Маргарет Ньюман

Принцесса на выходные

1

Кейн Бредли медленно шагал по Маркетстрит, время от времени оглядываясь. Подчиняясь распорядку работы чиновничьей братии, этот квартал Сан-Франциско в полуденный час приходил в движение, словно пчелиный рой. То и дело возникали транспортные пробки, нетерпеливо сигналили машины, тысячные толпы сотрудников учреждений лавиной выплескивались из зданий. В этой толпе было нетрудно затеряться.

Кейн ненадолго остановился в конце улицы, чтобы сориентироваться, потом решительно завернул за угол и подошел к кафе, расположенному напротив отеля «Хайат Ридженси». Устроившись у окна, он взял оставленную кем-то газету «Стэндард» и, прикрывшись ею, стал наблюдать за входом в отель. Каждое его движение было ровным, спокойным и хорошо отработанным. Если бы кто-то вздумал заглянуть в его глаза, он уловил бы волнение, которое появлялось там каждый раз, когда на горизонте начинало маячить новое предприятие.

— Что желаете? — прервала его занятие мило улыбающаяся официантка.

Он отмахнулся от нее как от надоедливой мухи, но потом вспомнил, где находится, и нехотя выдавил из себя:

— Двойной кофе.

Официантка хотела было сказать, что в их кафе посетители должны заказывать какую-нибудь еду, но что-то в его облике помешало ей осуществить свое намерение. Она принесла кофе и оставила посетителя в покое.

Часы показывали четверть первого, люди выходили и заходили в отель. Последняя парочка вышла из двойных массивных дверей минут пять назад. Вскоре Кейн заскучал, не находя для себя ничего интересного, но все же не покидал своего места.

В двадцать минут третьего длиннющий лимузин затормозил перед входом в гостиницу, дверь машины открылась, и показалась женская нога — стройная, элегантная, способная затормозить движение на улице. Даже если бы Кейн был простым прохожим, и то он не преминул бы остановиться, наслаждаясь этим зрелищем. Такие ноги не могли оставить равнодушным ни одного мужчину.

Он терпеливо подождал, пока дама покажется из машины. Если у нее такие ноги, может, и вся ее внешность гораздо аппетитнее, чем можно себе представить по черно-белой фотографии в газете, которую он хранил в нагрудном кармане. Кейн немного повернулся, чтобы удерживать в зоне внимания не только автомобиль и его пассажирку, но и вход в отель. Сильвия Эванс (судя по фотографии, это была именно она) наклонилась, выходя из машины. Темные волосы упали на лицо, не давая возможности как следует рассмотреть его. Кейн был достаточно далеко, и с такого расстояния она показалось ему довольно хорошенькой. Конечно, не настолько хороша, как можно было рассчитывать, глядя на ее ноги, но вполне привлекательна.

Когда она внезапно оглянулась, он увидел ее лицо в анфас, и ему опять пришлось пересмотреть имеющую у него информацию. Она явно не выглядела на свои двадцать семь. Строгий черный костюм, неплохо сидевший на хрупкой фигуре, придавал внешности женщины некоторую чопорность и деловитость, в то время как ее лицо было лицом большого ребенка, который удивляется и искренне восхищается окружающим его миром.

Он полез в карман и еще раз взглянул на газетную вырезку. На фотографии она выглядела хуже. Волосы были убраны в пучок, а на лице застыло выражение решимости и уверенности в себе. И ростом она оказалась ниже, чем он ожидал… Однако сложена очень пропорционально. Он предпочел бы, чтобы она оказалась более похожей на этот снимок. Ему было бы гораздо легче выполнить свою работу, если бы она не выглядела такой молоденькой и невинной.

Кейн продолжал наблюдать за девушкой и видел, как портье подошел к ней и достал ее вещи из багажника. Она стояла очень прямо, а носки ног были развернуты — верный признак того, что она когда-то занималась балетом. Он как-то встречался с одной балериной. Да, пикантная была девочка. Приятные воспоминания заставили его ухмыльнуться.

Сильвия подняла глаза, чтобы получше рассмотреть двадцатиэтажный отель. Мужчина, сидящий в кафе напротив, заметил, что она улыбается. Интересно, что же ей так понравилось — архитектура отеля или то, что она имела возможность оттянуться здесь за счет своей фирмы? Возвышающийся на холме отель был не меньшей достопримечательностью города, чем какой-нибудь памятник. Все его постояльцы возвращались домой, переполненные впечатлениями от увиденного: огромного вестибюля, хрустальных люстр и старинных гобеленов с изображениями сцен знаменитых походов европейских крестоносцев.

Кейн надеялся на то, что Сильвия Эванс никогда раньше не была в Сан-Франциско. Он хотел бы первым показать ей город. Если бы даже у него было недостаточно шарма для выполнения своего плана, то уж этот город поможет ему очаровать кого угодно. У Сильвии нет ни одного шанса устоять против их тандема.

Девушка подошла почти к самой двери, но внезапно остановилась. Медленно повернувшись, она оглянулась на шикарный автомобиль, на улицу, а затем посмотрела в его сторону. Кейн хотел было закрыться газетой, но подумал, что это глупо. Вряд ли он мог привлечь внимание Сильвии, ведь для нее он был пока просто незнакомцем, частью окружающего пейзажа. Но когда ее взгляд упал на Кейна, то отчего-то на долю секунды задержался на его лице.

В это мгновение Кейн почувствовал неприятное ощущение где-то в области желудка. Почему-то ему показалось, что это странное чувство сродни чувству вины. Да нет, этого просто не могло быть. В его бизнесе не было места для подобных сантиментов.

Сильвия внимательно оглядела элегантный обеденный зал. Столы были покрыты свежими скатертями из ирландского полотна цвета цикламена, стекло было из Франции, фарфор — английский. Стены украшали пейзажи калифорнийских художников, выполненные пастелью; кремовые стены освещал рассеянный свет множества светильников; в конце зала, в глубине полукруглой ниши, стояла большая ваза со свежесрезанными цветами.

В это время дня зал был полон. Все гости сидели парами. Они держались за руки, смотрели друг на друга восторженными глазами, о чем-то нежно шептались. Лишь Сильвия была за столиком одна. Ее крестная фея, видимо, весьма своенравна. Она выполнила ее мечту, но не совсем так, как девушке хотелось бы.

Все думали, что этот вечер будет лучшим в ее жизни. Она выиграла поездку в Сан-Франциско как лучший сотрудник года в компании «Экосайнс». Все расходы оплачивала фирма: для Сильвии был заказан ужин в роскошном отеле, самолет компании доставил ее в Сан-Франциско и заберет обратно. Она ждала этой поездки целый месяц и очень волновалась перед ней. Но что-то из нее получилась никудышная Золушка. Она чувствовала себя одинокой и несчастной. Прекрасный Принц куда-то запропастился. У него, видимо, были другие планы на сегодняшний вечер.

Аппетит пропал совершенно, и Сильвия просто сидела за своим столиком, задумчиво глядя на мигающее пламя свечи. По крайней мере, это лучше, чем все время наблюдать за влюбленными парочками вокруг.

Кто-то коснулся ее плеча, что несказанно удивило девушку, но затем она вспомнила, что несколько минут назад заказала вино. Это, должно быть, официант. Сильвия подняла глаза и чуть не ахнула.

Официант был самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела. Все мальчики с рекламных проспектов ему и в подметки не годились. Ему было лет тридцать пять, темные густые волосы немного вились, выразительные глаза, наполовину прикрытые длинными ресницами, томно смотрели на Сильвию. Особое внимание приковывал его рот. Он был соблазнительно мягким, слегка ироничным и по-восточному четко очерченным. Ей никогда не нравились квадратные подбородки, но теперь она навсегда переменила свое мнение…

— Мисс Эванс?

Какой, однако, красавец! Откуда, интересно, он узнал ее имя? Она кивнула, надеясь, что он скажет что-то еще. Ей хотелось снова окунуться в волны его густого баритона.

— Из «Экосайнс»?

Ух ты, подумала она. Но когда он самодовольно улыбнулся, Сильвия поняла, что сказала это вслух.

— Я имела в виду, принесите вина… Вина…

— Я уже слышал, — сказал он, немного дразня ее.

Затем он прищелкнул пальцами, и сию же секунду у стола появился человек с бутылкой вина в руках и со штопором, висящим на цепочке на шее.

— Шардонэ, Шарль.

Сильвия в недоумении взмахнула ресницами. Если Шарль — официант, то кто же тогда этот красавец?

— Кто вы? — спросила она мужчину с квадратным подбородком.

— Я — Кейн Бредли. Я прочитал о вас в газете и подошел, чтобы поздравить с достойной наградой. Вы, наверное, очень рады победе?

Она опять растерянно моргнула.

— Вы узнали меня по фотографии в газете?

— Да. Я никогда не пропускаю ни одного хорошенького личика.

Романтический образ незнакомца, который она создала в своем воображении, сразу же потускнел и рассеялся, как только она поняла, что он лжет.

— Спасибо, — поблагодарила она, уже желая, чтобы он поскорее ушел.

— Не за что. — Мужчина подошел к столу и положил руку на спинку стула, стоявшего напротив нее. — Моя девушка не пришла, а вы, я вижу, тоже одна. Вы не будете возражать, если я присяду за ваш столик?

Она еще не успела открыть рот, чтобы отказать ему, а он уже невозмутимо садился за столик, сказав: «Спасибо».

Он занял свое место, не спеша, давая ей возможность рассмотреть себя. Смокинг сидел на нем как влитой, четко очерчивая широкие плечи и узкие бедра. Никогда еще она не видела, чтобы одежда так подходила ее обладателю. Интересно, какая же девушка в здравом уме могла не прийти, к нему на свидание?

Несмотря на ее прежнее желание, чтобы Прекрасный Принц оказался рядом с ней, сейчас Сильвия размышляла о том, как бы ей вежливо сказать этому красавцу, что она предпочитает ужинать в одиночестве. Говорят ведь — прежде чем загадать желание, нужно как следует подумать, что ты будешь делать, если оно вдруг исполнится. Честно говоря, она предпочитала общество мужчин, обитающих только в ее грезах. Мужчин во плоти она как-то побаивалась. Но, с другой стороны, обеденный зал с его появлением перестал выглядеть таким унылым. Подумаешь, какая проблема… Ничего с ней не случится, если она проведет один вечер с красивым лжецом.

Он смотрел на нее открытым, полным нескрываемого любопытства взглядом. От его улыбки сердце Сильвии забилось быстрее. Ну почему она не послушала подруг? Как они уговаривали ее как следует подготовиться к этому вечеру — сходить в парикмахерскую, купить новое платье… Но нет, она отмахнулась от всех их доводов, а теперь сидит с самим Адонисом и выглядит при этом, словно служанка. Может быть, она немного преувеличивает, но ведь рядом с Кейном и Клаудиа Шиффер заработала бы комплекс неполноценности.

— А теперь расскажите мне, что же вы такого сделали, чтобы получить звание Лучшего Сотрудника Года?

Ей показалось, что он сказал это с сарказмом, хотя выражение его лица не подтверждало эту догадку, а его голос излучал дружелюбие.

— Так вы на самом деле узнали меня по той дурацкой фотографии? Я, например, даже президента бы не узнала по его портрету в газете.

— Да. Если не верите, то я могу доказать. Газета в моей комнате. Если хотите, я могу ее принести.

Она задумчиво покачала головой.

— Да нет, не надо. Видимо, вы говорите правду…

— Сильвия Эванс, заведующая научно-исследовательским отделом компании «Экосайнс», была выбрана Лучшим Сотрудником Года на ежегодном собрании коллектива, — процитировал он.

Сильвия очень удивилась. Он что, выучил эту статью наизусть? А зачем?

— Президент частной компании по добыче нефти с помощью природосберегающих технологий Роберт Фишер сделал заявление об этом…

— Ну ладно, сдаюсь, вы выиграли. — Она шутливо подняла руки вверх в знак своего поражения.

— А в качестве поощрения за мой выигрыш вы, может быть, ответите на мой вопрос?

— Какой вопрос?

— Я спросил вас, что вы сделали такого особенного, за что вам присудили это звание?

— Ну хорошо. Что я сделала особенного? — Она стала размышлять вслух. — Этот вовсе не трудно. Нужно было просто работать от зари до зари все пять дней в неделю в течение последних трех лет.

— Какой ужас, — иронично заметил он. — А как зарплата?

— Платят хорошо. Но я должна помогать маме и сестре — студентке колледжа.

Он перестал улыбаться, на его лбу пролегла морщина, но от этого он стал еще привлекательнее, если такое вообще возможно.

— Сожалею. Это, наверное, очень нелегко для такой молодой женщины.

Сильвия лишь пожала плечами и выпила немного воды. После того как она поставила стакан, ей удалось выжать из себя улыбку.

— Что же поделаешь. У каждого свои проблемы, у кого их нет? Может быть, только у президента. Но вы с ним поменялись бы?

Он опять засмеялся, и она поняла, что, если бы он захотел заняться с ней любовью прямо сейчас, она бы ответила «да» или в крайнем случае «может быть».

— Мне казалось, что ваша деятельность должна коренным образом отличаться от работы всех остальных сотрудников, — продолжал он.

— Я действительно руковожу очень важным отделом в компании. Моя группа занимается разработками технологий добычи нефти, безопасных для окружающей природы.

Теперь она была на своей территории и сразу же почувствовала, насколько ей стало легче. Ее плечи расслабились и горделиво распрямились.

— Это очень интересно, — с живостью закончила она.

— Немногие люди могут так рассказывать о своей работе. Вам она, наверное, действительно нравится.

— Я работаю с тремя лучшими специалистами в этой области. У каждой из нас своя область специализации.

— Хорошо выполненная работа приносит удовлетворение, — сказал он, и ей показалось, что в этот момент он был мыслями где-то далеко от нее.

— Вы говорите это по своему собственному опыту?

Он опять был здесь, рядом с ней. Его светло-карие глаза, резко контрастирующие с загорелой кожей, утратили свое мечтательное выражение. Теперь они были серьезные, заинтересованные и выдавали недюжинный ум.

— Думаю, что да.

— А чем вы занимаетесь?

— Бизнесом. Я предприниматель. Но давайте сейчас не будем говорить обо мне. Сегодня ваш праздник.

Как будто для того, чтобы подтвердить это еще раз, именно в эту минуту появился официант с бутылкой вина. Кейн внимательно осмотрел наклейку, затем официант налил немного вина в его фужер, и только после одобрительного кивка Кейна вино было налито в бокал Сильвии.

Кейн поднял тост:

— За самого очаровательного Сотрудника Года. Пьем до дна.

Они медленно пили вино, не спуская глаз друг с друга, и, когда Сильвия допила свое вино до конца, она поняла, что пропала. Она никак не могла отделаться от образа, засевшего в ее мозгу — он так же медленно, как сейчас пил вино, снимает свой шикарный смокинг. Ее температура поднялась, и сердце стало отплясывать рок-н-ролл.

— Мне то же, что и даме, — сказал Кейн.

Она и не заметила, как опять подошел официант. Сделав заказ, Кейн обратился к Сильвии.

— Простите, мне нужно позвонить.

Она кивнула и посмотрела ему вслед, пытаясь представить его без одежды. Он уверенно шел по залу, всем своим видом демонстрируя уверенность в своей неуязвимости и превосходстве над окружающими. Казалось, Кейн занимал гораздо больше места в пространстве, чем любой другой человек.

Когда он вышел, Сильвия подозвала метрдотеля.

— Чем могу быть полезен?

— Вы знаете этого господина, сидящего со мной?

— Мистера Бредли? Да, конечно. Он часто у нас бывает.

— Можно быть уверенной, что он не какой-нибудь серийный убийца?

Метрдотель засмеялся, и Сильвия почувствовала, как упал груз с ее сердца.

— Что вы, мадам, его хорошо знают у нас. Можете ничего не опасаться.

— Спасибо, — сказала она, а про себя подумала, что вовсе в этом не уверена.

Кейн вернулся, и опять она была поражена его элегантностью. Десятки глаз пристально следили за ним, выражая восторг, восхищение и зависть одновременно. Она внезапно почувствовала легкий озноб. Глупо было так реагировать на него, ведь он всего-навсего обычный мужчина. На что ее внутренний голос сказал: как бы не так!

Кейн сел и положил салфетку на колени.

— Так эти исследования, которыми вы занимаетесь, — начал он, как будто их разговор и не прерывался, — связаны с защитой окружающей среды?

— Да, я специализировалась в институте по экологически безопасной технологии.

— Вот почему ваша компания не слишком процветает.

Оказывается, он был в курсе происходящего в мире бизнеса.

— Я горжусь тем, что наша компания заинтересована в сохранении планеты чистой. Естественно, приходится чем-то поступаться. Но ведь это того стоит, правда?

— Может быть, но все это хорошо до определенного момента.

— До какого?

— Пока компания приносит прибыль.

— Но не всегда же прибыль является самоцелью.

— Всегда. Если компания не приносит прибыль, то она скоро разорится. Вот и не станет вашей, такой гуманной, компании. Все очень просто.

Он поднял бокал с вином.

— Просто лишь в том случае, если вам на все наплевать.

Стакан застыл в его руке.

— Вы умная девушка. Не думаете же вы, что можно достичь успеха, если только и делать, что заботиться об окружающих людях, окружающей среде и т. д. В первую очередь нужно думать о более важных вещах.

— О каких, например?

— О прибыли.

Он опять улыбнулся, но в этот раз она не поддалась обаянию его улыбки, так как увидела жесткость в его глазах.

— Я, Сильвия, человек практичный. Я знаю, что самые прекрасные намерения, не подкрепленные деньгами, так и остаются всего лишь намерениями.

— Это что-то новенькое — практичный человек в смокинге от знаменитого кутюрье.

Он непринужденно рассмеялся.

— Вы, оказывается, не только хорошенькая, но и наблюдательная. Я могу объяснить. Смокинг — это капиталовложение, которое еще принесет свою прибыль.

— Но вы вовсе не против того, чтобы выглядеть шикарно, да?

— Вы так думаете?

— Это вы так думаете.

— Как я разочарован. Я-то надеялся, что этот костюм поможет мне заработать пару призовых очков.

Изо всех сил стараясь не поддаться обаянию его улыбки, Сильвия утешила Кейна:

— Не стоит беспокоиться. Вы и правда выглядите превосходно. Честно.

— Тогда проведите эту ночь со мной.

Она открыла рот от изумления и закрыть его была не в силах.

На губах Кейна появилась понимающая улыбка.

— Я вовсе не то имел в виду. Этот вечер. Мы прогуляемся по городу, покатаемся на старинных экипажах.

Он наклонился к ней и накрыл ее ладонь своей. Сильвия затаила дыхание. Один вид его крупной руки заставил ее почувствовать себя нежной и женственной. Это было вовсе не то чувство, к которому она привыкла.

— Сильвия, вы обязательно должны посмотреть ночной Сан-Франциско. Это необыкновенное зрелище, поверьте мне.

Пришел официант, и Кейн убрал руку. Она сразу же почувствовала себя одинокой. Голод совсем прошел, хотя эскалоп в винном соусе выглядел весьма аппетитно. Ей хотелось, чтобы Кейн опять коснулся ее. Просто еще раз дотронулся до ее руки. Как она жила так долго без прикосновения мужских рук? Но, с другой стороны, она не должна была забывать, что он — Подозрительный Незнакомец. А она — не кто иной, как Благоразумная Сильвия.

— Спасибо за лестное предложение, но я не думаю, что это хорошая идея.

— Опасаетесь? Правильно. Время сейчас опасное. Но я совсем не такой. Как мне убедить вас в этом?

— Вы хотите убедить меня в том, что вы абсолютно не опасны? Вам это никогда не удастся.

Она лукаво улыбнулась, говоря это, и тоже наклонилась к нему, к своему собственному удивлению.

— Я могу предоставить рекомендательные письма, — с серьезным видом предложил он.

— От кого же?

— Ну, например, от управляющего этим отелем.

— Я поверю этим рекомендациям только в том случае, если управляющий — женщина.

Сильвия отстранилась. Впрочем, медленно и неохотно.

— А, так вы думаете, что я имею на вас виды?

Краска залила ее щеки, и она отвела взгляд. Сильвия, о чем ты думаешь? Чтобы такой мужчина, как он, мог увлечься тобой? Кажется, она ляпнула очередную глупость.

— Вы правы. Так оно и есть. — Его голос был низким, мягким, с оттенком интимности.

Она собрала всю свою храбрость и с недоверием протянула:

— Да ну?

Он опять засмеялся.

— Что вас так удивляет?

— Вы — это вы, а я — всего лишь я.

Такое выражение лица, которое появилось у него после этого заявления, она видела уже раз сто за свою жизнь. Она его обескуражила, и теперь он находил ее забавной. Опять ее дурацкий язык и неумение думать прежде, чем говорить. Она не смогла бы подсчитать, сколько мужчин сбежало от нее по этой причине, а теперь она вспугнет и этот великолепный экземпляр.

— А чем мы так различаемся, Сильвия?

Теперь пришла ее очередь усмехнуться:

— Не делайте вид, что не понимаете.

— По-моему, у нас много общего. И вы, и я — деловые люди, умные, одинокие. Мы оба находимся в чужом городе и любим эскалопы.

— Ох! Я абсолютно забыла об эскалопах. Вы правы, мы почти близнецы.

— И нам обоим ужасно нравится ваше чувство юмора. — Он усмехнулся.

— Простите, я…

— Не извиняйтесь, мне и правда понравилось.

— Вам нравятся дурацкие шутки?

— Гораздо больше, чем вежливое равнодушие.

— Тогда вынуждена вас разочаровать. Я обычно шучу раз в день.

— Ничего страшного. Я здесь останусь на все выходные.

Сильвия потянулась за стаканом и постаралась, чтобы ее рука не дрожала, пока она несла его к губам. Нельзя пить большими глотками, только отхлебнуть. Боже, она явно играет не в своей лиге. Единственное, что она знала о мужчинах типа Кейна Бредли, так это то, что они не ухаживают за такими женщинами, как Сильвия Эванс. Они встречаются с королевами красоты и фотомоделями, а не со специалистами по охране окружающей среды.

От неожиданной догадки, пришедшей ей в голову, она выпила слишком большой глоток вина и закашлялась. Это все ее девчонки! Три очень умных ассистентки ее отдела, сующие свой нос в ее личную жизнь. Это все они организовали! Конечно же, он из службы сопровождения. Это организация, поставляющая мужчин, которые за определенную плату сопровождают деловых дам на вечеринки, а при необходимости оказывают и другие, более интимные услуги. Теперь все становилось на свои места.

Как они основательно подготовились! Даже договорились с персоналом в гостинице. Так вот почему они требовали, чтобы она сходила к парикмахеру. Она в понедельник их просто убьет. Ничего себе: заплатить мужчине, чтобы он составил ей компанию!

Теперь Сильвия взглянула на Кейна другими глазами, критически. Он, должно быть, обошелся им в целое состояние. Даже Ричард Бартон не мог бы сыграть более убедительно. Он даже способен поддержать деловой разговор… Видимо, ее подружки выбрали лучшего в своем деле.

Однако теперь она не знала, что делать. И что чувствовать. Она должна быть оскорблена? Или благодарна?

— Что там происходит в вашей очаровательной головке? — спросил Кейн.

Подыграть ему? Или дать понять, что она разгадала эту шараду?

Он немного наклонился. Его взгляд медленно исследовал ее лицо, каждую черту в отдельности. Она наблюдала за ним, гадая, что же он действительно думает о ней. Может, задание оказалось для него неприятным? Это было бы обидно! Кем бы этот Кейн ни был, прежде всего он оставался мужчиной.

— Я слишком тороплюсь?

Она покачала головой.

— Вы просто делаете свое дело.

— Дело? — удивленно спросил он, откинувшись назад.

В эту минуту Сильвия решила, что она оставит все так, как есть. Золушка она или не Золушка, в конце концов? Это ее первый бал, а Кейн — Прекрасный Принц. Ну и что из того, что за него принесут счет? Таковы наши времена. Зная своих подруг, она могла быть уверена, что они проверили его по всем статьям. Так что она с ним в полной безопасности. Но все же Сильвия не могла точно решить, стоит ли ей играть в эту игру. Хочет она или нет стать принцессой на выходные?

— Сильвия, что вы имеете в виду?

— Я опять пыталась пошутить, но не очень удачно.

Он сузил глаза.

— Не уверен, что понял вас.

— Ничего, бывает.

— Я не ожидал, что вы окажетесь такой, — произнес он после долгой паузы.

Интересно, что же девочки рассказали ему о ней. Наверняка превозносили ее достоинства как, научного работника. Кроме того, Сильвия не удивилась бы, если бы они запросто рассказали ему, что она не встречалась с мужчинами уже лет сто.

— А чего же вы ожидали?

— Кого-то более серьезного.

— Ну как же, ученый должен быть в толстых очках и в футболке с надписью «Секретные материалы».

От его улыбки у нее потеплело на сердце.

— Нет, конечно, но…

— Да вы ведь совсем ничего обо мне не знаете, мистер Бредли.

— Вы будете смеяться, но я уже узнал о вас очень много.

Кейн опять коснулся ее руки. Это прикосновение вывело Сильвию из равновесия.

— Вы умная. Даже слишком умная, что иногда приносит вам неприятности. Пытаетесь заглянуть за фасад, так ведь? Вы все уже высчитали в уме и поняли, что мне что-то нужно от вас. Да, вы правы. Мне нужна ваша компания (Боже, мельком подумал он, какой циничный каламбур!) Никаких взаимных обязательств. Просто я хочу пройти по городу вместе с вами и увидеть его вашими глазами. Я хочу слушать ваши ироничные замечания и ваш смех. Сильвия, будьте со мной в этот вечер.

Что ответить ему — «да» или «нет»? Положить конец этому фарсу, сказав, что она знает, для чего его наняли? Или позволить ему соблазнить себя? Ей нужно было время, чтобы это обдумать. Но как раз времени у нее и не было. Он ждал ответа.

— Хорошо, — просто ответила она.

— Вы уверены? — Он слегка склонил голову в сторону.

Она кивнула. Это ведь был ее бал. Что из того, что он принц на одну ночь? Ей все равно. Сегодня ночью она будет Принцессой. Обыденная жизнь начнется только завтра, а сегодня сказка принадлежит ей.

2

Кейн был вполне доволен собой. Все шло даже лучше, чем он ожидал. Во-первых, хотя Сильвия по внешним данным и не была его идеалом женщины, она по-своему симпатична и очень сообразительна, что делало приятным общение с ней.

Во-вторых, она ничего не подозревала, в этом Кейн был уверен, хотя в какой-то момент он испугался, что она отвергнет его предложение. Было ясно, что она не привыкла к такому вниманию со стороны мужчин и была настроена скептически. Видимо, наибольшей трудностью для него будет убедить ее в том, что она — самая желанная женщина во всем Сан-Франциско. Хорошо, что ему не нужно так уж сильно притворяться.

Он смотрел, как она пьет вино. И удивился возникшему вдруг желанию притронуться к ее нежной шее. Подожди, Кейн, нельзя торопиться, иначе рыбка сорвется с крючка. Он здесь вовсе не для того, чтобы развлекаться. Ему действительно была нужна ее компания. Нефтяная компания. Он должен выведать у нее информацию, которая позволит ему получить «Экосайнс» как можно дешевле и сделать слияние нефтяных компаний свершившимся фактом.

Если он провернет все, как нужно, то получит всю информацию к утру. Сильвия станет немного грустнее, но гораздо умнее, а он — еще богаче.

— Я впервые в Сан-Франциско, — сказала она. — Разве можно поверить в это? Я прожила в Портленде всю жизнь, но ни разу не приезжала сюда, хотя мне всегда этого хотелось.

— Я покажу вам этот город.

— Вы здесь живете?

Он отрицательно покачал головой.

— Нет, я тоже из Портленда. Видите, как мир тесен. Но я люблю приезжать сюда.

Сильвия поковыряла эскалоп вилкой.

— Вы, наверное, всегда стремитесь получить то, что хотите? — задумчиво спросила она. — И часто вам это удается?

Кейн не сказал то, что вертелось у него на языке. Вместо этого он проговорил:

— Очень часто. Но не всегда.

Она отложила вилку и коснулась фужера кончиками пальцев. Кейн следил за тем, как двигается ее рука, поражаясь изяществу тонкой кисти. Он не думал, что она окажется такой хрупкой…

— А стремитесь ли вы к тому, чего не можете получить? — неожиданно тихо спросила Сильвия.

— Никогда. Если что-то не может принадлежать мне, я просто без всяких сожалений отхожу в сторону.

— Оказывается, мы больше похожи, чем мне казалось.

— В чем же?

— Я тоже отхожу в сторону. Но у меня всегда полно сожалений по этому поводу. Так что я вам завидую.

— Не нужно завидовать.

Кейна вдруг захлестнули эмоции, он почувствовал, что выдержка вот-вот оставит его. Потребность прикоснуться к ней была такой настоятельной, что у него перехватило дыхание.

— Почему? Ведь так больно сожалеть о чем-то… — Она удивленно подняла брови и заглянула ему в глаза.

— Зато это чувство не позволяет нам очерстветь.

Он наклонился и нежно погладил ее ладошку большим пальцем. Сильвия, замерев, взглянула на их соединившиеся на белой скатерти ладони. Некоторое время они молчали. Он продолжал ласкать ее руку, а она следила за игрой теней, отбрасываемых мигающей свечой.

— Вы меня тоже удивили, — тихо сказала Сильвия. — Я думала, что раскусила вас. Но теперь я не так в этом уверена.

Кейн убрал свою руку и поднял стакан.

— У меня такое чувство, мисс Эванс, что вы видите меня насквозь.

Он повернул голову и знаком подозвал официанта.

— Десерт для вас и молодой дамы?

Официант наклонился к ним с таким видом, будто это был вопрос жизни и смерти.

Кейн посмотрел на Сильвию, но она сделала отрицательный жест.

— Счет, пожалуйста.

И опять повернулся к ней.

— Вы готовы?

В этот раз Сильвия кивнула утвердительно.

Кейн оставил на столе щедрые чаевые, а затем отодвинул ее кресло. Когда она поднялась, он увидел, что ее макушка как раз достает ему до подбородка. Ее хрупкость в который уже раз поразила его.

На Сильвии было платье пастельных тонов, которое мягко облегало ее стройную, но очень женственную фигуру. Темные волосы опять были распущены, и Кейн подумал, что это осложняет его работу. Волосы девушки красиво обрамляли лицо, подчеркивая его нежность и чистоту… Неприятное чувство где-то в области желудка, которое он вдруг ощутил сегодня днем, опять вернулось к нему. Где-то в глубине души он чувствовал себя не в своей тарелке и, как все люди, склонные к самоанализу, сознавал это и пытался понять, в чем дело.

Кейн прекрасно знал, что тревога может погубить самый мастерски выстроенный план. Мысленно возвращаясь назад, он понимал, что нет оснований быть недовольным собой. Он обдумал несколько возможных причин, всесторонне исследовал их и отбросил. Дело продвигалось должным образом. Может быть, это из-за девушки? Ему стало жаль свою невинную «жертву»?

Так дело не пойдет. Чтобы взять себя в руки, он вспомнил свой отчет о прибылях и убытках, который просматривал утром. Так, стало немного получше. Он положил руку Сильвии на плечо, и она затрепетала от этого жеста, из чего он понял, что вполне контролирует ситуацию. Может быть, к этой девушке и очень приятно прикасаться, но у него своя повестка дня.

Воздух на улице был полон запахов, доносящихся с моря. Легкий ветерок нежно касался лица, рук и ног Сильвии, навевая необычное для нее состояние покоя и расслабленности. Она остро ощущала руку Кейна на своей спине. Тепло, которое она излучала, медленно распространялось по всему телу девушки.

Следуя за Кейном, она отметила про себя сразу несколько вещей. То, что в его движениях сквозила скрытая энергия. То, что женщины прекращали разговор, чтобы взглянуть на него. И то, что ей было приятно ловить на себе их завистливые взгляды.

— Пойдемте туда? — Кейн повел ее к воде.

Они шли очень медленно, следуя неторопливому темпу, который выбрал Кейн. На улицах было много людей, в большинстве своем парочек, которым не сиделось дома в такую чудесную ночь. Все то и дело касались друг друга — брались за руки, обнимались. Откуда-то доносился звук саксофона.

Сильвии не хотелось думать, что он касается ее потому, что должен. Ей хотелось верить, что его рука лежит на ее спине потому, что ему хочется дотрагиваться до нее, так же как и ей хочется этого. Может быть, она ошиблась? А если он и вправду бизнесмен, который увидел ее фотографию в газете? Чего только в жизни не бывает… Но, конечно, не с ней, нужно смотреть на вещи трезво.

Кейн остановился. Он ничего не говорил, не брал ее за руку, он просто замедлил шаг, а затем остановился, свободной рукой показывая на прогулочный катер, залитый огнями.

— Вы когда-нибудь бывали в морском путешествии?

— Нет, никогда.

— Обязательно поезжайте. Это так здорово — оказаться посередине океана.

— А куда вы ездили?

— На Барбадос.

— Ничего себе! Когда я была ребенком, я мечтала попасть именно на Барбадос, — сказала она. — Мне он всегда казался волшебным местом.

Он неожиданно засмеялся, но его смех был циничным и жестким. Сильвия очень удивилась, ведь она не сказала ничего особенного.

