Павел Юлианович Кобылянский

ПОИСК ВЫХОДА

ПРОЛОГ

Приближенный Салтан Тенебра, т'сареш,

Дея, 54 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

В замок Субур Салтан Тенебра, начальник разведки семьи Л'сос, прибыл весьма и весьма раздраженным. Для этого у него были весьма веские причины. Вроде дали ему достаточно простое задание, даже не задание — задачу, а вот решить ее он никак не мог. И мешали-то все время разные мелочи, казалось бы, совсем незначительные, но из-за этих мелочей приходилось терять кучу времени, да еще постоянно придумывать оправдания для высшего. Но и начальство беспокоилось не зря: у него над головой висел Древний, а хозяина семьи оправдания не интересовали. В принципе главу семьи вполне можно было понять: с некоторых пор на Дее творились весьма странные вещи. Вот, например, откуда на их планете с устоявшимся равновесием привыкших к сосуществованию различных рас, давным-давно живущих своими государствами и кланами, мог появиться новый Древний? Другие семьи т'сареш тут были ни при чем — это Тенебра проверил сразу же. Обряда посвящения в Древние ни в семье Л'сос, ни в других семьях т'сареш не проводилось. Но тем не менее — Древний появился. Появился он ниоткуда в их достаточно хорошо освоенном и изученном районе, где неприятностей такого масштаба ожидать вроде бы и не приходилось. А неприятности назревали колоссальные. Все дело в том, что Древний олицетворял собой семью. Один Древний — одна семья. Появление же нового, неизвестно откуда взявшегося Древнего грозило обществу т'сареш весьма крупными потрясениями: переделом подданных, переделом имущества, переделом земельных наделов. Салтан задумался, он вновь и вновь перебирал в памяти события последних дней. Тенебра должен был понять, что происходит. Внимание хозяина от своей скромной персоны начальнику разведки худо-бедно, но удалось отвести. Их Древнего в первую очередь интересовало, куда подевался его пришлый сородич, а это они смогли выяснить, хоть и не так быстро, как хотелось. Ищейки Тенебры сработали грамотно, нашли портал, которым гость, явившийся откуда-то извне, прыгнул на Южный континент, выставили маяки, на сигнал которых в свою очередь пришла из резиденции парочка опытных магов из высших т'сареш. Они нашли выходную точку портала на Южном, выставили маяк для теневиков. По идее Салтан тоже был обязан туда отправиться, что называется, руководить процессом, но новости, поступившие от ищеек, подсказали ему, что, пожалуй, в этих лесах еще не все дела закончены. В схватке с Древним — одним из самых могущественных существ на Дее, обладающим почти безграничными магическими способностями, — много толку от него не будет, да и теневики вполне смогут отследить гостя без него. А вот подумать и поискать, от кого, собственно, Древний убегал, да еще так поспешно, пожалуй, не помешало бы. Вполне можно ожидать, что высший Скинтес, узнав эти подробности, дал добро на проведение расследования, да еще и выделил дополнительные ресурсы, что не могло не радовать.

Поначалу-то казалось, что все просто. Вынесло приблудившегося Древнего на небольшой караван, ну собрался он пообедать. Тифлинги, хозяева каравана — хвостатые и рогатые потомки демонов Хаоса, не самое сговорчивое блюдо: быстрота реакции и блестящие военные навыки позволяли им вступать в схватки с вампирами и выходить победителями. Обычным т'сареш в караване, охраняемом хвостатыми, ничего, кроме неприятностей, не обломилось бы, но вот Древний шансы имел. И все равно, что-то ему сначала помешало, а потом еще и здорово напугало. Может, кто-то из предков рогатых заявился, хотя и не похоже.

Неладное Тенебра почувствовал уже после общения с командиром десятка, который расследовал нападение на караван. Младший родич, голодный и уставший после длительной дороги, сразу по прибытии на заставу был доставлен к разведчику. И рассказал весьма интересные вещи. Получалось, что десяток младших т'сареш умудрились угробить две дюжины тифлингов, что уже само по себе звучало несколько фантастически. При таком соотношении сил даже ищейки Тенебры или теневики, которые без преувеличения являлись лучшими бойцами семьи в схватках без применения магии, трижды подумали бы перед тем, как выходить против отродий Хаоса. Впрочем, присутствие Древнего сразу все ставило на свои места: при поддержке высшего иерарха т'сареш, даже обессиленного, младшие могли одолеть и в десять раз больше рогатых. Тем более что все совпадало: как раз к моменту его беседы с десятником ищейки добрались до места нападения и там нашли следы портала. Получалось, что Древний участвовал в нападении и именно оттуда сбежал. А вот дальше начинался бред.

Караван должен был быть уничтожен полностью, до последнего существа, включая и всех животных, вообще всех, в ком была теплая кровь, подходившая т'сареш в пищу. Получилось же немного иначе. Выжила, хоть и была ранена, девчонка тифлинг. Ну это еще ладно, рогатые — твари живучие, могло повезти. Но уцелело еще и шестеро людей. А вот это уже было странно. Люди всегда являлись основной пищей т'сареш. Вампиры разводили их на своих фермах как скот и всерьез или как угрозу не воспринимали практически никогда. Людей как раз и прибили бы в первую очередь. Десятник клялся своей принадлежностью к семье Тенебра, что это были именно люди, скорее всего с примесью орочьей крови, один — так точно полуорк, уж больно парни были здоровые, но все равно — люди. Хоть и странные донельзя. Младший старательно пытался в доступных ему словах описать стоящую на неизвестных ментальную защиту, но ни сил, ни знаний для выражения своих ощущений молодому т'сареш не хватало. Единственное, что смог понять приближенный, так это то, что защита оказалась очень надежной. К этому плюсовались и все остальные странности этих людей: то, что ни один из них не был даже ранен, то, что десятник, определив их расовую принадлежность, не мог предположить, откуда они взялись. Единственное, что он мог сказать с уверенностью — что незнакомцы точно из свободных и с т'сареш, которые неизменно подвергали своих пищевых людей ментальной обработке — подавляли их волю и разум и делали практически послушными скотами, — раньше, скорее всего, не встречались. Но на жителей Десяти городов — государства свободных людей, не подчиняющихся вампирам, неизвестные не походили совершенно, про других свободных людей десятник вежливо уточнил, что лично с ними не встречался, поэтому и сравнивать не может. Впрочем, после его описания Салтан уже сам пришел к выводу, что на людей с Южного или Дальнего континентов они тоже не очень похожи. Девчонка тифлинг, оказавшаяся после гибели соплеменников старшей каравана, утверждала, что людей нанял ее погибший отец в качестве дополнительных слуг, вот только где именно нанял, не сказала, а десятник не догадался уточнить. Впрочем, винить за это младшего особого смысла не было, он же не в разведке работал. Да и в страже пост у него не особо и высокий. А вот Тенебра несколько напрягся. Людей с сильной и необычной ментальной защитой обязательно заметили бы, в первом же городе служба безопасности просто обязана была обратить внимание на подобное явление и отправить доклад по инстанциям. Но на всякий случай разведчик приказал одному из ищеек разослать запросы по городам, через которые прошел караван, и выяснить, не заметили ли там группу из шести человек с необычной ментальной защитой.

Про тела т'сареш десятник ничего особого сказать не смог, по его словам там все было изрублено в кашу, да потом еще трупы свалили в кучу без разбора, так что он увязал останки в несколько тюков и отправил следователям. Следы на дороге и поблизости в общих чертах подтверждали слова выжившей тифлингессы, получалось, что неизвестные т'сареш пришли откуда-то с юго-востока, причем перли напрямую через лес, по бездорожью. Вот только десятник крайне неуверенно и осторожно, постоянно извиняясь, упомянул, что следы были какие-то неправильные, то ли чужие т'сареш шли по лесу двумя группами, то ли за ними кто-то гнался и догнал их как раз к моменту нападения на караван. Но больше никаких следов от каравана не отходило, на дороге тоже никого не нашли, так что он об этой неправильности даже в рапорте упоминать не стал, тем более что его следопыт ни в чем уверен не был.

Младший вообще оказался напуган разговором с настолько высокопоставленным т'сареш. И то, что они происходили из одного рода, десятника ни капельки не успокаивало, скорее даже наоборот, внутри рода спрос был гораздо строже. Да и Тенебра, нагруженный свежими новостями, которые требовали быстрого обдумывания, выглядел пугающе. Так что, когда разведчик позволил десятнику удалиться, тот понесся к двери чуть ли не вприпрыжку, но на самом пороге вспомнил еще одну немаловажную деталь. Оказалось, что девчонка упомянула его имя — имя Салтана Тенебры, и сказала, что знакома с ним лично. Эта новость заставила разведчика всерьез задуматься. Дело в том, что даже внутри семьи его многие знали как начальника службы разведки, но вот его имя было известно совсем немногим, если знали, только название рода. Ну и в самом роде почти все имели представление о месте его службы, из всех Тенебра он оказался самым высокопоставленным т'сареш за последнюю тысячу смен, так что молодняку постоянно приводили его в пример.

Отпустив десятника и поставив зарубку в памяти, что младший, пожалуй, заслуживает повышения, поскольку, несмотря на усталость и вполне естественный страх, докладывал грамотно, обстоятельно, а свою работу выполнил качественно, Салтан стал внимательно вчитываться в имена, упомянутые в документах. Сейчас он сосредоточился на фамилии тифлингов: аэп'Шееллайт из клана Теорн, отец и дочь, судя по всему. Откуда они могли его знать… Наконец он вспомнил: ну конечно же Энно, тифлинг, торговец, примечательный уже тем, что занимался не самой характерной для рогатого деятельностью. Но это только на первый взгляд. Основным товаром этого тифлинга являлась информация. Клан Теорн был на Дее вторым по размерам, его бойцы нанимались по всему миру, новости к ним поступали весьма интересные, и что главное — своевременно. Да и мастера клана, подобранные тоже далеко не глупым старейшиной, оказались весьма головастыми, новости сообщали весьма любопытные, а зачастую анализ новостей, предоставляемый тифлингами, оказывался интереснее самих новостей. Ну да, и после парочки проданных этим Энно сведений Тенебра начал встречаться с ним лично, больно уж много пользы можно было извлечь из их бесед. Да, точно, тифлинг даже с дочкой его познакомил, правда, это произошло совершенно случайно. Просто встретились на рынке в одном из городов, и Салтан сам подошел к тифлингу, чтобы поздороваться, в конце концов, это был не один из его агентов, а просто торговец информацией, причем чуть ли не легальный. А тот оказался с дочкой, вот и вынужден был представить своего знакомого, правда, назвал только ранг и имя, про место его службы не упоминал. Но все равно в разговоре всплыло, что пост он занимает немалый. Вот девушка и упомянула его имя в разговоре, чтобы стражники не начали играть в бюрократию. Салтан вспомнил эту девчонку — молоденькая тифлингесса, блондинка с волосами до пояса, довольно хорошо развитыми рогами и хвостом и огненными радужками, что у тифлингов всегда считалось признаком принадлежности к высшим родам… Шелли… Да, да, кажется, Шелли…

Желание посмотреть на странных людей, непонятно как оказавшихся в уничтоженном караване, у Тенебры возросло еще больше. Он уже почти не сомневался, что именно эти неизвестные и гнали чужих т'сареш, больно уж все сходилось одно к одному. Ну не могла служба безопасности прозевать шестерых людей с ментальными блоками, если простой десятник почуял их мгновенно. И того, кто имел возможность такие блоки поставить, тоже прозевать не могли. И тифлингессу, получается, они спасли в последний момент, иначе с чего бы девчонке их так прикрывать, ну не могла дочка Энно страдать бескорыстием, просто так даже хвостом не пошевелила бы. Тифлинги только за своих соклановцев горой стоят, а всем остальным, даже соплеменникам из других кланов, помогают исключительно за деньги или услуги. Что уж тут говорить про другие расы. Но вот тут его поджидало разочарование. Караван буквально в последний момент успел пересечь реку и добраться до Перевального. Юридически он все еще оставался на территории семьи, но практически идти на открытый захват разумных в гномьем городе… В этом случае неприятности грозили перевесить все, что можно было получить от захвата каравана. Да и слово Древнего под договором, гарантирующее неприкосновенность их поселения, хитрые коротышки умудрились получить. Нет, если бы эти люди действительно как-то угрожали безопасности семьи, Тенебра без колебаний отправил бы в Перевальный весь подчиненный лично ему корпус ищеек с приказом любой ценой захватить людей, а потом сам явился бы с повинной на казнь к Древнему. Но сейчас в подобном самопожертвовании разведчик необходимости не видел, так что просто передал приказ отыскать этот караван и наблюдать за ним, причем не лично своей персональной агентуре, а обычным порядком — по эстафете. Салтан еще не решил, захватывать этих людей или попробовать договориться с тифлингами. Конечно, за людей, гоняющихся за т'сареш, рогатые запросят очень дорого, но это те расходы, которые вполне можно пережить.

Дальнейшие известия заставили пересмотреть ситуацию. Салтан решил на свой страх и риск обождать еще денек на заставе стражи, надеясь получить-таки журнал магических наблюдений, а потом потихоньку перебираться на Южный и участвовать непосредственно в охоте, но тут стали поступать новости от ищеек, искавших место появления Древнего на Дее. Подозрения десятника полностью подтвердились, чужие т'сареш не просто так бегали по землям семьи, они убегали. Убегающий Древний, праматерь Бездна, спаси и защити! Тенебра даже представить подобного не мог. Нет, были сущности, превосходящие Древних т'сареш по силе, те же драконы или, что там далеко ходить, демоны, предки тифлингов. Но и от них Древние никогда не убегали, а вступали в схватку, даже бывало, что побеждали, правда, очень редко. Но чтобы так — гнать Древнего как дичь, а потом еще и заставить телепортироваться на другой континент, перебив всех его слуг… Это что-то из разряда сказок или легенд.

Но по словам ищеек выходило именно так, примерно десяток т'сареш бежали через лес, прямо, никуда не сворачивая. Останавливались только для того, чтобы быстренько выпить кровь из какого-нибудь достаточно крупного животного. И Древний был с ними, ищейки нашли следы его присутствия. А за ними гнались шестеро. Двуногие, прямоходящие. Без сомнения, разумные, ищейки нашли следы обуви, очень странной и не похожей на ту, что изготавливалась на Дее, но без сомнения рукотворной, за это они ручались. Дальше — больше, примерно в сорока — сорока пяти перестрелах от дороги ищейки обнаружили трупы четырех т'сареш, убитых серебром, в странной, нездешней одежде. Да и убиты они были странным серебром, не похожим ни на что, виденное ранее. Серебро оказалось очень чистым, почти без примесей. Оставалось не очень понятным и то, как серебро засунули в убитых, такое впечатление, что кусочки серебра с вплавленными зачем-то внутрь крупинками стали кто-то с огромной силой швырнул в т'сареш, не подходя к ним вплотную. Луки и арбалетные болты отпадали, ничего похожего на стрелы ищейки не нашли, и то, что осталось в трупах от серебра, наконечники стрел ничуть не напоминало.

Вот теперь Тенебра получил доказательства, все сходилось: шесть человек гнались за чужими т'сареш, убивали их и в конце концов загнали и добили, попутно помешав вампирам перебить всех разумных в караване тифлингов. А потом эти неизвестные договорились с дочкой Энно, та выдала их за своих слуг, и они вместе с ней направились на север, в Десять городов, только там люди с ментальной защитой могли чувствовать себя в относительной безопасности. Когда наконец-то прислали добытые сведения из журнала академии, Салтан уже знал, что там увидит. Слишком все выходило логично. Так и оказалось: межмировой прокол, сильный, очень сильный, зафиксирован на тридцать восьмой день. Все стало понятным, впрочем, после доклада ищеек журнал уже не очень был нужен, так, подтвердить умозаключения.

Ситуация выходила не сказать что совсем уж рядовая, но вместе с тем — ничего необычного. Какие-то т'сареш попытались захватить очередной мир, но проиграли местным обитателям и теперь поспешно сваливали, а разозленные хозяева стремились догнать их и наказать. Что делать с соплеменником, заявившимся в гости из другого мира, пускай решает Древний. Впрочем, он уже решил. Найти, по возможности уничтожить, ну или прогнать с Деи, тонко намекнув, что еще для одного Древнего тут места нет. Что делать с преследователями, тоже ясно. Раз они так лихо гоняют т'сареш, их нужно поймать и убить, а лучше еще и расспросить перед этим. А то еще только захватчиков из другого мира тут не хватало, и так разумных рас на Дее, на вкус Тенебры, имелось более чем достаточно. Ему вполне хватило бы т'сареш как хозяев мира и людей как рабов и корма. Ну и орков тоже иногда можно было бы использовать для разнообразия, чтобы пища не вырождалась. Смущало Тенебру только то, что т'сареш гнали люди. Раса, с незапамятных времен служившая для его племени кормом. Даже присутствие свободных людей на Дее Тенебру не особенно сильно смущало: бывает, проворонили, сбежал корм, научился владеть магией. Но рано или поздно т'сареш прихлопнут Десять городов, а сейчас по большому счету свободные люди по-прежнему работали на семьи, и даже более эффективно, чем рабы. Так что пускай пока резвятся. Но вот то, что люди выгнали т'сареш из другого мира — уже опасно. Разведчик, ни мгновения не сомневаясь, передал по эстафете распоряжение: усилить наблюдение за караваном, по возможности захватить его, но без шума. А так — ждать прибытия специалистов. Сам же отправил в Перевальный остававшийся при нем десяток ищеек, а чтобы перестраховаться, вызвал из резиденции еще полусотню бойцов, почти весь резерв службы. В таких делах избыток подготовленных специалистов иногда идет скорее на пользу, чем во вред. Конечно, перед тифлингами потом придется извиняться, с кланом Теорн лучше не ссориться, и все же оно того стоило.

Салтан подробно доложил начальству все, что успел узнать, а также свои соображения по поводу развития ситуации. И испросил разрешения не отправляться на Южный, где он не особо был нужен, а заняться гостями из другого мира, оставаясь поближе к месту действия. Пока суд да дело, он посмотрит на останки чужих т'сареш, поговорит со следователями, заодно своей властью вызовет из резиденции дополнительных магов, что куда лучше, чем мелочь из провинциального замка. Ну а когда людей захватят, он первым на них посмотрит. В конце концов, внешняя разведка — это его работа, и чужие миры в это понятие тоже входят. Начальство дало добро, и Тенебра отправился в замок Субур.

Вот только одно не давало разведчику покоя. Отдав приказ добыть журналы, он не засекретил операцию, а проводил ее чуть ли не в обычном режиме, ну не верил, что обнаружится что-то важное, так что не стал сильно прятать происходящее от других разведок, наоборот, использовал эти события для отвлечения внимания от более важных происшествий. И теперь другие семьи вполне могли прийти к тем же выводам, что и он, и тоже заинтересоваться происходящим. Да и маги имели возможность вмешаться, что было совсем нежелательно. И ошибка эта оказалась только его и ничьей больше, так что требовалось ее исправить, пока до начальства не дошло: ведь конкуренты из контрразведки наверняка разнюхают и донесут, так что к этому моменту лучше бы иметь на руках готовое решение проблемы, а в идеале и решить ее. Кое-какие наметки на эту тему у разведчика уже были.

На периферии сознания крутились и мысли о том, что вроде бы Энно был не просто мастером торговли в клане — еще и какие-то родственные связи там присутствовали, но т'сареш придавали мало значения подобным мелочам, да и торговец тифлинг со своей дочкой, судя по именам, прямыми потомками покровительницы клана не являлись, а значит, на ее личную защиту рассчитывать не могли. Так что присутствие тифлингессы рядом со странными людьми не должно было сильно помешать его планам: так, немного осложнить, не более того. И Тенебра, отбросив ненужные мысли, занялся делом.

ГЛАВА 1

Мастер-наставник пределов Ареис Фабрум, человек,

Дея, 56 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Мастер Ареис в очередной раз проверял расчеты. Проклятый ректор, его бы самого заставить считать возможную дальность и направление межмировых проколов, да еще и без информации с места, просто по данным наблюдательных постов. И аспирантам этого не поручишь, они просто не справятся с такой задачей.

Нет, с одной стороны, получить лабораторию академии для своих исследований было бы совсем неплохо. Организовать нечто подобное он не смог бы. Еще во времена обучения Фабрум увлекся межмировыми проколами. Даже грезил другими мирами, мечтал научиться путешествовать по ним. С возрастом, правда, это прошло, тем более что и погулять по другим мирам немного, но довелось. Там оказалось все то же самое, что и на Дее. Нет, экзотические местечки попадались, встречались и очень-очень интересные, особенно если забраться подальше в сторону Хаоса. Вот только возникло одно «но»… Практик из Ареиса оказался никакой. Свой резерв сил оказался маленьким, хватало только на бытовые мелочи. И с контролем тоже дело обстояло не особо хорошо, так что и артефактами пользоваться получалось не очень. В итоге путешествовать он мог только по уже построенным вратам.

А вот для создания этих самых порталов как раз личная сила мага особого значения уже не имела, нужны были знания. Вот он и занимался, вычислял возможные координаты настроек на другие миры, выискивал по редким обмолвкам в архивах упоминания о других вратах. Или рассчитывал их возможное местоположение по искажениям потоков силы. На факультете пределов давно спорили, построил кто-то врата, или они появились сами собой, когда рождались новые миры. Исследователи искали закономерности их местоположения, выдвигали тысячи разных теорий. А Фабрум не теоретизировал, а просто считал, составлял таблицы и графики. Изредка и сам совершал путешествия в новооткрытые врата, конечно же под охраной боевых магов.

Постепенно в результате его вычислений стала проступать какая-то система, обретавшая все более и более ясные черты. Надо сказать, что все свои исследования Ареис проводил почти на голом энтузиазме. Числился он внештатным сотрудником факультета, получал весьма скромную по меркам мага зарплату — за то, что четыре раза в дюжину дней читал студентам академии теоретические лекции, а на досуге составлял свои графики. Пристойно жить позволяли разве что премии за открытые врата, правда далеко не все миры интересовали конклав и ректора, так что премии платили крайне нерегулярно. Но в конце концов исследования лично Ареису принесли успех. Его диссертация о признаках врат в потоках силы вызвала неподдельный интерес самого ректора. А смелая теория так называемых закрытых миров, врата в которые обнаруживали постоянно, но открыть все не могли, позволила получить лабораторию, штат сотрудников и довольно большие средства для исследований. Заодно и на жизнь денег ощутимо добавилось. Ну и звание мастера магии получил, хоть и мастера-наставника, но тем не менее.

А все потому, что Фабрум не теоретизировал отвлеченно и не поминал через слово в своих выкладках Хаос, Порядок, Бездну, ну и тому подобные изначальные и непостижимые сущности, а все доказывал с помощью цифр. Даже более того, разработанная им система заклинаний позволила пробить барьер некоторых недоступных ранее врат. Но Фабрум не остановился на достигнутом, сейчас он разрабатывал математическое описание перекрестков миров и смещения потоков сил, влияющих на их появление.

Вот только за все хорошее приходится платить. Периодически ректор подкидывал ему задачки, относящиеся, скорее, не к теории, а к практике. Вот и сейчас. Задача в принципе несложная: по показаниям приборов с пяти постов наблюдения по силе и характеру выброса рассчитать, откуда был пробит проход. А также выяснить, что за существо могло его пробить. Особое внимание ректор просил обратить на магические школы т'сареш. Но вторая задача решалась элементарно, даже без подсказки со стороны ректора. Место выхода он определил весьма точно; то, что там отродясь не было никаких врат или прочих ослаблений пространства, Ареис определил, просто сверившись со своими таблицами, уж Дею-то на предмет межмировых переходов он изучил в первую очередь и во всех подробностях. Ну а дальше оставалось пользоваться методом исключений: ни присутствия Хаоса, ни присутствия Порядка на том месте не наблюдалось, больно уж характерные у этих сил выбросы, значит, демонов и драконов можно было отмести. На Ходящих по мирам тоже не тянуло, их проколы фиг засечешь, да и опять же описание совсем не похоже, что-то другое там имелось. Забавы демиургов или игры кого-то из богов можно было исключать смело — появление на поверхности планеты этих фигур бесследно для потоков силы не проходило, а характерных возмущений не наблюдалось. Оставались маги и Древние т'сареш. О чем Фабрум с чистой совестью доложил ректору. И представил подготовленный свиток с расчетами, оставалось только провести проверку потоков на месте и подставить значения в формулу, после чего был бы готов точный ответ — какое именно заклинание использовалось для создания прохода. Однозначно утверждать это станет возможным только после того, как маги побывают на месте, но сам Фабрум склонялся к варианту Древнего т'сареш: силы в проход ухнуло не особо и много, а продержался он больше малой стражи, что очень уж характерно для т'сареш, точнее, для их Древних.

А вот с источником прокола оказалось гораздо сложнее. Сначала Ареис с чистой совестью свалил задачу на аспирантов, выдав им несколько общих указаний. Никаких проблем он там не усмотрел, быстро пробежал глазами по предоставленным ректором данным и велел считать по обычным формулам. Никаких особенностей не заметил, творческой работы не предвиделось, просто пара дней нудных и весьма сложных расчетов. Хорошо, что он все-таки решил глянуть на вычисления прежде, чем передать их начальству. Цифры у аспирантов получились абсолютно сумасшедшие, выходило, что проход был открыт чуть ли не с изнанки Порядка. Фабрум сел проверять расчеты самолично, вышло, что просчитано верно. Но в чудеса, опровергающие законы мироздания, маг-теоретик не верил. Ареис начал рассылать запросы по постам наблюдения, собирать данные об изменениях потоков сил по всему миру. И уже на основе новых вводных стал самолично пересчитывать коэффициенты. В конце концов, ответ он получил, результат, конечно, был не настолько безумным, как тот, который выдали аспиранты, но все равно весьма необычным. Но с этим хотя бы уже можно было идти к ректору.

Ректором у них работал архимаг Игнатиус Преус Сольвит, единственный из живущих ныне архимагов, один из основателей академии, благополучно похоронивший всех своих соратников, негласный правитель Десяти городов. Ну и заодно, до кучи, самый старый из магов-людей. В придачу еще и самый могущественный из них.

Насколько ректор был заинтересован в вычислениях Фабрума, показало то, что в приемной мага-теоретика почти не мариновали, хотя обычно приходилось высидеть где-то малую стражу, даже если являлся на прием по записи, с заранее назначенным временем. Сейчас же Ареиса провели в кабинет сразу после доклада секретаря.

Когда Фабрум вошел в кабинет, ректор сидел за своим девственно чистым столом и внимательно изучал переданные расчеты. Лицо Игнатиуса застыло, как каменная маска, что, впрочем, тоже было вполне обычным делом, в присутствии подчиненных архимаг давно уже старался не проявлять эмоций, и это ему вполне удавалось.

— А, уважаемый Ареис. — Глава академии поднял глаза на вошедшего. — Ну, могу тебя поздравить, твои предположения относительного того, что проход открыл Древний т'сареш, полностью подтвердились. Все семьи кровососов увлеченно разыскивают пришлого Древнего на Южном. Уж в чутье местных иерархов я ни мгновения не сомневаюсь.

— Господин Игнатиус, — возмущенно вскинулся Фабрум. — Это были не предположения, а точные расчеты. Я уже на третьем курсе отказался от предположений и оперирую исключительно цифрами.

— Ну в таком случае прошу прощения. — Архимаг отложил бумаги с расчетами в сторону. — Будем считать, я имел в виду то обстоятельство, что твои математические расчеты подтверждены данными из других источников, назовем их агентурными. Но вот на тему того, откуда пришли эти гости… Я как-то не ожидал, что твои расчеты дадут два варианта ответа, причем один безумнее другого. Я понимаю, что на полюсах потоки силы сходят с ума и с трудом поддаются анализу, а тем более управлению, но сам факт прохода говорит о том, что это не полюсной мир. Объяснись, будь так добр.

— Ну знаешь… вот так сразу трудно сказать. Ты мне, собственно, выделил целую лабораторию, чтобы я, наконец, математически подтвердил Теорию сил. Но думаю, мы сейчас имеем дело с проходом из закрытого мира, он гораздо ближе к Порядку, чем наш, но о пограничных мирах речь не идет. В принципе это предположение не противоречит моим расчетам, но чтобы утверждать что-то наверняка, мне надо попасть на место прохода и произвести там замеры, лучше бы самому, а не посылать твоих ухорезов-боевиков.

— Увы, увы, — Игнатиус развел руками, — боюсь, это невозможно. Там сейчас крутится не меньше десятка ищеек, и вообще, местность гудит от порталов перехода. Значит, ты думаешь, что это один из закрытых миров?

— Либо так, — пожал плечами Ареис, — либо пришли с самой границы Порядка. Но в т'сареш на границе Порядка я не верю. К сожалению, более точно пока сказать ничего не могу, мало данных. А почему тебя это так интересует? С теоретической точки зрения задача, конечно, любопытная, но не более того. Подождем пару смен, упыри успокоятся, организуем экспедицию. Думаю, что после исследований на месте я тебе даже смогу распечатать этот мир. Если там были вампиры, то врата в нем точно есть. Да и вообще, что там может находиться интересного? Сколько мы закрытых миров открыли, ничего нового. Либо местное население оборонялось от захватчиков, либо драконы в очередной раз ликвидировали шутки Хаоса.

— Да вот, знаешь, очень мне интересно… Например, от чего мог Древний т'сареш убегать, сломя голову? — Архимаг с какой-то кривой усмешкой посмотрел на Фабрума. — Я бы, например, так его напугать не смог. Да и вообще, в драку с Древним, способным открыть межмировой проход, не полез бы. И знаешь, что самое любопытное? Никаких лишних проявлений магии, вообще никаких. Следы от колдовства этого пришлого т'сареш — есть, он там даже Ужас Бездны применял, мы и его смогли отследить. Колдовство упырей, расследовавших происшествие — тоже есть. Там, кстати, напали на караван тифлингов и почти всех положили, так что всплески от крови Хаоса — тоже имеются. И больше ничего. Кто-то без применения магии убил десяток вампиров и напугал Древнего до такой степени, что тот, не разбирая дороги, прыгнул куда подальше. И я очень хочу узнать, каким образом это было проделано.

— Ты же сам сказал, что там находились тифлинги. — Фебрум был несколько обескуражен, подобные вопросы и близко не относились к области его знаний и интересов. — Они упырей и без магии покромсать могут, по крайней мере, старшие рода. Или кого-то из своих предков на помощь позвали, ситуация вполне подходящая.

— О, Хаос Всемогущий, ты же вроде умный маг, Фабрум, — вздохнул Игнатиус. — Ну не мог идиот защитить диссертацию и получить звание мастера, да еще и теоретика. Ты же все изменения потоков сил там отследил. Зафиксированы в тех краях визиты со стороны Хаоса?

— Нет, не было. — Ареис аж стиснул подлокотники кресла от разочарования — надо же так позорно проколоться!

— Ну вот, — продолжил архимаг и приподнял пачку бумаги с расчетами Фабрума. — Судя по твоим же выкладкам, больше порталов в том регионе не имелось. Вывод только один: что-то вынудило Древнего открыть портал сюда, на Дею, куда он и бежал со своей крайне немногочисленной свитой. Это что-то продолжало гнаться за ним и здесь, перебило всех т'сареш, а самого Древнего почти убило. И все это без применения вообще какой-либо магии. Ну… или действовали амулеты, но опять же выбросов силы вовне не было, мы бы их обязательно засекли. А еще тифлинги под руку подвернулись, вот только не знаю, кому именно, Древнему или тому, кто его преследовал.

— Ну а может, там кто-то из наших, местных, был, — несмело предположил Ареис.

— Назови мне в нашем мире силу, способную напугать Древнего, хотя бы теоретически, — резко подался всем корпусом вперед архимаг и, не дождавшись ответа, спокойно продолжил: — Теперь тебе должно стать ясно, почему меня так интересует этот проход. Понятно, что чужого т'сареш ухайдокают наши же кровососы, им сейчас новые конкуренты совсем не нужны, ни одной семье. Но вот другие пришельцы… Ладно, это политика, тебя она не касается. Что тебе нужно, чтобы с максимальной точностью отыскать тот мир, из которого на нас это счастье свалилось?

— Я говорил уже. — Фабрум на мгновение задумался. — Мне необходимо побывать на месте прохода, тогда все здорово упростится. Ну… или начать поиск по уже полученным данным, направление у нас есть, примерная напряженность тоже, следы от перехода должны были остаться. Ну… как мы сейчас закрытые миры и ищем… просто я выдам в соответствующую лабораторию данные начальных критериев поиска — и пусть себе считают. Но это много времени займет, от сезона и больше, а там уже как повезет наткнуться.

— Слишком долго, — покачал головой ректор. — А параметры перехода выдать сможешь? Ну… чтобы наши наблюдатели по выбросу силы сразу смогли понять, что гости именно оттуда пожаловали. Как ты в свое время для ящериц параметры рассчитывал…

— Это смогу, — кивнул Фабрум. — Там, конечно, посложнее, чем с драконами, но некоторые признаки есть. Я так понимаю, тебе граничные условия в кристаллах нужны, сразу для приборов?

— Да, сам знаешь, что за дарования дежурят у нас на постах, им еще целый курс понадобится, чтобы твои выкладки хотя бы прочитать, а о том, чтобы понять, я вообще молчу. Сделай так, чтобы когда откроется портал из того же места, прибор сам орать начал, что надо немедленно связаться с академией. И еще… сам понимаешь, отслеживать требуется не по признакам заклинания, а по источнику.

— Не дурак, понимаю. Сделаю, это недолго.

— Отлично, но это побочная задача. Правда, тянуть с ней не стоит. Теперь слушай — главное задание. Найди мне этот мир. В идеале — отыщи там врата и пробей проход. Лаборатория потоков в твоем распоряжении, приказ отдам сегодня же. Пускай они хоть живут на своих наблюдательных станциях, но чем быстрее отыщешь — тем лучше. Еще что-нибудь для этого надо?

— Ну вроде всего достаточно. Кристаллы для наблюдателей и аспиранты сделают, там уже все сосчитано, только значения занести. Хотя… Знаешь, дай мне еще парочку магистров для расчетов, лучше кого-нибудь с нашего факультета. Я тогда их на поиск посажу и своих обормотов в помощь дам, а сам займусь составлением заклинаний для врат. Пока мы не знаем, кто и каким образом закрыл мир, считать придется много, я эту работу никому не доверю. Так, пожалуй, будет быстрее всего.

— Смотри сам. — Игнатиус глянул на теоретика с некоторым подозрением. — За результат отвечать будешь ты. Значит, так, бери любых четырех магистров, кого хочешь, хоть с Дальнего выписывай. Все расчеты заставляй проверять, ошибки недопустимы. И еще, с этого момента лимиты на силу для твоей лаборатории сняты, можешь использовать главное хранилище академии, как тебе вздумается, если понадобятся накопители для полевых работ, обратись к моему секретарю, тебе их предоставят. Все, можешь идти работать.

Из кабинета Фабрум выходил здорово повеселевшим. А жизнь-то налаживается! Задача не сказать что особенно интересная, но зато появились неограниченный доступ к силе и куча помощников для нудных расчетов. Нет, понятно, что сначала надо выполнить задание ректора. Сам Ареис в политику никогда не лез, не интересовала она его совершенно, но, судя по поведению архимага, дело оказалось важным. Так что, если он все сделает правильно и быстро, можно рассчитывать на более чем приятные бонусы, неблагодарностью и мелочностью ректор никогда не страдал.

ГЛАВА 2

Шейелена Теорн аэп'Шееллайт, тифлинг, Дея,

56 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Когда наша колонна подошла к одним из северных ворот, небо на востоке уже начало понемногу светлеть, хотя еще и не рассвело окончательно. Стража на воротах начала недовольно ворчать, мол, не положено ночью никого выпускать без особого разрешения, но Гаррион, находившийся далеко не в мирном настроении, только глянул на старшего гнома, и тот моментально позабыл про всевозможные разрешения, дозволения и тому подобное и побежал отпирать.

Дядя Гарти вообще очень расстроился из-за гибели одного из наших. Впрочем, все расстроились. И так полная повозка трупов, а тут к ним еще один добавился. И не кто-то из молодых, дядюшка же своих ближников прислал, все не одну сотню смен провоевали, бойцы опытнейшие. Даже непонятно, что больше расстроило нашего мастера оружия — то, что погиб кто-то из наших, или то, что его зарезали во сне, а с людьми подобного не произошло. По восстановленному порядку событий получалось, что в комнату Инниона, как и в комнату Комара с Тирли, ворвались практически одновременно. Вот только Иннион запер дверь на обычную задвижку и, когда к нему вломились, успел, проснувшись, тут же получить сталь в сердце. Люди же не только дополнительно закрепили дверь ремнями, но еще и мебель всякую к ней прислонили. И пока нападающие перебирались через эти импровизированные завалы, вполне успели оценить ситуацию, похватать лежащее неподалеку оружие и встретить гостей своими стрелами. Поднялся шум, все остальные тоже проснулись, ну и закрутилось… Потапыч так вообще чуть ли не сам выдернул из коридора к себе в комнату кого-то из противников, опасавшегося заходить внутрь, и действительно проломил им стену, заодно разбудив Алаири и еще двух наших девушек. Чем впечатлил их несказанно.

Во всяком случае, Лания, самая младшая из них, отловила меня во дворе и стала подробно расспрашивать о людях и о моих с ними отношениях. Я мысленно представила себе, как они начнут приставать к иномирянам, и радостно дала свое разрешение, только майора трогать запретила. Он мне и самой нравился. Правда, уже потом вспомнила, что Тирли вроде как женат, а наших женщин, особенно тех, кто в возрасте, подобные мелочи никогда не останавливали. Хотя ладно, и так сойдет, недурная шутка может получиться. Вот только смеяться над ней, наверное, буду я одна. Ну может, с майором радостью поделюсь, еще немного расскажу ему о наших отношениях между мужчинами и женщинами, если будет себя хорошо вести, конечно.

Покинув пределы Перевального, наш отряд (назвать это караваном язык не поворачивался) резво запылил по дороге на север. В повозку с телами наших вместо харры запрягли пару лошадей, те, конечно, не такие выносливые и ухода требуют гораздо большего, но двигаются намного быстрее. Хоть Гаррион очень подробно рассказывал, из-за чего нам стоит поторапливаться, я так до конца его доводов и не поняла. Ну бегают вокруг какие-то ненормальные т'сареш, ну нанимают всякое отребье, так и что, из-за этого товар бросать? Теперь же груз зависнет в Перевальном как минимум на три дюжины дней, пока мы до клана доберемся, пока оттуда кого-нибудь отправят… Даже, наверное, не на три, а на четыре дюжины дней зависнет. А там не только товары клана, там и наши с папой товары есть. Успокаивало только то, что все самое ценное (к счастью, эта часть груза как раз имела небольшие размеры!) я успела перекинуть в повозку с телами. Хотя «понималки», наверное, разойдутся на нужды клана, их продать явно не получится, жаль, ну да ладно.

Тарра начала понемногу выползать на небо, сделалось гораздо светлее. А я опять стала страдать от чувства голода. Вчера из-за приезда соклановцев ни пообедать, ни поужинать толком не получилось. Да и перенервничала я, когда люди и тифлинги чуть было не кинулись резать друг друга. Но ночная драка вроде бы их несколько примирила. Наши, по крайней мере, за оружие больше не хватались и на иномирян посматривали скорее с любопытством, чем с опаской. А вот люди от своей паранойи отказываться не собирались. Только для тифлингов их ухватки и поведение были в новинку, так что они ничего угрожающего в поведении людей не видели, но я уже дюжину дней путешествовала с пришельцами и насмотрелась. Оружие они постоянно держали под рукой и крайне внимательно наблюдали не только за округой, но и за своими спутниками. Да и держаться люди старались поближе друг к другу. Впрочем, лошади действительно были им в новинку, верхом они сидели… ну один в один как орки верхом на конях. Держались в седле крайне неуверенно, напрягались, пытаясь сохранить равновесие. Создавалось такое впечатление, что майор постоянно присматривал место, куда лучше упасть. Я на случай очередного обострения человеческой паранойи старалась держаться рядом с ним, чтобы в случае чего остановить. Уверенно чувствовал себя в седле только Тирли. Теперь он немного свысока посматривал на остальных. И еще относительно повезло Потапычу: Гаррион, верно оценив его габариты, пристроил здоровяка на козлы. Правда, радости это тому не доставило. Темпоралка — штука, конечно, хорошая, но запах, хоть и слабый, все равно присутствовал и заставлял Потапыча непрерывно морщиться.

Понемногу сложился и порядок, в котором двигалась наша процессия. Люди собрались вокруг повозки, позволив своим лошадям самим выбирать скорость и ритм движения, что для таких наездников, как они, было, пожалуй, наиболее разумным. Наши разделились на две группы, которые прикрывали повозку спереди и сзади. Терага с одним из бойцов Гаррион услал на пару перестрелов вперед, как он выразился, приглядеть, чтобы не испортили дорогу. Вокруг расстилалась болотистая равнина с небольшими вкраплениями кустов, рассеченная прямой дорогой на искусственной насыпи, так что наших впередсмотрящих было прекрасно видно.

А вот мастер оружия заметно нервничал. Он постоянно то ехал впереди отряда (пару раз даже нагонял головной дозор), то, стоя на обочине, дожидался, пока все проедут мимо, и напряженно вглядывался в сторону еще различимых ворот Перевального. Только через половину большой стражи, когда городская стена уже сделалась на горизонте чертой, а в болото вокруг дороги стали врезаться каменистые гривы, говоря о том, что мы уже подъезжаем к предгорьям, Гаррион немного успокоился и пустил свою лошадь рысью рядом со мной и майором.

— Заметил какую-то пакость? — поинтересовался человек, поправив свой жезл, как обычно, висевший у него на шее.

— Вроде нет. — Гаррион нервно оглянулся назад. — Все тихо пока. Но вот не верю я, что нас так просто выпустят. Это нападение… Бездарное и суматошное… Короче, если я чего-то не понимаю, это начинает меня сильно нервировать. Мотивов ночного нападения я не понимаю. У него может быть только одна цель — выгнать нас из города затемно. Но вот зачем — даже предположить не получается.

— Думаешь, засада впереди? — спросил человек.

— Нет, — покачал головой мастер. — Как кончится болото — начнутся земли гномов. А у этих коротышек дозоров понатыкано в самых неожиданных местах. И как ни парадоксально это звучит, взяток они не берут. Да и дорогу постоянно патрулируют. На моей памяти на отрезке от Перевального до Больших ворот ни одного нападения на путников не было. Вообще никаких нападений — ни разбойников, ни каких-либо разведок. Даже контрабандисты предпочитают выяснять отношения в другом месте, а здесь у них зона перемирия. И все равно неспокойно на сердце.

— Слушай, а чего на дороге так пусто? — поинтересовался майор.

— Так не сезон, — вмешалась я в разговор. — Середина лета. Дюжины через три дней начнется сбор урожая, и караваны пойдут на юг. Сейчас лес везут в основном из Десяти городов, но его проще сплавлять морем, на барках. А руду гномы продают в Акуилорт, это порт т'сареш на западе, я тебе про него рассказывала. У Больших ворот как раз несколько дорог сходится, там много караванов будет, и те, которые руду и уже выплавленный металл к морю везут, и те, которые обратно возвращаются, в основном с рыбой. По той дороге во все сезоны оживленное движение. А через Перевальный только весной и осенью идет много грузов.

Мастер оружия на этот раз поправлять меня не стал. Ну да, в торговле он разбирался так, весьма средне. Ему политику подавай, ну или сражения. А подвозом припасов к войскам пускай другие занимаются. Ехавшая впереди Алаири, убедившись, что начальство немного успокоилось, подогнала свою конягу поближе к Стингеру и принялась активно что-то выяснять у человека. Тот охотно ей отвечал. Ну все, попал заместитель майора, Ала дама серьезная. У нее два мужа было, но оба из людей, умерли давно.

— Не понял, — буркнул майор. — Это как они общий язык-то нашли так быстро?

— Кто? Где? — вздернулся Гаррион, но, увидев парочку, тут же успокоился. — А, Алаири что-то новое углядела. Да, наверное, «понималку» взяла или в городе купила…

— Ну я так предполагаю, что «понималки» — достаточно дорогое удовольствие. — Человек начал озадаченно рассматривать свой амулет.

— Эльфийские универсальные — да, — кивнул мастер. — А что попроще, более доступно. Она, наверное, купила обычный амулет с зарядом на дюжину дней работы. Он не очень дорогой, а ради новых впечатлений Алаири может и пару золотых потратить. В бордели Оэсси ее уже смен двадцать как не пускают, а в общине орков, по слухам, висит ее портрет в полный рост с подписью, гласящей, что за тех, кто примет приглашение этой дамы и пойдет к ней в гости, община ответственности не несет. Так что ей скучно.

Майор внезапно поперхнулся и закашлялся. Я немного отстала, чтобы похихикать в свое удовольствие, не прерываясь для ответа на дурацкие вопросы о нравах пожилых тифлингесс.

— Ты чего? — несколько удивленно взглянул на майора Гаррион.

— Да так. Надо предупредить несчастного, а то влипнуть может.

— Зачем? Не бойся, не будет Алаири его обижать. Ей просто любопытно. Вы люди, это без сомнения, но по поведению на местных совершенно не похожи, вот она и хочет проверить все аспекты. Тем более что по дороге ей никто особо не мешает, твоих бойцов между собой тифлингессы уже наверняка поделили. А то в клане молодняка много, с ними конкурировать придется, нервничать, а тут никто особенно под ногами не путается.

— Слушай, мы говорим об одном и том же? — Майор озадаченно почесал затылок. — Твои девушки хотят затащить нас в постель просто из любопытства? У вас это нормально?

Я уже смеялась в голос.

— Ну а что такого-то? Нет, если мужчины женаты и не собираются изменять женам, то им достаточно просто сказать, и от них отстанут. — Гаррион пожал плечами. — У нас к браку серьезно относятся. Ну те, кто постарше, конечно. Молодежь более легкомысленная. У вас какие-то ограничения есть на эту тему, как и у местных людей?

— Есть немного, — кивнул майор.

— А, ну тогда действительно влипли, их из спортивного интереса соблазнять теперь будут. Слушай, а чего ты спрашиваешь, тебя же эта сумасшедшая уже в койку затащила? — кивнул в мою сторону мастер. — Или еще нет?

— Да вроде как она просто спать ко мне ходит. — Майор заметно покраснел, клянусь Хаосом. Я, похрюкивая от смеха, припала к шее своей лошади. — Слушай, а вы всех новых знакомых в койку тащите, что ли?

— Ну… не всех, — пожал плечами Гаррион. — Просто любопытно. Молодежь, вроде Шелли, просто бесится от дурости. Алаири новых впечатлений ищет. Ей почти пятьсот смен, обрыдло все, насмотрелась уже и на войны, и на все остальное, последнее время сидит в клане и скучает. А вы, иномиряне, — хоть какое-то новое впечатление.

— Так, подожди, — замотал головой майор. — Пятьсот смен, и она так и не вышла замуж?

— Вышла, даже два раза. Только она с людьми жила, оба уже умерли. И больше того, она со вторым мужем даже на месте осела, ребенка родила. Любила его очень сильно, раза три магам платила, чтобы они ему жизнь продлили. Но там потом какая-то странная история произошла, погибли и ее муж и ее сын. После этого она в клан вернулась и уже живет с нами, больше не нанимается. Мне иногда кажется, что ей жить надоело. Ну и заодно Ала в своей сексуальной жизни демон знает что устроила. Несколько раз бордели в Оэсси громила, орков запугала…

— Погоди-ка. — Майор повернулся ко мне и неодобрительно посмотрел на то, как меня корчит от смеха. — Это ты ее имела в виду, когда говорила, что ваши девушки вполне могут и орка изнасиловать?

— Ага, — кивнула я. — И не только ее. Браки между самими тифлингами редки, а те, которые сходятся с представителями недолго живущих рас, после смерти своих любимых иногда срываются…

— Шейелена, — осуждающе протянул Гаррион, — ну зачем ты из нас монстров делаешь?

— Ой, можно подумать, что вы, мужики, по бабам не ходите, — отбрила я. — А некоторые не только по бабам. И вообще, ты сколько раз уже жениться обещал?

— А вот в это дело попрошу не лезть, — оскорбился мастер. — И вообще, я бордели пока не громил.

Майор, наблюдая за нашей шуточной перепалкой, только крутил головой и все больше краснел.

— Слушай, — дернула я человека за рукав, — только своим про возраст Алаири не говори и про ее семейную жизнь. Девочки меня просили, а то у местных людей какие-то заморочки насчет разницы в возрасте и все такое. Они, если захотят, сами расскажут.

— Ну ладно. — Человек все равно несколько неодобрительно посматривал на мою увлеченно общающуюся со Стингером соплеменницу. — Не скажу. Так… а что, тут все такого почтенного возраста?

— А ты как думал, — слегка улыбнулся наш мастер оружия. — Тут все, кроме меня, друзья нашего старейшины. Ну заодно и нанимались они всегда одним отрядом. Лиимат стал править кланом сто двадцать смен назад, когда его матери все это окончательно надоело и та наконец решила умереть. Понемногу весь его отряд тоже подтянулся в клан, он их и использует как личную гвардию, когда срочно требуется силовое вмешательство. Энно, ее папаша, тоже с ним нанимался, но после того как женился на сестре Лиимата, они стали любить друг друга на расстоянии. А потом Шеола умерла, и они рассорились окончательно. Общались исключительно по делам, ну и Шелли тоже оба любили без памяти.

— Мне тяжело привыкнуть к тому, что вы живете так долго, — задумчиво сказал майор. — Как вы связываетесь с другими расами, ведь терять любимых очень тяжело?

— Есть такое, — согласился Гаррион. — Но тут еще особенности нашей крови. У наших женщин вообще роды проходят очень тяжело, но еще хуже, когда оба родителя из тифлингов. Особенно когда оба из старших родов. Тогда вообще женщины при родах выживают в одном случае из десяти. Собственно, Лиимат из-за этого и поругался с Энно. Энно был из третьего поколения, Шеола вообще из второго, существовал очень высокий риск того, что она не переживет роды. Что и произошло. Да там и еще кое-какие сложности были. Не знаю, рассказывала тебе Шейелена или нет.

— Не рассказывала, — помотала я головой. — Да я сама все с чужих слов знаю. Папа тоже не любил об этом вспоминать. И просил меня, чтобы я дядю особо не расспрашивала.

— Тогда и я рассказывать не буду, — кивнул Гаррион.

— Извини, Шелли, — как-то совсем грустно сказал майор. — Я не хотел…

— Да ладно, — вздохнула в ответ. — Что случилось — то случилось, тут уже ничего не изменишь.

— Слушай, а чего эти ваши деву… э-э-э, женщины, — поправился человек, — так старательно мимо меня смотрят? Даже местами обидно становится.

Теперь уже Гаррион начал хрюкать от смеха. А я, кажется, покраснела. Майор недоуменно переводил взгляд с меня на мастера оружия и обратно.

— И ты еще спрашиваешь? — наконец смог выдавить из себя Гаррион. — Тебя же эта застолбила, а отбивать у Инферны ее мужиков — дурных не найдешь. Девочка, а чего это ты так покраснела?

— Дядя Гарти, — оскорбленно взвыла я, — что я тебе сделала? И никого я не столбила. Ну да, майор мне нравится, я девочкам так и сказала.

Человек тоже начал как-то подозрительно похрюкивать.

— А я что говорил. — Мастер оружия прямо-таки светился от удовольствия. Вот гад, ну все, приедем в клан, точно на его занятия в нижнем белье заявлюсь. И девчонок подговорю, чтобы ему осаду по всем правилам устроили. Будет знать, как оговаривать хорошую, чистую и непорочную меня. Теперь еще с майором объясняться… А то он как-то испуганно на меня коситься начал. И чего все люди такие пуганые, это ведь я ему еще про свойства крови Хаоса не рассказала, хотя кое-какие мои возможности он уже видел. Ну… это когда я в гостинице чуть Гарриона на поединок не вызвала. Правда, была убеждена, что он сумеет отвертеться, но все равно накрутила я себя здорово. Перекинулась почти до конца, даже лицо изменилось.

Так и ехали. Понемногу болота закончились, и дорога, по-прежнему ведущая на север, начала петлять между холмами и довольно сильно подниматься вверх. А на холмах попадалось все больше и больше деревьев. Высоченные сосны, великолепный строевой лес, вот только гномы предпочитали валить его с другой стороны хребта.

Мое любование окрестностями прервал короткий свист со стороны замыкающих. Гаррион рывком осадил свою лошадь и привстал на стременах, вглядываясь в дорогу позади нас. Я тоже посмотрела. Дорога была пустая, болото внизу. Тарра уже начала пригревать, и над болотом стояло легкое марево, искажающее пропорции окружающего пейзажа. А далеко-далеко, перестрелах в трех от нас, над дорогой поднимался столб пыли. Чтобы такой поднять, нужно не меньше десятка всадников, идущих галопом.

— Ну вот и дождались… — неодобрительно проворчал Гаррион и крикнул правящему повозкой: — Ратх, подхлестни лошадей.

— Не уйдем? — спросил человек.

— Нет. До ворот еще больше десяти перестрелов, и дорога все время в гору. Без повозки можно было бы попробовать, но с ней — точно не выйдет. Сейчас постараюсь найти место, оставлю четырех бойцов. Может, получится их задержать. Помнится, чуть дальше было неплохое местечко для засады.

— А гномы?

— Так… а что гномы? Если мы тут устроим драку, дозоры в любом случае вмешиваться не станут. Просто отправят сообщение к воротам, а оттуда пошлют отряд. Вот только нам уже все равно будет.

— Это точно за нами? — Майор о чем-то всерьез задумался.

— Я больше не могу найти ни одной причины, для чего примерно десяток разумных загоняет лошадей на этой дороге, — хмыкнул мастер оружия. — Судя по столбу пыли, гонят галопом, в таком режиме до самых ворот ни одна лошадь не выдержит.

— А кто там? — продолжил спрашивать майор. — Ну люди, т'сареш, орки, гномы… И сколько?

— По количеству — не меньше десятка, но и не больше пятнадцати. — Гаррион снова обернулся и всмотрелся в облако пыли. — А вот кто именно — не скажу. Вряд ли одни т'сареш, от нааров пыли поменьше, а лошади упырей не любят.

— Ясно. — Человек начал крайне внимательно осматривать окружающие дорогу холмы. — Значит, так, мы можем организовать на дороге небольшую ловушку. Что всех перебьем — не гарантирую, но вот лошадей, или кто там у них, перекалечим точно. Пешком же они нас не догонят?

— Нет, не догонят, — покачал головой Гаррион. — Дорога так и идет на север, только холмы огибает, но напрямик все равно медленнее выйдет. Что на лошадях, что пешком. А ты что делать собрался?

— Сейчас прикинем. Через какое время они нас нагонят? Хотя бы примерно…

— Ну-у-у, так трудно сказать. — Мастер опять вгляделся в облако. — Думаю, где-то через стражу, может, чуть больше. Они сейчас в низине, потом дорога круче вверх забирать начнет, скорость немного снизится.

— Три с лишним часа получается, — пробормотал человек себе под нос и крикнул: — Комар, хорош любезничать, давай сюда, дело есть.

Комар, который вместе со Стингером весело общался с Алаири, прервался и подъехал к нам. Краем глаза я заметила Ланию. До этого она внимательно прислушивалась к беседе, а теперь хитро маневрировала со своей лошадью и стремилась оказаться поближе к нам.

— Слушай задачу, — обратился человек к своему подчиненному. — За нами едет десятка полтора всадников, надо подготовить сюрприз, чтобы лошадей у них не осталось.

— Да не проблема, — ответил Комар. — Четыре противопехотки, перекрыть метров сто дороги… Вот только лучше, наверное, сработает ручное, так, чтобы перестраховаться. Я в принципе знаю, как настраивать детонаторы на всадников, но предпочту перебдеть.

— А по времени сколько ставить будешь?

— Полчасика, не больше.

— Отлично, подбирай место и занимайся.

— А чего подбирать, тут как раз прямой участок дороги.

— Ну и замечательно. — Майор кивнул каким-то своим мыслям, брр, вот ни слова не поняла, о чем они говорили. — Только давай противопехотки поэкономим, воткни впереди пару эфок на растяжках, что ли. А сзади как раз накроет минами.

— Не уверен, — задумался Комар, — это же лошади, скорость другая, а считать особо некогда. Да еще рванут вперед от взрывов и выскочат из зоны поражения…

— Ладно, делай, как знаешь. — Майор окинул взглядом окрестные холмы и ткнул пальцем в один из них, шагах в пятистах от нас. — Эта горушка пойдет как НП? Хватит дальности?

— Вполне, помех тут нет, видно будет хорошо.

— Занимайся тогда, как закончишь — прыгай в седло и дуй на ту горку, я там с «Винторезом» засяду, подстрахую. Тебе для прикрытия, получается, остается Стингер…

— Извини, — вмешался Гаррион. — Я не очень понял, что ты задумал, но лучше оставить кого-то из моих. Твои люди не очень уверенно держатся в седле, а мои смогут помочь, если что.

— Если позволишь, мастер, — вмешалась в разговор Лания, — я помогу человеку.

Так, еще один есть. Комар точно попал, у этой тихони, очень молодо выглядящей для своих лет, за плечами, пожалуй, даже побольше разных «веселых» историй, чем у Алаири. Только вот вся веселость там очень кровавая. Почему-то во всех военных рассказах, про которые очень не любил вспоминать дядя, так или иначе фигурировала эта тифлингесса. Гаррион вопросительно посмотрел на человека.

— Пойдет, работайте, — кивнул майор. — Я тогда засяду на той горке, как раз дистанция подходящая. Да, мне, наверное, тоже кто-то из твоих понадобится, на всякий случай, лошадей там придержать, то да се. Шума будет много.

— Я с тобой, — тут же встряла в разговор. Мне давно хотелось посмотреть, как эти люди воюют, а то по их словам выходило что-то совершенно фантастическое. Но оказалось, что это желание присутствует не только у меня.

— Нет, — остановил меня Гаррион, — пойду я. Алаири, в мое отсутствие ты старшая. Гоните, не останавливаясь, если что-то пойдет не так, подождете нас за воротами. Шелли, останешься рядом с повозкой, и упаси тебя Хаос не послушаться.

— Шелли, мастер прав, — поддержал человек. — Мы будем находиться на опасном расстоянии. Тут понадобятся именно воины…

— Да не спорю. — Я тяжело вздохнула. — Все понимаю: приказ, субординация и так далее.

Майор, пока Гаррион раздавал приказы, отстегнул рюкзак и, отвязав от него второй свой жезл, закинул его в повозку. А потом они вместе с мастером подстегнули лошадей и быстро скрылись среди холмов, направившись к указанной майором горушке.

Дальше потянулись минуты ожидания. Ратх, сидевший на козлах, постоянно подхлестывал лошадей. Все люди заметно нервничали, ну разве что за исключением жреца. Тот был сосредоточен на одной-единственной задаче — удержаться в седле. Так что окружающее его мало волновало. Один из наших постоянно держался поблизости от Шестого и готовился подхватить человека, если тот упадет. Алаири перестала приставать к Стингеру и внимательно следила, чтобы отряд не тормозил и не особенно сильно растягивался по дороге. Впрочем, все знали, что им делать, так что командовать ей пока не приходилось.

Холмы по сторонам от дороги тем временем слились в два сплошных гребня, поросших очень редкими, но весьма высокими соснами. Насколько я помнила, в лес деревья так и не перейдут, скоро гребни станут уже скальными. Мы поднимались все выше, дорога перестала петлять и пошла прямо на север, забирая немного к западу. Мешающие движению неровности рельефа были безжалостно срыты.

А облако пыли на дороге понемногу приближалось, но отдельные фигуры внутри него мне рассмотреть так и не удавалось. А вскоре и само облако скрылось за складками местности. Мы ехали уже стражу, но по-прежнему ничего не происходило. Я вспомнила, что у людей есть устройства, которые позволяют им связываться друг с другом на довольно большом расстоянии, и решила заставить Стингера узнать, как там у майора дела, когда внезапно что-то позади нас здорово грохнуло, и потом почти сразу грохнуло еще раз. А следом тишину гор прорезал громкий то ли вой, то ли вопль, тянущийся на одной ноте, длинный и пронзительный. Похоже, что выли от боли. Через несколько мгновений вой внезапно оборвался.

ГЛАВА 3

Гаррион Теорн аэп'Илуккат, тифлинг, Дея,

56 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Вначале, когда Лиимат только отправил меня встречать свою непутевую и невезучую племянницу, я не ожидал от ее спутников ничего необычного — мало ли кого Энно нанял по дороге? Но чем дальше двигался на юг, тем более тревожные новости ко мне поступали. Простые разумные ничего необычного наверняка не замечали, но все, кто так или иначе был причастен к всевозможным разведкам, мягко говоря, поражались. Агентура семьи Л'сос прямо-таки взяла в осаду посты магического контроля академии. Обеспокоенные маги быстро предприняли ответные меры, отловили самых обнаглевших агентов, но выяснить так ничего и не смогли. Известно стало только то, что Салтана Тенебру внезапно до жути заинтересовал журнал магических наблюдений, он требовал показать весь, с начала текущей смены, но соглашался и с тем, что подойдут и сведения за последние две дюжины дней. Индикатор неприятностей, расположенный неподалеку от основания моего хвоста, первый раз кольнуло неприятное чувство: на караван Энно напали именно в последние две дюжины дней.

Дальше — больше. Вслед за агентурой семьи Л'сос зашевелились и остальные вампиры. А там и другие шпионы подтянулись, по принципу — раз кто-то это ищет, то и нам пригодится. Ну и, как всегда в таких случаях, начался полный бардак. Что примечательно, охотой за журналами занималась исключительно мелочь, никто из серьезных игроков в это дело не влезал. И когда мы уже добрались до перевалов, Лиимат известил меня, что маги наконец-то соизволили сами заглянуть в принадлежащий им журнал и по его информации единственное, что могло заинтересовать столь разную аудиторию, это межмировой проход, случившийся как раз на территории Л'сос. Индикатор закололо сильнее.

Ну а когда в «Бешеном гусе» я увидел сидящих за одним столом с Шейеленой людей, без всякого сомнения, чистокровных, весьма необычного облика, задницу начало просто жечь от предчувствия неприятностей. Ну а рассказ Шелли все расставил по своим местам. Это понятно, что девочка попросту не знала про особенности высших иерархов т'сареш, кто бы ей об этом рассказал, так что большую часть неприятностей она предвидеть попросту не могла. Но когда я просветил ее, она моментально все поняла и занялась лихорадочным просчетом вариантов.

На фоне того, что шесть человек не просто выжили после встречи с Древним, так еще и умудрились его как следует напугать, остальные новости выглядели уже мелочовкой. Ну подумаешь, шесть чистокровных людей из закрытого технологического мира, лишенного магии, вооруженных весьма впечатляющими штуками, принцип действия которых я не мог понять. Какая неожиданность, на клятву долга девчонки, еще даже не прошедшей ритуала посвящения, ответил сам Хаос, хотя по идее даже отражения не должны были откликнуться. Так, пустячки.

На людей в гостинице я начал давить, скорее всего, от неожиданности, да и по привычке — хотелось посмотреть на реакцию бойцов из другого мира. А что пятеро из них точно бойцы, я ни на мгновение не сомневался. Вот только Шейелена почти все испортила. Ой, не просто так ее прозвали Инферной, действительно девчонка непредсказуема, как инфернальное пламя. Для полного счастья Шелли еще начала демонстрировать всем окружающим, что имеет на командира людей какие-то свои виды. Только что язык женщинам из моей команды не показывала. Мне осталось только подтвердить ее приглашение спасителей в клан и подумать, как по дороге охранять еще и их. Ну не мог я воспринимать людей как серьезных бойцов. Пускай эти парни и крупнее по размерам всех тех, которых я встречал ранее, но все равно они меньше, чем орки.

Ночное нападение заставило меня несколько изменить свое мнение. Ладно еще их оружие, которое действительно оказалось весьма эффективным, да и пользоваться им люди умели, ладно их серебряные стрелы-пули. Но и двигались люди не намного медленнее нас, что я считал ранее невозможным для этой расы.

Побеседовав с майором, начал потихоньку понимать, что ребята из себя представляют, ну или мне казалось, что начал. А на дороге мне представилась возможность, наконец, посмотреть, как принято воевать в их мире. Если уж быть до конца откровенным, того немногого, что мне рассказывал майор, я себе даже представить не мог, молчу уж про то, чтобы осознать. Да и рассказывал он наверняка не все, к тому же по свойственной мне подозрительности я вполне допускал, что многие вещи он мог намеренно исказить.

Пока мы пробирались к выбранной человеком горушке, я все пытался просчитать возможные варианты. Ну не мог поверить, что при помощи какой-то там ловушки люди смогут лишить преследующий нас отряд лошадей. А значит, надо было считать. Радовало только одно: в той группе явно находились не только вампиры. Лошади т'сареш терпеть не могут, упыри в качестве верховых животных используют только ящеров-нааров, а те не поднимут столько пыли на довольно утоптанной и влажной от испарений с болот дороге. Но и без т'сареш тоже не могло обойтись. Если бы я был уверен, что там только младшие, не дал бы человеку заморачиваться ни с какой ловушкой. Просто остановились бы, подождали и перебили всех преследователей. Лиимат со мной не зеленых сопляков отправил, не скажу, что упыри для нас несерьезные противники, но и ничего неодолимого ожидать не стоило. Но в том отряде вполне могли оказаться ищейки Тенебры. Обученные бойцы, потратившие не один десяток смен на совершенствование искусства разыскивать и убивать. А вот это уже было серьезно, на равных с бойцами такого уровня в моем отряде могли выступить, пожалуй, только я, Лания и Тераг.

Мои рассуждения прервало очень простое событие: мы добрались до места, которое по каким-то показателям полностью устроило человека. Майор плюхнулся на живот, прямо на землю, под какой-то куст, и стал пристраивать свой жезл. Я осторожно присел рядом. Место и впрямь было выбрано довольно удачно, прямой участок дороги шагов в триста длиной располагался перед нами. Вот только расстояние для привычного мне стрелка оказалось великовато, если бы только магу подошло, да и то воздействовать пришлось бы на поверхность дороги, а не на конкретные цели. Заклинания вроде огнешара или молнии распространяются слишком медленно, на таком расстоянии от них только тяжелораненый отскочить не сможет.

Человек, наконец, удобно устроился и стал внимательно разглядывать дорогу через зрительную трубу на своем жезле, который он называл винтовкой. Мне он дал посмотреть в гостинице, удобная вещь. Надо будет дома подумать, как нечто подобное пришпандорить на арбалет. Гномы делают похожие трубы, только увеличение там меньше и изображение не такое четкое. Впрочем, арбалеты так далеко, как эта винтовка, и не стреляют, а на двести шагов и гномьих приспособлений хватит. Интересно, и что человек там рассматривает, я так вполне ясно видел, как его подчиненный копается в земле на обочине дороги, а Лания стоит рядом с ним и держит под уздцы лошадей.

— Не очень удачная позиция, — пробурчал майор, не отрываясь от своего жезла. — Спереди и слева, а дорожка подсохла, когда ловушка сработает — пыли будет много. Ветерок чуток с гор тянет, если не очень долго ждать придется, то облако снесет назад по дороге. Если сзади кто-то уцелеет, могу и не добить, просто не увижу в пыли.

— Главное лошадей и нааров перебить или очень серьезно ранить, — пожал я плечами. — Остальных убивать необязательно. Если там есть т'сареш, а они там точно есть, гномы их и без нас добьют.

— У нас неприятностей не будет? — спросил человек. — Все-таки мы первыми нападаем.

— Отговорюсь, не впервой. Гномы с т'сареш не особо дружат, у них тут целый церемониал разработан, как упырей через перевалы пропускать. Если коротко и в общих чертах, то уведомление о проходе вампира должно быть отправлено страже ворот за две дюжины дней. Я вчера утром специально уточнял, у стражи никаких уведомлений не было.

— Это обнадеживает, — сказал человек. — Чертова пыль, не могу сосчитать, сколько их там, но не меньше десятка — точно. Вижу двух этих ящеров верховых, как их, нааров, во, и одну лошадь разглядел. Это впереди, а что там сзади — непонятно.

— Дай-ка мне глянуть, — попросил я.

— Сейчас. — Человек начал рыться по карманам, приделанным сверху на его странную кирасу, потом вытащил из одного какой-то цилиндр и, сняв две крышки с его концов (крышки повисли на специальных веревочках), протянул его мне. — На, смотри. Кстати, Комар закончил, направляется к нам.

Я взял цилиндр и приложил его к глазу. Оказалось, что это примерно такое же устройство, как и на его жезле. Только посередине было не перекрестье линий с какими-то делениями, а красная точка в центре, и внизу — несколько постоянно меняющихся значков. Я первым делом взглянул на дорогу — человек и Лания уже сели в седла и начали двигаться в нашу сторону. Видно оказалось прекрасно, даже крупновато, пожалуй, лицо моей подчиненной занимало половину изображения. Но оно и к лучшему, я стал приглядываться к обочине, где рылся этот Комар, пытаясь найти следы его деятельности, но ничего разглядеть не получилось.

— Там справа две кнопки, — сказал майор, — дальняя приближает изображение, ближняя удаляет.

Я попробовал, и действительно, картинка послушно приблизилась, теперь на обочине дороги можно было разглядеть каждый камень. Я переместил взгляд на облако пыли, до которого оставалась еще пара перестрелов. Человек оказался прав, впереди можно было отчетливо различить пару нааров, на которых восседали явные т'сареш. Но вот разглядеть в деталях их одежду мудреное устройство уже не позволяло, и пыль мешала, а другого способа определить, ищейки это или нет, мне известно не было. Рядом с наарами галопировал гнедой жеребец, в седле которого забавно переваливался гном-полукровка с изрядной примесью человеческой крови. По крайней мере, внешне казалось именно так, увы, но ауру разглядеть через устройство не получалось. За ними в облаке пыли смутно различались фигуры всадников, но разглядеть их, а тем более сосчитать не удавалось.

— А что это за значки мелькают? — спросил я. — Мешают немного…

— Расстояние до объекта, на который направлена красная точка. А у вас что, никаких аналогов нет?

— Что-то похожее есть, гномы делают зрительные трубы. Вот только расстояние они не измеряют, да и видно гораздо хуже, чем через твои устройства. И к арбалету их никто приделать пока не догадался. Домой вернусь — буду пробовать, мне идея понравилась. Есть еще заклинание дальновзора, но там какие-то сложности, в амулет его пока вставить у магов не получилось. По слухам вроде как в академии соорудили прибор, совмещающий гномью трубу и заклинание, но я об этом только слышал, видеть пока не доводилось.

— Ясно, — протянул майор. — Как думаешь, до нашей ловушки скоро доберутся? Ты бы, кстати, прилег, тут под кустом места много, и не так заметно.

— Да хрен они что-то разглядят здесь, на полном-то скаку, — проворчал я, укладываясь рядом с человеком. — А ехать им еще где-то малых шесть или семь…

— Отлично, времени вагон, — буркнул человек и саркастически продолжил: — Обожаю ждать. А насчет лечь… Просто привычка, вдруг они сообразят-таки, откуда стреляют. Да чего это я, сообразят, точно. Слишком очевидная точка.

— Великое искусство сидеть в засаде, — улыбнулся я, пытаясь устроиться на довольно жесткой земле поудобнее, старею все-таки. — А почему тебя пугает, что определят направление? Все равно искать будут гораздо ближе. Да даже если и найдут… Могу поспорить, побегут напрямую, тебе же стрелять удобнее.

— Просто привычка. — Майор оторвался от своего жезла, перевернулся на спину и уставился в небо. — Я и так себе поблажку устроил. Пути отступления по дороге присмотрел, запасную позицию тоже, но только одну, и оборудовать ее не стал. По уму надо бы еще и подходы с флангов разведать…

— Извини, я тебя сейчас не очень понял. — Я тоже оторвался от дороги, отчаявшись найти установленные там ловушки.

— Ну так сложно объяснить. Вот скажи, ты за кем-то гонишься, в отряд неожиданно полетели стрелы, стрелков ты не видишь, что будешь делать?

— Это-то просто. — Я пожал плечами. — Спешиться, укрыться за животными. Если есть щиты, то составить строй и идти за ним. Если нет, то как можно быстрее бежать в сторону стрелков, стараясь не двигаться по прямой. Арбалетчикам и стрелкам, если они есть, конечно, продолжать укрываться за животными, пытаться найти лучников или просто стрелять в ту сторону, чтобы хотя бы напугать.

— С вашим оружием разумно, — согласился майор. — С нашим — вы все умрете. У нас учат немного другому, причем учат так, чтобы это срабатывало на уровне рефлексов, если будешь думать, времени на то, чтобы спастись, уже не хватит. Надо максимально увеличить скорость движения, постараться как можно быстрее вырваться из зоны обстрела. Одновременно следует начать стрелять в сторону противника, не целясь, просто пугая, но это если получается. Покинув опасное место, постараться охватить противника с фланга, одновременно выходя ему в тыл. Ну это из стандартных действий, там на самом деле много нюансов.

— Ну при нашем вооружении показывать спину не совсем правильно, — возразил я. — Бронирование у доспехов там хуже, кроме того, ты не видишь, что происходит за спиной — а так от стрелы вполне можно уклониться, по крайней мере тифлинги на это способны.

— Тут уже принципиальная разница в оружии, — как-то лениво сказал человек. — У нас без разницы, в лицо тебе стреляют или в спину, особенно если ты не видишь стрелка. Ладно, тактики мы сравнить еще успеем. Ты мне лучше скажи, пока мы наедине. У вас в отношениях между мужчиной и женщиной какие ограничения, а то я не знаю, как себя с Шелли вести.

— Помилуй Хаос, какие ограничения, — поразился я, как-то такого вопроса не ожидал. — Обоюдное согласие, и все. А что, у тебя какие-то предубеждения имеются?

— Ну везде свои правила. — Человек с каким-то странным выражением лица продолжал изучать небо. — Просто Шелли призналась, что по вашим законам она еще не самостоятельная и одновременно с этим ко мне уже не первый день пристает с недвусмысленными намеками. Хотя когда мы остаемся вдвоем, никаких действий не предпринимает. У нас вообще-то не принято заниматься сексом с несамостоятельными людьми, и вместе с тем молодые девушки очень любят заигрывать с мужчинами, особенно со взрослыми, но дальше заигрываний у них дело не идет, многие и не подозревают, чем это для них может в итоге закончиться.

— А, ясно, — протянул я. — У здешних людей похожие законы. Но у нас проще. Из-за физиологических особенностей нежелательные дети нам не грозят, да и заболеваний, передающихся при этом деле, мы не особо опасаемся, так что никаких ограничений, кроме взаимного согласия. Я тебе больше скажу, только Шелли не говори, а то обидится на меня. У этой девчонки уже больше десятка мужиков было, более того, смен восемь назад она влюбилась по дурости в одного темного эльфа и всерьез собиралась за него замуж, Энно с Лииматом с трудом ей мозги вправили. Но на фоне остальной нашей молодежи она еще в этом плане спокойная. Клан Теорн суккуба основала, Теорних, так что наш молодняк, что парни, что девчонки, натуральные соревнования устраивают, кто больше разных экзотических личностей в постель затащит. Шейелена-то этим как раз не увлекалась.

— Во как. — Майор коротко хохотнул. — Спасибо, буду иметь в виду.

— Так что если она тебе симпатична, то вперед, никаких ограничений, — подвел я итог. — Даже более того, ты ей тоже явно понравился, причем не только в постельном плане. Если бы она тебя только в койку затащить хотела, то давно уже затащила бы. Есть у потомков суккуб такая способность. А так она пытается тебе понравиться обычными способами, без привлечения специфических средств.

— Спасибо большое, Гаррион, кажется, я понял, как мне дальше с ней общаться, — искренне поблагодарил человек и внезапно сказал в никуда: — Комар, мы в трех шагах к востоку от сосны, она тут единственная. Да, давайте, подходите.

Вскоре и в самом деле появились человек и Лания и прилегли рядом с нами.

— Все в порядке, командир, — доложил подошедший. — Поставил там две монки на ближней к нам обочине, так что пыль от нас пойдет. И еще несколько эфок воткнул, они секунд на десять позже сработают. Но куда потом пыль пойдет, предсказать не берусь.

— Добро, — кивнул майор. — Тогда рви, когда сочтешь нужным, я стрелять потом начну. А пока ждем.

И замолчал, только иногда поглядывал в сторону приближающегося облака пыли через свое приспособление. Лания, тоже раздобывшая себе «понималку» из простых, расспрашивала Комара о его мире. Причем тифлингессу больше интересовала мирная жизнь, обычная, так сказать. Человек охотно отвечал, но местами сбивался и как-то комкал ответы, немного виновато поглядывая на своего командира. Майор, впрочем, никак не реагировал. Я тоже прислушивался с искренним интересом, мне хоть и довелось пару раз побывать в других мирах, но наши предки обычно водили нас на границу Хаоса, а вот там понятие «мирная жизнь» становилось весьма относительным. Да и про миры без магии… Если честно, даже слышать не доводилось, точнее, доводилось, но так, на уровне слухов. Конкретные описания не попадались. Впрочем, как я понял, у этих людей магию заменяли механические приспособления. В чем-то уступавшие привычным мне амулетам, но в чем-то и превосходившие их. Когда человек начал рассказывать об устройствах для хранения информации, моя фантазия стала окончательно давать сбои. Ну не мог я представить, что библиотеку академии можно уместить в коробку, которая размером меньше моей ладони.

Тем временем облако все приближалось. Наконец-то появилась возможность сосчитать преследователей. Их оказалась ровно дюжина, из них пятеро однозначно были т'сареш, причем у двоих я разглядел вышивки на наарах, характерные для ищеек. Насчет остальных уверен не был. Ну что ж, даже если все пятеро элитные бойцы, шансы в рукопашном бою у нас имелись, но лучше, конечно, схватки избежать. Одного уже потеряли, хоть и не по моей вине. Остальные преследователи в основном были людьми, то есть в драке на мечах против нас не тянули. Вот только трое держали в руках взведенные арбалеты, что мне очень не понравилось. Но потом я вспомнил, что нахожусь вне зоны досягаемости болтов, даже теоретически, и стало немного спокойнее.

— Ша, Комар, — неожиданно сказал майор, — чужие подъехали, работаем.

Комар прервал разговор с Ланией и осторожно подполз к кусту, держа в руках небольшую коробочку зеленого цвета. Чужому отряду до определенного людьми места оставалось шагов семьсот, расстояние быстро сокращалось. Я повозился с кнопками устройства, подгоняя увеличение, чтобы видеть кусок дороги побольше.

— Гаррион, ты бы монокуляр убрал, — посоветовал мне Комар, что-то подкручивая на своей коробке. — В него точно ничего не разглядишь.

— Но командир твой вон смотрит, — возразил я, с неудовольствием отрываясь от этого самого монокуляра.

— Во-первых, у командира к прицелу ствол прикручен. — Голос у человека начал звучать несколько напряженно. — А во-вторых, у него оптика, а у тебя электроника, немного другой принцип передачи изображения. В общем, мой тебе совет, до взрывов смотри глазами, а потом уже пользуйся прибором.

— Спасибо, — поблагодарил я, решив последовать его совету, в конце концов, люди свои приспособления знали лучше меня.

— Хорош трепаться, — неожиданно сказал майор. — Комар…

— Пошел отсчет, — ответил ему подчиненный и начал считать: — Восемь, семь, шесть, пять…

И как только он сказал «ноль», на дороге здорово грохнуло. Скакавшую впереди троицу какая-то сила попросту смела с дороги, впрочем, не только троицу — весь отряд. Мне показалось, что я увидел кровавое облако, разлетевшееся от раненых животных. Я торопливо прижал монокуляр к глазу. Первая троица не шевелилась — ни разумные, ни животные. Т'сареш, по-видимому, разорвало в клочья, они даже не пытались подняться. Я повел взглядом вдоль дороги, к замыкающим, но посередине приметил глазом какое-то движение. Пригляделся — это билась раненая лошадь, пытаясь подняться на ноги. Рядом со мной что-то негромко хлопнуло, и голова лошади дернулась, как от удара. На дороге кто-то начал громко выть, явно от боли. Рядом хлопнуло еще раз, потом еще. Похоже, майор сказал правду, он действительно был способен попасть в разумного с пяти сотен шагов. Не то чтобы я ему изначально не верил, но как-то сомневался. На дороге грохнуло еще раз, даже погромче, чем в первый. Вой усилился, вроде как выли уже на два, если не на три голоса. Вот только дорогу окончательно заволокло поднятой пылью, и я не мог ничего толком разобрать. Рядом хлопнуло еще раз. Я оторвался от монокуляра и заметил, что хлопки раздаются из жезла майора. Одновременно жезл как будто бил его в плечо, так, что тело слегка вздрагивало. Человек быстро выстрелил еще пять раз и оторвался от винтовки. Вой на дороге резко оборвался.

— Все, уходим, целых верховых животных у них там не осталось, — сказал он, вытаскивая из своего жезла прямоугольную коробку и вставляя на ее место другую такую же, до этого лежавшую рядом с ним на земле. Потом стал потихоньку, на четвереньках, отползать от куста на обратную сторону горки.

— Контролировать не будем, командир? — спросил Комар. Мы с Ланией последовали их примеру, хотя я очень сомневался в том, что хоть кто-то остался в живых. Но засаду организовали люди, действовали они по своим правилам, так что им было виднее, как поступать.

— У нас задача лишить их животных, а не перебить, — ответил майор, поднявшись на ноги и быстрым шагом спускаясь к лошадям, которых мы привязали к кустам внизу. — Задачу мы выполнили. Там уже после твоих мин в живых ни лошадей, ни ящеров не осталось, ну и я еще пострелял. Если бы там были люди, никто бы не выжил, если только чудом. Но там еще вампиры могли быть, черт его знает, с их-то живучестью…

— Были, — подтвердил я, уже сидя в седле и наблюдая, как люди пытаются взобраться на лошадей, получалось у них не очень. — Двое ехали впереди, их в самом начале смело с дороги, и никакого шевеления я не заметил, они, скорее всего, погибли. Еще троих я заметил в середине отряда, но что с ними стало — не знаю.

Лания сжалилась над Комаром и помогла ему взгромоздиться в седло, но к майору подходить не стала, и тому пришлось мучиться самому. Наконец он тоже устроился, и я сразу задал темп довольно быстрой рыси: надо было догонять отряд.

— У вас всегда так воюют? — неожиданно спросила девушка у людей, когда мы выбрались из холмов на дорогу.

— Так чисто редко получается, — ответил Комар. — Обычно все же хоть какая-то разведка впереди, но идет. Да и немного их было. Вообще у меня такое ощущение, что мы гражданских накрыли.

— Отвыкай от этого, — пробурчал майор, сосредоточенно державшийся за луку седла. — Еще пара таких засад, и твои запасы кончатся. Надо, кстати, начинать учиться воевать по-местному.

— Да ладно, прорвемся. — Человек, похоже, не разделял озабоченности своего командира. — Самогон тут гнать уже умеют, селитру, хоть и не очень чистую, достать тоже можно… Конечно, не такие эффективные, как заводские мины, но все же сюрпризы я из подручных средств сооружу.

Майор продолжал недовольно бурчать что-то под нос. А я в очередной раз перестал понимать людей. «Понималка» — штука, конечно, очень хорошая, но некоторые понятия, всплывавшие у меня в голове, я просто не мог осознать. Но все равно, их действия впечатляли.

— Я другое имела в виду, — помотала головой Лания. — Так далеко… Я этих разумных как противников даже не воспринимала. Нет, у нас тоже приветствуются неожиданные нападения и засады. И против стрел у меня никаких предубеждений нет, но вот так… Что-то подобное практикуют гномы, они любят устраивать ловушки с проваливающимися дорогами и рукотворными обвалами. Но это делают в очень немногочисленных местах. А эти ваши штуки можно поставить где угодно, хоть в лесу, хоть в городе…

— По меркам нашей армии это был достаточно ближний бой, не рукопашный, конечно, но где-то около того, — коротко хохотнул Комар.

— Не скажи, — осадил майор своего подчиненного. — Сам же в штурмах неоднократно участвовал, когда глаза в глаза. Забыл уже?

Комар замолк. Демон, если у них это ближний бой, то какой же тогда дальний? Нет, у нас магия тоже может очень много, но маг должен видеть объект воздействия или по крайней мере очень подробно его представлять. И заклинания творятся далеко не мгновенно. Я стал копаться в памяти, что-то такое я слышал, одно время у магов вошло в моду не швыряться заклинаниями, а при помощи заклинаний разгонять до больших скоростей разнообразные снаряды. Что-то наподобие катапульт получалось, вот только летели эти снаряды гораздо быстрее. Но методика себя не оправдала, все равно, пока маг зачарует снаряд, пока нацелит — все уже разбежаться успеют. Да и маг противника мог чем-нибудь врезать. И вроде еще какие-то сложности там обнаружились, в общем, отказались от этих заклинаний, вернулись обратно — к сгусткам огня и молниям.

Где-то через четыре малых стражи встретили неторопливо топающий вниз отряд гномов. Точно, с дозоров нас засекли и из крепости у ворот отправили патруль — разбираться. Встретив наш отряд, гномы резво развернули строй поперек дороги, преграждая дальнейший путь.

— Кто такие? Назовитесь, — прогундосил откуда из-за спин старший патруля.

— Гаррион Теорн аэп'Илуккат, мастер оружия клана Теорн, — представился я, предостерегающе подняв руку, а то люди уже успели перехватить свои жезлы. — Кто спрашивает?

— Невар Тассон, старший дежурной стражи, — ответил гном. — Нам доложили о каком-то непотребстве ниже по дороге, вроде как магией там кого-то из путников приложили. Вы при делах?

— При делах, но без магии, — ответил я, гномам лучше врать поменьше, тем более что и врать-то особо нужды не было. — Там за нами т'сареш гнались, мы отстали от основного отряда, чтобы задержать их немного.

— Т'сареш, говоришь, — оживился главный. — А чего это они вас гоняют?

— Да они нашу девочку обидеть попытались, а она в ответ их обидела, очень сильно, — в тон ему ответил я. — Наверняка же слышал про нападение на караван тифлингов?

— А то, — подтвердил гном. Отряд поддержал его дружным гулом.

— Ну вот, официальные их власти девочку со своей территории выпустили, но потом что-то непонятное началось, в Перевальном на нас какие-то психи напали, вот здесь тоже гнались.

— Про Перевальный слышал. Так это вы гостиницу Шебу разнесли?

— Ну мы, — кивнул я. — Ты это, моих по дороге не встречал? Девять тифлингов, четыре человека и повозка.

— Не, не встречал, мы ж не от самых ворот идем, так, отнорком на поверхность выбрались. Отбой, ребята, — гаркнул гномий начальник, — давайте вперед, я догоню. Слушай, уважаемый Гаррион, а там точно т'сареш были? Може, ты мирных путников положил с перепугу?

— Двух нааров я точно видел, кто, кроме упырей, на них здесь ездит? И кто лошадей от самого Перевального галопом будет гнать, если нас не преследует? Были там т'сареш, уважаемый Невар, были. Вот выжили или нет — того не знаю, мы так, ловушку поставили и дальше поехали. Или вы делегацию вампиров ждали?

— Не, не должно от них никого быть. — Главный гном наконец показался из-за спин своего воинства. Нападения от нас он явно не ожидал, спокойно опустил щит на землю, освободил руки и даже стянул с башки шлем и теперь ожесточенно чесал у себя в затылке. — Мы чего и вышли, стражу назад с дозоров доложили, что примерно дюжина всадников, среди которых есть упыри, явно гонятся за отрядом тифлингов. Нас и послали на всякий случай, если кровососы совсем страх потеряют и по нашей земле погоню продолжат. Нам-то в ваши разборки лезть совсем не с руки, но договор есть договор, т'сареш в наши горы без разрешения не поднимаются. И уже когда на поверхность из отнорка выходили, нам рассказали, что тифлинги разделились и какую-то пакость упырям учинили.

Пока он вещал, гномы опять собрались в походную колонну и потопали по дороге, вот только теперь они двигались гораздо резвее, и я, кажется, даже понимал почему.

— Мы можем ехать дальше? — спросил у Невара. — К нам претензии есть?

— Да никаких, уважаемый. — Гном аж выставил ладони вперед. — Вроде пока все подтверждается. Ты на тела претендуешь или как?

— Я даже не знаю, сработала ловушка или нет, — понимающе усмехнулся я. — А уж тем более не уверен, что мы там кого-то положили, в основном против лошадей и ящеров делали. Ты это, отчет кому писать будешь? Мне бы копию, протест потом заявим, оформить бы все как положено.

— Да как всегда, — повел бронированным плечом гном. — Через дюжину дней в канцелярии наместника Больших ворот оставь заявку, тебе копию заверенную пришлют. Давайте, езжайте дальше.

Гном хлопнул мою лошадь по крупу и быстро засеменил за своим отрядом. Ну а мы поехали.

— Странные тут у вас порядки, — немного погодя сказал майор. — Гном вот так вот поверил нам на слово и отпустил. Даже нашими именами не поинтересовался.

— Ну… моего имени в принципе достаточно, — я пожал плечами. — А что касается остального… Им-то все равно по большому счету: кто выжил — тот и прав. Тем более что с т'сареш этого Невара тянуло общаться гораздо меньше, чем с нами. Если бы мы за перевалом драку устроили, то там уже были бы неприятности у всех, а здесь… Сойдет и так.

— Странные законы. — Человек выглядел очень задумчивым. — Это получается, сюда, в холмы, можно кого угодно заманить и прихлопнуть, а потом наврать, что он тебя преследовал. И все сойдет с рук.

— Не все так просто. Ты что, не понял, что за нами наблюдали чуть ли не с того момента, как мы вышли из Перевального? Тут все холмы изрыты гномьими норами. На дороге слепых зон нет, все просматривается. И про драку в гостинице они уже знают. Так что этот отряд шел с четким намерением собрать трупы после нашей разборки, а заодно затащить останки вампиров в холмы, если те вдруг случайно не доедут.

— Вот оно как, — протянул майор. — А чего они так резво дальше-то побежали?

— Как чего? — удивился я. — Барахло с трупов собирать. Напишут в отчете, что они чуть ли не голышом и совсем без оружия за нами гнались, а все остальное себе приберут. Ну я утрирую, конечно, совсем раздевать не станут, но все мало-мальски ценное сопрут.

ГЛАВА 4

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 56 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Наш отряд мы догнали уже после полудня. Дорога вывела нас в ущелье, в которое с разных сторон вливалось еще несколько трактов. И вот тут уже было гораздо оживленнее. Ущелье шириной метров сто напоминало огромную площадь, забитую всевозможными повозками, как пустыми, так и гружеными. На левой половине дороги выстроилась настоящая очередь где-то в километр длиной, упиравшаяся в итоге в скальную стену. По западной дороге повозки все продолжали прибывать, хотя и очередь тоже двигалась довольно ощутимо, иногда рывком проползая метров по сто.

И вот тут уже в основном встречались люди, самые разнообразные по внешнему виду, даже перечислять не возьмусь. Хотя и представителей остальных рас тоже хватало. Помимо людей встречались орки, выступавшие в качестве охраны и погонщиков. Гномов тоже встречалось много. Несколько раз я заметил и тифлингов, совсем небольшие группы. На Гарриона с Ланией они поглядывали с любопытством, но здороваться не лезли. Наши же спутники своих соплеменников то ли не замечали, то ли не обращали на них внимания.

Мы осторожно проталкивались по обочине, аккуратно объезжая разумных. Вскоре я увидел ворота. Действительно Большие ворота. Все это сооружение оказалось вырублено непосредственно в скальной стене, четыре выступающие цилиндрические башни по верхним ярусам были соединены несколькими крытыми галереями. Ну а в центре виднелись сами ворота, впрочем, не особо и циклопические, так, метров шесть в высоту, метров шесть в ширину. На фоне самой скалы, действительно имеющей весьма впечатляющие размеры, само сооружение несколько терялось.

Своих ребят мы догнали метров за сто от ворот, перед ними оставался всего один караван, правда, очень большой, повозок на сорок. Загружен он был, судя по запаху, рыбой. Тифлинги сидели в седлах, иногда перекидывались между собой ничего не значащими фразами, а мои бойцы, наоборот, с удовольствием воспользовались возможностью немного размять ноги. Шелли опять что-то жевала.

Впрочем, увидев нас, тифлингесса радостно взвизгнула и прыгнула мне на шею. Кажется, я начал понимать, что чувствовал Гаррион, когда она полезла к нему обниматься. По крайней мере переломать мне ребра ей мешал только бронежилет, а вот задушить вполне могла.

— Я так волновалась, — затараторила девушка, и не думая отпускать меня. — Вы в порядке? Там так грохотало…

— В порядке, в порядке, — ответил за меня Гаррион. — Шейелена, все уже поняли, что это твой человек, необязательно нам это демонстрировать при каждом удобном случае.

Вся мужская часть отряда тифлингов дружно заржала, мои бойцы, как ни странно, включая даже отца Якова, тоже заулыбались, а вот Алаири с Ланией дружно задрали носы кверху и стали пристально изучать небо. Третья тифлингесса, любезничавшая с Потапычем и Тирли, неуверенно хихикнула, строя мне глазки. Шелли покраснела и грозно поглядела на свою соплеменницу, та только стала хихикать громче. На дружный смех тифлингов начали оборачиваться извозчики с впередистоящих повозок, да и пробегавшие мимо по обочине разумные тоже смотрели на нас непонимающе, вот только близко не подходили. И вообще, все окружающие старались держаться на некотором расстоянии от отряда тифлингов.

Тем временем предыдущий караван начал потихоньку заезжать в ворота, и минут через пятнадцать перед стражей остановились уже мы. Ворота открывались наружу и сейчас были распахнуты настежь. В отличие от въезда в Перевальный, это сооружение оказалось изготовлено уже не для проформы, створки были сделаны из камня и внушали уважение своей почти метровой толщиной. Интересно, и как они их с места-то сдвигают? Судя по нижнему срезу створок, ворота отнюдь не стояли постоянно открытыми, их явно запирали ежедневно, наверное, на ночь. Да и дальше, в потолке продолжавшегося за воротами тоннеля, я разглядел несколько каменных затворов, нечто вроде тех, какие у нас в метро устроены на каждом входе — при первой же опасности они могут рухнуть вниз, быстро и надежно перекрыв вход в тоннель. Начиная от ворот, дорога была разделена на две части невысоким, сантиметров в пятнадцать, каменным бордюром, сейчас обе половины, и на въезд и на выезд, оказались перекрыты рогатками. В тоннеле тоже стояли повозки, и кто-то из встречного каравана предъявлял гномам какие-то документы. К нам направился стражник, отвечавший за въезд. Как и все гномы в округе, стражник был в полном боевом доспехе. Ну разве только что без щита и рукавиц, да и в кулаке вместо меча он сжимал небольшую палочку, которую в этом мире использовали в качестве пишущего инструмента. Следом за ним два гнома, тоже в броне, тащили сделанную из металла подставку-пюпитр с раскрытой книгой весьма внушительной толщины.

— Так, представимся, — солидно проговорил гном после того как его помощники установили пюпитр с книгой чуть ли не посередине дороги. Все тифлинги, начиная с Гарриона, назвали свои имена. К моему удивлению, шестеро из отряда носили фамилию аэп'Теорних, как и дядя Шелли, из этой семьи оказались и Алаири с Терагом. А вот фамилии Гарриона и Шелли не повторялись. Но часть «Теорн» присутствовала во всех именах, видимо, вторая часть имени тифлинга означала клан, к которому он принадлежал. Тут на слово уже, видимо, не верили, пришлось представиться и нам. Мы назвались позывными, впрочем, у гнома это никаких вопросов не вызвало, так он все в книгу и записал.

— Так, — продолжил гном, — семнадцать разумных, тридцать лошадей под седлом, повозка с двумя тягловыми животными. В повозке что?

— Тела соплеменников, — ответил Гаррион.

— То есть груз транзитный, торговать не будете? — риторически уточнил проверяющий. — Торговый пропуск нужен?

— Нет, только дорожный.

— Лады. — Гном задумался. — Так, что получается, по медяку с разумного, по два за верховое животное и два за повозку, всего — семьдесят девять медных.

Гаррион молча стал отсчитывать медь, гном тщательно проверял.

— Да, еще, — внезапно дернулся стражник, — тела ваши зачарованы? Вонять… — Гаррион грозно сверкнул глазами, и гном тут же поправился: — То есть… пахнуть не будут?

— Проверь, — с плохо скрытой угрозой в голосе предложила Шелли. Стражник тифлингов явно побаивался, но, видимо, с исполнением своих обязанностей у них здесь было туго, так что бочком и очень осторожно он все-таки подобрался к повозке, внимательно осмотрел неприятный груз и так же осторожно, стараясь держаться подальше от Шейелены, вернулся обратно к своей книге.

— Ну хорошо. — Добравшись до книги, стражник снова преисполнился достоинства или же стал намного лучше скрывать свой страх. — Держите свой пропуск. Если понадобится торговый — можете оформить на любом из промежуточных постов.

И гном ловко разделил страницу, осторожно отсоединив лежащий под ней лист. Ух ты, они здесь уже до самокопирующихся бланков додумались, круто, однако, не ожидал. Стражник же приложил к отделенному листу круглую металлическую бляху, привязанную к книге на веревочке, похоже, печать.

— Держите, пропуск не терять, предъявлять по первому требованию стражников и официальных лиц, — протягивая бумагу Гарриону, в котором безошибочно распознал старшего, продолжил гном. — Напоминаю основные правила, выезд на встречную половину дороги запрещен, съезжать с дороги вне отведенных для этого мест запрещено, драки и воровство караются смертью, спорные вопросы разбирают официальные лица либо стражники дороги. С вашим пропуском покидать зону дороги запрещено, зона дороги отмечена красными треугольными щитами, вот такими. — Гном указал на висящий на стене тоннеля за воротами красный щит. — Ну и по мелочам, разжигать костры и вообще открытый огонь, в том числе магический, — запрещено, выкидывать мусор и гадить разумным вне отведенных мест — тоже запрещено. Более подробный свод правил и наказаний за нарушения можете за отдельную плату купить сразу за воротами, справа будет лоток. Да, вы же тифлинги. Бросить вызов, чтобы он был признан законным, вы можете только либо в присутствии не менее трех официальных лиц, либо в присутствии стражников дороги. Вроде все. А, еще — незнание правил не освобождает от ответственности за их нарушение, имейте в виду. Все поняли?

И мы и тифлинги дружно покивали. Всю эту тираду гном выговорил чуть ли не на одном дыхании, явно ему не раз и не два приходилось повторять ее на каждом дежурстве.

— Ну тогда проезжайте.

Стражник пошел в сторону, помощники потащили за ним пюпитр с книгой. Рогатка немного приподнялась над землей и поехала в стену. Ну и мы потихоньку тронулись. За воротами дорога расширилась так, что по ней могли проехать в ряд аж две повозки или четыре всадника. Тераг с напарником, по-прежнему исполнявшие роль головного дозора, сразу нацелились на левую половину дороги, но Гаррион остановил их негромким свистом.

— Тераг, давай в «Третий», пускай нам приготовят комнаты, — приказал тифлинг, как только боец приблизился к нему. — Остановимся до утра, надо отдохнуть. Скачите вперед, мы торопиться не будем.

— Понял, — кивнул Тераг и умчался, подхлестнув коня, а мы, не торопясь, продолжили двигаться по правой стороне дороги, подстраиваясь под скорость идущего впереди каравана.

— Дядя Гарти, — тихо спросила Гарриона Шелли. — А зачем нам останавливаться так рано? Третья стража только началась, до вечера куча времени, еще много успеем проехать.

— Нам отдохнуть не помешает, — вздохнул тифлинг.

— Просто ты так гнал, — вмешался я. — А теперь, наоборот, не торопишься.

— Все элементарно, — ответил мне Гаррион. — Все те правила, которые нам зачитывали на входе, не пустой звук. Гномы обеспечивают идеальной порядок на всем перевале. И поверь, наказание за нарушение — очень суровое. Конечно, всякое случается, и расслабляться даже здесь я не намерен, будем выставлять часовых и все такое, но отдохнуть действительно не помешает. Да и до гостиницы еще полстражи ехать, если таким темпом. В любом случае послезавтра выедем с другой стороны, и там придется двигаться уже намного осторожнее.

— Хм, а если кто-то плюнет на правила и протащит сюда группу смертников? — Не то чтобы мне очень хотелось спорить, но так, на всякий случай решил поинтересоваться.

— Ну… пускай попробуют, — несколько ехидно ухмыльнулся Гаррион. — Безопасность тут обеспечивают порядка двух тысяч воинов. В течение малой стражи сотня в полном вооружении окажется в любой точке дороги. Ну а воинское соединение больше чем в пятьдесят воинов гномы попросту не пропустят, есть тут пара договоров.

— А охрана караванов? — спросил я.

— Ну если только самоубийцы, отсюда они в этом случае уже не выйдут, — пожал плечами тифлинг. — Было несколько попыток прорваться подобным образом, успехом не увенчалась ни одна. Пытались и личные счеты здесь сводить, тоже ничего хорошего из этого не вышло. Допускать таких ошибок, как в Перевальном, мы больше не будем, но и до выхода на поверхность можно пока не гнать во весь опор.

