Виноградова Ольга

Те самые, светлые.

Кель

Я стояла перед огромными богато украшенными дверьми в бальный зал резиденции Темных Влаcтелинов, расположенных в центре столицы Империи Озгаре. Стояла не просто так, а гордо и величественно задрав голову, расправив плечи и нацепив на лицо свой самый жуткий оскал. Нет, я вовсе не собиралась дать нагоняй работникам, которые не в срок закончили переделку зала, да еще на портачили. Более того, рабочих, как и задания для них не существовало в природе. И несмотря на это, я - ныне здравствующая Императрица (звучит лучше чем Властелинша) стояла именно в этот вечерний час именно перед дверьми этого помещения, задавая себе вопрос: а какого недобитого орка я здесь делаю?

Причина находилась подле меня справа. Спокойная, невозмутимая, с радостным огоньком предвкушения в желтых глазах, разрезанных вертикальным зрачком. Именно этот мужчина без устали работая языком в течении трех лет уговорил на шаг равносильный самоубийству - дать зимний бал в честь возобновления официальных дипломатических отношений со многими государствами.

Откровенно говоря, отношения мы начали лет пять назад восстанавливать. Потихоньку, полегоньку заманивали послов, убеждали, что и в Темной Империи есть жизнь и жизнь весьма неплохая. После торговые договора, соглашение о ненападении, согласование таможенных пошлин и так далее и тому подобное заключили.

Не все так гладко было. Поначалу у темной аристократии мода пошла на коллекционирование. Отнюдь не миниатюр с видами разных стран - они послов коллекционировать стали. Заходишь к вампирскому барону в поместье, а он с порога похвастаться спешит: не изволю ли я с его собранием ред-костей ознакомиться? В наличии бедренная ред-кость алапарского посла, лучевая гвардарского, половина черепа реттского и мизинчик ладорской посланницы...

Пришлось срочно для послов инструкцию составить, а в наш свод законов изменения и дополнения внести. Нет, запретить коллекционировать послов я никому не могу - у нас свобода слова, движения и самовыражения, но вот если кто с экспонатом засыпется, тому стандартное убийство с отягчающими пришьют. Послов стало попадать меньше, мода постепенно сошла на нет. Примерно на третьей-четвертой волне посланных... Хотя, может быть просто коллекции наполнились или послы стали опытнее и более тренированными. В любом случае законы мы пока не отменили, а инструкции регулярно дорабатывали.

Но вернемся к балу, на котором кстати и послы и отдельно приглашенные персоны присутствуют. Ох, знал бы Снэйк, как меня гложет желание не открыть двери бального зала, а навесить на них пару амбарных замков и шандарахнуть каким-нибудь заклинанием массового поражения. Мне же половина гостей душу на переговорах вымотала, а вторая им в этом активно помогала. Имею я право, как честный подданный Темной Империи, отомстить? Такой случай неизвестно когда еще представится: все вместе, в одной комнате... Красота! И для остальных безопасно.

- Кель, полчаса, - напомнил Снэйк.

- Считаешь, мы достаточно опоздали? - я поскребла затянутую в тонкую белую перчатку левую ладонь.

- Вполне. Еще пять минут и будет неприлично, - кивнул моя Правая Рука.

- Тогда вперед и пусть предки смилостивятся над ними, - я сделала знак церемонимейстеру.

- Ты хотела сказать "смилостивятся над нами"?

- Нет, Снэйк, именно над ними, - я одернула полы белого кожаного пиджака и улыбнулась своей самой ледяной улыбкой.

Церемонимейстер распахнул двери. Взвизгнули фанфары. С потолка посыпались иллюзорные лепестки белых роз. Вперед прошествовал отряд гвардейцев-вампиров, разделивший гостей на две части по сторонам черной ковровой дорожки с красной каймой и вышитыми пожеланиями удачи: от друзей, родственников, знакомых...

- Ее темнейшество Императрица великой Темной Империи Осантейя и ее Правая Рука! - удар ритуальным посохом и тягучая мелодия, продирающая до мозга костей.

Мы медленно вплыли в зал. Точнее вплыла я, левитируя, а Снэйк неторопливо вышагивал рядом. Я скользила взглядом по гостям, сея среди них ужас и панику. Вернее, я просто подмигивала и кивала выборочно, но люди реагировали так, словно я им медаль за мужество собираюсь выдать. Посмертно.

Я опустилась на мраморное возвышение, где стоял трон из обсидиана, высекла металлическим каблуком сапога каменную крошку из мрамора, заложила руки за спину и обернулась к гостям. Снэйк расположился на полу у трона.

- Рада приветствовать вас в Темной Империи на Зимнем Бале, - скорчила кислую безрадостную мину. - Во избежание недоразумений позвольте напомнить вам правила поведения. Во-первых, попрошу ничему не удивляться, - надо же их морально подготовить к оркестру из зомби и официантам-скелетам. - Во-вторых, напомню, что у нас не принято при приветствии целоваться. Особенно в шею. В-третьих, не кормите милых собачек в саду. Они не милые. И они вообще не собачки. В-четвёртых, тот, кто нарушит хоть одно из трех правил будет виноват сам. А теперь, если у вас еще осталось желание, - я обвела взглядом гостей. - Веселитесь.

Занавес на балконе поднялся и зомби-оркестр грянул популярную мелодию. Призраки подхватили музыку словами. Из неприметных ниш - проемов в служебные помещения, потянулись скелеты, одетые в кокетливые фартучки, прикрывающие кости таза.

Несколько минут в зале никто не двигался. Гости, похоже, опасались даже дышать не то, что танцевать или брать с подносов легкие закуски, но нанятые специально для разогрева замороженной публики актеры, подали им положительный пример.

Я подозвала к себе скелет, сняла с подноса два бокала красного вина и примостилась рядом со Снэйком. Нет, можно было и на трон присесть, однако, я темная, посему могу позволить себе толику экстравагантности. Чокнувшись с Правой Рукой, я принялась наблюдать за нашими гостями и размышлять, удастся ли то, ради чего этот бал и был задуман. Естественно мы гостей не для развлечения собрали! Это пусть светлые время в праздно сети проводят, а нам искать надо: Иллинойса раз, заговорщиков два.

Десять лет ушастому поганцу удается от нас бегать. Причем не просто бегать, а даже следов не оставлять. Снэйк с ног сбился отыскивая хотя бы прядь волос, ноготь или ресничку, которые могли бы вывести на него, но бывший великий и ужасный Темный Властелин словно испарился не выходя за пределы Лос-Идоса.

Первые три года я часто представляла себе нашу встречу. Следующие два мечтала просто прибить мерзавца. Остальные пять хочу всего лишь посмотреть ему в глаза и швырнуть в наглую эльфийскую рожу императорский венец, а испариться на десять лет и жить себе припеваючи в скромном домике на окраине Леса Вечности!

Зимний Бал - венец нашего со Снэйком плана. Узнав, что мы все же сменили курс внешней политики он обязательно проявит себя. По крайней мере должен, а если нет, то... Я все пятнадцать тысяч демонов подниму и заставлю их весь мир вдоль и поперек перекопать!

А насчет заговорщиков... Тихо слишком в последнее время, значит, что-то крупное затевается. Последнее покушение на меня два года назад было и то Тиллийс ровно три тысячи извинений прислал, мол никогда не посмел бы оскорбить меня, прислав дилетантов, которые мгновенно засыпались. У них в канцелярии напутали и не тех и не по тому адресу отправили, за что виновные уже понесли наказания телесные, лишения душевные и раскаялись ровно столько раз, сколько он передо мной извинился. К письму прилагалась коробочка с колье из изумрудов. Письмо я в рамочку и на стену повесила, а колье перепрокляла и отправила обратно - зеленый мне банально не идет. И без того лицом на покойника похожа, а камешки только усугубит естественный трупный оттенок

Я прислушалась к внутренним ощущениям. Пора! Встала и скрылась в ближайшей нише, ведущей в служебное помещение. Взглядом велела своему двойнику занять место в зале, затем хлопнула по броши на лацкане пиджака, активируя иллюзию черного цвета моей одежды, и сплела маскирующее заклинание. Все, теперь меня не видно и не слышно.

На моих плечах был весь пятый этаж роскошной гостиницы, где мы разместили приглашенных на бал гостей. Естественно, у Снэйка достаточно оперативников, но я стараюсь не терять форму. Мои собственные знания и навыки защита лучше, чем работающие за золото телохранители. Да и моя паранойя по-прежнему себя в добром здравии ощущает и над целителями душ всласть издевается: они ее успокоительным травят, а она им новыми формами отвечает. Вот осенью все пролетающие над замком косяки диких уток магией расстреливала - мне казалось они за мной следят!

В первых трех номерах я ничего особенного не нашла. Несколько любовных писем фривольного содержания и парочка компрометирующих подарков пригодятся в повседневной работе, но это по мере необходимости сфабриковать можно. Следующие четыре позабавили меня проектами договоров, которые со мной планировали обсуждать. Еще два были пусты и неинтересны, а вот последний на этаже номер...

Запах магии я ощутила, едва прикоснулась отмычкой к замочной скважине. Номер явно был с сюрпризом. Осторожно открыв дверь, я послала поисковый импульс, определила местонахождение ловушек и предчувствуя хороший улов проникла в номер - никто не будет защищать мощными заклятиями пустоту. Обыкновенный взломщик был бы испепелен на месте, после удушен, следом проткнут льдом и наконец растворен кислотой. Вернувшемуся хозяину осталось бы только протереть жирную лужицу и послать нам ноту протеста с просьбой разобраться в произошедшем.

Но я совершенно необыкновенный взломщик. Я даже не тронула ни одной сторожевой нити, изловчившись миновать их все. И ради чего?

- Ах ты ж демон косорукий! - вырвалось.

В руках я держала клочок бумаги со странной фразой. "Потанцуем, Императрица?" - спрашивал неизвестный. Я смяла клочок в руке и улыбнулась. Снэйк утром получит по полной программе! При мне в нашей разведке не водилось двойных агентов... Но это будет утром, а пока... Пока стоит отдать должное... Танцам!

Тем же путем я вернулась в служебное помещение, вызвала своего двойника и отпустила ее. Сама избавилась от заклинаний, иллюзии и вернулась в зал, ощупывая глазами пространство. Кто же посмел оставить мне столь занятное приглашение? И главное зачем?

- Кель? - рядом возник Снэйк. - Что-то интересное? - Я не успела ему ответить. У трона появился официант с единственным бокалом на пустом подносе. На дне бокала темнело что-то круглое. - Не смей! - рявкнул Правая Рука, но я уже разламывала металлическую капсулу.

Очередная записка! "Не при всех. Жду в саду, Императрица".

- Кель, ты же не...

- Да, - кивнула помощнику. - Именно да, а ты подумай и посмотри зачем меня понадобилось убрать из зала! - прошипела я и направилась к выходу в сад.

Иллинойс и компания

Ровно до того момента, как Кель выскочил в сад навстречу неизвестному и неизвестности, затея с балом нравилась Снэйку. О, она давала такой простор для деятельности, что он был готов стереть язык до корня уговаривая нынешнюю Императрицу его устроить.

Уговорил на свою голову, которой на плечах по всей видимости недолго осталось находиться. Если ее не снимет Кель, то она сама отвалится из-за вины, тяжким грузом болтающейся на шее. Снэйк же мальчик умный и выводы делать умеет! Неспроста она сразу к металлическому шару в стакане потянулась и без страха его разломила, будто знала что там и о и кого, а узнать могли только во время обыска гостиничных номеров дорогих гостей Темной Империи, что полностью подтверждали ее эмоции. Она еще в зал не вошла, а Снэйка ее одержимая радость огнем опалила. Давненько он такого от с виду холодной и сдержанной Императрицы не видел.

В последний раз она так полыхала, когда Иллинойс исчез, но тогда она не сдерживалась... Лос-Идос от ее криков чуть не рассыпался, горы хорошенько тряхнуло, а большинство слуг с головной болью слегли. И вот на теперь!

Правая Рука совсем на другое рассчитывал. Например, на объявление безвести пропавшего в мирное время Темного Властелина или его протеже, которого он обязан был послать хоть одним глазком проверить истинность намерений Империи относительно официального возобновления отношений с другими государствами. Или на жирный улов секретной корреспонденции между послами, где обязаны быть данные по заговору против Империи. На худой конец, подошел бы какой компромат на послов, дабы из них двойных, а то и тройных агентов сделать! А вышло? Как минимум словесный расстрел, как максимум очередная глобальная катастрофа, в которую Императрица прямо сейчас свой нос засовывает!

Так, а он чего тут стоит тогда?

Приказ ее выполняет?

"Да в сад такие приказы!" - мысленно рявкнул помощник и начал проталкиваться к выходу туда, куда он только что отправил приказы.

Оставался всего десяток метров, когда оркестр закончил одну мелодию и перешел к другой, а на него налетела изящная ушастая девушка в светло-голубом платье.

- Леди! - пробормотал Снэйк, протягивая руку, чтобы отодвинуть досадную преграду с дороги, но был за ту самую руку пойман.

- Я принимаю ваше приглашение! - выпалила эльфийка и с неожиданной для хрупкого телосложения силой потащила Правую Руку в центр зала, где словно заведенные кружились пары.

Взгляд ее светло-карих был чист и полон неподдельного восторга. Тонкие ручки девушки помимо силы обладали и потрясающим умением обшаривать чужие карманы. Маленький рот чувственно нежен, а юное тело столь горячо, что обжигало через ткань платья в течение мимолетных, дозволенных танцем, прикосновений.

И что с ней делать? Разоблачить неумеху или завербовать? Впрочем, на кой демон ему такие волшебные создания нужны, зато ценный урок в его исполнии для данной феи Леса Вечности может сослужить хорошую службу. Глядишь, вернет ее в отчий дом к вышивке, мелким склокам с прислугой и женским романам, где такие как она всегда покоряют таких как он. Только в реальной жизни, упс, промашка вышла!

- Я обратила на вас внимание едва вы пере ступили порог бального зала. Такой красивый, недоступный, но при этом такой трогательно одинокий, - трещала эльфийка. - Сразу подумала, что вы, наверное, тайно влюблены в Императрицу, но чем, скажите, такая холодная женщина, как она, может привлечь такого мужчину, как вы?

Ничего глупее Правая Рука в жизни не слышал. Безусловно, по Империи ходили разные слухи о нем и о Кель. Их называли узурпаторами. Им приписывали убийство Иллийнойса, но ни одна живая душа не считала, что они делят одну постель. В первую очередь из-за самой Кель, которая на людях строго блюла образ ледяной стервы.

- Мозгами, милая моя. Исключительно мозгами, коих в вашей хорошенькой головке не хватает, - зрачки девушки удивленно дрогнули. - А теперь, ты сама отдашь мне часы и блокнот или предпочитаешь, чтобы я забрал их? - невинно поинтересовался Правая Рука.

- Не понимаю... - пролепетала несостоявшаяся шпионка.

- Значит, я, - Снэйк остановился. - Не понимаю, что служит этому причиной. Просветишь? - шепнул на ухо девушке помощник. - Любишь ходить нагишом? - с этими словами он бесцеремонно рванул корсаж платья эльфийки, откуда вывалились его часы и... Хоть кумбу и не волновали женщины, ценить прекрасное он умел. - Или слишком горда для принятия поражения? - отрывки длинной юбки упали к туфелькам девушки. Змеиноглазый вытащил из-за резинки чулок стопку прошитых листов бумаги, испещренных знаками, слегка поклонился и ухмыляясь направился к балу.

- Что вы себе позволяете?! - кто-то заступил ему дорогу. - Вы посмели оскорбить женщину!

- О, ничуть! Ей было душно, жарко и стало нечем дышать. Я всего лишь облегчит ее страдания, - весело пояснил Снэйк. - А если продолжите мне мешать, то с удовольствием помогу и вам. Такое красное лицо... Вам срочно необходимо кровопускание! - человек стремительно ретировался, а кумба вогнал стилет обратно в закрепленные на предплечье и скрытые рукавом пиджака ножны и продолжил движение.

Эльфийка раздраженно топнула ножкой, дернула красивыми идеальной формы ушами и закусила губу. Еще никогда с ней подобным образом не обращались! И дело вовсе не в том, что она стоит фактически без ничего на глазах у двух сотен гостей, а том, что ее раскрыли! Еще никто и никогда не забирал назад ее добычу недаром Эйлин прозвали "Нежные пальчики", но этот... Как он узнал?! Она совершенно точно не напортачила.

Ее приемы безупречны. Десятилетия она потратила на приобретение и совершенствование приемов воровства и достигла невероятного мастерства в непростом искусстве очищения карманов от лишних вещей, так как он, белки его сожри, вычислил ее?!

- Вы в порядке? - спросил тот самый мужчина, у которого хватило духу выступить в защиту эльфийки. - Позвольте помочь...

- Шли бы вы, - смерила его невежливым взглядом Эйлин.

- К-куда? - изумился грубости человек.

- Да хоть в сад! - вспылила эльфийка. - Он сегодня пользуется успехом, -и подхватив обрывки платья она рванулась к выходу из зала.

Мужчина проводил ее растерянным взглядом, попутно оценив все изгибы фигуры воровки, покачал головой, сетуя на невоспитанность благородных эльфов, и пошел. В сад! Ну, любопытно же, зачем туда всех отправляют, а некоторые и по собственной воле ходят!

Мужчина двигался бесшумно. Обутые в мягкие сапоги ноги ступали точно шаг в шаг с Императрицей, но по параллельной дороге. Он шел, закрыв глаза, и улыбался. Нет, мужчина вовсе не был слеп, наоборот он видел несколькими глазами сразу. Мелкий грызун, птица, ленивая многоножка - все они были его помощниками, сообщая о действиях темной.

Он столько лет восхищался ею, невообразимо много потратил на то, чтобы быть достойной ее, так тщательно готовился к этой встрече, но что он ей скажет ей: уля-ля я тебя обыграл? Ну, не идиотизм ли? Полный!

Мужчина порывисто вздохнул. Она не должна была принимать его приглашение! Императрица профессионал и не имеет права совершать ошибок, но почему в данный момент шагает прямиком в ловушку? Неужто не дорожит своей жизнью? Это не честно. Не правильно! Он рассчитывал на долгую и увлекательную игру, а не короткую и сразу финальную партию. Она его определенно расстроила.

Белка неожиданно выскочила под ноги Императрицы. Пискнула и резво взобралась по брючине, цепляясь крохотными коготками за кожу. Женщина с интересом следила за действиями зверька. Добравшись до пояса белка весьма нагло ей улыбнулась, чиркнула когтем по горлу и прыжком добралась до лица Кель: когти белки запутались в волосах, зубы впились в нос темной.

Императрица отчетливо рыкнула. Следом мужчина услышал сухой щелчок и на землю упал кусок льда.

- К демонам! - выругалась женщина. - Завтра же пушу слух о великолепным вкусе и диетической ценности беличьего мяса! Недолго вам жить осталось... - она пнула закованную в ледяные доспехи тушку и свернула в боковую аллею сада.

Мужчина покачал головой. Не слезающая с его лица улыбка сменила оттенок: вместо озабоченной она вновь стала безмятежной. Он вышел из тени, подобрал зверька и сунул его запазуху - не в его правилах было бросать помощников в беде.

Снэйк рыскал по саду. Куда могла запропаститься Императрица? Он потеребил амулет на шее и решился надавить на камень. Внутри тотчас появилась голубая искра, указывающая направление. Плюнув на красоту и проклятия садовников, которые завтра непременно падут на его голову, Правая Рука ломанулся по клумбам через кусты. Будет он о природе и чьем-то честном труде думать, когда Кель, возможно, где-то там убивают! Или она кого-то там убивает... Второе вероятнее, зная характер его начальницы и подопечной.

Не права она была, сбежав в сад. Ее не из бального зала хотели убрать - ее открыто заманивали в ловушку. "Удачно" подвернувшаяся под руку эльфийка лишнее тому доказательство. Ну, почему Осантейя такая неугомонная? Снэйк стиснул в руке медальон.

Через десять минут он выбежал на лужайку, осмотрелся и увидел Императрицу. Она сидела на скамейке, облокотившись на спинку и запрокинув голову к небу. Помощник отряхнулся, выпотрошил из волос листья, подошел к ней и сел рядом.

- Кель! - сколько чувств было в коротком восклицании.

- Не порть мне вечер, - протянула женщина. - давай полюбуемся на Самоцветы, - предложила темная. Змеиноглазый открыл рот, дабы возразить, но его сразу же запечатала ладонь Императрицы. - В тишине!

Мужчина хмыкнул. Да и... Жива уже хорошо. Но долго молчать он не мог.

- Расскажи, - настойчиво попросил он. - Тебя хотели убить?

- Скорее проверить.

- Иии?! - подпрыгнул на скамейке Снэйк.

- "Иии", - передразнила его женщина, - он передумал в последний момент. Я уж было терпение потеряла!

- Что ему надо? - хрустнул пальцами кумба. Неизвестный, нарушивший их покой, ему заранее не нравился. Риск, дело хорошее, однако, рисковать над с головой и дозировать ощущения.

- Мне не терпится это узнать! - похоже, Кель была воодушевлена. Иначе, почему так загадочно блестят ее глаза? Правая Рука даже не подозревал сколько еще существ волнует данный вопрос прямо сейчас. А ведь до конца была еще далеко.

Кель

Всего два с половиной часа прошло с того момента, как я перешагнула порог бального зала... С тех пор мне отчетливо слышится стук молотка. Не пойму только в какую поверхность некий умелец гвозди заколачивает...

Передохнем полчаса и подведем итоги. С начала бала мне продемонстрировали несостоятельность службы безопасности в полном объеме, заменили меня в ловушку, чтобы убить, передумали и убивать не стали. Уже неплохо. Учитывая, что веселиться мы планировали до рассвета, то количество предполагаемых сюрпризов на сегодняшнем мероприятии грозить стать рекордным по сравнению с любым другим днем моей жизни. Не могу сказать будто не рада такому вниманию к своей персоне, но вполне могла бы обойтись и без него. В конце концов у меня сегодня не день рождения, чтобы подарки получать.

Кто же заварил эту кашу? Кому и зачем понадобилось приглашать меня на столь своеобразный танец, последнее па которого завершится сверкающей сталью в груди одного из партнеров? Интересная загадка. И безусловно волнующая. С таким соперником я еще не имела дел. Немножко сумасшедший, слегка эмоциональный, однозначно нетерпеливый, слишком самоуверенный и чрезвычайно заинтересован во мне.

Иль? Хотелось бы верить, но мой пропавший эльф явился бы по-другому. Скорее всего однажды утром он явился бы ко мне в комнату и потребовал отчет за прошедшие десять лет. Это было бы в его характере. А в чьем характере звать на свидание и отменять его? Пока не знаю, но обязательно узнаю.

Я поднялась, потянулась и хлопнув Снэйка по плечу отправилась обратно в зал. Самоцветы, конечно, сегодня особенно прекрасны, но в присутствии Правой Руки нечего на продолжение свидания надеяться.

Темные дорожки, едва освещенным редкими пятнами магических фонариков. В конце пути приглушенные звуки музыки и звездочки окон столичной резиденции. Чем ближе, тем больше вздохов в укромных уголках, тихого смеха и шуршания одежды. Но кажется мне, что нас всего двое наполненной звука тьме: я и тот, кто идет параллельным путем. И надо нам всего ничего - встретиться в одной точке и взглянуть друг другу в глаза сквозь прорези потрескавшихся старых масок, что по кипели к нашим лицам, но вот беда... не пересекаются прямые.

На розовых с серыми прожилками мраморных ступенях на балкон, я остановилась на мгновение, обернулась и посмотрела на парк. Нет, не покажется. Еще слишком рано для личного знакомства.

- Императрица! - метр двадцать железа, пива, чесночного запаха и копны рыжих жестких волос бухнулся передо мной на одно колени. - Дева моя, страсть моя, желудочек сердца моего, куда же вы пропали?

- Боршмейхстер?! - выпалила я и попятилась, осторожно нащупывая мысками ступеньки лестницы. Как это на бал пустили?! Где он приглашение достал?! Я просила Снэйка лично проследить, чтобы его в списке гостей не было!!!

Великие милостивые предки! Это чудо в косичках, бусинках и колокольчиках меня уже три года достается. Как приехал с посольством, познакомился со мной, так и вбил в свою дурную голову, что я его суженая, а он моя боль... не в голове, а в другом месте, что пониже и куда он еще дотягивается!

- Да огонь моего горна, молот мой и моя наковальня. Позвольте засвидетельствовать свое почтение и выразить свою любовь? - гном встал на оба колена и подобрался ко мне.

Я быстренько прикинула в уме: почтение они балладой на четыреста куплетов выражают, а любовь на все восемьсот тянет. Четыре с половиной часа слушать существо, которое не знает что такое слух, ноты и слово сольфеджио считает замысловатым эльфийским ругательством? Эээ... Проще прибегнуть к старому доброму варианту - в лоб, по лбу и бегом!

- Она меня любит... - пробормотал Боршхмейстер, свел глаза к переносице, моргнул, надул пузырь из слюны и рухнул лицом на мои сапоги, обняв ручищами лодыжки.

Кошмар! Этот гном меня когда-нибудь до убийства доведет или, учитывая его непробиваемость и глупость, до убийства с приставкой "само"!

Я освободила из объятий любвеобильного поданного царства Мъельграхд ноги, перешагнула через него, воровато оглядываясь перебежала через балкон и вошла в зал, не запыхавшись.

Народ значительно повеселел. Градус межгосударственных отношений явно поднялся и приобрел дружественную окраску. Многие продолжали танцевать, пробуя партнеров и партнерш в движении, сравнивая и выбирая. Сдается мне, скоро под ногами будут хрустеть разбитые женские сердца, выцарапанные мужские глаза и прочие очень важные для мужского самомнения органы. Как бы не пришлось горничным зарплату повышать - они не на мясобойню работать устраивались.

Я подошла к столу, подцепила поднос с тарталетками и принялась пробираться к трону, чтобы спокойно поесть. Не люблю, когда мне в рот смотрят. Что они там пытаются найти? Клыки? Застрявшие между зубами кости жертв? Ядовитые зубы? Случай поинтересоваться выдался через минуту.

Стоило примоститься у трона, сглотнуть голодную слюну и распахнуть челюсти, как рядом появился эльф и завороженно уставился на меня. Я захлопнула пасть, положила горсть тарталеток на поднос и в свою очередь воззрилась на мужчину.

- У вас такой вид, словно вы хотите у меня денег на карманные расходы одолжить. Вам сколько? - я демонстративно опустила руку в карман.

- Мнеее? Яяя? - стрекотнул ушами эльф, побледнел и зачем-то спрятал руки за спину.

- Не стесняйтесь. Со всеми бывает. Поиздержались. В следующий раз будете тщательнее планировать расходы на бордели, пьянки и покупку редких ценностей Темной Империи. Так сколько вам ссудить?

- Откуда выыы... - мужчина ковырял обувью пол. Он себе выкопать собирается или сбежать таким образом на этаж ниже?

Я перебила:

- Вы правда хотите знать? - притворно изумилась. - Знаете, что бывает с теми кто слишком много знает?

- Вы их убиваете? - эльф мелко дрожал. Мда, и за что этого несчастного к нам сослали? Должно быть он знатно на родине отличился. Я сделала заметку в памяти: за просить у Снэйка досье на сего примечательного ушастого.

- Очевидно, намеки не понимаете, - вздохнула, закусила губу. - Еще один вопрос и вы точно узнаете, во всех подробностях. Так, по какому поводу вы меня отвлекли от трапезы?

Пару минут ушастый собирался с мыслями. Я успела уничтожить половину тарталеток и ощутить как чувство вселенского голода уменьшилось до объема одного небольшого лося.

- Аудиенция. Я пришлось попросить вас об аудиенции! - наконец вспомнил посол.

- Хорошо. Завтра в семь тридцать утра, - я встала, намереваясь отправить на кухню, ибо закусками сыт не будешь, а что сытнее в зал не вынесут.

- Спасибо, благодарю, - послышалось за спиной. Я улыбнулась, через сколько до него дойдет, интересно. - В семь тридцать УТРА?! - о, уже дошло.

Вопль я пропустила мимо ушей, торопясь улизнуть с праздника. Скрылась в ближайшем выходе, вихрем пролетела по коридорам, свернула на кухню, подкралась к Скуразо и просто ледяным тоном спросила по какому такому распоряжению Императрица пребывает голодной? Шеф-повар в этот самый момент пробовал что-то, а тут я... Он так челюсти на ложке схлопнул, что на металле отпечатки его зубов остались.

Снэйк, побирающийся здесь же и уже получивший здоровенный кусок колбасы и полбуханки черного хлеба вместе с кружкой горячего настоя, тихонечко хмыкнул и стал быстрее уминать ужин, бросая на меня взгляды исподлобья. Ага, испугался, что я на его долю претендовать буду!

Скуразо поворчал-поворчал, но обеспечил меня провизией. Я подвинула на стуле Правую Руку и вгрызлась в мясо, сдерживая довольное урчание. И так слуги подозрительные взгляды кидают на нас со Снэйком, мол чего это мы от гостей на кухне прячемся и не едим вместе с ними - не задумали ли мы отравить приглашенных? И дело не в совершенно незнакомых им людях, эльфах, гномах... дело в них - они же все через свои желудки пропустили! Ну, надо же продегустировать. Вдруг посолить забыли или перца не доложили...

Через двадцать минут в голове не осталось ни одной дельной мысли. Я ощущала себя бочонком на ножках, способным катиться, переваливаться с боку на бок, но не изящно ступать по ковровым дорожки в коридорах. Слава моей гнусной репутации - меня никто никогда не решится пригласить на танец. Кроме...

- Кувалда моего мозга, серьга чугунная для моего носа, - у Боршмейхстера действительно в мясистом носу была серьга. Действительно чугунная. Золото они металлом не признавали, презрительно называя его бабьими тряпками. - Ты рукоять... - на подносе, что мне заботливо подсунул под руку помощник, лицо гнома отпечаталось в мельчайших деталях.

Я давно привыкла к тому, что мир несправедлив, но с появлением в Темной Империи посла Мъельграхда я узнала насколько он бывает несправедливым. Мне, правда, не нужны вязанки поклонников у ног - не стремлюсь сгореть на костре пылких чувств. Достаточно одного, нормального, высокого, не урода, в меру упитанного, в самом расцвете сил и соответствующего еще ряду малозначительных параметров. Согласитесь, запросы у меня ничтожные! Но почему же вместо симпатичного, доброго, умного мне послали влюбленное наказание метр двадцать ростом?!

Никогда не забуду нашу первую встречу. Маленький пузатый человечек представился двадцатью пятью титулами: лучший, мастер, победитель, чемпион чего-то-там. Он закончил речь, степенно поклонился, взглянул на меня и застыл. Когда вернулся с небес на землю (куда его отправило мое очарование), то мгновенно предложил мне свою руку, сердце, а также фамильную кувалду и именно свадебный ошейник шипами внутрь с цепью толщиной в гномью руку. У них с семейными порядками ого-го как строго: чуть что сразу к порогу на гостей гавк... встречать!

Боршмейхстер меня из себя выводит. Давать ему ласково по физиономии уже в привычку вошло, ибо нет никакого желания знать какая и чего я у него рукоять, но он ведь, зараза, любые мои действия за знаки внимания принимает, а после мордобития вообще от приступа любовного экстаза дуреет: у них дать в глаз - показать особое расположение, значит.

Снэйк погладил меня по руке, оттащил гнома в сторону, закатил его за портьеру, усадил мое бренное расстроенное тело на трон и побежал за напитками. Он отсутствовал минуту, но этого хватило.

- Потанцуем, Императрица? - хриплый голос невзрачного человека.

- Потанцуем, - и мое согласие в ответ.

Предки, что я творю?!

Иллинойс и компания

Славный гном Боршхмейстер пребывал на седьмом небе от счастья: сегодня его любимая женщина дважды обратила на него внимание и совсем не беда, что в первый раз он получил по голове, а второй раз по роже, зато смог поцеловать сапоги Императрицы и почти поймал ее ручку для лобызания.

Представители подгорной расы, знаменитые умением за считанные секунды доводить любое мыслящее существо до белого каления, а потом столь же быстро остужать, признавали в общении силу, силу и еще раз силу, при чем неважно ума, руки, ноги или хвоста. С начала времен они ценили умение существа противостоять ударам судьбы, к которым не без основания причисляли себя, а порой и отвечать злодейке той же звонкой монетой, ну, или кувалдой в зависимости от настроения и состояния.

Темная Императрица безусловно обладала физической силой, была на редкость умна, вооружена здоровенным внутренним стержнем и зверским характером. В общем, по мнению посла царства Мъельграхд Осантейя Крейлин была идеальной во всех отношениях, а ее неприступность возводила сей объект гномьей страсти на пьедестал, куда женщинам расы Боршмейстера и во веки веков не забраться.

Конечно, эта неземная любовь возникла не сразу - примерно на пятой минуте знакомства после того, как темная ему нахамила, послала туда, откуда неопытный гном никогда не вернется, описав дорогу на орочьем языке, и выкинула в окно, а он всего-то выразил сомнение в ее праве занимать трон.

С тех пор много и всеми уважаемый посол слывет за границей и на родине безответно влюбленным, но смеяться над ним никто и не думает, ибо дураков связываться с одним из печально известных своими подвигами Забияк не было. Многие существа очень трепетно относятся к целостности своего тела и ради двух минут веселья жертвовать чем-нибудь нужным для продолжения своего рода... Несколько человек попробовали... Их целители душ с удовольствием купили в качестве наглядного пособия "Глупость человеческая, вампирья, эльфийская" (нужное подчеркнуть).

Хотя сам над собой подданный царства Мъельграхд частенько шутит. Как за столом в дружеской компании разговор о подругах сердца заходит, так он всегда делится тем, как его угораздило по самые... ягодичные мышцы втрескаться! Глаза у него при этом горят и голос от гордости за темную заходится.

Несмотря на очевидную невозможность построить крепкую семью с Темной Императрицей, Боршхмейстер не собирался сдаваться. Гномы не склонились перед пятнадцатью Властелинами, так разве одного из них заставит отступиться пусть и идеальная, но все равно баба?! Нет, поэтому посол намеревался рано или поздно взять крепость по имени Кель в свои огромные мозолистые руки и сделать из нее свадебное гнездышко.

Бал только укрепил гнома в его намерениях. Справедливо держа за истину поговорку предков "бьет, значит, любит" он сделал единственно возможные выводы - Императрица к нему неравнодушна! По такому случаю придя в себя после столкновения с подносом посол хлопнул пару стаканов крепкого напитка, нашел свободный стул у стеночки и принялся со счастливой улыбкой наблюдать за Кель.

Увы, наблюдал не только он - наблюдали за ним. И взгляд у существа с невзрачной человеческой внешностью был так же далек от доброты, как Лос-Идос от Леса Вечности. Глаза мужчины обжигали холодом, расчетом и ноткой горького непонимания. Человек явно ревновал, но ревновал вещь, а не другого человека. Впрочем, это не делало его чувство менее жгучим, ведь вещь, которой незнакомец желал владеть безраздельно - внимание Императрицы...

Он и только он достоин получить его полностью. Он все сделал для этого и даже больше, а она то на коротышку отвлечется, то на помощника своего, то исчезнет из поля зрения... Не хорошо так поступать, вот обидится он и найдет себе другого партнера по танцам: говорят у гномов тоже неплохая служба безопасности, а у некоторых светлых государствах и разведка весьма хороша.

Эх, да никуда он не денется, пока не доведет свою игру до финала. В конце концов, он привык поступать по чести и раз обещал, то обязательно должен сделать. Человек недовольно поджал губы, снова взглянул на своего соперника и погладил отмерзшую белку, спрятанную запазухой. Вопреки природе зверек сидел смирно и не делал попыток покинуть непривычное для него убежище.

Незнакомец перевел взгляд на танцующих. Они толкнули его на идею, показавшуюся ему интересной: а ее сделать ли соперничество более увлекательным? Намеки и недосказанность всегда заставляют вгрызаться в хвост истории с тем, чтобы распутать ее до начала.

Решено!

- Потанцуем, Императрица? - человек удивился тому, насколько спокойно прозвучал его голос. Он ожидал от худшего результата.

Она согласилась?! Мужчина покачнулся: пригласить одно дело, а танцевать другое... Он рассчитывал смутить ее и исчезнуть, получив категоричный отказ в духе ледышки Кель, но ему ответил явно кто-то иной, упакованный в ее одежду и тело. Предки, демоны и все остальные, танцевать ему с ней никак нельзя - он банально не умеет! Врожденное чувство ритма и музыкальный слух несколько спасут ситуацию в целом, но что спасет ноги Императрицы конкретно?

Пока игрок размышлял, Кель подхватила его под локоть и дернула в сторону танцующих. Незнакомец очнулся, с удивлением обнаружил на себе пальцы женщины, сглотнул, ослабил воротник рубашки и поравнялся с ней. Если что он подарит ей мазь от синяков. Или деревянный протез, если совсем плохо все закончится.

Оркестр вернулся к непосредственной задаче - развлекать гостей минуты через полторы. Зомби удивить трудно: чего они только на том и этом свете не видели, но танцующая Кель... на подобное зрелище оркестр в полном составе с балкона свесился посмотреть. Официанты в служебных выходах устроили столпотворение. Скуразо между ногами протиснулся и треугольными глазами уставился на невиданное зрелище. Присутствующие в зале темные решили, что каждый видит галлюцинацию персонально и все вместе массовую.

Остановилась музыка - споткнулись пары, увидели причину переполоха и поспешили освободить танцевальное пространство, максимально прижавшись к стенам. А двое, похоже, не замечали, что остались одни. Оркестр заиграл лиричную и одновременно динамичную мелодию, полную резких взлетов, падений и неожиданных остановок. Она как нельзя лучше подходила стоящим почти в центре зала людям.

- Мы знакомы? - Императрица нутром чуяла: это он - тот, кто устроил ей уже две ловушки.

- Встречались, - уклончиво ответил мужчина. Он радовался, что иллюзия скрывает и внешность и голос.

- Определенно не до моего двадцатилетия, - усмехнулась женщина своим тайным воспоминаниям.

- Определенно, - все так же ушел от прямого ответа человек.

- В любой из дней следующих пятнадцати лет, - протянула Кель. - Что же вы хотите? - взгляд стал чуть более жестким, но все еще оставался благожелательным.

- Выполнить обещание, - сухо улыбнулся мужчина, стараясь ничем не выдать волнения. Он нарочито коверкал эмоции: за противоположностью легче скрыть истину и вряд ли кто раскусит, что старые добрые способы обмана еще используют.

- И вы не ответите какое? - левый край губ Императрицы улыбался, а правый стал прямым и жестким.

- Вы знаете, - поклонился незнакомец. - Слышите, кажется, все... - шепотом закончил он.

- Все?

- Все.

Еще шаг назад, напряженные мышцы. Он предчувствует дальнейшие действия Кель и срывается с места вместе с приказом "взять". Бросил позади себя склянку, рванувшую едким дымом, ветвистой молнией из кольца-артефакта вынес окно и со второго этажа спрыгнул в приветливый и знакомый ему от и до парк...

Снэйк сперва по терялся в пространстве и времени, когда услышал согласие Кель на просьбу потанцевать. Увидев, что она действительно намерена эта сделать Правая Рука постучал себе по лбу, дважды, убедился в глухом звуке, но все равно решил - голову подлатать надо будет на досуге во избежание протечек от сильных нервных потрясений.

Правда, чуял змеиноглазый не доведет до добра этот странный танец. И ведь на сто процентов оказался прав! Снэйк подобрался за секунду до приказа, за половину уже оторвал ноги от пола и прыжком послал тело вперед - ему была уготована участь сполна глотнуть смеси алхимического газа с перцем и другими едкими специями. Упал мужчина неудачно: челюстью приложился, левый верхний клык потерял и трамплином для вампиров, бежавших за жертвой послужил. Особо отличавшийся охранник след обуви на затылке кумбы оставил.

Охая, кашляя, чихая и хрипя блондин откатился в сторону и был остановлен уткнувшейся ему в грудь фиолетовой атласной туфелькой.

- Болит? - сквозь льющиеся обильным водопадом слезы из раздраженных глаз Снэйк не понял, кто к нему обращается. - А сейчас еще больше болеть будет! - и маленькая ножка с размаху съездила ему по животу. - Ой, извини, прости, я случайно! - запричитала девица.

Правая рука смог только кивнуть. Дышать и говорить было выше его скромных, подорванных газом и заботливой женской ногой сил.

- Помочь? - спросила девушка.

Инстинктивно мужчина подтянул ноги к груди, стараясь минимизировать последствия предлагаемой "помощи". В том, что ему ее окажут вне зависимости от согласия Снэйк уже не сомневался, но его помиловали.

Эйлин вздохнула, поджала губы, ткнула пальцем соседа справа и попросила, нет, потребовала помочь. Сосед в разборки встревать не пожелал, но обещание обчистить его, его детей и всех родственников даже тех, кто уже в могиле до последнего золотого зуба, заставила мужчину согласиться. Да, в некоторых обстоятельствах проще поступиться принципами, чем спорить со слабым полом: сказали меховое манто из тигра летом, значит, надо брать копье и топать в лес. За белками, а потом брать кисточку и перекрашивать мех в сарае за домом!

Вдвоем под прикрытием суматохи темного оттащили в служебное помещение. Засим помощник откланялся, а эльфийка, раздобыв воды, попробовала припомнить скромные уроки оказания первой помощи. Вроде бы глаза промыть надо. И с чистой совестью девушка окунула лицо Правой Руки в кастрюлю с ледяной водой...

- Брр-бу-бульк! - возмутился Снэйк.

А Эйлин, обрадовавшись хоть какой-то реакции со стороны пациентами, в порыве огромной любви к недругам своим ухватилась за шею мужчины и принялась от души бултыхать его головой в кастрюле...

Кель

Я взвилась в высоком прыжке, но на землю так и не приземлилась, активировав заклинание левитации. Во-первых, газ из разбитого флакона медленно поднимался вверх, хоть и рассеянный, он все равно способен доставить немало проблем носоглотке - нет уж! Во-вторых, под ногами развалился по глупости попавший под удар Снэйк. Можно ради воспитательных целей пробежаться по нему, но предпочту действовать другими методами...

Я вылетела вслед за сбежавшим незнакомцем в разбитое окно, надеясь, что охрана бала самостоятельно разберется с паникой среди гостей. Ничего особенно не произошло, а дамы уже спешат упасть на руки кавалерам, только последние не слишком усердно их ловят больше озабоченные своей безопасностью.

А вылетела я зря. Да еще на такой большой скорости! Нет, план резиденции и парка я смотрела перед поездкой и перед балом тоже, но это вот дерево как-то у меня в памяти не отложилось, зато след от него отчетливо запечатлелся на моем лбу. Проклиная собственную забывчивость, я сползла по стволу, собрав на одежду кору, листья и облюбовавших старую липу клопов.

Насекомые приняли мой визит вежливости за попытку молниеносного захвата их исконной территории и дали залп из всех орудий. В ноздри шибанул резкий запах гнилой малины, горло сжалось, перекрыв доступ воздуху, остатки которого вшибло из легких веткой под спиной. Сдавленно охнув, я свалилась на землю, полежала минут пять, щелчком пальцев согнала с носа танцующего победу клопа и поднялась.

Похоже, мой партнер по танцам ушел! Невежливо, не попрощавшись, да еще нанес ущерб моей резиденции. Интересно, кому за вынесенное окно счет выставить?

Я нырнула внутрь себя, нащупала "привязку" Снэйка и потянулась к его сознанию. Ага, уже с какой-то девицей развлекается, изображает из себя беспомощную и тяжелораненую жертву. А что ему так не нравится? Девица его лицом в кастрюле полощет?! Ушлые, однако, гости на балу...

Оставив Правую Руку наслаждаться плодами своих необдуманных поступков и компрометирующих знакомств, я накрыла парк поисковым заклинанием. В сознании появились с десяток снующих черных точек - вампиры, пяток красных - оборотни и две зеленых - часть моих призрачных телохранителей так же присоединилась к погоне за неизвестным.

Только...

Мельтешат они беспорядочно. Боюсь, так мы никого не поймаем!

Ругнувшись, я пешком вернулась в здание, испытывая временное отвращение к полетам, нашла начальника охраны резиденции и потребовала отчета:

- Входы, выходы?

- Перекрыты, - отрапортовал Маллиус Раданович. - Даже тайные. На воротах и стене усиленные наряды, защитный купол активирован, маги в трансе. Не извольте беспокоиться, муха не вылетит без нашего ведома. Гостями занимаются, через десять-пятнадцать минут бал продолжится, - вампир был собран, спокоен, серьезен. Свое дело он знает прекрасно, а что до следа губной помаде на щеке и распахнутой рубахи... Главное, его люди в расчетное время уложились, поэтому не суть важно в каком виде он отдавал приказы и как быстро из койки выпрыгнул.

Не волноваться... И все же я волновалась. Интуиция не давала покоя, хищной птицей кружа над стайкой пестрых обеспокоенных мыслей. Мы что-то упустили, но что?

- Канализация? - похолодела я. Огонек понимания вспыхнул в черных глазах вампира. Он дернулся, как от удара и поджал губы, переживая секунды неприятной внутренне борьбы. Меж тем, мой взгляд наливался свинцом. - Из парка есть спуск в канализацию? - повторила я.

- Туда никто не полезет! - неуверенно заявил Маллиус. Не полезет? Что-то, дорогой, ты сам себе не веришь.

- Не просветишь почему? - мы теряли драгоценное время. Еще чуть-чуть и внутренний голос шепнет - упустили! Ах, как не хочет проигрывать в первой же партии этой несравненной войны, но из-за болванов, которые вместо немедленного действия ищут оправдания своей недалекости, мне придется признать поражение.

- Мы туда пару лет назад схарнийских крокодилов запустили. Везде предупреждающие таблички висят. Эти рептилии человека способны перекусить пополам, а уж в голодные времена они, порой, канализационные решетки средь бела дня выносят. Да вы же сами указ подписывали! - закончил прекрасным выпадом свою защиту вампир.

- Я завтра указ о лишении тебя должности, выходного пособия и головы подпишу. Хотя зачем подписывать? Давай просто табличку на твой лоб прибью, а?! - голос сорвался. Вместо нормальных звуков из горла вылетело шипение холодного северного ветра. - К канализационному люку, быстро!

Проклятие! Как не хочется, чтобы незнакомец сложил голову в желудке крокодила. У меня на него свои планы есть, далекие от экзотической кулинарии, посему список мест, где я побывала пополнится еще одним дурно пахнущим пунктом: добро пожаловать в канализацию, Кель!

Возле решетки в саду собралась небольшая группа. Я взвинченная до предела и жаждущая кого-нибудь располовинить. Пышущий злобой Раданович. Местный золотарь, вооруженный не хуже гильдейского наемника, и еще четверо вампиров сопровождения. Последний были особенно счастливы от простирающих перед ними, простите, под ними перспектив.

Золотарь смотрел на нас, как на умалишенных, но замки на решетке потихоньку срезал, прислушиваясь к подозрительным всплескам снизу. Было в них что-то голодное... Своей обстоятельностью мужчина действовал мне на нервы. Я бы с удовольствием снесла замки магией, но именно от этого на них стояла защита - нельзя допустить, чтобы случайный фокусник в городе неумелым заклятием сбил решетку и открыл крокодилам доступ к накрытами яствами столу.

Стоп! А как хитрец проник в канализацию, если замки на месте? Ооо, где сегодня мои мозги?! Вихрь снес решетку вместе с крепежными петлями, болты которых были давно срезаны. Ну, умудренный... жизненным опытом, зараза!

- Императрица, вы же не серьезно, вы не собираетесь туда идти сами? - Маллиус косил левым глазом на черное жирное нутро спуска в канализацию.

Вместо ответа я под горло застегнула пиджак, намотала на лицо газовый шарф, бросила вниз сгусток магического света и слевитировала вниз, стараясь не коснуться стен и неприятной даже на вид водицы, медленно текущей по сточному желобу в туннеле. В некоторых местах каменные стены пропороли древесные корни. Вперемешку с паутинами пятнистого мха они тянулись к воде, создавая под потолком копошащийся занавес. Здесь бы огненный маг не помещал. Кто знает какая живность завелась в местной экосистеме, если крокодилы выжили?

Позади меня раздался шорох. Обернувшись, увидела спустившегося Радановича. Он соскочил с последней ступеньки и прошел вперед на два шага, освободив место следующему за ним золотарю. Вампир измерил взглядом пространство между моими ногами и землей и оценил кривую ухмылку на лице. Его глаза говорили, что не против увидеть плывущим по жиже мой труп в компании прочих отбросов. Зря, нельзя так откровенно свои чувства демонстрировать. Канализация у нас старая, запутанная, в ней и безвозвратно потеряться можно.

Шестеро мужчин двинулись вдоль стены по узкому скользкому бордюру. Я летела вперед, контролируя бьющее непрерывными волнами поисковое заклинание. Есть! Нечто крупное находилось... прямо под моими ногами?! Секундная пауза. Обжигающий всплеск чувств, и я уже головой в зарослях с поджатыми к груди ногами, а в ушах звенит крик. Мой?

Выдохнув, я отсалютовала рукой двум парам больших серебристых глаз рассматривающих меня с толикой вполне разумного ехидства, перевернулась и ударила "дыханием северного ветра". Сильнейшая магия направленного действия высушила воздух до звонкой хрупкости и выморозила воду. Подо мной застыла на полтора метра высунувшаяся из воды рептилия с раскрытой пастью и рвущие ее на части демоны. Они брызнули темной пылью, а вместе с ними взорвалась изнутри запаянная в лед рептилия.

Я опустилась вниз рядом с мужчинами. Откорректировала заклинание поиска: разделила его на две части и добавила в первую верхнюю планку поиска по весу, а во вторую нижнюю. Теперь, по идее, магия и о крокодилах предупредит и местонахождение беглеца сообщит. Получилось!

- Туда, - я рванула вперед, мужчины держались за мной, признав лидерство. Был бы сейчас с нами Снэйк он бы высказался насчет женщин-командирш облеченных волею судьбы властью, но его нет и можно не торчать за чужими спинами. Прирожденный лидер должен своих людей вести... в тупик?!

Мы остановились перед глухой стеной. Несколько секунд ощупывали ее непонимающими взглядами, сдерживая порывы тела разбежаться и попробовать каменную кладку на крепость плечом или головой. Причем, я хотела проделать это чужой головой - вампир начала меня серьезно раздражать!

Россыпь его недоверчивых взглядом, ужимки за моей спиной товарищам - все это наводит на грустные мысли: неужели сволочь клыкастая меня здесь "забыть" решил? Понимаю, этот столичный вампиреныш думает слухи обо мне капли правды не содержат. Придется разочаровать его. Сильно.

Я посмотрела Радановичу прямо в глаза и раздвинула губы в тонком неприятном подобии улыбки. Знаю, Знаю, от этой гримасы у многих зубы стучать начинают и по волосам седина бежать начинает, но вампирчик стойким оказался - всего лишь мышцы на лице задергались...

Ничего, это только начало. Не уверена, что он из канализации живым выйдет...

- Ищите рычаг и поторапливайтесь. К нам приближаются толстокожие, зеленые и очень голодные монстры. Если есть желающие стать для них закуской прошу сделать шаг вперед, - смерила сопровождающих презрительным взглядом, задержавшись на Маллиусе чуть дольше всех остальных. Пусть выводы делает.

Вампиры и золотарь дружно отступили на два шага назад, уперлись в стену. Они развернулись и молча принялись обшаривать ее и прилегающую территорию. Уверена, где-то скрывается поворотный рычаг - пропуск в тайный ход. Сколько всего неожиданного можно узнать о родной столице благодаря инстинктам, заставившим броситься в погоню за человеком. Если бы не он, то не видать мне увлекательной экскурсии по подземелью и не узнала бы я, что канализацией вплотную заняться нужно: и подлатать кое-где, и почистить, и ходы завалить, чтобы слишком прыгучая живность по ним не устраивала забеги.

Быстрый взгляд через плечо. Еще ищут! Побыстрее бы. Пара рептилий не проблема, но десяток рядом, пятнадцать поблизости и около двадцати в разной степени приближенности могут ей стать. Не уверена, что демоны справятся со всеми крокодилами сразу, но отпустить вперед для превентивных мер не могу - не верю Радановичу. Такие за унижение платят пятнадцатью сантиметрами стали в спину...

Магию использовать тоже нежелательно. "Поклонник" за стеной оставил чувствительные заклинания, природу которых определять нет времени. Они могут войти в резонанс с мой магией и тогда только души Грани знают, в какие дальние дали ухнет наша столица вместе со всеми жителями!

Я облизнула губы. Так что, ждать? Сердце споткнулось и задергалось чуточку быстрее. Люблю, когда опасность коготками щекочет нервы!

Иллинойс и компания

Снэйк переживал не самые приятные минуты. С одной стороны глаза саднило и вода помогала облегчить страдания, но с другой его в воду бессовестно макали. С третьей, на женщин поднимать руку нельзя, зато с четвертой оч-чень хочется перекинуть одну конкретную эльфийку через колено, задрать ей юбку, снять панталоны и с оттягом отшлепать по голой розовой попе. Мало того, что она его обобрать на балу попыталась, так теперь еще над ним, больным, измывается. Кто ее учил первую помощь оказывать? Кладбищенский сторож?!

Кумба вздохнул, выпустив рой пузырьков. Тут же его голову вынули из кастрюли, а приторный голосок вкрадчиво спросил:

- Ты что-то сказать хотел? - его встряхнули. Голова Снэйка мотнулась слева направо. - Нет, тогда продолжим лечение! - И помощника с размаху окунули в кастрюлю.

Хватит! Правая Рука извернулся, опрокинув кастрюлю, взбрыкнул, отпихнув причину своих страданий, развернулся и подслеповато щурясь - глаза все еще болели, посмотрел на эльфийку. Девушка с невинным выражением лица рассматривала блестящие ноготки.

Вода холодной струйкой потекла мужчине за шиворот, проложив путь по ложбине позвоночника. Настырные капли собирались на кончиках волос, дрожали от яростного сопения Правой Руки и падали бледное лицо Снэйка. Его губы дергались, будто он хотел что-то сказать, но сдерживался.

Это соответствовало действительности. Те слова, которые звучали в тот момент в голове мужчины, были не предназначены для нежных девичьих ушей.

Эйлин не ждала благодарности за помощь. Она была готова удовольствоваться своей маленькой местью и наслаждалась, глядя на мокрого блондина с пятнами нездорового румянца на щеках. Представив, какими эпитетами он ее сейчас награждает, она улыбнулась и хитро прищурила голубые глаза. Ее интерес к мужчине определенно вырос на несколько пунктов. Хотя и желание спровоцировать его на скандал тоже. Ох, что будет, если откупорить этот кипящий вулкан? То, что ей возможно не поздоровится при таком варианте развития события девушке в голову не пришло.

Молчание затягивалось.

Снэйк издал непонятный горловой звук, поднялся, по собачьи тряхнул гривой, откинул с лица холодные сосульки волос и направился в бальный зал. Спокойствие вернулось в душу кумбы и на лице вновь появилось хорошо знакомое слегка надменное выражение. В глазах застыла искорка превосходства.

Эйлин фыркнула, насмешливо приподняла бровь и решила, что не следует спускать этому типо открыто проявленное к ней пренебрежение. Она поднялась, осмотрела намокшее и мятое платье, шепнула ругательство в адрес блондина. Проучить его? Внимательный взгляд в спину. Стоит! И она даже знает как...

Эльфийка специально догнала его в момент, когда Снэйк только перешагнул порог бального зала. Она подхватила его под локоть, томно прижалась к нему всем телом и громко с характерным придыханием слегка неудовлетворенной женщины произнесла:

- Ну куда же ты, дорогой, мы не закончили! - поцелуй в уголок губ и полный надежды взгляд.

Рядом стоящие гости заинтересовались. Они прекратили разговоры о недавнем происшествии, повернули головы в сторону пары и навострили уши. Несмотря на небольшую долю опасности, бал в Темной Империи нравился им все больше и больше. Ни на одном другом такого количества скандальных ситуаций не было!

Правая рука окаменел. Он медленно со свистом выдохнул сквозь сжатые зубы, натянуто улыбнулся и дернул Эйлин обратно в служебное помещение. Там он прижал ее к стене и выдал сдержанную отповедь в духе Кель. Он надеялся, что злые слова несколько остудят пыл женщины. Кумба сразу ее раскусил - отомстить она задумала. Как же доставит он ей такое удовольствие! Мужчина оторвал пальцы девушки от себя, велел ей оставаться на месте, а сам повторно возник на в бальном зале.

Его встретили выжидающие взгляды гостей. Народ подошел ближе, сгрудился, а с их полуоткрытых губ разве что слюна не капала. Снэйк привык к публичности и считал, что его запаса прочности достаточно для общения с самыми разными существами, но столько открытое проявление заинтересованности в его персоне смутила кумбу.

- Это было хорошо, но слишком быстро, - чуть разочарованный голос прозвучал со спины, а белые ручки соединились в замок на животе мужчины. - Куда ты так торопишься?

Змеиноглазый испытал сильное желание завизжать на ультразвуке. Желательно во втором облике, чтобы и зал, и гости, и самое главное эльфика навсегда остались под каменными завалами, а из своей памяти он как-нибудь сотрет неприятный эпизод. Кумба вежливо кивнул ощерившимся в предвкушении сцены гостям, расцепил руки эльфийки, обернулся к ней и вытолкнул из зала.

Следом тоже скрылся за тяжелыми дамастовыми шторами.

Без любопытных глаз и ушей, он сграбастал девушку в охапку, сдавил ее, дав выход ярости, зажал рот рукой и потащил через небольшую заполненную посудой и едой комнату, коридор. Конечном пунктом их путешествия стала кладовка, куда кумба без сожаления швырнул эльфийку, захлопнул дверь и задвинул засов. Вот так-то лучше!

Не успел он отойти, как раздался первый робкий стук, затем вопросительное восклицание, а дальше за дверью начал бушевать ураган. Правая Рука остановил спешащего официанта, отнял у него столовые приборы и приказал охранять дверь, не обращая внимания на крики о помощи. Скелет послушался. Удовлетворенно вздохнув. Снэйк отряхнул руки и таки вернулся к непосредственным обязанностям. Кель сбежала, следовательно гостей развлекать ему.

Пока Правая Рука разбирался с неприятными последствиями своего неведения о некоторых аспектах отношений мужчин и женщин, в канализации пытались разобраться с кое-чем другим.

Золотарь, лучше всех знающий устройство столичной канализации, упорно ощупывал камни. Если надавить на один из них, то тайный ход должен открыться. Мужчина уже встречался с подобными замками. С ними всегда только одна проблема - замаешься искать тот самый камень!

А Императрица торопила. Она внимательно следила за колебаниями воды. На ее пальцах дрожали заклинания. За спиной мерцали полупрозрачные клочки тьмы, отдаленно напоминающие человеческие фигуры. Золотарь сглотнул, вытер со лба пот и утроил усилия. Где же демонов камень?! Мужчина прекрасно представлял себе последствия столкновения в узком пространстве с трех-четырех метровыми рептилиями. Допустим, с одной Императрица справится, но с пятью? Золотарь ощущал себя крайне неуютно. Да еще эти вампиры...

Маллиус не участвовал в поисках. Злобным взглядом он сверлил спину Кель и прикидывал в какое место удачнее всего будет вогнать нож по самую рукоять. Раданович не любил Императорский род. Что вампиры от Властелинов хорошего видели? Армия демонов их государство первым захватило и присоединило. Мол, пьющие кровь живых существ просто обязаны быть темными. А может, все вампиры в тайне мечтали жить под сенью деревьев Леса Вечности, нюхать цветочки и орошать горло медовухой?

Насчет всех и медовухи Раданович погорячился, но оппозиция среди вампиров была сильна. Многие открыто, но все еще шепотом высказывали идею отделиться от Империи и зажить самостоятельной счастливой жизнью. Ведь служить предки знают кому за нищенскую зарплату, им - аристократам, противоестественно! Ну да... Ну да... о постоянных кровавых дрязгах кланов все уже давно забыли, как и о том, что прямых наследников на несуществующий трон нет, а значит, масштабная интрига напичканная ядом, сталью и гробовыми досками гарантирована!

Маллиус считал, что его унизили незаслуженно. Никто не мог предвидеть появление безумца, готового добровольно пойти на корм крокодилам. Императрице следовало проявить понимание, а не набрасываться на него с угрозами. Вампир сжал кулаки и сплюнул. Дура баба! Пора показать чего она стоит на деле.

Рука Радановича скользнула к поясу, вынула из ножен на поясе нож. Вампир сделал шаг вперед, облизал губы, переместил центр тяжести, отвел назад руку и приготовился сделать бросок...

Золотарь налетел справа. Споткнувшись, мужчина вскрикнул и повис на вампире, бормоча извинения. Кель оглянулась и прошипела повеление поторопиться. Момент был упущен. Маллиус стряхнул с себя золотаря и отшвырнул его в сторону. Мужчина, демонстрируя, чудеса неуклюжести, отскочил, застыл у края, стараясь сохранить равновесие, но неудачно - человек прогнулся, зачерпнул ладонью в плотной кожаной рукавице нечистот из канавки, ухмыльнулся в тридцать два зуба и выпрямился, бросив горсть дурно пахнущей воды в вампира.

Сливная вода попала прямо в лицо Маллиусу. Его гнев мгновенно перекинулся на новую жертву. Разум утонул в кровавой пелене, верхняя губа приподнялась, обнажив крепкие белые клыки, пальцы скрючились. Блеснув в свете магического светильника острыми когтями, вампир сделал стремительный рывок вперед. Натренированный общением с крокодилами золотарь смог увернуться, но четко осознавал второй раз он этот фокус проделать не сможет. Он отступил и едва не пропустил мимо ушей тихий щелчок из-под ног. Стена медленно поползла вверх.

В тот же самый момент из воды показалась рожа первой рептилии. Вывернувшись под невероятным углом, крокодил выпрыгнул из воды раззявив пасть прямо на Императрицу. Та и не шелохнулась, зато два демона за ее спиной кинулись к рептилии и исполосовали ей брюхо. Но на берег уже лезла вторая...

Шорох отъезжающей в сторону стены привлек внимание Императрицы, она отбросила крокодила потоком воздуха и бросилась к открывшемуся проему, вслед за вампирами. Золотарь заскочил последним. От чьего-то неосторожного шага дверь за ним закрылась.

- Никому не двигаться, - предостерегающе подняла руку вверх женщина.

Она что-то прошептала и сделала сложный пасс рукой. С ее ладони вспорхнуло туманное серебристое облако, разрослось и вспыхнуло неестественно ярким светом. Вспышка длилась всего пару секунд, затем померкло, но на стенах старого туннеля остались подсвеченными магические знаки. Их было слишком много, чтобы надеяться на легкую прогулку.

- Как он успел?! - Раданович удивился.

- Развернул комплекс, - устало ответила Кель. - Он очень хорошо подготовился, а мы, к сожалению, нет, - многообещающий взгляд мазнул по лицу вампира.

Кель

Отлично! Заклинание проявления высветило на стенах канализации магические знаки. Можно с уверенностью сказать - данная магия мне неизвестна, но знакома. Руны используют эльфы. И что это дает пятерым запертым в вонючем помещении существам? Немало, только хорошего почти ничего, а именно раса гостя теперь не загадка для меня. Возможно он не чистокровный ушастый, но полукровка точно. Другие расы не станут ради конспирации учить три с половиной тысячи рунических знаков. Я в свое время не стала. Знаете почему? Элементарная отговорка - вряд ли они мне когда-нибудь пригодятся... А вот поди ж ты! Обезвредить я их не смогу, выжечь? А вдруг с половиной столицы? Кто знает что содержат в себе красивые закорючки на стенах. Остается одно:

- Обувь снимайте, - распорядилась я.

- Зачем? - вампир смотрел на скользкий заплесневелый пол. Он явно не испытывал удовольствия от перспективы пройтись по нему пешком. И хотя представителей этой расы практически никакая зараза не берет, они всегда отличались болезненным чистоплюйством. Руки предпочитают мыть до еды, после, а также во время. Их наборы для чистки зубов содержат десять предметов и порой стоят дороже женской косметики. В случае с ними понятно - зубы для них и оружие, и столовые приборы иногда заменяют.

- Или в мимо руны летит ботинок, или кто-то из вас. Намек понятен? - я уже разулась, повисла в воздухе и мотала сапоги в руке.

Моему примеру последовал золотарь, за ним нехотя подтянулись остальные. Вампиры разулись и стояли на внешних краях стоп, боязливо подогнув пальчики. Но не спорили. Впрочем, жаль. Я бы с удовольствием поджарила Радановича за все его целенаправленные действия направленные на "благо" моего здоровья.

Думал, я ничего не вижу и не чувствую, как он мне в спину целится. Ну, откуда такие наивные берутся? Неужто решил, что демонов-охранников я за собой для красоты таскаю? Золотарь все игру испортил своими акробатическими трюками. Я так хотела посмотреть на лицо вампира, пойманного с поличным! И не только посмотреть, еще и потрогать руками, ногами и коленом и пару раз о стены припечатать! Попадись он и был бы повод его ровным слоем по полу раскатать, но теперь придется ждать удобного момента и надеяться, что Маллиус не образумится.

Я раскрутила первый сапог из связки, примерилась и бросила точно через первую руну и закрыла глаза. Обойдется, обойдется, обойдется... Вздыбившаяся из канавы волна накрыла вампиров с головой и отбросила их к двери. Меня и золотаря не задела, ибо я взмыла под потолок, а мужчина не дурак - ухватился за мои ноги и свои поджал, дабы не замочить.

Я пересчитала бледных красавчиков, посоветовала им быть внимательнее, продвинулась на двадцать метров вперед и раскрутила следующий сапог. Он пролетел через центр руны. Через секунду после этого я все-таки распробовала все витамины и минералы подземного городского источника. Пятерых повисших на мне существ заклинание левитации не выдержало. Впрочем, упали мы удачно: над нами прошла ветвистая ярко-желтая молния. Она лизнула стены, подожгла мох и осыпалась искрами.

Я расшвыряла груз в разные стороны, вынырнула, отплевалась, сняла с лица... даже думать не хочу что... выловила сапоги и с размаху запустила третий. На сей раз задержки не было. Лицо опалило жаром, слизавшим брови и часть густой челки. Остальное я успела спасти хапнув второй порции полезных для здоровья веществ. Я вылезла, вытерла рукавом губы, хотела посушиться, но плюнула. Зачем, спрашивается, магию переводить, если демон знает сколько еще раз придется с головой в нечистоты окунаться?

Ох, доберусь я до этого гаденыша. Я его не просто по канализации заставлю прогуляться, он у меня весь городской коллектор на брюхе исползает. Заодно и план его коммуникаций составит!

Четвертый сапог принес нам дыхание скунса. По сравнению со зловонным серо-зеленым облаком вонь канализации показалась нам ароматом мятных конфет. Мы минут десять кашляли, втыкали обратно глаза в череп и пытались удержать в животе внутренности. Чуть дух не испустили, пока облако не развеялось. Счет к паршивцу вырос на пару пунктов. Столичным коллектором он не отделается...

- Да выставят ты, наконец щиты! - забыл о субординации и вежливости Маллиус.

- Ты за последние пятнадцать минут дипломированным магом стал? - я хищно улыбнулась. В душе ликовала: скоро повеселимся!

- Тут ребенок разберется! - взвизгнул вампир. Как бы он с ума не сошел на почве противоречий между окружающим миром и миром внутренним.

- Ребенок? - брови поползли вверх, придавая моему лицу невинно-удивленное выражение. - А ты разберешься? - я сняла с руки кольцо с воздушных щитом и протянула его Радановичу. Сапфир в перстне призывно сверкнул гранями. - Вперед! - жестко подхлестнула вампира приказом.

Он вздрогнул. Всмотрелся в мое лицо, ища подвох, но руку к кольцу протянул. Он покрутил его в руках, проверил на свет. В Радановиче насмерть сцепились желание доказать свою правоту и инстинкт самосохранения. Где-то в его голове, в дальнем закоулке, скреблась из последних сил полузадушенная мысль: почему я кроме левитации ничего не применяю? Инстинкты проиграли.

Маллиус вытянул вперед руку и нажал на камень, прикрывая рукой лицо. Я с головой добровольно нырнула в нечистоты, да еще прижалась ко дну сточной канавы. Наверху бумкнуло, треснуло, зеленая вспышка осветила туннель, затем все успокоилось.

Я осторожно высунулась. Вампир был на том же месте в той же позе, но что-то в нем определенно изменилось. Поднялась, подошла и осмотрела со всех сторон. Раданович, цокая веками смотрел на меня грустно и смиренно.

- И кто же ты у нас? - сорвала с кончика носа нежный зеленый листочек, растеряла его в руках, поднесла к носу. - Резонно, дуб, - постучала кулаком по лбу вампира. - Еще желающие?

- Так, рун больше нет, - заметно стушевались вампиры.

- Да? - взгляд через плечо. Действительно, магия нам путь больше не преграждала. - Знаете, я ведь без и них могу обойтись. Я же с вязанием завязала, простите за каламбур. Теперь увлекаюсь вырезанием фигурок. Из ценных пород дерева, - взглядом знатока окинула скульптуру.

- Нет, нет, мы не маги! - в один голос заговорили вампиры, а золотарь хитро подмигнул, пряча в густых рыжих усах одобрительную улыбку. Даже так? Протеже Снэйка или просто умудренный жизнью человек? Обязательно спрошу, когда выберемся.

Я убрала за ухо уцелевшую часть челки и выбралась на пол. К демонам левитацию! Она меня уже не спасет. Мне сейчас сто градусов снаружи надо и семьдесят внутрь, плюс пару литров очищающих алхимических растворов. И никого не видеть в течение трех дней, пока перебаламученный внутренний мир не успокоиться и в душе полный штиль настанет!!! Иначе... долой свободы и права, половину в тюрьмы, вторую половину на каторгу, а третью демонам на корм! Я посмотрела на загнутые пальцы: многовато у меня половин получается...

Так, вытащила из волос луковую шелуху, гостя мы упустили. Это очевидно. Струхнула со щек рыбью чешую, его экзамен провалили. Или сдали? Кто бы мне подсказал. Выковыряла из ушей огуречные попки. Но еще с незнакомцем встретимся. Это не предчувствие. Он послание на стене оставил: хочешь продолжить - прими приглашение. Угу, только конвертик с указанием времени и места он не оставил. Вынула из правой ноздри маленькую гнилую морковь. Пора выбираться отсюда!

Выход нашелся за поворотом. Потоком воздуха вышибла решетку и поднялась наверх. Дождалась остальных и положила ее на место, приморозив к брусчатке.

- А как же... - вампиры выразительно посмотрели в лаз.

- Потом вытащим. Ничего с ним не сделается. Наоборот, для роста и развития среда у вашего начальника самая что ни есть питательная! - заметила я.

И где и мы оказались?

Двухэтажные домики плотно прилегали друг к другу выстроенные кольцом вокруг пустого пространства. На их коньках скрежещут флюгера. В окнах ни единого отблеска света. В центре площади статуя: бородатый старик опирается на двуручный меч, вонзенный в идеальный куб. Скудного света наполовину скрытых тучами Самоцветов едва хватает, чтобы различать очертания даже с моими глазами. Пахнет муторно: овощами, рыбой, мясом и бродячими животными.

Похоже, район городского рынка. Отсюда до резиденции примерно четыре километра. Вперед? Вперед. Я двинулась к нужной улице, ничего и никого не опасаясь. Грабителей у нас, убийствами промышлять запрещено. Так что в каком-то смысле жизнь наших жителей пресна и скучна. В давние-то времена, выдаешь ночью на улицу, а там полный набор впечатлений с мечами наголо поджидает!

Умная мысль наткнулась на острие вышеупомянутого меча. Я сфокусировалась на оружии, прошлась взглядом по ржавой кромке, осмотрела крепкую ладонь с ободками грязных ногтей на пальцах, поднялась к бородатому лицу и остановилась на маленьких глубоко посаженных глазках.

- Не поняла?!

- Сапоги или жизнь?! - рявкнул детина.

- Кошелек, дурень! - подсказала ему тень сзади.

- Сам дурень, мне сапоги нужнее! - огрызнулся первый.

- Ну не бабьи же! - второй выдал подельнику подзатыльник.

- Что происходит?! - я обернулась к вампирам, но те лишь развеяли руками, демонстрируя полнейшее недоумение. - Мужики, вы циркачи что ли?

- Сама ты... - сплюнул на землю ругательство детина с оружием. - А мы эти, грабители, во!

- Ага, так что гони кошелек! - поддержала тень.

- И сапоги скидывай! - добавил первый.

Да что он пристал к сапогам-то! Нет их у меня, нету, а то бы пожертвовала нуждающимся, так бы пожертвовала, что они года три ни в чем нуждаться не будут. Тюремщики хоть обрадуются настоящим преступниками в камере, а то все удравшие любовники за нарушение нравственности - прогулки по городу в чем мать родила сидят.

- Мужики, вас чего на приключения-то потянуло? Законы Империи знаете? Догадываетесь, что вам светит?

- Сапоги мне светят! Ты мне зубы не заговаривай, а раздевайся давай. Я еще костюмчик твой прихвачу. Хоть и замаран, но вижу не дешевка. Законников тута нету, а твои хлюпики тебя не спасут. Они сами от страха трясутся.

От страха? Я бросила взгляд назад. Ну да, трясутся, но не от страха. Ржут гады и не давятся! А защитить женщину у них ни один мускул не дернулся. Мущщины, красного перца им в молоко, да соленый огурец на закуску!

- В общем так. Вы сейчас бросаете железку, разворачиваетесь и скачете за мной добровольно сдаваться в тюрьму.

- А ты кто такая, чтобы нам указывать? - каркнул из-за спины здоровяка второй. - Важная птица, так мы крылышки обрежем, ага.

- Осантейя Крейлин. Темная Владычица, - скромно и по существу представились я.

- Да ладно?! - первый взмахнул мечом в опасной близости от моего носа.

- Брешешь! - высунулся щуплый. - У Императрицы глаза в поллица злющие, клыки во, когти ого какие, зубы здоровенные...

- Ты уже говорил про зубы.

- Так то про клыки!

- А они у нее во рту в два ряда что ли растут?!

- Сказала - в два. В три! Ростом она такого, - рука детины замерла на отметке за два метра. - И морда страшная, жуть!

Я задумалась, примерила образ, щелкнула дважды пальцами. Первый - набросила иллюзию. Второй - зажгла погасший световой шар.

- Примерно так? - поднесла свет к лицу.

- Аааа! - дружный крик резанул по ушам и два тела мирно опустились на мостовую, так и не выпустив из рук железку.

- Императрица, что нам с ними делать? - почтительно осведомился один из вампиров.

- Погрузить на плечи и доставить на праздник. Будут особыми гостями, - я смахнула несуществующую слезу. Все-таки первые встреченные мною грабители. Как тут не расчувствоваться?

Иллинойс и компания

Первые моменты заточения в кладовке Эйлин недоумевала. В ее голове, привычной к обходительности эльфов, данный не укладывался. Как вообще можно взять симпатичную девушку и посадить ее под замок и охрану? Подумаешь, она пошутила немного. Допустим, пошутила неудачно, но это не повод делать из нее особо опасную птицу и сажать в клетку! Мог бы ласково пожурить, как все нормальные мужины. Правильно говорят, что у всех темных голова не в порядке, и сегодня она в этом убедилась!

Эйлин топнула ножкой. Сдаваться и опускать руки не в ее характере. Девушка цепким взглядом прошлась по полкам кладовки, посетовала на отсутствие света и принялась руками ощупывать предметы. Тряпки, тряпки, опять тряпки... Неужто ничего полезного? Мышеловка.

- Уйййй!!! - взвыла Эйлин, подпрыгнув и тряхнув рукой, где повисло устройство.

Боль запульсировала в трех пальцах, прижатых металлической раме на сильной пружине. Эльфийка закусила губу, мысленно послала самые страшные известные ей проклятия на голову Правой Руки Темной Владычицы и собравшись с духом с трудом подняла рану. Боль вгрызлась в прославленное орудие ее ремесла с новой силой.

Можно многое забыть, еще больше обычно забывают... но такое... Ей же теперь ни ложку удержать, ни вышеозначенную серебряную ложку спереть! Ладно бы левая рука пострадала, но попало ни за что ни про что правой! Вот выберется она отсюда и устроит змеиноглазому... приключения...

Да, Снэйк допустил стратегический просчет, засунув раздражающую его девицу в кладовку, но его можно простить: за все годы жизни среди людей он так и не удосужился разобраться, что заставляет двух разных людей или похожих или просто способных в некоторых вопросах находить компромисс жить вместе под одной крышей и делать одну постел на двоих. Если бы он понимал чуть больше, чем простая галка, которую себе поставил в голове напротив любви - механизм стимулирующий продолжение рода, то задумался, пригляделся и очень быстро дал деру подальше от Эйлин. Ну, или объяснил ей, что его-то стандартные потребности представителя мужского пола не интересуют. Совсем.

Эльфийка пока еще сама не понимал, какие струны затронул в ее душе желтоглазый красавец, но одно знала точно - ей любой ценой необходимо получить доступ к его телу! А там как карты лягут, в кои Эйлин любила не меньше своих ухоженных пальчиков. Ей нужно заполучить Правую Руку любой ценой: во-первых, задание от непосредственного начальства, во-вторых, откуда ни возьмись выпрыгнувший и роняющий слюну личный интерес. Почему бы и не совместить приятное с полезным?

Ранее подобные мысли не посещали девушку. Она четко делила работу и удовольствие, но как тут удержаться, когда Правая Рука олицетворение неприступности? Эйлин сложные задачи нравились, а учитывая ее желание всегда и по всем достигать успеха то, ребус показался ей крайне заманчивым.

Эльфийка тряхнула головой и переместилась в другой угол кладовки. О чудо! Ее рука нащупала ящик с инструментами, который она обыскала с превеликой осторожнойстью: не хватала еще на ножци или нож наткнуться, но таковых не было, зато нашелся молоток и связка гвоздей. Последние девушка отбросила в сторону. Вот если бы ей забаррикадироваться понадобилось, но требуется-то совершенно обратное! Примерившись, она прикрыла глаза и вспомнила расположение петли засова. Первый стук возвестил о начале операции под названием "Выбраться и покусать!".

Снэйк расхаживал среди гостей с прикленной вежливой улыбкой на губах. Он недоумевал, куда запропастилась Кель. Что бы ее ни задержало - давно пора появиться и приступить к исполнению непосредственных обязанностей. Правой нелегко общаться с гостями: в силу его природной подозрительности и характера работы, он в большинстве приглашенных видел шпионов, а в меньшинстве заговорщиков. Лгали, по его мнению, абсолютно все.

Змеиноглазый ходил среди гостей, кивал им, заводил светские разговоры и рекомендовал то или иное блюдо. Постепенно гости расслаблялись, чему способствовал срочно расставленный крепкий алкоголь для лечения нервов после происшествия. Слуги едва успевали уносить пустые бутылки и ставить новые. Запасы стремительно сокращались, и церемонимейстер на грани истерики отдал приказ разбавлять содержимое благородных бутылок водой. Его наметнный глаз говрил - сейчас гости могут с легкостью компот выпить и оценить его крепость и выдержанность!

Гости снова расслабились. Вернулись к танцам и веселым разговорам. Блондин вернулся к трону и нагло на него уселся, игнорируя удивленные взгляды. В конце концов, он устал, а про них с Кель и так говорят много и неприлично. Раз все считают его соправителем Империи, то он точно может себе позволить примостить филейную точку на символ власти.

Снэйк не только примостил. Он еще и задремал. Да так сладко, что ни шум голосов, ни музыка ему не мешали. Погрузившись в сновидения кумба вспоминал свое детство, неторопливый процесс познания мира и внезапное решение пойти все самому потрогать, понюхать и понять, как оно устроено. На губах мужчина появилась легкая мечтательная улыбка. Тогда ему все казалось ясным, понятным и до безумия простым. На текущий момент прожив среди людей не один десяток лет он запутался! Простое на первый взгляд оказалось запутанным на второй. Понятное распалось на составные части, которые вообще неизвестно как были связаны друг с другом. Ясное стало всего лишь отблеском на круглом боку чего-то темного. Кошмар одним словом.

Вдрогнув Правая Рука проснулся. Собрал растекшееся по стулу тело в кучку и вытер выступивший на обу пот. И не отдохнул вроде, но спать уже не хочется, а что хочется? Ох ты ж, он забыл выпустить эльфийку! А... может и не выпускать ее? Нет, ему труп в кладовке не нужен - слуги потом на запах жаловаться будут.

Вздохнув, Снэйк поднялся и поплелся к кладовке. Ее дверь по-прежнему была закрыта, скелет стоял на часах зеленым огнем в глазницах освещая коридор. Но что-то определенно изменилось - из кладовки доносились пыхтение и ритмичный стук.

Что это?

Мужчина застыл перед дверью.

Проверить в любом случае следовало. Рывком блондин выдернул засов и распахнул дверь. Последнее, что осталось в его голове - летящий прямиком в лоб молоток. Глаза кумбы съехались к переносице, он пьяно улыбнулся и осел на пол. Торжествующая Эйлин, подобрав длинную юбку вечернего платья, перешагнула через поверженного противника, подобрала молоток и запальчиво произнесла:

- Ну и кто тут теперь главный?! - она замахнулась, но второй раз применять молоток не по назначению не стала. Вместо этого девушка споро обыскала кумбу, забрала все более менее ценное, взяла образцы крови, волос и кожи мужчины. Задумалась: не оставлять же его просто так. И не оставила. Достав из кладовки связку гвоздей она тщательно прибила одежду блондина к полу. Полностью довольная, она вернулась в бальный зал. В принципе можно сворачиваться и уходить, но чутье подсказывало Эйлин - праздник еще не закончился. Девушка спряталась в тени за колонной и принялась ждать. Не долго...

Практически мгновенно произошли два события: первое, распахнулись парадные двери зала и внурь вошла Императрица вместе. Босая, в изорванном и перепачканном белом костюме, с колтуном на голове. За ее спиной трепыхались две неясные тени. Шаг в шаг следовали четыре вампира с двумя неопознанными телами на плечах и золотарь с инструментом. Пахло от них так, что многих из гостей свалил с ног внезапный насморк. Ага - из разбитого окна надуло!

С другой стороны из служебного помещения вывалился Снэйк. Одежда висела на нем лохмотьями, посередине лба красовался розово-лиловый синяк. Правая рука был зол. Категорически. Его глаза рыскали по толпе в поисках обидчицы, но наткнулись на Кель.

Оркестр начал сбиваться с ритма вместе с появлением Императрицы. Когда в зале возник Снэйк, то зомби побросали инструменты и сгрудились у ограждения балкона, придерживающие вываливающиеся глаза.

- Кель? - вопросительно выгнул бровь кумба.

- Снэйк? - ответила тем же и в том же тоне женщина. - Я правильно понимаю, что нам надо поговорить? - она прошла через пары, остающиеся в центре зала, выдернула из чье-то робкой руки платок и вытерла лицо.

- Не при свидетелях, - взгляд по сторонам.

Гости сглотнули. Те, кто стоял рядом со столами схватились за бутылки и стаканы. Ну, чтобы не так страшно умирать было. Ведь со свидетелями что обычно делают? С темных станет "забыть" о дипломатической неприкосновенности. А, в Империи ее для послов нет? ...!

Вампиры подобрались в ожидании приказа, золотарь попробовал свалить по тихому, но предупредительно вскинутая рука Осантейи его остановила. Дамы про себя молились, мужчины инстинктивно хватались за оружие, которого при них не было. Наступил момент истины.

- Все вон, - тихо произнесла Императрица.

Два коротких слова прогремели магическим взрывом. Приглашенные решили не испытывать терпение своенравной правительницы и ломанулись к дверям. Некоторые к окну. Его наспех заделали магией, однако, тонкая пленка заклинания не выдержала напора и порвалась, выпустив желающих покинуть праздник. Маги едва успели создать воздушную подушку, чтобы часть гостей не упокоилась прямо под окнами резиденции.

Только не все торопились покинуть зал. Кое-кто всеми путями стремился в нем остаться. Двое воспользовались общей суматохой и нырнули под стол. Длинная плотная скатерть, обеспечила им надежное укрытие, а усталость двоих облеченных властью персон успех всего мероприятия.

Эйлин ни за что бы не пропустила предстоящий разговор. Речь наверняка пойдет о ней в том числе. Естетственно, много времени и слов ей не уделять, но хотя бы маленького упоминания в разговоре она достойна! И эльфийка очень хотела бы знать контекст, в котором ее упомянут.

Боршхмейстер не строил далеко идущих планов. Он всего лишь хотел выяснить, кто посмел обидеть его обожаемую женщину и наказать впоследствии обидчика. Может тогда она обратит на него внимание?

А между тем двое сошлись в центре. Они никогда не были врагами, но сейчас их дружба находилась под угрозой.

Кель вытащила вперед золотаря.

- Твой протеже? - спросила она.

Снэйк не посмотрел на мужчину. Зачем? Он прекрасно знал, кто стоит перед ним. Что же ей сказать? Раскрыть все карты нельзя, но лгать опасно. Так как же выкручиваться? Мужчина вспотел...

Кель

Моя Правая Рука молчал. Он смотрел прямо на меня немигающим взглядом, кривил губы, но молчал. Не знает как сформулировать или не знает что сказать? Странная ситуация. Я бы даже сказала загадочная. На лице начала расплываться усмешка. Если придется, то я вытрясу из Снэйка нужную мне правда.

- Да, Императрица, - сказали за моей спиной. - Я мастер универсал: разведчик и телохранитель. Пришлось еще и профессию золотаря освоить. Простите, что не отрекомендовался сразу. Подумал знаете, а когда на покушение не отреагировали, то вовсе в этом убедился. Был не прав, стыжусь, - вышел из-за спины мужчина.

- Это правда? - я продолжала сверлить взглядом помощника.

- Правда, - скрипнул зубами змеиноглазый.

Но почему его эта правда не устроила? В голове щелкнуло. Снэйк жуткий трус. Правда, боится он не за себя, а за меня, но я не позволяю ему перейти определенную черту и окружить меня тем количеством людей, которое он считает просто необходимым для обеспечения безопасности. Он ворчит, бурчит и видимо поступает по-своему! Вокруг постоянно стало столько ранее неизвестного народа круться: секретари, портные, три личные горничные, половина министров сменилась...

- Да, да, да! - вцепился в волосы блондин, не выдержал моего понимающего взгляда. - Что ты это меня хочешь? Я всего лишь пытаюсь сохранить твое физическое и мое душевное здоровье! Кстати, насколько я понял, волновался я небезосновательно! - мужчина с вызовом сделал шаг вперед. - А поскольку не вижу среди вас Маллиуса Радановича, то смею предположить покушался именно он, так? - поджал губы Правая Рука.