— Когда я был ребенком, я и понятия не имел, что есть такие места, как Барбадос. А о волшебстве я вообще ничего не слышал в то время.

— А откуда вы?

— Калифорния, восточные районы Лос-Анджелеса.

— Там я тоже не была. Хотя, наверное, хотела бы съездить.

— Только не туда.

— Почему?

— Это гетто. Я вам не позавидую, если у вас шина спустит где-то в этих местах.

Они прошли еще немного, пока не достигли высокого барьера, который отделял прогулочную зону от береговой линии. Кейн убрал руку со спины Сильвии и оперся на барьер. Она почувствовала озноб и даже хотела предложить еще немного пройтись в надежде, что, может быть, он опять коснется ее, но вместо этого тоже наклонилась, повторяя его позу.

— Расскажите мне, как вы жили в детстве, — попросила она.

Он долго молчал и просто смотрел на корабль, который медленно приближался к городу. Затем повернулся к ней.

— Зачем вам знать? — проговорил он с досадой. — В моей жизни не было ничего хорошего.

— Ну и что, все равно расскажите, — настаивала Сильвия.

В сиянии лунного света она увидела, как он нахмурился.

— Что здесь рассказывать — неблагополучная семья, друзья-гангстеры, ужасные школы…

— А посмотрите, каким вы стали, — попыталась утешить его она.

Кейн горько усмехнулся.

— Да уж. Я долго отмывался от моего детства, это точно.

Звук саксофона стал громче, как будто кто-то приоткрыл дверь. Затем он опять стих и теперь доносился еле слышно, навевая тоску.

Кейн резко выпрямился. Он кашлянул и огляделся, как будто проверяя, нет ли поблизости свидетелей его неосторожного откровения, так по крайней мере ей показалось.

— Экипажи останавливаются через дорогу. Давайте посмотрим, может, нам повезет и мы найдем свободный.

Он повел ее вниз по улице к какому-то чудному старинному зданию, которое выглядело как испанский дворец. На маленькой площади в ожидании клиентов стояли экипажи, запряженные лошадьми. Кейн больше не касался Сильвии, и она с тоской почувствовала, что волшебство, которое возникло между ними, исчезло куда-то безвозвратно.

У экипажей толпились люди. Женщины оглядывались на спутника Сильвии, и она их не винила. Кейн действительно был очень привлекателен — высокий, с прямой осанкой, уверенный в себе. Почему же такой человек зарабатывает себе на жизнь, сопровождая богатых дам? Может, она все же ошиблась?

— Посмотрите на эту лошадку. Неплохая, правда?

Он указал на гнедую лошадь, впряженную в черную повозку. Ею правил старичок с реденькими седыми волосами, аккуратно зачесанными на лысину.

— Очень красивая, — согласилась Сильвия, разглядывая лошадь.

Когда они подошли, старик улыбнулся им беззубым ртом.

— Не проходите мимо. Всего 15 долларов за полчаса.

Кейн помог ей взобраться в маленькую черную кибитку. Сильвия опустилась на сиденье, покрытое черной кожей, и удивилась тому, как было тесно внутри коляски. Это значит, что она будет совсем рядом с ним.

Она ждала, что Кейн последует за ней, но вместо этого он подошел к вознице, что-то ему сказал, затем вытащил из кармана банкноту и отдал ее старичку. Тот заулыбался и быстро кивнул, после чего Кейн наконец присоединился к Сильвии.

Им действительно было тесно вдвоем в маленькой коляске. Вся левая сторона ее тела от плеч до колен оказалась буквально прижатой к Кейну… Она еще не успела привыкнуть к его неожиданной близости, когда экипаж резко тронулся и ее швырнуло вперед. Кейн протянул руку, чтобы удержать спутницу, и нечаянно коснулся ее груди.

Затем лошадь пошла ровно, он убрал руку, а Сильвия никак не могла перевести дыхание. Она убеждала себя, что его жест был продиктован желанием быть учтивым и стремлением уберечь ее лоб от неминуемого удара. Но ей совершенно некстати вспомнился Макс Траверс, одноклассник, который использовал тот же маневр в «крайслере» своего папочки, оправдываясь тем, что тормоза — вещь очень ненадежная. Сильвия тогда пресекла дальнейшие поползновения Макса, но сегодня вечером она не станет выяснять отношения, если повозка вдруг резко остановится.

Кейн взглянул на нее, немного взволнованный от их соприкосновения. Он улыбнулся Сильвии, и эта усмешка растопила остатки ее выдержки. Держать себя в руках рядом с Кейном было задачей, с которой справиться нелегко, но она постарается вести себя как леди. Ему совсем не обязательно знать, какие мысли лезут в ее голову.

Сильвия выглянула из кабриолета и была удивлена, обнаружив, что они находятся так далеко от площади.

— Где это мы?

— Направляемся в одно особенное место.

Она немного повернулась, чтобы увидеть его лицо.

— Это что, похищение?

— Всего на час или два.

— Я должна бояться?

— Только того, что повозка резко остановится.

Теперь была ее очередь улыбнуться. Смеяться над шутками Кейна было так легко! Ей было на удивление приятно сидеть с ним рядом, положив голову на черную кожаную подушку. Цоканье копыт по булыжнику привело ее в особое романтическое настроение. Сильвия сидела, словно зачарованная, и наслаждалась запахом жасмина и мягким движением теплого воздуха. Она решила, что не будет больше задумываться о том, кто такой Кейн и почему он находится рядом с ней. Она просто будет радоваться самому факту его присутствия.

Они ехали довольно долго. Сильвия рассматривала старинные здания, понимая, что должна бы испытывать восторг от необычной архитектуры, но единственное, о чем она могла думать, был Кейн. Самый лучший приз из всех призов. Что из того, что завтра она проснется в своей старой одежде на своей старой работе, решая свои прежние проблемы? Сегодня она Золушка, Спящая Красавица и Шахерезада в одном флаконе.

Кейн взглянул на Сильвию, на губах которой играла улыбка. Ей было хорошо, просто замечательно. И он тоже неплохо проводит время, что еще важнее. Надо опять спросить ее о компании. Она без колебания рассказывала ему о своей работе, почему же он медлит?

Что-то с ним произошло, и это ему совсем не нравилось. Ему отчего-то было важно, чтобы Сильвия не просто провела чудесный вечер, но испытала что-то необычное, что останется на всю жизнь. Он хотел показать ей вещи, которых она никогда не видела. Зачем ему это? Он не мог ответить на этот вопрос.

Разве эта женщина отличалась чем-то от других? С кем он только ни встречался в своей жизни — с фотомоделями, актрисами, известными красавицами. Вряд ли Сильвия могла бы соперничать с кем-то из них. Он не раз встречался и с женщинами, руководящими компаниями разного рода. Все они были красивы, умны, элегантны. Сильвия была не такая изысканная и утонченная. Но что же в ней было такого, что привлекало его внимание? Легкость, с которой она улыбалась? Или нежность ее голоса? Или широко раскрытые зеленые глаза, которые были не способны ничего утаивать?

Что бы это ни было, ему нужно взять себя в руки. Время, отведенное ему, заканчивалось. К утру он должен получить ответы на все вопросы.

Кейн повернулся к девушке, приготовившись завести разговор о компании. Как раз в это время Сильвия сорвала листик с дерева, нависающего над дорогой, и теперь нежно терла его о свою щеку. Он не мог думать ни о чем, кроме нее, вдыхающей аромат листвы с улыбкой Моны Лизы на губах. Все его вопросы мгновенно улетучились из головы.

Может, не уезжать завтра утром, а остаться здесь еще на один день? Что значит всего один день?

Сильвия, казалось, была удивлена тому, что они въехали в деловой район города. Улицы здесь были пусты, а здания — унылы и однообразны. Казалось, красоты архитектуры приберегли для других районов города, но Кейн знал, что внутри одного из складов притаилось настоящее сокровище. Он поторопил возницу. Ему хотелось скорее доехать, выйти и охладиться немного. Близость Сильвии слишком плохо влияла на его кровяное давление.

Сильвия не могла скрыть своего разочарования.

— И это ваше особое место?

— Подождите немного.

— Если вы хотели меня озадачить, то вам это удалось.

— Моей целью было вовсе не озадачить вас, а удивить и восхитить.

Наконец он увидел место, куда они направлялись. Большое здание из стекла и бетона было залито огнями, как он и просил, когда звонил из ресторана. Охранник стоял у входной двери, готовый открыть для них пещеру из волшебной сказки.

Экипаж остановился. Охранник подошел к экипажу.

— Мистер Бредли? — спросил он, хотя ответ был не нужен.

Охранник распахнул перед ними дверь, и Кейн испугался, что это может испортить его сюрприз, но, к счастью, с улицы ничего не было видно.

Кейн вышел из экипажа и подал Сильвии руку, помогая выйти. Он подвел ее к открытой двери и сказал:

— Вот то место, которое я хотел бы подарить вам.

— Так что же это за место?

— Терпение, еще всего две секунды.

Кейн поднес свою ладонь к ее глазам, закрывая их. Только тогда, когда они оказались внутри, он медленно убрал руку.

Возглас удивления, который издала Сильвия, сказал ему, что он не ошибся в своих расчетах.

— Что это такое? — в изумлении воскликнула она.

— Здесь живут карнавальные герои в перерыве между праздниками.

Сильвия не могла отвести глаз от огромных фигур из папье-маше. Словно ребенок, она с восторгом бродила между ними, трогала виноград на кистях, свисающих с шеи Бахуса, рассматривала мудреную экипировку пиратского судна… В зале было более десяти платформ для парада, украшенных всевозможными композициями. Сильвия выглядела еще более крохотной и изящной между ними.

Кейн уже был здесь однажды, но только с приходом Сильвии это место ожило, наполнилось волшебством. Он ощущал себя Санта-Клаусом, приносящим подарки детям.

— В это просто трудно поверить! — Ее голос эхом отдавался в огромном зале. — Я никогда не видела ничего подобного.

— Я рад.

— Как вам удалось найти это место?

— Человек, который отвечает за их хранение, — мой приятель. Я позвонил ему из ресторана.

Сильвия удивленно подняла тонкую бровь.

— Так вы запланировали эту поездку еще в ресторане?

Он молча кивнул.

— Но вы ведь меня еще не знали?

— Я знал, что эта ночь — особенная для вас. Разве этого недостаточно?

Какое-то время ее взгляд бесцельно бродил по залу, не останавливаясь на какой-то одной фигуре, как будто она обдумывала что-то. Затем она опять повернулась к нему, подошла поближе, встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

— Спасибо.

— Спасибо вам.

— За что?

— Я и сам не знаю.

Она залилась краской, ее нежная кожа покрылась таким нежнейшим оттенком розового, которого он еще не видел в своей жизни. Он хотел ее поцеловать, и не тем дружеским поцелуем, как она его несколько мгновений назад, а так, чтобы она запомнила этот поцелуй на всю жизнь, поцеловать так, как никто никогда не целовал ее. Пусть это будет поцелуй-рекордсмен, самый лучший поцелуй в ее жизни… Или самая большая ошибка.

Сильвия внезапно осознала, что все в ее жизни теперь изменилось. Никогда уже она не будет прежней. Ее сердце бешено колотилось в груди. Интересно, слышит ли Кейн его оглушающие звуки? Она доверчиво коснулась Купидона из папье-маше, пускающего вверх стрелу. Сегодня она верила в него. Она была Алисой в Стране чудес, а проводником в этой стране был Кейн.

Неужели это происходит с ней? Ей всегда казалось, что если заглянуть в энциклопедию и найти статью со словом «обыкновенный», там можно найти ее полное описание, а может быть, даже и фотографию. Но сегодня был день неожиданностей.

Она обернулась, и ее поразило выражение его лица. Он просто наблюдал за ней — спокойно, бесстрастно, с понимающей улыбкой.

— Почему вы привели меня сюда?

— Разве вам здесь не нравится?

— Конечно, нравится. Это просто сказка! Я никогда не видела ничего подобного.

— Вот вам и ответ на ваш вопрос.

Она подошла к нему поближе, стараясь понять, что же он думает на самом деле, чувствуя, что он говорит неправду. Она протянула руку и коснулась его лица, боясь, что он вдруг исчезнет, как мираж, как сон. Но вот он — стоит перед ней во плоти. Настоящий живой мужчина, и она вовсе не спит. Она вдруг испугалась, что он на поверку окажется самым заурядным человеком.

Кейн взял ее руку и притянул к своим губам. Он осторожно поцеловал ее ладонь, и она смогла почувствовать нежность его губ и теплоту его дыхания. Она замерла, испуганная, взволнованная. Внутри нее разгорался огонь.

Он провел ее ладонью по своему лицу, не отводя глаз от лица Сильвии. Затем наклонился к ней, и она поняла, что сейчас он ее поцелует. Ничего в своей жизни она не хотела больше этого. Она прикрыла глаза.

Но поцелуя не последовало. Кейн остановился в сантиметре от ее губ, неожиданно отстранился и отпустил ее руку.

— Прости, я вовсе не хотел…

— Да, я понимаю… — проговорила она дрогнувшим голосом.

— Мы еще совсем не знаем друг друга.

— Мне почему-то кажется, что сегодня особая ночь и обычные правила совсем в нее не вписываются. Ведь за нами присматривает сам Бахус.

— Может, ты и права, но я думаю, что даже сам Бахус не хотел бы, чтобы мы торопились.

Сильвия покраснела, удивленная и немного обескураженная собственной смелостью. Она отвернулась от него, не зная, что теперь делать или говорить. Она встречалась раньше с мужчинами. Если, точнее, с двумя. Но ни с кем ей не было так… так сложно.

Он опять взял ее за руку и подождал, пока она взглянет на него.

— Послушай, ведь я сказал лишь, что мы не будем торопиться. Мы еще не закончили, — сказал он, дотронувшись пальцем до ее нижней губы. — Далеко не закончили.

Если бы она была поумнее, она бы сразу же убрала его руку, попросила, чтобы он отвез ее в гостиницу, поблагодарила за прекрасный вечер и на этом рассталась с ним. Потом можно будет вспоминать об этом приключении и думать, что могло произойти, если бы она осталась. Эти предположения еще надолго займут ее воображение.

Если же она останется, слишком велика вероятность того, что все закончится весьма печально, как всегда бывает с ней. Чем выше ты взлетаешь, тем больнее падать. Это приключение может разбить ее сердце. Если бы она была поумнее, она бы уже спасалась бегством.

Но, с другой стороны, она всегда была благоразумной. И что она имеет в результате? Что она выиграла от своего ума? Стабильная работа, ответственность за маму и сестру, множество ночей, проведенных в одиночестве… Впервые в жизни ей захотелось отбросить осторожность, а потом — будь что будет.

Только раз…

Только сегодня…

3

Кейну не терпелось заключить Сильвию в объятия. Никогда ему так не хотелось поцеловать женщину. И она была не против, он понял это по выражению ее глаз, по ее разочарованию, когда он отступил в последнюю минуту. Так что же он медлит? Разве это не принесет ему того, чего он добивается?

Но он никак не мог забыть выражение ее глаз, когда она смотрела на него. Невинность и надежду в них. Чистую и простую чувственность, которая выплескивалась на поверхность из глубины ее существа. Но ведь он с самого начала знал, что принесет ей страдания. Что же изменилось за эти несколько часов?

Кейн вспомнил о подарке, который ему сделала последняя подружка. Дипломат с золотыми инициалами «БН» — бессердечный негодяй. Он очень любил эту вещь.

Что же это он вздумал вести себя, как порядочный человек? Вот она — Сильвия. Нужно только протянуть руку. Заполучить ее будет совсем не трудно. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что им будет хорошо в постели. С чего это вдруг у него проснулась совесть?

— О чем ты думаешь? — спросила она.

Он понял, что уже довольно долго смотрит в одну точку.

— Ты такая красивая…

— Да нет, не думаю, но все равно спасибо.

Она отвернулась от него, опустив глаза, и направилась к выходу.

Кейн нахмурился. Неужели Сильвия и вправду не знает, насколько она привлекательна? Он привык к тому, что женщины прекрасно осознавали свою красоту и пользовались ею для того, чтобы получить то, что им нужно. Конечно, она не красавица, но очень симпатичная. Глупо быть настолько неуверенной в себе.

Он пошел вслед за Сильвией, наблюдая за ней. Девушка шла очень прямо, и это еще раз подтвердило его догадку о том, что она занималась балетом. Только балерины ходят так прямо, небольшими шажками. Интересно было бы посмотреть, как она танцует.

Боже, о чем это он думает? У него есть несколько вопросов, на которые нужно срочно получить ответы, а он на что тратит время? Как только он увидел ее фотографию в газете, ему сразу же стало ясно, как можно без особого труда получить эту информацию. Он вовсе не планировал тащить ее в постель, но если бы это понадобилось, то не стал бы особо раздумывать. Разве он не был Бессердечным Негодяем? И какое ему дело сейчас до того, что происходит в душе у Сильвии?

Она оглянулась, и он заметил, как погрустнели ее глаза. Ее брови были немного нахмурены, румянец сошел с щек, а в глазах застыло озабоченное выражение.

Он догнал ее и удержал, взяв за руку. Они стояли как раз под огромным пиратским кораблем. Сильвия на секунду взглянула на него и тихо сказала:

— Наверное, нам пора.

— Но ты ведь не все еще здесь посмотрела.

— Уже поздно.

— Это в реальном мире поздно, Сильвия, а здесь этого понятия не существует.

— Я стараюсь забыть о реальном мире, но он имеет дурную привычку все время напоминать о себе.

Она заглянула в его глаза. Он улыбнулся ей.

— У тебя просто нет опыта. Я тебя научу. Говорят, из меня получился бы неплохой учитель.

Сильвия не ответила. Вместо этого она продолжала без тени смущения изучать его лицо. Ее взгляд медленно переходил от его лба к глазам, носу, губам…

Он не выдержал этого и отвел глаза. Кейн не привык, чтобы его так пристально рассматривали. У немногих людей было достаточно смелости посмотреть ему в глаза, не то что так тщательно исследовать каждую его черту.

— Так ты не из службы сопровождения?

— Что?

— Да, конечно, ты слишком красив и уверен в себе.

— Я никак не пойму, о чем ты говоришь… Может, объяснишь свои загадки?

Сильвия покачала головой, затем привстала на носочки и потянулась к его губам. Ее поцелуй был таким нежным и легким, как будто его не было вовсе. Как дуновение ветерка. Как шепот. Но он уничтожил все его сомнения, все вопросы, гудящие в его голове.

— Спасибо, — прошептала она.

— За что? — удивился Кейн.

— За то, что ты сказал, что я красивая, — сказала она и опять коснулась его губ своими теплыми губами.

На этот раз поцелуй был более продолжительным.

— А это — за то, что ты привел меня сюда.

И опять она приникла к нему. На этот раз ее губы задержались надолго.

— А это — за то, что ты пообедал со мной.

— Я вовсе…

Но она не дала ему закончить фразу. Она закрыла глаза и поцеловала его еще раз, но теперь этот поцелуй не имел ничего общего с легкими поэтическими прикосновениями. Кейн не стал спрашивать, что же означает этот поцелуй. Он понял.

Его руки инстинктивно обвились вокруг нее, притянув девушку ближе. Ощущение ее тела обожгло его, и он яростно захотел испить ее до дна. Губы Сильвии были сладкими, теплыми и влажными. Их языки исследовали друг друга с нарастающим неистовством. Он почувствовал, как легкие руки обвили его шею, как расслабляются ее мышцы, а губы становятся все смелее…

Вдруг она отодвинулась. Он попытался удержать Сильвию, но узкие ладони уперлись в его грудь, и он отпустил ее.

— А почему ты поцеловала меня теперь?

— Просто потому, что мне хотелось этого. А теперь давай вернемся в отель.

— Ты уверена? — спросил он, уже видя в ее глазах подтверждение тому, что она действительно хочет, чтобы он отвез ее в гостиницу и там распрощался.

Он протянул руку и погладил ее щеку. Она позволила ему ласку, но это не ослабило ее решимости.

— Да, уверена.

— Могу я спросить, почему?

— Нет, не можешь.

— Но угадать-то я могу?

— Как хочешь.

— Я думаю, что ты, Сильвия Эванс, испугалась. Испугалась того, что я могу оказаться вовсе не принцем.

Краска залила ее щеки. Он попытался представить, какое выражение приобрело бы ее лицо, если бы они занялись любовью.

— Ну что ж, ты прав.

— Так оно и есть. Я совсем не принц. Я обычный мужчина.

Кейн нежно прикоснулся пальцами к ее лицу, крепко обнял за плечи, привлек к себе и поцеловал, но очень бережно и нежно. Ей не пришлось просить его остановиться, потому что он отодвинулся первым.

— За что этот поцелуй?

— Я не ожидал встретить тебя такой. И не ожидал всего этого.

Теперь пришло время удивиться Сильвии.

— Понимаешь, я не думал, что ты станешь моей головной болью, — попытался объясниться он.

Она отошла немного, и на ее губах заиграла улыбка.

— Никогда еще я не была ничьей головной болью. Мне это нравится.

Да, она действительно составляла для него большую проблему. Потому что он хотел ее сейчас, сию секунду, и так сильно, что это ставило его в невыгодное положение. Он не мог этого допустить.

— Да, ты права. Нам пора.

Тень разочарования пробежала по ее лицу, но улыбка не погасла.

— Что ж. Назад, в реальный мир.

Кейн кивнул немного грустно. Если бы они встретились в другой ситуации, он бы хотел исследовать этот воображаемый мир вместе с ней. Они бы залезли в пиратский корабль или занялись любовью прямо на глазах у Бахуса. Но он должен помнить, что она — всего лишь средство к достижению его цели. Если он позволит чувствам управлять собой, то может распрощаться с компанией.

Она пошла за ним, но перед самым выходом задержалась, чтобы помахать на прощание всем фигурам. Перед тем как они вышли, она встала на цыпочки и еще раз поцеловала его в щеку.

— Спасибо. Это был самый лучший подарок, который мне когда-либо дарили.

Сильвия не торопилась просыпаться. Ей снились пиратские корабли и разные божества, улыбающиеся ей отовсюду. И, конечно, Кейн. Во сне он был почти так же хорош, как в действительности. В чем-то даже лучше. А вот она была иной: знала, что сказать в нужный момент, что сделать. Она чувствовала себя с Кейном во сне так же легко и непринужденно, как со своими коллегами по работе. И так как неловкость между ними исчезала, ей было приятно слушать, как он повторяет ей снова и снова, что она красива. Этот момент запомнился ей особо, он еще долго жил в ее памяти после того, как она встала. Она ощущала радость и ожидание чуда, а не удивление от того, что это происходит с ней.

Она пошла в душ и, стоя под теплыми струями воды, подумала, а проснулся ли он. Было еще довольно рано — всего семь часов утра. Наверняка проснулся. Она решила, что такой человек, как он, наверное, привык вставать рано. Может быть, он тоже сейчас стоит в душе, совсем обнаженный? Ее сразу же бросило в жар.

Вода была приятной теплой температуры, она ласкала ее тело. Гель для душа имел какой-то необыкновенно свежий запах, и от его аромата настроение у нее стало еще лучше. Обстановка в ванной была просто роскошной. Мягкий свет, полотенца пастельных тонов… Через секунду ее мысли опять вернулись к Кейну.

Сильвия вспомнила, как он целовал ее. Она не могла забыть вкус его губ, она ощущала его так же ясно, как будто это произошло всего секунду, а не целую ночь назад. Если бы она могла сохранить их встречу в памяти такой же четкой и ясной… К сожалению, она понимала, что со временем ее впечатления сотрутся, станут отдаленными и ей будет казаться, что это все произошло не с ней, а с кем-то другим.

Сильвия чувствовала себя и на самом деле красивой и смелой. Забавно, но именно поэтому она не стала пользоваться шампунем, который привезла с собой, а взяла шампунь, предложенный отелем. Он имел восхитительный запах и необыкновенно приятную текстуру. Она попыталась вспомнить, когда последний раз меняла шампунь или прическу, или экспериментировала с косметикой, или хоть чуть-чуть изменяла образ жизни? Она знала точный ответ на все эти вопросы — никогда, ни разу.

До встречи с Кейном она чувствовала себя старухой, но не по возрасту, а по образу мыслей. Ее подруги постоянно ей об этом говорили, но она не хотела прислушиваться к ним. Естественно, они не могли сказать этого прямо, а пытались довести эту информацию до нее какими-то изощренными намеками. Например, однажды Дора сказала Сильвии, что ее макияж напоминает ей о картинах Рембрандта. Наверное, она имела в виду, что так не красятся уже сто лет.

Когда она вернется домой, то сразу займется собой вплотную — переменит прическу, сходит к косметичке, купит новый костюм. И вовсе не потому, что она встретила Кейна. Не только поэтому. Она внезапно поняла, как чудесно ощущать себя прекрасной и любимой женщиной, а не только способным сотрудником и надежным товарищем. Ну и что, что рядом нет мужчины, который по достоинству оценил бы ее? Она ведь сама смотрит на себя в зеркало каждый день, правда? Разве она не заслужила удовольствия смотреть на себя — очаровательную и привлекательную?

Она нанесла на волосы специальный бальзам, а затем тщательно промыла их.

Вскоре Сильвия вышла из ванной, завернутая в большое пушистое полотенце. Она твердо решила, что, несмотря на то, увидит она Кейна или нет, вспомнит он о ее существовании или нет, она проведет сегодня превосходный день. Она заслужила приключения, которые обязательно встретятся ей сегодня.

Стоя под мощными струями горячего душа, Кейн налил в ладонь немного шампуня и энергично намылил им волосы. Он попытался сосредоточиться только на этом процессе, но его голова все время была занята другим. Он многие годы тренировал свой мозг концентрироваться только на главном в жизни, однако сегодня тот допускал сбои, то и дело обращаясь мыслями к Сильвии.

Подставив лицо прозрачным струям, Кейн закрыл глаза и позволил воде хлестать по широким плечам и скатываться по спине. Когда его окутал пар, он попытался прогнать мысли о Сильвии, но добился лишь того, что образ ее еще резче рисовался в его памяти.

Он выключил воду и вышел из-под душа. Бормоча что-то себе под нос, вытерся, обмотал вокруг бедер полотенце и прошлепал в спальню.

Кейн плохо спал сегодня ночью, и это было на него совсем не похоже. Он приучил себя отдыхать в любой обстановке, в любом шуме. Обычно он погружался в сон сразу же, как только касался подушки. Если же подушки не было, он засыпал, как только отдавал себе такой приказ. Поэтому ему обычно было нужно очень мало времени на отдых — около 4–5 часов в день, и он оставался при этом бодрым и здоровым. За годы тренировки он научился очень быстро настраиваться на нужное состояние. Его секретарь считала, что он достигает этого при помощи особой медитации, но он знал, что это просто железная дисциплина сознания. Где бы он ни был — в самолете, на железнодорожном вокзале, на скамейке в парке, — он мог погрузиться в сон за долю секунды и так же легко проснуться. Но прошлая ночь у него совершенно не задалась.

Сильвия умудрялась каким-то образом забираться в его дисциплинированные и тренированные мысли. Когда он выгонял ее в дверь, она проникала в окно. Он видел ее совсем как наяву, так ясно, будто это была галлюцинация. Потом ему вдруг вспоминался запах ее тела, звук ее голоса. Она не хотела оставлять его в покое.

В половине шестого он понял, что так дело не пойдет. Он должен наконец получить нужную информацию и убраться отсюда подобру-поздорову.

Он совсем не знал привычек Сильвии и не мог сказать точно, как рано она просыпается. Сначала Кейн подумал, что, наверное, она в этот день захочет выспаться как следует. Но чем больше он думал о ней, тем яснее ему становилось, что она встанет рано, как обычно. Как бы то ни было, он должен быть в холле гостиницы, когда она спустится.

Он надел джинсы и хлопковую рубашку, обулся и проверил, достаточно ли у него в бумажнике денег.

Сколько же можно ее ждать? Кейн сложил газету, которую он пытался читать уже битый час, но не продвинулся дальше заголовков на первой странице. Ему все труднее было сохранять спокойствие. Он хотел, чтобы она подумала, что они случайно столкнулись возле стола регистрации, где он решил просмотреть свежие газеты. Но на часах было уже семь, а Сильвия все не появлялась. Может, позвонить ей и пригласить позавтракать? Нет, он уже разработал план действий на сегодня и не в его правилах менять его, даже если этот план был не совсем удобен в некоторых деталях. У Сильвии должно сложиться впечатление, что он просто собирается приятно провести выходные, и больше ничего.

Он предполагал, что, когда он начнет задавать ей вопросы о компании, она будет совершенно спокойна. Пусть ее мысли будут заняты чем-нибудь приятным, например им, Кейном. Он рассчитывал, что этот своеобразный допрос не привлечет ее внимание. Ему нужно было знать детали личной жизни Роберта Фишера, владельца компании, быть в курсе того, чем он увлекается, в чем его слабые и сильные стороны. Если он правильно поведет свою игру, Сильвия даст ему ключ к тому, как удачнее и выгоднее перекупить компанию.

Он отложил газету и подошел к киоску с сувенирами. Отсюда ему хорошо был виден лифт, а он сам не привлекал внимания. За этот час Кейн уже примелькался служащим, и посыльный дважды посматривал на него с подозрением.

Двери лифта открылись, и вышла Сильвия. Кейн с облегчением вздохнул.

Он быстро пошел по направлению к лифту, не глядя на Сильвию, и остановился только тогда, когда она схватила его за руку.

— Кейн!

Было видно, что она очень рада видеть его. Он не смог удержать ответной улыбки.

— Ты еще не уехал? А я думала, что ты уже давно в Портленде.

— Мои планы немного изменились.

— Объявилась твоя девушка?

Его глаза стали серьезными.

— Нет, я остался из-за тебя, Сильвия.

Она сразу же стала более скованной, а глаза удивленно расширились — ее чудесные зеленые глаза. Волосы Сильвии были распущены, и в джинсах, которые плотно облегали ее бедра, она выглядела совсем юной. Но что в ней такого особенного, отчего его мысли то и дело возвращаются к ней?

— Это ты так говоришь из вежливости, — сказал она, и Кейн услышал надежду в ее голосе.

— Нет, я серьезно. Ведь тебе нужен гид по городу? Нужен. Я могу предложить тебе прекрасную кандидатуру на эту работу — себя.

— Считай, что ты уже принят.

Отчего-то ему подумалось, что день сегодня будет удачным. Он взял ее за руку, и опять удивился мягкости и нежности ее ладони.

— Ну что же, Золушка, вперед! Поищем себе какую-нибудь тыкву на завтрак.

Он открыл перед ней дверь и пошел следом, охватив девушку взглядом с ног до головы. Да, эти джинсы сидят на ней совсем неплохо.

Они прошли несколько кварталов пешком и дошли до кафе дядюшки Тэдиша. В кафе было многолюдно, и они не сразу нашли свободный столик, но это не особо беспокоило Кейна. Они осмотрели внутреннее убранство кафе, его старинную медную утварь и стилизованные накрахмаленные скатерти. Сильвия была в таком восторге от всего, что видела, что он тоже был готов восхищаться вместе с ней. Казалось, ей нравилось в этом кафе все. Неподалеку играли уличные музыканты, и это тоже придавало их завтраку особую романтическую атмосферу.

К его облегчению, начать разговор о компании оказалось совсем несложно. К тому времени, когда они сели за стол и стали пить кофе из цикория, который здесь заваривали особым способом, а также отведали местные пончики, он уже получил всю информацию, которая ему была нужна. Она далась ему слишком легко. Кейн любил риск, хитроумные ловушки, когда человек, не догадываясь о назначении казалось бы простых вопросов, выкладывает информацию стоимостью на тысячи долларов. Но Сильвия была такая открытая и доверчивая, она с таким упоением обсуждала свою работу с человеком, который слушал ее с пониманием, что это совсем не походило на охоту, которую он так любил.

Через двадцать минут он уже точно знал, как ему действовать дальше, сколько отступного нужно предложить Роберту Фишеру. Он мог довольно верно предугадать, какова будет стартовая и окончательная цена. Сильвия вложила в его руки козыри, с которыми он обязательно выиграет.

Кейн извинился и вышел позвонить. Во время разговора он был не в силах забыть о Сильвии, оставшейся в кафе за столиком. Нетрудно представить, что она будет чувствовать, когда узнает об обмане. Он бы предпочел, чтобы эта информация до нее не дошла, но вероятность этого была слишком невелика. Да ведь она его просто возненавидит! Лучшее, что он мог сделать сейчас, это уйти и больше не встречаться с ней, соврать, что срочные дела вынуждают его вернуться в Портленд.

Но он не собирался делать этого. Через несколько минут Кейн вернулся за столик и молча смотрел, как Сильвия беззаботно рассказывает о чем-то, смеясь. Он хотел провести этот день с ней, он мечтал подарить ей этот город.

— А теперь что мы будем делать? — внезапно спросила она.

В уголке ее рта осталась крупинка сахара, и он поцеловал ее в это место.

— Этот город полон загадок и тайн. Я хочу открыть их тебе.

