подняла крышку и со вздохом восхищения вынула из коробки потрясающее красивое одеяло пастельных тонов, на котором были вышиты сцепленные обручальные кольца и дата их с Эваном свадьбы.

— О господи, какая красота!

— Надеюсь, мы правильно подобрали цвета, — улыбнулась Эллисон.

— Это твой новый дизайн, да? — спросила она.

— Да, но я шила его не одна.

— Мы все помогали! — радостно сообщила Грейси. — А еще мы использовали кое-что из твоей и папиной одежды, чтобы одеяло стало для вас родным. Посмотри, это папина рубашка! — Малышка указала на голубой квадрат.

— Мне пришлось пожертвовать им твой халат, — шепотом добавил Эван. — Но я никогда не забуду, как сексуально ты в нем выглядела.

— Мне очень, очень нравится! — счастливо улыбнулась Дженни.

— Не могу дождаться холодных ночей, — промурлыкал ей на ухо Эван.

Дженни почувствовала, как к ее щекам приливает кровь.

— Спасибо вам всем большое, — смущенно сказала она. — Мне еще никто никогда не делал таких замечательных подарков.

— Я давно поняла, что самые красивые одеяла получаются не у тех, кто шьет из дорогих тканей, а у тех, кто делает это с любовью. Я, Черри, Милли, Лиз, Луиза и Бет хотели, чтобы у вашей семьи было прекрасное начало, первый шаг в будущее, к новому поколению семьи Рефферти, — произнесла Эллисон, — которое начинается с этой маленькой девочки. — Она погладила Грейси по голове. — Она сама выбирала ткань и очень старательно вышивала свое имя.

— Я много тренировалась, — смущенно объяснила малышка.

— И отлично справилась.

Дженни крепко обняла девочку. Она знала, что вместе с мужем обретает дочь, брата и отца.

— Здесь еще предостаточно места для имен ваших с Эваном детей, — с теплой улыбкой сказала Милли.

— Я буду очень беречь его, — пообещала Дженни. — Это особенный подарок для меня.

* * *

Наконец наступил день свадьбы. Эван, стоя на холме, любовался виноградниками и думал о том, что с сегодняшнего дня для него начнется новая жизнь, которую он разделит с Дженни.

— Эй, Рефферти, надеюсь, ты не собираешься сообщить мне, что передумал?

Он обернулся и увидел свою невесту, поднимающуюся к нему. Сегодня она была прекрасна, как сказочная фея. Белое, расшитое кружевом платье облегало ее стройную фигуру, солнечно-золотистые волосы были убраны цветами, а фата трепетала на ветру.

Эван послал ей сообщение с просьбой встретиться с ним до свадьбы, и она пришла, хотя до церемонии оставалось меньше часа.

— Ты потрясающе выглядишь, — выдохнул он, не в силах отвести глаз.

— Именно такого эффекта я и добивалась, — улыбнулась Дженни, но Эван заметил, что она нервничает. — Ты тоже ничего, Рефферти. Итак, ради чего мне пришлось нарушить традицию, согласно которой жених не должен видеть невесту до свадьбы?

— Я хочу тебе кое-что подарить до того, как начнется все это безумие, — усмехнулся он, с нежностью глядя на Дженни.

— О, Эван, нам совсем не обязательно было устраивать такую пышную свадьбу.

— Нет, обязательно. Мы начнем наш брак с прекрасных воспоминаний. Я хочу, чтобы все узнали, как сильно я люблю тебя. Всего за пару месяцев ты полностью преобразила мою жизнь и жизнь моей дочери.

— Нашей дочери, — с улыбкой поправила его Дженни.

— Да, нашей дочери. Скоро мы поженимся, но перед этим я хотел остаться с тобой наедине и сделать тебе подарок.

Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку, где лежал изящный платиновый кулон в форме сердца, украшенного крошечными бриллиантами с сапфиром в центре.

— О Эван… — потрясенно прошептала Дженни.

— Я знаю, что это не тот кулон, который был украден, но надеюсь, что это украшение станет напоминанием о моей любви и преданности, о том, что мое сердце отныне принадлежит тебе.

Он обнял Дженни и нежно поцеловал, а потом взял за руку и повел туда, где их уже ждали гости.

— Сегодня первый день нашей новой жизни.

Еще никогда Дженни не была так счастлива. Наконец она нашла свое место. Рядом с Эваном. Навсегда.

Content

Патрисия Тэйер
Заветный талисман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог