Сборник мистических рассказов

Сборник мистических рассказов

«Ангел для Елены»

Иметь своего персонального ангела, разве это не мечта каждого человека, живущего на земле? Конечно, наверное, так было бы правильнее. За каждым был бы свой личный присмотр, да и зла было бы меньше…Вот только ангелов мало и их на всех не хватает. И даются они не каждому, и даже не тем, кто просит. А тем, кто в них нуждается, но просто не знает об этом…

Глава 1

Чёртов будильник! Ведь что бы ни происходило, как бы погано ты ни спал, - он всё равно звонит в самый неподходящий момент!

Лена села на постели, недовольно нахмурив брови, и попыталась отыскать источник неприятного звука. Да где же этот мобильник? Вроде всегда кладёшь его на одно место, а утром оказывается, что он или под подушкой, или завалился на диван, словно ты не спал, а всю ночь звонил кому-то или писал смски.

Телефон, отчаянно верещавший о том, что пора вставать на работу, наконец, нашёлся в тапочке под кроватью, и Лена вытащила его и ещё пару минут смотрела на экран, силясь понять, как он мог там оказаться.

Потом спустила ноги с кровати и как была, босиком, прошлёпала на кухню. Музыка…Раньше она включала музыку и, пританцовывая, ставила чайник, потом шла в ванную, потом так же танцуя готовила завтрак и, только выпархивая из дома, выключала музыкальный центр, всё ещё не переставая напевать последнюю зажигательную мелодию.

А сейчас…Сейчас эта привычка канула в Лету, вместе с хорошим настроением, которое, казалось, ушло из её жизни навсегда.

Лена вышла из ванной, пытаясь припомнить, что ей снилось. Ах, ну да…Ангелы…Вот только не обычные – большие и с крыльями, а почему то какая-то маленькая девушка с озорным блеском в глазах. Но Лена знала точно – эта девушка – ангел.

Она грустно улыбнулась сама себе и налила кофе в чашку. Какие глупости иногда снятся, ведь уму непостижимо и всё же…Приближалось Рождество, и так хотелось верить в сказку, хоть на чуток, хоть на самую малость …Допустить мысль, что ангелы и волшебство существуют.

После завтрака, Лена надела деловой костюм и, взяв папку с документами, оглядела квартиру последним придирчивым взглядом. Впереди ещё один скучнейший день, правда за работой невольно забываешь о хандре, но всё же – это были сплошные «дни сурка», когда знаешь, что произойдёт через час, два, три…Да и вообще знаешь, что произойдёт на следующий день…И на следующий за ним тоже…

Работа, работа, работа…Она отвлекает, она затягивает, как бы монотонна ни была, но всё равно, жить одной работой невозможно. Нельзя погрузиться в её глубины и посвятить ей свою жизнь. Некоторые люди могут сделать это, и вполне способны добиться огромных успехов. Вот только что останется после них? Что они оставят после себя в жизни? Высокую должность? Миллионы на счетах? Разве это так важно, чтобы потратить на это всю жизнь? Конечно, нет, и Лена была тоже не согласна с этим.

Она вышла из офиса и поплотнее укуталась в широкий шарф. Несмотря на то, что до машины идти было совсем недолго, проклятый снег, зарядивший надолго, кружил в воздухе, норовя забраться под воротник. Лена зашагала к машине, стараясь не проваливаться в уже прилично наметённые сугробы и на ходу доставая ключи из сумочки. Пальцы свело от холода, и Лена с жалостью посмотрела на жмущихся друг к дружке голубей. Потом сняла машину с сигнализации и уселась за руль. Кинув папку и сумочку на сидение рядом с собой, посидела пару минут, не включая зажигания, просто положив голову на сложенные на руле руки. Тряхнув темноволосой головой, попыталась прогнать грустные мысли и, включив зажигание, медленно тронулась с места парковки.

Мысли, воспоминания, чувства, эмоции…их много и они всегда рядом, таятся в глубине твоих сердца и памяти, угрожая вырваться наружу в самый неподходящий момент. Охватывают тебя с головой, как будто ты можешь стать их частью, как будто можешь стать ими целиком…

Лена настолько погрузилась в свои воспоминания, что не сразу заметила, как через дорогу прямо перед её машиной выбежала маленькая темноволосая девушка. Скрип тормозов, визг шин, глухой удар…

Лена вцепилась в руль побелевшими пальцами и замерла на несколько бесконечно долгих секунд. Она сбила человека…Она сбила человека!

Нужно бежать, нужно посмотреть всё ли в порядке с девушкой – вот только как заставить себя сдвинуться с места, когда тебя пригвоздило к автомобильному сидению осознание того, что ты, возможно, только что стал убийцей? Пусть поневоле, но это так!

Лена медленно вышла из машины и стала потихоньку обходить её спереди, чтобы посмотреть, что всё-таки случилось с несчастной девушкой и вообще жива ли она.

Кажется, убийцы из Лены не вышло. По крайней мере, девушка сидела в снегу, потряхивая темноволосой головкой.

- Мне так жаль, - вот и всё, что смогла выдавить из себя Лена, - Как вы?

Девушка неловко поднялась на ноги и посмотрела на Лену с улыбкой на пухленьких губах:

- Я в порядке, а вот вы по-моему, чертовски напуганы!

Лена ответила слабой улыбкой и тяжело вздохнула:

- Есть такое дело. Напугалась я сильно.

Она вытащила из кармана мобильный, и уже приготовилась вызывать скорую, когда брюнеточка запротестовала:

- Вот только давайте без звонков докторам и прочим эскулапам. Со мной всё в порядке, с вами тоже, с машиной тем более.

Она подошла ближе и провела ладонью в воздухе. И Лену накрыло неземное ощущение полёта. Всё плохое исчезло из её жизни, как будто и не было его никогда. На душе было удивительно легко и спокойно…

- Ну тогда поехали ко мне, меня кстати Лена зовут, - неожиданно для самой себя представилась она и брюнеточка серьёзно кивнула.

- Поехали. Я Даша.

Она обошла Лену и села за руль её машины и Лена абсолютно спокойно села на пассажирское сидение. Они тронулись с места, и через десять минут Лену почему-то совершенно не удивил тот факт, что Даша припарковала машину аккурат возле подъезда Елены.

Глава 2

Даша вошла в квартиру Лены, и спаниель по кличке Дарси радостно залаял при виде новой гостьи. Обычно он вёл себя сдержанно, обнюхивал вновь прибывших и отходил заниматься своими делами, но тут – словно с цепи сорвался. Прыгал, тявкал, облизывал лицо и руки присевшей возле него на корточках Дарьи.

- Меня просто собаки любят, - пояснила Даша в ответ на недоумённый взгляд хозяйки чудо-пёсика. Она почесала Дарси за ухом, и тот блаженно прикрыл глаза, и замер на несколько минут.

- Так, ну что мы на пороге стоим? – воскликнула Елена, всплеснув руками.

Она только сейчас заметила небольшой рюкзачок за спиной Даши или он был с ней всегда?

Не успела она озадачиться этим новым наблюдением, как Даша быстро прошла в гостевую комнату и кинула рюкзачок на кровать.

Почему это казалось Лене обычным? Почему она считала нормой, что абсолютно незнакомая девушка всем своим видом даёт понять, что она собирается остаться пожить в её квартире, а Елену, законную хозяйку, это абсолютно не волнует?

Она тряхнула головой, пытаясь понять, что же с ней могло случиться, но ничего не вышло.

Даша тем временем, подошла к календарю, висящему на стене, и приложила пальчик к пухлой губке.

- Итак…у нас двадцать второе, ага…Так двадцать пятого встреча…Нет, не её, моя…Волшебство двадцать шестого, первого билеты…Нет или второго? Нет, точно первого. Это мой последний день. Отлично.

Брови Лены поползли вверх, но она ничего не сказала и даже когда Даша повернулась к ней с самой ослепительной улыбкой и проговорила:

- А можно я приготовлю ужин, а потом посуду помою, всегда мечтала попробовать сделать это, - Лена тоже ни капли не удивилась, а только развела руками и показала на кухню.

Может, это она жила странно всё это время? Без всех этих приключений и упоминания волшебства? Может, вся человеческая жизнь такая и есть?

Она постояла пару минут, прислушиваясь к доносящимся из кухни звукам – судя по всему, Даша чувствовала себя на её кухне вполне комфортно, - и, повернувшись, пошла в свою комнату, чтобы переодеться.

С готовкой ужина Дарья справилась великолепно и теперь Лена с удовольствием наблюдала, как девушка моет посуду, периодически поднимая к глазам руку, полную искрящейся пены.

- Я ненадолго, до первого числа, - неожиданно проговорила Даша, не поворачиваясь лицом к Лене, и вдруг добавила, - Всё будет хорошо.

Лена почему-то ни капли в этом не сомневалась. Как будто знала, всё действительно будет хорошо.

Дарья домыла посуду и подошла к Лене, потом так же повела в воздухе рукой и Лена почувствовала, что проваливается в сон. Она чисто автоматически встала с диванчика и прошла в свою комнату, потом откинула одеяло и как была, в спортивных брючках и футболке легла в постель. Её рука потянулась к выключателю на светильнике, но сознание уже унесло её в мир сновидений.

Ей снилась пустыня. Солнце палило нещадно, а вокруг не было ни души. Почему-то мелькнула мысль: пустыня зимой? Но она так же быстро испарилась, как пришла в её голову. На горизонте вспыхнул белый свет и к Лене стал приближаться кто-то в белом.

«Даша?» - снова вспыхнула мысль и Лена стала всматриваться в знакомые очертания. Фигура в белом приближалась и приближалась, озаряя белым светом всё вокруг, наполняя воздух удивительным спокойствием. Это действительно была Даша, вот только какая-то другая, неземная и волшебная.

Она подошла вплотную к Лене и тихо, но отчётливо проговорила:

- Ты должна принять волшебство сама. Это случится двадцать шестого декабря. Если не примешь, я ничем больше не смогу тебе помочь. Помни, это только твой выбор…

Даша исчезла, словно её и не было здесь, а Лена осталась стоять одна, пытаясь осмыслить то, что ей сказали.

Даша тихонько шагнула в комнату Лены и некоторое время молча стояла, глядя на спящую девушку. Слабая улыбка осветила её лицо, и она подошла к кровати и выключила ночник.

Потом взяла со стола ноутбук и прошла с ним в свою комнату.

Порывшись в рюкзачке, выудила оттуда бумажку с нацарапанными на ней цифрами и открыла компьютер.

Посидела немного, ожидая, пока вся нужная информация загрузится, и вошла в программу ISQ. Быстро набрав номер аськи, написанный на бумажке, нажала на поиск и через пару секунд кликнула по имени Тимофей.

Нужно было подумать, что именно написать парню, чтобы он непременно откликнулся. Даша побарабанила пальцами по коленке и нагнулась к монитору.

«Привет, я вернулась, завтра можем встретиться, как и собирались. Целую. Лена».

Может и Бог весть какая задумка, но всё же других мыслей в голове у Даши не было. Теперь остаётся надеяться, что Тимофей окажется тем, кто им нужен и завтра с утра Лена «совершенно случайно» прочтёт его ответ.

Даша отложила ноутбук и вышла на балкон. Ледяной ветер растрепал её волосы, но ей было всё равно. Встав на край балкона, она легко оттолкнулась ногами и взмыла в воздух, становясь прозрачной и бесплотной. Кто сказал, что ангелы спят? Это людям нужен сон, чтобы научиться летать – ангелы могут летать сами по себе.

Глава 3

Уже ближе к утру, Даша снова приземлилась на балконе и приняла человеческий облик. Необходимо было сделать вид, что она всю ночь спала в комнате, потому что навряд ли бы Лена приняла спокойно мысль, что её новая знакомая всю ночь летала в небесах.

Через пару часов изображания из себя спящей красавицы, Даша уже было не выдержала и собралась вставать, однако заслышала в соседней комнате шаги и закрыла глаза. И как только люди могут спать? Как можно тратить такое счастливое и весёлое время на сон?

Для Даши это было первое задание, и она не знала ещё, что это такое – быть на земле. Поэтому всё для неё здесь было в новинку. Сегодня она видела телебашню, усыпанную миллионами огней, так близко, как никто не видел до неё. И пусть на небе гораздо больше огней и звёзд, от телебашни Даша пришла просто в неописуемый восторг.

Дверь в комнату приоткрылась, и Даша застыла на месте. Лена, очевидно, удостоверившись в том, что гостья на месте, осторожно прикрыла за собой дверь и прошла в кухню, где Даша предусмотрительно оставила ноутбук.

Дарья не могла лежать спокойно, она выбралась из постели и, подбежав к стене, приложила к ней ухо.

Вот начал потихоньку шуметь чайник, а вот задребезжал холодильник. Даша прислушивалась изо всех сил и тут улыбка озарила её лицо. Нужный звук «О-оу» вывел её из состояния мумии и она радостно улыбнулась. И пусть Лене мог писать кто-то другой, Даша почему-то была уверена – это Тимофей. Тимофей ответил на её послание. Что ж, теперь всё зависело только от них самих, а в Лене Даша была почему-то уверена на все сто.

Пересидев для порядка ещё с полчаса, Даша прошлёпала на кухню и кивнула Лене, которая была целиком увлечена перепиской с кем-то.

- Доброе утро, - поздоровалась она с Лениной макушкой и та хмыкнула что-то нечленораздельное.

Даша налила себе кофе в кружку и села за стол напротив Лены. Точнее, напротив крышки её ноутбука.

- Интересное чего-то? – спросила она минут через пять стука по клавиатуре, доносящегося с другой стороны стола.

- А? – Лена оторвалась от компьютера и подняла на Дашу невидящий взгляд, потом встрепенулась и потёрла переносицу, - Да ты представляешь, парень какой-то написал, я его знать не знаю, говорит, что встречу ему предложила. А он и согласен вроде. Вот правда все эти свидания вслепую, - она поморщилась, но на очередной оклик аськи улыбнулась, снова уткнувшись в монитор. Снова стук по клавиатуре.

- Вот и не знаю, соглашаться, или нет.

Лёгкий пасс Дашиной руки над столом и шёпот Лены:

- Наверное, всё же соглашусь…

Даша улыбнулась и откинулась на спинку стула. Итак, почти всё готово. Остаётся только проследить за этими двумя и можно спокойно возвращаться назад. Возможно, её даже повысят за такую хорошую работу, а в следующий раз дадут новое задание.

Лена испуганно оглянулась на машину, в которой осталась сидеть Даша и, увидев её улыбку, глубоко вдохнула и вошла в ресторанчик с интересным названием «Карпиза». Они с Дашей договорились, что та подождёт её в машине возле ресторана. Так, на всякий случай. Может, это и было глупо, но Лене так было спокойно. Ей вообще было спокойно, когда рядом была Даша. Это было, наверное, странно, но это было так.

Высокий темноволосый мужчина поднялся ей навстречу, и Лена даже оглянулась по сторонам, будто рассчитывала увидеть кого-то рядом с собой. Неужели, фотография в асе подлинная и это он и есть? Вот это дааа!

- Елена? – его голос разнёсся по залу и по телу Лены прошли мурашки.

- Можно просто Лена. А вы Тимофей или…?

Она преднамеренно сделала эту паузу, и он улыбнулся:

- Лучше просто Тима.

Лена расслабленно выдохнула и поняла, что сегодня Даша на машине ей не понадобится уж точно.

Они говорили ни о чём и обо всём сразу, находили миллион тем и общих интересов и каждый из них ощущал, будто знает собеседника не один год.

- А потом, он вдруг рассмеялся, и у него получилось так весело, что вместе со смехом послышалось хрюканье. Представь себе, добропорядочный профессор физики, хрюкает…как…как…- Тима рассмеялся не столько над своим рассказом, сколько над тем, как Лена почти что лежала на сложенных на столе руках, безуспешно пытаясь сдержать смех.

По залу пронёсся лёгкий ветерок, и Лена подняла голову и вытерла слезящиеся глаза.

Она взглянула на золотые часики на тонком запястье и округлила глаза.

- Оу, Тима! Уже одиннадцатый час! – воскликнула она, и мужчина напротив заметно погрустнел.

- Уже пора?

- Да, - мягко ответила Лена, - Мне честно, очень-очень грустно расставаться с тобой, но…

Она развела руками и Тима кивнул.

- Понимаю, но ведь это не последняя наша встреча? – с надеждой в голосе спросил он и у Лены снова прошли мурашки по всему телу. От осознания того, что эта встреча может стать единственной.

- Не в моих правилах приглашать мужчину на свидание, но давай завтра куда-нибудь съездим, - проговорила она, не смотря на него, - Если, конечно, ты не против, - поспешно добавила она, всё так же не поднимая взгляд.

Тима вдруг потянулся через стол и взял её ладонь в свои руки. По телу Лены прошла дрожь, и она закусила губу.

- Я с удовольствием проведу с тобой завтра хоть весь день, - проговорил он глухим голосом, пытаясь поймать её взгляд, и когда ему это удалось, открыто улыбнулся ей. – Давай сейчас я отвезу тебя домой, а по дороге решим, что будем завтра делать.

Лена осторожно приоткрыла дверь в квартиру, стараясь ступать как можно тише, и тут же услышала звонкий голосок Даши:

- Я не сплю!

Лена улыбнулась сама себе и, быстро скинув обувь в прихожей, прошла в комнату к Даше, которая сидела на полу, прислонившись спиной к дивану, и с упоением смотрела какую-то телепередачу.

Лена присела рядом с Дашей и положила голову ей на плечо.

Даша скосила взгляд на Лену и спросила:

- Ну, как оно прошло?

Лена не ответила, только зарылась лицом в волосы Даши, которые пахли елеем и, вдохнув этот запах, счастливо рассмеялась.

- Ох, Дашка, я такая счастливая! – рассмеялась она, закрывая глаза, и не видела, как на пухленьких губах её ангела расцвела неземная улыбка.

Глава 4

Даша бестелесным ангелом сидела на большой пальме, правда ненастоящей, но всё равно, наслаждение она получала большое.

Внизу Тима и Лена носились друг за другом по кромке бассейна. Им явно было весело и хорошо вдвоём. Лена позволяла Тиме приобнимать себя, несмотря на то, что оба усиленно делали вид, что это скорее игра, и они совершенно не увлечены друг другом.

Они провели в аквапарке часа три, но, казалось, не устали от общества друг друга ни на йоту. Даша уже даже стала сомневаться в том, что она нужна им и дальше, если бы не предупреждение Михаила о том, что она должна быть с ними до первого января.

Даша так замечталась, представляя себе счастливые картины совместного будущего Лены и Тимофея, что даже потеряла их из виду.

Нужно было лететь домой, чтобы к приходу Лены быть на месте.

Тимофей вёл машину, периодически поглядывая на сидящую рядом с ним Лену. Он был так счастлив сейчас, в эту минуту, что даже начинал опасаться, что однажды откроет глаза и поймёт, что всё это был только сон. Он снял правую руку с руля и переплёл свои пальцы с пальцами её узкой и прохладной ладони.

- Не замёрзла? – заботливо спросил он, чуть повернув к ней голову, и Лена замотала головой.

- Нет, всё чудесно.

Она улыбнулась ему, и он вернул улыбку.

- Так не хочется расставаться, - прошептал Тимофей и увидел на лице Лены напряжение. – Что-то не так, милая?

Лена помотала головой. Она и сама не понимала, что с ней происходит. Вроде она ощущала себя рядом с ним уютно и спокойно, но с другой стороны – они были знакомы всего два дня. А впускать мужчину в свою жизнь после двухдневного знакомства было, по меньшей мере, глупо.

- Всё хорошо, - наконец, выдавила из себя Лена, - Просто ты немного, ну…торопишься.

Тимофей вскинул брови.

- Прости, я не совсем понял тебя. Я просто озвучил мысль о том, что мне не хочется расставаться с тобой. Ничего большего.

Лена втянула носом воздух. Потому что в груди от этих слов разлился нестерпимый жар. Она и сама не понимала своей реакции. Ведь можно же просто сказать, что она ничего такого и не думала или просто перевести всё в шутку. Но обида от этих слов уже захлестнула её, и на глазах выступили слёзы.

Тима припарковался возле её подъезда и, выйдя из машины, распахнул перед Леной дверцу.

- Спасибо,- поблагодарила она его, и двинулась в сторону дома.

Тима перехватил её за руку и развернул лицом к себе.

- Лен, ты чего? – прошептал он, вглядываясь в её глаза, в которых блестели слёзы, - Что я не так сделал?

Лена помотала головой и отступила на шаг. Точнее попыталась это сделать. Тимофей не дал ей отойти, он быстро развернул её и прижал к боку своей машины. Его требовательные губы нашли её рот, и он впился в него так, будто был голоден. Лена опешила, и первое время стояла безучастно, пытаясь прийти в себя. Потом губы её шевельнулись в ответ на его поцелуй, а руки сами собой потянулись, чтобы обнять его за шею. Тима низко простонал, углубляя поцелуй и провёл языком по её губам. Лена раскрыла их ему навстречу, и его язык встретился с её язычком.

Сколько длился этот поцелуй, никто из них не знал. Может, целую вечность, а, может, всего пару секунд. Наконец, оторвавшись от её губ, Тима с шумом втянул воздух и прижал Лену к себе. Он стоял так несколько минут, потом вдруг спохватился и, взяв девушку за руку, повёл её в сторону подъезда.

- Тебе нужно домой, а то замёрзнешь, - проговорил он, распахивая перед ней дверь подъезда и пропуская её вперёд.