4

Сильвия расслабилась в объятиях Кейна. Это было лучшее место за всю ее жизнь. Ей так хотелось, чтобы уличный скрипач продолжал играть эту же мелодию. Она была такая знакомая, Сильвия могла бы напеть каждую ноту, но никак не могла вспомнить, как она называется. А впрочем, какая разница… Сейчас для нее ничего не имело значения, кроме того, что она была с Кейном. Его рука лежала на ее плече, а она положила голову ему на грудь.

Сильвия остро ощущала его запах. Немного терпкий, он опьянял и будоражил ее.

Это утро принесло ей много новых впечатлений. Город изумил бы ее, даже если бы она приехала сюда одна, но Кейн как гид открыл для нее много новых мест, которые остались бы без него неизведанными.

Сан-Франциско отличался от всех других городов главным образом тем, что в нем сохранилась какая-то тайна. Следы богатой событиями истории встречались повсеместно. Элегантные особняки в викторианском стиле, устоявшие во время разрушительного землетрясения 1906 года. Знаменитая канатная дорога, вагончики которой спускались по крутым склонам холмов. Звук «туманного горна» в темноте. Даже мрачные контуры Алькатраса не могли не напомнить о печально прославившихся людях, которые там жили и умерли.

Невозможно было осмотреть все достопримечательности за один день. Но, Сильвия могла себе чистосердечно признаться в этом, она была бы так же счастлива просто сидеть где угодно рядом с Кейном.

Сильвия и думать забыла о своих подозрениях. Конечно же, он не состоит в платной службе сопровождения, она поняла это, когда они беседовали за чашкой кофе. Его знание делового мира несомненно было результатом собственного опыта. Кроме того, он был весьма сведущ в той области, которую так хорошо изучила сама Сильвия. Ей внезапно пришло в голову, что она так и не знает, кто же он на самом деле. Может, спросить? Нет, решила она, как-нибудь потом, попозже. Сейчас все ее внимание было посвящено его руке, поглаживающей ее плечо.

— Ну что, готова к новым впечатлениям?

Хотя ей совсем не хотелось двигаться и тем самым нарушать такое уютное соприкосновение их тел, она отклонилась немного назад, чтобы увидеть его лицо. Почему-то от его улыбки у нее засосало под ложечкой.

— Конечно, — ответила она.

— Но разве ты не хочешь узнать, куда мы пойдем теперь?

Она молча кивнула, хотя на самом деле ей было это абсолютно безразлично.

Глядя на нее, он довольно рассмеялся.

— Ну что мне с тобой делать?

— Что хочешь.

Сильвия поняла, что привычка сначала говорить, а потом думать, опять подвела ее, и стала смущенно убеждать Кейна, что она имела в виду совсем другое.

— Разве? — прошептал Кейн хрипловатым голосом.

Он посмотрел ей в глаза, и под этим долгим взглядом она не могла солгать.

— Ах, если бы вы только знали, мисс Эванс, что я хотел бы с вами делать…

Его губы сложились в обольстительную улыбку. Сильвия с изумлением прислушалась к ощущениям, порожденным в ее душе и теле этими словами и этой улыбкой.

— Почему у меня такое впечатление, что я основательно запуталась в паутине, сплетенной тобой?

— Разве я похож на паука? Такого страшненького, с восемью ручками?

— С восемью ножками, а не ручками.

— Прости, я не очень хорошо успевал по биологии.

Теперь пришла ее очередь усмехнуться. Было трудно представить, чтобы Кейн мог отставать от других в чем-то. Казалось, он так и родился победителем.

— Пойдем.

Ее ладонь легко легла в его, как будто их руки были созданы друг для друга. Они молча шли по улице, и одно это делало ее безмерно счастливой.

Ей показалось удивительным, как много людей обращают на них внимание. Одни оглядывались на них, другие провожали их взглядами, когда они проходили мимо. Сильвия вполне могла бы понять, если бы заинтересованность проявляли только представительницы слабого пола. Кейн, красота которого не могла оставить равнодушной ни одну женщину, был идеальным объектом поклонения. Но чем можно объяснить интерес мужчин к их паре? Может быть, они тоже смотрят на Кейна? Эта мысль вызвала у нее улыбку. Да, Сан-Франциско — совсем не простой город.

Они проходили квартал за кварталом, поворачивали за угол, несколько раз переходили дорогу. Если бы не Кейн, она бы давно заблудилось, но он, видимо, точно знал, куда ведет ее. Пока они медленно брели по городу, она с удовольствием рассматривала витрины, такие яркие и непохожие друг на друга.

— Вот мы и пришли.

По выставленным экспонатам было не так-то просто понять, что же это за магазин. Там было всего несколько книг, а также какие-то предметы, непонятного происхождения и назначения. Тут Сильвия заметила деревянную табличку над дверью: «Амулеты вуду». Она вскрикнула от удивления.

— Это так здорово! Я где-то читала, что шаманы с острова Гаити извлекают экстракт из растений, который парализует выбранную жертву. У человека невозможно прослушать тоны сердца, кажется, что он умер, а на самом деле он еще жив. Его хоронят, а потом он приходит в себя, выползает из могилы и бродит как зомби.

Она чмокнула его в щеку.

— Вот уж не думал, что тебе тут понравится, — ухмыльнулся Кейн. — Наверное, я зря тебя сюда привел. Вдруг ты начнешь таким способом расправляться со своими врагами?

— Теперь тебе придется остерегаться меня! Подозреваю, что тебе не понравится быть живым мертвецом. Им никогда не удается получить лучший столик в ресторане.

Кейн обнял ее за талию и притянул к себе. Прижавшись к нему, она слушала отголоски смеха, которые отдавались в его груди. Он коснулся ее губ и поцеловал их медленно и крепко. Сильвия поняла, что никуда ей от него не деться.

Кейн завороженным взглядом наблюдал за Сильвией. Он не сводил с нее глаз, пока она, наклонив голову, пыталась прочитать названия книг в тесном магазинчике. Он похвалил свою проницательность. Забавно, он так и знал, что ей понравится этот уголок Сан-Франциско. Он был в этом магазине три года назад с одной из своих подружек. Тогда это казалось ему чепухой, не стоящей внимания. Но Сильвия была полна такого удивления и любопытства, что он получал истинное удовольствие, наблюдая за ней. Было интересно смотреть глазами Сильвии, глазами наивного и любознательного ребенка, на окружающий мир, хорошо ему известный, препарированный и разложенный по полочкам.

Ему внезапно захотелось, чтобы эта пытливость и интерес обратились на него. Он представил Сильвию в постели, и ему показалось, что это принесет ему новые впечатления, которые не скоро забудутся. Он предполагал, что она не была опытной любовницей, но будет прекрасной ученицей, а из него выйдет неплохой учитель.

Угрызения совести все еще беспокоили его время от времени, но уже не так сильно. Целуя ее утром в кафе, он сделал свой выбор и постарался выбросить все сомнения из головы. Сильвия будет принадлежать ему. Он надеялся только, что после того, как она узнает, кто он на самом деле, она сможет простить его спустя какое-то время, и тогда вспомнит о сегодняшнем дне с нежностью. Ведь не может же она отрицать, что они чудесно проводят время. А дальше будет еще лучше.

Самое трудное было сдержаться и не схватить такси прямо сейчас, стремительно увозя ее в гостиницу. Весь день сегодня он был в возбужденном состоянии. Он вспомнил, как в институте ему приходилось выходить из аудитории, неловко неся перед собой стопку книг, чтобы прикрыть от глаз окружающих внезапно наступившую эрекцию. Сейчас дело еще не зашло так далеко, но он чувствовал, что эта проблема совсем не за горами.

Наконец Сильвия подошла к нему, держа в руках маленькую восковую куколку и с десяток длинных булавок.

— Это еще что? — спросил он.

— Сувенир.

— Кого же ты выбрала жертвой?

— Можешь вздохнуть спокойно — это не ты. Но у меня есть довольно длинный список людей, которые на следующей неделе будут мучиться от боли в спине.

— Сильвия, я просто шокирован.

Она подняла бровь.

— Почему?

— Вот уж не мог подумать, что у тебя есть враги.

— Какой ты милый. Ты это специально сказал, чтобы я подумала, что ты — милый?

— Ага.

Сильвия на секунду задумалась.

— А я бы не хотела, чтобы люди считали меня только милой. Это приятно, но я ведь совсем другая на самом деле.

— А какой бы ты хотела выглядеть в глазах окружающих?

Она замолчала, глядя на него, но погрузившись в собственные мысли.

— Забавно. Не так просто придумать, какой же я хочу выглядеть в глазах других людей. Сначала я решила, что хочу, чтобы меня считали умной. Потом я передумала, пусть думают, что я… Нет, все же умной…

— Умной и красивой.

Она смущенно опустила глаза.

— Как ты догадался?

— Просто я вижу тебя такой. И еще очень милой, хоть ты и возражаешь. Не думай, что люди слепые. Они все видят.

Сильвия протянула руку и легко прикоснулась к его щеке. В ее глазах стоял вопрос.

— Откуда ты такой взялся?

Он не мог ей ответить. Вместо этого он притянул ее к себе и поцеловал. Теперь можно и в гостиницу.

Сильвия не могла вспомнить, как они добирались до гостиницы. Они шли по каким-то улицам, но она не помнила, прошли они один квартал или двадцать. Единственное, что имело для нее значение, это то, что она была с самым удивительным мужчиной на свете.

Сейчас она сидела в его номере и думала, что вот-вот произойдет то, о чем она давно уже не мечтала. Он открыл бутылку и налил немного коньяку в два прозрачных бокала. Протянул ей один из них и откинулся в кресле. Поднеся бокал к губам, он рассматривал ее поверх тонкого ободка.

Она, наверное, совсем сошла с ума. Собирается заняться любовью с человеком, которого совсем не знает… Но никогда еще в своей жизни Сильвия не хотела этого так сильно.

— Налить тебе еще? — спросил Кейн, подходя к дивану с бутылкой в руке.

Возникшие между ними на обратном пути душевная близость и теплота все еще соединяли их.

— Да нет, я и так уже пьяная.

— Так быстро?

— Я пью очень мало, особенно такие крепкие напитки.

Сильвия крутила бокал в руках, стараясь не обращать внимания на воцарившуюся атмосферу ожидания.

Кейн поставил бутылку на журнальный столик и сел рядом с Сильвией. Он был настолько близко, что их тела касались друг друга от плеч и до бедер. Вот так же они сидели в конной коляске в прошлую ночь, и точно так же у нее сейчас перехватило дыхание от его близости.

Он пристально смотрел на нее, и на его губах играла улыбка, которая могла означать что угодно.

— У тебя такое чудесное лицо, — тихо проговорил он.

Сильвия почувствовала, как ее щеки заливаются краской, и отвела взгляд, но его пальцы взяли ее за подбородок и повернули ее голову так, чтобы она опять взглянула на него.

— Не смущайся, — сказал он нежно. — Это чистая правда. У тебя такие глаза, что по ним можно читать твои мысли.

— И что же ты видишь в них сейчас? — спросила она, удивляясь своей смелости и волнению, охватившему ее.

Кейн ответил не сразу. Он наклонился к Сильвии, нежно касаясь ее губ своими. Поцелуй был совсем легким, затем Кейн оторвался от нее и прошептал:

— Они говорят: «Да».

Сильвия никогда не думала, что может испытывать такое желание. Она читала об этом много раз, но всегда считала, что это преувеличение. Сейчас она поняла, что пожар, о котором писали в романах, существует на самом деле.

Кейн притянул ее еще ближе. Она раскрыла губы, и, когда ощутила прикосновение его языка, ее окатила горячая волна. Она забыла обо всем на свете, наслаждаясь его прикосновениями, упиваясь вкусом его губ и запахом кожи, думая о том, как же ей повезло. Может, она хорошо вела себя в прошлой жизни и за это боги подарили ей Кейна на эту ночь?

Поцелуй внезапно прервался. Сильвия открыла глаза и увидела, что Кейн смотрит на нее. Он сглотнул слюну, не отводя от нее взгляда.

— Если ты хочешь, мы можем остановиться на этом. Потому что через минуту я буду уже не в состоянии это сделать.

Голос Кейна был низким и хриплым. Он снова на секунду приник к губам Сильвии, его ласкающий язык посылал ее телу горячие импульсы, от которых она вся содрогалась… Ослабев, Сильвия откинулась назад, невольно коснулась бедрами его бедер и почувствовала явное доказательство возрастающей страсти Кейна.

— Ты уверена?

Она кивнула.

— Больше, чем когда-либо.

— Помни, Сильвия, что я обычный человек, — пробормотал он, продолжая ласкать ее.

Она опять закрыла глаза, успев прошептать:

— Для меня ты самый настоящий принц.

Да, так она чувствовала… Пусть он принц всего лишь на день, но он относится к ней как к настоящей принцессе…

Кейн взял Сильвию на руки и понес в роскошную спальню с кроватью королевских размеров.

Он осторожно положил ее на это невероятное ложе и сел рядом, склонившись к ней и завороженно рассматривая ее запрокинутое лицо.

— Ты такая красивая.

— Нет, это ты красивый.

— Сильвия, что ты делаешь со мной, — шептал он, целуя ее лоб, щеки и губы.

— Наверное, то же, что ты делаешь со мной.

— Сильвия, я не могу ничего тебе обещать…

— А я и не жду обещаний, — прошептала она.

Кейн поднял ее, нежно потянув за руки.

— Мы будем делать это вместе, — сказал он тихо и положил ее руку к себе на грудь. — Расстегни мою рубашку.

Длинные ресницы отбрасывали тени на пылающие щеки Сильвии, когда она негнущимися пальцами выполняла требование Кейна. Он тоже раздевал ее, и справился с этим гораздо раньше Сильвии. Уже полностью обнаженная, она, стоя на коленях, возилась с его брюками. Ее ощущения представляли собой смесь стыда, паники и радости.

Кейн с жадностью рассматривал ее, испытывая почти мучительное наслаждение от движения ее робких пальцев. Медлительность неопытной любовницы еще больше возбудила его.

— Прикоснись ко мне, — хрипло попросил он, оставшись наконец нагим, как и она.

Сильвии уже не требовались какие-либо просьбы или инструкции. Движимая любовью и инстинктом, она наклонилась вперед, лаская и исследуя мужское тело. Он вздрогнул от прикосновения нежных губ и, проведя рукой по мягким, шелковистым волосам девушки, поднял за подбородок ее лицо. Некоторое время он просто смотрел на нее полным желания взглядом, а потом положил на кровать и начал покрывать поцелуями все ее тело.

Его губы были сначала теплыми и потрясающе нежными, а затем стали жесткими и требовательными, сводя Сильвию с ума. Она изогнулась и тихо застонала. Кейн привстал, заглянул в озера ее глаз и увидел там отражение своего желания. Он тяжело вздохнул, стараясь сдержать свою страсть, но не смог:

— Боже мой, как я тебя хочу!

Его губы впились в рот Сильвии, язык, лаская, проникал все глубже и глубже, по всему ее телу побежали огненные волны.

Она застонала громче и теснее прижалась к нему. Его руки сжимали ее грудь, оглаживали трепещущее тело, разводили бедра…

Весь мир опрокинулся, когда он накрыл Сильвию своим телом, продолжая ласкать обнаженные груди, дразня языком затвердевшие соски… Все ощущения Сильвии смешались, и родилось что-то новое, неизведанное, наполняя желанием каждую клеточку ее дрожащего тела.

Она больше не могла ждать и привлекла его к себе, обвив руками широкие плечи и невнятно моля о чем-то. Тогда Кейн одним сильным движением вошел в нее и начал двигаться в этой влажной, теплой и тесной глубине с мучительной медлительностью, постепенно наращивая темп до тех пор, пока все внутри Сильвии не взорвалось в ослепительном экстазе. Ее крик заставил Кейна содрогнуться… Последний мощный толчок, пик ни с чем не сравнимого наслаждения, сводящего тело в сладостной муке, выжимающего слезы из глаз… И он последовал за Сильвией в блаженное забытье.

Приходя в себя после эйфории, счастливая и удовлетворенная, Сильвия постепенно начала ощущать тепло его тела и тяжесть обнимающих ее рук…

Уже рассвело, когда Сильвия повернулась и увидела на соседней подушке темноволосую голову Кейна. Он лежал, подперев голову рукой, и внимательно изучал ее лицо. Сильвия улыбнулась ему.

— У меня никогда не было ничего подобного.

— Чего? — В его глазах заиграли искорки смеха.

— Ты сам знаешь.

— Нет, я хочу, чтобы ты сказала. Ведь ты не стесняешься после того, что мы здесь вытворяли?

— Мне все равно неловко говорить об этом, что же я могу с собой поделать.

Его смех вывел Сильвию из равновесия, у нее начали дрожать руки.

— Девочка моя, ты какая угодно, но только не стеснительная. Ты меня не проведешь.

Сильвия наслаждалась звуком его голоса и близостью его тела.

Он наклонился и поцеловал ее.

— Я должен сказать тебе, детка, что ты — необузданная женщина.

— Я?!

— Ты, ты.

Она захихикала.

— Да, иногда, бывает, заносит.

— Если мы будем продолжать в том же духе, то меня вынесут ногами вперед.

— Ты это говоришь, наверное, всем своим девушкам.

Выражение его лица сразу же изменилось. Оно стало более серьезным, он даже помрачнел.

— Это не правда, не думай так.

Впрочем, он тут же улыбнулся и шепнул:

— Очень жаль, но мне придется вас побеспокоить, леди, хоть и очень не хочется.

Кейн разжал свои объятия, и ей сразу же захотелось, чтобы он не уходил. Но ведь он ей не принадлежит, и она хорошо это знает. Эта ночь — единственная в ее жизни, она не забывала об этом ни на минуту.

Кейн пошел в ванную и закрыл дверь за собой. Он попытался привести в порядок свои мысли. Чувство вины, которое он испытывал, было абсолютно непропорционально тяжести его поступка. Кейн попытался успокоить себя. Он не раз давал Сильвии возможность отступить, но она его не послушалась. Наоборот, она с большим желанием последовала в его постель.

Однако, что его поразило больше всего, так это его собственная реакция на ночь, проведенную с ней. Он не мог припомнить, чтобы что-то подобное происходило с ним раньше. Естественно, речь шла не о самом процессе, а о чувствах, возникших у него. Конечно, ему всегда нравилось заниматься сексом, но его страсть была полностью под контролем. Сегодня все было иначе. Ему казалось, что он был раскрыт полностью, и не осталось ни одного уголочка его души, где бы ни побывала Сильвия. Он был так же несдержан и безрассуден, как и она.

Самое ужасное было то, что ему хотелось вернуться к ней. Он еще не насытился ею. У него было чувство, что время насыщения придет еще не скоро. Но он знал, что наступило время сказать «прощай».

В понедельник утром Сильвия возненавидит его. Конечно, со временем ее обида и гнев пройдут, время лечит все, но все-таки это будет очень неприятно. Еще вчера ему было абсолютно все равно, что Сильвия будет думать о нем. Сегодня же ему хотелось, чтобы у нее остались лишь хорошие воспоминания.

Пора отпустить ее и забыть навсегда. Он «БН» — бессердечный негодяй. Глупо забывать об этом.

5

Сильвия открыла глаза и потянулась. Это было ее первое утро дома после выходных, и ей снова приходилось привыкать к, казалось бы, обычной обстановке. Даже во сне она никак не могла расстаться с Кейном. Она пережила заново каждое мгновение их короткого знакомства — от его неожиданного появления до их безумной ночи. Она еще раз вспомнила их прощание. Он вел себя безупречно, говорил именно те слова, которые ей хотелось услышать, поцеловал ее так нежно, что она едва удержалась, чтобы не спросить, когда же они опять встретятся. Но как бы трудно ей это ни было, она все-таки не задала этого вопроса. Ей не хотелось омрачать своего сказочного блаженства холодной и жестокой правдой.

Сейчас она опять вернулась с небес на землю. Пришло время отставить в сторону хрустальные башмачки. Ей нужно как-то пережить этот день, затем вернуться домой и пораньше лечь спать, чтобы хотя бы во сне увидеть опять своего принца. Сколько бы раз она ни смотрела этот сон, он никогда не изменится, он никогда не разочарует ее, до конца своей жизни она будет помнить о самых чудесных днях, проведенных с самым прекрасным мужчиной на земле.

Сильвия все-таки встала. Принимая душ и одеваясь, она отчетливо поняла, что все теперь будет по-другому. Даже простое мытье головы напомнило ей о том, как он касался ее волос в воскресенье. Когда она проводила губкой по своему телу, ей казалось, что это он ласкает ее кожу. Он изменил весь мир вокруг нее, но его самого она больше никогда не увидит. Слишком поздно сожалеть о чем-либо. Она должна быть рада уже тому, что встретила его хоть на такое краткое мгновение.

— Наконец-то ты вернулась!

Сильвия улыбнулась. Она была рада снова увидеть своих подруг. Они же так ликовали по поводу ее появления, будто она отсутствовала на работе целый год. Ее три мушкетера — Кэт, Мьюриел и Дора, готовые броситься за ней в огонь и воду. Самый лучший исследовательский отдел в отрасли.

Они зашли в просторный кабинет, где были оборудованы четыре рабочих места. Обычно Сильвия первой приходила на работу, но сегодня весь отдел был уже в сборе и приветствовал своего руководителя у входа.

— Давай, рассказывай нам обо всем!

Мьюриел основательно уселась на диванчик, готовая выслушивать все подробности короткого отпуска Сильвии. Однако Кэт заметила:

— Подожди, подожди, мы тоже должны тебе кое-что рассказать. Ты ни за что не поверишь.

Дора разливала всем кофе. Все трое говорили одновременно, и Сильвия не знала, кого же слушать. Она решила подождать немного. Утро обещало быть интересным.

Сильвия взяла чашечку кофе без кофеина из рук Доры и повернулась к Кэт.

— Так что у вас здесь происходит?

Женщины переглянулись, а затем Кэт сказала, помолчав немного:

— Он продает компанию.

— Кто? — Чашка задрожала в руке Сильвии.

— Как кто? Боб, конечно, кто же еще.

— И когда?

— Предложение поступило вчера.

— В воскресенье? — Сильвия была несказанно удивлена.

Дора согласно закивала.

— Я точно знаю, потому что он звонил мне, чтобы уточнить некоторые цифры.

Сильвия посмотрела на Мьюриел, и та тоже кивнула. Она была старшей в группе, ей было уже сорок пять, и она как мама-наседка заботилась обо всех остальных. Ее советы всегда были продуманными, предостережения своевременными, а сердце — большим и просторным, как весь Техас. Она была несколько полновата и всегда говорила, что хорошего человека должно быть много, задорно встряхивая аккуратной головой с седеющими, коротко подстриженными волосами. Одевалась Мьюриел просто, но стильно.

Мьюриел и Кэт, которая была на шесть лет ее моложе, были неразлучны, может быть потому, что Кэт потеряла своих родителей очень рано. Мьюриел всегда поощряла подружку во всем, даже поддерживала ее довольно своеобразную манеру одеваться. Вот и сейчас на Кэт были короткая черная юбка и мужская белая рубашка навыпуск, что на ней, как ни странно, выглядело просто потрясающе.

Дора была самой миниатюрной в их компании. Она была очаровательной и изящной, муж носил ее на руках в прямом и переносном смысле. Пожалуй, она была единственной из подруг, чья личная жизнь сложилась вполне благополучно.

Сейчас вся троица сидела на диванчике и наблюдала за тем, как Сильвия отреагирует на неожиданную новость. Они работали вместе так давно, что им будет тяжело расставаться, если новый владелец захочет распустить их отдел.

— Боб не сказал, кто сделал ему предложение продать компанию?

— Какая-то компания ОКС, мы хотели разузнать побольше по своим каналам, но еще не успели.

— Что-то я ничего не слышала о такой компании. Как-то подозрительно все это выглядит, вы не находите?

— Может быть, Роберт хотя бы останется в компании управляющим? — предположила Кэт. — Попробуй отговорить его от продажи компании, Сильвия. Он к тебе всегда прислушивается.

Сильвия покачала головой. Она прекрасно знала, что Роберт давно хотел выйти из дела. Его пылкую душу звала к себе Африка, дикие звери и сафари. Он собирался надолго отправиться в жаркие страны вместе с любимой фотокамерой и не хотел слышать больше ни о чем. Впрочем, Роберт был заботливым начальником и хорошим человеком. Не стоит особо волноваться о своем будущем. Он наверняка обо всем позаботится.

— Я, конечно, поговорю с ним, но вряд ли он переменит свое решение.

— Ладно, об этом потом. Ты нам еще не рассказала о своих выходных.

Как Сильвия ни пыталась скрыть довольную и гордую улыбку, она все же осветила ее лицо. Сама мысль о Кейне и воспоминание о днях, проведенных с ним, наполнили ее тихой радостью.

— Ну-ка, рассказывай все начистоту.

Сильвия собиралась было сохранить встречу с Кейном в секрете, ей не хотелось делиться ни с кем своим счастьем, но она понимала, что вряд ли ей это удастся. Мьюриел, Кэт и Дора были ее лучшими подругами, они только по одной ее улыбке могли догадаться, что происходит в ее душе. Как бы она ни старалась утаить от них что-то, они все равно это из нее вытянут.

— Начинай, а то у нас полно работы, — сказала Мьюриел нетерпеливо.

Сильвия опять загадочно улыбнулась. Ей было трудно выразить свои возвышенные чувства простыми заурядными словами, совершенно не подходящими для описания ее состояния.

— Я познакомилась с одним мужчиной… — начала она.

Вся троица обменялась удивленными взглядами.

— А что здесь такого удивительного? — обиделась Сильвия.

— Абсолютно ничего удивительного. Ты молодая, красивая, остроумная. Надеюсь, ты теперь не будешь вести жизнь монашки, как прежде, — заявила Дора. — А теперь давай поподробнее.

— Больше я вам ничего не расскажу.

— Расскажешь как миленькая, — фыркнула Кэт.

И Сильвия знала, что подруга права. Ей так хотелось поделиться с кем-то своим счастьем! Ей казалось, что если она что-нибудь утаит, то просто лопнет от распиравшего ее восторга.

— Его зовут Кейн.

— А фамилия как?

— Бредли. Он узнал меня по фотографии в газете. Мы встретились в первый же вечер в Сан-Франциско и поужинали вместе.

— Ну и скорость, — удивилась Мьюриел.

— Так уж вышло. Потом он показывал мне эти странные платформы с огромными фигурами для карнавала, знаете? Мы ездили на склад, где они все хранятся. Потрясающее зрелище, скажу я вам! А еще мы катались в конном экипаже, и он поцеловал меня.

— Ничего себе… А как он выглядит?

Сильвия вздохнула.

— Он самый красивый мужчина на всех трех континентах — высокий, темноволосый. Вы бы видели, какая у него широкая грудь, какие мускулы! Куда этим культуристам до него…

— Мускулы? — спросили хором все три женщины.

Впервые за долгие годы совместной работы Сильвия шокировала свой отдел.

— Ты хочешь сказать, что вы обручились? — наконец произнесла Мьюриел.

— Нет, совсем наоборот. Мы больше никогда в жизни не увидимся.

— Что?! Что он за человек? Откуда он взялся?

— Он тоже живет в Портленде. Но я не так уж много знаю о нем. Занимается бизнесом. Умный, элегантный, короче, самый потрясающий мужчина из всех, кого я видела когда-либо. Это было просто как в сказке. Такое случается раз в жизни.

Мьюриел взяла Сильвию за руку.

— Я так рада за тебя. Ты ведь счастлива, да?

— Я понимаю, что это вовсе не в моем духе. Но, честно говоря, я чувствовала себя настоящей принцессой все эти дни, и я бы ни за что на свете не захотела что-то изменить. У меня останется прекрасная память на долгие годы.

— О чем ты говоришь? Мы его запросто разыщем!

Дора сразу же потянулась к телефону.

— Я уверена, что ему тоже захочется тебя увидеть.

— Он сам прекрасно знает, где меня можно найти. Но он не станет этого делать. Я знаю это точно.

Кэт и Дора переглянулись.

— Я вас умоляю, не надо искать его. У вас и других дел полно. Например, узнать, кто наш новый хозяин.

Она встала и направилась к двери.

— Схожу-ка я к Бобу.

— Придешь — все нам расскажешь.

— Пожелайте мне удачи.

Сильвия постучалась в дверь кабинета Роберта Фишера. Он сразу же ответил: — Войдите.

Его кабинет казался филиалом музея Африки. Фотографии, статуэтки, различные предметы африканского быта заполнили не только стены, но и все пространство комнаты. Вся информация о компании занимала лишь маленький уголочек стены за спиной Роберта, где она не попадалась ему на глаза. Его огромный письменный стол был пуст, но Сильвия знала, что ближе ко второй половине дня он будет завален всевозможными бумагами. Только благодаря работе Эллен, бессменного секретаря Роберта, можно было найти на этом столе хоть что-то.

Роберт поднялся из-за стола и пожал руку Сильвии.

— С возвращением. Как съездила?

— Просто прекрасно. Спасибо за все. Но, как я поняла, ты и сам довольно неожиданно провел эти выходные?

Она села в удобное кожаное кресло. В этом кабинете она чувствовала себя вполне свободно. Роберт был для Сильвии не просто начальником, но и хорошим другом.

Еще раз взглянув на него, она уже не в первый раз заметила про себя, что этот человек не создан для того, чтобы сидеть в кабинете. Высокий, худой, с всклокоченными светлыми волосами, он был похож скорее на рассеянного профессора, исследующего дикую природу, чем на преуспевающего владельца компании. Он и костюмы-то надевал только на деловые встречи за пределами своего офиса. Большую часть времени Роберт проводил в брюках и рубашках цвета хаки.

— Да, у нас некоторые перемены, — сказал он. — Но не беспокойся, я о тебе позаботился.

— Так что, все уже решено?

— Нам осталось только подписать контракт. Новый хозяин должен подойти минут через десять.

— Но что это за компания — ОКС? Я о ней никогда раньше не слышала. А что будет с нашим отделом? Будет ли приостановлена деятельность компании? Какие еще перемены могут нас ожидать?

Роберт заметно занервничал и взял карандаш, чтобы чем-то занять руки.

— С вашим отделом ничего не случится. Вы играете большую роль в компании, и, если говорить честно, вы даже заметно увеличили ее стоимость. Что касается приостановки деятельности компании, я ничего не могу сказать, потому что ОКС — компания большая, она ведет дела немного по-другому. Я думаю, что новый хозяин приведет с собой много нового персонала.

Сильвия помолчала, обдумывая сложившуюся ситуацию. Она проработала здесь уже пять лет, и вдруг все меняется так стремительно.

— Роберт, а ты доволен? — спросила она.

— Честно говоря, да. Я давно уже хотел отойти от дел, а их юристы так хорошо все продумали, что второй такой возможности могло уже и не представиться. Они прекрасно информированы о нашей компании и будут продолжать следовать нашей политике сохранения окружающей среды. Если бы они на это не согласились, я бы не продал компанию. Кстати, они были наслышаны о твоей работе. Твоя слава бежит впереди тебя.

— Моя слава? Что-то я не совсем понимаю…

— О тебе упоминается в отдельной статье контракта. Они с готовностью обещали сохранить твое место с увеличением заработной платы.

Это ее немного удивило. Она не думала, что ее научно-исследовательский отдел может быть настолько известен в деловом мире. Она, конечно, гордилась своей работой, но в их отрасли полно хороших специалистов, потому упоминать о ней в контракте особой строкой не было никакой необходимости.

Зазвенел телефон, и Роберт взял трубку. Через секунду он положил ее на рычаг и сказал Сильвии:

— Хочешь познакомиться со своим новым боссом?

Она кивнула и поднялась. Интересно, какой же он будет? Этот человек окажет большое влияние на ее последующую жизнь, хочет она этого или нет. Конечно, вряд ли он будет похож на Боба, второго такого не найдешь, но, может, он тоже окажется неплохим человеком?

Дверь открылась, и она обернулась. В эту же секунду ее сердце замерло и ноги подкосились.

6

Сильвия схватилась за спинку стула, чтобы не упасть. Она не могла поверить своим глазам. Кейн стоял перед ней во плоти и крови. Он разыскал ее! До этого момента она не понимала, как сильно хотела снова увидеть его.

Она пошла к нему, сияя от счастья, и вопрос «Как ты нашел меня?» уже поднялся к ее губам, когда что-то внутри заставило ее промолчать.

У него были совсем другие глаза. Они не выражали ни счастья, ни радости от встречи с ней. Они были холодными, настороженными, предостерегающими, немного смущенными.

Сильвия перевела взгляд на Роберта. И сразу все стало на свои места. Кейн пришел сюда вовсе не для того, чтобы отвезти ее на белом коне в волшебный замок. Он здесь потому, что он — новый владелец компании.

Все с начала до конца оказалось неправдой. Он обманул ее, соблазнил, занимался с ней любовью, и все это было пропитано ложью.

Осознание того, что произошло, неожиданно навалилось на Сильвию всей тяжестью. Она предала свою компанию, продала друзей и коллег, нанесла всему тому, что любила, удар в спину. У нее свело желудок и закружилась голова.

Она взглянула на Кейна еще раз. Она ошиблась, думая, что в его глазах застыло чувство вины. Конечно, в какой-то мере он выглядел обескураженным, но она ведь знает, какой он хороший актер. Эта роль могла бы принести ему не один Оскар, а ее собственная глупость значительно облегчила ему задачу.