Я решил поверить тифлингу, тем более что ничего больше-то и не оставалось, и стал приглядываться к гномьей архитектуре, тем более что она того стоила. Уж не знаю, что здесь существовало изначально, пещера там или скала. Но сейчас на этом месте был вырублен полукруглый тоннель метров тридцати в ширину и десяти в высоту в верхней точке свода. Точно по центру шел начавшийся еще у ворот поребрик, деливший дорогу на две половины. Кстати, на встречной полосе тоже выстроилась очередь из повозок на выезд, только продвигалась она побыстрее, чем на входе. Что примечательно, никакой ругани в этой очереди не было, повозки аккуратно стояли одна за другой, никто не пытался перебраться через невысокий поребрик, никто не лез вперед. Всадники, несколько групп которых мы увидели, также стояли в очереди рядом с повозками, даже не пытаясь протиснуться вперед. Видимо, действительно наказание тут весьма ощутимо, и гномы не шутят, раз никто даже не пробует нарушать здешние правила.

По обеим сторонам тоннеля немного приподнимались неширокие пешеходные дорожки, правда, пустые. Стены очень уж гладкими я не назвал бы, но все равно, обработка присутствовала, хотя камень никак отделан не был. Кое-где встречались заплаты из камня другой породы, иногда попадались выполненные из камня или металла подпорки. И никаких декоративных изысков, все предельно функционально. Но наверняка была затрачена масса усилий для того, чтобы прорубить все это в скале. Сколько же времени они на все это потратили? А ведь это был только один тоннель, от которого периодически и слева и справа отходили еще ходы, конечно, поменьше центрального, но все равно, повозка там вполне могла проехать.

Примерно каждые сто метров на стенах тоннеля попадались треугольные щиты красного цвета, те, которые, как выразился гном на входе, обозначали дорожную зону. Над каждым ответвлением тоже висело по треугольному щиту, в основном щиты были белыми, но попадались и синие, а над парой тоннелей висели красные, такие же, как и на стенах. Освещался проход здоровенными друзами кристаллов, которые росли прямо из свода на разных расстояниях друг от друга. Света, хоть и тусклого, было вполне достаточно.

Тоннель все продолжался и продолжался, я уж было подумал, что маньяки-гномы пробили горный кряж насквозь, но тут мы выехали под открытое небо. Если подземная часть пути была абсолютно прямой, то теперь дорога шла по долине, повторяя все ее изгибы. Кстати, около выезда появилась первая из местных гостиниц. Само помещение было вырублено в скале, как и тоннель, а вот двор, видимо предназначавшийся для животных, находился уже снаружи. Все остальные места в долине оказались распаханы и засеяны разнообразнейшими растениями явно сельскохозяйственного назначения. Использовалась любая относительно горизонтальная поверхность, даже на склонах обнаружились то ли вырубленные, то ли насыпанные террасы, на которых что-то росло. Вот только жилья нигде видно не было, похоже, все жилые помещения находились под землей. Кое-где в полях возились гномы, занимались своим урожаем.

Вот черт, это же сколько труда они во все это вбухали, ведь плодородную почву сюда явно откуда-то возили, да и в подобные места надо прорву удобрений вбухать, тут же скалы, иначе ничего не вырастить. Да еще и воду подводить надо, причем подвести-то полдела, еще же и лишнюю отвести куда-то требуется.

Дорогу от полей отделял невысокий, где-то в полметра забор. Красные щиты теперь висели гораздо чаще, а с другой стороны забора на шестах в еще большем количестве виднелись белые. Не менее часто попадались и таблички с какими-то надписями. Сама долина была хоть и не особо широкой, где-то в полкилометра, но длинной, и продолжалась она довольно далеко, насколько хватало глаз. Мои мужики тоже впечатлились усилиями, затраченными на эту долину.

— Ну ни хрена ж себе, — протянул особенно пораженный Потапыч. Оно и понятно, он родился в деревне и лучше всех нас представлял, какой ценой дается подобное изобилие. — Это же сколько они тут горбатились, чтобы такое устроить. Это не шесть соток за городом.

— Согласен, впечатляет, — поддакнул Тирли. — Даже более того, это сколько же пахать надо, чтобы тут постоянно все росло, явно же не на один и не на два сезона это все устроено.

— Да, строили тут все долго, — кивнула ехавшая рядом с нами Шелли. — Гномы смен шестьсот назад начали перевал в порядок приводить, сначала на самых крутых тропах ходы через горы пробили, потом ворота со стороны т'сареш построили, а смен за триста и долины распахали. У них земли для земледелия очень мало, так что стараются использовать каждый клочок. То, что вне гор, им охранять сложно, они на воздухе биться не любят. А тут все защищено. Это у них еще так, чуть ли не на любительском уровне. Тут семьи в аренду участки берут. А ближе к их столице, Вершине мира, уже серьезные гномы сельским хозяйством занимаются. Там все намного масштабнее. А эти так, в основном на гостиницы на перевале работают.

— Во как, — удивился Стингер, — а я думал, это они себе выращивают.

— Нет, — покачала рогатой головой Шелли. — Тут их городов нет, так, поселения небольшие, с десяток шахт, да и они все в сторонке. Ну и еще те, которые землю обрабатывают, тут живут, и обслуга дороги тоже.

— Странно, а что их подвигло на такое капитальное строительство, если они здесь не живут, — теперь спрашивал уже я.

— А это политика, — поддакнул Гаррион, подогнавший лошадь с другой стороны. — Шестьсот восемьдесят смен назад т'сареш предприняли последнюю массированную попытку напасть на Десять городов через эти горы. Шли через два крупных перевала из трех существующих. Собственно, тех, которые поперлись через этот, в этой самой долине и разбили. Здесь и люди были, и гномы. Но главную роль сыграли, конечно, маги. Тот тоннель, через который мы сейчас проехали, не гномы копали. Большую часть его пробили магическим ударом, коротышки потом только благоустроили там все, ну еще и отнорков нарыли. А потом и ворота соорудили, те, которые ты уже видел. Большинство старых троп, которые шли по скалам, либо обрушили, либо завалили, правда и новых понастроили много. А позже до них дошло, что за проезд через тоннель можно денежки брать. Потом понеслось, наняли магов, те еще пару дыр в скалах прожгли, уже специально, будем проезжать — сам увидишь. Этот-то тоннель — результат боевых действий, тут заклинание «Воздушный кулак» применили, с какими-то дополнительными эффектами, да еще и пещеры в скале были, вот и получилось как получилось. А дальше уже горы проплавляли, так что породы вокруг изменились. Ну и попутно несколько рудных жил нашли, еще что-то там полезное, да и долины заодно засеяли.

— Да-а-а, хотел бы я посмотреть на гномий город, если это просто дорога, — задумчиво сказал Стингер. Мы как раз миновали поворот, за которым долина стала еще шире. Здесь она уже была засажена яблонями, не вся, конечно, но сад внушал уважение.

— Можно и посмотреть, — сказала Шелли. — На нижние горизонты тебя никто не пустит, а в верхних кварталах, которые ближе к поверхности, вполне можно побывать. Там очень красивые места есть. Вот только все гномьи города расположены далеко от дорог, гномы строились в основном над рудниками, да и то не над всякими. Так что по поверхности до них не доберешься, только под землей.

— И что там у них внизу такого секретного, — внезапно заинтересовался мой зам.

— Да ничего, — тифлингесса весело подмигнула капитану, — кроме агромадных сокровищ. Шучу, нету там ни хрена. Просто нижние горизонты гномы под себя строили, существам наших размеров не очень уютно в тех тоннелях. На самом деле там у них мастерские, склады и тому подобное. Живут там глубинные, они с жителями поверхности общаться не очень любят.

— Погоди, погоди, — остановил я девушку. — Что это за глубинные, ты мне раньше не рассказывала.

— Ну… глубинные, это те, которые только под землей живут и на поверхность не выходят, считают истинными гномами только себя. Тех, кто под небом бывает, да и вообще на верхних горизонтах живет, верхними называют…

— Не совсем так, — перебил девушку Гаррион. — Если смотреть поверхностно, то действительно, гномы, называющие себя «глубинными», на поверхность почти не выходят. Но на самом деле так называют роды гномьей аристократии. Так получилось, что наибольший вес в их обществе имеют шахтеры и кузнецы. Да эти роды еще и самые богатые, ко всему прочему. На поверхность им подниматься, сам понимаешь, необходимости почти и нет.

— Как так, — поразился Стингер. — А жрут они там что? Камень?

— Почему, грибы раньше выращивали в пещерах, животных кое-каких разводили. Конечно, без дневного света там очень уж специфическая живность водилась, да и растения не самые обычные. Но провиантом гномы себя вполне обеспечивали. Только это давно было, сейчас-то торговля давно налажена. Ну и к тому же появились роды, которые нашли себе работу наверху. Да и жить стали ближе к поверхности, их и начали называть «верхними». Если на то пошло, то Шеб, с которым вы познакомились в Перевальном, как раз из очень древнего и уважаемого рода глубинных. И вес в гномьем обществе имеет намного больший, чем даже голова Перевального или, скажем, местный начальник перевала Больших ворот.

— Странно, я об этом не знала, — поразилась Шелли. — Я думала, он вообще не гном. Шеб периодически так всю подземную жизнь на орочьем описывает, что заслушаться можно.

— Ты, наверное, просто его не спрашивала, — улыбнулся Гаррион. — И спала на уроках политики, впрочем, последнему я не удивляюсь. Шеб что-то вроде то ли представителя, то ли наблюдателя от своего рода на южных землях. Перевальный — это вообще частное предприятие рода Гранита. А голова сидит от их главного и следит в основном за выполнением законов, вот только жалованье ему не правительство платит, а как раз Шеб.

— Надо же, сколько всего нового узнаешь, — поразилась Шелли.

— Пора взрослеть, девочка, — неожиданно серьезно произнес тифлинг. — Мы живем в непростом мире, и большинство разумных в нем — отнюдь не те, кем кажутся на первый взгляд. Ладно, вижу, что людей интересует еще и третья категория этого народа, — повернулся он уже ко мне. — «Не гномами» называют тех, кто принял подданство других стран или отказывается жить по их законам. Ну налоги там не платит, долю в казну рода не отстегивает и тому подобное. В общем, совершает самые страшные с точки зрения гнома преступления. Их тоже довольно-таки много, живут они в основном среди людей. Кое-кто и на другие континенты переехал. В Оэсси у них целый квартал свой, там неподалеку от реки достаточно здоровая скала выходит, вот ее они и облюбовали. Изрыли там все, небольшой городок под землей отгрохали. Заодно и гильдию мостовиков основали, все мосты в Десяти городах как раз этими не гномами и построены.

У меня за спиной Тирли возился с фотоаппаратом, встроенным в его наладонник. Раньше съемками местности мы не особо и увлекались, но эта обжитая долина очень уж впечатлила радиста. Да и наше начальство заинтересовать должна была, технологии земледелия тут любопытные… Нет, вроде что-то подобное и у нас делали, я видел виноградники в горах Крыма, и на Кавказе нечто похожее устраивали в горах. И в Китае встречал грандиозные рисовые поля на искусственных террасах. Но у нас подобное если и устраивали, то только в очень подходящих для этого местах. А здесь гномы, похоже, просто натаскали плодородной почвы и каким-то образом заставили ее прижиться, превратив горную долину в райский сад.

Поднялись мы, кстати, не особенно и высоко. От Перевального до ворот проехали где-то километров пятьдесят — пятьдесят пять, из них около двадцати по болотам, уж не знаю, природным или искусственным. Дорога постоянно поднималась вверх, в холмах, кстати, довольно ощутимо. Ну и по самому перевалу уже километров восемь отмахали, тоже продолжая подниматься. Так получалось, что где-то на километр вверх мы уже забрались. Но дискомфорта от понижения давления и недостатка кислорода я пока не ощущал, тифлинги, впрочем, тоже. А вот вокруг долины горы поднимались на весьма приличную высоту, а дальше к западу виднелись три очень внушительных пика, вершины которых терялись в облаках.

— Ой, а чего это Тирли делает? — заинтересовалась Шелли манипуляциями радиста.

— Память сохраняет, — ответил я. Тирли явно увлекся съемкой пейзажей. Компьютер-наладонник — это, конечно, не полноценная фотокамера, но для отчета сойдет. Жаль только, что нам эти снимки однозначно не оставят, все будет похоронено в архивах то ли Министерства обороны, то ли того самого подразделения ФСБ, которое представлял полковник Лисицкий. Но радист сейчас об этом, похоже, не думал, увлеченно снимал окружающие горы, даже лошадь изредка останавливал и иногда начинал внимательно просматривать снимки, что-то удаляя, что-то снимая по новой.

— Как это, сохранять память? — не поняла тифлингесса. Как ни странно, только ее и заинтересовали действия Тирли, все остальные тифлинги не обращали на него никакого внимания. Вот только один из бойцов, Ратх, кажется, проезжая за спиной радиста, случайно зацепился взглядом за экран наладонника как раз тогда, когда Тирли просматривал снимки, и теперь постоянно держался за его спиной, внимательно вглядываясь в небольшой экран. Попросить посмотреть поближе то ли стеснялся, то ли считал невежливым.

— Сейчас покажу, — вздохнул я, вытащил свой комп и начал рыться в его настройках, отыскивая фотокамеру. Ну вот не люблю я современные гаджеты. С одной стороны удобно, конечно, когда все в одном, сравнительно небольшом приборе, но по моим искренним убеждениям, телефон — должен быть телефоном, записная книжка — записной книжкой, а фотоаппарат — фотоаппаратом. А так в одно запихано сразу все, и разобраться, как всем этим пользоваться… В итоге начинаешь применять только то, что тебе, собственно, и нужно, а весь остальной функционал остается забытым. И если потеряешь или разобьешь одно устройство, то лишишься тоже сразу всего. У нас, конечно, с собой были не гражданские приборы, а сугубо военные, чуть ли не специально разработанные для групп, подобных нашей, а потому предельно функциональные. Да еще и с дополнительными примочками, которые в простые устройства никто никогда не ставил. Ну там — шифрование информации, встроенное и обязательное, многоуровневая система паролей для доступа, так что я иногда сам мучился очень долго, чтобы добыть нужную информацию из наладонника. Естественно, были встроены устройства самоуничтожения как самого компа, так и информации, сохраненной в нем. А так почти стандартный набор для небольшого компьютера — записная книжка, калькулятор, часы, календарь, фото-видеокамера, диктофон с возможностью проигрывать записанные файлы, даже программка с электронными картами всей Земли, но это уже, скорее, справочная информация. Все средства внешней коммуникации у наших наладонников были не то что обрублены, а изначально в них не присутствовали. Ну если только порт для связи с обычными компьютерами, но и там разъем даже близко не напоминал стандартные и, как объясняли нам специалисты на инструктаже, информация хранилась в каком-то жутком виде, чтобы понять ее, на компьютер надо было качать специальные программы, да еще и особую плату для коммуникации вставлять в комп. В общем, нормальное военное устройство с параноидальной защитой содержимого. Мне даже казалось, что все, что в наших наладонниках хранится, проще переписать с экрана, чем перезалить на другой компьютер. А Стингер как раз на инструктаже предложил как-то инженерам еще и дробовик к этой электронной фиговине приделать, просто для комплекта, чтобы уж девайс совсем соответствовал военным реалиям, ну и капкан для пальцев, для предотвращения несанкционированного доступа. Не знаю, оценили его шутку или нет, но ходили слухи, что к новому поколению наладонников приделали одноразовый электрошокер.

Но фотокамеру я в своем девайсе все-таки нашел и быстро сфотографировал с любопытством посматривающую Шелли. А потом вывел снимок на экран и протянул приблуду ей.

— Ой, это же я, — восхитилась девушка. — Здорово. Только я какая-то вся растрепанная и грязная.

И вернула девайс мне.

— А эта штука только одно изображение может запомнить? — спросила она.

— Нет, — покачал головой. — Довольно-таки много.

— Здорово, — повторила тифлингесса. — У эльфов есть такие растения, которые могут принимать форму того, что им покажут. Там красивее, не плоская картинка, а объемная, как статуя, да эльфы ее еще потом и обрабатывают дополнительно. Но растения очень долго запоминают, не меньше двух дюжин дней, так что с изображением живых существ не очень получается. Да вы видели, наверное, мебель, которую мы на продажу везли, как раз с барельефами, из этих растений.

— Мы не присматривались, — ответил я. — Так, глянули, что в пакетах, но подробно не рассматривали.

Вон оно как получается, а Тирли восхищался искусством резчиков. Оказалось, растения сами такую форму приняли, а их потом к готовой мебели пришпандорили. Однако…

— Слушай, а как эти эльфы такое проделывают? — поинтересовался я. — Магия, что ли?

— Ну эльфы себе чуть ли не все выращивают, а не изготавливают, — начала просвещать меня Шелли. — Они вообще с растениями да и с животными любят возиться. Изначально длинноухие, конечно, все меняют при помощи магии, хотя там и еще что-то используется, я в подробности особо не вдавалась. Но есть целая школа колдовства, называется магия роста, которая как раз и занимается изменением растений и живых существ. А после изменения растения сами все, что надо, проделывают. Вот эти, которые с изображениями… Они сначала вырастают до определенного размера, а потом их устанавливают в нужной точке, чтобы перед ними было нужное изображение, потом дают команду запоминать. Растения в течение нескольких дюжин дней меняются. Потом их рост останавливают, корни подрубают и получают барельеф. Его еще дополнительно обрабатывают, иногда в изображении что-нибудь поправляют, покрывают составами всякими, чтобы не завелась гниль и чтобы нельзя было поцарапать. У эльфов есть несколько огромных панно, там они не естественные виды запечатлели, а специально задуманную композицию, скульптуры расставляли, макеты изготавливали. Потом еще и раскрасили это дело, здорово получилось. Там все, как живое, просто застывшее.

— Ну… у нас все не настолько глобально, — усмехнулся я. — Наши устройства запоминают только картинку, проекцию изображения на плоскость, ну… это как картина, понимаешь?

— Ага, — кивнула Шелли. — Только вы ее не руками рисуете.

— Ну да. Там внутри небольшая пластинка, которая устроена почти по тому же принципу, что и человеческий глаз. Она меняется в зависимости от освещенности, а потом ее состояние запоминается. То, что запомнилось, передается на другой материал, который начинает светиться и формирует изображение. Ну если в двух словах, то как-то так получается…

— Ничего не поняла, — помотала головой Шелли. — Вот по отдельности все твои слова понимаю, а в целом какой-то бред. Может, «понималка» не может перевести правильно?

— Нет, «понималки» в порядке, — вклинился в наш разговор Гаррион. — Это мозги у кого-то не тем местом повернуты, не буду показывать пальцем у кого. Не обращай внимания, майор, это чудесное рогатое создание из всех точных наук воспринимает только математику, и то применительно к монетам, желательно золотым. Мне в свое время выпало несчастье попытаться объяснить ей некоторые геометрические закономерности. Площади и объемы фигур мы учились считать, выкладывая эти фигуры из монет. А потом несколько монет постоянно куда-то пропадали. Ну и практические советы своего отца на тему как кого обмишурить, как ловушки в торговых договорах расставить и тому подобное, она тоже наизусть помнит.

— Неправда, дядя Гарти, — фыркнула Шелли, сделав возмущенную мордашку. — Я хорошая, это ты неправильно объяснял. Когда мастер казначей мне про геометрию рассказывал — я все поняла.

Я не удержался и сфотографировал возмущенную тифлингессу. Больно забавно она выглядела, жаль только, хвост, от возмущения свернувшийся в какую-то абстрактную фигуру, в кадр не попал. Гаррион, увидевший снимок, довольно заржал.

— Майор, ты потом мне эту картинку дашь посмотреть, я перерисую, здорово получилось.

— Я тебе перерисую, Гарти. — Шелли аж зашипела. — Моя месть будет страшна и ужасна. Майор, он все врет, я не тупая, они просто объяснять не умеют…

— Ага, ага, не умеем, — согласно закивал довольный Гаррион, не обращая внимания на угрозы. — Когда я тебе рассказывал, как в кости мухлевать, ты все с первого раза запомнила. А потом еще развила и улучшила теорию. Кто карманные деньги у всех детишек клана целый сезон выигрывал? Я, что ли?

— Ой, да ладно, там была-то пара золотых, из-за чего шум поднимать? — Шелли внезапно как-то засмущалась. — Я же потом все вернула.

Тут уже я не сдержался, рассмеялся в голос и при этом чуть было не свалился с лошади. Гаррион еле успел поймать меня за руку, помогая удержаться в седле.

— По крайней мере, я из слов майора общий принцип работы понял, — продолжил тифлинг, утвердив меня на лошади. — У гномов было что-то подобное, хотя почему — было, и сейчас есть, они иногда иллюстрации для своих книг так делают. Какая-то алхимия… металлические пластины обрабатывают определенным составом, и на них под воздействием света вытравливается изображение. Там еще стекла специальные, вроде как в зрительных трубах, которые это изображение уменьшают и направляют на пластины. Гномы про свои технологии не особенно любят распространяться, так что я это только по рассказам представляю, ну и видеть конечный результат приходилось…

— А, понятно, — кивнул я. — У нас тоже так все начиналось. Соединения веществ, которые под воздействием света меняют свой цвет, запоминая изображение. Сначала умели делать только одну копию изображения, потом научились с одной картинки печатать много копий. А это, — я похлопал по карману, куда убрал наладонник, — это уже следующее поколение технологии, где совместили сразу несколько технологических идей. А ты, кстати, кто в клане, — спросил я Гарриона, — по рассказам Шелли вроде так выходило, что ты учитель боевых искусств, и вдруг ты ей геометрию преподаешь. Извини, если я как-то не так спросил.

— Да ничего, — пожал плечами тифлинг. — Я — мастер оружия. В первую очередь учу молодняк обращаться с железом, преподаю основные правила воинского боя. Заодно отвечаю за арсенал клана, ну и с трофеями разбираюсь. Сам понимаешь, что по роду деятельности у нас в трофеях в основном оружие и доспехи. Вот я и решаю, что сохранить, что продать, какое еще оружие закупить. А что касается геометрии… У нас молодежь обучают все, кто может. Даже Лиимат, когда у него свободное время есть, уроки ведет. Это дешевле, чем учителей со стороны нанимать, да и не всякий разумный справится с выводком молодых тифлингов. Вот представь, если ей, — Гаррион кивнул в сторону Шейелены, — на уроке скучно, слушать и запоминать она не хочет. А если таких раздолбаев десяток или два сидит. Нас-то они хотя бы уважают, да и по рогам настучать в случае чего мы можем. И от врожденных штучек, присущих тифлингам, мы защищены.

— Это каких таких штучек? — поинтересовался я.

— Ну… наш клан в основном состоит из потомков Теорних, она же суккуба. В общем, молодняк, если им учителя не нравятся, развлекается по полной. У нас три учителя рисования сбежали, два мужика и одна женщина. Своих не нашлось, пришлось со стороны приглашать, и вот чем-то они не приглянулись нашим. Им устроили сеанс соблазнения. Представь, что тебя одновременно соблазняют две дюжины подростков обоего пола. Так, что мозги от желания вскипают, и ни о чем другом думать не можешь. Мужики еще покрепче оказались, выскочить на улицу успели, а с женщиной совсем плохо было. Хорошо, что мы, старшие, неладное почуяли и вмешались.

— Майор, а чего ты так на меня смотришь, — вмешалась Шелли, — я в этом не участвовала, мне папа частных учителей нанимал. Я только один раз одну женщину-человека, которая мне про законы Оэсси рассказывала, соблазнить пыталась, так папа мне такой воспитательный акт устроил, что я зареклась от подобных фокусов.

— Ой, Шейелена, — вздохнул Гаррион, — ты и без соблазнения издевалась над учителями, причем без разницы, пришлые они или из клана.

— Как вы вообще их хоть чему-то научить умудряетесь?

— С огромным трудом, — грустно ответил тифлинг. — Самое трудное начинается после того, как им четырнадцать смен исполнится. Физически они уже взрослые, но обучены только самым основам знаний, и в башке не пойми что вместо мозгов. Зато гонору — ты не представляешь сколько.

— Почему не представляю, представляю, — пожал я плечами. — Сам таким был, по вашим меркам сравнительно недавно. Мне сейчас тридцать два наших года, в ваших сменах чуть поменьше будет, у нас год короче. А серьезно военному делу обучаться начал с восемнадцати. У нас до этого так сказать общее образование дают, а потом уже идет специализация. Так тоже по молодости творил не пойми что, сейчас-то глупым кажется, хотя и забавно вспоминать.

— Тебе всего тридцать смен, — удивился Гаррион. — Мне казалось, что ты намного старше.

— Так мы живем гораздо меньше, чем вы.

— Ну знаешь, у нас опытные воины если уж выживают, то, как правило, находят деньги для магов, чтобы продлить жизнь, — просветил меня мастер. — Тем более — ты на государственной службе, у нас хорошим командирам жизнь продлевают за счет государства. Точнее, у них там с магами свои разборки, но обученным воинам продление жизни идет как бонус по службе. Грех разбрасываться хорошо обученными специалистами.

— Я уже говорил Шелли. Наша медицина совершенно по-другому развивается, да и магии, по крайней мере похожей на вашу, у нас нет. Так что средний срок жизни человека в нашем мире лет шестьдесят — семьдесят. И то ближе к шестидесяти организм уже сильно стареет, переносить физические нагрузки становится тяжелее. Так что мне еще лет десять осталось послужить в армии, потом надо будет менять род деятельности, я просто не потяну и не выдержу необходимых нагрузок. Учить других убивать мне тоже не очень-то хочется, так что… Но это, конечно, если меня самого не убьют раньше.

— Не страшно умирать так рано? — спросил тифлинг с какой-то подколкой.

— Ну… я как-то смирился, да и мои архаровцы тоже. Да и не уверен, что доживу до старости, слишком много пришлось перенести. А если как следует подумать, — я пожал плечами, — оно и хорошо, что у нас пока не могут продлевать жизнь. И так перенаселение на планете, пока еще не на критическом уровне, но где-то близко к тому. Так что не уверен, что из этого может выйти что-то хорошее.

— Это ж сколько у вас разумных-то? — поразился Гаррион. — Или у вас пригодных для жизни земель мало?

— Да земли-то хватает. С Деей мне сравнивать трудновато, конечно, я хотел в Перевальном ваши карты найти, но как-то руки не дошли. А насчет разумных… Гаррион, у нас в мире только один вид разумен, ну… я так считал еще совсем недавно. Вот почти случайно узнал, что еще и вампиры есть, но их очень мало, около ста тысяч…

— Ну… не так уж и мало. — Тифлинг задумчиво потеребил в руках поводья. — На одного т'сареш для комфортной жизни должно приходиться около десяти разумных, это для питания. Если, конечно, они активно не колдуют и не спешат развиваться.

— Гаррион, в нашем мире сто тысяч — это мелочи, — вздохнул я. — У нас в мире на данный момент живет более семи миллиардов человек, и население продолжает увеличиваться. Сам понимаешь, что даже миллион т'сареш на этом фоне — комариный писк. У нас они скрываются от людей и стараются не афишировать своего существования.

— Это как же вы так размножиться ухитрились? — поразился мастер. — Нет, здесь людей тоже немало, но если не учитывать кормовых т'сареш, они далеко не самый многочисленный вид. Ну да, размножаться вы, люди, способны так же быстро, как и орки, но рядом с зеленокожими вы далеко не живучие. Точно, конечно, никто считать не пытался, но в человеческих семьях выживает хорошо если один ребенок из двадцати. В обычных семьях… у тех, кто обеспечен, хватает денег на магов. Но вот обеспеченные-то как раз много детей заводить и не торопятся, чтобы потом проблем с дележом наследства не было, ну и тому подобное. А магов дети вообще особо не интересуют. Как передается в поколениях возможность чувствовать силу, до сих пор никто не знает, в академии целый факультет этим занимается, но ничего определенного пока сказать не могут. А если чисто в бытовом плане — там свои сложности. Магия вообще очень сильно меняет сознание и восприятие мира. В общем, заводить детей колдуны не рвутся.

— Ну… у нас примерно такая же ситуация. Богатые люди тоже не стремятся иметь много детей, им не надо думать о том, кто позаботится о них в старости, когда сил на полноценную жизнь уже не останется. А что касается выживания… У нас медицина… Нет, не скажу, что дешевая, но минимальную помощь получают все. То есть подохнуть не дадут, ну и детская смертность далеко не такая высокая, даже в самых бедных регионах. Соответственно и принцип, по которому выживают сильнейшие, уже не работает, можно сказать, что выживают все.

— Да уж, весело у вас там, — хмыкнул тифлинг и надолго задумался.

Мне пришло в голову, что я, пожалуй, сболтнул лишнее. Вспомнил весьма агрессивную внешнюю политику земных государств, да еще и желание применить армию просто потому, что она есть… Вполне возможно, что наши начнут экспансию в этот мир. Тем более что здесь болтается ну очень уж вкусная морковка в виде возможности продления жизни, практически неограниченного. Если уж один раз проход получилось открыть, то и потом получится, вопрос только во времени. А экспансию могут начать даже не ради земель или ресурсов, а просто потому, что так привыкли. Что же касается военной мощи, то все, что я тут уже увидел, пока не особо и впечатляло. Нет, понятно, что в рукопашной наши войска проиграют, не вчистую, конечно, но все равно проиграют, но что местные смогут сделать, например, с танком, или со звеном штурмовых вертолетов. Конечно, остаются вампиры с внушаемым ими ужасом и прочими ментальными штучками, но и с этим наверняка найдут способ справиться.

Неизвестной составляющей оставались маги. Их мощь впечатляла, да и гномий тоннель выглядел очень внушительно, если, конечно, Гаррион не соврал о его происхождении. Но все равно, надо было детальнее узнать об условиях, в которых маги могли устроить подобный Армагеддон. Ведь они должны уставать, а та же батарея гаубиц имеет возможность молотить сутками, только снаряды подвози. Я не говорю уже о наших умных ракетах и тем более не принимаю пока в расчет оружие массового уничтожения.

Нет, лучше болтать поменьше, а то и в самом деле решат, что нас проще здесь закопать, чем домой выпихнуть, мне же закапываться пока совсем не хотелось.

Часа через два, или по-местному к концу третьей стражи, добрались до гостиницы, по каким-то неведомым мне признакам выбранной Гаррионом для ночлега. Сооружение оказалось достаточно специфическим, собственно, на поверхности находился только небольшой дворик, предназначенный для животных и повозок, точнее даже два дворика по обеим сторонам от дороги, а сам отельчик располагался непосредственно под дорогой. А я-то гадал, зачем подобные квадратные площадки, примерно метров тридцать на тридцать каждая, огороженные такими же каменными заборчиками, как и дорога, встречаются на пути чуть ли не каждые пять километров.

К счастью, тифлинги хоть и посадили нас на лошадей, но ухаживать за этими тварями не заставляли. Правда, в местный сервис их расседлывание и чистка не входили, рогатые занялись этим сами, ну еще и Тирли добровольно вызвался помочь. Вот что он нашел в этих вонючих тварях со здоровенными (даром что травоядные) зубами и непредсказуемым характером? Нет, предоставленная мне лошадь пока вела себя прилично, укусить попыталась только один раз, получила по морде кулаком плюс обещание в следующий раз огреть прикладом и вроде как успокоилась. Ну а шанса лягаться я ей сам старался не давать, просто не подходил сзади.

— И на хрена было забираться под землю, — бурчал Стингер, спускаясь по достаточно крутой лестнице в помещение гостиницы. — Для небольшого домика места наверху более чем достаточно…

— Это тебе так кажется, — ответила Шелли, бодро топавшая впереди. — Земли, пригодной для сельского хозяйства, тут очень мало, да и просто ровных поверхностей, на которые можно насыпать плодородный слой, тоже немного. А в строительстве подземных помещений гномы достигли весьма больших высот. Да и им самим под землей жить привычнее. Они на поверхности чувствуют себя так же, как мы в их тоннелях. На самом деле мы сейчас проезжаем по весьма населенной местности, на гномий город она, конечно, не тянет, но коротышек тут живет много. Просто все под землей.

— А что там на входе говорили про торговую зону? — поинтересовался я, оглядывая довольно большой холл со стойкой, в который мы попали, спустившись по лестнице. Если гостиница в Перевальном с первого взгляда больше напоминала трактир, во всяком случае, войдя в нее, в первую очередь ты попадал в ресторан, то здесь уже была более привычная картина. Нормальный такой холл, стены и пол выложены декоративной каменной плиткой, кое-где в каменных же рамах тряпичные гобелены с пейзажами, как подземными, так и изображающими поверхность, вот только окон нет. За местным аналогом ресепшена восседала гномка в возрасте и сейчас что-то увлеченно обсуждала со спустившимся первым Гаррионом. А вот слуги все оказались людьми. Точнее, теми, кого здесь называли людьми, почти у всех имелись признаки других рас.

— Так здесь несколько рыночных площадей есть вдоль всего перевала, — ответила Шелли на мой вопрос, плюхаясь на одну из стоявших вдоль стен кушеток. — Там целый городок на самом деле, торгуют как оптом, так и в розницу. Оборудованы склады, торговые площади, имеются жилые кварталы для тех, кто все это обслуживает. Ну и гостиницы, кабаки, бордели — все, что положено для подобных мест. Первую площадь, которая у самого входа, уже проехали, еще три проедем, они, правда, не на самой дороге, а несколько в стороне, так что только тоннели, которые к ним ведут, и увидите, они синими щитами помечены. А зачем тебе?

— Да просто любопытствую, посмотреть бы, что там продают.

— Можно купить отдельный пропуск, — задумалась девушка. — Но это все достаточно далеко, если пешком, так, наверное, и за стражу не доберемся. Да и зачем тебе, там в основном оптовая торговля, розницы очень мало. Если хочешь на гномьи товары посмотреть, так надо в их город ехать. Тут не готовые изделия продают, а сырье.

— А почему сырьем не в городах торгуют? — заинтересовался я. — Или не на шахтах, скажем?

— Я тебе говорила, до гномьих городов по поверхности не доберешься, только под землей, до шахт тем более. А среди купцов из Десяти городов мало желающих лезть под землю на несколько дюжин дней. И к тому же там другие повозки нужны. Такие, как наша, по гномьим тоннелям попросту не пройдут. Вот и устроены рыночные городки вдоль перевалов, которыми пользуются люди. Там и уже купленные товары на другие повозки перегружают, чтобы везти дальше, да и сделок довольно много заключается. Такие площади не только на перевалах есть, они и на границах гномьих и человеческих земель устроены, но здесь самые популярные. Больно уж удобно, отсюда прямые пути ведут и к Вершине мира, гномьей столице (она расположена дальше на восток), и к Трем братьям, это город западнее. Ну и основной сухопутный поток товаров в земли т'сареш тоже здесь проходит. Многие только до этих мест и доходят, особенно те купцы, которые не могут большой караван собрать, они здесь свой груз перепродают уже тем, кто специализируется на торговле с вампирами. Ну а гномы с удовольствием посредничают за небольшой процент.

— Уф, удачно попали, — подошел к нам Гаррион. — Хорошо, что я заранее Терага послал, удалось как раз целиком снять крыло. Только в комнатах придется останавливаться по двое. Третий горизонт справа от лестницы весь наш, как раз и уборная, и помывочная будут только в нашем распоряжении. И дежурных удобно поставить на пост. Что-то рановато в эту смену из Десяти городов пошли, у них половина гостиницы вообще заранее забронирована, а остальное уже заняли такие же умные, как и мы, отправившие всадников вперед себя.

— Когда будешь дежурства распределять, на моих тоже рассчитывай, да и на меня, — сказал я. — А то мы расслабились чего-то. Только Шестого в расчет не бери, он у нас не совсем боец.

— Я заметил, — кивнул Гаррион. — А с дежурствами мы сами справимся…

— Да ладно, мы отдыхали почти пять дней, — тормознул его, проигнорировав недовольный взгляд болтавшегося рядом Стингера. — Ну и если что случится, сюрприз для нападающих будет. Могу поспорить, они так и не поняли — ни чем мы их на дороге приласкали, ни чем в Перевальном орудовали.

— Хорошо, уговорил, — согласился наконец тифлинг, — только в паре с моими и на самые неприятные стражи, третью и четвертую, — надо же мне пользоваться моментом, коли ты сам предложил. Кого взять можно?

— Да бери, кого хочешь, — пожал плечами. — Под утро могу и я подежурить…

— Не-не-не, майор мне самой нужен, — явно с каким-то подтекстом промурлыкала Шелли, приобняв меня хвостом за талию. Я поперхнулся и закашлялся. Стингер ехидно заулыбался, вот только долго улыбаться ему не дали. Сзади подкралась Алаири и, по-видимому, ущипнула моего зама за задницу. Во всяком случае подпрыгнул он достаточно высоко.

— Если командир людей не возражает, я бы с удовольствием ангажировала его помощника, меня очень интересуют некоторые особенности военной подготовки других миров. — Говоря это, тифлингесса выглядела какой-то подозрительно довольной. Пришла очередь капитана краснеть и в замешательстве разевать рот. — Но мы можем поговорить и в дозоре.

Я кивком дал свое разрешение, с нескрываемым удовольствием возвращая Стингеру его многозначительное подмигивание. А чего, не маленький уже, сам разберется, что там к чему. Кроме того, что-то мне подсказывало, что ночью он Алаири отнюдь не о ТТХ Калашникова рассказывать будет. А на тему — о чем трепаться, а о чем лучше помолчать, мы с ребятами давно уже поговорили, да и язык за зубами держать они в принципе умели.

Ну и совсем уже не удивило, что Шелли уверенно затащила меня в выбранную ей комнату. Даже не сопротивлялся особенно. Тут, кстати, гостиница оказалась намного проще, чем у Шеба с Гархом. Комнаты совсем небольшие, где-то по десять квадратных метров, отделка минимальная, на стенах и потолке какие-то пластины из невзрачного камня, на полу что-то, напоминающее наш ковролин (пожалуй, это единственное различие в отделке комнат и коридора), но самого худшего качества, босиком по нему ходить не тянуло. Интересно, кстати, как они тут все отапливают, полы оказались достаточно теплыми, да и от сырости каким образом избавляются, это же подземелье? Мебели был самый минимум, две аккуратно застеленные кровати, парочка небольших столиков в изголовье и что-то вроде довольно здорового комода с дверцами. Освещалось все это дело весьма тусклым светом, исходящим от довольно-таки больших двухцветных друз кристаллов. Как объяснила Шелли, эти светильники служили заодно и часами, половина друзы белого цвета светилась в дневное время, вторая половина, синяя, в ночное. Но вот о том, что именно там светится, я ответа от девушки так и не добился. Магия — и все.

Что еще примечательно, все было сделано из камня, дерева не встречалось совсем. Что-то такое упоминалось в рассказах Шелли, мол, гномы почитают дерево недолговечным и ненадежным материалом. И при строительстве вообще не используют. Заменяют где можно и где нельзя камнем либо металлом. Хорошо хоть к тканям они пока так же относиться не начали, спать на каменной подушке под железным одеялом как-то не хотелось.

В гостиничном ресторане интерьер был точно такой же: предельная функциональность, ничего лишнего. Разнообразили обстановку лишь несколько гобеленов на стенах, только на этих были не пейзажи, как в холле, а какие-то батальные сцены.

Кормили хуже, чем в Перевальном. Нет, не плохо, все оказалось вполне съедобным, но у Шеба повар был получше. Но несмотря на это, цены здесь были выше. Тут все уже шло не в один счет, платить пришлось по отдельности. Мои ребята успели скорешиться с рогатыми и сейчас весело с ними общались, что, впрочем, и неудивительно. Род деятельности у нас похожий, да что там похожий, один и тот же, а военные люди всегда найдут общие темы для беседы. И уже без разницы, с автоматом солдат бегает или с мечами. Даже священник отошел от религиозных стереотипов и, собрав возле себя нескольких тифлингов, что-то увлеченно у них выяснял. Похоже, язык учил, а не проповедовал. Рогатые весело посмеивались над его ошибками в произношении, когда он пытался выговаривать некоторые фразы, но в помощи не отказывали, даже, наоборот, им это нравилось. А один, призвав Гарриона в качестве переводчика, старательно записывал слова уже на русском языке. А под сидр все это дело шло у них довольно-таки весело.

Кстати, о напитках, безалкогольных и здесь не оказалось. Подавали в основном сидр и пиво. Вино тоже присутствовало, но стоило значительно дороже, ну да, тут же север, виноград и напитки из него явно импортные. И гномье горючее присутствовало, куда же без него. Тифлинги, правда, ограничивались слабыми напитками, в основном сидром, который по нашим меркам был безалкогольным, да и здесь использовался вместо компота. Надо будет поинтересоваться, хотя я, кажется, понял, из-за чего в качестве питья тут употребляли исключительно алкогольные напитки. Похоже, так же, как и у нас, воду из источников пить было попросту опасно для жизни из-за паразитов и кишечных инфекций. Точнее, опасно не для жизни, а для кошелька, по обмолвкам тифлингов выходило, что лечат все это маги довольно быстро и качественно, вот только берут недешево. И даже рогатые, крайне устойчивые, точнее, практически невосприимчивые к инфекционным заболеваниям, предпочитали не рисковать, особенно если учесть, что сидр был повкуснее водички. Научить их, что ли, на досуге квас делать, надо только узнать, выращивают тут рожь или нет. Ржаного хлеба мне пока не попадалось, в основном лепешки, по вкусу — из пшеничной муки с какими-то добавками.

Ближе к вечеру, по местному к концу четвертой стражи, ресторан начал заполняться разумными. Если гномов и орков я уже видел, то сейчас Шелли продемонстрировала мне, как она выразилась, почти чистокровного эльфа. По ее словам, светлые если и путешествовали, то исключительно морем, да и то крайне редко. Впрочем, от темных эльфов они отличались только названием и отношением к другим расам. Насчет отношений не знаю, но темный эльф, внешне полностью соответствовавший земным описаниям, невысокий, очень хрупкий человекоподобный с длинными ушами, миндалевидными глазами и прочими эльфячьими расовыми особенностями ужинал в одиночестве за столиком с таким видом, будто судьба закинула его в самый настоящий свинарник. Эдакий принц в изгнании. Кстати, насчет невыразимой красоты эльфов, кому-то, может, такие и нравятся, но на мой вкус не сказал бы, что особо красив. Конечно, лично мне мужика оценивать трудновато, мне как-то всегда больше девушки нравились, но многие тащатся от эдакой хрупкости и утонченности. Впрочем, на вкус и цвет все фломастеры разные, каждому свое.

У остальных разумных никаких расовых предрассудков я не заметил. Все общались наравне. Что еще примечательно, несмотря на обилие спиртного, ни драк, ни намеков на них в ресторане гостиницы не возникло. Несколько раз кое-где вспыхивали ссоры, разговоры на повышенных тонах, начинали поминать дерьмо и задницы в разнообразных вариантах и сочетаниях, но чесать кулаки ни купцы, ни их охранники и работники не осмеливались. Вот уж не знаю, то ли из-за врожденного миролюбия, то ли из-за правил, установленных гномами.

Кстати, в гостинице кроме нас остановился еще один отряд тифлингов, вот только эти рогатые с нашими общаться почему-то не рвались. Скорее наоборот, старались держаться подальше. Только их старший обменялся приветственными кивками с Гаррионом, и все. Я потребовал от Шелли объяснений. С ее слов получалось, что эти тифлинги из другого клана, рядовые наемники, если так можно выразиться. А те, которые сопровождали нас, чуть ли не элита в их табели о рангах. Вот и не лез чужой молодняк с ними обниматься, рылом еще не вышли. Ну а наши на соплеменников и внимания не обращали, так, поздоровались, чтобы вежливость соблюсти, и все.

Неожиданно заметил, что тифлинги куда-то исчезают по одиночке или парами. Шелли тоже сказала, что ей надо куда-то по делам и увидимся мы уже в нашей комнате, и быстренько испарилась. Я с вопросительным выражением на лице повернулся к Гарриону.

— Чего тебе? — поинтересовался мастер, лениво ковыряя отбивную на своей тарелке.

— А куда все разбегаются? — спросил его. — Точнее не все, а твои бойцы.

— Ну одну пару, сразу как поели, я дежурить отправил, — ответил рогатый, подливая себе сидра. — Их смена заступила на всю первую ночную стражу. Тут, конечно, не воруют особо, за этим следят, и пристально, но все бывает, лучше приглядеть…

— Это… а фургон… — перебил я его. — И седельные сумки? Мы же их во дворе оставили.

— Не беспокойся, там как раз круглосуточная стража, очень внимательная. А вот в комнаты изредка залезают. Гостиница не маленькая, шесть горизонтов, по-другому этажей, только идут вниз, так что за всем не углядишь. А у фургона у нас еще и дополнительная охрана в виде двух дюжин трупов. Воришку, который туда полезет, ждет большой сюрприз.

— Ну смотри, тебе виднее, — неопределенно пожал плечами. — А остальные где?

К этому моменту в ресторане из нашего отряда остались только мои бойцы и трое тифлингов, Алаири с Ланией уже прочно приклеились к людям и не собирались отрываться, был и еще один боец, тот самый, который записывал русские слова и продолжал плотно общаться со священником.

— Ну… кто-то спать уже пошел. Еще кто-то в местный бордель отправился, тут есть небольшой, при гостинице. В Перевальном ребята как-то не успели, не до того было, вот и решили, пока время есть, воспользоваться. А ты что, интересуешься?

Я закашлялся и решительно замотал головой.

— Почему-то я так и подумал, — ехидно усмехнулся Гаррион. — Впрочем, ни тебе, ни твоим людям я бы не советовал. Тут придорожные бордели весьма низкого качества, их в основном орки посещают, а от этих зеленошкурых любую заразу подцепить можно. Нам-то по фиг, нас ничего не берет, а вам лучше до Оэсси потерпеть, там уже солидные заведения, с гарантией. И шлюх маги нанятые проверяют чуть ли не каждую дюжину дней.

— Знаешь, вот что-то мне подсказывает, что и мне и моим бойцам как-то не до борделей будет, — задумчиво сказал я. Алаири надоело сидеть в ресторане, и тифлингесса удалилась, уверенно буксируя следом моего зама. Рожа Стингера выражала нечто среднее между обреченностью и любопытством. Предупредить, что ли, капитана, какого возраста тетя его закадрила, или потом сюрприз устроить? Я проводил парочку взглядом и снова повернулся к тифлингу: — Слушай, а что такого надо сотворить, чтобы в бордель не пускали?

— Уже проболтались, вот сплетники, — задумчиво сказал Гаррион. — Да, было дело, у Алы сорвало крышу капитально. Там на самом деле скорее грустная история. Или даже трагическая…

— Да рассказывай уже, не буду я трепаться, — пообещал, подливая ему сидр, ну и себе, конечно, заодно.

— Да трепаться-то не страшно, у нас в клане ее и так почти все знают. — Гаррион благодарно кивнул. — Если только подробности. Ситуация-то у тифлингов довольно часто встречается, из-за наших физиологических особенностей. Первый раз Алаири вышла замуж за полуорка-наемника, еще по молодости, они в одном отряде оказались в долгосрочном найме, какая-то небольшая войнушка была на Южном. Но с ним она прожила по нашим меркам недолго, смен двадцать, потом они разошлись, найм закончился, а вскоре ее первого мужа убили в какой-то стычке, да и сам он уже был пожилого возраста. А вот во второй раз она влюбилась по-настоящему. Тоже на Южном, в какого-то человека, причем не воина, а гончара. Сильно влюбилась, досрочно разорвала очередной контракт и осела с ним в какой-то деревушке, там же. На Южном много небольших поселений людей. Глушь жуткая, друг от друга поселения практически полностью изолированы, о внешнем мире представление жители имеют самое смутное. Живут по каким-то своим традициям и законам… Но не суть. Так вот, вышла Ала замуж и осела в деревеньке этого человека, уговорить его к нам в клан переехать она не смогла, или не очень пыталась, я уж и не знаю. Тебе же Инферна уже рассказала, как мы стареем? Ну вот, сам понимаешь, что у тифлинга должны быть очень веские причины для того, чтобы осесть на месте. Да еще и не в клане, а в поселении другой расы. Нас и тут, на севере, не особенно-то любят и боятся. А уж как она там обходилась, среди местных дикарей, я даже не представляю. Но любовь — штука такая. Два раза она в ту деревеньку привозила мага, жизнь мужу продляла, обошлось ей это удовольствие в огромную сумму, гораздо дороже, чем обычно. Долго там прожила, мужу помогала. На свои деньги оборудование в этих краях закупала, для гончарного дела, чему-то научилась. Сам понимаешь, что для местных дикарей посуда, изготовленная по технологии гномов, — верх совершенства, так что они с мужем там не бедствовали. В конце концов она и ребенка родить решилась. Родила… А вот потом… Сыну Алаири тогда смен десять исполнилось. А кому-то из местных стало завидно от такого благополучия. В общем, в одну прекрасную ночь их заперли в доме и подожгли. Вот только местные про тифлингов толком ничего не знали.

Ала вынесла одну из стен дома и вытащила на себе мужа и сына. А вот встретили их снаружи стрелами. Сына застрелили сразу, мужа сначала только ранили. Сам понимаешь, Алаири немножко обиделась и начала убивать. Всех, кто убежать не успел, она в клочья разорвала, в буквальном смысле слова. Но когда вернулась к мужу, у того в груди в дополнение к стреле уже торчали вилы. Ну и голову ему отрубили, так, на всякий случай. Вот тогда у Алы мозги отключились окончательно. И она устроила небольшой прорыв Хаоса. Там же не просто одна деревушка была, небольшое племя жило, парочка поселений, с дюжину хуторов. Вот только жило, раньше… Она там резню устроила, не разбирая, кто прав, кто виноват, убивала всех. Потом ее немного отпустило, Ала собрала все, что там оставалось живого, включая домашних животных, женщин и грудных детей, затащила в какой-то большой сарай и подожгла. И еще пять или шесть смен болталась по всему Южному, отлавливая немногочисленных «счастливчиков», которые успели разбежаться. Вот только все эти беглецы потом здорово пожалели не о том, что сотворили, а о том, что сбежать успели. Тех, кто под горячую руку попался, Алаири сразу убивала, а все, кого она потом отловила, умирали очень долго. Сам понимаешь, у тифлингессы четыре сотни смен проходившей в наемниках, фантазия на эту тему очень богатая и опыта не занимать. Потом Ала в клан вернулась. Мы думали, что долго не проживет, жить она совсем не хотела. Но вот держало ее что-то в этом мире, да и сейчас еще держит, уж не ведаю что.

— Да, даже не знаю, история то ли грустная, то ли страшная, — протянул прислушивавшийся к рассказу Потапыч. — И часто у вас такое?

— Случается, — пожал плечами Гаррион. — Уж такие мы, у нас все события кровью отдают.

— Скорее грустно, — сказал я. — Но при чем тут бордели?

— А, бордели это так. Алаири где-то смену просидела в клане безвылазно, а потом внезапно собралась и отправилась в Оэсси. Сняла самый шикарный бордель и устроила там оргию на трое суток… Всех впускала — никого не выпускала. Она бы и дальше так развлекалась, вот только там один из членов магистрата завис и как-то умудрился весточку на волю передать. Лиимат собрал бойцов, и мы ее оттуда извлекли, с трудом правда, она сопротивлялась.

— Ну бывает, — прогудел Потапыч. — Сносит башню от переживаний, выплескивают эмоции и так, ну не подожгла же она город, в конце-то концов.

— Лучше бы подожгла, — покачал головой Гаррион. — Пару дюжин дней она отдыхала, а потом повторила все снова, только в другом борделе. Мы за ней тихонько приглядывали, вот только она аккуратненько так сбежала, только на пятый день хватились. Где-то с сезон это продолжалось, потом стоило Алаири войти в ворота Оэсси, как все бордели, включая самые убогие в рыбацком районе, закрывались, а их персонал в темпе прятался по самым дальним уголкам городских катакомб. Уж не знаю, как они ее отслеживали, может, наблюдателей на воротах ставили, может, метку магическую прилепили, может, еще что… Але все это жутко не понравилось, но отлавливать шлюх разного пола по городским катакомбам она считала ниже своего достоинства. Другую штуку придумала, через посредников заказала амулеты иллюзии, чтобы облик свой менять. В борделях эта штука не прокатывает, там системы магические на входе проверяют истинность личины. Ну Алаири и начала шляться по улицам, в основном в районах, населенных орками. Зелененькие и так весьма активны в этом плане, а если еще немного свойств суккубы добавить, они готовы даже каменный столб трахнуть. А тифлинги повыносливее любого орка, так что если у нашего появится желание затрахать орка до полусмерти, то проделать это ему будет совсем несложно. У Алаири, видимо, такое желание было. Так она две или три смены терроризировала орочью общину, дошло до того, что орки, которых прогнать откуда-то вообще невозможно, тем не менее начали потихоньку разбегаться из города. Кончилось все это тем, что зелененькие скинулись, заказали портрет Алаири и преподнесли его в подарок. Не напрямую, конечно, а через нашего старейшину. И попросили прекратить их мучить, обещали даже раз в две дюжины дней доставлять для тифлингессы жертву, как они выразились. Уж не знаю, как они собирались эту жертву выбирать, то ли в наказание, то ли по жребию. Но Ала отказалась. Вот не знаю, как Лиимат ее уговаривал, но свой сексуальный терроризм она прекратила. Кстати, по слухам, орки заказали две копии ее портрета, вторую повесили у себя в общине с комментарием, гласящим, что за того, кто решится переспать с этой дамой, община вступаться не будет. Но так это или нет — никто не знает, сами орки молчат.

— Ну чего, будем спасать самонаводящегося? — поинтересовался у меня пулеметчик. — Или пускай отдувается за свои прошлые подвиги?

— Зачем его спасать? — спросил Гаррион. — Ала уже смен семь ничего подобного не творила. Наоборот, она окончательно потеряла интерес к жизни, ей теперь только убивать нравится…

— Вот как раз насчет убивать… — несколько задумчиво произнес я. — Стингер у нас, как бы это выразиться, ходок по бабам. И не всегда полюбовно с ними расстается. Как бы ему голову не оторвали.

— Не беспокойся. — Сам тифлинг ни мгновения не волновался. — Вы гости клана, даже если у них там что-то пойдет не так, то Ала его не тронет, расстроится конечно же, но не тронет. В крайнем случае я ей сам какого-нибудь орка поймаю, помоложе… А вообще я ее такой оживленной уже очень давно не видел. Чем-то вы ей понравились…

— Все равно, надо Стингера предупредить, — сказал я.

— Думаю, Ала сама ему все расскажет, — прервал меня рогатый, совершенно спокойно потягивая сидр. — Она секрета из своего прошлого никогда не делала.

— Ладно, Стингер тоже не младенец, сами разберутся, — обреченно буркнул я. — Утром посмотрим… А Шелли-то куда делась? Тоже в бордель пошла?

— Ага, щаз-з-з-з. — Вот теперь Гаррион улыбался уже по-настоящему. — За книжками она побежала. За гномьей макулатурой, тут при гостинице небольшой магазинчик есть, в том числе и этот мусор продают.

— Во, кстати, — вспомнил тут же. — Я ж ее просил хотя бы в общих чертах рассказать, о чем там пишут, но она все время как-то смущалась и переводила разговор на другую тему.

— Ага, стыдно стало наконец то, — уже откровенно заржал тифлинг. — Ты спрашивай почаще, может, вообще на эту гадость время переводить перестанет.

— Да что там такое-то? — Я окончательно перестал что-либо понимать. — Какие-то пошлости, что ли?

— И пошлости тоже, — с трудом выговорил Гаррион сквозь смех. — Это гномьи сочинения, они берут сюжеты классических легенд и немножко их изменяют, так сказать приближают ко вкусам обычных разумных. Там в основном секс и резня. Никакого правдоподобия, более того, никакого смысла, бред сплошной. Однако покупают вот. И нашей молодежи нравится. Я из любопытства парочку прочитал, если над первой книгой еще смеялся, то во второй, если шелуху всю отбросить, получалось то же самое, что и в первой, буквально слово в слово.

— Как все знакомо, — заулыбался вместе с тифлингом Потапыч. — Может поменяться что угодно, но вкусы толпы везде одинаковы.

— У вас что, тоже? — как-то резко перестал смеяться Гаррион.

— Угу, — кивнул я. — Хотя иногда попадаются очень интересные истории, пускай и выдуманные от начала до конца, но со смыслом, даже с какой-то моралью… А иногда и не выдуманные.

— Вот нет чтобы что-то хорошее нашлось из общего, — вздохнул Гаррион.

Остаток вечера мы провели очень весело, сравнивая нашу бульварную литературу и гномье творчество. Нашлось на удивление много общего, вот только размаха у гномов было побольше, вроде как у нас на такой поток поставить сочинительство никто не додумался. Ну и под конец мы с Потапычем уже просто для сравнения пересказали для тифлинга пару классических вещей. Особенно Гарриона впечатлил «Макбет» Шекспира. Тифлинг даже взвыл в голос, привлекая к себе общее внимание, мол, какого Хаоса у них никто ничего подобного придумать не смог. Что, мол, ради такой истории он вполне пережил бы десяток описаний постельных сцен, в конце концов, их же можно пролистать не читая.

К себе в комнату я спускался в отличнейшем настроении, мысленно хихикая над вывертами гномьей фантазии в области зарабатывания денег. Назначенные Гаррионом в первый дозор тифлинги уже устроились в коридоре, причем с комфортом, притащили откуда-то пару стульев, небольшой столик и, расположившись с удобством, стали внимательно поглядывать в сторону лестницы.

В комнате обнаружилась Шелли, она забралась в кровать и с увлечением листала какую-то книжку. Правда, заметив меня, тифлингесса моментально засмущалась, спрятала томик под одеяло и сделала вид, что изучает отделочную плитку на стенах.

— Да ладно, читай уже, — пробурчал я, усаживаясь на свободную койку и расшнуровывая берцы. — Гаррион просветил меня, о чем твои книжки.

— Вот гад, сплетник старый, — надулась Шелли. Но книжку откинула. — Хотя он прав, ерунда по большому счету, но увлекательно написано.

Я не стал никак комментировать, неторопливо разделся и забрался под одеяло. Интересно, как привыкшая уже спать со мной в обнимку девушка поступит сегодня. Мебель тут была поскромнее, кровати односпальные, да еще и рассчитаны на разумного с несколько меньшими габаритами, чем у меня. Интересно, как здесь орки ночуют, на полу, что ли. Но в любом случае вдвоем на этой кровати можно было уместиться только в позе бутерброда, ну то есть один на другом.

Впрочем, Шелли тут же продемонстрировала неординарность мышления своего племени. Или, наоборот, прямолинейность. Девушка одним движением отшвырнула небольшой столик-тумбочку, стоявший между кроватями, каменный, между прочим, и решительно пододвинула свою койку вплотную к моей. А потом уже привычно свернулась в клубок у меня под боком, используя мою руку в качестве подушки. Блин, собирался же спросить у мастера, можно ли как-то вылечить последствия этого самого «Ужаса Бездны», да как-то забыл. А то изображать из себя подушку уже начинало надоедать. Вот только засыпать сегодня Шелли не торопилась.

— Знаешь, я с тобой как-то странно себя чувствую, — неожиданно пожаловалась тифлингесса. — Очень необычное ощущение.

— Это ты о чем? — с некоторым подозрением поинтересовался я.

— Ну… как сказать. — Девушка задумалась. — Просто обычно, когда оказывалась в койке с мужиком, у меня мысли были немного о другом. Да и в постель к мужчинам я, как правило, забиралась с определенной целью. А с тобой… Я теряюсь. Нет, как мужчина ты меня очень интересуешь, я каждый вечер собираюсь перейти непосредственно к тому, чем привыкла заниматься в постели. А то надоело, все думают не поймешь что, твои вообще постоянно подшучивают, а я тебя использую как подушку, даже неловко становится…

Я с трудом удержался, чтобы не заржать в голос.

— Да смейся ты, если хочешь, — заметила мои гримасы тифлингесса. — Мне самой смешно. Глупая я, правда?

— Да не сказал бы. Вот глупой тебя называть совсем не хочется, — честно признался я. — Скорее молодой, очень молодой девочкой, которая столкнулась с чем-то, чего не понимает, и теперь этого боится. Смешно, ты, получается, не намного младше меня, у нас вообще такая разница в возрасте, как правило, уже не особо и учитывается, но вот впечатление производишь…

— Ага, смешно, — забавно дернула головой тифлингесса. — Вот только почему ты решил, что я тебя боюсь? Наоборот, мне рядом с тобой очень уютно и спокойно, даже не знаю, с чем сравнить. Вот объясни, почему у меня никак не получается тебя соблазнить? Заняться с тобой сексом очень хочется, а вот соблазнить — не получается.

— Э-э-э… я, наверное, повторяюсь, но все-таки о чем это ты? — Мне пришлось уже крайне аккуратно подбирать слова.

— Ну… как тебе объяснить… Это свойство суккуб, они могут вызвать желание практически у любого разумного, в принципе способного на такие чувства. У нас, их потомков, конечно, все это послабее, но мне пока хватало. Ну и раньше, если меня начинал интересовать мужчина, я без проблем этими свойствами пользовалась. Тем более что остальные разумные нас опасаются, в принципе заслуженно, так что эти свойства часто оказывались полезными. Получала удовольствие, и на этом, собственно, все. С соплеменниками еще проще, мы друг друга, как правило, не стесняемся. А вот с тобой… не понимаю, просто не хочется мне тебя соблазнять, переспать хочется, а соблазнять нет.

Вот если честно, то тут я слов найти не мог. В такую ситуацию попал впервые, тем более что у меня и так отношения с девушками, особенно последние несколько лет, складывались очень уж непросто. Вплоть до того, что мне всерьез начало казаться, что проще снимать проституток, чем врать очередной девушке — куда я пропал на три месяца и почему не отвечаю на ее эсэмэски. А потом объяснять, откуда у офицера тыловой службы свежая пулевая рана и почему у меня в ванной батарея шприцов, которой позавидует любой наркоман, и куча немаркированных, но явно заводских ампул с непонятными составами. Вот как Тирли своей жене все это объясняет, я не представляю. Хотя есть у меня подозрение, что о чем-то она все-таки догадывается, больно уж подозрительно на нас всех смотрит, когда мы периодически собираемся своей компанией посидеть в каком-нибудь кафе.

— Слушай, а я тебе совсем не нравлюсь как женщина? — внезапно спросила Шелли, приподнимаясь на локте и пытаясь заглянуть мне в глаза. Ее и без того необычная радужка сейчас самым натуральным образом светилась в тусклом свете кристаллических друз, в глазах плясало завораживающее пламя. Пожалуй, справедливо соплеменники прозвали ее Инферной, подходит ей это прозвище, очень подходит. Вот только как на вопрос отвечать, от меня же явно ответа ждут.

— Трудно сказать, Шелли. — Я наконец решил говорить честно. — На мой вкус ты очень красивая, с рогами и хвостом это, конечно, не очень привычно, но они тебе даже идут…

— Спасибо, — мурлыкнула тифлингесса. Хвост тут же выскочил из-под одеяла и осторожно погладил меня по щеке. Вот только свой горящий взгляд от моего лица девушка отводить не спешила. Пришлось продолжать…

Только мне не дали. Пробормотав себе под нос что-то невнятное, или это был какой-то ну очень специфический язык, с каким не справилась даже универсальная эльфийская понималка, так и болтавшаяся на моем запястье, Шелли навалилась на меня и поцеловала. Мне подумалось, что Гаррион сказал правду, неопытной девушку назвать было никак нельзя. А потом мозги занялись уже немного другим. На поцелуе девушка не остановилась. Самым непривычным, пожалуй, было то, что инициативу проявлял отнюдь не я.

А под конец процесса меня накрыло. Ощущения напоминали те, которые возникли, когда увлекшиеся подчиненные после ранения вкатили мне тройную дозу промедола, ну или когда меня капитально контузило. Очень похоже, реальность не воспринималась совершенно, накатила какая-то эйфория. В общем, хорошо было.

Когда я оклемался, довольная тифлингесса лежала, вытянувшись вдоль меня, и с удовлетворением помахивала в воздухе кончиком хвоста. У меня появилось подозрение, что девушка испытывает ощущения, похожие на мои, и в придачу ее еще не отпустило. Во всяком случае, кроме хвоста, больше пока ничего не шевелилось. Вот только мой взгляд зацепился за ее рога. Серебристый орнамент, раньше еле заметный в полумраке комнаты, сейчас начал светиться, причем довольно ярко. Я поднял руку и кончиком пальца прикоснулся к одному рогу… Меня чем-то шандарахнуло. Ну больше всего это было похоже, пожалуй, на удар тока. Только без неприятных ощущений, даже, скорее, наоборот. Вот говорили мне инструкторы: не суй руки куда не надо, сперва стволом автомата повороши…

Шелли застонала от удовольствия, потянулась, повела плечами, как бы разминая мышцы, и наконец открыла глаза.

— Ну вот, — протянула она. — Почему все хорошее так быстро кончается…

Я покраснел от смущения, надеясь, что в темноте это не так заметно, и на автопилоте посмотрел на часы. И тут же понял, что краснеть я начал рановато, с того момента, как я вошел в комнату, прошло почти два часа. Ну не мог я укладываться спать так долго.

— Правду Диала говорила, — немного задумчиво сказала Шелли, усевшись на кровати и облокотившись спиной на изголовье. — Когда без соблазнения обходишься, ощущения совсем другие. Я даже контроль над собой потеряла, такое у меня только один раз было, и то не так сильно.

— У тебя рога светились, — немного невпопад сказал я, нежно поглаживая девушку ладонью по бедру. — Я дотронулся, и меня как дубиной огрело по голове. Зря, наверное… Хотя не скажу, что ощущения были неприятные.

— Кровь Хаоса, — ответила Шелли, как будто это могло мне хоть что-то объяснить. — Вообще-то ты ничего не должен был почувствовать… Но почувствовал, странно.

Девушка задумалась, поглаживая кончиками пальцев мою грудь и задерживаясь на шрамах. Ну да, мне не только лицо тогда осколками распахало, практически такие же шрамы, даже поглубже, украшали и левый бок, и бицепс левой руки.

— А поподробнее можно, — попросил я.

— Я не хотела тебе рассказывать, ты бы тогда начал меня бояться, а мне этого не хотелось, очень-очень. — Тифлингесса дотянулась до одеял, которые мы сбили в один комок, валявшийся сейчас где-то в ногах, накрыла нас обоих и опять пристроилась мне под бок. — Все разумные боятся Хаоса, это нормально…

— Ну я не из пугливых. — Притянул голову Шелли к себе и осторожно поцеловал, девушка с удовольствием ответила.

— Ты просто не понимаешь. — Она все-таки оторвалась от моих губ и продолжила: — Хотя ты уже видел… Ну тогда, в Перевальном, когда я Гарриона чуть было на поединок не вызвала.

— Это когда у тебя вместо кожи чешуя выросла? — уточнил на всякий случай. — Но я думал, что ты специально это сделала.

— Не совсем, — вздохнула Шелли. — Специально я вызвала у себя ярость, а потом уже начала перекидываться. Да и чешуя и шипы — это только внешнее проявление проснувшейся крови предков…

— Вот и расскажи, — предложил я, поглаживая девушку в разных интересных местах.

— Ой, что ты делаешь? — несколько наигранно возмутилась она, только еще ближе придвинулась ко мне, да и хвост ее начал обнаруживаться в самых неожиданных местах. — Я же сейчас возбудюсь… ой, возбужусь, и тогда точно ничего не расскажу.

Успокоившееся было пламя в ее глазах снова бешено заплясало, да и серебряные прожилки на рогах тоже начали потихоньку разгораться… Короче, она мне действительно ничего не рассказала, мы занялись кое-чем другим. И накрыло меня еще сильнее, чем в первый раз, вот только теперь я какой-то частичкой сознания ощущал еще и Шелли рядом с собой. Не знаю, реальные это были ощущения или иллюзия.

— Уф-ф-ф, ты действительно нечто особенное, — довольно выдохнула тифлингесса, когда нас наконец отпустило. — После этого дела я еще никогда так не выматывалась… Интересно, твои все такие же?

— Пойдешь попробуешь прямо сейчас или подождешь до следующей ночи? — немного с подковыркой спросил я, несколько шокированный такой постановкой вопроса.

— Вот еще, — теперь уже по-настоящему возмутилась Шелли, даже кулаком меня в грудь ткнула. — Ты мне больше всех нравишься, тем более что с остальными я себя так уютно не чувствую. С тобой спокойно и очень хорошо, даже и без этого дела… Хотя с этим делом еще лучше. А про других… Я Алаири спрошу, у нее решимость была на всех частях тела нарисована сегодня вечером, так что я завтра буду консультироваться у старшего поколения.

— Не заметил, чтобы тебе требовалась консультация старших, — немного насмешливо сказал я.

— Опыт лишним не бывает, — хихикнула мне под мышку Шелли, но потом посерьезнела. — Да, про кровь Хаоса… Все равно, если не я, так другие расскажут, лучше уж мне самой.

— Вот и рассказывай, — подзадорил я ее.

— Хорошо, если не засну. Только обними меня покрепче. — Я прижал жутко довольную тифлингессу к себе, и она продолжила: — Только тут надо с самого начала… Понимаешь, есть Хаос, Великий и Изменчивый. Некая то ли субстанция, то ли сущность… Никто не знает, что это такое. Теории разные выдвигают, спорят все, кому не лень, но определенно утверждать никто ничего не может. Ну вот, периодически от него откалываются куски, из этих кусков и возникают со временем новые миры. Там на самом деле настоящая круговерть, какие-то миры откалываются, какие-то обратно падают в Хаос, снова становясь им. Некоторые удаляются, становятся более упорядоченными, на них жизнь возникает, иногда разумные приходят или развиваются в этих новых мирах сами по себе. Правда, тут понятие «удаляются» не совсем верно, точнее сказать, в некоторых мирах начинают возникать элементы порядка, а некоторые, наоборот, скатываются обратно… Миры, которые только-только образовались или находятся буквально в шаге от того, чтобы скатиться обратно в Хаос, называют пограничными. Но на границе с Хаосом понятия времени и пространства весьма и весьма относительны. Я сама не очень все это разумею, мне папа рассказывал, он был там один раз. Ты понимаешь, о чем я…

— Кажется, да, — пытался уложить в своей голове несколько абсурдную для человека моего мира картину мироздания. И ведь это явно не предположения, Шелли рассказывала так, что становилось ясно: так оно и есть на самом деле. Но с другой стороны, чем это хуже нашей теории Большого взрыва, в конце-то концов, по крайней мере хотя бы доказательства присутствуют: вон живое свидетельство существования Хаоса рядом со мной лежит, ну по крайней мере она сама так утверждает.

— Так вот, а иногда от Хаоса отваливаются части, которые не становятся мирами, — продолжила девушка. — Эти части каким-то образом обретают свое собственное сознание, обретают личность. Так и появляются те, которых мы на Дее называем демонами Хаоса, наши предки. Они обычно обитают в приграничных мирах или непосредственно на самой границе, но иногда отправляются прогуляться по другим мирам. Ну и оставляют потомство, случается и такое…

— Подожди, подожди, — перебил ее я. — А как же генетическая совместимость и все такое? Как вообще из той же субстанции, из которой получаются миры, может само по себе образоваться достаточно сложно устроенный организм, который еще и потомство оставлять способен?

— Ты не совсем правильно меня понял, — как-то грустно сказала Шелли. — Демоны это не существа, они сущности. Их даже нельзя назвать детьми Хаоса, они сами Хаос и есть. И выглядеть, нет, не выглядеть… Быть они могут кем угодно. Даже понятия «мужчина» и «женщина» для демонов весьма относительны. Общаясь с двуполыми существами, они подгоняют свое сознание под один из полов, чтобы было проще находить общий язык. Впрочем, для многих из них пол не является чем-то постоянным, они вполне могут его менять по своей прихоти. Но не суть… Так вот, шатаясь по мирам, демоны Хаоса оставляют потомство: нас, тифлингов, полукровок. Первое поколение тифлингов — это наполовину сам Хаос. Но так получается, что рождаемся мы больше похожими на своих предков — разумных, от демонов у нас остаются рога и хвост. Как правило… Но также мы наследуем и некоторые метафизические способности Хаоса, например невосприимчивость к магии, не полную, конечно, но и то, что есть, тоже весьма неплохо, еще кое-что по мелочам, ауру, например, видим. Но это все ерунда, самое главное то, что наше сознание как бы раздвоено. Постоянно работает та его часть, в которой мы обычные личности, как и все прочие разумные. Но в нас еще живет и частица Хаоса, например, когда мы очень сильно разозлимся или обидимся… В общем, на эмоциональном пике просыпается наше второе сознание — хаотическое. И мы тогда становимся почти как наши предки. В частности, можем принимать такую телесную форму, какая нам нужна… Собственно, это ты и видел в Перевальном, я начала превращаться в настоящего демона Хаоса…

— Полезная такая способность, — хмыкнул я. — Интересно, как же вас тогда вампиры одолеть смогли?

— Страх — это, пожалуй, единственное действенное средство против нас, — грустно констатировала Шелли и как бы нехотя продолжила: — Но я не сказала тебе самого главного. Наиболее важно то, что когда просыпается кровь Хаоса, меняется еще и наше сознание. Хотя нет, не совсем точно, скорее, Хаос подменяет собой наше сознание. Собственно, обучение контролю в том и состоит, чтобы научить нас контролировать Хаос, когда он просыпается.

— И что такого страшного в Хаосе, — спросил я скорее риторически, однако Шелли ответила:

— Страшное в том, чего обычно хочет Хаос. А он, как правило, хочет убивать и разрушать. Поверь, сорвавшийся тифлинг старшего рода — это очень страшно. Ведь навыки личности, когда верх берет Хаос, не утрачиваются, просто к ним добавляются новые возможности. И чем больше в нас крови предков, крови Хаоса, тем больше мы приближаемся к своим предкам демонам, когда кровь просыпается. Вот и получается, что если в драке сходятся тифлинги, способные по желанию будить кровь предков, то без вариантов побеждает тот, в ком больше частица Хаоса, опыт, мастерство, возраст уже не имеют значения. Если бы Гаррион довел тогда дело до поединка, у него против меня не было бы шансов. Впрочем, он не идиот и прекрасно осознавал это, ну и успел вовремя тормознуть.

— А вот сейчас не очень понял, — остановил ее. — Я видел тебя в бою и видел, как двигается Гаррион… У тебя против него не было никаких шансов.

— В обычном бою да, — мягко улыбнулась Шелли. — Но если бы я вызвала его без правил… В нем хорошо если две пятых крови Хаоса, а во мне больше чем три четверти, хотя мы оба принадлежим старшим родам и третьему поколению. У него против меня вообще никаких шансов нет. И я на данный момент самый чистокровный тифлинг из ныне живущих, хотя вроде как на Южном в одном клане наших помешаны на чистоте крови, и там есть кто-то еще, более близкий к Хаосу, чем я. Но тут вступает в дело еще одна, уже моя личная особенность…

— Еще что-то есть? Мне пока и того, что ты рассказала, более чем достаточно.

— Ну вот, я и боялась, что ты испугаешься…

— Да что ты, в конце концов, — подтянул девушку еще ближе к себе и поцеловал. — Чего бояться-то? Ты же сама говорила, что контролю тебя уже обучили. Злить тебя я не собираюсь, обижать вроде тоже… Договаривай уж, горе ты мое…

— Я не горе, я хорошая, — возмутилась Шелли, но оправдаться мне не дала, сразу продолжила рассказ: — Так вот, про вторую мою особенность. Вот это как раз и есть наследственность. Просто так получается, что у тифлингов, неважно при этом, кто второй родитель, всегда рождаются дети тифлинги. Но вот когда оба родителя из наших, там все немного сложнее. Просто демоны Хаоса все разные, у всех у них разные свойства. Их, конечно, делят на разные группы, но деление скорее условное. Есть демоны наслаждения, суккубы, демоны разрушения, демоны иллюзий, демоны смерти. Как ни смешно, есть даже демоны жизни и демоны созидания. Но дело даже не в этом делении, когда два тифлинга, имеющих в предках разных демонов, решаются завести ребенка, то при формировании плода две линии вступают в противоборство и побеждает та, которой больше. Чем более равноценно количество крови Хаоса у родителей, тем тяжелее роды. Понимаешь?

— Так твоя мама… — не удержавшись, спросил я.

— Ну да, — кивнула тифлингесса. — И у нее и у отца, хоть они и из разных поколений, было примерно поровну крови Хаоса. Ну а со мной в итоге получилось… Нет, случай не уникальный, и раньше бывало такое, вот только не в старших родах. В общем, никто из предков не взял верха, и кровь не смешалась. И во мне живет одновременно частичка демона-разрушителя (одного из самых старших) и частичка демона-соблазнения.

— Ну ни хрена ж себе. — Я аж поперхнулся, нет, она вроде и раньше упоминала про своих предков, вот только про особенности не рассказывала. — Хотя знаешь, мне результат в принципе нравится… Так… подожди, ты можешь использовать признаки обоих своих предков?

— Ага, — кивнула Шелли, вот только выглядела она при этом несколько виноватой. — Я наследую признаки обоих, причем могу их использовать как по отдельности, так и одновременно. Но тут есть еще одно «но»… Видишь ли… В общем, мои предки, Шееллайт и Теорних, терпеть друг друга не могут. Ну и… короче, у меня это иногда проявляется…

— Типа раздвоение личности, внутри твоего сознания ссорятся два твоих предка? — Последнее откровение заставило меня расхохотаться. И остановиться я не мог достаточно долго. Ну вот почему мне так везет на девушек с экзотическими тараканами в голове, одна на кактусах повернута была, вторая страйкболом увлекалась, а у этой два демона, представляющие из себя чуть ли не противоположности, внутри нее ссорятся.

— Не совсем. — Тифлингесса наконец-то улыбнулась, но все равно выражение вины на ее лице все еще сохранялось. — Просто у меня резкие перепады настроения, да и вообще, я иногда могу себя вести как две совершенно разные личности. Я не сознание имею в виду, а черты характера. Правда я все-таки девушка, и поэтому в основном веду себя как суккуба, Шееллайт себя очень давно и прочно с мужиком ассоциирует, но все равно, у меня иногда прорываются его особенности. Особенности демона разрушения.

— И все-таки почему ты так боялась мне про это рассказывать?

— Ну… Знаешь… Просто я… — Шелли почему-то очень не хотелось отвечать на этот вопрос, но я терпеливо ждал, и она наконец решилась: — В общем, у меня очень много крови Хаоса, во мне ее даже больше, чем крови обычного разумного. И сохранение контроля требует от меня очень больших усилий. Короче, мне очень стыдно, но когда мы занимались этим самым, я… в общем, во время оргазма я потеряла контроль над собой…

Девушка теперь выглядела откровенно пристыженной.

— Ну и что, — не понял я. — Ничего же страшного не случилось. Мы оба получили удовольствие. Поверь, я сейчас говорю правду, а не пытаюсь тебе польстить. Или тебя тянет что-нибудь разрушить?

— Нет, меня сейчас тянет на другое, вот только сил не осталось, — шаловливо улыбнулась тифлингесса, но тут же снова погрустнела. — Просто я могу тебе повредить, неосознанно. Я конечно же этого не хочу, но… риск есть.

— Знаешь, — задумался над ее словами. — Я не почувствовал никакой опасности. Наоборот, оба раза под конец такая эйфория накатила, никогда подобного не ощущал. А еще я как бы частичку тебя ощутил, в общем, частью сознания понимал, что ты чувствуешь…

— Это слияние разумов — как раз следствие потери мной контроля. Стоп, подожди, — неожиданно вскинулась девушка. — Ты не испытывал при этом никаких неприятных ощущений?

— Не-а. — Я помотал головой. — Мне даже понравилось…

— Странно. — Шелли задумалась. — У меня такое было только один раз, я тогда по молодости влюбилась в одну скотину, ну знаешь, такая детская влюбленность… Ну папе с дядей это очень сильно не понравилось, и они принялись лечить подобное подобным. Накормили меня какой-то возбуждающей дрянью и заперли в одной комнате с этим типом. Но вот ему секс со мной, когда я от похоти полностью потеряла контроль, очень не понравился. Ну если короче, то он довольно толстую дверь вышиб головой, а потом очень быстро куда-то пропал… А потом папа с дядей еще кое-что мне показали… в общем… прошла у меня влюбленность. Ну я и подумала, что так всегда будет, еще серьезнее контролем занялась. Но если уж совсем честно, мне тогда тоже не сильно понравилось…

Девушка виновато шмыгнула носом. А я всерьез задумался о принятых у тифлингов методах сексуального воспитания. Нет, это же надо додуматься накормить дочку афродизиаками и запереть в одной комнате с любовником… С папой ее, конечно, познакомиться не удастся, но вот с дядей пообщаться мне захотелось, забавный мужик…

— Кажется, я понимаю, как Алаири умудрилась запугать все бордели и всех орков в городе, — протянул забывшись.

— Ой, тебе уже и это рассказали, — хихикнула Шелли. — У Гарриона недаром репутация главного сплетника в нашем клане. Нет, Ала тогда просто бесилась, она и без возбуждающих средств вполне обошлась… Дядя Гарти тебе и предысторию рассказал? Ну вот, сам понимаешь, что там немного в другом дело было… Она от воспоминаний таким образом убежать пыталась…

Последнюю фразу девушка выговорила уже засыпая. Блин, вот завидую, как она так умудряется: раз — и все. И ведь вроде трезвая, но заснуть, договаривая предложение — это уметь надо. У меня так никогда не получалось. В голове крутились разнообразнейшие мысли. Мне надо было бы подумать насчет своих дальнейших отношений с Шелли, но постоянно всплывала только одна мысля: о том, что вредная и хитрая девчонка умудрилась заловить меня там, где поблизости нет ни одного дерева, на котором я мог бы схорониться. Ну и оттуда все скатывалось к планированию завтрашних вопросов для Стингера. Уж очень мне было любопытно, каким образом его соблазняли и впоследствии насиловали. Раздумывая над всем этим, я и не заметил, как отрубился.

ГЛАВА 5

Приближенный Салтан Тенебра, т'сареш, Дея,

57 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

— Значит, говоришь, девять штук, все младшие и на грани истощения? — переспросил Тенебра у следователя.

По прибытии в замок Субур начальник разведки занял наиболее понравившийся ему кабинет, собственно, его хозяина он сейчас и допрашивал. А что, удобно, глава следовательской службы оборудовал себе помещение в подвалах замках, рядом с лабораториями, может, как раз для того, чтобы далеко не бегать. И загоны с сосудами у него тоже были свои и под боком, очень удобно. До кучи еще и пара зачарованных залов, если вдруг понадобится какие-то опасные магические эксперименты проводить. Все рядом, бегать никуда не надо. Вот только узел связи в башне донжона, далековато из подвалов топать, но нет в мире совершенства. Увы: под землей большие артефакты связи начинали сбоить.

— Да, уважаемый, в этом я не мог ошибиться, — уже, наверное, в сотый раз поклонился ему старший службы следователей. — Трупы, конечно, сильно повреждены, можно даже сказать, изуродованы… И серебра в них очень много, избыточно много, так что приходится принимать меры предосторожности. Но характерные изменения тканей… Никаких сомнений.

— Все убиты серебром?

— Не совсем. — Следователь немного замялся. — Большинство — да, даже более того, уже после того, как произошло разрушение тканей, в них еще и дополнительно попало серебро, очень много. Но троих разрубили обычным оружием. Их убили очень быстро и аккуратно, знали, куда бить, ткани попросту не успели начать восстанавливаться…

— Ну это-то понятно, — кивнул Тенебра. — Они с тифлингами столкнулись, это их почерк.

— Да, вполне возможно, скорость движения тифлингов вполне позволяет нанести такое количество ранений, что регенерация попросту не успеет начаться, — снова поклонился следователь. — Но в телах этих разрубленных мы тоже обнаружили серебро, очень чистое. Попало оно в них уже после гибели организма и не вступило в реакцию с тканями. Так что эти трое предоставили нам несколько больше информации для изучения.

— Меня в первую очередь интересует, были эти т'сареш в состоянии бешенства или нет, — уточнил Салтан.

— Нет, без сомнения, нет. Мозг в полном порядке, никаких изменений, характерных для состояния бешенства, мы не нашли. Там другая странность. — Следователь задумался на несколько мгновений. — Они находились под контролем, похоже, не под полным, но все равно достаточно плотным. Так очень трудно сказать, ментальное воздействие, даже очень сильное, почти не оставляет материальных следов, но некоторые изменения мозга, да еще и в сочетании с крайним истощением организма, позволяют утверждать… Если в двух словах, то эти т'сареш должны были сорваться в бешенство, в последнюю дюжину дней кровь они получали мало и редко, но что-то их удержало. Вот только что именно — я даже предположить не могу. Наверное, надо обратиться к специалистам, изучающим этот вопрос…

— Обратимся, обязательно обратимся. — Впрочем, это Тенебра сказал скорее для следователя, нежели для себя, он-то ответ уже знал. Древний их удерживал в сознании, что же еще. — Хорошо, это выяснили. По твоим словам выходит, что т'сареш совершили нападение на разумных, находящихся под защитой семьи Л'сос, осознанно.

— Да-да, — торопливо закивал собеседник. — Я так и изложил в заключении. Нам все равно придется выплачивать компенсацию за нападение, но мы имеем все основания получить возмещение у хозяев этих т'сареш. Другие семьи не осмелятся возражать. Вот только мы пока не смогли определить семейную принадлежность этих тел. Никаких меток, никаких характерных заклинаний. Сейчас проверяем сходство крови, но это работа на сезон.

— Об этом не волнуйся. — Вопросы компенсации сейчас занимали Салтана в последнюю очередь. — Я забираю у вас это дело. Даже так, наверное, вы все переходите ко мне в подчинение, пока я в этом нуждаюсь. Надеюсь, о секретности напоминать не надо?

— Нет, нет, про секретность напоминать не стоит… — торопливо затараторил следователь. — Вот только подчинение… Я нижайше извиняюсь, приближенный, но полномочия… И мое начальство…

— С твоим начальством я сам разберусь, — перебил Тенебра. — А что касается полномочий… Голос Скинтеса Л'сос тебя устроит?

Следователь не нашел слов, буквально рывком соскочил со стула и растянулся на полу в униженной позе.

— Ну вот, с этим разобрались, — удовлетворенно проговорил Салтан. — Давай дальше. Еще что-нибудь странное в телах было?

— Нет, уважаемый, ничего такого. Но мы и не искали специально. Все делалось в соответствии с инструкциями. Ситуация, конечно, неприятная, но подобные случаи уже были. Мы все проделывали в соответствии со стандартной процедурой. Там скорее странность в том, как их убили. Избыточность серебра, само серебро очень чистое, трупы зачем-то расчленили уже после смерти… Ну и еще, мы нашли частицы серебра, но не смогли понять, как оно попало в тела. Пожалуй, это все странности, которые я заметил.

— Хорошо, — кивнул Тенебра. — Хорошо, но недостаточно. Значит так, продолжайте искать, меня интересуют любые отличия от обычных т'сареш. С семейной принадлежностью… Об этом забудьте, в ближайшее время сюда прибудут маги первого круга, этим займутся они. Естественно, вы должны будете оказывать им любую помощь, но они станут выяснять только семейную принадлежность. Остальное остается вашей задачей. Теперь дальше, сейчас сюда везут тела еще четверых т'сареш, с ними проделаете то же самое, что и с уже имеющимися. Искать все необычное…

Тенебру прервал завибрировавший в кармане амулет связи. Начальник разведки вообще не любил таскать амулеты с собой, предпочитал использовать большие стационарные артефакты, но совсем избавиться от этих игрушек не получалось. Хотя Салтан и сократил их количество до минимума. И все равно, вызовы, хоть и срочные, поступали в самые неподходящие моменты. Сейчас еще удачно получилось, он почти закончил…

— Надеюсь, задачу ты понял, — стал сворачивать разговор приближенный, одновременно вытаскивая из кармана горсть амулетов связи. — Иди, работай… На всякий случай напоминаю, дело важное, и спрашивать буду по всей строгости. Свободен.

Следователь с максимально доступной скоростью выкатился из своего собственного кабинета, не переставая по дороге униженно кланяться. Впрочем, Тенебра уже не обращал на него внимания, разбирал амулеты. Как оказалось, вызывал его старший ищеек, отправленных в Перевальный. Салтан наконец вытащил нужный амулет и зажал его в кулаке, принимая вызов. Перед его мысленным взором тут же возник образ вызывающего. Вот только, к удивлению разведчика, на связь вышел не назначенный им старший, а один из рядовых бойцов. Тот выглядел весьма потрепанным и измученным.

— Докладывай, — приказал Тенебра.

— В соответствии с приказом прибыли в поселок Перевальный прошлой ночью к концу четвертой стражи. — Боец говорил медленно, постоянно запинаясь и подбирая слова. Это было совсем непохоже на обычно точных и лаконичных ищеек, и Тенебра сразу насторожился, что-то у них там неприятное произошло, явно. — Местная агентура попыталась ночью, незадолго до нашего приезда, самостоятельно захватить объекты, но не преуспела. В результате даже наше дальнейшее пребывание в поселке не являлось целесообразным. Местное население крайне неприязненно реагировало на наше присутствие. К тому же возникли некоторые трения с резидентом нашей сети, впрочем, пользуясь предоставленными полномочиями, мы смогли их разрешить.

— Отрыжка Бездны, — зарычал от ярости Тенебра. Впрочем, в сложившейся ситуации был виноват он сам, предоставил отслеживать караван местной агентуре вместо того, чтобы отправить туда своих подчиненных. Понятно, что те постарались выслужиться и справиться своими силами до приезда ищеек. Так мало этого, после того, как их затея не удалась, они еще и права качать начали.

— Извини, не люблю некомпетентность, — нашел нужным извиниться перед подчиненным Салтан. — Что там у них не получилось?

— К тифлингам прибыло подкрепление, одиннадцать бойцов из старших, — продолжил докладывать ищейка. — Резидент проворонил их прибытие. Нападение было организовано ночью, с привлечением местных наемников. Затея полностью провалилась, все нападавшие были уничтожены. К сожалению, осмотреть место боя нам не удалось, хозяин гостиницы оказался очень влиятельным в Перевальном лицом, и… В общем, находиться в поселке для т'сареш сейчас нежелательно.

— Понял, дальше, — поторопил ищейку Тенебра. В голове стало на удивление пусто. Провал, конечно, не его, это самодеятельность подчиненных. К тому же не его подчиненных, Перевальный номинально считался территорией семьи и работала там служба контрразведки, с них и спрос за идиотские действия.

— Тифлинги после нападения собрались и затемно выехали из Перевального по направлению к Большим воротам. После выяснения отношений и разделения полномочий с резидентом командир принял решение начать преследование, разделив наш десяток пополам и усилив отряд остатками местной резидентуры. У тифлингов была с собой повозка с телами соплеменников и, хоть они и впрягли в нее лошадей, а не харр, все равно у наших имелись шансы их догнать. Оставшаяся пятерка ждала около Перевального, не заходя в поселок.

— Ты участвовал в преследовании? — уточнил Салтан.

— Точно так, приближенный, — склонил голову ищейка и продолжил доклад: — Мы не смогли настигнуть тифлингов на болотах и, по настоянию резидента, который тоже принял участие в преследовании, продолжили погоню уже в предгорьях…

— Какого демона, это же территория гномов, к тому же хорошо охраняемая. — Ищейке повезло, что он общался со своим начальником не лично, в противном случае он вполне мог лишиться каких-нибудь жизненно важных органов. Впрочем, Тенебра решил, что уж голову резиденту Перевального он точно оторвет, как только сможет до него добраться. Такому идиоту жить незачем.

— Эти вопросы обсуждали наш командир с резидентом. К сожалению, я не могу ответить, какие доводы были приведены за продолжение погони. Но мы ее продолжили. Примерно в середине второй дневной стражи наш отряд попал в засаду. — Вот тут многоопытный ищейка, проживший уже не одну сотню смен и попадавший в самые разнообразные ситуации, заметно содрогнулся. — Я не знаю, что это было, приближенный. По действию — похоже на магию, но не магия. Я не почувствовал никаких магических проявлений. Никого из нападавших я не заметил. Был очень сильный грохот, потом меня вместе с нааром швырнуло на землю. Наар был ранен, причем не один раз, и при падении сломал одну из передних лап. Тем не менее он попытался подняться, и тогда его голова просто раскололась. Но рядом при этом никого не было. Я тоже был ранен, не знаю, как и чем. Потом грохнуло еще раз, меня что-то ударило в ногу, не знаю, что именно, повреждения были значительными, но не смертельными. Никто из наших по мыслеречи не отвечал, не было даже фона, характерного для потери сознания. Из местных тоже никто не отзывался. Зная особенности патрулирования гномов, я принял решение вернуться в Перевальный и там соединиться с оставшейся пятеркой. Все животные оказались либо тяжело ранены, либо убиты, пришлось идти пешком. Раны регенерировали достаточно быстро, никаких ядов и магических компонентов против меня применено не было. К концу третьей ночной стражи я добрался до остального нашего отряда. К этому моменту никто, кроме меня, из отправившейся в погоню пятерки не вернулся. Объекты потеряны, осмелюсь предположить, что они сейчас находятся на перевале Больших ворот и завтра к вечеру должны выйти на территорию Десяти городов. Хотя существует вероятность того, что они не пошли на перевал, а отправились на запад, к морю. Доклад закончил. Готов принять наказание за невыполненный приказ.

— Чем именно тебя ранили? — несколько ошарашенно спросил Тенебра. Разведчику требовалось время, чтобы немного прийти в себя, не каждый день докладывают, что пятерых твоих бойцов, одних из лучших в мире, уничтожили непонятно чем.

— Не знаю, уважаемый. — Ищейка всем своим видом выражал покорность. — Из ран вышло несколько кусков металла, но какого именно, я не ведаю. Один кусок сохранил на всякий случай. Перед тем, как покинуть место засады, попытался осмотреть тела. Трупы командира и резидента так и не смог найти, только фрагменты тел, не знаю, их или не их. Нашел сломанный пополам клинок командира и кусок от его куртки с карманом, в нем как раз и оказался амулет связи, амулет я забрал с собой…

— Почему тогда сразу на связь не вышел?

— Виноват, уважаемый, но пришлось очень быстро уходить. Гномьи дозоры, видимо, засекли меня на месте засады, было организовано прочесывание — и сверху и снизу. Пришлось много петлять и скрываться, собственно, поэтому я так долго и добирался назад.

— Ладно, вины за тобой не вижу, память о невыполнении приказа сохранена не будет. — Тенебра начал понемногу успокаиваться, да и наказывать именно этого бойца он особого смысла не видел, как и его вины в случившемся. — Сейчас собирайтесь и отправляйтесь в ближайший замок, что там у вас рядом, Термин? Вот туда и следуйте. Пятерка останется там и будет ждать дальнейших приказов, а лично ты возьмешь кровь и порталом прыгнешь ко мне, в замок Субур. Выполняйте.

Ищейка поклоном показал, что приказ понят, и отключился. А разведчика стали одолевать невеселые мысли. Теперь-то он не сомневался, что Древнего гнали те самые странные люди, больно уж все сходилось. Но толку от того, что сходилось. Провалилось все, что могло провалиться. Тифлинги с людьми ушли за перевал, отношения с гномами были испорчены, теперь еще придется думать, как самому не попасть под раздачу. Это даже удачно получилось, что резидент из Перевального погиб, теперь остается все свалить на него, тем более что и валить-то особо не надо, он и сам все прекрасно испортил. Проблемы будут у его вечных конкурентов из контрразведки. Вот только та засада… Что-то похожее по действию на магию, но не магия. Бездна, даже идей никаких нет. И как противостоять непонятно чему… Вот видит Древний, лучше бы его ищеек тифлинги изрубили, тоже плохо и весьма маловероятно, но хотя бы понятно, с чем столкнулись. Ну ладно, во всем происшедшем можно попробовать отыскать и хорошие стороны. Агентура контрразведки в Перевальном либо уничтожена, либо разогнана, но его-то агенты остались. Значит, нужно дать команду, чтобы выяснили, что произошло. Это раз. Найти людей, теперь Тенебра уже не сомневался, что имеет дело с иномирянами, уж больно все сходилось один к одному, но все же он допускал пока и иные варианты. Найти тифлингов, то есть выдать указание сети агентов в Десяти городах. И теперь уже не допускать ошибок, как с журналом магов, а искать нормально и с соблюдением возможной секретности. Это два. Понять, как же все-таки убили его ищеек, да и каким образом нафаршировали серебром пришлых т'сареш. Больше всего пугало Салтана то, что выживший не упоминал о применении против них серебра, а убить т'сареш без этого металла являлось задачей нетривиальной. При их выносливости, живучести и скорости регенерации, собственно, имелся единственный способ — быстро нарубить т'сареш на составные части, ну или как минимум отрубить голову. Значит, стоило поставить задачу нескольким магам-теоретикам, которых Тенебра держал в своей службе как раз для таких случаев. Это три. Ну и наконец четыре. Сочинить отчет для высшего, собственно, отчитаться и при этом постараться не разозлить начальство и сохранить рассудок. Удаленность от руководства гарантией безопасности отнюдь не являлась, высший вполне мог вскипятить мозги собеседнику и на удалении, прямо при помощи того же амулета связи.

Но тем не менее настроение Тенебры улучшилось. Не привыкать ему к ситуациям, несущим угрозу для жизни, зато исчезла неопределенность, стало понятно, чем именно и в каком порядке заниматься. И четкий план составился, что не могло не радовать.

ГЛАВА 6

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 57–59 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Правду говорят, что утро добрым не бывает. Нет, вроде как вечер вчера закончился довольно-таки приятно, и красивая девушка тихонько сопит у меня под мышкой. Единственный минус, задница и мышцы бедер после лошадей ощутимо побаливают, но ничего смертельного, терпеть можно. Но ведь сейчас надо вставать, тифлингессу будить, опять на лошадь лезть… у-у-у-у…

Судя по тому, что светилась белая половина кристаллической друзы, выполнявшая здесь одновременно роль часов и светильника, наверху уже наступило утро. Да и из коридора сквозь дверь, несмотря на более чем приличную звукоизоляцию комнаты, доносился весьма отчетливый шум. Наверное, тифлинги уже проснулись. Но в нашу с Шелли комнату пока никто не ломился, да и моя рация, валявшаяся неподалеку, тоже признаков жизни не подавала. Так что я решил еще немного поваляться. Этакое приятное пограничное состояние, когда уже вроде бы как проснулся, но можно пока не вставать и подремать. Шелли тоже просыпаться не торопилась, уже привычно использовала меня в качестве подушки.

Мне подумалось, что я уже очень давно не просыпался вот так вот, в обществе девушки, с которой провел ночь. Из-за некоторых особенностей своего организма я предпочитал не оставлять своих приятельниц на ночь, ну или по крайней мере самому спать отдельно или вообще не спать… И вот тут я поймал себя на том, что все то время, пока я находился в этом мире, мне не снились кошмары, ставшие привычными после контузии. Нет, поначалу-то понятно, безумный бег по лесу, постоянное напряжение, еще и боевая химия ко всему прочему. Так что сон у меня поначалу был неполноценный, если можно так сказать. Потом, когда уже выбрались из лесов на оживленную дорогу, получилось немного расслабиться, но и там сон напоминал беспамятство, вымотанный мозг отключался полностью.

Задумавшись, я взъерошил рукой девушке челку и наткнулся на рога, острия которых несильно кольнули меня в ладонь. Вот блин, забываю про ее анатомические особенности, несмотря на то, что они постоянно у меня перед глазами, и вообще, забываю, что она не человек. Обычная девчонка, общительная, достаточно умная, веселая… Вот только с рогами и хвостом. Да еще и злить ее категорически не рекомендуется, а то вполне может превратиться в эдакого чешуйчатого монстрика с неизвестными возможностями… И это при том, что и в обычном своем состоянии во всем, что касается физического развития, она рядовых женщин моего мира весьма и весьма превосходит.

Тифлингесса завозилась, просыпаясь, наконец-то слезла с моей придавленной руки и с удовольствием потянулась всем телом. Наконец открыла глаза и медленно оглядела комнату.

— Ой, доброе утро, — поприветствовала она меня, с трудом фокусируя мутный от сна взгляд на моем лице.

— Привет, — улыбнулся я ей. Девушка подтянулась ко мне и поцеловала.

— А сколько времени? — спросила она, усаживаясь на кровати и поправляя растрепанные волосы. Я недоуменно пожал плечами, мол, мне-то откуда знать. Шелли уселась и стала сосредоточенно всматриваться в друзу кристаллов.

— А, самое начало первой стражи, не проспали, — наконец произнесла девушка. Потом пододвинулась ближе к спинке кровати и устроилась, скрестив ноги. Зрелище получилось настолько соблазнительное, что мысли у меня повернули в весьма определенном направлении. Ну и, решив не откладывать на завтра то, что можно было сделать еще позавчера, я начал предпринимать определенные шаги в интересующую меня сторону.

— Слушай, а как ты время-то определяешь? — спросил я, усаживаясь рядом и обнимая девушку за плечи. Ну так, для поддержания разговора, что называется.