Даша взлетела на балкон, едва удостоверилась, что всё прошло как нельзя лучше и, войдя в квартиру, обернулась человеком. Итак, они поцеловались! При воспоминании об этом поцелуе, карие глаза Даши зажглись огнём, и она даже подпрыгнула на месте. Может, несмотря на заверения Михаила, обойдётся без волшебства и эти двое смогут быть вместе просто так, без присмотра личного ангела? Даша постучала пальчиками по щеке, раздумывая о том, что видела. Да, вполне может быть, что так оно и случится. Но это не значит, что прямо сейчас она должна срываться с места и мчаться обратно на небеса, не удостоверившись в том, что всё прошло гладко.

В замке повернулся ключ, и Даша поспешно включила телевизор и присела на диванчик. Входная дверь долго не закрывалась, очевидно, Тима поднялся, чтобы проводить Лену наверх и сейчас «прощался» с ней. От картины «прощания» Даша захихикала и прикрыла рот ладошкой. Определённо, эти двое нашли друг друга.

Наконец, дверь захлопнулась и через пару минут в комнату к Даше вошла Лена. Щёки её горели, и она приложила к ним ладони.

- Ох, Дашечка…- тихо проговорила она, подняв на своего ангела сияющие глаза. Больше она не произнесла ни слова, но Даша всё поняла и так.

- Чёрт! Чёрт! Чёрт! – в очередной раз почти что вскричала Лена, принимаясь опять ходить из угла в угол и сжимать в руках ни в чём не повинный телефон.

Даша снова повела рукой в воздухе, но нехитрый пасс ничего не дал. Видимо, тут и вправду всё очень серьёзно.

- Ну, он позвонит, Лен, успокойся, - вяло проговорила Даша, уже сама потерявшая веру в Тимофея и с искренней жалостью глядя на свою подопечную.

Лена резко обернулась, сверкнув взглядом на ни в чём не виноватую Дашу и прошипела:

- Я ему позвоню! Я ему так позвоню!

Она топнула ножкой и снова принялась мерить шагами комнату.

Всё началось часа в три дня. Утром Лена встала полная надежд на то, что вот-вот ей позвонит Тима, и они снова проведут этот день вместе. Она весело напевала себе под нос, готовя завтрак. Часа через два она всё чаще хваталась за телефон, проверяя, не звонит ли ей Тима. А в три часа дня она стала ходить по квартире кругами, сжимая в руках трубку и смотря перед собой невидящим взглядом.

И вот уже семь часов вечера, а от него ни звонка, ни смс…И уже даже пассы Даши не помогают в том, чтобы Лена успокоилась и маленький ангел не знает, что делать.

Телефон в руках Лены ожил, и она уставилась на него неверящим взглядом, а верное сердечко Даши пропустило удар.

- Он…звонит, - прошептала Лена и Даша вскочила на ноги.

- Я на кухню, скоро вернусь, - произнесла она скороговоркой и вышла из комнаты.

Сразу за дверью Даша совершила невесомый пируэт и подняла к небу глаза шоколадного цвета.

- Спасибо, спасибо! Она имеет право быть счастливой, - прошептала она, и на глаза её выступили слёзы. Они были сладкими – это были слёзы счастья.

Глава 5

Лена в очередной раз придирчиво осмотрела только что накрытый к ужину стол и снова повернулась к застывшей у окна Даше.

- Точно не останешься? Ты нам не помешаешь и выдумывать не надо!

Даша покачала головой и повернулась к Лене.

- Нет, Лен, у меня есть куда пойти, - она кинула взгляд на часы на стене и прищурилась, - Через час у меня встреча.

Лена развела руками.

- Дашуль, честно, если это только из-за того, чтобы нам не мешать, ты же знаешь, ты не помешаешь…

Она не успела договорить, как раздался звонок в дверь, и Лена всплеснула руками.

- Иди уже, открывай, - шутливо толкнула её в бок Даша и прошла за ней следом, чтобы надеть сапожки и пуховичок.

На пороге распахнутой двери возник Тимофей с букетом цветов и большой коробкой.

Он протянул всё это богатство хозяйке и, кивнув Даше, стал разуваться.

А Даша тем временем, быстро натянув шапку на голову, выскользнула за дверь, на прощание подмигнув Лене.

Лена покачала головой и шутливо погрозила проказнице пальцем, потом широко улыбнулась и, закрыв за Дашей дверь, попала прямиком в крепкие объятия Тимофея.

Даша вошла в полутёмное помещение кафе и прищурилась в поисках высокой фигуры Михаила.

«А без крыльев ты не такой внушительный!», - подумала Даша, быстро пересекая зал и садясь на стул напротив высокого темноволосого мужчины.

- Ты просто красавица, - прошептал он ей, целуя её тонкие пальчики. Со стороны можно было подумать, что за столиком воркует влюблённая пара. Даша покачала головой и на лице её расцвела улыбка.

- Михаил, ты неисправим, - укоризненно проговорила она, впрочем, не спеша извлечь свою руку из его горячих пальцев.

Михаил принял абсолютно серьёзный вид и задал наиболее интересующий его вопрос.

- Ну как ты? Справляешься?

Даша мечтательно улыбнулась и глубоко вздохнула.

- Да, но это не моя заслуга. Они прекрасно справляются сами.

Она перевела взгляд на соседний столик, за которым сидела парочка людей, очевидно, влюблённых друг в друга по уши, и Михаил с интересом всмотрелся в её лицо.

- И ты знаешь, - протянула она, поглощенная своими размышлениями, - Думаю, волшебство им совсем не понадобится. Совсем-совсем.

Улыбка мелькнула в лазах Михаила, но он поспешно спрятал её за хмурым видом.

- Послушай меня Дарья. Я хочу, чтобы ты не обольщалась насчёт людей. Они склонны делать ошибку за ошибкой. Они говорят, что это был последний раз и больше такого не повторится, но потом с завидным постоянством наступают на одни и те же грабли. И бьются лбом, продолжая твердить, что они правы и сами всё знают. Они упёрты, они склонны думать, что в их жизни всё подчинено укладу и они сами – хозяева своей судьбы. Им кажется, что они всё знают наперёд, что они и есть хозяева жизни, порой не оглядываясь на чувства других людей, которым эта уверенность приносит боль и страдания. Они самоуверенны, и в этом они полнейшие болваны. - Он говорил это холодно и отстранённо, как абсолютно устоявшуюся истину, и Даша невольно поверила ему, - Но они ничего не решают, поверь.

Он откинулся на спинку стула, отхлебнув из чашки кофе и, поставив её на место, снова заговорил.

- Миллионы возможностей, масса вариантов, миллиард нитей вокруг, - Он сделал вид, что хватает что-то из воздуха. – Выбери вот эту и весь твой уклад полетит ко всем…ангелам, и кто знает, может, ты будешь в миллиард раз счастливее, чем от той «истинной правды», которую ты вбил в свою голову и которой «должен» следовать по твоему мнению.

Он развёл руками, как будто говоря, что он просто не знает, что с этим делать.

Даша молчала, не зная, что сказать. У неё было мало опыта, чтобы судить об этом, но в принципе, Михаил был прав.

Сама Лена приняла кардинальное решение в течение каких-то пары часов. И считала его единственно верным. И даже не спешила выяснить, виноват ли был Тима или нет. Обрубила всё с плеча и была горда своей выдержкой, хотя Даша чувствовала, как горько и больно ей в душе. И она не думала, что может быть с ним самой счастливой женщиной на земле, что у них может быть семья и дети, свой дом…Вообще всё то, чтобы чувствовать себя счастливой.

Даша оперлась локтями о стол и протянула руку Михаилу.

- Ты прав, давай, - тихо произнесла она и Михаил кивнул.

Он поднёс свою ладонь к её руке и на секунду между их ладонями мелькнул ослепительно белый свет.

- И помни, это должен быть только её выбор. Если решишь за неё – погибнешь, а что произойдёт с ними, знает только Господь.

Даша серьёзно кивнула и убрала ладонь.

Потом откинулась на спинку стула и счастливо рассмеялась.

- Михаил, если у тебя нет никаких планов, давай просто посидим здесь, потому что мне пока что точно нельзя возвращаться.

Михаил блеснул белозубой улыбкой и дал знак официанту.

- Конечно, малышка, я весь твой. И кстати, у них тут чудесное Тирамису.

Лена задумчиво смотрела в окно, стоя в крепких объятиях Тимофея, и пальцем рисовала на стекле невидимые узоры. На ней был только короткий халатик, а на Тиме – наспех надетые джинсы.

- Ты знаешь, я никогда не думала, что со мной может произойти вот это, - прошептала она, откидывая голову на его обнажённую грудь.

- Что вот это? - прошептал он ей в ухо, обдавая его горячим дыханием, которое заставило её трепетать снова.

Лена задумалась. И вправду – что? Быстрый секс на третий день после знакомства? Или что это было?

Нет…Она не права, если пытается уверить себя в этом. Между ними с Тимой гораздо большее, чем просто секс, гораздо большее!

- Ну, что я вот так смогу по…Заинтересоваться мужчиной за три дня.

Тима повернул её к себе лицом и вгляделся в её глаза. Она чуть не сказала слово «полюбить», или ему так только показалось? Лена отвела взгляд и Тима выдохнул. Нет, не показалось…

- Лен, солнышко, послушай…- Он говорил быстро и отрывисто, словно решение ещё не сформировалось в его голове, и он боялся всё-таки не сказать о нём, - Завтра мне нужно будет уехать. Уехать надолго. На полгода, возможно, год.

Лена порывисто вздохнула и усмехнулась, всё так же не поднимая взгляда.

- Зачем ты мне говоришь всё это? – прошептала она.

Он взял её за подбородок и поднял её лицо вверх, понуждая смотреть в его глаза.

- Я прошу тебя поехать со мной.

Лена затаила дыхание. Всё внутри её кричало: «Скажи да!», но она упрямо гнала эти мысли прочь.

Она скрестила руки на груди и отошла от Тимофея на пару шагов.

- В качестве кого, интересно? – спросила она и натолкнулась на его растерянный взгляд. Он стоял молча, и Лена снова холодно усмехнулась и присела за стол. – Вот видишь…

Тима присел возле неё на корточки и сделал глубокий вдох.

- Ты думаешь, мне так просто было принять это решение? Так просто было позвать тебя с собой? Да неважно в качестве кого, важно что ты нужна мне, а я, надеюсь, нужен тебе. Давай дадим друг другу шанс. Просто будем жить сегодняшним днём и не строить никаких планов. Важно только то, что есть сейчас между нами, остальное…остальное мишура, понимаешь?

Лена подняла на него полный отчаяния взгляд, пытаясь принять единственно правильное решение, но вопреки своему желанию, покачала головой.

- Значит, нет? – прошептал Тима, и Лена кивнула.

Он молча встал и вышел из кухни, не сказав больше ни слова, а Лена…Лена сидела, смотря ему вслед. Потому что она уже приняла единственное верное , как ей казалось, решение, а там, на небесах уже переворачивалась страница её жизни, в которой счастье оставалось позади.

Но её маленький ангел спешил к ней, спешил на крыльях, неся с собой своё волшебство…

Глава 6

Даша приоткрыла дверь, намеренно громко и долго гремя ключами, и вошла в квартиру. Первое, что бросилось ей в глаза – остатки ужина на столе и полумрак кухни. В квартире было тихо… Только непонятные всхлипы были слышны из-за стола. Даша вжала голову в плечи, опасаясь, что пришла совсем не вовремя, и уже сделала было шаг обратно к двери, как её пригвоздил к месту Ленин голос.

- Даш, ты? Он ушёл…

Это был даже не голос, а какой-то полустон-полухрип. Даша быстро подскочила к Лене, поднимая ту с пола, на котором она сидела и плакала.

- Лена, что случилось, расскажи, - прошептала Даша, чтобы хоть как-то скрыть боль за тихим голосом.

Лена замотала головой и ничего не ответила.

- Давай со стола уберём всё, а то…- Она не договорила. Новая волна рыданий сотрясла её тело и Лена закрыла лицо руками и расплакалась.

Даша закусила губу, чтобы не разрыдаться вместе с ней. Неужели всё это насмарку? Неужели всему конец? Ведь говорил же ей Михаил, что всё может измениться в течение нескольких часов. Да даже не часов, минут, а она не верила. Не хотела верить, наивно полагая, что люди сами творцы своих судеб, и каждый раз делают правильный выбор. Она горестно вдохнула, и её взгляд упал на календарь. Завтра двадцать шестое, а, значит, ещё не всё потеряно. И есть шанс, что Лена использует своё волшебство, которое сейчас было спрятано в Дашиной ладошке. А нет – так оно растворится в воздухе, став очередной звездой и присоединится к миллиардам звёзд на небе. Ведь – звёзды – это неиспользованные шансы, которые были даны людям ангелами.

На кухне послышались чертыхания Лены и звон разбитой посуды, и Даша выпрыгнула из постели и устремилась туда. Всё утро Лена ходила по квартире как лунатик, на вопросы Даши отвечала невпопад и Даша была сама не своя от беспокойства.

И вот теперь она помчалась на кухню, чтобы выяснить, что стало причиной шума и ругательств Лены.

Лена что-то усиленно искала в ноутбуке и на вошедшую Дашу не обратила ни капли внимания.

- Лен, случилось что-то?- позвала её Даша, но та не откликнулась. Дарья подошла к столу и встала за плечом Лены, чтобы видеть, что та делает в ноутбуке.

- Ты что, анкеты просматриваешь? – удивилась Даша, заметив несколько мужских фотографий.

- Да нет, ты что. Я Тимофея в социальных сетях ищу. Он к телефону не подходит, аська выключена, а где его ещё искать – ума не приложу.

Она замолчала минут на пять, что-то активно выискивая в компьютере, и по прошествии некоторого времени вскричала:

- Дашка, тащи телефон!

- Ну, быстрее ты, быстрее! – кричала Лена на ни в чём не повинного водителя едущей впереди машины, который так же, как и она, толкался в огромной пробке на подъезде к аэропорту. Она бросила быстрый взгляд на часы и побарабанила пальцами по рулю.

- Чёрт! Не успеем! Не успеем!

Поток двинулся, но уже через несколько метров остановился снова. Бросить машину прямо тут и бежать к аэропорту? Бред, тогда точно опоздания не миновать.

- Ох…мне поможет только волшебство, - простонала Лена и Даша встрепенулась.

Она окинула взглядом небо и посмотрела на Лену.

- Уверена? Про волшебство? – тихо произнесла она и Лена кивнула.

- Тогда езжай в аэропорт, я мигом.

Даша выскочила из машины и, игнорируя гудки начавших движение машин, понеслась через огромное поле к зданию аэропорта. Ноги проваливались в снег и она, отбежав на приличное расстояние, подпрыгнула в воздух и стала бесплотной. Она взлетала и взлетала вверх, пока не достигла нужной высоты. Через секунду в небе моргнул ослепительно яркий свет и с неба посыпались хлопья снега. Они летели и летели, угрожая никогда не закончиться, мгновенно покрывали машины толстым слоем снега, и каждая из них была величиной с монету.

Лена объехала несколько машин и припарковалась на стоянке у здания аэропорта, она вбежала внутрь и остановилась как вкопанная. Куда бежать? Где искать? Что сказать? А вдруг он скажет ей «нет»? Вдруг откажется от неё? Всё равно! Если есть хоть какой-то шанс вернуть всё назад, она не имеет никакого права его терять.

Даша осторожно спланировала вниз к автобусу, который привёз пассажиров к самолёту, и нашла среди них Тимофея. Он стоял возле двери, ожидая дальнейшего распоряжения относительно того, когда они улетят. Даша подлетела к его уху и прошептала:

- Прямо напротив входа, прямо напротив входа, - потом развернулась и улетела наверх. Потому что теперь оставалось только найти Лену и привести её к назначенному месту. А уж дальше они решат всё сами. На то им с самого рождения и дан выбор, который никто не вправе у них забирать.

Она нашла Лену довольно быстро. Та стояла недалеко от входа в аэропорт, плечи её были опущены, и вся фигура была какая-то сжавшаяся, словно на неё вдруг обрушилось что-то такое, что она не могла вынести. Как будто огромное горе сломило её.

- Лен, пойдём на улицу, хорошо? – подошла к ней Даша и, взяв за руку, повела к выходу. Лена покорно шла следом, медленно переставляя ноги, которые как будто налились свинцовой тяжестью. Она не представляла, что ей дальше делать. Как теперь быть? Ждать год? Да она готова была и на это, если бы только знала, что и через год она всё ещё будет нужна ему.

Она вышла на улицу и запрокинула лицо наверх. Снегопад стал не таким сильным, редкие снежинки попадали на лицо Лене, и ей казалось, что снег тёплый. Она сделала глубокий вдох и попыталась унять жар, разливающийся в груди. Лена говорила себе, что нужно просто забыть, пережить, перетерпеть…Но как можно забыть то, что стало твоей жизнью и воздухом? Разве можно просто убить это и всё? Разве можно по желанию стать холодной и сделать вид, что ничего не было? Конечно, нет…

- Поехали домой? – прохрипела он, смаргивая жгучие слёзы, и Даша покачала головой, высматривая кого-то в дверях аэропорта.

- Не сейчас, сейчас нужно просто ждать.

Тимофей стоял в автобусе, из которого никого не выпускали, ожидая дальнейших распоряжений о том, откладывать ли рейс. Ему послышалось, или кто-то в самом деле прошептал ему на ухо шесть слов? Он мотнул головой, прогоняя наваждение. Ему стало казаться, что Лена ждёт его возле входа в аэропорт. Но это бред – её не может здесь быть, просто не может.

Автобус стал медленно разворачиваться, вновь увозя пассажиров в сторону здания аэропорта и Тиму охватило отчаянное желание посмотреть, оправдаются ли его надежды. Едва автобус припарковался возле дверей в зал ожидания, как он протолкался к дверям и первый выбежал на улицу. Он бежал к выходу, уже чувствуя, зная, что она здесь рядом с ним и что она ждёт его.

Вот её тёмные волосы, её пальто, но только она не видит, что он рядом, что он мечтает быть с ней рядом.

- Лена? – неуверенно прошептал он, и на лице Даши расплылась довольная улыбка.

Лена медленно повернулась к нему, не в силах поверить в то, что она видела перед своими глазами и неуверенная улыбка коснулась её губ.

- Я…- она запнулась, не в силах говорить что-то дальше, - Я…В общем, если я всё ещё нужна тебе, если твоё предложение ещё в силе, я готова лететь с тобой.

- Ох, Лена…- прошептал Тима, накрывая её губы своими, потом прервал поцелуй и произнёс, - Какая же ты глупенькая и неуверенная…Моя глупышка.

Он снова завладел её губами, не давая запротестовать, потому что слова здесь были не нужны.

- Михаил? А ты почему здесь? – удивилась Даша, отрывая взгляд от целующихся Тимы и Лены и оглядываясь на подошедшего ангела.

- Я за тобой, - он взял её под локоть, словно она могла попытаться убежать.

- Но ведь ещё пять дней, - запротестовала она, борясь с жалостью от того, что придётся покинуть землю.

Михаил покачал головой.

- Твоё присутствие больше не нужно. У них всё будет хорошо. К тому же через сорок минут они улетят в Испанию, ты же не полетишь с ними?

Он слегка потянул её в сторону, и Даша вырвала руку.

- Но хоть попрощаться я могу?

Михаил покачал головой и махнул в воздухе рукой.

- Нет. Всё, они забыли о тебе. Они считают, что нашли друг друга сами.

Даша поджала губы, но Михаил настойчиво тянул её в сторону от аэропорта.

- Как думаешь, они будут счастливы? – прошептала она, борясь со слезами.

Михаил улыбнулся.

- Конечно, ведь, как известно, человек – это, прежде всего сделанный им выбор. Свой выбор они уже сделали и их выбор – быть счастливыми друг с другом.

Он говорил ещё что-то о том, как важно просто подумать, решить, что будет лучше для тебя и твоего любимого человека, но Даша почти не слушала его. Она была счастлива, самым простым человеческим счастьем. Ведь даже ангелы могут стать людьми...На время.

Эпилог

Даша летела по небу, переворачиваясь в воздухе, наслаждаясь каждой секундой полёта. Она летела с Михаилом, чтобы проведать свою первую подопечную, которую помнила до сих пор, хотя минуло уже более пяти лет, с тех пор как она выполнила свою миссию.

- Вниз, - коротко скомандовал Михаил, и Даша стала снижаться.

- Кажется, вон они, - сияя счастьем, проговорила Даша, завидев пару, прогуливающуюся по берегу. Впереди них бежал маленький мальчик, лет трёх.

Даша спустилась вниз и полетела рядом с Леной и Тимой. Они шли, держась за руки, и Лена положила руку на прилично округлившийся животик.

- Ух тыыы, - прошептала Даша Михаилу и Лена нахмурилась, словно поняла, что Даша рядом.

- Ну а ты как думала? – рассмеялся Михаил, - Ребята не теряют времени даром!

Он улетел вверх, а Даша осталась рядом, наслаждаясь минутами близости с Леной. Как же хорошо, когда от твоей помощи не отказываются, когда разрешают помочь. Потому что порой даже простое общение может стать своего рода волшебством. И Лена в своё время позволила своему ангелу сделать это. И хоть сейчас она не помнила об этом – Даша помнила всё.

- А ты знаешь, я придумала имя нашей дочери, - улыбнулась Лена, и Тима повернулся к ней.