Она направилась к двери, надеясь, что он немного отойдет в сторону и ей не придется задевать его плечом.

Но Кейн схватил ее за руку.

— Сильвия, подожди.

— Так вы знакомы?

Сильвия слышала, как заговорил Роберт, но не оглянулась. Вырываясь из рук Кейна, она встретила его взгляд. На какую-то долю секунды ей показалось, что ему так же плохо, как и ей, что он сожалеет о том, что сделал, но она была уже не в силах верить в это… Ведь она уже однажды поверила ему, а что из этого вышло?

Она почувствовала, что слезы готовы пролиться из ее глаз, и выскочила из комнаты, не желая, чтобы кто-то их видел. К счастью, Кейн не стал останавливать ее. Она побежала в туалет и заперлась в кабинке.

Слезы полились рекой, как будто они только и ждали этого момента. Ей казалось, что, катясь по щекам, они прожигают там тонкие дорожки. Чувство унижения теснило ее грудь, голова кружилась, и в горле стоял комок. Спустя какое-то время слезы утихли, но это не принесло облегчения. Наоборот, теперь она ужаснулась тому, что наделала.

Сильвия понимала, что именно ее информация дала Кейну возможность сформулировать свое коммерческое предложение так, чтобы Роберт не смог его отклонить. Она напряженно вспоминала, что же такого важного она рассказала Кейну. Может, что Роберт мечтает уехать в Африку? Или о его заинтересованности в вопросах сохранения окружающей среды? Или еще что-то, о чем она сейчас не могла вспомнить и что обязательно заметила бы женщина, которая смотрит на окружающее трезвым, а не влюбленным взглядом?

Почему же она послушалась его? Почему не доверилась своему внутреннему голосу, говорящему, что лучше пообедать одной? И как это она решилась провести с ним ночь? Ее сказочное приключение превратилось в кошмар, который ей никогда не забыть. Сколько женщин спят с кем попало направо и налево! Она же только один раз позволила себе это, и теперь будет долго расплачиваться за свою ошибку.

— Сильвия?

Она услышала, что дверь открылась и в туалет зашла Мьюриел. Сильвии не хотелось никого видеть, а еще лучше было бы, если бы земля разверзлась и поглотила ее. Как она сможет рассказать Кэт, Мьюриел и Доре обо всем? Они ее просто возненавидят!

— Что случилось? Мне позвонила Эллен, секретарь Боба. Она сказала, что ты, оказывается, знакома с новым владельцем компании. Она еще сказала, что ты выскочила из кабинета, как будто за тобой кто-то гнался.

Сильвия не могла говорить. Боль разрывала ее сердце, а сочувствие, звучащее в голосе Мьюриел, разрушило ту стену, за которой она пыталась спрятать обиду и горе.

— Детка, ты что, плачешь?

Сильвия кивнула, словно Мьюриел могла увидеть это.

— Мьюриел, пожалуйста, уходи. Я еще не могу говорить, — прошептала она сквозь слезы.

Повисла тишина, потом Сильвия услышала, что дверь снова открылась.

— Что здесь происходит? — спросила Кэт.

— С ней все в порядке?

Ну вот и Дора пожаловала. Вся троица в сборе.

— Она плачет, — прошептала Мьюриел, будто Сильвия не находилась на расстоянии всего нескольких десятков сантиметров и не слышала ее.

— Да ты что? Что случилось? — Кэт постучала в дверку кабинки. — Что с тобой? Может, принести тебе воды или вызвать врача?

— Ничего не нужно. Единственное, чего я хочу, — чтобы вы оставили меня в покое! Имею я право немного поплакать или нет?

— Еще чего! — Мьюриел тоже забарабанила в дверь. — Ты сейчас же выйдешь оттуда и расскажешь, из-за чего весь этот шум и гам. Что это за человек, из-за которого ты так расстроилась?

Сильвия вздохнула, промокнула глаза туалетной бумагой и встала.

Она прекрасно знала, что ее подруги так просто от нее не отстанут. Рано или поздно ей все равно придется объясниться. Так что чем скорее, тем лучше. Она медленно открыла дверь и увидела, что все смотрят на нее с тревогой и ожиданием.

Вот сейчас она расскажет им все, и тревога сменится удивлением, затем гневом, а потом будет еще хуже — они просто возненавидят ее.

— Давай, детка, выкладывай все сразу, тебе будет легче. — Кэт пыталась улыбнуться, но у нее не очень получилось.

Сильвия попыталась собраться с силами. Какова бы ни была их реакция, она ее заслужила.

— Человек, который купил нашу компанию, и человек, с которым я провела выходные, — одно и то же лицо, — сказала она, удивляясь тому, что ее голос больше не дрожит, а она сама все еще стоит перед ними, а не провалилась сквозь землю. — Именно я виновата в том, что Роберт продал компанию. Я так много рассказала ему о своей работе, о Роберте, что, думаю, это сыграло решающую роль.

Глаза ее подруг расширились от удивления.

— Ты провела эти выходные с нашим новым хозяином?

Сильвия молча кивнула.

— Ничего себе…

Мьюриел подошла к Сильвии и обняла ее за плечи, но та стряхнула ее руку. Она не нуждается ни в чьем сочувствии.

— Послушай, — сказала Мьюриел, — что бы ты ни сделала, ты не можешь винить себя за то, что компанию продают, ведь это решение Роберта. Он один решает, продавать ему компанию или нет.

— Но именно я дала Кейну информацию, которая помогла ему составить выгодный контракт, как ты не понимаешь? Если бы я вовремя заткнулась, он не смог бы вытащить из меня интересующие его сведения.

— Вот этого ты не можешь знать наверняка, — вступила Дора. — Может, это просто совпадение. Может, он случайно встретил тебя в Сан-Франциско.

— Ха, ха! Если бы вы знали Кейна, вы бы так не говорили. Он все заранее спланировал. Он… — На секунду ее голос опять перехватило, и она закашлялась, а потом опять заговорила.

— Он мне нагло лгал, а я верила каждому его слову. Я даже спала с ним! Я! Главная недотрога нашей компании!

— Да брось ты так расстраиваться. Ты просто, как всегда, следовала велению своего сердца. Ты же не могла знать, что он за человек.

— Мьюриел, ты не права. Нельзя винить кого угодно, только не себя. Я впорхнула в его объятия с широко открытыми глазами, я знала, на что иду, так что я сама во всем виновата.

— Ну и как он в постели?

Все взглянули на Дору, задавшую вопрос. Кэт засмеялась, а Мьюриел еще крепче обняла Сильвию. Та наконец оттаяла, и слабое подобие улыбки показалась на ее губах.

— Просто необыкновенный. И что самое худшее — рядом с ним я чувствовала себя самой прекрасной женщиной на свете. Я даже поверила на секунду, что он — именно тот мужчина, которого…

Она не смогла продолжать. Горючие слезы опять подступили к самому горлу.

— Вот гад! Как он мог так поступить с тобой!

— Ему не пришлось особо напрягаться. Я, как дурочка, сама вплыла ему в руки, — сказала Сильвия, немного приходя в себя.

Она посмотрела на свою любимую троицу. К каждой из них она относилась с бесконечной нежностью.

— Мне будет вас не хватать, девочки.

— Куда это ты собралась? — Мьюриел взяла ее за руку.

— Я увольняюсь, — сказала Сильвия с нервной улыбкой.

— Не говори ерунды.

Услышав в голосе Мьюриел упрек, Сильвия устало опустила голову:

— Спасибо, Мьюриел, но я уже решила.

— Для твоего увольнения абсолютно нет никакой причины. Ты — лучший работник в компании, и я уверена, что и этот негодяй знает об этом.

— Ты что, хочешь, чтобы я делала вид, что ничего не произошло?!

— Вовсе нет. Я хочу, чтобы ты показала ему, где раки зимуют.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты должна остаться и свести с ним счеты. Нужно как следует отплатить этому сукиному сыну, — поддержала Мьюриел Кэт.

— Очень интересно, и как я смогу это сделать?

— Я знаю, — с энтузиазмом заявила Дора.

Все оглянулись на нее.

— Ты, моя дорогая, поставишь его на колени. Пусть он влюбится в тебя без памяти, а ты дашь ему пинка под зад.

— Вы смеетесь? Вы вообще-то его видели? Кто он и кто я! Как я могу влюбить его в себя?!

Женщины укоризненно на нее посмотрели.

— Поспорим? — Кэт смотрела на нее с необычайно самодовольной улыбкой.

— Когда у тебя такой вид, только и жди неприятностей.

— Неприятности ждут не нас, а господина Бредли. Детка, доверься мне, и победа тебе гарантирована.

— Вы совсем сошли с ума! — в отчаянии запричитала Сильвия.

Вся троица согласно закивала. Несмотря на полную уверенность в том, что их план не удастся, Сильвия однако же в душе немного пожалела Кейна. Когда Три Мушкетера вставали плечом к плечу, завидовать их врагу не стоило.

Кейн пытался сосредоточиться на словах Роберта Фишера. Тот показывал ему какие-то графики, приводил важные данные о работе компании, но он мог думать только о Сильвии.

Когда она увидела его в дверях, то была полностью раздавлена. Он понимал с самого первого момента их знакомства, что она будет неприятно поражена, узнав правду. Но он не предполагал, что удар будет таким сильным. А вот чего он совсем не ожидал, так это того, что он сам будет мучиться ощущением вины. Слов «стыд» и «совесть» не было в его лексиконе. Он считал, что эти интеллигентские слабости — удел молокососов, но теперь эти чувства немилосердно грызли его.

Нужно поговорить с ней. Но как он ей все объяснит? Новую ложь придумать не так уж и сложно. Он скажет, что их встреча была простой случайностью, что он еще раньше вышел на Фишера с предложением. Нет, она не поверит. Она очень умная, и у нее хорошо развита интуиция.

Кроме того, он понял, что рад видеть Сильвию. Мысли о ней не покидали его весь вчерашний день. Что он, черт возьми, делает? Может, он слишком долго спал один и поэтому сейчас его одолевают эротические мысли о женщине, которую он едва знает? С чего это вдруг? У него ведь никогда не было нехватки в женщинах. Но он продолжал вспоминать какие-то мелочи: как она смеялась, как нежно пахла луговыми цветами, как она отдавалась ему, забыв обо всем.

Но после взгляда на ее окаменевшее лицо Кейн понял, что вероятность их второго свидания весьма невелика. Ну что ж, его никогда не пугали трудности. Еще не было ни одной женщины, которую бы он не смог завоевать. Если он будет терпелив, то со временем вернет ее расположение. Нужно просто как следует обмозговать, как бы все спланировать наилучшим образом.

— Кейн?

Голос Роберта Фишера вернул его к действительности.

— Вот ручка, пожалуйста.

— Да нет, у меня есть своя.

Это могло показаться глупым суеверием, но он всегда подписывал документы своей любимой ручкой, которую тут же вытащил из кармана. Эта малышка еще никогда не подводила его.

Кейн быстро просмотрел договор о намерениях. Неудивительно, что он не нашел никаких ошибок, ведь их юристы работали несколько дней без перерыва, чтобы подготовить договор в рекордно короткое время. Он начал писать свое имя в конце страницы, но в ручке вдруг закончились чернила. Он надавил немного побольше, но она все равно не писала.

Роберт подал свою ручку, и Кейн поставил подпись, хотя внутренний голос начал посылать ему предупреждающие знаки. Ерунда, ведь это такая мелочь.

Роберт поднялся и протянул ему руку.

— Я собрал в своей компании лучших работников в этой отрасли, так что было бы глупо не воспользоваться этим.

— Спасибо, я в курсе высокой квалификации ваших сотрудников. Именно поэтому я и покупаю эту компанию.

— Тогда я спокоен за них.

— А теперь я хотел бы немного пройтись по кабинетам, познакомиться с сотрудниками.

— Я проведу вас.

— Да нет, спасибо. Я думаю, у вас еще много дел, так что я как-нибудь сам.

Он взял копию контракта и положил в дипломат.

Когда он уже выходил, Роберт негромко сказал:

— До конца коридора, затем направо, комната 114.

Сильвия никак не могла сосредоточиться на работе. Весь отдел был занят подготовкой к акту возмездия. Дора сидела на телефоне, обзванивая косметические салоны, парикмахерские и дорогие магазины модной одежды. Назавтра был запланирован поход в салон красоты. Было решено, что Сильвия не выйдет на работу. Весь день она потратит на себя, на совершенствование своей красоты. Сильвия не была уверена, успеет ли она сделать все за день. Может, придется взять еще один отгул. Вряд ли у нее хватит денег, чтобы обновить весь свой гардероб, но несколько шикарных вещей она может себе позволить. Деньги на покупку одежды были отложены уже давно, но до этого у нее не было никакого желания что-либо покупать.

Она слышала, как Дора говорит с продавцами модного магазина, употребляя только такие прилагательные, как «сексуальный», «соблазнительный», «облегающий». Какая чушь! Никогда не носила она ничего облегающего, сексуального и соблазнительного, и сейчас не собирается. Это явно не ее стиль, ей — с ее хрупким телосложением, небольшой грудью и лютой ненавистью к высоким каблукам — наверняка не подойдет эта одежда.

Но девочки заставили пообещать, что она воспользуется их советами. Что ей оставалось делать? Она так их подвела, выдав Кейну информацию, а они просили всего ничего взамен — сходить в какой-то дурацкий магазин. Так что ей пришлось согласиться.

Мьюриел тоже не тратила времени даром. Она сменила на телефоне Дору и обзванивала своих многочисленных знакомых, создавая досье на Кейна. Зная Мьюриел, можно было предположить, что через несколько часов они будут знать о нем все — от того, что он ест на завтрак и какими болезнями болел в детстве, до сведений о его финансовом положении и сексуальной жизни до сегодняшнего дня.

К тому времени, когда Сильвия вернется на работу в своем новом облике, троица будет основательно обеспечена всей необходимой информацией. В их отрасли не было лучшей исследовательской команды, так что можно было ожидать, что их данные будут исчерпывающими.

Сильвия понимала, что все их приготовления — просто детская игра, и надеялась, что, когда они увидят Кейна, они поймут, насколько это бесперспективно.

Внезапно в комнате установилась мертвая тишина. Взглянув через плечо, Сильвия увидела, что все три женщины смотрят на дверь. Она обернулась и увидела Кейна.

— Доброе утро, — сказал он холодным и твердым голосом, не предвещающим ничего хорошего. — Я — Кейн Бредли.

Мьюриел поднялась и весьма прохладно процедила:

— Чем можем служить, мистер Бредли?

— Во-первых, я хотел представиться, а во-вторых, мне нужно переговорить с Сильвией Эванс, если вы не возражаете.

Он посмотрел на нее, и ее лицо покрылось румянцем. Чего еще он хочет от нее?

— Меня зовут Мьюриел Пэмел. А это члены нашего отдела — Кэтрин Уинслоу и Дора Поллет.

Кейн вошел в кабинет и протянул Мьюриел руку. Она посмотрела на нее так, будто Кейн являлся переносчиком опасной инфекционной болезни, но все-таки пожала ее.

Когда взаимные приветствия закончились, Кейн произнес:

— Прежде всего, я хочу информировать вас о том, что в моих намерениях нет сокращать ваш отдел. Вам всегда найдется место в моей компании. Мои специалисты считают, что лучше вас в этой отрасли нет никого.

Мьюриел хмыкнула с большим сомнением. Дора же в это время пристально оглядывала Кейна с ног до головы. Ну очень пристально.

— А теперь, не могли бы мы переговорить с Сильвией с глазу на глаз?

Женщины посмотрели на Сильвию, и она чуть заметно кивнула. Мьюриел, Дора и Кэт медленно вышли, но при этом так взглянули на Кейна, что его костюм должен был бы загореться, хотя он и сделал вид, что ничего не замечает. Все его внимание было обращено на Сильвию.

Они остались одни.

— Сильвия?

— Да?

— Я хотел бы объяснить тебе все.

Вот теперь она взглянула на него. Он снова выглядел обеспокоенным и виноватым, но она на это не купилась.

— Объяснить что? Мне и так все понятно.

Он подошел к ней совсем близко, но она сделала шаг назад. Остановившись, он произнес:

— Все было вовсе не так, как ты думаешь.

— Да ну?! Разве ты не специально подсел ко мне за столик тем вечером? Разве ты не скрыл тот факт, что ты покупаешь нашу компанию? Разве ты не вынудил меня говорить о компании, так что тебе удалось выудить из меня всю необходимую информацию?

Он открыл было рот, чтобы сказать что-то, но почему-то не стал делать этого. Он тяжело вздохнул.

— К сожалению, то что ты говоришь, — это правда. Но это ведь не вся правда.

— Да, конечно, я опустила один эпизод. Ты еще переспал со мной.

Кейн перевел взгляд на ее дрожащие руки.

— Ты все совсем не так понимаешь.

— Вовсе нет, я, может быть, и наивная, но уж никак не глупая.

— Сильвия, я спал с тобой вовсе не потому, что мне нужен был этот контракт.

— Да, я понимаю, тебя просто обуяла похоть, а никого другого рядом не оказалось.

Ее лицо все еще горело, но теперь скорее от гнева, чем от растерянности.

— Завтра утром у тебя на столе будет лежать мое заявление об уходе.

Он подошел к ней еще ближе, схватил за плечи и заставил взглянуть ему в глаза.

— Не уходи, Сильвия. Ты нужна мне и компании. Я зашел сюда, чтобы сказать, что с завтрашнего дня я повышаю тебе зарплату.

— За что? Не за то ли, что я предала свою компанию и своих товарищей? — закричала она, задыхаясь.

Он сцепил зубы, на его лице появилось жесткое выражение, и ей пришлось отвести взгляд. Он стоял так близко, что она ощущала его запах. Каждая линия хорошо знакомого тела излучала силу и магнетизм. Его прикосновение жгло ее кожу, его взгляд заставлял ее щеки покрываться румянцем. Разве сможет она работать с ним, если так реагирует на него даже после того, что узнала?

— То, что происходит между нами, Сильвия, не имеет ничего общего с компанией.

— Мистер Бредли, не будете ли вы так любезны отпустить меня?

— Не буду.

— Прошу прощения, но я настаиваю.

Какую-то долю секунды ей казалось, что он вот-вот поцелует ее. Он наклонился вперед, его губы раскрылись, но вместо этого он отпустил ее. Она все еще чувствовала его ладони на своих руках.

— Я надеюсь, что ты передумаешь. Я прекрасно понимаю, какую ценность ты представляешь для компании. Я не буду беспокоить тебя, могу дать слово.

— Ваше слово? А чего оно стоит?

Она прошла мимо него, не остановившись даже тогда, когда услышала его тихий шепот:

— Прости.

7

Мьюриел, Кэт и Дора не отставали от Сильвии до позднего вечера, пока она не согласилась с их планом. Честно говоря, Сильвию убедили не столько их доводы, сколько самостоятельное заключение о том, что все эти приготовления помогут ей успокоиться и собраться с мыслями. Вряд ли ей удалось бы это сделать дома, так как мама всегда чутко чувствовала ее настроение и сразу бы забеспокоилась.

Нельзя было оставлять без внимания и вопрос денег. Ей неплохо платили в компании, и она знала точно, что вряд ли где-то еще сможет зарабатывать столько же. Если бы она была одна, то этот вопрос не был бы таким насущным. Но ей нужно было помогать маме и сестре.

Хотя Сильвия ничего не сказала своим подругам, она решила, что все же уволится со временем. Она просто не сможет перенести близости Кейна. Но, с другой стороны, не было необходимости принимать поспешных решений. Нет никакого смысла ставить под угрозу благополучие ее семьи только из-за оскорбленной гордости. Она начнет искать работу и, возможно, сможет найти новое место достаточно быстро.

Она повесила полотенце на место и еще раз посмотрелась в зеркало. Завтра она станет совсем другой, по крайней мере, она очень на это надеялась. Будь на то ее воля, она бы сделала пластическую операцию. Она хотела выглядеть совсем по-иному, и чувствовать себя иначе, и быть другой. Кем угодно, но не собой. И хорошо бы еще у нее была амнезия, чтобы забыть навсегда все, что с ней произошло.

Но мысли о Кейне не покидали Сильвию. С одной стороны, если она собирается ему отомстить, ей как раз и нужно все помнить, чтобы гнев и обида не остыли.

Но проблема заключалась в том, что она всегда с радостью встречала его в своих снах. Она открывала ему свои объятия, продолжая любить его, и отдавалась ему во сне снова и снова. Она удивлялась, почему же любовь не сменяется ненавистью сейчас, когда она знает, что он за человек. Откуда такая слабохарактерность? Вот и еще один повод измениться.

Сильвия быстро закончила свой утренний туалет и не стала краситься, потому что шла к косметичке, что предполагало отсутствие какого-либо макияжа. Было немного странно, что на часах уже десять, а она все еще бездельничает. Но, как утверждала Дора, с сегодняшнего дня она начнет преображаться, постепенно превращаясь во что-то среднее между Мата Хари и Мерилин Монро. Дора — такая фантазерка! Сама Сильвия прекрасно понимала, что у нее нет ни малейшего шанса.

Кейн положил телефонную трубку и оглядел кабинет. Он казался совсем пустым после того, как Роберт унес все свои африканские трофеи и фотографии, оставив только карты и графики работы компании. Дизайнер должен был прийти с минуты на минуту, и Кейн надеялся, что Нэнси, его секретарю, не понадобится много времени, чтобы быстро обустроить кабинет по его вкусу.

Он выпил чашечку кофе и подумал о том, не будет ли слишком очевидным его интерес к Сильвии, если он опять зайдет к ней в офис, посмотреть, там ли она. Хотя он и не получил от нее заявления об уходе, но факт ее отсутствия на рабочем месте в течение двух дней настораживал. Женщины, с которыми она работала, делали вид, что они понятия не имеют, где она находится, но он знал, что они лгут. Они специально делали все, чтобы заставить его страдать.

Ох уж эти женщины! Почему они так любят обсуждать все со своими подругами? Он бы предпочел, чтобы то, что произошло между ним и Сильвией, осталось между ними, но, как он понимал, поезд уже ушел. Теперь научно-исследовательский отдел ненавидел его лютой ненавистью, и он боялся, что, того и гляди, сплетни поползут дальше. Конечно, это не самые благоприятные обстоятельства для начала работы в новой компании, но он привык к тому, что его появление и раньше редко встречалось овациями. Переживет он и в этот раз. Кроме того, он вовсе не собирается здесь задерживаться. Вскоре сюда приедет его заместитель Майкл Болтон, именно он и будет заниматься этой компанией.

А пока он здесь, ему хотелось бы как-то наладить отношения с Сильвией. Она все больше и больше занимала его мысли, что его ужасно злило. Хотел он того или нет, но от этого эпизода ему так просто не отмахнуться. Он был реалистом и не привык закрывать глаза на очевидное. Ее образ не погас, и Кейн вымотался до предела. Так продолжаться дальше не может.

Самым противным было то, что он видел ее во сне. Он всегда спал очень крепко и не помнил снов, но в течение уже нескольких ночей ему снилась эта его случайная любовница. После пробуждения он так прекрасно помнил все подробности, как будто видел их на экране телевизора. Куда бы он ни глянул, всюду была Сильвия, страстная, трепещущая, шепчущая его имя в порыве страсти.

Кейн поднялся и вышел из кабинета. Его секретарь подняла глаза, но затем продолжила работать над бумагами. Он пошел по коридору в направлении научно-исследовательского отдела.

Сильвии там не было, но зато были Мьюриел и Кэт.

— Доброе утро, — вежливо произнес он, что не вызвало абсолютно никакой реакции со стороны женщин.

— Я хотел бы узнать, нет ли каких-нибудь известий от Сильвии Эванс.

Мьюриел покачала головой.

— Нет, мы не в курсе.

Она опять повернулась к столу и начала яростно листать какие-то бумаги. Кейн хотел задать еще несколько вопросов, но понял, что это бесполезно. Если у них и есть какая-то информация, то вряд ли они поделятся с ним.

— Если она позвонит или зайдет, не будете ли вы любезны сообщить мне об этом, — сказал он.

— Не сомневайтесь, вы узнаете об этом первым, — протянула Кэт с таким выражением, что он насторожился.

Что они затевают?

Он попрощался и вышел, раздумывая над этим загадочным замечанием. Когда он подошел к своему кабинету, секретарь сообщила, что его ожидают.

— Это Сильвия Эванс.

Его пульс сразу же участился. Кейн взял себя в руки и постарался зайти в кабинет нормальным шагом, а не врываться, как зеленый юнец на первое свидание. Он медленно открыл дверь, сделал серьезное и уверенное выражение лица…

Но он был не готов к тому, что увидел.

Перед ним сидела Сильвия, но вовсе не та хрупкая девушка, с которой он познакомился в Сан-Франциско. Женщина, сидевшая в кресле для посетителей, имела черты ее лица, но это было единственное, что их объединяло.

Ее длинные прежде волосы были теперь стильно подстрижены и едва касались плеч. Они имели удивительный медовый оттенок и сияли так, что к ним хотелось прикоснуться. Лицо девушки поразило его. Сильвия всегда была хорошенькой, но хорошенькая — не то слово, которым можно было описать красавицу, сидящую перед ним.

Сердце Кейна забилось так, что он испугался, что она тоже услышит его стук.

Сильвия была одета в деловой костюм, но видели бы вы этот костюм! Он был создан только для того, чтобы дать его обладательнице полную и бесконтрольную власть над мужчинами. Приталенный алый жакет подчеркивал линию груди и тонкую талию, а короткая узкая юбка того же цвета открывала ноги совершенно непостижимой длины. Кейн недоумевал, в чем заключается этот фокус, ведь он прекрасно помнил, что Сильвия — совсем невысокого роста. Может, все дело в туфлях — тоже красных, на тоненьких каблуках-шпильках?

Кейн поднял глаза на лицо Сильвии. Умом он понимал, что все эти перемены вызваны лишь одеждой и умелым макияжем. Новая прическа, немного туши на ресницах и туфли на каблуках не могли изменить ее внутреннюю суть, но он почему-то почувствовал, что и внутренне она уже совсем другая.

Что-то новое появилось в ее повадке, в том, как она сидела, как поднимала глаза. Она казалась уверенной, сильной и чертовски сексуальной. Его тело сразу же отреагировало на эту новую Сильвию. Он не мог припомнить другого случая, когда у него наступала эрекция в официальной обстановке, тем более при виде женщины, с которой он уже переспал.

При виде Кейна Сильвия недоуменно подняла правую бровь. Звучит абсурдно, но этот жест показался ему необыкновенно эротичным. Вообще вся ситуация была просто глупейшей, но попробуй убедить в этом своего дружка, который доставлял Кейну все большее неудобство.

— Мистер Бредли, — сказала она слегка хрипловатым голосом.

Даже голос ее был иной. Или это просто бред его воспаленного воображения?

— Вы хотели меня видеть?

Кейн вдруг понял, что пялится на нее неприлично долго, но он боялся, что, если сдвинется хоть на сантиметр, Сильвия может посмотреть вниз и увидеть, до какого состояния она довела его. Впрочем, его внутренний голос тут же напомнил ему, что это уже и так очевидно.

— Я рад, что вы… — Его голос дрогнул.

Какой позор, как у подростка на первом свидании. Он прокашлялся и сказал уже обычным голосом:

— Я рад, что вы вернулись.

На лбу Кейна выступили маленькие капельки пота. Она что, напустила на него какую-то порчу? Он себя не узнавал. Он хотел ее сейчас так яростно, как не хотел еще ни одну женщину — прямо сейчас… На столе, на полу, где угодно… Сорвать с нее этот огненный костюм и насытиться ее восхитительным телом!

— Спасибо, — проговорила она деловым тоном. — Чем могу быть полезна?

Несмотря на то, что ее голос был предельно официальным, это его вовсе не охладило.

— Прежде всего я хотел бы узнать, собираетесь ли вы остаться в компании?

Она кивнула, и ее волосы заиграли на плечах.

— Я не собираюсь уходить. Пока.

— Очень рад. Надеюсь, что смогу уговорить вас остаться у нас постоянно.

— Ничто в этом мире не постоянно, мистер Бредли.

— Кейн.

— Нет, мистер Бредли.

Он кивнул, не зная, что сказать дальше. Впервые в своей жизни он не знал, о чем говорить с женщиной. Он хотел было упомянуть о переменах в ее внешности, но потом передумал. Он всегда оставался профессионалом, даже когда его кровь кипела от возбуждения.

— Это все? — спросила она холодно. — Я могу идти? У меня много дел.

Ему хотелось сказать что-то, что заставило бы ее остаться. Может, пригласить ее позавтракать? Нет. Это не сработает. Работа — вот именно то, что нужно. Поговорим о работе.

— Над чем вы сейчас работаете?

— Мьюриел заканчивает еженедельный отчет. Он будет на вашем столе к двенадцати часам.

Ну что ж, придется ее отпустить. Он не мог больше придумать ничего, соответствующего ситуации.

— Спасибо. Вы можете идти.

Она взглянула ему в глаза и смотрела пристально, не отводя взгляда. Тонкая струйка пота потекла по его позвоночнику. Боже, лучше бы она сказала что-нибудь! Вместо этого она приоткрыла губы и провела кончиком языка по верхней губе. Он едва сдержал стон, поднимающийся к горлу.

Сильвия не могла поверить своим глазам. Он был у нее в руках. Сработало! Хотя она вовсе не стала другим человеком, но ощутила, как становится сильнее и увереннее. Она никогда бы не поверила, что ее женское обаяние может повергнуть Кейна Бредли в смущение, пока не увидела его лицо.

Его реакция на ее новый облик была очевидной, ее не могла скрыть даже плотная ткань дорогого костюма. Она вовсе не ожидала от него такого физического отклика, но это лишний раз доказывало, что ее ощущения верны.

А она ощущала себя привлекательной и неотразимой. Кто бы мог подумать, что немного румян, краска для волос и костюм яркого цвета могли вызвать такое превращение?

Но она понимала, что дело не только в ее внешнем виде. Она стала другой с тех пор, как впервые посмотрела на себя в зеркало в модном магазине. Женщина, смотрящая на нее из зеркала, была ей незнакома. Она, Сильвия, не могла бы довести Кейна до такого состояния. Но та женщина из Зазеркалья была способна на многое.

Она была такой, как будто самые буйные фантазии Сильвии, самые сокровенные ее мечты отразились теперь на лице. Она была воплощением сексуальности и чувственности. Конечно же, ее появление на улице не вызовет автомобильных пробок, она не настолько красива, но рядом с неким мужчиной она была неотразима.

И этим мужчиной был Кейн Бредли.

Сейчас Сильвия отпустит его на время, но позднее, когда она привыкнет к этому новому «я» и лучше поймет свои возможности, она опять вернется. И тогда она не будет знать пощады. У него нет ни малейших шансов на спасение. Идея мести казалась ей все более и более привлекательной. Для Кейна наступили непростые времена, хотя он об этом еще не догадывался. Он еще будет стоять перед ней на коленях.

Сильвия встала и пошла прямо на него, как будто она и не собиралась обходить его. Все ее мысли были сосредоточены на том, чтобы не подвернулась нога. Каблуки были ужасно высокими, она не привыкла к таким. Но она чувствовала, что ее бедра двигаются по-другому, спина выпрямлена, а грудь выпячена вперед. Ей хотелось смеяться и прыгать на одной ноге. Она чувствовала себя роковой женщиной, соблазнительницей, обольстительницей и сиреной.

В последнюю секунду Кейн немного отступил, и она лишь слегка задела его плечом. Прежде чем открыть дверь, она вспомнила какой-то эпизод из старого фильма, повернулась к нему и прошептала хрипловатым голосом:

— Если я вам понадоблюсь, мистер Бредли, только позовите. — И вышла.

Выходя из кабинета, она ощутила его взгляд на спине, нет, скорее чуть пониже спины. Она чувствовала себя расшалившимся котенком и ей хотелось хихикать. Посмотрим, что скажут девчонки!

Мьюриел от неожиданности уронила чашку с кофе, и темно-коричневая жидкость теперь медленно растекалась по серому ковру. Кэт заверещала, как будто увидела инопланетянина, а Дора без сил опустилась в кресло, с чувством произнеся всего лишь одно слово, которого Сильвия от нее никогда раньше не слышала.

Сильвия красивым жестом захлопнула дверь за собой. Она слишком круто повернулась на каблуках, но умудрилась все же остаться на ногах. Да, туфли придется снять, но и без них тоже неплохо.

— Неужели это ты!? — все еще не веря своим глазам, проговорила Кэт. — Вот так красотка!

— Ну-ка повернись! — пришла в себя Мьюриел.

Сильвия послушалась, чувствуя себя немного смущенной, но все еще сияя от победы, одержанной над Кейном.

— Ты у него уже была? — спросила Дора.

— Потрясен.

— Поплюй через левое плечо.

Мьюриел пришла в себя и начала вытирать пролитый кофе.

— Ни за что бы не поверила, что такое возможно, если бы не увидела этого своими собственными глазами. Сильвия, ты просто картинка! Ты всегда была хорошенькая, но сейчас ты выглядишь как кинозвезда.

— Вы представляете, я чувствую себя совсем по-другому, будто меня подменили. Это так здорово!

— Дай мне телефон твоего парикмахера, — попросила Кэт.

— Ладно, не отвлекайтесь. Лучше расскажи, как этот негодяй перенес твое перевоплощение.