- Так, - нехотя согласилась я. - Но это не тема...

- Это как раз таки тема нашего разговора! - взвыл помощник. - Сколько раз тебе говорил не лезь, куда тебе по должности не положено. Я и мои люди сами все найдем, всех разыщем, а после и накажем. если с тобой, что случиться, то кто Империей управлять будет? Ты единственная законная наследница трона. Тридцать восемь лет, не замужем, детей нет. Когда ты наконец поймешь, что прошлого не вернуть? Больше не будет поездокна границы, ночевок у костра, охоты за монстрами, карт с призраками и попоек с оборотнями. Иллинойс не вернется. Теперь это все, - помощник обвел разгромленный зал руками, - твое. И никуда тебе не деться.

Я пнула осколок бокала. Признать, что Снэйк прав и сдаться? Привязать к своим плечам баснословную ответственность, которая еле держится? Не могу и не хочу! Не по мне вещать на совете министров, дарить из открытой кареты слащавые улыбки, тем более от них у несчастных подданных приступы тошноты случаются. Мне бы по канализации за неизвестными гонятся. Вот это я понимаю развлечение для Темной Владычицы! Не получится из семян чертополоха вырастить розу, как кумба этого не понимает?!

- Все сказал? - одарила помощника ехидной улыбкой. - А теперь послушай меня, - два шага вперед, встала вплотную к Снэйку. - При мне неизвестные не позволяли ставить на правителя ловушки и гонять его по канализации. В городе не бесчинствовала банда грабителей, требующая отдать им кошелек и сапоги. Кроме того, вампиры не пытались всадить нож в спину, а под столицы не устраивали лежбище схарнийские рептилии. Кроме того, Правая Рука властелина не выглядела так, будто прошла через все нутро упомянутого крокодила и вылезла из него не совсем традиционным путем. Достаточно или еще привести парочку фактов твоей профессиональной непригодности? - улыбка намертво примерзла к моим губам.

Мы скрестили взгляды. В глазах кумбы полыхал огонь. Он явно злится и не пытается этого скрыть. А если злится, то значит не согласен с высказанными претензиями. Стоит признать - я не совсем права и не факты сообщить хотела, а побольнее ударить помощника, чтобы не зарывался и не забывал: немного нашло с его стороны при вампирах и золотаре Императрицу носом в... тыкать, как котенка нерадивого. За такое его в карцер на пару дней или к белкам в оранжерею отправить следует!

Снэйк мотнул головой, сузил глаза. Даже интересно наблюдать за его внутренними противоборством. Дружба против долга. Однако, занятное противостояние. Вот уж не думала не гадала, что когда-нибудь две параллельные прямые пересекутся. Ну и искры они друг из друга вышибают!

Вдруг помощник моргнул, отступил на шаг и расхохотался.

- Что смешного?! - возмутилась я.

- Сапоги? - сквозь смех проговорил Снэйк. - С тебя потребовали сапоги? Ой не могу. Ой простите меня! - он сел на корточки, схватившись за живот. - Кто ж такой смелый-то?

Я сделала знак вампирам сгрузить разбойников на пол. Не особо церемонясь ночные охотники швырнули оба тела кумбе под ноги. Проехав пять метров по усеянному обломками бала полу, они ткнулись лбами в его сапоги и остановились. Правая Рука перевернул их, вгляделся в испуганные лица и вымолвил, скорчив умильное лицо:

- Да вы ж сокровище настоящее! - казалось, он готов их умыть, обрядить в парадные одежды и расцеловать от всей души. - Мы ж сто лет показательных экзекуций не устраивали. Народ совсем раскис, а так мы вас завтра быстренько казним на главной площади и спокойно еще лет десять жить будем, согласны? - преступники отрицательно замотали головами. - Впрочем, зачем мне ваше согласие?! В тюрьму их. Завтра к двенадцати подготовьте и с утра начните оповещать жителей города.

Вампиры кивнули, загрузили на себя провинившихся и исчезли из поля зрения. Под шумок удалился и золотарь. На мой взгляд слишком поспешно, но быть может он боялся что и на его голову падет гнев Императрицы. Не могу отрицать его смелость - я бы в подобной ситуации смоталась еще раньше.

Разобравшись со своими делами, я поинтересовалась обстоятельствами, которые привели мою Правую Руку в столь непотребный вид. Снэйк смутился и попробовал перевести тему разговора, но кто ж ему позволит? Буквально клещами удалось вытянуты из него историю о некой эльфийке. О, сколько эпитетов в ее адрес мне пришлось услышать. Сколько хвалебных отзывов о талантах девушки услышать. К концу монолога белые пятна на лице помощника перемежались с красными, а клятв на дал столько, что впору его потомкам с ними разбираться.

Мне эльфийка заочно понравилась. Люблю существ с богатой фантазией и отсутствующим инстинктом самосохранения. Чувствую, у девушки все в порядке с первым и полностью отсутствует второй. Догадаться обчистить мою Правую Руку, следом разыграть кокетливую сцену и под занавес наградить его почетным орденом Синяка и Фингала - это какой же отвагой обладать надо? При первом де удобном случае с ней познакомлюсь!

- А ты ей понравился, - я хлопнула змеиноглазого по плечу. - Не думала, что доживу до того дня, когда твоя снисходительная маска для общения с женщинами будет так жестко разбита, а заградительные бастионы будут взяты не армией, но одиночкой и прыжком с разбега. Она - чудо!

- Ты на ее стороне?! - взвился ужаленный словами Снэйк.

- Ни в коем случае, - я закатила глаза. - Просто хочу понаблюдать за битвой характеров из первого ряда. Это будет забавно, особенно зная, что вожделенный приз уплывет прямо у нее из-под носа, - я подошла к тронному возвышению и села на мраморные ступеньки. Натруженные ноги гудели.и

- Ты о чем? - насупился помощник.

- О том, что женщина тебя может заинтересовать исключительно с эстетической точки зрения.

- Ааа...

Снэйк сел рядом. Мужчина взлохматил волосы, широко зевнул, прикрыв рот ладонью и встряхнулся. Согласна, трудный день выдался, вечер оказался насыщенные, ночь же была просто безумной! Пора в кроватку, на бок и спать, ибо завтра в половине восьмого аудиенция, потом сборы в дорогу, казнь и после обеда торжественное отбытие в Лос-Идос.

Но меня не отпустили. Блондин потребовал полного отчета о походе в канализацию. Пришлось вместо сна делиться с ним добытой информацией.

Основными зацепками являлись руны, упоминание насчет давнего обещания и превосходное знание местности. Наш названный гость определенно маг, причем довольно сильный. Он или чистокровный эльф или полукровка. Я склоняюсь ко второму варианту, ибо столкнуться с полукровкой в Темной Империей значительно легче, чем с неразбавленным примесями иной крови ушастым. Другие расы, конечно, могут овладеть рунами, но строить и разворачивать комплексы, под силу только тем, в чьих жилах течет кровь осененная тенью Леса Вечности.

С обещанием сложнее. Нужно время, чтобы повспоминать кому я давала обещание и кто давал его мне. Придется использовать "пробуждение", но не чаща рада в три-четыре дня. После этого заклинания голова несколько часов трещит будто неделю пила не просыхая и ничего эту боль не берет.

Знание гостем местности лишь сужает круг подозреваемых. Возможно представленные Снэйком кандидатуры дадут толчок моей памяти, а быть может и нет. Эх, запутанная ситуация. Очень запутанная, но придется раз мотать клубок до конца и щелкнуть восставшую из небытия память по носу. Правая Рука кивнул, осознав направление, в котором стоит копать.

Мы посидели еще немного, обсудив, как подать широкой общественности бал. Откровенно говоря, закончился он полным провалом, но на то мы и темные, чтобы уметь хорошо играть даже на плохо настроенном инструменте. Завтра все газеты напишут о мастерски разыгранном на балу представлении с помощью профессиональной театральной труппы. Мол, мы хотели проверить лояльность гостей и проверили. Естественно, те, кто побывал на празднике нам не проверят на сто процентов. Сразу. Сперва мы всего лишь смутим их умы, потом покинем еще пару фактов, и правда затеряется под яркими бликами лжи. Засим и расстались у дверей моих покоев. Снэйк расположился в смежных.

Я разделась, небрежно забросила костюм в дальний угол и залезла в бадью с остывшей водой. Могу и подогреть, но лень тащиться за огненным артефактом. Мне ли, носящей прозвище северного ветра, бояться холодной воды? Я вымылась, тщательно вытерлась махровым полотенцем и нырнула в кровать, но прежде чем уснуть задумчиво повертела в руках белую розу, найденную на соседней подушке.

Иллинойс и компания

Боршхмейстер пылал от негодования. Какая-то заголовка для мотыги посмела его ненаглядной Императрице испытания устраивать. Зачем? Она давно всем все доказала и это ей должны доказывать свою силу и стойкость, дабы Осантейя снизошла до них и одарила хотя бы взглядом, если сочтет достойным из достойнейших. Между прочим гном первый в очереди стоит, а тут неизвестно кто вперед него проскочить умудрился и даже (здесь сердце посла заходилось) урвал целый танец у Темной Владычицы. Это не честно!!!

По правилам гномов необходимо сперва соперника на дуэль вызвать, победить, а уже потом во все тяжкие пускаться. А он? Локтями растолкал и полез со своими любезностями - деревенщина невоспитанная! Решено, Боршхмейстер этого деятеля найдет и правилам гномьего этикета обучит в ускоренном темпе с помощью секиры и молота, а после, если обучаемый выживет, то и дуэль организовать можно будет.

Под другим концом стола медленно приходила в себя Эйлин. В отличие от искрящегося гневом гнома эльфийка была не на шутку расстроена. Вроде бы какое ей дело до невыносимого блондина? Никакого. Совсем. Но поди ж ты задело ее известие о его физическом недуге. Она к нему с лаской и нежностью, а Снэйк оказывается не может... Вот от чего он в ярость пришел. Эх, знала бы Эйлин раньше, то не стала острыми каблучками по больной мозоли топтаться.

Или наоборот? Девушка задумчиво нахмурилась. Нет, не стала бы. Интересно, этот недуг он у него навсегда или еще помочь можно? Что если попробовать? Говорят, внимание красивой девушки способны сотворить чудеса, а если чудеса будут выгодные и ко взаимному удовольствию, то кто же от них откажется? Решено, но действовать надо по плану: сначала в гости напроститься, затем к лекарям наведаться, а остальное дело техники. Эльфийка чувственно улыбнулась.

"Никуда ты от меня не денешься, красавчик!" - прошептала Эйлин и решительно выбралась из-под стола. Императрица и столь вольготно расположившийся в мыслях шпионки блондин минут пять назад покинули бальный зал.

С другой стороны из-под стола вылезал гном. Оба одновременно повернулись вокруг своей оси и замерли спиной друг к другу. Через три секунды повторили маневр, подпрыгнули, хлопнули в ладоши и покрутили пальцами у виска. И оба пришли к выводу: то ли они сошли с ума, то ли их отражения, то ли зеркала у темных кривые и демон знает что показывают.

- Шпион...ка! - рявкнули оба, обвинительно ткнув друг в друга пальцами.

- Я - нет! - возмутился гном. - Я просто подслушивал. Природное любопытство - это не повод бросаться столь тяжелыми обвинения не имея доказательств.

- Доказательств может быть и нет зато есть свидетель, перешла в наступление Эйлин. Ее расчетливый разум прикидывал на что можно обменять гнома. Правую Руку Императрицы наверняка заинтересует пойманный за руку шпион, а уж она как-нибудь сумеет выкрутится из щекотливой ситуации.

- Свидетель? - гном показал крепкие желтые зубы. - Ты что ли? Сгинь, ушастая. Я послом уже три года числюсь, а тебя при дворе первый раз вижу. Кому из нас поверят? - подбоченился рыжий.

Эйлин потеребила браслет на левом запястье. Вон оно как обернулось! Угораздило же ее нарваться на легендарного гнома, чья влюбленность в Темную Владычицу и крайняя живучесть сделали его легендой. Она в незавидном положении. Увы, ее слово, особенно после сложностей с блондином, против слова гнома ломаного медяка не стоит, но нельзя сдаваться - еще хватит сил, а главное наглости, выплыть.

- Какая разница кому из нас поверят. И ты, и я слышали одинаковый разговор, явно не предназначенный для чужих ушей. По головке никого из нас не погладят, - гном сморщился. Эйлин почуяла успех и усилила напор на рыжего. - Рискнешь или договоримся?

- Я тебя не видел, ты меня тоже, - сдался Боршхмейстер. Он уже пару раз попадался на подобных вещах. Дважды его великодушно простили, насчет третьего скоромно предупредили - его не будет. Пинком под зад и обратно в царство Мъельграхд с несмываемым пятном позора на репутации. Ведь что может может быть хуже для гнома, чем отставка от любимой женщины? За это в славном подгорном царстве поднимали на смех. Много ли дурости надо с мужиком совладать? А вот с бабой... Тут особая военная хитрость нужна, оттого и считается среди гномов женитьба высшим воинским достижением!

Те, кто друг друга не видели, разошлись довольные договоренностью, но на заметку взяли, что следует покопаться в чужом бельишке, дабы уберечь себя от шантажа и нападков. Гном и эльфийка растворились во тьме коридоров, не ведая о еще одной паре глаз в бальном зале...

Эльфийский посол проспал. А кто виноват? Его флегматичный слуга, который попробовав раз, второй, третий, четвертый не пожелал слушать сонные проклятия хозяина и по-тихому свалил завтракать. Эльфа только чутье и спасло. За десять минут до назначенный аудиенции он вскочил с кровати, втиснул тело во вчерашний костюм, хватил пятерней по всклокоченным волосам и рванул по коридору в гостиную. Опоздал всего на минуту и то потому, что сбившееся дыхание восстанавливал. Эх, Императрица сто процентов припомнит хваленую эльфийскую пунктуальность!

Слуга объявил о его приходе и пропустил внутрь. При виде шикарно накрытого стола желудок посла жалобно дернулся, но получил приказ молчать и не рыпаться. Посол проглотил голодную слюну и сел на предложенный стул, стараясь не смотреть на расставленные заманчивые блюда.

- Доброе утро, - Осантейя Крейлин выглядела на редкость счастливой, а еще выспавшейся. Совесть ее за вышвырнутых в ночь гостей явно не мучила.

- Доброе, - выдавил из себя посол. Голова у мужчины кружилась от витающих в воздухе ароматов. - Спасибо, что приняли меня.

- Лучше поздно, чем никогда, - повела плечами Императрица и словно невзначай бросила взгляд на часы.

- Прошу прощения за опоздание, - буркнул эльф. И без того плохое настроение, стало отвратительным.

- Не беспокойтесь, я ничего не заметила, - на бледном лице появилась очаровательная хищная ухмылка. Ни взять, ни дать голодная степная волчица застыла над пойманным кроликом. А он и есть кролик, ибо внутренний голос связки порвал умоляя его унести с переговоров ноги!

- У меня для вас послание, - пробормотал униженный эльф.

- На то вы и посол! - нечеловеческая ухмылка стала совсем широкой. - Давайте его скорее, - Осантейя протянула руку. Эльф пошарил по карманам, за пазухой, порылся в штанах. Проклятый конверт словно сквозь землю провалился! На щеках ушастого двумя бутонами алого мака расцвел румянец. - Ну?! - требовательно произнесла темная.

- Я... - посол не мог оторвать взгляд от мелькающего в проводных пальчиках женщины серебреного ножа. - Я... - она с силой вонзила его в столешницу, - я его потерял! - горестно всхлипнул эльф. И пусть делает с ним, что хочет!

Владычица расхохоталась.

- А вы смогли меня удивить! Тиллийс не солгал, сказав, что все попавшее к вам в руки в них же навсегда и остается! Но вы хоть прочитали послание? Давайте, - сказала она доверительным тоном. - Удивите меня еще раз.

Посол смутился. Да, он был известным потеряшкой, но и не менее известным любителем совать нос в чужие дела. Если при нем разговаривали двое, то он становился третьим. Если просили что-то принести, то он обязательно пробовал это. А когда передавали с ним что-нибудь, то эльф непременно знакомился с содержимым! За что его и сослали в Темную Империю, ибо счет за чужие тайны к нему у сородичей накопился огромный и расплата преследовала эльфа по пятам. Вот и сослали его горемычные пятки подальше от Леса Вечности.

Разве кто из сородичей отвадится ради мести в Темную Империю отправится? Нет, многие к границе подходят, на спор вдоль нее прохаживаются, но переступить даже с пропуском единицы отваживаются. Особенно после случая с некромантами года три назад. Кто ж знал, что постояльцы кладбища сами о прогулки под сенью Самоцветов попросили? Ага, светлых точно об этом предупредить забыли. Вот и тряслась вся компания бравых молодцев по елкам да соснам гирляндами развешанные, а внизу кости у костра зажигали!

- Прочитал, - со вздохом согласился посол, шмыгнул носом и поднял на темную виноватые глаза. - Тиллийс просит вас приехать как можно скорее и помочь в одном деле разобраться.

- Хм... - протянула женщина. - Что за дело? Предполагаю магия и магия темная, раз он обратился ко мне за помощью. Что его так напугало?

- Бабушка, - неловко ответил эльф. -

- Его бабушка? - посол кивнул. - И чем Тиллийса старуха напугала? Неужто обещала отшлепать за плохое поведение?

- И это тоже, но в первую очередь тем, что она восстала из мертвых.

- Чтооо?! - бутерброд с малом и вареньем выпал из руки Императрицы. - Вы же своих сжигаете. Они по определению восстать не могут!

- Это вы всей императорской семье до седьмого колена скажите. Может тогда они повторно упокоятся? - заискивающим тоном поинтересовался мужчина.

- Инио, - обратилась к церемонимейстеру темная, - найди мне Снэйка и двух самых сильных некромантов столицы. Кажется это были Ларс Дирих и Сташа Мрацеш. Через час они должны быть здесь. И отправь гонца в Лос-Идос. Не позднее чем через три дня кланники должны прибыть в Корзас. Пора наведаться в гости в Лес Вечности!

Кель

Светлые умеют удивлять. Причем удивлять неприятно. Еще они ловко умеют других втравливать в свои неприятности. Кажется, восставшие из мертвых родственники Императора их проблема, но разбираться с ней придется мне. И ведь не откажешься, ибо эта светлая нежить - темное пятно на нашей репутации. Тиллийс, безусловно, здравомыслящий эльф, но что стоит ему спасти себя, объявив о провокации с нашей стороны? А ему поверят! Весь светлый союз в едином порыве на уши встанет и пойдет злобных темных железом рубить. Нет, вампиры с удовольствием крылышки разомнут и оборотни в стороне не останутся, про демонов я вообще молчу - им только дай ушастую игрушку в лапы, но стоят ли какие-то наглые мертвяки ту цену, которую придется живым за их несанкционированное воскрешение заплатить? Однозначно нет! Поэтому, дорогая Императрица, собирай попу в кулачок, сажай ее на коня и вперед - выяснить каким загадочным образом случилось то, что не могло произойти в принципе... Тем более меня так настойчиво просили принять предложение.

После аудиенции я вызвала к себе Снэйка и рассказала ему последние новости. Помощник слегка окосел, а когда переварил информацию, то вцепился в меня клещами и потребовал взять с собой. Дескать, в прошлый раз все самое интересное мимо него прошло, но сейчас он приключения упускать не собирается. Пригрозил в отставку подать, если я только рискну не согласиться с его требованием. И ведь нашел же аргументы, собака желтоглазая: не хочу говорит, второго владыку Темной Империи в розыск объявлять - сперва одного беглеца найти надо.

Розыск Иллинойса был второй причиной, которая сподвигла меня на путешествие. Наш беглый Император родом из Леса Вечности, логично предположить, что кривая дорожка не слишком умных решений привела его именно туда, где мы сильно стеснены в доступных средствах поиска. Главное, было добраться, а там врожденные инстинкты должны были подсказать что делать и к кому обратиться.

Небось уже и шалашик двухэтажный построил и постоянную грелку на ночь нашел. Последняя мысль особенно мне не нравилась. Если Иля действительно успели к рукам прибрать, то я эти самые руки без зазрения совести оторву. В Лесу Вечности бесхозные эльфы под каждым деревом сидят, а это конкретное зеленоглазое недоразумение мое. Отанас Иллинойса мне поймал, мне его привез и лично в руки вручил! Это мой эльф. Точка. И на его мнение плевать.

Мысли о бывшем Императоре всегда меня выводили из равновесия. Вот и сейчас к беспокойству, вызванному сообщением о мертвяках, прибавилось раздражение от собственного бессилия. Ох, страшно подумать, как достанется Илю, когда я до него доберусь, а я доберусь - его возвращение дело времени и упорства.

- Кель, казнь через час. Присоединишься или так и будешь витать в облаках? - с едва уловимой насмешкой прошептал Правая Рука.

- В облаках? - я улыбнулась. - Скорее за Гранью, - улыбка померкла. - Поехали, нам еще спектакль режиссировать, а мы тут лясы точим.

У входа нас уже ждали оседланные и взнузданные кони. Снэйку достался жеребец в яблоках, а мне белая кобыла. Демон бы побрал Марсо! Белый цвет уже глаза намозолил, но церемонимейстера не переубедить - сказал надо сменить имидж, значит, надо. Пригнал армию портных, полгода держал их в рабстве и заставлял сутками работать, а после лично выкинул из моего гардероба всю одежду черного цвета. Теперь я Темная Императрица в белом. Сама себе статую напоминаю, но людям нравится, а что ради народной любви не сделаешь? Даже в белый кожаный костюм нарядишься и благородным героем прикинешься, хоть это и твоей сути противоречит.

Единственное, что мне удалось отстоять, так это наш фамильный доспех. То есть мое право не одевать его на мероприятия. Примерить-то все равно пришлось, но к вящему неудовольствию Инио он мне не подошел - в груди оказался мал, а в плечах широк. Еще и пустой железный гульфик при каждом шаге громыхал...

Мы медленно ехали по улицам города и улыбались до боли в челюстных мышцах. Улицы и люди казались бесконечными. Многие бросали под копыта лошадей белые гвоздики. От каждого взмаха я вздрагивала и с трудом сдерживала рефлексы - руки тянулись к спрятанному оружию и в голове складывались схемы магических заклинаний. Ох и долго я себя к толпе приучала. Ох и трудно мне было разучится дергаться и то до сих пор усилием воли заставляю себя на провокации из толпы не реагировать. Например, на брошенный помидор!

Уф, еле увернулась. Понимаю же, не со зла, просто проверить меня хотят, но руки так и чешутся в ответ магией залепить. Нельзя однако, посему улыбаюсь и деревянно рукой машу, аки местная достопримечательность, и подтверждаю свои догадки - не свое место я последние десять лет занимаю.

На площадь пока никого не пускали. Люди галдели, в очереди выстраивались и требовали предъявить им возмутителей спокойствия. Где это видано, чтобы темной ночью у прохожих кошельки с сапогами требовали?! Это же верх неприличия! Могли бы в любой банк зайти и ссуду попросить, раз обувка каши просит, а денег на починку нет. Но грабить-то зачем? Столица ж на рекорд шла по количеству дней без происшествий. Десят лет жители мечтали четвёртую провинцию обставить, однако, нашли несознательные личности и вся статистика псу под хвост. А четвёртые злорадствуют и нос задирают - самих столичных уделали, кому теперь золотая виселица перейдет, а вместе с ней и минус пять процентов подоходного налога? Согласна, у жителей столицы есть повод пребывать в слегка взвинченном настроении!

- Как казнить будем? - ко мне подошел палач. В прорезях маски радостно блестели серые глаза. Еще бы, впервые за десять лет у мужика повод появился инвентарь на свет белый вытащить. - Виселица есть, смотрите какая красавица-стройняшка, берем? - провел ладонью по дубовой стоке палач. - Хотя, почему ее? На плаху обратите внимание - это ж реликвия! Еще со времен шестого Властелина осталась. И топор какой? Прелесть! - прижался щекой к железному наточенному монстру палач. - Таким голову рубить одно удовольствие. - Или, - мужик перешел к следующему выставочному экспонату. - Котел медный. Может, в кипящем масле преступников сварим, а? - человек сложил в умоляющем жесте ладони. - Нет, в масле слишком долго. Давайте все-таки повесим... - вслух размышлял палач.

- Он здоров? - я наклонилась к Снэйку.

- Каждый год медосмотр проходит и экзамен на профессиональную пригодность сдает, - кивнул Правая Рука. - Откуда сомнения?

- Ты не слушал его разглагольствования? - дернула змеиноглазого за ухо.

- Слышал и что? Ты хочешь что-то другое? Можно четвертование организовать, замуровывание заживо, распятие...

- ... ?! А может мы все инсценируем и отпустим бедолаг за городом основательно подчистив их память? - здесь серьезные люди собрались или артисты при исполнении? Один явно серьезными психическими отклонениями страдает, второму зрелищ захотелось да не постановочных, а настоящих!

- Отпустим? Ага, иди это палачу скажи. Он ночь не спал - копак стирал, топор точил, котел начищал. Радовался, как ребенок, которому после кислой жутко полезной капусты конфетку дали. Ты его может быть единственного раза в жизни реализоваться лишить хочешь? Пожалей человека.

- А кто придурков пожалеет?! За сапоги без головы остаться, думаешь, такая у них мечта с самого детства была? - я схватила помощника за плечи и тряхнула его. - Последнее слово - инсценировка.

Никто ничего не заметил. Мастер иллюзий постарался на славу. Люди приняли спектакль на ура и попросили добавки. Увы, провинившихся было всего двое, а попытки найти еще прямо сейчас и немедленно пресекла гвардия из оборотней. Она же и подвезла неудавшихся грабителей за городские стены до ближайшей деревушки на перевоспитание. Труд, он из любого человека сделает, ибо после нескольких перекопанных целинных полей сил на дурные мысли просто не остается.

Разобравшись с казнью, мы по-тихому покинули город не прощаясь с гостеприимными жителями. Благодаря указаниям Снэйка и изворотливым мозгам газетчиков в их памяти эта весна останется надолго. Распространители на всех углах горланили о совершенных вчера подвигах, первая половина из которых выдуманная, вторая очень сильно преувеличена!

Вскоре к нам присоединились еще четверо: двое гвардейцев и некроманты. Бледные, взъерошенные, кутающиеся в длиннополые плащи они тихо возмущались себе под нос и грозили пожаловаться на императорский произвол в гильдию.

Домой вломились, из кроватей вытащили и невесть куда тащится заставили. Изверги, а не люди!

- Я полуорк, - припечатала некромантов. - Корни Снэйка вам лучше не знать. Еще вопросы? - окатила их ледяным взглядом и цинично искривила губы.

- Куда мы едем и на сколько? - поежился Дирих. Сташа втянула голову в плечи.

- В Лес Вечности. А вот насколько будет зависеть только от вас. Некоторые могут вообще не вернутся...

Некромантам разговаривать расхотелось. Как и жаловаться!

Иллинойс и компания

Пока процессия с Темной Владычицей во главе в открытую пылила по дорогам Империи вслед за нею тайно двигались четверо существ, имеющих каждый свой интерес в данном путешествии. Вернее, преследователи не скрывались от других путешественников, но на глаза отряду Кель не попадались, ни с кем свои планы не обсуждали и никому записок с новым адресом не оставили.

Многоуважаемый Боршхмейстер трясся верхом на прытком угольно-черном пони, с ног до головы обвешанный походным комплектом оружия, который включал в себя ни много ни мало, но ровно необходимое: обоюдоострая секира, боевой молот, палаш, круглый легкий щит, набор ножей, пару поясов с алхимическими взрывчатыми смесями, походную аптечку, запас продуктов, запас золота и драгоценных камер на, ну и подтверждающие личность грамоты от Мъельграхдского царя. Посол ехал и размышлял о будущем, где в Кель нянчила на руках рыжебородого младенца. Его верный пони же размышлял над тем, что хозяину не мешает похудеть или выкинуть половину навьюченного на спину лошадки скарба.

Славный гном почти не прятался. Как опытный и умный солдат он предпринял меры предосторожности, дабы быть неузнанным и самое главное не пойманным. Не особенно доверяющий магии Боршхмейстер все утро провел в салоне известного столичного парикмахера, где попросту перекрасил свою роскошную ярко-рыжую поросль в цвет спелой пшеницы по совету того самого столичного парикмахера. То, что гномов блондинов не бывает не смутило никого из них.

Довольный собой, идеей, ее исполнением Боршхмейстер покинул столицу и двинулся в сторону Леса Вечности, мечтая оказаться к объекту страсти как можно ближе, чтобы защитить в случае чего.

Эльфийка Эйлин также не пренебрегала маскировкой, однако, девушка магией не пренебрегала. Черты ее лица и цвет кожи изменил амулет личины, волосы - обыкновенный парик с пепельным оттенком волос, свойственным темным эльфам Империи. Лак для ногтей и линзы для глаз лилового цвета завершили маскировку девушки. Она рассчиталась за постой и на кобылице в яблоках двинулась вслед за процессией с Осантейей Крейлин во главе.

Эльфийка старалась держаться в пределах километра позади, но так, чтобы не терять их из вида. В голове Эйлин плавали нарисованные воображением девушки картины соблазнения несговорчивого блондина, а бок приятно грели закупленные в столице специальные средства для лечения особой мужской немощи: компрессы, мази, настои, притирки, таблетки, амулеты и порошки... Золота девушка не пожалела прекрасно понимая - в случае успеха она получит много больше потраченного.

В два раза точно! Симпатичный и страстный любовник на соседней подушке и доступ к государственным секретам Темной Империи, за которые ох как хорошо платят государства Светлого Союза.

Так, размышляя о сытой полной удовольствия жизнью Эйлин неторопливой рысью покрывала километр за километром главной торговой артерии темных земель, облизываясь в предвкушении ночи: вторую атаку на блондина она планировала провести уже этой ночью.

Третье существо, следующее за Императрицей, никаких планов не строило. Они давно были построены. Сейчас, настало время воплотить их в жизнь. Первый шаг уже сделан, второй... Второй не заставит себя ждать.

Раньше он и не знал, каково это играть в опасные игры, а теперь с нетерпением и наслаждением ждет следующего раунда. За кем останется победа? Да, важно выиграть именно ему, но он готов уступить. Все бросить, послать к демонам под хвост и сдаться. В такие руки грех не сдаться!

Он помнил ее руки. Казалось бы должны быть ледяные, они были необыкновенно теплые и заботливые. Движения неторопливые, выверенные. И ее улыбка. Она умеет улыбаться не так, как все. Когда ее улыбка адресована только тебе и никому больше.

Не каждого она такими улыбками одаривает. Большинству достается холод и вьюга туманно-серых глаз и лишь единицы достойны видеть яркое Сао за плотным покрывалось пушистых туч.

Мужчина проехал мимо кавалькады всадников. Он видел как нахмурилась Императрица, как вздрогнула. Чувствовал ее пристальный взгляд между лопаток. Он хотел обернуться, хотел дать знак, но сдержался. Сейчас совсем не время признаваться и раскрывать карты. Он должен исполнить свое обещание, чтобы заслужить ее улыбку.

Императрица решила заночевать в селе "Большие дворы". Они действительно были большими. Четыреста пятьдесят домов со скотным подворьем, с раскинувшимися по обе стороны от деревни возделанными поля картофеля, пшеницы, кукурузы. Дома на две, а то и три семьи с ухоженными палисадниками, фруктовыми садами и аккуратными квадратами грядок с молодой зеленью. По единственной улице сновали упитанные куры в сопровождении голосистых разноцветных петухов. За заборами лаяли собаки, носилась с игрушками босоногая ребятня и суетились взрослые.

Постоялый двор располагался в стороне от деревне. Проехав километр по ней, отряд свернул налево к темному пятну озера на берегу которого притулился низкий широкий бревенчатый сруб с открытой террасой, коновязью, водопоем и тройкой беседок под тенью цветущей каштановой рощи.

На озере кружились несколько лодок с рыбаками, на дальнем берегу бабы подоткнув полотнища юбок полоскали белье на мостках, а детишки с ним боязливо трогали воду. Рано еще купаться, да хочется от ранней весенней жары, что через неделю спадет, сменивших затяжными дождями.

- Гости дорогие прибыли! - на крыльцо выкатился старик с клюкой. Он был лет в синюю рубаху, подбитую заячьим мехом жилетку, полосатые штаны и вышитые валенки: стариковские кости тепла почти не чуят. - Слезайте с коней, присаживайтесь на террасе, сейчас вам номера подготовят, а пока настоя нашего фирменного испейте.

Императрица со свитой спешились, оставили лошадей у коновязи, куда уже торопились трое улыбчивых молодцев на одно румяное лицо. Гвардейцы столы сдвинули и сели кружком. Кель же с Правой Рукой за отдельным столиком расположились.

Четверо девиц выскочили с запотевшими толстобокими кружками и лихо расставили их перед гостей. Причем взгляд темной поймали и в первую очередь гвардейцев обнесли, а уж потом перед Владычицей и ее помощником поставили.

- Надолго ли к нам? - тюкая клюкой подошел к ним старик.

- Переночевать. Завтра дальше двинемся, - ответила Кель.

- Значится, завтрак легкий желаете, а ужин плотнее. Барашка али свинку прикажете завалить? Молочных-то нету, рано еще, но и прошлогодни очень хороши. Дурного не держим и не предлагаем! - подбоченился мужичок.

- Верно все. Давай и барашка и свинью. Наши гвардейцы за троих едят и за четвертого в уме держат. И вот еще... Резать будешь, так ты кровь слей и на холод поставь. Ночью к нам еще народ присоединится, понял?

- Понял, - кивнул старик, - как не понять? Побалуем ребятушек. Может баньку желаете?

- Если они захотят, а мне полотенце достаточно. Я в озере искупаюсь, - женщина устремила на озерную гладь мечтательный взгляд.

- Побойся предков, гостюшка, так и застынешь ведь! - всплеснул руками старик. - Ты не смотри что жарко, в нашем озере вода раньше середины лета не прогревается.

- Не прогревается? - почесала подбородок Императрица. - Небось и люди тонут?

- Тонут. Озеро у нас ключевое, студеное, потонуть раз плюнуть, тем более заложив за воротник как следует, а некоторые из наших не дураки выпить, - пожал плечами хозяин постоялого двора.

- А мужчины или женщины тонут? - вмешался в разговор Дирих. Он понимал, куда клонит женщина, его мысли двигались в том же направлении.

- Да всякие. За прошлый год девка из гостевых утопла, сын кузнеца нашего по пьяной лавочке окунуться решил да до сих пор где-то плавает. Еще из заезжих кто-то, на бережку куковали, а утром не всех досчитались, хотя мы всех предупреждаем насчет холодных ключей, но кто нынче слушает? Все ж себе на уме, сами мудрые...

- Значит, разные, - поскреб щетинистый подбородок Ларс. - Спасибо, дед, осторожны будем.

Пока готовили комнаты отряд успел выпить по две кружки настоя. Вроде и обычный по вкусу, какой в любой таверне заваривают, но в то де время чуть резче с кислинкой и ягодным запахом и бодрил лучше. Глоток, а уже продираете хочется рявкнуть довольное "агрх!".

Внутреннее убранства постоялого двора очаровывало: стены украшены старинной медной утварью, на полках лестницей вдоль стены стояли заботливо склеенные крынки, чашки и тарелки, завлекавшие в дом счастье. С потолка свисали луковые и чесночные косы, вперемешку с пучками душистых трав и венков из листьев. От их аромата есть гости хотели неимоверно.

- Что ты к озеру прицепилась? - поинтересовался Снэйк.

- Лос-Идос расположен севернее и в реке на мелководье после дождей купаться будет можно. Здесь нет. Сдается, завелся в местном озере студень. Проверить надо бы, - со смыслом произнесла Кель.

- Хорошо, поспрашиваю, а что за зверь этот студень? Надо же понимать, о чем людей расспрашивать. Я так понимаю, они в курсе, иначе бы давно запрос в гильдию послали?

- Скорее всего не в курсе. Узнай, когда озеро перестало прогреваться. И еще спроси насчет утопленников не было ли среди них влюбленных с разбитым сердцем. Студень обычно таких к рукам прибирает. Кстати, уточни есть ли кто в деревне, кто воду на дух не переносит и боится к ней подходить.

- Постараюсь разузнать до ужина, - кивнул помощник. - А ты бы не ходила на озеро, - вскользь заметил Правая Рука.

Кель хмыкнула и промолчала. Пойдет, точно пойдет. Интересно же знать в самом деле там нежить лютует или просто народ в Больших дворах безголовый живет. Кумба закрыл за собой дверь, в рекордно короткие сроки распаковал седельную сумку, обтерся смоченным в подогретой воде полотенцем, сменил одежду и вышел за Кель.

На стук в дверь ее комнаты никто не ответил. Неужто успела сбежать?

Ох, еще одна безголовая!

Мужчина высунулся в открытое окно, чтобы окликнуть Императрицу, но остановился: чуть поодаль за ней следовали некроманты. Снэйк ухмыльнулся, помотал головой и передумал звать Кель. С ней два мастера смерти, подстрахуют если что, а ему надо свою часть работы выполнить.

Кель

Спокойная деревенька, хорошие люди, прекрасный не испорченный ароматами рынка и речного порта воздух, а вот мне не нравится! Сама не знаю, что случилось, но как в Большие Дворы въехали, так меня аж затрясло. Яркие краски заборов по глаза резанули, от остроконечных крыш голова закружилась, а от гомона людей и животных голова разболелась хоть уши придорожной травой затыкай или гривой конской. Но лошадь жалко.

Нет никаких причин, а интуиция голосит как сигнальные колокола в столице. И ведь не сразу начала скрипеть, пока подъезжали зудела в ухо, а как гостеприимно распахнутые ворота миновали во весь голос завопила. Мол, руки в ноги бери, с зубы все вместе складывай и ползком, ползком отсюда!

А я не послушалась. Ну, конечно, мне проблем мало, заскучала в последнее время, вот голова и ищет приключений на попу, не спрашивая ее надо ли оно ей. Быть может, заноза в ее правой половине вовсе не означает необходимость нестись за клином, чтобы заразу вышибить. Может, стоит лечь и отдохнуть себе в сторонке, пропуская вот таких вот торопливых вперед. Пусть они на свои части тела все шишки соберут, капканы разрядят, а там по их следу и я безопасно пройду. Нет! Мне нужно в первых рядах, с горящими глазами, пеной на губах, мечом наголо и даже не важно куда, главное насколько быстро!

Чует моя душа непростое в деревне озеро. Голову даю на отсечение - завелась в нем тварь. Эх, и что утопленникам с разбитым сердцем спокойно в тине на подушке из ила не лежится? Сами себе покоя не дали и другим теперь не дают. Придется проверить кто такой прыткий в озерце воду баламутит и приструнить наглеца.

Позвав с собой некромантов, я отправилась к озеру. Искупаюсь, заодно квалификацию именитых мастеров смерти проверю. Плюс предосторожность: неизвестно насколько сильным студень стал. Его сила от количества жертв зависит. По паре-тройке жертв лет за десят из него сильную тварь сделают. Правда, эта нечисть обычно сразу лютовать начинает, но тут мы похоже на особь осторожную и развитую натолкнулись.

Я бы подождала информации от Снэйка, но его задание так... Не скучал чтобы в гостинице до ужина. Я и господа некроманты не собираемся среди бела дня народ ритуалами пугать, так разъедаем что к чему и посмотрим когда ловлю на жильца организуем. Если придется что-либо организовывать. Вдруг интуиция у меня не по этому поводу орет?

А по какому тогда?

Не-не, лучше не думать об этом. Мысли, особенно мои, имеют свойство превращаться в нечто не очень приятное материальное.

Я подошла к воде, окунула руку в воду и побултыхала немного. Покатала капельки воды между пальцами, поднесла ладонь к носу. Запах почти неслышим, но все же есть и это дает еще один довод в пользу моей не в меру проницательной интуиции.

- Что там? - спросил Ларс. Некромант к воде не приближался. Он стоял прислонившись спиной к рыдающей иве. Мужчина скрестил на груди руки и неодобрительно смотрел на озеро. Оно ему тоже не нравилось.

- Похоже что-то есть, - я неопределенно пожала плечами. Чтобы узнать больше придется влезть в воду, а это чревато неприятностями. Студень сразу мастера смерти определит и... Дальнейшее зависит от характера нежити: или охоту на некроманта устроит, или затаится.

Я шумно втянула воздух. Повела головой, принюхалась еще раз. Кое-кому из нашей славной компании не помешает освежиться.

- Что? - нахмурился Дирих.

- Купаться любишь? - я примеривалась к отражениям облаков в озере.

- Ненавижу, - буркнул Ларс. - С детства терпеть не могу воду. Едва в луже не захлебнулся лет в пять, но благодаря этому у меня магический дар открылся...

Летел он красиво. Кричал так заливисто, что местные птицы на некоторое время заткнулись и восхищенно молчали до тех пор, пока роскошный полет не завершился не менее роскошным приземлением прямо в центр пушистого облака, неспешно дрейфующего по озеру.

Кувыркающееся тело разбило отражение на множество сверкающих поднявшихся затейливым столбом брызг. Кри смолк. Птицы вернулись к прерванной мелодии, в которой мне чудились отголоски протяжного вопля канувшего в озере некроманта.

И где он? На удочку что ли попался? Вон рыбака в лодке синего цвета штормит что-то. Минуту закончилась. Вторая пошла...

- Он не умеет плавать, - на третьей минуте Сташа выдохнула кольцо сиреневого дыма изо рта.

М-мать! Ее! И его!

Не любить воду и не иметь базовых навыков выживания это не одно и то же. Не разбегаясь я прыгнула в озеро сложив за головой руки. Уже под покровом воды сплела и актив повала два заклинания: поисковое и вспышка. Первое давало слабую надежду отыскать Дириха, а второе позволяло осмотреться. Только на что смотреть-то? Вода, вода и какая-то... какая-то...

Крик пришлось задушить собственными руками в собственном горле. Студень был не просто стар. Он успел трансформироваться в "мертвый ключ". Я видела только коричневые щупальца, обмотавшиеся вокруг тела мастера смерти - тело твари находится на дне, откуда его будет трудно выковырять.

Ааа, пара тысяч демонов из моей армии! Найду виновника лично заставлю его профилактическую беседу о вреде употребления сырого мяса с тварью проводить, а уже потом избавлю от нее деревушку.

Ледяное лезвие обрезало щупальца, но снизу уже тянулись новые не желающие упускать ценную добычу. А вот редька тебе, брюква и баклажан на капусту! Я бы уступила некроманта - он мне не нравится, но тварь через него столько силы насосется, что придется армию мастеров смерти на подмогу звать. Или один Источник... Но Источник сбежал, следовательно своими силами обойдемся...

Веер ледяных копий ушел в глубину. Следом еще несколько лезвий. Я подплыла к телу мага, схватила его и потащила наверх, а там уже ждали лодки. Нас схватили за шкирки и перекинули через борт. Я рванула плащ под которым кроме штанов заправленных в сапоги ничего не было, ткнула указательными пальцами по обе стороны от сердца и пустила слабый разряд чистой магии. Ларс вдохнул, закашлялся. Его вырвало водой вперемешку с настоем и остатками еды.

Одна из лодок взлетела вверх. Сквозь побитое дно я видела извивающееся щупальце мертвого ключа.

Проклятие...

Уже поднимаясь в воздух с лодки я плела ледник. На озеро ушел практически весь мой резерв, но я его проморозила на полметра вниз.

- Быстро на берег! - крикнула.

Упрашивать насмерть перепуганных рыбаков не пришлось. Они выпрыгнули из лодок и бросились к берегу. Только не рассчитали маленько и растянулись на гладком зеркальном льду, который изнутри бессильно царапали щупальца твари. Может она слюной захлебнется?

Мда, если целым озером за столько лет не подавилась, то теперь бесполезно надеяться, но убрать людей стоит. Я ветром придала беспомощно барахтающимся людям ускорение вмиг отправившее их в свободное скольжение по ледяной шапке озера до самого берега, а после помогла освободиться парочке прачек, случайно попавших в ледяной плен.

Угу, и вместо благодарности схлопотала плохо выжатым полотенцем вдоль позвоночника. И где, спрашивается, человеческая благодарность? Очевидно подо льдом вместе с нелепо застывшими рубашками, юбками и кофтами, негодующе разевающими воротники. За них мне, собственно, и досталось.

- Я Императрица! - не удержалась от соблазна напугать прачку.

- Да хоть прабабка моя! - рявкнула тетка. - У меня мужу надеть нечего, а ты его рубахи утопила.

- Заморозила! - огрызнулась я.

- Да хоть пожгла! - поперла на меня женщина. Учитывая ее габариты затопчет и не заметит, что под ее башмаками хлюпает. - Ты давай свою магию скидывай с озера, иначе мужик мой мне такую красоту неописуемую на лице нарисует, что любо-дорого смотреть будет, а уж я потом тебе с таким же подарочком расстараюсь...

На панцирь ушли остатки сил, но зуд в ушах перестал меня донимать. Я обошла озеро кругом, села на траву рядом с молчаливыми и дымящими вонючими цигарками рыбаками, протянула, получила подкуренную самокрутку и задала промеж зубов. Курить не умею, да не хочу, но есть что-то успокаивающее в медленно тлеющем угольке на кончике цигарки.

- Нашли? - протянула Сташа.

Нет, просто так каток устроила и народ зимним катанием посередине весны развлекла! Это я подумала, а вслух произнесла короткое:

- Да.

- Большое? - некромантка подошла к краю ледяной корки. - На троих хватит? - полюбопытствовала женщина.

Там на семерых достаточно и даже больше! Беспокоиться, что ей не достанется? Не сможет свои навыки показать? Обязательно дам ей шанс - вперед пойдет! Пусть радуется щедрости моей по-темному широкой души.

- Мертвый ключ, - ответила я, наблюдая за лужицами на зеркале озера. Жаркое нынешней вечной солнце. Долго магия не протянет, а вслед за ней долго не протяну и я. Зря бабу заморозила. Самое время попросить ее закопать меня под ивой на берегу. Дерево обо мне скорбеть будет.

- Большое, - с голосе Сташи прозвучало уважение. - Но примитивное: серебра боится, - пожала хрупкими плечиками некромантка.

Идея!

- Вставай, пойдем, - я дернула кончик капюшона женщины.

- Куда? - она не двинулась с места.

- Подаяние собирать! - думаю, мы нужное количества серебра наберем. По сусекам да амбарам поскребем, заначки вскроем, нитки из вышивки вытянем, да зубы изо рта повыдёргиваем. У нас в Империи народ добрый, авось на откажут пожертвовать серебра на свои же нужды.

- А нам дадут? - Сташа поднялась, отряхнула фиолетовый плащ и улыбнулась уголками фиолетовых губ.

- Нам-то? - я усмехнулась. - Еще и спасибо скажут за то, что забрали.

Нам сказали. Ровно четыреста пятьдесят раз. На пятьдесят меньше пожелали подавиться награбленным. Не поняла о чем они? Триста пятьдесят раз попросили не лишать последнего. Я посмотрела на банковские расписки и прохватила и их. Верну завтра, сегодня они будут учится отличать друг от друга понятия: все, ничего и что-то. Двести семей предложили забрать и золото. И еще медь в слитках. Мол, девать некуда, в банк везти лень, а им заново начать богатство копить даже интересно будет... Сто обозвали нас. Нехорошими словами. Я не сдержалась и тоже их обозвала. Ну, как умею: клыки в оскале, во взгляде вьюга и голос шипящий. Народ перепугался. Сказал, что нежить не в озере живет, а по земле шастает. Сташа попросила пару жертв для ритуалов. После мы с ней вместе привели слабонервных в чувство и прихватив несколько заложников, шепотом поспросивших посмотреть расправу с чудовищем из первых рядов, ретировались. Заложники с трудом перли несколько тачек серебра к лучшему кузнецу в деревне...

Иллинойс и компания

Когда Снэйк вернулся на постоялый двор с честью выполнит поручение Кель, то с удивлением отметил небывалое природное явление: заледеневшее поздней весной озеро, на берегу которого сидели словно нахохлившиеся воробьи рыбаки и неспешно тянули цыгарки. Недалеко от них обнимался с ивой полуголый Ларс, чей торс украсили три багровых вздувшихся рубца, а в общем и целом вид он имел печальный и изможденный, но послушный, ибо не возражал против проводных пальчиков Сташи, тщательно втирающих в раны мужчины густой крем. Кель находилась здесь же. Она с крайним раздражением рассматривала дело рук своих, будто спрашивая "ну и что мне теперь с этим делать?". Хороший вопрос, но блондина больше интересовал другой: что здесь произошло?

- Жить будет? - начал издалека и не с того кумба. Пока он опасался приближаться к Императрице. Надо будет - позовет. В таком состоянии к ней с докладом или советами лезть не стоит. Уж он-то по своему богатому опыту знает!

- Увы, да, - в духе мастера смерти ответила Сташа. Похоже, она действительно сожалела.

- Не каркай! - простонал Дирих. - Не всем же как ты быть.

- Конечно, - покладисто согласилась некромантка, - далеко не у всех хватит таланта стать Истинным Мастером Смерти. У тебя не хватило, - легко парировала женщина с безупречно безразличной интонацией. Она закончила с ранами, закрыла глиняную банку и сунула ее в карман.

- У меня ума хватило им не становиться, - поворчал мужчина, натягивая сухую рубашку явно с чужого щедрого плеча.

- Ума? - палец с острым ноготком коснулся середины лба Дириха. - Не замечала. Впрочем, каждый вправе считать себя лучше, чем он есть на самом деле, - Сташа обворожительно улыбнулась и покинула поле боя. Бесспорно победа в словесном поединке осталась за ней.

Ларс не стал тратить время на споры. С ней-то? Да пусть себе костями бренчит на всю деревню! Кто ей поверит? И кому вообще в деревне это интересно? Можно подумать в Больших дворах каждый второй в азах искусства смерти разбирается, а каждый третий диплом мастера имеет! Он, между прочим, герой и даже боевые раны готов по первому требованию предъявить, а она где была, когда его нежить едва не схарчила? Умные разговоры разговаривала? Для нее самое оно, а он делом займется.

Под собой Дирих подразумевал Кель. Побывав в объятиях твари мужчина знал - ему с откормленным стенам не справится в одиночку. Он с радостью уступит место более опытному практику, имеющими личные связи за Гранью, а для себя некромант при смотрел теплое место подручного. Все когда-то с подай-принеси начинали, в побегушках ничего зазорного нет.

- Снэйк, - разбил компанию на троих призыв Императрицы. - Смотрю, тебе язык мешает? Не желаешь приложить его к более полезному делу, чем его почесывание о кости двух мастеров смерти?

О чем он и говорил - позвала!

- С превеликим удовольствием почешу его о твои иголки, - усмехнулся мужчина. - Ты их специально доя меня выставила? Приятно, демон побери, что ради скромного помощника ты так стараешься, - промурлыкал он, подходя к Владичице.

За время темной работы с Кель змеиноглазый хорошо усвоил несколько элементарных вещей, которые помогали сохранять нервы целыми, а здоровье отменным: кричит - молчи, рычит - беги, фыркает - смейся, молчит... А когда молчит бежать надо. Далеко и очень быстро!

- Ерничаешь? - холодно осведомилась Кель, но ее взгляд потеплел. - Рассказывай, - нетерпеливо бросила она.

И он рассказал...

Лет тридцать назад жила в деревне дочка мельника. Страшная, аж зубы стучали. Сварливая, словно стая ворон. Капризная, будто погода осенью. Но мнила себя первой красавицей деревни и думала, что каждый из мужчин в нее влюблен. С чего она это взяла - непонятно, но говорят мама с папой постарались и вбили чудовищу в голову сказку о невероятной красавице.

И надо же было такому случиться, что нашелся в деревне дурачок, который тоже в сказку поверил и по уши втрескался в клушу, которую не иначе как пугалом не величал никто. Парни тогда обрадовались, дескать, отстанет баба от них и перестанет их на сеновал звать поминутно проверять несуществующее сено.

Да недолго их радость длилась. Не первым парнем в Больших дворах тот влюбленный был. Так, возле конца очереди обретался. И хоть стишки корявые собственного сочинения зазнобе сердца своего читал, цветочки полевые запазухой приносил, по ночам под окнами томно вздыхал дала ему "красавица" от ворот поворот. Дескать, и не такие к моим ногам падали. И вновь принялась косые глазки парням на деревне из-за забора строить, да ножки свои кривые при стирке демонстрировать!

Совсем закручинились парни, даже бежать все вместе намылились. Только подняли их румяные да голосистые деревенские девки на смех, пришлось оставить эту идею и за другую приниматься.

Думали, гадали и решили влюбленного приодеть, причесать, подарками его под завязку набить и отправить его перед этим похищенное счастье от рук супостатов спасать. Только счастье похитить не удалось. Счастье так коромыслом троих здоровенных парней отходила, что влюбленному пришлось их от него спасать и впалой грудью своей прикрывать!

Тут бы одуматься молодцу, но на свою беду упрямый он был. Или еще дурнее, чем о нем думали. Ждал-ждал и дождался удачного момента: уронила дочка мельника дорогое кольцо с брильянтом в озеро и так досадно ей стало, что на всю деревню объявила: тому достанусь, кто колечко со дна озера поднимет. Понятное дело, дурак во всей деревне только один сыскался.

Всплыл он через четыре дня ночью и давай с середины озера завывать, мол приди ко мне душа моя, добыл я твое колечко. И так каждый день. Через неделю уже хотели паковать зазнобу в мешок и в озеро бросать, да проезжал мимо некромант-недоучка и угомонил нежить...

- Угомонил, значит? - Кель нахмурилась. - А как того неуча звали не вспомнил никто? - в глазах женщины зажглись кровожадные искорки.

- Как не вспомнить, - выдохнул Снэйк. - Еще и показали на него!

- Показали?!

- Ага, хозяин постоялого двора и показал. На него, - дернул подбородком в сторону Ларса блондин. - Иногда события так чудно сплетаются!

Кель потянулась, хрустнула шее и позвала к себе Дириха. Следующие пятнадцать минут рыбаки узнали о некромантии столько, сколько за всю жизнь не слышали. В частности откуда мастера смерти берутся, кто их экзаменует и на какую пересдачу некоторых нерадивых студентов надо отправить. Причем немедленно. Сразу на практическую часть, которая ждет не дождется упокоения под коркой льда.

Ларс краснел, пыхтел, мычал и даже иногда мекал. Оправдаться не получилось, выпросить прощение тоже, а доказать свою состоятельность он попросту не мог. Не идти же в самом деле в одиночку на мертвый ключ? Его втроем, а то и вчетвером валить надо согласно всем инструкциям! И чего Императрица ему в глотку зубами вцепилась, почти артерию перегрызла?

Напортачил? А с кем не бывает тем более на первом курсе? Его не ругать, а поблагодарить за изведение нежити совершенно бесплатно! То что не до конца извел... То издержки системы образования. Их на первом курсе только зомби первого класса успокаивать учили. Он и упокоил зомби первого класса.

Нет, не надо его убивать! И руки он предпочитает оставить на том месте, куда их природа пристроила, а не там, где по мнению темной они находится должны! Голова у него не дырявая и варит прекрасно. Проверять ни к чему, тем более заливая кипяток в уши. И хватит его всякими ужасами стращать и так в туалет хочется!

Дирих сбежал. Паузы дождался и деру в гостиницу, рассчитывая, что Императрица за ним не побежит: не девочка за мальчишками гоняться и не дочка мельника. Правда страшная.

- Он нам не помощник, - показала аккуратные клыки Сташа.

- А мы не него разве рассчитывали? - усмехнулась Кель.

Снэйк не понял о чем идет разговор, но как следует обдумать загадочный короткий диалог двух женщин ему не дали. Распугивая народ зычным голосом на дорогу к постоялому двору вывернул пузатый и бородатый мужик с тачкой в руках. На ней шипя и плескаясь расплавленным металлом стоял большой чан. Деревенский домчал тачку до берега, опустил ручки на землю, утер рукавом покрытое сажей лицо и велел принимать заказ.

Осантейя обрадовалась. Она пошепталась со Сташей и под удивленные ахи рыбаков впрягалась в тачку и без усилий потащила ее на подтаявший лед.

Куда, голова ее рисковая?! Искупаться захотела?!

Но на тонкий лед Правая Рука ступить не рискнул. Если и он под лед провалится, то кто двух их вытащит? Рыбаки? Ага, на удочку ловить будут! Утешала слабая надежда, что обе знают чего хотят и как этого достичь.

Между делом женщины добрались до середины озера. Кель нацепила плотные кузнечные рукавицы, ухватилась за ручки чана и опрокинула его, придерживая. Тонкой струйкой расплавленный металл потек на лед, выжигая путь в воду. Одновременно с рук Сташи сорвалась сеть с крупными ячейками. Переливаясь мягким зеленым свечением она взмыла в воздух, раскрылась, упала на лед и впиталась. Через секунду секунду озеро взорвалось изнутри...

Из его недр раздался не то крик, не то скрежет. Взметнулся и опал пучок серо-коричневых щупалец. На берег обрушился град осколков и холодная изморозь озерной воды и отчетливым привкусом гнили. Снэйк успел упасть на землю и прикрыть голову, другие отскочили, но кое-кому все же досталось: шесть человек зажимали длинные кровоточащие царапины на руках и лицах.

Не смертельно, прочее до свадьбы заживет! А вот Кель и Сташа? Наплевав на все Снэйк в два прыжка оказался на льду и... Порыв ветра швырнул его обратно. Следом он едва успел поднять тело Мастера Смерти. Серая лицом вампирша не дышала.

- Медальон сорвало, - услышал он усиленный магией голос. - Закрой от солнца!

Возможно она сказала что-то еще, но не услышал. Наверное, он мог бы помочь, только не знал как. Потому стоял, баюкая на руках укутанную некромантку, до боли закусив губу и всматриваясь в месиво из льда, воды и измененной плоти в центре озера. Она не кричала, но он вздрагивал от боли и до дрожи в коленях боялся в следующий миг не ощутить ничего...

- Пожалуйста, - Снэйк стиснул в руках женщину. - Пожалуйста!!! - выкрикнул он и опустился на колени, уткнув в живот некромантки лицо. - Прошу...

Кел закончила через три минуты. Ей хватило сил выбраться на берег, мазнуть по людям на берегу невидящим взглядом, на негнущихся ногах дойти до своего номера и упасть на руки выступившего из тени существа.

- Ты... - прошипел Правая Рука.

- Я. Позже поговорим.

Блондин усмехнулся и уступил, ибо в зеленых эльфийских глазах отражалась его собственная боль...

Кель

В комнате отчетливо пахло белками и орехами.

В моем практически досуха выжатом сознании запах орехов почти укладывался, если бы не одна малюсенькая странность: на улице весна - не осень и пахло фундуком - не каштанами. Запах белок не укладывался никуда. Я отчетливо сознавала, что больна, что шагнула далеко за пределы своего ресурса, но от сильного магического истощения не бывает галлюцинаций, особенно таких избирательных. Боль - да, спазмы - естественно, но не галлюцинации. Из этого следует просто и на первый взгляд логичный вывод: раз в комнате пахнет белками, то вышеуказанные хвостатые паразиты в ней действительно находятся. Или находились. Но так как вывод только на первый взгляд был логичный, на второй он закручивал тугую спираль мыслей в невероятную конструкцию вопросительного знака: кто и зачем допустил их на мой смертный одр?

Впрочем, смерть мне точно пригрезилась. Безусловно хуже, чем после драки с мертвым ключем, я себя никогда не чувствовала, но не умирала. А ведь должна, демон побери загадки еще пока непосильные моей больной голове! Я весь резерв вместе со своей аурой в расход пустила, демонов со мной рядом не было и от Лос-Идос мы слишком далеко, чтобы я до Источника дотянулась. Однако, к телу ластится новая аура, не до конца сформировавшаяся, неполноценная, но поддерживающая во мне жизнь и даже по капле сцеживающая переработанную энергию Грани в резерв.

Третья загадка, кто меня артефактами-накопителями с ног до головы украсил, если делаю и храню их только я? И о тайнике знает лишь Снэйк. Он их украл? Зачем? Чтобы при случае мне вернуть? Нелогично получается! Он-то взял всю вину на себя, во всем сознался, да напрасно - прекрасно помню из чего я накопителями делала. Те, что висят на мне сейчас не мои сто процентов.

А чьи?

Забавный напрашивается ответ. Тот, которого быть не может. Странно по счастливому совпадению наткнуться на умирающего человека, с которым оборвал все связи десять лет назад, проникнуться чувством вины и оказать помощь. И уйти, спасаясь от неминуем благодарности, что последует за чудесным спасением.

Но от Иллинойса тоже пахло орехами и белками. Первые были его кулинарной страстью - бывший Император щелкал фундук в неимоверных количествах, редкий вид вторых он разводил в зимнем саду.

Нет, это не может быть он. Правда? Правда. Себя я в этом убедила, осталось узнать реальность. Но не хочется. Уже не хочется. Боязно представить, что Иллинойс видел меня в беспомощном состоянии, близком к смерти. Он привык ко мне иной: сильной, смелой, умной... А я уже четыре дня не в лучшей форме пребываю - на потертую половую тряпку похожа. Такая же мрачная, высохшая и с дырками! В том смысле, что в памяти провал: ничего не помню с того момента, как я и Сташа шагнули на замерзшее озеро.

С тех пор четыре дня прошло. Лежу, потолок изучаю, стены, белье постельное. Принимаю поздравления и благодарности от деревенских. Главная виновница торжества приходила. Единственная, кто доброго слова не сказал, зато ушат помоев вывалила за якобы украденное у нее серебро и пообещала в суд подать на проходимку и самозванку. До этого момента я терпела, после обиделась на оскорбления: да, проходимка, ибо проду везде и через все к цели, только никоим образом не самозванка. Я вообще не хотела Императрицей становиться - мне выбора не оставила одна ушастая личность!

Позвала Снэйка в качестве заступника. Он был демонски рад объяснить мельничихе, где ее место и чьих объятиях она может оказаться по протекции той, кого она по невежеству самозванкой обозвала. Я с готовностью подтвердила наличие в моей армии отряда чрезвычайно влюбчивых демонов. Ну, дочка мельника всю свою жизнь мечтала о большой и чистой любви, я с огромным удовольствием сотворю ее чудо. Размерами и качеством чуда она будет довольна - на этих демонов-разведчиков никто никогда не жаловался.

Она согласилась взять пару в качестве компенсации с испытательным сроком три месяца. Я сказать ничего не успела, так шокирована была, а мельничиха молчание за знак согласия приняла! Так что... Я теперь ей двух демонов должна...

Помимо деревенских старые знакомые нашлись: укоризненные вздохи от Боршхмейстера день и ночь под дверью раздаются. Посол неизвестно как в Больших Дворах очутился и ищет любую возможность мои конечности облобызать в припадке радости. К рукам он уже не подходит - оба раскрашенных глаза многому его научили, но гном теперь на мои ноги с нездоровым интересом поглядывает, правда за нос опасается. Я хоть и болею, да для профилактики двину!

Из почтового отделения заходили. Тиллийс мне соболезнования выразил. Коротко и дипломатично: в переданной записке было всего два слова - "дура" и "жду". Я ответ несколько длиннее продиктовала. Он получился чуть менее дипломатичным. Надеюсь, к моему приезду светлый Император остынет и будет рассуждать здраво. Он же не будет рисковать нашими дипломатическими отношениями и своим долгом? Мне ничего не стоит вежливо попросить его вернуть выделенные ему на подъем экономики светлого союза средства. Попрошу заметить, выделенные на неопределенный срок и безвозмездно.

Откуда он узнал о происшествии понятно: Снэйк за дверью на повышенных тонах разговаривал разговаривал кое с кем... кто вызывал у него неоднозначные чувства. Чувства помощника за пару минут превратились во взрывоопасный сплав, заключенный в тесном пространстве. Кумбы буквально распирал злость, раздражение и ехидство. Всего за три минуты они дошли до криков и обвинений, выдав очень интересные подробности пары прошедших ночей.

Оказывается, эльфийка к нему приходила и пыталась вылечить от... мужского недомогания. Ага, по доброте душевной и без выгоды для себя!

Блондин, бедный, не знал куда себя девать из-за моей болезни, а тут она забот добавила и ладно бы реальных забот, а то втемяшила в голову план спасения несчастного лишенного женского внимания кумбы и давай внимания с коктейлем из таблеток навязывать! Таблетки Снэйк проглотил. Все. Разом. Через десять минут не увидев эффекта девушка ушла со словами "в следующий раз попробуем мази, ну или к палке привяжем"!

После этого моя Правая Рука на следующий день сам не свой ходил: то в жар, то в холод беднягу бросало. Сидя у открытого окна и обмахиваясь снятой рубашкой или закутавшись в одеяло он рассуждал о бренности жизни и прелестях созерцания мимо проходящей жизни. Ни тебе суеты, ни беспокойства - тишь и благодать. Правда, вскоре очнулся и настойчиво попросил забыть девять часов специфичной философии древних чудовищ.

Сегодня я впервые встала с постели. Тихонечко прокралась к окну, пока ни Снэйк ни Боршхмейстер не видели, высунулась в окно и вдохнула полной грудью. Терпкий запах цветущей каштановой рощи наконец выбил из ноздрей порядком надоевший аромат орехов и белок. Хм, а помощник доказывал, что мне чудится. Ага, чудится! Всем бы так чудилось, как мне...

В роще копошились дети. У берега вновь безопасного озера подростки чистили лошадей-тяжеловозов, рыжих с белой манишкой, пушистыми ногами и роскошным подметающем землю хвостом. В беседке вздыхал на мои окна гном с полной кружкой темного эля и это до полудня! Чувствую, он сегодня далеко зайдет. Стоит вечером в комнату Правой Руки перебраться, ибо к часу ночи Боршхмейстер опять припрется меня на дуэль вызывать - у гномов это равносильно признанию в любви, а победа на женщиной к свадьбе приравнивается. Мне с ним сейчас драться никак нельзя: через минуту замужем окажусь, а через три брачная ночь закончится.

Дирих на перевёрнутой лодке с рыбаками сидит. Судя по жестикуляции байки травит с собой в главной роли. Ну-ну, спаситель мира и оборотней, ноги дрожать перестанут я ему все припомню. С его помощью, глядишь, и справились бы с "мертвым ключем" с меньшими потерями. Из гильдии он точно вылетит, недоучка проклятый! Ну и пару лет бараном походит нетрадиционной ярко-желтой окраски.

Идиллия. Жаль присоединиться к ней не могу, ибо не желаю еще на четыре дня себя младенцем чувствовать и с ложечки питаться. Я страшная и ужасная Темная Императрица, мне надо статус и репутацию на должном уровне поддерживать, а как если ручки трясутся и дышу с трудом? Алкаш Подалевич с похмелья здоровее меня выглядит.

Я вздохнула. По любовалась и хватит. Пора в кро...

Я не узнала его сразу. Приняла за деревенского парня, но сейчас лучи Сао пробились через густую крону ивы, придав светлым волосам мужчины присущий только эльфам медовый оттенок. Знакомым движением он взлохматил волосы и ловко подсек удочку - на крючке трепыхалось серебристое гибкое тело.

- Иллинойс... - я потерла глаза. Так вот почему занавески в комнате плотно задернуты и Снэйк мне не разрешал с кровати вставать. Ущипнула себя. Полуголый эльф все так же сидел на раздвоенном стволе дерева. - Иллинойс!!!

Он подпрыгнул от крика, неловко дернулся и свалился в воду, а уже стремительно... ползла к двери! Мать моя орчанка и папаша Темный Властелин, что же родили дитя сильное, но совершенно безмозглое? Только и умею железками размахивать и зиму летом создавать. Ни на что больше не годна.

Коридор казался бесконечным. Стена раздражала множеством трещин, выдающим возраст дерева. И все же я шла. Не веря себе, уговаривая повернуть назад и не совершать глупость, я шла вперед к яркому прямоугольнику двери. И плевать, что на мне с чужого плеча ночная рубашка под горло и в пол, волосы на голове свили гнездовье для аистов, а во рту стадо коров нагадило, я шла вперед.

Глаза слезились, ног не чувствовала, в пальцах правой руки засело несколько длинных заноз. Мне надо было увидеть, убедиться, спросить наконец после десяти лет "зачем?" и ухватиться за родное ухо!

- Кель! - фигура в расхристанной одежде встала в дверном проеме. - Стоило на секунду оставить. Марш в кровать!

- Не стой у меня на пути, - пригрозила я, обмахиваясь от черных точек перед глазами. - Я все равно выйду на улицу.

- Зачем? - обнял меня за плечи Правая Рука и успокаивающе прошелся ладонью вдоль по позвоночника. - Что тебе там надо? Через три дня сможешь держаться в седле тогда и поедем, а сейчас иди лежи, я тебя обедом покормлю, - змеиноглазый настойчиво толкнул меня обратно.

Ни на ломаный медяк не верю в его искренность. Он не обо мне заботится, а что-то от меня скрывает. И я знаю его тайну!

- Там Иллинойс!

- Опять ты свое, горе мое. Нет его там. Ладно, - сдался мужчина. - Идем покажу.

Он поднял меня на руки и отнес к берегу озера. Мизансцена не изменилась и даже блондин был на месте - ветке ивы с удочкой в руках, правда, он это был не эльф. Он отсалютовал мне мокрой рубашкой и сосредоточился на дрыгающемся в воде поплавке.

Ложь!

Хотелось крикнуть.

Но я через силу улыбнулась и попросила отнести меня в гостиницу. К чему кому-то доказывать? Знаю и так, что права, ибо к запаху самого кумбы примешивался слабый аромат орехов и белок...

Иллинойс и компания

Боршхмейстер не видел всего, что произошло на озере, но самый конеч застал. Благородный гном смаковал пиво в компании неудаников, чьи кошельки он только что облегчил на несколько золотых, выиграв в кости. Гном праздновал, они горевали, но это нисколько не мешало признаваться им во взаимной любви, уважении а также клясться в вечной дружбе. Ведь гном такой милый парень, хоть мухлевал в игре. Наверняка мухлевал, иначе как эта приземленная гора мышц могла выиграть? Простую удачу собутыльника посла в расчет не принимали почему-то...

А потом как завертелось, понеслось, народ с постоялого двора на улицу побежал с воплями, ну и Боршхмейстер тоже побежал полюбопытствовать и увидел последнюю сцену, когда чудовище с концами кануло в озеро, а за ним чуть страсть всей его жизни не отправилась!

Сперва гном испугался, но затем обрадовался: мало кому судьба такой шанс дает - взять зазнобу тепленькой и на супружеское ложе ее утащить. Действовать надо было быстро... Проникнувшись моментом со слезами радости на заросших густым рыжим мехом щеках он пошел за Императрицей, ее помощником и бесчувственной некроманткой. Она ему не помеха, Правую Руку возлюбленной он на раз два уложит, затем через Осантей настанет. Замечтавшись, посол упустил момент, когда дверь комнаты темной захлопнулась перед его носом.

Он было сунулся с кулаками на демонову деревяшку, да черная молния его так жахнула, что он по стене сполз, махонькие молоточки пересчитывая, что вились вокруг его лба, переодически тюкая в самую середину толстой кости.

Полежав десяток минут, Боршхмейстер встал с кряхтением, погрозил палашом занудной преграде, помянул магию и магов нехорошими словами и направился заливать теперь уже горе в обеденный зал постоялого двора. С теми же собутыльниками за их здравие он пропил весь выигрыш, разбавляя густой пенный эль зловещими историями Больших Дворов. А их набралось немало...

На следующее утро в больной похмельной голове гнома, родил коварный план. Простой, оттого гениальный: пришел, увидел, победил! И самой трудной частью в этом плане была первая... Как пробраться в комнату к Императрице, если она чарами защищена? Ответ нашелся на дне первой утренней кружке эля. Такой же простой и гениальный, как сам план - послу следовало всего навсего ждать.

Под окнами, под дверью, в соседней комнате, в коридоре, на подоконнике... Где только Боршхмейстер не ждал, прерываясь исключительно на еду и выкраивая пару часов на сон. Предки вознаградили его терпение: сперва комнату покинула закутанная в плащ с низко надвинутым на лицо капюшоном, а через несколько часов убрался Снэйк. Позабыв от радости о магии, Боршхмейстер ринулся в атаку. В прямом смысле лобовую атаку дверь и магия выдержали. Разряд был такой силы, что посол своим отнюдь не тщедушным телом пробил стену, снес шкаф за ней и вторгся в чью-то не пустую постель.

- Хам! - завизжала девушка, выпрыгнула из-под одеяла и юркнула в угол. Гм, неловко он как-то в чью-то личную жизнь влез, не поздоровался, не представился, даже сапоги не снял! - Немедленно освободите моего мужа! - гневная, с раскрасневшимися щеками, девушка негодовала.

- Мужа? - он вроде никого не пленял. Пока. Дивное создание в углу ему пришлось по душе. - А где он?

- Прямо под вами!

- Да? Не заметил, - смущенно пробормотал Боршхмейстер.

Под ним застонали.

О, предки! Нет, против стонов под ним посол ничего не имел, но только женских, а не мужских. Если кто-то узнает позора не оберешься! Гном немедленно скатился с кровати и встал навытяжку возле нее. Он старательно отводил глаза от растянувшегося поперек кровати мужчину с отпечатком гномьего тела на спине.

- Ты в порядке? - чудное создание немедля бросилось на помощь драгоценному мужу.

- Да, дорогая, - пролепетал человек. - Только пошевелиться не могу, - в голосе мужчины слышалась паника, - кажется, спину защемило.

- Что-о? - отпрянула девушка. На ее щеках опять вспыхнули пятна румянца. - Не можешь... - она закусила губу. - Вы! - ее тонкий указательный палец указал на гнома. - Вы испортили мне медовый месяц и теперь обязаны компенсировать это!

Вздохнув, Боршхмейстер расстегнул пояс с оружием, опустился на пол, стащил сапоги с портянками, распутил пойтаные завязки кольчуги и потянулся к ремню, удерживающему на объемном животе гнома штаны. Компенсировать, так компенсировать, тем более, когда девушка этого требует!

- Что вы делаете?! - дивное создание выглядело ошарашенной. - Зачем вы раздеваетесь? Прекратите это распутство немедленно!

- Вы же сами сказали компенсировать. Я готов сделать это прямо сейчас, - и штаны упали на пол.

- Предки мои! - воскликнуло чудное видение. Она застыла с открытым ртом не в силах вымолвить ни слова, лишь изумленно хлопая длинными темными ресницами.

- Что там?! - прохрипел ее муж.

- Тебе этого лучше не знать, дорогой, - прошептала она. - А вы, - она смогла оторвать взгляд от нижней половины посла. - ВОН ОТСЮДА! И не смейте мне на глаза попадаться, развратный коротышка.

- Но вы же сами требовали копенсацию! - задумчиво дернул бороду гном.

- Но не таким же способом! Вы моего мужа изувечили, я хотела, чтобы вы его вылечили, - прошипела девушка. - Убирайтесь отсюда на счет три или я зову на помощь. Раз, два...

Боршхмейстер успел убраться до того, как очаровательный ротик его новой знакомой произнесет три. Облачившись подальше от места преступления он вернулся на боевой пост за кружечкой лучшего снаряжения. Кто этих женщин разберет? Всяко не мужчина. То они трубуют, то отказываются, то вовсе прочь гонят. Странные они, эти женщины. Да, но без них никак, что делает жизнь мужчин полной приключений и опасностей.

Подходящий момент для проникновения в комнату Осантейи он нашел случайно. Увидел следующим днем, что Снэйк с какой-то остроухой дамочкой переругивается и шасть за дверь. Подкрался к ложу женщины, за руку ее белую взял и хотел уже болевой захват провести, так чисто символически, чтобы никто его победу оспорить не смог, да она проснулась, а после как выказала свое расположение... Ага, прямо в глаз, прямо крепким кулаком, а после добавила для профилактики во второй глаз. Откуда только у болезной силы взялись?

Жаль расставаться с иллюзиями, но с элем не так все печально. Что-то даже в розовом цвете видится, тем более, что чудное видение к нему все же за компенсацией заглянуло и до ушей довольное осталось. Раз гном за что-то берется, то делает это наилучшим образом!

Но на постоялом дворе охотились не только на Осантейю. Ее Правая Рука также стал желанной дичью. Добравшись до Больших Дворов раньше отряда Императрицы Эйлин заняла скромную комнату, написала несколько донесений начальству, сходила в почтовое отделение и отправила их в Лес Вечности. Глава разведки точно будет доволен ее службой. Предстоящая прибавка к жалованью и близость желанной блондинистой добычи грела душу эльфийки.

В первый день подобраться к Снэйку не удалось из-за переполоха. Императрице свою удаль захотелось продемонстрировать, а остальные из-за этого страдать должны и работать дополнительно - ей пришлось рано утром вставать и опять бежать с донесением на почту!

Только через день удалось застать мужчину врасплох. Он торопливо обедал в беседке и свой заказ Элин велела принести туда же. Едва ее тарелки поставили на стол, как она села напротив Правой Руки Темной Императрицы с самым независимым видом, на который была способна. Пару минут блондин продолжать есть молча. Следующие три минуты с набитым ртом сверлил нахальную девицу недружелюбным взглядом. Через пять прожевал и процедил сквозь зубы:

- Вы, кажется, адресом ошиблись.

- Ни в коем разе, - мило улыбнулась Эйлин. - Я хотела с вами поговорить. Позволите? - со значительным опозданием спросила она разрешения присоединиться к трапезе Снэйка.

Мужчина нервно хмыкнул. Толку отказывать, если у остроухой явные проблемы со слухом? Он уже столько раз говорил ей "нет", что у него язык отсох повторять. Проще прислушаться к совету Кель и дать ей то, что она хочет, если это в его силах и не противоречит интересам Темной Империи. Только любезной с эльфийкой ему быть необязательно. Интересно, как она относится к откровенному хамству?

- О, конечно, все мое на этом столе - ваше, - с изрядной долей ехидства кумбы подтвердил право эльфийки находиться с ним.

- Вы так благородны, - она сделала вид, будто не заметила интонации собеседника. Ее и не так вежливо посылали, но в конечном итоге она все равно своего добивалась. Так будет и в этот раз.

- Так о чем вы хотели поговорить со мной? - он хотел добавить пару нелестных эпитетов, но приберег тяжелое оружие на потом, если щелчками по носу не удасться отвадить навязчивую поклонницу.

Во взгляде девушки появилась хитринка. Он подмигнула ему, аккуратно положила в рот ломтик жареной картошки, разжевала его, проглотила и только после произнесла, понизив темб голоса до низкого грудного шепота:

- Я знаю ваш секрет.

У Снэйка пропал аппетит. Мысли стали похожи на загнанных в клетку крыс. Они метались по извилинам, бестолково лезли друг на друга и наперебой пищали. Правая Рука видел один правильный выход - убить эльфийку. Кель четко дала понять - никто не должен знать о его принадлежности к древней расе, чье существование погребено под песками и известняковыми горами. Да и сам он понимал какими проблемами это грозит и тщательно скрывал свое происхождение, а вот поди ж ты, пронюхала неизвестно как, дрянь такая! Неужто шатажировать его собралась?!

Эйлин не подозревала, что находится на волосок от смерти. Внезапную бледность собеседника, его сжатые на столовых приборах пальцы и кривую ухмылку на губах она приняла за проявление стыда и ободряюще улыбнулась.

- Не бойтесь, я никому ее не выдам, более того помогу справится с этой проблемой, - обнадежила блондина женщина.

Кумба чуть не подавился. Это как же она планирует с его расой справится?! А он о том вообще говорит? Может, она другую тайну имеет ввиду? Это Снэйк у нее и спросил.

- Я про ваше мужское бессилие, - потупила глаза Эйлин.

- Мужское что?! - несказанно удивился змеиноглазый.

- Бессилие, - прошептала остроухая.

- А что это? - непонимающе хлопнул глазами мужчина.

- Ну это когда у вас с женщинами ничего не получатся. Хочется, а не получается.

Правая Рука расхохотался. Он смеялся несколько минут, вытер рукавом слезы искреннего веселья, положил на стол вилку и нож и снова рассмеялся, глядя на немного обиженное лицо девушки. Реакция мужчины ее несколько... озадачила!

- Простите, - прохрипел блондин. Больше он не мог находится рядом эльфийкой. Взгляд на нее и его вновь скручивало в приступе дикого хохота. - Я пойду, ага...

И всхлипывая он выполз из-за стола и пошел к постоялому двору, периодически срываясь на громогласный хохот. Эйлин потерла переносицу. Проводила взглядом удаляющуюся фигуру и грохнула кулаком по столу. Битва проиграна, но она обязательно возьмет реванш!

Кель

Мы не выехали через два дня, но через три на четвертый я настояла на своем, заморозив назойливого гнома в качестве демонстрации моих сил. Хорошо, что сразу после этого Снэйк ушел и не видел, как я посбледнела и содрогнулась от боли. Ну-ну, в порядке... Мне еще пару недель восстанавливаться до прежнего уровня, но всем остальным знать об этом не обязательно. Будем ехать потихоньку, в неприятности не влипать, приключений не искать, опасности избегать. Я все-таки не враг себе, чтобы через несколько после полного истощения опять по Грани ходить. Хватит, план на следующее десятилетие выполнен.

С Правой Рукой я общалась подчеркнуто вежливо и только на рабочие темы, впрочем, не затрагивая историю моего чудесного выздоровления. Я знала, что он мне солжет, он понимал, что его вранье за киломерт ощущается. Так смысл? Никакого. В конце концов, кумба расколется, ибо не впервые Снэйк меня обманывал. Причины лежат на поверхности: он не уверен в правильности действий, но его убедили дать шанс. По сути дела навязали решение и попросили не вмешиваться. Вот он и не вмешивается. Переживает только. И переживает сильно. Но ничего, блондин на редкость совестливый древний и скрор чуство вины перевесит любые аргумент или срок действия сделки истечет, тогда и насладится белка сладким ядрышком ореха.

Тьфу ты, эти белки весь мозг проели уже, но из головы не выходят! И еще розы. В день отъезда мне цветочница две штуки белых принесла. Я на нее и так смотрела и сяк глядела, но девка до того глупая попалась, что на молчаливые призывы выдать заказчика не отреагировала. Зато оба уха мне продырявила какая я счастливая - целых три счастливых поклонника за мной увиваются.

Ага, счастливая...

В тридцать восемь лет у моих ног увивается гном, которые едва до талии достает, колотит окна и дарит белые розы обыкновенный некто и тайком спасает меня сбежавший от меня же эльф. Я необыкновенно счастливая женщина! С кем бы таким счастьем поделиться?

Я не стала ее расстраивать. Переубеждать насквозь романтичную натуру, в чьей голове в одной половине принц на белом коне извилины топчет, а на второй расположился знойный красавец вампир бесполезно. Ей в своих иллюзиях жить комфортнее и мне слезы утирать не придется. На такое круглое счатливое лицо с глазами в поллица никаких носовых платков не хватит. Молча взяла цветы, сдержанно улыбнулась и отправила довольную цветочница восвояси.

Мы ехали по центральному торговому тракту в сторону Корзаса. Планировала доехать до перевала Язык Змеи, но пройти не по верху, а туннелем. Тем самым, который в прошлый раз прорыли, охотясь на демонов моего брата-близнеца. Дорожная служба его облагородила, гномам в аренду сдала за пятнадцать процентов с чистого дохода и благополучно отчиталась о перевыполнении плана по строительство дорог. За что премию получила! Не дурак мой министр путей сообщения, ой не дурак, потому и живым ушел с премиальным кошельком в руках, а не на рудники за вымогательство в особо крупном размере отправился.

Дорога неспешно стелалась под копыта лошадей. Мы двигались со скоростью потока, не стремились никого обгонять и не подрезали груженые обозы. Нам надо, так и всем остальным надо. Доедем все равно, так чего работящим людям хамить и заставлять их дорогу уступать?

Жара продолжала действовать на нервы, убивая нас сверху солнечными лучами, а снизу дорожной пылью, но ветер стих и по небу бежали серые пышные кучевые облака. Люди с нетерпением поглядывали наверх, ожидая первые крупные капли грозы, чтобы немедленно начать проклинать и ее. Люди же, они вечно чем-нибудь недовольны!

На четвертый день мы приблизились к очереди на въезд в тоннель. Пропускали раз в полчаса и наша очередь акурат подходила к ночи. Можно было и заночевать, но мы решили иначе. Большая часть отряда уже дрыхла на лошадях, остальные будут спать ночью, когда выспавшиеся поведут нас через тоннель, а в Корзасе на пару дней разместимся с комфортом.

Дам гвардейцам увольнительную на ночь, пусть потешатся с местными красотками, от которых даже эльфы нос не воротят, а сама попытаюсь Снэйка зажать в укромном уголке и побеседовать с ним на волнующую меня тему. За ушком почешу, по волосам поглажу, глядишь и оттает ледяная крепость.

Я потерла руки и ласково огладила фигуру помощника взглядом. Он вздрогнул, медленно обернулась и послал мне ответный взгляд из-под насупленных бровей. В нем пышным цветом цвело намерение до конца не сдаваться.

Надо же, готов умереть смертью храбрых, но чужую тайну не выдать. Что ему Иллинойс за подобное самопожертвование пообещал? Тоже как-нибудь при случае проявить мужскую солидарность? Интересно в чем? У них обоих ума не хватит против меня многоходовую комбинацию собрать. Ох руки чешутся приложить их к шейке блондина и потрепать ее как следует...

Помощник по-прежнему стоял спиной ко мне и расчесывал конскую гриву, ласково поглаживая свободной рукой по морде лошади. Я создала на ладони рыхлый снежок, усмехнулась и залепила точно в круглый затылок кумбы. Красиво разбившись, комок разделился на две половинки, одна из которых скользнула змеиноглазаму за шиворот. Пять секунд он стоял, затем передернул плечами, развернулся ко мне, повертел в руках щетку и запустил ее в меня! Я без труда увернулась и щетка ткнулась в спину командира оборотней. Он поймал ее на лету и не глядя отправил обратно, да просчитался, а тут еще я немного дыханием зимнего ветра ее траекторию подправила в сторону грузного верхом на вороном неспокойном жеребце. Щетка сбила с него кепку, а с кепкой свалились и длинные седые волосы.

- Демон! - прошептал Снэйк сморщившись. Он скорчился и шаг за шагом начал отступать за спины гвардейцев.

Мой удивленный взгляд от блондина метнулся обратно к купцу. Острые уши среди пшеничных собранных в пучок прядей, упрямый подбородок, раскосые зеленые глаза, полные досады и раздражения.