- Здорово, расскажешь?

Лена кивнула.

- Конечно, я назову её Дарья, - сообщила она мужу и каждой частичкой души почувствовала, как её ангел рядом с ней, счастливо улыбнулся.

«Никто»

- Володь, трос получше натяни, эта сторона косит немного, - Михаил, махнул в правую сторону от большой четырёхместной палатки и Владимир – невысокий, коренастый мужичок, сноровисто начал подтягивать трос, выравнивая палатку.

Во влажном воздухе леса на Карельском перешейке пахло травами и сосновой смолой. Солнце садилось за горизонт, золотя верхушки многолетних сосен, и цикады начинали петь свои песни. От костра тянуло ароматным дымком, а рядом с мангалом из кирпичей лежали на блюде пара десятков шампуров с нанизанным на них мясом, которое ожидало, когда его начнут готовить на углях.

- Маш, гитару достань, - попросил Василий, расстилавший во второй палатке большое одеяло, которое должно было послужить матрасом, и светловолосая невысокая девушка кивнула головой и поспешила к большой куче рюкзаков и сумок, лежащих неподалёку.

Через несколько минут в воздухе растворились первые аккорды мелодии одной из самых известных песен, которые поются под гитару и Вася запел приятным баритоном, глядя куда-то на верхушки сосен, во время заката окрашенные оранжевым цветом.

«Изгиб гитары жёлтой, ты обнимаешь нежно,

Струна осколком эха, пронзит тугую высь,

Качнётся купол неба, большой и звёздно-снежный,

Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались».

Наконец, всё было готово, и все собрались за импровизированным столом, чтобы отметить встречу и начало очередной вылазки в леса Карельского перешейка. Они собирались таким составом каждое лето, и искали то, что интересовало немногих – а именно – следы самого страшного события – Войны. Именно так, с большой буквы и никак иначе.

- А помните Невский пятачок? – спросил Володя, под одобрительные возгласы своих друзей, и принимаясь за еду, - Как с ума сходили от обилия железок…

- Ты ещё лимонку хотел в карман джинсов засунуть задний, - хохотнула Маша, отпивая вино из пластикового стаканчика, - Так бы и ходил потом с половиной зада, - рассмеялась она, и её смех подхватили остальные.

- Ладно, ребят, с чего завтра начнём? – отсмеявшись, спросил Михаил, откладывая тарелку с едой и доставая из кармана куртки пачку сигарет, - К реке пойдём?

Он затянулся, выпуская вверх тонкую струйку дыма, и небрежно развалился, наслаждаясь тишиной, спокойствием и приятной компанией.

- Думаю, стоит сначала тут поискать, рядом, а потом успеем и к реке и до переправы дойти по нашему берегу.

Это был их первый, настолько далёкий от цивилизации маршрут, который они проложили сами для себя, чуть ли не большую часть зимы готовясь к этому походу. Казалось, что до них здесь не было никого, по крайней мере, несколько десятков лет уж точно. Машины были оставлены далеко позади, и девять путников, до предела нагруженные различным инвентарём, прошагали по лесу не один километр, прежде, чем решили остановиться на этой, по всем параметрам подходящей, лужайке.

- В общем, завтра копаем кругом нас, ну а дальше к реке углубляемся. Лимонки, гильзы, патроны, каски, - всё выкидываем, собираем только действительно интересные вещи.

Миша кивнул, вставая с бревна и потягиваясь – сказывалась усталость этого долгого дня, да и сам по себе насыщенный кислородом воздух, творил чудеса, зазывая в объятия Морфея.

- Давайте ложиться, - зевнула, прикрыв ладошкой рот, Маша, - Я уже просто отключаюсь.

Девушки, наскоро прибрав со стола, сполоснули металлическую посуду в небольшом ручейке, там же умылись и были готовы ко сну.

В таких походах о простых человеческих радостях приходится забыть, довольствуясь редкой возможностью помыться в ручье, но о таких досадных лишениях никто никогда не думает, потому что азарт от раскопок превышает все неудобства во сто крат.

Они называли себя Копатели, и очень гордились причастностью к некоему Братству. В нём ходили легенды о том, с чем встречалась та или иная группа Копателей, долгими зимними вечерами, друзья любили собираться, чтобы вспомнить все те приключения, с которыми им удавалось столкнуться летом. Это был уже своего рода уклад их бытия, жизненная философия, стезя, раз встав на которую, никогда с неё не сойдёшь.

Белая ночь властвовала над тишиной небольшого лагеря, и ничто не нарушало покоя спящих людей, кроме пения соловья. Казалось, что он выводит свои трели чуть ли не наверху палатки, настолько близкой была его песня.

Андрей потёр во сне лицо, проснувшись оттого, что что-то потревожило его чуткий сон. Он полежал так некоторое время, прислушиваясь, но больше ничего не нарушило тишину кругом. Андрей зевнул, раздумывая о том, стоит ли спать дальше, или встать, чтобы приготовить завтрак, разбудить товарищей и как можно раньше выйти на раскопки. Мысли о раскопках послали по телу приятную дрожь, и, казалось, что зуд сконцентрировался на самых кончиках пальцев. Андрей лежал так ещё некоторое время, как вдруг, звук шагов послышался чуть ли не у самого уха Андрея. Кто-то ходил по лагерю, причём ходил прямо возле палатки. Быстро поднявшись на ноги и стараясь не разбудить своих товарищей, Андрей выскользнул из-под одеяла и, схватив лежащие в небольшом тамбуре кроссовки, и, так же молниеносно надев их на ноги, вышел из палатки.

Здесь было довольно темно, хотя на востоке уже теплился рассвет, но, несмотря на то, что над природой уже властвовало жемчужно-серое утро, вокруг сгустился туман, и темнота окутала лагерь, находящийся под листвой деревьев. Мужчина прислушался, хлопая себя по карманам в надежде найти сигареты. Возможно, кто-то из девушек выходил из палатки и прошёл прямо рядом с палаткой мужчин. А теперь девушка спокойно легла досыпать до подъёма, окончательно лишив сна Андрея. Не найдя сигарет и чертыхнувшись в воздух, Андрей отошёл от лагеря, предварительно подхватив чайник, к нескольким канистрам питьевой воды, которые были сложены чуть поодаль. Он присел на корточки, наполняя чайник водой, и вдруг отчётливо услышал сзади себя шаги.

Позади него лес резко уходил вниз, образуя впадину, в которой и сгустился туман. Андрей резко обернулся на звук шагов, но никого не увидел, лишь только трава кое-где приминалась под чьим-то весом. Страх липкими щупальцами сжал горло, а по телу прошла дрожь ужаса. Он неоднократно слышал от Братьев Копателей, что они встречались в лесах с духами умерших солдат, но предпочитал думать, что всё это бред или выдумки. А тут он сам столкнулся с чем-то подобным. Шаги всё приближались, и мужчина судорожно пытался решить, стоит ли будить весь лагерь или подождать, что же будет дальше.

- Ты кто? – не зная, что ещё делать, спросил Андрей, с ужасом слушая приближение шагов.

«Кто-то» прошагал ещё немного и остановился в паре метров от мужчины.

- Никто, - послышался тихий женский голос и шаги стали удаляться.

А Андрей стоял так несколько минут, не в силах пошевелиться, пока шаги не стихли совсем.

В первый день копали совсем рядом, стараясь не отходить друг от друга далеко и постепенно расширяя зону поиска. Здесь были богатейшие залежи следов Войны, но, к сожалению, никакого интереса для Копателей они не представляли – бесчисленные лимонки, гильзы, каски, патроны, - всё это в изобилии было и в других местах, которые довелось посетить до этого, и тащиться несколько сотен километров для этого не хотелось.

- Андрюх, ты чего, как в воду опущенный? – невысокая брюнетка с короткой стрижкой, подошла к Андрею и протянула ему монетку, - Смотри, что нашла.

- Это ещё от финнов осталось, - парень повертел в руках монетку и отдал девушке, - Сам не знаю, Катюш, может просто воздух слишком свежий.

Девушка звонко рассмеялась и отошла на своё место, где увлечённо копала небольшой сапёрной лопаткой.

- Ребят, Андрюху к выхлопной трубе отнести надо, отдышаться. – Пошутила она, прежде, чем снова взяться за работу.

Андрей уже не слушал, что советовали остальные, вяло копаясь в земле, и попеременно отбрасывая в сторону ненужное железо. Перед глазами снова встала утренняя картина, когда он так отчётливо видел приминающуюся под ногами призрака траву, и память услужливо подбросила воспоминания о голосе девушки. Это сейчас, под ярким солнечным светом казалось, что всё не так страшно, а вот как он будет себя чувствовать, когда на землю снова спустятся сумерки, он не знал. Единственное, чего он хотел, это оказаться от этого места подальше. Решив пока не делать преждевременных выводов о том, с чем именно он столкнулся, Андрей снова принялся за работу, позволяя интересному занятию поглотить себя целиком.

Шаг, ещё шаг и ещё…Прямо с той стороны палатки, возле которой спал Андрей. Мужчина судорожно вцепился пальцами в плед, которым он был укрыт, и сглотнул, решая, стоит ли будить товарищей. А что если окажется, что это видит и слышит только он? Это было ещё страшнее, чем то, с чем ему довелось столкнуться.

Он осторожно выбрался из-под одеяла и так же осторожно обувшись, выскользнул из палатки. Остановился и прислушался, откуда донесутся шаги и, услышав шорох в том же месте, что и вчера. Кто-то явно был в том месте, где Андрей вчера видел, точнее, слышал призрака. Мужчина вгляделся в низину, снова с ужасом наблюдая, как кто-то идёт к нему.

Подчас страх настолько сильно сковывает всё тело, что становится невозможным пошевелиться. И, кажется, что если будешь стоять вот так и не двигаться, у тебя будет больше шансов на то, что тебя не заметят. Однако, было ясно одно: это или эта «никто» Андрея видит и надвигается в его сторону.

Мужчина стоял, ни жив, ни мёртв, судорожно припоминая всё, что он слышал о призраках и о вреде, который они могут нанести человеку. Но одно дело слушать байки, другое – столкнуться с этим лицом к лицу.

Шаги всё приближались, и парень уже было решил закричать, чтобы разбудить своих товарищей, когда «никто» замерла перед ним, и снова послышался голос девушки:

- Идём, пожалуйста.

Столько боли и мольбы было в этом голосе, что Андрей сделал шаг вперёд, а «никто» зашагала перед ним, приминая траву под своими невесомыми шагами. Они шли так минут двадцать, лес становился всё гуще, становясь кое-где и вовсе непролазным.

Когда Копатели приехали сюда, они решили довольствоваться участком возле небольшой лесной речки и соваться с раскопками в низину совершенно не собирались.

А сейчас Андрей сам, по собственной воле шёл сюда, да ещё и за каким-то призраком.

Не успел он подумать о том, что пора бы уже сворачивать назад, как нога его встала на что-то скользкое, поросшее высоким папоротником, и он почувствовал, что проваливается вниз, предварительно ломая собой прогнившие доски.

Темнота окутала его, подобно тому, как окутывает вода купальщика, мгновенно принимая в свои объятия, и Андрей некоторое время молчаливо озирался, вдыхая сырой, затхлый воздух. Похоже, он угодил прямиком в военный блиндаж, ну или, по крайней мере, в то, что от него осталось. Находка вполне ценная, особенно если учитывать возможность обнаружить здесь что-то более интересное, чем вездесущие гильзы, каски и лимонки, в изобилии находящиеся в лесах Карельского перешейка.

Мужчина прищурился, пытаясь разглядеть что-то, что находилось в углу блиндажа, совершенно позабыв о призраке, потому что азарт Копателя забурлил в крови, посылая по телу приятное возбуждение вкупе с предвкушением. Нужно было выбираться отсюда и пойти разбудить остальных, чтобы как можно быстрее начать исследование блиндажа.

Андрей подошёл к земляной насыпи, на которой болтались полусгнившие осклизлые доски, и попытался выбраться наверх, хватаясь руками за влажную землю, которая скользила под пальцами. Наконец, оказавшись наверху, он быстро зашагал назад, стараясь припоминать дорогу и уже представляя лица ребят, когда он расскажет им о том, что нашёл. Мысли о призраке вылетели из головы, будто их там и не было. Да, по сути, даже если бы и были, навряд ли он согласился бы поделиться ими с остальными.

Луч света выхватил из темноты пустые глазницы, невидяще смотревшие вперёд, и спустился ниже, проходясь по тому, что раньше было человеком.

- Ого, а девчонка-то отлично сохранилась, - присвистнул Владимир, подходя ближе к скелету и присаживаясь возле него на корточки. Фонарик прошёлся по полуистлевшей гимнастёрке, которая на удивление хорошо сохранилась, и выхватил из полумрака стоявшую рядом с ногами скелета медицинскую сумку.

- Ух, ты, - присвистнул Миша, подходя к Вове и устраиваясь рядом с ним, - А находка-то неплохая! – Он потёр ладони, всем своим видом говоря о том, что находится в чрезвычайном возбуждении и снова оглядел скелет. – Осторожно поднимем её на поверхность, а потом отвезём в Питер.

Они поднимали её на поверхность очень бережно, складывая на расстеленном неподалёку брезенте. Девушки тут же принялись очищать точно выбеленные кости, так замечательно сохранившиеся, несмотря на то, что прошло несколько десятков лет.

- Посмотрите, тут документы у неё даже есть! – воскликнула Маша, осторожно извлекая из нагрудного кармана удостоверение и раскрывая его. – Какая фамилия интересная, - хохотнула девушка, вчитываясь в идеально сохранившийся документ, - Никто Ольга Борисовна.

Андрей, как раз вылезший из блиндажа, замер на месте и вгляделся в то, что когда-то было человеком.

- Как ты сказала? Как её фамилия?

Маша озадаченно нахмурила брови и повторила:

- Её фамилия Никто, если, конечно, верить документам.

Она отложила документы в сторону, снова оглядывая находку, а Андрей ощутил, как новая порция страха окутывает его, не давая связно мыслить. Призрак именно этой девушки он слышал два дня подряд, когда она звала его за собой к этому блиндажу. С Андреем никогда не случалось ничего сверхъестественного, а байки о привидениях он считал просто глупостью, которой пытаются напугать друг друга Копатели, и вот с ним произошло нечто подобное. Единственное, на что он надеялся, что призрак оставит его в покое, получив то, что ему, точнее, ей, было нужно.

- Слушайте, а ведь это лучшая наша вылазка в леса! – чуть захмелевшая Юля отпила немного вина из стаканчика и взялась за тарелку с разложенной на ней нехитрой снедью.

Маша кивнула, поднимаясь на ноги и направляясь в сторону палатки.

- Точно, ещё ни разу так не везло!

Она приостановилась возле завёрнутого в брезент скелета и её отчего-то пробрала дрожь, как будто она ощутила на себе чей-то взгляд.

- Ребят, а когда мы это добро в город повезём, а? – повернулась она к остальным, почему- то ощущая, как липкий ужас охватывает её всю. Ей захотелось оказаться сейчас где угодно, только не здесь, чтобы только не было этого соседства с показавшейся страшной в ночи находкой.

- Может, уже завтра? – подал голос Андрей, который испытывал примерно такие же чувства, что и Маша. Ему казалось, что они делают что-то неверное, чего не должны были делать, и ещё Андрею чудилось, что кто-то наблюдает за ними в сгущающихся сумерках.

- Зачем завтра? – Миша встал с бревна, на котором сидел, и пьяно покачнулся. Он явно выпил немного лишнего. – Никто от нас уже явно никуда не уйдёт, а здесь мы можем найти ещё очень много всего интересного. Тем более, что и к реке мы ещё не ходили.

Андрей вытащил из кармана пачку сигарет и прикурил, раздумывая о том, как же ему выбраться отсюда.

- Слушайте, ну вот мы найдём ещё чего-нибудь, и как мы потом всё это повезём? И так под завязку сюда шли, а обратно тащить не меньше. Я могу завтра уехать, отвезти её в город, а потом вернуться, когда уже все возвращаться будем.

Миша снова покачнулся и перевёл взгляд на Андрея.

- А это идея! – поднял он вверх указательный палец, будто сам только что придумал её, - Так и поступим. А сейчас спать, сегодня встали рано, да и впечатлились сильно.

Костёр затушили, посуду убрали, и стали потихоньку разбредаться по палаткам. Только Андрей ещё некоторое время сидел и курил, изредка бросая на укутанный в брезент скелет взгляды, потому что ему казалось, что именно оттуда за ним и наблюдают.

Он не мог заснуть довольно долго, - сначала не давали спать соседи по палатке, которые всё никак не могли угомониться. Потом снова липкий страх, парализовавший всё тело, и лишь когда до рассвета оставалась пара часов, он смог, наконец, успокоиться и забыться тревожным сном, который больше забирал сил, чем давал. И снова, будто в полудрёме невесомые шаги, которые с каждой секундой становились всё отчётливее и приближались прямо к той стороне палатки, где он спал. Шаг, ещё шаг…Это было настолько страшно, что Андрей лежал несколько минут, не в силах пошевелиться и только мечтал о том, чтобы шаги, наконец, стихли. И когда возле его уха, прямо через брезент палатки раздался шёпот призрака, он подскочил на месте, хватаясь рукой за рот.

- Выходи, - прошептала девушка беспрекословным тоном, а Андрей почему-то повиновался ей, хотя то состояние безумного ужаса, в котором он пребывал, казалось, не должно было дать ему никакой возможности пошевелиться.

Он осторожно выбрался из палатки, уже не заботясь о том, чтобы надеть кроссовки и как был, в одних носках, которые тут же стали мокрыми от росы, направился в сторону низины. Ему представлялись самые страшные картины – начиная от полчища привидений, которые решили напасть на них и, заканчивая армией скелетов, готовых утащить их в одном им известном направлении.

Однако, ничего подобного не было. Всё те же шаги рядом и, ставший таким привычным, голос:

- Вы должны похоронить меня здесь.

Она произнесла это тихо и спокойно, абсолютно будничным тоном, от которого по телу Андрея побежали мурашки. Он вспомнил, как слышал от кого-то, что часто души умерших людей не могут обрести покоя, пока не будут похоронены. Вот только он никогда не задумывался, что сам когда-либо столкнётся с чем-нибудь подобным, да и сказать что-то призраку этой девушки он не мог. Потому что всё уже было решено – через пару часов он увезёт её останки в город, и её похоронят где-нибудь в совершенно ином месте.

Затянувшееся молчание, щедро сдобренное порцией страха, давило невыносимо, но Андрей не мог нарушить его, потому что не знал, что ответить ей. Первые алые мазки коснулись неба, и кто-то в палатке закашлял.

- Вы должны похоронить меня здесь, - снова раздался голос девушки и шаги стали удаляться.

Андрей постоял ещё некоторое время, ощущая, как оцепенение покидает его с каждым её удаляющимся шагом, а потом развернулся и пошёл в сторону лагеря. Зная, что через некоторое время он уедет отсюда и оставит всё это только в воспоминаниях. И эта мысль разлилась по телу приятным и спокойным теплом.

- Чёрт! – Андрей снова ругнулся, ударяя руками по капоту ни в чём не повинной машины, и сплёвывая на землю, - Что за чертовщина?!

Они с Машей, которая вызвалась помочь ему в перевозке, прошагали не один километр до машин, чтобы на протяжении двадцати минут безуспешно пытаться завести то одну, то другую.

- Может, аккумуляторы разрядились? – снова спросила Маша, которую не покидало ощущение, что за ними следят.

- Я же говорил, я запасной поставил и проверил и там, и там. Не заводится!

Он снова сплюнул на землю, и взгляд его упал на завёрнутый в брезент скелет медицинской сестры. А что если это её рук дело и они не смогут выехать отсюда, пока не выполнят её «просьбу»?

- Давай-ка возвращаться, - тихо проговорил Андрей Маше и она тут же согласно кивнула.

Ей нестерпимо захотелось поскорее выбраться обратно к остальным, чтобы только это ужасающее ощущение, что кто-то или что-то, помимо них есть в лесу, наконец, оставило её.

Они снова подняли свою ношу и пошагали обратно к лагерю, по пути не сказав друг другу ни слова. Теперь придётся вызывать кого-то из города, чтобы им помогли выбраться из этой глуши. И как скоро за ними приедут, оставалось только гадать.

Новость о том, что им самостоятельно не выбраться отсюда, в лагере встретили как норму, правда, приправленную небольшой долей скептицизма со стороны отдельных участников группы.

- Да не может такого быть, - Миша, работающий автомехаником, почесал в затылке и присвистнул. Пару дней постоять лошадкам ничего не стоит…Но чтобы две сразу отказались…

Андрей развёл руками.

- Я запасной аккумулятор и туда, и туда ставил, пробовал завести. Ни в какую.

- Завтра попробую сходить разобраться, что к чему, - Миша вернулся к небольшому участку леса, который как раз обследовал на предмет наличия чего-нибудь интересного при помощи металлоискателя. – А пока можно Павловскому позвонить, пусть, если что, готов будет.

Андрей вынул мобильный из кармана, зарядка на котором поддерживалась при помощи большого аккумулятора, на использовании которого в походе настоял Володя, и нажал кнопку включения аппарата.

- Ничего не понимаю, - пробормотал он, безуспешно пытаясь включить мобильный, - Не включается!

Миша отбросил лопатку и подошёл к Андрею, вытирая руки прямо об себя и забирая телефон.