Сильвия села на диван, и ее коротенькая юбочка сразу же поползла вверх. Она поправила ее и подумала, что теперь придется внимательно следить за своим внешним видом, ведь она привыкла к длинным юбкам, а не к такой набедренной повязке.

— Он потерял дар речи. Нет, я не шучу. В буквальном смысле этого слова. Его глаза были готовы выскочить от орбит.

— Могу себе представить, — усмехнулась Кэт. — Дай телефончик и косметички тоже.

— Самое смешное было в том, что мне и самой понравилось играть такую сексуальную штучку. Как будто я настоящая актриса. Не знаю, что из меня получилось, но это совсем не я.

— Ты просто сногсшибательна. Давайте подумаем, что дальше делать с мистером Бредли.

Мьюриел вытащила толстенькую папку и бросила ее на стол.

— Это его досье. Вся информация, которую только было возможно достать, — с гордостью сообщила Мьюриел. — Полная история этого гада. Мы теперь имеем всю необходимую информацию на любой случай жизни. Я думаю, что этому типу не поздоровится. Не пройдет и пары недель, как он на коленях приползет просить руки Сильвии. А она его отфутболит легким движением ноги.

Сильвия улыбнулась и залезла в ящик стола. Она вытащила оттуда маленькую восковую куколку и написала на ее груди одно слово — КЕЙН.

— Ну что, дамы, наша игра продолжается.

8

Кейн почувствовал неожиданную боль в шейном отделе позвоночника. Он потер это место рукой, и боль немного отступила. Что-то сегодня не заладилось с самого утра. Самое противное — он не знал, что делать.

Если бы проблема касалась его деловых отношений, то Кейн расправился бы с ней в два счета. Конкурент, желающий перекупить его компанию? Пусть только попробует. Посмотрим, что с ним будет. Трудности со слиянием предприятий? Нет ничего легче — надавить на кое-кого, найти необходимый подход, все в твоих руках. Не было такой ситуации, из которой он не нашел бы выход.

Но вот Сильвия… Что же с ней делать?

Кейн не мог рационально объяснить свою реакцию на нее. Он никогда прежде не был ослеплен женщиной, да и сейчас сохранял трезвый взгляд на отношения с ними. Да, конечно, Сильвия была приятной интерлюдией к покупке компании, но не более того. Она хорошо руководила исследовательским отделом, и поэтому он не хотел, чтобы она увольнялась. Но, черт возьми, почему даже сейчас, думая о ней, он покрывается испариной?

Разыгрались гормоны? Ну что ж, эту проблему можно разрешить всего одним телефонным звонком. Он вытащил дипломат, взял записную книжку и стал пролистывать ее, просматривая телефоны знакомых девушек. Вскоре он оказался уже на букве «я». Ни с одной из них ему не хотелось провести ночь. Черт возьми!

Кейн бросил книжку в дипломат и захлопнул его в сердцах. Пора покончить с этим раз и навсегда. Он потянулся к телефону и набрал номер Майкла, назначая на завтра совещание заведующих отделами. Что бы ни случилось, Сильвия больше не будет мешать его работе.

Досье на Кейна можно было считать произведением искусства. Здесь была собрана информация о детстве Кейна, его школьных годах, бывших и настоящих подружках со всеми возможными деталями и подробностями.

Сильвия закрыла папку и положила ногу на ногу. Раньше эта поза была не свойственна ей, но теперь она придавала ей уверенности в своих силах. Она представила, как сядет вот так напротив Кейна на совещании. Можно поспорить, что он обратит внимание.

Сильвия вздохнула. Гораздо легче было мечтать о том, как она будет его мучить, чем разобраться со своими собственными проблемами. Не его вина, что она досталась ему так легко. Он просто протянул руку, и она упала в его ладонь, как спелый плод.

Может, когда она отомстит ему, это всепоглощающее чувство стыда и вины оставит ее? Может, тогда она перестанет думать о Кейне? Он уйдет не только из ее мыслей, но и из ее снов, что особенно важно.

Сильвия взяла досье с собой домой. Она его хорошенько изучит и найдет ахиллесову пяту Кейна. Он попадется в ее ловушку, а когда все закончится, она будет свободна. Обязательно будет.

Совещание началось ровно в девять. Кейн сидел во главе стола, а Майкл Болтон — слева от него. Также присутствовали заведующие отделами и технический персонал. Сильвия тщательно выбирала свое место. Она сидела справа от Кейна, так близко, что могла дотянуться до него рукой.

Этим утром он, казалось, не обращал на нее никакого внимания. Она была одета в синий костюм, который был более свободного покроя, чем красный, не так вызывающе облегал ее фигуру, но имел довольно низкий вырез. Когда она наклонялась над бумагами, в вырезе слегка приоткрывалась ее нежная грудь. Так как совещание обещало быть долгим, она думала, что ей придется наклониться не раз.

К сожалению, за столом сидел не один Кейн. Ее коллеги реагировали на нее по-разному. Интересно, что же они думали о ней раньше? Неужели она и в самом деле была просто серой мышкой?

Майкл Болтон не встречался с Сильвией раньше и поэтому вел себя с ней, как с остальными служащими. Но другие сотрудники компании были так удивлены ее превращением, как будто она не только изменила свою внешность, но и стала другим человеком. Джеймс Робсон не отрывал глаз от своего кофе. Уилл Келлог заикался в два раза больше, чем обычно, а цвет его лица не скоро вернулся к естественному оттенку. Поведение женщин было почти враждебным. Эвелина, которая никогда не была ей близкой подругой, но всегда поддерживала с Сильвией хорошие отношения, практически перестала с ней разговаривать. Марти Фрэн сделала какое-то едкое замечание по поводу длины ее юбки.

Жаль, но что поделаешь. На войне как на войне.

Она слушала, как Кейн огласил повестку дня. Заведующие отделами отчитывались о работе, проделанной за неделю, и так как ее очередь была еще далеко, у нее было время подумать о том, как вести себя сегодня.

Сильвия не торопилась. Только спустя час после начала совещания она начала действовать. Она сняла туфлю и коснулась Кейна ногой под столом. Он окаменел, когда почувствовал ее прикосновение. Это случилось во время обсуждения предложения о закупочных ценах. Его лицо слегка окрасилось, не до такой степени, конечно, как у Уилла, но слегка порозовело на щеках.

Кейн мужественно излагал свою мысль, четко и ясно, не глядя на Сильвию. Она внимательно слушала, сначала поглаживая пяткой его икру, затем медленно скользя носком ноги вверх. Сначала до колена, но так как колено не представляло для нее никакого интереса, ее нога начала двигаться все выше и выше по внутренней стороне бедра.

Сильвия осторожно огляделась. Казалось, никто не заметил ее действий, хотя на лице у Марти застыло довольно сконфуженное выражение. Но она ведь смотрела на Кейна, а не на нее.

Из-за стола поднялся Майкл, и она замерла на какое-то время, сохраняя занятую позицию. Все это не было бы так весело, если бы Кейн не сидел в центре стола, а все взоры не были бы обращены на него.

Она начала потихоньку подниматься по внутренней стороне бедра, медленно, нигде не задерживаясь. Но чем дальше она продвигалась, тем яростнее ощущала прилив тепла к своему телу, ее щеки тоже порозовели, дыхание участилось, и сердце начало громко стучать в груди. Она на секунду остановилась, не решаясь двигаться дальше, но тут в разговор опять вступил Кейн.

Она сглотнула слюну и постаралась успокоить нервы. Если бы не уроки балета в детстве, вряд ли она смогла бы осуществить то, что задумала. Наконец она коснулась кончиком большого пальца ноги средоточия его мужских сил, и в ту же секунду он сдвинул ноги, в результате чего ее нога оказалась зажатой в ловушке. Ей было не вполне удобно сидеть так, но она успокаивала себя тем, что ему еще неудобнее.

Лицо Кейна покраснело, а Сильвии пришлось немного отвернуться, чтобы окружающие не заметили выражения ее лица.

Он прокашлялся и отпустил ее ногу, но вместо того, чтобы убрать ее, она продвинулась еще на сантиметр. Сильвия надеялась, что в офисе не случится пожар, потому что Кейн вряд ли смог бы сейчас встать с места даже ради спасения собственной жизни.

Неожиданно Кейн сказал:

— На этом мы закончим наше совещание.

Сильвия взглянула на лицо Майкла Болтона, которое выражало крайнее удивление. Остальные присутствующие смотрели на Кейна широко раскрытыми глазами.

Кейн немного отодвинул кресло, но не встал. Он строго смотрел на подчиненных, которые никак не могли взять в толк, почему совещание закрыли, если не рассмотрено еще и половины вопросов.

— Когда мы собираемся в следующий раз? — спросил Майкл, вставая.

— Я дам вам знать.

Все молча покидали кабинет Кейна. Сильвия надела туфлю, не поднимая глаз, так как боялась, что выражение лица выдаст ее. Она закрыла записную книжку и тоже собралась уходить. Когда она встала, то услышала голос Кейна:

— А вас, мисс Эванс, я попрошу остаться.

Сильвия замерла на месте. Ах, если бы она могла не послушаться и выйти вместе со всеми, но ведь Кейн был ее начальником, и она не посмела ослушаться его в присутствии посторонних.

Дверь захлопнулась необыкновенно громко. Сильвия не хотела разговаривать с Кейном, она помнила, какое воздействие оказывали на нее его слова и даже сам голос. Боже, куда же подевалась новая Сильвия? Чтобы немного собраться с духом, она положила ногу на ногу.

— Не хочешь ли объясниться?! — рявкнул Кейн.

Она судорожно вдохнула воздух, затем очень медленно его выдохнула и наконец взглянула на него. Его глаза, казалось, были готовы просверлить ее.

Она промурлыкала:

— А ты не догадался?

Он резко встал, не заботясь о состоянии своей одежды. Она благоразумно смотрела только на верхнюю часть его тела.

— Хочешь, чтобы я поднял тебе зарплату?

Она продолжала глядеть на него, невозмутимо улыбаясь.

— Сильвия, к чему столько усилий? Чтобы просто позлить меня?

Ее темные брови поднялись в насмешливом удивлении.

— Что ты имеешь в виду?

— Новая прическа, этот костюм.

Сильвия удивленно распахнула глаза.

— Да он висел у меня в шкафу уже сто лет.

— Врушка!

— Простите?

— Да у тебя до вчерашнего дня не было таких вещей, — усмехнулся Кейн. — Хочешь, я скажу тебе, из-за чего этот сыр-бор?

— Пожалуйста, просветите меня, господин профессор, — презрительно ответила она.

Кейн подошел к ней еще ближе, и первой ее мыслью было отступить подальше, но она собрала все свое мужество и осталась на месте. Она смотрела на свою туфлю и пыталась вспомнить, какой сильной и уверенной она была всего несколько минут назад. Но сейчас, когда он стоял так близко, что она чувствовала его запах, ощущала тепло его тела, новая Сильвия куда-то смылась, и ей приходилось защищаться самой.

Краска залила ее лицо, а в области солнечного сплетения разгорался пожар. Она опять ощутила, как тогда в воскресенье, что между ними пролетел электрический заряд, да и по всему кабинету искрило.

— Я думаю, ты хочешь, чтобы я влюбился в тебя, — сказал Кейн тихим хриплым шепотом, почти касаясь губами ее уха. — А потом ты меня отошьешь. Правда?

Сильвия пыталась думать, хотя это была почти непосильная задача, ведь он был совсем рядом. В комнате стало ужасно душно… Неужели кондиционер не работает? Она почувствовала, как капельки пота скатываются по ее шее. Сильвия уже было открыла рот, чтобы во всем чистосердечно признаться, когда неожиданно в ее голове зазвучал голос Мьюриел:

— Остановись! Вспомни, что он сделал с тобой. Вспомни, как он соблазнил тебя, чтобы выведать у тебя все секреты. Вспомни, как он заставил тебя поверить себе…

— Не говори ерунды, — сказала она голосом новой Сильвии, ставя его на место. — Я просто развлекалась. Очень жаль, что ты не понял юмора. Я думала, что ты в этих играх ас.

Снисходительно посмотрев на нее, Кейн сказал:

— Значит, я прав, и это месть?

— Месть — какое дурацкое слово.

— Но очень точное.

— Ну если тебе так нравится, называй как хочешь.

— А ты бы как это назвала?

Сильвия встала, теперь ее грудь почти касалась Кейна. Кроме того, она подвинула колено немного вперед, слегка прикасаясь бедром к самой независимой части его тела.

— Я бы сказала так — я сравняла счет. У меня некоторое преимущество. Ведь я играю на своем поле.

Он все еще смотрел на нее, и в его глазах было что-то, что напомнило ей о том, о чем знали только они двое.

— А что случилось с прежней Сильвией? Она еще вернется? — тихо спросил он.

— Она осталась в Сан-Франциско.

— Сильвия, я все время думаю о тебе, — произнес он и дотронулся ладонью до ее щеки.

Его ласка заставила ее на секунду забыть обо всем на свете. Все тело Сильвии ожило, она закрыла глаза, вспоминая, как он касался ее…

Когда Сильвия открыла глаза, он все еще смотрел на нее. В его глазах она увидела отражение своей собственной жажды. Но она увидела в них и боль. Откуда она? И что значит?

Она отступила назад, стараясь отодвинуться от Кейна, но он поймал ее за руку, притянул назад так, что между ними не осталось расстояния.

— Сильвия, чувствуешь, что ты делаешь со мной? Но на твоем месте я был бы осторожнее.

— А то что?

— А то я могу показать, что я могу сделать с тобой.

9

Сильвия растеряла всю свою решимость и смелость. Находясь рядом с Кейном, она оставалась беззащитной перед огнем, горящим в его глазах, и властью, звучащей в его голосе. Она почувствовала себя глупым и беспомощным ребенком, который вздумал играть во взрослые игры.

— Отпусти меня, — попросила она.

Кейн ничего не ответил, но еще крепче прижал ее к себе. Его губы слегка приоткрылись, и в смятении Сильвия поняла, что сейчас он ее поцелует. Если это произойдет, ей придется выбросить белый флаг. Она могла сделать лишь одно, чтобы оставить победу за собой, но нужно было действовать быстро.

Она собралась с духом, и ее рот впился в его губы. Она почувствовала прикосновение его сильных бедер к своим, и словно электрический разряд пробежал по ее телу, заставляя содрогнуться. Сильвия воплотила в этом поцелуе все свои желания, которые Кейн разбудил в ней. Она хотела напомнить Кейну о той ночи, когда она была Золушкой, а он — ее Прекрасным Принцем. Она целовала его так, как будто могла разбудить от долгого сна и освободить от железной брони расчетливости.

Ответ был мгновенным. Его руки обвили ее, прижимая к груди, рот жадно раскрылся, а язык, лаская, проникал все глубже и глубже. Кейн был побежден. Этот ошеломляющий поцелуй поверг его в бездну, где ничего не существовало, кроме ее чувственных горячих губ. Все его здравые мысли превратились в кашу, а его решимость покончить навсегда с Сильвией была смята превосходящими силами противника.

Кейн так хотел ее, что не мог говорить. Она стояла перед ним с влажными приоткрытыми губами, глаза ее были широко распахнуты и излучали желание и женскую силу, которой он был не в силах противостоять. Он сознавал, что она может сделать с ним все, что захочет. Если Сильвия попросит, он выпрыгнет из окна, бросится под поезд, остановит пулю на лету — все, что угодно, лишь бы заполучить ее в свои объятия и в постель.

Кейн всегда смеялся над людьми, которые становились рабами своих сексуальных потребностей. Он называл их бесхребетными слабаками. Теперь он знал, что у него нет шанса выиграть у нее эту битву. Его неистовый голод становился все настойчивее с каждым днем. С самого начала он понимал, что за всем этим стоит что-то большее, чем просто физическое желание.

Он был загипнотизирован двумя противоречивыми обликами этой загадочной женщины — ее открытостью и незащищенностью и, с другой стороны, ее расчетливым эротизмом. Это неожиданное сочетание было для Кейна слишком крепким орешком.

— Я должна вернуться к себе, — сказала Сильвия, и ее голос дрожал.

Кейн знал, что в глубине души она вовсе не была роковой женщиной, которую пыталась изображать. Девочка с широко раскрытыми от удивления глазами попала в роскошное тело профессиональной соблазнительницы. Но она не знает, насколько сильно уязвила его, как повергла его ниц. Если бы Сильвия могла заглянуть в его мысли, она бы громко рассмеялась, празднуя победу, вместо того чтобы тщетно пытаться восстановить самообладание.

— Хорошо. Но не забудь, о чем я говорил тебе. Поберегись. Будь осторожнее, — хрипло прошептал он.

— Спасибо за добрый совет. Но остеречься нужно не только мне. — В ее голосе звучали новые, непривычные для него нотки.

Кейн усмехнулся. Теперь, когда он стоял не очень близко к Сильвии, он был в состоянии думать.

— Да ну? Может, проверим?

Сильвия слегка наклонила голову, ожидая, что еще он скажет. Но он не торопился. Помолчав немного, он сказал наконец:

— Давай поужинаем вместе сегодня вечером.

— Ты с ума сошел?

— Ты ведь теперь такая уверенная в себе, владеющая ситуацией. Что для тебя стоит пережить ужин со мной — пара пустяков.

Сильвия стояла в растерянности. Ее новому «я» не хватало стойкости. Оно улетучивалось, как только дело принимало рискованный оборот. Нужно иметь это в виду.

— Я могла бы поужинать с тобой, если бы хотела. Но я не хочу. — Она напустила на себя безразличный вид.

— Правда? А может, ты просто боишься? — подмигнул Кейн.

— Я знаю, что ты дразнишь меня.

— Почему ты так решила? — усмехнулся он.

— Да потому, что ты всегда поднимаешь правую бровь, когда играешь нечисто.

Кейн засмеялся.

— Моя правая бровь вовсе не та часть тела, которой тебе следует опасаться.

Это была последняя капля, которая переполнила чашу ее терпения. Сильвия сложила руки на груди, при этом в вырезе ее блузки приоткрылась грудь. Кейн вздохнул. Ему было бы гораздо проще, если бы он никогда не пробовал на вкус нежность ее кожи и сладость ее груди.

— Я не опасаюсь никаких частей твоего тела, — со злостью сказала Сильвия.

— Ты в этом уверена?

Взгляд Сильвии метнулся вниз, она покраснела и быстро вернула глаза в прежнее положение.

— Какой бы интересной ни была наша беседа, я вынуждена вернуться к своим должностным обязанностям.

Сильвия повернулась, и, если бы он не встал на ее пути, она бы уже выскочила из кабинета.

— Мой водитель заедет за тобой в восемь.

— Я не пойду.

— Надень что-нибудь такое… — Он смерил ее взглядом с ног до головы. — Впрочем, ты и сама прекрасно знаешь, что надеть.

— Ты не слышишь, что я говорю?! Я не собираюсь ужинать с тобой! — раздраженно проговорила Сильвия.

— Собираешься, собираешься.

— С какой стати!

Кейн опять приблизился к ней, хотя и знал, что это грозит ему потерей самообладания. Если Сильвия вдруг прикоснется к нему, вся его уверенность улетучится в одно мгновение, и его план потерпит фиаско.

— Ты придешь, потому что тебе интересно узнать, кто же из нас выиграет.

Глаза Сильвии расширились, и Кейну показалось, что он может заглянуть ей прямо в душу, где были перемешаны страх и волнение, которые были по силе равны его собственным.

— Ни за что не пойду!

Сильвия в растерянности металась по своему рабочему кабинету.

— Конечно же пойдешь.

Сильвия с отвращением посмотрела на Мьюриел.

— Мы ведь не договаривались, что я буду встречаться с ним вне официальной обстановки…

Она нервно откинула со лба прядь волос.

— Да ведь это обычный ужин. Из-за чего весь сыр-бор?

— Нет, это обычный ужин с Кейном, а это совсем другое дело, — настаивала Сильвия.

— Ты прекрасно со всем справишься.

— Какие мы оптимисты, — нервно хмыкнула Сильвия.

— Да ты посмотри на себя, какая ты красавица, тебе ли бояться?

Мьюриел посмотрела на Сильвию восхищенно.

— Выставлю себя последней идиоткой, — продолжала сопротивляться та. — И так, наверное, уже сплетни пошли по всей компании.

Мьюриел пожала плечами.

— Ничего такого не слышала.

— Да кто же тебе скажет, подумай!

— Но ты ведь знаешь, у меня есть свои источники.

Мьюриел была права. Она всегда умудрялась быть в курсе событий, хотя почти не выходила из своего кабинета.

Сильвия положила надкусанный бутерброд в сумку. Ей совсем не хотелось есть. Мало того, ее даже немного поташнивало. Одна только мысль о том, что она будет ужинать наедине с Кейном, доводила ее до невменяемого состояния.

— Что ты наденешь? — нетерпеливо продолжала подруга.

— Я не пойду, — резко бросила Сильвия.

— Нужно надеть что-нибудь шикарное. Кэт говорила, что ты купила маленькое черное платье без бретелек?

— Я ничего не хочу! Оставь меня в покое!

— Ты вспомни, как ты поставила его на место и вчера, и сегодня. Он скоро будет есть из твоих рук. Нельзя его упустить сейчас, — попыталась убедить ее Мьюриел.

— Мьюриел, я прошу тебя, давай прекратим эту дурацкую игру.

— Детка, ты что, забыла, что он все это заслужил? Вспомни о том, что он сделал с тобой.

Сильвия вспомнила и сразу же пала духом. Волнение и страх, пришедшие к ней вместе с ее перевоплощением, прекрасно отвлекали от мучительных мыслей. Она нервничала и делала все возможное, чтобы казаться уверенной и сексуальной, у нее совсем не было времени вспоминать об унижении, которое она пережила. Наверное, это было единственным положительным моментом в их плане. Теперь, когда Сильвия вернулась на грешную землю, ужасные воспоминания опять захлестнули ее. Вместо того чтобы воспылать ненавистью к Кейну, ей захотелось уйти домой, залезть под одеяло и там всласть наплакаться.

— Девочка моя, пути назад нет, — мягко настаивала Мьюриел. — Ну так что ты наденешь?

Сильвия крепко зажмурилась, но тут же перед ее внутренним взором предстал Кейн с глазами, полными страсти, обнаженный по пояс. Она быстро открыла глаза.

— Черное платье и туфли на высоченных шпильках.

— Вот и умница.

Сильвия рассматривала свои руки.

— Если бы ты знала, как я боюсь.

— Могу себе представить. Но не переживай, у тебя все прекрасно получится.

Сильвия кивнула, думая о своем.

— Послушай, Сильвия, — продолжала Мьюриел. — Ты должна знать, что в тебе всегда сидела эта фантастическая женщина — твое новое «я». Она была терпелива, но знала, что однажды ты выпустишь ее наружу. Она позволяла тебе носить длинные юбки и бесформенные блузки. Она молча наблюдала за тем, как ты скрываешь свои великолепные таланты за детской стеснительностью. Но теперь она уже не сможет прятаться. Ты должна понимать, девочка моя, что эта «новая Сильвия» — это ты сама, те твои черты, которым ты никогда не давала возможности проявиться. Мы-то все это понимали, так что для нас твое перевоплощение — вовсе не новость.

К глазам Сильвии подступили слезы. Какая-то часть ее стремилась выскочить из комнаты, хлопнув дверью, но вторая ее половина знала, что Мьюриел говорила правду.

— Как все сложно, — прошептала она.

— Пусть тебе немного страшновато, но в данной ситуации нет ничего такого, с чем бы ты не справилась. Ты не должна чувствовать себя использованной и опустошенной. Этот негодяй того не стоит. Да и никто не стоит.

— Но если он такой негодяй, почему у меня все еще так болит сердце, когда я думаю о нем? — растерянно прошептала девушка.

Мьюриел пожала плечами.

— Откуда мне знать? Сердцу иногда не прикажешь. Но сейчас ты должна руководствоваться не чувствами, а своей прекрасной головой. Сердце тебе и так уже сослужило недобрую службу.

— Это уж точно! — Глаза Сильвии опять наполнились слезами.

— Что-то ты совсем загрустила. Лучше представь себя в новом шикарном платье. Ты сразу станешь увереннее, и настроение у тебя улучшится.

Сильвия истерически засмеялась.

— Как только я вспоминаю, что все эти новые наряды, туфли на каблуках — это только тряпки, а я на самом деле совсем не такая, мне становится еще хуже.

— А ты разная. И такая, и эдакая. Не стоит принижать себя, — утешала ее Мьюриел.

Наконец полностью совладав со своим дрожащим голосом, Сильвия твердо ответила:

— Попробую.

— А теперь, где у нас его досье? У меня для тебя есть новая информация.

Кейн мерил шагами столовую — от окна до стола и обратно. Он, должно быть, уже прошел так не одну милю, но все же не успокоился.

Где же она? Может, позвонить водителю? Но если она уже в машине, то сразу поймет, что это звонит он, и это придаст ей еще большей уверенности. Нет, сегодня ему нельзя делать неверных шагов. Сегодня у него на руках должны быть все карты. Она достойный противник, но он выигрывал и у более сильных.

Ситуация складывалась не лучшим образом. Он обращал совсем мало внимания на свою работу, он прервал важное совещание, он не может ни есть, ни спать. Пора прекратить все это в зародыше. И это должно произойти сегодня.

Кейн посмотрел на обеденный стол, с большим вкусом накрытый экономкой. Свечи, фарфор, цветы. Прекрасно. Музыка, которую он выбрал, была медленной и чувственной. Превосходно. Шампанское охлаждалось во льду, обед стоял в духовке. Декорации готовы к прибытию исполнительницы главной роли.

Его план был прост как все гениальное. Он переспит с ней сегодня в самый последний раз. На этом их отношения закончатся раз и навсегда. Пусть запомнит, что, садясь за карточный стол с Кейном Бредли, нужно играть наверняка.

Сильвии придется запомнить, что он не тот человек, которого можно поймать на вечные женские уловки. Кейн был полностью уверен в том, что он легко переживет это дурацкое увлечение, и после этого они смогут спокойно работать вдвоем. Сильвии необходимо понять: то, что произошло в Сан-Франциско, вовсе не было преступлением века.

Кейн опять взглянул на часы. Последний раз он смотрел на них пять минут назад. Они давно должны были приехать. В это время на дорогах не так уж много пробок. Надо все же позвонить Тедди, он с ним работает уже много лет и знает, как вести себя в подобной ситуации.

Кейн подошел к телефону и снял трубку. Набрав первые две цифры, он услышал, как открылась входная дверь и вошла Сильвия.

Все его планы рассыпались, словно карточный домик. Она выиграла, не успев даже поздороваться.

10

Как только Сильвия вошла в квартиру, она поняла, что совершила большую ошибку. Не нужно ей было приходить сюда. Даже в новом вечернем платье с обнаженными плечами она не могла быть достойным противником этому мужчине, особенно когда он одет в смокинг. В самый раз расплакаться и попросить пощады.

Она остановилась у двери и осмотрелась. Ее взгляд то и дело возвращался к Кейну, хотя Кэт и предупреждала ее, что сначала нужно осмотреть поле боя. Она поискала признаки того, что он собирается соблазнить ее. Их оказалось более чем достаточно — шампанское, свечи, стол, накрытый на двоих.

Сильвия не догадывалась, что они будут ужинать в его квартире, до тех пор пока водитель не привез ее сюда. Но тогда было уже поздно просить Тедди отвезти ее домой. С другой стороны, конечно, она могла бы настоять на этом. Но ведь Кейн был так близко, и не зря ведь она надела это платье…

Даже одной музыки, звучавшей приглушенно, было достаточно, чтобы ее показная агрессивность сошла на нет. Впрочем, Мьюриел предупреждала, что он поставит блюз…

— Что же ты стоишь в дверях, входи, — сказал Кейн.

Сильвия чуть не подпрыгнула. Ее нервы были натянуты как струна. Она вспомнила инструкции Доры, и, так как она совсем растерялась и не знала, что делать, ей пришлось их выполнять.

Она улыбнулась, надеясь, что эта улыбка будет выглядеть соблазнительно, а не глупо. Затем она пошла к нему, выставив грудь вперед и слегка покачивая бедрами. Наверняка она выглядела как последняя идиотка. Но, взглянув на Кейна, она немного успокоилась. Он реагировал именно так, как и планировалось. Он смотрел на ее грудь.

Ах, если бы он только знал, что такая пикантная ложбинка на груди появилась там только благодаря бюстгальтеру новомодного покроя, а если бы она его сняла, то смотреть было бы совершенно не на что.

Кейн не мог отвести глаз от такого привлекательного зрелища и, только когда она подошла к дивану, поднял глаза на нее.

— Шампанское?

— Да, пожалуй.

Ей было наказано выпить как можно медленнее всего один бокал шампанского, не больше, и никакого вина, если она хочет сохранить на сегодняшний вечер свои умственные и физические способности.

Когда Кейн отвернулся, чтобы открыть бутылку, Сильвия немного расслабила плечи. Оказывается, быть сексуальной штучкой очень утомительно для мышц спины. Кроме того, она постаралась осмотреться в спокойной обстановке.

Его квартира была просто великолепна. Она предполагала, что все здесь будет очень дорого, но то, что так красиво, ее несколько удивило. Уютный камин, антиквариат, элегантная, обтянутая шелком мебель. Все было как будто взято с мебельной выставки.

— Нравится?

Мягкий ковер приглушил шаги Кейна, и она даже не заметила, как он подошел.

Он подал ей шампанское в изумительном хрустальном бокале, который был так прекрасен, что она даже боялась брать его в руки.

— Очень нравится. Квартира оформлена просто великолепно. Но больше всего мне понравились те вещицы от Франкла, — сказала Сильвия, показывая на изящные шкафчики у противоположной стены.

Кейн удивленно поднял брови.

— Тебе знакомы работы Франкла?

Она уверенно кивнула, как будто знала это имя с детства, а не прочитала его в досье только сегодня утром.

— Да. Мне очень нравится этот стиль, — уверенно врала она.

— Вот никогда не подумал бы, — пожал плечами Кейн.

— Я что, выгляжу так, будто покупаю мебель на барахолке?

Он засмеялся.

— Нет, конечно. Сегодня ты выглядишь особенно потрясающе, — произнес он искренне.

— Спасибо.

Сильвия опустила ресницы, а затем взглянула на него, не поднимая головы. Девчонки заставили ее проделывать этот фокус раз сто за последние три часа. Они уверяли, что это выглядит очень соблазнительно. Но самой Сильвии это движение казалось просто глупым.

Кейн поднял бокал.

— За все прекрасное.

Сильвия смотрела, как Кейн поднес шампанское к губам и выпил до конца. Она дрожала, сама не зная почему, хотя в комнате было очень тепло.

— Ты не пьешь, — удивился он.

Она пригубила холодное вино и внезапно поняла, почему этот шипучий напиток вызывает столько восторгов. Оказывается, она никогда раньше не пробовала хорошего шампанского. Она выпила еще и остановилась только тогда, когда заметила, как Кейн пристально смотрит на нее. Точно так же несколько секунд назад она рассматривала его.

Чувствуя себя неловко, она опустила бокал и подошла к окну. Отсюда весь город был виден как на ладони. От открывающегося вида у Сильвии захватило дух. По крайней мере, она попыталась убедить себя в том, что именно поэтому у нее перехватило дыхание.

По отражению в стекле она видела, что Кейн подошел к ней. Он был так красив и элегантен, что непрошеные воспоминания нахлынули на нее. Из чувства самосохранения она отвела взгляд от него и попыталась посмотреть на ситуацию критически.

Кого она пытается одурачить? Этот мужчина украл ее сердце. Ему потребовалось на это всего два дня. Нужно честно признаться себе, что она влюбилась в темного рыцаря из чужой страны, и, что бы она ни надевала, как бы ни притворялась, она навсегда останется обычной девушкой, безответно влюбленной в человека, которого ей не добиться ни за что на свете.

Осознание этого отрезвило Сильвию, но в то же время она рассердилась. Зачем он дал ей поверить, что она может обрести рай на земле? Он не имел никакого права так непрошено вторгаться в ее жизнь и превращать ее в хаос. Она была вполне довольна собой и своей жизнью, пока не встретила Кейна Бредли. Да, ее подруги правы, он вполне заслужил наказание.

Сильвия повернулась к Кейну и задала вопрос в лоб:

— Итак, ты созвал совещание. И что на повестке дня?

Он немного растерялся. По крайней мере, ей так показалось. Ее главной целью было вывести его из состояния, когда он мог полностью контролировать ситуацию.

— Я думал, мы обсудим кое-что.

— Что именно?

— Например то, что ты вытворяла сегодня утром.

Сильвия засмеялась, откинув голову назад, чтобы ее волосы, которые она оставила распущенными, разметались по плечам.

— Я просто хотела привлечь твое внимание, — сказала она, улыбаясь, как будто массаж ногой входил в перечень ее повседневных шуток.

— Это тебе удалось, — ответил Кейн с улыбкой.

— Ну и?

— Что ты имеешь в виду этим «ну и»?

— Понятия не имею. — Она пожала плечами.

— Ты просто хотела привлечь мое внимание — прямо в середине совещания, в присутствии всех глав отделов, с некоторыми из которых я никогда ранее не встречался… Я правильно тебя понял?

Ее улыбка стала еще более лукавой. Она пожала плечами и отпила глоток шампанского.