- Иллинойс? - а зачем я спрашиваю. У меня стопроцентное зрение. На иллюзию я рефлекторно проверила. Это он, мой ласковый и быстрый зверь собственной персоной. Только он опять, кажется, собирается удрать! - Стоять, зараза ушастая!

Я прыгнула с места. Эльф стегнул скакуна. Жеребец взвился на дыбы и рванул вверх по узкому краю дороги. Люди едва успевали отскакивать в сторону, грозя нарушителю спокойствия императорской карой. Знали бы они, что вторая проклинаемая ими личность и была той самой карой, которую они призывали на голову скачущего во весь опор мужчину.

Азарт расплавленным металлом тек по жилам. На лице змеилась кривая ухмылка. Глаза не отрывались от цели. Оттолкнувшись в последний раз от земли я взлетела и понеслась вслед за Иллинойсом. Хватит. Он десят лет от меня бегал, дразнил, теперь будет столько же за мной бегать, чтобы моральные долги раздать, а он мне должен ого-го сколько!

Тридцать метров, двадцать... Воздух с трудом прорывается сквозь сжатые зубы, рвет легкие на части, но я не сдаюсь. Вновь обретенные магические запасы таят, но если надо опять уйду в глубокий минус, сжимая беглеца в объятиях!

Десять... Вороной жеребец нырнул в тоннель за секунду до того, как секиры стражников гномов со скрежетом сомкнулись. А вот я проскочить не успела...

- С четырехногих медяшка, с двуногих серебрушка, - заунывным тоном оповестил меня о плате за проезд гном.

- А с безногих?! - рявкнула я в сердцах, зажимая разбитый нос.

- Ежели на руках пойдут, то серебрушка, если вползут по медяку за штуку, - прогундосил второй.

- А если сорок ног?! - ненавижу гномов, но уже не некоторых, а всех без разбора и как никогда желаю устроить небольшую войну в одном конкретно взятом подземном царстве. И устраю сразу как из Леса Вечности вернусь, если не останось там навечно по странному стечению обстоятельств!

- Золотой, - не моргнув глазом ответил стражник.

- Странная у вас арифметика, господа. Вроде, чем больше ног, тем дешевле получается. Разве не так? - прошипела я.

- Ты нас арифметике не учи. Три класса нашей гимназии за ваши пять идут! - гордо сунул мне под нос два пальца гном.

Я встала, вытерла лицо, наклонилась и проникновенно посмотрела котортышке в глаза.

- Отойди. По-хорошему прошу, - в моей руке появился золотая монета.

- Смена десять минут назад закрыта. Сдачи нет. Обождите, - отмахнулся стражник. - И вообще ваша очередь еще не подошла.

- А я без очереди хочу! Как никак Императрица этих земель. Отойди с дороги, иначе тебя из земли выкапывать будут, - с пальцев сорвались серебристые искорки магии.

Стражник сунул лапу за пазуху, вытащил засаленный бумажный комок, поплевал на ладонь и расправил его у себя на груди.

- Приказ, значит. О правилах пользования общественным сооружением министерства путей сообщения. Без очереди и без платы проходят только инвалиды и немощные. Конечности на месте, - он пересчитал мои руки и ноги. - На немощную не похожа. Пять минут назад так ловко прыгала, что любая горная коза позавидует. Императриц в списке, занчит, нет. В очередь! - он смял бумагу и вернул ее в надежное место.

- Идиот? Золотой даю! - я крутанула монету на пальцах.

- Взятка должностному лицу при исполнении? - нахмурился напарник разговорчивого коротышки.

- Сейчас будет бараний рог из должностного лица при исполнении, - я сжала кулаки и приготовилась к хорошей драке.

Но мне не дали размяться. Тяжелый удар по затылку отправил меня наслаждаться небом, облаками и звоном в ушах. Через него прорывалась медоточивая речь Снэйка, убеждающего гномов пожалеть несчастную меня, двинутую размумом да еще и под солнцем перегревшуюся. Стражники лицом просветлели и пустили нас: дескать, буйные им здесь не нужны!

Нормально? Нос разбили, горной козой обозвали, к сумасшедшим причислили. И все за один день. Мне собой стоит гордиться, ибо столько нелепых подвигов на пятую точку за такой короткий промежуток времени еще никто не собирал. То ли я хватку теряю, то ли против меня сговорились все на свете.

- Успокоилась? - блондин перекинул меня на руки, встряхнул и поставил на ноги, не выпуская из объятий.

Я кивнула, сделала шаг назад, коротко замахнулась снизу и ударила Правую Руку в челюсть.

- Теперь да! Поговорим? - не предложила, а приказала.

- Ыыы-м! - замотал головой Снэйк.

Ой, похоже не рассчитала. Придется отложить бемеду по душам до полного восстановления челюсти кумбы.

Иллинойс и компания

Осознав, что его не преследуют бывший Властелин остановил коня в обустроенном каменном кармане, спешился и потрепал верное животное по холке. Резко и зло выдохнув, эльф прижался взмокшей спиной к прохладному камню остужая разгоряченное погоней и близкой опасностью тело.

Сбежал! Сумел! Колотилось в ставшей тесной груди сердце. На волоске висел над пропастью и все-таки выкарабкался! Значит, предки на его стороне, иначе позволили бы захомутать жертву и тут же превратить ее в вечную память о ней же. Значит, не напрасно он столько времени потратил на план и рисковал не задаром. Только... только все равно осторожней быть надо.

Иллинойс тихо, но до глубины души проникновенно выругался. Со своей последней встречи с Императрицей эльф свой словарный запас идиом и выражений значительно пополнил, мог ругаться на всех семи языках, виртуозно смешивая слова в забористые цепляющие фразы, приготовленные на тот самый крайний случай, который взял и случился!

Все пятнадцать тысяч сотворенных демонов разом, из-за нелепой случайности чуть весь план не рассыпался. А ведь какой план: Иль его пять лет вынашивал, два года полировал, год на подготовку потратил, и весь приобретенный житейский опыт говорил эльфу - дерзай и получится. Ага дерзнул... Почему-то не он один, а этого его великолепный выверенный план не учитывал. Он-то один планировал в игру играть, да еще диктовать правила, однако, Кель по своему обыкновению плевать хотела на все и поступила по-своему.

Что может быть нелепее решившей развлечься в очереди на въезд в тоннель Императрицы? Она - первое лицо государство, образец поведения, пример для подражания подданным и вдруг щеткой для чистки коня бросаться вздумала! Это какой стороной к ее образу Темной Владычицы пришить можно? Можно было с рук спустить, если бы она так сказать в тесном кругу, развлекаться решила, но ей понадобилось щеткой в незнакомых людей бросаться!

И на беду незнакомым человеком оказался он в маскировке. Специально от магических иллюзий отказался, не дай предки почувствует, заподозрить и до сегодня маскировка прекрасно работала - он столько раз мимо нее проходил, недавно даже общался тесно и не раскрыла она его, а тут на глаза попался по воле случая. Так не бывает, скажут люди? С Кель ни в чем нельзя быть уверенным.

Хорошо, что он тоннель под перевалом наизусть знает, конь у него обучен препятствия брать и пару раз он уже подобный фокус - прыжок через скрещенные пики проворачивал. Это и спасло от жарких загребущих ручек действующей Императрицы. Рано им еще встречаться и лицом к лицу разговаривать. По плану первый контакт в Лесу Вечности запланирован и то не радостная встреча двух старых друзей, а грызня степных волков за территорию произойти должна.

Так надо. Он обязан отстоять свое право на независимость и доказать умение принимать самостоятельные решения. Вязаные шарфики и шапочки это, конечно, хорошо, но он не кукла, чтобы его праздникам наряжать и с ложечки кормить. Постоянный контроль и защита тоже великолепны, однако, он - мужчина, хоть и ребенок неразумный по меркам эльфов, да воспитанный человеком, оттого в свои тридцать четыре в состоянии о себе и других позаботиться. И да... указывать что и когда чувствовать еще одна плохая привычка Осантейи, только у того, кому она указывает сердце есть и оно давно не совсем здоровое... Точнее совершенно больное! А с ним и голова ибо кто, если не полный идиот рассчитывал Кель переиграть?

Нет, он, безусловно, идиот так, наполовину, поэтому хватит предаваться воспоминаниям, сожалениям и пора двигаться к границе с Лесом Вечности, ибо вскоре может быть поздно. Хотя не плюнуть ли и не вернуться ли в распростертое объятия темной? Честно говоря, до смерти надоело каждый золотой считать и думать по во время ужина хватит ли ему на завтрак.

Иллинойс тряхнул ушами, постучал по своему лбу, запрыгнул в седло и тронул поводья. Потерпит, не мальчик. Вернется сейчас - никогда ничего не докажет, зато остатки уважения к себе на ближайшей березе собственноручно повесит! Мужчина с оглянулся назад, пожевал нижнюю губу и заставил себя тронуться в путь.

Снэйк прятался до вечера - залечивал поврежденную челюсть. Темная ее не сломала, но выбила, пришлось с помощью добровольца обратно забить. Кумба походных лечебных процедур змеиноглазый сперва к зажиточной крестьянской семье прибился, с ней пообедал, после с кости с отрядом оборотней-наемников сыграл, а вечером огородами осмелился к хвосту своего отряда прибился, догрызая куриное крылышко, которое по дороге за полсеребрушки купил у лоточницы, что кормила путников недорого и вкусно.

Заплатив положенный взнос, отряд вошел в тоннель. Снэйк все ждал, когда Кель на него внимание обратит. Он специально для расстарался с объяснениями - такую запутанную конструкцию соорудил, что не каждый архитектор разберется, чего он нагородил, но темная его не замечала и делала это эффектно и естественно, будто у нее к нему вопросов нет.

Час кумба мучился. За второй озверел. Третий провел словно в тумане. Четвертый почти довел его до безумия. Почему она ни о чем не спрашивает? Обычно отчета требует немедленно, прямо сейчас и как можно быстрее, а тут отрезало. И главное, чувства ее поведению не противоречили. Кель на самом деле испытывала безразличие.

Но почему? Она женщина, а они по природе любопытны, и Кель такой была, используя эту особенность пола на благо работы и государства. Что произошло сейчас? Событие, которое должно вывести ее из равновесия и превратить в ледяную фурию, сделали из нее образец спокойствия.

Дольше Правая Рука терпеть не мог.

Он подъехал к Императрице, пристроился чуть впереди, повернулся и заискивающе улыбнулся. Не помогло... Тогда он деликатно кашлянул в ладонь. Эмоций не прибавилось. Усмехнувшись, мужчина слался:

- Ничего не хочешь спросить? - голос дрожал от напряжения.

- Нет, - Кель и ухом не повела.

- То есть тебе не интересно? - едва не подавился блондин.

- Нисколько.

- Я правильно понял - ты не хочешь знать?! - дыхание перехватило.

- В яблочко, - на лице Императрицы ни один мускул не дернулся.

Помощник проглотил язык. Он не знал, как реагировать на такую Кель. Не ясно, что она задумала, какие у нее мотивы и к чему женщина стремится. Это опасно. В состоянии холодного безразличия к окружающему миру она способна натворить глупостей. В первую очередь, по отношению к себе.

- Видишь ли, - после паузы продолжила Осантейя, - за многие годы работы бок о бок я успела неплохо тебя узнать. Не думай, я не занималась изучением древней расы, но привыкла хотя бы предполагать, что и в каких ситуациях можно ожидать от того или иного человека, связанного со мной обязательствами. Когда я хотела спросить ты сбежал. Ты взял время на подготовку и наверняка придумал ложь. Не хочу ее слышать. Зачем мне фантазии кумбы? - насмешка во взгляде темной жгла огнем. - Ты не готов говорить мне правду и по сути ты передал меня. Конечно, Иллинойс не абы кто, только сколько ты с ним не виделся? Десять лет? О, ты дернулся. Значит, меньше. Возможно, ты даже участвовал в подготовке его задумки. Не бойся, я не собираюсь тебя увольнять: уже сделала это однажды. Не вижу нужды во второй безымянной яме под осиной. Правда, не наказать не могу, - рассмеялась Кель.

Снэйк вздрогнул. Никогда прежде Осантейя не разговаривала с ним в таком тоне. Она отстранилась от него, закрылась и низвела до уровня одного из своих подчиненных, а ведь несколько часов назад они были ближе неразлучных друзей. Теперь Кель вряд ли доверит ему прикрывать спину. Так быстро и так легко Правая Рука стал абсолютно не нужен ей. Он стал никем в одночасье...

Иллинойс пришел к нему два года назад. Демон знает, как ему удалось пробраться в Лос-Идос и кто еще помогал беглому Императору, но факт остается фактом: эльф убедил в его своей боли. Он вовсе не просил жалости, но предлагал действие. Увы, оба упустили из виду, что темная тоже способна болеть душой.

Глупые заигравшиеся мальчишки. Как всегда все мысли о себе, ведь другие лишь рядом с их миром, но никого они не пригласили внутрь. Сидели за закрытыми дверьми, обсуждали предстоящий праздник, забыв об отчаянном стуке. Жаль, не догадались, что в назначенный день гости могут просто не придти.

- Какое наказание? - Снэйк опустил голову и прикрыл глаза в знак вины. Тяжелое чувство ворочалось в груди, мешая дышать.

- Не хочу ничего знать о планах Иля. Ни ложь. Ни правду. Ни намеки. Рано или поздно все узнаю сама и действовать буду по обстоятельствам, а насколько я привередливый человек ты прекрасно знаешь. Здорово, правда, когда рассказать хочется, но слышать некому? - глаза-льдинки искрились инеем злого веселья.

Здорово?

Правая Рука отстал на полкорпуса. Он бы убрался в конец колонны, но его кобыла не желала расставаться с конем Кель. Добавить ему было нечего. Императрица до последней запятой его реакцию рассчитала. Сейчас он жаждал сознаться, но она ему не позволит. Есть много способов заткнуть рот или уши. Ох, попадется ему Иллинойс под горячую руку!

Кель

Корзас встретил нас еще одной очередью. Пешие, конные люди, обозы из телег и одиночные кареты стопились перед единственными въездными в город воротами. Как водиться народ, застрявший в очереди и простоявший в ней не первый час, дружелюбием не отличался. Учитывая события, в которые я влипла до этого, ночь без сна в тоннеле под перевалом "Язык змеи", и разразившиеся первой весенй грозой небеса, мое настроение на высокой ноте вторило общему. Глаза вместе с небесами метали молнии, кончики пальцев покалывало готовой сорваться магией, а дождевые капли вокруг меня застывали колючими градинами.

Помаявшись пять минут борьбой со своей совестью, я связала ее, сунула в рот кляп и велела отряду принимать парадное построение. В кои-то веки имею полное право воспользоваться служебным положением! Императрица же, а не жгучее садово-огородное растение, как некоторые считают - взгляд в сторону Снэйка.

Двое гвардейцев ехали на некотором отдалении распугивая народ резкими звуками горнов, за ними скакал еще один, зычно объявляя о прибытии единственной и неповторимой персоны - моей. Горластого прикрывали еще пара с горнами, за ними следовала основная часть отряда - я, Правая Рука и десяток гвардейцев по обе стороны от нас. В хвосте плелся замыкающий. Даже с таким сопровождением нам пришлось помучится, чтобы добраться до ворот - очередь, словно река в половодье, расползлась на обе полосы движения.

На деревьях вдоль дороги для кого плакаты висят не выезжать на встречную полосы движения? Очевидно для слепых, ибо зрячие их не видят. На ум другой вариант приходит, только поверить сложно, что народ в очереди готов добровольно с полсотней золотых на нарушение правил расстаться и уже приготовил деньги для выплаты!

Мы протиснулись по кромке между толпой и сточной канавой, иногда ломая строй и вытягиваясь друг за другом цепью. Хорошо, никто не додумался поспорить со мной и уравнять в правах. Хотя... Мне бы сейчас не помешал рисковый человек с сильным характером - так хочется кого-нибудь потрепать морально.

Перед въездом в город шел ожесточенный спор, из-за которого и собралась внушительная очередь. Спорили десяток немытых гномов и пятерка стражников с капитаном гарнизона во главе, остальные хранители закона и порядка в Корзасе свешивались со стены и с интересом прислушивались, иногда вставляя едкие комментарии. При моем приближении стражники осыпались со стены, словно спелые сливы с дерева, а спорщики стушевались и уже не сыпали оскорблениями.

- Кель, не пугай людей, - склонился к моему уху Снэйк.

- Что со мной не так? - я пристально рассматривала гномов и стражником попеременно отступающих за спины друг друга.

- На тебе лица нет. Вернее, оно есть, но очень уж кровожадное. Ты будто и приговор вынесла и судейским молотком стукнула, а теперь просто спрашиваешь, кто их них первым будет рад принять заслуженную кару.

- Да? - я приподняла брови в притворном изумлении. Естественно, Правая Рука прав, но признаваться в этом не собираюсь.

- Да, - мягко ответил он. - Пожалей несчастных, поищи себе другую жертву, которая хотя бы сопротивление окажет, а эти тебе на один зуб.

Я вздохнула. Другая жертва может и не найтись. Они, как правило, не стоят на тротуарах с табличками, дожидаясь моего визита. Их отыскивать приходится, а то и растить под строгим контролем, чтобы вкусовые качества удовлетворяли моим нескромным запросам. Впрочем, вряд ли немытые гномы являются деликатесом. Эх, не съем, так воспитаю мелких и своих заодно, а то устроили хранители порядка форменный бардак среди бела дня!

Я спешилась, бросила поводья Снэйку и неторопливо направилась в сторону спорщиков. Они старательно делали вид, что ничего не произошло и нет необходимости самой Темной Императрице вмешиваться и тратить драгоценное внимание на недостойных. Недостойность показывали небритые по глаза заросшие жесткими волосами лица гномов, бегающие справа-налево и наискосок глазки стражников, подобострастная поза капитана. Последний напоминал мне больного, скрюченного приступом ревматизма, но никак не поданного, который безмерно счастлив видеть первое лицо государства.

- Чем вы занимаетесь, уважаемые? - мой голос звенел от льда. Температура вокруг упала с весенних плюс двадцати до зимнего минуса.

- Фальшивомонетчиков ловим, - промямлил капитан и с удивлением уставился на облако пара, выпорхнувшего изо рта.

- Ловите? - губы растянулись в ухмылке. - Не вижу с их стороны особого сопротивления. Да и бегать гномы не шибко способны. Так чем же вы на самом деле занимаетесь? - заложив руки за спину я вытянулась к капитану.

- Напраслину они возводят, вот чем занимаются! - пробасил один из гномов. - Мы им монеты за вход дали, только за ворота прошли, а они нас за воротники хвать и из города выставить хотели, дескать, мы им фальшивку подсунули. Где это видано - гномы и фальшивки! Да мы скорее руку себе дадим отрезать, чем оскорбим ее подделкой.

- Это верно, - согласилась я. Обошла всю компанию кругом. - Гномы не жалуют фальшивый металл, но откуда же он тогда взялся? - я сделала вид, что рассматриваю острые ногти.

- Да, откуда? - поддакнул мне капитан, становясь на пару шагов ближе. Ну-ну, нашел у кого защиты искать, подумала я, но разумеется промолчала. Пусть у человека будет хотя бы ложное ощущение безопасности.

- Это я у вас спрашиваю, откуда, - схватила неосторожную жертву за шкирку, приподняла ее и тряхнула. - Быть может ваши олухи прошляпили фальшивую монетку и решили по-тихому сменить ее на нормальную да не тех в качестве козлов отпущения выбрали, а? Думали, раз рожи немытые, да ростом не вышли, так и мозгов нет? Ну-ну, - я потрепалась по щеке бледного капитана. - Не надо расстраиваться вы же не знали, что гномам упрямство заменяет и рост и мозги и все остальное, чего им недостает, - я повернулась к гномам и подмигнула коротышкам. Те расцвели от похвалы и неуклюже поклонились. - Их упрямством, капитан, можно горы срыть, чего не скажешь о вашей, вполне человеческой, но не упрямстве, а глупости! Так откуда фальшивка взялась, не расскажете, храбрецы?

Гномы ожили, погладили объемные бороды, сквозь которые довольные усмешки едва просвечивали, потерли ладони и незамедлительно потребовали компенсации за моральные издержки. Я сдала ловкачей на руки Правой Руке, а сама вытрясла из стражников причинившую столько неприятностей монету и подробный рассказ как они ее получили. Правда, толку не много получилось - монету им с первыми лучами Сао вручили, кто тогда народ рассматривал? Стражники по большей частью устоять на ногах пытались, одолеваемые дремой.

Тем временем заволновалась очередь. Из ближайших карет к въезду аккуратно подкрались слуги и осторожно кашляя, чихая и нарочито громко хмыкая пытались обратить на себя внимание, но близко подойти не рискнули. Люди и оборотни переминались с ноги на ногу, бросая на меня полные надежды и тоски взгляды.

Вот же аристократия у нас: сами до спертого дыхания боятся со мной встречаться, а слуг на заклание за милую душу посылают! Но сегодня пусть живут, я с ними позже разберусь и поговорю на тему любви к ближнему своему. Отпустив стражников заниматься делами с наказом не брать въездную пошлину с тех, кто застрял по их вине на полдня в дороге, я успокоила слуг новостью, что проезд откроется через пять минут.

Мы въехали в Корзас первыми. Настроение еще больше ухудшилось. Сдерживаемая ярость клокотала вулканом и искала лазейку для выхода. Все-таки придется с кем-нибудь поругаться, но с кем? С помощью считалочки что ли избранного определить? Я скривилась.

Гроза закончилась также неожиданно, как началась. Над умытым городом сияла радуга, детвора потихоньку выбиралась из домов и шлепала по лужам обутыми в галоши ногами. Хозяйки выжимали развешанное над головами белье, сетуя на заставший врасплох дождь. Люди внизу их волновали мало: это же не бельё и не молоко на огне, так что мы только успевали уворачиваться от потоков воды сверху.

За десять Корзас не только заново отстроился, но и значительно подрос. Здесь больше всего было законных мигрантов из светлых земель: сказывалась близость к Лесу Вечности. На улице встречались холеные морды светлых эльфов, при виде которых я вздрагивала, и надменные физиономии наших значительно потемневших остроухих. Новая раса многим неугодным светлым по душе пришлась и клан наш насчитывал уже около двух тысяч пар ушей. Светлые меня игнорировали, темные в знак приветствия старшей крови клана склонили голову в молчаливом уважительном поклоне.

Лучшая гостиница города "Дохлый эльф" находилась в юго-восточной части Корзаса. Приличный район для зажиточных горожан с аккуратными кирпичными многоквартирными домами. В округе добывали лучшую строительную глину, отчего дома в городе строили сплошь из красного кирпича, предпочитая не штукатурить его, но создавать на фасадах причудливый орнамент из того же кирпича. Удивительно, но при такой расцветке город не казался залитым кровью, скорее раскрашенным щедрой рукой закатного Сао. Хотя люди помнили: на многих домах висели деревянные таблички с выбитыми именами погибших десять лет назад жителей.

Хозяева "Дохлого эльфа" встретили нас с распростертыми объятиями и алчным огнем в глазах. Конечно, у каждого свои недостатки, но не такой же степени, чтобы цены в тридорога заламывать за номера и питание. Нгатци меня за каждый медяк отчитаться заставит, а за перерасход вообще лекцию на полтора часа закатит!

Нас поселили в лучшие комнаты, только гвардейцам отдав целый этаж, и пообещали накормить обедом через два часа. Я решила потратить время с толком, а именно посетить известные на всю империю бани Корзаса. Ближайшая располагалась в пяти минутах ходьбы. До нее меня меня сопроводила пятерка гвардейцев и с носом осталась на улице, впрочем, посетительницы отдающие должное душистой воде и умелым рукам массажисток, были не против поменять их на мускулистых симпатичных оборотней из моей охраны. Но работа прежде всего, что я и сообщила пятерке разочарованных физиономий.

Горячая вода, бодрящие настои мигом привели меня в чувство, я даже полчаса подремать умудрилась под незамысловатую болтовню женщин. Поначалу они меня стеснялись, но увидев худое исполосованное шрамами тело расслабились и даже посочувствовали "бедненькой Императрице, кто ж на такую посмотрит?!".

А мне оно надо? Взгляды липкие, приставания по углам, мимолетно сорванные поцелуи... Нет! Да!

Я с головой ушла под воду, дабы не показывать насколько меня задело сочувствие дамочек, а вылезая устроила им маленькую месть: вода в купальне мгновенно остыла и покрылась тонкой корочкой льда... Визжали женщины не менее проникновенно, чем выражали свое сочувствие.

С гордо поднятой головой я завернувшись в мягкую простыню удалилась на массаж. Довольная улыбка устроилась на губах и на душе наконец-то стало гораздо легче!

Сильные руки прошлись по телу, нашли и размяли каждую мышцу, несколько раз сорвав с губ стон удовольствия. По возвращении в Лос-Идос обязательно найму себе кого посмелее, чтобы фамильные привидения, зомби и праздношатающиеся демоны не распугали несчастного. Возможно, даже этого, ибо какой смелостью надо обладать, чтобы поцеловать меня в плечо? В шею?!

На секунду мне стало интересно как далеко смельчак способен зайти. Выяснить зачем ему это понадобилось можно и позже, но здравый смысл взял вверх над полузадушенными женскими инстинктами. Я напрягла руки, приподнялась и попыталась провести захват ногами. Да только наглец ускользнул! Он лишь посмеялся над моими усилиями!

Мгновенно я оказалась на ногах. Закрученная в жгут простыня заняла место в руках, а потом вернулась на тело - в комнате никого не было! Как и за дверью. О госте напоминал лишь запах орехов и белок...

Проклятие, я совсем свихнулась?!

Иллинойс и компания

Эльф наворачивал круги по комнате в "Дохлом эльфе". Он издалека увидел подъезжающий отряд Кель. Более того, он точно знал, где в Корзасе остановится Императрица. Чутьё подсказывало ему - беги, олух, пока тебя на поводки для белок Осантейя не порезала, но сердце прочно взяло ушастого в оборот, убедив еще разок одним глазком посмотреть на Кель. Надо же убедиться, что она в порядке, что Снэйк еще жив и его шкура не распята в мастерской кожевника, в ожидании заказа на новый костюм Императрицы. Конечно, это банальные отговорки, но так приятно врать самому себе, особенно когда дело касается Кель.

Иль старался не делать этого, не врать, за двадцать четыре года ему за глаза хватило лжи, когда он восторгался придуманным им самим миром, которым как бы правил и где был как бы Императором... Ага, своих фантазий! Но ведь изредка можно? Если неопасно и враньё не причинит вреда.

А оно не причинит. Никакого. Никому.

Он же не пойдет вниз? Эльф оторвал правую руку от ручки двери. И не будет пялиться на отряд из окна? Иллинойс сел на кровать, сцепил в замок беспокойные руки и зажал их между коленями, но вот что делать с головой, мотающейся от окна к двери, он придумать не смог. Не надо было останавливаться в Корзасе! Что бы сказала Эйлин, узнав о его слабости?

Ну, у кровной сестрички разговор короткий - чуть что сразу промеж глаз щелбан дает, хитро щурясь и восклицает невероятно покровительственным тоном "младшенький!". И обижаться на нее нельзя и не обижаться трудно! Да, ей почти сто тридцать семь лет и она достигла первого совершеннолетия, но он-то мужчина! И вообще Темный Властелин! Бывший, правда...

Иллинойс вернулся к окну. Встал от него справа и двумя пальцами немного отдернул занавеску из небеленого льна. Сквозь идеально чистое лицо эльф видел часть улицы, с которой слуги спешно уводили лошадей гвардейцев отряда, перегородивших узкую дорогу между домами, козырек входа, с ростками декоративного вьюна, и два соседних дома с радужными сейчас открытыми ставнями и ранними цветами в прямоугольных глиняных горшках на окнах. Вдруг Кель пойдет куда-нибудь?

Иль зарычал, осознав, где опять оказался, но возвращаться на двуспальную кровать в одиночку не захотел. Тут постоит. За улицей присмотрит. На ней столько всего интересного... не происходит! Мысленно эльф вернулся к сестре, обругал себя ее любимыми словами, сам себе дал щелбан и через пять минут с прискорбием констатировал - не помогло. То ли Эйлин обладал неким тайным знанием, помогающим вразумлять брата, то ли у нее щелбаны волшебные. Хотя, как и брат, воровка магическим даром не обладала.

Мужчина прислонился к стене. Он вспомнил их знакомство.

... Цокая подкованными железом каблуками в тихий зал для приема гостей обители Хранителя Кланов буквально ворвалась эльфийка. Изящным движением она стряхнула со шляпки дождевую воду, сдула с носа прилипшую прядь волос, грохнула на пол закутанный в непромокаемую ткань прямоугольник, обвела помещением строгим взглядом и произнесла тягуче, чуть с иным чем в столице говором:

- Ну и где тот, ради кого я в вашу дыру приперлась? - эльфийка стянула перчатки, бросила их на кресло, следом принялась за завязки заляпанного грязью плаща.

Хранитель Кланов сморщился, увидев неподобающее обращение с антикварной вручную сделанной его дальним родственником мебелью, но промолчал. Он был слишком хорошо воспитан, чтобы гостям высказывать претензии. Тем боль тем гостям, которые могли избавить его от внезапных проблем, уже пару месяцев валяющих дурака на его плечах. И поедающих его продукты между прочим! И еще не умеющих мусор за собой убирать!!!

- Я здесь, - неуверенно ответила стопка книг.

Девушка немного отклонилась в стороны и увидела за ними смущенного зеленоглазого эльфа. Парень потер глаза и не стесняясь широко зевнул.

- Ну и манеры! - фыркнула эльфийка. Девушка сорвала плащ с плеч и встряхнула его.

Грязные брызги заляпали кресло, старинный столик из редкой красной сосны и спинку дивана. Хранитель промолчал, лишь беспомощно посмотрел на портрет прадедушки, ища у предка моральной поддержки и сил переждать голубоглазую бурю.

Эйлин, распечатала прямоугольник, оказавшийся картиной - портретом тощего зеленоглазого подростка с торчащими в разные стороны и под разным углом ушами. Девушка поставила картину на диван, туда же бросила наскоро скомканную ткань. Рука Хранителя дрогнула, пальцы сжались так сильно, что сломали гусиное перо. Спокойствие вернулось, и левый глаз воспитанного эльфа перестал дергаться.

Меж тем Эйлин добралась до Иллинойса, подняла его, повернула голову к свету, измерила пальцами лоб, нос, залезла в рот, посмотрела на просвет уши и ни с того ни с сего обрадованно заорала, заключив эльфа в объятия:

- Братишка! Нашелся!!! - ребра Иля предательски хрустнула от жарких объятий новоприобретенной сестры.

- Ага-а, - выдохнул он, уперся руками в плечи девушки и выскользнул из объятий.

- А я уже и не ждала вестей, а тут такое! - она всплеснула руками и нервно забегала по комнате. - Вот счастье-то привалило, нежданно-негаданно и совсем не вовремя, - тише пробормотала Эйлин себе под нос, надеясь ее не услышат, но слух у эльфа был тренирован - Кель также любила сама с собой разговаривать.

- Не совсем расслышал последнюю фразу, - холодно улыбнулся бывший Темный Властелин. Он содрал с души радость от долгожданной встречи с родственницей, сложил в четверо и выбросил за ненадобностью. Похоже, его сестрица та еще штучка с замочком!

- Эээ... - никогда она не умела отвечать, будучи застигнутая врасплох. Как и свой язык контролировать. Девушка попятилась, виновато улыбаясь, и на что-то наткнулась.

Бздынь!

- Ой... - Эйлин прижала к голове уши. - Впрочем, она была ужасна. Я давно не видела столь безвкусной вещицы. Вы ее на распродаже купили?

Хранитель побагровел. Он голубого вздохнул. Еще раз. Это не помогло ему взять себя в руки. Ааа, к демонам воспитание! Мужчина схватил чернильницу, сжал ее в кулаке, размахнулся и бросил в эльфийку.

- Это была ваза моей невесты! - тяжелое пресс-папье отправилось в полет вслед за чернильницей. - Она лучший мастер по фарфору. Ее работы уникальны! Бесценны, а вы уничтожили ее подарок, изверги! Вон отсюда!!! - пророкотал взбешенный Хранитель, продолжая обстрел гостей предметами с письменного стола. Пятна чернил украсили пушистый кремовый ковер, пресс-папье оставило скол на столешнице старинного стола, брошенный бумаги веером разлетелись по залу для приемов, а редкий фолиант подбитой птицей распластался у двери.

- И я? - выглянул из-за кресла Иллинойс.

- Оба!!! - взвыл эльф. Ящик от письменного стола разбился об угол кресла, откуда выглядывал бывший темный.

Не желая более необходимого испытывать терпение хозяина дома брат и сестра бежали спешно собравшись. Уже на улице, отойдя на безопасное расстояние, Эйлин меланхолично поинтересовалась:

- Деньги есть?

- Серебрушку медью наберу, - вывернул карманы Иллинойс.

- Хм, надеюсь поделки невесты Хранителя Кланов действительно высоко ценятся, иначе мы на мели, - девушка продемонстрировала изящную фарфоровую статуэтку.

- С ума сойти! Моя сестра - воровка! - потрясенно воскликнул эльф и с бросил на Эйлин возмущенный взгляд.

- А сам-то кто? - беззлобно фыркнула эльфийка.

- Ну... Пятнадцатый Темный Властелин, - Иллинойс покраснел. Он смотрел в землю, словно стыдился прошлого. - Бывший, правда, - вздохнул мужчина и поджал губы.

Эйлин замолчала, пару раз крутанулась вокруг своей оси, сложила на груди руки, открыла рот, закрыла его, почесала левое ухо, наморщила лоб и через пять минут важно изрекла:

- Ты идиот! - она поверила брату. С таким выражением лица врать невозможно.

- И это тоже... - не стал отрицать Иллинойс. - Что дальше?

- Сперва статуэтку загоним, а потом будем думать, как тебя на трон возвращать. Не откажусь от вечной жизни в статусе сестры Императора...

Движение на улице привлекло Иллинойса. Он спрятал воспоминания в глубины разума и обратил взгляд на пятерку гвардейцев и Кель. Они двигались вниз по улице. Эльф отлип от стены, накинул жилетку и вышел из гостиничного номера, закрыв дверь на ключ. Кель и гвардейцы не торопились, что позволило Илю быстро нагнать их, держась в тени домов и ныряя в многочисленные тупики. Однако, выглянув опять он не увидел никого из них. Единственным местом, куда она могла зайти была баня, а учитывая располагающееся напротив нее кафе, где возле окна мелькали фигуры гвардейцев скорее всего так оно и было.

Собравшись с духом мужчина нагло промаршировал мимо кафе, добрался до двери в мужское отделение и за пару медяков договорился о разговоре с управляющей женского отделения. Поджарая оборотница среднего возраста выслушала его историю, усмехнулась и ясно дала понять - дурить голову женщинам он так и не научился! Но... Императрица тоже женщина и если ушастый будет с ней ласков, то она готова впустить его в особенный массажный кабинет, предназначенный для тайных встреч влюбленных.

Иль не стал уточнять, какие именно отношения связывают его и Кель. Он последовал за женщиной, спрятался с потайной нише. Через некоторое время в массажный кабинет вошла Императрица.

Эльф задохнулся. Она немного поправилась. На теле появились приятные мужским рукам изгибы. Волосы отросли и белоснежной волной спускались до колен. В селе у него не было возможности рассмотреть Осантейю как следует, слишком переживал за ее жизнь, но теперь... Он вдохнул. Она по-прежнему желанна для него, только быть при ней вторых ролях и выпрашивать крохи внимания больше ему не подходит. Малыш вырос из связанных ему рукавичек!

Иллинойс вышел, растер руки и коснулся спины Императрицы. За десять обычной жизни чему он только не научился: делать массаж в том числе. Кель расслаблялась под его руками, даже пару раз застонала от удовольствия, отчего мужчина чуть из штанов не выпрыгнул. Права сестра - он идиот! Додуматься так истязать себя мог только полоумный, коим он и является. На кой кобылий хвост он за ней поперся? Не мог в гостинице пересидеть и издали понаблюдать?

Мог. Не захотел, правда. И раз не захотел, то почему бы не позволить себе немного больше? Словно заколдованный Иль коснулся губами плеча женщины, затем поцеловал шею... А теперь пора бежать, ведь очевидно через секунду по ушам схлопочет за дерзость! Он увернулся от удара ногами и быстро юркнул в нишу. Хвала предкам, потайной механизм был совершенно бесшумным. Перестав дышать, мужчина наблюдал за Кель. Женщина с хищной грацией осматривала комнату. До ушей эльфа донеслось приглушенное:

- Проклятие, я совсем свихнулась?

Не она одна. Сумасшедших в этой комнате двое...

Кель

По дороге от Корзаса до границы с Лесом Вечности отряд мучили грозы. Они налетали неожиданно, дербанили строй гвардейцев шквальными порывами ветра, забрасывали мелким мусором и щедро осыпали крупными каплями дождя иногда и с градом. Оборотни громко проклинали весну, тише жаловались предкам и почти неслышно высказывались в адрес швейных принадлежностей, по их мнению давно и прочно застрявших в моей императорской заднице.

Я терпела, мужественно тратила крохи магии на щиты от непогоды во время стоянок и запоминала особо красноречивых ораторов. Естественно, казнить я их не буду - так гвардейцев на каждый мой чих не напасешься, да и негуманно это, но по возвращении в Лос-Идос они дружным шагом отправятся на боевые учения в степь. Пусть учатся не только языком слова ворочать, но и извилинами шерудить!

Увидев мой список, пополняемый на одной из стоянок, Снэйк сказал, что я злая. За что схлопотал подзатыльник, временную слепоту и остался без обеда - нелегко котел с походной кашей найти, особенно когда он перемещается под действием заклинания... Ха, злая! Зато справедливая и отходчивая. На лошадь-то я ему помогла забраться. Подумаешь задом наперед... И заклинание временной слепоты отменила к вечеру, правда под давлением присоединившихся к нам в Корзасе кланников, и только из-за шифрованного послания от аналитиков службы безопасности, которое мог только он прочитать.

Правая Рука напару с Ари во все деревни по пути заезжали почту проверить, чем задерживали отряд. Мы и так из-за приключений в "Больших Дворах" из графика выбились, отчего Тиллийс пришел сначала в ярость, а потом в отчаяние. Его последнее послание гласило: их уже семеро, если ты их не упокоишь, то в ближайшее время упокоюсь я.

Совсем достали его родственнички. Говорят, у них при жизни характер не медовый был, а после смерти вообще окружающим выть хочется. Ладно бы они просто в горло впиться хотели или просьбами подать мозгов на пропитание надоедали, но они же советами всех замучили: то платья слишком откровенные, то столовое серебро недостаточно начищено, то решетки в подземелье слишком прочные и никак их зубами не перекусить, а кто виноват? Кто допустил падение нравов и несоблюдение традиций? Дражайший наследничек, завяжи ему предки уши бантиком!

Ох, Тиллийс... Ах, Тиллийс... совсем от рук с когтями отбился! Не приходит к бабушке с дедушкой за поцелуем на ночь... Не подставляет шейку, лобик и прочие вкусные части тела, несносный мальчишка!

Жаль светлого, но это не помешало мне в духе лучших темных традиций прочитать все его восемь писем гвардейцам у вечернего костра. Ржали долго. Лошади тоже. До слез.

За дорожными хлопотами: обустройство лагеря проконтролировать, как Снэйк часовых расставил проверить, безалаберных кланников к делу пристроить, я отвлеклась от загадочных появлений и исчезновений Иллинойс в моей жизни. Даже запах белок и орехов перестал мерещиться, но все же держала ухо востро и не раз проверила всех оборотней на магическую иллюзию и обыкновенный маскарад. Да-да, по всем прошлась, всех за волосы подергала, в рот заглянула и в каждого пальцем потыкала.

Помощник скрытно забавлялся на проверке. Блондинистый гаденыш слух пустил, что я мясо на обед выбираю. Дескать, тянет меня на новые кулинарные изыски. Ну а дальше само собой пошло-поехало и добралось до свежих овощей на обед и чашки ключевой воды. На мой вытаращенный взгляд и удивленное "что это?" кашевар жалобно пропищал насчет ожидающегося в скором времени прибавления в семействе Темных Властелинов и необходимости правильно питаться в столь сложный для женщины период...

Два дня он проходил в образе коровы. Только молоко почему-то не давал... Может быть я не в корову не той породы его превратила?

Снэйк те же два дня проходил беременной теткой. На последнем месяце. И пусть спасибо скажет, что я его рожать не заставила!

Мы как раз подъехали к границе, когда я отменила наказание: гвардейцы устали "кулинарные шедевры" вегетарианца Юттирейя есть и слушать его лекции на тему единения всего живого, а Снэйк не захотел мне кой-какую информацию, добытую не приеме рассказывать, пока не расколдую. Пришлось срочно изобретать повод для прощения виновных. Незаслуженные заслуги тотчас нашлись, были озвучены, и под радостные аплодисменты голодных оборотней я вернула им повара, а себе Правую Руку.

Снэйк сделал любопытные выводы.

- Тебя хотят убить, - высказался он по существу, когда я, он и кланники уединились у отдельного костра.

- Это не новость! - фыркнула я.

- Никогда до конца не дослушаешь, - покачал головой блондин, велел мне молчать и продолжил: - На сей раз не просто покушение с риском для исполнителей провалить его на последней стадии. Информацию о тебе собирали очень осторожно и всегда из третьих рук через четвертые. Не самый надежный способ, но если источников несколько, то полученную из них информацию можно свести, а результатами смело пользоваться. Собирали информацию не только о тебе, но и обо мне, о кланниках и о демонах. Самое примечательно, что не интересовало, где ты бываешь, что ешь и прочие необходимые аспекты подготовки покушения. Только существа.

- Уже интересно... - я собрала расползающиеся от усталости мысли в кучу и продолжила слушать. Это уже не стандартный подход для убийц: пришел, увидел, упс, случайно умер, не выполнив задание.

- Да. До меня уже давно доходят слухи о масштабном сборе информации, но при такой схеме выйти на заказчика практически невозможно. Мы распутываем три самые "живые" нити, однако, времени надо много. Мои люди рыщут по Империи и по Союзу Светлых земельу, но результатов пока нет. По крайне мере таких, о которых стоит говорить, - поморщился Снэйк. - Пока наиболее вероятное предположение - Лес Вечности, но я могу ошибаться. Смотри, - кумба взял в руки палку и принялся чертить на земле, - эльфийское государство единственное место, где твои собственные силы заведомо ослаблены, демоны там находиться не могут ввиду специфики магического фона, да и добровольных помощников там пруд пруди. Свистни - набежит толпа и в очередь выстроиться за право хотя бы вилкой в тебя ткнуть...

- Считаешь, неприятности Тиллийса - это ловушка? - негромко спросила я. Правая Рука сумел меня озадачить. Бесполезно спрашивать, кому я в жизни крепко насолить усела: да каждому второму, а в душу так каждому первому плюнула!

- Очевидно, - кивнул блондин. - И еще одно... - он вздохнул. - Ты сама меня учила, что при большом количестве заговорщиков кто-то где-то рано или поздно проговориться. Не раз на практике проверил, действительно, сохранить тайну больше чем одному существу не под силу. Такова натура всех, кто родился с языком во рту, - гаденько осклабился Снэйк. Понятно, но свой второй облик намекает: у древних в первой ипостаси языка нет. Впрочем то, что у него на морде красуется и ртом-то назвать сложно. - Заговорщик один, Кель. Это что-то личное. Месть.

Помощник замолчал. Он смотрел на меня холодным немигающим взглядом, давай понять - шутки кончились. Игра идет по крупному, и проиграться в пух и прах ничего не стоит. Я видела - кумба беспокоится за меня, мое будущее и сделает все, что в его силах. Увы, там, где на ножах танцуют чувства, холодному расчету места нет. Боюсь, придется мне лично принять и приглашение и попытаться выжить. Опять.

Но я не новичок, так? Не первый раз прохожу по балконным перилам с риском свернуть свою тощую шею. Пожалуй, даже с большим удовольствием пройдусь по ним опять. Я теперь свободна. Мне не о ком думать и некого защищать. Саму себя? Тьфу, чушь какая несусветная! Да мой труп не успеет остыть, как Иллинойс примчится с воплями "на кого ж ты меня покинула и как же мне, светлому, с оравой темных управится?!". Ну а после они закатят пир... то есть похороны на всю Империю и Союз Светлых земель впридачу, а с похмелья никто и не вспомнит о новом саркофаге в гробнице Темных Властелинов.

Месть...

Я попробовала на вкус это слово. Кто же ты, мой загадочный противник? Достаточно ли ты силен, чтобы хоть на пять минут осушить тот океан ледяного пламени, что почти выжег мне душу? Определено, ты должен обладать большими связями. Быть чрезвычайно хитрым и осторожным. Скрываться под безобидной маской. И иметь на меня зуб размером с Хора - пик Онори, горного хребта к которому прилепился Лос-Идос.

А еще, враг мой ненаглядный, ты должен быть чуточку безумным, ибо только сумасшедшие обладают достаточным кропотливым терпением, чтобы по крупице воплощать свой план в жизнь. Стежок за стежком вышивать панно событий, не спеша и не обрывая нити. Видать, слишком долго, враг мой, ты смотрел на Полоумную Сарсу. Ослепила она тебя своим пронзительным голубым светом, но другого выхода у тебя не было, так? Ты слишком ненавистна реальность...

- Кель! - мне рявкнули в ухо.

- А? - я потеряла равновесие, покачнулась на круглобоком бревне и рухнула на спину, не найдя под ногами упора. - Какого демона... - я не договорила. Выбранный для ночлега лужок был покрыт слоем свежевыпавшего снега. Синие гвардейцы с лиловыми носами сбились в кучку у потухшего костра и дрожали, клацая на меня зубами. Кашевар пытался выдернуть из ледяной каши стоящую колом поварешку одной рукой, а другой сгребал обмороженные птичьи тушки. Не повезло мимо пролетающим пернатым...

- Это мы у тебя хотим спросить! Ты как полчаса назад в прострацию впала, так времена года вспять повернулись. Тебе ледяных скульптур для парка в темной твердыне не хватает? - недовольно осведомился Снэйк.

- Я просто задумалась, - пробормотала я и махнула рукой, разгоняя чистую природную магию. Честно? Сама в шоке! Неконтролируемые выбросы магической энергии и раньше случались, но не так часто и не в таком количестве. Дайте-ка припомнить... Четвертый раз за время путешествия. Это совсем нехорошо. Лечиться мне надо, ага.

- Кель, сделай одолжение не думай больше сегодня ради нашего общего блага, - вымученно улыбнулся помощник. - Или думай, но шубы нам наколдуй. По две штуки, - процедил блондин, уселся на свое место и принялся разводить костер.

Через полчаса он вдохновенно на меня ругался за хорошенько промоченные дрова, расслоившуюся кашу и подхваченный кланниками насморк. Я слушала его с блаженной улыбкой на устах и думала, что раньше Правая Рука был немного спокойнее. Быть может на него беременность так повлияла?

Иллинойс и компания

Кланники предвкушали отличное развлечение. С тех самых пор, как они променяли Лес Вечности на Темную Империю, их жизнь совершила крутой поворот, о котором ни убийца, ни агитатор ни разу не пожалели - у них просто не было времени на жалость! То дела разрастающегося клана внимания требовали, то новые обязанности по руководством Снэйка покоя не давали, то вообще...

Что именно "вообще" не знал никто, но порой оба первых темных эльфа куда-то исчезали на месяц, а то и на два, но неизменно возвращались в Лос-Идос или в столичную резиденцию, где неизменно продолжали пакостить. Ну, с точки зрения Императрицы пакостить, Снэйк же был бесконечно доволен их работой.

Кто подтолкнул Кель к изменению имиджа? Конечно Юттирей! Он пошукал среди аристократов, послушал пьяные разговоры в таверных, посмотрел на красавиц, которым молва приписывала красоты неземную, и вынес вердикт - долой черный цвет, прощай оружейные обвесы, до свидания магическим иллюзиям! И идею Снэйку подсунул, а уж помощник постарался донести ее до ума Владычицы. Донес. Не без боя, опять же, но с Кель всегда было тяжело о тряпках и красоте разговарить...

А Ари? Кто ведет тактику и стратегию нейтрализации подосланных Вечным Лесом убийц? Естественно лучшая в своем выпуске наемная убийца из того самого Леса. Кто изучил систему защиты Лос-Идос, внес предложения по улучшению и помогал магам с настройкой? Та же самая эльфйика. Теперь темная, но от того по ее мнению и мнению множества ее поклонников, еще более красивая.

В общем, оба предателя чувствовали себя комфортно и о родине не вспоминали. Точнее, вспоминали, когда видели очередного светлого ушастика, подающего прошение о вступлении в клан, даже отговаривали его в два голоса, время на раздумья давали, испытания устраивали - а как иначе? Им сомневающиеся не нужны, сами такими были, помнят, как оно повернулось - за свою шкуру и возможность быть первой кровью клана быстро принципы поменяли.

И вот теперь возвращение...

К прошлому? К будущему? К чему?

Хотелось бы знать заранее, но ни Юттирей, ни Арръянайя неумели предсказывать будущее, но все же они попытались. За ум взялись и вспомнили, кого они в Лесу Вечности оставили и чем дела прошлые могут им в отличном настоящем и еще более великопленом будущем аукнуться.

- М-мать... - схватился за голову Юттирей.

- Чья? - лениво отозвалась от созерцания природы Ари. Насчет своей она не беспокоилась. Милая семисотлетняя старушка давно ушла в отставку и коротала дни за выращиванием цветочков в саду. Ядовитых цветочков. И составлению рецептов редких растительных ядов. Не так-то просто карьеру отравительницы оставить!

- Моя, - выражение лица эльфа говорило о том, что его мать как минимум умерла, как максимум умерла и сразу же восстала из мертвых.

- И что с ней? - поинтересовалась Ари.

- Она жива! - в голосе мужчины отчетливо слышались истерические нотки. Ютирэй всегда был излишне эмоционален и любое событие принимал близко к всегда встревоженному сердцу. Он успокоится через некоторое время, но до этого придется женщине пережить пару неприятных часов или дней или десятилетий... Из-за некоторых вещей эльф мог переживать довольно долго.

- Радуйся, - бросила Ари. Она никакой опасности со стороны матери своего друга не ощущала. Неизвестно, встретится ли она им в этой поездке. Вполне возможно они так и не увидятся так зачем тратить нервы заранее? А если что... Радикальные способы борьбы с родственниками все еще популярны среди светлых эльфов, а темные не так далеко от своих корней ушли!

- Чему?! - взвизгнул Юттирэй. - Мы поженились без ее благословения. Думаешь она за это меня по голове погладит? Она всегда мечтала об идеальной дочери, а тут ты!

- Не поняла... - пристально посмотрела на мужа убийца. - Разве я не самая идеальная жена для тебя, милый? - протянула она с такой нежной улыбкой, что эльф решил вечером не выпускать тарелку из своих рук. Мало ли что в ней окажется. Вдруг.

- С моей точки зрения ты идеальна, но моя мама... Она, знаешь ли, предпочитает девушек не таких сложных, как ты. Она сама эльф не особо далекого ума, зато со своими представлениями о том, как должны жить добропорядочные эльфы. Она плохо к моей професии относится, считая занятием недостойным ее маленького миленького мальчика, что же говорить о твоей? - вздохнул Юттирэй. Мужчина опустил голову и повесил уши.

Катастрофа. Определенно их ждала катастрофа. Он не сомневался, что его мать узнает о его появлении, едва он переступит границу Леса Вечности. Мать легко могла стать ищейкой с ее обостренной интуицией, если бы и эту профессию заочно не причислила к противоречащим философии ушастых, следовательно недостойной внимания приличной эльфийки.

И зачем он только на Ари женился?! Нет-нет, между ними определенно что-то было. Что-то сладкое, отчего непрестанно ныло сердце и душа сворачивалась в пушистый розовый комочек, но чуства - не повод обещать одеть на ее палец фамильное кольцо при первом удобном случае. Кольцо это еще надо у матери с пальца снять, а она его добровольно не отдаст, когда увидит кто ее дорого мальчика к рукам прибрал. И за Ари следить придется, ибо увидев колечко, ее первым порывом будет оттяпать его вместе с пальцем милой страшуки.

Он предчувствовал развлечение?

Юттирей хихикнул. Похоже, развлечение будет, но не для него, а за его счет. И когда две женщины закончат, то останутся от него ногти, да зубы и ничего более, ибо растащут хищница лакомые кусочки по своим сундукам.

Переживал на один Юттирэй. Эйлин, которая уже персекла границу Леса Вечности и ждала ненаглядного брата - оболтуса, ждала его в условленном месте. Они договорились встретиться в таверне и вот прошел день после назначенного срока, а Иля до сих пор нет. Иного и ожидать не следовало! Он же совсем сбрендил со своей Императрицей : говорит одно, делает другое, мечтает о третьем... Скорее бы его помыслы, желания и возможности слилились в одну дорогу из ступенек лестницы, и она привела его к цели.

А она? А что она? Она просто станет незаметной сестрой вернувшегося из небытие Темного Властелина. Прекрасной и ужасной интриганкой, прожигающей жизнь в богатстве и славе. Если для этого надо всего лишь немного помочь одному насмерть влюбленному дураку заполучить в руки объект своей привязанности - да ради предков. Она и не то готова для своего будущего сотворить.

Только идет он к цели очень запутанной дорогой: у него на один шаг вперед три назад и два круга вокруг.

Эльфийка вымещала злость из-за вынужденной задержки на завтраке. Женщина с мстительным удовольствием втыкала вилку в глаза яичницы, на мелкие куски резала тонкие ломтики поджаренной свинины и крошила душистых хлеб с пряностями. Ей не нравилось спокойное место. Заполненный игривыми лучами Сао просторный и почти пустой зал таверны раздражал. Негромкие разговоры эльфов вызывали желание подслушать. Демоны, ей до безобразия не нравилось вести себя прилично!

Выиграв битву в тарелке с яичницей, Эйлин пододвинула к себе салат. Она занесла руку и приготовилась возить четыре железных зуба в дольку спелого помидора...

- Ты его убить собралась? - сразу после заданного насмешливым тоном вопроса тарелку умыкнули из-под носа эльфийки, затем отобрали вилку. Салат с огромной скоростью начал исчезать у Иля во рту.

Женщина насупилась, но удовольствовалась кружкой борящего настоя. Она поднесла деревянную кружку к носу, вдохнула аромат черной смородины, земляники, калины. Приехал, хоть и с опозданием, но и на том ладно. В характере Осантейи Крейлин было по кусочкам предателя его семье прислать. Иллийнос сам рассказывал, что есть всего три вещи, которые Императрица на дух не переносит и предательство одно из них. Да, сам мелкий не считал свой поступок таковым, но разве его мнение будет решающим, когда блондинистая голова ляжет на плаху или повиснет в толстой петле?

Эйлин не сомневалась - Кель способна отправить бывшего Властелина за Грань. Исключительно в воспитательных целях для закалки характера, однако, без страховки и пути к отступлению, а Иль слишком мягок, чтобы без последствий такое дальнее путешествие перенести. Глядя на него сложно поверить, что его темные воспитывали, а тем более в его статус великого, мудрого и прочее бла-бла-бла из титулов и званий на пять минут.

- Как все прошло? - чем закончилось она спрашивать не хотела. Когда сталкиваются два взрывоопасных ингридиента результат предсказать сложно.

- Я видел ее, прикасался к ней, целовал ее, - на мгновение эльф забыл о еде. Его лицо озарилось радостью. В глазах заплясали сверкающие искорки.

Эйлин закатила глаза. Она мотнула ушами, хлопнула себя по лбу и грохнула чашкой о стол. Вот что с ним делать? Любое упоминание об Императрице превращает тревзвомыслящего молодого мужчину в слюнявое недоразумение!

- Что? - вернулся в реальность Иль. - Что ты возмущаешься?! Я десять лет был вдали от человека, который раньше всецело принадлежал мне. Имею право соскучиться?

- Полное, - почти искренне ответила эльфийка. Она снова подцепила кружку и допила остатки настоя. - И справедливое! - на сей раз голос сестры сочился ядом.

- Что ты взъелась?! - с набитым ртом спросил эльф. - Не только для себя стараюсь.

- Но большей частью... - Эйлин не знала точно, почему рассержена и копаться в своей душе не считала нужным. В конце концов, она плюнула на свои дела и примчалась к назначенному сроку, хотя ой как остаться мечтала рядом с...

Эльфийка одернула себя. Никуда Снэйк от нее не денется. Как миленький приедет в Лес Вечности, где она позаботится о его занятиях. Ему понравится. Если он оценит. "Если сможет оценить!" - поправила себя Эйлин.

- Не буду с тобой спорить, сестричка. Ты сегодня немного не в себе, что делает наше общение затруднительным, - ухмыльнулся Иллинойс. Он зевнул, потянулся. - Номер оплачен? Вот и замечательно. Я спать, а вечером тронемся в путь. Надо предупредить Тиллийса о гостях. Они скоро будут, - уверенно заявил блондин, встал из-за стола и потребовал проводить его в номер.

Кель

Тиллийс несказанно удивил меня. Впрочем, мало что можно сказать, когда видишь перед собой не нормального мужчину, а разряженного в шелка и драгоценности павлина. Честно говоря голым на алтарном камне он нравился мне гораздо больше. А речь? К концу сороковой минуты мне захотелось голову или в песок сунуть или на ледник положить: мозг от заковыристых предложений распух и головной болью стучался в виски.

Придворные Леса Вечности мало чем от Императора отличались: красивая оболочка, вселенское обожание в устремленных на Тиллийса глазах и медовые слипшиеся друг с другом фразы. Для чего светлый цирк устроил? Мы не первый год с ним знакомы, мы лучшие друзья по переписки, которые могут себе позволить выражения вроде "олух", "тупица" и тому подобные! Неужели нельзя было сделать скидку и отказаться от этикета?

Очевидно есть какой-то тайный смысл в церемонии, поэтому я и мой отряд уставшие с дороги, невероятно грязные, воняющие потом стоим на белоснежных ступенях замка Тиллийса и "наслаждаемся" гостеприимством ушастых. Надрывающиеся птицы, бьющее по барабанным перепонкам журчание фонтанов, одуряюще сладкий аромат цветов дополнят идиллическую картину, посреди которой я скоро умру. От голода и жажды, но хозяевам этого поистине чудесного места глубоко наплевать на состояние гостей.

Тиллийс знай хоровому пению пернатых вторит, купается в меду обожания и снисходительно на нас поглядывает, словно не он нам сюда истеричными воплями о помощи вызвал, а мы к нему просить великого одолжения явились. Дражайшие предки, дайте сил продержаться. Боюсь, без помощи извне мое лицо пополам от натянутой улыбки треснет, а ноги подломятся. Темная Императрица ползающая у ног светлого? Уж не этого ли мой дорогой друг добивается?

Я ощутила беспокойство Правой Руки. Он искоса смотрел на меня. Среди отголосков его эмоций я нашла страх за эльфов, жгучее желание присоединиться к кровавому побоищу, если я его таки устрою, опасность и любопытство. Что ж, настала пора действовать. Что бы ни задумал Тиллийс я вправе поступить по-своему, ибо один раз спасла его уши, что не помешает мне заставить его расстаться с языком, если услышу еще хоть одно тягучее слово из его рта!

- Мертвая Темная Владычица на пороге замка Светлого Императора - достаточный повод для дипломатического скандала? - перебила я восхваление моих неисчислимых достоинств. Кажется, секунду назад эльф превозносил длину и шелковистость моих волос. Надеюсь он говорил про те, что на голове растут.

- Эээ... - промямлил Тиллийс.

- Я так и думала. Ребята, лошадей расседлать, почистить и напоить, после бегом на кухню. Найдете ее? - я обернулась к гвардейцам. Те бодро кивнули и пошагали. Куда? Надеюсь в сторону конюшен.

- Снэйк за мной, - я взбежала по ступенькам, кивнула ушастым, растолкала их и вошла в замок. Если правильно помню, то кухня направо. Туда-то я и направилась, мечтая поскорее положить внутрь что-нибудь съедобное, мясное и побольше.

Вышедшие из оцепенения эльфы следовали за мной на небольшом расстоянии. Лишь Тиллийс догнал нас, занял место впереди. Интересно, показанный мне украдкой кулак только я рассмотрела или кумба тоже его видел? Если так, то не подал виду. Тронув привязку, ощутила мысленный хохот помощника. Ага, видел. Помимо воли расплылась в искренней улыбке и заозиралась кругом, думая чего бы еще отчебучить, чтобы у раскрашенных морд за нашими спинами глаза на лоб вылезли?

Десять лет назад мне некогда было оценить замок Тиллийса и сейчас я наверстывала упущенное. Огромные квадратные окна - безопасность ни к демону. Помню, как в столичной резиденции точно такое же разнесли. Просторные коридоры с укрытыми мягкими коврами полами - раздолье для наемных убийц. Масляные светильники на стенах - отличная возможность развлечься поджигателям. Замок светлого легко можно назвать могилой со всеми удобствами!

Император остановился у витражных дверей. Цветные стекляшки изображали вкушающих еду эльфов: мужчина и женщина сидели за изящным столом, над ними порхали бабочки, рука одного из ушастых покоилась на голове олененка, лицо второго было обращено к небу. Охраняли эту красоту двое стражников в блестящих доспехах. Выражение их лиц говорило о бесконечной скуке и столь же бесконечном долге, к выполнению которого они подходили со свойственной светлым ответственностью - они окатили меня таким презрительным взглядом, что я себя пылью под их металлическими сапогами ощутила.

- Прошу, - по мановению руки Тиллийса двери распахнулись.

- Благодарю, - я как будто случайно замешкалась, расстегнула кожаный пиджак, стянула его и не глядя бросила в стражника справа. - У тебя очень удобно расположены вешалки, - моя похвала за километр воняла ехидством. Светлый кашлянул, странно дернул головой, но ничего не сказал.

Первые полчаса прошли в полном молчании. Мой антагонист вяло возил листик салата по серебряной тарелке, я же сметала ложкой все, что оказалось в пределах досягаемости. Снэйк не отступал от меня с жадностью поглощая диетические деликатесы. Эльфы здоровый образ жизни проповедают, но скажите мне на милость, как можно сохранить здоровье отказываясь от мяса? И кстати, где были их принципы, когда первый Темный Властелин на них войной шел? Засунули их, стесняюсь сказать в какое место, вытащили оружие и вперед, усыпать мертвыми телами землю во имя единства всего живого! Лицемеры эльфы, как ни крути...

Оставшаяся половина часа в ничего не значащем диалоге: погода, лошади, новости... Я откровенно скучала, предоставив отдуваться за нас двоих дипломатичному Снэйку и гадала в какую игру играет Тиллийс. Заодно вычисляла сколько безопасников за нами наблюдает - взгляды ощущались со всех сторон, но лишь один поднимал дыбом короткие курчавые волоски на шее.

Обещание.

Я покрутила в пальцах вилку. Кто же ты не друг и не враг. Один раз воспользовавшись заклинанием пробуждающим память, я не много сумела узнать. Всего четыре события тронули душу. Младший брат оборотня, публично казненного в столице. Он стоял рядом со мной, еще мальчишка, стоявший рядом с бледными губами шепчущими клятву отомстить. Окровавленный эльф. Его артерию я зажимала голыми руками в лесу под дождем. Мой враг, но я спасла его, ибо всегда уважала силу и благородство. Он был достоин жизни, и я дала ему второй шанс. Вампир, чей случайно погибший заставил его произнести необдуманные слова и человек несмело, но твердо объясняющий мою ошибку.

И все же эльф? Такой простой ответ на сложный вопрос? Решил закончить дела, которые касаются только нас двоих. Ну... Пусть попробует, а там оценим смог ли он превзойти меня, как обещал. Однако, при чем тут белые розы?

- Что? - на меня смотрели две пары глаз. - О каких розах ты говоришь?

- Сама не знаю, - пожала плечами. - Но вдруг Тиллийс меня просветит на сей счет. Скажи, по каким случаям у вас принято дарить белые розы?

Император побледнел. Его взгляд стал очень внимательным.

- Белыми розами принято усыпать погребальный костер. Подарить цветок, значит прозрачно намекнуть на скорую смерть. И кто же сделал тебе такой недвусмысленный намек? - любопытство раздирало светлого. Он не скрывал эмоций. Усмешка на губах, азартный огонек в глубине синих глаз и стоящие торчком уши. Суслик и только!

- Думаю, ты его знаешь. Тебе не знаком эльф, который прекрасно владеет рунной магией, специализируется на убийствах и является прекрасным алхимиком? - ага, скажет он мне, но попытаться стоит.

Тиллийс закашлялся. Снэйк вежливо похлопал его по спине, так саданув по хребту, что у светлого чуть зубы не высыпались. Не, не скажет, но точно знает о ком я говорю. Похоже, в самое ближайшее время следует ждать неофициального визита некоего заинтересованного в моей жизни лица. Или смерти?

Я встала из-за стола и глазами указала на выход. Тиллийс намек понял. От его свиты остались двое. Они проводили нас до гостевых покоев, показали нам расположение купален и распрощались.

Я рада была остаться в одиночестве. Тяжелый день вкупе с неясностью в отношениях с правителем Леса Вечности доконали мои порядком истрепанные нервы. Мои сумки уже находились в спальне. Судя по отсутствию защитных заклинаний в них бесцеремонно покопались. Мда, неужели думали я ношу с собой государственные тайны? Хоть бы разобрали вещи, раз нос не постеснялись сунуть!

Вытащив смену белья и чистый костюм, я прошмыгнула в купальню, разделась и с головой погрузилась в бассейн с теплой проточной водой. Не знаю, как эльфы устроили это чудо, но за него легко расцелую автора идеи и исполнителей в обе щеки.

Купальня напоминали каменный грот. Декораторы выложили стены натуральным серым с серебряными прожилками камнем. Из камня же были выполнены невысокие скамейки, где стопками ютились пышные полотенца. Душистые принадлежности стояли в нишах в пределах досягаемости вытянутой руки. Я схватила жидкое мыло с травами, налила горсть из склянки и устроила на голове извержение вулкана. За головой настала очередь заскорузлого тела принять нормальный вид. Вскоре, совершенно довольная и абсолютно счастливая я выбралась из бассейна, вытерлась, завернулась в халат, сунула ноги в тапки, на подгибающихся ногах вернулась в комнату и рухнула на кровать...

- Ааа!!!

Завопила она и подпрыгнула подо мной. Сон как рукой сняло. Я скатилась с покрывала и зажгла щелчком пальцев магический светлячок. На кровати под покрывалом что-то копошилось. Что-то большое. Раздраженное. И ушастое...

- Тиллийс! - рявкнула я на сползающего вниз эльфа. - Какого...

- Не кричи, Кель, ты меня два не угробила своим весом, а теперь хочешь слуха лишить воплями? - деланно возмутился светлый. - Просто хотел поговорить без свидетелей. Знаешь, где у меня церемонии сидят? - он сел, поджав ноги, оперся спиной о бортик кровати. - Прости, но хочу избавить тебя от неожиданностей. Не хочу увидеть замок в руинах, - тяжко вздохнул мужчина.

- Считаешь, я буду гонять твоих воскресших родственников по всему замку? - вздернула вверх левую бровь.

- Ооо, - протянул Император. - В сложившихся обстоятельствах родственники меньшее зло. Завтра у нас по традиции что-то вроде дня открытых дверей, - туманно начал эльф. - Приходят, просят, рассказывают, разрешения на брак получают... - стрельнул в меня глазами ушастый.

- Не тяни, родной мой, - подбодрила я его.

- Ну, для обычного брака мое разрешение не требуется, но когда кто-то из первой крови хочет выйти замуж или жениться на безродном или на представителе другой расы, то требуется мое вмешательство согласно традициям, - Тиллийс почесал макушку. - Так вот, завтра придет одна пара...

- Зачем ты мне об этом говоришь? - логичнее зомби обсудить, а он мне про свадьбу рассказывает! Смысл?!

- Все просто: жениха зовут Иллинойс.

- И что? - я все еще не понимала.

Но через секунду, кажется, сообразила. Я открыла рот, но из горла не вырвалось ни звука. Так и сидела пять минут, хватая ртом воздух...

Иллинойс и компания

С самого утра Тиллийс был не в себе. Все о чем он думал - как пережить сегодняшний день открытых дверей, приправленный появлением Кель, что б в Темной Империи потоп, землетрясение и мор разом случились! Да еще воскресшие родственники покоя не дают, под утра так стражу достали, что те приполз ли к кровати Императора, умоляя как угодно из наказать, но не заставлять возвращаться в темницу, ибо холодно там, темно, сыро и голоса... Брр, жутко! Самых бесстрашных из стражников до печени пробирает!

Император был вынужден спуститься, чуть ноги не переломал на старых выщербленных ступенях в темницу, проклиная густую темень, и урезонить разбушевавшихся в преддверии дня открытых дверей зомби. Дражайшие предки хотели ему пару напутственных советов дать. И дали! Аж до шести утра пришлось выслушивать, успокаивать и оправдываться!

Тиллийс чихнул.

Ага, досиделся в сырости - насморк подхватил. Эльф перекатился на другой край четырехспальной кровати, дотянулся до серебряного колокольчика и позвонил. Колокольчик издал хриплый дребезжащий звук, словно он тоже тяжело болен. На него откликнулся слуга. Рейтинас вошел в спальню владыки с традиционным завтраком на специальном столике, поставил его на кровать, пожелал правителю доброго утра и удалился, не забыв приготовить надлежащую случаю одежду.

Как только слуга скрылся, Тиллийс вскочил с кровати, дополз до трельяжа и достал заветный пузырёк с настойкой валерианы. Пара капель в кружку и настроение уже не такое отвратительное, а голова стала меньше болеть. Устроившись на кровати, мужчина отхлебнул добрый глоток, зажмурился, покатал во рту терпкую жидкость и проглотил ее, следом вонзил вилку и нож в нарезанные дольками фрукты.

Не знал Император, что шеф-повар заварил ему питье с беладонной. Тот как лучше хотел, помочь жаждал ведь трудный день у владыки будет вот и расстарался для любимого Императора. Но не он один такой широкий жест сделал. Жалостливый Рейтинас тоже о Тиллийсе заботился, переживал о здоровье единственного и неповторимого, красы и гордости Леса Вечности, отчего капель пустырника щедро отлил из своих запасов в императорскую кружечку.

Добрые существа эльфы, сострадательные, на многое готовы ради драгоценного своего владыки пойти. Лучше б умные были, да прозорливые, но не разорваться же?

Тиллийс закончил завтрак... навеселе. И день уже не казался безрадостным, и комната в хороводе радужных пузырей кружилась, и вообще ему петь и танцевать хотелось, а не жалобы разбирать и абсурдные просьбы выслушивать. Впрочем, почему нет? Раз в три месяца можно на шаг ближе к народу стать.

Мужчина выпорхнул из комнаты, раскланялся с поджидающей в коридоре свитой и направился в сторону гостевого крыла. Нет, он бы сразу в зал для приема делегаций прошел, но ему о гостях напомнили. И правильно сделали! Как он мог забыть о прекрасной женщине - Осантейе? Зря он что ли ее вчера ее прелести превозносил? Дело вовсе не в этикете, но в чем тогда?

Быть может в глазах цвета сизых крыльев тумана над долиной Арриндай? Арриндай... Арриндай... У него есть такая долина в Лесу Вечности? А, не важно, если нет, то он ее вырубит ради очаровательной Темной Императрицы и подарит ей. Вместе со всем Союзом светлых государств. И почему эта великолепная идея ему раньше в голову не пришла? Точно, сейчас до зала приемов доберется и дарственную напишет!

Эльф вздохнул, замерев перед дверью в покои Кель. Какая женщина, а? Без преувеличения шикарная. И сильная. Такая обнимет, и сердце зайдет, если совсем биться не перестанет. Вот это страсть...

Счастливый лицезреть свой утренний предмет обожания Император повис на шее гостьи. Не сказать, чтобы та оценила приклеившееся к ее телу ушастое счастье по достоинству. Выждала пару минут, пока эльф от ей носом в шею тыкаться перестанет, и стряхнула на руки слегка обалдевшей свиты, попросив сделать Тиллийсу прививку от бешенства, а то с чего бы ему утрам на темных бросаться?

Мужчина обиделся. Он от топырил нижнюю губу, погрозил темной пальцем и пообещал ее чуть позже отшлепать за плохое повеление. Снэйк едва удержал Осантейю в рамках приличий. Ушастые отделались промывкой, лекцией о ценности личного пространства для темных и обширным пополнением словарного запаса. На просьбу перевести, свиту в полном составе послали... в библиотеку за словарями гномьего и орочьего языка.

Остаток пути до зала приемов обиженный Тиллийс молчал - его отвергнутое сердце болело, но он не все шансы использовал. Когда темная получит подарок, то непременно смягчится. Женщина же, а они все на подарки падкие! Эльф устроился на троне, потребовал письменные принадлежности и веле открыть двери своим любимым подданным. Слушал Император впол уха. Его внимание поглотила дарственная. Он никак не мог решить начать ему документ со слов "дорогая" или сразу "любимая". Через пять минут мужчина отложил перо и бумагу с мыслью, что дарить подарки женщинам невероятно сложное занятие.

Какой проситель замер в поклоне? Третий? Четвертый? Тиллийс пересчитал десяток голов на скамейках у окон, сбился, повторил попытку и замер, увлеченно рассматривая свои пальцы. Удивительно, если считать их слева направо, то из девять, а если наоборот то одиннадцать. В точности, как с просителями! Надо будет велеть казначею пересчитывать стратегические золотые запасы государства с права на лево: они же так гораздо богаче будут.

Прежде чем ответить эльфу на вопрос, о котором владыка успел забыть, мужчина взглянул на длинную очередь посетителей, чей хвост виднелся далеко за пределами зала приемов, и вздохнул. Нет, это совсем не то, чем он хотел бы сегодня заняться. Пожалуй, еще пара поданных и хватит работать. Ему еще Кель уговаривать подарок принять, а это неимоверно трудное дело.

Тиллийс заметил в очереди рыжую макушку упитанного ребенка и тут же возмутился - неужели не стыдно заставлять дитя ждать вместе со всеми? Стражники немедля кинулись исполнять волю владыки. Они выдернули рыжего из очереди и под белы рученьки доставили к тронному возвышению.

Император скривился: до чего уродливый ребенок! Еще мал, а уже борода и усы до пят, нос круглой картофелиной и уши круглые. Проникнувшись несчастием эльфенка, Тиллийс усадил его к себе на колени, погладил по голове и поинтересовался ласково:

- Чего тебе, милый ребенок? - еще и ужасно тяжелый, но эльф то последнем факте тактично умолчал. Незачем внимание на недостатках акцентировать.

На коленях у Императора Боршхмейстер чувствовал себя мягко говоря неуютно. Одно дело, когда женщина его расы руки заламывает и на свой бедренный плацдарм сажает, другое тело на коленях у тощего мужчика ютиться. Как то не по-гномьи получается, свои узнают - засмеют чего доброго!

А эльф еще и обзывается. Ишь чего удумал, буяна милым ребенком назвать! Кто из них еще ребенок, тем более милый... Императору бы не прием посетителей с утра пораньше устраивать, а голову свою поискать, ибо с вечеру очевидно он ее где-то оставил.

- Ваша светлость, может вы меня отпустите? - прозрачно намекнул на неудобное положение гном.

- Куда же я тебя отпущу, радость моя? - потискал красные щеки гнома мужчина. Боршхмейстер икнул и потянулся к боевому топору на поясе. Похоже, придется прорываться с боем.

- До хоть на пол поставьте! - попросил гном, отстегивая топор.

Конечно, спасибо Императору, что не заставил в очереди маяться, ибо опоздал гном, припозднился на завтраке за кружечкой местного эля, но терпеть подобное обращение не в гномьих правилах. Только как бы ударить так, чтобы Тиллийс остатки разума не растерял? Тут точность нужна и аккуратное приложение сил.

- А давай я тебя лучше усыновлю? Кому ж ты еще такой кроме меня нужен? - от всего сердца предложил владыка. Он чувствовал себя обязанным сделать хоть что-то для обиженного судьбой ребенка. Принца ведь обижать не будут? Не посмеют! А там глядишь и вырастет на любви и ласке из гадкого утенка, ну не прекрасный, но вполне сносный эльф. - Хотя нет. Не могу... - покачал головой Тиллийс.

- Почему? - пытаясь усыпить бдительность спятившего светлого разговором Боршмейстер целился ему в лоб. Да, аккуратно тюкнуть по темечку, а после бежать со всех кривых и волосатых ног отсюда. И Темную Императрицу не забыть прихватить. Жаль ее лишать развлечения, вон она как от уха до уха скалится, но вдруг болезнь эльфа заразна? Идиот из Леса Вечности - это, наверное, забавно, но сумасшедшая темная просто конец света незапланированный, однако, неминуемый!

- Ты не можешь быть в несуществующем государстве, - нетерпеливо всплеснул руками мужчина. - Это же очевидно. Разве нет? - пришурившись, владыка осмотрел ошарашенную свиту. Придворные стояли с одинаковыми выражениями на лицах, похожие, как капли дождя между собой, и не решались спросить, хотя вопросы так и роились на кончиках языков в настежь распахнутых ртах.

- Как нет? - нашел в себе силы вымолвить личный слуга Тиллийса.

- Обыкновенно, - развел руками Император. - Видишь документ? - помахал бумагой перед носом подданного. - Это дарственная.

Эльфы в едином порыве бухнулись на колени. Непонятно обрадовались или огорчились, сказать-то по-прежнему ничего не могли. Правда, и моргали они теперь с огромным трудом - веки на вылезшие из орбит глаза не налезали.

- И кому же вы себя подарили? - гном таки выбрал место для удара, осталось прицелиться... да перестанет Император головой махать туда-сюда?! Боршхмейстера одолела тошнота.

- Ей, - бумага полетела в сторону темной.

Кель ловко поймала ее на лету, развернула, прочитала. Ее лицо застыло в оплывшей маске жуткого веселья. Она встала с дивана, поднялась на тронное возвышение, схватив гнома за шкирку сняла его с колен Тиллийса и швырнула к двери, метко сбив с ног по-черному ругающимся снарядом ровно десяток ушастых, нежно погладила владыку по щеке, посмотрела в его светящиеся глаза и... совершенным боковым ударом согнутой рукой в челюсть отправила эльфа познавать тайны мира.

Темная отвернулась от тела на троне, одарила собравшихся тяжелым взглядом и приказала:

- Те кто еще на ногах, окажите первую помощь тем, кто уже лежит. И побыстрее.

Сказав, женщина будто потеряла интерес к происходящему. Ее привлекло что-то под подошвой сапога. Она нагнулась, пошарила руками по полу, подняла что-то, рассмотрела и счастливо хлопнула в ладоши. Резкий звук привлек внимание эльфов к тонкой высокой фигуре в белом. Острое зрение жителей Леса Вечности позволило им рассмотреть, что именно темная держала в руках.

- Какая прелесть! - воскликнула Кель, сунула руку запазуху, вытащила ожерелье из белоснежных зубов и примерила к нему выбитый клык Тиллийса. - Идеально подходит, правда?

Ответить ей было некому. Оказывать помощь потерявшим сознание тоже. Осмотрев усыпанный телами пол зала приемов, Кель пожала плечами, спрятала трофей в карман, взяла со столика рядом с диваном графин с водой и опрокинула его на Тиллийса. Должен же он оценить ее доброту: дарственную она могла и принять! Впрочем, Императрица и ее положила в карман - на всякий случай.

Кель

Проклятие, кажется я сустав выбила! Такое впечатление, будто я не в челюсть живому эльфу дала, а кулаком по скале заехала, но трофейный клык с лихвой компенсировал мне ущерб. Мне как раз для ровного счета одного не хватало на ожерелье, а теперь там ровно десяток болтаться будет. Только не забыть дырочку вечером просверлить, ну и красивую историю сочинить о том, как он мне достался. Не рассказывать же о банальном битие светлоэльфийской императорской морды, нет, тут надо что-то эпическое сочинить наподобие битвы добра и зла во всей их красе. Правда, большинство трофеев попали на нить так же обыкновенно, как мой, но это исключительное знание доступно лишь мне, остальные официальными версиями довольствуются.

Помимо сустава меня волновало еще кое-что: по моему скромному мнению, которое я не спешила высказывать, Тиллийс с утра не в себе пребывал. Разве в трезвом уме и твердой памяти эльф бы написал дарственную на весь Лес Вечности на мое имя? Думаю нет. Кстати, зуб порадовал меня куда больше земельной собственности. Кажется, я прыгать до потолка должна от счастья, неожиданно успешно завершив великую миссию предков, но я в растерянности! Что мне с этим беличьим заповедником делать?!

Организовать экскурсии по теме "как жить не надо"? Устроить резервацию для редких видов летающих, четвероногих и двуногих? Или действительно сделать частью Темной Империи, наладить экономику, построить пригодную для жизни структуры? Ага, а через столетие ушастые поднимут бунт и, позабыв имена благодетелей, ринутся отвоевывать Лес Вечности, прикрывая обычное "отнять и поделить" великим "вернуть и подарить". Честно? Не виду смысла выступать в роли девочки доя битья и инвестировать золото в проект, который заведомо убыточен. Однако, бумажку я приберегу. Возможно, мне представится повод когда-нибудь извлечь ее на свет и увидеть кроваво-красные пятна румянца на щеках эльфийского Императора!

Пора Тиллийса в чувство приводить. Я тоже спать хочу, но не позволяю себе расслабиться среди бела при первой же удобной возможности. По привычке магией потянулась к графину с водой, но одернула себя: незачем показывать, что я нашла способ обойти запрет на колдовство в Лесу Вечности. Здесь зомби бродят и прочие непонятные, охочие до моей крови и ливера, личности, поэтому сохранить часть способностей в тайне лишним не будет. Взяла со стола полный графин воды и опрокинула его на эльфа.

Через минуту все еще наслаждалась его неподвижным телом: изящной линией подбородка, тонкой шеей и чувственно приоткрытые губам. Данному образцу мужественности место в одном из мужских борделей для одиноких женщин, а не на троне. Пропадает он здесь, а там бы пользу приносил и гораздо больше удовольствия получал от общения женщинами, чем от просиживания штанов на троне.

Я вздохнула и осторожно потрясла Тиллийса за плечо. Он застонал, но прекрасные глаза не открыл. Засунув деликатность куда подальше, я приподняла Императора за грудки и как следует тряхнула.

- А? - всхрапнул мужчина.

- Б, - я нахмурилась. Мне совершенно не нравился взгляд эльфа. Будто ребенок несмышленый смотрит, которого конфетками закормить хочется. До смерти! - Проснись и пой, птичка певчая.

И знаете... Тиллийс запел...

Мне пришлось ему рот рукой зажать, дабы не услышали подданные и не прибежали выяснять до чего еще их обожаемый владыка опустился.

- Заткнись! - я нервно осмотрелась по сторонам. Вроде обморочные еще продолжают в лучшем мире пребывать. - Ты что делаешь?!

- Не знаю, - абсолютно честно ответил мужчина. Он посмотрел на меня своими невероятными синими глазищами, моргнул и как-то жалко улыбнулся. - А... а ты кто? - спросил он. Его левое ухо поникло. За ним и правое приняло горизонтальное положение. - А я кто? Ты случайно не знаешь?

Тиллийс выпал из моих ослабевших рук, приземлился на тронное возвышение, дополз до трона, облокотился на него, все еще не сводя глаз с моей фигуры - он ждал ответа, но ответить мне ему нечего! Разве спросить не придуривается ли он, однако, это и так видно. Только непонятно с чего вдруг у эльфа память медным тазом накрылась? Я раздраженно топнула ногой и потерла подбородок. Камень с указательного пальца царапнул кожу. Я поднесла руку к глазам, осмотрела пустое гнездо под сапфиром в крупинках желтоватого порошка, слизнула их и тихо застонала.

В перстне хранилась доза "забвения"! Потайной замочек давно на починку просился, но я все откладывала поход к ювелиру. Очевидно от удара замок окончательно сломался, и владыка вдохнул просыпавшийся порошок. Мне конец. Меня же в попытке захвата Леса Вечности обвинят, несмотря на дарственную! Она наоборот доказательством послужит вместе с Императором, чье сознание ныне девственно чисто...

- Кель, - за спиной стоял Снэйк. - Скажи, что мне это сниться, - потребовал помощник.

Я благоразумно промолчала. Села на трон Леса Вечности, обхватила голову руками и задумалась. Через двадцать минут встала, схватила в одну руку Тиллийса, во вторую кумбу и обоих дотащила до своей комнаты. Эльфа втолкнула внутрь, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.

- Значит так, найди мне эльфов, которым можно доверять. Пару, не больше, но учти, что они должны знать несколько вещей: первое, распорядок дня владыки; второе, где он содержит своих зомби; третье, придворный этикет. Необходимо сохранить состояние Императора в тайне, иначе мы отсюда живым не выйдем. Эльфы лес спалят, лишь бы бы в угольки превратились, - быстро прошептала я на ухо Правой Руке.

- Но где я их тебе найду?! - не менее яростным шепотом ответил мне Снэйк.

- Где хочешь! - отрезала я и подтолкнула мужчину к действию ладонью пониже спины.

- Теперь вы, - обратилась к четверке гвардейцев, несущих караул у моих покоев. - В мою комнату никого не пускать и никого оттуда не выпускать! Особенно... - дверь открылась, и из комнаты высунулся кончик тонкокрылого эльфийского носа. - Этого овоща! - я втолкнула его обратно, достала из кармана ключ и дважды провернула его в замке. Теперь не выберется. - Если кто спросит не выдели ли вы Тилийса вы ответите нет. Ясно? - гвардейцы щелкнули каблуками. Вот и отлично!

Я выдохнула, вытерла вспотевший лоб и отправилась на поиски Боршхмейстера. Сейчас каждая дееспособная и преданная боевая единица на счету. Боюсь, скоро замок придется серьезно укреплять и охранять от желающих поискать владыку, которого то тут, то там только что видели.

Гном нашелся на улице. Он сидел на ступенях среди эльфов, ждущих, что день открытых дверей продолжится. При моем появлении ушастые кинулись врассыпную быстро очистив сто метров пространства. Я приблизилась к послу, наклонилась к его волосатому уху и попросила его рысью бежать к моим покоям. Боршхмейстер скрылся из виду через секунду! Не знала, что гномы умеют так быстро бегать... Я бы даже сказала летать.

Проводив посла взглядом, развернулась к нерешительно переминающимся с ноги на ногу эльфам. Даа, при таком количестве спасёт только грубая сила: или они меня числом задавят, или я их авторитетом. Второй вариант мне больше нравится, но первый не исключен. Не любят светлые, когда на святые в их понимании вещи посягают. Владыку ушастые как раз к этой категории относят - бесполезная красивая побрякушка, коей всяким темным удобно в нос тыкать.