- Давно заряжал? – озадаченно произнёс он, не понимая, что случилось с телефоном друга.

- Да вот только утром с аккумулятора снял, - ответил Андрей, ощущая, как всё внутри снова холодеет от страха.

Через полчаса выяснилось, что ни один мобильный не работает, просто отказываясь включаться. Володя откинул прочь лопатку, начиная нервничать из-за создавшейся ситуации; если всё так плохо, как он себе это представляет, кому-то из них придётся прошагать назад несколько десятков километров, чтобы потом каким-то образом добраться до ближайшей деревеньки и оттуда попробовать вызвать подмогу.

- Что будем делать? – озадаченная Юля подошла к остальным, чтобы обсудить то, что делать дальше.

- Думаю, что завтра с утра Миша, Андрей и я пойдём к машинам. Миша попробует устранить неисправность и если у него это не получится, значит, он возвращается назад, а мы идём вызывать подмогу.

- А мне можно с вами? – подала голос Маша, которой хотелось поскорее очутиться вне этого леса. – Я даже слова не скажу, что устала, обещаю.

Володя скептически оглядел хрупкую на вид девушку, но решительно кивнул.

- Хорошо, но выйти надо будет очень рано. А сейчас заканчиваем работу и начинаем готовиться к завтрашнему походу – путь предстоит неблизкий.

К моменту сборов группа разрослась и теперь представляла из себя отряд из шести человек. К Мише, Андрею, Маше и Вове присоединились Юля и будущий археолог- студент Костя. Они быстро и умело собрали всё необходимое в дорогу и теперь расселись вокруг костра, чтобы обсудить то, что было на повестке дня – невозможность покинуть это место так быстро, как они рассчитывали. Порой кто-то из них бросал на лежащий неподалёку скелет задумчивые взгляды и про себя вспоминал всё то, что знал о такого рода случаях, но сейчас все были настолько поглощены случившимся, что никто не спешил делиться своими мыслями.

Андрей, сидя напротив приунывшей Маши, судорожно глотал дым от наполовину скуренной сигареты, стараясь унять отчаянно колотившееся сердце. Приближалась ночь, а это значит, что почти точно он снова услышит голос той, что так отчаянно не давала им покинуть это место. Ему даже пришла в голову идея не ложиться спать, и рассказать кому-то о том, что именно он слышал, вот только по сути, оставалось дотерпеть несколько часов до того момента, как они выберутся отсюда.

Лагерь погрузился в темноту и тишину – в то, чего так боялся Андрей, лежащий в палатке и каждую секунду ожидающий того, что вот-вот он услышит голос девушки. Текли минуты, приближая его к тому моменту, когда он, наконец, окажется на свободе, ночь постепенно сменилась серым утром, которое принесло с собой преддверие грозы. И, несмотря на ожидание, в этот раз никто не подошёл к их лагерю. Мужчина выдохнул, забываясь коротким и беспокойным сном. Похоже, эта Никто смирилась с тем, что её останки увезут в Санкт-Петербург и предадут земле, как полагается. Она-то смирилась, а вот погода, похоже, восстала против них – иначе и назвать было нельзя ту стихию, которая обрушилась на крошечный лагерь. Сначала загромыхало на востоке, воздух стал разряженным и пропитанным озоном, самым верным предвестником грозы, а следом стало лить, как из ведра.

Пришлось выскакивать из палаток и накрывать их полиэтиленом, а самим прятаться внутри, чтобы переждать дождь. О горячей пище пришлось и вовсе забыть. Время шло, а дождь всё лил и лил, и казалось, что конца и края не будет этому водопаду, обрушившемуся с небес. А когда дождь стал стихать, и на смену ему выглянуло солнце, на часах было уже три часа дня.

- Ну, что, ребят, поход переносим пока? – весело блеснув глазами, спросил Володя, выбираясь из палатки и любуясь, как солнце играет бликами в каплях воды на листве.

- Нет-нет, - запротестовал Андрей, - Сейчас всего три часа, ночи сейчас белые, если сейчас выйдем, к ночи как раз доберёмся до населённого пункта, а там к утру уже и помощь прибудет. Вова окинул взглядом остальных участников похода. Кто-то пожимал плечами, потому что не видел смысла в спешке, а вот Андрей и Маша, похоже, мечтали поскорее выбраться отсюда.

- Лады, берём вещи и в путь, - скомандовал Вова, и Андрей, облегчённо выдохнув, побежал к палатке за рюкзаком.

С каждым пройденным километром Андрею становилось всё спокойнее, потому что теперь всё случившееся казалось просто дурным сном, и он даже посмеивался сам над собой и над тем страхом, который ему довелось испытать.

Они шагали бодро, уже через несколько часов достигнув машин и остановившись возле них с намерением тут же продолжить путь, если и в этот раз они не заведутся.

- Да что ж такое-то? – по прошествии получаса вскричал Миша, искренне недоумевая, отчего вдруг железные кони решили так не вовремя взбрыкнуть.

- Никак? – поинтересовался Андрей, которого снова начинало охватывать нетерпение, вперемежку со страхом, потому что сейчас он опять ощущал, что за ними следят.

- Да не пойму, что ж это такое, - Миша сплюнул на землю и вытер ладони о куртку.

- Тогда пойдёмте, что время зря терять? – Маша снова закинула за спину небольшой рюкзачок и направилась по тропке вперёд, - Только я отойду одна, не торопитесь особо.

Она подмигнула оставшимся ребятам и направилась вперёд и влево, шагая к небольшой поляне, чудом не заросшей кустами и деревьями.

- Если сейчас поторопимся, часам к двенадцати на шоссе выйдем, а там, может, и попутку поймаем, - задумчиво проговорил Вова, глядя на то, как Миша продолжает копаться в капоте машины, - Миш, кончай ты это дело. Ты с нами, или вернёшься?

Миша разогнулся, снова сплёвывая на землю, и перевёл взгляд с одной машины на другую.

- Да я ещё повожусь, а вы идите, я потом вернусь к лаге…

Он не успел договорить, когда слева впереди прогремел взрыв, а следом раздался душераздирающий крик Маши.

Несколько секунд все стояли молча, как будто приклеенные к земле, а потом сорвались с места и побежали в ту сторону, откуда раздавались крики.

Маша сидела на полянке, обеими ладонями прикрывая окровавленные ноги, которые посекло осколками от взорвавшейся мины.

- На «лягушку», кажется, наступила, - она старалась держаться молодцом, хотя по её бледному виду и капелькам пота, выступившим на лбу, можно было сказать, что ей очень больно.

- Машка, ты чего это так? – Юля присела рядом, стараясь не показать подруге, как ей страшно.

- Не знаю, зацепилась за что-то, а потом рвануло.

Вова тоже присел рядом и оглядел ноги Маши.

- Не сильно посекло. Мина, похоже, вмёрзшая была, всё внутрь ушло.

- Сильно, не сильно, а помощь срочно нужна, - Миша отошёл на несколько шагов и вынул мобильный. – Попробую ещё раз включить, может, сработает.

- Миш, ты бы поаккуратнее, - вдруг разогнулся Вова, только сейчас вспоминая о безопасности, - Может, тут этих «лягушек» целое болото.

И словно в ответ на его слова, что-то под ногой Миши щёлкнуло и мужчина замер.

- Епёна меть! – воскликнул Андрей, хватаясь за голову. Если это было то, что он подумал, то Миша только что встал на мину, и стоило ему сделать с неё шаг, как она сдетонирует и Мише конец, - Стой на месте и не двигайся, - скомандовал он, тоже замирая на месте. Остальных это тоже касается.

А потом раздался её голос. Голос той, про которую Андрей уже успел забыть, но которая неизменно была рядом с ними.

- Я же просила.

Все заозирались кругом, пытаясь понять, чей это голос, а Андрей сделал глубокий вдох. Это был просто кошмар наяву, и он мечтал открыть глаза и понять, что это всего лишь сон.

- Бабонька пусть на месте остаётся, а мужичонка в сером пусть так и стоит. Остальных выведу, если похороните меня, как я просила.

Юлька издала какой-то вскрик, больше похожий на писк и дёрнулась было в сторону, но Вова схватил её за руку, понимая, что к чему.

- Кого она просила? – раздался над поляной его голос, и Андрей взглянул на друга.

- Меня.

- Хорошо, Ольга Борисовна, мы выполним вашу просьбу.

Она не ответила, только трава стала приминаться под её шагами, а следом за ней зашагали Копатели. Потому что минное поле – самый страшный враг, - страшнее любого призрака. Обратно шли молча, Юлю трясло, и она с трудом сдерживала рыдания, которые от ужаса рвались из её груди, а остальные просто молчали, не зная, что сказать.

Хоронили останки тоже просто и без изысков, наскоро выкопав сапёрными лопатками неглубокую могилу. И каждую секунду все ощущали присутствие призрака рядом с ними. И когда на могилку была брошена последняя горсть земли, все снова услышали голос Никто.

- Мужичонка пусть сходит с места, нет под ним никакой мины. И бабоньку выносите – там больше мин нет.

И всё…

Всё затихло, только рыдания Юли, наконец, нашли выход, и она забилась в истерике, оседая на землю.

Собирались быстро, бросив на месте почти всё, кроме самого ценного и уже через полчаса быстро шли по дороге к машинам, торопясь покинуть это гиблое место. Вечер разливался по лесу, золотя верхушки сосен и играя бликами на мокрой листве, в воздухе пахло смолой и травами, а в ветвях пели соловьи…И к ним внезапно присоединилась трель мобильного, а потом ещё одного и ещё одного.

Вечер разливался по лесу, окутывая собой всё вокруг и ложась мягким покрывалом на холмик на могиле медсестры, которая пожелала остаться неизвестной. А живые уходили прочь, чтобы продолжать жить, зная, что их жизнь никогда больше не будет прежней...

«Я не могу уйти»

Смерть не разбирается, кто перед ней, - дряхлый старик или молодой парень. Вот только иногда бывает так, что и после смерти нельзя уйти, потому что знаешь, что кто-то любимый в опасности.

Ночь. Чёрная и безмолвная. Я ненавижу её, зная каждое утро, что через несколько часов она снова придёт, и будет властвовать не только над природой, но и над моим сердцем.

Ночь…А ведь когда-то я любила её, лёжа в объятиях обожаемого мною мужчины, который дарил мне тепло и ласку своих сердца и тела.

Образ Ромы в который раз встал перед моими глазами, и их тут же заволокло пеленой слёз, а я перевела взгляд на фотографию счастливой пары, которая неспешно шла по берегу Средиземного моря. Я и Рома, - такого счастья уже не будет никогда.

«Маш, ты чего там зависла?» - настойчивое «о-оу» вырвало меня из воспоминаний о любимом. Это моя подруга Вера, обеспокоившись моим молчанием, написала мне сообщение в асе.

С некоторых пор это стало нашей традицией, - досиживать в ICQ почти до утра, чуть ли не засыпая у ноутбука. Мне это было необходимо, - после смерти Ромы я не могла жить нормально. Просто существовала и всё, плавно переходя из одного дня в другой, не зная ни времени, ни дат, ни того, что происходит кругом. Всё это мне стало вдруг неинтересным. В моём мире существовали только Вера и аська, и больше ничего. Работа, друзья, родные, - всё это проходило стороной, и мне было абсолютно неважно всё, что происходило вне моего мирка.

«Я в порядке, немного задумалась и всё»

«Понятно»

Вера понимала всё, вплоть до того, кому именно принадлежат сейчас мои мысли. И она была права, не расспрашивая ни о чём и не пытаясь, как это называется? Ах, да! Вернуть меня к жизни. Просто потому, что вернуть к жизни меня было невозможно, - моя жизнь ушла от меня два месяца назад, в тот момент, когда перестало биться сердце Ромы.

«Ладно, давай спать, уже два часа ночи»

Мне действительно хотелось лечь спать, потому что я знала, что я лягу в кровать, и меня накроет волной рыданий. Так какая разница, произойдёт это раньше или позже?

«Уверена?»

«Абсолютно»

«Тогда спокойной ночи» И смайл с поцелуем. Таким я всегда прощалась с Ромой.

«Спокойной ночи, спасибо тебе»

Ромашка Вериной аси стала красного цвета, а я ещё некоторое время сидела с ноутбуком на коленях, глядя на список ников. Несколько человек были он-лайн, но мне не хотелось узнать, например, как у них дела. Мне это было неинтересно.

Отложив компьютер на диван, я направилась в кухню, чтобы приготовить себе очередную чашку кофе. С некоторых пор именно кофе составлял основу моего рациона, и я даже сейчас не могла вспомнить, когда именно в последний раз я ела.

В квартире царил полный хаос, - неубранная посуда, разбросанные вещи, а ещё фотографии, - мои и Ромы. Везде, где это только возможно.

Я сполоснула внушительную чашку и быстро насыпала в неё кофе, добавила сахар, и вот мой ночной перекус был готов. Вернувшись к дивану, я присела рядом с ноутбуком и поставила чашку на столик.

«Тук-тук-тук»

Слабая улыбка коснулась моих губ. Это явно Вера, которая решила ещё раз заглянуть в асю, чтобы удостовериться, что со мной всё хорошо.

Я легла на диван и подтащила ноут к себе на колени.

«О-оу»

Ну, конечно, точно она. Больше некому писать мне сообщения, потому что для остальных я здесь в режиме «невидимка».

«Привет, малыш!»

Чёрт…

Чёрт, чёрт, чёрт!!!

Ромашка Ромы была зелёного цвета, и в его окошке и висели эти два слова. Так здоровался со мной только он.

Я вдруг поняла, что моё тело бьёт крупной дрожью. Руки, которые сами собой потянулись к чашке с кофе, тряслись так, что я оставила глупую затею взять чашку в ладони. А вот мысли разлетелись в разные стороны, не желая течь в правильном русле. Хоровод воспоминаний пронёсся перед глазами.

Вот окровавленная голова Ромы на моих коленях и полный ступор оттого, что я не знаю, что делать. Глухая подворотня, его нелепое желание защитить кого-то от чего-то и как результат – время смерти примерно 23.00

Похороны…Какие-то венки, чёрный цвет, соболезнования…Я помню всё это урывками, потому что мне не нужны эти воспоминания. Какой смысл помнить, как хоронят любимого, если ты уже сам решил для себя, что следующим станешь ты? И только проклятый страх перед тем, встретимся ли мы в том мире, удерживал меня от этого шага, которым и окончилась бы моя земная жизнь. Страх, да ещё ася и Вера.

«Малыш?»

Я вздрогнула, переводя взгляд на экран.

«Кто ты?»

«Рома»

Злая шутка, очень злая, особенно если учесть, что именно я чувствовала все эти дни личного ада.

«Пошли вы все к чёрту! Ненавижу! Не смешно!»

Возле его значка загорелись два слова «Рома печатает», но мне уже было всё равно, - я со злостью и мрачным удовлетворением нажала кнопку отключения ноутбука.

Сердито захлопнув крышку, и положив компьютер на пол у дивана, я легла и прикрыла глаза. Чёртовы шутники…Мне и так было несладко, а тут ещё эта глупая шутка. Не хочу ни о чём думать, ни о чём и ни о ком. Есть только я и Рома.

Тёплые волны ласкали босые ступни, мягко обволакивая их приятными прикосновениями. Рука в руке, солнце, песчаный пляж, пальмы.

- Малыш, - Рома развернул меня лицом к себе и обнял за талию, а я чуть отклонилась назад, придерживая рукой шляпку на голове, чтобы она не упала, - Ты станешь моей женой?

Он покраснел и, всё ещё придерживая меня за талию одной рукой, вторую засунул в карман белых льняных брюк, которые сейчас были закатаны до колен и вынул оттуда коробочку с кольцом.

Его руки дрожали мелкой дрожью и, вытаскивая колечко, Рома уронил его в воду. А потом мы долго искали его вместе, ползая в воде прямо в одежде, и отчего-то весело смеясь, ведь дело было не в кольце. Дело было в тех словах, что он сказал мне несколько минут назад. А потом я подняла вверх руку с зажатым в пальцах колечком и прокричала две буквы «ДА», а Рома схватил меня в объятия, повалив на песок и целовал, долго и нежно, игнорируя всех, кто ходил в это время мимо нас.

Я поморщилась, приоткрывая глаза от бьющего в окно солнца. Неужели, мне удалось уснуть вчера, и я смогла проспать несколько часов подряд? Рядом с диваном всё ещё стояла чашка с теперь уже остывшим кофе, а на полу возле дивана сиротливо лежал ноутбук.

10.00 утра. Забавно! Восемь часов тихого и спокойного сна, чего со мной не было уже очень давно.

Я встала с дивана и прошла в сторону кухни, стараясь игнорировать настойчивое желание раскрыть ноутбук и прочитать сообщение, которое пришло от лже-Ромы в офф-лайн. Новая порция кофе показалась какой-то отвратительной. Я только сейчас поняла, что не хочу пить кофе, а ещё, что я ненавижу его вкус, который раньше почти не ощущала.

В груди моей теплилась надежда, надежда на то, что он всё же жив, что это всё не мерзкая шутка. Она расцвела в душе, давая силы жить и хотеть чего-то большего, чем добровольное заточение в четырёх стенах своей квартиры.

Кофе был отставлен в сторону, а я направилась обратно в комнату, чтобы включить ноут.

«Малыш, пожалуйста, будь ночью он-лайн, нам нужно поговорить»

Его ромашка была красной, но он оставил мне это послание. Значит…жив?!

Я закусила губу, стараясь сдержать рыдания, которые прорывались сквозь сжатые зубы. Но это были слёзы облегчения. Он жив, я нужна ему, он придёт через несколько часов. Пусть всего лишь в асю, но придёт!

Я стёрла с лица несколько слезинок и пошла в душ. Хотелось выйти на улицу, посмотреть, что происходит вокруг, посмотреть на людей.

Был тёплый солнечный день и я проболталась в парке несколько часов, стараясь убить время, которое так мучительно медленно текло в ожидании того момента, когда я вернусь домой и выйду он-лайн. Всё опять проходило мимо меня – люди, детский смех, бабульки на лавочках, качели в парке, - было только одно желание, чтобы время бежало быстрее.

И вот очередная ночь, но только теперь я не боялась её и ждала с нетерпением, потому что знала, что встречусь с Ромой.

Разговор с Верой был каким-то отрывистым. Подруга чувствовала моё нетерпение, а я всё время гипнотизировала ромашку рядом с ником любимого, чтобы она стала зелёного цвета.

«Тук-тук-тук»

Рома он-лайн.

Дрожь охватила всё моё тело, которое стало ходить ходуном. Он здесь, рядом, а я, как дурочка, боюсь написать ему даже простое «привет».

«Привет, малыш. Спасибо, что ты пришла»

«Привет…Я не верю»

Я действительно не верила. Точнее, верила и не верила одновременно, настолько абсурдным и желанным было всё происходящее вокруг.

«Понимаю, поэтому готов попробовать сделать так, чтобы ты поверила»

Молчание, а потом: «Рома печатает». Как же я люблю эти два слова!

Десять минут, а потом то сообщение, которое вызвало у меня только рыдания.

«Малыш, помнишь ту полянку в лесу на пикнике, на которой мы занимались любовью, а ты всё время боялась, что нас кто-нибудь обнаружит там? Ты была такая смешная и самая любимая на свете девочка. А ещё, помнишь, как я сделал тебе предложение в Рождество, когда мы отдыхали в Египте? Я ещё уронил кольцо и мы вместе искали его, а потом ты дразнилась, что словом «да» ты не ответила на моё предложение, а просто обозначила то, что нашла колечко?»

Я зарыдала. Сильно, горько-сладко, радостно. Это могли знать только два человека – я и Рома, а значит, это действительно он.

Сознание отключило все картины, связанные со смертью и похоронами Ромки. Их просто не стало в моей жизни, - осталось только вот это общение, и понимание, что Рома рядом. А большего пока мне было и не нужно.

«Конечно, помню, родной. Я всё помню!»

«Малыш, девочка моя, послушай…Ты должна жить дальше, ты должна начать кушать и спать нормально. Я очень прошу тебя»

Но меня не интересовало всё то, что он говорил. Мне хотелось только прикоснуться к нему, положить голову ему на грудь и успокоиться. И знать, что он рядом, - большего мне было не нужно.

«Когда ты вернёшься ко мне?»

Молчание. Минут пять. А потом: «Рома печатает»

«Никогда, моя девочка. К сожалению, это невозможно».

Я закусила губу, пытаясь подавить новую волну рыданий. Вот так просто он забрал у меня крошечную надежду на то, что я когда-либо его увижу.

«Почему? Ты нужен мне!»

«Знаю, малыш. Я люблю тебя. Но не могу быть рядом»

Снова молчание, только теперь мне нечего было ему сказать. Я даже поймала себя на мысли, что зла на то, что он на целые сутки вернул меня к жизни. Он не имел права этого делать, если знал, что он не придёт. Стерев злую слезинку, я напечатала ответ:

«Как так вышло, что ты жив?»

Рома молчал долго. Очевидно собираясь с мыслями, как сообщить мне ту несусветную чушь, которую написал минут через десять.

«Я не жив, Марусь. Я умер»

Из моей груди вырвался хриплый смех. Значит, шутка. Глупая и жестокая шутка кого-то из друзей. Может, они решили, что таким образом смогут вернуть меня к жизни? С языка рвались только маты, которые измученный мозг выдавал целыми порциями. Я отпихнула ноутбук с колен, и он приземлился на пол, а установившаяся в комнате темнота дала понять мне, что экран, скорее всего, разбился. Ну и ладно! Мне было абсолютно всё равно на это обстоятельство. Именно сейчас я приняла решение, что не хочу больше жить.