— Теперь я весь внимание. И что ты собираешься с ним делать?

— С чем?

— С моим вниманием?

Сильвия смерила его взглядом.

— Я еще не решила. Есть несколько вариантов, я выберу лучший после сегодняшнего вечера.

— И что же это за варианты?

— Видно будет.

Кейн протянул руку и отвел прядь волос от ее лица. Его рука ненадолго застыла, легко прикасаясь к ее щеке.

— Эти игры очень увлекательны, Сильвия, но пора их прекращать. Рано или поздно мы должны прийти к какому-то соглашению.

— И с чем же я должна согласиться?

Сильвия немного отодвинулась, чтобы не чувствовать его пальцев на своем лице. Ей сейчас нельзя было расслабляться.

— Когда я занимался любовью с тобой, я делал это по личным причинам, а не потому, что мне нужна была информация от тебя.

— Я это уже поняла, что дальше?

— Нет, я не думаю, что ты поняла, иначе ты бы так не сердилась.

— Ты что думаешь, что если я пойму мотивы твоего поступка, я перестану обижаться?

Кейн в растерянности провел рукой по волосам. Ну что ж, она поступает в полном соответствии со своим планом. А он будет действовать по стратегии, выработанной им самим.

Сильвия продолжала говорить сердитым голосом:

— Ты меня просто поражаешь. Ты думаешь, что у твоих действий может быть какое-либо оправдание?

Его взгляд стал тяжелым.

— Насколько я помню, наше решение заняться любовью было взаимным. Тебя никто в постель насильно не тащил.

Она окаменела. Прежняя робкая Сильвия куда-то подевалась, а новая Сильвия была во всеоружии и полна ярости и решимости.

— Спасибо за напоминание. Но я ложилась в постель с мужчиной, с которым познакомилась в Сан-Франциско, но никак не со своим новым боссом.

Кейн взглянул на нее снисходительно.

— Ну ладно, ладно. Да, я — негодяй, подлец, воспользовался ситуацией. Прости.

— Что-то ты поздновато надумал извиняться.

— Чего ты еще хочешь? — бросил он холодно.

— Чего хочу? Я бы хотела вернуть назад эти два дня и пережить их заново. Но в этот раз ты бы сказал мне всю правду, а я не была бы такой доверчивой дурой.

Кейн подошел к ней совсем близко, так близко, что она почувствовала жар, исходящий от его тела. Он опять прикоснулся к ее щеке, и она не успела остановить его, когда он поцеловал ее.

Это был нежный поцелуй, такой поцелуй, которым они обменивались под пиратским кораблем.

Потом он посмотрел в ее глаза и спросил:

— А если бы ты знала, кто я, была бы ты со мной так нежна? Стала бы ты шептать мое имя в порыве страсти? Довела бы меня до исступления?

Она ни за что не скажет ему правды. Если бы она сделала это, он бы понял, что сейчас она только играет. Но нужно быть честной хотя бы с самой собой. Да, она бы опять бросилась в его объятия, она бы все повторила заново…

— Нет, никогда, — гордо ответила Сильвия.

— Я тебе не верю.

— Это твое дело.

— Ну почему ты не хочешь честно признаться?

— В чем?

— Что тебе было так же хорошо, как и мне.

Сильвия вздохнула и посмотрела на стол, не видя ничего вокруг. Она отвела глаза просто, чтобы не смотреть на Кейна.

— Ну ладно. Да, ты был просто великолепен в постели. Ты получаешь оценку одиннадцать по десятибалльной шкале. Доволен?

— Сильвия, прекрати.

Ее взгляд вернулся к его лицу.

— Это ты мне говоришь «прекрати»? Ты, который лгал мне, использовал меня, заставил предать свою компанию и друзей?

Сильвия понимала, что она слишком завелась. Если она сейчас не остановится, не возьмет свои чувства под контроль, все погибнет.

Она глубоко вздохнула и выпрямила спину, постепенно успокаиваясь. Это потребовало от нее напряжения всех моральных и физических сил. Вы ошибаетесь, мистер Бредли, игры только начинаются.

Отпив еще глоток шампанского, Сильвия улыбнулась. Она надеялась, что сделала это естественно.

— Ну ладно, что это я так завелась? Пора поставить точку на этой истории. Нам все-таки работать вместе.

Кейн посмотрел на нее с подозрением.

— Что-то мне кажется, что это будет непросто.

— Это потому, что ты чувствуешь свою вину. Я высказала тебе все, что должна была. И больше не будем затрагивать этот вопрос.

Кейн ничего не говорил, а только внимательно изучал ее лицо. Но Сильвия не боялась, что он заметит что-нибудь, так как и на самом деле была абсолютно спокойна.

— Мне казалось, что меня пригласили на ужин, — с иронией сказала она.

— Ах да, конечно, — Кейн несколько растерялся.

— Садись, — сказал он, отодвигая для нее стул. — Все уже готово. Мне нужно просто вытащить еду из духовки.

Первым порывом Сильвии было предложить свою помощь, но она удержалась. Роковые женщины не подают обед. Они ждут, пока их обслужат.

Сильвия удобно устроилась, убедившись в том, что платье облагает ноги, подчеркивая тот факт, что на ней надеты чулки, а не колготки. Этот маневр был настоятельно рекомендован Кэт.

Кейн не сразу отошел от ее стула, и она поняла, что он увидел то, что должен был увидеть. Все шло точно по плану, и если она сама не сорвется, давая эмоциям и чувствам захлестнуть себя, к концу ужина он будет ручным.

Он кашлянул, а затем отправился на кухню. Сильвия тем временем вспоминала, какие же еще инструкции были даны ей на этот вечер. Во-первых, поиграть с фужером. Указательным пальцем она медленно провела по кромке бокала, легко касаясь стекла. Это привлечет его внимание к ее красивым рукам и длинным ярко-красным ногтям. По словам Доры, это наведет его на фривольные мысли о том, что бы такого она могла сделать этими длинными пальцами.

Кейн вернулся с двумя тарелками для нее. На одной из них был салат, а на другой — ракушки в сливочном соусе. Все выглядело восхитительно и пахло удивительно вкусно.

Сильвия продолжала свои фокусы с фужером. Когда она взглянула на Кейна, то увидела, что это не укрылось от его взора. В его глазах появилось какое-то мечтательное выражение, и Сильвия не смогла удержать улыбки. Да, ее подруги знали, что советовать.

Она перестала водить пальцем, и через несколько секунд Кейн вздохнул и опять отправился на кухню.

Он вернулся с тарелками для себя. Накрыв стол, он налил им по бокалу темно-красного вина.

— Может, ты хочешь еще что-нибудь? — спросил он заботливо.

— Нет, спасибо, все просто замечательно, — вежливо заметила она.

— Я должен тебе честно признаться, что этот ужин готовил не я.

Он сел напротив нее.

— Я не отличаюсь особыми кулинарными способностями, зато умею хорошо заказывать.

— По крайней мере, ты знаешь, в чем твои слабости, — похвалила его Сильвия.

— Ты права, вот это я знаю очень хорошо. — Он искренне рассмеялся.

Сильвия посмотрела на Кейна, но он не начинал есть, так как не мог отвести от нее взгляда. Ему так нравится на нее смотреть? Ну что же, она доставит ему такое удовольствие.

Взяв вилку, Сильвия наколола маленькую ракушку и медленно, очень медленно поднесла ее к губам, немного наклонившись к тарелке. Кейну теперь открывался прекрасный вид на ее грудь.

Честно говоря, есть так неторопливо было ужасно неудобно, но она не спеша взяла губами кусочек с вилки.

Сильвия сразу же заметила реакцию Кейна. Это было даже не интересно, как украсть конфетку у ребенка. Вот как получается: будь ты хоть семи пядей во лбу, хоть финансовый магнат, хоть кто, но в тебе сидит прежде всего мужчина, падкий на подобные фокусы.

Сильвия продолжала есть в том же духе, не получая никакого удовольствия от еды, время от времени поднося к губам бокал и промакивая уголки губ салфеткой. Кейн почти ничего не ел. Они не разговаривали, но ни один из них не замечал, что в комнате стоит полная тишина.

Когда Сильвия закончила есть, она положила вилку и наклонилась еще ниже.

Кейн неловко поставил стакан на вилку, и тот перевернулся. Хотя на скатерти осталось всего маленькое пятнышко, Кейн вскочил из-за стола.

Как выразилась бы Кэт, он был полностью деморализован. Вперед, к шагу номер два.

— Я сейчас все вытру, — смущенно сказал Кейн.

— Обед был просто превосходный. Спасибо.

— Не за что. Я сейчас принесу десерт, — сказал он, уходя на кухню.

— Спасибо, не нужно. Я не могу съесть больше ни крошки, — сказала ему вслед Сильвия.

Она встала, подождала немного, а затем стала поправлять чулок. Она прекрасно выбрала время.

Кейн вернулся в комнату, когда ее рука была где-то около колена. Она сделала вид, что не заметила его, и не остановилась, пока не дошла до бедра, давая ему возможность насладиться зрелищем ее стройной ноги.

Когда Сильвия выпрямилась, она сделала большие глаза, показывая, что даже и не подозревала о его присутствии. Один его вид мог вознаградить ее за все страдания. Кейн был бледен, по лбу стекала капелька пота.

— Мне очень понравилась музыка, — сказала она небрежно.

— Тебе нравится джаз? — удивленно спросил он, вытирая вино со скатерти.

— Особенно старые вещи в исполнении Паркера и Бесси Смит.

Кейн на секунду остановился и в изумлении взглянул на нее.

— Это мои любимые вещи.

— Правда?

Он недоуменно пожал плечами.

— Надо же, нам нравится одно и то же.

— Еще я могу сказать тебе, что люблю баскетбол, но ненавижу бейсбол. Иногда смотрю хоккей. — Она негромко засмеялась и подошла к окну, не забывая следить за своей осанкой. — Я также не люблю Хемингуэя, но просто без ума от Фолкнера и Стейнбека. Не очень люблю шоколадное мороженое, но обожаю молочный шоколад. Странно, правда?

Сильвия повернулась к Кейну и улыбнулась.

— Ты хочешь знать обо мне еще что-нибудь?

Кейн бросил губку на стол и подошел к ней.

— Да, это очень странно. Мы могли бы быть с тобой близнецами. Наши вкусы совершенно совпадают.

Еще секунду назад он стоял возле другого конца стола, но сейчас каким-то непостижимым для нее образом он уже держал ее в объятиях. Прижимая ее к себе, он прошептал: — Мне нравится твой вкус. Он поцеловал ее, и она растаяла в его объятиях.

11

Его поцелуй был одновременно лениво-уговаривающий и захватывающе-настойчивый. Сильвия отчаянно пыталась сохранить хладнокровие, но, как только его язык заскользил по ее губам, она сдалась. С подавленным стоном она прильнула к нему, и ее губы открылись навстречу. Руки сами поднялись, лаская его шею и затылок, в то время как она отвечала на его страстный поцелуй.

Кейн почувствовал, как затрепетало тело Сильвии, и откликнулся всем своим существом. От того, что он целовал ее, ему не стало лучше, но он не мог остановиться. Он бы продолжал целовать ее, даже если бы началось землетрясение или кто-то приставил пистолет к его голове. Он должен был вкусить ее губ, распробовать их и насладиться. Она была его наркотиком, и он не мог и не хотел излечиться от этой зависимости.

Их языки исполняли неистовый танец, губы слились воедино… Кейн передвинул руку к вырезу ее платья, туда, где виднелась ее нежная молочно-белая грудь. Само прикосновение к ее коже заставило его застонать. Сильвия немного придвинулась к нему, и теперь ее грудь полностью лежала в его ладони. Хотя платье почти полностью закрывало ее, оно было такое тонкое, что от ощущения ее тела там, под одеждой, у него закружилась голова.

Затем Сильвия опустила руку и притронулась к нему. Она осторожно касалась его, точно пробовала воду в глубоком омуте. Хотя одежда немного смягчила последствия ее шага, но он не мог больше терпеть. Он на миг отпустил ее.

Сильвия смотрела на него затуманенными глазами, глубоким, непонятным ему взглядом. Ее губы все еще были влажными и немного распухли от поцелуя.

— Пойдем, Сильвия, — сказал он, с трудом узнавая свой собственный голос.

Сильвия откинулась назад и посмотрела Кейну в глаза. Они потемнели от желания. Она медленно покачала головой.

— Не дразни меня. Ты ведь сама видишь, что ты делаешь со мной.

Обняв Сильвию за бедра, он крепко прижал их к своим, чтобы она ощутила напряженную мужскую плоть.

Сильвия освободилась из его рук и отступила. Если он прикоснется к ней еще хоть раз, она не сможет ему отказать, и тогда все пропало.

Она сама себе казалась безжалостной и жестокой. Сильвия не думала, что все будет так. Почему ее так тянет к Кейну даже после всего того, что он сделал с ней?

Она ведь прекрасно знает, что он негодяй без стыда и совести, но почему ей так хочется остаться в его объятиях? Он нанес ей такой удар, которого она не испытывала ни разу в своей жизни, но ее чувства были неподвластны ни логике, ни разуму. Кейн опьянял ее больше любого шампанского.

— Что случилось, Сильвия?

— Я не могу.

Она старалась вспомнить слова Мьюриел, предупреждения Кэт, мудрые советы Доры, но все это слилось в ее голове в какую-то какофонию.

— Я ведь вижу, что ты так же хочешь этого, как и я, — сказал он, делая шаг по направлению к ней.

Сильвия опять отступила. Нужно соблюдать безопасную дистанцию, не ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Хотя по плану она и должна была заставить его страдать, но ей было не менее больно.

Ее тело так и льнуло к нему, а ее сердце обливалось кровью при виде его страданий. Эта месть ей явно не по силам, она бы удалась у кого-то похладнокровнее, не у такой чувствительной дурочки, как она.

— Скажи что-нибудь, Сильвия, не оставляй меня так.

Сильвия глубоко вздохнула. Ей придется довести это дело до конца. Как она взглянет в глаза своей троице, если отступит сейчас?

— Прости, Кейн. Я буду тебе очень признательна, если ты вызовешь водителя. Мне пора домой.

Выражение лица Кейна заставило Сильвию сострадать ему. Разочарование, обида, отчаяние и гнев застыли в его глазах. Ей хорошо были знакомы эти чувства, она испытала их в понедельник утром.

— Ты ведь сказала, что старое забыто, что мы начнем все заново! — Кейн выглядел оскорбленным.

— Да.

— Так в чем же дело? — холодно спросил он.

— Я не обязана ничего объяснять, — сказала она уверенным голосом, хотя ей хотелось расплакаться.

Кейн сжал губы, и она видела, что он о чем-то напряженно думает. Как ни странно, ей хотелось утешить его. Но это, к сожалению, не соответствовало правилам игры.

— Ты что, хочешь, чтобы я поухаживал за тобой? Конфеты, цветы, подарки, сводить тебя в кино? — усмехнулся он.

Она покачала головой.

— Нет, дело не в этом.

— А в чем тогда? — тихим, угрожающим голосом сказал он.

— Я не буду спать с тобой, Кейн, — твердо заявила Сильвия.

— Потому, что я твой начальник?

— Нет, не только.

— Но я ведь вижу по твоим глазам, что ты тоже этого хочешь. Ты бы не стала так целоваться, если бы я был тебе безразличен.

— Дело вовсе не в том, хочу я тебя или нет.

Кейн со вздохом провел рукой по лицу. От его холеной внешности, которая так поразила ее при первой встрече, почти ничего не осталось. Теперь перед ней был страдающий человек. Вот она и получила то, чего добивалась. Но отчего же так болит сердце?

— Я не буду спать с тобой, пока…

— Пока что?

Это было самое сложное. И не потому, что Сильвия боялась произнести эти слова, но потому, что, как только она скажет их, дороги назад уже не будет. Она узнает всю правду. Впрочем, она и так понимала, что Кейну нужно только ее тело и больше ничего. Ее решимость улетучилась, у нее не хватило духа расстаться со своими иллюзиями.

— Позвони Тедди, — попросила она.

— Я так понял, что объяснений не будет, так? — Кейн нахмурил брови.

Сильвия ничего не ответила.

Он посмотрел на нее так, как будто хотел схватить за плечи и трясти до тех пор, пока она не скажет ему всего. Но вместо этого он подошел к телефону, поднял трубку и повернулся к ней спиной.

Занавес закрыт, игра окончена, она не отступила от разработанной стратегии ни на йоту и не совершила никаких грубых ошибок. Но у нее было такое чувство, что она проиграла.

Кейн смотрел на восход солнца. Какая-то незначительная часть его мозга объективно замечала красоту небосклона, которая составляла глубокий контраст с его внутренним состоянием. Он не хотел, чтобы мир был так прекрасен, когда он чувствовал себя так ужасно.

Мысли о Сильвии ни на минуту не отпускали его в эту ночь. Она ушла вскоре после одиннадцати, и он сразу же откупорил бутылку виски, решив как следует набраться. Но этому намерению не было суждено осуществиться. Он выпил почти все, но с таким же успехом мог пить воду.

Слова «до тех пор, пока…» крепко засели в его мозгу. Что она имела в виду? Когда он извинится? Он уже извинился. Продаст компанию? Это сложнее.

Кейн подумал, что если бы он повел себя правильно, то Сильвия осталась бы с ним. Если бы он не использовал ее для получения информации. Самое смешное заключалось в том, что ее сведения сыграли не такую уж большую роль. Он вполне мог обойтись и без них. Заплатил бы немного больше и не мучился сейчас.

Он пытался забыть о ней, но это было невозможно, это было все равно что перестать дышать. Что в ней такого особенного, что не дает ему выбросить ее из головы? В три часа утра Кейн вынужден был признать, что крепко застрял на крючке у женщины, которая, видимо, никогда не сможет простить его.

Ему не хотелось вставать и идти на работу. Самым большим удовольствием для него все эти годы было заниматься любимым делом. Сильвия лишила его и этого.

Он обхватил голову руками, понимая, что обвинять Сильвию — это не самый лучший выход, Как бы она ни вела себя, он не имеет права жаловаться. Сам виноват во всем.

Так, надо поскорее закончить работу в этой компании, передать все дела Майклу Болтону и выбираться отсюда. Может быть, если он не будет видеться с ней, он сможет ее забыть. Он встал, полный решимости провести сегодняшний день, выбросив Сильвию Эванс из головы.

Первый раз Кейн нарушил свое решение, когда пошел в душ. Нарушал он его и тогда, когда одевался, пил кофе, ехал на работу, просматривал утреннюю почту и разговаривал с Майклом Болтоном. Сильвия продолжала преследовать его.

Если так пойдет дальше, он просто лишится разума. Майкл и так уже как-то странно на него смотрел. Он даже спросил Кейна, здоров ли он. Кейн и вправду плохо себя чувствовал. Из-за одного маленького слова «пока…».

Пока…

Как надоедливая песня, засевшая в мозгу, это слово крутилось в сознании уже сотый раз. И все же, несмотря на все свои аналитические способности, Кейн не мог понять, что Сильвия имела в виду.

Он посмотрел на часы. Уже три. Он не спал тридцать два часа. Горло першило, мышцы болели, а боль в шее беспокоила его уже несколько дней. Что-то нужно делать. Кто-то должен уступить, и это будет не он.

Кейн встал, решив покончить с этим раз и навсегда. Сильвии придется объясниться. Он стал одним из самых богатых людей в Портленде именно потому, что не позволял никому манипулировать собой.

Он быстро вышел из кабинета, и с каждым шагом его решимость крепла. Может, Сильвия и имела какое-то право отомстить ему, но хорошего понемножку. Если она сказала «а», ей придется сказать и «б». Игра закончена.

Дверь в кабинет научно-исследовательского отдела была раскрыта. Все четверо сидели за своими столами. Сильвия выглядела свежей и собранной.

Наверное, она хорошо выспалась, так как ей не приходилось думать обо мне, с досадой подумал Кейн. Обидно.

Пока Кейн не увидел Сильвию, он надеялся, что она страдает так же, как и он. Понимание, что это вовсе не так, далось ему нелегко. Опять он оказался в дураках. Что-то в последнее время это становится у него привычкой. Он еще ни разу не оказался прав в своих догадках по поводу Сильвии.

— Чем могу служить?

Кейн обернулся, вежливый вопрос Мьюриел прервал решение головоломки.

— Мне нужно поговорить с Сильвией.

Сильвия не смотрела в его сторону и продолжала писать. Он какое-то время подождал (не слишком терпеливо), пока она закончила предложение и небрежно повернулась к нему. Черт побери! Она выглядела такой спокойной и прекрасной.

— Да, мистер Бредли?

— Мне нужно поговорить с вами наедине.

Она пожала плечами, как будто для нее это было абсолютно неважно. Подожди, уговаривал он себя, не пори горячки, пока нет причин для паники. Может, она просто делает хорошую мину при плохой игре.

— Мьюриел, я закончу этот проект, когда вернусь.

Мьюриел перевела взгляд с Кейна на Сильвию и обратно. Выражение ее лица не выражало ничего.

Кейну опять пришлось подождать, пока Сильвия, не торопясь, встанет из-за стола и подойдет к нему. Затем они вышли в коридор.

Он не говорил ничего, пока они не отошли от отдела. Кейн вовсе не хотел, чтобы ее приспешницы были в курсе их разговора. Затем он повернулся к ней, готовый к нелегкой борьбе.

— Что ты хотел? — спросила она, как будто | вчера вечером ничего не произошло.

— Я хотел поговорить с тобой.

— Ну так говори, — сказала она, улыбаясь как-то слишком уж жизнерадостно.

Кейн выругался про себя, слишком поздно подумав о том, что нужно было заранее спланировать разговор, продумать, какие аргументы она может выдвинуть и что он может сказать в ответ. В своем нынешнем состоянии он был не очень красноречив.

— Прошлой ночью…

Она зарделась. Ну, по крайней мере, хоть какая-то реакция. Он вздохнул с облегчением, но внезапно ему в голову пришло, что он ведь не знает толком, что означает этот румянец. Может, ей неловко оттого, что он поцеловал ее вчера? Может, она сожалеет об этом? Или воспоминания об их ночи в Сан-Франциско заставили ее покраснеть?

— Прости, — сказала она, немного наклоняя голову вправо и глядя поверх его головы. — Я не очень хорошо вела себя вчера.

Ну наконец-то она признает, что оставить его одного вчера было жестоко и несправедливо.

— Я ушла, не поблагодарив тебя за великолепный ужин.

Кейн раскачивался на каблуках.

— О чем ты говоришь? Плевать на ужин.

Ее глаза удивленно расширились.

— Я тебя чем-то обидела? Я просто хотела быть вежливой!

— Мне сейчас вовсе не до вежливости. Я хочу наконец получить ответ на свой вопрос, — обрушился на нее Кейн.

— На какой вопрос?

— Что ты имела в виду, говоря «пока»?

— Что? Я никак не пойму, о чем ты.

Он почувствовал, как гнев закипает в нем.

— Ты все прекрасно понимаешь.

— Да нет, я уверяю тебя, — чересчур искренне проговорила она.

— Это поможет тебе вспомнить?

Он подошел к ней совсем близко и положил ее руку туда, где она лежала вчера, на заметно напрягшуюся плоть.

Щеки Сильвии стали пунцовыми. От смущения она смогла пролепетать только одно слово:

— Кейн!

— Да, так меня зовут. Ты наконец меня вспомнила? Теперь ты, наверное, вспомнишь, что ты делала вчера и что говорила.

Сильвия кивнула, убирая руку. Кейн отпустил ее. После того как прошел приступ гнева, он и сам был шокирован тем, как вел себя.

— Прости, я не должен был так поступать. Я вообще не собирался прикасаться к тебе.

Кейн отошел от нее на безопасное расстояние, не уверенный в себе самом. Для него было слишком большим испытанием находиться рядом с ней. Он совсем терял рассудок и присутствие духа.

— Подожди, не уходи, — сказала Сильвия, беря его за руку.

Теперь наступила его очередь удивиться. Ему казалось, что ей хочется поскорее отделаться от него.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — сказала она.

Глаза Сильвии были полны боли. Кейну захотелось убрать эту боль из них, заставить ее радоваться и смеяться от счастья. Он никак не ожидал от себя такой реакции. С начала знакомства с Сильвией каждый день приносил ему какой-то новый опыт, который, к сожалению, чаще всего был печальным и болезненным.

— Кейн?

— Да?

— Почему ты так смотришь на меня? — прошептала Сильвия.

— Как «так»?

— Такими глазами?

— Прости, других у меня, к сожалению, нет, — сказал он, хотя прекрасно понимал, о чем она говорит, но он не мог бы объяснить ей ничего.

Сильвия отвела взгляд.

— Ты хотела что-то сказать мне?

Она все еще продолжала смотреть в сторону. Кейн глубоко вздохнул, сосредотачивая свое внимание на воздухе, наполняющем легкие. Он научился технике релаксации много лет назад, но никогда прежде ему не приходилось использовать ее для обретения душевного равновесия вне рабочей обстановки. Ему стало немного легче.

Затем Сильвия все же обратила к нему свое лицо. Она опять была собранной и уверенной в себе.

— Мне пора вернуться к работе, мистер Бредли. У вас есть ко мне еще какие-то вопросы?

Кейн растерялся и не сразу нашелся, что сказать. Что произошло в ее голове за эти несколько секунд? Какое решение она приняла? Каков бы ни был ее приговор, он явно был не в его пользу.

— Ты работаешь не в том месте. Тебе бы работать на ФБР. Из тебя получился бы великолепный двойной агент, — сказал Кейн, когда способность говорить вернулась к нему.

Плечи Сильвии опустились.

— Ладно, ты выиграл. Давай прекратим пререкаться и разойдемся по-мирному.

— Что значит — разойдемся? Ты должна сказать мне! — воскликнул он негодующе.

На лице Сильвии отразилась внутренняя борьба. Она опять пыталась прийти к какому-то решению.

— Мне нечего тебе сказать, — прошептала она наконец.

Она стояла перед ним абсолютно прямо, и Кейн понимал, что, если он не примет какие-то кардинальные меры, она так и будет продолжать играть с ним.

— Нет, так дело не пойдет. Ты не уйдешь отсюда, пока я не узнаю, чего ты требуешь.

Сильвия с минуту изучала его лицо.

— Зачем тебе это нужно?

— Вчера ты сказала мне, что не станешь спать со мной, пока… А потом замолчала. Я имею право знать, что ты подразумевала под этим «пока».

Вот опять она склонила голову вправо, что начинало его бесить, и наконец произнесла:

— Ты так себя ведешь, будто я для тебя и вправду нечто большее, чем средство к достижению цели.

— Ты никогда не была для меня просто средством.

Кейн удивлялся, куда подевалась его пресловутая способность добиваться своего на любых переговорах. Он с трудом выражал свои мысли и терялся в словах. Нужно срочно что-то придумать.

Он сделал единственное, что пришло в его голову — коснулся ее щеки ладонью.

Сильвия прикрыла глаза, на секунду поддаваясь этой ласке. Затем она отступила, развернулась и, до того как он понял, что происходит, побежала по коридору и завернула за угол.

Кейн бросился за ней, преследуя. Он почти поймал ее, но она успела скрыться в женском туалете. Не думая, что делает, Кейн забежал вслед за ней.

— Это женский туалет. Выйди сейчас же! Ты не можешь здесь находиться! — закричала Сильвия.

— Это моя компания, где хочу, там и нахожусь.

Атмосфера между ними накалилась до предела.

— А если сюда войдет кто-нибудь?

Кейн подошел к двери и запер ее изнутри.

— Довольна?

Сильвия возмущенно покачала головой.

— Я сюда зашла, чтобы побыть одной.

— Разве? Ты зашла сюда, чтобы продолжать мучить меня.

— Не говори ерунды!

Кейн пошел на нее, она же отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в рукомойник. Кейн выглядел угрожающе, в его глазах застыло такое выражение, как будто он был готов совершить убийство.

Он не остановился, пока не подошел к ней вплотную. Ей пришлось наклониться назад, чтобы не касаться его. Кейн схватил ее за плечи, и она почувствовала, как гнев кипит в его груди.

— Ты, — прохрипел он, — сводишь меня с ума.

Сильвия попыталась сказать что-то, но то, как он взглянул на нее, дико и предупреждающе, отбило у нее всякое желание открывать рот.

— Я не сплю и не ем. Я не занимаюсь делами, а целый день только и думаю о том, что бы это твое «пока» могло бы означать. Я уже извинился всеми доступными мне способами. Я называл себя дураком, подлецом, негодяем. Я пытался забыть тебя, выкинуть из своего сердца и из головы. Ты специально все это задумала, чтобы отомстить мне? Теперь ты хочешь, чтобы я просто сошел с ума? Нет, у тебя это не выйдет. Потому что сейчас ты скажешь мне то, что должна сказать.

Сильвия никогда не была так поражена в своей жизни. План сработал на все сто процентов. Вот он, Кейн, у ее ног, как и обещали ей Мьюриел, Кэт и Дора. Он все время думает о ней, на что она даже не смела надеяться. Теперь ей придется сказать то, что они придумали. Впервые у нее появилась надежда на то, что Кейн ответит правильно, хотя все сведения, собранные о нем, утверждали обратное.

— Ну?

Она помолилась про себя и сказала тихим голосом, в то время как непонятный страх сжимал ее грудь:

— Кейн, я никогда больше не лягу с тобой в постель, пока…

— Ну что? Что?

У нее не было больше поводов оттягивать эту фразу. Ей нужно сказать ее. Сейчас или никогда.

— Пока ты не женишься на мне.

12

Сильвия затаила дыхание. Сейчас она узнает наконец то, что не давало ей покоя столько времени, — значит ли она что-либо в его жизни или нет. Его глаза скажут это гораздо раньше, чем он вымолвит хоть слово. Через секунду она получила этот ответ — ответ, о котором она догадывалась, но надеялась, что ее здравый смысл ошибается на этот раз. Для него имел смысл только секс между ними, в его сердце не было любви.

Сильвия ясно видела на его лице панику. Кейн вовсе не думал о женитьбе, по крайней мере о женитьбе на ней.

Его руки безвольно упали, отпуская ее. Он не мог произнести ни слова. Простое упоминание о возможности длительных отношений привело его в состояние стопора.

— Жениться? — Он был так сконфужен, что она чуть не засмеялась.

— Я думаю, мистер Бредли, что вы уже слышали это слово, не правда ли?

— Но, послушай…

Сильвия отвернулась, испытывая разочарование и гнев, гнев на саму себя, на свою собственную глупость. Как только она могла надеяться, что у этой сказки может быть счастливый конец? Они с Кейном вовсе не подходили друг другу. Он был великолепным «феррари», а она — потрепанной сельской повозкой. Она с таким же успехом могла увлечься Марлоном Брандо.

— Как я вижу, вопрос исчерпан. Теперь я могу вернуться к своей работе.

Она повернулась к двери, но он тотчас же схватил ее за руку.

— Подожди…

— Чего?

— Нам нужно поговорить.

— Больше говорить не о чем.

Кейн оттащил ее от двери, пытаясь заставить взглянуть на себя, но это было выше ее сил.

— Ты что, вправду хочешь выйти за меня замуж?

— Уже нет.

— Я серьезно.

— Я тоже.

— Послушай, Сильвия, мне нужно подумать. Я этого никак не ожидал. Наши отношения вовсе не наводили на мысль о женитьбе.

Сильвия горько улыбнулась.

— А разве у нас были отношения?

Кейн вздохнул и поднял руки вверх, как будто сдаваясь.

— Мне у тебя не выиграть, так ведь?

— Разве ты не выиграл? Получил компанию, поимел меня. Что тебе еще надо?

— Ты строишь странные предположения, делаешь непонятные выводы, приписываешь мне какие-то злобные замыслы, которых у меня и в мыслях не было. Почему бы тебе не сказать откровенно, чем ты недовольна?

— Откровенно? Хорошо. Как только я найду новую работу, я сразу же уйду из «Экосайнс».

— Почему?

Она в недоумении посмотрела на него:

— Ты и правда такой тупой или прикидываешься?

— Зачем ты все так усложняешь? Мы великолепно провели два дня, ты ведь не можешь этого отрицать? Сейчас мы вместе работаем и можем продолжать встречаться. Что в этом такого ужасного?

— Если не обращать внимания на то, что ты переворачиваешь все факты, то все обстоит действительно превосходно. Но только в том случае, если тебя интересует только секс.

— Насколько я помню, ты была вовсе не против секса в субботу вечером.

Лицо Сильвии залилось румянцем.

— Это удар ниже пояса.

Кейн медленно приближался к ней, как будто старался поймать какое-то дикое животное.

— На войне все средства хороши, — медленно произнес он.

После чего схватил Сильвию за руку и притянул к себе. И прежде чем она смогла сообразить, что к чему, его губы впились в ее рот — сильно, требовательно и жадно. Все ее существо мгновенно обдала горячая волна желания. Она начала терять контроль над своим телом. Бессознательно желая доставить ему больше удовольствия, она выгнулась вперед, прижимаясь к нему всем телом, и его руки легли на ее бедра…

Это было какое-то сумасшествие. Сильвия, чуть задыхаясь, легонько вскрикнула, обняла Кейна за шею и вся отдалась поцелую. Кейн начал целовать ее плечи и шею, его язык ласкал чувствительную кожу, затем медленно двинулся к уху. Прижатая к раковине, Сильвия не могла ничего сделать и только дрожала от множества меняющихся ощущений.