— Это просто, гномы эти светильники для того и делали, — ответила Шелли, придвигаясь поближе и довольно урча. — Вон присмотрись. Видишь, они на четыре части разделены. А то, что внутри светится, как бы из двух половинок состоит. Вот этот стык время и указывает.

Я отвлекся от девушки и всмотрелся в кристаллы. Действительно, по высоте обе половинки светильника рассекали три горизонтальных ребра. И в самой верхней части белого виднелся хорошо заметный стык. Но мое изучение местных приборов для измерения времени прервала Шелли, повисшая у меня на шее.

Только долго развлекаться нам не дали. Стук в дверь лично я проигнорировал, что Шелли его услышала, вообще не уверен. Но потом у меня запищала рация, наверное, Тирли поймали, он всегда первым вспоминает о таких полезных вещах. А я так надеялся — мир без мобильных телефонов, что называется, мечта идиота.

— Первый здесь, что у нас случилось? — отодрать от себя возбудившуюся тифлингессу не получалось, но до рации я все-таки дотянулся и наушник в ухо кое-как запихал.

— Утро доброе, командир. — Я угадал правильно, в рацию орал Тирли. — Слушай, почему мы Стингера не могли добудиться, я в принципе догадываюсь, но вот чем ты всю ночь занимался, вместо того чтобы спать, даже предположить боюсь.

— Шути, шути, юморист недоделанный, — беззлобно огрызнулся я. — Ну вот ты меня разбудил, но рад ли ты этому?

— Вах, боюсь, боюсь, — заржал радист, цитируя старый анекдот. — Ладно, Дракон, ехать пора, еще полчасика — и позавтракать не успеешь.

— Сейчас выйду, — выключил рацию, заканчивая разговор.

Пришлось вставать и одеваться. Шелли, разозленная тем, что нас прервали, одевалась и укладывала вещи в режиме электровеника. Судя по комментариям, ее подстегивало сильное желание настучать кому-то по голове. И энергии у девушки было намного больше, чем у меня, я из комнаты со своим барахлом на загривке выполз только через полчаса после нее.

А ведь у меня еще были глобальные планы отловить Стингера, желательно до отъезда, и пообщаться с ним наедине. Не то чтобы меня волновала половая жизнь моего зама, но… Доблестный капитан отличался некоторой легкомысленностью в отношениях с женщинами. Не скажу, что Стингер был законченной сволочью и мерзавцем, но вот некоторая циничность в его действиях, как правило, присутствовала, и не всегда он расставался со своими пассиями полюбовно. А услышав историю Алаири, я считал своим долгом хотя бы предупредить капитана, на какое минное поле он ступил. Тем более что я пока не был готов остаться без своего заместителя. Даже у нас разъяренная женщина вполне могла настучать по голове коварному обольстителю, что может сотворить рогатая с пятисотлетним стажем службы в армии, если ее ненароком обидит любовник, я даже представить боялся.

Вот только поймать Стингера никак не удавалось, пока мы завтракали, рядом постоянно крутилась куча народа, когда поднялись во двор седлать лошадей — тоже. Алаири от Стингера вообще не отходила дальше чем на два шага. И выглядела тифлингесса до ужаса довольной. В конце концов, мне надоело ждать у моря погоды, и я просто воспользовался административным ресурсом. А если проще, вызвал заместителя по рации, сказал, что надо пошептаться. Уж не знаю, как Стингер отвязался от Алы, незаметно свалить у него не получилось, но все-таки отвязался и минут через пять плюхнулся рядом со мной в уголке двора.

— Чего хотел, командир?

— Угадай с одного раза, — буркнул я, все еще весьма смутно представляя, как подвести разговор к интересующей меня теме.

— Да чего там угадывать, — пожал плечами Стингер. — Я сам хотел у тебя спросить, что мы в отчете писать в итоге будем. И что-то мне говорит, что тем же вопросом скоро вся наша группа задаваться начнет.

— Если про отчет, то лично я ничего писать не буду, а ты как хочешь, — ответил ему. — И с чего ты взял, что у остальных возникнут те же проблемы? Тирли вроде пока жене изменять не собирается, священник у нас из монастыря, ему вера не позволяет… В любом случае я вмешиваться не собираюсь, если уж меня самого не поймешь куда понесло.

— Командир, ты по ходу еще не понял, — коротко хохотнул капитан. — На нас пока набросились самые осторожные, опытные и целомудренные из всего клана. Шелли, кстати, хоть она и моложе всех присутствующих здесь соплеменников, причем намного, пользуется в клане репутацией недотроги, крайне осторожно и придирчиво выбирающей себе любовников. Это на фоне остальных своих ровесников. Ала меня немного просветила на эту тему, я, если честно, не ожидал, что она так любит посплетничать…

— Как тебе Алаири, кстати? — спросил, краем глаза наблюдая за тифлингессой, выслушивающей сейчас какие-то распоряжения Гарриона.

— Ну… как тебе сказать. — Стингер немного замялся. — Если грубо и опошляя, то любовница она великолепная. А по жизни… Трудно сказать, все-таки их психология очень сильно отличается от нашей. Насколько понимаю, глубоко несчастная женщина в возрасте, которой, ко всему прочему, еще и ужасно скучно. Причем это не такая скука, как у наших зажравшихся баб, нет… Что-то другое.

— Гаррион говорил, что она жить не хочет и что такой оживленной он ее уже очень давно не видел, — задумчиво протянул я и сразу задал интересующий меня вопрос: — Она тебе свою историю рассказывала?

— Это про мужа и сына? — уточнил Стингер. — Ага, рассказала, почти сразу. Сказала, что иначе получится не совсем честно по отношению ко мне. Вот только не уточняла, что именно она их убийцам устроила, вообще, как до этого места дошла, стала как замороженная, еле расшевелил. Но вроде подразумевалось, что отомстила.

— По словам Гарриона, она там в одиночку вырезала все племя, включая домашних животных. А что осталось, сгребла в какой-то сарай и сожгла, не разбирая, кто еще жив, а кто нет, — просветил я Стингера.

— Чего-то подобного я и ожидал, — кивнул он. — Она немного рассказывала о тутошних военных кампаниях. Гуманизмом и миролюбием это племя не отличается. Впрочем, в этом мире о правах человека пока вообще никто не слышал.

— Вот как раз о гуманизме. Я тебя, собственно, предупредить хотел, это тебе не наша российская глубинка, она если обидится, то вполне голову открутить способна. Как себя дальше с ней вести думаешь?

— Знаешь, командир… Только не смейся, я прошу тебя. — Стингер несильно пихнул меня в плечо. — Если бы дело было на земле, я бы, наверное, в нее влюбился. Вернулся бы потом после задания, разыскал и забрал с собой, может, даже в отставку вышел бы. Смешно, третий день пошел, как мы знакомы, но… Может, я такую и искал, которая могла бы меня останавливать во всех моих глупостях. Как словом, так и кулаком в лоб.

— И тебя не пугает ее возраст? — Я криво усмехнулся. — А еще — хвост с рогами и весьма богатое прошлое?

— Ладно тебе, Костя. — Зам крайне редко называл меня по имени, как правило, это означало предельную серьезность. — А мы с тобой, можно подумать, безгрешные? Конечно, по сравнению с местными долгожителями кладбище у нас поменьше размером будет, но ненамного. И выглядит для своего возраста Алаири великолепно, мне нравится, во всяком случае. А от молодых дурочек я подустал, ты не поверишь, мне их теперь даже трахать неинтересно стало. Такие, как Шелли, во всех мирах товар эксклюзивный, я подозреваю… Если честно, жаль, что это когда-нибудь кончится, но я пока намерен получать удовольствие.

Я мог только промолчать. Нет, Стингер слыл самым непредсказуемым в моей группе, слава богу, что только в обычной жизни, на заданиях он был надежен, как скала. Но вот в перерывах постоянно что-нибудь да откалывал. То женится по пьяни на одной из своих очередных пассий и потом разводится несколько месяцев, то от разъяренных мужей убегает, спускаясь в исподнем по стене с девятого этажа и зажав в зубах узел со своим барахлом. А потом доказывает отловившему его наряду милиции, что он не вор, а, в натуре, человек-паук… А утром ментов находят аккуратно подвешенными на фонарный столб, причем так, чтобы они себе ничего не повредили, но и сбежать или позвать на помощь не смогли бы. Да и плакаться он любил периодически, причем мне, как своему любимому командиру, что вот, нашел, мол, свою единственную и последнюю любовь, остепенится теперь и больше колобродить не станет. Вот только через два месяца я, как правило, выслушивал точно такой же монолог, слово в слово, только с другим женским именем.

— Кстати, Дракон. — Минута серьезности у Стингера быстро закончилась, и он вернулся к своему обычному раздолбайскому тону. — Алаири над тобой полночи прикалывалась, точнее, над тобой и Шелли.

— На тему? — не понял я.

— Да вот зубоскалила, что, мол, эта недотрога, ну в смысле Шелли, опять отловила приличного мужика, и он теперь влип по полной, она к нему больше никого из принципа не подпустит, а ссориться с Инферной в их клане дурных нет. А тебе, такому бедному и несчастному, теперь даже в бордель не сходить будет, а если все-таки сбежишь и прорвешься, то копец борделю. Вот только я две вещи не очень понял, почему копец будет борделю, а не тебе, и чего они все к Шелли с такой опаской относятся. Вроде нормальная девчонка, не психопатка, ничего…

— А вот я, кажется, понимаю, — пробормотал себе под нос. — Кровь Хаоса…

— Во, а это что еще за штука? — заинтересовался Стингер.

— Помнишь, как Шелли изменилась в Перевальном, когда Гаррион только приехал? — спросил я.

— Ну да, у неё какая-то чешуя на руке появилась, поверх кожи, — кивнул мой зам. — Но я тогда не на этом сосредоточен был, да и сидел так, что особо рассмотреть ничего не получилось…

— А вот я рассмотрел, и подробно. Чешуя у нее не только на руке вылезла, да и не только чешуя. В общем, это что-то вроде боевой формы. Они могут меняться, приспосабливая свое тело для разрушения и убийства. Впрочем, не только, как я понял, тут некоторые — потомки суккуб, сиречь демонов соблазнения, так что они могут специально меняться и для соблазнения.

— Прикольно, — протянул капитан. — Это оборотни, получается…

— Получается так, — кивнул я. — Ты, кстати, имей в виду, Алаири тоже из старшего рода, так что и она так может. И проявляется у них эта штука на пике эмоций. Они, как правило, используют ярость, сами себя накручивают, а потом балансируют на грани… Короче, осторожнее надо быть, не такие эти ребята и простые. В общем, по моему мнению, Гаррион как боец на несколько порядков превосходит Шелли, настолько, что сравнивать и смысла нет, не противники они. Но при этом Гаррион отмечает, что если Шелли по-настоящему разозлится, то у него нет никаких шансов. И это при том, что он обучает их молодняк владеть оружием, Шелли тоже он обучал. Так что имей в виду.

— Обалдеть, получается, если мне от Алы кулаком в лоб прилетит, так это повезло мне, — пробормотал капитан.

— Вот этого не знаю, — обрадовал его. — В общем так, мне тут небольшую лекцию прочитали, я на бумаге изложу немного более связно — дам ознакомиться. А ты у своей подружки поинтересуйся как-нибудь. Шелли-то в основном про себя рассказывала, но как я понял, у нее эта способность выражена ярче, чем у остальных. И еще, чем старше тифлинг, тем лучше он контролирует свои возможности. Да и их деление на старшие и младшие роды… Хотя ладно, про это я у Гарриона сам узнаю. И Комара надо озадачить, он вроде с Ланией подружился, но пока Комар больше ей про нас рассказывает, чем она ему про них… У меня такое впечатление сложилось…

— Ну они вроде как именно подружились, — уточнил Стингер. — По крайней мере, ночью они разговаривали. Я у Комара уточнял утром, пока тебя разбудить пытались. И еще, Ала мне тут про всех порассказала, я же говорю, она сплетница та еще. В общем, у Лании какие-то проблемы с мужчинами, очень серьезные. Нет, не в смысле того, что она в постели девушек предпочитает, она нормальная женщина, хотя у тифлингов в отношениях между полами сам черт ногу сломит. Мне временами казалось, что они вообще разницы между мужиками и женщинами не видят, особенно те, кто постарше… Но про Ланию… Ей Комар здорово понравился тем, что он к ней не пристает, хотя она и проявляет явную заинтересованность. Ну молодой он ишшо, стесняется.

— Ты предупредил лейтенанта? — спросил я. Комар и в самом деле был самым молодым из нас, в нашу компанию попал уже после войны, довольно долго вписывался в коллектив и поначалу чувствовал себя несколько неловко.

— А как же, — весело ответил Стингер. — Он, правда, немного на меня обиделся, но предупреждению внял. И вообще, чем-то он мне тебя напоминает, как раз в те времена, когда мы только познакомились, помнишь?

— Такое забудешь. — История нашего знакомства с моим замом и в самом деле вряд ли забудется.

— Ну вот, я тебе не признавался тогда, но всегда чувствовал себя очень неловко, когда мы с тобой в город выбирались пива попить. У меня по жизни одна или даже две девки на коленях сидят, а ты смотришь на все это дело букой и накачиваешься пивом. А после того, как тебя контузило, совсем плохо стало.

— Ты же знаешь, — похлопал я его по плечу. — Я никогда не рвался выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение. А менять баб в твоем режиме кролика мне тоже никогда не нравилось.

Стингер коротко хохотнул. Вот только разговор пришлось прервать, к нам направлялись Алаири и Шелли. По дороге тифлингессы о чем-то весело шушукались, у меня зародились серьезные подозрения, что они делятся друг с другом ночными впечатлениями, да еще и нас в том же самом заподозрили и собрались проверить свои догадки. Во всяком случае, когда мы их демонстративно заметили, на мордашках у обеих нарисовалось явное разочарование. Но женщины быстро с ним справились и на два голоса в весьма едких выражениях напомнили, что пора потихоньку выдвигаться.

Выезжать и в самом деле было пора, даже более того, оказалось, что все уже собрались и ждали только нас. И снова потянулась дорога. Для нас шестерых такая скорость передвижения напоминала пытку. Я прикинул — за пятнадцать дней мы прошли всего-то километров пятьсот. Ну ладно, пять дней отдыхали в Перевальном, но все равно особого оптимизма цифры не внушали. Шелли, правда, утверждала, что мы, наоборот, двигаемся очень быстро и уже дней через семь доберемся до клана. Для тифлингессы это был конец пути и конец этой истории, а вот для нас ее клан являлся лишь промежуточной точкой. И в принципе уже было понятно, куда двигаться дальше.

Ну а пока нам оставалось только наслаждаться окружающими видами да развлекаться беседами с тифлингами. Впрочем, посмотреть тут было на что, архитектурные возможности гномов очень и очень впечатляли. Склоны долины, уже даже скорее ущелья, становились все круче и круче, горизонтальных поверхностей почти не осталось, естественных, по крайней мере. Но все южные и юго-восточные склоны были буквально усеяны рукотворными террасами. И везде на полях суетились гномы, то ли пололи, то ли поливали, то ли делали еще что-то. Тем более что погода, на мой вкус, стояла замечательная. Солнышко, весьма немногочисленные облака, легкий ветерок с гор. И не жарко, и не холодно, даже если учесть, что экипировались мы под земной экваториальный климат, а по местным меркам находились мало того что достаточно далеко на севере, так еще и в горах. А вот тифлинги откровенно мерзли. Кто-то натянул на себя такие же пыльники, какие предоставила нам Шелли, кто-то закутался в самые простые плащи (куски тряпки, скрепляемые на горле специальной цепочкой-заколкой), да еще и капюшоны на головы понатягивали. Мы же, наоборот, поснимали наши каски, пристроили их на лошадях, благо на упряжи нашлось достаточно всевозможных ремней, колец и выступов, так что привязывать было за что. Я так даже бандану с головы стянул, перевязал ее как шейный платок — ненавижу головные уборы, а здесь еще и нужды особой в ней не было. Это в джунглях, да и вообще в любом лесу, с непокрытой головой лучше не шастать.

Где-то после полудня мы миновали наконец седловину перевала, дорога пошла вниз. И почти сразу нырнула в тоннель. А вот этот тоннель от первого отличался. Он действительно был проплавлен в скалах и земле чем-то, что имело чрезвычайно высокую температуру. Кое-где стены тоннеля были оплавлены до состояния самого настоящего стекла. С первым его объединяли полукруглая форма и дававшие свет двухцветные друзы кристаллов. Ну и еще то, что тоннель оказался идеально прямым и вел почти точно на север. Кстати, наши компасы, худо-бедно, но все же до этого работавшие, теперь показывали в разные стороны, иногда стрелки просто начинали бесцельно вращаться вокруг своей оси. Вроде, такое их поведение свидетельствовало о богатых залежах под землей чего-то полезного, имевшего отношение к железу, но вот чего именно, я не знал.

Перекусить остановились ближе к середине третьей стражи, в такой же гостинице, в какой до этого и ночевали. По-моему, даже гобелены на стенах холла и ресторана были точно такими же. Единственное отличие заключалось в конструкции дворика для верховых животных. Здесь он представлял собой сферическое помещение, вырубленное (именное вырубленное, а не выплавленное, это было хорошо заметно!) в стене тоннеля.

Подземная часть дороги оказалась весьма и весьма длинной, на свежий воздух мы выбрались только на закате. Тут пейзаж уже изменился, мы оказались в настоящем скальном ущелье, дорога шла по одному из склонов. Кое-где скальная полка была явно расширена, а кое-где мы оказывались в чем-то вроде полутоннеля, во всяком случае, над головой нависали скальные массивы. А откуда-то снизу доносился шум горной реки. Вот здесь уже гостиниц не попадалось достаточно долго, и на ночлег мы остановились затемно, когда узенькая (ну сравнительно) полка дороги вывела нас наконец то ли в долину, то ли на плато.

Ночью Шелли опять устроила мне небо в алмазах, вот только на этот раз меня надолго уже не хватило. И ноги, и задница, и спина, непривычные к седлу, болели весьма ощутимо. Слава богу, что я их хотя бы не натер. Потапыч, до этого мечтавший поменяться местами с любым из нас, этим вечером перестал сетовать на запах, идущий от повозки. И крайне ехидно поглядывал на наши согбенные фигуры, когда мы вечером сползли с седел и, опираясь на все, что попадалось под руку, попытались доползти до своих комнат в гостинице. Спускаться по лестнице оказалось вообще пыткой, но на этот раз нам относительно повезло, наш кусок коридора располагался на втором подземном горизонте. Не знаю, как остальные, а я последний пролет лестницы преодолел уже только благодаря подпирающей меня Шелли.

Кстати, тифлингесса прекрасно поняла мое состояние и совершенно на меня не обиделась, когда я попытался иносказательно донести до нее, что немного не в форме для постельных утех. Мне даже был прочитан суровый выговор: мол, все это служит исключительно для взаимного удовольствия, так что мне достаточно просто сказать, что я устал. После чего меня, абсолютно не интересуясь моим мнением, перевернули на живот и сделали массаж пострадавших участков тела. Ну… или попытались сделать… Вот в этом девушка оказалась не сильна. Она долго, старательно и неумело пыталась размять мне мышцы, но особо не преуспела. Мне, конечно, немного полегчало, но все равно я чувствовал, что разваливаюсь на части. В конце концов, меня оставили в покое и дали просто полежать. Шелли даже сжалилась и согласилась наконец почитать гномью литературу вслух. Вот только я благодаря Гарриону уже примерно представлял, что там написано. Впрочем, мои ожидания оправдались.

Следующим утром я уже смотрел на лошадей с искренней ненавистью. В голове всплыл рецепт, как готовить конину в полевых условиях. И я ничуть не удивился, когда услышал, как Тирли предлагает Гарриону пустить лошадок на колбасу, а Комар ему поддакивает, вспоминая вслух, как разделывать лошадь и потом удалять из ее мяса едкие вкус и запах лошадиного пота. Тифлинг внимательно слушал, кое-где согласно кивал, а иногда даже проявлял сочувствие. Вот только лезть в седло все равно пришлось. И только Стингер выглядел абсолютно живым и здоровым. А когда я поинтересовался его здоровьем, он мне шепотом сообщил, что у зрелых женщин есть свои достоинства, в частности, умение делать массаж. При этих словах болтающаяся поблизости Алаири (а она теперь редко отходила от Стингера) довольно улыбнулась и с превосходством посмотрела на Шелли. Та, ничуть не смутившись, показала товарке язык и возмущенно от нее отвернулась. Все тифлинги довольно заржали.

И снова потянулась дорога. Вот только погода испортилась. Небо затянули тучки, заметно похолодало. Впрочем, нам в тифлинговых пыльниках поверх всей нашей сбруи было весьма комфортно. А когда мы проехали очередной тоннель, с неба еще и дождик закрапал. Это был, правда, не дождик, а одно название, да и затянувшая небо серая хмарь не сулила нормального ливня, но рогатые дружно нахохлились и как бы скукожились в своих седлах. Мне же как раз такая погода всегда нравилась, тем более что и для нашей работы она больше всего подходила. Ну и еще, я всегда предпочитал глотать моросящий дождь, а не пыль из-под ног.

Очередной проплавленный тоннель (кстати, самый короткий из всех, всего-то пара километров) вывел нас в следующее ущелье-долину. Она довольно круто спускалась вниз, одновременно здорово расширялась, и, собственно, стало видно, что горы здесь заканчиваются. Впереди расстилалась равнина, покрытая поросшими лесом увалами, а где-то далеко на северо-востоке, на самом горизонте, поблескивала лента довольно широкой реки. Внизу и впереди, километрах в пятнадцати от нас, долину перегораживала натуральная крепостная стена. Да еще и не одна, а сразу три. Если прикинуть, стена была не особенно и длинной, километров пять. Рассмотреть детали сооружения сверху не удавалось, впрочем, дорога вела прямо к ней. А сразу за стеной я разглядел что-то похожее на деревушку, десятка три небольших деревянных домиков, притулившихся к ленте дороги.

— Уй, — взвыл рядом со мной Стингер. — Как долго-то. Вот мне одному кажется, что пешком быстрее было бы или нет?

— В следующий раз специально для тебя БТР захватим, — меланхолически ответил я, — а заодно и колонну заправщиков с соляркой.

— Чего это вы? — заинтересовалась Алаири. — Мы очень быстро двигаемся, гораздо быстрее, чем ожидалось. Правда, дальше дорога будет похуже, но все равно, еще дней пять-шесть, и мы окажемся дома.

— Это с какой стороны посмотреть, — ответил ей. — Мы привыкли передвигаться гораздо быстрее.

— У нас тоже можно быстрее, — вступила в разговор Шелли. — Порталы вообще позволяют перемещаться с места на место практически мгновенно, вот только стоят они… — Девушка покрутила головой и подняла глаза к небу.

— Ты еще забыла упомянуть, — добавила вторая тифлингесса, — что такой отряд, как наш, да еще верхами и с груженой повозкой, ни один амулет не потянет, тут маг нужен не ниже трехрангового магистра. И возмущения в точках входа и выхода будут такие, что блокируют любые переходы минимум на две дюжины дней, а может, и больше.

— Не знаю, как ваши порталы, но дома по этой дороге, по нашим меркам весьма среднего качества, весь этот перевал можно было бы проехать меньше чем за день, — мечтательно протянул Стингер. — Да какое там за день, за пару ваших страж доехали бы. Ох-хо-хо, ну и где мой любимый джипчик…

— Джипчик — это ваши верховые животные? — тут же уточнила Шелли.

— Не животные, механизмы специальные, — с улыбкой поправил я. — А джипами называются механизмы для передвижения по плохим дорогам или вообще без дорог.

— Ага, и сиденья там удобнее, чем эта пыточная колода, — высказал свое мнение капитан. — Ала, ты, конечно, гениальный массажист, но боюсь, я вечером даже до ресторана не дойду. Про все остальное молчу.

— Хрен тебе, а не ресторан, — вмешался выглядевший озабоченным Гаррион. — Я предпочту больше не останавливаться в гостиницах, ночевать будем в лесу.

— А с чего такое беспокойство? — уточнил я.

— За этой стеной земли гномов кончаются, — пояснил тифлинг. — Дальше уже идут земли Десяти городов. Сама дорога охраняется, и весьма неплохо, но вот таверны и гостиницы на ней… Нет, на нас нападать не будут, даже, наверное, в вещах рыться побоятся. Но это касается только местных жителей. После всех гадостей, которые нам устроили в Перевальном, тут я могу ожидать чего угодно. А в лесу можно нормальную стражу выставить, охранные амулеты активировать и с чистой совестью вязать любого, кто ночью попробует подойти поближе.

— Странно, ты же говорил, что т'сареш в Десяти городах живут исключительно в торговых представительствах семей, — удивился я. — Ну или соблюдают законы Десяти городов…

— Не будь наивным, здесь полно их агентуры. Да и добропорядочный т'сареш, ушедший из семьи и отрекшийся от своего Древнего, запросто при нужде может оказаться засланным разведчиком. В конце концов, могут просто нанять всякую шваль, не интересующуюся тем, кого придется резать. Нет, мы не боимся даже сотни обученных воинов, кишка у них тонка против нас, но одно дело устроить резню в лесу, и совсем другое — в таверне.

— Да не наивный, — пожал я плечами. — Мне-то все равно, поспим и под открытым небом. Только нас на дежурства тоже припахивай, а то, право, неловко как-то.

— Так а толку мне от вас, вы же в темноте не видите, — вытаращился на меня тифлинг.

Стингер и Комар начали мне подмигивать и корчить рожи. Потапыч с ехидной мордой наблюдал за их упражнениями. Ну да, он-то на повозке вполне и днем подремать мог. Что и проделывал регулярно и с удовольствием.

— Батарейки бы для ноктовизоров поэкономить надо, — протянул Тирли загадочным тоном, уставясь в небесную хмарь. — А то при таком освещении солнечная батарея совсем мало мощности дает.

Так, еще один в ночь не хочет дежурить. А ведь придется, из вредности всех загоню. Будем считать, что вот так вот мне срочно приспичило.

— Не понял. — Гаррион недоуменно переводил взгляд с одного из моих бойцов на другого. — Нет, что твои ребята сторожить ночью лагерь не хотят, это понятно. У меня бы они как раз и пошли на дежурство в самые отвратные стражи, под утро, скажем. Но вы что, видите в темноте?

Шелли с Алой одновременно захихикали себе в кулачки.

— Ну вообще-то от той вашей хрени, которая по ночам в небе светит, как там она, Тарра вроде, нам света вполне достаточно, — мстительно заявил я. — Ну и в полной темноте тоже есть способ кое-что увидеть.

Точно, выдам один ноктовизор на всех дежурных. Да еще и попрошу Гарриона, чтобы моих вместе со своими ставил, по одному, заодно и батарейки поэкономим.

— Майор, ну не будь ты гадом, — закричал Стингер, — дай поспать.

— Кое-кто сам дурак, если ночью вместо того, чтобы спать, черт-те чем занимается, — в тон ему подхватил Тирли. — А мне-то, несчастному, чистому и непорочному, за что? Я и так слюной тут исхожу от мыслей о безвременно покинутой супруге, еще и дежурить…

— Ага, как ночью… э-э-э… черт-те чем заниматься, так все горазды, а как дежурить, так сразу Стингер, — продолжил жаловаться капитан. Алаири, припав лицом к шее своей лошади, сотрясалась в приступе хохота, а Комар с Ланией, тоже слышавшей весь диалог, синхронно покраснели.

— Значит, так, начинаю награждение не участвовавших и наказание невиновных, — решил повеселиться и я. — Я решил, все, кто ночью… ну хорошо, черт-те чем занимался, будут дежурить. Я первым и начну, если Гаррион не против.

Теперь покраснела еще и Шелли. А вот Тирли остался очень доволен. Ничего, ничего, дорогой мой, для тебя у меня тоже подарочек найдется.

— Вторую стражу будет дежурить Комар, — продолжал я раздачу слонов. — Третью — Стингер, ибо не фиг хвастаться. Ну а раз Тирли у нас так уж не спится от тоски по супруге, то ему поставим задачу расседлать с вечера всех наших лошадей, почистить, покормить, ну и сделать все, чем там еще с ними надо заниматься. Как раз устанешь, лишние мысли из головы повыкинешь, заснешь с чистой совестью… Утром встанешь пораньше, четвертая стража твоя… Гаррион, можно тебя попросить, назначь моим бойцам в пару тех, кто не занимается по ночам черт-те чем, а дежурит, чтобы и они на посту сохраняли бдительность, а не черт-те чем занимались.

Теперь заржал уже Гаррион, с лица Тирли сползла довольная улыбка, а все три тифлингессы как-то очень одинаково запунцовели и с некоторой суровостью начали смотреть на своего командира. Ой, кажется, я Гарриона немножко подставил. Впрочем, он наоборот выглядел не испуганным, а довольным.

— Ну что, сбылась моя самая заветная мечта — брать на работе взятки. — Гаррион плотоядно посмотрел на женщин. — Вот мне почему-то кажется, что критерием того, что кое-кто из присутствующих не занимается на посту этим вашим непонятным «черт-те чем», надеюсь, эти слова не означают ничего неприличного, окажется некоторая сумма, предложенная усталому и пожилому тифлингу…

— Ничего неприличного мы не подразумевали, все пристойно, — недовольно пробурчал Стингер. — А словосочетание означает, что занимались мы всякой непонятной ерундой…

— Ты чего городишь, я тебе покажу ерундой, — непритворно возмутилась Алаири и отвесила моему заму подзатыльник, — я тебе покажу непонятной, я тебе устрою пристойной… Ой…

Тифлингесса сообразила, что она говорит, и испуганно прикрыла ладошкой рот. Вот только теперь смеялись уже все, причем так, что на нас оглядывались со встречных повозок.

— Я так и знал, что это какая-то пошлость, — простонал сквозь смех Гаррион. Алаири с Ланией и ему синхронно отвесили подзатыльники, мне показалось, что у девушек даже рога краснеть начали. Хотя — эти обе брюнетки, у них под волосами фиг разглядишь. А вот у Шелли даже из-под волос проглядывала покрасневшая кожа, а кончики ушей прямо-таки полыхали. Те рогатые из нашего отряда, которые ехали в отдалении, начали интересоваться у ехавших поблизости соплеменников — какова причина такого бурного веселья. Весело и ехидно улыбающиеся тифлинги с удовольствием пересказали разговор…

— Знаешь, а на посту я этим еще не занималась, — неожиданно промурлыкала мне в ухо Шелли, умудрившаяся незаметно подъехать практически вплотную. — Надо попробовать. Но мне почему-то кажется, что в кровати удобнее…

Тут уже захохотал и я.

— Ладно, хорошо посмеялись, теперь по делу. — Гарриона все еще иногда пробивало смехом, но он изо всех сил старался говорить серьезно. — Дежурить будете по трое, если ты так просишь, я и твоих припашу. Вечером расскажу поподробнее, как у нас проходят дежурства. Вот только надеюсь, ты насчет ночного зрения не шутил. Не похоже, что тучи к ночи разгонит, так что будет довольно темно. Нет, ну надо же, черт-те чем заниматься на посту, мне нравится, как это звучит… А уж что под этим подразумевалось…

Гаррион увернулся от уже поднявшей ладонь для очередного подзатыльника Алаири и поскакал вперед.

А мы тем временем попали в очередь на выезд, не очень длинную, где-то с километр. Да и двигалась она весьма и весьма быстро. Впрочем, и за нами мгновенно пристроился караван, который мы недавно обогнали, небольшой, повозок на двадцать. Разумных вокруг крутилось множество, самых разных, местные люди в основном. Что поражало, так это очень разнообразные лица и фигуры. Впрочем, и других хватало.

Пока ждали, я стал внимательно изучать стену. По длине она, конечно, с Великой Китайской соперничать никак не могла, но вот по оборонительным качествам, на мой взгляд, превосходила ее, и намного. Все сооружение было высотой метров в двадцать, нижняя часть выложена из необработанных валунов, пространство между которыми обильно заполнял какой-то раствор, верхняя часть стены состояла из прямоугольных каменных блоков. Верхний гребень был открыт и оборудован каменными прямоугольными же зубцами, но, судя по огромному количеству бойниц, в толще стены находилось еще как минимум два яруса внутренних галерей, оборудованных позициями для стрелков. На гребень попасть можно было только из башен, которые через каждые двести метров высились над самой стеной. Башни были круглые, метров на пять выше самой стены, если судить по бойницам, с них полностью простреливались не только все подступы, но и сам гребень. На верхних, опять же открытых площадках башен, под весьма скромными тряпичными навесами, сооруженными, видимо, для защиты от осадков, виднелись катапульты. Вот только снизу конструкцию разглядеть не удавалось даже в бинокль, мешали элементы самой постройки. Похоже, катапульты были не стационарные, а на поворотных кругах, рычаги с чашками задраны вертикально вверх, оружие выглядело разряженным, направлено оно было на разных башнях куда попало. Да, точно, поворотные, катапульта, которую я как раз разглядывал в бинокль, заметно дернулась и начала плавно поворачиваться. Входов в башню с улицы я не нашел ни одного, похоже, все это сооружение являлось лишь верхней, наземной частью глобального оборонного комплекса. Хотя… может быть, там и присутствовали потайные ходы, которые вот так вот запросто и не разглядишь.

Ворота тоже впечатляли, правда, оказались заметно меньше, чем с южной стороны перевала. Но там калитка была прорублена в огромной природной скале, во много раз превышавшей размерами и оборонными возможностями эту стену. И на ее фоне ворота как бы терялись, несмотря на то, что были сделаны из камня. Тут уже имелись створки попроще, металлические, по крайней мере, снаружи. Но если вспомнить, что гномы дерево не уважают, то вполне возможно, что и целиком стальные. Но это только внешние створки, в толще привратной башни, когда мы проезжали через нее, заметил на потолке явно каменные плиты, тоже ворота, сооруженные по принципу падающего затвора.

И одна стена вполне внушала уважение, но тут их было три, и стояли они одна за другой. Между стенами оставили пространство метров в триста, вылизанное до состояния элитного английского газона. Симпатичная лужайка прям-таки вызывала у путешественников желание по ней побегать, а у меня будила мысли о многочисленных ловушках. Ну там волчьи ямы, острые колышки, спрятанные в траве, и тому подобное. Я попробовал мысленно прикинуть, как я все это буду штурмовать. Без огнестрельного оружия получалось не очень. Ну да, Шелли говорила, что луки и арбалеты тут бьют метров на сто пятьдесят — двести, да еще и высота стены дает дополнительную дальность. А катапульты и баллисты стреляют подальше, получается, что свободное пространство между стенами оставлено с таким расчетом, чтобы противник никак не мог спокойно сосредоточиться перед атакой. Руку готов на спор поставить, что все это открытое и ровное как стол пространство гномы не только изрыли ловушками, но еще и пристреляли на нем каждую травинку. Слабым местом оставались только ворота. Но и тут гномы при проектировании постарались предусмотреть все возможные неприятности. Ворота располагались не на одной прямой, а были смещены друг от друга метров на триста — четыреста, да еще и в шахматном порядке. Получалось, что даже если противник смог бы проломить створки, чтобы добраться до наиболее уязвимых мест следующей стены, ему все равно пришлось бы пройти где-то с километр под обстрелом. И если тащить таран от одних ворот до других по прямой, то неминуемо пришлось бы бортами подставить конструкцию под обстрел. Ну а если еще учесть, что каждая башня сама по себе представляла крепость в миниатюре, то стреляли бы и швыряли разные тяжелые штуки не только спереди, но и сзади. Или, как вариант, пришлось бы полностью зачищать весьма приличный кусок уже захваченной стены перед тем, как приступать к штурму следующей.

Меня смущало только одно: сколько же бойцов надо, чтобы все это удерживать? По самым скромным подсчетам получалось голов двести на ворота, по полсотни в каждую башню, а их тут два десятка на каждой стене. Ну и восемьдесят — сто бойцов на гребень. Значит, надо где-то две с половиной тысячи разумных ставить на стену. Нет, под гребнем же еще две галереи идут, туда тоже бойцы нужны, причем и лучники и мечники, чтобы их охранять на случай, если враги прорвутся. Но там можно и поменьше, чем на верхней галерее, держать, значит, еще пару тысяч берем. Ну ладно, предположим, что защитники будут держать на спокойных участках одного бойца из десяти, а остальных перекидывать в точки прорыва. По-любому, атаковать одновременно всю стену такой протяженности никак не выйдет. Все равно, необходимо минимум три тысячи бойцов. И это на одну стену.

Хм, а с другой стороны, чтобы штурмовать это сооружение и иметь хоть какие-то шансы на успех, надо бы иметь соотношение бойцов один к пяти, а лучше один к десяти. И тут необученные ополченцы не подойдут, это не строй с длинными пиками в чистом поле держать, хотя и это задача весьма непростая. Но там скорее личные качества нужны, чем умение, а тут одной храбростью не обойдешься. Надо пробежать где-то метров триста под дождем из стрел, потом забраться по приставной лестнице на высоту четырехэтажного дома, перебраться через стену и вступить в рукопашную схватку с защитниками. Да уж, капитально гномы укрепились, ничего не скажу.

Была и еще одна характерная особенность этого укрепления. Если вход на южной стороне перевала был рассчитан на атаку только с одной стороны, то здесь изначально готовились обороняться от атаки как со стороны равнины, так и со стороны гор. Во всяком случае, открывающиеся створки ворот висели на привратных башнях, и висели с обеих сторон.

Пограничный контроль гномов на выезде мы прошли гораздо быстрее, чем въездной. Гаррион просто отдал наш пропуск, гном педантично пересчитал всех разумных, животных и повозки в отряде и махнул, чтобы проезжали. Кстати, за все время пути, кроме пятерки пограничников на въезде и такой же (даже лица вроде как были похожи) пятерки на выезде, других гномов, охраняющих перевал, я не заметил. И вообще, всех местных жителей видел исключительно работающими в полях, ну еще и среди обслуги гостиниц, хотя там людей было намного больше, чем гномов. Коротышки выполняли функции начальства, а обычной работой занимались, как правило, люди. Нет, гномов на дороге встречалось более чем достаточно, но все это были караванщики. И при этом Гаррион утверждал, что дорога постоянно и неусыпно охраняется. Интересно, стражники что, под землей все время сидят, хотя с них вполне станется. И то верно, чего им на поверхности-то делать.

С северной стороны гномье укрепление выглядело еще более внушительно, чем со стороны гор. Дело в том, что долина весьма ощутимо шла под уклон. И с севера на стены приходилось смотреть уже снизу вверх, отчего казалось, что они вздымаются вообще на недосягаемую высоту. Ну и прочие нюансы, та же полоса отчуждения здесь была уже километра два шириной. Вся поверхность земли так же, как и между стенами, имела вид идеального газона, даже травка, и та была подстрижена, ни одной кочки или рытвины. Вот чует моя задница, и там ловушек больше, чем травинок.

Дорога сразу за воротами сузилась и стала заметно хуже. Обычный проселок, хоть и порядком наезженный. И такого порядка, как на гномьей территории, в очереди на въезд уже не было. Там постоянно ругались, кому-то били морду на обочине, над повозками стоял непрекращающийся гул голосов, какие-то всадники постоянно вылезали на встречную полосу, пытаясь проскочить вперед. Единственное, чего опасались караванщики, так это сходить с обочины дороги: точно, у гномов все предполье ловушками изрыто.

Сразу за полосой отчуждения начинался небольшой поселок, плотно сосредоточившийся вдоль дороги. Тут уже особой чистоты не наблюдалось, сама дорога в черте поселка была порядком изгажена животными, да и запашок присутствовал. В самом поселке жизнь бурлила. Дома, непосредственно примыкавшие к дороге, похоже, занимали всевозможные кабаки и гостиницы, несмотря на полуденное время забитые битком. Народ гулял, кое-где уже вышвыривали на улицу буянов и просто перепивших товарищей. Если честно, поселок мне совершенно не понравился, и меня даже обрадовало, что мы не будем тут останавливаться. Тифлинги, и в особенности тифлингессы, похоже, разделяли мое мнение и поглядывали вокруг с нескрываемыми брезгливостью и презрением. И хотя некоторые из местных гуляк откровенно задирали проезжающие мимо них караваны, но рогатых, а заодно и их спутников, трогать явно побаивались.

— Как тебе гномьи укрепления? — полюбопытствовал Гаррион.

— Архитектура внушительная, — несколько равнодушно ответил я. — Труда, конечно, вбухано огромное количество, ну и выглядит очень даже солидно.

— Наверняка ведь думал, как штурмовать будешь, случись чего? — попытался подколоть меня мастер, но вот тут его поджидал облом.

— Не-а, я чего, больной — на эту стену лезть, — все так же равнодушно покачал головой. — Да и зачем?

— Как это — зачем? — поразился тифлинг. — Это же крепость. Погоди, вас что, крепости штурмовать не учат?

— Такие не учат. Да и зачем их штурмовать?

— Ну как, а если пройти надо? Гномы же не дадут…

— Гаррион, я же пытался объяснить, что у нас совершенно другая война. — Я несколько кривовато улыбнулся. — Вот скажи, в этой крепости хоть что-нибудь ценное есть? Чтобы ее захватывать…

— Сама крепость и есть ценность. Ты же только что признал, что гномы в нее вложили уйму труда.

— Согласен, как архитектурный памятник — внушает уважение. Но в военном смысле это просто преграда, мешающая пройти к перевалу. Так что захватывать ее незачем, ее уничтожать надо. Вот тоннели на перевалах — это ценность, их уничтожать ни в коем случае нельзя.

— Хм, ну если с этой точки зрения рассматривать, то да, — тифлинг согласно кивнул и задумался. — Но все равно, это укрепление, причем хитрое, развернутое в обе стороны. Ты обратил внимание на то, что эти стены можно защищать с обеих сторон?

— Да, заметил. Просто мы в понятие «укрепление» вкладываем немного разный смысл. Для меня это огромная мишень, по которой невозможно промахнуться и которая не может убежать. Да еще там сидит куча живой силы противника, которую неизбежно завалит при разрушении самой конструкции. Да такая штука — это просто подарок.

— А, ты имеешь в виду, что можно нанести удар магией издалека, не убивая бойцов при штурме? Согласен, вариант, вот только от магии эта стена защищена, причем очень хорошо. Ну и еще, есть такая особенность — мощность и запас сил артефактов каким-то образом связаны с его физическими размерами. Если упрощая, то чем больше хрень, тем больше в нее силы можно закачать. Ну и эти стены по большому счету — один гигантский защитный артефакт, армия магов понадобится, чтобы его развалить.

— Не знаю возможностей вашей магии, поэтому не могу судить. — Я все также равнодушно пожал плечами. — Но мы используем технику. Главное преимущество техники в том, что она не устает. Ее, конечно, должны обслуживать люди, ну… необязательно люди, разумные, — поправился я, — но их можно менять, когда устанут. Механизмы, конечно, тоже изнашиваются, но гораздо медленнее. Но что самое важное, бойцы, заметь, обученные бойцы, при этом не гибнут. Хотя нет, гибнут, конечно, но не в таких количествах, как при схватке с врагом лицом к лицу. Вот представь, такая же штука, как мой автомат, но пуля у нее не один ваш гран весит, а, скажем, тысяч двадцать этих самых гранов. И швырять она их может с такой же огромной скоростью из-за линии горизонта, ты эти механизмы даже не увидишь.

— Внушает уважение. — Тифлинг, похоже, пытался представить описываемое мной сооружение, но у него не очень получалось. — И что, эти ваши устройства могут попадать с такого расстояния? Или они наудачу бьют?

— По такой мишени, как эта стена, можно и наудачу стрелять, — грустно усмехнулся я. — Она ж здоровенная, не промахнешься. Но вообще-то могут попадать, и довольно точно, есть способы рассчитывать попадания. Кроме того, эти штуки, как правило, не по одной используются, а как минимум штук по пять. Обычно больше…

— Так, подожди. — Гаррион жестом остановил меня. — Но если у вас есть такие устройства, то и у противника могут оказаться точно такие же. И даже больше, он ведь их поставит на стену заранее, да еще и пристреляет, то есть ему целиться не придется.

— Есть такое, — согласился я. — Но вступает в силу другой фактор. Вот скажи, во что легче попасть, в эту стену, которая с места не двигается, или в пять механизмов размером с нашу повозку? Тем более что они на колесах, а есть и такие, к которым уже приделаны двигатели. То есть сделали наши устройства десяток выстрелов и переехали на другое место, оттуда еще десяток раз стрельнули — и снова позицию сменили. И ты учитывай, что их передвижений защитники не видят… И еще одно, этих устройств бесконечное количество не наклепаешь. У гномов-то эта стена явно не единственное место, которое надо защищать? Так ведь… А при нападении оружие для уничтожения стены можно собрать чуть ли не со всей страны, создав избыточное количество. Тут как и с обычными бойцами, вы же тоже наверняка концентрируете много воинов в месте атаки, а при защите посылаете к возможным точкам прорыва дополнительные силы.

— Ну да, невозможно держать одинаково сильную оборону во всех местах, — согласился тифлинг, — и атаковать выгоднее на небольшом участке, прорвать строй небольшим количеством специально обученных и экипированных именно для этого бойцов, и потом уже вводить в него много войск, нападая на строй противника с тыла.

— У нас принципы те же, только все в несколько больших масштабах.

— Тогда согласен, крепости при таком способе ведения боевых действий представляют из себя одну большую ловушку. Но как вы тогда защищаете территорию?

— Там все на самом деле просто. Воюют небольшие и очень подвижные группы войск, тщательно замаскированные и незаметные. Вот пока мы по дороге ехали, я ни одного гнома-защитника не увидел. Их уже с расстояния уничтожить не выйдет, либо бить издалека наудачу, либо влезать в ближний бой. А эта стена прямо-таки кричит, что непосредственно в ней или где-то совсем рядом сидят защитники, значит, сюда и надо стрелять.

— Да, очень интересно получается. — Гаррион глубоко задумался. — Мне надо как следует поразмыслить, интересная концепция. Это получается партизанская война, эльфы так от т'сареш защищаются. Их укрепления просто пройти мешают, а сами они предпочитают в ближний бой не вступать, а стрелять из луков из засады. Но вот только такая стратегия позволяет эффективно защищаться, но выиграть войну вряд ли получится…

— Для нападения другая стратегия есть, — усмехнулся я. — Мы же сейчас немного про другое говорили. Просто при нашем способе ведения войны крепости как таковые ценности не представляют. Зачастую их даже разрушать необязательно, достаточно просто блокировать. Уничтожать же нужно живую силу противника, так как этот ресурс быстро восстановить не удастся. Ну и еще от целей войны зависит — чего именно ты пытаешься добиться, начиная воевать. Вроде как т'сареш воевали с эльфами с целью уничтожить их как расу?

— Не совсем, — поморщился Гаррион. — Это эльфы себе изначально целью поставили уничтожить всех т'сареш. Вампиры просто свои владения защищали. А потом, когда ушастые умудрились взять штурмом одну из их резиденций, сделали именно то, о чем ты и говоришь. Уничтожили живую силу противника. Ну и раскол пошел, из-за которого эльфы, собственно, войну и проиграли… Знающие разумные считают, что резню у эльфов спровоцировали именно т'сареш. Правда, доказательств прямых нет, только умозаключения, но больно уж по-идиотски тогда себя ушастики повели.

— А поподробнее? — Меня всерьез заинтересовала эта история.

— Подробно — долго. Но если в двух словах, то три самых влиятельных на тот момент эльфийских рода сцепились на военном совете, всерьез сцепились, сначала пошли дуэли, потом обвинения в нечестной игре, потом уже всеобщая резня прямо в эльфийской столице. И все это произошло ровно через сутки после того, как сразу три армии кровососов вторглись на территорию эльфов. Понимаешь, что самое забавное, они вторглись до ссоры, а не после, как будто были абсолютно уверены, что самые боеспособные эльфийские роды не объединятся… Понятно, что ту кампанию вампиры выиграли почти без потерь. Захватили ключевые точки, полностью нарушив все схемы снабжения противника. Ну а дальше уже была не война, а избиение. Ну и агония, растянувшаяся почти на четыреста смен.

— А три оставшихся анклава? — спросил я.

— Так там ничего ценного для вампиров нет. Земли они занимают немного, из полезных ископаемых — только серебро. Сам понимаешь, этот металл т'сареш как-то без надобности. Там еще одна особенность есть, серебро в больших количествах сбивает их ментальную, да и любую другую магию. И вообще, на больших залежах кровососы себя нехорошо чувствуют. А так… Их охрана отнимает не слишком много сил, в придачу т'сареш получили замечательный полигон для обучения молодых воинов. С той земли, которая у них осталась, эльфы еле кормятся, несмотря на все свое искусство в магии роста. Их сейчас только внешняя торговля спасает, и то т'сареш с посредников людей берут себе грабительский процент. Ну и имеют превосходный рычаг давления: если ушастики начинают наглеть, вампиры просто перекрывают границы анклавов на десяток смен. Если бы эльфы не были настолько долгоживущими, уже вымерли бы все.

— Понятно. Слушай, у вас во всех городах такая помойка? — спросил я, объезжая очередную здоровенную кучу навоза, валявшуюся прямо посередине дороги. Не то чтобы меня сильно волновала чистота копыт лошади, но мне же все это нюхать.

— Нет, что ты, в самих городах так же чисто, как и в Перевальном, — несколько успокоил меня Гаррион. — Если начнешь мусорить где попало, тут же солидный штраф отхватишь. А можно и на принудительные работы угодить, как раз за такими же скотами мусор и дерьмо убирать. А в простых деревнях — еще чище. Кто же согласится жить на помойке?

— А чего здесь так? — поинтересовался я, провожая взглядом орка, чуть было не блеванувшего на проезжающую мимо Алаири. Но тифлингесса продемонстрировала завидную реакцию и метким пинком развернула очень нетрезвого громилу в другую сторону. Орк, проблевавшись, собрался было ринуться в драку, но разглядев, с кем имеет дело, быстренько передумал.

— Понимаешь, этот город никому не принадлежит, — пожал плечами Гаррион. — Номинально эта земля — владения гномов, тут еще предгорья, но интересы коротышек дальше стены не распространяются. Они не дают строиться перед самой стеной, а что дальше творится — им плевать. Так что здесь нет ни власти, ни законов. Каждый сам за себя, живут на свой страх и риск. Ну и результат перед тобой. Днем, конечно, проезжающих мимо не трогают, но вот ночью может случиться все, что угодно. Кого попало местные жители, конечно, не грабят, жить им все-таки хочется, но местечко специфическое.

— Странно, — подумал я вслух. — Почему купцы терпят эту помойку? Можно же нормальный городок построить, деньги зарабатывать…

— А смысл, — коротко хохотнул тифлинг. — Сразу за стеной — первая гномья гостиница со всеми удобствами и гарантией безопасности. И у гномов дешевле получается, у них же прямые поставки продуктов и прочего необходимого, сам видел, сколько всего в горах выращивают. Ну а иногда местная шваль и самим купцам может пригодиться. Сам понимаешь, они берутся за любую работу и не задают лишних вопросов. — Заметив мою кривую и понимающую усмешку, тифлинг немного погодя добавил: — Добро пожаловать в Десять городов, майор.

ГЛАВА 7

Архимаг Игнатиус Преус Сольвит, человек, Дея,

59 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Архимаг, развалившись в сделанном эльфами по спецзаказу кресле, внимательно изучал свежие сводки своей личной разведслужбы. Иногда он отрывался от толстой пачки листов и сравнивал какие-то данные с записями в своей тетради, куда он заносил для памяти некоторые важные моменты. Начальник этой самой разведслужбы, магистр Огня второго ранга Андр Паупер, каждый раз, когда шеф заглядывал в свою тетрадь, очень нервно дергался в кресле для посетителей. Последние десять дней архимаг постоянно был не в духе. Нет, шеф и раньше добротой и миролюбием не отличался, но последнее время… Перед глазами Паупера все еще стояло пятно жирной копоти на стене приемной. По словам секретаря, глава комитета разведки конклава только чудом не стал частью этого самого пятна. Сплетню подтверждала информация, гласящая, что комитет разведки остался без начальника, он неожиданно подал в отставку, разорвал контракт, выплатил неустойку и вроде как собрался заниматься какими-то теоретическими исследованиями. За свой счет. Какие теоретические исследования мог проводить высококлассный боевой маг-практик — Андр пока не знал.

— Знаешь, Паупер, я всегда ценил тебя за твои преданность и здравомыслие, — несколько меланхолично начал Игнатиус. — Я даже прощал тебе некоторую тупость, ты вполне компенсировал ее расторопностью и грамотным подбором исполнителей… Но вот теперь мне начинает казаться, что твои преданность и расторопность будут уместнее на месте начальника комитета разведки…

— Уважаемый, я польщен, но… — затрепетал Андр. Вроде как эта должность означала повышение, и значительное. И оклад там был в разы больше, чем на службе у архимага. Но это только на первый взгляд. Работа в личной разведслужбе такой персоны давала возможность самым краешком, буквально кончиком пальца, но все же прикоснуться к такой власти… Нет, свое место работы Андр терять не хотел, менять тем более.

— Уважаемый Игнатиус, я не понимаю, почему я лишился вашего доверия, — попробовал еще раз переиграть ситуацию Паупер, — но, может быть, я просто не очень точно смог понять ваши указания…

— Если бы ты лишился моего доверия, то вряд ли успел бы написать даже прошение об отставке, — усмехнулся архимаг. — Если только завещание… и то заранее. Может, в самом деле примешь дела этого придурка, которого я чуть было не сжег, как там его… Вот демон, этот проклятый Хаосом конклав меняет начальников разведки с такой скоростью, что я не успеваю запоминать их имена.

У Андра хватило сил только покачать головой. Вот демоны и Бездна, где же он умудрился напортачить. Вроде все шло как всегда, все распоряжения шефа выполнялись быстро и аккуратно. Он даже последнюю смену свою руку в неподотчетные суммы запускать прекратил, денег хватало, кроме того, материальные блага его уже не особо и интересовали, политика и тайные игры были гораздо интереснее. А их оплачивал сам архимаг, предоставляя своему конфиденту самостоятельно подбирать инструменты и способы решения всевозможных задач, которые он формулировал. Глава комитета разведки не имел и сотой доли таких возможностей и свободы, которые предоставляла служба у архимага. Во всяком случае, до сих пор именно Паупер сливал им нужную ему информацию, тем самым направляя комитет в определенном направлении, а никак не наоборот.

— Чего башкой мотаешь? Не хочешь под конклав уходить? — голос Игнатиуса прямо-таки источал яд. — Ладно, дам тебе возможность оправдаться… Наверное, последнюю…

— Господин Сольвит, но я… — Паупер замялся, торопливо перебирая в мыслях все текущие и недавно завершенные операции. Ну не было у него в последнее время провалов, все срабатывало, как и планировалось. Неудачи — да, неудачи были, но к катастрофе ни одна из них привести не могла, даже более того, возможность этих неудач допускал и сам шеф. — Господин, я не понимаю, почему я должен оправдываться… Нет, извините, не почему, в чем?

— Правильно мыслишь, Паупер, правильно вопрос формулируешь. Именно «в чем», — по-прежнему недовольно пробурчал архимаг. — Никуда твое здравомыслие не делось, жаль, что и тупость тоже осталась. Ладно, подскажу. Почему ты отфутболил доклад Рустикума? Он же сущей ерунды просил для проверки…

— Но, уважаемый Сольвит, там же одни умозаключения, ни одного доказательства, чистая теория. — Андр искренне не понимал, почему недоволен шеф. — Вы же сами всегда говорите, что в разведке можно верить только фактам, даже словам доверять нельзя.

— Верить нельзя, а учитывать жизненно необходимо, — пробурчал архимаг, но вроде начал понемногу успокаиваться. — Ладно, прощаю, но в последний раз. Умный, кстати, мальчик попался, сначала свой доклад ко мне в секретариат послал и только потом в конклав. Причем хватило терпения дождаться отказа… Твое счастье, что комитетом в этот раз заведовал полный идиот, да еще и наглый к тому же, приперся ко мне жаловаться на мой же секретариат. Если бы он оказался умнее и в конклаве узнали бы о проекте «Пугало»… Вот тогда бы тебя уже ничто не спасло.

Паупер затрепетал. Его даже не название проекта испугало, больше верности архимаг ценил только абсолютную секретность. А тут такая утечка… Слава всем богам, демиургам, Хаосу, Порядку и Бездне… Но как же до него сразу-то не дошло. Нет, этот мальчишка, конечно, в игры разведки посвящен не был, но вот его доклад об изменениях в потоках сил, а главное выводы, пусть даже умозрительные, сделанные в этом докладе, вполне могли натолкнуть на нежелательные мысли. Да что там могли, обязательно натолкнули бы…

— Значит, так. — Архимаг окончательно сменил тон на деловой: — Рустикума берешь к себе в аналитики. Запугаешь сам, мне немного не до того. Я ему на закрытой сессии конклава дам следующий ранг, какой там сейчас у него, шестой? Будет пятый, можешь это использовать при вербовке. Отправишь это юное дарование в помощь Фабруму, у него сейчас две лаборатории как раз тем же вопросом занимаются…

— Э-э-э, архимаг, он что, угадал? — Паупер позволил себе перебить Игнатиуса.

— Не угадал, это ты у нас гадать любишь. Он на основе неполных данных умудрился спрогнозировать такую теорию, которую математики Фабрума и он сам полностью подтвердили и непосредственно сейчас продолжают подтверждать. Если бы ты дал себе труд взглянуть на данную проблему в целом, то ты бы и сам это заметил. Но попрошу больше меня не перебивать. Принимаем за рабочую версию то, что Древний явился из другого мира, как и те, которые за ним гнались. Предположительно это люди, шесть голов, чистокровные… Кровососы ищут шесть человек, идущих в сопровождении тифлингов из клана Теорн. Ты хочешь что-то сказать?

— Да, уважаемый архимаг. — Андр аж подпрыгивал в кресле от нетерпения, ему очень хотелось оправдаться и доказать свою полезность. — Сегодня в первой половине дня одиннадцать тифлингов клана Теорн вышли с северной стороны Больших ворот. Они сопровождают повозку, груженную трупами, еще одного человека и пятерых полуорков. Так доложили мои наблюдатели в «Дорожной помойке». За караваном отправлены агенты, также обнаружена слежка, но кто еще за ними следит, мне пока не доложили. Идут по направлению к речной дороге, в поселки на их пути высланы дополнительная агентура и соответствующие распоряжения.

— Гм-гм, да, похоже, это они. — Игнатиус задумался. — По описанию подходят. Пока наблюдаем дальше, постарайтесь выйти на контакт, только крайне осторожно. Но наблюдение не снимай, на всякий случай. Есть предположения, куда они направляются? И кто там из тифлингов?

— Едут они, скорее всего, к себе в клан, в повозку заглянуть пока не удалось, но… как раз — отвечая на второй ваш вопрос. Из тифлингов там десяток ближников старейшины клана, командует ими Гаррион Теорн аэп'Илуккат, мастер оружия клана. Я отдал приказ проверить по регистрационным книгам гномов, когда они выехали из Десяти городов. Одиннадцатого тифлинга опознать пока не удалось, известно только, что это девушка. Возраст тоже определить не смогли, ты же знаешь, что с тифлингами это очень сложно…

— Вот можешь же, когда хочешь. — Настроение Игнатиуса, похоже, окончательно пришло в норму. — Пока все правильно. Действительно, кажется, это наши клиенты. Но все равно, наблюдение пока не снимай, надо проверить, хотя по времени все сходится. Из Перевального новости есть?

— Вот тут пока порадовать нечем. Там сейчас все стоят на ушах. Факт нападения на гостиницу подтвержден, среди нападавших были т'сареш, об этом сообщают несколько источников, но больше пока ничего выяснить не удалось. Я осмелился отправить запросы практикующим магам, их там живет трое. Но с ними прямой связи нет, приходится ждать ответа. Запросы посланы от имени конклава, но с твоей печатью председателя, я думаю, что маги ответят при первой же возможности.

— Хорошо, будем ждать. Хотя… Попробуй напрямую обратиться к Шебу, только не от моего имени, а так… В конце концов, это же его гостиницу разгромили. Далее, что там с инцидентом на горном тракте?

— Тут сложнее. — Андр полез в свою тетрадь для записей. — Получить отчеты патрулей пока не удалось, я работаю над этим, но так быстро… Думаю, они еще даже до канцелярии управителя не дошли. Но зато удалось побеседовать с бойцами из дозоров и с одним из десятки, проводившей первичный осмотр. Правда, все оказались пьяны до изумления, особенно боец из десятки. Он вообще ушел в запой, его даже из расписания патрулей исключили и оштрафовали прилично, но он в кабаке орал, что ему плевать на деньги и его от того зрелища до сих пор тошнит. Для гнома, сам понимаешь, уважаемый, крайне нехарактерное поведение.

— Согласен, что они тебе рассказали? — Архимаг заинтересовался по-настоящему.

— Начну с дозоров. Но только своими словами, а то в дословном изложении там в основном ругательства. Значит, дозорные утверждают, что тифлинги следовали рядом с повозкой, на рысях. Когда заметили погоню, подхлестнули лошадей, но из-за повозки намного быстрее двигаться не смогли. Тогда они разделились, основной отряд пошел дальше по дороге, двое ускакали в холмы и залегли там, еще двое примерно с малую смену оставались на месте, что-то делали, что именно — гномы не разглядели, а потом эта парочка присоединилась к первой двойке. Потом воины просто лежали и ждали. Когда погоня подошла к этому месту, тифлинги, или кто там еще сидел в засаде, по словам гномов, ничего не делали, все так же лежали на вершине холма, гномы не заметили ни луков, ни арбалетов, ни тем более катапульт, но на дороге здорово грохнуло, как будто произошел горный обвал. Все заволокло пылью, но дозорные смогли разглядеть, что отряд как будто сбило воздушным кулаком, всех в одну сторону. На ногах не осталось ни одного верхового животного. Мгновений через пять — десять грохнуло еще раз, после чего всякое шевеление на дороге прекратилось. Сидевшая в засаде четверка на четвереньках сползла с холма к лошадям, которых они оставили в ложбине, села верхом и поскакала догонять основной отряд напрямик через холмы. Гномы говорят, что двое в седлах сидели уверенно, а вот двое других, по их выражению — «как пьяный орк на заборе», то бишь верхом ездить не умели совершенно. Через несколько мгновений из завала выползла фигура разумного и очень резво ускакала в холмы вниз по дороге. Дозорные предположили, что это был т'сареш, так и доложили начальству, вроде как его собирались ловить.

— Очень любопытно, очень, — пробормотал архимаг и задал следующий вопрос: — Какая магия применялась?

— Вот в том-то и дело, что никакой, — «обрадовал» шефа Паупер. — У гномов был стандартный амулет-определитель, из тех, которые они оптом закупают у нас. Он ничего не показал. Но с твоего разрешения я продолжу, рассказ патрульного еще интереснее.

— Вот даже как. Давай, продолжай. Только с чего дозорные взяли, что это был отряд именно тифлингов?

— Говорят, что рога и хвосты хорошо разглядели. Не у всех, конечно, но у многих. Но я продолжу. Значит, по словам патрульного, выходит так. Их десяток дежурил не у самих ворот, а на дополнительной точке, ниже. К середине первой стражи пришел приказ выдвигаться, мол, с дозоров доложили, что от Перевального скачет отряд, в котором есть т'сареш, но уведомлений о проезде кровососов не было. Ну и на всякий случай им велели выдвинуться на дорогу и объяснить гостям, что те неправы. Шли патрульные под землей. Где-то ближе к полудню они добрались до выхода на поверхность и по инструкции запросили командование — что там слышно сверху. Им сказали, что т'сареш вломили и без них, и сейчас четверо разумных, которые устроили разборку, едут дальше к воротам. Но все равно, десятку следует идти дополнительным патрулем, взять объяснение у разумных и проверить трупы на дороге. Заодно и прибрать там. Гномы вышли на поверхность и вскоре действительно встретили всадников. Два тифлинга и два человека-полуорка. Один из всадников представился Гаррионом Теорн аэп'Илуккатом. Дальше патрульный не слышал, командир приказал им отправляться дальше, а с разумными общался уже сам…

— Э… мм, извини, перебью. — Игнатиус начал задумчиво поглаживать гладко выбритый подбородок. — Гарриона точно опознали на выезде с перевала?

— Мой агент клянется, но… Я отправил на речную дорогу одного мага, магистра иллюзии шестого ранга. Он лично с мастером оружия не знаком, но у него приказ снять слепок образа и послать мне.

— А, хорошо, извини, что перебил, продолжай.

— Особенно продолжать нечего. Гномы прибыли на место, посмотрели — большая часть отряда оказалась разорвана неизвестной силой буквально на куски. Абсолютно у всех верховых животных, и у нааров и у лошадей, неизвестным оружием были пробиты или расколоты головы. По словам гнома, с одной стороны у большинства голов была небольшая дырочка размером с ноготь, а с другой стороны отсутствовала половина черепа. Некоторые тела разумных и т'сареш имели странные повреждения и такие же небольшие дырки в теле. Гномы из интереса вскрыли тела и нашли внутри либо осколки металла (какая-то странная сталь), либо явно рукотворные металлические же шарики, но тоже деформированные, как от сильного удара. Тела сожгли, все. Вроде как командир поотбирал у подчиненных все эти куски странного металла, но я на всякий случай приказал проверить, вдруг кто-нибудь приберег на память странную штучку. Чтобы спереть ее при возможности или там купить. Пока ничего. Вот, собственно, и все, десяток на месте побоища дождался усиленного патруля, после чего вернулся на место дежурства, где его сменили досрочно. Да, чуть не забыл. По факту применения магии на месте побоища данных нет, амулет у командира был, но патрульный не в курсе, что тот показывал. Вот теперь все.

— Замечательно, замечательно… Выводы есть?

— Кроме того, что мы получили еще одно доказательство в пользу версии об иномирянах, использующих оружие на неизвестных нам принципах, — нет. Ну если только сделать вывод, что они могут убить т'сареш без помощи магии и серебра. Ведь применение серебра против т'сареш наши амулеты регистрируют, я правильно помню?

— Я тебя еще на третьем курсе пытался убедить, что в теории есть толк, — буркнул Игнатиус. — Конечно, регистрируют, там, помимо чисто физического токсического воздействия, еще и магическая компонента присутствует. Разрушает ментальную составляющую и связь с высшими… Теорию надо знать, хотя бы основы.

Андр виновато улыбнулся, точнее, попытался это сделать. С теорией у него всегда были проблемы. Являясь мощнейшим магом-практиком и имея возможность управлять чудовищными силами, он с трудом представлял себе, как все это работает. И составить новое заклинание был неспособен, просто не воспринимал многие абстрактные понятия. Впрочем, ему и готовых хватало, в крайнем случае, он скатывался на применение голой силы, а там его таланту могли противостоять уже немногие. Вот только теоретическую часть экзаменов ему приходилось сдавать либо методом тупой зубрежки, либо при помощи шпаргалок. И на службе архимаг держал его не за магические возможности, а за аккуратность и исполнительность, а также за крайне умеренно и осторожно проявляемую инициативу, по крайней мере, сам Паупер считал именно так. Впрочем, он почти угадал, только забыл добавить про тупость, архимагу не нужен был чересчур умный начальник разведки, который со временем мог начать играть против него самого. Перемен Игнатиус в силу своего возраста не любил. Так что предпочитал терпеть туповатого, но очень сильного и исполнительного подчиненного, надо было только следить за тем, чтобы к нему в заместители попадали достаточно умные маги. Весьма примитивная схема, но пока работала.

— Ладно, мы сейчас не на экзамене. — Из-за того, что сбывались самые смелые и потаенные надежды архимага, его настроение здорово зашкаливало за отметку «отлично». — Насчет неизвестных принципов: сдохни, но достань хотя бы кусочек того металла, который гномы вынули из тел. Далее, убери всю конкретику, предоставь описание нашим алхимикам. И еще, добавь им такую вводную… Какая химическая реакция может разогнать твердотельный снаряд до скорости звука… Да, наверное, так, подчеркни, что применение магии в данном случае недопустимо, пускай думают.

— Вы считаете, алхимия? — удивился Андр. — А если, скажем, гравитация? Или сила, которая вращает Дею вокруг Тарры… Ведь были исследования, эти силы вполне можно использовать…

— Паупер, они пришли из другого мира. В то, что он настолько похож на Дею, — я не верю. Их оружие работает. Взаимодействие веществ во всех мирах происходит примерно одинаково. Это разумные, они едят и пьют нашу пищу, значит, они из похожего мира, алхимия там просто обязана работать так же, как и у нас… Но это мои домыслы, которые надо проверить.

— Понял, выполню… — Андр торопливо законспектировал несколько сумбурную речь своего шефа. — Но с вашего позволения я озадачу проблемой и других теоретиков.

— Хорошо, займись. Теперь давай думать, как выйти на этих людей. — Архимаг начал крутить в пальцах самописку, мечтательно поглядывая в потолок. — Вот ты подходишь к ним, и что ты можешь предложить?

— Э… мм, уважаемый, а не рановато ли? — засомневался Андр. — Мы даже не уверены, что это именно они.

— Вот когда рановато, и надо придумывать варианты, — сурово глянул Игнатиус. — А уже потом отсеивать все лишнее. По мере поступления новой информации. Итак, у тебя задача завербовать разумных существ, но ты не знаешь, что именно они ценят. Твои предложения?

— Э-э-э, золото, ну или серебро, даже, наверное, серебро, раз они гоняются за т'сареш, им этот металл жизненно необходим, — предположил Андр.

— Неплохо, неплохо, — согласно кивнул архимаг. — Но есть возражения… Первое — они могут убивать т'сареш и без серебра, второе — у нас просто нет серебра. Вернее, сколько-то есть, но им не заинтересовать целый мир. Бездна, я же тебя лично водил на Уина и еще в пару миров-перекрестков, неужели ты не представляешь, что такое другие миры? Тем более — это мир, способный прогнать Древнего… Думай дальше.

— Ну-у-у, у Десяти городов военной силы нет, может, их заинтересует наша магия, в ней мы весьма и весьма преуспели…

— Уже лучше. Причем намного. А что из нашей магии их может заинтересовать?

— Э-э-э, не знаю, архимаг, мало данных. — Андр низко склонил голову. — У меня пока только описание действия их оружия, и то от сторонних участников событий мы не можем понять, что именно там действует… А о том, как они живут… Нет, понятно, что если они нашли общий язык с тифлингами, то и мы можем с ними договориться, но тифлинги, тем более клан суккубы… Извини, через женщин воздействовать на них уже не получится, даже если я подключу самых искушенных куртизанок, и они не сравнятся с тифлингессами.

— Так, ход твоих мыслей мне ясен, деньги и секс отпадают, согласен, — кивнул Игнатиус. — Что осталось?

— Власть и шантаж, уважаемый. Про власть… ничего не могу сказать. Мы пока ничего не знаем о пришельцах. Шантаж… Это вариант, тифлингессы весьма любвеобильны, и неопытные чужаки вполне могут в них влюбиться, а вот это уже можно использовать. Но… Там тифлинги из клана Теорн, ближники старейшины… Не думаю, что у нас получится захватить кого-то из них. Гораздо более рационально — попробовать договориться с их старейшиной. Чего хочет Лиимат, мы можем представить хотя бы в общих чертах. Да он, ко всему прочему, всегда был лоялен к конклаву. Да, думаю, на данном этапе проще всего договариваться через старейшину. Особенно если учесть, что вы так и не соизволили мне поведать, какие бонусы вы от них хотите получить.

— Очень недурно, очень, ты почти реабилитировался после прокола с Рустикумом, — архимаг довольно улыбнулся, — продолжай работать в этих направлениях. Усиль контроль за агентурой т'сареш. Тенебра допустил несколько глупейших ошибок и теперь начнет лезть на стену, чтобы оправдаться перед своим начальством. Это, кстати, можно использовать и в других наших проектах. Но помни, все ресурсы пусти на проект «Пугало», остальное… ну не побоку… но все же лучшие силы направь именно на это.

— Уважаемый Сольвит, — Андр несмело приподнял голову, — позвольте предложить еще один вариант. А почему нам просто не взять их силой? Конечно, одиннадцать тифлингов клана Теорн — это серьезно, но три десятка боевых магов… Мы спеленаем этих людей, в наших пыточных можно будет говорить с ними совершенно по-другому. А с Лииматом как-нибудь найдем общий язык, к тому же ему придется доказать, что именно мы виновны в исчезновении его воинов.

— Ох, как ты предсказуем, — вздохнул архимаг. — Мне эти иномиряне интересны в качестве добровольных помощников в первую очередь. Подумай сам, они гнали Древнего, вшестером, а что стоит за ними? Даже если население их мира составляет хотя бы половину от Деи. Ага, вижу, об этом ты не задумывался. Ну и еще одно возражение. Они гнали т'сареш, в нашем мире на них нападали т'сареш… Какие они могли сделать выводы? Правильно, их враги — т'сареш… Если на них нападем еще и мы, что они подумают? Правильно… А если мы притворимся их друзьями, могут открыться очень интересные варианты… Конечно, Лиимат тот еще жук, да и вообще, я бы предпочел, чтобы эти пришельцы поменьше общались с Хаосом, но… Так уж получилось, и мы с тобой ничего уже не можем исправить. Но больше всего меня интересует, почему они не вернулись домой, а поперлись через горы сюда, в Десять городов… Тут есть два варианта, хороший и плохой… И именно тебе, мой друг, предстоит выяснить, какой именно работает…

ГЛАВА 8

Гаррион Теорн аэп'Илуккат, тифлинг, Дея,

59–65 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Нет, эти люди точно заставят меня отправиться на свидание к Хаосу.

Ну почему они не могут вести себя как люди, мне постоянно приходится напоминать себе, что это не тифлинги из другого клана, потомки кого-то из молодых демонов, ну уж очень они себя неправильно ведут. Нет, понятно, что главная недотрога нашего клана повелась на по-настоящему новых мужиков. Тем более что я сам нарезал Алаири задачу — попробовать сойтись с кем-то из людей и выяснить, что именно ими движет. Но такого от Алы я не ожидал. Вместо взвешенного и емкого доклада я имел вопль: «Забей, Гарти, они классные ребята, клану точно ничего не грозит». Нет, хорошо, что Ала наконец-то ожила, а то я последние две смены каждый рассвет ожидал, что она бросится на свой меч. Но чтобы так…

Ну, с Шелли-то ясно, мне с первого дня было понятно, что она влюбилась в этого майора. В прошлый раз ее влюбленность лечили на пару Энно и Лиимат, но нервы при этом потрепали всему клану. А теперь все оказалось гораздо серьезнее, когда она в гномьей гостинице развлекалась, у меня шерсть по всему телу дыбом стояла и хотелось оттрахать свою кровать. Я-то на часовых отыгрался, устроил им внеплановую проверку, а остальные ребята грызли подушки и тихо завидовали. А вот люди ничего не почувствовали, хотя с их ментальными блоками это неудивительно. Но что самое странное, ничего против ее влюбленности я не имел, этот майор — нормальный мужик, спокойный, умный, все, что положено. И ему Шелли тоже явно нравилась, вот только он четко дал понять, что его основная цель — вернуться домой. И это не обсуждается…

Эх, моим бы ученикам такую целеустремленность. Вот только мои соплеменники понимают, что в жизни нужна цель, этак смен через двести. А этим ребятам от двадцати до тридцати наших смен, но они ведут себя более ответственно, чем некоторые мои сверстники. А я-то четвертую сотню уже разменял… И живу только потому, что Лиимат мне должность учителя дал. Ну не могу смотреть спокойно, как ничего не умеющий молодняк уходит во внешний мир, пытаюсь им хоть что-то из своего опыта передать.

Да и насчет опыта… Эти иномиряне мне уже с десяток интересных идей для размышления подкинули. И ведь все так просто, буквально на поверхности лежит, но вот еще никто не додумался. Демон, да на их идеях обогатиться можно… Интересный у них мир, хотя, если по их рассказам судить, жить в нем лично мне не хотелось бы. А посмотреть не отказался бы… Но вот что-то мне говорит, что с клятвой долга… Ой, попаду я в их мир, отдавая слово Шелли, ой, попаду…

С клятвой вообще вышло не поймешь что… Когда Шелли мне рассказала про обстоятельства, осуждать девочку у меня язык не повернулся. Все правильно она сделала, ну нельзя было по-другому. А где-то в уголке сознания крутилась подленькая мысль, что девочка грамотно заручилась поддержкой этих непонятных людей, даже если бы не Хаос, а отражения отозвались — такой ритуал очень много значит. Вплоть до того, что за тифлинга, давшего клятву, сам Хаос рассчитываться станет. Что с тифлингом после этого сделается — отдельный разговор. Но после того как я пообщался с людьми… Они-то про наши обычаи толком ничего и не знали. Шейелена, как всегда, все объяснила отрывисто и невнятно, хорошо хоть основные понятия втолковать сумела. Но все равно, этот майор с очень многозначным прозвищем помощь принимал крайне неохотно. Еще и эта кличка, причем сам он явно понимал ее смысл и наше к нему отношение, раз все старались называть его по воинскому званию, хотя люди и срывались периодически на привычное прозвище… Но, Бездна меня забери, он действительно ему соответствовал. Настолько, что я в какой-то момент всерьез заподозрил, что это один из драконов, играющий в свою, непонятную простым разумным, игру. Даже ритуал специальный собрался провести. И только потом до меня дошло, что дракон с печатью клятвы долга Хаоса — явление невозможное. Ну или возможное, но не в нашем мире, разлетелась бы наша несчастная планетка от такого и окончательно канула в Бездну.

Вот отношение майора к долгу меня по-настоящему пугало. Он от возвращения нами долга постоянно отказывался. Нет, я его понимаю, я тоже предпочитаю добиваться всего своими силами, майор такой же, но… Вот это «но», проклятый Хаос… Нет, не буду заморачиваться… На это у нас Лиимат есть, он старейшина, у него голова большая и рога длинные, пускай у него они и болят. Я людей до клана доведу, ему на руки сдам, и пускай дальше сам разбирается. Главное по дороге поподробнее майора расспросить. Вот Бездна, та его мысль насчет крепостей… Я как-то и не задумывался раньше: есть крепость, ее надо обязательно взять, а то, что сама по себе она ничего не стоит… Даже если дороги блокирует… Ну поставил у нее две сотни воинов, причем легких рейдеров, и нехай гарнизон за ними гоняется. Нет, эти ребята полезнейшие идеи подкидывают, тут Тирли что-то про воздушную поддержку говорил, есть у меня пара приятелей из магов воздуха, надо будет их озадачить…

Ну а пока суд да дело, я решил остановиться в лесу. Все те доводы, которые я в «Помойке» майору приводил, в принципе были справедливы. Другой вопрос, что на дороге находилась куча гостиниц, в которых наш клан имел долю. Их распорядителей я лично и назначал, так что там опасаться было бы нечего. Достаточно слово сказать, и к нам бы до утра никто не подошел… Но слушать, как развлекаются девочки… Нет, я очень рад за Алаири, хотя и не могу понять, чем этот человек с непонятным прозвищем Стингер ее очаровал, но тем не менее… А уж то, что Лания кого-то начала соблазнять, вообще настоящее чудо. Ее у нас Ледяной королевой прозвали, вот только на второй день пути по перевалу распространился среди бойцов слух, что если кто-то Ледяную королеву помянет, получит вызов и может заранее копать себе могилу. А после еще и Ала пообещала виновнику перед поединком поджилки подрезать. Вот проклятые бабы, сговорились…

В общем, я решил остановиться на ночь в лесу. Тем более что на дороге обнаружил: за нами следили аж две независимые группы наблюдателей. Ну… раз парни решились на слежку, надо доставить им удовольствие. Типа ночевка на свежем воздухе, не поспать ночью и все такое… Заодно и некоторые сексуально невоздержанные тифлингессы потерпят до клана и не будут давить своими эмоциями на мозги мужиков. Это Терагу хорошо, у него та же Теорних в предках, а у меня-то Илуккат, демон иллюзии, я же могу тут всем такое представление устроить… Так, стоп, я мастер оружия, я контролирую свои эмоции. Ну хорошо, я пытаюсь их контролировать.

Когда на ночь разбили лагерь, я взялся объяснять майору правила наших дозоров, заодно пытал его насчет ночного зрения. И тут он мне очередной прибор из их мира показал. Уй, классная штука. Правда, выяснилось, что у нас зрение по-разному работает, цвета мы немного по-другому различаем, но все равно, его устройство без проблем засекало любое движение. Причем я с его помощью видел даже больше, чем люди, для которых прибор был изначально придуман. Вот только майор меня огорчил, его приспособлению нужна была энергия, которую люди получали от солнца. А тут, как на грех, небо затянуло тучами, мерзкая такая погода. Морось, которая на дюжину дней затянуться может. Да и вообще похолодало.

Мои ребята ворчали, отыскать сухое место оказалось непростой задачей, костер тоже разгорался неохотно, даже еду приготовить нормально не удалось. Пожалуй, погорячился я со своей паранойей, если завтра не развиднеется, наверное, все-таки в гостинице остановимся. Стареть начал, уже тяжеловато под дождем-то ночевать. Только люди ничуть не смутились из-за предстоящей ночевки в некомфортных условиях. Выпросили у Ратха, который, как всегда, занимался всяким барахлом, необходимым в дороге, несколько кусков грубой ткани, споро соорудили несколько пологов, вместо матрасов накидали еловых и сосновых веток. Видно было, что им не впервой ночевать под открытым небом. Нам-то попроще, у нас и специальная ткань непромокаемая была, и одеяла толстые — на землю под себя класть. Но людей отсутствие этих полезных мелочей не смущало.

Майор, с моего согласия сам себя назначивший дежурить в первую стражу, в общей суете участия не принимал. Сидел около костра прямо на земле и рылся в каких-то своих бумагах, время от времени бросая внимательные и цепкие взгляды на окружающий нас лес. Я, несмотря на наблюдательные устройства людей, решил все-таки отправить своих в дальний дозор. Мы-то знаем, с чем, кроме разумных, можно столкнуться в ночном лесу, а иномирянам пришлось бы полночи рассказывать о местных обитателях и о том, как с ними справляться. Так что людям было поручено сидеть в лагере и присматривать за костром, ну и просто обстановку вокруг оценивать. А еще двое моих бойцов мгновенно растворились в тенях вечернего леса и внимательно наблюдали за подходами к лагерю. Я к тому же перед тем, как сам спать лягу, активирую охранный амулет, удобная штука, поднимает шум, если к нему приближается какое-либо достаточно большое существо. Дозорным я уже специальные метки, которые являются частью амулета, выдал, сменщикам они их сами отдадут, а люди обойдутся, все равно им от костра отходить не надо.

Тем не менее подошли люди к дозору весьма ответственно и серьезно. Свои кирасы, про которые Шелли рассказывала мне невозможные вещи, они и так не снимали, а тут майор, обычно ходивший с непокрытой головой, еще и шлем натянул. Шлемы у них тоже странные, цельнометаллические, но при этом легкие. Металл, по моему мнению, тонковат, нормальный удар не остановит, вот только люди почему-то уверены в обратном. А вот внутри очень грамотно сделано, подкладка тряпочная, да еще и весьма толстый слой какого-то мягкого и упругого материала. С таким шлемом и подшлемник не нужен. К тому же оказалось, что их приборы прямо к этим шлемам крепятся специальными ремешками. Сейчас майор сдвинул устройство на шлем и на фоне костра его силуэт выглядел несколько пугающе.

Ну и, как всегда, рядом со своим человеком крутилась Шелли. Я девчонку в дозор назначать не стал, наверное, и вообще не буду, можно и поблажку небольшую устроить, но она явно намеревалась составить человеку компанию и просидеть с ним до самой смены. И дождь ее явно не пугал, тифлингесса стоически терпела плохую погоду, плотно завернулась в плащ с капюшоном и прижалась к человеку.

У меня вроде как все основные дела командира отряда были переделаны, так что я тоже устроился рядом с парочкой, вот только на сырую землю садиться не стал, присел на корточки. Вдруг человек еще чего интересного расскажет?

— Чего-то хотел, Гаррион? — поднял на меня глаза майор.

— Вроде нет, — ответил я. — Просто мимо проходил. Чем занимаешься-то?

— Записи наши разбираю, пока светло. — Майор показал пачку бумаги, в стопке соседствовали привычные листы гномьего изготовления и бумага из мира людей, она отличалась идеально ровными краями и какой-то неестественной белизной. Все страницы были покрыты ровными рядами закорючек, письменность людей оказалась совершенно не похожа на нашу.

— Ты что, все, что видишь, записываешь? — поинтересовался я.

— Большую часть. — Майор слегка улыбнулся. — Удобно анализировать. И сразу видно, какие еще вопросы надо прояснить. Ты пойми, на нас свалилось огромное количество совершенно новой информации. Ну и еще, когда мы вернемся, наше начальство обязательно заинтересуется вашим миром. С этими записями будет гораздо проще рассказывать.

— Ты так уверен, что вы сможете вернуться? — уточнил я.

— Мы должны. — Улыбка исчезла. — Я же говорил тебе, что мы служим своему государству, так что просто обязаны вернуться. Понятно, что это произойдет не сегодня и не завтра, но мы будем пытаться…

— Ты так уверенно говоришь за всех своих людей?

— А как еще может быть? Мы давно друг друга знаем, давно вместе работаем. Мы привыкли, если возникают какие-либо сомнения, решать их сразу и вместе. Ты же в своих бойцах уверен?

— Это не совсем мои бойцы. — Я покачал головой. — Это мои соклановцы, можно сказать, моя семья, хоть между нами и нет кровного родства. Просто меня назначали старшим, может быть, потому, что я более компетентен и способен в данной ситуации принять правильно решение. Ребята, уезжая со мной из клана, с этим согласились.

— У нас примерно та же ситуация. — Майор внезапно сменил тему: — Ты мне лучше вот что расскажи… Как здесь, в Десяти городах, власть организована? А то по словам Шелли выходит, что тут чуть ли не анархия. Но вместе с тем ты говорил, что за мусор на улицах могут оштрафовать…

— Ну Инферна не так уж и неправа, там, где появляется она, тут же начинается анархия. На самом деле в ее отсутствие в Десяти городах все организовано весьма разумно.

— Гаррион, я все слышу. — Шелли, вроде как задремавшая у майора под мышкой, приоткрыла один глаз и начала недовольно помахивать хвостом.

— Слушай дальше, кто тебе не дает, — пожал я плечами. — Самой-то не обидно, Энно столько денег вбухал в твое образование, тебе про законы Оэсси один из лучших стряпчих рассказывал… Ладно, майор, а тебя что больше интересует, теоретическая часть или реальные правители?

— И то и то, — кивнул человек. — Но давай начнем с теории.

— Хорошо. Областью Десяти городов управляет так называемый Совет бургомистров, в него входят бургомистры городов и представитель от конклава магов. Собирается этот Совет раз в пять смен, принимает решения и законы, обязательные для всех земель. Считается, что внешней политикой занимается именно этот Совет, он назначает послов, решает вопросы войны и мира и так далее. Военные вопросы, касающиеся всех городов, тоже в их ведении. Ну… теоретически. Если честно, то заведение это сугубо декоративное, никаких реальных вопросов решать не может, ни денег, ни власти у этого Совета нет. Сами бургомистры туда даже приезжать перестали, посылают специально нанятых заместителей.

— О как, — удивленно покрутил головой майор. — А кто же тогда управляет?

— Погоди, — слегка усмехнулся я. — Сначала теоретический расклад объясню, а потом дойдем и до конкретики. Значит, так, дальше идут бургомистры, главы городов. В каждом из десяти городов существует магистрат, состоит он из представителей всех цехов и объединений города. Ну вот есть лига стряпчих, от них в магистрате один представитель, есть торговая палата, объединение купцов — от них тоже. Раз в десять смен магистрат выбирает своего главу, он и становится бургомистром, главой города. Магистрат занимается тем, что придумывает законы города, устанавливает налоги, распределяет деньги. А бургомистр занимается тем, что проводит решения магистрата в жизнь. Ну должен проводить, по крайней мере. Нанимает чиновников, стражников, судей, следит, чтобы на территории города соблюдались законы. Солдат и военачальников тоже набирает он.

— Ага, понятно, магистрат — это законодательная власть, бургомистр — исполнительная, — перебил меня человек. — А налоги кто собирает, тоже бургомистр?

— А вот тут не все так просто. Налоги как раз собирает магистрат, и он выделяет бургомистру необходимые суммы. Причем градоправитель обязан за них потом перед магистратом же отчитываться. Другой вопрос, что у хорошего бургомистра есть и другие источники финансирования. Каждому из городов принадлежит некоторая территория вокруг него, жители которой платят ему налоги. В небольших поселках, как правило, сидят назначенный бургомистром чиновник, некоторое количество стражи, ну и так далее. Есть служба (правда, она скорее к армии относится, а не к городской страже), которая занимается дорогами, причем всем — и ремонтом, и охраной, и прокладкой новых путей. Ну вот, если где-то образуется новое поселение, местные жители при необходимости решают, к какому из городов присоединиться, тогда к ним присылают администрацию.

— Подожди, подожди, — опять остановил меня майор. — Это что получается, земля никому не принадлежит? Бери и селись, где хочешь?

— Не вся, — пожал я плечами. — Есть частные владения, есть территории, на которых запрещено селиться. Но они все охраняются, тебе там просто не дадут жить. В том же Сарене, по их законам, мало просто платить налоги, сначала надо купить гражданство. Без этого ты считаешься бесправным, и любой может тебя прогнать. В Оэсси такого нет, селись, где хочешь. Там проще, платишь налоги, есть бирка от мытарской службы — на тебя законы распространяются, нет бирки — свои проблемы решаешь сам. Да чего далеко за примерами ходить, ты сам «Дорожную помойку» видел. Просто пришли и поселились. На самой дороге строиться нельзя, дорога принадлежит Оэсси и гномам, а вокруг нее — селись сколько угодно. Налогов там никому не платят, вот и нет там законов.

— Хм, странно, — задумчиво сказал майор. — И что, никто не может просто прийти и заявить, что этот городок теперь их?

— В принципе могут, более того, приходят и говорят. Но вообще-то это законом запрещено. А «Помойка» никому не нужна, более того, слишком многие заинтересованы в существовании такого вот уголка без власти. Но чтобы начать собирать налоги, еще и сила нужна. Мы, например, налоги городу не платим, хотя и живем на территории, номинально принадлежащей Оэсси. Но у нас есть отдельный договор с городом. Теоретически любое поселение может провернуть нечто подобное, но вот сил, пожалуй, нет ни у кого. Ну и еще, я тебе сейчас рассказываю, что называется, официальную версию, как все должно быть по закону.

— А на деле все обстоит несколько иначе, — понимающе покивал майор. — Знаешь, кажется, общие принципы я уловил, теоретически система неплохая и справедливая, вот только работать в таком виде она не может…

— Почему не может? Она работала… смен десять… Потом руководство начало меняться, пошли злоупотребления, да и население здорово разрослось, земли хватать перестало… На самом деле всем правят маги, Лига торговцев и Гильдия торговцев. В руках магов реальная сила, устраивают они, конечно, далеко не всех, но противопоставить им пока нечего. Так что политика Десяти городов — это политика конклава. Бургомистры и магистраты слова поперек не скажут. Но магов интересует только внешняя политика, до финансов и внутреннего порядка им дела нет. Живут они по своим внутренним законам, в Десяти городах любой самый захудалый магистр может творить все, что ему заблагорассудится, и никто слова не скажет. Но магов идиотами назвать нельзя, пока они особо не нарывались, хотя несколько психов среди них и попалось… Но конклав сам их обуздывал, а потом еще и компенсировал причиненный ущерб, хотя мог этого и не делать.

— Так, погоди, маги управляют Десятью городами, но деньги с населения при этом не собирают? Я правильно понял?

— Почти. В получении налогов с разумных конклав не заинтересован совершенно. Не нужны они им. Другой вопрос, что они иногда навязывают свои услуги, и вот их-то заставляют оплачивать. Ну если грубо, то приходит какой-нибудь магистр на заседание магистрата города и приносит им бумагу из конклава. А там написано, что конклав магов решил обновить защитные заклинания на участке городской стены, займется этим предъявитель данного документа, работу оплатить в таком-то размере.

— И что, платят?

— А куда они денутся-то? — пробормотала вроде как задремавшая Шелли. — Если не заплатить, то могут, например, лишить город магической помощи, маги-то в городе останутся, но услуги оказывать не будут. Могут просто весь состав магистрата сменить, да могут что угодно сделать… Но маги не наглеют, цены разумные, так что все платят, дешевле выйдет в итоге. Ну и пока все подобные распоряжения конклава шли не во вред Десяти городам.

— Ведь можешь же иногда дельные вещи говорить, когда захочешь. — Я шутливо дернул девушку за хвост, но она его возмущенно вырвала и оплела им ноги человека.

— Ну вот, маги занимаются в основном внешней политикой, ну и обеспечивают единство Десяти городов, когда находят это нужным. А то иначе города между собой давным-давно передрались бы. А мирскими делами занимаются Лига и Гильдия. Это два объединения торговцев. Лига базируется в Оэсси, в нее входят те, кто возит товары по земле, ну и речники. В основном Лига ведает внутренней торговлей Десяти городов. На самом деле там не только купцы, а еще и представители близких ремесел. Например, Лига занимается лесом, и строевым и корабельным, так что у них там и лесорубы и плотогоны.

А вот Гильдия — это те, кто морской торговлей промышляет. Как правило, внешней, большая часть товаров идет морем. У них штаб-квартира в Сарене, это крупнейший морской порт на Дее, в устье Мокрой реки. Они же занимаются строительством кораблей. Да и военный флот тоже по большому счету принадлежит Гильдии. В этих двух организациях сосредоточены основные финансы Десяти городов, причем не деньги как таковые (у тех же гномов золота и меди в разы больше), а материальные ценности. Рудники, леса, поля, верфи, всевозможные производства. Ну вот главы этих образований фактически жизнью всех городов и управляют. В магистратах сидят те, кого они назначили, жалованье все без исключения бургомистры получают именно у них. Сам понимаешь, что законы принимаются только те, которые нужны купцам. Между собой они не то чтобы враждуют, но и не особо дружат. Слишком разные у них интересы. Вот и получается, что Оэсси, Ария Ши, Гумбум и Ворн — это вотчина Лиги. А вот в Сарене, Варее, Дирке, Риаре и Тарноте правит Гильдия. Немного в стороне остается Ниц, там очень плотные завязки с гномами, они сильно влияют на жизнь города, хотя действующий бургомистр вроде как ставленник Лиги, но полной власти у него нет.

— А как к этому двоевластию относятся маги? — очень заинтересованно спросил майор.

— Никак не относятся, — пожал я плечами. — Пока выполняют их распоряжения и не мешают их планам, маги в дела купцов не лезут. Один раз Гильдия решилась начать свою игру с темными эльфами на Южном, так наказание последовало незамедлительно. Тогдашнего главу Гильдии даже предупреждать не стали, просто его дом сгорел в магическом пламени вместе со всеми, кто там находился, а потом на месте того дома появилось симпатичное такое озеро с фонтаном в центре. Фонтан через пять смен работать прекратил, а озеро до сих пор сохранилось в небольшом поселке неподалеку от Сарена. До этого там селились местные богачи, больно уж место красивое и расположено удобно, но после того случая поселок стал менее популярным. Купцы намек поняли и больше поперек магов лезть не пытались.

— Ясно, — протянул человек. — Вот это уже похоже на работающую схему. Слушай, Шелли, а твой отец тоже в Лиге состоял?

— Не-а, мы сами по себе, за нами стоял клан, и этого было вполне достаточно. — Девушка высунула нос из-под капюшона, но погода ее по-прежнему не устраивала, и она быстро спряталась обратно, поплотнее закуталась в плащ и еще теснее прижалась к майору. — Папа числился почетным членом Лиги, без права голоса в Совете, и имел разрешение на вход в Гильдию. И то и то — вроде доступа в клуб самых богатых купцов, вот он и купил эти почетные звания. Но ни в одном из объединений не состоял, дела вел своим умом.

— Хорошо, а банки у вас только гномы держат?

— Ага, они придумали, и они развили, — ответила тифлингесса, я предоставил ей возможность ответить, в торговле и финансовых делах девушка разбиралась очень и очень неплохо. — Да и, кроме них, никто особо не рвется этим заниматься. Не сильно прибыльное это дело, наоборот, приходится возиться с кучей золота и меди, охранять все это, перевозить. Да и на поддельных деньгах гномы очень многое теряют.

— Не сказал бы, что дело неприбыльное. — Человек казался весьма и весьма удивленным. — Там можно очень много заработать, наши финансисты деньги умудряются буквально из воздуха делать…

— Это как так, из воздуха? — тут же заинтересовалась Шелли.

— Потом расскажу. — Майор выглядел несколько смущенным. — Ты мне лучше ответь, какие услуги ваши банки предоставляют?

— Э нет, ты давай, рассказывай, как деньги из воздуха делать, — завелась Шелли. — Мне интересно…

— По-разному, например, давать деньги в долг под залог материальных ценностей, многократно превосходящих по стоимости одолженную сумму. И не просто так давать, а в рост, под процент…

— Так этим ростовщики занимаются, они под Гильдией и Лигой все ходят. — Голос у девушки зазвучал несколько разочарованно.

— А у нас этим банки занимаются. Я почему и спросил, какие услуги предоставляют гномы.

— Немного на самом деле, — вмешался я, а то Шелли, давно и прочно страдающая «гномьей болезнью», толком и не ответит. — Ответственное хранение и перевозка материальных ценностей, не только денег. Хранение денег, обеспечение сделок при передаче крупных сумм. Сравнительно недавно новая услуга появилась — дорожные грамоты. Это так: ты в одном банке сдаешь золото, тебе дают бумагу, магическим образом защищенную от подделки, и по ней ты можешь получить эту сумму уже в другом городе. Причем получить деньги могут только ты или те, кого ты внес в список, на грамоте стоят магические метки, подтверждающие личность. Очень удобно. Ну и все, пожалуй.

— Да, немного на самом деле…

— Так, а как все-таки ваши банкиры зарабатывают? — не успокоилась Шелли. — Только в рост дают?

— Наши, скорее, в рост берут, — неожиданно сказал майор. — Принимают у населения деньги, платят за это некоторый процент от суммы. Можно забрать деньги в любой момент, тогда проценты совсем маленькие, а можно положить на определенный срок, тогда побольше платят…

— Не поняла, — замотала головой девушка. — Как можно заработать, беря деньги в долг, да еще и под процент. Ты ерунду говоришь.

— Это только так кажется, — улыбнулся майор. — Вот представь, сейчас гномы сидят на куче золота, это просто золото, толку от него никакого. А если на эти деньги, скажем, лесопилку построить или караван снарядить? Ведь заработаешь, денег в итоге больше станет. Ну а отдавать придется ту же сумму… И потом, денег там не просто много, их очень много… На них вполне можно посредничать в торговле, например. При некоторой ловкости можно так дело провернуть, что золото даже подвал банка не покинет.

Я слушал с интересом, а вот девушка предложенным майором вариантом была возмущена до глубины души.

— Да их же в клочья разорвут, это же не их деньги. И потом, можно же прогореть, неудачно вложить деньги в дело, просто может не повезти, в конце-то концов. Да и мгновенно такие дела не делаются, а клиенты могут прийти за своим золотом в любой момент. А если гномы хоть раз не вернут деньги, то им потом не то что золота, медяка никто не даст. Тем, что ты перечислил, как раз Лига и Гильдия занимаются, но на свои деньги, а не на чужие.

— Ну вот, а у нас этим занимаются именно на чужие, — абсолютно спокойно продолжил человек. — И потом, если ты взял наличные на хранение… скажем, у пяти разумных по сто золотых — это одно дело. А если у пяти тысяч по одному золотому? И в дело вложил не всю сумму, а только половину. Да и не в одно дело. А в десяток. Ну и к тому же банки у нас нанимают аналитиков, которые просчитывают возможные риски, следят, чтобы банк не прогорел. У нас это целая наука, весьма непростая.

— И все равно, — покачала головой девушка. — Слишком рискованно, конечно, имея много золота, пускай и не своего, можно нанять очень не слабую охрану, специалистов, стряпчих… Но слишком легко нарваться на тех, кто не поймет, когда так вольно обращаются с его деньгами. Да и махинации… Было дело, примерно как ты и рассказывал, пытались разумные из Десяти городов составить гномам конкуренцию. Но все кончилось в итоге очень плохо, они запутались со счетами и не смогли вовремя выплатить требуемую сумму. Да еще кто-то спер сколько-то денег. В общем, в итоге было очень много крови, всего золота так и не нашли. А у гномов за всю историю их дела в полторы тысячи смен ни разу не возникло накладок. Случалось, что их хранилища грабили, да и на караваны, перевозящие золото, нападали, но за ними стоит Совет кланов, и гномы всегда могли предоставить требуемые суммы.

— Гм, получается, что у вас банковская система обеспечивается гномьим государством, — задумчиво сказал майор. — Выходит, что гномы, сидя у себя в горах, держат купцов Десяти городов за глотку…

— И ничего они не держат, — возмутилась Шелли. — Просто перевозят и хранят ценности. Мы вполне можем и без них обойтись, просто с ними удобнее.