Встав с дивана, я направилась на кухню и вытащила из стола большой и острый резак. Конечно, для того, чтобы вскрыть себе вены больше бы подошла бритва, но её не было в моём распоряжении. Набрав в ванну горячей воды, я отключила свет везде, и теперь помещение ванной комнаты освещалось только за счёт большой свечи, стоящей на полочке рядом с шампунями. По стенам были разбросаны причудливые тени, а ещё кругом была тишина, которая так точно передавала моё внутреннее состояние. Я залезла в ванну прямо в одежде – маленьких шортиках и майке. Не всё ли равно, в чём именно найдут меня позже?

Подняв руку наверх, я полоснула себя по запястью ножом.Чёрт! Было больно! Из раны капала кровь, окрашивая воду в ванне в алый цвет, а мне почему-то стало удивительно уютно и спокойно. А ещё на меня накатила такая усталость, что мне хотелось только одного, - закрыть глаза и спать, спать, спать. Лучше всего вечным сном. Сквозь охватившую меня дрёму мне послышалось, что кто-то будто бы открывает входную дверь. Какие интересные галлюцинации. Ключ был только у меня и ещё у мамы, но она сейчас была в другом городе. А ещё ключ был у Ромы.

Тонкая полоска света, выбивающаяся из-под двери в ванную комнату, возвестила мне о том, что в квартире действительно кто-то есть. Вот только новость эта меня совсем не обрадовала, даже умереть спокойно не дадут.

- Малыш! – дверь в ванную распахнулась, и на пороге застыл…Рома.

Такой любимый, родной и такой нереальный. Как будто и не должно быть его в этом мире.

Я слабо улыбнулась ему и протянула руки. Если это моя смерть, я готова принять её беспрекословно, главное, чтобы Рома был рядом.

- Дурочка моя, - он наклонился над ванной и легко подхватил меня на руки, вынося из ванной комнаты.

А я смотрела и не могла насмотреться на его черты, которые так отчётливо помнила всё это время. Рома был каким-то нереальным, мерцающим и светлым. А я уговаривала себя, что всё это мне кажется, потому что я так много всего перенесла за последнее время.

Он положил меня на диван и подошёл к комоду, чтобы вытащить из него большое полотенце, которым принялся вытирать меня. А потом он забинтовал мне порезанную руку и быстро стянул намокшую одежду. И это было так закономерно и нормально, что ли.

Его ласковые руки чуть задержались на моём обнажённом животе, нежно поглаживая его, а я отдалась на волю его прикосновений. Это было какое-то странное чувство, как будто по телу проходили лёгкие дуновения нежного и прохладного ветерка. И они были так приятны.

- Одевайся, Марусь, - он протянул мне одежду, и я принялась поспешно натягивать её на себя. Очевидно, он хочет, чтобы мы с ним пошли куда-то вместе.

- Мы куда-то уходим? – голос вырвался из груди хриплым карканьем, но Рома только улыбнулся в ответ. Печальной и в то же время радостной улыбкой.

- Нет, - он покачал головой и подошёл ко мне вплотную, глядя своими удивительно синими глазами прямо в душу. – У меня была только одна возможность увидеть тебя, и я хотел использовать её чуть позже, когда родится малыш, - Рома положил руку мне на живот, и я вздрогнула.

«Малыш?!»

- Но это ничего, моя любимая, ничего. Я верю, что у вас всё будет хорошо. – Он помолчал ещё немного и добавил, - А теперь мне нужно уйти. Скоро приедут врачи, езжай, пожалуйста, с ними, они позаботятся о тебе.

Я стояла, не в силах пошевелиться от того, что только что услышала.

Рома рядом, ребёнок, самоубийство, которого на самом деле не произошло, врачи, его слова, что он должен уйти.

- Ты ведь ненастоящий? – выдавила я из себя, глядя в любимые синие глаза.

- В какой-то степени, да.

- Призрак?

- Назовём это так, - он снова улыбнулся и, нагнувшись к моим губам, коснулся их невесомым поцелуем, - Мне пора, малыш.

Его рука снова ненадолго легла на мой живот, а потом он отошёл и повернулся только стоя в дверном проёме. На губах его играла лёгкая улыбка, от которой появлялись ямочки на щеках. Та улыбка, которую я так любила.

- Назови его, пожалуйста, Русланом.

И он исчез.

Через несколько минут квартира наполнилась какими-то голосами, людьми, вопросами. Кто-то что-то спрашивал у меня, обращался к кому-то, а я стояла и смотрела на то место, где мне была подарена последняя улыбка Ромы.

- И, потужились ещё чуток, - полная акушерка, стоящая прямо напротив меня, ласково посмотрела на меня и кивнула врачу, - Ну давай, моя хорошая.

А через пару минут родильный зал наполнился криками моего сынишки. Моего и Ромы.

- Ну, мамуля, посмотри, кто тут у нас! – акушерка положила ребёнка мне на живот и я с удовольствием ощутила его горячую тяжесть. Он был таким складненьким и таким крошечным. А потом он взглянул на меня широко распахнутыми глазами синего цвета. И в этот миг улыбка коснулась моих пересохших губ, потому что показалось, что в родильном зале стало светлее. И я знала, что Рома не просто верит в то, что теперь у меня и Руслана всё будет хорошо. В этот миг я поняла, что он это просто знает…

«Выхода нет»

Дэвиду Остину снился сон. Каждую ночь один и тот же, - пугающе-непонятный и страшный. В последнее время этот сон стал настолько ярким, что часто Дэвид, проснувшись, не мог понять, является ли окружающая обстановка реальностью. Или же это продолжение сна.

Он шёл по тёмному скверу, ступая по одной-единственной тропинке. С обеих сторон от него стояли стеной высокие деревья, сквозь кроны которых едва пробивался молочно-белый лунный свет. Тишина вокруг давила так невыносимо, что, казалось, способна была свести с ума. Иногда она прерывалась далёким и приглушённым смехом ребёнка, раздающимся где-то позади. Но Дэвид знал, что ему нельзя оборачиваться, потому что совсем скоро сзади раздадутся невесомые шаги и зазвучит её голос.

Он шёл и шёл, глядя только вперёд, стремясь поскорее достигнуть озера, которым и закончится его первая часть сновидения. Но с отчаянием понимал, что не может идти быстрее. Чем больше усилий он прикладывал к тому, чтобы ускорить шаги, тем плотнее становился воздух вокруг, который не давал ему этого сделать.

Дэвиду не хотелось снова слышать голос этой женщины, он боялся его, словно он мог хоть как-то ему повредить. Мужчина даже пытался проснуться до того, как он зазвучит сзади, но ещё ни разу это ему не удавалось.

- Не оборачивайся, - наконец, зашипела сзади невидимая женщина, и Дэвид вздрогнул, продолжая идти дальше. – Ты будешь наказан. Будешь наказан!

Он нервно сглотнул, чувствуя, как по спине его проходит холодок, и снова услышал сзади её шаги. Она не предпринимала попыток как-то навредить ему, просто шла позади него, изредка шипя слова о наказании. И вот оно – озеро, до него остаётся всего несколько шагов, а дальше он снова окажется в метро, едва ему стоит взглянуть в зеркальную поверхность воды.

Дэвид достиг берега, на котором то тут, то там валялись погремушки и пинетки, и, по обыкновению, обернулся, глядя на сплошную чёрную стену из деревьев. Он знал, что увидит там – белоснежный силуэт женщины, одетой в длинное платье, которая будет возвращаться назад. Чтобы завтра ночью снова встретить его на этой дорожке и зашагать следом. Женщина исчезла, и Дэвид отвернулся и опустился на колени возле воды. Сейчас нужно только взглянуть на своё отражение и перенестись отсюда. Он медленно наклонил лицо к воде, вглядываясь в еле приметное отражение, и оказался на одной из станций Лондонского метрополитена. Прямо перед ним темнел своей ступенчатой лентой бездвижный эскалатор, а люди кругом спешили по своим делам, будто бы совершенно его не замечая. Они легко шагали по эскалатору вверх, словно так и должно было быть, и неработающий в час-пик эскалатор в метро, - это норма. Дэвид вздохнул, заранее зная, что будет происходить дальше и начал медленно подниматься вверх. Радовало только одно: до окончания сновидения осталось совсем недолго.

Дэвид сошёл с эскалатора и прошёл в сторону дверей, на которых красовались буквы, въевшиеся в его память. «Выхода нет» гласила надпись. Он постоял некоторое время, разглядывая слова, как будто ожидал, что что-то изменится, но всё так и оставалось на своих местах. Надпись, двери, спешащие куда-то пассажиры метро…

Он развернулся и стал спускаться по эскалатору вниз, игнорируя спешащих наверх людей. Теперь оставался заключительный этап, и он пугал Дэвида больше всего. Даже больше того голоса, что он слышал в лесу.

Мужчина остановился на перроне, вглядываясь в тоннель и ожидая того, что произойдёт дальше со всё увеличивающимся страхом. Поезд показался через несколько секунд, он протяжно загудел, давая понять, что останавливаться не будет и в следующее мгновение что-то толкнуло Дэвида, и он стал падать вниз…

Дэвид резко сел на постели, потирая руками лицо. Перед мысленным взором всё ещё стояла та самая картина из метро, когда вся жизнь пронеслась перед глазами за долю секунды. Он всё ещё помнил это ощущение полёта, когда все внутренности скрутило узлом от понимания того, что через мгновения придёт конец жизни.

Мужчина спустил ноги с постели и машинально потянулся к журнальному столику в поисках сигарет. Нестерпимо хотелось курить, потому что это отвлекало и выстраивало мысли в логический порядок. Нужно было что-то делать, чтобы избавиться от этого навязчивого кошмара, который он и без того знал досконально.

За окном разливался нежно-золотистый рассвет. Солнечные лучи пробивались свозь неплотно прикрытые шторы, которые колыхались от лёгкого ветерка. Только-только наступило лето, но уже установилась жаркая погода, и именно это время суток было самым приятным.

Дэвид прошёл на кухню прямо в нижнем белье, не заботясь о том, чтобы надеть что-то более существенное и включил кофемашину, предвкушая тот момент, когда страх и тревога от увиденного сна будут покидать его разум с каждым глотком чудесного напитка. Он задумчиво повертел в руках мобильный, раздумывая, стоит ли всё же обратиться за помощью и, решив, что стоит, набрал номер Терри Грина, своего лучшего друга.

- Алло, Терри, - Дэвид отпил из чашки кофе и отставил её в сторону, - Доброе утро. Помнишь, ты говорил, что у тебя есть знакомый специалист в области психологии?

***

Нора Аллен оказалась красивой ухоженной женщиной, лет тридцати, офис которой располагался в центре Лондона, рядом с площадью Пикадилли. Она поднялась навстречу вошедшему в её кабинет Дэвиду, подавая ему руку с красивым французским маникюром и одаривая дружелюбной улыбкой.

Дэвиду казалось, что кабинет психолога должен быть чем-то сродни медицинскому кабинету, но это оказалось не так. Мужчина вздохнул свободнее, чувствуя, как напряжение покидает его в привычной обстановке.

- Терри попросил меня о том, чтобы я встретилась с Вами вне записи. Он сказал, что у Вас ко мне какое-то срочное дело.

Сейчас перед Дэвидом сидела не просто красивая женщина. Это был, прежде всего, специалист, готовый к тому, чтобы выслушать и помочь.

- Видите ли, - Дэвид сделал паузу и сложил перед собой руки, опираясь на них подбородком, - Может, это покажется Вам смешным, но моя проблема состоит в том, что меня преследует сон. Каждую ночь один и тот же, - Он усмехнулся, снова откидываясь на спинку кресла и задумчиво глядя в глаза Норы, ожидая, пока она ответит ему.

- Почему вы считаете это смешным? Видеть один и тот же сон каждую ночь…Не думаю, что это нормально. – Нора раскрыла блокнот и надела очки, готовясь записывать за Дэвидом. – Этот сон можно отнести к разряду кошмаров?

Мужчина призадумался. Возможно, он бы мог как-то интерпретировать этот сон, если бы знал, с чем ему сравнивать.

- Я не знаю, кошмар ли это, по той простой причине, что мне кажется, будто я не видел других снов, кроме этого.

- Когда он начался?

Дэвид задумался, пытаясь вспомнить, когда же он начал видеть этот сон.

- Похоже, что я видел его всю свою жизнь, - просто ответил он, наблюдая, как тонкие брови Норы хмурятся.

- Расскажите мне, что Вы видите во сне, желательно со всеми деталями, на которые обращаете внимание. Расскажите, что Вы ощущаете, находясь в том или ином отрезке сновидения.

Она приготовилась записывать, а Дэвид сделал глубокий вдох и начал рассказывать. Он рассказывал, что видит, стараясь не упустить ни одной детали: и лунный свет, и парк, и детский смех, - всё это Нора покорно вносила в блокнот, записывая с его слов. Он рассказывал о страхе, который охватывает его каждый раз, когда сзади начинают звучать шаги незнакомой женщины, как она шепчет ему угрозы-предупреждения. Как он доходит до озера, и женщина исчезает, а он смотрит в воду и оказывается в метро. Рассказывал о неработающем эскалаторе, надписи на дверях, и о падении…

Когда он закончил свой рассказ, Нора подняла голову и прикусила губку, как будто размышляя о чём-то, а Дэвид молчал, не желая мешать ей.

- Дэвид, расскажите мне о Вашей жизни. Не всё, а какие-то ключевые моменты, которые считаете важными.

- Вы думаете, этот сон имеет какое-то отношение к тому, что могло случиться ранее?

Нора улыбнулась и поправила очки на переносице.

- Всё может быть. Наше подсознание настолько неизученный объект, если так можно выразиться, что нам совершенно неизвестно, что или кто может подействовать на него. Поэтому я предпочитаю иметь относительно полную картину о жизни того, кому требуется моя помощь.

Дэвид вернул улыбку девушке. Ему очень нравилась в ней вот эта способность сказать о своём пациенте так, будто бы нет никакой проблемы, и они просто обсуждают то, с чем оба собираются справиться в самом ближайшем будущем.

- Я родился и вырос в Йоркшире. В Лондон мы с семьёй переехали, когда мне было восемь лет. Под семьёй я имею в виду мою маму, отца и, собственно, меня, - добавил Дэвид, предвосхищая вопрос Норы. – В Лондоне я стал ходить в школу. Никаких происшествий, которые бы как-то отразились на мне, я припомнить не могу. Когда мне исполнилось девять, - Дэвид замолчал, нахмурив лоб, будто пытаясь вспомнить, что же случилось с ним, когда ему было девять лет.

Нора слушала, забыв про блокнот. Возможно, именно сейчас они подойдут к тому ключевому моменту, когда станет ясно, что могло так повлиять на мужчину, и что являлось причиной повторяющегося сновидения.

- Мама и папа расстались, когда мне было девять лет, и мама покончила жизнь самоубийством, - бесцветным голосом произнёс Дэвид, - А когда мне было тринадцать лет, мы переехали с отцом…

Дальнейшее повествование Нора слушала уже не столь внимательно. Очевидно, что с Дэвидом что-то произошло в этот отрезок времени, о котором он умолчал. Быть может, он так остро отреагировал на смерть матери. А может, ему казалось, что он сам виноват в чём-то.

- Скажите мне, пожалуйста, Дэвид, - спросила Нора, дождавшись, пока тот окончит своё повествование, - Вот этот отрезок времени с девяти до тринадцати лет, - Она задумчиво постучала карандашом по блокноту, - Вы знаете, создаётся такое впечатление, что Вы сознательно умолчали о чём-то важном, что случилось с Вами именно в этот период.

Она намеренно не стала расспрашивать дальше, потому что видела, что сам Дэвид находится в состоянии непонимания. Он снова хмурил лоб, будто пытаясь припомнить что-то, а Нора не мешала ему, молча наблюдая за сменой настроения.

- Я…Не помню, - наконец, выдохнул он.

Тем не менее, по его скованной позе, по тому, как он нервно теребил галстук, можно было с уверенностью сказать, что за эти четыре года что-то и произошло. И это и является причиной повторяющегося кошмара.

- Не помните вообще ничего?

Дэвид помотал головой.

- Совершенно, просто пустота и всё.

Нора взглянула на наручные часики, удивляясь тому, как быстро пролетело время.

- Дэвид, - она поднялась из-за стола, и он тоже встал из кресла, - Сейчас я вынуждена окончить наш разговор, потому что у меня встреча, но я обязательно перезвоню Вам сегодня, чтобы договориться о новой беседе.

Они попрощались, и Дэвид покинул кабинет Норы. Как бы то ни было, но ему стало легче от того, что он смог выговориться и его поняли. Терри тоже был в курсе относительно того, что происходило с Дэвидом, но он просто слушал, не зная, чем помочь, а Нора могла стать тем человеком, кто был способен избавить его от кошмаров.

***

Весь день Нору не покидали мысли о Дэвиде и о том, что он рассказал ей. Возможно, виной всему было обычное любопытство, что же могло стать причиной этого сновидения. Какая же глубокая травма заставила его выкинуть из памяти четыре года жизни, заменив их повторяющимся из ночи в ночь кошмаром? И, конечно же, профессионализм девушки не позволял ей просто махнуть рукой на проблему Дэвида. Он не был её клиентом в общепринятом понимании этого слова. И она приняла его только потому, что её попросил об этом Терри, но сейчас она не жалела об этой встрече.

Нора долго раздумывала над тем, что бы ей предпринять для того, чтобы заставить память Дэвида выдать порцию воспоминаний о том, что происходило в те четыре года, о которых он не помнил. Метод, который она собиралась предложить Дэвиду, использовался ею в практике довольно редко, но он давал свои результаты.

Нора взглянула на часы, удостоверяясь, что звонить ещё не поздно, и взяла мобильный, набирая номер телефона Дэвида.

- Алло, Дэвид, добрый вечер, это Нора, - представилась она, слушая, как первое время Дэвид молчит, очевидно, припоминая, кто это.

Потом он ответил и Нора продолжила.

- Дэвид, признаюсь честно, меня захватила Ваша ситуация настолько, что я сегодня размышляла о том, чем бы мне Вам помочь, в течение всего дня. Дело в том, что я считаю, что именно тот отрезок в четыре года, о котором Вы ничего не помните, скрывает в себе ключ к Вашим кошмарам. И нам просто необходимо понять, что же это за ключ.

Она сделала паузу, но Дэвид молчал тоже, очевидно, соглашаясь с тем, что им нужно попробовать понять, что скрывает его память.

- Я бы хотела предложить Вам использовать гипноз, если, конечно, Вас не пугает это слово.

Дождавшись ответа Дэвида, который сообщил ей о том, что он, в принципе, не против, Нора отключила мобильный и задумчиво постучала им по раскрытой ладони. Если всё пройдёт благополучно, в ближайшие пару дней они узнают то, что же так тревожит Дэвида на подсознательном уровне.

***

- Это будет не совсем гипноз, - пояснила Нора, указывая Дэвиду на кресло и устраиваясь напротив него, - Этот метод, скорее, подобен трансу, в который я погружу Вас, и Вы сможете найти ответы на мучающие Вас вопросы в своём подсознании.

- Это будет чем-то вроде маятника перед моими глазами, который введёт меня в состояние транса? – немного нервно рассмеялся Дэвид, не зная, каким именно образом Нора собирается достичь результата.

- Что-то вроде этого, - улыбнулась в ответ девушка, устраиваясь напротив мужчины.- Должна предупредить Вас, что то, что Вы расскажете мне, будучи в бессознательном состоянии, Вы не вспомните после того, как выйдете из транса. Но у Вас есть я.

Дэвид снова улыбнулся, чувствуя себя спокойнее, и занял более раскованное положение.

- Если Вы готовы, мы можем начать.

Дэвид кивнул немного неуверенно, и Нора подняла вверх руку, с которой свисал небольшой золотой медальон на цепочке, служащий сегодня маятником.

А потом пространство и время перестало существовать для него: он слушал только голос девушки, и следил глазами за качающимся маятником. Постепенно стены кабинета растворились, создавая у Дэвида ощущение, что он будто бы заглянул внутрь себя, Нора что-то говорила ему о том, что он должен увидеть внутри себя бессознательное, задавала какие-то вопросы, но мужчина и так уже был на той самой отправной точке, с которой и начался его еженощный кошмар.

Тёмный безлюдный парк был освещён только молочно-белым лунным светом. Десятилетний Дэвид смеялся, сидя на качелях, наслаждаясь тем, что его мачеха будет в панике бегать по парку и искать его. Как же он ненавидел её, всем своим сердцем! Она появилась в жизни отца, и его мама покончила жизнь самоубийством, не перенеся этого удара. А потом отец женился на Луизе…Само её имя вызывало гнев у Дэвида, такой сильный, что хотелось рвать и метать. Эта хрупкая тоненькая девушка казалась ему просто исчадием Ада и больше никем.

Он частенько выводил её из себя, когда отца не было дома, убегая и заставляя бегать по парку в его поисках. Но, что странно, Луиза ни разу не нажаловалась отцу Дэвида, ничем не выдала то, что мальчик себя плохо ведёт.

Он сидел на качелях, тихо посмеиваясь над своей изобретательностью и зная, что вот-вот Луиза найдёт его. И точно, через пару минут раздался её встревоженный голос.