Обильный снегопад остудил пыл особо ретивых. Не все поверили во внезапное недомогание Тиллийса, особенно сомневались те, кто видел, как я ему косметический ремонт физиономии сделала. Их пришлось порывами ледяного ветра с территории резиденции Императора выдувать. Надеюсь, меня никто в самоуправстве и нарушении традиций не обвинит?

По дороге обратно я заглянула в зал приемов - эльфы слабо шевелились, но тут же вернулись в прежнее положение исподтишка бросая на меня полные ужаса взгляды. Эх, тридцать демонов разврата, полный дворец потенциальных врагов. От них необходимо срочно избавится, пока они партизанскую войну не развязали. Я как бы вскользь обронила, что Император перенес день открытых дверей на улицу: душно ему в замке стало, вот он и вышел воздухом подышать без отрыва от производства. Ага, вышел - вынесли его!

Я закрыла двери зала, сориентировалась и бегом направилась на кухню. Время обеденное, а мясным стэйком с кровью даже не пахнет в ажурных полупрозрачных коридорах эльфийского дворца. Еда, она умственную деятельность стимулирует и без нее вряд ли получится найти выход из сложившейся ситуации и изобрести лекарство, сводящее на нет эффект "забвения". И еще одно маленькое, но очень важное условие - сделать это все надо быстро до прихода эльфийских кланов с полным комплектом колюще-режущих предметов в руках.

На кухне я поцапалась с поваром. Страшно высокий и крайней худобы эльф не желал выдавать мне место хранения мяса. Дескать нет его и все тут! Десять минут описывала ему разные способы приготовления ушек. Между прочим свиных, но он почему-то решил - эльфийских... Сдался, собака оленьеглазая и достал из закромов ветчину. Сыр, хлеб и овощи я сама на поднос накидала, напомнила о необходимости своих гвардейцев в точно назначенное время накормить. Конечно, можно и опоздать, но тогда никто не гарантирует, что его дети в полнолуние не будут обрастать шерстью, размахивать хвостом и караулить на полу забравшихся на шкаф родителей.

Спокойная за судьбу гвардейцев и несколько расстроенная внезапным напавшим на шеф-повара столбняком, я понесла снедь в отведенные мне покои. А повар отомрет скоро, если на самом деле не хочет в первое полнолуние после рождения своего ребенка его породу определять: волки они разные бывают.

- Снэйк? - спросила я у оборотней у двери.

- Не появлялся, - ответил старший караульной четверки.

Я вспомнила имена всех пятнадцати Темных Властелинов, успокоилась и тронула "привязку". Что? Что-о?!!! Сунув поднос с едой в руки гвардейцу, я бросилась по следу с закрытыми глазами. На что-то натыкалась, что-то разбивала, в чем-то путалась и это срывала, комкая воздушную ткань, отшвыривая ее в сторону.

Здесь! Я распласталась по стене, открыла глаза, увидела дверь и ударом ноги сорвала ее с петель. А?! Значит, я правильно интерпретировала ощущения.

- Кель? - кривая виноватая усмешка появилась на лице кумбы. - А я тут... задание твое выполняю... - он смущенно кашлянул в кулак и принялся застегивать рубашку.

Я перевела взгляд на прижимающуюся к моему помощнику эльфийку.

- Не знала, что доверие поцелуями проверяют, - вымолвила я. Мой взгляд метался между мужчиной и женщиной.

- Ну... - пожал плечами кумба. - Это экспериментальный способ.

- И как?

- Я не совсем уверен. Надо еще пару-тройку раз попробовать. Однако, считаю его перспективным.

- Умм...

Мою команду собрать себя и бабу в кулачок и маршировать на счет три в мои покои слышал, наверное, весь дворец.

Иллинойс и компания

В последнее время Снэйк воспринимал окружающий мир по другому. Он казался блондину живее, вкуснее и гораздо желаннее, чем раньше, но мужчина хотел не весь мир, а строго определенные в вещи. Например, пол противоположный тому, который кумба выбрал, принимая двуногий облик. Да, Снэйк стал смотреть на женщин! Естественно, он и раньше смотрел на них, даже делал нечто такое, отчего они теряли головы и неадекватно себя вели, но никогда прежде ему не хотелось приласкать их, потрогать и сделать все то, о чем они явно или в тайне мечтали.

А как тут не хотеть, когда ты эмпат и неожиданно чувства женщин стали находить такой мощный отклик... в душе, что в седле неудобно сидеть? Некоторые из встречных по дороге эльфиек буквально умоляли взглядом о спасении, и Правая Рука совсем не против был им помочь, но останавливала техническая сторона вопроса - кумба не знал, как именно "это" делается, даже предположений не было. Так что помимо женщин, Снэйк хотел попасть в библиотеку с хорошей подборкой литературы с картинками по интересующей его теме.

Наверное, можно у гвардейцев было спросить, но блондин постеснялся свою неопытность в щекотливых вопросах демонстрировать: он легко отделается, если прознав, они всего пару дней будут на данную тему шутить, могут ведь и полгода из уст в уста передавать, добавив штук сто пикантных подробностей. Есть еще Кель, которая тоже в курсе подробностей и безусловно согласится просветить его на сей счет, но мужчина искренне боялся, что в духе темных традиций и исключительно из желания помочь ему быстрее освоить теорию на практике она ему не только расскажет, но и покажет, а это уже далеко за рамками отношений Владычица и Правая Рука.

Кумба задумывался о том, что с ним произошло. Как профессионал и существо с неплохо работающими мозгами, он тщательно перебрал сундуки памяти в поисках отправной точки возникших в голове и теле новых занимательных ощущений: по всему выходило подействовали снадобья синеглазой эльфийки, с отсрочкой, но подействовали. Правда, блондин до конца не понимал, как таблетки и порошки могли пробудить в нем чувственность...

А это вообще они?

Снэйк вспомнил еще одно событие. Кель не так давно с его телом мудрила. Ооо... Это ее магия скорее всего толчком послужила, а не эльфийская ерунда, которой его настырная ушастая потчевала! Ладно, раз Императрица проблемы наколдовала, то она с ними разбираться и будет! Кумба мечтал вернуться в прошлое спокойное состояние, где ничто и никто его душу не трогает!

Змеиноглазый с радостью бы нагрузил Осантейю своими проблемами, но Тиллийс успел первым. Пришлось смириться и ждать, когда у Кель получится ему чуточку внимания уделить, а уж Снэйк заставит ее близко к сердцу принять одолевающие блондина тревоги!

И вроде бы настал подходящий момент, но эльфийский владыка опять все испортил: кто с утра пораньше напивается, дарит Лес Вечности своим исконным врагам и память теряет? Допустим, в третьем Император не виноват, но первое и второе он сделал без всякого принуждения, а Снэйку отдуваться теперь за сумашествие ушастого. Легко сказать: поди найди эльфа, которому доверять можно. Где на эльфах написано кто из них высокой чести быть посвященным в тайну достоин, а кто не очень? Лбы у светлых девственно чистые. Неужели надо по скрытым под одеждой признакам определять?

Правая Рука сообразил как ему выполнить поручение, усмирив раздражение. Понятно, надо среди личных слуг искать, только неплохо сначала самих слуг найти. В отличие от Темной Империи местный второй класс в отсутствие владык от работы отлынивал.

Кумба половину дворца облазил, освежив в памяти план, с многими перезнакомился прежде, чем ему добрый человек намекнул, где Рейтинс обычно обитает. Хотели добавить с кем, но Снэйк не стал больную мозоль под бестактные ноги подставлять, распрощался и сбежал от словоохотливого садовника.

Как ни странно личный слуга Тиллийса нашелся в своей комнатенке в крыле для прислуги. В то время, как темные в поте лица работали, эльфийские проблемы решая, он нагло спал среди белого дня! За что и поплатился...

Снэйк ушастого за ухо из кровати выдернул, на ноги поставил и в комнаты Кель на своем крепком плече притащил.

- Кто это? - при появлении кумбы с ношей владыка вскочил с кресла.

- Тебе компания, - блондин с размаха швырнул слугу на кровать. Один есть, осталось найти еще парочку, чтобы Кел было из кого выбрать "доверенных".

- Приятно познакомиться, Компания, - открыто улыбнулся Император, нашел руку эльф и энергично потряс ее. - А меня зовут Овощ. Чем займемся? А что ты так широко рот открыл? Кушать хочешь? На, бери! - щедрый Тиллийс схватил со стола рядом с кроватью большое зеленое яблоко и запихнул Рейтинасу в рот.

Яблоко не поместилось, но это только прибавило энтузиазма владыке. Одолеваемый смутным желанием позаботиться о незнакомце, выглядевшем таким жалким и потерянным Император с усердием принялся запихивать фрукт в то место, где ему было самое место. Несчастная жертва потери памяти правителя Леса Вечности и сопротивляться не могла, ибо не положено первому лицу в государстве перечить, и терпеть больше не могла тоже. Не выдержав, эльф взмолился, захрипел, захрюкал и замотал руками, сдерживая острое желание двинуть начальству по шее.

Снэйк намек понял с первого взгляда. Он-то не являлся подданным Тиллийса, поэтому весьма бесцеремонно схватил эльфа за шкирку, стащил со слуги и пристроил в кресло, откуда мужчина вылез, сунув ему в руки шкатулку с драгоценностями Кель. Ушастый мгновенно увлекся блестящими побрякушками. Наклонив вперед красу, гордость и отличительный признак эльфийской расы Император вытаскивал драгоценности и тут же тянул в рот, нос и пытался засунуть в уши.

- Что с ним?! - выдохнул Рейтинас, откусив и прожевав яблоко.

- Не важно. Лучше подумай на тем, как за остаток дня сделать его хотя бы похожего на себя прежнего. К дуракам на троне многие привыкли, однако, овощ все же чересчур, особенно для вашей тонкой душевной организации! - распорядился блондин. - И кстати, надеюсь не нужно упоминать о соблюдении строжайшей секретности, так? - слуга моргнул. - Принято за согласие.

Снэйк рванулся прочь из комнаты. По словам ранее опрошенных слуг где-то во дворце обитала сестра владыки, но девушка отличалась такой красотой скромностью, что в лицо ее знали все, но сообщить местонахождение никто! Похоже, самый знающий эльф в этом гербарии редких видов растительного происхождения - садовник. Но этого уже след простыл...

Попинав разбросанные инструменты, истоптав недавно вскопанную землю, Правая Рука оставил на ней садовнику записку с просьбой срочно явиться к Темной Императрице желательно сразу с сестрой Тиллийса и решил посмотреть у входа. Боршхмейстера попутным ветром надуло, быть может еще кого на огонек занесло!

А так и есть!

Снэйк сразу углядел в толпе синеглазку. А ей доверять можно? Он бы доверил ей, скажем, государственную тайну? Однозначно нет, так почему ставшие вдруг деревянными ноги несут его к ней, а на лице проступает улыбка соблазнителя?

- Ты, - мужчина схватил женщину Эйлин за руку. - Идёшь со мной. Немедленно.

От тона своего голоса мужчина пришел в тихий ужас. Что за царапающие интонации? Откуда хрипотца взялась? И почему его тянет к каждому слову букву раскатистую "р" добавить?

- Куда? - женщина прикупила губу. Эх, не вовремя она на глаза блондину попалась: при себе ни одного снадобья! Жаль удобный случай упускать...

- В укромное место! - непонятно отчего прикрикнул на нее змеиноглазый и потащил обходным путем во дворец, думая лишь об одном - как он эльфийку сейчас... разговаривать будет...

Техническая сторона волнующего кумбу вопроса отошла на второй план. Он собирался в библиотеку? Зачем, когда в его руках отличное наглядное пособие! Оно ему и почитает, и покажет, и экзамен примет, само активно в процессе участвуя. А по результатам... разговора... Снэйк решит достоины Эйлин доверия или нет.

Но Кель как всегда все испортила!

Но Правая Рука не один страдал. Где-то в недрах эльфийского дворца пришел в себя Иллинойс и немедленно пожалел об этом. Вроде вечером глаза в кровати закрыл, а открыл их почему-то пристегнутый к сырой стене. Одно неизменно - было темно и сейчас темно. Хоть какая-то стабильность успокаивает.м

Однако, его похитили. Интересно, убивать собираются или так потерзают и отдадут Осантейе за золото по килограмму полуживого веса? Хороший вопрос, да ждать на него ответа темный не собирался.

Иль дотянулся зубами до запястья, расстегнул хитрый браслет из нескольких перевитых между собой железных позолоченных жгутов, снял хитрый замок с одной стороны, удобнее перехватил и сунул в скважину широких наручников-браслетов. Сто раз права Кель, что пленников в кандалы заковывает и дополнительно ошейник одевает с магическим замком. Она всегда к делам основательно подходит не то, что его похититель. Сразу видно - дилетант!

Замок щелкнул и открылся, но вместе с ним открылась и дверь темницы. Эльф плюнул, растер, запихнул браслет в карман и добровольно застегнул на запястьях наручники. Драться с неизвестным противником в полной темноте не зная способностей противника - он таким смелым дураком в прошлой жизни был. Сейчас Илю есть что терять и на рожон без особой причины он лезть не собирается.

Если бы его убить хотели, то в постели бы прирезали. Выходит, для чего-то приберегли. Есть шанс узнать для чего...

Неизвестный остановился зажег масляную лампу. Тусклый желтый свет вытянул из объятий тьмы старую каменную кладку, плесневелые деревянные стеллажи, заполненные разной жуткой на вид утварью. Круг очага с подвешенным на треноге старым покрытым толстым слоем копоти котлом. Не новую, но заметно моложе, чем стеллажи скамейку, и четыре сдвинутых квадратом стола. На них неизвестный брякнул заплечный мешок, раскрыл его, но распаковывать не стал. Капюшон повернулся и колыхаясь подошел к темному.

- Проснулся? - прохладная рука провела по щеке Иля. - Так даже лучше, - змеей скользнула в голове существа усмешка. - Не имеет смысла прятаться. Скоро ты ничего не вспомнишь... - капюшон упал на плечи.

- Ты?!

Эльф был потрясён.

Кель

И эта компания должна спасти Лес Вечности!

Мда.

Есть еще многих других слов, но все они матерные, поэтому оставлю их при себе. Достаточно того, что народ и так под моим оценивающим взглядом согнулся, исключая Тиллийса, весело прыгающего на кровати в обнимку с цветком. Зачем ему кактус - без понятия, но он с ним разговаривает, а тот, похоже, ему отвечает. Если Император в детстве был таким, каким стал сейчас, то я понимаю желание родственников вернуться и научить его уму-разуму. Хотя я бы сказала проще: отомстить за взорванный мозг и расстроенные нервы!

Как внимание народа к проблемам привлечь, ради которых мы здесь собрались? Снэйк последние полчаса глаз с эльфийки не сводит. Она под его взглядом то краснеет, то бледнеет, то вовсе чехардой из разноцветных пятен покрывается. Боршхмейстер пялился на меня и томно вздыхал. Трясущийся испуганный личный слуга владыки от подноса с едой не отрывается, поглощая ветчину вместо овощей. И ведь не морщится, вегетарианец проклятый!

Но думать надо.

Я сорвала занавеску с карниза, замотала в нее эльфийку и посадила ее на осиротевший после узурпации кактуса подоконник. Тиллийса прицельным броском подушки сбила с ног, завернула в покрывало и уложила на кровать, пообещав через две минуты рассказать сказку. Ушастый послушно зевнул, причмокнул губами и закрыл глаза. Рейтинаса картина умилила настолько, что он забыл о подносе, дав мне время незаметно умыкнуть его под кровать, откуда он перекочевал в лапы гнома. Снэйку достался привычный подзатыльник, проясняющий взгляд.

Я рассказала краткую предысторию, показала сломанный перстень, выслушала порцию заслуженных возмущений, прикрикнула на разбушевавшихся эльфов и приказала всем заткнуться. Через секунду, осознав ошибку, велела предлагать рабочие идеи для реализации.

Предложение долбануть Тиллийса по челюсти еще раз было воспринятой мной на ура, да только Рейтинас чахлой грудью встал на защиту любимого Императора, кроме того Эйлин предположила, что повторное избиение уведет заблудшего эльфа еще дальше - во младенчество и кто тогда его грудью кормить будет? Она наотрез отказалась. Я само собой. Остальных мы исключили автоматически, собственно, из-за отсутствия груди.

Правая Рука предложил по-быстрому съездить в Лос-Идос за необходимыми ингредиентами для приготовления лекарства. Но что я смутилась и после долгой паузы пояснила, что обычно готовлю такую отраву, от которой избавится трудно. Хотела сказать невозможно, но лишать эльфов надежды не стала. Испугалась побьют, наплевав на мою репутацию и мне придется им той же монетой отплатить в целях сохранения оной, а это уже к банальной драке приведет, после чего количество проблем значительно увеличиться, но решать их придется уже в одиночестве: остальные спасители не то что говорить - лежать не смогут!

Посол царства Мъельграхд выступил радикально: кровавая революция, тотальный геноцид и вырубка Леса Вечности под корень, а все потому, что я когда-то упомянула о нехватке хорошей древесины для флота Темной Империи. Кстати, с геноцидом можно и повременить - лучше пожизненное рабство на судостроительных верфях. Очевидно, гном голоден. У них кровожадность только на пустой желудок просыпается. Царапающий звук резанул уши. Так и есть - Боршхмейстер уже поднос долизывает!

Единственную стоящую идею высказала Эйлин. Простая и элегантная мысль заключалась в том, что если у нас голова не варит, то надо звать шеф-повара. Не в прямом смысле, конечно: женщина предположить пригласить на обсуждение своего шефа, прославленного любителя решать сложные уравнения со многими неизвестными.

- Кто это? - точно еще один заслуживающий доверия эльф, но так ли это? Я в честно самой Эйлин сомневалась. Боюсь, с нами ее удерживают исключительно личные змеиноглазые причины. Демон, мне между ними глухую перегородку что ли ставить?! Насмотреться друг на друга не могут...

- Без преувеличения уникальная личность. Я могу много о нем рассказать, но думаю, достаточно назвать его должность - советник Императора по вопросам разведки, безопасности и обороны.

- У вас такой есть? - я бы его уволила. По ряду причин. Во-первых, как уже упоминала, безопасность дворца владыки никуда не годится. Во-вторых, мне никто не помешал фактически совершить покушение на облеченную властью особу. В-третьих, где этот гений прохлаждается, когда он нужен здесь и сейчас?!

Но все же я пообещала себе дать ему шанс.

- Как его найти?

- Его не надо искать. Его надо впустить.

- Не поняла...

В дверь постучали.

Она бесшумно распахнулась, явив моему взору серое существо без пола, возраста и особых примет, одетого в обычную одежду. Такие типчики незаметны в толпе, оттого крайне опасны, ибо как возникнуть из ниоткуда, так и мгновенно сбежать им раз плюнуть. Вот только я ни за что не поверю, что плюгавенький человечек мог занимать высокое положение при эльфийском дворе, а значит, он прячется под личиной.

Маг. Интуиция полыхнула огнем. А ты ли это, мой друг или враг?

- Прошу прощения, - мягко проговорил мужчина. - Меня задержали обстоятельства, - он махнул рукой в сторону обездвиженных и прислоненных к стене гвардейцев. Хвала предкам живых, а то бы я не хотела начинать разговор с вопроса о причиненных убытках. - Хорошая выучка, но против магии не спасает.

- Спасает, если она не рунная, - возразила я. - Мы ведь встречались, не так ли?

- Вспомнили? - мужчина сел на кровать, откатив спящего Императора в сторонку. Тиллийс недовольно всхлипнул, но не проснулся. Обеспокоенный Рейтинас тут же устроился рядом и принялся напевать колыбельную. Эльфы заткнули его через пять секунд, закончив сладкий синхронный зевок. Надо же какие рефлексы. Меня шипяще-свистящие звуки только раздражали.

- Не пыталась, - ответила я. - Ваша персона вызвала у меня мимолетный интерес, а особа я ветреная. Простите, но вы не интересны мне.

- Ошибаетесь.

Поединок жестких взглядов, одинаковых усмешек и силы воли. Мы одновременно опустили взгляд. Что скрыл он - не знаю, а я испуг. Когда-то мне нравились достойные противники, но то было десять лет назад. Второй раз резать горло ради спасения существ с повышенной ушастостью не собираюсь. Темной Империи ничего не грозит, и мой приезд жест доброй воли - помощь хорошему знакомому, так стоит она неоправданно высокого риска?

Мне бы заглянуть под личину, понять, просчитать на одной мы стороне или просто заключили временное перемирия, а после оставшийся в живых присвоит себе венок победителя. Или все же по разные стороны? Ему ничто не мешает быть тем самым некромантом, переполошившим спокойную жизнь Тиллийса. Нетрудно угадать к кому обратится владыка за помощью и раз, ловушка готова! Осталось ее захлопнуть...

Но зачем ему помогать мне? А помогать? Он ничего полезного не сделал. Пока. Пришел, моих парней скрутил и на этом основании да свидетельстве эльфийки я обязана ему доверять? Я в себе-то изредка сомневаюсь, а тут незнакомец в кредит отовариться желает. Шиш ему голый, а не доверие.

- Оставим наши личные дела. Давайте поговорим о проблеме, - многозначительный взгляд в сторону Тиллийса. - Как вы знаете законы магии: все что было сделано с ее помощью, ею же может быть возвращено обратно, принципиально тем же путем. Догадываюсь, ваше изобретение обратного действия не имеет, но есть в наших землях цветок, нейтрализующий эффект любых составов, содержащих в своей основе растительные экстракты, - я кивнула подтверждающее его догадку. "Забвение" содержит порошок каллисто - кактуса из засушливой Рении. В малых дозах он воплощает в жизнь фантазии, а в больших начисто отключает память. Или создает иную реальность в одной отдельно взятой дурной голове. - Получить цветок калео нелегко, - я-то, дура, на легкую прогулку до ближайшей клумбы надеялась! - Но возможно.

- Я же говорила! - воскликнула Эйлин. - Он нас спасет!

Спасет? По-моему он нас убить собирается. Возможность не значит определенность. Обычно, в процессе кто-нибудь погибает, часть теряется без вести, остальные полудохлые кое-как добредают до места назначения, последний из них получает заявленный приз и отправляется в обратный путь. Предполагается он должен быть чист, практически стерилен, ибо пройдя по нему туда еще полные сил они всех врагов порубили, мерзких тварей вытоптали и широкий тракт в девственных лесах проложили, однако на деле дорога успела зарасти, плотоядные зверьки заново расплодиться, а врагов они новых краше и изощрённые прежних нажили.

Пожалуй, я насчет советника ошиблась. Он не светлый. Он истинно темный. Или слишком хорошо изучил наш способ мышления: уничтожить врагов чужими руками, остаться незапятнанным их кровью и даже прилюдно пожалеть о гибели существ, которых отправил на вернуть смерть под предлогом великого подвига - на такое исключительно коренной житель Империи способен с длинным списком бандитов, мародеров и убийц в родословной.

Я вздохнула. Вытерла из уголка глаза несуществующую слезинки и попросила рассказать поподробнее у какой сосны свернуть, под каким кустом переночевать, а лучше дать карту с указанием паролей, явок и отмеченных красным кружком мест, куда нам точно соваться не следует. Как и ожидала сей важный документ существовал в единственном экземпляре - в голове садовника, помешанного на флоре.

По счастью получить садовника было легко: вышел в парк на территории дворца и если не заблудишься в лабиринтах зеленых насаждений, то рано или поздно набредешь на милого старикана неизвестной расы. Дальнейшее зависит от договора - или пошлет или сам проводит.

Худо-бедно с одной проблемой мы разобрались. Осталось придумать, как держать Тиллийса в узде, пока мы лекарство добывать будем. Легко сказать, да сделать непросто, ибо многие видели, как я его на покой отправила и про дарственную на Лес Вечности слышали. В незамутненных идеалами честности и совести головах эльфах уже захват власти наверняка созрел и по словам советника не позднее завтрашнего утра под стенами дворца маленькая армия на вечеринку соберется. Только не затем, чтобы меня с назначением на должность поздравить, а чтобы ровно на голову мое тело укоротить. Их бы принцесса Сорайя успокоила. Ручки у нее нежные, к ножницам и иголке привычные, но взгляд стальной и язычок похлеще магического помела метет. Не неделю, но пару дней она могла выиграть.

Правда...

Найти ее сложнее, чем пресловутый калео. Она девушка себе на уме. Вернее, совсем не в себе и не факт, что во дворце находится. Нет у Сорайи хорошей привычки сообщать, куда и насколько она пропала, но советник клятвенно пообещал добыть сей редкий экземпляр эльфийского сумасбродства.

- Я дал вам надежду? - с улыбкой поинтересовался мужчина.

Угу, только забыл цену озвучить. Не хотелось бы половину империи и лучшего скакуна из моих конюшен за нее отдать.

- Зачем вам это? - спросила я. Мне, правда, интересно.

- Чем быстрее мы закончим с делами Леса Вечности, тем скорее закончим наши дела. Вот и вся выгода, - пожал плечами советник.

- Что ж, раз все решено приступим к исполнению?

- Минуту, - он посмотрел на дверь.

И в ту же секунду в нее постучали. На пороге стоял стражник в расчерченных глубокими бороздами доспехах. Под мышкой он держал шлем, а в руке сжимал обломок меча.

- Сразу к делу! - рявкнула я, пресекая попытки начать издалека.

- Родственники Императора... мертвые... Их нет в темнице... - эльф прислонился к косяку.

Из коридора донесся глухой сварливый вой.

Иллинойс и компания

Вайен жалел, что вынужденно отвлекся. Буквально на секунду отвернулся проконтролировать одну ситуацию, как другая пошла развиваться по незапланированному сценарию, а третья просто сбежала из-под замка. Он подозревал, что прибытие Темной Императрицы с официальным визитом несколько разнообразит скучное пребывание в Лесу Вечности, но не подозревал, что настолько!

Тот, кто был представлен Кель как императорский советник, быстро шел по коридору дворца к темницам. Ни на шаг от него не отставая, за ним следовала темная положив нетерпеливую руку на рукоять фальчиона. Спину владычицы прикрывал гном из своего многочисленного арсенала выбравший боевую секиру - ей удобнее всего хорошего зомби в окончательно мертвого превращать, а за ним двигалась Эйлин с отобранной у доспехов в коридоре алебардой. Эльфийка пыхтела, но тащила слишком тяжелое для нее оружие, ибо лучше с таким, чем с пустыми руками на родственничков Тиллийса идти. Еще бы затычки в уши прихватить, чтобы не слушать лекции о том, как мертвых правильно за Грань возвращать, в то самое время, когда передовой отряд этим заниматься будет!

Вайен остановился у барельефа на стене: двенадцать юных эльфиек обхаживали одного эльфа. На лице гипсового героя-любовника было написано такое страдание, что любому наблюдателю хотелось немедленно взять в руки молоток, долото и освободить несчастного от вечных мук в компании женщин.

Эльф нежно и с изрядной долей понимая погладил поникшую голову мужчины, нажав на нужные завитки волос, и барельеф бесшумно отъехал в сторону. За ним скрывалась уходящая вниз лестница, чьи ступени терялись в темноте. Идеальная чистота тайного хода и отлично работающий механизм потайной двери говорили, что им часто пользуются. Кель усмехнулась: сколько подобных нор пронизывает дворец и нет ли точно такой же дверки в ее покоях? Не хотелось бы поймать темной ночкой в своей постели серенькую "мышку".

Вайен сделал приглашающий жест и первым шагнул на лестницу. При других обстоятельствах он не стал бы оставлять за спиной человека с хитрым прищуром серых туманных глаз и кривой пиратской ухмылкой, но в данных... приятно ощущать такую красивую смерть в непосредственной близости от затылка!

- Наступайте на те ступеньки, что и я. Это важно, - зачем-то добавил советник.

- Не с подростками идешь, - буркнул гном. Эльф хмыкнул и шагнул сразу через три ступени. Преодолеть их задача почти непосильная заносчивому коротышке. - Что ж ты творишь-то, ушастый! - не замедлила реакция Боршхмейтера.

- Я не думал, что по тайным ходам эльфийского дворца будут гномы расхаживать.

- Не думал он! - тяжело перевалился посол. - Вы вообще очень мало думаете, - фыркнул он. - Учить вас надо: и думать, и ходы строить!

- А может кому-то подрасти надо?! - оскорбилась за всех эльфов сразу Эйлин.

- Мне все равно кому и что надо по отдельности, но всем вам вместе не помешает заткнуться.

От голоса Кель остальные покрылись мурашками и как-то сами собой замолчали. Обволакивающую тишину тьмы нарушали лишь пыхтение Боршхмейстера, стук каблучков Эйлин и шумное дыхание Вайена. Кель двигалась абсолютно бесшумно, но советник знал - она за спиной: ее морозное дыхание шевелило вьющиеся волоски на его шее.

Они почти дошли до конца, когда недомерок допустил ошибку: раздался глухой щелчок и часть ступенек обвалилась вниз, вместе с частью отряда. Наверху осталась лишь зверски ругающаяся Эйлин. Ее проклятия еще пару секунд звучали в ушах Вайена, Кель и гнома, но до приземления на пыльный крошащийся каменный пол успели стихнуть.

"Отлично!" - подумал эльф. - "Появилась возможность карту старых подземелий составить!". Он как раз хотел этим заняться. Когда-нибудь в следующем десятилетии...

Иллинойс тоже не скучал. Отойдя от первого шока вызванного личностью похитителя темный тут же впал в оцепенение, но на сей раз оно не было вызвано удивлением - ушастое отродье бросило ему горсть порошка в лицо, отчего тело полностью потеряла подвижность. Хорошо глаза инстинктивно прикрыл, а то стоять бы ему и слезами обливаться, как трусливому гоблину.

Меж тем некромант закончил приготовления. Не особо хитрые и тем более не умелые. Видно было, что ему чуть ли не в первой проводить ритуал, к которому он готовился. Иль сомневался, что у похитителя что-либо выйдет: играть с материями вроде смерти и Грани в грязном подвале - проявлять неуважение в чистом виде к двум самым опасным видам магии.

Эльф вспомнил чистую лабораторию Кель и то с каким изяществом она работала: яркий свет без теней, скромная военная музыка на полную громкость, в порядке применения разложенные ингредиенты и инструменты... Предки, да у нее даже кровь художественными брызгами разлеталась и если присмотреться, то обязательно увидишь в них определенную форму! А здесь будто в одной из жутких историй о Темной Империи на заре ее времен оказался, когда первые демоны буквально в сарае создавались.

- Ты думаешь что я с тобой сделаю? - некроманту надоело возиться в тишине. - Ничего. Ты мне не нужен. Сделаешь дело и пойдешь на все четыре стороны. Почему именно ты? А так приятнее. И мне, и ей. Согласись, лучше принять смерть от руки дорогого тебе существа, чем от незнакомого наемного убийцы. Да и не подпустить твоя Императрица к себе посторонних на расстояние удара, а ты подойдешь. И убьешь ее. Просто и без изысков. И никаких речей. Подойдешь и сразу убьешь. Этот урок был очень полезен. Ты хочешь знать почему? Любовь - это такая отвратительная вещь, которая заставляет терять голову. И существо вроде неподходящее, а как посмотрит в глаза, коснется руки, так сердце бешеной белкой в груди скачет. Он был мне очень дорог, а она убила его. В тот миг мое сердце перестало биться. Я живу чтобы отомстить Осантейе Крейлин и только. Когда закончу дело, то никто и никогда больше не услышит обо мне. Поверь, встреча с ним - это все о чем я мечтаю. Ну а теперь, - некромант развернулся к скованному Иллинойсу, потер руки. - Пора приступать. Спи... - сознание эльфа померкло.

В следующий раз темный нашел себя бодро шагающим по дворцу Тиллийса. Лицо закаменело, ноги болели, запястья саднили, а в голове звенела одна мысль - найти и убить Кель, причем мужчина полностью осознавал ее абсурдность, но ничего с собой поделать не мог: шагал и шагал, методично проверяя помещения.

Иль мысленно застонал. Угораздило его во второй раз стать приманкой для Кель. Нет, конечно, эльф на такой поворот событий не рассчитывал. Он думал покажет каким сильным духом и мудрым мужчиной стал, заставит ее поревновать немного, побороться за него и естественно отвоевать! В итоге бороться придется не за него и не ей, а ему и с самим собой, если до этого он от усталости не свалится, ибо отдых ему не дозволили. Темного разрывали противоречивые чувства: с одной стороны он радовался пропаже Осантейи, с другой... куда она, демоны ее покусай за пятку, запропастилась?!

Мимо бывшего Темного Властелина пробежал вампир. Иль остановился, проводил его взглядом и со скрипом в натруженных коленях бросился за ним. Кровопийца никак не может быть подданным Тиллийса, значит, вместе с Кель прибыл, следовательно рано или поздно на нее выведет. Ооо, и зачем некромант ему способность мыслить оставил? Трудно было в тупого зомби превратить, наподобие того, который за вампиром гонится?

- В сторону, это моя добыча! - эльф возразить не успел, как со стеной поцеловался. Хрустнули передние зубы, и рот наполнился брызнувшей из разбитых десен и губ кровью.

Добыча?

Настойчивый вопрос протолкнулся сквозь боль в сознание мужчины. Так-так... Или делегацию Темной Империи банально перечить решили, или в Лесу Вечности завелись эльфы с нестандартными вкусовыми пристрастиями. Что бы ни было на самом деле вампира спасать надо, пока его преследователь не оборвал единственную найденную ниточку к Темной Владычице. Иллинойс присоединился к гонке. В общем-то он был бы рад отказаться, но заклинание успешно гнало его вперед.

Эльф поравнялся с сородичем плечом к плечо, успел отметить нездоровый серо-зеленый цвет кожи, красные глаза и ощеренный сплошными клыками рот прежде, чем подставил ему подножку. С нехарактерным для большинства жителей Леса Вечности ушастый навернулся, перекувырнулся и сбил с постамента величественную статую, разбившуюся аккурат у ног темного.

Иль сглотнул. Эта куча формованного гипса могла запросто проломить ему голову! Не иначе предки его для чего-то хранят или он просто тешит себя приятной ложной надеждой...

- Я же сказал это моя добыча! - проревел сородич. Темный пожал плечами: он совершенно не против, только просит отложить немного обед. Жаль, сказать эльф об этом не мог, но удар сапогом в раззявленную челюсть иногда лучшее объяснение, чем любые слова. - Мои жубы!!! - выплюнул эльф.

Иллинойс снова пожал плечами. Дескать, прости, брат, сам не рад, но иначе нельзя - положение обязывает, заклинание диктует и здравый смысл подсказывает. Противник наклонил голову, раздвинул черные губы в щербатой улыбке и с колен бросился на темного. Замах, удар в челюсть, и зверская боль в раздробленных костяшках правой руки.

Он что из дерева?! Не особенно важно, если доберется до горла темного! Иль уклонился, пропустил сородича вперед, схватил его за руку, завел ее за спину, вывернул и пнул ногой под колено, уперся ему в позвоночник и начал гнуть к полу. С хрустом сломалась нога преследователя, а за ней брызнула острыми щепками и рука.

Бывший Властелин выпустил конечность из рук и отступил. М-мать, которую он не помнит, что это такое?! Эльф брезгливо вытер о штаны ладони. Перед ним на полу извивалось, пытаясь ползти то, что должно быть одной с ним расы. И оно было, когда-то очень давно! Сейчас он - деревянная живая болванка с повадками свежего зомби! Неужто тоже создание некроманта?

- Не стыдно обижать старших? - обиженно провыло нечто. - я же ничего такого, я же покушать хотел! И прошу заметить не на своих напал, а на темного, - деревяшка баюкала сломанную руку. - Тебе их жалко что ли? Так их с полсотни почти по Лесу Вечности шастает - на всех хватит! Ну, хочешь сам его загони, а мне принеси чего не жалко. Голову, например, их не все любят. Или ребрышки. На них мяса почти нет, но мне и того хватит! - взмолился побежденный.

Если бы Иль был в порядке, то его бы стошнило, но он пребывал вне себя, оттого из доступного ему набора действий выбрал сорвать портьеру с ближайшего окна, замотать в нее разговорчивую деревяшку, связать оторванным куском и сложить под окно, прикрыв оставшейся занавеской. Горничная может наткнуться, но это будут уже ее проблемы и ее любопытства!

Кель

Как мне надоело куда-то попадать, проваливаться и лезть, закрывая собой чужие тела и проблемы! Хорошо, допустим лезу я исключительно по собственной воле, но это не означает, что мне это нравится! Прошедшие десять лет меня слегка одомашнили. Мне бы с долотом и стамесочкой сидеть, создавая скульптуры, а не по подземельям лазить. Правда, такая жизнь скуку навевает, но но ее можно развеять, инкогнито прошвырнувшись по местам сбора столичной оппозиции и раскрасив пару аристократических носов. Вот это короткое и веселое приключение мне по душе, а затяжная попа, куда я попала по приглашению Императора Леса Вечности уже надоесть успела!

О, вот и скольжение по каменной кишке закончилось. некогда сопли жевать, пора собирать себя в кучку и продолжать развлекаться. Сгруппировавшись, я приземлилась на четыре конечности, гася удар перекатом. Советник до меня сделал тоже самое, что позволило избежать кучи малы, которая, возможно, спасла гнома. Восхитительно ругнувшись на гоблинском, коротышка плашмя грохнулся на пол. Впрочем, Боршмейстера спасла обширная трудовая мозоль, толстым слоем жира покрывающая его без сомнения мускулистый живот. Немного потрепыхавшись на пузе, посол поднялся, посмотрел свирепым взглядом на дыры в потолке и... получил по лбу рукоятью докатившейся, наконец, боевой секиры! Сдвинув к переносице спрятанные среди кустистых бровей глаза, гном исполнил балетный разворот, изящно взмахнул руками и потерял сознание.

- Эй, - я дернула подданного царства Мъельграхд за пышную рыжую бороду. - Поднимайся.

Ууу, хорошо его приложило. Посол меня проигнорировал.

- Подождем? - спросила я. Кому как не советнику принимать решение. Пусть и не моему.

- Поговорим, - согласился мужчина. - Вам же хочется проясните некоторые моменты касательно наших отношений, - он выдавил скупую улыбку.

- Ничуть, - я махнула рукой. - Мне гораздо больше интересно, где мы очутились и как отсюда выбраться. Вы, быть может в силу своих обязанностей, свободным временем располагаете, но я ввиду возможного обвинения Темной Империи в посягательстве на свободу Светлого Союза, нет. Предпочту разговорам о том, чего не существует, ваш утвердительный ответ - вы знаете дорогу наверх, во дворец.

- Увы... - грустно усмехнулся советник.

Вот и поговорили...

В приступе раздражения я чуть было не уменьшила количество жителей светлых земель на одну единицу. Сдержалась. Ошпарила его холодным взглядом, выругалась про себя и тихонечко тронула "привязку" к Снэйку. Что ж, направление мы знаем, а это значительно лучше, чем ничего. Не знаю только, как объяснять своё знание буду. Ничего, всегда можно промолчать и загадочно улыбнуться.

Боршхмейстер пришел в себя без объявления войны. Не было ни стонов, ни просьб принести воды. Он просто вскочил, успев сгрести секиру в охапку, и метнул ее. В нас. Демон знает что ему привиделось, но голову советнику он чуть не снёс прицельным броском. Я-то мгновенно присела, а мужчина замешкался. Голову даю на отсечение между лезвием секиры и носом советника едва-едва лист бумаги пролез бы!

Гном крякнул, подошел к секире, растолкав нас, оценил расстояние от своей макушки до рукояти оружия, подпрыгнул... дважды... разложил по полочкам происхождение эльфов и потребовал немедленно вынуть секиру, раз уж советник виноват в том, где на застряла. Тот спорить не стал. Не без труда вытащил оружие и протянул ее Боршхмейстеру.

- Дубина, - гаркнул гном. - Кто ж оружие лезвием вперед подаёт? Рукоятью надо! - но своё взял, крутанул в ладони, взмахнул, рассекая воздух, и добавил укоризненно: - А если бы я порезался? - неодобрительно цокнул он языком.

- Желательно сразу тем местом, которое сразу под подбородком находится, - высокомерно ответил мужчина.

- Ты что?! Это ж шея!

- Я знаю.

Мне пришлось отвернуться к стене и зажать руками рот. Кричащий на двухметрового мужика коротышка смотрелся смешно, но никак не грозно. Посол же советнику что называется в пупок дышит, однако, поучать не стесняется и вдобавок за высокий рост выговаривает! Правильно говорят нет пределов в царстве Мъельграхд двум вещам: уверенности, что сперва появились гномы, а мир уж потом вокруг них возник, и желанию всех по одному росту подрезать, ибо нечего последкам на первых сверху вниз смотреть!

А у спорщиков дело до потасовки дошло. Гном кулаками махал, не вру по десять кило каждый, таким дашь - смело новое лицо, как из глины, лепить можно. Советник же элегантно под удар не попадал. Нарочито держа руки за спиной он скользил вокруг разъяренного недомерка, не подпуская посла ближе полуметра к себе. Я бы еще полюбовалась на битву силы и скорости, но нам идти пора. Руины дворца и трупы последнее к чему хотелось бы прийти.

- Прекратите! - я схватила Боршхмейстера за шкирку и приподняла над полом.

- А что сразу я-то?! - возмутился гном, перебирая в воздухе ногами.

- Советника мне поднять проблематично - он выше меня.

- Тогда хотя бы отшлепай!

Я тряхнула посла, шикнула на него и аккуратно поставила на землю. Медленно сложила кулак и с огромным удовольствием сунула его под нос недомерка. Будет он мне указывать что и с кем делать! Боршхмейстер шмыгнул носом, виновато опустил голову и развел руками.

- Понял, я, понял, - пропыхтел он в усы.

- Спасибо, - раздалось за спиной. Советник умудрился подкрасться ко мне, пока разбиралась с гномом.

- А с тобой вообще церемониться не буду. Про ожерелье знаешь? - я вытащила цепочку с трофеями из-под рубашки. - Могу твоим клыком второй десяток открыть.

И обязательно открою, но пока советнику об этом знать необязательно. Я еще не выбрала какой зуб желаю от него получить. Это как с драгоценными камнями: каждый резец или клык или жевательный своим характером обладает. Нужно подождать, когда они заговорят с тобой, на цепочку попросятся, тогда и за клещи хвататься или просто в нужное место на челюсти бить. В случае с советником мне хотелось по челюсти бить. Клещами.

Раздражал он меня. Зачем под личиной прячется, когда всем вокруг его раса понятна? Чего он боится? Что в толпе сородичей от нас не успеет скрыться, если покажет свою истинную остроухую физиономию? Он так и так никуда денется: поисковые магические метки - великая вещь! Потрудиться пришлось, чтобы одна такая не к иллюзии прицепилась, а через нее прошла и на кожу приклеилась, но оно того стоило. В сознании помимо "привязки" Снэйка появилась еще одна красная метка, но если первую я могу спрятать, то советник будет всегда на периферии болтаться.

Я стукнула гнома по плечу и знаком велела следовать за мной. Советник удивленно вздернул брови, но не стал задавать вопросов, что спасибо ему большое - не расположена на них отвечать, вежливо по крайней мере.

В подземельях было сухо, за столетия скопилось столько пыли, что ею пах воздух, достаточно свежий, чтобы говорить о наличии вентиляции. Сложно судить о точном возрасте подземелий, но таких старых каменных кладок я не видела очень давно. Кажется, по той же системе фундамент и первые этажи Ло-Идоса возведены. Ага, и проектировал их один и тот же архитектор! И одни и те же рабочие вмурованы в стены для их крепости и создания стаи фамильных приведений.

Через полчаса дороги пришлось неожиданно остановиться. Коридор вильнул вправо и закончился тупиком. "Привязка" упорно звала меня через стену, но ничего похожего на рычаг, открывающий потайной ход я не нашла. И что же - возвращаться к отправной точке и проверять, куда ведет противоположный ход? Боковых ответвлений по пути к тупику не было.

- Я-то гадал, когда это случится, - ехидно прокомментировал наше безвыходное положение советник.

- На что ты намекаешь? - я не удостоила вниманием эльфа - продолжила разглядывать стену, словно от взгляда она могла растаять или исчезнуть.

- У многих женщин плохо с пространственным мышлением, - скотина продолжил ехидничать. Совсем он зубами не дорожит! Я развернулась. Как бы за его иллюзию заглянуть? Хочу узнать насколько он широк в кости. Давно хочу дерево на кость сменить, а тут материал подвернулся. Жаль, качество оценить трудно, но если что некондицию всегда можно на тренировочные поделки использовать.

- Полностью согласна. Не перестаю радоваться, что меня сия беда миновала, - я подмигнула эльфу, задела его плечом на и направилась к повороту, где Боршхмейстер подпирал стену.

- Но ты шла руководствуясь чем-то, - уверенно заявил мужчина. Он догнал меня, зашел вперед и преградил путь.

- Да. Считалочкой. Советую и тебе попробовать. Очень помогает, когда не знаешь куда идти, - я отодвинула советника с дороги. - Кстати, мне вовсе не интересны твои предрассудки по поводу женщин. Буду благодарна, если ты избавишь меня от них. Боршхмейстер, если он попробует еще раз пройтись по моим: уму, логике и сообразительности обещаю устроить привал и отменить запрет на выяснение отношений.

Коротышка осклабился. Он степенно кивнул мне, под крутил усы и перекинул секиру на плечо. Теперь гном возглавлял нашу команду. Я не возражала, эльф тем более. В случае неудачи он всегда сможет обвинить в допущенной ошибке посла, как поступил со мной. Вопрос только в кого он будет тыкать пальцем в третий и последующие разы? Боюсь тупиков на нашем пути встретится больше, чем членов команды!

Миновав отправную точку и около трех километров тоннеля после нее, мы свернули налево. Здесь сохранилась не только кладка стен. Кое-где на честном слове висели кучи рыхлой штукатурки, готовые вот-вот отвалится. Роспись на них не сохранилась, превратившись в сплошную жирную кляксу неопределенного цвета. Неужели здесь жили?

Оказывается да.

Эльфы те еще параноики! Они боятся многих вещей, но больше всего, что Сао упадет на землю, случится нашествие тли и потеряется отличительная длина и острова органов слуха поэтому в каждом доме есть под землей хранилище, где народ Леса Вечности хранит свои сбережения на любой крайний случай их трёх. Подземелья, где мы затерялись, были когда-то таким техническим этажом, но после их перестроили, а потом и забыли, однако, упакованы они были по высшему разряду - пятьсот лет полностью самостоятельной жизни гарантировано!

Мысль о хранящийся под действием старичка еды привела нас в чувство. Открылось второе дыхание...

Закрылось. Через четыре часа блужданий.

Глаза и нос забились пылью. Во рту стоял ее мерзкий привкус. Я была на грани воспользоваться магией, плюнув на конспирацию. Однако Боршхмейстер вовремя заметил боковое ответвление, сбегал на разведку и вернулся с радостную вестью - он нашел!

Мы ринулись за гномом, проявившим неожиданную для его комплекции прыть. Влетели в комнату и восхищенно ахнули. Впрочем, не мы одни...

- Я же говорил надо здесь искать! - загорелась в темноте красные глаза.

- Да отвяжись от меня со своими советами! Повезло просто, - вторая пара глаз присоединилась к первой.

- Повезло не повезло, но сегодня мы уснем сытыеее, - протянул кто-то и похлопал себя по животу.

Я не совсем поняла это он о нас или консервах на полках?!

Иллинойс и компания

По прибытии в Лес Вечности о некромантах все забыли, что полностью устраивало необщительную и живущую в своем непонятном мире Сташу, однако, раздражало предпочитающего компанию Ларса. Трусливому оборотню было немного страшно находится в легендарном месте - оплоте света, о котором никто из представителей их магического направления и мечтать не мог, без поддержки темных. На Мрацеш рассчитывать никак нельзя: с ней не выпьешь и не побузишь, ну какая из нее компания?!

И из комнаты выйти страшно. Эльфы снаружи шляются, под дверью караулят. Наверняка в чем-то подозревают и при первой возможности на подкормку своим любимым деревьям пустят. А он что? У него никаких мыслей противозаконных нет! Почти... Нет, если что интересное и плохо по битое к полу попадется, то мимо пройти будет очень сложно, но кто виноват? Он или эльфы, которые искушали его?

Дирих осторожно выглянул из комнаты. Вроде бы никого поблизости нет. Ларс осмелел и вышел. Налево или направо? Потоптавшись на месте оборотень шагнул влево, через два метра передумал, вернулся и пошёл направо. Некромант жался к стене, постоянно оборачивался и стрелял глазами по сторонам. К перекрёсткам приближался медленно, останавливался, сперва выглядывал, следом быстро перебегал. Мужчине везде чудились притаившиеся эльфы, затеявшие гадость по отношению к нему. Он дергался от каждого шороха и тени, с ужасом ожидая, что с кем-нибудь по дороге столкнётся.

Услышав звук шагов, оборотень бросился к портьере, споткнулся, ухватился за нее, повис всем телом и с хрустом сорвал. Ларс ругнулся, сунулся в кучу ткани, вылез и чихнул - раз в год занавески стирать надо, а то и чаще! Шаги приближались. Шли двое. Молча и целенаправленно. Не по его ли некромантскую душу? Дирих схватился за сердце, дважды глубоко вздохнул, осмотрелся, заметил недалеко доспехи на постаменте и ринулся к ним. Встал за ними, скопировав позу воина и молясь, чтобы его не заметили, в крайнем случае за дополнительный элемент доспехов приняли.

Чем ближе подходили эльфы, тем сильнее вжимался оборотень в металл. Дириху страстно хотелось слиться с ними. Стать частью надежной конструк... Которая только что рассыпалась на составные части от горячего натиска некроманта! Громыхая и звеня они раскатились по полу. Мужчина в отчаянии дернул себя за ухо и спрыгнул с постамента - быть может он успеет хотя бы в кирасе спрятаться? Ларс примерился к ней, сунул ногу в ворот и обернулся на шум: опустевший мраморный куб отъехал в сторону, открыв черный зев тоннеля. Не раздумывая оборотень прошмыгнул внутрь, прыжками спустился по лестнице и остановился, слышав как постамент вернулся на место.

Ура, он спасся! Разве? Четыре гладкие стены, полметра между ними, света нет. Проклятие, он попал!!! И небольшое уточнение: клаустрофобией в семье Дириха страдали все...

Некромант закрыл глаза и представил, что находится не в тесном застенке, а на горном плато, но это не помогло. Наоборот, к боязни замкнутых помещений добавился страх высоты! Мужчина сполз по стене, коленками уперся в противоположную, кое-как перевернулся и пополз, вспоминая нелестными словами всех своих предков, наградивших его роскошным букетом заболеваний. Яростные демоны, да он даже крови боится, как при этом умудрился стать одним из лучших некромантов Империи уму непостижимо! Мать сказала проще на выпускном - талант не пропьёшь и отняла у отца бутылку гномьего пойла, которое тот умудрился протащить через охрану. Кстати, от пьяницы папаши у Ларса стойкая непереносимость алкоголя. Когда другие веселятся, он пьёт воду и мелко пакостит. Должен же мастер смерти хоть как-то развлекаться на всеобщем празднике жизни?

Дирих уперся головой в стену. Неужели конец? Неужели эльфийский дворец станет его последним пристанищем? Предки, да его только по запаху и найдут, как крысу в ловушке, стену раз ломают и за левую ногу вытащат. Его некроманты из-за Грани вернут только чтобы поржать над нелепой смертью коллеги по профессии, в погремушку для своих детей засунут и дадут младенцам играть с малых лет таким образом объясняя, что думать надо, прежде чем лезть куда-либо!

Стены схлопнулись над головой оборотня. Воздух стремительно заканчивался. Стало невыносимо жарко. Оборотень рванул ворот рубашки.

- Кажется, мне все кажется... - прошептал он, привкусывая до крови губу. Соленый вкус собственной крови немного привел его в чувство, но стоило открыть глаза, как стены сдавили тело мужчины с новой силой.

Сквозь сжатые зубы Ларса прорвался стон отчаяния. Он ударился лбом о стену, потом еще и еще... А на четвертый раз стена от него отпрыгнула!

- Эммм... - удивленно произнес Дирих и вывалился из тоннеля.

Упал он на спину, перевернувшись в полете. От удара о твердую поверхность воздух вышибло из легких. Мужчина выгнулся дугой и тут же свернулся, отшатнулся к стене, выставив перед собой правую руку. На Ларса пялились страшные морды: заостренные скулы, глубокие провалы глаз и открытого рта. Что мог подумать потомственный некромант, глядя на капающую изо рта слюну? Мертвяки! А их Ларс боялся гораздо больше замкнутых пространств или высоты...

"Вечное спокойствие", слетевшее с рук оборотня, могло упокоить маленькую армию в три с половиной-четыре тысячи голов. Морд буквально смело. Они подлетели, крутанулись в магическом потоке, который пожевав их, выплюнул под забранные решетками ниши в стене.

"Живые?!" - осознал некромант, ибо морды не рассыпалась впрах, хоть и не подавали признаков жизни.

- Шпасибо, - прошамкали из-за решетки.

Красные глаза, витыми крючками когти, серо-зеленый цвет кожи... А вот это уже мертвые. И тянутся они руками к поясу эльфа, к связке с ключами. Дотянулись. В замочную скважину вставили и провернули. Стоит ли дальше смотреть?

Некромант опомнился: силы и кружку настоя подогреть не хватит, так чего рассиживаться? Мертвяков не зря за решеткой держали, вряд ли они прирученные, а дикие вечно голодные и готовы всё подряд голыми руками жрать, можно подумать при жизни они манерам обучены не были. Ларс не был готов стать закуской. Как представил впившиеся в его ногу желтые острые зубы, чавкающие звуки и прихлёбывание из его артерий, так ноги сами понесли его к выходу. И дальше несли без счета времени, пока кто-то умелый с самым ретивым преследователем не разобрался.

- Уф, думал ноги протяну! - поблагодарил спасителя Ларс. Мужчина оперся на колени руками, мотнул головой и жадно вдохнул. - Ты точно в срок подоспел и как это у тебя так получилось: раз, раз и всё, - выразил искреннее восхищение навыками навыками эльфа Дирих, размахивая руками. Заехал в ушастому в ухо, очевидно в качестве благодарности! Наступил на ногу вместо банального спасибо и дал лбом в нос, когда полез обниматься.

Улыбка с ног до головы отблагодарённого Иллинойса донельзя напоминала оскал эльфийских зомби.

Мог бы тёмный говорить - сказал бы много, а так лишь дружески хлопнул оборотня по плечу, мысленно пообещав раз делаться с некромантом чуть позже. Пусть долг подрастёт немного, тогда смело можно будет из двуипостасного рубленную котлету сделать.

- Куда пойдём? Ты знаешь безопасное место? - Ларс твёрдо решил держаться рядом со своим защитником. Развитый инстинкт самосохранения, как у всех трусов, диктовал Ларсу ни на шаг не отступать от надёжного плеча и твердой руки. Дирих с любовью и обожанием смотрел на узурпированного им эльфа в ожидании ответа.

Иль отрицательно покачал головой. Конечно, он знал, где можно пережить нашествие зомби, которые неизвестно каким образом (уж не приложил ли к этому руку некромант?) вырвались из темницы, однако, у него есть поставленная задача и сидеть на одном месте она ему не позволит - приказ толкал его вперёд. Ничего и с гадом, заманившие его в ловушку он тёмный тоже посчитается!

Эльф знаками спросил не знает ли оборотень, куда его начальство запропастилось.

- Ничего не понимаю... - растерялся Дирих. - Ты можешь словами объяснить что ты хочешь? - опять отрицательный кивок. - Ты немой?! - всплеснул руками Ларс и с сочувствием погладил плечо защитника. - Бедненький... - ушастый дёрнул плечом, искоса взглянул на оборотня с брезгливостью в ярко-зелёных глазах и передёрнул плечами. - Эй, ты не подумай чего! Я же искренне тебе сожалею! - эльф стрекотнул ушами и растянул губы в насмешливой ухмылке в поллица. - Ладно, повтори вопрос, а я попробую понять, - сосредоточился некромант, поглядывая за спину спасителю. Кто знает что еще из темноты выпрыгнет и насколько страшным оно будет?

Иллинойс терпеливо повторил, не забывая сторониться живущих своей жизнью рук мужчины. Ему совсем не нравились постоянные попытки оборотня дотронуться до него. Словно тёмный баба распутная, прелести на продажу выставившая.

- Водятся ли здесь другие чудовища? - нахмурился Ларс. - А я почём знаю?! Мне эльфийский император не докладывал о зверинце. Вдруг он вообще сдвинутый на нежити коллекционер? - Иллинойс хлопнул себя по лбу, провёл растопыренной пятернёй по лицу и закатил глаза. Ну да, в чём-то некромант прав - Кель можно сравнить с чудовищем. - Не угадал? - смутился Дирих. - Давай ещё раз попробуем. Обещаю более внимательно тебя слу... смотреть на тебя, - мужчина подул на руки, растёр их и приготовился.

Эльф хмыкнул и сменил тактику.

- Паршивая овца в стаде? Не то?! Снова! Где прячется чёрная кошка в тёмной комнате ночью? Опять? Давай третий раз. Нет, не знаю я такой нежити, какую ты описываешь, - сдался оборотень.

Иль вздохнул. О! Можно же написать! Вытащив из ножен меч тёмный на стене нацарапал вопрос.

- Ааа, где Императрица, - испытал облегчение некромант, но стушевался через миг. - Эй, ты зачем на Императрицу обзываешься? На каторгу захотел или на плаху? Она недавно в столице двоим ни за что головы отрубила при людно. Топор палача как раз свободен. Желаешь на свою шею примерить? - и уже шепотом. - Тсс, это я так, она же всё видит, всё слышит, но в действительно и овца она, и кошка и нежить науке неизвестная, - доверительно сообщил Ларс. - Но я не знаю, где она. Правда идея мне нравится. В данной ситуации, - мужчина показал рукой на дрыгающегося зомби. - Я бы предпочёл оказаться у неё под крылышком, чем сам по себе. Может Сташа знает?

Иллинойс вспомнил вампиршу. Даже с первого взгляда женщина производила впечатление более разумного существа чем то, что стоять перед эльфом. Стоит наведаться к ней в гости и поспрашивать.

Тёмный кивнул - веди.

Они нашли Сташу рядом со её комнатой в коридоре. Некромантка сидел на полу у ярко полыхающего костра. То, что костёр горит в помещении её заботило мало. Кажется, истинный мастер смерти понятие не имела о правилах пожарной безопасности или глубоко равнодушно к ним относилась.

- Табак отсырел, - пожаловалась она. - В Лесу Вечности очень высокая влажность, - женщина взяла лежащую сбоку от неё оторванную руку, поднесла конечность к огню и подождала, пока та занялась оранжевыми икорками. Сташа вытащила из кармана трубку, раскурила её и бросила ненужную руку в огонь, где весело трещали тела трёх или четырёх зомби. - Не желаете присоединиться? - мастер вежливо улыбнулась и похлопала по полу рядом с собой...

Кель

Я ходила кругами вокруг понурых зомби. Милые монстрики хлюпали носами, плакали кровавыми слезами и умоляли не лишать их жизни во второй раз. Им за Гранью совсем не понравилось, вот и сбежали оттуда по первому зову. Что им не понравилось они не помнили, кто их позвал тоже, но возвращаться ни при каких условиях не хотят. Что им за Гранью делать, отдыхать? Наотдыхались по самое не могу так, что даже имена свои забыли и кем в прошлой жизни были.

Честно пыталась им объяснить систему на их же примере - чем меньше от существа остаётся, тем более примитивные желания им владеют, оттого и хотят зомби лишь жрать, отдавая предпочтение натуральным свежим продуктам. Похвальное стремление, но продукты все-таки не должны бегать, тем более на двух ногах и орать "не надо меня есть - отравитесь!". Это я к слову заметила. Из нашей троицы никто не орал. Боршхмейстер сразу за секиру схватился и предложил одному закусить мозгами другого. Пришлось придержать гнома, чтобы не лишил нас ценных свидетелей по совместительству источников информации.

Посол поворчал, поворчал, да отступил, однако, секиру не убрал, многозначительно ею поигрывая в руках и ожидая малейшей оплошности со стороны монстриков. Вдобавок коротышка негромко напевал себе под нос залихватскую песенку про дровосека, обожающего свою работу. Он до смерти хочет зомби запугать?!

Проходя мимо Боршхмейстера я отвесила ему подзатыльник и вновь показала кулак советнику. Эльф уже делал попытки в мои размышления вмешаться, получил моральный удар наотмашь, отстал, но видимо терпение у него опять закончилось, а мне время надо ситуацию до конца обмозговать.

Во-первых, мертвецы странные. Эдакая противоречащая всем правилам науки смесь дерева и плоти. Тело от первого, инстинкты второго. Лучше бы наоборот - вкопал такого в саду и не о чем беспокоиться: растёт себе на солнышке, руки к небу тянет, растопырив пальцы. Во-вторых, их возраст и внешность. Не тянут их повадки на эльфийскую аристократию. Оба скорее чернорабочие, но подземелья знают. Уж не строили ли они их? Вон один как профессионально яму в земле копает - точно строитель! В-третьих, вытаскивать их отсюда надо. В приличных условиях можно будет попробовать управляющие нити заклинаний к их хозяину проследить и послать злодею большое приветствие от нашей стороны с сюрпризом. В полевых условиях без инструментов и ингредиентов я не решусь мутить и без того грязную водицу.

- Выход-то знаете? - я села на корточки возле Обломанного уха.

- Найдем, - уныло отозвался монстрик. - Что решили? Жить нам или того... возвращаться на заслуженный отдых?

- Сперва выберемся, после решать будем. Временно у нас вооруженное перемирие: вы не пытаетесь на съесть, мы вас на дрова не рубим. Договорились? - я протянула руку бывшему эльфу, смотря ему прямо в глаза.

Тот облизнулся, сглотнул, но руку пожал, а не зубами в нее впился. Стоящий за спиной зомби гном сплюнул и опустил занесенную для единственного удара секиру.

Подчиняясь накинутым на них "поводкам" и под контролем деятельного коротышки, мертвецы повели нас по коридорам. Я шла позади и от меня не отставал эльф. Советник посчитал мое общество более комфортным. Увы, он меня в качестве компании совсем не устраивал. Его заинтересовало каким образом зомби оказались спеленутыми заклинанием. Всем известно - темная магия, черпающая энергию из Грани, не работает в Лесу Вечности!

- Что скажешь в свое оправдание? - привязался с вопросом эльф.

- Меня уже судят? - я подняла вверх левую бровь.

- За применение темной магии в Лесу Вечности не судят - казнят на месте, - вскользь заметил советник. Он выглядел чрезвычайно довольным. Лицо сквозь личину светилось, как ярко начищенная бляха на форме стражников в моей столице. Мужчина шагал с гордо вздернутым подбородком, заложив руки за спину, будто он на на балу прогуливается, а не двигается к выходу хотя бы одной из текущих проблем. Он ничего не перепутал?

- Как скажешь. Я могу снять поводок с зомби и одолжить им носовой платок вместо салфетки, - мертвецы замедлили шаг и развернулись в нашу сторону уши.

- Я всего лишь пошутил! - пошел на попятную советник, но сиять не перестал. Уверена, он что-то задумал. Небось прямо сейчас новый закон о безопасности изобретает, который к моим действиям попозже за уши притянет.

- А я нет. Вы, светлые, такие всезнайки, но почему-то не обладаете информацией, что чувство юмора у меня черное - веселит то, отчего другие плачут. Все еще хочешь меня развеселить? - на самом деле я уже развлекалась вовсю, пугая эльфа. Понятное дело ради Тиллийса советник останется в живых, но если в процессе общения со мной его мозги слегка поломаются, то причину определенно следует искать в его настойчивом желании неизвестно что доказать мне, а не моем желании сделать из него сумасшедшего.

- Тогда справедливо обратное. Предпочту увидеть твои слезы, - заключил ушастый.

Слезы? Я расхохоталась. Последний раз я плакала десять лет назад, потеряв дорогое мне существо. Чтобы выжать из меня еще немного соленой влаги придется сделать тоже самое или хуже. Он собирается убить Иллинойса? Ну уж нет! Он второй в очереди за ушами беглого Императора!

Так за шутками, зачастую жестокими, мы добрались до выхода. Зомби пролезли в пролом, за ними, вдохнув, полез Боршхмейстер, вопя насчет норных ушастых животных, затем я и замыкал эльф. Трещина извивалась и загибалась под острыми углами, угрожающими оставить глубокие борозды на неосторожно подставленном боку, а то и проткнуть насквозь. Коротышка четыре раза застрял: то ему голова помешала, то живот, то выдающаяся мускулистая задница, коей многие гномы завидуют. Со слов обладателя сомнительного достоинства, конечно. Посла приходилось выбивать из узких мест: мертвецы на себя тянули, я от себя толкала. Эльф оказывал моральную поддержку, не предлагая бросить бесполезную обузу только потому, что торчит она прямо посреди дороги и так растопырилась, что ни обогнуть, ни перепрыгнуть!

Боршхмейстер выскочил из расщелины, прорвался сквозь заросли мелкого колючего кустарника, освободив мне дорогу. Я выбралась не в пример изящнее, вдохнула чистого воздуха, выкашляла скопившуюся в легких пыль, сняла и встряхнула куртку. Взметнувшееся облако каменной пыли попало в лицо вылезающему за мной советнику. Он возмутился, подхватил горсть земли и швырнул в меня. Неудачно дернулся при броске и его ступня застряла в проходе.

- Помоги! - крикнул мужчина.

- Освободить ногу? - широко улыбнулась. - Боршхмейстер, неси секиру пилить будем! - радостно взревела я, плюнула на ладони и живо растёрла их.

- Бегу! - гном и вправду побежал, переваливаясь на коротких ногах. Ноздри посла раздувались, борода полоскалась на ветру, развеваясь подобно красному походному знамени царства Мъельграхд, обе руки на рукоятке секиры, та на плече... С него бы героические картины писать, такой типаж даром пропадает! В общем-то, эльфа сейчас тоже можно в качестве натурщика использовать - рисовать с него ужас, страх или безысходность, если художник успеет поймать на его подвижном лице хоть одну из этих эмоций - они сменяют друг друга с невероятной скоростью.

Добежав Боршхмейстер размахнулся...

Советник закрыл глаза и тоненько всхлипнул...

Я схватила эльфа за руку...

Бах! Один из камней удерживающей в расселине между ними ногу эльфа раскололся, и я вытянула ушастого наружу.

- Моя ногаааа! - заорал советник.

- Да не кричи ты! - я зажала руками уши.

- Вы мне ногу искалечили, что я по-твоему делать должен?!

- Для начала посмотреть на нее, - скрестила на груди руку и взглядом указала конечность ушастого.

- Зачем смотреть на то, чего не... - он таки внял моим словам, вывернул голову, посмотрел на оцарапанную, но целую голень, стопу без башмака и радостно завопил: - Она цела!

На секунду мне показалось, что он ее сейчас поцелует, прижмет к груди и убаюкает, но эльф ограничился нежным поглаживанием.

Как рассказал советник, полностью придя в себя и вернувшись к любимой надменной манере поведения, мы выбрались из подземелий далеко за пределами дворца, но прилегающую территорию не покинули. Расщелина, через которую вы вылезли располагалась в фундаменте Башни Четырех Узников. Лет шестьсот назад ее построил один из эльфийских правителей для своих четырех старших братьев. Он сам младшенький был, но силы воли и коварства влезть на трон хватило. Паренек за сто сорок шесть лет по разным причинам умудрился спровадить в одиночное заключение по разным причинам всех старшеньких и смело нацепил диадему власти на голову, а братья так и сгнили в темнице.

- Хороший мальчик, а главное как воспитан был и как родственников любил! До самой их смерти...

- Да вообще козел! - хором возмутились зомби. - Он на нашем погребальном костре знаешь что делал? - на их погребальном костре? Мы с совестником переглянулись, разглядели написанные на наших лбах одинаковые мысли. - Кости остыть не успели, он картошку запекать сунул, скот патлатый! Жаль сдох, наверное, паршивец, а то бы его крови я с удовольствием глотнул! - закончил Обломанное ухо.

- А бы мозг через глазницы высосал... - мечтательно добавил второй.

Я велела им заткнуться или перейти на другие темы, раз уж память проснулась, а сама повернулась к советнику и принялась вытряхивать из него информацию.

До дворца километра четыре идти по искусственно высаженному лесу, торчащему за соседним холмом с тем, на котором приютилась Башня. Путь не долгий, но в свете уникального строения местных живых мертвецов в лес соваться не хочется. Кто знает сколько их там бродит? Сдается мне Тиллийс отловил малую, самую настырную и свежую часть, остальные изволят шляться неизвестно где, например, в подземельях. Только другого пути нет - лес окружает Башню.

Гном погладил секиру и проверил пальцем за точку. Эльф пожал плечами, выбросил у Боршхмейстера палаш и кивнул, ну а мне досталась самая трудная часть подготовки - разнять слившихся в ностальгическом порыве зомби и поинтересоваться: с нами они или предпочтут здесь упокоиться? Естественно с нами! Раз они воскресли, то почему бы и их братишке не вернуться? Пусть он в пищу не пригоден, зато подойдет для всех тех испытаний, которые братья за время заточения ему придумали: шкуру содрать нельзя, однако, снять стружку рубанком - легко и непринужденно!

Иллинойс и компания

Как истинный мастер смерти Сташа Мрацеш ощутила ее при на подъезде ко дворцу эльфов: земля, вода, растения - всё было пропитано Гранью. Но была и еще одна весьма специфическая составляющая - эльфийская. Зеленая на цвет и растительная вкус. Обе составляющие были не просто перемешаны или дополняли друг друга, как часто бывает в стихийных направлениях искусства - они были перемешаны. Однако, еще один вопрос волновал вампиршу: каким образом за короткий срок удалось заклинанием окутать столь обширную область? И почему именно в такой форме?

Нельзя сказать, что Сташа чувствовала себя плохо, как опасалась. Такой Лес Вечности, благоухающий родной некромантке магией, ей нравился. Надо ли возвращать все на свои места? Если бы ее спросили, то ответ последовал однозначный - нет! Зачем? Мрацеш всегда о живых беспокоилась мало, а став наполовину мертвой вовсе перестала обращать на них внимание. Потребности в питании вполне удовлетворяла концентрированная и законсервированная кровь, которую мастер всегда носила с собой: шею вампирши украшало шикарное ожерелье, многими принимаемое за гранатовое, но в действительности каждый камень представлял собой неделю закапсулированной жизни. И камней в ожерелье было очень много. И не вся она была животного происхождения. На вопросы как и откуда у некромантки оказалось подобное сокровище, она лишь снисходительно улыбалась и молчала. Подставлять себя под топор сурового правосудия Темной Империи? Нет, спасибо. Смерть - ее увлечение, а вовсе не образ жизни!

Расположившись во дворце, Сташа первым делом отловила придворного мага. Никому не нужный престарелый эльф писал биографию и мучился с завещанием: слишком много жадных родственничков, стремящихся поскорее отправить предка на костер, можно даже живьем, и не так много имущества. Воровать маг не хотел, копить не умел, средствами предохранения пренебрегал, потому и нажил немного собственности и полно желающих вышеозначенную собственность ручонками захапать. Вот и мучился дедуля кому полстены отписать, а кому черепицу на крыше.

Предложив завешать все науке, Мрацеш буквально спасла эльфа от годичной головной боли. На радостях старик забыл, что пять минут помирать собирался и хворост уже для погребального костра заготовил. Высунувшись из окна, маг громко пообещал всех пережить, лично каждого троглодита в последний путь проводить и лишь потом с чувством выполненного долга и свободный от ответственности за "обожаемых" потомков упокоиться самому, но перед смертью гульнут так, что Лес Вечности надолго запомнит старика Неинайра Огус Лирта! Сташа почему-то подумала о пьяных в зюзю белках, исполняющих неприличный танец и требующих соленых огурцов на закусь, а то орехи как-то поперек горла стоят уже...

Биография была решительно задвинута в угол. Из него извлечены пыльные магические фолианты. Сметен в окна с рабочего стола застарелый мусор и приглашен подопытный для экспериментов.

Как приглашен... Скажем так, настойчиво - сбит с ног прицельным броском особенно толстой и практически бесполезной книгой.

- А я то думал когда мне "Путеводитель по вкусной и здоровой пище пригодится"! - восхитился Неинайр, помогая некромантке затащить слугу в лабораторию мага, совмещенную с жилыми комнатами.

Некромантка вежливо улыбнулась. Задор старичка, с которым он принялся за дело, желая доказать - его рано дровами считать, он еще ого-го, ее обнадеживал. Если маг и дальше сохранит азарт, то с загадкой странного заклинания они закончат быстро. Правда, понравится ли им ответ? Вот в этом мастер сильно сомневалась, но молчала. По своему обыкновению.

Пойманного эльфа раздели, на столе закрепили. Успели осмотреть и взять пробу крови: в колбы и в рот немного попало. Вампирша сладко облизнулась, перевязывая рану. Теперь понятно почему вампиры в свое время не сильно третьему Темному Властелину сопротивлялись. В те времена эльфы на столе у аристократии не переводились... Хорошее время было - питательное!

И тут несчастный пришел в себя, но ненадолго. Увидел дедулю, тащившего к столу тяжелый двурушник, так и отправился обратно в необъятные просторы своей фантазии. А разве старик виноват, что пробу кожи соскоблить больше нечем? Ну, забыл Неинайр за давностью лет, где у него инструменты лежат, зато фамильный меч нашел со какой-то там по счеты войны между Светлым Союзом и Темной империей.

Действовать пришлось аккуратно, дабы вместо кусочка кожи не оттяпать у испытуемого изрядный кусок руки. Сташа справилась, чуть ли не зубами помогая себе держать железку. Как и большинство магов, тем более женщин, она предпочитала более изящные блестящие инструменты целителей: в руке лежат приятно и тонкие операции сподручнее делать.

К сожалению, ожидания оправдались - странная смесь магии смерти и эльфийской прочно обосновалась в теле эльфа. Значит, заражены все, кто живет в радиусе действия заклинания и все они неминуемо после смерти поднимутся. Это расчет на будущее или побочный эффект? Речь идет о сейчас. Мертвецы уже по стучались в двери нынешнего императора с большим приветом с той стороны!

Мастер задумалась. Медленно меряя захламленную комнату шагами, она перебирала пальцами камни ожерелья, спрятанного под плащом. Она никогда его не снимала. Разве что испугать хотела, тогда позволяла полам распахнуться и открыть высохшее мумифицированное тело, составляющее резкий контраст с живым и необыкновенно красивым лицом. По большому счету на внешность некромантка плевала, но ведь с клиентами работать и их предпочтения учитывать, поэтому выражение "сохранить лицо" она понимала буквально.

Мрацеш дошла до конца ожерелья. Камни-капли, капли-вода, вода - основа всего живого... Некромантку осенило.

- Вы сжигаете своих мертвых? - спросила она.

- А? - оторвался от изучения образцов под маг. - Да. Потому мы не сильны ни в искусстве смерти и понятия не имеем о демонологии. Материала нет и быть не может. А что? Хотите посмотреть? Эльфы отлично горят! Искры метра на четыре вверх выстреливают! Буду умирать - пришлю вам приглашение. Обещаю такой фейерверк устроить...

- А что вы делаете с пеплом? - перебила деда мастер.

- Собираем и рассеиваем. К чему вопрос?

- Где развеиваете?

- Да возле дома обычно, - пожал плечами Неинайр. - Обычай пошел с дремучих времен. Считается, что предки таким образом точно будут знать место, которое им хранить положено. Ерунда, конечно, но так и повелось, что ближайшие клумбы всегда мамой, папой или другими родственниками удобряют. И все же, почему вы спрашиваете?

Вампирша подошла к стойке со стеклом, с наложенным на него многократным увеличивающим заклинанием. Посмотрела через него на образцы и убедилась в своей правоте, но на всякий случай капнула рядом с крошечной лужицей крови воды и попросила мага взглянуть еще раз.

- Что вы видите?

- Весьма и весьма интересно... Хотите сказать, что вода заражена и является переносчиком заклинания?

- Весьма вероятно. Смотрите, закапсулированное в частице воды заклинание притягивается друг к другу, это объясняет, как будучи сожженными мертвецы восстали. Мокрый пепел стянуло в узел, составивший основу будущего измененного тела. Остальное зомби добрали из окружающего материала. Теперь ясно, почему они такие деревянные... - некромантка выбила трубку, достала из кармана курительную смесь и набила ее заново. Раскурила, облокотилась на стену и закрыла глаза. Свою часть работы она сделала на "отлично"!

- Знаете что самое интересное? В наших лесах растет лапчатка. С виду невзрачное растение обладает сильнейшими регенерирующими свойствами. Отрубленную голову и ту на место поставит, только это никакого не спасет. Как я понял, в основе лежит порошок этого растения, измененный с помощью некромантии. Далее наложили руны, после распылили над территорией с помощью дождя - это идеальный способ покрыть достаточно большую область, не вызывая подозрений. Итак, нам нужен тот, кто владеет рунами, обычной магией и погодник.

- И еще некромант, - изо рта мастера взвился зеленый дымный смерч, покрутился в воздухе и растаял. - Или... тот, те, кто владеет несколькими видами магического искусства.

Где-то в глубинах дворца раздался вой, а по лестнице ведущей в покои Неинайра загрохотали тяжелые шаги. От неожиданности Сташа выронила трубку. Та долетела до пола, рассыпав дымящуюся курительную смесь, и раскололась. Мрацеш побагровела. Кто бы ни орал - ему конец...

В дверь грохнули. Две доски вылезли из-под обивки. В образовавшейся щели появился огромный красный глаз.

- Открывай, падла, или я все равно войду! - пригрозили снаружи, повторно саданули по двери, выбив третью доску. Зеленая шершавая лапища протиснулась в дыру и зашарила в поисках задвижки.

Дряхлый эльф неожиданно проворно вскочил, схватил прислоненный к столу меч и неуклюжим движением вонзил его в лапу, пригвоздив ее к двери.

- Руку на мать своей жены поднял? Дважды?! - взревели за дверью. - Говорила дочери не стоит за тебя выходит замуж, сколько раз предлагала ей вдовой остаться, но она, говорила, хороший ты, хоть и дурак... Теперь я ей на все глаза открою! - бесновался зомби.

- Кто это? - спросила Сташа, мысленно перебирая заклинания упокоения. Она не была уверена, какое следует применить к странному созданию.

- Теща, - скривился маг.

- Почему она сюда явилась? - удивилась мастер, помятуя о разговоре насчет пепла и мест, где принято его развеивать.

- Знаешь, ее сжигать пришлось в торопях, поэтому я пепел в носок сгреб, с собой месяца два таскал, а потом вспомнил и за окошко носок-то и вытряс, - пояснил эльф, сжимаясь в компактных клубок и с опаской кося левым глазом на дверь.

- Вот-вот! - меч зомби выдернула, дверь почти разломала. Положение становилось критическим. - В торопях сжигать пришлось, бородатое копытное! - лицо Неинайра действительно имело некоторое сходство с козлиной мордой: короткая белая борода клином венчала длинную треугольную физиономию с раскосыми глазами и широким розовым носом. - Правильно тебе моя дочь рога направо и налево наставляла. Надеюсь, и после моей смерти продолжила это делать...

- Что?! - взбеленился маг. - Да кто на твою дочь позарится без бутылки гномьего пойла? Ты ее без заклинаний иллюзии хоть раз видела?

- Видела. Для тебя в самый раз! - теща закончила с дверью и теперь загораживала массивной фигурой дверной проем. Нечасто Сташе доводилось видеть таких... массивных эльфов. Не будь она магом, а теща зомби, то полегла бы некромантка в неравном бою с подобной тушей.

- Я заслуживаю лучшего! - пискнул дедуля и сделал попытку скрыться под столом, но Мрацеш заступила ему дорогу. Мастер уже знала, как справится с нежитью и держала наготове заклятие.

- А я жизни! - не сдавалась мертвая эльфийка. - Я всего лишь попросила избавиться от зубной боли, а ты убил меня!

- Но зуб-то болеть перестал! - высунулся из-за спины некромантки маг.

Вампирша вздохнула. Похоже, эти двое могут орать друг на друга до бесконечности, значит, спор закончит она. Безусловно, интересно слушать семейные перипетии Огус Лирта: судьба у милого старичка непростая, извилистая, со рассованными по шкафам скелетами, но дворцу бродит не один зомби, судя до доносящимся далеким крикам, и кто-то должен прибрать комнаты - на Дириха надежды мало. То есть совсем нет...

Некромантка бросила в нежить заклинание. "Последняя надежда" не убивало и не успокаивало - оно разделяло душу и тело. Следом с пальцев мастера сорвались "темница" и "замок". Они запечатали душу в выбранном Сташей предмете. Меч подпрыгнул на полу и затих. Остается надеяться, что эльфийка не выберется из него. Правда, с этой дамой уверенности быть не могло по определению!

Велев магу хорошенько спрятаться некромантка отправилась на зачистку дворца. Рассеянная в воздухе энергия Грани позволяла ей не беспокоиться о резерве.

Кель

Мы наслаждались великолепным закатом: нежно-сиреневое небо на востоке с россыпью стекляшек-звезд, среди которых выделились разноцветных блеском Самоцветы, оранжево-розовое на западе с ободком яркого Сао, почти полностью погрузившемся за горизонт. Раньше, до бегства Иллинойса (будь он неладен!) я часто выходила на смотровую площадку башни Лос-Идоса с крепким горячим настоем в руке и пледом, заворачивалась с него и провожала день. За те полчаса я отдыхала гораздо больше, чем за ночь и тем более суетливые рабочие часы. Но после... Я и забыла, когда мне в последний раз доводилось наслаждаться яркой росписью заката по темнеющему холсту неба.

В отличие от заката в Темной Империи, закат в Лесу Вечности хотелось встречать с бокалом густого красного сладкого вина, разложенными на деревянной тарелке кусочками сыра разных сортов и виноградом. Будь мы во дворце Императора, наверное так бы и было, но мы сидели на верхушках деревьях в императорском парке, а внизу копошились около сотни милых зомби. Вот такая вот незадача!

Как мы оказались на деревьях? Проще не бывает!

Не пройдя и трети пути по лесу, окружающему Башню Четырех Узников, мы услышали, что нам на встречу кто-то движется. Движется быстро и плюют на меры предосторожности - треск стоял такой, что я ненароком на стадо лосей подумала. Частично я оказалась права - это было стадо, только не сохатых, а мертвецов. Первую десятку я заморозила, надеясь - прорвемся. Вторую взорвал рунами советник, дав нам возможность еще на двести метров проникнуть вперед. На третьей я скомандовала всем лезть вверх. Взлетела, обхватила ветку дуба ногами, свесилась вниз и свистнула гному. Боршхмейстер оторвался от разделывания зомби, засунул секиру в петлю на бедре и уцепился за мои руки.

- Поехали! - поднатужившись, я забросила посла на дерево. Дальше он справился сам, пока я "ледяными лезвиями" избавлялась от нижних ветвей на стволе дуба.

Добравшись до гнома, я осмотрелась. На соседнем дереве расположились советник и два "наших" зомби в обнимку друг с другом.

- Вы-то зачем залезли? - спросила я.

- Все полезли и мы полезли, - пожал плечами Обломанное ухо.

- Мы же теперь с вами, значит против них, - поддакнул второй. Бросил взгляд вниз и поежился.

А мертвецов под нами собралось довольно много и они продолжали прибывать...

Я сидела и думала, как решать проблему, по последним данным насчитывающую около ста голов. Точно пересчитать мертвецов сложно: мельтешат перед глазами и все одинаково зеленые. Правда, уровень агрессии у всех разный, но на нас смотрят одинаково - как на вкусный деликатесный обед. Демон, неприятно ощущать себя копченым окороком под профессиональным взглядом шеф-повара!

Не мы одни размышляли. Зомби тоже придумывали, как бы нас с деревьев снять. И еще спорили живыми схарчить или все же сперва поджарить на костре до золотистой корочки. Мнения разделились. Мертвецы посвежее принялись осваивать старинный метод добычи огня: одного за руки за ноги взяли и давай о мой дуб тереть! Пара глыб льда на головы их успокоили и зомби таки сошлись во мнении: сырыми есть лучше и безопаснее!

- Идиоты! - крикнул им советник. - Вы бы еще зубами дерево грызли, глядишь так быстрее до нас доберетесь, - он засмеялся.

Он-то пошутил, а мертвецы-то приняли идею за дельный совет. Расположившись по кругу они они принялись грызть дуб...

- Придурок, - я обреченно вздохнула и приложилась лбом о ствол. - Слышишь, ты, советник! Рот закрой, чтобы из него больше ничего умного не вылетело.

- Думаешь перегрызут? - все еще выселился эльф.

- Их много, им спать не надо, к утру управятся, - уверенно отозвалась я.

- Да?

- Да.

Мы обменялись улыбками. Его немного поблёкла, моя напоминала оскал мертвецов упорно грызущих наши деревья. Зомби плевались, но грызли, сменяя друг друга. Мда... Я запросто улечу отсюда, но остальные как? Теоретически можно поработать перелетной птичкой, таская "птенчиков" за шкирку, но тогда придется распрощаться с магическим резервом. Он, конечно, восстановится, но не сразу и пару дней я буду почти беззащитна.

Второй вариант заморозить лесок, но опять же на подобное заклинание уйдет большая часть магического резерва, а того, что останется не хватит и на пятиминутный полет. Третий вариант сидит на соседнем дереве, грызет пальцы и вероятно думает о том же самом - как бы так выкрутится, чтобы самому пустым не остаться. Я улыбнулась советнику и покачала головой. Он вздернул брови и поджал губы. Я развела руками.

- Не хотите нормально поговорить? - вмешался Боршхмейстер в наш молчаливый диалог. - А то руками машете, словно птицы, правда, они хоть летают, а вы натурально курицы! - покачал головой гном.

Эльф встал. Легко прошелся по ветке, встал на кончике, балансируя руками и прищурился, примериваясь к прыжку, отошел назад...

- Ой, дурень, свалится... - схватился за голову посол.

Я не стала стонать, вскочила на ноги, спрыгнула на ветку ниже и приготовилась ловить ушастого. Эльф разбежался и перемахнул с ветки на ветку. "Какие же они все-таки изящные" - я успела подумать, шмыгнуть носом и чуть не упустила советника. Он приземлился на мысочки, качнулся, совсем не изящно взмахнул руками, остался на одной ноге и отклонился назад. Зомби внизу вытянули руки и устроили давку за право первым приложится к нежному мясо и уже начали делить потроха, но я опомнилась: схватила ушастого за грудки и притянула к себе. Внизу разочарованно протяжно вздохнули.