Приглушенно застонав от наслаждения, Кейн нашел пуговицы ее блузки, и через секунду она уже чувствовала его руку на своей обнаженной груди. Ладони его были теплыми и крепкими. Сильвия приоткрыла глаза и вдруг застыла — на нее смотрели три пары глаз.

Над дверками кабинок туалета она увидела три головы с открытыми от удивления ртами и глазами величиной с блюдце — Мьюриел, Дора и Кэт ошеломленно наблюдали за этой сценой!

Кейн тем временем прикоснулся губами к ее груди, но она оттолкнула его, быстро запахивая пиджак, пламенея от смущения.

— Что случилось? — спросил он недоуменно.

Головы мгновенно исчезли. Что она может ему объяснить? Не выдавать же девчонок. Но в то же время нельзя сделать вид, что между ними ничего не произошло.

— Сейчас не время и не место для разговора, Кейн. Когда ты ко мне прикасаешься, я совершенно теряюсь.

Кейн самодовольно улыбнулся.

— Давай немного остынем и подумаем, — миролюбиво предложила она.

Он почесал в затылке:

— Да, мысль неплохая.

— Иди первым, пока никто тебя здесь не застукал. Мы поговорим попозже.

— Обещаешь?

Сильвии пришлось заверить Кейна, что она не уволится, пока не переговорит с ним. Он еще раз в замешательстве посмотрел на нее и вышел.

Сильвия немного подождала, давая ему время завернуть за угол, а затем повернулась к кабинкам.

— А теперь выходите, соглядатаи!

Три дверки синхронно открылись, и подруги медленно вышли из своего укрытия. Лишь Дора пыталась соблюсти приличие и выглядела смущенно, на лицах двух других застыло лишь крайнее удивление.

— Ничего себе поцелуй! — сказала Кэт. — Я чуть сама не растаяла!

— И о чем ты только думала? Ты могла провалить весь план! А ведь прекрасно держалась, пока не стали целоваться, — недовольно проговорила Мьюриел.

— Бедняжка, — участливо промурлыкала Дора.

— Большое спасибо за ваши комментарии, но почему вы не дали мне знать, что находитесь здесь?!

— Интересно, когда мы могли это сделать? Ты ворвалась сюда как метеор, а через секунду за тобой влетел Кейн. Кроме того, откуда мы знали, что вы собираетесь заниматься сексом.

— Мьюриел, мы не занимались сексом!

— В техническом плане — нет, но что касается других показателей…

Кэт обняла Мьюриел за плечи:

— Дурочка, ты слишком долго живешь одна.

— Заткнись, ты сама понимаешь, что я имею в виду. И что нам теперь делать?

— Нам? — в недоумении спросила Сильвия. — Я думаю, что этот групповой эксперимент пора закончить.

— Я так не думаю, — возразила Кэт.

— Что вы еще от меня хотите?! Он побил мою последнюю карту.

Дора тоже покачала головой.

— Я согласна с тем, что наша игра еще не закончена. Никоим образом.

— Как хотите, но я выхожу из игры!

— Сейчас, когда тебе осталось всего несколько шагов до победы? — Мьюриел нежно обняла ее.

— Победы? А вы видели, как он отреагировал, когда я заговорила о женитьбе?

— А ты чего ожидала? Он отреагировал именно так, как мы и ожидали. Надо дать ему время подумать.

Кэт задумалась и совершенно серьезно спросила:

— А ты хочешь, чтобы он согласился?

Сильвия услышала нотки сомнения в голосе Кэт. Девчонки наверняка будут шокированы, когда узнают правду. Они ведь не понимают, что ее мотивы совершенно переменились, что теперь ей вовсе не хочется заполучить скальп Кейна, а всего лишь его сердце.

— Нет, конечно, — соврала она, стараясь говорить убедительно.

— Да ведь ты влюблена в него, правда? — внезапно спросила Дора.

Сильвия хотела все отрицать, но вместо этого она не смогла вымолвить ни слова, пытаясь не расплакаться.

— Даже после того, как он так обошелся с тобой?

Она закрыла глаза и молча кивнула.

— Бедная дурочка! — Голос Доры был полон сочувствия. Или это была жалость?

Слезы, которые Сильвия сдерживала с таким трудом, полились горючим потоком, и она отвернулась к окну. Тыльной стороной ладони она вытирала непрошеные слезы, а потом почувствовала, как подруги крепко ее обняли в надежде облегчить ее боль.

Ей стало так жалко себя, что слезы полились еще сильнее.

— Отпустите меня, у меня тушь потечет.

— Плевать на тушь, — сказала Мьюриел. — Почему ты нам раньше не рассказала?

— Я давно подозревала, что здесь дело не чисто, — призналась Кэт, — но именно этот поцелуй расставил все по своим местам.

Когда Сильвия подняла глаза на своих мушкетеров, она увидела, что их глаза тоже на мокром месте, и слабо улыбнулась:

— Не волнуйтесь, я как-нибудь это переживу.

— Конечно же переживешь. Но мы ведь хотели, чтобы ты была счастлива.

— Да что вы, в самом деле? Я ведь не умираю, правда? — Сильвия немного успокоилась, и ее голос снова приобрел уверенность. — Я надеюсь, вы не станете носить траур по моим несбывшимся мечтам?

Мьюриел неожиданно проговорила:

— Чем больше я думаю, тем больше мне кажется, что мы — на верном пути. Если удерживать их на безопасном расстоянии друг от друга, то мы вполне сможем реализовать наш план.

— Мьюриел, о чем ты говоришь? Ты разве не поняла? Все, игра окончена. Честно говоря, я проиграла ее, еще даже не приступив к ней. Я влюбилась в него сразу, как только увидела в ресторане.

— Что-то, Мьюриел, я тоже тебя не понимаю, — сказала Кэт. — Что же ей теперь делать?

— То же, что и раньше. Выводить его из себя, заставляя думать о себе все время.

— А ради чего?

Мьюриел взглянула на них так, как будто они были начисто лишены сообразительности.

— Чтобы уйти с гордо поднятой головой.

— Какая уж тут гордость. Я влюблена в него, а он меня не любит. Чем тут поможешь?

Мьюриел обняла Сильвию за плечи.

— Ты мне доверяешь?

— Не уверена. Когда ты смотришь на меня такими хитрыми глазами, я начинаю подозревать тебя в какой-то нечистой игре.

— Я серьезно.

— Ну ладно, ты ведь сама знаешь.

— Тогда поверь моему жизненному опыту. Самое худшее, что ты можешь сделать в данной ситуации, это сдаться.

— Я не уверена, что смогу это перенести. Не очень-то это просто.

— А кто тебе говорил, что будет просто? Пообещай нам, что ты не выбросишь белый флаг, что не уволишься, что продолжишь выполнять наш план, как будто ничего не произошло.

— Не слишком ли много ты хочешь от меня?

— Ты ведь очень сильная, Сильвия, ты сможешь все.

Сильвии так хотелось сказать «нет» и забыть обо всем, как о дурном сне. Но, глядя в любящие глаза Мьюриел, она не смогла этого сделать.

— Ну вот и умница. Теперь приведи себя в порядок, а мы пойдем к себе.

Сильвия посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась.

Когда ее подруги выходили, она услышала, как Дора недоуменно проговорила:

— Что-то я ничего не поняла.

На что Мьюриел прошептала:

— Я объясню тебе все попозже.

И Сильвия осталась наедине с ясным осознанием того, что Кейн ее не любит и никогда не сможет полюбить, что она по непонятной причине согласилась продолжать этот фарс, что сердце ее болит, и нет в мире ничего такого, что могло бы заглушить эту боль.

13

— Кейн, с тобой все в порядке?

Кейн смотрел отсутствующим взглядом на Майкла Болтона и не сразу понял его вопрос. Он кивнул, хотя прекрасно осознавал, что его дела далеко не так хороши, как хотелось бы.

Он постарался собраться и сконцентрировать свое внимание на происходящем разговоре. Майкл сидел в кресле напротив.

— Послушай, что ты знаешь о Сильвии Эванс?

Майкла несказанно поразил его вопрос.

— Ты знаешь, мне предоставляли о ней некоторую информацию до прихода сюда, но она меня несколько удивила. Я думал, она совсем другая.

— В каком плане?

— Даже не знаю толком. Мне говорили, что Эванс — лучший аналитик в компании, хотя Рэнди считает, что она еще не полностью показала, на что способна. Но все утверждали, что она очень стеснительная и робкая, а я что-то не замечаю в ней этих качеств.

Кейн задумался над тем, не видел ли Майкл ненароком, что Сильвия вытворяла под столом совсем недавно. Вряд ли, он не заглядывал под стол. А вдруг он догадывается о том, что происходит? Едва ли. Все его предположения строятся на внешних характеристиках.

— А почему ты спрашиваешь? Боишься, что она уйдет? Я слышал, что Ай-би-эм хотят заполучить ее. У них хватит денег, чтобы переманить Сильвию.

Эта новость совсем не обрадовала Кейна.

— Постарайся разузнать, что они намерены предложить ей.

— Ладно.

— Есть ли еще какие-нибудь вопросы, которые нам нужно обсудить?

Майкл нахмурился.

— В общем-то нет, но я бы порекомендовал тебе сходить к врачу. Ты ужасно выглядишь.

— Спасибо за комплимент.

— Я серьезно. На тебе нет лица с самого понедельника. Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Хочу. Я должен сообщить тебе, что жду ребенка.

— Очень смешно.

— Ладно, оставь меня в покое, хорошо?

Майкл встал и забрал со стола нужные бумаги.

— Ты сейчас не можешь позволить себе свалиться с чем-нибудь серьезным. Займись собой, возьми пару дней выходных, отправься куда-нибудь отдохнуть.

Кейн тоже поднялся, подошел к своему бессменному заместителю и положил ему руку на плечо.

— Ничего, приятель, не беспокойся. Я не собираюсь умирать от сердечного приступа, по крайней мере сегодня.

Майкл еще раз укоризненно взглянул на него и ушел, все еще качая головой. Кейн продолжал смотреть на дверь, хотя шаги приятеля давно затихли и все его мысли были заняты Сильвией.

Итак, брак…

Кейн совсем не ожидал такого поворота, хотя и должен был, ведь Сильвия — всего лишь женщина, а какая женщина не мечтает о свадебных колоколах? Как это он не принял во внимание этот факт? Может быть, это случилось потому, что они встретились в такой необычной обстановке. Или потому, что новая Сильвия вовсе не выглядела как возможная жена, а тем более — будущая мать… Но сейчас Кейн обдумывал эту возможность. Да, задала она ему жару.

Кейн не собирался жениться — ни на ней, ни на ком-либо еще. Он никогда не признавался себе в том, что был разочарован в женщинах, которых неизменно тянуло к деньгам и власти. Кейн столько раз убеждался в этом на своем собственном опыте, что давно зарекся искать подругу жизни. И сейчас он не собирался изменять своим принципам даже ради Сильвии.

Чтобы немного поднять себе настроение, он открыл дипломат и вытащил телефонную книжку, полную телефонов красивых и страстных женщин, не требующих многого и всегда готовых на услуги.

Буква Б — Маргарет Блэйк, манекенщица, 23 года, рост 185 см, любительница дикой природы. Он давно с ней не виделся. Может быть, устроить загородный пикник в эти выходные?

Кейн взял телефон и набрал первые три цифры, но затем передумал и отложил трубку в сторону. Конечно, Мэг — классная штучка, но нужно честно себе признаться, она все же не Сильвия.

Он в сердцах бросил телефонную книжку назад. Мало того, что Сильвия отбила у него всякую охоту заниматься работой, так она еще умудрилась испортить его личную жизнь. Просто великолепно!

Из сложившейся ситуации был только один выход — выбросить Сильвию из своих мыслей и из сердца. Но как это сделать? Уехать из страны? Неплохая идея, но нужно принимать во внимание тот факт, что он только что купил компанию, и, чтобы скоординировать ее деятельность, потребуется его непосредственное присутствие в течение как минимум полугода. Сделать себе лоботомию? Вполне разумное решение, но вряд ли его страховой полюс покроет все издержки на операцию.

Кейн сидел во вращающемся кресле, не обращая внимания на бумаги, которыми был завален стол. Он развернулся и взглянул на панораму Портленда, открывающуюся из окна.

Итак, брак. Провести остаток своей жизни с одной женщиной? Это все равно что есть жареную картошку всю свою жизнь. Ну, может, черную икру, если говорить о Сильвии. Каждый день всей своей оставшейся жизни? На завтрак, обед и ужин?! Нет, никогда!

Незнакомые и нежелательные для Кейна эмоции снова всколыхнулись в нем, но он пытался их отбросить. Она, безусловно, красавица и не может не вызывать желания. Он хотел ее. Ничего больше.

Но, с другой стороны, Сильвия совсем не такая, как другие женщины. И дело не в том, что она красивее других, вовсе нет. Сексуальнее? Не только. Сильвия — всегда загадка. Никогда не знаешь, что она выкинет в следующую минуту. У него было подозрение, что ему не удастся разгадать всех ее тайн, проживи он с ней и сто лет.

Ее взгляд радовал, улыбка согревала, а прикосновения вызывали острое желание, В ней были уравновешенность и естественность, изящество и очарование. По сравнению с другими женщинами Сильвия была невинным младенцем, и в то же время у нее хватило смелости противостоять его давлению.

Это невероятно, но она даже имеет представление о Франкле! Сколько женщин он приводил в свой дом? Трудно подсчитать. А сколько из них определили, что перед ними мебель этого мастера? Всего одна! Беретесь угадать кто? То-то же! Сильвия, как и он, любит джаз. Это не такая уж и новость, но ей нравится сам Чарли Паркер!

Не нужно забывать и о том, что у Сильвии прекрасный аналитический ум. Он встречался и с другими умными женщинами. К слову, все его женщины отличались интеллектом, так как он не переносил глупеньких блондинок. Но Сильвия, кроме всего прочего, понимает, в чем заключается его работа, с ней можно посоветоваться по деловым вопросам…

Все говорили, что Сильвия Эванс — неотъемлемая часть этой компании, и это действительно было так. Он не собирался ее отпускать ни в какую другую компанию. Сильвия нужна «Экосайнс».

А самое главное — она нужна ему.

Кейн встал так быстро, что чуть не перевернул стул. Нет, он на ней не женится, какой бы удивительной женщиной она ни была. Ничего у нее не получится. Еще не родилась та женщина, которая поведет его под венец.

Сильвия увидела секретаря Кейна, Нэнси Росс, в кафе во время обеденного перерыва. Та выглядела немного одинокой и, видимо, скучала. Поддавшись какому-то внутреннему импульсу, Сильвия взяла поднос с едой — салат с обезжиренным майонезом, диетическую колу и кусочек творожного пирога — и направилась к ее столику. Ей было интересно узнать, не слышала ли Нэнси чего-то об их отношениях с Кейном. Кроме того, она была личным секретарем Кейна уже много лет и могла бы многое порассказать о нем.

— У вас свободно?

Нэнси подняла глаза, несколько удивленная неожиданной компанией, но дружелюбно улыбнулась и пригласила Сильвию присоединиться к ней.

Пока Сильвия снимала тарелки с подноса и устраивалась за столом, она постаралась украдкой рассмотреть Нэнси. Симпатичная, лет сорок с небольшим, аккуратная, с тонкими морщинками возле глаз и рта. На ней был дорогой деловой костюм от модного модельера. Должно быть, Кейн ей неплохо платит.

Когда она взглянула ей в глаза, то поняла, что и та не упустила возможность рассмотреть ее как следует. Ну что ж, это только справедливо.

— Хорошо, что вы ко мне подсели, — сказала Нэнси с легкой улыбкой. — Я еще не успела познакомиться с персоналом здесь, а насколько я знаю своего начальника, не думаю, что у меня будет так уж много времени завести друзей.

Неприятное чувство сжало грудь Сильвии. Она, конечно, знала, что Кейн не задержится здесь надолго, но слова Нэнси заставили ее задуматься об этом еще раз. Она вздохнула.

— Сколько вы проработали с Кейном?

— Да уже лет десять. — Нэнси печально покачала головой. — Боже, неужели уже прошло столько времени! Просто невозможно поверить.

— Да, с каждым годом время все ускоряет свой ход.

— Посмотрим, что вы скажете, когда вам перевалит за сорок.

Сильвия начала есть салат, совсем не чувствуя его вкуса.

— Должно быть, это интересно — работать на Кейна.

— Интересно. Единственное, на что я могу пожаловаться, так это на то, что мы нигде долго не задерживаемся. Но с другой стороны, переход из одной компании в другую имеет и свои преимущества — скучать некогда.

— Это уж точно.

— Взять, к примеру, эту компанию. — Нэнси выпила глоток минеральной воды, а затем съела кусочек рыбы. — С самого начала здесь все складывалось иначе.

— Что вы имеете в виду?

Она посмотрела на Нэнси еще раз и заметила, что в ее волосах уже кое-где мелькает проседь, но это ее совсем не портило.

— Кейн всегда любит, чтобы дела велись быстро и жестко. А здесь у него была другая стратегия.

Нэнси замолчала, неторопливо продолжая свою трапезу.

Сильвии хотелось, чтобы Нэнси завершила свой рассказ, но она не знала, как ее заставить вернуться к этой теме. Интересно, что же сделало это дело иным — то, что произошло с ними в Сан-Франциско, или то, что Кейн был в таком же смятении, как и она?

— Например, Кейн должен был вернуться из Сан-Франциско в субботу. Сразу же после того, как он сделал Роберту Фишеру предложение о покупке компании, но он почему-то остался.

— Так он сделал коммерческое предложение в субботу?

— Да, утром. Вечером его ждал самолет, но он отменил рейс.

Сердце Сильвии билось как сумасшедшее. Она не могла поверить тому, что услышала. Предложение было сделано в субботу утром! Это значит, что у Кейна уже была вся необходимая информация. Это значит, что он был с ней ночью вовсе не потому что…

Неторопливый голос Нэнси вывел ее из задумчивости.

— Я думаю, Сильвия, что он остался в Сан-Франциско из-за вас.

Сильвия чуть не подавилась. Ее реакция заставила Нэнси снисходительно улыбнуться.

— Не забывайте, что я — личный секретарь Кейна, а у секретарей — свои источники информации.

— Но как вы…

— После десяти лет работы с мужчиной ты знаешь его как облупленного. Что-то с ним неладно в последнее время, и я подозреваю, что в этом виноваты вы.

Сильвии хотелось задать тысячу вопросов, но лишь один показался ей наиболее уместным:

— А почему вы мне рассказываете это?

— Потому что я привязана к своему шефу. Кейн — порядочный человек. Он никогда не пользуется слабостями других людей, хотя и не любит, чтобы об этом догадывались окружающие. Он бывает жестким, но не жестоким. Когда Кейн покупает новую компанию, он всегда следит за тем, чтобы персоналу, который остался не у дел, нашли другие места работы.

— А как он поступил со мной? — начала было Сильвия, но вовремя прикусила язык, не желая вводить Нэнси в курс их непростых отношений.

— Не знаю, что там произошло между вами, но я вот что вам скажу. Я никогда не видела Кейна в таком состоянии. Никогда! Если бы я была на вашем месте, я бы не торопилась делать выводы. Поверьте, он многого стоит.

Сильвия почувствовала, как кровь прилила к ее лицу. Мысли так быстро замелькали в ее голове, что она почувствовала легкое головокружение.

Нэнси взглянула на часы, а затем встала.

— Жаль, что у нас нет времени поболтать, мне уже пора возвращаться в офис.

— Мне тоже жаль. — Сильвия выдавила из себя улыбку.

— Мне бы хотелось, чтобы мы подружились, — сказала женщина. — Хотя вряд ли я буду работать здесь долго. Но чем черт не шутит, может, все и изменится, правда?

Нэнси подмигнула Сильвии и пошла к двери.

Сильвии понравилась Нэнси. В ней были надежность и интуиция — две черты, которые Сильвия больше всего уважала в людях.

Она осталась одна, но никак не могла сосредоточиться на своих мыслях при таком стечении людей. Сильвии хотелось скрыться в тихом и спокойном месте, подальше от Кейна, работы и друзей, чтобы спокойно подумать.

Внесла ли новая информация какие-нибудь коррективы в сложившуюся ситуацию? Конечно, она не может изменить тот факт, что Кейн использовал ее, чтобы получить информацию о компании. Но получается, что он и вправду провел с ней ту ночь вовсе не для того, чтобы выведать необходимые сведения. В то же время он ей врал, обманывал, и, как бы великолепна ни была та ночь, это не умаляет его вины.

Значит, все, что Кейн говорил о своих мотивах, правда? Впервые с того момента, когда увидела Кейна в кабинете Роберта Фишера, она смогла подумать о той ночи без стыда.

Сильвия вспомнила лицо Кейна — удивление в его глазах, страсть, потребность прикасаться к ней, которая читалась на его лице… Что, если все это не было игрой?

Может, Кейн и вправду влюбился в нее так же безрассудно, как и она в него?

Сильвия никогда не верила в любовь с первого взгляда. Ее практичный ум насчитывал миллион причин, по которым это невозможно. Как это могло случиться с ней? Она влюбилась в него в ту же минуту, как он подсел к ней за столик, а последующие два дня лишь укрепили это чувство. Ей не повезло в том, что она так сильно влюбилась в человека типа Кейна, но с этим нельзя ничего поделать. Только забыть его. Но она была не уверена, что это возможно.

Ее главными помощниками всегда были факты. Сильвия старалась прибегать к ним в случаях, когда эмоции одерживали верх над разумом. Сейчас эти факты были настолько запутанными, что она растерялась.

Ведь если бы Кейн и вправду влюбился в нее, разве он повел бы себя так, когда она заговорила о женитьбе? Разве он отмел бы так решительно саму эту идею?

Откуда она может знать! Все сведения, которые они собрали о нем, гласили, что Кейн был человеком, ставящим свободу превыше всего. Его подружки не задерживались более чем на полгода. Большей частью это были недолговечные связи, но она узнала также, что было достаточно женщин, которые продолжали встречаться с ним время от времени, зачастую не видя его по несколько месяцев.

Как только Сильвия это услышала, она поняла, что не смогла бы перенести этого. Она хотела всего или ничего. Она бы просто сошла с ума, если бы была вынуждена ждать встречи с ним недели и даже месяцы.

Ну почему она не может быть такой же хладнокровной и уверенной, как выглядит? Она надеялась, что ее новое «я» поможет ей приобрести ту твердость характера, какую она наблюдала у других людей. Взять хотя бы Нэнси. Вот женщина, которая всегда тверда как скала.

Но кто знает, может, и здесь внешность обманчива? Существует ли человек, который с уверенностью скажет, что для него все проблемы решены? Возможно, Кейн в таком же смятении, как и она? Вдруг он так же не знает, как поступить дальше?

— Нэнси сказала, что я застану вас здесь.

Сильвия услышала голос Кейна и вздрогнула от неожиданности. Она могла получить ответ на вопрос, который так мучительно только что задавала сама себе.

Взглянув на Кейна, Сильвия ощутила, как у нее защемило сердце. Только он заставлял ее так волноваться. Всего несколько дней назад, чтобы испытать такое чувство, она должна была прикоснуться к нему или подойти очень близко. Скоро ей не будет покоя даже в одном городе с ним.

— Чем могу служить, мистер Бредли? — спросила Сильвия, уверенная в том, что Кейн уже точно знает, какое воздействие он оказывает на нее.

— Можно вас на минуточку? Я хотел бы переговорить с вами в моем кабинете.

Она ни за что не пойдет в его кабинет, он слишком маленький для них двоих. Она запаникует в ту же секунду, как он закроет за собой дверь. Но Сильвия все же встала.

— Я оторвал вас от обеда? Прошу прощения, мы можем поговорить и попозже.

Она посмотрела на тарелку. Творожный пирог больше не привлекал ее.

— Ничего страшного, я уже сыта.

Они вдвоем направились к двери, ни о чем не разговаривая. Сильвия попыталась применить какую-то методику релаксации, чтобы немножко расслабиться. Но Кейн был слишком близко, чтобы это хоть немного помогло.

В приемной она увидела Нэнси, которая ободряюще ей улыбнулась. Что бы это значило? Может, Нэнси знает, зачем ее вызвал Кейн? Сильвии показалось, что в этой улыбке промелькнул оттенок жалости. Ну что ж, посмотрим.

Кейн подождал у двери, пропуская Сильвию вперед. Она выпрямила спину и постаралась войти в этот кабинет так же, как и несколько дней назад, — как грациозная кошка, но споткнулась о ковер и чуть не полетела. Его заботливая рука не дала ей упасть, но сразу же после его прикосновения иллюзия безопасности исчезла. Сильвии пришло в голову, что она — обычная неудачница, не способная даже связно мыслить.

Она взглянула на Кейна и увидела в его глазах тот же испуг. Он отпустил ее, закашлялся и быстро прошел к своему креслу за столом.

— Кх, я хотел поговорить с тобой вот о чем, — сказал он и опять прочистил горло. — У меня есть к тебе предложение.

Какую-то долю секунды Сильвия верила в невероятное, но ее здравый ум тут же подсказал, что это просто оборот речи, и ничего более. Эта мысль вовсе не успокоила ее сердцебиение. Сильвия прошла к креслу напротив Кейна, села и судорожно ухватилась за подлокотники, боясь упасть в обморок, как какая-то старомодная барышня.

— Я долго думал над тем, что ты мне сказала.

Казалось, Сильвия потеряла дар речи.

— Сильвия, я хочу быть с тобой. Я не могу отпустить тебя из компании, и я не в силах вычеркнуть тебя из своей жизни.

— Да, — сказала она, потому что в голове у нее было абсолютно пусто и она не нашла никаких других слов.

До нее никак не доходило, что у него на уме.

— К сожалению, я не могу принять твои условия, но у меня есть встречное предложение.

Сильвия так крепко вцепилась в стул, что ее руки побелели. Ее поразило то спокойствие, с которым держался Кейн, но затем она внезапно заметила, что он тоже намертво схватился за поручни своего кресла. Ей стало немного полегче, но нельзя сказать, что это значительно улучшило ее самочувствие.

— Видишь ли… Я бы хотел, чтобы ты… — Он замолчал и нахмурился. — Я хотел бы, чтобы ты переехала…

Опять последовала неловкая пауза, а его взгляд стал еще растеряннее.

— Мы могли бы достигнуть договоренности…

— Кейн, ты хочешь, чтобы я стала твоей любовницей?

После этих слов его лицо прояснилось, но, когда он увидел выражение ее глаз, беспокойство опять исказило его черты.

— Я понимаю, что это не брак. Но я не готов предложить ничего другого.

Неожиданно Сильвия отчетливо поняла, что это — чистая правда. Это единственное, что он может ей предложить. И это было даже больше, чем она ожидала. Но разве это — выход для нее? Разве она удовлетворится ролью любовницы Кейна?

— Сильвия?

Она открыла было рот, чтобы сказать ему, что она думает по этому поводу, но откуда-то со стороны услышала свой собственный голос:

— Хорошо, я согласна.

14

Кейн замер от удивления. Он никак не ожидал, что Сильвия согласится на его предложение, хотя и страстно мечтал об этом. В то же время ситуация не давала ему особых поводов для надежд. Неужели Сильвия и вправду не против?

— Ты уверена? — ошеломленно произнес он, все еще не веря своим ушам и глазам.

Сильвия кивнула, но выражение ее лица было такое же потрясенное, как и у него самого. Кейн больше не сжимал так судорожно поручни кресла. Он вздохнул с облегчением, встал и подошел к девушке. Она выглядела такой прекрасной и чистой в ослепительно белом костюме. Пиджак был такой длинный, что почти закрывал собой коротенькую юбочку и открывал стройные ноги, обутые в белоснежные туфельки.

Кейн попытался на миг представить, что теперь она принадлежит ему, что она с нетерпением ждет его в новой квартире, которую он обставит для нее. Он попробовал вообразить, как она снимает этот пиджак, эту юбку. Интересно, чулки на ней или колготки? Он надеялся, что чулки.

Он опять взглянул на Сильвию. Внутренняя борьба, которая отражалась на ее лице, заставила его устыдиться своих эротических фантазий. Для Сильвии это было трудное решение. Но нужно признать честно, и ему это далось нелегко. Он столько раз прокручивал этот разговор в уме, не зная, стоит ли делать это предложение. От любовницы до жены совсем небольшой шаг, и Кейн не вполне был уверен в том, что он поступает разумно, ступая на такую опасную почву. Но представить, что он навсегда потеряет Сильвию, было для него совсем невыносимо.

— Ты действительно хочешь этого? — еще раз спросил он, прикасаясь к ее прелестному лицу.

Кейн встретился с Сильвией глазами, внимательно вгляделся в них. Он не мог не понять, что, хотя она сказала «да», на самом деле это положение ее не устраивало.

— Ну скажи хоть что-нибудь, Сильвия, — попросил Кейн, опуская руки.

Но сразу же после этого ему опять захотелось дотронуться до ее нежной кожи.

— Ты удивил меня, — очень тихо проговорила она, еще не придя в себя.

— Тебе не обязательно отвечать сейчас. Ты можешь подумать.

— Я хочу…

— Что, Сильвия?

Она встала и отступила на шаг.

— Да, я и правда хотела бы подумать.

— Но не забудь, что твоим первым порывом было сказать «да», — усмехнулся он. — Помнишь, как мы говорили в детстве? Первое слово дороже второго.

Сильвия улыбнулась в ответ, но эта улыбка не затронула ее глаз, они остались такими же настороженными и тревожными, мучительно сомневающимися.

— Не бойся, я не забуду.

— Поговорим завтра, да?

Сильвия опять молча кивнула. Затем она пошла к двери, и он заметил, что она больше не пытается ходить так, как раньше, хотя на ней были те же туфли на высоких каблуках. Но ему даже больше нравилась эта походка. Ему было абсолютно все равно, что она делала, как ходила, что надевала. Он был очарован ею в любых ее обличьях. Он подождал, надеясь, что она еще раз скажет своим нежным голосом:

— Хорошо, я согласна.

— Кейн предложил мне стать его любовницей.

— Что?

Мьюриел встала из-за стола, столкнув стопку бумаг, которые веером рассыпались по полу. Она на это никак не отреагировала, все пытаясь переварить новость.

— Он предложил мне стать его любовницей.

— А что он сказал, когда ты дала ему пощечину?

Сильвия неловко смотрела в пол.

— Я согласилась.

Мьюриел тяжело опустилась на стул. Какое-то время в кабинете было так тихо, что был слышен каждый шорох в коридоре. Затем зазвонил телефон, и Сильвия вздрогнула от неожиданности. Но Мьюриел не взяла трубки, хотя телефон стоял на ее столе. Видно, теперь она переваривала вторую часть полученной информации.

Когда телефон успокоился, Сильвия осмелилась поднять глаза. Мьюриел смотрела на нее озабоченным взглядом, чему Сильвия совсем не удивилась.

— А с чего это ты вздумала так поступить? — наконец сумела вымолвить Мьюриел.

Она говорила тихим мягким голосом. Лучше бы она кричала!

— Не знаю. Может быть, потому, что он не ждал этого от меня, а может, потому, что я и сама этого не ожидала.

— Или потому, что тебе хотелось этого?

Сильвия подошла к дивану и села, сбросив неудобные туфли и подвернув ноги под себя.

— Честно, Мьюриел, не знаю. Я так запуталась, что у меня просто голова кругом идет. Как я умудрилась заварить такую кашу?

— Вот уж не знаю, детка. Но он, видимо, и вправду какой-то особенный, если ты решила зайти так далеко.

— Еще какой особенный. Я сейчас сижу и думаю, почему из всех женщин он выбрал именно меня? Обидно, что в его планы не входит жениться на мне. Ему надо всего лишь, чтобы я сидела и ждала его вечером, а потом… Ну ты сама понимаешь.

— И что ты теперь собираешься делать?

— А что бы ты сделала?

Мьюриел покачала головой.

— Мне и так кажется, что я слишком много вмешиваюсь в твою жизнь. С этого момента я — просто твоя подруга, сохраняющая нейтралитет. Что-то вроде Швейцарии.

— Что ты! Только не сейчас! Не бросай меня после всего того, что мы пережили вместе, после всего того, что мы здесь наворотили.

— Но разве я тебе хоть чем-то помогла?! Ты все в той же каше, как и в самом начале.

— Если бы не ты с Кэт и Дорой, то я бы здесь уже не работала. Я бы уволилась еще в понедельник. Была бы обычной безработной, рыдающей над своим разбитым сердцем.

— Ты думаешь, что сейчас твое положение лучше?

Сильвия горько вздохнула.

— Ну я, по крайней мере, хоть деньги зарабатываю.

— Не могла бы ты мне объяснить кое-что… Ну что в нем такого?

Сильвия грустно пожала плечами.

— О ком это вы говорите?

Сильвия повернулась к двери и увидела Кэт и Дору, вернувшихся с обеда.

— Что у вас тут такое? — спросила Дора. — Кто хочет съесть это пирожное, я его припасла для вас.

Сильвия отрицательно покачала головой.

— Вы выглядите так, как будто кто-то переехал вашу любимую кошку, — недоуменно сказала Кэт.

— Кейн предложил Сильвии стать его любовницей, — поставила всех в известность Мьюриел.