— Инферна, тебе же отец пытался вбить в голову принципы образования цен, — тяжело вздохнул я. — Но, видимо, у тебя один принцип: чем дороже — тем лучше. Майор прав, большая половина купцов у нас зависит от гномов. При желании коротышки могут обрушить все рынки разом. Например, одновременно выбросят все свои запасы золота… И начнут скупать предприятия у людей… Или наводнят рынок медью, еще хуже выйдет. Уже сейчас меди переизбыток, Лига и Гильдия нанимают аналитиков, которые просчитывают возможные риски, следят, чтобы банк не прогорел. С огромным трудом удерживают текущий курс, но медь продолжает дешеветь. Слишком много металла увозится на другие континенты и там оседает мертвым грузом, города вынуждены чеканить все новую и новую монету. Напомнить тебе, что было, когда привезли медный клад с Дальнего?

— Плохо было, — шмыгнула носом девушка. — Папа успел как-то подсуетиться, и мы потеряли совсем немного. И все равно пришлось на смену забрать из дела почти все медные деньги и держать их в клане, пока курс опять выровнялся. А за поставки еды папа был вынужден платить долговыми расписками и товарами…

— А в чем там дело-то было? — заинтересовался человек.

— Да так, любопытная история, — начал рассказывать я. — Самое забавное, что конклав уже двадцать смен прогнозировал подобные случаи, но к ним никто не прислушивался, а маги и не настаивали особо. Пока не влипли. Если проще, то золотой у нас — очень крупная денежная единица. Ей пользуются только купцы, простые люди золота почти не видят, ну или изредка кто-нибудь хранит в нем сбережения, но все равно таких мало. В основном ходит медь, много меди, тем более что сам металл встречается гораздо чаще, чем золото. Довольно давно, когда Десять городов только становились государством, маги, гномы и люди договорились считать отчеканенные гуртованные монеты по курсу тысяча медных к одному золотому. Тогда же маги изготовили первые штампы для чеканки, там все очень непросто, в общем, без магии такие штампы изготовить невозможно, монеты будут отличаться. Тогда этот курс казался абсурдным, меди оказалось мало, добывали ее только гномы, а требовалась она даже чаще, чем золото. А с золотом сложилась другая ситуация: на юге шла непрекращающаяся война, и при некоторой удаче вполне можно было, немного помародерствовав на полях сражений, притащить груду золотых изделий. Но постепенно меди становилось все больше и больше, да и медные монеты чеканились в огромных количествах, так как были более востребованы в повседневной жизни. А потом еще в Десять городов зачастили наемники с других континентов, в основном орки, но и других хватало. Приезжали сюда на заработки, пытались осесть, но не очень у них это выходило, платили им конечно же медью. Ну вот, подзаработав, они возвращались домой и, естественно, плату увозили с собой. А на Дальнем до сих пор медные деньги не особо в ходу. Вот и оседала медь мертвым грузом до лучших времен. Местные особой ценности в ней не видели, кое-кто вообще ее выкидывал или закапывал где-нибудь и забывал за ненадобностью. И тут объявились купцы, готовые менять на бесполезный по местным меркам металл разные ништяки. Вот и умудрились один раз купцы обменять три корабля товара на три корабля медных монет. По слухам, еще и не все увезти смогли. Вернулись в Десять городов и поперлись менять медь на золото. У гномов столько золота попросту не нашлось… Купцы стали менять медь уже по другому курсу, дошло до тысячи шестисот медных за золотой. Говорю же, монет привезли очень много, и ничего не могли с ними сделать, ее же ни с кораблей никуда не сгрузить, ни перевезти толком нельзя, они даже корабли не могли к причалам подогнать, разорились бы на охране. Так на рейде и стояли. Дело происходило в Варее, понятно, что медь в самом городе моментально обесценилась, буквально за дюжину дней все обычные работяги и некрупные торговцы, хранившие деньги в медяках, моментально разорились, цены в городе взлетели до астрономических высот. Купцы, приехавшие в этот момент в город с товарами, моментально обогатились, а вот те, кто ехал туда закупаться — наоборот, влипли. Все долгосрочные контракты полетели в бездну, по-моему, стольких нарушений договоров одновременно никогда не было… Постепенно такая же тенденция по изменению курса появилась и в других городах. Тогда вмешались маги, забрали оставшиеся у торговцев монеты, выкинули в обращение побольше золота, но все равно, деньги подешевели, цены повысились, и пока последствия еще не ликвидировали. До сих пор спасало то, что маги снизили цены на свои услуги, да и последние годы были урожайными, еды производилось более чем достаточно, так что постепенно положение дел налаживается.

— Ага, знакомо, — кивнул человек. — Только у нас подобные финты несколько раз проворачивали специально, с целью ограбить население. Тут вам повезло еще, что нашлось кому вмешаться…

— У нас тоже пытались, — согласился я. — Группа купцов из Гильдии пыталась вызвать колебание обменного курса, по поставкам они медью рассчитались, перед этим скупив ее по завышенному курсу. Вот только гномы вовремя просекли и отреагировали, подозреваю, не без помощи магов. Коротышки отказались обслуживать этих купцов в своих банках, а на самих людей совершили несколько дерзких нападений. Неизвестно — кто. Убивать не стали, но все деньги и товары выгребли подчистую. Не знаю, что именно пообещали Гильдии, но они тогда за своих вступаться не стали. Расследование городской стражи тоже быстро зашло в тупик, концов так и не нашли.

— Значит, у гномов занимаются финансами очень умные существа, которые предпочитают видеть перспективу, а не обогащаться одномоментно с непредсказуемыми последствиями.

— Майор, а ты сам-то понял, что сказал? — Шелли напряженно шевелила мозгами, мне показалось, что у нее даже рога засветились от напряжения.

— Все просто. — Я с трудом подавил желание расхохотаться. — Майор имел в виду вот что: гномы предпочитают откусывать по маленькому кусочку от каждой сделки и полностью контролировать все деньги в Десяти городах, их не устраивает идея один раз обокрасть всех и не задумываться, что будет потом.

Мордашка Шелли выражала вселенский скептицизм и неверие, но тем не менее спорить она не стала. Тем временем стемнело окончательно. Я под конец совсем перестал понимать, как человек хоть что-то разбирает в своих бумагах.

Утром потихоньку поехали дальше, к счастью, немного развиднелось. До той великолепной погоды, какая стояла на перевале, было далеко, но, по крайней мере, с неба ничего не текло, уже лучше. Так и двигались семь дней. Слежка от нас не отставала ни на мгновение, одну группу я сумел опознать, это были ребята из вольных стрелков, работающие на кого попало, однако последнее время они все больше корешились с разведкой т'сареш. А вот на кого работали вторые, оставалось только предполагать. Скорее всего, это были маги, уж больно грамотно действовали, сменялись постоянно, мы их и заметили-то только из-за того, что ребята использовали амулеты иллюзии, чтобы менять внешность. То ли забыли, то ли не знали, что мы, тифлинги, можем чуять магию. Однако соглядатаи никаких враждебных действий не предпринимали, наблюдали, и все.

Хотя на нервы действовали изрядно. Я уже всерьез стал задумываться о том, чтобы прихватить кого-то из них, да и побеседовать в лесочке с глазу на глаз. Тераг с Ратхом меня полностью поддержали, даже рвались сами поймать кого-нибудь. Но меня останавливало то, что мы все-таки на тракте. Не потому, что нам кто-нибудь помешать мог. Да и вмешательства дорожной стражи я не особенно опасался, не стали бы они в дела тифлингов лезть, тем более что и мы не вчера родились, сделали бы все так, что никто чухнуться не успел. Но слухи все равно пошли бы. Это штука такая, вроде и рядом никого не было, и светильник никто не держал, и даже труп еще не нашли, но через сутки на другом конце континента уже рассказывают, что тифлинги опять на дороге набедокурили, кого-то сперли и запытали до смерти.

Короче, я решил потерпеть, пока мы с тракта свернем на небольшую дорогу, которая к нашему клану, собственно, и ведет. Там не то чтобы очень уж далеко, всего две стражи, если верхами и на рысях, но вокруг такой замечательный лес! К тому же там уже наши посты и патрули, а не городские, да и местность мы все знаем очень хорошо. И главное, пленника не придется допрашивать по-быстрому, баламутя воплями всю округу, да потом еще и думать, куда девать труп, можно тишком отволочь бедолагу в клан и уже там побеседовать долго и обстоятельно. Потом его еще, вполне возможно, и обменять на что-то полезное получится. В общем, решено, если не отвяжутся, отловим парочку и подарим Лиимату с мастером войны, пускай развлекаются.

Я пока дал ребятам добро — устроить соглядатаям веселую жизнь, но только без членовредительства. Ну там по мелочам — лесных падальщиков к ним в лагерь навести, муравьев с ближайшего муравейника к засидке приманить, звуки пугающие и непонятные организовать по ночам. Ну и прочие детские мелкие пакости… Алаири с Тирой им еще пару ночей вожделения устраивали, сами, конечно, не показывались, но Лания с иллюзиями помогла, она, как и я, потомок демона иллюзий, другого, правда. Кусты, в которых сидели воины, следившие за нами, две ночи томно вздыхали и чуть слышно постанывали, но потом тифлингессам надоело, тем более что наших людей их развлечения тоже цепляли, хоть и самым краем.

У людей вообще ментальные блоки как-то странно работали, избирательно, я бы сказал. Сначала думал, что они врут насчет магии и своими блоками сами управляют, позволяя пропускать какие-то нужные им ментальные воздействия. При их защите те же «понималки» по идее не должны были работать. И соблазнение наших девушек (там, конечно, ментальная магия не в чистом виде, много всего намешано) действовать не должно было, и кровь Хаоса, и магия жизни, и еще что-то. Да и просто женская красота и опыт — они тоже многого стоят. Но все равно, не должно было их брать ничего из этого. Я всерьез заподозрил, что люди все-таки владеют зачатками ментальной магии, тем более что в их мире т'сареш хоть и не являются доминирующим видом разумных, но все-таки присутствуют. Но все равно не чуял ни малейших колебаний силы вокруг них, вообще не чувствовал ничего, даже просто фона не было. Вплоть до того, что и блоки их не фонили.

А вот с человеческим жрецом все было гораздо сложнее. Он вообще из их компании сильно выбивался, даже внешне. По телосложению больше наших, местных людей напоминал, двигался на мой вкус неуклюже и неловко. Реакция и скорость движений у него тоже были нормальными для человека. Он вообще на лавочника или мастерового из городских больше всего смахивал. Или на чиновника какого-то. Наверное, скорее, на чиновника, который ничего тяжелее самописки и кружки с пивом и не поднимал. И ходил ежедневно от дома на службу, а со службы в трактир. Для такого просто за городскую стену выбраться — уже целое путешествие. Вот и жрец у них из этой породы. Но надо отдать должное, про свою веру рассказывал очень интересно, я слушал с удовольствием, поражаясь, чего только люди не напридумывают, чтобы защитить свой мир. И в отношении языков Шестой оказался, пожалуй, более одаренным, постоянно общался со всеми тифлингами из моего отряда, заучивал слова и выражения, даже уже мог достаточно внятно объяснить, что ему надо. Правда, все равно большей частью при помощи жестов, но хоть что-то. Майор и остальных своих людей пытался заставить учить язык, но они вполне удовлетворялись «понималками» и особого рвения не проявляли, да и сам майор энтузиазмом не горел. Интересно, что они делать будут, когда заряд у амулетов кончится. Эльфийские чары, конечно, долгоиграющие, хватает их чуть ли не на полсезона, но все равно ведь рано или поздно кончатся.

Но, возвращаясь к жрецу — у него-то ментального блока не было. И от него как раз магией несло основательно, очень специфической магией, силой бога. Насколько я помнил основы Теории сил, по идее все его возможности, связанные с верой, на большом удалении от божества работать не должны были, однако работали, причем весьма эффективно. Видимо, сильное у них божество, с огромным количеством верующих. Вот только от беспредела наших тифлингесс защищаться жрецу приходилось уже осознанно и тратить на это силы. Получалось у него не всегда, да еще и какие-то моральные ограничения присутствовали, как он мне сам объяснил, он на себя добровольно возложил обет служить своему божеству, отказавшись от большей части удовольствий. Ну чужие обеты дело такое, особенно у жрецов, чего только мне не встречалось, я даже удивляться не стал. Впрочем, все искушения Шестой воспринимал как испытания и стоически терпел. Ну что ж, в клане ему будет особенно весело, Ала и Лания свои способности контролируют, да и шалить с их применением особо не любят. А Шелли уже намертво к майору приклеилась, другие люди ее не особо интересуют. Но у нас сейчас в поселке на воспитании четыре десятка подростков, из них семнадцать девчонок. И большая половина после половой зрелости из поселка никуда не выезжала. Так что накинутся на любого нового разумного, особенно если он не нашей расы, причем необязательно противоположного пола. И запрещать им что-либо бесполезно, только хуже будет. Хаос, наверное, людям придется охрану выделять, а то они точно в итоге с ума сойдут.

…Наконец мы свернули с Речной дороги к нашему клану. Как только основной тракт и берег реки скрылись из виду (впрочем, это произошло довольно быстро), вокруг зашумел весьма густой лес, заранее назначенная команда растворилась между деревьями, отправилась ловить соглядатаев. Я бы тоже с удовольствием поучаствовал, но в положении командира были свои недостатки. Впрочем, Терагу, который взялся руководить сим увлекательным процессом, вполне можно было доверять. Да я и изначально больше хотел размяться и по лесу побегать, чем командовать.

Люди проводили троицу ловчих заинтересованными взглядами, но с вопросами не полезли. Они обрадовались, что мы наконец-то добрались, вот только довольны были скорее из-за того, что больше не придется ночевать под открытым небом, они-то по большому счету никуда не доехали, просто в очередной раз остановились в дороге и с любопытством осматривались по сторонам.

— Слушай, Гаррион, — поинтересовался Стингер. — А вы вообще подъезды не охраняете? Вроде мы до вашего клана уже почти доехали…

— Почему почти, уже доехали, — ответил я. — Как с дороги свернули, так мы уже по землям нашего клана стали двигаться. До самого поселка еще стражи полторы, скоро приедем. И с чего ты взял, что не охраняем?

— Ну не видно никого. — Человек стал еще внимательнее всматриваться в подступающий к дороге лес. — Укреплений никаких нет, ничего…

— Если ты никого не видишь, это не значит, что вокруг никого нет, — немного нравоучительно и пафосно произнес я. — Мы вообще-то три поста проехали, так что в клане нас уже встречают. Точнее, готовятся. Кроме того, тут по обочинам дороги куча амулетов-сигналок, ну и в самом лесу тоже понаставлено. А насчет укреплений… А зачем они нам? Кто в здравом уме решится напасть на поселок тифлингов? И даже если решится… Мы в таких случаях предпочитаем эльфийскую тактику, в поселок-то нападавшие войдут, в пустой. Но вот оттуда уже не выйдут. Ну и сами укрепления… Они в поселке, общинный дом у нас построен так, что в случае опасности вполне можно обороняться. А на дороге… у нас просто нет народа, чтобы держать здесь постоянный гарнизон, у нас же в поселке постоянно живет сотни четыре-пять тифлингов, иногда чуть больше, иногда чуть меньше. Все остальные на заработках…

— Как-то маловато получается, — задумчиво сказал Тирли. — Шелли как-то говорила, что у вас в клане около семи тысяч разумных. Получается, что только детей должно быть около трехсот, если не больше…

— Для людей это справедливо, но мы живем дольше, а размножаемся медленнее, — пояснил я. — У нас сейчас три с половиной дюжины подростков на обучении, еще десяток помладше. И потом, далеко не все отправляют детей на обучение в клан. Много народа живет со своими супругами в других местах, там же зачастую и детей воспитывают. А в клан приезжают только на обряд воинского посвящения. Как раз к концу лета приедут те, которые будут посвящаться в этой смене, вроде с дюжину будет, может, даже и застанете, если не станете торопиться.

— Насчет задержаться пока не знаю, — вмешался майор. — Посмотреть было бы интересно, но нам надо заниматься своими делами, нас дома ждут…

— До Оэсси отсюда день пути, если ехать верхом и не очень торопиться, — пожал я плечами. — Комплекс академии, конечно, не в самом городе, а немного в стороне, но тоже за пару страж вполне получится добраться. Так что пару дюжин дней, а может и побольше, вполне можете передохнуть…

— Меня пугает другое, — несколько задумчиво сказал майор. — Неизвестно еще, сколько времени нам понадобится для того, чтобы договориться с магами. Не можем же мы просто постучаться в ворота этой вашей академии и попросить проводить нас домой… Надо пожить в Оэсси, немного освоиться, познакомиться с нужными людьми, причем желательно — не особо привлекая к себе внимание… Нас такому не учили, так что придется импровизировать. А вот это уже требует времени, и немалого.

— Может, отправим Комара стучаться, — как-то невесело хохотнул Стингер.

— После того как он постучится, может оказаться, что нам не с кем разговаривать, — непонятно для меня поддержал шутку Тирли. Хотя почему непонятно, я вспомнил, что устроил этот человек на подъеме к перевалу, затратив на это всего лишь одну малую стражу, и понял, что он и впрямь может постучаться так, что маги просто вынуждены будут обратить внимание на визитеров.

— Думаю, как раз тут мы вам сумеем помочь, — сказал я. — Лиимат и все наши мастера не последние разумные в Оэсси, и в академии у нас тоже достаточно знакомых. И Шелли тоже может оказаться весьма полезной в этом деле, отец ее постоянно таскал по своим делам, так что она лично знакома в городе со всеми, кто из себя хоть что-то представляет. Вам вполне имеет смысл задержаться и поговорить с нашим старейшиной.

— Ну… беседы с ним мы, думаю, по-любому не избежим. — Майор насмешливо глянул на меня.

— Говорить можно по-разному, — парировал я. — Есть несколько очень интересных вариантов, точнее, я сейчас вижу несколько очень интересных вариантов, которые требуют внимательного обдумывания и обсуждения. Кроме того, в ближайшие пять-шесть дней плотно заниматься вами ни у кого времени особо не будет, надо отдать должное телам погибших, провести еще несколько церемоний. Не то чтобы это было так необходимо, но я пока не вижу причин отступать от традиций.

— Пять-шесть дней отдохнуть мы и сами не откажемся, кроме того, Шелли обидится, если мы не погостим у нее, — согласно кивнул человек. — Она мне уже об этом прямым текстом заявила. Но не две дюжины дней…

— И все же, — продолжил настаивать я. — Если коротко, думаю, можно организовать вам жилье в Оэсси. Даже при нашем участии в академию вас вот так вот сразу никто не пустит, придется сколько-то ждать. В гостинице вам останавливаться не стоит… Ты же помнишь, что произошло в Перевальном? Ну вот, внимание вы уже привлекли и в покое вас не оставят. Пока вы гости клана и находитесь под нашей защитой, вас никто не тронет, думаю, даже постараются особо не мелькать, но стоит покинуть наши земли…

— Мы вполне способны защититься, как ты мог заметить…

— Согласен, можете, но в городе все будет сложнее. Или ты решил перебить всю городскую стражу? — Я улыбнулся. — Получается, что для всех будет спокойнее, если вы останетесь под нашей защитой.

— А с чего такой интерес к нашим проблемам? — Майор старался сохранять шутливый тон, но все равно в его словах проскальзывала подозрительность, впрочем, и неудивительно, я на его месте держался бы примерно также. — Вы-то что с этого иметь будете?

— Клятва долга, от нее никуда не деться, — с несколько наигранным равнодушием пожал плечами. — Шелли племянница нашего старейшины, да и без этого у нас принято помогать своим. Тем более что она пока несамостоятельная, а опекуном сейчас у нее как раз Лиимат.

— Извини, но я не верю в подобные причины, — несколько грубовато и в лоб заявил майор. — Ты живешь четыре сотни лет, ваш старейшина еще больше… Зачем вам лезть во все эти сложности, да еще и с непредсказуемым финалом?

— Знаешь, ты помог одной из наших, — подпустив в голос обиды, ответил ему. — Неблагодарными нас еще никто не называл. Да и Лиимат племянницу любит, тем более что своих детей у него пока нет. Ну и потом, ту помощь, про которую я тебе сейчас говорил, мы можем оказать, не прикладывая никаких особых усилий. Еще и поимеем с нее кое-что, ты мне уже несколько крайне любопытных идей подкинул, Шелли тоже явно что-то замышляет, ты просто еще ее не очень хорошо знаешь, но я-то вижу… Ну и в конце-то концов, лично мне просто любопытно, чем все это закончится. Взявшись посредничать между вами и магами, мы получим доступ к очень интересным и весьма охраняемым тайнам академии, а может, и не только академии…

— Вот это уже больше похоже на мотивы, чем какая-то клятва, — пробурчал себе под нос майор. — Знаешь, пока ничего не буду тебе обещать, хотелось бы выслушать предложение в полном объеме, но подумаю, обязательно подумаю.

— А куда ты денешься, — усмехнулся я. — И еще одно, не надо настолько пренебрежительно относиться к клятве Хаоса, это на самом деле очень серьезная вещь, чреватая большими неприятностями для того, кто нарушит слово. Если будет время, я тебе пару старых историй прочитаю или Шелли заставлю, пускай память освежит, а то по истории у нее тоже очень уж выборочные знания. Так что для нас клятва — это основная причина. Просто по врожденной коварности своей демонической натуры мы хотим и помочь Шелли не нарушать клятву, и себя заодно не обидеть. Во всяком случае, очень постараемся.

За разговором время летит быстро. Мы наконец выехали из леса на окружающие наш поселок выпасы. Впереди дорога уже переходила в главную улицу, и там, у самых первых домов, собралось довольно много наших — встречали караван. А впереди вполне ожидаемо стоял Лиимат. Взбивал дорожную пыль хвостом и нервничал от нетерпения, желая поскорей увидеть свою племянницу.

ГЛАВА 9

Шейелена Теорн аэп'Шееллайт, тифлинг,

Дея, 65 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Ойера, наконец-то я добралась до дома, даже раньше, чем рассчитывала, хоть и ненамного. Правда, за последние без малого две дюжины дней столько всего произошло, что предшествующая поездка стала казаться коротенькой и скучной. И, видимо, не мне одной, иначе как еще можно объяснить то, что почти все наши, жившие в поселке, дружно выстроились встречать нас. Ну ладно, понимаю, дядя — он меня действительно любит и очень сильно волновался, так сильно, что послал навстречу своих друзей во главе с мастером оружия. Ладно наша вечно скучающая молодежь, я скорее удивилась бы, не увидев их на окраине поселка, ладно мои подруги, хотя вот они-то встречать меня обычно не выходили, понимали, что сразу после приезда мне будет совсем не до них. Но сейчас, судя по толпе, тут собрались все, кроме занятых в патрулях, дозорах и на работе, а последних было не особенно и много благодаря тому, что приехали мы ближе к вечеру. А что тут делали все мастера клана, да еще и вместе с супругами? Даже самый спесивый зануда нашего клана, он же мастер боя, приперся нас встречать.

Но все равно присутствие всех односельчан не помешало мне с радостным воплем повиснуть на шее у дяди. Мне показалось, что любимый дядюшка и сам еле сдержался, чтобы не стащить меня с лошади, во всяком случае облапил он меня с удовольствием. А потом еще и внимательно осмотрел со всех сторон, как будто хотел убедиться в том, что я вернулась полностью укомплектованной, не утратив никаких важных частей своей тушки. И как-то грустно сказал:

— Ну что, Инферна, ты, как всегда, выкрутилась? Я рад видеть тебя живой…

— Спасибо, дядя, — ответила ему без своих обычных подколок. И заплакала… Не то чтобы за прошедшие дни я полностью смирилась с потерей, но как-то все притупилось, что ли. Голова была занята совершенно другими делами, даже трупы в постоянно маячившей перед глазами повозке воспринимались как обычный груз. И залезая туда за своими сундучками, я воспринимала тела, ну даже не знаю… как бревна, наверное. Да и люди — иномиряне, если уж совсем честно, здорово помогали отвлечься от грустных мыслей, хотя вроде как должны были служить постоянным напоминанием о случившемся.

А вот приехала домой, обнялась с дядей и, стоя в двухстах шагах от теперь уже только моего дома, разрыдалась на виду у всего поселка. И ведь не стыдно совсем…

— Ну что ты, маленькая. — Как всегда, увидев мои слезы, дядя совершенно растерялся, в отличие от папы, от него я могла добиться чего угодно, просто расплакавшись. — Хватит уже, или давай хотя бы до дома дойдем…

— Я не маленькая, — упрямо буркнула я. Но слезы так и текли, не останавливаясь.

— Ладно, пошли к тебе домой. Я Кристу попросил, она прибралась и поесть приготовила, заодно и за ребятами, которые баню топили, присмотрела. — Дядя обнял меня за плечи и попытался увести.

— Погоди. — Я уперлась и осталась на месте. — У меня вещи в повозке…

— Ну хорошо, — вздохнул Лиимат, — у твоих ворот остановим. Достанем твое барахло, потом уже телами займемся. Как раз к рассвету все приготовим. На восходе проведем церемонию. И о людях своих не беспокойся, их устроят в общем доме, я уже распорядился.

— Нет, люди мои гости, — опять возразила я. — Они остановятся у меня…

— Шелли, может, не надо. — Лиимат моментально отбросил всякую сентиментальность и заговорил предельно серьезно. — Там им будет удобно… а мне спокойно.

Я оглянулась, ища предмет нашего спора. Пока мы с дядей здоровались и выясняли отношения, люди успели спешиться и сбиться в небольшую плотную кучку, даже Потапыч слез с козел. И сейчас они с любопытством и какой-то настороженностью рассматривали наш поселок и его население. А вот бойцы Гарриона уже смешались с толпой, здоровались с друзьями и родственниками. Только мастер оружия не торопился убегать, стоял неподалеку от нас, ну и Алаири с Ланией тоже далеко не уходили, оставались в первых рядах встречающих.

— Дядя, они остановятся у меня, места достаточно, — упрямо повторила я. — Не спорь, пожалуйста.

— Лиимат, она права, так будет лучше, — неожиданно вступился за меня Гаррион и не удержался от небольшой подколки: — Тем более что-то подсказывает мне, что все равно ночевать, даже сегодня, некоторые из них будут не в тех комнатах, которые им предоставят.

Лицо дяди продолжало выражать некоторое сомнение, и я, дабы прекратить беспредметный, на мой взгляд, спор, обернулась к людям, махнула им рукой и крикнула:

— Ребята, идите сюда, я вас со своим дядей познакомлю, — и продолжила, когда они подошли: — Позвольте представить, старейшина клана Теорн, Лиимат Теорн аэп'Теорних, старший брат моей матери.

Люди тоже по очереди назвали свои прозвища. Вот только выглядели они какими-то нахохлившимися, что ли… Все ребята, даже вечно шутящий и неугомонный Стингер, как будто спрятались за спину майора, особенно забавно это выглядело у Потапыча, но тем не менее ему это, как ни странно, удалось. Тщедушного по сравнению с ними жреца вообще полностью затерли где-то внутри своей кучки. А майор в свою очередь придирчиво изучал моего дядюшку, впрочем, Лиимат отвечал ему равноценным взглядом. Мне в какой-то момент они оба показались чуть ли не братьями-близнецами, несмотря на то, что здорово отличались друг от друга внешне, да и принадлежали к разным расам. Внезапно в голову пришло подходящее сравнение, я один раз видела в Оэсси, как на улице случайно столкнулись два лошани, встреча произошла на нейтральной территории, и ни один из них не чувствовал себя вправе прогнать соплеменника. Но и просто развернуться и уйти ни одному из них тоже что-то не позволяло, гордость, наверное. Так вот, оба лошани вздыбили шерсть, оскалились, демонстрируя друг другу свои клыки, и принялись играть в «кто кого переглядит». Не знаю, как долго они так простояли бы, но появился хозяин одного из животных, с таким подкреплением тот немедленно счел себя победителем, впрочем, его оппонент не возражал, признал появление друга достаточно веской причиной для того, чтобы отступить. Так вот к чему это я, майор и мой дядя сейчас выглядели точь-в-точь как те два лошани. Ну я решила сыграть роль друга одного из них, хотя в моем-то случае, наверное, даже больше, чем друга.

— Ребята, пошли ко мне, у меня там уже баню затопили, подарок к возвращению. — Я схватила майора под локоть и потащила за собой, не дожидаясь возможных возражений. — Дядя Гарти, повозку подгонишь к моим воротам? И наших лошадей тоже. Лошади пускай у меня во дворе до завтра остаются, я сама их на конюшни отведу. А из повозки мы вещи достанем, и потом отгоните ее куда надо. Может, и сам зайдешь ко мне? Дядя сказал, что Криста что-то к моему возвращению приготовила.

— Хорошо, Шелли, лошадей загоним, — кивнул мастер. — Вот только приглашением твоим сегодня воспользоваться не смогу. Но обязательно загляну несколько позже.

Разобравшись с багажом, я уверенно начала буксировать майора к уже видневшимся неподалеку воротам моего дома. Когда мы проходили через начавшую понемногу редеть толпу, люди удостоились самого пристального внимания. Больше всего конечно же любопытствовали подростки смен на шесть — десять младше меня. Впрочем, и мои ровесники не отставали. Оно и понятно, большинство из них, кроме клана, ничего и не видели, даже в Оэсси ни разу не ездили. А тут такой подарок, мало того, что представители другой расы, так еще и из другого мира. Не думаю, что происхождение моих гостей дядя старался сохранить в секрете. Все равно ведь узнали бы, просто чуть попозже. А мои подружки так и вовсе увязались следом за нами, весело о чем-то перешептывались и хихикали. Наверняка ведь в гости напросятся, но оно и к лучшему, как раз по хозяйству помогут. Тетя Криста, конечно, всегда готовит много и вкусно, но еще на шестерых гостей она явно не рассчитывала. И комнаты в гостевом крыле тоже надо бы в порядок привести, пыль вытереть, чехлы с мебели постирать. Да и просто проветрить, меня же пол смены дома не было, да и до этого мы с папой гостей мало принимали. Думаю, что Гвени, Диала и Сайли втроем и не управятся, надо будет тетю Кристу попросить еще кого-нибудь дать им в помощь. Или сама молодежь запрягу на правах старшей — пускай за «посмотреть» расплачиваются.

Лиимат с крайне недовольным видом отправился следом за мной, надеюсь, он тоже в гости не напросится. Нет, я дядю очень люблю и уважаю, но вот сейчас у меня совсем не то настроение, чтобы терпеть его скорбные взгляды и укоризненные вздохи. Дядюшка всегда крайне критически относился к моим любовникам, папа, впрочем, тоже, но с ним хоть иногда можно было договориться, а вот с дядей — бесполезно. Тут еще и Ала отожгла. Заметив пристальный интерес соклановцев к людям, она резко оборвала разговор с одной из своих подруг и быстренько ломанула к Стингеру, буквально волоча за собой недовольно всхрапывающую лошадь. А добежав, обняла человека, свободной рукой и хвостом демонстрируя свое к нему отношение. По пути умудрилась еще и Ланию увлечь следом, пихнув ее в объятия к Комару. Правильно, свои права заявила и о более стеснительной подружке позаботилась, а то тут помоложе и пошустрее найдутся. Может, еще и их к уборке припахать, хотя нет, однозначно не согласятся, еще и гадостей наговорят. Да и дядюшка, наверное, не останется, у него сейчас много дел, которые надо успеть провернуть за ночь, раз уж он решил с телами прощаться на рассвете. Костер, до того как тела прибудут, складывать не принято, да и с трупами надо разобраться, обмыть, зашить наиболее неприглядные раны, переодеть. Люди их в повозку сгрузили в том же виде, в каком они после схватки были, а потом мы тела больше не трогали, только наши вещи с краю сложили. Ну и маг заклинания накладывал, но и он все снаружи сделал, внутрь даже не заглядывал. Так что возни там много будет, и дядюшка наверняка приглядит, такие вещи он на самотек пускать не привык. И мой папа, его зять, тоже в повозке — получается, что ему по традициям положено там находиться, хоть они и не дружили. По идее и мне надо бы присутствовать, но я, наверное, не выдержу, надеюсь, что заставлять никто не станет. Мне бы саму церемонию завтра пережить.

А мы уже и до ворот нашего дома дошли. Папа его после моего рождения построил, он тогда на самой окраине участок себе взял. И возводить дом начал в сторонке от главной улицы, переходившей в дорогу — не хотел, чтобы шум мешал. Так что фасад нашего дома и главные ворота изначально запланированного двора выходили на небольшую боковую улочку. Но потом, когда папа плотно занялся торговлей, получилось, что караваны собирались в дорогу у нашего дома. И постепенно довольно большая лужайка, на которой изначально высадили несколько яблонь и груш, была вытоптана до состояния тракта, а все саженцы погибли. А небольшую калитку, выходящую на главную улицу, пришлось расширить и поставить здоровенные ворота. Которые теперь и были главным входом в наш двор, на пространстве перед фасадом разбили небольшой садик, этим уже я занималась. Даже пруд соорудила, хотела там рыбок развести, но оказалось, что им нужен постоянный уход, так что, когда я с папой стала уезжать надолго, рыбки передохли.

От вида ворот и дома в глубине двора, дома, в котором я выросла и в котором рядом со мной всегда был папа… В общем, у меня опять потекли слезы, а горло сдавили спазмы, я с трудом дышала. Майор, заметив мое состояние, нежно обнял меня, прижал к себе. Это помогло, как ни странно, на меня повеяло теплом и уютом, стало спокойнее.

— Ты в порядке? — шепотом поинтересовался он.

— Нет, совсем не в порядке, — покачала я головой и всхлипнула. — Но это пройдет… Просто в этом доме мы всегда жили вдвоем с папой, а теперь… Теперь я одна, совсем одна, дядя не в счет, у него своя жизнь и целый клан на плечах…

— Ты не одна, у тебя есть целый клан, который встречал тебя сегодня. — Майор улыбнулся самым краешком рта. — Вот те трое девчонок, которые тишком шушукаются у нас за спиной, явно твои подружки, они тоже у тебя есть. В конце концов, у тебя есть ты сама, твоя жизнь. Наконец, и мы в ближайшие несколько дней никуда отсюда не денемся. Поверь, мы очень шумные и беспокойные постояльцы, раз уж ты нас пригласила и даже привела в дом, теперь можно предупредить.

И майор, не обращая внимания на кислющую физиономию моего дядюшки, нагнулся и поцеловал меня в щеку. Шушуканье моих подружек стало гораздо громче, а мне здорово полегчало. Я несмело улыбнулась, сквозь слезы, правда, проскользнула через боковую калитку и во всю ширь распахнула ворота.

— Заходите уж, постояльцы, — приглашающе махнула рукой и остановила взгляд на подружках. — Вы тоже, троица разрушения, и не делайте вид, что вам нужно мое приглашение, поможете тете Кристе.

Девчонки быстро проскользнули мимо меня и заспешили к дому, люди тоже начали заходить во двор, с любопытством оглядывая наш дом и тот небольшой кусок сада, который был отсюда виден. Но не все, Алаири и Лания придержали своих людей и о чем-то с ними оживленно шептались. Они что, решили их сразу к себе уволочь? Так им майор и даст это проделать, как же.

— Шелли, мы к тебе заглянем вечерком, если пустишь, конечно, — наконец сказала Ала, закончив шептаться со Стингером и сделав мне страшные глаза, мол, попробуй только не пустить.

— Конечно, заходите. Мне как раз потребуется помощь в уборке гостевого крыла, — не удержалась я от шпильки.

— Девочка, когда я отказывалась покомандовать кучей дурной молодежи, которой силы девать некуда, — не осталась в долгу Ала. — Так что будь добра, обеспечь мне фронт работ. Думаю, Лана тоже не откажется.

И довольная тифлингесса проследовала дальше по улице, ее особнячок располагался в самом центре поселка, буквально в ста шагах от общего дома. Лания кивнула мне, робко чмокнула Комара в щеку и побежала следом за Алой, она жила в общем доме, у нее там было несколько комнат. При этом женщина чему-то загадочно улыбалась. Вот демон, не верю своим глазам, неужели наша Ледяная королева наконец-то растаяла?

Ну а я, дождавшись, когда люди и дядя наконец пройдут во двор, прикрыла ворота. А заодно поймала вошедшего последним Стингера и подступила к нему с просьбой:

— Слушай, сейчас наши подгонят повозку к воротам, дождешься, заберешь оттуда мои сундучки и оттащишь в дом? Хорошо?

— Не вопрос, сделаем. Комарище, поможешь мне, — кивнул человек и в последний момент остановил меня, как будто что-то вспомнил: — Слушай, Шелли, нам же, наверное, мечи вернуть надо. Они же принадлежат тем погибшим ребятам, стоят, наверное, немало. Родственникам нужно отдать или как у вас принято?

Прислушивавшийся к нашему разговору дядюшка вытащил из кармана «понималку» (ух ты, эльфийскую, не пожалел ради такого случая!) и принялся ее торопливо активировать.

— Не волнуйся, — покачала я головой. — Все клинки, которые вы взяли — клановые, их ребятам выдали в кредит, почти все в первом найме были. Оставьте себе, считайте, что я их вам подарила, с кланом сама рассчитаюсь.

— Это подарок клана, — неожиданно вмешался Лиимат, уже справившийся с амулетом.

— Благодарю. Я передам командиру. А сейчас прошу простить. — Стингер коротко поклонился дядюшке и выскользнул через калитку на улицу.

— Хм, забавные люди, по крайней мере, вежливые, — тихонько сказал дядя, придержав меня за локоть. Я-то уже намылилась бежать за иномирянами и вести их в дом. Тем более что тетя Криста, предупрежденная девочками, показалась в дверях кухни и сейчас настороженно разглядывала моих гостей. Люди отвечали ей тем же.

— Эй, Лиимат, прекрати немедленно мучить девочку. — Кристалла заметила меня. — Дай мне с ней поздороваться.

— Сейчас, Криста, пара слов, — крикнул ей дядя и, развернувшись ко мне, продолжил уже гораздо тише: — Ладно, Шелли, слушать твою историю прямо сейчас было бы зверством. Но завтра сразу после церемонии я хочу с тобой побеседовать. Наедине с тобой, не надо этих ребят с собой тащить.

— Но на церемонии-то им можно присутствовать? — на всякий случай уточнила я. — Собственно, они отомстили убийцам…

— Можно. — Дядя слегка улыбнулся. — Если они сами захотят, конечно. И еще, эти люди очень опытные бойцы, я сначала не особенно поверил Гарриону, но сейчас сам вижу… Будь осторожнее, они вполне способны убить любого, кто будет, как им покажется, мешать или угрожать…

— Дядя, я живу только благодаря доброте этих людей, — совсем грустно улыбнулась я. — Меня уже начали жрать заживо, даже не пить кровь, а именно жрать, когда они вмешались. Если они решат убить меня — то они будут вправе это сделать, я даже не стану сопротивляться. А насчет того, какие они бойцы… Они могут на равных биться с т'сареш, если не веришь — спроси у Гарриона, вполне возможно, что они смогут справиться и с тифлингом, даже с перекинувшимся. Я не знаю, если честно, но проверять не хочу. И тебе не дам, мне эти люди нравятся.

— Смотри, Инферна, детство кончилось. — Дядя сурово взглянул на меня и не прощаясь вышел на улицу.

А я поспешила навстречу к тете Кристе. Чего-чего, а уж объятий у нее всегда было предостаточно. Вот и сейчас она сначала меня очень крепко обняла, так, что ребра затрещали, а потом начала крутить в разные стороны, внимательно рассматривая.

— Ну вот, девочка, совсем себя загоняла, опять похудела, — добродушно прогудела Криста, не переставая меня вертеть. — Я понимаю, изнервничалась вся, но время нормально покушать могла бы и найти. Ну ничего, ничего, я теперь тобой займусь…

— Тетя Криста, я не одна, — жалобно проговорила я, стараясь все-таки вывернуться из ее объятий, впрочем, как всегда, это было бесполезно. — И кушала я хорошо, просто мы в лесу ночевали после перевалов…

— Я Гарриону-то по рогам настучу, придумал тоже, в лесу сидеть и питаться чем попало, когда гостиниц на дороге достаточно. А что ты с гостями, вижу. — Она оценивающе оглядела людей. — Большие, ничего не скажешь. Я, правда, на такую ораву не рассчитывала, но ничего, сейчас твоих вертихвосток загоню помогать. И с комнатами надо что-нибудь сообразить, а то я думала, что ты одна будешь. Даже вашу прислугу из Оэсси вызывать не стала. Наверное, завтра с утречка отправлю с кем-нибудь письмо в город, пускай приезжают…

— Нет, с прислугой пока подожди, тетя Криста. — Я наконец-то вывернулась из ее объятий и смогла перевести дыхание. — Я пока с планами не определилась еще, да и гости мои тоже. Мы уж как-нибудь сами пока. А тебе спасибо огромное, что дом приготовила. Не знаю, что бы без тебя делала…

— От голода бы мучилась… А с тем, как ты готовишь… — Тетушка с укоризной посмотрела на меня. — Ладно, чего я вас на пороге-то держу, давайте быстро в дом, баню, наверное, уже протопили, так что бегом мыться, и будем кушать. Пока паритесь, как раз еще чего-нибудь соображу, на такую-то ораву…

И Криста легкими шлепками пониже спины стала загонять меня в дом. Люди затопали следом, да и Комар со Стингером уже затаскивали во двор сундучки с моей одеждой и прочими вещами.

Из-за того, что основной въезд во двор у нас переместился в другое место, главный вход в дом тоже оказался немного не там, где планировался изначально. Так-то все по уму делалось, были в доме широкие двустворчатые двери, ведущие в холл с лестницей. Но бегать вокруг постройки, чтобы заходить с главного входа, и мне и отцу было просто лень, про прислугу я вообще молчу. Постепенно мы перестали отпирать парадные двери, пользовались вторым входом, через кухню. Там мало того, что ближе к воротам, так еще и коридор вел мимо кладовок, очень удобно, зашел в дом, сразу все, что принес, по кладовкам раскидал и пошел уже в свои комнаты. А со временем и все гости, которые приходили к нам домой, стали заходить в эту дверь. Экономка, она же повариха, на время нашего с папой отсутствия уехавшая к родне в Оэсси, постоянно жаловалась, что у нас не кухня, а проходной двор, постоянно через нее кто-то шляется, однако не забывала каждый раз, когда я пробегала мимо, пихать мне какую-то вкусняшку. Меня это абсолютно устраивало, и лично я менять ничегошеньки не собиралась.

Вот и сейчас мы всем кагалом вломились в кухню. Впрочем, места хватило. Комната была ну очень большая. От здоровенной печи приятно веяло теплом, а уж запахи витали непередаваемые. Я заинтересованно полезла к накрытым полотенцами блюдам, но получила весьма увесистый шлепок по тому же самому месту. Тетя Криста развила бурную деятельность, сразу припахала не только моих подружек, но и людей. Я еле отвоевала им возможность хотя бы вещи свои сгрузить и кирасы снять. Вот только свалить все пришлось пока непосредственно в холле, комнаты в гостевом крыле надо было еще отпереть.

И все закрутилось, кто-то из моих подружек, вроде Сайли, быстренько отловил шатающийся без дела по вечернему времени молодняк и загнал на уборку, Потапыч с майором таскали из погреба продукты и бочонки с сидром. Совершенно неожиданно для меня Тирли моментально спелся с Кристой и был допущен к таинствам приготовления еды, на моей памяти он являлся чуть ли не первым мужиком, допущенным в то место, где тетушка готовила, она раньше и женщин-то на кухне жаловала только в качестве «подай-принеси-помой». Вот уж не знаю, что ее в человеке подкупило, наверное, то, как ловко он шинковал овощи, орудуя здоровенным кухонным тесаком.

Внезапно я сделалась совершенно неприкаянной, все шло само собой, без моего участия. Даже более того, тетя Криста выгнала меня с моей же кухни, тонко намекнув, что баня в принципе уже готова. И в самом деле, чего это я туплю.

Нет, дома все же хорошо, пускай в Перевальном у Гарха баня и лучше сделана, но все равно… Наконец я могу привести себя в порядок не в тесном и сыром предбаннике перед листом отполированного металла, а у себя в комнате с нормальным зеркалом. И одежду можно выбирать не по принципу — что осталось чистого, а что удобнее носить и больше нравится. Как раз когда я закопалась в свой шкаф, озадаченная вопросом — что этим вечером больше по душе, ко мне в комнату заявились подружки, сумевшие улизнуть от всевидящей и вездесущей Кристаллы. Девчонок конечно же интересовало все, что со мной произошло. И тактичностью дяди, согласившегося потерпеть с расспросами до завтра, они не обладали. В придачу девчонки еще и спрашивать умудрялись намного быстрее, чем я отвечать, ну еще бы, их же было трое на меня одну. Отвязаться получилось, только когда я всучила им купленные в подарок комплекты нижнего белья. Понятно, что приятельницы занялись примеркой, в чем, правда, и я не отказалась поучаствовать. А заодно меня расспрашивали о людях, интересовало подруг в первую очередь, развлекаются Алаири и Лания или у них серьезно, а то опять старичье все самое новое и интересное себе захапало, а молодежи фиг. А Сайли, наша самая порядочная недотрога, майором заинтересовалась, причем на мое обещание хвост оторвать только хитро улыбнулась и томно вздохнула. Вот зараза, и как ей теперь объяснять, что я не шутила.

Не знаю, сколько мы так сплетничали, только прервал нас стук в дверь. И сразу, даже не дожидаясь разрешения войти, в комнату ввалился майор.

— Шелли, ты здесь? — спросил он и тут же, заметив нас четверых в полураздетом состоянии (говорю же, мы нижнее белье мерили!), резко отвернулся. — Оп… прошу прощения. Шелли, там Криста говорит, что все готово, пора за стол садиться. И Алаири с Ланией пришли.

Ой, мы, наверное, действительно заболтались, это сколько же времени сидим, если уже и ужин приготовили, и стол накрыли, да еще и люди помыться успели, тетя Криста их, покрытых дорожной пылью и провонявших потом, точно за стол не пустила бы. Ну вот, опять я не успела нормально себе платье выбрать, придется натягивать первое попавшееся. Майор не стал меня дожидаться и быстро вышел из комнаты.

— А чего это он? — удивленно спросила Гвени, как-то странно изучая закрывшуюся за спиной человека дверь. Ой, ну конечно же они не знают… Гвени и Диала из поселка никуда не выезжали и с особенностями и традициями других рас были знакомы в основном по книгам. Сайли же в Оэсси бывала, но эти люди и от разумных, живущих в Десяти городах, отличались, во всяком случае жители Оэсси посмотреть на не совсем одетых тифлингесс никогда не отказывались, хоть и с безопасного расстояния.

— Да так, есть у них некоторые моральные ограничения, — натягивая на себя одно из платьев, попыталась я в двух словах просветить подружек. — И разницы между своими соплеменниками и нами они не делают, относятся так же, как и к своим женщинам.

— Ой, какая прелесть. — Сайли от восторга захлопала в ладоши, аж штаны натягивать прекратила. — Наконец хоть какой-то мужик, которого не только перепихон в кустах интересует. И который не знает всех моих родичей… И который, наконец, меня не боится.

— Шелли, ты гадкая и нехорошая девчонка, — не осталась в стороне Диала. — Почему ты нас не предупредила, мы теперь переодеться не успеем.

— И так сойдет, — проворчала я, справившись наконец с платьем и поправив прическу. — Да, сразу говорю, этого человека не трогать, серьезно предупреждаю, он занят. Если рядом кого увижу — лично рога поотшибаю и вдоль дороги на деревьях развешу.

— А если он сам к нам приставать начнет? — лукаво подмигнула Сайли.

— Этот не начнет, — обрадовала ее. — А с Алаири и Ланией будете сами разбираться, если что…

Все трое тут же дружно надулись и все время, пока мы спускались на первый этаж, продолжали делать вид, что обиделись. А внизу меня поджидал сюрприз, тетя Криста накрыла к ужину в главной столовой. Вот демон, на моей памяти мы этой комнатой с отцом ни разу и не пользовались. Как-то предпочитали непосредственно на кухне питаться, ну или в своих комнатах. Я зачастую вообще в саду ела, там есть такая симпатичная лужайка прямо под окнами кухни, я туда небольшой столик притащила, пару плетеных кресел и организовала что-то вроде навеса. Эта лужайка вообще роль моего кабинета выполняла, особенно в летнее время. Я там не только завтракала, обедала и ужинала, но еще и с уроками возилась, и с деловыми бумагами, да и просто посидеть, почитать книжку любила. А что, очень удобно, если проголодалась — достаточно крикнуть, и тут же Реджина, наша повариха, мне в окно поднос с чем-нибудь вкусненьким протягивает. А здоровенная комната по правую руку от холла, занимавшая в высоту два этажа, пустовала и никак не использовалась с момента постройки дома. Хотя нет, вру, там стоял огромный длинный стол из мореного дуба, когда в очередной раз надо было разобрать большое количество мелкого товара, на нем все и раскладывали. Убирались здесь наши слуги, которых у нас с папой насчитывалось всего-то четверо, скорее, формально.

Сегодня же тетя Криста, прикинув размеры нашей компании, решилась наконец использовать эту залу по прямому назначению. Ну имелась у тифлингессы одна слабость, любила, чтобы все было сделано красиво, все наши клановые праздники оформляла. Это, правда, приводило к лучшему, только она могла из нашего казначея, по совместительству и ее мужа, выбить необходимое финансирование. Вот только в этот раз формальное отношение наших слуг к уборке данной комнаты Кристалле всю красоту подпортило. Отодрать грязь, копившуюся несколько смен, меньше чем за одну стражу оказалось невозможно, даже когда молодежь начала стимулировать лично Алаири. А когда последний раз заряжались шары магических светильников, я и не помню. По-моему, ни разу с момента покупки и установки на место. Впрочем, Кристалла решила и эту проблему, откопала где-то несколько шикарнейших бронзовых шандалов и свечи к ним. Ужинали мы в крайне романтической обстановке, при свечах.

Еще и Алаири с Ланией, в отличие от меня, успели подсуетиться. Пока я, глупая, сплетничала с подружками, взрослые и опытные тифлингессы не занимались ерундой, а по-быстрому соорудили себе нормальные, не дорожные прически и платья подобрали не как я — первое, что под руку попалось, а именно те, которые и надо. Вот что значит опыт… Смотрелись обе женщины шикарно, мои девочки у меня за спиной синхронно испустили грустные и завистливые вздохи, даже слепому было ясно, что соревноваться со старшими, привлекая внимание выбранных ими людей, совершенно бесполезно. А зная характер обоих тифлингесс, еще и небезопасно. И молодняк, припаханный к уборке в доме и теперь, естественно, усаженный за стол вместе со всеми, хоть и рассматривал моих гостей с любопытством, но устраивать свои любимые шуточки с представителями других рас даже не пытался.

Шикарный вид старших и меня вогнал в тоску, из которой не особо помогала выйти даже вкуснейшая стряпня тети Кристы, особенно роскошная на фоне того, чем я питалась последние два сезона. По крайней мере, тосковала я до тех пор, пока не заметила, что майор поглядывает на меня гораздо чаще, чем обычно, с немым восхищением в глазах. Еще и на спиртное он налегал гораздо сильнее, чем всегда, а вот ел как-то не очень.

— Ты чего? — пихнула человека локтем. — Только не говори, что стряпня Кристы не нравится, все равно не поверю.

— Нет, очень вкусно. — Майор чуть ли не демонстративно отправил себе в рот полную ложку мясного рагу, а прожевав, продолжил: — Просто устал очень сильно… И еще, ты необычно выглядишь в платье…

— Ну вот, — окончательно расстроилась я. — Так и знала… Просто заболталась с подружками, а когда ты пришел звать меня к ужину — напялила первое, что под руку подвернулось. И белье к этому платью не подходит, и прическу не сделала…

— Я вообще-то другое имел в виду, — поперхнулся майор и залпом влил в себя стакан, судя по запаху, наполненный гномьим горючим. — Просто не ожидал увидеть тебя в платье, тем более что ты в нем потрясающе выглядишь…

— Да ладно, ты мне льстишь. — Я покачала головой и еще раз внимательно оглядела свое обтягивающее жемчужно-серое платьишко длиной чуть выше колена. — Эта тряпочка, конечно, неплохая, но к нему драгоценности определенные нужны, туфли… Сейчас что под руку подвернулось, то и натянула.

— А мне нравится, — протянул человек.

— Угу, угу, ты уже бутылку горючки допиваешь. Еще немного, и тебе все, что угодно, понравится. Смотри, прогоню на коврик ночью…

— Да я сегодня ночью поспать особо и не рассчитывал…

— Что, соскучился? — хихикнула, прижимаясь к человеку и поглаживая его хвостом по бедру.

— А, что, да, это тоже… — ответил майор, обнимая меня, но, похоже, его мысли витали где-то далеко. — Но на это я бы не жаловался… Просто мне, наверное, завтра с твоим дядей общаться придется, надо многое обдумать.

— Да наплюй ты, не съест тебя мой дядя, — постаралась успокоить человека. — Тем более что он с утра со мной поговорить хотел. Правда, все равно рано вставать надо. Мы прощаемся с телами на рассвете…

— А разве нам можно будет там присутствовать? — удивился майор. — По твоим рассказам выходило, что вы на подобных мероприятиях чужаков не больно любите видеть.

— Есть такое, — согласилась я. — Только мы не не любим, просто представителям других рас присутствовать там опасно. Мы будем возвращать Хаосу то, что не смогло добраться до него самостоятельно, не все могут безболезненно переносить соседство с порталом, ведущим непосредственно на границу.

— Вот оно что, — протянул человек. — Тогда, наверное, будет лучше, если мы не пойдем…

— Вам было бы лучше присутствовать, даже не лучше, нужно. Во-первых, вы отомстили за их смерть, а во-вторых, вы все уже видели сам Хаос, а ты даже касался его, не думаю, что наша церемония после такого будет представлять для вас опасность.

— Это ты про что? — Человек вопросительно посмотрел на меня.

— Про то самое, ты правильно понял, — кивнула, подтверждая его невысказанную догадку. — Клятва долга, в ту минуту в наш мир явился сам Хаос, точнее, крошечная его часть. Если он не повредил вам тогда, то не повредит и сейчас. И есть еще одна причина… Твое присутствие меня здорово успокаивает, боюсь, если я пойду на церемонию одна, опять разрыдаюсь. А с тобой я чувствую себя спокойно и уверенно. Дракон, ну пожа-а-алу-у-уйста…

— Шелли, вот только одна черта в тебе мне не нравится, — усмехнулся майор и, наверное, испугавшись моей обиженной гримасы, торопливо продолжил: — Ты начинаешь клянчить еще до того, как тебе откажут. Пойду я с тобой, куда я денусь…

— Вот и замечательно, — тут же успокоилась я. — Только не ты один, а вы все.

— Ну отец Яков мне уже намекал, что очень хотел бы присутствовать. А вот остальные… Даже не знаю. Хорошо, я поговорю с ребятами. Надеюсь, нам там ничего делать не придется?

— Не-а. — Я покачала головой. — Просто постоять где-то с малую стражу, померзнуть немного.

Тем временем ужин подходил к концу. Тетя Криста молодняк уже разогнала, пыталась выгнать и моих подружек, вот только они постоянно строили глазки людям и уходить не торопились. Кристалла припахала их мыть посуду, девчонки было возмутились, но тут вмешалась Алаири, а ей они возражать не рискнули. В конце концов я позорно отрубилась прямо за столом. Не проснулась даже тогда, когда майор на руках тащил меня в свою комнату.

…И церемонию проспала бы, майор разбудил. Уж не знаю, кто просветил его, когда именно надо вставать. Просыпаться жутко не хотелось, да и расслабилась я в своей родной кроватке, это не то что в лесу под деревом, когда грелась одним боком о человека, пока другой бок потихоньку обмерзал. Однако пришлось все же вставать.

И, отчаянно зевая, топать впереди людей на главную площадь нашего поселка. Кстати, Стингера с Комаром я не наблюдала, из чего сделала вывод, что ночевать они отправились к своим пассиям. Нет, что Ала человека не упустит, я ни мгновения не сомневалась, но Лания… Тут же мало самих людей скрутить, еще майора пришлось бы уговаривать их отпустить. Однако человек выглядел абсолютно спокойным и по поводу отсутствия своих подчиненных не нервничал, по крайней мере, внешне.

На площадь мы пришли одними из последних, там уже собрались все наши, кроме совсем маленьких. И Стингер с Комаром там же обнаружились, перетаптывались немного нервно в задних рядах. А вот мне, после того как я оставила приведенную группу их соплеменников, пришлось пробираться вперед, ближе к дяде. И с этим ничего нельзя было сделать, положено по рангу.

Сам же Лиимат стоял у груды дров с уже уложенными поверх нее телами и, развернувшись лицом на восток, терпеливо ждал восхода. Время текло очень медленно, я уже начала думать, что вполне еще можно было с малую стражу подремать и прийти немного попозже, когда наконец-то над горизонтом появились первые утренние лучи. Заметив их, дядя скинул наброшенную на плечи куртку, поднял лицо к восходящему светилу и начал меняться, взывая к Хаосу. Во мне тоже проснулась кровь предков, причем сразу обе половины, что случалось крайне редко. На вершине сложенного костра начало понемногу разрастаться пламя Хаоса. Постепенно, одновременно с тем, как Тарра разгоралась над горизонтом, пятно Изменчивого тоже разрасталось, пожирая тела наших соплеменников. А я от эйфории слияния с нашим прародителем начала понемногу терять ощущение времени. Понемногу Хаос поглотил все, что находилось в центре площади.

— Великий Изменчивый, — внезапно нарушил мой транс громкий голос дяди, завершавшего церемонию, — прими то, что ты породил, мы возвращаем твое…

Вот и все, собственно, Тарра уже полностью поднялась над горизонтом, окончательно наступил новый день. Хаос ушел, от костра на площади осталось только несколько горстей невесомого пепла, который быстро разгонял утренний ветерок. Наши начали понемногу расходиться, я тоже поплелась к людям, все еще позевывая и поеживаясь от утреннего холодка. Они же выглядели несколько подавленными, их жрец проделывал свои ритуальные жесты (я уже выяснила, что у них это называлось «креститься», и вообще, крест в их религии играл чуть ли не основное значение) и что-то бормотал себе под нос. Остальные просто молчали, не сводя глаз с того места, где еще малую стражу назад лежали тела.

— Все, собственно, — сказала я, уже абсолютно естественным и привычным движением нырнула человеку под мышку и прижалась поплотнее. Вот странно, раньше я постоянно недоумевала, как это парочки умудряются прогуливаться, плотно прижавшись друг к другу, да еще и получать от этого удовольствие. Несколько раз пробовала повторить подобное, но не получалось, точнее, получалось, но никакого удовольствия от этого я не испытывала, да и больше ста шагов пройти таким образом мне не удавалось, либо я, либо мой спутник отваливались друг от друга, и дальше мы двигались уже по отдельности, кому как удобнее. А вот сейчас я ловила кайф.

— Вы, наверное, идите домой, — повозилась, устраиваясь поудобнее, и майор, наконец понявший мои намеки, обнял меня. — То, что осталось от завтрака — в морозильном ларе на кухне, в принципе можете в кладовке брать все, что понравится, вроде тетя Криста вам вчера показала, где что лежит. Ну а если справитесь с плитой, то и ее растопите.

— Разберемся, — пробасил Потапыч.

— Шелли, тут Ала нас, — Стингер несколько замялся, — ну точнее, меня и моих друзей до кучи, на завтрак пригласила. Она вроде говорила, что договорится в какой-то таверне, ей домой еду принесут.

— А, понятно, — протянула я. — Грегор наверняка уже проснулся, она, наверное, его по дороге сюда запрягла, Ала всегда у него завтракает…

— Ты-то куда собралась? — поинтересовался майор. — Я думал, с нами позавтракаешь…

— Не отказалась бы, но меня сейчас дядя отловит, он еще вчера предупредил, — с сожалением пожала плечами. — И там я надолго застряну.

— Понятно, — с таким же сожалением протянул майор. — Слушай, а что сейчас вообще было-то? Зрелище впечатляющее, но мы не очень поняли.

— Это было возвращение наших погибших соплеменников туда, откуда мы все, собственно, и появились, — несколько высокопарно на мой непритязательный вкус и совсем непонятно объяснил дядя, тихонько подошедший к нам в сопровождении Гарриона и мастера войны. Ала с Ланией неподалеку крутились, куда же без них. Дядя продолжил, обращаясь к майору и предупреждая дальнейшие расспросы: — Я так понимаю, ты в вашей компании старший?

— Да, я командую этими людьми и отвечаю за них, — кивнул майор, подстраиваясь под манеру общения дядюшки. У него, кстати, здорово получилось.

— Тогда, если ты не возражаешь, я хотел бы с тобой поговорить наедине. Скажем, в середине третьей дневной стражи, можно заодно и пообедать вместе. Устроит?

— Вполне, — кивнул майор. — Вот только где тебя искать? Боюсь, я пока не очень ориентируюсь в вашем поселке.

— Шелли проводит. — Дядя подхватил меня под локоток, изымая из объятий человека. — А пока я заберу у вас свою племянницу, нам с ней надо кое-что обсудить.

— А мы покажем гостям, что у нас тут интересного есть, — радостно вмешалась Алаири.

— Ала, у нас в поселке имеется много интересных мест, кроме твоей спальни, — не упустил возможности подколоть ее Гаррион.

Но Алаири не стала ввязываться в перепалку, только недовольно зашипела, вцепилась в Стингера и потащила его по направлению к своему особняку. Люди потопали следом. Я с сожалением проводила взглядом майора, но пришлось плестись с дядюшкой в его кабинет, причем оба мастера увязались следом. Это что, они при нашем разговоре собирались присутствовать?

В дядином кабинете уже оказался накрыт стол с легким завтраком. Интересно, когда успели, и главное кто. Лиимат в свой кабинет и соплеменников-то пускать не любит, что уж про представителей других рас, живущих у нас в поселке, говорить, а сегодня все наши присутствовали на церемонии. Однако булочки были еще теплые, точно, ночью пекли. Мастера расселись в кресла около столика с завтраком, дядя плюхнулся на свое место и, тяжело взглянув на меня, предложил:

— Рассказывай, Шелли, обо всем, что произошло, с самого начала.

Пришлось действительно вспоминать все с начала. Рассказ у меня вышел длинным и весьма обстоятельным, дядю интересовали не только вещи, происходившие со мной, но и мои умозаключения. Хорошо хоть беседы с людьми пересказывать не заставил, но темами этих самых бесед он очень интересовался. Постоянно уточнял, что именно я говорила людям и что они мне. Пришлось трещать без умолку почти целую стражу, хоть сидр мне постоянно и подливали, но все равно во рту пересохло, а горло стало ощутимо побаливать. Окончание повествования вышло у меня скомканным, больно уж не терпелось закончить.

А дядя все мрачнел и мрачнел. Когда я закончила, он молча погрузился в, судя по всему, весьма невеселые размышления. Мастера тоже не спешили нарушать тишину.

— Дядя, я, наверное, опять все сделала неправильно? — спросила его.

— Ну почему неправильно, — постарался успокоить меня он. — Повезло тебе, конечно, здорово, да и предположить, что именно в твоей ситуации можно было бы сделать лучше, я, пожалуй, не смогу. Тем более что нам сейчас надо думать, как поступать дальше, а не выискивать ошибки в уже сделанном.

— А чего тут думать, — шмыгнула я носом. — Мне клятву выполнять надо. Отвести людей в Оэсси, свести их с магами, может быть, помочь деньгами, колдуны много попросят за такую услугу. Ну и пообщаться с ними надо побольше, по дороге они очень много интересных идей подкидывали, есть над чем поразмыслить.

— Это да, Лиимат, интересных идей у них действительно много, — поддержал меня Гаррион. — Вот только, Шелли, все совсем не так просто, как тебе кажется.

— Угу, именно, не все так просто, — угрюмо кивнул дядя. — Ох, девочка, когда же ты начнешь просчитывать последствия.

— Да в чем дело-то? — возмутилась я. — Какие могут быть проблемы от кучки иномирян?

— От этих вполне могут, — коротко хохотнул мастер оружия. — Ты же сама видела, что это ребята, очень способные в некоторых вещах. А если еще учесть, что об оружии, которым они пользуются, у нас ничего не знают и не могут от него защититься…

— Но это мелочи, — неожиданно подал голос мастер войны. — Давайте говорить напрямую, здесь все свои, в конце концов.

— Хватит, — поморщился дядя. — Всю ночь обсуждали, похоронить не получится, с Хаосом не шутят. Да и не думаю я, что такой вариант будет наилучшим, если только самым простым.

— Эй, народ, вы чего, — возмутилась я. — Они же нам ничего плохого не сделали, зачем сразу хоронить-то?

— Политика, — с непонятной интонацией протянул Гаррион.

— Видишь ли, Шелли, — повернулся ко мне дядя. — Нас пугают не сами эти люди, а то, что за ними стоит. По вашим рассказам выходит, что это простые исполнители, решения в своем мире принимают не они. А вот о том, как у них принимаются решения и кто, собственно, за этим стоит, мы ничего толком и не знаем, наши гости всегда очень удачно избегали этой темы. Но уже то, сколько в их мире живет народа, весьма меня настораживает.

— Ну а мы-то тут при чем? — все равно не поняла я. — Есть ректор академии, есть Древние т'сареш, пусть у них голова и болит…

— Шелли, Шелли. — Дядя укоризненно покачал головой. — Начну с самого начала, если уж ты не понимаешь. Наш мир стоит на пороге большой войны, мы-то втроем ее, скорее всего, уже не увидим, только если самое начало, но вот твоему поколению и тебе лично, скорее всего, придется все это расхлебывать…

— Дядя, хватит пугать меня концом света, — поморщилась я. — Постоянно на Дее все друг с другом воюют, мы, собственно, на этом и зарабатываем…

— Дети, — перебил меня мастер войны, — самые настоящие дети. Шелли, это будет не обычная войнушка за очередной пригорок или рощицу, а война на истребление, какая уже была две тысячи смен назад. На данный момент все идет к тому, что выиграют т'сареш, истребив или прогнав из мира остальные разумные расы. Не одномоментно, конечно, пока речь идет о том, что в ближайшие двести — триста смен кровососы всерьез возьмутся за Южный континент. Ну а предварительно устранят все не подчиняющиеся им государства на Большом, если быть точным, то добьют анклавы эльфов и уничтожат Десять городов. Нагнетать обстановку т'сареш начали смен пятьдесят назад, конклаву магов пока удается сохранять хрупкое равновесие, но их возможности уже практически на исходе.

— Мастер, ты не первый, кто мне об этом говорит, но я все равно не понимаю, при чем тут эти люди и их мир…

— Шелли, они гнали Древнего, а перед этим напугали его как следует, — ответил мне дядя. — Они умеют воевать с т'сареш. На одного Древнего оказалось достаточно всего шестерых человек. А людей там, если верить словам иномирян, конечно, еще семь миллиардов.

— И по их словам, опять же миллионные армии в том мире — обычное дело, — сказал мастер оружия. — Ты можешь себе представить войско из миллиона бойцов? Я не могу, у меня только толпа получается, но люди говорили именно про армию.

— Конклав, а точнее, Игнатиус, вцепятся в них всеми конечностями, точнее, уже вцепились, — дядя продолжил развивать тему. — Архимаг, не сумев убедить разумных в неизбежности предстоящей войны и сейчас с маниакальным упорством ищет союзников, любых… А тут ему такой подарок, как раз то, что надо…

— Ну и замечательно. — Мне значительно полегчало. — Сведем людей с магами, получим плюшки от ректора, заодно присмотрим, чтобы академия сдержала слово и людей не обидели. Все довольны, все танцуют.

— Девочка, а ты не боишься того, что маги могут впустить в наш мир, если договорятся с этими людьми? — неожиданно резко спросил меня Гаррион. — Ты же сама слышала, как они говорят о тех, кто ими правит, точнее, пытаются о них не говорить. И о том, как там ведутся войны… Вот лично мне очень не хочется увидеть что-то подобное на Дее, да и вообще видеть не особо хочется…

— Ты немного неправ, Гаррион, это не нам решать, — неожиданно возразил ему дядя. — Так или иначе о появлении этих людей уже знают и маги и вампиры. Рано или поздно их мир найдут и без них, общение с этими людьми просто облегчит задачу. Мы сейчас о другом разговариваем. Что конкретно нам делать? Причем клятва Шейелены резко сужает круг вариантов. Убить и закопать отпадает, так или иначе сдать их заинтересованным сторонам — тоже, мы вынуждены им помогать, пока Хаос не признает клятву выполненной. Вот и давайте решать, как именно. Ваши варианты?

— Мне вариант, предложенный Шелли, нравится, — решительно махнул рукой Гаррион. — Свести их с академией, выступить в качестве посредников. Отношения у нас пока нормальные, вот, правда, из всех представителей нашего племени люди без опаски относятся только к твоей племяннице, на остальных реагируют настороженно и подозрительно. Впрочем, это вполне нормально, на их месте я бы держался примерно так же. Все равно от нас уже не отстанут, сначала будут пытаться просто договориться, потом полезут уже силой… Так что отправим людей в Оэсси, приставим к ним охрану, ну и магам намекнем, что помочь людям в их же интересах. А о чем они там между собой договорятся — уже не наше дело.

— Я тоже за посредничество, — медленно и задумчиво, в своей обычной манере, произнес мастер войны. — Только я бы оставил людей в клане. Здесь мы сможем лучше их защитить, заодно и подстрахуемся, если им придет в голову выкинуть какой-либо финт. А к магам зашлем нашего представителя. Заодно, если уж у них столько интересных идей, и пообщаемся поплотнее.

— Хм, как по мне, так обе идеи неплохие, имеют как плюсы, так и минусы. — Дядя почесал в затылке. — А может, Теорних позвать попробуем? Конечно, ее визиты всегда сравнимы с небольшим стихийным бедствием, но никто не рискнет выступить против решения демона Хаоса. И помочь людям ей вполне по силам, если она, конечно, захочет.

— Не скажу, что меня радует возможная встреча с твоей бабулей, — поморщился Гаррион, и Вэйер, мастер войны, обычно из принципа споривший с мастером оружия, на этот раз согласно закивал головой. — Мне ее прошлого визита хватило. И потом, эта оговорка: если она захочет помочь… У нас нет доводов, чтобы убедить ее помочь, а на наши отношения с Хаосом и внутренние дела Деи Теорних всегда было наплевать.

— Еще одно возражение, — продолжил мысль Гарриона Вэйер. — По описанию очень похоже, что мир людей расположен где-то неподалеку от границ порядка, наши предки не особо любят туда соваться. Да и сил от них это потребует очень много… Если бы кто-нибудь другой, но Теорних вряд ли станет выкладываться ради каких-то людей, даже из любопытства.

— Хорошо, — кивнул Лиимат. — С предками тогда связываться не будем, станем рассчитывать только на свои силы. Ваши предложения выслушал, подумаю еще. Послезавтра мастер денег вернется, с ним тоже надо бы посоветоваться…

— Эй, народ, — несколько грубовато вмешалась в разговор. — Я, конечно, понимаю, что вы охренеть какие старые и умные, но, может, поступим проще, спросим у самих людей, что им больше нравится? Вам совершенно необязательно рассказывать про все политические интриги нашего мира, просто скажем, что мы можем помочь двумя способами, которые вы только что озвучили, и пускай сами выбирают. А может, они еще что-то придумают, до чего вы додуматься не смогли. И еще одно, я абсолютно уверена, что если люди не захотят следовать вашему плану, они и не будут этого делать. Эти-то ребята, в отличие от нас, никакими клятвами не связаны.

— Хамишь, племянница, — добродушно ухмыльнулся Лиимат. — Но говоришь дело. Вот только сначала надо придумать, что этим людям предлагать. Ладно, я все равно собирался поговорить с их главным. Я правильно понял, имеет смысл говорить именно с ним?

— Решения они принимают все вместе, но последнее слово за майором, — согласно кивнула я.

— Отлично, значит, нужно сегодня с ним побеседовать. Ладно, Гаррион, Вэйер — свободны. Вы знаете, чем заняться в первую очередь…

— Я тогда тоже пошла? — вскочила и поспешила к двери. — У меня еще куча дел, куча дел.

— А ты подожди, Шелли, — уже у самой двери остановил меня Лиимат. — С тобой я еще не закончил.

Пришлось возвращаться.

— Ну, племянница, что ты собираешься делать дальше, — с непонятным выражением лица спросил меня дядя.

— Как что, надо клятву выполнять. — Я внимательно исследовала столик с остатками завтрака, но меня поджидало разочарование, наши прожорливые, особенно на халяву, мастера все сожрали. — Ну и заодно надо посвящение пройти, сидеть у тебя на шее я не собираюсь, у тебя и так дел много.

— С посвящением можешь не суетиться, в твоем случае это простая формальность, — обрадовал меня дядя. — Ты уже видела Хаос, что называется, воочию. Так что медальон клана я могу тебе выдать хоть завтра, надо только твое имя на нем отчеканить. Нет, если ты хочешь послушать пафосную речь в моем исполнении, то не вопрос, до конца лета осталось две дюжины дней. С долгом тоже понятно, тут от тебя не многое зависит, мы уж как-нибудь сами…

— Нет, дядя, это мой долг, и им я займусь сама, — упрямо возразила я. — Ваш совет и вашу помощь приму с благодарностью, но в сторону не уйду…

— Скажи уж сразу, тебе их главный понравился, как его, майор, — расхохотался дядюшка. — Ведь наверняка ты его уже в койку затащила…

— Ну затащила, — немного насупившись, признала я. — Но я не одна такая. И потом, ты что, мне завидуешь?

— Не-э-э, мне женщины больше нравятся, — продолжил хохотать дядя. — Ты смотри, тебя от влюбленности-то еще раз лечить не придется?

— Может, и придется, — пожала плечами. — Он мне действительно очень понравился, причем это, похоже, взаимно. И потом, я с ним так уютно себя чувствую, никогда такого не было, и эти беспричинные приступы слепого страха рядом с ним никогда не накатывают…

— Да, Ужас Бездны, мне Гаррион говорил, — понимающе кивнул Лиимат. — Но последствия уже должны были пройти. Для очистки совести тебе надо бы еще к магу заглянуть, но это необязательно и не срочно.

— Знаешь, дядя, я пока проверять, прошло это или нет, не собираюсь, — лукаво улыбнулась ему. — Мне и так неплохо…

— Ну смотри сама. Только помни, рано или поздно люди уйдут…

— Помню, — грустно кивнула ему. — Я несколько раз намекала майору, что они могут остаться здесь, но он делал вид, что не понимает намеков. И постоянно твердил, что обязан вернуться. Жаль, конечно, от такого человека я бы не отказалась родить ребенка… Может быть, а может быть, и нет, не знаю…

— Ладно, с этим разобрались. Но ты все-таки не ответила на мой вопрос, чем ты собираешься дальше заниматься по жизни…

— Не знаю пока. Сейчас надо с наследством разобраться, дела папины завершить. Я так понимаю, что все равно в Оэсси ехать придется вместе с людьми, вот и займусь заодно. А жить можно будет в нашем доме, надо только слугам письмо отправить, чтобы подготовили все.

— С наследством просто, — кивнул дядя. — Свидетельство личности я тебе напишу, с бургомистром Оэсси ты лично знакома, думаю, он тебе не откажет. И я тебе письмо дам в одну контору стряпчих, все остальное они сделают. Что касается контрактов Энно, этим, наверное, я сам займусь, ты и десятой доли не знаешь, а вводить тебя в курс дела слишком долго. Кстати, что у тебя с деньгами, наличными я имею в виду? На людей сильно потратилась?

— Мелочи, — пожала плечами. — Кормежка и пара дополнительных комнат в «Бешеном гусе», дальше по дороге за все платил Гаррион. Да, пять «понималок» я им подарила и одну на себя истратила, еще одну дяде Гарти отдала. Ну и еще, вот посмотри на это. — Я вытащила две «серебряные пули», как люди называли свои наконечники для стрел, и протянула их Лиимату.

— Любопытно, любопытно, Гарриону ты про это, я так понимаю, не рассказывала, — пробормотал дядя, вертя в руках и внимательно разглядывая кусочки серебра. — Дорого обошлись?

— Довольно дорого, по четыре золотых за штуку. Люди не хотели брать деньги просто так, но согласились продать серебро. Но там тоже… странно. Я им пока только две тысячи медных отдала, почти всю медь, которая у меня была с собой. Майор и этого брать не хотел, говорил, что пока ему не надо столько, но это я ему чуть ли не насильно вручила. А золото, он сказал, потом заберет.

— Хм, честная цена. Серебро, кстати, очень чистое, в Оэсси продадим, так еще и заработаем недурно. Если я правильно понял, это их стрелы. Много у них еще?

— Не сами стрелы, только наконечники, — уточнила я. — И… да, еще достаточно, несколько монет, если по весу прикидывать, точно наберется. Но эти у них специально против т'сареш, есть еще и другие, не серебряные.

— Ладно, подумаем, — кивнул дядя. — С золотом у тебя проблем никаких нет, по текущим счетам сумеешь расплатиться без проблем, как я понял, значит, наследством можно обычным порядком заниматься, без спешки. Ну а все-таки, что ты дальше делать станешь? Ходить, как все наши, на наймы ты вроде не собиралась?

— Не знаю пока, — пожала плечами. — Может, торговлей займусь, потихоньку, как и папа. Тут еще люди несколько интересных идей подкинули, можно неплохо заработать. Но я пока не готова про них рассказывать, еще подумать надо, да и дополнительную информацию из них выжать. Тем более что денег у меня достаточно, можно особо не торопиться с зарабатыванием на жизнь…

— Торговлей, значит, — как-то загадочно протянул дядя. — Слушай, а не хочешь ты в академию поступить? Задатки у тебя есть, маги нас одно время закидывали приглашениями, звали тебя на бюджетное отделение…

— Странно, папа мне ничего не сообщил, — задумалась я. — Тот практикант, который мне про Теорию сил рассказывал, тоже говорил, что у меня неплохие задатки. И папе тогда предлагал меня в школу при академии отправить, но папа отказался, а больше мы с ним эту тему не поднимали.

— Да, правильно, — согласился дядя. — Мы тогда решили, что тебе не стоит покидать клан. И когда посыпались приглашения, тебе про них не говорили. Ты знаешь, почему почти никто из тифлингов не получает магического образования?

— Ага, — кивнула я. — Поступающий на бюджетное отделение заключает магический договор и обязуется жить по законам конклава. А с нашими клановыми обычаями и традициями они довольно сильно расходятся. И если учесть, что наши законы сдерживают в первую очередь нас самих, то наши предпочитают не экспериментировать и на бюджетное отделение не поступать. А платное стоит столько, что позволить себе такое обучение можно лишь при поддержке клана.

— Гляди, чего-то ты, оказывается, из уроков все же помнишь, — насмешливо посмотрел на меня дядя. — В общем, тифлинги из без того очень опасны для окружающих, а научившись контролировать силу… сама понимаешь. И еще одно, обучение магии меняет сознание и для большинства наших это очень опасно, велик риск потерять контроль. Контролировать одновременно и магию и Хаос могут только единицы. Но в твоем случае маги брались обучить тебя, не подвергая опасности твою жизнь и твое сознание. Думаю, что имеет смысл попробовать.

— А как же законы конклава? — удивилась я. — Нет, я, конечно, девочка не бедная, но ухнуть половину состояния на платное обучение пока не готова. Да и не хватит у меня денег, надо будет долю в предприятиях продавать, недвижимость… Или ты решил оплатить все из клановых сбережений?

— Нет, на такие жертвы я пока пойти не готов, — ухмыльнулся дядя. — Но у нас сейчас есть великолепный предмет для торга с академией вообще и с ректором в частности. Думаю, что мы либо скостим плату до приемлемых размеров, либо несколько изменим правила поступления на бюджетное отделение. Торговаться сама будешь, мы тебе только немного подсобим. Но конечно, это если ты сама согласишься.

Я задумалась, всерьез задумалась. С одной стороны — вроде бы и не плохо магии научиться. Это вполне компенсирует мои весьма скромные по сравнению с остальными соплеменниками боевые возможности. Кровь предков, конечно, штука хорошая, но на нее все же нельзя постоянно рассчитывать, да и вообще, лучше поменьше иметь дело с Хаосом. А тут я получу возможность научиться управлять и преобразовывать энергию Хаоса, у них там в академии целый факультет есть, который этим занимается, а уж с энергией этого самого Хаоса у меня по определению проблем быть не может, заманчиво, очень заманчиво. С другой стороны, полный курс академии — девять смен, да еще и написание диплома.

Девять смен уроков, которые, вот чует моя задница, окажутся еще скучнее, чем те, которые я терпела раньше. И еще, придется ведь подчиняться правилам, пока буду учиться. Правила обучения в академии едины для всех, и для бюджетников и для платников, не думаю, что дядя сможет уговорить магов изменить их для меня персонально. Хотя он же сказал, что я сама могу торговаться. Ха, тогда открываются очень интересные возможности. Где-то дома у меня должна валяться книжечка со сводом правил поведения магов-студентов, надо будет освежить в памяти.

— Знаешь, дядя, я, наверное, соглашусь, тем более на халяву, — произнесла задумчиво. — Вот только правила поведения я сама для себя буду придумывать…

— Ну попробуй, — опять ухмыльнулся дядя. — Ладно, можешь идти. Только приведи своего майора ко мне где-то к середине третьей стражи. И это… я понимаю, что ты все равно поступишь так, как считаешь нужным, но не рассказывай ему пока ничего о наших планах и расчетах. Я ему сам все изложу.

— Знаешь, дядя, не ведаю, рассказывал тебе Гаррион или нет, но эти люди такие же параноики, как и вы. И информацию от них нужно утаивать крайне осторожно.

— И тем не менее, Шейелена, тем не менее, — уже в спину мне крикнул дядя.

ГЛАВА 10

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 66 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Да уж, деревушка тифлингов ничем не напоминала поселение самых грозных бойцов планеты, по крайней мере, так рекламировали свое племя Гаррион с Шейеленой. Большие двухэтажные дома, сложенные из бревен и окруженные обширными садами, вызывали в душе какое-то пасторальное умиление. Даже заборы (невысокие, сантиметров по семьдесят), набранные из одинаковых деревянных планок, были скорее декоративными и просто отмечали границы владений, ничего не загораживая.

И толпа, выстроившаяся встречать нас на въезде в поселок, вела себя ну никак не агрессивно, даже не настороженно, а наоборот, лучилась доброжелательным любопытством. Вообще-то видеть такую толпу рогатых (а было их там сотни три, не меньше), почему-то оказалось более привычным, чем общаться с тифлингами по отдельности. В большом скоплении народа многочисленные рога и хвосты просто никак не воспринимались. Кстати, в толпе хватало и представителей других рас, в основном это были люди, но встречались и орки, и даже десяток гномов. И все-таки других разумных оказалось гораздо меньше, чем тифлингов. К сожалению, в толпе мы увидели на удивление мало детей. Причем родители явно не прятали молодняк от чужаков, детишки всех возрастов шныряли в толпе, но их было мало.

Дядюшка Шелли впечатление производил, ничего не скажу, серьезное. Этакий солидный, невысокого роста, но крепкий, в летах, если на наши мерки, то лет пятьдесят, но Шелли вроде говорила, что ему больше шестисот. Были у него такая же, как и у девушки, грива русых волос, ясно, она, похоже, в мамашу свою пошла; такие же черные с серебряными прожилками рога, разве только немного побольше. И смотрел настороженно, как будто ждал, что мы сейчас всех убивать начнем. А у него за спиной виднелось еще несколько таких же, в возрасте, смотрели с каким-то напряжением, все с хорошо различимыми рогами и хвостами, что это у них обозначает принадлежность к старшим родам, я уже выяснил, то есть у всех этих тифлингов имелось не менее четверти демонической крови. Кто они, телохранители, советники? Нет, наверное, все же советники, охрану так демонстративно не выставляют, да и больно стары они для простых охранников. И еще, эти вот тифлинги оказались вооружены, у всех на поясе меч, такой же, как и у Шелли (она его кордом называла), и кинжал — дага. Остальная-то толпа была безоружной, только кинжалы у всех, но как я понял, это необходимый минимум, без ножей из комнаты никто не выходит, не то что из дома. Но вот военного оружия ни у кого при себе не имелось, а по понятиям тифлингов это означало, что здесь они чувствовали себя в абсолютной безопасности.

Шелли нас быстренько представила своему дяде и чуть ли не волоком потащила к себе домой. Причем с родственничком она явно перед этим о чем-то спорила, я стоял далеко и не расслышал, да и не ругались они в голос, просто разговаривали немного напряженно. А домик у тифлингессы оказался солидный, метрах в пятидесяти от дороги, не двух-, как подавляющее большинство, а трехэтажный. Сада от ворот было особо не разглядеть, но он имелся, тоже очень и очень немаленький. И вообще, домик выглядел шикарно, эдакий барский особнячок, вот только наружные стены так и оставили бревенчатыми, ничем отделывать не стали. Ну да, Гаррион говорил, что Шелли — девочка не бедная, но это были просто слова, а теперь передо мной предстало что называется осязаемое доказательство богатства. За те метров двести, что мы успели пройти от окраины поселка, я таких шикарных построек не заметил, все было гораздо скромнее. Интересно, а слуги у нее есть, а то ведь в этой громадине убираться надо чуть ли не круглосуточно, да и пожрать приготовить, постели застелить…

Н-да, похоже, есть… мама, роди меня обратно… толстый тифлинг… точнее, толстая тифлингесса, вышла из небольшой двери, совершенно не подходящей для такого домика ни по внешнему виду, ни по размеру, и остановилась, уперев руки в бока. Впрочем, дверь она вполне успешно перегораживала и до того, как растопырила локти. Эдакая тетушка с размерами сто двадцать-сто двадцать-сто двадцать… Хотя нет, наверное, поменьше. Причем ни размеры, ни вес не мешали ей весьма проворно двигаться. Похоже, женщина была сильная, очень сильная… Думаю, быка ударом кулака в лоб остановила бы…

Нет, не похожа на прислугу, отчаявшись ждать задержавшуюся у ворот Шелли, тифлингесса грозным воплем поторопила Лиимата. Глава клана тут же заторопился, суетливо закончил разговор с племянницей и в темпе свалил по своим делам. Н-да, а на тему силы тетушки я не ошибся, Шелли она сдавила так, что ребра у той затрещали, я хорошо расслышал. При этом тифлингесса громко сетовала, что девочка себя запустила и плохо кушала, и одновременно грозно поглядывала на нас, как будто это мы всем кагалом у девочки тарелки с едой отбирали.

Нас пропустили в дом. Дверь, похоже, была запасным выходом, волей случая превратившимся в основной. А как иначе объяснить то, что мы попали в кухню? А чем еще могло оказаться помещение со здоровенной дровяной плитой по центру и кучей тумб и шкафчиков вдоль стен? Ну и до кучи, на плите стояли несколько блюд, кастрюль и сковородок, от которых очень вкусно пахло. Вот только сразу кормить нас не стали. Упитанная тифлингесса, оказавшаяся женой местного казначея и взявшаяся на добровольно-общественных началах приводить в порядок дом после полугодового отсутствия хозяев, развила бурную деятельность. За нами увязались три подружки Шелли примерно ее же возраста, их погнали на уборку, отрядив в помощь для переноски тяжестей Стингера, а Потапыча с Комаром припрягли таскать из кладовок запасы, по мнению Кристы, толстой тифлингессы, еды оказалось недостаточно, надо было срочно готовить еще. Тирли, весьма неплохо умеющий кухарничать, присоединился к ней, правда, ему пришлось выдержать небольшой бой и доказать свое умение орудовать не только боевым ножом, но и кухонным. Впрочем, экзамен он прошел успешно и был милостиво допущен к таинству приготовления пищи.

Так все и закрутилось, подружки Шелли отловили где-то с десяток подростков тифлингов и заставили их убирать в комнатах, как выразилась хозяйка, гостевого крыла. Баня оказалась уже протоплена, и Шелли первая побежала мыться, потом пошли уже мы. Ну и ладно, пока ждали баню — разделили между собой комнаты, после короткого совещания решили оставить на время паранойю, отдохнуть и переночевать по отдельности, потом вещи занесли, заодно расседлали и накормили (а что, научились за дюжину-то дней!) лошадей, загнанных во двор. Заодно Стингер обрадовал, выяснил, что клинки, чуть ли не силком навязанные нам Шелли, теперь считаются официальным даром старейшины клана. Черт, еще один геморрой, придется думать, как отдариваться. А у нас ничего лишнего-то и нет, все вещи, а тем более оружие, нужные.

Ужинали весело, компания оказалась немаленькой. Точно к ужину заявились Алаири с Ланией. Чисто вымытые, с хитрыми и красивыми прическами, в платьях. Я чуть со стула не упал, когда их увидел, по-моему, у них на лицах еще и макияж какой-то был, но так, еле заметный, а вот духами попахивало явственно. У Комара с хорошо слышимым стуком отпала челюсть, а Стингер начал судорожно сглатывать слюну. Интересно, что со мной сделают, если я не отпущу их на ночь по бабам, а заставлю ночевать в месте временной дислокации… Наверное, ничего хорошего, пожалуй, не буду экспериментировать. Выглядели тифлингессы шикарно, платья, весьма откровенные и короткие, были подобраны со вкусом, вульгарщиной и близко не пахло. Подростки за столом весело перешептывались, разве что пальцем в женщин не тыкали. До кучи Шелли тоже спустилась в платье, пришла уже моя очередь ловить отпадающую челюсть. Ну шли ей платья, намного больше шли, чем брючные костюмы, которые она таскала до сих пор. А вот ее подружки, оставшиеся в повседневной одежде, посматривали на соплеменниц весьма недовольными волчьими глазами, причем большая часть неодобрительных взглядов доставалась почему-то хозяйке дома.

Шелли вырубилась прямо за столом. Правда, перед этим успела меня порадовать тем, что на рассвете состоятся похороны, причем наше присутствие на них весьма желательно. Ох е-е-е, еще и вставать рано. Хотя чего это я, мы уже начали потихоньку привыкать, но все-таки сутки тут подлиннее наших, хоть сейчас и разгар лета. А ночи довольно-таки короткие.

Но Шелли-то хорошо, а мне ее тащить наверх пришлось, да еще и раздевать. А перед рассветом будить: она безбожно проспала и вставать категорически не хотела. Сама же церемония похорон…

Я сначала думал, что тела просто сожгут. Ну а как еще можно интерпретировать большую кучу дров с уложенными поверх трупами. Не очень понятно, почему именно на рассвете, а особенно — зачем это проделывать на центральной площади поселка. Потом же все убирать придется, да и трупы горят долго, если просто на дровах жечь две дюжины тел, то это на целый день развлечение. Шелли же говорила что-то про малую стражу. По-нашему, это минут двадцать, но за такое время даже с помощью химии останки не сжечь. Кстати, сама девушка, пристроив нас на краю площади за спинами собравшихся жителей, убежала вперед, к погребальному костру. С первыми лучами солнца началось действо. Дядюшка Шелли, стоявший ближе всех тифлингов к костру, скинул с плеч куртку, остался по пояс обнаженным и начал меняться. Наконец-то я увидел, как перекидываются тифлинги. Тот единственный раз, когда Шелли по-настоящему разозлилась, в расчет можно было не принимать, я тогда был сосредоточен немного на другом, да и сидела она так, что толком ничего рассмотреть не получилось. Сейчас видно было получше, хоть Лиимат и стоял к нам спиной. Но было хорошо заметно, как кожу тифлинга начала затягивать черно-зеленая чешуя, сросшаяся на лопатках в две костяные пластины. Волосы, которые у него были покороче, чем у Шелли, всего-то до плеч, плотно прижались к черепу, слились воедино и потемнели, часть их превратилась в костяной воротник, прикрывший затылок. Голову украсили еще два невысоких и на вид жестких гребня, начинались они, видимо, от рогов и тянулись к броне, наросшей на плечевых суставах. Руки тоже полностью затянула чешуя, издали похожая на кольчужный доспех, локти украсили небольшие шипы, а на предплечьях появились костяные гребни, казавшиеся издалека весьма острыми. В придачу ко всему тифлинг стал заметно выше ростом и прибавил в плечах, теперь по габаритам он сравнялся со мной, а может, даже и превзошел. Вот интересно, откуда он массу для трансформации берет, или в этом безумном мире закон сохранения массы и энергии не действует?

Но, увлекшись зрелищем трансформации тифлинга, я чуть не пропустил кое-что более занимательное. Мое внимание привлек Стингер, пихнул меня локтем бок и начал шептать себе под нос что-то матерное. На вершине костра стало разгораться какое-то пламя, какое-то неправильное пламя. Начать с того, что огонь был как бы заключен в какую-то сферическую форму, за пределы которой не вырывался ни один язык пламени. Сама же сфера понемногу расширялась, постепенно заключая в себя и тела, и груду дров, на которой они лежали. Да и сами языки этого странного огня совсем не напоминали обычный костер, пламя как будто танцевало и пело, оставаясь одновременно и хаотичным и упорядоченным. Это здорово напоминало мне переливы в глазах Шелли, которые возникали, когда она была чем-либо возбуждена. Обалдеть, где-то я что-то подобное видел, причем явно не дома, где-то здесь, в этом мире, и не очень давно. Ну конечно же, клятва долга, я же стоял посреди точно такого же огня. Просто наблюдал его изнутри, а сейчас смотрел со стороны. По ходу, на зов тифлингов явился сам Хаос, вернее, то, что они здесь называли Хаосом. Чуть было не забыл упомянуть, все это происходило в полнейшей тишине, никто из тифлингов не издавал ни звука. Даже обычные шумы, характерные для живой природы, исчезли.

Пятно Хаоса продолжало неторопливо разрастаться с минуты появления местного солнца над горизонтом и, как только Тарра целиком появилась в небе, полностью поглотило поминальный костер. Пламя вспыхнуло ярче, а от громоздкой и какой-то угловатой фигуры полностью преобразившегося старейшины полились звуки речи. Как ни странно, но с этим языком наши «понималки» справлялись с трудом. «…Великий… забери… часть… от себя…» — больше я ничего разобрать не смог, точнее, смог, закованная в чешую фигура рычала очень громко, но у меня в сознании всплыли образы, соответствующие только этим словам.

И на сем все закончилось. Пламя исчезло, просто исчезло, как будто выключатель повернули, а вместе с Хаосом исчезла и куча дров с трупами, осталась лишь парочка горстей пепла. Да уж, проблему уборки Хаос решил капитально. По толпе пронесся облегченный вздох, и тифлинги начали понемногу разбредаться в разные стороны. Лиимат, уже принявший обычный облик, тщательно отряхивал от пыли куртку. А мы молча стояли, не отрывая взглядов от того места, где только что лежало две дюжины трупов. Только отец Яков упорно бубнил себе под нос какой-то из вариантов отходной молитвы и исступленно крестился. А мне очень хотелось выпить, причем побольше и покрепче. Просто пришло в голову: интересно, а что будет, если тифлинги попросят своего предка не трупы соплеменников забрать, а, скажем, город снести. Вот почему-то казалось, что размер такого костерка ничем особо ограничен не будет. Только вроде как все тифлинги упорно утверждали, что Хаос разумен и сам решает, что ему делать. Ну не знаю, не знаю…

Тем временем к нам протолкалась Шелли, уже на автомате чмокнула меня в губы и залезла ко мне под мышку. Вот черт, похоже, девушка действительно замерзла, хотя я не сказал бы, что на улице было особенно холодно, но тем не менее я обнял ее, покрепче прижал к себе.

— Вы, наверное, идите домой, — сказала начавшая согреваться Шелли. — Там то, что от завтрака осталось — в морозильном ларе на кухне. В принципе можете в кладовке брать все, что понравится, вроде тетя Криста вам вчера показала, где что лежит. Ну а если справитесь с плитой, то и ее растопите.

— Разберемся, — пробасил Потапыч.

— Шелли, тут Ала нас… — Стингер несколько замялся, — ну, точнее, меня и моих друзей до кучи на завтрак пригласила. Она сказала, что договорится в какой-то таверне, ей домой принесут.

Вот зараза, мало того, что он (Комар, кстати, тоже) ночевал неизвестно где, так еще и завтрак на всю компанию выцыганить умудрился. Вот уж действительно, гусары денег не берут, если только едой.

— А, понятно, — хитро улыбнувшись самым краешком рта, протянула Шелли. — Грегор наверняка уже проснулся, Ала, наверное, его по дороге сюда запрягла, она всегда у него завтракает…

— Ты-то куда собралась? — спросил я, потому что хотел задать ей несколько вопросов. — Я думал, что ты с нами позавтракаешь…

— Не отказалась бы, но меня сейчас дядя отловит, он еще вчера предупредил, — поежилась Шелли. — И там я надолго застряну.

— Понятно, — вот черт, жаль, хотя ладно, потерпят все мои вопросы до обеда. Но все-таки не удержался и один вопрос задал сразу: — Слушай, а что сейчас вообще было-то? Зрелище впечатляющее, но мы не очень поняли.

— Это было возвращение наших погибших соплеменников туда, откуда мы все, собственно, и появились, — пафосно пояснил Лиимат, подошедший к нам в сопровождении Гарриона и еще одного тифлинга из старших. И продолжил, обращаясь уже непосредственно ко мне: — Я так понимаю, ты в вашей компании старший?

— Да, я командую этими людьми и отвечаю за них, — согласился я. Черт, как-то слишком высокопарно получилось, не обиделся бы, он все-таки в двадцать раз старше меня.

— Тогда, если ты не возражаешь, я хотел бы с тобой поговорить наедине. Скажем, в середине третьей дневной стражи, можно заодно и пообедать вместе. Устроит?

— Вполне, — согласился я и сразу уточнил: — Вот только где тебя искать? Боюсь, я пока не очень ориентируюсь в вашем поселке.

— Шелли проводит. — Дядюшка ловко отцепил от меня плотно прижавшуюся девчонку. — А пока я заберу у вас свою племянницу, нам с ней надо кое-что обсудить.

— А мы покажем гостям, что у нас тут есть интересного, — радостно вмешалась Алаири. Вот, а я и не заметил, как она к нам подошла. И Лания с Комаром уже были тут, и выглядели потрясающе довольными. Оделись тифлингессы, конечно, не так, как вчера, а вполне себе в повседневную одежду, практически такую же, какую носили в дороге, вот только куртки оказались уже без кольчужных сеток, навешанных в самых неожиданных местах, а из оружия — только кинжалы на поясах. Впрочем, все равно выглядело классно. И не такие они были заспанные, как Шелли.

— Ала, у нас в поселке есть много интересных мест, кроме твоей спальни, — не упустил возможности подколоть женщину Гаррион. Он ее постоянно подкалывал, впрочем, Ала отвечала ему взаимностью. Зачастую они скатывались до совсем детских шуток, вроде насыпанных в спальник еловых иголок или вылитого в снятые на ночь сапоги ведра воды. Но сейчас Алаири препираться не стала, просто рассерженно зашипела и быстро пошла с площади, волоча за собой на буксире Стингера. Нам всем оставалось только последовать за ними. Тем более что обещали накормить на халяву. Вот черт, выпить стало хотеться еще больше, нервировала предстоящая встреча с родственничком Шелли. А пить-то как раз и не рекомендовалось, разговаривать придется не только про мои постельные приключения, но и про серьезные вещи, которые надо обсуждать исключительно на свежую голову.

Особнячок Алаири занимал гораздо более выгодное место в поселке, чем дом Шейелены. Его фасад выходил непосредственно на главную площадь, где происходила церемония. Но превосходил он дом, где я ночевал сегодня, только в этом. Особнячок оказался скромнее размерами, и участок при нем был намного меньше. Когда зашли, оказалось, что весь первый этаж занимает гостиная, она же холл, она же столовая. Спальня, видимо, располагалась на втором этаже, но туда нас приглашать не собирались. Обставлена эта зала была гораздо проще, чем у Шелли. Нет, мебель стояла удобная и добротная, тем более что здесь пока еще не знали понятия «ширпотреб», но… В общем, у Шейелены подобными вещами были обставлены гостевые комнаты, в ее спальне, совмещенной с рабочим кабинетом, все выглядело гораздо более красиво и богато. Н-да, с каждым шагом я все больше убеждался, что девушка мне досталась из семьи местных олигархов. А по поведению и не скажешь.

Но хрен с ней, с мебелью, главное внимание привлекал накрытый стол. Вот только с завтраком он ассоциировался слабо, скорее, с очень плотным обедом, плавно перетекающим в ужин.

Когда мы уже сидели за столом, мне подмигнул Стингер:

— Неплохой домик, а, командир? Всегда мечтал иметь такой, вот только дома мне денег на подобное накопить нереально. А ты еще спальню не видел…

Я только промычал что-то непонятное, не хотелось обламывать капитана, да и голова была занята немного другим.

— Стингер, не говори ерунды, — вместо меня зама обломала сама Алаири. — Домик у меня довольно простенький. Место козырное, согласна, но и только. А насчет спальни… Нет, в свои лучшие времена я могла позволить себе кровать эльфийской работы, но сейчас мне такое просто не по карману.

— Это ты к чему про кровать вспоминаешь? — несколько ошарашенно спросил я.

— Так у Шелли как раз такая и стоит, ей отец подарил. Вот только не говори, что не оценил, — ехидно улыбнулась тифлингесса.