- Что же ты, милый, - сердце билось, как сумасшедшее, - силы не рассчитал? - слегка тряхнула советника.

- Я же знал, что ты мне поможешь в случае чего, родная, - поиграл бровями мужчина, невзначай положив мне руку на талию.

- Вниз захотел? - чуть толкнула эльфа. Он в ответ прижался сильнее и обнял крепче.

- Вместе с тобой хоть на край света! - жарко дыхнул в ухо советник.

- Вы совсем охренели?! - свесился сверху Боршхмейстер, покрутил пальцем у виска и припечатал нас еще парочкой крепких выражений. - Я сказал поговорить, а не миловаться на глазах у голодной толпы и бедного меня. Вы когда счирикаться успели, голубки? - пропыхтел посол.

- Да мы шутим, - поспешила я успокоить ревнивого коротышку и отпустила эльфа.

Тот подмигнул мне, ухватился за верхнюю ветку и рывком перенес на нее тело. Свесился, подмигнул мне и протянул руку, которую я проигнорировала попросту взлетев наверх. Гном смерил нас подозрительным взглядом, фыркнул в сторону и достал из петли секиру. Он положил ее к себе на колени, поглядывая многозначительно то на оружие, то на шею советника.

Через час мы пришли к соглашению. Сорок минут мы шпыняли друг друга подколками, двадцать потратили на обсуждение плана. Мы пришли к выводу... то есть Боршхмейстер подсказал, что если каждый потратит половину резерва, то "пустым" не останется никто. И почему мы не сразу об этом додумались?

Действовать решили вместе и наверняка. На мне лишить зомби возможности двигаться, а его обязанности сжечь мертвецов к демоновой матери. Я сплела десять волн "льда", сделала видимой и развернула ярко-синюю энергетическую структуру заклинания. Эльф наложил поверх оранжевые шипящие руны. Зомби внизу притихли. Те, кто потрусливее дали деру, ворча, что в другом трактире обслуживание не в пример лучше - не надо по несколько часов еду на стол ждать! Остальные отступили, оскалилась и зашипели.

Я щелкнула пальцами.

Первая волна слетела с рук. Заклинание раскрылось в воздухе, сетью упало на землю, создав слой льда толщиной в полметра и два метра шириной. С него соскользнул рой огненных рун, догоняя и поджигая отшатнувшихся от первого заклятия мертвецов. Я отправила вторую волну. Следом я спрыгнула на землю, захватив с собой коротышку. За нами последовали эльф и "наши" зеленые не совсем живые парни. Гном уже воздухе начал махать секирой, едва не оттяпав мне пол головы. Приземлившись, пустила Боршхмейстера вперед, а сама работала руками - выламывала стремящиеся добраться до меня конечности и кроша челюсти.

Одну за другой я отпустила оставшиеся десять волн. От первоначального стада мертвецов осталась жалкая кучка и не поймешь, то ли самые живучие, то ли чемпионы по бегу с препятствиями выжили. И они и мы сгрудились на опушке леса. За спинами зомби маячил дворец Тиллийса. Немного до него - луг с диаметром километр и речку по мостику перейти. Сейчас эту группу разделаем или разгоним к демоновой матери и вперед, осиное гнездо ворошить. Что-то я сомневалась относительно царящих в резиденции Императора тишины и благодати. Полыхающее крыло отсюда вижу и не знаю что думать: правитель шашлычками развлекается или его самого на шашлыки пустили...

Я шагнула вперед. Сжала испачканные в зеленой жиже кулаки и обратилась к мертвецам:

- У вас есть две...

А?! Зомби одной секунды хватило, чтобы исчезнуть с глаз долой, растворившись в ночи. Могут же, когда хотят, соображать нормально, а то все на рожон лезут без порядка и организованной очереди.

Мы рысью преодолели луг, промчались по каменному мосту и вышли к главному входу, где не так давно меня встречал разряженный павлином коллега по занимаемой должности. Не так давно?

Я осмотрела разоренный двор: напольные вазы с живыми цветочными букетами разбиты, флаги сорваны, флагштоки поломаны, фонтаны разворочены и из мраморных останков вяло то тут то там прыснет слабая струйка воды, словно кровь из разорванной артерии умирающего. Штандарты распущены когтями на ленты, на мраморном полы отпечатки грязных когтистых лап и глубокие борозды, когтями оставленные. Двери нет. Нет даже от нее щепок.

Мы... опоздали?!

Команда опустила оружие. Даже бывшие правители-братья и те стояли раздавленные открывшейся глазам картиной. И все же... я не верила! Мрацеш, Дирих, Снэйк их так просто не возьмешь, да и привязка отзывается нетерпеливым ожиданием. Выходит, живы, демонята!

Я поднялась по лестница и замерла перед проемом. Внутри кто-то двигался. Отступила назад и вновь сжала кулаки. Правда...

- Иллинойс?!

За его спиной стояли некроманты.

Мой эльф улыбнулся. Скупо и потеряно. Нас разделяло три шага. Два для меня и один для него. Я смотрела в родное чумазое лицо и не могла насмотреться, а дальше... Ушастый поганец вонзил меч мне в грудь! Хоть бы поздоровался, мерзавец...

Иллинойс и компания

Когда началась заварушка, оставаться в комнате стало небезопасно. Первый же труп у двери убедил несговорчивого слугу в насущной необходимости найти другое место, куда можно спрятать Тиллийса. Самые крепкие двери во дворце были в кладовой, где хранили продукты и в зале искусств. Снэйк совершенно не понял что к чему приравняли: то ли еду к искусству, то ли искусство к еде, но стратегически верное решение принял правильно - прорываться следовало к кладовой. Одними эстетическими впечатлениями сыт не будешь!

Императора разбудили, умыли, заставили почистить зубы вручили вместо игрушечной мягкой белки подушку и рассказали про интересную игру, в которую они сейчас будут играть. Тиллийс по-прежнему называющий себя Овощем и проявляющий ко всему повышенное любопытство легко согласился на приключение!

Правая рука невесело усмехнулся. Он, конечно, не против размяться, но с одним остроухим "инвалидом" на руках и вторым, способным разве что пасть смертью храбрых, закрыв обожаемого владыку собственным телом, он много не навоюет. Только другого варианта нет. Гвардейцы отличные воины, однако, как всякие живые устают и когда они устанут, то мертвецы доберутся до Императора, а им без разницы обычное мясо жрать или с венцом власти на голове. С венцом даже удобнее - будет чем в зубах поковыряться.

Снэйк стукнул в дверь, следом приоткрыл ее и крикнул в щель, что они готовы идти, пробираться будут к кладовой, сперва надо по коридору налево пройти до второй развилки. Командир четверки, с ног до головы покрытый темно-зеленой слизью кивнул и отвернулся, на ходу отрубая зомби руку. За первым уже тянулся второй, не слишком впечатленный смертью сородича...

Гвардейцы расширили радиус полукруга у двери. Кумбы вышел первым, за собой выдернул Императора и слугу. Испуганный Рейтинас, вцепившись в левую руку владыки жался к стене, стараясь не смотреть пристально на кучу мокрых "дров" в коридоре. Когда-то они были эльфами, разве за служили они второй раз умереть вот так, существами преступившими закон не только жизни, но и смерти? Ответа у слуги не было, однако, одно он знал абсолютно точно: оказаться среди них ушастый не хотел!

Правую руку Тиллийса крепко сжимал Снэйк. Хоть какой-то гарант, что они не потеряют безголового эльфа, а сам эльф восхищенно причмокивал губами и рвался хорошим дядям помочь добить плохих. Длинными ногтями Император вцепился в ладонь помощника Кель и царапал ее, умоляя позволить хотя бы пнуть вон ту отрубленную голову - зеленые эльфы владыке инстинктивно не нравились.

Измучившись и справедливо переживая за целостность своей ладони, Снэйк вытащил из-за пояса одного из оборотней запасной цеп, которым гвардеец где-то успел разжиться и сунул оружие в руку, попросив внимательно им размахивать и желательно по своим со всей дури не лупить. Довольный до кончиков ушей Император немедленно пообещал, вертя в руках понравившийся ему цеп. Правда, о чем его просили он не услышал...

Закончив передышку, отряд двинулся к первой намеченной цели. Замкнув кольцо вокруг слуги и рвущегося вперед Тиллийса, вынуждающего блондина то и дело шипеть на него, останавливая душевные порывы ушастого, оборотни шли ко второй развилке, навострив уши и сморщив носы. Пахли зомби достаточно специфичной, чтобы гвардейцы учуяли из заранее. Внезапно, командир вскинул вверх руку. Отряд по команде остановился и сдвинул плечи, оборотень сделал три шага на цыпочках до перекрёстка, показал два пальца парням и отступил назад. Теперь мертвецов следовало выманить из укрытия. Зомби, вероятно, считали также... И белый флаг выбросили первыми.

- Разойдемся по добру, по здорову. Мы кого-нибудь еще подождем, - миролюбиво предложили из-за угла. - Умирать-то никому не хочется!

- Вы уже мертвы! - непринужденно заметил командир, сохраняя настороженность.

- А вот обзываться нехорошо. Мы бы и рады оставаться там, где были, но нас взяли и вытащили! - обиделся зомби.

- Вы себе оправдание ищите? Идите своего хозяина поищите и еще претензии высказывайте. Хотите устно, хотите его кровью на его же шкуре напишите, дабы неповадно было в другой раз добрых эльфов будить! - подсказал гвардеец.

Повисло настороженное молчание, всего на минуту, а после зомби согласились, что идея не лишена смысла. Конечно, карта с красным крестиком, которым местоположение нарушителя их спокойствия отмечено, не помешает, но можно и без нее обойтись, если максимум старания проявить в поисках. А у мертвецов есть повод в нужном направлении усилия прилагать!

Зомби ушли. Команда немного подождала и под разочарованное бормотание Тиллийса, направилась ко второй точке, а оттуда по прямой до кухни и в кладовку на засовы запираться и ждать, когда их кто-нибудь соизволит найти.

Под кем-нибудь Снэйк подразумевал Кель. Ушла, демон, в саду прогуляться и пару ценных указаний садовнику дать, а они отдуваться вынуждены! Сама же всегда говорила - разделятся запрещено и сама же пошла на нарушение принципа. Слов нет просто... Некроманты тоже пропали, словно их не было никогда, а между прочим зомби - работа по их части. Все приходится самому делать!

Во второй раз драки было не избежать: четверо мертвецов стояли у окна в коридоре, размахивали кухонными ножами и спорили о способах приготовления свежего мяса. Все четверо в белых фартуках, с поварскими колпаками на головах были знатоками своего дела: сыпали специфическими терминами, рисовали на стене схемы и уточняли рецепты. Мясо в это время сдавленно стонало на кухне и что-то мычало сквозь кляп. Вряд ли нынешний шеф-повар думал, что станет предметом дискуссий своих мертвых коллег. Однако времена меняются и уже не он принимает решения на кухне.

Оборотни решили действовать наскоком. Они выступили из-за угла и побежали на зомби. За ними Тиллийс тащил за собой Рейтинаса, замыкал Снэйк. Правая Рука вовсе не планировал ввязываться в бой, он планировал владыку от него подальше держать, но легконогий эльф обогнал оборотней, размахнулся, чуть не поправил форму носа командиру гвардейцев и с гиканьем впечатал цеп в ухо ближайшего повара. Осталось трое. Между прочим с ножами. И владели ими зомби весьма профессионально.

- Куда ж ты?! - блондин схватил эльфа за рубашку и рванул на себя, отпустил, увернулся от цепа и вцепился на сей раз в ухо владыки. - Другим тоже поиграть хочется!

Тиллийс смутился, поник и виновато спрятал за спиной руки, цеп из них, правда, не выпустил, но в драку больше не лез. Гвардейцы разобрались с остальными, получив несерьезные порезы. На кухне развязали всю напуганную поварскую братию, запихали десяток эльфов в кладовку, сунули им в руки по морковке - первое, что на полках нашлось, чтобы зубы не стучали и собрались на военный совет...

Некромант был недоволен: помощник пропал, темные зомби пачками рубят, костры из складывают, скоро победные марши петь начнут во славу могущественной Темной Империи! Злодей как-то не такой поворот дела рассчитывал. По большому счету он и на многое из той каши, что заварил не рассчитывал, только поздно уже что-либо менять: полные его алхимико-магической смеси тучи отправились в другие районы Леса Вечности. Не рассчитал чего-то некромант, да и куда ему, если даже не по книжкам, а по воспоминаниям учился! Ну и природа талантами не обделила.

Некромант повесил на шею защитный амулет от своих же созданий, спрятал его под рубашкой, повязал и шейный платок, чтобы никто цепочку не заметил и вышел из комнаты.

Естественно, как и любой злодей, этот производил на всех, кто его знал хорошее впечатление: почти примерное поведение, всегда хорошее настроение, готовность помочь, если обращались, а также располагающая к доверию внешность. Единственно, что могло выдать злодея - магический дар и то при условии, что старый перечник не всю память в чернилах и бумаге похоронил. Но все равно лучше подстраховаться - об этом и должен был позаботиться помощник!

Шатающиеся по коридору зомби будто не замечали создателя. Шли на него, задевали плечами, но не пытались попробовать на зуб. От сердца несколько отлегло, ибо не было случая проверить амулет в действии, а комната дополнительно заклинаниями защищена - ни один мертвый к ней подойти не сможет, будет на невидимую стену натыкаться.

Десять минут от комнаты до лаборатории придворного мага, откуда старый хрыч не вылезал почти, и некромант воззрился на своего помощника, растянутого на столе.

- Идиот! - злодей торопливо расстегивал привязные ремни. - Как ты попался?

- Старикан не один был, - оправдался эльф. Эльф ли? Личина сползала с него клочьями - кончился заряд амулета. Человек стряхнул остатки иллюзии, сел на столе и сам освободил ноги. - С ним некромантка была. Из темных, - он поморщился. - Они что-то исследовали, потом рассуждали о магии, а после завалились эти, зеленые, и некромантка их того... - мужчина нашел свою одежду, нацепил рубаху, штаны и застегнул сандалии. В присутствии начальства он стеснялся голым разгуливать, ибо оно у него то еще - зубастое! Вроде и рот маленький, но куски большие заглатывает, не жуя!

- Догадались... - прошипел злодей. - Тогда планы меняются: ты займешься некромантами, а я магом. И на этот раз без ошибок, иначе будешь вместе с моим родственничками по коридору шляться, не помня себя от голода. Тебе ясно? - прохладная рука легла на плечо человека.

- Ты что?! Они же маги! - отрицательно покачал головой мужчина. Мол, не по силам ему с одаренными справится.

- Тупица, их магия опасна для мертвых, а ты живой. Во всяком случае пока, - прозрачно намекнул злодей на незавидное будущее помощника, если тот ошибется.

- Я постараюсь, - угрюмо ответил человек.

- Нет, - ладонь с плеча переместилась на горло мужчины, - ты сделаешь.

- Сделаю, - повторил он, будучи совсем не уверенным в успехе дела, которое ему поручили.

Кель

Личная защита с хрустом и радужными огоньками рассыпалась. Иллинойс с удивлением посмотрел на обломанное лезвие меча, скорчил одобрительную рожицу и восхищенно кивнул.

Больно надо мне его одобрение...

Эльф вздохнул, отбросил бесполезное теперь оружие, сжал кулаки и грустно улыбнулся.

Я просто стояла и силилась понять, что происходит - мыслей ноль. У остальных точно такие же растерянные рожи, как и у меня. Разница лишь в том, что они считают нападающего обыкновенным подданным Леса Вечности, а я-то вижу беглеца с темным прошлым и непроглядно черным будущим, если мелкий поганец еще раз попробует на меня напасть!

Можно подумать я его трон узурпировала...

Ничего подобного. Это он меня вынудил принять командование империей троглодитов, оглоедов и просто бестолочей, наконец. Его, между прочим, не один год учили огромной махиной управлять, а мне пришлось методом проб и ошибок действовать, тыкая пальцем в небо. Да мне, если Илю интересно будет, до сих пор длиннейший список пошлин на ввоз гномьих товаров сниться и меня до сих пор в холодный пот бросает, когда официальное письмо от Мъельграхдского царя получаю с просьбой посмотреть под другим углом, например, на цены на железо.

А ушастый у меня мечом тыкает...

Ушла в сторону от хлесткого удара правой. Краем глаза заметила движение и резко выкрикнула:

- Не сметь! Этот ушастый моя персональная головная боль и лечить ее буду тоже я.

Боршхмейстер пожал плечами и отступил назад, к советнику, с нескрываемым любопытством наблюдающим за вялым поединком. Темный хлопнул в ладоши и отвесил поклон, не сводя с меня глаз.

Ну, и что мне с Илем делать? Два безумных Императора, по-моему, уже чересчур. Не присоединиться ли к их волшебно-радостной компании дураков для ровного счета?

Ускользнула от удара ногой в живот.

Или просто набить желающим морду? Быть может, Иллинойса совесть замучила, и он таким образом на жалость напрашивается? Дескать, побей, отведи душу, а потом помиримся. Угу, обязательно, только я сперва найду ту, руку которой он просить собирался и посекретничаю с ней. О своем. О женском. Минут десять будет достаточно, чтобы она и свое, и его, и мое имена внезапно забыла.

Присела, пропустив над головой ногу эльфа. А он опыта набрался. Видимо, частенько ушастого жизнь заставляла "зарядку" с партнерами делать.

- Ты понимаешь, что делаешь? - сдержанно поинтересовалась я. Кажется, начинаю догадываться о причинах странного поведения темного.

Иллинойс кивнул, закатив глаза.

Он понимал.

Отлично!

То есть не совсем. Плохо, когда мужчина, который меня обнимать должен, хочет банально задушить в объятиях на трезвую голову и ясный рассудок. Нетипичное поведение для моего эльфа. Или он настолько сильно изменился за десять лет, что моя слегка пыльная, немного не выспавшаяся и чуть-чуть испачканная в крови зомби физиономия ему не мила стала? Неужто все: прошла любовь, морковь заняла и облысели кабачки? Не верю. Хотя бы дружеские чувства и симпатия должны остаться. Или нет?

Мне надоело ходить вокруг до около. По боевым навыкам и опыту я всегда превосходила Иля. Поймала летящий мне в челюсть кулак, шаг вперед, короткий удар в висок, подсечка, села на живот эльфа и схватила его за горло.

- Моргнешь один раз - да, два раза - нет. Дошло? - он моргнул один раз. - Ты хочешь убить меня? - два взмаха белесыми ресницами и насмешка в зеленых глазах. - Тебя заставили? - на сей раз да. - И кто? - темный искривил губы и приложился затылком о землю. - Прости, но не могу же я всех эльфов по именам перебирать! - Иль пожал плечами. - Если отпущу тебя ты будешь снова пытать убить меня? - он скривился и моргнул.

Ясно.

Я вырубила его, крепко связала и взвалила на плечо, придерживая левой рукой. Эта задача так просто не решается. Пусть маленький отдохнет пока, глядишь и придет в гармонию с самим собой и перестанет бузить. А если нет... Найдут, тварь, и кишки наружу выпущу. Додумались кого ко мне с оружием в руках подсылать. Впрочем, если бы не защита от физических воздействий план неизвестных злодеев был обречен на успех.

- Ничего объяснить не хочешь? - нарушил молчание Боршхмейстер.

- Нечего объяснять. Помните до меня Темной Империей правил Властелин? Это он, - я хлопнула Иля по попе.

- Эльф?! - изумился советник.

- Да, а что такого? - с вызовом посмотрела на ушастого.

- Нет, ничего, просто... - он замялся. - Необычно. На монетах того периода другие изображения, - советник задумчиво погладил свой подбородок.

- Темный Властелин - эльф для вас необычно. Для наших - повод устроить гражданскую войну и объявить о недоверии государственной власти. Будто Лес Вечности давно всю аристократию с потрохами купил и филейная часть на троне лишь иллюзия независимости, а правят балом на самом деле светлые. Так что торчащие из этой истории уши мы раньше успешно прикрывали иллюзией. Еще вопросы?

- Нет, - со ступенек спустилась Сташа. - Но есть новости. Выслушаете? - спросила неизменно вежливая мастер смерти. Ну, не могла же я отказаться!

Забавную историю рассказала Мрацеш. Я бы даже порадовалась за группу лиц столь успешно организовавшую заговор, если бы их бурная деятельность не была против моей совершенно безобидной персоны направлена. А так... прощения им нет, пощады тоже не дождутся. С придворным магом надо парой слов перекинуться насчет возможных подозреваемых и в императорских архив сходить, куда все записи о рождении и смерти населения стекаются, если таковой в Лесу Вечности имеется.

Архив есть - советник подтвердил. От главного входа, где мы посиделки устроили к отдельностоящему двухэтажному зданию на задворках добраться можно по любому крылу или по центру через кухню. С двумя некромантами под рукой плевое дело, но надо еще и садовника искать и редкий цветок на болотах, не считая проблем по мелочи и грядущего нашествия кланников в поисках защиты или с требованием войны на пороге.

Придется делить отряд, но для этого надо найти Снэйка. Только ему я могу доверить управление второй частью операции. При условии, что он еще не прибил Императора и не занимается ушастой девчонкой! Благо "привязка" к Правой Руке зовет в нужном направлении - в кухню. Что они там забыли? Правда, я сама не против навестить сие прекрасное место и восстановить баланс между пищей и потраченными на возвращение во дворец усилиями.

Решено. Архивом и магом займется Снэйк. На мне по-прежнему остается садовник с цветком. Гвардейцы очищают замок и прилегающие территории, вместе с подземельями, а некроманты плетут защиту вокруг дворца. Ура! Я все распределила, могу взять с полки пирожок! Два... Очень уж кушать хочется.

Я изложила план ребятам, пустила по воздуху сигнал общего сбора гвардейцам, дождалась их и дала новые указание. В принципе они и без меня неплохо справлялись с зачисткой, но теперь приступили к работе на официальных основаниях. Троих я приставила к некромантам, одного взяла себе. Молодым опыта набираться надо, а со мной такая возможность всегда представится. Причем опыта уникального.

Познакомила наших зомби с нашими некромантами и попросила последних на зеленых метку поставить, дабы их не перепутали и на котлеты вместе со всеми не порубили. Жалко бесплатную рабочую силу терять - оба брата обещали помочь с архивами разобраться, а после капли чистой энергии Грани, которой Сташа с мертвецами поделилась, чтобы голод приглушить, они и вовсе стали нашими до последней клеточки души и зеленого тела.

До кухни мы добрались, вступая в небольшие стычки. Зомби нападали, Мрацеш в паре с Дирихом безболезненно меняли душам место жительства, а тела рунами сжигал советник. Он, кстати, сам попросился к гвардейцам в помощь, естественно, после поисков садовника. Он один в состоянии опознать эльфа, я его не запомнила.

Пропажа нашлась в кладовой. Нас впустили, едва я дернула "привязку" и вежливо попросила едой со страждущими поделиться. Скрипнули засовы, за ними дверные петли мощной двери. Пожалуй, дворец рухнет, а эта дверь останется стоять! В общем, я была восхищена мастерством плотника так же, как и запасливостью эльфов, когда вошла в кладовую. Отобрала огурец у кумбы, стянула с полки помидор, сбросила с плеча свою ношу и с протяжным вздохом растянулись рядом.

Устала...

- Это что? - Снэйк присел на корточки рядом с Иллинойсом.

- Правильнее спросить кто, - я захрустела огурцом. - Но в данном случае "что" тоже сгодится. Когда он очнется, то не забудьте его покормить. Только осторожно.

- Кусается? - нахмурился кумба.

- Не уверена, но сбежать попытается. У него дело одно. Важное, - огурец закончился, я приступила к помидору, кося левым глазом на бутерброд в руке помощника. - Он его закончить должен, как заклинание велит вот только я не думаю, что у него получится меня убить, - бутерброд был изъят у замершего истуканом кумбы.

- Погоди, погоди! - ошалело замотал головой змеиноглазый. - Десять лет жизни его разве ничему не научили? Поверить не могу, что этого олуха второй раз используют против тебя, - разочарованно произнес Правая Рука.

Проснувшийся Иль пристально посмотрел на кумбу, вздернул бровь, криво ухмыльнулся и отвернулся к стене, обратив свой взгляд на круглые оранжевые бока тыкв. Угу, обиделся. Плохой из него актер. Кто-то неумный и не наблюдательный поверит в глубокую кровавую рану в нежной плоти эльфийской души, но я-то вижу, как уши темного в мою со Снэйком сторону развернуты!

- Кстати, он не разговаривает. Очевидно побочный эффект заклинания, но моргает. Ай! - я оттолкнула ноги ушастого. - И пинается, - наконец-то улучила момент и откусила изрядную часть бутерброда. Еще немного и оживать начну, на человека стану похожа, а то лицом мало от цвета свежей зелени отличаюсь. И пахну также, но вода пока недостижимая роскошь, зато на болотах ее будет предостаточно - еще успею возненавидеть.

Неплотно перекусив, я распределила дежурства и велела всем свободным немедленно ложиться спать. Подъем был назначен через четыре часа...

Иллинойс и компания

Бывший Темный Властелин валялся в углу кладовой и размышлял о своей безрадостной судьбе. Он хотел Кель свою самостоятельность и обретенную мужественность продемонстрировать, заставить немного поревновать, следом соблазнить ее, а дальше все как у всех: править долго и счастливо, деля радость, радость и еще раз радость, а про горе даже не вспоминать. Показал... Так показал, что впору от стыда сквозь землю провалиться, желательно сразу в гранитном саркофаге, залитом цементом! И чтобы никто не знал место, где он лежит, ибо тонкий эльфийский слух разберет хохот над могилой и через два метра земли над саркофагом!

Еще неделю назад идея с побегом казалась ему удачной. Предприятие явно стремилось к удачному завершению. И вот, когда до победы осталась безусловно важных, но всего пара шагов, ему от судьбы так прилетело по всей площади натренированной филейной части, что впору на будущее о железных трусах подумать. Мало ли, еще одна "отличная" идея в голову придет.

Эльф завозился. Он никак не мог найти удобное положение: то шею ломит, то поясница болит, то уши мнутся. Опираясь на связанные за спиной руки, Иллинойс подтянул тело и сел, прислонившись к стеллажу с продуктами. Вздохнул. Кроме часовых все спали, а ему совесть мозг грызет. Голову уже опустошила и теперь позвоночник облизывает, хрустя хрящиками над ухом: в Лос-Идос сидеть надо было, приклеив задницу к трону, а не по Империи шататься. Понятное, благими намерения дорога прямо в пасть демону вымощена, но всегда хочется на лучшее надеяться - так все нормальные эльфы устроены.

Эм... Так-то да. Только нормальные как раз таки просто надеются и усилий никак не предпринимают, а он - продукт двадцативосьмилетнего пичкания мозгов темными идеалами, поперся в неведомые предкам дали уважение зарабатывать. Заработал - куда девать не знает!

Четыре часа тянулись невыносимо медленно. Темный успел вдоль и поперек изучить спину Императрицы, запомнить каждый волосок на затылке и посчитать секунды между вдохами. Иллинойс даже помечтать успел. Он представил себе, что лежит она не на полу в кладовой, а на кровати, одежда не прикрывает ее молочно белую кожу и видно бугорки выступающих позвонков... Сразу ясно, куда необходимо воткнуть нож для быстрой и безболезненной смерти!

Темный ругнулся и заставил себя отвернуться. Проклятое заклинание даже фантазиями насладиться не дает, не говоря уже о реальности. Да, Кель найдет выход, но это будет ее победа и его поражение, а он бы хотел наоборот. Или пятьдесят на пятьдесят и согласен на поражение для обоих. Странно, убегая он все хотел исключительно для себя, а попавшись понял: ему всего-то надо было поделиться...

Снэйк проснулся раньше всех. Он сел, распахнул глаза и широко зевнул, раскинув руки в стороны. Правая Рука нашел взглядом эльф, поднялся, осторожно переступил через спящих и сел рядом с Илем.

- Я тебя предупреждал, - кумба легонько стукнул кулаком по выпуклому лбу.

Бывший Властелин тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Правильно, почему бы не пнуть лежачего? Мало Иллинойсу добровольного покаяния, надо в принудительном порядке пристыдить. Снэйк настолько же тактичен, насколько вежлив степной волк в погоне за своим ужином: уважаемый олень, не одолжите ли кусочек вашей печени, а то ключевую воду из ручья закусить нечем. Примерно так ведет себя помощник Императрицы.

- Ты чем думал? - продолжил блондин. - Что я ей обо всем уже рассказал? Ага, да она слышать про тебя не желает! И не надо такие большие глаза делать. Так сказала: он мне не интересен. Не тыкай в меня ушами! - дернулся в сторону змеиноглазый, сбросив с плеча упавшую на него голову эльфа. - Если ты не знал - они у тебя колются! И не косись на меня. Ты во всем виноват. Я тебе сразу предлагал просто вернуться. Нет, тебе толпу, оркестр и лепестки роз подавай. Вот и сиди теперь в меду и перьях на муравейнике. Я сказал не тыкай в меня ушами! Убери их куда-нибудь. Как не убираются? Это не мои проблемы. Сам слышал, поговорить с ней у меня не получится в ближайшее время, но что смогу - сделаю для тебя. И не благодари! - замахал руками кумба. - Ах, ты и не благодарил?! Ну и свинья ты, Иллинойс! Не хрюкай в ухо, не смешно! - опять отодвинулся от ушастого кумба.

- Что не смешно? - Кель выглядела полностью отдохнувшей.

- С недавних пор все вместе и по отдельности, - туманно ответил Правая Рука. Блондин поднялся, отряхнул штаны и подошел к Императрице. - Но он, гад, не понимает: улыбается чему-то, из ушей фигуры неприличные складывает. Совсем того, - покрутил пальцем у виска Снэйк. - Лед тронулся...

Иллинойс мысленно пообещал разбить змеиноглазому все хрупкие части тела. И не один раз! Любопытно входит ли этот монолог в то "все", что блондин пообещал сделать? Если ответ положительный, сколько будет стоить не брать остальное из предложенного "всего"?! Эльф сполз немного вниз, согнул ноги в коленях и от всей души пнул Правую Руку Владычицы под правое колено.

- О! - припал на пострадавшую ногу кумба. - Я же говорю! Он своих перестал узнавать. Эй! - получив второй пинок блондин обернулся, сделал страшные глаза и украдкой показал Илю кулак.

- Закончили? Или вам помочь? - Кель положила ладонь на плечо Снэйка. Провела ею вниз и толкнула помощника в сторону. Императрица склонилась над Илем, убрала ему за ухо выбившуюся из хвоста золотую прядь волос, затем со вздохом распрямилась и напомнила Правой Руке: - Не забудьте его покормить. Если хорошо себя вести будет, - она облизнула губы, хотела сказать что-то еще, но передумала.

Народ потихоньку просыпался, разминал затекшие тела, хрустел легким завтраком, который соорудили Кель со Снэйком и отправлялся каждый в свой угол в зависимости от порученного им задания. Иллинойс же потихоньку перетирал веревки о слегка выступающую шляпку гвоздя в ножке стеллажа. Времени уйдет много, но именно его в запасе у эльфа предостаточно!

Вайен доедал последнюю морковку из выданного ему пучка. Облокотившись на стеллаж с полными корзинами яиц советник разглядывал внезапно объявившегося Темного Властелина и боролся с желанием немедленно закончить много лет назад проваленное задание - убить Иллинойса. Не нравился ему этот зеленоглазый эльф. Совсем не нравился.

Бывший убийца, задумавшись, догрыз корнеплод и принялся за ботву, продолжая увлеченно рассматривать темного, претендующего на добычу советника. Императрица принадлежит ему. Ну, вся целиком она эльфа не интересует, частично тоже, но вот ее жизнь - совершенно другое дело, а тут непонятно кто, пусть и не по собственной воле, однако на то же самое претендует. Бессовестная наглость! Не стоит ли принять определенные меры?

Вайен с хрустом куснул собственные пальцы, взвыл, схватился за запястье и подул на руку. Его оплошность сразу заметила Императрица. Остановив взгляд на ушастом, она подняла одну бровь, ухмыльнулась и поманила его к себе. Советник нехотя подчинился. Его вело скорее любопытство, нежели испуг.

- Даже не думай, - шепнула Владычица, протягивая ему круг свиной копченой колбасы.

- Это что же, мне о своем желудке подумать нельзя? - преувеличенно громко возмутился, отодвинув от себя колбасу. Он вздернул подбородок и задержал дыхание. Очень уж вкусно она пахла на голодный желудок.

- О желудке сколько угодно, но пожелай ты накормить свое самолюбие, допустим, головой твоего сородича. Ага, вон того в углу. Не надо удивляться откуда я об этом знаю - у тебя выразительный лоб: он все мысли отражает, когда ты перестаешь себя контролировать. Кстати, - темная убрала колбасу от носа ушастого и сама впилась в круг крепкими белыми зубами. - Могу дать тебе пару уроков самоконтроля, а то с подобным лицом, - тонкие холодные пальцы коснулись линии челюсти советника. - Вся интрига нашего противостояния теряется, - она щелкнула его по носу.

- Ты... - хлопнул ресницами эльф и отшатнулся, потирая мгновенно покрасневший кончик носа. - Ты что себе позволяешь?!

- Если не хочешь, чтобы я тоже самое сделала в переносном смысле, терпи в прямом. Первый и последний раз говорю: тронешь Иллинойса - останешься без того места, на котором уши растут, - темная зевнула.

- Незачем столько слов тратить на то, что только в твоей голове существует! - огрызнулся советник.

- Смотри... - неопределенно пожала плечами Императрица, заканчивая с колбасой. - Мое дело предупредить. Твое выбрать. Идем? - на ее предложение немедленно отреагировал выбранный с сопровождающие оборотень. Он быстренько разъедался с луковицей, заел ее пучком мяты и встал навытяжку рядом с дверью.

Вайен кивнул, вытер о штаны руки, подхватил с подчищенного от продуктов стеллажа оружие и присоединился к гвардейцу. Как бы ему не хотелось еще раз бросить взгляд на сородича, советник сдержался. Незачем раздражать Владычицу в преддверии вылазки. На заданиях вечно все наперекосяк идет и никогда нельзя предсказать кто вернется, а кого принесут...

Иллинойс увидел, как Кель и двое мужчин ушли из кладовой. Эльф заскрежетал зубами и удвоил усилия - веревка на запястьях наконец начала поддаваться. С одной стороны заклинание покоя не давало, с другой рядом с ней эльф гораздо спокойнее себя чувствовал. Когда ее нет, то сиди и гадай, что сейчас с ней происходит, чем на нее замахиваются и из-за какого угла злодей готовится напасть. Убить он ее все равно не сможет, но присматривать станет.

Следом за Кель ушел со своей командой Снэйк, за ним отправились некроманты. В кладовке осталось трое гвардейцев, сумасшедший светлый, забравшийся на самый верх стеллажа и оттуда строящий кривые рожи слуге, уговаривающего Тиллийса спуститься вниз. На тридцатой попытке несчастного эльфа договориться с начальством стягивающая запястья Иля веревка лопнула. Он торопливо освободился от остальных петель, растер за спиной руки, вытащил из кармана металлический браслет и освободил ноги.

- Прошу прощения, - первый гвардеец упал, сбитый с ног мешком картошки. - Но мне надо пройти, - Иллинойс увернулся от серии ударов второго и прицельно бросил мешок в третьего. Отодвинул засов, поймал в захват руку оборотня, коротким прямым ударом разворотил гвардейцу нос, отправив его в нокаут, дотянулся до третьего, снял остальные запоры с двери, открыл ее и вышел в коридор...

Кель

Гвардеец осматривал окрестности, а я и советник ломали головы над цепочкой запутанных зеленых следов, которые высветила наложенная эльфом руна. Ушастый утверждал, что интенсивность свечения указывает на свежесть следов, но на мой взгляд отпечатки ботинок светились абсолютно одинаково: то ли у садовника разом нашлись полсотни ног, то ли возле клумбы потоптали двадцать пять садовников...

Я почесала макушку, протерла глаза и снова вгляделась в следы. Мда, а не попробовать ли по старинке? Примятая трава, заломленная ветка...

- Он здесь за клубком гонялся? - я искоса посмотрела на советника. Тот стоял с умным видом: лицо сморщилось, уши напряглись, взгляд бегал по следам. Ну-ну, прочитает он из, как же!

- Он очень трепетно к своей работе относится и естественно обеспокоился, когда из клумб не муравьи, а зомби полезли. Я бы на тебя посмотрел в такой ситуации.

- Еще не насмотрелся? - послала советнику скупую улыбку.

- Век бы любовался! - съязвил эльф. - Хватит лирики, куда идти?

- Думала ты скажешь, родной мой, - след я нащупала. Часть следов действительно светились чуть ярче, если к ним приглядеться. - Но как и большинство мужчин ты молчишь, когда надо открыть рот и сказать что-то очень важное. Туда, - я показала на еле заметную тропинку, уходящую в заросли подстриженных кустов высотой в два моих роста.

- Я не большинство, - раздалось за левым плечом.

- Естественно, ты уникум, - легко согласилась я. Вот только споров с эльфом о качествах его характера мне не хватало, как и сдавленного смеха оборотня, прикрывающего наши спины.

- Ты меня не знаешь! - прошипел в ухо советник.

- Тебя вряд ли понравится мой способ знакомства, - парировала я скучающим тоном. Следы уводили вглубь садового лабиринта. Хорошо, что у нас есть импровизированная карта и не приходится искать пути-дорожки, проложенные замысловатой логикой садовника. Эльфы опытные шутники в планировке садово-огородных участков. Говорят, у Тиллийса во дворце не один десяток человек "на прогулке" сгинул. Входили в лабиринт вдвоем, а выходил из него Император в одиночестве задумчивый и опечаленный. Конечно, поиски, всегда безуспешные, выплата компенсации клану, семье, соболезнования и тайное празднование в библиотеке с запотевшим бокалом имперского темного в руке.

- Расскажешь? - не сдался советник.

- Охотно, - почему бы и нет? Разговор не мешает ворошить взглядом окрестности и прислушиваться к звукам. - Сперва я спрашиваю имя, после раздеваю донага, затем укладываю на стол, застегиваю на запястьях и лодыжках наручники, - снизила тон голос до бархатного шепота. Эльф сглотнул и выдохнул сквозь зубы с шипением. Гвардеец примолк. Наверняка гадает что я ляпнуть собралась.

- А даль-ше? - выдохнул советник.

- Дальше, - пожала плечами. - Беру в руки нож, вспарываю шкуру и как следует перетряхиваю внутренности.

- Тьфу!!!

Оборотень хрюкнул. Я лишь сдержанно улыбнулась.

Зомби побеспокоили нас дважды. С первым я разобрались самостоятельно. Второй напал со спины, но гвардеец не мешкая объяснил ему чем карается в условиях войны подобная подлость - голова мерзавца перелетела через стену из кустарника, а потерявшее ориентацию тело в нем и застряло. Советник с опозданием кинул маленькую оранжевую руну огня. Пламя занялось мгновенно и через пять минут от мертвеца осталась кучка мерцающих углей.

Эх, ночь, звезды на свободном от мрачных объятий туч небе, догорающий костерок, привлекательный мужчина - антураж для романтического свидания, а не военной вылазки. Но у меня все не как у нормальных людей, по иному и не бывает, если половина крови в жилах орочья, папашка Темной Империей Руководил, а родной брат предателем оказался и чуть было за Грань меня не отправил. Правда, осмелься спросить кто о другой жизни - послала бы я его на выпускной девятый курс в нашу школу некромантов экзамены сдавать... После них всего десять процентов здоровыми остаются, еще двадцать живыми! Я же не изверг заставлять другого человека на моем месте мучаться!

Следы завели нас в тупик. Они исчезали в глухой стене кустарника. Одно из двух: либо садовник отрастил крылья и уподобился беспечным птицам, либо через демонову колючую стену таки можно пройти. Самой попробовать или кем-нибудь уже не очень нужным из нашей троицы пожертвовать?

- Дамы вперед, - я посторонилась, освободив дорогу советнику. Эльф прикинулся тупым и остался стоять на месте - между мной и оборотнем. Гвардеец рыпнулся вперед, но наткнулся на мой жесткий предупреждающий взгляд и опустился на одно колено и туже затянул идеальный узел на шнурках ботинок.

- И что дамы ждут? - невинно поинтересовался ушастый.

- Приглашения на гербовой бумаге с золотыми вензелями, - буркнула я, схватила советника за грудки и броском через бедро отправила мужчину в полет. Точнее в кусты, а совсем точно иллюзию! Я прыгнула за эльфом и зря... Ухнуть в темноту лишившись опоры под ногами вовсе не то, что хотела достичь. Да выбора никто не предложил, поэтому осталось прикрыть голову руками и поминать наградивших меня недостаточной смекалкой предков. Впрочем, с головой в омут - это по нашему, по темному, а там хоть трава над собственной могилкой не расти: сделанного так и так не воротишь.

Полет закончился резко и жестко. Каменный пол неприветливо клюнул мой подбородок, а сверху еще и ведро углей на голову высыпали. Едва отскочить успела в объятия советника и воздушным потоком отклонить огонь от гвардейца. Оборотень кивнул, благодаря, и присоединился к нам, задрав голову вверх. Расчерченное железной клеткой небо и более темная ушастая тень на его фоне. Я вынесла заклинанием решетку, взвилась вверх и зависла напротив эльфа.

- Ты бы еще горючей смолой колодец залил! - фыркнула в старческое лицо.

- Пожалуй, так и сделаю! - обрадовался эльф и махнул рукой кому-то за моей спиной. В последнее время за ней слишком много темных личностей трется - эту я даже разглядеть не успела: сверкнуло разноцветными бликами острие лопаты, в голове зазвенели пожарные колокола столицы, я потеряла концентрацию и рухнула обратно в колодец. Не кисло меня приложили!

- Жива? - бросился ко мне гвардеец, помог встать и прислонил к стене.

- Не соусем, - удалось промычать параллельно с неудачными попытками остановить крутящиеся в разные стороны глаза.

Давясь смехом, слюнями и соплями подошел советник и трясущейся рукой нарисовал на гулком лбу закорючку. Такое впечатление, что он пальцем по голому мозгу корябал, а не по кости скрытой слоем толстой кожи. Я клацнула зубами возле запястья эльфа, получила от него по носу и присмирела. Хоть и хочется, но лучше не мешать, когда тебя лечат. Не из сострадания - откуда оно у убийцы, а чтобы самому было кого бить. Но спасибо он от меня не дождется!

А наверху шуршали и шептались и волокли что-то. Заметив яркий отблеск пламени на сырых каменных стенах колодца, я оттолкнула руку советника и посмотрела вверх. Так и есть: гады смолу в ведре притащили! Свежую. Вон какой длинный столб сизого жирного дыма поднимается...

Присев, я тряхнула руками, набрала полную грудь воздуха и выдохнула струю ледяного воздуха вперемешку с магией на встречу огненной жиже. Магия оказалась сильнее. Остывающие капли смолы вынесло из колодца. Наверху закричали, вызвав у меня злорадную усмешку. Надеюсь, это мастеру лопаты досталось. Будет знать, что Темных Владычиц опасно орудиями ручного труда по голове лупить - они этого не прощают.

Я взлетела, опустилась на бортик темницы, спрыгнула на землю, схватила эльфа за грудки и тряхнула - рубашка распалась на две половинки и осталась в моих руках. Брезгливо стряхнув тряпки, я подошла к садовнику вплотную и осклабившись во все тридцать два белоснежных зуба процедила:

- Разве я похожа на зомби? - Эльф без раздумий кивнул! Ткнула острым ногтем грудь ушастого и произнесла, отпечатывая каждое слово в сознании садовника: - Я - Осантейя Крейлин, темная Императрица и я, облезлый волк тебя погрызи, жива, как и те двое, которых ты чуть не угробил!

- Но вы сами сказали... - пролепетал эльф и "незаметно" скосил глаза в сторону.

Мгновенно развернувшись я ударом ноги отбросила подкрепление далеко в сторону и вернулась к прерванной светской беседе.

- Умри, - прошипела я. Он же сказал, что я сказала... Садовник упал. Сложил на груди руки и для достоверности высунул язык. Вдох-выдох. Я спокойна словно ледник на вершине Хора. Ааа, к демону все!

Проклятие метаморфизма сорвалось с пальцев, белым облаком полетело к эльфу. Тот ожил. Вскочил и дал деру от неведомой магии. Правильно, я бы тоже от разгневанного мага бежала, будь я простым человеком. Повторный щелчок пальцами, и под шустрыми ногами садовника образовался ледяной каток. По идеально гладкой поверхности далеко не уйдешь - к концу полосы доехало существо скромное по сути и безобидное по виду.

- Фррф! - высказался еж.

- Покричи на меня, - показала колючему кулак. - Побрею.

Я завернула ежа в половину рубахи и подошла к колодцу. Вот это да! На минуту отвернулась дела закончить, как в полку пленников прибыло: снизу приветливо махал Иллинойс. Советник бросал на него нехорошие взгляды и демонстративно жонглировал страшными даже на вид рунами. Я обошла вокруг колодца, пытаясь придумать как незаметно извлечь из колодца двоих, забыв внизу третьего. Согласно входящим условиям достать их следовало живыми, способными передвигаться и мыслить. О, придумала! Дыхание северного ветра никогда не подводило...

Через пять минут я деловито перенесла две статуи наверх. Третью обняла на прощание, погладила застывшее красивое лицо и поцеловала в холодный нос. Выбравшись из колодца частично разморозила Иля. Постоит, подумает - ему только на пользу пойдет. Разговаривать с ним сейчас нет ни смысла, ни свободного времени. Поплевав на руки, принялась снимать заклинание с оборотня и советника. Темного первым, светлого на закуску.

- Нннууу тттыыы... - советник обрел возможность говорить.

- А кто же еще! - похвалила себя. - И осторожнее со словами. Мы, темные, ужасно ранимые душой, оттого чрезвычайно обидчивые. Бери пример с оборотня: прыгает с ноги на ногу и нос растирает. Молча! - пригрозила я, достала из узелка ежа, развернула тугой клубок обиженно топорщащихся игл, поднесла к глазам и объяснила задание. - Твой Император дал нам задание найти волшебный цветок, растительная составляющая которого отменяет действие алхимических растительных средств. Почему нам? А сам он забыл. Да, названия цветка забыл. И вас забыл. И себя забыл. Он вообще все забыл. Кто помог? Почему сразу помог?! Иногда эльфы просто так в маразм впадают. Не знали? Лучше не знайте, поверьте впавший в детство Император то еще зрелище... - я сокрушенно покачала головой. - А, про магию проболталась. Ну, нечего было на мой кулак своей челюстью налетать. И дышать! - мне надоело оправдываться. - Дискуссия закончена. Помогать будешь или... И почему никто на вариант "или" не соглашается? - я вздохнула и повернула в том направлении, куда еж носом указал.

О замороженном в колодце Иле я старалась не думать.

Иллинойс и компания

Эйлин выбралась из каменного нутра королевского дворца. Эльфийка была голодна, зла, обросла клочьями паутины и по крылась пятнами непонятного происхождения. Их состав она знать не желала и даже побаивалась, ибо воняли они хуже дохлого кролика, пролежавшего на летнем солнцепеке дня три. Как бы не подхватить чего!

Была и еще одна причина заставляющая девушку в первую очередь о горячей ванне с мылом и растворителем для красок - Эйлин за многие часы блуждания по подземельям вспотела, словно скаковая лошадь после дневного перегона, и жутко воняла.

Считается, что эльфы не потеют. Как же! Просто все принимают легкий цветочный аромат за изысканные духи, которые ушастым совсем не нужны, но что будет, если вылетят на себя пару ведер ароматной воды? Аромат роз, исходивший от Эйлин, был настолько силен, что резало глаза, а нос у девушке заложило еще пару часов назад.

Осмотревшись вокруг девушка признала в помещении бывшую императорскую библиотеку. Почему бывшую? С первого взгляда было понятно - в комнате бушевала стая бешеных белок, где-то раздобывших пятидесятиградусной ореховой настойки на мухоморах. Ну или мамочка Тиллийса внезапно нагрянула с визитом и принялась нерадивому чаду голову лечить насчет жены и выводка ушастых цыплят под боком. От представленных кандидатур на роль супруги владыке всегда дурно становилось. Он впадал в мрачную истерику и принимался методично крушить все, что попадалось под руку. После того, как успокаивался Император, в истерику впадала его мать, не любящая, когда ей при свидетелях перечат. Она доламывала остальное. А следом от радости бурного примирения нервная парочка избавлялась от наиболее крупных вещей.

Ценнейшие книги растрепанны и порваны. Стеллажи опрокинуты и раздербанены на колья кучкой сложенные на подоконнике. Масляные лампы побиты и сплющены, будто их на на переплавку в кузню нести собрались. Из шести или семи статую, украшавших библиотеку, сделали одну. Весьма авангардную. Картины сорваны со стен, распороты, разрезаны и с отпечатками острых зубов на рамах. Похоже, некто пытался из дерева последние витамины выжать. И везде пятна крови, перемежающиеся с кучками буро-зеленой слизи.

Дворец был пуст. Ничто не нарушало покой предрассветного часа. Разве что одинокий всхлип-вой где-то далеко раздастся, да вещи в изобилии разбросанные в коридорах и комнатах подпрыгнут. Например, железные башмаки от доспехов ночную вазу гоняющие, без ног, на которые эти башмаки по идее должны быть надеты. Или меч на кончике острия стоящий на подоконнике и медленно вертящийся вокруг своей оси под мелодию рассвета.

На вещи эльфийка старалась не обращать внимания и не вникать в причины, почему те двигаются. Так и сойти с ума недолго и к Тиллийсу присоединиться, сменив имя на фрукт. Ну, овощ есть уже надо бы растительный баланс соблюсти.

Эйлин кралась по пустынному, залитому серым светом дворцу. Она чутко прислушивалась к звукам, крепко сжимала в руке алебарду, готовая отразить внезапную атаку - бить сразу и наповал вне зависимости от того, кто перед ней. Разбираться потом будет, а то если сначала документы спросить, попросить полным именем представиться и клан назвать, то через миг уже поздно будет. Насчет своих боевых навыков девушка не питала иллюзий - не уложит противника с одного удара, второй ей никто нанести не позволит.

Эльфийка добралась до купален, рывком открыла дверь, наугад ткнула в темноту алебардой, подождала ответной реакции, но тьма осталась молчалива и недвижима. Девушка, оглянулась по сторонам, прислонила оружие к стене и сняла с себя грязную рубашку. Эйлин отыскала среди хлама более-менее целую лампу с остатками масла на донышке, оторвала полосу ткани от рубахи, скрутила из нее фитиль и опустила в масло. Огниво нашла на ощупь на полке с хозяйственными принадлежностями в купальне. Огонька надолго не хватит, но чтобы окунуться вполне достаточно.

Узкий овал бледного света выхватил из темноты бассейн с застывшей водой, в которой плавал мелкий мусор и сброшенные чей-то рукой полотенца. На бортике примостилась кучка халатов. Мыло, шампуни, ароматическая соль разбросаны в беспорядке по залитому привычным орнаментом смерти полу.

Девушка подцепила двумя пальцами халаты и оттащила их в сторону. Пользоваться ими она не собиралась, выглядели они слишком неприятно на придирчивый вкус Эйлин. Шпионка порыскала на полу, нашла пару магических кристаллов, разогревающих воду и швырнула их в басссейн. Сбросила с себя одежду и по ступенькам вошла в воду, моля предков хотя об относительной чистоте жидкости, на абсолютную претендовать в такой разрухе было глупо. Эльфийка села в углубление в камне ниже уровня воды, кожей ощущая, как она нагревается, расслебленно вздохнула и закрыла глаза...

- Вот это компания! - восхищенно пробулькали рядом с ней.

Девушка не поверила своим ушам. Они ими тряхнула, отгоняя назойливое жужжание. Оно не вписывалось в медитативные зеленые холмы перед внутренним взором, от вида которых душа пела, а голова блаженно плыла рядом с белыми барашками облаков.

- А потрогать можно? - поинтересовались с явным вожделением в голосе.

Так не и вернувшаяся в неприятную действительность девушка кивнула. Правда, кивок предназначался ее мыслям, но таинственный поклонник слегка потрепанной красоты шпионки отнес знак согласие на свой счет. Он довольно присвистнул, жадно сглотнул и положил руки на грудь Эйлин.

Ровно две секунды потребовалось девушке осознать наличие чужих пальцев на неприкосновенной для посторонних части ее тела. Вернее на двух прекрасных идеальной формы частях, но сути это не меняет. Еще три она рассматривала наглеца, и где-то десять проникновенно вопила, зовя на помощь и гоняя зомби по кругу бассейна мокрыми полотенцами. Почему именно в этот момент отчаянной злости и слепой ярости Эйлин было глубоко и высоко плевать, кто перед ней. Будь это Тиллийс или самый грозный демон из армии Кель он без разговоров тоже получил бы мокрой тряпкой по сальной роже и длинную проповедь на тему чистоты рук и помыслов. Тем более у мертвых, ведь у них вообще подобных желаний быть не может!

- А я не правильный зомби! - заявил забравшийся на самую верхнюю полку для купальных принадлежностей зеленокожий. Эльфийка прыгала внизу, пытаясь снять наглеца с насеста прицельным метанием склянок с шампунем. - Думаешь, мне не хочется быть как все: носиться за живыми с алчным голодным огнем в глазах, не помнить свою прошлую жизнь, истекать слюной при одной мысли о крови в артериях... - замечтался мертвец. - Но меня совсем другие предпочтения! - зомби словно извинился за свою ненормальность. - Проклятый некромант сто процентов напутал что-то в своем заклинании, а мне теперь по углам прячься и жди, когда красотка в гости заглянет.

- Так я тебе и поверила, упырь!

Сверху разъяренная эльфийка смотрелась очень даже ничего, но сама девушка об этом не подозревала, всецело поглощенная совершенствованием метательных навыков. Получалось у нее уже неплохо: зомби щеголял разбитой бровью, к щеке прилипли кристаллы ароматической соли, а в волосы были щедро присыпаны пудрой для тела.

- От упырихи слышу! Разве воспитанные женщины так себя ведут? Загнала мужика на шкаф и радуется! Нет бы обогреть, обласкать и... и... - поток откровений иссяк. В данный момент времени мертвеца больше ничего не интересовало.

- Я бы тебя в печь загнала, но поблизости нет, - немного остыла Эйлин, сообразила в каком виде перед мужиком, хоть мертвым, разгуливает и прикрылась полотенцем. Его как раз хватило, чтобы закрыть грудь и верхнюю часть бедер. Двигаться в плотном коконе было неудобно, но лучше так, чем голой грудью перед носом этой ошибки некроманта трясти, вызывая странные для зомби желания.

- Любишь погорячее, - промурлыкал эльф, делая в памяти заметку.

- Ты мертв! - Эйлин не переставало возмущать, что мерзкое чудовище приклеилось именно к ней. Женщина размышляла над непростой дилеммой: унести ноги и оставить неудачный экземпляр эксперимента в купальне или таки найти, чем загнать упыря обратно под землю. Отбиться-то ей от него удалось, значит, и похоронить во второй раз его сумеет. Судя по поведению зомби не слишком агрессивный.

- Без тебя знаю! - огрызнулась ошибка некроманта. - И предпочел бы таковым оставаться, ибо если я воскрес, то мои братья тоже, а они ко мне счет листов на пять мелким почерком имеют и если вздумают предъявить его, то хана мне. После встречи с ними меня ни один некромант не соберет. А тут еще это... - буркнул он обиженный на эльфийку, некроманта, братьев и жизнь вообще. Все зомби, как зомби, а он огрызок ущербный. И за что такое везение? Совесть, которая при жизни в железном наморднике в укромном уголке души на цепи сидела, ласково напомнила за что.

- Что "это"? - Эйлин прекратила ходить по кругу, не в силах принять решение. А тут еще "проблема" от раздумий отвлекает.

- Как в себя пришел, так разрывает желание какую-нибудь девчонку в углу затискать, - нехотя признался эльф. - А их сожрали всех! Почему я по-твоему в холодную воду залез? Но пришла ты и подогрела ее! - зомби объявил собеседницу виновной во всех его несчастьях.

- Понятно. А что-то полезное ты умеешь? - возможно есть третий выход из ситуации. Например, использовать мертвеца в качестве лошади, которая вывезет из этой ситуации.

- Знаю. Дворец вдоль и поперек. Как иначе мне удалось бы родственничков в башню упечь?

- Ты знаешь подземелья?! - обрадовалась Эйлин. - Отлично, поможешь мне найти кое-кого. Слезай и идем.

- Куда?

- Свежим воздухом подышим, - осадила женщина любопытного. - Сперва одежду раздобудем, а затем и моих знакомых достанем, где бы они не спрятались.

- А взамен? - принялся торговаться хитрый эльф. - Среди твоих друзей женщина есть?

Эйлин отвернулась, скрыв нехорошую улыбку. Она подумала о Кель. Темная будет приятно удивлена своим новым поклонником.

- О да, - коварно усмехнулась шпионка. - Она тебе понравится, а если и ты ей, то и о братьях беспокоиться не придется, обещаю... - ушастая уже строила планы на блондина. Эта война когда-нибудь закончится и придется вернуться к планам на будущее.

Кель

Когда я только родилась мне казалось невероятно трудным сделать первый шаг. Твердо встав на ноги, не предполагала что когда-либо подниму тяжелый двуручный меч. Овладев техникой боя, мне казалось сложным управлять разветвленной сетью армейских гарнизонов, гвардейцами и стражей в городах. Чуть позже я дрожала от ужаса, создавая своего первого демона.

Потом мне стало гораздо легче. Я осознала, что если ставить перел собой правильные цели и уметь доносить их до других, то ничего невозможного нет. И я перестала бояться. Наверное, зря. Тогда я еще не представляла, с чем мне придется столкнуться. Десять лет, слушая пространственные объяснения брата-близнеца, я была уверена - он последнее испытание на моем пути, которое следует опасаться, но знать - я выиграю так или иначе. Я просто не знала с чем мне предстоит столкнуться... Сегодня.

Когда-то мы зашли слишком далеко. Третьему Темному Властелину удалось прорвать оборону светлых эльфов, и его армия вступила под сень многовековых дубов. Тогда погибло слишком много: десятки тысяч людей, эльфов, оборотней и вампиров навсегда остались в непроходимых топях, созданных магией. Знала бы куда меня поведет садовник - пошла бы в обратную сторону, но мне забыли сообщить о том, кто покоится под слоем болотной жижи...

- Вставай! - выкрикнула я, прикрывая спину упавшего советника. Даже у меня уже дрожали руки. Еще немного, и мы упокоимся здесь.

Их было слишком много и слишком давно они ушли за грань, чтобы вспомнить, кем были раньше, и свою вражду. Без разбора я рубила головы, руки, подрезала ноги, но и у меня есть предел. И до него осталось совсем чуть-чуть.

Я не верила в чудеса. Да, однажды чудо случилось. Но то было рукотворное чудо, а сейчас спасать нас некому. Магии не осталось - мы выложились по полной, одержимые всего одной идеей: выжить, только не получится. Все трое понимали это.

- Ну же! - рыкнула я на эльфа.

- Уходите, - простонал тяжело раненый Вайен. Помимо мелких царапин, подрывающих его тело, он мог похвастаться распоротой когтями рукой от плеча до запястья и резаной раной на голове. Похоже, ему пробыли череп, раз он говорит ерунду.

- Встал и пошел, ясно?! - я вне себя от ярости. Хочу сама прикончить советника, но вместо этого отрубаю тянущуюся ко мне черно-зеленую руку. Зомби идут нескончаемым потоком.

- Куда? - и все же он поднялся и выжал из себя каплю магии. На невредимой руке вспыхнула огненная руна и тут же погасла. Я обреченно рассмеялась. Нам не выбраться из болот, если кто-то не решит пожертвовать собой. И кандидатов всего двое, но оба не дураки. Так кто? Глупый вопрос на очевидный ответ.

- А тебе не все ли равно! - разрубленный до середины груди зомби рухнул мне под ноги. Переступив через него, помогла гвардейцу добить его противника. Оборотень тоже плох, хоть и выглядит чуть лучше Вайена.

Эльф крутит в руке меч, сжимает зубы и упокаивает еще одного. Надо хотя бы остановить кровь. Из болота вздымается стена черного льда. Зомби за ней разочарованно воют. Болотные медлительные, поэтому мы до сих пор живы, но их много, что дает неутешительный прогноз. Я прикладываю руки к ране на плече советника. Режу уже от себя.

- Зачем? - прохрипел удивленный мужчина. - Мы все равно... - он осекся, не в силах закончить мысль. Это приводит меня в бешенство.

- Зачем? Если ты не знаешь ответа, то как тебе могу помочь я? Вы, светлые придурки, слабы до безобразия, потому и ложитесь чуть что лапки кверху и глазки закрываете, оттого и живете в собственном дерьме, не видя вокруг себя ничего хорошего - не создаете потому что. Любые трудности выбивают из колеи и лишают веры в собственные силы. Сделай милость, не ной, а соберись и сделай все, чтобы, демон тебя укуси за ухо, выжить, - убрала руки. Впрочем, рана почти затянулась.

Следующую лечит он сам, а пока закрываю три особенно крупных пореза на оборотне. Тот благодарно кивает и корчит смешную рожу в сторону эльфа. Гвардеец не собирается умирать. Пожалуй, ради таких существ и стоит жить. Ну, или...

- Есть идея, - подошла к Вайену. - Только с тебя клятва, что не причинишь мне вреда, пока не вылечив Тиллийса. И не просто слова, а магически скрепленная клятва.

- Зачем? - набычился эльф. Видно, идея пришлась ему не по душе, да кто ж его спрашивать будет.

Я взяла светлого за руку и сдавила ладонь. Он нахмурился, но стерпел.

- Затем, что после применения площадного заклинания я несколько дней платом валяться буду и не хочу проснувшись найти в своем сердце твой нож. У меня нет причин тебе доверять, а если бы и были, то не стала в столь тонком деле, как собственная жизнь, - я усмехнулась. Усмешка вышла кривой и по-настоящему холодной. Не такая, когда я притворяюсь и пугаю мимикой людей, а свежая, словно с сорокаградусного степного морозца. Даже лихая, отражающая то безумие, которое я опять провернуть захотела. Мне в первой. Третий раз уже опасно близко к Грани подойду, но дадут мои величественные предки снова на берегу останусь, а не в студеную воду забвения окунусь.

- У тебя же ничего не осталось! - воскликнул Вайен.

- Осталось, - хмуро сказала и начала плести заклинание.

Я все-таки попробовала дотянуться до Иля. Он, быть может и сложил с себя обязанности Императора, но Источником быть не перестал. Правда, без успеха, как я и предполагала. Слишком далеко мой эльф находится и "привязки" нет. Жаль Снэйка. Кумба все на своей шкуре прочувствует, только бы на выручку не помчался - на него вся надежда, пока я буду полумертвой валяться.

- Останови ее! - прохрипел советник.

- Заткни его, - естественно гвардеец послушался меня. - Когда стены рухнут, выпускай ежа на волю, меня на плечо и вперед. Как найдете демоново растение, двигайте к ближайшей тропе и на дерево. Дальше сами сообразите, - оборотень сосредоточенно кивнул.

Я почти доплела заклятие и была готова распустить его, как поток энергии захлестнул меня с головой, наполняя сосущую пустоту внутри. Я захрипела и уткнулась лицом в подмороженную грязь. Иль рядом? Но как? Впрочем, поздно об этом думать. Магия проходит через меня, широким потоком наполняя структуру заклинание. Воздух холодными волнами расходился от моей коленопреклонной фигуры.

Оборотень отошел на шаг, затем еще. Эльф бросился за ним. Температура опустилась до опасного минимума. Так всегда бывает в эпицентре "зимы". Последним усилием я обрушила стены, давая возможность своим подопечным спастись.

За стенами бушевала самая настоящая метель. Земля промерзла и застыла буграми. Вода схватилась льдом. Минут через тридцать все успокоится и на границе Леса Вечности появится невиданная зверям белая степь. Многие из них погибнут, но зато мы выберемся.

- Бегом! - рычу я, если они погибнут, то силы потрачены впустую. - Ну?!

Оборотень поспешно выпускает ежа. Я щелкнула пальцами и сняла проклятие, бросила садовнику жилет и велела захлопнуть рот. Кажется, сила изливается вместе с приказом, настолько ее много. Эльф всхлипнул последний раз, закутался в одежду и показал направление. Пасс руками, и перед нами довольно широкая освобожденная от снега тропа. Без приказа садовник бросился по ней вперед, периодически нервно на меня оглядываясь. Гвардеец на ходу поймал мою руку, но я отбрыкнулась, шепнув - скоро. Не знаю точно, когда откат свалит меня, но пока способна переставлять ноги самостоятельно, то не буду обременять оборотня ношей. Ему и так тащить мое тело обратно.

Примерно через полчаса я ощущаю первые признаки немощи: споткнулась на ровном месте, потеряла сосредоточенность. Вскоре перед глазами все поплыло и я рухнула в снег, корчась в судорогах. Почему-то вспомнился Лассо. Его нежные умелые руки, куча склянок в кабинете и удобная кушетка. Я закрыла покои Дассо на замок и никому не позволила заходить туда. И раз в год тайком сбегала в лес под Корзас выплакать накопившиеся слезы. Я всегда возвращались оттуда сильной. Никто не знал и не спрашивал, где прячется несколько дней в год Императрица. Лишь Снэйк по возвращении совал мне в руки бутылку вина и запирался со мной в кабинете. Мы молча напивались, думая каждый о своем.

Последнее, что я увидела - обеспокоенное лицо гвардейца, следом накрывшая волна боли унесла мое сознание в беспамятство...

Иллинойс и компания

Иль не знал смеяться ему или плакать. С одной стороны заклинанием долбанули, с другой вроде как приласкали. Эх, парой слов бы с Кель перекинуться, да все не получается. Эльф никак не мог понять отношение действующей Императрицы к нему: ни словечка доброго, ни взгляда заинтересованного в его сторону, ни знаков внимания. Неужто опоздал он? Верить отчаянно не хотелось.

Конечно, она была занята, но так он за ней следил с помощью Снэйка и не помнил, чтобы у Кель какие-то сердечные привязанности появились, да и в принципе сердце в холодной груди выросло, только к нему она всегда неровно дышала. Думала, Иль не замечает взгляды ее жаркие и подарочки по любому поводу, а он все видел, однако, не ценил ее внимание. Теперь расплачивается, стоя замороженным в глыбе льда ее же руками!

Ну и про некроманта забывать нельзя. Будучи уже два дня заколдованным он готов уши себе отрезать, лишь бы узнать, почему все умные люди и нелюди одного единственного вопроса задать не в состоянии - кто его заколдовал?! Будто все такие осторожные и никому своего лица не показывают... В кои-то веки глуповатый злодей попался и рожу свою мерзкую... нет, честным надо быть до конца, рожа у него весьма симпатичная... открыл, а никто имя не спрашивает. Что ты с ними делать будешь? Был бы голос доступен, так наорал бы в лучших традициях Кель, но письменно как орать будет? Большими буквами что ли на листочке черкать?

Эльф тяжко вздохнул и закрыл глаза.

Ровно в тот момент в колодец кто-то свалился. И практически ему на голову. Иллинойс облегченно выдохнул, вдохнул и сконцентрировался на пищащее-вопящем клубке конечностей. Вроде эльфийка и эльф переплелись друг с другом, но эльф не простой, а из тех самых мертвых, что по дворцу шастают, правда, к артерии на шее не тянется, а все больше к груди да к ягодицам, и выражение лица у него при этом такое, словно всю жизнь об этой женщине мечтал.

- Отпусти, гаденыш! - вряд ли сиплый голос эльфийки можно нежным воркованием назвать. Иль хмыкнул и широко улыбнулся.

- А я тебя и не держу, моя ягодка, - соврал эльф и позеленел от захватившего его восторга.

- На нас смотрят! - возмутилась женщина, яростно отбиваясь от неправильного зомби.

- Главное чтобы присоединиться не вздумал, остального не жалко, - мертвец продолжил энергично гладить тело эльфийки.

- Мы же договорились! - очевидно, она считала этот аргумент исчерпывающим, только...

- Так а я договор не расторгаю, золотце, я его действие на другие жизненные сферы распространяю!

Причем активно, заметил про себя Иллинойс, наблюдая за уморительной парочкой.

Наконец, женщине удалось отбиться от поклонника. Она пнула его напоследок, встала, отряхнулась и подошла к ледяной скульптуре. Темный почти оттаял, но ноги еще были в плену. Ждать свободы было неимоверно трудно, но и приближать сей момент эльф не очень-то хотел, ибо дальше все пойдет по дважды испытанному сценарию: погоня, удар по голове и в очередной темный уголок подальше от красивых хмурых глаз Кель.

Эйлин трижды обошла вокруг вмерзшего в лед сородича. Вроде бы живой, но кому тогда его понадобилось нейтрализовывать? Не он ли тот самый таинственный некромант, которого все  ищут? Женщина задумчиво почесала нос. Ее смущал тот факт, что сородич молчит и смотрит. Сказал бы хоть что-нибудь в свою защиту!

- Эй, ты хороший или плохой? - незнакомец усиленно замотал головой. - Эм, так хороший? - история повторилась - эльф упорно качал головой наискосок. - Местами хороший? - на сей раз она получила достаточно ясный ответ. - Все мы не без греха, но ты скажи, если я тебя освобожу, то ты не поднимешь против нас оружие? - ушастый указал глазами на крутящегося за спиной зомби. - Да-да, и против него тоже не надо. Он не опасен. Для тебя точно!

Иллинойс пожал плечами. Кто знает, что ее с мертвецом связывает. Есть же всякие виды романтических отношений... И не его дело осуждать кого бы то ни было в том, в чем он сам не преуспел.

Эльфийка назвалась Эйлин. Коротким мечом она потихоньку выковыряла темного из ледяного плена. Не правильно верить незнакомцам на слово, но в Лесу Вечности с недавних пор все не правильно, так стоит ли удивляться? Мужчина и правда тихим и смирным оказался. Размялся, ноги растер и наверх посмотрел, намекая, не пора ли им отсюда выбираться?

Шпионка была на сто процентов согласна. Сидеть в затхлом колодце ей надоело. Она поймала вертлявого зомби, ревниво следящим за ее общением с сородичем, и вежливо попросила вывести их отсюда, пока она о договоре не забыла и случайно не оторвала кое-кому зеленому и склизкому совершенно не нужную ему голову.

Мертвец с именем Эйринас разразился слезами и пространной речью на тему никто его не любит, никто его не ценит, а он умный, пригожий и вообще, что бы они без него делали. Плакал зомби естественно на груди у женщины, а на каком другом месте мужчине еще плакать? Выслушав самозабвенные художественные стенания неудовлетворенного возрождением эльфа, Иль все же приструнил зеленокожего члена команды и заставил показать фокус. Нужный камешек, спрятанный за стеной сырого мха и плесени, вмиг построил лестницу до небес. Поднимались осторожно - ступени были, но перила сделать не догадались мастера прошлого, оттого сверзнуться вниз в любой момент проще простого можно.

Уф, выбрались! Иль замер на краю с вопросом в глазах.

- Что тебе еще надо?! - второй ненормальный - предел мечтаний Эйлин этим странным прохладным рассветом. - Иди своей дорогой.

Но сородич пошел за ней, словно привязанный. Зомби, ревниво оберегающий свою собственность, пристроился сразу за спиной женщины. Не позволит он чужим глазам по облюбованным им формам скользить. Все они такие: сначала наблюдают, а потом тоже руки тянуть начинают, хоть три таблички "занято" повесь.

Эйринас не слишком обрадовался присутствию третьего в команде. На кой демон им живой сдался? Мужчина тем паче. Была бы девка, он первый ее принял и обогрел. Эх, издевается над ним судьба, как хочет: и так стукнет, и сяк приложит. При жизни ему говорили: все равны перед смертью. Он умер и что? Где обещанное равенство? Ни еды, ни питья, ни любовных утех под сенью плодовых деревьев в саду... Хоть заново умирай в знак протеста. Но умирать эльфу не хотелось. Как и с братьями встречаться не хотелось, но выбрать что-то одно бывший правитель Леса Вечности не мог. Он при жизни жадным был и после смерти от этого качества не избавился.

Шпионка помнила про цветок. Дорогу на болота знала. Как не знать, если ею все приличные представители ее профессии и нелегальные эмигранты пользуются, когда надо незаметно в Темную Империю проникнуть. Не идти же напрямик через пограничный пост со словами: не подскажете, где государственные тайны лежат, а лучше проводите и ключ от заветного ларца  выдайте. Говорят, несколько лет назад попробовал один такой на дурака пройти, прошел. По частям. С той поры рисковать никто не хочет.

Отряд не заметил, как прошел по тропе: только деревья по сторонам мелькали, как уже вода под ногами чавкает. Эйлин остановилась. Она никогда не любила болота. Есть в них что-то жуткое. Иногда болотная жижа вспучится пузырями, те лопнут со стоном, словно вздохнул кто-то в глубине. Несколько раз эльфийка пыталась правду узнать - не зубам секрет оказался. Поймали, по носу щелкнули и велели спать крепче и знать меньше.

Женщина принюхалась. Странно, морозцем потянуло. Посреди лета? Так не бывает! Она оглянулась на спутников. Зомби ежился и пристально вглядывался в горизонт с розовой полосой, а немой...

Иль охнул и согнулся. Что же она творит, глупая?! А если бы он не успел, целиком выложилась? Ох, доберется он до нее и если не скажет, то так напишет, что его текст вместо страшных сказок дети темной ночью на сеновале пересказывать будут!

Вновь перед глазами знакомая перламутровая муть. Он боязни эльф шагнул внутрь и зачерпнул полную горсть не то воды, не то тумана хладного. Кажется мало - лужица на ладони, а для нее много. Хватит, чтобы треть ледником покрыть. Волна энергии прокатилось через тело эльфа. С облегчением он понял - успел, и сердце чуть не оборвалось от запоздалого страха. Все. С него хватит. Это последнее приключение, в которое он влез. Теперь домой к пирожкам Скуразо и вечному нытью Подалевича. Скучно? У него полная голова "веселых" воспоминаний. И не от всех из них он целым ушел: некоторые все же цапнули на острие меча кусочек нежной эльфийской шкурки. Встав, Иль побежал вперед. Теперь ему проводники не нужны, он сам прекрасно чувствует, куда идти...

Сташа потерла тонкие пальцы, скручивая нить заклинания в тонкий жгут. Непростая задача дворец по периметру защитными чарами украсить. Здесь нельзя, как со стихиями работать: взял, схему представил, энергией наполнил, коэффициент распространения прибавил и забыл! Со смертью тоньше надо, руками все плести.

Стежок за стежком расползалось по стенам дворца Тиллийса заклинание. Работали в четыре руки, почти не отвлекаясь на шум, создаваемый редкими столкновениями гвардейцев и зомби. Мало зеленых осталось. Двери почти все забаррикадировали, а тех, кто внутрь успел пробраться, оборотни уже на дрова растащили и даже успели похлебку сварить. Не пропадать же прекрасно горящему добру!

Мрацеш, правда, от сего угощения отказалась. Бусины с ожерелья тайком стянула и подкрепилась, радуясь своей запасливости. Вон, Дирих уже с ног валится и плевать ему на чем и из чего еда готовилась, сидит, уплетает за обе щеки и просительно смотрит на мастера с явным подтекстом - сделай все за меня, о великая. Выпросить что ли его на зомби у Императрицы? Ай, ну его... Из него и слуга ленивый получится.

Вампирша сплела два стежка и соединила их с предидущими, висящими рядом с окном. Заканчивать пора. Мертвецы уже вход во внутренний двор ищут и скоро вспомнят навыки штурма небольших крепостей. Впрочем, страшно не будет, весело - да. Раззадоренная магией душа мастера требовала безумств. Оп-па!

- Ты, - окликнула она гвардейца, - иди сюда, - недоплетенная петля заклинания повисла в ее ладони. - Что видишь?

- Да ничего, кроме... Огни?! - воскликнул оборотень. - Неужели подмога прибыла? - мужчина взглянул на Мрацеш.

- Скорее беженцы. Что делать будем? - и она с интересом посмотрела на Дириха. Кое-что она уже придумала.

Кель

- Нашли?

Это был мой первый вопрос, который я задала. Скорее прокаркала, ибо голос напоминал вопль нервной вороны долго и упорно орущей на стаю кошек под ее личным, вороньим, деревом. Склонившаяся надо мной размытая фигура кивнула, не уточняя кого или что именно. Я в свою очередь не стала интересоваться личностью бесформенного пятна - все равно между любым именем и моей памятью сейчас глубокая непреодолимая пропасть.

О, я отнюдь не поглупела и не потеряла память. Хотя предпочла бы и то и другое сделать, причем прямо сейчас. Просто голова не работает. Словно рычажок повернули и вместо хитрой и жесткой Императрицы на троне, валяется на грядке подгнивший овощ. Почему-то я ассоциировала себя с тыквой: косой на один бок, кривой на другой и с отсохшим хвостиком. Дозрела, называется!

Я попробовала осторожно перевернуться. Ага, еще бы сообразить, где у меня ноги, а где руки находятся. До кучи неплохо понять лежу, стою или в подвешенном состоянии я нахожусь. Разобравшись с двумя вопросами недурственно было бы третий решить - в какой точке пространства и времени располагается кучка костей, мяса и жил являющаяся по недоразумению моим телом.

О, кажется мной заинтересовались. Все та же размытая фигура. Или другая? Для меня они сейчас все на одно лицо! Посмеяться не получилось, но это к лучшему, ибо шутка ужасная, но это не последствия магического перенапряжения. Чувство юмора никогда не являлось сильной стороной моего характера. Откуда, если я хохочу там, где другие плачут до, во время и после происходящего? Например, похоронный обряд мне вовсе не кажется ни скучным, ни отвратительным, ни печальным мероприятием. Наоборот, дико смешно наблюдать за лицами, скукоженными в попытке выдавить слезинку. Не отрицаю, есть те, кто искренне переживает естественную смерть родственника или просто близкого человека, но большинство голову ни себе, ни честным людям не морочит!

Всем давно и прекрасно известно о том, что станет с бренным телом и бессмертной душой. Лежа на смертном одре и обнимая правнуков, а то и пра-правнуков, темные почти все готовы уйти и уступить любимые фамильные грабли дражайшим потомкам. Но если кому-то вдруг приспичит поговорить по душам с усопшим насчет клада под любимой яблоней зарытого или тайного слова, дающего доступ к баснословному счету в банке, то все знают куда за помощью обратиться - некроманты наше все! Недаром эта профессия вторую строчку в списке самых уважаемых профессий занимает после золотаря.

Меня перевернули. Получили булькающее спасибо и удалились. Жаль, могли бы и рядом полежать, оказать, так сказать, моральную поддержку. Мне бы сейчас плакательная жилетка не помешала. Нет, жилетка маловата будет, мне плакательное одеяло надо и такое, чтобы без слов понимало, насколько мне сейчас плохо. Паршивые ощущения: будто я сперва пять суток не спала, затем трое не ела, двое не пила и под конец на меня камнепад обрушился и под собой похоронил. Просил Отанас не геройствовать самостоятельно, мол подданные на это есть, руководить учись, мотивировать... А я? Как всегда в первых рядах тощей грудью бреши закрываю. Мало мне памятников при жизни по всей Империи понатыкали - один большой посмертный захотелось, чтобы саркофаг охранял.

Некто принес воды, напоил меня, заботливо поддерживая голову. По волосам погладил и прошептал что-то. Про любовь. Похоже, мне хуже становится, иначе с чего бы мои уши несуществующие откровения слышали? Да и Иль вроде как говорить не способен, кто же тогда? Я мысленно улыбнулась, вспомнив о Боршхмейстере. Будет смешно, если именно он окажется надеждой и опорой в трудный момент. Решив, что хуже не будет, я напряглась, цапнула размытую тень за руку, дернула ее на себя и уложила рядом с собой, с удовольствием уткнувшись в теплую шею. Знаю, дала слабину, но после промозглой сырости болот ужасно хочется ощутить живое тепло... Даже брыкающееся и не согласное с моим эгоистическим решением! Да устанет оно или нет? Все равно ведь не отпущу и за все богатства Леса Вечности!

Думать нормально я смогла к следующему пробуждению. Вслед за мозгами, на место встало зрение, но лучше бы оно повременило, ибо передвигаться я все еще не могла, поэтому пришлось смиренно лицезреть свирепую физиономию советника Тиллийса. Заботливым размытым пятном оказался Вайен собственной персоной, на котором я и расположилась. А из него вполне удобный матрас получился, но разумеется я придержала комплимент для более удобного случая.

- Тебя спасает только беспомощность. С умирающими не дерусь, - с достоинством прошипел эльф.

- Как приятно, когда противник не делает скидку на пол, - перекатилась на бок, освободив тело советника. Вид у него был такой, словно он укусить меня собирался. За нос. Ну, чтобы не больно, но зато как обидно было!

- К тебе определение "женщина" не относится, - буркнул мужчина, встал, аккуратно, не потревожив, перелез через меня и потянулся.

- Ты разбередил мое любопытство. И кто же я, по-твоему? - выгнула дугой бровь.

Он несколько секунд неприязненно смотрел на меня, размышлял, наморщив лоб, а после дошел до грубо сколоченного стола недалеко от кровати, взял с него тусклое зеркало, протер рукавом и протянул его мне.

- Оно более красноречиво, - с язвительной ухмылкой светлый ткнул пальцем в мое отражение.

Потемневшая поверхность отразила заострившийся нос, запавшие глаза, острые скулы и покрытые сеточкой трещин губы. И шрам, разумеется. Телосложение... Здесь ситуация обстояла гораздо хуже: стиральная доска наиболее подходящее для определение. По возвращении в Лос-Идос придется днем и ночью слушать тихие стенания Скуразо на тему коней, корма и ценности его таланта для темноимператорского двора.

Шеф-повар свой талант по ширине талии и бедер придворных оценивает: чем они шире, тем довольнее его краснощекое лицо. Я ему всегда настроение порчу. Он решил, что не состоится, как профессионал, если не откормит меня стандартов красоты, принятых на своей исторической родине. Разино действительно пытался, ежевечерне превосходя себя, но гены зеленокожих кочевников и четырнадцать поколений воинов в роду оказались сильнее фантазии шеф-повара - мне удалось сохранить стройность, а теперь... Как бы несчастного мага кулинарии удар не хватил!

- Оу, я вернулась к своим прежним размерам, - отложила зеркало и улыбнулась. Вышло довольно коряво, но не соглашаться же с противным эльфом, который больному человеку доброе слово зажал. - А то растолстела от мирной жизни, даже пришлось гардероб обновлять. Теперь смогу вернуться к любимому черному цвету и блестящей коже.

Вайен вытаращил глаза, издал непонятный звук и махнул на меня рукой. На душе приятно потеплело. Годы властвования были переговорами наполнены и последнюю неделю не приходилось скучать, а тут вынужденная словесная голодовка - от недостатка общения готова с эльфом урожай орехов развивать и тенденциями разведения белок в неволе интересоваться. Правда, не только это заставляет меня против шерсти советника гладить.

Признаться, перепалки с ним доставляют небывалое удовольствие. Раньше я о Лассо с удовольствием когти точила, да и Иллинойса было приятно против шерсти гладить, в первую очередь из-за того, что оба огрызаться умели и за ответным словом в карман не лезли, но надо поостеречься. У меня всегда так начинается. Сначала взаимные оскорбления, потом дружеские потасовки, за ними невинные поцелуи, однако, заканчивается все по-взрослому и настает пора расплачиваться.

Советник совсем не подходящий кандидат на роль грелки в кровать холодными степными зимами. Есть много причин, буквально запрещающие с ним связываться и рассматривать с горизонтальной точки зрения, только я никогда в подобных делах разума не слушалась. В омут с головой тоже не прыгала, просто в один прекрасный момент обнаруживала, что глаза иного цвета, чем зеленый, намного привлекательнее и доступнее.

Эм, так Вайен мне нравится? Чума!

Эльф шуршал возле плиты. Немногим ранее он выходил на улицу за дровами, принес полную охапку и растопил печь с вмурованной в камни железной плитой для готовки. Никак совесть проснулась и велела ему оказать великую милость страждущим?

- Что на ужин? - с таким же успехом сейчас может быть время завтрака или обеда, но вечерний прием пищи наиболее соответствовал одолевшему меня лирическому настрою. Не попросить ли его свечи зажечь?

- Кролик, - отозвался эльф. - Печеный.

- Ты мне его жевать будешь? - усмехнулась.

- Пососешь! - рявкнул чем-то недовольный светлый. Похоже, без сознания я вызывала у него более теплые чувства.

- Мне это мало поможет выздороветь. Может бульон сваришь? - я продолжила доставать ушастого. Интересно, как скоро он осознает факт проверки на прочность и что тогда делать будет? Если вообще поймет, чем именно я занимаюсь.

- Сама вари, - он повысил голос. Ого, сильно его припекло, а ведь я серьезно еще за него не бралась. Всего лишь размялась самую малость.

- Ты решил голодом меня уморить? - сказала жалобно. Хвала предкам он мою задиристую рожу не видит. - Тиллийса пожалей. Кто кроме меня вашему непутевому владыке поможет?

- Любой алхимик, - Вайен остался непреклонен. Тьфу, ты несгибаемая скотина! Но я все равно от него добьюсь искры настоящего чувства. Хотя бы ненависти, а то убить обещал, но как-то буднично и скучно. Надо с помпой, с вызовом, с сорванным от крика горлом, тогда есть шанс на успех. Скучная смерть для такой яркой личности, как я.

- Жаль разочаровывать тебя, но любой не сможет. Помимо растительных экстрактов "забвение" магию Грани содержало. У вас ей кто-нибудь владеет? - и голос такой серый со слегка растянутыми гласными и оттенком превосходства. Мужчин на раз из себя выводит. Исследовано и подтверждено!

- Ты прекрасно знаешь ответ, - эльф что-то разрубил ножом.

- Значит, бульон, - я расплылась в довольной улыбке. - И печень.

- А уши тебе не предложить? - судя по хриплому тону и промежуткам между слогами, советник дошел до кондиции.

- Слушай, ты чего злишься? - сделала вид, что удивлена.

- А ты зачем меня злишь? Думаешь, находишься в безопасности из-за нашего соглашения? Я далеко не такой мирный, каким кажусь, и не всегда слово держу, - эльф оказался подле кровати. Окровавленный нож зажат в напряженной ладони, брови сдвинуты, глаза налились кровью. Уши отведены назад, а зубы оскалены. Просто милашка!

- Нашел чем гордится, - фыркнула. - Не потому ли злишься, кровиночка моя, что я все равно лучше тебя. У меня и принципы есть и силы воли хватает им следовать, не поддаваясь на провокации. Ты можешь из кожи выпрыгнуть, на изнанку вывернуться, но превзойти не сможешь...