- Дэвид, ну, слава Богу, ты нашёлся! – она подошла ближе, и мальчик вскочил на ноги, разворачиваясь к ней лицом и складывая руки на груди, - Пойдём домой, я приготовлю тебе горячий шоколад.

Мачеха улыбнулась и протянула ему руку, а Дэвид прищурился и хмыкнул.

- Можете не стараться! Я никогда не полюблю Вас так, как люблю маму! Я ненавижу Вас! И всегда буду ненавидеть!

Луиза шагнула к нему, и он попятился, будто бы она могла причинить ему вред.

- Дэвид, родной мой! Послушай меня! Я так хочу подружиться с тобой, хочу, чтобы у нас была настоящая семья. Прошу, помоги мне!

Мальчик замотал головой, не желая слушать, что ему говорят.

- Никогда не просите меня об этом! Как Вы можете говорить такие вещи?! Вы? Убийца моей матери!

Ярость клокотала в душе Дэвида, он хотел только одного, - сделать этой женщине как можно больнее. Физически или морально, но только чтобы она страдала, как страдал он, начиная с того момента, как она появилась.

- Я не убивала её, дорогой, поверь! Она покончила жизнь самоубийством не из-за того, что они с твоим отцом расстались…

- Не хочу ничего слушать! Оставьте меня в покое! Убирайтесь из моей жизни!

Он выкрикивал эти слова, отступая назад, но, перед тем, как развернуться и убежать, услышал то, что боялся услышать.

Он всегда страшился того, что однажды Луиза или его отец сообщат им о том, что у них будет ребёнок и следующие слова, которые произнесла мачеха, резанули слух мальчика.

- Дэвид…У тебя скоро будет братик или сестричка, - она положила руку на плоский ещё животик и улыбнулась каким-то своим мыслям или ощущениям, - Ребёнка ты тоже будешь ненавидеть?

Внутри мальчика полыхало просто неистовое пламя: смесь растерянности, безудержной ярости, ощущения того, что его предали. Всё это проносилось в голове, а противный внутренний голос шептал о том, что теперь он станет никому ненужным. Потом все чувства вытеснила ненависть к Луизе и её ребёнку, и Дэвид захотел только одного: ударить её, но на этот раз уже не словом. Он дёрнулся вперёд, с глухим рёвом, и что есть силы, толкнул Луизу, чтобы она упала…

Он видел, как в замедленной съёмке, как Луиза, испуганно охнув, взмахнула руками, как она падала назад, как голова её соприкоснулась с металлической стойкой детской карусели, по которой прошла вибрация. Женщина лежала навзничь, без движения и Дэвида охватил сумасшедший страх. Он покалечил свою мачеху!

Он присел рядом с ней, взяв её ледяную ладонь в свои руки и всё повторял:

- Я не хотел, не хотел, не хотел…

***

- Я не хотел! – Дэвид, метался в кресле, выкрикивая эти слова, и Нора решила, что с гипнозом пора заканчивать.

- Дэвид, возвращаемся в кабинет, всё закончилось, - проговорила она ровным голосом, и через пару секунд взгляд мужчины стал осознанным. Он ещё некоторое время потерянно моргал, словно пытаясь вспомнить, где находится. Потом взглянул на сидящую перед ним Нору и неуверенно улыбнулся.

- Всё прошло хорошо? – спросил он.

Нора надела на лицо улыбку. С первого же мгновения, когда она поняла, что скрывает в себе этот отрезок забытого Дэвидом времени, она дала себе слово, что не станет рассказывать ничего сидящему перед ней мужчине.

Его память сделала сама всю необходимую работу: от стресса блокировав то, что могло причинить его разуму вред. И только лишь повторяющийся кошмар, который вырывался из недр подсознания, был слабым отголоском того, что пережил мальчик по имени Дэвид.

Справедливо решив, что лучше будет оставить всё, как есть, и надеясь, что возможно, после этого всплеска подсознание перестанет выдавать картины сновидения, Нора только кивнула в ответ и поднялась с низкого столика, на котором сидела.

- Ничего страшного Ваша память не скрывает, Дэвид. Вы просто рассказали мне о том, что очень остро переживали смерть матери и поэтому, скорее всего, Ваша память блокировала воспоминания о том времени.

Она быстро написала что-то на листке бумаги и передала его Дэвиду.

- Вот номер телефона одного хорошего врача, я свяжусь с ним и расскажу о Вашей проблеме. Думаю, он выпишет Вам какое-нибудь лекарство для того, чтобы Вы могли спать спокойно и без сновидений.

Дэвид сделал глубокий вдох и поднялся из кресла. Какое-то странное предчувствие охватило его. Что-то сродни страху или тревоге, он и сам не мог понять его природу.

- Нора, спасибо Вам огромное за помощь, надеюсь, что теперь меня не будет преследовать этот кошмар. – Он пожал ей руку и направился к выходу из кабинета, уже на пороге обернувшись, - Надеюсь, Вы не откажете мне в том, чтобы поужинать сегодня со мной?

Нора сняла очки и отложила их на стол. Она изучала психологию убийц, и с уверенностью могла сказать, что Дэвид не попадал под это определение ни по одному пункту.

В десять лет он был просто запутавшимся мальчиком, которого вырвали из привычной обстановки, и в жизни которого произошло много бед. Она вспомнила, как Дэвид метался в кресле, произнося одну и ту же фразу: «Я не хотел!». Он действительно не хотел и был не виноват в смерти мачехи.

- Хорошо, Дэвид, - она склонила голову набок, всматриваясь в его мужественное лицо, - Я согласна.

***

Чувство тревоги, которое охватило Дэвида сразу после гипноза, ещё больше усилилось, стоило ему только шагнуть в здание метрополитена. Он обернулся на двери, читая ярко-красную надпись, гласящую о том, что выхода нет, потом двинулся к эскалатору, бросив взгляд направо. Один из эскалаторов, которые должны были перевозить пассажиров снизу-вверх, был сломан.

Дэвид нахмурился, пытаясь прогнать тот страх, который сковал всё его тело. Это просто совпадение. Просто сон настолько сильно въелся в его память, что даже такие мелочи кажутся ему судьбоносными. Мужчина спустился вниз и прошёл по перрону, собираясь занять место в конце электропоезда, и стал ждать.

Ему было страшно смотреть в чернеющий справа тоннель. Именно из него обычно выезжал электропоезд, под которым он и погибал во сне. Ему казалось, что сейчас он услышит протяжный гудок, а потом из тоннеля на полном ходу выедет электричка.

- Ты будешь наказан! – раздался громкий голос женщины, которая выговаривала за провинность маленькому мальчику, и Дэвид резко обернулся на звук. Через мгновение что-то большое толкнуло его, и он, взмахнув руками, стал падать вниз…

Поезд, казавшийся ему сейчас огромным, издал долгий протяжный гудок, и Дэвид с ледяным ужасом наблюдал, как эта махина несётся на него. Потом его тело приземлилось, все звуки померкли, и свет в сознании погас…

Дэвид распахнул глаза и сел, опираясь руками на постель. Он сделал глубокий вдох, искренне радуясь, что это был всего лишь сон. Пусть такой реальный, но всё же сон. Его губ даже коснулась улыбка облегчения, и он откинулся на подушки, пытаясь выровнять дыхание. А потом нахмурился: что-то было не так!

Дверь в комнату распахнулась и вошла невысокая полная женщина, которая катила перед собой инвалидное кресло.

- Дэвид, добрый день. Меня зовут Луиза, сегодня я буду заменять Марту.

Она улыбнулась ему и стала что-то раскладывать на столике, а Дэвид вдруг понял, что изо всех сил сдерживает рвущийся с губ вопль…

Он вспомнил…Всё вспомнил! Он убил свою мачеху, он убил неродившегося братика или сестрёнку и именно это воспоминание преследовало его тогда, три года назад во сне…А потом он понёс наказание, когда упал под тот поезд, покалечивший его тело…

Дэвид откинул прочь одеяло, надеясь на то, что все его предположения неверны, но вид покалеченных ног разбил эту хрупкую надежду…Дэвид снова упал на подушки, закрывая лицо руками и задыхаясь от осознания того, что ничего не может сделать. А перед мысленным взором всплыли ярко-красные буквы: «Выхода нет»…

«Небо номер 7»

Каблучки мерно выстукивали дробь по ступеням чёрной лестницы. На часах - 23.23... Последний автобус уйдёт через три минуты, если, конечно, будет придерживаться расписания. А впереди ещё четыре лестничных марша и казавшийся сейчас огромным пустырь, который нужно было пересечь, чтобы попасть на остановку.

Маргарита схватилась за перила и чертыхнулась, когда нога поехала на скользкой ступеньке. Ещё не хватало сломать каблук и добираться до другого конца города, прыгая на одной ножке! Она, разумеется, могла остаться у подруги, но не хотела мешать её уединению с любимым, приехавшим отпраздновать с Леной Рождество. Так что теперь точно придётся встретить этот светлый праздник в автобусе, а если не повезёт – прямо на улице, в сумасшедшей спешке пытаясь успеть на метро.

Рита немного замешкалась возле входной двери в подъезд. Наконец ей удалось совладать с новомодным чудом техники в виде какого-то мудрёного замка, и девушка выбежала на улицу.

Вокруг было настоящее волшебство: хрустальные, кажущиеся полупрозрачными слои инея лежали всюду: на ветвях деревьев, на электрических проводах, на скамейках, расставленных в скверике. Но Маргарита не замечала ничего, тут же устремляясь через большой пустырь к автобусной остановке.

- Рита! Ри-та! – раздался окрик, состоящий сразу из двух голосов - мужского и женского. Девушка резко остановилась и повернулась на звук. Несчастный каблук на правом сапоге предательски скрипнул. – Ты кошелёк забыла! Возвращайся!!

Это Лена и Виктор, высунувшись из окна Лениной квартиры, поспешили сообщить ей о том, что «что-то с памятью её стало».

Маргарита прикрыла глаза и досчитала до трёх, понимая, что сегодня ей ну просто поразительно не везёт. Потом медленно зашагала обратно в сторону Лениного дома, на ходу прибавляя шагу. Ей вовсе необязательно подниматься наверх! Лена просто сбросит ей кошелёк вниз, и она ещё вполне сможет успеть на автобус!

- Лен, бросай его сюда, я не стану подниматься  к тебе! – задрав лицо кверху, крикнула Рита, оглядывая пространство, куда могла впоследствии угодить забытая вещь.

- Рит, рассыплется мелочь, ты чего? – это вступил в разговор Витя.

- Бросайте скорее! Я на автобус опаздываю! – начиная нервничать ещё больше, крикнула Рита.

Лена свесилась вниз, насколько это было возможно, и разжала руку с кошельком. Он спикировал к земле и, как и предсказывал Виктор, раскрылся. И чёрт бы с ними, с монетками...Но из него повылетало всё: купюры, кредитки, дисконтные карты.

Маргарита присела на корточки, и принялась собирать своё добро, а из груди девушки рвался истеричный смех. Хотя чему она удивлялась? Подобные происшествия происходили с ней на протяжении всей жизни. То мелкие неурядицы, то вообще абсурдно-смехотворные неприятности.

- Рит, автобус уехал,- прокомментировали сверху, окончательно уверяя Маргариту, что сегодня совершенно не её день. Ну, или, скорее, ночь.

- Ничего страшного, доберусь как-нибудь, - соврала Рита, засовывая в кошелёк последнюю карточку озябшими пальцами и тут же замечая неподалёку ещё один чёрный прямоугольник. Она шагнула к нему, увязая в снегу ещё глубже, и взяла карточку в руки.

«Тайный агент Мари. Небо номер 7» – было указано на ней. Ниже был выбит какой-то номер. Определённо, эту карточку (или что там это было), Рита сегодня видела в первый раз. Машинально сунув находку в карман пальто, Маргарита помахала рукой Лене и Вите и направилась в сторону шоссе. Теперь придётся ловить попутку и решать по ходу поездки, ехать ли на ней сразу домой или всё же попытаться успеть на метро. В кошельке сиротливо лежала купюра в пятьсот рублей, и этих денег на поездку до её дома явно не хватило бы. А уж учитывая, что сегодня праздник и на дворе глухая ночь, тарифы явно возрастут.

Решив действовать по обстоятельствам, Рита зашагала через пустырь, только сейчас замечая, какая вокруг красота. Девушка всегда, даже в самые трудные минуты жизни, старалась отвлечься на что-то - будь то кино, природа кругом или просто какие-то обычные, но неизменно притягательные и приятные глазу вещи.

До шоссе оставалось всего несколько десятков метров, когда случилось первое чудо. Из-за поворота быстро выехал старенький автобус и споро покатил в сторону остановки. Маргарита даже не успела удивиться его странному виду, потому что такие автобусы она видела в последний раз в далёком советском детстве. Она ускорила шаги, и через пару минут автобус остановился и приветливо распахнул перед ней старенькие дверцы. Внутри никого не было, кроме, разумеется, водителя и благообразной бабушки-кондуктора, которая сейчас мирно спала на сидении в уголке. «Маршрут номер 7», было выведено на большой картонке, прислонённой к стеклу со стороны салона. Маргарита замешкалась. Ей вдруг отчаянно захотелось сесть в этот странный автобус, и в то же время голос разума внутри настойчиво говорил о том, что здесь происходит что-то из ряда вон выходящее. А двери автобуса были всё так же приглашающе распахнуты перед девушкой, и водитель ждал, не спеша уезжать. Наконец, решившись, Рита взялась за поручень на двери автобуса и шагнула внутрь. Двери тут же сомкнулись за ней, и девушка поспешно села, чтобы не упасть, потому что автобус, несмотря на свой дряхлый вид, очень быстро покатил в направлении, известном ему одному.

Рита огляделась: потёртые дерматиновые сидения, не менее затёртый пол, а вот маршрут, который состоял из двух пунктов, был, мягко говоря, странным. С обратной стороны картонки с указанием номера маршрута, было написано: «Первая Советская улица, дом 3 – Небо номер 7».

Если с пунктом назначения  Рита была хоть как-то согласна, ну мало ли, как нынче называют рестораны и прочие увеселительные заведения, то дом Лены, значившийся началом маршрута, девушку несказанно удивил. Но пока всё вроде бы было неплохо. Автобус быстро катил в ту сторону, куда и нужно было Маргарите, и она заметно успокоилась.

Второе чудо случилось, когда до Рождества оставалось семь минут. Рита уже морально подготовилась к тому, что встретит это праздник в автобусе, когда её странное средство передвижения резко свернуло вправо в неведомую улочку, прибавило скорости и понеслось на всех парах! За окном замелькали дома, становившиеся с каждым метром всё неказистее, странные вывески, тусклые фонари...

- Куда мы едем? – стараясь совладать с голосом, крикнула Рита водителю, раздумывая о том, как будет выбираться ещё и из этой передряги.

- Уже скоро, - раздался голос мужчины, и он прибавил газу.

В голове девушки тут же замелькали картины, в основном связанные с террористическими захватами, но что могло понадобиться от неё террористам, даже представить было невозможно. И вот, когда паника начала всё сильнее охватывать Маргариту, автобус резко затормозил около какого-то странного здания, стоящего прямо посреди дороги, и дверцы раскрылись.

Бабулька-кондуктор то ли от резкой остановки, то ли по какой другой причине, проснулась и, буквально подскочив к Маргарите, сунула ей в руки талончик, который девушка тут же сунула в карман. Она уже было потянулась к кошельку, но бабулька, вернувшись на своё место, устроилась поудобнее и снова уснула.

- Всего хорошего, до завтра! – раздался из кабины голос водителя, и Рита вздрогнула, понимая, что хочет немедленно выбраться из этого странного автобуса.

Пусть всё катится к чертям! Пусть ей теперь придётся выбираться неизвестно откуда, главное, поскорее выйти отсюда.

Рита нерешительно встала с места и двинулась в сторону дверей, будто ожидала, что они в любую секунду закроются. И едва достигла неказистых ступенечек, буквально выпрыгнула из автобуса, и из груди её вырвался вздох облегчения. Двери автобуса, как ни в чём не бывало, захлопнулись, и он уехал просто с невозможной скоростью.

Маргарита сделала ещё один глубокий вдох и осмотрелась. Поначалу ей показалось, что здание, к которому её привезли, стоит прямо посередине их пути, но сейчас стало ясно, что оно располагалось на большой круглой асфальтированной площадке, рядом с которой простиралась подъездная дорога. Вдалеке светились огни города, и Рита с ужасом поняла, что увезли-то её довольно далеко от мест человеческого обитания.

Здание явно было заброшенным. Возможно, раньше это был магазин, потому что за пыльными окнами-витринами даже при тусклом свете можно было разглядеть манекенов. А под крышей здания была вывеска «Небо номер 7».

Рита фыркнула. Вот тебе и конечная остановка! Просто великолепно: ночь, мороз, пустырь, да ещё и до города идти пешком, ведь транспорта нет никакого! Девушка машинально взглянула на наручные часики, и тут произошло третье чудо. Стоило только всем трём стрелкам сойтись на цифре 12, что означало наступление 7 января, как вокруг стало значительно светлее. А в кармане пальто, где лежала странная находка, разлилось горячее тепло. Но Рита не успела выяснить причину этого явления. Рассеянный свет вдруг превратился в яркое пятно, и девушка шагнула к нему, любуясь на то, как снежинки, повинуясь какому-то странному закону, вместо того, чтобы падать вниз, кружатся и поднимаются на небо.

Маргариту нестерпимо влекло к этому пятну света, ей хотелось вступить в него, потому что она знала каким-то чутьём внутри себя, что там тепло. А так же она знала, что на принятие решения у неё очень мало времени. Совсем скоро это волшебство исчезнет и она останется, что называется, у разбитого корыта.

Рита крепко зажмурилась, досчитала до пяти и...шагнула в пятно света.

Первые пару секунд практически ничего не происходило. Было только очень тепло, словно свет проник в каждую клеточку тела и согревал изнутри. Потом Риту словно закрутило в вихре, дёрнуло куда-то вправо и вверх, и она поняла, что летит туда же, куда и снежинки вокруг неё.

«То ли с шампанским перебор, то ли водитель автобуса таки прикончил меня, и я устремляюсь в рай», - пронеслась в голове девушки довольно абсурдная мысль.

Потом ноги её довольно ощутимо уткнулись во что-то твёрдое, и свет растворился. Этот район города Маргарита не знала совершенно. Мало того, он явно выбивался из остальной архитектуры своими высоченными зданиями и бесчисленными неоновыми вывесками. Рита поправила сумку на плече, натянула пониже беретик и тут глаза её наткнулись на вывеску на здании, напротив которого она стояла. «Небо номер 7» гласила надпись. Вот только это самое здание с уже знакомым названием было совершенно не тем, возле которого она стояла пару минут назад. Очертания всё те же, но вот внешний вид... Внизу – яркие витрины модного магазина, призывная реклама, рассказывающая об огромных скидках. На втором этаже – вывеска, гласящая, что здесь находится бар-ресторан-клуб под названием «Седьмое небо».

«Какие оригиналы», - мелькнул в голове язвительный голосок.

Сейчас у Риты было только одно желание, - добраться до дома и лечь спать, но сначала нужно было выяснить, что это за район, чтобы знать хотя бы примерно, в каком направлении двигаться.

Люди, бродящие вокруг парами или большими компаниями, поглядывали на Риту, застывшую возле «Неба номер 7», с какой-то опаской. А может, ей это только показалось после всего того, что выпало сегодня на её долю.

- Кажется, она туда побежала! – раздался где-то позади окрик какого-то мужчины, и Маргарита пожала плечами. Вроде бы такой густонаселённый район, а вон ловят кого-то прямо посреди улицы. Девушка сделала глубокий вдох и направилась в сторону «Неба номер 7». По крайней мере, хотя бы в баре ей могут сказать, где она очутилась, и тем самым помогут определиться, куда идти потом.

Рита взглянула вправо и влево, убеждаясь, что машин на дороге нет, и шагнула в сторону бара. Она не успела пройти и пары шагов, как на руке её чуть повыше локтя сомкнулись чьи-то стальные пальцы, а мужской голос возле уха хрипло шепнул:

- Стоять и не шевелиться!

В спину пониже лопаток упиралось что-то небольшое и твёрдое. Снова внутренний голосок шепнул, что, похоже, она попала на съёмки какого-то фильма про шпионов. Но терпеть такого обхождения с собой Рита не намеревалась. Игнорируя стальной захват мужских пальцев и упирающееся в спину нечто, девушка развернулась, насколько могла, в руках незнакомца и обожгла его свирепым взглядом. Парень, очевидно, растерялся, впиваясь взглядом в её лицо и окидывая глазами одежду. По крайней мере, захват на руке стал менее сильным.

- Ну-ка, немедленно отпусти меня! – зашипела Рита и для пущей убедительности размахнулась и ударила мужчину сумкой прямо в лоб. Этого он явно не ожидал, тут же выпуская её руку из плена своей ладони.

Маргарита оправила рукав и, как ни в чём не бывало, зашагала в сторону «Неба номер 7». Поистине, население этого района было каким-то странным, один этот типчик чего стоил!

В баре, скорее всего, в связи с праздником, было многолюдно. Свободные места были только за стойкой, куда Рита и направилась. Плюхнувшись на один из высоких барных стульев, девушка расстегнула пальто и облокотилась рукой о стойку. Бармен, довольно неприятный тип, буквально вцепился взглядом в её лицо, при этом усиленно делая вид, что она ему неинтересна. Хм. Ещё одна странность.