— Да мне как-то все равно оказалось, — изо всех сил стараясь не смущаться, ответил я. Проще всего было представить, что я сижу в компании офицеров-фронтовиков, своих сослуживцев, как правило, в нашей среде стесняться друг друга особо не приходилось. — Я устал очень сильно, Шелли вообще за столом отключилась и не проснулась. Утром еле добудился…

— Н-да, молодая, глупая, — как-то загадочно протянула Ала. — Вот на хрена ей такая шикарная кровать, если она ее по назначению не использует…

— Подожди, Ала, а ты что, себе такую купить не можешь? — неожиданно заинтересовался Тирли.

— Нет, если я ухну все свои сбережения и перейду на обеспечение клана, то, наверное, куплю, — задумалась Алаири. — Но согласись, глупо тратить все деньги на мебель, пусть даже безумно удобную и красивую.

— Хм, но Шелли же потратилась, — начал чесать в затылке радист.

— Ну ты сравнил, у меня столько нет… И потом, это не она купила, а отец ей подарил. Шейелена к предметам роскоши наплевательски относится, считает глупым тратить на подобные вещи огромные деньги. Она не только богатая, она еще и экономная.

— Подожди-подожди, — внезапно отреагировал я. — Гаррион говорил, что она не бедная, но я думал, это означает, что перед ней просто не стоит вопрос немедленного поиска работы, и все. Но по твоим словам выходит…

— Ребята, вы просто не поняли. Энно, а теперь Шелли — самые богатые тифлинги всего нашего клана, — перебила меня Лания. У этой тифлингессы голос оказался неожиданно хриплым, почти мужским. Да еще, похоже, с горлом что-то не в порядке было, постоянно что-то булькало, и некоторые слова выходили невнятными. Черт, я думал, она просто немногословна, а она, оказывается, просто стеснялась раньше говорить, отделывалась очень короткими фразами. Ну а мы просто не замечали неправильности ее речи, будучи не знакомы с языком. — Вы еще их дом в Оэсси не видели. Здесь-то Энно особо не выделывался, строил по типовому проекту, и то постоянно жаловался, что им на двоих такой здоровый дом не нужен. Даже продать хотел, а последние две смены уже просто подарить клану собирался, себе же построить что-нибудь попроще. А в городе ему дом для статуса нужен был, он там с торговыми партнерами встречался и приемы для Лиги торговцев проводил. Вот там настоящая роскошь.

— Ну ни хрена ж себе, повезло, — протянул я. Вот бес, а мне же сегодня еще и с ее дядюшкой общаться.

— А как так вышло, — заинтересовался у своей девушки Стингер. — Мне караван не показался особо богатым…

— Ну… это только один караван, — улыбнулась Ала. — Энно последние пять смен сам ездил уже в исключительных случаях, когда договоры надо было подтвердить или партнеры отказывались работать с его представителями. И то, это он просто от скуки срывался, чтобы на одном месте не сидеть. А вообще абсолютно вся торговля нашего клана шла через него. Он, конечно, в основном на благо соплеменников трудился, талант у него к торговле был, настоящий талант, но и себя Энно не забывал. Но и без торговли он был очень неплохим военачальником, ему на наймах после того, как он женился и ушел из отряда Лиимата, платили гораздо больше, чем, например, мне. А до смерти Шеолы он достаточно долго работал начальником охраны бургомистра Оэсси, там тоже платили более чем хорошо, да и должность позволяла поучаствовать в разных интересных комбинациях.

Весь остальной завтрак я молчал, практически не участвуя в легкой и ненапряжной болтовне за столом. Вот, блин, угораздило… И ведь очень похоже, что девчонка в меня или уже влюбилась, или начала влюбляться. Вот совершенно она не похожа на дочек наших богачей. Хотя чего я сравниваю, будто у меня в нашем мире много знакомых из этого круга. Но знакомые ребята, ушедшие из армии в телохранители, как правило, отпрысков богачей поминали исключительно матерно, а один по пьяни признался, что если в ближайший месяц не уволится, охранять его объект придется уже от него самого.

После завтрака тифлингессы и в самом деле потащили нас гулять по поселку. Ну что тут сказать, деревня как деревня. Все управление сосредоточено в общем доме, который мужики тут же окрестили сельсоветом. Хотя и впрямь похоже. Там и стратегические запасы клана хранились, и деньги с драгоценностями. Там же жил и Лиимат со своими ближниками, которые по каким-либо причинам собственными домами, как Алаири, не обзавелись. Ближники, это что-то вроде личной дружины. Старые друзья, с которыми Лиимат раньше в одном отряде по наймам шлялся, решили отойти от военных дел. Использовал их глава клана, если внезапно требовалось срочно решить вопрос силовым методом, ну а так они просто жили в поселке, старели понемногу, заодно и обучали молодежь военным премудростям. Кто желал, конечно. В этом же доме располагались рабочие кабинеты всех мастеров клана, оказывается, папаша Шелли был не просто купцом, а мастером торговли клана, официальным лицом. Ну и до кучи там же находился небольшой магазинчик, опять-таки клановый, с товарами, которых сами тифлинги не производили, а закупали в Оэсси.

Сам общий дом по внешнему виду напоминал крепость, эдакий форт времен покорения Дикого Запада, правда, давно использующийся исключительно в мирных целях. Эдакое квадратное строение с глухими, без окон, стенами и единственными воротами, ведущими во внутренний дворик, где находились двери во все внутренние помещения.

Сразу за домом располагалось строение барачного типа, местная школа, как выяснилось. Единственное здание, обнесенное достаточно высоким забором. Как пояснила Алаири, это не для того, чтобы туда не забрались, а для того, чтобы оттуда не сбежали. Молодежь, как и везде, учиться не рвалась и порой проявляла чудеса изобретательности, чтобы смыться с уроков. Так что с утра родители или те, кто за детьми присматривает, чуть ли не под конвоем загоняли отпрысков в местную школу, сдавали на руки учителям и запирали ворота до окончания занятий. Женщины хором посетовали, что раз в две смены приходится ремонтировать забор и наращивать его в высоту, так как подрастающее поколение становится все изобретательнее и изобретательнее. Сейчас это сооружение достигало четырех метров и во многих местах доски были заменены на заостренные колья. Стингер с Потапычем тут же предложили идею колючей проволоки и сразу, чтобы не мелочиться, посоветовали завить ее в спираль. Эти болваны пошутили, а Ала с Ланией к идее отнеслись с энтузиазмом и даже затащили нас в саму школу, посоветоваться со старшим охраны.

Ну, пока наши шутники на пальцах растолковывали, что это за проволока, я огляделся. В саму школу нас не повели, более того, мы даже от ворот далеко не отходили, тифлингессы нужного соплеменника отловили сразу на местном КПП у ворот. Но и снаружи было на что посмотреть. Здание оказалось окружено площадками, которые я бы назвал спортивными. В основном это были просто ровные квадраты утрамбованной земли, огороженные по периметру чем-то вроде деревянных скамеек. Но немного в стороне я заметил целых три полосы препятствий, от самой простой до весьма и весьма серьезной. Местных нормативов я не знал и не был уверен, что смогу нормально, вот так сразу, пройти полосу без тренировки, короче, по уму было сделано. Ну и спортгородок, куда же без него, тоже очень неплохой. Да уж, тифлинги к физической подготовке детей относились весьма и весьма серьезно. Только сейчас на улице никто не занимался, видимо, все детишки сидели в помещениях, развивая не тело, а голову.

Пока мы шли дальше, из веселого щебетания девушек я понял, что идея колючей проволоки была встречена на «ура», более того, старший из охранников школы завтра ждал Потапыча у местного кузнеца — для изготовления пробной партии. Рогатые еще и сами, без наших подсказок, решили попробовать нанести на шипы какой-то парализующий яд, мол, так еще вернее будет. Немного шокированный таким отношением к образованию, я предположил, что скоро их школа станет напоминать тюрьму. Лания меня обрадовала, сообщив, что из обычной человеческой тюрьмы их детишки свалят в течение малой стражи, а если тюрьма не из камня, а из дерева построена, то еще и разнесут ее по бревнышку. Но это, конечно, если ее не взрослые тифлинги охраняют. Увидев мою, и не только мою охреневшую физиономию, Алаири рассказала о том, как после урока об использовании осадных машин детишки в обеденный перерыв соорудили из подручных средств самую настоящую черепаху и даже успели проломить ей забор, пока взрослые бежали к месту прорыва. Кстати, тех, кто умудрялся сбежать, никогда не наказывали, влетало только попавшимся, наказание, как правило, заключалось в восстановлении сломанного и в дополнительных занятиях. В общем, молодые тифлинги воспринимали побеги из школы как веселую игру. Немного подумав, я признал, что способ обучения на самом деле весьма неплох и эффективен. Детям же всегда интереснее попытаться обмануть взрослых, а взрослые добиваются как раз того, чтобы дети не просто заучили даваемые им знания, а использовали их на практике. Что, собственно, и выходило.

За школой начинался район складов и всевозможных мастерских. Там же продавали произведенную самими тифлингами еду и изготовленные здесь же вещи. Жизнь била ключом, в разные стороны сновали тифлинги и представители других рас. Но рогатых было конечно же гораздо больше. С другими разумными они общались вполне мирно, зачастую даже дружески. Вот, блин, полный коммунизм и рай на земле в отдельно взятой деревне, ни расовой неприязни, ни финансовой. Когда Алаири рассказывала о богатстве Шелли, я ни единой нотки зависти в ее голосе не заметил, она только искренне радовалась за соплеменницу. Вот только имелось у меня подозрение, что за все это благополучие очень большой кровью заплачено, больно уж рогатых уважали и, что греха таить, побаивались. Насмотрелся на отношение к ним других разумных, пока мы по территории Десяти городов ехали.

Покуда мы так гуляли, Тарра поднялась уже достаточно высоко, начало здорово припекать, стало жарковато. Это мы еще броники решили не натягивать и вообще вооружились по минимуму. Боевой нож и пистолет на поясе у каждого. А священник и без пистолета отправился, еле-еле уговорили его кинжал прицепить, тут это такой же элемент одежды, как и штаны. Кстати, о штанах, Потапыч уже стащил с себя куртку, остальные тоже всерьез подумывали сделать то же самое. Тифлингессам же было нормально, распустили завязки на своих курточках — и вполне себе довольны.

— Мальчики, а пошли на речку купаться, — неожиданно предложила Лания. — Пляж должен быть свободен, а то после обеда детей из школы выпустят, и уже хрен позагораешь, обязательно какая-нибудь скотина на хвост наступит.

— А пошли, — радостно поддержал идею Стингер, да и все остальные тоже не возражали. — Далеко это?

— Не-а, рядом, в конце этой улицы, — показала рукой Ала. Действительно, впереди, метрах в трехстах, улица заканчивалась, упираясь в какие-то кусты. Дошли до конца, по узкой тропинке пробрались через заросли и попали на самый настоящий пляжик. Спокойная речка в этом месте довольно круто изгибалась, образуя здоровенную излучину, а на ближайшем к деревне довольно крутом берегу обрыв то ли сам осыпался, то ли был специально срыт, вдоль воды оставалась полоска песка метров в пять-шесть шириной. Тифлингессы, ничуть нас не стесняясь, поскидывали с себя абсолютно всю одежду и с визгом попрыгали в воду, лихо выгребая подальше от берега на глубину. Стингер с Комаром неуверенно переглянулись, но в итоге тоже разделись и присоединились к своим подругам. Я, наученный уже общением с Шелли, также не стал тупить и спокойно начал стаскивать с себя одежду. Остальные раздевались медленно и неохотно, покрасневший священник вообще только ботинками ограничился.

— В общем так, мужики, — решил подбодрить я своих, стягивая с себя последнее, а именно трусы. — Вы как хотите, но я пошел купаться. И имейте в виду, они вас действительно не дразнят и не пристают, им реально по фиг. А наши предрассудки считают глупостью, характерной исключительно для человеческого вида. Короче, считайте, что вы на нудистском пляже, и получайте эстетическое удовольствие.

Произнеся эту краткую речь, я с разбегу занырнул в речку. Ух ты, а тут, оказывается, глубина почти от берега начинается… Ну оно и к лучшему. Уже отплыв подальше, оглянулся на берег и заметил, что Тирли и Потапыч вняли моему совету, а вот отец Яков раздеваться все еще не спешил. Ну это его проблемы.

А водичка оказалась приятной. Черт, я уже и забыл, когда на пляж последний раз выбирался. Из города ехать далеко, и не люблю я толпу народа, дружно изображающую на солнце тюленей, а отправляться куда-нибудь на курорт в забугорье — с моими допусками это целая история. Проще и спокойнее попить пива у себя в квартире, врубив кондиционер на полную мощность. Тифлингессы, наплескавшись, выбрались на берег и растянулись задницами кверху, одинаково задрали хвосты вверх и отвели их немного в сторону, чтобы вода с мокрой шерсти не капала на спину. Мы тоже начали по одному вылезать из воды и падать неподалеку.

— Ребята, вы бы оделись, — приоткрыв один глаз, протянула Лания. — Людям, особенно чистокровным, лучше под Таррой голышом не разгуливать. Потом лечиться замучитесь.

Да, точно, и Шелли предупреждала. Конечно, натягивать камуфляж на мокрое тело не очень хотелось, но по такой жаре оказалось даже и приятно. Припекало, кстати, все сильнее и сильнее.

— Уф, хорошо тут у вас, — протянул Стингер, вытянувшись на песочке рядом с Алой и с удовольствием окидывая плотоядным взглядом задние формы тифлингессы. — Я уж думал, что безопасных мест в вашем мире нет, а тут такая красота…

— У нас действительно нет безопасных мест, — как-то лениво ответила Алаири, повернув голову к капитану. — Тут все леса в округе костями усыпаны. Да и охраняется наш поселок очень неплохо. Потому и получается понежиться на пляже. В других местах купаться без кольчуги несколько… мм. Я бы сказала, неразумно. Ну если только под прикрытием пары лучников на берегу.

— Во как, — задумчиво проговорил мой зам. — А я ничего такого по дороге не заметил.

— Ну… значит, они делом занимались, причем грамотно. — Тифлингесса энергичными взмахами хвоста начала стряхивать остатки воды. — На самом деле тут на десяток перестрелов в округе все истыкано ловушками и «сигналками». И три десятка скрытых дозоров, да еще патрули ходят. Мы, конечно, здорово потрудились, создавая себе репутацию кровавых монстров, убивающих всех, кто без разрешения зайдет на нашу территорию, но все равно расслабляться особенно не стоит.

— А зачем так круто-то? — спросил я. — У меня впечатление сложилось, что вас тут побаиваются и уважают…

— Не с самого начала так было, — пожала плечом Алаири. — Репутацию создавать пришлось. Я те времена почти не застала, но все равно, когда училась в клане, нас, детей, из поселка выпускали только под охраной взрослых. Даже купаться на речку ходили с охраной. Хотя основная волна похищений деток уже схлынула…

— Это кто рискнул ваших детишек похищать? — поразился Тирли. — С вашим-то к ним трепетным отношением и их способностями…

— Работорговцы, — неожиданно злым и звонким голосом сказала Лания, странным жестом потерев себе горло. — Взрослого тифлинга принудить к чему-либо практически невозможно, но с еще необученными детьми могло и получиться.

— Ага, именно так, — подтверждающе кивнула Ала, переворачиваясь на спину. — Была такая мода смен восемьсот назад, гладиаторские бои насмерть, и особо модным считалось иметь своего бойца-тифлинга.

— Как же вас ловить ухитрялись. — Я удивленно покачал головой. — С вашей кровью Хаоса…

— Дротики с наркотическим зельем, много. — Алаири как-то погрустнела. — Потом кандалы, специально придуманные для нас. Ну и… постоянно держали в наркотическом опьянении, когда побольше давали, когда поменьше. Мы в кланы-то и начали объединяться именно из-за этого, чтобы детей воспитывать в одном месте и под надежной охраной. Но это все еще до моего рождения было. Потом, когда уже объединились в кланы, на работорговцев устроили охоту, убивали просто по подозрению, очень жестоко, напоказ. А заодно объявили то место, где мы жили и воспитывали своих детей, запретной территорией. И трупы тех, кто не воспринял предупреждения всерьез, развешивали вдоль дорог. Ну и еще старшие несколько раз устроили показное бешенство. Ну в смысле призвали кровь Хаоса и пошли резвиться. Вот так вот смен за четыреста репутацию себе и сделали, нас теперь боятся и уважают. И в кланы без приглашения не суются, вообще стараются иметь с тифлингами поменьше дел.

— Не всегда это помогает, — так и не убрав руку с горла, совсем грустно сказала Лания. Комар обнял женщину и начал что-то шептать ей на ухо, но веселее выглядеть она не стала.

— Тем не менее кланы стали относительно безопасным местом, для тифлингов по крайней мере, — уточнила Алаири. — Конечно, встречаются идиоты, поэтому совсем мы от охраны не отказываемся, но теперь можно хоть позагорать раздевшись и без взведенного арбалета.

Стингер хмыкнул и поправил кобуру со стволом на поясе. Ала проследила за его движением, непонимающе приподняла брови и вдруг рассмеялась во весь голос.

— Вот гад, все испортил, — выдавливая сквозь смех слова, тифлингесса одновременно колотила капитана кулаком по спине. — Мало того, что он эту хрень под подушку на ночь запихивает, еще и сюда приволок. А я-то надеялась позагорать без охраны, параноик хренов.

— Слышь, самонаводящийся, а ты броник-то хоть снимал? — попытался подколоть зама Тирли. Тот швырнул в довольно ржущего радиста песком и демонстративно надулся.

Так мы и развлекались. Тарра все припекала, в речку стали окунаться почаще, а потом вообще перебрались в тенек обрыва. Только тифлингессы с удовольствием нежились на солнышке, вот чертовки, и сгореть совсем не боялись.

Где-то ближе к полудню к нам присоединилась Шелли, с треском вылезла из кустов, причем пришла не по тропинке, а откуда-то совсем с другой стороны, чуть ли не кубарем скатилась по обрыву и плюхнулась рядом со мной.

— Уф-ф-ф, вот вы где, еле нашла, — пробурчала девушка, стягивая с себя одежду. — Как водичка, майор?

— По мне — в самый раз, — лениво ответил я, не меняя позы.

— Ну и отлично. — Шелли подобрала свою косу на макушку, закрепила волосы какими-то шпильками. — Я тогда окунусь быстренько, а то там детей уже из школы отпустили, сейчас сюда набегут.

— Прогоню к Хаосу, — проворчала Алаири. — В кои веки на пляж выбралась, не фиг мне тут мешать.

— Как скажете, госпожа учительница, — шутливо поклонилась ей Шелли, разбежалась и грациозным прыжком нырнула чуть ли не в середину речки. Оттуда тут же донеслись громкий визг и какие-то проклятия. По-моему, это меня обвиняли во лжи и в том, что я специально заморозил воду, чтобы моя девушка простудилась.

— Ала, а ты что, еще и учительница? — поинтересовался Стингер.

— Как и все старшее поколение в нашем клане, — пожала плечами Алаири. — Мы, наверное, единственные, кто так серьезно относится к обучению детей. Стараемся передать им все, что сами знаем. Да и профессия у нас достаточно опасная, так что…

— А что ты преподаешь? — спросил Тирли.

— Да так, по мелочам. Рассказываю про правила оформления наймов в экзотических местах и немного учу строю. Из меня учительница не лучшая…

— Лана, а ты тоже? — продолжил свой допрос Тирли.

— Нет, Тирли, я не учу. У меня проблемы с речью, — как-то неохотно ответила женщина. — И кроме того, что я очень невнятно говорю, еще и горло здорово болеть начинает, если я его долго напрягаю.

Точно, это у нее последствия ранения. Чем-то повредили голосовые связки, снаружи все зажило, даже шрамов не осталось, а вот внутри что-то срослось неправильно.

— И еще у нас обоих терпения не хватает, — как-то торопливо, будто пытаясь перебить подругу, вмешалась Алаири. — С теми, кто постарше, еще куда ни шло, а дети — полная задница. Вообще среди наших женщин мало учителей, в основном этим мужики занимаются.

— А чему вы вообще учите в вашей школе, — радист, похоже, всерьез заинтересовался системой образования тифлингов. — И в каком возрасте детей туда отдаете?

— Ну… к возрасту у нас это особо не привязано. — Тифлингесса немного задумалась. — Дети растут быстро, смен в пять они уже нормально двигаются, хорошо говорят и худо-бедно могут за себя постоять. Но все стараются подержать их при себе подольше, смен до десяти. Тем более что десять смен мы вполне можем прожить на одном месте без особого ущерба для своего здоровья. Дома учат самому необходимому: читать, писать считать, драться. Часто еще и ремеслу какому-нибудь, чтобы ребенок родителям помогал. Потом детей уже, как правило, отправляют в клан, а сами родители начинают наниматься по новой. Ну если уж кто-то к ребенку очень сильно привязан, вместе с ним возвращается в клан. Редко бывает, что и дальше продолжают домашнее обучение. Хотя вон в речке исключение визжит. Шелли жила в клане, но обучалась в основном дома, правда, и школу тоже посещала. В школе начинают учить сражаться уже серьезно. До половой зрелости, это примерно до четырнадцати смен, идет детская программа, там нагрузки поменьше, в основном рукопашный бой. После четырнадцати начинают учить обращаться с оружием, теория начинается, история, тактика и тому подобное… Смен с шестнадцати идет обучение контролю, это все связано с кровью Хаоса. Но обучение проводится очень индивидуально, младшие роды натаскивают использовать эти свойства в бою, перекидываться по собственному желанию. Со старшими все гораздо сложнее…

— А невоенные предметы? Ну там история, география, литература… Химия, физика, не знаю, как они у вас тут называются…

— Есть, но эти предметы не обязательны для выживания. Основы, конечно, рассказываем всем, история Деи, законы Десяти городов, наши клановые законы. Основы экономики, основы политики, география мира… Насчет литературы… — Ала в задумчивости почесала рог. — Не знаю, зачем этой дряни учить, наоборот, на необходимых уроках приходится эту гномью пакость отбирать. Что еще… Обычно просим магов-практикантов немного рассказать про Теорию сил и принятую классификацию магии, но это уже совсем взрослым и не каждую смену, практикантов к нам академия не часто присылает. Вот и все, пожалуй… Но у нас обучение строго индивидуальное, детей немного, так что можно каждого обучить именно тому, к чему он наиболее предрасположен. Ну а заканчивается все воинским посвящением, после чего тифлинг считается взрослым. Но при проведении обряда проверяется только контроль над кровью предков. Традиционно проводим посвящение в возрасте тридцати смен, но это не догма. Бывает и раньше, бывает и позже… Шелли уже две смены назад могла получить медальон и стать самостоятельной, но ее отец был против. Наверное, в конце этого лета ритуал пройдет, Лиимат ее остановить не сможет.

— Что, уважаемая госпожа учительница, про меня сплетничаешь? — ехидно спросила Шелли, упала на песок рядом со мной и успешно использовала мой живот в качестве подушки.

— Шелли, отшлепаю и пропишу пятьдесят кругов вокруг школы на закате, — беззлобно пригрозила Ала. — Ты формально все еще учишься, так что не выпендривайся.

— Вот видишь, какие у нас учителя вредные, — пожаловалась Шелли, и, извернувшись, взглянула куда-то вверх, в сторону тропинки, ведущей к деревне. — Ты лучше вон тех пугай, а то сейчас тут такой бедлам начнется.

Я взглянул туда же. На краю обрыва собралась кучка детишек, по моим меркам — лет десяти — двенадцати, по местным — хрен его знает. Молодые тифлинги явно торопились на речку, но, увидев нас, в замешательстве остановились на обрыве.

— Не понял, — прогудел Потапыч. — Они нас, что ли, боятся?

— Ага, сейчас, вас, — недовольно проворчала Ала, поднимаясь на ноги. — Если бы наших скромных персон тут не было, вас бы уже делили на сувениры. И Шелли их не остановила бы, ну… может быть, майора трогать не стали бы, но и этого не гарантирую.

Тифлингесса поднялась на ноги, развернулась к детишкам, с любопытством наблюдавшим за нами, и громко крикнула:

— Вы чего так рано на речке? Опять сбежали?

Детишки немного замялись, но потом вперед выступил то ли самый смелый, то ли самый вежливый из них.

— Госпожа Алаири, — детеныш вежливо поклонился, — наш учебный день на сегодня закончен, нас отпустили с занятий.

— Точно? — подозрительно прищурилась тифлингесса, приняв грозную и полную достоинства позу, которая не очень вязалась с тем, что женщина была абсолютно голой, вот только ее саму это совершенно не смущало. — Ведь проверю, кто там у вас должен был вести занятия после полудня?

— Занятия мастера боя сегодня отменили, можете проверить. — Детишки наперебой загалдели.

— Ладно, верю, — кивнула Алаири, — но в любом случае пляж уже занят, дуйте на выпас, к запруде, нечего вам тут делать.

И плюхнулась обратно на песок. Детишки еще несколько минут помялись на обрыве, а потом исчезли в кустах.

— Ну вот, прогнала детишек, — несколько недовольно сказал Потапыч. — И чем бы они смогли нам помешать?

— Может быть, тебе нравится, когда вокруг тебя носится десяток галдящих малолеток, а мне так не очень, — недовольно буркнула Ала.

— Ты еще забыла рассказать про любимую игру «дерни учителя за хвост», — добавила Шелли.

— А, да, это тоже, — согласилась Ала. — Тем более что никуда они не ушли, сидят в кустах, наблюдают… Им же интересно, чужие в клане, да еще и иномиряне. Надо будет сходить выше по течению и шугануть их, а то еще какой-нибудь дряни в воду накидают, просто из вредности.

Воздух прорезал чистый и громкий звон, похожий на колокольный, хотя ничего, подобного колоколам, я не заметил.

— Полдень, — довольно потянулась Шелли. — Майор, дядя просил отвести тебя к нему, хотел с тобой поговорить.

— Так пойдем, — пожал я плечами.

— Ну не прямо сейчас, — остановила меня девушка, — еще пару-тройку малых страж можно поваляться. Демон, такая лень разобрала, готовить неохота, наверное, в таверне пообедаем, вы же не против?

— Хаос, — буркнула все еще чем-то недовольная Алаири, — не догадались с собой захватить, тогда можно было бы пляж до вечера оккупировать. А так идти придется, и потом уже хрен отсюда всех выгонишь.

— Ну и сходим, — пожал плечами Стингер. — Ха, а командир-то у нас, похоже, без обеда остается.

— Все ради вас, засранцев, — недовольно пробурчал я.

— Ничего, его дядя накормит, — отмахнулась Шелли. — Вы-то чем заниматься думаете?

— Отдыхать, — рассмеялся Тирли.

— Фиг вам, — обломал его тут же. — Я такую симпатичную полосу препятствий в местной школе видел.

— Издеваешься, — недовольно протянул радист. — Шелли, а ты что-то предложить хотела?

— Ну речь шла о том, чтобы поучить вас с мечами обращаться. — Девушка пожала плечами. — Гаррион вроде как не против, его, в придачу к тому, и ваш рукопашный бой заинтересовал. А после обеда тренировочные площадки в школе будут свободны…

— Ага, людей поучить, — неожиданно фыркнула Алаири. — Так и скажи, что Гарти решил тебя погонять лишний раз, а тебе жутко не хочется крутить железом.

— И это тоже, — весело улыбнулась Шелли. — Надо же мне извлекать пользу из присутствия гостей.

В кабинет Лиимата я заходил в несколько подавленном состоянии. Нет, что говорить, в общих чертах я представлял, о чем мы будем разговаривать, да и планы были более-менее ясны. Но все-таки некий дискомфорт ощущался. И хмурый вид сидящего за внушительным кабинетным столом тифлинга оптимизма как-то не прибавлял. Вообще кабинет, оформленный в темных тонах и уставленный солидной и тяжелой мебелью, несколько давил на психику. Мне даже поначалу показалось, что и окон здесь нет, но приглядевшись, все же обнаружил: просто занавешены они были тяжелыми и непрозрачными шторами, подобранными в цвет стен. В голову закралась мысль, что старейшина специально создал на своем рабочем месте подобную атмосферу, чтобы подавлять собеседника. Как только об этом подумал — сразу стало легче, сталкивался уже с подобным. Рецепт тут один: не обращать внимания и вести себя понаглее, ну если, конечно, это не кабинет твоего непосредственного начальства.

Как ни странно, хозяин кабинета повел себя достаточно приветливо, вылез из-за стола, жестом пригласил меня усаживаться в одно из кресел, стоявших у небольшого столика, накрытого для обеда. Кроме вездесущего сидра, который здесь употребляли, как у нас питьевую воду, разве что суп на нем не варили, на столе обнаружилась еще и пара солидных стеклянных бутылок, совершенно непохожих на посуду с «горючим», которую я видел раньше. Ну что делать, уселся, вот только разговор начинать не спешил, тифлинг меня сюда пригласил, пускай теперь первым обозначает, что ему от нас нужно.

— Не знаю, как у вас, а у нас деловые беседы за обедом, можно сказать, обязательны, — начал издалека Лиимат, кинжалом вырывая пробку одной из бутылок и разливая в два металлических стакана жидкость, подозрительно напоминающую вино. Ну да, точно, виноградом запахло. Интересно, он постоянно его пьет, или это знак уважения ко мне? Все-таки мы достаточно далеко на севере, виноградников я тут пока не заметил, так что во всех гостиницах и тавернах, в которых довелось побывать, вино стоило весьма приличных денег.

— Давай, не стесняйся, — предложил тифлинг, пригубив из своего стакана. Я тоже попробовал… Ну что, вино как вино, не разбираюсь я в нем, как-то всегда напитки покрепче предпочитал. А вот мясная нарезка очень к месту, блин, вот чего мне здесь не хватало, так это черного хлеба, пока везде только лепешки попадались, в основном из пшеничной муки, если полагаться на вкус.

— Ну чего молчишь-то? — В какой-то момент тифлингу надоело просто жевать, и он решил напомнить, что приглашал меня все-таки поговорить, а не только пообедать.

— А о чем говорить-то? — включил я дурака. — Ты пока ни о чем не спрашивал. Вино очень даже ничего, на мой непритязательный вкус, хотя я обычно напитки покрепче предпочитаю. Еда замечательная…

— Да про то, что вы гномью горючку хлещете, как мы сидр, Гаррион уже рассказал, — кивнул старейшина. — Если хочешь, можно и ее организовать…

— Спасибо, воздержусь, — продолжил я поддерживать разговор ни о чем. — Может, за ужином, пока рановато.

Лиимат еще немного помолчал. Я заметил, что тифлинг в основном налегает на вино, а не на обед. Интересно, он не голодный, просто не знает, как разговор начать. Впрочем, помогать ему я не собирался.

— Ладно, что мы оба с тобой умеем хорошо молчать, я уже понял, — наконец тряхнул рогами старейшина. — Давай попробуем поговорить. Что вы дальше собираетесь делать?

— Возвращаться домой, — пожал плечами.

— Это понятно. Как именно? — уточнил старейшина.

— К кому именно обращаться, нам уже в общих чертах ясно, этим и займемся потихоньку. — Я продолжал валять дурака, откровенно забавляясь потугами тифлинга выставить меня в роли просителя.

— Уф-ф, тяжело с вами. — Похоже, Лиимату самому это надоело. — Дурацкая ситуация, если вдуматься. Моя племянница притащила в клан кучу иномирян, которых боятся т'сареш, эти иномиряне усиленно отказываются от любой помощи, но отказываются так, что мы вынуждены им эту помощь навязывать. И ведь просто отпустить вас уже не получится…

— Почему не получится? — спросил я. — Конечно, я очень благодарен Шелли, она помогла нам получить первоначальную информацию о вашем мире, помогла добраться до относительно безопасных мест, подсказала, хоть и не явно, в каком направлении двигаться дальше. Но быть навязчивым не хочу, мы вполне способны позаботиться о себе сами.

— Вы-то способны, я не сомневаюсь, — тяжело вздохнул тифлинг. — Гаррион в восхищении, Вэйер, наш мастер войны, тоже заинтересовался. Еле уговорил их не приставать к вам, пока с тобой не поговорю…

— Так все-таки о чем ты так рвался со мной побеседовать, — уточнил, немного форсируя события. А то мы так до утра просидим. Странно, я думал, что тифлинги ведут себя порешительнее.

— Ладно, постараюсь объяснить. Шелли взяла на себя обязательства помогать вам по мере сил, в принципе поступила она по нашим понятиям абсолютно правильно и достойно. Но по молодости лет она многих вещей просто не знает, и из-за этого не может до конца просчитывать все последствия своих поступков. А у нас в клане принято помогать своим… Особенно когда их затягивает в такие жернова…

— Погоди. — Я предостерегающе поднял руку. — Сразу скажу, от помощи мы не откажемся, даже попробуем по возможности расплатиться за нее. Но навлекать неприятности на ваш клан, а особенно на Шейелену, мы не собираемся.

— Да поздно уже, — поморщился тифлинг. — Неприятности начались в тот момент, когда на караван вынесло голодного Древнего. Тебе же Гаррион рассказывал об особенностях нашей большой политики?

— В общих чертах, — осторожно уточнил я.

— В общем, тогда должен понимать, что про вас уже знают как минимум две заинтересованные стороны, а скоро узнают и все остальные. Всех заинтересуют, хоть и по разным причинам, существа, способные напугать Древнего. И начнется охота, охота на вас. В которую уже втянут наш клан. Выбраться из этих неприятностей малой кровью нам не удастся. Ну если только мы вас всех повяжем и в качестве подарка сдадим кому-нибудь…

— Но тем не менее вязать нас вы пока не торопитесь?

— За это Шелли благодари, — сердито буркнул Лиимат. — И Хаос заодно. Себе дороже выйдет — вас сейчас вязать.

— Подчеркиваю, мы вполне можем обойтись без вашей помощи, — упрямо повторил я. — Если нужен какой-то ритуал для отказа от клятвы, я хоть сейчас готов его провести…

— Хватит, — перебил меня тифлинг. — От вас уже ничего не зависит, с того момента, как Хаос откликнулся, он решает, когда клятва будет исполнена. И как… Можешь не верить, просто прими к сведению. И потом, даже если вы уйдете — от нас все равно не отстанут. Хочу я этого или нет, но нашему клану придется помогать вам вернуться домой, как я понял, именно это и есть ваша главная цель…

— На данный момент времени, — педантично уточнил я.

— Принимается, — кивнул тифлинг. — Сейчас мне надо понять, как вам помочь так, чтобы наш клан не пострадал, а если возможно, то еще и что-нибудь приобрел. Давай так, я тебе изложу имеющиеся возможности, а ты выберешь…

— Извини, — опять перебил я старейшину. — Выбирать мне будет трудновато. Мы пока общались в основном с Шелли. Я не верю, что она выдала нам непредвзятую версию здешнего расклада сил. Поэтому выбирать будет сложно. Что бы ты посоветовал?

— Да на самом деле все не так страшно, — пожал плечами Лиимат. — На Дее помочь вам могут три силы: т'сареш, маги и высшие эльфы. Только они умеют открывать межмировые проходы.

— Подожди, подожди. — Я стал старательно вспоминать, что нам рассказывали о предках тифлингов. — А ваши предки? Гаррион упоминал, что и его самого водили погулять по другим мирам…

— Там все не так просто. Демоны Хаоса это делать могут, вот только нам нечего им предложить… Вам, впрочем, тоже. А на их добрую волю я бы не рассчитывал. И еще, сейчас на Дее никого из них нет, они приходят, когда сами захотят, и предсказать этот момент невозможно.

Я молча покивал и плеснул еще вина себе и старейшине. Тифлинг кивком поблагодарил и продолжил:

— Будем все-таки отталкиваться от местных сил. Начнем с т'сареш. У них к вам интерес академический, они считают, впрочем, справедливо, что их высшим иерархам, Древним, в нашем мире могут открыто противостоять существа, которых нетрудно пересчитать по пальцам. И тут появляется некая неизвестная сила… Тебе рассказать, почему они за вами гоняются?

— Да понятно, — кивнул я. — Запереть, вытрясти максимальный объем информации о том месте, откуда мы пришли. Потом разобрать и посмотреть, что у нас внутри. Всеми силами не допустить нашего возвращения. Так, подожди, будут гоняться или уже гоняются?

— Уже, уже, пока одна семья, но скоро подключатся и все остальные, это вопрос времени, — просветил меня Лиимат. — Радует только то, что пока они будут действовать независимо друг от друга, даже конкурировать между собой. За вами следили от самого перевала, дошли до клана, уже здесь Гаррион отловил парочку соглядатаев, остальных просто шуганули наши патрули. Сейчас допрашиваем, но ничего интересного, только имя их нанимателя подтвердилось, но я его и так мог тебе назвать.

— Хм, значит, стоит нам выехать из вашего клана, как на нас начнут охотиться вампиры? — почесал я в затылке.

— Не все так плохо, вы все-таки на территории Десяти городов. И под нашей защитой. Попытку силового захвата в Перевальном я иначе как идиотизмом назвать не могу. Как сказал Гаррион, даже если бы они не успели туда добраться, вы все равно отбились бы. А тут т'сареш будет действовать сложнее. Ну если совсем уж по-глупому не подставляться…

— Хорошо, с вампирами разобрались, они нам помогать не будут. Кто еще?

— Потом эльфы. Длинноухие две тысячи смен спят и видят, как бы ухайдакать кровососов. Притом что они находятся на грани вымирания, прямое военное противостояние не вариант. Ищут другие решения, цепляются за любую возможность, даже призрачную. До них информация пока не дошла, но в ближайшую дюжину дней дойдет, и они включатся в охоту.

— Хм, знаешь, если сложить все то, что я знаю о возможностях эльфов… Наверное, мы сможем помочь им воплотить их мечту, — задумчиво сказал я. — Точнее, не мы конкретно, а наш мир… С ними, видимо, у нас будет о чем поговорить и чем поторговать.

— Не станут они торговаться, — скривился Лиимат. — В принципе мыслишь ты верно, но не учитываешь эльфийский менталитет. Разумными они считают только себя, все остальные для них — животные, ну как лошади или харры для нас. О чем ты будешь торговаться с животными?

— Они настолько самонадеянны? — удивился я.

— Намного больше. Даже уничтоживших их цивилизацию вампиров высшие эльфы продолжают считать животными. Просто бешеными и дрессировке не поддающимися. Понимаю, что в это трудно поверить, но тем не менее это так. Разговаривать с вами они не будут.

— Понял, ты подводишь меня к мысли, что помочь нам могут только маги, — кивнул я.

— В принципе да, — согласился со мной старейшина. — В моих силах свести вас с магом, который имеет власть принимать решения, и подсказать тебе, как и о чем надо с ним торговаться. Ну и обеспечить вам некие гарантии безопасности при переговорах.

— А твой-то интерес в чем? Вот не верю, что ты в этом согласен участвовать только потому, что должен помочь Шелли выполнить клятву.

— Верно. Не только. Посредничество в этой сделке позволит мне выторговать несколько бонусов для нашего клана. Ну и еще кое-что. Даже больше скажу, я могу тебя свести и с т'сареш и с эльфами, вот только безопасности там гарантировать не смогу, да и клану ничего полезного не обломится. И еще один довод за магов. В их интересах найти ваш мир и отправить вас туда.

— Это еще почему? — Я был довольно сильно удивлен такой постановкой вопроса.

— А это уже политика. — Тифлинг заметно погрустнел. — Назревает большая война, не завтра, конечно, и не через смену… Но она начнется. И по магам т'сареш ударят в первую очередь, причем ударят только тогда, когда накопят достаточно сил. Ректору отчаянно нужны союзники. Союзники против т'сареш. И вот тут с ним можно поторговаться.

— Забавно, — задумался я. — А маги не боятся, что возможные союзники могут оказаться похуже иных врагов?

— Кто знает магов, — ухмыльнулся Лиимат. — А вы что, можете оказаться еще хуже т'сареш?

— Кто нас знает, — вернул ему ухмылку. А потом продолжил уже серьезно: — Лиимат, в нашем мире мы простые бойцы, мы не можем обещать что-либо от имени нашей власти. Точнее нет, пообещать-то мы можем все что угодно, но выполнять это никто не будет. Может, просто купить помощь магов? У нас есть серебро…

— Как вариант — возможно, — кивнул тифлинг. — Но пойми, я сейчас высказываю только свои домыслы, а отнюдь не позицию архимага. Просто я тебе сейчас даю информацию: с кем ты можешь договориться и что за это могут попросить. Договариваться за вас я не собираюсь, просто устрою встречу, и все. Впрочем, если хочешь, я могу тебе помочь и с т'сареш, и с эльфами встретиться, клятва Шелли обязывает помогать, а отнюдь не решать ваши проблемы.

— Да понял я. Ты просто излагаешь мне варианты, которые у нас есть. Давай так… — Я задумался. — У меня имеется какое-то время на подумать?

— В принципе да, — кивнул Лиимат. — За то серебро, которое вы всучили Шелли, клан может вас кормить и предоставлять вам охрану где-то смену. Ну это если брать по минимальным расценкам. Но тут другой вопрос, как минимум две из всех заинтересованных сторон уже знают, где вы находитесь, и рано или поздно заявятся к нам в гости. А ставить под угрозу безопасность клана я не могу…

— Понятно. Давай так, сколько примерно времени мы можем находиться на одном месте, не отбиваясь от назойливых гостей?

— Трудно сказать. Дюжины две-три дней, я думаю.

— Хорошо, еще один вопрос. Если мы разделимся, часть останется у вас в клане, часть уедет, за кем будут охотиться в первую очередь?

— За теми, кто уедет, конечно, — пожал плечами тифлинг. — Наш клан — не самая легкая добыча. Если появится вариант отловить хоть кого-то из вас, не устраивая нападения на клан тифлингов, — предпочтут именно его. Хм, а ты решил в одиночку отправиться на переговоры, а остальных оставить у нас? В принципе разумно, один человек менее заметен, чем шестеро, но все равно тебе понадобится охрана…

— Пока не знаю, — осадил я Лиимата. — Просто пытаюсь рассмотреть все варианты. Пока мне известно очень мало для того, чтобы строить конкретные планы.

Во время беседы мы успели уговорить бутылку вина. Тифлинг без сожалений открыл вторую и разлил по стаканам.

— Знаешь, я в странной ситуации, признаться, — поведал он, гипнотизируя свой стакан. — Любой другой разумный, заручившись клятвой долга от тифлинга, что само по себе очень непросто, был бы счастлив и не сомневался бы в нашей искренности. Тебя же я просто не знаю как убедить в том, что я действительно хочу помочь. Более того, для меня, для Шелли, для всего нашего клана самый лучший выход — это как можно быстрее отправить вас в ваш мир целыми и невредимыми. Но вот пытаюсь поставить себя на твое место и понимаю, что в такой альтруизм сам бы никогда в жизни не поверил. Давай так, ты хоть чуть-чуть мне доверяешь?

— Я никому не верю, просто одним не верю чуть больше, другим чуть меньше, — меланхолически просветил я тифлинга. — А у тебя есть конкретные предложения? Так рассказывай, тогда я смогу что-то на это ответить…

— Есть кое-что… Хаос, вот где Теорних шляется, когда она так нужна здесь. Вот не люблю я визиты своей бабушки, потом последствия очень долго приходится расхлебывать, но сейчас она тебя убедила бы. — Лиимат залпом влил в себя полный стакан и тут же налил еще. Похоже, тифлинг здорово нервничал. — Ладно, рискну. Я хочу получить кое-какие уступки от магов, если тебя интересует, хочу пристроить Шелли в их академию… Но очень не хочу платить за обучение…

— Извини, перебью, — остановил его я. — Вроде все говорили, что маги учат бесплатно…

— Если бы, — вздохнул тифлинг. — За обучение они потом требуют работать на конклав и подчиняться их законам. При поступлении в академию заставляют принести клятву, которую нельзя нарушить. Или просят за обучение огромные деньги. Да еще и не всех принимают на платное, как правило, тех, кто ничего выдающегося достичь в принципе не способен. На мой взгляд, очень разумная политика, вот только тифлинги при таком положении вещей обучаться магии не могут.

— Это почему?

— Для нас наши законы — это правила выживания. Если тифлинг не будет им следовать… станет очень плохо… всем окружающим. Слишком мы плотно связаны с Хаосом и нашими предками. Нет, конечно, были исключения, из младших родов, в ком мало крови предков… У них связь послабее… Но и маги из них выходили так себе.

— А Шелли на три четверти демон, — вслух подумал я. — И силы у нее море, но с контролем не очень…

— Угадал, — кивнул Лиимат. — Мы можем контролировать Хаос в себе, но не умеем управлять его силой, как могут наши предки. Маги, специализирующиеся на магии Хаоса, магии разрушения, могут управлять и преобразовывать эту силу, но не имеют к ней прямого доступа. Да и не могут иметь, их сознание попросту не выдержит прямой встречи с Хаосом, он их поглотит. Если Шейелена пройдет весь курс, то клан получит невероятно могучего бойца. В свете предстоящей войны, сам понимаешь, лишним это не будет.

— Хм, знаешь, при таком раскладе я бы ухнул все имеющиеся деньги…

— Ага, я бы тоже, — перебил тифлинг. — Вот только эти идиоты не хотят учить даже за деньги. Только на общих основаниях и с принесением клятвы конклаву. А на это уже я не могу пойти. Если честно, боюсь, что Шелли просто разорвется между верностью родичам и клятвой магов. Ну и еще имеется несколько причин.

— Ну да, понимаю. Извини за цинизм, но кто добровольно отдаст такую большую дубинку в руки другим…

— Грубо звучит, все-таки мы о моей племяннице говорим, — поморщился Лиимат. — Но верно… И все же вернемся к твоим проблемам. Если ты согласишься общаться с магами, я начну оговаривать вашу встречу с условием, что Шейелена пройдет полный курс обучения без клятвы мага. Хрен с ними, со званием мага и полагающимися к нему плюшками, тифлингам и так неплохо живется. Я организую вашу встречу в Оэсси и выделю охрану, также получу у магов гарантии вашей безопасности, до окончания переговоров они не будут предпринимать против вас никаких действий. Но ты должен мне хоть немного довериться.

— То есть ты просто организуешь встречу, получишь за это свой процент и дальше умоешь руки, — уточнил я.

— Примерно так, — кивнул тифлинг. — В качестве гарантии в ваших переговорах будет участвовать Шейелена, все равно я ее удержать не смогу, так что попробуем направить ее энергию в нужное русло. Заодно и тебе пригодится еще один телохранитель, в ближнем бою с ней ни один маг не сравнится…

— Хм, вот рисковать Шелли мне бы не хотелось, — постарался я притушить энтузиазм Лиимата.

— Ты просто не видел, на что она способна в демоническом облике. — Старейшина оставался абсолютно спокойным. — По жизни из моей племянницы боец никудышный, ну по нашим меркам, конечно. Но если она перекидывается в боевую форму, то верх берет Шееллайт, демон разрушения. В общем, за нее не волнуйся…

— Она уже один раз чуть не погибла, — напомнил я. — Сама потом удивлялась, но напугали ее тогда качественно…

— Впредь будет осторожнее. Да тут есть еще один нюанс. Вот выйди сейчас из кабинета и скажи, что ее помощь тебе больше не нужна, более того, ты не хочешь ее видеть на переговорах с магами… Нет, убить тебя она, конечно, не убьет, но…

— Знаешь, Лиимат, — я впервые назвал тифлинга по имени, — мне кажется, так даже лучше. Ей, конечно, будет очень больно и обидно, но… Если я не сделаю этого сейчас, потом ей будет еще больнее.

— Да, ваши отношения, — задумался тифлинг. — Я их тоже учитывал. Видишь ли, в чем дело, я свою племянницу знаю немного дольше, чем ты. Если ты запретишь ей помогать тебе в дальнейшем, ее саму это не остановит. И я ее в клане не удержу, если только на цепь посажу… Нет, не поможет, все равно сбежит.

Вот блин, а ведь он не шутил насчет цепи. И действительно был абсолютно уверен, что это ее в клане не удержит.

— Но как я понял, ты согласен с моим предложением, если уж мы начали обсуждать частности? — уточнил у меня старейшина.

— В общих чертах, наверное, да, — кивнул я. — Все равно альтернативы не вижу. Но у меня имеется сразу несколько уточнений. Точнее, пока одно, на встречу я поеду с одним из своих людей, остальные будут ждать здесь. Как понимаю, ты сможешь гарантировать их безопасность?

— Согласен, — не раздумывая, сказал тифлинг. — Тем более что твои люди иногда интересные идеи подкидывают. Мы даже содержать их за счет клана возьмемся…

— За счет клана не надо, — махнул рукой. — Шелли, я думаю, нас из своего дома не выгонит, на питание деньги вроде как есть. А то на халяву-то мои бойцы могут выпить очень много, лучше не экспериментировать на этот счет. И что у нас по времени получается?

— Ну с магами я свяжусь завтра же. Но есть еще одно «но», Шелли надо бы пройти ритуал посвящения, он у нас традиционно в последний день лета. В ее случае это простая формальность, но надо же девушке праздник устроить. И у меня будет время поторговаться как следует и все обговорить. И еще одно «но»: на посвящение съедется куча подростков, которые не в клане обучались, их родителей, да и просто наши с найма понаедут. Тысячи две с половиной — три бойцов соберется, я думаю. А сразу после праздника они станут разъезжаться. Так что вас можно будет отправить с надежным эскортом, да в придачу еще и спрятать в этой толпе. От серьезных шпионов это, конечно, не поможет, но мелочь обмануть вполне сможем.

— Разумно, — признал я. — Но все равно, это же только до ворот. У вас на въезде имена спрашивают…

— Не в Оэсси и не у тифлингов, — усмехнулся Лиимат. — Тем более что ты поедешь в толпе из трех сотен бойцов, кто там проверять-то станет. Жить будете в городском доме Шелли, туда тоже никто лишний не полезет. Ну и для охраны я вам дам тот же десяток, который вас встречал, с Гаррионом во главе. Ну а дальше, если договоритесь, маги уже сами вам охрану обеспечат. Оэсси — это их город.

— В принципе звучит обнадеживающе, — кивнул я. — И ты думаешь, у нас есть шансы договориться?

— Думаю, да, — согласился Лиимат. — Архимаг будет пытаться отыскать ваш мир и выйти на контакт с вашими властями — это в любом случае. Ваше участие может как облегчить, так и осложнить ему задачу. Из этих соображений тебе и надо исходить при торговле с ним. Согласись быть посредником при переговорах, и тебя засандалят домой. А может, и вас всех, пока другие не добрались.

— Тут еще вопрос, — задумчиво сказал ему, — что с вашим миром будет, когда сюда влезут наши. Чем они заинтересуются, я тебе и так скажу. Не уверен, что они будут договариваться, могут попытаться и силой взять…

— И что у нас есть такого ценного? — Тифлинг старался выглядеть равнодушным, но я-то видел, что весь он буквально превратился в одно большое ухо. Но ничего страшного в том, чтобы разгласить эту информацию, я не видел.

— Что, что. Долгая жизнь. Точнее, практически неограниченное ее продление. Это в первую очередь. Ваша медицина, магическая медицина, это во-вторых. Ну а потом уже все остальное. Природные ресурсы, например, скорее всего те, о которых вы сами даже не имеете представления. Кое-что я могу назвать, но вряд ли тебе эти названия о чем-то скажут.

— Насчет полезных ископаемых… Это вряд ли. Порталы жрут много энергии, перевозить через них что-то в промышленных масштабах невыгодно. Да и гномы будут против…

— Гномов выкурят, ну или перебьют. А скорее всего, заставят работать практически бесплатно, за еду. А может быть, и связываться с ними не станут, там, где они сидят, судя по всему, интересующих наши правительства руд не будет. А вот энергетические затраты на порталы — это аргумент, конечно. Если даже по вашим понятиям о промышленных масштабах — невыгодно, то по нашим тем более…

— Слушай, а зачем вам длительная жизнь, ты же говорил Гарриону, что у вас перенаселение? — скептически покачав головой в ответ на мое утверждение о выкуривании гномов, поинтересовался Лиимат.

— Так не для всех, а для избранных, — пояснил я. — Ну и власть. Ты представляешь, какая эта вкусная морковка, долгая жизнь. Она позволит управлять гораздо лучше, чем сила или деньги. Людей поставят перед выбором: либо ты подчиняешься — либо умираешь.

— Так это можно и без продления жизни организовать, — улыбнулся Лиимат.

— Не-е-ет, там сложностей много, — протянул я. — Так гораздо проще. И потом, у нас большей части населения мира никто даже рассказывать о такой возможности не станет. Это будет только для избранных, и не просто так, и даже не за деньги, а за услуги. Это власть, неограниченная власть… Тебе, наверное, сложно понять, вы долгоживущие. Да и умираете по своему желанию, как я понял. Вон на Алу посмотрел и понял. Сейчас у нее что-то новенькое в жизни появилось, а до этого… А в нашем мире люди смерти боятся. Ну большинство, по крайней мере. И чтобы не умирать от старости, пойдут на что угодно.

— Н-да, жутковато у вас, — поежился Лиимат. — Ладно, это все дела будущего. Значит, насчет магов договорились?

— Хорошо, договорились, — кивнул я.

— Отлично, — обрадовался тифлинг. — Только я еще хотел поговорить о твоих отношениях с моей племянницей. Уже не как глава клана, а как ее родственник…

— Этого я и боялся. Слушай, у тебя выпить чего-нибудь покрепче есть?

— Ну… найдем, — кивнул тифлинг и, пошарив где-то под столом, вытащил уже знакомую мне по тавернам бутылку. — А чего ты боишься-то?

— Знаешь, трудно сказать. — Я решительно набулькал себе полный стакан, но пока пить не стал. — Как понял, ты очень любишь свою племянницу, скажу больше, мне она тоже очень нравится и обижать ее я совсем не хочу, но… Вот блин… В общем, мне не очень по душе, что я стал объектом ее столь пристального внимания. С моей точки зрения, у вас необыкновенная легкость нравов, как это у нас называют…

— Но проблема в том, что у Шелли легкость нравов перетекает во влюбленность в тебя, — перебил Лиимат. — И не возражай, я уже говорил, что знаю свою племянницу. Просто ты, наверное, не очень понимаешь бытующие у нас стандарты отношений. Лично я не вижу ничего страшного в вашей близости. Я, собственно, не о Шелли, а о тебе беспокоюсь. Хотел предупредить: она влюбилась по-настоящему. Если увлечется — может тебе мозги сжечь, не со зла…

— Она что-то про слияние разумов говорила, — припомнил я.

— Ух, Бездна меня забери. — А вот теперь старейшина удивился по-настоящему. — И тебя это не напугало?

— Ну не скажу, что самые обычные ощущения, даже приятные, можно сказать, — несколько смущенно прокомментировал я.

— А, гм, да. — Теперь он еще и смутился. — Тогда я умываю руки, сами разберетесь.

— А поподробнее? — уточнил требовательно.

— Да куда подробнее, — буркнул Лиимат, — влюбилась она в тебя по-настоящему. Сам же должен знать, время в таких делах особой роли не играет, да и секс по большому счету тоже…

— Но я же уйду. И вряд ли вернусь назад…

— Да знает она про это, — махнул рукой тифлинг, — причем не только знает, но и сознает это в полной мере. Ей уже грустно, заранее, так сказать, но… Какой-то частичкой ума она думает, что ты отправишь своих людей, а сам останешься…

— Не останусь, — покачал головой. — У меня обязательства в моем мире. Нет, не другая женщина. Но все равно, обязан вернуться. — И я залпом влил в себя стакан местного самогона. Нет, нельзя сказать, что меня ошарашили эти откровения, о чем-то таком я подозревал, но все равно — чувствовал себя премерзко.

— Блин, ощущаю себя законченной скотиной, — признался тифлингу. — Самое противное, что она мне тоже нравится. Да что там мне, она всем нашим нравится. И ведь отвязаться от нее я тоже не смогу, только хуже выйдет…

— Лучше даже не пробуй, — кивнул Лиимат. — Нет, если ты ей скажешь твердое «нет», она к этому отнесется с пониманием, но любить-то тебя не перестанет. Будет виться рядом и смотреть глазами побитого и брошенного лошани. А если учесть, что она еще и эмоции может проецировать на окружающих… В общем, пока ты здесь, постарайся ее не обижать. Демоны-предки, лучше бы ты таким же гадом оказался, как ее первый возлюбленный, тогда тоже все, окружавшие Шелли, от вселенской тоски на стены лезли, но там немного другое было…

— Это когда ты ее возбуждающими средствами накормил? — на всякий случай уточнил я.

— Да, но идея была не моя, а ее папаши. Уже насплетничали? Ну что за бардак, ничего нельзя сохранить в тайне…

— Она сама рассказала, — покачал я головой. — Вот только не очень понял, зачем таким образом действовать было…

— А, там даже забавная история получилась, — махнул рукой Лиимат. — Ничего лучшего нам в голову тогда не пришло, разумные доводы она слушать отказывалась, на свидетельства махала хвостом…

— Да что там было-то? — Я заинтересовался всерьез.

— Ерунда. Они тогда жили с Энно в Оэсси, — стал рассказывать Лиимат, по моему примеру плеснув себе горючего. — Энно занят был чуть ли не круглосуточно, иногда даже ночевать домой не приходил. Ну а Шелли оказалась предоставлена самой себе. В первой половине дня к ней приходили нанятые учителя, а после обеда она шаталась по городу. По магазинам ходила, в кафе сидела и в тому подобных местах, куда девки молодые бегают. Ну и познакомилась с одним темным эльфом-полукровкой. Таких там целый квартал, непризнанные художники, поэты, музыканты… Гонору много, самомнения выше крыши, но денег нет, так как их искусство, никто, кроме них самих, не понимает. Но утонченные и романтики по самое не балуйся. Ну а Шелли в компании воинов выросла, причем общалась она в основном не с ровесниками, а с бойцами уровня Алаири и Гарриона. Гарти был одним из лучших друзей Энно. Ты должен примерно представлять их комментарии на тему возвышенной любви и романтики.

— Представляю, — кивнул с невольной улыбкой. — Особенно от Алаири. Она же вообще боится влюбиться…

— А, ты уже и ее историю знаешь. Ну да, только ей такое не ляпни, если жизнь дорога. Ну вот, а теперь представь, молодая девушка, попадает в большой город, и тут за ней начинают красиво ухаживать, цветы дарить, стихи читать, комплименты говорить. Она и поплыла… А эти эльфы еще и сами по себе достаточно хрупкие, тоненькие такие, тот паразит, который к ней прицепился, еще и бойцом ни разу не был. Его, конечно, обучили фехтованию, но так, в пределах дуэли, с кучей правил и ограничений. У золотой молодежи до сих пор модно на поединках выяснять, кто из них круче. Реальный бой это ничуточки не напоминает, но в их среде считается показателем мужественности. В общем, Шелли его еще и защищать взялась. А тот подонок просто таким способом решил завести себе телохранителя-тифлинга за бесплатно. Потом узнал, что девочка еще и очень не бедная, деньги с нее тянуть начал. А Шейелена в него по-настоящему влюбилась. Наших доводов слушать не хотела, из клана четыре раза сбегала обратно в город. Мы даже прибить или напугать этого сопляка не могли из-за этого, первого она нам не простила бы, во втором случае уехала бы из Оэсси за ним, а в этом городе нам все-таки было ее проще отслеживать…

— Странно, Шелли говорила, что не любит мужиков, которых может хвостом с ног сбить, это по ее собственному выражению.

— Сейчас она так говорит, — хохотнул Лиимат. — Восемь смен назад у нее было несколько иное мнение по этому поводу. Короче, дошло до того, что Шелли охраняла двери спальни, пока этот длинноухий недоделанный развлекался с какой-нибудь замужней дамой, и гоняла не вовремя вернувшихся мужей. Ну нам с Энно и пришла в голову мысль: мол, пусть она сама его так напугает, чтобы он от нее сбежал. И не тишком, а наговорив при этом побольше гадостей. Вот и накормили девочку дрянью, которая во многих борделях продается. У нас, тифлингов, от нее мозги набекрень съезжают, наступает не только безумное сексуальное возбуждение, но и частичная потеря контроля, ко всему прочему, с изменением облика. Ну вот, накормили ее и заперли с этим типом в одной комнате. Эльфенка хватило на полстражи, после этого он вынес довольно толстую дверь и с воплями: «Ненавижу тебя, дура чертова, ты и в нормальном состоянии меня чуть до смерти не затрахала…» — сбежал, как я подозреваю, из города. Мы с Энно девочку быстренько в чувство привели, имеются составы, которые ту возбуждающую дрянь нейтрализуют, да у нас еще и маг в соседней комнате сидел, чтобы кровь почистить. Она тогда и наркотиками баловалась постоянно, не самыми сильными, да и действуют они на нас плоховато, но все же. А потом, когда Шелли оклемалась, запустили свидетелей, бумаги почитать ей кое-какие дали. В общем, дошло, хотя действовали вот такими вот несколько зверскими методами. Шелли еще порывалась своего любовника отловить и что-нибудь нужное ему оторвать, еле отговорили. Мы ей не сказали, но на выходе из дома этого героя-любовника ждали Гаррион и Лания. А у Ланы к подобным типам отношение такое… В общем, я потом пожалел, что не проследил, и она там оказалась. Точно знаю: она ему член отрезала, переломала все пальцы и обе руки. Еще вроде рожу разукрасила так, чтобы ни один маг шрамы затянуть не смог. Но жив остался, это точно. Шелли мы этого не говорили, она до сих пор считает, что в этом участвовали только я и ее отец, и этого эльфенка не тронули.

— Вы и не тронули.

— Ну да, — кивнул Лиимат. — Правда, все равно просчитались. Средство оказалось слишком радикальным. Шелли после этого любовников подбирала очень осторожно, даже среди соплеменников. Вроде как мужиков за деньги снимать начала, тем более что у нее средства на это были. Но в последнем не уверен, пряталась она здорово. Ты первый, в кого она влюбилась.

— Знаешь, я, наверное, просто случайно оказался в нужное время в нужном месте, — задумчиво сказал, прихлебывая самогон и не чувствуя его вкуса. — Ее тогда вампиры напугали здорово, она в одиночестве даже заснуть не могла, какой-то иррациональный страх на нее накатывал. Ну а я просто под руку, ну или под хвост ей подвернулся. На вторую ночь она согласилась засыпать только в моем обществе. В Перевальном уже сама ко мне в постель забралась, но приставать даже не пробовала… Потом я уже даже и не ложился спать отдельно.

— Ну да, один из признаков Ужаса Бездны, — согласился тифлинг. — Но все равно, чем-то ты ее зацепил. Кстати, приступы страха уже должны были пройти.

За беседой мы не заметили, как уговорили бутылку горючего. Старейшина молча залез под стол и выудил еще одну.

— Смешно, я не верил Гарриону, когда он говорил, что тебе всего тридцать смен, но он воспринимает тебя как ровесника, — продолжил Лиимат после того, как разлил самогон по стаканам.

— Мы живем меньше, смен семьдесят, — меланхолически возразил ему я. — А мне светит умереть смен в пятьдесят-пятьдесят пять, если раньше не убьют, конечно.

— Чего так рано-то? Ты болен? — удивился тифлинг.

— Нет, просто я воевал, много раз был ранен, и весьма тяжело, один раз вообще чудом выжил. Организм изношен, он и сейчас работает на запредельных для моего вида перегрузках. Ну а за все надо платить…

— У вас что, всех воинов так готовят?

— Нет, что ты. Очень немногих, исключительно на добровольной основе. Да еще не все подходят для такой подготовки…

— Эльфы пытались нечто подобное делать, — задумчиво проговорил Лиимат, будто что-то вспоминая. — Я даже сталкивался с их творениями на поле боя. Вот только не скажу, что это было очень удачное решение. Конечно, быстрые, сильные, этого не отнимешь. Но очень уж тупые. Если сталкивались с чем-то непривычным или неизвестным — тут же впадали в ступор. Научить их стрелять из луков и арбалетов так и не смогли… В общем, провалился тот проект, от их живых деревьев — и то больше толку, хоть они по большому счету всего лишь животные. Но это ладно. А что касается возраста… Не в сроке жизни дело, поверь, местные люди, прожившие сто смен, все равно ни по опыту, ни по стилю мышления не похожи на Гарриона и тем более на меня. А до ста смен доживают очень немногие, хорошо, если один из ста тысяч разумных может позволить себе регулярно платить магам за продление жизни.

— У нас нет долгоживущих разумных… Да и живем мы немного на других скоростях, — парировал я.

— Ну может быть, может быть. — Тифлинг задумчиво отхлебнул из своего стакана и закашлялся. — Демон, как вы пьете эту гадость неразбавленной?

— Привычка, — пожал плечами.

— Ну-ну, ох, ну и засиделись же мы. — Лиимат бросил взгляд на друзу кристаллов на стене. — Четверть четвертой стражи…

— Странно, — удивился я. — Шелли жаловалась, что устройства для определения времени у вас занимают очень много места и безумно дорого стоят…

— Точные — да, — согласился старейшина. — Да и эти друзы тоже довольно дороги. К тому же врут сильно, особенно если энергия начинает заканчиваться. А бывает, что врут, когда совсем новые. Кстати, племяшка рассказывала, что у вас есть механизмы, очень точно определяющие время…

— Ага, на, смотри. — Я снял с руки свои механические часы и протянул тифлингу. — У вас сутки длиннее наших примерно на одну вашу стражу. А так — у нас сутки делятся на двадцать четыре часа, двенадцать от полуночи до полудня, двенадцать от полудня до полуночи. Каждый час в свою очередь делится на шестьдесят минут. Ну для сравнения, в вашей страже примерно три с половиной наших часа. Здесь короткая стрелка указывает часы, длинная — минуты.

— Как сложно, — покачал головой тифлинг.

— Вопрос привычки, — ответил я. — Ну и традиционно так сложилось.

— А что именно там отсчитывает время?

— Там пружина внутри, сжатая, она двигает стрелки. Ну и механизм специальный, дает двигаться стрелкам с определенным шагом. Если механизм сделан качественно и из хороших материалов, то прослужить может очень и очень долго. Только примерно раз в сутки приходится сжимать пружину, у нас это называется «заводить часы».

— Хм, интересная идея, надо гномам подкинуть, — хмыкнул тифлинг.

— Извини, разбирать не дам, — огорошил его. — Самому нужны…

— Так они не под наше измерение времени рассчитаны.

— Ну вам же не копировать надо, а принцип действия понять, — пожал я плечами. — Но все равно не дам. Могу Тирли попросить, он у нас рисует неплохо, может, набросает примерный чертеж.

— Это было бы интересно, — кивнул Лиимат, — точный и не нужен, просто чтобы принцип понять… Эх, хорошо сидим…

— Слушай, а тебе по делам никуда не надо? — поинтересовался я. — Управлять кланом и все такое…

— Надо вообще-то, но и без меня обойдутся, — махнул рукой Лиимат. — Мне лень, а если случится что-нибудь непредвиденное, то постучатся.

Ха, похоже, Лиимат был неплохим начальником, все текущие дела прекрасно шли без его участия. Вмешательство старейшины требовалось только при чрезвычайных ситуациях. Ну а так как ничего страшного в клане в этот день не происходило, то мы с Лииматом замечательно посидели. Правда, тифлинг перешел на вино.

Ну и болтали о том о сем. Рогатого интересовали методы обучения войск, принятые у нас, и вообще все, что касалось армии. Пришлось здорово пошевелить мозгами, чтобы удержаться от конкретики и отделаться общими положениями. Но потом я вспомнил про частные военные корпорации. Знал, правда, про них не очень много, у нас в стране они как-то не прижились, но кое-что вспомнил. А их методики полностью подходили для тифлингов. Впрочем, ничего принципиально нового я Лиимату рассказать не смог.

А меня больше всего интересовало применение магии как таковой, в частности, в военном деле. Шелли все время отделывалась либо общими фразами, либо описанием использования отдельных заклинаний в конкретных ситуациях. Цельная картина не складывалась. Да и общество магов я пока представлял со скрипом. Подозреваю, что и Лиимат рассказал мне далеко не все, что знал, но теперь я хотя бы в общих чертах смог представить, как все это организовано.

— У магов иерархия весьма специфическая, — неторопливо рассказывал тифлинг, прихлебывая вино. — Есть ранги, эдакое разделение по силе, но должность, которую занимает маг, играет намного большую роль. А теперь по порядку. Начинается все с обучения. В академию принимают только самостоятельных разумных, требуют неких базовых знаний, ну там умения читать, писать, иметь общее представление о мире и так далее. Базовый курс — первые четыре смены, он для всех одинаков, без специализации. Там одинаково учат и тех, кто принес клятву верности конклаву, и платников. Причем за деньги стараются брать не особо талантливых. Обзываются учащиеся адептами, первая смена обучения — адепт первого ранга, и так далее. И если на бесплатное обучение в смену набирают примерно пятерых разумных, то на платных основаниях народа учится довольно много. Как правило, набирается десятка три. Вот только настоящих магов из них в итоге не выходит. Вообще-то базовый курс академии рассматривается как очень хорошее образование, после которого можно устроиться работать на очень приличные должности. На пятом курсе начинается специализация, а платников и бесплатников разделяют. За деньги учатся еще два года. У них ограничен список факультетов, как правило, идут учиться на магию жизни, магию роста, магию порядка… Есть еще факультет жреческой магии, там занимаются всем, что связано с богами и их проявлениями. Ну и еще кое-что. После шести лет обучения получают звание магистра девятого ранга и диплом об окончании платного курса академии. Но магами при этом не становятся, им доступны мелкие фокусы, хотя зачастую весьма полезные. Главное, платников не учат контролю силы, они не могут сами черпать энергию из окружающего мира, только из амулетов-накопителей. А амулеты-накопители изготавливают и заряжают уже сами маги…

— Таким образом они полностью контролируют выпускников, не связанных клятвой, — понятливо кивнул я. — Неплохая идея, но неужели работает?

— Суть ты уловил верно, — кивнул Лиимат. — А насчет работает или нет… Осечки были, конечно, куда уж без них. Встречались самородки, которые сами умудрялись разобраться с контролем, иногда маги прокалывались, обучая существ, генетически имеющих доступ к силе. Есть и еще одно заведение, где обучают волшебников, — темные эльфы на Южном организовали. Но все это единичные случаи, не влияющие на расстановку сил. А школа магов на Южном… Одно название, по выражению магов академии, рассадник шарлатанов.

— А как насчет проверки знаний? — уточнил я. — Или достаточно просто прослушать курс…

— Как же, каждую смену экзамены, проверяющие знания. Не сдал — свободен, деньги за обучение (а платишь сразу за весь курс, за все шесть смен) не возвращаются. Можно попробовать пересдать, если с первого раза не получилось, но это уже за отдельную плату. Если вылетел, но потом решил попробовать повторно поступить, опять платишь за полный курс, и обучение начинаешь с первой смены, все, что было раньше, в зачет не идет. Только так — и никак иначе. Но это касается платного обучения. С теми, из кого пытаются сделать настоящих магов, все несколько сложнее. Их мало, преподаватели стараются изо всех сил, чтобы все принятые закончили обучение. Индивидуальный подход, дополнительные занятия, если считают необходимым, могут заставить прослушать курс повторно, бывает, что и не один раз. И еще, у обучающихся бесплатно с пятой смены обучения начинается специализация. И по профилирующим дисциплинам они сдают экзамены… Как бы это сказать, вроде как наше посвящение — или ты сдашь экзамен, или погибнешь.

— Жестокая схема, — констатировал я. — И много гибнет?

— Не особо. Там еще не всех к экзаменам допускают. Но тут я в принципе согласен с конклавом, а это именно он устанавливает правила обучения. Магия — очень серьезная сила, недоученный маг представляет большую опасность для нашего общества. Так что академия старается всеми силами не плодить недоучек. Ну вот, те, кто дал клятву, учатся еще пять смен, после сдачи экзамена за девятый курс получают звание магистра седьмого ранга и смену на написание диплома. Заодно их отправляют на практику, дается какая-нибудь не напряжная должность, ну что-то вроде наблюдателя на пост магического слежения или штатного мага в небольшом поселке вроде нашего. Во время практики жалованье новоиспеченному магистру платит академия. Теоретически он обязан написать дипломную работу в течение одной смены, но бывает по-разному, иногда и по десять смен пишут. Потом следует защита диплома, маг получает либо шестой, либо пятый ранг, это зависит от уровня работы и успешности защиты, дальше он уже предоставлен сам себе. Ну почти… Как правило, чем он будет заниматься дальше, маг решает сам. Но потом отчисляет четверть своих заработков на счет академии.

— И большой у них выбор работы?

— Достаточный. Кто-то примыкает к отрядам наемников, кто-то оседает в городах и берется выполнять частные заказы, кто-то устраивается в небольшие поселения на должности штатных магов. Это еще и от специализации сильно зависит, у тех же боевых магов стихийной школы или школы Хаоса с частной практикой трудновато. А мастера артефактов, наоборот, — есть несколько производств, где они на потоке клепают разнообразнейшие амулеты на продажу. Выпускников академии туда берут с огромным удовольствием, рабочих рук им вечно не хватает. Ну и аспирантура конечно же. Это уже для тех, кто предпочитает теоретические исследования. Получает место в одной из лабораторий академии, сравнительно небольшое жалованье, и занимается своими исследованиями. Хотя хватает и тех, кто практикует теорию и в частном порядке (но это если деньги есть, оборудовать нормальную лабораторию — удовольствие не из дешевых) занимается исследованиями.

— А как у них идет рост в рангах? — спросил я.

— Тут несколько вариантов. Есть вариант проверки личного могущества, сдается экзамен на контроль сил, чем больше энергии может контролировать маг — тем более высокий ранг получает. Там и теоретическая часть имеется, и практическая. Но имеется и второй путь, знаешь, иногда бывает, что от рождения много сил не дано, но это компенсируют мастерством. Тогда пишется работа вроде дипломной, какое-нибудь исследование, или разрабатывается новое заклинане. Такие тоже могут расти в рангах, только получают приставку «наставник» к званию магистра. Таких даже большинство среди магов старших рангов, уважают их, пожалуй, побольше тех, кто просто владеет большой силой. Так и растут до магистра первого ранга. Со званием мастера магии сложнее. Тут или какая-нибудь фундаментальная исследовательская работа нужна, например, меняющая представление о мироздании, или разработка новой школы магии. Не одного заклинания, а целой системы, связанной одной идеей. Или требуется овладеть не менее чем тремя школами магии до уровня магистра первого ранга. Что, пожалуй, еще более сложная задача, чем глобальное теоретическое исследование. Там в чем дело, подход к каждой школе магии меняет сознание, скажем, магистр школы роста и магистр школы земли воспринимают окружающий их мир несколько по-разному, хотя их школы довольно близки. Что уж говорить о, скажем, школе жизни и школе тьмы. Собственно, из мастеров магии и состоит конклав — совет, управляющий жизнью всех магов. Их там голов пятьдесят… Ну и ректор конклава, он же ректор академии, он же архимаг, стоит во главе всего этого.

— Получается, что архимаг — это просто глава конклава, — уточнил я.

— Нет, не просто, — поморщился тифлинг. — Архимагов может быть несколько, это скорее что-то вроде звания мага вне рангов. Сейчас попробую объяснить… Как маги взаимодействуют с силой. У них есть некий внутренний резерв, запас энергии, который, собственно, маг и может тратить на сотворение заклинаний. Размер этого запаса — штука врожденная, имеются, конечно, упражнения, которые позволяют увеличивать резерв, но незначительно. Соответственно максимальная сила заклинаний, которые маг может сотворить, ограничена размером этого запаса. Хотя и там все не так просто, придумывают всевозможные ухищрения, как-то используют артефакты-накопители, вот об этом я уже не знаю, тут надо магов спрашивать. Ну вот, этот резерв может восстанавливаться сам по себе, можно его подзаряжать от мира или артефактов, но обычные маги берут энергию на сотворение заклинаний только из своего резерва и больше ниоткуда.

Но иногда рождаются разумные, которые способны использовать силу напрямую, не прокачивая ее через себя. И вот такой маг уже ограничен только тем, сколько энергии может контролировать. А если учесть, что магическую энергию он излучает буквально всегда и везде, то можешь сам прикинуть, каково могущество мага. Контроль же — это в первую очередь вопрос опыта, этому учатся, а не получают способности от рождения. Плюс мировоззрение у такого мага уже совершенно другое, и он в принципе не ограничен ни одной из школ, да и сами школы ему особенно не нужны, он и на голой энергии, без преобразования, может все, что захочет, сотворить. Вот архимаг и возглавляет конклав, во-первых — по праву силы, во-вторых — как создатель академии и самого конклава. Ну и мужик он по жизни весьма умный и прагматичный, тот случай, когда долголетие разумного пошло только на пользу.

— Так он что, единственный, кто в вашем мире родился архимагом?

— Нет, конечно, — пожал плечами Лиимат. — Но сейчас он один. Трех конкурентов Игнатиус лично устранил в поединках, еще восемь архимагов погибли при различных обстоятельствах. А вот он выжил. И кроме того, архимагом, конечно, надо родиться, но этого мало, нужно еще пройти обучение. Ректор же конкурентов воспитывать не торопится. А может, ему и не попадалось никого способного, кто знает. Все-таки разумный с возможностями архимага — это большая редкость.

— Странно, он же клятву верности берет, — задумался я. — Все равно все, кого он обучил, так или иначе не могут пойти против конклава, читай — его самого.

— Ну… он не личную клятву верности берет, — усмехнулся тифлинг. — И потом, она же магическая. Мастера магии по большому счету клятвой уже не связаны. К моменту достижения этого звания они либо придумывают, как ее обойти, либо достигают такого уровня сил, что их жизни она не угрожает. Собственно, клятва нужна не для подтверждения верности Игнатиусу лично, а для того, чтобы младшие маги сдуру не устроили революцию, ну и против политики конклава особо не выступали. Их, конечно, задавят, более того, ректор вполне способен их всех успокоить, но тогда будет много жертв и разрушений. Это никому не надо, вот и берут клятву верности.

— А Шелли, значит, ты хочешь без клятвы пропихнуть? Не боишься, что она по молодости учудит что-нибудь с этой силой?

— Она тифлинг. — На лицо уже порядком набравшегося Лиимата наползла какая-то нежная улыбка. — Контролем владеет просто потому, что он необходим для ее собственного выживания, без всякой магии. Ну и потом, у нас клановые связи достаточно прочные, тифлинг может перейти в другой клан, такое бывает, но предать своих сородичей… маловероятно. Кроме того, у нас есть еще один рычаг воздействия — наши предки. Вот им перечить никто из нас не может, слишком уж сильно мы связаны. И, заканчивая эту тему: сам-то архимаг не против того, чтобы взять ее на обучение без клятвы, на полное обучение, а не на сокращенный платный курс. Против конклав, скорее уж из чистого упрямства. А тут будет довод, против которого они возразить не смогут.

На этих словах объект нашего обсуждения без стука вломился в кабинет дядюшки. Выглядела Шелли почему-то рассерженной, сунула нос в кружку Лиимата, потом в мою — и разразилась гневной тирадой:

— Мы, значит, их там ждем, а они здесь бухают. Ладно майор, дядя, тебя уже полстражи ждут внизу по каким-то важным вопросам…

— Подождут, — махнул рукой тифлинг. — Если бы что-то срочное было, уже зашли бы, а так сами разберутся.

— Понятно, что разберутся, я тебя к ним просто не выпущу. — Шелли отобрала у дядюшки его кружку и с удовольствием попробовала содержимое. — Гад ты, дядя, коллекционное вино с Южного пьешь, а гостя травишь этой гномьей гадостью.

— Он сам отказался, — буркнул Лиимат. — И вообще, племянница, ты чего тут раскомандовалась-то?

— Не нравится, как я командую, — сейчас Кристаллу позову, — пригрозила Шелли. Странно, но Лиимат как-то сразу съежился и затих в кресле.

— Ладно, дядюшка, — продолжила тифлингесса. — Майора я забираю, тут под дверью тебя Гаррион с Вэйером домогаются, думаю, как замена в качестве собутыльников — пойдет.

И меня чуть ли не за шкирку вытащили сначала из кабинета, а потом и из общего дома. Н-да, набраться-то я умудрился хорошо, пошатывало меня ощутимо, а в голове разлилось приятное отупение. Думать ни о чем не хотелось, хоть и надо было. Хорошо хоть девушка мне попалась весьма сильная, Шелли уверенно придерживала меня за талию и за локоть.

— Н-да, майор, с таким перегаром ночевать тебе сегодня точно на коврике. — Девчонка уверенно направила меня в сторону своего дома.

— На коврике так на коврике, — покорно согласился я. Спорить мне тоже было лень.

— Вот блин. — Тифлингесса состроила расстроенную гримасу. — А Ала говорила, что, шантажируя мужика сексом, можно добиться от него чего угодно.

Я поперхнулся и начал понемногу трезветь.

— Ты чего кашляешь. — Девушка ткнула меня кулаком в бок. — Перепил, что ли?

— Нет, что ты, — как-то на автомате начал оправдываться я. — Просто зачем ты решила меня шантажировать, да еще и этим?

— Ну-у-у, так. — Шелли с невинным видом принялась что-то изучать в небе. — Можно сказать, что про запас. Мало ли, я захочу что-то от тебя получить, а тут опа, и ты мне что-то должен.

— А просто попросить не судьба?

— Так не интересно, — замотала головой тифлингесса. — Никакой интриги, никакого торга.

— Гм, девочка моя, так в эту игру можно играть вдвоем. — Я решил немного поразвлечься. — Скажем так, что ты мне дашь за то, чтобы я не ночевал сегодня на коврике?

Теперь поперхнулась уже Шелли. Такой постановки вопроса она явно не ожидала. Подумав немного, тифлингесса сделала вид, что обиделась:

— Ничего не дам, ночуй, где хочешь…

Я не нашелся, что ответить, Шелли тоже всю дорогу молчала. Похоже, действительно обиделась. Вот черт, так спьяну сболтнешь что-нибудь, а потом приходится расхлебывать. Или не расхлебывать, а оставить все как есть, пускай и случайно получилось, но…

Девушка демонстративно меня весь вечер игнорировала. Со всеми остальными общалась так же, как и раньше, шутила, подкалывала. А меня как будто не замечала. Я тоже общаться не рвался, просто сидел в уголке, трезвел понемногу, потягивал сидр и лихорадочно прокручивал в голове варианты дальнейших действий с учетом предоставленной мне Лииматом информации. Дробить группу жутко не хотелось, соваться на переговоры всем отрядом не хотелось еще больше. Но больше всего не хотелось везти в город отца Якова. Здесь, в поселке, где тифлинги хозяева, никто не осмелится без их разрешения производить никаких силовых действий, это чревато. Если честно, мы немного лукавили, когда говорили, что не увидели дозоров. Увидели, правда, меньше, чем упоминали тифлинги, но увидели. К тому же в поселке чужих не было, все друг друга знали, любой чужак, особенно не тифлинг, моментально бросался в глаза. Не знаю, как они доставляют сюда продукты и другие товары, но все равно, незаметно большой отряд боевиков сюда не протащить. А даже если и протащить, на улице по всему поселку постоянно болтается не меньше полусотни бойцов. Вооружены они, конечно, по местным понятиям, минимально, кинжал и меч, но для рогатых этого вполне достаточно. В общем, изъять по-тихому разумного из этого поселка я бы не взялся. С шумом — были варианты, но тоже имели весьма небольшие шансы на успех.

Правда, оставался еще один вопрос: можно ли верить самим тифлингам. И вот тут ничего, кроме слов самих хозяев, у меня не было. Хотя… в сознании забрезжила мысль: надо подкинуть старейшине идею стребовать с магов дополнительную охрану клана, они будут с недоверием друг на друга коситься, а у нас появится шанс в случае чего проскочить меж двух жерновов. Нет, не вариант, люди магов попадут в клан и получат возможность действовать изнутри. Плохая идея. Ладно, хоть и вдалбливала в меня жизнь правило «никому не верь», придется довериться рогатым. Только мужиков в приказном порядке заставлю таскать с собой гранаты, которые лимонки. При взрыве этой игрушки рядом с телом шансов выжить нет никаких, даже теоретически. Заодно и все, что окажется на теле из оружия и наших вещей, здорово покорежит. Остальное барахло, которое не таскаем постоянно с собой, свалим в одном месте и тоже минируем. Надо Комара озадачить, понадобится такая система, чтобы и мы, случись чего, могли барахло по-быстрому расхватать, не взорвавшись, и чтобы чужие ничего безнаказанно взять не могли. Тоже коряво получается, можем остаться безоружными, но у меня других идей пока не было. Ладно, подумаем еще… Но в общих чертах что-то получается.

Пошли дальше. Кто едет в Оэсси. Говорили, что до города караваном день пути, получается километров шестьдесят — семьдесят, наши рации не добьют, а стационарная у нас с собой только одна. Есть пара ретрансляторов для индивидуальных гарнитур, но их тоже не поставишь. Значит, на переговоры должен ехать кто-то, кто может принимать решения. Можно, конечно, использовать местные амулеты связи, но нет гарантии, что их не прослушивают. Получается, что ехать должен я. Следующий вопрос — кого оставить здесь за старшего. Ну это не вопрос, у меня зам есть, в конце концов. Решено, Стингер остается. Дальше, кого брать с собой. Не Стингер, не священник… Тирли тоже не подходит: радист, электронщик, секретов он знает даже больше, чем я. Всеми инструкциями категорически запрещается рисковать радистом. Остается — без вариантов. Потому что Потапыч слишком сильно отличается от местных своими габаритами, в любой толпе заметен, как баобаб посреди Сахары. На орка не похож совершенно, ни фигурой, ни лицом. Значит, тоже не пойдет. Остается Комар. Ну… в принципе вариант.

А теперь самое важное: о чем торговаться с магами. Черт, информации пока мало, только то, что Лиимат рассказал, хотя и Гаррион упоминал о чем-то похожем. Надо будет его еще отловить и поспрашивать.

И тут мои мысли плавно перетекли к глобальным вопросам. А что, собственно, будет, если я сыграю по предложенному мне сейчас сценарию, и местные маги договорятся с моим миром о сотрудничестве? А вот тут мысли пошли невеселые. Местная медицина, конечно, внушала уважение, как и упоминание об эльфийских играх с геномом, но… Это и здесь недешево, а у нас будет еще дороже. И вся эта благодать станет достоянием избранных, причем весьма немногих. Долгая жизнь… Могу поспорить на что угодно, это будет очередное средство контроля, простым смертным о таких вещах даже рассказывать не станут. Да еще технологии ментального воздействия т'сареш. Заветная мечта всех властей в нашем мире — получить стадо болванов, которое молча вкалывает и всем всегда довольно. От воспоминания о гостинице с оболваненными вампирами людьми передернуло — лучше уж быть овощем, чем так.

От размышлений меня оторвал весьма сильный и болезненный удар в плечо. Передо мной возвышалась жутко чем-то недовольная Алаири. Из столовой, где мы, как и вчера, ужинали, все уже расползлись, только Стингер что-то увлеченно обсуждал с Тирли в самом дальнем углу.

— Чем занят, майор, — несколько грубо спросила тифлингесса.

— Да так, размышляю. — Я пытался понять, с чего она такая недовольная. — А что случилось-то?

— Пытаюсь догадаться, зачем ты обидел Шелли? И как вообще умудрился?

— Да так, она не очень удачно пошутила надо мной, я еще более неудачно пошутил над ней.

— Так иди, извиняйся, чего ты из себя идола изображаешь? — вытаращилась женщина. — Я-то думала…

— Блин, Алаири, ты меня, конечно, извини, но не люблю, когда кто-то копается в моей личной жизни. — Я старался очень осторожно подбирать слова, не хватало еще и с этой тифлингессой поругаться. — Но сейчас такая ситуация… Ты никуда не торопишься?

— Вообще-то тороплюсь. — Алаири стрельнула глазами в сторону Стингера и полностью выдала свои намерения. — Но мне стало интересно, что ты такого необычного нашел в данной ситуации.

— Сядь тогда, пожалуйста, а то разговаривать с тобой не очень удобно.

— Ну села. — Ала и впрямь плюхнулась в кресло, стоящее по соседству со мной. — Как вы друг с другом шутили, я в общих чертах в курсе, Шелли расколоть не проблема. Почему эта дура обиделась, мне тоже понятно: молодая, глупая… Но вот с какого перепуга ты ведешь себя как сопляк, которому еще и двадцати смен нет, я не знаю.

— Да я не обиделся, если ты об этом, — успокоил тифлингессу.

— Ну и чего ты тогда весь вечер просидел как истукан, вместо того, чтобы быстренько извиниться и поцеловать девушку?

— Ала, понимаешь, тут такое дело… — Я замялся, подбирая слова. — Может, мне и не надо извиняться? Может, оно и к лучшему?

— Не поняла? — изогнула брови Алаири. — Она что, тебе не нравится?

— Нет, нравится, иногда начинает казаться, что именно такую девушку я и искал. Но мне кажется, что она начала в меня влюбляться… А вот это мне уже не нравится.

— И в чем проблема. — Тифлингесса затрясла головой. — Я не могу понять ход твоих мыслей.

— Ала, мы же уйдем, обязательно уйдем. — Мне вдруг стало очень грустно. — И вряд ли кто-то из нас сможет вернуться. Я-то переживу, по нашим меркам я уже более чем взрослый человек, но Шелли… Она же совсем молодая, да к тому же мне Лиимат рассказал, как ей не повезло влюбиться в первый раз. А с шутками так случайно вышло, я в какой-то момент подумал, что раз уж получилось…

— Ну… вы, мужики, дурные, — как-то странно улыбнулась Алаири. — Может, просто все ей расскажешь и предоставишь решать самой? Знаешь, так, как это делаешь ты, — еще больнее получится.

— Верю, неприятно, — согласился я. — Но у меня были подружки из совсем молодых девчонок. Они никак не могли поверить, что будет так, как им не хочется. Всегда продолжали надеяться, что все само собой утрясется и все будет хорошо. Я-то прожженный циник, я понимаю, что так не бывает. И с Шелли, по-моему, ситуация такая же. Сначала было любопытно, потом я ей начал нравиться, а потом она пожелала постоянно находиться поблизости и не отходить от меня далеко. И ей кажется, что так будет всегда, ну или достаточно долго.

— И ты решил, что лучше держать ее на расстоянии и не давать к себе привыкнуть, — кивнула Ала. — Понятно, вот только ты рассуждаешь о ней, как о человеческой женщине. Но мы не люди, мы живем гораздо дольше окружающих нас разумных. Да в придачу со своими соплеменниками сходимся крайне редко, родители Шелли скорее исключение, чем правило. Слишком уж мы самодостаточные личности, да еще и личности наших предков свой отпечаток накладывают. Ты просто не видел, как ругались Энно с Шеолой… еще бы, суккуба и разрушитель… Так вот к чему это я, для нас нормально — расставаться с любимыми навсегда. Короче, не создавай сложностей на пустом месте. Кроме того, для решения этой проблемы есть и иные пути. Вы-то, может, и не сумеете открыть портал назад, на Дею, но ведь она может прийти к тебе.

— Да уж, Шелли девочка упорная, — согласно кивнул я. — Но тут есть еще одна причина, ей лучше не появляться у меня дома. Ей там не понравится, причем очень сильно, долго объяснять, но поверь мне, это так.

— Хм, ее там что, сразу как войдет — на куски рвать будут? — усмехнулась Алаири.

— Угадала, — сумрачно ответил я. — Именно на куски… Ну не сразу как войдет, а сразу как попадется на глаза властям. Сначала поймают, потом предпримут меры, чтобы не могла сопротивляться, а потом начнут изучать, как она устроена изнутри… То, что она разумна и что она при этом будет чувствовать — наших ученых волновать абсолютно не будет.

— О как. — Кажется, мне удалось потрясти весьма пожилую тифлингессу. — У вас что, со всеми разумными так?

— В нашем мире разумен только один вид — люди, — просветил я очередного тифлинга. — Любого другого поймают, выжмут из него всю информацию, а потом вскроют и станут изучать. Ну… если, конечно, за гостем не стоит реальная сила. Подозреваю, что у вас примерно так же…

— Вас-то не вскрыли, — буркнула Ала. — Хотя, знаешь, ты прав, наверное, эльфы с вами поступили бы именно так, как ты описываешь. Вне зависимости от ваших действий в этом мире. Т'сареш, наверное, тоже… Это у нас тут, в Десяти городах, можно встретить кого угодно, и к гостям относятся достаточно лояльно, пока они не начинают мешать жить окружающим. Но все равно… Я тебе настоятельно советую хотя бы поговорить с Шелли. Она хорошая девочка, и я не желаю, чтобы она мучилась. Тем более что она еще и эмоции проецирует на окружающих. Вам-то все равно, а мне весь вечер плакать хочется не знаю как. А вот прямо сейчас у меня ощущение, будто я сижу в темном холодном коридоре и тихонько реву, стараясь это делать так, чтобы никто не услышал.

— Уй е-е-е, Хаос вас всех побери. — Я начал перенимать ругательства тифлингов. — Погоди, это твое ощущение?..

— Ага, мое, как же. — Алаири опять выглядела жутко недовольной. — Наводят его на меня вроде как со второго этажа, направо от лестницы, где-то рядом с комнатами Шейелены и Энно. Но точно не в комнатах, где-то в коридоре.

— Твою мать, похоже, ты права, пойду исправлять свои ошибки, — быстро проговорил я, поднимаясь из кресла.

— Угу, дошло наконец, — буркнула мне в спину Алаири, вот только голос у нее был уже не сердитый, а скорее довольный. — Только, майор, не решай за нее, решай за себя.

Я выскочил в холл и начал подниматься по лестнице. Правый коридор второго этажа был погружен во тьму. Странно, я уже привык, что гномьи светильники никогда не гасят, не была в них предусмотрена такая функция, только если специально разрядить. Хотя нет, темнота оказалась все же неполной, друзы кристаллов просто притушили, сделав свет совсем уж неярким. Я неторопливо пошел по коридору в сторону комнаты Шелли, но никого не заметил. И когда уже взялся за ручку двери — буквально на грани различимого, где-то у себя за спиной расслышал всхлипы. Их тональность показалась мне очень уж знакомой. И точно, стоило только обернуться, и тут же заметил скорчившуюся у стены фигуру с копной светлых волос. Когда шел от лестницы, я ее не заметил из-за того, что Шелли забилась в угол между стеной и здоровенным комодом.

Вернувшись на пару шагов назад, опустился перед тифлингессой на корточки и постарался заглянуть ей в лицо. Не получилось, блин, Шелли сжалась в очень плотный комок и головы не поднимала, хотя мои шаги, безусловно, слышала.

— Шелли, это я, — тихонько позвал, положив руку ей на плечо. — Я пришел извиниться за свою дурацкую шутку.

Девушка дернула плечом, не знаю для чего, мою руку стряхнуть ей все равно не удалось. Вот не умею я девчонок успокаивать, тем более когда они в себе замыкаются.

— Шелли, я готов до отъезда спать там, где ты скажешь, хоть на площади перед вашим общим домом, — попробовал извиниться еще раз.

Теперь девушка подняла ко мне заплаканное лицо. Челка растрепалась, глаза красные, вот только выражения мордашки в полумраке коридора не разобрать. И молчала, зараза. Вот, блин, в рожу бы мне засветила, что ли, проще было бы. Хотя она так засветить может, что потом и не встанешь.

— И чего ты еще от меня хочешь? — мысленно махнув на все рукой, проворчал я. — Чтобы признался, что мне так же плохо, как и тебе?

— Я хочу, чтобы ты от меня не уходил, — неожиданно сказала Шелли. — Но понимаю, что это невозможно…

Мать, вот так вот в лоб — этого я от нее не ожидал. А девушка смахнула рукой слезы, совершенно детским движением вытерла рукавом нос и продолжила:

— И еще хочу, чтобы ты не решал за меня, как мне будет лучше…

— Догадалась-таки, — буркнул я, укоряя в первую очередь себя. — Понимаешь, не хочу делать тебе больно, очень не хочу. А иногда, чтобы предотвратить большую боль, надо причинить маленькую…

— Дракон, не говори ничего, а… — Шелли с трудом подавила очередной всхлип. — Дурацкая ситуация, я понимаю, что ты хотел сделать как лучше, но от этого мне еще больнее…

Слова у меня окончательно закончились. Я просто притянул девушку к себе и поцеловал, тем более что она особо и не сопротивлялась. Вот только мы оба находились в весьма неустойчивой позе и в итоге растянулись на полу коридора. Точнее, я растянулся, Шелли извернулась и оказалась сидящей верхом на мне. Ну и нашумели изрядно. Тифлингесса грациозно наклонилась, приблизив свое лицо практически вплотную к моему.

— Интересно, — мурлыкнула она, — а если бы я и впрямь заставила тебя ночевать на главной площади, что бы ты тогда делал?

Ответить мне не дал звук шагов, кто-то поднимался по лестнице.

— Народ, вы тут что, стены ломаете? — Опа, а я думал, что Стингер уже свалил.

— Девочка моя, — вторила из-за спины моего зама Алаири. — А в постели ты этим заниматься не пробовала? Там, говорят, удобнее.

— Тетя Ала, не далее как сегодня днем кто-то советовал мне разнообразить половую жизнь и жаловался, причем громко, что в постели — это так скучно, когда в твоем распоряжении огромный дом. — Голос Шелли так и лучился ехидством.

— Вот суккуба проклятая, — ругнулась Алаири. — Еще раз назовешь меня тетей, вот Хаос свидетель, выдеру.

Мне было хорошо видно, что Шелли готова ответить в стиле своей предыдущей реплики, пришлось срочно затыкать ей рот. Ну а так как руки у меня были заняты, пришлось целовать.

— Ну раз убивать вы друг друга пока не собираетесь, мы, пожалуй, пойдем, — сказала Ала и, развернувшись, пошла вниз по лестнице. По-моему, Стингер хотел остаться и еще как-то прокомментировать происходящее, но женщина ловко дернула его за поясной ремень и вроде как даже стащила вниз на своем плече.

Шелли оторвалась от меня и довольно хихикнула.

— Может, слезешь с меня? — проворчал я, пытаясь ощупать спину.

— А зачем? — спросила она, все-таки поднимаясь на ноги. — Может, и в самом деле здесь попробуем, для разнообразия…

— У тебя гостей навалом в доме, — ответил, вставая. — Кроме того, мне тут твою постель рекламировали…

Глаза у Шелли полыхнули уже знакомым мне огнем, и девушка на буксире затащила меня в свою комнату. Кровать действительно оказалась выше всяких похвал, вчера от усталости я как-то этого и не разобрал, мне было все равно, на чем спать. Но вот после всего, когда мы просто лежали в обнимку, у меня в голове проснулась одна очень интересная мысль. Настолько интересная, что я даже решил поделиться ей с тифлингессой.

— Слушай, дорогая, — я легонько пихнул девушку в бок, — а кому в голову пришла идея разводить меня, как ребенка? Тебе или Але?

— Стингеру, — хихикнула расслабившаяся Шелли. — Какой ты все-таки недогадливый, я из-за этого выиграла только два бочонка сидра, а твой зам целых пять.

— Так, все интереснее и интереснее. — Я обреченно вздохнул. — А каков предмет спора?

— Ну-у, Ала была уверена, что ты ни о чем не догадаешься. Я была о тебе лучшего мнения, считала, что ты купишься, но потом сообразишь-таки, что происходит… А и твой зам утверждал, что о том, что сцена разыграна — ты догадаешься, но автора не разоблачишь… Он угадал.

— Угадал он, как же, — проворчал я. — А зачем вообще вы весь этот спектакль устроили? Просто подойти и поговорить нельзя было?

— Я, если честно, очень испугалась, — шмыгнула носом Шелли. — Точнее, сначала обиделась, потом разозлилась, а когда ты засел в углу с каменным лицом и перестал обращать на окружающее внимание — испугалась. И побежала к Алаири советоваться. Она на меня наорала, сказала, что я дура, вот только почему — не объяснила. Ну и твой зам поблизости болтался, он посоветовал, как действовать.

— И чего ты испугалась? — несколько пораженно поинтересовался я, привычным жестом поглаживая рога девушки.

— Ну-у-у, просто мне с тобой рядом очень хорошо и уютно, мне раньше так хорошо никогда не было. — Тут девушка немного замялась, но все-таки продолжила: — А испугалась я, что из-за моей дурацкой шутки ты обидишься и будешь меня избегать. И так хорошо уже не будет… Я несколько раз хотела к тебе подойти, извиниться… Но боялась, что еще больше тебя обижу.

— Ох е-е-е… — Я тяжело вздохнул. — Шелли, ты же понимаешь, что я все равно уйду, может, раньше, может, позже, но уйду…

— Я знаю, — кивнула девушка. — Но пока ты не ушел и завтра не уйдешь. Так зачем страдать?

— Могу тебя обрадовать, мы останемся в клане до вашего ритуала посвящения, — сообщил я тифлингессе. — Если, конечно, ничего непредвиденного не случится. Но знаешь, потом будет еще тяжелее…

— За все надо платить, я знаю. — Голос звучал вроде бы нормально, но в полумраке спальни мне показалось, что на лице Шелли блеснули слезинки. — Но, может, тебе так понравится, что ты потом захочешь вернуться. По крайней мере я надеюсь на это…

— Надежда — глупое чувство, — на автопилоте ответил я цитатой из какой-то книжки. — Особенно глупо надеяться на лучшее. И, Шелли, я, скорее всего, не вернусь, даже если очень захочу… Дело даже не в моих обязательствах. Просто… я не думаю, что на Земле есть кто-то, умеющий путешествовать между мирами. Я же говорил, что у нас нет магии, а наличие других миров проходит по разряду сказки.