- Заткнись! - нож воткнулся в стену.

- Потому что ты - это ты, а я - это я. Стань собой, увидишь, полегчает, - закончила жестко и обдала застывшую фигуру холодным взглядом.

Пальцы Вайена скрючились. Он протянул ко мне руки, но опустил их, не дотронувшись. Мужчина поджал губы. В его взгляде промелькнуло что-то странное. Буквально одно мгновение, но я заметила и нахмурилась. Эльф моргнул и отвел глаза. Он понял, что выдал себя и сейчас соображал продолжать крепко держаться за прежнюю позицию или сдаться.

- Зачем ты меня спасла? - спросил он, разглядывая свои сапоги.

- А ты почему меня не бросил? - и мы снова скрестили взгляды.

Иллинойс и компания

Императрица Темной Империи ошибалась. Вайен был не просто зол - он был склонен к убийству. Вернее к самоубийству, ибо винить в ситуации, в которой он оказался кроме себя некого. Он тридцать раз мог оставить Осантейю и гвардейца на болотах, но не сделал этого! Почему? Кто бы помог отыскать завалявшийся в глубине подсознания ответ!

Советник боялся заглядывать внутрь себя. Последний раз он брал в руки лопату и приводил в порядок свой неприглядный внутренний мир очень давно. Не стоит лишний раз туда соваться: плохо пахнет и много компостных куч, уж Вайен-то это знал, однажды перетряхнув душу вдоль и поперек. С тех пор заходил периодически кучки ровным слоем по земле разбросать. Еще не хватало увязнуть в компосте при очередном и визите и тогда даже вид не сделать, будто вернулся в реальность с чистыми руками и отполированной совестью. Однако... Если не он, то кто за него займется грязной работой, а тут возможность представилась, будто нарочно - Кель его в койку уложила, видимо с любимой плюшевой игрушкой перепутав! И ведь не выбраться из-под нее. Лежит гранитной плитой на теле и не шевелится, но физиономия отвратительно довольная. Такое впечатление, что ее заветная мечта исполнилась.

Мыслями Вайен довел себя до исступления. Его колотила крупная дрожь. Губы пришлось плотно сжать, чтобы они не стучали. И непонятно, что его беспокоило больше: то, что он может сломать их или то, что женщина, прикорнувшая на нем проснется от клацания.

Эльф был жутко недоволен собственной противоречивостью. Много лет назад он поставил себе цель и с упорством, достойным породистого барана, добивался ее, но теперь, когда протяни руку и заветная мечта, созрев, упадет в руки без усилий с его стороны, ему внезапно расхотелось штурмовать крепость.

Разве смерть Императрицы что-то исправит? Разве позволить стереть из памяти и прошлого пережитой позор? Нет. Тогда зачем он хочет видеть ее бездыханное тело у своих ног? Только затем, чтобы осознать - все закончилось, осмотреться, опуститься рядом с ней на колени и зарыдать от безысходности и потери жизненных ориентиров?

Всю жизнь Вайену приказывали, говорили что делать, зачем делать и когда это делать. И он делал, причем превосходно. Равным ему не было ни до ни после выпуска из закрытого учебного заведения. Убийство было для эльфа не просто профессией - оно было его талантом, раскрытым и доведенным до совершенства. Он привык смотреть на всех сверху вниз, видеть не достоинства и недостатки, а слабые места. Оценивать не украшения, а телосложения и прикидывать в уме, какой способ смерти подойдет тому или иному существу. Он делал не задумаваясь и не считая чем-то противоестественным.

Убийство темной должно было стать вершиной его достижений, затем и уйти было бы не стыдно в самом расцвете лет на покой под сень дубов в землях клана, который когда-то посчитал мальчика со слабыми руками непригодным для своих нужд. Младшая кровь - ею и пожертвовать не жалко. Так размышляли потомки основателей клана. Вайен значительно сократил их количество - они не знали единства и не желали делить власть, а Вайену было все равно на ком оттачивать искусство отправки за Грань.

Не получилось...

Она действительно была лучшей, но все же не смогла достать его с первого удара, зато почти прикончила вторым. Он умирал с развороченной грудью и тем не менее с восхищением смотрел на темную, разглядывающую его с преувеличенным вниманием. А из тебя выйдет толк...

Несколько простых слов перевернули жизнь Вайена с ног на голову.

И довели до состояния подушки для светлой головы Императрицы.

И возложили на него обязанности личного повара и слуги Осантейи.

А ведь им еще предстоит выяснять отношения, когда события в Лесу Вечности прекратят нестись галопом в направлении всеобщей эпидемии безумия!

Эльф закончил с бульоном. Налили полную чашку и поставил на стол остывать. Себе отрезал половину туши, вторую отставив гвардейцу. Оборотень с ежом скоро вернется с разведки и вряд ли он наестся по пути свежими лесными ароматами. Советник облизнулся, выковырял из тушки печень, вонзил в нее вилку...

С кровати на него смотрели два больших обеспокоенных взгляда. Они метались между кроличьей печенью и ртом эльфа, наконец застыли где-то посередине. Выражение лица Владычицы стало растерянным, рот приоткрылся. Она облизнула нижнюю губу, несколько раз быстро моргнула и отвернулась. Предки, она что из-за печени так расстроилась? Вайен поверить не мог.

Это же... это же темная! Она не может, не умеет и не будет реветь, тем более перед мужчиной, вдобавок врагом! Или будет... По спине светлого будто пробежали несколько ветвистых маленьких молний.

Ругнувшись себе под нос, он сходил за отдельной тарелкой, положил на нее печень и поставил рядом с чашкой, приготовленной для Императрицы и бросил недовольный взгляд в сторону кровати, занятой больной, а та откровенно смеялась, ну, насколько было возможно в ее состоянии.

- Что... - ничего не понял эльф.

- Ты и правда подумал, что я меня так легко расстроить? - уголки губ темной умпрямо ползли вверх.

Демонова девка! Она еще и издевается над ним! Вайен отставил тарелку, схватил со стола кружку с бульоном, подошел к кровати, сел на крепкую табуретку и протянул руку с угощением темной. Следовало занять ее рот чем-нибудь полезным, пока она не заставила его из шкуры выпрыгнуть.

- Пей! - громыхнул эльф. И подавись. Но вторую часть фразы он не произнес вслух. Слова насчет магии крепко засели в голове. Императрицу необходимо доставить во дворец владыки живой и способной работать. А не это ли причина, которую он искал? Видимо усталость сказала, раз он очевидное не заметил.

- Не могу, - едва заметно пожала плечами Осантейя. - Руки дрожат, бульон расплескаю, придется новый варить. Или ты в восторге о возможности позаботиться обо мне? -ухмыльнулась женщина.

Эльф сглотнул. Он подавил вспышку ярости и вдруг успокоился. Что мешает ему относится к общению с темной, как к разговором с любым знакомым не особенно вежливым эльфом? Обычная перепалка на радость двум существам, желающим приятно провести время за словесной дуэлью и расстаться, оставшись довольными друг другом. Попробовать можно. Надо хотя бы попытаться не так эмоционально реагировать на нее! Что ж, причина у него есть, средство известно...

Вошедший в избу через полчаса гвардеец застрял на пороге. Удивляться было чему: врага врага кормит с ложечки, вытирает полотенцем подбородок и поправляет под спиной подушки.

Первое впечатление улетучилось спустя пять минут, и оборотень прошел к плите, положил в ведро куропатку и сообщил, что он с ежом нашли тропу ко дворцу. Сутки дороги, и да здравствует Император Леса Вечности и его разум.

Вайен обрадовался, а темная скисла. Ее хмурое лицо мгновенно остудило пыл советника. Действительно, куда ей сейчас идти? Разве что прямиком за Грань. До нее уже не пара шагов, но все еще гораздо ближе, чем до дворца. Ничего, эльф ждал десять лет, подождет еще немного. Советник повеселел. Он вновь схватился за ложку и принялся усердно откармливать Осантейю, словно ее выздоровление от количества еды зависело, а не от скорости усваивания оной. Даже свою порцию порывался отдать, но темная возмутилась. Правда, пообещала через два дня при должном уходе и полноценном питании встать на ноги.

Два дня... Удивительно, как один и то же факт, может дарить надежду и приносить смятение... Эльф фальшиво улыбнулся, сжал кулаки и поплелся к плите обдирать куропатку.

Дирих орал. Некромант вопил так громко, что оборотням грозила необратимая глухота, но гвардейцы стойко продолжали оттеснять мужчину к воротам. На крыльце дворца стояла полностью довольная собой Мрацеш. Мастер искренне считала, что ее инициатива разумна, правильна и продиктована обстоятельствами. Она явно более опытный некромант, следовательно ей и доплетать защиту, а менее опытный коллеге надо опыта набираться. Как раз за пределами территории резиденции эльфийского владыки опыта хоть отбавляй! Ларса еще и наградят, наверняка, за проявленную смелость при спасении беженцев. Не факт, что при жизни, но это будет уже другая история...

Некромант медленно приближался к воротам. Он не хотел выходить к зомби. Прикончить одного-двух не проблема с поддержкой за спиной в виде опытной Мрацеш и оборотней, но на подступах к дворцу их сотни. И что с ними делать? А, не сними, надо эльфов спасать, которые себе путь к надежным стенам порубить пытаются. Пусть спокойно рубят, а он их здесь подождет и если будет кому, то первую помощь окажет. Хм, если не выйдет, то ему последнюю помощь окажут? Какие невежливые оборотни.

Дириха выпихнули через узкую дверь. Некромант прижался спиной к деревянной, обитой железом створке и осознал, что выбор у него небольшой: или сдаться или драться. Заклятие Сташи слетело с пальцев инстинктивно. Второе более осознанно, третьим и следующими он стал пробивать себе коридор через плотную толпу зомби к беженцам, ибо они - его единственная надежда.

Ларс от страха не помнил себя и плохо осознавал, что делает. Он торопился оказаться рядом с живыми и спрятаться за их надежные спины. Эльфы хоть и мерзкие личности все поголовно, но воины опытные и их много. Они безусловно сумеют защитить одного маленького некроманта. Мертвецы приводили Дириха в необъяснимый ужас. Тем более такие - покрытые грязью, листвой и ужасно голодные. Они были со всех сторон. Их длинные сучковатые руки тянулись к телу Ларса, хватали за одежду и тянули к открытым ртам. Его окружили!

Мужчина сжался. Силы покинули его. Он ощутил огромную давящую на плечи усталость. Она гнула его к земле. Некромант опустился на землю в ожидании неминуемого конца. Магия пульсирующая в руках собралась в пульсирующую точку в груди, сжалась до размера булавочной головки и вдруг полыхнула...

Сотни светящихся зеленых нитей протянулись от его тела к мертвецам. Зомби застыли, а потом развернулись и закрыли своими телами нового хозяина.

Кель

Мы бреди среди толпы беженцев. Я старалась не выделяться и запретила Вайену как-либо афишировать нашу причастность к событиям, которые заставили эльфов убежать с насиженных мест. Советник нервничал в толпе. Он то нервно озирался по сторонам, то хватался за меня, то остервенело гладил гвардейца, изображающего нашего ручного волка. Оборотню подобные ласки не нравились и рука светлого была уже дважды пожевана длинными клыками зверя.

Мне очень не нравилась ситуация. Я бы предпочла пойти лесом в стороне от скорбной процессии, но Вайен настоял на том, чтобы присоединиться к беженцам. Дескать, совесть не позволяет ему бросить сородичей в беде. Ага, а меня в качестве гаранта безопасности ушастых совесть настоятельно рекомендует! И плевать, что я только после отката на ноги встала. Я же темная, на меня жалость жалко!

Да уж, перспектива не радовала. Толпа эльфов раздражала. Вайен бесил так, как никогда прежде. В таком состоянии магия практически не поддавалась контролю. Рядом со мной все мерзли, отчего старались держаться подальше от странной семейной пары, коей мне и советнику пришлось объявить себя. Правда, идея и ее исполнения целиком и полностью ему принадлежали. Как же, он, по моему мнению, ляпнул первое, что в его дурную голову пришло. К тому же, с беженцами планируемые сутки пути до дворца уже растянулись в двое. Как думаете, есть отчего прийти в ярость?

Информации о происходящее во дворце ноль. Удались ли Снэйку продвинуться в поисках мага? Получилось ли у двоих зеленокожих братьев накостылять младшему? Что с Тиллийсом? И закончили ли некроманты заклинание. Единственное, что я знала твердо - моя Правая Рука жив, ибо "привязка" работала. Надеюсь, к тому моменту, когда мы вернемся во дворец он таковым и останется. Но впереди еще полтора дня пути и неизвестно, что произойдет за это время...

Крик заставил меня мгновенно развернуться и броситься против потока испуганных эльфов. Добравшись до места я ничего и никого не увидела, но кто-то же кричал? Сделала шаг вперед. Чувства обострились до предела. Чутье предупреждало об опасности, но я не видела ее! Что, демон, побери здесь не так? Еще шаг. С плеча раздалось предупреждающее фыркание. Я вернулась назад, присмотрелась к растительности у тропы, создала небольшой светящийся шар и направила его в показавшееся мне подозрительным место.

Он исчез!

За моей спиной сдавленно охнули.

- Ни шагу с тропы! И вообще ни шагу! - зычно крикнула я. Нашему командиру это вряд ли понравится, но что-то я этого темноволосого эльфа здесь не вижу.

Вторым заклинанием ушел поисковый импульс. Он пропал на минуту, затем вернулся и доложил, что обретался за тысячу километров от моего текущего местонахождения. Ничего не понимаю... Обычно эльфа располагают пространственные складки прямо на тропах и дорогах, да еще обозначают их, кому и зачем понадобилось прятать такую складку в кустах?

- Что вы, темные вас сожри, делаете?! - ко мне все же протолкался предводитель. - Я бы не стал на вашем месте заострять внимание на несущественной проблеме! - светлый схватил меня за руку и сжал плечо.

Я вцепилась в его запястье, посмотрела прямо в глаза подонку и заставила его разжать ладонь. Он потрясенно смотрел на меня, раскрыв рот. Что-то хотел сказать, но не получалось.

- Не желаете ли поделиться сведениями? - я дернула эльфа на себя. - Мне кажется или карты пространственных складок у вас нет?

- Ее вообще нет, - прохрипел он, с трудом сохраняя остатки самообладания. Хрупкие кости его запястья трещали под моим нажимом.

- Что еще вы скрываете? - он же не захочет лишиться руки, так?

- Ее невозможно составить. Пространственные складки в этой местности возникают стихийно и ведут куда им заблагорассудится! - выкрикнул светлый.

Он был готов упасть на колени. Кстати, перед той самой темной, которую недавно упоминал, рассказывая не совсем приличные подробности моей личной жизни, еще и не соответствующие действительности. Я запомнила. И теперь с удовольствием мстила, имея оправдание: кажется, эта светлорожая тварюшка решила ради своей безопасности другими эльфами пожертвовать, оттого загнала их на эту тропу с "дырками", где зеленокожей напасти не водилось. Естественно, откуда ей взяться, если в этой местности не живет никто?

- Кейолин, отпусти его, - Вайен положил свою ладонь поверх моей. - Мы найдем выход, - сказал он убедительно. Я закрыла глаза, вдохнула и решила поверить. Отшвырнула от себя светлого, закусила губу и принялась ходить вперед-назад на ограниченном клочке пространства. Вокруг меня сгрудились эльфы, инстинктивно почувствовав нового вожака стаи, хотя я не хотела им становиться, да кому сейчас нужны мои объяснения и оправдания! Вон,даже советник смотрит на меня с ожиданием и проклятущей насмешкой в глубине синих глаз. Очевидно знает, какие мысли шныряют в моей голове.

- Так, пространственные складки возникают сами по себе, алгоритма никто не знает. Могли бы и изучить за столько лет, наверняка есть зависимость... - не удержалась от порицания. Находящиеся рядом со мной эльфы сжались под холодным взглядом. Нужны они мне больно... - Но вы этого не сделали. Конечно, проще не жить в данной местности. Вы, как обычно, отличились радикальным решением проблемы. Но не об этом речь, - я сама себя остановила, осознав, что скатываюсь на обвинения. Так и до суда дело может дойти. А неплохая мысль! Глядишь, все будут признаны виновными и спасать никого не надо будет. Я обрадовалась, но под умоляющим взглядом Вайена вернулась к пути долгому, неверному, но дающему надежду для ушастых олухов на выживание. - Простите, отвлеклась, - скорее увлеклась, только не вижу смысла сообщать об этом всем и каждому. - Вы дыр не чуете? - можно было и не спрашивать. Вряд ли бы с положительным ответом отряд потерял боевую единицу. - Но их ощущает еж, а ты? - взгляд, адресованный оборотню. Гвардеец неопределенно мотнул косматой башкой. - Придется развивать интуицию, - я развела руками. Волк погрустнел от моих слов, но мужественно подставил холку ежу.

Напомнив народу о железной дисциплине и запретив во второй раз дергаться, дабы не потерять еще кого-нибудь, кроме добровольцев, которые хотят в одиночестве получить массу приятных впечатлений от прогулки по местам диким и незнакомым, я велела всем достать веревки или то, чем их заменить можно, связать концы и обвязаться каждому вокруг талии, построившись в линию. Заодно и пересчитала бедолаг. Считая нас, а также временных четвероногих личностей получилось шестьдесят три души. Не мало. Но, предполагаю, советник не позволит провести выборочную сортировку.

Теоретически, я в состоянии продиктовать Вайену подробный адрес, куда ему пойти с возражениями и сородичами, но практически не хочу, чтобы все эти души ко мне во снах являлись, пальцами тыкали и орали ночью над ухом о бессердечных темных их погубивших! Я очень дорожу своими редкими часами отдохновения. Надеюсь, в родной Империи никто не узнает о постигшем меня шестьдесят три раза позоре.

Оборотня поставила впереди, за ним двигались советник Тиллийса, я и все остальные. Замыкающим стал тот самый из Первой Крови Клана, возомнивший себя умнее прочих. В общем-то его план почти удался и поперек его слова рта бы никто не посмел раскрыть, однако, появилась я и испортила все веселье. О, предки, что же со мной? Двадцать восемь лет жизни поступала, как хочу. Десять, как правильно. А сейчас действую в зависимости от количества устремленных на меня жалобных глаз и поникших ушей. И ведь кого жалею... Скажи им, кто я, и милые несчастные участники превратятся в охваченных яростью зверей, готовых сдохнуть, но не принять мою помощь!

Мы двигались след в след. Устраивали перекличку, после особенно заковыристых обходных троп, которым вели нас еж и оборотень и почему-то пролегал найденный путь обязательно через какую-то гадость: заросли с колючками длиной в палец, кусты с падалью, муравейник, чьи хозяева своим размером и красной окраской половину отряда до обморока напугали, осиные гнезда, змеиное гнездо и окутанные паутиной деревья, внутри которых что-то шуршало.

Через пару часов я серьезно задумалась о волчьей шкуре перед камином в спальне Лос-Идос, изящной фигурке ежа на каминной полке, ручной дрели и шести десятках клыков замечательно дополняющих мое ожерелье. Эх, мечты... Но доля утешения в них есть. Согласившись сама с собой, я добавила к картинке в голове полуобнаженного Иля. Вот теперь все на своих местах.

Когда количество просьб "добежать до кустиков" превысило чашу моего терпения, я решила устроить привал. Я отстранила от разведки местности гвардейца с садовником, засудила рукава и лично взялась за дело. Сотня поисковых импульсов выстрелили из рук и понеслись в разных направлениях.

С их помощью удалось вычленить свободный от пространственных складок участок, где мы и решили расположиться на отдых большинством голосов. Я бы предпочла идти дальше. Демон знает, куда мы через минуту провалимся.

На протянутую ко мне руку я среагировала рефлективно: разворот, болевой захват, бросок. Эльф из клана врезался в группу сородичей вверх тормашками, сбил их с ног и бесформенной кучей осел на земле. Я сплюнула на землю, засунула за голенище сапога отобранный у аристократа кинжал и подошла к постанывающему ушастому. И на кой, спрашивается, совался?

- Ушибся? - я села на корточки рядом с эльфом. - Что же ты под ноги не смотришь, а?

- По какому праву... - прошипел бедняка. Ох и корчит его! Действительно сильно приложился, но не моя вина, что у него ни запасного плана, ни пути отхода продуманы не были.

- По какому праву что? - я растянула губы в ледяном оскале. - Клан твой спасаю? Себя защищаю? Ты уверен, что готов узнать это? - низко-низко наклонилась к лицу эльфа и посмотрела в его глаза, подначивая ответить "да".

- Кейолин! - окликнул Вайен.

Я повернулась на крик и послала советнику такой заряженный гневом и ненавистью взгляд, что он застыл, неловко дернул челюстью, но не посмел вмешаться.

- Хочу! - простонал кланник.

- Я... - повисшую тишину в ожидании откровения разорвал истошный вопль. Облизнув губы, я выпрямилась, поводила из стороны в сторону сведенной челюстью и попросила аристократа: - Никуда не уходи, я сейчас...

Не дают спокойно над ушастым поизмываться, ядреный огурец им всем с сантиметровыми пупырышками в больное горло, что еще произошло?!

Иллинойс и компания

А резиденции Тиллийса полным ходом шло размещение прибывших квартирантов. Беженцы прибыли накошмаренные, оттого нервные и чрезвычайно крикливые. Требовали немедленно подать им императора, казнить некроманта и разобраться с мертвецами, которые вместо заслуженного отдыха шляются, где пожелают.

Увы, некроманты от высокой чести быть немедленно казненными вежливо отказали, пригрозив скованных заклятием подчинения зомби отпустить на волю, если еще хоть одна аристократическая ушастая сволочь вместо спасибо за спасение заикнется о неподходящем для их эльфийских душ обществе. И где?! Во дворце самого владыки...

К сожалению, в аудиенции Императора им тоже отказали сославшись на его болезнь, ведь бедный Тиллийс столько ран получил, героически защищая дворец. При этом гвардейцам приходилось тщательно следить за слухами, ибо среди эльфов уже появилась информации о неком разгуливающем по дворцу овоще подозрительно напоминающем Правителя, но никто точно ничего не знал. Эльфы относительно подобных слухов придерживались двух основных версий: или новый вид зомби, или старая добрая шутка. Некоторые даже смеялись. Истерично.

С мертвецами всем желающим предложили разобраться самостоятельно, но практически мгновенно выяснилось, что у кого-то голова болит, кто-то смертельно устал, а у всех остальных рука не поднимается, тем более зомби смирные стали, стоят культурно рядами и никого не трогают, а если их еще в виде художественного произведения оформить: кому ручку заломить, кого в танцевальное па поставить, то красота будет неописуемая! То, что надо для уставших от войны и смертей эльфийских глаз.

Ларс предложение выслушал, поколдовал и с усмешкой представил свое понимание искусства. Ушастые к мертвецам цепляться перестали, а вот представители Темной Империи выразили искреннее восхищение талантом Дириха. Дважды обласканный за последнее время мужчина задрал нос и помчался на поиски дополнительного материала для композиции. Сташа вздохнула и отпустила напарника. Тяжело спорить с внезапно проснувшейся тягой к прекрасному. Тем более мастер лелеяла надежду до возвращения Ларса разобрать панно на составные части, иначе придется полевой госпиталь прямо во дворе организовывать - у каждого первого ушастого композиция панику вызывает, у второго перебои в работе сердечной мышцы.

Среди беженцев раненым зверем метался Снэйк. Правая Рука пытался на пальцах посчитать, сколько времени надо, чтобы найти цветок. Количество сумасшедших в дурдоме, в который медленно превращался дворец грозило увеличиться вдвое. Нет, в трое, если считать затасканного аристократами личного слугу Императора. Все хотели через него передать Тиллийсу пожелания скорейшего выздоровления и спросить, а где, собственно, держат несчастного и не нужна ли ему компания, дабы скрасить время? Рейтинас держал язык за зубами, прекрасно понимая, что часы в компании первой крови кланов станут для владыки последними.

Несмотря на суматоху все были при деле: темные эльфы командовали светлыми при поддержке Боршхмейстера, ибо только гном с его опытом проживания в стесненных условиях мог с толком умять в гостевых покоях толпу беженцев; Сташа встречала новоприбывших на крыльце, ее приветливой клыкастой улыбки вполне хватало, чтобы вопрос кто главный звучал всего один раз и не повторялся; Снэйк распоряжался гвардейцами и обучал новобранцев из числа эльфов, а еще он ждал, надеялся и верил. Это-то и убивало обычно собранного кумбу.

Беженцы успокоились, наелись, обрели защиту и... Стали задавать вопросы. Конечно, жители Леса Вечности знали о дипломатических отношениях между двумя противоположностями. Естественно, присутствие некромантов они себе чрезвычайными и многочисленными обстоятельствами, но кто все остальные и почему они взяли на себя командование? Многие кланники решили, что такое положение дел - форменное безобразие! Пора, так сказать, возвращать власть в ухоженные руки. Да и скучно просто так эльфам сидеть. Не привыкли они бездельничать: заговоров образовалось штук двадцать, не считая тех, пятнадцати, которые были направление на раз облачение первых двадцати...

Снэйк был в состоянии близком к моральному опустошению, ведь его каждые полчаса вызывали о жизни поговорить в ближайшем чулане, где предлагали за поддержку очень много интересных вещей: начиная от родной матери и заканчивая душами всего клана и его потомков до десятого колена. После пятого собеседника Правая Рука понял - бесполезно пытаться объяснить, что он не демон, за которого его принимали. Проще с умным видом кивать, уточнять количество, качество и прочие параметры предлагаемого товара!

- О чем задумался? - Сташа нашла блондина после очередных переговоров.

- Прибыли убытки подсчитываю, - с мрачным весельем во взгляде отозвался мужчина.

- Много насчитал? - с понимание усмехнулась мастер. Она не искала новостей, но не против была перекинуться словом с кем-нибудь нормальным, кто не лезет с просьбами укусить их и не поставляет немытые шеи под клыки.

- Я окончательно запутался! - посетовал змеиноглазый. - Пытаюсь приравнять дары к единой мере и не выходит! Как можно на одну чашу весов ставить стадо белок, мешок кедровых орехов и младшего сына в семье...

- А сын-то тебе зачем?! - некромантка прислонилась к стене рядом с кумбой.

- Вот и я спросил и знаешь, что мне ответили? - Правая Рука повернулся к Сташе.

- Что? - она заинтересовалась.

- Сам не съем, так на рынке продам или друзей угощу!

Вампирша закашлялась.

- И почем нынче эльфятинка? - полюбопытствовала она, справившись с удивлением.

- Говорят мозги по десять золотых за долю идут, а печень по двадцать за сто грамм...

- Шутишь?! - удивление переросло в восхищение фантазией ушастых.

- Клянусь! Мне обещали полный список цен по первому требованию предоставить и... и книгу рецептов! - выражение лица Снэйка было трагичным и комичным одновременно, словно мужчина недавно смеялся до слез и надорвал что-то внутри или же случилось нечто настолько плохое, что остается только рассмеяться, ибо на прочее времени нет.

Кумба переживал. Своим поведением эльфы выбили у него опору из-под ног. Он как-то лучше о них думал и лояльно относился, считая мнение Кель об ушастых сильно приукрашенным ее любимым черным цветом, но похоже она оказалась права на сто процентов: жители Леса Вечности секунды не могут прожить подложенной кому-нибудь в пределах досягаемости свиньи. Хотя подобное сравнение однозначно обижает нежных розовых хрюшек - эльфы мастера монструозных кабанов подбрасывать!

Снэйк никак не мог успокоиться: надо же... рецепты вкусных и здоровых блюд из эльфов от самих эльфов. Как они их составили? Почему с таким пылом расхваливали? Они пробовали что ли?!!! Предположение приводило Правую Руку в ужас.

А еще блондин испытывал жгучую обиду. Порой, он, получив задание от Кель распространить среди государств светлого союза очередную устрашающую байку, ночи не спал и придумывал под каким соусом основное блюдо подать, а светлые его переплюнули - их представления о Темной Империи были страшнее, кровожаднее и намного превосходили потуги змеиноглазого представить темных в те времена, когда они на самом деле олицетворили зло. Снэйк думал что достиг небывалых высот в сочинении страшилок и запугивании, а выяснилось - он потерпел полный крах. Как после такого открытия работать? Отставка - единственный достойный выход из положения.

Пока кумбу мучили сомнения в профессиональной при годности для работы в качестве Правой Руки Темной Владычицы, эльфийка, о которой он напрочь забыл в связи с наплывом своих и чужих проблем отчаянно сражалась с собой, озабоченным зомби и братом, поминая все, кто втравил ее в неприятности "добрым" и громким словом. Сильнее всех доставалось Снэйку, чья внешность, лоск и налет таинственности заставили Эйлин вниз головой прыгнуть с моста, но она считала, что мост невысоко, а внизу озеро! Ага, высохшее. С острыми камнями на дне

Шпионка вспоминала блондина в хвост и в гриву, вызывая у зеленокожего сопровождающего приступы ревности, а у Иллинойса неконтролируемого хрюкания. Впрочем, через несколько часов беспрерывного описания всего, что Эйлин со змеиноглазым сделает, девушка охрипла и замолчала, опасаясь лишиться голоса навсегда. Впрочем, надо отдать ей должное: за все время эльфийка ни разу не повторилась, а Иль даже пару пыток запомнил для третьего дополненного издания "Энциклопедии черных дел мастера" с цветными иллюстрациями, в том числе версия для детей.

Веселье бывшего Темного Властелина не было показным, но все же отчасти он себя заставлял: загнал тревогу под печень, надежду спрятал под желудком, отчего кушать постоянно хотелось, и шел за сестрой по пути, который мертвец показывал. Иль не слишком доверял зомби, но признавал право того вести за собой, ибо мертвец знал хоть что-то тогда, когда Эйлин и он не знали совершенно ничего.

Вообще, зомби тоже ничего не знал, но в его распоряжении находилось обостренное чутье неправильного мертвеца. Оно неумолимо вело к большому скоплению живых, привлекательных и чувственных женщин. Конечно, никто не сможет вытеснить из его сердца необыкновенную Эйлин, но разве кто-то обещал хранить верность? Верность, в принципе, характерна для очень маленького количества эльфов, к которому правитель прошлого не принадлежал.

Эльф интуитивно шел по замерзшему болоту, сочувственно хлопая по хрупким телам менее удачливых мертвецов, попавших в ледяной плен заклинания. Прошло довольно много часов, но снег не думал таять, а Сао хоть и грело да только не воздух над свежей искрящейся бриллиантовым блеском пустыней. Зомби находил новый облик местности заметно привлекательнее топей, кочек и кривых карликовых растений - бывший правитель всегда отличался тягой к минимализму: один цвет, один стиль и всего один из пяти братьев!

Неясное чувство чиркнуло, будто лезвие метко пущенной стрелы. Зомби остановился в сугробе по пояс покрутил головой и прищурившись посмотрел против солнца. А ведь в другое время и не заметил бы! Но теперь клочок леса выделялся ярким пятном на фоне бледной земли.

- Туда, - воскликнул он и принялся работать ногами, прокладывая в путь снегу. К зелени, эльфам и возможному удовольствию! Кто сказал, что мертвым они не положены? Да он любому живому фору даст!

Зомби рухнул в пространственную складку первым, приземлился на корточки, поднялся, расправил плечи насколько позволял сколиоз (а вы посидите при свете свечи над коварными планами столько, сколько он!) и обратился к эльфийкам у жиденького костерка:

- Кто поприветствует доброго молодца поцелуем? - и пальцем показал к какому месту следует приложиться губами. Чтобы разглядеть молодца женщинам потребовалось три секунды, после они слаженным воплем "зомби" выразили ему свое восхищение...

Кель

Я ринулась на шум, а на меня ринулись эльфы, бегущие от чего-то, что упомянутый шум издавало. Приближаясь я разглядела зеленокожую бестию и прибавила скорости. На первый план вылезла безопасность моих подопечных, на втором болтался вопрос откуда здесь взялся зомби?! И когда мозг успешно сложил все неизвестные данного уравнения, из пространственной складки выпали еще два персонажа. Первого, вернее первую, я видела мельком на балу, зато второго знала вдоль, поперек и даже изнутри!

Появление Иллинойса стало полной неожиданностью: теоретически я знала, что из колодца он выбрался, иначе лежать мне на болотах в обнимку с предками и снежинки считать, но после мы столько кругов по запутанным дорогам Леса Вечности нарезали, что любая ищейка давно бы след потеряла, а он, как хвост за собакой, за мной волочится. Только не надо обвинять меня в бессердечии и противоречии самой себе! Я безумно рада видеть его в добром здравии, но в другом месте, ином времени и не обремененного непонятным желанием убить меня. Имею я на это право или мне вменили в обязанность безропотно выносить любые заскоки Иллинойса?

Пятьдесят метров...

Рука отведена назад, ее мышцы напряжены. Глаза ищут место для удара на теле эльфа. Если посчитать сколько раз Илю от меня доставалось, то удивительно почему он не стал пускающим слюни инвалидом. Впрочем, все еще в будущем и каждый новый удар приближает его к спокойной растительной жизни, а меня к глубокому чувству вины и сокрытию очередной неприглядной тайны правящей темной семьи.

Тридцать метров...

Появилось острое чувство неправильности происходящего, и я полностью с ним согласна! Хочу зимой приехать в Лос-Идос после трудной поездки к дальним границам, сбросить пропыленный плащ, снять тесные сапоги и босиком прокрасться в мою с Илем спальню, отогнать уголок теплого одеяла и приложить ледяные руки к животу спящего эльфа... Но это желания, реальность же такова, что приходится спасать себя от него.

Метр...

Удар пришелся по касательной. В последний момент на моей руке повисла малознакомая эльфийка и сбила направление. Иллинойс упал на спину, тряхнул головой, сфокусировал на меня взгляд и приподнялся, оперевшись на руки. Он хмурился. В глазах застыло удивление, но, похоже, не удар и не защита эльфийки его удивила.

- Эй, ты чего на эльфов бросаешься? В голову раненая? - набросилась на меня женщина. Она встала перед Иллинойсом и уперла руки в бока, готовая защищать его.

Я остановилась, тряхнула рукой, растянула губы в узкой, словно лезвие ножа, улыбке, вплотную подошла к эльфийке, схватила ее за талию и просто переставила в сторону.

- Не шуми, - тихо попросила, поправила рукой повязку. - Голова болит, а я боль хорошо только в компании, ты мне ее составишь? - краем глаза я продолжала следить за Илем. Странно, он не делал попыток напасть. Поднялся, да, но отошел в сторону и рассматривал землю под ногами, сложив за спиной руки. Это уловка?

Отпустив заткнувшуюся эльфийку, я подошла к Иллинойсу, боком, готовая в любой момент отпрыгнуть от него, протянула руку и коснулась кончиками пальцев плеча темного.

- Ты уже не хочешь убить меня? - спросила так, чтобы слышал только он. Незачем посторонних посвящать в перипетии наших семейных отношений. Наши имена и так порядком потаскали, когда в Империи внезапно для подданных смена власти произошла. Острые на язык и богатые на фантазию темные придумали массу "правдивых" историй об исчезновении Властелина.

Начало положили пьяные разговоры в кабаках (а где еще политику обсуждать?). Сперва народ предположил, что Иллинойс никогда не существовал, просто я им много лет голову дурила, скрываясь под иллюзией, но в его защиту массово выступили юные аристократки и владелицы столичных борделей, куда эльф имел привычку наведываться. Дескать, был такой, приходил, воспоминания оставил приятные. Тогда заговорили, что это Иль сейчас шутки шутит, скрываясь под моей личиной. Мол, отцы тех самых юных аристократок слишком часто стали его за стол приглашать и на женитьбу намекать, хоть на одной из их дочерей по любви, хоть на всех сразу по той же самой причине. Кстати, вариант "на всех" многим мужчинам казался весьма привлекательным: и женам есть чем заняться, и мужику из кого выбирать!

Отцы прелестниц обиделись на клевету и схватились за оружие. Разговоры на время притихли, но затем вспыхнули с новой силой, ибо некто умный предположил, что нет ни меня, ни Иля, а Империей давно управляют светлые, вот от чего жить стало плохо. В чем именно им жить плохо никто не уточнял, народ пожимал плечами и туманно говорил: ну вы же сами все знаете... Мне страшно предположить, что драгоценнейшие подданные придумают, когда мы с Илем на людях вдвоем покажемся. Стоит заметить не когда, а если, но я предпочитаю надеяться на лучшее, а он?

Эльф неуверенно пожал плечами. Понятно. Разговаривать он по-прежнему не может, но хоть с оружием не бросается!

Выяснив детали появления пополнения в команде, я пригласила прибывших расположиться у любого костра, предупредила об опасностях тропы, изложила планы на ближайшее будущее и отошла к Вайену, злясь на саму себя, что не придумала ничего лучше. Сердцем хотелось быть рядом со своим эльфом, ум диктовал об этом забыть. По крайней мере до тех пор, пока я не пойму, как себя с ним вести.

Иллинойс с эльфийкой и мертвяком уселись неподалеку. Зомби еще побаивались, но уже не его зубов, а... хм, другой части тела, но заливал он так складно, что вскоре собрал толпу благодарных слушателей. Уставшие, измученные ушастые были рады светлому проблеску во внезапно обрушившейся на них тьме, пусть и блестит всего лишь обмачивая часть ее.

Краем уха я тоже прислушивалась к рассказам, заодно размышляла, кем надо быть в магическом плане, чтобы вот такие недоразумения выходили? Признаться, задумка злодея по размаху и исполнению гениальная (если знать в чем она состоит), но пара серых разговорчивых пятен в ней есть.

- Так вот я и говорю, в бытность свою владыкой...

Стоп! И этот бывший Император?! Двое моих зомби из команды в прошлом правители, Тиллийс на неадекватных восставших родственников жаловался. Что же получается, заклинание некроманта дает сбой только на династии владык? Но почему? Лаборатории Лос-Идоса мне определенно не хватает.

Я поймала взгляд Иля в нем ясно читалась усталость и желание мне что-то сказать, кажется. Увы, мысли читать не обучена, оттого порой страдаю, ибо в некоторых головах с удовольствием покопалась совковой лопатой. Я отвела глаза. Рисунок на штанах Вайена вполне достойная замена лицу темного.

Сейчас не время для разговора. Боюсь, не сумеют сдержать эмоций. Их за десять лет накопилось столько, что плотина из силы воли и разума скрипит под напором. Сцеживать нужно постепенно, иначе поток обид похоронит под собой и меня и непутевого эльфа. Жаль он это не до конца понимает, точнее, не понимает, почему я стараюсь избегать его общества.

Идиот!

И я не лучше...

Десять лет назад разговаривать надо было или хотя бы к своим ощущениям прислушиваться: "привязка" то, "привязка" се... Хрен там! Заклятие нам чувствовать друг друга позволяло и так плотно, что лично я не могла разделить свое и чужое - сомнения его были, остальное мне принадлежало и магия здесь не при чем. Я же, дура наследственная, недавно догадалась слова Отанаса проверить. В справочник заглянула и... Лос-Идос два дня на ушах стоял, прячась от раздосадованной Императрицы, которая по коридорам со скоростью арбалетного болта носилась и на зависть всем обманутым клиентами шлюхам ругалась. Как вспомню, так до сих пор стыдно!

Знала же, что магия и ритуалы на крови эмоциональный план не затрагивают. Тело - пожалуйста, тонкие сферы - нет, но предпочла поверить папане. Конечно, это же проще, чем смириться с мыслью, что в душе прочно обосновался зеленоглазый ушастый гаденыш младше по возрасту. Теперь страдаю от неразделенной, тьфу, говорить противно, любви!

Предки, почему он с меня глаз не сводит? Нацепленная на лицо маска равнодушия пошла трещинами и стала сползать с лица. Да я от радости, что он на меня больше с оружием не бросается, готова всех светлых расцеловать. В губы! И не по одному разу! Видать от счастья голову в ближайшей пространственной складке потеряла. Нет, так нельзя, в конце концов здешние кусты небезопасны, но и на эльфах предаваться тому, что сейчас у меня в мозгах крутится совсем не прилично будет, а что делать? Еще один подобный жаркий взгляд и нравственность светлых окажется под угрозой, как и их рассудок...

- А не спеть ли нам, Вайен? - повернувшись к советнику, положила руку ему на плечо.

Мужчина поперхнулся кипятком и посмотрел на меня с сомнением. Угу, не хватает смелости сомнение в моей адекватности выразить? Чего уж там, мог бы смело сказать, а не растерянно ресницами хлопать. Ошиблась я в нем. Далеко ему до Лассо. Оборотень хотя бы меня об ушастой проблеме забыть заставил и сумей я защитить его тогда, кто знает, чем бы все обернулось. Советнику характера не хватает и широты кругозора. Я ведь во многом на домашнее животное похожа - меня погладь по шерсти пару раз, и я сама ластиться буду, а он дотронуться боится, хотя вижу - хочется.

- Может и сплясать еще? - фыркнул эльф, руку с плеча снял, но из своей ладони не выпустил.

- Смейся, смейся, язва ты желудка моего. Мы по уши в навозе, так давайте хотя бы наслаждаться этим? - сжала пальцы Вайена. Он чуть вздернул вверх бровь и скосил глаза на Иля. Я едва заметно кивнула, не отводя глаз. Эльф хрустнул шеей и поцокал языком.

- И правда, - он хлопнул себя по колену. - Эй, сородичи, ни за что не поверю, что никто из вас, сбегая из дома, не схватился за совершенно не нужную гитару. Ну, есть такие?

У дальнего костра поднялся щуплый подросток. Он подошел к нам, шмыгнул носом, снял со спины чехол и протянул его Вайену. Эльф с благодарностью принял инструмент, развернул его и тронул пальцами мелодичные струны... Через десять минут на поляне творилось что-то невообразимое. Инструмент захватил не один мальчишка. Нашлись в клане Ядовитого лютика музыканты, которые первым делом за самое дорогое схватились, а голоса у ушастых почти у всех отличные и память хорошая.

Мы пели, танцевали, прыгали через костер, смеялись, словно сегодня последний вечер в нашей жизни, словно мы ночью уснем и завтра не откроем глаза. Мы не замечали вкуса пресной воды в мятых кружках - она пьянила не хуже дорогого вина. Мы забыли о свете и тьме - они не были приглашены на наш праздник. Мы просто жили каждое безумное мгновение, выплескивая страх и неуверенность в рваных движениях и диких криках.

Я подала руку очередному партнеру, не заботясь, кто он. Легконогий, он потянул меня к костру, и разбежавшись мы прыгнули через ревующее сдобренное щедрой порцией магии пламя, а после, я вдруг очутилась в его объятиях и только тогда осознала, кто держал меня за руку. И не давая мне высвободиться или сказать хоть слово Иллинойс приник к моим губам в жестком болезненно-сладком поцелуе. Кажется, нам свистели и хлопали, и просили отойди с дороги, но разве это имело значение?

Иллинойс и компания

Во всеобщем веселье на поляне не принимали участие два персонажа: Эйлин и прикипевший к ней зомби. Как всякий порядочный бабник, то есть эльфятник, он разрывался между двумя желаниями. Первое, пойти туда, где хорошо, много, но ненадолго и неизвестно чем закончится. Второе, остаться, где скучно, ничего нет, но все предсказуемо закончится ничем.

- Эй, это что твой брат и эта - заводила местная? - нарушил молчание мертвец.

Эйлин оторвалась от кружки с кипятком, посмотрела туда же, куда с застывшим выражением "Ах" на зеленой морде пялился зомби и издала удивленный возглас.

- Похоже на то! - девушка почесала затылок.

- Далеко пойдет, - уважительно заметил мертвец, прикидывая время поцелуя.

- Да он как бы из далеко не так давно вернулся, - не разделила его энтузиазм Эйлин. - И теперь я кажется догадываюсь почему, - наморщила прелестный носик шпионка.

- Так это история с продолжение? - изумился зеленый. - Он ее раньше знал? - принялся жадно выпытывать подробности.

- Ага, приходилось встречаться, но что-то не припомню, чтобы он о таких отношениях с ней упоминал. Они не задохнуться?! - прищурилась девушка.

- Что ты все загадками, да загадками, не хочешь говорить, так и скажи! - обиделся мертвец.

Сказку ему красивую не дали послушать, а о том, что сказка вполне может быть страшно и с несчастливым концом он не догадался. Впрочем, как полагала Эйлин, у данной сказки конец еще не наступил. Не даром братишка об Императрице всего пару слов сказал и всячески избегал этой темны. Эльфийка думала она его замучила совсем, а как прямо сейчас на ее глазах выясняется мучения были обоюдные. Или не мучения?

Освещенная костром пара закончила целоваться, но двигалась с места. Брат и Темная Владычица смотрели друг на друга и улыбались. Произойди в эту минуту масштабная катастрофа: земля разверзнись, огненный камень с неба упади, волна с морского берега приди - эти двое попросту бы проигнорировали реальность, катаясь по лазоревому небу на белых облаках своих чувств.

Шпионка покачала головой и отвернулась в противоположную сторону. Она вспомнила строптивого блондина. Он только-только приручаться начал, а тут она потерялась, потом мертвяк к одному округлому месту из двух половинок приклеился, теперь брат свое странное счастье за белую косу поймал! Почему у нее ничего не получается? Цель не та? Средства не подходящие? Она сама рожей не вышла? Жаль нет возможности получить ответы на свои вопросы прямо сейчас, ибо Снэйк далеко, а она вынуждена здесь прохлаждаться в компании сородичей и их темных предводителей.

Эйлин дулась, зомби маялся, а Иллинойс не мог поверить в то, что произошло с ним. Он хотел говорить, а слова были не нужны. Он планировал, но получилась сплошная импровизация. Просто, естественно и непринужденно и дальше бы продолжить, схватить Кельв охапку и бежать отсюда обратно в Темную Империю, пока она не опомнилась, но долг есть долг. Увы, в Лесу Вечности придется оставаться до конца.

Он увел от костра на радость веселящимся эльфам, устроил у себя на коленях и баюкал, мысленно напивая длинную протяжную балладу. Энергия Грани, которую он зачерпнул недавно, частично разрушила заклинание некроманта, но не уничтожило его до конца. Говорить эльф не мог, как и окольными путями выдать информацию о том, кто поработал с его сознанием. Остается прямой вопрос и личная встреча. Вопросы ему никто задавать не спешит - вот что излишний профессионализм делает с подозрительными темными. Личная встреча не факт, что состоится.

Незаметно для себя Иллинойс заснул, не выпуская из кольца своих рук Осантейю. Ее ответ на его поцелуй дал ему небольшую надежду на огромное продолжение. Сумеет ли он удержать в руках будущее? Ну, он целых десять лет готовился к этому. Готов рискнуть...

Эльфа разбудил шорох. И в следующую секунду его шею захлестнула удавка. Инстинктивно Иль вцепился руками в плотную кожаную ленту и напряг мышцы шеи. Где Кель?

Она стояла тенью в стороне. На оружии в ее руке заменились разноцветные блики Самоцветов. Даже не видя лица темной мужчина ощущал расходящиеся от нее волны холода. Она в бешенстве, и опять он стал причиной этому!

- Не дергайся, - тихо приказал голос. Нападающий расположился за деревом. - Ты же не хочешь, чтобы он умер?

Фраза мгновенно отрезвила Иллинойса. Паника не поможет Кель выпутаться из сложной ситуации. Он вспомнил о браслете в кармане. Отпустил удавкой и правой рукой вытащил тонкую проволоку.

- Что происходит?

Рядом с Кель встала еще одна фигура, да и остальные зашевелились, вглядываясь в темноту. Спросонья понять расстановку сил, причины и мотивы трудно, поэтому заинтересовавшиеся сидели тихо и не дышали. Некоторые сделали вид, что легли обратно спать.

"В этом все ушастые!" - раздраженно подумал Иллинойс. Он распустил браслет, захлестнул его петлей вокруг удавки и принялся перетирать.

- Почти ничего, Вайен. Просто кое-кого бессонница замучала, а лучшим лекарством от нее, как известно являются шутки, но не все умеют шутить и даже лучшие из шутников порой выбирают для этого неудачные объекты. Здесь же... - протянула темная, - на лицо явное дилетантство.

- Вы хоть понимаете... - завелся советник.

- Оставь, - быстро оборвала его темная. - Их не проймешь словами. Глупость лечиться иными методами и средствами, - эльф видел, как в спрятанной за спиной ладони разгорается заклинание. - Чего ты хочешь, болезный? - с сочувствием спросила Осантейя.

По ее голову Вайен понял, что судьба идиотов, которые посягнули на жизнь молчаливого светлого, уже решена. Темные не оставляют врагов за своей спиной, ибо не привыкли оборачиваться, не любят тратить время на ненужные усилия. Она убьет его или их, а после придется уничтожить остальных - кланники обязаны мстить за Первую Кровь, даже если ее носители настолько глупы, что связались с противником им не по зубам.

Советник закрыл глаза и отступил. Пустое безразличие - максимум, на который он был способен. Он не мог спасти, но и не должен. Императрица в своем праве, не так ли? А среди эльфов вряд ли найдется светлая голова, чтобы придумать достойный выход из ситуации. Итак, смерть? Закономерный итог устаревших законов и правил. Теперь Вайен начинал понимать смысл осторожных разговоров владыки об ограничении власти в кланах.

- Убирайся, оставь нас в покое, мы сами справимся! - выкрикнул эльф.

Иль старался использовать выгаданное время по максимуму. Осталось чуть-чуть, и удавка лопнет, но нельзя дать почувствовать раньше времени, что натяжение петли ослабло. Бывший Властелин высвободил левую руку - петля мгновенно сдавила горло - и схватил ускользающий край почти перетертой удавки.

- Желания три, а заложник только один. Неравноценный обмен, не находите?

Вайен гадал, почему Осантейя не нападает? Ей правда так дорог пойманный эльф? Зачем сохранять ему жизнь, когда проще, демонстративнее и эффектнее убить заговорщиков вместе с ним, тем самым раз и навсегда обозначив свою позицию в общении с шантажистами. Темные славятся жесткостью и нетерпимостью, так почему?

А что если его представления о владычице неверны? Если на секунду представить, что он ошибся? Она вовсе не бесчеловечна, как ему казалось. Что если совсем наоборот: она вынуждена жертвовать многим в том числе чувствами, дабы быть той, кого в ней видят подданные, союзники, враги, наконец. Советник испугался - такая Императрица была ему неудобна.

- Тогда я убью его! - эльф из Первой Крови клана сморозил глупость.

- Не выйдет, - со смехом затеяла Кель.

- Почему? - в голосе шантажиста послышалось удивление.

В тот же миг Иллинойс освободился от удавки. Он откатился в сторону и нырнул в кусты, молясь об отсутствии в них пространственных складок. Он и так дел натворил, опять заставив Осантейю их расхлебывать, еще не хватало без вести пропасть!

Едва эльф ушел с траектории поражения темная бросила заклинание. Несколько тонких голубых лезвий прошили дерево насквозь. Не ожидающие подвоха эльфы пропустил удар. В темноте раздалось несколько предсмертных хрипов и через четыре секунды все стихло.

Беженцы зашевелились. Они молча вставали эдакой безликой толпой, скованные клятвой и поколениями традиций. Да, она помогла им. Да повеселила, но она чужачка, а чужакам не позволено убивать даже самых отвратительных из "своих". Убей кто из клана Первую Кровь в открытым поединке или ударом в спину - никто и слова не сказал. Позлорадствовали бы над трупом от души, пустили фальшивую слезу у погребального костра и забыли, но для чужаков один закон - смерть за смерть!

Вокруг темной повисло кольцо острых сосулек. Они вращались в воздухе, грозя в любой момент сорваться с места. Вайен не сомневался, каждая из них найдет свою жертву.

- Прежде чем что-либо предпринимать, подумайте, захотите ли связываться со мной, - прозвучал абсолютно спокойный голос Кель. - Мое имя Осантейя Крейлин. Я - Темная Императрица. Идет война и не факт, что ее не развязал кто-то из выходцев Империи. Как главнокомандующая армии своего государства, я объявляю вас своими пленниками. Примите оказанную честь или умрите, - веско закончила владычица.

Советника подбросило.

Она придумала выход. Объяснение притянуто за уши, но может сработать. Вот ведь шельма! Вайен поднялся. Он бросил несколько взглядов по сторонам, рассматривая сородичей. В большинстве своем эльфов легко купить, если цену предложить приемлемую. Здесь же... Склонить голову и согнуть колено перед темной сейчас, когда они не сделали этого в прошлом... Опять таки многие понимают, что это способ сохранить лицо и жизнь.

"Они согласятся" - внезапно понял советник. - "Они согласятся, если кто-то подаст им пример!".

И он первый опустился на одно колено, согнул голову и произнес:

- Я принимаю оказанную мне честь и встаю под вашу защиту.

Он не договорил - еще двое коснулись земли и поклонились, за ними пятеро, а там и все остальные потянулись. Вайен заметил довольную улыбку Императрицы. Рано она обрадовалась. Ага, точно! Советник ухмыльнулся: эльф рядом с ним встал с решительным видом и скромно так потребовал:

- Накормите нас завтраком, пожалуйста, - и глазками хлоп-хлоп.

- Чтооо?! - выпалила Кель.

Ого, как темную-то проняло! Не ждала она подобной наглости от ушастых, которые ее только что на ленты распустить планировали. Ага, ага,

- Ну, мы же военнопленные. Нас кормить три раза в день положено.

- А косички вам заплетать три раза в день и все вокруг горла не положено?! - осведомилась темная. - А то я с радостью. Давно не практиковалась, но думаю, не растеряла навыков. Будешшшь первым? - пригласила Осантейя.

- Я... Нет, я же просто спросил. Чего сразу косы-то... - стушевался мужчина. Он потер шею, будто снимая невидимую удавку, и отошел в сторону.

Императрица прищурившись посмотрела на Вайена. Эльф нахально подмигнул и пожал плечами: мол, сама себе головную боль заработала, сама и лечи. Хоть голодовкой, хоть еще чем, а он умывает руки. А что она хотела? В колонну по двое и маршем до дворца Тиллийса? Ну-ну... Плох тот ушастый, кто на добровольно подставленные плечи не влезет, а на поляне все хороши!

Кель

Я отошла подальше, едва сдерживая желание поубивать всех эльфов не только в округе, но и вообще очистить мир от этой наглой расы. Они с меня посмели завтрак потребовать после того, как я их спасла и позволила им сохранить лицо! Чем больше живу, тем сильнее убеждаюсь в том, что излишне щедрая у меня натура. Пора с этим завязывать, а то Отанас и все его предшественники, чьи призраки проживают в Лос-Идос, по возвращении меня дружно перевоспитывать примутся, а учитывая их ночной образ жизни, то через пару дней я взвою, через три сойду с ума от недосыпа, а после вырублю Лес Вечности. Под корень. В одиночку.

Естественно среди темных тоже есть неприятные личности: лицемеры, подлецы, фанатики, но великие предки не вся же поголовно! Нормальных эльфов я могу по пальцам пересчитать, да и то в их головах не то, что тараканы живут - там целый зоопарк вольготно расположился!

Я села. Встала. Обняла дерево. Отошла от него, осмотрелась и повисла на Вайене. Эльф попробовал отбиться, но руки у меня крепкие, а пальцы цепкие. Советник пробурчал что-то неразборчивое, но смирился и подставил рубашку, за неимением жилетки, куда я и выплакалась, и высморкалась. Условно. Просто слова возмущения вылетали изо рта вперемешку с возгласами досады, создавая причудливые языковые конструкции.

Вскоре эльф ошалел. Его взгляд стал бессмысленным, уши поникли и свернулись в трубочку, губы тряслись. Он опять порывался сбежать, и снова его попытка закончилась неудачей. Я продолжала высказываться вблизи ушей особо опасных особей, которые хоть и приняли мою защиту, но от идеи посмотреть какого цвета моя кровь не отказались.

Обойдя весь лагерь по периметру, я выпустила добычу и даже усадила ее на бревнышко в кружок мирно настроенных сородичей. С жалостливым воплем Вайен вцепился в руку ближайшего эльфа, положил голову к нему на колени и уткнулся носом в живот.

- Есть еще желающие пообщаться? - зычно крикнула я, не отходя далеко от советника, являющего собой наглядную демонстрацию моих возможностей. - Быть может просьбы высказать или пожелания? Что же вы языки-то проглотили? - продолжила давить. - Ну, раз так...

Теперь у меня появилась относительная уверенность в том, что до дворца мы доберемся нормально. Нормаль в моем понимании значит тихо, согласно боевому построению и без жертв. Ох... Я скривилась. О каком боевом построении идет речь, если на моих плечах кучка ушастых понятия не имеющих о регулярной армии?!

Я снова схватилась за Вайена. Только пришедший в себя советник при моем приближении посерел, бросился в кусты, а вернувшись оттуда, попросил больше не пересказывать подробно историю первой, второй и третьей Темных кампаний. В желудке и так ничего нет, а с моими живописными рассказами и от самого желудка ничего не останется.

Не успела изложить суть дела, как к нам присоединился Иллинойс. Оттер плечом эльфа и невозмутимо занял место по левую руку от меня, словно всю жизнь там стоял! Я промолчала. Пусть стоит. Скоро он вообще только стоять сможет - выпорю за беспечность. Тапком, ибо ремнем не педагогично!

Советнику наличие третьего в паре не понравилось. Вайен взглядом измерил темного, обошел его кругом, посчитал что-то в голове, пришел к неизвестному мне выводу и вклинился между нами, до кучи оттоптав Илю ногу.

- Эмм... - я с интересом наблюдала подковерную возню. Чего они не поделили-то?! - Может хватит?

- Ты о чем? - осведомился советник, "незаметно" тыкая в бок моего эльфа острой веткой.

Иллинойс согласно кивнул головой, готовясь наподдать коленом по заднице Вайена.

- Да успокойтесь вы уже! - не выдержала мельтешения перед глазами.

- Мы не волнуемся, - Вайен методично пытался поймать каблуками своих сапог ступни темного.

- Раз так... - я хмыкнула, решив не влезать во внезапную вспышку нелюбви между двумя ушастыми, хотя не понимаю ее истоков. - Вайен, раздели отряд на шесть десятков. Иль. Каждый десяток подели на тех, кто может держать в руках оружие, и тех, кто только говорить о нем умеет. Вместе назначьте командиров отряда. После этого постройте на поляне в шесть колонн. Командиров вперед. Вы сами во главе двух отрядов. Задача ясна?

- А? - встрепенулся занятый щипками советник. Иль нахмурился и показал светлому развесистый язык. - А, ага! - сообразил Вайен.

- Повтори, - так я ему и поверила. Они же продолжали мелко тиранить друг друга вместо того, чтобы умного человека слушать.

- Ну... Разделить, собрать, выбрать... да мы справимся, в первый раз что ли? - со всей искренностью выпалил эльф и выдернул из захвата палец. Иллинойс цокнул языком - он почти сломал советнику большой палец.

Тьфу, дети!

Час пролетел незаметно. Довольные собой две ушастые морды гордо возглавили соседние отряды и дали мне отмашку принимать работу. Я прошлась по рядам, внимательно осмотрела всех и каждого, пересчитала и проверила оружие. Мда, организаторские способности эльфов меня изрядно удивили. А еще математические.

- Вайен, ты совершенно точно уверен, что десяток не может в себе содержать восемь единиц или шесть, или тринадцать?

- Это смотря с какой стороны посмотреть, - легкий румянец тронул щеки советника. Он оглянулся на свой ряд, посмотрел на соседний, пошевелил губами, очевидно подсчитывая, и замер с настороженным выражением лица. Похоже, и у него не сошлось...

- Я и смотрю, что ты задачей с разных ракурсов занимался. С трех или четырех. В общем, творчески подошел к вопросу! - съязвила я.

Ну да не он один отличился. Иллинойс тоже хотел урвать себе воинов получше. Отряды получились несбалансированные. Одни откровенно слабые, против других я сама бы без подмоги поостереглась выходить.

Минут двадцать я тасовала эльфов - добивалась приемлемого результата. Построив, объяснила, три простые команды и внятно произнесла, какие действия они должна делать, услышав каждую из них. Выкрикнув первую, убедилась, что проще выдрессировать белку, чем эльфа.

Понадобилось много времени, чтобы при команде "по деревьям" они действительно лезли на деревья, а не друг другу на плечи и уж тем более всем скопом не бросались на одного несчастного зомби, героически пережившего три нападения. С другой стороны, он же мертвый - хуже ему уже никак не будет!

Следующим пунктом мы отрабатывали простою геометрическую фигуру - круг. Согласно задумке после этого слова воины образуют внешнюю оборону, а более слабые эльфы сидят и носа не кажут из-за их спин. Ушастые знали все: квадрат, прямоугольник, октаэдр... Они даже параболу умудрились построить... Но фигура без углов у них никак не получалась. Пришлось нарисовать. И научить водить хоровод.

И в заключении классическое "в рассыпную". Думала, что полегче оставила на закуску. Куда там! Эльфы рассыпались, ударяясь друг о друга, злились и начинали мстить обидчикам. На поляне временно воцарялся хаос, успокоить который я могла только заклинанием заморозки. Пять раз побывав скульптурами, ушастые усвоили урок.

Я выдохнула, отползла в кусты вознести короткую, жаркую и не совсем приличную молитву предкам. Закончив плеваться ядом в ближайшую сосну, выползла и приказала немедленно собираться в дорогу. Занимаюсь я тут с ними, а у меня еще целый злодей не пойман и Тиллийс не вылечен!

И все равно, выступая, я боялась и прокручивала в голове разные варианты. Не готовы они. Ни к чему не готовы. Зверски убитые четыре часа лишь подчеркнули их беспомощность. Меньше половины меч умеют в руках держать за правильную сторону, еще меньше махать им по какой-то траектории впереди себя, а не сбоку, над головой или под ногами... Да и команды простейшие. Надеюсь, мне не придется орать что-то вроде: в круг, по деревьям, врассыпную. Страшно представить, где мои ушастые окажутся, и кто будет окружен.

А зря! Предводитель ко всему готов должен быть. Хотя я-то была, а вот остальные не очень.

Едва мы сошли с тропы через пространственную складку, обозначенную указателем, то практически сразу уперлись в хвост колонны из мертвяков. Колонной я их сначала считала, пока на холм не взобралась и не увидела небольшую зеленую речку, впадающую в озеро на горизонте. Хорошо нас не сразу заметили, а ко мне достаточно быстро дар речи вернулся. И то пришлось парочку на дрова развалить, прежде чем удалось скомандовать:

- На деревья! - и самой ветку попросторнее занять.

Все спящие демоны! Я такими темпами гнездоплетение в совершенстве освою. И яйца откладывать научусь...

Экстренное совещание устроили на дубе. Левитацией подтянула к себе советника, Иллинойса, эльфийку его и ее зомби. От него ничего умного не требовали, так в качестве наглядного пособия попросили и в качестве ценного источника информации, добровольно перешедшего на сторону врага по... политическим мотивам - сердечные или телесные привязанности тоже можно таковыми считать.

- Вы как нас чувствуете? - Иль зажег на пальце огонек, перебросил его на другую руку и вежливо улыбнулся мертвецу. Нет, мы не угрожали. Зачем? Молчаливая фигура с непроницаемым лицом и огнем в руках самодостаточный устрашающий объект для того, кто великолепно горит.

- Ммы, - ни с того ни с сего зомби начал заикаться, - мы сердцебиение слышим и запах чувствуем. Живые пахнут иначе и ваше сердце для нас, словно молот по наковальне над ухом долбит.

- Ясно. Значит, нам нужен маг, работающий со звуком и большая куча грязи, - я решила действовать хитростью. - Допустим, грязь я легко обеспечу, а вот звук... Эй, военнопленные, среди вас есть маг, который может создать заклинание, генерирующее низкий звук и поддерживать его достаточно длительное время? - молчание. Военнопленные не обязаны помогать врагам. Сотрудничество приравнивается к предательству. И... Мое внимание привлек Иллинойс. Он раздул язычок пламени на лице и поднес его к дереву.

- Ты что делаешь?! - эльфийка ударил темного по ладони, обожглась и зло резанула взглядом по моему эльфу.

- Хм... - одобрительно кивнула. - Эй, военнопленные, маг или есть или мы поджигаем лес.

- Есть! Есть! Он тут! - с соседней сосны нам собирались перекинуть подростка.

Что ж, у нас появился шанс. Осталось распорядиться им с толком!

Иллинойс и компания

Эльфы купаться в грязи не хотели. Совсем. Вообще. Фраза "так надо для дела" их не мотивировала, зато провоцировала на вопросы: какое дело и кому надо. И на советы. Хозяину дела. Насчет моющих средств, с которыми положено принимать грязевые ванные. А о том, что вывалявшись в грязи придется куда-то тащиться, речи быть не могло - приличные эльфы в таком виде в обществе не появляются!

И что с ними делать?

Эйлин предложила плюнуть и оставить ушастых на деревьях квадратно-гнездовой способ жилья осваивать. Нормальной формы гнездо у них все равно свить не получится. Вайен удивился, но промолчал. Ему своих забот хватает, и разбираться с чужими причинами внезапной нелюбви к сородичам он не намерен. Раскинув мозгами, советник предложить воззвать к чувству долга. На что шпионка отправила ушастого поискать указанное чувство в тех же краях, где эльфы потеряли совесть. И судя по продолжительности описания маршрута это место находится очень далеко... Туда даже захватившие половину континента темные не заглядывали, не говоря обо всех остальных.

Иллинойс же просто сбросил вниз отколупнутый от ветки кусочек коры и развел руками. Если нельзя уговорить, то можно заставить. Кель посмотрела на него, словно на незнакомца, и кивнула. Причем дважды: первый раз согласилась, а второй будто что-то насчет темного на заметку взяла. Что?

Ааа... Вот в чем дело!

Для прежнего домашнего Властелина такое поведение и отношение к живым существам было чем-то из ряда вон выходящим. Кого заставлять? Зачем заставлять? Почему заставлять? Да, десять лет назад Иллинойс из-за недостатка ума действительно думал, что все можно решить полюбовно, но теперь, приобретя достаточно шишек на лбу, он точно знал: иногда проще гаркнуть и кулаком замахнуться, чем весь день безрезультатно языком молоть. С эльфами как раз этот случай. Ну, не терпят ушастые хорошего к себе отношения, не терпят. Они, быть может с деревьев и первыми слезли, но традиции пещерных времен в душе до сих пор холят и лелеют.

Кель думала, что он не изменился? Что десять лет в тепличных условиях в обнимку с помидорами провел? Хм, а смысл убегать какой тогда был? Иллинойс хмыкнул и послал Императрице укоризненный взгляд, чем заслужил еще один взгляд. На сей раз недоверчивый. Темный окончательно возмутился. Сколько можно его всерьез не воспринимать?

Эльф поднялся, нарочито не глядя на Осантейю отряхнулся, сорвал над головой дубовый лист, сунул его в рот и за два вдоха оказался рядом с Кель. Теперь она смотрела с интересом и саркастической улыбкой на бледных губах. Мужчине показалось, ей интересно, каким будет продолжение. Иль подошел вплотную, ладонью стер с лица женщины обидную гримасу, обхватил руками голову, запустив длинные пальцы в волосы темной, и сильно прижал ее к себе.

Женщина ощутимо вздрогнула в его объятиях, напряглась и ничего не сказала, однако не отстранилась. Она будто раздумывала принять достаточно грубую нежданную ласку или отказаться и наказать дерзкого эльфа. Так уж и дерзкого?! Раньше ему надо было руки распускать, глядишь, сейчас бы не дикую волчицу гладил, а любовницу благодарную.

Иллинойс всего несколько секунд наслаждался этой мыслью. На всякий случай он быстро прогнал ее, пока Осантейя не догадалась о маленькой революции с большими последствиями в его голове. Хищника прикармливать надо осторожно, с умом и в течение длительного времени, чтобы зверь к рукам и запаху привыкал.

- Эй, хватит уже. Мы воевать собрались или вечное доброе в мир нести? - одернула парочку Эйлин. Проявляя лучшие эльфийские качества, завидовала брату и злилась на темную. Императрице, значит, можно нежности вокруг себя разводить, а ей нет. Помощника своего пожалела? Не убудет от него! Эльфийка сжала кулаки. Она все равно своего добьется - придется владычице себе нового мальчика на побегушках искать.

Кель высвободилась, бросила зреющий желудь в девушку, усмехнулась, вдохнула и зажгла в ладонях магию. Первым делом темная заморозила собравшихся под деревьями зомби, следом расколола их пассом и замерла, явно к чему-то прислушиваясь. Императрица неторопливо вращала кистью.

Эльфы дружно наклонились вниз. Что-то же должно произойти? Но ничего не было. Они всматривались, инстинктивно наклонялись вперед. Вскоре земля потемнела. Надулся и звонко лопнул большой грязевой пузырь. Беженцы отпрянули назад и переглянулись. В их глазах зажглось понимание...

Иллинойс растянул губы в улыбке и закрыл глаза, покорившись неизбежному. Раз Кель сказала, что всех в грязи вываляет, значит, она это сделает! Зря эльфы ей на слово не поверили и сами "купаться" не полезли. Теперь хуже будет! Едва последняя мысль вильнула хвостом, несколько огромных шаров грязи взмыли вверх, зависли над деревьями и обрушились вниз дождем, прямо в раскрытые рты удивленных эльфов.

Темный уклоняться не стал. Он проворно слез вниз зачерпнул пригоршню грязи и наискось расчертил лицо полосами.

Эльфы посыпались с деревьев, стремясь укрыться от грязевых шаров. Кого-то успел поймать и окунуть в "озеро" Иллинойс. Кто-то полез сам, опасаясь гнева покровительницы с довольным видом взирающей за купанием ушастого стада в коричневой неприглядного вида жиже. Но Кель не просто удовольствие получала - она зорко следила за эльфами, не давая им разбежаться. Удачливых ловила "арканом", подтаскивала к созданному ею озеру и с размаху несколько раз окунала в грязь.

Недовольный, попавший под раздачу Вайен выбрался из лужи, снял с век налипшие комья грязи, оглядел себя, набрал в грудь воздуха, дабы разразиться длинной тирадой и... Советнику в голову пришла другая идея: несправедливо, что они все свиней по весне после грозы напоминают, а кое-кто чистенький до сих пор. Льф наклонился, слепил большой грязевой ком, прицелился и швырнул его. Жирная некрасивая лужа расплылась по правой половине лица темной...

Секундная тишина, а следом радостный вопль разорвал тишину:

- Мочи ее!

Эльфы будто ждали команды. Около сорока снарядов одновременно полетели в Кель. Иль ужаснулся - она же ответит! Не желая выяснять чем и в каком количестве эльф прыгнул в жижу и постарался слиться с грязью. Благо испачкан он был достаточно.

Вдруг Иля потащило вверх. Темный вцепился в землю, но та утекла у него между пальцев. Мысленно проклянув себя за то, что не смог предусмотреть подобное развитие событий, бывший Властелин успел сгруппироваться прежде, чем он пронесся по воздуху и в кого-то врезался. Именно в кого-то, ибо что-то не умеет так грязно ругаться и ругать предков за не самое подходящее время, в которое одному ушастому индивидууму повезло родиться.

Узнав по голосу Вайена, Иллинойс переднамеренно потоптался по эльфу. Встал, решил, что мало, и выставив острые локти еще раз повалился на светлого. Он помнил какие взгляды советник бросал на Кель, и не собирался давать дорогу сопернику. О симпатии пока речь не идет - слишком мало времени для нее, но искры интереса в глазах ушастого проскальзывают.

Нет уж! Один раз Иль едва не проворонил свое счастье сероглазое, второй раз дышать пылью из-под чужих ног и тем более видеть эти самые ноги в спальне Осантейи не намерен. Лучше сразу себя обезопасить...

Темный занес ногу над самым дорогим для любого мужчины...

- Сдурел?!

Бывший Властелин не успел ответить. Его приподняло, хлопнуло о грязь и протащило к дубу. Эльф поднял голову, сплюнул и пообещал как-нибудь повторить развлечение с Осантейей наедине и в более приватной обстановке.

- Замечательно! - судя по интонации Кель была довольна. Она опиралась спиной на ствол дуба, скрестив на груди руки, и улыбалась. - Хотя... Уважаемые маги, вы не могли бы себя обозначить? Вы и раньше все для меня на одну красивую морду были, теперь вас в принципе различить трудно...

Четыре руки неуверенно поднялись. Светлые злились на Императрицу, но протестовать не решились - с нее станется утопить их в свежем болоте.

- Ага, теперь дело за вами.

Совместными усилиями маги организовали цепь: трое питали одного энергией, а тот сформировал и обязался поддерживать заклинание. Теоретически запаса энергии должно было хватить, практически всегда можно обратиться к Кель. Энергия Грани не то, к чему привыкли светлые, но переварить ее вполне способны.

Эльфийский маг выплюнул последнее слово и над светловолосыми головами поплыл низкий гудящий звук. Беженцы морщились, принимали уши, но терпели, ибо хруст собственных костей на зубах зомби нравился ушастым еще меньше. Ручной мертвец Эйлин поднял вверх руку, когда перестал слышать биение живых сердец. Он схватил руками за уши, плотно притянул их к черепу и привязал уши одолженным у шпионки поясом. Звук не только маскировал, но и отпугивал зомби

- Это издевательство, я жаловаться буду! - промямлил он.

- Я тебе устрою пару минут с некромантом. Дай только поймать! - мрачно пообещала темная.

- Мало, - буркнул мертвец, хрустя пальцами. - Пять.

- Переломаю ему руки, ноги, зашью рот и забирай хоть на всю жизнь, - Кель подмигнула зомби.

- Дело! - с уважением сказал бывший владыка и мечтательно облизнулся.

Идти решили подражая мертвым: руки-крюки, ноги-грабли, лица тупые, по подбородку слюни стекают, в глазах ни капли разума. Только всхлипнет кто-нибудь периодически в качестве похвалы соседу по дороге за особую старательность, получит от предводителя подзатыльник и дальше шаркает.

Звук позволял группе двигаться обособленно, но чем ближе беженцы подходили к резиденции Тиллийса, тем больше на пути попадалось мертвецов. Вскоре на дороге стало тесно, эльфы стали путаться и не всегда различали свой впереди тропку топчет или чужая спина перед глазами маячит, а за плечо тронуть боязно - есть риск без пальцев остаться и то, если экземпляр не особо прыткий попадется.

И все же они добрались. В третий раз Кель стояла на опушке леса недалеко от дворца и думала, а дальше что? Очевидно, так думали и мертвые - они, достигнув заветной цели, застывали столбами и с места не двигались. Пространства между ними разве что белке протиснуться и то не самой жирной, но идти надо. Напролом или?

Иллинойс погладил Осантейю по тыльной стороне ладони. Видно, она устала, правда не сдается, как всегда и никому свое состояние не показывает. Темный улыбнулся краешком губ, на секунду прижался к ее рту в почти братском поцелуе и...

За спиной громыхнуло. Над дворцом взвился столб жирного дыма и вечерние темнеющие небеса раскрасила розово-серебряными росчерками синее пламя...

Кель

Я с ужасом смотрела на полыхающую резиденцию владыки эльфов. Попыталась сглотнуть, но слюней не было. Провела шершавым языком по пересохшему небу и открыла рот, силясь что-то сказать, но слова не шли с языка. Я смогла лишь беспомощно вытянуть вперед руку и промычать пару скомканных слов.

Снэйк... Я перестала его чувствовать. За секунду до взрыва порванная "привязка" стегнула по нервам невыносимой болью.

Поверить не могу...

Иллинойс схватил меня за плечи и встряхнул, выводя из оцепенения. В глазах эльфа тревога - не понимает, но догадывается. Я усмехнулась. В голове каша, надо сосредоточиться и перестать терять драгоценные секунды. Если не Снэйка, то кого-то еще можно спасти. Например, Тиллийса. Я расхохоталась, повиснув на Иле.

- Кель, Кель...

О, Вайен проснулся. Бежит, спотыкается, руками размахивает, точно о помощи просить будет.

- Ты видела? - советник был встревожен.

- Магический взрыв такой силы сложно не заметить... - тон голоса на удивление спокоен, словно не я говорю, а некто чужой внутри меня. Да и вообще картина мира раздвоилась. Одна часть меня относилась к происходящему спокойно, принимала, изучала, анализировала и готовилась действовать. Вторая же хотела все бросить, сесть на земле, закрыть лицо руками и смеяться. И плакать. Или по земле кататься. Но смущало меня не первое нормальное состояние, не второе явно полубезумное, а то, что я осознавала их оба и могла со стороны за ними двумя наблюдать - это значит, есть третья "я". Вот это и вызывает беспокойство: временное раздвоение личности нормально для темных, однако разтроение... Чересчур.

- Что собираешь делать?

Сложный вопрос, на который я отвечать не собиралась. Зачем? Показать проще. Взлетев, я отсалютовала рукой и направилась к пылающему дворцу на максимально возможной скорости.

- А как же мы?! - я едва различила вопрос. Пожала плечами. Справятся. Наверное. Я им Иллинойса оставила. Замечательная идея, учитывая его немоту. Ничего, найдут способ объясниться.

Я быстро преодолела расстояние до резиденции. Горела центральная часть. Также взрыв захватил часть дальнего от входа крыла. Библиотека и кухня. Выходит не несчастный случай, не мои алхимией от нечего делать занялись, а их попытались на полезные элементы для ученых разложить. Надеюсь, кто-нибудь уцелел!

Кто-нибудь. Снэйк...

Сердце сжало звериными лапами боли. Если белобрысое чудовище не выжило, то я все здесь разнесу без зазрения совести. Пусть меня кем угодно считают, но смерть единственного полностью и до конца верного мне существа не останется безнаказанной и не отомщенной. Полностью.

Я снизилась, ледяными шарами вдребезги разнесла ближайшее ко мне окно и ринулась внутрь. Сразу же выпустила несколько поисковых заклинаний. Одно отреагировало быстро: буквально в двадцати метрах от меня находилось живое существо. Три секунды и мохнатое тело было в моих руках - полумертвый от дыма гвардеец. Что заставило его обернуться? Ладно, к демонам поиски истины. Сперва надо народ вытащить: сработали еще два маячка.

Я бросилась к ближнему. На сей раз метрах в сорока от первого гвардейца. Сдается мне, картина будет точно такой же, то есть оборотень во второй форме и почти бездыханный.

Коридоры были полны дыма отвратительного на вкус и запах. От сизых клоков ужасно чесался нос и горло, жгло легкие, будто я вдохнула горсть свежемолотого красного перца. В следующий заход надо обвязать рубашкой лицо, иначе рискую присоединиться к умирающим и встать в хвост колонны желающих попасть за Грань.

Второй гвардеец лежал у стены. Помимо явного отравления дымом второй спасенный оборотень щеголял развороченным боком. Вполне возможно его задело осколком. Их по двору достаточно разбросано. Ну и в коридорах встречаются. Третьей я вытащила незнакомую эльфийку. Четвертым опять гвардейца. Притащив пятого, я нашла во дворе измученную Сташу в обгоревшей одежде. На коленях она держала голову своего напарника. Из раны прочертившей левый висок наискось стекала ярко-алая кровь. Дирих был без сознания и неизвестно удастся ли ему вернуться в реальность.

- Надо погасить огонь, - мастер растерянно осмотрела еще не тронутые пожаром крылья здания. Я нахмурилась. - Дворец полон эльфов, - пояснила некромантка. - Беженцы...

- Они остаются в здании?! - не поверила глупости ушастых. Не настолько же!

- Они спят. Магия. Тот же принцип, что и с поднятыми зомби, но на сей раз пыль распылили прямо в воздухе, - поморщилась Мрацеш. - Мы буквально свалились с ног за считанные секунды.

Ясно. Не дым вырубил гвардейцев. Это сделало заклинание. У тех, кто лежит в коридорах и комнатах застигнутый врасплох магией, есть чуть больше времени, чем я предполагала. Отличная новость! Если успею вытащить их до того, как они станут закуской огню.

- Сперва те, кто ближе к эпицентру взрыва, потом займусь остальными. Не факт, что смогу потушить его, - отрезала я и полетела на сигнал еще одного маячка.

Многие лежали в кладовой. На нее пришлось потратить максимум времени. Я пыталась за один раз вынести нескольких, но не вышло: расслабленные тела ускользали из рук, валились на пол. Отведя душу на родословной оборотней и пообещав внести в их расу несколько уникальных дополнений, скрестив их род, например, с баранами или степными антилопами, я сплела несколько "арканов", на каждое тело повесила левитацию и потащила связку спящих погорельцев к выходу. Несмотря на ситуацию Сташа смогла улыбнуться, глядя на связку за моей спиной. Я кивнула в ответ и отправилась за следующей партией.

Наконец, маячки перестали подавать сигналы. В общей сложности мне удалось спасти почти всех темных, кто последовал за мной в Лес Вечности. Но не всех... Не хватало пятерых гвардейцев, состояние Ларса было критическим и Снэйк. Отсутствие кумбы меня беспокоило больше всего.

Я снова взвилась вверх и по кругу отлетела пожар. Огонь утих, пламя поменяло цвет на желтый - занялись драпированные стены дворца, мебель и деревянные перекрытия между этажами. Магических примесей в пламени почти не было. Изредка вспыхивали синие длинные языки, но тут же гасли, не получая поддержки. Да, тварь, которая устроила пожар явно рассчитывала, что все сгорят или задохнутся, не сумев вовремя выбраться.

Я бросила "сеть" настроенную на воду. Заклинание определило все доступные источники в радиусе километра, а дальше создала "призыв стихии", "плетение", позволяющее придать потоку форму и направление и обрушила воду на огонь. Ее пришлось удерживать несколько минут, но вот последний язычок погас и стихия рассыпалась холодными крупными каплями по крыше и двору резиденции.

- Где был Снэйк во время пожара? - спросила Сташу, спустившись.

- Они копались в библиотеке все свободное время. Дело вроде бы шло на лад. Список составили. Я не вникала. У Снэйка помощница появилась.

- Помощница? - не люблю добровольных помощников, особенно возникающих из ниоткуда и с огромным желанием взвалить на свои плечи чужую ношу. - Кто?

- Вон та эльфийка, - показала на вторую спасенную Мрацеш.

- Запомню. Поговорю, когда очнется. Очень прошу, не спускай с нее глаз. Что с Ларсом?

- Без изменений: плохо, - мастер потерла лоб. - Надо найти лекаря. Я не справлюсь с двумя энергоемкими заклинаниями.

Двумя? Защиту они закончили, понятно. Что второе? Самодеятельностью занялись?

- Поясни, - отрывисто бросила. Предки, только одну проблему решишь, как две уже в ворота стучатся, друг друга опережают!

- Дирих подчинил себе мертвецов. Он хоть и балбес, но балбес талантливый. Ладно, выкарабкается, лично ему об этом скажу. И еще он использовал "зов", чтобы собрать всех зомби в одном месте - здесь. Если он умрет, то они разбредутся и примутся за старое. С двумя заклинаниями я долго не продержусь. Во-первых, в воздухе энергии смерти почти не осталось, мне нечем подпитываться. Во-вторых, защита на дворце съедает массу сил.

- Тебе нужно питание? - я прекрасно понимала потребности вампиров. Если надо, свою шею подставлю.

- Дело не в питании. Я устала. Контроль слабеет.

- Что-нибудь придумаем. Держись, - я пожала плечо некромантки.

Мне больше нечего было сказать. Я посмотрела на сгоревшее крыло. Душа тянулась к эпицентру пожара. Интуиция говорила, что Снэйк там. Надо идти. Надо искать, но я слишком боюсь того, что могу найти. И еще не хочу верить. Что-то внутри меня сопротивляется одной мысли о смерти Правой Руки.

Иллинойс и компания

Снэйк умирал.

Он знал это также отчетливо, как ранее строил планы на долгую, почти бесконечную жизнь. Кумба ощущал уходящую из его тела жизнь, но не ощущал своего тела. Тяжелое перламутрово-розовое марево окутало сознание, отрезав его от боли, ошибок и их последствий.

Он не выживет.

Даже заклинание Кель признало его негодным к продолжению жизни и отпустило - "привязка" рассталась с ним нежно: она обожгла напоследок нервы раскаленным металлом и растаяла. Совсем незначительная боль по сравнению с той, которую он испытал, попав в жадное магическое пламя. Ожог мгновенный и страшный. Волосы, кожа, глаза... Снэйк не хотел думать, что от него осталось. Он вообще не хотел о себе больше думать. Его больше нет.

Хорошо, что "привязка" распалась. Для Осантейи он умер сразу. Она не узнает и не ощутит его последние мгновения почему-то растянувшиеся в бесконечность. Быть может уже? Ведь он не знает, что там за Гранью? Кель говорит похоже на сон: редкие мысли вяло текут в нигде и ни о чем, таят отрывки воспоминаний, уходят лица, имена, даты. В конце концов от существа не остается ничего, кроме сгустка чистой энергии стремящейся только к одному - к жизни в любом ее выражении.

Пусть так. Скоро он все узнает сам.

Немного обидно потерять все, но раз уж выбора нет и от змеиноглазого уже ничего не зависит, то он согласен забыть наполненные упорядоченным движением к цели года с Кель, редкие срывы планов, поспешные сборы в дорогу, ехидные головомойки. Распрощаться с десятилетиями неспешного созерцания, обдумывания мироустройства. Он готов, просто демонски обидно, что так мало всего, а значит он забудет все быстро, но не прямо сейчас.

Сейчас перед глазами явственно встали все действия, безупречные с первого взгляда. Ошибки, скрытые в них под тонким полотном уверенных решений. И прошлое. Простое правило: никогда не оставлять за спиной врагов было нарушено. Точнее не так. О хвостах поручили позаботиться эльфам, они и позаботились, как смогли. Их хваленое сострадание и чудовищная справедливость сыграли злую шутку, обернувшись против светлых и зацепив темных.

Надо было убить гвардарца самим.

Теперь же старый враг получил хорошую возможность отомстить. Николос Ташеш сыгравший ключевую партию десять лет назад не рассыпался в прах историей, написанной на плохой бумаге, не исчез из реальности, не был сожжен на безымянном костре и его не было среди поднятых мертвых. О, Ташеш живее всех живых! И успел здорово наследить.

Именно его лицо Снэйк увидел за секунду до синей вспышки. Жаль не успел ничего сделать: Николос шагнул из ниши с трескучим белым шаром в руках и швырнул его на пол под ноги кумбе. Выжигающий сетчатку яркий взрыв и жар пламени - последнее, что запомнил блондин. Еще боль. Мгновенная и сильная, а потом непонятная муть, обернувшая спасительным коконом сознание.

Постепенно змеиноглазый выстроил всю цепочку "если". Недаром Кель всегда хвалила его способности к анализу информации. Один шаг в сторону, одно нет вовремя или лишнее да, и все могло бы обернуться по другому...