- Бокал мартини, - позволила себе небольшую роскошь Маргарита, потому что отчаянно хотелось выпить, забыться и в итоге очнуться в своей квартире.

Бармен ничего не ответил, только кивнул, торопясь выполнить заказ, но всё равно, периодически поворачивался к ней, окидывая девушку изучающим взглядом.

Превосходный напиток оставался на губах и языке невесомой горькой сладостью. Маргарита поудобнее устроилась на стуле, внимательнее изучая публику. И то и дело ловила на себе такие же взгляды, которые до этого бросал на девушку бармен. Да что ж такое? Быть может, у неё лицо испачкалось? Или пальто порвалось?

- Влад, - коротко бросил неизвестно откуда взявшийся мужчина, занимая место рядом с Ритой.

Какая оригинальная манера знакомиться! Ни тебе «Привет, не занято ли здесь?». Сразу «Влад» и всё...

- Бармен уже вызвал полицию, она будет здесь меньше, чем через пять минут. В зале пара моих агентов, они прикроют. Уходим вправо, там пожарная лестница. Никаких резких движений.

Рита выслушала эту престранную речь с долей здорового скепсиса. А ну как если это всё – розыгрыш? Однако размышлять об этом ей не дали: бармен вдруг выхватил откуда-то пистолет, мужчина, назвавшийся Владом, с силой надавил на шею Рите, чтобы она пригнулась, а дальнейшего девушка не видела. Только грянули выстрелы, по которым можно было судить, что идёт перекрёстный огонь. Потом её куда-то поволокли, скорее всего, это и был Влад. Ах, да...Он что-то говорил про пожарную лестницу...

Маргарита ощущала себя марионеткой. Ей не было страшно, быть может, это чувство отключилось потому, что вся абсурдность происходящего была налицо?

Мужчина протащил девушку за собой вниз по лестнице, потом по длинному тёмному коридору, который окончился ещё одной лестницей. По ней-то теперь они и поднимались. Точнее, поднимался Влад, таща Риту на буксире.

- Куда вы меня тащите? – наконец возмутилась Маргарита, глядя в широкую спину, обтянутую чёрной кожей. Ну и нарядец! Похоже, парень решил поиграть в шпионов или агентов...

- Чшшш, - только и раздалось ей в ответ. Потрясающие способности к конструктивной беседе!

Они поднимались по лестнице довольно долгое время, потом снова была дверь, ещё одна и снова лестница. На этот раз железная и идущая вдоль стены дома. Обувь на шпильке для таких эскапад была совершенно не предназначена. Несколько раз Рита оступалась, оскальзывалась, чуть не падая и повисая в воздухе только благодаря тому, что её держал за руку Влад.

Они уже почти достигли верхней площадки, когда Влад молниеносно развернулся, подтащив Риту наверх, и прижал её спиной к стене дома, заставляя балансировать на ступеньке. Сам он вжался в её тело, прикрывая собой. Темноту прорезали несколько лучей мощных прожекторов, которые светили снизу.

Маргарита подняла взгляд от мощной груди и впервые смогла рассмотреть своего «спасителя». Надо отдать ему должное: природа красотой его явно не обделила. Квадратный подбородок, сейчас заросший трёхдневной щетиной, чувственный рот, прямой нос и глаза серо-стального цвета. Настоящий мужчина, во всех смыслах этого слова. Да и великолепное тело, сейчас прижимающее её к стене, было истинно...мужским. Влад окинул её лицо и губы плотоядным взглядом, ясно говорившим о том, что не будь они в такой опасности, Рита бы так просто не отделалась. А когда его язык скользнул по его же пересохшим губам, у девушки всё внутри загорелось. Ох, Рита, Рита...Что же с тобой творится?

- Пора, - снова шепнул незнакомец и, схватив Маргариту за руку, потащил наверх. Пожарная лестница оканчивалась широкой площадкой, с которой был только один выход. Вернее вход. В здание.

Рите это всё уже начинало порядком надоедать. Её волокут неизвестно куда и зачем, симпатичные мужчины вдавливают её в стены своим телом, при этом не заботясь о сохранности пальто. Дождавшись, пока её протащат ещё по нескольким коридорам и заведут в небольшую, но уютную комнату, Рита выдернула руку из пальцев Влада. Мужчина быстро подошёл к зарешеченному окну, задёрнул занавески...И только Маргарита приготовилась потребовать с него объяснений, как он подлетел к ней, простонал в приоткрытый рот: «Мари, я так скучал», и совершенно бесцеремонным образом впился ей в губы поцелуем!

Что и говорить, целоваться с ним было приятно. Вернее, целовал её Влад, а она стояла растерянная и не знала, что ей делать. Имя Мари мелькало где-то на краю памяти. Она явно слышала его, причём слышала совсем недавно. Наконец, вцепившись в плечи мужчины, Рита постаралась отодвинуть его от себя, но это только усугубило ситуацию: Влад утробно рыкнул и проник в её рот языком. Толпа мурашек пробежала по всему телу Риты, танцуя джигу где-то совершенно в укромных местечках. Что она вытворяет? Что она ему позволяет?!

Упёршись ладонями в грудь мужчины, Рита отстранилась от него, пытаясь выровнять дыхание и одновременно найти слова, чтобы высказать всё то, что она обо всём этом думает.

- Какое...право вы имеете...меня целовать, называть...другим именем и вообще, кто вы такой? – прерываясь чуть ли не на каждом слове от сбившегося дыхания, выпалила Рита.

На лице мужчины в первые секундыотразилось просто потрясающее ошеломление. Потом губы тронула ухмылка, и он подмигнул ей.

- Мари, ты всегда была прекрасной актрисой, но со мной можешь не играть ролей.

Он снова молниеносно метнулся к окну и вынул из высокого сапога маленький пистолет, тут же поднимая его на уровень груди.

- Где этот чёртов Слава? Он уже должен был нас забрать! – воскликнул он, снова отпрянув от окна.

Рита приложила руку ко лбу. Да что же за чертовщина?!

- Не знаю, где там твой чёртов Слава, но мне всё это надоело, - Рита уверенным шагом двинулась в сторону двери, поудобнее устраивая сумку на плече. - Лично я собираюсь добраться домой и лечь спать!

Но добраться ей не дали даже до двери. Влад подскочил сзади и отбросил хрупкое тело в сторону, и Маргарита в последний момент успела увидеть и услышать, как дверь прошивают пули. Она тонко взвизгнула, прикрывая голову руками, сумка отлетела в один из углов комнатки, а сверху на Риту навалилось тяжёлое и твёрдое тело её «спасителя».

- Уходим через окно на счёт три! – скомандовал Влад, игнорируя испуганный взгляд Риты. – Раз, два, три...

Последующее произошло в считанные секунды, смешавшись в какой-то адреналинно-жутковатый калейдоскоп. Влад дёрнул Риту за руку, подлетел к окну, периодически отстреливаясь в сторону и без того изрешечённой двери. Потом открыл окно, двумя ударами ноги выбил решётку и, подтащив Риту на подоконник, прыгнул вниз.

- Мамочки! – пискнула Рита, «наслаждаясь» недолгим полётам. Они приземлились на тканевый козырёк какой-то витрины, тут же съехав по нему вниз.

- Мари, да что с тобой такое? – удивлённо воскликнул Влад, хватая девушку за руку и таща в сторону машины, припаркованной неподалёку. - Нас пристрелят так в считанные секунды! Где твоя пушка?

«Какая, ко всем чертям, пушка? У меня и сумки-то нет, а уж про пушку и говорить не приходится...» - подумала Рита, но вслух ничего не сказала. Её снова быстро подтащили к машине, запихнули внутрь и куда-то повезли.

Первое время в салоне была тишина. Влад молчал, сосредоточившись на дороге, и изредка бросал на Риту косые взгляды. Маргарита тоже не стремилась нарушать молчание, с любопытством оглядывая городской пейзаж. Это был вроде её город и одновременно не её. Она узнавала здания, районы, мосты. Вот только были они какие-то другие.

- Послушай, - наконец, решилась девушка. - Давай ты просто довезёшь меня до дома, и мы мирно разойдёмся, будто никогда не встречались, - предложила Рита, наблюдая, как красиво закуривает сигарету Влад. О, да! Оказывается, и прикуривать можно было тоже красиво.

- Хм, - скептически хмыкнул мужчина. - Ты думаешь, тебя оставят в живых после того, что ты сотворила? Нет, – тут же ответил он на свой же вопрос. - У меня задание защищать тебя и привезти к нам в организацию. И я буду выполнять его до конца.

Рита помотала головой, пытаясь понять, что от неё хотят.

- В какую организацию? – шепнула она, не в силах поверить в то, что её каким-то чудом угораздило вляпаться в самый центр шпионской заварушки.

- Ты шутишь? – хохотнул Влад, делая одну глубокую тягу, которая уничтожила сразу половину сигареты. - Если так, то это не смешно.

- Ну, знаешь...- начала было Маргарита, но договорить ей не удалось. Вынырнувшая неведомо откуда чёрная машина вдруг повисла у них на хвосте и из неё открыли беспрестанный огонь.

Влад грязно и длинно выругался, увеличивая скорость и начиная петлять по улочкам и улицам, одновременно гаркнув опешившей Рите, чтобы она пригнулась.

Последующие несколько минут, пожалуй, стали самыми страшными в жизни Маргариты. Попеременно раздавались выстрелы, некоторые из них достигали цели. Они неслись неизвестно куда на огромной скорости, и Влад периодически кидал машину то вправо, то влево. Наконец, им, кажется, удалось оторваться, по крайней мере, выстрелов больше не было слышно.

- Что это было? – сдавленно прошептала Маргарита, всё ещё не осмеливаясь сесть прямо.

- Судя по всему, кому-то чертовски не терпится убить нас обоих, - процедил Влад, сосредотачиваясь на дороге. И больше не прибавил ни слова.

Ну да. А она ведь совершенно не догадывалась, что по ним стреляют потому, что хотят убить. Рита выяснила для себя одну немаловажную деталь: Влад не собирается делиться с ней хоть какой-либо информацией, которая пролила бы свет на то, что с ней происходило в данный момент. Но Рита была бы не Ритой, если бы твёрдо не решила выяснить всё до конца. А единственным источником информации был именно Влад.

- Послушай, я просто требую, чтобы ты пояснил мне, что тут происходит! – шипящим шёпотом проговорила Маргарита, глядя, как уверенно сжимает руками руль Влад.

- А что тебе пояснить? – вздёрнул он бровь, сворачивая влево так быстро, что Рите пришлось ухватиться за ручку на двери. - Тебя ищет отряд полиции «Альфа», чтобы доставить к главе их организации и казнить за убийство президента.

На этом моменте Рита ойкнула, но больше не смогла произнести ни слова. Какое убийство? Какого президента? Что за ахинея?

- Моя организация «Фрайт» отправила меня защитить тебя и предоставить тебе, - он хмыкнул, - политическое убежище. Меня теперь волнует только один вопрос: почему за нами не приехал Слава, и куда нам двигаться после ночёвки.

Влад резко затормозил на какой-то тихой улочке и кивнул на дверь.

- Вылезай, - скомандовал мужчина, покидая автомобиль, и Рите ничего не оставалось, как последовать его примеру.

Они быстро прошли в небольшой кирпичный домик, причём Влад снова вёл Риту за руку, будто она собиралась куда-то бежать. Но Маргарита не то что бежать - она даже мыслить здраво сейчас не могла.

Она убила президента, причём совершенно не помнит об этом. Мало того, какого президента – тоже неясно. Да и вообще, всё происходящее кругом было настолько нереальным, что порой Рита ловила себя на мысли, что ей безумно хочется проснуться.

Влад включил крошечный светильник на стене и покрутил ручку регулировки освещения, чтобы добиться полумрака. Рита, не спрашивая разрешения хозяина домика, добрела до широкого кресла и плюхнулась в него. Сейчас ей хотелось только одного: чтобы её оставили в покое и больше не трогали по таким странным поводам вроде убийства президента, виновницей которого она якобы стала. Рита прикрыла глаза и попыталась прикинуть в уме, что же ей дальше делать. Попросить, чтобы Влад довёз её до «Неба номер 7» и там уже попытаться вернуться в свой мир? Стоп! Неужели, она действительно верит в то, что находится в другом мире? Бред...

- Выпей, - раздался голос Влада, который протягивал ей бокал с янтарной жидкостью.

- Что это? – приоткрыв один глаз, потребовала ответа Рита.

- Виски, выдержанный. Не бойся, не отравлю. Расслабься и спи, я буду охранять нас.

Почему-то ему отчаянно хотелось поверить, или это просто был единственный верный вариант сейчас.

Рита выхватила из пальцев Влада бокал и залпом осушила его. Рот и горло нестерпимо обожгло, а вот по внутренностям разлились такие приятные тепло и истома, что на губах девушки заиграла лёгкая улыбка. А потом Влад и комнатка перестали существовать. Где-то на краю сознания ещё мелькнула мысль о том, что нужно поставить бокал на столик, чтобы сосуд не разбился, но и эту мысль поглотила темнота сна...

«Агент Мари Стейн, это будет последнее задание для вас, - шептал какой-то мужчина, лица которого Рита не видела. - Вы позволите поймать себя сотрудникам из организации «Альфа», чтобы провести операцию «Z». Руководитель «Альфы» должен быть мёртв после встречи с вами...»

Какой-то странный обрывок сна растворился, будто его и не было, и Рита широко распахнула глаза, вспоминая, где именно она вчера заснула. Просыпание ей решительно не понравилось. Она лежала на кровати, укрытая тонким пледом, пальто с неё кто-то снял, а прямо перед ней сидел в самой непринуждённой позе Влад, который сейчас вертел в руках чёрную карточку и автобусный билетик.

- Всё ещё ночь? – хрипло проговорила Рита, прислоняя прохладную ладонь ко лбу. Зря она вчера маханула бокал виски...

- Уже вечер седьмого января, Мари. Скажи мне, дорогая, - его голос стал вкрадчивым, и он подался вперёд, впиваясь взглядом в её лицо. - Когда ты собиралась мне сказать, что ты тайный агент «Неба номер семь»?

Рита присела на постели, глядя на чёрный прямоугольник в длинных красивых пальцах мужчины. Да, точно. Именно эту карточку с загадочной надписью она нашла ночью возле дома Лены. Девушка закатила глаза и рухнула обратно на подушки, игнорируя испытующий взгляд Влада. Как же ему объяснишь, что она вовсе никакая не Мари, за которую её все здесь принимают?

- Послушай, я не знаю, кто такая Мари, не представляю, за что она прикончила вашего несчастного президента, и вообще не представляю, что это за игры в тайных агентов.

Она сделала паузу, борясь с желанием попросить стакан воды и продолжила.

- Меня зовут Маргарита Смирнова, я преподаватель литературы и русского языка в средней школе номер 7 Приморского района...

- Погоди, - перебил её мужчина и Рита покосилась на него, - Если это не ты, то Мари...И тайный агент...

Он хлопнул себя ладонью по лбу, вскочил с места, но тут же присел обратно. Он видел, как Мари исчезала в какой-то странной вспышке света. Конечно, он нашёл её минут через двадцать в баре, но где была девушка всё это время, он не знал.

- Значит, глава «Фрайта» послал меня якобы защищать тебя, то есть, Мари, чтобы я привёл её в организацию.

- Логично, - прокомментировала с кровати Маргарита.

- Да подожди ты, - прикрикнул на неё мужчина, но тут же спохватился и пробурчал что-то вроде извинений.

- Послушай, давай ты просто мне расскажешь всё, ничего не скрывая, а потом мы решим, что делать дальше, - предложила Рита, и Влад сделал глубокий вдох. Он окинул девушку долгим взглядом, словно решал, стоит ли рассказывать ей всё, а потом заговорил.

- Мари убила президента одной известной компании, неважно какой, - он махнул рукой и закурил, - Это сейчас я понимаю, что было сделано это для того, чтобы попасть в организацию «Альфа». Зачем ей это было нужно, не пойму.

- Чтобы убить её главу, - шепнула Рита, вспоминая обрывок сна, и Влад снова вцепился взглядом в её лицо, - Я видела это во сне, - поспешно добавила девушка.

Мужчина выдохнул и стряхнул пепел прямо на пол.

- Да, наверное, так оно и было, - согласился он и прибавил, словно размышлял сам с собой. – Значит, «Небо номер 7» всё же существует. Так вот, она должна была проникнуть в «Альфу» а меня уполномочили защищать её от сотрудников этой организации. Теперь-то я понимаю, почему она постоянно ускользала из-под моей защиты. Мари сама хотела попасть в «Альфу». А глава моей организации послал меня, чтобы я привёл её к ним, потому что он давно хотел уничтожить главного агента «Неба номер 7». Раньше ходили слухи, что эта организация выдумка, но теперь ясно, что она существует...

- А где сейчас Мари? – тихонько спросила Рита, раздумывая о том, как же теперь ей выбираться из передряги, если Влад понял, что она не та, кто ему нужен.

Вместо ответа мужчина вскочил на ноги и кивнул ей.

- Одевайся. Я не знаю, где Мари, но я обязан её найти и спрятать ото всех. От «Альфы», «Фрайта», да и от «Неба номер 7» тоже.

Маргарита, которая как раз натягивала сапоги, бросила на него недоверчивый взгляд.

- Но разве ты не нарушишь приказ своей организации?

- Нарушу, - как ни в чём не бывало, ответил Влад, - Но меня интересует только судьба Мари. А сейчас я отвезу тебя к переходу в твой мир и на этом мы расстанемся.

Рита застыла на месте. Чёрт побери! То, чего она так хотела совсем недавно, теперь стало ей ненужным. Ей хотелось остаться здесь, с Владом.

- Но я не знаю, куда мне нужно! – попробовала запротестовать девушка.

- Зато я знаю, - Влад помахал у неё перед носом билетом на автобус. - Тут написано: портал откроется в 7 часов вечера 7 января у «Неба номер 7».

Рита выхватила клочок бумаги из пальцев мужчины и удостоверилась, что всё так и есть.

Ночью она просто сунула билетик в карман пальто и всё...

- А сколько сейчас? – шепнула Рита, глядя на Влада.

- У нас ровно полчаса, поехали...

Через двадцать семь минут их машина припарковалась возле «Неба номер 7», остановившись неподалёку. Рита всю дорогу металась между разумным желанием снова оказаться дома и безумным – остаться здесь с Владом. А вот ему она, похоже, была совершенно не нужна. Он даже с каким-то облегчением, что ли, понял, что от Риты можно избавиться, просто привезя её к порталу.

- Дальше придётся тебе идти одной, тут всё нашпиговано людьми из разных организаций. Готовься.

Маргарита бросила быстрый взгляд кругом, но никого не увидела.

- В каком месте тогда был портал? – снова прикуривая, спросил Влад.

- Вон там, - Рита указала на место напротив «Неба номер 7», и Влад скомандовал:

- Вперёд!

Маргарита, повинуясь его приказному тону, выскочила из машины и побежала в сторону, где в прошлый раз открылся портал. Там уже начинало происходить что-то странное. Снег поднимался вверх, завихряясь, как это и было в прошлый раз.

«Мамочки! – думала Маргарита, подбегая к открывающемуся порталу. - Только бы не стали стрелять!»

Подбежав к источнику призрачного света, который так и манил к себе, Рита в последний раз обернулась и посмотрела на автомобиль, в котором сидел Влад. Что-то кольнуло в груди, но было ясно одно: Владу Рита не нужна...

Она шагнула в портал, и тут произошло что-то странное. Прежде, чем её потянуло вверх и закружило, как это было в прошлый раз, Рита увидела...саму себя. Вот только это была совершенно другая Маргарита, одетая в обтягивающий кожаный костюм. Она широко улыбнулась ошеломлённой Рите и, вынув из кобуры пистолет, передёрнула затвор, выходя из портала.

А потом звуки начавшейся перестрелки исчезли, потому что Риту дёрнуло вверх, и она закружилась в круговороте снежинок.

Рита твёрдо стояла на ногах рядом с призрачным зданием, которое выступало своими очертаниями из темноты. Как будто и не было ничего того, что произошло с ней в последние полтора суток. Ни портала, который уже закрылся и стал просто воспоминанием, ни Влада, ни перестрелок. Ни странных организаций.

Она потрясла головой и огляделась. Рядом в снегу темнело что-то подозрительно похожее на её сумку. Девушка нагнулась и подняла свою вещь, размышляя над тем, как ей теперь выбираться отсюда. Хоть бы этот чёртов автобус приехал за ней и довёз туда, куда ей нужно!

И, словно в ответ на её мысли, на дороге показались фары, свет которых приближался с каждой секундой. А через некоторое время перед ней и впрямь притормозил чудо-автобус, на котором она добралась сюда ночью. Он так же приветливо распахнул свои двери, и Рита, теперь уже не сомневаясь в своих действиях, шагнула в салон.

Пусть уж теперь везёт до дома, раз уж взялся!

В салоне была только бабуля-кондуктор, которая всё так же спала, да ещё какой-то мужчина сидел на одном из передних сидений, но разглядеть его было невозможно: мешал надвинутый на самые глаза капюшон.

Маргарита двинулась в сторону кабины водителя, чтобы сообщить тому адрес, по которому её нужно было доставить. И тут автобус резко пришёл в движение и покатил в направлении, известном ему одному.