— Ну раз ты попал сюда, значит, это все-таки возможно, — рассудительно ответила Шелли. — Более того, ты будешь просить магов отыскать твой мир, а единожды открыв проход, они потом смогут повторить это в любой момент. Любая дверь открывается с двух сторон. Кроме того, дядя всерьез собирается отправить меня учиться в академию, вот и будет мне стимул изучать теорию пределов. В конце концов, я могу попросить кого-нибудь из предков помочь, для них шляться по разным мирам так же естественно, как для нас с тобой дышать. Лично мне помочь они вряд ли откажутся, и потом, ты же знаешь, как я умею канючить…

— Так, а вот это уже серьезно. — Я резко сел на постели. — Именно этого я и боялся больше всего. А сейчас начинаю бояться еще больше…

Ну да, мне казалось, что я успел в общих чертах понять характер тифлингов вообще и этой конкретной тифлингессы в частности. Поставив перед собой какую-то цель, Шелли начинала переть к ней с целеустремленностью танка, не обращая внимания на возможные последствия. И я догадывался, что с нее станется начать искать наш мир, более того, она его найдет. А что сделают с представителем другой разумной расы у нас…

— Чего ты боишься? Не понимаю. — Шелли осторожно провела ладонью по моей спине, как будто пыталась успокоить.

— Давай так. — Я помолчал, пытаясь решиться, не хотелось всего этого делать, но другого выхода пока не видел. — Обещай мне, что ни в коем случае не будешь искать дорогу в мой мир… На всех остальных мне плевать, но тебе не надо там появляться.

— Почему? — уставилась на меня Шелли. — У тебя там кто-то есть?

— Елки зеленые, и что у вас, девушек, все мысли в одном направлении работают, — вздохнул я. — Не в этом дело, просто это для тебя будет опасно. Смертельно опасно…

— Ой, да ладно, — не поверила тифлингесса. — Я вполне могу за себя постоять. И потом, у вас что, набрасываются на всех иномирян с целью убить и ограбить?

— Набрасываются, — кивнул я. — Только не убить и ограбить, а изучить… А насчет защититься… Шелли, я примерно начинаю догадываться, на что ты способна, если по-настоящему разозлишься, но тебя это не спасет. Ну вот с чем бы сравнить… Представь, что ты на территории т'сареш, и все вампиры хотят тебя поймать. Сможешь ли ты хотя бы спрятаться от них?

— Нет конечно, — пожала плечами девушка, — убежать, может быть, и смогу. Смотря как ловить будут.

— Усложняем задачу, ты в другом мире… Бежать некуда, кроме т'сареш, никого нет.

— Э-э-э, не знаю, — покачала головой тифлингесса.

— Ну вот видишь. Притвориться местной ты не сможешь, даже если как-то замаскируешь рога, хвост и глаза. Даже если язык выучишь — все равно не сможешь. Если бы ты туда лезла просто с исследовательскими целями, тогда, может, шансы были бы. Но ты же попрешься меня искать, так?

— Ну так, — кивнула Шелли. — Мне ты нужен, а не другие миры, я и на Дее еще много где не была, смен на триста мне и дома найдется чем заняться.

— Ну вот, тебя тут же начнут искать очень серьезные люди. У которых работа такая — обращать внимание на все необычное. Поверь мне, найдут и поймают гораздо быстрее, чем ты сможешь отыскать меня. И живой тебя оттуда уже никто не выпустит. Ты же станешь сопротивляться, боевые возможности у тебя очень велики, поэтому предпочтут не брать живьем, а убить и потом уже разбираться. А я не хочу, чтобы ты умерла раньше времени, особенно из-за меня.

— Ну-у-у, не знаю. — Кажется, Шелли проняло. Нет, напугать мне ее не удалось, только озадачить. Хоть что-то… и все же этого недостаточно. Бог мой, а если в ней еще любопытство проснется, что тогда делать?

— Шелли, давай не будем спорить, просто пообещай, — продолжил настаивать я. — В противном случае утром пойду к твоему дяде, расскажу ему то же самое и попрошу убрать тебя от нас куда подальше. Он меня сегодня и так старательно запугивал особым интересом местных спецслужб к нашим персонам.

— Ой, ты опять пытаешься решать за меня. — И, не дав возразить на это утверждение, Шелли заткнула мне рот, надо отдать должное, довольно приятным способом. А, оторвавшись, продолжила: — Хорошо, я обещаю не искать тебя в твоем мире, если это для тебя так важно. Но… Тебе у нас совсем не нравится?

— Не знаю. — Я пожал плечами. — Слишком мало пока успел увидеть. Да и миры наши разные, даже сравнивать не имеет смысла. Нет, такого чуда, как ты, мне дома не встречалось, тут ваша Дея выигрывает однозначно…

— Спасибо, — мурлыкнула девушка, обняла меня за плечи и повалила обратно на кровать. — Ты совершенно не умеешь говорить комплименты, но все равно приятно… Кстати, таких, как ты, мне на Дее тоже не попадалось…

— Ты только что говорила, что много где еще не была, — усмехнулся я. — Да и со мной знакома всего двадцать дней и многого про меня не знаешь.

— От добра — добра не ищут, — фыркнула Шелли. — Ты меня абсолютно устраиваешь… А твои немного неуклюжие попытки заботиться обо мне… Знаешь, раньше только папа и дядя волновались и искренне переживали за меня, ну это и понятно, они родственники. Папа есть папа, а у дяди пока своих детей не имеется, вот он и относится ко мне как к своей дочери… А все остальные… Нет, в клане меня любят, но предоставляют решать свою судьбу самой, у нас так принято. И те мужчины, с которыми я раньше встречалась, никогда не пытались обо мне заботиться. Если честно, меня это немного раздражает, но все равно, необычное и приятное ощущение.

— Ты не похожа на наших женщин. — Я покрепче обнял тифлингессу. — А я, дурак, действую по принятым у нас правилам. Ты хорошая девочка, да и помогла мне и моим ребятам здорово, мне хочется, чтобы тебе было хорошо… Ну и самому приятно с тобой, как-то мало мне встречалось разумных, с которыми приятно находиться рядом и которые не пытаются при этом залезть в душу… А с тобой… хорошо и удивительно спокойно, я бы так сказал.

— Ну… ты завернул. Я даже не знаю, обижаться мне или не стоит. А насчет лезть в душу… зачем? Если захочешь, то ты сам мне все расскажешь. Нет, мне очень интересно, конечно, и любопытно до жути. Все-таки ты из другого мира, у вас там все по-другому… Хотя нет, не все. — Шелли коротко хохотнула и опять позволила своему хвосту многочисленные вольности по отношению ко мне. — Кое-что практически как у нас, хотя и тут есть некоторые отличия. И так необычно, ты искренне за меня переживаешь, я же вижу, но при этом не пытаешься учить меня жить, не говоришь, как мне лучше поступать. Сначала я пыталась тебя соблазнить просто из любопытства, ты так мило стеснялся… Я еще на территории т'сареш решила с тобой переспать, как только вылечу раны. Но потом, когда ты таскал меня на руках к магу, ухаживал, когда я была почти беспомощна… Это оказалось так необычно и приятно…

— Я тоже несколько в необычном положении, — признался ей. — Я очень редко могу быть самим собой. Если только со своими сослуживцами или на заданиях. Все остальное время приходится притворяться кем-то другим…

— Почему? — удивилась девушка.

— Специфика моей работы, — пожал плечами. — Думаю, у вас в разведывательных службах такая же ситуация.

— Ты же говорил, что ты воин. Или ты все-таки разведчик?

— Воин. Просто наше подразделение используют разведчики, когда требуется силовое вмешательство.

— И почему ты должен скрывать это? Ладно, если ты агент разведки, это я понимаю, но какой смысл скрывать, что ты воин? Вон дядины ближники, сразу видно, что они бойцы очень высокого уровня. И для чего дядя их использует, все знают, причем не только в нашем клане, этого не скроешь.

— Вот именно, все знают, — усмехнулся я. — И противник, или просто конкурент, когда эти ближники выбираются из клана, тут же делают вывод, что ваш старейшина опять что-то затеял. А если, скажем, боевиком будет скромный возчик, который каждую дюжину дней катается в Оэсси и обратно. Никто не обратит внимания, если он в одной из своих поездок задержится. А если и обратят внимание, то вполне может оказаться, что уже поздно. Так и с нами, для большинства окружающих людей я обычный офицер в отставке, живущий на свою пенсию. Иногда на пять-шесть дюжин дней уезжаю отдохнуть куда-нибудь в другой город, или там мне разовую работу подкидывают. И я давно забыл, что когда-то воевал, это как страшный сон. Да я и не распространяюсь, что был на войне, армия у нас большая, обеспечивающих подразделений много, вот и говорю, что служил интендантом на складе. А что шрам на лице, так споткнулся неудачно спьяну и рожу о косяк рассадил. У нас очень немногие могут по внешнему виду понять, как именно я это украшение заработал. Вот никто и не чешется, когда я внезапно исчезаю на некоторое время. Ни гражданские лица, ни разведка противника.

— Хм, о таком подходе к секретности я никогда не думала, — призналась Шелли. — Меня, наоборот, всегда раздражало, когда кто-то из мастеров или старших внезапно исчезал из клана, и никто не хотел рассказывать, куда и зачем они исчезли.

— Ну вот ты только что подтвердила мои слова. В моем же случае таких вопросов не возникает. Уехал и уехал. Никого же не удивляло, когда твой отец, например, уезжал куда-нибудь надолго?

— Не-а, — помотала головой Шелли. — Мы постоянно ездили с караванами. Хотя последнее время папа так наладил дела, что мог бы в принципе никуда и не ездить. Но он говорил, что ему скучно сидеть на одном месте… Погоди-погоди, интересно, я раньше об этом как-то не думала… Ха, кажется, у меня появилось несколько вопросов к моему дяде. Хаос, и как я раньше-то не задумывалась, ты умеешь заставить взглянуть на проблему с несколько необычной стороны, ха…

— Ну вот, видишь. — Я улыбнулся, но мысленно проклял себя за слишком длинный язык: похоже, Лиимата ожидал очень насыщенный и интересный разговор, причем по моей вине. — Есть еще одно соображение. Обычным людям может быть очень неприятно, когда рядом с ними живет профессиональный и хорошо подготовленный убийца. Кроме того, мою профессию в обществе, далеком от войны, склонны идеализировать. Правильно на самом деле, но… Не стоит знать, что такое война, тем, кому посчастливилось на нее не попасть. Так что скрывая свою профессию, я получаю возможность не отвечать на многочисленные неприятные лично для меня вопросы.

— Странно у вас. — На этот раз Шелли задумалась. Нашим детям с самого начала объясняют, что это такое, да и объяснять не надо, у нас это в крови — в буквальном смысле слова. Орки… эти вообще не представляют себе жизни без сражений. С людьми… если честно, не знаю. А насчет того, что рядом живет профессиональный убийца… Ты же с Ланией нормально общался? Вот тебе наемный убийца, правда, отошедший от дел, но все равно. А про рассказы… Если ты будешь к ней приставать с расспросами, то она просто начнет тебя избегать, вот и все. И сама расспрашивать лишний раз не станет.

— Хорошо у вас мужикам, — вздохнул я. — А у меня буквально все девушки, с которыми я знакомился, хотели знать обо мне все. И жутко обижались, когда я отказывался отвечать, приходилось постоянно врать. Почему и говорю, что здесь мне не приходится притворяться. Здесь нет ни нужды, ни смысла скрывать, кем я являюсь на самом деле.

— Так ты что, готов рассказать мне все свои секреты. — Тифлингесса коварно улыбнулась.

— Нет конечно. Да и не имеется в моей службе ничего такого интересного, много крови, много трупов, много грязи, как на любой войне. Просто я сейчас могу не притворяться, что вообще не знаю никаких секретов…

— Да в Бездну твою службу, в Хаосе я ее видела. — Шелли уселась на меня верхом, будто пыталась не дать мне никуда сбежать, хотя я вроде и не собирался. — Расскажи мне лучше про своих девушек, у тебя, перед тем как ты попал в наш мир, уже был кто-то? Или ты один?

Упс, пожалуй, с «не собирался» я поторопился.

ГЛАВА 11

Архимаг Игнатиус Преус Сольвит, человек, Дея,

71 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Архимаг размышлял. Впрочем, это было обычное его состояние в последние пару сотен смен. А что еще оставалось делать живой легенде Десяти городов? Порой Игнатиуса подмывало бросить все и сбежать в какой-нибудь другой мир, начать все заново или поднять на Дее восстание против т'сареш. Или, в конце концов, просто взять и умереть. Против первого восставала лень, все-таки ректор привык к своему статусу, доказывать окружающим по новой, что с ним стоит считаться, не хотелось. Против второго выступал здравый смысл, восстание архимагом многократно просчитывалось, но конец виделся всегда один — море крови и абсолютная победа вампиров. Ну а против третьего выступал обычный человеческий страх: архимаг привык планировать свои действия, а что с ним случится после смерти, он не знал. Да еще и весь его опыт протестовал против необратимых действий. Ну привык он оставлять небольшую лазейку, чтобы была возможность отыграть все назад. Ну а в варианте со смертью такую лазейку он пока не придумал, хотя и было у него в разработке несколько обнадеживающих идей. Но они пока находились в стадии эксперимента.

И в конце концов, архимагу не хотелось бросать свое детище, ведь как раз он и создал область Десяти городов такой, какой она являлась в данный момент. Теперь просто интересно было досмотреть, чем все это закончится. А вот закончиться все «это» обещало в обозримом для самого архимага будущем. По крайней мере, на взгляд ректора складывалась именно такая обстановка. И сейчас он пытался найти возможные решения. Пока еще данная проблема позволяла рассматривать ее как некую абстрактную политическую задачу, но в скором времени абстракции грозили перерасти в реальность.

Ректор быстро пролистал свой ежедневник, отыскивая последние сводки по экспорту корабельного леса для т'сареш. Да, без сомнения, вампиры строили флот, огромный флот, причем строили где-то далеко на юге. Косвенные данные это подтверждали, последние три смены на рынках наблюдался дефицит конопли и льна, конопля — это корабельные канаты, лен — паруса. Из этого следовали два вопроса: на хрена им столько кораблей и где они возьмут для них экипажи? Ну не любят т'сареш океан, не любят, моряки из них аховые. И корабли они могут готовить для колонизации Южного, давно собирались. Но вот только не требуется там такое количество судов, да и лес на севере в таких количествах для этих целей закупать не стали бы, обошлись бы своими ресурсами. Пролив там шириной от пятидесяти до семидесяти перестрелов, гавани на Южном давно уже построены, бери да перевози переселенцев. И еще, корабельных мастеров на севере не нанимают, планируют обойтись своими силами — это как объяснить? Опять же лес закупают свежий, его сушить надо, а на это необходимо время, много времени…

Далее следующая странность: на юге в лагерях кормовых царит сонная тишина, а на севере начали резко увеличивать поголовье. Строят новые лагеря, в основном на побережье, но и неподалеку от сухопутных границ — тоже. Это означает, что в ближайшие тридцать смен т'сареш запланировали резкое увеличение количества собственного населения. Демоны, знать бы, как именно вампиры размножаются и что им для этого нужно — было бы намного проще, но вот нет информации, и все тут. Даже описание ритуала посвящения в Древние достать смогли, казалось бы, величайшая тайна кровососов, но достали-таки. Причем не из одного источника, а из нескольких, информация подтвердилась. Но вот откуда появляются молодые т'сареш, выяснить не удалось. Известно только, что контролировать этот процесс вампиры могут не менее эффективно, чем размножение своего корма. Просто в какой-то момент из ниоткуда берут и появляются сотни новых кровососов, уже взрослых, обладающих всеми необходимыми навыками для самостоятельной жизни. И начинают развиваться дальше внутри своей иерархии. Их отношения внутри родов несколько формальны для кровного родства, просто в каждый род распределяется некое количество появившихся т'сареш, к личному имени добавляется название рода, и все.

Архимаг еще раз пробежался по своим выкладкам, выписанным на отдельный лист. Все говорило о том, что т'сареш готовятся к массовой экспансии. И не какая-то отдельная семья, как бывало раньше, а все разом. Такое случилось лишь однажды, когда вампиры начали истребление эльфов. Игнатиус специально еще раз просмотрел эльфийские хроники тех времен. Не легенды об их расколе, а именно хроники, скучнейшие хозяйственные записи и рядовые отчеты с пограничных дозоров. Эх, достать бы еще архивы их разведки, но, увы, это задача невыполнимая, если эти архивы вообще сохранились. Но все симптомы совпадают. Резкое увеличение поголовья кормовых, новые лагеря на границах. Значит, через двадцать смен неизвестно откуда вынырнет множество младших вампиров, причем уже генетически измененных для ведения войны: в хрониках присутствуют упоминания о несколько отличающихся от обычных особей «кровезависимых животных». А еще через десять смен после пограничных стычек начнется массовое вторжение…

Да, сейчас те же симптомчики. Реальный противник у вампиров один — Десять городов. Все остальное их внимания не заслуживает. Темные эльфы — не противник, только-только отошли после раскола и вынужденного переселения, динамика рождаемости у них стала положительной всего сто смен назад, и то полукровок намного больше, чем чистокровных эльфов. Орки — это даже не смешно, у зелененьких каждый клан сам за себя. Даже для Десяти городов они не противники. Вампиры их и не замечают, приходят, уничтожают мешающий им клан — и все. Просто и со вкусом. Кто еще, высшие эльфы… Так более вероятно, что т'сареш готовят экспансию против орков — у длинноухих, кроме понтов, давно уже ничего не осталось. Гномы… вполне возможно, вот только у них интересы никаким местом не пересекаются с т'сареш. Даже более того, они друг с другом вообще дел иметь не хотят. И потом, зачем флот против гномов?

А вот если на место вероятного противника поставить Десять городов, все сходится практически идеально. Без флота эту область не завоевать, нужно резкое увеличение армии. С магами у т'сареш справиться не выйдет, если вампиры не завалят города трупами. Да и для штурма перевалов понадобится очень много солдат.

Вот только все равно, доказательств маловато, лишь косвенные признаки возможных событий и умозаключения самого архимага. Плюс пятьсот смен относительного мира и уверенность в собственной безопасности. Ну и самонадеянность, куда же без нее. А вот у Игнатиуса, как он ни прикидывал, получалось, что через тридцать — сорок смен т'сареш начнут войну на истребление против Десяти городов и выиграют ее, не сразу, смен пятьдесят разумные побарахтаются, но все равно выиграют. И сейчас архимага мучила только одна проблема: как не допустить исчезновения Десяти городов? Не то чтобы он лично очень уж боялся нашествия вампиров, он-то всегда успеет смыться в какой-нибудь другой мир, в конце-то концов, архимаг он или где? Но вот так вот просто бросать страну, на которую потратил тысячу смен своей жизни… Нет, облезут кровососы.

Но ничего путного пока не выходило, как при помощи имеющихся у него ресурсов предотвратить грядущую войну, ректор придумать не мог.

И тут так удачно подвернулись разумные, вполне успешно гоняющие т'сареш. Даже не будь всех этих неприятных признаков грядущих испытаний, архимаг все равно заинтересовался бы гостями. В других мирах всегда можно найти много чего интересного, неизвестного на Дее. Но сейчас, когда ему нужны были союзники против вампиров, появились бойцы, успешно гоняющие этих самых вампиров. Разборки между семьями т'сареш архимаг отмел сразу. Кровососы никогда не использовали другие расы для убийства себе подобных. Не только на Дее, вообще никогда, Игнатиус специально уточнял на других перекрестках. Нет, т'сареш никогда не привлекали для убийства соплеменников другие расы, в других мирах тоже — не использовали даже наемников, не говоря уже о рабах. Нет, кстати, а как эти люди появились? Плохо, конечно, что все заинтересованные стороны уже в курсе появления на Дее этих чужаков, плохо, но не смертельно. Так сложилось, что занесло их именно на его территорию. В общем, имеются все предпосылки для того, чтобы договориться.

В дверь кабинета кто-то нерешительно поскребся.

— Ну кого там Хаос принес? — Ректор поднял голову от бумаг и выжидательно посмотрел на дверь.

— К тебе магистр Паупер. — В приоткрывшуюся щель между створками просунулась голова секретаря. — Ему назначено, он ждет в приемной.

— Запускай, раз назначено, — вздохнул Игнатиус.

В комнату осторожно пробрался… иначе и не скажешь — Паупер, и замер у кресла для посетителей, склонив голову.

— Садись, чего встал, — сказал архимаг вместо приветствия. — Свежие новости есть?

— Да, ректор. Пришел ответ из клана Теорн, Лиимат не согласен на встречу в академии. Но прислал приглашение на день клана, — начал говорить начальник разведки.

— Вот сволочь рогатая, — буркнул Игнатиус. — Торгуется. Приглашения отдай аспирантам, пускай сами решают, кто поедет. Только это… проследи, чтобы боевики туда не попали, а то тифлинги с их фирменной паранойей могут все неправильно понять.

— Прошу прощения, ректор, но приглашение пришло на ваше имя плюс два сопровождающих. И в постскриптуме сказано, что в эту смену очень много народа съехалось, мест совсем нет, только если для уважаемого архимага найдут комнату.

— Юморист, блин. — Ректор невольно улыбнулся. — Тогда аспирантов не отправляем. Я тоже не поеду, как ты сам понимаешь… Но торгуется паршивец знатно.

— Может, сразу согласимся на встречу в Оэсси? Арендуем там особнячок… ну, как всегда, — осмелился внести предложение Андр.

— В итоге так и поступим, но надо же хоть немного поторговаться? — усмехнулся архимаг. — Веселая ситуация на самом деле, договоренность уже достигнута, все, чего он просит, мы ему предоставим, там требований немного совсем. Да и в итоге непонятно, кто кому делает одолжение…

— Э-э-э, осмелюсь спросить, а вы не боитесь принимать на обучение тифлинга старшего рода?

— Боюсь, — кивнул Игнатиус. — Но в данном случае польза может быть большая. Кроме того, мы сумеем изучить проявления Хаоса. Когда такая возможность еще представится? У меня уже лежит заявка от теоретиков на эту девочку, и от факультета пределов тоже. Понятно, что пойдет она на факультет Хаоса, все-таки хоть чему-то ее научить надо будет.

— Да, еще, Лиимат спрашивает, не надо ли оказать помощь нашей экспедиции, работающей на землях клана Теорн, предлагает десяток бойцов для охраны по обычным расценкам, — добавил Паупер, сверившись с записями.

— Опять его шуточки. — Ректор уже не улыбался. — Это начинает раздражать. Ладно, пиши письмо без экивоков, назначай встречу в Оэсси, в пятый день второго сезона. С письмом отправишь переговорщика, кого-нибудь из аналитиков. С собой дашь список домов, подбери такие, которыми мы еще ни разу не пользовались, и к списку — десяток амулетов связи из последней партии с новой кодировкой. Да, еще, посыльному дай в охрану пару лучших боевиков. В сам клан боевиков, скорее всего, не пустят, но все же пусть передадут посыльного с рук на руки тифлингам. Что с агентурой т'сареш?

— Мы имеем реальные возможности полностью парализовать в течение двух суток разведсети семей Л'сос и Дивартан. Ручаюсь, что после этого еще дюжину дней они не смогут вообще ничего. Для мелочи подготовили пару спектаклей, на две дюжины дней это должно их отвлечь. С эльфами сложнее… В Варее наблюдается повышение активности длинноухих, но связано ли это с нашей проблемой — сказать не могу. В Оэсси их деятельность не просматривается, все как обычно, использование амулетов связи на направлениях к их анклавам тоже в пределах нормы. Но гарантий дать не могу, работаю над этим.

— Плохо с эльфами, плохо, — побарабанил пальцами по столу архимаг. — Слушай, а давай-ка подкинем что-нибудь на эльфов комитету разведки. Пускай и они поработают, в конце концов, там тоже есть неплохие специалисты. Сочини какую-нибудь историю пострашнее, пускай погоняют длинноухих.

— А можно не сочинять? — спросил Андр.

— Не понял? — вопросительно поднял брови архимаг.

— Ну я имел в виду… Можно я сдам эльфийскую сеть работорговцев и подпольную арену, где они своих монстров выставляют на бои без правил? Комитет об этом точно не знает, ну официально, конечно, у них там имеется несколько головастых ребят, они-то в курсе, но разгромить всю эту гадость им не разрешают. А так я сдам всю сеть со всеми раскладами. А когда начнут разработку, организую еще и утечку информации в городе. Поднимется шум, ни один длинноухий до конца осени нос на улицу в Оэсси высунуть не посмеет. Заодно и хозяйство бургомистра почистим, а то городская стража, по-моему, заворовалась. Ну и еще кое-кого прихватим.

— Хм, а не перебор будет?

— Да там мелочовка одна, — махнул рукой Андр. — У нас же задача парализовать агентуру эльфов, а не уничтожать ее полностью? А разнеся их бизнес, мы лишим длинноухих почти всех агентов низшего звена. Мозги останутся, но руки мы им если под корень не обрубим, то укоротим здорово. И самим длинноухим на улицах появляться и новых исполнителей набирать будет немного не с руки. Заодно доброе дело сделаем, понятно, что это максимум на сезон, потом все по новой начнется, но хоть немного почище город станет.

— Да, шуму будет… — задумался архимаг. — Но нам, собственно, это и надо. Хорошо, займись. Успеешь к сроку?

— Вполне, — кивнул Андр. — У меня уже в принципе все готово.

— Хорошо, еще что есть?

— Из новостей все. — Андр опять заглянул в бумаги. — Получили отчет мага из Перевального. Иеронимус Алиетум, магистр жизни четвертого ранга, держит частную медицинскую практику. На сегодняшний день единственный из магов, кто общался с нашими пришельцами.

— Что-нибудь интересное?

— Немного, я принес его письмо. — Андр положил довольно толстую пачку бумаги на стол своего шефа. — Но если в двух словах, он встречался с тремя из них, сам лечил только одного. Подчеркивает, что для людей все трое очень крупные, он даже сначала их за полуорков принял, всех троих, но потом посмотрел ауру — чистокровные люди, ни следа крови других рас. Еще внимания заслуживают их ментальные блоки. Иеронимус утверждает, что ничего подобного никогда не видел. На всех троих стояли, по его словам, однотипные блоки, но с индивидуальными отличиями, видимо, привязанные к особенностям организма. Что касается самой конструкции заклинания, то он в замешательстве. Пишет, что подобная конструкция на его взгляд невозможна. Блоки в дежурном режиме абсолютно не фонят, активируются только при попытке сканирования либо воздействия, энергосистема замкнута, откуда там берется энергия, он так и не понял. Защита нарастает ступенчато, присутствует обратная связь, то есть удар отправляется назад к атакующему. Конечно, в ослабленном виде, но тем не менее. Я хотел подкинуть на факультет менталистов это описание с приказом подумать, но без твоего разрешения не рискнул.

— Правильно, — кивнул архимаг. — Не надо пока, сами посмотрим, потом подумаем, кого из специалистов подключать. Еще что-то?

— Да, Иеронимус смог просканировать двоих. Ну знаешь, общие данные… Увидел, что люди примерно тридцати смен от роду. В хорошей физической форме, неоднократно получали физические повреждения, переломы, разрывы тканей, ранения внутренних органов, ожоги. У обоих присутствуют шрамы, причем у одного на лице, без каких-либо признаков косметического вмешательства, даже не пытались убрать. Но люди относятся к шрамам спокойно, ничуть их не стесняются. И еще, в организмы иномирян явно проводилось вмешательство, но способ неизвестен. Наращивали мышцы, усиливали связки и суставы… Там много всего, в основном все изменения направлены на увеличение скорости реакции и выносливости. Сделано все уже после того, как организм полностью сформировался. На его взгляд — очень грубая работа, у людей украли как минимум по двадцать смен жизни. Но эффект интересный, по его словам, люди вполне могут превзойти по скорости т'сареш, может, даже не уступят и тифлингам, но убедиться в этом у Иеронимуса возможности не было. Далее, у людей имеются познания в медицине, они умеют обрабатывать раны, но методы магу совершенно незнакомы. И при этом весьма эффективны. Эти неизвестные активно используют алхимические составы в медицинских целях. И еще, Иеронимус клянется, что люди впервые столкнулись с магией жизни, при обработке ран никаких магических методов не применялось, в них самих, несмотря на изменения организма, тоже ни грана магии. Ну… если не считать ментальных блоков. При этом один из иномирян умеет чувствовать силовые линии, вплоть до визуальных эффектов. Иеронимус из любопытства провел стандартный тест с энергонакопителем, результат положительный. По его словам, если бы не возраст, этого человека он рекомендовал бы к зачислению на бюджетный курс. Подозревает, что еще один из них также обладает способностями, но проверить возможности не было.

— А вот это уже интересно, — довольно кивнул Игнатиус. — Хорошо, отчет прочитаю сам и подумаю. Что в Перевальном произошло, смогли разобраться?

— Нет. Гномы все засекретили. Шеб на контакт не идет ни под каким видом. Полностью сменил персонал гостиницы, всех, кто был там в ту ночь, отправил в Вершину мира, на нижние горизонты. Свидетели инцидента на перевале также исчезли, предполагаю, что тоже находятся где-то внизу. Пытаемся выяснить хоть что-то, но пока глухо. Правда, и особого шевеления в их агентурной сети на нашей территории незаметно. Думаю, стоит ждать их официальных запросов, наверное, через посольство.

— Уже, — поморщился архимаг. — Вчера подали прошение об аудиенции. Прием будет официальный, но также есть приписка, что со мной хочет встретиться посланник рода Гранита. Похоже, почуяли что-то интересное, но сами вмешиваться боятся. Не знаешь, они уже заявили протест т'сареш?

— Пока нет. Но по нападению на гостиницу, думаю, протеста не будет. Там, конечно, были т'сареш, но не из семьи, протест заявлять просто некому. А вот на перевале вроде как смогли некоторые тела привязать к семье Л'сос. Думаю, дюжин через пять дней подадут официальный протест и заявку на возмещение.

— Угу, понятно, — кивнул ректор. — По заказу Лиимата тоже готовятся протест и заявка на возмещение, тоже подадут, наверное, в середине осени. Там пока подгоняют ситуацию, чтобы людей особо не светить. Пока вроде как все складывается неплохо. Давай немного порассуждаем. Я задаю вопросы, ты отвечаешь. Только коротко и по существу. Первое, что мы имеем?

— Около тридцати дней назад Древним т'сареш был открыт межмировой прокол, он явно от чего-то убегал, вошел в наш мир примерно в сопровождении десятка младших. Портал оставался открыт еще достаточно долгое время, кстати, почему он не закрылся сразу и почему продержался так долго — неизвестно, из портала вышли еще шестеро человек. Они начали преследовать т'сареш и нагнали их, случилось это сорок второго. В этот момент пришлые т'сареш напали на караван тифлингов с целью найти пропитание. Произошел бой, что именно там случилось — нам неизвестно. Из всего каравана, а там было двадцать три тифлинга и один человек, выжила только одна тифлингесса, дочка хозяина Шейелена аэп'Шееллайт. Из людей никто не был даже ранен. Древний бежал, открыв портал на Южный. Люди подобрали тифлингессу, как-то решили вопросы с дорожной стражей т'сареш и пятидесятого объявились в Перевальном. Тем временем вампиры начали расследование, это произошло примерно сорок третьего, именно в этот день рядом с местом действия появился Тенебра в сопровождении ищеек. Можно сделать вывод, что расследование поручили лично ему, хотя это на первый взгляд и не в его компетенции. Вот тут немного непроверенная информация… Примерно пятидесятого Тенебра получил всю информацию о произошедшем, и пятьдесят первого вампиры перекрыли северную границу на выезд. Да, еще, с сорок пятого по пятидесятое на Южный континент перебросили порталами крупные военные силы всех семей т'сареш. Отправились особые сотни, теневики и ищейки. Сорок седьмого силы Л'сос на Южном покинули обжитую т'сареш территорию и ушли на юго-юго-восток, с местными они не считались, просто не обращали на них внимания. Потом потянулись остальные. Можно предположить, что примерно сорок пятого-сорок шестого ищейки Тенебры нашли начальную точку портала, и как раз к сорок седьмому т'сареш смогли рассчитать координаты выхода.

— Так, стоп. — Ректор поднял ладонь. — Дальше хронологию можешь не продолжать. Чужого Древнего нашли?

— Только косвенные признаки. Шестьдесят второго были зафиксированы мощные всплески по всем полюсам силы, энергетическую картину мира здорово взбаламутили, впрочем, к рассвету следующего дня все уже успокоилось. В тот же день где-то в джунглях Южного произошел мощный выброс энергии. Точно позиционировать, где это произошло, не удалось, у нас просто нет в тех краях достаточного количества наблюдательных станций. Но…

— Довольно, чужого Древнего нашли, несколько наших Древних быстренько метнулись на Южный и пришибли его без особых разговоров. Проехали. Давай дальше, насколько т'сареш заинтересованы в поиске наших гостей?

— Трудно сказать. — Андр замялся. — Тенебра в самом начале несколько недооценил ситуацию, и из-за этого произошли весьма досадные для вампиров проколы. Но вины разведчика Л'сос здесь нет, он просто не совсем тем людям поручил разобраться. Впрочем, Тенебра сработал грамотно: переложил всю вину на своих конкурентов из контрразведки и дальше начал действовать по всем правилам. Поднял агентуру, стал внимательно отслеживать ситуацию около перевала Больших ворот. Он заинтересован в этих людях, но пока ситуацию не форсирует. Впрочем, думаю, как только он узнает о вашей встрече с этими иномирянами, немедленно отдаст приказ о силовых действиях…

— Если уже не отдал. — Архимаг задумался. — Так, всех т'сареш Тенебры на территории Оэсси при нейтрализации их агентурной сети уничтожить физически. Я попробую выпросить у Лиимата пару десятков убийц, все равно на день клана к нему съедется много народа. Оплатишь из своих фондов, но по минимальным расценкам, я постараюсь договориться. Что контрразведка Л'сос и остальные семьи?

— Контрразведки не видно и не слышно, у них сейчас другие проблемы, по слухам, их начальнику то ли голову оторвали, то ли пригласили на обед к Древнему, пока точно не знаю, это устанавливается. Что касается других семей — обычная рутина. Когда Л'сос только начали искать неизвестного Древнего — заинтересовались, но не более, никаких особых мероприятий не замечено.

— Понятно, получается, что у нас только один возможный противник. Это не может не радовать. А что службы Десяти городов?

— Тонко намекнули не лезть, — пожал плечами Андр. — Даже без трупов обошлось на этот раз, сразу поняли. Но в принципе я могу их привлечь, если вдруг понадобится.

— То есть против нас играть не будут… Хорошо, а что ты скажешь об этих людях?

— Ничего сверх того, что написал Иеронимус. Он единственный, кто с ними общался и с кем мы смогли поговорить. Разве только прибавлю, что они здорово сдружились с тифлингами, особенно с тифлингессами. Но этим я не удивлен… Да, про Иеронимуса, я от твоего имени приказал ему немедленно отправляться в Оэсси, он уже должен пересечь перевал.

— Это правильно. Отправь охрану на всякий случай… А то сдуру кто-нибудь еще попробует на него напасть… Но все же… они провели пять дней в Перевальном, неужели ни с кем не общались?

— Языковой барьер, — пояснил Паупер. — У людей «понималки» вроде как эльфийские, но никто активировать амулет ради общения не торопился. Так что объяснялись жестами. По Перевальному передвигались исключительно парами, в основном глазели. Большую часть времени провели в гостинице, общаясь с Гархом и Шебом и с их персоналом, который сейчас сменили. Что еще… купили в лавке оружейника шесть ножей для бритья гномьей работы. Расплатились медными монетами обычной чеканки. На перевале провели все время в обществе тифлингов, даже в бордели не заглядывали. Особо ничьего внимания не привлекали. А, да, чуть не забыл, достали выписки из гномьих регистрационных книг. Назвались люди так: маор, Тирри, Потапысш, Комар, Стингер, Шессто. Не знаю, имена это или клички. Что означают — тоже не знаю, но гном на воротах услышал и записал именно так.

— Гм, а общее впечатление? Ну хоть что-то? — продолжал настаивать ректор.

— Общее впечатление о них одно, все их называли полуорками, один вообще по размерам не уступает среднему орку. Ну а по поведению вроде как воины, в этом никто не сомневается. Больше ничего характерного. Даже главного среди них определить не смогли.

— Плохо, очень плохо, получается, что мы о них ничего не знаем. Только то, что они очень хорошо умеют убивать т'сареш.

Андр выразительно пожал плечами и промолчал. Действительно, люди попались какие-то неуловимые, вроде как и не прятались никуда, но что-либо узнать про них не выходило. Да еще и появлялись везде в компании с тифлингами. Архимаг погрузился в глубокую задумчивость и жестом дал подчиненному понять, что тот может идти.

ГЛАВА 12

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 95 день первого сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Мы прожили в клане тифлингов почти месяц. На мозги все время давил вопрос: что же происходит дома и как стоит на ушах наше начальство, но… Хором подумав, мы дружно на это забили. Все равно где-то в душе крутился червячок беспокойства, бубнил, что все это как-то неправильно, но в действительно экологически чистой деревеньке с халявной кормежкой, очень неплохим спиртным и дружелюбным населением было так хорошо… И потом, когда еще выпадет возможность целый месяц побездельничать, не вздрагивая от каждого телефонного звонка?

Хотя насчет «бездельничать» я, наверное, несколько погорячился. Мы старательно учили местный язык, причем учить пришлось сразу два: тот, на котором общались тифлинги и который обзывали северным диалектом, и тот, который использовало все остальное население Десяти городов — общий. К моему удивлению, в этом самом общем частенько попадались отдаленно знакомые слова. Списывал сначала на работу подсознания, которое само искало созвучия, чтобы легче было запоминать, но тут отец Яков наконец-то сообразил. И даже доказал, что в основе общего языка лежит латынь. Безумно изуродованная, до неузнаваемости, так что это по большому счету уже другой язык, да и правила построения фраз оказались совершенно иными, но тем не менее — более половины слов имели латинские корни, как ни парадоксально это звучало. Правда лично мне, да и всем ребятам, от этого было ни жарко ни холодно, я из латыни знал только «para bellum» и «lupus est», остальные не намного больше.

Заодно и фехтованием занимались, под руководством Гарриона и дружный смех молодежи. Все тренировочные площадки располагались на территории местной школы и, хотя мастер оружия старался устраивать нам показательную порку уже после окончания занятий, зрителями мы все равно обделены не были. Вот тут уже успехи оказались более чем скромными, лично мне было тяжеловато справляться с вбитыми в подсознание рефлексами. Меня все время тянуло швырнуть тяжеленную железяку в лицо противнику, подскочить поближе и всадить нож под ребро, пока он будет валандаться с куском железа длиной в свою руку. Ну или, наоборот, резко разорвать дистанцию, достать пистолет и… Удерживать среднюю дистанцию оказалось очень непривычно. Самое смешное, что Гаррион пару раз попался на этот финт, правда, скорее от неожиданности, потом-то уже запомнил, чего надо ждать, когда мы отбрасываем в сторону меч. Но это было единственное, на что он вообще попался, все остальное время тифлинг гонял нас по площадке так, как ему было угодно. Мало того, что этот рогатый был намного быстрее нас и не уступал в силе, так еще и фехтовальщиком он являлся знатным, ничего не скажешь. Нет, мы-то тоже беспомощными не были, все-таки нас неплохо научили выживать, даже в самых необычных ситуациях, но я уяснил для себя только одно: на поле боя в тифлинга лучше стрелять метров с пятидесяти, желательно со спины, и сразу убивать наповал.

Вот только был один эпизод, когда наблюдавшая за бесплатным цирком молодежь немного увлеклась, комментируя нашу неловкость. Настолько увлеклась, что присутствовавшая здесь же Шелли сшибла одного из остряков со скамейки молодецким подзатыльником, а Гаррион, остановив очередную учебную схватку, рявкнул на детишек и выдернул из толпы зрителей десяток наиболее горластых. А потом устроил показательное избиение. Именно избиение, а не тренировку, с детьми ударов он сдерживать не стал, и от серьезных травм их спасло только то, что у мастера все-таки был учебный меч, а не боевой.

— Слушай, мастер, — сказал ему я, наблюдая, как получившие серьезных люлей детишки на карачках выползают с площадки, — а может, не надо было так строго-то с ними? Это же дети, они всегда очень критичны в суждениях, тем более что нас это ни капельки не задело. И мы действительно не владеем мечами.

— Надо, надо, — успокоил меня Гаррион. — Еще один урок им не помешал, самое страшное — это недооценивать противника. И потом, насчет ваших успехов в фехтовании… Сделать из вас мечников все равно не получится, вы изначально учились другому, но можно попробовать добавить владение мечом к тому, что вы уже умеете. Может, ты не заметил, но я вас не учу в прямом смысле этого слова, все равно бесполезно. Я просто показываю, как на то или иное ваше действие будет реагировать разумный, владеющий клинковым оружием, предоставляя вам самим решать, что будете делать. И потом, я не человек, а тифлинг, в придачу один из лучших фехтовальщиков нашего клана… Так что… я бы не стал называть ваши успехи такими уж скромными…

Вот так и развлекались. Правда, в какой-то момент Потапычу надоело приспосабливаться к мечу, в его лапище практически любой клинок из тех, которые предоставляли нам тифлинги, смотрелся прутиком, и он раздобыл где-то шест, точнее, боевой посох. Причем, похоже, не просто нашел готовый — а ему сделали под его руку. Ну да, он как раз с кузнецом клановым и парочкой гномов, которые тоже работали в кузнице, сошелся на почве изготовления колючей проволоки для школы. Ну и еще они чего-то химичили с Тирли на пару, я не уверен, но, по-моему, эти ухари задумали собрать блочный арбалет, вроде как получалось. Но вернемся к посоху Потапыча. Мы с ним вместе пытались научиться бою на шестах. Мне довольно быстро надоело, да и было это не так уж необходимо, скорее, для нас обоих являлось развлечением. А вот пулеметчик увлекся и в какой-то момент свое увлечение продемонстрировал тифлингам. Ну да, у рогатых все школы их единоборств оказались построены не на силе, хотя и силушкой тифлинги обижены не были, а на скорости и ловкости. Пулеметчику-то хуже всех из нас приходилось, больно он здоровый, массу тела и инерцию никуда не денешь, так, как мы, он двигаться по-любому не мог. А вот с шестом… Там в основном скорость реакции нужна, а не скорость движений. Нет, против Гарриона это не особо помогло, мастер быстро приноровился к явно незнакомому ему стилю боя, и дальше все пошло своим чередом. А вот молодняку от Потапыча досталось. Гаррион, присмотревшись, как пулеметчик крутит двухметровую оглоблю, предложил сразу пятерым детишкам, как всегда, хоть и посдержаннее, чем раньше, зубоскалившим на скамейках, попробовать отобрать у Потапыча его посох. Ну что сказать, детишки, конечно, сильные, но очень легкие. И опыта Гарриона у них не имелось. Летали дети красиво и далеко, Потапыч только посмеивался. Нет, в конце-то концов его завалили и палку отобрали, вот только не впятером, а все вместе, десятка два юных тифлингов одолели. И, как пулеметчик, он мне потом признался, что использовал еще и свои особые навыки, к тому же на него несколько раз накатывали приступы непонятного возбуждения и что-то вроде галлюцинаций. Не то чтобы полностью мысли переключались, справиться было вполне реально, но все равно отвлекало.

Но изучение местных боевых школ для нас являлось чем-то второстепенным, так, занимались, чтобы не особо расслабляться. В основном мы пытались собрать информацию об этом мире. Наконец-то удалось раздобыть карту Деи. Не знаю, насколько она была точной, но все-таки хоть какое-то общее впечатление составить позволяла. Планета оказалась побольше Земли, хоть и ненамного. Но вот океанов имелось раза в два меньше, чем у нас дома. Три основных материка занимали почти всю поверхность и разделялись сравнительно небольшими водными пространствами. Но в океане еще и островов было предостаточно. Пять или шесть архипелагов, десяток отдельных, довольно-таки больших островов. Итак, карта, которую мне показали, просто в изобилии была украшена белыми пятнами, обозначавшими неисследованные территории. Полностью изучен и заселен оказался лишь Большой континент. На Южном были исследованы полоса вдоль северного побережья шириной километров в триста и кусок территории в юго-восточной части. Как объяснила Шелли, именно там и обосновались после раскола темные эльфы. Всю остальную часть континента занимали джунгли, переходившие в степь, больше ничего известно толком не было. Дальний же вообще являлся одним большим белым пятном, на карте оказались нормально обозначены только контур побережья и несколько городов. Что творилось в глубине огромного материка, толком не знал никто. В общем, весело тут жили.

Хорошо мы отдыхали и с пользой, короче говоря. Вот только мои отношения с Шелли… Девчонка все так же не отпускала меня далеко от себя, а при любой моей попытке уйти принимала такой несчастный вид, что у меня не хватало сил настоять на своем. Дядюшка нагрузил ее достаточно большим количеством дел. В основном дела были связаны с ее же наследством, как я понял. Выяснилось, что Шелли знала далеко не обо всех предприятиях своего отца и искренне считала его обычным торговцем-караванщиком, но очень удачливым и скопившим довольно приличные деньги. Действительность же в достаточной мере отличалась от ее представлений. Папаша Шелли вполне тянул на местного олигарха. Выяснилось, что он имел долю в полусотне небольших производств, владел очень приличными участками земли, в основном со строевым и корабельным лесом, а в придачу, пользуясь отношением прочих разумных к своей расе, активно посредничал между несколькими не то чтобы враждующими, но весьма настороженно относящимися друг к другу торговыми домами.

В процессе этих разбирательств у меня сложилось впечатление, что Лиимат много чего недоговаривает. Похоже, он передавал Шелли только официально оформленные предприятия, но при таких объемах наверняка были еще проекты, не оформленные на бумаге. Вот задницей чуял, что крутил старейшина на пару со своим зятем весьма нехилые комбинации по всему континенту. Слишком часто на вполне естественные вопросы племянницы он начинал качать головой, отводить взгляд и мямлить что-то невнятное. Да и мое присутствие его зачастую не устраивало, вот только попытки отправить меня погулять разбивались о решительность Шелли. Да я и сам, пользуясь ситуацией, не спешил уходить, а, наоборот, старался познакомиться с принятым тут делопроизводством.

Остальные только посмеивались. С тифлингессами близкие отношения тоже складывались забавно. Ну Комар со Стингером и я до кучи оказались пристроены с самого начала. Не то чтобы это нас полностью ограждало от приставаний женской половины поселковой молодежи, но в основном все ограничивалось стрелянием глазками, даже до намеков дело не доходило. Правда, однажды вечером Шелли появилась на ужине с шикарным фингалом под глазом, о его происхождении она сама распространяться не стала, но Стингер смог-таки расколоть Алаири. Оказывается, моя девушка объясняла зарвавшимся подружкам, кому можно строить глазки, а кому не стоит. В разгар объяснений слова у Шелли кончились, и она прибегла к более увесистым аргументам, в итоге вышла вроде как победительницей, хотя и с некоторым для себя ущербом. Алаири с Ланией от этих проблем были избавлены. Пожилых и незамужних тифлингесс в поселке проживало совсем немного, где-то десять, а молодежь перебегать дорогу старшим опасалась. Между собой же дамы в возрасте вполне могли договориться. Но нас самих эти женские разборки никаким образом не касались. Вот тоже что еще удивило: тифлингессы совсем не проявляли ревности, не было даже угроз вроде «только попробуй не туда посмотреть». Наоборот, зачастую на красивых или удачно одевшихся девушек обращали наше внимание специально, то есть посмотреть давали. А что до всего остального… Желающих всего остального к нам попросту не подпускали.

Но мы-то трое ладно, а вот Тирли с Потапычем сидели в осаде, которая велась по всем правилам. Им даже в сортир спокойно сходить не давали, постоянно кто-то крутился рядом. Пулеметчик в конце концов с кем-то сошелся, вот только мы так и не смогли выяснить с кем. Сам он рассказывать отказывался, но каждую ночь исправно куда-то исчезал. Тифлингессы тоже молчали, только загадочно закатывали глаза. Ну да ладно, захочет Потапыч — сам расскажет.

Тирли же приходилось намного хуже. Он героически терпел… сначала. По истечении первой дюжины дней радист начал читать проникновенные лекции о супружеской верности. Еще дней через пять стал откровенно плакаться всем по очереди. Тем более что к тому времени его окончательно застолбили три подружки Шелли, которых здесь иначе чем «троицей разрушения» никто не называл. Как я понял, Шейелена обычно руководила этой дружной компанией и вообще служила генератором идей для веселого времяпрепровождения, сейчас же, нагруженная проблемами с наследством, с подружками встречалась только эпизодически, и они были вынуждены придумывать себе развлечения сами. Ну они и начали развлекаться, приставая к радисту. Сначала просто так, без какой-либо определенной цели. Потом, оскорбленные его невниманием, взялись за дело уже серьезно и по всем правилам. Я, пожалев своего подчиненного, отловил девушек и предупредил их, что Тирли женат и жену свою любит. На что мне ответили, что, мол, его же жены здесь нет, и вообще, она ничего не узнает, а это не считается и все такое. И развлекуха продолжилась.

Ну, стриптиз в саду под окнами — это еще терпимо, даже смотреть интересно. Хоть предназначался он для Тирли, но наблюдали-то все. То, что о кого-то из девочек я, бредя ночью по нужде, обязательно спотыкался в коридоре — в принципе не удивляло. Вот только Тирли начал по ночам ходить в сортир через окно. Когда девчонки вычислили, как он выбирается из дома (я сильно подозреваю, что радиста сдал Стингер!), Тирли отправился к Лиимату просить политического убежища, а точнее — комнату в общем доме. Старейшина в принципе согласился, вот только обрадовал радиста, объяснив, что ему это не сильно поможет. В итоге троица решила, что не нужно ждать милостей от природы, надо взять их самим. Не знаю уж, как они между собой договаривались, кто станет первой, но однажды вечером мы с Шелли сидели в саду в ее импровизированном кабинете на свежем воздухе и наблюдали достаточно сюрреалистическую картину.

Гвени с Сайли вдвоем пытались закинуть Диалу в окно комнаты Тирли. То, что окно находилось на втором этаже и ставни были плотно закрыты, их ничуть не смутило. Девчонки быстро построили небольшую «пирамиду», Диала лихо взобралась по своим товаркам, чем-то, здорово напоминающим меч, поковырялась между ставнями, и преграда была ликвидирована. Вот только девушка не удержалась и повисла на одной из распахнувшихся ставень. Но удержалась, вниз не грохнулась. Потом так же лихо разобралась с окном и исчезла в комнате. Совсем забыл упомянуть: все это Диала проделывала, будучи одетой лишь в комплект кружевного белья, подаренный ей Шелли. Отправив подружку на эротические приключения, Сайли с Гвени уселись на травке под окнами и принялись терпеливо ждать. В комнате царила подозрительная тишина. Я не выдержал, тихонько подобрался к девушкам и спросил:

— Девчонки, а он через дверь от вас не сбежит?

— Не-а, — помотала головой Сайли, самая рассудительная и предусмотрительная в этой компашке. — Мы там дверь шкафчиком подперли.

— Это каким таким шкафчиком? — подозрительно спросила Шелли, подошедшая вместе со мной. — Что-то я не помню никаких шкафчиков в коридорах гостевого крыла.

— Ну… мы ту пыльную громадину взяли, которая на лестничной площадке стояла, ты ее еще все время выкинуть порывалась, — пояснила Гвени.

Я только присвистнул, видел я тот шкафчик, хрень два на два метра, деревянная, наверняка тяжеленная. И как они его сдвинуть-то смогли, даже втроем? Ладно сдвинуть, еще и протащить метров тридцать по темному коридору, причем тихо, так, чтобы радист не услышал и не свалил заранее.

— Эй, народ, вы охренели, это же антиквариат, ему четыреста смен, — возмутилась Шелли. — А если поцарапали?

— Его поцарапаешь, — вздохнула Гвени. — Это же эльфийский дуб, мы там тебе немножко косяк своротили, но потом починим…

— Та-а-ак, — протянула Шелли. — А что еще своротили?

Ответить тифлингессы не успели, из окна высунулась Диала с разочарованной физиономией.

— Девочки, облом, он сбежал, — провозгласила она. — В кровати чучело и записка, чтобы в следующий раз ругались потише, когда шкаф себе на ноги роняем.

— Вот демон, я же говорила, что надо было под окном постоять, — вздохнула Сайли.

— Это тебе надо было потише выгребные ямы поминать, — возразила Диала, сползая по стене обратно во двор. — И где мы теперь будем его искать?

— Вы сейчас будете ставить на место шкаф, — грозно наехала на них Шелли. — И чинить все, что немножко своротили. Пока не почините — домой не пойдете…

Я, проникнувшись бредовостью ситуации, в голос расхохотался. Подмывало намекнуть девчонкам, что они плохо искали, ставни-то были заперты изнутри, значит, радист сидит где-то в комнате. Кажется, я даже знал где. Хоть с трудом, но сдержался. Девчонки понуро удалились к входной двери. Через пару минут из того же окна высунулся Тирли и настороженно оглядел сад.

— Они ушли? — шепотом спросил радист, не переставая обшаривать взглядом кусты.

Теперь уже истерически расхохоталась Шелли.

— Ушли, ушли, — успокоил я подчиненного. — Только ты бы свалил из комнаты, они пошли баррикаду разбирать, еще заглянут… Тогда уже не спрячешься.

Тирли внял предупреждению и быстро слез из окна в сад. Плюхнулся рядом со мной и вытер рукавом пот со лба.

— Уф, Дракон, я так не могу больше, — жалобно проговорил радист. — Я скоро минировать подходы к кровати начну… Вчера проснулся в обнимку с Гвени. А ведь точно помню, что спать ложился трезвый и один. И дверь в комнату запирал… Хорошо хоть сегодня Комар предупредил, что они опять что-то задумали.

— Я с ними поговорил, как ты и просил, — развел руками. — Попробуй к Лиимату или их родителям обратиться.

— Пробовал, — вздохнул Тирли. — Они говорят, что запрещать сами ничего не будут. Мол, ты поймай их и все объясни, должны отстать.

— Они правы, — кивнула Шелли. — Просто скажи, что ты не будешь изменять своей жене, и девочки отстанут. Прикалываться, конечно, не прекратят, но так откровенно домогаться больше не станут. Только ты должен это сделать сам. Иначе они продолжат воспринимать все это как игру. И потом, тебе же нравится с ними играть, скажешь, нет?

— Ну нравится, ну и что, — буркнул Тирли. — Девочки красивые, веселые… Да и я нормальный мужик, хоть и женатый, мне завидно, в конце-то концов…

— Ну и чего тогда жалуешься? — улыбнулся я.

— Ну-у-у, Ленку-то я все равно люблю, а тут… Нехорошо как-то получается. — Радист совсем понурился. — Хотя у нас с ней в последнее время все как-то через задницу. Даже отдыхать нормально вместе не получается: то, что нравится ей — у меня вызывает желание напиться. То, что нравится мне — ей откровенно скучно.

— Я тебе тут не советчик, — пожал плечами. — Когда вернемся, выходи в отставку, что тут еще скажешь. А с этой бешеной троицей — думай сам. Мне другое интересно, как они тебя делить будут, когда все-таки поймают.

Ответить Тирли не успел, в окно высунулась растрепанная голова Гвени и радостно завизжала:

— Девочки, вон он, я первая его увидела, теперь моя очередь.

И тифлингесса попыталась вылезти из окна, вот только кто-то в комнате схватил ее то ли за ноги, то ли за хвост. А поверх растянувшейся на подоконнике тушки лихо проскочила Сайли и ловко спрыгнула в сад. Вот только Тирли не стал дожидаться, когда его поймают, а быстренько свалил куда-то в заросли. Сайли припустила за ним, вывалившиеся следом из окна Гвени с Диалой составили ей компанию. Ночная тишина была нарушена, в саду как будто стадо мамонтов резвилось. Кусты тряслись и трещали, периодически раздавался звук падающих тел и громкий визг. Тифлингессы еще и спорили в голос, чья очередь соблазнять моего радиста.

— Что у вас тут происходит? — В соседнем окне появился Комар. — И зачем коридор завалили какими-то дровами?

— Какие дрова? — завопила Шелли. — Это был антикварный шкаф эльфийской работы. Я этих дур закопаю, они же не расплатятся…

И девушка одним прыжком влетела в распахнутое окно второго этажа, ага, побежала разбираться с испорченным имуществом.

— Соблазнение Тирли, серия третья… или четвертая, — прокомментировал я, провожая взглядом Шелли. — А ты что тут делаешь?

— Ну так… — Комар замялся.

— Просто я попросилась в гости к Шейелене, — объяснила Лания, тоже появляясь в окне. — В общем доме не очень удобно. А что, Тирли еще не поймали?

— Как видишь, — пожал плечами я и взвыл: — Блин, спецподразделение. Один почти женился, второй, как в курсантские годы, бегает в самоходы на свидания, третьего ловят по саду три озабоченные девушки. А командир, вместо того чтобы прекратить это безобразие, помогает девушке оформлять документы на наследство. И самое главное, все довольны и задача выполняется. Театр абсурда, блин…

— Ну-у-у, мы привыкли совмещать приятное с полезным, — улыбнулась Лания, обняв Комара за плечи. — А кто из твоих людей почти женился?

Комар покраснел, а я закатил глаза и взвыл уже по-настоящему. Мне в ответ откуда-то из кустов раздались громкий грохот, плеск воды и оглушительный визг на три голоса. Ну да, Тирли днем зачем-то выпросил у Шелли бочку литров так на двести и пару часов таскал воду из колодца куда-то в сад. Теперь ясно, зачем нужна была бочка. Короче, в эту ночь девочки радиста не поймали. Он сам их поймал — в здоровенную веревочную сеть. Надолго тифлингесс это не задержало, но радист успел сбежать.

Так они и продолжали свою непонятную игру, попутно потихоньку разнося в доме все, что попадалось под руку. Заодно еще и саду досталось, троица идею Тирли с ловушками восприняла с восторгом, взяла несколько дополнительных уроков у учителей и занялась практикой в саду у Шелли. Ходить там стало опасно для здоровья.

…Дней за пять до календарного конца лета в клан начали съезжаться тифлинги. Как мне пояснила Шелли, связывали это событие не столько с ритуалом посвящения, сколько с днем клана. Традиционно в этот день у тифлингов было принято навещать свой клан, по возможности отчитываться о том, где и как они работали, а заодно и завозить положенную клановую долю от своих заработков. Ну и до кучи, что называется, посвящали в воины выросших детей.

Прибывали рогатые целыми ватагами, по две-три сотни воинов. А один раз прибыл отряд в восемьсот бойцов — сразу несколько ватаг, встретившихся по дороге. В поселке становилось тесновато. Все пустовавшие дома теперь оказались заняты, везде, где только было возможно, поселились приехавшие гости. В основном селились по знакомым. Шелли тоже пригласила с десяток своих приятелей пожить у нее, это в основном были совсем молодые тифлинги, прошедшие посвящение смен десять назад, не более. И все равно, домов на всех не хватило, и прибывающие начали разбивать палатки и шатры на лугу перед въездом в поселок. Там же соорудили и что-то вроде летней эстрады, только с многочисленными столами. На этой самой эстраде, как я понял, и будет проводиться праздник, читай, грандиозная пьянка. Ну и вручат медальоны, символизирующие, что тифлинг стал взрослым, а потом пинком отправят подросших деток в самостоятельную жизнь. Причем словосочетание «отправлять пинком», по словам Гарриона, следовало понимать буквально. Я, правда, надеялся, что это шутка.

Сам же ритуал проводился где-то в лесу, окружавшем поселок. Там было место, где стараниями тифлингов и их предков грань между этим миром и Хаосом была истончена до предела. Туда детишек отводили на рассвете, рассаживали подальше друг от друга и оставляли наедине с Великим Изменчивым. Нужно было просидеть до заката, после чего их оттуда забирали, и они уже считались самостоятельными. Простенько и со вкусом, вроде как даже и спецэффектов никаких не предусмотрено. Вот только отвести нас на место посвящения тифлинги отказались категорически, мотивируя это тем, что для не принадлежащих к их расе сие может быть смертельно опасно. Отец Яков, правда, все же рвался отыскать это место, после десятка отказов попытался найти его самостоятельно. После очередной экспедиции тифлинги приволокли священника в поселок в бессознательном состоянии и настоятельно попросили унять пыл нашего жреца, иначе больше они его спасать не будут, и я просто приказал священнику прекратить поиски.

На фоне большого количества приехавшего народа наше присутствие в клане стало менее заметным. Нет, мы все равно привлекали внимание, тем более что из нашего происхождения и истории нашего появления в поселке рогатые особой тайны не делали, охотно делились сведениями о происшедшем с соплеменниками. Но у вновь прибывших тоже имелась куча новостей, тем более что большинство тифлингов приезжало в клан далеко не каждую смену. Так что любопытных взглядов нам стало перепадать поменьше.

Надо отметить, что съезжавшиеся тифлинги довольно заметно отличались от попадавшихся нам ранее. До этого мы встречались либо с совсем молодыми рогатыми, по большому счету еще детьми, либо, если так можно выразиться, с пенсионерами этого племени, отошедшими от дел. Сейчас же могли наблюдать воинов в расцвете сил. По внешнему виду от стариков они не сильно и отличались, такие же поджарые, широкоплечие, очень подвижные, но вот в поведении не хватало этакого равнодушия, что ли, и спокойствия. В общем, по-другому они себя вели, гам на улице не утихал круглые сутки. Тренировочные корты в школе тоже были постоянно заняты, воины из разных ватаг не упускали случая выяснить, кто круче. Прошло и несколько поединков, правда, бились не до смерти, победившего выбирали по каким-то непонятным мне правилам, но относились к схваткам предельно серьезно и дрались в полную силу. Командиры ватаг безвылазно сидели в таверне, уничтожая запасы сидра в промышленных количествах, все мастера клана с удовольствием составляли им компанию. Добила меня новость, гласившая, что вся эта толпа профессиональных наемников, сейчас отдыхающая в клане, после праздника поедет в Оэсси — заключать новые контракты. Бедный город, тифлинги и среди своих умудрялись гудеть на славу, а что они сотворят с градом — было, если честно, страшно представить. Еще веселее стало, когда выяснилось, что мне и тем, кто будет сопровождать меня на переговоры с магами, предстояло ехать вместе с ними. Ну что тут сказать, действительно, проследить за такой толпой труда особого не составит, но вот найти нас среди тифлингов будет очень затруднительно.

Переговоры же Лиимата с магами шли полным ходом, вроде даже уже и дату встречи оговорили, а сейчас увлеченно обсуждали место. Ректор даже под надежной охраной связного прислал, как поведал Гаррион. Охрану, правда, в клан не пустили, а вот мага-связного теперь, наоборот, не выпускали. Он шлялся по поселку с парочкой личных телохранителей и все старался пообщаться с нами. Телохранители делали все, чтобы он до нас не добрался — вплоть до подливания в сидр мага гномьего горючего. В общем, в клане было весело.

А вот я буквально за сутки до праздника озадачился другой проблемой. Алаири проболталась Стингеру, а уже зам просветил меня. Оказывается, у них тут после посвящения детишкам было принято подарки дарить. Как правило, дарили деньги, типа, на первое время. По одному золотому от клана на каждого новоиспеченного взрослого, вроде как подъемные, пока работу найдут. Родители и близкие родственники тоже обычно денег подкидывали, ну а друзья дарили разнообразные безделушки на память. В случае Шелли возникали проблемы. Нет, золотой от клана дядюшка ей конечно же вручит, традиции — дело святое, но я точно знал, что Шейелена уже прикупила на два золотых хорошего вина и еще на золотой сидра и пива, которые планировала поставить на стол на празднике. Подружки ее, хоть и были увлечены ловлей Тирли, но тоже что-то такое замутили, правда, одна из этой троицы, Диала, должна была проходить посвящение вместе с Шелли, так что мозг на тему подарков парили себе две оставшиеся. Но вроде как мне тонко намекнули, что не мешало бы подсуетиться и что-нибудь придумать. Правда, Ала все отрицала, когда я ее буквально за хвост поймал и начал наезжать: какого Хаоса так поздно сказала. Заявила, что она не специально, она ничего такого не имела в виду и мне совершенно необязательно заморачиваться. Но все равно, я уже и сам себя озадачил.

И начались проблемы. Нет, с деньгами-то никаких сложностей не было, но теперь заказать что-нибудь в Оэсси я попросту не успевал. Никакой ювелирки в клане купить возможности тоже не имелось. Хотя можно было посоветоваться с Лииматом и уговорить его порыться в сокровищнице клана, наверняка там лежало чего-нибудь в заначке, но… Не додумался вовремя. Можно было приобрести какую-нибудь оружейную хрень, благо чего-чего, а колюще-режуще-рубящего железа в клане имелось предостаточно, вот только одно «но»… Я сам в этом совершенно не разбирался. Точнее, нет, в ножах я понимал толк, но в боевых ножах, принятых у нас. Здесь же ничего подобного не встречалось. Я помнил, с каким восхищением Шелли посматривала на мой «катран», но остаться самому без боевого ножа… Нет уж, увольте.

Неожиданно решение подсказал Тирли. Я как раз мучился проблемой выбора, сидя в комнате Шелли, а радист прятался у меня от сексуального преследования. Вламываться в комнаты Шелли троица пока воздерживалась или по крайней мере стучалась.

— Дракон, ты чего мозги крутишь всем в округе, — на очередной мой вопль в пространство выдал Тирли. — Подари ты ей пулю и не парься, купи цепочку на подвеску — и получишь оригинальную хрень.

— Э-э-э, в смысле? — начал тупить я.

— Ну как у нас срочники любили девчонкам дарить пули для «калаша», — пояснил радист. — Сверлишь дырку в основании, вешаешь на цепочку, и все.

— Мгм, а, да, вспомнил, — сообразил я. — Но пошло же. Пошлее только таскать на шее осколок, который из тебя вытащили.

— Ха, но она-то об этом не знает, — усмехнулся радист. — И потом, это у нас пошло, а здесь — оригинально. Ну и в конце-то концов, кто тебе мешает спецбоеприпас раскурочить? Я никому не скажу, честно.

Я задумался. Ну не любил я такие дешевые и простые подарки, не любил. Хотя, если вспомнить, сколько тут стоит серебро… Пожалуй, подороже бриллианта получится игрушка. Окончательно мои сомнения прервал Тирли, вытащил из кармана патрон и выдрал из него пулю. При этом радист ехидно ухмылялся.

Ну что оставалось делать, поперлись в кузницу, благо Тирли на почве производства колючей проволоки для школы успел скорешиться с тамошними мастерами. С цепочкой тоже вышли сложности, я, забывшись, брякнул было про серебряную, из-за чего два гнома, работавшие на постоянной основе в клане тифлингов, посмотрели на меня, как на идиота. Вмешался Тирли, просто показал им пулю и попросил подобрать что-нибудь подходящее. Про идиота гномы тут же забыли, наоборот, стали смотреть на меня с невообразимым почтением и выгребли на ближайший стол все золотые цепочки, которые только у них нашлись. Мы с радистом одновременно скривили морды. Коротышки посмотрели на нас, на цепочки, на пулю, согласно закивали и полезли искать что-то другое. Выбирали часа полтора, и в итоге сошлись на стальной цепочке самого простого плетения. Вот только сверлить пулю гномы отказались, просто каким-то образом вплавили оконечные звенья в серебро. И вот ей-богу, когда они мне отдавали получившуюся подвеску, руки у них тряслись, вот уж не знаю, от жадности или еще от чего.

В последний день лета Шелли убежала из дома еще до рассвета, при этом изо всех сил старалась не разбудить меня. Не получилось конечно же, но вот провожать себя она запретила. Просто завалила меня обратно на кровать, велела спать дальше и не париться, быстро поцеловала и убежала.

Около эстрады суета началась уже после рассвета. Я ожидал, что на такой грандиозный праздник (а народу набралось тысячи две с лишним, здоровенная толпа) тифлинги наймут прорву обслуживающего персонала, однако они все делали сами, вплоть до подвоза огромного количества продуктов и спиртного, закупленных в Оэсси. Чужих в клане не было вообще, ну если не считать нас шестерых и присланного из академии мага-связного. Первую половину дня накрывали стол и готовили еду. Наравне суетились и мужчины и женщины. Тирли с Потапычем тоже зажглись поучаствовать в празднике, в результате им в голову пришло устроить шашлык. Не знаю, где они достали аж две туши мясных харр (а каждая такая зверюшка весила под тонну, а может и больше), не знаю, в чем они собрались мариновать мясо и где взяли привычные для нас овощи, мне пока из знакомого только лук попадался, но радист с пулеметчиком выпросили у Кристы действительно гигантское корыто и полдня возились, разделывая и маринуя туши.

Пока накрывали на столы — заодно и позавтракали и пообедали. Кое-где начали праздновать уже с утра. Понятно было, что импровизированная эстрада всех не вместит, там рассаживались наиболее уважаемые члены клана. Ну старейшина с мастерами, три десятка командиров прибывших отрядов, родители и родственники детишек, проходящих посвящение. И еще несколько тифлингов, всего набралось около сотни. И в качестве почетных гостей наша шестерка и маг-связной. Остальные гудели где придется, в основном на выпасе перед деревней, там как раз поставили шатры те, кто не поместился в домах. Размах этого пикничка внушал искреннее уважение. А потом я прикинул, во сколько это все могло обойтись клану. Накормить такую ораву, не страдающую диетами и прочими извращениями!.. И ведь явно не себе в минус Лиимат все это устраивал, это ж сколько денег ему привезли за последние пять дней в качестве десятины?

— О чем задумался, — пихнул меня в бок обнаружившийся по соседству Гаррион. — За Шелли переживаешь, что ли?

— И это тоже, — согласно кивнул я. — А вообще думаю, в какую сумму клану выльется этот праздник.

— Ни в какую, — хохотнул мастер. — Все еду и спиртное с собой привозят. Лиимат если только на официально приглашенных лиц накрывает, и то весьма скромно.

— Это что, за счет клана только то, что здесь? — уточнил я, обводя рукой эстраду и поляну перед ней, уставленную столами.

— Ну да, — согласился тифлинг. — Вот еще, остальную ораву кормить. Кстати, то, что сейчас здесь, тоже не за счет клана, официальная часть начнется после заката. Это так, чтобы не бегать. Приготовим здесь, заодно и поедим.

Я задумчивым взглядом проводил ковыляющего мимо меня замысловатым зигзагом мастера войны. Пожилому тифлингу было уже очень хорошо, а ведь Тарра совсем недавно перевалила за полдень.

— Они ж упьются все до заката, — не удержавшись, высказал я вслух свои мысли.

— Ничего, протрезвеют, — махнул хвостом Гаррион, руки у него были заняты кружками с сидром, одну из которых он тут же вручил мне. — Если что, в речку кого-нибудь бросим, обычно помогает. Хотя Вэйер что-то сегодня рановато начал нагружаться. Эй, Вэйер, ты чего такой смурной?

— А, Гарти, это ты. — Мастер войны с трудом сосредоточил свой мутный взгляд на нас. — Ты чего расплываешься, опять колдуешь, что ли?

— Пить меньше надо, — остановил его Гаррион, рывком усаживая поддатого тифлинга на лавку рядом с собой. — Ты чего так набрался-то? До заката далеко еще.

— Да-а-а… друг мой погиб, с которым вместе начинали, — понурился Вэйер. — Поймал на Дальнем отравленную стрелу в спину, даже тело вытащить из джунглей не смогли. И там еще полватаги полегло. Вроде все в возрасте, опытные, а полезли на дикую территорию — аборигенов трясти. Не сами, конечно, на охрану подписались, но от этого не легче…

— Со всеми бывает, — пожал плечами Гаррион. — Плохая смена, много народа потеряли…

— А, молодой ты еще. — Вэйер с ненавистью посмотрел на свою кружку, но пить не стал, наоборот, отставил подальше. — Я чуть ли не последний в нашем клане из того поколения остался, еще этот старый идиот, который мастером боя притворяется, и все. Вот скажи, человек, — обратился он ко мне, — на хрена нам так долго жить? Только хуже от этого, у меня из трех детей один погиб на найме, второму жить надоело, сам помер. А я вот все еще топчу Дею, и помирать нельзя, клан оставить не на кого…

— Трудно сравнивать, знаешь, Вэйер, со мной в одной… — Я замялся, пытаясь подобрать сравнение. — В общем, из тридцати ровесников, с которыми я вместе учился военному делу, в живых, кроме меня, осталось еще двое. А у тех, кто погиб, дети были только у троих… Да и я не женат и тоже бездетен… И прожить мне светит еще смен двадцать, так что не надо мне такие вопросы задавать.

— Нет, Хаос вас забери, неправильные вы люди, — покачал головой старый тифлинг. — Но и в самом деле, извини, не хотел я тебя обидеть.

— Ну все, готов, — буркнул Гаррион. — Иди, поспи где-нибудь в тенечке. Чего-то в этот раз тебя рано на философию потянуло.

Но пожилой мастер не ушел, остался сидеть с нами, иногда кивая каким-то своим мыслям. Пить, однако, перестал. Тем временем гулянка продолжала набирать обороты. Неподалеку раздались громкие и дружные вопли, кто-то во всю глотку заорал: «Старт!» — причем по-русски. Мы с Гаррионом синхронно повернулись в ту сторону. Из-за шатров выскочил Стингер, тащивший на шее заливисто хохочущую Алаири. Обежал ближайший шатер и пропал из виду. За ним весело гналась толпа тифлингов, все с тифлингессами на плечах. Хотя встречались и исключения, среди бегущих были и девушки, не желавшие отставать от противоположного пола и закинувшие себе на загривок мужиков. В той же толпе я заметил Потапыча, у него на плечах сидели сразу двое. В самом хвосте, уже не торопясь, трусили Гвени с Сайли, волочившие отчаянно сопротивлявшегося Тирли. Вот только эти двое, воровато оглянувшись, побежали не за толпой, а в ближайший шатер.

— Эт-та что такое? — обескураженно протянул Гаррион.

— Мои развлекаются, — махнул рукой я. — Есть у одного нашего народа такое соревнование, кто быстрее бегает со своей женой на плечах. Хотя, как я погляжу, кое-кто у вас решил модифицировать правила и не обращать внимания на приз.

— Это ты про троицу разрушительниц? — уточнил мастер. — Точнее, уже пару, и твоего радиста?

— Ну да, — кивнул ему. — Интересно, сбежит от них Тирли на этот раз или нет? Мне, если честно, уже поднадоело по ночам спотыкаться об их тушки, караулящие в коридоре.

— Конечно, сбежит. Ты что, еще не понял? — удивленно посмотрел на меня тифлинг. — Им же всем сам процесс нравится, а не его завершение. Хотели бы — давно бы уже поймали и отымели.

— Так я и думал, — удовлетворенно кивнул. — Дети, блин, ладно, эта троица, но мой-то уже взрослый мужик…

— Ладно тебе. Знаешь, я тоже иногда скучаю по детским временам, по тому, как из школы сбегали, как учителям пакости устраивали. Иногда самого тянет какую-нибудь глупость выкинуть. Можно подумать, что тебе иногда не хочется что-нибудь этакое сотворить?

— Не-а, уже не хочется, и давно, — покачал головой я. — Моим ребятам тоже, они ко всем детским шалостям подходят со взрослой серьезностью и своим опытом. Мы привыкли играть на выигрыш, а не ради процесса. Ладно, давай не будем о грустном, а то я сейчас тоже напьюсь, еще и из-за Шелли дергаюсь, все-таки по вашим рассказам выходит, что это посвящение — штука довольно-таки опасная…

— Не ты один дергаешься, — усмехнулся Гаррион и указал мне на группу каких-то смурных и сравнительно трезвых тифлингов. — Вон еще родственники испытуемых сидят, тоже дергаются. Хотя последний раз у нас на испытаниях дети погибли смен сорок с лишним назад, а все равно нервничают, на всякий случай. И у них, кстати, оснований нервничать гораздо больше, чем у тебя.

— Это с чего так? — подозрительно переспросил я.

— Шейелена на три четверти демон, — серьезно ответил Гаррион. — Ее очень серьезно учили контролю, гораздо серьезнее, чем других детей. Вплоть до того, что на занятиях открывали окна на границу и показывали Хаос, конечно, под контролем старших. И потом, она уже сталкивалась с нашим прародителем лицом к лицу, что называется. Она примерно знает, что ее ждет, ей проще.

— Все равно нервничаю, на всякий случай, — упрямо проговорил я и опять сменил тему: — Слушай, а у вас дозоры и патрули в честь праздника не упьются? Кусок-то лакомый, две тысячи пьяных веселящихся тифлингов и гора золота… Вот не поверю, что никто не в курсе.

— В курсе, конечно, — кивнул Гаррион. — И многие рассуждают так же, как и ты. Думаю, десятка четыре любопытных дозоры уже поймали, сейчас смена над ними издевается. Ничего, после заката еще интереснее будет, начнутся соревнования по танцам у девочек, так с Оэсси табуном попрут желающие посмотреть на стриптиз. Лиимат в эту смену три сотни билетов продал, а припрется тысячи две, дозорам не до спиртного будет. Они, кстати, и так утроены, благо есть кого выгнать дежурить. А чтобы не пили на работе, Лиимат с Вэйером смен восемьдесят назад такую штуку придумали, что на день клана дежурить в дозоре — это типа честь и назначаются туда самые лучшие. Ну и в награду после смены хорошая кормежка, действительно за счет клана, и разрешение глумиться над теми, кого поймают, как им вздумается, только без членовредительства.

— В смысле — глумиться? — переспросил я.

— В прямом. Самое безобидное, что могут сделать — это подвесить в голом виде верх ногами на дереве около дороги. И оставить до утра. Но это уже ночью, когда вал визитеров пойдет и особо развлекаться будет некогда. А так по-разному, кого-то в выгребную яму посадят, кому-то клизму ведерную сделают, в меру изощренности фантазии, в общем. Многим такие развлечения нравятся гораздо больше, чем обычная пьянка, в этом году желающих идти в дозоры было восемь голов на место, отбирали действительно лучших.

— Круто у вас. А если прибьют кого-нибудь случайно?

— Бывает. Но мы честно предупреждаем, что к нам соваться, особенно без приглашения, опасно для здоровья. Если не послушались — не наши проблемы. Сейчас-то в основном из спортивного интереса лезут. Ну и как Лиимат начал билеты на соревнования в танцах людям продавать, все стремятся пробраться бесплатно. Пока еще никому не удалось. Самый прикол у дозорных — привязать пойманных халявщиков так, чтобы они все слышали: вот буквально за спиной все происходит, но увидеть ничего нельзя. Но это сейчас, раньше пробовали и нападать во время праздника. Тогда, конечно, уже не издевались, а убивали. Последнее нападение, дай Хаос памяти, было пятьдесят четыре смены назад, я только-только мастером стал. Как раз меня в дозор отправили, присматривать. Какие-то ушлые ребята наняли сотни три орков и решили пограбить пьяных тифлингов, как раз так, как ты и говорил. А орки, когда их больше пяти десятков вместе собирается, совсем дурные… Тогда очень кровавая выдалась ночка, но не ушел ни один. И праздновавшие в поселке ничего не заметили. Мы тогда хорошо сработали.

Так и сидели с мастером меча (Вэйер через некоторое время куда-то ушел), травили друг другу байки и потягивали сидр. Мои ребята, не дождавшись вечера, вовсю жарили шашлык, попутно знакомя тифлингов с принятыми у нас развлечениями на свежем воздухе, вроде бега в мешках. До стрельбы по бутылкам тоже дошло, правда, стреляли из луков и арбалетов. Стреляли на спор, спорили на спиртное, причем выигранное тут же надо было выпить. Но вроде как никого не подстрелили. У тифлингов также прошло несколько шуточных соревнований. Короче, было весело.

Кстати, Тирли, в точности, как и предсказывал Гаррион, умудрился-таки сбежать от девочек, предварительно напоив обеих по старой и проверенной земной методике до полной отключки, теперь, присоединившись ко мне, он наслаждался заслуженным отдыхом. Правда, обеих своих преследовательниц, испугавшись, что все-таки перестарался, накачивая спиртным, мой приятель приволок поближе, устроил под одним из столов неподалеку и время от времени заботливо проверял, как они себя чувствуют.

Где-то за час до заката около эстрады объявился отсутствовавший до этого Лиимат. Выглядел старейшина совсем не празднично, он был очень усталый и чем-то жутко недоволен. Прогулялся вдоль столов, внимательно изучая выставленные на них блюда, что-то попробовал, перекинулся несколькими фразами с нервничающими родителями испытуемых, в итоге приземлился на скамью рядом со мной и Гаррионом, отобрав у последнего кружку с сидром.

— Ты чего такой озверевший? — поинтересовался мастер, наполняя себе другую посудину.

— Да так, навалилось всего, — буркнул старейшина. — Ну вот откуда такая привычка — сдавать десятину в последний день праздника? Нет, я понимаю, что добирались долго, что надо было отдохнуть… А ну их, сдали, и ладно.

— Все хоть собрали? — лениво спросил Гаррион.

— Угу, надо еще придумать, что делать с товаром, закупленным по просьбе Энно, — ответил Лиимат, недовольно поглядев на меня. Впрочем, я уходить не собирался, в конце концов, это он сюда пришел, я тут уже полдня загорал.

— Там же вроде везде долгосрочные договоры? — уточнил Гаррион. — Шелли поедет в Оэсси оформлять наследство, все подтвердит, и нехай забирают.

— Не все так просто, — вздохнул Лиимат. — Ладно, потом поговорим. Вэйера не видел?

— Может, отсыпается, может, на речку пошел трезветь, — пожал плечами мастер. — А что случилось-то?

— Да так, есть одна новость, вот только не знаю, хорошая или плохая. — Лиимат повернулся ко мне: — Тебе, кстати, тоже будет интересно послушать.

— А я-то тут с какого бока? — заинтересовался тут же.

— Может быть, и ни с какого… Теорних к нам идет, — после небольшой паузы ответил старейшина. — Завтра вечером, наверное, доберется…

— Ух, Хаос Всемогущий, — внезапно засуетился Гаррион. — Лим, я это… мне тут… В общем, я завтра утром уезжаю в Оэсси.

— Хрен тебе, — не меняя выражения лица, ответил Лиимат. — Еще раз ляпнешь что-то подобное — запру в кабинете. И стражу приставлю, такую, что не сбежишь.

— Ну не хочу я с ней встречаться, не хочу, мне прошлого раза хватило, — буквально заскулил Гаррион.

— Я тоже не хочу, все мастера не хотят, — меланхолично ответил Лиимат. — С ней только Энно мог нормально общаться, но больше у нас потомков Шееллайта в клане нет. Так что и выбора особого у нас нет.

— Э-м, а может, мне объясните, в чем дело? — поинтересовался я. — А то, если честно, не очень понимаю, о чем речь.

— Чего тут объяснять, к нам в гости направляется моя бабушка, высший демон Хаоса Теорних, суккуба, — так же равнодушно ответил Лиимат. — Меня она проинформировала напрямую, по опыту предыдущих ее визитов могу сказать, что доберется завтра к вечеру.

— Ну и что, — пожал я плечами. — Насколько заметил, она основатель вашего клана, по большому счету относитесь вы к ней весьма уважительно… А тебе она вообще бабушка, в чем проблема-то?

— Во всем, — буркнул съежившийся и, кажется, протрезвевший Гаррион. — Лим, мог бы и утром сказать, испортил мне праздник… Не всем она бабушка, я — так вообще ей ни с какого бока не родственник. Впрочем, и родство не особо спасает…

— Вы чего, боитесь ее, что ли? — уточнил Тирли.

— Опасаемся, — кивнул Лиимат. — Как бы вам попонятнее-то объяснить… Короче, я свою бабушку предпочитаю любить на расстоянии, чем дальше она от меня находится, тем больше я ее люблю. Мы, конечно, все ее потомки, и она весьма заинтересована, чтобы мы жили и процветали, а также размножались. Вот только ее методы… Проще говоря, как тебе Алаири?

— Нормальная тетка, — пожал я плечами. — Только ее иногда переклинивает, начинает учить окружающих жить, иногда лезет в те дела, которые ее не особо касаются. Ну и ваши фирменные черты характера: перепады настроения, агрессивность и так далее.

— Это не наши фирменные черты характера, — буркнул старейшина. — Это фирменные черты характера Теорних. Вот представь себе Алаири, только если ей не пятьсот смен, а более десяти тысяч, хотя для демонов вообще нет такого понятия, как возраст. Все, что ты перечислил, наличествует, только в стократном размере. Добавь огромную силу, самоуверенность и самонадеянность… Ну и то, что она демон соблазнения, а это тоже свой отпечаток накладывает. А в придачу то, что даже мы, ее потомки, почти никогда не можем понять ее целей. А иногда их и просто нет, она может развлекаться…

— Забавно, Шелли нам почти так же драконов ваших описывала, — хмыкнул Тирли.

— Почти угадал, — буркнул Гаррион. — Демоны и драконы — сущности примерно одного уровня. Вот только драконы не оставляют потомства, им это не нужно. А демоны оставляют, вот только меня не спрашивай, на хрена им это сдалось, все равно не знаю. В общем, общение с Теорних — еще то испытание для нервной системы.

Лиимат только согласно покивал, подтверждая слова своего мастера меча.

— Ну а мы-то тут при чем? — повторил я вопрос. — Мы не ее потомство, у нас вообще другая раса, да и из другого мира прибыли…

— Не знаю, может, и ни при чем, — задумчиво сказал Лиимат. — А может, она как раз на вас посмотреть и собралась. Бабуля о своих намерениях как-то не находит нужным меня информировать. Дея, конечно, перекресток, и кого только сюда не заносило, но вы смотритесь вполне экзотически, так что Теорних вполне могла и заинтересоваться.

— А откуда она о нас узнала? — спросил Тирли. — Или вы ей докладываете обо всем, что в клане происходит?

— Можно и так сказать, — кивнул Лиимат. — Мы ее часть. Она знает все, что происходит с ее потомками. Не постоянно, конечно, по желанию, но тем не менее знает. Демон, вот дней тридцать назад появилась бы — было бы к месту, а сейчас… У нас переговоры с магами, только-только все решили, а тут бабуля… И что она выкинет, я предсказать не берусь. Попробовать, что ли, до Шееллайта докричаться… Хотя нет, не успеем, пока Шелли придет, пока дозовется, пока он сам откликнется.

— Интересно, а чем два демона в клане могут быть лучше одного? — спросил я.

— Ну как, они вообще-то разные, — пояснил старейшина. — Шееллайт в общении очень приятен. И в отличие от Теорних, в жизнь своих потомков не вмешивается, только если по прямой просьбе. Изредка приходит навестить и пообщаться, и то очень редко. Шелли, так с ним вообще незнакома, он с Энно пересекался последний раз смен за сорок до ее рождения. Но самое главное, Теорних Шееллайта откровенно ненавидит, но при этом боится. Я больше и не знаю никого, кто способен ее приструнить…

— Ты так говоришь, будто был свидетелем подобных сцен, — фыркнул Гаррион. — По-моему, Теорних ничто остановить не может, если она что-то вобьет себе в башку…

— Ты будешь смеяться, но был свидетелем, — пожал плечами старейшина. — Энно как раз начал с Шеолой встречаться, когда заявилась разъяренная бабуля и заявила, что потомок разрушителя никогда не будет жить с ее внучкой. И всерьез собралась оторвать Энно голову, вот только Шееллайту это сильно не понравилось. Появился он буквально через малую стражу, и знаешь… Оказывается, Теорних может быть очень вежливой и приятной в общении. Разрушитель ей даже не угрожал, просто вылез из портала и посмотрел строго. Бабуле этого хватило, с тех пор она еще и Энно до кучи побаиваться начала. Он единственный мог ей сказать что-то, отличное от ее собственного мнения.

— Интересно, а как она будет к Шелли относиться? — спросил я. — В тифлингессе же, получается, поровну и Шееллайта и Теорних.

— Вот нам тоже интересно, — поддакнул Гаррион. — Они вообще-то знакомы, Теорних к нам довольно часто заглядывает, но с Шелли пока плотно не общалась.

Мы с Тирли молча пытались переварить услышанное.

Пикничок со средневековым налетом продолжался своим чередом. Трезвых становилось все меньше. Где-то неподалеку, судя по звукам, собрали небольшой самопальный оркестрик и организовали танцы. С другой стороны, похоже, располагался местный аналог караоке — с десяток пьяных голосов что-то немузыкально орали в ритме марша, «понималка» это переводить отказывалась, она вообще работала только в зоне прямой видимости, а моих познаний в северном диалекте хватало только на некоторые фразы: «убей их всех», «Хаос, помоги оторвать им голову» и «я откусил ему уши». Ну и так далее, в том же духе. Непривычно было другое: море алкоголя, куча пьяного, вооруженного народа, ко всему прочему еще и агрессивного по своей природе, — и ни одной драки. Даже поединков, ранее случавшихся довольно часто, — ни одного.

Ближе к закату начали собираться мои бойцы. После полученной от меня накачки все были относительно трезвые, но, что называется, тепленькие. Только отец Яков оказался в «стеклянном» состоянии, его принесли трое пьянющих тифлингов. Усадили священника на лавочку, самый старший из рогатых погладил его по голове и наставительно произнес:

— Хороший он у вас, глупый, наивный, но хороший. Ты смотри, не обижай!

Тифлинг строго погрозил мне пальцем и, пьяно пошатываясь, удалился. Священник перекрестил уходящего, пробормотал что-то вроде: «Благословляю тебя на жизнь праведную, сыне» — и окончательно отрубился.

— Чего это с ним? — спросил я, провожая взглядом тифлинга.

— А, это наш батюшка читал проповедь о недопустимости прелюбодеяния и пользе воздержания, — пояснил Стингер, аккуратно укладывая отключившегося священника головой на стол. — Ну и набраться изволил вместе со своей новообретенной паствой.

— Хм, ну хорошо хоть не побили, — сказал я.

— Эт ты зря, командир, — добродушно ответил Потапыч. — Яков священник неплохой, проповедует хорошо, интересно. И язык выучил лучше любого из нас. Рогатые, конечно, креститься не спешат, но его притчи с удовольствием слушают. Ой, а это что такое?

Из-под соседнего стола раздались непонятные звуки вроде пить просили. Тирли матюгнулся, хлопнул себя ладонью по лбу, нырнул под стол и выволок оттуда двух своих подружек в состоянии глубочайшего похмелья. Сайли еще вроде была похожа на живую, по крайней мере, сидеть могла сама, а вот Гвени отливала всеми оттенками зеленого и даже говорить оказалась не способна.

— Ты что с девочками сотворил, извращенец? — возмутился Потапыч.

— Волосатик, у меня был очень небогатый выбор, — сердито ответил радист. — Либо я их отключу, либо меня изнасилуют. Сейчас попробуем привести их во вменяемое состояние.

— У нас все хорошо, ик, замечательно, ик, — пробормотала Сайли, обнимая подружку. — Не надо, ик, нас никуда вести. Ой, Ти-ирли-и-и, иди-и сюда-а, лапа…

И тифлингесса попыталась поцеловать радиста. Тот даже уворачиваться не стал, все равно она промахнулась.

— Тирли, ты охренел, они же дети по большому-то счету, — сурово сказал я. — В общем так, делай, что хочешь, хоть пояс верности надевай, но эти двое на твоей совести.

Радист только тяжело вздохнул и, взвалив на плечи сразу обеих тифлингесс, куда-то их уволок. Вернулись они где-то через полчасика, девочки передвигались уже самостоятельно и зомби больше не напоминали. А напоминали очень мокрых, взъерошенных и недовольных тифлингесс, еще и мерзнущих в придачу. Тирли, продолжая виновато вздыхать, конфисковал у Потапыча куртку, с себя куртку тоже стащил и устроился между девочками, прижав обеих к себе. Девчонкам сразу полегчало, выглядели они жутко довольными. Стингер, посмотрев на эту живописную группу, пробормотал что-то про глинтвейн и убежал.

Пока возились, приводя в чувство девочек, окончательно стемнело, и на эстраде началось действие, ради которого, собственно, весь этот праздник и был затеян. Ну тогда, по крайней мере, я так думал. За столом, заранее водруженным на сцену, устроилось все руководство клана. Этот стол, в отличие от остальных, даже какой-то скатертью накрыли, длинной, до пола. Вполне себе такая совдеповская трибуна получилась, только перед президиумом вместо графинов стояли бочки с сидром и бутылки с вином. Ну и стаканами старейшины тоже не заморачивались, вино пили прямо из горла, наверное, чтобы не отвлекаться.

Нервничающие родственники испытуемых наконец расселись за столом, стоявшим практически вплотную к невысокой сцене. Наша компания (Стингер как раз притащил целый котелок горячего вина со специями, так что мы были все в сборе), ну и плюс еще Алаири, Лания и подружки Тирли до кучи, тоже сидела неподалеку. Еще где-то за дюжиной столов расположились наиболее уважаемые тифлинги клана, как я понял, командиры ватаг и их ближайшие советники. Сотни полторы любопытствующих расселись вокруг на травке, остальные никакого внимания на происходящее не обращали и продолжали гудеть.

Где-то через две малые стражи после заката, минут через пятьдесят по-нашему, на сцену привели две дюжины молодых тифлингов, проходивших испытания. Судя по облегченным вздохам за столом родственников, на этот раз никто не погиб. Выглядела молодежь по-разному, примерно половина (и Шелли в их числе) — как обычно, хотя у кое-кого эта обычность казалась наигранной. Остальные заметно нервничали, как будто чего-то боялись. Переминались с ноги на ногу и постоянно оглядывались, словно были уверены, что у них за спиной кто-то стоит. Парочка подростков, так вообще с трудом на ногах держалась, колотило их не по-детски.

Надо отметить, что тифлингов из старших родов с ярко выраженными расовыми признаками, кроме Шелли, было всего трое. У остальных имелись только намеки на рога, так, шишки надо лбом, а хвосты почти у всех прятались под одеждой, у тех же, кто не прятал, они были совсем короткие, где-то по полметра, во всяком случае, до земли, как у Шелли, не доставали. Наиболее спокойными выглядели рогатые старших родов. Кстати, примерно такое соотношение старших и младших было и во всем клане. Первоначально-то нам казалось, что старших родов больше, по крайней мере все тифлинги, с которыми мы познакомились и общались близко, имели очень явно выраженные расовые признаки, да и в самом клане рогатых и длиннохвостых было больше, чем прочих, но когда начали съезжаться обычные воины, пропорция сильно изменилась. Представителей старших родов оказалось хорошо если четверть, впрочем, на отношения внутри клана это никак не влияло, рогатые и безрогие общались друг с другом на равных, то есть, об аристократическом делении по внешним признакам говорить не стоило. Но надо все-таки поинтересоваться, почему среди старшего поколения представителей старших родов намного больше.

Ну и, собственно, Лиимат начал саму церемонию, которая оказалась на удивление демократичной. Старейшина подходил поочередно к каждому вновь посвященному и вручал ему бляху, похоже, именную, во всяком случае, Лиимат не просто брал первую попавшуюся под руку, а копался в кучке, выбирая нужную, а к бляхе прибавлял золотую монету. Следом шел Гаррион, самый молодой из мастеров, не знаю, случайно так совпало, или именно поэтому ему оказали такую честь, и молодецким поджопником спихивал новых воинов со сцены. Да уж, у тифлингов выражение «отправить пинком во взрослую жизнь», пожалуй, трактовалось чересчур буквально.

Шелли получила свой поджопник пятой или шестой и, недовольно морщась и почесывая ягодицы, направилась к нам. Ребята тут же освободили для девушки место рядом со мной и сунули в руки кружку с сидром. Тифлингесса привычно устроилась у меня под мышкой и опустошила посудину чуть ли не одним глотком.

— Ну что, тебя можно поздравить? — спросил я, чмокнув тифлингессу в щеку.

— Да ну, было бы с чем, — поморщилась Шелли. — Пугали этим испытанием не знаю как… Потратила день не пойми на что, чуть со скуки не померла. Одно развлечение, на танец Хаоса любоваться. Еще и еды никакой не оставили, и из питья только вода… И Гаррион, гад, такого пинка отвесил… Больно же!

— Ну давай поцелую, где болит, может, пройдет, — усмехаясь предложил я. Вот только забыл, с кем имею дело, это же тифлинги. Шелли тут же вскочила и, нимало не стесняясь окружающих, начала расстегивать штаны.

— Э-э-э, я пошутил вообще то, — резко сдал назад, сгребая девушку в охапку.

— Да-а-а? — загадочно протянула тифлингесса. — А может, все-таки попробуем, а то знаешь как больно?

Ребята заулыбались. Гвени с Сайли, по-прежнему зажимавшие с боков Тирли, тоже весело захихикали, но быстро начали что-то громко вопить и улюлюкать. Ну да, со сцены после очередного пинка скатилась ставшая полностью взрослой Диала. Она, естественно, направилась сначала к родителям, жестами показывая, что присоединится к нам попозже. Диала, кстати, выглядела гораздо хуже Шелли, была далеко не такой спокойной, хотя тоже относилась к старшим родам.

— Странно, не похоже, что все так же, как и ты, скучали, — сказал Стингер, осматривая оставшихся на помосте. — Вон, смотри, парень сейчас вообще в обморок грохнется…

— Ну у каждого по-разному, — пожала плечами Шелли. — Я, честно говоря, не понимаю, чего им так плохо. Это ребята еще оклемались, пока сюда шли, первоначально их на руках выносили. Да и Диалу чего-то здорово колотило. Я так вообще никакого испытания не почувствовала, сидела, смотрела, как Хаос танцует, и все. Даже подремать смогла немного…

— Ну ты даешь, Инферна, — протянула Алаири с какой-то скрытой завистью. — Мое поколение учили, конечно, попроще, чем вас, да и гибло тогда на испытаниях народа достаточно, но чтобы дремать в присутствии Хаоса… Он тебя что, вообще не звал никуда?

— Не-а, — покачала головой Шелли. — Когда я клятву долга давала, и то ощущения были более разнообразные. А тут… Ну как тебе объяснить, ну Хаос, ну и что? Я же к нему пока не собираюсь, мне и тут хорошо.

И девушка потерлась щекой о мое плечо. Алаири удивленно покрутила головой и замолчала. Впрочем, ненадолго, Стингер тут же принялся ее о чем-то расспрашивать, и женщина стала отвечать, только очень тихо.

— О, девочки, а вас можно уже поздравить с удачной охотой? — Шелли повернулась к подружкам, обнимающим Тирли. Те как-то молча и виновато начали переглядываться.

— Скорее нашего радиста можно поздравить с успехами в спаивании малолетних, — недовольно пробурчал Потапыч.

— Это как? — не поняла Шелли. Тирли загадочно улыбнулся.

— Как, как, — нехотя призналась Сайли. — Мы его честно поймали, ну почти. А он уговорил нас в кости сыграть, на раздевание. Только как-то странно, вроде как чтобы проигравшему обидно не было, выигравший должен был выпить кружку сидра. Я помню только, как Тирли сапоги снимал…

— Так нечестно, — буквально взвыла Гвени. — Я помню только перчатки… А потом под столом проснулась и голова болела…

— Так вы чего, вместо этого самого просто напились? — Восторгу Шелли не было предела. — Как?!!

Девчонки угрюмо молчали, похоже, им самим было интересно, как именно они ухитрились так напиться, находясь буквально в шаге от цели.

— Колись, Тирли, — подначил я все так же загадочно улыбающегося радиста.

— У меня еще спирт оставался, — пожал он плечами. — После первой кружки подменить кости трудности не составило, после третьей на выпавшие очки уже никто не смотрел, мне верили на слово. А пятую девчонки допить не смогли.

— Ну ты скотина, — хором воскликнули Стингер с Потапычем.

— То-то у сидра какой-то привкус был неправильный, — задумчиво произнесла Гвени и возмущенно добавила: — Но ты же пил вместе с нами! Или ты себе ничего не подливал?

— Подливал, я в бочку добавил. — Улыбка Тирли стала еще шире. — Но я-то к ершу привычный, а вам хорошо пошло так… Даже испугался в какой то момент, что переборщил.

— Да-а-а, ну тогда ладно. — Гвени как-то задумчиво переглянулась с Сайли. — Но ты все равно мухлевал, так что совесть нас мучить не будет. Ты все привязала?

— Ага, все, — кивнула вторая тифлингесса. — Как мастер боя учил, и еще цепочкой прихватила на всякий случай, в кузне попросила на пару дней. Только все равно приглядывать надо, а то сбежит и сюрприз испортит. Рот затыкать будем?

— Эй, девочки, вы чего, — заволновался Тирли и попытался встать со скамьи, но… Обе его руки были плотно прихвачены ремнями к лавке, тифлингессы как раз синхронно дернули за свободные концы, затягивая узлы намертво. Ноги тоже оказались плотно стянуты между собой, да еще и прикручены к ножкам и поперечинам скамьи. Но тифлингессам этого показалось мало, и они принялись опутывать радиста еще и весьма внушительно выглядевшей железной цепью, наглухо приматывая его к скамейке.