После двух дней раскопок в библиотеке Тиллийса в компании Императора, его личного слуги, гнома и Мрацеш Снэйк отчаялся найти хоть крупицу полезной информации. Библиотека представляла собой множество книг расставленных по неизвестной системе. Сказки соседствовали на одной полке со справочниками по домашнему животноводству. Магия притесняла приключенческие романы. Исторические издания боролись за пространство на прогнувшихся стеллажах с лекарскими справочниками. Как это понимать? Разведение белок у эльфов к разряду мифов и легенд относится? Магические искусства на подвиги толкают? А история, похоже, у светлых материал для препарирования!

Очевидно, у тех, кто попробует разобраться в ушастой логике, мозги набекрень съедут. Тиллийс еще под ногами, руками и прочими частями тела мешается - откопал где-то книжку с фокусами и давай надо всеми измываться. То монетку из... не надо упоминать откуда достанет, то за кроликом гоняется, чтобы его запихнуть... тоже не следует упоминать куда. То пояса вытянет из штанов, чтобы ленты сделать. И конечно без острых предметов подмышкой не обошлось с бутафорской кровью и стонами целого полка умирающих!

С великим трудом, буквально литрами пота и крови удалось отыскать несколько книг, записи в которых более-менее походили на имена, даты рождения и особенности рожденных, но гарантировать это не могли сами эльфы. Рейтинас посмотрел на страницы, почесал в затылке и развел руками. Дескать, чувствую себя полным олухом, не умеющим читать и писать: закорючку какие-то, крестики, знаки математические... То ли в семействе прибыло, то ли убыло, а может быть записи эти, вообще, перечень дворцовой утвари. Владыки любили заковыристые имена мечам, доспехам и ночным вазам давать.

Стало ясно, что без посторонней помощи не обойтись. Решили среди беженцев поискать кланового хрониста. Такой в каждом уважающем себя клане должен быть, но, как показали поиски, в резиденции собрались кланы чихающие на свою историю и численность. Подумаешь, одним больше, одним меньше, давайте еще каждый кусок хлеба считать будем. Кстати, записи - находка для шпиона, а разве Первой Крови выгодно, чтобы другие о их силе или слабости узнали? От этого тщательно создаваемый образ посыпется. Ага, ищи потом уважения среди сородичей!

- Они... У меня слов нет! - в сердцах выпалил Снэйк.

Сташа покачала головой и тронула затянутой в перчатку ладонью плечо блондина.

- Они другие, - мастер сдержанно улыбнулась.

- Другие, понимаю, - тряхнул головой кумба. - Понимаю, но скажи мне, неужели так лучше?! Неужели они сами верят в то, что творят? Это просто невероятно. И ведь самое главное, общаясь с другими расами эльфы себя ведут совершенно иначе, почему? - воскликнул змеиноглазый.

Обычно он сам успешно делал выводы и предпочитал работать в спокойной обстановке, но светлые настолько растормошили его несоотвествиями, противоречиями, что он ощущал настоятельную потребность выразить бурлящие эмоции и найти мощную опору. Хоть плечо, хоть ногу, да и целая спина подойдет!

- Для них безусловно лучше. Вот они не казнят своих преступников, давая каждому из них второй шанс. В глазах Союза Светлых государств они хорошие. Когда знакомые вдруг исчезают и приходит официальное письмо о смерти от ядовитого несчастного случая или переизбытка закаленного железа в организме, то они опять же хорошие, просто есть пара паршивых белок в лесу, так у кого их нет? Главное пообещать вывести заразу и все.

- Все? Кто поверит обещаниям? - сжал кулаки Снэйк.

- Многие верят. Обманываются и снова верят. Во многих существах гораздо больше веры, чем всего остального...

Они шли вдоль коридора по гостевому крылу. Он был относительно пуст, в отличие от переполненных эльфами гостиных, кухни, оружейной, тренировочных залов и прочих комнат для жизни и развлечений, и располагал к откровенному разговору.

Сташа отмечала про себя хозяйственные мелочи вроде мусора в углах, под ковром, под подоконниками... Она же просила убрать! Главы кланов обещали выделить эльфов для черной работы и клялись проконтролировать выполнение приказа. Выделили, проконтролировали. Сложить обломки статуи в кучу и поставить табличку с названием "неизвестная композиция незнакомого скульптора" - это по их мнению порядок навести? А подмигивающие ехидные рожицы на слое пыли - ее полное отсутствие? Мрацеш захотелось вымыть полы, используя вместо швабры парочку голов особо красноречивых кланников! Некромантка ненавидела бардак и на дух не переносила отступление от буквы приказа. Сказано - сделано! И она не привыкла к иному.

- А знаешь, ты прав. Эльфам не хватает воспитания и элементарных правил приличия. Займемся? - игриво предложила Сташа.

Снэйк сглотнул. Ему в голосе некромантки послышалась недвусмысленная угроза извести первую половину беженцев на материал для ритуалов в качестве меры устранения для второй.

- Простите, вы не подскажете, где найти Владыку? - тихий голос привлек внимание Снэйка.

Блондин хотел ответить резко, как привык, ибо десять раз за день слышать данный вопрос слишком много даже для терпеливого кумбы, но слова застряли на языке - обернувшись мужчина утонул в глазах бледно-зеленого цвета. Он по терялся в робкой улыбке. Заблудился в ямочках на персиковых щеках. Реакция на незнакомку была гораздо острее, чем на Эйлин. Да и как можно их сравнивать? Одна будто нестабильный химический элемент: ее тронешь, встряхнешь и начинается бурная реакция, которую не знаешь чем тушить, а эта девушка... Что-то новое, не известное, не открытое.

- Кто вы? - спросил совершенно очарованный незнакомкой Снэйк.

Девушка облизнула коралловые губы, закусила нижнюю и испуганно взглянула на темного. На ее хорошеньком личике отражались сомнения: говорить или промолчать и сбежать отсюда.

- Нет-нет, я не причиню вам вреда! - предки, да у кого на такую рука поднимется? А если вдруг... То блондин лично ту руку отгрызет.

Щеки девушки вспыхнули. Она слегка наклонила голову в извинительном поклоне и представилась:

- Тейлинарра, сестра владыки. Думаю, я имею право знать правду и увидеться с ним. Я не верю в сказку о его болезни! - дерзко заявила она и осеклась, словно сама испугалась своей внезапной эмоциональной вспышки. Смутившись, эльфийка торопливо заговорила: - Простите меня, я не должна была так говорить...

- Бросьте! - змеиноглазого больше заботило то, что Тейлинарра его боится, чем ее извинения. - Вы имеете полное право знать правду. К сожалению, - кумба поджал губы и спрятал за спину руки, мгновенно преобразившись из просто-симпатичного-парня в сухого профессионала, - это и есть правда. Тиллийс действительно болен.

Эльфийка вскрикнула. Она вздрогнула всем худеньким телом и прижала к округлившемуся рту ладошку.

- Что с ним случилось? Когда? Кто виноват? И раз я не смогу спросить его, то скажите мне вы откуда взялись эти ужасные создания? - засыпала Снэйка вопросами светлая и потребовала под конец: - Проводите меня к брату!

Сташа исподтишка наблюдала за парочкой. Она откровенно наслаждалась хорошо разыгранным спектаклем, где один актер умело и быстро чередовал различные маски, заставляя всю труппу в роли ведомых статистов. Тейлинарра или кем она там является на самом деле обладала природной способностью покорять сердца живых существ врожденной искренностью, застенчивостью, непосредственностью. Ее реакции просты и неподдельны, а хрупкое телосложение вызывало желание защищать нежное существо до последней капли крови. В целом же, как уверилась вампирша, многие были готовы бросить под не изящные ступни весь мир.

Эльфийка ловко влезла в их разговор, незаметно оттеснила Сташу, перехватив у той инициативу, и надела на Снэйка крепко намотанный на ее кулак поводок. Ушлая девочка! Обычно Мрацеш такие нравились. Что скрывать, сама по молодости такой же целеустремленной была и много способов запудрить мозги знала, только текущие обстоятельства: полувоенное положение на территории исконного врага заставляли по-другому смотреть на случайные совпадения.

Ближе к вечеру, когда сестра владыки светлых вдоволь нарыдалась, назаламывала свои белые руки и нависелась на жилистой шее Правой Руки, мастер решила слегка пощипать Тейлинарру.

Кто знает какие мрачные тайны скрывает невинность? Может и никакие, может это тот самый редкий случай, когда внешность соответствует внутреннему содержанию, но куда чаще случается обратное, и под шкурой милого грызуна с роскошным мехом скрывается голодный облезлый хищник...

Иллинойс и компания

- Я не видела вас раньше, где вы прятались? - осторожно вступила в разговор некромантка, улучив мгновение между комплиментами Снэйка и сетованиями сестры владыки на судьбу нечастного правящего семейства.

Тейлинарра отвлеклась от блондина. Она с удивлением посмотрела на вампиршу, будто впервые обнаружила ее рядом и сейчас гадала, как не заметила третьего в паре. Сташа ожидала иного: в созданный мастером образ коварной хищницы растерянность никак не укладывалась. Широко раскрытые глаза, виноватый взгляд чуть было не поколебали решение Мрацеш, но мастер сдержалась. Снаружи осталась холодна и вежлива с застывшей маской вместо лица, не выдав сомнений.

- Я находилась в клане Золотого Родника. Мне надо было проверить кое-какие сведения относительно магического дара недавно родившихся наследников Первой Крови. На землях клана меня и застало восстание мертвых. О... Это было ужасно! - снова расстроилась эльфийка. По наблюдениям темной Тейлинарра вообще быстро переходила из одного эмоционального состояния в другое. Слишком быстро для здорового существа. С другой стороны, пообщавшись с мертвыми представителями правящей семьи следует признать - отклонение от нормы для данных ушастых... норма!

-... Зомби ужасны, они отвратительны, они плохо пахнут и все время пытаются что-нибудь съесть! Они полезли отовсюду, разворотили прекрасные газоны, вывернули с корнями деревья. Прекрасный парк и одноименный клановый клановый город Золотой Родник похожи на свежеразрытое кладбище. Отвратительное зрелище, - всхлипнула женщина. - Везде ямы, канавы, некоторые дома разрушены. Я не знала, что их столько...

- Кого их? - не выдержала паузы Мрацеш.

- Мертвых, конечно! - недоуменно моргнула светлая. - Я раньше считала нормальным традицию развеивать пепел предков рядом с жилищем, но теперь категорически против. Мне бы не хотелось, чтобы мое тело топтали! - объяснила она свою позицию. - Я хотела уговорить брата запретить эту традицию немедленно, но он... О, мой бедный брат, - в глазах Тейлинарры блеснули слезы.

Снэйк обнял женщину, склонил ее белокурую головку на свое плечо и бросил предупреждающий взгляд на некромантку. Кумба был раздосадован. Он не понимал причин допроса. Видно же эльфийка измучена, ее нервы нуждаются в лечении, а не в скрежете острых ногтей по стеклу. Мрацеш же бедную женщину без ножа режет.

Сташа и бровью не повела. Не такие угрожали и не таким она мозги вправляла, а Правой Руке интенсивная профилактика извилин, похоже, не помешает - в них крепко колючка по имени Тейлинарра застряла. Вполне возможно ошибается мастер в отношении пугливого цветка, но осторожность превыше всего. Вот докажет светлая свою лояльность, тогда милости просим под костлявое некромантское крылышко, а пока ни-ни!

- Что же делала сестра владыки в клане? Разве вы занимаетесь внутренней политикой? - продолжила прощупывать почву Мрацеш.

- Ну что вы! Нет, нет и еще раз нет, - категорично замотала головой женщина. - Я же говорю: хотела уточнить насчет магического дара наследников. Мне когда списки членов клана Золотого Родника прислали, я занята была, а после посмотрела и удивилась, откуда у потомственных целителей дар управления металлом появился? Так не бывает! Вот и решила лично проверить, а тут такое...

- Вас интересуют подданные? Почему? - странное увлечение для второй наследницы. В ожидании ответа и Сташа и блондин подались вперед.

- Я хронист, - Тейлинарра обозначила род своих занятий с неприкрытой гордостью и вызовом. - Знаю, в Темной Империи любой род занятий не связанный с оружием и войной считается позором, но я довольна. Опять же, это полезнее пяльцев и вязальных крючков, - вздернула точеный нос светлая, приглашая оспорить мнение.

Правая Рука улыбнулся. Он спорить не будет, но знает одну особу, которая сделать это с большим удовольствием. Каждый темный мечтал получить в подарок шарфик, шапку и рукавицы от Кель, а за целый комплект готов был добровольно демоном стать и в в армию влиться! Теперь ее статуэтки с торгов за бешеное количество золота уходят, причем половину светлые скупили, ибо какое-то время Владычица только ушастых и резала, подозрительно похожих на Иллинойса или на его часть - узнать Властелина в полуметровой скульптуре эльф обыкновенный вид с изнанки смогли хорошо знающие Иля существа, прочие... восхищались самоотверженностью натурщика и выражали соболезнования его родным. Им и невдомек было, что Осантейя резала скульптуру по памяти, приговаривая, что непременно ее освежит, когда ушастая дичь в капкан попадется. Эх, подобной силе чувств только завидовать остается.

В голове Снэйка щелкнуло. Тейлинарра хронист! Почему они до сих пор в кладовой сидят, а не шифровки библиотечные разбирают?

- Постойте, это вы вели записи о смерти и рождении эльфов Леса Весности? - на всякий случай уточнил блондин.

- Я, - скромно опустила взор эльфийка. - И еще архивной библиотекой занималась.

- Библиотекой? - севшим голосом переспросил змеиноглазый. Он до дрожи в коленях испугался ответа.

- Да, я придумала совершенно уникальную систему, позволяющую очень быстро находить нужную книгу, - похвасталась женщина. - А почему вы спрашиваете? Вам нужна книга? Идем вместе, я вам все покажу и объясню, - с воодушевлением предложила Тейлинарра.

Темные переглянулись. Вот так удача - наткнуться на создательницу бардака, в котором демон сломает не только ногу, но и три ребра и нос расквасит впридачу! Пожалуй, проблема с поисками информации решена. По возвращении Кель они смогут порадовать ее хотя бы именами потенциальных злоумышленников.

- Не будем отказываться от вашей помощи, - тепло улыбнулся кумба. - Но позвольте один вопрос? - светлая энергично кивнула. - Понимаете, мы уже спускались в архивную библиотеку, и нам очень интересно по какой системе вы книги расставляли? - Снэйк заинтересованно наклонился вперед.

- Нет, я не по системе - я по цвету обложки их расположила, правда удобно? - Тейлинарра зарделась, ожидая похвалы.

У Сташы дернулся в нервном тике шестой позвонок. Нет, подозрения насчет светлой беспочвенны. Эта не может быть злодейкой. Зло, оно обычно высокоорганизовано, четко структурировано и никогда не располагает этапы плана по захвату власти над миром в порядке их алфавитного названия.

Тейлинарра не лгала, она действительно упорно трудилась хронистом, тщательно все записывая, а чтобы быстрее писать было пользовалась системой знаков и сокращений, принятой еще ее предшественником, и записи хранила в соответствии с приказом советника по безопасности и разведки уважаемого Вайена. Кто же будет под обложку книги Двести лучших рецептов консервирования огурцов заглядывать? Выпуска трехсотлетней давности! Систему знаков она объяснила за полчаса, чтобы всем вместе нужной квалификации магов искать сподручнее было. Закорючки слева - герб клана. Почему такой мелкий и неразборчивый? Так чтобы не прочитал никто! А кому надо, тот лупу возьмет. Да-да, именно ту весом в пятнадцать килограмм на треноге. Хотите знать как клан называется? Вон там, видите на верхней полке из десяти стоит справочник современное кролиководство. Что вы, какая аналогия? Ах, по ушам... Чушь какая! Нет, справочник читать не в прямом порядке, а в обратном. Как? Просто! Ищите герб, считаете какой он по счету... Естественно, строчки специально не пронумерованы! Итак, ищите, какой он по счету, запоминаете, открываете справочник с другой стороны, вычитаете порядковый номер из последнего, отсчитываете полечившийся результат от конца, переворачиваете том, приставляете к строке зеркало и читаете! Все элементарно. Есть еще справочник символов к гербах, не желаете ознакомиться? Жаль. Его очень интересно читать: справа налево, снизу вверх и буквы в слова по диагонали надо складывать.

- Голова этот Вайен, такие умные вещи выдумывает, - с уважением отозвалась о советнике светлая.

- Без сомнения, - в черном листе Снэйка появилось еще одно имя. Указанного советника следовало убить за одну систему организации хранения данных.

Расшифровать строки оказалось еще труднее. Кружок означает ребенка мужского пола. Почему? Право, странный вопрос! Мужчина замыкает круг рождения. Кружок с короной над ним? С какой короной? Ах, с этой... Это не корона, это туфелька. Почему все равно кружок? Потому что туфелька стоит на голове у мужчины. Еще нужны пояснения? Рассказать про крестики справа. Все просто маг или не маг. Нет, нет, неправильно вы поняли, два крестика - не два направления искусства. Два крестика, значит, ребенок без таланта. В нашей письменности двумя буквами "х" категорическое отрицание обозначается, логично было его и здесь использовать.

Палочки? Который по счету в роду. Цифра перед палкой является порядковым обозначением десятка. Цифра перед цифрой - сотни. Просто палка это не первый в роду! Если ребенок родился, то у него как минимум есть мать, а как правило и отец. Как он первым может быть? Покажите мне. Ага, так это не палка. А что? Вертикальная черта. Как отличить палку от вертикальной черты? Ну, не знаю... Для меня отличия очевидны.

- Приглядитесь, их невозможно спутать, - эльфийка жизнерадостно ткнула пальцем в две одинаковые линии на странице.

- Да, теперь вижу, - неуверенно пробормотал темный и взглянул на Сташу поверх склоненной над фолиантом головы светлой. Некромантка медленно провела ребром ладони по горлу. По ее сугубо личному мнению данная книга годилась разве что на растопку трубки, которой, увы, не было.

Голова мастера кипела. Перед воспаленными от бумажной пыли глазами плясали багровые знаки, синие линии и зеленые кружочки с туфельками. Все они обладали простенькими нарисованными лицами, ехидно улыбались тонкими в линию губами и показывали черные заштрихованные языки.

Правая Рука тоже ощущал желание передохнуть. Он хотел не просто присесть в тихом месте, положить под затекшую шею мягкую подушку и сунуть в пустой желудок пару кусков мяса, но вскрыть себе череп, насыпать внутрь льда и склеить кости обратно. Снэйк больше не хотел видеть эльфов, слышать эльфов, обонять эльфов. Даже первоначальное очарование прекрасной Тейлинаррой поблекло и потеряло внешний лоск. Эльфийка по-прежнему вызывала сильную симпатию, но желание бросить к ее ногам весь мир ушло. Пожалуй, светлой хватит и половины.

Команда выбралась из библиотеки и вытащила оттуда Боршхмейстера, увлеченно разглядывающего чертежи и бормочущего под нос ругательства в адрес ушастых проныр, сперевших секретную информацию из тайного места, о котором исключительно гномы знают, но всем известно, что подданные царства Мъельграхд умеют хранить тайны. Мрацеш скептически хмыкнула, взяла гнома за шиворот и выволокла по лестнице наверх, вместе с рулоном бумаги.

Поправив здоровье и силы скудным пайком - порции пришлось сильно урезать в связи с прибывшим голодным пополнением эльфийской братии, Снэйк собрал короткое совещание, где перераспределил обязанности. Гвардейцы с Боршхмейстером в аръегарде по-прежнему следили за порядком и не давали запертым в тесном пространстве эльфам поубивать друг друга и взять штурмом кладовую со стратегическим запасом питания. Дирих держал и звал со всей округи мертвецов. Сташа поддерживала его энергией и помогала увеличивать радиус действия заклинания, а в свободное время участвовала в мозговых штурмах Снэйка. Рейтинас не давал владыке окончательно сойти с ума и заодно пытался не свихнуться сам, а то недавно грозился из чьей-то голубоглазой глупой тыквы суп сварить!

- Ждем Кель, - покосился на союзников кумба, - без нее активных действий не вижу смысла предпринимать.

- Кель? Это кто?

Только сейчас темные увидели невесты каким образом просочившуюся на совещание сестру Тиллийса. Выгонять ее уже не имело смысла. Разве что для порядка, но нет никаких гарантий данной воспитательной меры. Очевидно, эльфийка слышала все от начала и до конца.

- Осантейя Крейлин, Темная Императрица, - нехотя пояснил блондин.

- И давно мы ее ждем? - Тейлинарра говорила так, будто является членом команды. Впрочем, почему нет? Она искренне хочет помочь брату и нее вина в том, что не может.

- Давно. По расчетам она уже должна была появиться.

- А вы уверены что... - девушка нахмурилась, прикусила губу. - Дороги сейчас не безопасны, - тихо закончила она.

- Уверены! - рубанул Снэйк. - И больше не будем об этом.

- Но как вы можете быть уверены и так спокойны? - светлая вскочила на ноги. - Если Императрица наша единственная надежда покончить с безобразием, и она пропала, то надо организовать поиски и... и...

- Поддерживаю! - пробасил гном. С каждым днем тревога за ненаглядную Кель глубже поникала в каменное сердце гнома. Он прикладывал широкую грубую ладонь напротив сердца и растирал грудь, надеясь нехитрым массажем снять ноющую боль.

- Успокойтесь! - рявкнул Правая Рука. Народ нехотя притих. - Во-первых, Кель не одна. Во-вторых, с ней все в порядке. В-третьих, она двигается сюда. Мы связаны с ней заклинанием. Оно позволяет мне ощущать Владычицу на расстоянии. Так что ждем.

- Вот как... - натянуто улыбнулась Тейлинарра. - Простите, я не должна была вмешиваться не в свое дело, - девушка опустилась на пол чуть поодаль от остальных, и уставилась в стену. На обеих щеках светлой горели яркие пятна стыда.

- А что с поиском потенциального некроманта? - по существу высказалась Сташа.

- Думаю, проще вытрясти информацию из придворного мага. Ты проводишь меня к нему? - Снэйк осознавал, что старик последняя возможность выполнить задание. На поиск информации в архиве уйдут годы. Правая Рука не против провести три-четыре года в заточении, в совершенстве овладеть эльфийским языком и системами шифрования, но такой возможности нет. Лесная злобная тварюшка не будет милостиво ждать, когда ее вычислят и приготовятся изгнать из нее зло самыми действенными методами: веревкой, топором и ядом.

- Да, но я не видела его с момента расставания, - мастер нехотя признала ошибку. Она должна была побеспокоиться о маге. - Думаю, мы должны отправиться к нему немедленно, - в глазах некромантки разливалась тревога. Скорее всего они опоздали, но попробовать и понять чиста душа или замарана грехом чужой смерти стоит.

Снэйк поднялся без слов. Гном, подпрыгивая, натягивая на ходу башмак на левую ногу, ринулся за блондином и вампиршей. Командир гвардейцев жестом приказал двоим отправиться за ними, остальным велел вернуться к работе - обеспечению порядка на вверенной территории. Рейтинас вздохнул и отправился проверять покои, где запер Тиллийса, захватив с собой порцию бутербродов и несколько кубиков сахара - побаловать деточку. Тейлинарра, оставшись одна, стянула корзиночку, накидала в нее овощей, кинула немного галет и вышла из кладовой, кивнув гвардейцам на страже.

Иллинойс и компания

Снэйк устал. Да-да, он банально устал умирать. По его подсчетам он уже давно должен был скончаться от болевого шока, но сознание все так же плавало в перламутрово-розовой мути. Кумба уже не задавался вопросом а вдруг он уже умер? Откуда-то пришла уверенность, что он жив и застрял где-то посередине, будто сам себя не может отпустить, и есть возможность вернуться, но не виден путь.

Почему? Разве он не все уроки вынес? Разве не осознал, где допустил ошибку?

Не стоило бежать сломя голову за Сташей, не следовало пренебрегать безопасностью и не нужно было ставить цель превыше способов ее достижения и торопиться.

Сейчас Правая Рука понимал, что были и другие способы добиться результата, менее болезненные и трагичные, но он поддался эмоциям. Они стали часто брать верх над рассудком. Слишком часто.

Чувствами надо уметь управлять, чтобы наслаждаться ими, а у него опыт откуда, если до недавнего времени он смеялся, да и то в качестве поучения. Ну, не ругаться же на существ: они живут мало, потому торопятся, спотыкаются, носы разбивают, встают и снова через шага с полом страстно обнимаются, а у него впереди вечность и запас терпения... Были...

Так что же? Почему Снэйк не может уйти? За что цепляется?

... В покои мага они практически вбежали. Сташа настолько встревожилась, что инстинктивно прибавила скорости. Правой Руке и ворчливому гному ничего другого не оставалось, кроме как поспешить за ней. Собранные, готовые отразить внезапное нападение оборотни следовали тенью, полностью контролируя окружающее пространство. Встретившихся по пути эльфов команда попросту не заметила, а тех, кто проявил излишнее любопытство разметали по сторонам оборотни.

Некромантка остановилась у рабочего стола коллеги, обвела взглядом покои, отмечая следы борьбы: разбитую алхимическую посуду, растоптанные книги, сорванные с петель дверцы шкафа. Вампирша сморщилась, уловив запах мертвой крови и разложения. Они опоздали и опоздали давно.

Порывисто вздохнув и привычно потрогав петлю на балахоне, где обычно болталась трубка, мастер вошла в смежную с лабораторией комнату, оттуда прошла в спальню и остановилась у кровати. На ней лицом в бурые простыни лежал старик эльф.

- Он мертв, - голос Снэйка звучал сухо.

- Убит, - добавила Сташа. - Пахнет смертью, но заклятие не правильное. При применении глотки от тела остается только высохшая мумия, здесь же он, - мастер указала рукой на мага, - истек кровью.

- Значит, это наш некромант? - повернулся к вампирше блондин.

- Он, - Мрацеш была уверена.

Змеиноглазый нахмурился. Убийство мага могло означать только одно - он точно знал, кто злодей и мог указать на него. Плохо. Короткий путь теперь закрыт и придется либо ждать, либо идти по длинному без всякой надежды на успех. Присутствие сестры Тиллийса в команде повышает шансы на успех, но все равно не дает сто процентной гарантии и экономии времени.

Взгляд Снэйка наткнулся на гнома, задумчиво ковыряющегося в бороде. Судя по мрачному оценивающему взгляду Боршхмейстера коротышка прикидывал свои шансы в поединке против мага, способного сотворить подобное. Придя к неутешительным доя себя выводам, он махнул рукой, сказал, что с гвардейцами ему интереснее и торопливо покинул покои мертвого мага.

- Слишком много крови, - задумчиво произнесла Сташа.

- И что? Ты сама сказала...

- Да, я помню! - раздраженно ответила женщина. - Посмотри, кровь не только на кровати, но и полу, и стенах. Она есть и в другой комнате. Что если часть ее попала на убийцу? - некромантка прищурилась. Она взглядом ощупывала комнату, будто искала невидимого врага.

- Что нам это даст? - почуял слабый всплеск надежды блондин.

- Если на нем или ней осталась хоть капля, то я смогу найти его.

- Как?!

Мастер вздохнула и поджала губы. Она не хотела ничего объяснять темному, но его категоричный взгляд требовал ответа.

- Постараюсь объяснить доступным языком. Я буду искать не самого убийцу, а ту кровь, которую он унес на себе. Одно из разновидностей поискового заклинания, но переделанное под особенности магии смерти, которой управляют некроманты. Для этого мне понадобится... - она осмотрелась, не нашла искомого в комнате, вышла в смежную и вернулась с золотыми алхимическими ножницами. - Немного крови убитого, - мастер отрезала пропитанный жидкостью кусок простыни, встала, махнула Снэйку, приглашая мужчину идти за ней, - алеутское масло, джангарский "дымок" и параалеский эфир, - Сташа нашла среди беспорядка нужные флакончики. Крошечные, плотно закупоренные, оттого нисколько не пострадавшие от падения, все три прекрасно поместились в кажущийся безразмерным карман балахона некромантки. - И... Проклятие! - темная не сдержала ругательства.

- Что? Чего-то не хватает?

- Да! - Мрацеш испытывала недовольство. - Трубки! - вампирша сердито дернула петлю на поясе своего одеяния.

Блондин немного опешил. Он не раз видел, как Сташа курила, выдыхая разноцветный иногда без запаха, но чаще с легким сладким ароматом дым, но не мог взять в толк какую роль курительная принадлежность играет в магии. Увидев ошарашенное лицо Правой Руки и верно истолковав его выражение, мастер сжалилась над несчастным и пояснила для чего маги смерти используют трубку. Оказывает, некоторые заклинания создавались только с ее помощью. Смешивая энергию и ингредиенты, сжигая их магией в особым образом изготовленной трубке, некроманты порой получали интересные результаты, но со свойственным им осторожностью не спешили делиться открытиями друг с другом и широкой общественностью.

До сих пор считается, что маги смерти не в состоянии использовать большинство бытовых заклинаний: таких, как "поиск". Конечно, не могут! Киваю некроманты и спокойно живут в чужом неведении, давно зная и умея часть из невозможного.

Снэйк удивился, скорчил одобрительную гримасу, признавая силу воли магов смерти, и пообещал обеспечить Мрацеш инструментом. Но он был слишком беспечен.

- Откуда ты ее возьмешь? - темная практически смеялась. Не обидно так, но с долей снисходительности.

- Разве среди эльфов нет курильщиков? - он поднял вверх бровь. Настала его очередь язвить. - Я не верю в пропаганду здорового образа жизни. Возьми к примеру Империю: мы говорим жир, народ упорно есть крольчатину и овощи, предлагаем им соль, а они порошком сели пользуются, говорим пшеничный хлеб вкуснее, так даже его с отрубями едят! Кстати, внедрение метода от "обратного" целиком и полностью моя заслуга, - не упустил случая похвастаться блондин.

Лицо вампирши не дрогнуло. Она мужественно выдержала удар, пропустила мимо ушей хвастовство и нарочито зевая ответила:

- Допустим, мы найдем дерево касаль во дворце. И быть может оно окажется подходящим, но трубку необходимо вымочить в крови кумбы! И где же нам взять древнего? Наши трубки из поколения в поколение в семьях переходят, мы бережем их пуще собственных детей, ибо новодел, который ты мне в зубы засунуть хочешь не годится! - потеря столь нужной вещи глубоко затронула чувства Мрацеш. Сама того не осознавая вампирша повысила тон и на всякий случай уперла руки в бока, чтобы придать телу устойчивости, а словам весомости.

- В чьей-чьей крови?! - глаза Снэйка расширились от удивления до предела. Веки натянулись на выпученных глазных яблоках и были готовы вот-вот порваться.

- Кумбы! - выпалила Сташа.

- Нууу... - кашлянул в сторону Правая Рука. Его лицо приобрели очень странное выражение: левая половина лихо смеялась, правая пыталась оставаться серьезной. Изо рта блондина вырывались полухрипы или полусмешки, а пальцы руки мелко подрагивали. - Думаю, наша главная забота - касаль, - выдохнул змеиноглазый. - Прости, что-то мне не по себе, - пробормотал Снэйк и отвернулся от собеседницы. Плечи мужчины затряслись, будто он плакал или... смеялся?!

Некромантка недоумевала. Что привело Правую Руку в необъяснимо прекрасное расположение духа и почему он не хочет этим делиться? Она бы не отказалась разделить с ним хорошую шутку, пусть в соседней комнате валяется труп, а по дворцу свободно разгуливает гад-коллега, которому голову оторвать и пришить задом наперед мало будет, чтобы за посрамленную честь всех магов смерти отомстить.

Пять минут ржет. Нет, ну это уже обидно, если не сказать больше!

Мрацеш тронула темного за плечо. Мужчина мгновенно развернулся к ней с трудом сохраняя спокойствие и еле сдерживая вышедшие из-под контроля уголки губ, стремящиеся удрать вверх. Что же его забавляет? Несерьезное отношение блондина к огромной проблеме действовало мастеру на нервы, и она собиралась потребовать объяснений.

- И? - сурово произнесла она.

- Думаю, где достать тебе кровь кумбы, - змеиноглазого хватило ровно на пять секунд. Не стесняясь он захохотал в открытую.

- Идиот, они вымерли! - не выдержала вампирша. Расстроившись, она потянулась за капсулой с концентрированной кровью, оторвала одну и принялась катать по языку, сунув ее в рот.

- Твоя правда! - воскликнул темный. - Но ведь это не отменяет задачи найти ее, так?

- Так, - кивнула некромантка, не понимая куда клонит Снэйк.

- Ну так, пойдем, - он приобнял женщину за плечи и повел на лестницу. - Ты искать касаль, а я ловить вымерших древних, - пожал плечами блондин.

Спускаясь по лестнице Сташа задавалась вопросом: а не заразно ли безумие Тиллийса? В конце концов влияние темных заклинаний на организм светлых эльфов еще плохо изучено. Мало ли какие изменение претерпевает родная магия попадая в откровенно враждебную ей среду!

Правая Рука передал мастера под ответственность скучающего гнома, которого оборотни под орех разъедали в "дичь". Гвардейцы часто коротали время за нехитрой игрой с перечислением названий пригодной живности в пищу, оканчивающихся на последнюю букву предидущего наименования, и Боршхмейстер по наивности решил присоединиться к ним, но не учел одного: что для гнома падаль, то для оборотня деликатес неслыханный. В общем, подданный царства Мъельграхд вскоре после начала игры добровольно выбыл из борьбы за победу по состоянию здоровья. Тошнило его. При одной мысли о мясе ноги подкашивались, а желудок норовил наружу выпрыгнуть.

Задание змеиноглазого стало для коротышки спасением. Не спрашивая что к чему он с воодушевлением принялся сгонять всех бездельников и дармоедов (не надо о мясе!) на поиски касаля. Мрацеш не могла нарадоваться на ретивого помощника, впрочем, слегка беспокоясь о Снэйке - блондин действительно ушел на поиски кумбы!

Иллинойс и компания

Перед некроманткой возвышались гора бесполезных предметов. Нет, они естественно были для чего-то созданы и когда-то верно служили по назначению, но не подходили на роль исходного материала для трубки. Полагая, что касаль знаю все и уж точно дерево знакомо эльфам Сташа не стала подробно описывать искомое. Очень зря, ибо светлые принесли куски всего, что сочли касалем: кастрюли, осколки статуй, шторы и даже боевой цеп светлые гордо сложили к ногам мастера. Мрацеш глубоко вздохнула. Пожалуй, из этих конкретных ушастых даже зомби нормальные не получатся.

Женщина попросила гнома собрать всех участвующих в поиске перед ней. Первым делом она совершила краткий экскурс в биологию и познакомила эльфов с породами деревьев. Вторым, вампирша посоветовала чаще задавать вопросы относительно поручений и не строить из себя умников, каковыми они не являются. Светлые обиделись. Они просто не хотели беспокоить уважаемую некромантку глупыми вопросами и рассчитывали, что их усилия оценят! Правильно оценят, а не выставят друг перед другом идиотами.

- Ладно-ладно, расшумелись, - влез между враждебно настроенными сторонами Боршхмейстер. - Какое дерево нужно? А то действительно застращала названием. Касаль, касаль... Откуда нам знать что это?

- На срубе оно красное с розовыми прожилками. Надеюсь, вам не нужно объяснять, что такое красное? - Светлые переглянулись. Все они были одеты в оттенки синего, голубого, зеленого разбавленные желтыми и белыми пятнами. - В мои глаза смотрите! - процедила вампирша. Она знала, что радужка от злости покраснела. - Это красный. И если никто не хочет выступить в качестве жидкого успокоительного средства настоятельно рекомендую смотаться отсюда и не возвращаться без дерева! - рявкнула мастер.

Эльфы потихоньку расползлись. Они маялись от скуки и не знали, чем себя занять, поэтому с радостью согласились помочь гному, но им даже спасибо не сказали, зато мордой по полу провезли и за уши оттаскали. Ай, темные! Разве можно что-то другое от них ожидать? Только искать касаль все равно веселее, чем изнывать от скуки в переполненных комнатах, где нельзя косточки ближайшему соседу перекрыть и не в кого ножичком потыкать, ибо свидетелей многовато.

Теперь поиски светлых стали более определенными. Их взгляды привлекало все деревянное. Они снимали картины в рамах из дорогих сортов дерева, потрошили подоконники зарились на оконные рамы, но целых окон и так осталось мало, а по вечерам из леса дул холодный ветер. Подумав, окна оставили в покое, отколупнув по кусочку. Двери, столы, шкафы и кровати также подверглись нападению. Кто-то остался без ножки, кто-то без резного украшения на двери, а кое-что ушастые приволокли целиком - надо же было на чем-то образцы доставить!

Мрацеш осмотрела очередную кучу, нащупала стул и медленно на него опустилась. Едва ее пятая точка коснулась сиденья, как стул накренился, хрустнул и развалился под хрупкой женщиной. Взмахнув руками в поисках опоры и не найдя ее Сташа повалилась на пол. Один из острых осколков проткнул балахон и пронзил высохшую плоть бедра. Ушастые в ужасе отшатнулись, уверенные, что сейчас из некромантки посыплются убийственные заклинания.

Вампирша рыкнула, вытащила деревяшку, мазнула по ней взглядом и сжала ее в руке, направив на эльфов.

- Кто? -прошипела она. Светлые попрятались друг за другом. - Еще раз спрашиваю кто? - ушастые вытолкнули вперед самого тощего и страшненького. Некромантка подошла к нему и, улыбнувшись, произнесла: - Срасибо, это то, что нужно.

Эльф облегченно выдохнул и несмело улыбнулся в ответ, а потом, вдруг расчувствовавшись окончательно, разревелся и крепко обнял вампиршу.

Сташа всплеснула руками и подняла их вверх, не зная, как поступить с повисшим на ее талии эльфом. В толпе сородичей чувствительного малого послышались смешки, мгновенно переросшие в открытый хохот.

"Вот жеж... влипла!" - озадаченно подумала Мрацеш.

Отшвырнуты бы наглеца, да он настолько тощий, что не дай милостивые предки от удара развалится на составляющие. Из нее же моментально чудовище кровожадное сделают и детей ее именем пугать будут.

- Отпусти, - попросила вампирша, пытаясь аккуратно отцепить ушастого от балахона.

- Ни за чтооо! - провыл эльф. - Они же меня бьют, тиранят и житья не дают, а вы хорошая, добраяяя. Я теперь от вас никуда не уйдууу...

Сташу перекосило от прильнувшего к ней счастья, а уж от перспективы обзавестись хвостом-нытиком вовсе дурно стало и голод проснулся. Только покусать хотелось всех остальных, но никак не тощего эльфеныша с доверчивыми золотисто-карими глазами. Его, наоборот, хотелось прижать к себе, приласкать и до отвала накормить конфетами.

Мастера передернуло. Проклятие, похоже у нее, у наполовину мертвеца материнский инстинкт проснулся и объявил себя живее всех живых.

- А вам дерево зачем надо? - осторожно поинтересовался ушастый, обнадеженный тем, что за первые три минуты голову ему не оторвали - есть шанс она так при нем и останется. - Я ведь из него все-все могу сделать! Резчик я...

Вот теперь вампирша по достоинству оценила "подарочек". Уже с интересом она взглянула на подростка, шикнула на остальных и попросила мелкого вырезать трубку. Только быстро, ибо вечности подданных Леса у нее в запасе нет.

Мальчишка оказался понятливый. Откуда-то приволок свой набор инструментов, уселся в уголке кухни и под мелодичный свист принялся из ножки злополучного (или счастливого?) стула строгать трубку.

Через пару часов эльфеныш стыдливо пряча глаза и извиняясь на каждом шагу преподнес некромантке свою работу. Он говорил про отсутствие времени и то, что это его первая трубка, но теперь-то он руку набьет и обязательно вырежет следующую несомненно достойную рук и губ покровительницы. Сердце Сташи растаяло. Она смущенно погладила мальчишку по голове, трепетно приняла подарок и смахнула с уголков глаз кровавые слезы.

Слава предкам никто ее слабости не видел. Торопливо распрощавшись со светлым, который твердо решил по окончании неприятностей переселиться в Темную Империю и не куда-нибудь, а прямиком в дом вампирши, мастер отправилась на поиски гнома, решив в компании немногословного задумчивого Боршхмейстера скоротать время, а заодно растрепанные чувства в логический порядок привести. Ну, с мальцом она смирилась, но ведь его воспитывать надо и методы дрессировки, применяемые к зомби вряд ли подойдут юному эльфу!

Вернувшись в аккупированное беженцами желтое крыло Мрацеш застала коротышку за делом трудным, но необходимым: гном распекал эльфов. Недалече пары часов назад он велел горе-искателям убрать за собой бардак, а они его по углам расстащили и половичком прикрыли, как будто так и было всю жизнь. Боршхмейстер прыгал, брызгал слюной и толковал светлым про пожарную безопасность, заваленные выходы и их пренебрежительное отношение к собственной жизни. Эльфы постепенно проникались важностью, но больше от тумаков гнома, чем от слов. Оценив обстановку, Сташа привалилась к стене и стала с интересом изучать воспитательные методы царства Мъельграхд.

За этим занятием ее и застал Снэйк. В руках блондин тащил небольшую склянку, наполненную красной жидкостью. Чувствительный нос вампирши тут же уловил аромат свежей крови с очень большим содержанием железа. Некромантка скривилась и фыркнула. Эту кровь она определенно не стала бы пить - отрава в чистом виде!

- Держи, - змеиноглазый протянул некромантке склянку. Краем глаза женщина заметила забинтованное не слишком чистой тряпкой запястье.

- Что это? - сморщилась мастер, не решаясь взять кровь.

- Ты что просила? Кровь кумбы. Это она и есть, - снисходительно ответил Снэйк.

- Она? Откуда? - Сташа взяла склянку и по вертела ее в руках. Блондину она, понятное дело, не верила.

- Осторожнее! - Правой Руке не нравилось пренебрежение темной. Он своей рукой пожертвовал, а она вот-вот посуду из рук выронит. Второе запястье блондин резать не хотел.

- Так откуда? - повторила вопрос женщина.

- Там, где взял...

- Понятно, уже нет, - закончила за него Мрацеш.

- Тьфу ты! Да навалом там. На-ва-лом! И предупреждая дальнейшие расспросы, скажу - это самая настоящая кровь самого настоящего древнего. Если надо будет еще - обращайся. Только не слишком часто, - подмигнул Снэйк.

- Да?! - Сташа выгнула бровь. В голове начало проясняться. В частности относительно странных глаз блондина.

- Да, - широко улыбнулся темный. - Только никому не говори, - он приложил палец к губам. В зеленых глазах Правой Руки прыгали маленькие веселые волчата.

Дела...

На деревянных ногах Мрацеш развернулась, сжимая в правой руке склянку, в левой трубку и поплелась искать укромный уголок. Не будет же она прямо посреди коридора ритуал проводить, тем более в компании посторонних: за мастером следовал Снэйк, а за ним на почтительном расстоянии эльф. Надо хоть имя его спросить или дать. Да, лучше дать. Пусть мальчик окончательно распрощается с прошлым и приготовится к будущему.

Сташа устроилась в чуланчике и при свече провела ритуал. Она все еще сомневалась и в крови, и в трубке и вообще во всей затее, но данное обещание обязывало некромантку рискнуть.

- Ну? - две головы сунулись в чуланчик, словно почувствовали окончание ритуала.

Мрацеш резко дернула рукой, жалея что нет сковородки или чайника, чтобы треснуть по любопытным лбам. Она только-только раскурила трубку и сделала первую затяжку, как они с воплями влезли.

- Когда? - потоптался у двери Снэйк.

- Сейчас! - мастер выдохнула обратно в трубку дым. К ее удивлению над трубкой взвилась чем-то напоминающая миниатюрного человечка красная дымная фигурка. Она поводила из стороны в сторону прозрачным телом и уверенно поплыла в коридор. - Получилось... - такого Сташа не ожидала, встрепенулась и бросилась за фантомом. - Быстрее, заклинание действует, пока в трубке есть курительная смесь, - бросила она на ходу.

И они побежали. След был на удивление четкий. Он вел вел к комнатам беженцев, оттуда на огромную кухню и не менее огромную кладовую, дальше в архивную библиотеку. Однако фантом выбирал для себя странные пути, порой он зависал у стены или ниши или шкафа, но не найдя способа проникнуть внутрь использовал известное пространство, будто теряя и заново находя след.

- Все... - выдохнула некромантка, глядя на проступающий сквозь дым стеллаж. Она постояла немного, поозиралась, пожала плечами и предложила: - Еще раз?

- Давай. Я здесь подожду! - крикнул охваченный азартом Снэйк.

Он проводил взглядом некромантку, эльфа и остался один, а через пять минут его окатило магическим взрывом...

Кель

Я шла к эпицентру пожара, как на казнь. Сердце трепыхалось на нервной ниточке. Вот-вот ооборвется и ухнет вниз и тогда правдой станет народная молва - станет Темная Владычица бессердечной. Да и сама я чувствовала, что с потерей Снэйка меня никто и ничто примирить не сможет. Я забыла Лассо, почти простила Иллинойса, но демонов блондин занял особое место в моем сердце, куда любому другому путь заказан. Друг оказался гораздо ближе к телу и рубашке, чем зеленоглазое взбалмошное чудовище. Именно с Правой Рукой мы делили все без остатка ровно напополам.

Я разрывалась. Не хотела убедиться в горькой истине, о кторой твердил больной безумный разум, но и хотела бежать, подгоняемая надеждой всех идиотов: а вдруг жив?

По лицу текли горячие соленые слезы. На изобранных зубами губах застыли кровавые лохмотья. Я ощущала боли, усталости. Все краски выцветли. Звуки утихли. В правой половине груди поселилась тягучаю боль и воздух с трудом прорывался в легкие. Разве сейчас я Императрица? Разве та сама девушка, кого в двеннадцать лет нарекли именем лютого северного ветра - Кель? Нет, откуда-то все недобитое человеское вылезло из меня вместе со слезами, соплями и потом.

Видел бы меня Отанас. Наверняка приголубил бы излюбленным методом - сто кругов по плацу в полном боевом облачении легкой пехоты, а потом еще столько отжиманий налегке. Сколько я еще выдержу? Скольких отберут у меня предки прежде, чем решат, что хватит с беспутной дочери степей и темного престола? Боюсь, пропали усилия папаши даром, и вырос вместо достойного наследника дикий степной сорняк: и вырвать невозможно - новые побеги каждую весну пускает, и полезного от него мало.

Вокруг меня черные мокрые стены. Нос щекочет отчетливый запах гари. Под ногами скрипят осколки неизвестно чего.

Я увидела лестницу вниз. Встала на первую ступень и замерла. Глазами пожирала последнюю, но преодолеть несколько метров пространства казалось невыполнимой задачей. Я сглотнула, прислонилась к стене и сползла вниз, пачкая одежду жирной сажей. На беду подскользнулась - вот и еще одна ступенька осталась за спиной.

Хватит!

Нет...

Да, демон подери!

Я глубоко вдохнула, на секунду прикрыла глаза, встала и опираясь на стенку спустилась вниз. Короткий коридор с запахом потухшего костра и магии - я у цели. Остается только войти и убедиться в том, что является непреложным фактом, но если это так, то что же я здесь делаю? Никогда не считала себя мазохисткой, но видимо ей являюсь отчасти: мучаю исключительно себя по особенным поводам. раз в десять лет.

Магический взрыв разворотил перекрытия этажей и крышу над ними. В дыру я видела не редкость не радостное голубое небо и облезлый краешек Сао. Обломков почти не было: пол покрывал толстый слой спекшейся массы, стены из отвесных стали выпуклыми и потрескались. Посередине комнаты огромная выемка, очевидно сюда угодила заклинание.

Глупое сердце. Неоправданная надежда. И я сама идиотка.

Ноги подогнулись. Я рухнула на колени, закрыла лицо рука и послав весь мир мир отдохнуть за Гранью завыла в голос. Я потеряла Снэйка...

- Ну и долго ты собралась концерт устраивать? У меня и так голова на части разваливается. Кель, сделай одолжение - заткнись, а?

Рыдания застряли в горле. Я подняла голову вверх, откуда шел голос и обомлела: сверху в дыру свешивалась знакомая блондинистая голова. Изрядно помятая, но живая и чрезвычайно злобная.

- С-снэйк?! - судорожно выдохнула я.

- Ага, он самый, кажется... - поморщился кумба.

- А т-ты как... - я вытаращилась на него, все еще не веря в происходящее.

- Был бы обычный взрыв, то хана бы мне пришла, а из-за огромной концентрации магии сработал защитный механизм расы. Меня в превращение выкинуло, но я и от него едва не скопытился, ибо почти мгновенно перетечь из восьмидесяти килограмм в существо весом несколько тонн и с иной физиологией... - блондин вздохнул. - Это знаешь ли очень больно! У меня, полк демонов в задницу этому некроманту, глаза лопнули и скальп слез! Я же как личинка из этого тела вылупился! Найду и заставлю испытать тоже самое, - рывкнул змеиноглазый.

- Н-но заклинание... - пробормотала я.

- Сама с ним разбирайся, - буркнул Снэйк. - Я тоже отдачу почувствал. Магией так хлестнуло, что как дышать забыл. Не надо на меня больше эту гадость вешать, - прокряхтел блондин. - Убью! - добавил Правая Рука.

- М-меня? - от внезапной радости голова плохо соображала.

- С-себя! - прошипел темный. - Ты совсем свихнулась на радостях? При чем тут ты? Тварь эту удавлю!

- Слушай, ты мог бы выражаться конкретнее?! - взвилась я. Появилось желание лично добить недобитое врагами насекомое и плевать, что пять минут назад я по нему слезы ручьями лила.

- Ташеша! - выплюнул имя кумба.

- Кого?! - появилось желание покрутить у виска пальцем.

- Ни-ко-ло-са Та-ше-ша, - по слогам произнес Снэйк. - Ну, гвардарца, с которым мы еще десять лет назад сталкивались. Как и тогда он опять по другую сторону баррикад работает. Это он швырнул в меня заклинанием. Кель, давай, собери мозг в кучку, подкрути извилины. Нам надо его отловить и заставить говорить. Ташеш наша единственная ничтока к тому, кто стоит за его спиной.

Посмотри на него, без пяти минут одной ногой в могиле стоит, а командовать пытается. Сейчас он меня до постельного режима в течение полугода договориться. Будет сидеть на овсяном печенье и на горячем молоке с медом. И пенкой!!!

Я встала, отряхнула колени, щелкнула костями пальцев на обеих руках, сплела "аркан" и сдернула Снэйка сверху. Правая Рука завопил, схватился за талию и прохрипел пару вежливых выражений в мой адрес.

Это я его не рада видеть? Это я кошмар всей его жизни? Это я ему днем и ночью покоя, а также отпуск за пятнадцать лет верной службы не даю?! А он контракт читал? Ему не отпуск, ему пенсия за выслугу лет положена, ровно такая, чтобы место на кладбище купить, скромный гробик и небольшой памятник, но если еще раз о выходных заикнется, то и этого лишу! Вылетит пинком под симпатичный зад на грязную улицу сразу после больничного! Почему не прямо сейчас? Ну, еще скажут, будто я работодатель никудышний...

Кумбу с обернула арканом, на поводок прицепила и потащила за собой левитацией. На обратный путь времени я затратила гораздо меньше. Интересно, это потому, что туда идти не хотелось или потому, что у меня музыкального сопровождения не было, которое сейчас за спиной изощрялось в остроумии? И ведь не заткнешь его, понимаешь - это у него шок так проявляется, все таки чуть не умер парень!

Я вытащила ругающегося Снэйка наружу. Бросила его рядом со Сташей и велела некромантке присмотреть за пациентом. Она оторвала от себя мелкого эльфа, который от пережитого ужаса чуть под ее балахон не залез, с удивлением взглянула на моего помощника и в раз осадила его витиеватым выражением с упоминанием родственников. Крокодил и самка песчаной крысы туда по ошибке затесались или некромантка действительно в подробностях знает от кого произошли древние?

Обойдя всех раненых, я растормошила здоровых, познакомилась с незнакомыми и приставила кого воду таскать, кого остальных будить и тоже на свежий воздух выводить. Комнаты проверить надо, но сперва их от жильцов освободить, а то после моей магии придется от трупов втихаря избавляться. Много времени отнял Дирих. Неромант был совсем плох, но к частью его утлую лодчонку с трусливой душонкой удалось перетащить в мир живых. Грань нехотя отдавала добычу, но сдалась под напором: сил я не пожалела. Ха! Лучше такую цену заплатить, чем разбушевавшихся зомби усмирять. Мне они в виде вертикальной поленницы гораздо больше нравятся.

Двор заполнялся сумрачными эльфами. Светлые матерились, зевали, не прикрывая рот руками, проклинали ранее утро и поздний вечер, призывали на головы всех темных гнев предков: только поспать улеглись, а их тут же разбудили - совесть есть? Ответ они читали в моих глазах. Злых и холодных, словно покрытое льдом озеро.

Когда все комнаты освободили, я велела эльфам отойти к стен, создала воздушный вихрь и направила его на замок Тиллийса.

Мда, переборщила. Все окна повылетали, а там, где их не было, рамы. Отдохнуть мне надо, хотя бы пару часов.

- Кель, Кель! - голос доносился от стены. Знакомый голос.

Вайен! А с ним ведь Иллинойс...

Так и есть - мои знакомые эльфы в полном составе расположился на стене. Лицо у темного серое, взгляд сердитый, глаза полыхают. Воевать со мной собрался? Пусть попробует. И я благополучно провалилась в откат.

- Кель! Твою мать и отца за обе ноги и вверх головой подвесить! - надо мной склонились Вайен и Иль.

- Родственников попрошу не трогать, - проборматала я заплетающимся языком. - Их у меня и так не осталось.

- Чем вы тут занимались? - советник потряс меня за плечо. Иллинойс свирепо зыркнул на светлого и погрозил кулаком.

З-защитничек... Самого бы кто зашитил. От меня!

На душе потеплело. Я нашла в себе силы улыбнуться Илю.

- Чем только не занимались, - ответила одному, а сама смотрела на другого. Уголки губ темного дернулись вверх. Из глаз исчезла тревога, но появилась теплота и легкий укор, мол зачем ты так? И почему опять одна.

"Ты сам оставил меня", - взглядом сказала в ответ.

Иллинойс опустил голову. Серое лицо побелело.

Ох и дура же я! Ничему жизнь не учит. Все, умру. Прямо сейчас возьму и умру. Говорят, что глупость не смертельна - буду первой, кто данное утверждение опровергнет. Я закрыла глаза и сложила на груди руки.

Ласковая рука тронула мои волосы. Настырный палец черкнул по носу, задержался на кончике и... легкий щелчок обжег чувствительную кожу. Я открыла один глаз и с недоверием уставилась на эльфа. Он улыбался. От уголков глаз разбегались морщинки. Иллинойс погрозил мне пальцем, вздохнул, просунул руки под спину и поднял меня, прижав к своей груди. Ну и на сколько шагов его хватит? Я вообще-то тяжелая, а он идет и не морщится. Даже руки не дрожат. Хм, и мускулы на них побольше стали...

- Эй, - окликнул нас Вайен, - мне кто-нибудь объяснит что здесь происходит?!

Ага, завтра. Или через полгода. Или никогда.

Остатки сил и сознания я потратила на то, чтобы сложить пальцы в две фиги и продемонстрировать их советнику. А вот теперь можно и баиньки.

Иллинойс и компания

Иллинойс прикоснулся к руке Кель. Провел кончиками пальцев от ключицы до ладони, перебрал пальчики и со вздохом вернул ладонь на место - бедро Осантейи. Женщина спала глубоким сном, поэтому никак не отреагировала на прикосновения эльфа. В забытьи и неподвижности она больше всего напоминала искусно вырезанную из белого мрамора статую.

Не справившись с искушением, мужчина потянул на себя оба одеяла. Краешек сполз, открыв не только острые лопатки Осантейи, но и плавный изгиб талии. Иллинойс коснулся дуги позвоночника. Сейчас он не выпирал, а прятался между мышцами, но позвонки под чуткими пальцами все равно прощупывались. Такая, слегка округлая, она ему нравилась больше, но любил он ее всякую. Да, определенно любил и даже если чувство вызвано магией, то плевать ему с высока в глубь на этот факт, разве это повод отказываться от него? От нее.

Иллинойс опять потянул за одеяло. Округлая линия бедра. Мужчина положил на него руку. Прохладно. Тело Кель всегда холодное, а зимой просто ледяное, но ведь это неоспоримой плюс - Илю зачастую слишко жарко в хорошо протопленной комнате. С ней в самый раз будет. Впрочем, согласится ли она? Спать с ним. Одни на двоих сны видеть. Ночь и день делить поровну... Эльф вздохнул и грустно покачал головой. Интуиция подсказывала ему, что решить этот вопрос с Осантейей будет непросто...

Бывший Властелин улыбнулся. Он готов. Десять лет не прошли даром, а он специально на несговорчивых дамочках навыки отрабатывал: порой битым бывал и щеголял заплывшим глазом, изредка его кусали, иногда рожу наискосок царапали, но научился же? Ага, научился. Осталось экзамен беловолосой демонице сдать и можно выдохнуть.

Иллинойс беспокойно заерзал. Дернуло его вместе с Кель под вечер уснуть, так среди ночи глаза открылись, руки полозушничают, а теперь еще и улечься не может - эльф привык на животе засыпать, подсунув обе руки под подушку, но теперь уже не получится. Дурацкий вопрос почему... Мешается кое-что кое-где, в матрас упирается!

Темный потянулся и сел на кровати. Он свесил ноги. Может Боршхмейстера разбудить? Гномы с просонья, говорят, буйные. Час побегает и непокорные части тела сами собой успокоятся. Еще с гвардейцами размяться можно или со Снэйком на умные темы попереписываться...

Проклятие! Он же так и не назвал Кель имя. Завтра надо исправить ситуацию и закончить этот опасный фарс. Нет, поймать конечно тварюшку надо, только с именем и внешностью легче будет.

Мужчина поднялся, потоптался босыми ногами по полу, вспоминая куда одежду засунул. Не до правильных мест днем было, вообще не до чего. Как понял, что к Кель прижаться случай выдался, так из головы все вылетело. Сам раздел, проверил есть ли раны, мокрым полотенцем обтер одеялом укутал. Да и заснул рядом. Зря все-таки! На дворе гражданская война назревает, не до сердечных волнений. Только душе бестолку объяснять что-либо - она и так порядком по северной вьюге истосковалась.

- Ты куда? - тихий вопрос остановил эльфа. Он повернулся, всмотрелся в блестящие серые глаза и мотнул головой в сторону двери. - Вот как... - она отвернулась, натянула на себя одеяло.

Хмм... И как понимать?

Иллинойс обошел кровать, сел рядом с ней и погладил по бархатистой щеке. Темный наклонился, прикоснулся губами к кончику носа, услышал довольный вздох и мгновенно успокоился. Возможно и получится договориться. Быстро. Насчет дня и ночи. Главное ночи, но можно и днем.

- Не уходи.

Иль замер. Ослышался? Да нет. И с головой все в порядке. Значит, и договариваться не надо. Правда, зачем? Не дети уже. И он остался...

Снэйка затискали с самого утра. Лежащий на соседней кровати Дирих ревновал, бесился и тоже требовал к себе эльфийского внимания, но Эйлин и сестра владыки вились исключительно вокруг блондина. Правая Рука рад был бы поделиться вниманием, только дурак он что ли, чтобы с двумя гарпиями спорить, которых недалекие некроманты прелестными созданиями величают?!

Он этим созданиям в глаза смотрел? Он слышал какими фразами они обмениваются? Вот послушал бы сперва, а потом нюни разводил и водички принести требовал. Слепому ясно, что они ему кислоты наплюют за дверью и выпить заставят. И все же в ярости обеих эльфиек было нечто приятное. Даже на секунду в голову мысль закралась не поваляться ли в постели подольше? Чур без вредного на соседней койке некроманта, который воздух и мозги кумбы воплями сотрясает.

Однако, как ни приятно соперничество женщин, вылезать из норы придется. Надо Кель разыскать, выдрать ее из объятий Иллинойса и напомнить относительно лекарства для Тиллийса. Личный слуга владыки не так давно приходил с обрывком веревки на шее и спрашивал насчет проволоки. И крюка крепкого. И на падающие люстры жаловался, потирая копчик. Однако, подумать проще, чем сделать. Эльфийки проявили завидное единодушие, мгновенно сплотившись против сумасбродной идеи Снэйка покинуть належенное место и их общество.

- Тебе кто вставать разрешил? - слева встала Эйлин.

- Мне, слава предкам, ничье разрешение не требуется, - блондин попытался встать, но справа на его плечо опустились ладони Тейлинарры.

- Ты еще очень слаб, - про ворковала сестра владыки.

- С вашей заботой у меня вообще ноги отнимутся! - недовольно пробормотал кумба.

- Ноги в мужчине совсем не главное, - заметила шпионка, улыбнувшись краешком полных губ.

Снэйк удивленно на нее воззрился.

-А что главное?

- Ум, - ответила женщина, с вызовом сложив на груди руки.

- Определенно ум, - поддержала соперницу Тейлинарра.

Обе, правда, смотрели не на голову мужчины. Видимо, они плохо в анатомии разбираются и не знают, где мозги располагаются, но анатомия анатомией, а сбежать от целителей в кавычках все же необходимо. Снэйк улучил минутку, когда надзирательницы вышли из комнаты, вскочил с кровати и полез в шкаф за вещами.

Точнее он предполагал, что они там есть, но по факту ни штанов, ни рубашки, ни сапог не было. Не трудно догадаться, какие фокусницы приложили руку к исчезновению одежды!

Возмущенный темный саданул кулаком по дверце шкафа, в ярости сорвал вешалку и швырнул ее в стену. Так нельзя с ним обращаться. У него в конце концов обязанности есть и их выполнять нужно. Например, прямо сейчас Правая Рука ощущал настоятельную потребность убедить Императрицу объявить войну светлым. Хотя бы двум из всей расы - с остальными они как-нибудь мирно договорятся.

Натянув на лицо гордость, а на тело простыню, Снэйк отворил дверь, оглядел коридор и бегом бросился от комнаты, в раз ставшей темницей, но уже за вторым поворотом остановился, схватился за бок, покряхтел и дальше пошел гораздо медленнее, проклиная слабость, Гвардар со всеми его жителями и одного бывшего посла в частности.

Куда Снэйк шел, он представлял слабо: Иллинойс мог где угодно спрятать Кель от посторонних глаз и чужих заботливых рук, но кто-то что-то должен был видеть, не так ли? Примерно так. Наверное...

Первоначально кумба собирался добраться до кухни: кроме него обладать информацией о местонахождении Императрицы мог командир оборотней, который по словам встреченного по пути гвардейца обретался в районе кладовой, разбираясь с ночными на летчиками на стратегический запас провизии. Блондин заранее пожалел несчастных глупых эльфов, осмелившихся поперек дороги оборотням встать.

После встречи с гвардейцем Снэйк не долго бродил. Возле кухни он наткнулся на Боршхмейстера. Гном обнимал винный бочок и разговаривал с ним. Судя по тону коротышка был мертвецки пьян.

- Ну что она в нем нашла, в? Ведь ни рожи, ни кожи - одни глазищи зеленые в поллица, а больше взять с него нечего. Я к ней... А она... Променяла настоящего мужика, на чучело ушастое и даже не постеснялась! Правильно мне говорил отец: бабы все коварные змеюке пещерные, а я не верил, на лучшее надеялся, демон бы побрал это блондинистое лучшее! - с трудом подняв кружку Боршхмейстер повернул кран, плеснул себе вина на пару глотков и опрокинул в глотку.

- Господин посол, - поклонился Снэйк. - Вы что это с утра пораньше? - поинтересовался кумба. Очень уж его заинтересовал разговор гнома с бочонком и Правая Рука был не против выяснить подробности.

- Да какое это утро! - махнул рукой коротышка. - Почти двенадцать на дворе, а у тебя все утро. И еще сердце, зараза, разболелось, вот и лечу: наши целители говорят красное вино очень полезно для укрепления сердечной мышцы.

Угу, полезно... Особенно в объемах одного бочонка, а то и двух. Темный серьезно опасался, что на одном гном не остановится.

- Сердце болит? - сложил брови домиком кумба. - С чего бы это? - деловым тоном осведомился кумба.

- С того! - брякнул раздраженный вторжением в личную жизнь всяких наглых темных. - Все из-за стервы вашей длинноногой! - Боршхмейстер тяжело вздохнул. - Он ее на руки, я за ними шасть, а он ее в комнату, раздел, помыл и спать уложил. И сам лег!

- Так разве это повод напиться? - поддел гнома блондин.

- Это еще нет, но вот ночное сопение из их комнаты... - коротышка обнял бочонок.

Так-так, сопение, значит. Ну и кому из двоих сообразительных голову оттяпать с предварительной поркой за неосмотрительное поведение на войне? Ничего, найдет и разберется.

- Надо проверить, - сокрушенно покачал головой Снэйк. - Не подскажете, где вы подозрительное сопение слышали? И желательно побыстрее! - рявкнул блондин, поднялся и схватил Боршхмейстера за шкирку. Следовало торопиться, ибо из-за поворота доносились знакомые женские голоса. Злые-презлые. Интуиция не советовала кумбе голосам попадаться.

Пока коротышка соображал, блондин успел свернуть в одно из боковых ответвлений крыла, поставил гнома на ноги, встряхнул для профилактики и заставил припомнить, где он видел, слышал и хорошо, если не зарисовал совместное времяпрепровождения Иллинойса и Кель. Боршхмейстер вспомнил и по назначению доставил, но остаться не решился. Помялся у порога, махнул рукой, оторвал край простыни и потопал в обратном направлении, пообещав не сдавать Снэйка никому, кто будет спрашивать.

Правая Рука осмотрел себя, подтянул простыню, потуже завязал ее на груди, подобрал полы и ломанулся в дверь... Постучать он просто забыл.

- А...

На постели из под одеял торчали две светловолосые макушки. Кумба застыл на пороге, раздумывая туда или все же обратно ему двигаться, увидел, что Кель пошевелилась и закрыл за собой дверь, продвинувшись внутрь комнаты.

- Ты что-то хотел? - Кель выглядела полностью отдохнувшей.

- Собственно, да, но я подожду, - смутился мужчина, увидев, как две ступни побольше подглаживают еще две поменьше.

- Поздно, - бросила Императрица. - Ждать надо было за дверью.

И в тот же момент в Снэйка полетела подушка, умело брошенная мужской рукой.

Кель

За десять лет Снэйк забыл о правилах приличия. Он привык вламываться ко мне в покои в любое время дня и ночи, вне зависимости от того, чем я занята: сплю, кушаю, принимаю ванну - Правая Рука входил, располагался и не сомневаясь в своем праве находиться здесь и сейчас излагал цель визита и все остальное.

Сегодня он сделал то же самое. Нет, особых неудобств от его присутствия я не ощутила, Иль подозреваю тоже, но хотелось бы накопившиеся дела обсудить непосредственно с помощником, а не его мраморной осыпанной перьями статуей. Мда, нехорошо получилось. С другой стороны думать действительно надо было раньше или не удивляться. Что ж мне теперь от личной жизни отказываться дабы нервы Снэйка сберечь? А вот не дождется!

- Ну? Чего застыл на пороге? Проходи и присаживайся раз зашел и будь добр объяснить почему в таком виде? - я подпустила в голос недовольства. Повод был: не хотелось вылезать из постели, отодвигаться от теплого тела Иля.

- Боюсь местонахождение моей одежды я смог бы узнать только под пытками, - поморщился блондин, он поднял с пола перевёрнутый стул и уселся на него верхом. - Некоторые эльфы отличаются скрытностью и повышенной заботой, - съязвил Снэйк, глядя на Иллинойса.

Любопытно, о ком это он? О той ушастой, которая на него оба глаза приклеила? А мой эльф здесь с какого бока? Если ни с какого, то и смотреть так незачем, а если с любого...

Стойте! Тиллийс же говорил насчет руки, сердца и что данные органы людям разного сословия принадлежат, оттого он сам вынужден разрешение на брак давать...

Получается, малышка-то решила еще не мужу рога наставить и наставила?! А Снэйк сейчас сидит новоприобретенную растительность на голове Иля вовсю расхваливает. Конечно, ушастому есть чем ответить: он... гм... да... тоже, скажем так, времени зря не терял. Но есть одна большая разница - ему со мной можно, а этой козы... вообще в жизни Иллинойса быть не должно!

- Кель, ты в порядке? Ты из-за меня расстроилась?

Голос Снэйка вывел меня из задумчивости. Я отодрала примерзшие к полу ступни, растопила горку льда и буркнула осторожно:

- Нет, - поспешные выводы не моя стезя. Заговорит Иллинойс, тогда и выясним кого какие отношения связывают. Вчера ночью эльф доказал справедливость моих притязаний на него и пять минут назад был не против еще разок доказать и доказал бы, если бы кое-кто в гости не нагрянул. - Но ты не объяснился... - по глазам Снэйка увидела, что он тоже не прочь спросить почему я, почему Иллинойс и почему в таком виде и вдвоем.

Но он сдержался.

- Меня хотели оставить в кровати. По-мнению целителей недоделанных мне слишком рано вставать и подвергать свою пострадавшую персону повышенным физическим нагрузкам... - с недоделанными целителями я была полностью согласна: бледно зеленое лицо помощника сигнализировало об отвратительном физическом состоянии кумбы. Надо будет целителям наручники посоветовать, а для верности круглосуточный надзор за раненым. Из-под одеяла! Представив себе сцену, я не удержалась и улыбнулась.

- Демон с одеждой, зачем явился? - пояснять причину веселья не стала. Ага, я пошучу, а он меня слюнями заплюет, возмущаясь.

- О здоровье спросить и уточнить, когда Тиллийса в нормальный вид приводить будем. Да и другие дела внимания требуют, - сказал он со значением.

Я вздохнула. Конец романтике. Суровая действительность с утра пораньше вошла в дверь, дохнула лекарствами и трупным запахом нерешенных проблем, села на шею, поставила локти на затылок и начала ныть над ухом. И ведь никакой возможности избавиться от этой пытки нет. Послать? Отличная идея, а потом разбираться с ордами зомби уже на своей земле и принимая беженцев в своем замке. Спасибо, мне такой напасти не надо! Тогда придется покориться...

Я встала, потянулась под ласкающим взглядом Иллинойса, отыскала свою одежду и облачилась в нее. Еще бы морду в порядок привести и зубы почистить. Оценивающе посмотрела на Правую Руку: вроде бы он никогда не возражал против совмещения приятного с полезным. Кивнув на прощание Иллинойсу, лениво развалившемуся на постели, я потянула блондина в купальню. Пусть излагает, пока зубы чищу.

Эльфов в коридорах болталось много. Возле купален отиралось еще больше. Присмотревшись, увидела на бледненьких лицах признаки удовольствия: нос кверху, уши торчком, пальцы растопырены и как обычно друг друга тихонько лают. Отлично! Раз они собой заняты, то не будут на темных рот разевать и требовать предоставить им умным и красивым самостоятельно с бедой разбираться. Мне революция и гражданская война под боком не нужна.

Я бесцеремонно растолкала очередь перед одной из гостевых купален, на огрызнувшихся шикнула, расступившихся ласково-холодным взглядом одарила из разрядов "я все-все про тебя знаю", зашла внутрь и бросила в воду "холодок", эльфы и повыпрыгивали из купальни с визгом. Даже одежду оставили. Наверное мне одолжили.

Раздевшись, я нырнула в воду и принялась нещадно тереть огрубевшую кожу мочалкой и мылом, попутно слушая Снэйка. Говорил помощник до того складно, что создавалось впечатление - до конца рукой подать, а там песни, пляски, поздравления и хороводы победителям. Про хороводы он правильно заметил: у эльфов принято их вокруг погребальных костров водить. Впрочем, ушастые и потанцевать на поминках не дураки!

Я усмехнулась. Боится Снэйк, но виду не показывает. Я сама понимаю, задача на сей раз попалась не на один зуб. По ней хоть молотом колоти, только бестолку. Железная скорлупка у задачки-то: гнется, мнется, да не колется. Раздражает. Причем сильно. И наглость врага, и его самонадеянность, и маскировка. Гаденыш все ведущие к нему нити обрубил. Умный, ничего не скажешь.

- Снэйк, ты упомянул, что вы со Сташей прошлись по маршруту убийцы, так?

- Да, но теперь не вижу в этом смысла. Придворного мага наверняка убил Ташеш.

- Сомневаюсь, - я вылезла из бассейна, вытерлась и принялась рассматривать брошенные вещи. Голубая туника, белое платье с камешками, светло-зеленые широкие штаны... И почему эльфийки не носят черное? - Я сделала из твоего рассказа иные выводы. Насколько я помню, фантом исчез в библиотеке, но если гвардарец там уже был, то заклинание должно было указать на то место, где он прятался, так? - выбрала два платья с широкой юбкой. Нижнее белое из тонкой просвечивающей ткани и верхнее из плотной серой ткани с серебряными узорами по подолу, влезла в них и разорвала с двух сторон по линии бедра. Вдруг рукопашная схватка будет?

- Так, - согласился помощник. - Значит, убийца не он.

- Очевидно, - я поскребла подбородок. - Но он был в архивной библиотеке. - Кто с вами ее посещал?

- Убийца мог в наше отсутствие туда наведаться, - прищурил глаза змеиноглазый.

- В промежуток между убийством и вашим посещением? Мог, но зачем? Я честно не могу найти причин.

- А сеть тайных ходов? Один точно ведет в библиотеку. Думаю, есть еще, - возразил блондин.

- Но это не мешает нам поговорить с теми, кто спускался с вами, правда? - я осторожно гнула свою линию. Эх, а вот сапогов на замену мне не оставили. Придется в своих ходить и надеяться на крепость кожи и мастерство сапожника. Если мои походные чоботы еще пару дней переживут, то озолочу старого оборотня, который это чудо на каблуках в ремнях и заклепках сшил.

- Да, но...

Договорить кумба не успел: дверь, а с ним и Снэйка снесло к демоновой матери волосатым орущим вихрем. Слов не разобрать, сплошные гласные буквы. Пришлось сунуть руки по локоть и поймать вертлявого за шкирку. Гном повис в воздухе, не переставая перебирая ногами и размахивая руками.

- Медленнее! - рявкнула я на Боршхмейстера. - И четче!

- Там... - а дальше опять поток бессвязных букв.

Зато другой голос вполне ясно и доходчиво из-под двери попросил:

- Слезьте... иначе... сию же секунду!

Ух, крепко он по моей родословной прошелся. Иногда, особенно в такие моменты, я жутко скучаю по Маске. Демон мог одним взглядом объяснить массу вещей тем, кто отказывался входить в мое положение. Однако, продолжать истязать блондина было бы неверно. Я сошла с двери, по-прежнему удерживая подданного царства Мъельграхд. Снизу облегченно вздохнули. Потрепанный змеиноглазый с четкими отпечатками досок на оголенной спине (простыня съехала) поднялся, отряхнулся и свирепо глянул на меня.

- Ну?! Что затихли?!

Лично я была занята гномом, а вот почему Боршхмейстер вдруг язык проглотил? А, он его прикусил! Возможно, я слишком сильно его встряхнула. Ну, не извиняться же теперь?

- А что орать-то?! - возмутился коротышка. - Все, все, руки! - зыркнул в мою сторону гном.

- Да, пожалуйста, - пожала плечами и отпустила его.

Боршхмейстер плюхнулся на задницу, ойкнул, потер поясницу, погрозил мне пальцем и выпалил:

- Пока вы тут обжимаетесь там некроманта вашего того!

- Мне не обма... чего там с нашим некромантом? - нахмурил брови Правая Рука.

- Грохнули его, убили, задушили! В общем тю-тю ваш мальчик, - чиркнул по горлу коротышка.

Продолжать диалог было бессмысленно. Я выскочила в коридор, по второму разу раз метала очередь в купальню и побежала по коридору. Снэйк догнал меня, дернул за руку и потащил в обратном направлении. Тьфу, демон, не сразу сообразила, что знать не знаю куда идти. Привычка во все свой нос первой запихнуть сказывается.

А в импровизированная лазарете уже собралась толпа. Растолкав зевак и отодвинув в сторону неизвестно каким образом затесавшегося сюда Иллинойса, я встала около измятой кровати, хмыкнула и развернулась к эльфам и гвардейцам с немым вопросом: а где? В комнате трупа не было. Оборотни тоже и также спрашивали у меня. Наконец, взгляды скрестились на Боршхмейстере.

- А... - гном протиснулся между ногами зевак, почесал бороду. - Где?

- У тебя спросить хотели.

- Чего сразу у меня?! - обиделся коротышка. - Трупа нет - у него и спрашиваете, почему он вас не дождался и свалил.

- Трупы не разговаривают... - я осеклась, увидев зеленую рожу зомби, который к моей команде беженцев вместе с Илем и Эйлин прибился.

- Вот-вот, - заметил гном осечку и не замедлил прокомментировать.

- Ну так может он и не труп? - я поспешила отомстить. Боршхмейстеру вредно сейчас рот открывать. Вернее, ему-то все равно, а окружающие страдают! Запах перегара с ног валит.

- С синим лицом и вывалившимся языком не труп?! Я своим глазам верю.

- И нам предлагаешь? - наклонилась к гному и дохнула на него холодом.

- Что? - отшатнулся коротышка.

- Поверить твоим глазам! - проникновенно посмотрела ему в глаза.

- Делайте что хотите! - мазнул руками Боршхмейстер и протиснулся в коридор, оставив нас всех задаваться вопросом: а был ли труп? И если был, то куда делся?

Иллинойс и компания

Планируешь, изощряешься, а тут всего одно простое слово переворачивает внешний и внутренний мир с ног на голову, выворачивает его наизнанку, хорошенько трясет, а после разглаживает. И чувствуешь такое необыкновенное умиротворение, как после длинного подъема на крутую гору, и открывшийся вид превосходит все самые смелые ожидания...

Иногда и не вид, и даже не гора. Порой достаточно тихого сопения уткнувшейся в плечо единственной женщины, в мире рядом с которой хочется быть и которой ты достоин. И хочется, чтобы ночь не кончалась, чтобы мгновение растянулось на века и не вериться, что когда-нибудь можно устать от ее общества, злиться на нее и даже несоглашаться. Отнюдь не в чем-то, а очень даже во многом.

Но все это будет немного позже, а сейчас достаточно темноты, двух теплых одеял и одной кровати, где так тесно, что хочется прижаться друг к другу. А утром... Честно говоря Иллинойс не думал о том, что будет утром. Разве хорошо тешить себя призрачной надеждой или того зуже - заранее расстраиваться. Бесполезно укадывать реакцию Кель. Северный ветер он такой: сегодня кружить вьгой, а завтра искрит морозным инеем на ресницах. Ясно одно - скучно точно не будет, а все остальное он как-нибудь да переживет.

Иль так и не заснул. Он видел потухшее сияние Самоцветов в окно, светлеющее небо и слышал осторожное чирикание птиц, словно те поверить не могли в наступающее мягкими шагами утро. Кель сделала попытку отодвинуться, но чуткая рука эльфа вовремя удержала женщину подле себя. Осантейя недовольно завозилась, а потом рассслабилась и даже сквозь сон улыбнулась.

А вдруг обойдется?

Закралась несмелая мысль в голову мужчины. Вдруг это логичный конец их противостояния и столь же логичное начало. Чего? Он ухмыльнулся. Ну уж нет: что ему в руки попало никакими клещами не вытащишь. Он долго мечтал, еще дольше дурил, сбежав, пришло время наверстывать упущенное. Быстро. И качественно.

Едва Иллинойс задремал, как чуткие уши эльфа уловили звук. В комнате явно стало на одно существо больше. Мужчина открыл глаза и перевернулся на звук, не выпустив из объятий Кель. Возможно и не на существо, а на памятник... Забавное выражение лица у Снэйка. Не ожидал он увидеть подобное зрелище, скорее море крови, куски мяса и злобствующую Императрицу, а в команте тихо, мило и вполне по-домашнему. Правда, лучше бы он не появлялся! Ведь сорвал такие планы на утро и извиниться тугодуму в голову не придет!

Эльф ощутил неудовольствие, наблюдая, как Кель нагишом расхаживает перед своим помощником, но тут же одернул себя: как бы еще ничего не определено, и Императрица свободная личность. Во всяком случае он ее ограничивать не собирается. Если вспомнить сколько его любовниц Кель выпроводила, то... остается посыпать голову толстым слоем пепла!

Когда Кель ушла мужчина ощутил недовольство. Пришли, разрешения не спросили, забрали, а справедливость где? Но в одиночестве он оставался недолго. Как тут останешься, если за дверью вопят, толпой бегают. Явно что-то интересное произошло. Удивляться нечему, где темные там всегда происходит, а уж что именно, то только смелые отваживаются выяснять. Как ни хотелось еще немного понежится, но пришлось вылезать. За пять секунд облачившись в одежду, сложенную на полу кучкой, Иллинойс вышел из комнаты и присоединился к толпе в единодушном порыве двигающейся по коридору.

Посмотреть было на что. Например, на пустую кровать и хлопающих глазами эльфов, бормочущих про пьяных гномов и привидевшийся им труп. По-мнению Иллинойса и гномы и труп могли привидеться самим светлым, ибо ни то ни другое в комнате не находились. Следом явилась Кель с виновником переполоха в руках и вездесущим Правой Рукой, который своим появлением уже с утра вызывал у нежного желудка бывшего Императора изжогу.

Осантейя, едва взглянув на ситуацию с высоты своего роста принялась искать... Нет, не труп. Виноватых в его нахождении и пропаже. Крайним оказался бедняга Боршхмейстер. Его и так судя по заплывшему лицу всю ночь били-колотили нещадно, а тут еще Кель опасное оружие применила - моральная деморализация на существ слабых и роста маленького, как ведро снега за шиворот действует. Даже платье не спасло: движения, взгляд, тон голоса - все выдавало в ней человека нежно обнимающего власть левой рукой. Но такой она эльфу и нравилась!

Эх, о какой романтике может идти речь, если твою женщину больше трупы интересуют? Тоже что ли на пол лечь, глаза закрыть и руки на груди сложить? Ходит, высматривает, но на эльфа ноль внимания. Да, тут не о поцелуях мечтать надо, а об одном ласковом взгляде. Или не ласковом, или не взгляде.

Мужчина вздохнул, увидел на столе рядом с кроватью клочок салфетки, вытащил из-за уха одного из зевак карандаш и черканул вопрос на салфетке, подошел к Кель и протянул ей клочок.

- Кому понадобилось убивать некроманта? - прочитала темная. - Может быть тому, кто хочет получить контроль над армией зомби, которой Дирих собрал под окнами дворца?

Иллинойс вздернул брови и улыбнулся краешком губ. Вырвал клочок и написал на оставшемся месте.

- Что если некромант все-таки мертв и контроль над зомби уже перехвачен? - глаза темной стали почти прозрачные. - У нас крупные неприятности, но не думаю, что их будут использовать...

- Зомби!!! - донеслось из открытого настежь окна в комнате.

Эльфы вздрогнули. На породистых лицах была написана паника. Светлые переглянулись между собой и все, как один, уставились на Кель, ожидая чуда. Чуда не произошло. Зато прозвучал приказ немедленно забаррикадировать двери, окна и приготовиться к обороне. Хорошая была идея собрать всех зомби в одном месте, но до ужаса непрактичная!

Иль в числе первых встал под развернутые знамена. Он бросился к кроватям, перевернул их и с помощью пары сородичей приставил к окнам. Второй этаж немного спасал ситуацию, но сколько комнат без стекол на первом этаже?

А там уже командовал Снэйк. У входа рубили зомби на дрова оборотни, в трех местах прорыва кланники, в основном из Первой Крови, не отставали от гвардейцев, но мертвецы все равно лезли. И было их слишком много. Конечно, проблему перенаселения дворца нашествие зомби решало, но уж слишком радикально.

Выхватив из рук эльфиек бестолково раздающих всем желающим оружие палицу, Иллинойс вклинился в ряды сражающихся. Эльф с размаху снес одну зеленую голову, закрутил оружие и опустил его на вторую. На место двух встали четверо. Они на ходу размножаются что ли? Темный шикнул на оборотня, которые сунулся под руку, оттолкнул его с дороги и неожиданно плеснул с ладони огнем. Как?! В голове вихрем пронеслась ночь с Осантейей. Неужели ее братишка все же оставил немного наследства, а близость помогла ему проснуться? Демон, после узнает, сейчас совершенно нет времени на научные изыскания.

Увидев поддержку мага командир гвардейцев дал знак отступить. Темные синхронно отошли за спину, парой ударов добив противников. Без слов осознав свою роль, Иль сплел «огненную волну» и отпустил заклинание. Через секунду он почуял, что из него потянули энергию. Охнув, эльф упал на одно колено. В глазах на краткое мгновение потемнело, но этого хватило чудом уцелевшему в огне мертвецу, чтобы зацепить острыми зубами шею эльфа.

Вместо благодарности бывший Император получил порцию проклятий от командира оборотней. Гвардеец схватил его за воротник и оттащил от беснующегося мертвеца. Зомби прикончили двое подчиненных. Однако, в следующую секунду Иля отпустило, а откуда-то справа прилетел порыв холодного ветра.

Ясно, с другой стороны Кель магичнт, только действия согласовать надо, иначе... На сей раз мужчина упал на оба колена, а зомби нестройной колонной вошли в замок. Командир скомандовал посторонние и велел посторонним убираться. Сперва с дороги, а следом из Леса Вечности вообще. Оставшихся оборотень обозвал самоубийцами, вытер с лица кровь рукавом и обернулся к зомби, нерешительно переминающимся у двери. Мертвецы будто ждали, когда эльфы с меню определятся, а после слаженно напали, выбрав кому кто больше нравится.

Решив не путаться под ногами у оборотней и бросив бесполезную палицу Иллинойс точечным! выбросами энергии принялся жечь тех, кто в качестве жертвы предпочел зеленоглазых блондинов.

Но их все равно прижали. Мертвецы брали грубой силой и количеством. Им терять уже нечего, а вот живые хотели и дальше продолжать под Сао мучаться, несмотря на все прелести существования за Гранью. Эльфийки и те далеко не ушли, молча раненых оттаскивали в глубины дворца.

- Держитесь! - передали по цепочке. - Еще полчаса, чтобы второй этаж укрепить.

Командир гвардейцев хмыкнул, не отрываясь от дела - вытаскивал покалеченного молодого щенка из-под удара, и затянул рычащую песню. Его поддержали.