— Что? — Кэт и Дора одновременно вскрикнули от изумления.

— А эта дурочка согласилась.

— Да ты что? — Они опять заговорили хором.

— Не сходите с ума. Я уже передумала.

— Передумала? Почему? — спросила Кэт.

— И правильно, — сказала Дора, волком посмотрев на Кэт.

— Ну и что в этом страшного? — переспросила Кэт, теперь уже у Доры. — Она влюблена в него, он без ума он нее, они будут жить вместе. Вся разница в том, что у нее не будет обручального кольца. Не она первая, не она последняя.

— Но мы ведь говорим о нашей Сильвии, а не о ком-нибудь еще! Она создана вовсе не для того, чтобы становиться любовницей кого бы то ни было. Если кто-то и заслуживает красивой свадьбы, так это Сильвия.

Мьюриел в гневе повернулась к своим молодым коллегам.

— Вы забыли, что он сделал? Он спал с ней, чтобы купить нашу компанию!

— Вы знаете, — проговорила Сильвия слабым голосом, — все, как оказалось, было немного не так.

Три пары глаз уставились на нее с непониманием.

— Я сегодня обедала с Нэнси, с секретарем Кейна.

— Мы и без тебя знаем, кто она такая, не тяни, — отрезала Кэт.

— Она сказала мне, что Кейн сделал Роберту коммерческое предложение в субботу утром.

— Ну и что из того?

— Как вы не понимаете! Ведь он мог уехать из Сан-Франциско прямо тогда! А он остался.

— Подумаешь, какая радость. Это его не делает святым Валентином. Он все равно тебя использовал, ты не можешь этого отрицать, — возразила Мьюриел.

— Да, конечно, — попыталась отстаивать свою точку зрения Сильвия. — Но он провел ночь со мной просто потому, что хотел этого, а не потому, что ему нужны были от меня какие-то сведения.

— Да, ему действительно пришлось принять непростое решение! — Мьюриел, казалось, кипела от негодования. — Рядом с ним молодая красивая женщина, которая только что преподнесла ему на блюдечке ключи от новой компании и которая смотрит на него с обожанием. Перед ним выбор — вернуться в Портленд и работать в поте лица своего с юристами над проектом соглашения или остаться еще на одну ночь и попробовать разбудить Спящую Красавицу. А вы бы что выбрали?

Сильвия вспыхнула.

— Мьюриел, ты все переворачиваешь! Все было не так!

— А как?

Сильвия закрыла глаза, и образы той ночи опять встали перед ее глазами.

— Это было самое лучшее в моей жизни. Ночь, полная волшебства.

— Ты так и не ответила мне на вопрос — что же в нем такого особенного?

Сильвия посмотрела на Мьюриел рассеянным взглядом.

— Кейн всегда так внимательно меня слушает, действительно слушает, а не только делает вид. И он с уважением относится к моему мнению.

— Продолжай, продолжай, — Мьюриел оперлась локтями на стол и положила подбородок на ладони.

— Рядом с ним я чувствую себя красивой, даже если я в самой обычной одежде.

— Сексуальной?

— Да, и это тоже. Но не только. У меня такое ощущение, что мне принадлежит весь мир, и нет ничего невозможного, чего бы я ни сделала ради него.

В комнате застыла тишина. Сильвия осторожно подняла глаза и взглянула на подруг.

— Ну, в таком случае ты получишь своего Кейна Бредли. И он будет твоим мужем.

Кейн посмотрел на часы. Часы показывали двенадцать, а Сильвии еще не было.

Он оставил ей записку в ее кабинете на столе, попросил ее маму передать ей, что он звонил, но она почему-то не перезвонила ему.

Значит, ее молчание следует понимать следующим образом — ее ответ будет отрицательным. Он так и знал, что она переменит свое решение. Зачем же ему теперь слышать это из ее уст?

Кейн понимал, что задерживает всех, что Майкл Болтон скоро вызовет санитаров, если он не закатает рукава и не возьмется за дело. Но он никак не мог сконцентрироваться, так как мысли о Сильвии возвращались к нему ежесекундно. Пусть это конец, но он хочет услышать об этом от нее самой.

Ждать было совершенно невыносимо. Он встал и вышел из кабинета.

— Мистер Бредли…

Кейн остановился у стола Нэнси. Он заметил, что она уже распаковала вещи, которые они привезли из своего прежнего офиса, и теперь его новая приемная выглядела наилучшим образом. Неожиданно он понял, что уже давно не замечает ничего вокруг себя. Может быть, приемная имеет такой вид уже давно?

— Как ты замечательно все здесь устроила, Нэнси.

— Спасибо. Мистер Бредли, не знаю, должна ли вам говорить это, но я кое-что услышала сегодня в столовой.

— Да?

— Сильвия Эванс получила предложение от Ай-би-эм.

У Кейна заныло в груди. Он сделал над собой усилие, чтобы не схватить Нэнси за плечи, требуя от нее подробностей.

— Говорят, она согласилась.

Кейн выругался про себя. Затем он взглянул на вытянувшееся лицо Нэнси и понял, что чертыхнулся вслух.

— Спасибо за информацию, — сказал он и вышел, не желая ставить себя в еще более дурацкое положение.

Кейн прошел прямиком в кабинет Сильвии. К счастью, ее офис находился не так близко, и когда Кейн дошел до цели назначения, то немного остыл, хотя недостаточно для того, чтобы здраво рассуждать. Он поразился, куда же подевался его признанный талант убеждения.

Кейн вошел в комнату и сразу же увидел ее, упаковывающую вещи. Он кашлянул, опасаясь, что все те ругательства, которые звучали в его голове, вдруг вырвутся наружу.

Четыре головы повернулись в его сторону. Мьюриел была занята разговором по телефону. Кэт и Дора переводили глаза то на него, то на Сильвию. Сильвия не поднимала головы.

— Значит, это действительно правда, — сказал он, заметив с удивлением, что на Сильвии опять была длинная юбка, а не те костюмы, которые она носила всю неделю.

Именно такой он увидел ее в Сан-Франциско, и от этого у него на душе стало еще хуже.

— Я бы обязательно зашла к тебе, как только закончила бы разбирать вещи, — попыталась оправдаться она.

— Ты ведь обещала мне, — сказал он ей с упреком.

— Иногда приходится нарушать данное слово.

Кейн многозначительно взглянул на Мьюриел, и она подхватила двух молодых коллег под руки и вышла с ними в коридор. На прощание все трое ободряюще взглянули на Сильвию, что значило, что все они поддерживали ее решение уйти.

Как только они остались одни, Кейн закрыл дверь.

— Ты ведь обещала, что мы поговорим…

— Давай поговорим сейчас.

Сильвия уложила фотографию мамы и сестры в большую картонную коробку, а затем повернулась к Кейну.

— Кейн, я не гожусь в любовницы.

— Откуда ты можешь знать, ты ведь никогда ею не была, — попробовал отшутиться Кейн.

— Кейн, эти уговоры ни к чему, я уже все решила.

Он подошел ближе.

— Я не хочу, чтобы ты уходила. Останься, Сильвия. Ты думаешь, я не справлюсь? Поверь мне, Сильвия, я не сделаю ничего такого, чтобы могло тебя скомпрометировать.

— Я говорю вовсе не о тебе. Это я не справлюсь.

Это ни разу не приходило ему в голову. Сильвия слабо улыбнулась.

— Мы с тобой просто попали в центр торнадо. — Ее голос был тихим и слабым. — Мы сошли с ума, но пришло время наконец успокоиться и налаживать свою жизнь. Я не могу сделать этого здесь.

— Сильвия, ты очень нужна компании. Ты нужна мне.

Кейн протянул руку и коснулся ее щеки, понимая, что он перестанет контролировать себя, как только дотронется до нее.

— Тебе просто так кажется. Ты увидишь, что тебе станет намного легче, когда ты перестанешь видеть меня каждый день.

— Ты знаешь, у меня появилась прекрасная идея, — сказал он, замечая, что его голос звучит неуверенно. — Давай начнем все заново. Возьми отпуск на пару дней, а потом мы попробуем начать все сначала. Мы не будем торопиться, узнаем друг друга получше. Посмотрим, к чему это приведет.

— Я прекрасно знаю, к чему это приведет. Кейн, признайся себе честно, что мы совсем разные люди, у нас совершенно различные цели в жизни. С чего бы мы ни начинали, конец всегда будет одним и тем же.

Кейн понимал, что она права, но легче ему от этого не стало.

Он смотрел на нее, не отрывая глаз. Изучал ее глаза, каждую черточку лица. Он никогда не забудет ее, хотя ему это просто необходимо, если он не хочет сойти с ума.

Затем Сильвия удивила его. Она наклонилась и нежно его поцеловала. Он застонал от ощущения ее нежных губ, обвил ее руками, не собираясь отпускать куда-либо, и вложил в поцелуй все свои горести и желания.

Потом Кейн на секунду отодвинулся, желая взглянуть Сильвии в глаза, но, когда увидел, что ручейки слез скатываются по ее щекам, отпустил ее.

— Прости.

— Я не жалею о том, что произошло между нами, и никогда не пожалею.

Их взгляды встретились в последний раз.

— Только благодаря тебе я наконец поняла, какая я на самом деле.

Сильвии так хотелось верить. Она смотрела на Мьюриел, Кэт, Дору и Нэнси. Каждая из них просто сияла уверенностью в том, что все получится просто великолепно. Если бы и она могла верить в это…

Она вспомнила тот вечер в Сан-Франциско. Это было так недавно. Она чувствовала себя Золушкой на балу, лягушкой, превращающейся в Принцессу. Принц и вправду пришел за ней, но вот хрустальная туфелька оказалась не того размера. Она опять превратилась в лягушонка, потеряла веру в счастливый финал сказки, несмотря на упорную помощь своих крестных фей.

— Повыше голову. Сильвия. Все будет хорошо.

— Кейн быстро поймет, что к чему. Он ведь умный человек.

— Даже если он позвонит в Ай-би-эм, то мы подстраховались и там.

— Но если он не передумает, в понедельник я останусь без места, — растерянно проговорила Сильвия.

— Уж ты-то без работы не останешься, — заверила ее Нэнси. — В крайнем случае, пойдешь в ту же Ай-би-эм, сколько раз они тебя приглашали. Но я все же надеюсь, что ты останешься у нас.

Ее новая соратница ободряюще улыбнулась.

— Я неплохо знаю Кейна. Тебе вовсе не о чем беспокоиться. Он ведь не мог ничем заниматься все эти дни. Видела бы ты горы бумаг на его столе. Единственное, что заполняет его мысли, — это ты. Уж поверь мне, он действительно любит тебя. Только этим можно объяснить его поведение.

— Но это вовсе не значит, что он хочет на мне жениться.

— Мужчины всегда долго думают. Его просто нужно немного подтолкнуть.

— Ничего себе — подтолкнули.

— Нэнси права, — сказала Кэт. — Кроме того, что ты теряешь?

— Конечно, Сильвия. — Дора улыбнулась. — Даже я думаю, что все будет хорошо. А ты знаешь, какой я скептик.

— Спасибо вам за все. Что бы я без вас делала?

— Ладно, ладно, а то мы все сейчас расплачемся, — сказала Мьюриел, подавая Сильвии картонную коробку с вещами.

Сильвия и сама чувствовала, что слезы уже подступают к горлу. Кроме того, теперь ей было чем занять руки. Она быстро вышла из здания компании и подошла к машине. Она не оглядывалась назад, потому что часть ее сердца осталась там, в этом здании.

Сильвия положила коробку в багажник и села за руль. Куда теперь? Домой? Но мама удивится, почему она вернулась так рано, и начнутся расспросы. Сейчас Сильвия была не в состоянии рассказывать что-либо.

Она пристегнула ремень и медленно тронулась с места. Она поедет в кинотеатр, забудется на какой-нибудь дурацкой мелодраме, наестся попкорна, наплачется всласть.

Кейн заканчивал совещание с главами отделов, хотя это и было непросто. Вместо Сильвии справа от него сидела Мьюриел. Он вспомнил о последнем совещании, когда Сильвия выкинула ту штуку. Он почувствовал возбуждение лишь при одном воспоминании об этом.

Кейн заставил свою голову (и свое тело) сконцентрироваться на деловых вопросах. Мьюриел как-то странно на него смотрела, наверное, рассчитывая, что он что-то скажет о Сильвии, но он не стал этого делать.

Когда все вышли, он с головой ушел в дела, стараясь не упустить рабочее настроение. Он проработал целых три часа, когда Сильвия вернулась в его мысли, но зато эти воспоминания были настолько сильными, что ему пришлось отложить ручку.

Что же ему делать? Возможно ли так просто отпустить ее из своей жизни? Разве он сможет продолжать жить так, как будто ничего не произошло?

Кейн знал ответы на все эти вопросы. Но не в его силах было заставить ее переменить свое решение. Как снова завоевать ее сердце?

Он посмотрел на стол. На нем лежал проспект компании, которую Кейн собирался покупать. В ту же секунду неожиданная идея пришла ему в голову.

Впервые за эту неделю он улыбнулся. Он соберется с силами, использует весь свой талант убеждения, но победит. Как всегда.

15

Перед домом Сильвии стоял лимузин. Конечно, она знала, что это машина Кейна, но понятия не имела, что же она скажет ему. Какую-то долю секунды она раздумывала над идеей проехать мимо и переночевать где-нибудь в гостинице. Но ведь она должна следовать их плану… Мьюриел так и предполагала, что он приедет к ней домой, но ошиблась во времени. Они думали, что он появится лишь завтра. Сильвия надеялась, что у нее будет больше времени подумать.

Было около семи, она посмотрела два фильма, проплакав все это время, вытирая слезы даже тогда, когда другие люди весело смеялись. Сильвия посмотрела в зеркальце и горестно вздохнула. Она именно так и выглядела — как будто выплакала все свои глаза. Глаза были опухшие, красные, кожа покрыта пятнами, волосы всклокочены. Она даже умудрилась облиться минеральной водой, и теперь на платье красовалось пятно. Пугало огородное.

Сильвия открыла автоматические ворота и заехала в гараж, надеясь, что Кейн ожидает ее в машине. Если он вошел в дом, страшно подумать, что ему наговорили мама и сестрица. Мама наверняка вытащила семейные фотографии и теперь угощает Кейна ужасным кофе, жалуясь при этом на свой артрит.

Но назад пути нет. Она вышла из машины и вошла в дом. Мама разговаривала с кем-то в гостиной. Сильвия не стала заходить в ванную, чтобы привести себя в порядок. Она расправила плечи, подняла повыше голову и вошла в комнату.

Но там не было Кейна. Сильвию ждал его водитель Тедди.

Уже второй раз на этой неделе Сильвия сидела на мягком кожаном сиденье машины Кейна, думая, что же готовит ей грядущий вечер. Тедди открыл ей бутылку шампанского, но она не стала пить, так как ей хотелось сохранить свежую голову. Она предполагала, что все ее здравомыслие мгновенно улетучится при одном взгляде на Кейна, но, по крайней мере, она хоть будет трезвая.

Они должны были уже давно приехать к нему на квартиру. Сильвия выглянула в окно и не узнала тех мест, по которым они проезжали. Может, Тедди выбрал другую дорогу? Может быть, на шоссе случилась авария, что для Портленда не такое уж редкое явление?

Сильвия была одета в красный костюм, и ей приходилось все время поправлять юбку, которая так и норовила съехать вверх. Теперь она уже не ощущала того прилива силы и сексуальной энергии, как неделю назад, когда она только надела обновку. Если бы у Сильвии был выбор, она бы предпочла что-нибудь поудобнее, но она все же решила придерживаться разработанного плана, чего бы это ни стоило. В случае, если все пойдет не так, ей не придется винить в этом себя.

Тедди затормозил, и Сильвия опять взглянула в окно. Они были в каком-то незнакомом районе и проезжали ворота с охранником. Сильвия попыталась найти какие-то надписи или таблички, которые помогли бы ей определить, где они находятся, но машина ехала слишком быстро. Затем она заметила самолеты, стоящие на площадке, и поняла, что они в каком-то маленьком аэропорту.

Она наклонилась и постучала в стекло, отделявшее ее от Тедди. Он открыл окошко.

— Чем могу служить?

— Где мы сейчас находимся?

— Аэропорт Вудлэнд.

— А почему мы здесь?

— Вы должны встретиться с мистером Бредли.

— А где состоится эта встреча?

— Не могу сказать.

— Не можете или не хотите?

— Не могу, потому что это вне моей компетенции. Я просто должен помочь вам сесть в самолет.

— Понятно. Спасибо.

Сильвия откинулась на спинку сиденья и задумалась о том, что же ей делать. Конечно, ей не следует садиться в самолет. Не будут же они силком ее тащить туда… Надо просто сказать «нет», и вопрос будет решен. Тут же Сильвия поправила себя. Как же он будет решен? Наоборот, останется еще больше вопросов, на которые нет ответа.

Лимузин подъехал к небольшому самолету и остановился. Тедди открыл дверь и подал ей руку, помогая выйти из машины. Он улыбнулся ей и сказал:

— Удачи вам, мисс Сильвия.

— Спасибо, Тедди.

Тедди подвел ее к трапу. Чем ближе к двери самолета она подходила, тем больше казалась себе Алисой у норы кролика.

Кейн ходил по комнате, как тигр по клетке. Когда же она наконец доберется? Уже половина одиннадцатого, и, если ему придется прождать еще пару часов, он просто сойдет с ума.

Он был относительно спокоен до того момента, как позвонил Тедди и сказал, что она вылетела. После этого Кейн не присел ни на минуту. Он не мог ни сидеть, ни думать. Его внутренний голос пытался убедить его относиться к ситуации здраво, как к недооценке планов конкурента. Но он был панически напуган.

Кейн ведь прекрасно знал, что она не изменит своего решения. Что из того, что он ждет ее в том же номере, в котором они провели первую ночь? Речь, над которой он потрудился больше, чем над своей дипломной работой, теперь казалась ему просто смехотворной.

Разве Сильвия озабочена вопросом денег? Разве пределом ее мечтаний может быть прекрасно обставленная квартира? Нет, конечно. Что же он делает здесь? На что надеется? С самого начала его идея была обречена на грандиозный провал. Она просто подумает, что он дурак.

Мысль о том, что он навсегда потеряет Сильвию, показалась ему невыносимой. А ведь на бумаге план казался таким многообещающим. Он внимательно продумал все «за» и «против», постарался взвесить все незапланированные препятствия, которые могут возникнуть в ходе его реализации. Но он не учел только одного — Сильвии он нужен весь без остатка.

Итак, она направляется в Сан-Франциско. Она узнала это от пилота после того, как долго убеждала его в том, что она ведь все равно поймет это, как только они приземлятся. Чего она не спросила у пилота, так это того, о чем думал Кейн, доставляя ее туда. Ведь пилот этого не может знать. И она не поймет этого до тех пор, пока не взглянет в глаза Кейна.

Это был удар ниже пояса. Кейн понимал, что она чувствует по отношению к этому городу, именно поэтому он и решил привезти ее сюда. Больше всего ее волновало то, что теперь она не сможет сохранить свои восхитительные воспоминания такими же яркими. Сегодня их история подошла к печальному концу, и ей будет жаль вспоминать о Сан-Франциско как о городе, где она потеряла все.

Как Кейн может надеяться на то, что она изменит свое решение, какой бы роскошью он ее ни окружил? Сама мысль о том, что она станет его любовницей, была для нее невозможной.

Но ведь она пыталась трезво обдумать эту идею. Она представляла, как будет жить в роскошной квартире, оформленной в старинном стиле, который так любит Кейн. Она видела великолепные платья в шкафу. Несомненно, ее любовник позаботится о ее маме и сестре, и ей больше не придется думать, где бы достать денег, чтобы оплатить следующий взнос за колледж Бекки. А чаще всего она воображала, как Кейн приходит домой, открывает дверь своим ключом, а затем ложится в ее постель.

И именно в этот момент она ощущала неловкость. Она бы ее чувствовала всегда. Она не та женщина, которая может стать содержанкой. Больше думать не о чем.

— Мисс Эванс, не будете ли вы так любезны пристегнуть ремни? Мы начинаем снижаться.

Самолет был совсем небольшой, поэтому Сильвия немного волновалась. Она огляделась, вдруг осознав, что была так занята своими мыслями, что даже не удосужилась осмотреться вокруг. Сильвию окружала неслыханная роскошь. Одни кресла из светло-коричневой лайки чего стоили! Кожа была мягкой и теплой, как прикосновение ребенка. Все в салоне было высшего класса и напоминало о вкусе и характере Кейна.

Внизу уже показались огни Сан-Франциско. Сильвия попыталась узнать с высоты знакомые места, и ее пульс участился. Неожиданно хорошая идея пришла ей в голову. Она не сможет еще раз взглянуть в глаза Кейна в той самой комнате, где так любила его. Она попросит пилота отвезти ее назад. Именно так она и поступит.

Но не всем благим пожеланиям суждено сбыться.

Когда они приземлились, она встала и вышла из самолета, как Кейн и рассчитывал.

Сильвия ожидала увидеть его в аэропорту, но, к ее удивлению, он ее не встретил. Вместо этого ее ожидал лимузин, на этот раз небесно-голубого цвета. За рулем была женщина, молодая и симпатичная. Сильвия решила, что она подрабатывает во время учебы в колледже.

Девушка проследила за тем, чтобы Сильвии было удобно в салоне, затем открыла шампанское, налила вина в фужер, включила телевизор, отрегулировала кондиционер по желанию Сильвии и наконец оставила ее одну.

Сильвия подумала, что, если бы обстоятельства были другими, можно было бы рассматривать этот лимузин как экипаж для современной Золушки.

Кейн налил себе шампанского, но пить не стал. Вместо этого он позвонил в ресторан и заказал бутылку виски. Зачем тратить время понапрасну? Ему нужно сегодня как следует напиться, а шампанское — не совсем подходящий для этого напиток.

Кейн еще немного походил по комнате. Великолепный смокинг раздражал его, ему хотелось снять его и надеть джинсы и футболку. Он попытался распустить узел галстука, но тот не хотел поддаваться.

Какой же он болван, что затеял все это. Может, убраться отсюда подобру-поздорову? Оставить Сильвии записку — мол, это подарок от него, компенсация за все причиненные неудобства. Написать, что он сожалеет о том, что сделал. Сильвия наверняка поверит. Почему бы и нет? Он и вправду сожалеет. Просто ужасно сожалеет, что этот дурацкий план пришел ему в голову.

Какой же выход из сложившейся ситуации? Жениться на ней? Жить с ней бок о бок до конца своей жизни? Неужели это так ужасно?

Кейн понимал, что это совсем не ужасно. Может, окажется, что это даже…

Боже, о чем он думает? Разве он не поклялся сам себе, что не сдастся? Что он сохранит свой статус холостяка вне зависимости от обстоятельств? Даже если он будет несчастлив без нее?

Он засмеялся, представив себе, что бы подумал человек, подслушавший его мысли. Это ведь просто бред сумасшедшего! Виски — вот единственное, что еще может спасти его.

Сильвия стояла перед отелем. Кейн, наверное, ждет ее в своем номере. Она хотела повернуть назад, но было слишком поздно делать это. Она могла бы подойти к банкомату и получить деньги на обратный билет. Это был единственный выход сейчас. Если она поднимется к нему, вероятность того, что она передумает — пятьдесят на пятьдесят. Она знала свои слабости, даже если и не говорила о них своим друзьям.

Подруги дали ей подробный инструктаж, как вести себя, как заставить его страдать, как быть сексуальной и соблазнительной, как дать ему понять, что он теряет.

Но Сильвия могла думать только о том, что теряет она сама. Не слишком ли велика цена за ее моральные принципы — жизнь без Кейна? Она рассмеялась. Кто бы уж говорил о моральных принципах! Она в глубине сердца понимала, что отказала Кейну вовсе не потому. Просто она не могла бы довольствоваться лишь крохами общения с ним. Она хотела быть с ним рядом каждую минуту своей жизни. В любви она не хотела останавливаться на полпути. Или она отдает ему всю свою любовь без остатка, или она будет жить без него.

Сильвия повернулась, надеясь поймать такси в аэропорт. Но тут же вспомнила своих друзей, своих трех мушкетеров. Они так верили в удачу, что заставили ее пообещать, что она не отступит. Она ведь не может их подвести, так ведь?

В дверь постучали. Кейн взял бумажник, вытащил купюру, чтобы дать посыльному, который принес ему бутылку, щедрые чаевые.

Кейн настежь открыл дверь и остановился как вкопанный. Это был не посыльной, это была Сильвия.

Как только он увидел ее, все его сомнения развеялись, как туман после появления солнца. Это была самая прекрасная женщина на свете, и он хотел сделать ее счастливой. Поднести ей весь мир на тарелочке. Просыпаться с ней каждый день и ложиться вместе спать каждую ночь.

Сильвия посмотрела в лицо Кейна, а затем на деньги, которые он держал. Он был так удивлен, что она засомневалась. А может, он ждал кого-то еще?

— Что это? — спросила она, указывая на купюру.

Он смущенно улыбнулся.

— Я думал, что это принесли бутылку виски.

— А… — произнесла она, не зная, что еще сказать.

Затем она спохватилась.

— Сходить за виски?

— Виски? — переспросил он, не понимая ее.

— Ну ты же хотел выпить виски?

Кейн медленно покачал головой и убрал деньги в карман.

— Нет, нет. Заходи. — И пропустил ее вперед.

Сильвия вошла в комнату, и у нее перехватило дыхание от восхищения. Вся комната была полна цветами. Большие и маленькие вазы с розами, лилиями, хризантемами, маргаритками и цветами, которым Сильвия не знала названия, всех цветов радуги. Комнату наполняло нежное благоухание. Свечи мерцали на столе, шампанское ждало своего часа во льду в хрустальном ведерке. Это была комната из сказки, обещающая волшебство и сюрпризы.

Сильвия посмотрела на Кейна и поняла, что именно такой реакции он от нее и ждал. Она вспомнила, что он так же смотрел на нее неделю назад, в этом же городе, полном неожиданностей и сказочного очарования.

— Нэнси говорила, что ты любишь цветы.

Она рассмеялась.

— Спасибо, Кейн, это просто чудо какое-то, но…

— Подожди. Не говори ничего. Я должен сам тебе кое-что сказать, но сначала давай выпьем шампанского.

Сильвия кивнула. Зачем торопиться с неприятным выяснением отношений? Ей хотелось еще хоть немного побыть в этой сказочной атмосфере.

Кейн налил шампанского в бокалы. Когда он подавал ей бокал, их пальцы соприкоснулись и между ними пробежала искра. Здравомыслящий внутренний голос пытался убедить ее, что это проявление статического электричества, но она точно знала, что это волшебство.

Кейн чувствовал то же самое. Она поняла это по тому, как он смотрел на нее, как удивленно повел плечами.

— Как это у тебя получилось?

— У нас, — поправила его она.

— У нас, — повторил он, будто бы пробуя эти слова на вкус. Затем он поднес свой бокал к ее, и раздалась нежнейшая музыка, полная тайны.

Они медленно пили шампанское, и Сильвия опять удивилась великолепному вкусу вина. Она уже начинала привыкать к тому, что все, что выбирал Кейн, было самым лучшим.

— Ты такая красивая, Сильвия.

Она застенчиво отвела взгляд. Несмотря на перемены во внешности, ей все еще было трудно не смущаться от его комплиментов.

— Спасибо.

Сильвия посмотрела на Кейна и заметила, что он опять одет в смокинг, в котором она впервые увидела его.

— Ты тоже замечательно выглядишь.

Он улыбнулся.

— Помнишь, как мы с тобой познакомились?

Сильвия кивнула, обрадованная тем, что он думает о том же, что и она.

— Я думала, что ты работаешь в службе сопровождения.

— А мне показалось, что ты не относишься к тому типу женщин, которые мне нравятся.

— Да? А ты мне не говорил.

— Я очень быстро понял свою ошибку.

Кейн подошел к ней поближе, но внезапно остановился достаточно далеко, чтобы их тела и руки не касались друг друга. Сердце Сильвии сжалось в дурном предчувствии. Вот и пришла пора поставить точки над «i». Как жаль.

— Сильвия, я… мы… — Он судорожно пытался подобрать слова, но это давалось нелегко. — Не знаю, как у тебя это получается, но, когда я стою рядом с тобой, мой мозг отказывается работать.

— То же самое происходит и со мной.

Кейн глубоко вздохнул.

Сильвия не могла смотреть на его мучения.

— Послушай, Кейн, я благодарна за этот вечер, за эти цветы и шампанское, но я все же не могу быть твоей любовницей.

— Я знаю.

Она отвернулась от него, не желая смотреть ему в глаза.

— Зачем же ты привез меня сюда?

В ответ Сильвия услышала его смешок и подняла глаза.

— Не понимаю, как ты можешь смеяться…

Кейн стал серьезнее, но где-то в глубине его глаз все еще жила усмешка.

— Дело в том, девочка моя, что все изменилось с того момента, как мы виделись с тобой в прошлый раз.

— Что ты имеешь в виду?

Он опять глубоко вздохнул.

— Я привез тебя в Сан-Франциско в надежде, что ты передумаешь. Я тщательно продумал этот план в мельчайших деталях. Я даже уже присмотрел тебе квартиру в том же доме, где я живу.

Он перевел дух и отпил глоток шампанского.

— Но теперь я больше не хочу, чтобы ты была моей любовницей.

Ее сердце упало. Она не думала, что ей будет так больно. Обиднее всего было то, что он выглядел таким счастливым, говоря о том, что она ему больше не нужна.

— А ты не хочешь спросить почему?

— Хочу, — тихо произнесла она из вежливости, уверенная в том, что чем меньше она узнает, тем легче ей будет перенести это.

— Потому что я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Сильвия замерла на месте. Казалось, каждая клеточка ее организма замерла, не в состоянии понять, что происходит.

— Сильвия, ты меня слышишь?

— Я в этом не уверена.

Кейн сделал шаг к ней навстречу.

— Сильвия, ты выйдешь за меня замуж?

Она хотела что-то сказать, но не смогла, так как просто потеряла дар речи.

— Девочка моя, с тобой все в порядке?

Единственное, что она смогла сделать, это кивнуть.

— Ну скажи хоть что-нибудь. — Кейн растерянно смотрел на нее.

Сильвия опять молча кивнула, а по ее щеке скатилась слеза.

— Должен ли я понимать эти слезы как «Да, Кейн, я люблю тебя и буду твоей женой»?

Она опять кивнула, всей душой желая сорваться с места и кинуться в его объятия, но не в состоянии сделать ни шага.

— Слава Богу, а я уже начал волноваться.

Наконец комок в горле прошел, и Сильвия произнесла неверным голосом:

— Что же заставило тебя принять это решение?

— Я вдруг словно проснулся. Понял, что не смогу жить без тебя. Понял, что не хочу, чтобы ты просто была где-то рядом. Мне нужно, чтобы ты полностью принадлежала мне, чтобы мы состарились вместе, чтобы мы растили наших детей, ездили в отпуск, ложились в одну постель и вместе вставали.

— А ты уверен, что не пожалеешь об этом?

— Нет, Сильвия, никогда.

Сильвия закрыла глаза, и ее окатила волна счастья. Он ее любит так же, как и она его! Неужели это не сон?

Кейн подошел и обнял ее.

— Придется мне покупать новый дипломат, — задумчиво сказал он.

— Что?

— Ты превратила бессердечного негодяя в добропорядочного семьянина.

Кейн рассмеялся и крепко прижал к себе Сильвию.

— Я так скучал по тебе, — прошептал он, стараясь смягчить поцелуй. Его губы так изголодались по ее нежному рту…

Руки Кейна медленно и нежно касались тела Сильвии, утоляя тоску по ней… Но внезапно он потерял контроль над собой и, застонав, со всей силой сжал ее в объятиях.

Сильвия вскрикнула то ли от боли, то ли от счастья и ответила на его страстный поцелуй, вложив в этот ответ всю любовь, переполнявшую ее сердце.

Они простояли, обнявшись, целую вечность. Только необходимость дышать заставила их разнять губы и вернуться в реальность. Сильвия прижалась щекой к груди любимого и слушала гулкое биение его сердца.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Сердце Кейна встрепенулось и попыталось выпрыгнуть из груди. До последнего момента он даже не сознавал, как страстно ему хотелось услышать эти слова.

На свадьбе Сильвия выглядела настоящей принцессой. Кейн позаботился об этом. Он сам придумал фасон ее платья, похожего на лучший из нарядов, подаренных феей своей крестнице: оно было одновременно изысканным и роскошным, с длинной пышной юбкой и шлейфом, украшенное воздушными воланами и розами из нежнейшей ткани…

Ее верные подруги, ее отчаянные мушкетеры, ее всемогущие крестные феи, в этот удивительный день были рядом с ней. Еще бы! Этот праздник был почти целиком их заслугой. И неважно, что именно помогло соединиться двум любящим сердцам — придуманная подругами смешная авантюра, больше похожая на детскую игру, или огромная сила их любви к Сильвии. Главное — то, о чем эти славные заговорщицы так страстно мечтали, свершилось, и теперь они сияли от радости. А их Принцесса время от времени отрывала любящий взгляд от лица Принца, чтобы улыбнуться им. Всем четверым.

Content

Маргарет Ньюман
Принцесса на выходные

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15