— Народ, вы чего делать собрались? — Тирли волновался все больше и больше. — Эй, я же отсюда уйти не смогу, вы что, прямо здесь собрались?..

— Н-да, наверное, надо заткнуть, а то он на танцы посмотреть не даст, — почесывая рога, ответила подруге Гвени и вытащила из кармана вполне профессиональный кляп. — Ну не волнуйся ты так, дорогой, все хорошо будет, просто Диале сегодня не очень удобно за тобой гоняться…

— Ага, лапа, — поддержала ее Сайли, завязывая шнурки кляпа на затылке радиста кокетливым бантиком и гладя его по голове. — Мы тебя Диале подарить решили, конечно, жалко очень, слишком шикарный подарок, на мой вкус, я бы себе оставила. Но Ди переволновалась, ей нужнее… Нет, чего-то все же не хватает. — Тифлингесса на полшага отступила от жестко зафиксированного и жалобно мычащего что-то сквозь кляп радиста и критически его осмотрела. Потом вытащила откуда-то шикарный розовый бант из ткани, здорово напоминавшей шелк, и начала пристраивать его Тирли на макушку. Я больше смеяться уже не мог, только хрюкал и пытался вытереть выступившие слезы.

— Ну вы даете, хвостатые, — с трудом выговорил сквозь смех Потапыч. — А употреблять его вы как, прямо здесь будете?

— Мы его прямо здесь дарить будем, — гордо ответила Сайли. — А что с ним Диала сотворит, мы не знаем. И не надо из нас сексуальных террористок делать. Может, ей, такой маленькой и несчастной, страшно одной в темную спальню подниматься будет после сегодняшнего. И вообще, мы просто хотели с ним поговорить, в кости там поиграть, а он от нас постоянно бегает… Непонятливый такой человек попался…

— Ага, ага, а в кости вы играете исключительно в кружевном нижнем белье, — сквозь слезы пробормотал Стингер. — Девочки, вы хоть рот ему освободите, что ли, а то ни выпить, ни закусить. И одну руку… Жалко же человека.

— Да, он такой соблазнительный, что нам жарко становится. — Гвени кокетливо изогнула бедра и вильнула хвостом, да еще, похоже, и из своих особых способностей что-то применила, по крайней мере, мне по ощущениям так показалось. — А развязывать… Нет, не рискнем, он от нас уже сбежал сегодня. Хотя рот, наверное, освободим, если он пообещает не ругаться. Эй, дорогой, ты обещаешь не ругаться на любом языке?

Тирли грустно и с укором посмотрел на девчонку и обреченно кивнул. Сайли недоверчиво переглянулась с подругой, но кляп все-таки вытащила. Радист и впрямь ругаться не стал, но, похоже, цензурных мыслей насчет происходящего у него не было, так что он молчал. Впрочем, девочки уже уселись обратно и стали кормить и поить его в четыре руки и два хвоста. Недовольство радиста начало очень быстро проходить. Ну да, будь ты хоть трижды женат, но когда две симпатичные девочки, сидя на твоих коленях, кормят тебя с рук всякой вкуснятиной… В общем, о том, что у них, помимо прочего, присутствуют рога и хвост, думаешь уже в последнюю очередь.

— Если хоть кто-нибудь из вас, хоть одним словом, хоть одной буквой, — наконец стал говорить радист, прожевывая очередной кусок, — мне по фиг, в отчете или устно, расскажет о сегодняшней ситуации… Я не знаю, что я сделаю.

Стингер в очередном приступе хохота свалился под стол. Девочки с веселыми улыбками и видом победительниц, посматривая вокруг, продолжали откармливать свою жертву. Внезапно Гвени встрепенулась, пихнула Сайли в бок и начала шарить у себя за пазухой. Опа, что они еще придумали?

— Вот, чуть не забыли, Шелли. — Гвени вытащила из-за пазухи толстенький томик и протянула его моей девушке. — Ты, по слухам, в Оэсси скоро едешь, и вообще, с человеком подружилась… Тебе пригодится, наверное…

— Да, это от нас подарок на память, — закивала Сайли. — Правда, нам эта книжка не сильно помогла, наверное, человек неправильный попался. Но майор выглядит поспокойнее, может, и сработает.

Я заинтересовался, а Шелли взяла книжку и повернулась к ближайшему костру так, чтобы разобрать в полумраке название. Разобрала и начала густо-густо краснеть, даже в темноте было заметно. И дар речи в придачу ко всему потеряла, рот у нее открывался, конечно, но звук почему-то не шел.

— Чего это тебе подарили, дай посмотреть, — окончательно заинтригованный, попросил ее. Худо-бедно, но местную письменность я разбирать уже научился, тем более что тут, слава богу, были в ходу не иероглифы, а такое же, как и у нас, фонетическое письмо.

— Не дам, — уперлась Шелли. — Вы, двое… Убью…

Н-да, дар речи, похоже, вернулся, но как-то слишком избирательно.

— Да что там такое-то? — заинтересовалась уже Алаири. — Неужели очередной гномий опус про любовь орка и высшего эльфа?

— Не-е, — помотала головой Сайли. — Это она сама купит. А мы подарили очень нужную и поучительную для молодого тифлинга книгу. Правда, она для самих гномов сочинялась, но мы подумали, что подойдет. А называется: «Для молодых гномов. Поучение об общении с людьми Десяти городов, а также культурном поведении за столом, в обществе и в постели, для утех плоти».

Теперь начали истерически ржать уже взрослые тифлингессы, а Шелли покраснела еще больше и стала вырываться. Сквозь ее рычание я разобрал, что она сейчас заставит кого-то эту книжку сожрать, а потом применить все приведенные в ней советы на практике, причем прямо сейчас и непосредственно с демоном-предком. Мне в какой-то момент показалось, что я ее не удержу, но тут Лания резко закашлялась и согнулась, обеими руками схватившись за горло. Видимо, тифлингесса посмеялась излишнего, и что-то там у нее дернуло. Впрочем, Комар по ходу знал, что делать, он осторожно перехватил женщину за плечи и протянул кружку с сидром. Лания быстро взяла кружку, сделала несколько торопливых глотков и стала жестами показывать, что все нормально. Но говорить пока не торопилась и руки от горла не убирала.

Шелли как раз перестала ругаться, встревоженно посмотрела на соплеменницу, и я решил, что надо ее срочно чем-то отвлечь. А то ведь точно драку устроит, разозлилась она, похоже, по-настоящему, хотя я и не очень понимал, с чего она так завелась от этой шутки. Я нашарил в кармане сооруженную из пули подвеску и тихонько спросил у все еще ярко-красной тифлингессы:

— Шелли, а мой подарок примешь, не будешь мне его никуда засовывать?

— Еще одна книжка? — подозрительно спросила девушка. — У меня чувство юмора не резиновое вообще-то…

— Да я в клане книжной лавки не заметил как-то, — ласково улыбнулся тифлингессе. — А о том, что у вас принято дарить на этот праздник подарки, узнал очень поздно, пришлось изобрести что-то из подручных материалов. Держи — на память.

И я ссыпал ей в ладонь цепочку вместе с пулей. Подозрительность с лица Шелли сползла и уступила место восхищению, едва она рассмотрела, что именно я ей вручил. А потом девушка подняла цепочку и стала надевать на шею. Тут пришлось ей помогать: коса-то до задницы и довольно толстая, а готовых цепочек с замками в кузнице не нашлось, пришпандорили на то, что было.

— Спасибо, Дракон, — окончательно успокоилась Шелли и поцеловала меня. — Это действительно хорошая память…

Остальные тифлингессы наблюдали за сценой с любопытством, но без особых эмоций. Вот только Алаири неожиданно внимательно вгляделась в подвеску, вроде как даже начала принюхиваться, а в конце концов встала со своего места и подошла к нам.

— Разрешишь взглянуть, Шейелена? — спросила она, разглядывая в полумраке пулю. Шелли только кивнула, впрочем, не пытаясь снять подвеску. Но Ала просто взяла пулю кончиками пальцев и всмотрелась внимательнее.

— Охренеть, — наконец выговорила она. — Я думала, это сказки — про небольшое состояние на шее. Это же серебро?

Я кивнул. Трое остальных тифлингесс синхронно испустили громкий полувздох-полустон, полный самой настоящей зависти. А, ну да, мы же не распространялись об особенностях своего боезапаса, так что они были не в курсе. А вот у Стингера лицо стало очень задумчивым. От блин, они же так половину спецбоеприпаса расковыряют… Хотя… хрен с ним, все равно уже столько всего нарушили — отбрехаемся. А то Ала уж очень завистливо носом крутит. И Шелли восхищена прямо даже не знаю как. Нет, я понимаю, что серебро здесь мало того что очень редкий и дорогой металл, так еще и стратегически важная штука в противостоянии с т'сареш, но чтобы настолько… У нас бы даже оружейный плутоний на шее таскали, если бы это не было вредно для здоровья. И чихать, что некрасиво, главное — дорого.

Вскоре к нам присоединилась Диала. И тут разыгралась коронная сцена вечера: Гвени с Сайли начали дарить ей нашего радиста. Силы девушкам было не занимать, так что весьма немаленького Тирли они подняли вдвоем вместе со скамьей и торжественно преподнесли подруге. Диала, увидев такой сюрприз, радостно взвизгнула и запрыгнула на колени к моему товарищу, не дожидаясь, пока подружки поставят скамью обратно на землю. Те, впрочем, все это удержали, заставив меня лишний раз удивиться физической силе тифлингов, и вернули скамью на место. Тирли гордо молчал, даже когда Диала начала его целовать, впрочем, с огромным розовым бантом на макушке смотрелся он весьма комично. Но как оказалось, этим подарком подружки решили не ограничиваться. Точнее, они, по их же словам, до последнего не знали, удастся ли поймать основную часть дара, и поэтому радист шел только как довесок к сюрпризу. А основным подарком оказался, по выражению тифлингесс, половичок. Небольшой такой коврик с ручной вышивкой, два метра на метр. И это, кстати, была первая не абстрактная картина, которую я увидел в этом мире. Раньше попадались в основном орнаменты, без изображений разумных или животных. А вот на этом самом половичке были с достаточно большим сходством, насколько удалось рассмотреть при свете костров, вышиты все четыре подружки. И явно кто-то из девчонок вышивал это сам. Диала была так растрогана, что аж пустила слезу.

Тирли тоже проникся моментом и стал просить его развязать, при этом клялся всеми святыми, что убегать не будет. Но девчонки почему-то заупрямились, сказали, что обязательно его развяжут, но чуть-чуть попозже. И на что это они намекали, интересно?

На этот цирк с вручением живого подарка глазели все тифлинги, собравшиеся вокруг эстрады. Их, кстати, стало намного больше, чем на процедуре пинка во взрослую жизнь подросшего поколения. Тогда вокруг полянки со столами толпились хорошо если сто, ну максимум полторы сотни рогатых. А сейчас, по-моему, вокруг эстрады болтались все, кто собрался в клане. Мне показалось, что поселок остался пустым, все, кроме занятых в дозорах и патрулях, собрались здесь.

На сцене стало что-то происходить. До этого мастера клана во главе со старейшиной, так и оставшиеся за столом со скатертью, по-деловому выпивали и закусывали, не особенно реагируя на окружающих. Теперь же из-за стола поднялся Лиимат, подошел к краю сцены и начал жестами показывать соплеменникам, чтобы те успокоились и говорили потише. Даже попытался пару раз начать говорить, но… На сравнительно небольшой полянке собралась толпа в две тысячи с лишним рыл. Никто, конечно, специально не шумел, более того, тифлинги старались говорить шепотом, но все равно, шепот толпы сливался в гул, перекричать который оказалось задачей нетривиальной.

Наконец Лиимату это надоело, он соскочил с помоста на землю и подошел к сидевшему за отдельным столом магу с назначенными для него телохранителями. Старейшина о чем-то с ним пошептался, и колдун начал размахивать руками вокруг его головы. Мне опять показалось, что я вижу какие-то неяркие вспышки света и тонкие потоки непонятной субстанции. Впрочем, все довольно быстро закончилось, Лиимат взобрался обратно на сцену и гаркнул:

— Тихо!!!! О, работает, пасиба, магистр, — добавил он уже чуток потише, но все равно уверенно перекрывая гомон толпы, думаю, его даже в лесу было слышно. — Ну что, уважаемые соклановцы, разные скучные и обязательные церемонии закончены. Деньги все сдали, в нашем клане появились новые воины, пора начинать то, ради чего мы, собственно, здесь и собрались. Конкурс танцев. Судят голосованием, как всегда, уважаемые командиры ватаг. Специальный приз назначен от совета мастеров клана. Ну а распорядитель, как уже повелось, — Гаррион. Больше никто не может вытерпеть это зрелище до конца. Правила вы все знаете, повторяться не буду. Напоминаю, танцовщиц со сцены не стаскивать, потерпите хотя бы, пока закончат, кружками в музыкантов не кидать — они играют, как умеют. Начали!

Старейшина залез обратно на свое место и тут же приложился к кружке с элем. Рядом со сценой начал устраиваться небольшой оркестрик, пара хреновин, похожих на помесь лютни и гитары, куча духовых инструментов разного калибра, барабаны, еще что-то. И несколько осадных щитов, прикрывающих музыкантов от толпы. Похоже, кинуть тут могли не только кружкой, неужели такие плохие музыканты?

— Это что такое? — поинтересовался я у Шелли.

— Как что? Я же тебе вроде рассказывала… Конкурс танцев, — удивленно уставилась на меня девушка. — Ты что думаешь, вся толпа съезжается в клан ради того, чтобы полюбоваться, как нам пинка на помосте отвешивают?

— Вау, бесплатный стриптиз, — с неподражаемыми интонациями протянул Стингер. — И моя девушка смотрит его вместе со мной, сбылась мечта идиота. А чего это они?

Капитан ткнул пальцем в сторону музыкантов, которые продолжали старательно расставлять щиты. Большинство из них уже натянули боевые шлемы и теперь тщательно примеривались, стараясь, чтобы между ними и толпой соплеменников находилась какая-либо защитная конструкция. На сцене что-то вещал Гаррион, впрочем, его особо никто не слушал. Народ стал потихоньку улюлюкать и свистеть.

— Действительно, неужели они так плохо играют? — спросил Потапыч, недоуменно поглядывая на все еще устраивающихся на подмостках работников гитары и дудки. — Совсем ребята какие-то запуганные.

— Тут просто вот в чем дело, — несколько смущенно пояснила Алаири. — Девочки под музыку подстраиваются, так легче, и когда музыканты перестают играть, народ бывает весьма и весьма недоволен. И, кстати, ребята, на вас это все, конечно, действует слабее, чем на обычных людей, но… В общем, привяжите себя к скамейкам, что ли.

— А в чем дело-то? — Я заволновался, но, как выяснилось, поздно. Музыканты наконец устроились и взяли первые аккорды. Гаррион, в которого уже несколько раз швырнули яблочными огрызками и пустыми пивными кружками, от которых он успешно увернулся (похоже, не просто так мастера выпихнули распорядителем самого молодого!), спрыгнул со сцены и резво отбежал в сторонку. А на сцене появились первые две участницы конкурса.

Могу сказать сразу, это был не стриптиз, по крайней мере, в нашем понимании. Во всяком случае, рогатые танцовщицы не раздевались. Нет, одеты они были весьма откровенно, можно даже сказать — вызывающе, но тем не менее они были одеты. Но вот только, заразы, в танце они использовали все свои возможности суккуб, да еще в придачу эти их способности накладывались на музыку и сам танец… Возбуждение накатывало волнами, мне на ум пришли древнегреческие мифы о сиренах, вроде там описывалось что-то подобное, только те вроде как еще и пели. Ох, мать, они еще и запели, мозги начали постепенно отключаться. Понемногу до меня начало доходить, что имели в виду тифлингессы, говоря об особых возможностях суккуб и о соблазнении. Да уж, если они с самого начала захотели бы нас соблазнить, то устоять не было бы никакой возможности. Тут уж мысленной разборкой маузера не отделаешься… Если только танк попробовать на запчасти разобрать или чего-нибудь еще поглобальнее. Е-мое, а ведь девочки говорили, что на нас их фирменные штучки действуют хорошо если в половину силы. Черт возьми, ведь Шелли поминала, что люди в лесу сидят и за деньги на это представление смотрят, они-то что ощущают, Хаос спаси их и помилуй? Ну… если только воздействие с расстоянием слабеет или тифлинги людей цепью к деревьям пристегивают. Лично меня от прыжка на сцену удержала лишь Шелли, перебравшаяся ко мне на колени. Ее, кстати, тоже пробрало, конечно, не так сильно, как меня, но все же. В глазах заплясало уже знакомое пламя, грудь поднялась, а дыхание стало глубже и одновременно с этим чаще…

Внезапно музыка прервалась, наваждение схлынуло. В щиты, которыми отгородились музыканты, тут же ударил настоящий град из яблочных огрызков, пустых кружек и прочих всевозможных объедков. Даже пара пустых бочонков из-под сидра прилетела. А я получил возможность оглядеться. Все мои бойцы сидели в обнимку с тифлингессами, на Тирли повисли аж трое сразу. Хуже всех пришлось Потапычу, сейчас пулеметчик обнимал пивной бочонок. Вот он пару раз тряхнул головой, приходя в себя, вытащил из-за пазухи бутылку, по виду с гномьей горючкой, и лихим глотком высосал сразу половину.

— О как, помогает, — счастливо выдохнул пулеметчик и стал запивать самогон пивом.

— Дай сюда. — Я дотянулся до Потапыча, отобрал бутылку и отхлебнул от души. Потом занюхал рукавом и передал бутылку сидящему с другой стороны от меня Комару. Действительно полегчало. Самым счастливым из нас оставался так и не проснувшийся священник. Наверное, оно и к лучшему, хотя с ним местами я бы точно меняться не стал.

— Вы с алкоголем поосторожнее, — улыбаясь, посоветовала нам Алаири. — Он, конечно, помогает, но только до некоторой границы, немудрено совсем разум потерять…

— Ничего, — успокоил ее Стингер. — Мы можем много выпить… И в конце-то концов, если почувствуем, что больше терпеть не можем, просто уйдем. Кому есть с кем уйти… Потапыч, ты бы не мучился, а звал бы сюда свою зазнобу, ну вот не поверю, что ты по ночам в кузню бегаешь…

Алаири с Ланией согнулись от хохота.

— Чего, все-таки в кузню? — изумленно переспросил Стингер. — Ну ты извращенец…

— Сам ты извращенец, самонаводящийся, — начал отбиваться пулеметчик. — Потом познакомлю. Она тоже танцевать сегодня будет. Да все равно ведь вы дознаетесь…

Тем временем на сцене появилась следующая участница этой самодеятельности, и шоу продолжилось. Не знаю, что помогло, то ли то, что девушка была одна, то ли спиртное подействовало, но сейчас пошло полегче. Нет, возбуждение все равно было, но контроль над собой я на этот раз не потерял. А может, просто привык… Через некоторое время перевозбужденный мозг уже перестал реагировать на смену участниц.

— Мне вот интересно, а что сейчас с людьми, которые в лесу сидят, творится? — спросил во время одного из перерывов. — То же, что и с нами, или…

— Хуже, намного хуже, ну… или лучше, с какой стороны посмотреть, — усмехнулась Шелли. — Ваши блоки сдерживают ментальную компоненту всего этого дела. А у обычных людей сейчас еще и галлюцинации на эту самую тему по полной программе. Кто-то, как вы, спиртным глушит, кто-то к деревьям привязывается. Ну и наши патрульные присматривают на всякий случай. Впрочем, наверное, уже расходиться потихоньку начали, до конца выступления еще никто из людей не выдерживал.

— Ага, этой ночью у борделей Оэсси выездной аншлаг, — кивнула Алаири. — На перекрестке с речной дорогой сейчас целый палаточный городок стоит. Но те, которые сидят в лесу за деньги — они хоть могут свалить в любой момент. Гораздо хуже тем, кого патрули поймали. Они сейчас к столбам за сценой привязаны.

— И что с ними сделают? — поинтересовался уже отвязанный от скамейки, но пока не торопящийся убегать Тирли.

— Ничего, просто продержат там до утра и отпустят, — пожала плечами тифлингесса. — Говорят, после такого многие мужики импотентами становятся, а женщины вообще с ума сходят. Во всяком случае дважды пока никого не ловили…

— Ты забыла про того орка, — перебила подругу Лания, — который за последние тридцать смен вроде как ни разу не пропустил день клана…

— А-а-а, это тот, который пытается от импотенции таким образом вылечиться, — вспомнила Ала. — Ну это, скорее, исключение из правил. И есть у меня подозрение, что он давно уже окончательно сбрендил…

Алу прервали — начался новый номер. У меня вскоре совсем отключилось сознание, реальность стала восприниматься какими-то фрагментами. Куда-то пропал отец Яков, только что мирно спавший за столом, потом исчезли Стингер и Алаири. Тирли уже сидел в обнимку со всеми тремя подружками, почему-то полуголыми, или это у меня начались глюки. У Потапыча на коленях тоже обнаружилась тифлингесса, рыженькая, из младшего рода, на фоне здоровяка она смотрелась сущим ребенком. И вроде как он нам ее представлял, вот только имя я вспомнить никак не мог. Вытащила меня из этого безумия Шелли. Во всяком случае, в себя я пришел перед дверью ее дома, когда она макала меня головой в бочку с холодной водой. Вроде как сознание стало возвращаться. Я вывернулся из рук девушки и окунулся несколько раз сам. Немного полегчало.

— Уф, охренеть, — потряс головой, стряхивая воду с волос. — Предупреждать же надо, мы же все вооруженные были… Где остальные?

— Всех растащили по спальням. Извини, это я виновата, — грустно улыбнулась Шелли. — Вы же совершенно не воспринимаетесь как люди, вот мы и забылись.

— Ничего, мы тоже виноваты, — попытался успокоить девушку. — Надо было уходить, сразу как отключаться начали. Надеюсь, мы ничего не натворили.

— Не успели. — Девушка немного повеселела. — Стингер и Потапыч убежали первыми с девушками под мышкой, они же перед этим и жреца вашего куда-то отволокли. Он, кстати, так и не проснулся. Ну а потом я заметила, что ты окончательно поплыл, начал терять связь с реальностью, и быстренько увела тебя оттуда. А остальным девочкам намекнула, что пора искать более интимные помещения.

— Ух, круто, надо завязывать с такими экспериментами, — пробормотал я. — Интересно, ты тоже так можешь?

— Ага, могу, — кивнула Шелли. — Даже сильнее. Ты и твои люди еще долго продержались… Просто сейчас девочки танцевали не с целью соблазнить кого-то, они старались все сделать красиво…

— У них получилось, — согласился я. — Впечатления феерические и совсем не неприятные… Вот только многовато как-то.

— Просто все это на тифлингов рассчитано. — Девушка опять выглядела виноватой. — На нас тоже действует, но намного слабее… Слушай, пошли в спальню, а? А то я либо тебя сейчас изнасилую, либо сама в бочку прыгну, не могу больше…

— Это ты называешь слабее действует? — ухмыляясь, спросил я. Вместо ответа меня сшибли с ног и стали срывать одежду. А дальше…

…До спальни мы добрались очень нескоро, хотя все-таки добрались. У меня сложилось впечатление, что Шелли использовала что-то из своих особых способностей. А может, просто в мозгах все еще гуляли отголоски этого «стриптиза», не знаю.

— Хорошо-то как, — протянула тифлингесса, пристроив голову у меня груди.

— Угу, — согласился я. — Вот только повторить на следующую ночь, пожалуй, не рискну. Я конечно повыносливее большинства моих соотечественников, но… Этот ваш конкурс — штука похлеще иных наркотиков.

— Есть такое, — мурлыкнула девушка, но вдруг неожиданно посерьезнела: — Вот только меня дядя обрадовал, вечером ожидается визит бабули…

ГЛАВА 13

Шейелена Теорн аэп'Шееллайт, тифлинг, Дея,

1 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

С утра наш поселок, наверное, напоминал кладбище, не знаю. Лично я выбралась на улицу только к концу второй стражи, когда большинство народа уже ожило и стало потихоньку приводить улицы в порядок. Самочувствие мое оказалось на удивление бодрым, даже выспаться удалось. Вот только настроение изрядно омрачала мысль об ожидающейся к вечеру гостье.

О дурном нраве Теорних в клане любили рассказывать страшилки. Сама я видела бабулю только один раз, когда была еще совсем маленькой, так что испытать на себе ее характер мне не довелось. Папа с дядей тоже про предков особо не рассказывали. Единственное, что всплывало в памяти, так это советы держаться подальше и просить поменьше. Впрочем, отказываться от подарков тоже не рекомендовалось. И вроде как еще папа упоминал, что Теорних терпеть не может второго моего предка. Вот только из-за чего между ними такая взаимная «любовь» — мне никто не говорил.

А схожу-ка я к дядюшке, порасспрашиваю его на эту тему. Ну и, в общем, узнаю, чего можно говорить, чего нельзя. Короче говоря, получу инструкции, как вести себя с бабулей…

Приняв решение, я весело побежала в общий дом, но там меня ждало разочарование. Не пустили меня. Стража сказала, что дядя занят. Интересно, чем, может, после вчерашнего еще не отошел… Хотя вряд ли, не такой уж он вчера и пьяный был, по крайней мере, если с тем же Гаррионом сравнивать. Ну и чем я теперь буду заниматься?

Добравшись до дома, обнаружила, что и люди успели куда-то подеваться. Расстроилась жутко, а от расстройства решила заняться обжорством: набрала себе разной снеди и устроилась в любимом шезлонге под окном кухни.

Вокруг все шло своим чередом. Понемногу убирали мусор, оставшийся после праздника, с луга доносился грохот молотков, видимо, разбирали помост. По улице взад-вперед сновали наши, кто-то шел из палаточного лагеря в таверну, кто-то наоборот — из таверны в палатку. Понемногу тянулись уже полностью снаряженные бойцы, народ принялся потихоньку разъезжаться по делам. Ну да, кто первый доберется до Оэсси, тот и самые вкусные наймы отхватит, вот ребята и потянулись в дорогу, как только пришли в себя.

Да, а скоро и нам уезжать. Интересно, Диала уже договорилась с кем-то о службе или еще нет… Хотя ее и родители могут пристроить, если уже не пристроили. А мне в академию ехать… учиться… Правда, это рядом с домом, можно будет сюда часто приезжать. Так-с, а что там в уставе академии об этом написано? Ага, вот, ясненько. Значит, первые две смены обучения выход за пределы учебного заведения запрещен, только раз в смену можно на десять дней съездить домой. А вот потом уже полегче, свободный выход, можно жить в городе, только на занятия не опаздывать… Так-с, это что мне, столько там взаперти сидеть? Я же рехнусь от скуки. Угум-с, еще один пункт — оговорить возможность покидать стены академии…

Люди объявились в конце третьей стражи, да и то не все, только майор со Стингером.

— …Значит, как договорились, ты за старшего, — продолжил руководить замом майор, явно не замечая меня. — Амулеты связи Лиимат обещал подкинуть и подзаряжать их по мере необходимости.

— А нашей аппаратуры точно не хватит? — Стингер поморщился. — Ну не люблю я незнакомую технику…

— Тогда в следующий раз сам потащишь вторую рацию. — Майор пожал плечами. — А так как сейчас у нас ее нет, будем пользоваться предоставленным оборудованием. В общем, мы, наверное, уедем еще затемно…

— Это вы куда уезжать собрались? — вмешалась я в их беседу.

— Привет Шелли. Ты ж с нами едешь, тебя разве не предупредили? — удивился человек.

— Мы же собирались только послезавтра выступать? — теперь удивилась уже я. — Зачем такая спешка? Встреча только пятого, куда торопиться?..

— Знаешь, у меня сложилось впечатление, что Лиимат нас сразу выпихнул бы после праздника, только найти сопровождающих не смог. — Майор задумчиво поглаживал свой шрам. — Он вообще какой-то дерганый сегодня… Ладно, где остальные наши, не знаешь? А то нам настоятельно рекомендовали посидеть пока в твоем доме и особенно по поселку не шарахаться.

— Вообще-то никого не видела. — Я пожала плечами. — А чего дядя дергается… Я же тебе вчера говорила, Теорних у нас ждут. Слушай, а дядя у себя? А то я хотела бы с ним побеседовать…

— Вроде был у себя в кабинете, вот только ему, похоже, не до тебя. Да, чуть не забыл, он просил передать, чтобы ты тоже сидела дома и не высовывалась. Ну и заодно собиралась в дорогу. Как я с его слов понял, на рассвете в Оэсси поедет большой отряд, ну и мы вместе с ним.

Во дает Лиимат, если так дело дальше пойдет, то он меня и замуж выдаст без моего участия. Но бежать высказывать свое возмущение, наверное, и в самом деле сейчас не стоило. Ладно, успею еще. Пришлось собираться, лихорадочно припоминая, что из моих вещей есть в Оэсси, а что все же придется тащить с собой. Выходило вроде не так и много, но все равно — в седле не увезешь.

Но, несмотря на все усилия Лиимата, предотвратить знакомство бабули и людей у него так и не получилось. Гномьи друзы как раз начали менять свечение с дневного, желтого, на ночной, синеватый, когда в парадную дверь моего особняка кто-то постучал. Причем постучал от души, чуть ли даже не ногой. Я как раз обреченно пялилась на груду сундуков со своими вещами, сваленную в гостиной, и прикидывала, что же из этого мне лучше оставить дома.

Странно, весь клан прекрасно знал, что к нам удобнее и проще заходить через кухню, да и стучать при этом совершенно необязательно. Недоумевая, кто бы это мог быть, я двинулась к парадному входу. С засовами пришлось повозиться, парадную дверь мы открывали Хаос знает когда. Да и петли тоже смазать не помешало бы, створка двигалась с трудом. Закончив свое сражение с дверью, я наконец обратила внимание на гостя.

Опа, все дядины ухищрения пошли прахом, за порогом стояла бабуля собственной персоной. Э-э-э, и что мне ей говорить… Теорних первой беседу начинать не спешила, с непонятной усмешкой посматривала на меня. Пауза явно затягивалась.

— Здрасте… — наконец ляпнула я, продолжая топтаться в дверях и не зная, куда девать руки. Буквально в последний момент удержалась-таки и не добавила к приветствию слово «бабушка».

— Здравствуй, здравствуй, — несколько лениво, свысока посматривая на меня, хоть мы и были одного роста, ответила Теорних. — Позволь мне войти…

И шагнула вперед, я же еле успела отскочить с дороги, а то снесла бы…

— Да-да, конечно, — уже в спину ответила я и, пинком захлопнув дверь, отправилась следом. Нет, я все понимаю, демон, осколок Хаоса, о возрасте в ее случае говорить вообще нельзя, не применимо к нашим предкам это понятие, но хамить своей собственной внучке, точнее, правнучке… И вообще, у меня, между прочим, еще и второй предок имеется, я же и пожаловаться могу…

Теорних уверенно добралась до гостиной и там остановилась, с некоторой брезгливостью во взгляде осматривая обстановку. Я же, стараясь не попадаться ей на глаза, лихорадочно вспоминала, что о ней знаю и вообще слышала. Почему-то ничего хорошего вспомнить не могла, на ум постоянно лезло определение «надменная стерва».

Я-то с ней встречалась только один раз и довольно-таки давно, когда была совсем маленькой. Так что помнила красивую женщину, которая что-то сердито выговаривала мастерам клана. Ну и еще в память врезалось ощущение чего-то запредельного, находившегося совсем рядом, буквально в шаге от меня.

Что касается личных воспоминаний, это, собственно, было все, остальное знала только по рассказам. Дядя и Гаррион в ответ на мои расспросы обычно начинали сквернословить, но в итоге все их объяснения сводились к тому, что родоначальница нашего клана за ним приглядывает и в случае нужды помочь может, но лучше обойтись без ее помощи. Папа о Теорних говорить отказывался, отделывался общими фразами, вроде: «Подрастешь — сама увидишь». Напротив, о своем предке он рассказывал довольно часто и подробно, причем с искренним уважением. Ради чистоты эксперимента я попыталась порасспрашивать о Шееллайте дядюшку и, к своему удивлению, услышала практически такие же ответы. Это при том, что дедуля дяде был по большому счету никем, в отличие от Теорних.

— Я так понимаю, этим домом занимался твой отец? — спросила суккуба, закончив изучать гостиную и переводя взгляд на меня. — Да уж, как можно ожидать хорошего вкуса от потомка разрушителя? Хорошо хоть на твоей внешности кровь этого урода не отразилась, выглядишь более-менее пристойно…

Мне захотелось ляпнуть, что начинать знакомство с оскорбления хозяев дома — не самый лучший способ общения, и избавлена я от подобных привычек, наверное, благодаря Шееллайту, но все-таки сдержалась. Вместо того чтобы дерзить, принялась пристально изучать внешность своей прародительницы.

Вот е-мое, кого же она мне напоминает? По нашим меркам довольно высокая, с идеальной фигурой. Двигается с непередаваемым изяществом, каждый жест выверен и точен. Лицо такое же идеальное, волосы, уложенные в замысловатую прическу, едва касаются плечей. Впрочем, выглядеть Теорних может как угодно, захочет — будет идеалом красоты для любого разумного, захочет — живым воплощением самого страшного кошмара. Сейчас же она производила впечатление эльфийской принцессы, по недоразумению угодившей на помойку стойбища орков. С одной стороны, находиться здесь ей было противно, но с другой — показать, насколько ей противно, еще унизительнее, чем находиться здесь. Ну и как всегда, подавляющее ощущение присутствия чего-то большего, чем видят глаза.

Я с изумлением почувствовала, что во мне поднялась ярость, какую-то часть моего сознания жутко бесило присутствие этой сущности. И не только присутствие, ее идеальность тоже.

— Хм, болтливостью, я смотрю, ты не отличаешься, — прервала затянувшуюся паузу бабуля. — Впрочем, оно и к лучшему. Я слышала, тут у тебя появились представители одного забавного и весьма отдаленного мирка. Позови их, хотелось бы взглянуть. Это может оказаться весьма любопытным…

Последнюю фразу демон пробормотала себе под нос, как будто размышляла вслух.

Я же, с трудом подавляя все возрастающую ярость, дернулась в сторону лестницы. Но только дернулась. Вот не хотелось мне оставлять бабулю в моем доме без присмотра. Не хотелось — и все тут.

А с другой стороны, чего это я тут перед ней перепуганную девчонку изображаю, в конце-то концов. Додумав эту мысль, рявкнула погромче:

— Майор!!!! Спустись ко мне, будь добр!!!

Наверху что-то пару раз сильно грохнуло, Теорних недовольно поморщилась, а я, внутренне подхихикивая над недовольством бабушки, старательно изображала из себя примерную пай-девочку.

Совсем скоро послышались шаги, и в гостиную ввалился майор со своим жезлом наперевес. У него за спиной маячил Стингер, не торопившийся, впрочем, заходить в комнату.

Увидев, что я не одна, майор моментально подобрался, аккуратно приставил свой жезл к стенке поблизости и вытянулся во весь свой немаленький рост, плотно прижав руки к бокам. Я открыла было рот, собираясь представить его бабуле, но человек меня опередил. Склонив голову в коротком поклоне, представился сам:

— Разрешите представиться, майор Воронов Константин Аркадьевич, уважаемая.

Во дает, почти на безупречном северном диалекте, даже акцент не слишком заметен. И фразу построил в соответствии с этикетом, принятым в деловых кругах Оэсси, от кого только узнал. Хм, странно, а мне из него настоящее имя приходилось чуть ли не клещами вытягивать, все время норовил прозвищами отделаться. Неужели что-то почуял? Вот блин, не любовник, а сундук сюрпризов…

Представился и замер, все так же вытянувшись, как столб. Теорних же разглядывала его, словно редкое животное, что ли. Лицо ее, впрочем, стало напоминать маску и абсолютно ничего не выражало.

— Майор, это моя… — открыла я рот, пытаясь все-таки их познакомить, но демон жестом буквально приказала мне заткнуться. Сама же подошла поближе, не переставая рассматривать моего мужчину. Что-то мне все это начинало не нравиться.

— Да, девочка, ты нашла забавный экземпляр, — наконец нарушила молчание бабуля. — Чистокровный человек, да еще с самых границ порядка. Весьма любопытно, я заинтересована.

И Теорних протянула руку, пытаясь взять майора за подбородок. Вот только он подобных вольностей, похоже, допускать не собирался. Отшатнулся на полшага и вновь замер, лишь на лице изобразил недоумение.

— Вот как, а мальчик-то с гонором, — буквально пропела демон, плотоядно улыбаясь. И ее присутствие в этом месте начало стремительно нарастать. Сущность такого масштаба подавляла, но во мне шевелилась только ярость. Не отдам, мое. Меня начало трясти от ощущения начинающейся трансформации. Какой-то частью сознания я отмечала, что ничего хорошего из этого не выйдет, но остановить себя уже не могла.

— Теорних, эти люди мои гости, на мне долг перед ними. — Похоже, челюсти уже начали меняться, слова выходили какими-то грубыми и рычащими, а конечности рефлекторно подрагивали, пытаясь продублировать слова полагающимися жестами нашего родного языка. — Я не могу позволить причинить им вред.

— Не можешь так не можешь, мне-то что с того, — буквально отмахнулась от меня демон. — Твои проблемы. А мне интересно…

И она начала давить уже по-настоящему, явно пытаясь подчинить себе волю… волю моего мужчины… Ну все, щас прыгну, и пускай дальше Хаос сам разбирается.

— Не бойся, девочка, прорвемся, — внезапно раздался у меня в голове голос, и давящее присутствие Теорних исчезло, как будто задули свечу. Не поняла, это откуда у меня в голове чужой голос, да еще и мужской. Ой, не может этого быть…

— Опять развлекаешься, Тео? А о девочке ты решила не думать? — вновь зазвучал этот же голос, только уже где-то далеко-далеко, я улавливала то, что он говорил, какой-то крошечной частичкой сознания. А вот бабуля слышала, похоже, отчетливо, в придачу еще и говорившего явно знала. Майор ее уже совершенно не интересовал, смотрела она куда-то мимо меня, и то, что видела, находилось, похоже, не то что не в этом доме, а еще и не в этом мире.

— Ты-ы-ы, — протянула демон. Ух, сколько ненависти у нее в голосе — ненависти, но вместе с тем и восхищения. А еще страха… Вот что может напугать такую сущность? И принцессу в изгнании бабуля уже не напоминала, скорее, доведенного до бешенства лошани. Ой, она, похоже, еще и меняться начала, переходила понемногу в боевую форму. И кажется, я поняла, кого она так боится. Деда пришел…

— Я не трогаю твоих отродий, — продолжила Теорних. — А эти не имеют к тебе никакого отношения…

— Шейелена такое же твое отродье, как и мое. Вот только я о своих забочусь. Ладно, недосуг мне тебя жизни учить, все равно бесполезно. Они под моей защитой. Возражения есть?

Бабуля аж поперхнулась и, похоже, потеряла дар речи. Во всяком случае, ее хватило только на то, чтобы отрицательно покачать головой.

— Вот и замечательно, — с теми же беспечными интонациями продолжил Шееллайт, я уже ни мгновения не сомневалась в том, что это он.

— Только учти, теперь ты сам будешь решать их проблемы, — пытаясь оставить последнее слово за собой, злорадно выкрикнула Теорних. — Я собиралась выставить их обратно, но теперь из принципа не стану помогать.

— А разве им требуется помощь? — В голосе деда отчетливо зазвучали насмешливые нотки. — Мне кажется, они и сами неплохо справлялись, пока не вмешалась одна чересчур наглая и глупая суккуба. И, похоже, дальше справятся.

— А с тобой, девочка, мы обязательно пообщаемся, как только немного разгребусь с делами, — добавил Шееллайт уже специально для меня и замолчал. Похоже, отправился дальше — по своим делам.

И тут стало очень-очень тихо. Люди, слышавшие только половину диалога, несколько недоуменно вертели головами, но вопросы задавать пока не спешили. Меня присутствие деда полностью привело в норму, но я тоже не торопилась. Теорних же опять вернула себе прежний вид. Вот только теперь ее надменность и невозмутимость казались какими-то фальшивыми.

— Ну что ж, я видела все, что хотела. — Демон фыркнула, недовольно передернулась и еще раз осмотрела всех присутствующих. — Пожалуй, моя правнучка заслуженно получила право называться самостоятельной.

И бабуля покинула мой дом. Того, что в стене, через которую она вышла, не было не только двери, но и окна, Теорних, похоже, и не заметила.

— Твою мать. Это было то, что я думаю? — выдохнул майор, не выдержав.

— Не мать, а бабушку, точнее — прабабку, — педантично уточнила я. — Так что ты ошибаешься… А так — да, это была Теорних, собственной персоной…

— Ты можешь объяснить, что тут произошло? А то меня сначала изучали, как вымирающий вид, потом чуть было не разобрали на части, похоже, в самом прямом смысле слова… — Майор недовольно покрутил плечами и головой, будто проверял, все ли на месте. — Да, кстати, Стингер, ты там живой?

— Не очень. — Капитан, выползавший из коридора по стенке, и на самом деле выглядел как свежеподнятый труп. — Мерзкие ощущения…

— Что-то подобное вчера должны были на посвящении испытывать ребята из младших родов, — порадовала я людей. — В принципе ты не так уж и ошибся, вас начали разбирать на кусочки, чтобы посмотреть, как вы устроены изнутри. Ну не совсем в физическом смысле…

Ой, кажется, я их напугала. Майор с завидным постоянством сглатывал слюну, помертвевшим взглядом уставившись прямо перед собой. А Стингер просто сполз по стенке прямо там, где стоял, странно при этом позеленев. Я думала, что его сейчас стошнит, но человек как-то удержался. Н-да, проняло их здорово. А я уж думала, что этих людей и тараном не пробить…

— И что ей помешало довести задуманное до конца? — справившись с собственным организмом, уточнил майор, зачем-то щупая штаны у себя в паху. — И еще, она то, что там у нас разобрала, хоть на место правильно поставить сумела?

— Не знаю, — честно ответила я. — То, что здесь происходило, — это уже даже не магия, это явление более высшего порядка. Я даже не очень понимаю, что именно она хотела с вами сделать, просто подобрала наиболее близкое слово.

— Ощущения жуткие. — Стингер стер со лба обильно выступивший пот. — И главное, сделать-то ничего не можешь. Так что ее все-таки остановило?

— А, ну да, вы же не могли слышать. — До меня только сейчас дошло, что я тоже только что побывала рядом со смертью. Коленки подозрительно затряслись, хорошо, кресло оказалось поблизости. И, справившись с собой, я продолжила: — Дедушка помешал. Мягко намекнул, что ему не нравится происходящее. Связываться с ним Теорних не стала, наговорила гадостей и ушла.

— Это что, еще и второй из твоих сверхъестественных предков тут отметился? — уточнил майор, устраиваясь в соседнем кресле. Его зам с пола подниматься даже не пытался.

— Не, тут его не было. Он… — Я на мгновение замялась, пытаясь сформулировать словами свои ощущения. — Он, скажем так, очень громко крикнул.

— Крутой мужик, наверное, раз этой даме одного окрика хватило, — уточнил Стингер.

— В прямом столкновении суккуба против разрушителя не пляшет, — прокомментировала я. — У нее специальность искушение, Теорних привыкла добиваться своего интригами. А Шееллайт — разрушение в чистом виде. Сейчас же он прямо заявил, что если бабуля тронет кого-нибудь из вас, то получит от него по голове. Ну и гадостей заодно друг другу наговорили…

Мы помолчали.

— Шелли, я правильно понял, в тебе сидит по кусочку от каждого из этих? — внезапно спросил Стингер.

— Ну да, — кивнула я, погруженная в свои мысли. — Иногда я себя веду — как Теорних, иногда — как Шееллайт, по ситуации, ну или в зависимости от собственного желания.

Внезапно капитан, так и не встав с пола, начал ржать. Нет, слыхала я, что и у мужиков на нервной почве может быть истерика, но чтобы сорвался один из этих… С другой стороны, досталось им так, что можно было и помереть.

— Ты что, рехнулся? — подозрительно спросил майор. Похоже, у него мысли двигались в том же направлении, что и у меня.

— Нет, я вроде нормальный, — сквозь смех выдавил Стингер. — Правда, наверняка утверждать не возьмусь. Но ты сам представь, с какой шикарной шизофренией тебе девушка досталась. Одно из двух: или соблазнит, или голову оторвет.

Я хихикнула, вот только человек моего веселья не поддержал, наоборот, выглядел он очень серьезным и сосредоточенным.

ГЛАВА 14

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 2 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Визит покровительницы приютившего нас клана не выходил у меня из головы всю дорогу до Оэсси. Благо весь этот день я имел полное право забыть про свою фирменную паранойю, немного расслабиться и не обращать внимания на окружающий мир. В такой толпе первоклассных бойцов чего-то опасаться — это уже попахивало откровенным сумасшествием. И если наша охрана решит что-то с нами сделать, то все равно останется только расслабиться и получать удовольствие. Ну или чеку из гранаты дернуть, и то сомнительно, что успеем.

Единственное, что лично меня немного напрягало, так это то, что опять предстояло ехать верхом. Нет, за месяц пятая точка пришла в норму. И потренироваться в верховой езде возможность у меня была, я и сам не преминул этим воспользоваться, и других заставил. Так что теперь пришибать всех копытных четвероногих через полчаса тряски в седле меня не тянуло. Но все равно, особого удовольствия от этих верховых прогулок я не получал. А у нас люди за это еще и деньги платили, причем не маленькие.

Зато охраняли нас, пожалуй, по высшему разряду. Наша троица — я, Комар и Шелли — двигалась в колонне из трех сотен воинов обоего пола и десятка повозок с крупногабаритным барахлом отряда. Так еще и ближний круг охраны присутствовал. Десяток бойцов (формально), по жизни уже восьмерка, в том же составе, в котором встречали нас в Перевальном во главе с Гаррионом. Только Алаири как-то умудрилась отбрехаться от чести сопровождать нас. Для сопровождения по высшему разряду не хватало, пожалуй, еще оцепления вдоль всей дороги. Но его роль вполне успешно выполняли боковые дозоры, постоянно снующие по обеим сторонам дороги.

С другой стороны, если нам повстречается что-нибудь вроде Теорних, то, наверное, даже бункер не поможет. Противоатомный правительственный тоже. Меня со Стингером эта демонша спеленала моментально, мы даже не дернулись. Полный паралич, да в придачу еще и что-то, смахивающее на контроль сознания. У меня только один раз мелькнула мыслишка, что, похоже, влипли мы и надо бы сваливать… а может, и стреляться… Но дальше этого дело не пошло. Стоял, как истукан, по-моему, даже и не моргал, и в голове — совсем пусто. Только мелькали, как страницы быстро пролистываемой книги, эмоции, то страх, то веселье, то еще что-то… Будто их кто-то просматривал.

Неприятные ощущения, короче говоря, очень неприятные.

Вот черт, вроде все нам твердили, что не действует на нас ментальная магия, даже самая сильная, однако на каждую хитрую гайку… Вот и подобрался болт с нужной резьбой.

— Слушай, Шелли, — спросил девушку, кажется, задремавшую в седле неторопливо трусящей рядом лошадки. — А вот про возможности твоей бабули можно спросить? Сколько она народа так спеленать может?

— В смысле спеленать? — уточнила тифлингесса.

— Ну как нас вчера. Мы были абсолютны беспомощны…

— Даже не знаю… — Девушка задумалась. — Таких, как ты и твои люди, — наверное, сколько угодно. Только зачем ей это… Лично ты ее просто заинтересовал как образец разумного из отдаленного от Хаоса мира, вот она и полезла смотреть. А так… Я, если честно, не представляю, зачем Теорних парализовать, захватывать или изучать много разумных. Ей проще целиком мир разнести, чем его обитателей гонять по отдельности. Ну или новый мир состряпать, по своему вкусу. В крайнем случае, стравить разумных между собой и посмотреть, что из этого получится. В этом Теорних мастерица.

— Стоп, подожди, это мы повстречали что-то вроде бога… — Кажется, до меня понемногу начало доходить, с чем именно мы столкнулись одним тихим вечером в поселке тифлингов. И почему все прочие разумные этого мира своих предков, мягко говоря, не любят и боятся. Похоже, вчера я несколько преуменьшил грозившую нам опасность… Валить было бессмысленно, надо было сразу стреляться.

— Нет, ты не понял. — Шелли упрямо тряхнула головой. — Боги, как, впрочем, и маги и древние т'сареш — они все от кого-то зависят. И подчиняются некоторым законам. А демоны — такая же часть мироздания, как эта планета или, скажем, звезда. Они просто есть. Только обладают еще разумом и личностью. И в отличие от богов, они не черпают силу от верующих или где-либо еще, они сами по себе сила.

Я только ошарашенно хлопал глазами. Ну ни хрена ж себе попали!

— Ну как бы тебе попроще объяснить, те же боги зависят от своих верующих, — продолжила свои объяснения тифлингесса. — Их сила, их возможности зависят от паствы… А демоны Хаоса — они такие, какими захотят быть…

— Это что получается, они — реально бессмертные создания, обладающие могуществом, ограниченным лишь их фантазиями?

— Ну-у-у… почти. — Шелли на пару секунд задумалась. — Но тут есть еще одно. Все это мы знаем лишь со слов своих предков. Это то, что они сами рассказали первым поколениям. Так это или нет, мы проверить не можем, но на той же Дее воле демона противостоять не может никто, ну разве что другой демон. Другой вопрос, что их наши дела и проблемы не волнуют совершенно, не их масштаб, как я понимаю. Только нам, тифлингам, помогают, и то… всегда по-своему. Иногда их помощь такая, что лучше бы ее вообще не было.

— Это как?

— Гм, скажем так, если попросить предка согнать москита, то он запросто может снести ближайшую гору, а заодно и прихлопнуть того, кто просил о помощи.

— Ты так говоришь, будто были прецеденты, — несколько неудачно попробовал пошутить я.

— Знаешь, да, — неожиданно серьезно кивнула девушка. — Смен пятьсот назад на одном из островов орки зажали с десяток наших из клана Санат. Уж не знаю почему, но тот десяток решился просить помощи у предка и смог дождаться его прихода. С тех пор этого островка нет, а на дне океана вроде как идеально ровная площадка размерами как раз с островок. Ну а через пару дюжин дней еще и цунами до побережья докатилось. Вот такая вот помощь десятку тифлингов.

Да уж, с такой артиллерийской поддержкой рогатые вполне могли поставить на уши всю планету, интересно только, почему они этого не сделали. Шелли ответила на этот вопрос даже раньше, чем я успел его озвучить.

— Вот только предки… они… Они с равным успехом могут помочь, могут проигнорировать, а могут и голову просящему оторвать. Теорних, как правило, делает именно последнее… Ты же сам видел, как она себя вела… И как на ее появление реагировали наши старейшины. Слава Хаосу, что ей лично управлять кланом просто скучно, так, наведается иногда, надает указаний и убежит по своим делам смен на пятьдесят. Но сейчас чего-то зачастила…

После таких откровений болтать мне совсем не хотелось, так и ехали всю дорогу молча. Если раньше отвлеченные разговоры о могущественных демонах, крови предков и изначальном Хаосе воспринимались мною как очередная легенда (мало ли какие где верования, на Земле, при наличии всего одной разумной расы, и поэкзотичнее веры встречались!), то теперь… Теперь все это уже не казалось пустыми разговорами. А главное, меня угнетала наша абсолютная беспомощность. Ведь это как термоядерная боеголовка, которая наводится непосредственно на тебя. И бежать бесполезно, все равно ведь догонит… Раньше я в подобные ситуации, когда ну совершенно ничего не мог противопоставить сторонней угрозе, не попадал.

Интересно мне, как наша планета избежала визита подобных товарищей? И тут не отговоришься параллельной вселенной или альтернативным миром. Мы-то сюда как-то попали, значит, и обратно можно. Тем более что Теорних в запале кричала, что собиралась отправить нас обратно, но теперь помогать ни за что не будет. По словам Шелли, ее дедушка ответил: дескать, мы и сами неплохо справлялись и дальше справимся. Да, еще вампиры, из-за которых эта катавасия началась. Помнится, говорил контрразведчик на инструктаже, что не в нашем мире они появились, а приперлись откуда-то.

В Оэсси добрались после заката. До уличного освещения здесь еще не додумались, и рассмотреть получилось в основном городскую стену. Но после циклопических гномьих сооружений особого почтения местная оборонная архитектура не внушала. Ну стена, ну каменная, ну с воротами… В которые нас пропустили, даже не спрашивая имен. А может, и спрашивали, только разбирался со всем кто-то из помощников командира отряда.

Кстати, с уличным освещением я поторопился. Оно было, вот только не централизованное. То есть фонари висели абы где, наиболее ярко освещались конечно же развлекательные заведения, работавшие по ночам. Правда, похоже, они тут все по ночам работали, во всяком случае на той улице, по которой мы ехали, ярко освещенные пятна встречались буквально каждые триста метров. И жизнь вокруг этих пятен кипела вовсю.

А так — что можно сказать, город как город, после Перевального очень даже солидный. Было бы интересно погулять тут днем, правда, Гаррион настойчиво советовал из дома Шелли не высовываться, по меньшей мере до встречи с магами.

С ватагой наемников мы расстались на одной из площадей. Тифлинги направились в сторону набережной, где света и шума было еще больше. А мы в сопровождении десятка Гарриона двинулись дальше. Если мне не изменяло чувство направления, то двигались по-прежнему параллельно реке. Впереди, на фоне пасмурного темного неба, проступала еще более темная громада какого-то большого здания. Похоже, именно к ней мы и направлялись.

И въезжали уже в фешенебельный район. Если раньше улицу ограничивали плотно прижатые один к другому дома, изредка прерываемые заборами, как правило, деревянными, то теперь ограды по обеим сторонам улицы были выполнены в виде кованых решеток, а кое-где и каменных стен. Впрочем, и они по гребню были украшены ковкой. Дома уже стояли отдельно друг от друга, в глубине небольших парков.

Стали попадаться патрули стражников, ну никем иным эти пятерки воинов, одинаково экипированных и вооруженных чем-то, до ужаса напоминавшим родные стрелецкие бердыши, быть не могли. На некоторых перекрестках стояли капитальные каменные будки, в которых сидели также экипированные бойцы, только уже не пятерками, а десятками. И если патрули просто с любопытством поглядывали на нашу кавалькаду, то от каждой будки к нам устремлялась пара воинов с фонарями. Добегали они только до Гарриона, ехавшего головным, поднимали укрепленный на длинной палке фонарь, чтобы осветить лицо всадника, и тут же поворачивали назад. То ли рогатый оказался им знаком, то ли соплеменники Шелли не были в этом городе замечены ни в чем предосудительном, но вопросов не возникало.

Я уже испугался, что дом тифлингессы находится на другом конце изрядно вытянувшегося вдоль реки города и ехать нам придется до него чуть ли не полночи, когда наша кавалькада остановилась у ворот, сделанных из узорчатых кованых решеток. Не понял… В поселке упоминали, что отец Шелли был вынужден построить тут чуть ли не официальную резиденцию, но не дворец же…

Сейчас… Когда заехали в аккуратный и ухоженный парк, выяснилось, что дворец. Да еще и с соответствующим штатом слуг, предупрежденных и ожидающих нас. Тут же, на длинном, в два десятка окон фасаде, зажглись светильники, причем не фонари, а гномьи друзы, только одноцветные. Е-п-р-с-т, да эта громада на четыре этажа… Ни хрена себе, скромный клановый торговец. Это ж какими деньгами ворочал папаша Шелли, если был вынужден построить такое сооружение… Ко всему прочему, и жил он здесь, как я понял, не постоянно, а наездами.

Тем временем слуги занялись лошадьми и багажом. В парке поднялись шум и суета, в которой я на какое-то время потерял Шелли, а обнаружил ее уже в доме, выслушивающей порцию соболезнований от какой-то тетки. Ну и я пристроился рядом, попутно изучая внутренние интерьеры городского «домика». Да уж, пожалуй, к этому строению и в самом деле больше всего подходило слово «резиденция». Сделано все было, ну даже не знаю, богато, что ли… Все, что можно — в резьбе, похоже, и потолок в том числе, полы во всех комнатах, которые я успел увидеть, — каменные, да не просто каменные, а в узорах, выложенных из разноцветных плит. В комнатах — куча разнообразнейшей мебели, натыканной и там и тут непонятно зачем… В какой-то момент поймал себя на том, что в поселке тифлингов было намного уютнее. Там-то все делали по принципу «как удобно», а не «как положено» или «как красиво».

— Спасибо, Мага. — Шелли решилась наконец прервать тетку, явно увлекшуюся сострадательными речами. — Благодарю. Давай перейдем к делу. Нам бы перекусить… что с ужином?

— Половина малой стражи, госпожа, и можно садиться. Я приказала накрыть в малой столовой, на втором этаже. Горячее будет чуть позже. Комнаты для тебя и твоих гостей готовы…

— А умыться?

— Горячая вода есть, я прикажу разнести по комнатам. Или, может, отдать распоряжение приготовить баню… Но это не быстро, я не догадалась заранее…

— Нет, баню не надо, может, завтра. Ладно, иди… Ой, еще одно. — Шелли остановила уже уходящую тетку. — Мастера Гарриона… ты вроде с ним знакома… слушаться, как меня. И болтайте в городе поменьше…

— Конечно, госпожа. — Тетка суетливо убежала по своим делам.

— Не думал, что у тебя тут такое хозяйство. — Я обвел взглядом окружающую роскошь.

— Ну отец должен был соответствовать… — Шелли неожиданно покраснела, в первый раз на моей памяти ее что-то смутило. — Вот и прикупил этот амбар по случаю. А с такой доминой без десятка слуг управиться нереально… Пошли устраиваться, что ли…

И девушка потянула меня за рукав в сторону лестницы.

— Не люблю я этот дом, — продолжила она говорить по дороге. — В клане мы с папой сделали все, чтобы жить комфортно, а тут… Я тебе больше скажу, у меня здесь две комнаты. В одной я реально обитаю, а другую приходится демонстрировать знакомым отца. Главное не перепутать, кого в какой комнате принимать… Да еще и слуги. Дома у нас работает три человека, но мне часто кажется, что и их многовато. А тут…

Девушка обреченно махнула рукой.

— А эти слуги не разнесут по всему городу слухи о твоих гостях? — настороженно спросил я. — А то Гаррион меня старательно запугивал, что, мол, в клане еще ничего, а вот в городе за нами чуть ли не все разведки этого мира в очередь выстроятся.

— Не должны, — пожала плечами Шелли. — Мага всех в строгости держит, ну и мастер оружия наверняка проведет разъяснительную работу…

ГЛАВА 15

Архимаг Игнатиус Преус Сольвит, человек, Дея,

5 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Игнатиус сидел в гостиной переговорного дома… и просто ждал. Думать и строить планы ему уже надоело. Все равно информации новой не было, ну почти не было… Все, что запланировано — сделано, все, кто мешал, — убраны. Ну хорошо, не убраны — отодвинуты в сторонку. Три десятка магов-боевиков, рассаженных для наблюдения по соседним домам и просто шатающихся по соседним улицам, позволяли надеяться на невмешательство конкурентов. Да еще вроде и Лиимат три десятка своих прислал, маги заметили кое-кого из тифлингов. Тоже место встречи охраняли.

И в вопросе с наемными убийцами старейшина рогатых пошел навстречу. Известная агентура т'сареш была быстро и кроваво ликвидирована. Правда, с резидентом получилось не очень аккуратно… Ну ладно, взбесившаяся харра, впряженная в повозку… вампира старательно отвлекали, но как можно не заметить несущуюся во весь опор тушу?.. Но караван из шести повозок, которые аккуратно так пробежались по т'сареш… короче, перестарались рогатые. С другой стороны, регенерировать там уже было нечему, вроде как даже тело целиком собрать не удалось. Заместитель резидента засел в представительстве семьи и на улице не показывался.

Правда, здорово так напряг визит Теорних. Проклятая суккуба, чтоб ей… Но проклинать демона архимаг все-таки поостерегся, мало ли, вдруг еще услышит. Если Древних Игнатиус не сильно-то и боялся, то с демоном… Тут он мог только сбежать куда-нибудь подальше, к границам порядка, и как можно быстрее. И то это могло получиться только в случае, если очень-очень повезет. Настолько повезет, что брать в расчет это везение просто не имело смысла. Оставалось надеяться, что Теорних не очень сильно перепугала людей. А может, и к лучшему, если перепугала. Тогда они уже не просто захотят убраться отсюда к себе домой, а пойдут ради этого на любые условия.

Хотя… чего зря рассуждать. Судя по чувству времени, до встречи осталось менее одной десятой малой стражи. Сейчас все станет понятно… Ага, а вот и они…

В гостиную вошли трое, два человека и тифлингесса. Ну с рогатой понятно, Шейелена, кто же еще. Хоть свою долю, как посредник, она уже получила, но на переговоры все-таки заявилась. Архимаг жестом предложил гостям садиться на специально приготовленные кресла. Рогатая плюхнулась, даже не дожидаясь завершения жеста, и, закинув ногу за ногу, стала внимательно изучать Игнатиуса. Огненные глаза тифлингессы, казалось, несильно светятся в полумраке комнаты. Слышал он про эту особенность первых поколений тифлингов, но вот видеть давно не доводилось. Из первого поколения на Дее уже никого в живых не осталось. Странно, девчонка же из третьего, не должны у нее были по идее сохраниться такие глаза…

Люди оказались воспитаннее своей спутницы. Кивками поблагодарили хозяина, сняли висящие на поясах корды явно работы тифлингов, потом стянули пыльники и, аккуратно сложив все в уголке, сели на предложенные места. Но говорить первыми не стали. Архимаг тоже не спешил, внимательно рассматривал гостей. Первое впечатление, конечно, зачастую весьма обманчиво, но и пренебрегать им не стоит.

Поначалу, когда они только вошли, архимаг согласился с тем, что больше всего из разумных Деи они напоминали орков, ну или полуорков. Все остальные расы отличались менее крупным телосложением. Но пока они снимали верхнюю одежду, он переменил мнение. Люди, без всякого сомнения, выше ростом, чем привычные ему, шире в плечах, но люди. Чистокровные или с минимальным присутствием крови других рас. Игнатиус специально не торопился заглядывать в ауру, предпочел для начала посмотреть глазами. Одежда под вполне привычными и знакомыми пыльниками явно из их мира. Хм, забавно, кираса, обшитая тканью… зачем, спрашивается… Или это не кираса, а обычная одежда, непонятно пока. И оружия никакого не видно, только кинжал у каждого на поясе. Еще одна странность — все время докладывали, что люди воины, но мечи они положили довольно далеко от себя, причем без каких-либо видимых проявлений сожаления. Только кинжалы остались. Хотя… Другой мир, оружием может оказаться все, что угодно, так что расслабляться не стоит. Чего далеко за примерами ходить, боевому магу никакое оружие не нужно, он сам по себе катапульта с расчетом и хорошим запасом зарядов.

— Меня зовут Игнатиус Сольвит, — прервал архимаг затянувшуюся уже до неприличия паузу. — Приветствую, уважаемые. Как я могу к вам обращаться?

— Майор Воронов Константин Аркадьевич, — представился человек со шрамом на левой щеке. Ага, похоже, он в этой паре старший. Человек продолжил представлять своих спутников:

— Шейелена Теорн аэп'Шееллайт, старший лейтенант Бегов Сергей Денисович…

На последних словах в комнату проскользнул еще один тифлинг. Во, знакомые все лица, мастер оружия пожаловал. Ну правильно, такая встреча — и без него, никак не возможно. Человек открыл было рот, чтобы представить и тифлинга, но архимаг жестом показал, что не стоит.

— Благодарю, с уважаемым Гаррионом мы знакомы, — Игнатиус сделал паузу, обдумывая следующую фразу. У гномов-то они представлялись по-другому, не мешало бы уточнить, впрочем, одно знакомое слово в речи человека проскользнуло: — Позволь полюбопытствовать, майор — это прозвище?

— Воинское звание, — улыбаясь самыми уголками губ, уточнил человек. — Начальник от сотни до трех сотен воинов, в зависимости от ситуации…

Надо же, говорит на северном диалекте, и довольно прилично для разумного, начавшего учить язык меньше сезона назад. Акцент жуткий, конечно, да и паузы между словами слишком длинные для беглой речи. В частности, перед словом «звание» человек запнулся надолго, но сидевшая рядом тифлингесса моментально что-то шепнула ему на ухо. Но все равно, очень достойно… Продолжим потихоньку.

— Как я понял, вы искали встречи с магом достаточно высокого уровня, такого, чтобы у него была возможность решить вашу проблему. К сожалению, описание самой проблемы посредники предоставили весьма расплывчатое, но заявленному ими уровню я соответствую. Хотелось бы услышать, каковы ваши затруднения, непосредственно от тебя, если, конечно, ты можешь говорить от имени всех своих людей. Прошу вас. — Архимаг решил сразу выставить собеседника в роли просителя. Метод избитый, простенький, но весьма действенный, если они примут предложенные правила, то дальше говорить будет намного легче. Заодно это позволит понять, как хорошо собеседники умеют вести переговоры. — Да, еще, вы можете говорить на родном языке, я позаботился и обзавелся всем необходимым для этой встречи.

И Игнатиус продемонстрировал людям уже активированную эльфийскую «понималку». Мухлевать, ссылаясь на незнание языка и плохих переводчиков, архимаг заранее посчитал излишним для данной встречи. Тем более что люди были осведомлены об использовании в переводе магии, могли что-нибудь заподозрить, а это впоследствии вызвало бы лишнее недоверие.

— Прошу меня простить, — ответил тот же человек. — Можно уточнить у тебя, ты сейчас говоришь только от своего лица или представляешь какую-либо организацию?

Архимаг поперхнулся, хорошо хоть незаметно. Он-то ожидал, что тифлинги разъяснили пришельцам основы политики конклава магов и те в курсе, с кем именно будут встречаться. Ну хотя бы в общих чертах. Но тут Игнатиус заметил довольную ухмылку развалившегося в кресле Гарриона. Вот Хаос… Конечно же он им все рассказал, вот только люди не торопились показывать, что им известно, а что нет. Ну что ж, сам дурак, нельзя недооценивать противника.

— Я, наверное, несколько самонадеян, — продолжил Игнатиус. — Что поделать, привык к некоторой известности и совсем забыл, что вы из весьма отдаленных мест. Я архимаг Игнатиус Преус Сольвит, глава конклава магов и ректор академии. Архимаг — звание, а все остальное должности. И я вполне могу говорить как и сам от себя, так и от имени тех организаций, которые имею честь возглавлять. В свою очередь спрошу, а какая для тебя разница, от чьего имени я говорю?

Человек несколько замялся.

— Скажем так, — наконец ответил он, — если я сейчас говорю с частным лицом, то речь идет о предоставлении мне и моим людям некой услуги, которую мы готовы оплатить тоже как частные лица, конечно же если нас устроит цена. Без каких-либо дальнейших обязательств. Это один разговор. Если же ты представляешь упомянутые организации, весьма могущественные в здешних местах, то… Правда, насколько мне известно, вы тоже искали встречи со мной и моими людьми, что частному лицу вроде бы и не особенно нужно…

— Благодарю, кажется, я понял. — Архимаг поднял ладонь, прерывая человека. Ну что ж, позиции обозначены, пока полунамеками, но уже что-то. Ясно, что сотрудничать с местными властями люди не очень хотят. Или даже очень не хотят. А вот это уже плохо. Хотелось бы добиться добровольного сотрудничества. Мир этих людей теоретики уже нашли, заклинание активации врат составили, вполне можно договариваться. Вот только хоть какую-то информацию желательно было бы иметь.

— Позвольте вмешаться мне, как представителю посредника, — неожиданно вступил в разговор Гаррион. — Я хотел бы изложить в присутствии обеих сторон ту информацию, которая уже была озвучена при подготовке данной встречи. Это позволит всем здесь присутствующим понять, что именно известно их собеседникам, и здорово сэкономит время. Ну и заодно подтвердит нашу позицию посредников, сохраняющих нейтралитет. Вы согласны?

И, дождавшись кивков от человека и архимага, продолжил:

— Майору и его людям нужна магическая помощь, чтобы пробить дорогу в те… мм… весьма отдаленные места, откуда они прибыли. Архимагу необходима информация об этих самых отдаленных местах и помощь в передаче предложения об установлении дипломатических отношений на государственном уровне. Архимаг вправе делать такие предложения. Я все правильно изложил?

Майор коротко кивнул, несколько недоуменно поглядев на тифлинга.

— Да, в общих чертах верно, — согласился архимаг. Вот ни хрена ж себе, думал он, пока произносил эту фразу, это чем же иномиряне смогли так зацепить рогатых, которым всегда было плевать на окружающих? Мало того, что тифлинги выступили посредниками при встрече, они еще и дали людям гарантии безопасности от имени своего клана. Получить такие гарантии не тифлингу… Игнатиус даже вот так с ходу не мог вспомнить подобных случаев. И совершенно не знал, что ему говорить дальше.

— Могу сразу сказать, что передача информации о нашем мире, — неожиданно форсировал переговоры майор, — для меня неприемлема. Что касается дипломатических отношений, то… я смогу передать информацию людям, которые занимаются данными вопросами. Это все, что смогу сделать.

— Ну для меня было бы крайне неожиданно, если бы вы сейчас начали мне обещать вечную дружбу и помощь в войне против вашего государства, — постарался немного разрядить обстановку архимаг. — А что касается информации о вашем мире… Просто я планировал отправить туда небольшую делегацию для ведения переговоров. Хотелось бы знать, с чем они столкнутся.

— Судя по тому, что у нас никаких затруднений в вашем мире не возникло, они смогут дышать нашим воздухом и пить нашу воду, — ответил человек.

— Э-э-э, уважаемый, я имел в виду нечто другое, — мягко сказал Игнатиус. — Решить вопрос выживания в чужом мире для нас вполне возможно. Вопрос в том, принято ли у вас вообще вести переговоры, как у вас относятся к послам, ну и подобные вопросы. Для примера, к представителям расы орков в нашем мире посылать делегации бессмысленно, их просто убьют.

А вот теперь человек думал очень долго. Архимаг его не торопил. И когда майор наконец заговорил, было видно, что слова он подбирает очень тщательно:

— Понятие дипломатических отношений у нас присутствует, понятие послов также. Скажу сразу, что дипломатические отношения с настолько отдаленными странами у нас весьма редки, но вполне возможны. Но хочу предупредить: обо всем, что касается дальнейших отношений, я могу говорить только от своего имени и от имени своих людей. Если у вас будут какие-либо предложения для нашего правительства — я их передам, если вы попросите меня сопроводить делегацию — сопровожу. Но решений своих вождей я предсказать не могу, это не мой уровень. Пока у нас идет несколько отвлеченный разговор, и я до сих пор не знаю, можете ли вы вообще решить проблему, которую весьма полно озвучил уважаемый Гаррион.

— Вашу проблему мы решить можем, — кивнул Игнатиус. — Даже больше скажу, мы ее уже решили, ознакомившись с обстоятельствами вашего появления в нашем мире и проведя некоторые научные изыскания. Так что начать устанавливать дипломатические отношения мы можем и без вас…

— Клан Теорн гарантировал этим людям безопасность, — неожиданно перебил архимага Гаррион. — Они гости клана.

Игнатиус не ожидал от тифлинга столь решительного вмешательства. Майор, кстати, тоже, он смотрел на рогатого уже с искренним удивлением.

— Вы связаны с этими людьми какими-то обязательствами? — поспешил уточнить архимаг. — Или просто выполняете долг посредника?

— Связаны, — вместо мастера оружия ответила тифлингесса, и Гаррион почему-то не поторопился ее останавливать.

ГЛАВА 16

Гаррион Теорн аэп'Илуккат, тифлинг, Дея,

5 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

— Связаны. — Уверенный голос Шелли как бы поставил точку после моих слов. Или даже восклицательный знак. Я было испугался, что девочка сболтнет лишнее, но она обошлась одним словом. В общем, мы дали понять архимагу, что людей ему на съедение не дадим.

Майор тоже крутился, как хвост лошани, особенно после того, как я, устав слушать их вежливые экивоки, прямым текстом сказал, что и кому здесь надо.

Я заранее предупредил человека, что маг до потери аппетита заинтересован в иномирянах. И с порталом, похоже, не все было так чисто, как он только что заявил. Ну а как иначе можно объяснить бойню, которую устроила личная разведслужба Игнатиуса в Оэсси. Для ликвидации резидента и еще парочки т'сареш задействовали даже наших убийц, правда за услуги заплатили. С эльфами вообще спровоцировали скандал, волны от которого как раз сегодня пошли гулять по всем Десяти городам. Эльфов опять публично поймали на работорговле, и теперь обладателям субтильных фигур и длинных ушей появляться в людных местах категорически не рекомендовалось.

Я-то эти четыре дня не в гостях у Шелли сидел, как люди и выданный мне старейшиной десяток бойцов, а носился по всему городу, общался со знакомыми и собирал информацию.

В общем, архимаг приложил усилия даже не к тому, чтобы сохранить встречу в секрете, а, скорее, к тому, чтобы любители легких решений не имели возможности вмешаться. А уж когда я увидел, какую охрану организовали вокруг дома, в котором была запланирована встреча… Только мне на глаза двадцать один боевой маг попался, это не считая простых воинов и обычных наблюдателей.

Все признаки говорили об одном: архимаг и вся академия в его лице почему-то были жутко заинтересованы этими людьми. Не настолько, чтобы ссориться с кланом Теорн, все-таки мы не нелегальная агентура т'сареш и эльфов и так просто нас не перережешь, но настолько, чтобы не бояться ссоры с семьей Л'сос. А ведь кровососы не простят, и их ответ будет, как всегда, неожиданным и кровавым.

Игнатиус и майор тем временем продолжали играть словами, переливая из пустого в порожнее. Майор давал понять, что провести посланников архимага — проведет, но за последствия не ручается и гарантий безопасности дать не может. Маг уверял, что все понимает, но ему нужна информация, чтобы хоть как-то обезопасить своих посланников. Ну и заодно узнать, на какие испытания он посылает своих самых ценных и любимых сотрудников, которые ему, можно сказать, как дети родные, и вообще… Человек отвечал… Отвечать-то отвечал, но рассказывать про свой мир все равно отказывался. Мол, он солдат, все, что видел — это армия, в мирной жизни ориентируется так себе и может быть очень субъективным. Маг тут же уцепился за армию и стал выспрашивать подробности…

Да уж, а с нами человек был гораздо откровеннее, хотя информации, пусть и отдаленно тянувшей на стратегическую, я от него не слышал. Только сейчас сообразил, что о его мире толком и не знаю ничего. Так, некоторые отдельные интересные вещи он рассказывал, особенно то, что касается финансовых махинаций и разных технических идей. Но кто у них правит, как устроена жизнь, какие есть сословия… Пустое место. Да уж, и еще занимаюсь информационным обеспечением клана, какой позор. Хоть Лиимат и запретил мне расспрашивать людей, только запоминать то, что они сами рассказывают, — все равно.

Таким образом они развлекались уже не меньше половины стражи, но ни к чему не пришли. Человек узнал, что Игнатиус, если не врет, конечно, знает, как отправить его в родной мир, и может это проделать. И еще майор узнал, что архимаг от своего невероятного, врожденного миролюбия спит и видит, как бы с кем-нибудь установить дипломатические отношения. Маг в ответ не услышал ничего нового. Да, люди нашли общий язык с тифлингами, да, рогатые им помогают, да, они убивали т'сареш сами, без помощи тифлингов… Если подытожить — маг не узнал ничего.

Ну из разговора, по крайней мере. Я еще очень удивился, когда он не стал заморачиваться с языковыми различиями и сразу показал «понималку». Но могу поспорить, что у него за стеной сидело как минимум трое стенографистов, а скорее всего, и больше, записывался каждый звук, как с переводом, так и без оного; потом армия аналитиков станет все это анализировать и раскладывать на составляющие. Наверняка тут же присутствовала в полном составе лаборатория сканирования магии и регистрировала малейшее колдовство. Из этого потом также выжмут все, что возможно… Но пока в этом словесном фехтовании человек побеждал. По крайней мере Игнатиус пытался вытянуть из него информацию, а никак не наоборот… Причем пытался неудачно…

Что было вполне ожидаемо, первой все это дело надоело Шейелене. В отличие от Комара, который по возрасту был с ней как-то сравним, ее не сдерживала субординация. Нет, формально она мне подчинялась, но только формально. Все-таки кровное родство у нас много значит, да и финансовое положение Шелли… Мягко говоря, после смерти Энно именно у нее в руках сосредоточилась вся финансовая мощь клана. Понятно, что Лиимат постарается это исправить как можно быстрее, и не только постарается, но и исправит, но пока девушка при желании вполне могла взять за горло весь клан. Причем знаний у нее для этого было достаточно, весь вопрос заключался в желании.

При прорабатывании со старейшиной вариантов встречи меня больше всего беспокоил именно этот вопрос. Уж больно девчонка непредсказуема, и уважение к старшим у нее проявляется крайне редко. Так что был риск, что она примет какое-то свое решение, более того, найдет силы его отстоять… Лиимат признавал такую возможность, но постоянно доказывал мне, что Шелли будет отстаивать интересы людей. Ну и поддержка ее персоны Шееллайтом тоже очень успокаивала. Слова этого демона, в отличие от обещаний той же Теорних или, скажем, от моего предка, Илукката, обладавшего редкими забывчивостью и необязательностью, стоило принимать всерьез. Да и потомства у Шееллайта было крайне мало, за каждой линией он внимательно следил, хоть и вмешивался крайне редко. Вот только после его вмешательства, как правило, икалось всей Дее.

— Вам самим-то не надоело? — неожиданно подала голос Шелли, когда разговор пошел, по-моему, уже на пятый круг. А может, и на шестой, не уверен. — Уважаемый Игнатиус, если ты не хочешь помогать этим людям, так и скажи…

— Э-э-э, ну я бы так не сказал. — Архимаг к демаршу тифлингессы отнесся абсолютно спокойно, внешне по крайней мере. — Но всякая помощь должна оплачиваться, а человек не согласился на мою начальную цену. Вот мы и пытаемся найти решение…

— Хорошо, если я правильно поняла, то ты в первую очередь хочешь связаться с правителями того мира, откуда к нам попал майор? В этом твоя цель?

— Ну одна из моих целей. — Архимаг хитро прищурился. — Все же мне хотелось бы хоть отдаленно представлять, с кем именно нам предстоит общаться.

— Майор, — Шелли повернулась к человеку, — можешь ли ты реализовать основное пожелание Игнатиуса и как именно?

— Ну-у насчет информации я уже высказывался. — После этих слов майор на мгновение задумался. — Что касается возможности связаться с моими правителями… Да, это реализуемо. Проще всего будет, наверное, передать со мной какое-либо послание, а в нем изложить свои предложения, к ним приложить какое-нибудь доказательство дружеских намерений… я даже не знаю, какой-нибудь артефакт, информацию о мире, ювелирное украшение, в конце-то концов. Ну и предоставить данные, как связаться с вами после принятия решения. И…

Человек надолго замялся. Архимаг не собирался его торопить, Шелли же вытерпела половину десятой стражи и уже открыла рот, но только мой рывок за ту часть ее тела, которая мне подвернулась (надеюсь, это был хвост!), помешал ей высказать свое мнение.

— Скажем так, я не рекомендую вам отправлять в мой мир представителей, лучше обойтись письмом, — произнес майор после долгого молчания. — Я не буду объяснять, почему так, но, на мой взгляд, это будет оптимальное решение. И выполнение этой задачи я могу гарантировать…

Хаос раздери, ну он подставился… Практически прямым текстом предупредил, что посланцев архимага прибьют на входе, и от его личного мнения ничего зависеть не будет. Нет, ничего не скажу, честно, благородно, но… Для переговоров — глупо. Вот до этого не производил майор впечатления этакого идеалиста… Но… Я задал себе вопрос, а как я бы действовал на его месте.

Двойственный ответ получился, как Гаррион Теорн аэп'Илуккат я бы сказал нечто подобное, но как мастер оружия клана… сказал бы совсем другое, тем более что проверить истинность моих слов сейчас особо никто и не мог. Вот вопрос, а в своем мире какую именно должность занимал майор…

— Все, хватит, я понял, что именно пыталась сказать нам девушка, — неожиданно дернулся уже архимаг. — Я доставлю вас в ваш мир, но…

— Но… как много в этом звуке, — еле слышно пробормотал майор и добавил уже в полный голос: — При тех условиях, которые ты ставил раньше, я, наверное, откажусь от твоих услуг… Слишком многого не могу понять в твоих мотивах и побуждениях, прости уж убогого….

Лихо, ничего не скажешь. Это было весьма неожиданно, для меня-то точно. Игнатиус аж поперхнулся, но опыт взял верх.

— Прости, майор, — сделав предупреждающий жест, произнес архимаг, хотя майор пока и не порывался вставать. — Я попытаюсь еще раз сформулировать свои предложения, и если они вас не устроят, окажется, что мы и впрямь зря теряем время. Итак, я берусь отправить тебя и твоих людей в ваш мир, сразу оговорюсь, что гарантия не абсолютная, есть вероятность, что портал сработает неправильно, но она весьма невелика. Взамен вы передадите вашему правительству письмо от меня и некий подарок. Письмо не будет запечатано, ты сможешь с ним ознакомиться. Думаю, сами вы вполне сможете его перевести, если что — ваши рогатые друзья помогут. С подарком я определюсь чуть позже, но это будет какая-либо небольшая вещь, скорее всего, книга. Кроме того, вы получите от меня артефакт. Если твоя страна захочет все-таки иметь с нами дело, то артефакт надо будет активировать, я объясню, как именно, сделать это придется как можно ближе к тому месту, на котором вы окажетесь после возвращения. Никаких сроков я не называю… Но и сильно тянуть тоже не стоит, энергия в артефактах хранится не вечно и имеет свойство утекать, мы, конечно, зарядим предмет с избытком, но как будет фонить заряд в твоем мире, я сейчас сказать не могу. Вот такие у меня условия…

— Странно. — Человек серьезно задумался. — Такие условия нам подходят, но я не понимаю твоей выгоды от подобной сделки… И что это за артефакт, можно подробнее?

— Маяк, позволит легко навести портал и затратить на это минимум энергии. — Игнатиус пожал плечами. — А моя выгода… она есть, поверь. Скажем так, я рассчитывал получить от вас несколько больше, но и в таком виде сделка меня в принципе устраивает. Если ты подозреваешь, что артефакт — ловушка, так ее там не будет. Но, к сожалению, доказать этого я тебе, наверное, не смогу, ты же не маг… Тебе остается только поверить мне на слово.

Майор задумался.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я согласен. Я передаю твое послание и артефакт своему руководству, а также объясняю, что это такое и как им пользоваться. Ты обеспечиваешь нам дорогу в наш мир. Как много времени займет у тебя подготовка?

— Пару дней, — слегка поморщился архимаг. — Одно «но»: надо будет доехать до врат. А, да, ты же не знаешь, наверное… Это, скажем так, некоторое природное образование, где легче всего пробивать порталы в другие миры. От Оэсси — три дня пути, от клана Теорн — два с половиной. И лучше не затягивать с этим. Я позволил себе предпринять некие меры, обеспечивающие безопасность встречи… У нас есть еще где-то десять дней, вряд ли больше, желательно уложиться в этот срок.

— Понял, — кивнул человек. — Мы готовы выдвинуться хоть завтра, так что будем ориентироваться на вас. Я так понимаю, мы договорились? Тогда пойдем…

— Да-да, конечно, всего хорошего, — кивнул архимаг и неожиданно заговорил очень быстро: — Я хотел бы задать еще один вопрос, можешь не отвечать, если не хочешь, но… В общем, как ты оцениваешь военный потенциал местных т'сареш с точки зрения воина своего мира?

Майор, уже поднявшийся на ноги, замер на месте. Мне показалось, что сам ответ у него родился моментально, а думал он, скорее, отвечать или нет. Но ответил:

— Я не знаю всего потенциала местных вампиров, а особенно их Древних. А то, что знаю — все с чужих слов, но… Серьезный противник, и вместе с тем вполне побеждаемый. Каких-либо особых проблем с ними быть не должно.

Архимаг удовлетворенно кивнул и задумался, давая молчанием понять, что разговор закончен.

А проговорили долго, однако. Когда шли сюда — на дворе стоял день, а сейчас уже стемнело. Как только мы покинули дом, я незаметным жестом дал отмашку десятникам присланных сюда Лииматом бойцов, а заодно и своим бездельникам. Требовалось приглядеть за местностью на всякий случай. Показал, что все в порядке, и дальше действуем по утвержденному плану, два десятка свободны, третий же проводит нас до дома, стараясь лишний раз не мозолить глаза. Еще и со мной шли шесть бойцов, троих оставил приглядеть за домом, так, на всякий случай, думаю, нормально будет.

Всю дорогу Шейелена демонстрировала свои знаменитые перепады настроения. То лучилась от счастья, буквально подпрыгивая на ходу и, похоже, намеревалась куда-то улететь (ну понятно, довольна весьма удачно, на ее взгляд, прошедшими переговорами!), то вспоминала, что в ближайшие десять дней она расстанется с человеком, в которого успела, по моим ощущениям, серьезно влюбиться. И тогда впадала в меланхолию, да еще и свои чувства начинала проецировать на всех окружающих. Временами мне самому хотелось зарыдать, а то и в истерику сорваться, в самую настоящую женскую истерику с битьем посуды, громкими воплями и так далее… И ведь понимал, что это не мои ощущения, но все равно было жутковато и как-то непривычно. Люди тоже шли молча, глубоко погрузившись в раздумья. Странно, вроде для них-то все складывалось как нельзя лучше. И цели они своей достигли, и цену с них спросили, мягко говоря, смешную. Самым неожиданным мне показалось то, что майор оказался невозмутимым, как всегда, и спокойно просчитывал предстоящие действия, а вот его подчиненный, Комар, был, похоже, чем-то очень расстроен.

— Ты считаешь, что вы неудачно поговорили с архимагом? — решил я наконец хоть как-то понять причины, породившие скверное настроение.

— Не знаю пока. — Майор неопределенно пожал плечами. — На словах все получилось неплохо, а что будет дальше — время покажет. Я вот никак не могу понять, почему архимаг так вцепился в наш мир? Вот позарез ему нужны хорошие отношения с нашим правительством, но зачем?

— Я ж тебе рассказывал, все ждут большой войны в скором, по нашим меркам, времени. Сам прикинь, устоят ли Десять городов против всего континента?

— Судя по тому, что ты мне рассказывал о способах ведения войсками т'сареш войны, однозначно нет, — ответил майор быстро и совершенно не задумываясь. — Только вот маловато вампиров, чисто количественно, им придется бросать на фронт бойцов, снимая их с других участков. А рабов, ну… подчиненных людей, они используют очень уж в узких секторах своей экономики. Ну и второй вопрос — флот.

— Эти проблемы они решат довольно легко, — «обрадовал» я майора. — Кровососы как-то умеют планировать численность своей популяции. Мы не знаем, как именно они плодятся, но каждый раз перед большой войной у т'сареш из ниоткуда возникала куча молодых бойцов. Опыта у них конечно же особого не имелось, но это решалось грамотно расставленными командирами. Что касается флота, то они экспериментируют, начали потихоньку колонизировать Южный. Ну и зачищают от орков острова в океане. Это совершенно бессмысленно с практической точки зрения, сами вампиры острова не любят, да и при их устройстве общества трудновато им там укрепиться, а зелененькие после проигранных битв все равно очень быстро туда возвращаются. Но для наработки опыта высадки войск с кораблей и морских боев — вполне имеет смысл. С моей точки зрения — очень уж расточительно, да и бойцов жалко, но у т'сареш свой подход к этому вопросу.

— Тогда без вариантов победят, — подтвердил человек мои мысли. — Даже если с гномами не договорятся, все равно. Слишком уж неравны силы. Но вы все мне говорили, что семьи не собираются договариваться между собой…

— Есть признаки, что договорятся. — Я поморщился. — Неясные, неопределенные, но есть. Вот Игнатиус и ищет хоть каких союзников. Другие известные нам миры в свару не полезут, да и платить особо нечем… Хотя не знаю, может, у него и есть какие-то договоренности, даже скорее всего есть, у архимага всегда несколько вариантов решения. А ваш мир закрытый, сами ходить в другие миры вы не умеете. То есть — уже имеется, что предложить в обмен. Магии вы не знаете, хоть и существует у вас ее альтернатива в виде техники, но все равно, наверняка не откажетесь иметь и то, и другое. Да и вообще, технические миры очень большая редкость, я только один знаю, очень далеко отсюда.

— Как бы неожиданные союзники не оказались похуже ваших т'сареш, — вмешался в наш разговор Комар. — У нас тоже не простаки управляют…

Майор на него так посмотрел, что человек осекся на полуслове и замолчал. Хм, наводит на размышления. Нам они о своем политическом устройстве почти ничего не рассказывали. И о том, как у них отношения строятся с союзниками, тоже. Надо бы нам с Лииматом посидеть и очень серьезно подумать над этим вопросом.

— А откуда этот архимаг столько про нас узнал? — задал в свою очередь вопрос майор. — Или это вы ему рассказали содержание наших бесед?

— Ага, сейчас, только хвост причешем, — ехидно ухмыльнулся я. — Нет, он интересовался, конечно, и цену неплохую давал. Но мы решили, что пока рановато. Вот отправит он вас домой, а там можно будет и вернуться к этому вопросу. Но не раньше, чем он выполнит работу. Да и желательно, чтобы Хаос подтвердил выполнение клятвы Шелли. Тогда мы вам уже ничем не будем обязаны, сам понимаешь… А так я могу поспорить, что архимаг отследил каждый ваш шаг на Дее, и его ребята допросили всех, с кем вы общались, ну кроме разве что т'сареш. Судя по тому, что Шелли мне рассказала о ваших похождениях, все это можно вычислить.

— Ну да, ну да. — Человек задумчиво покивал. — Как-то так я и думал. Но все равно, неспокойно мне. Он точно выполнит свое обещание? Не отправит нас куда-нибудь в Хаос, к примеру?

— Не должен вообще-то, зачем ему. Что в Хаос вас отправить, что домой — без разницы. И еще одно. Заклинание портала они, похоже, считали по следам, то есть косвенным признакам. Есть шанс, что произойдет ошибка. А так маги тебя и твоих людей как маяк используют и наведутся с очень высокой точностью. Заодно и проверят работоспособность заклинания.

— Хм, ну если в таком аспекте, то может и не обманет. Хотя нам-то любой вариант…

Договорить майор не успел. В тифлинга из охранной десятки, шедшего в сотне шагов впереди нас, воткнулось сразу две стрелы, в левый висок и в левый бок, воина сбило с ног. Подниматься он не торопился, да и вообще почему-то не шевелился. Грамотно попали, получается, так, что даже нашей живучести не хватило.

В нас, кстати, тоже пальнули залпом. Я буквально хвостом почувствовал что-то не то и с трудом успел отпрыгнуть. Старею, похоже, тяжеловато пришлось. Шелли, переживавшая очередной приступ хорошего настроения, как раз в очередной раз подскочила на ходу, пытаясь изобразить ногами какое-то танцевальное па, и отделалась ерундой. Одна стрела воткнулась в бедро, вторая разорвала куртку на животе и запуталась в обрывках. А людей в расчет никто не принял, на них потратили по одной стреле и стреляли вроде как в сердце. Надо же, не обманули насчет своих кирас, не пробили их стрелы, так и повисли, запутавшись в одежде. Только Комара сбило с ног, а майор устоял, вот только тут же пригнулся к земле и на четвереньках бросился влево, под стену дома.

Гм, знакомый такой почерк, кажется, я догадался, кто в нас стрелял. И стрелы жутко знакомые… Вот снобы ушастые, проводя диверсию в чужом городе, могли бы хоть стрелы чужие взять. Эльфы, скоты… Видать, боевики Игнатиуса не всех накрыли на работорговле. Кажется, завтра у личной разведслужбы архимага появится новый начальник, прокол-то серьезный. Жаль, Паупер по-своему неплохой мужик, хоть и туповат.

Первая неудача, похоже, была воспринята лучниками как личный вызов, стрелы теперь посыпались как из рога изобилия. Хорошо хоть летели все только с одной стороны — слева. Майор, скорчившийся под левой же стеной со своей малой версией жезла в руках, вроде называющейся «пистолет», находился в относительной безопасности, да и Шелли его прикрывала. Ну да, тифлинг достаточно легко увернется от стрел, даже эльфийских, а то и поймать может или сбить. Комар тоже уже вползал в безопасную зону, но пару стрел мне пришлось-таки сбить хвостом. Еще пару поймала возникшая возле нас из ниоткуда Лания. Вот баба, сказал же ей еще с парой бойцов дома сидеть, а она все равно поперлась — человека своего охранять. Хотя это к лучшему, наверное, но за нарушение приказа я ей однозначно по заднице надаю. И оставлю без сидра… на неделю…

Наша охрана уже начала действовать. Кто-то впереди карабкался по стене дома, пара быстрых теней вломилась в строение напротив… Да и от места встречи мы отошли не очень далеко, полперестрела, наверное, шли-то не торопясь. Там охрана, похоже, только-только начала сворачиваться. Вот маги и их воины и заметили, что что-то неладно. К нам рысцой направлялись не меньше двух десятков бойцов, кто-то в доспехах, кто-то в одежде под горожан средней руки. А над улицей пролетел огнешар стандартного размера и рванул где-то у меня над головой. Сверху посыпался дымящийся и обугленный мусор. Не зацепило бы кого из наших, хотя не должно, по времени до верхних этажей (а стреляли именно с самого верха!) не успели еще добраться.

Но вот что-то не давало мне покоя. Больно просто это для эльфийской засады. Пятеро или шестеро стрелков, если я правильно прикинул по количеству стрел, на крышах с одной стороны улицы. Как-то очень примитивно, ушастые — мастера засадной войны. Понятно, что возможностей у них здесь поменьше, чем в своих анклавах, но все равно.

— Прикройте лица, — только успел крикнуть людям, как стрелы полетели теперь уже справа. Хм, странно, а почему они сразу все не пальнули? Или пальнули сразу же после того, как стало ясно, что первый залп не удался? А если бы пальнули разом, у них могло бы все и получиться. Ладно, надеюсь, хоть парочку поймаем живыми, у них и спрошу.

И тут рядом со мной непонятно вздохнула Лания. Я подумал было, что в нее попали. Но тут же испуганно ойкнула Шелли. Стрелы уже летели совсем редко, видимо, до ушастых дошло, что сейчас к ним поднимутся очень злые дяденьки и тетеньки тифлинги, и они, не желая общаться накоротке, начали сваливать. Я обернулся и сообразил, что все очень плохо.

Майор-то руку поднять успел, и потому получил всего одну стрелу, в предплечье. Неприятно, но неопасно. А вот Комар успел, но только почти… И эльфийская стрела, пробив ему ладонь, попала в глаз. Похоже, насмерть, хотя… Демон предок, я начал растерянно шарить по карманам… А свой набор амулетов на все случаи жизни с собой не взял… Расслабился, хрен старый, совсем нюх потерял.

— У кого есть темпоралка? — Как всегда, когда она нервничала, голос у Ланы звучал особенно хрипло, слова можно было разобрать с трудом.

Я только помотал головой. Во как, и она, похоже, взяла барахла по минимуму. На Шелли мы даже не смотрели, у нее еще точно привычки таскать такие наборы не завелось. И у ребят искать бесполезно, не успеем уже…

Майор неловко пошевелился, слегка морщась от боли, протянул руку, причем раненую, с так и торчавшей в ней стрелой, видимо, в кость ему не попали, и приложил два пальца к шее своего подчиненного. Потом, устало покачав головой, обессиленно привалился к стене с непонятным выражением лица. А, ну да, у людей там, на шее, близко к коже артерия проходит, достаточно просто определить, жив или нет…

Лания просто зарычала. Потом развернулась и бросилась через улицу, меняясь на ходу. Я даже не попытался ее остановить, все равно бесполезно. Похоже, взять пленных будет проблематично. Если только ребята кого-нибудь успели скрутить и сообразят утащить подальше.

Ночную тишину прорезал айерн нашего клана. Прыгнув прямо с земли, в окно четвертого этажа дома напротив влетел уже полностью принявший боевую форму тифлинг. Каюк ушастым…

ГЛАВА 17

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 5 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

…Вопль изменившейся Лании резанул по ушам. Что-то похожее я слышал при первой встрече с тифлингами, когда т'сареш потрошили их караван. Но там такой ярости и экспрессии не было. А тифлингесса прыжком, поразившим мое воображение, вошла в окно четвертого этажа прямо сквозь закрытые ставни и оконную раму.

— Надеюсь, ребята успеют оттуда смыться, — пробормотал Гаррион, все еще напряженно обшаривая взглядом улицу и дом напротив. Хм, он так и не достал из ножен оружия, все стрелы ловил и отбивал голыми руками и хвостом…

— Твою мать, безопасно, безопасно, — зло прорычал я тифлингу. — Говорил же, что надо автоматы брать… Хотя вы так перед нами скакали, что стрелять, наверное, не получилось бы. Хорошо хоть броню надели.

Откуда-то с крыши дома сиганула темная и быстрая фигура и, цепляясь за различные архитектурные излишества, стала спускаться на землю. Еще двое выскочили из окон третьего этажа. Я начал поднимать пистолет, но у двоих объявившихся успел хорошо рассмотреть хвосты. Похоже, свои.

Спустившись, тифлинги не торопились убегать, а с обнаженными клинками стояли около дома. Как раз подбежали бойцы архимага, охранявшие место встречи и решившие, похоже, выяснить, что здесь все-таки происходит. Добрались и начали готовиться к полноценному штурму задания.

— Мужики, не надо пока туда лезть, — закричал им Гаррион. — Там одна из наших несколько… в расстроенных чувствах.

Большая часть бойцов сразу сообразила, о чем идет речь, и лезть в здание перестали, заодно остановили и тех, кто сразу не сообразил, в чем дело. Правда, один из них, в самой простой и не броской одежде, без оружия, только с обязательным кинжалом на поясе (маг, что ли?), открыл было рот. То ли поспорить хотел, то ли расспросить поподробнее. Но сделать этого ему не дала буквально взорвавшаяся изнутри крыша дома. На улицу вновь посыпались мусор и кирпичи из развороченной печной трубы. Да еще с длинным и пронзительным воплем прилетело довольно субтильное тело. Грохнулось посреди улицы лицом вниз, дернулось пару раз и перестало шевелиться.

Гаррион шагнул к нему и пинком перевернул труп на спину. Ну да, труп — с вывернутыми наизнанку ребрами и развороченным лицом не живут даже местные. По идее эльф должен был умереть еще на крыше, этот же, судя по воплю, пока летел — был жив.

— Да уж, с пленными будут сложности, — пробормотал тифлинг, изучая останки. — Точно эльф, похоже, чистокровный, хотя Лания над ним так поработала, что сказать затруднительно.

— Она сейчас что, вообще не соображает, что творит? — спросил я. В дополнение к моему вопросу откуда-то из-за здания раздался низкий, буквально на грани инфразвука, рык, сопровождаемый испуганными воплями.

— Соображает, но… — Гаррион сморщился, как будто лимон разжевал. — Она сейчас хочет убивать, а кто и почему организовал нападение, ее не волнует.

— Вторая группа, которая слева стреляла… — подсказал я, морщась от боли. Адреналин боя начал понемногу отпускать, и стрела, торчащая в руке, стала причинять некоторое неудобство. Ну ладно, болело зверски, конечность начала наливаться тяжестью. Хотя кость вроде не задело. Вот черт, повезло, ничего не скажешь. Мать, а Комару не хватило всего пары сантиметров, правда ему в лицо сразу два подарка прилетело, но одна стрела только слегка лоб поцарапала, а вот вторая пришлась точно в глаз.

— За ними уже пошли тифлинги, которые нас сопровождали. Но проверить все равно надо… Эй, старший кто? — Гаррион повернулся к подошедшим воинам.

К нам подбежал тот самый человек, который открывал рот, желая задать вопросы.

— Магистр второго ранга Ванеро, — представился он.

— Я Гаррион аэп…

— Я знаю, кто ты, — перебил маг тифлинга. — Я так понял, что в том доме кто-то из ваших в боевой форме?

— Да, — согласно кивнул мастер. — Она несколько расстроена и сейчас к ней лучше не приближаться, пока сама не успокоится. Но стрелки были еще и в этом доме, надо бы проверить. Туда пошли, — тифлинг внимательно оглядел уже ставшую весьма оживленной улицу, — наверное, восемь моих воинов из нашего сопровождения. Они, скорее всего, погнались за стрелками… А, нет, пятеро, вон ребята периметр держат…

— Хорошо, я сейчас отправлю бойцов, — согласно кивнул магистр. — Людей для того, чтобы оцепить несколько кварталов, уже послали, и страже дали знать тут же, как только начался непонятный шум. Вам еще что-нибудь нужно?

— Архимаг знает?

Ванеро только неопределенно пожал плечами.

— Тогда лекаря, — после короткого шипения заявила Шелли, переступив с ноги на ногу. — Вот Хаос Всемогущий, ну за что опять в задницу, и опять слева.