Иллинойс не впервые наблюдал, как своеобразные гимны оборотней помогают им держать строй и действовать, будто единый механизм с точно подогнанными шестеренками, но сейчас гвардейцы сражались отчаянно и красиво. За своих, за чужих. Разве так важна раса, цвет волос и взгляды на темноту темных? Плевать. Честь, долг и воля завладели душой оборотней. Они стали быстрее, сильнее, хитрее. Оставшиеся за их спинами эльфы воспрянули духом. Со стороны могло показаться, что вот-вот, еще один рывок и горстка вояк-сорвиголов справится с нежитью... И только Иллинойс погашал сколько продолжается боевой транс и каковы последствия для двуииостасных.

Многие не встанут после бойни...

Кто-то надолго потеряет способность оборачиваться...

Лицо эльфа стало жестким. Он же хотел проверить свои силы? Хотел. Тогда нет смысла ждать.

Эльф замер, прислушался к себе и чуть ли не с головой влез в источник, благодаря брата Кель за оставленное магическое наследство. От Иллинойса полыхнуло жаром. Кожа раскраснелась, глаза выцвели до белого золота. Оборотни нарушили строй и бросились вверх по лестнице на второй этаж, куда уже добралась схватка. Они успели за миг до того, как на первом этаже дворца эльфийского правителя вскипел огненный шторм.

Кель

Крик резанул по ушам. В голове зазвенело, щелкнуло, и мысли пошли в правильном направлении. Внимание обострилось и стали прорисовываться малейшие детали. Краем глаза я увидела, как вниз бросился Иллинойс. Туда же пинком отправила Снэйка. Не знаю подрос ли мой эльф в тактическом плане, но если что - руками вполне способен работать, а кумба все остальное доделает. Не зря мы много раз внезапные нападения на Лос-Идос отрабатывали. Слуги, конечно, во время учебных тревог массу удовольствия испытали, намекая, что вряд ли когда-нибудь в темной твердыне настоящая тревога прозвучит, только не слушала я их. И правильно сделала - соломка-то в Лесу Вечности понадобилась!

Второй этаж был тактически важным местом. Во-первых, с высоты обороняться удобнее, во-вторых, первый мы так и так отстоять не успеем, а вот удержать нежить и выиграть время для эвакуации раненых, детей и женщин сможем. Хотя по всем правилам я их бросить должна, но когда темные правила соблюдали? Сжечь пергамент на котором они записаны!

Я улыбнулась. Интуиция говорила, что противостояние между мной и неизвестным некромантом входит в завершающую стадию. Больше у него оружия и ресурсов нет. Очень уж атака зомби похода на жест отчаяния: все или ничего, за которым остается только бегство. Более того, нанести второй столь серьезный удар я ему не позволю. Думаю, он или она это прекрасно понимает. Значит, решающий шаг и завершающ™ штрих.

Итак, организация. Я выдернула пятерых эльфов, что не успели спуститься вниз, отобрала уних оружие и приказала немедленно обыскать жилые комнаты. Всех, кого найдут отправить наверх. Час на задание, потом конец. Сколько найдут... Таковы условия и нечего разводить сопли. Десять девчонок отправила искать наиболее защищенное помещения без окно и дверей, подходящее для большой группы существ, для. Над ними поставила старшей мать двоих малышей, прячущихся за ее юбку. Хочет, чтобы ее детки жили? Пусть постарается. Остальных поделила на пятерки, разделила второй этаж на участки, назначила ответственных и отправила готовить баррикады. Споров не было. Даже дети и те участвовали по мере сил и возможностей.

Спинным мозгом почувствовав относительное спокойствие, я побежала искать выход на крышу. Как попасть в подземелье знаю, а вот с обратным направлением заминочка вышла. Хвала предкам светлые додумались разместить люк на последней лестничной клетке. Я заклинанием вынесла заслонку, активировала левитацию и взлетела на чердак. Глаза привыкни к темноте, и я увидела лестницу, ведущую на крышу. Она у дворца покатая, как бы не навернуться на радость голодных зомби!

Можно и в воздух подняться, но левитация неоправданно много внимания съедает, посему лучше сразу заготовить заклинаний побольше и помасштабнее. Или все же твердо стоять на ногах. Выбрала первое: остановившись у лестницы потратила минут десять на магические заготовки, зачерпнув энергии из Источника (благо Иль под рукой) и полезла наверх.

Да, устоять не получиться. Крышу' местные архитекторы под когти делали, а не каблуки. Вид открывался... удручающий. Зомби вокруг замка скопилось много - до самого горизонта медленно колыхающееся зеленое море. Они шли, будто заведенные, переступая через преграды и забивая ямы собственными телами. Видать много народа угробила Императорская семейка раз такие канавы в земле образовались. Эх, закончив с делами первым делом преподам Тиллийсу науку избавления от трупов без последующих неприятностей в воде незапланированного прихода в гости оных.

О, кстати об Императоре... Долго он в детстве ходить будет? Но мне не раздвоиться. Сколько не бились маги над заклинанием копирования человеческой сущности - полный крах потерпели: то чудо, то юдо получалось, а нормальной копии никогда. Ммм, хватит на посторонние вещи отвлекаться. Владыка жив - это главное, совесть из-за невинно убиенного ушастого мучить не будет. Вот если бы он в здравом уме до сих пор пребывал... Какая уж тут невинность!

Ох ты ж... чуть не пропустила прорыв с черного хода. Понаделали дырок в стенах! С левой ладони сорвался "ледник", с правой "ледяные лезвия". Только здесь атаку отбила, как в гостевом крыле мертвецы массово в окно повалили. Успела окатить их "бурей" и сразу же около парадного входа немного расчистила.

- Кель!

А Снэйк как сюда попал? И зачем? Дела на первом этаже внезапно закончились0!

- Кель!

Повторил он. Я обернулась. Правая Рука наполовину высунулся из лаза и порывался выскочить целиком, но с сомнением смотрел на крышу, покрытую скользкой черепицей в пятнах птичьего помета и островками мха.

- Да? - сбросив очередное заклинание, снова повернулась к нему.

- Мы долго не продержимся. Двое гвардейцев ранены, пятеро эльфов тоже. Нас осталось немного на такую ораву.

- Что со вторым этажом?

- Оборонительные сооружения закончены на семьдесят процентов, укрепленные внутренние помещения найдены. Начали размещать раненых. Готовы к приему остальных - отрапортовал Снэйк.

- Отходите, я освобожу пространство вокруг, чтобы выиграть время. Если эти твари все время лезть будут, то закрыть двери не получится. Проследи, чтобы все входы на второй этаж были завалены, как только через них пройдет последний живой эльф или темный. Понял?

- Вполне, - отрывисто бросил помощник и блондинистая голова исчезла в люке.

Вот и хорошо. Вот и ладненько, а теперь надо спокойно подумать, чем таким шарахнуть, чтобы самой обратно не слечь после отката и ряды мертвецов хорошо проредить. Впрочем, стоит ли? Их здесь пруд пруди. Не проще ли спрятаться за стенами? Я усмехнулась: мне и приходится обороняться! Была бы здесь моя армия демонов, то в два счета бы раскидали тварей, но с горсткой оборотней и толпой ушастых, из которых только Первая Кровь нормально оружие в руках держит, много не навоююешь.

Я спланировала на козырек. Надо готовить «крепость». Крайне ресурсоемкое заклятие, но стены получаются на зависть строителям. Как-то мы с лучшими архитекторами и поспорили и масштабные игры на пустыре устроили. Специалисты четыре месяца колдовали с картами, растворами и кирпичами, решив во что бы то ни стало мне нос утереть, только бестолку - их миниатюрную крепость за несколько часов взяли и разобрали, а мой ледяной форт продолжал стоять.

Я воскресила в памяти энергетическую схему заклинания, сплела и закрепила нити, напомнила их силой, опять приложившись к Источнику. Взлетев над замком, я активировала заклинание. Воздух сгустился и заледенел. Земля вокруг дворца покрылась коркой быстрорастущего льда. Мертвецы, что попались в ловушку, остались вмороженными в стену толщиной два с половиной метра и высотой три.

Я выдохнула... А вместе со мной кто-то еще...

Из окон первого этажа дохнуло страшным жаром, а следом рвануло так, что ударная волна снесла меня в сторону и закрутила в воздухе. С трудом удалось восстановить равновесие, впрочем, кувыркание в воздухе не помешало мне высказать вслух все, что я думала о неизвестном деятеле и его самодеятельности! Идиот почти полностью уничтожил мою работу! Сейчас найду и лично прикончу дурака, чтобы не лез, куда ему не следует, а спишу все на зомби и их кровожадность...

Заложив резкий вираж в воздухе, я воспользовалась возникшей в рядах мертвецов сумятицей, спустившись вниз. Взбежала по лестнице, покрытой слоем пепла, взрыхлив его каблуками, ворвалась во внутрь, готовая казнить, почти мгновенно преодолела несколько десятков метров по коридору и остановилась перед бессознательным телом...

Иллинойс...

Я опустилась на колени, жестко подавив неуместные сейчас эмоции. Проверила пульс, дыхание, подхватила эльфа на руки и выбежала на улицу. Зомби не успели перегруппироваться, раз; два их явно придерживали. Огонь нанес большие потери мертвецам и, очевидно, некромант побаивается повторения. Что ж, передышка нам необходима. В других условиях, имея в запасе десяток козырей в кармане, я бы спровоцировала сумбурное нападение, но не сегодня: слишком много тех, кто за моей спиной не готов умереть.

Я взлетела на крыша, выбила ногой люк, спустилась на чердак, а уже оттуда знакомым путем на второй этаж. Не говоря ни слова оттолкнула с дороги Снэйка, обпшипела командира гвардейцев и прошла в комнату, где временно устроили лазарет. Только убедившись, что эльф в надежных руках, я вышла в

коридор и с трудом сдерживаясь поманила за собой Правую Руку. Он глазами указал на дверь в конце коридора. Пять метров до нее дались нелегко...

Гнев кипел. Эмоции искали выход. Обычная холодная маска разваливалась на глазах и сползала с лица потеками воска. Светлые, мельком взглянув на меня, вели и притворялись комнатными растениями. Оборотней не видела - видимо, вместо отдыха гвардейцы судорожно вспоминали навыки маскировки при проникновении на территорию врага.

- Я хотел... - начал Снэйк, когда за ним закрылась тонкая дощатая дверь, скрытая грязным гобеленом.

Мне было плевать на его желания. Круто развернувшись, схватила за накинутую поверх простыни куртку с чужого плеча, и впечатала кумбу в дверь.

- Еще раз ты не убережешь его...

Снэйк побледнел. Он поджал губы, сузил глаза и обманчиво мягко положил ладони на мои запястья.

- Отпусти, - сказал он охрипшим голосом.

В его глазах я прочла остальные невысказанные мысли. Медленно разжала пальцы, облизнула сухие губы и молча уткнулась в теплое плечо.

- Отдохни, - произнес Правая Рука. - Иначе сорвешься. Никому не будет от этого лучше.

- Рано. Пойдем, поможешь мне сделать антидот дляТиллийса.

- Уверена? - в голосе блондина прозвучала насмешка.

- Абсолютно, - ответила я и холодно, с оттенком презрения посмотрела на него.

Маска была восстановлена.

Иллинойс и компания

Снэйк наблюдал за действиями Императрицы. Блондину совершенно не нравилось ее состояние. Она вцепилась в ступку, где размалывала несчастный высохший цветок, словно в спасательный круг, и так сильно вращала пестиком, что орудие неистового труда трещало в пальцах Осантейн.

Швах!

Рассыпалось...

Темная заковыристо выругалась! Обернулась на Снэйка, показала ему кулак и ударила кулаком по столу. Предметы на нем подпрыгнули. Колба с непонятной засохшей на стенах субстанцией скатилась вниз и с жалобным звоном рассыпалась на полу осколками. Кель вздохнула. Она сжала кулаки, ногой загнала осколки под стол и потянулась к перегонному устройству.

Снэйк поежился. Если сегодня остатки дворца переживут плохое настроение Императрицы, то он всех ее предков поблагодарит за поддержку и помочь. На свои силы змеиноглазый давно перестал надеяться. Он привык к холодной ярости Кель, когда ее глаза выцветают до оттенка первого снега, ее скупым и точным движениям, исходящей от нее угрозой. Он умел блокировать это и наловчился разряжать атмосферу, но что делать с другой Осантейей? С той, которая все разрушает вокруг себя? А возможно и себя тоже, но ведь она не скажет об этом...

Она всегда молчит, когда ее душу грызет неуверенность. Сейчас именно тот случай. Привычные мелкие действия выдают ее: закушенная губа, ложка, с бешеной скоростью мелькающая между пальцев, нетерпеливый стук каблуков. Только лучше не соваться с вопросами. Иначе и предки не спасут от пожара.

Впрочем, и спасать-то почти нечего - дворец Тиллийса и так почти в руинах лежит.

Опасения Снэйка не оправдались. К ночи смесь была готова. Осталось только влить ее во владыку и задать ему пару вопросов, требующих немедленного ответа. Императора Леса Вечности найти оказалось не так просто. Он играл со своим слугой в прятки. Рейтинас битый час таскался по четырем этажам дворца, ища великовозрастного ребенка, но ребенок не желал находиться. Пришлось подключиться к поискам.

Второй раз за день измученные эльфы вынужденно слились с предметами расколотого и разорванного интерьера, по большей части сваленного у дверей. По коридорам носились: сменивший простыню на свободные брюки кумба, темная, со зверским выражением на лице, личный слуга владыки, причитающий на разные лады, присоединившийся к поискам Боршхмейстер и Эйлин. Остальные предпочитали наблюдать за переполохом издалека, тем более настоящей причины не знал никто.

Рейтинас растил Тиллийса с пеленок и так же в бытность владыки ростом три горшка от пола собирал коллекцию веревок и банных принадлежностей, лелея мечту уйти из жизни по собственной воле, а не в результате пакости голубоглазого шустрика. Личный слуга поднаторевший в вопросах воспитания просто вернулся в детство вместе с Императором. Нет, особо удовольствия он не испытывал,но и не нервничал. Так, усталость сказывалась из-за событий последних дней.

Наконец, в в тренировочном зале поисковая команда заметила зеленый край длиннополого плаща Тиллийса. Рейтинас указал глазами на клочок одеяния и приложил палец к губам. Кель хмыкнула и стала на цыпочках подкрадываться к нише, скрытой за стягом Леса Вечности.

- Ой, тут, наверное, нет никого! - нарочито громко произнес личный слуга владыки. - Ой, не знаем мы, куда мальчик наш подевался.

Из-за стяга раздался приглушенный тканью заливистый смех.

- Да-да, мы совершенно не знаем, - с другой стороны заходил гном. Он растопырил руки и высунул язык.

- Определенно не знаем! - Эйлин находилась по центру.

Снэйк караулил в дверях. Мало ли Император попытается ускользнуть. От мальчишки, который себя упорно овощем называет, всего можно ожидать. Но если ждешь, то и предотвратить можно и нужно, ибо сил нет за ним гоняться. И ведь простить сложно, знаешь, что разумом дитя, только водишь перед собой дурашгашого взрослого. И хочется не через колено перекинуть и по мягкому месту настучать, а полноценно в глаз заехать или в ухо!

Стяг шевельнулся. Кто-то за ним явно приготовился к активным действиям. Загонщики напряглись, как по команде согнули колени и замерли, настороженно всматриваясь в преграду. Куда побежит? С какой скоростью? Зрачки дрожали, руки слегка тряслись. Раз, два...

- Держи, заразу такую! - Боршхмейстер не выдержал напряжения и первым ринулся на стяг.

Тиллийс вынырнул с другой стороны. Весело хохоча, он метнулся в сторону Кель, увидел препятствие, резко свернул прямо перед носом темной, и бросился на Эйлин. Взрослый эльф без труда сбил с ног женщину, перепрыгнул через нее и ринулся к двери.

- Не упусти! - рявкнул разозленный коротышка.

Снэйк оскалился и загородил выход.

- Это не честно! - возмутился Тиллийс по-детски обиженным голоском. - Пятеро на одного не честно! - казалось, он вот-вот заплачет и затопает ногами, но вместо этого владыка совершил обманный маневр, избежав столкновения с блондином, и увернулся от рук гнома.

Император отбежал в дальний угол зала и застыл, словно суслик, наблюдая за приближением опасности. Напряженная фигура эльфа, хитрый взгляд и ехидная ухмылка бросали вызов загонщикам. Те перевели дух, переглянулись между собой, одновременно кивнули и без промедления скопом бросились на владыку. Они двигались не по прямой, а бросались из стороны в сторону, путая Тиллийса. Лшю мужчины вытянулось, он обмяк и всхлипнул. Это несколько обескуражило народ. Атака запнулась. И тут же, увидев просвет, светлый сорвался с места, надеясь проскочить. Кель чудом успела зацепить пальцами край плаща.

- Стоять! - выкрикнула она и потянула добычу к себе.

- Фигу вам! - и Император рванул брошь под воротом.

Темная, ругнувшись, отбросила ненужную тряпку, понимая - почти упустили. Она открыла рот, но гном успел до слов: коротышка прыгнул с места и вцепился руками в ноги эльфа, повиснув на них живым, но крайне тяжелым грузом. Тиллийс рухнул лицом вниз. Сверху его придавила Эйлин.

- Уф, - женщина вытерла пол со лба. - Нанимаясь на работу никогда не думала, что придется за собственным Императором гоняться.

- Бросай ты эту работу, - Снэйк подмигнул шпионке. - У нас лучше: вдвое больше золотых в месяц, оплаты за сверхнормы, роскошная пенсия, жилье, служебная лошадь...

- Снэйк! - прикрикнула на кумбу Императрица. - Нашел время...

- Я, между прочим, вербовкой занимаюсь, - нашелся блондин. - А ты меня отвлекаешь, - добавил с укором.

- Может... - попытался вмешаться Рейтинас. О чем они вообще?! Надо подопечным заниматься, а не в шпионские игры играть!

- А моего согласия спросить не надо? Вдруг, я верная и родину не продаю, - задрала нос Эйлин.

- За дешево? - тон Правой Руки мгновенно стал деловым. - Так я за дешево не предлагаю!

- А... - личного слугу упорно не замечал!.

- Прекратить балаган! - хлопнула в ладоши Кель. По тренировочному залу прошлась поземка. Гном зябко передернул плечами, вздохнул и осторожно отцепился от конечностей эльфа. - Помогите перевернуть его, - скомандовала темная.

Указание немедленно исполнили. Тиллийс настороженно смотрел на них, сурово поджав губы. Он планировал жуткую месть обидчикам. Вот этой тетке с белыми волосами пауков в сапоги засунет, дядьке со странными зелеными глазами лицо сажей ночью испачкает, гному над изголовьем кровати наковальню подвесит, а предателя - личного слугу на чердаке запрет... Помечтать эльфу не дали. Несмотря на протесты заставили разжать зубы и влили в рот противную горькую жидкость. Внутренности владыки обожгло огнем, а следом память совершила немыслимый кульбит, и сознание прояснилось, но не до конца...

- Что происходит? - спросил Император.

- Как тебя зовут? - ответила вопросом на вопрос Кель. Что-то во взгляде Тиллийс а ей не понравилось.

- Идиотский вопрос. Ты поглупела со вчерашнего дня? - владыка был раздражен. Неясное чувство мучило его. Будто что-то очень плохое произошло, но он не мог вспомнить что.

- Со вчерашнегоооо... - протянула темная. - Кажется, мне все ясно, - он потерла подбородок.

- Что ясно?! - откровенно возмутился эльф. Он не погашал загадочных намеков Осантейи. Вот любят темные... темнить по поводу и без. Нельзя сразу сказать что ли?!

- Ответить на последний вопрос, - подозрительно ласково попросила Императрица.

Еще один!

- Когда мы, по-твоему, приехали? - закончила Кель.

- Говорю же, вчера! - рыкнул светлый. - Ну, теперь я могу услышать ответы на свои вопросы? - мужчина поднялся на ноги. Во что он одет? Кто нарядил его в зеленый цвет? Его же только дети и женщины носят! И почему он не помнит, как переодевался?

- Конечно, - Осантейя засмеялась. - Только я лучше тебе покажу, а расскажу по дороге...

Взяв Тиллийса под ручку темная торжественно прошествовала к выходу. Снэйк с сомнением посторонился. Состояние резиденции, да и Леса Вечности в целом, заставило его серьезно обеспокоится здоровьем Императора. Ему волноваться-то сейчас нежелательно, а он уже на взводе. Ой, сейчас что будет...

- Мой дворец!!! - прозвучал оглушительный вопль.

Эйлнн и гном аж пригнулись. Рейтинас поспешил присоединиться к правителям почти дружественных государств. Он полагал, что владыке минут через пять понадобиться родное, знакомое плечо, на которое можно опереться. Он оказался прав...

У Тиллийса сердце кровью обливалось и заходилось в бешеной ритме. Эльф то разгонялся до гнева, то скатывался в апатию, и все это за считанные секунды. Изрытые царапинами и выбоинами стены, истоптанный мрамор пола, истерзанные дорожки, голые рамы окон...

"Вандалы!" - Вопил во владыке эстет.

"Кретины!" - Стенал внутри правитель.

"Прокляну..." - тихо плакал на заднем плане несуществующий маг.

Бесценная коллекция статуй, картины кисти самых именитых художников (темных между прочим!), ручной вышивки гобелены - все обратилось в прах и баррикады.

- Как же так... - Тиллийс прислонился к стене. Он смотрел на Осантейю расширенным! от ужаса глазами. - Это что же, мои родственнички наделали? Их всего-то с десяток было...

- С тех пор их стало немного больше, - не повела бровью Кель.

- Н-немного? - голос Императора дрогнул. - Насколько немного?

Императрица утянула Тшипшса за поворот. Окна как раз выходили на

двор и на горизонт, усеянный зомби. Она думала жалеть светлого или не стоит? Хотя зачем? Он все равно узнает и лучше от нее, чем от кого-нибудь постороннего. Еще неизвестно чего посторонний наговорить может, а она все по делу кратко изложит. Впрочем, чего излагать? Достаточно один раз показать.

- Примерно настолько, - темная подвела эльфа к окну.

Эльф десять минут не двигался с места и не моргал. Он чувствовал тихое умиротворение и докапылвася до смысла фразы: мы все умрем. Раньше он

считал себя бессмертным, относительно, конечно, теперь он понял истину. Она была проста, безвкусна и так же реальна, как олицетворяющая ее армия мертвецов. Сполна насладившись зрелищем, Тиллийс повернулся к темной, слабо улыбнулся и с надеждой и страхом спросил:

- Есть еще важное что-то что мне нужно знать?

- Нет, - ответила Кель и погладила светлого по щеке, - но...

"Но" владыке совсем не понравилось, только деваться-то было некуда -сам спросил!

Кель

Мне было жаль Тиллийса, но совсем чуть-чуть. Я не испытывала особого дискомфорта, сообщая ему известные факты и поддакивая Рейтинасу, которые рассказывал о неизвестных мне происшествиях. А натворить эльф успел много: одни попытки укорениться, считая себя овощем, чего стоили, а требование ежедневного полива, и это в условиях ограниченного количества воды? В общем, не знаю чего я больше делала: жалела попавшего под раздачу владыку или пыталась не рассмеяться в голос!

Нас постоянно отвлекал Снэйк, он хмурился, кашлял и корчил многозначительные рожи. Знаю, знаю, что надо к делу переходить, но клиент еще не совсем дозрел. Кто же на чистую голову важные вопросы задает? Ох, чую грозит Правой Руке еще один экзамен. Хотя уже забыла что в прошлый раз проверить хотела. А, ладно, прогоню сразу по всему материалу!

Наконец, Тиллийс дошел до кондищш. Судя по обращенному ко мне взгляду он приобрел стойкую неизлечимую аллергию на темных и побочные продукты их нахождения на территории Леса Вечности. Одно непонятно, почему он нас виноватыми считает? По здесь вообще по его приглашению решаем его же проблемы. Кстати, не выставить ли светлому неустойку за несоответствие заявленного количества мертвецов фактическому? А нестандартный некромант в принципе заявлен не был.

- Кстати, Тиллийс, а не скажешь, кто из приближённых км вашей семье магией увлекается? - я прервала поток воспоминаний Рейтинаса. Его возражения отстранила жестом. Блондин подобрался. Ему нетерпелось услышать ответ на этот вопрос. Также к разговору прислушиваясь якобы наблюдающие за зомби снаружи Эйлин и гном. По неведомой никому причине они выбрали именно эту комнату для наблюдения, но их не гнали. В конце концов они тоже пострадавшая сторона.

- Да почти никто. В нашем роду магов по пальцам перечесть можно, но к чему вопросы? - удивился Император.

- Думаем, что ко всему происходящему твоя семья имеет непосредственное отношение, - я сложила на груди руки, провоцируя вызов.

- И какое же? Ты хочешь сказать, что кто-то из моих живых родственников это устроил? Зачем?! - подпрыгнул в кресле Император. - Мы не идиоты превращать наш дом в... в... помесь руин и ваших могильников!

- И все же без эльфов здесь не обошлось, - я потерла щеку, пригубила стакан воды. - Чрезвычайно интересный сплав магии жизни и энергии смерти. Не пояснишь, как без представителя вашей расы такое могло произойти?

- Я не маг! - вырвалось у Тиллийса. - Я ничего не могу объяснить! Спросите у моей сестры, она у нас талант по этой части.

Снэйк подавился. Выронил стакан и вытер рукавом подбородок. Секунду он сидел и ошарашенным лицом, следом выражение сменилось на крайне задумчивое. Блондин насупился и запыхтел.

- Талант? - приподняла брови.

- Да, она тремя или четырьмя видами магии владеет...

- Стойте, стойте, - влез Снэйк, - мы обращались к Тейлинаре и она ничем не смогла нам помочь. В ее записях и записях ее предшественников столько информации, что и за несколько лет не разгрести! - фыркнул кумба. - У вас, у эльфов, то пусто, то густо! Это же надо было так перепись населения зашифровать! - блондин недовльно задрал нос вверх.

- Чего?! - владыку перекосило. - Какие записи!

- ApximHbie! - рявкнул Правая Рука. - Читать задом наперед, вверх ногами да еще и отражение в зеркале. Вы совсем спятили?!

- Да это вы спятили, при чем тут моя сестра и архивы, которые надо читать в зеркале?

Тиллийс и блондин меряли друг друга разъяренными взглядами. Я спокойно смотрела на гак и пыталась понять, что послужило причиной ссоры. Вроде бы все шло хорошо, пока эльф не упомянул о причастности Тейпинары к архивам. Тут коса нашла на камень. В итоге полетели искры, от которых вот-вот вспыхнет комната и все, кто в ней находятся. Пора вмешаться!

Я набрала в грудь воздуха и хорошо поставленным командным голосом приказала:

- Заткнулись все! - затих весь дворец, до того напоминающий растревоженный улей, и зомби на улице. - Отлично, - обвела холодным взглядом спорщиков. - Мне ясно, что твоя сестра к apximaM, которые мы нашли, никакого отношения не имела...

- Но... - перебил меня змеиноглазый.

- Что непонятного в слове "заткнись"? - взглядом пригвоздила помощника к стулу. - Отлично, теперь, когда точки и запятые расставлены, вернемся к делу. Тшшш, объясни, почему тогда ты посылаешь нас к ней?

- Она создала колегию магов и руководила ей. Кому, как не ей, знать всех магов и их способности наперечет? - пожал плечам правитель. - Эй, вы что мою сестру подозреваете?! - его глаза напоминали две больше круглые плюшки.

- Есди она никакого отношения к архивам не имела, то зачем намеренно нас путала? - если бы Снэйк был ядовитым, то одна капля его слюны сейчас убила бы табун лошадей.

- Ты вы все-таки обвиняете мою сестру! - подскочил Тилллийс.

Ссора зашла на новый виток. Как пить дать разговор мордобоем кончится. Быть может в окно обоих выкинуть? Пусть пар на мертвецах выпустят, а после я подумаю пускать ли их назад и кого именно. Устроили здесь!

- А ну по разным углам разбежались! - «р» получилось раскатистые и грозные. - Нашли время отношения выяснять. Ты, Снэйк, хотела бы напомнить о необходимости не делать преждевременных выводов, а тебе Тиллийс о том, что десять лет назад меня пытался убить собственный брат, чем твоя сестра лучше него? - топнула ногой. Пол под каблуком треснул.

- Да хотя бы тем, что она не росла в степи вместе с орками, а всего пару месяцев на границе пробыла под охраной, собирая редкие магические травы для экспериментов! - рыкнул светлый. Он сложил на груди руки и отчетливо фыркнул, словно отметая нелепые для него подозрения.

- Снэйк, Тейлинара спускалась с вами архив? Туда, куда показывал фантом Сташи9

- Да, - процедил кумба.

- Чушь! - взмахнул руками эльф.

Я встала между ними. Интуиция подсказывала держать обоих в поле зрения, чтобы успеть вклиниться. Переводя взгляд с одного на другого я продолжила задавать наводящие вопросы. Да, ситуация складывается для правителя Леса Вечности не лучшим образом, но нам необходимо узнать ответ и плевать чего и кому будут стоить ответы.

- Она могла незаметно подняться к магу и убить его?

- Думаю да. Мы ведь не следили за ней. В принципе неизвестно, когда она появилась в замке. На глаза попалась вместе с первой партией беженцев, но зная сеть тайных ходов, могла появиться и раньше.

- Да зачем ей убивать придворного мага? - сжал кулаки владыка.

- А если он что-нибудь узнал про нее? Например, что она овладела некромантией? - прищурился змеиноглазый. - Чем не повод убить старикашку?

- Но почему сейчас? - я пыталась найти все «за» и «против». Хотелось докопаться до истины, но не хотелось закопать туда невиновное существо.

-А...

-Но...

- Хватит! - рявкнула я. - Довольно переживать из пустого в порожнее. Такое впечатление, что вы друг друг хотите доказать свою правоту, а реальность вас совсем не волнует. Давайте по-порядку...

А по порядку получилось так: первым делом мы отправили наших мертвых эльфов на поиски Тейлинары. После собрали всю основную смешанную команду, исключая все еще спящего Иллинойса, и заставили всех припомнить все особенности поведения сестры Владыки, которого ежеминутно приходилось усмирять. Он был крайне возмущен тенью подозрений, но с каждым произнесенным словом тень превращалась в плотную колючую материю абсотлютно черного цвета.

Во-первых, сестра правителя Леса Вечности действительно могло плохого набраться у орков. И это самое плохое в виде моего брата притащить к светлым. Ну, знаете как бывает: встретилась сильному мечтающему о власти степному красавцу хрупкая эльфийская дева с бездонными глазами и нежной кожей, а дальше любовь, морковь, некромантия и план о захвате власти над миром. Дальше и мотив вырисовывается - месть за смерть второй половины прекрасный повод устроить бедлам в собственном государстве! И неважна цена, ибо несчастное сердце страдает и быть может в разрухе его утешение.

Во-вторых, Тейлинара действительно появилась во дворце неожиданно и случайно очень удачно наткнулась на нужных существ. Сразу же. Да так удачно, что спутала все карты легким взмахом руки. Об ее прекрасную ножку споткнулись все. Кроме того, ее положение позволило ей быть всегда в курсе всего, а система тайных ходов и в том месте, где надо.

В-третьих, все заклинания некромантии неправильные. Сляпанные на скорую руку, будто создавал их недоучка без базовых знаний, зато долгое время наблюдаюидш за мастером своего дела. Мой брат был почти мастером этого у него не отнять в отличие от жизни. Как долго они могли сотрудничать9 Что эльфийке осталось в наследство?

Вопросы, вопросы, вопросы... Получается для меня картина сложилась: виновность сестры Тиллийса не оставляет сомнений. Жаль, ему будет больно признать это, ведь слова не помогут - докажут вину только ее действия. Придется поработать над ловушкой...

- Это все ваши домыслы9 - спокойно осведомился Император. Он сидел красный лицом. Возле него расположились гном и Эйлин. Эльфшлса по своей воле, а гном повинуясь моему приказу. Если ушастый взбесится, то нам понадобится тяжелая артиллерия, чтобы его остановить.

- По крайней мере они у нас есть, а вот твою сестру так и не смогли найти, - виноватые зомби топтались возле двери и ласково смотрели на меня и Сташу. Возможно на то, что они вновь не встали под знамена хозяина повлияла регулярная подкормка энергией с нашей стороны.

Я не к месту рассмеялась. Первый камешек в фундамент моей ловушки был найден. Осталось всего лишь уложить его на правильное место и закрепить хорошенько.

- Это еще ничего не значит, - сквозь плотно сжатые губы процедил светлый.

- Может да, а может и нет. В любом случае ее здесь нет. Выбраться из дворца можно только через тайные ходы. Вопрос зачем покидать относительно безопасное место? - я приподняла вверх бровь.

- Чтобы найти и привести подмогу? - с надеждой взглянул в мои глаза Тиллийс. Он ждал поддержки. Увы, мне нечего было ему сказать.

А через две минуты начался второй штурм дворца...

Иллинойс и компания

Мертвецы напали слаженно. Они ударили во все возможные точки прорыва, давя на баррикады массой. Уже через минуту стало понятно -укрепления не продержатся долго. Рано или поздно зомби ворвутся на второй этаж и доберутся до теплых и вкусных эльфов, а также горстки темных, отчаянной стремящихся защитить своих исконных врагов. Впрочем, уже не врагов: обе стороны, отбросив прошлые разногласия, с каким-то обреченным азартом смотрели на баррикады, нетерпеливо перекидывали из руки в руку оружие и широко ухмылялись. Они ощущали себя бесшабашно пьяными близкой смертью. Слишком долго боялись. Слишком долго надеялись. А теперь пришла пора просто умереть.

До прорыва восставших раненых успели перетащить на третий этаж. Работали поспешно, молясь предкам о том, чтобы успеть спасти как можно больше... Спасли всех, успели. Женщины и дети тоже поднялись наверх. Кому-то надо было готовить укрепления, чтобы выиграть еще немного времени и еще кусочек жизни. Впрочем, надо ли? Но старшие малочисленных отрядов не давали не то что отвечать на глупые вопросы, а даже спрашивать себя... Ни секунды покоя: когда одолевают мысли - бери больше, тащи тяжелее, тогда не останется времени думать!

Эйлин закончила баррикадировать дверь. Она и три ее помощницы отошли на несколько шагов и оценили сделанную работу. Кто бы сказал утонченным красавицам, что их нежные ручки не украшения в шкатулках перебирать будут, а кованые гвозди, то не поверили бы, но ведь перебирают и теперь знают с какой стороны за молоток браться и почему по пальцам колотить больно. Но что дальше? Третий этаж, четвертый, а за ним и пятый сдадут... Потом все, конец? Не проще ли сразу?

Шпионка топнула ногой и мысленно отвесила себе пощечину. Нельзя сдаваться, иначе зачем все это? Просто так? Развлечься захотелось, когда сил ни на что не осталось и единственное желание гложет - лечь, лапки сложить и под землю закопаться?! Ну уж нет. Смерти по собственному желанию не дождутся. Да и вряд ли Императрица темных позволит каким-то гнусным мертвякам сожрать себя. Если только она не сбежит в последний момент, оставив их умирать! Или сбежит?

Эйлин бестолково заметалась по коридору. Ее одолели сомнения. Оставив женщин сторожить забаррикадированный вход и продолжать заваливать его по мере сил вещами из близлежащих комнат, шпионка побежала к главной лестнице дворца, соединяющей широким мраморным полотном все этажи резиденции Императора. Она хотела убедиться, что Кель еще здесь и есть хотя бы самый маленький шанс выжить.

- Куда?! - светлую поймали у первой ступени вниз. - Женщинам, детям и недееспособным приказано оставаться здесь!

- Пусти, мне надо! - забилась в руках малознакомого эльфа светлая. -Мне надо... - она и сама точно не знала что ей надо и для чего. Просто увидеть, просто понять, что темная еще там и не оставила их. Ведь если ее нет, тогда нет и никакого смысла что-то делать, куда-то идти и к чему-то стремиться... -Пустиии! - взвизгнула эльфийка, резко выдохнула, напрягла мышцы и с неожиданной прыткостью выскользнула из рук сородича.

Эйлин ужом проскользнула через остальных светлых на лестнице, по большей части слишком занятых, чтобы ловить ее, и вылетела в коридор. Она резко застыла на вдохе, по инерции пробежала вперед, затормозила, пораженная открывшейся ее глазам сценой, сделала один еще один шаг, едва не споткнувшись о чье-то тело, и остановилась. Безумные глаза фиксировали все: перекореженные усталостью покрытые буро-зеленой жидкостью лица оборотней, изящные и слегка неторопливые, но точные движения эльфов, жуткий, пробираюпдш до костей холод и гибкую фигуру на острие защиты: неровно обкромсанные волосы с одной стороны, запутавшаяся в них почти распустившаяся белая лента с алой бахромой, узкие полосы мышц на руках и ногах, набухшая капля крови на рассеченном виске, пропитавшийся красным бок...

Эйлин моргнула, сбрасывая с себя сонное наваждение и тотчас на нее обрушились звуки драки: хруст костей, свист разрезаемого железом воздуха, резкие выкрики:

- Вниз!

- Справа!

- Коли!

- На три...

- Ох... - веер кровавых брызг неприятными теплыми пятнами расчертил лицо женщины. Она вытерла отшатнулась в сторону, к стене, чуть не попала под локоть замахнувшегося эльфа.

- Ты что здесь делаешь? - обжег горячечный голос. Эйлин схватили за руку и отшвырнули на ступени лестницы. - Вон отсюда и не смей показываться!

Она не поняла, кто это был. Не разглядела лица, одежды, фигуры. Лишь голос врезался в память и скользкая ладонь. И еще острые ребра ступеней, больно вонзившиеся в бок и голову. Вскрикнув, оглушенная эльфийка схватилась за порванное от удара ухо.

Что она здесь делает? Зачем спустилась сюда? Придти сюда было чудовищной идеей. Нет, Эйлин определенно не место посреди крови, мяса и вони. Только сил уйти почему-то нет. Почему-то не оторвать взгляда от завораживающего зрелища чужой смерти.

Под ноги откатилась оторванная голова. Незрячие пустые глаза обвиняющее смотрели в потолок. На красиво изогнутых губах застыл вопрос: за что? А ведь эльф - ее спаситель был совсем мальчишкой. Его смерть привела светлую в чувство. Шпионка сглотнула, отвернулась. Внутри нее все дрожало. Собрав в себе остатки силы и решимости Эйлин поползла вверх по ступеням, добралась до массивных дверей и с благодарностью приняла чью-то руку.

Женщину колотило. Она не впервые видела смерть, и ей доводилось убивать самой. Убивать красиво, не чураясь нотки искусства, а в том, что творилось на втором этаже не было ни капли утонченности - резня на инстинктах даже с целью не выжить самому, а сдохнуть, захватив с собой как можно больше неживых тварей.

- Готовы! - прокричали над головой.

Эйлин с удивлением обнаружила себя на полу: глаза закрыты, уши руками прижаты к голове. Светлая дернула плечами и посмотрела на сородича, который передал по цепочке сообщение для сражающихся. Раненный эльф с грязной тряпкой на бедре перехватил ее взгляд и покачал головой, неодобрительно поджав губы.

- Иди отсюда. Сейчас не до тебя будет, - тихо проговорил он и отвел глаза. Отступил и прижался к стене.

Эйлин неловка встала и побрела по коридору. Палку бы какую или трость - ноги совсем не держат от страха, а ведь всего лишь удостовериться хотела.

Предки, как же это все... грязно!

Женщина мотнула головой, отгоняя стоящие перед глазами картины. Кровь, везде кровь. Она чудилась эльфийке на пока чистых стенах третьего этажа, на его полу и на собственном теле. Вдруг в черной фантазии испуганного разума Эйлин увидела саму себя с вывернутым наизнанку горлом и разодранным животом. Ее тело венчало кучу разлагающихся трупов, собранных во дворе опустошенной резиденции, а рядом деловито сновали зомби под предводительством единственной принцессы Леса Вечности. Лицо Тейлинары напоминало злобную маску, с ее губ срывались проклятия, в руках она держала топор с зазубренным лезвием.

А это вполне вероятное будущее, если вспомнить недавгаш разговор и подозрения в адрес сестры Тиллийса...

Разумом Эйлин овладела новая идея. Светлая остановилась, словно впервые посмотрела на полуоткрытую дверь комнаты, приспособленной под лазарет, и вошла внутрь. Раненные мало интересовали Эйлин. Она прошла между сваленными на пол телами, игнорируя редкие и тихие просьбы принести воды или поменять белье, добралась до стола с целительскими инструментами, цепким взглядом охватила их, выбрала скальпель и отработанным движением сунула его в рукав, в потайную петлю. Теперь эльфийка чувствовала себя гораздо спокойнее.

Эйлин осмотрелась. Во взгляде появилась осмысленность. Женщина решила передвшгуть раненых. Скоро прибудет пополнение, а положить их уже некуда. Светлая прошла к дальней стене, к первому возле нее существу, ухватилась за тканевые ручки специального матраса и подтащила верхнюю

пол овину тела гвардейца к стене. Развернувшись, обогнула оборотня и наклонилась над ногами.

- Давай вместе, - голос над правым плечом испугал эльфийку. Светлая подпрыгнула на месте, обернулась и отпрянула назад, чуть не наступив на темного под ногами. - Ты чего? - Тейлинара нахмурила брови.

Секундное замешательство, и шпионка расслабленно улыбнулась и предложила.

- Давай.

Что-то в интонации Эйлин насторожило сестру владыки. Смутное чувство опасности не покидало девушку с тех пор, как она вошла в комнату. Будто здесь притаился враг, но не может же Эйлин быть врагом? Она же своя! Светлая аккуратно наклонилась и схватилась за ручку слева, косясь на шпионку. Та нервная какая-то, дерганная и улыбается, будто задумала что-то.

Ошт закончили с гвардейцем. Принцесса вытерла лоб и посмотрела на следующего. Худощавый эльф, ну с ним проблем не будет. Хотя стоит позвать на помощь кого-нибудь, иначе могут не успеть. Но кого? Все существа мало-мальски обладающие навыками и умениями целителей толпятся в коридоре, чтобы немедленно оказать помощь. Ее ой как много потребуется судя по разговорам!

- Сле... - Эйлин пропала из поля зрения. Сработала интуиция, и светлая отклонилась вбок и вниз, ощутив движение за спиной. Не раздумывая о причинах помешательства знакомой Тейлинара бросилась в угол, где на столе блестели целительские принадлежности.

Шпионка бросилась за ней. Хотела тихо все сделать, да не получилось. Ладно, придется не до сантиментов. Зажав в кулаке ручку скальпеля, женщина осторожно приблизилась к сопернице, следя за каждым ее движением.

Сестра владыки, взвизгнув, юркнула за стол и неумело схватилась за ножницы.

- Чего тебе от меня надо?!!! - взвизгнула эльфнйка. - Ты с ума сошла?!!!

- Не притворяйся невинной, тварь! - Эйлин замахнулась, но не достала. -Это из-за тебя все!

- Что все?! - Тейлинара толкнула столик, впечатав острый угол в живот шпионки.

- Это ты, ты тварь, которая все это устроила! Но ничего, я разберусь с тобой, и все закончится! - резко нырнув вправо шпионка попыталась дотянуться до сестры владыки, но та успела увернуться.

- Что закончится? Я ничего не устраивала!!! Я ничего не делала!!! Я ни к чему не имею отношения! Я...

- Закрой свой лживый рот!

Эйлин изо всех сил вцепилась в столешницу, потянула ее на себя, дернула в сторону и опрокинула. Инструменты разлетелись по полу. Светлая прыгнула с места, повалила Тейлинару и одной рукой вцепилась сестре Императора в горло, а другой занесла над глазом скальпель...

Кель

Я услышала крик: готовы! Он скользнул по ушам и растворился в моем следующем движении. Кажется, я ломала нацеленную на меня руку с грязными когтями. Только спустя несколько разобранных на составные части трупов информация добралась до мозга. Осталось принять какое-то решение. Я

разнесла очередного зомби, прорычала приказ занять мое место и скользнула к лестнице. На мое тотчас встал командир гвардейцев.

Нас осталось довольно много. Впрочем, это определение слишком оптимистично, ибо сил у тех, кто еще стоит на ногах от силы на полчаса интенсивного боя. После они начнут падать один за одним. Неполноценный отдых, плохое питание и накопленная за предыдущие дни усталость - враг опаснее любой орды мертвецов. Нам нужна передышка. И мне нужно закончить эту нелепую войну.

- Отступаем! - вышло хрипло. Будто больная горлом ворона прокаркала.

Мы оставили позиции быстро, за три этапа. Сперва уходят те, кто ближе

к выходу. Остальные растягивают линию обороны, увеличивая расстояние между бойцами. Короткое время приходится вертеться, но деваться-то некуда! Дальше перегруппировка - выстроились в несколько линий поперек коридора. После мощный удар магией, который отрезал от нас зомби и короткий забег вверх.

За нами закрыли двери и тут же принялись заваливать их. Я оттолкнула целителя и принялась помогать, хватаясь за особенно тяжелые вещи. Эльфы вдвоем-троем массивные столы таскают, а мне одной левой. Раньше... Было... Сейчас двумя руками и тащить приходится. От полного истощения только выносливость оркской крови спасает, да то, что я магом являюсь.

Но помощь пришлось бросить на полпути - острый крик и вопли и помощи заставили забыв обо всем остальном мчаться на выручку. Я сориентировалась по звукам, ворвалась в комнату, растолкав эльфов и в два прыжка достигла дерущейся парочки. Кошки! Нашли время когтями друг другу рожу драть!

Я схватила верхнюю поперек талии, рванула ее вверх и в сторону, броском отправила в дальний угол, а почти побежденной бледной эльфнйке жестом приказала оставаться на месте.

- Ну, что встали? - недружелюбно взглянула при притихших целителей, их помощников и раненых, поддерживаемых и теми и другими. - За работу!

Обернулась, протянула руку эльфнйке и помогла ей подняться.

- С-спасибо, - нервно пробормотала она, - я думала эта сумасшедшая меня прикончит! Все про мое отношение к этим мерзким зомби кричала, а я не виновата, не виновата я! - светлая отбросила с лица волосы, открыв свое лицо.

Я наконец, получила возможность рассмотреть ее. Надо же какая птичка к нам залетела! Тейлинара собственной персоной и отрицает свою вину. Не оригинально. Однако, ее появление попахивает или сумасбродностью или непроходимой наивностью. Сомневаюсь, что наш злодей имеет подобные качества в своем арсенале. Да и притворятся она так хорошо не может. Это же насколько искреннее надо верить или как долго тренироваться, чтобы жесты, голос, мимика и слова в точности соответствовали ситуации0

Но если не она, то кто?

- П-простпте, - пискнула эльфшпса, - может быть вы меня отпустите? -она посерела и выглядела более испуганной, чем до встречи со мной.

Отпустить? Конечно отпущу. Как только приду к какому-нибудь определенному выводу. Или не приду. Я нехотя разжала пальцы. В этот самый момент к нам присоединился Император. Он вихрем пронесся мимо меня, прилип к эльфийке, встряхнул ее, отпустил и развернулся ко мне, обжигая злым взглядом.

- Оставьте мою сестру в покое!

Тейлинара прижалась к спине брата, ища защиты.

Оставить в покое? Почему бы и нет. Мне самой сейчас нужен покой. Желательно дня три. Нет, три минимум, хотелось бы семь тихих дней для работы по камню. Хочу несколько надгробных плпт сделать. Роскошных. Чувствую, скоро пригодятся...

Я пожала плечами, загадочно ухмыльнулась и оставила родственников наслаждаться встречей. Вышла в коридор и сползла по стене. Вдруг стало душно, стены наклонились ко мне и сжались в каменную коробочку.

Тихо. Не паниковать. Несколько минут, и организм справится с последствиями нагрузки. Останется закрыть глаза на пару часов и надеяться, что за это время мир сохранит подобие равновесия. Если только он не задумал дожать нас до самого конца. Вдруг мы - персонажи всей этой истории настолько ему надоели, что он счел нас недостойными его милости? Я нашла в себе силы улыбнуться склонившимся надо мной эльфам. Приняла чью-то руку, стакан воды, залпом выпила его и положила голову на вовремя подставленное плечо.

Надо же... никаких злорадных смешков за спиной. Знают ушастые, когда лучше промолчать и не выказывать радость. Впрочем, рады ли они? Я приоткрыла глаза. Через щель осмотрела бледные грязные и поцарапанные лица, доступные взору. Нет, ни тени радости на их лицах - одно беспокойство. Неужели за меня, за темную? Ну, я-то понятно почему их бросить не могу -принципы и воспитание не позволяет, но они.. Почему?

- В норме? - донесся голос Снэйка. Оказывается, это на его плечо я положила голову.

- Да... - хотела уверенно сказать, а голос оказался сухим и надтреснутым. - Идем надо поговорить, - я потянула Правую Руку за собой, но он быстро перехватил инициативу. Естественно, я не знала, куда нам идти.

Блондин очевидно тоже. Он просто толкал двери комнат, ища незапертую и свободную, но вскоре утомился и просто выгнал из следующей по счету тройку эльфийских подростков. Парни убрались без звука. Я дошла до стены и села на пол, прислонившись к ней спиной. Предпочла бы кровать или кресло на худой конец, но из комнаты вынесли всю мебель, и выбирать не приходилось: есть коврик на полу - считай неслыханная роскошь!

Помощник устроился рядом. Он выглядел не лучше меня: те же глубокие круги под запавшими глазами, резко обозначенный ввалившимися щеками скулы, обветренные губы, да еще длинная царапина на подбородке, не говоря о мелких ранениях на теле. Да, до пятого этажа никто из нас определенно не дотянет. Я ошиблась, оценивая намерения некроманта: он не один мощный и быстрый штурм запланировал, а решил измотать нас, заставляя отступать этаж за этажом, пока как крыс не загонит в ловушку, откуда нет выхода. Что же является истинной целью твари? Я совершенно потерялась в догадках.

- На Тейлинару напали, - произнесла я одними губами.

- Понял. У Эйлин слегка помутился рассудок. Это не снимает виновности с сестры Тиллийса, но убийство не выход. Неизвестно, что станет с зомби после ее смерти. Зато теперь некромантка знает, что мы ее подозреваем.

- Она не при чем, - покачала головой. Ответом было красноречивое молчание. - Она правда не при чем, - повторила с нажимом. Мне наплевать на сомнения кумбы. Нутром чую - права на один миллионов процентов.

- Почему ты так считаешь? - недоволен... Что ж имеет право, ибо своим заявлением я разрушила стройную теорию, которую поддержали все, исключая

Тиллийса, но он брат обвиняемой - ему можно не верить очевидным фактам. Другое дело я - та, кто активно подбрасывал кирпичики в общий котел идеи. Мда, сварили на скорую руку, отчего сей шедевр мозговой кухни жрать попросту невозможно!

- Просто поверь, - пожала плечами.

- Поверь? Просто поверь?! - о, счастливый, у него хватает сил удивляться и даже повышать голос.

- А почему нет? Чем тебе этот вариант не нравится? - брови поползли вверх, лицо приобрело слегка обиженное выражение. Хватает же меня на издевку. До чего въелась привычка в кровь.

- На тебя не похоже.

- Просить?

- Верить! - отрезал Снэйк.

Он прав. Это для меня совсем не характерно, но когда все прочие пути исхожены, но цель не достигнута, то остается тот, куда не ступала нога рационального разума - вера. Говорят, дуракам везет. Сегодня тот самый день, когда я готова стать дурой, и получить за свой моральный подвиг капельку везения. Предки, помогите, а?

Не отвечают... Да не особо и рассчитывала! Хотя обидно... Чуть-чуть.

- Но если не она, тогда кто? - спросил помощник после небольшой паузы.

- А кому выгодно избавится от темных и провести чистку среди светлых? У кого было время спланировать все? Кто десять лет назад устроил нам грандиозную проверку сил? У кого хватит ресурсов на столь масштабную операцию и кто настолько самоуверен, что решился на чистой воды самоубийство? Кто настолько ненавидит... - я осеклась.

Твою мать! Так это же лежало на поверхности и все объясняет!

- Продолжай... - Правая Рука нахмурился.

- Идем! - я вскочила на ноги. Разрешенная загадка придала мне сил. Теперь никаких сомнентш в том, кто все это затеял. Осталось прилюдно... тьфу... приэльфно вывести злодея на чистую воду.

- К-куда?! Ты договоришь или нет? - возмутился блондин, но тем не менее встал. Сложил на груди руки и взглянул на меня исподлобья.

- Много будешь знать, скоро состаришься! - загадочно ответил я и рассмеялась.

Вышла из комнаты и направилась по коридору, по пути спрашивая не видел ли кто сестру Императора и не знают ли они большой комнаты на третьем этаже, где можно устроить собрание для всех. Зал нашелся практически сразу, а вот с Тейлинарой дело обстояло гораздо хуже. Как бы мы не опоздали. Зазря оправдываться за еще один труп мне совсем не хочется!

- Кель, куда ты торопишься? И вообще, прекрати вести себя, словно беременная баба, - прошипел над ухом змеиноглазый. Правая Рука хмурился. По радужке бешено скакали угли нескрываемого раздражения. Я, наоборот, ощущала прилив бодрости и хорошего настроения. Ну да, так всегда бывает перед самым сложным и опасным этапом операции.

- Беременная баба?! А тебе откуда известно, как себя ведут беременные бабы? - выразительный взгляд в ответ. Ах да, я же его недавно наказывала. Не помню за что. - Прости, - не удержалась от смеха. - Не спрашивай меня сейчас ни о чем, просто держи под рукой оружие и прикрывай мою спину.

Договорились? - Сиэйк закатил глаза. Тогда так: - Приказ ясен? - холодно отчеканила.

- Так точно! - рявкнул Правая Рука, спохватился и укоризненно посмотрел на меня.

Я подмигнула и велела следовать за собой. Принцессу Леса Вечности по-прежнему требовалось отыскать, пока всех темных не обвинили в свалившихся на светлых несчастьях.

Иллинойс и компания

Бывший Император пришел в себя от тряски. Его куда-то перемещали. Хвала предкам недалеко, ибо Иллинойсу казалось, что он рассыпается на части. Как таковой боли не было, но нервы были натянутыми до металлического звона, а мышцы напоминали тающее под жарким солнцем желе. Даже речи не могло быть о том, чтобы встать.

А зачем?

Память услужливо подбросила лицо некроманта. Верно! Он же так и не сказал Кель, что тварюшка у нее под носом павлином ходит и над всеми потешается. То одно отвлекало, то второе. Хотя в его состоянии в принципе говорить с трудом получается, все больше знаками да письмом. Проклятая магия!

Шум отвлек эльфа. Скосив глаза он увидел, как две женщины сцепились между собой. В дерущихся Иль не без замешательства узнал сестры Тиллийса и Эйлин. Идиотки! Одна потому, что не на ту напала, вторая потому, что толком никому ничего объяснить не может, в том числе в саму себя оправдать. Если они поубивают друг друга... Темный мысленно схватился за голову. Он бы с превеликим удовольствием надавал бабам по их симпатичным задницам, чтобы дурь из головы выбить, но может только лежать и про себя разглагольствовать!

Иллинойс попытался пошевелить рукой. Пальцы дрогнули. Мужчина сжал зубы и повторил попытку. Ну! Давай! Еще раз... И еще... До тех пока не получится. Эльф вспомнил все, чему научился за десять лет самостоятельной жизни. В первую очередь никогда не сдаваться, даже если надежды нет и некому придти на помощь. Во-вторую, идти напролом, если все обходные пути непригодны. В-третью, идти до конца, если надо ползти, если придется восстать из мертвых... Эльф смог согнуть правую руку в локте и по поднять ее.

Ворвавшиеся в комнаты темные вперемешку со светлыми сбили весь настрой Иллинойса и внесли сумятицу в мысли. Эльфиек разняли. За полетом Эйлин темный наблюдал не без злорадства, но оно мгновенно переросло в злость, стоило увидеть знакомое отравленное ложью лицо.

Нет! Нет, демон побери! Не слушай, не верь, достать меч и засунь по рукоять в брюхо твари, а потом сожги труп и закопай пепел посередине степи, где кроме волков и мышей никто не ходил и ходить в ближайший век не будет!

Но Кель не умела читать мысли. Более того, поглощенная разговором с Тиллийсом она не замечала потуги Иллинойса. Закончив общение она вышла из временного лазарета даже не посмотрев в сторону темного. Мужчина сжал пальцы в кулак, сообразил, что сделал и тут же утроил усилия. Не сразу, но ему удалось подчинить вторую руку. Осталось встать на ноги...

От избытка желания действовать и невозможности его реализовать, а также острой боязни опоздать Иллинойс застонал. Застонал вслух.

- Что?! - прошептал он. Да, не кричит, но и не надо! - Говорю... Я могу говорить! Эй... - эльф осекся. В комнате уже никого не было. - Ах ты: маму, папу и всех остальных родственников... - ругаться тоже было приятно.

Злость придала эльфу сил. Приподнявшись на локтях Иллинойс перекатился на бок и пыхтя и продолжая вспоминать процесс размножения орков, пополз к двери. Руки, ноги да и все тело разъезжалось. Темный рычал, обгашался потом, но...

- Вы куда?! - перед носом появились ноги в грязных туфельках.

- Погулять пошел!!! - прошипел эльф. - Найди мне темную немедленно! -несмотря на тихий голос, целительница различила в нем повелительные нотки.

- Какую? - поспешила уточнить она. Врачебные инстинкты отчего-то молчали. Чудя по всему этот больной шустро ползет на поправку. Скоро бешеным кроликом туда поскачет.

- Ты еще спрашиваешь?! У вас их тут сотни0!

-Две...

- Что две?! - Иль сумел сесть. - Сотни?!

- Нет, - попятилась. - Темных две у нас, - целительница запуталась. -Темная, которая темная, и темная, которая блондинка. Вам какую?

- Вторую веди и скажи, что дело жизни и смерти, причем твоей, если не приведешь!

Целительница исчезла.

Эльф добрался до стены, прислонился к ней и выдохнул: желеобразное сердце колотилось, как бешеное. Чуть концы не отдал и окончательно в проклятую Г рань не провалился! Мужчина надеялся, что целительница найдет Кель и сделает это быстро. В планы темного вовсе не входила смерть на руках у Императрицы, пусть она и забыла о нем. Это он ей попозже припомнит, в других обстоятельствах.

- Сюда, Императрица, он здесь! - воскликнули за неплотно прикрытой дверью.

Таки справилась целительница. И... И... Почти успела. Эльф захрипел и начал заваливаться на бок, сползая по стене.

- Иль, твою мать! Если ты сдохнешь прямо сейчас, я из тебя приведение сделаю и будешь мой сон в Лос-Идос вечность охранять! - Кель опустилась на одно колено и обняла ладонями лицо эльфа.

Приятно. Заботится. Боится. Иллинойс сглотнул, унял сердцебиение, открыл глаза и простел.

- Тиллийс...

Император Леса Вечности был доволен. Он стоял в одиночестве на пятом этаже, смотрел в окно. На красивом лице блуждала счастливая улыбка, в глазах стояли слезы. Он видел отнюдь не закат Леса Вечности, а наблюдал рассвет новой эпохи. Все что ни делается - все к лучшему.и

Фраза оправдывала многое. Она же являлась отличной закуской для совести. Темные не правы, говоря, что у эльфов ее нет - есть, еще как есть, только как и все у ушастых она ужасно эгоистична и заботится только о себе.

Владыка вдохнул воздух. Отравленный духом разложения он показался Императору слаще аромата душистой воды. Скоро все закончится. Вещи снова встанут на свои места, лес очистить и выжившие заживут долго и счастливо, преисполненные благодарности к своему спасителю. Ему, конечно же, но сперва надо закончить финальный акт грандиозной пьесы и закрыть занавес.

Тиллийс отошел от подоконника, наклонился и поднял с пола свою сестру. Эльфийка была без сознания, но такой она и должна быть. Император же не зверь какой-нибудь, чтобы перед великим событием портить Тейлинаре настроение. Ей ведь предстоит сделать великое дело доя любимого государства, хотя бы раз в жизни сослужить ему службу - умереть во имя и во благо всех остальных эльфов.

Сородичи уже поговаривают о двойной игре темных. Еще немного и они накинутся на своих же спасителей. Смерть всеми любимой принцессы Леса Вечности и будет той самой последней каплей, которая качнет чашу весов в правильную сторону. Тиллийс ласково погладил сестру по плечу. Она умрет тихо, спокойно, а уж изуродуют они ее позже. Зачем причинять маленькой лишнюю боль? Не стоит.

На пятом этаже замка изначально располагались несколько потайных комнат, связанных между собой ходами, спрятанными в толще стен. Комплекс словно был создан для создания коварных планов и частенько правящей верхушкой Леса Вечности использовался для этого. О, сколько здесь было решено судеб, сколько часов при свете магических светильников пропало зря в бесплодных попытках придумать ответы на вопросы: когда, как и сколько это будет стоить. Сколько исчеркано бумаги и как много прекрасно-чудовищных идей нашли свою смерть! Да и не только идей. Не всегда среди заговорщиков царило согласие.

Владыка вошел в один из расположенных на этаже кабинетов для переговоров, открыл дверцу книжного шкафа во всю стену, нажал на нужные книги. Шкаф на метр бесшумно отъехал в сторону, освободив вход в хорошо освещенный короткий тоннель. Узкий ход в тот же метр толщиной заканчивался аркой, которая вела в овальный зал. По его стена ползали две черные жирные тени. Тиллийс разобрал два негромких голоса.

- Ты долго, - проворчал гвардарец. При появлении эльфа он поднялся с кресла.

- Никак ждать устал? - осклабился Император.

- Жрать охота, - бросил сердитый взгляд на светлого никто иной как живой и здоровый Ларе Дирих. - Я не зомби.

- К сожалению, - обронил Тиллийс. Занудство темного его достало. Таким нечего делать в новом мире. Следовательно... Когда некромант закончит, то можно будет от него с перевеликой радостью избавится.

- Что?! -аж подпрыгнул от возмущения изменник.

- Ничего. Николас, тебе работа. Сделай так, чтобы она была похожа на жертву ритуала, - опустил на стол тело сестры Владыка.

Гвардарец кивнул. Ему было наплевать кого убивать, когда убивать и каким образом убивать. Он привык, но хотел бы привыкнуть немного к другому. Например, к короне Гвардара. Именно из-за нее он ввязался в историю с переделом власти над миром. Ему и маленького кусочка от горелого пирога будет достаточно. Николас вытащил из ножен излюбленный кривой кинжал.

- О, предки, ты же не здесь ее будешь резать! - фыркнул Дирих. Чего ему не хватало в жизни он не знал, но решил, что обязательно разберется, когда получит все.

- Крови испугался? - перегнал из одного угла рта в другой зубочистку Ташеш. Ему не нравился темный. Привлекать к серьезным делам мальчишку, пусть и гениального, который додумался как совместить магию жизни и магию смерти в одном заклинании, разве правильно? Да он вида крови не переносит, а все туда же: чужие жизни планировать!

- Нет! - взвизгнул JIapc. - Мы едим на этом столе, вообгце-то, - некромант всплеснул руками.

- Тих-хо! - прервал намечающуюся ссору Тиллийс. - Вы слышите9 - эльф навострил уши.

- Что? - двое заговорщиков поневоле прислушались. - На грани слышимости в стенах или за ними что-то тихо потрескивало. Звук был сухой, словно некто ломал тонкие ветки. Одну за одной. - Что это? - Дирих сморщился.

- Не знаю, - Ташеш сменил кинжал на нож. Он подошел к внутренней стене, присмотрелся, тронул пальцем легкий серебристый налет. - Иней? Откуда здесь иней9 - мужчина обернулся к Тиллийсу.

Император стоял с открытым ртом и лицом белее инея. В следующий миг стена взорвалась. Острый осколок чиркнул гвардарца на шее. Николос сделал шаг вперед, схватился за шею, пытаясь зажать рану, сильно наклонился вперед, не удержал равновесие и упал на бок. Изо рта Ташеша вылетали нечленораздельные булькающие звуки.

Дирих, пригнувшись, в ужасе не мог оторвать взгляда от лужи крови быстро растекающейся по полу. Он ясно видел вндел себя следующим.

- Нет! - завизжал некромант и пустил в стену сгусток «вечного сна».

Его крик оборвался, едва его ноги коснулось черное облако, незаметно проскользнувшее в комнату. Кожа Дириха сморщилась, высохла, глаза, губы и внутренние стороны ладоней подернулись фиолетовой плесенью. Спустя несколько секунд нечто, еще совсем недавно бывшее подающим большие надежды некромантом, с влажным чавканьем рухнуло на пол.

Тиллийс не шевелился. Он боялся вдохнуть. Умом понимал, что его сейчас не тронут, но ничего не мог поделать со страхом. Не на такой конец он рассчитывал. Это не он должен стоять побежденным и ждать неизвестно чего, а темная корчится в предсмертной муке. Но нет, вон она, первая вошла в пролом в стене, а за ней видны ушастые головы сородичей и ее потрепанная команда.

- Ну, - выплюнула Императрица. - Ничего объяснить не хочешь?!

- Объяснить? - Тиллийс с ненавистью посмотрел на темную. - А что ты можешь понять?

- Я могу понять желание властвовать, я знаю каково ощущать жгучую ненависть, я помню, как душит прошлое, но чего я не могу понять и никогда не буду пытаться, так это предательство. Ты предал всех и предал не раз. Ты растоптал свой народ, его веру в тебя. Кто ты после этого?

Загнанный в угол владыка усмехнулся.

- Просто эльф. Мы все такие. Ты сама не раз говорила, так почему же сейчас шипишь от злости? Ты думала я не такой? Я давал повод так думать? Не смеши меня, Осантейя Крейлин, - голос Императора приобрел снисходительный окрас. - Говорят, ты обладаешь прекрасным умом - ошибаются! Мне было демонски приятно водить тебя за нос все это время. Ты должна была умереть темная. Сегодня или завтра. Но тебе повезло. Почему? По-моему это несправедливо, - Тиллийс сделал шаг к столу. Маленький, почти незаметный, но он тем не менее давал ему крошечный шанс спасти свою шкуру.

- На твое мнение - плевать. У тебя был шанс стать кем-то, но ты предпочел быть ничтожеством. Тварью, которая не чтит ни предков, ни друзей, ни врагов. Не важно, что повезло мне, главное, не повезло тебе. Без разницы, что ты был должен, факт в том, чего ты не сделал, поэтому я не буду обещать, я просто проконтролирую, чтобы ты исчез из мира раз и навсегда без возможности вернуться даже мертвым.

- Ты даже не предоставишь мне последнего слова? - еще немного ближе. Всего метр до столешницы, до спящей сестры на нем. Возможно, удастся обменять ее жизнь на него. Тиллийс не увидел движения. Взмах ресницами, и Кель уже стоит перед ним, а в горло владыки упирается кончик меча. До Тейлинары не добраться. Жаль... Он улыбнулся, но улыбка тут же сползла с его лица. На скулах эльфа заходили желваки. Он глубоко вздохнул и с достоинством продолжил. - Значит, нет...

- Ты прав. Не имеет смысла... - холодные пальцы женщины коснулись щеки.

Тилгашс ощутил легкое покалывание. Оно быстро распространилось по телу, проникая внутрь и оглаживая холодом мышцы, кости и внутренние органы. Это было совсем не больно, скорее приятно. Магия остужала постаревший, но еще трескучий и кусачий огонь в душе светлого, принося долгожданное облегчение.

Так вот, что ему было нужно все эти годы... Он должен был всего лишь простить...

- Спасибо, - прошептал эльф прежде, чем уснуть навсегда.

Эпилог

Иллинойс и компания

Иллинойс рвал и метал. Причина его злости была одна, весьма простая -он уже пятнадцать минул не мог найти Кель.

Эльф шел по более-менее прибранному после сражения с мертвецами дворцу правителя Леса Вечности, останавливал каждого встречного эльфа и вежливо интересовался, где бы ему найти действую Темную Императрицу. Вежливо в его понимании. Иллинойс не осознавал, что во-первых, слишком сильно сжимает пальцы на плечах или шее ушастых, а во-вторых, его пристальный немигающий взгляд вызывает у пойманных эльфов сильные внезапные порывы уединиться кое-где. Желательно подальше от темного.

Увы, никто не видел и не знал, куда подевалась Императрица. Особо наглые светлые смели про себя подумать, что она им отчитываться не обязана, но нагрубить в лицо этому... зеленоглазому... который непонятно какую должность среди темных занимает, никто не осмелился.

Отпущенные на свободу, мычащие тихие проклятия эльфы торопились убраться с нахоженных дворцовых троп, срочно придумывая дела в городе рядом с дворцом или вообще в землях какого-нибудь клана на срок до отъезда посольства извечных врагов из Леса Вечности. Конечно, темным все по погребальный огонь благодарны, тридцать три раза согласно ритуалу слова благодарности произнесли, но это не значит, что эльфы обязаны терпеть их присутствие на своей земле: дело сделали - вот и пусть валят с миром, пока до войны не довели!

Иллинойс хрустнул шеей. Выронил очередного ушастого, потеряв к нему интерес после отрицательного ответа. Куда Кель запропастилась? До срочно созванного заседания Первой Крови всех эльфийских кланов по залу заседания шаталась в компании своего помощника, идеями делилась, а как ушастые прибывать начали, так испарилась, шепнув: в коридорчике постою, дабы не нервировать светлых, за меня представителем побудь. Глазками хлопнула окаянная и умотала за дверь, оставив Иля отдуваться за всех темных вместе

взятых. В общем-то он не против, но Осантейя могла бы и уточнить в каком именно коридорчике она стоять будет, но о результатах оповестить попросила! Результаты-то есть, только оповещать некого...

Идею Кель сменить династию на троне всецело одобрили. Три часа только вспоминали сколько от текущей, ныне свергнутой, натерпелись. Половину зверств, естественно, придумали, но эльфы так вдохновенно врали (чуть ли не стихами), что Иллинойс не решился их перебить. Выговорившись, приступили к выбору нового клана, чей представитель разместит пятую точку на троне. Передрались. А как иначе? А никак: каждый хочет стульчик хотя бы примерить!

Кое-как пригладив вставшие дыбом волосы, Иллинойс вместе с подручными гвардейцами успокоил высокое собрание. Ну, когда стол полыхает и темный грозит вдогонку стулья поджечь, то лучше его аргументы принять, чем спорить - обойдется дешевле и для здоровья безопаснее. Собрание, немого отойдя от первых впечатлений, посовещалось и решило, что самым правильным и безопасным вариантом будет поставить над собой...

Иль послал их к демону в желудок, а оттуда вперед по всем двум десяткам метрам кишок прямо к точке выхода, а вместо себя предложил первого, кого вспомнил - Вайен в принципе неплохо себя проявил и смог бы больше, если бы не злосчастное ранение. Недолго думая представители Первой Крови кланов радостно покивали головами и разошлись восвояси плести заговоры против нового Императора. Это пока темные здесь, можно с ними согласиться, а когда их нет? Вайен всегда может случайно споткнуться и крайне неудачно упасть.

Кстати, помимо Кель неплохо и бывшего советника о его новом статусе уведомить и дату великого события сообщить. Не дай предки еще придется за шкирку в тронный зал тащить на коронацию. Бывший советник отнюдь не дурак и прекрасно поймет, чем обещает стать его распрекрасная жизнь. Как бы Вайен от такого «подарка» не сбежал до церемонии передачи ему власти.

Мужчина вздохнул. Совещание утомило его. Поиски утомили вдвойне. Иллинойс остановился на перекрестке. Где и ту, и другого демоны носят?! О! К счастью oral принесли Снэйка. Блондин шествовал по коридору, обнимая за талию двух женщин. Одной из красавиц была Эйлин, вторая сестра бывшего Императора Леса Вечности. Трио ласково ворковало друг с другом. Наблюдая эту по истине идиллическую картину Иль снова вспыхнул. Эйлин как бы взрослая эльфийка и старшая сестра, а не младшая, но можно не столь демонстративно ее лапать!

- Снэйк! - рявкнул Иллинойс. - Уделишь минуту?

Правая Рука с сожалением посмотрел на спутниц, нехотя освободился от них и легким пружинистым шагом подошел к темному.

- Вопросы? - во взгляде наглость, насмешка и совершенно беззаботное счастье. Блондин наконец распробовал новые возможности организма. Признаться, они ему весьма и весьма нравились!

- Осантейю не видел? - скрипнул зубами эльф. Он не хотел портить настроение змеиноглазому. Он в конце концов просто младенец по сравнению с опытной соблазнительницей Эйлин. Лучше поговорить с сестрой и объяснить, что связываться с... детьми по сути весьма неприлично с ее стороны.

- Видел. Они с Вайеном в тренировочный зал направлялись. Что-то про незавершенные дела говорили. Вы уже все? Договорились9 - поинтересовался кумба.

- Угу, - буркнул Иллинойс. - Чтооо?! Куда они направились?!

- Дела доделывать... - Снэйк выпучил глаза и прочистил уши, заложенные в результате внезапной звуковой атаки, а после сообразил: -Проклятие! Они же планировали выяснить отношения после завершения... Хотя, - блондин скривился, - ушастым больше, ушастым меньше... - махнул рукой.

- Идиот? - совсем тихо и серьезно спросил Иль. - Вайен будущий Император, а это нынче товар весьма дефицитный! Где зал?!

Снэйк без слов развернулся и побежал по коридору. Эльф за ним. Мужчины пронеслись мимо опешивших эльфиек. Те недолго столбами простояли. Подобрав юбки женщины, рванули за темными.

Эльф и кумба миновали коридор, взлетели по лестнице, промчались через рекреации. Они не замечали за собой толпу, которая становилась все больше и больше. Темные да и эльфы, прошедшие осаду замка бок о бок с гвардейцами, знали точно: если кто-то куда-то побежал, то лучше пристроится вслед и помалкивать, иначе хуже будет! До дверей тренировочного зала добежала толпа примерно в пятьдесят существ.

Мужчины остановились резко. Их свита такого не предвидела. Примерно шесть десятков трусивших рысцой существ сперва размазали впереди бегущих по двери, затем и двери выдавили из петель. Вся толпа: кто стоя, кто лежа, а кто и на голове ввалились в тренировочный зал. Немного постонав, разобрав конечности и уши, существа затаили дыхание...

Посередине зала на матах спиной к ним, скрестив ноги, сидела Императрица. Взорам нежданных гостей открывался прекрасный вид на полукружия попы в кружевных черных трусиках. Кроме сей пикантной детали туалета на Кель был черный же корсет, крепко утягивающий тонкую талию. За фигурой темной можно было разглядеть Вайена, щеголяющего в одних труселях нежно зеленого цвета с вышивкой-яблочком, из которого вылезал ухмыляющийся червяк, на весьма интересном месте. Сброшенная в общую кучу одежда валялась от в метре от них. Оба ничего не замечали, всецело поглощенные игрой.

- Бито, - темная почесала лоб и бросила карты поверх тех, что лежали на матах. - Я выиграла.

- Но так не честно! - воскликнул Вайен. - Ты мухлевала! - бывший советник в сердцах бросил карты на мат.

- Можно подумать ты играл честно, - флегматично пожала плечами темная. - Трусы снимай.

- Не сниму, - заупрямился Вайен.

- Снимай, - угрожающе протянула Кель. - Или ты хочешь чтобы я их с тебя сняла? - интонация сменилась на игривую.

Иллинойс тряхнул головой. Нет, картинка перед глазами не пропала и не сменилась на другую. Все те же молочно белые полупопия, распущенные небрежные волосы и черное кружево. И демоново красное яблоко на зеленом фоне. Вот сейчас кому-то как попадет... Эльф поднатужился и выполз из-под придавивших его сородичей. Встал на четвереньки, встряхнуся и рыкнул:

- Я сам сейчас с тебя сниму то, что осталось! Что вы здесь делаете?! -поднялся на ноги, подошел к темной и навис над ней хмурым утесом.

- Эммм. .. - бывший советник, не отрывая глаз от Иля, наклонился к одежде, пошарил рукой в кучке, вытянул бледно-голубую рубашку и обмотал

вокруг талии. В отношении заданного вопроса он не мог ничего путного ответить. Сказать правду - это эльфу в голову не пришло.

- Допустим, играем в карты, - Владычица не шелохнулась. - А вот что вы все здесь делаете?

- Тебя спасаем, - оскалился темный. - Или его, - ткнул пальцем в Выйена. - Мы со Снэйком еще не решили.

Эльфы и гвардейцы потихоньку отползали с передовой. Они чувствовали надвигающуюся грозы и хотели убраться до первого разряда грома. Их здесь нет и не было никогда. Они га [чего не видели, но за свои сны под утро не ручаются. Впрочем, за сны никто поручится не может, а темная вряд ли поймет по чьей именно вине у нее уши под утро гореть начинают.

Передние дали задний ход. Хвала дальновидным предкам те, кто бежал последними уже разбежались, почуяв неладное. Правда, недалеко, но все же незаметно отползти было можно. Последними, извиняясь, и прислонив за собой двери к косяку ушли красные до ушей оборотни.

- Вы что-нибудь скажете? - вздохнула Кель. - У меня мужчина мерзнет, -короткий взгляд из-под белых ресниц на бывшего советника. Вайен сглотнул и нервно улыбнулся правым краешком губ.

- Мы что-нибудь услышать хотим! - Иллинойс наклонился и "ласково" прошептал на ухо темной.

Женщина дернула плечом.

- Подите вон, - и указала на дверь, створки которой медленно сползали вниз, к полу. Две секунды, и они с грохотом примостились на мраморе. Мда, а ведь их буквально вчера поставили. Есть ли смысл дальше восстанавливать резиденцию? Не подождать ли несколько дней?

- Кель!!! - не выдержал Иллинойс. Его гневный крик зазвенел под высоким! сводам! потолка тренировочного зала. - Мы думали ты Вайена здесь убиваешь, - голос поддавался контролю с большим трудом. - Вы же хотели с ним расставить все знаки препинания в ваших непростых предложениях, а его нельзя убивать. Он теперь Император. Выбранный, законный, осталось на тронь посадить и к трону цепью его привязать.

- Убиваю? - слегка удивилась Кель. - В мыслях не было. Я его всего лишь морально унижаю, растаптываю как личность и выворачиваю наизнанку душу.

- Картами? - влез Снэйк. Пользуясь своим привилегированным положением он решил остаться на свой страх и риск и досмотреть спектакль до конца. Уж больно занимательные действующие лица в нем заняты. - Ты же говорила о дереве, почти ушастом трупе под ним и обещании превзойти тебя...

- Дерево было, почти ушастый труп был, но не было предыстории, -Императрица обернулась к Правой Руке. - Вайен не только наемный убийца, но и карточный шулер. По-моему, отличные качества для будущего правителя, но вернемся к главному: он не просто свое задание провалил - он до его выполнения даже не добрался. В придорожной таверне продул мне все, в том числе исподнее, но его отдавать отказался, а карточный долг это святое. Вдобавок меня в шулерстве обвинил. При подданных. Ума совсем у эльфа нет. Наши его подстерегли, гуртом набросились и так отделали, что на нем живого места не было. Отсюда и дерево, и почти труп под ним, но не пропадать же дураку - спасла. Только он вместо спасибо отомстить пообещал - раздеть донага. Наверное, ему мои кружева приглянулись.

- И как? - ухмыльнулся довольный Правая Рука. Блондин не отрывал взгляда от алого лица Вайена с синими пятнами.

- А ты не видишь? Второй раз не могу законный выигрыш получить! Кстати, хорошо что зашли. Поможете трофей получить, будет на шгаше JIoc-Идос вместе с флагом болтаться. Все веселее будет!

- Кель?! - прошипел Иллинойс.

- Да? - она задумчиво подняла брови. - Я же сказала - святое, - она улыбнулась краешком губ.

Подслушивающий под дверью народ долго гадал кто кого за что и зачем должен держать, а также следствием чего является хоровые стоны...

Утром следующего дня состоялось совершенно неподготовленное, но оттого не менее радостное событие: коронация нового Императора. Не обошлось и без накладок. Для начала назначенный на высшую государственную должность эльф попытался сбежать, поэтому в зал для приемов он прибыл с почетом - на плече Темной Императрицы и в сопровождении ее преданных гвардейцев в облике волков, отнюдь не с благоговением в глазах взирающих на Вайена. Скорее они видели в нем неплохой завтрак, которого все приглашенные гости лишились по причине раннего времени церемонии. Традиции требовали одеть венец на голову точно на рассвете.

Чуть позже выяснилось, что нет венца и нечего одевать на голову, ибо сей символ до сих пор венчает голову ледяной статуи того, о ком стало не принято упоминать в приличном эльфийском обществе. А солнце-то уже показалось... Еще секунда и первый луч коснется головы нового Императора... В общем, если бы не Рейтинас... С другой стороны, если бы не Рейтинас!!! То оленьи рога так бы и пылились на стене в холле, невероятным образом сохранившись при осаде и штурме дворца, а придворный кузнец не ломал бы голову над тем, как и на что их к голове крепить... Все же новый символ власти был несколько больше прежнего и слегка не подходил по размеру. Ну и не такой изящный, как золотой обруч с искусно ограненым под кленовый лист изумрудом, канувший в неизвестность вместе с телом последнего Императора.

Вайен был рад. Очень. Он от радости дар речи потерял. Остальные тоже потеряли что-то, глядя на то, как розово-оранжевый луч оттеняет ветвистое украшение. Думается совесть. Или способность веселиться. Лица у всех гостей стали такие напряженные: губы сжаты, брови нахмурены, ноздри раздуты, глаза в разные стороны разъехались. Словно они себя сдерживали. Но в чем?

- С-спасибо, - выдавил из себя владыка, ощупывая императорское украшение, наспех присобаченное к его голове магией. - За доверие, - лица кланников вытянулись. Вот чего-чего, а доверие они ему не предлагали. -Обязуюсь его оправдать, - гости отрицательно замотали головами, потом спохватились и чересчур громко одобрительно зааплодировали.

А потом была короткая речь. И долгожданный завтрак. И первое покушение. У светлых всегда все быстро: назвали правителем, полезай на костер, коли не хитрость и изворотливость занимать надо. Под вечер пьянка. Не все ее пережили. Кто-то впном отравился, другие закуской подавились, третьи на нож напоролись случайно. Ничего страшного, со всеми бывает. В общем, жизнь в Лесу Вечности всеми четырьмя колесам плотно встала в колею. Осталось разогнаться и...

Кель

Я беззастенчиво спала в соломе на телеге. Меня также беззастенчиво трясли за плечо - будили. Я просыпаться не желала категорически и стоически терпела пренеприятнейшую тряску только потому, что издевалась надо мной зеленоглазая заноза в моем сердце и более мягком месте. Мы с Илем так и не поговорили о нас, совместном или раздельное будущем, а также управлении Темной Империей. Все кроме этих тем обсудили, вокруг да около дорожку глубиной в полметра вытоптали, но тронуть не решились. Мол, не было гагчего, поэтому говорить не о чем, а кто считает, что было у того с головой не все в порядке. Правда, если принимать во внимание взгляды, которыми меня и эльфа наша компания одаривала, то с головой не в порядке у них у всех.

Я вздохнула.

- Что надо? - произнесла, но глаза не открыла. Вдруг я в бессознательном состоянии разговариваю? В таком случае есть возможность любую чушь нести без отягощающих обстоятельств в виде угрызений совести.

- Вопрос есть, - эльф завалился рядом. Сразу так нельзя было сделать?! Обязательно будить надо было? Изверг ушастый!

- Задавай, - ровным тоном ответила я. Клещу проще дать крови напиться - он сам отвалится, а если выкручивать, то голова останется, потом нарывать будет...

Когда Тиллийс мне мозги прочистил, он сказал очень прочувствованную речь относительно того, что его сердце перестало биться... и прочую ерунду относительно себя и твоего брата. Если быть честным я...

Дальше не слушала. От моего несчастного сердца отлегло. Оно перестало выделывать акробатические кульбиты и присело на ребро отдохнуть. Нет, надо решать проблему раз и навсегда. Я во время осады все запасы успокоительного растеряла. Кто во дворец вернется - человек с серьезным нервным заболеванием, который при виде Иллинойса вздрагивает, за мгновение сгрызает до локтя руки и заикается? Фиг ему! Вот наберусь смелости и ...

-... Твое мнение? - закончил эльф.

- По поводу? - я честно призналась в своем неведении.

- Ты не слушала? - Иль легонько ударил меня по бедру.

- Внимательно, - я улыбнулась, повернулась на бок и открыла глаза. Любить0 Приласкать? К демону послать? Что же мне с тобой делать, чудовище блондинистое0 Так, отставить сопли. О чем он? О брате и Тиллийсе. Сейчас сочиним. - Видишь ли Тиллийс принадлежал к тому типу живых существ, которые не могут и не умеют жить самостоятельно. У них нет внутреннего стержня, состоящего из принципов, целей, действий, мнения Существа подобные бывшему Императору являются обыкновенным! пиявками. Они присасываются к людям сильным духом: перенимают их идеи, говорят их словами, думают практически так же, как избранный идеал, но если их свет во тьме гибнет, то им ничего не остается другого, кроме слепого следования все тем же правилам и дорогам.

- Уверена? - вопрос не заставил себя ждать.

- Абсолютно.

- Один миллион процентов?

- Конечно.

- Ты любишь меня?

- Да, - что?! Я села, резким движением собрала волосы, скрутила в жгут и отбросила за спину. - И? - фыркнула, сложив на груди руки. - Что ты хочешь?

Иллинойс тоже сел. Посмотрел хитро исподлобья, облизнулся, потянулся... Я его убью: сидит, на нервы действует... это моя прерогатива!

Через пять долгих минут статуя очнулась и протянула невыносимо довольным тоном:

- Тебя, пару маленьких ушастых зверушек, свой трон, свою Империю и... пару десятков лет спокойной жизни.

- Последнее не обещаю, - рухнула в солому. - У нас светлые в соседях, а они весьма деятельные натуры.

- Ну да, - Иллинойс зевнул.

Я медленно досчитала до десяти.

- Стоять!!! - вскочил на ноги эльф. - То есть все остальное будет?! - он чуть ли не слюнями обливался.

- Если не передумаешь, - ухмыльнулась.

-Я?!

- Ты! Ты же у нас то по кухаркам, то по горничным, то вообще сбежал... хотя чему я удивляюсь, - в притворном изумлении хлопнула себя по лбу. - Ты же светлый!

Иллинойс вздохнул.

- Знаешь, у тебя всего один недостаток, но очень существенный.

- Да? И какой? - я нахмурилась, легла на бок и подставила под голову ладонь.

- Ты слишком умная.

- И что будем делать с этой бедой? - придвинулась к нему.

Он поднял вверх левую бровь.

- Я найду тебе другое занятие! - и мои губы обжег поцелуй...

Конец

Content

Виноградова Ольга Те самые, светлые.

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Иллинойс и компания

Иллинойс и компания

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Кель

Иллинойс и компания

Эпилог