Рита оступилась, каблук, который ночью угрожал сломаться не раз, не выдержал и надломился. Девушка нелепо взмахнула сумкой и морально приготовилась растянуться в проходе в полный рост, когда её подхватили крепкие мужские руки. Мужчина, поймавший её, сел обратно на место и усадил девушку на колени. И только Маргарита приготовилась возмутиться, как столкнулась глазами с взглядом...Влада.

- Привет, я Дима, - представился мужчина, откидывая с головы капюшон. А потом подмигнул опешившей Рите и улыбнулся. Улыбкой Влада.

«Горькое искушение Аввадона»

Это их проклятие. У каждого своё. Рождённое небом, подпитанное Адом. Сотканное словно бы из ниоткуда, но по силе равное силам всей Вселенной. Это любовь Демона - незримая связь с той, которую ему избрало Провидение или же Наказание. А возможно, Искушение, которое может быть жестоким и горьким. Подчас слишком горьким...

Он ласкал её жарко и влажно, так, как это умел делать только он. Скользил горячими твёрдыми губами по её шее, по скуле, по щеке...Прикусывал мочку уха, поглаживал влажными прикосновениями языка нежную раковину и шептал бессвязные слова. Он даже не помнил, о чём, не понимал их смысла. Так было...нужно.

Мужчина не испытывал к этой девушке никаких чувств и эмоций, даже тогда, когда его горячие ладони скользили по её телу, приподнимая края платья. А она вцеплялась в его плечи и громко стонала, подаваясь бёдрами навстречу его руке. Вот пальцы мужчины легли на тонкую влажную полоску трусиков, чуть надавливая, понуждая девушку хрипло простонать ему в губы.

Он вгляделся в чёрную бездну её глаз, когда она распахнула их, почувствовав тепло его ладони. Мужчина ухмыльнулся, изогнув губы в льдистой порочной усмешке, посылая по своей руке жар из самого ада. Чуть прикоснулся ртом к её губам, словно пробуя их на вкус, чтобы понять, углублять ли поцелуй.

- Я хочу, чтобы ты получила наслаждение, когда я буду убивать тебя, - прошептал он невесомо, чувствуя рукой знакомое покалывание. Девушка была готова перейти ту черту, за которой обретёт удовольствие и только он своим разумом удерживал её от этого. Ещё было не время.

На долю секунды в глазах девушки мелькнул испуг, но его быстро развеяло туманом желания и неистовой похоти. Противиться этому искушению, что он давал ей сейчас, было невозможно. Его губы лениво раскрылись, захватывая губы девушки в свою горячую влажность, и язык скользнул в её рот, слизывая вкус. Вкус дождя с примесью дешёвого блеска для губ. Этот привкус был чужеродным, ненужным.

Сладкий глоток её души проник в тело мужчины, и он позволил девушке получить то, чего так хотело её тело в этой последней агонии. Пальцы его задвигались быстрее, девушка стонала ему в губы, и стоны слабели с каждым мгновением. А тело демона насыщалось, поглощая душу и все её ощущения, которые она испытывала в этот миг. Вкус дождя на её губах стал чистым, когда демон стёр с него любые привкусы, заменяя их ароматом смерти. Он витал кругом, оседая на влажные тела двух любовников, один из которых был уже мёртв.

Демон отстранился от девушки, разрывая поцелуй и позволяя её телу сползти по мокрой стене и мягко приземлиться на асфальт. Внутри мужчины уже появилось то самое чувство, которое он так ненавидел, - разочарование, которое всегда приходило к нему после того, как он забирал у кого-то душу. Он посмотрел невидящим взглядом на застывшее лицо девушки, которая смотрела вперед себя, поднял повыше воротник пальто, вынул из кармана пачку сигарет и развернулся, чтобы уйти. Теперь нужно было начинать бороться с этим мерзким чувством, которое отступит только тогда, когда он найдёт себе новую жертву.

Прикуривать не хотелось, хоть горький дым и был способен на некоторое время убрать привкус разочарования. Аввадон просто шагал по улице под струями холодного летнего дождя, направляясь в один из баров, в котором обычно проводил ночи.

Ливень всё усиливался, нещадно заливал всё кругом, словно небо оплакивало те души, что были принесены сегодня в жертву демонам. Кем? Никто не знал ответа на этот вопрос, и Аввадон не стремился обрести это познание.

Что-то было не так в пространстве, Аввадон чувствовал это, то и дело поворачивая голову вправо и влево, и шумно вдыхая в лёгкие воздух. И не мог понять, что именно не так. Он шёл вперёд, к бару, надеясь на то, что это мерзкое ощущение исчезнет, когда он окажется в привычном месте. Но оно не растворялось, всё усиливаясь с каждым его шагом.

Шаг, ещё один и ещё и вдруг удар...Сильный удар огромной волной горячего ветра. И в его руках, которые помимо воли обхватили кого-то маленького и щупленького, оказалась девчушка, лет пятнадцати.

То, что Аввадон увидел следом, он не забыл бы, даже если бы исчез из всех пространств Вселенной, - огромные синие глаза, обрамлённые густыми мокрыми ресницами, с которых капала вода. Пухленькие губы приоткрылись, когда девчонка уставилась на лицо демона, так откровенно рассматривая его. А Аввадон держал её в руках, не в силах выпустить из своих объятий.

- Простите, - прошептала девушка, пытаясь выпростать руки из его захвата, но демону так не хотелось отпускать её. Она была такой маленькой, такой беззащитной, и именно она так быстро изменила всё кругом. Он даже не мог себе представить, что она сейчас останется одна, и кто-то из ему подобных может покуситься на неё. Захочет прижать её к стене, станет скользить руками по её миниатюрному телу, а потом прикоснётся к ней губами и выпьет её до капли, даря в ответ наслаждение. От одной только мысли об этом из груди Аввадона вырвался приглушённый рык.

- Как тебя зовут? – пытаясь говорить как можно спокойнее, чтобы не испугать синеглазое чудо ещё больше, спросил мужчина, игнорируя попытки девушки высвободиться.

- Мария. Меня зовут Мария. Отпустите.

Первая здравая мысль со стороны девушки – попросить её отпустить. Но она сейчас просила о невозможном.

- Мария, - протянул Аввадон, прикрывая глаза, словно старался запомнить её имя навсегда. – Мария.

А потом резко разжал руки, отступая на шаг и не спеша открывать глаза. Он слышал, как она убегает, стремясь поскорее скрыться от него, и ему приходилось сдерживаться изо всех сил, чтобы не броситься следом. Горячая волна чего-то нового, которая ударила мужчину, проникла внутрь, стала его частью, и бороться с ней было невозможно.

Аввадон постоял ещё немного с закрытыми глазами, потом сделал шаг вперёд, оказываясь на том месте, где только что была девушка, и, стряхнув с себя оцепенение, зашагал дальше.

Оказавшись в баре, мужчина понял, что это странное ощущение, которое так быстро охватило его на улице, проходит. Словно его кто-то стёр насухо, оставляя в том ливне, что бушевал снаружи. Он расслабленно откинулся на спинку высокого стула, вертя в пальцах бокал коньяка. Мокрое пальто висело в углу на вешалке, и Аввадон то и дело ловил себя на мысли, что он вдыхает тонкий аромат девушки, который исходил от него. Она оставила после себя запах и своё имя. Мария.

- Эй, дружище, как прошла ночь? – улыбчивый парень, которому на вид нельзя было дать больше двадцати лет, уселся рядом, давая знак бармену наполнить его бокал.

- Всё хорошо, Асмодей, - рассеянно ответил Аввадон, отпивая глоток коньяка и почти не чувствуя его вкуса.

Ему не хотелось ни с кем говорить, хотелось побыть в одиночестве, и в то же время он боялся остаться один. Боялся, что он бросится на поиски этой девушки, чтобы узнать у неё, кто она такая и для чего была послана в его жизнь. А ещё он постоянно думал о том, что вместо него её мог найти кто-то другой, и от этих мыслей пальцы сами собой сжимались на бокале, угрожая превратить его в осколки.

- Прощай, - неожиданно для самого себя бросил он демону, резко отодвигаясь на стуле и поднимаясь на ноги. Кинул на стойку купюру и зашагал к выходу, совершенно забыв о пальто.

Город казался таким чужим, что демону приходилось напоминать себе, что он прожил здесь последние несколько десятков лет. Аввадон то и дело поднимал лицо к небу, с которого теперь падала лёгкая морось, пришедшая на смену ливню, и ему хотелось кричать в небеса. Хотелось просить у неба повернуть ход времени вспять и не позволить произойти той встрече.

Августовское утро было серо-стальным и больше походило на осеннее. Аввадон медленно брёл по улицам, не преследуя никакой цели, когда знакомое тепло словно позвало его к себе. Это было удивительное ощущение, какое бывает, когда купаешься в озере, и солнце неравномерно прогревает воду. Вот ты идёшь, чувствуя прохладу воды, и через мгновение она становится на удивление тёплой.

Аввадон замер, пытаясь прогнать это наваждение и не смог отказаться от него. Только сейчас он заметил, что улицы уже заполнились людьми, которые спешили по своим делам и среди них он увидел её. Марию. Она шла в сторону одного из магазинов, болтая о чём-то с девушкой, которая показалась демону безликой и пустой. Будто бы её не существовало вовсе. Весь его мир сейчас сжался до точки, в которой была только Мария. Тепло, которое было между ними, стало своего рода нитью, протянутой от него к девушке. И разорвать эту нить было не под силу никому.

Потекли мучительные минуты ожидания, едва Мария скрылась за дверьми бутика. Людской поток тек рекой в разных направлениях, абсолютно ничего не знача для Аввадона. Он видел перед собой только дверь магазина, в который можно было попасть, если перейти дорогу, а остального не существовало во Вселенной. Аввадон тысячу раз ловил себя на мысли, что он мечтает войти в этот магазин, чтобы убедиться в том, что Мария существует в этом мире. И тысячу один раз останавливал самого себя.

Солнце раскрасило небо в светло-алые тона, исчезая на западе, проспект теперь был освещён несколькими десятками жёлтых фонарей, а демон ждал, с каждой секундой всё отчётливее ощущая страх того, что ему показалось, что Мария была здесь. И всё же, он мог поклясться небесами, что он чувствовал нить, которая отныне связывала их с этой девушкой.

Двери магазинчика распахнулись, выпуская волну тепла, которая осела в воздухе облаком, и Аввадон увидел выходящую из бутика Марию.

На принятие решения подойти к ней, ушла всего доля секунды. И вот демон уже шагнул вперёд, приближаясь к застывшей возле выхода Маше. Ей казалось, что он слышит её дыхание – глубокие частые вдохи, словно она волновалась и не знала, какова причина волнений. Сейчас она уже не казалась ему столь юной, как то почудилось Аввадону ночью, но демону было всё равно, сколько ей лет – самое важное, что она была рядом.

- Добрый вечер, - шепнул он, оказываясь рядом с ней, и она встрепенулась, переводя взгляд на его лицо. Аввадон снова почувствовал, будто тонет в её глазах удивительного синего цвета.

- Добрый вечер, - ответила Мария. Кажется, она совершенно его не боялась.

- Разрешите проводить вас до дома? – совершенно неожиданно для самого себя спросил демон, и девушка встрепенулась.

- А Вы всегда предлагаете незнакомым девушкам проводить их до дома? – Маша склонила голову набок, ожидая ответа, и улыбнулась.

- Нет, - рассмеялся Аввадон и протянул ей руку, - Андрей.

Она медлила всего долю секунды, а потом её маленькая горячая ладошка скользнула в его большую ладонь, и демон осторожно сжал её.

- Мария, - представилась она, вызывая у мужчины вихрь воспоминаний о прошедшей ночи. Слава Аду, она не помнила о нём ничего.

- Ну, вот мы и знакомы, так что теперь можно смело говорить о том, что я предложил проводить до дома знакомую девушку, - он улыбнулся, услышав, как она рассмеялась, и добавил, - Ты не против?

- Нет, я не против, - отсмеявшись, ответила Мария, разворачиваясь в сторону набережной, - Тем более, что в логике тебе не откажешь.

Они побрели неспешно по тротуару, двигаясь в сторону реки, и Аввадон поймал себя на мысли, что ему больше ничего не нужно, - лишь бы брести вот так рядом с ней, чувствовать её тепло и знать, что она есть на этом свете.

- У тебя бывает такое ощущение, что тот, кого ты видишь впервые в жизни, кажется тебе настолько знакомым, что ты даже не знаешь, как объяснить себе это? – Неожиданно задала вопрос Мария, облекая в слова мысли демона.

- Бывает, - голос был хриплым, будто Аввадон не мог справиться с волнением. Мария кивнула, принимая его ответ как само собой разумеющееся, а больше слов было не нужно.

Эта ночь была не похожа ни на одну из нескончаемого потока прошлых ночей, которые уже встречал Аввадон. В неё было вплетено какое-то необычное чувство. Вроде бы ночь, как ночь. Обычное время суток со светом жёлтых фонарей, чернильным небом и стрёкотом цикад. Но те нити, которые порой так явственно ощущал демон, и которые тянулись словно бы из ниоткуда, невозможно было понять до конца. Это было полотно, невидимое и неосязаемое, сотканное из чего-то необъяснимого. Но именно это необъяснимое сегодня было чертовски иным.

Всего несколько часов назад, прошлым вечером, Аввадон был бесконечно счастлив, находясь рядом с Марией. О, как оказывается просто и легко можно думать о женщине, что ты любишь её, и что никому никогда не дашь её в обиду. Это было абсолютно закономерным и таким простым, что иного просто и быть не могло. Они уже договорились встретиться на следующий день, и Аввадон был счастлив этому обстоятельству. Он увидит её, увидит совсем скоро. Но эта простая истина казалась ему таковой до определённого момента, пока небо не стало посылать ему какой-то тревожный сигнал, и сейчас он не понимал, что происходит. Вроде бы обычная ночь, и в то же время...

- Нет! – кричал кто-то справа. Издалека. Надрывно. Страшно. Знакомо...

Слишком знакомо. Слишком.

Тело демона мгновенно напряглось, становясь каменным изваянием. Каждая мышца была подобна натянутой струне, в любое мгновение готовая заставить тело действовать. И Аввадон сорвался с места, устремляясь в сторону тёмного парка. Он уже знал, что именно там увидит. Знал, что не будет иметь прав отобрать у другого демона его жертву, и знал, что пойдёт на это преступление.

- Нет! - из его груди вырвался страшный рык. Рука, на которой отросли длинные когти, полоснула Астарота по плечу, откидывая того в сторону. Он не успел понять, жива ли Мария, которая сползла безвольной куклой по стволу дерева на землю, когда Астарот, приняв демонический облик, атаковал его, ощутимо проходясь когтями по его щеке. Нужно было бороться, отключить все страхи за девушку и бороться до конца, потому что на кону стояла смерть любимой.

Через мгновение парк сотряс раскат грома – это два демона сошлись в схватке, отстаивая право на жертву. С той лишь разницей, что один хотел отстоять это самое право, а второй – забрать его, преступив все возможные законы. Они бились сурово, не на жизнь, а на смерть. Аввадон перестал замечать удары, когда ему стало казаться, что он обессилен, и только постоянная мысль о том, что Мария находится рядом, и что ей нужна помощь, давала ему силы сражаться. Астарот стал всё чаще промахиваться, позволяя Аввадону задавать свой ритм этой схватке, а потом и вовсе развернулся, скрываясь в темноте. Больше ждать было нельзя – и так прошло слишком много времени, а каждая минута была на счету.

Демон развернулся в сторону лежащей на земле Марии, подбежал к ней, подхватывая её на руки и устремляясь к выходу из парка. Он чувствовал, как связь между ними, которая протянулась подобно невидимой стальной нити, слабеет с каждой секундой. Мария умирала на его руках, а значит, у него был только один шанс спасти её.

Огромный дом, в который Аввадон перенёс девушку, казался ему на удивление безликим и пустым, хотя за последние несколько часов демон не  раз представлял себе, как этот дом станет их общим с Марией. Он не думал о будущем, просто хотел жить тем, что есть у него сейчас. Было не важно, что будет дальше, если бы рядом с ним была Она...

Бережно уложив Марию на постель, Аввадон на мгновение замер, решаясь на то, чтобы начать то, что он должен был начать. От его последующих действий зависело всё. И это "всё" сосредоточилось сейчас в понятии "Жизнь Марии". Для него это был весь мир. Она была хрупкой и крошечной. Еле вздымающаяся грудь, обтянутая тонкой кофточкой, боролась за жизнь, вмещая в себя каждый вдох. Аввадон упёрся коленом в кровать, нависая над девушкой на вытянутых руках, и едва коснулся её губ поцелуем. Они были прохладными и нежными, но ему казалось, что из них вот-вот уйдёт жизнь. Нужно было действовать осторожно, забыв обо всём и помня только то, что от его действий будет зависеть всё. Он должен был отдать все души, которые поглотил, чтобы спасти любимую.

Совсем чуть-чуть первой силы души, через первый невесомый поцелуй...Он помнил эту душу, она навсегда останется в его памяти. Молодая девушка, которая так спешила на свидание к своему парню. Распахнутые глаза, которые уже не видели ничего и вопрос: "За что?". За жизнь Марии, девочка, за жизнь Марии...

Поцелуй Аввадона скользит по скуле любимой вниз, и он еле сдерживается, чтобы влить в неё всю силу. Только понемногу, по капле...Иного пути нет. Поцелуй, оставленный на коже груди, и вот вторая капля силы в Марии. Эта женщина была совсем молодой, она шла домой, представляя, как будет целовать пухлые щёчки крошечной дочери. Он отнял у неё эту возможность, она никогда больше не будет рядом с малышкой. Никогда не скажет ей "люблю". И всё - ради жизни Марии. Горько, горько...Как же невыносимо горько!

Кофточка, разорванная руками демона, отлетает прочь, и Маша остаётся перед своим демоном почти беззащитной. Он целует её грудь, ласкает языком сосок, и это его Причастие. Руки ложатся на ремень его брюк, медленно расстёгивают его, избавляя Аввадона от одежды. Потом пальцы пробегают по животику девушки, снимают с Марии юбку и демон замирает, наслаждаясь великолепным зрелищем - кружевные трусики, которые почти ничего не скрывают. Терпкий аромат, который демон втянул в лёгкие. По чуть-чуть, понемножку, по-другому нельзя. Ещё одна душа, ещё одно Причастие. Пальцы скользят по коже, отодвигают хрупкую преграду трусиков в сторону, когда Аввадон врывается в тело девушки, подаваясь бёдрами вперёд. Не может сдержать рык удовольствия, от того, как тесно сжимают его член мышцы её влагалища. Но нельзя думать о своём наслаждении, только о том, чтобы спасти свою женщину.

Снова движение бёдрами и новая душа, которая вливала силу в тело Марии. Веки любимой затрепетали, но она не открыла глаза, продолжая находиться на грани между жизнью и смертью. Она почти потеряла душу, и сейчас нужно было отдать ей всё до капли, надеясь на то, что этих душ хватит.

Демон-искуситель...Он не умел по-иному, только вот так, давая наслаждение через занятия любовью, лаская неспешно и осторожно, отдавать, отдавать, отдавать...

Наслаждение было смешано с отчаянной горечью, и это была дань, избежать которую было невозможно. Движения всё ускорялись, Аввадон начал чувствовать, что слабеет, а Мария наоборот, обретала силу. Взметнулись тонкие руки, обхватывая демона за шею, прижимая к себе для поцелуя, и Аввадон уже не смотрел в её лицо, просто прикрыл глаза, целуя мягкие и такие сладкие губы. Саднящий след от ногтей на спине отрезвляет, но не настолько, чтобы перестать чувствовать горечь и наслаждение. И с каждым движением горечи становится всё больше, а девушка тонко вскрикивает и начинает дрожать под ним от сладости первого оргазма.

Аввадон лишь на секунду замирает, пытаясь удержать сознание на поверхности, но в голове уже стучит молотом мысль, что это конец. Он справился, он отдал ей почти всё, она будет жить.

Распахиваются синие глаза, которые постепенно затопляет жидкий янтарь. Демонический отблеск порхает по радужке, то почти полностью скрывая её, то отступая. На губах Марии расцветает тот самый лёд усмешки, который Аввадон так часто дарил своим жертвам. И демон оказывается лежащим на спине, в то время, как его Мария устраивается сверху. Скользит вверх и вниз, впивается ноготками в кожу его груди, оставляя свой след, и когда Аввадон понимает, что сейчас обретёт смерть, его плоть взрывается в сумасшедшем экстазе. Прежде всего, от понимания того, что Мария жива...

***

Мужчина неспешно брёл по тёмному парку, направляясь в сторону расположенных неподалёку высоток. Он не помнил почти ничего из того, что было в его жизни до этого момента. Знал лишь только, что ему нужно идти в квартиру, которая находилась в одном из домов. Он приостановился, словно почувствовав чьё-то присутствие, обернулся, скользнув взглядом по тени деревьев, потом пожал плечами и пошёл дальше.

Демоница Мария, которая неотрывно следила за мужчиной, невесомо заскользила дальше, не обнаруживая своего присутствия. Она улыбалась открыто и радостно, хотя, в её усмешке кому-то мог почудиться нездешний холод. Она будет сопровождать Аввадона везде, сделает так, что он станет самым отъявленным грешником из всех живущих на земле людей. Она будет по капле, по чуть-чуть вести его по этому порочному пути, потому что теперь у него только одна дорога. Дорога греха. Дорога в Ад. Дорога к ней...

Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/

Content

Сборник мистических рассказов