Ночью заснуть я так и не смог. Руку мне подлатали прямо на месте, даже удивиться изыскам местной полевой хирургии не успел. Правда, мышцы все равно немного ныли, хоть и неприятно, но вполне терпимо. Шелли тоже долго ворочалась у меня под боком, но она-то в конце концов заснула, а я так и сидел, пялясь в темноту.

Чтоб всем местным богам, демонам, Древним и всем остальным поиметь друг друга в извращенной форме и склеиться при выполнении этой «камасутры». А архимагу с Гаррионом чтобы этот кошмар снился каждую ночь… Больше двух месяцев мы шарахались по этому сумасшедшему миру и пока обходились без потерь. А теперь, когда уже обозначилась возможность возвращения… Да еще и погиб самый молодой из нашей группы. Я прекрасно понимал, что ничего сделать не мог. И вины охранявших нас тифлингов тоже не было. Ну нет гарантированных средств от снайперской засады, да еще когда снайперов несколько, да перекрестный огонь. Настоящее чудо, что нас там всех не положили. Если только весь путь следования оцепить, с постами наблюдения на крышах, но… Понятно, что ради нас — не вариант.

А ведь у архимага где-то течет, не на самом верху, но все же. Вроде стрелки по рогатым ориентировались и палить начали по первому тифлингу, которого увидели. Значит, их и ждали, причем точно знали, что они пойдут по этой улице в темноте. Лук — это не винтовка, лежа или сидя из него не выстрелишь, вставать надо. И уж фигуру в характерной стойке лучника на фоне светлого неба наше сопровождение точно не пропустило бы. В варианте же с тифлингами надо было всю ставку делать на первый выстрел, теперь я это полностью осознал. Нет, ребята мне постоянно говорили, что без проблем могут либо отскочить от стрелы, либо отбить ее, ну если только не совсем в упор выпущена. Но слышать — это одно, а увидеть своими глазами… Гаррион вообще непонятно как мог чуять опасность, в него единственного ни разу не попали.

А он еще всю плешь мне проел, мол, на встречу с магом надо одеться по здешней моде. И желательно вообще никаких вещей из своего мира не брать. А если и брать, так не выставлять напоказ. Сам не знаю почему, но я уперся. И бронежилеты с пистолетами отстоял. Ну понятно, что по паре гранат в карманы мы сунули. Это вооружение подошло бы для схватки в помещении, а вот на улице смогло только спасти жизнь в первые мгновения. Потом нас уже спасали тифлинги. Но вот чуть-чуть не успели. Увы, это «чуть» в данном случае считалось.

Черт, мне еще нашим рассказывать… Похоронки опять же, хотя про это пока думать рановато. Даже если и доберемся до родных пенатов — быстро нас в обычную жизнь точно не выпустят. Причем быстро не выпустили бы в любом случае, но тут наверняка дознаватели нервы будут трепать намного дольше. Но так далеко я все-таки предпочитал не заглядывать, хоть суеверным и не являлся.

Под боком завозилась Шелли, сбила с мысли. Да еще и стонать сквозь зубы начала и ругаться, тихо-тихо, но я услышал. Кошмар, что ли, приснился? Или у нее отходняк такой? Я осторожно, стараясь на разбудить, погладил девушку по голове, только вот ладонью задел один рог. Помогло вроде, она прижалась еще плотнее, закинула ногу мне на живот.

И что этим ушастым понадобилось? Ведь о захвате даже речь не шла, стрелять начали сразу на поражение, в нас в том числе. Унести тела после боя — не вариант, им времени смыться не хватило, куда еще и трупы тащить. Или их т'сареш наняли? Решили всех, кто способен убить их соплеменника, пускай даже и из чужого мира, взять к ногтю? Ну глупо, как-то совсем по-детски. Не люблю ситуаций, когда не могу понять мотивов оппонента. За что, кстати, и не терплю психологов с их тестами и экспериментами.

За окном светало, когда мне наконец удалось забыться. Только легче от этого не стало, снилась какая-то ересь. И когда Шелли попыталась осторожно выбраться из постели, я вздернулся тут же. Но девушка повела себя… нет, не неадекватно, просто неожиданно взяла и поцеловала меня в губы. А потом сжала руками мою голову, уперлась рогами в мой лоб и что-то забормотала. И ведь ни слова не понял, хотя «понималка» по-прежнему болталась на запястье. Вот только эти ее действия помогли мне расслабиться и… Не знаю, может, и уснуть, во всяком случае, сознание отключилось.

Ненадолго, чтоб его, мое сознание. Во всяком случае, генерал Колымский, бьющий ногами архимага Игнатиуса, казался ну очень реальным. Маг пытался размахивать руками и что-то выкрикивать, вот только коркораны генерала со стальными вставками не давали ему сделать ничего, ломали кости и вышибали зубы. А Колымский продолжал его трамбовать, громко требуя, чтобы он выдал явки связных и американского агента, который его вербовал. О, блин, тут еще и звук есть… Вот только слышал я в основном звук ломаемых костей и родной русский мат. Когда генерал начал втаптывать лицо архимага в пол, причем в самом прямом смысле слова, я проснулся…

Пулемет с кривым стволом всем им в качестве оружия… Что там наши психологи говорили про сны? Игры подсознания? Неосознанные желания, анализ ситуации, который может привести к тому, что сновидения сбудутся, а потом… полное ощущение того, что это уже было? Н-да, может, я зря согласился? Но… ну не видел я других вариантов, тупо не видел… пока… Все остальное еще хуже.

Нет, справиться с т'сареш архимагу помогут, технических проблем никаких. Три десятка мобильных пусковых установок с боеприпасом объемного взрыва — и каюк резиденциям семей. Даже ядрен батон не понадобится. И так хорошо выйдет… Но вот что будет потом… Ладно, не моего ума это дело, хотя, похоже, решать мне…

Блин, а что делать-то? Плюнуть на присягу, на Родину, хоть это слово и опошляли последнее время всеми возможными способами, на свой долг… Забить на все, остаться здесь, пойти в наемники… Замутить с гномами производство дымного пороха и унитарных патронов, благо там уж технологии совсем примитивные и вполне по зубам здешней промышленности. Жениться на Шелли и в конце-то концов завести детей? А что я им расскажу, когда вырастут?

А главное, как я объясню это ребятам и отцу Якову? Ведь придется обосновывать, просто приказать не получится. Если же соврать, то правда рано или поздно станет известна, и выйдет еще хуже. Да плевать, что выйдет, своим ребятам я врать не хочу, даже отцу Якову не хочу, хоть весьма скептически отношусь ко всяческим священникам. И своим для нас он пока не стал, но вот все равно, врать не хочется…

Мама, роди меня обратно, за что мне такая ошаленная развлекуха, ну почему вместо Комара мне стрела не прилетела, как сейчас бы было все просто. Уютный адский котел, теплый костерок, милые черти с вилами… А кошмары с видом убитых мной людей… Да начхать, страшнее, чем наяву, быть не должно. Или… Или это и есть наказание за все мои грехи: заставить меня принимать решения, от которых зависят судьбы миллионов и миллиардов разумных? Не хочу-у-у…

Гаррион нашел нас с Шелли во время завтрака. Ну или изображали мы, что завтракаем: ни у меня, ни у тифлингессы особого аппетита не наблюдалось. Сидели, ковыряли что-то, приготовленное слугами. Я все думал попросить гномьей горючки, литра эдак два по нашим меркам, и катись оно все конем… Но пока сдерживался.

Мастер оружия, вломившийся в «малую» столовую особнячка, выглядел невыспавшимся, ну дык как еще-то, явно не ложился, разбираясь с трупами, ранеными и общей политической ситуацией.

— Архимаг в курсе, приносит свои извинения, — начал Гаррион, плюхнувшись в кресло рядом со мной. — Глава его личной разведслужбы сейчас напоминает изрядно прожаренный кусок мяса, однако вроде как пока жив… Но должность свою, естественно, не сохранил. На высших эльфов объявлена охота, назначены весьма внушительные премиальные…

— Да мне как-то чихать на архимага и его соболезнования. — Я меланхолически изучал дно кружки с сидром. Вот напасть, опять перестал отфильтровывать в своей речи русский матерный, а ведь в обычной жизни долго отучался говорить на командирском. И отучился, ну почти, впрочем, мне сейчас… безразлично. — Что с телом моего человека?

— Заморожено, ну, в смысле поставлена темпоралка, обмотали куском ткани, как ты просил, и зашили в мешок. Готово к транспортировке. — Мастер потянулся к местной курице, вроде наххой ее звали, лихо оторвал себе крылышко, пару раз откусил, но… Но есть ему почему-то не захотелось, хм, это с чего, интересно…

— Хорошо, — кивнул я, подлил себе сидра так, чтобы закрыть дно кружки, и продолжил изучать, что внутри. Говорить совершенно не хотелось.

— Майор, черт… — Тифлинг запнулся. — О Хаос, я уже начал перенимать ваши ругательства, тенденция, однако, как говорят наши маги. Ну ты как не солдат, чтоб от тебя Теорних детей заимела, я, между прочим, вчера троих потерял, и их всех знаю гораздо дольше, чем вас всех, вместе взятых. Да и Лания… она же из-за твоего человека сорвалась. Бешеные демоны, точнее, из-за своего…

— Что с ней? — вздернулся я.

— Что-что, ранена она серьезно. — Гаррион с отвращением изучал кусок мяса у себя в руке. — На мага нарвалась, эльфийского. Она его, конечно, на запеканку мясную разделала, но и сама пакость словила… Наверное, уже должны были привезти сюда, но Игнатиус обещал вылечить за счет академии. Так что через половину стражи туда отправим. Хаос эльфам во все амулеты, она не то что говорить, она даже перекинуться сейчас обратно до конца не может. И что самое поганое — жить ей, похоже, уже совсем не хочется. Растаяла, чтоб моему предку цикл перемещений, наша Ледяная королева…

— Э-э-э, Гаррион, а поподробнее можно, — осторожно поинтересовалась Шелли, извлекая из-под стола бутылку горючки. Вот дает девочка, а ведь мы с ней всего два месяца общаемся, да и про наши обычаи рассказали всего-то ничего. — И ругайся на оркском, пожалуйста, подразумевается, что я его не знаю.

— Ага, а кто мастеру боя постоянно на дверях дома пожелания на этом самом языке писал? — Гаррион влил в себя остатки сидра из кружки и подставил ее Шелли. Я тут же последовал его примеру. — Ладно, ладно. Все равно не поймали… В общем, Лания убила четырнадцать эльфов, загнала и убила одного за другим. Гнала пятнадцатого, он совсем потерял голову, еще бы, такой подарок, длинноухий побежал к тому месту, где их должны были встречать старшие. То ли Лании уже хватило крови, то ли у нее разум проснулся, в общем, убивать последнего она не стала, а начала гнать. Ее расчеты оправдались, последний вывел ее на главного. Вот только ждал их там маг, похоже, из высших иерархов. Но против очень злого тифлинга из старшего рода его не хватило. Хотя разменяться он смог достойно, Ледяную спасли шедшие за ней буквально по пятам маги из команды Игнатиуса. В общем, Лания словила «Дикую лиану» в лицо. Но пока та развивалась, успела нашинковать мага в фарш, причем когтями, корд она так и не достала.

— Эт-то что за хрень? — спросил я, принюхиваясь к самогону, уже плескавшемуся в моей кружке.

— Одно из немногих боевых заклинаний эльфийской школы жизни. Если коротко и обобщая… сгусток энергии в любом живом существе превращается в растение, лиану, если быть точным, и начинает прорастать внутрь. С нормальной жизнедеятельностью это, понятно, несовместимо. Штука смертельная, вот только действует все-таки не мгновенно, это эльфа и подвело. Ну а потом подоспели маги, кинули заморозку — Лания уже была без сознания, точнее, умирала — выжгли эту гадость. Теперь надо лечить физические повреждения, там все серьезно, но в принципе исправят, единственное, шрамы с лица, наверное, все не уберут. Там… Там лица вообще не осталось. Но… Она не хочет жить…

— С чего ты взял? — спросила Шелли, разливая самогон по кружкам.

— Регенерация не идет, — поморщился мастер. — Вообще двигается только то, что гонят маги, они пытались ее на месте подлатать, хотя бы жизненно важные органы, вот и заметили. Майор, ну, может, ты с ней поговорить попробуешь? Меня уверяли, что она все слышит, уши ей не задело, вот только говорить не может. Как раз голосовые связки полностью разрушены…

О, еще и это. А ведь у Комара еще и мама жива, еще и с ней общаться. Чихать на них, цинизм — наше все, потренируюсь на тифлингах.

— Попробую, — кивнул я и поднял кружку. — За здоровье Лании!

Шелли, уже знакомая с нашими обычаями, лихо ткнула своей кружкой, Гаррион, на мгновение замешкавшись, повторил жест. Впрочем, при быстроте реакции и скорости движений тифлингов, это было совсем незаметно.

— Слушай, Гаррион, а вот про саму засаду что-либо выяснили? — поинтересовался я, поспешно закусывая, так как Шелли торопливо наливала по второй. Ага, про перерыв ей тоже уже рассказали. — Вот у меня впечатление, что планировали все очень серьезные профессионалы. Грамотно собрана информация, все продумано, учтены даже ваши физические возможности. Но вот стрелять поставили дилетантов, да еще толком не объяснили, как и что делать… И смысла акции, ну вот хоть убей — не пойму…

— А, эльфийский снобизм, — махнул рукой тифлинг. — Ты не поверишь, они не держат нас за разумных. До сих пор, несмотря на все плюхи и синяки, которые получали от людей и прочих… Ну и по твоим вопросам… Стрелять поставили тех, кто уцелел после провокации архимага. Точнее, не провокации, эльфы сами подставились с работорговлей, но реализация данного дела… Там кого-то из детей главы рода толпа разорвала, не скажу, что случайно, но… не совсем запланированно. Вот ушастики и обиделись, решили перебить популяцию вожаков — самых агрессивных особей обоих стай. Я тебе, между прочим, цитирую официальный указ, на трупе нашли. Засаду ставил кто-то из иерархов, получил информацию, что маговские главные будут встречаться с тифлингами, узнал время, рассчитали, что возвращаться придется в темноте…

— Погоди, а если бы мы быстрее договорились? — дернулся я.

— Перенесли бы засаду. Но вообще все было рассчитано не на нас конкретно, а на любых тифлингов. Если назначена встреча, значит, будет охрана с обеих сторон. Охрана будет возвращаться после встречи… Ну вот тебе и провокация, эльфы убивают тифлингов, тифлинги обижаются на магов и убивают их. Я тебе сейчас самый верхний слой раскапываю, наверняка у них имелась какая-нибудь задумка поизощреннее — в расчете на успех.

— Как-то все примитивно и очень по-детски, — помотал я головой. — Они магов за идиотов держат? Все равно ведь раскопали бы, кто именно убивал.

— Эльфы. — Гаррион пожал плечами, как будто это все объясняло. — У них все так, через задницу. Об этом трудно рассказывать, тебе надо самому с ними пообщаться, чтобы понять.

Мы вздрогнули еще раз, теперь уже за наше здоровье.

— Хорошо, значит, эльфийская засада нас не касается, это были их претензии к архимагу. — Я задумчиво потер свой шрам на лице. — Тогда каковы наши дальнейшие действия?

— Игнатиус просил передать, что дико извиняется, и все договоренности остаются в силе. Не сам лично сказал конечно же, через своих людей. — Гаррион протяжно зевнул, он вообще готов был уснуть прямо на столе. — Напрямую ничего не говорилось, но вроде бы он форсировал подготовку к вашему отправлению, завтра или послезавтра прибудет отряд из магов и сопровождающих, с ними и поедете. Все магические услуги для тебя, ну и для наших, задействованных в операции, за счет академии. С Лииматом я связался, но твоим попросил пока ничего не говорить, думаю, ты захочешь все рассказать сам. У вас же есть амулеты связи?

— Да, ваш старейшина выдал, на мой взгляд, даже с избытком. А со своими поговорю сразу же, как позавтракаем. Они, я так понимаю, должны собираться и ехать к нам, в Оэсси?

— Нет, не надо им в Оэсси. — Мастер задумался. — Я примерно представляю, где эти самые врата, это к западу, по дороге на Варею. Твои ребята выедут из клана, там есть пара троп, вот на дороге и встретитесь. Демон его знает, что еще в этом городке произойти может, а вот в поселок чужаки точно не проникнут без нашего ведома. Лиимат людям сопровождение выделит, так что все должно быть в порядке.

— Будем надеяться, — буркнул я. — Ты с нами едешь?

— Да, едем — я, все, что осталось от моего десятка, и еще три десятка тифлингов, которые несли охрану во время встречи. Шелли, ты не против, мы троих погибших пока в твоем доме оставим? В клан отправим попозже. И еще: тебе, наверное, не надо ехать с нами. Игнатиус подтвердил твой прием в академию, так что тебе туда…

— Еще чего, я тоже поеду, — фыркнула девушка. — Потерпит академия дюжину-другую дней, ничего с ней не будет. А что касается тел, то, конечно, я скажу слугам, чтобы подготовили какую-нибудь комнату на первом этаже, там пока и сложим.

— Твоя прислуга возмущаться не начнет? — поинтересовался я.

— Пусть только попробует, я им за другое деньги плачу… Хотя да, с Магой надо переговорить отдельно.

— И напомни им, чтобы болтали поменьше, — вставил Гаррион. — Я их, конечно, постарался запугать до ночных кошмаров, но лишний раз напомнить не повредит.

— Хорошо, — кивнула Шелли.

— Ну давайте тогда за тех, кого нет, — провозгласил я и, когда выпили, добавил: — Займемся делами. Вот только, Гаррион, тебе бы я посоветовал отправиться в койку, а то тебя уже сейчас можно перепутать с трупом…

ГЛАВА 18

Майор Воронов Константин Аркадьевич, человек,

Дея, 9–11 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

«Опять скрипит потертое седло…»

Вот почему у меня в голове крутятся строчки, которые когда-то спел неподражаемый Боярский в известном фильме? Кстати, седло действительно скрипело. Вот только моя задница скрипела еще громче. А от нечего делать заодно поскрипывали и мозги. Столько всего навалилось…

С Ланией поговорить… Ну странный оказался разговор, хотя под конец она как-то начала отвечать. А так… это был монолог в моем исполнении, весьма корявый, если честно признаться. Я ей впаривал про воинский долг, про то, что никто не мог защитить нас от подобной засады, что мы, в конце-то концов, не тифлинги, а люди… Ей было все равно. А в конце я решил поступить с ней, как и с Шелли, когда успокаивал девушку после гибели отца. То есть напомнил наше старое суеверие, гласящее, что всякий погибший живет где-то в других измерениях, пока его помнят живые. Чем больше помнят — тем живее он там. И вот это, к моему удивлению, сработало. Тифлингесса, до этого напоминавшая натуральную мумию, наконец-то пошевелилась. Лица у нее не было вообще, только маска из корпии и тряпья, до бинтов здесь еще не дошли, дырок для глаз на этой маске тоже не было. Но рука дернулась отчетливо. И начала выкручивать пальцами какие-то фигуры.

Ни на один знакомый мне язык жестов это не походило, но за плечом у меня стояла Шелли. Вот она и начала медленно, постоянно сбиваясь, переводить: «Я буду его помнить, пока жива… Я не буду умирать… Сама не буду… Постараюсь умереть в битве… В одно место с ним мы не попадем… Вашему жрецу я не верю… Но я сделаю… Его будут помнить наши… Хоть как-то, но будут…»

Гм, сумбурная у нее получилась речь, да и из-за ранений четко делать жесты Лания не могла, но… хотя бы немедленно умирать раздумала. Оно и к лучшему, а как там дальше все повернется… Впрочем, поговорить нам все равно не дали. Ее увезли в тот же день. Как мне сказали, в госпиталь академии. Архимаг взялся лечить ее за свой счет и обещал все, вплоть до личного участия, если вдруг понадобится его сила.

Потренироваться в цинизме на тифлингессе мне явно не удалось. После нашей беседы я впервые в этом мире напился по-настоящему… С плясками на столах, битьем зеркал, мордобоем в кабаке… Не помню, чем закончился вечер. Но утром перед Шелли мне было стыдно… Вот только… Ее лицо тоже отливало зеленцой, и двигалась девушка, немного пошатываясь. Я бы сказал, что Шелли была с похмелья… Странно, вот в кабаке я ее не помню, мы же туда с Гаррионом пошли.

«…И ветер холодит былую рану…»

Не, не холодит… Хоть и не жарко, да и поддувает здорово, но тяжелый кожаный плащ против ветра самое оно. Конечно, бронежилет с пустынным камуфляжем от холода не особо спасают, но хоть не дует, и то хорошо…

Опять седло, будь оно проклято, задница — как не родная…

Итак, девятый день второго сезона. По заверениям Гарриона, сегодня я встречу свою команду, их должны провести на место лесами. А так ехали без особых сюрпризов. Охрана, конечно… внушала уважение. Два с половиной десятка тифлингов в ближнем кольце, Гаррион с Шейеленой при мне неотлучно, кое-кто даже ночью. Вокруг не менее трех десятков бойцов, и это только те, кого я видел, остальные явно шли в боковых, головном и тыловом дозорах. Во всяком случае, лица сопровождения постоянно менялись. И лагерь, который разбивали на ночь, заставлял уважать себя.

И маги… куда же без них… Пятеро ехали неподалеку от меня, причем не верхом, а в фургоне… Или даже в карете. Нет, все же на карету это не тянуло, был именно фургон, но «повышенной комфортности». Внутрь заглянуть не удалось, да я и не особенно рвался, но выглядели эти бездельники на удивление довольными.

Еще десяток магов разделяли все тяготы охранной службы. То есть носились с дозорами по кустам, а также контролировали наиболее опасные места походного построения. Ну и их главный, Ванеро, магистр Огня второго ранга… Именно он командовал группой боевиков в день нападения… Вот не знаю, за что его сюда загнали, то ли за доблесть, все же он первый оказался на месте происшествия и смог организовать грамотное преследование и дальнейшую охрану подотчетных лиц, то ли за раздолбайство — ведь именно служба охраны, к коей он явно относился, проворонила сам факт нападения. И это, пожалуй, оказался единственный маг, с которым я смог нормально пообщаться. Хотя тифлинги и были против, но явно свое неудовольствие высказывать не рисковали.

Да и пообщаться — громко сказано… Маг задавал мне вопросы о Земле. Кто правит, как живем, как я попал в армию… Но делал это очень неловко, ну не получалось у него завязать беседу. Я же… я даже не знал, о чем мне его спрашивать. Да и боялся показать свой интерес к тем областям, которые не осветила мне Шелли, предпочитал делать вид, что все знаю.

А тут еще к вечеру начались непонятки. Ну то есть остановились раньше обычного. Хотя… Обычного — громко сказано. Всего-то второй день в пути. Просто вчера мы ехали почти до темноты, лагерь разбивали уже в сумерках. Точнее, разбили его до нас, передовой дозор проверил место, все подготовил, даже костры развел. Основному отряду осталось только шатры поставить и повозки по нужным точкам разместить. Ну и стандартные заботы: накормить местные лошадиные силы, расседлать, стреножить, что там еще полагается… Вот этим в сумерках и занимались. Слава Хаосу, мне со своей лошадью возиться не пришлось. Равно, как и с местом ночлега. Тифлинги сами все сделали, занялись моей «лошадиной силой», поставили палатку, пожрать приготовили. Даже разговорами не донимали особо.

А вот сегодня…

Нет, место явно готовили. Об этом говорила хотя бы вытоптанная на поляне трава. Но ни костров, ни шатров, ни охраны я не увидел. Да и до заката оставалось еще как минимум семь малых страж. А может, и больше, по моим часам выходило не менее двух-трех часов. То есть еще можно было километров двадцать пройти, тем более что не харр запрягли в повозки, а лошадей. Но тем не менее Ванеро скомандовал привал, и Гаррион с ним согласился.

И оба тут же куда-то смылись. Ну не куда-то, просто подальше от меня. Шелли же на мои вопросы только пожимала плечами, типа она и сама не в курсе. Вот и договорились мы выяснить, благо любопытство в моей девушке било ключом, только тронь.

Но вот так получилось, что первым с Гаррионом столкнулся именно я. Мастер войны, на мой взгляд, повел себя немного неадекватно, а именно: схватил меня за руку и быстро утянул под ближайшую повозку. А потом потащил еще дальше, к самому дальнему из светящихся костров. И только там, усадив меня около дозора людей и жестко шикнув на них, заговорил на северном диалекте. Ну да, его в Десяти городах почти никто, кроме тифлингов, и не знал.

— Майор, я хотел поговорить о Шелли…

— Опять. — Я буквально застонал. — Ну мы же вроде договорились: она делает то, что хочет, а мы все, вместе взятые, ей не мешаем — иначе будет хуже.

— Почти. Но вот сейчас пришло время ей помешать. — Тифлинг задумчиво смотрел в пляшущий огонь костра. — Ты можешь предсказать, что она сделает, когда вам откроют портал в ваш мир, и вы станете уходить?

— Мм… Я даже не пытаюсь.

— А вот я пытаюсь. — Гаррион зябко передернул плечами. — И не только я… Лиимату она нужна здесь, и я в этом с ним согласен. Она должна пойти в академию и закончить курс. Ну… или если у нее совсем сознание для магии не подойдет, хотя бы стать новым мастером торговли клана. Вот только по всем нашим выкладкам она прыгнет за тобой, в твой мир. И не факт, что вернется…

— Нет, в мой мир ей нельзя, — вздернулся я возмущенно. — Я же ей об этом неоднократно говорил, это смертельно опасно… именно для нее. Ну не выпустят ее живой. И я сдохну, пытаясь защитить ее…

— Ага, ага. Ты-то ей говорил, но послушала ли она тебя? Мне казалось, что узнать характер нашей Инферны ты уже успел достаточно хорошо. Тем более что и с ее бабушкой пообщался… В этом отношении она вся в нее.

— Брр, не напоминай, а. — Меня пробил озноб. — До сих пор мурашки по коже, как вспомню ту беседу. А я еще, дурак набитый, гадал, чего вы все ее так боитесь…

— Мы не очень-то ее боимся, — хохотнул мастер оружия. — Нас ей изучать особо незачем. Я-то от нее бегаю из-за того, что она меня женить хочет. Так и заявила, мол, если к следующему моему визиту Гаррион не обзаведется семьей, то либо я сама его женю на ком придется, либо заберу в Хаос. Но это мои проблемы… Мы отклонились от темы.

— Так, а что ты конкретно-то предлагаешь? — Я попытался заглянуть тифлингу в глаза. — Сам же сказал, что отговорить ее у нас не выйдет, ни вместе, ни по отдельности. Дать по голове и засунуть в мешок, что ли?

— Почти. Я хотел бы отправить ее в клан с ребятами, которые твоих бойцов сопровождают. Они как раз через две-три малые стражи подъедут…

— Дело-то хорошее, — кивнул я. — Вот только она же не поедет. А силой везти… Смысла не вижу. Даже если здесь мы ее и скрутим (по идее можно и у магов помощи попросить), то по дороге она точно сбежит. Это если не озвереет сразу же, на месте.

— С этим справимся. — Тифлинг почесал себе хвостом рог. — Раздобыл я в Оэсси одну отраву. Денька на два-три заснет сном младенца. А в клане Лиимат берется удержать ее еще пару дней. Этого, собственно, и хватит.

— Ну и при чем тут я? — Я действительно не до конца понимал ситуацию. — Вы же с ее дядей все решили и спланировали, как понял. Мне она очень нравится, конечно, но вот решать за нее, что ей делать, не возьмусь. Именно потому, что она мне нравится — раз, и два — это может оказаться опасным для жизни.

— Скажем так, я ставлю тебя в известность. — Гаррион опять стал до невозможности серьезным. — Чтобы ты не начал дергаться и искать пропажу. Ну и чтобы случайно не хлебнул сидра из ее бочонка, отраву-то эту я уже подлил.

— Ну и скотина же ты, — только и смог сказать ему. — Скоро она вырубится?

— Должность у меня такая. — Тифлинг оставался совершенно спокойным. — Иногда приходится быть скотиной. А заснуть… Не знаю, как пить будет… думаю, малая стража, может, две…

— У меня есть подозрение, что она сейчас не пьет, а меня ищет…

— Нет, я к ней Терага послал. — Тифлинг был — само спокойствие. — Велел передать, что ты со мной. Ну заодно и сидра ей предложить. Тераг и даст знать, когда сработает. А ты пока со мной посиди. Еще сдашь ей весь наш коварный план своим грустным взглядом. Нет, лицом ты, конечно, для человека владеешь очень хорошо, но видок у тебя сейчас…

И что мне оставалось делать? Сидел и тупо пялился в костер. Понятно, что все уже решено, и я вряд ли смогу что-то изменить. Да и не хотелось почему-то. С Гаррионом и Лииматом в этом отношении я был абсолютно согласен. Шелли и впрямь могла либо кинуться за мной, либо попытаться не отпустить меня. И тот и тот вариант никуда не годились. Вот только такой способ разрешения этой проблемы меня… несколько коробил, что ли. А может, я и в самом деле влюбился и мне жаль было расставаться с девчонкой. Ладно, и это тоже пройдет, как было написано на одном замечательном колечке.

Так у костра и нашли меня приехавшие наконец ребята. Гаррион угадал со временем, и впрямь прошло около часа. Здоровались, делились впечатлениями, рассказывали новости. Даже отжали у одной из компаний тифлингов уже разведенный костер, и мне пришлось читать кратенькую лекцию о здешних дипломатических замыслах по отношению к Земле. Параллельно еще и мнениями обменивались.

В общем, как увезли Шелли, я и не заметил. Блин, и не попрощались даже. А ведь я ее больше никогда не увижу, и она меня тоже… Ничего ведь от меня не зависело, но почему я себя чувствовал законченной скотиной… И на душе муторно. Хотелось выпить, а нельзя было.

Так что распределив между ребятами снаряжение Комара и расписав своей команде дальнейшие действия, я завалился спать. Благо сторожить нас не заставляли. Усилием воли приказал себе отключиться и провалился в темноту без сновидений.

А уже к следующему вечеру мы добрались до врат. Хоть архимаг и упоминал в беседе, да и Гарриона с Шелли я позже тоже расспрашивал и выяснил, что эта штука никем не создавалась, она просто была, и все, но я подсознательно все же ожидал увидеть какое-то сооружение, арку, круг, да просто П-образную каменную конструкцию вроде английского Стонхенджа. Ни фига подобного тут не имелось. Перед нами возник скальный обрыв посреди леса, выглядел он, пожалуй что, немного неуместно, но все равно — это была часть пейзажа, и находилась она тут изначально. В этом-то никаких сомнений не возникало. Невысокий такой обрывчик, ну сравнительно где-то в три человеческих роста. А так — скала как скала. Неровная, бугристая… Такие любят экстремалы-скалолазы. Только один участок отличался очень ровной поверхностью, но и она искусственной не выглядела. Как раз по краям этого участка, словно часовые в почетном карауле, вытянулись две вековые ели, тоже вполне уместного вида, высотой даже побольше скалы. Вот никогда бы не сказал даже теоретически, что они могли быть высажены специально.

Мы с ребятами даже не поняли поначалу, в честь чего остановились. Время уже, конечно, близилось к вечеру, где-то половина четвертой стражи, но еще вполне можно было отмахать приличное расстояние. А тут — второй день подряд останавливались задолго до наступления темноты. Вот тут Гаррион нас и обрадовал, что это те самые врата и есть.

Наша охрана быстренько разбила лагерь, расставила секреты и дозоры, распределила дежурства… А на первый план вышли те пятеро магов, которые всю дорогу просидели в своей комфортабельной повозке. Они из нее вылезали только по нужде, видать, и в самом деле там было все необходимое для комфортных путешествий. Я их видел до этого всего несколько раз, и то мельком.

Тут же вся пятерка дружно выбралась на свежий воздух и принялась увлеченно вытанцовывать около скалы, расставляя какие-то хрени, больше смахивающие на измерительные приборы, чем на магические амулеты, и чертя на земле что-то хитрое. Мы с ребятами и присоединившийся к нам Гаррион, сидя у быстренько сварганенного костерка, с любопытством за всем этим наблюдали.

— Ну вот, вроде и все, добрались, — проинформировал приблизившийся к нашей компании Ванеро. — Если верить нашим теоретикам — к утру они все завершат и откроют прямой портал архимагу.

— А мы на хрена тогда ноги били? — проворчал Стингер. — Открыли бы и нам портал…

С момента нашей встречи зам постоянно был не в настроении и цеплялся к любому разумному, который предоставлял такую возможность. Я здорово подозревал, что у него чесались кулаки, но охрана помнила о своем долге и на нападки капитана не реагировала. По крайней мере, внешне.

— Ты не представляешь, сколько надо потратить энергии, чтобы перебросить хотя бы одного разумного, — миролюбиво ответил маг. — У т'сареш с этим хорошо, они на это кровь тратят, и то стараются без особой нужды не прыгать. Игнатиус и так на ваше перемещение, наверное, недельный лимит всей академии сожжет, если не больше. Ну а что касается его самого — время ректора, которое он мог затратить на дорогу, стоит гораздо дороже энергии на переход. И еще, порталы сбивают энергетические зависимости и течение природной силы. Чем больше отдельных переходов — тем сложнее что-либо рассчитать в их точке. Нужно некоторое время, чтобы мир пришел в норму. Один портал нашим теоретикам не помеха, но вот если бы сюда перебросили одновременно десяток людей, то про использование этих врат на пару дюжин дней можно было бы забыть. Слишком рискованно…

— Короче, драгоценная задница архимага стоит энергии, затрачиваемой на ее перемещение, а ваши задницы вызывают интерес, только когда есть случай вас выгнать с Деи, — издевательски резюмировал Гаррион. — Ванеро, ты другое скажи, твои видели что-нибудь неправильное в округе? А то какие-то ощущения у меня мерзопакостные.

— Вроде все спокойно, — маг недоумевающе потер лоб. — В лесу никого нет, ближайшее движение на дороге, в восемнадцати перестрелах отсюда. Нашли старую стоянку в лесу, перестрелах в пяти, но она заброшена как минимум полсезона назад. А так тихо… Но все равно бдим. А ты что, своих не посылал по округе бегать?

— Посылал, конечно, — ответил тифлинг, настороженно оглядываясь по сторонам. — Еще и парочку своих секретов выставил на подозрительных лично мне местах. И тоже ничего, тишь вокруг, даже зверья не видать, наш табор всех распугал. И все равно…

Маг только покивал в ответ. Даже не стал пытать тифлинга, где именно он посадил своих наблюдателей. Просто ушел заниматься своими делами. Гаррион понаблюдал, как мы устраиваемся на ночь, и тоже слинял.

А ночевки у нас теперь получались неплохие благодаря рогатым конечно же. У них в поселке мужики прибарахлились легкими одноместными пологами-палатками из какой-то водонепроницаемой ткани, конечно же ничем не напоминавшей наши синтетические аналоги, но вместе с тем гораздо легче брезента. И одеяла прихватили, по паре на брата, даже на долю Комара купить успели. Ну будут запасные, не возвращать же теперь. Потапыч говорил, что им все это барахло вообще подарить хотели, но он настоял, чтобы взяли деньги. Оно и правильно.

Что странно, никто из мужиков не приставал с вопросами о Шелли. Заранее они знали, что ли… Но хорошо, что не спрашивали, я-то и не ведал, что отвечать. Так, майор, собрался, встал, пошел… Завтра мы должны очутиться в своем мире, не если повезет, а в своем мире. Я сказал!!!

Ночь прошла, как всегда, тихо. Только Гаррион продолжал нервничать, бегая от одного костра к другому. Похоже, мастер оружия так и не ложился. И чего он на таких нервах… Мало того, что сам дергался, так еще и нас заражал своей нервозностью.

…Утро выдалось пасмурным, небо полностью затянуло тучами, моросил мелкий и противный дождик. Рассветало как бы нехотя, медленно и печально. Даже к середине первой стражи сумерки в лесу так и не рассеялись окончательно. А может, из-за дождя…

А в середине первой стражи к нашему костру заявился довольный Ванеро.

— Вы готовы? — бухнул он вместо приветствия. Я только кивнул в ответ.

— Ну и отлично, — продолжил маг. — У нас все в порядке, архимаг будет тут через малую стражу, если не быстрее. Заклинание межмирового прохода построено, осталось только вдохнуть в него силу. Этим ректор и займется. Пойдемте…

И убежал куда-то в сторону врат.

Мы потихоньку потянулись вслед за ним. Тем более что, действительно, все уже было собрано. Даже пологи и одеяла, купленные здесь, смотали и привязали кранцам. Мужики вообще напоминали вьючных лошадей. Каждый успел обрасти кучей местных сувениров и прочих подарков. Интересно, они понимают, что все это барахло будет у них конфисковано сразу же по прибытии? Наверное, понимают, но оставлять здесь все равно не хотят.

У врат царило какое-то нездоровое оживление. Из пятерки магов-теоретиков я заметил только двоих, остальные куда-то подевались. На скальной стене, раньше девственно чистой, теперь чем-то вроде краски была нарисована арка, обрамленная непонятными мне символами. Землю перед скалой тоже исчертили фигурами. Но вот привязываемых у нас к магии пента-, гекса-, окто- и прочих грамм это ничуть не напоминало. Скорее уж графики каких-то сложных функций и взятые к ним производные. Сначала я непонимающе всматривался в эти изображения, казалось, что они нарисованы вообще без какой-либо системы. Но потом у меня в голове будто что-то щелкнуло, и я увидел… Три коридора, ограниченных символами, постепенно сужаясь, сходились в одной точке прямо напротив нарисованной арки метрах в пяти от скалы. И уже от этой точки к стене шла расширяющаяся воронка.

Пока изучал рисунки — в стороне от нас как бы сверкнула вспышка, взвихрилась серо-черно-фиолетовая муть, и из нее на полянку шагнул Игнатиус. Хм, вот сколько слышали про порталы мгновенного перемещения, а увидеть получилось только теперь. Хотя, как я понял, сейчас нас ждет зрелище, пожалуй, еще и пограндиознее.

Архимаг бросил взгляд на своих подчиненных, как бы проверяя, все ли здесь, Гарриону коротко кивнул, а вот с нами уже заговорил:

— Приветствую вас. Я так понимаю, это все твои люди? Тело вы…

— …забираем с собой, — перебил я его. — У нас принято хоронить мертвых дома, если конечно же есть такая возможность. Или имеются какие-то сложности?

— Нет, никаких, — качнул головой Игнатиус. — Я соболезную, твой человек погиб из-за ошибки моих подчиненных, а значит, и моей. Да, мы уже вышли на организаторов этой э-э-э… акции. Расплата скоро последует.

— Моего бойца это не оживит, — пожал я плечами. — Месть — штука хорошая, но чересчур ей увлекаться не стоит, на мой вкус.

— Наша договоренность в силе?

— Да, конечно, я же согласился. — Мне вдруг стало как-то все равно. Хочет архимаг играть с огнем — флаг ему в руки, барабан на шею и паровоз навстречу. — Что я должен передать?

— Вот это, собственно, свиток с моими предложениями. — Игнатиус вытащил из небольшой сумки, висевшей у него на поясе, кожаный цилиндрический футляр с двумя болтающимися на шнурках печатями. — Никакой магии тут нет, можно попросить Гарриона либо еще кого-нибудь из тифлингов проверить…

— Я верю. — Меня хватило лишь на усталый кивок. — Ты не похож на дурака, если ты и засунул туда какую-то пакость, то явно постарался замаскировать ее в первую очередь от тифлингов… Впрочем, мое руководство по определению не верит никому, мне в том числе. Так что все переданное тобой будет изучаться на предмет вредоносности уже нашими методами.

— Ну может быть, может быть, — покивал Игнатиус и достал следующую вещь. — Это хроники возникновения и самого существования моей академии. Не скажу, что они идеально точны, но составить мнение о тех людях, коих я представляю, вполне позволят. Ну и наконец это…

На этот раз архимаг вытащил из кармана обычную палку. Самую простую, сантиметров двадцать пять — тридцать длиной. Корявую, единственное что ошкуренную как следует. Я вопросительно посмотрел на ректора.

— Это тот самый амулет — маяк, о котором я тебе говорил, — снисходительно улыбнулся он. — Зачаровали чуть ли не первое, что подвернулось под руку. Хотя дерево магическую энергию удерживает просто замечательно. У нас много таких болванок, на случай, если нужно срочно начаровать в амулет какое-нибудь не очень стандартное заклинание. Чтобы активировать — следует просто разломить ее на две части. Как угодно, хоть вдоль, хоть поперек. Заряд закачали изрядный, у нас хватит на дюжину смен, но сразу оговорюсь: сколько она продержится в вашем мире, мне неизвестно и предсказывать не берусь. Так что с использованием тянуть не рекомендовал бы. Вот, собственно, и все… Если вопросов нет, то мы сейчас быстренько откроем вам портал…

— Знаешь, у меня все-таки есть вопрос, — неожиданно вмешался Тирли. — Командир, позволишь?

— Ну валяй, — равнодушно согласился я. — Только без пошлостей…

— Я тебе не Стингер, — отфутболил радист и, не слушая злого ворчания последнего, обратился уже к архимагу: — Уважаемый архимаг, вот тут все говорят, что наш мир закрытый и близок к Порядку… А что это, собственно, обозначает — объяснить никто не берется. Может, ты все-таки сможешь ответить?

— Гм, да… Смогу, я думаю. — Игнатиус прокашлялся, пособирался пару мгновений с мыслями и продолжил: — Закрытыми называют миры, в которые и из которых крайне затруднено построение межмировых проходов. Иногда их просто невозможно вычислить, так ловко они прячутся в потоках, иногда на их границах стоят барьеры, о которые разбиваются потоки энергии, пробивающей портал, иногда, наоборот, что-то в этих мирах высасывает из заклинаний перехода всю силу, делая перемещение невозможным. Ну это классическая интерпретация. Простой же народ называет закрытыми миры, из которых очень давно никто не выходил… Думаю, это как раз ваш случай. Как, когда и почему ваш мир стал закрытым — этого у меня не спрашивай, тут надо изучать ваши исторические хроники, проводить полевые исследования и так далее. Ну еще, пожалуй, вот что… По нашей теории мироздания существуют два основополагающих начала, может быть, даже разумных сущностей, Хаос и Порядок. Хаос — это вечное движение и изменение, разрушение и созидание, все одновременно. От него постоянно откалываются новые миры, но так же часто, только отколовшись от Хаоса, они попадают в него обратно и вновь становятся частицей Великого Изменчивого. Порядок же, наоборот, — полная стагнация. Ну-у-у… Как бы это сказать? Кристалл по всем измерениям, что ли… Движения нет вообще никакого, даже время там стоит на месте. По крайней мере теоретически должно стоять. И если из Хаоса постоянно что-то приходит, то из Порядка пока еще вроде никто и ничто не вырывалось. Все миры находятся между этими двумя сущностями. Причем постоянно смещаются, то ближе к одной, то ближе к другой. Как-то это завязано с тем, что происходит в самом мире. Чем ближе мир к Порядку — тем более упорядочена там жизнь, чем ближе к Хаосу — тем больше в нем бардака. Подавляющее большинство закрытых миров находятся в Порядке. Ну и те разумные, которые исходили из ваших рассказов о своем мире, сделали вывод, что он ближе к Порядку. Сразу скажу, Дея находилась примерно посередине, такие миры называют перекрестками, от нас было одинаково легко пробивать переходы как в сторону Порядка, так и в сторону Хаоса. Но две тысячи смен назад у нас произошел ряд событий, и Дея резко сместилась в сторону Порядка, не сильно, но достаточно ощутимо для того, чтобы переход в Хаос усложнился. И наш мир стал заброшенным перекрестком. Ну это если вкратце. Так вообще курс лекций по глобальному устройству мироздания читают где-то полсмены.

— В общих чертах я понял, — кивнул радист. — Пока больше вопросов не имею.

— Ну тогда мы начнем. Процесс займет где-то малую стражу, как только в той нарисованной арке вместо скалы окажется такая черноватая пелена — шагайте в нее. Попадете к себе домой, вот только в какое именно место вашего мира — я предсказать не возьмусь, но, скорее всего, окажетесь где-то около таких же врат, но только у вас. — Закончив краткий инструктаж, Игнатиус повернулся к своим (опа, а их уже трое здесь толклось!) магам-теоретикам: — Я так понимаю, у вас все готово? Тогда по местам, вы знаете, что делать.

Теоретики живо заняли места в начале трех коридоров, архимаг же уверенно встал в точке, где коридоры сходились, лицом к арке, спиной к нам всем.

Никаких особо зрелищных заклинаний, поз или спецэффектов не наблюдалось. Игнатиус просто стоял, расслабленно опустив руки вдоль тела, трое же его помощников напряженно сверлили взглядами спину своего шефа. И в какой-то момент, как когда-то в Перевальном, я увидел, как по коридорам устремились потоки энергии. Вот только здесь было не легкое светящееся марево, а бурно бьющая, как из брандспойта, струя. Потоки постоянно изгибались, пытаясь свиться в кольца и уйти куда-то в сторону, но вырваться из расчерченных на земле коридоров не могли. Также не могли уйти в сторону и крохотные ручейки, постоянно выбивающиеся из мощного потока энергии.

— Ты это видишь? — Я решил проверить пару своих догадок и пихнул в бок стоящего рядом Потапыча.

— Э-э-э, что именно? — немного растерянно уточнил он. — Стоят четыре мужика, пялятся в картинку на скале… Вот только знаешь, командир… У меня ощущение, как будто под ЛЭП стоишь… Вокруг тишина, ни ветерка, погода прекрасная, птички поют… И не видишь ничего, но вот провода гудят и постоянно ощущение огромной силы, я бы даже сказал, бурной реки, текущей рядом… но все равно, ничего не видишь.

Я лишь кивнул.

Потоки энергии, которую Потапыч, даже не видя, все равно очень удачно сравнил с рекой, сходились на спине архимага и… там кончались. Лица Игнатиуса я не видел, но мне казалось, что у него перед грудью собирается нечто маленькое, но очень тяжелое и энергоемкое. Как будто перед архимагом начало плыть и ломаться само пространство, исказились пропорции, вид на скалу стал каким-то неправильным, воздух, нет, не воздух, само пространство начало закручиваться в спираль…

— Архимаг, тревога. — Напряженную тишину на полянке перед вратами разрушил несущийся к нам со всех ног Ванеро. В правой руке мага я с изумлением заметил сгусток самого настоящего пламени, принимавший то форму меча, то форму какой-то дубины…

— Хаос, бездна и иже с ними… — разочарованно выругался маг, тормозя рядом с нами. — Они уже начали ритуал, чтоб их Порядок побрал… Регнар, Ландр, Хальсиф, берите по десятку бойцов и ставьте повозки полукругом перед вратами! Быстро! Всем — ментальные блоки, индивидуальные амулеты, сами держите общий щит для страховки! Хоть себя сожгите, но не допустите прорыва к вратам…

Я на полном автомате сбросил с себя лишнюю сумку и перекинул из-за спины на шею «калаш», встав в привычную боевую стойку. Развернулся, упал на одно колено и начал обшаривать пространство в поисках потенциальных целей, заодно отмечая и укрытия для стрельбы. И только хотел спросить, что, собственно, случилось, как с другой стороны примчался Гаррион, тоже вопя на ходу:

— Тераг, Лайеллена, по две пары и ближняя охрана, все защитные амулеты в дело, быстро! Остальные — средняя дистанция, прикрывайте магов…

— Да что случилось…? — ругнулся Стингер, пристраиваясь с автоматом на изготовку у поспешно подогнанной к месту ритуала повозки. Причем его голос раздался из рации, вот, он ее уже на голосовую активацию переключил. Надо бы и мне тоже, пока целей потенциальных не видать. Только бойцы и тифлинги из нашей охраны носятся, спешно занимая оборону.

— Т'сареш в лесу, ищейки, не меньше полусотни, — выпалил Гаррион, останавливаясь рядом со мной. Ванеро уже успел куда-то убежать. — Амулетами увешаны по самое не балуйся, да и крови у них под пробку, как говорится. Снесли четыре человеческих дозора и один мой… Прут, как при штурме эльфийской столицы. И страхом, сволочи, давят, не глядя, по площадям, на любое шевеление. Сначала нагоняют страх, потом уже идут резать все, что осталось.

Где-то левее меня в лесу что-то гулко жахнуло и полыхнуло. Послышались треск и скрип падающих деревьев. Справа раздался крик, полный нутряного ужаса, он тут же резко оборвался, и мгновением позже в том направлении ударил кулак сгустившегося воздуха, расшвыривая и ломая, как спички, высоченные сосны и ели. Интересно, а своих такими ударами они задеть не боятся?

— Первый — всем, — начал я рулить своим воинством, — серебро в стволы, занять оборону, Четвертый, «калаш» держи под рукой, но попробуй прикрыть новую просеку из своей бандуры. Шестой, ко мне за спину и далеко не отходи.

Как раз рядом со мной остановилась повозка, одна из тех, которые бойцы архимага выстраивали полукругом перед вратами. Я и пристроился за колесом, благо дорожный просвет у повозки был сантиметров семьдесят. Мне в результате несколько случайного распределения достался сектор прямо перед вратами. Пока я наблюдал в нем исключительно людей и тифлингов, мелькавших между деревьями. Вот одна из фигур остановилась, и куда-то в сторону жахнул язык огня, только какой-то очень худосочный и неубедительный, к тому же еще и быстро иссякший.

— Демоны Хаоса, у них поглотители, — прорычал кто-то у меня над головой. — Они глушат магию…

И тут же в чащу полетел очередной огненный шарик.

Вот странно, вроде опытные бойцы собрались, а суета не утихала, только у врат все более-менее устаканилось. Но видимости, конечно, никакой. Нет, для местных-то, наверное, в самый раз, лесок вокруг не очень густой, подлеска, да и вообще кустов, почти нет, между деревьями далеко видать, ну сравнительно. Да и скала нас со спины прикрывала. Если противник ничем дальнобойным не пользуется — самое оно. Кстати, у наших охранников я ни луков, ни арбалетов не заметил.

Суета все нарастала, только архимаг со своими теоретиками у нас за спиной так и не подавали признаков жизни. Оглядываться я не рисковал, внимательно всматривался в свой сектор, но спиной буквально чувствовал скапливавшуюся сзади огромную энергию. Кажется, само пространство начинало вибрировать и трескаться…

В лесу то там, то тут падали деревья и трупы разумных. Где-то вспыхивало пламя, пару раз прорывались абсолютно неожиданные столбы водяного пара. Вот только противника не было видно…

— Второй — всем, вижу двоих, работаю, — раздался в наушниках голос Стингера, сидевшего где-то справа, и тут же застучали короткие автоматные очереди. Сразу же рявкнул и пулемет, патронов эдак на десять.

Да и передо мной сплелись в клубок сразу пять или шесть фигур, двигающихся с непостижимой скоростью. Правда, двое из этого клубка тут же вывалились сломанными куклами, видимо, действовали люди архимага, а остальные продолжали драться, постепенно скрываясь от меня за деревьями. Но тут уж я ничем помочь не мог, я не то что отдельные движения разглядеть был не в состоянии, даже сами фигуры не различал, настолько быстро они двигались.

— Дракон, слева, не успеваю, — внезапно закричал Тирли.

Я дернулся, поднимаясь с коленей, но тоже не успел, ну почти… Смазанная от быстрого движения фигура сиганула между повозками, легко расколола голову какому-то полуорку из охраны, державшему этот просвет. Направлялась эта фигура, похоже, ко мне. Нет, я раньше так быстро ускорять восприятие не мог… А тут… то ли опасность подействовала, то ли еще что, но в боевой транс я рухнул мгновенно. И действовал на какой-то интуиции. Стрелять не стал, сшиб уже практически добравшегося до меня т'сареш прикладом автомата. Хорошо так попал, в лицо. Обычный человек наверняка потерял бы сознание, уж челюсть я ему точно сломал, этот же просто рухнул на землю и завозился, пытаясь встать. А я, пока разворачивал «калаш» и брал кровососа на прицел, успел хорошо рассмотреть его лицо. Не скажу, что зрелище было очень приятным, только теперь я понял, что на людей кровососы именно похожи, точнее, стараются походить. Мышцы лица четко выступали под кожей, постоянно шевелились и перекатывались, похоже, вампир пытался собрать кости сломанной челюсти и регенерировать на ходу, ни хрена себе, и все это при помощи осознанных усилий и лицевых мышц! При этом кровосос из боя отнюдь не вышел, он подбирался ближе и собирался прыгнуть на меня. Но я вроде как успевал…

Выстрелить мне не дал отец Яков, нарушил мой приказ, сделал шаг вперед и протянул к т'сареш руку, что-то бормоча себе под нос. Фигуру священника окутало легкое, слегка подсвеченное белым цветом облачко. Еле заметное, но все же. А вот вампир изменил цель и схватился за того, кто ближе к нему, за Якова и схватился… А дальнейшее… Как только кровосос коснулся руки инквизитора, свечение резко усилилось, и тело т'сареш поплыло, будто облитое кислотой. Ну похоже на действие серебра, только… все же немного по-другому. А ведь кровососу больно, похоже, стекающее лицо сложилось в ужасающую гримасу, и вампир буквально отшвырнул священника в сторону. Я на всякий случай всадил ему пару пуль в лицо. Готов, точно готов, еще жив, продержался дольше всех вампиров, попавших под серебро и встреченных мною ранее, но осознанных действий предпринимать уже не способен.

— Господь всеблагой, спаси и защити меня, я не знал… — пробормотал отец Яков, снова занявший позицию у меня за спиной. — Прости меня, Господи, я не хотел причинять боль, это не должно было быть так мучительно…

— Ты о чем, Шестой? — переспросил я. В проходе между повозками появился еще один т'сареш, но охрана уже очухалась, и вампир моментально превратился в пылающий факел. Я на всякий случай всадил в него еще и очередь из трех патронов, так, для порядка, хотя он уже и оседал мешком на землю.

— Дома они просто погружались в свет, в благодать и распадались прахом. Господь либо изгонял их из мира окончательно, либо останавливал, но тут… — Священник закашлялся. — Так не должно быть, какие бы злодеяния они ни совершили, как бы они ни нарушали Его заповедей, таких мук они точно не заслуживают.

— Потом обсудим, — прервал я его. — Сейчас выживать надо…

— Четвертый — Первому, «Печенег» пустой, — флегматично проинформировал меня Потапыч. Ну да, пулеметная стрельба не стихала, хоть и лупил он все время короткими очередями, но насколько можно растянуть двести патронов… На сколько можно — на столько и растянул.

Я вернулся к наблюдению за своим сектором, стараясь краем глаза следить и за промежутком между повозками. И тут воцарилась тишина… Ну в смысле стрельба стихла, звона клинков и особенно громких воплей я тоже больше не слышал. Потрескивали загоревшиеся от магических вспышек кусты, откуда-то неслись стоны, видимо, раненых, но по сравнению с тем, что творилось полминуты назад, было тихо. Ну что, все, что ли?

— Великий… призываем… портал… старейший…

А вот это кто-то очень громко закричал… Только… «Понималка» дала осечку. Нет, отдельные слова она переводила, образы в сознании всплывали четкие, но смысл всей фразы от меня ускользал.

Метрах в пятидесяти от повозки, под которой я лежал, взвихрилось черное облако, перевитое фиолетовыми и оранжевыми спиралями. Оно пульсировало, как живое, и заодно повалило несколько деревьев, соприкоснувшихся с ним. Портал, точно портал. Одновременно и похож и не похож на тот, которым прибыл архимаг. Но где-то что-то очень похожее я уже видел. Ну точно, через такую же штуку мы сюда и попали. Ой е-е-е, они что, Древнего сюда притащили? Тваю мать, ща будет весело… И я, не рассуждая, пальнул в облако и, не раздумывая, добавил ВОГом. А чего их экономить, особенно теперь.

Так, видимо, рассуждал не я один, подствольники хлопнули еще пару раз, и рвануло в облаке не хило. Еще и маги добавили, причем одновременно, огнем и водой, так что весь портал заволокло раскаленным паром.

А вот само появление Древнего я пропустил — перезаряжал гранатомет. Когда опять всмотрелся в площадку перед нами — облака портала уже не было, на его месте сгущалась в человекоподобную фигуру дымка, очень похожая на ту, которую мы видели почти в самом начале наших приключений, только не белесая, а черная. И гораздо плотнее, материальнее, что ли. Ударил ужас. Нет, УЖАС!

Из повозки чуть ли не мне на голову выпал поскуливающий маг (судя по одежде и отсутствию оружия). Выпал и сжался в комочек у колеса, закрыв голову руками. А мне… мне было как-то все равно. Ну вроде осознавал, что страшно, но себя контролировал и бежать куда глаза глядят не собирался.

— Они призвали Древнего, ублюдки! Ужас Бездны — в полную силу… — Рядом со мной рухнул взмыленный Гаррион. Тифлинга трясла крупная дрожь, его, видимо, тоже ударило, но он пока еще держался. В обеих руках мастер сжимал по корду, левый был измазан кровью, все лезвие на правом — в пятнах какой-то непонятной темной и тягучей субстанции. Наконечник хвоста, кстати, тоже в крови.

Я на пробу дал короткую очередь по фигуре. Вот мать, никакого эффекта, Древний только слегка дернулся, и накатила новая волна страха. На Гарриона было жутко смотреть, не знаю, на каких остатках воли он держался. А, нет, кто-то позади фигуры взвыл, видимо, попал дуриком, что называется. По сторонам от Древнего начали появляться т'сареш, разворачиваясь в цепь, они явно готовились идти в очередную атаку. Тирли прицельно пристрелил одного, Стингер с Потапычем лупанули длинными очередями, снося сразу троих. Вампиры оказались не идиотами, сделали выводы и моментально попрятались. А Древний сгустился еще больше, стал почти материальным и плывущим шагом, не торопясь, двинулся в нашу сторону, гоня перед собой леденящую волну страха.

Тут на сцену опять выступил отец Яков. Блин, я и забыл, у священника же нет нашего иммунитета, он же держится исключительно на вере и силе воли. В воздухе повисли слова молитвы, похоже, на старославянском, никогда ничего подобного не слышал. Слова повисали… в буквальном смысле. Казалось, каждое слово обретает некую форму, наливается светом и плывет в сторону Древнего. Ха, а вот это его, похоже, проняло. Повелитель вампиров взвыл, кстати, этот вой взвихрил вокруг него опавшую листву, хвою и прочий лесной мусор, вампирюга дернулся, взмахнул верхней конечностью, и священника сшибло с ног. Ох ты, я не предполагал, что можно так чем-то разорвать кевлар и титановые пластины под ним. Нет, пробить можно, но отцу Якову разворотило весь левый бок вместе с броником. Священник зажал рану локтем левой руки, но молитву не прервал, речитатив старославянского лился все так же размеренно и напевно. Древний ударил еще раз, но теперь промазал. Магический удар пришелся в землю. Небольшой недолет… Правда, инквизитора все равно снесло ударной волной. Молитва прервалась…

Фигура Древнего торжествующе двинулась вперед, между деревьями замелькали т'сареш, но передвигались они грамотно, не оставаясь надолго в зоне видимости, так что выцелить никого не получалось…

И тут прорвало… Казалось, в пространстве лопнул нарыв. Напряжение, все больше и больше разливавшееся в воздухе, внезапно исчезло, стало полегче. По деревьям, а заодно и по т'сареш, прятавшимся за ними, словно коса прошла. Древнего, кстати, тоже смело, как порывом ветра.

— Все готово, уходите немедленно. — У меня за спиной стоял архимаг с очень недобрым выражением лица и перекатывал в левой руке парочку крупных светящихся кристаллов. — Дальше мы сами как-нибудь справимся. Гаррион, помоги им и не лезь под руку.

Один из кристаллов исчез в неяркой вспышке, а с небес шандарахнула здоровенная фиолетовая молния, оставившая в земле дымящуюся воронку.

— Первый — всем, уходим, — рявкнул я. — Стингер, бери труп, остальные подберите барахло, бегом…

Схватил священника за подвеску на спине и волоком потащил к вратам, стараясь не терять при этом из виду Игнатиуса, да и само поле боя тоже. Впрочем, ничего толком видно и не было. Архимаг просто стоял, а все пространство перед ним было затянуто дымом и пылью. Только где-то в этой пелене постоянно раздавались взрывы и иногда вылетали комья вывороченной земли и обломки деревьев.

Священник глухо стонал, зажимая руками развороченный живот. Мать, скорее бы он сознание потерял, тащить легче будет. Убраться бы отсюда, обколоть его антибиотиками поскорее… Хотя если в ближайшие сутки он не окажется в хорошей операционной, то, скорее всего, шансов у Якова немного. Его так разворотило, что перитонит неминуем.

На сами врата я посмотрел, уже оказавшись в двух шагах от скалы. Хотя скалы-то там уже не было, нарисованную арку заполнило… Ну не знаю. Что-то черное, как и все порталы, перевитое разноцветными спиралями. Иногда это напоминало просто черное пятно, иногда спирали вытягивались, создавая иллюзию уходящего вглубь тоннеля.

Рядом оказался Стингер, волоком тащивший мешок с телом Комара. Капитан, особо не заморачиваясь, спиной вперед ухнул в пятно, и мешок тут же втянулся за ним. Следом подскакал Тирли, почему-то припадающий на правую ногу, он тащил несколько сумок, этот заскочил уже лицом во врата. А вот и Потапыч, с «Печенегом» за плечами, автоматом в одной руке и рюкзаком Комара в другой. Пулеметчик зашвырнул рюкзак в портал, перехватил у меня священника, наконец-то потерявшего сознание, и провалился вместе с ним во врата. Ну что ж, пора и мне.

Я последний раз с некоторым сожалением в душе оглянулся на мир Деи и шагнул в портал. В последний момент успел заметить, как в зенит ударил столб иссиня-черного пламени…

ГЛАВА 19

Отец Яков, иеромонах Пустынного монастыря,

инквизитор, человек, Дея, 11 день второго сезона,

1218 смена от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Ну вот мы и почти дома, что называется. Осталось только уповать, что майору достало житейского опыта на переговорах, и архимаг впрямь нас не обманет.

А я наконец-то получил возможность посмотреть на остальные здешние расы, кроме тифлингов. Раньше мы их преимущественно мельком видели, ну если только в Перевальном погулять довелось, да и то… Я же тогда ни языка, ни обычаев толком еще не знал.

Хотя… И тут достаточно своеобразная компания собралась. Как я понял, в основном маги и их охрана. И, что примечательно, все себя называли людьми. Хоть черты других рас из них так и перли, но их самих это совершенно не смущало.

А вот архимаг произвел на меня впечатление. Действительно серьезный мужик. Правда, меня, когда он из портала вышел, ребята все норовили за спины оттереть и не выпускать, но я все равно смог его рассмотреть как следует. По местным меркам высокий, где-то на полголовы ниже майора. Одет неброско, без кричащей роскоши, но очень добротно и практично. Подозреваю, что недешево. В каштановых волосах пробивалась седина, но все равно, старым он не выглядел. Бородка шкиперская, аккуратно подстриженная и ухоженная. Кстати, волосы у архимага были довольно короткие, чем он отличался от большинства своих соплеменников, так-то почти все здешние люди, или, как еще говорили, разумные, волосы отращивали как минимум до плеч. А вот лицо подкачало. Какое-то смазанное, незапоминающееся… Никакое, в общем. В любой толпе таких лиц — четыре из пяти.

Но все равно, незаметным архимаг не был, веяло от него силой какой-то. У меня похожие ощущения являлись, когда я с предыдущим патриархом встречался. Ну хорошо, не встречался, а просто присутствовал на встрече отца-настоятеля с патриархом. Там тоже вроде обычный человек, но мощью от него веяло нешуточной. Вот так и здесь. Силой от архимага несло неземной. Вот только… Казалось мне, что эта сила сама по себе, а архимаг сам по себе. И равнодушная она, что ли, эта сила. Все равно ей, благо окружающим нести или разрушение.

Ну а потом, переговорив с Драконом, архимаг принялся за колдовство. Тоже посмотреть было интересно. До этого-то как… Все про магию поминают, вот только что буквально тут была, но при мне никто не пользовался. Ну болтались у майора и его людей какие-то цацки на запястьях, ну понимали они из-за этого местную речь, не утруждая себя изучением оной… Тут, насколько я понял, как с нашими мобильными телефонами, пользовались все, а знали, как именно они работают, единицы. Да и при повседневном использовании никаких особых впечатлений от этого не возникало.

Тут же, по-видимому, собирались творить нечто нешуточное. Три человека встали поодаль, архимаг между ними и скалой, которую всю ночь разрисовывали при свете костров. Все замерли. Стояли — не шевелились. И вроде ничего не происходило, вот только у майора лицо вытянулось как-то. Я уже привык, что все боевики вроде истуканов, что бы они там себе ни думали, а выражение лиц по жизни равнодушное. Редко когда себе эмоции позволяли, ну если только выругаются непечатно, да и то — не особо и часто. А сейчас Дракон на людей уставился, как будто что-то невообразимое узрел. Странно, я-то ничего не видел, хотя меня учили чуять подобные проявления.

Ну, на всякий случай к себе прислушался. Хм, странно, раньше данный мне свыше дар немного по-другому работал. Где что произойдет, сразу меня трясти начинает, и направление чувствую, и расстояние. Специально напрягаться не приходилось… Сейчас же… Вот вроде все как обычно, нигде не свербит, шума в ушах нет, а стоило сосредоточиться — чуть не ослеп, по глазам будто вспышкой какой резануло. Перед скалой такие силы в узел закручивались… Я такого не то что не видел, ни слышать, ни читать ранее не доводилось.

И хоть слепила меня собранная здесь сила, но я смог почуять подбирающихся кровососов. Вот буквально в последний момент смог. Я пень старый, ну опасность же кругом, вот что мне мешало раньше к себе прислушаться, привык, что раньше все само получалось, а что теперь не так просто — вспоминал от случая к случаю. Только рот открыл, наших предупредить, как вокруг охрана забегала. Закричала чего-то, засуетилась. Люди начали повозки полукругом перед скалой выставлять. Тифлинги же по сторонам порскнули, только хвосты пыль взбили…

Я, хоть и учил язык довольно старательно, но еле-еле понимал, что происходит. Только «т'сареш» и «много» смог в криках разобрать. Боевики же, видимо, отлично во всем сориентировались. Пока крутил головой, они споро попадали на землю у колес подогнанных повозок. Дракон что-то приказывал, я только обращенные ко мне слова и разобрал: «Сиди за моей спиной и не лезь никуда!» Покаюсь, совсем забыл рацию включить, так что в происходящем разобраться мне оказалось сложновато. Все вокруг бегали, кричали, в лесу что-то взрывалось, валились деревья, откуда-то потянуло гарью. Иногда начинал накатывать панический страх, я с трудом, молитвой, но спасался. Вот только как-то странно накатывал страх, то страшно было, то нет, причем резко, без перехода. Ну… как будто кто-то фонарем посветил — страшно, выключил фонарь или в другую сторону повернул — уже нет.

И тут события понеслись вскачь. Дракон, сидевший прямо передо мной, внезапно дернулся, взмахнул автоматом, и на землю рухнуло тело, видимо, сбитое им в прыжке. Во как, а я его и не видел даже, а майор не только заметил, но еще и среагировать успел. Сбитый завозился и начал подниматься, поворачиваясь к нам. И я увидел его лицо… Ну нехай лицо будет, хотя даже не знаю, как это можно назвать. Удар майора, видимо, сломал вампиру (а в том, что это был вампир, я ни секунды теперь уже не сомневался) челюсть, и последний пытался спешно восстановиться. Возможности пользоваться клыками его временно лишили, впрочем, это не делало данное существо менее опасным.

И я, моментально забыв все наставления, шагнул вперед, протягивая руку и бормоча про себя слова прощения и сожаления. В конце-то концов, в этом и есть моя служба и мое назначение в этой жизни. Кровосос сначала нацелился прыгнуть на майора, благо он был ближе к нему и еще только прикладывался к автомату. Но, увидев меня, упырь моментально переменил решение и ухватился за мою руку, поднятую для благословения. Ну и получил…

Правда, пошло все не совсем так, как я привык. Обычно вампиры просто упокаивались, оседали горстью праха и не проявляли никаких признаков страдания. Даже если мое прощение и причиняло им мучения, то, по крайней мере, это было быстро. Теперь же… Здешний т'сареш начал таять и стекать, будто кислотой плеснули. От серебра у них похожая реакция шла, только гораздо быстрее. И было видно, что эта смерть по-настоящему мучительна.

Я в шоке отшатнулся в сторону. Нет, я не хотел его мучить, хотел просто простить…

— Господь всеблагой, спаси и защити меня, я не знал… — бормотал, отползая обратно за спину майора. Ни одна молитва не приходила мне в голову, но слова лились сами собой. — Прости меня, Господи, я не хотел причинять боль, это не должно было быть так мучительно…

— Ты о чем, Шестой? — спросил Дракон, всаживая в уже умирающего вампира короткую очередь из автомата. Ну хоть так прекратил его мучения… Грешно, конечно, но все равно к лучшему.

— Дома они просто погружались в свет, в благодать, и распадались прахом. Господь либо изгонял их из мира окончательно, либо останавливал, но тут, — попытался объяснить я, преодолевая непонятно откуда взявшуюся сухость в горле. — Так не должно быть, какие бы злодеяния они ни совершили, как бы они ни нарушали Его заповедей, но таких мук они точно не заслужили.

Майор только покачал головой и опять начал вглядываться в лес из-за колеса повозки. Мне же из-за его спины не было ничего видно, да я и не рвался смотреть, все еще переживал из-за мучений т'сареш.

Внезапно стало тихо, точнее, стихли взрывы и стрельба, до этого звучавшие беспрерывно.

— Antiqua dominus, voca vobis. Complete brevis semita et auxilio suis, servos, vetera,[1] — прорезал тишину громкий мужской голос. Латынь, без сомнения, только фразы строились несколько иначе, чем меня учили. И кого они призывают, интересно?

И тут же грохнуло несколько взрывов, один за другим. А потом зашипело, как будто в раскаленную топку ледяной водой плеснули. И на меня свалился поскуливающий от ужаса маг. Приложился мне по спине, скатился на землю и, ослепший от страха, на четвереньках побежал куда-то в сторону, не разбирая дороги. Страх, да… Мне тоже стало жутко, очень жутко. Вот только чувство было знакомо, совсем недавно приходилось сталкиваться. Да, недавно, в пещерах, в Африке…

О боже, за что… Древний. И похоже, не тот, который был в Африке, — ослабленный долгим сном и отсутствием крови — а здешний, в полной силе. Стрельба возобновилась, но ужас не отпускал, давил по-прежнему, так давил, что казался осязаемым.

Ну, если это мое испытание, то я должен пройти его, даже если сегодня будет последняя моя служба. Я встал и пошел вперед, четко выговаривая слова чина отчитывания из требника, составленного Петром Могилой. В православной церкви экзорцизм особо не прижился, у нас всегда считали, что человек должен сам победить сидящего в нем беса, постом, молитвой или покаянием, но один чин все-таки был составлен.

Слова шли через силу, что-то давило на меня, казалось, что воздух сгущается и не дает звукам покидать мой рот. Но я не обращал на это внимания, продолжал проговаривать слова старой молитвы. Просто стоял и читал, надеясь, что не забыл текст, все-таки учил я его довольно давно, и ни разу в моей практике мне не приходилось им пользоваться. Я совсем не смотрел по сторонам.

И тут раздался вопль. И что-то ударило меня в бок, очень сильно ударило. Колени внезапно подогнулись, и я, запнувшись посреди молитвы, упал на землю, рефлекторно зажав рукой саднящий бок. Что-то острое кольнуло мне локоть, а рукав камуфляжной куртки тут же стал мокрым. Кровь? Как? На мне же бронежилет… Но я отбросил в сторону мысли о себе и продолжил молитву. До конца чина оставалось совсем немного, когда нечто ударило снова, на этот раз в землю, рядом со мной. Но легче от этого не стало, воздушная волна, поднятая ударом, окончательно опрокинула меня навзничь, а саднивший до этого бок теперь взорвался болью. В глазах потемнело…

…Внезапно стало легче, давящая тяжесть страха пропала. И вообще, мне показалось, что огромная энергия, скопленная в этом месте, разрядилась. Ощущения были похожи… Ну как будто бы собиравшаяся несколько часов гроза наконец-то разразилась. Даже все усиливающаяся боль воспринималась мною как облегчение.

— Мы сами… уходите… — раздался где-то неподалеку голос. Слова я улавливал с трудом, понял только эти. Кто-то подхватил меня за шиворот и куда-то поволок. Наверное, Дракон, во всяком случае именно его голос раздавался совсем рядом. Но смысл до меня уже не доходил. Каждая кочка и неровность почвы отзывались взрывом боли. Сознание начало гаснуть, я мог уже только стонать.

В последний момент краем глаза увидел какую-то черную пелену, в которую меня затянули, а потом сознание окончательно погасло.

ГЛАВА 20

Майор Воронов Константин Аркадьевич,

человек, где-то, когда-то

Переход прошел на удивление просто, как будто кто-то щелкнул выключателем, вот только когда свет погас — я был в одном месте, а когда включился — уже в другом. И черт его знает, что это за место, собственно. Лес, обычный летний лес, в основном сосны, встречались елки, чего-то лиственное. Хрен его знает, может, Земля, может, Дея, а может, и еще что-то третье…

Вывалились мы на этот раз у подножия холма. Клякса портала висела прямо в воздухе, но спустя буквально секунду сжалась до точки и исчезла. Почему-то ребята не успели отойти в сторону от места перехода, и мы оказались свалены в одну большую кучу. Снизу доносились сдавленные матюги Тирли, похоже, ему придавили что-то чувствительное.

— И где мы на этот раз очутились? — пробурчал Стингер, выползая из общей кучи и обшаривая стволом автомата окрестности.

— Лучше помоги батюшку перевязать, — осадил его Потапыч, оттаскивая священника из общей кучи немного в сторонку. — Хотя… Конец батюшке, если мы не на Земле. Да и на Земле может быть конец.

— Если кто-нибудь займется моей ногой, я попробую выяснить, — морщась, сказал Тирли. — У меня, кстати, навигатор в кармане включенный, он очень подозрительно пищит, как будто нашел какой-то спутник.

— Стингер, Потапыч — займитесь священником, — начал рулить я, направляясь к радисту. — Команда инвалидов, блин, в дозор никого не выставить… Куда тебя, болезный?

— Ногу мечом цапанули, гады, — ответил Тирли, вытаскивая из кармана коробочку навигатора и еще что-то, вроде бы радиопеленгатор.

Ну я и занялся его раной, пока он возился со своей электроникой. Распорол штанину, всадил обезболивающее… Что сказать, противная рубленая рана. Взялся обрабатывать. А рожа радиста тем временем вытягивалась все больше и больше…

— Мужики, нам обалденно повезло, — наконец выдал он. — Спутники есть, мы на Земле, более того, мы в России, километров сто пятьдесят от Вологды. Тут даже деревни имеются сравнительно недалеко… Я диапазон сканирую, похоже, мы действительно дома…

— Тогда у Якова есть шансы выжить, — радостно вскинулся Потапыч. — Если в течение суток он попадет в нормальную больницу, к неплохому хирургу…

А меня просто выключило, тем более что я как раз закончил бинтовать ногу Тирли. Просто рухнул на спину и закрыл глаза. Дома, блин… Ну почти…

— Тирли, третья аварийная частота, запрос эвакуации, — выдал я. — Мать, два с половиной месяца прошло… Нас уже списали, наверное, к чертям… Сюрприз, однако, будет…

— Гм, командир, — радист полусидя завозился, вытаскивая основную рацию, — знаешь, у меня пошла синхронизация навигатора со спутником… Тут прошло… гм, всего семь дней…

— Не понял? — Я изумленно вскинул брови. — Это как так?

— Ты у меня спрашиваешь? — парировал Тирли в своей любимой манере. — Тут одно из трех: либо гавкнулась электроника, либо мы не дома, а в каком-то параллельном мире, очень похожем на наш, либо мы отсутствовали на Земле только семь дней.

— Ну и хрен с ним, тут ученых до фига, пускай они думают, — мысленно махнул рукой на все. И встал на ноги, чтобы как-то обозначить место возникновения обратного портала, да хоть палку воткнуть. Все равно потом нервы и мозги мотать будут, выясняя досконально, где находится именно эта точка. Нашел какой-то не сильно сгнивший сук, кое-как запихал его в твердую землю и отступил на полшага, чтобы еще раз оценить, в то место попал или нет. И натурально обомлел. Кусты, росшие на склоне холма в обрамлении парочки берез, довольно старых, кстати, на расстоянии нескольких шагов складывались… в картину врат, почти таких же, как и на Дее. То есть пока не знаешь, куда именно смотреть — нипочем не увидишь. Да если и знаешь, все равно, пока не ткнут пальцем… Все смотрелось абсолютно естественно, подобных кустов и деревьев, наверное, десятки тысяч по всему миру. А врата именно здесь…

…А в ночи прилетели вертолеты…

ГЛАВА 21

Генерал-майор Колымский Сергей Петрович,

человек, Земля, день «П»+7

Генерал-майору было хреново. Всего пару дней назад он вернулся из Африки, попросту устав сидеть на аэродроме. Хотя все допуски к проводимой операции он получил, все равно, смежное ведомство информацией делилось крайне неохотно. Тем более что Лисицкий бросил его в одиночестве и усвистал со своей командой в пещеры. А что сидеть на рации в африканском аэропорту, что у себя в кабинете — разницы особой не заметно. Тем более что ничего интересного ему и не рассказали. Трупов ваших людей не обнаружено, следов крови, соответствующей вашим людям, не обнаружено. Как и куда они могли провалиться — пока неизвестно. Когда будет информация — сообщим.

Вот и плюнул Колымский на ожидание и, чувствуя себя отчасти предателем, вернулся в Москву, в свой кабинет. В конце-то концов, он курировал еще три подобные группы, и текущие дела с него никто не снимал, приходилось заниматься и ими. А эту пятерку, наверное, придется списывать… Пропали без вести, редкая формулировка в их ведомстве, очень редкая. Как правило, силы на выяснение обстоятельств гибели группы бросались подчас даже большие, чем на само задание, но в этом случае… Слишком уж все нестандартно. Хотя всякое бывало, иногда и в самую натуральную мистику влипать доводилось, но чтобы группа целиком подевалась неведомо куда… Нет, надо будет на ближайшем совещании поднять вопрос о работе на другие ведомства. В конце концов, у них и свои боевики есть, а то привыкли трясти армию при малейшем удобном случае. А потом хорони подготовленные кадры… ФСБ же и им подобные — всегда в белом.

Жалко парней, конечно. Тех же Дракона и Стингера генерал, который тогда и не был еще генералом, чуть ли не лично рекомендовал в армейскую разведку, когда они только заканчивали училище. Понятно, что вербовку обставили чуть ли не случайным образом и совсем другие люди. Но тем не менее курировал-то их он. А теперь придется оставшихся подчиненных майора раскидывать по другим подразделениям. Хотя… По инструкции срок ожидания — две недели, после чего боевиков уже окончательно списывают. Впрочем, Дракон тот же однажды выполз из джунглей через три с половиной недели, когда его уже все похоронили, еле живой, один из группы, но все же выполз.

Нет, чудес дважды не бывает. Понятно, что перед тем, как давать делу документальный ход, придется выждать положенный срок, но уже сейчас все ясно. Значит, готовим документы, раскидываем остатки группы 8/182 по другим подразделениям, только даты ставим соответствующие. Тем более что и в других группах потери есть, пополнение не помешает.

И генерал занялся текущей бумажной работой, которой за пять дней его отсутствия поднакопилось изрядно, до сих пор все не разгреб. Отдельный кабинет ему по должности уже полагался, а вот адъютант — еще нет, так что почту и внутренние сообщения разгребать приходилось самостоятельно.

Только успел войти в ритм работы, приноровился четко выхватывать из военно-канцелярских оборотов очередной бумаги ключевую информацию, как раздался стук в дверь.

— Войдите, — рявкнул генерал.

— Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант. — В кабинет вошел капитан, вроде как Колымский видел его где-то в крыле связистов, обеспечивающих его отдел. О как, а этим-то чего от него понадобилось? Текущие донесения он дважды в день получает внутренней почтой, если только что-то экстренное.

— Получена шифровка с вашим личным кодом, пометка срочно. — Капитан продемонстрировал ему плотный конверт и протянул бланк приема. — Распишитесь в получении.

Генерал предварительно буквально обнюхал конверт, проверил целостность печатей и только потом черканул роспись в стандартном бланке. Ишь ты, срочное что-то, с нарочным прислали. Странно, у них там все в разгонах, что ли, обычно подобные пакеты прапорщики разносят, не совсем обычные прапорщики, конечно, но все же не офицеры.

Колымский дождался, пока капитан выйдет, и нетерпеливо вскрыл конверт. Ну-с, что у нас, стандартный бланк экстренной связи. Поехали, спутник такой-то, кодировка соответствует, рабочая частота три, понятно. Принята, ага. Генерал вскинул глаза на настенные часы. Ну да, десять минут назад. Долговато несли. Код подразделения, код куратора. А вот и текст. Ну ни хрена ж себе. Группа 8/182, требуется срочная эвакуация с дружественной территории, имеется тяжелораненый. Задание выполнено, группа понесла потери. И координаты… Ну е-е-е…

Генерал полез в компьютер смотреть карту. Обалдеть, они что, самолет где-то сперли? Но не проходила информация о нарушении воздушного пространства… А по-другому… нет, никак не добраться.

Ладно, потом разберемся, сами расскажут. А сейчас надо заняться эвакуацией. Черт, не дай бог, командир свалил со своего рабочего места, а надо быстрее. Ладно, пишем… Запрос на эвакуацию, код А0, запрос на контрразведывательное обеспечение, код А0. Операция «Прокол». Блин, какой шутник ее так обозвал, бурильщики охренели вконец. А вот им генерал ничего сообщать не собирался, по крайней мере сам. Начальству доложит, а там уж как оно само решит. А вот не фиг было его бортовать в процессе поисков. А теперь уже их контрразведка снимет все первичные объяснения и займется обработкой информации.

И уже дописывая последнюю бумагу, генерал опять вернулся к невероятному перемещению группы. Нет, ну как?!! Мама, если их инопланетяне похитили, а потом высадили в другом месте — отписываться придется до Страшного суда.

ГЛАВА 22

Архимаг Игнатиус Преус Сольвит, человек,

приближенный Салтан Тенебра, т'сареш, Дея,

11 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Красивый некогда лес в результате магической битвы превратился в выжженную каменную плешь диаметром эдак в пару перестрелов. Пожалуй, только две ели, ограничивающие врата, остались в целости. Как раз на этой плеши и стоял архимаг, наступив на руку Салтана Тенебры щегольским сапогом из тонковыделанной кожи. Стоял и насмешливо смотрел на начальника разведки ныне уже не существующей семьи Л'сос.

Игнатиус имел полное право быть насмешливым. Практически все его планы и расчеты оказались верными, даже рисковая, на самой грани поражения, игра с Древним — и та прокатила. Единственное, что неприятно поразило архимага — так это весьма немаленькая сила жреца людей. Он-то рассчитывал потратить на уничтожение Древнего гораздо больше сил, но тот, пропустивший три или четыре удара магией неизвестного ректору Бога, сдался на удивление быстро. Игнатиус даже и не рассчитывал на такую удачу: развоплотить Древнего. Он надеялся просто ослабить его по максимуму и изгнать в Бездну, это уже стало бы нешуточным успехом, а тут… Абсолютное уничтожение, точно не сможет вернуться, уже никогда.

Ну и в качестве приятного бонуса — начальник разведки семьи, еще живой и способный говорить. Приятно, Хаос раздери, очень приятно.

— Ну что, Тенебра, будем говорить или будем мучиться? — весело спросил архимаг. — Сам понимаешь, что умереть я тебе раньше времени не дам, сил у меня на это хватит… А вот ты уже пустой…

Т'сареш и в самом деле был на грани смерти, обессиленный и обожженный… Но побарахтаться еще рассчитывал.

— А ты не боишься заигрывать с такой силой? — не менее ехидно ответил вампир. — Всего один жрец смог противостоять далеко не самому слабому Древнему… Признаю, ловушка была изящная, заманить хозяина на стык сил, да еще прикопать немаленький артефакт… И прикрыть все это строящимся заклинанием портала… Никто ничего не почувствовал, я взял под контроль одного из твоих магов-боевиков, так и он ничего не знал…

— Про артефакт не знал никто, кроме меня, — спокойно ответил архимаг. — Но это все лирика. У меня к тебе два вопроса: кто и где строит флот, и когда и сколько вы выпустите молодняка. Я имею в виду не текучку, а массовый выпуск подготовленных бойцов, как перед вторжением к эльфам…

— Ну откуда я могу знать, — попытался, насколько это было возможно в его положении, пожать плечами Тенебра. — Я только приближенный, это надо у высших спрашивать, да и то не у всех…

— Ну на что ты рассчитываешь? — Игнатиус поморщился и долбанул по ментальной защите т'сареш заранее заготовленным заклинанием. Вампиру поплохело, причем заметно. — Я просто не хочу терять время, ты отвечаешь на мои вопросы и умираешь быстро и относительно безболезненно… Или я тебя забираю в академию, там выворачиваю наизнанку, а потом отправляю на свидание с твоей родной Бездной… Вроде для вашего племени эта встреча хоть и не смертельна, но до ужаса неприятна. Итак? Мне повторить мои вопросы?

— Не надо, я помню, — сдался т'сареш. — Но ты ведь все равно обманешь, слишком много я знаю, чтобы ты похоронил меня прямо тут. Так что я помучаюсь, наверное…

Архимаг недовольно поморщился и слегка пошевелил рукой, с его пальцев сорвалось заклинание темпоральной заморозки.

ГЛАВА 23

Шейелена Теорн аэп'Шееллайт, тифлинг,

Дея, 13 день второго сезона, 1218 смена

от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Я третьи сутки сидела в этом проклятом каменном мешке. Слышала, что у дядюшки оборудована такая комнатка для особо отличившихся соплеменников, но вот как-то не верилось мне раньше. И уж тем более не предполагала, что и сама в ней окажусь.

Вот ведь сволочи. Я же уже большая, самостоятельная, имею право решать сама. А вот за меня планировать мою жизнь, наоборот, никто права не имеет. Плакать уже сил не было, и я, не глядя, саданула кулаком по каменной стене. Там уже образовалась достаточно глубокая выбоина. Понятно, что я не своим обычным кулаком ударила, а под частичной трансформацией, она, кстати, теперь у меня начала проходить на удивление легко, временами я даже сама не замечала, как часть моего тела изменялась. Например, когда доламывала кровать.

И ведь майор… Ну не мог он не знать, знал же, что меня увезут, но не вмешался. А мог ведь и сам поучаствовать. Скотина бесчувственная… Дальше «скотины» оскорбления почему-то не придумывались. И подвеска с этой его «пулей» так и болталась у меня на шее. Я ее несколько раз уже порывалась сорвать и зашвырнуть куда подальше, да вон хотя бы в то неаппетитное месиво — это я вчерашний ужин в очередном припадке ярости в такое вот непотребство превратила. Опять покрутила в руках пулю, всхлипнула…

И опять захотела что-нибудь сломать. Обидно, ничего не осталось… Нет, поначалу комнатка напоминала тюремную камеру лишь отсутствием окон и обитой железом дверью. А так обстановка очень даже приличная, шикарный ковер на полу, удобная кровать с мягкой периной и нормальным бельем, пара кресел, столик, магические светильники на стенах. Даже шкаф с книжками, бумагой и письменными принадлежностями… Были…

Когда я проснулась и сообразила, где, собственно, нахожусь… В общем, я перекинулась полностью, быстро и с наслаждением. Понятно, что сначала попыталась вынести дверь, однако дядюшка, по-видимому, знал, что делал. Вырваться не получилось. Тогда я начала громить все подряд. Ну не все сразу, конечно, с перерывами на поплакать и поорать разные ругательства на оркском и не только. Но сейчас вся мебель валялась в углу одной большой грудой мусора. Уже вчера я занималась в основном долбанием стен и изредка переходила к попыткам вынести-таки дверь. Увы, безуспешно.

Еду, которую мне подсовывали через специальную щель в одной из стен камеры, я отправляла в общую кучу. Кстати, уже пованивать начало. Ну ничего, я им всем устрою еще веселую жизнь. Я не знала, сколько пробыла в отключке, кстати, надо поинтересоваться, что за дрянь мне намешали, чего-то я не слышала о зельях, способных полностью выключить тифлинга, но прекрасно понимала, что майора и его ребят мне уже не догнать. По крайней мере, быстро не догнать. Они уже либо ушли в свой мир, либо архимаг со товарищи пустили их в расход.

Хм, вот не помню, дядюшка уже пытался со мной поговорить или еще нет. Вроде какие-то голоса с другой стороны двери я слышала, но отвечала обычно непечатными выражениями. Нет, ну вот не орочья ли отрыжка — дядюшка с Гаррионом? Понятно, что все спланировали с самого начала, еще до отъезда в Оэсси, именно они. Дракон бы себя так или иначе выдал. Он, конечно, своими эмоциями очень хорошо владеет, но все равно, я бы догадалась.

Ну вот, рычание опять перешло во всхлипы. Нет, я теперь из вредности научусь делать межмировые порталы, и из магов просто выбью координаты мира майора. А если нет, у дедушки попрошу помощи. Наша семья никогда у Шееллайта ничего не просила, а я попрошу. Найду эту скотину и выскажу ему в лицо все, что думаю о нем лично, о его методах и вообще…

В дверь постучали. Та-а-ак…

— Инферна, ты уже способна говорить членораздельно и без ругательств? — раздался дядюшкин голос. Угу, интересно, он через дверь со мной будет разговаривать или зайдет? Если зайдет, то можно попробовать отшвырнуть его в сторону и прорваться наружу. Я, наверное, на втором подвальном этаже общего дома, в те подвалы никого особо не пускают, даже меня, так что если где-то и может находиться подобное помещение, так только там. Ну а потом полное перевоплощение — и прорываемся наружу. Пусть попробуют меня остановить.

— Ну заходи, поговорим, — буркнула я, одновременно наращивая мышцы у себя на ногах и готовясь к рывку.

— Хорошо, сейчас зайду и пообщаемся. — За дверью лязгнул засов, я напряглась. — Кстати, прыгать в дверь не советую, здесь тамбур, и первую дверь я уже запер, а она по прочности даже покрепче этой будет. И в прямой схватке со мной тебе не победить, пока по крайней мере.

Вошедший дядюшка прямо-таки светился ехидством. Я обреченно расслабилась. Ну вот как он умудряется предугадывать почти все мои поступки, а? Я тоже так хочу, но получается далеко не всегда, даже с моими ровесниками и теми, кто моложе. Про старшее поколение даже вспоминать не стоит.

— Да-а, а воняет тут у тебя. — Лиимат покрутил носом. — Ну чего, успокоилась?

— Не знаю… — Я недовольно уткнулась взглядом в свои колени. — А запах… мне нравится. Падалью пахнет, наверное, еще не хватает полуразложившихся трупов…

— Да за-ради Хаоса, если хочешь — можешь здесь оставаться жить, я себе еще одну камеру построю, это не особо дорого. — Дядюшка опустился на корточки возле противоположной стены. — Я, конечно, дико извиняюсь, что принял решение за тебя, но… В данном случае это было сделано ради блага клана, нам очень нужен обученный маг…

— Ты уже говорил. Но зачем было делать это именно так? Я помню все твои доводы… Но я ведь даже попрощаться не смогла…

— Шейелена, вот ответь мне честно. — Лиимат испытующе уставился на меня. — Ты бы просто попрощалась или полезла за человеком в его мир? Или еще какую-то глупость запланировала?

— Не знаю, — шмыгнула я носом. — Мне не хотелось его терять, с ним так хорошо… Но в его мир… вряд ли, он предупреждал, что это слишком опасно. Впрочем, теперь-то уже поздно, а просить архимага открыть врата еще раз… Несколько несвоевременно, по-моему. Но можно же было просто объяснить мне. Зачем травить всякой дрянью?

— Стала бы ты слушать? Тем более что меня там не было, да и отлучиться из клана я не мог. А Гаррион… Вот у него дара убеждения на тебя точно не хватило бы.

— Ладно. У меня есть еще пара вопросов. — Я наконец подняла глаза, рывком головы смахнув со лба челку. — Майор знал или нет? И какое сегодня число?

— Отвечу по порядку, — дядюшка, кажется, сообразил, что я уже перебесилась. — Майора мы проинформировали по факту, впрочем, он не стал особо возражать, как я, собственно, и рассчитывал. А число… тринадцатое сегодня.

— Ясно, значит, они уже ушли. — На меня навалилась полная апатия.

— Угу, ушли, еще одиннадцатого. Там, кстати, произошла некислая такая битва, в итоге которой Игнатиус прихлопнул Древнего… Сама должна понимать, что теперь начнется…

— Ух ты, — вздернулась я. Новость и впрямь была не рядовая. Значит, одна из семей теперь уничтожена, и начнется передел ее владений и подданных. Большой континент ожидают веселые времена. — Какая семья?

— Л'сос, какая же еще, — пожал плечами Лиимат. — Там много наших погибло. Гаррион говорит, что люди, хоть некоторые из них и были ранены, за портал все ушли живыми. Сразу скажу, твой майор остался цел. Может, сменим помещение на более подходящее? Ты же не понесешься теперь незнамо куда, задрав хвост?

— Понесусь, — упрямо пробурчала я. — Только не незнамо куда, а в академию. Мне много что надо сказать этому человеку, а иначе чем через академию я его не найду.

— Ну… этого я от тебя и хотел добиться. — Дядюшка коротко хохотнул. — У тебя будет недурственный такой стимул учиться магии и не вылететь из академии за разные шалости в первую же смену…

ЭПИЛОГ

Я стоял на улице искренне нелюбимой мной столицы и ловил ртом снежинки. Почти полгода взаперти… Все лето пролетело мимо меня, как и вся осень. С другой стороны, я отхватил два с половиной месяца интересных приключений. Но за все надо платить, вот и моя расплата подошла.

Началось, или закончилось все, как обычно. Пришли вертушки с очень неразговорчивыми экипажами, отвезли нас на ближайшую точку, где имелись кое-какие вертолетные площадки. Отца Якова сразу, тоже вертолетом, отправили дальше, очень надеюсь, что он выжил. Неплохой мужик, для священника, конечно. Может, еще и доведется с ним встретиться, хотя маловероятно. Но, как говорится, земля имеет форму чемодана, вокруг одни углы.

Ногой Тирли занялись в медчасти точки, а нас троих развели по разным углам, подальше друг от друга, и началась стандартная процедура первичного допроса. Даже следаки некоторые были мне знакомы, из нашей контрразведки ребята, многих я уже встречал раньше.

Всегда думал, что следователи специально на своих курсах сдают экзамен по невозмутимости, но описание наших похождений прошибло даже их. Больно уж сильно ребята носами крутили, да и на лицах постоянно вылезало то абсолютное недоверие, то искреннее изумление. Потом опять вертолеты, какой-то аэродром, очередной военный борт, другой аэродром… Там своих ребят я видел последний раз. Нас прямо на ВПП рассадили по закрытым кузовам разных машин, и… Ну тюрьмой то место, в которое лично меня привезли, назвать, наверное, все же нельзя. Комнатка неплохая, дверь, по крайней мере внешне, самая обычная, казенная, обстановочка, как в гарнизонной офицерской гостинице средней руки. Кормежка опять же весьма и весьма недурственная. Но вот все остальное…

Все вещи отобрали, абсолютно все, впрочем, на что-то такое я и рассчитывал. Взамен выдали что-то вроде пижамы. А заодно и здоровенную пачку бумаги, каждый лист которой был пронумерован и украшен штампами с грозными грифами, а к бумаге — десяток карандашей. Ну понятно, писать лучше как рапорт, по-уставному, но допускается в любой манере. Тоже знакомо и в принципе стандартно.

Начались допросы. Сначала меня потрошила наша родная контрразведка. Как догадался — да знал я ребят в лицо, конечно же ни имен, ни званий они нам обычно не называли. Эта партия дознавателей уже ничему не удивлялась, но вопросы задавала, как всегда, дотошно и ловила любые несоответствия в ответах. Впрочем, я старался особо не врать…

А недельки через две пришли уже другие, которых я не знал. Не знал и откуда они, а они не представились. Только показали донельзя официальную бумагу, которая свидетельствовала, что податель сего имеет все допуски и право задавать любые вопросы, на которые я обязан давать правдивые ответы. Теперь допросы начались уже серьезные, с психологическим давлением. Пару раз я подозревал использование химии, больно уж ощущения были странные, хотя, может, просто крыша понемногу съезжать начала. Давление-то по всем правилам организовали. Иногда дня три меня не трогали, иногда по двое-трое суток без перерыва допрашивали. Могли среди ночи разбудить и вытащить на допрос. И обращение… Когда вежливое и спокойное, когда наоборот, как будто я уже предал и продал все, что можно.

К концу второго месяца начал потихоньку сбиваться в подсчете времени. Мне же даже часов не оставили, не говорю уже о прочих вещах. И вообще, никакой входящей информации, только исходящая от меня. Нет, всех нас готовили к чему-то подобному, но учили-то в основном терпеть и молчать, тянуть время. У нас же оперативная информация, которая имеет ценность именно в данный момент. Как говорил один из инструкторов: «Вас все равно расколют — так или иначе, поэтому будем учиться делать так, чтобы противник потерял на этом как можно больше времени».

Здесь же я был вроде как среди своих и молчать смысла не видел.

Сам вопросы задавать даже не пытался, все равно не ответят. Хотя интересно было конечно же. Выжил ли отец Яков, где остальные мои ребята… Про задание архимага… Если честно, мне было наплевать. Я обещал передать его послание — я передал, дальше должны решать офицеры с очень большими звездами на погонах.

Вот только по ночам мне иногда снилась Шелли, будь оно неладно. Ведь знал, что никогда больше не увижу, что меня на километр не подпустят к возможным контактам с Деей, но все равно — никак не отпускало… И спиртного мне не давали, чтобы немного мозги отключить, да я и не просил.

И в тот момент, когда я решил, что все, списали и не выпустят уже никогда — все закончилось. Еще три-четыре дня продолжали решать организационные вопросы. С меня взяли кучу подписок о том, что ничего не было, ничего не знаю и вообще, я последние полгода строил какую-то дорогу в братской Монголии. Заодно вернули то мое барахло, которое в свое время осталось на борту самолета, в аэропорту так и оставшейся для меня неизвестной африканской страны. А вот вещи, в которых я шлялся по Дее, по ходу, пропали, причем с концами. Если честно, жаль было в основном фотографий из наладонника, ну и подаренный Шелли на память кинжал. Так, ничего особенного, но ведь подарок. А остальное… Автомат был казенный, предоставленный заказчиком, что называется. Броник… У меня еще один есть, запасной доставать, конечно, геморройно будет, но в принципе реально. «Глок» — ну не разорюсь я, найду еще один. Там сложности в основном с регистрацией, ну не пойдешь же на диверсионную операцию со стволом, официально зарегистрированным на твое имя. Вот и приходится извращаться… Сложнее всего с «Винторезом», не то чтобы очень уж редкая винтовка, но и достать ее в единоличное владение не очень просто, но тоже решаемо.

…И вот я стоял на улицах Москвы, а ведь подозревал, что где-то в этом городе я и провел все эти полгода, хоть и были это в основном домыслы. Стоял в своей летней одежде, в которой и вышел из дома полгода назад, с тяжеленной сумкой, набитой оружием и прочим милитаристским хламом, и с билетом в родной город в кармане. До поезда оставалось еще часов пять, гулять по городу… Ну не люблю я столицу. С другой стороны — сидеть на вокзале тоже не очень хотелось, все-таки полгода в замкнутом помещении… Н-да, а я отвык, оказывается, от запаха городского смога, ну не тошнило, конечно. Но все равно неприятно. И этот постоянный гул большого города тоже раздражал.

Вот е-мое, кучу подписок с меня взяли, на свободу отпустили, а что делать дальше — сказать как-то подзабыли… Попробовать, что ли, с Колымским связаться, как до дому доберусь. Интересно, что он скажет… А со своими оглоедами мне общаться, правда неформально, но настоятельно не рекомендовали, по крайней мере пока.

Подать в отставку, что ли, ко всем чертям… Деньги есть, пенсия со всеми надбавками и наградными у меня очень не маленькая, на жизнь вполне хватит, даже с излишествами. Вот только сопьюсь же от тоски…

Я посмотрел в небо. Нет, приятно сознавать, что где-то есть хорошая девушка, практически полностью совпадающая с моим идеалом… Вот только именно это мне и недоступно… Ладно, майор, начинаем забывать понемногу, глупо мечтать о том, что недостижимо, еще глупее на это надеяться.

И я, поправив на плече тяжелую сумку, побрел потихоньку в сторону вокзала — как раз осталось время для того, чтобы дойти пешком.

Примечания

1

Древний повелитель, призываем тебя. Пройди кратким путем и помоги своим рабам, Старейший (лат.). — Примеч. авт.

Content

Павел Юлианович Кобылянский
ПОИСК ВЫХОДА

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ЭПИЛОГ

Примечания